Жизнь циклична и многогранна. Так Витторина Соколова вернулась в очередной раз в реальность, чтобы встретить человека, который навсегда изменил ее жизнь. Но есть проблема. Витторина является Смертью, той самой, которая унаследовала свои способности от Марена. А еще она может стать пятым Всадником Апокалипсиса. Но пока есть Академия Лемур мир может спать спокойно…может быть.
Это переписанная серия, превращенная в дилогию. Вас ждут приключения, борьба, и любовь, сокрушающая любые препятствия. События настоящего переплетаются с воспоминаниями и событиями еще не произошедшего прошлого и будущего.
v1.0 — создание fb2 — (Ox90)
Однажды я открою двери
В новый мир мечты!
Здесь все сияет светом
Любви и чистоты.
И счастлив будешь ты
В любой из дней
Неспешно выходя за пределы пустоты.
(группа «Феникс»)
Погружение в Катарсис — это всегда лотерея. Жизнь циклична и многогранна. И лишь Марены могут прожить любую свою реальность по несколько раз. Так уж получилось, что Витторина возвращалась…она и сама не могла бы ответить на этот вопрос. В прошлом она видела многое, слишком многое — смерть, голод, рассвет…казалось, человечество меняется, но тем не менее все оставалось по-прежнему.
Она долгое время скиталась по миру, оставаясь в тени и стирая любое упоминание о себе, пока однажды не родилась в очередной семье, которая… Именно с этого момента пошли провалы в памяти.
Марены обладали невероятной силой разрушения и созидания, однако, не желали порой что-либо менять. Им не было смысла вмешиваться в жизнь простых смертных. Когда живешь не одну сотню лет, начинает казаться, что менять ничего и не стоит — люди этого не оценят, и тогда зачем распылять свою мощь на…неудачников?!
Витторина посмотрела на письмо, полученное из Академии Лемур. Только недавно она потеряла свою лучшую и подругу, и теперь сомневалась. Они хотели вместе поступить в самое крутое место. Но человек внезапно смертен, и теперь Вита, поддавшись унынию, даже не пыталась выдернуть себя из депрессии. Несколько пропущенных звонков от Ритки не могли заставить Витторину ответить или перезвонить. О чем им говорить? Что виновники так и не были найдены? Что Ритке также тяжело? Что… Все это не имело значения.
Однако, странные события заставляли Витторину задуматься о другом — ее мысли имели свойство сбываться. Она могла подумать о горячей чашке кофе и та появлялась, зависнув в воздухе. Все это могло бы свидетельствовать о психических заболеваниях, но Вита боялась об этом думать. Возможно, ей нужна была куда более серьезная помощь.
Призрак Анюты, погибшей подруги, внезапно возник в комнате и показал рукой на заветное письмо.
— Знаю, — прошептала Витторина.
Ее подруга очень хотела, чтобы они поступили в Академию Лемур и возможно, стоило исполнить последнюю и единственную волю подруги.
Сборы прошли быстро — гитара, несколько музыкальных примочек, сменное белье и запасные джинсы с футболкой. Уже завтра она отправится с Лемур, а сегодня…
Подумав, Витторина покинула квартиру и заведя мотоцикл, решила покатать по ночным улицам, пытаясь отогнать все мысли.
Остаток ночи прошел в тяжелом одиночестве
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Если у вас паранойя, это еще не значит, что за вами не следят. Я так себя частенько успокаивала, хотя и получалось плохо. Даже слишком плохо. Окинув зал в очередной раз скучающим взглядом, я вновь подумала — а нафига я сюда вообще пришла? Вот хотела погонять на своем моцике, но нет, поперлась туда, где мне не рады.
Выпускной немного не удался. Немного — это мягко сказано. Изгоем была, таковой и осталась. Мои одноклассники радовались, некоторые даже рыдали, что такое счастливое время закончилось. А я не чувствовала ничего. Впереди поступление куда-нибудь или работа в байкерском клубе. И то, и то не приносило особой радости, да и горя тоже. Обычная жизнь. Я вот не помню, чтобы от жизни вообще хотела чего-то конкретного. Возможно, все из-за того, что я долгое время уже как ждала одна и нормально жила. Меня все устраивало. Не появлялось желания прыгнуть выше головы, я наслаждалась тому, что было.
Перехватив фужер вина (естественно, нашлись те, кто притащил алкашку, но собрались люди взрослые — всем по восемнадцать, так что пусть сами думают что делать со своей жизнью), встала в стороне, искоса наблюдая за танцующей подругой. Конечно, у нее вон, жених, любовь всей ее жизни, Анатолий, мать его! Не нравится он мне, но ради счастья подруги готова терпеть и поддерживать общение с этим…этим… Этим нехорошим человеком (на что, естественно, были свои обоснованные причины считать его таковым).
Посмотрев еще раз на бокал, я так и не стала пить. Если планирую сесть за руль, то стоило оставаться в трезвом уме и твердой памяти. Ум был, а память стабильно подводила. Анюта улыбалась и я была бесконечно рада за нее. Даже, если учесть, что Анатолий не был ее достоен, я могла всегда прийти на помощь. Да, именно поэтому я здесь, на этом выпускном, чтобы разделить этот момент со своей подругой. Получается, что жизнь прекрасна?! Ну кто бы спорил. Впереди еще три летних месяца, несколько рок-фестов…ох и погуляю я! Оторвусь на полную катушку. Ну и если одобрят поступление в Академию Лемур, то придется еще дополнительно у них пройти какие-то курсы — не знаю с чем это связано, но таково условие обучения. Ну и ладно, главное, что за это денег не берут, а к учебе я почти серьезно отношусь. Почти, потому что не иду на красный диплом и золотую медаль.
— Привет. Потанцуем? — послышалось откуда-то сбоку и я машинально отмахнулась. Да-да, с одноклассниками я не танцую, потому что это обязательно потом плохо кончится — они найдут возможность унизить и оскорбить, а в мои планы сегодня не входила драка (я же не буду стоять в стороне, когда меня попробуют опозорить). Впрочем, в сегодняшнем вечере было нечто мистически волшебное.
— С незнакомцами не танцую, — и вот только обернувшись, поняла какую ошибку совершила.
У каждой девушки в голове «имеется» некий идеал, тот самый «принц», которого мы ищем всю жизнь. И походу мне повезло — искать не пришлось. Парень оказался высоким, атлетически сложенным. Взгляд темных глаз завораживал и прожигал меня насквозь, словно видел то, что я прятала где-то глубоко в себе, в тайниках души. Взлохматив волосы, незнакомец уже собирался развернуться и уйти. Не знаю, что толкнуло меня на сей шаг (может постоянное одиночество, может отсутствие мозгов, может…короче, я никогда не делала шагов навстречу людям, но Этот человек отличался, Он был другим). Я всю жизнь мечтаю о любви — настоящей, светлой, искренней…и вот парадокс — я одинока. Но Этот парень…что-то в нем было…что-то, что влекло меня к нему.
— Меня зовут Витторина. А тебя?
В его глазах на пару мгновений мелькнуло удивление, будто мы были знакомы, но улыбнувшись, ответил:
— Мстислав.
И он протянул руку, приглашая на танец. Было странное ощущение от прикосновения к ладони этого человека. Чувство будто мы знакомы усилилось, но я точно знала, что такого бы парня я запомнила, если бы действительно мы встретились. Или опять провалы в памяти?
Мысленно поблагодарив Ритку за ее уроки танцев, я с удовольствием закружилась с этим незнакомцем. Странное у него имя или точнее необычное, да только мне ли говорить о таком? Меня в начальной школе постоянно подкалывали из-за имени «Витторина», якобы звучит оно ну так себе. Правда после того, как я устроилась работать механиком в байкерский клуб появилась другая проблема — мою фамилию стали путать. То меня называли Соколова, то Соколовская. Но это такие мелочи, что я даже не обращала на это внимание. Смешнее только, что когда я заполняла документы, то стала на несколько секунд задумываться, вспоминая а как там в паспорте у меня записано.
Мстислав двигался, словно большой кот, мягко, но несмотря на это чувствовалась его скрытая сила, мощь. С ним почти наверняка будешь как за каменной стеной, почему-то я в этом была уверена. Мы танцевали под мою любимую песню одной не очень популярной рок-группы. Мне она очень нравилась и казалась близкой душе моей мятежной (о как завернула!). Очередное «па», мы обходим вокруг друг друга, но в самый последний момент Мстислав вдруг меняет траекторию движения и оказывается за моей спиной. Его горячее дыхание на секунду опаляет кожу, губы почти касаются моего виска. Сердце зашлось в бешеном ритме. Резко развернувшись, я посмотрела в эти выразительные темные глаза, в которых могла прочитать…нет, я придумываю, такого быть не может! Он меня совсем не знает и я не могу ему нравиться. Я никому не нравлюсь! Я всегда остаюсь одна. Но в его темных глазах я видела золотистые искры, которые смотрелись пугающе волнительно. Я почувствовала родственную душу, но это лишь игра моего воображения.
— Извини, — пробормотала я и спотыкаясь, позорно убегаю с танцпола, сама не понимая чего и кого боюсь. Все мои чувства пришли в смятение и я не любила это состояние.
МСТИСЛАВ
МСТИСЛАВ
Открой глаза и докажи
Что я не прав?!
Все беспорядки в жизни смешны -
это факт!
Есть силы спорить?!
Действуй!
Меняй со мной Реальность.
Мы построим Новый Мир!
(группа «Феникс»)
ВИТТОРИНА
Я знаю, что такое одиночество, а вы? Конечно, вы ответите — да, но уверены ли вы в этом? На самом деле, каждый из нас воспринимает одиночество по-разному и это нормально. Увы, моя жизнь была полна одиночества — ни родителей, ни друзей… Хотя, была подруга, но из-за последних событий, произошедших в моей жизни, я старалась с ней больше не общаться и не пересекаться. И как бы не расписывали плюсы одиночества, мне кажется, что именно эти доморощенные философы не понимают и не знают о жизни ничего, но умеют красиво рассказывать о ней. Не скажу, что я очень расстроилась, но бывают такие моменты, когда хочется, чтобы пожалели, чтобы обняли и просто побыли рядом. Но рядом никого и никогда не было. Хотя тут я преувеличиваю… Одно время рядом со мной был человек, который не давал сойти мне с ума, составлял компанию и помогал, поддерживал меня по жизни — но все когда-нибудь заканчивается.
Я закончила школу, прошла курсы для абитуриентов и теперь направляюсь в лучшую Академию (именно так, именно с большой буквы) нашей необъятной страны. И вот я трясусь в грязном автобусе, который мчится по российским дорогам (или бездорожью?!) и…и ничего не жду. Опять учеба. Опять одиночество. Не знаю почему, но мне очень трудно знакомиться с людьми. Скорее всего, это моя вина. Но иногда появляются вещи, которые намного интереснее, чем общение. Например, мысль. Думать вообще полезно, а вот умничать опасно.
Я сидела у окна, и хотя автобус был заполнен новоявленными студентами, никого на соседнем сиденье со мной не было. Все мы по каким-либо причинам были зачислены в элитную Академию Лемур, название странное, но как-то связано с духами предков, мол откроют третий и четвертый глаз, и, возможно, не закроют первые два. Именно это было в описании на сайте. Забавное совпадение! История этой Академии была сокрыта за семью печатями. Не каждый мог попасть туда, да и отбор велся весьма и весьма странным способом. К примеру, я специально (или все-таки случайно) завалила вступительный экзамен и все-таки вот она — я здесь. Но моя история немного печальна. Изначально я планировала поступление сюда и меня поддерживала моя подруга Анютка. Мы хотели с ней поступить вместе, но что-то пошло не так. Моей подруги ее не стало. Жизнь — она такая, никогда не знаешь что произойдет. Тогда я как раз поступила в университет и практически сразу забросила готовиться к поступлению в Лемур, поскольку душевные переживания первое время мешали жить, а уж на все остальные мелкие проблемки хотелось сразу «забить».
— Не хочу туда, — губы сами, повинуясь моей мысли, шепнули эти слова.
Автобус издал звук, словно чихнул, заглох и остановился. Я мечтала сюда попасть с Анютой. Она этого тоже очень хотела и толкала меня изо всех сил — любые репетиторства, дополнительные занятия, какие-то курсы… Анюта проявила удивительную заинтересованность в моем поступлении в то время, как мне это особо и не нужно было.
— Все в порядке. Небольшая поломка, — заученно произнесла преподавательница Ольга Юрьевна, когда водитель вышел на улицу.
Мы встали где-то посреди леса. Девчонки шептали что-то о том, что здесь находиться жутковато, но для меня это было не так. Да и причина остановки явно крылась не в отказавшем вдруг механизме автобуса, а во мне, в моих мыслях. Думаете наивно и глупо? Комплекс Бога? Возможно, хотя и навряд ли. Я уже не первый раз замечаю, что мысль материальна. То, о чем мы думаем всегда сбывается. Вот только видимо, плохо я думаю о том, чтобы избавиться от одиночества и встретить своего единственного, с которым проживу счастливую долгую жизнь. А вот автобус остановить посреди леса — вполне мне по силам. Эта странная способность срабатывала удивительным образом — я будто могла создавать маленькую реальность вокруг себя, но никак не влияла на более широком уровне.
— Итак, пока мы стоим, я немного поработаю как гид и введу вас в курс дела, — произнесла высокая опрятная женщина в строгом костюме. Поправив очки, она начала вещать. — Меня зовут Ольга Юрьевна, для тех, кто забыл. Вы все зачислены в Академию Лемур. Анкеты и личные дела давно изучены нашим директором Грендель-Эдуардом Васильевичем. Сразу скажу, что вы не сможете отчислиться по своему желанию из Академии. Таков Кронос.
«К чему это все? Так ли хорошо в этой Академии?» — мелькнула в голове мысль и, в ту же секунду, автобус содрогнулся от удара снаружи. Но опасности не было. А вмятина на автобусе появилась, красивая и ярко выраженная. Водитель испуганно отпрянул. Студенты в автобусе обеспокоенно загомонили, некоторые девчонки закричали.
«И чего волнуются?» — хмыкнув, я снова усилила контроль над своими мыслями. Никто не должен знать, что вся проблема во мне. Внешне мне всегда удавалось оставаться спокойной, но вот внутри меня, в душе все бурлило.
Ольга Юрьевна внимательно посмотрела на меня, словно о чем-то догадываясь.
— Мысль материальна, — шепнула я.
Автобус затарахтел. Водитель смахнул пот с лица, сел за баранку и, выжав сцепление, включил передачу. Мы снова поехали.
Было скучно. Пожав плечами, откинулась на спинку кресла и задремала, слушая музыку в наушниках. Хотя отключиться от реальности не удалось. Я слышала все, что рассказывала нам преподавательница, хотя популярная рок-группа старательно пыталась заглушить ее. Что сказать, я поклонник тяжелой музыки. Обожаю классику рока…но также стоит признать, что я частенько слушаю и более молодые рок-коллективы, те, кто только начинает свой путь. Более того, я сама играю и когда-то состояла в такой группе. Нет, я не говорю, что любая другая музыка плоха. Нет, нет и еще раз нет. У каждого свои вкусы и мы не имеем права их навязывать. Просто я люблю рок! Поэтому из моих наушников всегда по максимуму лупят басы и я этим наслаждаюсь.
Так, о чем там вещала нам Ольга Юрьевна? Преимущественно это были правила школы, которые именовались Кроносом: нельзя покидать комнату после двадцати трех ноль-ноль, нельзя покидать территорию Академии без разрешения Кукловода или директора Академии, нельзя идти на открытый конфликт со студентами Академии, нельзя пользоваться мобильными телефонами, нельзя ходить к озеру без сопровождения старшекурсников, нельзя портить имущество Академии. Можно ходить только в форме, выданной кладовщиком. Можно обустраивать личную жизнь. Можно развивать собственные необычные навыки. Приветствуется нестандартное мышление и взгляд на мир. Можно…
Я — огонь, я — звезда ночи,
На вершине, веду свой полет.
Мой голос звучит, словно молнии,
В сердцах каждом — мой след.
Автобус резко затормозил, и студенты вновь загомонили, выражая свое недовольство. Но в этот раз мы приехали. Всех попросили выйти на улицу. Подхватив сумку, я последовала за остальными.
Ну что сказать? Огромный средневековый замок. Этот замок словно создал ирреальный мир — мир демонов, химер, монстров, которые иронично и задумчиво смотрят на раскинувшийся внизу школьный двор, окруженный со всех сторон густым лесом. Фантастические и чудовищные птицы, гротескные монстры, выглядывающие из самых неожиданных точек. Взгромоздившись на готический пинакль и спрятавшись за шпилем каменные химеры и ведьмаки, кажется, что существуют тут целыми веками. Неподвижные, погруженные в раздумья над человеческой судьбой, сущностью… Этот замок словно зашифрованный свод оккультных учений.
Поговаривают, что эта Академия несколько раз пропадала со всех карт, словно пряталась от посторонних глаз и как не парадоксально, но в век новых технологий никто самостоятельно не мог добраться до Лемура, постоянно плутая на дорогах и не доезжая до конечного пункта. И создавалось впечатление что Академия появлялась и исчезала, когда ей это было нужно. Этакий Бермудский треугольник.
Веселенькая история! И только сейчас я обратила внимание на одежду других студентов. Они все, по меньшей мере, были из богатеньких семей, поскольку все так и кричало о крутых марках, фирмах, лейблах (или как там это еще называется) и тому подобное. Дорогие украшения, хорошие укладки, профессиональный макияж — но при этом девушки были похожи друг на друга. Впервые за всю поездку я почувствовала себя неуютно, в своих-то обычных немного потертых джинсах, футболке и простеньких кедах (ну пожалуй, кеды — это самое дорогое из моего гардероба, что было надето на мне. Лох это судьба. За моей спиной висело два чехла — ценные вещи, на которые когда-то я угрохала как минимум две зарплаты. И были это две гитары — простенькая акустика и электро. Причем, последнюю я купила с трудом, еще пришлось некоторое время голодать и экономить, как только можно больше, чтобы докупить примочки, комбик и всякое-всякое-всякое. В тоже время, это было самое необходимое приобретение для меня. Хотя последние три года изменили мою жизнь окончательно и бесповоротно. Была еще одна вещь, но своим ходом в Академию запретили приехать (объяснили это тем, что мы заблудимся и не доедем, а ждать нас никто не намерен), поэтому пришлось оставить в гараже — моя алая «Сонга».
К Ольге Юрьевне подошел молодой человек, где-то двадцать три или двадцать четыре года. Высокий, спортивного телосложения, темно-русые волосы и невероятно черные без блеска глаза. На парне был надет простенький костюмчик, состоящий из черной рубашки с длинными рукавами, черного галстука и черных брюк. Но тут так просто одевались все, с разницей, что девушки вместо брюк носили юбки. Отличалась форма лишь цветами. Мной было замечено всего три цвета — белый, черный, красный. Лицо парня показалось знакомым, но память отказывалась подсказать мне, откуда я его знаю или помню. Состояние дежа-вю. Старею.
— Добро пожаловать в Лемур, — Ольга Юрьевна сняла очки и платком протерла стекла. — Факультеты распределены. Мстислав, будь добр, отведи новоприбывших в их комнаты и дай инструктаж каждому из студентов.
— Слушаюсь, — он слегка поклонился. — Следуйте за мной.
Девушки дружно вздохнув, начали прихорашиваться и бросать на сопровождающего томные взгляды. Парни же напротив, напряглись, старались не смотреть на него в упор, видя именно в этом человеке своего соперника — хотя о чем речь идет, на самом деле?! Уверена, что этот Мстислав заткнет за пояс любого из новоприбывших. Девчонки кокетничали и открыто флиртовали, и мне сделалось не по себе — я почувствовала себя чужой здесь.
Мстислав скоро шел по путаным коридорам замка, расселяя новоприбывших (складывалось впечатление, что он пытается поскорее избавиться от всех). Каждому заселившемуся он давал карту Академии. Также он забирал мобильные телефоны, кладя их в сумку на бедре, которая ничуть не увеличивалась в размерах, будто смартфоны попадали в черную дыру. Ходили долго, но организованно. И вот последнего заселили, точнее предпоследнего. Осталась только я. Мстислав посмотрел на меня так, словно первый раз увидел. Он пугал где-то на подсознательном уровне. Глядя в его глаза, бросало в дрожь, и рождался всепоглощающий страх. Но вместе с этим он привлекал, манил тьмой, которая чувствовалась в его сердце. Не было сомнений, что он принадлежал мраку, по всей видимости, какие-то поступки привели его, поставили на этот путь — во всяком случае, именно это читалось вовзгляде. Его душа была тьмой, и он дышал, жил ею. Это почему-то было привлекательно и в тоже время необъяснимо. Но создавалось впечатление, что в глубине души скрывались глубокие незатянувшиеся раны, которые не могли зарубцеваться из-за пережитой боли. Мне казалось, что он знает то, о чем я даже догадываться не могу, но в тоже время меня это касалось напрямую.
— Прости, но комнаты закончились. Ты будешь жить на чердаке. Как только пройдет отчисления неудачников, тебя подселят к кому-нибудь из девушек, — холодно произнес он.
— Не стоит…мне хватит и чердака, если я там никому не буду мешать, — в тон ему откликнулась я.
Он остановился и, обернувшись, оценивающе на меня посмотрел. Его взгляд смутил и я невольно отступила на шаг назад.
— Витторина?! — спросил он, сверившись со списком, и снова пронзив меня взглядом своих темных глаз.
— Да.
— Ну да, интроверт?! — хмыкнул парень сверяясь с какими-то записями в своем блокноте. Я хотела ему высказать все свое возмущение на этот счет, но он, опередив меня, произнес — Это в корне меняет дело. Иди за мной и не пререкайся.
Он взял меня за руку, свернул в длинный прямой коридор с кучей дверей. Подойдя к номеру «три шестерки» (ну и чувство юмора!) парень открыл дверь, которая на первый взгляд могла показаться незапертой.
Внутри оказалась небольшая уютная квартирка, разделенная на две комнаты и отдельное помещение с ванной и туалетом. Что удивило, так это отсутствие прихожей — вход сразу в большую комнату, гостиная, как мысленно я ее окрестила.
— Располагайся, — парень сделал широкий жест.
Простая комната четыре на четыре. Диван около окна, напротив стоит плазменная панель. В другом углу нашел свое прибежище маленький холодильник. Потолок был обклеен белыми панелями. На полу лежал черный пушистый ковер.
— Да уж…моя съемная в пример не идет, — тихо буркнула я, восхищаясь этим зрелищем, и добавила громче, обращаясь к Мстиславу. — И все студенты так шикарно живут?
— Нет, не все. Каждый обустраивает свою комнату в меру своих способностей и желаний.
— Способностей? — переспросила я и в голове возникли подозрения.
— Да, пошли, покажу.
Он пропустил меня вперед во вторую комнату и вошел следом, встав за моим плечом слишком близко. Стараясь чуть-чуть увеличить дистанцию, я отошла к окну.
— Чего тебе не хватает в этой комнате? — спросил парень, тоже сделав шаг назад.
Я растерялась и смутилась одновременно. Этот гад хмыкнул и покачал головой, словно хотел сказать: «Беда с этими женщинами!». Почти тут же, повинуясь его мысли, около окна возникла кровать, рядом рабочий стол с выдвижными ящиками. Справа, около двери появился шкаф для одежды. Мстислав самодовольно улыбнулся. Мысль творит чудеса. Мысль материальна. Как говорил Вэйн Оутс: «Изобрази в своем мозгу смысл собственной судьбы». Именно так мы и творим свою жизнь. Это было потрясающе и в тоже время, я совершенно не удивилась такому повороту.
— Это твое.
Обернувшись, я с удивлением обратила внимание на то, что парень держал в руках черную форму, сверху на которой лежала карта. Передав мне это из рук в руки, Мстислав удалился, прикрыв за собой дверь. Быстро переодевшись, я посмотрела на себя в зеркало. Невысокая, стройная, хотя и не идеальная фигура. Длинные, даже очень длинные, пепельно-русые волосы, карие глаза. Форма Академии мне идет. Но каждый раз, когда я смотрю на себя в зеркало, я задаю себе один и тот же вопрос: «Что во мне не так?». Не знаю. Я не умею знакомиться, я не умею общаться. Мне сложно. Даже понять это сложно. Я вышла в общую комнату.
Он лежал на диване, закинув руки за голову.
— Ты что-нибудь знаешь об академии Лемур, Вита? — с улыбкой спросил он, даже не глядя на меня.
— Нет.
— Жаль. Умные люди Лемур избегают стороной.
— А ты дурак, — утвердила я.
— Забавно. О твоем характере отдельное досье написали.
— А что тебе за печаль?
— Не дерзи, — его черные глаза, словно пронзили меня.
— А тебе можно?
Мстислав медленно сел на диване, посмотрев на меня испепеляющим взглядом. Я смутилась. Почему-то стало стыдно.
— И мне нельзя, — парень снова усмехнулся. — Сбор у вас на третьем этаже, аудитория триста сорок, в четыре часа. Если попросишь — провожу тебя.
Я фыркнула и вернулась в свою комнату. Плюхнувшись на кровать, я решила изучить карту. Ничего сложного, но в первое время, пока не запомню расположение комнат, лучше не терять эту бумажку. Посидела, потупила. Мыслей толковых в голове все равно не было. Встала, медленно вышла из квартирки и пошла по коридорам Академии. Красиво тут, хотя и слишком средневеково на вид.
К нужной аудитории я вышла неожиданно быстро — и это при том, что я очень плохо ориентируюсь в пространстве. Вроде это называют географический кретинизм?! Двери были открыты и, я смогла увидеть знакомые лица — тех самых студентов, с которыми мы ехали в автобусе.
— Эй, девушка, — один из парней обратился ко мне, для надежности кивнув.
Я прошла в аудиторию.
— Ты ж с нами ведь ехала? — уточнил он и пригладил свои блондинистые волосы. — Я Макс. А ты? Или у тебя это… язык отсох, чтоб представиться?
— Не грубите, сударь, — я нахмурилась. Терпеть не могу, когда мне хамят. На нем была форма красного цвета. Интересно, с чем это связано?!
— О, борзая. Слушай, а че на бухаловку за день до отъезда не пришла? Или типа приличная? Типа только по трезвяку, — однокурсники загоготали. Видимо это была очень удачная шутка, только юмора я не поняла, и это было обычным моим состоянием.
— Слышь ты, упырь, — ярость потихоньку начала клокотать во мне, желая найти себе применение.
Это так. Когда были названы фамилии всех поступивших, тут же нашлись те, кто предложил отпраздновать сие событие. Но мне там делать было нечего. Во-первых, я никого не знаю. Во-вторых, я не умею знакомиться. Во мне просто не заложено такого навыка. В-третьих, я не пью. Совсем. Ну и возвращаясь к вопросу — и что мне там делать? Когда меня пригласили, я вежливо отказалась, стараясь не настраивать против себя народ. На вопрос «Почему не придешь?», увильнула тем, что остались незаконченные дела, которые срочно нужно решит, без всяких там отлагательств.
— И что ты сделаешь? — Макс подошел ближе.
— У тебя запасная челюсть в кармане или годовой абонемент в травм пункт? — я не выдержала и позволила себе улыбнуться.
— Оп-па, грубим, девушка. А, девушка. Или не девушка? Или… — он протянул руку к моему лицу.
Я замахнулась, желая отвесить этому наглецу пощечину, хотя хочется ударить так, чтоб у него зубы щелкнули и челюсть пришлось вправлять. Я почти нанесла удар, и в последний момент мое запястье кто-то перехватил. Макс вдруг заорал как резанный и свалился на пол. Мстислав стоял бок-о-бок со мной и держал мою руку. В его глазах мелькали искры ярости и гнева, и этот взгляд не обещал ничего хорошего, впрочем, только Максу. Не знаю почему, но я была уверена, что мне, лично мне, ничего не грозит. Да и так, если подумать — я ничего не сделала, чтобы кого-либо разозлить. Хотя сейчас мою голову занимали несколько иные мысли — почему Макс упал? Что произошло? Мстислав к нему даже не прикоснулся, тогда почему парень валяется на полу весь в крови?
— Молодой человек, ведите себя подобающим образом, — Мстислав слегка сместился вперед, закрыв меня собой. — И впредь, уважаемые студенты, никакой грубости и хамства. Вам, наверное, еще не сказали, но тут, в Академии Лемур, это строго карается Кроносом и я привожу его в исполнение.
«Собственно, я и есть — Кронос!». Эта странная мысль словно мелькнула в его золотистых глазах. Что это? Черные глаза и вдруг это.
Макса словно ломало изнутри. Он орал, катался, из глаз брызнули слезы. На мгновение мне его стало жалко, но лишь на мгновение. Нельзя кого-либо жалеть — ко мне никогда и никто не был доброжелателен и я не собираюсь другим давать поблажки.
— Благодарю, Шархан, — Ольга Юрьевна вошла в аудиторию. — Смотрю все в сборе. Итак, знакомимся. Это Мстислав, но по имени к нему никто из вас не имеет права обращаться. Для Вас он может быть наставником или врагом Академии. Для вас он Шархан. Насчет хамства. Да, хамство карается по Кроносу. И главный каратель сейчас перед вами. И да, Шархан, хватит уже мучать бедного парня, а то будет как в прошлый раз… Ты же не хочешь снова в больницу ходить, навещать? Да и катафалк опять ждать…
Я стояла как статуя и смотрела на все происходящее. Это было неожиданным и как будто не со мной. Все казалось странным, волшебным. Но сильная хватка Мстислава не давала возможности сомневаться в действительности происходящего. Его пальцы были очень теплые и приятные на ощупь. Почему я на этом заострила внимание? Выдернув руку, я отступила на шаг назад, чувствуя себя потерянной. Мстислав обернулся. Его губы дрогнули и растянулись в чувственной ухмылке. Практически сразу, молодой человек кивнул в сторону свободных столов, приглашая пройти и сесть.
— Подстилка, гребаная, — сквозь зубы скрипнул Макс.
Мной овладел гнев. «А ты не подстилка?! Тобой только полы мыть, особенно после того, что с тобой сделал Шархан!». Мне реально захотелось вытереть об него ноги. И мне показалось, что моя мысль, мое желание заработало.
Тело Макса дрогнуло и в следующую секунду неведомая (или вполне ведомая) сила протащила его по полу. Я смотрю на него и точно знаю — то, что его сейчас волозит по всей аудитории и бьет головой обо все столы лишь моя заслуга. Мысль материальна. В моей голове сейчас звучит песня, которая будто заряжает энергией. Мои вспыхнувшие эмоции уходят куда-то вглубь меня, в эту мелодию, выделяя каждый из инструментов и наслаждаясь этим. Макс перестал вопить. Я моргнула и словно проснулась, чувствуя некую неловкость, ведь раньше такого никогда не было — да, мои мысли сбывались в реальности, но не до такой степени, не в том объеме. Студенты смотрели на меня с нескрываемым страхом и неприязнью. Я почти осязала их ненависть к себе.
— Витторина, у вас талант, — Ольга Юрьевна улыбнулась. — С этого урока и начнем сегодняшний вечер. Мысль материальна. Любая. Абсолютно любая. Но лишь от нас зависит как скоро она сбудется. И зависит это не только от желания. Мстислав, Витторина, проходите, пожалуйста, присаживайтесь. Мы начинаем нашу лекцию.
Я чувствовала себя очень неловко. Люди косились на меня и в лицах каждого из студентов можно было прочитать много «лестного» о себе. И вот я опять не понимаю. Ведь не я стала первой задевать кого-то. Максим начал грубить, но почему-то презирают сейчас меня. Почему? Что я сделала не так? Ну нельзя же спускать с рук такое поведение. Или напротив, надо было терпимее к нему отнестись?!? А как тогда расценить действия моего соседа? Пришлось пройти и занять место в самом конце, самая дальняя парта. Мстислав же сел в противоположный угол, продолжая усмехаться. Не знаю, что его так веселит. Боковым зрением я замечаю, что он внимательно следит за мной. Мне неловко. Я не привыкла к такому пристальному вниманию со стороны молодых людей. Мстислав кажется заинтересованным. Что же могло его заинтриговать? Или кто? Неужели я чем-то зацепила?
С другой стороны, меня очень обнадежил тот факт, что Ольга Юрьевна не удивилась моим способностям. Напротив, сейчас она говорит о том, что каждый из нас их имеет, только не каждый заставляет работать.
— С этих самых пор, вы не можете уйти из Академии. Ну, а если вас отчислят…стирается память в принудительном порядке. Об этом я вам уже говорила, все утверждено по Кроносу. Все ясно? Продолжим. Что такое мысль? Кто может ответить на этот вопрос?
Тишина. Студенты переглядывались, пытались что-то придумать, пожимали плечами.
— Действие нашего ума, мозга, рассудка!? — с сомнением произнесла Вера. Красивая девушка с рыжими волосами и зелеными глазами. Да, парни на нее слюной исходят. Кстати, она в белой форме.
— Еще варианты есть? — Ольга Юрьевна прошлась вдоль доски. — Ну же? Смелее.
— Может, это… — начал парень в очках. Очень робкий неуверенный в себе парнишка, но круглый отличник, медалист. Ботаник одним словом. По нему видно, что в школе часто гнобили. Да видимо и в институте тоже.
— Да, Роман, смелее, — преподавательница остановилась напротив парня.
— Это как нечто выраженное, может в виде визуализации. Или звука?
— Интересное предположение. Кто еще что скажет? — Ольга Юрьевна сняла свои очки, протерла их платочком и вновь водрузила на нос.
— Но ведь так и так это продукт мышления, ну или действие разума, — произнес Максим. Он уже оклемался, но в мою сторону старательно не смотрел.
— Мысль это понятие слишком широкое, — поддержала его девушка, Юля. Невысокая, пузатенькая, но при этом поразительно наглая и выпячивающая свои недостатки на всеобщее обозрение. На ней почему-то была белая форма, хотя этот цвет ей до отвратительного не шел. Ее «триста» раз крашенные волосы смотрелись грязно и неаккуратно.
— Как говорил Аристотель: «Человек — это целеустремленное животное, вечно находящееся в поисках. Поэтому его жизнь имеет смысл только тогда, когда он ставит цели и добивается их осуществления», — снова произнес Роман, подняв к потолку указательный палец, словно хотел добавить: «Эврика!».
— Ага. А Самюэль Палмер говорил: «Умные люди придумывают пословицы и поговорки, а дураки за ними повторяют», — я не узнала своего голоса. Он был дерзкий, а интонация ироничной. Ну вот она я, такая как есть, не такая уж тихая и спокойная, какой показываю себя на людях.
— Витторина, а у тебя есть предположение? Что такое мысль? — Ольга Юрьевна мягко улыбнулась.
— Мысль — это мы сами, — я пожала плечами. Даже не знаю, как объяснить. Все дружно обернулись ко мне, а на лицах отпечаталось что-то среднее между страхом и презрением. Зашибись, подружилась с однокурсниками.
— Что ты имеешь ввиду? Можешь пояснить? — подал голос из своего угла Мстислав, прожигая меня своим магнетическим взглядом. Этот парень выглядит потрясающе. Скрестив руки на груди, он сидел, откинувшись на спинку стула. Кажется, он чувствует себя хозяином положения. А может так оно и есть.
— Мы создаем свою реальность сами. И лишь двадцать процентов зависят от наших действий. Остальные восемьдесят целиком от мыслей. Чего мы хотим, о чем думаем…все это и есть мы. А мы, это и есть последствие наших мыслей, — уверенно ответила я, впрочем, глядя на преподавательницу.
— Ну что ж, все ответы правильные в той или иной степени, — Ольга Юрьевна вернулась к доске. — И как верно было замечено, жизнь от наших действий зависит лишь на двадцать процентов и не более.
— То есть нужно просто мыслить позитивно? И просто пожелать себе яхту, тачку, мужа-олигарха?!? — недоверчиво скривилась Юля.
— Не совсем так. Нужно учиться мыслить правильно. На сегодня занятия окончены. Расписание вам выдано. На занятия не опаздывать. До свидания.
Ольга Юрьевна вышла первой. За ней поспешили все остальные, украдкой оглядываясь на меня. Я грустно усмехнулась. Ну вот, завела новые знакомства. Все как всегда. И мысли не мысли в этом ключе позитивно, ничего не удавалось изменить. Аудитория быстро опустела. Я не спешила. А куда торопиться? Некуда? Откинувшись на спинку стула и запрокинув голову, посмотрела в потолок. Белый, аккуратный. Хороший ремонт. Я тяжело вздохнула, достала плеер и вставила наушники в уши. Музыка…в этом сумасшедшем мире она является единственным лекарством от непонимания и одиночества. В мои уши долбилась очередная композиция известной шведской металл-группы. Они играют в жанре дэт-метал (викинг-метал). Название переводится как «Роковая гора». Это что-то из «Властелина Колец». Тема этой музыкальной группы в основном германо-скандинавская мифология. Но вскоре песня сменилась на другую, группы, которая появилась совсем недавно в тринадцатом году под названием. Эта группа была сформирована как сайд-проект барабанщика… Самый быстрый в мире барабанщик, вошел в Книгу рекордов Гиннеса. Я чувствую, как музыка наполняет меня, и все тревожные мысли уходят, растворяются. Еще раз вздохнув, встаю из-за стола, взяла свою сумку и пошла в комнату. Сейчас бы принять душ и лечь спать. Хотя перекусить тоже хочется. Что-то я сплоховала и ничего с собой в дорогу не взяла пожевать, а тут, в Академии, еще не освоилась. Желудок недовольно урчит. Ну ничего, стройнее буду. Вообще на ночь есть вредно.
Комнату с тремя шестерками я нашла быстро — и это уже странно. Захожу, разуваюсь. Мстислав лежит на диване, закинув руки за голову, с интересом разглядывая потолок и вероятно думая о вечном. Интересно, какими путями он сюда шел, что оказался в комнате быстрее меня.
— У каждого человека есть личные тайные сожаления, о которых никто не знает, и очень часто бывает так, что мы называем кого-то холодным, хотя на самом деле он просто грустный. Знаешь такое выражение? — обратился он ко мне, когда я выключила плеер, прерывая очередную композицию.
— Кажется, Генри Лонгфелло, — отвечаю я. Но не уверена. Раньше мы с Анечкой очень много читали и особенно любили «умничать» фразами и цитатами из книг. У нас даже была такая игра — нужно отгадать афоризм. Эх, Анюта, как же тебя не хватает.
— Точно, — Мстислав поворачивает в мою сторону голову. — Но таки, я жду.
— ??? — удивленно уставилась на него.
— Ну как же, — он встал и, поравнявшись со мной, посмотрел с высоты своего роста. — А как же благодарность? Ведь я помог тебе.
— Спасибо, — неуверенно лепечу я, отступаю на шаг назад и спиной чувствую ровную поверхность двери.
— Неужели не хочешь меня отблагодарить? — спрашивает он и протягивает руку к моему лицу.
Меня мгновенно охватывает паника. Я разворачиваюсь, хватаюсь за ручку двери, дергаю на себя и…ничего не произошло. Я чувствую себя так, словно попала в плен. Мягко по обе стороны от моей головы, Мстислав, или как его еще почему-то называли Шархан, оперся ладонями о стену. Мое сердце зашлось в диком темпе. Мне стало очень страшно. Этот парень явно сильнее меня в несколько раз и способности у него развиты куда как покруче моих. Что я могу ему противопоставить?
— Обернись, — его тон был властный. Не просьба, приказ. Простой и понятный приказ, который не стоит игнорировать. Никаких иллюзий и не пониманий. Я подчинилась, стараясь не смотреть ему в глаза, но продолжая вжиматься спиной в запертую дверь. Мстислав вдруг усмехнулся. Сердце в моей груди совершило кульбит. Он красивый парень и…надежный?! Почему-то это откровение окончательно выбило меня из колеи. Я не могла объяснить, но ощущения странные — я словно чувствую мир через Шархана. Такое маловероятно.
Он медленно отошел назад, подняв руки вверх, словно сдавался. В его глазах бегали смешинки. Отчего ему так весело??! Я не понимаю. Все еще настороженно присматриваюсь к нему, надеясь обнаружить подвох.
— Извини, просто пошутил неудачно. Ты голодна? Я приготовил ужин. Проходи, — Мстислав показал на накрытый столик, приглашая меня пройти вглубь комнаты.
Робко иду вперед, сажусь на краешек дивана, готовая в любую секунду сорваться со своего места и выбежать в коридор.
— Ну что? Знакомиться будем? — спросил он.
— А надо?
— Необходимо. Для тебя я Мстислав.
— А почему Шархан?
— Это рабочее имя. А ты Витторина.
— Вита, — отвожу взгляд. Мстислав ставит передо мной тарелку с рисом и жареной рыбой. На вид супер. Как оказалось, на вкус тоже. Невольно смотрю на дверь и спрашиваю — И что это было?
— Достоверность того, что ко мне подселили нормального человека, — говорит ровно, взгляд так и сквозит холодом. — Обычно девчонки не против переспать, а мне такие соседи не нужны. Тебя, я так понимаю, это тоже не интересует?
— Предпочитаю потрахивать мозг, — усмехаюсь.
— Это правильно, — Мстислав кивнул. — Мне сказали, что у тебя сложный характер. Поэтому в прикол я и предложил тебе пожить на чердаке. Сорри еще раз. Хотя, эта комната…в прошлом это и был чердак. Поэтому на нашем этаже вообще никто не встречается из студентов.
— Ну у кого из нас сложный характер, я бы поспорила, — я уткнулась в тарелку, почему-то смущаясь его и не в силах посмотреть в эти темные глаза. И где моя бойкость спрашивается?
— Вино какое предпочитаешь? Красное? Белое?
— Я не пью.
— Чай?
— Если можно.
— Каркадэ будешь?
Я кивнула, чувствуя себя крайне неуютно.
— Продукты мы покупаем в соседней деревеньке. Но это если вас отпустят туда за хорошую учебу. Как увольнительная в армии. Как я тебе уже сказал, в холодильник лучше не заглядывай. Все скоропортящееся можно ставить сюда. Остальное по шкафчикам. Продукты общие. Уборка строго в пятницу. Все устраивает?
Я снова кивнула. Что ж, даже очень неплохо. Лучше, чем когда я жила одна. Хотя парень все равно пугал и притягивал собой одновременно. Ему очень идет черный. Да, кстати…?
— Почему форма трех цветов?
— Три факультета.
— Какие?
— Ночной, Дневной, Информационный. Но сейчас это лишняя информация. Вам постепенно все объяснят. Ты даже еще не представляешь в какое ужасное место попала. Сахар?
Отрицательно мотнула головой. Парень протянул мне чашку с горячим напитком. Я благодарно кивнула. Как все это странно. Неделю назад мне вдруг сообщили, что меня приняли в Лемур. Дальше просто подписывала всякие бумажки и собирала вещи. Со съемной квартирой распрощалась. Смысл оплачивать ее, если там не живу? Знакомые завидовали. А я пыталась найти хоть что-нибудь об Академии на просторах интернета. Но, увы, вся информация была лишь о том, что это престижно, это гарантия высокооплачиваемой работы после обучения и что туда попадают лишь избранные.
Дожевав последний кусок, я поблагодарила и пошла мыть посуду. Мстислав продолжал следить за каждым моим движением. Это напрягало и нервировало.
— Глаза не сотри, — не выдерживаю, я оборачиваюсь. Ну что ж, посуда вымыта, теперь можно начинать доставать этого странного типа. Кстати, откуда-то будто узнала странную и ненужную информацию. Комната с тремя шерстерками — это количество комнат в Академии.
— Мне нравится смотреть, как ты смущаешься, — парень усмехнулся. — Забавная ты. Необычная. Меня вообще предупредили, что ты можешь вести себя как немая.
— Не понимаю, — скрестив руки на груди, я оперлась о кухонный стол позади себя.
— Поясняю, и учти: первый и последний раз. Я не делаю исключений. Ни для кого, — четко выделяя каждое слово, холодно произнес он. — Во-первых, в Лемур попадают благодаря способностями. Осознанным или неосознанным. В нынешнем наборе ты лучше всех осознаешь свои возможности. Поэтому неважно как ты сдаешь экзамен сюда, какие документы, деньги прилагаешь. Все зависит именно от способностей. Во-вторых, на каждого из вас собирают подробную информацию, досье. В-третьих, так или иначе, всех подселяют к старшим. На тебя просто девушек не хватило. Да и в принципе никто не хочет с тобой жить в одной квартирке. Ничего личного. Все из-за твоей нелюдимости и некоторых аспектов твоих способностей. Ах да, забыл о самом главном. Каждый из вас попадает в некоторое пользование старших для лучшего контроля учебы. Вечером в пятницу на этой неделе старшеки определятся окончательно кто над кем будет властвовать, покровительствовать, или как это правильно называется — техника Кукловод. И также хотел бы заметить — у тебя больше нет семьи. Точнее тебя для них нет. Мы позаботились о твоем прикрытии, теперь ты одна и твоей семье ничто не угрожает, пришлось вплетать не слишком сложную мысль и теперь у них другая дочь, полностью устраивающая твоих родных. Сейчас ты можешь этого не оценить, но со временем поймешь, что это был единственный выход. Тем более, только для некоторых мы создаем эту самую мысль…остальные предпочитают более простой сценарий — либо смерть, либо без вести пропавшие. Так что можно говорить о некой доле везения.
Он говорил спокойно, словно это все обыденные вещи и удивляться нечему. Его черные глаза смотрели на меня как-то странно. Меня словно обволакивало этой тьмой. Несмотря на необъяснимое поведение этого молодого человека, мне было комфортно. И я решилась задать ему вопрос:
— Почему ты согласился поделить со мной жилье?
— А я люблю раздражать людей. А с тобой это получится лучше, — он хмыкнул и, посмотрев на часы, уточнил — Тебе спать не пора? Завтра рано вставать.
— Почему на моей двери нет замка?
— Потому что. Спокойной ночи.
Мстислав вытянулся на диване, закинув руки за голову, показывая мне, что разговор окончен.
— Ты не ответил, — настаивала я просто так, из принципа.
— Тебя принудительно уложить? — он приподнялся на локтях. Его черные глаза…они поменяли цвет. Золотистые, искрящиеся. Они напоминали плавленое золото. Но мне не было страшно, хотя я вздрогнула от неожиданности и это не укрылось от Мстислава, ведь его взгляд стал взволнованным.
— Спокойной ночи, — буркнула я, развернулась и ушла в свою комнату.
Я думала, что не смогу уснуть. Но стоило только коснуться головой подушки, как я тут же провалилась в глубокий сон.
— без даты-
Очень мило общаемся с Анатолием в сети. Но хочется большего. И ситуация так складывается, что вряд ли он пригласит меня на прогулку. Он трудоголик, уже где-то подрабатывает и постоянно пропадает на этой самой подработке, из-за чего он с девочками не гуляет. По переписке достаточно милый и воспитанный. Он часто пишет первым, не пишет коротких тупых сообщений, позитивный человек, всегда интересуется моим настроением и делами. Приятно. Кошатник. У него есть кот рыжий-рыжий и пушистый, Маркиз, восемнадцать лет уже коту. Денис не обиделся, когда я не ответила на его сообщение и просто написал: «Я так понял ты баиньки пошла. Спокойной ночи!» и смайлик поставил. Он не попросит моей фотографии, телефона и тому подобное. Он старше меня. А по общению он мне дал старше моего возраста. «Я вывод по возрасту такой сделал исходя из твоей рассудительности, грамотности, пунктуальности и в целом манере общения, и твоих интересов». Польстило, честно говоря. Мы интересно пообщались и лишь на третий день знакомства, поинтересовались реальными именами.
Потом был перерыв в общении (два дня). Он снова написал первый: «Анютик, привет, как у тебя дела? Давно не общались». Он спрашивает и на некоторые вопросы я не могу найти или вспомнить ответ, хотя знаю, что еще недавно он был. Я как тот зомби — я помнила, но по какой-то причине забыла. Анатолий спросил о моих хороших воспоминаниях, о чем мечтаю…
«Расскажи о своих хороших воспоминаниях». И все. Я в тупике. И тупила минут десять, соображала. Я боюсь жить. Я рассказала, как сходила на концерт, в театр, как проводила время с бабушкой, обожаемые книги и понравившиеся персонажи. Иногда просто иду по улице и радуюсь непонятно чему и на душе становится так легко-легко. Боже, какой бред. Не могу вспомнить практически ничего больше. Я настолько унылая?!? Сама мысль, что я не могу ответить на элементарный вопрос мне противна. Толик же написал мне следующее: «Не-е. ты не унылая, ты романтичная девушка, у которой есть свой мир, и многим он не понятен, из-за этого тебе бывает тяжело. И когда ты идешь и радуешься непонятно чему — это замечательно, не многим дано подобное. И не бред это вовсе, просто ты такой человек. Мне очень нравится в тебе эта черта».
Анатолию нравится группа, о которой я впервые только сейчас услышала.
Потом мы не общались десять дней. Я рискнула написать ему первой, проявить интерес. Что-то по типу «Привет, как дела? Давно не переписывались. К Новому году готовишься?». Он ответил достаточно развернуто и скоро: «Привет. Да дела никак — какой там Новый год. Очень много работы, ушли два сотрудника на больничный, поэтому сейчас тяжело как никогда, очень устаю. Ежедневно есть желание написать тебе, но понимаю, что диалога не получится, я совсем «выжат». Расскажи, как ты? Я очень надеюсь, что лучше, чем я. Да и на душе хреново как-то в последнее время. Хочется все бросить и уйти, но что-то тормозит внутри…».
Он кажется таким взрослым, собранным и серьезным по сравнению со мной. Так трогательно, что он интересуется моими делами. Я просто боюсь показаться навязчивой, не хотела его беспокоить. А он снова ответил позитивно, будто успокаивая меня: «Спасибо за добрые слова и за поддержку. И не стоит бояться побеспокоить меня, уж тебе-то я всегда рад». Хотелось бы, чтобы Толик предложил встретиться, погулять, просто в парке на скамеечке посидеть. Но видимо в ближайшее время надеяться не на что. Но скорее всего, чисто внешне, я совершенно не в его вкусе, я почти уверена в этом. И от этого я чувствую никчемность, от которой ужасно устала. Постоянное чувство вины и самобичевания.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
ВИТТОРИНА
Проснулась до будильника. Вставать не спешила. Просто лежала и смотрела в потолок, думая о том, как же меня угораздило сюда попасть. Думала о том, насколько странно мысли влияют на нас и окружающий мир. Может быть мысль Анюты была настолько сильна? Она ведь очень хотела, чтобы я сюда поступила для обучения.
«Каждый из вас попадает в некоторое пользование старших для лучшего контроля учебы. Вечером в пятницу на этой неделе старшеки определятся окончательно, кто над кем будет властвовать, покровительствовать, или как это правильно называется — техника Кукловод».
Слова Мстислава, как заезженная пластинка повторялись в моей голове. Учитывая, что я случайно умудрилась уже против себя настроить некоторых людей, а точнее всю свою группу, то если меня заберет кто-то из старшеков, то ничего хорошего ждать не приходится — скорее всего, я снова не смогу поладить с этим Кукловодом. А что если…и вообще, о чем я думаю? Кукловодство, насколько я поняла, это мерзко — человек полностью находится под контролем другого человека. Это ужасно! Это омерзительно! Куда смотрят преподаватели?
Потянувшись, я быстро оделась и вышла из своей комнаты. Мстислава не было. Наверное по своим делам убежал. Непонятный он человек. Надо бы узнать его поближе, получше. Вот только как это сделать? Тряхнув головой, пошла в ванную. Почистила зубы, умылась. Вроде бы даже приободрилась. Причесалась, заплела косу. Ну что? Вперед! Все будет хорошо! Я столько смогла пережить! Анютка, жаль ты не дожила до этого времени. Ты бы гордилась, ты бы поддержала. Мне тебя очень не хватает. Правда.
Включила плеер, и слегка кивая головой в такт музыке, вышла в коридор, заперев на ключ за собой дверь. На этаже никого не было. Казалось здесь никто не обитает в соседних комнатах. Пожав плечами, я пошла по коридору, лишний раз убеждаясь, что Академия очень красивая. На стенах висели старинные гобелены, картины, на которых изображались рыцари и дамы в шикарных платьях. Хотя на некоторых были нарисованы страшные существа в черных балахонах. Такие существа держали в костистых руках черепа людей и животных. Засмотревшись на очередную живопись, я споткнулась. Так, все это кажется очень странным. Спустившись по винтовой лестнице, я сверилась с картой. Ага, вперед и направо. Но дойдя до поворота, я с удивлением обнаружила, что зашла в тупик. Еще раз. В наушниках звучал прекрасный голос рок-исполнительницы, обволакивающий меня и успокаивающий. Внимательно изучила карту, еще раз попробовала найти аудиторию. Снова тупик. Еще несколько раз попытав удачу, я наугад тормознула какого-то старшекурсника, предварительно выдернув наушники из ушей:
— Извините, пожалуйста. Не подскажите, где аудитория сорок семь?
— Конечно, — белобрысый парень ослепительно улыбнулся и кивнул мне за спину. — Вы ее только что прошли, Витторина.
— Вы меня знаете? — удивлена.
— Вас все старшие знают. И не только…
Он снова улыбнулся, подмигнул своими ярко-голубыми глазами и поспешно ушел. «Красная форма», — зачем-то отметила я. Значит знают все. Это плохо или хорошо? Ладно, по ходу дела разберемся.
Аудитория действительно была за моей спиной. Как я умудрилась ее не заметить — не знаю. Слепая, глухая и не внимательная. Студенты приветствовали меня гробовой тишиной. Но первое, что бросалось в глаза — все до жути не выспавшиеся, растрепанные или даже потрепанные, словно их гоняли часов шесть по помойкам. Ого, значит, у меня ночь лучше всех прошла. Чтобы никого не нервировать и не провоцировать, я снова ушла в самый конец и села за последнюю парту. Тут даже лучше. И места больше и обзор лучше. Ага, Юлька докапывается до Макса. Какой-то дурацкий разговор у них насчет взаимоотношений девушек и парней — извечная битва полов. Не желая вникать в этот бред, я включила музыку громче. Женщина пела своим восхитительным голосом, тембр которого невозможно было спутать ни с чьим другим.
Ромка, запустив пятерню в свои волосы, что-то вычитывал в толстенном справочнике. Вера поправляла макияж. Вон худенькая миниатюрненькая брюнеточка по имени Карина испуганно озирается по сторонам и без устали поправляет свою белую мантию. Рядом с ней Леша — немного полноватый, неповоротливый, кучерявый и смешной. Он сидел в красной форме. В наушниках играла классная песня известной группы. Я позволила себе легкую едва заметную улыбку. Плеер щелкнул, и я услышала немецкого исполнителя. Он пел что-то вроде: «Откройте глаза — я иду! Не показывайся! Спрячься». И мне казалось, что я действительно стала более бдительной, и следила за однокурсниками во все глаза. Марина с Олесей о чем-то весело щебетали, не обращая ни на кого внимания. Маришка оказалась вполне стандартной внешности с большими серыми глазами и крашенными волосами. Белая форма сидела на ней идеально, хотя видно, что юбку девушка укоротила сама, тем самым демонстрируя идеальные красивые ноги, которые выхватывали из любой толпы лишь взгляды восхищения и зависти. Олеся тоже была крашенной блондинкой (ну сезон нынче такой, тренд или как это там называется, модно быть осветленной сейчас и без мозговой — мозги вообще еще ни разу в тренде не были, но думаю, если бы стали, то тренд быстро затух бы). Красная форма тоже была перешита и подогнана по худощавой фигурке — появились вырезы на юбке, рубашка лишилась верхних пуговиц настолько, чтобы можно было увидеть верх белого кружевного бюстгальтера. И, блин, только сейчас я удивленно заметила, что в группе нет ни одной черной формы, кроме моей. Да, писец не подкрадывался, он мчался ко мне с самого начала и во весь опор. Интересно, насколько это плохо?!?
— Слышь!? — Макс махнул рукой в мою сторону.
Я убрала наушники, вопросительно взглянув на парня.
— Старшие с моей комнаты, сказали, что они станут твоими Кукловодами. Они сказали, если я им помогу деньгами, то тоже дадут поразвлечься тобой. Молись!
Я предпочла не реагировать на слова этого дурака. Хотя как-то стало не по себе. Интересно, а как-нибудь увильнуть от этого всего можно? Или может тоже подговорить кого-нибудь из старшеков, чтобы меня в обиду не дали. Смешно! Кто за меня будет заступаться? Никто. Только я сама. Эх, Анюта, не вовремя ты покинула меня, ох не вовремя. Я не могу без тебя. Просто не могу… или может попробовать договориться с Шарханом?! Мысль не шибко удачная, но может…
— Доброе утро!
В класс вошла преподавательница — на вид лет около семидесяти, но явно из тех бойких старушек, которые хулиганов скручивали и в милицию сдавали.
— Зовут меня Татьяна Павловна. Начнем наше занятие. Итак, что мы знаем об эмоциях и чувствах?! Как они влияют на наши мысли? И соответственно, как мысли влияют на наши поступки и в итоге на действительность.
— Все взаимосвязано, — тут же подал голос наш батан.
«Гениально!» — мелькнула в моей голове язвительная мысль.
— И это тоже, — усмехнулась преподавательница. — Итак, записываем…
Два часа мы без передышки писали. Два часа! Лучше б я в универе осталась, чем сюда, в Лемур угодила. А суть этих двух часов была проста до безобразия — мысль материальна. Любая идея отражается в реальности. Ну и при постоянных тренировках можно научиться не только управлять своими мыслями, но и реальностью на уровне подсознания. Для примера Татьяна Павловна у нас на глазах материализовала прямо из воздуха три килограмма мела. Это было забавно. Особенно после того, как я увидела в действии Мстислава и его мыслительный процесс — он же мне мебель в комнате «установил». Много какой-то философии рассказывали. Не знаю зачем это нам надо. Все лишнее. Зачем столько ненужной информации? И так понятно, что при выбросе адреналина в кровь человеческие способности возрастают. И это происходит на любом уровне. Зачем писать об этом три листа??? Потом рассуждали о том, что значит быть оптимистом и пессимистом и как такой ход мыслей влияет на нашу реальность. Итог — когда мыслишь позитивно, притягиваешь к себе все только хорошее, потому что человек на восемьдесят процентов состоит из воды, а вода кристаллизуется особым образом и впитывает в себя, сохраняя информацию. Уфф, бред! Ну может не совсем бред. Я читала у Масару Эмото нечто подобное…на моем компьютере много было на этот счет всякой информации, описания опытов, статьи… Я вообще очень много читала. Мы с Аней всегда обсуждали это, делились информацией.
Прозвеневший звонок стал спасением для нас всех.
— Всем спасибо! На следующем уроке буду проверять практику, — сообщила Татьяна Павловна, стирая с доски записи.
Какая на фиг практика? О чем это вы? Или хотите, чтобы мы тоже достали по три кило мела? Я-то достану. А вот остальные…да, у меня есть все шансы выбиться в лидеры, только почему-то мне кажется, что ненавидеть меня будут еще больше.
Мы поспешили в раздевалку. В расписании следующий предмет значился как «Травма-опасная физкультура». Это «радовало». В раздевалке девчонки очень активно обсуждали парней — как будто других тем для разговора нет!
— Ну а че? Роман прикольный, умный. Он по учебе может помочь, — вещала Олеся. — Я у него потом курсач закажу, а лучше спишу на экзаменах.
— А Леша стремный такой. Фу, пипец. Так еще и открыточки постоянно дарит, цветочки какие-то. Романтик, блин. Нет бы, макбук подарить, — возмутилась Вера, поправляя прическу. — Он со школы за мной бегает и постоянно тупит.
— Будь проще, шлюшка, — хмыкнула Марина. — Может у него нет денег чтоб всяким тупицам дарить такие подарки.
— Пусть работает, иначе не мужчина, — отрезала краса.
— Не знаю как вы, а мне Шархан понравился, — вздохнула Юлька. — Прикольный такой. Весь в черном. А глаза видели? Красота! Мне старшеки сказали, что он считается самым крутым в Академии. Говорят, что у него с девушкой че-то не срослось. Эх, вот бы соблазнить его.
— Ублажать нормально научись, и сразу соблазнишь, — снова подала голос Вера. — Парней больше ничего и не интересует кроме секса.
Угу, потому что кроме этого вы не можете ничего им дать — что за деградация?! Я вышла из раздевалки, не желая больше слушать эту пошлость, эту мерзость…
— Эй, не спи, замерзнешь! — раздался чей-то голос над самым моим ухом.
Вздрогнув от неожиданности, я обернулась. В такие моменты я иногда жалею, что у меня такие длинные и хорошие густые волосы. Коса ударила парня по лицу. И кстати да, это был мой сосед.
— Ну вот, еще и избила, — заметил Шархан, иронично усмехнувшись, ничуть не обидевшись. А на что обижаться? Не стой под стрелой — огребешь ненароком.
— Извини, — я почувствовала, как покраснела.
— Мило, — заметил он. — Я слышал, что ты паркуром занималась. Это так? — а спросил так, как будто бы знал заранее, что занималась и еще как.
— Ты говорил, что досье на меня читал.
— Витторина! — улыбнулся (!) молодой человек и его глаза снова вспыхнули золотыми искрами. — Пойдем!
Он взял меня за руку и по коже, словно прошелся электрический разряд. Я выдернула ладонь резко. Ко мне раньше так могла прикасаться только Анюта и больше никто. Мстислав обернулся. В его глазах я смогла прочитать боль и беспокойство. Так странно… тем не менее, я последовала за этим человек в обычный спортивный зал, в центре которого стоял «козел», а за ним на полу лежали маты. Ребята с моей группы уже развлекались, прыгали, выпендривались друг перед другом и готовились сразить девчат наповал.
— Разойтись! — рявкнул Мстислав так, что все парни отскочили к стене. Да и я невольно присела, но быстро выпрямилась.
Стыдно было признаться, но чем-то этот парень меня заинтересовал. Я пока не могла точно сформулировать, чем именно, но…мне казалось, что ему тоже больно, также как и мне, и хотелось помочь и поддержать его. Несмотря на то, что этот человек ведет себя очень уверенно, я не верила. Это маска! Маска для всех! Но я вижу, что все иначе.
— Можешь прыгнуть через снаряд? — спросил он и немного разбежавшись, совершил весьма сложный акробатический прыжок.
Это было двойное сальто с тремя винтами. Круто! Еще при Анюте, я не рисковала делать такой трюк, потому что моя подруга считала это слишком опасным и постоянно ворчала. Но теперь мне было все равно. После ее смерти меня словно переклинило, и все самые опасные трюки я начала делать постоянно, нисколько не боясь свернуть себе шею.
— Прыгни как угодно! — крикнул Мстислав через весь зал. Я успела заметить, что он хотел что-то еще сказать, но передумал, потому что мое тело уже отреагировало на его приказ и теперь бежало вперед.
Да, когда-то с Анютой мы практиковали паркур и очень даже успешно, хотя и непрофессионально — обучались по видео-клипам из интернета. Но когда она ушла, я стала рисковать. Безрассудно! Безумно! Опасно! Мне стало плевать на себя, свое тело, самочувствие…мне было плохо, и понимала, что откровенная порка мне не повредила бы.
Уже оттолкнувшись руками от «козла», я быстро поменяла планы и решила выполнить тройное сальто с тремя винтами. Хотя в процессе выполнения дело дошло до четырех винтов — все как-то неожиданно было даже для меня самой. Я почти выполнила этот трюк, но чуть-чуть не докрутила, поэтому оступилась с мата, едва не упав. Чуть-чуть мне не хватило, чтобы уделать этого невероятного соседа. Анюта не одобрила бы мои действия. Она ругалась бы, прыгала на месте, возмущалась бы и психовала. Но ее рядом не было. Некому было на меня наорать и выпороть.
— Неплохо, — Мстислав усмехнулся. — Даже недурно. Но меня беспокоит только один момент. Твои глаза…ты выглядишь так, словно умерла. Ни капли жизни, — произнес он задумчиво.
Я вздрогнула, словно словила пощечину. Последний год я слышу это часто. Да, у меня мертвые глаза. Во мне больше нет жизни, нет огня, нет искр…
Но внезапно подавший голос Макс напомнил мне, почему я здесь.
— без даты-
Как всегда, не выспалась. В новостях опять ужастики пишут и показывают. Ожог на запястье почти прошел, кожа немного слезает. Сейчас чай попью и жизнь прекрасна.
На выходных с Толиком не общались. Я отсыпалась, он, скорее всего, тоже. Писать ему не буду. Пусть он вспомнит обо мне и напишет первый.
— без даты-
Наконец-то пропала эта сосущая пустота, нет чувства одиночества. Просто спокойствие и наслаждение любимой песней, хоть и попсовой. Все хорошо. Кстати, вчера он написал, но у меня в кои-то веки не было совершенно желания общаться, потому что сказать нечего.
— без даты-
Вчера он снова написал, но сообщение я открыла только сегодня. Он удивляется моему одиночеству. К сожалению, мне нечего на это ответить. У меня есть мама и бабушка, значит все не настолько плохо.
— двадцать четыре дня спустя-
Больше ничего не писал.
— без даты-
Вчера вечером, когда я легла спать, написал Анатолий. Интересовался моими делами. Так хочется, чтобы кому-нибудь это было не безразлично. На днях вспомнила, как в школе чмырили какую-то девчонку, а потом вспоминали, как кого-то довели таким образом до самоубийства. Вот так легко, бестолковыми фразами рушатся жизни людей. А мне хочется, чтобы Толик пригласил меня погулять. Просто пригласил, неважно куда…
— без даты-
Вчера он наконец-то ответил на мое сообщение. Спрашивал, как учится после каникул. Ответила: «Неплохо. Учится отлично. Все равно больше ничего не хочется. На свидания не хожу, так что в учебу с головой». Толик: «А что ж не ходишь-то?! Если приглашу — пойдешь?» и смайлик. На что я ему: «Если — это ключевое слово?». Он: «Никак нет» и снова улыбающийся смайлик, а я: «Ну вот если пригласишь — тогда я посмотрю». «Ну так приглашаю в это воскресение, если с работы не дернут. В этом плане «если» — ключевое слово. Как на это смотришь?». И вот теперь я на нервах. Я очень хочу пойти, но понимаю, что не понравлюсь. И все равно и ликую, и плакать хочется.
— без даты-
Вчера было самое офигенное свидание в моей жизни. Нас было трое — я, кровать и подушка. Дрыхла до полчетвертого. Забавно, целую неделю себя накручивала из-за предстоящей встречи, переживала очень… А в субботу, когда не дождалась от Толика сообщения — забила на все. Он конечно отписался в воскресенье вечером, сказал, что все-таки на работе завал, извинился. Обещал, что в следующий раз все обязательно получится. Еще он сказал, что я хороший человек и он очень хочет со мной встретиться, что я ему нравлюсь.
— без даты-
Вчера писал Толик. Намекнул, что я увиливатель. Заметил, что со мной нужно ставить себя по жесткому. Прозвучало это любопытно. Зато я, благодаря ему, не чувствую себя одинокой.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Эй, Вита!
Черт, снова подал голос Максим. Что ж ему неймется? Я демонстративно повернулась к нему спиной, но следующее предложение меня шокировало до боли, вонзив нож в сердце. Несмотря на то, что голос словно не принадлежал ему, Максу, все слова звучали убедительно.
— А знаешь, как Анька кричала? Как она надеялась, что ты придешь на помощь? Она звала тебя, а ты не…
Неконтролируемая ярость затопила мое сознание. Перед глазами все поплыло, а вот тело против воли ожило. Я ударила со всей силы, на которую была только способна, и прижала к стене, уперевшись плечом Максу в горло. Я смотрела на него и думала о том, сколько же из-за этого подонка пришлось выстрадать Анюте. Ублюдок! В горле застрял крик и слезы! С тех пор, как я потеряла Анюту это чувство — чувство боли и дискомфорта в горле постоянно преследовало меня. Раньше я часто пела и играла на гитаре, а потом бросила. Потому что не могла петь. Мне и разговаривать тяжело. И вот я смотрю в перепуганные глаза Макса и понимаю, что сейчас просто его убью, хотя за что? Еще сильнее сдавлю его горло, а потом отступлю на шаг назад и ударю в солнечное сплетение. Я убью его. Это не угроза. Просто констатация факта. Так за что я его убью? За то, что он сказал!
— Откуда тебе, подонок, об этом известно? — мой голос звучал так, словно я парня уже убивала.
— Вита, погоди, — Мстислав стоял слишком близко, почти касаясь моей спины.
Я ослабила хватку, но не настолько, чтобы отпустить этого урода.
— Я… — Макс закашлялся.
Мстислав мягко взял меня за плечи и отодвинул в сторону. А в следующую секунду он уже поднял ублюдка над полом, держа за горло. Ого, а я-то думала, что Макса отпустят. Оглядевшись, я видела в зале перепуганные лица, искаженные ненавистью…ко мне? Да, именно ко мне. Они испытывали отвращение ко мне! Ни к Мстиславу, на к Максу, а именно я в их глазах была виновата, я это чувствовала, знала почти наверняка!
— Что тебе известно о том случае? — голос Шархана был мягким и вкрадчивым, но не давал себя обмануть. Он опасный человек, жаль только я не осознаю насколько именно.
— Я…меня попросили. Сказали, что это выбесит ее… — хрипя проговорил Макс. — Я не думал, что она…а она…сумасшедшая…могла убить.
— Кто?
— Я не знаю. Он был в сером плаще. Я не видел лица. Знаю, что это был парень. Мне показалось, что это кто-то из старшеков. Он еще что-то говорил о…о… — он опасливо покосился на меня.
— Ну?
— Марионетка.
Я скривилась. Что это? А вот Мстислав походу понял что-то из этого судя по тому, что мелькнуло в его глазах.
— С тобой мы поговорим позже и не здесь. А ты, — мой сосед обернулся. — Тебе стоит отдохнуть. Иди. Прогула не будет, я преподавателя извещу.
Я осталась стоять, не шевельнувшись. Что этот наглец себе позволяет? Я хочу все выяснить и кого-кого, а Мстислава это дело вообще не касается.
— Витторина, иди, пожалуйста, в комнату. Тебе стоит успокоиться.
В его голосе я смогла разобрать спокойный приказ. Приказ?! Мне??! Губы Мстислава сложились в тонкую линию. Его глаза сверкнули плавленым золотом, и тут произошло неожиданное — меня приподняло над землей и стало уносить из спортзала. Ну вот, он на примере показал, как нужно пользоваться своими мыслями. Я поболтала ногами, попробовала остановить свой полет, цепляясь за косяки, но ничего не помогало. Мои попытки не приносили вообще никакого результата. Скрестив руки и мысленно обидевшись на Мстислава, я просто стала ждать, когда приземлюсь.
— О, привет! — со мной поравнялся парень. Он явно был из старшеков. Симпатичный брюнет с красивыми зелеными глазами. «Черная форма», — усмехнулась я про себя.
— Привет, — сухо поприветствовала его.
— Замечательный сосед?! — он рассмеялся. — Ну да, Шархан сегодня не в духе. Кстати, я Саша. Я друг Шархана.
Я кивнула. А что сказать? Меня продолжает тащить по коридорам Академии и рядом идет странный болтливый парень.
— Да-да, я работаю с ним. Напарник, короче. Рад, что ты присоединилась к нам. В конце концов, с Шарханом сложно общаться, дружить да и просто сосуществовать. Но видишь, он согласился и взял тебя к себе под опеку. Сложный он человек. Он тебе ведь так и не рассказал, как ты тут оказалась? Вижу, что не сказал. А ты поспрашивай. И да, это связано с той девушкой, твоей подругой. Я не знаю как именно, но твой сосед знает. И кстати, нам бы мастер-класс от тебя не помешал бы. Ты же поешь и играешь на гитаре!?! Ну а мы Академическая группа. Но как-то не очень. Нет огонька. Когда тебя ждать? Сыграешь нам.
— Я больше не играю. И не пою.
— О, ты все-таки разговариваешь!?! — удивился этот болтливый паренек. — А меня предупредили, что ты через чур молчаливая. Ну реально как будто немая. А почему не играешь? Ну пожалуйста. Ну завтра, может, вырвешься? Если что, Мстислав тебе расскажет, где нас найти. Кстати, Мстислав такую студию нам отгрохал. Тебе бы понравилось. А еще…
Я была рада, что уже открылась дверь моей квартирки. А в комнате на диване, закинув руки за голову, возлежал Мстислав. Когда он только успел появиться здесь?! Приглушенно играла музыка.
«Вот сволочь!».
— Сань, снова начнешь много болтать в торец дам. Понял?
— Извини. Просто я думал, что неплохо было бы ей все объяснить и…
— Ты понял?
— Слушай, а что насчет Мар…
— Сань, ты глухой сегодня? Или резко осмелел в присутствии девушки? — Мстислав посмотрел на нас. Боже мой, его взгляд был как у ястреба.
— Понял. Исчезаю.
Саша кивнул, на прощание улыбнулся мне, подмигнул и быстро удалился. «Замечательный сосед» продолжал прожигать меня взглядом. Я уперла руки в бока.
— Витторина…ты самая несносная девушка из всех, которых я знаю.
— Объясни!
— Ух, почти как приказ. Но, извини, Кукловод из тебя не очень, — он усмехнулся и вдруг стал напевать строчку из классной песни, которую я очень любила. Но Мстислав вдруг оборвался на полуслове и медленно произнес:
— Вот тебе вопрос, дорогая моя. Почему ты вдруг завалила вступительный экзамен? Сидела себе, сидела и вдруг…вскочила, разбила свой пенал об стену и немедленно ушла. И это человек, который заполнил полтеста и все было правильно.
— Откуда ты знаешь Аню?
— Тебя только это интересует? — Мстислав хмыкнул. — Я знаю куда больше.
— Не увиливай. Что вообще ты устроил?
— Говорящая, — его глаза засияли. — Я раньше не слышал от тебя такого количества слов, кроме как на сцене, — он усмехнулся. — А вот мне тоже интересен один момент. С тех пор, как твоя подруга ушла ты перестала петь, говорить, играть на гитаре…ты не можешь этого сделать. Твое горло…словно атрофировалось, — он прищурился. — Ты как-то странно стала держать голову, будто втягиваешь, напоминаешь черепашку. Это забавно, — Мстислав тихо рассмеялся.
Я хотела вспылить. Хотела крикнуть, но…он был прав. Мое горло перестало мне подчиняться. Я не могла заплакать или закричать, даже когда это было необходимо и это хотелось сделать. Мне больно от того, что я не могу… Анюта, мне тебя не хватает. Анечка, Анютка, Анюточка прости меня, пожалуйста. Прости меня! Я не могу без тебя! Мне тебя очень-очень-очень не хватает! Ты была для меня всем! Глаза жгло от невыплаканных слез и я словно смотрела через красное стеклышко на мир, горло сдавило болезненным комом. Да кто этот человек? Чего он добивается? Я не заметила, как Мстислав оказался за моей спиной. Он положил руку мне на шею и слегка сдавил.
— Ты жутко зажата. Это нужно исправлять. Тебе нужно научиться снова кричать, плакать…а еще смеяться, радоваться…хочу увидеть тебя счастливой…
Как я хотела это сделать…но я не могу. По телу прошлась волна дрожи. Как мне это знакомо. Мне так больно. Я хочу вздохнуть, но не получается, словно вся глотка забита. Я судорожно пытаюсь опустить голову, но лишь явственней упираюсь в ладонь Мстислава. Он не давит, он просто ограничил мое движение, в пределах разумного. По моему телу снова проходит судорога. Из-за этого спазма мышц я не могу двигаться. Все мысли направлены лишь на то, что мне неудобно.
Пальцы Мстислава плавно скользнули вверх, коснулись костяшками моей щеки и пропали. Я сразу же опустила голову, как только почувствовала свободу, отскочила и обернулась. Мой сосед смотрел на меня с какими-то смятением и болезненным пониманием.
— Я только хочу помочь, — мягко произнес он.
— Мне не нужна помощь.
Я морщусь. Мой голос звучит хрипло и тихо. Как это противно.
— Пойдем, я покажу кое-что.
Он открывает передо мной дверь. Я послушно выхожу. Мой «замечательный сосед» легко обгоняет меня и идет впереди. Какая грация. Он двигается мягко, как кот. Но аккуратно, ведь любой представитель кошачьего мира имеет когти. Я иду за ним, но ловлю себя на мысли, что моя кожа на шее все еще хранит тепло и приятное прикосновение пальцев этого человека. По телу побежали мурашки. Чтобы все это значило? Ладно, забудь. Этот маньяк куда-то меня тащит. Да-да, именно маньяк. А что? Они все выглядят как нормальные люди.
— Забавно, — парень слегка обернулся. — Никогда не думал, что читать чьи-то мысли бывает так забавно. Нравится мне твоя упертость.
— Что? — я споткнулась и покраснела.
— Не волнуйся, я никому не скажу.
— О чем?
— О том, что ты ко мне неровно дышишь. Извини, у меня принцип — никогда не влюбляться. И исключений я не делаю.
— Дурак что ли?! — изумилась я. — Кажется, у тебя главная микросхема полетела. Что за мания величия?
— Класс. Три предложения подряд. А язычок и вправду острый.
— Ты снова увиливаешь.
— Ты хочешь, чтоб я подтвердил, что я дурак?! — он лукаво улыбнулся, в глазах мелькнул озорной огонек. — Нет, и даже не проси.
Мстислав коварно усмехнулся и, напевая под нос песню, бодро пошел вперед. Странно, почти никто не встречался в коридорах этой странной Академии. И вскоре мы зашли в тупик. Стена перед нами была обычной каменной, на ней висел изумительный ковер. Но изображены все те же странные фигуры в плащах, держащие в своих ладонях черепа.
— Что нужно сказать, чтобы вход обнаружить? — спросил вдруг Мстислав.
— Сим-сим откройся?! — робко предположила я и…о чудо, стена мягко отъехала в сторону.
— Правильно, — сосед улыбнулся. Ну и чувство юмора.
Мы прошли в зал. Это потрясающе. Огромная, а точнее огромаднейшая студия. К слову сказать, я ни раз впоследствии бывала здесь по ночам, втихую пробираясь для репетиции и успокоения нервов.
— Вита! — радостно вскричал Саша. — Вы вовремя. Мы как раз хотели показать, что у нас получилось. Тут короче такое дело. Ну все не так просто, как хотелось бы. А вот этот момент на двенадцатом ладу. Ой, нет, на пятнадцатом. А это двенадцатый или пятнадцатый?!… Вот, ну дело короче в рифе одном. Или в двух? А ладно в трех. И короче вот у меня тут растяжки пальцев не хватает, или хватает? А не, пацаны считают что не хватает. А у нас выступление будет. В следующие выходные? Не выходные? В пятницу? Ах да, вечером в пятницу. А в субботу?! И в субботу тоже? А может еще просто так концертик в воскресение?
— Стоп, — Мстислав мягко прекратил весь поток слов. — Сань, у человека шок. Давай по порядку? — он обернулся ко мне. — Во-первых, знакомься.
— Антаха, — задумчиво пробормотала я, уставившись на электрогитару в руках парня.
— Что? — Мстислав удивленно задрал бровь.
— Антаха Пак Триста, — я аж подпрыгнула на месте. — И как? — я кивнула парню.
— Да вроде нормальненький такой инструмент. Я до этого на Флоундер играл. С Антахой конечно не сравнится, да и просто повезло, инструмент превосходно звучит, — парень поправил темный ежик волос и протянул мне ладонь. — Сережа.
Я ответила на рукопожатие, все еще оценивая инструмент.
— А ты тоже вроде на Ямахе играла.
— Да, — я усмехнулась.
— Вы клипы клевые в Ютуб заливали. Тащился. Лабаешь конечно класс. А что за моделька-то?
— Да тоже Антаха шестьсот одиннадцатая.
— Пипец, она стоит до хрена! — Сережа тоже подпрыгнул и восторженно посмотрел на меня. Почему??!
— Я на нее последние деньги спустила, но это не до хрена. До хрена «Гибсон» стоит, — я робко улыбнулась. Но хотелось смеяться. Хотелось, но не получится. Если попробую, то звук будет как скрип ржавых петель.
— У нас пятьсот десять «В» есть. Но Мстислав не особо любит выпендриваться, а Санек не дотягивает до уровня гитары. Кстати, вон еще один любитель тяжелой музыки, — Сергей обернулся.
Ох, а я и не заметила, что тут есть барабанная установка.
— Обалдеть, как у того барабанщика, который рекорд установил, — почти воскликнула я и подпрыгнула в изумлении, как ребенок получивший конфетку.
— Это да, — печально вздохнул парень, прокручивая в пальцах барабанные палочки. — Я Олег. Но как тот барабанщик не могу.
— А что так? — я склонила голову на бок.
— Самоучка. Ну и не все получается.
— Вита! — Саша снова появился в поле моего зрения. — Послушай, пожалуйста, и дай совет как да что. Я видел ваши выступления. Это круто! А на парапете не страшно было стоять? Слушай, а автограф дашь? Ну пожалуйста! Вита, а ты может, посоветуешь песню разучить? А поможешь? А научишь? А споешь? А сыграешь? А гитара наша сойдет?
У меня закружилась голова. Виски болезненно сдавило. Я помню, как пошатнулась и почти наверняка упала бы, если меня не придержали бы сильные руки. Его прикосновения рождали во мне странные чувства.
7 августа
Моя жизнь совсем не моя. Ею распоряжается бабушка…и Толик. Я совсем не «я». Снова стала задумываться о смерти — если бы меня не было, то кому-нибудь стало бы лучше? Но это бесполезно. Продолжаю существовать.
Хочу работать!!! Хочу найти работать, определиться в жизни, быть самостоятельной, как и Толик. Хочу хоть что-нибудь сделать для себя.
20 сентября
Сегодня двадцатое сентября. И вроде бы все хорошо, а в тоже время все отвратно. Об учебе пока забываю, к сожалению, а порой и просто времени нет на домашку. Хочу снова начать рисовать, но пока тоже особо не до этого. Ну и на свидания хочу ходить, но не с кем и не за чем. Во-первых, мужики козлы. Во-вторых, мужчины вымерли вместе с мамонтами. В-третьих, от них фиг дождешься романтики или даже какой-нибудь захудалой ромашки с соседней клумбы, не то чтобы чего-то более серьезного. Я вот вчера маме купила семь роз. Очень красивые и дорогие цветы, но для мамы ничего не жалко, пусть порадуется. В ближайшее время постараюсь купить еще букет, просто чтобы мама сияла. Толик снова заглядывается на другую девушку, с параллели. Но говорит, что любит только меня. Я не понимаю.
Вот я все думаю — у меня характер-дерьмо или реально одни мудаки остались!?? Нет, я понимаю, что не ангел и характер у меня действительно очень трудный и не удобоваримый, НО…вот как можно парню в двадцать два года сидеть на шее у родителей, ни хрена не делать и говорить при этом, что полностью поглощен учебой, когда это не так?! Как можно писать постоянно девушке «Люблю тебя!» если кроме как переписки он ничего о ней не знает!?! Переписка конечно тоже многое передает, но не всегда. Все-таки я считаю, что такого общения не достаточно для того, чтобы признаться в любви.
Грубовато как-то изъясняюсь в последнее время. Все-таки порой я жалею, что не родилась парнем. Если бы так, то, скорее всего, ухаживала за Риткой…вот блин, ее я тоже понять не могу. Взяла и просто пропала — не пишет, не звонит, ничего. Хотя бы объяснила эти действия, с чем они связаны. Каринка тоже хороша — она мне мозг выносит, а я виновата оказываюсь.
Хотя ладно, чего я так взъелась??! Просто я тоже хочу простого понимания и любви взаимной. Все чаще складывается впечатление, что не умею любить. Я могу предположить, что люблю, но такого нет. Я знаю, как влюбляюсь и пожалуй до сих пор в этом не везет только каким-то определенным придуманным персонажам. Надеюсь, что в жизни есть их аналоги. Я не знаю…я не надеюсь уже полюбить и вообще встретить человека, с которым захочу прожить всю оставшуюся жизни. И, к сожалению, первым из критериев отбора женихов будет такой «чтобы он нравился моим родителям». Почему? Да потому что родители не будут тогда волноваться, не будут мне, соответственно, выносить мозг. Вторым критерием будет «понимать, уважать, любить». Ну, тут даже объяснять нечего. Причем, я понимаю, что все должно быть взаимно. Я тоже должна понравиться его родителям и тоже любить-уважать-понимать… и я согласна на такие условия. Если его родители окажутся интеллигентами и офигительно правильными людьми, то я готова прочесть и умную книжку и научиться правильно говорить. К сожалению, в обычной беседе я все чаще, и чаще использую слова-паразиты и слэнг. Хотя о чем я мечтаю? Я никогда не буду замужем, не будет у меня, скорее всего детей, потому что я их не люблю. Кому я вообще нужна? Никому! Никому я не нужна. Остались двое — я и моя шизофрения. Вряд ли меня когда-нибудь полюбят. И скорее всего я никого не полюблю.
Когда счастье раздавали, я стояла в какой-то другой очереди. Например, за хорошим аппетитом. Лучше б за мозгами стояла…ну или за их полным отсутствием. Почему-то все это несколько напоминает фильм. Может быть и ко мне придет какой-нибудь фей и поможет, подскажет…только вряд ли я захочу его вот так отпускать, как это сделала героиня фильма. Мне с моей шизофренией куда как спокойнее, нежели с другими людьми.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Сань, сколько раз говорить — свои эмоции держи при себе?! — словно в тумане услышала я голос Мстислава. Он был зол. Я почти осязала его гнев.
— Прости. Я не хотел. Может воды? Или…или…
— Помолчи, — приказал (!) ему мой сосед. Странно, почему он имеет такую власть над другими? Почему ему никто не перечит?
Я с трудом осознала, что сижу на какой-то скамейке. В глазах по-прежнему все плыло. Кровь стучала в висках так, что этот звук отдавался в моих барабанных перепонках.
— Эй, ты меня слышишь? Кивни, если да, — услышала я совсем близко голос Мстислава.
Я кивнула. Хотя нет, вру. Моя голова просто упала вперед.
— Не добил, — сухо констатировал сосед и усмехнулся. — Она даст тебе второй шанс. Вита, вытяни перед собой руки и расслабься насколько это возможно.
Я сделала, как он мне сказал. Руки дрожали. Все тело словно онемело. Боль отдавалась в каждой клеточке организма. Да, Анюта, вот так вот. Раньше такого ничего не могло произойти. А теперь тебя нет рядом со мной и все. Совсем я слабой стала. Не знаю, что в действительности сделал Мстислав, но я почувствовала по своим ладоням несильный шлепок, и в голове тут же прояснилось, как по команде. Я вздохнула, заметив, что все это время не дышала.
— Извини, Вита, — Саша смешно свесил голову. — Я случайно. Просто, правда, рад встрече с тобой. А я очень эмоциональный и вот оно. А я не специально, ну вот как-то так и вот…ну понимаешь? Короче, ну как бы объяснить?! Ну короче, ну вот так. Понимаешь??! Ну вот так формируется Импульс. Но я не со зла. Просто так получается. Да?
В глазах снова зарябило, а в ушах зазвенело, словно я встала внутрь большого колокола. Хотя может я чего-то не знала?!
— Ты не успокоишься, любезнейший? — Мстислав обратился к Сашке с такой явной угрозой в голосе, что мне стало страшно. — Или не успокоишься пока не угробишь кого-нибудь?
— Все нормально. Сыграйте что-нибудь, — я попыталась перевести тему в другое русло, и почувствовала, как мои губы дрогнули в улыбке.
Санек кивнул и счастливый убежал за гитарой.
— Ты как? — Мстислав строго посмотрел на меня.
— Нормально.
— Это не ответ.
— Что не так? — я устало посмотрела на него.
— То, что ты не ответила.
— «Нормально» не считается ответом?
— Ты мне зубы не заговаривай, — в его глазах показались льдинки, а губы плотно сомкнулись. Он зол. Ну вот, я знаю его всего два дня, а уже начинаю разбираться в его поведении.
— Вы отлично смотритесь, — усмехнулся Олег.
— Смешно, — протянула я.
— И что смешного? Хочешь сказать, что из нас не получилась бы пара.
— Но тебя же не интересуют отношения, и ты ни для кого не делаешь исключения, — спокойно напомнила я, внутренне ликуя своей маленькой победе над этим…соседом.
— Верно, — он задумчиво пожевал губу. — Ни для кого.
К этому времени команда уже была готова исполнить для меня песню. Что ж, выбор был неплохой, но вот исполнение очень даже страдало. Даже через чур все плохо. Но после этой песни они решили сыграть еще одну. Ну что можно сказать? У ребят неплохой вкус, но играют…как бы помягче выразиться? Они сильно сбиваются с ритма. Когда последний аккорд затих, все уставились на меня в ожидании советов. Какие нафиг советы? Тут нужно работать и работать! Да и звучало все это так заунывно, что спать захотелось. Хотя в этом всем был один плюс — пел Сережа неплохо. Саня тоже справлялся с ролью бэк-вокалиста. Но игра….они умудрялись превратить гармоничное звучание в полную какофонию. Как так можно было умудриться? Насколько я могла судить, они играли в группе давно, но почему же так и не притерлись друг к другу?
— Я не знаю, что сказать, — я растеряно посмотрела на них.
— Ну хоть замечания скажи, — Саня усмехнулся. — Я знаю, что все плохо. Помоги нам, — он улыбнулся.
Я встала.
— Ты все время сбиваешься с ритма, — обратилась к Саньку. — Ты берешь партию ритма и при этомсбиваешься. Не кажется странным? Ты, — обернулась к Сергею. — Ты не до конца зажимаешь аккорды, из-за этого звук глухой и ты не успеваешь за ними. А ты, — вплотную подошла к Олегу. — Ты должен задавать ритм, а кажется, что просто балуешься. Извини, конечно, но мне кажется это ключевым моментом. Понимаешь, ты барабанщик и если гитара сбивается, то тебе должно быть пофиг на это, ведь то проблемы гитаристов. Ты долбишь свое и забиваешь на остальное, — я задумалась. Как бы им объяснить?! Неужели придется сыграть??! Мне так не хотелось ворошить воспоминания, но…
Я вздохнула, чувствуя, как горло онемело.
— Дай, пожалуйста, гитару. Я покажу на примере.
Саша протянул Антаху. Инструмент приятно лег в руку. О, господи, как давно это было. Как я соскучилась по этим ощущениям. Перекинув через голову ремень и укоротив его немного, обернулась к Олегу.
— Какую?
— Которая про привычку, — отозвался он моментально.
— Отлично, — хмыкнула я. — Начинай.
Господи! Какой это кайф! Как приятно пальцами скользить по грифу, извлекать звуки из этого божественного инструмента. Саша тихонько исполнял песню, стараясь не мешать. Все очень старательно вслушивались.
— Опять сбился, — обратилась я к Олегу, который действительно как-то странно начал играть. Словно принялся тупо лупить по всем барабанам подряд.
Он вроде после моего замечания выровнялся, но потом опять потерялся. Я поморщилась.
— Давай я покажу, что имею в виду? — предложила я ему.
Олег кивнул, встал и протянул мне палочки. Сняла гитару, вернула Саше и взяла барабанные палочки. Я наиграла для него партию. Как давно этого не было. Как мне этого не хватало.
— Ты и это умеешь? — удивился Сергей.
— Я при желании могу все, — больше обращаясь к своим мыслям, произнесла я, сидя за барабанами. — Четкость звуков, понимаешь? — обратилась я к нему. — Четкость каждого удара, а не вот это… — и я изобразила то, как играл сам Олег.
— Понял, — он улыбнулся. — А откуда ты умеешь играть на… — он кивнул на барабанную установку.
— По самоучителю, — вздохнула я и вернула Олегу его инструмент.
Я почувствовала пустоту в груди. Такая боль. Она словно затягивает меня внутрь. Анюта, почему так случилось?
— Ты может с нами сыграешь в пятницу или в субботу на вечеринке? — предложил Саша.
— Нет, спасибо, — я снова провалилась в воспоминания.
О да, мы играли. Мы играли и веселились. Снимали клипы. Последнее что мы исполняли с Анютой были каверы на известные композиции. Это было круто! Мы забрались на парапет и оттуда исполняли эту песню. Съемки получились великолепными. Анюта любила выкладывать наши выступления в сеть. Количество просмотров росло с невероятной скоростью. А потом…в глазах резко потемнело. Горло сдавило невидимыми тисками.
— Вита! — Мстислав рявкнул так, что у меня моментально зрение прояснилось.
Я удивленно взглянула на него.
— У тебя правда взгляд, как будто ты умерла, а не… — он осекся.
— Тебя это не касается в любом случае.
— Слушай, Вита, а правда, что ты завалила последний экзамен? — робко обратился ко мне Олег. — Говорят, тебя ненавидят и…это как-то повлияло или что-то другое?
— Что-то другое, — холодно ответила я, не желая углубляться в причину своего срыва.
— А где та девчонка, с которой вы выступали? — вдруг спросил Сергей. — Вы круто смотритесь. Она не хочет к нам присоеди… — он осекся под убийственным взглядом Шархана. — Прости, — тут же промямлил гитарист.
— Все нормально, — откликнулась я и не поверила сама себе. Ничего не нормально. Ничего!
Глаза снова стало жечь от невыплаканных слез. Я чувствовала, как вся верхняя часть туловища напряглась, болезненно отзываясь в моем теле.
— А что случилось? — Санек умудрился не заметить предостерегающие взгляды своих товарищей. Ого, а они боятся. С кем же я живу в одной комнате?!
— Ничего. Все нормально, — снова повторила я, слегка улыбнувшись.
— Но взгляд у тебя…действительно бросает в дрожь. Ты вчера умерла, а сегодня еще ходишь.
— Два года назад. DeadInside. Живая снаружи и мертвая внутри, — сказала я.
Мстислав внезапно сменил тему, рассказывая о том, что в деревне творятся странные вещи. Говорил, что-то о занятиях, уроках, практике…я слушала в пол-уха. Мыслями я была далеко. Я помню, как попрощалась с ребятами, как меня вели по путанным коридорам Академии, как зашли в комнату…но я все еще блуждала в своих воспоминаниях, где-то далеко от реального мира.
— Анечка хотела, чтобы ты поступила сюда, — ни с того ни с сего начал Мстислав. Он насильно посадил меня на диван, а сам развернулся и, подойдя к плите, поставил чайник. Продолжая стоять ко мне спиной, «замечательный сосед» продолжил бесстрастным голосом — Она сама вышла на нас. Связалась с руководством и меня отправили к ней на встречу. Анечка говорила, что у тебя есть определенные способности. Вот этим ты и отличаешься от всех, кто прибыл сюда. Вся их энергия легко засекается. Твоя — нет. Тебя выследить было невозможно. Если бы не твоя подруга, ты сюда не попала бы. Потом мне было поручено за тобой следить. Я изучил твою жизнь от начала и до конца. Досье, которое ранее собрали на тебя, было совсем общим. Но его оставил, не желая делиться секретами о тебе. Я попросил тебя зачислить именно в «Ночную Стражу». Я понимаю твои чувства. К сожалению, когда Анечка умирала меня не было в городе. Все материалы дела у меня есть. Убийца так и не найден. Единственное, что удалось выяснить, что этот самый убийца теперь будет пытаться убрать тебя. Что ты такое знаешь, что может быть опасно?
Чайник закипел. Мстислав приготовил кофе и протянул мне чашку. Он сел напротив и закинув ногу на ногу, взглянул на меня своими золотистыми глазами.
— Твоя Анечка заставила меня воспользоваться Кукловодом, давая мне возможность использовать ее в своих целях. Одно из условий Кроноса, которым воспользовалась твоя подруга — это позаботиться о тебе в стенах этой Академии. Надеюсь, я ответил на твой вопрос? — холодно поинтересовался он.
Я задумалась. Что-то не стыковалось.
— Что за Кронос? Почему какие-то отдельные правила?
— Это тебя не касается.
— А что меня касается?
— Витторина, — мягко произнес он, но от этого по телу побежали мурашки. — Не испытывай мое терпение. Ты даже не представляешь себе мои возможности.
— Так просвети.
— Не хочу.
— Маракуша, — я надулась. — И что ты обо мне знаешь?
— Многое, — он пожал плечами (бесподобно выглядит, я не устаю любоваться его внешним видом, манерами, но он все равно та еще вредина, даже еще больше чем если бы он мне не нравился). — Ты замкнута. Тебе неудобно находиться в обществе. Ты не заводишь знакомства. Ты почти не общаешься. Ты язвительна, поэтому хорошо, что редко говоришь, — Мстислав улыбнулся краешком рта. — Любишь читать. Вяжешь. Умеешь шить. Рисуешь. Но перестала все это делать…после смерти Анечки. Вы с ней были очень близкими друзьями. Анечка постоянно угощала тебя шоколадками. А ты всегда ее защищала. Ты не боялась из-за и за нее в драках участвовать. Любишь рок. Ты разочарована в людях, и в жизни тоже. Анечка иногда делала записи в своей тетради, никогда никому не показывала этого и ты хочешь узнать, что там. И плохо спишь последние два года. Включаешь ночник и дремлешь. Не любишь фильмы, смотришь мультики. Любишь крепкий кофе. У тебя была попытка только одних отношений, но они закончились очень быстро и скандально. Парень, с которым ты не захотела встречаться, был против расставания и начал тебя преследовать. Я знаю, что Анечка работала в уголовном розыске и тебе очень часто приходилось ей помогать. Тебе нравятся долгие пешие прогулки…я перечислять могу до бесконечности. Тебя что-то конкретное интересует?
Я поперхнулась. Он действительно многое обо мне знает. Это плохо. Это… Я подняла голову и мы продолжили диалог взглядов. Не знаю, что видел он. Его золотистые глаза улыбались. Он словно был чему-то рад. В его взоре читалось ликование. Не понимаю. Чему? Зачем? Почему? Не понимаю. Меня знала только Анюта. Но и она ушла. В какой-то момент она просто перестала со мной общаться. Ничего не пояснила, просто стала игнорировать. Она встречалась с парнем Анатолием и у них было все хорошо. Оказалось, что она беременна. Родила. Анатолий ее бросил. Она растила ребенка одна. Поговорить с ней мне так и не удалось. А потом она умерла. Она и ее ребенок. Анюта возвращалась с ребенком домой из магазина и…все.
— Ты сказал, что читаешь мысли…
— Я слукавил, — Мстислав посмотрел в свою чашку. — Ты слишком замкнута и зажата. Тебе нужно выплеснуть все отрицательные эмоции. Ты разрушаешь сама себя. И кстати…в ту студию можешь приходить в любое время дня и ночи. Инструменты там есть на любой вкус и цвет. Любой твой каприз.
— Это тоже входит в условия Кроноса?
23 июля
Кто бы знал, как я одинока. О, кто бы знал… Вот сижу и понимаю, что хочу плакать и не могу. За данный текст я спокойна — все равно его никто не прочтет, кроме меня, потому что все мои знакомые не любят читать. Особенно когда «многа букаффф». К чему все это? Хочу заниматься живописью и перестаю это делать…и перестаю. А зачем? Ведь те, кто мне дорог, совершенно не интересуются этим, у них вообще нет увлечений. Им все равно. Они не могут выкроить минутку, чтобы просто посмотреть. Неужели нельзя найти время, чтобы посмотреть хотя бы одну картину или зарисовку??! Просто попробовать посмотреть и сказать, какие косяки, над чем стоит особенно усиленно поработать.
Вот просматриваю свои фотографии…везде одинаково уставшие глаза…словно прожила сто лет и поняла жизнь…я помню, как Сашка Воропаев когда-то сказал, что я многое понимаю в жизни. Это польстило мне. Увы, падка на комплименты такого рода. Что мне дают сообщения с признаниями в любви? Только потешить самолюбие. Да, я такая. Злая, эгоистичная. Пока я училась в средней школе я никому не была нужна, мной никто не интересовался. Издевались. И называли только по фамилии…изредка мелькало пренебрежительное «Ань». А потом в моей жизни появился Анатолий и его дружок…Костя. Типа экстрасенс. Оба нэлперы…ну не знала я этого, не понимала. Мне понадобилось всего три месяца, чтобы разобраться во всем, а дальше только разрыв дистанции дальше и дальше. Что мне это дало? Да в принципе, ничего такого. Мне хотелось внимания, признаний в любви, приглашений на свидания…и что? Я этого добилась. Я делала так, что за мной бегали, в меня влюблялись. Но я всех предупреждаю заранее — я не умею любить! И все считают, что именно с ними я «исправлюсь». Люди наивны и глупы. Я мизантроп. Но больше всех из людей я ненавижу себя. Осознавая, что творю, порой не могу остановиться. Так же случилось и с Мильером. Я просто так его влюбила, а потом отшила и все. Я не знаю, что такое любовь…но при этом хочу любить и быть любимой.
Вот вечно мне говорят: «Ты слишком много загоняешься». Один Анатолий знал, что я такая и есть. Если мне зададут вопрос, на который я не знаю ответ, то предпочту подумать, нежели подтверждать чьи-то слова. Он мог мыслить также, как я. Это льстило. Это льстило и радовало одновременно. Я впервые почувствовала, что не одинока. Он понимал меня…я встречала людей и нелюдей, которые пытались меня понять…например, Воропаев или Костя, который потом пытался соблазнить Виту. Долго они пытались понять меня, но, увы. Ничего не вышло, потому что просто не подпустила его к себе. И так со многими. Я не могу довериться…не привыкла. А зачем? Кому это надо? Почему меня не воспринимают как девушку? Друг, приятель, стопроцентный мужик… Бесит! Как это быть женственной?
Ну вот, опять я плачу. Но до этого никому дела нет. Либо тактично не заметят, либо спросят: «И че ревем?». Ага, вот прямо настраивает на откровенный разговор. Наверное, если бы я была как моя подруга Ритка, то жизнь была бы куда проще. Все время видеть утопию, не видеть всей этой грязи и поступать только банально и очевидно, без злого умысла…пожалуй, я ей чуточку завидую.
Не знаю, что я такого натворила, но и не особо волнует. Нет друзей, нет собеседников…никого нет. Есть Толик…но он не любит разговаривать. Не любит философствовать, не любит ходить в людные места, не любит меня на каблуках и в платьях, не любит когда я волнуюсь за своих родных…иногда он пытается меня понять. Но как-то он сказал, что все бабы одинаковы. Это засело в моей памяти, увы. Да, он вспылил. Примерно так же, как Костя назвал меня «Исчадием Ада».
Хочу заботы. Хочу ходить в кино, музеи, выставки, или даже просто прогулки…хочу внимания и заботы, хочу, чтобы меня успокоили, утешили. Мне не нужны деньги, мне нужно ПОНИМАНИЕ. Это ключевое, но вряд ли кто-то это поймет и тем более сможет это дать.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Он проигнорировал мой вопрос.
— Тебе нужно отдохнуть. Завтра будет сложный день.
— Почему ты не отвечаешь?
— Спокойной ночи.
Он по своему обыкновению лег на диван и, закинув руки за голову, о чем-то задумался. Ясно. Продолжать расспросы бесполезно. Обидно. Ощущение такое, будто он держит меня за глупую маленькую девочку. Но если подумать, то…плюс в этом тоже есть. Значит, Анютка подписала или как-то обговорила условия какого-то Кроноса о моей безопасности в этой Академии. Любопытно! Получается, она планировала это с самого начала и у нее не было сомнений, что я сюда попаду. Она волновалась за меня. Следовательно, она прекратила общение со мной по каким-то более серьезным причинам. Черт, что же это могло быть?!
Я переоделась в футболку, спортивные брючки и легла в постель. Прошлый раз мне удалось поспать. Это была первая за два года ночь, когда мне не снились кошмары. Тяжело вздохнув, я закрыла глаза, желая выспаться и больше не мучиться угрызениями совести. Я хочу просто спать, как убитая, без снов, мыслей, кошмаров…
В сон я провалилась, как в пропасть. Мне было очень больно. Длинный шип пронзал мое горло. Мне выдавливали глаза. Вырывали ногти. Ломали пальцы. Отрезали грудь. Все тело превратилось в один сплошной комок боли.
Если бы я могла кричать, то проснулась бы визжа на весь этаж, подражая антивирусу Касперский. Но этого не произошло, поэтому я резко села на кровати с бешено стучащим сердцем. Мне было страшно. Это всего лишь сон, но мне все равно страшно и до ужаса больно. Я хочу кричать. Я хочу плакать. Я хочу забиться куда-нибудь в угол, чтобы меня никто не трогал и не беспокоил. Я огляделась и заметила, что забыла включить ночник. Как только щелкнула спасительная кнопка, комната озарилась мягким голубоватым светом, успокаивая расшалившиеся нервы. Вдох, выдох, вдох, выдох…успокоив немного сердцебиение, я встала с кровати и робея прошла во вторую комнату. Украдкой бросив взгляд на диван, отметила, что Мстислава нет. Посмотрела на часы. Табло показывало три часа ночи. Интересно, куда ушел «замечательный сосед»? Надолго? И главное зачем? Я налила из чайника воды. Руки тряслись. Пытаясь взять себя под контроль, залпом осушила чашку и налила еще водички. Хотя, если честно хотелось просто уйти в запой, но я не представляю как это, ведь я никогда не пила. Обернувшись, я более пристально стала осматривать комнату. Вон рабочий стол Мстислава. Не знаю почему и зачем, но я подошла ближе. Стол был пустой, и лишь на верхней полке лежала пара толстых тетрадей и ручка. Рядом я обнаружила маленький ноутбук. Походила по квартире и, поняв, что уснуть больше не получится, устроилась на диване и включила плазму. По какому-то каналу показывали классный мультфильм — Гадкий Я. И попала как раз на начало. С удовольствием посмотрю, да еще и показали обе части (даже не представляю для кого в это время крутили по телеку эти мультфильмы, вряд ли дети встали бы сейчас). Я вообще люблю смотреть мультики. Хотя не любые. Например, Шрэка не перевариваю.
Настроение немного улучшилось. Мы раньше с Анютой каждую пятницу ходили в кино. Ей нравились ужастики. А я для них слишком впечатлительна. Анютка любила меня подкалывать на этот счет и просто иногда пугать. Но я не сердилась. Мы потом вместе смеялись над сложившейся ситуацией… Я вряд ли забуду тот телефонный разговор. Следователь позвонил рано утром и попросил подъехать по адресу. Но когда я прибыла на место, то обнаружила только лужи крови и обводку мелом. Через полтора часа меня отвезли в морг на опознание…
— Ты чего не спишь?
Я вздрогнула. За всеми своими мыслями я даже не заметила, как вернулся мой сосед.
— Спокойнее, — он поднял руки. — Снова кошмары?
— Ты и это знаешь, — недовольно буркнула я. Все-таки он слишком много знает. Вообще, меня не покидает ощущение, будто мы знакомы и очень-очень хорошо. Просто я забыла. Такое может быть?! Да. Нет. Не знаю. Может быть действительно я что-то забыла. Потянув за эту ниточку, мне показалось, что я нахожусь на верном пути.
— А то, — Мстислав усмехнулся. — Ты вроде пробовала успокоительное пить?!
— Не помогает.
— Может к нашему психологу сходишь. Он у нас хороший специалист, поможет.
— Нет.
Я встала и побрела в свою комнату. Не хотелось мешать «замечательному соседу».
— Витторина!? — окликнул он.
Я обернулась. Кутаясь в одеяло, невольно потупила взгляд, чувствуя себя крайне неловко. Будто лишняя здесь и сейчас. Интересно, его раздражают условия Кроноса.
— Пойдем позавтракаем, — с улыбкой предложил он. — В Академии отличная столовая. Если хочешь, я даже на твои вопросы поотвечаю.
— Честно?
— Абсолютно, — усмехнулся.
Я скрылась в своей комнате на пару минут, чтобы переодеться в форму. Мстислав открыл передо мной дверь, пропуская вперед, а потом, взяв под руку, повел по коридорам Академии. Было пустынно. Ну, еще бы, это же мы, два жрунделя, которым не спится в четыре утра.
— Что такое Марионетка? В этой Академии в это слово вкладывается какой-то иной смысл? — спросила я, вспомнив это странное слово из уст Макса о странном старшеке в серой форме.
— Ты настолько не испорченная, — Мстислав хохотнул. — Знаешь такие спектакли, где куклы на веревочках?
Я неуверенно кивнула. Парень посмотрел на меня. Его темные, почти черные глаза с любопытством рассматривали меня.
— Марионетка находится в полном подчинении Кукловода. Каждый новоприбывший поступает в полное распоряжение какого-то старшекурсника и делается это для вашего блага. Во-первых, так быстрее развиваются ваши способности. Во-вторых, вы находитесь под защитой вашего Кукловода, который несет полную ответственность за вас и ваше состояние. И не дай бог, с вами что-то случится, Кукловод отвечает перед Кроносом и понесет наказание. Также и в обратную сторону, если вы ослушаетесь и по какой-о причине будете сопротивляться контролю над собой. В этой Академии именно так и строятся отношения. Все кому-то подчиняются в той ли иной степени.
— Ты тоже?
— Нет, у меня иная история.
Я невольно покраснела. Мы прошли в большую столовую. Кроме нас, там сидело еще две пары. Когда мы зашли, они коротко кивнули, поздоровавшись скорее с моим соседом, нежели со мной, и каждый углубился в свои дела, то есть тарелки. Мстислав, распорядившись насчет заказа, повел меня за самый дальний маленький круглый столик, находящийся в углу — зато отсюда можно было обозревать всю столовую.
— Анюта…
— Нет, я не согласился. Условия меня не устраивали. Когда мы последний раз с ней виделись, Аня говорила о какой-то угрозе для тебя и вынудила дополнить некоторые пункты, внести их в Кронос, по условиям которого я должен позаботиться о тебе. Она не говорила, с чем связаны все опасения, но была абсолютно точно уверена в том, что тебе грозит опасность.
— Когда именно ты ее видел в последний раз?
— Когда она перестала выходить с тобой на связь.
Перед нами поставили две тарелки с картофельными пирогами и чашки. Мне достался чай, а Мстислав забрал кружку с кофе.
— Тебе нельзя. Ты и так не спишь, и до сих пор находишься на грани нервного срыва.
Я отвела взгляд. Не желаю углубляться в эту тему. И его, моего соседа, это вообще должно беспокоить в последнюю очередь, и к черту этот Кронос — не обязан и все. Это мое состояние, настроение, проблемы и так далее. Я и никто более не несет за это ответственности.
— Насчет Кукловода не волнуйся. Тебя не заберут. На этот счет есть особое распоряжение. Поскольку из нового набора твои способности самые яркие и кхм…несколько опаснее других, тебя не рискнут взять. А если и возьмут, то будут через чур, аккуратны, либо пожалеют об этом. И не только они. У тебя разрушительная сила, в случае чего, куда страшнее.
— Ты говорил, что разбирать нас будут на этой неделе.
— Да, — он спокойно посмотрел мне в глаза. — Тебе интересно, можно ли от этого отказаться?
Закусив губу, я кивнула.
— Увы, — Мстислав мотнул головой. — Там мысль срабатывает оригинальная очень. За каждый невыполненный приказ твое тело пронзает жуткой болью. Таковы условия Кроноса. Это странная штука, больше про контроль и повиновение.
— И какие ставки?
— Небольшие. Старшие в некоторой степени развлекаются, но для вашего же блага.
— В смысле? — вскинув голову, я снова столкнулась с его потрясающими черными глазами, в которых опять мелькали золотистые искры.
— Ваши способности хорошо раскрываются в экстренной ситуации, связанной с выбросом адреналина. Тебе это не грозит. Твои способности раскрыты. Но такие ситуации тебе просто помогут понять, как ими лучше пользоваться и от чего все зависит. На каждом вашем занятии будет присутствовать старшекурсник. Их может быть несколько. И все для контроля и наблюдения за вами. Но, не устаю повторять, тебе нужно научиться снова кричать. Ты даже говорить стала значительно тише. Мне это не нравится.
— Мало ли что тебе не нравится, — буркнула я. — А что делать, если тебе наоборот что-то нравится, что-нибудь желаешь?
— На твоем месте, я бы не стал обсуждать мои желания, — его взгляд сделался наглым, оценивающим.
— Сука, — буркнула я себе под нос, но так, чтобы он слышал (пусть не зазнается). — Как ты попал в Академию?
— Моя девушка постаралась.
— У тебя есть девушка? — ахнула я. Почему-то такой вариант мне в голову не пришел и даже стыдно себе признаться, но я уже начала рассматривать Мстислава как…ну да, я не против была бы с ним встречаться. Во всяком случае попробовать. А вдруг что-нибудь из этого получилось бы? Хотя ведь однокурсницы в раздевалке тогда говорили, что у него не сложилось. Но это ненадежный источник, так что…
— Мы расстались…около пяти лет назад. С тех пор у меня никого не было.
Я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но передумав, захлопнула, звучно щелкнув зубами — красивый такой звук получился.
— Почему ты не встречаешься? — Мстислав прищурился. — Что мешает?
— Человеческая глупость, — я усмехнулась.
— В этом вся ты, — он улыбнулся.
— Как трудно быть мной, — я усмехнулась. — А как твои родители относятся к твоей учебе в Академии?
— Для них я умер. Был слишком большой риск для их жизни, пришлось инсценировать собственную смерть. Но вроде им живется и без меня неплохо, — Мстислав снова пожал плечами, потом бросил взгляд на часы и быстро добавил. — Тебе пора.
Да, точно. А то рискую опоздать. Как быстро и незаметно время летит в его присутствии. Поблагодарив соседа, я побежала сначала в комнату за сумкой и потом уже спокойно пошла на занятия. Да, сосед у меня все-таки замечательный. С ним можно найти общий язык, просто…просто я не умею. Но вроде бы он сам идет на контакт. И за это ему отдельное спасибо. Напрягает, конечно, что он обо мне слишком многое знает, а я о нем почти ничего. Интересно, а почему они разошлись с той девушкой? Пять лет назад и никого после этого… Он не кажется таким замкнутым человеком или уж совсем невыносимым. Может у Саши спросить? Он болтливый и вполне возможно, что расскажет.
Почему-то мне показалось, что Мстислав мне соврал. Ощущение такое, что отец участвует в его жизни и причем очень активно. Объяснить это чувство я не могу. Просто оно есть и все.
Я влетела в аудиторию и почти сразу была разочарована. Меня ждали. И не просто ждали, а подготовили сюрприз. Ненавижу сюрпризы! Над входом повесили банку с краской, и поэтому, когда я толкнула дверь, нехитрый механизм был приведен в действие. Белая масса вылилась на меня, неприятно стекая по одежде и за шиворот. Аудитория взорвалась смехом. Зашибись, как смешно! Оборжаться можно. Невероятная шутка! Я обернулась и столкнулась в дверях с Ольгой Юрьевной, потрясенно застывшей с открытым ртом.
— Любовь прямо прет, — буркнула я и медленно побрела по коридору.
— Можешь переодеться в любую одежду. Шархан договорился об отмене формы для тебя, — растерянно произнесла преподавательница и добавила. — Приходи на вторую пару. Там практика. Будет шанс отомстить.
Я поблагодарила ее и поспешила обратно в комнату, думая лишь о том, чтобы успеть смыть с себя эту дрянь.
— Вита??!
Олег поравнялся со мной. Интересно, я постоянно с кем-нибудь встречаюсь, будто за мной в этой Академии ведется слежка. Если опираться на слова Мстислава, то получается, что мои способности слишком опасны и поэтому…да не, глупость какая-то.
— Что случилось? — испуганно спросил он.
— Подкрасилась не удачно, — усмехнулась я.
— Скажи Шархану. Он решит твои проблемы.
— Я сама.
— Тебе помочь чем-нибудь?
— Нет, спасибо.
— Ну…до встречи?!
— Да, пока.
30 июля
Сказать, что я в депрессии, это значит промолчать. Ну да, я постоянно в депрессии и что такого? Из-за чего в этот раз депрессую? Меня как будто не существует. Ощущение, что меня не существует. В этой семье есть все, кроме меня. Вот если помру, они долго будут меня помнить? С Толиком попыталась поговорить о прочитанной мною книге, так даже не захотел слушать, а просто покинул комнату.
Наверное, я сама виновата. Впрочем, как всегда. Никому я не нужна. Хотелось бы найти человека, с которым бы жизнь обрела хоть какой-то смысл. Чтобы хотелось с ним видеться, общаться и даже просто молчать вместе. Хочу, чтобы он понимал меня…такое было всего один раз в моей жизни. Я не хочу быть одинока в своих взглядах. Кто-нибудь, пожалуйста, дайте мне смысл к Жизни. Помню, строчка даже была в какой-то песне, там тоже просили заразить жизнью и речь не шла о венерических заболеваниях.
Дайте мне вновь рисовать, петь, играть на гитаре… Дайте стимул следить за собой, не быть грубой, а стать женственной, просто хотя бы почувствовать себя девушкой…слабой, хрупкой и находящейся под защитой человека, который любит меня и которого люблю я. Я больше не хочу быть лицемерной, злой, циничной… Просто хочу взаимного понимания. Разве много прошу? Ну, если не понимания, то тогда работу, на которой можно забыться и не вспоминать, что я одинока по жизни и ничтожна во всех отношениях.
Чтобы еще написать? Не знаю…плакать хочется. Комок слез к горлу подступил. Утешьте меня, погладьте по головке. Я буду счастлива. Ведь для счастья самая малость нужна. Даже чашка зеленого чая порой приводит меня в неописуемый восторг.
Спасибо за внимание, хотя вряд ли, кроме меня и Ритки, это кто-то прочитает. Не знаю, хорошо это или плохо. Пожалуй, если кто и прочитает это, то только тот, кому я доверяю как себе, а возможно и больше. Но таких людей нет. Я заметила, что все больше и больше начинаю умалчивать, что не люблю рассказывать о себе и делиться своими мыслями или идеями. Все равно это либо игнорируют, либо подвергают жесткой критике. Так и хочется статусом поставить строчки песни про то, где я всех вижу да и жизнь коричневая субстанция. Может и грубовато, но в общей сложности так и получается. Хотя жизнь…никогда не знаешь, как все сложится. То все прекрасно, чудесно…а иной раз и удавиться не на чем. Пожалуй, я слишком тщеславна. И кажись все-таки у меня шизофрения или что-то в этом роде. Я сама вижу, что все это как-то ненормально. Все мысли как-то обрываются, перескакивают…
Ах, ладно, забейте. Объяснить все равно не смогу, да и толку нет. Кому это интересно все? Только мне. Ну, а я себя, насколько это возможно, поняла. Ну и хватит.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Я влетела в душ, срывая форму и залезая в ванную. Естественно, одежду пришлось выкинуть. Слава богу, краска легко смылась с моего тела. Кое-как приведя себя в порядок, я вышла из ванной и чуть не была сбита Мстиславом.
— Кто это сделал? — сходу спросил он, строго глядя на меня.
— Не вмешивайся. Сама разберусь.
Схватила сумку и поспешила на занятия. Не хочу спорить.
— ВИТА!
С шага перешла на бег. Не хочу! Я сама справлюсь! Не надо решать мои проблемы. Если меня кто-то боится в Академии — пусть боится. Как сказал мой сосед, я действительно осознаю свои способности и раз стресс и адреналин помогают им раскрыться, то так тому и быть, главное не пожалейте потом. Ярость гнала меня вперед. Я жаждала поквитаться с обидчиками и я это сделаю.
Ольга Юрьевна ожидала у входа в аудиторию.
— Ты как? — спросила она, пристально разглядывая меня. Я чувствовала ее нервозность и…страх. Этот страх был связан именно с последствиями, которые я могла устроить однокурсникам. Эта простая мысль охладила мой пыл и я захотела успокоить женщину. Она-то не виновата, что я учусь с моральными уродами.
— Все нормально. Спасибо, — я позволила себе улыбку. Хотя, это слишком громко сказано. Лишь слабая попытка, намек на улыбку.
— Я решила тебя дождаться. Идем, — преподавательница развернулась и быстро вошла в аудиторию, а оттуда в маленькую комнатку.
— Извините, опоздал, — Шархан возник за моим плечом, словно тень. Я не видела, но чувствовала, что он зол и мне, честно говоря, на это было наплевать. Судя по всему, слухи ходили правдивые — Мстислав был в курсе всего, что происходило в Академии и да, он был очень важной «шишкой».
— Ты вовремя, — Ольга Юрьевна улыбнулась ему. Но выглядело это как-то…странно, словно преподавательница заигрывала с ним. Но Мстислав прожигал меня своим строгим взглядом. Хотелось поежиться, но я удержалась от этого — не хотела доставить ему удовольствие от того, что мне неловко. В конце концов, кто он такой? Пуп Вселенной? Нет. Ну тогда вопрос закрыт.
Нас завели в комнату. Здесь была одна раскладушка. Ни окон, ни другой мебели. Ничего. Голые бетонные стены.
— Ваша задача, — Ольга Юрьевна улыбнулась и поправила очки на переносице. — Выжить. Просто выжить и все. Действуйте трезво, но при возможности пользуйтесь своим даром, своими способностями. И помните, мысль материальна. А вы все умрете.
И закрыла дверь. Мы остались одни. В углу я вдруг заметила Сергея.
— Привет, — он улыбнулся.
— Привет, — кивнула я.
— Милые у тебя одногруппники. Чуть что сразу в драку, — Сергей кивнул в сторону. Я проследила за его взглядом и обнаружила Максима. Парень скрючившись лежал на полу, жалобно скуля — опять не повезло бедолаге, снова нарвался.
— Неплохо, — Мстислав усмехнулся. — А кто из вас банку с краской подвесил?
— Я, — человек подошел со спины. — Привет, Витторина. Давно не виделись.
По коже побежали мурашки. Я узнала этот голос. Я узнала бы его из тысячи, вот настолько сильно я ненавидела этого человека.
— Анатолий? — честно говоря, я была удивлена. — Что ты тут делаешь?
— Старшекурсник, — он улыбнулся своей безупречной улыбкой и откинул с темных глаз длинную золотистую челку. — Не удивлен тебя тут увидеть.
— Аня знала?
— Аня. Анечка, Анютка…эх, какая девушка была. Красивая, отзывчивая, страстная…какая она была в постели.
— Ты даже на похороны не явился, — холодно заметила я. Он картинно всплеснул руками и издевательски произнес:
— Ой, забыл. Были дела поважнее.
— Ты что тут забыл? — Мстислав стоял почти прикасаясь ко мне. И почему-то от этого было очень спокойно. Он надежный человек, хоть я его еще мало знаю.
— У меня разрешение есть. Вы же своих посещаете. Ой, пардон, не своих, а свою. Уже оприходовали или пятницы ждете? — хмыкнул он. — Сразу скажу, она из недотрог.
— А тебя это не должно касаться, — с опасной мягкостью произнес Мстислав. — Даже близко к ней не подходи.
— У тебя нет права.
— Есть, — холодно ответствовал мой сосед.
Сергей тихонько потянул меня в сторону, подталкивая к кушетке и предлагая сесть, пока там ведется «мужской» разговор.
— Пусть сами разберутся. Они старосты каждый своего факультета. Шархан тебя все равно не даст в обиду, — заверил он.
Я устроилась на раскладушке, повторяя «вечернюю» позу своего соседа — закинув руки за голову. Сергей сидел рядом, а в углу напротив стоял, прислонившись плечом к стене, Мстислав. Анатолий собрал всех у другой стены. Парни о чем-то договорились тихо и мирно, вот только никто не был в курсе, к какому выводу они все-таки пришли. С каждым вдохом воздуха в легкие поступало все меньше и все с большей болью, словно обжигая изнутри.
— А черт, как будто дышать нечем, — Рома грустно шмыгнул носом.
— Так и есть, — после продолжительной паузы, ответил Мстислав. — Они воздух откачивают.
Что тут началось! Хорошо, что я легла, иначе затоптали бы. Однокурсники носились, бились головой о стены, орали, умоляли, пытались открыть дверь. Но все тщетно.
— Тебе не страшно? — мягко спросил Мстислав, глядя на меня из своего угла.
— Ты не дашь умереть, — в моем голосе послышалась грусть и, наверное, безысходность. А как бы сейчас хотелось присоединиться к Анюте. Анютка, Анюточка…как мне плохо без тебя.
— Почему она ушла? Ты знаешь? — Мстислав продолжал меня пристально разглядывать темными, почти черными, как ночь, глазами.
— Я не знаю, — я действительно не знаю. Последние три года у меня вообще очень мало что стыкуется в голове. Ощущение такое, будто я вижу какую-то другую реальность, которая потом откатывается до какой-то точки, а потом снова повторяется. А потом снова откатывается, а я и не знаю, что действительно произошло, а что нет. Это странно, но в тоже время привычно для меня. Не знаю как это объяснить, просто не знаю.
— Витторина… — его глаза блеснули золотом, а губы дрогнули в улыбке. — Если пройдешь обучение, получишь ответы. Я знаю, где ее личный дневник.
— Что? — мой хриплый голос от удивления стал громче. — Это блеф!?
— Хочешь поспорить? — мой замечательный сосед прищурился. — Ее дневник… Аня называла его «Неназванная книга». Но я отдам тебе его при двух условиях. Первое я уже назвал, а второе назову только, когда выполнишь первое.
А я его уже почти не слушала. Так, как не умереть в комнате, из которой откачивают воздух?! Чего боялся Гоголь? Точно, он боялся, что его закопают живьем. Летаргический сон. А это идея. Состояние анабиоза мне подойдет. Не знаю, почему такие ассоциации мелькали в моей голове, но почему-то я была уверена в том, что моя задумка сработает.
Я закрыла глаза. Глубокий вдох, выдох. Вдох. Выдох. Мысль материальна. Я засыпаю. Я засыпаю. И медленно я погрузилась в сон. Спала, словно была мертва — ничего. Полная отключка сознания. Чернота. Ничего нет. Абсолютная пустота. И некая доля спокойствия.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
— Вита, — шепот пронесся в этом пустом пространстве. — Вита, — шептал ветер.
Я будто погрузилась в мысли моего соседа, будто видела какие-то воспоминания его глазами. Словно слышу его мысли, проживаю его жизнь. Отчего-то стало любопытно и я стала погружаться в эти мысли, цепляться за ниточки и подтягивать к себе. Если это ключ к ответам, то я их получу.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Я вздохнула и словно ухнула в воду, а в следующую секунду открыла глаза и увидела встревоженное лицо Мстислава.
— Живая, — бросил он куда-то за спину и ласково сказал. — Давай-давай, садись. Пить хочешь? Как себя чувствуешь? Голова не кружится? Три часа в отключке.
Я села, чувствуя на своей спине его теплую и сильную ладонь — опора, которая мне очень помогает и больше даже в моральном плане, нежели в физическом. Оп-па, мы уже все в аудитории. Почему-то куча врачей. Кому-то плохо. Вон, Юлька лежит на полу. У нее серая кожа, выпученные глаза. Ромка зашелся в громком кашле. Макс мучился резью в животе. Карина прижимала к груди руки, словно до сих пор не могла дышать. На Олесю надели кислородную маску.
— Получилось, — я усмехнулась.
— Что ты представила? Чего хотела? — Ольга Юрьевна возникла в поле моего зрения.
— Анабиоз. Я хотела провалиться в состояние близкое ко сну.
— Мы недооценили. Опять, — Мстислав хмуро покосился на преподавательницу. — Нужно полное обследование. У нее способности больше развиты, чем мы могли предполагать. Сознание незамутненное.
— Тебе поесть надо, — преподавательница сочувственно посмотрела. — Ты очень хорошо поработала. Сходи, перекуси. Твои однокурсники все равно сейчас не придут в себя.
— Пойдем, — Сережа ловко взял меня под локоть и уверенно повел вперед.
Я споткнулась, могла бы упасть, но парень меня придержал, ласково сказав:
— Все нормально. Не волнуйся.
— Мы куда?
— В столовую. Ольга Юрьевна права, тебе нужно поесть. Это необходимо.
Он настойчиво тянул меня за собой. Запинаясь, я следовала за ним.
— Сережа.
— Что? — обернулся.
— Я…мне больно, — попытавшись высвободить руку, я смутилась. Мое тело болело, но как-то странно. Словно все шло от головы. И что такое это было? Словно какие-то воспоминания…Мстислава???
— Ой, прости, пожалуйста, — Сережа отдернул ладонь, по-видимому, почувствовав себя неловко. — Просто я испугался за тебя.
Приобняв меня за плечи легко и ненавязчиво, Сергей провел меня в столовую и усадил за стол. Мы сели за тот самый, где сидели утром с Мстиславом. Черт, почему я постоянно думаю о своем соседе? Все мои мысли, так или иначе, возвращались к этому парню — темный, властный и…заботливый?! А, нельзя было не заметить, что Мстислав постоянно беспокоится и что-то делает для меня. Или мне уже мерещится? Может мне кажется, что все это забота. Да, мне хочется верить, что хоть чуть-чуть ему нравлюсь. Ведь я никогда никого не привлекала. А он привлекательный, не дурак и…и ничего о нем не знаю. Что-то вбила себе в голову. М-да, грусть-печаль.
— Ешь, — Сергей улыбнулся, подталкивая тарелку поближе ко мне.
Я моргнула, поймав себя на том, что даже не заметила, как он вернулся с едой.
— Спасибо, — потупив взгляд, я разглядывала свои бледные руки.
— Ты молодец. Даже из старшеков не каждый рискнет в Анабиоз впасть, — парень покачал головой. — Из твоих никто не смог предпринять меры. Так и попадали в обморок. Не волнуйся, из них никто не пострадал.
— Извини…но мне все равно, — меня нервировал этот разговор.
— Ешь, — мягко напомнил он. — Надеюсь, ты не хочешь, чтобы меня Шархан покалечил. Он беспокоился за тебя. Не удивительно…
Я подняла глаза и задала тот самый вопрос, который больше всего меня интересовал:
— Кто он?
— Человек…которому не повезло в жизни, — Сережа задумался. — О нем почти ничего не известно. Пять лет назад он какой-то странный стал. Окончательно замкнулся. Создал себе комнату на чердаке. У него была девушка. Но она ушла. И ушла к его врагу. Нельзя сказать, что Шархан сильно убивался, но с девушками явно завязал, — парень усмехнулся и взъерошил волосы. Я задумалась. Шархан говорил несколько другое. Что-то не стыкуется.
— Спасибо, — я отставила пустую тарелку. Картошка была проглочена мною незаметно и совершенно безвкусно. В голове немного звенело.
— Расскажи о себе, — его серые глаза лучились добротой. — Что тебе нравится? Какие цветы любишь? Фильмы? Музыка? Ты ведь очень любишь музыку?..
Я растерялась. Что я могу рассказать о себе?
— Извини, — я не нашлась, что сказать и, встав, поспешила уйти.
Сергей догнал меня на лестнице — при моем состоянии это было не сложно.
— Вита, погоди, — он обогнул меня и остановился, заставляя меня сделать тоже самое. — Я ничего плохого не имел ввиду, — продолжил парень. — Ты мне понравилась и я хотел бы узнать тебя получше. Может сходим в кино? Или…приглашаю тебя на свидание?! Эй-эй, ты чего??!
Я почувствовала… Острая боль пронзила гортань, не давая вдохнуть. В глазах потемнело. Воздух не поступал в легкие. Я покачнулась. После смерти Анюты такие приступы были постоянны. Коснувшись холодными пальцами лба, я пыталась остаться в сознании.
— Отведи меня в мою комнату, — это единственно, что удалось прохрипеть. Способность нормально двигаться и видеть пропала. Я не подчинялась сама себе.
Я не осознавала реальность. Я выпала куда-то вглубь себя. Мысленно я вернулась к тому дню, когда собиралась на прогулку. Хотела зайти по дороге в магазин, купить продуктов. Звонок мобильного телефона был неожиданным. На экране высветилась надпись «Анюта». Я давно ждала, что она позвонит и объяснит, что все-таки произошло, почему пропала. Ну хоть что-то. Я не могу жить в неведении. Но это было не так. Звонил следователь. Он просил подъехать на набережную. Но и туда я опоздала. Оказалось, что тело девушки уже увезли. Я прямиком отправилась в морг, уже зная, что я увижу там ее. Она лежала на металлическом столе под белой простыней. Я не плакала, не орала. Ничего. Просто сказала: «Да, это она». Выйдя из здания, позвонила маме Анюты и сообщила печальные новости. Стояла, чувствуя, как боль наполняет меня по капле. Казалось, что меня разъедает кислотой. В душу закрался страх. Страх того, что я осталась совсем одна. Хотелось закричать, но из моего горла не вырвался ни один звук.
Я забилась в судорогах и открыла глаза. В легкие не поступал воздух. Я чувствовала обжигающую боль во всем теле, которое билось в конвульсиях. Надо же, как психологические проблемы сказываются на нашем организме!? Рухнув с кровати, я забилась в угол, сжавшись в комочек. Коснувшись лбом коленей, я пыталась успокоиться. Но паническая атака продолжалась. Тело также пульсировало болью и содрогалось. Из горла вырывались тихие хрипы. Так спокойно. Анюту уже не вернуть. А вот козлу одному отомстить вполне можно. Анатолий бросил Аню, когда она забеременела. А до этого клялся в любви. Все мужики одинаковы.
— Вита?!
31 июля
Грустно, но в пределах нормы. Двадцать восьмого июля была на съемках в массовке. Ну не особо интересно было. Прикольно, но работают там одни раздолбаи. Ну, возятся, ходят взад-вперед. Их там (работников) было больше, чем массовки, но никто ничего не делает.
Нахлынули воспоминания. Смотрю телек, музыкальный канал. Дебильный канал, дебильные передачи… история про голубых и встречи с бывшими. Вот про бывшего и вспомнила. Я не могу его забыть. Я злюсь на себя и презираю его, и, к сожалению, не могу его забыть. Просто всегда помню. А я хочу его забыть. Хочу забыть и не вспоминать больше никогда. Хочется забыться. Любопытно, а он меня вспоминает? Это любопытство и не более. Я думаю, может…может не стоит больше никого мучить…может стоит смириться и просто стать одной во всех отношениях?! Я никогда и никому не смогу объяснить все то, что я чувствую и что думаю. Хочу понимая…и я знаю, что не получу его. Я злая, эгоистичная, циничная, тщеславная…кому такая нужна? Хочу плакать, но как в том анекдоте — не буду, потому что успокаивать некому. Интересно существуют люди, похожие характером на…ну даже не знаю, какие-нибудь, чтобы быть как за каменной стеной? Мне просто нужен такой человек для общения. Мы бы понимали друг друга без слов.
О, проснулся пофигизм. Мне становится на все пофиг. Почему? Ну чего не знаю, того не знаю. Безразличие. Может напиться? Но это все равно не поможет. Ничего, скоро мой Толик приедет и успокоит меня. Поможет забыться. Все равно я смогу со всем справиться. Может шоколадку купить и съесть? Пожалуй, да. Тогда пошла в магазин. Даже настроение чуть-чуть улучшилось.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Я не слышала, как он подошел. Не могла увидеть, но почувствовала. Его ладонь ласково легла мне на затылок и погладила волосы легко, почти невесомо.
— Вита, ты меня слышишь? Дай хоть какой-то знак.
С удовольствием, только мое тело сейчас наливалось свинцовой тяжестью. Снова. Снова парализует. Все как всегда. Нет, не так. Я не одна. Обычно это происходит в пустой квартире, где я совершенно одна. И мне даже не страшно. Так, легкая паника и вопрос — а умру ли я сегодня или снова пойду в универ, потом на работу? А потом опять в какой-то момент приступ и я снова буду валяться в непонятном состоянии. Благо, это почти всегда происходило на территории квартиры, а не где-нибудь на улице или просто в непонятном месте.
— Вита!? — он аккуратно приподнял мою голову. Теплые пальцы легли мне на горло, проверяя пульс. От этого касания почему-то стало так спокойно и хорошо. Мне вообще нравились его прикосновения, мне хотелось, чтобы… Так, куда-то меня не туда заносит.
Тело не позволяло вообще двигаться, хотя мне наконец-то удалось открыть глаза. Ура, расступилась эта чернота. Лицо Мстислава было встревоженным. Неужели он волнуется за меня?
— Вита, я сейчас просто обследую твое тело. Если будет больно или что-то не так, дай мне знать. Хорошо?
Я моргнула. На большее я сейчас все равно неспособна. Мстислава такой «ответ» устроил. Ага, такой устроил, а «нормально» не устраивает. Захотелось закатить глаза, но я удержалась от этого, не без труда.
Настороженно вглядываясь в мое лицо, сосед медленно и осторожно «развернул» меня из положения «клубочек», позволив лежать на полу в полный рост. Я смогла прочувствовать, как кровь снова циркулирует по всему телу, немного щекоча изнутри. Темные глаза моего замечательного соседа из черных превратились в золотистые. Такие красивые и привлекательные. Я почувствовала, как запылали щеки.
А Мстислав пока совершал непонятные для меня манипуляции — он водил руками над моим парализованным телом, при этом он ни разу не прекратил зрительного контакта.
— Странно, я раньше не замечал за тобой такой реакции. На улице ведь такого ни разу не было? Если согласна, моргни один раз.
Моргнула. Он удовлетворенно хмыкнул. А вот что интересно — он спрашивает про улицу. Может ли это означать, что он следил за мной?!
— Двигаться вообще не можешь? Да — один раз, а если можешь, то подвигайся.
Снова моргнула.
— Боль еще есть?
Моргнула два раза.
— Ты как-то странно дышишь. Легко, поверхностно. У тебя уже коже серая.
Вообще-то, в комнате нет никакого освещения. Логично, что у меня кожа черт знает какого цвета в этих потемках! Именно это мне хотелось ему сказать, причем обязательно язвительным тоном. Но не могла. Он прав. Вместо того чтобы вздохнуть глубоко, мое тело слегка вбирало в себя обжигающий кислород, малюсенькими порциями. Было больно. Судорога временами проходила по моему телу.
— Извини, так надо, — быстро произнес Мстислав и положил ладонь мне на грудь. Меня словно ударило током и в следующую секунду тело выгнулось дугой, с силой вбирая в себя кислород. Из горла вырвался хрип.
Тело снова подчинилось мне. Перевернувшись на бок, я закашлялась, продолжая хрипеть. Все это время парень поглаживал меня по спине, кажется, не совсем осознано. Аккуратно Мстислав поставил меня на ноги и еще раз пристально оглядел.
— Кажется, все функционирует, — буркнул он скорее себе, чем мне. Его золотые глаза погасли, вновь становясь черными.
Сев на кровать, я тяжело вздохнула и провела ладонью по лбу, словно стирая весь кошмар.
— Часто такое случается? — спросил мой поистине замечательный сосед, присев рядом со мной, будто готов был в любой момент обнять и успокоить.
— В последнее время все чаще, — нехотя признала я. — Спасибо за…
— Не за что, — перебил меня он. — Лучше расскажи про эти приступы. Что происходит с тобой в такой момент? Я провел сканирование, но не заметил каких-либо отклонений.
— А ты можешь сканировать? — удивилась я.
— А ты любишь отвечать вопросом на вопрос? — раздраженно уточнил Мстислав, отчего в глазах вновь мелькнули золотые искры.
— А это плохо? — искренне удивилась я, но осеклась, потому что глаза парня снова сверкнули расплавленным золотом.
— Я понимаю, почему у тебя нет парня, — четко выделяя каждое слово, спокойно произнес он. — Ты порой бываешь невыносима.
— Сука, — насупилась я. Да, я не права сейчас огрызаясь и грубя ему, каюсь. Но почему-то мне сейчас будто бы…будто бы надо выстроить стену, чтобы не привязываться или же оттолкнуть от себя. Я сама не понимаю почему так поступаю. Тогда стоит ли себя оправдывать?! Хорошо, не оправдываю, я просто грубо поступила, очень некрасиво и даже извинюсь. Попозже. Может быть.
— Так ты ответишь? Что происходит?
— Я не знаю! — это получилось сказать чуть громче, чем обычно. Я вскочила с кровати и заметалась по комнате. Спокойно стоять не получалось, был некий дискомфорт.
— Это связано со смертью Анюты?
— Да.
— Ты ведь не проходила обследование?! — он встал с кровати и приблизился ко мне. Я резко встала, как вкопанная.
Глаза Мстислава вновь потемнели.
— Я знаю хорошего специалиста. Тебя необходимо обследовать, Вита. Со здоровьем не шутят. А такой казус может повлиять и на тебя и на окружающих. Сергей сегодня очень перепугался. Он принес тебя, был в панике, не знал что делать.
— Я. Никуда. Не пойду.
— А если об этом узнают?
— Ты хочешь, чтобы я сказала вслух? — я почувствовала раздражение. — А вот и скажу. Мне плевать на себя! Понимаешь? Мне все равно, что со мной будет. Если понадобится, меня отчислят из Лемура, сотрут память и так далее. Мне все равно.
— Анюта этого бы не оценила, — Мстислав был обезоруживающе спокоен, но меня уже понесло.
— А тебе какое дело? Что ты знаешь о нас с Анютой?
— Вы были друзьями. А потом она перестала с тобой общаться. Причина тебе до сих пор непонятна. А потом ее убили. В ее смерти ты винишь себя. В твоей голове вертится масса вопросов, но ты не можешь найти ответы на них.
— За два-три года?! Не кажется, что маловато информации, — я усмехнулась.
— Я соврал. Я за тобой пять лет следил, — печально изрек он.
Мстислав стоял совсем близко ко мне, почти касаясь.
— Почему? Зачем?
— Работа, — коротко ответил он, буквально сразу разрушая всякие иллюзии и надежды. А ведь где-то в глубине души я надеялась, что нравлюсь ему. Ну хоть чуть-чуть, самую капельку. Хотя о чем я? Как может кому-то нравиться человек, который испытывает к себе ненависть и презрение?!?
А почему я, собственно говоря, надеялась на это? Потому что он первый парень, с которым я живу??! Потому что он нравится мне? Потому что я тоже хочу нравиться? Какой ответ? Где он? Почему я не могу ничего понять? Три года назад не было такой проблемы. А теперь с каждым разом все хуже и хуже.
— Тебе надо спать, — коротко сказал он, разворачиваясь и направляясь к выходу.
— Откуда ты узнал, что мне плохо?
— Случайность.
— Случайно решил заглянуть ко мне в комнату? И часто бывает такое?
— Я услышал, как ты свалилась с кровати. И если ты не прекратишь расспросы, то я решу, что ты тронулась умом, — Мстислав обернулся и вдруг о чем-то догадавшись, задал следующий вопрос — Ты ведь всегда спишь и видишь кошмары?!?
— Да.
Я отвернулась. Волосы, заплетенные в косу, больно ударили по позвоночнику.
— Извини, — его голос смягчился. — У меня практически нет опыта общения с девушками. Я не хотел тебя ничем обидеть. Напротив, только помочь. Хочешь, я побуду рядом, пока ты не уснешь?
— Да, хочу.
Кажется я покраснела. Недолго думая, легла в кровать. Мстислав укрыл меня, заботливо подоткнув одеяло и сел рядом в…кресло?!? Да, буквально из воздуха материализовалось кресло. Я сжала руками его ладонь и…провалилась в чудесный сон, в котором больше не было ни боли, ни страданий, ни переживаний.
Зато я снова видела какие-то воспоминания своего соседа и…мы были знакомы?!
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Проснулась очень легко. Впервые за последние несколько лет почувствовала себя выспавшимся и счастливым человеком. Захотелось жить. Хм, это что-то новенькое. Но мне нравится. А еще захотелось есть — тоже прогресс. Мстислав дремал в кресле, так и, позволяя держать себя за руку. Интересный он человек и очень непонятный. Многое он просто не рассказывает, многое не договаривает. Я невольно улыбнулась.
— Доброе утро! — оказывается, Мстислав уже не спал, а в упор смотрел на меня.
— Доброе, — я смутилась, вздрогнув от неожиданности. — Спасибо.
Парень медленно поднялся из кресла и вышел в соседнюю комнату, притворив за собой дверь.
Быстро приведя себя в порядок, я выскочила вслед за Мстиславом. А вот застала я своего соседа с Сергеем. Когда я вошла в комнату, оба парня встали.
— Привет, — я робко улыбнулась.
— Привет. Как твое самочувствие? — почти нежно спросил Сережа.
— Уже лучше. Спасибо, — с трудом удержала себя от того, чтобы снова не брякнуть «нормально».
— Шархан сказал, что тебя нужно показать специалисту.
— Я никуда не пойду, — горло запершило от боли.
— Хорошо. Как скажешь, — легко согласился он. — Я могу проводить тебя на занятия?
— Эм…да? — я смутилась (не думала, что они так легко сдадутся). — Я только сумку сейчас возьму.
Сегодня 21 сентября. Время 14.48. Сижу на скамейке, на Набережной. На улице жара, больше 30 градусов. Народ веселый ходит. Яуза шумит маслеными пятнами и редкими волнами. А мне спать хочется. Хотя днем мне всегда хочется спать. Хорошо. Легкий ветерок обдувает. Думаю, дойти пешочком до дома, но честно говоря, просыпается лень. Вообще в голове снова столько мыслей. Снова думаю про мои сны. Это так грустно… Но все равно хорошо. Только душевное умиротворение. Немножко скучаю по дому, а точнее совсем не скучаю. Мне и тут неплохо. Москва неплохой город. Он встретил меня радушно, хотя этого переезда я боялась, боялась маминого развода… Но Толик… Анатолий беспокоится. Я рада, что он живет рядом, недалеко от моего дома. Даже близко.
А вообще я скучаю по Ритке, она постоянно пропадает на своей практике или как там это называется. Ее я не видела с лета. Мне интересно как у нее дела, до сих пор ли на уме мальчишки-косметика-тряпки? Вот тут-то я вспоминаю Анатолия. Мы с ним так хорошо гуляли летом по Набережной.
Однако жизнь продолжается. Вообще, есть желание с кем-нибудь познакомиться, но… Но не слишком сильное желание.
Солнышко припекает. Тишина. Относительная. Река шумит. Катера носятся, рассекая водную гладь. Недалеко кто-то на картинге катается. Рядом женщина. У нее ребенок в коляске спит. На вид приятная женщина. С ней ходит будущая мама — беременная женщина. Голуби и воробьи, не боясь никого, прыгают и летают рядом.
С Набережной так уходить не хочется. Может сейчас сходить в кино?!? Посмотрим. Вообще жизнь прекрасна!
22 сентября, понедельник. Уже запарилась сидеть на уроках. Только что началась физика и скоро начнется математика. Физичка, во всяком случае создается такое впечатление, не только не готова к занятиям, но и сама ни фига не знает. У нее сначала все просто, а потом резко усложняется.
23 сентября. Наконец-то закончились сегодняшние занятия. Скоро с Анатолием пойдем гулять. Так здорово. Мне кажется, что мы предназначены друг другу самой судьбой. Мы совершенная пара, идеально подходим друг другу.
24 сентября. Все супер!!! У меня все отлично, радуюсь жизни. Хотелось бы на пару дней съездить куда-нибудь с Толиком, но пока нет свободных от занятий дней, чтобы сгонять. А жаль!
Уже 25, пятиминутный перерыв на биологии. Кошмар! Ощущение, что до дома не дойду. Хотя это нормально. После физкультуры устала, но по-настоящему мышцы заболят завтра. Хочу домой.
26 число. Сейчас будет геометрия. Честно говоря, хочется домой, хочется спать, дрыхнуть просто. С Толиком давненько не гуляли вне школы.
К сожалению, у него произошло какое-то ЧП на подработке в какой-то Академии, и он теперь постоянно занят решением этой проблемы.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Мстислав был не в настроении. И об этом говорил его невероятно устрашающий взгляд, от которого все, то и дело, пригибались. Избиение нас продолжалось уже больше двух часов. Каждого из однокурсников вызывали к доске, где была расчищена от парт значительная площадь. Несчастному связывали руки за спиной и после один из старшекурсников (а сегодня это был Артем — тот самый, который подсказал мне дорогу в первый день до нужного кабинета), используя свой дар атаковал. Атаки были очень интересные — огненные шары, либо водные. Иногда выстреливала молния. И попадала она точно в учащегося. Из-за страха боли все могли пробудить свои способности. У Юли очень хорошая защита оказалась. Хотя и ее протащило несколько раз по всей аудитории. Первый огненный шар Артема угодил девушке прямо в грудь. Второй сбил с ног. А на третьем случилось невероятное. Юля зажмурилась и пригнулась к земле, испуганная тем, что снова будет больно. А огненный шар все приближался и приближался… И в тот момент, когда эта атака должна была ударить девушку, перед Юлей возникла светлая, едва заметная, голубоватая стена. Ударив в нее, шар отскочил в сторону и растаял в воздухе. Ольга Юрьевна сказала, что именно к такому результату мы должны стремиться, что это не так сложно, как кажется.
Сергей прошел в аудиторию, поздоровался с преподавательницей и улыбнулся мне. Кажется я покраснела. Сережа сразу же направился к Мстиславу. Они что-то активно, но очень тихо обсуждали. Они вроде бы друзья. Или просто сокурсники??! Сколько всего непонятного творится вокруг моего соседа. И хоть бы он отвечал нормально на вопросы. Так нет, выпендривается, какая-то мистика, ирония…кстати об иронии. Порой он в этом превосходит меня. Это печально.
Олесю первым же шаром снесло куда-то в угол. Второй она уже отразила, все из того же угла. Ее защита была блеклой, но все же выдерживала все удары. Карина смогла выставить защиту сразу. Роман долго не мог сконцентрироваться. Атак десять он пропустил, прежде чем разобрался с этой техникой. Артем не зверствовал, но в любом случае все же было бы неприятно упасть на пол со связанными за спиной руками.
— Витторина!
Я вздрогнула. Черт, даже не заметила, как Мстислав подошел ко мне. Его теплое дыхание опалило шею. Я подскочила так, что опрокинула стул и копчиком налетела на стол.
— Шархан, не пугай так. Наши студенты и так слишком нервные стали, — Ольга Юрьевна шутливо погрозила пальчиком.
— Конечно-конечно, — с улыбкой отозвался он, удерживая мой взгляд своими золотистыми глазами. Как у него так получается? Почему его глаза меняют цвет? С чем это связано? Столько дурацкой литературы вспоминается…
— Чего тебе? — буркнула я, понимая, что в наш разговор сейчас вслушивается вся аудитория.
— Хочу напомнить, что тебе есть за что бороться, — его взгляд был строгим, хотя интонация в голосе была более-менее мягкой и может даже ласковой.
— Витторина Соколова, прошу Вас.
Однокурсники обернулись ко мне. Волей-неволей, а на «казнь» идти придется. Спустившись вниз, к доске, я тяжело вздохнула. Мстислав быстро защелкнул наручник чуть повыше локтей. Пришлось немного выгнуться, чтобы стало более удобно.
— Нормально? Если будет дискомфорт — предупреди, — произнес мой сосед, за что я попыталась испепелить его взглядом. Но он лишь улыбнулся.
Я отошла к стене и повернулась к Артему.
— Готова? — спросил он.
Кивнула. Прядь волос упала на лицо. Это простое движение с еще меньшим последствием вызвало в моей голове огромное количество воспоминаний.
Огненный шар с грохотом ударил в прозрачную стену, которая возникла в моих мыслях, моем сознании. Моя ярость вырывалась вперед, преграждая путь, спасая от проблем, от боли…
— Вита, атаки сейчас пойдут одна за другой. Будь готова! — кажется Артем кричал, но мне было все равно. Я была не тут, не в аудитории, где полно народу, а…
— Вита! Теперь одна сплошная!
Частые удары, словно выстрелы или даже больше напоминали бомбежку в «горячей» точке, закончились. Теперь это была сплошная стена огня. Меня атаковали во всех плоскостях, но прозрачный купол надежно защищал меня. Я не знаю, что творилось снаружи — было не видно и не слышно из-за рева пламени.
— Я мертва!? — кажется, это я повторила вслух, ровно за секунду до того, как случайно убрала свой защитный барьер. Огненный шар ударил меня в грудь. В глазах потемнело, но в следующий момент я врезалась спиной в стену с такой силой, что из легких выбило весь воздух, и я почти потеряла сознание. Но до пола так и не долетела. С двух сторон меня поймали сильные руки. Одни абсолютно точно принадлежали моему замечательному соседу (и как я его только узнаю??!), а вторые — не знаю чьи.
— Вита? Вита??!
Меня встряхивали, хлопали по щекам. Я не могла вздохнуть. Перед глазами бежала рябь. Мне расстегнули наручники, освободив мои руки.
Я резко и хрипло вздохнула, рывком села. Голова закружилась, а перед глазами забегали мушки, поэтому я зажмурилась.
— Вита? Ты меня слышишь? Что произошло? — Мстислав проводил быстрый и профессиональный осмотр, проверяя на предмет ран и ушибов, нащупал пульс на моей шее. Может он доктор? Интересный человек. И привлекательный. Ой, кажется, я головой все-таки сильно приложилась. От этой мысли я невольно захихикала. Я чувствовала, как руки Шархана замерли. Видимо, мой сосед тоже теперь думает, что у меня сотрясение мозга.
Слегка отстранившись от заботливых рук, я медленно встала. Голова кружилась, но мне казалось, что это в пределах нормы. Слегка сдавив виски, я все-таки рискнула и снова открыть глаза. О да, все плывет и сливается. Супер!
— Вита, что случилось? — Ольга Юрьевна тихонько тронула меня за плечо. — Почему Барьер так резко пропал? Что случилось?
— Не знаю, но надо попробовать еще раз, — я с трудом подавила улыбку. — Нужно тренироваться. Можно?
— Ты уверена, что можешь продолжить? — уточнил Сергей.
— Абсолютно.
Дружно переглянувшись, преподаватель со старшеками разошлись в разные стороны, оставив меня один на один с Артемом.
— Бью в полную силу?! — скорее спросил, чем предупредил он.
— Бей, — я усмехнулась, подумав лишь о том, что дуракам нечего бояться. Почему-то было смешно и я все-таки не сдержалась тихо хихикнув.
Огромный огненный шар снова уперся в мой Барьер — в мою защитную прозрачную стену.
Артем первым прекратил атаку.
— Ты как? — спросил он, с подозрением глядя на меня. — Ты побледнела.
— Все супер! — успела ответить я, прежде чем упасть (хотя до пола вновь не долетела — еще в воздухе меня легко подхватил на руки Мстислав). Тело вновь парализовало.
— Слишком много практики для первого раза, — обеспокоенно произнес Сергей.
— Ребят, позаботьтесь о ней, — Ольга Юрьевна кивнула им. — Вита, ты молодец! — она улыбнулась.
Я закрыла глаза, впервые наслаждаясь своей беспомощностью. Не знаю, что движет Мстиславом, но он меня не бросит.
— Ну что ж, добро пожаловать в Лемур, — с улыбкой откликнулся Сергей. — Теперь вы не сможете жить без этого. Вам нужно будет чувствовать свою силу, чувствовать свои мысли. Это потрясающее чувство. Главное не перебарщивать. Шархан, а ты понял, почему некоторые девушки вдруг сняли защиту?
— Ты и сам знаешь, что все зависит от мыслей. Я не знаю, что творилось у нее в голове.
— Эх, был бы здесь Санек. Он смог бы ведь отследить эмоциональный фон?
— Черт его знает. Может и не смог бы.
— Ребят, я не глухая, — слабо произнесла я.
— Оу, — Мстислав меня слегка приподнял, вглядываясь в лицо. Лично я его не особо видела — одно сплошное темное пятно.
— И не тряси меня, пожалуйста, — попросила я, чувствуя, что мутит.
— Еще одна просьба и я тебя брошу, — предупредил Шархан, но в его голосе послышалась улыбка.
— Главное не наступи, — беззлобно огрызнулась я в ответ.
— Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит? — заботливо поинтересовался Сергей.
— Нормально. Тело не чувствую. Наверное, окоченела, — иронично заметила я.
— В тебе умерла язва, — усмехнулся Мстислав.
— Ну ладно тебе. Видишь, у девушки шок, — заступился Сережа. — Что тебе поможет, Вита?
— Только рюмка водки на столе, — напела я припев известной песни, отчего оба парня рассмеялись. Песня настолько известна, что кроме этой строчки ее никто не может напеть — именно так происходило в той компании, в которой я иногда бывала.
Я слышала, как открылась дверь. Меня мягко положили на…не знаю на что, но предполагаю, что на диван.
— Вита, будет чуть-чуть больно, — виновато сообщил Сергей.
И в тот же момент тело словно пронзило молнией. Первый вдох болезненно отозвался в легких. В глазах зарябило, но постепенно картинка обрела ясность.
— Спасибо, — прохрипела я. — А что это было?
— Помощь, — улыбнулся Сергей. — Завтра у вас физра?
— У тебя индивидуальная программа, — хмуро сообщил Мстислав. — И вообще, тебе не помешала бы шоковая терапия, — он протянул мне кружку.
— О чем ты думала? — Сережа старательно всматривался в мое лицо.
Я открыла было рот, чтобы ответить, и тут же захлопнула. А что тут скажешь?
— Ничего, — я отставила кружку.
— В любом случае, запомни, что именно тебя так подвело, — парень сочувственно смотрел на меня. — Пойми, что в следующий раз тебе так «случайно» могут сломать парочку костей, а при неудачном «знакомстве» со стеной и вообще похоронить проще будет. В конце концов, я с тобой еще планировал как-нибудь на парочку свиданий сходить.
Я покраснела. Мстислав же никак не отреагировал на данное высказывание.
— Мы перепугались за тебя, — Сергей снова поставил передо мной кружку чая, настаивая, чтобы я ее выпила. — Ты редкий самоубийца, — рассмеялся. — Защиту не у всех получается поставить. А уж если поставили, то держат до последнего. Это получается все случайно, интуитивно и…
— Я не хотела.
— Что? — в его глазах отразился ужас. Шархан продолжал стоять спиной ко мне, не подавая виду, что его интересует этот разговор.
— Я не хотела ставить защиту, — повторила я.
— Ты молода, красива, умна. У тебя вся жизнь впереди, — нарочито весело заявил он.
— Зачем эти издевательства? Объясните? Можете?
— Можем, — Сергей кивнул, ответив за двоих. — Но сначала поешь.
— Я не хочу.
— Поешь. Ты слишком часто голодаешь, — подал голос Мстислав.
Любопытство пересилило, и я нехотя взяла бутерброд и начала активно его жевать.
— Вот умничка, — Шархан ласково улыбнулся. — А дело в том… — он выдержал паузу.
— Дело в том, что человеческий потенциал невероятно богат, но мы им не пользуемся. Зачастую, чтобы найти доступ к этому источнику, приходится проходить испытания, где наша жизнь подвергается опасности. Резкий выброс адреналина перестраивает наше тело на другую волну, заставляя мозг работать более активно и подключает весь неиспользованный резерв человеческих возможностей. Именно поэтому первый курс проходит первичный этап через боль, страдания и ужас. Каждому свое и старосты факультетов должны следить за своими учениками, отмечая подход и действенность обучения.
— Ты одна зачислена в Ночную Стражу, по моему распоряжению. Нам балласт не нужен. Остальные набирают людей по принципу — чем больше, тем лучше, — продолжил Мстислав, сверля меня гневным взглядом. — На сегодняшнем занятии, каждый успел сильно испугаться, практически поверил в свою смерть, испытал боль. А ты нет. Ты о чем-то другом думала. И всего одна мысль нарушила твой Барьер. И даже тогда ты не сдалась. У тебя странное отношение к себе и своей жизни.
— Все занятия построены так, чтобы вы могли убедить самих себя, что ваши мысли воплощаются.
— Но они действительно воплощаются! — возразила я и, на удивленный взгляд парней, пояснила. — Когда мы ехали в Лемур. Я остановила автобус.
— Ах, да, — Мстислав усмехнулся. — Ольга Юрьевна каким-то чудом обнаружила причину. Интересно, почему твои способности не фиксируются?! Я был на твоих выступлениях и вот парадокс. Все проникаются твоим исполнением, ты словно забираешь всю боль из людей, вытягиваешь тьму и очищаешь души. При таком чудовищном Хаосе тебя должны были сразу же вычислить. Почему этого не произошло? — он больше спрашивал у себя.
— Ты говорил, что вышли через кого-то, — Сережа покосился на друга.
— Да, — Шархан задумчиво пожевал губу. — Ее подруга, — он кивнул на меня. — Нашла способ связаться с Лемур. Твердила, что знает человека, который достоин обучения здесь.
— Теперь понятно где ты пропадал, — Сергей хмыкнул. — Осталось только пройти первую половину обучения. Дальше легче будет, — он улыбнулся, искренне желая меня приободрить.
14 февраля
Не могу сказать наверняка отчего решила спустя два года вести этот дневник, но кажется это довольно увлекательным занятием. Немного времени прошло с того момента, как меня перевели в школу номер десять. Я быстро адаптировалась, передружилась со всеми. А еще тут учится мальчик, который мне очень нравится. Мы знакомы с ним с садика. Мои родители недавно развелись и мама тяжело это переживает.
Жду с нетерпением раздачи валентинок.
Ура, у меня больше всех — целых 57 штук. Самое главное, у меня есть валентинка от моего ненаглядного Толика. Определенно, это любовь.
15 февраля
Оказывается, есть люди, которые не получают валентинок от слова совсем. Одна девочка из моего класса не получила никаких открыток. Толик и другие утверждают, что она жалкий человек, поэтому не достойна хорошего отношения. Это как-то жестоко, что ли… на вид она обычная. Только неулыбчивая. И держится несколько обособленно. Не знаю, мне не понять.
18 февраля
Понедельник — день тяжелый. Контрольная по математике, а потом еще и лабораторка по химии. Уф, но я хорошо подготовилась, поэтому за результат не переживаю. Может немного накосячила по математике, но на твердую четверку точно нарешала.
Сегодня встретилась с этой странной девочкой в столовой. Обычно я сажусь за стол с Толиком, но его сегодня не было (ушел на флюорографию) и весь наш класс так плотно сел, что к ним не удалось присоединиться. У этой странной девочки был пустой стол. Я ее спросила «Могу ли подсесть к тебе?», а она кивнула, даже не удостоила меня ответом. Она весь обед читала книгу. После обеда она убрала за собой — я обратила на это внимание, потому что все наши оставляют тарелки на столе и дежурные потом относят все в мойку. Позже на перемене она сидела в коридоре и читала другую книжку, что-то по психологии. Странный выбор.
19 февраля
Контрольную хорошо написала только странная девочка. Я хотела с ней познакомиться, но меня отговорили. Судя по тому, что мне рассказали, она весьма гадкий человек. Не знаю, но и проблемы мне не нужны.
20 февраля
После школы ходили с Толиком гулять. Он такой таинственный и загадочный, это так волнительно.
Я представляю, как потом в будущем мы сыграем свадьбу, у нас будут замечательные дети. Пусть мечты сбываются.
21 февраля
Сегодня странную девчонку побили. Нинка сказала, что девочка проигнорировала нашего лидера.
22 февраля
Ее опять побили. Чисто по-человечески жалко. Ей порвали куртку и забили «стрелку».
25 февраля
Все выходные гуляли с Толиком. Он такой романтичный. Все было прекрасно, как в красивом кино. Наша жизнь будет счастливой. Мы поступим в один институт, выучимся, устроимся на работу, я рожу ребенка, купим квартиру.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Еще пообщавшись пару часиков о всякой ерунде, оба парня признали, что мне пора спать. Нет, они до этого еще пытались накормить, но я была против.
И вот лежу, смотрю в темный потолок и понимаю одно — не могу! Я не могу спать. Уже час лежу и никак. Закрываю глаза и снова вижу кошмары. И теперь я лежу с открытыми глазами и жутко хочу спать. И не могу. На ум пришла мысль. Не очень гениальная, но…может он поймет?!
Я встала, подошла к двери и робко вошла в комнату к Мстиславу. Парень лежал на спине, закинув одну руку за голову, а второй чертил в воздухе узоры, которые тут же вспыхивали голубоватым сиянием. При моем появлении, он обернулся и быстро встал. Надо же, вид такой будто он и не собирался спать, а только что с учебы.
— Ты чего не спишь? — почти строго спросил он.
— Не получается, — я почувствовала себя маленькой глупенькой девочкой.
— Опять кошмары? — его голос смягчился.
— Да, — я кивнула.
— Как давно у тебя это?
— С тех пор, как умерла Анюта, — нехотя призналась. — Я старалась все время, чтобы этого никто не заметил. А потом поняла, всем плевать, — горько усмехнувшись, я прислонилась спиной к стене. — Знаешь каково это? Ты вроде бы есть, а вроде бы и нет. Никому до тебя нет дела. Нет друзей, нет людей с кем ты мог бы разговаривать, делиться проблемами…зачем я тебе это говорю? — губы дрогнули в тщетной попытке сотворить улыбку, а глаза защипало, но я знала — я не заплачу.
— Я не представляю, как тебе удавалось так жить, — Мстислав шагнул ко мне. — Но теперь у тебя есть мы. Можешь считать нас друзьями. И я, и Сергей, и Олег и Санек. Они все готовы тебе помочь в любой момент.
— Я не понимаю. Зачем это вам? — я смотрела в его темные глаза, желая прочитать только одно.
— А зачем ты навещала детей в приюте, давала им концерты? А, Вита?
— Чтобы они не чувствовали того, что чувствую я.
Его глаза полыхнули золотом. В них отразилось удивление и замешательство.
— Почему… — начала я, но вовремя прикусила язык.
— Что почему? — заинтересовался Мстислав.
Он стоял очень близко, почти касаясь. Я не знаю почему, но мой пульс участился. Мне нравится этот парень на каком-то подсознательном уровне. Я не могу этого объяснить. Словно я что-то о нем знаю, нечто важное, но по какой-то причине забыла.
— Почему твои глаза меняют цвет? — выпалила я. Парень дернулся так, словно словил от меня оплеуху. Часто заморгав, он недоверчиво воззрился на меня, как на леопарда в сачке для бабочек.
— Что ты имеешь в виду? — он смотрит на меня с высоты своего роста. Темный пронзительный взгляд, как омут затягивает, заставляет видеть в нем тьму. Это не пугает. Мне хочется помочь, избавить его от этого. Мстислав слегка наклонился. Его губы были совсем близко к моим, словно он собирался меня поцеловать. Кажется, мое сердцебиение было слышно нам обоим.
— Почему твои глаза то совершенно черные, то золотые?
— Ты видишь эти перемены? — спросил он, словно урча, как кот. Глаза снова стали мерцающими, цвета плавленого золота.
— Да. Ты снова поменял цвет.
Он наклонился и прошептал мне на ухо:
— Советую об этом забыть и больше никому и никогда не говорить.
Отстранившись, Мстислав отошел на шаг назад.
— Я хотела попросить тебя…о помощи, — мне снова стало неловко.
— Все что угодно, — темные глаза пытались уловить на моем лице все эмоции, но видимо, что-то не состыковалось.
— Только не подумай чего-то плохого или пошлого. Вчера ты побыл со мной и кошмары не снились. И…я очень хочу спать. Но не могу, не получается, — горло сдавило, словно обмотали колючей проволокой. Я тряхнула головой, стараясь прогнать дрожь из своего тела.
То, что сделал мой сосед, было неожиданностью для меня. Он быстро приблизился ко мне и крепко обняв, шепнул:
— Я всегда буду с тобой.
Он действительно был всю ночь со мной. Также спал в кресле, как в прошлый раз, держа меня за руку. Странно, но с этим человеком так спокойно. Я слышала, что говорили девчата из моей группы о нем. Якобы те слышали от старшеков, что Мстислав ужасный человек, невероятно жестокий. Блин, совсем забыла, я ведь хотела еще поспрашивать насчет Кукловодства у своего соседа. Короче, поздняк метаться. Я спала спокойно и крепко, без снов.
А утром встала бодрая и выспавшаяся. Ну прям до омерзения. Разомкнув веки, я нос к носу столкнулась с Мстиславом. Он тоже не спал. Его золотистые глаза улыбались мне.
— Доброе утро, — шепнул парень.
— Доброе.
Он легко встал и выскользнул за дверь. Я растерянно проводила его взглядом. Встала, причесалась, посмотрела на себя в зеркало — ничего, сегодня на труп меньше похожа. И румянец на щеках появился. Еще бы блеска и азарта в глазах и вообще идеально. Ну ладно. Значит, все-таки живем! Переодевшись в джинсы и футболку, я сложила спортивную форму в сумку и покинула свою комнату.
Мстислав стоял ко мне спиной и разговаривал по телефону.
— Влад, мне не до этого. Потерпи, на следующей неделе все будет. Ну, хочешь, сегодня приходи, — он тяжело вздохнул, а потом вдруг коротко рассмеялся. — А не, она убьет за это, — и покосился на меня. — Ладно, потом все. Информационников тряси. В последний раз они нас сильно подвели.
Он бросил на диван телефон и, усмехнувшись, спросил:
— Работа нужна?
— А есть вакансии?
— Остроумно, — Мстислав скрестил на груди руки. — Нам нужен человек. Лучше конечно, девушка. Девушка которая пофлиртует с мужчиной средних лет и выведает кой-какую информацию.
— Смешно, — хорошее настроение улетучилось.
— Ты идеально подходишь, — заверил он меня.
— Смешно, — снова повторила я. — Неужели реально красивых девчонок не нашел? Да и коммуникабельность моя страдает. Или ты поиздеваться решил?
— Вита, я ничего плохого не имел ввиду. Я только одного не понимаю. Почему ты сама себя так гнобишь? Ты сама себя ненавидишь и презираешь. За что? Почему?
— Это тебя не касается. Спасибо, что…побыл со мной. Мне пора.
— Почему тебе так нравится молчать? — бросил он мне вдогонку.
— Что? — я остановилась, обернувшись.
— Вот Сергей хотел с тобой познакомиться, попросил рассказать что-нибудь о себе. Почему ты молчала? Неужели не нашла что сказать?
— А тебе-то что?
— Мне? — он удивился. — Девочка моя, ты даже не представляешь, какой интерес с моей стороны направлен в твою сторону, на изучение твоей персоны. В конце концов, ты очень ценный кадр и я планирую вскоре ввести тебя в свой рабочий коллектив.
— Сука, — я улыбнулась. В этот раз он не признался, не сказал правды. Так что обзываюсь почти что имея повод.
— Я знаю, — Мстислав ухмыльнулся. — Но! Мне не нравится твоя зажатость. Это нужно исправлять.
— Слушай, тебе доставать некого? Или ты предпочитаешь нечто другое?! — я зло покосилась на него.
— Я уже говорил, что мои желания, на твоем месте, не слишком осмотрительно обсуждать. Хотя… — он хмыкнул. — Смотрю тебе с моим мозгов тоже нравится совокупляться.
— А еще ты говорил, что не повторяешь два раза и не делаешь исключения, — сделала я удачный выпад.
— Девочка, ты не опоздаешь?! — парень с улыбкой кивнул на часы и я, охнув, повернулась и…врезалась в дверь, которую я так и не открыла. Черт! Тихо выругавшись, я все-таки выскочила в коридор и побежала по этажу. Как всегда здесь было пусто. От своих однокурсников я слышала, что они боятся подниматься на этот этаж. Что именно тут ужасным считалось, никто не знает. Забавно. Я чуть не навернулась с лестницы, так спешила на занятия. Все-таки есть огромный плюс ходить не в форме Академии, а в обычной одежды.
Ворвавшись в раздевалку, я повесила сумку на крючок и стянула с себя футболку, оставшись в черном спортивном топике.
— Вита, — протянула Олеся.
— М? — я удивленно обернулась.
— У вас с Шарханом…серьезно?
— Что именно? — я прищурилась.
— Ну вы встречаетесь? Или спите? — Марина подскочила ко мне.
— Нет.
— Фу-ух, значит, есть шанс завоевать его сердце…или что-нибудь еще, — Карина приподняла грудь.
Поморщившись, я вышла. Как это противно! И почему меня вообще беспокоит то, что касается моего соседа??! Почему я ревную? Потому что у меня шансов нет. Ну, вон, девчонки все маленькие, миниатюрненькие, профи в соблазнении. А я? Ну если верить ему, то…хм, лучше не вспоминать что он мне сегодня наговорил.
— Вита! — рявкнули на ухо. Я уже точно могла сказать, что это он.
— Что? — обернулась. Ну конечно же, Мстислав как всегда ухмыляется. Но взгляд его какой-то настороженный. Что его спровоцировало?
— Проходи в маленький зал. И жди меня.
— Жди меня и я вернусь, — буркнула я и нехотя поплелась в указанном направлении.
Поднявшись по лестнице наверх, я обалдела — зал был очень большим. Огромадным. Почему, Мстислав назвал его «маленьким» — непонятно. Не похоже было, чтобы он шутил. В зале есть все — любые спортивные снаряды, «шведская» стенка, кольца, турники…на любой вкус и цвет.
— Привет.
За лицезрением спортзала я и не заметила маленькую девочку. Совсем маленькая, крошечная и…болезненная. Сразу было видно, что она всегда была хилым и чахлым ребенком. Ей на вид можно было дать лет шесть. Ну максимум семь. Странно, что она тут делает?
— Привет, — запоздало отозвалась я, все еще пристально разглядывая ребенка.
— Яна, — она протянула мне ладошку. — Я сестра Сергея. Ты его знаешь.
Я пожала маленькую ручку. Значит сестра гитариста. Кажется, начинаю заводить знакомства. И это явно не моя заслуга.
— Я здесь учусь, — продолжала девочка, а потом повернулась в сторону снарядов. — Ты можешь что-нибудь показать? Пожалуйста.
Ее синие-синие глаза были похожи на море. Это сравнение всколыхнуло одно приятное воспоминание — я всегда хотела увидеть океан.
— Пожалуйста, — повторила она.
Я кивнула и подошла к турнику. Мой рост не позволял допрыгнуть, но я могла заползти по стойке, что и сделала. Не раз смотрела соревнования по гимнастике у девушек по телевизору. А потом во дворе пыталась повторить. Некоторые элементы получались, иные не с первого раза. А другие вообще не удавались.
Прокрутившись на одной руке, я снова сменила направление движения. На несколько долгих секунд мои ладони отпустили турник, тело прокрутилось в воздухе, а потом, перехватив упругий холодный металл, я продолжила вращаться по кругу.
— Круто. Только слишком напряженная.
Ладони предательски соскользнули и я, всей тушкой рухнула на маты, больно отбив живот. Не обидно, просто немного кольнуло внутренности. Обычно в такие моменты я громко смеялась, представляя как со стороны выглядит мое «шмяк».
— Ну, к падениям у тебя особое отношение, — Мстислав протянул руку. — Больно?
— А сам как ты думаешь? — я хмыкнула, поднимаясь с матов. — Почему я никогда не слышу, как ты появляешься? — удивленно спросила сама у себя, но удивила всех в зале. Всех, то есть, четверых?! Рядом с Яной стоял Сергей, который ободряюще улыбнулся мне, а с ними какой-то мужчина, лет двадцати пяти или чуть старше. Кто он? Но сейчас не это меня больше интересовало. Глаза Мстислава снова были золотистые.
Яна закашлялась. Сергей протянул ей какую-то маску.
— Ты растеряна, — Мстислав положил мне руку на плечо. Естественно я сразу же скинула его ладонь. Что себе позволяет этот нахал?
— Может, познакомишь? — подал голос единственный, кого я еще не знала в этом зале.
— Знакомьтесь. Вита это Влад, твой психолог. Влад это Вита, твой геморрой на ближайшее время, или абонемент в травмопункт.
— Зашибись. А меня спросить ты не забыл? — я почувствовала раздражение.
— Забыл, — признался мой сосед. — И все исключительно для твоего блага. Поверь.
— Кому поверить? Тебе?
— А что не так? — искренне удивился он.
— Вита… — начал было Влад, но я его перебила.
— Витторина.
— Витторина, — он слегка склонил голову в знак согласия. — Даже одного взгляда на Вас хватило, чтобы понять, что Вам необходима помощь специалиста. Причем у Вас ярко выраженные способности, которые стоит развивать под наблюдением Вашего покровителя.
Я откровенно рассмотрела его. Смешной, маленький, немного полненький в дорогом сером костюме. Перевела взгляд на «покровителя». Шархан стоял, скрестив на груди руки, и строго смотрел на меня. И что? Он думает, я позволю ему решать за меня?! Ну уж хрен! Или он считает, что раз у меня горло болит, то я буду молчать. Пора разрушать эту иллюзию и показать язычок. Но в голову, как назло, ничего умного не приходило, и я решила эту проблему проще.
— Да пошли вы! — огрызнулась беззлобно.
— Вита, — Яна подергала меня за руку. — Он может помочь, — она кивнула на Мстислава. — Он знает и видит в чем проблема. И я вижу. Я вижу твой страх и подавленные эмоции. Я вижу заглушенное творчество. Я вижу, что твои способности похожи на мои, только ты чувствуешь.
— А еще проглоченный гнев. Нежелание измениться. Возможно, неспособность постоять за себя, — авторитетно заявил Влад, и как не печально, но каждая его фраза била точно в цель. — В тебе скопилось раздражение, замешательство, не выплеснутая агрессия.
— Тебе стоит понять, что ты не одна и…
— Стоп, — я уперла руки в бока. — Что вы все заладили? Я одного понять не могу — что вы так беспокоитесь за меня?
— А почему бы и не побеспокоиться? — Яна широко раскрыла свои и без того большие синие глаза. — Ведь ты беспокоилась о других. А почему нам нельзя?
Логика девочки меня «убила» наповал, и самое плохое, что цензурного ответа я не находила.
— Вот видишь. С твоими эмоциями нужно что-то делать, — она улыбнулась искренне и очень добро.
— С твоими тоже, — заметила я, чем повергла в шок Сергея.
— Странно, — Влад в задумчивости покачал головой. — Вам не кажется, что было бы проще пойти нам на встречу?! Нас больше и доводы весомее.
— Мне это не надо, — сухо заметила я.
— Вы с трудом дышите. У Вас вся верхняя часть туловища сильно напряжена. Ваше положение головы… Но давайте немного поболтаем. Вы находите меня интересным собеседником?
— Нет.
— Почему? — Влад улыбнулся. Судя по всему он догадывался о таком ответе с моей стороны. Печально. Становлюсь предсказуемой. Ну ладно. Обломаетесь!
— Потому что самонадеянны, циничны, лицемерны. Ах, да, еще и глупы, — все это возникало в моей голове само собой. Ощущения меня еще ни разу не подводили по жизни.
— Неужели? — он позволил себе удивиться, а Мстислав хмыкнул. В его глазах читался восторг.
— С чего ты это взяла? — сдерживая смех, спросил мой замечательный сосед.
— Он ничего не знает о жизни, — почти ябеднически обратилась я к Шархану. — Штудирует одну и ту же литературу, не открывая для себя ничего нового. Психолог может из вас и неплохой, но на большее вы не способны из-за собственной лени, — адресовала я это уже Владу.
— А что Вы можете сказать о Яне? Говорите все, что возникает у Вас в голове, — этот психолог тоже восторженно смотрел на меня. Они слабоумные? Чему они радуются?
— Вероятно заболевание легких или что-то вроде того. Вообще кажется, что это астма. Какой-то страх или стресс. Может боязнь жизни. Или нежелание быть здесь, в этом мире, — я задумалась, подбирая слова. — В столь раннем возрасте она ни о чем не мечтает. Видимо все присутствующие считают, что ее дни сочтены. В принципе, чувствую ярко выраженное чувство подавленности, сдерживание рыданий. Какой-то пережитый стресс…вероятно связанный с родителями, может развод. И на этом фоне недостаток любви. Сереж, вы пытались хоть что-нибудь изменить?
Чувства Яны проскакивали во мне калейдоскопом, сменяя друг друга и по какой-то причине меня это даже не беспокоило — а может я окончательно двинулась головой? Я чувствовала ее боль. Ее переживания…они соперничали с моими волнениями (если это так можно назвать). Мы были похожи. В горле застрял ком слез. Анюта…
Я мотнула головой, отгоняя воспоминания. Я так больше не могу. Мстислав прожигал меня взглядом своих золотистых глаз. Он словно считывал мои эмоции, что-то помечая себе в уме.
— Яна наблюдалась у лучших врачей, ничего сделать не смогли. Теперь мы под присмотром врачей Академии, но им, пока, тоже не удалось исправить ситуацию. Говорят, это на всю жизнь.
Будто соглашаясь с его словами, Яна закашлялась с болью, до хрипоты.
— Мне трудно дышать, — пожаловалась она, вцепившись в мою руку. — А раньше…раньше я хотела услышать тебя. Хотя бы одну песню, но только для меня. Ты ведь придешь на дискотеку? Там призы дают. Мы только пару раз выигрывали.
— Чем ты увлекаешься?
— Я на скрипке играю. И пою. Но иногда, с трудом. Я кашлять начинаю, — Яна заглянула в мои глаза. — А почему ты перестала петь?
— Я Анюту потеряла, — позволив себе грустную улыбку, я обернулась к ребятам.
— Что случилось? — спросил Влад. Я покосилась на Яну, намекая, что разговор не детский.
— Сестренка, сходи, поиграй. Я скоро присоединюсь, — Сережа улыбнулся.
— Хорошо, — Яна подпрыгнула. — Вита, в субботу приходи. Многие хотят тебя услышать.
И убежала, плотно притворив за собой дверь.
8 марта
Толик подарил веточку мимозы. Он такой романтичный. Мы будем идеальной семьей.
9 марта
Странной девочки нет вторую неделю. Неужели в больницу попала?! Вообще, глядя на нее понимаю, что мне во много наврали. Она спокойная, необщительная. У нее нет друзей в школе. Мне ее жалко, ведь ничего плохого она не делала.
11 марта
Она пришла. Все такая же спокойная, невозмутимая. Холодная. Ее обзывали, толкали, унижали. Она не отвечала. В столовой мы с ней столкнулись. Я спросила о ее самочувствии, но она не хотела со мной разговаривать. Я стала настаивать и тогда услышала в ответ:
— Тебе не нужны проблемы. Оставь меня.
И сразу же встала и ушла, забрав, как всегда, грязную посуду. Она была единственной, кто относил посуду в мойку.
Во мне появились сомнения. Я очень хотела обсудить это с Толиком, но он ушел с уроков, потому что плохо себя чувствовал, вроде температура была.
Прямо посреди литературы, резко открылась дверь и в класс ворвались двое бородатых мужчин. Черные кожаный куртки, толстенные цепи, металлические бляхи… Мужчины походили на каких-то бандитов или даже уголовников, хотя по сути это одно и тоже.
— Молодые люди, у нас урок! — строго возмутилась Елена Андреевна. Она казалась такой маленькой и хрупкой.
— Нам очень надо переговорить с Витториной Соколовской.
— У нас урок. Вы вообще кто? — учительница окинула мужчин подозрительным взглядом.
— Мы…кхм…
— Опекуны, — Вита посмотрела в окно.
— Я тебя с ними не пущу. Подозрительные люди, — Елена Андреевна мотнула головой. — Проходите, решайте здесь свой вопрос. И поскорее. У нас все-таки урок.
Первый бандюган сразу рванул к Вите, а второй вталкивал третьего участника действий.
— Вот как брату скажи — ты участвовала в драке? — допытывался тот, который встал напротив Виты.
— Только в качестве груши, — она отложила ручку. — К чему это? Меня все равно выперли.
— Никого не ударила?! — продолжил выведываться мужчина.
— Даже пальцем никого не тронула, Ящер.
— Это правда? — спросил второй у всего класса. — Она била кого-нибудь из вас?!
Одноклассники ответили отрицательно.
— Вот видишь, — Ящер обернулся к тому, кого втолкнули в класс. — Она же слово давала.
— Ладно, признаю, был неправ, — новоявленный кивнул. — Вита, прости. Буду ждать тебя на тренировке. И…теперь ты можешь отвечать.
— Эй эй, — лидер класса прям подпрыгнула со своего места. — Она же не дерется, слишком слабая и жалкая для этого.
Мужчины заливисто рассмеялись. Тот, которого назвали Ящер, поднял ближайшую парту и попросил Виту выйти к доске.
— Бей, — скомандовал по-видимому ее тренер.
Вита выдохнула и ударила. Столешница сломалась, а девушка спокойно обернулась к тренеру.
— Жду сегодня, — ответствовал он. — И…если тебя кто-то обидит — дай сдачи.
Урок продолжался, но все находились в шоковом состоянии. До сих пор все считали, что эта девочка не может дать сдачи. А теперь выясняется, что может. Еще как может.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Ее убили, — холодно сообщила я и, видя, что Влад хочет задать какой-то вопрос, опередила его, пояснив — Изнасиловали и убили. Ее и ребенка, которому был всего годик. За два года до этого события мы перестали общаться по непонятным, для меня причинам.
— Из-за этого проблемы с горлом? — Сергей сочувственно посмотрел на меня.
— Скорее всего.
— Кем она была для тебя? — Мстислав прищурился.
— Всем. Без нее нет жизни. Вся моя жизнь была с ней связана. Счастье в этой жизни, горе, поддержка…все это было связано с Анютой и больше ни с кем. Когда все отвернулись от меня, она была единственной, кто помог обрести веру в себя и в жизнь. Лучик света, — я нервно рассмеялась. — Можете считать меня сентиментальной дурой. Мне все равно.
— Мне жаль, что так получилось. Прими мои соболезнования, — вроде искренне произнес Влад.
— Если бы это ее вернуло, — я вздохнула.
— Что было после? Нервный срыв?
— Не совсем. Ходила полгода, словно контузило. Действительно очень рассеянной стала, невнимательной. Горло постоянно болит. Даже говорю всегда с трудом. По ощущениям, словно когтями царапают. Господи, зачем я вам-то это говорю?
Глаза защипало. Как мне хочется заплакать. Как мне хочется, чтобы меня успокоили, утешили. И только сейчас я осознала, что после выпускного прошло куда больше времени…два, а то и три года моей депрессии просто стерли все воспоминания. Это открытие стало для меня шокирующим. Да, точно я пыталась ходить на какие-то курсы, восстановить свою сломанную жизнь и… Не помню. Больше ничего не помню.
— А ты возьми и поддайся своим чувствам. Позволь горю завладеть тобой. Поплачь. А потом легче будет, — Влад попробовал коснуться меня. — Вы даже не представляете…
— Стоп, — мой голос прозвучал хрипло. — Этот вот тоже заладил, что не представляю, — я ткнула пальцем в Мстислава. — Так может, все-таки объясните, что я не представляю. Мне уже надоело быть слепой.
— Слепой? — Влад оглянулся на моего соседа, но тот лишь отрицательно покачал головой. Таким образом, они о чем-то договорились.
— Да, слепой и глухой. Все всё знают, кроме меня. А мне твердят: «Вита, ты не представляешь». Так расскажите, объясните. Вот ты! — я снова обратилась к своему соседу. — Что ты носишься со мной, как с писаной торбой? Постоянно что-то делаешь, присутствуешь на всех моих занятиях и, кстати, на индивидуальные ты же меня забираешь. В чем дело? Или проблема?
— Тебе мозг на череп не давит? — Мстислав усмехнулся.
— Да ты уже надоел со всеми своими намеками.
— Этого и добивался.
— Хватит, — Сергей вмешался в разговор. — Ну, правда, давай расскажем? Нельзя же столько издеваться над человеком.
— Хороший опер, плохой опер, — хмыкнула я.
— Ты бы аккуратнее выражения выбирала, — сосед прожег меня взглядом черных глаз. — Сегодня Марионеток разбирают.
— И что? У меня так и так не сложились отношения в группе, это привычно. Ну поиздеваются. И что? Если ты столько лет следил за мной, то должен был заметить, что к жизни я не стремлюсь. Просто вены лень резать. И не надо на меня так смотреть.
Сергей и Влад дружно пригнулись. Видимо, спорить с Мстиславом не разрешалось в этой Академии.
— Тебе нравится меня выбешивать, — сосед улыбнулся. — Не боишься. Почему?
— А с тобой принято не спорить?
— Никто не спорит, — словно не слыша моего вопроса, продолжил он себе под нос.
— А я могу с тобой спорить.
— Наверное, именно эта черта меня в тебе привлекает.
— Вита, — робко обратился ко мне Влад. — Давайте просто поговорим и разрулим сразу все недопонимания? Пожалуйста, — он почти взмолился. — Просто Ваш дар и дар Вашего соседа слишком разрушительны по своей силе, поэтому давайте не будем кипятиться.
— Мне нужна информация, — не отрывая взгляда от Мстислава, холодно произнесла я.
— Через мой труп.
— Легко, — ой, как мне это хотелось сделать. И вот оно, наконец-то, повод. Я замахнулась и выбросила вперед руку. Мой кулак должен был ударить прямо в челюсть и со всей силы. Мой сосед уже достал! Я не дура. Мне просто нужно все объяснить и не было бы проблем. А эта сука все усложняет и играет в «молчанку».
Он легко перехватил мою руку и возник за моей спиной. Ага, значит он еще и поиграть решил. Я успела и все-таки нанесла удар левой рукой. Пусть не такой сильный, как планировала изначально, но все же чувствительный.
— Мне нравятся непокорные, — Мстислав ловко перехватил обе мои руки. Правой ладонью он схватил меня за горло. Невероятно, но это было сделано очень аккуратно и нежно. Неужели он настолько беспокоится за меня? Другой бы не церемонясь, уже грохнул бы меня на пол и от пинал, как это сделал когда-то Анатолий.
— Это же девушка, — укоризненно произнес Сергей.
— Спасибо, что напомнил, — сухо произнес Мстислав и прижал меня к своей груди. Он вдохнул аромат моих волос, слегка коснувшись носом моего затылка, а потом тихо, мурлыча, произнес — Давай договоримся. Тебе все объяснят, а ты стараешься все понять. Согласна?
— Руку с горла убери, пожалуйста, — хрипло попросила я. Снова паническая атака, снова перестает попадать кислород в легкие, меня затрясло.
— Погоди, — Влад подскочил ко мне, внимательно осматривая. — Что ты сейчас чувствуешь? Боль? Дискомфорт?
— Дышать не могу, — в глазах потемнело. По телу прокатилась волна судороги. Плечи были до боли напряжены. Я слышала собственное нервное хриплое дыхание. Дернулась, пытаясь высвободиться, но Мстислав еще крепче сжал мои запястья. Он слегка сместился и сделал так, чтобы я положила голову ему на плечо, откинувшись назад. Но мне было неудобно. Мне становилось больно, я не могла дышать.
— Вита… — мне говорили что-то еще, но я не слышала. Я пыталась вырваться. В ушах гудело. Глаза снова защипало, хотелось заплакать, и я опять начинала все видеть в странном красном свете, словно через цветное стеклышко смотрела на мир. Комок слез больно отозвался в горле. Я снова и снова пыталась вырваться, мне надо опустить голову.
— Вита, — на этот раз голос моего соседа достиг моего замутненного сознания, а его горячее дыхание опалило щеку. — Успокойся. Слушай меня.
Я перестала вырываться. Судороги скрутили тело. Паника!
— Сделай вдох. Тихонько, аккуратно.
Я попыталась. Маленький глоточек воздуха, совсем крошечный, но он такой болью отозвался во мне, что хотелось закричать.
— Шархан, все ясно, — послышался радостный голос Влада. — Тут так просто мы не решим проблему. Но я знаю, что делать. Мы может даже без лекарств обойдемся.
Я с облегчением вздохнула. Сейчас меня отпустят и… Я хотела опустить голову, но Мстислав даже не ослабил хватку. Паника снова завладела мной.
— Не надо. Пожалуйста, отпусти, — я слышала свой жалкий голосок. Слабый, болезненный, похожий на скулеж. Никто и ничто. И как легко меня сломить. Какая я жалкая. Ничтожная.
— Ты очень сильная, — в голосе Мстислава слышалось уважение. — Настолько, насколько ты себе даже не представляешь, — он усмехнулся. — Но мы тебе расскажем.
Давление на горло пропало. Я резко опустила голову вниз и покачнулась. Виски прострелило острой болью. Вот черт! Мстислав придерживал меня. Почему он так нежно ко мне относиться? Или это плод моего воображения? Но даже если так…никто и никогда не помогал мне так и не заботился обо мне, кроме Анюты, конечно. Хотя не могу не вспомнить Ритку — мент поганый. Она милая девушка, и натерпелась она от меня прилично.
— Паническая атака. Причем сильная очень. Бегство от жизни на лицо. И кстати, снятие Барьера это лишь подтверждает. Не принятие себя или даже отказ. Несмотря на свою симпатичную внешность и многие способности, девушка себя не признает. Сама себя в мыслях ненавидит.
И я снова увидела воспоминания своего соседа, как будто это были мои собственные.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
— Переодевайся и пойдем.
С трудом разлепив веки, я, покачнувшись, поплелась в раздевалку. По дороге чуть снова не навернулась с лестницы. Вот они, мои злейшие враги — ступеньки, учитывая, что второй раз за день чуть не падаю с них. Мышцы болели, словно я пробежала марафон. Вот оно, жизнь без спорта отвратительна и скучна.
В раздевалке полным ходом что-то обсуждали.
— Вита, а что вы делали с Шарханом? — вдруг спросила Вера.
— Тренировались, — сухо откликнулась я, натягивая футболку.
— А что ж ты его не завоевываешь?! — искренне удивилась краса наша. — Давно пора наступать.
— Ну, возьми да сделай ему приятное, — поддержала Юля. — Или мы сами возьмемся за него.
— Возьмитесь, — спокойно ответила я и взяв сумку, вышла из раздевалки.
Как они меня бесят! Тупые курицы! Только о сексе и думают. Нет, вру. Думают они не только о сексе. Иногда еще и о деньгах.
— Ку-ку!
Перед моим носом что-то мелькнуло. Я моргнула.
— О чем задумалась? — Сергей улыбнулся
— О том, что мои одногруппники недоумки, — я перестала хмуриться. — Неужели их кроме секса и денег ничего не интересует?!
— Кто на что учился, — парень хихикнул. — Перекусить не хочешь? Приглашаю.
— Кофе и покрепче. Больше желаний нет.
— Тебе нежелательно пить кофе и… — он осекся, столкнувшись с моим свирепым взглядом. — Хорошо. Кофе так кофе.
Но вопреки моим ожиданиям мы не пошли в столовую. Вместо этого мы поднялись на жилой этаж. Народу было много. Кто-то куда-то спешил. Везде шум и гам. Здесь встречались и мои одногруппники и совершенно неизвестные мне ученики со старших курсов. То и дело здоровались с Сергеем, улыбались мне. Может правда я слишком негативно к себе отношусь??! Может все не так плохо. Парень остановился напротив комнаты с номером сорок пять. Он открыл дверь и пропустил меня вперед. Комната была очень скромненькой — два письменных стола, две кровати по углам и один большой диван напротив которого стоял простенький старенький телевизор. Вспомнилось, как мой сосед сказал о том, что комнату все обустраивают по желанию и в меру способностей. Значит мой сосед мега-крутой чувак.
— Присаживайся. Сейчас кофе приготовлю.
Сергей полез в шкаф за туркой.
— Мне можно обычный, растворимый, — я смутилась. Как-то нехорошо напрягать человека.
— Ну, уж увольте, — парень рассмеялся. — Не могу же я налить девушке, которая мне нравится, какую-то бурду. У меня имеется в наличии очень хороший кофе.
— Не понимаю я тебя. Чем же таким я успела тебе понравиться?
— Ты интересный человек, правда, слишком скрытный. Умная и симпатичная, — он поставил кофеварку на конфорку. — Хотя упертости тебе действительно не занимать. С Шарханом никто не рискует спорить. Слишком это опасно по множеству причин. О чем ты вчера подумала, когда убрала Барьер? Ты что-то кажется сказала, но не было слышно.
— Я умерла. Именно это я и сказала.
— То есть проблема в том, что ты не хочешь жить?! — Сергей удивился.
— Скорее всего.
— Ты выглядишь более уверенной, чем есть на самом деле.
— То же самое у Мстислава. Я почти осязаю его боль и какую-то долю неуверенности, но ведь никто этого не замечает. И у тебя чувствую. Ты чувствуешь себя беспомощным и… — я закатила глаза. — Ты винишь себя в том, на что не можешь повлиять. А как только оправдываешь себя, то еще больше винишь. Порочный круг. Не знаю, как объяснить. Причем я больше даже не могу объяснить тот факт, что чувствую это. Типа эмпатии, но нечто более сильное. А может я просто заблуждаюсь.
— У тебя здорово развит этот аспект дара, — он протянул мне чашку кофе. — То о чем говорила Яна. Она может видеть то же самое, но именно видеть. А ты чувствуешь и можешь воздействовать на это. Шархан обратил внимание, что тебя действительно гнобят именно из-за этого. Когда люди сталкиваются с тобой, они чувствуют нечто чужеродное. То, что отличает тебя от них. Эта разница так просто не бросается в глаза. Как только кто-то начинает на тебя наезжать, он, словно избавляется от своих негативных чувств, потому что весь негатив ты вбираешь, впитываешь, словно губка. На концерте ты также даешь ряд положительных эмоций, как Шархан сказал, почти очищая души. Это очень круто! Многие из нас не способны на это, даже после десяти лет обучения в Лемуре. Так что ты уникум в этом плане. Шархан выкупил на тебя все документы, все данные. Все что связано с тобой. Так он делает с каждым, кто зачисляется к нему на Факультет, чтобы распоряжаться мог только он. Хотя он этим не злоупотребляет. Так что за Кукловодство особо не стоит беспокоиться. Мы тебя никому не отдадим. Он хоть и спорит постоянно и огрызается на тебя, но без зла, лишь во благо. А насчет не представляешь…он действительно очень влиятельный человек, и не только в Академии. Просто ты не видела его способностей на полную катушку. Надеюсь и не увидишь. По поводу адреналина, мы вроде бы тебе тогда все объяснили. Есть какие-то конкретные вопросы?
— Есть.
— Задавай, — он улыбнулся.
А вопросов у меня до фига скопилось. С какого бы начать?
— Мстислав…почему его так боятся? Из-за чего у него такое влияние в Академии?
— Не только в Академии. Ну раньше он был таким же студентом, как и ты. Но он за короткий срок развил свои способности до немыслимого уровня. С ним преподаватели не могут тягаться. Плюс работа, которую мы выполняем…он выполнил все миссии, не было ни одной загубленной. Плюс слишком многим ему обязана сама Академия. Впрочем, при огромнейшем желании ты можешь посмотреть его Журнал.
Слово «журнал» Сергей выделил голосом.
— Что в нем?
— Все, что делал Шархан. Абсолютно все. Но доступ к нему закрыт. Поэтому…только в тайне и быть готовой получить наказание. Обычно всех желающих успевают поймать до того, как они до него доберутся. Пожалуй, кроме Шархана только Грендель в курсе что там.
— Я поняла. Почему я? Почему больше никого не зачислили в Ночную стражу?
— Потому что наш факультет предпочитает качество, а не количество. Все набранные остолопы не сравнятся с тобой.
— С чего вы так решили?
— Потому что мы видели тебя в действии. Мстислав считает, что твои силы лишь возросли после гибели…Ани??! Прости, не помню, как девушку зовут.
— Анюта, — согласно кивнула я.
— Потеря друга…это конечно страшно, особенно в твоем случае. Но есть один очень большой плюс — твой контроль над собственными мыслями и эмоциями возрос. Знаешь, зачем вас на первой лекции грузили философией? Затем, чтобы вы попытались осмыслить жизнь со всех сторон, любых ракурсов. Жизнь никогда не была белой и черной полосой, понимаешь?
— Жизнь — это спектр, — согласно кивнула я.
— Именно. Чтобы это понять, чаще всего приходится показывать человеку разные ситуации, в том числе и те, в которых он испытывает боль и страх. К сожалению, ты уже знаешь что это и не боишься. Лишь паникуешь, как заметил Влад. Значит тебе нужно показать другое. Почему ты не улыбаешься? Ты такая красивая.
Кажется, меня перекосило.
— Почему ты не веришь? — Сергей грустно улыбнулся.
— Знаешь, имелся печальный опыт.
— То есть?
— Ну, пришла на встречу к парню, а он мне с ходу знаешь что заявил? «Я думал, ты красивее будешь!». До сих пор удивляюсь, как я его живого отпустила, — усмехнулась и сделала большой глоток кофе. Как вкусно! Божественно.
— Слушай, а что случилось с девушкой Мстислава? Я слышала, что она ушла к другому. Из-за чего?
— Никто толком не знает, — Сережа поморщился. — Просто она перешла на сторону к тем, с кем мы воюем. Шархана конечно это шокировала. Он пытался ее вернуть, но она ясно дала ему понять, что любит другого. Он первое время вообще не разговаривал. Это лет пять назад случилось.
— Стоп, — я чуть не поперхнулась кофе. — Он говорил, что пару лет назад.
— Нет, пять, — парень нахмурился. — Это точно. Потому что только после этого он получил задание, связанное с тобой. Твоя подруга тогда думала, что тебя сразу зачислят в Лемур, но…
— Но?..
— Маленькая ты была тогда. По возрасту не подходила, — он мило улыбнулся. — Мстислав начал слежку. Не знаю, досье на тебя видел только он. Потом он переделывал его, показывал преподам. Как-то так. Когда ты завалила экзамен, он уже точно знал, что тебя нужно зачислять. Вот кстати, ты сегодня Влада назвала лицемером. Как ты узнала?
— Можешь назвать это женской интуицией, — невольно съязвила я. — Просто чувствую. Просто знаю.
— По поводу Яны ты тоже права оказалась. У нее астма в тяжелой форме. Наши родители в разводе. Яна очень сильно и тяжело это переживала. Буквально сразу после всей этой чехарды она заболела. Три года назад Шархан с моей сестрой попал на твое выступление. Он был удивлен, что ты собираешь такое количество народа, да еще и столько бесплатных концертов. Ты даже автограф дала сестренке. И знаешь…больше всего удивил один момент. Все врачи говорили, что дни Яны сочтены. В общем-то, на это все и были уже настроены, поэтому отправили на рок-концерт. И вот оно — ей вдруг стало легче. Астма стала протекать в другой форме. Девочка пошла на поправку. И это наблюдается не только у нее, — Сережа снова вздохнул. — Вита…но я все-таки хотел пригласить тебя на свидание. Ты мне понравилась и хочется узнать тебя получше, встречаться…
— Извини, — я виновато потупила взгляд. — Я некомфортно себя чувствую. Я ничего не знаю об отношениях. Я не готова к ним. Может мы могли бы прогуляться, но не более. Я не хочу давать тебе надежду, потому что большая вероятность, что у нас ничего не получится. Прости.
— Понятно, — протянул он и улыбнулся. — Но прогулка тоже хорошо. Я понимаю. Нельзя человека полюбить сразу. Влюбляются постепенно.
Я виновато улыбнулась. Жаль, но, кажется, я влюбилась. Причем в самого вредного человека во всей вселенной — в своего замечательного соседа.
— А что там говорила Яна про деньги за дискотеку?
— Там устраивается батл между нашей командой и командой Анатолия.
— Ну…нашел с кем соревноваться, — я позволила себе горькую усмешку. — Не в обиду, но вам его не переплюнуть.
— Знаем. А деньги… по двадцать тысяч всем участникам группы выплачивают. Мы выигрывали всего пару раз. Деньги, трачу на лечение Яны. Все еще надеюсь, что она сможет оклематься. А вообще, возвращаясь к предыдущему…если тебе захочется с кем-нибудь поговорить или просто провести времени — я всегда к твоим услугам, — его серые глаза лучились добром. — Я понимаю, что тебе сложно доверять, сложно быть с людьми. Но прошу, дай нам шанс. Этот шанс либо изменит все в твоей жизни, либо все оставит по-прежнему. Просто подумай об этом, хорошо? — он тепло улыбнулся.
В дверь постучали, и в комнату прошла Яна. Увидев меня, девочка заулыбалась и радостно сказала:
— Вита! Идем, я хочу кое-что тебе показать.
Она схватила меня за руку и настойчиво потянула за собой. Сергей вышел из комнаты вслед за нами. Мы вновь брели по лабиринтам Академии. Интересно, я когда-нибудь смогу выучить эти коридоры и не заблудиться?
— Вита, ты могла бы нам довериться? — вдруг спросила Яна.
Честно говоря, меня этот вопрос ошарашил. Как бы все парадоксально не складывалось, я доверяла и одновременно сторонилась Мстислава. Что-то в нем было до боли знакомое. Может я его знала или видела где-нибудь?
— С трудом, но да.
— Ты помогаешь. И я помогу тебе.
Яна втолкнула меня в студию. Черт, сюда я не хотела возвращаться, здесь для меня слишком много соблазнов. Мой сосед был прав — я хочу играть! Я хочу снова петь. Но почему-то я за это стала испытывать чувство вины. Олег, Влад, Мстислав и Саша разом обернулись, как только мы вошли. Ну вот, мы замечены, умотать по-тихому уже не получится.
— Смотри, — девочка указала пальцем на осветительные приборы. — Ты можешь заставить их светиться. Заставить, — она постучала пальцем по виску. — Также как ставила Барьер.
12 марта
Сегодня решали кто будет петь на школьной дискотеке. Смешно, но меня назначили ответственной, потому что остальные отмазались.
Было поздно. Аппаратура почему-то не работала. Я начинала психовать — шутка ли, вторые сутки никто не может это все отстроить. Хотелось заплакать.
Она стала моим спасением. Хотя ее появление было неожиданным.
— Могу помочь.
Я подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась. Витторина, прислонившись плечом к косяку и скрестив руки на груди, внимательно смотрела на меня. Я растерялась. Спустя пару секунд, с трудом выдавила из себя:
— С чего бы это?!
— Ты второй день мучаешься, — она пожала плечами, сообщив очевидную мысль.
— Ну даже не знаю.
Мне было некомфортно. Странно, что она предлагала помощь, мне казалось, что в этом кроется какой-то подвох.
— Если надумаешь — сообщи.
Она хмыкнула, но как-то не злобливо, и уже собралась уходить. Я поняла, что совершаю ошибку. Она действительно просто хочет помочь, а я чего-то там себе напридумывала. Пока не стало поздно….
— Извини, я не хотела тебя обидеть. Если тебе не сложно, помоги, пожалуйста. Я уже всю голову сломала что и как тут делать.
Она отмахнулась, стремительно приблизившись ко мне. Как оказалось, Вита разбиралась в технике и ей не составило особого труда это все настроить. Мне это показалось странным, ведь из моих одноклассников лишь Толик мог повторить такой трюк.
— Ты разбираешься в этом?! — я с интересом следила за ее ловкими отточенными движениями. Явно она делала это часто.
— Да, Анют, разбираюсь. И не только в этом.
Ее голос очень музыкальный, красивый, волшебный. Я никогда не обращала на это внимание. Да я и не слышала особо, чтобы она разговаривала. Она практически всегда молчит.
— Почему тебя так не любят?
— Неудачно показала характер в начальной школе. Не стоит делать из меня монстра.
Она проверила свою работу.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я ее, но Вита лишь нахмурилась.
— Не за что.
— Ты меня правда очень выручила и…
— Не стоит. Твои друзья будут не в восторге оттого, что я тебе помогла.
— У тебя не будет проблем из-за меня, — хотела я ее успокоить и осеклась.
— У тебя могут быть проблемы, — она посмотрела на часы и еще раз все проверив, сообщила — Готово. Благодарить не надо.
И поспешно ушла.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Я с сомнением покосилась на нее, потом на Мстислава. Он, склонив голову на бок, изучающим взглядом прошелся по мне.
— Вита, сыграй пожалуйста. Три песни. Любые. И заставь прожекторы светиться.
— Чисто случайно, я захватил твою гитару, — сосед усмехнулся. — И чисто случайно подключил, настроил. И да, чистая случайность, что ты тут, — он протянул мою «Антаху».
— Сука, — буркнула я. Петь хотелось, но я была не уверена в себе. А вдруг не получится!?
Перекинув ремень через плечо, быстро пробежалась пальцами по струнам, проверяя все ли в норме. Оказалось да. Вздохнула, мысленно перекрестилась и все-таки решилась. Вся компания уселась прямо на полу и с интересом взирала на меня. Ну что ж? Если уж согласилась, то идти до последнего. Достала из кармана чехла, который так удобно примостился на стуле, медиатор. Я всегда пользовалась дешевыми, которые покупала в магазине на Пражской за двадцать пять рублей. Там были разные по жесткости и очень-очень дешевые. Плюс медиаторы часто (читать, как «всегда!») уходили поклонникам на сувениры.
Поправив ремень гитары на плече, я хмыкнула и ударила по струнам. Звук сотряс помещение, а прожектор за моей спиной вспыхнул так, что был реальный шанс ослепнуть. Проиграв вступление, я запела.
Я не понимаю, чего ребята с таким восторгом на меня смотрят. Вокал у меня сейчас не лучшего качества и за это стыдно. Голос слишком хриплый. Горло словно атрофировалось за последнее время, но худо-бедно «скрежетать» (читать, как петь) получается. Вообще, раньше я точно знаю, что мой диапазон был в четыре октавы. Знающие люди поймут. Но сейчас я сомневаюсь, что смогла бы исполнить нечто более сложное.
Золотистые глаза Мстислава излучали такую грусть. От него в принципе шел очень странный фон (ужасает тот факт, что я вообще стала замечать этот самый Фон!). Казалось, что он понимает мое смятение, неуверенность и действительно жаждет помочь. Но мне не понятно, почему. Ну не просто же так, в самом деле!? Ну не верю я в бескорыстность.
Игра давалась мне легко, чего нельзя было сказать о вокале. Голос словно не принадлежал мне. Я его не узнавала. Нечто чужеродное. Но слушателям нравилось по какой-то причине.
Я не большой фанат панк-группы «ТеХнарь», но некоторые их песни мне кажутся очень даже точными. Знакомый говнарь[1] (по совместительству, друг Анатолия — парня Анюты) рассказывал, что вообще изначально эта группа называлась «Контрой», но через пару лет переименовалась. Еще помню, он рассказывал, про пародию в каком-то новогоднем выпуске, кажется две тысячи одиннадцатого года. Там смысл был, что вокалисты в виде Снегурочки с Дедом Морозом пришли в детский сад на утренник, ну и спели кавер на популярную песню. Наверное, прикольно было. Хотя в действительности, детей поседевшими забирали бы с того утренника. Весело, однако!
Когда последний аккорд затих, я сразу же перешла к следующей песне, желая разделаться с этим всем поскорее. Забавно, но лицо Мстислав смягчилось. Нравится ему песня. Парень улыбнулся, в глазах забегали озорные искорки.
Мой голос дрогнул, в памяти всплыло воспоминание. Естественно оно было связано с Анютой. Резкий звук струн помог прийти в себя и поместить всю грусть куда-то на дальний план. Погрустить потом еще успею. Времени теперь навалом. Не стоит разочаровывать слушателей.
Третьей песней была одна из моих любимых «Птица» группы ТруМен. В обычное время, я любила вечерком перед сном послушать эту песню и почему-то на глаза всегда наворачивались слезы, но мне нельзя плакать.
Время потеряло себя. Я была где-то в этих звуках, растворяясь в них. Была такая гармония, которой я никогда не достигала ранее. Прожекторы за моей спиной вспыхивали, поддаваясь моему настроению, исполнению…
Когда последние аккорды смолкли, я моргнула, словно просыпаясь. Слушатели сидели с раскрытыми ртами и таращились на меня. Почувствовав себя неловко, я дрожащими пальцами расстегнула ремень, сняла гитару и, извинившись, попыталась уйти. Горло болезненно сдавило. По ощущениям напоминало проглоченную колючку (из разряда — просто были случаи!). И вот ее шипы вонзаются в нежную кожу, травмируют, вспарывая ее…брр, лучше не вспоминать.
— Вита! Это круто! — Яна повисла на моей талии, крепко сцепив свои ручки.
— Я рада, что тебе понравилось, — хрипло ответила ей, почему-то испытывая панику, словно вот-вот захлебнусь собственной кровью, хотя ничего подобного нет. Весь этот дискомфорт в горле — лишь в моей голове, но…
— Приходи завтра, — Сергей улыбнулся.
— Я не уверена, — я почувствовала, что еще немного и снова не смогу дышать, а я не хочу, чтобы ребята видели меня такой…такой слабой и беспомощной. — Я не смогу. Извините, я пойду. Мне нехорошо.
Они хотели что-то еще добавить. Спокойно выйдя из зала, я глубоко (пыталась глубоко, но не получалось) вздохнула и со всех ног рванула в комнату, почти ощущая, что Мстислав все-так же следит. Я не помню ничего. Ничто не имело значения. Я хотела просто закрыться на какое-то время у себя в комнате и чтобы меня никто не беспокоил. Через час мне идти в зал и вероятно меня кто-нибудь заберет в Марионетки. Всех предупредили, что явка обязательна. Также пояснили, что все это временно и необходимо.
Дай нам шанс. Именно это попросил Сергей. Это здравая мысль, правильная, но… Почему они так беспокоятся за меня?
«Уважаемые первокурсники! Просьба всех пройти в актовый зал. Форма одежды — парадная», — пропел приятный женский голос по громкоговорителю. Ух, тут и такое есть. А чему я, собственно говоря, удивляюсь?!
Вздохнув, я залезла в шкаф и выудила оттуда простенькое платье. Черное, свободное, не примечательное, но оно отлично смотрится с любым поясом. В том-то вся и прелесть. А пояс у меня оригинальный — кожаный и с металлическими бляшками. К нему даже браслет такой же есть. И высокие ботинки, похожие на берцы, но несколько адаптированные для повседневной жизни. На голове заплела высокий хвост. Шикарно! Если меня «поработят», то пожалеют об этом сразу же. Никакой пощады. Тот же Анатолий подавится.
Я вышла в коридор и, спустившись на три этажа вниз, примкнула к толпе. Да, девушки выглядят предсказуемо — все в вечерних платьях, вероятно оставшихся с выпускного, хотя может из обновок, кто ж их поймет?! Как они вообще успели за столь короткое время так себя прихорошить? Хотя выглядят все похоже. Парни особо не заморачивались — джинсы, рубашка, пиджак. А что? Им всегда проще.
— Вита? — Макс видимо меня не сразу узнал. — Готова стать Марионеткой?!
— Смотри, чтобы этот цирк тебе боком не вышел.
Татьяна Павловна нас всех отвела за кулисы.
— Все собрались, — сообщила она. — Когда называют вашу фамилию, выходите на сцену и уходите с победителем. Все понятно? В Лемур введена такая мысль, что вы не можете противиться ровно сутки, полностью принадлежа одному человеку. Если осмелитесь ослушаться, почувствуете сильную боль. Но это так, для справки. Вперед.
Ко мне подошел Роман.
— Слушай, клево выглядишь, — произнес он.
— Спасибо, — настороженно вглядываясь в него, я не верила. Не верила, что он это сказал искренне.
— Слушай, я сказать хотел… — взяв под локоток, он потянул меня в сторону. — Макс активизировался со своим соседом Артемом. Ну ты его помнишь, и еще Анатолия подключил к этому. Они настроены серьезно.
— И что? — я позволила себе усмехнуться краешком рта.
— Просто предупредить хотел. Ну и давай, держись. Все-таки с тобой веселее учиться и…мне сказали, стремиться к твоему результату. Так что я еще надеюсь тебя переплюнуть в учебе.
— Ладно, — я кивнула.
— Кстати, еще я слышал, что тобой многие старшекурсники интересуются по каким-то причинам. Будь осторожнее.
И улыбнувшись, примкнул к основной группе. Мило. Но таким образом я умудрилась скоротать некоторое время.
— Соколова Витторина! — радостно прогремело из динамика.
Хмыкнув, я быстро вышла в центр сцены. Ух! Народу было до…ну очень-очень-очень много!
— Итак, задаем вопросы, — только сейчас я заметила какого-то парня сбоку, который и вел все это представление. Он мне показался смутно знакомым, но, увы, память подводила.
Из зала несколько человек подняли руки. Один из них встал и громко спросил:
— Правда, что Вы давали благотворительные концерты со своей командой и ни гроша себе не оставляли?
— Я себе не оставляла, за остальных не ручаюсь. Особенно за мужскую половину группы, — я смогла выцепить взгляд Анатолия.
— А, правда, что Вы, — встал другой парень. — Раздавали автографы до последнего человека?
— Всегда. Если люди нашли время, чтобы прийти на мой концерт, то я должна найти время, чтобы хотя бы дать автограф.
— Говорят, у Вас самые ярко-выраженные способности на новом курсе. Как Вы это прокомментируете? Вы гордитесь этим?
— Нет, не горжусь. Потому что пока не достигну определенных результатов, не стоит радоваться тому, что природой дано.
— А ты могла бы полюбить? — Анатолий. Ну конечно, только он может задать тот самый вопрос, который очень неудобен для меня.
— Насчет любить вряд ли, но влюблена, — я усмехнулась.
В зале одобрительно закивали. Не веет агрессией. Все настроены миролюбиво. Это радует! Ну, запомните меня молодой и красивой.
— Итак, кто скажет свое последнее слово? Напомню, что если не сойдетесь, придется снова устраивать соревнования между вами, дорогие старшеки.
— Три, — тут же подал голос Анатолий, испепелив меня взглядом.
— Четыре, — предложил какой-то неизвестный парень.
— Пять, — включился Артем.
Пипец у них развлекаловка. Стою, переминаюсь с ноги на ногу, осматриваю зал — а что еще делать? Что-то знакомых лиц не вижу. Как ни странно, но возник какой-то спор между Анатолием и Максом. Видимо, каждый хотел меня забрать для своих каких-то конкретных целей. Я не вдавалась в подробности. Мне в принципе уже пофиг было. Я просто стояла и ждала своей участи, лелея мысль о том, как я буду мстить. Вот этого у меня не отнять — «добра» на всех хватит, только успевай отвешивать направо и налево.
Из зала кто-то махнул рукой. Я пригляделась и увидела Сергея. Он показал что-то типа: «Все ок, не беспокойся» и куда-то пропал в толпе.
Я чувствую чье-то присутствие. Этот человек важен для меня, а с ним словно тень как будто идет Анютка. Но такого быть не может, это все мне кажется, игра моего воображения, но так хочется верить в это, верить что все не так плохо, что еще ничего и никто не потерян. Глаза снова жжет и все предстает в красноватом свете. Интересно, что с моим зрением происходит? Может давление? Или нервны сказались? Может правда к Владу за помощью обратиться?
— Ну что? Кто будет наставником Витторины и поможет ей развить ее способности? Кто станет ее Кукловодом? Напоминаю, что у девочки сильнее остальных развит дар. Чье слово станет последним и какое оно будет?
— Мара…предвестник Смерти. Я ее Покровитель.
Весь зал дружно обернулся на голос.
[1] Сноб, среди панков, считает себя самым крутым, стремится быть тру-панком, хотя не всегда понимает что-либо в идеологии. Иначе говоря, мало чем отличается от гопника, только не лезет драться с первым встречным. Считает, что может диктовать правила и определять «хороший рок» и «отстой-рок».
13 марта
Она снова делала вид, будто не общалась со мной. Сегодня читает про аномалии личности. Странный выбор, ну да ладно.
Катюха на перемене меня похвалила, да так громко, что отреагировал весь класс.
— Круто! Ты смогла организовать все к дискотеке. Осталось найти того, кто спел бы. А установка…
— Это не моя заслуга, — слова дались легко, будто просились с начала сегодняшнего дня. Я не хотела скрывать заслуги Виты. Та, кстати, даже не отвлеклась от чтения, будто ее это нисколько не волновало и не касалось.
— Зай, ты чего такое говоришь? — Толик обнял меня за плечи. — Это же все твоя заслуга.
— Я не смогла отстроить аппаратуру и попросила Виту о помощи.
На меня посмотрела, как на прокаженную. Но это всего лишь один единственный раз, а Витторина сталкивается с этим каждый день в школе, на протяжении нескольких лет.
— Я насильно предложила помощь. Угрожала.
Когда она это сказала, все резко выдохнули, будто это играло какую-то весомую роль. Вита захлопнула книгу и пристально в упор посмотрела на меня. На ее красивом лице не отражалось никаких эмоций.
— Я хотела ее потом шантажировать.
Толик хмыкнул:
— Держись от нас всех подальше, чокнутая.
— Как скажешь, — Вита усмехнулась, но глаза оставались серьезными.
Урок химии прошел спокойно. А вот на физике и геометрии Виты не было. Я получила тройку за плохо сделанное домашнее задание, но реабилитировалась за счет добровольного выхода к доске и решения задачи.
После школы уже когда обедала дома, я вдруг решила отплатить Вите за ее помощь. У меня стали появляться сомнения. Она помогла и прикрыла меня от одноклассников. Хотя ничего страшного не произошло. Разве стоит избегать человека просто из-за того, что он есть?! Она ни с кем не общается, целые перемены читает, на уроках иногда спит. Ничего примечательного.
Я приготовила обед для нее. Я вообще очень люблю готовить, у меня это очень здорово получается. Я слышала, что Вита часто навещает один мотоклуб, из которого как раз и приходили к нам на литературу люди, похожие на бандитов. Меня узнал Ящер и сообщил, что Вита уже уехала к механикам. Пришлось объяснить, что мне очень-очень-очень нужно с ней встретиться. Товарищ Ящера меня отвез.
Оказалось, Вита работает механиком в автосервисе. Честно говоря, я была в шоке. Я даже не думала сейчас о работе.
— Чего надо? — без предисловий спросила она.
— Я хотела сказать тебе спасибо.
— Не за что.
— Есть за что, — она казалась невыносимой, но и я не собиралась сдаваться. Не сейчас, не сегодня…уже никогда. Такого шанса больше может не представиться. Да, в моей жизни может все поменяться, но.
— Ладно. Пожалуйста, — Вита вытерла перепачканные руки о тряпку. — Довольна? — ее интонация не слишком дружелюбна.
— Нет, — я протянула ей пакет с контейнером. — Это в качестве благодарности. В школе тебя на обеде не было и…вот, — мне стало неловко.
— Спасибо, — она впервые улыбнулась краешком губ и приняла пакет. — Ты торопишься?
— Нет.
— Хочешь — прокачу? — Вита махнула рукой в сторону своего мотоцикла.
Оказывается она вовсю водит. Я согласилась. Вита провела со мной краткий инструктаж, выдала свою куртку и запасной шлем. Просто вал положительных эмоций. Вечером Вита отвезла меня домой.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Мара…предвестник Смерти, — этот голос я узнала сразу. Мой сосед, стоял у стены, скрестив руки на груди. Его глаза сверкали озорством. Хотя изредка в них мелькали те самые золотистые искры, которые завораживали своим блеском.
— Нет, Шархан, мы не уступим, — откликнулся Артем.
— Трупом больше, — флегматично заметил Мстислав. Кажется, его это забавляет. Боже, зачем он это делает? Ну ладно эти два придурка. Нет, не так. Только Макс хочет свести со мной счеты, но молодые не имею права выкупать. Только старшие. Артем просто в доле. Анатолий преследует вообще какие-то свои цели. Но мне от этого не легче. А вот какой интерес у моего замечательного соседа?! Ради чего он это делает? Тем более, если все это игра, лишь ради адреналина, который помогает разбудить и осознать способности. Какое унижение.
— Победа будет за нами, — Артем что-то негромко сказал Мстиславу.
— Замечательно. Кукловодом становится Ар…
— Она тебя убьет. Если только я раньше до тебя не доберусь, — спокойно произнес Мстислав, тем самым оставляя последнее слово за собой.
— Что? — все настороженно посмотрели сначала на моего соседа, потом на меня. Я невольно покраснела. А что, ребят? Я также как и вы не понимаю, почему этот Замечательный человек так жаждет сделать меня своей Марионеткой. И вообще, что это за ахинея про чью-то смерть и какую-то Мару?
— Говорю провалитесь пропадом, — спокойно «повторил» Мстислав. Точнее выдал общее направление мысли.
— Кукловод, — посоветовавшись с Максом, кивнул Артем. — Слышь, Шархан, а какой у тебя к ней интерес, что ты готов нарваться на целый факультет всего лишь за один полный выходной власти?!? Или хочешь сделать ее своей Марионеткой на всю оставшуюся жизнь?
Мстислав взглянул на меня. Его глаза стали золотыми. Радует, что в спор перестал влезать Анатолий. Может этот весь ужас сейчас быстренько закончится??!
— Да вот есть интерес, — негромко иронично заметил он. — Она моя.
— Не уступим, — уперся Артем, хотя я осязала его страх — они реально боялись Мстислава, но тем не менее лезли на рожон.
— Шархан, успокойся, мы не упустим своей добычи, — Макс хмыкнул. — Тебе нечем крыть! У нас команда, а ты один. Мы не уступим!
Снова пауза. Как это ужасно, когда решается твоя судьба, а ты повлиять не можешь на нее. Хочется кричать от безысходности. Хочется плакать, звать на помощь и ждать, когда любимый человек просто обнимет тебя и скажет: «Не бойся! Я с тобой и я не дам тебя в обиду!».
— Артем вы становитесь… — снова начал диктор.
Я закрыла глаза, думая лишь о том, чтобы взять себя в руки и не расплакаться. Всего лишь сутки. Нет, целые сутки терпеть издевательство этих сук. Ну, ничего. Их время истечет, я отомщу за себя. Они у меня огребут по полной и…а может и в процессе. Не могу же я им позволить командовать. Ярость постепенно наполняла меня изнутри, медленно доводя до точки кипения. По ощущениям, казалось, что я погружаюсь в горячую воду и вот уровень поднимается и поднимается, вот он уже по колено, выше… Глаза…очень сильно жгло глаза и я стала все видеть в красной пелене.
— Нет.
Его голос вывел меня из мучительных раздумий. Такого быть не может. Это уму не постижимо. Почему он готов враждовать с другими, и что мне придется сделать?! Вот он — мой Спаситель. Не знаю, что он планирует делать со мной, но в обиду точно не даст.
— А может лучше ко мне? — откликнулась какая-то девушка. Она лучезарно улыбнулась Мстиславу, и с издевкой произнесла — Мне новая Марионетка нужна. Прошлая скончалась на миссии.
— Да иди ты, — отозвался Анатолий. О, я его уже и не ожидала услышать.
— Сам иди, — снова сказала эта девушка.
Я стою и немного охреневаю. Не знала, что из-за меня может произойти такой конфликт. Да-а, какой-то нездоровый интерес к моей персоне. И кстати, о моей ценности — в чем-то есть подвох, определенно. Насколько я могла слышать, остальных студентов разбирали просто, без споров и только меня не могут поделить. Надеюсь, хоть по кусочкам не разорвут. Определенно чего-то я не знаю и не понимаю в этой жизни.
— Кукловод.
— Кукловод, — снова пытается закрыть спор девушка.
И снова гнетущая тишина. Кажется я пока лишняя на этом непонятном празднике жизни. Хочется встать куда-нибудь у стены и поизучать свои ногти, может достать пилочку…да наверное полноценный маникюр успела бы сделать.
— Кукловод за Юлей. Два.
— Кукловод, — Артем тоже вошел в азарт. — Мы готовы к войне.
— Вот и укокошу тебя руками Мары, — не уступает эта мадам. Еще немного и я тут бухнусь в обморок. Мне нехорошо. Мне тревожно. Что нужно будет делать для этой Юли и кто же такая эта таинственная (или таинственный) Мара?!?
— У меня последнее право голоса и закроем эту тему, — Шархан пожал плечами, как будто ничего такого и не произошло. Так, мелочи. Ну конечно, это же так мало, всего-то…всего-то до убийства чуть-чуть не дотянули.
— Поскольку правила Кроноса имеет право устанавливать Шархан, то последнее слово за ним. Кукловод!
Мстислав неспешно подошел к сцене и протянул руку, помогая мне спуститься в зал. Он сразу же повел к выходу, держа меня под локоток. Кажется, я побледнела. Ничего не пойму, и не только я. Слышалось, как за нашими спинами обсуждают поступок Шархана, но судя по комментариям, никто не смел ему сейчас перечить, и сходились во мнении — если Шархан так решил, значит так надо (!). Ну что сказать, у таких как мой сосед свои причуды. Наверное…ну…откуда мне знать об их причудах?!
— Ты молодец, хорошо держалась, — ласково произнес мой сосед. — Есть какие-нибудь пожелания?
Я молчала. А что тут скажешь? Какие могут быть пожелания? Прибейте меня сразу, только не заставляйте ничего делать!? Я даже навскидку не могу ничего придумать. Какой интерес у Мстислава? Чего он потребует? И насколько больно будет, когда я начну сопротивляться — а то что я не подчинюсь — это абсолютно точно.
— Не бойся, я не собираюсь этим воспользоваться.
— А чем собираешься?
— Люблю твое злое чувство юмора, — Шархан усмехнулся. — Чего ты так напрягаешься?
— Конечно, ведь за меня просто так постоянно «дерутся». Откуда у тебя вообще такие понты и эти, как их там…права? — кажется я начала подпрыгивать, имитируя закипевший чайник.
— Заработал тяжелым трудом. Это во-первых. А во-вторых, я же обещал тебя не давать в обиду, — он усмехнулся.
— Мстислав, а если опустить твою отмазку с договоренностью, то ответь, пожалуйста. Зачем ты это делаешь?
— Ша, правильная формулировка, — он усмехнулся. — Ну мне это в кайф. Люблю быть непредсказуемым. Сейчас в зале, все головы ломают, что я с тобой буду делать. А знаешь что?
— Что?
— Ничего. Хотя, — он лукаво посмотрел на меня. — Я б соблазнился бы на один поцелуй.
Я покраснела.
— Ты со своим парнем, что ли не целовалась? — он удивленно воззрился на меня.
— Нет, — окончательно смутившись, промямлила я. — Как-то не дошло до этого.
— Забавно. Как ты дожила до сегодняшнего дня?! Я так понимаю, что без любви ты вообще не можешь поцеловать.
— Ну в щечку могу чмокнуть, — какая я сейчас красная. И почему-то чувствую себя дурой. В присутствии этого парня такое стало не редкостью. Мне каждый раз казалось, что я не дотягиваю до него по уровню интеллекта. И не только в этом.
— А если бы я тебя поцеловал? Словил бы пощечину?
— А ты можешь просто так, без чувств?
— Нет, не могу, — легко откликнулся он. Мы поднялись на этаж.
— А что в других комнатах? — спросила я.
— Можешь ходить по всему этажу. Он твой. Все что найдешь — твое. А холодильник лучше не открывать, — Мстислав усмехнулся. — Кстати, знаешь прикол про холодильник?
— Нет. Какой?
— Это уловка и проверка от старшеклассников. Ведь всем интересно, что находится в холодильнике и естественно, молодые ползут в него и огребают. А в холодильник закрыты наши страхи. Мысль, которая вмонтирована в этот простенький агрегат, тоже очень и очень доступная. Просто посмотреть в лицо собственному страху. Твои все попались на этом. Сознание само подсунет нам самое ужасное. Ты одна не заглянула. Вывод — либо не страдаешь любопытством, что крайне странно, после всех наблюдений, либо… — он задумался. — С другой стороны, ты можешь рассчитывать на более сложные и высокооплачиваемые миссии, потому что умеешь не поддаваться собственному любопытству, а это значит, тебе будут доверять конфиденциальную информацию.
— Я всегда забываю смотреть в холодильник. Знаешь, в режиме похудения постоянно и чтобы лишний раз не искушать себя едой, просто не хлопаю дверцей холодильника, — ответила я с опозданием, вновь погрузившись куда-то в свои размышления.
— Я б не догадался, — парень улыбнулся. — Я бы предложил тебе сейчас посмотреть телек и все-таки поесть. Ты слишком часто голодаешь.
— Ты ко всем относишься с такой заботой и…нежностью?
— Я? Заботливый и нежный? — Шархан рассмеялся. — Значит, ты не слышала, что обо мне говорят. Тем более, теперь я твой Кукловод.
— Слышала. Но вижу-то я другое.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Ты столько уже для меня сделал. Не пойму, почему, но видимо есть какие-то у тебя причины. Да, тебя называют жестоким, но я не видела этого от тебя. А люди часто ошибаются. В тебе скрыта боль. Ты никому о ней не рассказываешь и очень сильно переживаешь, — я слегка склонила голову, уже не в силах выдержать этот пристальный взгляд золотистых глаз. Волосы упали на лицо.
— Ты это видишь? — он убрал прядь волос мне за ухо. По коже побежали мурашки от его легкого прикосновения.
— Я это чувствую. И с каждым днем все сильнее. Знаешь, в этой Академии я действительно стала больше доверять своему дару, хотя называю это интуицией.
— У женщин они совмещены, — задумчиво произнес Мстислав.
— Мне Сергей кое-что интересное сказал…в общем-то, я решила попробовать, — я снова почувствовала себя неловко. — Он попросил довериться вам, дать шанс. И знаешь, я поняла, что действительно хочу изменить свою жизнь. Но я не могу сама этого сделать. Я хочу научиться нормально общаться с людьми, чтобы были друзья, потом может отношения…
— Мы поможем, — парень улыбнулся. — Обещаю. Только сначала тебе придется научиться вновь говорить во весь голос. Влад показал одно упражнение для этого, но…нужно полное твое доверие.
— Ну, если ты приставать не будешь — поладим.
— Я помню, и тебе буду отдавать только мозг, — он рассмеялся.
14 марта
День начался просто кошмарно на меня наехали одноклассники. Оказывается, меня видели у мотоклуба и раскритиковали за общение с Витой. В наказание мне дали поручение — я буду петь перед всей школой на дискотеке.
Вита пришла лишь к третьему уроку, жутко сонная. Она реально проспала литературу. Видимо долго и много работала.
Когда уроки закончились, все скоро покинули кабинет, а я осталась. Не умею петь…и завтра капитально опозорюсь на всю школу. А если не выйду, то будут проблемы с учителями. Одно другого не лучше.
Я пришла в актовый зал порепетировать. Час, два, три… У меня не получалось. Я не попадала в ноты, сбивалась. В конце концов я просто села и заплакала.
— Эй, — Вита появилась, как и в прошлый раз, в конце зала. — Тебя кто-то обидел?
И я ей рассказала все. Меня было не остановить. Я очень переживала, никогда не конфликтовала с людьми, и тут такое. Она слушала внимательно, не перебивая. Я попросила совета, поскольку взгляд со стороны сейчас был бы очень кстати.
— Жги, — последовал короткий ответ.
— Что?
— Жги. Живи на полную катушку, чтобы оглядываясь не жалеть потерянное время на людей, которым наплевать, — Витторина вздохнула. — Они не отстанут от тебя. Будут искать повод. Понимаю твое состояние, но ты не всю жизнь проведешь в школе. За этим порогом будет совершенно другая жизнь.
Она довезла меня до дома.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Он закрыл дверь комнаты на ключ. Обернувшись ко мне, Мстислав снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку стула.
— Что смотреть будем? — спросил он.
— А что бы ты предложил?
— Ну…я не люблю мультфильмы. Но! Согласен пойти на компромисс.
— А что тебе нравится? Боевики?
— Эээ, нет, — он снова рассмеялся. — Они тупы и мне на работе хватает такого.
— А что у тебя за работа? Что за миссии?
— Чуть позже расскажу. А смотреть люблю ужасы.
— То есть боевиков на работе хватает, а ужастиков нет, — сделала я вполне логичный вывод. — И к какому компромиссу мы придем?
— Предлагаю посмотреть сначала любой мультфильм, потом ужастик на мой выбор, — он усмехнулся.
— Только не очень страшный. Я…впечатлительная слишком.
— Договорились.
Мы прошли к столу, пытаясь договориться о том, что же приготовить на ужин. И тут компромисс был легко достигнут. Было принято решение отварить макароны и пожарить рыбу. Странно, но рыбой захотел заняться Мстислав.
— Просто я макароны всегда перевариваю, — признался он.
— А что вообще из еды тебе нравится?
— Я не привередлив. Ем, что дают, — усмехнулся Шархан. — Но вообще предпочитаю все максимально острое.
— Желудок не боишься угрохать?
— Ну ты же не боишься сердце кофеином посадить, — откликнулся он.
Я уже настругала салатик и приготовила спагетти.
— Лихо. Раньше что-то не замечал, чтобы ты готовила.
— Я не люблю готовить, — призналась я, усмехнувшись.
— Почему? — искренне удивился он.
— Обычно не для кого, а для себя лень, — я виновато улыбнулась. — Анюта сама предпочитала готовить, но исключительно полезную пищу. И знаешь, я поняла, что не люблю правильно питаться, — усмехнувшись, вспомнила, как утром наблюдала тарелку с овсяной кашей, в обед отварные овощи с индейкой (но мясо редкость, потому что моя подруга ударилась в вегетарианство) и на ужин кефир и еще что-нибудь этакое. Меня даже перекосило от воспоминания.
— Ты такая красивая, когда улыбаешься, — Мстислав испытующе посмотрел на меня. — Почему ты не веришь в то, что красивая?
— Сергей сегодня тоже самое спрашивал, — недовольно буркнула я. — Но таки, повторюсь. Был печальный опыт. Знаешь, когда марафетишься, готовишься, ведь человек пригласил в ресторане посидеть. Приходишь на встречу, а он тебе говорит: «Я думал ты красивее будешь!». Честно говоря, неприятно. Ну и это не единственный случай. Так часто бывало.
— Тебе идет такой образ, — он кивнул на платье. — Да и не только. В джинсах ты тоже привлекательна. Только в себе не уверена. Но это мы тоже тебе поможет обрести. Не волнуйся, твое настоящее досье знаю только я. Ребята лишь предупреждены о твоей нелюдимости, скромности и не приспособленности к общению. Поэтому они тоже стараются облегчить тебе жизнь. Ты ведь что-то могла еще почувствовать?
— Саша…у него физическая боль. Его избивали раньше? — мне странно это говорить. Будто я знаю то, что есть на самом деле, но не могу обосновать, доказать.
— Да, так и было. До попадания в эту Академию.
— И естественно все опять замыкается на тебе, — я усмехнулась.
— Это так.
— Олег…он как-то случайно сюда попал. Словно шел-шел и пришел.
— Тоже верно, — Мстислав кивнул. — Они с друзьями выбрались на шашлыки. Он заблудился в лесу и вышел на нашу Академию, учитывая, что для непосвященных это невозможно. Можно тоже вопрос? Только он реально глупый будет.
— Задавай.
— Что за педалька у тебя? Когда выступаешь, — он задумался, видимо формулируя вопрос. Но я уже поняла, поэтому убежав в комнату, порылась в своих вещах и достала то, что заинтересовало моего соседа. Заодно быстро переоделась в футболку и спортивные штаны, и только после этого вернулась в общую комнату.
— Эта? — я поставила на пол небольшую металлическую подставку, на которой было три педали, располагавшиеся треугольником недалеко друг от друга. По бокам было несколько переключателей.
— Она, — Мстислав согласно кивнул.
— У нас в группе не было барабанщика, а нужен. Я за него.
— Покажешь?!
Кивнула и, подключив нехитрый механизм, побежала в комнату за гитарой. Подключив все к комбику, я поставила ногу на первую педаль, уперевшись пяткой в ту, которая находилась позади.
— Только отрывок, — предупредила я.
Наиграть решила вступление песни немецкой группы. Мне кажется, что на этом примере будет все ясно. Со стороны все выглядит будто я просто топаю ногой в ритм и лишь немногие знали, что я его задаю. Но в голове вдруг радостно возникла вот какая мысль — три года я не играла на своих инструментах и не пела. А теперь благодаря этому человеку, моему замечательному соседу все меняется. И я рада этому. Резко оборвав игру, я отложила аккуратно гитару в сторону.
— Любопытно, — Мстислав с интересом разглядывал педаль. — Такая маленькая и столько шума.
— Она способна издавать звук восьми разных барабанов одновременно. К сожалению, возможности тут чуть шире, барабаны и тарелки можно менять и настраивать. Но сам понимаешь, что одной ногой играть тоже не особо удобно. Педаль настроена на определенную силу нажатия, и полноту, и соответственно амплитуду. Иначе говоря, если тихонько носком нажать, то будет слабый звук, а при полном вдавливании педали раздастся полноценный грохот «бочки». Вообще нормальные музыканты покупают оборудование, но у меня денег не было, так что это просто самоделка — корявая, но рабочая.
— Я про тебя вообще-то, — он усмехнулся, а я смутилась. — Имею в виду, что ты одна, а играть, наверное, сможешь за весь оркестр.
— Можно было бы попробовать, — без тени юмора ответила ему, отчего на красивом лице парня отразилось удивление.
Накрыв на стол, мы вместе уселись на диван и включили плазму. Мстислав что-то нащелкал на пульте (не знаю, на экране это выглядело, как абракадабра). Но вскоре это сменилось вполне конкретными картинками — постерами мультфильмов, которые мелькали при каждом нажатии кнопки на пульте. Мстислав придирчиво смотрел на мультяшных героев и потом все-таки остановил свой выбор на мультфильме с синим персонажем, который был очень умным, но злодеем. Этакий непонятый гений.
— А ты разбираешься в мультфильмах!?
— Немного.
— Но твой выбор мне нравится.
Мстислав нежно улыбнулся. От этой улыбки мой пульс вновь участился. Смутилась. Да, похоже, я действительно в него влюблена.
— Ты бываешь такой милой, — вдруг произнес он, когда полмультфильма были позади. Как раз сейчас была сцена, как журналистка пришла на свидание к злодею, который был в образе ее друга. И вот-вот они поцелуются. Мне очень жалко в этом мультфильме этого синего человечка, ведь люди сами сделали из него злодея. Его держали в тюрьме, его ненавидели в школе…а он гений, только разглядеть этого никто не удосужился. И эта дура, мисс журналистка…ну дура. Она могла бы помочь ему, а вместо этого сейчас обидится, унизит его и будет жертвой обстоятельств. А еще у злодея отличный музыкальный вкус и носит кожаную одежду с металлическими бляхами и шипами.
Я чуть пустую тарелку не выронила. Щеки снова запылали румянцем.
— Сергей от тебя без ума, — добавил сосед задумчиво. — Он говорил тебе об этом?
— Говорил, — грустно кивнула я.
— И как?
— Да никак. Я его не знаю и вообще…не готова я к отношениям.
— А про влюбленность ты говорила…
— Есть человек, который мне понравился, но я не представляю, чтобы у нас с ним что-нибудь вышло.
— Он глупец, если не замечает тебя, — Мстислав, склонив голову набок, посмотрел на меня.
«Или замечает», — подумала я.
Но мультфильм закончился, и мы приготовились к ужастику.
— Только, пожалуйста, не очень страшный, — взмолилась я, вновь раздосадованная тем, что мой голос так жалко звучит.
— Хорошо, — он улыбнулся и неожиданно чмокнул меня в макушку. От удивления я ойкнула и, широко раскрыв глаза, посмотрела на соседа. Впрочем, он таращился на меня таким же взглядом. Ясно, у него это неосознанно получилось. А все неосознанное выдает с потрохами.
Мстислав полез в тумбочку за диском. Ух, а там много этих кругляшек в коробочках лежит. Заинтересовавшись, я присела рядом на одно колено, чтобы посмотреть какие еще фильмы имеются в наличии.
— Вот этот. Он не настолько страшный, как остальные фильмы из моей коллекции.
— Хорошо, — легко согласилась я, удивляясь, что здесь очень много дисков с мультфильмами. Он же их не очень любит. Или что-то опять недоговаривает. При этом всем, почему-то все мысли упираются в то, что я ему нравлюсь. Он много обо мне знает, многое делает для меня и…и ничего. Я могу сейчас сильно ошибиться и надеяться, а ничего не будет.
— А из-за чего ты рассталась со своим парнем? — вдруг спросил он.
— Он ныл много, — я поморщилась. — А в один прекрасный день получилось так, что Анюта постирала…хм, нижнее белье в стиральной машинке и у нас там, в барабане застряла косточка. И буквально в тот же день у нас накрылся холодильник. Я попросила своего молодого человека помочь, на что он ответил, чтобы я вызвала мастера и заказала грузчика. Либо просто какому-нибудь таджику дала денег. Я психанула очень сильно на это. Ну, блин, ну что за мужики пошли?
— Да уж, и что было потом? — спросил Мстислав, когда мы снова вернулись на диван.
— Ну, психа моего хватило ровно настолько, чтобы я сама вытащила этот сломанный холодильник, благо он не настолько большой был, как раз с меня ростом. Потом походила по квартире, успокоилась и пошла ремонтировать стиральную машинку. Анюта приходит, а у нас уже все работает. Благо новый холодильник на пятый этаж грузчики помогли поднять, — я усмехнулась.
— В Лемуре такого с тобой не должно произойти. Если что-то сломается или понадобится, ты всегда можешь обратиться ко мне или к тем, с кем я тебя познакомил, включая Влада. Он конечно оболтус, но никогда не отказывает в помощи. Просто он тебя немного побаивается, — Мстислав хмыкнул. — Он не привык к умным девушкам.
— А что по поводу твоих отношений?
— В один прекрасный вечер она раскритиковала мою работу и сказала, что любит другого. Как оказалось, не просто другого, а того, с кем мы воюем. Печально, но что ж поделать. Но ведь ты хочешь более подробного ответа? — он с грустью посмотрел. Помедлив, я кивнула.
— Но если ты не хочешь то…
— Мне не сложно. Как раз моей работой стала ты. Скажем так, я очень хотел в запой уйти, потому что, я был привязан к одной девушке. А тут твой концерт. Тогда я и прочувствовал колоссальную силу твоего дара. Хотя до этого одолевали сомнения. Думал, твоя подруга ошибается. Ну и вот ты тут.
— А почему так долго?
— Ну как бы ты школу заканчивала, — он улыбнулся, видимо в душе насмехаясь над моей недогадливостью.
— Ой, точно, — я хихикнула.
— Так ты своего парня бросила сразу после того, как он холодильник отказался помочь вынести?
— Почти. Он буквально на следующий день заявил, что чувствует себя брошенным. А мысли материальны, и я решила его не огорчать.
— Злое у тебя чувство юмора, но мне нравится, — Шархан хмыкнул. — Впервые встречаю такую девушку. И что? Он не просил дать ему второй шанс?
— Не знаю. Я его заблокировала. Потом сим-карту сменила, и мы с Анютой решили снимать другую квартиру, как раз вариант подешевле нашли. Ну как-то все сложилось. Так мы фильм будем смотреть или нет?
— Не боишься?
— Боюсь, а что поделать? Ты же пошел мне на уступки. Ты вообще странный человек.
Он улыбнулся и погасив свет, включил фильм. Сказать, что он оказался страшным для меня — ничего не сказать. Если бы я могла кричать…думаю, вся Академия нафиг оглохла бы. А так, ограничилась тем, что пару раз подпрыгнула. Но когда вдруг дед встал на четвереньки и перевернул голову подбородком вверх, я так испугалась, что уткнулась в плечо моего соседа. От него пахло дорогим одеколоном, чистотой и…от самого тела исходил приятный чисто мужской аромат. Страшилка на экране отошла на второй план. Я как-то случайно провалилась в сон. Крепкий здоровый сон.
15 марта
Я не смогла уснуть. Весь день нервничала, боялась. Даже не заметила, как стремительно пролетели уроки. Я была не готова, но так или иначе, а вечером мне пришлось выйти на сцену, решив — да гори все синим пламенем. Но позора не случилось. Мое выступление было шикарным, да вот только вместо фонограммы за кулисами пела Вита. Ее страховал Ящер, видимо никого постороннего не пуская. Короче, на шухере.
Я хотела поблагодарить, но ее и след простыл. Мысля логично, я направилась в мотоклуб. Там меня окончательно ошарашили — моя одноклассница уехала на какой-то фест. Оказывается, можно быть очень разносторонним человеком.
Отвез меня туда байкер по кличке (или прозвищу) Детина. В баре было полно людей, не самых приятных по внешним данным, больше напоминавших уголовников и наркоманов. В общем-то выглядело все очень развратно на первый взгляд.
Меня посадили у барной стойки, попросив никуда не уходить. Отсюда было отлично видно сцену.
— Ну что? Вы любите рок-н-ролл? Тогда зажжем! — это была она. В драных джинсах, футболке со страшным принтом. Я никогда не думала, что можно ТАК петь. Это потрясающе!
Витторину здесь определенно любили. От пожилого бармен, я узнала, что Вита давно выступает с каверами, а также участвует в мотосъездах.
— Она уговорила научить ее ездить того, кто всегда был против учить кого бы то ни было, — шепотом поделился бармен.
Вита жила одна, поэтому вынужденно работала в автосервисе, а также в клубах. О ее родителях почти не было информации. Зато мне рассказали, что Вита целеустремленный человек, хоть и депрессивный. Она для всех была закрыта.
Вита подошли к стойке сразу после выступления.
— Ты круто поешь, — сказала я ей.
— Спасибо, знаю, — отмахнулась она. — Ты меня преследуешь?!
— Наверное, — мне было легко и весело. — Ты не против нашего общения? Я хочу с тобой дружить.
— Не думаю, что это хорошая идея.
— Я решила сжечь. Все, что не нравиться, все, что беспокоит. Я думаю, что мы могли бы быть классными подругами. Но я не хочу быть обузой.
— Решительно, — Вита хмыкнула и обернулась к бармену. — Серый, нам бы выпить.
Он кивнул и вскоре передо мной нарисовался большой пивной бокал с темной жидкостью.
— Ну что ж. За тебя, — Вита улыбнулась и отпила. На деле это оказался вкусный компот, просто в баре нет другой тары.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
И проснулась, когда меня Мстислав взял на руки. Я сонно моргнула, не сразу понимая, где я и что происходит.
— Тихо-тихо, я просто перенесу тебя в твою комнату на кровать, — шепнул Мстислав и я, окончательно проснувшись, попыталась спрыгнуть с его рук.
— Прости, — мне было неловко. Во-первых, я так и не поняла когда и как уснула. Во-вторых, на его плече. В-третьих, он держал меня на руках. А я тяжелая и вообще, вообще, вообще…
— Замри. Ты сейчас себе надумаешь там, — он улыбнулся, а я послушно замерла. — Я ужастик выбрал принципиально. Вита, я просто хочу, чтобы ты наконец-то поддалась эмоциям. Поскольку ты уснула, я просто хотел перенести тебя. Диван слишком жесткий для тебя. Ничего плохого и пошлого, я тебе клянусь, в моей голове не было.
— Извини, — снова пробормотала я.
— Как твое горло сейчас? Может, попробуем?
— На удивление нормально. Что нужно делать?
— Только еще раз повторюсь — ничего пошлого. Сможешь поверить и довериться?
— Попробую.
Что-то не нравится мне его тон. Черные глаза Мстислава вспыхнули золотом. Парень подошел ближе, обошел меня и встал за спиной. Одна его рука обняла меня за плечи, зафиксировав мои руки.
— Откинь голову назад и попытайся расслабиться, — нежно шепнул он. — Дыши глубоко, насколько это возможно.
Как только я представила, что мое горло будет открытым, по телу прокатилась неприятная судорога. Мстислав стоял близко, касаясь грудью моей спины. Глубоко вздохнув, я медленно подняла лицо к потолку. Напряжение в шее резко возросло. Мышцы скрутило от напряжения.
— Тише, тише, — снова прошептал он. — О чем ты думаешь?
— Мне больно.
— Чего ты боишься?
— Боли…но не физической. Физическая боль только облегчает это состояние, — с трудом проговорила я.
— А еще ты боишься остаться в одиночестве, — мягко добавил он.
— Нет, — почти вскрикнула. Голос был хриплый, напоминал ржавые петли.
— Боишься, боишься, — почти ласково повторил Мстислав. — И это понятно. А еще ты боишься отношений. Я это видел.
— Не правда, — голос снова получился громче, чем обычно, а тело дрогнуло от прокатившейся от макушки до ступней судороги. Мстислав положил ладонь левой руки мне на шею мягко, не давя, но дыхание все равно перехватило. Пульс участился.
— Правда. Девочка моя, ты через чур не уверена в себе. Отсюда и напряжение. Попробуй еще чуть-чуть сильнее запрокинуть голову.
Я сделала, как он сказал и почти сразу же охнула, от прострелившей боли во всем теле. Я зажмурилась, до крови закусив губу.
— Спокойнее. Я с тобой, девочка.
Удивительно, но от ладоней моего соседа стало исходить странное приятное тепло. Оно вибрацией проходило по всему моему телу, отчего боль затихала. Мое дыхание выровнялось, и паника постепенно прошла. Я открыла глаза и посмотрела на Мстислава. К сожалению, видно было не много. Я почувствовала, что он уткнулся носом мне в волосы.
— Любопытно, — пробормотал он, медленно и аккуратно отпуская меня. — Реакции твоего организма не совсем нормальные.
— Ты говорил, что не читаешь мысли.
— Я и не читаю. Но я очень хорошо считываю показатели твоего тела, — рассеянно произнес сосед. — Боль и напряжение срабатывают, как защитная реакция. И только горло отзывается на эмоции. Ведь сейчас такого дискомфорта не было!? Да…тебе, девочка моя, всего лишь любви и заботы не хватает. Ты видела лишь жестокую сторону этого мира.
Я покраснела. Почему он называет меня своей девочкой? Почему вообще девочкой??! Но все мысли ушли на второй план, когда я зевнула, прикрыв ладошкой рот. Ой, как я хочу спать. Мстислав смотрел на меня умиленно. Его золотистые глаза постепенно затухали, становясь вновь черными, цвета темного горького шоколада. Почему же глаза меняют цвет? С чем это связано и почему, Шархан просил забыть об этом и никому не говорить?!? Неужели в этом есть какая-то тайна? Вопросы только прибавляются, а ответа так до сих пор ни одного не было. Вот что он за человек? Чего добивается? Чем живет?! Интересно, какое мнение он обо мне составил за пять лет наблюдений?! И опять вопросы, вопросы, вопросы…
Он кивнул мне в сторону моей комнаты. Я прошла туда и сразу легла в постель. Мстислав, как ни в чем не бывало, сел в кресло. Ему это было уже привычно. Он протянул руку, сжимая мою ладонь в своей.
— Все будет хорошо. Я обещаю, — шепнул он и я уснула.
Мне ничего не снилось. Просто спала крепко и спокойно.
— Вита… — шепнули мне на ухо. — Мне нужно отлучиться по работе. Я вернусь часа через три.
Я что-то сонно буркнула. Какая прелесть! Мстислав меня еще и предупреждает о своем уходе.
17 марта.
Все выходные мы провели вместе с Витой. Она катала меня на своем байке, познакомила с клубом «Конкистадор», свозила на рок-концерт. Зря ее сторонятся. Она классная. Очень.
18 марта.
Меня сегодня едва не побили одноклассники. Им не нравится, что я общаюсь с Витой. Все не кончилось мордобоем только потому что подъехало человек десять с мотоклуба. Им зачем-то понадобилась Вита, а под шумок забрали меня. день прошел хорошо в компании байкеров. С ними весело и интересно.
20 марта.
Второй день Виты не было в школе. Ее забрали до конца недели на какой-то фест. А еще мы поругались с Толиком. Ему не нравится, что я трачу время на изгоя. Одноклассники объявили мне бойкот. Мне тяжело, но не настолько, чтобы сдаться и вскинуть лапки кверху.
21 марта.
Теперь и Толик меня игнорирует. Ощущение, что эта неделя никогда не кончится.
22 марта.
Мне забили «стрелку» на завтра. Правда сначала побили. Но сказали, что в субботу будет еще хуже. Маме я ничего не рассказала, не хочу, чтобы она переживала. Она тяжело перенесла развод и болезнь бабушки.
Все болело, и обида застилала разум. Вита позвонила поздно вечером, сообщив, что стоит у подъезда. Конечно, я спустилась к ней. Съездили хорошо, по ее словам, да и подзаработали неплохо. Я искренне порадовалась за нее и клуб. Я не хотела рассказывать о своих проблемах, но она заметила все, даже самые незначительные ссадины. Я даже Толику не жаловалась, пеклась за наши отношения.
На мой взгляд, Вита слишком замкнутая, холодная, но добрая. Выслушав меня, она настояла на том, чтобы в субботу я никуда не ходила, помогла маме по дому. А еще ей понравилась моя готовка, в плане стряпня кулинарная. И об этом она рассказала только сегодня. А еще она с феста привезла мне клевую футболку цвета солнца.
— Она была единственная не черная, — второй раз я видела, как она улыбается. На душе стало очень спокойно.
23 марта.
Я переделала все. Абсолютно все. Даже вещи вручную перестирала. К середине дня я уже плохо соображала, поэтому несколько раз набрала Витторине. Ее телефон молчал.
24 марта.
Впервые выучила все. Из дома было страшно выходить и я продолжала зубрить.
25 марта.
Я не хотела сегодня никуда выходить, но в школу все равно надо. Я тряслась, как осиновый лист, думала, что не переживу насмешек. Опасалась новых побоев.
Но войдя в класс была приятно удивлена — со мной вновь все общались, будто никакого бойкота и не было. Вот только одноклассники, включая Толика были в синяках и ссадинах настолько, будто встретили футбольный фан-клуб противника. А может быть и два. Виты нигде не было видно. Ее телефон по-прежнему не отвечал.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
В дверь настойчиво стучали… нехотя выскользнув из-под одеяла, я пошла открывать.
— Привет!!! — Санек свалил меня с ног, завалившись вместе с Сергеем, Олегом и Яной в квартирку.
— Привет, — выдавила я, не спеша вставать с пола. Нижние девяносто были больно отбиты. Но почему-то вся ситуация казалась мне забавной.
Как ни в чем не бывало, ребята расположились в комнате, словно это была их собственная. Ну конечно, они наверняка частенько собирались у моего соседа.
— Как спалось? — поинтересовался Сергей, протягивая мне руку и помогая подняться с пола.
— Нормально, — интересно, Шархан им рассказывал, как мы проводим ночи?! Надеюсь, что нет, а то мне будет как-то неловко. Вроде ничего между нами и нет, но…определенное напряжение возникает.
— Вита…ты будешь сегодня с нами выступать? — Яна смотрела на меня своими синими глазами, и я поняла, что отказать не могу. Не то чтобы не могу, не хочу.
— Буду, но…ребят я сразу предупрежу, что могу подвести с вокалом.
— Нам терять нечего, — Олег хмыкнул.
— А Шархан сказал, что знает, как тебе помочь. Он вообще говорил, что сделает все для тебя. Не знаю из-за чего это он. Может потому что ты когда-то помогла унять его боль. А может, потому что он относится к тебе, как к девушке, а может даже больше. Но он говорит, что отношения его не интересуют. Может он считает тебя своим другом. А вообще, он заинтересован в тебе. И мы тоже заинтересованы. Но мы хотим с тобой быть друзьями. А чего Шархан хочет никто не знает. Только он. А он скрытный очень и это плохо.
Я улыбнулась. Замечательный болтливый источник информации. Сделай вид, что слушаешь и Санек сам все выболтает. Прекрасно! Чудесно! Восхитительно!
— Вита, а ты пойдешь после дискача с нами в кафе? — спросил Сергей.
— Это когда? Ночью? Или уже утром? — усмехнулась я.
— Ночью под утро, — рассмеялся он.
— Да-да-да, кафе офигенное. И там всегда все очень вкусно. Оно еще и как бы для студентов нашей Академии. И в деревеньку съездим, экскурсию устроим. А там прикольно. И красиво. И тебе все покажем. И расскажем. И покажем. А поедем туда на машинах. Любишь спортивные авто? А Шархан любит. У Шархана…
— А почему Шархан через «а»? — прервала болтовню Санька Яна. — Я в книжке видела, что написано через «е». Шерхан, — четко выговаривая буквы, произнесла она.
— А вы не знаете этого прикола? — искренне удивился Олег.
— Какой прикол? — заинтересовался Сережа, переглянувшись со мной.
— Он когда пришел и только начал выполнять первые миссии был на вторых ролях, — посмеиваясь, начал рассказывать нам барабанщик. — И так все складывалось, что основная группа косячит, а прикрытие два человека сидят и думают, как исправить положение. Ну и наш герой выходил всегда с одной и той же фразой: «Ша, я все исправлю!». Поэтому его первое время называли просто «Ша». Ну, остальное как-то в процессе приделалось. Особенно когда он создал для всех Кронос.
Дверь открылась резко, и в комнату быстрым шагом прошел Мстислав.
— Смотрю, вам весело, — сосед усмехнулся.
— Не с той фразой ты вошел, — согнувшись от смеха напополам, кое-как выговорил Санек.
— А с какой надо было? — Мстислав обернулся и пристально посмотрел на меня, словно спрашивая, а в чем все-таки дело.
— Ша?! — я не выдержала и тоже рассмеялась. Совсем негромко, не так заливисто как ребята. Но это было уже достижением.
— Смотрю, у нас болтливых прибавилось, — мой сосед усмехнулся. — Ну ничего парни. Она-то спать потом ляжет, а вы со мной на СШП. И только попробуйте отстать. Хотя тебе, Вита, потом тоже надо будет.
— Специальная штурмовая полоса?! — мои глаза, кажется, загорелись. — Когда? Куда?
— Ты чему радуешься? — насторожился Сашка.
— Хочу-хочу-хочу, — я заулыбалась. — Просто раньше я хотела в Суворовском учиться, но родители были категорически против.
— Вот девушки пошли, — Сережа тепло улыбнулся.
Мстислав прошел в комнату и сев на диван, пригубил из бокала вино.
— Как на работе? — участливо поинтересовался Олег.
— Дело дрянь, — ухмыльнулся сосед. — Ни в какую не идет на контакт. Двоих сегодня подослали из Информационников. Раскусили сразу же. Вот что за люди? Даже нормально…
В моей голове резко вспыхнуло ослепительным белым светом и я…я вспомнила то, чего, пожалуй, не могло быть. Или могло. Но по какой-то причине я забыла. Или все-таки не могло?!? Мне вспомнился мой выпускной. Я была в достаточно простеньком серебристом платье. Никаких пышных подолов, никаких разрезов. Просто юбка в пол, руки закрыты до самых ладоней и высокий ворот. Минимум открытых участков. Это платье я увидела случайно в магазине и поняла, что это то, что я ищу. Цена и качество идеально совпали. Туфли тоже оказалось не проблемно подобрать. Сам выпускной не запомнился, а вот момент один. Меня пригласил потанцевать какой-то парень. Я не отказалась. Танцевать хотелось, но приглашать из выпускников меня никто не спешил. Так что такой случай я решила не упускать, и, обрадовавшись, последовала за незнакомцем. Он был идеален в танце. Все как в сказке, волшебно, красиво и романтично. Но меня сбил с курса только один момент. Когда мы совершили очередную танцевальную комбинацию, он нарушил правила и появился за моей спиной. Мне показалось, что он очень хотел коснуться губами моего виска (я чувствовала это на каком-то подсознательном уровне) и почти это сделал, наслаждаясь ароматом моих волос, кожи. Я резко обернулась, не в силах вынести то, что творилось в моей голове — то ли так оно все и было, то ли я все себе надумала, еще больше смутилась, тихо извинилась и поспешила уйти, налетев на какого-то парня, который козырнул мне. Отчего сейчас это всплыло в моей голове — понятия не имею. Но мне, хотелось проверить. Действительно ли это было или я все себе придумала. Может, я схожу с ума?
— Вита?! — Мстислав произнес это мягко. Его голос как бальзам на раны.
— Что? — я тряхнула головой, отгоняя наваждение.
— С тобой все в порядке? Ты словно выпала из реальности.
— В порядке. Просто думаю, надо бы потом парочку платьев прикупить.
— Знаю магазин хороший, — Сергей усмехнулся. — Мы с Яной всегда там барахлимся.
— Братик, это называется шопингом, — девочка шутливо ткнула парня пальчиком в лоб.
— Да не знаю, какое мне подошло бы? Например, какие цвета, на ваш взгляд, мне больше подходят?
— Черный! — дружно выпалили Сергей, Сашка, Олег и Яна. И лишь один ответ выбился из этого хора.
— Серый, — одновременно с ними ответил Мстислав.
— Серый? — сыграть удивление не составило труда.
— Да. И минимум открытых участков тела. Ты так очень красиво выглядишь, женственно.
— Значит, не показалось, — сделала вывод я. — Мстислав, можно я задам тебе один вопрос и ты мне на него сразу же ответишь?
— Задавай, — он ухмыльнулся и пригубил еще вина.
— Ты ведь видел меня в том сером платье. Вы воздействовали на мою память?
— Да, было слабое воздействие, — кивнул он. — Впрочем, оно и тогда не дало результата. Поэтому тебе подкинули столько работы, чтобы ты сама забыла. Глупо я спалился, — Мстислав хмыкнул. — Не удержался. Ты такая грустная стояла. А чего ты так быстро убежала?
Уп-с. Не слабо он мне вопрос вернул. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Губы сами собой разъехались в виноватой улыбке.
— Я тебя испугалась, — потупив взгляд, призналась я. — Подумала, может ты маньяк.
— Учитывая, как ты расправляешься с маньяками, твой испуг, по меньшей мере, мне кажется странным, — сосед покачал головой, улыбаясь краешком рта.
— А что? Были прецеденты? — удивился Олег.
— Да вот представь себе, — Мстислав закинул ногу на ногу. — Шел за ней поздно ночью. Из клуба возвращались, где Вита отыграла очередное представление. А на встречу парень. Вдруг хватает ее за куртку и тянет в кусты. Самое забавное, бедняга словил не только коленом в пах, а еще парочку ударов по печени, в челюсть и конкретно так в живот. А Вита, как ни в чем не бывало, выходит на тротуар, отряхивается и говорит потрясающую фразу: «Я ночью по чапыжникам не шарохаюсь!». Так я узнал новое слово.
— Шарохаюсь? — смеясь, предположил Сергей, зная, что это неправильный ответ.
— Нет, чапыжник. Весь инет облазил, думал, какое-то наречие.
— Ага, не изученное, старо-славянское, — хихикнула я. — У нас в универе так все говорят. Слово просто прикольное. Погоди…я еще кое-что вспомнила, — прищурилась. — Точно, это тебя я мысленно материла на ВДНХа. Вы площадку заняли с этим своим огненным шоу.
Универе…я вспомнила, что после школы поступила в какой-то универ и проходила туда два года. За эти два года Анечка родила ребенка и… Кажется меня охватил ужас. Три года моей жизни будто исчезли из памяти и теперь медленно возвращались.
— А вот это ты зря вспомнила, — Мстислав тепло улыбался. — Я тогда просто решил повредничать. Заодно масштаб твоего дара испытать. Знаешь, прикол этой Академии в том, что тебя проверяют постоянно. Что и как ты делаешь, все это отмечается и фиксируется. По этим итогам потом определяют зарплату и место работы. Тебе еще есть над чем работать. Но движешься ты в правильном направлении. Плюс кто-то угрожал мне разбить мою машину. Мой замечательный, дорогой и горячо любимый «Шудатти». И ему угрожала маленькая хрупкая, но замечательная девушка.
Не знаю почему, но его похвала для меня очень многое значит. Это все так странно. Вот сейчас, он смотрит на меня своими темными глазами и меня словно утягивает куда-то в глубины его души. Я чувствую его боль…боль которая осталась в прошлом, но при этом периодически напоминающая о себе. Это похоже на ранку. Вроде бы она уже покрылась корочкой, но периодически, случайно сдираешь ее, и течет кровь. И что-то еще. Что-то, что помогло пережить эту боль. Что-то, что смогло ее успокоить, утихомирить. Кто-то, кто понимает, что ему было больно и тяжело, кто поддержал в трудную минуту.
— Ладно, мы пойдем настраивать все. Вита, тебе какую гитару подготовить? — Сергей улыбнулся.
— Мою, — я поморщилась. Черт, я хочу знать о своем соседе больше, но каждый раз что-то или кто-то мешает. Вытащив из своей комнаты две гитары и педаль, я отдала их ребятам, уточнив некоторые моменты по настройке.
— Все будет в лучшем виде, — заверил меня Олег. — Мы постараемся не подвести.
— Я тоже постараюсь, — я виновато улыбнулась. — Но ни за что не ручаюсь.
Ребята, прихватив еще какие-то вещи, убежали. Яна чмокнув меня в щеку, поспешила за парнями.
— Они…милые, — задумчиво произнесла я.
— Увиливатель.
— Что? — я обернулась к Мстиславу.
— Ты увиливатель, — он отставил бокал, грациозно поднялся с дивана и подошел ко мне. — На выпускном…ты убежала по другой причине, — его голос, словно бархат, убаюкивал, окутывал.
— По другой, — не стала отпираться я. — Но все равно из-за страха.
— Знаешь, я всегда тобой восхищался и пытался понять, но некоторые моменты у меня не укладываются в голове. Например, твоя боязнь к отношениям. Ты ушла по этой причине. Ты побоялась влюбиться или нафантазировать себе чего-нибудь лишнего.
Мы помолчали. Ответить было нечего. Не хотелось пояснить. Да, я боюсь отношений. На это есть масса причин. Думаю, главной все-таки была такая — меня никто никогда не любил.
— Веришь в Счастье? — вдруг спросил Мстислав. Он как-то странно тоном выделил слово «счастье», будто подразумевал какой-то глубинный смысл.
— Не для себя, — холодно отозвалась я. Умеет он задавать те самые вопросы, которые заставляют меня еще больше ненавидеть себя.
— Почему? — он пододвинулся, желая узнать ответ.
— Потому что я оказалась его недостойна…наверное именно так надо бы правильно ответить, но я и в это не верю. Я просто разочаровалась в людях и как следствие не верю в светлые чувства, которые они еще могут испытывать. Тьма, грязь, мат… Секс, насилие, разврат… Сигареты, алкоголь, наркотики… Все это не настраивает на высокие отношения. Да, все конечно разные, но в основном, лично я выделяю две группы людей — серая масса и так называемые «странные».
— Но ведь есть и те, кто еще не вошел в серую массу и вроде как борется, — возразил парень.
— Не мне тебе рассказывать, как такие потом сдаются и все равно становятся серой массой, причем самой ее грязью, — я качнула головой, улыбнувшись уголком рта. — Знаешь, поразительно, ведь сознание позволяет очень многое делать. Если бы не наши мысли, мы бы не зашли так далеко.
— Интересная ты девушка…я с каждым разом все лучше и лучше понимаю, почему тебя не любят одногруппники, — Мстислав хмыкнул. — Пожалуй, именно за эти качества я тебя еще больше начинаю ценить. Я хочу предложить тебе некоторые условия, на которых мы сможем продолжить с тобой вместе жить и соответственно я смогу тебя обучать.
— Условия?! — я испуганно отступила назад.
— Не те, о которых ты подумала, — он улыбнулся. — По поводу обучения. Персональное обучение. Я не хочу, чтобы тебя грузили ненужной философией. Есть другая нужная информация, которую необходимо втюхать в тебя. Но это мы обсудим чуть позже. А теперь собирайся и спеши в актовый зал. Я отлучусь на некоторое время, но на представление обязательно приду.
26 марта.
Все стало хорошо, как раньше. Толик помирился со мной, и мы снова были счастливой парой. На физике за домашнюю работу получила пять. Вита не появилась и телефон все также не отвечал. После уроков я поехала в клуб, но байкеры сказали, что не видели ее. Я направилась в автосервис. Там мне сообщили, что Вита отпросилась на пару дней, мол, отлежаться надо после какой-то драки. Я начала подозревать неладное и кое-как уговорила дать ее адрес.
Жила она не слишком близко, но от мастерской рукой подать. Извечные старушки на лавочке окрестили меня наркоманкой за излишнюю худобу, но я не стала обращать внимания. Пятый подъезд седьмой этаж. В сто первую квартиру не работал звонок, и я постучала. Дверь открыли не сразу, ждать пришлось долго.
— Ты все-таки меня преследуешь, — усмехнулась она, пропуская меня в квартиру.
— Тебя два дня не было в школе, и я подумала, вдруг тебе нужна помощь.
— Вот еще, — она смешно фыркнула. — Чай будешь?
— Да.
Квартирка была крохотной, бедной на мебель. Мой взгляд упал на гитару в чехле, которая стояла в углу, и ей явно незаслуженно много отводилось места. Вита двигалась скованно, и я попробовала сразу выяснить, верны ли мои догадки.
— Зачем тебе знать?
— Надо.
— Зачем? — ее голос звучал спокойно с некой долей уверенности. — Что даст тебе эта информация?
— Я буду точно знать, что все случилось из-за меня, — упиралась я, продолжая присматриваться к однокласснице.
— Хорошо, переформулирую, — она пододвинула ко мне плошку с вареньем. — Что положительного даст тебе эта информация?
— Я сделаю что-нибудь хорошее. Хочешь, ужин приготовлю?
— Это все очень хорошо, — Вита тихонько рассмеялась. — Но у меня нет продуктов.
— Совсем?
— Совсем. В моем холодильнике даже мышь не вешается, боится, что сожрут.
— Ты ела сегодня что-нибудь?
— Я спала весь день, если бы меня кто-то не разбудил.
— Так ты расскажешь, что случилось на «стрелке»?
Мне было стыдно и неловко, что моими проблемами занималась Вита. Ладно, если бы Толик решил вопрос.
— Я сходила на «стрелку» вместо тебя. Просто подрались, ничего такого. Их было больше, а у меня есть бита. Договорились, что тебя трогать не будут, ты не принимаешь участия в наших разборках.
— Ты… — я не могла подобрать слов.
— Лапочка?!
— Сучка! Крашеная! — я буквально задохнулась от возмущения.
— Ну пусть будет так, — она усмехнулась, но почти тут же поморщилась от боли.
Она отвезла меня домой, не позволив по потемкам идти одной. Я напросилась к ней в гости на следующий день, и Вита была не против.
По приезду. Я подошла к маме. Я никогда раньше ничего не просила, знала, что возможностей нет.
— Мам, одолжи, пожалуйста, немного денег.
— Анют, что-то случилось?
— Да мам, небольшие проблемы в школе.
Я ей все рассказала. С мамой у нас доверительные отношения. Она не осуждает и старается всегда понять.
— Рада, что вы подружились, — мама улыбнулась.
— Я тоже.
— Вот денежка, — она щедро отсчитала несколько купюр из кошелька. — Приводи ее в гости.
— Спасибо, — я чмокнула маму в щечку и побежала делать уроки.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Я дебил! И я заблудился. Таков мой диагноз на этот вечер. Пипец, ну только я опираясь на карту могу заблудиться на этаже. Я плутала наверное уже минут двадцать. И как на зло никого не было. Видимо, все уже были в актовом зале, а я дебил (да-да, именно так, в мужском роде). Интересно, есть для таких людей анонимные клубы? Ну вот для шопоголиков есть, а для страдающих географическим кретинизмом? Или они не доходят до места сбора?
Остановившись, я резко выдохнула. Так, без паники. Не факт, что без меня не начнут, но стоит просто собраться в кучку, как говорила одна моя знакомая. Так, собрались!? Тогда прислушиваемся. Тяжелые аккорды обнаружились быстро. Да, этот стиль игры я узнала сразу. Я уже неслась со всех ног. Анатолий разошелся. Сергей говорил, что им сложно с ним соперничать. Другой вопрос, что Анатолий не мог противостоять мне. А я жаждала мести. Хотя бы немного. Этот гад, сначала переспал с моей подругой, потом бросил ее и даже на похороны не явился. Зато крови выпил и из меня, и из семьи — мамы и бабушки Анюты. Сволочь!
Робкий голос Яны прозвучал именно в тот момент, когда я влетела в зал. Ух, народу…многовато. Чья-то сильная рука мягко выдернула меня из толпы, направляя куда-то в сторону.
— Ты куда пропала? — почти ласково спросил Мстислав. — Анатолий злорадствует, считает, что ты не появишься.
— Я заблудилась, — хмурясь, ответила я.
— И как я мог забыть, — буркнул себе под нос парень, помогая подготовиться к выходу. — Учти, что прожекторы тут работают также, как мы тебе в зале показывали.
— А почему они вдруг Интро решили включить в выступление? — спросила я, за что была награждена строгим и немного холодным взглядом. «Ну да, нашла у кого спросить», — хмыкнула. Накинула ремень гитары, быстро оценила состояние и, вздохнув, неспешно вышла на сцену.
Первые же аккорды песни «Феникс» заставили зрителей взорвать зал аплодисментами. О да, как мне этого не хватало! Яна смотрела на меня счастливыми глазами. Сергей улыбнулся, Олег кивнул, а Санек даже успел показать «козу». Да, интересно ребятки настроили инструменты — моя гитара по звуку была громче и значительно выбивалась на фоне остальных. Что ж, это правильно. Я выведу игру на должный уровень. Еще бы с вокалом не подвести. Прожекторы, поддаваясь моему настроению, мигали, ярко светили, еще больше радуя толпу зрителей.
Яна прекрасно играла на скрипке. Для столь юного возраста даже очень хорошо. Талант на лицо. Девочка улыбалась, глядя на меня и лишь ее губы почти беззвучно шепнули: «Ты пришла!». Подойдя к микрофону я, мысленно перекрестившись, запела, слегка охрипшим голосом, подражая голосу одной рок-иконе.
Оп-па, толпа зашевелилась. Люди прыгали, подпевали, показывали «козу», улыбались. Я чувствовала их хороший настрой. На удивление, я обрела голос. Я не была уверена, но я пела. Пела как всегда. И ощущала на себе самый приятный (я не знаю почему, но я очень хорошо чувствовала Мстислава) взгляд. Я знаю, что он хмурится, настороженно рассматривает меня. Блин, еще так будет пялиться, и я начну спотыкаться.
Голос Яны был немного неуверенным, дрожащим. Удивительно, что она нормально поет. Я думала, что она закашляется, но нет. Молодец! Девчонка очень сильная!
Но ничто не может длиться вечно. Песня закончилась. Мы поклонились и выскочили за кулисы.
— А кто-нибудь мне расскажет, какие песни у нас в программе?
— Вот, но коррективы можем внести, — Сережа быстро начеркал на бумаге репертуар.
— Так, смотри, тут ты соло, тут ритм, тут, тут и тут, — просмотрев список, я быстро оценила наши силы. — Вот на эту песню нужно будет подготовить педаль. Здесь, я пою за бэк-вокал. Эта партия за вами.
— За мной, — кивнул Сергей.
— Бэк-вокал здесь?
— Я возьму, — кивнул Санек.
— И я, — девочка улыбнулась.
— Ты как себя чувствуешь, чудо? — я присела на одно колено, рядом с ней.
— Ты рядом и я хорошо себя чувствую, — она улыбнулась.
— Кстати да, меня тоже отпустило. Поясница перестала болеть, — я не заметила, как к нам подошел Влад, поэтому вздрогнула от неожиданности.
— А что они исполняют? — Олег кивнул в сторону сцены. Я прислушалась и фыркнула от негодования:
— Как всегда немецкий кавер исполняет. На большее не хватает. Да и странно. Я подходила, они пели «Not enough sex». Сейчас поют «Sex ist nicht wichtig». Они всё, что связано с сексом решили исполнить!? Тогда я могу угадать их следующую песню, — съязвила я, что у этого немецкого коллектива есть песня с названием «Sex».
— Слушай, а у нас вообще есть шансы против Анатолия? — вдруг спросил Санек.
— Неправильно поставленный вопрос, — я улыбнулась. — Это он должен сейчас интересоваться, есть ли у него шансы или нет. Не подумайте, что я высокомерная или самонадеянная. Я отлично знаю на что он способен. Вокал сильный, тут не поспоришь, но вот игра…девчонок клеить пойдет, но не больше.
— Не отвлекаемся. Вита, вот тут слов, кроме Яны, никто не знает.
— Я на подпевке, — тут же вмешалась девочка.
— Играете, но без слов? — я невольно улыбнулась. — Вокал за мной. А как так списки составляли?
— Тут проблема в том, что песни выбирал один тиран и деспот, — Санек хмыкнул.
— Ясно. А ты их выбирал…дай угадаю. Я даже не представляю как ты их выбирал, — оглянулась на своего соседа.
Я столкнулась взглядом с Мстиславом. В его глазах был некий восторг. Он смотрел на меня, окутывая нежностью. И на душе становилось так тепло и так спокойно. И я просто хотела сказать — я смогу! Я все смогу. На меня никогда раньше так не смотрели. Я избегала парней. Но этот человек меня заинтриговал, разжег любопытство. Я хочу узнать о нем побольше. Губы Мстислава расползлись в усмешке.
— Ваш выход, — нежно шепнул он.
Я подтянула ремень, нацепила микрофон, приладив его поудобнее. Сережа начал играть и через несколько секунд я его поддержала. Следующая песня была «Шепот в твоем сердце». Мы синхронно подпрыгивали в такт, и Олег старался не сбиться с ритма. Мы подстраивались друг под друга. Ясно, Мстислав выбирал песни учитывая мои предпочтения и мои способности игры. Неудивительно, что его все слушают — он умеет правильно оценивать ситуацию и возможности. Он оказывает огромное влияние на жизни других людей. Я знаю это. И тут речь не только идет о моей жизни. Все сложнее… Зачем столько лет слежки? Это непонятно. По идее, для того, чтобы убедиться в моих способностях и узнать меня хватило бы и месяц, ну плюс минус еще две недели. Но пять лет…?
Интересный выбор. «Take a step closer»… Видео этой песни было снято в подземной шахте на деньги поклонников. И вновь, дружно подпрыгнув с Сергеем, мы пели:
Я жил, не зная счастья в жизни
Я ждал тебя, без усталости.
И вот со мной, надеждой светлой
Живу надеждой!
Любопытно, Мстислав в курсе, что я выбираю для исполнения лишь те песни, которые близки мне душевно. Хотя, какое ему до этого дело? Конечно никакого. Вроде бы он говорил, что у него нет девушки. А я…так, черт, такие мысли могут меня сейчас завести явно не в ту сторону. Мы просто соседи. Соседи по комнате…или даже этажу. О, да, этаж. Он же разрешил все осмотреть. Надо бы заняться этим. Так, все, прочь посторонние мысли из головы. Сконцентрироваться только на песне.
«Кто бы мне сказал, что я влюблюсь в Смерть? Кто бы мне сказал тогда, что я найду себя?», — примерно так переводится текст припева. К сожалению, я не знаю английского языка. Но есть замечательный сайт, да и вообще в интернете можно было найти все. Там можно найти перевод практически любой песни, любой группы.
— Любовь спасет нас! Надежда! Все пройдет! - я уже набрала в грудь воздуха для последующего крика как в оригинале и заткнулась, поняв, что не могу. Горло предательски сдавило тисками, а внутри казалось все разодрано. От разочарования я отступила назад и так ударила по струнам, что чуть не сорвала их к чертовой матери. Сергей был, по всей видимости, к этому готов, поэтому «Надежда» кричал в микрофон он, и я смогла вступить снова лишь на припеве. Горло болело, скребло, как будто я проглотила мешок с гвоздями. Мельком столкнувшись взглядом с Сережей, я виновато потупила взгляд, но всего на мгновение и снова вступила в зрительный контакт с залом. Гитарист не осуждал меня. Напротив, он смотрел на меня так, словно беспокоился.
Следующей песней была «Новый мир» группы «Черное письмо». И тут было сложнее, потому что весь вокал лег на меня и мои голосовые связки. Несмотря на боль, я справилась с поставленной задачей. Чтобы не поддаться и не заострять внимание на жутком дискомфорте в районе гортани, я более пристально начала изучать зал. Прожекторы за моей спиной то и дело вспыхивали, ярко освещая не только сцену, но и все помещение, которое как раз оказалось не маленьким. На противоположной стороне, напротив нас, была еще одна сцена, на которой я смогла разглядеть несколько инструментов и сидящего на барабанной установке с гитарой в руках Анатолия. Значит остальные отдыхают, а он решил оценить силы. Также я смогла разглядеть четыре монитора, на которых я узнала…не только группу ребят, с кем играла, но и себя. И не просто себя, а свои клипы, которые мы делали с Анютой. Видео было замечательно смонтировано.
Снова сменилась песня, опять кавер. Сначала одна, а затем другая. Господи, как это понятно. В песне поется, что воспоминания беспокоят и причиняют боль, как открывшаяся рана. Я мельком оглянулась на Мстислава, встречаясь с его тревожным взглядом. Я вижу в нем боль. Боль, которая понимает меня и которую понимаю я. Зачем ты выбрал именно эту песню??! Зачем, Мстислав?..
Горло скрутило, прострелив болью по всему телу. Кажется, Сережа сказал, что не знает слов этой песни. Но в этот раз меня выручил Мстислав. Я не видела, когда он вышел, я лишь почувствовала, что налетела спиной на него, и парень аккуратно придержал меня за талию. Кажется, я покраснела. Какой чудесный голос у моего соседа. В припеве были замечательные слова: «Я не могу понять, за что же я сражаюсь, зачем срываюсь я на крик. Я не могу понять, из-за чего я говорю совсем не те слова. Я не могу понять, как стал таким, я знаю, что это неверно, и я меняю все в себе, я расстаюсь с привычкой этой ночью».
Я утонула. Утонула в омуте Его боли. Я чувствовала, что он пел для меня. Он хотел, чтобы я Поняла. Осознание этого напоминало удар в лоб толстенной книгой. Ему больно. Ему больно со мной и ему больно без меня. Ему больно от прошлого. Больно от одиночества. Но нет, тут все просто. Привычка. Он привык к одиночеству, ведь так проще. Он предпочитал ни о ком не думать, ни за кого не волноваться, не бояться разочароваться. Не любить и не быть любимым, не причинять другим боль.
В мире новом, где солнце восходит,
Где мечты сбываются, как волшебство.
Там, где сердца открыты и светит надежда,
Расцветает новый мир, полон чудес.
Он просто не пускает никого в свое сердце, душу… он и ту девушку не пускал, с которой встречался. Ему надоело одиночество… Я чувствовала всю его боль, злость и разочарование относящиеся к этому миру. Гнев, отчаяние, боль, все это можно было прочесть сейчас лишь мимолетно бросив взгляд на Мстислава. Его эмоции рвались наружу.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Это была его мысль. Яркая. Волнующая. Испепеляющая! Я была поражена тому, что я будто читала мысли своего соседа, видела их, чувствовала… Это раскрытие моих способностей? Я вновь тяну за эту ниточку, хочу сохранить баланс, желаю узнать больше.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Я чувствовала весь спектр, который испытывал мой сосед. Самым поразительным было чувство вины, которое медленно, но постоянно съедало Мстислава изнутри, разъедало, словно соляная кислота. Ненависть, которую он испытывал по отношению к себе…я ужаснулась. Мстислав преодолев любые препятствия, мог пережить всякие невзгоды, и при этом в душе у него творилось черт-те что. Это состояние и было смертью — сознание пустое, в душе боль…но какой-то просвет виден. Словно, кто-то вскрыл рану, кто-то нарушил душевный покой. Если раньше было — ничего. Ни-че-го. Полнейшее отчуждение, пустота, апатия. И все вдруг сменилось взрывом эмоций, калейдоскопом переживаний. И это приносит новую боль, иную. Что происходит? Что пришлось пережить этому человеку?
Ноги подкашивались, голова трещала, горло, словно опоясывало колючей проволокой. Воздуха не хватало. Отыграв эту песню, мы поклонились и уступили сцену группе Анатолия. Я поспешно отключила микрофон, срывая его со своей головы. Но зал не хотел нас отпускать. Мстислав поспешно сказал что-то о том, что все-таки у нас соревнование и вторая команда тоже хочет сыграть для слушателей.
Зайдя за кулисы, я упала на колени, хрипя и пытаясь вдохнуть нормально. Боль обжигала, раскалывая все тело на мелкие кусочки.
— Тихо-тихо, — Влад подскочил быстрее всех, похлопал меня по щекам, проверил на запястье пульс и кратко спросил — Горло?
Я кивнула, не в силах ответить.
— Еще что-нибудь?
Я снова кивнула, пытаясь сделать один нормальный вдох. Парни обступили меня со всех сторон.
— Вита, — Мстислав присел рядом со мной на одно колено и пристально заглянул в мои глаза. — Ты позволишь? Я только проверю реакцию твоего организма.
Я кивнула. Перед глазами все плыло. Я почувствовала теплую ладонь Шархана на своей шее. Я задержала дыхание. Чувствовала, как пульс участился. По коже словно пробежал электрический ток, легкий, будоражащий. Звуки до меня доходили с трудом, издалека, как при контузии, наверное. Во рту чувствовался металлический привкус крови.
— Мы вернемся. Если не вернемся, без нас, — приказал (иначе этот тон и не назовешь) Мстислав и легко подхватив меня на руки, куда-то понес.
Ушли недалеко, судя по тому, что ходили недолго. Точнее шел он, а я наслаждалась переноской моего бренного тела из пункта «А» в пункт «Б».
— Тебе нужно обследование. Завтра этим и займемся, — поставил он меня перед фактом. — И начинай дышать уже, а то кожа синеет.
От удивления я широко распахнула глаза и только сейчас заметила — я действительно все еще не дышу. Но первый же вздох отозвался острой болезненной судорогой во всем теле.
— Извини, — шепнула я, чувствуя себя ужасно виноватой.
— За что ты извиняешься? — я почувствовала его пронизывающий взгляд.
— За проблемы связанные со мной.
— Девочка моя, разве ж это проблемы? — я слышала в голосе его улыбку.
«Я счастлив, что ты здесь. Теперь как раз проблемы ушли. А твое здоровье…все исправим» — услышала я вновь его мысли.
— Разве это повод для счастья? — спросила я и прикусила язык. Черт, а если я ошиблась, и мне все почудилось? Если я не тот эмоциональный фон считываю? И если я вообще ничего не считываю?! Может у меня галлюцинации.
— Ты о чем? — холодно спросил сосед.
— Извини…мне показалось. С головой не все в порядке и мерещится куча всего.
Он поставил меня на ноги и снова положил ладонь мне на горло. Тело пронзило словно электрическим током и зрение прояснилось. Мы стояли в туалете актового зала. Шесть кабинок, умывальники. И при этом очень чисто и дорого все.
— Я подожду за дверью. Никто сюда не войдет. Если что — зови, — сухо произнес он и вышел.
Я осталась одна. Быстро открыв кран с холодной водой, я прополоскала рот, удивляя сколько крови выходит из меня. Умылась и вздохнула полной грудью. Дискомфорт был именно в горле. По ощущениям, походило на перегородку, которая мешала дышать.
Завернула кран и облокотилась о раковину. Подняла лицо и посмотрела в зеркало. Бледная. Очень бледная. Но в голове крутилась глупая мысль — я хочу еще. Я хочу еще узнать Мстислава. Считывать его состояние, забирать его боль. Выпрямилась, и поправила прическу, если высокий хвост можно назвать прической. Неплохой однако сценический костюм у меня, естественно, черный. Лосины, ботинки, на подобии армейских, коротенькая юбка с разрезами по бокам и короткий жилет кожаный поверх футболки. Невольно посмотрела в отражение своих глаз. Нет радости, не счастливая. Хотя я знаю одного человека, который мог бы мне помочь.
27 марта
Я все не могла дождаться, когда закончатся уроки. В классе все было хорошо. Никто не дразнил, не обзывался. Все по-прежнему хорошо. По дороге заскочила в магазин. Вита ждала меня. Сегодня она выглядела болезненно бледной, с воспаленными глазами. Померила температуру — почти тридцать девять. Я дала ей жаропонижающее и укутав в одеяло уговорила поспать пока буду готовить. Куринный супчик, жареная картошечка. Завтра приготовлю рыбку в сливочно-чесночном соусе и лапшу. Вита не спала. Она лежала на животе, и читала какую-то книжку.
— Интересно?
— Очень, — она улыбнулась. — Ты знаешь, в чем разница между турбонагнетателем и нагнетателем?
— Эээ, нет.
— Все просто, — Витторина привстала на локтях, отложив учебник. — Они выполняют в работе двигателя примерно одну роль. Путем сжатия и подачи под давлением воздуха в двигатель, они позволяют большее количество топлива сжигать. Это добавляет мощности. Прикол в том, что различается сам принцип работы. К примеру, турбонагнетатель работает от системы выхлопных газов, за счет сжатия воздуха насосом. После он подается в камеру двигателя. А насос нагнетателя подключается напрямую к двигателю. То есть чем больше обороты у двигателя, тем больше уровень сжатия и подачи воздуха в камеру сгорания. Популярны турбокомпрессоры, он же турбонагнетатель, потому что благодаря их работе гораздо быстрее доступна максимальная мощность на автомобилях, нежели те, где турбин нет. Ну или те, которые оснащены обычными турбонагнетателями.
— Ты такую серьезную литературу читаешь.
— Я всякое читаю, — она отложила книгу. — Просто люди, с которыми мне приходится общаться на порядок выше меня. В плане интеллекта и интересов. Мне приходится расти, развиваться, чтобы меня не воспринимали как ребенка, относились как к равной.
— Бармен сказал, что ты упертая, горазда лбом стены прошибать, — вспомнила я тогда, в тоже время думая, что же должно произойти в жизни подростка, чтобы выбрать такой путь. Все хотелось спросить о важном, но почему-то не решалась.
— Так и есть, — Вита тяжело вздохнула. — Но меня все устраивает.
— Как ты с ними связалась?
— Мне понравились выкрутасы одного чувака на мотоцикле. Попросила научить, но он сказал, что мне не хватит упорства. Пришлось неделю ходить за ним по пятам, — она хмыкнула. — Что тебя связывает с Анатолием?
— Он мой парень. Я его люблю.
— Прискорбно.
— Он хороший. Правда.
— Ты через чур добрая. Любишь подбирать людей.
— А ты слишком пессимистичная.
— Не отрицаю, — она снова улыбнулась. — Но все-таки будь чуть внимательней, не настолько доверчивой.
— Он не будет мне изменять, — я наконец поняла на что она намекала. — А если это случится, я не хочу об этом узнать… А то будет как с папой…
— Мое дело предупредить, — Вита отвела взгляд в сторону. — Но если понадобится помощь, — она вздохнула. — Обращайся.
— Ты добрая.
— Нет.
— Добрая, — я тихонько обняла ее за плечи.
— Ладно, добрая, — с тяжелым вздохом смирилась Витторина.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Я вышла в коридор, чувствуя жуткую слабость и боль во всем теле.
— Тебе надо лечь отдохнуть, — заявил Мстислав, хватая меня за руку.
— Нет. Мы должны вернуться.
— Ты себя плохо чувствуешь…
— И черт с ним, худо-бедно нормально. Я обещала!
— А если тебе снова плохо будет?
— Ну ты же меня не бросишь, — я позволила себе улыбку. — А ребят тоже не стоит бросать. Я чувствую, что там Анатолий уже что-то задумал.
— Что еще ты чувствовала? — он пригвоздил меня убийственным взглядом.
— Ничего, — ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.
Мстислав медленно приблизился и, взяв меня за подбородок, поднял мою голову. Его золотистые глаза…
— Ты даже не представляешь, как много ты для меня значишь, — его шепот согревает мою душу, словно бальзам, обволакивает. Парень наклоняется и в первый момент я думаю, что он хочет меня поцеловать. Мои щеки вспыхивают румянцем, но… Мстислав просто прижался лбом к моему лбу. Я закрываю глаза и чувствую спокойствие, безмятежность. Что-то еще. Что-то, что пытается мне объяснить мой сосед, но от меня всегда это ускользает.
Я не знаю, сколько мы так стоим, но кажется, что вечность. Мне хочется, чтобы это мгновение не прекращалось, хочется почувствовать его губы на моих, ощутить этот поцелуй, насладиться этой близостью. Опять меня куда-то не туда уносит.
— Мстислав…что творится у тебя в душе? — шепнула я, надеясь, что он ответит.
— Нам пора.
Парень резко отстранился и взяв меня за руку повел короткими путями. Мы быстро вернулись к ребятам. Я слышала крики из зала — люди требовали нас на сцену. Ничего, я еще достану своего соседа и узнаю всю правду.
— Ты как? — Сережа подскочил ко мне.
— Уже лучше. Что у нас там дальше?
— Проблемы. Там Анатолий требует устроить баттл с тобой один на один, — хмуро сообщил Влад. — Ты бледновата. Может ну его?! Пусть признают техническое поражение. Лучше мы потом реванш возьмем.
— Не-а, — я отрицательно мотнула головой. — Если я ему сейчас проиграю, будет хуже, — а я жажду поквитаться с Толиком. И сейчас и…всегда. Я ненавижу его!
— Если снова станет плохо, дай знать, — Мстислав помог накинуть ремень гитары и надел микрофон. — Удачи!
Зал приветствовал меня громкими аплодисментами. Я помахала рукой, свидетельствуя свое почтение толпе.
— Вита! — с противоположной сцены обратился ко мне Анатолий. — Я предлагаю выяснить кто из нас лучше. И так понятно, что наши команды держатся только на нас.
— Неправда, — я усмехнулась.
— Твои ребятки без тебя ноль.
— Решил самоутвердиться?!? Они способные ребята и без них мне не удалось бы выступить.
— Я хочу, чтобы тут остался только кто-то один. Либо ваша команда, либо наша. Я предлагаю Вам сыграть песню «Disintegration of consciousness».
— А с вас «Металюга» песня «Constellation».
— И общая песня «Интеграшнел».
Мой выбор был спонтанным. Группа «Металюга» ее на концертах не исполняла по большей части, потому что ее написал погибший басист для соло-баса, многие его воспринимают, как соло-электро. Они ее играли на похоронах и на нескольких концертах. Так кажется было написано в каком-то интернет-источнике.
— Мы начинаем, — кивнул Анатолий.
Я вышла за кулисы и выключила микрофон.
— Вита, я не уверен, что смогу… — Олег виновато посмотрел на меня.
— Вы ее спеть сможете? — осведомилась я.
— Да, — кивнули парни дружно.
— Тогда установкой воспользуюсь я.
— Ты сможешь? — Сергей настороженно вглядывался в мое лицо. Я кивнула. Я все смогу.
К нашему счастью, исполнение «Constellation» сильно хромало. Подводили оба гитариста. Я позлорадствовала. В наших гитаристах я уверена. Да и поют ребятки у нас хорошо. А барабаны…ну мне, конечно, не сравниться с наикрутейшим музыкантом, но я постараюсь. Я оглядываюсь на своего соседа. Мстислав смотрит на меня склонив голову набок, смотрит с опаской, с тревогой, оценивает мое состояние. И от этого взгляда все мои тревоги уходят прочь. Он продолжает испытующе смотреть на меня. Как это приятно. Мне приятно, что я хоть чуть-чуть сегодня смогла почувствовать его, заглянуть в уголки его сознания.
Нас приветствовали аплодисментами и громкими подбадривающими выкриками. Вот странно как все происходит — меня терпеть не могут люди, которые окружают, но обожают тысячи фанатов рока, для которых я играю и пою. Но почему-то, мне было важно не это. Раньше я пела для Анюты. Ей очень нравилось меня слушать. А теперь. Самый внимательный слушатель стоит сейчас за кулисами и пристально следит за мной. Я еще смогу прочувствовать его душу.
Ритм давался мне легко…секунд сорок или даже минуту, буквально до куплета, когда действительно пришлось выкладываться по полной. Я помню удивленные взгляды. О да, ребята, я и не такое умею. Но бицепсы начинают немного жечь. Но ничего, на припеве я успеваю немного передохнуть, а потом опять начинается активная часть. Анатолий смотрит на меня прищурившись. Ясно…он не ожидал, что мы сможем. А мы можем! Сергей с Олегом отлично справились с вокалом. Талантливые парни. Под взрыв аплодисментов мы поклонились и покинули сцену. Я взяла гитару за гриф, чувствуя, что руки меня не слушаются. Печально, но сейчас нужно просто перетерпеть. Ребята говорили, что им нужны эти деньги. А мне нужно наладить отношения со всеми. Я не хочу больше жить в ненависти.
— Вита! Ты крута! — Яна повисла на моей талии, и я чуть не упала вместе с девочкой. Благо вовремя успела вцепиться в протянутую руку помощи от Мстислава.
— Это было потрясающе, — Сергей похлопал меня по плечу. — Невероятно.
— Реально улетно, — Олег улыбнулся. — Научишь?
Я согласно кивнула и подтянула ремень гитары.
— Я не смогу… — шепнули мои губы, против моего сознания.
— Откажись, — спокойно предложил Мстислав. — Тебя никто винить не будет. Твое самочувствие оставляет желать лучшего. Ты сделала все, что могла.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Это были Его воспоминания. Он хотел отомстить людям, которых я знаю. Но это не все, я снова погрузилась в омут его обрывочных воспоминаний.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Я удивленно уставилась на Мстислава. Его лицо ничего не выражало. Это сбивало с толку. И как это понимать? Реальность или мои галлюцинации?! Я в растерянности.
— Влад, антидепрессант выпишешь какой-нибудь? — обратилась я к психологу. Мой голос звучит очень хрипло. Как я сейчас буду петь? Может действительно стоит отказаться? Нет, я не могу так подвести ребят, ведь они также доверились мне, как и я им. Я не могу сейчас отступить. Я должна!
— Легко. Чувствуешь необходимость?
— Ага, кажется, я схожу с ума.
Мстислав нахмурился. По его выражению лица я не могла ничего сказать. О чем он сейчас думает? Его глаза темные, напоминают шоколад. Блин, хочу шоколадку. И эта мысль окончательно сбивает меня с толку. Я тяжело вздохнула, схватила микрофон и печально побрела на сцену. Осталась последняя песня. У меня очень болит горло. Я не знаю как, но я должна выиграть, ради ребят. Мне не нужны эти деньги. Пусть они разделят их между собой. Это будет платой за их веру в меня, за их помощь. Я хочу доказать.
Я и Анатолий вышли в центр актового зала, в толпу студентов. Они расступились, освободив нам место. Олег снова вернулся к своей барабанной установке. В этот раз ритм он держал хорошо. Возможно, он уставший до этого был??! Может он специально так сделал, хотел подарить мне надежду на победу?! Я не сдамся, я не позволю себе отступить.
Там, где дети играют в счастье,
Где мир простирается в бесконечность.
Пусть каждый шаг — как новое начало,
В этом мире, где мечты становятся реальностью.
Мы играли слаженно, но Анатолий начинал сбиваться. Все-таки петь и подыгрывать у него плохо получается. Но подражать все же удается, чисто по вокалу. А мне достается женская партия. Нравится мне альтернативу слушать. Глядя на Анатолия, я вдруг сбиваюсь с ритма, потерянная собственными мыслями, собственными ощущениями и воспоминаниями. Ненависть, ярость проносятся по телу зажигательной смесью, напоминая адреналин, который я испытываю, когда лечу на своей «Сонге». Я закрываю глаза, стараясь сосредоточиться. Мне надо собраться, чтобы я больше не делала ошибок, чтобы я смогла спеть.
Я понимаю, что сейчас от меня многого ждут. Я не хочу подводить единственных, с кем у меня хорошие отношения в этой Академии.
Пусть каждый день приносит новый свет,
В этом мире, где добро побеждает зло.
Сердца открыты для радости и любви,
В новом мире, где счастье в каждом взгляде.
Я пела так, как никогда раньше, вкладывая всю свою боль в эту песню, отчего мой голос звучал сильно уверенно, несмотря на жуткий дискомфорт в гортани и соленый привкус крови. Всего одна песня. Я могу это выдержать. Если я не переборю себя сейчас, то я никогда уже не изменю свою жизнь. Позволив гитаре повиснуть за моей спиной на ремне, я обошла Анатолия, пользуясь проигрышем и пропела, подражая, ведь на то он и кавер:
В мире, где ветры злобой недуг,
Где правит тьма и ложь в упор,
Мы встречаемся под окном луны,
Сердца стучат в такт битвы душ.
Гриф гитары легко скользнул мне в ладонь, пальцы одной руки пробежали по ладам, а второй по струнам. Я чувствую поддержку. Поддержку не только новоприобретенных друзей (надеюсь, что не ошибаюсь), но и поклонников. Сосущая пустота пропадает и нет чувства одиночества. Просто спокойствие, наслаждение.
Когда инструменты замолчали, нас снова приветствовали громкими возгласами. Мне подарили несколько букетов цветов, с чем-то поздравляли, просили автографы. Вежливо улыбаясь, я расписывалась на протянутых листах бумаги, благодаря, за добрые и милые слова. Но в горле было совсем плохо, как будто все кости резко сломались и вонзились в мышцы, нервы… Мне хотелось поскорее уйти отсюда, но я не могла отказать слушателям в такой мелочи, как автограф. В конце концов, они стояли, поддерживали нас. Да и просто — они пришли, чтобы услышать наше исполнение. Мыслями я уже была в комнате на кровати, но не тут-то было, меня ждал очень неприятный сюрприз.
Я вручила цветы Яне, отчего девчонка расцвела. Мы планировали уходить, когда послышалась прекрасная игра на гитаре, в которой я узнала…узнала свое соло. Да, я написала таки одну единственную вещь и раньше играла ее на концертах, но сейчас
— Сука! Это мое соло, — мой голос прогремел в зале во всей своей красе, усиленный в несколько раз микрофоном.
Прежде чем я успела осознать всю «прелесть» происходящего, моя гитара уже точно «прилетела» в морду этому козлу, оставив в моих руках только гриф. От моего лица отхлынула кровь. И этого человека любила Анюта. Я не осуждаю ее выбор. Просто…
— Дура! — Анатолий сплюнул кровь. — Эта гитара тридцать восемь тысяч стоит.
— Моя гитара. Что хочу, то и делаю. И соло мое, — произнесла я, четко выделяя каждое слово. Ярость клокотала во мне, желая целиком и полностью выйти из-под контроля и обрушиться на этого человека, об чью голову я сломала самую дорогую и ценную, для себя, вещь. В глазах будто появилась красная пелена. Что это со мной?!
— Не выйдет. У нас патент на него, — Анатолий хмыкнул.
— Тебе этот патент таким боком выйдет, — почти ласково мурлыкнула я.
— Я заберу тебя! В пятницу, в следующий раз, стану твоим Кукловодом. И тогда посмотрим кто, куда и в кого встанет.
— Рискни здоровьем, — я улыбнулась.
— Рискну. И превращу тебя в Марионетку.
— Не выйдет, — Шархан мягкой поступью с кошачьей грацией, в которой читался хищник, подошел ко мне. — Она моя.
— Такого быть не может! — возмутился Анатолий.
Мстислав протянул руку ладонью вверх. Там значился какой-то символ. Приглядевшись, я поняла, что это феникс. Общее удивление было ощутимо, ведь именно этот знак являлся моим логотипом на каждом концерте.
— Это ее персональный знак, — мой сосед указал кивком головы на меня.
— Ясно. Вы повязаны, — Анатолий с сожалением посмотрел на меня. — Но держи ее подальше от меня, иначе в следующий раз я ее просто убью.
— Рискни, — Шархан усмехнулся.
30 марта
Вита сегодня вышла на работу и я пошла с ней. Это так увлекательно. Она вообще интересный человек и постоянно интересуется моими делами, семьей, увлечениями. Спрашивала о том, как мы познакомились с Толиком, что чувствую, о чем переживаю. Вита была благодарным слушателем, вникая в детали и задавая уточняющие вопросы. Мне приятно с ней делиться своими переживаниями, хотя все это казалось слишком личным, если допустимо такое выражение.
В какой-то момент чьи-то «жигули» сорвались с крепления и машина упала на землю, ровно в то место, где в «яме» находилась Вита. Я не успела даже ахнуть. Одноклассница вынырнула (она успела скрыться в той самой «яме» и только поэтому не пострадала), и красноречиво выматерившись в жесткой форме высказалась тому, кто загонял машину на это крепление.
На обеде я все-таки не выдержала и спросила:
— А где твои родители? Почему ты не живешь с ними? Ты сирота?
Она выдержала длинную паузу. Через чур длинную, прежде чем ответить.
— Нет не сирота, с ними все в порядке, они не алкаши, — наконец не совсем логично отозвалась Витторина. — И пожалуйста, пусть это будет единственная тема табу между нами. Я не хочу ее обсуждать. Нигде. Никогда. И не при каких обстоятельствах.
Мне стало стыдно. Я чувствовала, как будто невидимым ножом полоснула ее по самому дорогому и все-таки… Заметив мое потерянное состояние, Витторина тепло улыбнулась:
— Не бери в голову. Просто это не самая лучшая тема, тем более я и сама в ней до сих пор не разобралась. Представь, если вдруг выяснится, что моя мать какая-нибудь Демонесса из другой галактики? Да и разве интересно копаться в чужих потемках?!
— Ну ты же выслушиваешь меня, помогаешь. Почему я не могу тебя выслушать и помочь? Вот, например, что у тебя на душе?
— Что у меня на душе? — она удивленно вскинула брови, а потом таинственным шепотом уточнила. — Ты точно хочешь это знать?
— Да, — поспешно кивнула я, стремясь заверить ее в искренности своих намерений.
— Хорошо, я расскажу, что меня беспокоит в данную минуту.
Я приготовилась максимально вникнуть в разговор, чтобы была возможность что-нибудь подсказать, посоветовать.
— Я думаю о том, что дизельный и бензиновый двигатель отличаются, но, к сожалению, с трудом запоминаю технические подробности, будто голова переполнена терминами и всякими разборами. Я пытаюсь мысленно разобрать все, ответь на вопросы, и постоянно что-то упускаю. Отличие заключается в способе воспламенения топлива. В дизельных, вместо свечей зажигания, которые используются в бензиновых двигателях, топливо воспламеняется используя высокое сжатие смеси воздуха и дизельного топлива, собственно, отчего топливо и воспламеняется. При сильном сжатии кислород нагревается до высокой температуры и это приводит к воспламенению.
Я мало что понимала в этом, но было интересно. Как она только разбирается во всех этих технических моментах!?! Она классная.
Вечером позвонил Анатолий, предложил встретиться, погулять, как бы с намеком на свидание. Вита лишь предложила подвезти, предпочитая данную ситуацию не комментировать.
31 марта
Мы созданы друг для друга. Я и Толик. Толик и я. Мы идеально подходим друг другу. Даже гороскопы об этом пишут. У нас много общих интересов, даже сходятся мнения на счет музыки, фильмов и книг. Он такой классный. Мне хорошо рядом с Толиком. Еще немного мы подрастем и обязательно сыграем свадьбу. Пышную, богатую, чтобы не хуже других. Мы будем счастливы, я верю в это. Это моя судьба.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
По коридорам Академии мы шли молча. Ребята разошлись по своим комнатам, поэтому я возвращалась вдвоем с Мстиславом. Я все еще зачем-то держала гриф гитары. Да…тридцать восемь тысяч выкинуть в морду этому уроду. Гениально. Как я только умудрилась? Что это за феникс? Что значит повязаны? Что значит… Черт, как меня бесят все эти вопросы и…
Желудок сводило болезненными спазмами, конвульсивно сжимаясь. Я резко остановилась, чувствуя подступившую тошноту. Так, еще немного и меня вывернет. Я глубоко вздохнула и извинившись рванула в комнату. Мстислав бежал рядом, не отставая, но и не обгоняя, понимая, что я себя плохо чувствую. Я влетела в комнату и закрылась в ванной.
Меня стошнило. Желудок был пуст, поэтому выходили желчь и кровь. Крови было много. Но мои мучения быстро закончились. Умывшись и почистив зубы, я на подкашивающихся ногах вернулась обратно в комнату. Мстислав вглядывался в мое лицо. В его глазах я читала тревогу и беспокойство.
— Ты как? — тихо спросил он.
Я хотела бы ответить, но не могла. Все болело. Лишь мотнула головой, отмахнувшись.
— Давай сходим, обследуем тебя?! Это быстро. Просто постоишь, мы сосканим все показания, а потом посмотрим, что с этим сделать можно.
Я неопределенно пожала плечами, в принципе и так уже было понятно, что мы пойдем. Вопрос риторический, не более того. Парень одобрительно кивнул, достал телефон и кому-то в трубку сказал: «Готовь оборудование».
— Только горло болит?
Я согласно кивнула. Сосед невольно улыбнулся, а потом задумчиво произнес:
— У тебя такие красивые глаза…только они принадлежат мертвецу.
Сука, умеет же всю романтику на корню зарубить. Мы снова вышли в коридор. Мстислав под локоток меня вел куда-то, то и дело, открывая какие-то потайные двери, скрывающиеся за гобеленами.
— Я видел только один раз блеск в твоих глазах, обращенный ко мне, — негромко проговорил он.
— На выпускном? — прохрипела я, морщась от отвращения. Как противно себя слышать.
— Да. Именно тогда, — Мстислав ухмыльнулся.
— Ты сказал, что я для тебя…
— Забудь, — холодно обрубил он.
Что? Как так? Что это за намеки, а потом всевозможные отрицания? Это напоминает женскую логику — сама придумала, сама обиделась. Но он-то это для чего делает, таков уж наш Мстислав. Странное имя (и об этом думает человек по имени Витторина, то есть я!). Я затормозила. Благо мы не ушли с нашего этажа еще, и тут нам вряд ли кто сможет помешать.
— Что за боль? Что за наказание? Какие грехи ты себе приписываешь? Что значит повязаны? — пулеметом задала вопросы я. Ну хоть что-то, теперь осталось потребовать ответов.
— Ты невыносима, — строго произнес парень и, как ни в чем не бывало, двинулся дальше.
— Замри! — это слово вырвалось из меня раньше, чем я вспомнила, как меня так остановил сам Мстислав.
Он послушно замер. Я почувствовала волну удивления. Ага, все-таки его можно выводить из себя. В некоторые моменты даже нужно. Жажда ответов была такая, что я со всего маха придавила парня спиной к стене, уперевшись ему в плечи ладонями.
— Ответь, пожалуйста! Не мучай ты меня! Я не могу жить в неведении.
Мой голос противный хриплый, внушает мне отвращение. Шархан смотрит и его взгляд пронзительный, горячий. Я хмурюсь. Я не хочу конфликта, но мне нужны ответы. Я хочу знать. Ну пожалуйста, скажи ты мне. Отчего такие странные поступки? Ты делаешь что-то для меня и тут же говоришь — забудь. Что за феникс на твоей руке?
— О чем ты думаешь?
Его вопрос ставит меня в тупик. А тон, которым это произнес, успокаивающий, словно это он, Мстислав, прижал меня сейчас к стене и требует ответов. Я почувствовала себя надутым хомячком. Его реакция меня поражает.
— Мне не нравится, что ты молчишь. У меня фантазия буйная и я уже на придумывал себе всякую всячину. Может все-таки…
— Ответь ты! — надо же, я тоже умею приказным тоном говорить.
Брови Мстислава удивленно взлетели вверх.
— Девочка моя, тебе стоит отдохнуть.
— Ты снова увиливаешь, — мне уже хотелось рычать.
— Нет, увиливают не так, — он усмехнулся. Но голос зловещий, мягкий, как бархат. Мое сердце пропустило удар. Золотистые глаза впиваются в меня, прожигая.
Я невольно отступила на шаг назад, чувствуя, как непонятная темная влекущая энергия буквально наполняет моего соседа. И тут же я поняла, что допустила ошибку — он этого и ждал. Мстислав делает резкий выпад, разворачивает меня и прижимает к себе. Мой затылок прислонился к сильному плечу. Я чувствую собственное хриплое дыхание и тихое размеренное своего соседа.
— Я не люблю одиночество. Не люблю заводить лишних знакомств. Ты поймешь. Все для того, чтобы вновь не испытывать разочарование. И к сожалению, невозможно побороть одиночество позитивными мыслями. От него можно вылечиться только «живыми» прикосновениями, естественно, близких людей, — шептал он мне на ухо.
Я запрокидываю голову, на его плечо, надеясь увидеть эмоции. В глазах читаю тревогу. Эмоциональный фон ровный, немного болезненный.
— Тебе не помешало бы, хотя бы иногда, дышать полной грудью, — заметил он.
— Ты ответил не на все вопросы, — хрипло выдавила из себя я.
Мстислав тихо рассмеялся.
— А тебе нужно все и сразу? Давай так, я сейчас задам тебе всего два вопроса. Ответишь на них и я весь твой. Пойдет?
— Иначе никак?
— Нет.
— Ладно.
Он отпустил меня. Я ощущала, что он стоит рядом, не касаясь меня.
— Расскажи о своих хороших воспоминаниях и о чем ты мечтаешь? — его бархатистый голос отозвался мурашками на моей коже.
Я открыла было рот, и окаменела, поняв, что не в силах дать ответ, хотя раньше, пару лет назад, я знала, что сказать. Обернувшись, столкнулась с насмешливым взглядом Мстислава. Вот гад, еще и злорадствует.
— Ты конечно упертая, но со мной не сравниться. У меня опыт больше.
Он снова взял меня за руку и потащил по коридорам Академии. Спотыкаясь, я шла за ним на негнущихся ногах, удивляясь, как я так могла влипнуть, на ровном месте, да еще и так глупо. Мстислав не врал, когда говорил, что знает меня хорошо. Даже через чур. Он был уверен, что я не отвечу. Я снова споткнулась. Парень обернулся. В его золотистых глазах читалась тревога. Мгновение, и он легко подхватил меня на руки. Я снова покраснела. Чем он мне так нравится? Тревога вибрировала внутри него, неприятной змейкой ползая по всем закоулкам души. А я прислушивалась и запоминала. Может быть когда-нибудь я соберу эту мозаику. Я смогла увидеть его воспоминания…и они были обо мне?!
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Странно. Я помню этот фильм, я помню чувство…да, я помню, что мне казалось, мерещилось чье-то присутствие, но я ходила одна. Но теперь-то все встает на свои места — он был рядом. Все время.
Мстислав молчал. Но мысли бушевали ураганом в голове. Они носились, как пчелы в улье. Их было много, они «жужжали». И из этого всего я, неожиданно для себя, смогла выцепить то, что нужно.
— Мстислав…
Он меня не слышал. Шум крови и стук собственного сердца в ушах заглушали все посторонние звуки для него. Перед моими глазами все поплыло. Шрамы на сердце Мстислава заболели. Казалось, что все тело помещают в огонь, подливая бензин. Его глубокое дыхание обжигало мои легкие.
1 апреля
Дурацкие розыгрыши, наклейки. Толик дал списать домашку по физике. Одноклассники пребывали в отличном настроении. Вита спала в наглую и совесть ее явно не грызла.
Уроки проходили спокойно, некоторые даже весело. После школы мы с Толиком пошли гулять, прекрасно проводя время, болтая обо всем на свете.
7 апреля
Неделя пролетела быстро, почти незаметно. Я почти все время провожу со своим любимкой Анатолием, Толиком, Толичкой. Нам хорошо.
Вита пропадает на работе, видимся только на уроках. На перемене она штудирует какие-то технические справочники, особо поболтать не удается.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
В голову что-то ударило. Я открыла глаза и резко попробовала сесть. Сильная ладонь удержала меня в горизонтальном положении.
— Ты меня хоть сейчас слышишь? — в голосе звучал металл.
— Слышу, — хрипло ответила я. — Можно сесть, у меня затылок болит.
Мстислав помог приподняться. Темные глаза, кажется, пытались меня испепелить. И чего он так злится? И вообще где я?
— Больше так не делай, — строго отозвался мой сосед.
Мне бы еще понимать чего именно не делать. В глазах рябило. Дышалось с трудом, но главное дышалось. Грудную клетку сдавило как в корсете. Горло…в горле першило.
— Отойди, — Влад отпихнул моего соседа в сторону. — Ты как себя чувствуешь?
— Нормально.
— Это не ответ! — рявкнул Мстислав и я от неожиданности подпрыгнула на кровати. Зрение резко прояснилось.
— Шархан, — Влад укоризненно покачал головой. — У девочки шок.
— Что произошло? — я обратилась к психологу. Что-то мой сосед какой-то сегодня злой.
— Это я у тебя хотел бы спросить, — холодно произнес Шархан, и меня словно кольнуло обидой. — Как ты только попала в мою голову?
— Извини, — потупив взгляд, я пристально рассматривала свои бледные пальцы. — Я случайно…
— Случайно? — Мстислав закатил глаза. — Да твоя жажда знаний пагубно на меня влияет. Ты сама себя чуть не убила. Ты этого даже не понимаешь.
— У тебя нет жажды жизни, — подтвердил Влад. — И ты не можешь ответить на два элементарных вопроса. Нам нужно серьезно поговорить.
Я отрешенно кивнула и поднялась с кровати. Только сейчас я смогла оглядеться. Это кабинет, светлый просторный. Кабинет медика. В углу стояла какая-то колба или даже капсула с человеческий рост, подключенная к компьютерам и каким-то другим агрегатам с мониторами. Куча разноцветных проводов. Но мы двинулись в противоположный угол, где было четыре кресла и диван, которые образовывали круг. В центре находился маленький столик.
— Присаживайся, — психолог пропустил меня вперед.
Я скромно заняла место в одном из кресел. Влад расположился рядом со мной, а Мстислав развалился на диване, закинув руки за голову. Как это на него похоже. Я невольно улыбнулась. Ему просто не везло в жизни. Он прикрывается маской безразличия, стараясь скрыться за толщей льда. Но он не такой.
— Вита, сегодня пойдешь мне на встречу в разговоре? — Влад тоже улыбнулся.
— Давай попробуем, — я кивнула.
— Ты не уверена?
— С психиатром сложно разговаривать. Ты ему мысль, а он тебе диагноз.
— Твои сомнения отошли на дальний план?
— Не совсем. Просто я поняла, что могу вам доверять. Из-за него, — я кивнула на Мстислава. Тот не обратил внимания. Влад с трудом подавил улыбку.
— Ты помнишь, что вчера произошло? Вы шли на обследование…
— Я помню, что меня поставили в тупик двумя вопросами, — я задумалась, морща лоб. — Я очень хотела, чтобы мне ответил Мстислав. Помню, что была слабость и боль во всем теле.
— Эта боль была какого рода? Острая? Тупая?
— Простреливает от горла. Горло тисками и колючей проволокой сжимает, — пыталась объяснить я. — Это стало частым явлением после смерти Анюты, — склонила голову набок. — Я почувствовала мысли, — снова кивнула на Мстислава. — Вырвала какие-то воспоминания…все, больше ничего не помню. Провал.
— Я поясню, — Влад согласно кивнул. — Когда Шархан пришел с тобой, ты была без сознания. Прошли ровно сутки. Уже день, воскресение. Все это время ты билась в конвульсиях. Никакие спазмолитические средства не помогали. Ты металась в бреду. И каким-то образом сама пришла в сознание. Не знаю, к сожалению или счастью, у тебя сильный иммунитет против сознательного воздействия. Наши методы не помогают. Ты ведь спишь неспокойно.
— А… — я вдруг осеклась. Если кто-то еще узнает об этом, то вся информация начнет действовать против меня.
— Об этом никто не узнает, — догадавшись, о чем я думаю, Влад ободряюще улыбнулся. — Полная анонимность. Шархан здесь находится лишь потому, что три года следил за тобой.
Ага, значит, все считают, что только три и не знают правду.
— Я вижу кошмары, от которых просыпаюсь.
— Ты страдаешь от одиночества?
— Не знаю…
— Пояснишь?
— Я рада и не рада одновременно. Никто не достает своим тупизмом, не приходится заморачиваться, выслушивать. И в тоже время не с кем поговорить, посмотреть какой-нибудь фильм. Иногда это воспринимается легко, а порой выть хочется.
— Тебе сложно знакомиться?
— Да.
— Почему? — Влад удивился.
— Не знаю, — я пожала плечами. — Чего-то мне определенно не хватает. Красоты, тупости и сексуальности, наверное, — невольно усмехнулась.
— Еще бы язвительность убрать, и вообще идеальный набор, — подал голос Мстислав, не глядя на меня. — Ты считаешь себя красивой?
— Нет.
— Зависима от чужого мнения?
— И такое случается, — я пожала плечами.
— Почему ты не считаешь себя красивой? — Мстислав наконец-то обернулся ко мне.
Я запнулась. Стоит ли перечислять все свои недостатки?!
— Вита! — он произнес мое имя так, что я выпалила все, что было в моей голове:
— Невысокая, не худая, не ношу каблуки, терпеть не могу юбки, не крашусь…по современным стандартам я некрасивая. Мне часто говорили об этом молодые люди. Я не уверена в себе. И пожалуйста, больше не повышай на меня голос, а то у меня сердце начинает болеть, — я не врала. Сердце действительно закололо. Темный взгляд моего соседа потеплел.
— Ты меня боишься?
— Нет. Просто я не понимаю, почему ты злишься. И это начинает нервировать и давить на психику.
— Мы кое-что покажем тебе, — Влад кивнул на большое зеркало.
Мстислав подвел меня к нему. В зеркале естественно, отражалась я. Оба парня встали по бокам.
— Смотри! — приказал мой сосед.
Я и смотрела. Бледная, болезненная, замученная…и мертвые глаза. Я очень жалко выгляжу.
— Посмотри в зеркало и скажи, кого ты видишь, — мягко произнес Влад, укоризненно поглядывая на Шархана.
— Человека с заниженной планкой социальной ответственности.
— Нет. Ты видишь перед собой творение Бога. Запомни это, Вита. Ты — творение Бога. Почему это могут быть улыбчивые и красивые девушки, а ты нет?! Ты не другая…ты такая же.
— Она другая, Влад, Другая, — Шархан склонил голову набок. — Но, Вита…ты достойна такой же прекрасной жизни, как все потому что…
— Я не хочу. Я не смогу.
— Ты сильнее, чем тебе кажется.
— Я ненавижу себя, — ну вот, прозвучали самые искренние слова. Это действительно так. Я ненавижу себя! Даже к Анатолию я не испытываю таких чувств. И тех, кто убил мою подругу…я их презираю и лишь себя ненавижу. Мстислав приблизился, зашел за спину. Мы отражались в зеркале. Он красивый. И на удивление я очень даже неплохо смотрюсь рядом с ним. Наклонившись, парень вдохнул аромат моих волос, слегка прикрыв глаза.
— Ты мне очень интересна, — шепнул он. — А ненависть включает в себя долю страсти и огня. Ты, наверное, даже не знаешь, сколько может быть в тебе страсти.
Я смутилась. Он это серьезно?
— А рассердился я по причине того, что ты себя не бережешь. Чтобы залезть к человеку в память и выудить какие-нибудь воспоминания, нужен огромный энергетический потенциал, а ты свой еще не развила до такой степени. В противном случае, можно лишиться всех сил. Это как с кровью. Можно дать немного и спасти жизнь другого человека, а можно лишиться двух-трех литров и умереть. В твоем случае, ситуация сложилась в пользу второго варианта. Я переживал за тебя.
— Что значит повязаны?
— Это значит, — начал было Влад, но под грозным взглядом Мстислава, резко заткнулся.
— Почему ты не хочешь, чтобы я знала.
— Потому что знаю, что так для тебя будет лучше, — спокойно ответил мой сосед. — Что случилось на выступлении?
— А то ты не знаешь. Ты специально так подобрал песни?
— Да, — помедлив, ответил он.
— Почему ты мне не хочешь рассказать? Что за боль у тебя внутри? — я обернулась, глядя ему в глаза, в которых «прыгали» золотистые искры.
— У каждого из нас есть тайный сундучок ужасных воспоминаний. Роковые ошибки. Не прощаемые до смерти поступки. Неизжитые оскорбления. Порой нахлынет так: боль и стыд жгут изнутри. Сквозь всю жизнь. Так вот, Вита. И знаешь…если я тебя потеряю — это будет самой большой ошибкой в моей жизни. Это будет катастрофа.
— Почему? — неужели я ему нравлюсь? Я ему небезразлична??! Почему он мне об этом не скажет?
— Потому что я стараюсь заботиться о тех, кто на меня работает.
По лицу Влада я поняла, что меня обманули. Но вдаваться в подробности не решилась.
— Первичный осмотр я провел. Анализы необходимые взял. В следующий раз придешь?
— Хорошо, — я согласно кивнула. — Когда?
— Посмотрим, как тебе удобнее будет. И кстати, — Влад улыбнулся от уха до уха. — Анатолию ты круто врезала! Тебя знаешь, как теперь за это уважают?!
30 апреля
Толик предложил майские праздники провести с ним. Моя мама не очень-то хотела меня отпускать, но все-таки сдалась.
Только все оказалось не так уж и романтично. Приехала еще Карина. Судя по тому, как она вешалась на моего Толичку, начинало мерещиться, будто между ними что-то было. Он лапал ее за попу, иногда щипал за грудь. Карина не сопротивлялась, напротив, мило хихикала, всем своим видом предлагая то, чего я не могла дать. На душе стало гадко, но ехать ночью домой — явно не лучшая идея. Я хотела позвонить Вите, но чувство вины не позволило. Одноклассница предупреждала меня, а я отодвинула ее на второй план сразу, как только восстановились отношения с Толиком. Она все время посвящает работе и своему одиночеству… Мне казалось, что я поступила неправильно по отношению к ней. Вита уже не раз выручала меня, а я…
Я слышала тихие стоны Карины, и почувствовала как слезы жгли глаза. Обидно, очень обидно. Мне не хотелось торопить события интимной близостью. Мне казалось, это не самое главное в отношениях.
И вот спустя пару минут я уже делюсь этим всем с Витториной. Она как всегда молчалива, слушает не перебивая. И взяла трубку с первого гудка, несмотря на то, что позвонила я ей глубокой ночью. В течении этой исповеди, я почти осязаю ее беспокойство. Я извинилась. Конечно же я извинилась, ведь мне было очень стыдно перед одноклассницей, но она оборвала меня, требуя назвать адрес дачи. Сообщила. Она что-то прикидывает и обещает меня забрать. Я решила не задерживаться здесь более и вышла спустя час на шоссе. Поначалу меня ослепил яркий свет фар, но ненадолго.
Вита позаботилась о моей экипировке, взяв вторую мотоциклетную куртку и шлем. И это было уже выше моих сил. Я упала ей на грудь, рыдая во весь голос, не стесняясь своей боли, прячась от окружающего мира. Вита ничего не говорила, просто грела в своих объятиях. Человек, которому не везло в жизни, не получал нежности, делился со мной теплом. И как сова из Винни-Пуха — безвозмездно, то есть даром. Я буквально сгорала со стыда. Прошло немного времени и поток слез иссяк. Вита самолично застегнула на мне куртку и убедившись, что шлем сидит четко, не болтаясь, завела мотоцикл. В четыре утра дорога оказалась пустынной, и Вита гнала под двести. Она притормаживала лишь, когда появлялись другие участники движения. В столице уже окончательно рассвело, стало чуть сложнее и мы лихо проскакивали в междурядье. Не было страшно.
Она отвезла меня к себе и сразу отправила в ванную, выдав чистые вещи. Не знаю о чем думала Вита. Не хотелось бы быть для нее обузой.
Я вышла из душа, кутаясь в черный теплый махровый халат. Вита накрыла на стол и теперь беззастенчиво разглядывала меня, попивая кофе. Мне стало тепло и уютно.
— Вит…почему жизнь несправедлива? Я ведь никогда и никому не желала зла, да и не пакостничала. Почему мир ко мне не справедлив?
— Он ко всем несправедлив, — спокойно заметила она. — Хотя с точки зрения мира может быть, все иначе выглядит.
Вита тяжело вздохнула и почти улыбнулась — чуть больше, чем просто дрогнул уголок губ, но меньше, чтобы принять это за полноценную улыбку.
— Многим хуже, чем тебе сейчас. Многие именно в эту секунду решают свои проблемы. И это все неважно.
— А что важно?
— Твои родные и близкие живы и здоровы. Остальное образуется, — Вита хмыкнула. — Ты слишком нерешительная, когда приходит время действовать. Долго думаешь, а потом начинаешь сомневаться, тем самым запутывая себя.
— А ты слишком решительная, — мне захотелось подколоть ее, но не обижать.
— Приходится, — судя по реакции, восприняла как комплимент.
— Тебе одиноко? Только честно.
— Не буду скрывать, да и довольно часто.
— А внешне и не скажешь, — я задумалась. — Ты умеешь скрывать свои проблемы.
— Еще я их мастерски формирую на пустом месте, — она подмигнула.
— Извини, — мне снова стало неловко. — Я могу что-нибудь для тебя сделать?
— Скорее нет, чем да, — она посмотрела на часы. — Всего семь утра… Тебя отвезти домой или погостишь?
— Я… — я не знала, как поступить. Не хотелось доставлять неудобств.
— Оставайся. Можем сходить погулять, можем сгонять в кино, а можем в клуб. Выбирай.
— А ты?
— Я легко уживусь с любым выбором, — Вита потянулась. — У меня тоже выходные. Кстати, у тебя очень милая мама. Ольга Петровна и Елена Васильевна крайне позитивны, у вас это семейное.
Сердце ухнуло и мне стало страшно, что мама в курсе сегодняшней истории. Я не могла мыслить адекватно и, приняла единственное правильное решение, спросила:
— Они знают, что я у тебя?
— Нет, они думают, что ты все еще на даче. Я не вмешиваюсь в семейные драмы. И приехала я, потому что ты мне позвонила и просила о помощи. Позавчера я столкнулась с твоей мамой в магазине и она первая со мной заговорила. Мы мило побеседовали. Она приглашала в гости. Еще Елена Васильевна полюбопытствовала, не устаю ли я на работе. Вот и все.
Вита говорила спокойно, уверенно и мне становилось значительно лучше. Расшалившиеся нервы кажется вылечились от этого голоса, интонации.
— Я столько глупостей совершила…наговорила, — признала я.
— И еще натворишь, но так даже веселее. Ну так что с культурной программой?
— Может в кино?
— Отличный выбор, — было видно, что неважно что я предложила бы, Виту устроил бы любой вариант и уже подготовлен универсальный ответ. Девушка потянулась и кивнув головой в сторону, добавила:
— Вот комп, вот сайт кинотеатра, выбирай любой, — Вита зевнула, прикрывая ладонью рот. — Если ты не против, я чуть вздремну. А то после суток длительные поездки меня чуть утомляют.
— Ой, извини.
— Все в порядке. Ключи на тумбочке, если вдруг захочешь прогуляться. Деньги на столе, не стесняйся, хозяйничай как у себя. Спать захочешь — вот постельное, вот кровать.
Вита разобрала себе кресло и практически моментально уснула, кажись не долетая до подушки.
Я искала долго, все не могла определиться и выбрать подходящий фильм. Позже я сходила на кухню. Тут снова было пусто, поэтому я убежала в магазин и на деньги данные мне мамой купила то, что посчитала нужным. Я хотела приготовить ей вкусненького. И так понятно, что на кулинарные изыски времени нет.
Вита спала мертвым сном, не двигаясь и словно не дыша. Я укрыла ее одеялком, на цыпочках ушла на кухню. Мне нравилось готовить, это успокаивает. Когда уже почти все было готово, Витторина бесшумно объявилась на пороге кухни.
— Я тебя разбудила?!
— Нет, она взъерошила мне волосы. — Просто пахнет очень вкусно.
Она налила кофе и спросила:
— Подбирать блохастиков — это хобби или искусство?
— Ну ладно тебе, — я рассмеялась. — Просто люди часто ошибаются.
— Слишком часто.
— Мне кажется, ты как-то недолюбливаешь человечество, — предположила я, опираясь на интонацию.
— Я не люблю человеческую тупость.
— То есть ты мизантроп, — меня это веселило.
— Пессимистичный мизантроп, — она согласно кивнула и, подумав, добавила. — Но это не делает меня хуже. Я все та же лапочка-скорпиошка.
— Еще бантик разгладить не забудь на жале, — звонко рассмеялась я.
— А то, — Вита хмыкнула.
— А ты любила?
— Это не для меня, — она неопределенно пожала плечами.
— А что для тебя?
— Рок, скорость, жизнь на максимум.
— Может тебе стоит создать свою группу?
— Я плохо лажу с людьми, ко мне никто не пойдет.
— Я помогу, — я просияла. Я могу принести ей реальную пользу, помочь создать нечто новое.
— Ммм? — она удивилась. Чуть-чуть.
— Я буду твоим продюсером. Буду вести переговоры, найду музыкантов. Под каким именем ты выступаешь?
— Феникс.
— Красиво, — я загорелась еще больше этой идеей, но внезапно вспомнила Толю.
— Ты по-прежнему хочешь быть с ним? — догадалась она.
— Угу.
— Будь.
— Что? — я думала, что ослышалась.
— Будь. Не жалей ни о чем. Живи на всю катушку.
— Мне казалось, тебе он не нравится.
— Это твоя жизнь, и не мне тебе говорить, как правильно. Но если нужна помощь — я буду тем, кто ее даст, независимо от обстоятельств.
— Спасибо. Это дорогого стоит.
Вечером мы поехали в кино. Мне все больше нравилось гонять с Витой на байке. Она призналась, что подрабатывала так, катая девочек, хотя сама при этом никогда не ездила вторым номером. Что-то вроде принципа.
Фильм понравился. Мы хорошо провели время и домой вернулись поздно.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Оказывается, я так не люблю внимание. Вчера с трудом добралась до кровати, поскольку все комнаты завалены цветами. Мне надарили кучу медвежат плюшевых. Спасибо конечно, но что мне с ними делать? С Мстиславом я почти не виделась в последнее время, то есть недели две точно. Он вечно пропадал на работе. Единственное, что говорило о его нечастых появлениях в комнате, свидетельствовала оставленная для меня плитка шоколада. Как правило, он оставлял ироничную записку, по типу: «Компенсирую недостаток любви или заботы. И того, и другого дать не могу, поскольку много вредно». Я вечером всегда готовила что-нибудь вкусненькое, острое, и, судя по опустевшей посуде, моего соседа все устраивало.
Занятия в Академии стали более интенсивными. Нас пичкали разнообразной информацией и постоянной практикой. И всегда присутствовали старшеки. Но после пар я шла в зал и тренировалась под чутким наблюдением Влада. Иногда приходил Сергей с Олегом и Сашей. После мы репетировали песни — парни оттачивали игру, я — вокал. Потом я снова шла в зал.
— Проблема в том, что ты не умеешь расслабляться, — как-то сказала мне Яна. Пожалуй, соглашусь с ней. Просто без толку отрицать очевидные вещи.
Сегодня я встала, как обычно, не выспавшейся, но все равно бодрой и готовой к тренировкам — Мстислав обещал же мне дневник Анюты отдать, и я добьюсь этого. Меня продолжают мучать кошмары, поэтому я все равно плохо сплю. Приняла душ, почистила зубы, причесалась и заплела косу. Натянув джинсы и футболку, схватила сумку и побежала на занятия.
Татьяна Павловна была единственным человеком в пустой аудитории.
— Витторина?! Ты рано сегодня? Что тобой движет? — заметила она с ироничной улыбкой.
— Жажда знаний, — иронично отозвалась я, убирая сумку под парту.
— Тему Импульса помнишь?
— Да.
— Сейчас проверю. Что такое Импульс?
— Импульс — это концентрация и создание из душевных переживаний, чувств и эмоций материальной энергии, принимающий образ ранее обдуманный.
— Анабиоз?
— В нашем случае сон, близкий к коматозному состоянию.
— Резонанс?
— Импульс, используемый не для защиты, а для атаки, — отрапортовала я.
— А для защиты?
— Барьер. Мы его отрабатывали на самом первом занятии.
— Молодец. А с практикой как?
Я сделала глубокий вдох — по аудитории пробежал легкий ветерок, который сошелся на мне, словно проник в мои легкие и я чувствовала это каждой клеточкой своего организма. Резкий выдох и от меня как будто волной, разбежалась энергия, свалив несколько стульев, которые стояли у нее на пути.
— Какова сила Импульса?
— Вообще или у меня? — растерялась от постановки вопроса.
— Вообще.
— Зависит от силы конкретного человека, — я пожала плечами. — Говорят, что Мстислав может целый дом Импульсом свалить.
— Шархану дай волю, он и город бы стер с лица земли. Его способности это позволяют, — Татьяна Павловна задумчиво возвела глаза к потолку. — Знаешь, что Импульс можно использовать по мелочам? Эту способность можно совершенствовать каждый день. Пододвинуть стул, прыгнуть выше обычного, вскипятить воду… Импульс можно использовать абсолютно везде. К примеру, как ты использовала это на концерте, включая прожектора.
— На лекции вы это не упоминали, — я нахмурилась, пытаясь припомнить.
— Верно, не говорила, — Татьяна Павловна строго посмотрела на меня. — У студентов нет желания совершенствоваться и узнавать новое. А у тебя есть.
— Мне нравится, — потупив взгляд, я добавила. — Это действительно интересно. Я прочувствовала это на концерте. И поняла, что теперь без этого жить будет неинтересно. Плюс мне нужна работа.
— Ну, с работой я могу тебе помочь, — преподавательница хмыкнула. — Зайдешь после занятий в двести седьмой, скажешь, что от Шархана.
— Спасибо большое! — а почему именно от моего соседа? Но вслух так и не задала этот вопрос.
— Не за что. А от тебя требуется и дальше упорно учиться. Договорились?
— Я буду стараться, — пообещала я.
— Помнишь что у вас завтра?
— Завтра будет проверка наших способностей.
— Да, вот еще, — Татьяна Павловна прищурилась. — Как тебе живется с Шарханом? Не обижает? Может, угрожает или еще…ну ты понимаешь?!
— Нет. Он замечательный человек, — я улыбнулась.
В аудиторию вошел Роман. Еще одна ранняя пташка. Вот и встретились мы с ним — двое зубрил. Парень был выше меня головы на две и жутко худой.
— Утро доброе.
— Доброе. Роман, вам не помешало бы налегать на физкультуру, — Татьяна Павловна скривилась. — Вас пришибут на ближайшем же занятии.
— Стараюсь, — он виновато пожал плечами. — Привет, Вита.
— Привет.
После той дискотеки у меня резко нормализовались отношения в группе. Больше не наезжали так в открытую. Подлянки конечно случались, но это такие мелочи. Роман пожал своими худыми плечами.
— А нас сегодня опять калечить будут?
— Нет. Сегодня вы сами справитесь с этой задачей. А вот завтра…
Роман усмехнулся, посмотрев на меня.
Я прошла к парте и села. Вытянув вперед ладонь, я сосредоточилась. Словно мурашки пробежали по всему телу и собрались в середине ладони, грея руку. Не отвлекаемся. Я хочу, чтобы энергия вышла наружу и сформировалась в шар. Ладонь опалило жаром, и вот уже в паре сантиметров от кожи появился шарик по размерам как для большого тенниса. Шар постоянно двигался, светясь голубоватым сиянием с фиолетовыми прожилками внутри.
Постепенно собрались первокурсники. Да и старшеки подтягивались. Я видела, как прошла первая красавица Академии — Вера. Следом Макс с Юлей. Макс неприлично лапает девушку, а она хихикает. Фу, противно. Я отвела взгляд. Не хочу видеть и знать этих людей.
— Привет, — Сергей, радостно улыбаясь, подскочил ко мне. — Это тебе.
— Спасибо.
Он протянул мне квадратную шоколадку «Mister Sport. Cappuccino» — известная немецкая марка шоколада. Ох, из всех сортов, именно Капучино мой любимый. Сережа до этого делал попытки еще что-нибудь подарить, но его гостинцы оказывались слишком дорогими, чтобы их принять. Поэтому мы договорились, что если он хочет сделать мне приятное, то будет дарить конфетки или шоколадки.
— Ты выглядишь не выспавшейся, — замечает он.
— Да, я спала максимум пару часов, — признаюсь я. — Влад сказал, что пока полное обследование не будет сделано, он ничего из препаратов не назначит.
— Ну ничего. Влад хороший специалист. Нудный, но хороший. Давай, успехов тебе, — он улыбается и тихонько, едва касаясь, чмокает меня в щечку. Я сижу в оцепенении, а Сережа уже шел на дальние ряды.
Звонок сообщил нам о начале урока. Студенты дружно расселись по своим местам.
— Продолжаем тему нашего вчерашнего урока о Барьере. Надеюсь, все помнят, что завтра вас ждет трудный день. Напоминаю, Барьер является психоэмоциональным Импульсом, рассчитанным лишь для защиты себя и окружающих нас людей. В зависимости от того, как вы хотите защититься, вы сможете устанавливать размеры Барьера. Ваши мысли и эмоции должны быть предельно четкими, ясными. В противном случае, вас могут убить. Ваш страх помогает выживать, но им одним постоянно жить и защищаться не выйдет. Вам нужна концентрация. Те, у кого с этим проблема должны посещать дополнительные занятия по медитации. Также вам необходимо тренироваться физически, — Татьяна Павловна строго посмотрела на Романа, который тут же втянул голову в плечи. — С завтрашнего дня вы узнаете свой Предел. Записываем. Предел — временный максимум нашей возможности. Поясняю, это как с растяжкой. Пока не тренируешься, она нулевая. Но стоит начать заниматься и вот уже заметен результат. Базовыми физическими упражнениями для вас являются. Записываем, записываем и каждый день выполняем. Пресс не менее трех подходов по тридцать раз. Приседания сто раз. Можно больше. Подъем-переворот на турнике не меньше десяти раз. Отжимания — двадцать раз. Это ваш обязательный минимум. В идеале нужно больше. Девушки, не обольщайтесь. Вас бить будут наравне с парнями.
Ха, вот эта новость вообще порадовала.
— Завтра проверка вашего Предела. Послезавтра будем отрабатывать навык Резонанса, поэтому прошу, отработайте в свободное время формы Импульса. Помните, что его можно проектировать не только как шар, но и в форме молнии, копья, меча и всего, что подскажет ваша фантазия. Хоть табурет. Это ясно?! Замечательно. Тогда рассредоточились и отрабатываем. Старшекурсники проследите.
Татьяна Павловна отошла в угол и села за свой стол. Там она как всегда заполняла журнал и поглядывала на нас, ставя оценки, изредка делая замечания.
Сережа уже стоял рядом со мной.
— Слушай, а насчет меча, — я озадаченно посмотрела на свою ладонь. — Я понимаю, как сформировать шар, но как что-то иное…
— Все просто. Сначала сфокусируй энергию в руке, как ты это обычно делаешь.
Я почувствовала, как по телу опять побежали мурашки. Собираясь в ладони, они жгли кожу. Это было невыносимо, как будто я держу руку в огне. Это конечно смешно, но даже так можно было получить вполне конкретный ожог, настоящий. Что сказать, наши мысли куда сильнее тела.
— А теперь представь, что наносишь удар мечом. Давай.
В памяти всплыла одна сцена из аниме. Там девушка, воспитанница или «тайная жрица» синтоистического храма вытаскивала меч прямо из ладони. Если взять за основу это воспоминание… Она фехтовала при помощи «духовного меча», который как бы незримо присутствовал в ее теле. Там еще у кого-то внутри был меч, вроде у матери главного героя…но это уже не суть важно. Важно другое. Так, представим, внутри меня сильнейшая по мощности энергия, которая может обрести желаемую форму. Все произойдет мгновенно, только бы сконцентрироваться и не потеряться в закоулках собственного сознания. Не проблема начать все с самого начала, но я хочу быть лучшей, и я буду, я смогу и, в конце концов, получу Анин дневник, получу работу в Академии и получу ответы на все интересующие меня вопросы.
Вытянув вправо руку, я представила, как энергия, собравшаяся в ладони, выходит наружу сияющим лезвием. Кожу защипало, и в следующую секунду моя мысль исполнилась. В руке я сжимала светящийся луч, отдаленно напоминающий холодное оружие, длинной где-то полтора метра.
В аудитории разом все затихли, обратив внимание на мою скромную персону. Мои одногруппники смотрели на меня с удивлением, старшекурсники с явным одобрением, а некоторые даже с восхищением. Сережа улыбался.
— Вита, — окликнула меня Татьяна Павловна. — Ты молодец!
— Спасибо большое! — я улыбнулась.
— Сергей, отработайте удары. Это следующая ступень после удержания высвободившейся энергии.
— Конечно. Идем? — обратился он ко мне с улыбкой.
Я кивнула и отряхнула руку, словно чем-то испачкалась. Лезвие рассеялось, оставив после себя ярко-выраженный запах озона. Взяв сумку, я последовала за другом. Сергей легкой походкой двигался вперед. Вот кстати, бросилось в глаза. Все, кто работает с Мстиславом, обладают одним схожим качеством — легкой, уверенной и бесшумной походкой. Мне бы хоть капельку их уверенности.
— Черт, я кроссовки забыла, — вдруг вспомнила я. — Ты иди, я сейчас туда и обратно. Хорошо?
— Буду ждать. Сумку давай, чтоб не таскаться с ней туда-сюда.
Я согласилась и отдав сумку, побежала по коридорам Академии. До лестницы было недалеко, всего-то метров триста или четыреста. А вот по лестнице нужно преодолеть пять пролетов наверх. Влетев к нам на этаж, я заметила, что дверь в нашу комнату распахнута. Мстислав стоял у окна и с кем-то разговаривал по мобильному телефону. Когда я вошла, он обернулся, строго взглянув на меня, словно я в чем-то провинилась. Пожав плечами, скрылась в своей комнате, схватила пакет со сменной обувью и вышла. Мой сосед пристально смотрел на меня.
— Привет, — я улыбнулась.
— Ты не высыпаешься и не ешь ни хрена, — резко произнес он, вместо приветствия.
— Я тоже рада тебя видеть, — иронично заметила я.
— Вита! Не доводи до греха, — Мстислав усмехнулся. — Ладно, об этом чуть позже поговорим. Я к пяти сегодня вернусь.
— Хорошо. На ужин что-нибудь приготовить?
— На твой выбор, — он тепло улыбнулся. — Кстати, тебе тут посылка пришла.
— Мне?
Я искренне удивилась, а сосед кивком головы указал на большую коробку с бантиком посередине. Сбоку висела записка «Для Витторины от самого преданного поклонника». Любопытно кто это прислал и что это. Я распечатала фольгу, открыла крышку и ахнула.
— Круто, — хмыкнул Мстислав.
— Пипец! — почти зло выговорила я.
— Что? — удивился он. — Тебе не нравится?
В коробке лежала новая электро-гитара.
— Это Ямата Цифик 1611MS. Она стоит невероятно дорого. Ну, тысяч пятьдесят, как минимум. Тут я вообще не уверена, потому что для меня эта цена недосягаема. Я вряд ли такую себе когда-нибудь куплю.
— Ну так… Теперь тебе не придется об этом беспокоиться, тебе ее подарили.
— Ага, а теперь представь, что могут от меня потребовать за такой дорогущий подарок? Я не хочу, чтоб меня использовали потом за нее, — я захлопнула крышку и начала придирчиво разглядывать все этикетки, которые были, пытаясь выяснить от кого это пришло. — Надо вернуть.
— А если он просто от всей души подарил?
— Нет, в Академии только ты такой щедрый, что сделал для меня столько всего и ничего не потребовал взамен. Хотя я все еще жду подвоха, — призналась я. — Черт, да кто ее прислал? Ты не знаешь, кто бы это мог быть? Может, видел кого-нибудь на этаже?
— Слушай, со своими поклонниками разбирайся сама. Откуда я знаю, кто посещал наш этаж и нашу комнату? Да и мало ли кто к тебе не ровно дышит, — почти зло огрызнулся Мстислав.
— Но если столкнешься с этим таинственным незнакомцем, то задержи его, хорошо?
— Ноги переломать что ли? — ухмыльнулся он.
— Такой вариант тоже подойдет, — легко согласилась я.
— Ничего себе у тебя компромиссы, — буркнул Мстислав и, склонив голову набок, снова оглядел меня с ног до головы. — Говорят, ты добилась неплохих успехов на занятиях.
— Лучших на нашем потоке, — с ноткой обиды проговорила я.
— Проверю, — кивнул он и подошел к своему столу, где что-то начал искать среди бумаг. — Если пройдешь мой тест, то получишь то, чего хочешь. И я надеюсь, что это будет не только дневник.
— Занятно прозвучало, — ухмыльнулась. — А чего ты хочешь?
— Ой, на твоем месте…
— Помню-помню, не обсуждала бы твои желания, — закатив глаза, с улыбкой припомнила я. — Тебя точно ждать сегодня?
— А что? У тебя планы на комнату? — его золотистые глаза с тревогой посмотрели на меня.
— С ума сошел что ли, — я покраснела. — Неужели нельзя просто поинтересоваться? Ты пропадаешь непонятно где и мне доканывать некого вопросами.
— Ах, это, — он улыбнулся. — Да, к пяти буду.
Я кивнула и одарив его робкой улыбкой, выбежала в коридор. Интересно, кто мог подарить мне такую дорогую вещь? Просто я даже предположить не могу. Мстислав сказал, что прислали, значит это не он. У Сергея нет таких средств. Да и у остальных вряд ли найдется такая сумма просто так, для подарка. Принять такой подарок действительно подписаться и стать чьей-нибудь Марионеткой. Пока у меня нет такого в планах. Гитара конечно нужна, но я сейчас подзаработаю и сама себе куплю. Не хочу быть кому-то обязанной. Блин, но вещь крутую купили. Эта гитара поставляется вместе с сертификатом, подписанным лично Майком Штерном, что подтверждает, что данная гитара выполнена в безупречном качестве и строгом соответствии с заявленными характеристиками. Для Ямата Цифик 1611MS используется лишь отборная древесина, которая проходит специальную обработку с особым покрытием. Гриф из массива клена покрывают маслянистым лаком, что обеспечивает не только гладкость, но и надежную защиту поверхности. Еще используется особая технология по быстрому разыгрыванию инструментов, что снимает излишнее напряжение, которое частенько бывает в новых гитарах. И звучание становится ярким, резонансным. Блин, за что такое искушение? Вот он, подарок, бери и пользуйся, но совесть и воспитание не могут позволить так поступить.
Я вошла в спортзал. Сергей ждал меня в компании Влада и Яны.
— Ты что-то долго, — усмехнулась девочка.
— Мстислава встретила. Ребят, представляете, мне кто-то гитару подарил.
— И что? Хорошая гитара? — усмехнулся Сергей.
— Очень. Ямата Цифик 1611MS, если тебе это, о чем-то говорит.
То как вытаращился на меня парень, было понятно, что ему это о многом говорит, ну примерно также как и мне.
— А что? Очень круто? — Влад переводил взгляд с парня на меня и обратно.
— Очень, — подтвердил Сережа. — И кто сделал столь шикарный подарочек?
— Да вот знать бы, — я пожала плечами. — Хорошо хоть не Гибсон подарили. Та марка еще дороже стоит.
— А Шархан что говорит на этот счет? — спросила Яна.
— Говорит, что понятия не имеет, кто заходит к нам на этаж.
— Шархан и не знает, — хохотнул Влад. — Уж тут он соврал. Он знает точно кто, когда и как попадает к нему на этаж и уж тем более в жилую зону. Без его ведома там никто не проскочит. Пытай, — улыбнулся психолог.
— Это точно? — я насторожилась.
— Абсолютно, — подтвердил Сергей. — Он в принципе знает все и обо всех в этой Академии и на всей территории. Скорее всего, он умолчал по каким-то своим соображениям.
Так, вот эту информацию я запомню и в ближайшем будущем использую.
Отойдя на шаг назад, я снова материализовала Импульс в своей руке. Энергия циркулировала от плеча до кончиков пальцев и обратно, замыкая круг. Ее можно было прочувствовать. Ею можно было дышать. В руке ощущалась приятная тяжесть.
— Умница, — Сережа тепло улыбнулся. — Теперь нанеси удар. Не бойся, я выставлю Барьер.
Светлое сияние окружило парня, словно пузырь. Я замахнулась. В своих мыслях, я видела, как рушится преграда, рассыпается, разлетается мелкими кусочками. Но это была не просто мысль. Это была реальность. Татьяна Павловна упирала на то, что наши мысли с действительностью должны идти параллельно и почти одновременно. Задержка в пять секунд считается хорошей реакцией. Все что дольше, считается уже медленным и подлежит дополнительным тренировкам.
Удивленно ойкнув, Сергей отскочил на пару метров назад.
— Не понял! — Влад потрясенно смотрел на меня. — Ты как это сделала?
— А то не видел!? — я обернулась. — А что не так?
— Тебе больно держать в руках Резонанс?
— Сейчас нет. В прошлые разы когда отрабатывали появление Импульса в руке, я…я всю кожу сожгла, — призналась я. — Даже ручку не могла держать. Но это было всего пару дней.
— А сейчас без проблем? — допытывался Влад.
— Без проблем, — усмехнулась.
— У тебя способность может сравняться по силе с Шарханом, — Санек явно загрустил. — У него при поступлении тоже был очень ярко-выраженный дар. И контроль выше остальных. Прикол в том, что твои однокурсники с трудом удерживают начальный Импульс в руке. И то, что ты говоришь жжение ладони, у них происходит по всему телу. Я их каждый вечер встречаю в медпункте с ожогами. Из нас ни у кого не получалось так сразу… Интересно, какой у тебя Предел…старшеки ставки делают. Результаты примерно равные. Часть говорит, что ты переплюнешь Шархана, другие утверждают, что чуть-чуть не дотянешь до него.
— Вита…ты в последнее время очень грустная ходишь. У тебя потрясающие способности и ты их развиваешь с невероятной скоростью и энтузиазмом. Почему ты грустишь? Что тебя тревожит? — Сережа посмотрел мне в глаза. Я невольно потупилась и хрипло произнесла:
— Давайте тренироваться. Потом поговорим.
Хотя тут я покривила душой — не хочу я разговаривать, не хочу, чтобы кто-то знал, что у меня на уме, что у меня на сердце… в голове отчего-то наигрывала песенка Ляписа Трубецкого «Танцуй». Не скажу что очень уж она веселая, но своеобразная это точно. А после «включилась» композиция «Капитал». Я ухмыльнулась. Веселые у меня сегодня мысли.
2 мая
Мы поехали на рок-фест. Мне понравилось. Я завела новые знакомства, собирала информацию, брала советы у профессионалов. Я поставила цель — создать для Виты группу и я это сделаю. Вита, кстати, тоже выступала. Ее встречали восторженными аплодисментами. Она пела душой — это невозможно объяснить, лишь прочувствовать.
3 мая
Весь день протусовалась с «Конкистадором». Они классные ребята, хоть и похожи на бандюганов. Зря. Лишний раз доказательство, что нельзя судить книгу по обложке.
4 мая
Снова школа. Сегодня искали добровольцев возложить цветы на 9 мая. Меня мама заранее от этого отмазала — увозит к бабушке на огород. Учительница попыталась Виту привлечь к этой обязанности, но та просто сказала, что не придет.
Между алгеброй и литературой, Анатолий отвел меня в сторону, типа поговорить с глазу на глаз. Он пытался объяснить, как для него важен интим, но при этом не хочет потерять меня и тем более торопить и принуждать. Сказал, что очень беспокоился, когда я ушла, не находил себе места. И с Кариной у него не серьезно, их ничего не связывает. Нас отвлекли очередные разборки.
Лешка наезжал на Виту — просто так, без повода. Девушка же не давала себя в обиду, да и язычок у нее острый на колкости. Лешка первый начал драку, пытаясь выместить всю свою несостоятельность на первом попавшемся человеке. Вита успешно уклонялась, не вынимая рук из карманов брюк. Толик заступился. Быстро успокоив Лешку, Толечка обернулся к Вите.
— Это ничего не изменит, — глухо сообщила она.
— Я не мог поступить иначе.
— А то как же, — девушка хохотнула. — Уж мне-то можешь лапшу на уши не вешать.
— Да ладно тебе, Феникс, — Толик миролюбиво вскинул руки, будто сдавался. — Не стоит постоянно смотреть на мир хмуро и исподлобья.
Вита его проигнорировала.
— Кстати, девчули, может сходим куда-нибудь вместе? Развеемся, отдохнем?
— Я надеюсь, ты от блядства собираешься отдыхать, — заинтересовалась Вита. — Тогда предлагаю собраться в библиотеке. Или на выставку сходить.
— Давайте на выставку, — поддержала я и Толик вынужденно согласился.
— Тогда после майских, как Анютка вернется, — ласково сказал он.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Часа два или три я училась контролировать поток энергии в своем теле. Училась атаковать Резонансом и защищаться Барьером. Не знаю, как для других, а мне это напоминало дыхание. Вдох — вся энергия собирается в моем теле, моем сердце, в моей душе. Выдох — прозрачный купол укрывает меня от атаки Саши. Вдох — я готовлюсь атаковать. Выдох — удар, удар и еще удар. Я разрушаю их Барьеры. Мне это дается легко. И это не вызывает во мне никаких эмоций. Пустота. Мне не хватает Мстислава рядом. Когда он появляется на горизонте, я начинаю чувствовать уверенность, которую не испытываю в обычное время. Мне нравится, когда он стоит за моим плечом…близко, почти касаясь. С ним спокойно. И я начинаю чувствовать его течение мысли…и я вижу, что он слишком сильно вторгся в мою жизнь. Он везде и всюду. Но ни разу не мелькнуло никаких эмоций или чувств насчет меня. Из-за этого я понять не могу…я ему нравлюсь или он это делает по каким-то своим причинам.
«А я люблю раздражать людей. А с тобой это получится лучше». Точно, именно так он и сказал. Может, стоит с ним открыто поговорить? Сегодня, например. Мне не нравится эта неопределенность. Пусть просто скажет «да, ты мне нравишься», «нет, не нравишься», ведь сразу проще будет.
Еще полтора часа мы потратили на рукопашный бой. Сергей был, как всегда, аккуратен, старался меня не покалечить. Но мне не нравилось с ним тренироваться (но это было наставление самого Шархана, и никто не спорил). Меня часто забирали с уроков на индивидуальные занятия. Плюс в том, что обучалась я быстрее, но интерес при этом в мою сторону был не шуточный. Каждый день меня спрашивали старшеки разных факультетов, то и дело, предлагая перевестись. И кстати, несколько предложений работы было уже непосредственно на Академию. Я боюсь громких слов. И, увы, я чувствую себя обязанной…обязанной Мстиславу. И он, черт побери, прав — я не представляю. Я лишь чувствую, что он для меня сделал больше, чем я смогла оценить.
Я стою в душе под холодными струями воды. Как замечательно вымыться после тренировки. И подумать…или вспомнить.
«У каждого из нас есть тайный сундучок ужасных воспоминаний. Роковые ошибки. Не прощаемые до смерти поступки. Неизжитые оскорбления. Порой нахлынет так: боль и стыд жгут изнутри. Сквозь всю жизнь. Так вот, Вита. И знаешь…если я тебя потеряю — это будет самой большой ошибкой в моей жизни. Это будет катастрофа».
«Потому что я стараюсь заботиться о тех, кто на меня работает».
Ну да, помню лицо Влада на эту фразу. Что-то тут опять скрывается. Кстати, вот он-то мне и нужен. Одевшись, я схватила сумку и резво направилась в кабинет психолога. Естественно, не могла я добраться без проблем — по дороге заблудилась и минут двадцать поплутала по мрачным коридорам Академии. Но до цели, в конце концов, я все-таки дошла.
— Влад, можно? Найдется минутка
Парень изучал какие-то диаграммы и графики. Он сидел в кресле, обложенный бумагами, записями. На диване возлежало несколько томов энциклопедии (что-то с психиатрией связанное).
— Вита? Конечно, проходи, садись. Чай будешь? — поспешно встал, смахнув всю макулатуру на пол.
— Да, пожалуйста.
— Ты вроде кофе предпочитаешь, — я услышала в его голосе улыбку.
— Мстислав ругается, — я закатила глаза. — Ведет себя, как мой отец.
— Забавно, — Влад протянул мне чашку. — Ты впервые сама пришла, без моего приглашения. Неужели настроение на разговор?!
— Есть немного, — я покачала головой. — Но…разговор останется только между нами?
— И не иначе, — серьезно подтвердил он. — Так что тебя беспокоит?
— Не что, а кто. Мой сосед.
— Он обидел тебя? Давил на тебя?
— Он тиран и деспот. Самое противное, что… — тяжело вздохнула. — Я не понимаю для чего он это делает. Мне хотя бы капельку понимания. Влад, я чувствую, я вижу его мысли…отрывки какие-то. Я вижу, что он везде влияет на мою жизнь. Словно все что у меня теперь есть или будет или…я даже не знаю, как выразиться. Ну будто он сделал для меня очень многое. Меня это беспокоит.
— Тебе не делали подарков? — удивился Влад.
— Парни — нет. Анюта только и все.
— А что с гитарой? Тебе она не понравилась?
— Очень понравилась, но я не могу ее принять. Воспитание не позволяет. При случае ноги бы переломала бы этому энтузиасту, если б знала, кто постарался.
— Шархан определенно знает, — парень кивнул и подлил мне еще чаю.
— А можно вопрос? — я замялась, зная, что Мстиславу это не понравится, но мне нужно было знать.
— Конечно, задавай, — мягко произнес Влад.
— Бывает такое, чтобы у человека глаза меняли цвет? — смутившись, я потупила взгляд, уставившись на собственные руки. — Просто…Мстиславу я задавала этот вопрос, и он отмазался, сказал забыть. Он часто так делает.
— Для него это тревожный знак, — парень усмехнулся. — Это как раз и означает, что ты установила с ним связь и начинаешь видеть его насквозь. Еще одна особенность Импульса. Конкретно такая способность называется Катарсис. Благодаря этому можно еще узнать о совместимости. Если ты видишь алые глаза, то можешь только читать общую суть мыслей. Зеленые — улавливаешь только чувства и эмоции. Золотые говорят о более сильной связи. Ты это видела у Шархана? — он пристально посмотрел на меня, и, не дождавшись ответа, Влад продолжил — Его бывшая не видела этого. Ей и не нужно было. Она гналась сначала за материальным благополучием…а потом решила совместить приятное с полезным. Тебя ведь беспокоит отношение Шархана к тебе?
— Очень.
— Поверь мне, ничего плохого. Он очень дорожит тобой и боится потерять.
— Почему?
— У него свои тараканы в голове. Порой реально непонятно зачем и для чего он что-то делает. Например, Олег…он взял в свою команду человека, у которого был самый низкий уровень способностей, самый слабый Импульс. И вот, теперь он не уступает никому из старшеков, ну кроме самого Шархана. Девушка, с которой твой сосед встречался, тоже была своеобразная. Она не умела создавать Импульс, но при этом без проблем атаковала. Парадокс, не так ли?! Зато довели умение до хорошего уровня. В твоем случае, я думаю все куда сложнее. Шархан три года за тобой следил. Насколько я могу знать, он неоднократно вмешивался в твою жизнь, оставаясь незамеченным. Подстраивал какие-то события, убирал ненужных людей и тому подобное. Он на собрании подтвердил, что берет тебя к себе под опеку, но на вопросы «почему?» и «зачем?» так и не ответил. Но о тебе он постоянно спрашивает, буквально требует всех отчитываться. О том как твои успехи, как твое самочувствие, приходишь ли ты ко мне. К другим людям у него не было такого интереса.
— А ты рассказываешь?
— В общих чертах, не углубляясь в суть разговора. Я же тебе обещал конфиденциальность, а я слово держу, — Влад улыбнулся.
— Спасибо.
— Сергей тут тоже подходил, интересовался твоим обследованием. Он ведь тебе признался?
— Да.
— И что?
— Не знаю. Он приятель. Может друг. Но не более того.
— Тебе нравится другой, — Влад откинулся на спинку дивана. — Я же вижу, что тебе Шархан нравится. Только он, дурак, не видит этого.
— А у меня был бы шанс…понравиться ему?
— Откуда столько неуверенности? Я не понимаю тебя, — парень возвел глаза к потолку. — Ты красивая, умная, обаятельная. Да, неулыбчивая и слишком замученная. Из-за этого в твоих глазах нет блеска. Но! Тобой очень многие интересуются. Из старшеков многие приходят спросить о тебе, есть ли у тебя парень, есть ли у них возможность по завоеванию тебя. Но все боятся, потому что считают тебя неприступной. Если ты чуть-чуть приоткроешь свою раковину, к тебе хлынет куча народу. А так, все довольствуются только твоими талантами, радуясь, что хоть по такому поводу могут подарить цветы и кучу шоколада.
— Ясно. Спасибо большое. Мне бежать надо, — я отставила чашку и поднялась из кресла.
— Куда, если не секрет?
— Я по поводу работы договорилась, в двести седьмой кабинет надо зайти.
— Так это мой кабинет, — Влад посмотрел на меня круглыми глазами. — Тебе Шархан сказал зайти?
— Нет, Татьяна Павловна, но сказать, что от Шархана, — я замерла, предчувствуя забавное разрешение бестолковой ситуации.
— Ну тогда, добро пожаловать на работу. Я тебя принимаю без испытательного срока и собеседования. Готова приступить к работе?
— Мило, — я усмехнулась. — Что делать нужно?
Ничего сверхъестественного в этой работе не было. Подшить документы, отсканировать, зарегистрировать и разложить по полочкам. Все просто. Напечатать парочку рецензий. И несколько папок просто перепечатать.
— Держи. Твоя карточка. Зарплата будет поступать на нее же, — Влад протянул обычную пластиковую карту, которыми пользуются люди во всем мире. — Банкомат в углу, можешь проверить.
— А пин-код?
— Он не нужен. Это новейшая разработка. Кроме тебя, ею никто не сможет воспользоваться.
Я подошла к банкомату, вставила карту и выбрала операцию. Хотелось узнать, сколько мне перечислил денег Влад. Просто любопытство.
— Это какая-то ошибка. Либо у меня нули двоятся, — шепнула я себе под нос и тут же громко спросила. — Влад, а если не секрет, сколько ты мне начислил?
— Двадцать ровно.
— Не многовато ли?
— В самый раз. У нас эту хрень уже пять лет никто не может разобрать, ни сил, ни терпения.
— А остальное? — продолжая пристально вглядываться в чек, спрашиваю я.
— А что? Неужели комиссия?
— Да нет…
Я показала ему бумажку. Влад присвистнул.
— Не хилый бонус прилетел, — он задумчиво взъерошил волосы. — Пять миллионов зеленых…это круто. Кто-то решил снабдить тебя квартирой и не одной.
— Как такое возможно?
— Сходи к Ольге Юрьевне. Она в таких вещах всегда разбиралась. Может действительно ошибка, — с сомнением протянул Влад. — Ну, а работа…приходи, когда время будет, я всегда для тебя что-нибудь найду.
— Спасибо.
Я бежала во весь опор. Сумка то и дело больно била по бедру, но я не обращала внимание. Остановившись перед нужным кабинетом, я слегка успокоила дыхание и, постучавшись, вошла внутрь.
— Вита, привет, — Ольга Юрьевна расплылась в улыбке. — Какие-то вопросы? Как успехи? Новенькое что-нибудь выучила?
Она очень тепло ко мне относилась с первых моих дней в этой Академии. Всегда помогала и дополнительно поясняла необходимую информацию.
— Не поверите, я по делу, — я показала карту. — Влад сказал, что я могу к Вам обратиться.
— Конечно. В чем проблема? Деньги не поступили? — Ольга Юрьевна нахмурилась.
— Наоборот, слишком много поступило. Можно как-нибудь проверить? Может сбой системы?
Она ввела в компьютер номер карты и отправила на принтер что-то распечатываться. Мы дружно всмотрелись в бумажку.
— Смотри, некто каждый месяц клал на счет определенную сумму денег. И вот еще момент, карта заведена пять лет назад. Поступления идут не через наши терминалы и наличкой, поэтому, к сожалению, я даже не могу сказать кто этот таинственный щедрый человек.
— Веселенькая история, — я задумалась. Подозреваю только одного человека, но откуда у него такие деньги?
— Обратись к Шархану, он из-под земли достанет этого умника, — посоветовала Ольга Юрьевна. — Кстати, правду говорят, что ты научилась использовать новую форму Резонанса?
— Да, — я улыбнулась. — Но учиться еще есть чему.
— Зайди завтра, я тебе книжку интересную дам, — она заговорщицки подмигнула. — Там еще больше почерпнешь.
— Спасибо, — я почувствовала себя счастливым человеком.
9 мая
Сегодня день просто атас. Мы с мамой и бабушкой поехали в область. Надо огородом заниматься. Плантация знатная, и я готовилась к тому, чтобы сделать как можно больше. Старушек моих надо поберечь. Но работать мы не торопились, мама упорно тянула время, а бабушка отвлекала какой-то ерундой по дому. Рев подъезжающего мотоцикла заставил меня бросить все и вылететь во двор, убедиться, так сказать, воочию. Убедилась.
Вита аккуратно подкатила к дому, поставила байк на подножку и заглушила мотор. В этот раз на мот были нацеплены три крупных кофра. Вита сняла шлем и улыбнувшись, поздоровалась:
— Елена Васильевна, Ольга Петровна, мое почтение, — она пожала протянутые к ней ладошки и обернулась ко мне. — Привет.
— Привет, — я заторможено воспринимала действительность.
— Я пригласила Витторину. А то все в городе, да в городе. А тут свежий воздух, речка, целина непаханая… Как добралась? — вклинилась бабушка.
— Хорошо. Правда спортбайк по пересеченной местности гнать — сплошное извращение.
— Неудобно ехать? — заинтересовалась мама.
— Функционал другой, — усмехнулась Вита. — Я тут привезла небольшие презенты. Поможете разгрузиться?
И мы счастливо начали помогать. Я рада ее видеть. Мы пожарили шашлыков, погуляли, осматривая окрестности. Вита уточнила план действий по огороду.
Мама с бабушкой приняли ее очень тепло, как родную. Они с большим интересом спрашивали про байкерский клуб, работу механиком, учебу, планы на будущее… и всегда называли ее полным именем — Витторина. У нее красивое имя. Необычное, но ей идет.
Единственное, что мне непонятно — где ее родители и почему они не беспокоятся за своего ребенка?! Или это такое выражение родительской любви? Я пробовала как бы ненароком еще раз уточнить, когда мы остались одни поздно вечером у костра.
— Пожалуйста, больше не спрашивай, — она тяжело вздохнула. — Мне неприятна эта тема. Я не хочу об этом даже думать.
— Извини, — я обняла ее за плечи, стремясь прогнать ту печаль, которая слышалась в ее голосе. — Просто я волнуюсь…и, наверное, не понимаю.
— Я тоже не понимаю…но больше рассуждать об этом не хочу.
10 мая
Проснулась рано, как мне казалось. Мама с бабушкой еще спали, поэтому я тихонько выскользнула во двор.
— С добрым утром!
Вита давно встала (если вообще ложилась) и перекопала первую часть плантации.
— Пойдешь со мной за торфом? — спросила она и я согласно кивнула, поспешно шнуруя высокие армейские ботинки.
Я несла лопату и пустые мешки в то время, как Вита без труда толкала перед собой тачку.
— Я рада, что ты приехала, — мне хотелось, чтобы она это знала.
— Я бы тоже радовалась бесплатной рабочей силе, — беззлобно отозвалась одноклассница.
— Я не об этом, — я хотела что-то еще добавить, но прочитав в ее взгляде насмешку, поняла, что это всего лишь шутка. Немного ироничная, но все же шутка.
— Ты пессимист с далеким прицелом на оптимизм.
— Интересное мнение, я запомню, — она счастливо рассмеялась.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
В свою комнату я вернулась в приподнятом настроении. По идее Мстислав должен уже быть здесь. Но нет. Может, задерживается!? Приняв душ, я быстренько сварганила перекусить. Украдкой я поглядывала на коробку с гитарой. Кто же мог подарить такой шикарный инструмент? Почему Мстислав столько умалчивает? Плюхнувшись на диван, я снова взглянула на часы. Почти восемь. Не хило так опаздывает. Я соскучилась по нему. Стыдно признавать, но мне очень не хватало моего соседа. С ним всегда так спокойно и надежно. Не знаю, как это объяснить. Надо бы его удивить моими способностями, раз он так беспокоится за них. Я вытянула вперед руку и сконцентрировалась. В ладони слабо засветился Импульс. Влад говорил, что незаметным его сложнее держать. А мне давалось легко. Никто не мог объяснить с чем это связано. Прозрачная сфера медленно вращалась над ладонью. Она такая маленькая, красивая, кристально чистая…но в тоже время, опасная. Я взглянула на часы. Прошло еще полчаса. Блин, да где он? Может, действительно случилось что-то серьезное?
Отряхнув руку, рассеяв, таким образом, Импульс, я обулась и выскочила из комнаты. Наш этаж, как всегда был пуст. Идеальная чистота. Любопытно, Мстислав тут «поселил» какую-то мысль или сам на корточках моет все? Коридор несколько раз петлял. Пока до лестницы дойдешь столько насмотришься — старинные гобелены, картины, несколько статуй. Спустившись на два пролета, я свернула направо, где жила сильная половина этой Академии. Здесь было очень людно. Студенты бегали, общались. Кто-то бросал баскетбольный мяч. Кто-то зубрил материал. Макс вон с Юлькой обнимается. Мини-юбка девушки лишь подчеркивала коротенькие полные ноги и складки на животе. Но Юлю это не смущало. Рома устроился в кресле возле окна и что-то упорно вычитывал. Леша тренируется, пытается освоить Барьер на новом уровне. Барьер появляется и почти тут же исчезает. Он никак не может сконцентрироваться. Вон прошмыгнули Олеся с Мариной, громко смеясь над шуткой какого-то старшекурсника. Но мне не до них. Комнату Сергея нашла также без проблем (что уже кажется удивительным, при моей-то способности теряться). Постучала.
— ВОЙДИТЕ!
Вопль был такой, что я хотела передумать и уйти. Открыв дверь, робко вошла.
— Я не вовремя?
— Вита? Неожиданно, но проходи, — Сергей встал из-за стола, который был усыпан каким-то компьютерным хламом. Какие-то карты, дискеты, провода, вентилятор, еще провода… Я помню, что он рассказывал, как из этого всего смог собрать два компьютера. На фига? Не проще купить новый? Но видимо, у Сергея на этот счет какой-то свой пунктик.
— Я хотела спросить по поводу ваших миссий.
— Странный интерес, ну да ладно, — он улыбнулся. — А что не так?
— Мстислав вроде говорил, что собрался на какую-то миссию, обещал вернуться к пяти, а его до сих пор нет. Я просто к тому…может случилось чего? — я неопределенно повела плечами. — Вы же поддерживаете связь? Или как-то определяете время Икс?
— Вообще да, — Сергей резким движением достал телефон-раскладушку и кому-то набрал. — Слушай, там Шархан не объявился? А сигнал? Как пропал? А где? А…да нет, просто он тут обещал девушке к пяти появиться, а сам пропал. Да не, эта сама достанет из-под земли. Да-да. Автограф? — он удивленно обернулся ко мне. — Конечно, даст. Ты лучше от темы не увиливай. Найдешь его? Хорошо, жду.
Тяжело вздохнув и резко выдохнув, Сергей обернулся. Его простые действия вызвали слабенькую волну Импульса. Он так легко «снимает» с себя негатив, это потрясающе и невероятно. Во всяком случае, я так не умею и Шархан запретил мне так даже учиться. Сказал, что такое «дыхание» может разрушить Академию, поскольку во мне скопилось очень много негатива.
— С Информационного сказали, что он пропал вообще из поля зрения. Никто даже не чухнулся, если бы не ты. Вот так и работаем. Шархан поэтому набирает мало людей, но профи. Пошли, у тебя посидим. Может он уже пришел?
Я кивнула и на «автомате» пошла вперед. Благо идти не далеко.
— Ого, сколько цветов тебе дарят, — Сергей выглядел ошарашенным.
— Да уж, — я невольно скривилась. — Жалко…они ведь завянут и их выбрасывать приходится.
— А какие цветы твои любимые?
— Никакие, — пожала плечами. — Я не люблю цветы.
— Вообще?
— Вообще. Я люблю шоколад. Вот без сладкого и дня не проживу.
Время шло. Сергей отвлекал меня болтовней на разные темы, но я продолжала беспокоиться за Мстислава. Куда он пропал? Уже час ночи, а от него никаких вестей.
— Сереж, вы его найдете? — тихо спросила я, укутавшись в одеяло. Меня знобило на нервной почве, горло болело, мышцы ныли после тренировки. Но я начинала всерьез бояться, накручивала себя в мыслях. Вроде все понимаю, он мог просто уйти по бабам, просто в клуб или еще что-нибудь. Ну это же мой сосед, с него станется. Но я переживала. Голова раскалывалась от недосыпа и переутомления.
— Не нервничай, пожалуйста. Все хорошо. Шархан выкарабкается из любой ситуации. Тем более… — Сергей осекся.
— Тем более что? — я пристально посмотрела на него, пытаясь прочувствовать его мысли, чувства…это была острая боль, как ножом в сердце. Ревность, отчаяние…невозможность перечить или даже встать на один уровень. Его мысли скакали, путаясь и мешая друг другу. Моя голова заболела еще сильнее. Неужели, ревнует? И кого не поделили? Меня?
— Нет, ничего. Просто он дорожит тобой.
— Ага, только повода для этого нет.
Мы замолчали, каждый думая о своем. Удивительно, но я беспокоюсь. Неважно, если он засиделся у другой, важно, чтобы с ним все было хорошо. Боже, да где он??! Куда пропал? Почему не отзвонился? Почему никто не хватился его? Что вообще происходит?
— Не помешал?
Я вздрогнула, даже не заметив, как Мстислав вошел в комнату и уже стоял напротив дивана, гневно глядя на Сергея.
— Где застрял? — хмуро спросил гитарист.
— Дела были, — неопределенно отозвался сосед, с подозрением глядя на меня. — А у вас что? Свидание? — ехидно спросил он. — Или я рано?
— Ты же говорил… — хрипло начала я, но не закончила предложение, поскольку горло словно завязали в морской узел.
— Извини, задержался, — голос Мстислава потеплел на пару сотых градуса (в этом весь мой сосед). — Я же не думал, что меня кто-то будет искать. Информационники халтурят нынче.
— А позвонить? — Сергей покосился на меня. — Ты же знал, что Вита будет беспокоиться.
— Предполагал, но надеялся, что спать ляжет, и не будет думать о глупостях. Значит, единственный человек, который волновался за мое отсутствие…и да, насчет телефона, — Шархан вытащил из кармана смартфон и протянул мне. — Извини, не знал, какой чехол хочешь ты, поэтому выбрал на свой вкус, — хмыкнул он, прекрасно осознавая, что вкус у него отменный.
— Яблоко? — я удивленно перевела взгляд на соседа. — Я не возьму.
— Это не подарок, — Мстислав мотнул головой, на его губах заиграла улыбка. — Я сегодня случайно разбил твой телефон.
— Nokia разбил? — мое удивление было велико. Что нужно сделать с не убиваемой Nokia, чтобы…разбить?! Что-то тут опять не то. Волей случая, я на свою Нокиа уже умудрилась и на мотоцикле наехать и несколько раз постирать, и как-то уронила с двенадцатого этажа. Так что же нужно сделать с этой не убиваемой техникой, чтобы сломать?!? Танком раздавить? С самолета выкинуть? В космос заслать?
— Айфон усилен, поэтому можешь спокойно ронять и швырять об стену, — он усмехнулся. — Я надеюсь, ты примешь его в качестве извинений?
Я задумалась.
— Тем более, он будет еще и рабочим. Ты можешь любому из нас позвонить или написать, когда угодно, там всего четыре номера, потом объясню почему. Больше не будем пропадать. Ах да, — Мстислав отошел с Сережей к выходу и о чем-то яростно зашептались. Я не обращала внимание. Слава Богу, вернулся. Вернулся живой и невредимый. Теперь я спокойна.
Выяснив какие-то подробности, Сергей кивнул и попрощавшись, поспешил к себе. Медленно сняв куртку, сосед обернулся.
— Извини, — невольно произнесла я, прикованная взглядом его золотистых глаз. — Я просто…я правда волновалась. Не делай так больше, пожалуйста.
— Я об этом не думал. И ты меня извини.
Он сел рядом со мной на диван.
— Голоден?
— Да.
Я поспешно встала и пошла разогревать остывший поздний ужин, переходящий в ранний завтрак.
— Мне казалось, я тебя раздражаю, — негромко произнес Мстислав.
— Отчасти, — согласилась я, стоя к нему спиной.
— Тогда почему?
— Тот же вопрос я могу задать тебе.
Он вздохнул.
— Чем я тебе нравлюсь? — я решила поменять тактику.
— Ша, нет, этого я не говорил, — парень весело фыркнул. — Я говорил, что некоторые черты мне в тебе нравятся, но не сама ты.
— Забавно получается, — я обернулась. — Так может, и в остальном признаешься?
— Ну, — Мстислав хитро прищурился. — Я точно никогда не скажу, что ты мне дорога и что для меня бесценна. Но на это есть свои особые причины.
— Ну да, — теперь я фыркнула, мысленно хихикая над ситуацией.
— М? — он удивленно взглянул мне в глаза, когда я протягивала тарелку с едой.
— Я знаю одну причину точно, — шепнула, не прерывая зрительного контакта.
— Скажи.
— Ты меня слишком хорошо знаешь. Если бы ты сказал, что я для тебя дорога, то я могла бы съязвить конкретно по поводу цены. А если бесценна, то по поводу ее отсутствия, — усмехнулась.
— Умна, и за это я тебя тоже очень ценю, — Мстислав откинулся на спинку дивана. — И готовишь вкусно. Большое спасибо. Почему ты сама ничего не ешь?
— Не знаю, не хочется, — я пожала плечами и плюхнулась в кресло напротив. — Я семя льна каждый день принимаю.
— А да, — парень вдруг звонко рассмеялся. — Я когда смотрю, как ты пьешь после своих семян, каждый раз гадаю, не прорастешь ли. А что, нормальной пищи вообще не принимала?
— Нет, ем, конечно, — и поймала себя на мысли, что пытаюсь увильнуть.
— Врешь, — спокойно отметил Мстислав.
— Да, — с виноватой улыбкой признала я. — Только не ругайся.
— Ты вот сейчас почему не ешь вместе со мной?
— Я не хочу, правда. Я сыта.
— Ладно, я что-нибудь придумаю. К экзамену готова?
— Угу. Говорят, у тебя рекорд установлен в этой Академии.
— Так и есть. Самый сильный и долгий Барьер. Татьяна Павловна сказала, что у тебя отличное понимание Импульса. Раз основы дались, можно продолжать дальше обучение. Завтра, если сдашь, я хочу, чтобы ты попробовала вместе с другой группой перевестись на другой поток, к старшекам.
— Эм, — я задумалась. А смогу ли? А получится ли? Но точно стоит попробовать.
— Ну… и если ты каким-то чудом сдашь, то я обещаю тут же отдать тетрадь твоей Анюты.
— Зачем ты купил айфон? Неужели не мог что-нибудь попроще взять? — вопрос успел вырваться быстрее, чем я успела его хорошенько обдумать. Нет, это тоненькое чудо с яблоком мне очень понравилось, хотя я еще не совсем разобралась с этим сенсорным экраном и вообще с использованием приложений, но очень напрягал вопрос цены.
— Там навигатор есть, — в голосе соседа прорезались какие-то незнакомые нотки. Что это: волнение, забота, насмешка, ирония?.. Темные глаза без блеска посматривали на меня странно, и я не могла понять о чем он сейчас думает, а чувства молчали, не выдавая себя. Словно очнувшись от своих невеселых дум, Мстислав уточнил — Почему ты забеспокоилась?
— Ну, ты в пять обещал прийти, — я покраснела, смутившись (главное не признаться, что я к нему что-то испытываю, а что-то — это интерес и любопытство). — Я подумала, мало ли что могло случиться на задании или просто кирпич упал на голову.
— На мою голову кирпичи не падают, в отличии от твоей, — грустно усмехнулся, видя мое разочарование. — Да, это мне тоже известно.
Просто так случилось. Меня толкнули в школе с лестницы, я упала. Кто-то долго бил ногами, я не помню лица, хотя почти наверняка видела своего обидчика, пытаясь оказать сопротивление. А в конце концов, как мне потом показали на видео, на мою голову пытались уронить кирпич и лишь чудом промазали, оставив меня в живых. Комок слез подкатил к горлу. Что я такого в своей жизни сделала, чтобы заслужить такое отношение к себе? Тогда дело замяли, поскольку у тех уродов родители занимали достаточно высокие посты в органах. Сказали, что мотива преступления нет (тоже самое мне сообщили, когда убили Анюту), уголовное дело заведено не было. Интересно, как там поживает Елена Васильевна (мама Анюты) и Ольга Петровна (бабушка)?
— Когда нам можно будет отсюда выбираться в город?
— Хочешь навестить их? — понимающе кивнул он.
— Да, — ответ получился легким, как дуновение ветерка.
— Сдай экзамен. И все будет, обещаю.
— Откуда такие исключения для меня?
— Знаешь… — Мстислав подался вперед, стараясь максимально приблизиться ко мне. — Я дорожу тобой. И опережая твой вопрос «Почему?» — просто я так хочу.
— Так нечестно.
— С каких пор женская логика стала нечестным методом борьбы?! — он усмехнулся, пронзительным взглядом золотых глаз всматриваясь в мое лицо.
И тут меня накрыло волной его страха, паники… Я замерла, боясь разрушить эту внезапно появившуюся связь. Мое сознание мерно наполняли тягучие темные опасения Шархана, его переживания, проблемы. Задержался, потому что решил съездить мне за подарком, стоял в пробке, кого-то увидел…следил за ними, долгая дорога в Академию. Я слышу свист ветра и гул мотора в ушах. Паника…паника, что я ушла?! Я с кем-то? Что-то смутное, не точное. Он боится, что я куда-то пропаду или денусь, только основная мысль упорно ускользает.
— Черт! — сосед шарахнулся в сторону и его чувства тут же пропали из поля моей видимости, словно по щелчку, как будто меня просто отрубили от этого. Я вздрогнула, все так неожиданно произошло.
Мстислав обогнул диван и решительно подошел ко мне. От неожиданности я спрыгнула на пол, отскочив в противоположную сторону от соседа.
— Как у тебя это получается? — рявкнул он. — Если бы ты не сдвигала бровки в этот момент, я бы это даже не уловил. Как у тебя это получается? — резко развернулся, пытаясь меня поймать, но я успеваю ускользнуть.
— Само…я не контролирую процесс, — пискнула я и снова, спасаясь от своего соседа, скрылась с противоположной стороны дивана.
— Так не бывает. Этот процесс контролируемый и не иначе. Значит, он тебе дается через чур легко. Да стой же ты!
— Зачем? Мау? — я успела ойкнуть, в последний момент увернувшись от его броска.
— Мау?!? — удивленно поднял брови. — Ты так давно не говорила, — улыбнулся.
Да, так я говорила, пока жила дома с родителями и изображала нашу кошку.
— Знаешь за то время, пока только узнавал тебя, понял одну очень важную вещь: женщин не нужно слушать! — Шархан снова приготовился к броску. — Их нужно чувствовать. То что вы говорите, делаете и чувствуете — разные вещи.
— Давно хотела спросить, а что ж у тебя такие проблемы с девушками? Ты, типа, за высокие отношения? — иронично заметила я, прикрываясь креслом и отбегая за рабочий стол.
— Секс на люстре?! — хохотнул он. — Нет, не мое. Хотя Марионеткой я тебя тоже не представляю.
— Что? — я удивленно воззрилась на него и растерялась. Почему в пример поставил именно меня?
— Замри, — успел тихо шепнуть Мстислав и все-таки перехватил меня за запястье. Хватка была сильной, но удивительно нежной, аккуратной.
Я хотела вырваться, и было начала разворот, выворачивая руку парня, но он успел разгадать мой маневр, снова перехватил обе мои руки за спиной за запястье ладонью левой руки, а костяшками правой коснулся моей щеки.
— Что ты со мной делаешь? — тихо вздохнул он.
— Откуда в твоей душе эта боль?
— Забудь о ней.
— Не могу.
— Ты такая упрямая, — его губы были совсем близко. Я чувствовала его обжигающее дыхание.
— Мстислав, я хочу знать.
— Почему я это все делаю?
— Да.
— Потому что…
Шархан наклонился и тихонько коснулся своими губами моих, совсем легко, будто прося разрешение поцеловать. Я подалась вперед, несмотря на то, что меня крепко держали за руки, заставляя оставаться без движений. Его губы такие теплые, мягкие. Рука Мстислава легла мне на затылок, привлекая к себе ближе, не позволяя вырваться (да и честно говоря, не хотелось), поцелуй стал менее скромным, более чувственным. Я все-таки смогла освободить свои руки и робко обняла парня за шею, а он положил ладонь мне на талию. Я никогда раньше не целовалась и сейчас, чувствовала себя счастливой. Мой первый поцелуй с человеком, который мне нравится. Я начинаю чувствовать его, его…любовь ко мне!?
«Я никогда не прощу себя, если с тобой что-нибудь случится», — мелькнуло в его мыслях.
Он такой замкнутый, скрытный и все из-за того, что боится. Боится, что пострадают близкие для него люди.
Мстислав резко отстранился. Я открыла глаза, недоуменно таращась на него. Он смотрел на меня с беспокойством, считывая с моего лица всю возможную информацию.
— И давно у тебя такие чувства ко мне? — тихо спросила я. Мы стояли близко, почти касаясь друг друга. Он взирал на меня с высоты своего роста.
— Года четыре.
— Ты говорил, что не делаешь ни для кого исключений и не влюбляешься…почему? — я невольно опустила голову.
— А что я? Услышал, как ты сказала, что любви нет, так да, приуныл, побоялся к тебе подходить. Если бы я знал, что у меня был шанс, так я сразу бы им воспользовался, без отлагательств. И тем более, да, я не влюбляюсь, потому что уже люблю. И да, я ни для кого не делаю исключений, потому что единственное исключение это ты, — он взял меня за подбородок, поднимая мою голову и заставляя посмотреть ему в глаза. — Я четыре года находился на расстоянии от тебя…в мою обязанность по Кукловодству входило обеспечение тебе будущего, как моей Марионетке. Я ненавидел это, но твоя подруга очень настойчива и убедительна. Сразу видно от кого она этого нахваталась, — Мстислав усмехнулся. — Через год постоянного наблюдения за тобой, я понял, что благодарен судьбе… — он замолчал, задумавшись о чем-то. — Черт, если бы ты не вытащила из меня мои мысли, я вряд ли бы сейчас все рассказал. Только Вита, прошу, дай мне шанс. Позволь мне любить тебя!
— Мстислав…
Он замолчал. Мне столько хотелось ему сказать, и я понимала, что на осмысление нужно время, нужно многое обсудить… Привстав на цыпочки я поцеловала его. Он ответил мне, обнимая, ласково поглаживая мою спину.
— Давай поговорим? — тихо вымолвила я.
— Уже поздно, тебе спать пора и завтра рано вставать, — мягко произнес он.
— Ты побудешь со мной?
— Если ты хочешь.
Я кивнула.
— Хорошо. Сделаю пару звонков и тут же иду к тебе. Хорошо?
Я снова кивнула и пошла готовиться ко сну.
12 мая
Сегодня мы гоняли по городу. Потрясающее чувство свободы, адреналина, скорости… Я чувствую себя счастливой, плотнее держусь за талию подруги, чувствую, как наши сердца бьются в унисон, понимаю без слов, когда нужно податься корпусом в бок. Мы словно единое целое, как Инь и Янь. Безмерно счастлива. Мне нравится видеть искры азарта в глазах Виты.
Позвонил Анатолий. Говорил, что скучает, переживает за наши отношения. У Витторины на него хроническая изжога, но она это никак не комментирует. Не знаю, что будет дальше, но хотелось бы простого уютного счастья.
Решив для приличия понаглеть, я выставила условие Толику. Ну а что?! Пусть хоть раз докажет свою любовь ко мне. Да и делов-то — помочь собрать рок-группу для Виты. Ему это — раз плюнуть.
13 мая
Я получила пятерку по английскому языку. Домашку по химии пришлось списать у Толика, алгебру у Витторины. Со следующего года решила пойти на автодело, вместо шитья. Во-первых, поближе к солнышку моему. А во-вторых, Вита всегда поможет. Уже потихоньку задумываюсь о поступлении. Хочется чего-то светлого, чтобы была польза для общества. Не хочу прожить в пустоту.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Медленно…очень медленно. Боль становится острее. Я хочу кричать, но игла, впившаяся в мое горло не позволяет. Она повреждает мои связки. Рот наполнился кровью, стекающей по гортани и попадающей в желудок, отчего начинало тошнить. В мою голову кто-то вбивал гвозди. Адские ощущения. Пытаюсь вздохнуть и чувствую, что захлебываюсь собственной кровью. Больно. Очень больно. Мотаю головой, пытаюсь прокашляться, хочу избавиться от этих ощущений, но становится лишь хуже, игла царапает горло, раздирая все внутри. Я хочу зажмуриться, но мои глаза вырваны.
— Вита! Вита! Господи, Вита, очнись!
Мстислав снова и снова встряхивает меня за плечи, и я окончательно просыпаюсь. Сердце стучало о ребра с поразительной быстротой и силой, из-за чего дышать было трудно. Острая боль распространялась по всему телу волной.
— Кошмар, просто кошмар, слышишь меня? — мягко твердил Мстислав. По его лицу я поняла, что он предполагает, что я еще где-то там, в своем сне.
— Можно мне воды? Пожалуйста, — хрипло спрашиваю я, не узнавая собственный голос.
Он срывается в соседнюю комнату и практически сразу же возвращается со стаканом в руке, который протягивает мне. Жадно выпив, я тяжело вздыхаю, выравнивая дыхание. Меня бьет озноб, хотя в комнате тепло, даже жарковато.
— Пока тебя не было…это происходило каждый раз. Я спала часа по два-три, — с трудом произношу я.
— Знаю…потому что я появлялся всего лишь на пару часов и снова убегал.
— А сейчас?
— Я же сказал, что приду, как только сделаю два звонка… ты отрубилась сразу, я уже отключался и собирался идти к тебе, а ты вдруг захрипела. Я тебя с трудом разбудил, ты металась, как в припадке.
Я закрыла лицо руками, судорожно всхлипывая. На глаза впервые за все время навернулись слезы. Мстислав сел рядом, на кровать, и прижал меня к своей груди, ласково гладя по голове.
— Я не могу так…я сойду с ума, — еле слышно произношу я. — Два года…два года нормально спать не могу. Я так не могу…
— Тише, тише, мы найдем выход, — шепнул он на ухо. — Я тебя не оставлю в беде, не брошу. Мы что-нибудь придумаем.
— Я…согласна, — в горле застрял комок слез. — Ты говорил про обследование. Я согласна на него.
Он ничего не сказал, лишь еще крепче сжал меня в своих объятиях. Сразу стало так спокойно. По всему телу прошла теплая волна, исходящая от парня. Я уже была знакома с этим приемом — он просто делится своей положительной энергией со мной, помогая справиться со стрессом.
— Останься сейчас со мной, пожалуйста, не уходи никуда, — в моем голосе прозвучала мольба.
— Буду с тобой, только успокойся. Все будет хорошо. Мы справимся.
Я пододвинулась и Мстислав лег рядом. Я устроилась на его плече.
— Прости, пожалуйста, — всхлипнула я. — Не подумай обо мне ничего плохого и…
— Тише, тише. Девочка моя, ну что же ты так беспокоишься. Я все понимаю. Мы же с тобой не сексом занимаемся. Мы лежим полностью одетые и просто собираемся спать. Ничего больше, малышка. А теперь спи. Я никуда не уйду, буду здесь, рядом с тобой.
— Ты иногда бываешь таким душкой, — заметила я, закрывая глаза.
— Это только видимость, — Мстислав усмехнулся и нежно чмокнул меня в висок.
— А что насчет гитары? Это ведь ты?
— Я, — не стал отпираться сосед. — Хотел сделать приятное, не предполагал, что ты разозлишься. А когда ты вспылила, я решил сделать так, чтобы у тебя были деньги на новую гитару, поэтому договорился о работе для тебя. Работник так и так нужен, но лучше, чтобы это был знакомый человек. Только не злись ладно? Я хотел как лучше.
— Спасибо…за все, — я зевнула. — А что за Феникс?
— Это подтверждение того, что я принадлежу тебе.
Я медленно засыпаю, хотя вопросов в голове много, но задать их не успеваю.
Открываю глаза. Мстислав еще спит, прижимая меня к себе. Надо же, он как и обещал никуда не ушел. Я глуповато улыбаюсь и снова закрываю глаза, наслаждаясь тем, что я больше не одинока. Мне так хорошо, так спокойно.
— Проснулась?
Я вздрагиваю. Вот наивная, думала, что он спит, а не тут-то было.
— Аюта? — Мстислав улыбнулся, глядя на меня, накручивая на палец прядь моих волос.
— Ты и это знаешь?! — я удивленно воззрилась на него.
— И это тоже.
В детстве я плохо разговаривала, но много — компенсировать же как-то надо было. Половину букв вообще не выговаривала и «Доброе утро» поэтому у меня звучало как «Аюта».
— Спала тихо, — тут же добавил он, предугадывая мой следующий вопрос. — Так интересно, днем твоя кожа ледяная, а ночью обжигающе горячая. Завтракать будешь? Чай? Кофе?
— Кофе.
— Чай… зеленый, — Мстислав усмехнулся и, встав, вышел из комнаты и уже оттуда громко добавил. — Кофе тебе нельзя, сердце окончательно посадишь, а у меня на твою жизнь грандиозные планы.
Он бывает таким милым и заботливым. Встаю, причесываюсь, всячески привожу себя в порядок и попутно смотрюсь в зеркало. На щеках проступил румянец, а в глазах появился блеск. Ох, неужели оживаю?! Я улыбаюсь своему отражению и понимаю, что очень нравлюсь себе такой. Заплетаю два хвостика и становлюсь похожа на Усаги Цукино из «Sailor Moon». И отчего-то мое настроение становится еще лучше. Я подпрыгиваю, наблюдая, как волосы повторяют движение за мной. Такие красивые, длинные, блестящие, шелковистые, очень густые и…тяжелые. Натянув джинсы и черную майку с надписью любимой рок-группы, я выхожу в общую комнату. Вообще непонятно как-то — у меня есть своя комната, а у Мстислава теперь только угол. Как так получилось?
На столике уже стоят две чашки с горячим ароматным чаем, а на тарелке тостики. Здорово! Мстислав смотрит на меня с прищуром.
— Что? — я невольно оглядываю себя. Да нет, все в порядке, даже лучше, чем всегда.
— Выглядишь прекрасно. Неужели умеешь быть не только ледяной?! — иронично спрашивает он.
— Видимо, да, — я пожимаю плечами, мысленно надеясь, что такой и останусь.
— Знаешь, я на тебя когда смотрю, каждый раз мысленно напоминаю, что тебе двадцать два года, а не восемнадцать лет. А с этими хвостиками можно дать все шестнадцать, — улыбнулся краешком рта. — Очень мило смотрится. Яна права, тебе необходимо расслабляться и веселиться.
— Некогда, сегодня вон экзамен. Из старшеков опять кто-то будет?
— Ну, наша команда точно придет в полном составе, чтобы поддержать тебя, ну и заодно оценить уровень подготовки. Влад, как врач, просто обязан там присутствовать.
— Как долго ты удерживал Барьер?
— Двенадцать часов с полной самоотдачей, — Мстислав хмыкнул. — Планируешь мой рекорд побить?
— Попытаться стоит. А средний результат вообще какой?
— До четырех часов обычно удерживают. Дольше не могут. С вашего потока, если хотя бы час продержатся, то уже хорошо.
Я кивнула. Ну что ж, я хочу доказать, что я тоже Могу и имею полное право находиться в этой Академии. Я не по блату здесь, я могу! Я докажу! Хотя бы самой себе.
Через час все были в аудитории. Шли последние приготовления. Весь первый курс стоял у доски, а за партами расположились старшеки. Они все время о чем-то разговаривали, оглядывали нас, делали ставки. Сергей приветливо улыбнулся мне с дальней парты, обсуждая что-то с Мстиславом. Олег, Сашка и Яна тоже были здесь. Интересно, я смогу побить рекорд своего соседа? Постараюсь, однозначно.
Ольга Юрьевна вошла в аудиторию, кивнула и направилась ко мне.
— Приветик, Вита, — она улыбнулась.
— Доброе утро.
— Я тебе книжку принесла, о которой мы разговаривали вчера, — преподавательница достала из кейса толстенный фолиант, явно старый.
— Ой, спасибо, — я расцвела, принимаю книгу. — Я как прочитаю, сразу же верну.
— Не стоит. Я тебе ее дарю, — Ольга Юрьевна сняла очки, протерла стекла платочком. — Мне она вряд ли уже пригодится, а тебе однозначно понадобится.
— Спасибо большое! — от эмоций я невольно подпрыгнула, как ребенок.
— Ты сегодня как-то иначе выглядишь!? Цветешь, сияешь. Шархан так действует?
— Не без его помощи.
— Это хорошо. Если вопросы появятся, обращайся, я всегда тебе помогу. Ну как? Готова Барьер выставить и утереть нос своим одногруппникам?
— Ольга Юрьевна, я планирую побить рекорд Мстислава.
— Думаешь, получится?
— Я постараюсь.
— Ну, тогда удачи.
— Спасибо.
Она подмигнула и пошла к последним партам, к моему соседу. Парни дружно встали, поприветствовав преподавателя и, освободили одно место, рядом с Шарханом. Они о чем-то стали увлеченно беседовать то и дело, поглядывая на меня. Причем по лицу, я поняла, что Ольга Юрьевна просто что-то спрашивает, а мой сосед лишь отвечает и что-то доказывает или объясняет. Сергей помахал мне рукой, улыбаясь. Я ответно скромненько махнула ладошкой.
— Всем доброе утро, — Татьяна Павловна вбежала в аудиторию бодрая и счастливая. — Познакомьтесь, директор Академии Лемур, Грендель-Эдуард Васильевич.
Следом за Татьяной Павловной вошел высокий худой лысоватый мужчина в дорогом темно-синем костюме-тройке с белоснежной рубашкой. Хотя его лицо (если это можно было назвать лицом — череп, обтянутый кожей) мне почему-то давало лишь одну ассоциацию — Кощей-Бессмертный, и оно не вязалось с сильным более-менее молодым телом.
— Доброе утро, студенты и рабочие, — он кивнул Мстиславу и тот что-то показал на пальцах, отчего Кощей ухмыльнулся. — Я буду присутствовать на сегодняшнем экзамене. Как многим из вас уже стало известно, нам нужен человек для выполнения задания, поскольку один из факультетов несколько подвел с информацией, Ночная Стража не может далее действовать. Так что сегодня Вы не только проверяете силу своего Барьера, но и можете получить рабочее место в своем Факультете и получать не только стипендию, но и полноценную зарплату.
Далее, он прошелся и поздоровался с каждым из первокурсников лично, пожимая руку и что-то негромко говоря, видимо как индивидуальное наставление. Когда очередь дошла до меня, Грендель-Эдуард с восхищением, как мне показалось, осмотрел меня своими карими глазами, которые отсвечивали алым цветом.
— Удивишь? — спросил он с улыбкой.
— У Вас глаза красные, — я усмехнулась.
— Удивила, — признал он. — Шархан был прав, у Вас потрясающе развиты способности. Так держать, Витторина Соколова. Вы ведь хотите получить место в отряде?
— Хочу. Я постараюсь и сделаю все возможное.
— Удачи! — он улыбнулся и перешел к следующему студенту.
— Ты в курсе, что у Шархана самый долгий и сильный Барьер был? — шепнул мне на ухо Роман. — Говорят, он двенадцать часов его держал до полной потери сознания. Нас из-за этого пораньше подняли, ожидают, что среди нас есть таланты.
— Ну да, четыре утра это круто, — хмыкнула я, глядя на своего соседа, который уже о чем-то весело общался с директором Академии.
Татьяна Павловна расставила нас в шахматном порядке и приказала, Барьер выставлять ровно по команде.
— На счет три. Приготовились?! Раз, два, три!
Девять Барьеров зажглись одновременно. Мой купол был светлым, напоминающим стекло. Несколько Резонансов от старшекурсников ударило в наши защиты. Да, нас предупредили, что они будут испытывать нас. В мой Барьер одновременно ударило десять или даже больше атак. Я усмехнулась. Моя защита спокойно выдержала напор, продолжая сиять легким голубоватым свечение. Но звук, с которым Резонанс врезался в Барьер, был похожим на гром, среди ясного неба, оглушая всех присутствующих в аудитории.
Час мы стояли неподвижно. Но стоять надоело. В пределах нашего Барьера нам разрешено делать что угодно. Я достала из кармана плеер и, вставив наушники, включила музыку. Но медленный ритм песни быстро надоел, и я переключила на более агрессивный метал. Еще несколько Резонансов ударило в мой Барьер, впрочем, не нарушая общей звуковой композиции в моей голове. Я усмехнулась в такт кивая головой и тихо подпевая. Мой Барьер начал пульсировать, подстраиваясь под мелодию, под мое настроение. Композиция «Дыхание» группы ТруМен грела душу, заставляя петь вслух, заглушая стоны боли моих одноклассников и обращая внимание старшеков на меня. Мстислав смотрел с любопытством, словно его что-то удивляло.
Первым вышел из «игры» Леша — его Барьер не выстоял против очередной атаки и он кубарем пролетел до стены, растянувшись на спине. Футболка задралась, оголяя толстый живот. Парень неуклюже поднялся, держась за голову, по всей видимости сильно ударившись.
— Час десять, — громко объявила Татьяна Павловна, вписывая результат в журнал.
Еще через пять минут сдалась Марина. Она устало покачнулась, Барьер сначала ослаб, а потом и окончательно пропал. К ней сразу же подошли двое медиков, которые девушку отвели в сторону и надели на ее лицо кислородную маску. Даже так?
— Час пятнадцать, — снова объявила преподавательница.
Резонансы с удвоенной силой стали лететь в нас. Следующей выбыла Олеся. Час двадцать три. Нас становилось все меньше и меньше. Испытуемые уже начали волноваться. Макс упал в обморок, выдержав свой Барьер один час и сорок пять минут. Следом за ним и Юлька «сгорела», ровно через минуту. Еще минут пятнадцать смогли простоять Вера и Карина. Мы остались вдвоем с Романом. Он выглядел так, словно держал на себе штангу. Странно. Почему я не чувствую никакого давления? Мой Барьер по-прежнему не колышется и очень стабилен.
Мстислав помахал рукой, привлекая мое внимание. Я вытащила наушники, положив их во второй карман, из-за чего шнур протянулся с одной стороны до второй, повиснув как цепочка на джинсы спереди.
— Ребятки, вы уже стоите почти три часа, — сказал он. — Мне не хочется, чтобы мы сидели дольше.
Его Резонанс был невероятно сильным, мощным, оглушающим и ярким по своей энергетике. Роман не выдержал и его откинуло на стену. А я снова ничего не почувствовала. Моя защита была стабильна. Даже не знаю, как описать лица сидящих в аудитории — удивление, потрясение. Глаза у всех круглые-круглые и это почему-то так забавляет. Шархан в два прыжка оказался рядом с моей защитой. Он обошел ее по кругу, приглядываясь и негромко сказал:
— Так ты всерьез решила побить мой рекорд?
— А почему нет?
— То есть ты думаешь, что это легко?
— Нелегко…но возможно.
— Тогда держи еще несколько Импульсов.
Резонанс за Резонансом огненными шарами ударяли в купол, сменяясь молниями и другими атаками. Я тяжело вздохнула, отстраненно наблюдая за этим.
— Устала? — сочувственно спросил Шархан, снова становясь напротив меня.
— Нет, — я пожала плечами. — Просто скучно.
— Не понял!
Он кивнул и преподаватели, во главе с директором, подошли к нам. Они что-то обсуждали, проверяли мой Барьер, удивлялись, что я все такая же бодренькая. А в голове я себе напевала «веселенькую» песенку «Воспоминания о былой любви» Короля и Шута, а потом решила исполнить Кукрыниксов «Шел солдат с войны».
— Витторина, вы как себя чувствуете? — Грендель-Эдуард провел рукой по своему гладкому черепу.
— Замечательно, — я улыбнулась.
— Усталости нет? Может голова болит? Тошнит? Или покалывает как-то неприятно? — уточнил он.
— Нет, все хорошо, — я пожала плечами.
— Вы чувствуете циркуляцию Импульса через свое тело?
— Слабо, но да.
— Странно, — протянул он и начал еще пристальнее осматривать Барьер.
Так прошли следующие два часа. Я уже изнывала от безделья и случайно вспомнила про книгу, которую мне дала Ольга Юрьевна. Сев прямо на пол, скрестив ноги и прислонившись спиной к преподавательскому столу, который оказался в поле моего Барьера, я пролистала несколько страничек и начала с упоением читать. Резонансы изредка еще ударяли в мой Барьер, но я уже не обращала на это внимания. Книга оказалась очень интересно, хотя и неожиданно философской.
— Ольга Юрьевна, а вопрос можно? — наконец-то произнесла я, поднимая голову. На меня уже смотрели с нескрываемым потрясением. Интересно, на Шархана также глядели?
— Да, конечно.
— Тут написано, что Барьеры можно сочетать и скрещивать. То есть наслаивать купол на купол?
— Да, либо даже поиграть в радугу и поставить еще парочку Барьеров, бОльшего диаметра, — согласилась Ольга Юрьевна. — Проблема в том, что такой подход требует очень больших затрат именно эмоциональных, Импульс необходимо создавать так… — и она ахнула (вместе со всей аудиторией) в ужасе глядя, как рядом со мной возникло еще два Барьера, чуть больше по размеру, чем первый.
— Как-то так? — уточнила я.
— Да.
— А движение Барьера? Зависит только от моего передвижения или только от моего желания?
— От твоего желания. Можешь при этом оставаться на одном месте, — откликнулся Мстислав. — Причем этот трюк очень полезен при сильном Резонансе. Иначе говоря, чтобы тебя не расплющило собственным же Барьером, проще откатиться вместе с ним на пару метров, и тогда атака пройдет вскользь и как бы соскользнёт, а может и отскочит, все опять-таки зависит от того, как именно ты воспользуешься сферой своего Барьера. Его не обязательно выставлять на полную жесткость, напротив, иногда проще сделать резиновым, упругим, мягким.
— Странно от тебя столько слов слышать, — я улыбнулась.
— А с тобой отмолчаться не всегда получается, — Шархан хмыкнул.
— А Резонанс. В книге написано, что есть несколько видов.
— Да, но это продвинутый курс и не всем старшекам удавалось это освоить.
— О, еще вопрос. Мстислав, помнишь, ты говорил, что при таком Хаосе, меня должны были засечь.
— Понятие Хаос в нашем случае… — парень задумался, подбирая слова. — Остаточная энергия Импульса, по которой можно определить силу направленности этого самого Импульса. И естественно благодаря этому можно засечь человека, это как отпечаток пальца — у каждого индивидуален. Хаос может оставлять свой Слепок на человеке. В твоем случае, на концертах каждый чувствует этот Слепок в виде положительных эмоций, за счет вытягивания из людей самых темных и плохих воспоминаний и эмоций, оставляя душу очищенной. Нас всех вычисляют по этому Слепку, кроме тебя. Если бы не наводка… — сосед прервался и отошел в сторону с телефоном, что-то выслушивая. Я чувствовала поток ярость исходящий от парня. Интересно, что там? Проблемы?
— Интересно, почему Анатолий ничего Вам не сказал, — пробормотала я себе под нос, поглядывая на парня, с которым встречалась моя подруга.
— У него хорошо развит Резонанс, информационная часть не его сильная сторона, — хмыкнула Ольга Юрьевна.
— А вы отбираете именно по способностям? По сильным качествам?
— Не всегда, — Татьяна Павловна покосилась на Мстислава, который закончил уже разговор по мобильному и вернулся к нам. — Ты хорошо подошла бы для Информационного отделения, но Шархан сразу выбил все права на тебя. Впрочем, никто не против. Хотя при желании, ты можешь теперь перейти на любой другой факультет.
— Только аккуратно! — подал голос со своей парты Анатолий.
— За языком следи, — негромко обратился к нему Мстислав.
Какое-то время все молчали. Потом я снова не выдержала.
— Соседушка, а как ты двенадцать часов стоял? Мне вот уже надоело и вообще скучно.
— В этом и загвоздка, мне вот не до этого было, — он оглядел меня с ног до головы. — Ты себя до сих пор нормально чувствуешь?
— Угу.
— Грендель, а возможно, что она черпает из…
— Это очень большая редкость, — директор покачал головой. — На моей памяти таких было всего двое. Собственно говоря, ты их знал.
— Знал, — кивнул Мстислав. — Только даже у них спустя шесть часов начинало все тело болеть. Говорили, что есть какой-то Предел самого организма пропускать через себя Импульс. А тут таким и не пахнет. Вита, ты говорила, чувствуешь Импульс!?
— Чувствую…но не совсем через организм, — я смутилась.
— То есть? — преподаватели насторожили.
— Он как будто рядом, если и касается организма, то лишь кожи… — я сосредоточилась, пытаясь правильно подобрать слова, чтобы описать свое состояние. — Это немного щекотно.
— Не пропуская Импульс через тело… — директор обернулся к моему соседу. — Такое даже тебе не под силу.
— Получается, что она его воссоздает из воздуха. Даже не из собственной энергии, а именно беря из окружающей среды, — Ольга Юрьевна поправила очки. — Никогда такого не видела. Девочка, да у тебя талант. Не шуточный! Шархан, займись изучением. Ты сам знаешь, что и как делать.
— Мы планировали, но кое-кто, — он выразительно посмотрел на меня, а все его чувства, хлынули на меня потоком, криком и картинками, прося молчать и подыгрывать. — Отказывался.
— А что ж так? — Грендель удивленно обернулся ко мне.
— Ну, как-то так, — я пожала плечами. — Я не хочу обследоваться. Или не имею на это права?
— Да нет, имеете, конечно. Ладно, сворачиваем эксперимент. И так понятно, что это лучший результат в Академии.
Я убрала Барьер. Мне аплодировали, поздравляли. Так приятно! Но Мстислав всех резким приказом разогнал по комнатам.
Он дернул меня за руку, потянув за собой, и почти втолкнул на наш этаж, в нашу квартирку.
— Собирайся, выезжаем!
— Куда, чего?
— Вита! — рявкнул он так, что я подпрыгнула. Мстислав закатил глаза и, смягчившись, добавил. — Я сейчас все по дороге объясню. Хорошо?
— А что хоть брать?
— Мы в больницу едем, — со значением сказал он, и у меня похолодело на душе.
— Я готова, — схватив маленькую сумку, я поспешила за своим соседом.
Какими-то короткими путями, через гобелены, мы спустились в подвал на лифте, в гараж и сели в машину. Ух, класс!
— Пыжик девятьсот седьмой. Почти пятьсот лошадиных сил, — невольно произнесла я.
— Ты когда-нибудь перестанешь меня удивлять? Что-нибудь еще скажешь? — усмехнулся Мстислав, плавно выезжая из отсека, по пандусу наверх, на дорогу. Академия осталась позади. Автомобиль вылетел на шоссе, вдавливая нас в сидения.
— Смотря что, — я робко улыбнулась. — Двигатель V-образный, двенадцать цилиндров, шесть передач на механике. Привод передний, тормоза дисковые вентилируемые. Состоит практически весь из карбоновых деталей и это сильно сказывается на массе автомобиля и соответственно на скорости. Ориентировочно максимальная скорость составляет триста километров в час, а разгон берет за четыре секунды. Привод осуществляется на заднюю ось. У меня в школе автодело было, по пять часов механики каждую неделю, — я невольно усмехнулась.
— Любишь скорость?
— Очень.
— Тогда держись.
Меня вдавило в сидение, автомобиль взял хороший разгон, примерно сто пятьдесят километров в час и выше. Было не страшно. Напротив, здорово, я очень скучала по скорости.
— Елена Васильевна в больнице с сердечным приступом. Должны успеть. Тебе нужно воспользоваться своим Импульсом, сможешь ей помочь. Главное, успеть.
Пыжик еще ускорился.
— Не страшно?
— Нет. Но надеюсь, что ты хорошо водишь.
— Ты вроде бы тоже.
— Ну да, — я кивнула.
— «Сонга», красная, — Мстислав улыбнулся. — Я тебя первое время ненавидел, когда ты выезжала на своем мотоцикле. Помню, как впервые испугался, увидев…
— Я поняла… — я кивнула. — Когда «Сонга» слетела с асфальта. Я…задумалась, ушла куда-то в себя, открыла глаза, и показалось, что увидела кого-то лежащего на дороге. Как-то само получилось. Всего мгновение и уже качусь по асфальту. Отделалась легким испугом. Синяки, конечно, были на ребрах, но ничего не сломано и даже не поцарапано, ну кроме пластика.
— Еще и дорога была пустынной.
— Как сейчас. А что, мы так далеко от города находимся?
— Километров триста сорок, извини, — он вытащил из кармана куртки телефон (бог ты мой, на нем классная кожаная куртка, а я и не заметила) и ответил на звонок. — Да! Где нашли? Черт, я не могу. Да, Серж, я с девушкой и я по делам еду. Ну, сами, что как маленькие и не упустите его.
— Здесь сверни! — резко вклинилась я. Машину слегка занесло, свистнули шины, но в поворот исправно вписались.
— Повиси на линии, — Мстислав обернулся ко мне.
— Высади меня через три квартала, — попросила я. — Мой мотоцикл там в гараже. Больница же семьдесят шестая?
— Да, — помедлив, ответил он.
— О’ Кей, на обратном пути пересечёмся. Я не хочу отвлекать тебя от работы.
Мстислав колебался, явно мое предложение ему не нравилось.
— Если что, ты заедешь за мной. Телефон у меня с собой, — я демонстративно достала из сумочки подаренный айфон. — Только объясни, почему там такие странные…позывные в телефонной книжке?
— Первый это Санек. Второй Олег. Третий Сергей. Четвертый Влад. Пятый — Яна. Шестой мой номер. Твой номер — Семь, поэтому не удивляйся, если вдруг к тебе именно так и обратятся. Если что-то случится — звони. Я приеду сразу же.
— Не волнуйся.
— Я не волнуюсь.
— Я никуда не денусь. Я чувствую твой страх. Мстислав…ты единственный, кто меня поддержал. Я очень благодарна тебе. И я хочу работать в твоей команде. Я вернусь.
Он кивнул. Автомобиль плавно затормозил. Я выскочила на улицу и посмотрела, как Мстислав уезжает. А тачка класс! Но сейчас не об этом. Высадили меня в гаражном кооперативе, здесь я и один мой знакомый мент снимали место под его тачку — Мерс Шестисотый. Там же я ставила «Сонгу» — по блату, так сказать.
И вот я бегу туда, забирать свое двухколесное чудо. Мне понадобилось всего десять минут, чтобы открыть гараж, переодеться и выехать на Варшавское шоссе. Мотоцикл, дорога, ветер… Это напоминало полет. Мне не было страшно. Я просто летела, вперед и только вперед, обгоняя автомобили, и выкручивала ручку газа до предела.
Проскочив на «красный», я резко свернула на маленькую улочку, срезая значительный угол и вот она, больница. Я влетела в здание, в регистратуре узнала номер палаты и уже поднималась на шестой этаж. Естественно в палату меня не пустили, но разрешили посидеть в коридоре. Я нервничала. Как плохо, когда от тебя мало что зависит. Я пыталась сосредоточиться, использовать Импульс, но мне казалось, будто что-то идет не так, словно моя энергия возвращается обратно.
Телефон издал короткий звуковой сигнал. Я поспешно вытащила его из внутреннего кармана своей мотоциклетной куртки.
[Шестой]: Ты добралась?
[Седьмой]: Да. Жду. Идет операция. А у тебя как дела?
[Шестой]: Плохо. Не могу быть в двух местах одновременно. Нам нужна будет твоя помощь.
[Седьмой]: Хорошо. Как только — так сразу.
[Шестой]: Держись. Ты сильная!
Я кивнула своему телефону, словно сосед мог меня видеть, и снова принялась ждать, прокручивая в своих руках шлем. Ожидание сводит с ума. Я закрыла глаза. Время шло убийственно медленно. Поэтому когда телефон издал звуковой сигнал, я вздрогнула. Там значилась всего одна запись от Шестого: «Объект Ольга Петровна умер. Сердечный приступ». Почти тут же открылась дверь, из палаты вышел врач и сказал:
— Крепитесь. Елена Васильевна не перенесла операции.
Мир рухнул, а шлем с грохотом ухнул на пол, отчего звук эхом разнесся по коридору.
15 мая
Сегодня был самый ужасный день в моей жизни. С параллели (Сашка Воропаев) обезумел и приперся в школу с ружьем. Было страшно. Очень. Я за один день из рыжего в седую превратилась. Я вряд ли когда-либо испытывала такие чувства и надеюсь, что больше никогда не испытаю. Так-то Сашка безобидный парень, добряк. Слегка полноватый, за что подвергался нападкам и обзывательствам. Чуть позже его любовь к девчонке из параллельного класса стала достоянием всей школы. Было огромное количество слухов и насмешек. Но у всего есть предел. И у Сашки он тоже наступил. Сегодня. От Толика я узнала, что издевательства приняли весьма нешуточный характер, с угрозой для жизни и репутации.
Мы репетировали сценку для поездки в детский дом, когда Сашка вдруг пригрозил расстрелять всех и каждого. Он кричал, плакал, злился, обещал отомстить за все, стрелял куда ни попадя. Несколько трупов лежало на полу, между стройными рядами кресел. Раненные кряхтели из-под парт.
Мстить он начал своей любви. Воропаев целился ей в живот. Грохнул выстрел. Я, как в замедленной съемке, видела исказившееся от боли и ужаса лицо Веры. Ближе всех оказалась Витторина. Она успела поймать пострадавшую и аккуратно положить ее на пол. Анатолий в два шага подскочил к пострадавшей Вере, о чем-то быстро переговорил с Витой, после чего та поднялась с пола и уверенно направилась к Сашке, будто совсем не боялась. Словно Смерть, она была решительна и казалось, беспощадна.
— А и правильно! Твари должны ответить за мучения, — сообщила она на полпути к Сашке. — Только я бы начала не с нее.
— А с кого? — ружье в руках одноклассника ходило ходуном.
— С кого же?! — Вита задумчивым взглядом окинула аудиторию, старательно не пересекаясь со мной глазами. И тогда только я поняла, что она тянет время, насколько это вообще было возможно. Анатолий же плотно зажимал рану Вере, стараясь спасти ей жизнь. Наверняка помощь уже близко, слышна какая-то возня с улицы. Возможно спецназ прибыл или хотя бы полиция.
Витторина была уже очень близко к Сашке, когда наконец-то определила жертву.
— Димас. Это же он сотворил с тобой такое и он же слух пустил, чтобы уничтожить тебя, как человека. А еще он закрыл тебя в женской раздевалке.
Воропаев перевел ружье на обидчика, как в этот же самый момент Вита резко схватилась за ствол, направляя его в потолок. Грохнул выстрел и посыпалась штукатурка. Витторина мастерски выбила оружие из рук Сашки (сказывались годы упорных тренировок), и вдруг резко толкнула одноклассника, будто стремилась от чего-то спасти. Прозвучал еще один выстрел и окно со звоном разлетелось, будто алмазами. Вита отшатнулась, опасно покачнулась и завалилась на бок. В аудиторию ворвались вооруженные люди с нашивками «Ночной Стражи». Пока вязали Сашку, я подскочила к подруге. Оказалось, что промазал снайпер (это я услышала мельком от кого-то из «Ночной Стражи»), не ожидавший от девчонки каких-либо активных действий.
Вита была бледной, из бока текла кровь. Много крови. Я сильно испугалась, боялась что она умрет. Вита была без сознания и лишь на губах играла странная улыбка.
Веру унесли на носилках в первую очередь. Позже сообщили, что жить она будет — состояние хоть и тяжелое, но стабильное. Меня и Виту забрали чуть позже. Молодой парень (на вид чуть старше меня) представившийся Шарханом допросил меня. Его отец (сделала вывод по внешнему сходству) удивился, что кто-то из учеников рискнул оказать сопротивление. Я очень хотела, чтобы Вита жила, много плакала, но мужчина заверил, что моей подруге больше ничего не угрожает, а нерадивого снайпера накажут.
Рано утром следующего дня нас отвезли на квартиру Виты, и помогли ее донести до кровати. Мужчина сказал, что нам всем очень повезло, что просто чудом никто не пострадал.
Я отзвонилась маме, подробно все рассказав и предупредила, что хочу помочь подруге, ведь она была ранена.
Витторина все еще выглядела бледно, а кожа на ощупь казалась ледяной, будто из морозилки. Я укрыла подругу двумя одеялами и пошла на кухню, решив приготовить вкусненького.
Через час приехал Ящер, поинтересовался самочувствием и передал от клуба подарки с продуктам. Байкер заверил, что если понадобится помощь, то стоит только позвонить и «Конкистадоры» все организуют.
Вита проснулась во второй половине дня. Она тяжело вздохнула и сообщила, что слишком стара для всего этого дерьма. Для какого именно, она не уточняла. На удивление, она лежала и ворчала. Ворчала на дурацкую планировку аудитории, слепого стрелка, суку-любовь. Я, неожиданно для себя, расплакалась, будто плотину прорвало. Я так боялась, так переживала. Я даже не заметила, как Вита встала, лишь почувствовала, как она легонько обняла меня. Она ничего не говорила, понимала, что мне нужно просто выплакаться и я ей благодарна за это. Хотя утешение явно нужно не мне. Вите сейчас наверняка в сотни раз тяжелее, чем мне. Не знаю, чем я заслужила к себе ее хорошее отношение.
— Не плачь, пожалуйста, — мягко просит она. — Что сделать, чтобы поднять тебе настроение?
— Тебе больно? Как ты себя чувствуешь? Я так испугалась, — продолжала рыдать я.
— Все в порядке. Главное, что пострадавших гораздо меньше, чем могло бы быть.
— О чем ты только думаешь? Ты же могла погибнуть.
— Все мы когда-нибудь умрем.
— Не говори так. Мне стыдно. Я могла давно с тобой подружиться с тобой…а вместо этого ты постоянно мне помогаешь. Что это? Почему? Как? Или все-таки, что это?
— Мазохизм, — она тепло улыбнулась. — Давай кофе попьем?!
Витторина была еще достаточно слаба, поэтому передвигалась по квартире крайне осторожно и очень медленно.
К обеду (позднему нашему обеду) приехал Казимир Мирославович (тот самый мужчина, который помог с лечением и отвез нас домой). Он приятно удивился, заметив, что Вита самостоятельно передвигается и в целом неплохо себя чувствует. В разговоре выяснилось, что они уже сталкивались на каких-то рок-фестивалях. Мужчина еще раз допросил меня и Виту, уточняя какие-то моменты.
— Ты ведь постаралась его прикрыть, — спокойно констатировал Казимир Мирославович. — Ваш одноклассник убил семерых, а ты его закрыла собой. Я внимательно прокрутил все видеозаписи и сомнений быть не может.
— Вам показалось, — Витторина пригубила кофе, а у меня челюсть отвисла до пола. Прикрыла??? Она попыталась спасти Воропаева!?! Как же так?
— Не стоит скромничать. Мне нужны показания.
— Против Сашки я не дам показаний. И подписывать ничего не буду, — холодно заявила она.
— Разве это справедливо? Покрывать убийцу, — Казимир Мирославович усмехнулся. Скрестив на груди руки, мужчина пристально разглядывал мою подругу.
— А справедливо то, что сделали те семеро?! — Витторина отставила чашку и усмехнулась. — Изнасилование шваброй в женском туалете, разослали это по сети…это справедливо?!
— А кто судья?
— Вот именно, кто судья?! Я не подпишу ничего. И против Воропаева свидетельствовать не буду.
— Тебя ранили из-за него.
— Докажите, — она кривовато улыбнулась.
— Мне нравится твой подход, — помолчав, изрек Казимир Мирославович. — Это плата. За Человечность.
Он достал пачку банкнот туго перетянутых резинкой и, оставив их на столе, стремительно покинул квартиру. Вслед за ним на лестничную клетку выскочила и Витторина, но лифт закрыл двери и девушка побежала вниз по лестнице.
В окно я видела, как подруга подскочила к «Брабарусу», в который сел мужчина и швырнула деньги в салон.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Ночь. Дорога. Яркие огни города. Шум. Москва никогда не спит. Я летела вперед. После пережитого потрясения, хотелось просто проветриться, погонять немного. Как я соскучилась по «Сонге», по этому невероятному чувству, что я управляю такой мощью, мой прирученный хищник. Утробно рыча, мой «хищник» гнал вперед. Я летела вперед, желая не зацикливаться на мыслях, вперед в ночь, и подальше от боли. Мстислав прав — из этого нужно выбираться. Он поможет, я знаю. Но сейчас …конкретно сейчас, в эту самую секунду, я чувствую себя ураганом, хаосом. Да, я — это хаос. Мне не пошла бы роль героини какого-нибудь печального романа, я не такая, это не для меня. Но своим присутствием Мстислав дал понять мне очень важную вещь — я могу жить и могу двигаться дальше. Время идет. Нет, раны не залечиваются, но они остаются в прошлом, зарубцевавшись.
Черная тачка перестроилась в левый ряд, не обозначив при этом маневр поворотником, и я ловко вильнув, чудом избежала столкновения. К такому приходится быть всегда готовой — автомобилисты редко замечают мотоциклы.
— Пятая на связи! — звонко донеслось из динамиков шлема. — Заберите меня, пожалуйста, я в районе Глобал-Сити, около Южной.
— Шестой, ты где? — тут же раздался голос Санька.
— Район Ховрино, — раздраженно откликнулся Мстислав.
— Я там же, — печально отозвался Сергей.
— Я ближе всех, видимо. На Тверской.
— Седьмая. Через десять минут заберу, — произнесла я. В динамиках все резко заткнулись, словно не доверяя своему слуху, а сама я олицетворение призрака.
— Ты где? — вдруг радостно возопила Яна.
— Выехала на Варшавское, скоро буду. Жди меня у фонтана, в торговом центре, — я неожиданно для себя улыбнулась.
— Ну, ты крута! — Санек цокнул языком. — А ты на байке? Слушай, а тебе спорт не тяжеловат, а?
— Не нарывайся, — миролюбиво буркнула я. — Тебе видимо, даже эндуро доверить нельзя.
— Так нечестно! — возопил Санек, но над ним уже посмеивались. — Кстати, а что это?
— Средний вариант между кроссовым и внедорожником, хорош для новичков. Запросто «переключается» с асфальтовой поверхности на бездорожье, хорош для дальних поездок. У Виты чистый спортбайк, и на нем нельзя ездить по плохой дороге, — холодно пояснил мой сосед. Кажется, он на чем-то сосредоточен, чем-то взволнован.
— А теперь я вообще мысль потерял, — тяжело вздохнул Сашка.
— Конец связи, — произнесла я, радуясь, что Мстислав настроил голосовые команды, и, не желая больше отвлекаться на болтовню, а то случайно могу угодить в аварию, а не хочется. Заботливый он все-таки! Надо бы ему тоже что-нибудь приятное сделать, хотя бы ужин приготовить на сегодня. И сходить на обследование, раз он так настаивал. Тем более, есть над чем подумать.
Дорога была слабо забитой, поэтому летела я легко и непринужденно. Свернув на Кировоградскую, я воспользовалась парковкой торгового центра и поставив на подножку мотоцикл, заглушила мотор. Девушки поглядывали на меня с восхищением. Еще бы, пока шлем не сниму, они почему-то принимают меня за парня. Войдя в стеклянные двери, я прошла мимо лифта. На скамеечках сидели парочки и просто одинокие люди. Вон мужчина, который, судя по виду, битый час ждет свою супругу. Шум, гам. Так бывает везде, где встречаются люди.
Яна, как я ее и просила, сидела у фонтана, болтая ножками в воздухе. Увидев меня, девочка удивленно посмотрела на шлем в моей руке и, спрыгнув на пол, подскочила ближе, повиснув на моей талии, крепко сжимая ручонками.
— Класс! Тебе идет! — возопила она на весь зал, из-за чего несколько любопытных обернулись ко мне.
— Спасибо. Ну что? Идем?
Мы вышли обратно на улицу. Яна тут же запрыгнула на пассажирское сидение. Я вытащила телефон, невольно покачав головой, и нажала на кнопку набора на сенсорном экране.
— Шестой, — рявкнули в трубке, заставив меня вздрогнуть.
— Это Седьмой, — робко отозвалась я.
— Прости, — его голос тут же смягчился. — Ты с ней?
— Да. Как нам лучше поступить? Я дорогу в Академию не знаю и боюсь, что Яна замерзнет по дороге, — мой взгляд выцепил из толпы странного человека, который очень пристально разглядывал меня. Я практически ощущала его агрессию, ненависть. Кто он? У него был ястребиный взгляд. Лицо опухшее. На голове какая-то шапочка. И сидел этот таинственный незнакомец в кабине большой машины, которая утробно рычала мотором — и называлась эта машина «КАМАЗ». Что делает большой грузовик здесь и сейчас без опознавательных знаков, без эмблем, учитывая, что в принципе грузовики сюда не должны и не могут парковаться? Ярость волной прокатилась по мне, леденя кровь. Поток ненависти обрушился на меня, на мгновение застилая сознание, по ощущениям напоминая перенасыщение энергией от Санька.
— Ты меня слышишь?
— Кажется, — я запнулась, понимая, что полностью прослушала то, о чем просил меня Мстислав. — Я чувствую ненависть и вижу объект. Мы выезжаем. Едем в сторону Каширского шоссе…встретимся где-нибудь в районе Коломенского!?
— Не отключайся! — приказал он. — Оставайся на связи.
— Хорошо, — буркнула я, поспешно скидывая с себя куртку и натягивая ее на Яну. Пристегнув девочку ремнями и закрепив на ее голове запасной шлем (который раньше всегда надевала Анюта), я предупредила ее о том, чтобы она держалась за меня изо всех сил, боковым зрением отмечая странное, и очевидно не сулящее ничего хорошего, движение в свою сторону.
Я успела с кнопки завести движок, резким движением убрала подножку, и чудом вынырнула из-под колес «КАМАЗа». Яна взвизгнула от страха, а я наконец-то переключившись на повышенную передачу, полетела прочь от обидчика с парковки торгового центра, пренебрегая всеми правилами дорожного движения — несколько автомобилей обиженно погудели клаксонами, но мне было плевать. Холодный ветер упругими струями бил в мое тело, но было жарко — адреналин уже бурлил в моей крови.
— Он за нами едет! — перекрикивая ветер, сообщила девчонка.
Резко свернув на улицу Дорожную, я отметила в зеркальце заднего вида, что Яна права. Причем «грузовичок» не сбавлял скорости, двигаясь ровно за нами и постепенно нагоняя. Увы, но здесь дорога ремонтировалась, а для мотоцикла класса «спорт» опасны всякие неровности, пришлось несколько раз вильнуть, объезжая разбитый асфальт. Без куртки на малой скорости стало холодно, руки начинали коченеть. Хотя бы ладони в перчатках, уже хорошо. Найдя очередную отворотку, я снова повернула, теперь неслась по Кавказскому бульвару, но «КАМАЗ» шел ровно за нами след в след, его даже не беспокоили узкие улочки.
— Вита, он нагоняет!
Да, я это и без нее вижу. Ни хрена себе! Я еще ни разу не видела, чтобы такой грузовик несся со скоростью сто двадцать километров в час. Мы снова свернули, как раз вовремя, чтобы избежать наезда на нас, сначала направо, затем налево и снова налево, кажется Бакинскую, и оттуда вновь налево через кольцо и наконец-то на Каширское шоссе. «КАМАЗ» вновь сделал попытку наезда. Впереди серебристый «Ауди» мешал маневру. Выматерившись сквозь зубы, вильнула, проносясь мимо легковушки, когда сзади раздался странный звук — словно один грузовик въехал в другой. Но это было не иллюзией и не плодом больного воображения — военный ЗИЛ действительно бортанул преследователей и теперь нагонял нас.
— Шестой на связи, — с улыбкой послышалось в динамике шлема. — Мы справа, на грузовичке, сразу за тобой.
Я взглянула в зеркало и успела заметить, до того как со мной поравнялись и обогнали, ЗИЛ. Как только грузовик вырвался вперед, задние створки открылись. По бокам стояли Мстислав с Сергеем. Хорошо хоть предупредили, а то могла бы еще куда-нибудь свернуть.
— Заехать сможешь? — мой сосед дернул какой-то трос, и выдвинулась платформа, которая почти касалась земли. Но при таких скоростях мы рискуем разбиться, ведь скорее всего мотоцикл занесет и я просто-напросто не справлюсь с управлением. И ладно я, но у меня пассажир — Яна. А девочка молодец! Она крепко держит меня за талию и без истерик. Ее эмоциональный фон очень ровный. Молодец, молодец девчонка! Попытавшись поравняться с грузовиком, почувствовала, что не выдержу нагрузку на пару с Хондой. Так дело не пойдет!
— Скорость чуть сбавьте, — попросила я.
Шархан обернулся, видимо отдав команду водителю. ЗИЛ плавно притормозил и, воспользовавшись этой «заминкой» я мягко ворвалась на своей «Сонге» внутрь. Створки за нами тут же закрылись и грузовик заметно ускорился. Мотоцикл утробно рыча двигателем послушно подчиняясь мне остановился, и с двух сторон нас придержали Сергей с Мстиславом, пока я поставила Хонду на подножку — и спасибо, что они нам помогли, иначе могла рухнуть на пару с двухколесным другом.
— Что это было? — я воззрилась на своего соседа, прекрасно понимая, что он знает ответ.
— Как бы тебе сказать, — Сергей замялся.
— На тебя вышли Видения.
По какой-то причине «Видения» Мстислав выделил голосом, сделав дополнительный упор на первый слог.
— Кто это?
— Те, с кем воюем. Но тут придется немного углубиться в историю, — он закатил глаза. — Чуть позже все поясню. Хорошо?!
— Ладно, — я пожала плечами, не видя смысла спорить сейчас и услышала, как Мстислав, усмехнувшись, шепнул: «Моя девочка!».
— КАМАЗ свернул. Преследовать? — обернулся Олег к нам.
— Нет, — холодно ответил Мстислав. — Ими сейчас займется другое подразделение.
Сергей баюкал на руках сестру, что-то успокаивающее шепча ей на ухо, обещая что-то. Я прикрыла ладонью глаза, восстанавливая дыхание и почувствовала. Что-то неясное, светлое, легко, воздушное…оно тянулось невидимой нитью.
— Тормози, — хрипло попросила я, еще не осознавая, зачем я это делаю, но Санек послушно остановил грузовик, свернув к обочине.
Как только створка открылась, и я вдохнула полной грудью прохладный ночной воздух, меня словно ослепило. Поморгав, поняла, что чувствую…чувствую, того самого дорогого человечка, которого потеряла. Я чувствовала ее присутствие, яркое, ясное, пульсирующее, как она сама, ее характер, как тот Свет, который Анюта всегда мне дарила, не осознавая этого.
— Шархан, мы можем с тобой прокатиться?
Он кивнул, протягивая мою мотоциклетную куртку, которую Яна уже сняла, и выкатывая Хонду.
— Куда? — коротко спросил он, нажимая кнопку «зажигания». — Второй! Нас не ждите.
— Понял! — Олег коротко кивнул.
Сев позади него, я указала пальцем. Мстислав плавно тронул мотоцикл, а я еще крепче обхватила его руками, лишь на мгновение испытав панику, что я не управляю «Сонгой» и теперь нахожусь во власти другого человека. Тонкая линия связи окрепла, светя еще ярче, пульсируя, настырно зовя за собой. Мне хотелось ошибаться, пусть все это уже останется в прошлом. Подругу не вернуть, она умерла. Но тогда откуда сейчас эти невыразимые чувства.
— Налево, — мой голос в шлеме прозвучал глухо. Шархан послушно свернул. Он ничего не спрашивал, не озирался. Просто…доверял мне? Да, и это я тоже чувствовала!
Я привстала, вглядываясь в один из отворотов, чувствуя, как связь уходит туда, тонкой полоской, не успела ничего сказать, Мстислав и так обо всем догадался, послушно погнав мотоцикл туда, проехал метров двести и остановился. Спрыгнув на землю, я поспешно сделала около десятка шагов и в ужасе застыла. Мы стояли в темном переулке. Людей не было. Казалось, здесь вообще никто не бывает, слишком заброшенно. На земле лежала косметичка Анюты с приколотой к ней запиской. Эту дамскую штуковину когда-то я подарила подруге на день Рождения, а потом мы полночи разрисовывали эту косметичку кельтскими узорами, вплетая туда фразу: «Все, что я могу сделать — это быть самим собой, когда бы что ни произошло». Присев на одно колено, я развернула записку. Горло сдавило тисками. Писавший это, сильно торопился и явно был представителем мужского пола — слишком стремительный и несколько кривоватый почерк — таких я в школе и в универе насмотрелась. В записке значилось следующее:
«ЗдАрово! Знаю, у тебя куча вопросов, но отвечу на один — это я ее подбил под это, я ключевое звено Ее смерти, хотя ТЫ САМА СМЕРТЬ. Найди меня».
Я стянула шлем, еще раз вчитываясь в записку. Все мое чутье остановилось на этой самой косметичке, именно она притягивала меня несколько кварталов к себе.
— Старший, — вдруг произнес Мстислав, и я вздрогнула, забыв о его присутствии.
— Что? — я обернулась, вглядываясь в его золотистые глаза.
— Он учится в Лемуре. Кто-то, кто знает тебя хорошо. Тебя и твои способности. И это определенно не Анатолий. Его Слепок я уже давно запомнил. Это не он. Но не исключено, что он тоже в этом замешан. Видимо, погоня была спровоцирована спонтанно. Проверка. Узнаешь, запомнишь или нет, и сможешь ли уйти. Возможно, они не ожидали, что ты вызовешь нас.
— Ну, я же не дура, с ребенком устраивать гонки по городу, — вспылила я.
— Ты правильно поступила, — парень погладил меня по голове, успокаивая. — И твои способности усилились за последнее время. Ты тоже стала чувствовать Слепок.
— Нет, — вздохнув, я произнесла. — Я чувствовала именно Аню. Именно ее, словно она была тут, она меня звала сюда и я как бы шла на этот зов, крик…я не знаю, как объяснить…я…запуталась…
— Я верю и я понимаю тебя. Все будет хорошо. Тебе нужно отдохнуть. Забудь сейчас об этом. День выдался насыщенный. Мы во всем разберемся, но постепенно.
Он кивнул в сторону мотоцикла, и я согласно поплелась обратно. Запрыгнув на второе сидение, я в кои-то веки проклинала спортбайки за слишком высокое пассажирское место, из-за чего я очень сильно прижималась к спине своего соседа. Но его похоже это очень даже устраивало. Мы летели вперед, по дороге и я вдруг резко осознала, что никогда не ездила сзади, предпочитая всегда (подчеркиваю — всегда!) быть за рулем. А теперь вот, сижу позади и довольна. Мне спокойно. Я знаю, что этот человек поможет мне и если понадобится, решит мои проблемы и не подведет.
— Шестой? — глухо прозвучал в шлеме голос Сергея. — Эска вышел, один. Преследовать или…
— Вы настолько беспомощны?! — раздраженно спросил Мстислав. — Закрывайте это дело, и хватит нюни распускать.
— А если соскочит? — уточнил Третий.
— Ты меня не услышал?! — с опасной лаской в голосе спросил Шархан.
— Понял. Конец связи!
— Уроды, — тихо выругался мой сосед.
— Не сердись, — мягко попросила я.
— Извини, — я почувствовала, что он улыбнулся. — Ты голодна?
— Нет. Просто устала немного и удивлена. Мстислав…а расскажи, пожалуйста, о себе. Это надеюсь не конфиденциальная информация.
— Конфиденциальная, — отрезал он, и, выдержав паузу, усмехнулся. — Но с тобой могу немного поделиться. Я так понимаю, тебе любопытство спокойно жить не позволяет?
— Есть такое, — я улыбнулась. — Что тебе нравится? Что смотришь, кроме ужастиков? Что читаешь? Что слушаешь?
— О, кстати, ты не желаешь на концерт сходить.
— На какой?
— «Сковородки».
— А билеты еще есть в продаже?
— Вип?
— Да нет, танцевальный партер.
— А почему не вип? — удивился Мстислав. — Кроме того, что это дорого, — усмехнулся.
— Хочу стоять в первых рядах. Это та группа, к которой хочется быть поближе. На «ТиШе» я бы так не стала рисковать.
— Пойдешь со мной?
— Приглашаешь?
— Да.
От неожиданности ойкнула.
— Я бы с удовольствием, — начала я, пытаясь придумать отмазку.
— Никаких но, — нежно произнес он. — Я приглашаю тебя. И опережая твой вопрос, зачем я это делаю, сразу отвечаю. Ты мне нравишься, я хочу с тобой встречаться. И насколько помню, ты от свиданий всегда отказываешься. Поэтому начнем с другого. Хорошо? Тем более, я помню, что ты обещала дать мне шанс.
— Хорошо, — потерянно ответила я, понимая, что он прав, что он понимает, и что да, я обещала.
— Можно вопрос? Мне кажется или у тебя правая нога болит постоянно? Или что-то другое?
— Я в школе еще связку повредила, поэтому периодически хромаю. Просто случайность, оступилась, когда вскакивала с кровати, чтобы дверь открыть.
— Отлежаться не пробовала? Хотя и так знаю, не пробовала. Ты порой такой километраж наматываешь…я когда только вызвался за тобой следить, был шокирован и даже уставал столько ходить за тобой по городу. Проще ездить.
— Твою машину я бы заметила сразу.
— Поэтому я ездил на менее примечательной. Хотя ты меня все равно замечала, и это было странным, — парень хмыкнул. — Прости, если что-то не так. Просто прояви хотя бы капельку терпения в мою сторону. Я тоже могу ошибаться, но я исправлю все свои косяки.
— Мстислав…ты меня тоже прости, если что, — я уткнулась шлемом в его спину. — Я многого еще не понимаю…я в принципе, не понимаю, что за отношения у нас сейчас, в каком ранге?! Старший-младший? Мастер-ученик? Кукловод и Марионетка? Влюбленные? Друзья? Приятели? Просто соседи? И тем более, ты обо мне многое знаешь, а я о тебе почти ничего. Плюс ты снова увильнул.
— Я помню, — он улыбнулся. — Отвечаю. Смотреть я телевизор не люблю, но чаще просто не успеваю. Читаю в основном техническую литературу. Слушаю…пожалуй многое, но в твоем исполнении, — тихо рассмеялся. — Ты сильно пошатнула мой мир. Я был всегда и во всем уверенным, знал, что могу все создать, исправить, разрушить. До тех пор, пока с тобой не столкнулся. Знаешь…наша первая открытая встреча была именно на твоем выпускном. А вторая после концерта. Вы отыграли с Анютой очень классно, раздали автографы, выбросили в толпу несколько медиаторов… Мы ходили с Пятой. В то время она постоянно задыхалась и хотела увидеть тебя. Мы без проблем прошли за кулисы. Ты сидела на полу, привалившись спиной к стене. И у тебя сильно болела нога. Когда тебе показали нас, ты встала и смогла для Яны сыграть еще одну песню. А потом подарила ей медиатор и струны со своей гитары. С тех пор, ее болезнь стала постепенно отступать. С твоим появлением, ей легче.
— Я помню… — я улыбнулась. — Я помню тот вечер. Ты мне букет красивый очень подарил и книгу. Джейн Остин «Гордость и предубеждение». Я до сих пор люблю эту книгу читать, но в определенном переводе.
— Я знал это.
— Спасибо.
— Лишь бы ты не унывала и улыбалась почаще.
Я почувствовала, как кровь снова прилила к лицу.
— То есть тебя не пугает мой трудный характер?
— Для меня он идеальный, — Мстислав снова хмыкнул.
Но к сожалению, мы приехали. Спустившись в гараж, припарковали мотоцикл рядом с Пыжиком. Ух, а когда он успел сюда пригнать машину? Ну да ладно, от моего соседа можно ожидать чего угодно. Мстислав придирчиво осмотрел мою «Сонгу» и уточнил:
— Ты не против, если я немного отремонтирую?!
— Дай подумать, — я улыбнулась, закатив глаза. — Думаю, я могла бы проявить терпение и понимание, и дать тебе шанс. Конечно, можно.
— Ты порой бываешь невыносима, — парень коротко хохотнул. — Но мне это нравится.
Мы поднялись на лифте на наш этаж. Вот так, теперь я это место считаю своим домом. Это так странно. Я первой скрылась в ванной. Прохладная вода смыла все тревоги этого дня и все волнения. Не хочу сейчас задумываться над тем, кто и как строит козни против меня. Потом. Все потом. И я теперь не одна. Я прикрыла глаза, подставляя лицо под струи воды. Так хорошо! Так спокойно.
Переодевшись в футболку и спортивные брюки, я вышла в комнату. Мстислав с кем-то разговаривал по телефону.
— Тебя это не касается! — строго произнес он. — Все, что от тебя требуется, это зафиксировать те данные, которые я тебе дал. Да! Все! Абсолютно все отдать, передать! Да. Конец связи.
Он тяжело вздохнул и посмотрел в окно. Небо звездное, красивое. Я подошла ближе.
— Проблемы? — робко уточнила я, боясь, что он опять замкнется.
— Нет, все в порядке, — Мстислав всматривался в мое отражение в стекле. — Ты очень красивая.
— Спасибо, — невольно я отступила на шаг назад.
— Не сомневайся. Так и есть. А теперь иди спать. Тебе нужно хорошенько отдохнуть. Я улажу еще пару вопросов и вернусь. Хорошо?
— Хорошо, — я кивнула.
И он, быстро чмокнув меня в лоб ушел куда-то на этаж. Вроде бы недалеко, я его слышу, чувствую. И все равно тревожно. Обернувшись, мой взгляд упал на медведя. Большой плюшевый медведь. Я узнавала Слепок своего соседа. Так вот оно как. Приглядевшись к гитаре, которая теперь висела в чехле на стене, я так же узнала энергию. Сильная, властная, решительная, спокойная и стремительная одновременно. Взяв игрушку, я потащила ее к себе в комнату, включила ночник и улеглась спать, прижавшись к медведю. Закрыла глаза и меня быстро утянуло куда-то в свои сны. Океан. Голубая вода, невероятно яркая и прозрачная. Песчаный берег. Так хорошо. Я нежусь под теплыми лучами солнца, наслаждаюсь жизнью, улыбаюсь и чувствую Его присутствие, его прикосновения к моим волосам.
Я резко села на кровати. Сердце колотилось, болью отзываясь в ребрах. Горло снова заныло. Я казалась сама себе одним сплошным оголенным нервом, чувствующим только боль и страх.
— Вита, спокойно, — теплая ладонь легла мне на плечо. — Я здесь. Я здесь, слышишь?
— Я слышала…слышала того человека…того неизвестного в сером плаще… — слова давались с трудом, но я вытаскивала их из себя клешнями через боль, через не хочу. Виски прострелило, я невольно зажмурилась. Комок слез комом застрял в горле, царапая, словно еж. — Мне страшно…
Качнувшись, я уткнулась лбом в сильное плечо Мстислава.
— Мы ищем его. С того самого момента, как Макс сказал, что слышал и видел его. Все факультеты поставлены на уши, Информационники пытаются хоть что-то засечь. Но он работает пока чисто и исключительно через твое сознание. Он знает ключик к твоей боли. А я знаю, как эту боль искоренить.
— Ты ее убираешь…мне с тобой становится легче, спокойнее. И я начинаю жить здесь и сейчас, а не в прошлом.
Мстислав обнял за плечи. Я закрыла глаза и все, словно меня укрыли теплым одеялом. Так здорово, когда не чувствуешь собственного тела, разум словно отделяется и ты, словно соскальзываешь в воздушную яму, падаешь куда-то. Повернувшись на бок, я за собой утянула руку своего соседа, не желая лежать головой на подушке. Кровать мягко прогнулась, когда Мстислав лег рядом и обняв меня, зарылся носом в мои волосы и уснул.
17 мая
Днем гуляли с Толей, а вечером навестила Витторину. Толик, кстати, нашел музыкантов и уже предложил первый материал для группы.
Вита сегодня находилась не в лучшем расположении духа, но не объяснила почему. Я хотела помочь, но она не приняла моей помощи.
20 мая
Вся школа стояла на ушах. Мой Толик в красках расписывал всю потасовку, хотя излишне приукрашивал свой подвиг. Но я не вмешивалась. Витторине на это все было откровенно пофиг. Один раз она высказалась, назвав все одним емким словом — клоунада, и больше не подавала голоса. Подругу что-то беспокоило, о чем она не собиралась ни с кем делиться.
Я спросила совета у Толика. Он сказал, что иногда человека надо оставить в покое, что возможно Вита не привыкла к такому вниманию. А возможно и просто влюбилась. Еще я обсудила с ним музыкальное творчество, и он обещал все разрулить.
Поздно вечером он приехал ко мне. Требовалось поговорить. Он выяснил, что беспокоило Витторину. Оказалось, на нее надавила директор, заставив завтра дать прилюдно интервью, грозясь выкинуть из школы. Были конкретные указания, не оставляющие Вите место для маневра.
— Откуда информация?
— У меня приятель работает в «Ночной Страже». Их разведка об этом поведала. Помнишь мужик приходил с отрядом? Он завтра будет, постарается защитить твою подругу. А там, посмотрим.
Дело дрянь.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Впервые я проснулась раньше своего соседа. Я лежала на его плече и вглядывалась в спокойное лицо парня. Улыбнувшись, я выскользнула из постели и поспешила на кухню. Надо бы чем-нибудь вкусненьким побаловать его. Так, так, так…о, у нас тут до фига продуктов. Здорово. Приготовлю-ка фрикадельки в томатном соусе. Просто и вкусно. И пирог творожный к чаю будет.
Тихо напевая себе под нос, порхая по кухоньке, я с удовольствием готовила, чувствуя себя счастливой. Воздух пропитывался моей энергетикой, звеня своими молекулами и пульсируя, распространяя Хаос по всему этажу.
— Аюта! — Мстислав прислонился плечом к косяку.
— Доброе. Сейчас завтракать будем. Ты голоден? — я обернулась.
— Очень, — он кивнул со всей серьезностью. — Кофе будешь?
— А можно?
— Нельзя. Но для тебя в виде исключения, можно, — усмехнулся и поставил турку на соседнюю конфорку. — Какие у тебя планы на сегодня-завтра?
— Хотела потренироваться немного. А что?
— Я хочу, чтобы ты помогла нам в нашей миссии. И после сходили бы на обследование. Как на такое смотришь?
— Я за, — робко улыбнулась.
— Отлично, тогда сейчас потихоньку введу тебя в курс дела. Поедем малой группой, три человека, чтобы не светиться.
Мы расположились на диване, я с чашкой кофе и Мстислав, с удовольствием уплетая мою стряпню, отчего я была в еще большем восторге.
— Не догадывался даже, что ты так вкусно готовишь, — проговорил он, взяв добавку. — Да-а…тот парень глупец, раз не смог удержать тебя.
— Да ладно тебе, — я усмехнулась. — Сам же видишь, у меня явно с психикой не все в порядке, кому такая нужна?
— Мне.
— Ну да, два психа встретились.
— Как-то так, — парень усмехнулся и принялся за пирог. — М-м-м, вкусно! А ты сама чего не ешь?
— Я накусочничалась, пока готовила, — соврала я. Ну не признаваться же, что у меня нет аппетита, и что я очень беспокоюсь за свою фигуру. Не хочу снова потолстеть.
— Ну, тогда ладно, — уступил он. — В общем, расскажу немного об этой миссии. Есть некто по кличке Пан, а по имени Глушков Денис Владимирович. Он как раз и придумал новый вид синтетических психотропных препаратов, на основе мысли. Но это полбеды. Говорят, он продает девушек заграницу. Плюс был момент с соблазнением несовершеннолетних и последующим насилием. Нам нужно его убрать, НО мы не получили на это разрешение. В Академии некий Совет (потом познакомлю), выдает эти самые разрешения, только после того, как будет доказана вина. В нашем случае, либо достать наркоту конкретно у этого Пана, либо поймать его на совращении. На самом деле, всем этим должны заниматься Информационники, но они в последнее время сильно нас стали подводить. А мы не можем упустить этого урода. Дневная Стража откровенно боится, поскольку там серьезная охрана задействована и сильный отдел по защите и сбору информации, у них просто не хватит сил, чтобы противостоять. Я уже говорил, что Факультеты набирают учеников по принципу «Больше — лучше!», поэтому у нас есть преимущество.
— Хорошо. Что от меня требуется? Я так понимаю, мне нужно на контакт пойти?
— Да, именно это и нужно. И спровоцировать одно из двух — либо, чтобы он продал, дал, подарил (неважно!) эту наркоту, либо, чтобы распустил руки. Бояться тебе нечего, я буду рядом. Я и основная группа захвата всегда будем рядом.
— Я поняла. Значит, сегодня я должна просто найти способ с ним познакомиться и сделать так, чтобы он захотел выйти со мной на контакт и так далее.
— Правильно, — Мстислав удовлетворенно кивнул.
— Будет сделано, — я улыбнулась. — Можем выдвигаться.
— Еще раз спасибо! — он подмигнул. — Я рад, что встретил тебя.
Пока сосед убирал со стола, я переодевалась. Взглянув на себя в зеркало, самодовольно кивнула — толстенная коса до пояса, джинсовый сарафан и блузка, которую я носила еще в школе, и туфельки на маленьком каблучке. Отлично, я готова.
— Как тебе? — я вышла в общую комнату.
— На школьницу похожа, — Мстислав строго рассматривал меня, и я начинала нервничать, считая, что ему не нравится. Оглядев меня с ног до головы, он усмехнулся, в золотистых глазах забегали смешинки. — Отлично! Теперь главное, чтобы Пан клюнул.
— Клюнет.
— Почему ты так уверена? Тебе же сложно знакомиться, — он в удивлении изогнул бровь.
— Смотря какая цель. Если для себя — то сложно, а если тупо надо…другой разговор.
Мы закрыли квартиру и спустились вниз по лестнице, а там, на лифте в подземный гараж. Облокотившись на капот «Актон Мастрон V12 Vantage» стоял Санек. Увидев нас, он радостно замахал руками.
— Я выполнил задание! — радостно завопил он. — Тачку уже пригнали и можно…
— Цыц! — Шархан приложил палец к губам. — Это должно остаться в секрете.
— Так я и так уже проболтался, что мы тачку купили и пригнали для Виты.
— Александр! — подчеркнуто мягко проговорил мой сосед, и мне стало не по себе (что уж тут говорить про товарища). — Помолчи. Все потом, сейчас нам в город. Пан все там же?
— Да, Информационники докладывали, что он планирует там еще около часа быть.
— Хорошо. Двигайся за нами, мы возьмем эту машину, — распорядился Шархан.
— Брабарус S V12 R Biturbo 800, - я подпрыгнула, как ребенок. — Максимальная скорость триста пятьдесят километров в час, разгон за четыре секунды, привод задний.
— Слабо мощность назвать? — совсем кисло уточнил Санек.
— Восемьсот. Двигатель на шесть тысяч двести тридцать три кубических сантиметра, — продолжала я подпрыгивать.
— Что-то меня начинает это пугать, — Мстислав с улыбкой покосился на меня.
— Я возьму «Фиесту», — уныло сообщил наш товарищ и ушел к другой машине.
— Откуда такие тачки? — спросила я, когда мы с Мстиславом уже выезжали по пандусу из гаража.
— Подарок, — усмехнулся он. — У тебя тоже теперь будет своя машина. Мало ли понадобится, не вечно же на мотоцикле ездить. Да и безопаснее все-таки на авто передвигаться.
— Для меня не особо, — я пожала плечами. — У меня инстинкт самосохранения на машине вообще отрубает, я начинаю сильно рисковать. На «Сонге» когда гоняю, я понимаю, что любая секунда может быть последней в моей жизни и от этого я более собрана.
— Я это учту, когда буду дорабатывать систему безопасности для твоей машины. И кстати, тут мне позвонили. Тебе предложили еще работу на вечер пятницы и субботы.
— Клуб?
— Угадала, — Мстислав усмехнулся и утопил педаль газа до упора. Меня с силой вдавило в спинку сидения. Пейзаж за окном быстро мелькал, я даже его толком разглядеть не успевала. Когда мы вырулили на шоссе и стали появляться редкие автомобили, Шархан ловко начал лавировать между ними. Я почувствовала себя пассажиром Даниэля, как в фильме Люка Бессона «Такси». За окном свистел ветер. Класс! Моей радости не было предела.
— Так что там с клубом?
— Они хотят, чтобы ты часа три отыгрывала у них. Зарплата отличная, инструментами при желании обеспечат. Во всяком случае, я хотел бы, чтобы ты приняла их предложение.
— Почему?
— Потому что хочу и дальше слышать, как ты поешь и музицируешь. Плюс ты все равно хотела работать. А так и навыки Импульса отработаешь и Хаос усилишь.
— Шестой, Седьмой, Второй…это Информационный отряд. Объект вышел из офиса. Преследовать? — раздалось прямо из колонок в машине.
— Нет. Мы на месте.
Мстислав притормозил и кивнул.
— Вот он.
Мужчине на вид было около пятидесяти, может чуть меньше. Солидный, в дорогой одежде. Судя по всему прибегал к пластике и не единожды, но толстую морду все равно исправить не удалось. Он, в окружении двоих охранников шел на противоположную сторону дороги, где стоял черный бронированный Гелендваген.
— Сдай назад, чтобы не видели, как я выхожу, — попросила я и мой сосед подчинился. — Второй подберешь меня, когда голосовать на дороге буду. А ты проедешь мимо, чтобы не спалиться, — улыбнувшись Мстиславу, я выпрыгнула из машины и быстрым шагом свернула за угол.
Пан далеко не ушел, напротив даже притормозил, с кем-то болтая по телефону. Вот он — вечный тормоз человечества — технический прогресс. Глядя себе под ноги и прижимая к груди папку с бумагами (их я подготовила по дороге). Нет ничего проще, как выполнить миссию, но будет чуть-чуть больно. Случайно (а случайности не случайны) я налетела на этого Дениса Владимировича. Естественно двое охранников отреагировали мгновенно с силой оттолкнув меня. Упасть на асфальт и вскрикнуть было не сложно.
— Извините, — робко произнесла я, неуклюже поднимаясь. Папка случайно (а то как же!) упала и бумаги рассыпались. Я наклонилась так, чтобы подол сарафана немного задрался, обнажая ноги чуть выше колена. Нерешительно посмотрела на мужчину. Он опустился рядом со мной, помогая собрать бумаги.
— Простите пожалуйста, мою охрану. Ты не ушиблась, малышка? — почти ласково спросил он. Меня перекосило, но на лице пришлось изобразить легкое удивление, распахнув глаза и похлопав ресницами.
— Все в порядке, — пролепетала я. — Извините, пожалуйста.
— Резюме? Работу ищете? — мельком взглянув в один из документов, спросил он.
— Подработку. Деньги очень нужны, — расправила блузку на груди, которая немного помялась, потупила взгляд, всем своим видом изображая скромность. — Спасибо большое! — смотрю на него робко, снизу вверх, давая понять, что он хозяин положения.
— А много денег-то нужно? — он нахально оглядел меня оценивающим взглядом, ухмыляясь каким-то своим мыслям и в этот момент я смогла «поймать» его эмоциональный фон.
— Много…у меня мама заболела и…очень нужны деньги на операцию…я на все согласна…но устроиться очень сложно, — так щеки запылали румянцем и очень вовремя, хотя и сводилось это к тому, что я начала читать его мысли, буквально видя и осязая.
«Скромняга! Целка, наверное! Вроде фигурка ничего так, в клуб мне сгодилась бы. Да и купили бы ее быстро, только обучить надо. Люблю таких, нетронутых. Да и на наркоту они быстро подсаживаются и их добиться еще легче. В Эмираты куда-нибудь потом отправлю. Хотя эту шлюшку можно и себе оставить. Посмотрим. Во всяком случае, она нам подходит», — пронеслись его мысли и я их слышала будто их озвучили вслух.
В его голове я видела девушек и девочек, совсем молоденьких. Он их связывал, насиловал, принуждал, шантажировал, избивал, унижал… Им было страшно, они не могли ослушаться, а он издевался в меру своей больной извращенной фантазии. Мне стало противно, тошнота подступила к горлу. Так, успокоиться и продолжить в своем темпе. Раз нам нужно, его спровоцировать, то я этого добьюсь.
— Извините, — слегка склонила голову я и поспешила убежать. Все просчитано. Две или три мои визитки сейчас валяются у него под ногами. Он поднимет ее обязательно и позвонит!
Я чувствую, что один из охранников идет за мной. Это хорошо, значит, интерес к моей персоне уже есть. Замечательно! Тормознувшись недалеко от остановки, я вытянула руку «голосуя». Три машины остановились сразу. Двум я сразу отказала к третьей подошла и, приоткрыв дверцу спросила:
— До Кремля за сто довезешь?
— Триста, либо… — молодой парень нагло улыбнулся. — Договоримся на месте.
— Эээ, нет, — я улыбнулась. — Пока-пока.
Снова голосую. На этот раз остановился внедорожник. Пожилой водитель попросил четыреста, и я снова отказалась ехать.
— Подвезти, красотка? — передо мной затормозила «Фиеста» и Санек перегнулся через пассажирское сидение, чтобы открыть мне дверь.
— За сотню до Кремля? — пытаясь не рассмеяться, спросила я.
— Такой красивый дэвушка и не подвезти, — коверкая слова, парень кивнул. — Падай.
Я села в машину и пристегнула ремень. Мы медленно поехали вперед. Всмотревшись в зеркало заднего вида, я заметила тот самый Гелендваген. Он все так же стоял на обочине и охранник, не скрываясь, смотрел нам вслед. Выдохнув, я наконец-то расслабилась, и бросила надоевшую папку назад. Сашка бросил беглый взгляд на меня.
— Все нормально прошло? — уточнил он. — Ты выглядишь измученной.
— Ты даже не представляешь, что у этой твари в голове творится. Я пока находилась рядом…девочки, совсем дети, а он… — я замолчала не в силах подобрать приличные слова.
— Вот поэтому нам и важно его убрать, а без допуска это невозможно.
— А что дает этот допуск?
— Своего рода доказательство, что клиент действительно виновен. Если мы его уберем без этого разрешения, то нас тоже будут судить по определенной схеме, за то, что ослушались Кронос. Опережая тебя, Кронос — свод правил, указаний, законов, по которым живут Познавшие Силу Мысли. Это сделано для того, чтобы ограничить нас и не позволять вершить самосуд или просто не поддаваться собственным «хочу».
— Второй! Трепаться хватит. За вами хвост. Серебристый хэтчбек, — холодно донеслось из колонок.
— Высади меня вот там, у метро, — я ткнула пальцем вперед. — Библиотека имени Ленина.
— Жду на Охотном ряду. Выйдешь в сторону Большой Дмитровки. И поторопись.
— Хорошо.
Я вышла из машины и неспешно, но уверено направилась к метро. Я почти ощущала, как один из охранников шел за мной, хотя и на порядочном расстоянии. И как только я спустилась по лестнице в подземку, и, пользуясь тем, что на время скрылась из вида, рванула со всех ног вниз, перепрыгнула через турникет, проскочила эскалатор, и влетела в последнюю секунду в закрывающиеся двери вагона метро. И как только мы въехали в туннель, мне стало спокойнее.
Телефон в сумочке звякнул.
[Шестой]: Ты в порядке?
Я усмехнулась, закатив глаза. Волнуется, а это приятно. Быстро напечатала ответ и отправила.
[Седьмой]: Я сбросила хвост. Скоро буду на месте.
[Шестой]: Я на месте. Жду.
Какая прелесть. Хорошо ехать всего одну остановку, и через пару минут я первая выхожу из вагона и спешу по эскалатору наверх, радуясь тому, что заодно хорошо тренирую ноги на этих ступеньках. Выбежав из метро, я сразу заметила нужную машину — она стояла совсем близко и дверь была открыта. Как только я села, Мстислав сразу же дал по газам и мы быстро уехали.
— Как все прошло? — спросил он.
— Мне захотелось этого подонка убить.
— Ты же девочка, — парень улыбнулся, укоризненно качая головой.
— Ладно, мне захотелось его кастрировать, — исправилась я.
— Ты не изменяешь своим принципам. Санек уже в Академию направился. Как думаешь, Пан позвонит?
— Абсолютно точно. И номер я дала тот, который ты написал. Слушай, в его голове столько кошмарной информации, как он девчонок… — я снова не смогла произнести это вслух.
— И при этом он каждый раз умудряется выходить сухим из воды, — проскрежетал мой сосед. — Ему как-то предъявили обвинения, но естественно дал взятку, кому надо и следствие развалилось. Как думаешь, когда позвонит?
— Сегодня, вечером. Скорее всего, попробует навести справки, а потом вызвать на встречу. Мстислав… — я хотела признаться, что мне тоже страшно попасть под такой паровоз, как этот Пан, и в тоже время я хочу помочь Ночной Страже.
— Не волнуйся, я позабочусь о том, чтобы ты была в целости и сохранности, — он догадался о чем я думала. — В конце концов, я тебя слишком сильно люблю, чтобы позволить какому-то уроду изгаляться над тобой. Это еще одна причина, почему ты находишься в моей команде, моей комнате и всегда в моем поле зрения. И чтобы не случилось, я всегда тебя найду.
Ответить было нечего. Я пока не могла сказать ответно, что люблю его. В конце концов, я слишком мало знаю этого человека. Он мне нравится, симпатичен, надежен вроде бы, но…но и все на этом. Хотелось бы знать больше подробностей. Но теперь я знала самое главное для себя — Он Меня Любит! Он это сказал! Наконец-то, наконец-то сказал. И от одного этого я счастлива.
Сильнейшая эмоциональная волна заставила меня погрузиться в сознание самого таинственного человека, я не просто слышу, но я вижу то, что он помнит обо мне.
МСТИСЛАВ
Я повисла на ремнях безопасности оттого, что Мстислав резко затормозил и снова погрузилась в его сознание.
ВИТТОРИНА
Воспоминание грубо оборвалось, и я почувствовала невыносимую боль в горле, как будто кто-то вцепился зубами и разрывал плоть, вырывал куски мяса. Я хотела отбиться, но руки были связаны колючей проволокой и при каждом движении, шипы впивались в запястья. Ноги вырывали, ломали кости, дробили, сдирали кожу живьем. Я пыталась кричать, но только захлебывалась собственной кровью. Господи, как больно! Когда закончатся эти мучения? Тело билось в агонии. В голову вбивали гвозди, пытаясь с каждым ударом раскроить череп. И от этого не увильнуть, становится только больнее.
Резко открыв глаза, я увидела белый потолок, уже знакомый мне — кабинет Влада. Мерно попискивали какие-то приборы. Но самое главное — мою ладонь крепко сжимал Мстислав. Он сидел на стуле рядом с больничной койкой и спал, утыкаясь головой мне в бок. За окном было еще светло. Интересно, сколько я тут лежу? Судя по тому, что тело не так сильно затекло и быстро отходит от боли из сна, не так уж и долго. Я боялась пошевелиться, не хотела, чтобы парень проснулся из-за меня. Он и так редко отдыхает. Пусть хотя бы сейчас вздремнет. Он так похож на ангела, когда спит, появляются какие-то мальчишеские черты, нет прежней суровости и строгости.
Мой телефон лежал на тумбочке, рядом с кроватью, и он зазвонил, разрушив такой удивительный момент. Мстислав резко открыл глаза, а я, тяжело вздохнув, ответила:
— Алло.
— Добрый день. Я случайно нашел твою визитку. Мы виделись сегодня, прекрасная девушка в джинсовом сарафане, — услышала я хрипловатый голос в трубке, от которого меня невольно перекосило, а боль в висках вновь усилилась.
— Ой, здравствуйте, простите еще раз, — застенчиво пролепетала я.
— Ничего, я рад, что имел возможность тебя лицезреть. Но я хотел бы предложить работу и узнать тебя получше, малышка.
— Я…я… — продолжала я свою игру, внимательно глядя в золотистые глаза своего соседа, который строго наблюдал за мной.
— Мы могли бы обсудить это за ланчем. Как смотришь?
— Завтра? — с надеждой спросила я.
— Да. Как тебя зовут?
— Мария, — я хотела пожать плечами, но почувствовала, что мышцы налиты ужасной тяжестью, а имя назвала первое, которое пришло мне на ум.
— Машенька, давай встретимся завтра в семь часов вечера, на том же месте, где мы познакомились с тобой сегодня? И малышка, одень нечто более подчеркивающее твою прекрасную фигурку.
— Хорошо, — лепетала я. — До завтра.
И наконец-то отключилась. Итак, с первой частью своей задачи я справилась. Останется завтра все доделать.
Мстислав буравил меня взглядом, и я уже начала подозревать, что он сейчас начнет меня ругать.
— Не молчи, пожалуйста. О чем ты думаешь? Ты меня пугаешь так, — призналась я, продолжая смотреть в его глаза. Парень покачал головой и вдруг с силой притянул меня к себе, крепко-крепко обняв и покачиваясь, баюкая, словно я маленький ребенок, которого необходимо успокоить.
— Вита…что же ты со мной делаешь? — шепнул он, зарывшись лицом в мои волосы. — Я так испугался за тебя. Ты семь часов не приходила в сознание.
— Прости, — шепнула я, уткнувшись носом в его шею и наслаждаясь этими крепкими объятиями.
— Ты просто выпала из реальности и вообще ни на что не реагировала. Я уже и Импульсом пытался тебя вернуть, и всю энергию отдал, и капельницу тебе Влад поставил… и ничего. Я чуть с ума не сошел. Что происходит? Ты снова была в моем сознании?
— Извини, — я почувствовала себя виноватой.
— Девочка моя, родная ты моя, — его ладонь гладила меня по спине длинными, ленивыми движениями. — Самое главное, что ты очнулась. Не пугай меня так больше, пожалуйста. Твое любопытство когда-нибудь до добра тебя не доведет.
Шаркая тапочками (!), в кабинет прошел Влад. Он выглядел каким-то не выспавшимся, всклокоченным, словно его подняли по тревоге.
— Очнулась?! — психолог удивленно воззрился на меня. — Как ощущения?
Мстислав нехотя разжал объятия, позволяя Владу оглядеть меня.
— Нормально, — ответила и почти услышала, как мой сосед тихо рыкнул, но ничего не сказал.
— А эмоциональный фон?
— Спокойный, умеренный, — кивнула я.
— Ты заметила какие-нибудь предпосылки такого вот…выпадения из реального мира? — пожевав губу, уточнил Влад.
— Нет, это случайно происходит.
— Это плохо. Витторина, это очень опасно. Проблема в том, что попадая в чужое сознание, ты полностью теряешь контроль над своим телом, разумом и это может привести к твоей смерти. Элементарно, может остановиться сердце или еще что-нибудь. Вариантов масса. Старайся присутствовать здесь и сейчас. Просто постарайся. Хорошо?
— Я постараюсь.
— Ты голодна?
— Нет. Но я очень хочу пить и спать.
— Тебе надо поесть, — настаивал Влад.
— Я не хочу. Меня мутит. Если поем, тогда еще и стошнит. Просто чай, каркадэ, горячий и большую чашку и я лягу спать. Тем более, завтра нам нужно быть готовыми. Пан хочет встретиться со мной, предложить работу и попросил одеться менее скромно.
— Влад, соберешь наших? — Мстислав устало покачал головой. Я снова почувствовала его усталость и волнение, чувствуя, как вновь начинаю погружаться в его разум.
Я резко спрыгнула с кровати, чем удивила обоих парней. Голова закружилась, и я облокотилась на своего соседа. Я здесь, сейчас и я должна остаться в сознании. Мы шли по коридорам Академии неспешно, даже медленно, но зато я начала вновь чувствовать свое тело. Постепенно неприятные ощущения уходили, и я стала более уверенной.
— Ты устал, тебе нужно тоже отдохнуть, — решив первой нарушить молчание, я взглянула в потемневшие глаза Шархана.
— Ты уверена, что не хочешь перекусить? Ты целый день ничего не ела.
— Я утром, когда готовила, поела. А сейчас не голодна. Не беспокойся. А можно вопрос из любопытства?
— Можно, — он согласно кивнул, открывая передо мной дверь и пропуская в комнату первой.
— Какую песню в моем исполнении ты услышал первой? — я улыбнулась, оборачиваясь к соседу. Он задумался, но ненадолго.
— Это принципиально?
— Сначала ответь ты, потом поясню я.
— «Спасение». Тронуло за душу твое исполнение. Теперь твоя очередь ответить на вопрос.
Я поставила чайник и принялась разогревать еду для Мстислава, чувствуя на себе его строгий взгляд. Когда все было готово, я накрыла на стол, плюхнулась в кресло, скрестив ноги и все-таки ответила, улыбаясь уголком рта:
— Когда я узнаю какого-то человека, и он дает мне послушать свою любимую песню или просто отправляет мне аудиозапись по почте, то эта песня ассоциируется с этим человеком. И, как правило, она очень много рассказывает о внутреннем состоянии человека. Вот и мне хотелось подойти к себе, с этой точки зрения. Просто любопытство, ничего серьезного.
— Ну как раз я вижу в этом некую проблему, — строго произнес он, продолжая холодно смотреть на меня. — Если твое любопытство не удовлетворено, то ты покушаешься на мой мозг, мое сознание. И ладно, если бы речь шла лишь о снятии Слепка и воспоминаний, так нет, ты пренебрегаешь собственной безопасностью, просто так! Получается, что мне проще сразу ответить на твои вопросы, но это тоже невозможно. Ты ходячая «Почемучка».
— Почему? — спросила я прежде, чем осознала, что и так знаю ответ на свой вопрос. Мстислав усмехнулся и покачал головой:
— Потому. Потому что ты постоянно задаешь вопросы и в огромадном количестве. И я не всегда могу ответить на все.
— Ты обещал пояснить, кто такие Видения. И расскажи про Кронос. Какие правила?
— Вот, ты опять начинаешь. Тебе отдохнуть надо.
— А ты снова уходишь от ответов. Ты за все время так толком ничего и не рассказал. Вот, к примеру, сейчас о чем ты думаешь?
— Ну вот, — Мстислав рассмеялся. — Ты не исправима. Хорошо отвечу. Я вспомнил, как ты своей подруге читала книгу. Я тоже любил слушать тебя. Видения это люди, которые отвергают Кронос, считают себя Избранными и подчиняют остальных собственным мыслям, в своих интересах и целях. Сам Кронос я тебе дам почитать.
— Сколько у тебя моих медиаторов?
— Восемь, — ответил он, и только потом воззрился на меня с удивлением.
— Это тоже взято из твоей головы, — улыбнулась я. — Только я задала вопрос «на удачу».
— Ты прелесть, — парень хмыкнул. — Тебе отдохнуть надо. Завтра трудный день. Надо на миссию съездить и завтра поедем по поводу твоей работы в клуб.
— Подожди, я хотела кое-что проверить. Можно?
Он кивнул, сверля меня своим темным взглядом. Я снова почувствовала этот водоворот. Отставив чашку, я пересела на диван, рядом с Мстиславом и коснулась лбом его лба, закрыв глаза.
— Знаешь, что я чувствую? — прошептала я.
— Поделишься?
— Я слышу отголоски боли в твоем сердце….ты тяжело переживал одиночество, не хватает семьи, — с закрытыми глазами, я «слышала» его чувства острее. — Ты заставил своих родных забыть о тебе, для их же блага и тебе больно, что они не хотят тебя вспоминать. Тебе было больно. Еще большую боль ты испытал при первой встрече со мной. Я не вижу, не понимаю, с чем это связано, просто чувствую. Я вижу, что ты очень много сил вложил в какую-то цель своей жизни. Что-то связанное с будущим, с семьей, наверное. Что-то домашнее, уютное, родное…
— Вита, — его пальцы коснулись моей скулы, заставив меня замолчать. — Не стоит пока вдаваться в потемки моей души. Ты будешь шокирована тем, что увидишь, узнаешь. Я не хочу тебя потерять. Может пусть это останется в прошлом, Вита?
— Но ты обо мне столько знаешь…это просто нечестно, я тоже хочу знать и понимать кому нравлюсь.
— Я знаю многое, но понимаю я меньше твоего, — спокойно произнес он и открыл глаз. — Ты очень красивая, умная, способная девушка. Почему ты так люто себя ненавидишь?
— Мне кажется, что мой успех зависит не от меня. Словно кто-то вмешивается, кто-то создал для меня это, а я лишь рядом стою.
— Ты прекрасно поешь, великолепно музицируешь. По технике Импульса, а конкретно Барьера ты переплюнула всю Академию. Неужели ты думаешь, что это заслуга кого-то другого?
— Я не знаю…я уже ни в чем не уверена, — я вздохнула, снова прикрыв глаза. — Мне с тобой так спокойно, так надежно, но…ты меня при этом порой пугаешь, — глаза защипало от подступивших слез.
— Знаешь, когда я начинал за тобой следить, мой друг как-то спросил, что я в тебе нашел. Ты ведь знаешь ответ, — я почувствовала его улыбку.
— Себя, — выудила я откуда-то из своего сознания воспоминания Мстислава.
— Именно так. И бояться тебе меня не стоит. Я не сделаю тебе ничего плохого. А то, что я бываю немного не в настроении, на тебя не распространяется.
— А когда СШП будем отрабатывать? — желая сменить тему, спросила я.
— А ты уже готова?
— Да.
— Хорошо. С понедельника. Первую неделю ты будешь изучать. Вечером в понедельник посмотришь как мы ее проходим, а потом потихоньку, потихоньку введем и тебя в игру.
— Не волнуйся, я не стеклянная. Плюс утром в понедельник экзамен, так что вечером точно буду халтурить и расслабляться. Нам Резонанс на Предел необходимо будет сдать.
— Да я уже понял, что напрягаться ты можешь и выкладываешься по полной. Пора бы научиться расслабляться. И вообще, марш спать!
Его золотистые глаза улыбались, но лицо в целом оставалось серьезным. Я как провинившийся ребенок поплелась в свою комнату и плюхнувшись на кровать, почти сразу уснула.
21 мая
В школе продолжают обсуждать все те же события. Приехали репортеры. Мы все давали интервью. Все, кроме Виты. Она в течении дня наотрез отказывалась комментировать ситуацию, ссылаясь на сбор в актовом зале.
Журналистов собралось очень много, полный зал. Не хватило даже сидячих мест и большая часть осталась стоять.
Пожалуй, к ее речи никто не был готов.
— Сегодня мы собрались здесь обсудить школьный инцидент, — холодно начала она, уверенная в себе. — И с утра у меня состоялся интересный разговор с директором школы. Меня обещали отчислить, если я не выступлю. И вот я тут, — Витторина обвела взглядом зал и заметив в дальнем углу байкеров, усмехнулась. — Мне вполне конкретно было сказано кого и за что осуждать, НО, — она обернулась к кому-то. — Саш. Я не буду свидетельствовать против тебя. Я знаю, почему это все случилось. И уж прости, что я озвучу всю ситуацию, потому что я не хочу, чтобы тебя считали виноватым. Сашка Воропаев мировой человек. Прилежный ученик. Иногда через чур зубрилка. Так получилось, что он влюбился в девушку, на которую положил глаз другой парень. Шестерки этого парня поймали Сашку в мужском туалете, изнасиловали шваброй и засняли это все на телефон. На протяжении трех месяцев они шантажировали его, унижали и оскорбляли. И после этого руководство готово защищать этих уродов? Моральные уроды, которые не в состоянии решить вопрос один на один в обычном разговоре. Вы можете нападать только толпой. И честно, мне очень жаль, что никто из вас, уродов, не умер.
— Да что ты говоришь? — подал голос мой Толик.
— То, — Витторина усмехнулась. — Вы сначала как свора гиен доводите человека до черты, а потом удивляетесь отдаче. Не удивляйтесь, если будут еще подобные случаи. И я надеюсь, что больше ни один обидчик не выживет.
— Воропаев убийца! — выкрикнул тот самый обвиненный.
— Я бы лично тебя застрелила, — холодно отметила девушка. — Доведи меня до того же состояния и я не промахнусь.
Она скинула на пол микрофон и шутливо поклонившись покинула зал в гробовой тишине.
После школы она спешно направилась в мотоклуб, а оттуда на работу. Я хотела с ней поговорить, но она не хотела никого видеть. Ребята с мотоклуба тоже не смогли толком обсудить произошедшее.
22 мая
Казимир Мирославович передал деньги для Витторины через меня «за честность». Сказал, что девушка слишком своенравная и не хочет принимать от него денег, поэтому передал мне. Витторина не в духе, но, как сказал Ящер, из-за самочувствия.
Казимир Мирославович предлагал свою помощь, и тут меня осенило. Я попросила взять Виту на обучение в Академию Лемур. Мне сказали, что туда берут «избранных» и надо очень постараться. Для этого надо как минимум анкету заполнить, потом заявку и так далее.
Направила ровно сто заявок в Академию. Я позабочусь о будущем дорогого человека.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Вита! Вита! Вита! Вита! Вита! — как сирена завывала Яна практически на одной ноте, прыгая на моей постели.
— Я сплю, — буркнула я, зарываясь лицом в подушку.
— Вита, — Мстислав тронул меня за плечо. — Ты все-таки проснулась.
— Я сплю, нет меня.
— Вита, вставай, — мой сосед настойчиво потряс меня. — Вставай.
— Идите в баню, я умер.
— Ну, примерно так и подумали. Часа четыре назад, — согласился он, и я невольно обернулась, пытаясь открыть глаза спросонья.
— Вита! Вита! Вита! Вита! — продолжала скакать по мне Янка.
— Так, соня, — ласково произнес Мстислав и легко подхватив меня, куда-то понес, крикнув через плечо — Янчик, чайку налей всем.
— Хорошо, — звонко отозвалась девочка.
А меня поставили в ванную. Но я все еще была сонной и поэтому даже не сразу отреагировала на холодную воду, которая лилась из душа на меня. Я сонно причмокнула губами и свесила голову набок.
— Вита! — в голосе прорезалась паника.
— Я сплю, — кивнула я и рухнула вперед, прямо на своего соседа.
— Да подруга, что-то тебя совсем разморило. Ладно, сейчас все исправим.
Я почувствовала, что Мстислав встал вместе со мной в ванную и тут…на меня хлынул кипяток. Моментом проснулась! Сразу! И слава Богу, мой сосед удержал меня на руках, не упал сам и не уронил меня, великий человек — мой замечательный сосед. Вода стала прохладнее, приятной теплой. Разлепив веки, я всмотрелась в лицо парня. Он был не на шутку встревожен.
— Знаешь который час? — тихо спросил он.
— Часов двенадцать? — предположила я.
— Пять вечера.
— Раньше не могли поднять?
— Не могли. У тебя вообще какое-то время пульс не прощупывался. Я несколько раз Импульс отправлял в твое тело, а ты ни в какую. Хотя бы перевернулась на другой бок и дальше стала спать. Что-то ты совсем вымоталась.
— Все в порядке и…поставь меня на ноги. Я тяжелая.
— Ну уж нет.
Мстислав легко выпрыгнул из ванной со мной на руках и вышел в комнату. Потрясающе, но мы оба были сухие, после того, как стояли в душе вымокнув с ног до головы.
— Чай! Чай! Чай! — Яна носилась по комнате, как угорелая.
— Спасибо, Янчик, — Мстислав усадил меня в кресло и протянул чашку. — Вита, как ты себя чувствуешь? Может следует отменить сегодняшние планы?
— Ни в коем случае. Главное после этого выспаться, — залпом выпила обжигающий чай. — Две минуты и я готова выезжать. Высадить меня лучше у метро где-нибудь в Бирюлево. Доберусь на место своим ходом, а вам стоит быть уже там.
— Ты мысли случайно не читаешь? — с насмешкой уточнил мой сосед. — Я думал об этом же. Надеюсь, тебя это не пугает!?
— Но ты же будешь рядом?
— Конечно.
— Тогда не страшно.
— Дневная Стража сегодня на подхвате. Противник слишком серьезный. Как только появится намек на допуск, мы можем действовать в полную силу. Из наших Сергей и Олег поедут. Остальные на другом задании. Так что, компания хорошая подбирается.
Я кивнула. Почему я такая счастливая? Улыбаюсь, мне хорошо, светло на душе, и я готова выполнить миссию. Я смогу, я справлюсь! И я понимаю, что я еще ребенок, в душе. Невероятный и счастливый ребенок.
— Ты сегодня вся светишься. Что случилось? — Яна села ко мне на колени.
— Не знаю, — я пожала плечами. — Просто я счастлива. Я живу. Но это плохо, — позволила себе грустную улыбку.
— Почему? — девочка посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Я редко радуюсь, редко чувствую счастье. Зато после этого, я ощущаю себя опустошенной, разбитой. Такое случается всегда.
— А если ты не радуешься, то что ты чувствуешь в обычное время?
— Чувствую себя чуть ниже плинтуса, — я усмехнулась. — Знаешь, немного отрицательное состояние, которое позволяет трезво оценивать ситуацию.
— Тебя это не портит, — сосед улыбнулся. — А будет плохо — мы это исправим. Нам пора, девушки. Янчик, передай Саньку, чтобы связался с нами, когда появится. И предупреди Влада, пусть будет на подхвате.
Девочка довольно кивнула и убежала.
— Какая живая девчушка… — я обернулась к Мстиславу.
— Рядом с тобой все становятся такими. В тебе есть какой-то странный Свет, заставляющий остальных Жить. Но не слушай старика, — парень усмехнулся. — Я потом тебе позволю покопаться в моей голове.
Я кивнула и поспешила в свою комнату одеваться, радуясь, что сосед все-таки даст мне все ответы. Мне кажется или все-таки он стал каким-то более мягким по отношению ко мне? Может так подействовало признание?
Так, черные лосины думаю подойдут и моя рубашка. О да, ее я купила в магазине мужской одежды. Цвета хаки, свободная. Я смотрелась великолепно. На ноги кеды — это даст мне немного форы, если придется экстренно сматываться. Посмотрев на себя в зеркало, я отметила неприятный факт — глаза снова были мертвыми, без блеска жизни. Не все так сразу, главное, что я встала на правильную дорожку исправления собственной жизни.
Всю дорогу Мстислав внимательно смотрел на меня, словно ища подвох.
— Ты уверена, — он припарковался на обочине.
— Да.
— Если что, дай знак.
— Хорошо, — я кивнула. — Дай мне шанс. Не все же меня опекать. Я хочу быть полезной.
— Только будь аккуратной. Я знаю, что ты многое можешь сделать сама. Но ты теперь не одна.
— Я знаю. Если что, я обязательно попрошу помощи.
— Надеюсь, что я окажусь рядом раньше, чем это потребуется, — он улыбнулся.
Я спустилась в метро. Шумели проносящиеся мимо поезда, горели редкие фонари, освещая туннель. Я ни о чем не думала. Просто радовалась. Я счастлива и я не одна. Сделав пересадку на «Охотном ряду», я прижалась спиной к поручню.
— Следуйте за мной!
Глухо произнесли сзади и я узнала того охранника, который вел слежку за мной в прошлый раз. Я согласно кивнула и когда двери разъехались в стороны, я последовала за мужчиной. Итак, за мной следили. С какого момента интересно.
Поднявшись на поверхность, мы подошли к черному «Гелику». Передо мной открыли дверцу, и я послушно села в машину.
— Здравствуйте, — я застенчиво опустила взгляд на свои руки.
— Малышка, привет, — Пан хмыкнул.
— Какие у нас планы? — я покраснела, в машине было жарко и я очень волнуюсь. Мстислав где-то рядом, я чувствую его присутствие.
— Мы поужинать планировали, Мария. Или у тебя есть какие-то особые пожелания?!
— Мой голод не связан с едой, — я робко подняла глаза на этого урода и демонстративно облизала губы. — Я все это время думала о…о Вас. Будьте моим господином, гуру…я хочу, чтобы первый раз запомнился.
— Господин? — он улыбнулся.
«Она готова. Этот раз запомнится. Я не ошибся. Я никогда не ошибаюсь. Блядская натура видна издалека», — думал Пан, беззастенчиво рассматривая меня.
— Ко мне, — коротко приказал он.
Тонированный джип тронулся. Мое сердце зашлось в бешеном темпе. Мстислав рядом. В его присутствии я спокойна и уверена.
«Столько времени простоя. Какие-то уроды вышли на меня. Служба безопасности не могла их вычислить, нужно быть осторожным. Но эта малышка. Ее лицо мне смутно знакомо. Может я мог ее где-нибудь видеть? Нет, вряд ли. Последний раз товар перенаправлялся два месяца назад. Хотя бы наркота не подводит, доход постоянный. Кто бы мог подумать, что противясь Кроносу, можно сшибить столько бабла на ровном месте. Эти придурки, которые рассуждают о чести и совести…наивная школота. А между тем, спрос рождает предложение. Девушек отлично покупают. И если бы не шалопаи…и все-таки, я ее где-то видел. Определенно, видел. Но я не могу вспомнить», — продолжала я улавливать мысли мужчины и пыталась передать их Мстиславу. Не знаю, какой из меня передатчик или ретранслятор получился, но я цеплялась за эту свою способность, чувствуя, как все лучше управляю Импульсом.
Виски прострелило болью. Автомобиль затормозил, и мы вышли на улицу. Дом. Большой дом. Очень большой и дорогой дом, в то же время, безвкусно сделанный. Понты и не больше.
— Пойдем?
Я кивнула и послушно двинулась за Денисом Владимировичем. Кстати, можно кое-что напомнить и задать наконец-то еще один вопрос вслух.
— Вы по телефону говорили что-то о работе.
— Да, малыш, говорил. Пошли, покажу что от тебя требуется. Если будешь хорошей девочкой, получишь много денег.
Я восхищенно на него посмотрела, перебарывая тошноту, вдруг подступившую к горлу. Мы поднялись на второй этаж. Я почти ничего не видела перед собой, мое сознание застилали чужие мысли, в которых я видела то, что необходимо было мне обнаружить в этом доме. Как только мы вошли в комнату, я, словно пружина, стартовала, рванув вперед. Одним ударом, я смогла вырубить этого подонка и быстро закрыв дверь, связала Пана. Так, теперь опираемся на его воспоминания, иду вперед, налево, пять шагов и вот оно, люк в полу. Убрав плитку я обнаружила потайной лаз. Там находится несколько ящиков психотропных, и там же где-то вход в комнату, где находится две заложницы. Это то, что нужно! Это допуск.
В дверь постучали.
— Одну минутку! — сладко пропела я, поспешно доставая из сумки мобильный.
— Шестой, — мгновенно ответили мне.
— Я нашла!
— Отойди в сторону, чтобы не пришибли случайно, штурм начинается.
Я присела на пол в углу, спрятавшись за тумбочкой и тяжело вздохнула. Ничего сложного. Как полезно читать чужую энергетику, чужие мысли и воспоминания. Внизу слышался какой-то грохот, пара выстрелов и крики.
Дверь сорвало с петель, Мстислав появился на пороге. Он быстро оценил ситуацию.
— Иди в машину, тебе не стоит видеть саму ликвидацию, — мягко попросил он. — Ты молодец, справилась.
— Внизу двое заложников, — кивнула я и ничего не видя перед собой направилась к выходу.
2 июля
Дорогой дневник, я давно не делала записей. Наверное, потому, что в моей жизни все было хорошо до определенного момента. У нас недавно сгорел дом. Я даже не знаю, что сказать. Это трагедия и… Эх, дорогой дневник, начну все по порядку.
В принципе, я не удивлена, что единственным человеком, сорвавшимся мне на помощь, была Вита. Бедная Вита. В ее жизни всегда было достаточно проблем, а тут еще и я создаю. Причем не одну, а сразу несколько.
Я вернулась домой со школы, чтобы проведать маму и пойти на прогулку с Толиком. Ах, Толик… но увидела лишь, как пылает дом. Все было черно, много дыма, копоти, гари. И страх. Никто не пострадал. Мама и бабушка были на огороде в это время. Ничего спасти не удалось. Только то, в чем были. Мама позвонила своей давнишней подруге, и та пригласила нас в гости. Но меня она не любит, не знаю почему, но вот как-то не сложилось у меня с Инессой Владимировной. Отправив родных к ней, я попросилась попробовать разрулить свою проблему сама — я хотела начать жить с Толиком. Возможно, это судьба. Он мог бы меня на время приютить. Так мы сможем проверить свои чувства, а заодно сниму груз ответственности с мамы. Но все пошло не так. Он посочувствовал моей трагедии, но сказал, что ничем помочь не сможет. Я сидела на обуглившемся крыльце и уже звонила в клуб. Я знала, что Виты нет, но очень хотела, чтобы ей передали информацию. К сожалению, как объяснил мне Демон, она где-то в Тверской области была на очередной фесте, предлагал помощь. Я попросила его лишь передать всю информацию Вите и предупредить, что я ее буду ждать.
Когда окончательно стемнело, тишину буквально разорвал грохот работающего двигателя. Черная «Сонга» въехала во двор.
— Прости, родная, торопилась как могла, — прошептала она, обнимая меня за плечи, на ходу буквально сбросив шлем.
— Спасибо, — я снова плакала на ее плече, не зная, как ее отблагодарить и за что мне все это. Витторине действительно передали всю информацию, и она сразу же поехала ко мне. Так я стала жить с Витой и подрабатывать в автомастерской диспетчером. Мне это понравилось. Свои, честно заработанные деньги. Я смогла помогать маме. Договорившись с товарищами, Вита легко убедила их поставить сруб, а затем и доделать вполне пригодный для житья дом маме и бабушке. Дом был меньше того, который стоял у нас раньше, но уютный и толковый. Но я осталась жить с Витой. Каждый день я закидывала Академию Лемур запросами. В особо удачные дни я высылала до тысячи запросов, лишь бы устроить будущее подруге. Но и тут возникли проблемы.
А еще у нее отобрали права за превышение скорости. Но я попросила Ритку помочь разрулить ситуацию. Как не удивительно, но Вита с Риткой не очень-то сблизились, находясь будто все время настороже. Но ничего, я смогу их примирить. А еще мы с Витой несколько раз ссорились из-за правильного питания. Она никак не могла смириться с вегетарианским рационом и по-тихому подъедала в клубе, где я ее и спалила за этим занятием. Оказалось, она не хотела меня расстраивать, а я таким образом выражала свою заботу. План питания приходится пересматривать.
Некто Шархан все-таки связался со мной. Он согласился уделить время и посмотреть «подопытную». Он не подходил к Вите, находился лишь на расстоянии. Однажды утром Шархан случайно припарковал свой автомобиль на место Виты. Выйдя из подъезда, мы обнаружили кирпич. И нет, не знак, а нормальный такой кирпичный кирпич на капоте новенького «Шудатти». Он лишь усмехнулся, ничего не сказал, но машину больше в том месте не парковал. А потом они случайно встретились. На очередном мотосъезде Витторина вынуждено махнулась со мной одеждой (я замерзла в шортах с заячьим хвостиком и майке). Я никогда еще не видела Виту настолько в растерянности. Она будто не знала куда себя деть, стараясь поскорее скрыться из поля зрения. Дальше больше. Выяснилось, что она влюбилась. Она не хотела разговаривать на эту тему, не хотела действовать, вбив в голову, что является человеком второго сорта для таких, как Шархан. Его это несколько забавляло.
Она вымещала всю свою боль в зале один на один с грушей. Никаких спаррингов, только неодушевленный предмет. И виновник этой боли — я. Я пыталась поговорить с ней, попробовать утихомирить эту бурю эмоций, но она раз за разом отказывалась и уходила от разговора. И мне было больно это видеть.
На следующем мотосъезде Казимир Мирославович не заметил и припарковался на мотоцикл Витторины, успешно раздавив его. Вита не осталась в стороне и воткнула два топора в лобовуху и капот «Брабаруса» Казимира Мирославовича. В принципе так они и познакомились теснее. Не вынимая ни одного топора, они доехали до города и предложили друг другу помощь. Вита починила машину, а Казимир Мирославович предоставил новехонький мотоцикл.
Вот и сегодня Шархан навестил нас. Он каким-то образом манипулировал сознанием моей подруги, стирал себя из памяти. Но это было ненадолго. Вита все равно вспоминала его.
Опять поцапались с Шарханом и он опять стер память. Прям как кошка с собакой — очень милые, но слишком колючие. Они постоянно грызутся по весомой и не очень причине. Ощущение такое, будто Шархан ее ненавидит, но возможно это лишь видимость.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Голова странным образом болела. Миссия не была сложной. Насколько я смогла понять, всех подосланных агентов узнавали по Слепку, которого у меня не было, по непонятным для всех причинам. Я откинулась на спинку сидения, глядя через прозрачную крышу на звездное небо. Как быстро идет время. Не знаю, я не видела что происходило в доме, но судя по ощущениям, это было что-то ужасное, что-то страшнее, чем просто убийство. Зачистка, ликвидация… в машине было тепло и спокойно. Удивительно, но в машине пахло не только кожаным дорогим салоном, но и запах Мстислава, который я ощущала, каждую ночь, проведенную вместе со своим удивительным соседом. Когда я вышла на улицу, «Пыжик» стоял на противоположной стороне дороги. Подойдя ближе, с удивлением отметила, что автомобиль открыт и спокойно забралась внутрь. Шикарная машина! Раньше такую только на картинках видела. Стеклянная крыша красиво, но наверняка не очень практично, но сейчас я была рада, что могла наслаждаться видом на прекрасное звездное небо.
— Ты в порядке?
Я открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Мстислава.
— Эмоционально опустошена.
— Мы уезжаем.
Он сел на место водителя и тронул автомобиль с места. Мы летели по шоссе.
— Мстислав…откуда в мире столько зла? Он ведь совсем маленьких девочек отправлял в страны третьего мира. Он стольких подсадил на эту дрянь… Что вы с ним сделали?
— Его ликвидировали. Из таких вытягивают всю информацию, все воспоминания, заключая их в специальную капсулу и отправляют все в Журнал. Он скончался от болевого шока. Информационники умеют пытать.
— Он видел Слепки. Поэтому из ваших никто не мог к нему подойти.
— Догадывался. Что ты видела?
— То, о чем ты рассказывал. Об издевательствах над жертвами. Он хотел меня продать. Думал, подготовить удовлетворять потребности других и продать подороже. Злился, что ваша команда помешала ему сбагрить последний товар в виде тех двоих, которых нашли в подвале.
— Они в плачевном состоянии, с трудом разговаривают. Надеюсь, придут в себя.
— Он откуда-то помнит меня, только то воспоминание ускользнуло и от меня и от него.
— Ясно. Теперь забудь о нем. Ты получишь место в команде сразу, как только сдашь свой Предел на Резонанс, но есть один недостаток. Ты очень эмоциональная. Несмотря на твое внешнее хладнокровие, внутри на твоей душе остаются очень глубокие раны от этих потрясений.
— Знаешь…я, когда была маленькой, очень любила один сериал, и очень хотела быть похожей на одну героиню, также помогать людям.
— Серьезно? — он удивленно посмотрел на меня. — Ты обычно более серьезно выглядишь. Даже не думал, что ты мечтать умеешь.
— Увы, в душе я такой ребенок, — нежно улыбнулась собственным мыслям. — Знаешь пятый сезон аниме-сериала «Сейлор Мун», где появляются такие персонажи как «Три Звезды», Старлайты?! Сколько раз пересматривала этот сезон, столько и переживала за отношения Усаги Цукино и Сейи Коу. Прекрасная пара получилась бы. Мамору меня всегда бесил по сериалу, а Сейя всегда нравился.
— Так-так, значит, тебе нравятся высокие худощавые парни с длинными волосами, еще и знаменитые, — Мстислав усмехнулся. — Хотя зная тебя, предполагаю, что ты выделила другие качества и далеко не внешние. Надежность, забота, любовь. И какой самый любимый момент с этим парнем?
— Когда он с Усаги стоял на крыше, — я запрокинула голову, прикрыв ладонью глаза. — Он бросил розу, чем напомнил Такседо Маска. И я помню, когда Сейя спрашивал, чем он хуже. Мне его жалко, чисто по-человечески. Он классный парень, а она дала ему некую надежду, вела себя несколько странно, учитывая, что у Банни жених есть. А, ладно, не бери в голову, глупости это все, — я закинула руки за голову, и, открыв глаза, смотрела на небо. — А про любовь ты спрашивал. Идеалом для меня, пожалуй, была любовь Элизабет Беннет и мистера Дарси.
— Гордость и предубеждение…шикарный фильм. Тысяча девятьсот девяносто пятого, кажется?
— Именно, — я улыбнулась. — Две части, хотя по телевизору показывали сериалом.
— В тебе погиб романтик, — парень вздохнул. — Но мы его реанимируем. Загляни в бардачок.
Я повернула голову, взглянув на своего соседа.
— Загляни, загляни, — он улыбнулся, а в темных глазах замелькали золотые искры.
Я удивленно открыла бардачок и обнаружила там две коробочки с красными атласными лентами. Я покосилась на парня — доволен, как лось. Явно же не кольцо, хотя…
— Открывай же. Обе, — мягко произнес он. — Это подарок тебе.
Сердце совершило кульбит в груди, и я медлила, перебарывая свое любопытство. Я вытащила первую коробочку и робко сняла ленточку, открыла крышку. Улыбка на моем лице появилась прежде, чем я осознала это. В маленькой коробочке лежало семь медиаторов с моим логотипом (когда мы начали выступать с Анютой, то придумали свой знак — феникс). Феникс был красно-стальной, в круге.
— На каждый день недели, — усмехнулся Мстислав. — Либо под настроение, по цвету. Если случайно выкинешь в толпу, они вернутся в твой чехол, так я запрограммировал в них мысль.
— Спасибо, — я посмотрела на своего соседа с благодарностью. — Тоже знаешь ту историю?
— Медиатор за пятьсот рублей под заказ? — он бегло взглянул на меня, оторвав взгляд от дороги. — Конечно, знаю. Я выше всех прыгал, чтоб поймать его.
Я чуть не рассмеялась. Ну конечно, таков мой сосед, даже не удивлена, что Мстислав поймал мой медиатор.
— А я тогда расстроилась, — призналась я.
— Неужели? — удивился он.
— Да. На заказ. Обычно покупала штук сто за двадцать пять рублей, потому что на сувениры расходятся. А тут заказала и по привычке в толпу кинула. Представляешь, сидела за кулисами и плакала, — рассмеялась, вспомнив свое расстройство. — Спасибо большое, мне очень нравится. Дорогие наверное, — эта мысль несколько взгрустнула.
— Нет, я их сам сделал.
— Сам?
— Да, — он просто кивнул. — Специально для тебя старался, — золотые глаза посмотрели на меня. — Вторую коробочку откроешь?
Кивнула, и сняв ленточку, открыла крышку. Там лежали ключи с большим увесистым брелоком, также со значком феникса.
— Чтобы ты сразу не задавила меня своей логикой. Это твоя рабочая машина. С этого момента, ты в команде. Сдашь экзамен, потекут деньги на карточку и тебе сделают специальный допуск, миссии пойдут стабильно. Что касается автомобиля. Можешь им пользоваться когда и куда угодно. Если разобьешь, ничего страшного. Лишь бы с тобой ничего не случилось, а машину куплю тебе новую. При нашей работе, тачка выдается сразу же, при зачислении на службу, так сказать. Так что, считай, что машина досталась тебе от Академии. Расстрел отменяется?
Мстислав обернулся, а я смотрела на него открыв рот и не знала, что сказать. Моя машина?! От Академии??! Я прямо вижу пушистый хвостик своего соседа, который торчит ото всюду. Стопроцентно он приложил к этому всему максимальное количество сил, чтобы выбить или даже купить эту машину. Хотя доказательств у меня все равно нет. Но взгляд моего соседа был такой добрый, что я предпочла улыбнуться, а в голове возник коварный план.
— Ты что-то задумала, — почти ласково произнес парень.
— С чего ты взял? — искренне удивилась я.
— У тебя взгляд меняется, — Мстислав в упор взглянул на меня. — Становишься серьезной, но некая толика иронии прямо искрит в твоих глазах. а еще у тебя эмоциональный фон резко меняется, а потом рассеивается, возвращаясь к твоему обычному состоянию.
— Да нет, я просто вспомнила, что мы же в клуб едем.
— Гитара за тобой лежит в жестком чехле.
— Дорогущая, — я закатила глаза, закрыв лицо ладонями.
— Ну я не виноват, что дешевле там не продавалось, — заявил он со смешком в голосе. — Ну и эту гитару можешь бить о любую голову, тут я опять-таки позаботился, сделав устойчивое покрытие. Хотя такая импульсивность с твоей стороны, оказалась для меня приятным потрясением. Кстати, посмотри еще повнимательнее в бардачок.
Убрав руки от лица, я снова посмотрела внутрь. Там лежала тетрадь. Зеленая обложка с лилиями и витиеватой надписью «Моя неназванная книга». Я перестала дышать и поспешно вытащила тетрадь, дрожащими руками пытаясь открыть первую страницу. Почерк Анюты я узнала сразу, впрочем и тетрадь эту я видела часто в ее руках, но ни разу не заглянула внутрь. Пальцы дрожали, я начала сильно нервничать. Пытаясь взять себя в руки, я сделала еще одну попытку, открыть тетрадь хоть где-нибудь, любую страницу. Так, стоп, выдох! Воздух медленно вышел из легких, но вздохнуть так и не удалось. Мстислав свернул на обочину и остановил машину, повернувшись ко мне.
— Эй, ты снова синей становишься. Давай-ка, подышим.
Он выскочил из автомобиля открыл мне дверцу, помогая выбраться на свежий воздух. Темное небо, лес, пустая дорога. Романтика! Еще бы дышать начать, а то опять хрипеть начинаю, а в глазах темные пятна бегают. Мстислав, придерживая меня за талию, заставил меня запрокинуть голову, положив затылок ему на плечо.
— Закрой глаза и просто расслабься.
Я сделала, как он сказал. Спокойствие расходилось волнами от моего соседа. Но дышать по-прежнему не получалось.
— Девочка моя, ты очень вредная и ты заставляешь меня беспокоиться, — шепнул Мстислав и в его голосе зазвучали знакомые ласковые нотки.
Я обернулась, глядя ему в глаза. Золотистый волнующий взгляд. Почему он смотрит на меня с таким восхищением? Эмоциональная волна, теплая и нежная затопила мое сознание, учащая пульс и заставляя сделать слабый вдох. Забота, беспокойство читалось во взгляде Мстислава, а в его голове неожиданные чувства, нечто родное.
— Что ты со мной делаешь? — шепнул он, проведя костяшками пальцев по моей щеке.
— А ты со мной? — спросила я, чувствуя, что мои щеки пылают румянцем.
— Не знаю, — Мстислав покачал головой, вглядываясь в мое лицо. — Твои глаза такие выразительные…и в них мелькает жизнь.
Парень наклонился и я подумала, что он меня поцелует, но нет. Коснувшись лбом моего лба, Мстислав замер, будто прислушиваясь к моему состоянию.
— О чем ты думаешь?
— Узнала ответ на твой вопрос.
— Вот как? — удивился он. — И на какой же?
— Я знаю, о чем стала мечтать, — я улыбнулась и робко обхватила парня за шею. — С тобой я начинаю жить. И я хочу жить, хочу покончить с прошлым, и не хочу больше быть в одиночестве. И я очень хочу узнать и понять тебя. Ты так редко отвечаешь на вопросы. И в тоже время ты тогда сказал, что любишь меня, — я почувствовала, что слезы наворачиваются на глаза. — Я не понимаю, за что!?? Мстислав, ты столько следил за мной столько времени и ты знаешь, понимаешь почему я…
— Тише, — большим пальцем сосед стер скатившуюся по моей щеке слезу. — Все постепенно, все нужно делать постепенно. Я хочу, чтобы ты понимала, что можешь мне доверять. Это не может случиться сразу, только постепенно делая выводы из каких-то моих действий. Ты такая сильная.
Обняв меня, Мстислав покачал головой и снова коснулся костяшками щеки.
— Извини, — он резко убрал руку и отошел на шаг назад. — Я слишком многое себе стал позволять.
Его эмоциональный фон опять совершил кульбит. У меня закружилась голова. Я чувствовала нечто тяжелое, волнующее, темное. Это его воспоминания.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
Мстислав встревоженно вглядывался в мое лицо, придерживая меня за талию. А я цеплялась за его воспоминания. Нет, я хочу знать, хочу… Это все очень важно для меня. Я потеряла свои воспоминания, но через сознание своего замечательного соседа будто восстанавливаю картину происходящего.
МСТИСЛАВ
ВИТТОРИНА
— Вита, — сосед продолжал меня встряхивать, но я не чувствовала собственного тела, постепенно погружаясь в его воспоминания. Меня хотят выдернуть из Катарсиса, но я не хочу. Видя мысли Шархана, я чувствую себя снова живой, словно обретаю что-то важное и давно потерянное.
МСТИСЛАВ
— без даты-
Сегодня третий отборочный тур был. Вита прошла. Я в ужасе. Если бы я знала, на что подпишу подругу…но я не знала. Я хотела, как лучше, а получилось, как всегда. В общем-то, на первом этапе Вита бег с препятствиями прошла первой, успев помочь еще и Ромке, дотащив того буквально до финиша.
На втором этапе они работали двойками, проходя лабиринт напичканный всякими ловушками. Я видела, как люди ломали конечности, получали страшные травмы, не проходя в дальнейшем. Ромка ловко следил за лабиринтом в монитор, подсказывая в микрофон о дальнейших действиях Вите и та, с легкостью, выполняла его указания. Кстати, Толик тоже тут был. Оказывается, он все это время работал непосредственно в Академии, но упорно молчал об этом. Возможно, на то были свои причины. Не знаю. Не хочу об этом думать. В самый последний свой прыжок Вита чудом не сорвалась. Она буквально валилась от усталости, падая на землю. Казимир Мирославович и Шархан с любопытством следили за ней, будто ее результаты значили для них куда больше, чем все остальные.
В третьем туре нужно было выстоять в боях без правил. Из пары участвовал один человек, и этот выбор выпал Ромке. Он ботаник и ни за что не выстоял бы даже против вшивого школьника. Но он так рвался поступить в Академию. Он мечтал. Он горел этим. Когда я увидела противника, то поняла, что навещать нам после этого Ромку в больнице не один месяц. Но произошла замена. Витторина вышла сама. С ее комплекцией и подготовкой было невозможно противостоять, но она старалась. Она пообещала, что выдержит этот бой, чтобы помочь осуществиться мечте сразу двум людям — моей и Ромкиной. Как итог, она одержала техническую победу, НО. Когда противник признал поражение, моя подруга просто потеряла сознание от боли. На диагностике подтвердили — несколько трещин в ребрах, сломана рука и серьезная черепно-мозговая травма. Ей оказали хорошую медицинскую помощь. И вот, когда мы стояли в коридоре, и смотрели сквозь окно внутрь палаты, где в специальной криокамере восстанавливалась Витторина, Шархан спросил меня:
— Этого ты желаешь своей подруге?
Я не знала, что ответить. Академия Лемур самое престижное учебное заведение на сегодняшний день. Не было ни одного выпускника, который не устроился бы в жизни. А я очень хотела, чтобы жизнь Виты устроилась.
— Знаешь…она столько мне помогала, столько выручала, хотя мы даже не были знакомы поначалу, — я чувствовала, как в уголках глаз собираются слезы. — Я очень хочу, чтобы она была счастлива, чтобы она ни о чем не сожалела, могла жить и не бороться с общественным мнением вопреки всему. Думаешь она плохая!? Нет. Она жертвует собой ради других, хотя ей не приносит никакой выгоды все это.
— Только очистка совести, — иронично хмыкнул он. — Ты понимаешь, что все это, цветочки?! Дальше может быть еще сложнее.
— Я слышала, что вы подчиняетесь Кроносу, — эту информацию мне рассказал некто Санек, очень общительный парень, учащийся в Лемуре.
— Да, — он помедлив кивнул. Не знаю, Шархан несколько пугал меня своей отчужденностью. Мрачный и такой таинственный. Не удивительно, что Вита влюбилась в него.
— Что мне сделать ради ее счастья?! Я готова связать себя Кроносом, лишь бы с моей подругой, с Витой было все хорошо.
— Вот как!? — он задумчиво посмотрел сначала на меня, потом на криокамеру. — А если цена окажется слишком высока?
— Я готова на все, — и это было правдой.
Молодой пузатый доктор покинул палату и подошел к нам.
— Нормально все будет, — он улыбнулся и протянул мне руку. — Влад, очень приятно. Персональный лечащий врач.
— Как долго ей восстанавливаться? — поинтересовалась я, готовясь к длительному уходу. Все-таки Вита пострадала из-за меня.
— Сегодня вечером она уже будет в норме. Наши технологии позволяют ускоренно восстанавливаться, — он улыбнулся открытой искренней улыбкой. — Не волнуйтесь, бога ради. У вашей подруги очень хорошие показатели.
— Так что насчет Кроноса? — вдруг с улыбкой спросил Шархан. — Я готов помочь при одном условии.
— Каком?
— Я бы хотел посмотреть, как в самый ответственный момент вы сможете повернуть вспять толпу, — он хмыкнул. — Вы же на все готовы ради подруги.
Он ушел, а я, будто оглушенная, осталась стоять в коридоре.
— Не обращайте внимания, он сегодня не в духе, — улыбнулся Влад и почти сразу палату будто окатил шквал непонятно энергии, заставив нас пригнуться.
— Спасибо, — я была искренне благодарна за помощь.
— Она крепче, чем кажется на первый взгляд. Вы же наверняка чувствовали в ней внутреннюю силу, что-то что отличает ее от других.
— Да, она другая.
— Тогда могу ли я вам доверить один секрет?..
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
ВИТТОРИНА
Он поцеловал меня. Теплые губы ласкали, терзали мои, заставляя мою кровь вскипеть, оживить меня. Я наконец-то «появилась» здесь, вынырнув из омута воспоминаний, но полностью утонув в собственных ощущениях. Не знаю чем я думала (явно моя голова перестала соображать, раз позволила себе обнять Мстислава, отвечая на его поцелуй). Мне с ним очень хорошо. Он, обхватив меня за талию, приподнял над землей и посадил на капот машины. Его пальцы ласкали шею, слегка сжимая кожу, потом поднималась выше, запутываясь в волосах. Мое сердце выпрыгивало из груди, в ушах грохотала кровь, заглушая все остальные звуки. Я почувствовала, как по моим щекам потекли холодные слезы. Мстислав отстранился, стирая влагу с моих щек и заглянул в мои глаза. Сейчас я не знаю, что он видел в моем взгляде, но я почувствовала его беспокойство. Тело мелко трясло от перенапряжения, не люблю чувствовать себя такой слабой и беспомощной, особенно рядом с Мстиславом — для него я хочу выглядеть сильной.
— Извини, — я улыбнулась и тоже вытерла слезы, которые продолжали стекать неровным ручейком. Мотнув головой, я закрыла глаза и закусила губу, пытаясь сдержать рыдания. Что со мной? Почему я не могу сейчас успокоиться?
— Девочка моя, — шепнул он, прижимая меня к своей груди и позволяя, выплакаться. — Что ты видела?
— Свой приезд в Академию.
— Ты начинаешь работать на износ.
— Мы не опаздываем?
— Думаешь, я позволил бы себе тебя задерживать? — он в удивлении изогнул бровь. — Конечно нет. Посмотри, красиво ведь?!
Я запрокинула голову, глядя на звездное небо. Темное, далекое, мерцающее. Парень стоял близко ко мне, опираясь ладонью левой руки о капот, совсем рядом с моим бедром, но не касаясь, хотя я чувствовала жар его кожи. Его золотистые глаза тоже смотрели вверх.
— Действительно красиво, — я улыбнулась. — Мстислав, а чем ты завтра занимаешься?
— Для тебя свободен, — он усмехнулся. — Есть пожелания?
— Ну я же сдала экзамен на Предел Барьера, поэтому хочу увидеть окрестности Академии. Судя по твоим мыслям, там должно быть красиво. Ну так как?
— С удовольствием, — парень посмотрел на меня.
— Поедем?
— Тебе лучше?
— Да, спасибо.
— За что? — удивился он.
— За то что заботишься обо мне.
Я спрыгнула с капота, Мстислав открыл дверцу автомобиля и я села внутрь. Снова взяла Анютину тетрадь и повертев в пальцах, сунула в сумку. Потом, не сейчас.
— Так что ты видела в моей голове? — снова задал вопрос он, когда мы вновь мчались по трассе.
— А это принципиально? — я улыбнулась.
— Думаю да.
— Хорошо, только сначала ответь ты на мой вопрос, а потом я расскажу, что видела, — пошла на шантаж я. Нет, ну Мстислав так постоянно делает, так что теперь моя очередь.
— Задавай, — он улыбнулся.
— Что ты такое скрываешь от меня? Чего такого я должна испугаться в твоем прошлом?
— Надо же, я даже вопрос угадал, — Мстислав хмыкнул. — Вита, я жесток по своей натуре. Даже через чур. Раньше я состоял в другом отряде, по ликвидации и зачистке. Естественно убивал, пытал, унижал. С девушкой встречался, у нас были очень жесткие отношения. Не было никакой романтики, ничего. Поэтому когда она ушла к другому, я не удивился. Другой вопрос в том, что она стала мстить всем, кто связан со мной. Вплоть до того, что было нападение на Яну. Пятерых убил на глазах маленькой девочки. Ей пришлось принудительно стирать память. Я ненавидел людей. В тот момент, когда твоя Анечка нашла нас, я до ужаса ненавидел всех, в особенности, пожалуй, женщин. Ты мне сначала показалась глупой особой, неуклюжей, именно так я всех и видел. И именно ты показала, что я ошибался. В один прекрасный день, мне тоже пришлось обратиться к Владу с целью поболтать и я еще больше понял, что сильно ошибался и хочу исправить эту ошибку. Примерно так, если в двух словах.
Кажется я застопорилась. То как он вел себя со мной и то, что рассказал только что не вязалось в моем понимании, да и в принципе я удивлена, что Мстислав ответил на мой вопрос. Но честность за честность, я сама себе кивнула и произнесла:
— Я могу прочувствовать что-то из твоих воспоминаний, словно вижу себя в твоем теле. Видела, как Анюта тебе показывала меня, и первое столкновение с Сашкой. А потом приезд в Академию, твои мысли…они забавны немного, — я улыбнулась. — Просто… — я начала активно жестикулировать руками, пытаясь выразить полноту мысли. — При твоем имидже в Академии, я не ожидала, что ты бываешь робким или нерешительным. Насколько я смогла судить из твоих воспоминаний, это случается редко и чаще всего в присутствии меня.
Склонив голову набок, я посмотрела на парня.
— Я успел застать те моменты, когда мог потерять тебя. Твое падение на мотоцикле, твои опасные прыжки, походы на заброшки…да и просто, твое состояние некоторое время…я бы назвал суицидальным. У меня сердце кровью обливалось. Я действительно начал сильно вмешиваться в твою жизнь, стараясь оградить от ненужных людей, помогать с заработком, и естественно, проваленный экзамен взял на себя, под свою ответственность, лишь бы ты была ближе ко мне. Вот ты знаешь, что я вижу, что я чувствую, так поделись со мной своими чувствами.
— Ты мне нравишься, — я покраснела и потупила взгляд, не в силах смотреть ему в глаза. — Хочу узнать тебя получше. Но к отношениям…
— Я знаю и понимаю, — он кивнул. — Не все сразу, девочка моя, постепенно и не спеша нужно действовать. Согласна?
— Откуда столько понимания? — язвительно спросила я.
— Случается со мной такое, — Мстислав усмехнулся. — Я помню, как на выпускном ты парню в челюсть зарядила. Это было что-то, — он улыбнулся.
— Помню, — я хмыкнула. — Анютке пощечину дал за то что отказалась танцевать.
— Тебе под удар страшно попадать. Можешь и череп случайно снести.
— Уж кто бы говорил. Кто Макса по полу раскатал?
Мы дружно рассмеялись. Надо же, он бывает таким беззаботным.
— Оживаю, — все еще смеясь произнесла я. — И горло меньше стало болеть.
— Это радует. А еще радует, что снова могу услышать твой смех.
Я робко улыбнулась, посмотрела вперед и ахнула. Метров через двести виднелся прозрачный купол, пересекающий гладкую дорогу без выбоин. Еще чуть-чуть и мы разобьемся, влетев в стену. Но мой сосед не особо обращал внимания на эти мелочи, может он просто не видит эту преграду?!
— Барьер!? — кажется во мне проснулась паника.
— Он самый, — Мстислав улыбнулся. — То, что ты его видишь, говорит о хорошем уровне твоих способностей. Кстати, завтра после прогулки можем отработать Резонанс.
Вжих! Мы пролетели сквозь Барьер. Я оглянулась, но ничего не изменилось. Прозрачная стена осталась на месте, все так же, словно разделяя миры.
— Защита от непосвященных, — хмыкнул Мстислав. — Смотри.
Перед нами открылся потрясающий вид — впереди стояло небольшое поместье, прекрасное, величественное, старинное. Интересно, сколько ему столетий? Дорога была все такой же хорошей, гладкой, что для нашей страны весьма странно. От замка, как лучи солнца, расходилось множество улочек, вдоль которых ютились маленькие домики, напоминающие сказочные избушки. И все улицы были освещены фонарями. Народ попадался самый разнообразный — хиппи, рокеры, готы, в костюмах-тройках… Разношерстные, разномастные. На нас оборачивались, обращали внимание. Еще бы, такая тачка! Хотя, я подозреваю, что Мстислава тут хорошо знают. Вообще это место напоминало маленький городок, тогда почему…
— Деревенька, — усмехнулся Мстислав, словно подслушивая мои мысли. — Население слишком маленькое, да и условия далеки от города. В общем-то все живут своими способностями. Для остальных вход в эту деревню закрыт. Барьер отводит любопытных. Как правило, сознание каждого человека рисует свои ужасы, заставляя бежать от этого места. Я не привозил тебя сюда раньше, потому что хотел, чтобы твои способности в полной степени раскрылись, иначе ты могла запаниковать.
— Я и запаниковала, — надулась, как ребенок.
— Правда?
— Да. Мне показалось, что мы разобьемся об этот Барьер кстати да, такое возможно?
— Нет, — он рассмеялся. — Для тебя здесь особый допуск оформлен. И мы приехали.
Автомобиль плавно остановился на обочине, напротив небольшого домика. Мстислав выскочил наружу и галантно открыл дверцу, помогая мне выбраться из машины. А я оглядывалась и рассматривала все, поддаваясь своему любопытству.
— Милое местечко, — наконец проговорила я и обернулась к парню.
— Хотела бы здесь жить? — спросил он, чем поставил меня в тупик.
— Сосед, я даже не знаю порой как на твои вопросы реагировать, — я усмехнулась.
— Сосед? — в этот раз застопорился Мстислав, удивленно глядя на меня, и от этого взгляда я вдруг звонко и искренне рассмеялась.
— Ты у меня часто ассоциируешься с песней «В нашем доме поселился замечательный сосед». Преподы порой спрашивают, мол не обижаешь ли ты меня, все ли нормально и я всегда так и отвечаю, что ты замечательный сосед.
— Вот откуда ноги растут, — протянул он, усмехнувшись.
— Да нет, как правило ноги растут из другого места. Но в нашем случае, это к делу не относится, — ухмыльнулась.
— Игривое настроение…мне нравится, — буркнул он и жестом пригласил пройти в домик. Вывеска сбоку гласила «Рок-кафе. Амбивалентность[1]».
— Узнаю твое чувство юмора, — я закусила губу, стараясь не рассмеяться.
— Могу сказать тебе тоже самое, — Мстислав улыбнулся.
Мы прошли в подвальное помещение, погруженное в полумрак, изредка освещаемое светодиодными вспышками. Зал был большой, даже очень. Есть балкончик с виповскими местами. Сцена…в принципе нормальных размеров, примерно как в Москве на Соколе концертная площадка. Для клуба мне кажется, это хорошие параметры. За пультом танцевал ди-джей. Я затормозила, озираясь и мой сосед случайно налетел на меня.
— Извини, — он поправил чехол на плече и, взяв меня за руку, повел между столиками. То и дело с нами здоровались, и моя догадка о том, что Мстислава здесь хорошо знают подтвердилась. Думаю мне кивали чисто из вежливости, но я тоже отвечала, мило улыбаясь.
— Шархан, добрый вечер! — высокая хрупкая девушка подошла к нам. На ней был одет дорогой брючный костюм, цвета морской волны. Рыжие волосы заплетены в высокий хвост. Девушка оказалась очень высокой, так еще и на каблуках, как раз, по росту почти сравнявшись с Мстиславом. Ее вид был безупречен. Загорелая кожа, качественный макияж. Все дорого, но без лишних понтов. М-да, я себя почувствовала неловко в своей простенькой одежде.
— Приветствую, Лорэн, — парень достаточно холодно поздоровался с ней. — Знакомьтесь. Это Витторина, в сети известна, как Феникс. Это Лорэн, администратор клуба.
— Приятно познакомиться, — девушка протянула руку и я отметила безупречный маникюр.
— Взаимно, — я пожала руку.
— Пройдемте в мой кабинет, обсудим условия сделки, — профессионально улыбнувшись, Лорэн повела нас через зал, по лестнице наверх, по пути отдав какое-то распоряжение официантке.
Лестница была неприметной. В самом низу стояло два охранника, которые пропускали только тех, кто записан на встречу (эту информацию я наскоро смогла считать из головы администратора). Второй этаж начинался с небольшой приемной с уютными стульями и диванчиками, дальше еще одна приемная, только поменьше с маленьким столиком. Эта комната была отделена и запиралась на ключ. Но вот наконец-то кабинет. Ох, дорогущая мебель, шикарная, кожаная, столы из красного дерева. Кажется я никогда не привыкну к роскоши. Вслед за нами зашла официантка и быстро накрыла на стол — закуска, две бутылки спиртного и три бокала уже наполненных алкоголем. Мы молча расселись за столом. Мстислав ободряюще сжал мою руку в своей ладони.
— Шархан, те условия, которые ты предлагал… — Лорэн достала какие-то документы. — Это слишком дорого и не выгодно для нас. Ты отдаешь себе отчет в том, что Феникса мало кто знает в нашем районе? Вы просто не соберете такое количество поклонников. Я не хочу понести убытки и потерять постоянных клиентов.
— Допустим, ты права, — Шархан кивнул и взяв бокал пригубил вина. — Но, у девочки не шуточный потенциал, который вряд ли кто-то переплюнет из тех, кто нынче у тебя выступает. Согласен, понадобится время, выбиться в любимчики, но молва пойдет очень быстро. Как минимум Академия будет посещать твое заведение чаще, чтобы услышать Виту.
— Ты хоть петь умеешь или так, бренькаешь? — девушка обернулась ко мне. Кажется, меня это задело. Что значит бренькаю? Я вообще-то отлично играю, ты кукла крашеная.
— Диапазон четыре октавы, если Вам это о чем-то говорит, — вежливо улыбнувшись ответила я.
— Репертуар?
— Кавер. Своих песен у меня немного, но сыграть и спеть могу любую вещь…даже оперную.
— Рок?
— Естественно.
— Какие стили?
— Любые.
— Например?
— Альтернативный метал, альтернативный рок, арт-рок, бард-рок, бит, блюз-рок, краут-рок, паб-рок, глэм, фолк, хард, хеви-метал, готик, индустриал, рокабилли… Может Вас конкретно что-то интересует, а то перечислять можно долго?! — я скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла, наслаждаясь потрясенным видом этой мадамы.
— Впечатляет. У вас есть пожелания к нам? Прайс-лист? Сегодня готовы исполнить пару песен на пробу? С какого дня готовы приступить к работе? — Лорэн улыбнулась.
— На сегодняшний вечер лишь предоставить микрофон, — я усмехнулась. — В дальнейшем, я надеюсь, что полностью буду приезжать со своей аппаратурой, и единственным пожеланием будет лишь, иметь запасное оборудование на экстренный случай. Да, сегодня готова. Со следующих выходных. Могу чаще.
— Отлично, — девушка посмотрела на Мстислава и облизав губы, обратилась к нему. — Тебя такие условия устраивают?
— Цена?
— Я согласна.
— Тогда устраивает. Если в ближайшее время все пройдет на отлично предлагаю ввести более свободный график, чтобы можно было приезжать на неделе.
— Транспорт Вам предоставить? — Лорэн снова повернулась ко мне.
— Нет, мы своим ходом, — успокоил ее мой сосед. — Единственное, я хотел бы уточнить вопрос по охране.
— Да, с этим условием я тоже согласна.
— Подписываем, — удовлетворенно кивнул Мстислав, пробежался глазами по документам и поставил свою роспись, потом протянул мне, показывая где нужно оставить свой автограф. Подписала, передала Лорэн. Она поставила печать и протянула нам один экземпляр.
— Добро пожаловать, Витторина! Надеюсь на долгое и благоприятное сотрудничество.
— Взаимно, — мы снова пожали друг другу руки. — Я могу осмотреться?
— Конечно. Вам нужно сопровождение?
— Нет, спасибо, я сама справлюсь.
— Но навигатор на всякий случай включи, — негромко с улыбкой произнес Мстислав.
— Язва, — беззлобно огрызнулась я и вышла из кабинета, вернувшись в клубное помещение.
[1] Двойственность отношения к чему-либо, в особенности — двойственность переживания, выражающаяся в том, что один объект вызывает у человека одновременно два противоположных чувства.
— без даты-
Проблема не приходит одна. Сегодня проводились акции протестов. Ритка оказалась по одну сторону баррикады, а клуб «Конкистадор» по другую. Естественно Вита не могла остаться дома, оставив своих друзей. А я уже почти оплакивала Ритку, когда мы неслись на байке прямо в эпицентр.
Как оказалось, со стороны правоохранительных органов присоединилась «Ночная Стража», во главе с Шарханом. Когда он заметил нас, то несколько удивился, но почти тут же усмехнулся, будто напоминая про условие. Это нереально. Нет. Невозможно это остановить.
— Анют, пообещай мне две вещи, — пробурчала Витторина, снимая шлем и протягивая мне ключи от своего мотоцикла. — Байк должен попасть в хорошие руки. И если меня закроют, то хотя бы иногда навещай меня.
— Вита! Это безумие.
— Да, — она улыбнулась. — И я делаю это ради тебя. Договорились?!
— НЕТ!!! — я пыталась ее остановить, но она юркнула в толпу и достаточно быстро появилась ровно посередине, в нейтральной зоне, между двух огней. Ее пытался кто-то остановить, но не вышло.
Витторина резко что-то говорила президенту клуба, просила отступить, не допускать кровопролития. Не знаю как ей удалось, но тот лагерь отступил, покорно, будто волной схлынул обратно в океан.
Все произошло быстро. Витторину просто заковали в наручники и грубо увели куда-то вглубь толпы. Мне было безумно страшно. Я стояла посреди этого всего хаоса и не знала, что делать.
Шархан с отцом возникли будто из неоткуда в поле моего зрения.
— Идем, — скорее приказ, чем просьба.
— Там мотоцикл…надо откатить.
Шархан вздохнул так тяжело, будто вся эта суматоха приносила ему очень много лишних хлопот. Он забрал ключи и погрузив мотоцикл в багажник «Брабаруса», пригласил меня занять место на заднем сидении.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Танцпол был битком. Девушки и парни, молодые и старые танцевали. На сцене выступала какая-то группа, исполняя «Redeemer» группы «60 секунд до Юпитера». Я остановилась на балконе, облокотившись на ограждение и наблюдая за действием разворачивающимся на сцене. Альтернатива, нео-прогрессивный рок, пост-гранж, хард-рок. Группа основана в девяносто восьмом году тремя братьями. Поговаривают, что «60 seconds to Jupiter» устанавливают прочный контакт со своими фанатами, не пользуясь услугами секьюрити. Лично мне, не особо в это верится, но лишь потому, что не наблюдала это своими глазами. И кстати, логотипом группы была Жар-птица, но сами участники группы называли знак почему-то Уроборосом, использованный для первоначального продвижения группы с девизом «Только вперед!». Но потом, с выпуском альбома «To infinity», группа представила новый логотип, известный как Треугольник. И кстати, вокалист группы был актером. Первоначально группа замышлялась как семейный проект, но позже присоединились гитаристы Брэйк и Бакслер, а после их ухода, в группу вошли Томоев и Уолтер, который также покинул группу. Лично для меня самой любимой песней была «Tornado», на которую также был снят, на мой взгляд, потрясающий клип. Это пятый сингл из альбома «To infinity». В интервью, вокалист-актер объяснил, что в клипе они отобразили мрачную реальность ночного города, которая идет параллельно с нашей жизнью, что это как фантазия, сон, тайные темные недра нашего мозга, грязная часть подсознания. Клип был разделен на несколько частей, хотя мне больше казалось, что это три вполне конкретные истории, самостоятельные по себе, но в тоже время, гармонично перекликающиеся и являющиеся продолжением друг друга. Во-первых, это рождение страха и столкновение. Во-вторых, та самая жизнь, когда страх загоняет тебя в гроб, и при этом жизнь дает шанс (в клипе это было показано через ключик на красной ленте), изменить все, побороть своих внутренних демонов. В-третьих, победа над страхом, когда сталкиваешься с ним лицом к лицу. И естественно, параллельно с этим линия любви. Ведь любовь помогает пережить любые трудности. Любопытно, что эту песню написали зимой в Берлине. Вообще, говорят, что в Германии очень быстро темнеет на улицах. Но вообще, «Tornado», который длился дольше тринадцати минут, клип был запрещено на телевиденье. Видео было подвергнуто цензуре и в итоге запрещено из-за сексуальных сцен и насилия. Хотя в интернете, просто стояла соответствующая пометка.
Мой взгляд лихорадочно цеплялся за публику, вытаскивая какие-то занимательные факты.
— И че, че? — раздался басовитый голос, неподалеку от меня. Я обернулась, заметив компанию ребят, состоящую из пяти человек. Их костюмы смутно напоминали мне группу «Cochem». Но приглядевшись, я поняла, что не показалось и было действительно так. Вон, парень стоит с точно такой прической и в таком же костюме, как у Ричарда Успе, когда он выступал в Самаре на «Рок на Волге». А вот тот, очень похож на Наиля. И Олав очень даже похож — парень очень высокий, лысый и в знакомой майке. Так, а вон и Сяке в очках, неуклюжий, смешной. Вот Криста Шнайя я не сразу узнала, но предположила, как оказалось верно.
— И что ты мне предлагаешь? — парень, похожий на Наиля, витиевато выругался. — Не отменять же выступление?!? Нам, между прочим, предоплату придется возвращать и кстати, штраф придется заплатить. Надо идти!
— Ага, а без гитариста зашибись, как выступим, — «Олав» хмыкнул. — Лучше отказаться, чем опозориться. Слышь, кто с ним ходил-то?
— Ну, я, — «Ричард» кивнул. — Я не знаю че да как. Мы вместе ели и пили, а отравился только он.
— У тебя желудок более устойчив, — хихикнул «Норенц» (он же Сяке). — Но, я предлагаю отказаться. Мы не сможем без ритм-гитары и бэк-вокала. Он нам необходим. Лучше потом отыграем.
Я следила за ним со смесью удивления и любопытства. Понятно, кавер. Играют индастриал-метал, смешивая с альтернативного метала и электронного индастриала. Интересно, а второй проект отыгрывают, который основал Ричард Успе?
— Лорэн нас сожрет за этот отказ, — «Наиль» покачал головой. — Ладно, пошлите.
— Эй, парни! — окликнула я, продолжая опираться на стойку балкончика. Они дружно обернулись, и как только я добилась их внимания, уточнила — Пауля где потеряли?
— С отравлением, редиска, слег, — отметил «Шнайя».
— Хотите, выручу?
— В смысле? Ты играешь? — удивился «Олав», но его перебил «Успе»:
— Это же Феникс. Да ведь? Ты же она? — обратился он ко мне.
— Именно так, — позволила себе милую улыбку. — Я недавно здесь. Сегодня только подписала договор о работе. Вот, знакомлюсь с обстановкой и коллективами.
— А ты и с творчеством «Cochem» знакома? — недоверчиво спросил «Наиль Интермэн».
— Естественно. Это же одна из самых известных немецких групп во всем мире. Хотя я и не одобряю их творчество, но на концертах часто просят исполнить что-нибудь из их песен. Преобладающая тематика насилия и брутальности, лично меня не вдохновляет, — позволила себе усмехнуться.
— Прикольно, — «Ричард» хмыкнул. — И че? Ты тут одна? На входе тачка крутая стоит, твоя?
— Моего друга. Мстислав, если это о чем-то вам говорит.
— Да ладно?! — все пятеро дружно побледнели. — Че, серьезно? Тот самый Шархан?
— Серьезнее не бывает.
— Вита? — в этот момент на балкон вышел мой сосед. Увидев парней, Мстислав строго оглядел их, ледяным взглядом, отчего ребятки сжались и отступили назад. При этом мой замечательный сосед как бы невзначай приобнял меня за плечи.
— Добрый вечер, Шархан, — «Сяке» первым заговорил.
— Привет-привет, — хмуро произнес мой сосед. — И чем мы тут занимаемся?
— У ребят гитарист приболел, — решила сразу все объяснить я. — Вот я и предложила помощь.
— И что? Отказываются? — мягко уточнил он.
— Нет, просто немного сомневаются в моих способностях.
— Зря, — Мстислав усмехнулся. — Компромисс. Вита выступает с Вами и Вы отбиваете свои деньги. Ну а для нас польза, что теперь Феникс услышат и в этом клубе. Согласны?
Все пятеро согласно закивали, напоминая болванчиков. Ясно, спорю со своим соседом только я.
— Только смотри, не облажайся. Вот сет-лист, — «Олав» передал мне бумажку, на которой были написаны треки для исполнения на сцене.
— Постараюсь, — я хмыкнула, склонив голову набок.
— Через пять минут встречаемся на сцене, — прохладно ответили мне и развернувшись копия «Cochem» ушли в гримерку.
Я проводила их задумчивым взглядом, а потом вернулась к трек-листу. Так, все знакомо и все для меня легко исполняемо. Ну что ж, умою этих гадов. Откуда столько презрения, словно девушка не может разбираться в музыке.
Мстислав чмокнул меня в макушку, выведя из раздумий.
— Пофаниться опять пришли, — произнес он.
— Пофаниться? — переспросила я с улыбкой.
— Повыпендриваться, — усмехнулся сосед. — Наивные, дебилы. Не знают, что ты им еще форы сто очков вперед дашь. Пойдем? Я помогу тебе гитару подключить.
— Ты ведь будешь рядом?
— Я буду в зале, — он снова чмокнул меня, на этот раз в висок. — И я всегда рядом, даже когда на работу уезжаю. Как минимум, я в твоей голове. И ты в моей. И вот еще…не только я пришел тебя послушать. Скоро все увидишь.
Он улыбнулся и взяв меня под локоток, повел за кулисы. С трепетом я открыла чехол и достала гитару. Я тяжело вздохнула. Это дорого и только это делает меня несчастной.
— Я выбирал ее специально для тебя, — шепнул Мстислав, помогая отрегулировать ремень и подключая усилитель звука. — Пожалуйста, прими ее и не беспокойся. Пусть это будет компенсацией за ту, сломанную. Ведь мы тебя толкнули тогда на выступление, мы были виноваты и вот, мы искупаем свою вину. Но гитару ты мощно сломала тогда, — он улыбнулся. — У нас потом весь курс хохотал над Анатолием.
— Как-то дорого я тебе обхожусь, — я скривилась и вытащила из сумки коробочку с медиаторами, которые вложила в специальный кармашек на ремне.
— Таковы условия Кукловода.
— Ты мне обещал его показать.
— Э, нет, не поймаешь меня на этом, не обещал, — парень усмехнулся. — Просто наслаждайся жизнью. Я хочу, чтобы ты была счастливой, чтобы твои глаза снова горели. И пока я не сболтнул лишнего, марш на сцену.
Он легонько подтолкнул меня и я, мысленно досчитав до десяти, уверенной походкой вышла вперед. Ну что ж, ребята, перепевающие песни группы «Cochem», уже были на своих местах.
— Вечер добрый, добрый! Как настроение, пипл? — орал в микрофон внешняя копия Шнайя. Да, кроме как внешние качества, они походу не переняли ничего. Ну да фиг с ними. На меня поглядывали косо. Ясно, этот коллектив знают уже хорошо, а вот меня здесь никто не узнает, тем более видок у меня далеко не сценический.
— Итак, мы самый популярный кавер на группу «Cochem». К сожалению, наш товарищ, подражающий Ларсу заболел и не смог прийти сюда. Вместо него, любезно согласилась нас поддержать молодая и привлекательная особа. Феникс, встречайте!
Аплодисментами меня поддержал один столик, за которым сидели знакомые мне люди — Мстислав, Сергей со своей сестрой, Санек, Влад и Олег. Кстати, Роман, мой однокурсник тоже тут был. Семь человек, которые пришли меня поддержать. Я улыбнулась им и приветливо помахала рукой. Вспомнив о медиаторе, я достала его из кармашка и зажала в пальцах.
— Поехали!
Наше совместное выступление началось с песни «Gegeneinander und miteinander». Ну что ж, играют ребята отлично, от оригинала почти не отличишь, хотя мелкие недочеты все-таки есть. Я пропустила мимо ушей начало куплета и вступила в игру лишь на тридцатой секунде, заткнув буквально все инструменты, обратив на себя внимание. Я видела удивление на лицах слушателей. Конечно, метал плохо у них ассоциируется с девушками. Мне хватило всего семь секунд, чтобы показать, кто тут выдает класс игры на балалайке, заставляя ждать припева, чтобы услышать меня. Инструмент был прекрасно настроен и слушался, звучал так, словно это было продолжением моей души.
Тихий шёпот ночи, звёзды манят светом,
Я иду в объятия теней.
Сердце в ритме страсти, я теряю лето,
В глубине твоих тёмных очей.
Так, народ разогревается потихоньку и в мою сторону уже не так косо смотрят, даже наоборот, даже что-то кричат, только отсюда сложно разобрать. Следующей песней была «Sonnenschein». Эта мне нравится, даже клип неплохой, несколько комичный и грустный, обнажающий пороки человечества. История про Белоснежку и гномов, которые трудятся в шахтах, добывая для своей хозяйки (а именно так предстает перед нами Белоснежка) запрещенные препараты, по одной из версий. Ну и в один прекрасный день, красавица все-таки перебарщивает и вроде как умирает. Ее помещают в стеклянный гроб и поднимают на холм. С дерева падает яблоко и разбивает стекло гроба, в этот момент Белоснежка, которую играла модель, оживает. Вообще, мне где-то попадалась информация о том, что эта песня была изначально написана боксёра, специально для того момента, когда он выходит на ринг. Но кто знает, может быть это всего лишь слухи.
Следующим синглом нашего выступления была песня про запахи, как я для себя ее окрестила. На эту песню было снято два клипа. Первый с герберой, вроде бы, и второй на вампирскую тему, где была очень красивая девушка в красном платье, впоследствии превратившаяся в вампира.
Игра давалась мне легко, с удовольствием, несмотря на тексты песен. В итоге, когда мы закончили и вышли на поклон, толпа скандировала «Феникс». Меня просили остаться и я, под дружные вопли вышла вперед, успев перехватить микрофон, который мне протянул «Ричард» пожелав с улыбкой удачи.
— Большое всем спасибо! Отдельное спасибо кавер-группе «Cochem» за возможность выступить, — произнесла я, прилаживая микрофон на голову, мельком взглянув на друзей и параллельно с этим подстраивая педаль под ногу. — Я хотела бы исполнить песню, для своего соседа по комнате. Как только он появился в моей жизни, все стало меняться. Песня «Возрождение» моей группы «Феникс».
Лично для меня это очень романтичная песня. Я не случайно выбрала эту песню для Мстислава. И дело не в том, что мне хотелось поблагодарить его (не без этого конечно). Просто я начинала чувствовать необходимость в нем, он стал для меня опорой, помощью, он вытащил меня из моих страхов и переживаний, он вернул меня к жизни. И сейчас я как нельзя лучше понимала, что не смогу продолжить жить без него, он стал частью меня и я бы рискнула попробовать, рискнула бы начать отношения, которые он предлагает ненавязчиво, постепенно, беспокоясь обо мне, моих чувствах, моем душевном состоянии.
Мы рождаемся с чистой душой,
С нежностью и любовью в сердце.
И всю жизнь мы ищем свой путь,
И разгадаем тайны судьбы.
Мой голос звучал как никогда сильно и уверено. «Мы встречаем людей, которые нам близки, и вместе мы проходим жизненные испытания. Они помогают нам расти и развиваться, и становятся нашим опытом и знаниями». Эмоции песни меня захлестнули, словно я ощущала этот дождь в своей душе, словно могла докричаться до сознания людей, открыть их душу, вытягивая весь мрак, всю тоску, тревогу, уныние и впитывая, преобразовывать в Хаос, оставляя свой светлый слепок для каждого из слушателей. Золотистые глаза Мстислава горели ярко, улыбаясь и внимательно следя за мной. Он так много стал для меня значить за столь короткий промежуток времени. Поразительно. Но песня закончилась, и, сделав маленькую паузу, я объявила следующую.
В глубине размышлений, в мире идей,
Творится чудо, что видят не все.
Мысли как звезды, сверкают во мраке,
Ткачи судьбы, что в них видят ответ.
Мысли — орудие, создающее мир,
Из них рождается наша судьба здесь.
Силой ума, мы строим свои мечты,
Мысли создают реальность в этой жизни.
В некоторые моменты зал умудрялся переорать меня, даже микрофон не особо помогал, но это было привычно. Поклонившись, я объявила следующую песню «В твоих глазах».
В твоих глазах я вижу тьму и свет,
Противоположности, что сплелись в одно.
Но я не боюсь, я готов принять
Все то, что в тебе скрыто от других.
Я принимаю тебя, моя любовь,
Со всеми твоими тайнами и грехами.
Я буду рядом, когда ты в темноте,
И буду светом в твоей жизни.
Толпа подпевала, танцевала, подпрыгивала. Я пела, перебирала струны и чувствовала, что Живу. После смерти Анюты, я как будто сама погибла, сдохла где-то внутри этого тела и вот сейчас, словно восстаю из пепла, снова свечусь той самой энергией, светом, ради которого на мои концерты приходили. Меня не смущало, что я просто одета, не помпезно. Людям обычно это нравилось. Простота и натуральность. Я настоящая! Я не притворяюсь!
Отыграв еще пару композиций, я поклонилась, закончив свое выступление. Меня оглушили аплодисментами. Тут же к сцене подошли люди, желающие получить автографы и вручить цветы. Убрав медиатор в кармашек, я спрыгнула в зал, перевесила гитару за спину грифом вниз и начала быстро и с улыбочкой расписываться на листах бумаги, отвечать на вопросы, которые сыпались друг за другом. Цветами меня завалили, я даже не могла их удержать все, но вовремя подоспевший Мстислав помог, неназойливо уводя меня на балкончик, к столику, где наши друзья уже ждали меня. Лорэн была там же. Когда я приблизилась, девушка встала и протянула руку, произнеся:
— Поздравляю! Вы грандиозны. Я вспомнила где видела Вас. Это же Вы с подругой снимали отличные любительские клипы и выкладывали на стриминговой плозадке?!
— Да, это я, — кивнула. Что-то меня настораживало в ней. Хотя нет, кого я обманываю?! Я же вижу ее эмоциональный фон, я вижу, что ей нравится мой сосед, хотя это и так заметно. Слишком уж откровенно она на него смотрит, и слишком сногсшибательно выглядит. Если подумать, у меня по сравнению с ней нет никаких шансов. Мотнув головой и отгоняя лишние мысли, я попыталась сконцентрироваться на мыслях Мстислава, который стоял сейчас за моей спиной и обнимал меня за плечи.
— Мы будем рады Вам в любой день, в любое время, — вежливо улыбнулась Лорэн и, извинившись, сослалась на очень важные дела, ушла, оставив после себя легкий флюид дорогих духов.
На сцене уже выступал кто-то другой. Я устало расстегнула ремень, отцепив гитару, убрала ее в жесткий чехол, и опустилась на стул, пододвинутый Сергеем.
— Ну что? Поздравляем! — радостно провозгласил Влад.
— Поздравляем! — подтвердил Роман, и скромно протянул блокнот. — А можно…автограф?
— Конечно, — я улыбнулась, быстро расписавшись.
— Вита, это было здорово! — Яна радостно прыгала рядом со мной, улыбаясь своей белозубой счастливой улыбкой.
Мстислав сидел рядом со мной. Его фон был подозрительно спокойным, ровным, без скачков, которые бывали обычно. Мы поболтали о том о сем и вскоре ребята убежали танцевать. Я отказалась, сославшись на усталость. На самом деле мне просто хотелось побыть наедине с замечательным соседом. Глядя с балкончика на танцующих, мы стояли бок-о-бок и молчали.
— Шикарный инструмент, — проговорила я. — Спасибо.
— Спасибо за песню, — его голос завораживал, обволакивал, словно бархат ласкал кожу. — Это было потрясающе. Твое сияние затмило всех. Но я так понимаю, твой выбор пал не случайно.
— Не случайно, — эхом ответила я, глядя вниз.
— Приглашаю тебя на свидание. Завтра в семь, — все с той же интонацией произнес Мстислав.
— Вот так сразу!? — обернулась, вглядываясь в его лицо.
— Нет, ну я могу еще четыре года походить рядом, а потом еще пару лет пытаться пригласить тебя на прогулку.
— Кстати о прогулке. Ты мне обещал показать окрестности Академии, — напомнила я.
— Ты невыносима, — в золотых глазах бегали смешинки. — Тогда так, днем прогулка, вечером свидание. Одно перетекает в другое. Ну как?
— Хорошо, — я мысленно перебирала свой гардероб, думая о том, что же надеть, учитывая, что в основном там футболки, майки и парочка джинсов. Зашибись! Сама напросилась, сама же теперь буду выпутываться. Мстислав заставил посмотреть ему в глаза, приподняв мою голову за подбородок.
— Судя по твоему лицу и Хаосу, у тебя есть какие-то пожелания. Выскажи их вслух. Не бойся говорить, я услышу тебя и обязательно прислушаюсь.
— Давай пойдем в недорогое заведение, чтобы прям попроще. У меня проблема с вечерними нарядами, — я тяжело вздохнула, чувствуя себя неловко. — Ну и я просто чувствую себя немного не в своей тарелке, поэтому хотелось, чтобы место было комфортным.
— Я учту. Что-нибудь еще?
— И никаких цветов, — я улыбнулась. — И вообще, ты слишком много тратишь.
— Что в этом плохого? Я хочу и могу сделать это для девушки, которую люблю. Разве плохо, что я для нее хочу приобретать все самое лучшее?
— Плохо. Я начинаю чувствовать себя обязанной.
— Зря. При случае всегда можешь послать меня куда подальше. Не факт конечно, что уйду по адресу, но то, что вернусь с магнитиками — факт! — он коротко хохотнул. — Какие пожелания на сегодня?
— Я устала. Мы можем поехать домой?
Он кивнул и что-то показав на пальцах Саньку, повел меня через черный ход к машине.
Дорога была пустой, мы мчались, освещая путь себе ярким светом фар. В машине тихо играла композиция «Tornado», о которой я сегодня вспомнила. Так кстати, мне очень нравится эта песня. «Я знаю, что в тебе есть демоны, но они не определяют, кто ты есть. Я вижу твою силу, твою доброту, и я верю, что в тебе больше света.»…я тихонько подпевала. Я смотрела в окно, на мелькающий пейзаж, замечая первые капли дождя на стекле и наслаждаясь этим полумраком, светом приборной панели и песней… «Я принимаю тебя, моя любовь, со всеми твоими тайнами и грехами». Вот готова поспорить, что Мстислав включил ее специально, мне кажется, что это и есть отражение наших отношений, наших переживаний, нашего душевного состояния. Мотор работает ровно, издавая приятный звук. Стрелка спидометра неумолимо приближается к отметке двухсот пятидесяти километров в час, мы словно скользим, не касаясь земли, летим вперед. На такой скорости, любое препятствие может быть началом нашей смерти, но мне совершенно не страшно, ведь я доверяю водителю, моему замечательному соседу. И не смотря на то, что дорога мокрая, мне кажется, что все под контролем, я в безопасности.
— Знаешь, почему «60 секунд до Юпитера»? — спросил он, скосив темные глаза на меня.
— Почему? — склонив голову, я внимательно посмотрела на него, и отчего-то мне стало смешно, ведь вряд ли парень является поклонником этой группы и скорее всего, просто хочет показать, что знаком с их творчеством для меня.
— В статье гарвардского профессора о технологическом прогрессе, была фраза о том, что в будущем человечество в буквальном смысле слова окажется «в шестидесяти секундах от Юпитера», хотя даже со скоростью света, расстояние от нашей планеты до Марса, к примеру, нельзя преодолеть быстрее, чем за три минуты.
— Любопытно, — я задумалась, пытаясь припомнить, может читала что-нибудь на этот счет, но память показывала фигу. — Кстати, можешь позлорадствовать. Я кушать хочу.
— Аллилуйя! — радостно воскликнул Мстислав, резко утопив педаль газа, отчего машина словно прыгнула вперед, а скорость быстро приближалась к максимальной. Меня вжало в спинку сидения. Оказывается, как мало ему для счастья нужно.
Стены Академии, еще каких-то минут десять назад казавшиеся маленькой точкой на горизонте, неумолимо приближались. В гараж мы въехали плавно, но быстро и я вышла из машины, не дожидаясь, когда Мстислав откроет мне дверь. Я огляделась. Здесь было полно дорогих автомобилей.
— А чьи здесь еще машины стоят? — спросила я.
— Только моего отделения. Этот этаж был выкопан лично мной и лишь под мою команду. Пошли, покажу твою машину.
— Мою машину, — буркнула я и поплелась за соседом.
Он кивнул вбок и негромко добавил:
— Она твоя.
Кажется, я потеряла дар речи, глядя на это произведение искусства, именуемое «Пыжик Оникс», абсолютно черного матового цвета эмаль кузова, светодиодные фары и выдвижной задний спойлер. Об этой тачке я очень много читала в интернете и вот теперь могла воочию убедиться в этом. Вес автомобиля всего чуть больше тонны, поскольку выполнен из карбоновых и алюминиевых кузовных панелей. Турбодизельный мотор V8. Двигатель работает в паре с 6-ступенчатой секвентальной трансмиссией. Шестьсот лошадиных сил при 3,7 литрах объема. Пипец, это же такая мощь!
Мстислав открыл дверцу, показывая мне салон. Сидения больше напоминали углубления с применением поролоновых вставок, обтянутые серым войлоком, из-за чего салон казался стальным, но при этом элегантным и стильным. Хотя один момент бросился в глаза сразу — педали расположены близко друг к другу и для человека с большой ногой это было бы неудобным (и хорошо, что ко мне это не относится). Интересная концепция спорткара.
— При заказе учитывали твой любимый цвет, поэтому это уникальная модель, — парень облокотился о крышу автомобиля. — Также внесли некоторую корректировку в настройки, чтобы ты могла управлять машиной с помощью мысли. Ну и естественно допуск Санек уже оформил. Кроме тебя, никто не сможет ездить на этом автомобиле. Сразу оговорюсь, мощности у этой малышки достаточно, поэтому все-таки будь аккуратна. Конечно, я позаботился о твоей безопасности, но я не всегда могу все предусмотреть. Ну как? Тебе нравится или все-таки в два цвета смотрится лучше?
Открыв рот, я просто переводила взгляд с Мстислава на автомобиль и обратно, не зная что сказать. Эмоции переполняли меня.
— Я проспорил твоей Анюте, и ее желанием было, чтобы я купил машину для тебя, естественно, учитывая все твои пожелания. Хотелось бы узнать, я угадал? Или чего-то не учел.
Я прикрыла ладошкой рот и закрыв глаза, почувствовала, что вот-вот расплачусь, не выдержав всех эмоций и переживаний этого дня. Встреча с Паном, его ликвидация, выступление в клубе, поездка в машине с парнем, который все больше и больше мне нравится и далеко не из-за подарков.
— Вита, ты снова перестала дышать, — Мстислав приблизился ко мне и положил два пальца мне на шею, словно проверяя пульс. — Ну судя по твоему состоянию, я почти угадал. Пойдем? Тебе необходим отдых, а завтра…завтра устроим тест-драйв, если захочешь, хорошо?
Я кивнула, не видя ничего перед собой, поскольку собравшиеся слезы мешали, скапливаясь в уголках глаз и не спешили стекать по щекам. Зашли в кабинку лифта, сосед нажал нужный этаж. Двери закрылись и мы плавно начали подниматься. Украдкой я поглядывала на него. Парень был как всегда спокоен и собран, уверен в себе и своих силах. Он себя не переоценивает, знает на что способен и прекрасно осознает свои слабости. Любопытно, но что-то я чувствую подвох связанный с Марионеткой, будто мне чего-то недоговаривают. Лифт мягко остановился, открывая нам путь на этаж.
— А как ты узнаешь о посторонних на этаже? — наконец спросила я.
— Особый датчик, фиксирующий мыслительную активность. Здесь задействован еще и датчик узнавания, иначе говоря, попасть на этаж могут лишь определенные люди, остальные будут сильно психологически травмированы.
— А как же цветы, которые мне дарили или это все твоих рук дело?
— Все передавали через меня, — он серьезно кивнул. — А на этаж никто не заходил.
Сосед открыл дверь, пропуская меня вперед.
— Можно тоже вопрос задать?
— Конечно, — я улыбнулась. Слез как не бывало. Умеет он меня все-таки отвлечь от переживаний, это так приятно, трогательно и для меня это много значит.
— Я никогда не видел, чтобы ты играла на акустике, лишь из интервью узнал, что ты поигрываешь на ней. А почему так редко?
— Хочешь, я для тебя исполню песню…на акустике, — склонив голову набок, я весело посмотрела на него.
— Я был бы рад, честно.
Кивнув, я убежала в соседнюю комнату за гитарой, запоздало ловя себя на мысли, что также старалась угодить Анюте. И песню, которую я выбрала, тоже когда-то своей подруге пела. Вернувшись в комнату, я застала своего соседа за любопытным занятием — он вешал на стену рамку с фотографией. Подойдя ближе я всмотрелась и узнала себя. Видимо одно из выступлений, я в прыжке с гитарой, лицо скрыто за волосами, но чувствуется сила в звуках, в мелодии.
— Случайный снимок, но он мне очень нравится. Я его все время с собой ношу, — Мстислав достал из кармана телефон и показал экран, на заставке снова была я.
— Шархан… — я потерялась в мыслях.
— Мстислав. Для тебя только так, никаких кличек, — прозвучало слишком печально. Привстав на цыпочки, я чмокнула его в щеку.
— Все хорошо. Я конечно до сих пор удивляюсь, откуда у тебя такие ко мне чувства, но это так приятно, — закусив губу, я из-под ресниц взглянула на парня. — А может сходим как-нибудь на «Энни Диззи»? — отметив удивленный взгляд соседа, пояснила, улыбнувшись — Это первый и единственный официальный трибьют. Я приглашаю.
— С тобой…с удовольствием, — Мстислав согласно кивнул и жестом пригласил сесть.
Плюхнувшись на диван, я еще раз проверила настроена ли гитара и откашлявшись произнесла:
— От смерти к судьбе.
Проиграв вступление, я запела:
Тихо шепчет ветер, вдалеке звезда,
Гаснут свет и тени, но душа жива.
Мы шагаем в вечность, сквозь огонь и лёд,
От смерти к судьбе наш трудный поход.
От смерти к судьбе, через мрак и свет,
Мы идём, оставляя в прошлом тьмы след.
Через боль и страх, к звёздным мирам,
От смерти к судьбе — наш вечный храм.
Эта песня напоминала мне, что я очень хочу увидеть океан, эту прекрасную голубую воду, которая блестит на солнце, легкий ветерок, песчаный пляж. Но вместе с этим я почувствовала грусть Мстислава и снова потеряла себя.
МСТИСЛАВ
— без даты-
Нервы были на пределе. Витторину допрашивал уже по десятому кругу. Она упорно молчала. И вот с ней решил поговорить Казимир Мирославович.
Мне разрешили посмотреть за процессом.
— Ну что? Мы опять с тобой встретились и опять на допросе. Тебе есть что сказать? — мягко вопрошал Казимир Мирославович.
— Как и в прошлый раз, — Вита усмехнулась, глядя перед собой.
— Может объяснишь свои действия? Зачем ты это сделала?
— А вы хотели, чтобы в лучших традициях стенка на стенку?
— Нет, — задумчиво протянул мужчина. — Мне просто хочется понять как и зачем ты это сделала.
— Как видите просто потому что могу это сделать, — она впервые выдала хоть какую-то эмоцию. Улыбаясь подруга подалась вперед и добавила:
— Потратьте свое время на нечто более полезное, чем бессмысленный разговор со мной.
— Ты понимаешь что тебе грозит?
— Да.
— Ладно, — мужчина снова задумался, будто подбирая слова.
Я напряженно вслушивалась в каждый звук, вглядывалась в каждый жест.
— Все нормально. Ее отпустят, — холодно ответствовал Мстислав. — Ты выиграла.
— Что?
— Ты остановила толпу. Не своими руками…
— Руками Смерти?
— Ох уж этот Влад, — он закатил темные глаза. — Давай начистоту, хорошо? Твоя подруга имеет все шансы попасть в Академию. Проблема состоит только в ее даре, дар Смерти или Марены. Это сложно объяснить в двух словах, но проще говоря это разрушительно. Она разрушит либо себя, либо что-то другое. У нас была уже такая.
— Это все очень серьезно? Отчего зависит?
— От ее состояния, от ее будущего.
— Я выиграла, я могу попросить по условиям Кроноса, чтобы ты обещал мне сделать ее счастливой? Позаботиться о ней?
— Да, можешь, — он внимательно следил за Витториной, которая ни в какую не шла на разговор. Казалось, ее не напрягало текущее незавидное положение. Шархан вдруг улыбнулся и негромко произнес:
— Интересно, о чем она думает…
— Она тебе нравится!?! — вдруг осенило меня.
— Возможно, — не стал отрицать он.
— Почему ты…
— С силой Марен не так все просто, — он покачал головой. — Любая неаккуратная эмоция может вызвать сильный Импульс и разрушить всё. Как ты думаешь, твоя подруга смогла жить бы с чувством вины, зная, что именно она стала причиной чьего-то несчастья?
— Она думает… — вдруг начала я и осеклась, боясь сделать хуже.
— О чем?
— Ты ей понравился… Только она думает, что такие как ты не смотрят на таких как она.
— Очень даже зря, — губы Шархана вновь тронула таинственная улыбка.
— Так с ней все будет хорошо? — продолжала допытываться я.
— Да. Сегодня она будет уже дома. Я позабочусь об этом. Обещаю.
— Обещать — не мешки ворочать, — буркнула я, вспоминая слова Виты.
— Клянусь, что выполню свое обещание, — посерьезнел он.
Витторина резко повернула голову в нашу сторону. Благодаря специальному стеклу, по идее, она не должна нас видеть. Но вот взгляд карих глаз говорил о другом. Шархан замер, пытаясь понять, кажется нам все это или нет. Но Вита явно видела. Она не моргая следила за парнем и вдруг хмыкнув, произнесла, будто ни к кому конкретно не обращаясь:
— Сильно ли клятва отличается от обещания!? Особенно если и, то и другое не будет выполнено.
Казимир Мирославович с удивлением посмотрел на девушку, но никак не прокомментировал.
Через три с половиной часа мы были дома. Шархан лично доставил нас до квартиры.
— Еще раз займешь мое парковочное место и машину свою не отремонтируешь, — предупредила Вита, глядя как парень выискивает свободную точку.
— Ты очень добрая. Тебе об этом никто не говорил?! — иронично уточнил он.
— А тебе-то что?! — огрызнулась она, но без излишней злобы. Все-таки смотрела Вита на него не так как на остальных. Ну нравился он ей, очень нравился. Но ведь не признается ни за что.
— Постарайся больше не влипать в неприятности, — почти дружелюбно попросил Шархан.
— Надоело уже выручать!? — она улыбнулась. — Ладно, спасибо за помощь. Возможно когда-нибудь сочтемся.
— Возможно… — протянул он, провожая ее взглядом.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Мягкая пульсирующая волна тепло пробежала по телу и тихий голос Анюты звал меня:
— Вита! Пошли, пошли со мной.
Я открываю глаза и в темноте своей комнаты вижу тонкую светлую линию, приглашая меня следовать за собой. Я иду вперед, не видя ничего, кроме пульсирующей светлой линии. Мои подавленные эмоции просыпаются с новой силой. Когда-то я заставила их замолчать, и теперь они просыпаются, заявляя о себе, обретая голос. Я спешу вперед, душа моя болит и слезы вот-вот хлынут из глаз, чувствую Анюту рядом. Анечка…Анюта…солнышко мое.
Я останавливаюсь, потому что линия превращается в точку и растворяется в воздухе, с недоумением оглядываюсь, понимая, что нахожусь на крыше. Темно и звездное небо, кажется ультрамариновым с яркими горящими точками. Нет, звезды это не бриллианты, это огни, свет… Анюта была для меня тем самым светом, который помогал жить. Площадка была ровной, огороженной по периметру средними по высоте, чуть выше метра перилами. Что я тут делаю и как оказалась — не задаю, поскольку больше интересует другой вопрос — как вернуться в комнату. Связь с Анютой пропала. Не знаю что это, почему я чувствовала ее присутствие, словно она была рядом. Пора бы привыкнуть к мысли, что она умерла. Оборачиваюсь и в этот момент я совершенно не понимаю, что творится у меня в душе — толи гнев, толи безотчетный страх и ужас. На противоположной стороне крыши стоит высокий человек, судя по комплекции мужчина, в сером плаще. Капюшон скрывает лицо, но я почти осязаю его хищный оскал, он чувствует себя зверем на охоте и сейчас мне отводится роль жертвы, кролика, мыши…кого угодно.
— Ты пришла…я рад, — хрипло заявил он, с трудом произнося слова, словно голосовые связки были серьезно повреждены и до сих пор болят.
— Кто ты?
— Я? — он удивленно расхохотался, а я пыталась уловить хоть какой-то эмоциональный фон, Слепок, хоть что-то, за что можно было ухватиться. Незнакомец продолжил — Я твой кошмар, а ты Смерть. Ты та из-за кого гибнут люди, а я лишь последствие твоих действий, или их начало?! Как ты считаешь? Не кажется ли тебе, дорогая Витторина Соколова, что пора бы проститься с этой жизнью и уйти, уйти навсегда туда, где тебя ждут вечные муки?!
Яркий Импульс в его ладони, напоминающий голубую шарообразную молнию с алыми прожилками, подрагивал, не касаясь кожи на руке. Завороженно глядя на атаку, я ощущала пустоту в своей душе, словно я…
— Я умерла…
Кажется это я сказала вслух, когда молния, сорвалась в мою сторону.
Я вспомнила, как мы разговаривали с Мстиславом.
Я махнула рукой, выставляя Барьер. Резонанс с грохотом ударил в преграду.
Я ЖИВА!!! Я жива благодаря моему невероятному замечательному соседу! Уверенность затопила сознание и в тот момент, когда незнакомец в сером плаще выпустил в мою сторону еще несколько Резонансов, я была готова сама атаковать. Несмотря на то, что мы на уроках еще только начинали отрабатывать технику Резонанса, то есть преобразование обычного эмоционального фона для дальнейшего превращения в энергию для ведения боевых действий, я очень многое успела почерпнуть из литературы (спасибо Вам, Ольга Юрьевна) и пояснениям Влада с Мстиславом. Барьер мигнул, отражая Резонанс, и пропал. Я бросилась вперед, уже готовая нанести удар, усиленный в несколько раз сформировавшимся Импульсом. Противник этого явно не ожидал. В меня полетел еще один Резонанс, который почти сразу же рассеялся, уткнувшись в Барьер (но я не создавала больше защиты), а меня дернуло в сторону.
— Вот что поделаешь с этими девушками? Активные, так и лезут куда-нибудь в драку. Глаз да глаз за ними нужен, — мягко заметил Мстислав, закрывая меня собой. — А я смотрю непослушных на квадратный метр становится все больше.
— Шархан??! Приятно познакомиться, — хрипло с натугой произнес мужчина, поправляя капюшон.
— Не могу сказать, что это взаимно, — мой сосед смерил противника взглядом полным ненависти.
— Вот как? — удивился тот. — И что же ты тут делаешь? Тебя ведь не касается эта история, так уйди, мы сами все решим.
— Вот блин, а я-то думаю, почему себя лишним чувствую, — Мстислав ухмыльнулся.
— Я серьезно. Это не твоя война. Это она, Смерть, — незнакомец ткнул пальцем в меня. — Ей нужно умереть, отправиться вслед за своей подругой. Она недостойна быть здесь, это она виновата в том, что Анечка ушла из жизни.
Его слова словно ножом ударили в сердце.
— Не стоит валить все с больной головы на здоровую, — спокойно отозвался сосед. — Это ты пытался ее убить, а не она тебя.
— И что из этого?
Незнакомец отшатнулся, видя, что вокруг него образовалась стена огня. От шума закладывало уши и стало нестерпимо жарко. Крыша окрасилась кровавым оттенком.
— Да ничего в общем-то, — как ни в чем не бывало произнес Мстислав.
— Вы умрете сегодня, — противник наконец-то выставил Барьер, но выглядел обугленным. Кожа пузырилась и висела страшными лохмотьями.
— Какие соблазнительные подробности.
— Это ведь ты смог оградить ее сознание от меня!?
— А ты хотел каждую ночь издеваться?
— Так ты, «прекрасный» человек, еще и в мое убежище заявился.
— Ах да, чуть-чуть опоздал, — Мстислав усмехнулся.
— А теперь никуда не опоздаете. Вы просто умрете.
Я вздрогнула, услышав голос Анюты в своей голове. Странно, но эту строчку я помню лишь в песне с точно таким же названием у группы «Сковородки».
— Я ее слышу, — одними губами шепнула я и Мстислав кивнул, давая понять, что я услышана.
— Смерть, слышишь? — и я невольно обернулась, словно признав это своим прозвищем. — Ты никогда не задумывалась, почему рядом с тобой люди страдают и чаще всего умирают? Ты причина, ты их Смерть! А вы скрываете, жалеете ее, а она вас погубит. Глупцы. И я доберусь до тебя. Я буду тем, кто погубит тебя. И ты не сможешь найти меня.
В моей голове едва заметно, едва различимо на слух звучала мелодия. Знаю, это одна из любимых композиций Анюты. В голове тут же возник перевод текста. Никогда не достигаю того, чего хочу достичь, никогда не бываю тем, кем хочу быть, виню себя за промахи и падения. Все мои мечты вонзаются мне под ногти… Анюта говорила, что это обо мне, что таковой она видит мою душу.
Барьер окружил меня и Мстислав ринулся в бой, удостоверившись, что я нахожусь в безопасности. Его Резонансы были быстрыми, резкими и сильными, нанося точечные удары, а порой покрывая атакой более крупную площадь, словно осколочный снаряд большого радиуса поражения. Я хотела помочь, но Барьер удерживал меня на месте, не позволяя вступить, атаковать, поддержать Мстислава. Противник не уступал и бой велся на равных. Не понимаю тех, кто говорит, что в драке есть романтика. Это жестоко, они бились не на жизнь, а на смерть. Почему этот человек хочет меня убить? Почему он считает, что я Смерть? Неужели я правда в чем-то виновата? Мстислав…пожалуйста, не сдавайся, я не хочу винить себя, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Яркая вспышка на мгновение ослепила меня, а когда я обрела способность видеть, то на крыше нас осталось двое.
— Удрал, — с долей раздражения произнес мой сосед и выудив телефон, вызвал — Четвертый, вспышку засекли? Молодца! Вита? — он обернулся ко мне. — Физически здорова, психически…затрудняюсь ответить. Шок, судя по всему.
— Ань, я не понимаю, — ответила я вслух, не обращая внимание на удивленный взгляд Мстислава.
— Я в долгу и я не могу постоянно пользоваться тем, что он мне дает и ты это знаешь, но к чему все это?
— Не представляю.
— Ты мне расскажешь?
— И кто Он?
Рубашка липла к коже, тело было тяжелым, уставшим, а перед глазами плыли круги.
— Возможно.
— Анюта…прости меня…я не могу без тебя, — ноги подкосились и я рухнула на колени, больно ударившись о бетон. — Прости меня… — по щекам ручьем текли теплые слезы, оставляя после себя глубокие раны в душе. — Как такое могло произойти?.. Аня! АНЮТА, ОТВЕТЬ МНЕ, КАК ТАКОЕ МОГЛО ПРОИЗОЙТИ!!! — я заорала настолько громко, насколько могла. — ЧЕМ Я ЗАСЛУЖИЛА ЭТУ БОЛЬ?
В голове что-то щелкнуло, сознание отключилось и я завалившись набок, упала, потеряв себя в потемках рваной души.
— без даты-
Это какой-то кошмар! Если бы я знала — ни за что не подписала бы Витторину на вот это все. Подготовка к экзаменам, постоянные занятия с Ромкой, ругань с Риткой, какая-никакая концертная деятельность, клуб…еще и учебу в школе никто не отменял. Отвратительно. С Толиком у нас с переменным успехом — то все очень хорошо, то хуже. Но ничего, обязательно сыграем свадьбу и все будет шикарно. Заживем, так сказать.
Заметила, что присутствие Шархана благотворно влияет на Виту. Они уже общаются не ругаясь, хотя не без конфликтов. Она как еж достаточно колюча и не подпускает к себе близко. А Шархан слишком спокоен и расчетлив, чтобы нервничать из-за таких пустяков. Он на нее так смотрит… это точно любовь.
— без даты-
Сегодня очень важный день. Сегодня мы даем концерт в Академии Лемур. Казимир Мирославович через Влада заказал наше выступление для сына. Должно быть все круто.
Концерт прошел на «Ура!», но не хватило места и Вита отправилась пешком по трассе, надеясь поймать машину. Мы с Толиком уединились на какое-то время тоже. Было так хорошо, волшебно.
Витторина приехала поздно. Видя, как отъезжает «Шудатти» у меня даже не возникло вопросов, кто ее подвез. Подруга пришла в отличном расположении духа. И только на утро она вспомнила, что гитара так и осталась в багажнике дорогого автомобиля. Посмеялись над ее рассеянностью. К обеду приехал Шархан, вернул инструмент.
Глядя на них, я понимала, что они смотрятся вместе идеально. Они должны быть вместе! Витторине не придется быть такой сильной, потому что о ней будет кому позаботиться.
Я ее очень люблю и желаю только счастья! Все должно быть хорошо, она заслужила этого!
Какие-то разборки Витторины с Толиком и Риткой. По итогу все трое оказались в больнице. Не знаю, что именно случилось. Все трое молчат.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
— Ты кажется
— Не забывайся, — Мстислав казался спокойным.
— Она такая сильная…
— Ей не нужно быть сильной, сильным буду я, а она пусть будет всегда такой же нежной и заботливой.
Я слышу, все слышу, но не могу открыть глаза, тело вообще меня не слушается, даже пальцем пошевелить не могу.
— Ты мне объяснишь? — спокойно проговорил женский голос, в котором я узнала Ольгу Юрьевну.
— В ее голове есть нечто ценное и важное, о чем мы с вами не догадываемся. Плюс она…Смерть.
Мое сердце совершило кульбит и я услышала, как отчетливо пискнул монитор.
— Я не успел его поймать, смылся поспешно, готовился к этому заранее. А Вита вдруг стала говорить…мы на крыше были одни, не было постороннего присутствия. И обращалась как будто к Анечке.
— Такое в принципе быть может? — Влад нервно ходил из одного угла комнаты в другой, смешно шлепая голыми пятками.
— Может, — я почти ощутила, как мой сосед пожал плечами. — Может…но разговор-то был со своим сознанием, воспоминанием…обращение к памяти, больше не могу ничего сказать. но в тот момент даже мне страшно стало. Я помню, что Вита меня всегда видела, даже через Барьер.
— Неужели? И ты молчал?! — Ольга Юрьевна явно была потрясена.
— И Вам не советую об этом трепаться.
— А что насчет Смерти?
Мое сердце снова больно ударилось о грудную клетку. Прибор пискнул.
— Слышит, — почти нежно пробормотал Мстислав. — Потрясающая девушка…любопытство ее то под монастырь подводит, то наоборот с того света возвращается. Небольшой экскурс для тебя, Витторина…
Мое сердце отозвалось на его голос, выдавая меня с потрохами.
— Ты знакома ведь со славянской мифологией?! В каждом из нас скрыта та или иная сущность. Но, понимаешь ли, ничто не передается в том же объеме, поэтому мы унаследуем лишь часть каких-то способностей от наших покровителей. Например, в Ольге Юрьевне, хорошо известном тебе преподавателе, есть частичка Радегаста. Ты и без меня знаешь: Радегаст бог войны и сражений. Ольга Юрьевна унаследовала весьма и весьма интересные черты этого бога. Я чудом получил дар от Семаргла. А вот в твоем случае все занятнее. Я навел справки. Мара, она же Морена, Марена или Морана. У западных славян богиня объединяющая в себе власть над ежегодным умиранием и возрождением природы. В славянской низшей мифологии, Мара, это призрак, видение, иногда дух в образе женщины и конечно же, сама Смерть. Мара предвестница роковых событий, и я смотрю ты, Вита унаследовала самые эпичные черты своего покровителя. У неоязычников — Богиня Смерти, холода, голода, жена Кощея. Марена воплощает волю к Смерти. И ты сама понимаешь, что смерть это только начало. Так что, Вита, ты же часть Мары, ты же и есть Смерть. В этом нет ничего плохого, поверь мне. Твои способности специфичны и редко встречаемы. Остается лишь понять, что именно интересует этих ребят. Они роют вполне конкретно. Слышишь меня?
Тишина. Мертвая тишина. Я чувствую, как тело коченеет, прибор, судя по звуку, показывает прямую. Теплые пальцы касаются моей ладони, ободряюще сжимают ее.
— Девочка моя, не сдавайся. Как минимум стоит отомстить тем, кто виноват в смерти твоей подруги, виноват в том, что твоя жизнь сложилась отвратительно.
— Шархан…ты пробовал Импульс отправлять в ее тело? — мягко вмешалась Ольга Юрьевна.
— Да, в первую очередь. Тут Влад вообще заметил, что все пошли на поправку, словно из них выкачали болезни, плохое самочувствие и настроение, и вы сами понимаете кто этот кто-то. Вита впитывает негатив как губка. Ее организм почти не справляется с положительной энергетикой, это оказывается слишком затратное и неблагодарное дело. А с отрицательной энергии, ее организм легко сосуществует, почти в гармонии с разумом.
— А как же концерт?
— Вы тоже чувствуете ту легкость? И после вы понимаете, что можете справиться с любой трудностью? Ну вот, именно так Вита впитывает в себя весь мрак. Я читал, что на такое способны люди, родившиеся с геном Марены и только они унаследуют определенные способности, они могут такое создавать, вбирать. Все куда сложнее, чем кажется на первый взгляд. Тут еще мне кажется очень важным учесть факт одиночества. Тотальное одиночество. Несмотря на некую близость с Анютой, та не могла дать ей того внимания, заботы и теплоты.
— Шархан… — Ольга Юрьевна подошла ближе. — Как давно ты ее любишь?
— Давно и одновременно с этим недавно, только пусть об этом никто не знает в Академии. Я не хочу, чтобы у Виты возникли проблемы на этой почве.
— Вы были бы прекрасной парой.
— Возможно.
Мое сознание мерно покачивалось на темных волнах душевных терзаний, пытаясь осмыслить совершенно новую информацию.
— Вита, — обратилась преподавательница ко мне. — Не сдавайся только. В тебе скрыт огромный потенциал. Ты проявила свои возможности, доказала, что ты достойный студент и готова войти в основной состав. Только не сдавайся. Твоя музыка очень многим помогла. Даже сейчас, пока ты лежишь здесь без сознания, ты помогла стольким людям…ты даже не представляешь на что способна. Я услышала, как ты поешь. Это было потрясающе. К тому времени, я только-только развелась и была в подавленном состоянии. Я видела тебя и твою подругу и слушала вас сердцем, чувствуя, что боль уходит и на ее место приходит свет, рассеивающий любую тьму, — Ольга Юрьевна вздохнула. — Ладно, Шархан, я пойду, меня студенты ждут. Выздоравливайте.
— Обязательно, — глухо откликнулся он, еще крепче сжимая мою руку. — Вита, вот ей-богу, на тебя порой зла не хватает, — сосед улыбнулся. — Учти, вдвоем сходить с ума интереснее.
Я чувствую, как он зарылся лицом в мои волосы, вдыхает их аромат, наслаждается.
— Ты мне обещала, что мы пойдем гулять.
Пульс резко участился, и медицинский прибор безжалостно сдал меня.
— Интересно, что у тебя сейчас в голове, какую песенку ты напеваешь, — Мстислав усмехнулся.
Приборы ожили, пища как ненормальные и вскоре я услышала смех своего соседа.
— Что это? — испуганно спросил Влад.
— Табы, аккорды, — беззаботно отозвался он. — В твоих глазах?!
— Ты думаешь, она играет? — переспросил Влад и по голосу чувствуется, что ему кажется Мстислав сошел с ума. Но мой сосед негромко напевает в такт моим мыслям:
— Сожженный дотла светилами дня, теряет высоту мой самолет, что разлетится вмиг. В небе салютом, слепит вновь людей всей планеты наша любовь…Ты удивительна, Вита. Только было бы неплохо прийти в себя. Открыть наконец-то глаза и больше не издеваться над собой.
— Шархан, она не может. Я ввел слишком сильное лекарство.
Я жил, не зная счастья в жизни
Я ждал тебя, без усталости.
И вот со мной, надеждой светлой
Живу надеждой!
Кто бы мне сказал, что я влюблюсь в Смерть?
Кто бы мне сказал тогда, что я найду себя?
Фиалковым огнем горит печаль моя,
Растворяясь в нежности твоей.
Любовь спасет нас!
Надежда! Все пройдет!
Люби меня! Боготворю тебя!
Не замечая Влада, продолжал напевать Мстислав и мое сердцебиение подчинялось его голосу, его тону, заставляя тело жить, чувствовать себя, каждую клеточку организма, душу подпевать. Я не могла открыть глаза, но я ощущала…осязала как сосед сжимает мою ладонь, его кожа обжигающе горячая, по сравнению с моей ледяной. Я ощущаю вибрацию Импульса в своем теле, который проносится, находя свое начало в этом замечательном человеке. Что же со мной происходит? Как только я попала в эту Академию, я начала терять себя, уходя в глубины сознания, подсознания… Я хочу жить. И жить именно с этим человеком. Он вытаскивает меня на этот свет, не дает сдаться. Я без него не могу. Прости меня, Мстислав за мою слабость, пожалуйста, прости и не злись. Ты же видишь, что исправляюсь, что я пытаюсь все исправить. У меня не всегда получается, но я не сдаюсь, я пробую еще и еще. Без твоей помощи ничего не получилось бы. Пожалуйста, не оставляй меня. Я вряд ли это скажу вслух, но…но…
Кто бы мне сказал, что я влюблюсь в Смерть?
Кто бы мне сказал тогда, что я найду себя?
Фиалковым огнем горит печаль моя,
Растворяясь в нежности твоей.
Напевала я мысленно вместе с Мстиславом. В легкие начал поступать воздух, глоток за глотком. Пищащие приборы начинали действовать на нервы, но именно они подтверждали, что я начала дышать. Вдох-выдох…вдох-выдох… я почувствовала, как по моей руке прошлась дрожь Импульса и пальцы, поддаваясь моей воле, сжали руку соседа. Он такой сильный, такой теплый.
— Дружище, тебе отдохнуть тоже не мешало бы, — почти сочувственно заметил Влад. — Давай перенесем ее в вашу комнату. Ты же все равно хочешь наблюдать ее состояние.
— Не…на…до, — я с трудом разлепила губы.
— Вита, не надо бороться с действием препарата. Он сильный и тебе нужно отдохнуть.
Мои пальцы еще сильнее сжали руку Мстислава.
— Напомните…мне, — голос был хрипловатым и тело еще плохо слушалось. — Что случилось?
— Когда наш враг смылся, ты стала разговаривать с Анечкой. Вероятно, это были галлюцинации на фоне сильного шока и как итог, длительная потеря сознания. Мне сложно судить о случившемся, но Слепок я тоже смог засечь. И знаешь, самое странное…этот Слепок действительно принадлежит Ане, но она умерла и этой энергии быть не должно. Предвидя твой вопрос, я проверил и достоверная информация такая — она действительно умерла и никаких надежд на приятный исход нет. Вероятно, девочка моя, ты перешла дорогу Видениям. Не знаю в чем, не знаю где, не знаю как…есть, конечно, предположение, что где-то я накосячил и это даже было бы естественным.
— Шархан, а ты пробовал по Слепку пойти?
— А тут отдельная история. Я Слепок, как и все, замечаю по факту, а не как Вита, идет по нему. Иначе говоря, Вита засекает именно этот Слепок и всегда идет к источнику. Мне проще найти источник, чем отследить путь…
— Ты мне-то на фига это рассказываешь? Мы учимся в одной группе, я это знаю, — отозвался Влад.
— Я не тебе, я для Виты поясняю.
— Тьфу, дебил, — Влад фыркнул.
— Согласен, — Мстислав отозвался прохладно. — Можешь сказать, как себя чувствуешь?
— Тело не…меет…отлежала все… — медленно старательно выговаривая слова непослушным языком, сказала я, чувствуя, как теплые пальцы ласкают кожу моих рук. Сосед усмехнулся и легко поднял меня с кровати.
— Пойдемте, отдохнем и выспимся. Влад, за мной.
— без даты-
Я совершила ужасную ошибку и теперь не знаю. Я не хочу так. Не могу позволить снова решать мои проблемы. Это бесчеловечно по отношению к подруге.
Я беременна. Естественно от Толика. Он не принял этого, сказал, что не может разрушить свою карьеру из-за этого глупого недоразумения, и мы расстались. В один вечер, когда Вита была на работе, я просто собрала вещи и покинула ее, не в силах озадачивать ее своими проблемами. Она не виновата, что я у нее такая дура. И ведь она с самого начала предупреждала. Предупреждала, оберегала, а я все равно нашла грабли и не только наступила, а сплясала на них. Мне так жаль.
— без даты-
Шархан предлагал свою помощь в связи с рождением ребенка. Я взяла с него обещание, что он ни о чем не расскажет Вите. Узнала от него о ее депрессии и некоторых глупостях. Витторина, по слухам, перестала вообще выходить с кем-либо на контакт, прекратила со многими общение, но вроде продолжает концертную деятельность. Я надеюсь, что Шархан сдержит свое обещание и моя подруга, лучший друг…я хочу, чтобы она была счастлива.
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Открыв глаза, я смотрела в серый потолок. Часы показывали пять вечера. Лежа на плече Мстислава, я думала о том, что отношения между нами действительно странные — явно что-то серьезнее, чем соседи, но и не полноценная пара. Интересно, как он рассуждает на эту тему, что думает, как вообще оценивает это? И почему я так явно чувствую присутствие Анюты? Мстислав подтвердил, что моя подруга мертва. Он конечно о многом молчит, но врать не будет. Так спокойно, так тепло, свернувшись клубочком под боком парня, я снова задремала.
— Ты такая милая, когда спишь… — шепнул он. — Но ты слишком много думаешь. Тебе отдыхать нужно. Хотя бы иногда.
— А ты почему не спишь?
Он склонил голову набок и уткнулся носом в мои волосы.
— Тоже думаю.
— О чем?
— О том, кому мы можем так мешать. Была проведена проверка, но ничего не выявили. Так что приходится копать и копать.
— Ты так и не спал… — заметила я, привстав на локте и вглядываясь в лицо парня. — Ты себя совсем не бережешь…
— Уж кто бы говорил.
— Мстислав, — я смотрела в его золотистые глаза и снова почувствовала, что могу провалиться в его воспоминания и не только. — Можно?
— Можно.
Я наклонилась, коснувшись лбом его лба и мысленно стала уговаривать уснуть, отдохнуть.
— Вита??! — Мстислав успел схватить меня за плечо и…все, мгновенно уснул.
Получилось. Здорово, теперь я знаю как и его заставить отдыхать. Встав, я потянулась и неспешно вышла во вторую комнату.
— Вечер добрый!
Я вздрогнула, обнаружив Влада сидящего в кресле. Кажется мои глаза увеличились в диаметре от неожиданности. Психолог поднялся, поправил рубашку, застегнув верхние пуговицы.
— Активности тебе не занимать, — он хмыкнул. — Есть будешь? Как вообще самочувствие?..
Он хотел что-то еще спросить, но мой телефон трезвонил из куртки и я поспешила, взять трубочку. На экране высветилась надпись: «Поганка». Усмехнувшись, ответила:
— Слушаю.
— Привет, Витторина. Встретиться надо. Ты где сейчас?
— Я…за городом.
— А-а-а, ну да, в Академии.
Откуда она знает про Академию??! Вроде бы особо никто не был в курсе из знакомых. Значит говоришь, надо встретиться? Хорошо, встретимся и узнаем все и разом.
— Через два часа в Харде. Я столик закажу.
— Хорошо. До встречи.
Я отключилась и набрала другой номер.
— Это Феникс. Да, согласна, парочка песенок с меня, а с вас столик на третьем этаже. До скорой встречи.
Снова отключилась и убрала телефон в карман брюк, огляделась в поисках гитары.
— Я тебя одну не пущу, — решительно произнес Влад, стараясь сильно не повышать голос, чтобы не разбудить моего соседа.
— Собирайся, поедем вместе, — спокойно отозвалась я, убирая музыкальный инструмент в чехол.
— На моей машине, — с нажимом заметил Влад.
— Поведу я.
Он хотел что-то возразить, но передумал и согласно кивнул. Спустя десять минут мы летели по трассе, обгоняя редко попадавшиеся автомобили. Шоссе было мало загруженным. Влад, вжавшись в сидение, держался за ручку так крепко, что костяшки пальцев побелели.
— Может расскажешь, куда несемся? Надеюсь, не на тот свет. А-А-А, ОСТОРОЖНО!
— Да успокойся ты, — резко дав по тормозам, мы избежали столкновения, нырнув в переулок. — Едем на встречу с Ритой. Она какое-то время работала с Анютой в уголовном розыске. Ну как работали? Скорее подрабатывали. Ритка хочет поговорить, а я хочу, подготовиться и настроиться. А ты хочешь, чтобы мы сбавили скорость. Ритка пыталась найти тех, по чьей вине умерла Анюта, и я ей помогала активно в этом.
— С тобой страшнее ездить, чем с Шарханом. Кстати, ты его предупредила?!
— Записку на тумбочке оставила.
— А-А-А-А!!!!!!!!!!
— Не ори, — я улыбнулась, снова выворачивая руль до упора и прибавив газу, выписала «восьмерку», вновь уйдя от столкновения.
— Слышь ты! Шумахер в юбке! ОЙ, МАМОЧКИ!!! МЫ Ж УМРЕМ!!!
— Не надейся. Меня ж Мстислав потом с того света достанет, поэтому лучше не будем его провоцировать.
— У тебя хоть права есть?
— Нет, — я улыбнулась. — Забрали за превышение скорости.
— И…?
— Да ладно тебе, мне потом их вернули.
— Успокоила.
Мастерски припарковавшись, я обернулась к бледному Владу.
— Классная машина. «Кадик El Concept», вроде характеристики тоже на «отлично».
— Вита…меня подташнивает.
Выскочив из машины, я обогнула капот и открыла дверцу со стороны пассажирского сидения, помогая Владу выйти. Он неуклюже выбрался наружу, крепко держа меня за руку.
— Напомни мне, что это последний раз, когда ездил с тобой в машине, — просипел он, перебарывая позывы тошноты.
— Хорошо-хорошо, обратно ты поведешь, — благоразумно уступила я. — Пойдем, немного развлечемся.
— А ты умеешь?
— А ты научишь, если не получится?
— Обалденный у тебя характер, — Влад тепло улыбнулся. — Зря на тебя наезжают.
Я смущенно улыбнулась и повела психолога по Арбату. «Хард» находился недалеко, буквально в пяти минутах ходьбы от метро «Смоленская». Естественно, что машину пришлось оставить чуть подальше, на парковке. Как значилось на сайте, рок-бар располагается в старинном трехэтажном особняке на Арбате. Интерьер и атмосфера способствуют истинному хеви-метал настроению, живая музыка, в этом баре могут разместить до семисот гостей. На стенах висят гитары и много других атрибутов. Нас приветливо встретила официантка, узнавшая меня.
— Приветик, — я улыбнулась. — А у меня бронь была? Столик тот же или нет?
— Шестьдесят третий, — подтвердила девушка с синей прядью волос.
— Сделай милость, его, — я ткнула пальцем в друга. — Проводите, посадите. Он первый раз тут, пусть порадуется человек. А я как отыграю, Влад, сразу приду, — я улыбнулась психологу. — И кстати, мы ждем еще одного человека.
— Все будет сделано, Феникс, в лучшем виде. Пройдемте за мной.
Проследив, как Влада повели по лестнице наверх, я резко развернулась и поспешила на сцену. Быстро переговорив с администратором, подключила гитару и под громкие аплодисменты, поклонилась и понеслась. Одна композиция сменялась другой, и следующей, следующей… На этой гитаре было приятно играть, волшебно, лучшего инструмента я еще ни разу не держала в руках. Это нечто. Песен десять пролетели на одном дыхании.
Время пролетело быстро, выйдя на поклон, я наскоро убрала инструмент в чехол и поспешила на третий этаж к Владу. Парень с интересом разглядывал собравшихся посетителей.
— Привет, — я ему улыбнулась. — Девушка, меню можно? Спасибо, — взяв эту книжечку, я начала просматривать ассортименты, переворачивая странички. — Влад, а ты что будешь?
— Даже не знаю, а ты?
— Я буду вот это «Мистер-Калифорния сэндвич».
— А мне салат какой-нибудь, на твой выбор, — Влад усмехнулся.
— Девушка, вот этот, — я ткнула пальцем в меню, показывая официантке, что именно мы желаем. — «Соме-Холмс салат».
— Что пить будете? — девушка продолжала помечать все в своем блокноте.
— Сок свежевыжатый, апельсиново-грейпфрутовый, — Влад кивнул.
— А мне стандартно кофе.
— Эспрессо, — официантка улыбнулась и быстро удалилась с нашим заказом.
— Тебя тут смотрю все знают. Часто выступала?
— Ну да, так и есть. Тут же я впервые попала на трибьют одной популярной группы. Хотя Анюта не любила сюда ходить. Да ей и особо некогда было.
— Слушай, а что тут? — он кивнул на висящую на стене гитару.
— Типа реликвии, хорошие копии, а где-то и оригиналы. Это, — я кивнула сначала на гитару, потом на синий костюм, рядом с которым сидела. — Костюм Поула Снемли в поддержку пластинки. Название тебе ни о чем не скажет. Вот там, красная накидка, с золотыми парчовыми полосками, Антониа Дроу. Внизу белые брюки и манишки Элла Джеймса. Помню на лестнице видела костюм Омми Нонсбора. Ну вот как-то так.
Перед нами поставили заказ. Ух, как я проголодалась, бутерброды ушли влет, и остался лишь кофе. Психолог сидел улыбался.
— Что-то не так? — я удивленно посмотрела на него.
— Да нет…впервые вижу, что ты ешь. А местечко прикольное, — он снова обвел взглядом помещение.
— Это да, — я держала в руках чашку с кофе. — Блин, выпить что ли чего покрепче?!
— Ты разрешение спрашиваешь? — он вдруг рассмеялся.
— Ну вообще-то мы на машине, — напомнила я.
— Эй, нет, еще раз такой езды я не переживу, так что карт-бланш. Не боишься, что Шархан злиться будет? Он вряд ли одобрит.
— Девушка, вот это, коктейль «Ураган», — снова сделала заказ я. — Ну ладно, отвечать если что мне, — я улыбнулась. — Тем более расслабиться было бы не плохо. Ты дорогу до парковки запомнил?
— Не волнуйся, обратно доберемся.
Коктейль был приятным и немного прохладным, освежающим. В «винной карте» было написано, что в его состав входят апельсиновый и ананасовый сок, Амаретто, ром, гренадин. Короче, из этого всего я абсолютно точно знаю, что такое сок. Пилось легко и алкоголь не чувствовался, но я подозревала, что все потом скажется. Телефон зазвонил и на экране высветилось «Шестой».
— Легок на помине, — я пожала плечами и ответила. — Привет.
— Ты где? — голос холодный, покрытый коркой льда. Была бы рядом — замерзла б.
— В Москве. Слушай, я потом все объясню. У меня встреча с одним человеком. Четвертый со мной.
— Когда тебя ждать?
— Я думаю через пару часиков будем.
— Тебя встретить?
— Мы сами доберемся, — я покосилась на Влада. — Не волнуйся, все будет хорошо. Пока-пока.
Отключилась. Но почти сразу же, у психолога зазвонил его телефон. Парень побледнел и я, поступила неожиданно для себя — выхватив из рук мобильный, смело ответила на звонок.
— Значит так, Четвертый, если с ней что-нибудь случится, я тебя в порошок сотру. Почему ты не сообщил, что вы уехали куда-то?!
— Зая, — мой голос был мягкий, теплый. — Не надо ругаться, хорошо? Виновата я, меня пытались остановить, но я не послушалась. Пожалуйста, не срывайся больше ни на ком. Ну приеду, поругаешься на меня, хорошо?
— Зая?!? — переспросил Мстислав, явно потрясенный. — Ты…трезвая?!?
— Кофе пью, — я покосилась на пустую чашку, которую тут же унесли, а я ткнула пальцем в очередной коктейль, какой-то «Электрик Айри Ди». Девушка согласно кивнула, скрылась, но вскоре мне принесли мой заказ.
— Пусть Четвертый ведет машину.
— А мне ты не доверяешь? — я усмехнулась.
— Доверяю, но что-то мне подсказывает, что ты сейчас в интересном состоянии, девочка моя. Ну а дома жди, серьезно поговорим.
— Только с одним условием.
— Любой каприз.
— Четвертый не виноват и на него не ори, не ругай, не срывайся…
— Какая-то нездоровая тенденция. Он тебе так нравится?!
— Он друг, а я его геморрой, забыл что ли?
— Ладно, принято. До встречи.
И отключился. Влад потрясенно смотрел на меня. Я потягивала через трубочку коктейль голубого цвета. Джин, ром, водка, ликер какой-то…как-то слабенько, но очень вкусно. Парень заказал закуску, высказав опасения, как бы мне плохо не стало.
— Ты страх совсем потеряла? — с завистью спросил Влад, глядя, как я допиваю очередной коктейль. — Я тебе напомню, что у Шархана нет Марионетки и возможностей дохрена.
— Он мне ничего не сделает. Он классный парень, только в жизни было слишком много боли и проблем.
— Это да…он очень беспокоится за тебя. Его выбило из колеи, когда ты начала общаться…он постоянно думает, что это его вина.
— Ничего подобного. Не знаешь, где кирпич рухнет. Но Мстислав ревнивый, — я улыбнулась. — Он так косится даже на поклонников, словно вот-вот уведут. И при этом наши с ним отношения как-то медленно развиваются и Мстислав на этом настаивает.
— Ну это мой совет когда-то был, — Влад хмыкнул. — Я когда понаблюдал за тобой, сразу сказал, что тебя нужно из твоего «мертвого» состояния выводить, но как-то увидев твое выступление, просто предположил, что тебя необходимо немного пошатнуть в эмоциональном плане, естественно в лучшую сторону, а не в ту, которую получилось из-за…смерти подруги. Причем из нас, практически никто не знал причин. Ты если бы не сказала тогда, мы так и находились бы в неведении. Ну а насчет отношений… Шархан пришел ко мне с таким вопросом, что ты несколько шарахаешься от парней, а он сам дурак поступил не совсем правильно и что же теперь делать. Вот тогда, поговорив, мы просто предположили, что не стоит торопить события. Но ты Шархана тоже пойми. Он встречался с девушкой, но это были иные отношения. Отношения в которых один просто позволяет себя любить. Она ушла, семью потерял…пришлось сильно деформировать память, чтобы стереть Шархана из воспоминаний. А твое поведение он просто не всегда понимает и поэтому не знает как реагировать.
— Если бы я его еще понимала, — я усмехнулась. — У меня опыт еще меньше, чем у него.
— Ах да, помню. Он справки наводил, чтобы попытаться понять, почему вы с ним встречались и почему расстались. Но все-таки, почему?
— Потому мне всегда говорили, что нужно терпимее к людям быть. Я стараюсь, но в итоге, от этого только хуже становится, меня начинает это бесить.
С грохотом на наш этаж зашла высокая крепкая девчонка с короткой стильной стрижкой темных волос. Махнув мне рукой, она поспешила к нашему столику, игнорируя официантов и администратора.
— Феникс, привет! Сколько лет, сколько зим? — звонко и очень громко воскликнула она, обратив внимание всех присутствующих на нас.
— Тебе точный подсчет выдать? — усмехнулась я.
— Ну че? Как жизнь? Как с Шарханом?
Я поперхнулась. Как же он успевает везде и всюду пролезть.
— Клевый парень. Слушай, а у него может друг симпатичный есть? Ой, сорри, а вы кто?
— Друг… Шархана…Влад, — я обворожительно улыбнулась представляя своего спутника на этот вечер, а Ритка начала свою обычную атаку:
— Добрый вечер, сегодня чудная погода, а вы такой интересный молодой человек, а я живу одна недалеко…
— Я каблук, — Влад усмехнулся.
— Блин, поразвелись тут, — Ритка подмигнула и обернувшись к официантке заказала три глинтвейна.
— Он не пьет, мы за рулем, — предупредила я.
— О`кей, девушка, два глинтвейна, два «Секса на пляже» и пожалуй, после этого по «Оргазму».
— С отдельным садизмом заказываешь да? — кажется я покраснела. — Неужели других напитков нет.
— О-о-о, подруга, так ты все еще того, — Ритка посмотрела на меня так, что я еще больше покраснела.
— Слушай, ну не стоит меня позорить перед друзьями, — я покосилась на Влада, который с улыбкой наблюдал за нами.
— Девчат, я выйду ненадолго, покурить на улицу. Скоро вернусь, — он мне кивнул и забрав со стола свой телефон, пошел вниз.
— Итак? — я требовательно посмотрела на девушку.
— Короче, тут такое дело. Ублюдков тех так и не поймали, дело пытались неоднократно закрыть. Короче, я попыталась действовать вразрез с приказом и ты знаешь, меня тут очень упорно начали запугивать — звонки с угрозами, надписи в подъезде, письма, и суть сводится к тому, чтобы я не лезла и указала твое местоположение. Мы пробовали устроить засаду, и в нее попал Анатолий…ну ты помнишь. Короче, его очень быстро выпустили. Вита, там все куплено! Абсолютно все. И знаешь, мне впервые страшно, что с тобой может что-то случиться. Я смогла уловить несколько обрывков разговоров. Говорят, ты обладаешь толи информацией какой-то на вес золота, толи способностями. Были слухи, что ты не должна была поступить в Академию, что у тебя там покровитель, который поспособствовал.
— Мы тут сами пару раз нарвались. Уже конкретное покушение было. И знаешь…я чувствую присутствие Анюты. Словно она жива, вот она рядом будто. Я не знаю, я сама в растерянности, Рит.
— Выпьем?
Чокнулись, выпили.
— Откуда ты Шархана знаешь?
— Он справки наводил, когда Анечку убили. Я его тогда выставила, не хотела, чтобы информация попала в руки к непосвященным людям, но у него был особый Допуск от Академии и потом мы когда говорили, выяснилось, что он тебя очень хорошо знает. Обаятельный молодой человек. Он мне тоже помог, устранил некоторые проблемы. Жаль только, что его сердце занято. Кстати, он хоть знает где ты?
— Естественно. Я у него под таким колпаком, — усмехнулась.
— Здорово. Я рада, что за тобой есть кому присмотреть, позаботиться. Я боялась, что вообще больше не увижу тебя. Дурные мысли, надеюсь, не посещали?! — Ритка рассмеялась.
— Посещали, — призналась я и еще глотнула глинтвейна. — Я сама сколько рыскала, пыталась найти этих ублюдков, — покрутила бокал в пальцах. — Специально ведь нарывалась на неприятности и ничего, всех кого поймала, никакого отношения к Анюте не имели. В итоге, естественно была на нервах и экзамен завалила. А документ о поступлении мне все равно пришел.
Посидели помолчали.
— Девушка, Айриш кофе, пожалуйста.
— Два? — уточнила официантка и я кивнула.
— Я сотрудничаю с Академией, — Ритка тяжело вздохнула. — К сожалению, в отличии от тебя, у меня нет вообще никаких способностей, и я не могу учиться с Вами. Шархан зачислил меня в штат обходными путями, через наш уголовный розыск. Слушай, но ты бы поаккуратнее. Наши тебя в розыск объявить хотят, говорят, якобы ты скрываешься, планируют тебя записать во враги народа.
— Ясно… — я вздохнула, отпила кофе, горячий, вкусный и явно самый крепкий напиток из всего выпитого за сегодняшний вечер. Забавно, но мысли были кристально чистыми, а вот тело потихоньку начинало подводить.
— Вита, тебе надо научиться расслабляться. Я не удивлюсь, если это первый день отдыха за последние несколько лет. И ты слишком много думаешь.
Допив кофе, я заказала еще один, чувствуя, что действительно начинаю расслабляться.
— Вита, ты не пропадай, ладно? — голос Ритки изменился, от ее бойкости не осталось и следа. — И береги себя. Не хочу приходить на твои похороны, лучше на свадьбу, с детьми твоими понянчиться. И еще, ты испачкалась, — девушка провела пальцем по моей щеке вытирая кофейную пенку. — Береги себя.
— Ритка, блин! — я отстранилась, хмурясь. Не люблю прикосновения. Ритка же напротив любила обнимать дорогих ей людей. Она хорошая подруга.
Мы еще выпили. Влад поднялся к нам, его глаза горели азартом.
— Вита! Это классно! Клево лабают ребятки, — воскликнул он. — Хотя тебя интереснее слушать. Вита?!? Ты как себя чувствуешь?
— Пьяна, — я усмехнулась. — Ладно, Ритуль, давай тоже не пропадай, спасибо за посиделки и прости, что я долго на связь не выходила. А мне еще перед Шарханом извиняться дома.
— Кстати, да. Он уже звонил несколько раз.
— Ругался?
— Нет, но лучше б ругался.
— Ладно, разберемся.
— Девушка, счет! — попросила Ритка.
— Дамы, я плачу, — тут же вклинился Влад.
— Прошу прощения, но…Феникс уже заплатила за всех, — растерялась официантка.
— Большое спасибо!
Взяв психолога под локоток, а в другую руку чехол с гитарой, мы спустились по лестнице вниз и вышли на улицу. Оп-па, повело, я споткнулась. Парень меня придержал и спросил:
— Ты как?
— Нормально. Даже очень весело, — я рассмеялась. Мне действительно было очень весело без видимых причин.
— Сколько вы выпили?
— Не помню. Но ощущение такое, что полбара перепробовали, — я снова рассмеялась. — Ты дорогу помнишь? Я не пойму куда нам.
Влад усмехнулся и уверенно повел меня вперед. Минуя вход в метро, мы пошли дальше и спустились на подземную парковку. Посадив меня в машину, Влад занял место водителя и вырулил на поверхность. Мой мобильный снова ожил. «Шестой». Я подавила смешок, представляя, как он будет ругаться, а мне пока весело.
— Алло, — произнесла я в трубку, улыбаясь.
— Вы где?! — рявкнули так, что я снова рассмеялась. На том конце провода (и не так буквально, провода) замерли.
— Мы выехали. Скоро будем.
— Ты пьяная что ли? — голос прозвучал как-то снисходительно.
— А ты ему не сказал? — я прикрыла ладошкой трубку, обратившись к Владу. Тот отрицательно мотнул головой и я, пытаясь не рассмеяться, призналась — Да, пьяная. Мы с Ритой по чуть-чуть, и как-то вот незаметно.
— Влад такой же?
— Влад трезвый.
— Вита! — голос Мстислава снова стал мягким. — Я тебя накажу.
— Хорошо, — я легко согласилась.
— Ты настолько перебрала, что даже не споришь. Вита… — он рыкнул.
— Ну извини, извини…
— Ладно, приедешь, поговорим, — и отключился.
Мы врубили музыку и я подпевала, чувствуя, как тело полностью расслабилось, в голове было кристально чисто, наконец-то я отдыхала.
— Интересно, твоя Рита хорошо целуется? — спросил Влад, как бы между делом.
— Телефончик ее дать? — поняв намек правильно, уточнила я.
— А у меня есть шансы?
— Есть. Она конечно разочарована в жизни, но все потому, что рядом парней нормальных не было. Так что почему бы тебе с ней и не познакомиться.
— Почти комплимент от тебя, — психолог хмыкнул. — Но на вопрос-то ты так и не ответила.
— Не знаю я, но Ритка говорила, что ей нравится целоваться.
— А тебе?
— Да, — я пожала плечами, чувствуя, как краснею. — Мстислав потрясающий.
В этот момент мы въехали в наш гараж, в Академии. Гитару взял Влад, сказав, что отнесет ее пока что в студию — Мстиславу на глаза он сегодня боится попадаться, а вот мне, как-то придется объясняться. Доведя меня до верхнего этажа, мы распрощались. Кажется мне еще смешнее стало. Я, стараясь шагать по прямой, дошла до комнаты с тремя шестерками и подавив очередной приступ смеха, прошла внутрь, привалившись спиной к двери. Мой сосед разговаривал о чем-то по телефону и при моем появлении, обернулся, проговорив:
— Да, она дома. И твою мать, чтоб в следующий раз все чипы работали, иначе уволю.
Бросив телефон на диван, Мстислав пристально посмотрел на меня. Губы сжались в тонкую линию, а взгляд был ледяной. В комнате царил полумрак, работал лишь один светильник, над рабочим столом. Сложив руки на груди, он строго спросил:
— Ты понимаешь, что я волнуюсь?
— Я вроде даже записку оставила.
— Я думал, ты на своей машине уехала.
— Влад сказал, что никуда меня не отпустит одну, поэтому мы поехали вдвоем на его машине.
— И где были?
— В «Харде».
— Смотрю не слабо посидели.
— Есть немного.
Я шагнула вперед и потеряв равновесие, чуть не рухнула. Парень дернулся ко мне, желая оградить меня от новых синяков, но я зачем-то (пьяная была, не помню!) поставила ему подножку, увлекая его за собой на пол. Естественно, он не дал мне удариться, поэтому я рухнула на самого Мстислава. Его темные глаза внимательно следили за каждым моим движением. Мы лежали на мягком ковре. Привстав, я посмотрела на парня сверху вниз — когда мне еще выдастся такая возможность при моем-то росте?!
— Знаешь, как я себя чувствую рядом с тобой? — прошептала я.
Парень резко сел так, что мы оказались нос к носу и только теперь я замечаю всю интимность момента, что я сижу на его коленях, при этом обнимая. Его глаза испытующе всматриваются, пытаясь прочитать на моем лице хоть что-то, кроме той мысли, что я пьяна.
— И как же? — шепчет он и я различаю в голосе нотки удивления.
— Стеклянная клетка, ящик или гроб, — я кладу руки ему на плечи. — Ты обложил со всех сторон. Ты знаешь всех людей, с которыми я общаюсь, повлиял на их жизнь, и полностью изменил мою, при этом не позволяешь узнать тебя. Думаешь я не знаю, что ты в моих несчастьях винишь себя?
— Вита, ты пьяна, тебе нужно лечь спать.
— Ну уж нет, так просто этот разговор не закончится, — я обняла его руками за шею, притянув к себе ближе. — Я конечно пьяна, но Мстислав…мне надоело, что все как-то проходит мимо меня, я не хочу получать все просто так, на блюдечке с голубой каемочкой, я считаю, что это нечестно.
— Вита, я мужчина и я не хочу, чтобы моя девушка делала мою работу. Я хочу, чтобы ты просто жила в свое удовольствие. Понимаешь?
— Мы все-таки парень и девушка? Уже не соседи, — я позволила себе улыбку.
— Надо бы над этим подумать. Кто-то обещал мне свидание, — Мстислав усмехнулся. — А сейчас тебе спать пора.
— Я не хочу спать.
— А чего хочешь?
Я наклонилась и прикрыв глаза, поцеловала его. У него такие теплые мягкие губы. Его пальцы запутались в моих волосах, притягивая к себе ближе, не позволяя вырваться. Обжигающее дыхание Мстислава, воспламеняло кровь. Как мне хорошо с этим человеком. Мы знакомы не так давно, но мой сосед надежен, он не предаст, я знаю, я это видела в его воспоминаниях. По моим щекам льются слезы и я не хочу, чтобы это сейчас прекращалось. Резко перевернувшись, Мстислав оказался сверху. Его руки ласкали меня, гладили, успокаивали и одновременно разжигали во мне желание. В какой момент потеряла сознание, я так и не поняла, как это произошло.
— без даты-
Сонечке два годика исполняется сегодня. И если бы не обстоятельства, то у нее была бы лучшая в мире крестная. Я упахиваюсь с ребенком, плюс работа на дому. И мне так не хватает моей подруги. Все проблемы рядом с ней кажутся мелкими, незначительными и вполне решаемыми, но я не могу опять ее напрягать. Еще немного времени, Соня пойдет в школу и, если будет возможность, я встречусь с Витториной. Боже, я так скучаю по ней.
— без даты-
Мне кажется еще немного и я сломаюсь. По моей вине столько ошибок было совершенно. Шархан привозит детские вещи, продукты…он так добр. За все время я не слышала от него ни одного упрека в свою сторону, лишь доля сочувствия. Сегодня он рассказал о том, как Вита поцапалась с какими-то наркошами после концерта. По итогу тех пришлось увозить на машине скорой помощи в то время, как сила Витторины только множится и ее тайные способности становятся все более очевидны.
Сегодня был очередной отборочный тур в Академию и Вита просто не пришла на него. Ромка очень обеспокоен. Шархан говорит, что состояние моей подруги очень нестабильное, но она не позволяет вмешиваться в ее жизнь. Он присматривает за ней и оберегает. Рассказывал, присмотрел квартиру в столице на случай, если Вита не захочет переезжать в Академию. Я мечтала, как увижу их свадьбу, что мы будем снова дружить, как будто ничего этого и не было.
— без даты-
Шархан предупредил, что около недели будет отсутствовать в городе, поскольку уезжает в какую-то важную командировку. Просил набрать, если понадобится помощь или что-то произойдет. Успокоил, что за Витой есть кому присмотреть.
Мы хорошо поболтали. День был солнечный и такое же настроение. Ничто не могло его омрачить.
P.S. Кроме твоей смерти, Анют.
P.S.S. Я тоже тебя очень люблю, подруга моя, даже после всех глупостей, что ты совершила.
Витторина Соколова
(«Неназванная книга», дневник Анечки)
Утро началось с больной головы, желания пить и противного писка будильника. Я поморщилась, не желая вставать. Писк прекратился сам собой и, мягко Мстислав произнес:
— Может сегодня не пойдешь на занятия?
Ох ты е-мое, я подскочила, понеслась в ванную, принять душ, почистить зубы и…вот черт, надо переодеться. А я оставила все там, в своей комнате. Твою же мать. Блин, а вчера чем вечер закончился?! Может уже можно не стесняться??! В конце концов это я стала до него домогаться… Примерно в таком русле текли мои мысли, пока я стояла под холодными струями воды.
В дверь постучали.
— Вита! Я войду?
— Зачем? — кажется паника в моем голосе была слишком ярко выражена.
— Ты забыла вещи на тумбочке. Я принес.
— Тогда ладно.
Из-за занавески было не видно парня, только силуэт проглядывал. Сосед положил на стиральную машинку мою одежду и обернулся. Я была рада, что меня не видно за занавеской, сердце билось как ненормальное и я почувствовала, что покраснела. Но одновременно с этим я испытала невероятно теплую волну по телу. Если бы Шархан сейчас…я прикусила губу, пытаясь отогнать от себя посторонние мысли.
— Мстислав…а вчера…
— Ничего не было. Мне пришлось тебя принудительно погрузить в сон и все, хотя ты сопротивлялась. Из четырех попыток только одна увенчалась успехом.
— Правда?
— Даю слово, хотя лучше не искушай меня, могу не устоять, — он усмехнулся.
— А сейчас не искушение? — на всякий случай уточнила я, смывая шампунь с головы.
— Соблазн велик, но я с тобой потому что люблю, а не потому что секс интересует. Голова сильно болит?
— Есть немного и жажда мучает.
— Смотри воду не пей, развезет по новой. Выйдешь из душа, я там тебе уже приготовил. Давай, жду.
Он вышел, притворив за собой дверь. Выглянув из-за занавески, я убедилась, что чистая сухая одежда лежит на стиральной машинке. Усмехнулась и быстро домывшись, вытерлась и одевшись, поспешила в комнату. Каждый шаг отдавался мучительной болью в голове, жажда стала нестерпимой. Мстислав печатал на ноутбуке и отдавал какие-то команды.
— Первый, Второй на захват. Третий реши уже ту проблему с утечкой информации. Четвертый что там с доками? А-а-а, это легко решим, распечатай и мне на подпись. Да-да, помню, только этим займусь позже. Экзамен?!? Не понял. Какого хрена? ВИТА!!!
— Я здесь, — я подошла ближе и вытянулась в струнку.
— У тебя сегодня экзамен, ты в курсе?
— Не понял, с какого? — даже больная голова отошла на второй план.
— По Резонансу. Влад только что узнал. Судя по всему Анатолий постарался. Ты в курсе, что сдают ты и этот, как его там, — видимо в наушнике Влад подсказал, потому что после паузы, Мстислав добавил вслух. — Роман. Чем он думает? Хотя помню, он неплохо отстоял на Барьере. Но сейчас. Вита, откажись! Там реально что-то не так, да и ты не в том состоянии, чтобы сейчас отстаивать свои возможности.
— Мстислав…Рита вчера сказала, что кто-то очень упорно роет под меня, кто-то кто находится выше нее по карьерной лестнице. Просто…наверняка именно этот неизвестный все подстроил, Анатолий лишь исполняет волю, хотя и это не точно. Пока я иду у них на поводу, они начинают обнаруживать себя, как тогда, на крыше…
— И ты готова приманкой выступить?
— Да. Тем более, если я не смогу, кто помешает мне сдаться там, прямо на площадке и потом просто пойти на пересдачу? Мстислав, мы все равно ищем этих уродов, так почему бы не попробовать, если они так упорно выползают. В твоей защите я уверена, мне ничего не грозит рядом с тобой. Если уж вчера дело кончилось тем, что ты меня просто уложил спать.
— Ты настолько уверена в себе, что готова сдавать сейчас этот экзамен?
— Я настолько уверена в тебе и в том, как ты заставляешь меня меняться.
— А что насчет стеклянного ящика? — он усмехнулся.
— Что-нибудь решим. Уж я найду способ выйти наконец на тот же уровень, что и ты, — я улыбнулась.
Мстислав улыбнулся, протягивая чашку.
— Пей, — почти приказ.
— Что это?
— Очень крепкий чай. Обладает психоактивным действием, вызывает зависимость. Но в нашем случае, это сейчас поможет тебе быстрее прийти в себя. Четвертый, собери команду, нужны Информационники и один или даже два отряда Дневной Стражи. Цель ясна? Ну тогда, выполняй и зайди тогда за Витой, отведешь ее на экзамен. А у тебя есть полтора часа, чтобы подготовиться. Одевайся во что-нибудь спортивное и приготовься, Анатолий вряд ли будет наносить легкие удары, как например на тренировке делали это Сергей и Олег. Уточню еще один момент. Барьер не обязательно выставлять по периметру, можно его создавать точечным, по размеру Резонанса или простого удара, чтобы не тратить много энергии. Не забывай, что твоя музыка, песни в твоей голове порождают Хаос. Анатолий, как и многие, боятся этого Хаоса, потому что как правило его не могут контролировать. Любой Резонанс старайся усилить своей ненавистью и яростью к нему. Помни, что именно Анатолий одна из причин гибели твоей подруги. А Ритке надо бы премию выписать, — сосед усмехнулся. — Мы-то все не знали, как заставить тебя немного расслабиться, а тут оказывается, надо было с тобой выпить. Кстати, о выпитом. Сколько вы выпили?
— Я не помню, — я потупила взгляд, чувствуя себя второклассником, которого папа застал за курением. Чифир кстати, действительно помог, резко прояснив голову и взбодрив меня.
— Что хоть пили?
— Ну последнее кофе с виски. А до этого какие-то коктейли. Они такие слабенькие еще казались, почти как сок со льдом, а потом стало весело. Я не знаю как так получилось. Просто после того случая на крыше…очень хотелось расслабиться и…прости.
— Опять извини… Вита, тебе не за что передо мной извиняться. Это я свой нос сую куда не надо, так что это ты, прости меня. Я тоже вчера немного перенервничал. Просыпаюсь, тебя нет. Вот кстати, вырубила ты меня…наши этому учатся несколько лет, а ты просто взяла и сделала. Записка на тумбочке, только больше обеспокоила. Я почему-то решил, что ты хочешь сбежать от меня, из Академии…
— А стоит? Ты же вроде мне столько всего предлагал.
— Когда придет время, я предложу тебе больше…а сейчас быстрый курс молодого бойца. Если бить ногами начнет, прикрывай ребра. По возможности, не доводи до критичной ситуации, лучше сдайся. Потянуть время, это конечно хорошо, но ты мне живая нужна и здоровая.
— Ты мне доверяешь?
— Доверяю, но не хочу, чтобы ты пострадала. У тебя полностью отсутствует инстинкт самосохранения.
— Все будет хорошо.
Он потянул меня за руку, заставив сесть к себе на колени. Пальцы вновь запутались в моих волосах, Мстислав блаженно улыбнулся, прикрыв глаза, которые поменяли цвет и я не могу отвести взора от этих завораживающих золотистых искр. «Я остался в совершенном одиночестве на земле, но, признаюсь, в глубине души обрадовался»- одна из цитат великого писателя Михаила Булгакова, и раньше я поддерживала это высказывание, до встречи с моим замечательным соседом. А к душе моего Мстислава больше подошло бы иное высказывание, Симона де Бовуар: «Он чувствует себя одиноким, скучает. Книги, музыка, культура — все это прекрасно, но существования этим не заполнишь». Мой бедный «Шестой», ему нужно отдохнуть, ему нужна забота. Я склонила голову, коснувшись лбом его лба и ощущая напряжение, боль, тьму которая гложет моего замечательного соседа и начиная впитывать это, оставляя после себя светлые теплые чувства. Я открываю глаза и вижу его удивление, потрясение, но в тоже время облегчение, словно с его плеч упал груз ответственности.
— Но как редко на лице другого человека можно увидеть отражение твоего собственного лица, твоих сокровенных трепетных мыслей… — прошептал Мстислав.
— Рэй Бредбери… «451 градус по Фаренгейту».
— Мне нравилось слушать, как ты читаешь вслух.
Стук в дверь прервал плавный ход мыслей.
— Войдите! — рявкнул Мстислав.
В нашу квартиру прошел Роман, робко переминаясь с ноги на ногу и периодически поправляя очки на переносице. Заметив его, я поспешно спрыгнула с колен своего парня, заливаясь краской.
— Здравствуйте, Шархан. Привет, Вита, я к тебе, хотел поговорить…ты уже в курсе, что нас с тобой записали на экзамен??! — ботаник с опаской покосился на моего соседа. — Это не я, честно. Я бы никогда не рискнул бы сделать такую глупость. Я сам только что узнал! — он сорвался на крик.
— Спокойнее, — я улыбнулась. — Мстислав, не пугай, пожалуйста, моего одногруппника. В прошлый раз он меня выручил, помнишь?!
— Как скажешь, я в комнате и помни, время, — сосед усмехнулся и ушел в мою комнату.
— Вита, я не смогу, я не сдам, — с трудом сдерживая слезы, запричитал парень. — Я не умею драться.
— Откажись, — спокойно попросила я. — Просто откажись, скажи, что не готов, что это было опрометчивое решение. Я тоже скажу, что это было не моим решением, что ничего не знала об этом.
— ПРИВЕТ!!! — Влад с грохотом ввалился к нам.
— Садист, — я поморщилась от громких звуков, заметив усмешку психолога. — Ну что? Идем?
— О, ты второй самоубийца? — Влад оценивающе посмотрел на Ромку. — Лучше сдавайся, Анатолий размажет тебя по стенке, а кишки потом оттирать как-то не очень. Ты, кстати, тоже смотри! А то, мои кишки придется отмывать, Шархан мне устроит.
— Мстислав, мы ушли! — крикнула я.
— Береги себя.
Мы вышли в коридор.
— Слушай, а вы что? Встречаетесь? — шепотом спросил Рома.
Прогремевший по этажу Импульс, напомнил всем, что Шархан здесь Хозяин — вот он, главный Кукловод Академии Лемур. А еще говорят, что у него нет Марионеток. Ага, как же — вон, все ему подчиняются. Я невольно улыбнулась, вспоминая, как вчера назвала его «зая». Роман от страха пригнулся, а Влад втянул голову в плечи.
— Кстати, он тебя вчера сильно ругал за опоздание? — не выдержал психолог.
— Нет, спать уложил и все, а тебя пропесочили или нет?
— Нет, сказал, что обещал тебе, поэтому мне стоит кланяться в твои красивые ножки.
Еще один Импульс грохнул над головой.
— Мой замечательный сосед немного не в духе, — я улыбнулась.
— Ты его не боишься? — удивился одногруппник.
— Нет. Он очень хороший человек, но под горячую руку лучше не попадаться.
Импульс резко стих и я улыбнулась.
— Слушай, а правду говорят, что ты очень плохо ориентируешься в пространстве? — Влад усмехнулся.
— С гитарой отлично ориентируюсь, а без нее даже навигатор не поможет, — ухмыльнулась я.
Мы перешли на бег и уже летели в спортзал. Только сейчас я поняла, что все также одета в рубашку и лосины, которые натянула после душа, а надо бы переодеться в спортивное. Черт, Мстислав же просил! Ладно, что сделано, то сделано, уже поздно сожалеть. И вот, влетев в зал, я была порядком удивлена — здесь присутствовали все старшекурсники, мои одногруппники, а также преподаватели и даже директор.
— Вита, ты в своем уме? — Ольга Юрьевна дернула меня за руку, уводя в сторону. — Это же глупо, чистое самоубийство. Почему все в последнюю минуту подписывала? Куда Шархан смотрел?
— Я вам клянусь, но я ничего такого не подписывала. Я об экзамене два часа назад случайно от Мстислава узнала.
— И он отпустил?
— Да, сказал, что это часть нашей миссии.
— Ладно. А Роман? Он участвует?
— Его лучше снять.
— Ты сама-то не боишься? Толик вряд ли будет тебя жалеть.
— Вита! — Татьяна Павловна выглядела злой. — Чем ты думала, когда выбирала его в противники? — она кивнула на Анатолия, вокруг которого собрались девчонки то и дело отпуская какие-то комплименты в его сторону. Вот паскуда.
— Тем же, чем и всегда — головой! — огрызнулась я, уже начиная беситься от сложившейся ситуации.
— Их подставили, — быстро пояснила Ольга Юрьевна.
— Расследование нужно устроить.
— Мстислав уже занялся этим. Рому снимите с этого экзамена, пожалуйста. Ему и так страшно, да и покалечат его. Я не хочу, чтобы он пострадал. А к Анатолию у меня личные счеты.
— Ну давай, удачи, — Татьяна Павловна кивнула и отошла в сторону.
— Я надеюсь, ты книжку хорошо изучила, которую я тебе тогда дала, — шепнула Ольга Юрьевна.
— Я даже потренироваться успела под руководством друзей.
— Если что, сразу давай отбой. Лучше на пересдачу пойдешь, чем в больницу.
— Хорошо, — я кивнула, хотя в душе, я уже лелеяла совершенно другую мысль.
— Как мало невежд пришло калечиться, — заметил с ухмылкой Макс. Я решила пропустить его ехидное замечание мимо ушей.
Выйдя в центр зала вместе с «Кощеем» (увы, директор Академии иначе у меня не воспринимался). Грендель громогласно объявил:
— Итак, готовы? Напоминаю правила сдачи по Кроносу для тех, кто в танке.
Я усмехнулась. Вроде бы староват наш Эдуард Васильевич для таких выражений, но тем не менее, он продолжил:
— Разрешается абсолютно все. Напоминаю, что при выполнении миссий Вам необходимо будет использовать любые методы борьбы, как чистый Импульс, так и Резонанс во всем его великолепии. Так же прошу обратить особое внимание, что в боевых ситуациях пощады не будет, как парням, так и девушкам, и старикам и детям. Витторина, сейчас я тебе даю шанс отказаться от этого экзамена. Подумай хорошенько. Твоя группа будет готова к сдаче не меньше чем через пару недель. Оно тебе надо?
— Изначально идея не моя была и бумаг я никаких не подписывала, — я усмехнулась и прикрыла ладонью глаза. — А вообще…Мстислав обещал взять меня в штат, если я сдам этот экзамен. Так чего тянуть? Мне же можно будет в отряд вступить?
— Конечно можно. Тогда, увы, Вита, но это другой уровень, для отряда, — Грендель виновато пожал плечами и громко произнес — Анатолий, слышал? Замах на отряд, экзамен, как для старшеков.
— Вас понял, Эдуард Васильевич, — хищно улыбнулся парень.
— Ну что, тогда…с Богом. И санитары, носилки приготовьте, девушку скорее всего, уносить придется, так что пусть все будет близко.
Тишина в зале была гробовой, несмотря на количество собравшегося народа, которые по идее так или иначе, но издавали посторонние звуки. Для нас освободили приличную территорию, студенты поднялись на второй этаж, устроившись на смотровой площадке. Эдуард Васильевич накрыл нас куполом — Барьером, дабы мы не покалечили никого. Мой сосед мелькнул на мгновение где-то на самом верху, видимо уже пытаясь отследить нашего вечно ускользающего противника.
— Ты знаешь, Вита, с самого первого дня знакомства, хотел тебя отодрать хорошенько.
— Ты гляди…за меня теперь есть кому заступиться, — я усмехнулась.
Анатолий не спеша двинулся мне на встречу, сокращая расстояние.
— Знаешь, я раньше всегда тебя жалел. Все-таки встречался с Аней, а ты подруга, тебя нельзя жестко бить, да и вроде ты девочка. Но теперь я хочу увидеть твои слезы, услышать как ты будешь просить о пощаде. Ты, девчонка, возомнившая о себе невесть что! — он перешел на крик.
— За словами следи, — под куполом спортзала грохнул Импульс, энергия сошла по стенкам Барьера словно лавина. Услышав голос Мстислава все судорожно пригнулись, а я лишь улыбнулась, зная, что этот человек мой замечательный сосед. Сделав пару шагов навстречу и встав в метре от противника, заметила:
— Ты говоришь и говоришь, Анатолий… — я вздохнула. — Хоть раз оправдай свои слова.
Рыкнув, он набросился, стараясь пнуть меня и ударить кулаком, целя в голову. Сделав кувырок назад, увернулась от удара и наконец получила полноценную атаку. Молнии связанные между собой, как сетка, мчались в мою сторону волной. Я вспомнила, что хочу увидеть океан. Это воспоминание было неожиданным и неуместным, поэтому тряхнув головой и отгоняя лишние мысли, я собралась, не желая быть расплющенной. Махнув рукой, в мыслях создала ударную волну, отражая молнии. Воздушная подушка, словно окутывала меня, спасая от очередной атаки в виде огненного шара.
— Вита, дай ты ему в бубен! — крикнул Роман с балкона, и я улыбнувшись буквально выстрелила энергией, напоминавшая взрывную волну, которой снесло Анатолия в угол Барьера. Я почувствовал ярость каждой клеточкой, мышцы налились тяжестью, приготовившись снова атаковать. Прыгнув вперед, я заставил парня отскочить в сторону. Импульс в моей руке сверкнул в момент очередного удара, но Анатолий поставил жесткий блок и почти сразу схватил меня за запястье, вывернув руку и коленом саданул в живот. Боль была резкой, острой и в первую секунду мне показалось, что я услышала хруст собственных ребер. Удар за ударом, усиленные Импульсом пытались пробить мой маленький Барьер, слишком поздно поставленный. С трудом вздохнув, я встала, чувствуя адскую боль в животе.
— Ну что, Вита? — Анатолий обошел мою защиту. — Больно? Знаю, что больно. Но лучше бы ты сразу сдалась и не поступала сюда.
— Я и сдалась тогда, — откашлявшись, я поднялась с пола, все еще не до конца выпрямляясь из-за скрутившей меня боли. Медленно вдохнув, поморщилась. Неужели трещина в ребре!?
— И что же случилось?
— Если бы Шархан тогда сдался, меня здесь не было и я бы не ожила уже. Я была бы мертва, если бы Он сдался. А теперь я не имею права на слабость.
Ужасный мысленный крик Мстислава эхом отозвался в моем сознании. Ну мы же договорились, что необходимо тянуть время, вот и тяну как могу. Последний раз спокойно вздохнув, я убрала Барьер, на ходу сформировав два Резонанса в каждой руке и атаковала Анатолия. Удары от него сыпались градом в мою сторону и благо, почти все были отражены точечными Барьерами. Два раза я смогла положить парня на лопатки, но почти сразу получала удар в бок ногой, но не усиленный Импульсом. Скользящим Барьером меня зацепило и я кувырком через голову увернулась от очередного Резонанса. Сконцентрироваться совсем не получалось, голова болела после вчерашних посиделок. После пятнадцати минут активных боевых действий, я смогла дважды серьезно задеть Анатолия Резонансом в спину и нанести еще одну глубокую кровоточащую царапину, которая пролегла от бедра до косых мышц живота, но и я сама выглядела столь же потрепанной, пропустив еще один удар куда-то в район селезенки. Что ж, парень предупредил, что жалеть меня не будет. Раньше мы часто вставали с ним в спарринг, но дрались не так жестоко, лишь до обозначения ударов, без применения грубой физической силы. Сейчас же, когда каждый удар был усилен Импульсом, превращая его в Резонанс, это было опасно — любое неверное движение, ослабший Барьер и все, соскребать будет нечего со стены. Тяжело дыша я отскочила назад, увеличивая дистанцию. Тело болело, завтра чувствую буду вся в синяках. Подступившая тошнота лишь ухудшала общее самочувствие. Сделав два нерешительных шага, специально, чтобы Анатолий ничего не заподозрил, я неожиданно для всех совершила мощный рывок вперед, усиливая свое движение Импульсом. Это было моей любимой техникой — сначала легкие робкие шаги и в следующий миг противник лежит на лопатках от сильнейшего удара, а всего лишь нужно сконцентрировать Импульс в носочке правой ноги и рванула вперед. Анатолий снова рухнул на пол, но быстро кувыркнувшись назад, опираясь на руки, он вскочил, отразил несколько моих Резонансов, пробил Барьер, чем на короткое время привел меня в замешательство. Практически в тоже мгновение мой позвоночник врезался в защиту созданную директором Академии. Предплечье противника давило мне на горло, воздух перестал поступать. Меня приподняли над землей, я едва касалась пола кончиками пальцем, хрипя, пытаясь вырваться, но все тщетно. Боль и обида, больше ничего не чувствовала. Этот подонок бросил мою подругу, когда она была беременна. Он отчасти виноват в ее смерти и сейчас я ничего не могу сделать, полностью обездвижена, ужасное чувство уязвимости. В глазах потемнело, горло болело. В кои-то веки я была согласна с тем, что драка между мужчиной и женщиной вероятнее всего закончится победой первого, все-таки я не могла составить конкуренцию по силе.
— Ну что? Чувствуешь каково это, быть слабой? А когда я с тобой закончу, то заберу себе, будешь моей Марионеткой, прочувствуешь весь вкус унижений и боли.
Он еще сильнее надавил мне на горло и я чуть не потеряла сознание. Продолжая оказывать уже весьма слабое сопротивление, я колотила парня кулаками, не в силах сформировать Импульс в своей ладони, чувствуя, что проиграла и проиграла позорно. Нет, Мстислав меня не осудит, но…
Этот вопрос Мстислава всплыл в памяти резко из ниоткуда, заставив мои легкие наполниться живительным кислородом.
Близко, совсем близко. Я чувствую Мстислава и я чувствую Анюту. Они рядом. Шархан пытается остановить мой экзамен, но я против, хватит мне уже так легко сходить с дистанции. Соберись, сконцентрируй Импульс внутри себя и…резко выдохнув, моя энергия сокрушительной силой ударила Анатолия, откинув его на приличное от меня расстояние. Мешком рухнув на пол, я отбила колени и закашлялась вбирая в себя воздух. Я не сдамся! Если бы Мстислав тогда сдался, мы бы не встретились, а теперь моя очередь, я могу и я сильная.
Мстислав подобрал те самые слова, которые воспламенили кровь яростью и в тоже время во мне снова проснулось чувство юмора, которое так часто выручало меня в минуты опасности.
Сформировав в ладони «меч», сделала выпад, который был с легкостью отражен. Еще один колющий удар перешел в рубящий, но Анатолий увернулся и меч задел его вскользь, оцарапав предплечье. Зашипев, парень «выстрелил» несколькими огненными Резонансами. Спасаясь от них, пришлось уходить прыжком в бок, сделав в воздухе «колесо».
— Ты как всегда в прекрасной форме, — заметил он.
— Неужели комплимент?
— Даже не надейся, — Анатолий хмыкнул. — Тебя не зря называли «стопроцентным мужиком». Девчонка уже хныкала бы где-нибудь в сторонке, а ты…убил бы при возможности.
— Взаимно.
Его удар был предсказуем. Увернувшись, я саданула локтем в живот, подставила подножку и наконец свалила парня, придавив коленом в солнечное сплетение. Он нанес два удара, пытаясь меня скинуть, но я не сдавалась, терпя боль, стиснув зубы и сконцентрировавшись на той связи, которую я улавливала, словно Анюта была рядом. Она смотрела на меня своими серыми глазами, улыбалась и что-то говорила, но я не слышала, не могла разобрать, словно что-то мешало. Еще одна вспышка боли в районе ребер заставила меня еще сильнее заблокировать движения Анатолия, сидя на нем. Я снова подняла глаза. Теперь Анюта стояла рядом со мной, протягивая ладонь, улыбаясь одними глазами, а губы что-то тихо шептали. Я потеряла бдительность за что жестоко поплатилась. Толчок был такой силы, что меня перекинуло вперед. Спасаясь от того, чтобы не разбить лицо, я выставила вперед руки превращая падение в кувырок. Но не успела я встать на ноги, как была сбита, очень удачно хлопнувшись об пол затылком. Град ударов последовал неминуемо. Он бил меня ногами.
— Что сучка?! Надеялась сдать экзамен? Вот тебе, а не экзамен!
Я смотрела перед собой видя Анюту. Ее губы шептали и шептали. Закрыв глаза, я снова сконцентрировалась, но теперь совершенно на иной мысли — прошлое нужно оставить в прошлом, а впереди…Мстислав меня на свидание вроде приглашал. Согнувшись от очередного пинка, я вспомнила то, что чувствую находясь рядом со своим соседом, то самое спокойствие и защиту, как в коконе. Удары прекратились резко — Барьер гудел, как ток бегущий по линии электропередач. Я тяжело вздохнула, превозмогая боль в теле и привстала, с силой хлопнув ладонью по полу, создавая слабый Импульс защиты, даже не заметив, что один Барьер и так меня уже охраняет.
Осторожно! боги услышат -
Любая мысль порождает
Последствия свои
Рождая Антимир
Во имя Хаоса и Мрака
А я создам Реальность
И я люблю весь Мир!
Напевала я мысленно. Приподнявшись на локтях, я заставила себя медленно встать, ощущая жуткую слабость во всем теле и боль. Губы были рассечены, но кровь больше не шла. Несколько Резонансов Анатолия со страшным звуком, словно бетонная плита упала с десятого этажа, вписались в мой Барьер, заставив меня вздрогнуть, но защиту не ослабила, хотя впервые за все время становилось тяжело ее удерживать. Не в том ли дело, что я не особо хотела себя защищать?!? Не дай Бог, такая бы ситуация повторилась при других обстоятельствах, Мстислав стер бы Анатолия уже в порошок, который сейчас тщетно пытался пробить хоть какую-нибудь трещину в моем Барьере. Я стала такой слабой, после потери подруги, такой никчемной.
Я улыбнулась воспоминанию. Сегодня нельзя подводить моего друга. Друга? Нет, конечно нет. Он сосед. Мой замечательный сосед. И я, кажется, его люблю. Так, стоп, такие мысли до добра не доведут.
Уклонившись от очередного выпада, мне на мгновение показалось, что на балконе вижу Ритку. Удивление было велико, и я чуть не пропустила удар, вместо этого заблокировала Анатолия зажав его между двумя Барьерами так, чтобы он не мог двигаться и обернулась. Да нет, не показалось — «мент поганый» действительно стояла там с улыбкой глядя на меня. Опершись локтями на перила, девушка сильно свешивалась вперед, рискуя упасть. Невдалеке от нее мрачной тенью мелькнул Мстислав.
— А я тут стою, а ты меня не замечаешь. Я случайно вспомнила, что хотела с тобой в клуб поехать. Тем более, мне тут похвастались, что у тебя новая тачка. Требую гонок!
— Рит, а ничего, что я сейчас экзамен проваливаю и в ближайшее время мне не до гонок будет? — я перевела дух, чувствуя, что не в силах больше продолжать борьбу. Импульс создавать было все сложнее. В спортзале повисла гробовая тишина, все вслушивались в наш разговор, и лишь изредка слышались раскаты грома — это Резонанс бил в созданные мной Барьеры.
— Да как-то пофиг, — она обворожительно улыбнулась. — Хотя…ты, наверное, уже не та, что раньше, совсем старой стала и дряхлой.
— Это я-то старая? — я аж подпрыгнула. — Мне двадцать два.
— Рухлядь, — подтвердила подруга. — Слушай, харэ его мучать, — она кивнула на Анатолия. — Ты же можешь ему репу начистить, ну так дерзай!
— Представь себе, у него аналогичное желание.
— Твой любовник обещал ему кости переломать, сразу после твоего экзамена, поэтому лучше сделай это ты, будь милостива к врагу своему.
— Он не любовник, — я покраснела, и именно в этот самый момент Барьер стал еще сильнее, яростнее, пропитываясь энергией.
— Задело, — удовлетворенно хмыкнула Ритка и добавила. — А хотелось бы?
— Рита!
В зале послышались смешки, но явного осуждения я не чувствовала, просто веселились, как от хорошей шутки. Мстислав за спиной девушки усмехнулся, обратив на меня свой горящий взор, в котором читалось странное обещание чего-то незабываемого.
— Феникс, ну ты совсем еще ребенок.
— Я рухлядь, — напомнила ей, чем вызвала еще несколько сдержанных смешков, и обратила внимание на своего противника. Что-то Анатолий замышлял. Его Импульсы становились интенсивнее, концентрируясь по периметру всей огороженной территории, которую нам щедро выделил Грендель. Отступив на шаг назад и пытаясь разгадать маневр противника, я снова почувствовала связь с Анютой. Мой взгляд как бы ненароком опустился и я увидела на джинсах Анатолия брелок, который висел на кармане. Меня снова парализовало, завороженно глядя на это милую вещицу — обычный мерцающий брелок за двести рублей, с картинкой где изображена была Наталья Орейро. Этот брелок у Анюты был еще со школы, когда она с упоением смотрела по телевизору сериал «Дикий ангел».
Резонанс прокатился по полу, создавая фантомов. Я об этом только читала в книжке, которую мне подарила Ольга Юрьевна, а на уроках нам ничего такого не говорили. Когда я спросила о фантомах у Мстислава, он сказал, что эта техника открыта только старшекурсникам, поскольку требуется слишком много энергии и умение удерживать в сознании не один Импульс, а несколько, что для первокурсников невозможно. Для нас пока возможно создать два Импульса, хотя на тренировке мне удавалось и три. Для создания фантомов необходимо около восьми сгустков энергии, объединенные между собой, и только тогда есть вероятность, что появится четыре человекоподобных существа. По мне они больше напоминали высоченных людей, уродливой комплекции — мощные когтистые руки, слегка ссутуленный силуэт. На вытянутой гладкой морде красовались большие глаза, без зрачков и полное отсутствие рта, носа, ушей. И всех их было уже больше десятка.
— Завершить экзамен! — это был приказ Мстислава. Он спустился и уже стоял рядом с Эдуард Васильевичем в чем-то его убеждая. Я перехватила обеспокоенный взгляд темных глаз. Видимо все куда серьезнее. Но! Грендель сам сказал, что разрешено все. Я смотрела на фантомов и гадала, смогу ли я сейчас победить. Брелок звякнул и этот звук стал основным сигналом и призывом к действию.
Усмехнувшись, я произнесла:
— Ритуль, одолжение сделай.
— Какое?
— Если хоронить меня придется, то пусть похороны пройдут весело.
— Под какую песню?! — уточнила Ритка с улыбкой, хотя в голосе послышалось плохо скрываемое беспокойство.
В моей голове заиграла мелодия и она эхом разносилась по залу. Именно про это говорил мой замечательный сосед — Хаос порождаемый мной, порождаемый музыкой моей души… Только сейчас я смогла испытать то самое сокровенное чувство, настрой с которым всегда выступала на людях. Сняв Барьер, приготовилась к атаке, с улыбкой напевая:
Открой глаза и докажи
Что я не прав?!
Все беспорядки в жизни смешны -
это факт!
Есть силы спорить?!
Действуй!
Меняй со мной Реальность.
Мы построим Новый Мир!
Не теряя времени даром, я вмазала Резонансом по ближайшему фантому. Черная фигура осыпалась пеплом, зато остальные ожили, начав движение и атакуя меня в полную силу. Уклоняться стало легко, боль как рукой сняло, ребра больше не саднили, душа пела. Я прыгала то и дело уворачиваясь от ударов и не забывая отвечать — невероятные ощущения, я была готова на все и я знала это ощущение, ведь именно благодаря ему я стала когда-то увлекаться паркуром. На пять фантомов стало меньше — да я крута! Сделав сальто назад, ускользнула от очередной атаки, ушла на пол, кувырок вперед, уход от удара и вот я уже стою замахнувшись возникшим в моей руке Резонансом, который так грел руку, слегка покалывая кожу. Энергия циркулировала и я чувствовала ее каждой клеточкой тела, как она растекается по мне.
Резонанс в моей руке почти не гас, легко разрубая этих странных существ, чью природу я еще не совсем осознавала и почти не понимала, но думаю, что у меня все впереди.
На этот раз проскочила, пригнувшись к полу, развернулась и подножкой сбила нападавшего, добивая кулаком в грудь. Еще на одного противника меньше стало. Эмоциональная волна идущая от моей души, Хаос, с потрясающей силой обрушилась на оставшихся фантомов, разнося их, стирая и превращая в пепел. Фу-ух, я с улыбкой выдохнула и приготовилась к последнему рывку.
— Все-таки ты мужик, — ухмыльнулся Анатолий.
— Возможно…
Мое тело отреагировало молниеносно — поставила подножку, свалила парня, заведя обе его руки назад, уперевшись ногой ему в спину. Одно несильное движение и вывих ему обеспечен, а при более сильном давлении могу и кости сломать.
— А теперь слушай меня внимательно, — негромко произнесла я. — Еще одно дурное слово в мою сторону или в сторону моих друзей и я что-нибудь тебе отломаю. Либо очень убедительно попрошу об этом Мстислава. Уверена, что он мне не откажет в столь милой просьбе. И вот тебе вопрос, откуда у тебя этот брелок на джинсах?
— Да пошла ты! — почти выплюнул он и сразу заорал, потому что я надавила еще сильнее заламывая руки.
— Ответ неправильный.
— Мне его дали..
— Кто?
— Не знаю…человек в сером плаще. Он мой Кукловод, я не могу его разглашать. Он что-то имеет против тебя. Я не убивал Аню. Да, ушел, когда она сказала, что беременна, но не убивал. Я не такой самоубийца, чтобы с тобой сталкиваться всерьез.
Его страх разжигал в моей крови доселе незнакомое чувство, желая убить, растоптать, уничтожить этого человека.
— Брелок я заберу, как трофей.
Мой голос был до не узнавания холоден, что больше соответствовало моему соседу — видимо у него и переняла. Он даже со мной часто разговаривал спокойно ледяным тоном. Анатолий поспешно закивал, словно боялся, что одного кивка будет мало, признавая свое поражение. Его руки я отпустила плавно, хотя знала, что он не будет больше со мной драться — в его энергетике читалась подавленность, слом, как раз то, чего я хотела. Грубым резким движением сорвав брелок, я поклонилась аудитории, студенты аплодировали, поздравляли, но я извинившись вышла из спортзала, спеша оказаться подальше от этих громких криков. Во мне тоже что-то сломалось, внутреннее состояние подавленности. Все было не так, но объяснения нормального не находилось. Мне хотелось кричать, плакать, смеяться и это уже походило на истерику, а я не могла себе такого позволить, особенно в присутствии Мстислава. Не знаю почему, но мне не хотелось, чтобы он изменил обо мне мнения в худшую сторону, боялась этого. Я не могла разобраться в собственных чувствах, лишь все больше и больше запутываясь. Мне начинало казаться, что я одержима им, моим соседом, но так ли это на самом деле, может это лишь мое желание. В таком случае, что же чувствует он сам?! Чем его могла привлечь такая девушка как я? Неужели во мне есть хоть что-то заслуживающее внимание? Хотя он как-то обронил, что любит…и мне это непонятно.
Я словно очнулась ото сна и оглядевшись с удивлением обнаружила, что стою на крыше. Облокотившись о перила, я разглядывала мерцающий брелок.
Окрестности Академии были красивы. Справа виднелся парк, постепенно переходящий в густой лес. Ухоженные аллеи, фонтаны. Вон, впереди мерцает озеро подле которого раскинул свои ветви старый дуб. Но при всей красоте, природа была «мертвой», здесь никто не обитал, энергетика пустоты, отсутствие живых существ. Почему ученикам запрещено выходить гулять на территории Академии Лемур? В чем проблема? Что такого может быть опасного или секретного здесь? И главный вопрос — почему здесь я чувствую дыхание смерти?
Твою же мать! Воспоминания больно ударили оставляя на сердце колотые раны. Закрыла глаза. Вдох-выдох, вдох-выдох… Воздух чистый, освежающий, прохладный… Поежилась. Надо было кофту хотя бы захватить, а то как-то зябко, да еще и после активных боевых действий на своем экзамене, главное чтоб не просквозило. Обняв себя, прикрыла глаза, думая лишь о том, что здесь и сейчас мне очень не хватает одного единственного человека. Почти одновременно с моими мыслями, на мои плечи опустилась кожаная куртка…люблю этот запах, он ассоциируется либо с моей Хондой, либо с замечательным соседом. Последний кстати стоял сейчас за моей спиной, совсем близко, я ощущала его близость, тепло его тела. Оборачиваюсь. Мстислав стоит близко, но не касается меня и смотрит с высоты своего роста золотистыми глазами, излучающими беспокойство. Тяжело вздохнув, уткнулась лицом в грудь парню, испытывая самые разнообразные чувства. Но как только сосед обнял меня за плечи, прижимая к себе плотнее, все смятения и беспокойства растаяли, будто их и не было. На душе стало спокойно, а раны обволакивало целительным бальзамом. Мы молчали и никто не хотел нарушать тишину, ведь и так все было ясно, слова были лишними, ненужными и они не могли сейчас ничего объяснить и выразить, просто пустые ненужные звуки. Мне было хорошо и спокойно. Считывая энергетику своего соседа, обнаружила, что Анатолия унесли на носилках в медпункт. Что ж, Шархан в этом плане предсказуем — раз обещал покалечить, значит покалечит, но в данном случае мне не о чем жалеть, напротив, только порадоваться и позлорадствовать можно. Аромат его тела пьянил, заволакивая разум дымкой. Поднимаю голову. Я загипнотизирована взглядом этих золотистых глаз.
— Потанцуем?!
Его вопрос вызвал у меня удивление, но я согласно кивнула, робко сжав его протянутую ладонь. Какая теплая кожа и такая сильная, но нежная хватка. Признаюсь хотя бы себе — вальс я танцую отвратительно. Любой современный танец или даже русский народный — запросто. Но вот парные мне не удавалось нормально отрепетировать по причине отсутствия партнера.
Немного помедлив, неуверенно приблизившись, положила руку на плечо соседу, коснувшись пальцами теплой кожи, под которой чувствовались сильные мышцы. Интересно, сколько он занимается для поддержания такой хорошей формы? Я невольно покраснела, мотнула головой, отгоняя ненужные мысли и посмотрела в темные, цвета ночи, глаза, забывая обо всем. Мстислав уверенно вел, придерживая меня, чутко реагируя на любое незначительное напряжение с моей стороны, и в тоже время негромко напевая:
Свет далёкой звезды, светит нам вдали,
Греет наши мечты, освещая пути.
Мы летим по волнам, как корабли,
Ты и я, вместе к вечной любви.
Мы встретим рассвет, где сливаются небеса,
Вдыхая свободу, будем парить в облаках.
Сквозь преграды и тучи, будем идти,
Вместе с тобой, навсегда по пути.
Мы легко кружили по крыше, наслаждаясь вечерней прохладой, наслаждаясь танцем, наслаждаясь друг другом… Эта песня когда-то помогала мне жить, именно ее я первой услышала в записи альбома и тогда она вселила в меня надежду, ведь моя душа также требовала. Музыка словно шла из души, утягивая во внутренние переживания и толкая, ища выход, надеясь выбраться и обнаружить ту самую надежду. С таким же удовольствием я танцевала на выпускном.
Все-таки Мстислав очень хорошо меня изучил за это время, он точно знает и понимает мое состояние. А я нытик в последние месяцы, а может и годы (!), кисейная барышня, но рядом со своим соседом я, неожиданно для себя, находила силы, чтобы жить и двигаться вперед. Но когда-нибудь ему надоест меня вытягивать к свету и что тогда? Он не сможет заменить мне Анюту с ее невероятно яркой энергией солнца, не сможет быть таким, ведь я двигаюсь к свету очень медленно. И что будет, когда он устанет? А может я ему наскучу? Или надоем, достану, изведу своим характером? Что тогда будет? «Тогда он тебя бросит», — предательски шепнуло сознание.
— Нет! — воскликнула я и тут же закусила губу, понимая, что поддалась сейчас своим эмоциям, и отвела взгляд, не в силах смотреть в эти завораживающие темные глаза.
— Вита. Поговори со мной, пожалуйста.
Его голос спокойный, обволакивающий, словно бальзам на раны. Могу ли я ему рассказать, что у меня сейчас творится на душе, стоит ли вообще что-то объяснять или лучше промолчать?
— Вита, я не телепат, — он вздохнул. — Я не могу догадаться, что происходит в твоей голове, твоей душе, поэтому я хочу, чтобы ты делилась со мной своими мыслями, чтобы вместе мы могли двигаться вперед, исправлять ошибки и делать новые, — усмехнулся.
Я отрицательно мотнула головой, отстраняясь от парня. Зябко поежившись, коснулась подбородком ключицы, впитывая в себя аромат кожаной куртки. Мне сложно объяснить, и я чувствую себя дурой, почти уверена, что так оно и есть, могу даже найти множество подтверждений этому. В голове полный кавардак. Все не так и все не эдак, словно цветные спутанные нитки, которые я пытаюсь отделить друг от друга, но вместо этого лишь затягиваю узлы.
— Пойдем?! Я вчера тебя приглашал поужинать и ты согласилась, — мягко напомнил он.
Кивнула и взяв его за руку, послушно двинулась рядом. Это так необычно.
— Мстислав…только давай никуда не поедем…пожалуйста, — слова давались с трудом, горло болело.
— Я предполагал такой исход. В конце концов, хочу тебя поздравить со сдачей экзамена. Ты молодец!
Я отрицательно мотнула головой, но вслух ничего не сказала — спорить не хотелось. Спустившись по винтовой лестнице на свой этаж, мы прошли в нашу жилую квартирку. В комнате царил полумрак и лишь горящие свечи создавали романтичную обстановку, рассеивая тьму. На маленьком столе красовалась кружевная скатерть персикового цвета. В центре стояла ваза с фруктами, рядом две тарелки и два высоких стакана — вот и ужин.
— Замри.
Я повиновалась прежде, чем успела подумать и осознать команду. Встав напротив и глядя прямо в глаза, парень взял меня за руку и вложил в ладонь карточку.
— Поздравляю.
Мой взгляд быстро скользнул вниз. Пластиковая карта на которой значилась — «Седьмой. Смерть. Ночная Стража», ниже серийный номер. Ни фотографии, ни каких-либо других данных…мне это нравится. Но не успела я ничего сказать, как на мое запястье был надет браслет — металл и кожа, ничего лишнего, в стиле рок.
— Не дорого, — он улыбнулся, уже зная, что я скажу.
— Спасибо…мне очень нравится, — я всмотрелась в простой, но при этом стильный браслет, который идеально смотрелся на моем хрупком запястье.
Он пододвинул стул, галантно ухаживая за мной, сам сел напротив (раньше их, то есть стульев, не было, видимо, Мстислав специально их создал, и кстати куда-то кресло пропало, а диван «уехал» к самой стене, поближе к окну, вместе с плазмой). Что это в тарелке? Хотя, чтобы это не было, это божественный лакомый кусочек, тает во рту и очень-очень-очень вкусный. В стаканах был сок. Я понимаю, что я зверски голодна. Экзамен потратил слишком много моей энергии, которую я не люблю отдавать безвозмездно. Как заметила Ольга Юрьевна, я даже при создании Хаоса и воссоздания в душах людей гармонии и чувства счастья, забираю их боль и переживания себе, перерабатывая, словно конвейер и выдавая в мир лишь Свет, помогающий другим жить и существовать.
— Ты молчалива…скажи, что сейчас творится в твоей голове.
— Извини…я не хочу сейчас в это углубляться. Просто чувствую себя обязанной…в клетке, да и плюс в зоне обстрела снайперами. Они меня видят, а я их нет.
— Кстати о снайперах. Под стражу взяты еще двое, те самые которые исполняли приказы нашего Серого Кардинал. Сам Кардинал смылся, по дороге чуть не угробил нам двоих сотрудников. Как мы и предполагали, Видения в этом действительно замешаны. А что за брелок? — смена темы? Как неожиданно, хотя очень похоже на моего соседа.
— Я его подарила Анюте. Энергия…связь была с этим брелоком, как тогда с косметичкой, — украдкой посмотрела на часы. — Мне сегодня в клуб нужно ехать…
— Не волнуйся. Ритка тоже рвется с тобой.
— Вы давно знакомы? — гранатовый сок, великолепно утоляет жажду. Кажется я все-таки умею наслаждаться какими-то аспектами жизни, хотя и редко.
— Вроде того. Милая девушка. Очень переживала за тебя.
Замотала головой и очнувшись, еще отпила сока. Так, я в норме и я тут. Оторвав взгляд от своих рук, я робко посмотрела на Мстислава. Он сидел совсем близко, положив ладонь на мое плечо и что-то нашептывая. Там где его пальцы касались кожи расходился по телу Импульс тепла. Когда его золотистые глаза посмотрели на меня — я испытала в душе тихую радость и умиротворение оттого, что мы сейчас вместе, пусть и не совсем в понятных отношениях.
— Ты слишком много думаешь, девочка моя. И болтала ты только вчера и то под действием алкоголя. Может напоить тебя?! — он тихо рассмеялся, зарывшись в мои волосы. — Ты себя не бережешь и у тебя упадок сил. Мне казалось, что ты сегодня сдашься из-за этого. Твои мысли мешали тебе сконцентрироваться.
— Извини, — выдавила я из себя. — Я снова видела Аню…несколько ударов из-за этого пропустила. Я растерялась.
— Я это понял.
— И еще…что значит…неужели я…Смерть?!
— Вот, о чем я и говорил. Ты слишком много думаешь, — он закатил глаза. — Давай пойдем на компромисс?! Сегодня отпразднуем твое «отлично», а завтра серьезно поговорим.
— Обещаешь?
— Обещаю, — покорно склонил голову, прикрыв глаза.
— Тогда согласна. Нам ехать не пора? Не хочу опоздать.
— Пора. Там Ритка хотела с тобой на мотоцикле прокатиться.
— Скорее погонять, — я усмехнулась. — Ты не хочешь присоединиться?
— Я не люблю двухколесных братьев, — Мстислав усмехнулся. — Люблю скорость немного в другом формате, четырехколесном.
— Водишь здорово.
— Вот еще, — парень достал какую-то распечатку из кармана джинсов. — Я тут справки навел и обнаружил, что ты побывала в серьезной аварии.
— Ой! — я смутилась, съежившись и пытаясь еще уменьшиться в размерах. — Это было давно…
— Расскажешь? Сейчас? И после поедем. С удовольствием посмотрю, как ты работаешь.
— Ну понимаешь… — я растерянно посмотрела на соседа.
Взяв мои руки в свои, парень потянул меня к себе так, что стул скрипнув, проехал по полу и я почти оказалась на коленях Мстислава. Посмотрев на длинные пальцы парня, вздохнув, решилась рассказать (хотя предпочла сразу же умолчать тот факт, что прав у меня не было):
— Я участвовала в гонках. Это было не совсем законно. Машину купила, когда продала практически все свои вещи и пришлось очень много работать, берясь за все что было возможно — написание рефератов, подработка в школе, детская биржа труда, взрослая биржа труда…тачка была старой, потрепанной, но я ее отремонтировала. Гоняли на трассе за городом каждые выходные. Иногда по ночам, — я запнулась и почувствовала, как Мстислав крепче сжал мою ладонь, подбадривая. — Я получала такой кайф от быстрой езды. Это полет, сильные перегрузки, испытания для тебя и для твоей машины, — прикрыла глаза, вспоминая, упиваясь этими ощущениями. — Все случилось довольно быстро. Как всегда собрались погонять. Я ехала на максимуме своих возможностей и решила уйти из уровня «комфорта», а потом машину повело. Рядом со мной тогда гнал один из друзей Анюты, Илья. У его «Тайты» лопнуло колесо и он бортанул меня, а я наехала на боковое невысокое ограждение. Мне потом рассказывали, что машина в воздухе несколько раз перевернулась, рухнула на землю и загорелась, — мотнула головой, снова переживая те мгновения. — Я потеряла сознание на пару мгновений. Очнулась, чувствуя запах дыма и ничего не видя перед собой. Попыталась выбраться, но ремень заклинило. Резала его ножом, который нашла в бардачке. Стекло пришлось выбить собственным шлемом. То, что смогли спасти сдали на металлолом. Больше там ничего не осталось. После аварии все тело болело и за руль не могла сесть. Я боюсь боли и я боюсь снова оказаться в ситуации, когда… — судорожно вздохнула. — Не хочу больше быть беспомощной. Плюс мотоцикла в том, что если я попаду в аварию, то все закончится быстро и не будет боли, не придется мучиться…при тех скоростях, на которых езжу я, только летальный исход, шанс выжить почти нулевой.
— На «Ониксе» можешь теперь этого не бояться. Я учел такие моменты, машина не взорвется, не сгорит…ничего с ней не будет. И надолго тебя хватило после той аварии?
— Нет. Вскоре я купила мотоцикл.
— Это я частично застал.
— Частично? — я перевела удивленный взгляд на соседа.
— Я не знаю, где ты нашла чудика, который так дешево продал тебе почти новую «Сонгу».
— В интернете, — я пожала плечами. — Пробег у «Сонги» был всего десять километров. Все в норме. А дополнительной информации парень, который продавал мотоцикл, написал…сейчас припомню, — закатила глаза и с улыбкой процитировала — Что-то я очкую ездить. Немного поторговались и купила дешево. На форму конечно пришлось основательно потратиться, но оно того стоило. И на работы стала добираться быстрее и в принципе дела пошли лучше. За руль машины пару раз садилась, — и вновь покачала головой. — На картинг ходили с приятелями и там чуть не разбилась на тех скоростях…
— Это к нам, — резко прервал меня Мстислав и кивнул на дверь.
Топот по коридору был слышен отчетливо и вскоре к нам вломилась Ритка. Она была уже в «панцире».
— Эй, ну вы куда пропали? — спросила она и разглядев нас с ног до головы, усмехнулась. — Чем вы тут занимаетесь?
— Рита! — я покраснела.
— Вита плохо себя чувствовала после экзамена, — спокойно пояснил сосед. — Плюс она постоянно голодает, поэтому пришлось принудительно ее кормить пастой. Через пять минут мы спустимся в гараж, хорошо? — мягко уточнил он, но в голосе послышалась угроза.
— Как скажешь, Шархан. Ждем только вас, аппаратуру уже всю погрузили, — девушка кивнула и подмигнув мне, ушла.
Сосед обернулся ко мне и негромко сказал:
— Все будет хорошо, доверься мне.
Два мотоцикла ехали бок-о-бок, следуя за ЗИЛом, а за нами двигался автомобиль — «Пыжик девятьсот седьмой». Скорость была маленькой — всего восемьдесят километров в час, и это начинало утомлять. Мотоцикл Ритки двигался слева от меня. Посмотрев в зеркальце заднего вида я с улыбкой отметила, что Мстислав движется сразу за нами. Он вечно волнуется за меня и это так приятно, но скорость все равно маленькая и весь этот эскорт уже бесит, как детей на прогулку выводят. Мотор ровно гудел, убаюкивая. Дорога была ровной, идеальной, а главное совершенно незагруженной и лишь редкий транспорт мелькал по встречной полосе.
— Вита, ты как насчет погонять? — раздался в шлеме голос Риты через встроенный передатчик.
— А ты дорогу до клуба знаешь? — уточнила я.
— Конечно.
— Две секунды, — я откашлялась и вызвала через голосового помощника Мстислава. — Шестой, мы прокатимся?! Чуть-чуть быстрее, хорошо?
— Я за вами.
— Рит, нам дали добро, — усмехнулась.
Салатовый мотоцикл подруги выехал на встречку и мягко пошел на обгон ЗИЛа. Подавшись корпусом вбок, я последовала за Риткой. «Пыжик» также не отставало. Вернувшись на свою полосу, мы резко дали по газам, но светофор показывал красный и мы были вынуждены остановиться перед стоп-линией. Ритка хихикнула и сказала, что сейчас-то она меня уделает. Усмехнувшись, я включила первую передачу, подгоняя «Сонгу» вперед, чтобы поравняться с «Ямата». Раскрутив двигатель до оборотов, соответствующих крутящему моменту, держала сцепление не полностью выжатым. Это приблизительно, когда только-только начинает «цеплять», на точке «схватывания». Левая нога уже стояла на подножке, я приготовилась к быстрому переключению скоростей. Оба мотоцикла ревели в унисон, и это заставляло мое сердце биться быстрее, разгоняя кровь по венам, но при этом сознание было кристально чистым, незамутненным. Красный свет светофора мигнул и сменился на желтый, снова мигнул и… С помощью сцепления было легко поддерживать максимальное ускорение и в тоже время с ручкой газа удерживать обороты в зоне максимального крутящего момента. Переднее колесо поднялось, мотоцикл летел вперед, скорость росла и я постепенно отпускала сцепление, сразу же переключение на вторую передачу, до того как стрелка тахометра шибанула по ограничителю, и снова переключение. Салатовая «Ямата» Ритки не отставала и я пока опережала лишь на полкорпуса своего мотоцикла. Скорости достигли двухсот километров в час. Мельком взглянув в зеркальце, обнаружила, что Мстислав не отстает и расстояние между нами все так же стабильно — около пяти метров, словно мы везем его на тросе. Ритка газанула, вырвавшись вперед. Мои колебания были недолгими и я почти сразу же поравнялась с подругой. Ветер свистел в ушах, пейзаж сменялся так быстро, что его невозможно было разглядеть. И впервые адреналин не бурлил в моей крови, нет, все было иначе — спокойствие, умиротворение, надежность и…безопасность??! Да, именно безопасность, которая исходила от моего соседа.
Прозрачная стена Барьера стремительно приближалась, зовя нас в деревеньку, которая по странному стечению обстоятельств чем-то напоминала Шверин[1]. Ритка притормозила, я последовала ее примеру, сбрасывая скорость. Барьер встретил нас упругим толчком воздуха. Понизив скорость, мы пропустили «Пыжик» вперед, чтобы нам показали дорогу. Мстислав лихо вырулил вперед и примерно на скорости восемьдесят километров в час, мы двигались следом до тех пор, пока наконец-то автомобиль не остановился на парковочной площадке при клубе. Парень вышел из машины и, облокотившись на капот, внимательно следил за нами, а мы…а что мы?!? Мы дрифтовали, буксуя задним колесом без использования переднего тормоза. Немного пожгли резину и все-таки, подъехали к «Пыжику», заглушили двигатель и поставили мотоциклы на подножки. Стянув с головы шлем, с улыбкой посмотрела на соседа.
— Лихо, — заметил он. — Я слышал, что это весьма опасный трюк в стантрайдинге[2]. Вроде как можно вылететь из седла.
— Тут важна настройка подвесок. Прикол в том, что, как правило, на заднем амортизаторе выставляется максимальный преднатяг и компрессия, и средний отбой. Ну и на вилке схожие значения. Хотя настройка все равно индивидуальна, просто необходимо подбирать те самые оптимальные настройки для конкретных трюков. Дрифт начинается с блокировки заднего колеса.
— А для этого нужно уверенно делать блокировку, — поддержала меня Ритка, взъерошив короткие волосы. — Ну а там и занос, — она улыбнулась.
— Короче, не будем грузить, тонкостей полно, — я усмехнулась.
— Например? — Мстислав ухмыльнулся, хотя мне показалось, что он задал вопрос просто так, чтобы послушать, но волна интереса энергией пронеслась по моему телу, сметая сомнения прочь.
— Ну-у, — протянула я и все-таки немного решила пояснить. — В принципе дрифт, это баланс наклона мотоцикла и газа. Срыв заднего колеса в букс. Он идет при заносе на девяносто градусов и когда мотоцикл максимально наклонится, нужно открыть газ лишь наполовину и сбросить сцепление. А там еще интереснее, ведь после срыва нельзя резко закрывать газ, потому что это приведет к хайсайду[3]. И если все-таки контроль был потерян, то лучше прибавить газу и уйти в лоусайд[4]. Ну и так далее.
— Странно вообще такое от девушек слышать, — сосед хмыкнул.
— Ты погоди, на тачке она тебя сделает, обойдет в легкую, — Ритка засмеялась.
— Я бы поспорил, — он позволил себе снисходительную улыбку.
— Так, это вызов. Вита, что скажешь?! — подруга толкнула меня плечом.
— Чур я сижу на переднем пассажирском сидении.
— Что? Ты в своем уме? — девушка потрясенно воззрилась на меня. — Ты доверяешь вести машину какому-то парню??! — она кивнула на Мстислава.
— Не какому-то, — отрицательно мотнула головой. — А моему замечательному соседу.
В темных глазах парня мелькнули золотые искры, но почти сразу погасли, и взгляд был устремлен куда-то за мою спину. Обернувшись, заметили приближающийся ЗИЛ.
— Во, вспомнила! — вдруг воскликнула Рита. — Хотела похвастаться, что все-таки послушала тот альбом «Ужасная романтика» у «Дефа». Помнишь, ты мне рекомендовала?
— М-м-м…тоже недавно вспоминали, — из-под ресниц взглянула на Мстислава. На его губах играла таинственная улыбка.
— Я вот только не совсем там все поняла, ведь ты на что-то конкретное мне пыталась намекнуть, обратить внимание. Кажется, я слишком поверхностно все прослушала. А что ты скажешь?
— Я считаю, что постановка в плейлисте должна немного быть иная. Сначала «Комок грязи». Как я предполагаю, что крошить камни, значит бороться, искать себя. И нет стыковки между небом и землей, точнее у них все песни на один манер…но иногда приходится выпасть в осадок… Затем «Надежда для битья» повествуют о становлении начальника, «Парк-аттракционов» — получение опыта, «Начало апреля» — правление, «Ливень» — высшая обреченность… «Последняя ложь» и «Жизнь — игра» — любовь. «Верни мою жизнь», «Рядом с тобой» — ознаменовывается концом любви. «Мои Шрамы», «Обратно в рай», «Интерлю» — рассказ о людях… Но это мое восприятие, мне так кажется.
Я перехватила задумчивый взгляд соседа. Помедлив, он произнес:
— Я помню и клипы, и сами концерты. Сам «Дефа» внешне ничем не отличается от обычного русского парня. Не скажу, что он красив и вокал не самый лучший, все-таки чувствуется, что голос прокуренный. Но вот даже последние альбомы и первый — различия колоссальные, он словно шут… Сначала показывает людям уродливых политиков, своим образом, затем американцев — королей мира, потом гламурную массу… Его образ на сцене внешне уродлив и одновременно с этим прекрасен. Если неподготовленный человек посмотрит на него, то он не сможет поверить, что «Дефа» написал такую полную чувств и глубокую песню «Верни мою жизнь». «Дефа» ломают стереотипы… У них во всем оригинальный стиль… Барабанщик у них в костюме моряка, гитаристы в роли темных ангелов, «Дефа» — лицо всей Америки, с головой статуи Свободы вместо лица.
— Клипы клевые, — Ритка улыбнулась.
— А концерты жестокие, — я поддалась общему веселому настрою. — Я так четыре часа стояла, слушала, все не решалась уйти. Потом еле ходила из-за того, что столько стоять пришлось. Отыграли, конечно, хорошо, но слишком долго для меня.
— Эй, вы куда так рванули??! — обиженно спросил Сергей.
— Мась, не расстраивайся, обратно поедем с вами, — Рита кокетливо похлопала ресницами. — А теперь пойдемте, нам еще переодеться надо.
— Нам? Ты тоже выступаешь? — удивилась я.
— Ты смотрела, что подписывала? — подруга строго посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Шархана.
— Нет, — я покосилась на Мстислава, но на его лице ничего нельзя было прочесть, а эмоциональный фон никак не менялся.
— Там было указано, что я имею право выступать с тобой, естественно с твоего разрешения. Но ты же не против? В конце концов, я лучше, чем эти олухи. Сама понимаешь, парни, что с них взять, все наперекосяк делают?! — Ритка хмыкнула.
— Они стараются, — слабая попытка защиты. — Вот поэтому мы с собой берем только барабанщика, остальные пусть лучше отдохнут, а то все на подхвате, да на миссиях. Им же тоже надо веселиться, а уж мы с тобой публику зажжем. И кстати, тебе выделили отдельную гримерку, персональную, только для тебя и больше ни для кого. Круто? Шархан постарался, тоже одно из условий Кроноса.
— Надо бы ради любопытства почитать, что там написано, — потеряно произнесла я и двинулась за девушкой в клуб.
«Амбивалентность» встретила нас ярким мерцанием светодиодов. Проскользнув на лестницу, мы двинулись на второй этаж. Охранник нас проводил, показал гримерку. Комната нам была выделена большая, даже слишком — думаю все из-за «дурного» влияния Мстислава. Ребята занесли нам несколько сумок с оборудованием и рюкзак с одеждой.
— Прости, ты вчера и сегодня утром была явно не в состоянии это сделать и я решил взять решение этого вопроса на себя, — Шархан ухмыльнулся и вышел.
— Сука, — с улыбкой произнесла я, заглядывая в сумку и проверяя что именно мне собрали. — Он теперь долго меня подкалывать будет по поводу пьянства.
— Не орал? Шархана все боятся, а тут такой повод с твоей стороны…
— Сказал, что беспокоился.
— Зная его, предположила бы, что ему проще «жучков» понатыкать, чтобы отслеживать твои перемещения, — Ритка хмыкнула и переоделась в мою футболку. — Смотри-ка, подобрал на нас двоих вещи.
— Вывод — он рылся в моем гардеробе, — я хмыкнула.
— Ну зная твой гардероб…ничего так и не было найдено. Слушай, подруга, нам может с тобой по магазинам поездить? Подберем красивое сексуальное белье, чтобы было на что посмотреть.
— У нас не такие отношения. Он меня просто пожалел, Рит, и не более того.
— Жаль. Из вас получилась бы хорошая пара.
Натянув джинсы и темную майку с множеством лямок, вырезом на спине и надписью сбоку, оценила выбор парня. Посмотревшись в зеркало отметила, что выгляжу хрупко, джинсы сидели в обтяжку, сбоку свисала цепь. На ногах черные кеды. Оценив себя, я сняла цепочку и вложила в кармашек рюкзака — не хочу ею поцарапать гитару.
В дверь постучали.
— Да?!
— Это мы, — Санек с Сергеем прошли внутрь. — Хотим помочь с установкой оборудования на сцене. Там пока ди-джей отрабатывает деньги, а мы все поставим.
— Нам только вынести это нужно помочь, сами не поднимем, а установиться, установим все сами, — отмахнулась Ритка.
— Кстати, а чего так много барахла? — я посмотрела на девушку.
— А ты свою технику не узнаешь? Тут твой синтезатор и твоя барабанная установка, которую ты так старательно продавала после смерти Ани.
— И сейчас ты мне скажешь, что Мстислав ее купил?!
— Не угадала. Он ее перекупил.
— Вот черт! — я резко отвернулась от девушки. — Все как всегда. Ребят, выносите, мы сейчас подойдем.
Сергей кивнул и подхватив сумки и чемоданы покинул комнату, Санек (подозрительно молчаливый сегодня!) последовал за другом. Мы остались одни. Ритка подошла ближе и с тревогой вглядываясь в мое лицо, спросила:
— Что-то не так, подруга?
— Есть немного, — я кивнула. — Мстислав тратит бешеные деньги на меня и это жутко, чувствую себя…
— Он заботится о тебе…пусть немного странным способом, но заботится.
— Да уж…я ему теперь по гроб жизни обязана.
— Мне кажется, большее ты смогла бы узнать из Журнала, где хранятся данные на него. Но если попадешься, по Кроносу будет жестокое физическое наказание.
— Ты и это знаешь!? — приятно удивилась я.
— Я даже могу тебе на карте показать, только я ничего не говорила, иначе Шархан меня убьет. У нас с ним был уговор, что я тебе ничего не говорю про Академию и просто присматриваю за тобой, сообщаю лишь самые экстренные новости. Собственно говоря, от меня он узнал, что…Анюту убили. Примчался в тот же день, следствие развернули не только из-за твоей активности. Говорят, Информационников сильно трясли, «Ночная Стража» подключилась. Извини, что не смогла прийти на сами похороны.
— Рит, — я мягко прервала ее. — Мне рассказывала Ольга Петровна, что ты приходила. Я признательна тебе за помощь. К сожалению, на последних похоронах меня тоже не было, сил не хватило…лишь распорядилась, чтобы все четверо были похоронены рядом.
— Грустная история…а что ты? Что с твоей семьей?
— Когда я сюда поступила, Мстислав сразу сказал, что для семьи меня больше нет, что так им будет лучше, для их безопасности. Он был прав, я ни о чем не жалею. Не хотелось бы мне озаботиться еще одним похоронным кортежем. Спасибо Рит…раньше у нас вроде бы не было таких дружеских отношений.
— Всякое бывает, — она пожала плечами и улыбнулась. — И вообще, я тебя к Анютке ревновала. Она тебе больше внимания уделяла, чем мне и тогда я думала, что дружба с тобой для нее значит больше.
Усмехнулась. Ритка в своем репертуаре. Выйдя из гримерки мы поспешили на сцену, собирать наше оборудование. Это было несложно и уже привычным делом, потом главное настроить. Проверив данные подключенного компьютера к синтезатору, убедилась, что с момента продажи ничего не изменилось. Музыка гремела — попса какая-то, народ танцевал, уже явно разогреты и выпивкой и в целом плясками.
— Олег!!? — я огляделась в поисках барабанщика. Ребята возникли почти моментально в поле моего зрения. Я протянула им листочек и пояснила — Значит так, ваши инструменты сегодня фоном идут, основное за нами с Риткой. Я сейчас систему подключу так, чтобы могла управлять со своего синтезатора. Вот список песен, которые мы будем играть и именно в этом порядке. Далее, лишь по заявкам выступаем и на это судя по всему уйдет часа два.
— Ты чего так переживаешь? — Ритка толкнула меня бедром из-за чего я чуть не налетела на чехол своей гитары. В ужасе перепрыгнув через инструмент, я покачала головой, закатив глаза и пояснила:
— Рит, здесь Феникса особо никто не знает. Да ладно, чего скромничать — никто не знает. Репутацию придется заново зарабатывать. Я боюсь, что мы с тобой по своему обыкновению опять половину песен так отпоем, без игры, так что тут нам понадобится помощь.
— А можно я сегодня подхалтурю? — Санек улыбнулся. — Я просто тоже на нервах в последнее время, только с миссии приехал.
— Да не вопрос, — я улыбнулась и мельком оглядев зал, перехватила взгляд золотистых глаз. — А кто это с Мстиславом?
Трое парней, примерно того же возраста, что и мой сосед, сидели за одним столиком и о чем-то весело общались с Шарханом, расположившись на втором этаже отдельно от всех. Санек ухмыльнулся и быстро затараторил:
— Это его друзья. Парень справа, белобрысый такой, играл роль его брата. Они часто на задания ездят вместе, прикрывают друг друга, давно сработались. Еще они организовали всю структуру эм…нашей работы. Сбор информации, также через этого пацана делается часто.
Так называемый «белобрысый» сидел развалившись на стуле. Его прическа была эксцентрична — половина головы выбрита, со второй стороны достаточно длинные волосы. В брови и губах пирсинги. Одет в водолазку, подчеркивающая хорошее накаченное тело. Ниже, судя по торчащему из-за стола колену — джинсы. Рядом сидел еще один молодой человек с темно-синими короткими волосами, черная майка в сеточку, шипастый ошейник. Интересные друзья у Мстислава. Еще один парень выглядел вполне просто — брюнет в футболке и джинсах.
— Тот синюшный, это один из комитета, банковский деятель и все-такое. Наша зарплата проходит через него, и любые финансовые документы оформляются через него.
— А мне раньше казалось, что через Академию, — Ритка заинтриговано посмотрела на Санька.
— Академия это хорошо конечно, но Шархан любит когда не зависят от кого-либо. А вот тот, третий, это он распределяет миссии, определяет нашу работу и в случае чего, обеспокоен нашей защитой. Тут все просто и одновременно сложно, — Санек взъерошил волосы. — Эти четверо организовали некую компанию и работа Академии полностью зависит от них, поэтому с Шарханом никто не спорит. Если его воля падет на то, чтобы Академию закрыли, то ее закроют сразу же, поэтому и пресмыкаются перед ним. Они наделены как раз той властью, чтобы определять правила Кроноса, но пока не вмешиваются, не мешают общему Совету работать. Вот так.
— Слушай, а что там с Журналом? Неужели они позволяют о себе хранить столь ценную информацию в стенах Академии? — а вдруг получится сейчас разузнать больше!? Чем черт не шутит?!?
— Нет, не совсем так, — парень усмехнулся и затараторил. — Там лишь какая-то избранная инфа хранится, к примеру, кому что в наследство остается. Или касающаяся напрямик кого-то из студентов. При желании, эти доки можно глянуть, но проблема в доступе. Он очень ограничен и строг, а просто ворваться, это сразу же заработать себе наказание. А это страшно…это реально страшно, очень больно. Кто пробовал, успевали лишь до шкафа с папками добраться, а в остальном все…наказания были такие, что люди долгое время лежали в реанимации. То есть так и не оправдывались эти вылазки. А допуск можно сделать лишь через синего, но он пипец какой упертый. Кстати, готовься, после перевода в отряд, тебя должны тестировать. Вот синий этим опять и займется. Из всех поступивших в отряд, почти семьдесят процентов вылетают из Академии, по домам, с травмированной психикой, поэтому им память стирают и обратно выпускают в общество людей. Иначе говоря, зря учились, но таков отбор. Чтобы выполнять миссии должны быть не только способности, но еще высокая стрессоустойчивость, а также ряд других качеств. Именно синюшный определяет степень подготовки и специализацию миссий. Но каждый из них это может под редактировать. Но в твоем случае все проще. Все права выкуплены и определены на тебя Мстиславом.
— Что значит выкуплены?
— При зачислении на каждого из учеников есть некое досье. При поступлении на определенный факультет, на этого ученика имеют права все старшие его факультета и плюс пятница аукциона, после которого при большом желании можно выкупить права и стать Кукловодом над «купленным» и соответственно распоряжаться его судьбой в стенах Академии в дальнейшем. Как ни странно, но это приводит к развитию всех способностей более быстро, нежели обычное обучение. А тебя разве Шархан не хотел быть твоим Кукловодом? Ты так и не стала его Марионеткой? — теперь пришла очередь удивиться Сашке.
— Нет, он даже разговор этот не заводил, — я пожала плечами и подняла взгляд на Мстислава. О чем-то разговаривая, сосед пристально смотрел на меня своими темными глаза, в которых то и дело вспыхивали золотистые искры. Я снова посмотрела на Санька и негромко спросила — Слушай, а расскажешь мне об этом подробнее? Строго между нами.
— Да не вопрос, — он кивнул. — Только не сдавай меня, иначе мне каюк. И вот еще, учти, что теперь эта троица заинтересована тобой и скорее всего тестировать будут несколько иначе. Я думаю они тут потому что Шархан их вызвал, возможно хотят оценить Хаос.
— Меня они тоже оценивали, причем проверки проводились очень долго. Спасибо Шархану, он все разрулил как-то по своим каналам, — Рита грустно усмехнулась.
— Ладно, черт с ними, пора повеселиться. Сань, выполни еще одну просьбу, передай ди-джею, что мы готовы, хорошо? — я мило улыбнулась и почти сразу же почувствовала скачок энергии от Мстислава, причем явный укол ревности.
— Да нет проблем. Давай, удачи! С удовольствием послушаем!
— Спасибо, — Ритка тоже улыбнулась. — Так, сейчас объясню, что от вас ребят требуется, — она обернулась к барабанщику с гитаристом, поясняя им задачу.
Ди-джей — молодой парень с эпатажной внешностью, кивнул и показал мне указательный и средний палец, образуя букву «V». Я приветливо помахала ему рукой и, распаковав гитару, перекинула ремень через плечо. Так, еще раз проверка. Микрофон с наушником, две гитары подключены чуть громче, фоновая «Антаха» Сергея чуть тише, проверка дополнительных примочек, и отрегулированный синтезатор. На нем даже наклейки сохранились с тех далеких времён. Вытащив из кармашка ремня медиатор, я перехватила взгляд Ритки — она ободряюще улыбнулась, но я чувствовала ее беспокойство. Возможно…да нет, абсолютно точно, я не была Ритке хорошей подругой и очень часто спорила с ней. Но она пришла мне на помощь. Если бы я не замкнулась в себе, то получила бы помощь куда раньше. Что ж, у меня есть время для исправления собственных ошибок.
Я перевела взгляд на Мстислава. Не знаю какие у него мотивы, но…я благодарна ему.
[1] Schwerin — город в Германии
[2] Трюковая езда на мотоцикле, существует давно как прикладная дисциплина, но не признан как официальный спорт
[3] Перелет мотоциклиста через мотоцикл из-за сильного включения заднего тормоза и заноса колеса.
[4] Это когда мотоцикл валится на бок и мотоциклист сидит на нем непосредственно до момента приземления на асфальт.
Клубная музыка стихла и наконец все внимание было обращено на нас.
— Феникс! Лабай!!! — послышался пьяный крик из зала и посетители рассмеялись.
— Спасибо, но не получится, — громко и с улыбкой объявила я в микрофон. — Лабают, когда ни одного аккорда не знают, а мы увы…три аккорда на всех. Добрый вечер всем! Ну что? Веселиться будем?!
— ДА!!! — эмоциональная волна из зала ошарашила меня.
— Поехали! — крикнула Ритка и понеслось.
Наши две гитары лихо вошли в темп, Олег не отставал по ритму (наши постоянные репетиции принесли свои плоды, ура-ура!). Так может нам и не понадобятся две педали, и вообще супер! Медиатор дважды проскользнул в моих пальцах, пришлось поудобнее его перехватить, иначе рисковала уронить, а такой исход меня не устраивает. И не могло не радовать, что в этот раз все песни были выбраны именно мной и Ритка их одобрила. Придется теперь завоевывать доверие слушателей здесь, но это не пугает, поклонников у нас всегда было достаточно, спасибо тому, как я играю и пою, не отрицая, что тренировалась в свое время я до одурения, стирая пальцы в кровь, а голос срывая.
Среди ночей, что пусты и темны,
Я ищу тень той любви, что ушла.
Ты был светом в моем океане,
Без тебя я, как бездна, пуста.
Судя по тому, как слушатели ожили им нравится, не зря же это рок-кафе «Амбивалентность». Ритка хорошо поддерживала ритм, да и с бэк-вокалом справлялась. Хотя песня ее позабавила, учитывая вчерашние посиделки.
Верни мою жизнь, как свет утренний,
Верни мои сны, как майские дни.
Без тебя мой мир пустой, как песок,
Верни мою жизнь, верни мой восторг.
Зал подпевал, перекрикивая нас и подпрыгивая в такт песне. Олег лихо лупил по барабанам и в кои-то веке я не могла сделать ему замечания по игре, ведь он справлялся. Что ж, не зря репетировали и тренировались. Все-таки хеви-метал рулит. Я помню, что где-то попадалась такая интересная информация, что музыка группы «Металл» использовались американцами для пыток иракцев. Наверное, поэтому я тоже не люблю исполнять их песни. Но надо признать, что все-таки ребята (а не древние ли для такого обращения!??) круты. Три гитары и ударник. Карлас очень классно играет, я даже не все композиции могу повторить на барабанной установке, но пожалуй лишь потому, что редко играю. Плюс у «Металла» был концерт в Антарктиде, я даже видео глянула в интернете. Занятно, конечно. Игра Хэна, Эмма и Роберна долгое время заставляла меня совершенствовать мои навыки. Каждый раз, когда смотрела видеофрагменты с их концертов, то старалась повторить и разучить нечто новое, оттачивала мастерство.
Господи, иной раз я поражаюсь, сколько ненужной информации роится в моей голове! Так, сконцентрироваться.
Аплодисменты долго не затихали. Поклонившись, Ритка добавила в микрофон:
— Уважаемые слушатели, хард-рок рулит! — и все дружно завопили, подтверждая ее слова, а между тем девушка продолжила. — Мы только начинаем свой путь и без вас этого никак не получится. Если есть пожелания, вы хотите, чтобы мы исполнили определенную композицию для вас, вашей девушки или друга (у кого какие вкусы), — зал снова одобрительно загудел, шутка пришлась по вкусу. — То оставляйте, пожалуйста, бумажки с подписями в чехле гитары, который сейчас лежит на самом краю сцены. После основного выступления, будем работать по заявкам. Сразу оговорюсь чаевые и особенно шоколадки приветствуются, — Ритка оглянулась на меня и я пожала плечами. А мы продолжаем!!!
Моя гитара первая взяла ритм, барабанная установка за моей спиной ожила и зал скандировал:
— ШТОРМОВОЙ РОК!!!
Кто-то в зале устроил слэм, толкая соседей плечами, бегая в хаотичных направлениях, налетая друг на друга. Вот за это я боюсь рок-концертов — меня с моим ростом и моей комплекцией сметут и затопчут сразу же. Это конечно интересный способ выплеснуть энергию, но лучше не соваться, если твой вес меньше среднего, да и в случае падения, нужно помочь встать упавшим и самому быстрее выбираться. Помню когда-то попала так, едва вбок успела смыться, а кому-то из знакомых руку сломали случайно.
Перевесив гитару за спину, чтобы она повисла грифом вниз, оставила основное исполнение на ребятах и запела:
Тени прячутся прочь,
Свет озаряет зал,
Наши сердца как молнии,
Бьются в унисон.
Штормовой рок, разрывая тьму,
Мы несём свет, оставляя тишину.
Штормовой рок, в унисон с грозой,
Наш ритм в крови, мы идём за мечтой.
Нам так подпевали, что в ушах уже звенело, инструменты перекрикивали, а нам нельзя было уже увеличивать силу звука, и так почти приблизились к отметке в 120 дБ, а дальше это уже вредно и вообще…
Свобода — крылья мои,
Лететь высоко, сквозь тьму и свет,
Мечты — это мои маяки,
Преодолеть всё, что было и что есть.
Как мы с Риткой пели и прыгали. О, вон в зале кто-то из слушателей устроил хэдбэндинг, крутя головой так, что волосы описывали полный круг. Это я тоже не рисковала делать — с моей длиной волос, потом не расчешешься, а лысой ходить как-то не в кайф. Странная тенденция, сегодня две песни подряд и обе с намеком на выпивку. А посидели вчера классно, но голова все еще побаливает, да и тело в целом от экзамена ломило, особенно в ребрах, но раз дышу и пою нормально, значит ничего не сломано. Но самое страшное, я увидела, как зажглось несколько фаеров, которые раскручивались прямо в толпе. Перехватив взгляд Мстислава я едва заметно кивнула ему в сторону огня. Парень лениво обернулся, хмыкнул и на незадачливых фаерщиков вылилось, откуда ни возьмись, ведро воды, материализовавшееся прямо в воздухе и затем пропавшее. Деликатное решение проблемы. Я невольно улыбнулась. Ритм снова поменялся, следующая композиция:
Эхо ветра, эхо дней,
Несёт меня в мир мечт и грёз.
Эхо ветра, не жалей,
Покажи мне мир без слёз.
Голос слегка охрип и я заметила, что Ритка с беспокойством покосилась на меня, прекрасно осознавая, что эта песня вызывает во мне множество различных воспоминаний и ассоциаций.
Это рок-н-ролл, дайте мне свой крик!
Это рок-н-ролл, он всегда со мной.
Мы несемся вперед, будто ветер в полете,
Это наша страсть, наша жизнь, это рок-н-ролл!
Струны жалобно загудели, медиатор снова провернулся в пальцах. Так стоп, холодная голова, иначе мои мысли куда-нибудь меня заведут не в то русло и будет капец как плохо!
На сцену полетел букет цветов (еле увернулась!), даже не заметила в свете прожекторов откуда и как. Надеюсь, Мстислав не прибьет этого несчастного. На сцену частенько разные вещи летят — игрушки, конфеты, шоколадки…как-то на выступлении ко мне кирпич прилетел с подписью «Вы охрененны!». Даже не знала радоваться или плакать.
Это рок-н-ролл, дайте мне свой крик!
Это рок-н-ролл, он всегда со мной.
Мы несемся вперед, будто ветер в полете,
Это наша страсть, наша жизнь, это рок-н-ролл!
Напевала Ритка, поправляя микрофон, который от ее прыжков чуть съехал в сторону, и также увернувшись от еще одного букета и усмехнувшись, глядя на меня. Знаю, знаю…она всегда жаловалась на то, что ей цветы не дарят, ну вот оно счастье, они летят в нас, лишь бы не попали. Мстислав написал что-то на листочке бумаг и встав, подошел к сцене. На губах снова играла таинственная улыбка. Не отрывая от меня глаз, он вложил заявку в чехол и вернулся к своему столику, откуда он с друзьями буквально прожигал меня взглядом своих темных глаз.
Словно магия, звуки в нас пробуждают,
Мы живем этим моментом, вечностью обвивают.
Под этот рок-н-ролл мы взлетаем ввысь,
Свобода в нас звучит, словно песня в сердце!
Считывая реакцию толпы я поняла, что лучше всего брать самые наши популярные композиции, которые, как оказалось, очень даже знают. А ведь я помню еще те времена, когда мы выступали в пустом зале, либо когда толпа молча стояла, настороженно принимая нас.
Когда наконец основной список был отыгран, мы взяли тайм-аут на пять минут, чтобы изучить заявки на песни — их оказалось не мало. Сев прямо на колонку, я наклонилась, взяв в руку горсть бумажек, читая вслух надписи:
— Итак, сейчас будут исполнены следующие композиции, — развернула следующую бумажку и малость офигела. — Тут некто заказывает «Рукопись», — толпа ободряюще погудела, но следующая заявка заставила меня растеряться. — Тут даже круче есть. Просят исполнить попсовую песню «Любовная любовь» Ляли и Лели…
— По поводу этой заявки — тот, кто заказал ее пройди после выступления к нам в гримерку и мы исполним ее лично для тебя, — Ритка улыбнулась. — Что еще?
— «Хеви-метал», «Хоровод» и «Шепот», — я посмотрела на Мстислава. Он улыбнулся и слегка кивнул, подтверждая, что это конкретно его заявка.
— Эй! А можно новинку услышать? — выкрикнул кто-то из зала.
— Конечно, — я согласно кивнула.
Заявки сыпались и сыпались. Полтора часа пролетели незаметно, в постоянной игре и вот тут мы дошли до самых интересных заявок. Олег виновато пожал плечами и честно мне шепнул, что уже не осилит этого. Взяв две минуты на перенастройку, я усилила звук гитары Сергея, предупредив, что бэк-вокал за ним, основной вокалисткой теперь будет Ритка, а мне достаются барабаны. Наскоро убрав гитару в чехол, предварительно освободив его от тридцати плиток шоколада, я заняла свое место и вытащила из потайного кармашка свои палочки, которыми всегда тренировалась. К сцене подошел один из тех парней, которые сидели с моим соседом — тот самый с бритой головой и вложил свою заявку в чехол.
Признаюсь, последние минут сорок для меня были Адом. Некоторые композиции отняли у меня все силы, но были и другие песни столь же активные. Мышцы рук горели, Ритка в процессе охрипла, чуть не сорвав голос, Сергей также устал, с трудом выдержав эти выступления и выкинул медиатор в толпу, повторив жест моей подруги. Я также бросила палочки, радуясь, что теперь могу немного отдохнуть. Нам поаплодировали и вскоре народ танцевать под «Темнота в сердце», включенную ди-джеем. Отключив микрофон и стянув его с головы, поднялась помогая Рите убирать инструменты по ящикам. Мстислав возник рядом со мной в тот момент, когда я решила разобрать барабанную установку и молча начал помогать. Руки слушались плохо, мышцы подрагивали от перенапряжения.
— Хорошо выступили, — произнес Мстислав, когда все было погружено в ЗИЛ и туда же закатили оба мотоцикла. Воздух был прохладным, но это только на пользу — после той жары, я всерьез задумалась о вентиляторе, который следует установить на сцене и внести это в требование к организатору. Взяв меня за руку, он негромко спросил — Ты как насчет немного посидеть? Хочу тебя познакомить с интересными людьми.
— Она ЗА! — Ритка толкнула меня так, что я налетела на своего соседа.
— Рит, я…
— Никаких против, тебе надо перестать грузиться, так что давай, знакомься и я тебя забираю на танцпол. Так что пошли!
Мстислав ухмыльнулся и повел нас обратно в клуб. Войдя в помещение, мы поднялись по лестнице наверх и прошли к тому самому столику, где мой сосед наблюдал за моим выступлением со своими друзьями. Парни дружно встали — сказывалось хорошее воспитание. Ритка с нами не пошла, предпочитая наведаться в бар и пропустить пару стаканчиков, перехватив Влада под руку. Пусть ловит момент для более тесного знакомства и общения.
— Витторина! — Лорэн буквально выскочила откуда сбоку, ринувшись ко мне. — Тут журналисты спрашивают, интервью хотят, интересуются, когда и как вы можете ответить на их вопросы. Что передать? — она поправила прическу, пригладив всклокоченные волосы.
— Давайте в следующую субботу сразу после выступления, скажем у меня в гримерке.
— У меня есть отдельный зал для таких мероприятий, — Лорэн улыбнулась. — Вы отлично выступили!
— Спасибо, — я улыбнулась. С этой девушкой поладим.
Администратор согласно кивнула и убежала, бойко отстукивая своими высокими каблучками. Как она на них только ходит? Хотя мне сейчас даже в кедах тяжело ходить, а руки вообще вдоль тела висят, не двигаются.
Подойдя ближе Мстислав кивнул:
— Знакомьтесь, это Рин, — брюнет вежливо кивнул. — Сид, — блондин тряхнул своей половиной шевелюры. — И Ян, — парень с синими волосами слегка пожал плечами, словно говоря: «Ну да, это я». Тем временем, Мстислав продолжил. — Это лучшие сотрудники «Ночной Стражи», хотя точнее будет сказать, что мы ее создатели. Но насколько могу судить, Санек тебе и так уже многое поведал.
— Он кратко обрисовал ситуацию, сказал, что вы друзья, — заступилась я за парня.
— Как скажешь, — его губы оказались в опасной близости от моего виска, но лишь на мгновение. — Знакомьтесь, девушка, которая свела меня с ума, Витторина.
— Ну я тебе сразу сказал, что ты глупым стал при ее появлении, — сухо откликнулся Ян.
— Вы по себе оцениваете? — я удивленно посмотрела на этого «синюшного», как его назвал Санек.
— Вероятно, — он ухмыльнулся. — Для девушки вы неплохо играете.
— Для джентльмена у вас неплохо получается делать комплименты, — иронично заметила я.
— О да, меня предупредили, что вы остры на язычок, — Ян кивнул. — А вас предупредили насчет испытаний, которые теперь последуют?
— Спасибо, что предупредили.
— Ясно… Шархан, при всем уважении, но женщину в команде я не потерплю.
— А вы опираетесь только гендерные различия?
— Ян, признай, она легко займет наши ряды. Не обращайте на него внимания, он просто злюка, — Сид улыбнулся. — Может присядем уже. Вы наверняка устали.
— Есть немного, — мой сосед пододвинул мне стул и сам расположился рядом.
— Вы действительно потрясающе играете и поете. Как вы порождаете Хаос без определенного Слепка? Вашу энергетику невозможно считать. Как вы это делаете?
— Если бы все было так просто в этом мире, — я пожала плечами. — Вы же не можете объяснить как дышите!?
— Врожденное, — понимающе кивнул Сид. — А еще подскажите, пожалуйста, я слышал, что вы не слишком общительны и с трудом идете на контакт с людьми. Что вам мешает?
— Язвительность с иронией, — кажется меня перекосило. — Если надо, я найду общий язык с любым, но если пытаюсь подражать другим людям и выражаясь языком моей подруги «не загоняться», то ничего не получается.
— Вы напряжены, может выпьете чего-нибудь?
— Я уже заказал, — подал голос Шархан, ободряюще приобняв меня за плечи.
— Вы готовы работать в отряде? Понимаете, что это опасно для жизни? — спросил Ян.
— Да, полностью отдаю себе в этом отчет.
— Ради чего вы готовы пойти на такой риск?
— Отвечать обязательно?
— Желательно.
— Тогда выберите ту причину, которая вас устроит.
— Допустим. Вы понимаете, что вы можете все потерять?
— Все — это что? — спокойно уточнила я.
— Абсолютно все, — Ян сделал широкий жест рукой.
— Молодой человек, мне уже нечего терять. Мой единственный друг и ее семья умерли, моя семья теперь живет прекрасно без меня. Что еще я должна потерять?
— К примеру, материальные проблемы будут.
— И что? Выкручусь, найду способ заработать.
— Ян, не дави на девушку, — резко одернул парня Рин. — Вы интересная личность, Витторина.
— Спасибо, но мне кажется, что вы льстите.
— Возможно, — карие глаза брюнета вдруг поменяли цвет на алый и я невольно улыбнулась.
— Вас что-то рассмешило? — уточнил Ян и я обратила внимание, что его глаза тоже поменяли цвет.
— Есть немного, — я чуть расслабилась, ведь контакт налажен. — Я вижу вас и чувствую.
— Как? — все трое удивленно воззрились на меня красными глазами. — Вероятно вы шутите.
— Значит, Катарсис… Сид вы сейчас мыслями дома, у вас девушка или жена…ссора была, думаете о том, что вы не подкаблучник, но в тоже время продумываете, как загладить свою вину перед ней, потому что очень дорожите и любите. Ян озлоблен лишь показушно, внутри мягок и из него можно вить веревки при правильном подходе, но тоже какие-то проблемы с девушкой, наскоро так не могу ответить конкретнее. Рин хватит ломать голову, это мой мотоцикл и дрифтовала перед кафе тоже я.
Тишина. Эмоциональный фон Мстислава сменился — он откровенно потешался в мыслях над приятелями, которые в этот раз не поверили ему на слово. Музыка гремела, но колонки находились далековато, поэтому здесь звуки отдавались со слабой вибрацией, не то что со сцены, когда реально все дрожит, даже в организме все трясется от таких мощных колебаний.
— Думаю после того, что она сделала придется жениться, — Рин первый рассмеялся.
— Вставайте в очередь, — сосед хмыкнул.
— Добро пожаловать в отряд, — Сид протянул руку для рукопожатия. — Очень приятно с вами познакомиться. Автограф дадите?
— Конечно, — я расписалась на предложенном листочке.
— Шархан уже рассказал, что вас перевели в старшую группу, ну и теперь вам обеспечена оплачиваемая работа в отряде. Миссии будут регулярными. Вы готовы?
— Когда начинать? — я усмехнулась.
— Супер! Вы нам подходите, — Ян хмыкнул. — Три дня отдыха и ожидайте. Настоящая Смерть, Мара… Извините, нам пора. Шархан, будем ждать известий. До свидания!
— До свидания, — кивнула я, наблюдая за тем, как парни (или все-таки мужчины) уходят.
— Ты им понравилась, — Мстислав тепло улыбнулся. — И они действительно мои друзья, тут тебя Санек не обманул. С остальными я повязан лишь отрядом и факультетом, то есть мы больше приятели.
— Странное ощущение от знакомства, какое-то тяжелое.
— Это нормально. Просто они задаются вопросом, не опасно ли тебя держать в команде.
— В смысле?
— У Информационников был человек, который унаследовал способности Марены, — Мстислав пододвинул мне коктейль настаивая, чтобы я выпила (у меня слишком охрипший голос после выступления). — Закончилось все очень печально. Факультет «Ночной Стражи» практически весь был уничтожен и многие покалечены. Хотя все из-за того, что студент вышел из-под контроля. Он тоже не был подчинен. С Маренами контроль — это проблема. Они могут не подчиняться, миновав Кронос.
— То есть? Это связано с какими-то договором или просто иными обязательствами, Кукловод, Марионетка? — я допила глинтвейн (беда, передо мной тут же поставили еще один бокал и закуску, а меня уже понесло).
— Именно. Ян особенно настаивает, чтобы ты стала моей Марионеткой, была под моим полным контролем.
— И что со мной будет?
— Ничего. Я сказал, что ты против, а принудить тебя никто не сможет — я не позволю, — он пожал плечами, нежно глядя на меня. — Тем более, я говорил уже. Ты вольна поступать, как вздумается.
— Потому что Ты выкупил права на меня, — во мне заклокотало раздражение, которое было направлено внутрь, на меня саму. Я чувствую себя куклой, которую купили и теперь могут использовать по своему усмотрению. Так ли это? Мстислав никогда не позволял мне так думать, но ведь это не значит, что это не так. Он говорит, что я вольна, но при этом ограничивает мои действия и свободу на свое усмотрение.
— Я знаю о чем ты думаешь, — сосед быстро добился моего внимания. — И ты сейчас не права…
— П… — начала было я, но он со смешком перебил меня, прикрыв мне рот указательным пальцем:
— Потому что когда я выкупил права, то сжег все документы, чтобы никто не мог перекупить тебя. Тем более, если бы я хотел, то давно сделал бы тебя своей Марионеткой. Для меня это не проблема. Если бы я захотел тебя подчинить, то подчинил бы.
— А ты не хотел?
— Женская логика, — Мстислав подавил смешок. — Нет, я не хочу, чтобы ты была такой…они покорные, послушные…ты такой никогда не бываешь и не надо. Твое решение всегда только твое. Я могу лишь посоветовать, но при этом не имею права настаивать.
— Ну конечно, — я залпом допила теплое пряное вино и уже не совсем трезвым взглядом всмотрелась в спокойное лицо соседа. Его глаза пылали золотистыми искрами, улыбаясь и не излучая враждебности или раздражения.
— Извини, если моя забота бывает чрезмерной и создает вокруг тебя ту самую прозрачную клетку. Но мне не хватает разговоров с тобой. Говори со мной. Я не могу исправлять ошибки, не зная о них. Ты замкнута, но вопросов задаешь много…слишком много.
— Извини, — я почувствовала себя неуютно и отпила из бокала.
— Расскажи мне, — сосед склонил голову набок. — У тебя были отношения…расскажи о них. Как и где познакомились и почему расстались? Ведь проблема не в его физических данных была, вероятнее в его нытье постоянном.
— Неужели ты чего-то не знаешь обо мне? — ехидно усмехнулась.
— К сожалению, никто не смог просветить меня на этот счет.
— Да ничего такого не было, — мотнула головой.
— Расскажи.
Мерцали светодиодные цветные огни, освещая танцпол и посетителей дергающихся под музыку. Ди-джей включил нечто клубное, попсовое, отжигая за пультом. С нашей стороны на втором этаже никого не было — охрана не пускала и в принципе, балкон был закрыт от посторонних глаз, нам никто не мог помешать. Отставив пустой бокал, я поняла, что чуть повеселела от вина, избавляясь от комплексов, застенчивости, скромности и понимая, что сейчас я могу ему сказать все.
— Костя учился в другой школе, ну и столкнулись как-то случайно на выставке. Он первый подошел. Мне сложно знакомиться. Я растерялась…
Мотнула головой, отгоняя воспоминания.
— Ничего такого. Он подошел на выставке, познакомились. Потом он начал ухаживать. Цветы, конфеты, изредка прогулки, но никаких свиданий. Попробовал как-то поцеловать и на рефлексе отвесила ему пощечину. Короче, он психовал, что я недоступна и неоднозначна, я психовала, что он требует от меня каких-то ответов по типу, будь моей девушкой, женой, покажи, любишь ли ты меня и тому подобное. А я не любила, — покачала головой, ощущая легкое веселье и мягкий шум в голове. — Я ему с самого начала сказала, что я не хочу отношений, что я не готова к этому. Единственное с чем он угадал… — тяжело вздохнула. — Мне не хватало внимания и заботы. Обещал, что все будет, а вместо этого был совершенно равнодушен. В какой-то момент мне надоело, что он ходит рядом и передвижение холодильника стало лишь поводом. Он действительно постоянно ныл, говорил, что я не обращаю на него внимания, не разговариваю, не рассказываю, не готова бросить ради него свою бестолковую гитару… — залпом допила вино.
— Что тебя напрягает во мне и в моем отношении к тебе?
— Ты слишком много обо мне знаешь, а я о тебе мало и мне кажется это несправедливым. Я не представляю что ты чувствуешь и о чем ты думаешь. И меня беспокоят твои траты. Гитара, машина, в целом на моем содержание постоянно тратишься. Решаешь мои проблемы, даже не давая возможности мне все сделать самой. Я так вскоре наглеть начну и требовать большего, а это до добра не доведет.
— Забавно…ты когда чуть выпьешь более разговорчивой и откровенной становишься, — Мстислав усмехнулся и откинул с глаз темную челку волос.
— Что включает в себя этот техника Кукловод?
— Даже не думай, — его глаза стали черными, словно я увидела Мрак в его душе. — Это не то, что тебе стоит знать.
— Вот, опять…ты опять увиливаешь от ответов, — я закатила глаза.
— Это так мило выглядит, когда ты так делаешь, — он улыбнулся.
— Просто мозгом любуюсь.
— Я не понимаю. При твоей нынешней зарплате не стоит париться о таких пустяках.
— Ага, учитывая пять миллионов…можно вообще не работать, — грустно хмыкнула.
— Какие пять миллионов?
— А ты не в курсе? — я удивленно посмотрела на своего соседа. — На мою карту какой-то умник положил нехилую денежку, причем просила помочь Ольгу Юрьевну найти его, но она сказала, что он хорошо скрывается. Я бы не удивилась, если бы это было твоих рук дело. Точнее, я так и предполагала.
— Увы, у меня такой суммы нет, — Мстислав сокрушенно пожал плечами, но почему-то мысленно он подумал о каких-то нереально огромных суммах. — Чего тебе не хватало в жизни?
— А ты как думаешь?
— Мне кажется, что любви и заботы.
— Тогда зачем спросил?
— Хотел убедиться.
— А чего тебе, Мстислав, не хватает?
— Ну нет, я счастлив, — парень хмыкнул, пронзительно глядя на меня своими золотистыми глазами. — Сам факт, что я больше не скрываюсь от тебя…ты даже не представляешь, как много это для меня значит. И если выбор когда-нибудь падет не на меня…будет тяжело тебя отпустить, но я это сделаю, лишь бы ты, Вита, была счастлива.
— Звучит неплохо, но так ли это на самом деле?
— Предвидел этот вопрос, — сосед грустно улыбнулся. — Я не имею права тебя заставлять и навязывать свою волю. Да, я хочу, чтобы ты была со мной, но понимаю, что сердцу не прикажешь.
— Что же ты такого за эти пять лет увидел, что испытываешь ко мне такие чувства?! — прокрутив в руках пустой бокал, заказала еще. Черт с ним, напьюсь, голова утром конечно болеть будет, но сейчас мне хорошо и я не хочу это портить.
— У тебя ужасно занижена самооценка. Вот ответь мне сначала, почему ты себя не любишь? Более того, ты себя ненавидишь и я это вижу и чувствую, как никто другой. За что?
— Я не хочу отвечать на этот вопрос, — во мне снова вскипела ярость…и ненависть к себе. Он прав! И от этого мне еще хуже становится. Как он может меня любить после такого? Ничего не понимаю, совершенно не понимаю, ведь такого просто не должно случиться, ведь если человек не уважает, не любит себя, то к нему будет точно такое отношение. А за что мне себя любить? Что такого я сделала, чтобы любить?
Мстислав смотрит на меня, склонив голову набок и прищурив темные глаза, в которых бесякаются золотые искры. Он выглядит довольным собой, и я не понимаю почему, но предполагаю, что он хотел, чтобы я подумала и вспомнила. Я же вижу, он знает, что я вспомнила именно тот разговор, иначе ведь и не могло быть. Такой расслабленный, спокойный и понимающий. Золотистые искры увеличиваются, перекрашивая глаза, выделяя расширившиеся зрачки ярким ободком. Любопытно, но за то время, сколько мы обитаем с этим человеком в одной квартирке, он ни разу не сделал ничего такого, что могло бы меня обидеть, унизить или оскорбить. Мстислав никогда не распускал руки, не говорил гадостей. Если вспомнить, то даже поцеловала его тогда я, ведь именно Он Предоставил Мне Право Выбора, ни к чему не принуждая. В любой момент, я могу попросить своего соседа о помощи. Он и сам ее предлагает всегда, хотя чаще действует, без лишних слов. Даже вспомнить стычку с Максом. А что могло случиться на аукционе??! А на миссии? Ведь именно Мстислав был ближе всех. И только он беспокоился, когда я с Риткой в «Хард» уехала. И так можно перечислять до бесконечности.
Не понимаю, почему он так решил, с чем это связано, ведь я столько глупостей за последнее время натворила, противоречивые знаки…но он меня понимает.
Я почувствовала, как на щеках вспыхнул румянец. Отведя взгляд в сторону, всмотрелась в толпу. Ритка танцевала с Владом, но было заметно, что подруга уже значительно перебрала, но нашего психолога это не смущает, вижу, что она ему нравится и он позаботится о ней. Забавно…ведь я несколько лет не пела, не танцевала, не жила… И этот Человек, Шархан, Мстислав, Шестой, обитатель целого этажа в Академии, житель комнаты с тремя шестерками…как не назови, но именно Он меня учит заново жить, избавляя от тусклого существования. Сосед…мой замечательный сосед. Люблю ли я его? Не знаю, мне не знакомо это чувство, но я точно могу сказать, что не равнодушна к нему и испытываю теплые чувства, хотя порой противоречивые с некой долей раздражения. Я видела его мысли и воспоминания, и там не было ничего пошлого и плохого в мою сторону и это так странно и непривычно.
— Мозг себе не сломай, — усмехнулся.
— Как трудно быть мной, — я невольно улыбнулась, отвечая на его ехидство иронией.
— Тут даже не буду спорить, — он рассмеялся, но практически сразу сделался серьезным. — Но отвечая на твой вопрос. Я многое о тебе узнал и был порядком удивлен. Ты интересная, необыкновенная девушка. Я помню, как ты обернулась ко мне на крыше ХЗБ[1] и сказала, что всегда поможешь. Барьер ни разу не скрыл меня от твоего взгляда, ты меня всегда чувствовала и была чувствительна к вторжению моих Импульсов и это удивительно. Никому не удавалось на тебя воздействовать, а мне словно позволяла, подпускала. Ты рассказывала, как тебе одиноко и благодарила, что чувствуешь себя нужной, хотя и называла меня галлюцинацией. Было много удивительных моментов, — Мстислав задумался, глядя куда-то в сторону и скрестив руки на груди. — Твое увлечение паркуром…редкая улыбка заставляла мое сердце замирать. Раньше в твоем взгляде лишь иногда вспыхивала жизнь, но потом снова поддергивались пеленой. А все дело в том, что ты вела себя иногда как кукла, позволяя собой руководить лишь бы не расстраивать тех, кто для тебя важен. А на концертах ты — огонь! Чистая энергия, Хаос. Ты даришь людям счастье, очищаешь их души… Очень символично, два символа… Смерть и Феникс. Смерть — это только начало, также как и сгоревший феникс возрождается из пепла. Занятно было наблюдать, как ты читала по часу, по два, а потом не могла выбраться из кресла, потому что тело затекло. Мне не понять твою любовь к креслу, а не дивану, но…помню, как ты свернувшись калачиком уснула в вашем мелком кресле. Ты часто в нем лежала, иногда играла на гитаре также, не вставая. Редко ходишь по магазинам, скромно одеваешься и постоянно экономишь, — парень закатил глаза. — Вплоть до твоих голодовок, когда ты еле передвигаешь ноги. Готова отдать другому свои, честно заработанные деньги, потому что считаешь, что он можешь помочь так, что способна для себя еще исправить. Сколько ты помогала тем сиротам в приюте? А сколько ты потратила на содержание семьи Анюты? А своим родителям сколько ты помогала? И при этом ты сама голодала, ходила пешком, потому что не было денег на бензин и даже на проезд. И зная это, я не хочу, чтобы ты голодала и экономила. Это естественное желание, пусть у тебя будет все самое лучшее и мы можем это позволить. Я зарабатываю только ради тебя, потому что мне важно именно твое счастье, мне самому нафиг ничего не надо, — он вздохнул, глаза потемнели. — Я вряд ли смогу тебя когда-нибудь отблагодарить за то, что ты для меня сделала. И не смогу объяснить этого, — хмыкнув, добавил — И я рад, что хотя бы через алкоголь тебе удалось расслабиться. Значит не все потеряно и будем искать другие способы и возможности.
Я покачнулась и парень отреагировал моментально, придерживая меня за плечи заставляя оставаться в вертикальном положении.
— Поедем? — уточнил он. Я несколько раз кивнула и Мстислав снова усмехнулся. Встав, я поймала себя на мысли, что в голове приятная легкость, тело практически не чувствуется, но при этом парень придерживает меня.
— Вита! — к нам пытался пробиться молодой человек. Он был высоким с выбритыми висками, одет в джинсы и косуху. Я его сразу узнала.
— Дарк?! — я улыбнулась ему и Мстислав подвел меня ближе. — Сколько лет, сколько зим. Как учеба?
— Да ну на хрен, без тебя как-то скучно стало, — он усмехнулся. — О, Шархан?! Мое почтение.
— И тебе не хворать, — мой сосед как-то враждебно смотрел на моего однокурсника (мы когда-то в универе учились вместе и он частенько помогал по учебе).
— Слушай, дело есть такое. Есть одна девушка и она тащится по твоему творчеству…
— Наконец-то и ты влюбился, — я улыбнулась.
— Ну да, — он пожал своими громадными плечами и добавил. — Только я ее раздражаю.
— Какая знакомая ситуация, — с намеком произнес Мстислав.
— В общем, можешь подписать для нее листик?
— Легко, давай, что писать?
— Евангелине от Феникса, — Дарк усмехнулся. — Концерты-то планируете? — вопрос скорее адресовался не ко мне, а Мстиславу и тот снизошел до ответа.
— Сколько?
— Возможно для нее и меня?
— Возможно. Будут. Как только, так сразу, — Шархан был холоден. — Демонам тоже нужно развлекаться.
— Спасибо большое!
— Не за что, — он кивнул. — Еще увидимся. Берегите себя!
— Обязательно, — не знаю, за что Мстислав так себя с ним вел.
И ушел. Я смотрела Дарку вслед и вспоминала университет. Ритка одно время «сохла» по Дарку, да только он слишком эгоистичный и себялюбивый. Но учеба… Всегда списывали у него, особенно физику. А теперь говорит, что девушка нравится. Евангелина…вообще, красивое имя. Мстислав ничего не спрашивал и сказал только то, что я достаточно пьяная и меня срочно нужно домой отвезти. Как сели в машину — не помню. Просто провал в памяти.
Проснулась от того, что жарко. Перевернулась на бок, стянула футболку, бросила куда придется и снова провалилась в глубокий здоровый сон, прижимаясь спиной к теплому телу Мстислава, но этот момент скользнул лишь на краю сознания.
А вот через некоторое время просыпалась медленно, лениво, вслушиваясь в тихий разговор своего соседа по телефону:
— Я занят сейчас. Решайте этот вопрос сами. Когда буду, тогда и буду. Это не ваше дело! Забыл от чего и кого у тебя зависит зарплата? Могу напомнить. Да, и этот факт тебя тоже не касается. Еще один намек и вылетите на улицу всей командой. Отбой!
Лежа на плече я поняла, что не хочу просыпаться и поудобнее устроившись, обхватила соседа руками, удивляясь, что голова после вчерашнего не болит. Ладонь Мстислава лежала на талии, нежно обнимая меня. Вторая рука, бросив телефон куда-то на тумбочку (судя по звуку), и теперь лениво гладили мои длинные волосы, лениво накручивая пряди на палец.
Телефон завибрировал, но парень не обратил на него внимания.
— Ответить не хочешь? — я трудом разлепила веки.
— Не хочу, — он усмехнулся. — Они подождать могут. Тем более они сами глупцы, раз так подставились, пусть выкручиваются. Тем более, есть более серьезные проблемы.
— Какие? — я привстала на локте, всматриваясь в лицо парня.
— Командировка. В конце недели отправляют на миссию.
— Надолго?
— Не знаю. Возможно на пару месяцев. Возможно дольше.
— Я буду тебя ждать, — снова удобно устроилась на плече Мстислава. — И писать буду.
— Ты береги себя.
— А ты не волнуйся. Не стоит за мной постоянно следить. Все будет хорошо.
— Ага, Ритка про «жучки» сболтнула, — он усмехнулся.
— Я сама догадалась, — решив не подставлять подругу, буркнула я.
— У нас совсем немного времени есть, чтобы вытянуть тебя на уровень моей группы, в которой я учусь, а теперь и тебя туда же перевели.
— Легко. Я готова, осталось только встать. Погоди. Ты учишься? — удивилась и не слабо.
— Представь себе, — сосед рассмеялся. — Я все еще учусь. Есть куда и к чему стремиться.
— Ладно. Тогда душ, завтрак и пошли. Я так понимаю от СШП теперь точно не увильнуть.
— Как будто ты увиливала.
Я потянулась и только сейчас отметила отсутствие футболки на своем теле. Похолодела.
— Слишком много думаешь, — сухо заметил Мстислав, поправляя простыню. — Ты ночью сама ее скинула, потому что тебе было жарко. В подвыпившем состоянии у тебя есть один значительный плюс — ты веселишься и не грузишься лишними переживаниями.
— Да я не помню, как вчера приехали.
— Конечно не помнишь, ты уснула в машине, — улыбнулся. — Ритка, кстати, тоже.
Быстро приняв душ и переодевшись в свежее, вернулась в комнату. Поставила чайник, приготовила простенький завтрак и наконец расположились на диване.
— Итак, запоминай, — Мстислав стал серьезным, а в тоне сквозил холодок. — Весь этаж в твоем распоряжении. Но сюда никто пройти не сможет — только если лично проведешь человека сюда. Все комнаты для тебя открыты и делай с ними что хочешь. Просто я обычно не заморачивался, но наверняка студию для тебя было бы удобнее расположить здесь. Далее, на работу и вообще все свои поездки, пожалуйста, совершай на машине, мне так спокойнее будет. Еще, если неожиданно понадобится помощь, то я говорил, можешь обратиться к тому же Владу. В твоем телефоне есть номера моих друзей Сида, Яна и Рина, и по любым серьезным вопросам сможешь обратиться к ним. В любом случае, можешь рассказать мне о проблемах и я решу. Если потребуется, все брошу и приеду. Расплачивайся всегда карточкой, никакой налички. Миссии тоже будут теперь постоянны, строго после учебы. Начнешь уставать или если вдруг не потянешь нагрузки, поговорили с Гренделем или опять-таки свистнешь мне, и я решу.
— Мстислав, — я перебила его. — Ты чего так волнуешься? Давай договоримся так. Если мне понадобится помощь или будут проблемы, я сразу сообщу тебе, хорошо? Все будет нормально, я взрослая девочка и могу о себе позаботиться. Только одна просьба, — вытащила смартфон из кармашка сумки. — Покажи, как тут навигатор работает.
Взгляд, которым одарил меня сосед, достоин Оскара. Его глаза были золотыми, что снова говорило о Катарсисе, который снова установился через Импульс. Мстислав наклонился ко мне, пронзительно глядя в глаза, удерживая, завораживая и не прикасаясь. Его глаза могли сказать куда больше, чем он сам. Словно скрывая себя, говоря лишь то, что как ему кажется важным и полностью закрываясь от внешнего мира и воздействия.
— Да-да, я до конца не смогла разобраться с телефоном. Ну не пользовалась я никогда таким. И вообще, как ты умудрился сломать мою Nokia?
— Старательно, — он хмыкнул и я поняла, что он мой телефон старый ломал целенаправленно. — Смотри…
Рассказывал, показывал, пояснял…и в кои-то веке я все понимала, хотя до этого с техникой была не в ладах.
Я смотрела на него, как мой замечательный сосед рассказывает все подробности, показывает на воздействие Импульса на телефон и поняла, что пропала. Мое сердце принадлежало теперь ему.
— Ты меня слушаешь? Вита? — он отвлекся, удивленно взглянув в мои глаза.
— Очень интересно, — улыбнулась я.
Мстислав наклонил голову набок и видимо, заметив что-то в моих глазах, удивленно вскинул брови. Воспользовавшись моментом, я подалась вперед, обхватывая лицо Мстислава своими ладонями и нежно целуя в губы. Удивление зазвенело в парне, но всего мгновение и он ответил, прижимая ближе к себе.
— Так что там насчет навигатора? — шепнула я ему в губы, чуть отстраняясь.
— Да черт с ним, я сам все настрою, — ответил он и вновь поцеловал меня.
[1] Ховринская Заброшенная Больница
Сейчас я, как нельзя сильно, реально хотела прибить этого энтузиаста. Точнее поумерить его пыл. Еще точнее…да черт, я устала. Реально и очень сильно устала. Но Мстислав не дал мне рухнуть от жуткой боли во всем теле и не желал дать минутку отдыха. Его Резонансы были на порядок сильнее, чем у Анатолия на экзамене. Он учил меня правильно расходовать внутреннюю энергию, воссоздавать Импульс, превращать его в Барьер и преобразовывать в Резонанс и обратно. Показал, что Катарсис можно использовать не только для снятия Слепка и выуживания Воспоминаний, но и для наведения мысли страха и ужаса. Что помимо внушения мысли в сознание человека, можно воздействовать точно также на подсознание. Что после себя можно оставлять не только Прекрасное, но сеять смерть и разруху.
На берегу озера было свежо. Вода была чуть зеленоватой из-за водорослей, по краю ютился рогоз, колышась на легком осеннем ветру. Ветвистый дуб смотрелся по-королевски — гордым и особенным, скрывая в своей тени скамеечку, вероятно, для влюбленных пар, а может и просто для отдыха. Но в мыслях была именно романтика, несмотря на уроки моего соседа.
— В твоем случае все элементарно. Смерть является своеобразным возрождением и созданием новой жизни, иначе говоря продолжением. Несмотря на то, что оболочка умирает, душа вечна. Твои способности и влияние на организм куда более масштабны, чем у остальных. К счастью, очень мало тех, кто мог унаследовать способности Мары. При желании ты можешь излечивать неизлечимые болезни, а также окончательно калечить. И заметь, все лишь на твое усмотрение, на твое желание, — продолжал рассказывать Мстислав, пока я с трудом сдерживала его Барьер, который давил на мой, грозя расплющить. — Главным проклятием унаследования такого дара является одиночество и ненависть. Покажи мне того, кто любит Смерть? Кто любит Боль? Есть варианты? Знаю, ты считаешь, что любишь боль и одиночество, и в свое время ты с удовольствием умерла бы, но тебе помешал я, по своим, назовем это, эгоистичным причинам. С другой стороны, я думаю, что ты не хочешь, чтобы я испытывал тоже самое, что ты чувствовала, когда потеряла Аню, — его брови дрогнули, скрывая его истинные чувства, ведь после того, как я первый раз смогла воспользоваться Катарсисом, узнала, что он любит меня куда сильнее и боится беспокоится за меня совсем не так, превышая мои собственные чувства в десятки раз, что было мне не понятным.
Мой Барьер с хлопком хрустнул и пропал.
— Хаос, рождаемый тобой, способен охватить невероятно огромную площадь собирая негатив в виде любой отрицательной энергии, воздействуя на чувства и воспоминания человека, из-за чего все уходят с твоего концерта чувствуют себя окрыленными, очищенными. В нашем мире, сбор любого негатива называется Дыханием, запомни. Любой твой Импульс так или иначе проходит через организм, и поэтому при сильных эмоциях, рискуешь сгореть дотла, что вы смогли освоить на первых занятиях создания Импульса. В тоже время, любой сильный всплеск эмоций может стать гарантией твоего спасения и это я тебе уже тоже объяснял. Не отвлекайся, продолжай удерживать Импульсы. И создай еще парочку…в пожалуйста в виде куба.
По кругу парили едва заметные колышущие воздух сгустки энергии различных форм и размеров. Как говорил мой сосед, это необходимо для создания фантомов.
— Фантом ни что иное, как твое Дыхание, твои страхи и переживания. Но если их выпустить без удержания Импульса, то они уничтожат тебя. Скажем, часто люди гибнут из-за депрессии, из-за разбитого сердца. Тоже самое воздействие будут оказывать на тебя фантомы. Импульс в данном случае, преобразуется в Барьер, который будет удерживать твой страх на расстоянии, не позволяя с ним столкнуться напрямую.
В очередной раз попытавшись рухнуть от прострелившей боли в позвоночнике и уже не слушающихся ног, я с удивлением не долетела до земли, придерживаемый крепкой хваткой.
— Далее, не забывай о возможности Резонанса преображаться в любое, выбранное тобой оружие. Будь то взрывная волна или молот, все это Резонанс, тем более, что одно другому не мешает и любой выпад молотом может продолжаться волной и уничтожать-разрушать более большую площадь, нежели только одно из оружия. Твое состояние после смерти Анюты, я бы мог описать словами Леонид Николаевича Андреева. Знаешь эту цитату? «Дело в том, что я почему-то умираю. Они все допрашивают меня, что со мной, и почему я молчу, и отчего я умираю. И эти вопросы сейчас самое трудное для меня и тяжелое. Я знаю, что они спрашивают от любви и хотят помочь мне, но я этих вопросов боюсь ужасно. Разве всегда знают люди, отчего они умирают?..», конец цитаты. Но самое главное, что ты сама же и подтвердила эту мысль. Ты не смогла ответить на вопрос, чего ты хочешь. Признаюсь, это меня напугало. Но сейчас ты в лучшем состоянии, стремишься исправиться, но напоминаю. В любой ситуации оставайся собой. В меру язвительной, иногда как ребенок непосредственной, но…стоп, — он мотнул головой, отгоняя возможно не те мысли, а я все пыталась сломать его Барьер и мне это не удавалось. — Твое округлое милое детское личико как-то резко меняет ход моих мыслей. Я ненавижу терять над собой контроль. Но рядом с тобой…рядом с тобой я не могу…раньше я ненавидел то, что ты со мной делаешь., - с неудовольствием заметил Мстислав и как ни в чем не бывало продолжил. — Используя Катарсис, ты можешь смотреть на мир глазами других людей. Хотел бы я этим воспользоваться…
— Понимаю, не посмел бы. А ты взгляни, — купол рассыпался осколками. Он обернулся, глядя на меня так, словно я потеряла рассудок.
— Ты уверена?
— Уверена. Ты сказал, что я мало рассказываю, а все потому, что я просто не умею правильно словами выразить мысль, плюс я просто многого не понимаю. Я…чувствую себя постоянно виноватой…я виновата во всем. Извини… — последние слова я прошептала, не в силах произнести вслух. — Прости меня, ведь у тебя наверняка именно из-за меня возникло столько проблем. Мстислав, я видела мысли твоих друзей и они не одобряют твоего выбора. Здесь, в Академии, многие удивляются что я тут делают, смотрят на меня так, словно я нечто гнилое, склизкое и что-то такое, что запудрило тебе голову. Я…
Слеза скатилась по щеке, щекоча кожу. Я машинально отвела взгляд.
— Мне неважно, что думают другие, Витторина. Мне важно, что думаешь Ты. Все остальное не имеет значения. Но ты не веришь в себя, и для меня это всегда непонятно. Я видел на что ты способна в обычной жизни, выбивая нужное, находя свое место под солнцем. Ты спрашивала чего я желаю. Так вот, отвечаю: я желаю видеть тебя счастливой. Знаю, ты не веришь словам. И я это тоже могу понять, я видел многое из твоей жизни, что могло отразиться на твоем характере. Ты сильная целеустремленная девушка.
— Ты не хочешь… — понимание этого словно шандарахнуло меня по голове топором. — Ты не хочешь знать, что творится у меня в голове!?
— Увы, ты глубоко заблуждаешься, — он позволил себе легкую ироничную улыбку. — Просто я ценю твою свободу и уединение. Ведь все, что ты захочешь, сможешь сказать мне прямо. А то, что мне не нужно знать, сокроешь на свое усмотрение.
Кажется мои глаза стали размером и формой сравнимы с блюдца. Стою обтекаю и не знаю даже, то ли меня вежливо отшили, то ли сделали комплимент. Растеряно гляжу на Мстислава и вижу его.
Я моргнула, разрушая связь Катарсиса установившуюся между нами и отступила на шаг назад, пытаясь удержать равновесие.
— Потрясающе! — воскликнули за спиной, отчего я подпрыгнула и невольно спряталась за спину Мстислава и уже оттуда разглядывая незваного гостя. Моего зам0чательного соседа это повеселило.
— Какими судьбами, Ян? — достаточно прохладно приветствовал его Шархан.
— Ее?! — он взъерошил синие волосы и усмехнувшись добавил. — Если бы не увидел своими глазами, ни за что не поверил бы. Потрясающе.
— Давай потом поговорим. Ты нам мешаешь.
— Чему, любопытно узнать? — он сально улыбнулся, но видимо просто, чтобы подначить Мстислава.
— Девушка нервничает в твоем присутствии. Хочешь, чтобы один из Импульсов вышел из-под контроля? Помнишь, как это было с прошлой Смертью?
— Помню-помню, — потеряно повторил Ян. — Чуть вся Академия к чертям не взлетела. Витторина, Вам известно, что обладающий даром Смерти способен уничтожить все живое?
— Мне известно, что созидания не бывает без разрушения, — парировала я, все еще из-за плеча Мстислава.
— Вы не хотите поговорить со мной с глазу на глаз?
— Нет, мне и отсюда вас неплохо слышно.
— Боитесь?
— Вас? — я нервно хихикнула. — Нет.
— Я хотел бы с вами быть откровенным, — голос смягчился, а я уловила знакомое течение энергии, всколыхнулись воспоминания в этой «синей» голове.
— Вы меня ненавидите…из-за этого дара. Ведь так? — спросила я, не ожидая услышать ответа и опираясь спиной на спину соседа, продолжила. — Ведь ваша девушка пострадала тогда. Травма…да, какая-то травма, инвалидное кресло… Прошлая последовательница Мары не смогла справиться со своей эмоциональностью, поэтому было несколько взрывов на основе Импульса. Ваша избранница попала под один из них и чуть не была погребена под обломками каких-то обломках…кажется что этой части Академии теперь нет… — опора Шархана ощущалась всем телом и душой, иначе я уже рухнула бы.
— Вы интересная личность, Феникс, — протянул Ян. — И все же, знайте, я против вашей кандидатуры в нашей работе.
— Я учту, — хмыкнула. — Надеюсь, что проверку я прошла?
Я скорее почувствовала, чем увидела, что Шархан улыбнулся.
— Моя девочка, — изрек он.
— Где ты только ее откопал, — Ян ухмыльнулся. — Но вы друг друга стоите. Проверка пройдена, Седьмая. На мою помощь всегда можешь рассчитывать.
— Благодарю.
— И кстати, Шархан…мы переоформили документы, как ты и просил.
Слегка поклонившись, Ян удалился.
— Несносный человек, — я топнула ногой, выходя из-за спины Шархана. — Лучше бы он так и сказал, что ненавидит и презирает меня. Ощущение такое, что если я буду тонуть, то это первый человек, который будет помогать идти на дно, как можно сильнее ускорив процесс.
— Он просто до сих пор не может себе простить ту историю.
— А что случилось?
Мстислав кивнул на скамейку под дубом. Я села, запрокинув назад голову с удовольствием отдыхая после изматывающих тело и дух тренировок.
— Поступила девушка в Академию, Марта. И славилась она своими выдающимися способностями, — парень хмыкнул, иронично продолжив. — Ее способность уничтожать была потрясающей, причем в любых объемах, поэтому ее записали в отряд чистых Ликвидаторов. И справлялась она со своими обязанностями на «отлично», до тех пор пока безответно не влюбилась. И сдали нервы, эмоции вырвались из-под контроля. Обломки которые ты упоминала…Академия лишилась целого корпуса, который так и не восстановили. Погибших было немного, зато пострадали сотни студентов, в том числе опытные, работающие. Девушка Яна была в этом же числе. У нее отказали ноги из-за травмы позвоночника, она передвигается в инвалидной коляске, и поэтому Ян ненавидит любое упоминание способностей Морены. Так же как и многие, они не знают, но чувствуют на клеточном уровне, что ты и есть Смерть.
— А ты не боишься?
— Нет, — он пожал плечами, лукаво глядя на меня.
— И как выяснилось, что я… — сделав неопределенный жест рукой, я решила не произносить этого вслух.
— Совершенно случайно. Не задумывалась, чем тебя так привлекает сталкинг? Отсутствием жизни, лишь ее памятью, прошлым. К примеру…как тебе здесь? — он обвел взглядом дуб, озеро, Академию и вновь пристально всмотрелся в мое лицо.
— Здесь очень мило и совершенно безлюдно. Спокойно…
— Остальные студенты сюда по доброй воле и на метр не подойдут. Это озеро умерших, по иронии его назвали Стикс, а дубу дали имя Харон, который оберегает его. Лишь тот, кто не боится смерти, приблизится сюда. И ты тому подтверждение. Ведь Смерть не может бояться смерти. Если сюда подойдет обычный человек, то он будет чувствовать непреодолимую тягу к самовыпилу, желая утопиться или повеситься. Здесь многие заканчивали свою жизнь, не желая больше чувствовать боль и обреченность. Была как-то ситуация, — сосед закатил глаза. — Кое-кто пытался сломать себе шею в КЗБ[1]. Кто бы это мог быть? — темные глаза смеялись.
— Задумалась и не заметила край, — я надулась.
— Но мне бы такой рассудок в экстремальных ситуациях как у тебя, — он хмыкнул. — Чуть не упала, чудом схватившись за торчащую арматуру и выгнувшись, совершить прыжок на три этажа вниз, чтобы точно приземлиться на бетонный выступ. Анечка сразу сказала, что у тебя отсутствует инстинкт самосохранения и отчасти она права.
— Почему отчасти?
— Потому что ты боишься, — спокойно сообщил парень. — Разве нет?
— Пожалуй, ты прав, — нехотя признала я.
— Ну что ж…отдохнули? Теперь на СШП. Но пойдешь ты туда под моим контролем.
— Как будто могло быть иначе, — я хмыкнула.
— Все не так просто, — Мстислав усмехнулся. — Я тебе покажу тебе еще одну технику Импульса под названием Кукловод.
— Ты на меня ошейник наденешь или веревкой свяжешь? — стало любопытно.
— Порой я думаю о том, что «строгий» ошейник тебе не помешал бы, — он хмыкнул. — Но ты почти угадала. Это как невидимые нити кукловода. Важность и одновременно сложность этого Импульса состоит в том, чтобы овладеть телом выбранного объекта.
— То есть? — я невольно спрыгнула со скамейки и попятилась.
— Ты не ослышалась, — сосед встал и двинулся мне на встречу. — Я сказал, овладеть.
Мысли в моей голове проносились оглушительно и быстро, причем очень нелогичные и противоречащие друг другу. Кажется я свихнулась на почве любви. Но встретившись с горящим взоров смеющихся глаз Мстислава, отбросила сомнения и радостно смеясь побежала, гадая лишь о том, как скоро он меня догонит. Озеро было большим и прекрасным в своем великолепии. Ой, кажется, я вижу кувшинки. Интересно, если попросить Шархана, он достанет мне одну?! Думаю, достанет. Трава щекочет лодыжки, свежий ветерок легко обдувает лицо, лаская своим прикосновением. На той стороне озера я вижу большие серые валуны. Я хочу их поближе рассмотреть и припускаюсь туда, спиной чувствуя, как Мстислав меня нагоняет. Вильнув в сторону, скрываюсь за деревьями и быстрым кувырком пропадаю из вида. Прижавшись спиной к стволу, успокаиваю дыхание, вслушиваясь в неспешные шаги. Он идет вправо, удаляясь от меня. Я невольно улыбнулась, слегка прикрыв веки, но почувствовав присутствие, резко распахнула глаза. Мстислав стоял напротив меня, улыбаясь. Мое сердце зашлось в бешеном ритме, кровь прилила к лицу, мне хотелось отвести взгляд, но я не могла и смотрела на него словно загипнотизированная. Его пальцы коснулись моей щеки, а губы шепнули, выделяя каждое слово:
— Я найду тебя при любых обстоятельствах.
— Тогда я спокойна.
— Спокойна? За что? — не понял он.
— За свою безопасность, — мои губы сами по себе дрогнули в улыбке.
— Вот как?! Рад это слышать. Значит ли это, что из разряда «суки» я перешел в другой?
— Нашел что вспомнить, — поморщилась.
— Почему-то от тебя это звучало почти как комплимент, — усмехнулся. — Когда ты сердишься, то интонация сильно меняется, и энергетика страшная, убийственная, смертельная… Совершенно несвойственная такой девушке как ты.
— Что значит, таких как я? — я хотела обидеться.
— Хрупкая, женственная, нежная…и некоторые твои поступки, энергетические всплески, словно хотят это оспорить. Ты очень сильная девушка. И как бы ты не думала, что смерть подруги тебя сломала…это не так, — выдержав паузу, пояснил. — Ты о себе куда более худшего мнения, искажая собственную реальность. Ты помогала ловить преступников, рискуя собственной жизнью и пытаясь найти того самого, кто виновен в смерти дорого тебе человека. Ты безвозмездно помогала семье, отдав им все свои деньги. Ты задумывалась, сколько потратила на других? Если подумать, то я просто вернул тебе твое.
— Особенно заботу, — ехидно заметила я, но как только Мстислав наклонился и я почувствовала его дыхание, вся ирония и сарказм словно убежали, оставив меня в одиночестве.
— Мгновение длится секунду, но врезается в память на века, — он почти касался моих губ. — Особенно любовь и заботу.
— Ее слишком много.
— Нет, просто ты не привыкла к этому. Я хочу дать тебе больше. Хочу слышать как ты смеешься, видеть твою улыбку. И прямо сейчас, я это получу.
Он подхватил меня на руки, держа под ягодицы, поднимая высоко над землей и я, чтобы не упасть опираюсь на его плечи. От неожиданности, я взвизгиваю, прошу, чтобы меня поставили на ноги, но нет, вместо этого Мстислав начинает кружиться со мной, заставляя заразиться его весельем. И я смеюсь. Смеюсь звонко негромко, но понимаю, что это большой шаг вперед, после стольких лет молчания.
[1] Каширская заброшенная больница — недострой
Мстислав устанавливал скорость бега на СШП. До первого блока мы добрались очень быстро. Огибая вертолет несколько раз чуть не вляпались в мины, которые предусмотрительно расставили. Но меня предупредили что нужно быть внимательной, не забывая сканировать местность с помощью Импульса. Забор в два метра перемахнули также не заметив. Проволочное заграждение на высоких кольях, бревенчатый забор…все это мелькало слишком быстро, чтобы запомнить. Второй блок не заставил себя ждать. Разбитые кирпичные стены, рвы с водой, глина, какие-то подземные коммуникации, мост, и снова забор, только уже значительно выше. Первый раз Мстислав помог мне ухватиться за край, а подтянулась я сама, но в последующий попытки были полностью самостоятельными. Мне же потребовался некоторый разбег, но трудности не возникло. Спрыгнув на землю, я была сбита с ног и как оказалось влетевшим в меня водяным шаром, и как оказалось очень удачно, потому что чуть не угодила в заранее приготовленную ловушку. Они сменяли друг друга, заставляя обостряться все мысли и чувства. Огненный лабиринт. Потом шведская стенка, подземная коммуникация, стенка со штурмовыми трапами. Я кажется вообще перестала фиксировать реальность. Просто бежала бок-о-бок со своим замечательным соседом. Потом была дистанция метро в сто двадцать, которую требовалось просто пробежать, но вот едва заметных и вовсе незаметных ловушек было расставлено столько, что только успевали вытаскивать друг друга на безопасные участки. Третий блок встретил нас вертикальной лестницей, на которой не хватало ступеней. Потом стенка из бревен, а еще куча барьеров с грязевыми «ваннами», причем разноуровневые. Добежав до завала из бревен уже грязные и несколько уставшие, я все-таки поскользнулась. В последнюю секунду, Мстислав успел перехватить меня и помог ей перебраться по ту сторону «баррикады». Проползли под колючей проволокой. Пробежали по канатному мосту. Остался буквально последний рывок. Участок болотистой местности.
Обычно СШП[1] представляет собой участок с препятствиями. Протяженность такого участка больше километра. Препятствия также не случайны, а те, которые могут встретиться подразделениями при проведении специальных операций. Для подготовки можно использовать либо один из нескольких блоков в отдельности, либо весь комплекс. Но все в зависимости от тренировки и темы. Благо мы сегодня обошлись без боевой стрельбы и метания ножей с гранатами, но это со слов моего соседа.
Выбравшись на «финиш» я хотела рухнуть прямо на землю, но опять-таки сосед не позволил.
— Итак, десять кругов ты осилила, — Мстислав хмыкнул. — Значит это будет твоим средним балом. Старайся увеличить это число до пятнадцати.
— Да нет проблем, — я закашлялась, думая о том, что сейчас выплюну свои легкие. — Как не фиг делать. А сколько твоя норма? Хотя бы по минимуму.
— Мой минимум в три раза превышает твой максимум, — он усмехнулся. — Но тебе не стоит к нему стремиться. Студентки моей группы пробегают двенадцать кругов. Твоя норма должна быть пятнадцать, чтобы оставаться лучшей, — улыбнулся. — Ну ты как?
— В полном порядке…мороженого хочу.
— Ты не перестаешь меня удивлять, — Мстислав рассмеялся. — Но желание хоть что-нибудь съесть… ты меняешься в лучшую сторону, — он бросил быстрый взгляд на телефон и поморщился. — Как не вовремя…
— Работа? — я понимающе посмотрела на него. — Я тебя наверное отвлекаю…прости.
— Извини, надо идти. Я думаю, что к вечеру вернусь…часам к семи.
— Буду ждать, — улыбнулась.
— Извини, что все так получилось.
— Мстислав, я все понимаю. Все хорошо. Только…если снова будешь сильно задерживаться, напиши мне, чтобы я не волновалась.
— Хорошо, — наклонился, коснувшись лбом моего лба. — А пока меня не будет, знаешь над чем подумай?.. Ты можешь играть на гитаре или на барабанах, или на синтезаторе…но любая мелодия идет от души. А душа это жизненная энергия. А энергия это Импульс. А любой Импульс можно преобразовать в материальную энергию. Намек улавливаешь?
— Ты хочешь сказать, чтобы создавать музыку, мне не требуются инструменты? — неуверенно спросила я.
— Именно это я и хочу сказать. И вот тебе стимул. Во-первых, из старшеков ни у кого это не получится, потому что техника сложна из-за контроля и циркуляции энергии в теле, а тебе такое под силу. Во-вторых, не придется вечно с собой весь арсенал носить. И в-третьих, освоишь это и будет тебе мороженое.
— Шантажист, — я рассмеялась, зная, что без сладкого меня в любом случае не оставят, но шутка понравилась, веселило. Я чувствовала себя счастливой.
— До вечера. И близко к озеру не подходи.
И ушел, не оглядываясь. Улыбаясь, я смотрела ему вслед, думая о том, какой же неприлично счастливой я себя чувствую.
Но оглядев себя, поняла, что неплохо было бы принять душ и переодеться в чистое. Полчаса были потрачены на внешний вид, дабы выглядеть отлично. Вспомнив, что гитара внизу в студии, я кивнула сама себе и поспешила туда. Поглядывая на экран телефона, легко нашла искомую комнату, не заблудившись по своему обыкновению. Войдя в огромный зал студии без проблем обнаружила твердый чехол своей гитары и открыв ее, настроила, быстро пробежавшись пальцами по струнам. Мстислав прав…когда-то я училась, стирая кожу до крови. Перекинув ремень через голову, я подняла глаза и с удивлением заметила постороннего. Девушка в инвалидной коляске сидела у стены. Маленькая, хрупкая, почти анорексичная фигура. Недлинные волосы изящными волнами спадают на плечи. На ней было надето милое платьице бледно-розового цвета. Я ее узнала сразу — девушка Яна.
— Извините, — негромко пролепетала она, опустив глаза на сцепленные на коленях руки. — Я…я не думала, что сейчас здесь кто-то будет.
— А что вы тут делали, если не секрет? — переместив гитару за спину, грифом вниз, я подошла чуть ближе.
— Я ждала одну девушку.
— Надеюсь, не любовницу поджидаете, — я усмехнулась.
— Что вы, — она покраснела, смутившись.
— А кого хоть ждала?
— Последовательницу…девушку унаследовавшую силу Мары.
Мое сердце совершило кульбит.
— Ее еще Феникс зовут.
— И зачем она тебе? — мой голос прозвучал резче, чем планировалось.
— Песню хотела заказать и просто познакомиться…я не могу выбираться на дискотеки и другие мероприятия.
— Мне жаль.
— Шархан говорил, что я могу встретить здесь эту девушку. Ой, простите, — она потеряно посмотрела на меня, словно я была вымирающим видом. — Я не представилась. Меня зовут Алина, Информационный факультет. Вот карточка, — она показала пластиковую карту рабочего с серийным номером.
— У тебя прозвища нет? — удивилась я.
— У Информационников часто так случается, потому что часть отряда не выходит в люди и не засвечивается. Поэтому мы часто используем свои настоящие имена, — Алина улыбнулась. — А ты?
Я молча показала ей свою карту, наблюдая за тем, как кукольное лицо девушки меняется от удивления.
— Ой! — воскликнула она.
— Ой, — сухо подтвердила я. — Нашла.
— Приятно познакомиться, — ее губы растянулись в искренней улыбке, а серые глаза поменяли цвет на алый, изредка вспыхивая зелеными искрами. Катарсис установлен.
— Взаимно.
— Я вас и не узнала. Вы отличаетесь в жизни от тех клипов. В жизни вы…холодная.
— Нет, просто не с каждым живу. Ты говорила, что песню хотела заказать!?
— Да. Исполните, пожалуйста, любую, на Ваше усмотрение. Я слышала Ваши обращения…Вы ведь пели для нее, для той самой девушки, которая умерла!? Это ведь имеет большее значение в вашей жизни?
— Уже нет. Это в прошлом.
Подошла к колонкам, вытащила необходимые провода, подключила комбик. В голову почему-то постучалась песня, текст которой когда-то написала Анюта. Не знаю отчего такой выбор, но мне хотелось попробовать то, о чем рассказал Мстислав. При первых же аккордах я услышала то, чего не могло быть — посторонние инструменты, хотя в зале играла лишь я, тихонько перебирая струны своей обалденной гитары.
Соблазны, как змеи, плетутся вокруг,
Подстерегают, как хищники, в тени.
Солнце взошло, но ночь внутри,
Соблазны, как змеи, плетутся вокруг.
Сердце трепещет, крылья раскрываются,
Сознание в тумане, а душа в соблазне.
Взгляд вдаль, и искушение растет,
Совесть мертва, и разум исчезает.
О да, я вспомнила, как после смерти Анюты, первым делом, как вышла из ступора, в квартире мною были закрашены все зеркала черной краской. Я не желала сталкиваться со своим отражением, это казалось невыносимым и болезненным, жалким зрелищем. Окна всегда были зашторены, да и в большинстве своем перешла тогда на ночной образ жизни — днем отсыпалась, вечером уходила сначала в отдел, Ритке помогать, потом уезжала в клуб, давая короткие выступления и оставшуюся ночь гоняла на мотоцикле. Но когда голос стал подводить и игра уже не давалась так легко, пришлось полностью сосредоточиться на любой другой механической работе. Не знаю, что обо мне думал тогда мой сосед, но любопытно, что ему казалось и виделось со стороны? Ритка говорит, что на мне лица не было, да я и сама это знаю, ведь мне тогда казалось, что я умерла. «Поганка» как-то в шутку спросила:
— Ты в зеркало смотрелась?
— Нет.
— Ну и правильно, ты там все равно не отразишься.
Почему-то эта шутка меня приободрила, заставляя в то время сконцентрироваться на вступительном экзамене в Академию. Идея не казалась уже такой удачной, бессонница, голодовка не сказались лучшим образом на организме, и в конце концов, нервы подвели на экзамене. Запустив со всей силы свой железный пенал в стену, собрала вещи и выбежала из аудитории, понимая, что с этого момента моя учеба закончилась. Я бежала под ливнем. Просто бежала вперед, желая хоть как-то хотя бы на мгновение оставить эти болезненные мысли, думая о том, что нужно двигаться вперед, но не чувствуя уверенности или хоть какой-нибудь силы для этого. И вот я стою на последнем этаже ХЗБ, смотрю в темную пропасть шахты лифта и всерьез думаю о том, а не прыгнуть ли, не закончить ли мучения?! Кто по мне будет грустить? Вспоминаю о родителях. Я им звонила, говорила, что Анюта умерла. Они сказали пару слов утешений и напомнили, что нечего отвлекаться на всякие глупости. Прыгнуть? Шаг, еще ближе. Секунда полета и все закончится. Но чье-то присутствие мешает. Я не вижу, я лишь чувствую, что Он рядом и Он не позволит этому случиться. Так, вдох-выдох. Надо попробовать выспаться и еще раз подумать. Я просто схожу с ума. В любом случае, самоубийство не выход из сложившейся ситуации. Так, глубокий вдох и айда домой.
Прозвучал последний аккорд и я привычно поклонилась, снова перевесив гитару за спину. Алина звонко похлопала в ладоши, радостно глядя на меня.
— Здорово, спасибо большое!
— Да не за что, — спокойно отозвалась я.
— Скажи, а вам случайно не нужен барабанщик? Я так понимаю, что вы с Ритой готовы отдельно выступать, не пользуясь услугами друзей Шархана.
— У тебя есть кто-то на примете?
— Есть, — Алина кивнула и робко улыбнулась. — Он хорошо играет и хотел бы быть с вами в одной группе.
— Ну хорошо. Где я обитаю, он знает. Если что пусть завтра вечером сюда приходит, посмотрим, — я кивнула, пристально глядя на девушку и чувствуя ее отнявшиеся ноги, боль в позвоночнике доходящую до затылка и пульсируя комком, отдаваясь в висках и в тоже время какую-то душевную легкость, которая никак не вязалась у меня с общим физическим состоянием.
— Еще раз извини, что побеспокоила. До встречи!
Она тихонько выкатилась из зала, оставив меня наедине с моими мыслями, но ненадолго. Ритка вломилась как всегда шумно, выражая свое восхищения на тему чего-то, что очень круто, но что совершенно мной непонятно, отчего (с ее слов), я лох последний, хотя и совершаю это круто и дура, что этого не понимаю. Запутавшись в словоизлияниях подруги.
— Как у вас с Владом? — желая как-то отвлечь ее, задаю вопрос спокойно, зная что Ритка, как всегда, эмоционально отреагирует.
— Зашибись!!! — подпрыгивает она. — Он прелесть. Такой душка, только порой робкий, словно боится чего-то или кого-то.
— Бойкости он твоей боится. Я, кстати, тоже, — хмыкнула, регулируя струны гитары. Все-таки сбилась и неправильно настроила первую струну, отчего и все остальные. Где моя внимательность?
— А у тебя как? Тебе нравится Шархан?
— Честно? — я обернулась, улыбнувшись.
— Ага, — Ритка с любопытством уставилась на меня.
— Очень.
— Серьезно? — девушка округлила глаза. — Блин, а так и не скажешь. Учитывая, как ты проявляешь свои чувства…
— А что не так? — теперь пришла моя очередь удивляться.
— Ты в зеркало давно смотрелась? — Ритка тяжело вздохнула. — Если не знать тебя, то определить твою улыбку почти невозможно. У тебя лицо всегда такое непроницаемое. Шархан хорошо тебя изучил.
— Да…он очень четко всегда определяет мое настроение, — тронула струну. Та издала жалобный дзынь, продолжительно звуча в воздухе.
— Тебя это напрягает?
— Меня напрягает другое… — склонила голову, прикрыв глаза. — Я его не понимаю, — мотнула головой. — Не отвлекайся!
Гитара ожила, излучая звуки, Импульсами расходясь в студии, резонируя от стены к стене.
Отыграв несколько песен, мы распрощались с Ритой, и я вернулась в комнату, решив развлечь себя чтением. У Мстислава потрясающая библиотека и он для меня отметил те книги, на которые стоит обратить внимание в первую очередь — собственно говоря, именно они и стояли у нас на полке. Как пояснил сосед, основная часть книг заперта в одной из комнат на этаже. Расположившись на диване, который раньше занимал самый таинственный человек этой Академии, я углубилась в чтение, делая для себя мысленные пометки на тему наших Мыслей. Все было одновременно просто и не очень. Существенные проблемы, как я смогла понять, кроются именно в происхождении. Черт, а диван-то удобный и чего я этого раньше не замечала. Здесь можно было вытянуться в полный рост. С наслаждением я вбирала в себя новую информацию, вспоминая те странные ощущения в зале, когда я стала осязать тело Алины. Это не Катарсис, определенно, это нечто другое… Мстислав придет, надо спросить. Страницы книги были приятными на ощупь, нежно шурша при переворачивании, но мои мысли возвращались к тому, что я очень, ну очень-очень хочу мороженого.
«Основные принципы Импульса. Как правило Импульс, то есть концентрация и создание из душевных переживаний, чувств и эмоций материальной энергии, принимающий образ ранее обдуманный, используется в двух направлениях — защита (Барьер) и нападение (Резонанс). Различают несколько видов защиты — основной Барьер (полусфера); скользящий Барьер (сфера способная смещаться в любую сторону); упругий Барьер (мягкая пружинящая оболочка, позволяющая в прямом смысле отбивать любое нападение); Барьер-радуга (наслоение друг на друга или сверху сфер большего диаметра). Также и Резонансы отличаются друг от друга — прямой (Импульс созданный на подобии меча, копья и иного оружия); скрещенный (усиленный Барьер испускающий молнии или иные атаки); простой (Импульс использованный для атаки, как правило энергия в чистом виде — огонь, земля, воздух, молнии и т. д.). Следующим уровнем создания защиты-атаки является — фантом. Создание фантомов требует определенных затрат энергии и усиленной концентрации. Сложны на начальной стадии — формировании нескольких Импульсов и преобразования их в то, что называется «человеческими страхами». Если потерять концентрацию, то эти страхи обрушиваются на создателя. При правильном подходе, фантомом можно управлять, как марионеткой, либо оставить право выбора за ним (на создателя не нападают, если все прошло верно!). иной ступенью развития фантома считается управление реальным человеком — кукловод. В данном ключе, стоит пропустить Импульс через свою жертву, «связывая» ее нитями, подавляя разум и подчиняя своей воле. В таком случае, вы можете делать с объектом что угодно. Поэтому люди Кроноса связывают себя техникой Кукловод — дабы обезопасить от подчинения и вмешательства в их разум посторонних (Внимание! Данное правило не распространяется на тех, кто унаследовал силу Марены). Кукловод — одна из самых страшных техник, подавляющая сознание и позволяющая не только подчинить себе объект, но я полностью управлять его сознанием и подсознанием, влияя на память и деформируя мыслительный процесс. Кроносом запрещена, но позволяется использовать в критической ситуации, угрожающей жизни одного или нескольких объектов. Каждый унаследует от своего Покровителя определенную долю способностей (подробнее читать в главе семь)».
Я вздохнула и пролистала несколько страниц, желая узнать больше о себе и своих способностях. И вот она, нужная глава, которая называлась «Рожденная Мораной». Так, посмотрим…
«Объединяющие в себе умирание и возрождение, сама Смерть. Предвестники роковых событий. Символом является Черная Луна, Феникс, равнобедренный треугольник. Воплощение Смерти и стремление к ней, а Смерть — есть начало новой жизни, ибо все, что есть в этом мире так или иначе является циклическим и вечно повторяющимся моментом. Людей, унаследовавших дар и способности Мары, крайне мало, редко встречаемы, но каждый из них вошел в историю. Чаще это бывают девушки, поскольку их организм и психика более устойчива и гибка к неожиданным нестандартным ситуациям, нежели мужчины, но есть упоминания, как минимум, о двух мужчинах, получивших дар Мораны. Признаки Смерти проявляются лишь в пятом поколении (наукой сей факт остается необъясненным). Детей Смерти не любят и в обычном обществе презирают и ненавидят, даже если не знают о происхождении — все срабатывает на интуитивном уровне. Статистика показывает, что дети Мары уничтожали из-за недостатка заботы и любви, поскольку были в обычной жизни вечными изгоями и, в конечном счете, решали отомстить своим обидчикам. Не злопамятны и терпеливы, но если их «прорывает» то крушат все и всех, кто-что встает на их пути. Дети Смерти способны очищать души и помогать в поисках и определения жизненного пути. Более подробных данных нет. Последний зафиксированный случай появления Мары в две тысячи десятом году. Известная Академия Лемур лишилась корпуса (который не восстановлен по сей день), а также унесла жизни пятнадцати учеников, пяти Стражей и одну-единственную девушку сделала инвалидом, по счастливой случайности не убив. Столкнувшись с человеком, чьим покровителем является сама Смерть — не провоцируйте, идите на компромисс и лишний раз уделите внимание ее драгоценной персоне. Помните, что именно это может спасти жизнь не только вам, но и возможно защитит близких для вас людей. Умри, но будь! — таков девиз Смертей».
Значит ли это, что я не виновата в отношении ко мне людей? Или все-таки мое неправильное поведение провоцирует их?! Но я никому ничего плохого не сделала, почему меня тогда ненавидят лишь за унаследованные способности, которые достались мне, а не кому-то другому, и на что невозможно повлиять?!! Хмыкнула и пролистала еще, ища интересующую меня информацию, а конкретно — способности моего невероятного соседа.
«Семаргл (Симаргл, Симарьгл, Семарьгл) — один из самых неоднозначных персонажей славянской мифологии. Историки продолжают спорить о его происхождении. Одни считают, что никакого бога Семаргла не было, поскольку наблюдается странное «исчезновение» данного божества из сознания народа. До нашего времени ни сохранилась информация о Семаргле — ни его личное имя, ни предания, ни песни, ни пословицы-поговорки, одним словом — ничего. По одной из версий — Симаргл являлся защитником природы, но также есть предположения того, что он был богом огня. Так или иначе, но существуют те, кто унаследовал силу и способности Семаргла, и этот дар передается лишь по мужской линии. Дети Семаргла быстры в обучении, легко запоминают информацию, но при этом не могут жить в одиночестве. Любят один раз и счастлива будет та, кого выбрал подобный Симарглу, потому что сделает все для своей избранницы, чего ей только хотелось бы. В то же время, есть ряд отрицательных качеств, как излишняя строгость и показная холодность, несмотря на огонь в сердце и душе, тирания. Но острый ум и способность пошутить над собой, сглаживает недостатки данного вида. Те, чьим покровителем стал Симаргл, обречены на вечные поиски своей Любви, в противном случае, их жизнь кардинально меняется в наихудшую сторону, обрушивая на несчастных всевозможные беды, поэтому из «детей» немногие доживают до старости, не в силах перенести всю боль, которая словно магнитом притягивалась к ним на протяжении всей жизни. При соглашении техники Кукловод наступает эмоциональное затишье. И лишь при найденное Любви эти люди перестают страдать, запираясь свою боль глубоко в душе. Хорошо восприимчивы к Импульсу. Барьер по десятибалльной шкале тянет на девять баллов, Резонанс на восемь. Но дети Симаргла будут защищать «свое» ценой собственной жизни, несмотря ни на что, как бы пафосно это не звучало бы. Любовь до гроба — их девиз».
Книга выскользнула и чуть не выпала из рук, зашуршав страницами. Я вгляделась в открывшуюся главу, мысленно буркнув, что вижу лишь, то что необходимо мне.
«История Академии Лемур. Лемур означает «привидение», «призрак» или «дух усопшего», каковой и является Академия, время от времени впадающая в длительную спячку в поисках талантов. Студентов набирают не каждый год и весьма избирательно. В случае не сдачи несчастным одного из экзаменов сразу готовят на отчисление, стирая из памяти всю информацию, тем самым, словно «умерщвляя» человека, оставляя в его памяти лишь общие воспоминания, необходимые для простой приземленной жизни. Академия поддерживает Кронос (более того, она является создателем данного свода правил). В Лемур выделяют три рабочих класса (они же факультеты): Ночная Стража, Дневная Стража и Информационная. Изначально, каждое из отделений работало лишь в определенное время суток, и лишь Информационное отделение было вне эпохи. Постепенно Ночная Стража, оставила за собой лишь название, начала выполнять задания двадцать четыре часа в сутки, доказав свою эффективность и преимущество, хотя и штат сотрудников был весьма мал, по сравнению с остальными двумя факультетами. Основными заданиями Ночной Стражи стала ликвидация тех, кто избежал наказания по той, или иной причине, возвращая в этот мир справедливость. Кронос к ним, особенно строг, и для ликвидации преступника необходим Доступ, который можно получить лишь при соблюдая определенные пункты и выявив серьезный ряд нарушений. Дневная Стража в последствии занялась лишь поимкой и перевоспитанием тех, кто единожды оступился. Информационный факультет отвечает лишь за достоверную информацию для Стражей».
Зевнув, отложила книгу на живот и потянулась до хруста в позвоночнике и вернулась к увлекательному чтению, лишь на мгновение отвлекшись, включая телевизор и заставляя прокручивать музыкальные клипы, естественно, рок. Теперь я понимаю, что имели ввиду преподаватели — Импульс можно использовать в бытовом плане. Например, сейчас я поставлю чайник. Щелчок на электрической плите и вот уже конфорка нагревается, подогревая воду.
«Анабиоз — техника впадения в кому. Чаще всего используется Информационным отделением для слежки. Уровень специалиста зависит напрямую от того на какой период времени возможно «проспать» и выйти в реальный мир».
«Катарсис — Импульс позволяющий проникнуть в суть мыслей объекта. По сложности, техника не уступает Анабиозу и требует к себе полную самоотдачу. Контроль на Импульсом и своим сознанием должен быть максимальный. Техника Катарсиса используется для пыток. Также Катарсис позволяет сформировать далекое будущее. Если человек (Марена) может удерживать Катарсис длительное время (больше часа), то он может проецировать собственное будущее, увидеть один из вариантов развития, которая в конечном счете будет напоминать сон и состояние дежа-вю. Каждый или каждая из Марен может видеть будущее на день-два вперед. Некоторые и на полгода вперед. Возможны иные результаты, но они неизвестны в связи с необщительностью Смертей с обычными людьми. Бытует мнение, что Мары могут видеть будущее и на более длительный срок, словно прокручивая действительность и после менять ее, но эта версия ничем не подтверждена».
— Как криво написан учебник, — вздохнули позади и я, запрокинув голову, обнаружила своего соседа, который прислонившись к стене пристально наблюдал за мной. Усмехнувшись, он добавил. — Так бы и говорили — почти никто не может и не умеет!
— Ты давно здесь?
— Достаточно, — напоминает сейчас Чеширского кота.
— И что не так в этом учебник?
— Практически все, — он подошел ближе и сел рядом, на край дивана. — К примеру. Анабиоз используется чаще Дневным отделением, как правило, для защиты, имитация собственной смерти. Катарсис действительно очень сложно использовать и практически невозможно установить связь с объектом так, чтобы он этого не почувствовал, то есть получается, что объект позволяет, дает возможность, заползти в свой мозг. Лемур набирает учеников редко, и связано это с тем, что нынешнее общество сильно глупеет, а любая наша техника завязана на мысли. Хотя конечно, нам приходится имитировать набор студентов каждый год, — Мстислав пожал плечами. — Дети Мары…весьма редкое явление. Редкое и опасное. Не знает история еще спокойного разрешения данного конфликта. Одни боятся и начинают гнобить, отягощая последствия, сами Мары не могут жить в одиночестве и совершенно не терпят несправедливости. Но Грендель у нас терпимый. А за тебя я поручился.
— И не боишься, что я выйду из-под контроля? — кровь отхлынула от моего лица, вспоминая Алину. Неужели я могла бы такое сделать с человеком? Нет! Я не такая!
— Девочка моя, — он изучает меня своими темными выразительными глазами. — Я ни за что не поверю, что такой человек, как ты, может разнести просто так корпус Академии. Я видел как ты смотрела и общалась с девушкой Яна. Тебе ее жалко. А во-вторых, ты задумывалась о том, чтобы ее вылечить.
— Откуда ты знаешь? — я резко села. Его слова застают меня врасплох, поскольку его голос звучит обманчиво мягко, хотя взгляд был строгим.
— Ты не обращала внимание, что иногда разговариваешь сама с собой? Когда уверена, что тебя никто не видит и не слышит. О, кстати, — парень вытащил из пакета брикет и протянул его мне.
— Мороженое!?! — я подпрыгнула. Пломбир с шоколадной крошкой. Я улыбнувшись, обняла своего соседа, чем немного шокировала его.
— Значит угадал? — уточнил он с улыбкой. — Я еще какао взял, на вечер приготовим.
По телевизору показывали клип «Торнадо» группы «60 секунд до Юпитера». Мстислав перевел на меня удивленный взгляд и выдал к этому совершенно не ту фразу, которую я ожидала услышать от него в такой ситуации:
— Приглашаю на вечернюю романтическую прогулку, и не совсем обычную.
— То есть?
— Пойдем, — он мило улыбнулся.
— Садист, — шикнула я, убирая мороженое в морозилку и слыша за своей спиной сдавленный смешок.
— Ключи от своей машины не забудь и телефон.
Вот тут степень моего удивления превысила любые границы, шибанув стрелкой по ограничителю. Схватив маленькую спортивную сумку, в которой лежало все необходимое, поспешила за Мстиславом к лифту. Просторная кабинка медленно опускала нас вниз. Слышался шум работающего механизма. Не люблю замкнутое пространство, хотя вроде бы клаустрофобией не страдаю. Но тут я себя чувствую неловко, особенно наедине с замечательным соседом.
— Раньше она была стеклянная, — нарушая тишину произнес Мстислав.
— Что? — я вздрогнула, посмотрев на него.
— Кабина лифта была стеклянной, — хмыкнул он. — Тебя когда зачислили, пришлось экстренно переделывать. Ты же высоты боишься!!?
— Да, боюсь, — скрестив руки, я надулась, словно мне сказали, что я еще маленькая. — А куда мы вообще?
— Прогулка под луной, под звездами… — протянул он неопределенно. — Ты порой слишком много думаешь, даже через чур много. Просто наслаждайся.
Лифт остановился и двери плавно разъехались в сторону, открывая для нас вход в гараж. М-да, все-таки что ни машина, так хоть на выставку или, напротив, с выставки утащили (!).
— Ну что ж…прокатимся немного, — усмехнулся мой сосед и посмотрел на меня как-то странно, словно я напуганный и загнанный в угол зверек. Надеюсь, хоть не тушканчик, хотя почему не тушканчик? И вообще, о чем я только думаю?
Мстислав кивнул мне на мою машину, открывая дверцу и помогая забраться внутрь, а сам, вернулся к своему автомобилю, но в этот раз не к «Пыжику», а черный «Шудатти Венор», который я рассмотрела в зеркальце заднего вида. Поставив свой айфон на специальную подставку, включила связь, и повернула ключ в замке зажигания. Двигатель приятно заурчал, радуя своим звуком.
— Хотелось бы увидеть твои возможности, — послышался голос Мстислава из динамиков телефона. — Ритка сказала, что ты меня легко обгонишь.
— А тебе хочется посоревноваться? — я невольно усмехнулась.
— Цель в не в этом. Цель в удовольствии.
Я надавила на педаль газа, наслаждаясь утробным рычанием двигателя. Автомобиль Мстислава плавно тронулся поднимаясь по пандусу на поверхность. Я последовала за ним выводя автомобиль из гаража, проехали вдоль озера, покидая территорию Академии и выезжая на шоссе. «Шудатти Венор» мигнул стоп-сигналом и уже через мгновение ускорился, но всего лишь с двадцати километров в час до сотки. Свернув с основной трассы на не асфальтированную, Мстислав снова сбавил скорость, по всей видимости, боясь, что дном можно было цепануть землю и оставить все «жизненно» важные детали прямо на дороге. Я тоже притормозила — мне-то тем более было страшно за машину, потому что до сих пор не верилось, что она моя. Такая плохая дорога (относительно хорошая, зная что в большинстве своем встречается одно сплошное бездорожье) продолжалась еще метров четыреста, а потом мы выехали на трек. Да-да, специально оборудованное место для гонок.
— Копия трассы «Формулы 1» в Сочи. Болиды примерно проходят полный круг за минуту тридцать семь секунд при средней скорости в двести шестнадцать километров в час, а максимальная скорость, как правило достигается на прямой после первого поворота около трехсот двадцати километров в час. Длина трека пять тысяч восемьсот тридцать два метра, ширина тринадцать-пятнадцать метров.
«Шудатти Венор» остановился перед линией старта, включив дальний свет фар и я последовала его примеру.
— Ритка говорила, что ты легко меня обгонишь, — раздалось из динамиков. — Хочу посмотреть насколько легко.
— Мстислав, я не…
— Тс-с, спокойно. Не бойся. Эта машина безопасна и я рядом. Не бойся.
На столбе загорелся один красный круг, спустя секунду второй и третий. В следующее мгновение табло перекрасилось в зеленый цвет и я быстро переключив скорости, бросила машину вперед, разогнав ее за обещанные четыре секунды до ста километров в час. Еще спустя две секунды скорость была уже выше двухсот. «Шудатти» Мстислава опережал меня на пол корпуса и на первых поворотах ничего не менялось. Но все ведь до поры до времени? Снова переключившись на повышенную передачу, резко утопила педаль газа в пол. Автомобиль подпрыгнул, а меня вдавило в спинку кресла. На очередном повороте Мстислав притормозил, а вот меня уже понесло — поддерживая максимальную скорость я вырвалась вперед. Машину занесло, резина заскрипела по треку. Но я же опытный водитель, поэтому легко выровняла автомобиль. Я уже не видела ничего — только я, звук мотора и дорога. Нет ничего, никаких волнений, стресс уходит, словно я очищаюсь от всего негатива, который тянул меня вниз.
Впереди на треке стоял «Шудатти». Да-да, и Мстислав сидя на капоте улыбался. Чему он радуется, глупый? Он перекрыл мне дорогу, я сейчас его собью! В ужасе я нажала педаль тормоза, одновременно дернув ручник на себя. Колеса заблокировались, автомобиль дернуло, ремни безопасности больно врезались в плечи. Я остановилась впритык, почти касаясь своего соседа и только выйдя на улицу, успела заметить, как рассыпался Барьер.
— Ну что? «Оникс» протестирован и я доволен, — произнес парень, подходя ко мне ближе.
— Ты придурок?!
— Нет, просто я тебе доверяю. Я знал, что ты успеешь остановиться.
— А как ты оказался впереди меня?
— Вон, — он махнул рукой в сторону, показывая, что круг можно было сократить наполовину.
Я выдохнула. Мстислав как всегда не предсказуем.
— Не пугай меня так больше, хорошо? — я слегка наклонила голову и сразу же почувствовала, что мой сосед коснулся моего лба губами.
— Обещаю. Это был первый и последний раз.
— То есть ты вытащил меня, чтобы погонять на треке?
— Да, — он вдохнул аромат моих волос. — Я тебе больше скажу. Мы купили несколько гоночных болидов от фирм «Мерин» и «Инфаини». Хотели посмотреть, как тебе скорость в таком формате. Как показала практика, гонки — это твое. Ян предлагает тебе отдать всю работу по отступлению. Любой вывоз груза или людей. Это тоже опасно, но из наших никто не может похвастаться тем, что могут уйти от преследования не покалечив пассажиров.
— Ну мне это подходит, при такой-то машине, — я оглянулась, с восхищением глядя на «Оникс». Мстислав притянул меня к себе, придерживая меня за талию. Прикрыв глаза, он шепнул:
— Я так рад, что ты наконец-то со мной. А еще ты спрашивала про технику Кукловода с Анютой.
— Да, спрашивала, — примлев в его объятиях, мне уже было наплевать на это, хотя и любопытно.
— Его не было. Твоя подруга требовала подписать его, чтобы обеспечить тебе наилучшее будущее, но я этого не сделал. Пообещал на словах и не более того.
— Почему?
— Хм, — он усмехнулся. — Потому что Кукловод… подразумевает собой выполнение неких пунктов с обеих сторон, равнозначных по себе. Так было определено Кроносом. Представь себе, что нужно было бы сделать для меня твоей Анютке, чтобы «сравнять счет»?!
— Спасибо.
— Не за что.
— Спасибо, что рассказал об этом, — я хихикнула, понимая, Шархан что не хочет ни в какой форме принимать благодарность.
На улице было темно и трек освещался лишь фарами наших машин. И очень спокойно, безопасно, надежно.
— Как-нибудь еще погоняем?
— Да, конечно, — легко согласился он. — А сейчас давай поедем домой, если захочешь немного поспим и поедем в магазин. А то Ритка мне все уши прожужжала, что ей очень нужно на шоппинг, — Мстислав усмехнулся. — Я ее в город одну не отпустил, а Влада она брать с собой не хочет почему-то.
— Да все логично, — отмахнулась я. — Она для него как раз и планирует наряжаться, поэтому он не должен знать, что она там из одежды купит. Кстати, спросить хотела, — я закусила губу, почему-то сильно нервничая.
— Да, конечно спрашивай, — голос мягкий, обволакивающий, успокаивающий.
— Я хочу создать свою группу музыкальную. Точнее, реанимировать свою только новым составом. Как ты на это смотришь?
— Ты спрашиваешь моего разрешения? — темные глаза недоуменно вперились в меня.
— Отчасти.
— Вита, я же говорил. Ты вольна поступать так, как хочешь. Это во-первых, а во-вторых… Я тебя обязательно поддержу.
— Проблема в том, что я немного не представляю, как за это взяться. А ты такой умный и во всем разбираешься. Поможешь советом?
— И не только. Давай так, группа будет полностью на тебе. Музыканты, оборудование, творчество…я в этом все равно ничего не понимаю. А ваши концерты, клипы, всевозможный пиар и продвижение будет за мной. Согласна?
— Ты на себя так много взвалить хочешь?!
— Вита, для меня это легко, почти мелочи, потому что я уже всех нужных людей знаю и договориться не составит труда. А вот выбор например барабанщика будет для меня слишком сложным. Или к примеру, я совершенно не разбираюсь в музыкальных инструментах, поэтому тут лучше твое профессиональное мнение. И кстати, если не против, то я покажу тебе отличный магазин одежды. Там есть все, от тренировочных костюмов до вечерних платьев. Любая одежда, в том числе там мы легко подберем тебе вещи на выступления.
Я пожала плечами, вслух не решаясь сказать, что согласна, да это и не нужно было, ведь Мстислав и так все понимал. По телу пробежала волна жара, остановившись где-то на глазах и мир обрел кровавые краски, словно я смотрела через пелену.
Глаза жгло, словно я с головой залезла в костер. Боль пульсировала где-то внутри.
— Мстислав! — паника в моем голосе была очевидна даже для меня.
— Придется потерпеть, — я чувствовала его руки на своей талии. — Твоя сила пробуждается. Потом ты будешь всегда видеть мир словно через призму, когда будешь пользоваться способностями Марены. Сейчас перетерпишь, потом будет лишь легкое жжение.
Схватившись руками за лицо, я пыталась отвлечься от боли. Слезы хлынули из глаз, я почти кричала. Сконцентрироваться ни на чем не получалось. Была лишь я и жуткая боль.
Было неожиданным, когда в эту адскую смесь вклинилось самое приятное, что я только пробовала в этой жизни — теплые губы Мстислава, которые захватили мои. Боль уступила место удивлению. Боль странными рванными вспышками появлялась в моем теле, но Мстислав словно блокировал ее, посылая волны Импульса, которые словно залечивали раны.
Он легонько надавил пальцами под лопаткой и тут же заключил меня в объятия, прижав к себе. Я вздрогнула от резко возросшего возбуждения, которое «пробежало» по всему телу и лишь крепче сомкнула руки на Мстиславе.
— Мне никогда не было так хорошо, — негромко шепнула я, желая поделиться тем, что у меня на душе. — Мне никогда не было так спокойно и надежно. И мне кажется, что я влюблена в тебя.
Он ничего не сказал, лишь сжал в своих объятиях еще крепче, целуя в висок.
— А еще я кушать хочу, — я невольно хихикнула. Вот никогда даже подумать не могла, что я так могу испортить романтический момент. Вот вроде бы, вот мы тут, вдвоем, такая классная обстановка, приятные впечатления и тут я со своими естественными низменными чувствами. Но есть, кстати, очень-очень хочется.
Мстислав улыбнулся и открыл дверцу своей машины.
— А?.. — я покосилась на «Оникс». Не хочу бросать такую дорогую машину здесь, без присмотра.
— Не волнуйся, я обо всем позабочусь.
И это было правдой. Он действительно обо всем позаботится.
[1] СШП — специальная штурмовая полоса
Я отложила гитару. Звуки стихали медленно и неохотно, вибрация от колонок все еще отголосками звучала во всем теле. Что ж, стоит признать, что студию для меня Мстислав соорудил «ни хрена себе!». Эта комната была как концертный зал в Москве на Орджоникидзе. Отдельно с этим была звукозаписывающая студия, тоже такого не малого размера со всем возможным оборудованием.
Сейчас свесив ноги со все еще подрагивающей колонки, я смотрела вверх, пытаясь еще раз уловить эмоциональный фон своего соседа. О чем он сейчас думает? Часа полтора назад мы вернулись в Академию, но Мстислава снова дернули с работой и я, решив ему не мешать, осваиваюсь тут прикидывая дальнейший план действий.
Колонка завибрировала, издавая из себя весьма забавные звуки дабстепа — Ритка пришла. Вздохнула, совершила кувырок назад сразу вставая на ноги. Я оказалась права, подруга была уже тут.
— Тоже не спится? — уточнила я с улыбкой.
— Есть немного. Давай, жирок растрясем немного. Готова?
А что? Как будто у меня есть выбор. Ритуля очень любит танцевать, но одной ей скучно, а мне… а мне деваться некуда. Наравне с паркуром мы учились хип-хопу, брейк-дансу и другим уличным направлениям. Мы разучивали различные сценки для своих выступлений, но как правило все осложнялось тем, что при нас были инструменты, которые ни в коем случае нельзя было уронить. Мне нравилось двигаться, впускать в себя музыку. Глаза снова зажгло и мир поменял краски. Но вместе с этим в теле появилась легкость, и чувство силы и превосходства переполняли меня.
Импульс грохнул в пол со всей силы одновременно с нашим прыжком. Казалось, что Академия дрогнула. Я испуганно обернулась, глядя на Ритку, а она недоуменно взирала на меня.
— Вита, блин! — Мстислав появился на пороге студии. Его голос эхом разносился в помещении.
— Извини, — с ходу покаялась я.
— Следи, пожалуйста, за своими Импульсами. Я понимаю, что это не Резонанс, но все равно. Ты так можешь всю Академию разнести. Именно этого боится Ян.
— Я правда случайно, — я пожала плечами, чувствуя, что глаза все еще неприятно жжет и мир вокруг в красных оттенках.
— О, вижу прогресс, — сосед вдруг улыбнулся. — Поздравляю с открытием твоих способностей. Ты теперь полноценная Смерть. Как смеется Грендель, у тебя все чакры открылись и ты теперь можешь использовать весь свой потенциал. Сделай вот так.
Он поднял руку и в воздухе начертил узор, который вспыхнул ярким голубым сиянием. Мстислав рассказывал, что это особый вид Импульса, который позволяет научиться контролировать энергию не только внутри себя, но и внешне. Я повторила его жест, глядя вверх, представила, как красиво зажигает узор и… в потолке образовалась красивая витиеватая трещина.
Сосед хохотнул и встав позади меня, обхватил мое запястье.
— Концентрируйся именно на свечении воздуха, а не на каких-то предметах или стенах. Вот, смотри.
Он направлял мою руку, и под нашими пальцами вспыхивали рисунки. Почему-то это было очень увлекательно. Я вспомнила, как видела каждый вечер Мстислава лежащего на диване и «чертящего» в воздухе замысловатые фигуры.
— И в следующий раз, когда танцуешь, поешь или музицируешь Импульс отправляй просто волной вибрации, колебания, вместе со звуком, хорошо?
— Извини, — я опустила взгляд в пол. — Я не знаю, как так получилось.
— Ничего страшного. Просто запомни, что теперь в тебе скрыта огромная сила.
— Я тут вспомнила, — обернулась, вглядываясь в лицо соседа. — Где живет Алина? Я хотела с ней поговорить. Можно ведь?
— Комната четыреста один. Как по лестнице спустишься, сразу же направо и первая дверь твоя. Рита, можно тебя попросить о некой помощи? — Мстислав обернулся к подруге.
— Да, — она кивнула.
— Тогда идем. Пока Вита ходит, мы успеем одно незначительное дельце провернуть. И потом поедем по магазинам.
Меня не надо было уговаривать — я побежала по коридору прочь с нашего этажа, по лестнице вниз и…направо или налево? Блин, сосед же четко сказал, четвертый этаж и на…направо или налево? Я застопорилась и огляделась, но номеров на дверях не обнаружила. Потопталась, прошлась взад-вперед. На этаже никого не было — как всегда. Только первокурсники шумят, а все остальные заняты чем-либо — или учатся, или уехали на миссию. В кармане зазвонил айфон.
— Да?
— Направо, — с усмешкой произнес мой замечательный сосед.
— То есть ты догадывался, что я снова заблужусь? — я сделала вид, что обиделась.
— Я тебя все равно люблю. Направо первая дверь.
И отключился. Он меня любит. Кажется мой мозг отключился и осталось лишь состояние эйфории. Я повернула направо и тяжело вздохнув, постучала в дверь, которая была не заперта.
— Входите, — послышался слабый голос Алины и я проскользнула внутрь.
— Привет.
Девушка вздрогнула и неторопливо развернулась на инвалидной коляске. Ее серые глаза мигнули и стали ярко алыми.
— Ой, я не ожидала, что ты придешь, — она растеряно смотрела на меня. — Может кофе?
— Нет, спасибо, — я постаралась придать себе самый добродушный вид. — Я вообще по делу…
И застопорилась.
Я моргнула, прогоняя воспоминание Алины из своей головы.
— Тебе нравилось играть?
— Ты видела? — она потупила взгляд. — Нравилось. Но теперь я не играю, хотя хотела бы.
Почувствовала Импульс в ногах. В ЕЕ НОГАХ!!! Алина снова вздрогнула. Именно сейчас я отчетливо поняла, что смогу поставить ее, вылечить. И тогда добьюсь уважения в стенах Академии и Мстислав будет гордиться мной.
— Вообще я хотела спросить про барабанщика, про которого ты в прошлый раз говорила.
— Он через три комнаты обитает. Зовут Миша, он из Дневной Стражи.
— А ты бы не хотела играть в группе со мной?
— Как? Я не могу, мне не удобно.
— Алин, — присев на одно колено перед ней, мягко направила Импульс в ее тело, заставляя энергию циркулировать. Нога на подставке немного дернулась. Девушка забыла как дышать, следя за реакцией собственного тела.
— Ты…? Я впервые почувствовала свои ноги, — по ее щекам потекли слезы.
— Можно я попробую тебя поставить на ноги? Сегодня в клубе? Мне сейчас не хватает энергии, а там может у меня получилось бы.
— Ты переживаешь из-за того, что тебя сравнивают с другой Мареной?! Не переживай. Я никогда не винила тебя или Марту. И Яна прости. Он боится за меня, волнуется.
— Я всерьез. Терять ведь нечего, так почему бы не попробовать!?
— Хорошо. Если ты поставишь меня на ноги, я обещаю вступить в твою группу, — она улыбнулась тепло. — Только пусть Шархан меня заберет в клуб и как-нибудь, чтобы Ян был не в курсе. Он не хочет, чтобы ты появлялась рядом со мной.
— Хорошо, организуем. До вечера.
Ну что ж, грех жаловаться, все идет как нельзя лучше! Интересующая меня дверь была не заперта. Я вошла и обнаружила весьма интересную картину — молодой человек лет двадцати пяти сидел на диване и примеривался бритвой порезать вены.
— Режь вдоль, чтоб не откачали, — с ходу брякнула я.
Он вскинул голову. Абсолютно белые глаза, без зрачков, словно видно только белки. Черные длинные волосы обрамляли красивое треугольное лицо. И черные губы. Гот блин недоделанный. Хотя глядя на бритву, ему еще какую-нибудь розовую вещь и вылитый эмо.
— Вита!? Ой, извините, последовательница Мары, Витторина Соколова! — он вскочил, сразу предлагая мне присесть и трясясь как осиновый лист.
— Спокойнее, — посоветовала я.
— Чем могу быть полезен? Шархан в курсе что Вы здесь?
— Миш, давай нормально поговорим? Меня зову Вита, в крайнем случае просто Витторина. Я к тебе по делу. Говорят, ты играешь на барабанах.
— Двенадцать лет, — кивнул он, убрав лезвие в тумбочку.
— Я хочу создать свою группу и мне нужен барабанщик. Не хочешь занять это место?
— Откуда ты обо мне знаешь?
— Алина порекомендовала навестить тебя, — не стала лукавить я.
— Я ведь не могу отказаться?! Шархан наверняка уроет после этого, — Михаил склонил голову набок.
— Он тут не при чем. Если не хочешь — я пойду искать другого. Мстислав не имеет к этому никакого отношения. Все зависит лишь от меня, потому что это моя группа.
— Когда приступать?
— Сегодня в клубе у меня будет обычное выступление. Приходи. Заодно попробуем все вместе, а после наметим план действий. Идет?
— Я приеду.
Я улыбнулась и протянула ему руку для рукопожатия. Парень удивленно посмотрел на меня, но сжал ладонь в ответ.
— Спасибо, — улыбнулась ему. — И не стоит заканчивать жизнь так рано. Не думай, что ты никому не нужен. Я помогу тебе, если хочешь. Не брошу. Давай, до вечера.
Третий час Ритка бегает между стеллажами и до самого главного (со слов Мстислава!) мы все никак не можем дойти. Подруга то и дело останавливалась перед очередным стеллажом, называла какую-то очень крутую (с ее слов!) фирму-марку и потом следовал целый поток восхищенных синонимов.
— Ребят! Я задолбалась тут ходить. Я домой! — кажется я начала злиться.
— Э-э-э, нет, подруга, — Мстислав быстро схватил меня под локоток. — Я тут некоторым обещал обновить твой гардероб.
— Я устала, я домой хочу.
Я развернулась с твердым намерением уйти, но мой сосед легко подхватил меня на руки и куда-то потащил. Я сопротивлялась, брыкалась, бунтовала, а он лишь мило улыбался и продолжал меня нести вперед, не обращая внимание на мое возмущение. Ритка вприпрыжку вышагивала рядом то и дело, отпуская язвительные комментарии на тему свадьбы, мол, давно пора нам с Мстиславом нормальной семьей стать и детей завести.
— Рит, сейчас договоришься! — воскликнула я. — Меня поставят на пол и я тебе напинаю.
— Не догонишь и ты это знаешь, — девушка звонко рассмеялась.
— Она пробудила свои способности. С помощью Импульса догонит, — с насмешкой произнес сосед. — Но мы таки пришли.
Он поставил меня на ноги перед большой стойкой администрации, за которой стояли два брата-близнеца — короткие русые волосы, голубые глаз вместе составляли потрясающее сочетание. Да и спортивное телосложение явно не портило. Одеты были с иголочки в костюм-тройку синего цвета.
— Привет, Шархан, — произнес один из них. — Давно тебя видно не было.
— Знакомьтесь, Витторина, она же Феникс.
— Приятно познакомиться, — хором ответили близнецы.
— Взаимно, — я робко улыбнулась.
— Чего желаем?
— Прибарахлиться, — Мстислав оперся локтями о стойку. — Значит так, дорогие мои. Мы любим мужской крой, стиль рок и милитари, ценим удобную одежду, не ходим на каблуках, — покосился на меня. — А еще обожаем тяжелую музыку.
— Я тебя понял, Шархан, — один из близнецов усмехнулся. — Что еще?
— Еще нужны джинсы. Одни классические, вторые модные…ну в дырках которые.
— Как будто крысы подрали? — вмешался второй близнец.
— Э, нет, — Мстислав рассмеялся. — Нас интересует зверь посерьезнее. Собака, например.
Примерно минут десять мы с Риткой просто сидели пили кофе, а потом меня отправили в примерочную. Как мой сосед и говорил, подобрали все. Два шикарных вечерних платья — одно классическое черное короткое на широких бретельках, а второе длинное в пол стального цвета. Джинсы, куртка с шипами, несколько туник для концерта с черепами, кожаные лосины, шорты, два спортивных костюма, около шести или семи сценических платьев в стиле «ROCK», кучу рубашек, и два мотоциклетных костюма. А также, стилы, камы, кеды и обычные армейские ботинки. И перчатки — в сеточку, короткие, длинные, цветные, митенки… К этому всему несколько подходящих сумок, рюкзачков, планшетников… и кучу украшений. На примерке этак тридцатого комплекта, я стала приходить в ужас, поскольку все, что мне шло (а это все, что мне подобрали эти двое из ларца!), Мстислав вознамерился купить. Это огромные деньги, но мой сосед был непреклонен. Также он выбрал кучу красивого и до безобразия дорогого нижнего белья, сказав открытым текстом, что на мое спортивное в моем шкафу он уже смотреть не может.
— Я могу позволить себе, как ты выразилась, транжирство. А ты привыкай! Хватит на себе экономить.
Кстати, Ритке тоже подобрали обалденные сценические костюмы и повседневную одежду. Но и это было еще не все. Оказалось, что в этом магазине можно было купить всё! И тут нашлось то, что нам было нужно — концертное оборудование. Чтобы все довезти до Академии, пришлось нанять два грузовика. Мой сосед и за Ритку расплатился. Успокоил он нас тем, что является нашим продюсером и просто обязан вкладывать деньги.
Уже сидя в кафе и попивая кофе, Ритка спросила:
— Ты уверена, что это хорошая идея? Я именно ввиду, воссоздание группы.
— Ты хочешь отказаться? — я пригубила из чашки.
— Нет. Просто…я не уверена. Вдруг не получится? Вдруг не сможем пробиться со своим репертуаром. Как кавер-группу нас все знают, а вот… это же музыку писать, тексты…
— А я почему-то уверена, что все получится, — перехватив настороженный взгляд Мстислава, улыбнулась. — Вы столько усилий приложили, чтобы вернуть меня в «живое» состояние… Теперь точно все должно получиться.
— Мы поддержим тебя в любом случае, даже если этот проект будет провальным, — Рита вздохнула. — Просто мне не спокойно.
Мой мобильный просигнализировал о пришедшем сообщении. Вытащив смартфон из кармана брюк, прочитала: «Пересечение МКАД и Ленинградского шоссе. Забрать Алину».
— Первая миссия, — Мстислав хмыкнув, коснулся подбородком моего плеча. — Держи, — протянул ключи от своей машины. — Навигатор я настроил, поэтому телефон будет предупреждать заранее о всех поворотах. Удачи!
Чмокнув парня в щеку, я бегом направилась к стоянке. Темно-серебристый «Фиест» ждал меня. Закинув сумку на заднее сидение, села в автомобиль, с кнопки завела двигатель, и выехала с парковки. Машина прекрасна в управлении, но все-таки коробит такая роскошь. Мстислав меня слишком балует. Я улыбнулась. Он такой милый. Мне так хорошо с ним, так надежно… я влюблена. Да-да, я влюблена и я готова себе в этом признаться. Я мчалась не замечая дороги, превышая скорость больше чем в два раза. Это неправильно. Но мысль материальна. Никто не пострадает и меня ждут. Алина ждет. А дома Мстислав. И Ритка ждет. Я никогда не была такой счастливой.
Едва не проскочив поворот, я резко нажала на педаль тормоза, уйдя в занос, но резко вывернув руль, ловко свернула, не соскочив с дороги.
«Внимание. Съезд на эстакаду!» — приятным голосом сообщил навигатор и я послушалась. — «Через двадцать метров…».
Что именно через двадцать метров я не дослушала и так зная, что уже приехала. Инвалидную коляску заметила сразу. Алина ежилась от холода.
— Привет! — я подошла к ней.
— Скорее, Вита, за мной следили! — в ее голосе звучала паника.
Не вдаваясь в подробности, подхватила Алину на руки, помогая ей сесть на переднее пассажирское сидение и убирая коляску в багажник. Знакомый КАМАЗ только-только выруливал из-за угла. Глазам своим не верю. Тот самый, который так упорно тогда преследовал нас с Яной на мотоцикле. Кажется мои глаза стали по форме и размеру с два больших блюдца.
— Они постоянно появляются, — произнесла Алина.
— Кто?
— Видения. Они последователи Мары. Только не известно какой именно.
— Мстислав говорил, что унаследовавших способности Смерти мало.
— По пальцам пересчитать. Одной руки, — кивнула она и оглянулась. — Они догоняют.
Я переключилась, утопила педаль газа в пол и когда машина набрала достаточное количество оборотов, снова переключилась.
— МЫ РАЗОБЬЕМСЯ! — Алина вцепилась в ручку.
— Нет. Скорость конечно выше двухсот…
— Двухсот?!? А-А-А-А!!!
Телефон зазвонил.
— Да?
— Шестой. Как у вас там? — послышался голос Мстислава.
— Ты подслушиваешь?
— Почти, — он усмехнулся. — Мы едем за вами. Расстояние два метра.
— Ты мне не доверяешь? — кажется я обиделась.
— Нет. У меня миссия, — сосед посерьезнел. — По ликвидации.
КАМАЗ резко пошел на таран, сменив траекторию движения и желая, чтобы мой автомобиль смяло под его мощными колесами. Вильнув, я ушла от столкновения и почти сразу же нас боднули в борт машины с явным намерением либо расплющить, либо перевернуть и все равно расплющить. Алина заорала так, что закладывало уши. С силой выкрутив руль, заставила автомобиль закрутиться волчком, восстанавливая равновесие. Когда вырулили на трассу, то ехали бок-о-бок с черными «Шудатти» моего соседа, который по счастливой случайности не подбили. Мельком глянув в бок, увидела друзей моего парня.
— Привет, Сид, Ян, Рин, — я махнула рукой, приветствуя всех через окно. Они кивнули, как-то странно на меня покосившись.
— Ребята чуть не посидели, когда увидели, что ты выезжаем ровно на нас, — Мстислав улыбнулся мне. — Если б знал, помощнее машинку купил бы.
— Ну естественно. А то от Академии, от Академии. А в итоге меня спонсируешь ты, — я хмыкнула, легко уходя от очередного столкновения с КАМАЗом. — Зачем только скрывал все!?
— Тебе раскрыли, — хихикнул Рин.
— Заткнись, — Мстислав рыкнул на него и обратился ко мне. — Ты заметила, что раздавить пытаются только вас, а нас упорно пытаются просто скинуть куда-нибудь в сторону, чтобы не мешались.
— Заметила.
КАМАЗ внезапно затормозил, видимо, надеясь, что я в него врежусь. Колеса моего автомобиля пробуксовали назад, послышался визг шин по асфальту и все-таки зад машины вильнул в сторону вместе с тем, что мы поменяли движение вперед на движение назад. Чудом уйдя от очередного столкновения, решила уточнить:
— А похороны шикарные устроишь?
— Этому уроду? Нет, без спецэффектов, — сухо откликнулся мой сосед. — Вита, помнишь коттедж Пана?
— Помню.
— Дуй туда.
Но как только я нажала на газ, разворачиваясь в нужном направлении, мою машину скрыл Барьер Выставленный Мстиславом, а КАМАЗ попал в ловушку, окруженный фантомами, созданными Сидом и Рином. Мелькнуло около десятка Резонансов от Яна и Шархана, практически сминая грузовик, превращая его в груду метала. «Шудатти» остановился и парни быстро вышли из машины, вытаскивая из КАМАЗа (то, что от него осталось) каких-то людей и заталкивая их в багажник маленькой (!) машины Мстислава. Заложников было всего трое, и тем не менее казалось невероятным, что все они как-то укомплектовались в багажник. Ян сел за руль И они уехали. Как быстро действуют и без лишнего шума. Сосед кивнул мне и сел на заднее сидение.
— Ну что? Поехали? — спросил он.
Я плавно тронула автомобиль.
— Ян меня убьет…или тебя, — обратилась ко мне Алина.
— Не, сегодня он под впечатлением, поэтому не раньше завтрашнего дня. А там посмотрим. Может казнь отменится.
— А ты меня защитишь если что?
— Ты всерьез думаешь, что Ян причинит тебе вред? — парень громко рассмеялся. — Поверь мне, не рискнет. Да, он тебя ненавидит. Но меня уважает. А ты моя девушка. Все просто.
— Значит все-таки девушка.
— Да, и в будущем моя жена, — Мстислав мило улыбнулся.
— Аж завидно, — Алина тяжело вздохнула.
— Твой сильно загнался после того случая, — согласился сосед.
— Да и не говори. Вы узнали, кто устроил охоту?
— Когда мы должны были это узнать? Мы только что при вас взяли в заложники людей, которые пытались вас убить.
— Извини, не подумала, — нервно кивнула девушка. — Вита, можешь сбавить скорость. Я боюсь.
— Я тоже, но я же ору об этом, — хмыкнул Шархан.
Из вредности, я ускорилась почти до трехсот. Алина взвизгнула, а замечательный сосед улыбнулся (заметила в зеркальце заднего вида). Естественно, что деревеньки мы долетели, как на крыльях.
— Кстати, а как называется это место? — послушно понизив скорость до шестидесяти километров в час, я рассматривала красивые маленькие домики, виднеющийся замок и небольшое озеро.
— Деревня Жизни. Ты знала, что она принадлежит Шархану? Он ее создатель. И «Амбивалентность» тоже.
Мстислав выразительно покашлял и Алина в ужасе округлила глаза, поняв что сболтнула лишнее.
— Здесь красиво. Я хотела бы здесь жить, — кивнула я, старательно игнорируя лишнюю (читать как, не для моего острого слуха) информацию.
— Я по поводу твоего предложения… — девушка перевела взгляд на свои руки, сложенные на коленях. — Я могу сегодня выступить с вами? Хотя бы на пару песен.
— Конечно, — легко согласилась я, — останавливаясь у клуба и выходя из машины.
— И ты не боишься испортить свою репутацию из-за меня.
— Ничуть, — встала рядом, пока Мстислав помогал Алине выбраться и устроиться в инвалидном кресле. Ее боль была осязаемой. Боль душевная, а ноги она просто не чувствовала, их не было. Это так ужасно. Вряд ли кто-нибудь мог представить себе это.
Мы прошли в зал, где я практически сразу была сбита Риткой, которая чуть ли не матом крыла одного моего недавнего знакомого.
— Да он ненормальный! — возопила она, указывая на Михаила, который скромно стоял в сторонке. — Он суицидальный какой-то.
— Да ты тоже не ангел. И вообще, слезь с меня, ты тяжелая, — прокряхтела я. Лопатки больно упирались в пол. Кажется, надо начинать есть, поскольку раньше такие проблемы я не замечала.
— Так значит я толстая?!? — Ритка скуксилась. Ну да, рост метр восемьдесят пять и вес всего шестьдесят килограммов. Очень «толстая»! Миша усмехнулся.
— Че лыбишься? — обиделась моя подруга, и я, все-таки спихнув ее с себя, встала на ноги, решая прекратить весь этот балаган.
— Итак, знакомься, Михаил, наш новый барабанщик. У нас сегодня общие пробы, проверим, насколько легко мы сыграемся все вместе. Алина, великолепная скрипачка. Ритка, для тех кто не в курсе, хороший гитарист, а так же играет на духовых и клавишных инструментах. Мстислав наш менеджер, продюсер и чертов студень. Ну и я, скромный гений гитары и ваша язва, — улыбнулась.
— А также барабанной установки и нестандартного синтезатора, — добила Ритуля.
— Я слишком скромна, чтобы хвастаться, — мы рассмеялись.
— Мы кстати старую технику привезли, — вдруг насторожилась подруга. — Я не знала, стоит ли новое оборудование брать с собой.
— Правильно сделала. Если сегодня все получится, то вечером в субботу мы уже заявим о себе, — напомнил о своем существовании Мстислав.
Мы ушли в гримерку. Собрались очень быстро, обсудили плейлист и согласно решили начать выступление с песни «Исходящий», затем «Боль» и далее-далее. Возможно, нам стоило бы подготовиться получше к нашему первому выступлению, но почему-то я была уверена, что все пройдет отлично. Я будто возвращалась в прошлое, в котором была счастлива.
Зал нас приветствовал бурными аплодисментами, свистами и двумя коробками шоколада, что особенно порадовало.
— Феникс! Феникс! — скандировал зал.
— Добрый вечер! — прокричала я в микрофон, стараясь переорать зал.
Нас оглушили. Я это заметила по Ритке — она замотала головой и экстренно стала поправлять микрофон и наушник. Миша установил ритм и мы дружно подхватили его.
Мысли — орудие, создающее мир,
Из них рождается наша судьба здесь.
Силой ума, мы строим свои мечты,
Мысли создают реальность в этой жизни.
Запела Рита. Ее голос звучал немного гортанно, хрипло, но того требовала песня. Гитара в моих руках вибрировала от пропускаемого через нее Импульса. Звук получался очень яркий, сильный.
Не верь в сомнения, не падай в отчаянье,
Ты — хозяин мыслей, твой путь в твоих руках.
Верь в свои силы, иди к светлому дню,
Твои мысли — ключ к бесконечным возможностям.
Мой микрофон немного съехал — толи из-за сильной вибрации, толи закрепили плохо, но стойка укоротилась. Но руки были заняты и пришлось чуть ногой приподнять вентиль. Не знаю что именно так поразило, но мне зааплодировали. Михаил отрывался вместе с нами — он отличный игрок. Его Хаос был слабы, но светлым, обнадеживающим. И это толкнуло меня на мысль. Отыграв обязательную программу, я прицепила микрофон на голову и запела, подражая своим рок-кумирам:
— Однажды я открою двери в новый мир мечты!!
Гитару я перевесила за спину, полностью доверив игру моим друзьям. Друзьям? Я, правда, так подумала? Кажется, я сошла с ума, раз об этом стала думать. Успела заметить, что в чехол гитары накидали очень много заявок, раза в три-четыре больше, чем в прошлый раз.
В мире новом, где солнце восходит,
Где мечты сбываются, как волшебство.
Там, где сердца открыты и светит надежда,
Расцветает новый мир, полон чудес.
Мои глаза поменяли цвет — я это чувствовала и уже видела все сквозь очки с красными стеклами. Я видела рядом с собой тени каких-то людей…тех, кто был очень важен для Мстислава, тех кого он любил и кем дорожил. Но когда справа от меня возникла Анютка…колени подкосились и я чуть не рухнула.
«Это твое воображение. Твои способности могут помочь увидеть их. Спасибо. Я их очень хотел увидеть!» — странным образом прозвучал голос Мстислава в моей голове. Я резко успокоилась. Все-таки присутствие моего соседа всегда благотворно влияло и влияет на меня. Словно он имеет доступ к кнопке моей тревожности.
В этом мире цветут сады мечтаний,
Где мир и добро — вечные компаньоны.
Любовь как звезда, яркая искра,
В этом новом мире, где мудрость владычица.
Два часа пролетели незаметно, почти не чувствовались — адреналина и хорошего настроения было целое море, колышущееся в зале. Тени были в зале, веселились, как живые. Не думаю, что это правильно, но почти осязаю, что им хорошо. И Алина…ее ноги двигаются как мои, только с меньшей амплитудой, лишь слегка притопывая на месте.
Пусть каждый день приносит новый свет,
В этом мире, где добро побеждает зло.
Сердца открыты для радости и любви,
В новом мире, где счастье в каждом взгляде.
Но на втором повторе припева девушка вдруг встала, придерживаемая крепкой хваткой моего замечательного соседа. Зал ахнул, разглядев то, что Алина, прикованная к инвалидному креслу, вдруг встала и пошла. Энергия циркулировала в теле девушки, и одновременно с моей собственной, я могла ее контролировать и заставляла ее ноги повиноваться мне. Я не могла простить тот факт, что меня все сравнивали с той Мареной, которая разнесла корпус Академии — я не такая, я не она. Я хочу помочь. Мстислав убрал руку и Алина уверенно зашагала по залу, весело подпрыгивая и до сих пор не веря своему счастью. Ее кукольное личико светилось от неописуемой радости.
Поэтому на следующие песни «Моя печаль» и «Шепот любви» Алина помогала нам. Она прекрасно играла на скрипке. Мы все вместе станем отличной командой.
Волна ненависти появилась вместе с Яном, возникший на пороге клуба. Он рванул сразу к сцене, запрыгнув к нам и почти ударил меня, используя Резонанс усиленный в несколько раз его гневом, но его опередили. Мстислав оказался рядом, закрывая собой и блокируя Барьером. Встреча двух Импульсов перекрыла нашу игру. Меня откинуло назад импульсной волной и я налетела спиной на барабанную установку, по дороге сбив с ног Ритку. Михаил поспешил вмешаться в драку, стараясь разнять нападающих. Охрана тоже попыталась вмешаться, но куда там — Импульсы были по силе такие, что сметали все к чертовой матери. Многие распластались вдоль стен, некоторые спрятались под столами и никто не хотел помочь.
— Остановитесь! — крикнула я, забыв о микрофоне на своей голове, снимая с плеча гитару и кидаясь в самую гущу событий. — Остановитесь!
— Я не понимаю… — потрясенно шепнула я, выскальзывая из воспоминания Яна и продолжая взирать на мир сквозь красные «стекла». — Что я тебе такого сделала? Я не разрушала Академию, Я ни на кого не нападала, я не провоцировала драки… я никого из вас не трогала, находясь полностью под контролем Мстислава.
— Все из-за вас! — он вскочил на ноги, после очередного Резонанса. — Вы являетесь Смертью и вы можете уничтожить нас.
— Ян, она меня вылечила, — вмешалась Алина. — Успокойся, она не такая.
— Они все одинаковы, все.
— Ты опять крышей тронулся? Сколько раз мы будем обсуждать эту тему, — спокойно проговорил Мстислав. — Она моя девушка, невеста и будущая жена. И я тебе не позволю поливать грязью любимого человека. Вита хотела помочь и вот он результат, не заставил себя ждать. Она делает все, из кожи вон лезет, чтобы с вами подружиться, а ты петушиться продолжаешь. Сколько можно в маразм впадать?
— Да ты не понимаешь. Она и тебя убьет. Я пытаюсь вас всех оградить от нее.
Я не знаю чем закончился этот спор. Я бросила все и ушла. Просто вышла из клуба и побежала вперед, спеша покинуть деревню, защитный Барьер. И вот я уже на трассе. Темно, лес с двух сторон, холодно, но это хорошо — так мысли становятся кристально чистыми. Я расстроилась, сердце словно разрывалось от боли. Дорога была пустынна. Я шла, глядя на звездное небо, кутаясь в короткую сценическую куртку и думала о том, чего совершенно не понимала — о ненависти к себе. Неужели я что-то сделала Яну такое, что он решил меня ударить? Почему Мстислав считает его своим другом? Что вообще происходит? Хорошо, что в клубе часа три свои отыграли, а музыкальные инструменты Ритка проконтролирует, чтобы погрузили. Что-то я стала слишком эмоциональной в последнее время.
Послышался звук быстро приближающейся машины — даже слишком быстро. «Ламбо Торнадо» (даже не хочу знать, откуда очередная крутая тачка у моего соседа), остановилась чуть впереди, преграждая мне путь. Ярко-оранжевый, апельсиновый цвет подчеркивал достоинства автомобиля. Максимальный разгон до трехсот восьмидесяти километров в час, масса тысяча пятьсот пятьдесят килограмм, полный привод и мощность тысяча двести пятьдесят лошадиных сил. Мстислав вышел из машины.
— Вита…
— Извини, — подойдя ближе, я просто ткнулась лбом в его плечо. — Мстислав, мне тяжело. Я понимаю, что не имею права на проявление слабости, но я не могу. И я испытываю куда больше ненависть, чем все они вместе взятые. Правда в том, что я ненавижу себя. Я не всегда понимаю за что… Мстислав, помоги мне полюбить себя.
Он ничего не сказал, лишь обнял покрепче.
— Ты устала. Нужно отдохнуть. Поехали.
Открыл дверцу, усаживая меня в автомобиль. Обогнув капот, он сел рядом и поспешно повез меня домой. Да, Академия стала моим домом и я этому безумно рада.
Мстислав вошел в зал как раз тогда, когда мы дружно решили передохнуть. Я сидела на краю сцены, но как только увидела Шархана, спрыгнула вниз и бросилась к нему. Не знаю, что сегодня творилось со мной, но мне очень не хватало Его. Его объятий, тепла, любви. И вот сейчас Мстислав здесь со мной, крепко обнимает и целует в висок. Он чувствует и понимает, что я сегодня слишком эмоциональна, но ничего не говорит, лишь успокаивая своим присутствием.
— Мы альбом записали, — то ли хвастаюсь, то ли отчитываюсь, то ли просто ставлю перед фактом.
— Так быстро?! — удивляется он и окидывает быстрым взглядом команду. — Кстати, вы как назвали группу?
— Так и оставили, «Феникс», — кивнул Миша. — Мы подумали, что «Восставшие из пепла» это самый лучший вариант. Вита ведь решила создать группу и она была Фениксом, просто теперь нас больше.
— Отлично, — Мстислав кивнул. — Через пару часов привезут ваши сценические костюмы. Вите не так давно мы все купили, поэтому я заказал для вас, чтобы все смотрелись гармонично.
— Круто! — Алина и Ритка подпрыгнули от восторга.
— Идемте, поедим уже, — попросил Миша. — С утра ничего не жрали.
Мстислав кивнул, но не отпустил меня, так и придерживая за талию.
— Шархан, а что там с заложниками? — спросила Алина, вышагивая рядом.
— Да ничего. Ликвидировали.
Пока все проходили в нашу комнату, где уже был накрыт стол (я постаралась, наготовила на всю компанию), придержала Мстислава за локоть и тихо произнесла:
— Не оставляй меня.
Он посмотрел на меня настороженно, словно о чем-то догадывался. Хотя я сама совершенно не понимала, что происходит — настроение скачет от плюса к минусу, причем совершенно необъяснимо. И единственное, что понимаю — я не смогу жить без Мстислава. Я не переживу этого, я точно тогда покончу с собой. Установив Катарсис, я предпочла смотреть на мир глазами своего парня.
Глаза жутко болели, но мир принял свой нормальный цвет, без красного оттенка. Рубашка липла к телу (только сейчас я заметила, что до сих пор хожу в рубашке своего парня!). Мстислав рывком сорвал полотенце со спинки стула и завернул меня, обтирая, согревая и не прерывая зрительного контакта.
— Я знаю, что меня выматывает, — тихо заявила я, едва держась на ногах.
— Что? — тут же заинтересовалась подруга.
— Я могу смотреть на мир глазами других людей, но потом…ой…
Облокотившись на Мстислава, я была рада лишний раз оказаться в его сильных крепких объятиях. Он понял меня и продолжил:
— Длительный контакт с чужим сознанием.
— Длительный?!? Шархан, но мы… — начал было психолог, но его перебили.
— Да. Я тоже больше пяти-шести минут не могу продержаться. Вита, с какого момента ты смотрела на мир через меня?
— Я видела твой день…и ночью, когда…заплакала, — она смутилась от этого признания, словно признавалась в чем-то постыдном.
— Слезы, это не слабость. Они лишний раз доказывают, какой сильной ты была все это время. Итак, в сумме получается больше четырех часов, так ведь? — подвел итог мой замечательный сосед и я согласно кивнула. Его тело напряглось и парень уточнил — Пытки?
— Только обрывками, — соврала я, не желая причинять ему боль. — Но мало. Тому козлу надо было переломать все кости.
— Марта придет за тобой…а к тому времени нам нужно будет подготовиться.
— На Вите кстати твоя рубашка лучше смотрится, — как-то невпопад потеряно произнес психолог и я смутилась.
— Я учту, — сухо ответил Шархан посмотрев на парня убийственным взглядом.
— Извините, я не это имел ввиду, — исправился Влад, ослабляя галстук, испытывая неловкость.
— Он хотел сказать, что почему-то девушки в мужских футболках и рубашках выглядят куда привлекательнее и женственнее, нежели в обычных вещах. И то что Рите очень идет та мужская брутальная футболка с черепом.
Подруга зарделась, а Владислав посмотрел на меня с укоризной, будто я раскрыла какой-то секрет, о котором обещала молчать. Мстислав лишь хмыкнул, касаясь губами виска.
— Сегодня ночь какая-то длинная… — заметила Ритка, все еще раскрасневшаяся.
— Мысль материальна…а некоторые очень хотели, чтобы она продлилась.
— Тебе нужно быть поаккуратнее с такого рода мыслями, — заметил Влад. — Ян, кстати, заходил. Просил уговорить вас согласиться стать Марионеткой Шархана.
— А-а-а, — Мстислав усмехнулся. — Уже решил через всех попробовать.
— Что это дает? — вмешалась я.
— Он дает… — начал объяснять Влад, но под пристальным взглядом моего соседа заткнулся.
— Мстислав? — обернулась. — Мне нужно знать.
— Ян хочет, чтобы мы оговорили свободу твоих действий. Чтобы ты была всегда подконтрольной. Марионеткой. Ведь в таком состоянии даже если ты в один прекрасный день выйдешь из себя, то успокоить тебя удастся быстрее, потому что тогда твой разум будет связан с моим и любая моя команда заставит тебя подчиниться. Я буду должен оговорить все «можно» для тебя. В свою очередь единственное, что ты приобретаешь, так это то, что тебя не сможет заполучить другой.
— Влад? — я перевела взгляд на психолога.
— Шархан все правильно сказал. Только умолчал, что отвечать придется в случае чего перед Кроносом. И он тогда несет полную ответственность за любые твои действия вплоть до неаккуратно сказанного слова. Если Кронос посчитает это нарушением, то вас накажут. А в случае с Шарханом, готов поспорить, что он сделает все возможное, чтобы ты не пострадала и примет наказание сам.
— Но это неправильно? — возмутилась Ритка.
— Если бы в прошлый раз на это согласились, то не было бы жертв и Академия была цела, — холодно заметил Мстислав. — Но я уже говорил. Я не согласен.
— А пункты или как это…условия? Они у всех более-менее стандартные или индивидуально придумываются?
— Есть некий образец, но его необязательно придерживаться, — Шархан посмотрел на меня со смесью любопытства.
— В Академии ведь всем стало бы спокойнее, если я стану подконтрольной? Единственное о чем прошу, чтобы пункты знали только мы двое.
— Она у тебя умная, — психолог улыбнулся. — Кстати, ты идешь на вечеринку?
— Влад!!! — голос Мстислава был все такой же негромкий, но сколько угрозы было в нем.
— Что за вечеринка?
— Светская. Я планировал тебя пригласить сегодня, после всех важных для тебя событий. Танцы, поздравления…
— Кого поздравлять будут? — с нескрываемым любопытством спросила я.
— Тебя и меня.
— Хорошо. Тогда буду ждать приглашения, — я улыбнулась и посмотрела на часы. — Пожалуй, надо позавтракать и пойти потренироваться.
— Тоже будешь на СШП? — уточнила Ритка.
— Да.
— Мы с Алиной договорились тоже там потренироваться вместе со всеми. А потом порепетируем?
— У вас будет всего пара часов, — напомнил Мстислав. — Потом нам надо будет уехать.
Я кивнула. Вот так договорившись о планах на этот день, мы с моим соседом пошли завтракать. Мы включили фильм и молча сидели на диване. Я забрала себе несколько бутерброд, а вот Мстислав достал из холодильника котлетки и салатики.
— Мстислав…можно спросить?
— Конечно.
— Тебе обязательно ехать в эту командировку? Просто…из вас никто не выживет…
— Да. Там дети в заложниках. Они ждут нашей помощи. За меня не волнуйся. Я вернусь. Обещаю, — он вздохнул и заметно повеселев, спросил — Значит вот он, дар Мары. Вы предвидите смерть?!
— Я ее ощущаю, словно сама являюсь источником. Хотя о чем я. Ведь я и есть Смерть.
— Ну вот, а ты еще переживаешь, — Мстислав тихо рассмеялся. — Я и так встречаюсь со Смертью и провожу с тобой ночи. Чего мне бояться за свою жизнь? Я переживаю только за тебя. А мне Смерть к лицу.
Я смутилась. Но когда он приобнял меня за плечи, я расслабилась.
— Я счастлива с тобой.
— Не поверишь, но я с тобой тоже счастлив, зря ты себя во всем винишь. Если бы не ты, я так и не начал бы жить.
— То есть?
Я поудобнее устроилась на его плече, наслаждаясь чисто мужским ароматом его тела.
— Ну как тебе объяснить? — замечательный сосед вздохнул, подбирая слова. — Когда я начинал следить за тобой, то моя жизнь происходила достаточно предсказуемо и спокойно. Я не был на рок-концерта. Никогда не бывал и участвовал в слэме. Я с друзьями сидел в баре всего пару раз. В основном все упиралось в работу. Я постоянно работал и лишь изредка отдыхал, занимаясь тем, что приходил сюда и читал, читал, читал…потом отрабатывал навыки Импульса. С твоим появлением все поменялось. Твои постоянные ночные вылазки, — он усмехнулся. — Так и познакомился с музыкой. Ты зажигательно исполняешь их, и дело даже не в Хаосе. При всех твоих сложностях, ты очень позитивно всегда выходила на сцену и поклонников принимала с улыбкой без негатива. Как ты гоняла на мотоцикле, просто для удовольствия. Я никогда не получал удовольствия от вождения. Да, понтовался, что у меня такие тачки, а смысл? У меня не было недостатка в женском внимании. Но с того самого момента, как я почувствовал к тебе ненависть, я тянулся за тобой. Льстило, что ты меня всегда и везде замечала, но этого было мало. Следил за твоими тренировками и снова поймал себя на мысли, что я никогда не тренировался с удовольствием. Я тренировался просто для сильного красивого тела. А у вас с Ритой и Анютой все было по другому. Я видел, как ты танцуешь. Видел, как ты погружаешься в работу. Это все делает тебя такой живой. Ты это делаешь круто, с кайфом. Я научился этому только с тобой, — Мстислав вздохнул. — Раньше все было по-другому.
— Но ты же встречался?! Неужели не…
— Это было не по любви.
— Ясно… — протянула я. — Ладно, побегу, потренируюсь немного. Так что присоединяйся.
— Вы сегодня решили с основной группой выйти? — удивился он.
— Да, а то давно не видела людей с кем по идее учусь. Все-таки какой кайф обучаться у тебя.
— Приятно слышать. Пока вы тренируетесь я как раз успею реализовать ваши записи, половину прогоним через интернет и организую концерт. И вскоре присоединюсь.
— Трудоголик, — улыбнувшись, я чмокнула его в щеку. — Спасибо. А напомни, куда мы еще сегодня едем?!
— На «Сковородку» твою.
— А-а-а! — мы с Риткой подпрыгнули одновременно, радостно хлопая в ладоши. Влад посмотрел на нас почти умиленно и произнес:
— Как мало нашим девчатам для счастья нужно.
И тут я не могла с ним поспорить.
«Мысль материальна и это не является секретом ни для кого. Но чтобы заставить ее работать на начальном этапе, необходимо мыслить лаконично, четко. Нельзя в ней сомневаться, ведь так вы настраиваете себя на отрицательный эффект и тогда мысль начинает работать против вас. Не расстраивайтесь, если у вас сразу ничего не получилось. Тренироваться необходимо постоянно и во всем.
Последователям Мары проще — их мозг изначально настроен на нужную волну. Их мыслительный процесс устремляется в реальность, желая пододвинуть чужие желания. Самым сложным для последователей Марены является не мешать жить другим. И это не всегда получается. Человечество спасает лишь тот факт, что Мары встречаются крайне редко. Две последовательницы не смогут поладить друг с другом — слишком неуживчивый и бескомпромиссный характер. Кронос запрещает войны, но вряд ли их это остановит. Над Мореной не властен этот свод правил, как над остальными — по какой-то причине он просто не действует.
Правильное течении мысли позволяет настроиться на нужный лад и вот вы увидите, как реальность меняется. И с каждой практикой это происходит все быстрее и быстрее.
Дети Симаргла способны почувствовать и понять чужую боль — именно этим пользуются Марены, когда заводят подобные знакомства. Будучи одинокими всю жизнь, они ищут понимания и порой любви, не обязательно ответной. Порой достаточно просто принимать тот Дар, который дарует сама Смерть. Но берегитесь, если Мара станет отвергнута — одного Резонанса хватит, чтобы стереть с лица Земли город, а то и целую область.
Для остальных — мысль является одним из предметов, который нужно выучить и отработать».
Я вздохнула и подняла голову, наслаждаясь рассветом. Мстислав обещал прийти, помочь, потренировать. И снова углубилась в чтение — чем быстрее выучу, тем быстрее встречусь со своим соседом. Поразительно, но мне постоянно не хватает его. И я даже затрудняюсь объяснить. Мне не хватает всего — его усмешки, теплого нежного взгляда, ласковых прикосновений, сильных крепких объятий… Он дал мне все и я не могу это отрицать. Мстислав помог мне с учебой, работой, деньгами…вообще, насколько я смогла судить по своей карточке, деньги у меня не уходят, то есть все мои покупки до сих пор оплачиваются Шарханом, хотя он все отрицает. А еще он безумно меня любит…и я его, и осознание этого делает меня еще более счастливой, и пусть говорят, что это невозможно.
Здесь тихо. Мстислав прав — к дубу действительно никто не подходил. Спокойно, хорошо. И где-то рядом мой сосед — отсюда чувство спокойствия и надежности. На озере не было даже ряби от осеннего ветерка. Не летали птицы, не плескалась рыба…никого. Только озеро, дуб и я.
«Любой человек может заряжаться (пополнять энергию для Импульса), но только от положительной мысли. Опять-таки стоит отметить тот факт, что последователи Мары «питаются» от отрицательной энергии «перерабатывая» ее в Хаос невиданный по своей сути Свет для других людей».
Телефон в кармане джинсов пиликнул и вытащив его, посмотрела на экран.
[Шестой]: Придешь? Я буду ждать.
[Седьмая]: Бегу.
Убрала книгу в рюкзак и спрыгнула с дерева — тут всего то метров десять, а приземление, благодаря Импульсу, по-кошачьи мягкое и грациозное. И побежала. Вперед, быстрее, не останавливаясь. До СШП было не далеко — всего километра три. И то, там был финиш. Я проходила уже полосу в обратную сторону и не раз и сделаю это сейчас. Мстислав мне показывал возможности моего тела — Импульс позволяет делать невероятные вещи. Можно прыгнуть выше головы, дальше шестнадцати метров и совершить невиданный кульбит. Мысль дает возможность управлять собой, своим телом…и не только. Теперь можно управлять своим мирком, постепенно расширяя границы. Расширяя границы разума, сознания, впитывая в себя новую информацию, энергию и даруя остальным Хаос.
Преодолев последнюю преграду в виде нескольких блоков эффектным прыжком, я встала рядом с Мстиславом. А моя группа была уже в сборе и…е-мое, что это с ними. Они побитые, травмированные и все в ошейниках. Что это? Перехватив взгляд Ромы, я в два быстрых шага оказалась рядом с ним.
— Что случилось?
— По Кроносу перешли в пользование Кукловода и стали Марионетками, — шепотом ответил он. — Новый этап обучения.
Я шарахнулась в сторону, налетев спиной на Мстислава.
— Спокойно, я тебе все объясню. Да это жестоко, но их силу и энергию невозможно разбудить иначе, — совсем тихо произнес на ухо мне мой сосед. — Но тебя такое даже не ждет. Никогда.
— Вита, а тебя еще не прибили? — удивленно заметила Карина, поправляя свои красивые волосы. На лице девушки «красовалась» длинная глубокая царапина, а вся шея была в синяках.
— А должны были?
— А что? Для последовательницы Мары будут делать исключение? Вас же всего двое осталось.
— Марта, — шепотом напомнил Мстислав для меня и вслух заметил. — Еще раз услышу что-либо плохое в сторону своей девушки и даже Кронос вас не спасет.
— Точно трахается, — фыркнул Макс.
Золотистые глаза Шархана вперились в наглеца и тот сразу же упал, катаясь по земле и оставляя кровавые следы.
— Итак, повторяю последний раз, — с ледяной угрозой проговорил мой сосед. — В следующий раз начну убивать.
— О, знакомые методы. Ты у Яна нахватался что ли, — насмешливо уточнил Рин, приближаясь к нам. — Привет, Вит.
— Привет.
— Тут наши предложение кинули, — Сид встал напротив меня. — Набьешь морду Яну, а то он слишком хренового о тебе мнения.
— Дадите разрешение — набью, — хмуро сообщила я.
— Бери, — усмехнулся Мстислав. — Только не убей.
— Вы к ней несправедливы, — Ян, чмокнув в щеку Алину, повернулся к нам. — Но раз дали добро, то… Вита, я тебя не пожалею.
Я успела пожать плечами до того, как его кулак практически врезался мне в живот. Испуг был моментальным и он породил Импульс для защиты, поэтому удар Яна так и не попал в цель, врезавшись в Барьер. Но тем не менее, меня откинуло на два метра назад и я, пользуясь случаем, сделала эффектный кульбит. Ян нанес еще три удара, усиленные Резонансом. Блокировать их Барьером было несложно, до тех пор, пока я не схлопотала от парня по печени. С трудом удержавшись на ногах, махнула рукой, заставляя появиться вокруг себя Барьер в виде полусферы. Откашлявшись, поднялась с земли.
— Значит, не идеальна, — насмешливо заметил Ян.
— А я на идеальность и не претендовала. За что ты меня так?
Ян сделал выпад. Его Резонанс с силой ударил в мой Барьер, вновь снося меня куда-то в сторону. А в следующую секунду мой противник оказался за моей спиной и схватив меня за волосы с силой дернул назад, заставляя упасть на колени задрав голову. Я видела краем глаза, как дернулись Мстислав с Рином, но выставила Барьер, не желая, чтобы нам мешали.
— Ну что скажешь, Смерть? — с издевкой спросил Ян.
— Мне тебя жаль, — проговорила негромко, но чтобы услышали все. — Я вижу эту тьму в твоей душе. Она разъедает тебя. Ты считаешь себя виноватым в том, что не заметил состояние Марты, что ты скрыл этот факт от Алины и она пострадала из-за тебя. Но это не совсем так. Кукловод не удержал бы Марту, а тебе надо было с ней просто поговорить и все объяснить. Она поняла бы. Да, ей тоже было больно. Ты винишь себя в инвалидности Алины, ай! — Ян дернул меня за волосы и я непроизвольно вскрикнула.
— Ты не понимаешь…
— Я понимаю. Я без проблем устанавливаю Катарсис. Я вижу твою боль и если ты позволишь, я избавлю тебя от нее.
Ян пинком свалил меня на землю, продолжая крепко держать за волосы. Было больно, но не настолько, чтобы не потерпеть. Рин, Сид и Шархан пытались сломать мой Барьер, но я обездвижила их, используя Импульс (спасибо Мстиславу за то, что научил). Ужас отпечатался и на лице Алины.
— Посмотри на свою девушку, — пытаясь перебороть внутри себя боль Яна, потребовала я. — Она тебя любила! Она никогда не винила тебя в той ситуации! Она и сейчас тебя любит. Что тебе еще нужно?! отпусти из себя эту тьму. Хватит держать в себе злобу! Именно злоба мешает мыслить правильно, ты же не хочешь, чтобы твоя жалость и боль вдруг сформировали неправильную мысль, которая сбылась бы!!?
Парень отшатнулся в сторону, отпустив меня и я резко вскочив, сбила его ладонью в грудь с ног, прижимая Импульсом к земле. Мои глаза снова поменяли цвет и я почувствовала прилив невиданной силы и энергии. Страх Яна был ощутим и я усмехнувшись, произнесла:
— Не бойся, я хочу только помочь.
Его темная тяжелая энергия плавно уходила, перетекая в мое тело, превращаясь в невиданную силу, циркулируя Импульсом, не выходящим дальше моего организма.
— У тебя прекрасные друзья, Ян. Цени их, — отступив на шаг, я протянула руку, чтобы помочь парню встать. — Она беспокоятся за тебя и просили меня тоже быть к тебе терпимее. Я не хочу с тобой враждовать, Ян. И скажи спасибо Мстиславу за то, что он мне помогал понять тебя.
— Странная ты, — шепнул он, хватаясь за мою ладонь и вставая рядом. — Ты не ответила агрессией и…как у тебя получается формировать такой Хаос?
— Я не знаю. Я этим дышу.
— Это ведь, правда, что ты первоклассный гонщик?
— Отчасти.
— Прокатимся?
— Вита! — я обернулась на гневное восклицание своего парня.
— Что, зай? — обезоруживающе обернулась.
— Барьер убери.
— Только никого не бить, не пороть и не хоронить. По возможности еще и не ругаться, — попросила я, и Мстислав вынужденно кивнул.
Одним взмахом руки убрала Барьеры и устало осела на землю. В глазах зарябило.
— Ужас, сколько в тебе негатива было, — я замотала головой, уже чувствую, как Шархан берет меня на руки.
— Вита, какие гонки? — строго спросил он.
— Ну, чуть-чуть, пожалуйста, — заканючила я, чувствуя себя при этом счастливой-счастливой.
Мстислав вздохнул и свистнул. Это невероятно, но машина подъехала сразу же — черный «Шудатти». Шикарная у него тачка. Меня посадили в машину и вскоре мы летели с полигона.
— Ты специально испытываешь мое терпение? — мягко спросил он.
— Я хотела помочь Яну. Ему нужно было избавиться от этой тьмы. В твоей книге я прочитала, что последователи Мары могут перерабатывать эту энергию. И я чувствую, что могу помочь.
— Ты совершенно себя не бережешь.
— Спасибо что заботишься обо мне.
— За это не благодарят.
— Ты ошибаешься, — я улыбнулась и почувствовала, как глаза наконец стали нормального цвета.
— Я тебя оставлю ненадолго. Мне с Рином нужно кое-что по работе решить. Мы будем недалеко.
— Да, конечно. Я постараюсь быть аккуратной, — кивнула я.
— Это самая большая ложь, которую я от тебя слышу, — он усмехнулся.
Ответить было нечего. Он прав. Я всегда говорю, что аккуратна и тут же влетаю в какие-нибудь неприятности. И так постоянно, и Мстислав не ругает меня. Он просто рядом и помогает, когда это необходимо. Хотя что уж там — всегда помогает, лишь бы моя душенька была довольна. Интересно, насколько сложно ему было для нас организовать этот концерт?
— Ты опять свой мозг потрахиваешь?
— А? — я обернулась на соседа.
— Я говорю заморачиваешься слишком много. Потом. У тебя еще будет время обо всем подумать. А сейчас не надо.
— Я хотела уточнить. Если я соглашусь стать твоей Марионеткой, это хоть чуть-чуть обезопасит меня, пока тебя не будет рядом?
— Да. И даже не чуть-чуть.
— Стоит?
— Хочешь стать Марионеткой? И даже не боишься?
— Кого? Тебя? Мстислав, я вижу тебя насквозь, чего мне бояться?
— Я понял. Я подумаю над этим. Но все потом. Мы приехали.
Резко затормозив, Шархан выскочил из машины, спеша открыть мне дверцу, помогая выбраться наружу. Чмокнув его в щечку, я поспешила к гаражам. Ритка уже стояла в «панцире».
— Как-то долго вы, — усмехнулась подруга.
— А ты как тут? — спросила, хватая протянутую мотоциклетную куртку и натягивая на себя. Сев на землю, сменила ботинки.
— Меня Ян подбросил. Алина в шоке. Да и не только. Все в шоке. Ты такое сделала. Там только и говорили о вас, когда вы уехали.
— Чует мое сердце, что меня еще ждут неприятности с моими одногруппниками. Ну что? Кружочек?
— Разогреемся, и потом на тачках погоняем. Ян пока все готовит.
— Поехали.
Мотоцикл — это мощь, это жизнь. Именно эта грань между жизнью и смертью дает возможность прочувствовать себя. Стрелка спидометра очень быстро дошла до отметки триста километров в час. Ветер свистел, движок работал ровно, с приятным урчанием. Ритка наклонилась вбок на повороте и я повторила ее движение. Выжав сцепление, переключилась. Скорость быстро возросла до четырехсот, а потом и пятьсот километров в час. Окружающий пейзаж уже сложно было рассматривать. Была только я, адреналин, мотоцикл и дорога. Я словно летела над землей. И где-то рядом ехала Ритка. Вырулив на прямую, мы обе сбросили газ и почти синхронно встали ногами на сидения. У мотоциклов хороший баланс и главное его не нарушить. Я подняла руки, чувствуя как ветер обдувает меня и за спиной словно вырастают крылья. В голове звучала песня про стальные нервы. Класс, это великолепно! Это жизнь! Повернув голову, я заметила потрясенно смотрящего на меня Мстислава. Рин показал два больших пальца, а Сид «козу». Я села и резко подняла переднее колесо, ускоряясь. И вот всего пара секунд и я уже летела по трассе со скоростью триста километров в час.
Резко затормозив на финиш, заблокировав колесо, я перепрыгнула через руль, совершив кульбит и мягко приземлилась на землю.
— Это очень круто, — Ян похлопал в ладоши. — С какой максимальной скоростью откатывала?
— Около четырехсот. Но почти сразу же руль повело, не удержала. Хорошо скорость успела снизить, поэтому не сильно пострадала при падении, — пожала плечами я, стаскивая с головы шлем.
— Давай. Посмотрим как на четырех колесах. С нами вон, все наши хотят проехать.
Я покосилась на автомобили выстроившиеся вдоль линии. Ну конечно, Шархан, Рин и Сид тоже решили принять участие. Влад также не остался в стороне, да и Рите выдали машину («от Академии», как выразился Мстислав). Мой «Пыжик» уже тоже ожидал меня. Сняв куртку и кинув вместе со шлемом на второе сидение, я забралась в машину и завела двигатель. Подъехав к линии «старта» я услышала из динамиков голос Рина:
— Первый круг, чтобы разогреть резину. Второй — уже соревнуемся. Поэтому едем ровным строем друг за другом.
Он ехал на красной «Актон Мартон». Ян хвастался на ярко-салатовом «Фэрри». Мстислав естественно на «Шудатти». Сид же выпендривался на «Пантере». Как-то я скромненько смотрюсь в своей машине. Ритке мой сосед подарил «Коеннинг», если это о чем-нибудь говорит. Нет, не говорит!? Это суперкар шведской компании. Двухместный, двух-дверный. Естественно, как и многие современные кары из карбона и армированного кевларом. Эта тачка была даже протестирована в передаче, которую активно прокручивали по телевизору. Максимальная скорость триста девяносто пять километров в час за три с небольшим секунды. Мощность восемьсот шесть лошадиных сил, битурбированный силовой аппарат на четыре целых семь десятых литров. Передние, задние тормоза — керамические, дисковые. Кар весит тысячу сто двадцать килограмм. Мотор V8. Подвеска — двойные вильчатые рычаги, настраиваемые гоночные газо-гидравлические амортизаторы. Шести-ступенчатая коробка передач.
— Если захочешь, я тебе такую же закажу, — мягко прозвучал голос Мстислава в моем микрофоне. — А то ты с нее глаз не сводишь.
— Я просто никогда не видела такие тачки «вживую». Только на картинках. Я хочу на болиде прокатиться.
— Прокатишься, — пообещал он.
— Ты меня совсем разбалуешь, — рассмеялась я, двигаясь плавными зигзагами за остальными машинами, разогревая шины.
— Девушек положено баловать. А уж любимых тем более.
Я усмехнулась, но мы уже выехали к стартовой линии и вот тут все поменялось. «Пантера», подрезав меня, вырвался вперед, быстро набирая скорость. Практически сразу меня обогнал «Шудатти». Ритка тоже рванула, не отставая от парней. Вздохнув, я переключилась, решая быстро вернуть утраченные позиции. Скажу сразу — это далось мне достаточно легко, ибо машину я чувствую превосходно, а чувство самосохранения у меня резко атрофируется. «Шудатти» резко ушел в сторону, мешая обгону и я, улыбнувшись, вписалась во внешнее кольцо, решая опередить более длинным путем Мстислава. Адреналин бурлил во мне, словно гейзер. Скорость автомобиля вскоре достигла трехсот километров в час, но этого казалось мало. В моих колонках долбил рок-н-ролл, устанавливая мне ритм и манеру вождения. Хотя Мстислав говорил, что я за рулем становлюсь через чур агрессивной, что никак не вяжется с моей внешностью. Ну да и хрен с этим. Салатовый «Фэрри» попытался меня обогнать, но я ловко закрыла ему дорогу, не позволяя даже поравняться со мной. Все автомобили уже двигались за мной. Ритка вырулила слишком в опасной близости ко мне так, что мы чуть не столкнулись и вот теперь гонка начиналась поистине серьезная, потому что я слишком хорошо знаю свою подругу — она не уступит. Я понимаю, почему меня не обогнали все остальные — скорее всего это не из-за моего мастерства, а именно из-за аккуратности, чтобы случайно не столкнуться со мной.
Автомобиль Ритки взвизгнул тормозами, уходя назад и почти сразу же обгоняя меня слева, перестроившись из крайнего правого ряда. Не желая уступать, я прибавила газ до максимума и постаралась обойти ее, но автомобиль Яна успел раньше меня и вдвоем с моей подруге, они закрыли мне доступ к обгону. Усмехнувшись я подождала, когда мы доберемся до поворота и там, совершила обгон по внутреннему кругу. «Фэрри» бортанул мой автомобиль в задний бампер так, что «Пыжик» развернуло. Быстро сориентировавшись, я выписала «восьмерку», удерживая контроль над своей машиной и вот уже вернулась в строй, вклинившись между «Коеннинг» и ярко-салатовым «Фэрри».
— Извини, — произнес Ян. — Я случайно. Ты в порядке, Седьмая?
— В полном, — заверила я, и в этот момент «Шудатти» Мстислава подбил автомобиль Яна.
— В следующей раз вылетишь с трассы, — предупредил мой сосед.
— Я понял.
Мое шестое чувство завопило во весь голос — я чувствовала дыхание смерти. Анюта возникла на дороге, похожая на призрака. Она печально качнула головой и почти сразу же пропала, сбитая капотом моего автомобиля. Всего секунда, которая выбила меня из колеи.
— Тормозим, тормозим, — приказала я, уже видя причину своей неожиданной паники.
Впереди зиял провал метров в триста. Но Ритка не сбавила скорость и уже во весь голос вопила. Мой Импульс был спонтанным, помогая Мстиславу с моей подругой преодолеть это расстояние и приземлиться на ту сторону трассы. Откуда появился этот обвал? Мы ведь тут уже проезжали сегодня раз двадцать и ничего не было, даже намеков?!? Сид с Рином затормозили, это я слышала по характерному звуку, насчет Влада не уверена. А вот автомобиль Яна явно не успевал и он вот-вот должен был слететь в этот «красивый» провал. Еще один Импульс создать по какой-то причине не удалось, и вывернув руль, я позволила «Фэрри» протаранить свою машину. От удара, Ян остановился, а меня скинуло вниз. «Пыжик» несколько раз перевернулся в воздухе, ударяясь о землю. Не знаю сколько это продолжалось по времени — оно словно остановилось для меня. Я лишь почувствовала сильный удар, отчего заболело все тело и меня словно сплющило в машине. В голове звенело, ребра сдавило так, что дышать становилось все тяжелее и тяжелее.
— Вита! Вита, ты меня слышишь? — где-то на краю сознания запечатлелся обеспокоенный возглас моего Мстислава.
— У нее шок, она еще в сознании, — заметил Влад. — Вита, открой глаза.
Я подчинилась. Все поплыло. Я с трудом сфокусировала взгляд перед собой и печально изрекла:
— Кажется, я машину разбила.
— Как себя чувствуешь? — Влад прощупал пульс.
— Нормально.
— Вита, блин! — рявкнул Мстислав и я вздрогнув добавила:
— Ребра болят.
— Твою ж мать!
— Моя мать тут не причем, — честно призналась я.
— Мы тебя сейчас вытащим, — заверили меня.
Парни разобрали машину на куски, буквально отрывая детали одна за другой, используя Импульсы. Спустя минуты две, я уже стояла на своих двоих, а меня пристально осматривали на предмет ран, ссадин, царапин, ушибов и переломов.
— Вит, — Рита появилась в поле моего зрения. — Как ты это сделала?
— Импульс, — коротко пояснил Мстислав. — Она умудрилась перекинуть нас с тобой и остановить позади себя три машины. А вот на себя и Яна уже сил не хватило.
— Вита, ты…спасибо тебе, — Ян хлопнул меня по плечу. Не сильно, но мне хватило, чтобы колени подогнулись и я почти упала. Шархан легко подхватил меня на руки.
— Мне кажется, или кого-то не хватает, — задала вопрос я.
— Рин и Сид устанавливают причину обвала, снимают Слепок.
— Я чувствую ее…Анюту…она предупредила меня.
— Такое невозможно, — воскликнул Ян.
— Ты сам видел…
— Ребят, я головой ударилась, поэтому поясните мне, пожалуйста, — взмолилась я.
— Ты…видишь мертвых. Ты можешь их призвать, но также они могут прийти к тебе сами, по своему желанию. Ты помнишь, на концерте были те, кого давно уже не было в живых. Это были и наши друзья, которых ты смогла для всех показать, — психолог говорил тихо, боясь меня напугать. — Это особенности…
— Я поняла — это особенность Смерти. В этом есть что-нибудь плохое?
— Смотря как использовать, — холодно пояснил Мстислав. — Если ты их заставляешь действовать против их воли, то Кронос накажет тебя. Те вещи, которые ты нашла, принадлежали Анюте и на них был ее Слепок. Ты их увидела, потому что была очень близка, ведь она была твоей подругой, и ты видишь мертвых. Из нас никто больше не смог отследить путь.
Я обернулась, глядя на то, что осталось от моего «Оникса». Черт, как обидно. У меня был классный автомобиль и вот, вторая авария. С другой стороны, хорошо что жива осталась и то скорее всего, это благодаря Барьеру моего соседа.
— Ты не поверишь чей Слепок мы раздобыли, — крикнули сверху, кажется Рин.
— Смерть?
— Да, — Сид нервно рассмеялся. — Кто-то из нас должен был стать ее жертвой. Вита, мы перед тобой в долгу.
— Угу, — не слыша их, кивнула я, глядя на свою бывшую машину.
— Не переживай, это всего лишь автомобиль. Есть повод купить новый, — шепнул мне Мстислав. — Будем выбирать нечто понадежнее.
— Все равно жалко. Столько денег угрохала.
— Ну во-первых, не ты угрохала, а тебя пытались угрохать.
— Думаешь на нее покушение было?! — с сомнением спросил Влад.
— Думаю да, чтобы привлечь внимание.
Я вдохнула полной грудью, чувствуя, как ребра болят. Ойкнув, я попросила поставить меня на ноги и согнулась, чтобы проверить, не сломано ли ничего у меня. К счастью, цела и невредима.
— Не фига себе, насколько мощный у тебя Импульс стоял для моей защиты, — восхитилась я.
— Сильнее данная модель не позволяла установить, — расстроенно признал мой сосед.
— Учтем на будущее, — отмахнулась я. — У нас ведь на сегодня что-то еще было запланировано!?
— Вообще-то твой драгоценный концерт «Сковородки», — Мстислав закатил глаза.
— А-а-а-а! — забыв о всякой боли, мы с Риткой радостно запрыгали.
— Vip?
— Я хочу у сцены быть, поближе к музыкантам, — призналась я.
— Поехали скорее, а то не протолкнемся в фан-зоне, — заскулила подруга.
— А то как же, не протолкнемся. Ладно, поехали девчат.
Мстислав галантно открыл мне дверцу своего автомобиля. Ритка поехала с Владом, остальные же остались разбираться с причиной аварии и разработкой плана действий.
— Все точно нормально? Может стоит все отменить? — спокойно спросил Шархан, когда мы уже въехали в Москву, спустя пятнадцать или двадцать минут.
— Нет, все нормально, — и когда он тихо рыкнул, я поправилась. — Все хорошо. Немного голова кружится. Я очень хотела пойти на этот концерт.
— Почему фан?
— Как бы тебе объяснить, — я вздохнула.
— Я был, когда на «Рок над Волгой», охренел от толпы.
— Когда ты в випе или бельэтаже, то просто сидишь и слушаешь музыку. Нет адреналина, драйва, нет той сумасшедшей энергии толпы. Ты должен участвовать в этом всем, иначе провел время бесполезно.
— Не боишься, что можешь на неприятности нарваться? Или куда-нибудь в слэм попасть?
— Нет, не боюсь, — я улыбнулась. — У меня большой опыт, а слэм опасен по бокам. А теперь у меня есть ты, и теперь я в еще большей безопасности.
«Шудатти» мягко затормозил перед концертным залом. Насколько помню, это где-то в районе метро Сокол. Народу было много — очередь человек в триста. Да уж, первые ряды нам не светят, печально. Я знала, что многие занимают очередь чуть ли не с десяти утра.
Я очень хотела попасть на концерт своей любимой группы «Сковородка». Еще в августе, когда я встретилась с Риткой, я просила проверить даты концерта. И, увы, все было неточно, в подвешенном состоянии. Двое знакомых с уголовного розыска когда покупали билеты на «Ренен», сообщили мне, «Сковородка» все-таки будет выступать. В августе я так и не приобрела билеты, но для меня все снова сделал Мстислав. Дальше потянулось время ожидания. В интернет-группах, посвященных им, ничего интересного не нашлось. Школота ор и срач устраивают и пишут посты по типу «Сковородка супер! Лучшая группа!». Удалось только фоточки слямзить оттуда.
И вот наступи долгожданный день. Очень долгое время соображала, что же одеть и обуть. Остановилась на лосинах, черном кружевном платье, спортивных ботиночках на небольшом каблучке (благо, погода и транспорт позволяли). Даже глазки подкрасила. Выехала в три часа дня и через час была на месте. Думали как раз, но и тут пролетела. Народ стоял с десяти утра. После полтора часа стояния стали подмерзать. Когда толпа двинулась, мы с Риткой быстренько переместились вперед, вдоль очереди, и смогли вклиниться поближе к входу. Поэтому в концертный зал зашла одни из первых, чудом не потеряв Влада с Шарханом. Меня особо не досматривали — с собой маленькая сумка в которой лежал паспорт и шапка. Охранник приятно удивился. А дальше бегом в концертный зал. Два-три ряда народу уже собралось у сцены. Мы встали с левой стороны, потихоньку протиснувшись во второй ряд, но вскоре Мстислав протолкнул нас в первый ряд. И снова потянулось время. До семи часов тридцати минут не происходило ничего, кроме того, что народ стоял, жаловался, что ноги устали, что в туалет хочется, и в итоге начали толкаться — все «волна» шла с правой стороны. Судя по дальнейшим комментариям, именно там мелких и невоспитанных было больше всего. В семь тридцать, но может с небольшой задержкой, вышли на разогрев «Слэйв». Их уже никто не хотел слушать. Но им было по барабану на наше мнение. Но, кстати, выступили неплохо. Разогрев удался. Хотя из толпы пару раз крикнули «НЕТ!» и «СКОВОРОДКА!». «Слэйв» ушли. И снова в ожидании. Организация отвратная. Еще, как минимум, минут сорок ждали, когда уберут лишние инструменты, как установят новые, пока проверят, пока настроят… Как мы радовались, когда все-таки вышли те, ради кого мы собрались. Началось все с моей любимой песни «Шепот в сумерках». В принципе, все было указано в сет-листе, только в другом порядке. Было очень приятно на них смотреть. Норра и Джордж постоянно были в движении и подходили к нам совсем близко.
Было очень жарко, душно и пить хотелось. Воду выносили в стаканчиках. Один раз и мы с «соседом» смогли перехватить стаканчик. Еще до концерта человек пять вытащили из толпы. Потом, когда «Слэйв» выступил и ждали, еще человек шесть выгрузили. А когда уже «Сковородка» пела, то человек пятнадцать, а то и больше. Я под конец тоже уже думала, что меня вытаскивать придется. Джордж на последнюю песню надел красную футболку с надписью «СССР» и шапку-ушанку. Рассказывал, как им понравилось в Москве, как любят нас и какой вкусный бефстроганов. Они нас снимали со сцены, чтобы потом выложить в соцсети. Хорошо сходили.
Потом все ломанулись толпой за куртками. На обратном пути я успела перехватить себе три фотографии с автографами и плакат большой, обложка дебютного альбома. Как вышла живой, вообще не понимаю. Сделала один вывод — концерт понравился, под колонками стоять круто, близко к сцене — вообще зашибись, НО…в следующем году у них опять будет концерт в Москве (во-первых, надеемся, что все-таки летом), и брать будем уже абсолютно точно буду VIP-места. Видимо, я все-таки старею.
На концерте Норра споткнулась и чуть не упала. Джордж постоянно говорил, что мы очень громкие. И постоянно…постоянно он повторял, что им понравился бефстроганов.
— Ну как, тебе понравилось? — спросил Мстислав, когда возвращались в Академию.
— Очень.
— Та девушка видела как делала? Которая с гитарой?
— Норра? Норра Пупер. Да, она классная и трюки еще те вытворяет.
— Ты так умеешь?!
— Не знаю, не знаю, — я невольно улыбнулась.
— Готова к интервью?
— Немного страшновато.
— Я еще вчера пустил часть ваших песен в интернет, и мы с Рином постарались максимально раскрутить вас, чтобы как можно больше людей о вас услышало. Билеты, впрочем, раскупили и вместо маленькой сцены, Лорэн должна была подготовить для вас большой концертный зал. Там все подчиняется Импульсу, поэтому пользуйся на здоровье.
— Спасибо…
— Не за что, Вита, не за что, — он обернулся, обеспокоенно ловя мой взгляд. — Я хочу, чтобы ты счастлива была. Да и мне очень понравилось то, что вы сочинили. Вы очень быстро и сплоченно сработали.
— Мстислав…неужели меня есть за что любить?
— Вита, — Шархан резко рассмеялся. — Любят не за что-то. А во-вторых, если хочешь, чтобы «за что-то». Ты невероятная, умная, бойкая, смелая, сильная, язвительная, рассудительная, ответственная и любящая. А еще ты вредная и мне это нравится, — он усмехнулся.
— Я любящая?
— Ты. И не удивляйся. Ты добрый человечек, просто иногда ты забываешь об этом.
Плавно припарковавшись перед клубом, Мстислав галантно открыл мне дверцу. Выбравшись из машины, я прямиком направилась внутрь. «Амбивалентность» встретила меня звуками альтернативы. Меня проводили в гримерку. Ритка с Алиной и Мишей уже были там. Они были через чур тихими, робкими.
— Жизнь моя теперь не станет прежней, — напела я. — А че такие кислые? Резко протрезвели?
— Может это была плохая идея? — робко спросила подруга.
— Уже поздно сожалеть, назад пути нет, — хмыкнула, скрываясь за ширмой. — Рит, я тебя не узнаю. Как превышать скорость, так ты тут как тут, а как просто концерт так…мозг проветриваешь, причем мой, — я покосилась на Мстислава.
— Попробуйте. Если не получится, всегда можно будет отказаться, — поддержал меня сосед.
Выйдя в своем новом сценическом образе, плюхнулась в кресло, позволяя Ритке сделать мне макияж. На мне вновь красовались кожаные лосины, черная майка и короткая жилетка. Волосы Алина собрала мне в высокий хвост, а Рита подвела глаза мне черным, при этом нарисовав на правой скуле красивый, но мрачный узор. И к этому всему удобные кеды. Я в восторге, честно. Ритульчик же надела на себя «рваные» черные джинсы и белую рубашку в клеточку. Алина единственная из всех в тунике, да еще и в белой. Миша в белых джинсах и черной футболке.
— Гармонично смотритесь, — заметил Мстислав. — Феникс. Восставшие из пепла. Хотя, глядя на вас, наверное многие подумают, что восставали из Ада.
— Мысль хорошая, запиши, — весело заметила Ритка.
— Давайте, поторапливайтесь, а то сейчас из графика выбьетесь. Кто у вас хоть главный будет в группе? — Шархан строго оглядел нас.
— Да все вместе, — ответила я, слишком поздно замечая, что ребята указывают пальцем на меня.
— Вита, тогда напоминаю персонально для тебя. Ты Смерть и все воспринимают тебя именно так, поэтому не удивляйся некоторым вопросам и аккуратнее шути, чтобы не запугать.
— Я поняла, — кивнула и мы двинулись за моим парнем.
— Когда ты стала такой шелковой? — шепотом спросила Рита, ткнув меня локтем в бок.
А на этот вопрос ответа не было. Лишь улыбнулась, признав поражение — да, меня можно укротить и моему соседу это удалось.
Мы прошли в небольшой зал и по ковровой дорожке пересекли все помещение, устремившись к столу. Журналисты встретили нас гробовой тишиной. Хотя их общий настрой через Катарсис был ясен — Смерть. Шархан прав, они не могут меня воспринимать иначе.
— Добрый день. Вас приветствует группа «Феникс», — уверенно проговорила Ритка в микрофон. — Задавайте любые вопросы, мы постараемся ответить на все.
— Издательство «Экзаль-Инфо», — сразу же поднялась из толпы худенькая журналистка. — Почему именно рок? В каких жанрах будет протекать ваше творчество?
— Хеви-метал, альтернативный рок, панк-рок, пост-гранж, фолк, готик-рок, симфоник-метал, треш-метал, — уверенно ответил за всех Миша, откидывая со лба челку. — Почему рок? Так уж сложилось, что все мы «дышали» и жили роком.
— Газета «Кузькина Мать». Это не редкие направления. Что вдохновляет вас? Чем будете удивлять публику?
— Наши песни не только интеллектуального содержания, но также оригинальное тяжелое музыкальное сопровождение, которое хорошо сочетается с душевным звучанием скрипки и женского сопрано, — улыбнулась Ритка.
— Канал «Рок-н-ролл». Сегодня ваш первый концерт. На что рассчитываете? Какие творчески планы строите? Как называется ваш первый альбом?
— Альбом «Восстань из пепла». А что касается остальных вопросов… Сложно сказать, — я пожала плечами, спокойным взглядом окидывая собравшуюся публику. — Мы собрали все лучшее, что знали. Естественно, хотим покорить своим творчеством, но на самом деле, будем полагаться исключительно на наших поклонников. Вы сами можете установить направление нашего творческого пути. Если вам нравится альтернатива, то мы будем вынуждены подчиниться, дабы угодить вам. Поэтому творческие планы мы начнем строить сразу же после сегодняшнего концерта. В остальном, мы постараемся как можно сильнее шокировать вас. И так же мы ставим себе целью войти в историю рока, с положительной стороны.
— У вас есть фишка или «изюминка»?
— Мне кажется, присутствие Смерти уже можно считать некой «изюминкой», — рассмеялась Алина и все ее дружно поддержали.
— Издательство «Ню-рок». С чем связано название группы? Есть ли символ или герб? — спросил невысокий, но крепкий парень.
— Все мы смогли восстать из пепла. Не без помощи Смерти, но… — Алина застенчиво улыбнулась. — Это ни для кого не секрет, что я еще не так давно была прикована к инвалидному креслу. И вот, я уже тут. Разве это не чудо? Разве я не Феникс?
— Моя жизнь тоже круто поменялась, — Миша скрестил перед собой руки, косо взглянув на меня. — Начнем с того, что Смерть не дала мне свести счеты с жизнью, — в зале хихикнули.
— Меня тоже вытащили, научили жить и радоваться всему, каждому моменту, каждому звуку, даже самому тихому, — Ритка хмыкнула, подмигивая мне.
— Смерть не является концом. Это начало новой жизни. И сегодня мы покажем, что Смерть такой же человек, как и все. Я отличаюсь от вас лишь некими способностями оживления людей. Я могу вылечить или убить. Но мой путь не ведет меня по трупам. Мы будем оставлять после себя лишь положительные эмоции. Наш Хаос заберет ваши страхи, вашу боль, ваши негативные мысли, очищая ваши души и оставляя слабый легкий Слепок, — я улыбнулась уголком рта, перехватив взгляд Мстислава (парень показал большой палец, а рядом стоящий Рин кивнул, как бы говоря, что все правильно, мы двигаемся туда куда надо). Я вздохнула и продолжила. — Мы хотим сломать стереотипы.
— Вы выглядите очень мрачно.
— Черный и белый символизирует гармонию нашего мира. Чистота и невинность, и мрак, который стоит искоренить из наших душ.
— Кто в вашей группе главный? — спросила девушка из «Экзаль-Инфо».
— Все, — ответила я, мельком замечая, что вся команда пальцем указывает на меня. Репортеры снова захихикали, но вопросов больше не задавали.
— Хотим пожелать всем хорошего вечера. Надеемся, что вам понравится, — мы дружно поклонились.
Когда дверь в гримерку закрылась, мои ребята дружно осели на пол.
— Боже, я так волновалась, — призналась Алина.
— Молодцы! Хорошо держались, — Рин похлопал нам. — Даже не ожидал. Мне-то казалось, что ваш проект изначально будет провальным.
— Спасибо за чистосердечное, — я усмехнулась. — Но не расслабляемся. Отыгрываем также, как репетировали. Рит, помнишь в чем в прошлый раз загвоздка была?
— Да, коротнуло.
— Вот, присмотри за этим. Миш?! Напоминаю, с ритма если соскочим, то не надо подстраиваться.
— Я помню-помню. Как ты выразилась? Мне на все похер, я долблю, мне все по барабану.
— Алин, не забывай, что на нашем фоне, ты очень сильно выделяешься. Прикрыть ошибки вряд ли получится, поэтому просто расслабься и получай удовольствие от игры.
— Я перед толпой боюсь выступать.
— А уже поздно бояться, — отмахнулась Ритуля. — Тем более самая тяжелая миссия у Виты.
— В смысле? Почему? — удивился друг Мстислава.
— Потому что именно она играет все самые сложные гитарные соло, а также основной вокал на ней, и работа с «толпой», как выразились некоторые, — выразительно посмотрела на скрипачку.
— Справишься? — мой сосед кивнул.
— Куда я денусь?! — я потянулась. — Удачно мы съездили на «Сковородку». Я теперь полна энергии. И Рит, не преувеличивай, на вас всех не менее сложные задачи висят. Мы равны.
Минуты ожидания тянулись слишком долго. Миша от делать нечего крутил в пальцах барабанные палочки. Алина распевалась. Ритка подремывала со мной на пару в кресле — мы так делали постоянно перед любым выступлением, чтобы успокоить расшалившиеся нервы и сосредоточиться, правильно настроившись. Мстислав стоял у стены, скрестив руки на груди, не нарушая общей гармонии. Рин разговаривал с кем-то по телефону, что-то насчет какой-то доставки. Закончив разговор, он обернулся и с невероятной нежностью в голосе сообщил:
— Поздравьте меня, я купил «Аджи Эр».
— Значит от Академии? — обернулась я на Мстислава, на что он тихо выругался, а я уточнила — Мощность четыреста двадцать километров в час. Мощность двигателя тысяча сто пятнадцать лошадиных сил. Вес автомобиля одна тонна четыреста тридцать пять килограмм. Разгон до ста километров за две целых девять десятых секунды.
— А? — Ритка недоуменно покосилась на меня.
— Ты на ней ездила. Кстати, а на фига тебе вторая?
— Так я свою Рите твоей дарю.
— Ни хрена себе щедрость, — удивленно воззрилась на Мстислава. — Влад в курсе?
— А причем тут Влад? — не понял Рин.
— А ты не знал? Тут «Санта Барбара», и Рита Четвертому очень нравится, просто у него серьезных отношений никогда не было, вот он и стесняется, — спокойно сообщил мой сосед, отчего подруга смутилась. — Не сомневайся, ты ему нравишься, просто у него опыта практического нет. Сапожник без сапог. Он помогал многим, только не себе.
— Мы не закрыли этот разговор, — напомнила я. — Мне вот все интересно, какая реальная сумма мне останется. Я смогу купить себе парочку островов?
— Да хоть материк, — усмехнулся сосед.
— А если весь мир?
— И только-то? — Рин хохотнул. — Шархан для тебя даже Вселенную завоюет.
В дверь постучали и вошла Лорэн. Ее вид как всегда был безупречен — строгая юбка ниже колена и темная блузка. Строго, идеально подчеркивает фигуру. И естественно туфли на высоком каблуке. Почему меня это бесит?
— Вы готовы? — спросила она, обведя взглядом всех собравшихся и чуть дольше задержавшись на моем соседе.
— Да.
— Вита, там полный зал народа. Сорок тысяч человек. Вы готовы? — Лорэн нависла надо мной. — Ты отдаешь себе отчет, что будет, если вы провалитесь?
— Видишь, меня знают многие, поэтому столько народу собралось. Хотя подготовку вы провернули не хилую. Мы выступим отлично.
— Ну смотри, иначе я тоже под удар попадаю. Через пять минут на сцену. Время пошло.
Она удалилась и я взглянула на Мстислава. Сосед смотрел на меня как-то печально.
— Не веришь в успех?
Я устала. Измотана именно эмоционально. Поэтому автомобиль вел Мстислав, а я просто наслаждалась звуками дождя на улице и быстрой, но мягкой ездой. Вот кстати, который раз замечу — у моего соседа не агрессивная манера вождения, в отличии от меня. Хорошо это или плохо? Ему больше присуще спокойствие, обдуманность поступков, а я как всегда импульсивна, эмоциональна. Это ведь влияет? Желающих получить автографы было столько, что мы сидели до шести утра все подписывали и подписывали, фотографировались и фотографировались. Все жутко устали.
Миша спал на заднем сидении в обнимку с Алиной и Риткой. Я вздохнув, вытянула ноги, наслаждаясь тем, что не делю переднее сидение ни с кем.
— У тебя будет сегодня время позаниматься со мной?
— Конечно. Какую тему ты хочешь отработать?
— Кукловод. И частично хочу проработать Резонанс в любой плоскости. Особенно создание Фантомов.
— Ты отдохнуть не хочешь?
— Мстислав…ты скоро уезжаешь и мне это необходимо.
— Как скажешь.
Смерть является началом новой жизни.
— Хватит! С меня довольно! — скомандовал Михаил.
Устало падаю прямо на пол.
— Вит, тебе необходимо отдохнуть. Ты совершенно не бережешь себя. Шархана нет всего вторую неделю, а мы уже почти выпустили второй альбом, провели четыре концерта, сняли два клипа, ты постоянно мотаешься на свои миссии. Мы взорвали все чарты, мы везде первые. Что тебя не устраивает? Нам тоже не хватает немного отдыха. Можно? Пожалуйста, — Ритка присела рядом со мной и я махнула рукой:
— Сегодня и завтра. Хватит?
— Щедро, но нам хватит, — улыбнулась подруга. — И ты тоже отдохни. Тренировки это конечно хорошо, но ты совершенно не расслабляешься. А чужая боль, она имеет свойство накапливаться и делать больно тому, кто пытается помочь.
— Хорошо, я отдохну.
Оставив все как есть, я вернулась в свою комнату. Да, две недели не прошли впустую. Мстислав может гордиться нами. Он не выходил на связь с тех пор, как уехал в свою командировку. Но иногда я улавливала его через Катарсис. Они почти всегда находились в каких-то стрессовых ситуациях, то в зоне ведения боевых действий, выводя заложников, то непосредственно атакуя, сокращая численность врагов.
Вытянувшись на диване, как это любил делать мой сосед, я сосредоточилась и снова увидела. Увидела и прочувствовала тот ужас, который его окружает. И каждый раз я задаюсь вопросом — почему он не бросит эту работу или ему так нравится спасать людей?!
Открыв глаза, я с трудом сообразила, что нахожусь в комнате — все казалось каким-то нереальным. Я постоянно терялась стала после Катарсиса. Наверное потому, что я как бы нахожусь одновременно в двух местах, переживая свою жизнь и жизнь другого человека.
— Вита! — в дверь забарабанили. — Пошли. Надо тренироваться!
Закатив глаза, встала, чувствуя, что мне лень идти. Но надо! Ян, в отличии от Мстислава, меньше щадит на тренировках, поэтому как правило я сильно огребала и возвращалась в комнату вся в синяках, а бывало и царапинах — длинных и глубоких.
Я откинула Резонанс в сторону, не стремясь его блокировать. Врезавшись в дерево, Импульс издал странный звук — будто гром гремит. Щепки полетели в разные стороны. Как просил Ян, я смогла создать четырех фантомов. Теперь эти темные создание окружали меня, скрывая в себе мои страхи, мою боль и подпитываясь ею. Я могла бы создать и больше, но Мстислав запретил, говорит, что так я только напугаю всех еще больше. Последние тренировки с моим соседом были очень сложные и тяжелые — он научил создавать не только фантомов, но и помог освоить технику «Кукловод». Мстислав в этот раз не особо меня жалел, показывая лишь реальную угрозу, которой мне почти наверняка придется противостоять. Я ему доверяю, поэтому теперь выполняла все наставления и упражнения, не обращая внимания на боль во всем теле. Я должна быть лучшей и я могу этого добиться.
Фантомы выпрямились во весь рост, как минимум возвышаясь надо мной метра на полтора — они были готовы атаковать по моей команде. Нет ничего проще, чем представить как эти существа движутся вперед, наносят смертельные удары и блокируют атаки. Мне даже не потребуются махи руками, которые как правило используют для усиления эффекта визуализации.
— Ты рассеяна сегодня, — заметил парень.
— Есть такое, — не буду отрицать очевидного.
— Тогда отдохни. Когда у вас следующее выступление?
— Завтра, вечером.
— Тогда тем более. Отдохни хоть чуть-чуть. Ты же знаешь, что Шархан беспокоится о тебе и наверняка как-то отслеживает твое состояние. Он не будет рад узнать, что ты себя не бережешь.
— Я поняла. Пойду. Отдохну.
Но нет, естественно я не пошла отдыхать. Мы с ребятами обсуждали новый альбом, который решили назвать «Живи или умирай!». На обложку мы сделали очень классную фотографию — на первом плане Алина с Риткой сидят преклонив колено, за ними Михаил, чуть возвышаясь и разведя руки в стороны, словно оберегая. Я стояла на дальнем плане, спиной к происходящему, но не забывая смотреть через плечо. Но в кадре была не столько моя спина, а гитара висящая через плечо, грифом вниз.
Кстати о гитаре. Теперь выбор у меня был и я предпочла в этот раз взять для игры гитару фирмы «Рибсон». Это достаточно известная продукция, ну да о чем я. Моя игра и пение разносились по всему залу, эхом отражаясь от стен. Импульс заставлял вибрировать все вокруг, особенно это чувствовалось по динамику, на котором я стояла, повторяя все заученные движения, используемые на публике. Пальцы стерла в кровь — опять забыла воспользоваться медиатором. Потренировавшись в зале около двух часов, я вернулась в комнату, вспомнив, что необходимо разобрать почту. Так, что тут у нас?
Плюхнувшись на диван, подражая своему соседу, я развернула первый конверт. Приглашение выступить в одном из самых крутых залов Москвы. А тут приглашение на день Рождения. А еще в детский дом — вот сюда точно наведаемся. А еще какие-то поздравления, пожелания, просьбы взять в группу и так далее. Еще идет ряд весьма надоедливых вопросов, типа «А вы правда Смерть?», «А в группе вас не боятся?», «А почему группу не назвали Смертью?»… я устала от этого, но честно отвечала на каждое письмо, прекрасно понимая, что отворачиваться от поклонников ни в коем случае нельзя. Мы не держимся только благодаря им и не иначе.
Так я и уснула, незаметно для себя. А разбудил меня дикий стук в дверь и Риткин громкий мат.
— Что? — раздраженно уточнила я, впуская подругу.
— Ты че? Спишь? — изумилась она.
— Вообще-то да.
— Ты че? Мы на концерт едем.
— Как едем? Я что, до вечера так и проспала?
— А во сколько легла?
— Часа в два ночи, — пожала плечами, быстро приводя себя в порядок.
Вот блин! Надо ж так вырубиться. Мы летели на мотоциклах на всех порах, спеша подготовиться к выступлению.
Ворвавшись в гримерку, мы с Риткой наскоро переоделись и сели в кресло, позволяя Алине и Мише помочь нанести грим.
— Вит, тебе бы полноценно отдохнуть не мешало бы, — заметил барабанщик. — Хреново, честно говоря, выглядишь. Так, словно вчера умерла, а сегодня еще ходишь.
— Извини, — машинально произнесла я, мыслями все еще в сознании Мстислава.
— Ты его видишь? Как у них дела? — спросила Алина. В ее тоне слышалась какая-то подозрительная печаль или даже жалость, и это меня удивило, ведь я ни разу не заикалась при друзьях (да, именно друзьях) о том, что очень скучаю по своему соседу, волнуюсь за него и очень боюсь…я чувствую дыхание смерти, я чувствую близость Марты…у нее нет той власти, которую обрела я над Шарханом, но…
— Вита? — Ритка коснулась моего плеча. — Все в порядке? Может стоит отменить выступление? — она обеспокоена.
— Нет, все нормально, — фальшиво улыбнувшись, я вспомнила, как бесит Мстислава это мое «все нормально» и мысленно усмехнулась.
Жизнь дается только раз
И не стоит плакать на зарю.
А пока не выполнен заказ
Не найти убежища в Раю.
Резкий всплеск адреналина заставил обостриться все чувства и ощутить Мстислава. Он был в беде, ему нужна помощь. Энергетическое истощение…предел. Я чувствую его отчаяние, его странную улыбку… я понимаю, что теряю его, он умирает и… я не могу его потерять! Только не его! Я не хочу! Я не могу! Я должна быть рядом!!! Мстислав, ты обещал! Обещал вернуться!
Собрав в себе Импульс, все излишки энергии в зале, я закрыла глаза и с ударом медиатора по струнам, отправила поток любимому человеку, на его защиту. Зал содрогнулся, колонки задребезжали, а первые ряды рухнули от ударной силы Импульса. Слабость в теле была внезапной. Глаза открыть не удавалось, веки отяжелели и не подчинялись мне. Колени непроизвольно согнулись и я, успев только шепнуть в микрофон заветно имя, упала без чувств прямо посреди сцены так и не доиграв последние две песни нашей новой программы.
[1] убитые
[2] раненые
«От того, что человек умер, его нельзя перестать любить, черт побери, особенно если он был лучше всех живых, понимаешь?» — Джером Д. Сэлинджер «Над пропастью во ржи».
Не знаю почему мне это пришло на ум, но пробуждение было резким. Я хотела сесть, но чья-то сильная хватка не позволила мне этого сделать.
— Тише, тише, Вита, — Влад ставит укол. Странный этот психолог, вроде бы должен заниматься лишь вправлением мозгов, но вместо этого лечит все болезни не особо вдаваясь в подробности. И как у него это получается??!
Я открываю глаза и комната поплыла, смазываясь какими-то цветными пятнами.
— Ты впервые опустошила себя настолько, что достигла Предела. То, что казалось нам всем невозможным. Вита, ты чуть не убила себя. Ты без сознания лежала трое суток.
С трудом сев, я с омерзением выдернула иголку капельницы. Голова кружилась, во всем теле слабость и боль. Даже после похмелья такого не бывало. Ноги казались ватными. Сделав глубокий вдох, я пытаюсь Импульсом прояснить голову, а заодно и все тело, возвращая себе хорошее самочувствие.
— Как выступление? — спросила я, посмотрев на Ритку. Она села рядом со мной, взяв мою руку в свои ладони. Ее опухшие глаза выдавали тот факт, что Рита много плакала. На моей памяти был один единственный раз, когда я видела ее слезы. Это похороны Анюты. И все. С тех пор ни разу.
— «Скорая» увезла тебя с мигалками. Мы продолжили выступление, даже вышли на бис.
— От Мстислава были вести? — я обернулась к Четвертому.
— Вит… — глаза Ритки увлажнились и она, закусив губу, заикаясь произнесла — Сегодня похороны.
Мое сознание словно совершило кульбит, а опора уходила из-под меня.
— Как?
— Его убили. Привезли в цинковом гробу, а тебя сказали даже близко не подпускать. Похоронить его хотят под Хароном, — губы Риты дрожали, а слезу катились по щекам.
— Мне надо там быть.
Я стремительно вскочила и направилась к выходу из палаты Влада. Никто не попробовал меня остановить — вот и славно. К озеру я неслась так быстро, как только могла. Бег отдавался болью в ребрах, но мне было плевать. Я не могу его потерять! Я не смогу без него! Пожалуйста, Господи, пусть это будет неправдой! Пусть это будет ошибкой!
Открой глаза и докажи
Что я не прав?!
Все беспорядки в жизни смешны -
это факт!
Есть силы спорить?!
Действуй!
Меняй со мной Реальность.
Мы построим Новый Мир!
Звучал в моей голове голос, заставляя ускориться. Непролитые слезы жгли горло изнутри, усиливая боль во всем организме. Толпа (человек сорок) стояла под дубом. Никогда раньше я не видела, чтобы столько людей подошло к этому «Мертвому островку» — как называл это место Мстислав.
— Остановите ее! — отдал приказ (!) Грендель и мне преградили путь сразу пятеро старшеков Дневного отделения.
— Что это значит? — мои эмоции вот-вот выйдут из-под контроля, и мне кажется, что одним корпусом Академия так легко не отделается. Скорее всего на этом месте будет лишь один большой котлован.
— Теперь я Кронос. И я вписываю новое правило — ужесточить контроль за последователями Марены. У каждой Мары должен быть Кукловод, а вы обязаны стать Марионеткой, — заявил этот «Кощей» потирая свою блестящую черепушку.
— Вы охренели?! Это мой парень, а меня даже на похороны не допускают, — пытаясь оттолкнуть ребят и подойти к обтянутому черным бархатом гробу, но меня грубо оттолкнули.
— Вита, он прав, я беру тебя под контроль, — Ян, возникший из ниоткуда, схватил меня под руку и на ухо шепнул — Доверься мне. Я не подведу. Дай мне шанс вернуть тебе должок.
Повозмущавшись еще для убедительности, я позволила вывести себя к Академии. Меня впервые вели под конвоем — пятнадцать человек Дневного отделения сопровождали нас вплоть до моего этажа, следя за каждым моим шагом.
Ян прошел в комнату и силой усадил меня на диван.
— Творится что-то странное, — заявил он без вступления. — Тебя приказали не подпускать даже близко к могиле Шархана и контролировать каждый твой шаг. Единственное, что нам удалось раздобыть — мобильный телефон и карточку Шестого. Сид ничего не смог сказать. Говорит, что свою часть операции они выполнили и по идее, Рин с Шарханом должны были убраться оттуда. Из Архива я смог достать досье на тебя и честно говоря, немного ужаснулся. Тебя отметили под гриф «особо опасна» и в списках на уничтожение твое имя стоит под номером один. Я предполагаю, что Грендель все это время был на стороне Видений. Имей ввиду, что сегодня сегодняшний твой концерт Ритка так и не отменила. Лорэн обещала ей если что помочь. Плюс вас пригласили на концерт посвященный смерти Мстислава. Только доказательств никаких нет. Все счета Шархан перешли к тебе. Он хотел обеспечить тебе будущее, чтобы ты ни в чем не нуждалась.
Я немного озадачилась. Слышать от Яна столько раньше не приходилось. Вероятно мой мозг после трех дней работать в нормальном режиме не очень-то и хочет. Катарсис установить не удалось, Импульс вообще не создавался. Да, Влад, говорил, что я довела себя до опустошения. Но почему я не чувствую смерти Мстислава? Может ли это быть ложью? Может ли он быть жив?
— Вит, я помочь хочу, — Ян передал мне ошейник. — Носи его. Так все кругом будут верить в то, что я реально смогу управлять тобой.
— Я поняла, спасибо, — я кивнула, размышляя лишь о том, как проверить смерть любимого человека. Я не могу так просто поверить.
— Кстати да, напомню, что он тебе очень много всего завещал. Если что всегда можно будет начать новую жизнь, где-нибудь вдали от Академии.
— Сегодня концерт?
— Да. Ты что-то задумала?
— А нет, все нормально, — я вновь изобразила фальшивую улыбку, но этого хватило. Пока я не увижу труп моего парня, я не поверю. После концерта вся Академия будет спать, в конце концов, завтра на учебу. А сам концерт это энергия в чистом виде. Подойдя к окну и окинув взглядом окрестности. Впрочем вскоре я смотрела только на одно — как могилу засыпали землей. Ну что ж? Я не сдаюсь.
— Тебе может провериться у Влада? Он отличный врач и мозгоправ. Я настоятельно рекомендую тебе пройти у него курс лечения.
— Хорошо, проводи меня, — кивнула я, застегивая на своей шее шипастый ошейник.
Хотя спустя час я пожалела о том, что я решила навестить нашего психолога с его девушкой и моей подругой по совместительству.
— Меня пугает, что у нее нет никаких эмоций, — шепнула Ритка на ухо Владу. — Когда Анечка погибла это была такая истерика. Я не за что не поверю, что она не переживала бы смерть Шархана.
— Может Предел так повлиял?! — с сомнением произнес Четвертый, внимательно осматривая меня.
— Можно мне какого-нибудь адреналинчика? — спросила я, глядя как Михаил наливает кофе и намекая ему на то, что я тоже хочу. — А то я еле хожу, во всем организме такая слабость жуткая, аж противно.
Миша молча отдал мне свою чашку.
— Сколько у нас времени осталось?
— Два часа. Ты уверена, что не стоит отменить концерт? Может ну его? Вернем деньги, мы и так по мелочи, но очень хорошо заработали, — обеспокоенно проговорила Ритка.
— Нет, мне необходимо это, — посмотрев прямо в глаза подруге, я добавила. — Я опустошена, меня даже на эмоции не хватает. Мне нужно набраться энергии, покинуть Предел.
— Идея хорошая, — одобрил Четвертый, чем сыграл мне на руку и Ритульчик была вынуждена с ним согласиться.
Идея хорошая. Да, хорошая. Пока собственными глазами не увижу…мне объявили войну. Я не могу в этом ошибаться. Марта зачем-то хочет нас всех уничтожить и первой жертвой наметила Шархана — среди нас всех он самый опасный. На этом фоне я ребенок, я не могу вести как он боевые действия, вытаскивать заложников, спасать людей…мне отдали самые жалкие миссии по вывозу всех за территорию обстрела. И все. Я не на что больше не гожусь. Если бы не Шархан… Стоп! Не думать об этом. Я до сих пор не чувствую его смерти. Я больше чем уверена, что я бы узнала о таком раньше всех. Ошейник немного давил на горло, но приходится мириться с неудобством.
— Что это было? Что за Импульс на концерте? — спросил Влад, вырулив в деревню Жизни.
— Не знаю. У меня был установлен Катарсис с Мстиславом…
— Катарсис? Ты с ума сошла? Ты понимаешь, что это слишком огромное расстояние? Ты же могла умереть!
— Тогда лучше мне умереть с ним, — холодно откликнулась я, чувствуя, что постепенно силы возвращаются ко мне. По капле, по песчинке, но они копятся. Мои глаза снова поменяли цвет. Это пугало всех…всех, кроме Шархана.
— А что потом? — не выдержала Ритка.
— Я почувствовала опасность. Я видела его глазами ту Смерть, Марту. Мой Импульс был неожиданностью и для меня самой. А потом все, потеря сознание. А открыла глаза, и вы говорите, что я три дня так провалялась. Даже не выспалась, блин! Сонная и пришибленная какая-то хожу, — вот, кстати, да, меня это почему-то очень злило. Три дня в отключке, хотя бы выспалась так не фига, еще и чувствовала себя так, будто месяц бухала, а за день пытаюсь прийти в себя.
— Мне не нравится твое состояние, — Влад нахмурился. — Такое ощущение, что ты что-то задумала, что выходит за рамки нормальности. Риточка?
— Да, солнце, — подруга нежно улыбнулась.
— Ты же знаешь нашу Витторину лучше нас всех. Могла она что-нибудь замыслить?
— Могла, еще как могла, — сдала меня подруга. — Вита, что у тебя сейчас в голове?
— Я устала, и чувствую себя отвратно, — частично призналась я. — Приедем домой и хочу отдохнуть, отоспаться. Все, пока больше желаний нет. Я на пределе.
Мои слова прозвучали убедительно. А большего и не надо было.
Пожалуй это был мой единственный концерт, на котором я мечтала поскорее улизнуть со сцены, поскорее все закончить и приступить к задуманному. За кулисами Влад то и дело постоянно напоминал о том, что Мстислав погиб в бою, что это потеря, что похороны прошли мирно и мало кто пришел. Все разговоры были вокруг этой важной смерти. На удивление я не чувствовала ничего, кроме опустошённости. Я не могла поверить и я боялась, что это будет правдой. Мне было плевать на то, что уже сегодня утвердили несколько законов в Кронос против последователей Марены. Все это не имеет значения, если Мстислав мертв. Мне незачем просто будет жить.
Свет, последнее мгновение,
Смерть, отличное избавление.
И жизнь лишь краткий миг,
И смерть едва ли все решит.
Мы играли слаженно, отличное звучание из колонок и огромное количество энергии отдаваемое нашими поклонниками, чему я порадовалась, вбирая в себя.
Рок судьбы нас свел с тобой
Оставляя позади мой покой.
И жизнь ведет свою игру,
Заставляя меня быть на бегу.
Километры не остановят
И время не замрет.
Твоя судьба с тобою зла,
Свела со мной она тебя.
Мне было плохо без тепла…
И мы смогли жизнь изменить,
Приоткрыв завесу тайн
Души твоей!
Когда концерт закончился и мы наконец-то поехали в Академию, я почему-то вспомнила один из моих Катарсисов с Мстиславом и его предложение…
Несмотря на то, что меня уверяли, все кому не лень, я не могла смириться со смертью Мстислава, о чем старалась никому не говорить и даже не намекнуть, дабы не выглядеть окончательно чокнутой в глазах окружающих. Меня и так сегодня целый день называют отмороженной. Как таковых доказательств жизни или смерти Мстислава у меня не было — закрытый гроб не в счет, ведь тело любимого я так и не увидела. И вот теперь, когда все нормальные люди спят, в два часа ночи, а я под дубом с лопатой раскапываю могилу. Тоже мне расхитительница гробниц. Земля была мокрой, ладони быстро стерла, но упорно шла к своей цели постепенно углубляясь. Копала я с энтузиазмом, желая убедиться собственными глазами, что меня обманули. Вот чует мое девичье сердце, что тут все не так просто. Единственное насчет чего сглупила — перчатки забыла. Хорошо хоть в кармане куртки нашлись мотоциклетные, хоть что-то. Горсть за горстью, яма быстро увеличивается. Ни хрена себе! Его как хоронили? Я уже накопала на глубину своего роста, а как-то не вижу, чтобы приблизилась к своей цели.
Поэтому когда откуда-то над землей покашляли, привлекая внимание, я не удивилась — мало ли нас таких «умных», которым в кайф раскапывать свежие захоронения?! Выбравшись из полу-разрытой могилы, я предстала (или передо мной) Ритка с Владом, Алина и Миша.
— Кхм, ребят, я могу все объяснить, — глядя в основном на психолога, выпалила я, уже понимаю абсурдность всей сложившейся ситуации.
— Да-да, объясни почему нас бросила и пошла одна развлекаться?! А ты чего стоишь? Марш на раскопки! — прикрикнула Ритка на Влада и тот, тяжело вздохнув, забрал у меня лопату и спрыгнув в вырытую яму, начал усердно углубляться. К нему присоединился Михаил, пришедший на «развлечения» со своей лопатой.
— Вы тоже думаете что он жив? — спросила я, выравнивая дыхание.
— Да нет, просто тебе доверяем, ненормальная ты наша, — рассмеялась подруга.
— Ура, приключения! — Алина подпрыгнула. — Кстати, я слышала, что где-то здесь был клад зарыт. Как думаете, поищем? Ну а что? Вдруг повезет? — оправдывалась скрипачка.
— Нам главное, чтобы Грендель не запалил. По Кроносу нам запрещено ночью здесь находиться, — напомнила я, поглядывая по сторонам.
— Не запалят. Сид и Ян на «шухере» стоят, — пропыхтел Миша из ямы.
— Да…как говорил Мстислав, смотрю ненормальных становится на метр все больше и больше.
— Вит, кстати, как тебе моя новая сумка? — Ритка обернулась ко мне, демонстрируя маленькую сумочку на поясе с надписью «RamOnEtes». — Прошлой осенью купила.
— Очень новая, — заметила с улыбкой Алина.
— Да она лежала долго, вот только-только носить начала, — виновато улыбнулась подруга.
Стук лопаты по крышке гроба заставил нас всех заткнуться. Еще раз оглядевшись, я знаком попросила ребят вылезти из ямы. Чувствуя жжение в глазах, я мысленно заставила гроб подняться на поверхность. Если б я не достигла Предела, то мне и копать не пришлось бы, а так… откинув крышку гроба, я затаила дыхание.
— Ты знала? — Влад тронул меня за плечо.
— Догадывалась. Я же все-таки Смерть.
— И?.. Что там? Как он? — Ритка пролезла между нами. — И где он?
Гроб внутри оказался пустым.
У меня задергался глаз. Зашибись! И что это было? Влад говорил, что Слепок можно видеть даже тогда, когда человек мертв. Но Мстислав жив, я точно знаю. Не знаю откуда, но знаю что жив (вот такой вот каламбур!). Все осложнялось тем, что уже в течении двух недель меня сторожили как особо опасного преступника — этаж блокировали со всех сторон, вплоть до того, что я смогла заметить слежку за окнами. Честно говоря, это начинало очень сильно подбешивать. Хотя кого я обманываю??! Это взбесило и этих глупых людишек спасало от моей ярости только одно обстоятельство — я все еще не вернула себе свои силы, находясь в поле своего Предела. Четыре концерта нам чуть не сорвали, а меня продолжали контролировать — любое движение, шаг, сказанное слово… Ян предупреждал, что при любой возможности от меня в первую очередь постараются избавиться и я, пока, повода давать не собираюсь. Сегодняшнее утро начиналось как всегда (то есть не особо оптимистично). Мало того, что толи я вижу Слепок, толи Катарсис, но так или иначе, воспоминания Мстислава — они в моей голове. Его жизнь, все его переживания — я все могу видеть.
Возня где-то на этаже меня удивила. Выйдя в коридор, я дошла до входа и заметила, что охрана (но как мне «втирал» Грендель, эти люди здесь для того, чтобы в любую минуту мне помочь) задержала Романа, который прям-таки рвался меня навестить.
— Эй! Пустите его, я хотела у него по поводу домашки проконсультироваться, — окликнула я.
Дневная Стража обернулась и почти сразу же в их ладонях заиграл Резонанс. Если бы не резкий всплеск адреналина в моей груди, я бы так и не узнала в чем дело — я забыла надеть ошейник. Пока я была в нем все верили, что я под контролем. А раз я сняла (а по мнению остальных, я смогла разорвать связь между Кукловодом и Марионеткой, а значит вернула себе прежние силы). Ромка первый толкнул меня, вбегая на этаж и скрываясь за Барьером, который установил еще когда-то Мстислав.
— ТРЕВОГА!!! МАРА ВЫШЛА ИЗ-ПОД КОНТРОЛЯ! — громогласно пронеслось по всей Академии. — СМЕРТЬ МАРАМ!
Времени на обдумывание ситуации уже не было. Схватив Ромку за руку, дернула его за собой, по дороге схватила рюкзак с вещами (как знала, все подготовила) и силой мысли вызвала лифт. В гараже мы забрали мою машину (а что? «Шудатти» Мстислава можно считать уже моей, он сам разрешил) и покинули пределы Академии. Погоню организовали довольно скоро. Смартфон разрывался от звонков — Ритка, Влад, Олег, Ян, Сид… а мы мчались по шоссе. Кстати, могу поделиться секретом отличных дорог — в нашей стране, нормальной ровной поверхности нет, а вот благодаря мыслям — есть. То есть, мы сами их создавали в процессе движения, потому что на государство в этом вопросе полагаться не приходится.
— Ты чего приходил-то? — спросила я, выворачивая руль и подрезав какую-то иномарку попыталась влиться в поток на МКАДе.
— Я до Журнала добрался и хотел сказать, что… А-А-А, не гони так! — Ромка от испуга вжался в сидение в то время, как нас пытались заблокировать, встав нам поперек пути. — Тебя хотят ликвидировать. Я шел сказать именно это. Тебя считают особо опасной. А-А-А! ГОНИ!!!
— Для меня это не секрет, — флегматично заметила я, поражаясь Ромкиной отважности (мне-то духу так и не хватило, чтобы добраться до этого чертового Журнала, а ему вот хватило. Паренек крут и мы его явно недооценивали!). В колонках звучала музыка, подгоняя меня, настраивая на поездку.
Погоня нас настигла — еще три ЗИЛа попробовали перекрыть нам дорогу, активно подрезая и всячески пытаясь прижать к ограждению. Боже мой, моя машина. Да не дай Бог ее поцарапают — я кому-нибудь голову оторву. И это не угроза, а просто констатация факта. Вывернув руль до упора, я заставила свой автомобиль описать круг, визжа шинами и оставляя следы на асфальте, но в следующую секунду мы уже поворачивали в противоположную сторону выписывая «восьмерку» избегая тем самым столкновения с грузовиком. Ромку мутило от таких маневров, но я пока не могла ему пообещать спокойной езды. Мой телефон продолжал надрываться и я все-таки ответила, так и не вытащив его из кармана куртки (спасибо тебе, Мстислав, за все твои настройки и примочки).
— Седьмая, — буквально огрызнулась я на мобильный.
— Вита, что происходит? Что ты натворила? — спросил Сид явно обеспокоенный происходящим.
— Без ошейника вышла, лоханулась одним словом, — ответила, снова уходя от столкновения и подмечая странную активацию Импульса сбоку от автомобиля. Светлое едва уловимое свечение поднималось от земли тонкой стеной возвышая на пару метров. Это та самая разновидность Барьера о которую мы с легкостью разобьемся. И опять-таки, спасибо Мстиславу, что он мне это все рассказывал и объяснял. И вот черт, если бы не мой Предел… Я могу разнести такой Барьер, но не сейчас.
— И куда ты направляешься, если тебя не убьют?
— Очень смешно, — я хмыкнула и в туже секунду заставила машину остановиться и сдать резко назад, избегая столкновения с прозрачной стеной, но тут же уперевшись в Барьер задом.
— Ты не покинула еще территорию Академии? — послышался не на шутку удивленный голос Яна.
— Я только выбралась на МКАД.
— Сейчас подскочим, поможем. Парни, по машинам! — крикнула Ритка и связь оборвалась. И таки, спасибо тебе подруга за твою резвость.
Барьер разделился на две стены, окружая мой автомобиль, выписывая спирали. Мы крутились волчком стараясь не попасть в ловушку и пока все было успешно — так продолжаться долго не может, в конечном счете, нас зажмут и придется остановиться. Но шины менять однозначно придется, если выживем. А вот в голове роились мысли — если мы выберемся, куда направить свои стопы? Хотя явно не об этом сейчас нужно думать — вряд ли нас выпустят и тем более вряд ли оставят в живых.
Сильнейший Импульс разнес стену Барьера и я, пользуясь случаем, вырвалась из западни. Вскоре сбоку от меня появилась Риткина машина. Подруга кивнула, показав большой палец и мы помчались, гоня наши автомобили бок-о-бок. Сзади я увидела, что нас «преследуют» Ян и Сид, но невдалеке мелькали знакомые ЗИЛы.
— Вит, уматывайте. Мы прикроем…
Остаток фразы потонул в раскате Импульса заглушая Ритку. А в следующую секунду ее автомобиль, описав полный круг, перелетел через мою машину и рухнул на землю, оставляя впечатляющие трещины в асфальте. Иные участники бросали свои средства передвижения и спешили убежать, крича так, словно резали их. Забыв обо всем на свете, я выскочила из «Шудатти» и поспешила на помощь. «Коеннинг», в котором находилась Ритка с Владом, откинуло на добрых двадцать метров.
— Не делай этого! Вернись в машину! Ты легкая мишень! — кричали друзья Мстислава. — Они уже мертвы!
Мне было уже откровенно все равно. Но ровно до того момента, как меня чуть не сбило Резонансом — он был настолько сильным, что мой Барьер треснул практически сразу, а от удара чуть не сломались ребра. Несколько раз в мое сознание пытался кто-то проникнуть, пытаясь сделать меня Марионеткой, но ничего не получалось. Превозмогая боль, встала и побежала, спеша к единственной цели — «Коеннинг». Когда до него оставалось метра два, я заметила движение в салоне — есть выжившие. Дверцу автомобиля я оторвала Импульсом, хотя в этом уже не уверена — ярость придавала силы.
— Вита, сзади! — это первое что крикнуло лицо Влада, появившееся в проеме. Поздно. Меня дернуло в сторону, а затем с силой приложило об асфальт так, что в первое мгновение показалось будто позвоночник сломан. В глазах вспыхнули разноцветные искры и на пару секунд пропал слух. Тяжелая нога опустилась мне на грудную клетку и сквозь звон в ушах, я услышала:
— Ну что же ты? Марам нет места в этом мире, а ты?!? Ты же пошла со своим Шарханом против. Он сам утвердил Кронос на ограничение действий Смерти и сам же нарушил. Но я не могу привести приговор в действие, у меня нет прав на это…пока.
— Грендель? — в глазах была красная пелена и я была не уверена, то ли я вижу!?! Давление на грудную клетку усилилось. Непроизвольно вскрикнув от боли.
— А я говорил Шархану, что таким как ты не место. Из-за тебя из-под контроля вышли Видения. Хотя как вышли?! Были лишь те, кто поддерживал ту Мару. И только ты появилась, Шархан поменял мнение относительно Смерти.
— Мнение Шархана не зависит от моего, — меня испугал мой хриплый голос. Я такая была, когда только попала в Академию. Но сейчас все по-другому.
— Ты одна. Сдайся, — спокойно произнес Грендель.
— Нет.
Я знаю — это ложь. Я давно уже не одна. Меня поддерживают мои друзья. И есть тот, кто изменил мою жизнь — Мстислав. Он жив, я знаю это.
Боковым зрением я вижу, что Рин и Ян пытаются пробиться ко мне, сломать Барьер. Рома и Влад кое-как отбивают атаки Видений — они нас и преследовали на ЗИЛах. Ритка что-то мне кричит. Веки тяжелеют, боль в ребрах мешает дышать. Я вижу Анечку. Она машет мне рукой, хочет, чтобы я подошла ближе, услышала ее…тело немеет, грудь сдавило словно тисками.
От такого окрика Мстислава в моей голове будто что-то щелкнуло — он ЖИВ, теперь это абсолютно точно. Мир окрасился в красный цвет. Импульс пронзил все мое тело, откидывая Гренделя на несколько метров в сторону. Сконцентрировавшись, я отправила Резонанс разрушая Барьер. Яна с Рином сбило с ног ударной волной.
— Марта! Вперед! — приказал директор Академии.
Девушка. Чудесная, миниатюрная, милая, красивая, няшная…что угодно, но никак не убийца. Ее ярость затопила меня. Ярость…ярость, агрессия, но направленная на… Нет, ни на меня, ни на Рина, ни на Мстислава…
В прыжке она сформировала в руке Резонанс, но Рин ее опередил, разрушая асфальт, создавая пропасть. Дорога осыпалась, скатываясь в образовавшуюся воронку. Ребята дружно отступали назад, хватаясь за спасительные обломки. Да уж, МКАД после нас придется строить с нуля — ничего ведь не оставим, а Кронос запрещает такие бои именно по этой причине.
Ее ярость была потрясающей в своей силе, в своей полноте. И от этого Импульс становился лишь мощнее. Она ненавидит…ненавидит собственную судьбу, судьбу Смерти. Ее боялись с самого детства, отвергали, унижали. И в этом не было ее вины. Просто так получилось. Марта всегда пыталась «влиться» в чью-нибудь компанию, искренне любила, старалась помочь…но вместо этого ее всегда избегали, считали странной. Эта ненависть породила лишь то, что она встала на этот путь — путь Марионетки Гренделя, чтобы отомстить своим обидчикам, чтобы они почувствовали тот ужас, который испытывала она сама. Ощущения ненужности лишь подпитывали ее силу.
Громкий треск асфальта вернул меня к реальности. Истошно вопя, Марта пыталась уцепиться за край уползающего вниз бетонного блока, окончательно потонув в своем страхе.
— Марта! Держись! — моргнув, я «сбросила» Катарсис, мои глаза вновь стали фиалковыми. Я использовала остатки своей энергии вот-вот рискуя достигнуть Предела и на это было плевать. Совершив грандиозный прыжок с одного обломка на другой, почти вполовину уменьшила расстояние.
Мои друзья что-то кричали о том, чтобы я этого не делала, что умру. Они не вмешивались — их сил не хватило бы на этот поступок. Ни сил, ни духу…я это чувствовала, они ее боялись. Боялись, что она уничтожит нас всех, боялись как и любую Смерть. Грендель выскочил откуда-то сбоку, нанеся удар мне прямо в лицо. На несколько мгновений вспыхнула жуткая боль и обида…обида которую я чувствовала у Марты. Она все еще ждет, что ее Кукловод ее спасет. Но это напрасно. Удар ногой прошел мимо, а вот последующие Импульсы не проскочили вхолостую, с грохотом врезая в мои точечные Барьеры и оставляя после себя запах озона. Я чувствовала ужас и разъедающую боль Марты. Я хочу ей помочь! Но Грендель слишком силен, но это не так страшно. Страшно, что его опыт превосходит мой и тут у меня нет никаких шансов. Но я не сдамся — этому научил меня Мстислав. По губам текла кровь, скула опухла, кости во всем теле болели. Но не время поддаваться своим ощущениям, ведь сейчас жизни моих друзей поставлены на кону. Они не справятся без меня. Я их в это все втянула.
— Тебе не одолеть меня, — удар последовал незамедлительно. Я ухнула на обломки куда-то вниз, в разрушающуюся землю, радуясь тому, что ничего не сломала. Подниматься становилось все сложнее. Плотно сжав губы, чтобы не закричать от простреливающей боли, я встала. Видя взгляды друзей, я лишний раз убедилась в их страхе…страхе перед Смертью, во всех ее проявлениях.
Удар в грудь Резонансом был отбит, но меня снова опрокинуло наземь. Огромной силы воздушный поток, созданный Гренделем, пытался раздавить, расплющить меня. Барьер слабо защищал от этого.
— Я не понимаю одного, — Грендель посмотрел на меня сверху вниз. — Что тобою движет? Жажда власти? — Резонанс в виде молнии прошил мое тело, оставляя после себя боль. — Любовь? — еще одна молния. — Что же это такое? Желание изменить мир? Или отомстить за Шархана?..
Атаки сыпались друг за другом. Сил не хватало на Барьер. Слегка повернув голову, я видела удивление отпечатавшееся на лице Марты. Девушка казалась безжизненной — все еще находилась под контролем, но эмоции брали свое. Я видела, как Рин с Романом разобрались с нашими преследователями, оставляя нам лишь одного врага. Они сражались отчаянно, решительно.
— Марта, держись! — перевернувшись на живот, я поползла к ней, всего пара метров осталась, и протянула ей руку помощи. — Держись! Я помогу!
Ее ладонь была теплой маленькой и на удивление сильной — хватка оказалась железной. Марта крепко держала мою руку, а я пыталась ее вытянуть из образовавшейся пропасти, говоря ей что-то ласковое, нежное, обнадеживающее. Глаза Смерти окрасились в золотистый цвет. Она слушала меня, стараясь не прерывать зрительного контакта. Я тянула Марту наверх, вытаскивая на твердую землю и девушка помогала мне в этом, стараясь как можно сильнее облегчить мне задачу.
Резонанс ударил в спину, в спасительную голубоватую стену Барьера, откидывая меня в сторону. В этот раз я не могла похвастаться целостью костей (не была уверена, что чего-нибудь не сломала), но зато Марта наконец-то была в относительной безопасности. Я лежала глядя в ночное небо Москвы, смутно осознавая, что совсем не видно звезд. Еще два Импульса ударили в мою защиту, которая после второй атаки пропала. Я вновь достигла Предела.
— Почему? Седьмая, почему? Зачем рисковать жизнью ради той, которая хотела тебя убить? — крикнул Грендель с дороги (надо же, не все разрушили, что-то еще даже осталось кусками, частями!).
— Потому что ей нужна моя помощь, — глядя в золотистые глаза Марты, добавила. — Мстислав протянул мне руку помощи, когда мне было плохо. И я могу протянуть, я могу и хочу помочь. Никто в Академии не хотел тебя обидеть. Они боятся нас лишь из-за наших возможностей, боятся, что не могут контролировать, боятся неизведанного… Шархан мог все исправить, но не успел. Его задавили Кроносом, не поддержали друзья, опасаясь за учеников.
— Такая речь…и так глупо умрешь, — хмыкнул директор Академии.
Я закрыла глаза, желая в последний раз увидеть Мстислава.
Импульс ослепил, глаза заболели. Это конец.
Истошный крик Ритки, Резонансы друзей…уже ничто не могло повлиять на это. Я чувствовала, что Марта тоже достигла Предела и сейчас она боролась лишь за то, чтобы вновь не стать Марионеткой. Надо же, столько усилий…неужели все напрасно?!
Грохот Импульса был такой, что в ушах зазвенело, а земля содрогнулась и вновь стала куда-то проваливаться, словно спешила покинуть это место. Мое тело, само по себе, без моей воли, встало на ноги и легкой не совсем моей походкой (больше это походило на марш моего соседушки) поспешило к Марте. Взяв Смерть за руку, я стала увлекать ее за собой, выводя с поля битвы. Мое тело было под контролем. Но Мстислав еще не оклемался, я ощущала его усталость, он с трудом стоял на ногах, все также находясь на Пределе. И шел вперед!
Как-то насмешливо прозвучал его голос в голове.
Голубая завеса, созданная Мстиславом, растворила в себе Импульс Гренделя, защищая меня с ребятами. И все было бы неплохо, но удар последовал сзади чего никто из нас не ожидал. Я и Грендель сцепившись в рукопашной, клубком покатились обратно в провал. Боюсь, если бы мое тело не было бы под контролем, то могла именно сейчас умереть.
Кулак Гренделя нанес удар, усиленный в несколько раз Импульсом. Но Барьер появился сам по себе, в очередной раз оберегая меня.
— Не надоело с девушками драться?
Мстислав! Наконец-то. Наконец-то ты объявился. Он стоял на небольшом возвышении. Сбоку от него находилась Марта. В какой-то момент я почувствовала укол ревности — эти двое так хорошо смотрелись. Но мягкий взгляд моего соседа заставил меня смутиться, устыдившись собственных мыслей. Подчинившись Шархану, мое тело поспешило к нему навстречу. Странно, но в этот раз Грендель не препятствовал моему движению. Он с ненавистью смотрел на Мстислава, словно собираясь с мыслями и чувствами.
— Ты же умер?! — недоуменно вопросил он.
— Всего лишь слухи. Марта не смогла убить меня, — Шархан нежно улыбнулся мне.
— Почему?
— Потому что другая Смерть готова была отдать ради него жизнь, — впервые за все время прозвучал голос другой Смерти. Она была холодной, будто высеченной изо льда. Но я-то знаю, что все это можно исправить — есть один важный для меня человек, который помог мне. А теперь я помогу Маре. Я стояла бок-о-бок с Мстиславом и чувствовала себя счастливой. Несмотря на боль, усталость…я счастлива. МКАД с нашей стороны был разрушен полностью, в лучших традициях апокалипсиса — казалось, что вся Ядерная катастрофа произошла именно здесь. Ломаный асфальт, воронки как от взрывов, куски арматур, несколько покорёженных машин…хорошо, что нет ни одного трупа из невиновных. Никто лишний не пострадал.
— Ровно с того момента у тебя проблема появилась, потому что Марионетка все чаще и чаще стала выходить из-под контроля.
— Боже…твоя Седьмая смотрю руку умудряется приложить везде и по максимуму, — Грендель нервно рассмеялся.
— За это я ее и ценю, — Шархан приобнял меня за талию. Он был едва живой. Становилось понятным, что все тянут время.
— Ладно…Академию я тебе все равно не отдам. Благо твой же Кронос позволяет так поступить, — махнул рукой директор.
— Я ее сам заберу. Послезавтра ровно в семь мы приедем и вернем себе то, что по праву принадлежит нам. У тебя пока есть время собрать вещи и попытаться спрятаться от меня, чтобы я тебя случайно не убил.
И Грендель молча ушел. Нет, понимаете, просто взял и ушел!!! Предела моему удивлению не было. Мстислав повернулся ко мне, тяжело вздохнул и, порыкивая сквозь зубы, произнес:
— Вита, я сейчас на тебя буду ругаться.
— Пофиг, ругайся! — радостно заверила я его и бросилась к нему на шею.
Тело словно резали на куски. Я каталась по полу, оставляя кровавые следы и не издавая ни одного звука. Боль была ужасной, застилая сознание. Лежа на холодном бетонном полу и тяжело дыша, я то и дело вздрагивала. Вскоре я ощутила новый прилив адской боли. И снова закричала, извиваясь на полу, на котором оставались кровавые ошметки. Жалкое зрелище, наверное. Мстислав был рядом, скажем так, не в лучшем состоянии. Мы оба достигли Предела почти одновременно из-за техники Кукловод.
Пока мы лежали, мой парень успел рассказать историю своей смерти — собственно он и не умирал, как я и чувствовала. Когда Марта почти убила его, мой Импульс оказался очень кстати, оберегая дорогого мне человека, из-за чего у Мары был ступор — никто не ожидал, что другая Смерть способна на такую защиту любимого. Она не выполнила приказ, каким-то образом избежав Катарсиса с Гренделем, она доложила о смерти Мстислава — эту же новость услышали остальные, кто был повязан с Шарханом. А дальше все просто. Грендель избавился от главной помехи и полностью раскрыл себя, чего не хватало моему соседу — он искал главного Кукловода, поскольку Видения, как он смог обнаружить на миссиях, подчинялись не Маре, а совершенно другому человеку. Позволив таким образом себя похоронить, Шархан оказался под защитой Марты, которая пыталась помочь ему восстановить силы, покинув Предел, но тут, как назло, я вляпываюсь в известную ситуацию, в которой пострадал весь МКАД. Как передали по новостям, по непонятной сейсмической активности, вся московская кольцевая автодорога была полностью разрушена. И лишь по счастливой случайности никто не пострадал, но машин сорок мы все-таки покорежили.
Марта смотрела на меня каким-то странным взглядом — словно удивляясь тому, что я выжила, и прикидывала не убить ли меня сейчас.
— Что движет тобой, Витторина? — вкрадчиво спросила она, растягивая слова и рассматривая меня фиалковыми глазами. — Почему ты протянула мне руку помощи?
Я вздрогнула в очередной раз от боли и глубоко вздохнув, заставила себя сесть, опираясь спиной о стену. Мстислав перебрался в кресло и легко подхватив меня, посадил к себе на колени, чтобы было удобнее нам обоим. Ритка мирно спала в обнимку с Владом — им сильно досталось, но как опять-таки достаточно поздно для меня выяснилось, их защитил мой страх. Барьер был мощный и выставлен совершенно случайно из-за чего влюбленная парочка осталась в живых. Я еще раз оглядела помещение. Мстислав привез нас на квартиру, которая находилась на Страстном бульваре, шесть огромных комнат, высокие потолки, дорогой ремонт, качественная мебель…как мой сосед пояснил, он планировал, что мы здесь будем жить. Но сейчас вся наша компания устроилась в одной комнате и места хватило с излишком. Ритка с Владом заняли диван, Ромка отдыхал в разобранном кресле, Рин устроился за столом и методично мониторил новости в интернете, Сид спал как убитый, раскинувшись на двуспальной кровати так, что никто больше не мог там поместиться. Ян с Алиной пили чай за маленьким столиком. Миша и Яна пристроились в уголке оживленно во что-то играя на планшете. Марта достаточно скромно заняла один из двенадцати резных стульев положив на второй ноги.
— Я просто хотела помочь, — позволила себе легкую улыбку.
— Странные вы, — Мара хмыкнула. — Тебе удалось даже меня вывести из-под контроля Кукловода. Поразительно. Шархан, ты поэтому говорил, что есть шанс?!? И что вы собираетесь делать?
— У ребят завтра концерт, — Мстислав намотал мой локон себе на палец и добавил. — Это наш шанс покинуть Предел и набраться энергии. А вот у Гренделя теперь такой возможности не будет. Он постарается взять в заложники учеников Академии, но он сейчас один. Значит долгих боевых действий не будет и нас больше. Ты сама-то что планируешь делать? Не хочешь управлять Академией?
— Я? Академией? Лемуром? — Марта аж взвизгнула от удивления и чуть сильнее покачнулась на стуле, рискуя упасть.
— А почему нет? Ты надежная, — Шархан пожал плечами.
— Ты не хочешь брать под свое управление Академию? — удивилась она.
— Я думаю, что нам с Витой надо бы уже отдохнуть, съездить куда-нибудь…
— Ну я бы с удовольствием, только…как ко мне отнесутся? Как к Смерти?
— Уж кто-кто, а Витторина у нас скоро сможет решить этот вопрос. Да ведь, девочка моя?
— Конечно, — зевнув, заверила я.
— Так, а теперь всем отдыхать. Хватит мозги выносить. Завтра все решим, после концерта. Хорошо?
— Так точно! — хором откликнулись ребята в нашей комнате и дружно завалились спать.
Мы с Мстиславом ушли в другую комнату. Он закрыл дверь и обернулся. В темноте его глаза как-то зловеще блеснули золотистыми искрами, а голос соседа глухо сообщил:
— Ты даже не представляешь, как я испугался за тебя.
— Извини… — я виновато вздохнула. — Я знала, что ты на Пределе был…догадывалась. Ян сделал все возможное, чтобы меня защитить. Я сама совершила глупость, — пожала плечами. — Только не ругайся, пожалуйста, я знаю, что виновата.
Он в два шага приблизился ко мне и резко, словно боялся, что я испарюсь-исчезну, сжал меня в своих объятиях. Как же я соскучилась по тебе, Мстислав. Как мне тебя не хватало. Как же я…
— Я люблю тебя, — тихо шепчу на ухо, прижимаясь к нему и наслаждаясь его силой. Только с Мстиславом я могу быть в полной безопасности. Только он может защитить меня.
— И я тебя люблю! Ты очень рискованно поступила. Смелая, умная…родная.
— Девочка твоя! — с улыбкой добавила я. — Тебе отдохнуть надо. Давай спать.
И мы, по своей традиции, легли в постель, обнимая друг друга и сладко уснули.
— Твою мать, Ян! Сваливай на кухню и не беспокой нас до вечера!
В кои-то веке слышу, что Мстислав повышает голос. Но вставать совершенно не хочется.
— Зая, ляг, обними меня, — буркнула в подушку и мой любимый сразу же исполнил мой каприз.
В дверь кто-то постучался и Ян громко спросил:
— Слушай, а что делать? Там такой выбор кофе и чая. На что опираться? А открывать можно все? А вам что-нибудь притащить поесть? А вы…
— Ян, если я встану, то буду убивать и начну с тебя, — пригрозила я.
За дверью моментально установилась гробовая тишина. Мстислав хихикнул, уткнувшись мне в шею и щекоча своим дыханием.
— Смотрю, ты не в духе? Девочка моя капризничает и не выспалась? — шепнул он.
Буркнув что-то нечленораздельное, я повернулась, обнимая соседа и вновь провалилась в крепкий, но тревожный сон.
Марта растолкала меня достаточно грубо и бескомпромиссно, не давая возможности отбрыкнуться от нее. Мстислав стоит рядом и на лице у него отпечатался ужас. Когда я перевела взгляд на него, он с облегчением вздохнул, черты лица смягчились, и произнес:
— Как ты нас напугала.
— Грендель будет снова пытаться завладеть твоим сознанием, — холодно произнесла Смерть. — Не поддавайся ему.
Тряхнув головой, я окончательно проснулась и словно избавилась от боли. За окном было темно и только фонари освещали улицы. В столице не бывает видно звездного неба и я считаю, что это одно из главных упущений большого города — не иметь возможности наблюдать такую красоту. В комнате сохранялся мрак и напряжение, созданное из-за вторжения Гренделя. Но ужин на маленьком чаном столике был приятной капелькой уюта. Рядом, грустно прислонившись к стене, стоял чехол гитары, будто спрашивая: «Ну что, когда в дело?». А чуть выше висела большая картина. Странно, что я не обратила на нее внимания раньше, ведь она занимала половину стены. Мстислав, проследив направление моего взгляда, усмехнулся и с улыбкой проговорил:
— Очень хотелось тебя видеть…всегда и везде.
В большой тяжелой раме на холсте была изображена я, собственной персоной. Ничего такого — стою, сместив центр тяжести на левую ногу, иронично улыбаюсь, а за спиной грифом вниз на ремне висит моя обожаемая, когда-то разбитая о голову Анатолия, гитара. Я смотрела на себя и удивлялась — Мстислав уже тогда, пять лет назад, видел меня такой, какой я стала сейчас, он знал, что поможет мне, что все исправит. Упорный человек.
— Не хотелось бы мешать, но…время, — Марта хмыкнула и вышла из комнаты.
Я немного непонимающе посмотрела на часы и обалдела. Ох, блин! Надо гнать на концерт. Вот я лох! Вот как так получается — все готовы, а я только проснулась?!?
— Нашла о чем беспокоиться, — Мстислав хмыкнул. — Я тебя специально раньше и не поднимаю, чтобы ты хоть чуть-чуть отдохнула. Тем более, Ритка твоя давно уже взяла на себя ответственность за перевоз всей техники, а Михаил проверяет настройку инструментов. Алина контролирует, чтобы костюмы были в идеальном состоянии…
— Что-то на этом фоне мне начинает казаться, что я ни хрена не делаю, — подивилась я собственному открытию.
— На тебе все выступление в целом. За спецэффекты только ты отвечаешь, за звучание на сцене тоже ты, за любые нестандартные ситуации — тоже ты. Видео-клипы, написание текстов песен, музыки… А также распределение гонорара что, куда и как.
— Не я, — улыбнувшись, я прильнула к его груди. — Ты же знаешь, что без тебя ничего бы этого не получилось. Это твоя заслуга.
— Девочка моя, — Мстислав погладил меня по голове, коснулся пальцами скулы и негромко произнес. — Мне без тебя ничего не надо. Все, что я делаю, делаю для тебя.
— Для нас, — машинально поправила я.
— Для нас, — согласился он.
— Как думаешь…что будет завтра?
— Марта предложила выдвинуться втроем. Так меньше жертв будет.
— Сразу после концерта?!
— Да.
— Я не знаю…я соглашусь с твоим решением, — я вдохнула аромат его кожи, чувствуя себя умиротворенной. Тихая радость словно затопила меня.
— Тогда по ходу дела решим. А сейчас ужинать и выдвигаемся.
Ели в тишине. Мстислав умиленным взглядом наблюдал за мной, отчего я уже начинала нервничать и волноваться за то, как я выгляжу — слишком уж пристально на меня смотрели. Золотистые глаза передавали его волнение мне. В моей голове мелькали какие-то воспоминания — вот он следит за мной на репетиции, вот я гоняю с его «Шудатти» наперегонки, мой приезд в Академию, обучение…
— Слушай…хотела спросить, — я отставила пустую тарелку в сторону. — Что будет, если создать много Фантомов?
— Для тебя или вообще?
— М-м-м, — я задумалась, потому что были интересны оба варианта.
— Обычный человек максимум создает десять Импульсов. Самый удивительный случай был зарегистрирован у нас в Академии. Грендель смог создать пятнадцать, когда пытались остановить Марту. У Смертей говорят мощи больше, но сколько они могут до сих пор неизвестно. Я девятерых максимум тяну, но из-за того, что заставляю их двигаться по определенной схеме, начинает казаться, что их намного больше, — он пожал плечами и добавил. — Я тоже не знаю, чего от него теперь ожидать. Если бы мы все не достигли Предела, то исход был бы другой.
— Мстислав, — я пересела к нему на колени, обнимая за шею. — Все будет хорошо! Я не дам тебя в обиду.
— Ты? Меня? — Шархан улыбнулся.
— Да.
— Моя девочка! — и он резко встав, подкинул меня в воздух. Радостно вереща, я смотрела в его глаза и уже ни о чем не думала. Все прекрасно! Впереди битва, но я не волнуюсь. Я знаю — мы выиграем!
Концерт впервые на моей памяти прошел мимо меня. То есть да, мы все насытились энергией, поклонникам понравилось, были грандиозные спецэффекты…все выступление затянулось часа на три-четыре. Не знаю, как бедные зрители это выдержали. После концерта еще пару часов пришлось автографы давать и фотографироваться со всеми. Честно говоря, жутко устала. Алина тихо хныкала в кресле в гримерке, Мишка лежал на диване тихо матерясь на то, что он рук не чувствует. Ритка…Ритка пожалуй была самая спокойная, поскольку убежала с Владом «погулять под луной» — романтики чертовы.
Я устало плюхнулась на переднее пассажирское сидение «Шудатти». Автомобиль практически сразу тронулся с места. Ночная Москва красива — огни многоэтажек, памятники архитектуры подсвечены разными цветами. В машине тепло, уютно, спокойно…в колонках тихо играет песня про ангелов. Я расслабляюсь, отдыхаю от насыщенного вечера.
— Куда мы сейчас?
— В ресторан не хочешь?
— Нет. Давай просто погуляем.
Спустя пару минут мы стояли на набережной недалеко от станции метро «Воробьевы горы» и наслаждались видами. На удивление здесь было пустынно — не было ни шумных компаний, ни влюбленных парочек. Облокотившись на перила, я смотрела на темную воду реки и думала… Думала о том, а будем ли мы еще так гулять, наслаждаться тем, что любимый человек здесь, рядом с тобой.
— Я не хочу умирать, — Шархан улыбнулся. — Как ни странно это прозвучит, но у меня нет уверенности в завтрашней победе. И я очень боюсь потерять тебя.
— Мы справимся, — я тоже позволила себе улыбку. — Все получится. На самом деле, я больше боюсь за ребят. Посмотри на них, Мстислав…они счастливы. Ритка и Влад, Миша, Алина… Они счастливы новой жизни. Я не хочу стать несчастием для всех них.
— Они сами согласились идти с нами до конца.
Я обернулась к Мстиславу. Его темные глаза смотрели на меня с такой любовью, какую раньше я даже представить не могла. Этот человек следил за мной пять лет, три из которых любил и ждал. Еще некоторое время он потратил на то, чтобы помочь мне преодолеть мои внутренние проблемы. Этот человек после своей смерти (пусть и инсценированной) переписал на меня несколько квартир и оставил огромную сумму, беспокоясь о моем дальнейшем существовании. Этот человек помог мне создать мою рок-группу и дал возможность выступать на любых площадках, которые мне нравятся. И это лишь то, о чем я знаю. О скольком еще я даже не догадываюсь. Он всегда был рядом. Всегда и во всем помогал и поддерживал. Я смотрю в его золотые глаза и понимаю, что он никогда и ничего от меня не скрывал. У меня был он — Мстислав. Он дал мне счастье, он изменил мою жизнь. И только он показал, что реальность может быть совсем другой. Все было иначе…только я не обращала на это внимания.
— Светает…нам пора, — молвил он. — И чтобы не случилось знай. Я тебя очень люблю!
— И я тебя люблю!
Мы поднимаемся наверх по лестнице, садимся в припаркованный автомобиль и едем домой. Удивительно всего ничего была в этой квартире, но уже считаю ее своим домом. Или нет, не так. Я считаю домом то место, где бывает со мной Мстислав. Марта что-то приготовила на всех. Расположились в просторной гостиной дружной компанией. Но на удивление, все молчали. Лишь Ритка с Владом о чем-то шептались.
— Я видела Ваше выступление, — ни с того ни с сего произнесла Смерть и все повернулись к ней.
— Неопределенная интонация, — заметил Шархан, искоса взглянув на меня.
— Я хотела сказать, что…потрясена Вашим творчеством. Неужели ты так просто готова делиться положительной энергией с другими?! Это невероятно. Потрясающая безответственность.
— Как знать, — пожала плечами. — Вот ты сегодня приготовила нам всем ужин-завтрак-обед. С твоей точки зрения должен быть вывод, что это пустая трата сил.
— Но тебе ведь ничего не будет за то, что ты отдаешь, помогаешь…
— Ты не права, — мягко заметил Мстислав. — Мысль материальна. Если мы делаем кому-то хорошо, то «хорошо» настигнет нас позже. Вся жизнь — бумеранг. Нельзя быть эгоистом по жизни. Если можешь помочь — помоги. Просто помоги, бескорыстно. Поверь мне, это вернется.
— Это точно, — я усмехнулась.
— Что точно? Тебя боятся так же, как и меня! Ты Смерть! МАРА!!! — она впервые сорвалась на крик. В ушах зазвенело.
— Все в порядке, — улыбнулась. — Тебе нечего больше бояться. Все будет хорошо. Никогда не будет так, как было прежде. Я хочу, чтобы все мы, все люди жили счастливо.
Кажется все впали в ступор. А я мысленно была уже в битве. Я не хочу умирать. И я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал.
Ну что сказать??! Никогда у меня не было такой группы поддержки. Грендель постарался и собрал как можно больше репортеров, журналистов и просто желающих «позырить» на наши разборки. Не могла даже представить, что кого-то может так интересовать то, что происходит в Академии Лемур. Но народу было реально очень много — триста тысяч человек точно было, потому что поле по обе стороны от дороге было полностью забито. Ритка, Влад, Рин и другие были в толпе, умело затесавшись и замаскировавшись под обычных людей, чтобы контролировать ситуацию из вне.
— Как нас любят, однако, — буркнула Марта, оглядывая собравшихся через тонированное стекло «Шудатти». Мы с ней ждали своего часа. Мстислав пока вышел поговорить «по-мужски», обрисовать ситуацию перед журналистами и в принципе указать «ху из ху».
Через Катарсис я могла слышать его. Ничего нового не звучало пока что: Грендель угрожал и обвинял, Мстислав аргументировал и приводил пункты Кроноса. Но пока не звучал самый главный пункт — пункт о Смерти, о Маренах. Нас Шархан оставил в машине специально, чтобы Грендель не мог наше присутствие расценить нам в минус. Несколько раз Эдуард Васильевич пытался нащупать наше сознание с Мартой и взять под контроль, но ничего не получалось — мы оставались глухи к его «мольбам» и приказам.
А я впервые смогла рассмотреть Академию совсем с другой стороны. Она была огромной, таинственной и величественной. И только теперь я могла видеть через Катарсис, что это здание было полностью построено Мстиславом и его друзьями, которые так активно поддерживали его. Это казалось невероятным! На фоне Лемура Мстислав казался маленьким обыкновенным человечком, но сильный духом, живыми мыслями, которые готовы были воплощаться в реальность. Он смог заставить меня поверить в то, что я нужна в этой жизни, что я могу помочь, что я Любима. Я стала счастливой с ним. И это полностью его заслуга, не моя, только его.
— Ты забыл, как Мара уничтожила целый корпус? Сколько студентов пострадало? Ты забыл об этом, Шархан? Ты сам знаешь, что они не подвластны! Они опасны для нашего общества! Их нужно истреблять! Докажи, что это не так!
Народ загалдел, словно поддерживая директора. Ничего, не долго ему «править» осталось. Академия все равно Мстиславу принадлежит. Но люди продолжали вопить. По сути, им было неважно кого поддерживать — они просто «требуют хлеба и зрелищ». Марта хмыкнула, наблюдая за тем, как серая масса просто выплескивает свой негатив на одного единственного человека, который выступил против всех. Мстислав очень сильный человек. Несмотря на то, что мы с Мартой можем создавать куда более мощные Импульсы, он все равно превосходит нас в разы. Я бы не смогла так поступить. Уверена, что Вторая Смерть тоже.
Шархан выдержал эффектную паузу и спокойно произнес:
— Пустые обвинения. Ты сам прекрасно знаешь, что Смерть спровоцировали.
— Они никого не слушаются!
— Как любой человек, которого обвиняют во всех смертных грехах. Ты бы стал слушать того, кто тебя постоянно оскорбляет и называет монстром, убийцей? Тогда почему ты решил, что другие будут вести себя иначе?!?
— Шархан, ты ее выгораживаешь, но так или иначе, ты не можешь ими управлять.
— Да, не могу, но мне это и не нужно. Девочки!
— Наш выход, — шепнула я Марте и мы дружно вышли из автомобиля.
Да, мы рассчитывали на эффектный выход и наша ставка сыграла. В нашу пользу в этот раз сыграла и внешность — я была одета в обычные синие джинсы и черную рубашку слегка приталенную. На Марте же красовались коротенькие шортики и камуфляжная маечка. Тем не менее вид у нас был более чем милый и безобидный. Но это были самые трудные тридцать метров. Мы шли бок-о-бок, на нас смотрели люди. Они ждали и я не могла уловить чего именно. Каждый из них ждал чего-то особенного, но априори для каждого это все виделось по-разному. Я начала мандражировать, боялась подвести их всех, их ожидания. И только когда я пересеклась взглядом с Мстиславом…плевать на все. Нам нужно справиться с этой ситуацией и я хочу свадьбу, хочу семейной жизни. Он улыбнулся, увидев мои мысли через Катарсис.
— Как видите, они не нуждаются в контроле, — обратился мой сосед, мой любимый к толпе. — Они самостоятельны и относятся к людям так, как мы относимся к ним. Марта, я еще раз признаю перед тобой что был неправ, когда не отреагировал и не помог сразу! Вита…
— Все хорошо, — Марта улыбнулась. — У меня нет к тебе претензий. Мою жизнь сломал не ты, — она посмотрела на Гренделя фиалковыми глазами.
И вот тут началось. Я практически почувствовала страх Эдуард Васильевича. И он полностью поддался своим эмоциям. Его выпад был предсказуем — Импульс должен был ударить Мстислава точно в грудь, но я его опередила, выставив точечный Барьер. Стена была жесткой и прозрачной, а воздух вокруг него словно звенел силой. Удивление Гренделя было осязаемо, и я позволила себе усмехнуться.
— Уйди, женщина! — прошипел он, напоминая сейчас всем своим внешним видом змею.
— Его Жизнь Принадлежит Мне!
С каждым произнесенным словом, я почувствовала в себе СИЛУ, ту самую, которая заставляет двигать горы. Глаза горели и я догадывалась, что они теперь такие же, как у Марты — красивого фиалкового цвета. Я почувствовала, как четыре руки хватают меня со спины, и я чувствовала, что это никто иной как фантомы. Оборачиваясь, я успела заметить, что на Мстислава и Вторую Смерть также напали. Один из фантомов схватил меня за горло и я ударила назад локтем в живот и только когда развернулась, смогла нанести последний сокрушающий удар, превращая противника в прах. Резонанс, саданувший в спину, был неожиданным. Меня откинуло на добрых метров десять. Грохнувшись на землю, я с трудом поднялась на четвереньки, но ударная волна откинула меня на спину и в следующую секунду меня протащило по асфальту куда-то в сторону. Стараясь остаться в сознании и хоть как-то сгруппироваться, я лишь могла догадываться откуда этот урод на меня воздействует. Еще несколько раз кувыркнулась в воздухе, приложилась спиной обо что-то твердое, чудом не сломав позвоночник. В глазах потемнело. Во рту чувствовался солоноватый привкус крови. В какой-то момент мои мучения закончились. Я лежала неподвижно. Рядом кто-то стоял. Я лишь слышала, как он проговорил:
— Марам не место в этом мире!
Скорее почувствовала, чем увидела, как Мстислав сцепился с Грендель-Эдуардом, одновременно сражаясь и с фантомами и с нашим основным противником. Я пришла в себя быстро — некогда раскисать. Около десятка фантомов напали на меня и Марту. Но к такому я была готова. Мой гнев, моя ненависть, весь мой негатив за все, что было пережито мной в жизни — все это стало основой для атаки. Мои фантомы отличались не сильно, но были по какой-то причине более темные, черные, как южная ночь и опасными…они сеяли смерть. Они и были Смертью, ведь любой фантом — это часть того, кто их создал. Марта на отставала от меня, иногда создавая дополнительные Барьеры для защиты ни в чем не повинных людей. Но пока она спасала других, я всячески охраняла ее и Мстислава. Мои Резонансы были сильными и били точно в цель, только по противникам, ни одного холостого Импульса. Хотя прошло немного времени, бой отнимал много сил. Создание фантомов требовало большого расхода энергии. Было заметно, что Грендель порядком выдохся. Наши силы тоже были частично израсходованы. Обе стороны допускали ошибки, Импульсы не были уже такими точными, как вначале боя, а Барьер все чаще использовался Скользящий, дабы затрачивать меньше сил на его создание. Но были полны решимости не сдаваться, ведь нам есть за что бороться. Марта изо всех сил создавала Барьеры для защиты невинных людей, тех, кто попал сюда в качестве зрителей или массовки. С точки зрения Гренделя, это был хорошо продуманный ход, ведь он точно знал, что мы не можем допустить столько жертв. Очередной фантом попробовал напасть на девушку-журналистку, которая не спешила покинуть поле боя и всячески собирала эксклюзивный материал для своей газеты. В последний момент, Мстислав успел отбить Импульс Гренделя, спасая эту глупышку. Но что больше всего поразило — она и не собиралась уходить, по-прежнему щелкая фотоаппаратом и что-то надиктовывая в телефон.
Ритка и Рин умело выводили людей за территорию Академии, в то время, как Влад стирал из их памяти ненужные воспоминания этого дня, как этого требовал Кронос. Все происходило настолько быстро, что невозможно было объять все события целиком. Но каждый внес свою лепту в этот бой. То и дело мелькали встревоженные и испуганные лица людей, но вместе с этим картину дополняли сломанные руки, ноги, разбитые головы и дикие крики боли и страха. Я не увидела, а скорее почувствовала, что количество фантомов все увеличивается и увеличивается, отбиваться становилось все сложнее и сложнее. Дополнительные проблемы возникли тогда, когда Грендель заключил меня в Барьер, напоминающий своей формой огромную спираль, в центре которой находилась я. Чтобы разнести такой, потребовался куда более сильный Резонанс, поскольку уничтожать пришлось бы несколько стен, которые окружали меня. Но фантомы не давали мне времени для создания такого Резонанса. В ограниченном пространстве они становились еще более опасными. Нанося своими лапами длинные выпады и не давая мне воспользоваться своей энергией. Неожиданно мощный взрыв взметнул ввысь осколки Барьера, накрыв всех смертельным дождем. Фантомы рассыпались пеплом закрывая обзор поля боя, а меня взрывной волной откинуло в какой-то котлован, где я «благополучно» и потеряла сознание.
Марта подскочила ко мне и с вопросом: «Живая?», начала активно хлопать по щекам. Тело болело не по-детски, но я заставила себя рывком сесть, отчего голова закружилась. Девушка была немного потрепана, из разбитой губы неровной струйкой стекала кровь. Толпа, пришедшая поглазеть, металась из стороны в сторону, пытаясь найти укрытие, напоминала Броуновское движение. Все смешалось. Где-то то и дело вспыхивали Резонансы, блокировалось все Барьерами, многие падали замертво, уничтоженные фантомами. То там, то здесь слышались крики ужаса и боли, стоны и плачь…
Ритка мелькнула где-то справа, лихо перепрыгивая уворачиваясь от летящих в нее Импульсов с девочкой на руках. Малышка была совсем маленькая, плакала и звала маму. Да, в такой суматохе будет трудно кого-либо отыскать. Следуя по пятам бежал Рин выводя за собой еще с десяток людей. Его Барьер был совсем слабый и блеклый — это Предел. Но друзья были полны решимости не сдаваться и идти до конца.
Я огляделась, ища взглядом Мстислава. Их бешеный танец с Гренделем продолжался, только теперь еще два фантома присоединились к этой сумасшедшей гонке. В воздухе летали смерчи, молнии, огонь и даже вода. Это было невероятно и казалось что я попала в какой-то фантастический фильм с офигенными спецэффектами. Не теряя времени даром, я побежала на подмогу. Ну не могла оставить моего парня одного. Моих сил вряд ли хватило бы для серьезного сопротивления да и опыт не на моей стороне, но я не могу бездействовать. Сменив место базирования и присев на одно колено, я вновь саданула Резонансом в виде молнии, умоляя мысленно Шархана уйти с линии огня и не надеясь, что мой призыв дойдет до него. Но случилось чудо и сосед действительно вильнул в сторону, давая мне возможность, которой я воспользовалась. Прогремело несколько моих Импульсов, которые были направлены с некоторым размахом, тем самым увеличивая площадь поражения до пятнадцати метров, каждый из Резонансов. Фантома четыре буквально вцепились в Мстислава не позволяя ему двигаться, всевозможными способами ограничивая его движения, пытаясь убить. Я побежала к нему. На краю сознания запечатлелась мысль, что я никогда еще так быстро не передвигалась. Народ мешал, суетился, прятался, уворачивался от летящих там и тут Импульсов. Приходилось каждый раз их огибать, отталкивать, перепрыгивать… Грендель был ближе и он уже замахнулся, усиливая свой удар Импульсом. При таком раскладе, Мстислав остался бы с пробитой головой. Несколько фантомов уже преградили мне путь, но я не останавливаясь, разнесла их двумя мощными Резонансами, на ходу кинув еще парочку на помощь Марте, которая погрязла в разборках с фантомами с противоположной стороны. Мстислав наконец-то вырвался из цепких лап противника, превратив тех в пепел, и теперь выставил Барьер, против атаки Гренделя. Мне казалось, что время замедлилось. Я думала только об одном — не дать моему любимому умереть, а мысль материальна. Я этого хочу. ХОЧУ ВСЕМ СЕРДЦЕМ!
Марта в прыжке сформировала Импульс, атакуя общего врага, но тут случилось непоправимое — Грендель обернулся и Резонанс, предназначенный для Мстислава, ударил Смерть прямо в грудь. Она умерла быстро, без особых мучений, разлетаясь на кровавые ошмётки вперемешку с белыми хлопьями, которые раньше были костями. Ужасающее зрелище! Эта девушка помогала нам столько, она спасала жизни и ведь мы хотели, чтобы все наладилось. Мстислав дернулся вперед, но второй Резонанс прошил его грудь насквозь. Тело соседа вздрогнуло в последний раз и превратилось в пепел, который медленно покрывал кровавое одеяло — все, что осталось от Марты.
Все встало. Я видела как умирают люди. Я видела их страдания, их искаженные болью и мучениями лица. Я чувствовала собственную опустошенность и не знала, что мне теперь делать. Все потеряло всякий смысл. Вон Алине фантомы ломают позвоночник. Она кричит, корчится от боли и ничего не может сделать. Ритка лежит на земле — у нее отсутствует половина черепной коробки. Недалеко от нее хрипит с прошитым арматурой горлом Влад. Из его рта идут кровавые пузыри. И даже небо над головой сейчас черное. Все превратилось в хаос, и не тот, который оставался на концертах после меня, а настоящий, сумасшедший, безумный… Я поднимаю голову и смотрю на это темное мрачное небо. Все кончено. Я не хочу такой жизни, не хочу отсутствия надежды на будущее. Я хочу Мстислава. Верните мне его!
— ХВАТИТ! ОСТАНОВИСЬ, ВРЕМЯ! — кричу я куда-то в небеса, зажмурившись, и шепотом добавляю — Я хочу иной реальности.
На некоторое мгновение все стихло. Тихо играла композиция «Боль» группы Артерия. Почему-то пахло бензином и трясло по кочкам. Я открыла глаза и не поверила собственному зрению — я сидела в автобусе у окна, совершенно одна. Студенты галдели о том, кто и как поступал в Лемур и впоследствии каким образом был зачислен. Я смотрела на их жизнерадостные лица и не понимала, как такое могло получиться. Наверное, мне приснился какой-то забавный приключенческий сон. Ольга Юрьевна рассказывала о Кроносе, об уставе Академии, о директоре Грендель-Эдуард Васильевиче…
Автобус въехал во двор и остановился, высаживая пассажиров. И встретил нас никто иной, как Мстислав. Но теперь я смотрела на него совершенно иными глазами — даже если это сон, я хочу верить что это так. Парень быстро сверился со списком и поднял на меня свои золотистые глаза, словно пытался понять, о чем я думаю. Я же чувствовала, как жжет роговица и могла точно сказать — мои глаза поменяли цвет на фиалковый. Что же такое происходит?!? Ведь всего пару минут назад мы воевали и…умирали.
Мстислав ведет нас по коридорам Академии. Уверенный, сильный, умный, красивый…теперь я смотрю на него совсем по-другому. Не знаю почему, но мне начинает казаться, что все, что произошло со мной — это было реальным. И я знаю сколько сил приложил Мстислав для того, чтобы я была здесь, училась и восстанавливала свою жизнь. Только с его помощью, у меня есть шанс стать счастливой. И вот я остаюсь последней, он оборачивает — я знаю, что он скажет, поэтому решаюсь его перебить. Всего несколько минут назад там подле Академии, я потеряла его, видела, как любимый человек превращается в пепел. А теперь мы здесь одни — мы на нашем этаже и никто не может помешать. Я вижу его замешательство, ведь Шархан не знает что я видела, что перенесла конкретно недавно. И плевать! На все плевать! Лишь бы мой любимый был всегда рядом. И я бросаюсь к нему шею, обнимаю, целую в губы. И он мне отвечает взаимностью, бросая на пол все эти ненужные бумажки, коробку с телефонами. Его руки обнимают меня в ответ, сжимают в сильных объятиях и начинаю видеть через Катарсис…видеть и чувствовать его.
— Знаешь, любимый…теперь я готова, — оторвавшись от него шепчу я, запускаю руку к нему за пазуху и достаю маленькую коробочку с обручальным кольцом. — И я точно знаю какую реальность для нас хочу.
— Моя девочка, — он усмехается.
И теперь нас ждет реальность. Реальность, которую мы построим сами, своими мыслями. Ведь мысль — она материальна.
— Хочешь кофе?
— Только в компании очаровательной девушки, в твоей компании.
Демон посмотрел на монитор. Он хотел узнать в каких условиях человек способен принять мастера в свой разум. Иными словами, он хотел проверить, насколько внушаем человек…и он нашел идеальную жертву — коллегу по работе. Он нашел ее в социальной сети не под своим именем и добавился с фейковой страницы. У этой девушки были все основания не доверять ему, но…он демон и он может очень легко войти в доверие. Он ломал психику многим, некоторых деформировал до такой степени, что люди боялись собственной тени… Некоторых ввергал в такое счастье, что они были на грани возможного. И единственное, что ему никогда не удавалось сыграть — в любовь и влюбленность… Это нужно чувствовать…ложь видна сразу, неестественность. Но когда он был влюблен…образ сразу отключался, а люди не хотели принимать его таким, каков он был на самом деле… Они влюблялись в образ…влюблялись и боялись. Этот образ не подразумевает любви, лишь восприятие чего-то загадочного, необычного и мрачного… Он демон, он творец своей истории, своей жизни… Но эта жертва…она была особенной. Ева завораживала собой. Оригинально мыслит…что-то знакомое. Любопытна? Это ее погубит. Проблемы? Ладно, можно помочь. Именно так возможно втереться в доверие. Хм…характер можно узнать поближе. Она действует интуитивно, это не похоже на него. Он, как истинный демон, ищет уязвимые места и бьет точно в цель. Но она, Ева, начинает ему нравиться. Все желание в ее образе… Демон был заворожен. Он хотел ее душу.
— В чем смысл жизни? — спросила она его, скорее всего задав вопрос просто так, не ожидая получить хоть сколько-нибудь серьезный ответ.
— В процессе…в любом процессе, которым ты увлечен…, - он задумался, подбирая слова. — Мне всегда важен сам процесс. И чем их больше, тем интереснее. Другие не способны выдержать такой поток чувств и информации. А я могу, потому что хочу попробовать много и сразу.
«И ты не исключение… Я хочу попробовать твою душу… Я растерян от того, что ты идешь на сближение со мной. В чем же дело?», — размышлял он. — «Хотя, если мои интересы оправдают себя, я продолжаю ими наслаждаться… Вот и ты стала таким процессом. Мне очень быстро надоедают люди, и я точно знаю, на сколько их хватает. Некоторых на пять минут, некоторых на пять часов, дней…а тебя, Ева, на всю жизнь…».
— Что, как тебе кажется, удерживает тебя рядом с той девушкой, о которой ты рассказывал, твоей коллеге?
«Черт, она видит меня насквозь. Или нет? Она не может догадываться, что речь идет о ней самой». Тяжело вздохнув, демон напечатал:
— Ее внутренний мир, который я еще не могу понять. Она интересна мне, все больше и больше. С другими наоборот.
— Наоборот? Пояснишь? — он не мог видеть ее сейчас, но почти наверняка знал, что Ева задала этот вопрос со всей своей язвительностью.
— Сначала интересно, а потом видишь пачку тараканов в голове, и интерес пропадает, плюс к тому скука, отсутствие мозга, творческого мышления, эрудиции, любопытства…
— Объективное мышление типичных людей. Абсолютный стандарт переписки… — о да, он знал эту ее фразу и как никогда был с ней согласен.
— Если говорить про личность…та девушка мне нравится, и я хотел быть ближе к ней, — к тебе, ближе именно к тебе Ева. — Мне нравятся люди, похожие на меня, — мне нравишься ты! — Поначалу я хотел найти друга, уникального, но это ложь. Я ребенок, которому попался в руки весь ядерный потенциал планеты… Я хочу встретиться с ней. Я хочу встретиться с ней. Для меня очень важен ее взгляд, ведь так можно понять подходят люди друг другу или нет. Я боюсь разочароваться в ней, потому что много фантазировал, а фантазии всегда идеальны… Тут не играет роль внешность, только образ созданный в голове. И я боюсь, что она разочаруется во мне, и я останусь один. Я сухарь…я не уверен, что люблю ее, я не верю себе. И я хочу убить себя за это…но я ответственен перед ней. Хотя возможно это будет моя роковая ошибка.
— Мне кажется, что ты хочешь полюбить…полюбить навечно, но слишком слаб, чтобы понять чувства.
Демон тихо выругался глядя в монитор. Она чувствует его темную душу, она видит в нем опасность, но по-прежнему не отстраняется, а пытается понять и помочь. Как все это странно, так не поступал не один из рода человеческого.
— Насколько ты близок к ней?
— Очень близок. Мы работаем вместе.
— Каков твой способ добиться ее?
Он задумался. Реально ли это и готов ли он разрушить ее жизнь? Пожалуй, да, готов, ведь он демон и ему нужна всего лишь ее душа. Как было написано у Лермонтова?!?
Я тот, кто мрак и страх приносит;
Я тот, чья тень надежды косит;
Я страж бессонных ночей;
Я шёпот ветра, крик безмолвный,
Я гость теней, я дух безвольный…
Как известно, все, что с нами случается — не случайно. И эта история не является исключением.
Жизнь — это хрупкая ткань мгновений, сотканная из радостей и печалей, где каждый миг непредсказуем и мимолётен. В этом танце времени мы постоянно меняемся, растём и увядаем, как цветы под лучами заходящего солнца. И когда наступает вечер нашего существования, мы неизбежно возвращаемся в объятия вечности, оставляя за собой лишь следы, растворяющиеся в бесконечном потоке времени.
Он шел мрачной тенью, высматривая в толпе очередную жертву. Ненависть затопила его сознание и демон не знал сейчас ничего, кроме как — Найти и Уничтожить! На встречу шел мужчина лет сорока пяти в грязной плохо пахнущей фуфайке и «разбитых» поношенных туфлях. Сразу было понятно, что это бродяга, но всмотревшись в его сознание, демон точно мог определить, что этот человек находится на грани отчаяния. «То, что надо!» — мелькнула мысль и в следующую секунду, демон заговорил в голове человека: «Ты никто. Ты ничто. У тебя ничего нет. И нет Бога. А разве есть?! Разве Отец мог тебя бросить в таком состоянии? Нет. Отец всех любит. А раз ты такой, то никого нет. Тогда зачем жить?! Проще умереть и больше не мучать себя! Бога нет!». Мужчина странно взбрыкнул головой и в следующее мгновение, завороженно глядя на Вольдемара, рухнул на проезжую часть прямо перед проезжающим автомобилем. Глухой звук удара был неприятен, и демон поморщился, всматриваясь в толпу и в этот раз жертв было много. Разве нет?! Эти бездушные на глазах, которых только что погиб человек, разве они не отреклись от Бога?! Где та самая Добродетель??! Где ее искать? В ком? Вольдемар с остервенением вносил корректировки в сознание людей, которые даже не думали сопротивляться, подтверждая его пессимистичные настроения. Как он сейчас ненавидел людей, кто бы мог представить?! Демон увидел еще одного — обычный офисный сотрудник, работающий за тридцать тысяч в месяц, снимающий квартиру и погрязший в кредитах, потерявший любовь, и страдающий от этого. А что? Кто-нибудь разве заметит его?! Нет конечно, поэтому смело можно умирать. А там, после смерти все будет лучше, ведь не будет боли, не будет страданий. И подчиняясь этой мысли, человек шагнул на край карниза, намереваясь совершить решающий в его жизни прыжок. Зеваки собрались быстро и организованно, снимая все на телефоны и обсуждая. По сути, всех интересовало одно — прыгнет или нет, получится ли запечатлеть грандиозное видео или ничего не получится?! Вольдемар поморщился.
Вспышка света в голове демона была мгновенной, а татуировка на спине отозвалась адской болью. В окне мелькнуло озадаченное лицо Евангелины. Переговорив о чем-то с мужчиной, девушка полезла на карниз, стараясь не смотреть вниз. Вольдемар вспомнил, что Ева до ужаса боится высоты, но…невероятно, но факт, она полезла помочь вернуть этого грешника. Запоздало мелькнула мысль, что это же тот самый офис, в котором они все работали под руководством Тимура Сергеевича, но все это уже не важно.
Народ останавливался, доставая телефоны, записывая видео и фотографируя, сразу же отправляя это в социальные сети. Некоторые делали ставки, иные подбадривали, прося мужчину спрыгнуть, чтобы заснять нечто «клевое». Зевак становилось все больше и больше. Человеческое равнодушие и цинизм заставляли демона еще больше ненавидеть людей за их глупость, лицемерие и безразличие. Каждый из них мог оказаться на этом самом карнизе, вопреки заблудшей мысли: «Уж со мной-то такого точно не случится!». Случится. С каждым. Он, Вольдемар, пообещал себе уничтожить как можно больше человеческих душ. Хотя по факту, чего их уничтожать?!? Они давно погрязли в грехах, спрятавшись за маской лицемерия и н находя себе каждый раз по любому поводу оправдания, независимо от степени тяжести вины.
— Не подходи! Я прыгну! — истошно закричал офисный клерк, размахивая руками, балансируя на краю карниза, и до Вольдемара донесся бе0змятежный голос Евы.
— Спокойно. Я всего лишь хочу помочь.
— От меня жена ушла! На мне шесть кредитов висит! Я никому не нужен! Лучше умереть!!!
— Это все решаемо, — заверила она. — Давай поговорим в кабинете и найдем альтернативный выход!? Не бойся, я не откажусь от своих слов. Я честна с тобой, иначе меня бы здесь не было.
Она протянула руку помощи. И мужчина, недолго поколебавшись, принял ее. Втолкнув бедолагу обратно в теплое помещение офисного здания, Евангелина уже собиралась взобраться следом, как поскользнулась и, вскрикнув, повисла на карнизе высотного здания. Сотрудники с ужасом наблюдали за ситуацией, а девушка пыталась подтянуться, но ее руки постоянно скользили на ровной мокрой поверхности, рискуя в любую секунду сорваться. Зачем она помогала? И где же добро, которое, как известно, должно возвращаться?! Никто даже не дернулся ей на помощь, лишь взирая на Евангелину уже как на покойника. Тем не менее, она не сдалась и пыталась удержаться, безуспешно подтягиваясь и вновь соскальзывая.
Но Вольдемар уже бежал вперед, ведь он не мог потерять ее Душу. Он мог бы попробовать отыграть сейчас позиции, разрушить ее Веру в себя, но… Нет, он знал, что ничего не выйдет, ибо даже будучи на пороге смерти Ева не поддастся на провокации демона.
Ее пальцы соскользнули. В последнюю секунду девушка несколько раз взмахнула руками, надеясь еще ухватиться за карниз, но тщетно, ведь тело уже тяжело падало вниз, успев пролететь пять этажей. Но ее ждали, ей не дали бы сейчас погибнуть, ведь Душа имеет свою цену и у Бога, и у Дьявола.
Вольдемар выпрыгнул из окна второго этажа, перехватив девушку за талию и смягчая ее удар о землю, благо приземлились на более-менее мягкий, только недавно посаженный, газон. Демон думал, что Евангелина будет в шоковом состоянии, но нет — она смотрела на небо и о чем-то загадочно думала.
— Посмотри! Небо выглядит таким беспечным, но что на самом деле там происходит? Возможно, что где-то лучше, чем у нас, но… Я просто полюбила жизнь и не променяла бы ее ни на что, — почти шепотом призналась девушка, заставляя демона лишний раз задуматься о смысле бытия. Может быть его цель не только сеять разрушения и губить души людей?! Может быть стоит уповать на Божий промысел?! Говорят, Бог любит раскаявшихся…а что если? Вольдемар тряхнул головой, отгоняя мысли. Он становится слишком мягкотелым.
Бросив тело Евы лежать на траве, он поспешно скрылся в толпе, почти сразу же найдя себе новую жертву, на которой хотел сорвать всю свою злость и ненависть.
Вы не задумывались, что безответная любовь уничтожает человека изнутри быстрее, чем любая другая душевная или даже физическая травма?!
Так же известно, что сломать человека достаточно легко, но почти никто не берет на себя ответственность за дальнейшую судьбу «жертвы». А зря. Хотя…ведь многие ни во что не ставят жизнь человека. И эгоизм в наше время правит.
Началось все с того, что Вилена захотела изменить свою жизнь. Да-да, именно она — закомплексованная, одинокая, но весьма ироничная девушка. У нее не было друзей. Нет тех людей, кому могла бы просто позвонить и сказать: «Привет. Поговори со мной» (и думаю, что таких не мало). Но так случилось, что на новой работе она познакомилась с прикольной девчонкой, с которой в дальнейшем просто так за компанию пошла на концерт группы «Кукрыниксы». Забавно, но билет был куплен давно, а с деньгами впоследствии стало совсем плохо, и она почти две недели голодала. А после концерта выпили.
Сказать, что ей было плохо — ничего не сказать. Так адски она себя еще никогда не чувствовала. Именно тогда к ней подошел молодой человек, который пытался как-то разговорами отвлечь ее, помочь, что казалось уже удивительным. Руслан. На удивление (даже на ее пьяное!) она сразу же вспомнила его имя, хотя откровенно говоря, память была не просто девичья, а вообще никакая. Естественно, она не могла впоследствии не обратить на него внимания. Очень хотелось верить, что он подошел к ней не просто так. Так или иначе, она с самого начала сама себя обманула. Руслан спрашивал о хороших воспоминаниях, о желаниях, мечтах… но это как и с именами — все совсем плохо. Этот парень ей понравился. Когда Вилена утром вспоминала о нем, то пульс значительно учащался. В социальных сетях его тоже быстро нашла, но добавиться не рискнула — старомодна она оказалась в данном вопросе и считала, что парень должен делать первый шаг, а не девушка. Но если он не делает, то нужно создать такую ситуацию, чтобы ему пришлось поступить именно так, а не иначе, при этом, чтобы он думал, что это пришло в голову ему. Девушки поймут, тут пипец схема. Но также Вилену беспокоило, что он мог быть плохого мнения о ней (учитывая знакомство) и лишь позже узнала, что в компании, в которой познакомились, бухали все и по страшному. Была надежда, что Руслан попробует «навести мосты» через общих знакомых, но нет. Тогда девушка решила «напроситься» на концерт, чтобы как бы случайно пересечься с ним. Естественно возник вопрос, как и с чего начать разговор, но когда выдалась возможность, она просто поблагодарила его за помощь и извинилась, что так получилось. Еще в первую их встречу Руслан сказал, что ему очень понравились ее духи (купила тогда новые). Во вторую встречу это лишь подтвердилось. Концерт понравился, они были единственной танцующей парой. Было классно. Но мероприятие закончилось достаточно поздно, и девушка уже всерьез боялась опоздать на метро, а такси бы ни за что не взяла из-за дороговизны. Заметив ее нервозность, Руслан успокоил, предложив проводить. Погуляли, хорошо пообщались. В туже ночь списались в социальной сети. Спустя неделю сходили в кино на «Люди Икс». Фильм совершенно не понравился, зато после него они снова прогулялись вдвоем. Но был значительный минус — Вилена была постоянно на эмоциях, состояние эйфории, и соответственно трезво оценить ситуацию не получалось. Руслан этим воспользовался. Он вспоминал о ней лишь тогда, когда ему это было выгодно, после футбола, встреч с друзьями, когда надо было тупо убить время хоть с кем-нибудь. Он почти никогда не писал первым, иногда откровенно игнорируя, а ей не хотелось быть одной, Вилена очень боялась остаться в одиночестве. И она совершенно не понимала, что он думает и чувствует относительно нее. Он почти не задавал о ней вопросы, предпочитая сам все рассказывать. Любое ее увлечение называлось «глупостью» и подвергалось легкой, а иногда и не совсем, критике. Потом Руслан пропал на три недели. Потом объявился, назначил встречу, но так и не встретились — видите ли в его районе шел дождь, а вот у нее было солнечно в этот момент. Потом он «залип» с футболом и явно было не до любовных похождений. А зачем? У него все отлично, есть друзья, приятели…есть с кем отлично провести время. Это у Вилены никого нет и для всех она была обуза. Свой отпуск он потратил на друзей, которых давно не видел — соответственно, на влюбленную девушку снова времени не нашлось. И тут становилось обидно — в ней огромный нерастраченный запас нежности и любви, но вот отдать это некому. Иногда из-за такого хочется просто уснуть в один вечер и больше не просыпаться…никогда. Интересно, попади она в больницу, кто-нибудь бы пришел Вилену навестить?! Не стоит снова обманывать себя — никто.
Таким образом, в какой-то день она нашла в себе силы порвать этот порочный круг. Чтобы не переживать и не расстраиваться лишний раз, Вилена с головой ушла в работу. И по идее, история должна была бы на этом закончиться, но нет. Руслан объявлялся иногда, читал морали. С его слов она «узнала», что ведет себя как ребенок, что должна была ему писать, что во всем виновата и самое ключевое — что она постоянно лжет. Последнее вообще стало для Вилены откровением. Она пробовала закруглить разговор, не хотелось ссориться. Но все повторялось. Нервное напряжение накапливалось, было несколько срывов. И вот после непродолжительного времени этот Руслан все-таки подвел девушку под психушку. Точнее немного не так, ее просто поставили на учет в психоневрологический диспансер. Вилене что-то втирали про неврозы, маниакально-депрессивный психоз в тяжелой форме…и ей уже было плевать. Жизнь, можно сказать, закончилась, все рухнуло в одночасье. Из-за этого учета девушку уволили с престижной работы, хотя нареканий раньше никогда не было. Новую с горем пополам нашла, но там к ней относились как к откровенно больной, причем на всю голову, и ни во что не ставили. Первое время Вилена была в отчаянии. Современная жизнь крайне жестока и поблажек, как правило, не делает. И такие диагнозы становятся для некоторых из нас настоящим приговором.
И вот сегодня Вилена, как всегда, делала то, что не прописано в ее должностной инструкции. И проблема не в том, что она такая слабохарактерная, нет, просто с работы попрут, а новую искать — это снова проблемы. Стопка документации, которую нужно было отсканировать, уже начинала раздражать. А еще нужно вон то сшить, вон то отправить, а вон то рассовать по нужным папкам. Это не сложно, но муторно и это не ее работа.
В дверь постучались и в маленький кабинетик вошла девочка. На вид ей можно было дать лет пять-шесть. Мягкие волосы в завитушках, большие зеленые глаза выразительно уставились на Вилену.
— Ой! — это первое что произнесла девчушка. Наверное, застывшее удивление на лице Вилены тоже было выразительным. Начнем с того, что ко мне, когда приходили, никогда не стучались.
— Ты потерялась? — нашлась девушка, пытаясь дружелюбно улыбнуться.
— Я брата ищу. Я думала он здесь, — девочка слегка склонила голову, отчего ее глаза стали выглядеть еще больше.
— Кто твой брат? Как его зовут?
— Ромашов Тимур Сергеевич, — с гордостью ответила она. — А меня зовут Ксюша. А тебя?
— Вилена, — и сей факт такого моего имени меня тоже не устраивал. Смекаете почему? А пока быстро проверяю всех сотрудников по внутреннему сайту нашей компании и нахожу этого самого Ромашова. Под фотографией значится, что он заместитель начальника какого-то там сложно выговариваемого департамента. Получается, что Ксюша всего лишь этажом ошиблась.
Вызвавшись проводить ее, Вилена мыслями была еще где-то в работе. Поднявшись по лестнице, девушка приложила пропуск к пластиковому квадратику и после характерного писка, они вошли на этаж. Сотрудница, сидевшая за стойкой администратора, подняла глаза на вошедших и профессионально улыбнувшись, спросила:
— Могу Вам помочь?
— Да. Подскажите, тут вот…
— Ксения Сергеевна, — перебив Вилену, девушка всплеснула руками, и добавила — Тимур Сергеевич рвет и мечет. Проходите, проходите. До конца по коридору и налево.
И она быстренько смоталась, оставив Вилену с девчонкой в центре пустого холла. Замечательно! Не возможно даже ничего иного сказать. Но терять особо нечего, поэтому пройдя по коридору, Вилена постучалась в единственную дверь и вошла в кабинет.
— Добрый день! — поздоровалась она, слегка опустив глаза. Эта привычка появилась у нее практически сразу после «приговора» — она всегда чувствовала себя виноватой и не иначе.
— Вижу, сестренка нашлась, — молодой человек в кресле слегка склонил голову вбок и, вздохнув, произнес — Несносный ребенок. Когда-нибудь ты меня так до инфаркта доведешь. Как ты только умудряешься уйти из под носа охраны.
— А вот и я! — радостно возопила Ксюша, бросаясь на руки брату.
— Вижу, — с усмешкой ответил он.
— Тимур! — в кабинет вбежала та самая девушка, которая встретила Вилену на этаже. — Ева звонила, просила передать, что у нее с документами не все в норме, какие-то печати забыли поставить и не все расчеты вложили. Плюс что-то про аудиторскую проверку сказала, которой в идеале стоит заняться Вольдемару.
— Она сегодня приедет?
— Нет.
— Значит, проблема ею была решена настолько, насколько возможно, — Тимур Сергеевич задумчиво взъерошил волосы и обратился к Вилене с вопросом. — А Вы разбираетесь вот в таких документах? — он протянул ей папку.
— Да, а что? — спросила девушка, быстро пролистав содержимое «короны».
— Просто так, — он хмыкнул.
— Меня все равно никуда не переведут, — буркнула Вилена и развернувшись, вышла из кабинета.
Вернувшись к себе на этаж, нос к носу столкнулась со своей начальницей.
— И где ты шляешься? На работе мы работаем. Я и так тебя пожалела, взяла на это место, а ты теперь еще и шляешься без дела…
Не знаю, она много говорила и выговаривала ни за что, стараясь казаться при этом строгой начальницей, а на деле всего лишь показывала свою глупость. И возможно все это прошло бы безнаказанно, если б не пришел приказ откуда-то сверху перевести Вилену в другой отдел с которого и началась ее новая жизнь.
Придя утром на работу, первым делом девушку встретил тот самый Тимур Сергеевич, который обрадовал ее тем, что он берет Вилену к себе в отдел на должность главного специалиста. Ведя по коридору офиса, парень давал краткий инструктаж.
— Ты только ее не бойся, — Тимур продолжал рассказывать о работе и коллегах. — У Евы конечно трудный характер, но в плане работы это идеальный человек. Все покажет, все расскажет. Если что, жалуйся Вольдемару и он быстро с ней разберется. Все таблицы ведутся в стандартных программах, а договоры и копии платежек тебе скинут в текстовом варианте, чтобы на всякий случай были. Ну а вот и твое рабочее место.
Послышался дикий гогот — видимо в кабинете было несколько девушек. Войдя внутрь, Тимур и Вилена застали весьма занятную картину — одна худенькая девушка рассматривала силиконовые вставки блондиночки, а еще одна, одетая во все черное, сидела закинув ноги на стол и в наглую пила пиво. Напротив «темной» сидел какой-то парень крупной комплекции и играл на планшете. Игра видимо была очень оживленной и интересной, потому что на приход начальства не отреагировали должным образом. На коленях парня сидела Ксюша и порой звонко хохоча тыкала пальчиком в сенсорный экран. Сам кабинет был просторным. Светло-серые стены, вдоль которых нашли свое место несколько шкафов со странными табличками «Делишки», «Отчетики», «Папочки», «Важненькое» и самое, наверное, главное «Влезете — Убью!». Видимо у хозяйки этого кабинета было своеобразное чувство юмора. Три стола, два из которых стояли буквой «Г» за которым и сидела девушка в черном. Еще один был у противоположной стены, заваленный какими-то бумагами.
— Коллеги, вы не оборзели часом? — Тимур, стараясь сохранить лицо, упер руки в бока и говорил не повышая голоса. — Евангелина, что происходит?
— Ну к кому ж еще вопросы?! — парень иронично хмыкнул.
— Вольдемар! — заместитель начальника все-таки рявкнул так, что общее веселье мгновенно стихло.
— Мы празднуем, — отмахнулся Вольдемар, не отрываясь от увлекательной игры.
— И что же за праздник?
— А ты не знал? — та, кого назвали Евангелиной, удивленно приподняла бровь. — Мы сплавили с Дарком аудиторскую проверку в Отдел Контроля Качества и Закупок. К нам больше не вернутся, так что грех не выпить.
— Это конечно похвально, но лучше б вы работали, — сквозь зубы процедил Тимур Сергеевич.
— А смысл? Мы с Евой уже все, что могли сделали. Реестры обработаны, госпошлины заказаны, корреспонденция принята и проверена, ответы разосланы и кстати, вопрос с пролонгацией договора тоже решен, — Вольдемар все-таки соизволил оторваться от планшета.
— Мы свою работу тоже выполнили. База проверена, документы агентам отправлены, отчеты высланы. И вообще, сейчас время обеденного перерыва, — отчиталась худенькая девушка по-прежнему рассматривая пуш-ап подруги и размышляя о том, что стоило бы заказать такой же себе.
— Мать Вашу! Живо по местам.
— Я и так на месте, — заметила Ева, выкидывая пустую жестяную банку из-под пива.
— К тебе новый человек пришел и будь добра, чтобы не получилось, как в прошлый раз.
— Конечно не получится, ведь в этот раз она просто человека похоронит.
— Вольдемар, ты чего все язвишь?
— А меня закопают первым, вот и шуткую перед смертью.
— И кто это? — Ева кивнула на Вилену, которая до этого момента стояла тихая, как мышка, и думала только о том, как бы ее случайно не засмеяли и не выпнули отсюда. Взгляд карих глаз Евангелины быстро прошелся по новому сотруднику, оценивая и явно что-то анализируя.
— Я Вилена, рада знакомству, — девушка попыталась улыбнуться, но из-за чрезмерного волнения получилось не очень.
— Оформить? На почту и тот реестр, который мы тогда обсуждали? — взгляд Евы сместился на Тимура.
— Да. Работать!
Вилене казался странным новый коллектив, начиная с ее коллеги, с которой она сидела в одном кабинете. Евангелина была странной. Просто странной! На ее, Вилены, взгляд Ева была слишком необщительной хмурой девушкой и такое впечатление, по всей видимости, создавалось у всех. Но в тоже время, Ева умела собирать нужную информацию и очень хорошо разбиралась в людях, умела находить к ним подход и направлять энергию в нужное русло для более качественной и быстрой работы. Таким образом, задавая весьма простые и вроде бы совершенно несерьезные вопросы, Ева очень быстро смогла узнать о Вилене все, начиная от ее хождений в детский сад и заканчивая душевной травмой. В тоже время Вилена не могла не заметить, что Ева с самого начала стала ее защищать от нападок других.
— Мы работаем в серпентарии и не стоит остальным знать твоих проблемах, — говорила она. И была права! У Евы оказалась отличная память на любые мелочи, но в тоже время, она была необщительной. Когда ей задавали вопросы о ее жизни, Евангелина находила тысячу и один способ увильнуть от прямого ответа, перевести разговор в другое русло или просто ответить вопросом на вопрос. При всех недостатках, Ева отлично объясняла все рабочие моменты и прерывалась в любой момент, когда требовалась ее помощь. Еще одна странность, это внешность. Евангелина одевалась мрачно, но со вкусом. Черные джинсы с цепью сбоку обтягивающие стройные длинные ноги обутые в ботинки с тяжелым невысоким каблуком. Футболка с эмблемой рок-группы «Феникс» (Вилена тоже слышала песни этой группы, которые очень быстро стали популярны) выгодно подчеркивала немаленькую грудь, а джинсовая жилетка лишь завершала образ. Кожа девушки была бледна, а волосы длинные, вьющиеся и собранные в тугой хвост.
Не менее любопытным персонажем стала напарница Евы (со стороны могло показаться, что они ненавидят друг друга, но при более близком и тесном общении, Вилена поняла, что они хорошие подруги) Марина или как ее ласково называли — Марик. Она была совсем худенькой, но по ее словам при этом «жрала как слон», и в тоже время никак не могла набрать вес. У Марины была куча недостатков, начиная от ее умения вести разговор, до прямых действий. Но при этом у нее был аналитический склад ума, отличный математик, который в любом деле сможет найти выгоды, руководствуясь лишь логикой, без лишних эмоций. Что кстати, нельзя было сказать о Еве, которая несмотря на внешнюю холодность, оказалась более чувствительной к происходящему. Но об этом позже. Маринка казалась грубой, но иногда создавалось впечатление, что это защитный механизм. Но прагматизма у нее не отобрать. С Евой они часто приходили к одному выводу, несмотря на то, что могли совершенно по-разному рассуждать, зачастую противореча друг другу.
Третьей в этой компании оказалась забавная девушка, которую называли Лёвой. Настоящее имя ее было Леве (чем руководствовались родители, когда назвали ее так, было непонятно и останется уже тайной). Лёва внешне оправдывала себя — шикарная недлинная грива огненно-рыжих волос, большие выразительные глаза и поистине царственный характер. Она также казалась Вилене странной. Лёва не стремилась к серьезным отношениям, предпочитая флирт, в отличии от остальных «странных» в их коллективе, постоянно умудрялась «динамить» молодых людей, но в тоже время продолжала им нравиться.
Но был еще один персонаж, который не мог остаться незамеченным — Вольдемар. Но его часто называли Дарк — прозвище. Почему он выбрал «Темный» никто не пояснял и лишь Ева как-то обронила: «Посмотри на него и все поймешь». Сказать, что он странный — не сказать ничего. Ведет себя так, словно он выше всех. Часто допекает Евангелину, зная, что бесит ее одним своим присутствием. Выводит из себя на раз, причем делает это стабильно и специально, почему-то нравилось ему допекать Еву. Девушка же старалась сохранять спокойствие, но как только Вольдемар закрывает дверь в их кабинет, Евангелину словно подменяют и она с яростью берется за работу, дабы ни на ком случайно не сорваться.
Вилена сидела за столом и перебирала бумаги. Вот уже час она не могла понять, что от нее требуется в данной ситуации, но спросить у Евы она почему-то стеснялась, боялась отвлечь ту от работы. Ее коллега же, положив ноги на стол и слушая какую-то тяжелую музыку, что-то очень сосредоточенно вбивала в таблицу на компьютере, изредка сверяясь с документами в большой папке-короне и при этом спокойненько попивая кофе, изредка подпевая музыкальному центру. Работала Евангелина весьма охотно и плодотворно — такова уж она была. «Как говорится, если нет личной жизни, значит, есть работа», — усмехалась она и не признавалась, кто же это все-таки говорил. Недалеко от нее Леве рылась в каких-то описях, ища что-то конкретное. Таня проверяла на компьютере какие-то базы, сверяя несколько реестров и выцепляла повторы, которые необходимо было исключить. Как смогла понять Вилена, Таня чистила все базы, закрывая реестры и проставляя необходимые даты и статусы. Леве иногда подкидывала Тане какие-то числа и номера дел для более тщательной проверки, а после сообщая Еве о результатах, чтобы та проверила все по своим базам и отослала информацию нужному сотруднику. Для Вилены всю работу было сложно понять, но она надеялась, что это только временное явление.
Вольдемар ворвался в кабинет как всегда неожиданно, целенаправленно двигаясь к шкафу с делами. Вилена вздрогнула от неожиданности, а Ева мельком взглянув, еще активнее углубилась в работу, хотя углубляться уже вроде было некуда.
— И где всё? — со смесью ярости и удивления спросил Вольдемар, оборачиваясь к мирно попивающей кофе Евангелине.
— Обработано.
— Так быстро? — вот теперь его удивление зашкаливало.
— Да.
Дарк закрыл пустой шкаф, приблизился к столу, и подавшись вперед, навис над Евангелиной. Это было сделано как-то угрожающе из-за чего все девушки, находящиеся в кабинете, быстро обратили на него внимание.
— И чем гордишься, кошатница? — он усмехался. — Тебе хоть себя не жалко? Лучше б по мужикам ходила, чем столько на работе убиваться. Чего ты на меня так смотришь? Ну, скажи, что думаешь!
— Вот знаешь, смотрю на тебя и который раз ловлю себя на мысли, что ты весь полон ненависти и секса…а все из-за того, что у тебя никогда не было любви.
— И это мне говорит человек, которого самого никогда не любили и вряд ли полюбят. Да и за что тебя любить, девочка с трудным характером?! Ни один нормальный мужик тебя не вытерпит, — Вольдемар хихикнул.
— Мне жаль тебя, — Евангелина грустно посмотрела прямо в глаза Дарку, и вскоре вернулась к своей работе, привычно отстукивая ритм по клавиатуре.
Оставив дела и кинув Марине отчеты, Вольдемар удалился, и девчонки начали весело щебетать, рассуждая на темы вечного и лишь Ева сидела молча, невидящим взоров уставившись в монитор. Она не слышала, что происходит вокруг, поскольку слова Дарка оставили очередную рану в ее душе. Именно так Ева теряла веру в себя — медленно, постепенно…рубцов на душе становилось все больше и больше.
— Слушай, забей на него, — Марина толкнула ее в плечо. — Как я тебя учила?
— Да-да, и на моей улице будет праздник, — не веря в это произнесла Ева, лишь мысленно осознавая, что нет-нет да и начинает хотя бы иногда хотя бы чуть-чуть верить в это или все-таки надеяться, что так и будет.
— Нет, не так. Давай еще.
— И на моей улице будет праздник.
— И еще раз.
— И на моей улице будет праздник, — Ева усмехнулась.
— Даже не надейся, кошатница! — зло откликнулся из архива Вольдемар. — Тебе это вообще не грозит с таким-то отвратительным характером.
— Девчонки, я наконец-то поняла, чем пахнет эта свечка! — весело воскликнула Леве и продолжила крутить ароматизированную свечку в руках, изредка смешно морща носик.
— Эээ…и чем? — робко спросила Вилена.
— Вазелином.
Секундная пауза и вскоре вся компания зашлась в веселом искреннем смехе.
Вольдемар находился в соседнем кабинете, рылся в папках с документами. Он был в ярости. Что возомнила эта девчонка? Она самая обычная и она не может его знать, понимать. Он не ожидал, что есть человек, который разглядит в его глазах правду. Она живая и человечная, но постоянно скрывается за маской безразличия. Она реальна.
Он знал, что Евангелина одинока…и нет в ее жизни тепла. Иногда ему начинает казаться, что он влюблен в нее. Ум, мировоззрение — это приманка.
— Дарк? — за всеми мыслями, он не услышал, как к нему в архив зашла Вилена. Она робко прошла к стеллажу и взглянула на него снизу вверх. Ева никогда себе такого бы не позволила. Она была слишком сильной, чтобы позволить себе подчиниться. И гордая. Иногда казалось, даже если она будет умирать, ни за что не примет ничьей помощи.
— Чего тебе? — тон Вольдемара оказался слишком резкий, отчего Вилена вздрогнула.
— Еще раз так скажешь, челюсть сломаю, — Евангелина быстро зашла в кабинет, забрала нужную папку и также быстро удалилась.
— Даже не сомневаюсь, — буркнул он себе под нос и перевел взгляд на Вилену.
— Я хотела спросить…зачем вы так с ней? Что плохого она вам сделала, что вы так относитесь?
— Как? С ненавистью? — Дарк усмехнулся. — Да, я ее ненавижу, а знаешь почему? Потому что уважаю.
— Я не понимаю, — Вилена растерянно посмотрела на молодого человека. — Она отнеслась ко мне с пониманием, она помогает. Неужели ее есть за что ненавидеть?
— За трудный характер. А трудный в том, что она сильная, — он вздохнул и взглянул на часы. — Пошли пообедаем и я тебе тоже кое-что расскажу.
Вилена кивнула и вышла из архива. На пару минут заглянув в свой кабинет, она предупредила, что ушла на обед с Вольдемаром. Таня подмигнула и сказала пожелание, чтобы соблазнение прошло удачным. Леве наоборот настаивала на том, что лучше продинамить. И лишь Евангелина пожелала: «Приятного аппетита!».
Вольдемар ждал ее у кулера и повел куда-то на улицу. Недалеко от офиса расположилась кафешка с яркой вывеской «Кофейку?!». Оформление зала оказалось потрясающе уютным и домашним. Официанты обслуживали быстро, без лишних вопросов.
— И что ты хотел рассказать? — Вилена опустила взгляд, наблюдая пенку на кофе.
— Пожалуй я начну с самого начала, но при одном условии. Евангелина не должна ничего знать об этом разговоре.
— Да, все останется между нами, — она поспешно закивала. — Я просто хочу понять вас. Мне кажется Ева очень доброй, она так тепло ко мне отнеслась. Но у нее странная манера проявлять заботу. Что ты о ней можешь рассказать?
— Я начну повествование… Я залез в ее душу так глубоко, что никому другому и не снилось. Я невольно изменяю ее собой… Фактически мы можем стать одним целым, — если я поглощу ее душу, но этого Вольдемар не произнес вслух. — Моя сила ее медленно уничтожает, она не может чувствовать себя в безопасности, пока я жив… Она угасает с каждым днем от того, что я рядом. Это кажется безумным, но это так. Я оставляю в ее душе неизлечимые раны. Нужно видеть в ней много положительных качеств, так как это есть на самом деле. Всю жизнь ей внушали обратное. Я жесток. Я ей играю. Я подумывал сделать так, чтобы она отказалась от меня…ведь иначе ее не спасти. Я не люблю боль и всегда избавляюсь от боли и людей ее причиняющих. Для меня Ева может сослужить верную службу. Она сильна в коммуникации и в мировосприятии, но в целом глупа и невежественна. И что-то мне в этом все-таки нравится. Пожалуй, потому, что я эгоист. А она лицемерна. Она сыграет на своем лице любую эмоцию, но ты никогда не узнаешь, о чем она думает на самом деле.
— Странные у вас отношения, — Вилена продолжала смотреть в свою чашку.
— И не говори, — Вольдемар усмехнулся. — Она забавная. Она считает себя серой, но я могу своими действиями над ней показать, что она другая.
— Она классная, — Вилена робко улыбнулась.
— Что у тебя за проблемы?
— Ева просила меня об этом никому не сообщать, — девушка испуганно втянула голову в плечи.
— Возможно она права… — Дарк задумался. — Значит она хочет и может тебе помочь. Держись ее и все будет хорошо. А теперь пошли, иначе опоздаем, а мне, вроде как, обещали чуть что челюсть сломать.
— Ну она же шутит так, — Вилена тихо рассмеялась.
— На твоем месте я бы не был так уверен, — прохладно заметил молодой человек.
Вольдемар проводил девушку до работы, а сам снова скрылся в архиве, зыравшись в документах. Его раздражение на Евангелину достигло предела. Он ее буквально ненавидел. Ненавидел за ее упертый характер, за ее самостоятельность, за ее мировоззрение… Она была идеальна для его испытаний — абсолютно не податлива и не идет на поводу у других. Всегда имеет собственное мнение, но умеет выслушивать других. Дарк задумался. Ева могла помочь ему. Она не такая уж и плохая, если подумать. Необходимо было снова все взвесить и принять решение. Иногда девушка казалась ему совершенно непробиваемой. И ни разу за все время она не ответила ему на грубость. Вот уже год они работают вместе и он вечно достает ее, подставляет, ненавидит… Она не дает себя в обиду, но ни разу не ответила ему тем же, хотя дважды угроза мести была реальна. В переписке Евангелина раскрывалась несколько с иной стороны — одинокой, забитой, уставшей. Она действительно устала от одиночества, но при этом уже и не ждала ничего от жизни. Такая молодая и такая потерянная. Ее душа могла принести Вольдемару, как демону, определенные бонусы. Интересно сколько в ней Света??! О сколько душ он загубил, скольких сдернул на путь скверны и порока. И Ева будет следующей, кто пойдет за ним.
Вилена разбирала корреспонденцию, когда Тимур Сергеевич вошел в кабинет легкой чопорной походкой. Взглянув на Еву слегка презрительно, он спросил:
— Ты видела реестр, который я тебе прислал?
Девушка поспешно проверила электронную почту и спокойно уточнила:
— Четыре реестра.
— Да-да, именно четыре, — весело заметил начальник. — Их нужно обработать по-быстрому.
— Сроки?
— К завтрашнему утру.
— Что? — Евангелина аж подпрыгнула. — Ты сам знаешь, что это нереально. Либо придется на работе ночевать. И вообще-то это не моя работа, — слегка склонив голову вправо и изучая присланные файлы, она уточнила. — Это же по стадиям!? Это к Вольдемару.
— Я знать ничего не хочу. Как хочешь, но чтобы к завтрашнему утру это было сделано. Иначе вылетим отсюда всем отделом. Вон, Вилену припрягай.
— Чтобы ее припрягать, нужно сначала обучить, проконтролировать, а потом еще и перепроверить. Это будет потерей времени, — возразила Евангелина.
— Ты меня не услышала что ли? Мне все равно как ты это сделаешь, мне главное, чтоб результат был. А Дарка я сегодня освободил от работы, пусть отдохнет.
— Слушай, я уже несколько лет без отпуска работаю, может мне тоже отпуск нужен?
— Не в этот раз, — и с этими словами, Тимур Сергеевич развернулся на пятках и ушел.
Ева с грохотом опустила свой кулак на стол, и от этого удара все рабочие предметы задребезжали, словно просили о помиловании. Вилена подпрыгнула, круглыми глазами воззрившись на подругу, в которой прям-таки ощущалось, как кипела ярость. «Шутка» Вольдемара по поводу разбитой головы, челюсти и тому подобного уже не казалась такой уж смешной. Угроза о том, что Ева действительно может убить Вольдемара становилась все реальнее. И кстати, второй участник «торжества» очень скоро появился на пороге кабинета, насвистывая какой-то веселый мотивчик. Вместо ледяного взгляда или молчания, полного презрения, которым обычно встречала его девушка, в голову обидчику полетела папка-корона битком заполненная бумагами. Реакция Дарка оказалась впечатляющей, потому что документы он без труда поймал, удивленно воззрившись на Евангелину.
— Напомни, в чем я был неправ? — он прекрасно понимал, что просто так Еву не вывести из себя, а раз она так поступила, то и повод должен быть весьма и весьма серьезным.
— В том, что твою работу свалили на меня, — стиснув зубы, рыкнула девушка.
— Не понял.
— Это я не поняла. Почему из-за твоего отгула я должна сидеть и разбирать эти чертовы реестры?! Мне своей работы хватает выше крыши.
— Стоп, — положив папку-корону на край стола, Вольдемар побеждено вскинул руки, словно признавал свое поражение. — Но я никуда не отпрашивался. Тимур просто сгрузил на тебя реестры?
— Ты не знал?! — девушка успокоилась моментально, от злости не осталось и следа. — Извини, в этот раз я действительно погорячилась.
— Бывает, — парень с сомнением взглянул на нее. — Снова задерживаешься на работе?
— А что делать? — она развела руками и грустным взглядом устремилась в монитор компьютера.
Вольдемар и сам прекрасно понимал, что ей деваться некуда. Если реестры она не сделает, то ее уволят, а работу найти сложно, плюс нужно оплачивать съемную квартиру. Он удивился, что Ева не попросила его о помощи в его же работе, хотя очень хотел, чтобы она обратилась к нему. Но нет, она гордая и сильная, она не прогнется. Он быстрым шагом направился по коридору, прямым ходом в кабинет начальника, но Тимура Сергеевича встретил в столовой у кулера. Не говоря ни слова, Дарк ударил начальника в солнечное сплетение, а потом с силой приложил того спиной об стену, слегка приподняв над полом.
— Ты чего? — опешил Тимур.
— А ты чего? Почему опять Ева?
— Потому что работает хорошо, а отчет нужен кровь из носу. Я не смог бы его оформить, а ей всего-то эту ночку придется посидеть.
— А тебе придется поднять ей зарплату, а то я за себя не отвечаю. И ей ни слова об этом разговоре. Хватит бедную девушку эксплуатировать.
— Да, я понял.
Отпустив Тимура Сергеевича, Вольдемар достал телефон и по памяти набрал номер, чтобы заказать пирожных и кофе. Он знал, что Ева останется на ночь на работе и хотел помочь ей, ну и заодно немного разрядить обстановку, чтоб случайно не убила, а то вдруг.
Евангелина все в той же позе, а именно закинув ноги на стол, продолжала что-то вбивать на клавиатуре, будто хотела разнести технику. Девчонки сидели рядом за столом пили чай и весело щебетали.
— Ну не знаю…это как-то глупо, — с сомнением произнесла Леве.
— Лёва, ты ничего не понимаешь, — настаивала Марина. — Наоборот, это круто. Вот смотри, допустим ты…
— Марик, не начинай, — захныкала девушка, поправляя гриву рыжих волос. — Кстати, Вилен, мы увидели, что на следующей неделе у тебя день рождение. Праздновать планируешь? Там ресторанчик, кафешка, пиво, водка, текила?..
— Это «тонкий» намек, что они праздновать хотят, — не отрываясь от работы, достаточно прохладно заметила Евангелина.
— А вы бы пришли?
— Я за любой кипиш, кроме голодовки, — радостно воскликнула Марик.
— Я тоже, — Леве улыбнулась. — Знаете, было бы так классно. Я знаю тут недалеко бар, в который могли бы сходить недорого, но вкусно. И там много мясных блюд. Ева, что скажешь?
— Как Вилена скажет, так и будет. Но бухнуть я не против.
— Я никогда не устраивала такие гулянки. Если поможете, то я с удовольствием, а то я не умею организовывать ничего этого, — Вилена натянуто улыбнулась, чувствуя себя скованно.
— Ура! Я займусь, все сделаю. Доверь это дело профессионалу. Все Марик, пойдем работать, — и рыжая настойчиво вытолкнула свою подругу из кабинета, на ходу напоминая, что нужно составить какие-то описи и что-то там еще проверить.
— Они хорошие девушки и поняли бы твою ситуацию, — Ева оторвалась от монитора и внимательно посмотрела на коллегу. — Ты такая же как все, абсолютно нормальная. Весь твой изъян в этой дурацкой справке. Но я уверена, что даже эти обстоятельства можно изменить.
— Спасибо, — она благодарно кивнула и спросила. — А ты мне объяснишь с регистрацией вот этих бумаг?! А то мне кажется, что я чего-то недопоняла. Что из этого всего регистрировать, а что заверять?
— Да, — коллега встала из-за стола, подошла к рабочему месту Вилены, взяла карандаш в руки. — Значит так, смотри…
Объяснять пришлось долго и упорно, но Ева терпеливо раз за разом поясняла то один, то другой момент. Вилена старательно вникала и на всякий случай записывала все, что ей говорилось, иногда переспрашивала или уточняла информацию. Все было просто, но этого «просто» было очень много и делать необходимо было все быстро и внимательно. Когда все было разобрано, Ева ушла на свое место, сказав, что ей нужно обработать последний на сегодня реестр. Поверх монитора, Вилена посматривала на свою коллегу, которую уже считала подругой, и удивлялась ее угрожающему внешнему виду и вполне милому характеру. Первое, что смогла усвоить для себя Вилена — не стоит лезть на рожон, особенно не по делу, поскольку у Евы сильный характер, чтобы постоять не только за себя.
В кабинет с грохотом ввалилась полноватая девушка в коротком обтягивающем зеленом платье, что придавало ей сходство с хрюшкой из советского мультика про волка и зайца. Маленькие глазки вперились в Вилену, оценивая ее, большой лягушачий рот растянулся в улыбке. И тут это «чудо» заговорило, истерично хихикая:
— Это че? Та самая убогая!?! Да ты растешь, Ева! Самая та компания для тебя, — и она громко рассмеялась, отчего складки на животе затрепетали.
— Жанна, ты куда-то шла? Вот и иди, — холодно заметила коллега Вилены.
— И че? Вот так прям и отправляешь? Слабовато как-то.
— Песню «Путевую» знаешь у группы «Питербург»? — спокойно уточнила Ева.
— Ну естесно, — странно глотая буквы, отозвалась Жанна, пожимая округлыми плечами. Вилена таращилась то на одну коллегу, то на другую, чувствуя себя виноватой за то, что она убогая…по справке.
— Ну так вот, ехай, ехай уже куда-нибудь, — Евангелина усмехнулась, по видимому специально упуская мат в строчке песни, и, как ни в чем не бывало, продолжила работу, а Жанна все-таки соизволила покинуть кабинет.
Вилена тоже решила постараться успеть все по-быстрому зарегистрировать, ведь до конца рабочего дня оставался всего какой-то час.
— Время шесть. Ты домой собираешься? — спросила Ева, всматриваясь в отчет на своем компьютере и изредка хмурясь.
— Можно?
— Нужно, — она усмехнулась.
Вилена начала поспешно собираться, переобулась, повязала легкий шарфик на шею и уже была готова покинуть кабинет, как заметила, что ее коллега не двинулась с места.
— А ты? — спросила она уже с порога.
— А мне нужно немного задержаться. Давай, до завтра, — Ева посмотрела на Вилену и мило улыбнулась.
Вольдемар стоял внизу, встречал курьера, когда послышались знакомые голоса где-то в районе лестницы.
— Видела, она расстроилась? — спросила Леве.
— Мне показалось, что она вот-вот заплачет?! — подтвердила Вилена.
Дарк задумчивым взглядом проводил подружек. Прекрасно осознавая, что отчасти все проблемы идут из-за него (а может и не отчасти), парень тяжело вздохнул, забрал у курьера пакет и по лестнице поднялся на четвертый этаж. Секретарь приветливо улыбнулась и, накинув на плечи легкий плащ, поспешила покинуть помещение. Свет в офисе был выключен и горел лишь в дальнем крыле. Мысленно сосчитав до десяти и напомнив себе, что не он должен опасаться, а должны бояться его, демона, Вольдемар вошел, надеясь на то, что Ева не будет в него что-нибудь кидать.
Девушка была взъерошенной, вокруг нее на столе в хаотичном порядке лежали папки с документами. Дарк положил пакет на стул, забрал со стола Евангелины ровно половину дел и переложил на рабочее место Вилены, включая ее рабочий компьютер. После этого он вернулся к пакету, вытащил из него два термоса с кофе и две коробочки с шоколадными и вишневыми пирожными, как любит Ева. Девушка посмотрела не него долгим взглядом, полным сомнения, а потом, немного поколебавшись, согласно кивнула и приняла из рук Дарка свою порцию кофе и сладкого. Все проходило в полной тишине, ничто не нарушало гармонию, кроме негромкого жужжания компьютеров. Молодые люди синхронно принялись за работу. Они работали слаженно, как один механизм, обрабатывая реестры, дело за делом, строчку за строчкой… Евангелина была сосредоточена на том, чтобы поскорее покончить с работой, а Дарк… Вольдемар сосредоточился на Евангелине. Как бы невзначай, он открыл страницу социальной сети и оставил ей там сообщение: «Привет. Как дела?» и нажал отправить. Вибрация телефона дала понять, что девушка получила послание. Мельком взглянув на телефон, Ева на мгновение просияла и решила сразу же ответить.
«Нормально, на работе сижу, а у тебя как?»
Вольдемар продолжал проверять реестр, попутно печатая сообщение в ответ, искоса поглядывая на Евангелину:
«Не поздновато ли для работы? А я неплохо, познаю человека».
«И как она?»
«Она не такая, какой я себе представлял раньше. Мне всегда казалось, что она озлобленная, агрессивная, неадекватная, мрачная и негативная, а теперь я смог разглядеть в ней Человечность».
Он не знал почему это написал, но мнение о Еве у него сегодня поменялось кардинально, возможно потому что он впервые решил разглядеть ее душу. Девушка могла сегодня оставить с собой работать всех своих коллег, но нет, она не стала просить ни у кого помощи. Он восхищался ее силой, и чувством справедливости…но не знал о девушке ничего. Ее душа выглядела странной, словно порванный лист, местами обгоревший, потемневший, а порой вспыхивает яркими искрами надежды и Света. В ней, как и в любом человеке, боролись Светлая и Темная стороны, и неизвестно было кто победит. Дарк даже не сразу понял, что задумался настолько, что отвлекся от работы, а карие глаза Евангелины уже несколько минут не моргая следили за ним.
— Это ведь твой аккаунт!? — спокойно произнесла она больше утвердительно, нежели вопросительно, как ни в чем не бывало возвращаясь к работе. — Зачем тебе это надо было?
— Понять тебя хотел, — он пожал плечами, тоже возобновляя свои поиски по делам из реестра.
— И как? Понял?
— Нет.
— Спрашивай, отвечу на любой твой вопрос, — она мимолетно улыбнулась уголком губ и допила кофе.
— У тебя были отношения?
— Да.
— Долго?
— Три года.
— Расстались?
— Да.
— Почему?
Она задумалась, откинувшись на спинку кресла, словно вопрос вызывал у нее головную боль. Тяжело вздохнув, Евангелина вернулась к работе и спокойно произнесла:
— Потому что он меня не любил, я была для него обузой и он считал, что я ничего к нему не испытываю, раз не устраиваю истерик и скандалов. Почему-то он видел во мне лживость и неискренность, при том, что никак не мог это обосновать. Он просто меня бросил.
— Расставание тяжело переживала?
— Да. Первое время было очень больно. Потом надежда, что все еще можно вернуть. Потом боль от осознания того, что мы никому не нужны и меня никто не полюбит. И вот уже два года я одна, два года я вся в работе и на глупости времени нет, также как и на переживания.
— Вот как, — он вздохнул. — Извини.
Посмотрев на девушку, Вольдемар словно вздохнул, пробуя на вкус ее душу. Душа болела от ран, скрытая под толстым слоем льда и безразличия, направленного больше на саму себя. Теперь Евангелина не казалась такой уж озлобленной и депрессивной, потому что все вставало на свои места. Безответная любовь сделала свое дело — Ева окончательно разочаровалась в отношениях и более не ждала ничего от жизни, наплевав окончательно на мечты, а затем и на себя.
— С какой целью ты интересовался? Зачем тебе понимать меня?
— Мне стало любопытно. Ты как-то обронила фразу, что все мы отражение своего прошлого до тех пор, пока нашу жизнь не изменит счастливое настоящее, перетекающее в светлое будущее. Поэтому и хотелось узнать почему ты…такая какая есть.
— За кофе, кстати, спасибо, — Ева смотрела перед собой невидящим взором. — И за помощь по работе. Вдвоем все-таки быстрее управились.
— Ты извини, что из-за меня так получилось. Пойдем?
— Пойдем.
Они быстро оделись и поспешно вышли на улицу. Было далеко за полночь, метро не работало. Дарк предложил вызвать такси, но девушка отказалась, сказав, что доберется на своих двоих — точнее, на байке. Вольдемар пожелал ей спокойной ночи и подошел к краю тротуара, оглядываясь по сторонам, дабы перейти дорогу. Но голова его была занята совершенно иными мыслями — как же все-таки Ева так быстро распознала его по переписке?! Может она не настолько невежественна и глупа, как ему казалось? Ее сильная сторона — логика. Немного поразмыслив, Евангелина приходит к правильному выводу, всего лишь размышляя логически, даже если большинство фактов от нее скрыто.
— Дарк! — ее окрик на мгновение показался музыкой, и только после этого он смог разглядеть летящий на него автомобиль.
«Ну не умру, это точно! Да и в Ад будет повод заглянуть!» — хмыкнул он про себя, закрывая глаза. Сильный толчок в грудь, опрокинул его на землю, визг тормозов и крик девушки, сидящей на пассажирском сидении:
— Никита!!!
Открыв глаза, Вольдемар увидел лежащую на земле без сознания Евангелину там, где должен был находиться он сам. Она спасла его — он не верил собственным глазам. Его, демона, спасли! Это было невероятно. Практически одновременно он подскочил к Еве вместе с водителем, который оказался достаточно бойким парнишей.
— Никита!?
— Галчонок, успокойся, она жива, — быстро произнес он, прислушиваясь к чему-то, из-за чего у Вольдемара мелькнула мысль, что этот самый Никита был похож на вампира (хотя о чем это он, что за глупости?). — Кости не сломаны, отделалась ушибом. Насчет шокового состояния ничего сказать не могу.
— Медик что ли? — спросил Дарк.
— Только учусь, — усмехнулся тот. — Я могу вас подвезти до больницы, вы ведь с ней знакомы?
— Не стоит, я позабочусь о ней, но контактный номер телефона все-таки оставь. Если понадобится, она сама достанет тебя из-под земли.
— Без проблем. Какие деньги или врачи потребуются — звони, обращайся, все оплачу, — Никита протянул визитку.
Дарк легко подхватил Евангелину на руки, чувствуя ее боль от удара о капот и потом от падения на асфальт. «Вампир» был прав, она действительно отделалась очень легко, что казалось само по себе странным. Еще больше только удивлял тот факт, что она, ненавидя его, Вольдемара, вытолкнула его из-под колес автомобиля, спасая от многочисленных переломов, а возможно даже от смерти, ну телесной, естественно. Как демон, он мог умереть здесь, будучи человеком, но только оболочкой и не более. Недолго думая, он решил забрать ее к себе и попросил Никиту отвезти по адресу, который продиктовал.
На место они прибыли меньше, чем за пятнадцать минут. Добирались в полной тишине. Поблагодарив за «доставку», Дарк взглядом открыл дверь и поднявшись на лифте на двенадцатый этаж, прошел в квартиру.
Вольдемар сидел на кухне, попивая только что сваренный кофе, изредка посматривая на часы. В голове были весьма неприятные мысли насчет его сущности. Да, он демон, а какое-то ничто, жалкий человечишка, рискуя собственной жизнью, вчера вытолкал его с проезжей части. В чем подвох? Хотя он прекрасно понимал, что Евангелина действует на инстинктах, но ему не нравилось все это. Раньше с таким он не сталкивался. Он любил людей за их пороки, за их низменные желания и инстинкты. В этом плане боль Вилены была для него в радость. Она пыталась заинтриговать мужчин своей скромностью. Интрига…все женские особи такие, они манипулируют, привлекают к себе внимание, шантажируют, недоговаривают… Это изъян всех женщин, а он, Вольдемар, не такой «человек» которого можно заинтриговать, а вот заставить ненавидеть возможно. Пожалуй, Ева в самой малой степени подвержена этому, иначе давно бы ее уничтожил, как уничтожал многих до нее. Он любил выявлять человеческие пороки, вытаскивая потайные и внушая, что без них жить невозможно. Пожалуй, стоило бы уничтожить и Евангелину. Ее душа неплохая, в Аду будет пополнение, неплохое за счет нее. Я могу… Я могу уничтожить того, кого люблю, как уничтожал многих…многих девушек… Он не испытывает к ним влечения или интереса… Его инстинкты деформированы, над ними преобладает разум…именно поэтому он ненавидит людей… Ненавидит их глупость, самонадеянность, преобладание чувств над разумом. Они ничтожны и поэтому их легко подчинить своей воле. Они ничто. Он любит в них порок, который можно развить.
Вилена до сих пор задается вопросом, что сделать, чтобы обрести уверенность в себе!? Вольдемар усмехнулся. Ему хотелось ее просто сломать, быстро и при этом болезненно. Вилена считает себя непривлекательной, относительно неглупой, но не более того. А еще она зануда и впала в отчаяние, с чем легко смирилась. Она жалкая, не переносит одиночество, от этого ей больно. И Дарк уничтожил бы Вилену, но главная причина того, что она еще здесь, на этом свете, спит сейчас на кровати демона, приходя в себя после вчерашнего «поцелуя» с машиной.
Достав визитку, демон удивленно вскинул бровь. Оказывается, вчера они угодили под автомобиль генерального директора сети кафешек «Кофейку!?». Вот так новость. После случайного знакомства с Шарханом, руководителя «Ночной Стражи» и Академии Лемур, это было второе интересное знакомство.
Тихая возня в комнате и злобное шипение сообщили о том, что Евангелина все-таки соизволила проснуться. Вольдемар вальяжно прошел из кухни в большую спальню. Ремонт был дорогой (даже роскошный) и качественный. А что? Он демон, он может себе это позволить. Темно-бардовые стены, темные шторы, дорогие ткани, резная мебель…
Ева лежала на кровати, боясь пошевелиться, а ее к матрасу с силой прижимало интересное существо. Ее тело напоминало тело кошки, а на спине виднелись перепончатые крылья. Длинный мощный хвост обернулся вокруг девушки, не позволяя ей сбежать. Большая округлая голова создания была похожа на голову ящерицы, а крупные глаза были абсолютно черными. Существо было размером с крупного быка. Глянцево-черный окрас вызывал суеверный ужас, а яркие огненные пятна завораживали. Тело «ящерицы» было покрыто мелкой холодной чешуей.
— Эта саламандра не опасна. Она конечно ядовита, но без приказа не нападет, — спокойно сообщил демон, скрещивая руки на груди. — Грех, слезь с гостьи. Ева, кофе будешь?
Существо фыркнуло и нехотя отползло в сторону. Несмотря на то, что саламандра перебралась на пол, тяжелый хвост все еще касался Евангелины, отчего девушка, так и продолжала неподвижно лежать. Вольдемар выразительно посмотрел на свое домашнее животное хоть как-то снисходительно и, Грех покорно отошел еще дальше.
— Что сие значит?! — не нарушая тишины, негромко произнесла Ева все еще круглыми глазами глядя на саламандру.
— Мой ручной зверек, — в Аду таких полно, хотел добавить Вольдемар, но решил оставить столь пикантную новость на потом. — Кстати да, я принимаю твою благодарность за то, что я тебя там не бросил.
— Ты меня не бросил? — девушка слегка повысила голос, испепеляющим взглядом посмотрев на демона. — Вообще-то я тебе жизнь спасла.
— Ну а я подобрал твое бесчувственное тело с проезжей части. Могла бы уж и спасибо сказать.
— Да чтоб ты подавился этим спасибо, — она встала с кровати и слегка прихрамывая вышла в коридор. Уже с лестничной клетки девушка добавила — Я-то думала, что ты нормальный…а ты такой же как и все, сволочь и козел.
Долгое мгновение Вольдемар переваривал информацию, а потом удовлетворенно хмыкнув обратился к саламандре:
— И как тебе это, Грех?
Создание мурлыкнуло, словно кошка, и прижав морду к полу, шевельнуло хвостом.
— Вот и я думаю, что стоит поиграть.
Дарк нагнал Евангелину уже у самой работы. Лицо девушки было бледным и не выражало ничего, а в глазах читался мощный мыслительный процесс. Сразу сообразив, что что-то не так, демон воспользовался своими способностями видеть душу человека и практически сразу выяснил причину — квартирный вопрос. Что-то произошло и Еву хозяйка просила забрать все вещи с квартиры в ближайшие пару дней. Попробуй в Москве найди съемное недорогое жилье, так чтобы еще и не обманули. На Вольдемара девушка не обращала никакого внимания. Она словно была в трансе и действовала на «автомате». В ее движениях чувствовалась боль от вчерашнего падения на асфальт, а душа то и дело вспыхивала кровавыми ранами, но неярко, словно пульсируя.
— Да-а…я теперь понимаю почему у тебя нет парня. Трудный у тебя характер, — ему было интересно посмотреть на нее сейчас, в гневе, посмотреть на ее пороки, злость, ненависть…и утащить с собой в Ад.
— Да что ты можешь знать о трудном характере? Ты дармоед! Ни к чему не прилагал усилия, получал все на блюдечке с голубой каемочкой. Девушек менял как перчатки и разбрасывался ими направо и налево, наплевав на их чувства. Ты эгоист и думаешь только о себе. Ты даже не можешь просто взять и подумать, рассмотреть ситуацию со стороны. Для тебя есть только твои желания, а всех остальных словно асфальтоукладчик сметаешь на своем пути. Думаешь, я не видела, что ты делал с неугодными тебе в офисе? Куда они все исчезали все? Сначала их жизнерадостность, а потом и сами тела! А сейчас ты упрекаешь меня и в чем?!? Так вот знай, я умею за себя постоять и не дам себя смять без последствий.
Ее ярость была ощутима, а раны в душе полыхнули ослепительно ярко, позволяя увидеть и прочувствовать себя.
Евангелина была влюблена. Влюблена до безумия, готова была горы свернуть лишь бы объект ее воздыхания уделил ей хоть капельку внимания. Но когда он признался во взаимности чувств, Ева могла ослепить своим светом и теплом всю солнечную систему. И так продолжалось некоторое время. Она не скандалила, всегда могла договориться, пойти на уступки, прекрасно понимая, что идеальных отношений не бывает и была готова поддерживать семейный очаг… Она оказалась излишне понимающей и влюбленной…а ему это льстило. Он бросил ее как только подвернулся удачный случай. Как же девушка страдала после этого, возвращаясь с работы домой, пряча лицо в подушку и проливай слезы от душевной боли… она задерживалась все дольше и дольше, предпочитая копошиться в бумагах, обрабатывать реестры…все, лишь бы не возвращаться в пустующую холодную квартиру, в которой никто ее не ждет. Ярость…именно такая же ослепительная затопила ее в тот момент, когда она узнала, что бывший хочет вернуть все. Нет, ненависти не было. Обида и ярость — больше никаких чувств и эмоций. И после этого случая в ней словно все умерло, и лишь пульсирующая боль в душе то и дело напоминала о себе.
Вольдемар тряхнул головой, глядя вслед Еве. Она была сильной, но теперь это ненадолго. Ее надо было еще немного дожать и девушка сломалась бы. Но в его груди колыхнуло непонятное чувство…сострадания. Жизнь и так достаточно потрепала ее, стоит ли Дарку еще больше отыгрываться на ней?! Да и после этой тирады, ему вдруг стало любопытно. Раньше к человеческим существам он не питал интереса, но теперь…она настолько сильная, что в гневе способна дать аргументированный отпор?! Это что-то интересное. Стоило бы попробовать узнать ее еще получше.
Ева открыла дверь кабинета пинком ноги, чем сильно напугала Вилену.
— Извини, — буркнула она и спросила. — А ты чего так рано?
— Да просто… — Вилена застенчиво улыбнулась. — Я тут нам вкусняшку купила, шоколад с вишней.
— О, вот это здорово, — Ева мимолетно улыбнулась. — Сейчас кофе нам налью.
— А ты чего хромаешь?
— Да так, длинная история.
— Поделишься?
— Да, конечно. Но сначала…кофе.
Спустя десять минут они наслаждались ароматным крепким напитком, ели пирожные. В двух словах, Евангелина обрисовала ситуацию, чем еще больше шокировала Вилену.
— Я бы так не смогла. Ты крута!
— Да ладно тебе, — коллега отмахнулась.
В колонках играла тяжелая музыка. Изумительное женское сопрано перекликалось со страшным гортанным вокалом, словно человек пытался сорвать голос, хотя четко были слышны все слова.
— Кто это поет? — заинтересовалась Вилена.
— Феникс, — Ева усмехнулась. — Очень хотела попасть на их концерт, но билеты все распроданы.
— А что за группа?
— Рок-группа. Каждый альбом выходит в разных направлениях. Они стараются угодить всем, потому и популярны, что прислушиваются к фанатам. В группе парень-барабанщик и три девушки. Две на гитаре играют, а третья на скрипке.
— Круто. Так это девушка поет?
— Да. Витторина. У нее очень широкий диапазон и она круто освоила экстремальный вокал.
— А билеты дорогие на концерт?
— На удивление, дешевые. В этот раз у нее концерт выпадает ровно на мой день Рождения, — Ева грустно улыбнулась. — Думала себе подарок сделать, но видимо не в этот раз.
— Не расстраивайся. Если получится, я бы с тобой сходила. Возьмешь меня с собой?
— Да как не фиг делать, — девушка негромко рассмеялась и Вилена удивленно посмотрела на эту «мрачную» коллегу. Она таковой не была!
Быстро разобрав корреспонденцию, девушки сидели лентяйничали, попивая кофе. Звонок от охраны был неожиданным и неприятным.
— Слушаю, — Ева прижала трубку телефона плечом к уху и убавила громкость музыки.
— Приветик, Евочка, тут какой-то молодой человек к вам рвется, Русланом себя зовет. Говорит типа тут его девушка работает.
— Одну секунду, — девушка обернулась к Вилене. — Кажется твой пришел.
— Руслан?!? — та побледнела. — Я не хочу! Я не хочу его больше видеть! Никогда.
— Хочешь, разберусь так, что он сюда больше никогда не придет?!
— А не трудно?
— В легкую, — и после этого добавила в трубку. — Я сейчас спущусь, — сбросила звонок и набрала какой-то номер по памяти. — Лёвушка, хватай Марика и сюда, нам бы чайку со сладеньким для успокоения нервишек. Куда я? А я пошла морду бить. Давай, бегом, — ласково произнесла Евангелина и подмигнув Вилене, вышла из кабинета.
Девушка шла по коридору бодрой походкой, чувствуя, что сейчас кому-то от нее достанется. Вольдемара она успела мельком заметить в архиве — он хотел что-то сказать, но Ева даже не притормозила, спеша вниз к посту охраны. Спустившись по лестнице вниз, улыбнулась охраннику — низенький крепенький и немного пузатенький мужчина, встретил ее радостно.
— Евочка, роднуля, как жизнь?
— Лучше всех. Где эта скотина?
— Да вон, — мужчина сочувственно кивнул на диванчик, где тихо-мирно сидел молодой человек симпатичной наружности.
Евангелина нахмурилась и подошла ближе. Парень поспешно встал. Он был такого же роста, как и она сама. Сложная бородка заканчивалась веселой косичкой с бусинками, на голове укладка и модная стрижка. Одет был стильно в дорогую цветастую рубашку и джинсы с низкой посадкой. «Интересный выбор», — хмыкнула про себя Ева.
— Привет. А где Вилена? — подал голос он первым.
— Она не хочет с тобой видеться.
— Да я прощения попросить пришел. Я встречаться с ней хочу.
— Пришел просить прощения с пустыми руками? Где цветы, где конфеты?
— А ты че такая борзая? Вилену позови!
— Чтоб я тебя рядом с ней не видела! Еще раз увижу ее слезы из-за тебя и за себя не ручаюсь. Жить переедешь в реанимацию.
— Слышь ты… — но Руслан не успел закончить фразу, потому что Ева с силой схватила его за шею и приложила лицом о маленький офисный столик.
— Итак, повторяю еще раз для тех, кто в танке. Еще раз тебя замечу рядом с Виленой и я тебе все кости переломаю.
— Понял, понял. Ухожу.
Руслан неспешно заковылял в сторону выходу.
— Федор Михайлович, не пускайте, пожалуйста, этого человека больше в офис, — обратилась Евангелина к охраннику.
— Евочка, как скажешь. Сильно допек?
— Коллегу мою обидел, до истерики довел несколько раз.
— Понял. Начальнику охраны все передам.
— Спасибо большое, Федор Михайлович. Премного благодарны будем.
— Да не проблема, ты же нас столько раз выручала, так что вообще не проблема.
— Кхм, — кто-то кашлянул и охранник с девушкой вынуждено обратили внимание на вошедшего в холл человека. Высокий с темными волосами, в джинсах и футболке. Он расслаблено прислонился спиной к стойке администратора и с задором рассматривал Евангелину.
— Молодой человек, Вы к кому? — строго спросил Федор Михайлович, хмуро оглядывая посетителя.
— К Вам, — он кивнул на девушку. — Булгакова Евангелина?
— Да. Вы кто? — Ева с любопытством посмотрела на парня.
— Никита. Я вчера вас на капот своей машины принял.
— Сбил что ли?!? — обалдел охранник.
— Ну-да, ну-да, — протянул парень. — Мы могли бы с Вами посидеть, обсудить некоторые моменты?
— А ты в суд сразу обратись.
— Вот именно, что это не входит в мои планы, к тому же я понимаю, что правила нарушил я. Время обеда? Сходим в кафешку недалеко?
Недолго поколебавшись Ева послушно вышла за Никитой, успев шепнуть охраннику, чтобы предупредили Лёву. «Кофейку» встретил своей теплой радушной обстановкой. Обслужили пару на удивление быстро, можно сказать моментально.
— О чем ты хотел поговорить?
— О как, с места в карьер, — Никита весело рассмеялся. — Но кроме шуток, я приехал, чтобы узнать, как твое самочувствие и позаботился ли о тебе тот парень? И кстати, как работа?
— Это конфиденциальная информация, не для нашего с Вами обсуждения.
— А первые два вопроса?
— Спасибо, нормально.
Парень склонил голову набок и слегка прищурившись, о чем-то поразмыслив, сообщил:
— Я не собираюсь обращаться в суд. Мне по страховке все возместят, а тебя с твоим парнем я не собираюсь сдавать своей страховой компании. Собственно говоря, я пришел для того, чтобы обсудить с тобой возможность урегулирования данного дела.
— У меня претензий нет, — отрезала Евангелина.
— Тебя устраивает твоя работа?
— Не твое дело.
— Ясно, — он усмехнулся. — Если вдруг захочешь сменить, позвони. Работа интересная, но сложная, а зарплата достойная, — протянул визитку.
— Хорошо, спасибо. Я пойду? — Ева устало вздохнула.
— Последний вопрос позволите?!
— Да, конечно.
— Что Вас связывает с демоном?
— Лермонтова? — девушка удивленно вскинула брови.
— Я удовлетворен ответом. До новых встреч, Евангелина. Если понадобится моя помощь — обращайтесь, — Никита улыбнулся, при этом как-то грустно провожая девушку взглядом.
Выйдя из кафе, Ева направилась первым делом не в офис. Воткнув надев большие наушники и врубив на полную катушку музыку, девушка прошлась вдоль дороги, приводя мысли в порядок. В динамике звучал удивительный вокал группы «Феникс» с потрясающим звуковым сопровождением. Что за вопрос с подвохом по поводу работы? Причем тут какой-то демон? Большие наушники не позволяли проникнуть посторонним звукам и Ева, слегка кивая в такт музыке, шла вперед, не видя перед собой ровным счетом ничего. На душе была пустота. Ей казалось, что раз Вольдемар написал ей в социальной сети, то вероятно хотел с ней подружиться или вдруг она ему нравилась?!? Да нет, такого быть не может. А какие понты утром включились? И с чего бы? Словно это он ей спас жизнь. Или она себя накручивает. Да, от одиночества начинает сходить с ума. Может быть ей стоило бы подыскать кого-нибудь, хотя бы для общения?!? Нет, лишь бы кого-то она не хотела. Ева прекрасно понимала, что характер у нее трудный и неудобоваримый, НО. Но по ее логике все было просто. Во-первых, мужики — козлы. Во-вторых, настоящие мужчины вымерли вместе с мамонтами. В-третьих, от них фиг дождешься романтики или даже какой-нибудь захудалой ромашки с соседней клумбы, не то чтобы чего-то более серьезного.
— Вот интересно, у меня характер-дерьмо или реально одни мудаки остались!?? Нет, я понимаю, что не ангел и характер у меня действительно очень трудный и не удобоваримый, НО… — бубнила девушка себе под нос, все ускоряя шаг. — Вот как можно парню в двадцать семь лет сидеть на шее у родителей, ни хрена не делать и говорить при этом, что полностью поглощен учебой, когда это не так?! Как можно писать постоянно девушке «Люблю тебя!» если кроме как переписки в соцсети он ничего о ней не знает. Переписка конечно тоже многое передает, но не всегда. Все-таки я считаю, что такого общения не достаточно для того, чтобы признаться в любви, — Ева пнула подвернувшийся под ногу камень. — Грубовато как-то изъясняюсь в последнее время. Хотя ладно, чего я так взъелась??! Просто я тоже хочу простого понимания и любви взаимной. Все чаще складывается впечатление, что не умею любить. Я могу предположить, что люблю, но такого нет. Я не знаю…я не надеюсь уже полюбить и вообще встретить человека, с которым захочу прожить всю оставшуюся жизни. Хотя о чем я мечтаю? — она резко развернулась и пошла в обратную сторону, спеша к офису. — Я никогда не буду замужем, не будет у меня, скорее всего детей, потому что я их не люблю. Кому я вообще нужна? Никому! Никому я не нужна. Остались двое — я и моя шизофрения. Вряд ли меня когда-нибудь полюбят. И скорее всего я никого не полюблю. Когда счастье раздавали, я стояла в какой-то другой очереди. Например, за хорошим аппетитом. Лучше б за мозгами стояла…ну или за их полным отсутствием. Почему-то все это несколько напоминает фильм «В ожидании чуда». Может быть и ко мне придет какой-нибудь Фей и поможет, подскажет…только вряд ли я захочу его вот так отпускать, как это сделала героиня фильма. Мне с моей шизофренией куда как спокойнее, нежели с другими людьми.
Евангелина быстро вошла в здание, кивнула охраннику, и взлетела по лестнице наверх. Приложив чип к пластиковой коробочке, девушка хотела уже открыть дверь и войти на этаж, как была сбита с ног, выбегающим из офиса Вольдемаром. Парень в шоке остановился, уставившись на Еву, а та, тихо выматерившись, не спешила подниматься с пола, глядя на своего коллегу снизу вверх.
— Знаешь, если все-таки хочешь меня добить, выбери более быстрый метод. Переломанные кости, это несколько не то, — рыкнула она. — Куда хоть летел?
— Тебя искать, — потупился он, протягивая руку помощи, которая была отвергнута.
— Ясно, — кивнула девушка и все-таки вошла на этаж.
— Ева! — окликнул ее Вольдемар и дождавшись, когда она остановилась, добавил. — Прости меня!
Она ничего не сказала. Просто прошла на свое рабочее место. Дверь в кабинет была открыта и Ева зевая, проковыляла внутрь. Марина сидела на тумбочке, Леве бегала по кабинету взад-вперед, болтая по телефону так, что до слушателей долетали лишь обрывки фраз.
— Хорошо, купи вкусный торт, — причитала она, поправляя копну огненно-рыжих волос. — Ладно, возьми адекватный торт.
— Это как? — негромко поинтересовалась Вилена у Марины, сидя за своим компьютером и что-то щелкала по клавиатуре.
— А кто ее разберет, — махнула рукой коллега и обратила внимание на вошедшую. — О, блудный сын. Дарк тут в красках расписал разборки. Ты крута. А куда пропала после этого?
— Да долгая история, все потом. Меня никто не искал? — Евангелина села в кресло и закинула ноги на стол.
— А то как же. Тимур Сергеевич просил посмотреть почту и высказать тебя ему все, что думаешь о какой-то там ситуации.
— Хорошо, что еще нового? — Ева пододвинула к себе чашку остывшего кофе.
— А, я тут на тусу вчера ходила, ну так вот, — Лёва уже перестала разговаривать по телефону смешно причмокнув, поделилась. — Ходила подрабатывать, ну и там принимала короче все эти вещички, ну и сама понимаешь, что богатые ходят по таким местам, не всякая шушера. А тут вдруг хипстер за хипстером, всякие панкушники и металлюги идут. Спросила у наших в чем дело, а они мне и говорят, мол, сегодня Аншлаг будет. Стою, смотрю на это все и думаю «Ни фига себе Петросян сборы делает», а оказалось…
— Вчера «Феникс» у вас выступали, — рассмеялась Ева.
— Ты знала? — надулась Леве.
— Ну да, только билеты все также были все раскуплены, поэтому и не попала. Кстати, Жанку видела на танцполе?
— Ну да, она так отжигала… она так танцует, как я не танцую ни пьяная, ни трезвая. Я тебе позже видео покажу, специально для тебя снимала.
— А что за Жанна? — полюбопытствовала Вилена.
— Такая, в зеленом платье толстенькая заходила, — пояснила Ева, вчитываясь в почту. — Девчонки, похоже мы все останемся без работы. Нас прямой наводкой другой отдел сдал, причем поименно. Я нас всех поздравляю. Что ж так все не вовремя!?
Вольдемар как всегда влетел в кабинет без стука.
— Видела? — спросил он, обращаясь только к Евангелине.
— Ага, — кивнула она. — Я бомж.
— Да ладно те, что ты краски сгущаешь? — Марина хмыкнула. — Найдешь ты работу. Ну максимум недельку посидишь дома.
— Да и дома у меня нет, Марик, — Ева улыбнулась. — Меня хозяйка попросила завтра съехать. Работы у нас уже практически нет, вопрос времени, когда придет приказ об увольнении. Отлично все.
И все. До конца рабочего дня, Евангелина больше не произнесла ни слова. Девчонки между собой что-то еще обсуждали, возмущались, но проблем это никак не решало. Вольдемар почти сразу же после тирады вы ушел. Вскоре все последовали его примеру и собравшись пошли по домам.
Дома Вилену ждал рыженький котейка, которого она подобрала с улицы. Бедненькое пушистое чудо пряталось под козырьком подъезда от дождя, дрожало от холода и жалобно мяукало, привлекая к себе внимание. Девушка не смогла пройти мимо и взяла домой. Теперь она радовалась этому решению, поскольку знала, что ее хоть кто-то ждет. И вправду. Кот сидел на пороге и как только Вилена вошла в квартиру, замурчал, ластясь к ее ногам. Такая малость делала девушку счастливой. Она почистила лоток, насыпала корм в миску, и приняв ванну устроилась на мягком диване, вытянувшись в полный рост. Рыжее чудо тут же забралось к ней под одеяло, мурча, как трактор.
Леву ждал один из ухажеров. Правда не дома, а в кафе, и кстати, так и не дождался, потому что после работы девушка решила пройтись немного по магазинам и после этого сразу поехать домой не тратя понапрасну время. А там вкусный ужин и заботливые родители.
Марик же ехала к своему парню, с которым были уже давно знакомы и все в их отношениях было идеально.
Евангелина прошла в маленькую квартирку и переодевшись в домашнее, начала паковать чемоданы. Закончив с этим неувлекательным занятием, девушка засела за интернет, ища куда же все-таки можно съехать, но квартиры как на зло были либо слишком дорогие, либо в Подмосковье. Что же делать?! Ева не любила оставаться наедине со своими мыслями, потому что начинала словно разъедать себя, истязать рассуждениями.
Мелькнувшее оповещение было в какой-то мере тихой радостью, поскольку от всех переживаний хотелось уже отвлечься.
«Знаешь, ты мне сегодня утром очень сильно понравилась. Ты пожалуй единственная девушка, которая смогла поставить меня на место. Обычно в неадекватном состоянии люди пишут чушь, а у тебя наоборот. Я изрядно поломал голову, чтобы все-таки признать свою неправоту и написать тебе. Ты говоришь всегда по существу и мне всегда приятно тебя слушать. Хотя порой, ты реально испытываешь мое терпение. Знаешь, я понял, что для меня нет других женщин в этом мире. И не будет… Они не нужны мне! Мне нужна только ты. Я не могу вернуться к жизни, я медленно уничтожаю себя. У меня не будет семьи, не будет детей. Моя жизнь теряет всякий смысл… А ты вселила в меня сомнения. Ты уникальна».
«Поздравляю».
Евангелина тяжело вздохнула.
«Можно поделюсь с тобой своими наблюдениями о тебе?» — пришло очередное сообщение от Вольдемара.
«Можно».
Ева даже не подозревала до какого странного состояния довела своего коллегу по работе своим неожиданным, для него, поступком. Он печатал быстро, но не так уверенно, как хотелось бы. Волнение зашкаливало и это его удивляла, ведь демонам не свойственны эти чувства. Хладнокровие Евангелины только подогревало его интерес к ней. И теперь, Дарк понимал, что только души будет мало. Он захотел понять, что творится в этой девичьей головке, кроме внешнего ледяного спокойствия.
«Мое мнение не претендует на объективность, но основывается на том, что мне кажется, ты многое повидала в жизни, но при этом не разучилась доверять людям, став более осторожной и опытной, наверное. Что интересно, ты практически не задаешь вопросов, умеешь слушать… Ты ищешь человека, который смог бы оценить твою индивидуальность и внутренний мир, который у тебя очень богат. Люди, увы, привыкли к стереотипам, к простоте, чтобы не о чем не думать, а просто существовать в этом мире. Я почти уверен, что ты встретишь того, кого вновь полюбишь, кому тебе захочется готовить завтрак, обед, ужин…от которого захочется ребенка. Не унывай, просто все еще впереди. У тебя ранимая и чувственная душа, но ты прячешь ее под грубой кожей. И чтобы ты не вбивала себе в голову — ты мне нравишься такая какая есть, и я хочу быть с тобой, другие мне не интересны — ты меня во всех отношениях устраиваешь… Странно конечно, что я в этом сейчас могу признаться. Тебе, как и другим, нужна забота и ласка, может быть чуть больше, чем другим. Ты уравновешенная, слегка прямолинейный (иногда через чур) характер, способный при нестандартных ситуациях на вспыльчивость, но все же отходчивая и добрая, понимающая. В то же время, очень ранимая и искренняя в проявлении своих чувств, которые в силу природной скромности не высказываешь прямо. Ты необычна в своем желании выглядеть хуже, чем ты есть на самом деле. Твоя уникальность в том, что ты не стала как все. Люди озверели, предпочитая простым человеческим качествам, низменные инстинкты. Ты боролась за свое будущее, за свое счастье, но тебя предали. Так бывает. И какими бы качествами ты не обладала и как бы ко мне не относилась, ты для меня дорога, как человек, и поэтому я хочу тебе помочь».
Вольдемар долго ждал ответа. Его сообщение получилось сумбурное, невнятное, он хотел внести туда все, что накопилось в его душе. Он долго ждал ответа от девушки, но так и не дождался. Минут через двадцать она пропала из сети и больше не заходила. Мысли в голове демона носились, сбивая друг друга, сея панику. Он хотел ее Душу. Именно ее. Почему? Он сам не знал ответа, но отдавал себе отчет в том, что совершенно не понимает Евангелину. Она была тем человеком, которого он не мог прочитать. Ее типаж был часто встречаемый, но то, что творилось у нее внутри, помимо обычных биологических процессов, для Вольдемара оставалось загадкой. Он мог читать чувства, эмоции, мысли, прошлое, будущее других людей — это было его работой. Узнавать и сеять в них себя, демона, который пожирал бы изнутри, уничтожал, помогая поддаваться порокам. Но Ева…
Саламандра утробно рычу (а возможно, урча) прошла в комнату и потянулась. Зевнув с широко открытой пастью, она на несколько секунд потянулась расправив перепончатые крылья и с хрустом сложила их обратно.
— Как думаешь, Грех? — Вольдемар склонил голову, все еще мучая свой мозг главным вопросом. Дивное создание издало странный урчащий клокочущий где-то в глотке звук и смешно по-кошачьи склонила голову к полу, словно собиралось поиграть, пошалить. Махнув мощным хвостом, саламандра легла на пол, задрав лапы кверху, продолжа глядеть на хозяина.
Словно к чему-то прислушавшись, демон согласно кивнул, схватил кожаную куртку, ключи от машины и рванул по ступенькам вниз, забыв о существовании лифта.
Он еще никогда не ездил так быстро. Гнал автомобиль на пределе возможностей. Вольдемар хоте застать ее еще дома, в тот самый момент, когда ее отчаяние было бы на пределе. Он мог бы сломать ее, завладеть ее душой. Въехав во двор, чуть сбив дворника-таджика в яркой оранжевой жилетке, демон припарковался напротив единственного подъезда. Посмотрев на часы, он просто надеялся, что она еще никуда не ушла. Ждать пришлось недолго, вскоре тяжелая железная дверь открылась и Евангелина крикнула куда-то в глубину подъезда:
— Да сама ты знаешь куда ехай?! — и уже под нос добавила. — Сама дура.
Большая спортивная сумка казалась легкой, набитой лишь до половины. Пнув свою ношу коленом, Ева с грохотом закрыла дверь в подъезд и наконец-то посмотрела прямо перед собой. Увидев Вольдемара, она резко вздрогнула, а глаза на несколько секунд округлились.
— Че, позлорадствовать приехал? — почти зло спросила она и, тут же тяжело вздохнув, мягко добавила. — Злорадствуй, разрешаю.
Вольдемар подошел ближе и принял из рук девушки сумку и тут же удивился, потому что та оказалась вполне увесистой. Хрупкая на вид Ева с легкостью тащила свою ношу, не жалуясь на судьбу.
— Что с квартирой? — спросил он.
— Бомж я, — она нервно хохотнула, при этом открыто улыбаясь и демон удивился этому. Человеческое отчаяние выражалось по-разному, но проблема была в том, что Ева еще не отчаялась. Она просто злилась, стараясь держать свои эмоции под контролем.
— Тогда у меня есть предложение, — Вольдемар мысленно досчитал до десяти. — Я несколько провинился перед тобой и хочу предложить снимать у меня комнату, хоть постоянно, хоть временно, пока не найдешь свою квартиру.
— Сколько?
— Пять.
— Идет, — кивнула она.
Он поставил сумку в багажник и открыл дверь Еве. Девушка благодарно кивнула и села внутрь. Вскоре Вольдемар сидел рядом с ней.
— Сейчас мы на работу, а вечером — добро пожаловать ко мне, — произнес он нарочито весело.
— А твоя саламандра!? — настороженно уточнила Евангелина.
— Она тебя не тронет. Ты ей понравилась, — демон усмехнулся и резко вывернув руль, заставил машину свернуть с шоссе к офису.
На работе их уже ждали. Начальник отдела бы не в духе. Рядом с ним, виновато глядя в пол, стояли Лева, Марина и Вилена. Правда Марик стояла не столько с виноватым видом, а больше с пофигистичным. Взглядом на намекнула вошедшей подруге, что все очень плохо.
— Евангелина, объясни мне, как такое могло получиться?! — Тимур Сергеевич практически швырнул документы девушке в лицо.
— Что это? — поймав документы, Ева быстро пробежалась глазами по отчету. Вольдемар смотрел на это все через плечо своей спутницы.
— Это не сошедшиеся цифры! — взвизгнул Тимур, теряя над собой контроль.
— А ничего, что это не в моей компетенции?! Это к отделу «Защиты и Анализа документооборота», — Евангелина Пожала плечами.
— И кстати реально косяк, — Вольдемар тоже всматривался в отчет. — А «ЗиАД» нужно выдрать за это.
— Эту проблему должны устранить вы, — обрубил Тимур.
— У нас нет данных для исправления этой ошибки, — спокойно заметил демон.
— Вам предоставят все данные, — отмахнулся начальник и ушел.
— Смотрю у нас с тобой на двоих нашлось хобби — исправлять чужие ошибки, — весело заметил Вольдемар забирая бумаги у Евы.
— Работа дураков любит, — она усмехнулась.
Закрывшись в кабинете, ребята дружно принялись разбираться в отчетах другого отдела, иногда совершенно не понимая какие цифры откуда берутся. Спустя два часа такой работы Вилена с Марикой ушли, Лёва обернулась к остальным:
— Что будем завтра дарить?
— А есть предложения? — Ева оторвалась от подсчетов.
— Есть. Я присмотрела обалденную кожаную куртку, причем недорого.
— Отлично, я за, — Вольдемар согласно кивнул.
— Тогда отпустите меня с Маринкой, и все подготовим, — попросила Лева, умоляюще взглянув на парня.
— Конечно, езжайте.
Вольдемар обратил на Еву, ведь теперь они остались с ней вдвоем. Взгляд девушки устремился вдаль, сквозь монитор и по всей видимости, мысли бродили далеко от рабочих моментов. Он даже не подозревал, что она может быт настолько искренней. Сейчас казалось бы не было ни одной маски, которые она так любит носить. Эти маски были вполне естественны и часто отражали внутреннее отрицательное состояние Евангелины. Они были ее продолжением, которое скрывало все то, что люди называют чувствами и эмоциями. Несмотря на ненависть к людям, Ева продолжала помогать им, продолжая хоть и изредка, но все-таки испытывать положительные эмоции. Для Вольдемара все это было странным. За несколько сотен лет, он ни разу не знал такого человека, который мог жить постоянно в состоянии «ниже плинтуса» и жить, радуясь жизни, несмотря на все горести, которые так часто обрушивались на бедную девичью голову. Да, Сатана пытался ее извести и начал это делать давно. Будучи в школе, Ева была подвержена жестокости и несправедливости со стороны одноклассников и учителей. Это должно было вселить в нее чувство уверенности, что Бога нет, что жизнь — это то, отчего стоит избавиться. Но не вышло. Евангелина напротив сделала вполне нелогичный вывод из сложившейся ситуации, абсолютно уверившись, что Бог есть, и жизнь имеет смысл продолжить. Даже после самых страшных ситуаций она продолжала так считать. Чувствуя, что сходит с ума, девушка пыталась бороться с простой мыслью, что нужно жить дальше, хотя иногда ей казалось, что суицид — это единственный выход. Тогда демоны предприняли другую попытку — они пытался заставить одноклассников убить Еву. Но, вот незадача, каждый раз девушка волшебным образом умудрялась избежать своей смерти, словно наперед предвидя планы противников. Так оно и было (а для чего еще нужен мозг?!), именно это и спасало ее. Даже уехав в другой город, эта «смерть» преследовала ее. Для Вольдемара, например, поразительным казалось то, что Евангелина не грустила. Продолжая жить в своем «минусе», она именно Жила. И, несмотря на все печальные мысли, девушка умудрялась помогать, бывая даже в ущерб себе. История ее влюбленности была также подстроена. План был прост — довести ее до самоубийства. И как ни поразительно, но опять-таки ничего не вышло. Да, она окончательно разочаровалась в людях, да она перестала доверять, запрятала свои чувства в самый далекий ящик, не желая больше им доверять. Проще все время быть в том самом минусе и ничего не испытывать к окружающим. В большинстве своем, ей было все равно на людей и в тоже время, она пыталась их объединить, помочь бороться с жуткой реальностью. Это дорого ей стоило.
Иногда Вольдемару казалось, что эту девушку невозможно сломить. Многие, даже не подозревают насколько больно ей слышать некоторые оскорбления в свою сторону. Даже он раньше не подозревал, что брошенное слово «лицемерка» навсегда врезалось в мозг и сердце этой девушки. Каждый раз играя свою роль, она вспоминает это простое слово. Мало кто знает и понимает Евангелину. Ею восхищаются многие, даже не подозревая, что на самом деле это очень ранимый и чувствительный человек, скрывающий все за маской безразличия и некой жестокости. Те же, кто ненавидят, пытаются сломать ее, но ничего пока не выходит. И те и другие восхищаются. Они все глупцы. Даже те, кто вертится вокруг нее в реальном мире. Они все ошибаются в реальной оценке этой девушки. Они считают что то, что они видят и есть реальность, но это не так. Хотя Дарк знал куда больше, чем все остальные вместе взятые.
Он знаю, что привлекло внимание Тимура к ней. Нет, не то, что она его спасла его когда-то от собаки, прикрыв собой. Его привлек ее внутренний мир — таинственный и непонятный, который невозможно было прочитать. Многие считают, что раз человек пессимист, то он только недоволен миром, окружающими… На самом деле это не так. «Пессимист с дальним прицелом на оптимизм», — именно так, в шутку, говорит сама Ева и совершенно точно, таким образом, дает себе характеристику. И ведь так и есть. Свет не может существовать без Тьмы, также как и Тьма без Света. В этом-то вся и суть. Человек не может быть полностью пессимистом. Он им может быть лишь отчасти. Остальное будет настроено на оптимизм. Получается дробь, а числитель и знаменатель этой дроби мы пишем себе сами.
Дарк знал, что эта девушка попадет в Ад и будет вынуждена сражать за свою жизнь, за душу, за друзей, любимых и за тех, кого, по сути, не знала. Ей предстояли такие трудности, о которых некто даже фантазировать не мог. Несмотря на нано-технологии, никто так и не смог с помощью науки доказать существование Рая и Ада. И не удивительно. Но бывают ситуации из ряда вон выходящие и тогда, человек просто теряет веру — в себя, любимых, Бога, справедливость… Остается всего маленький шаг, и Дьявол примет его в свои объятия. Именно так рушатся стереотипы. Но вот Евангелина не просто выжила — она жила, пусть жестокой для других, но так и не была сломлена. И, наверное, дело в том, что никто просто не знал, что ее сломит.
Но кстати, как бы демон не философствовал — он так и не смог рассмотреть ее Душу. Он лишь чувствовал отдаленные закоулки этой души, которые лежали на поверхности.
— Пойду кофе сделаю, — Евангелина встала из-за стола и с чувством потянулась. — Дарк, тебе сделать?
— Да, пожалуйста.
Она ушла, а Вольдемар продолжал пытаться разобрать в таинственной человеческой сущности. Что ею движет? Любовь? Стремление? Процесс? Ни что из этого не могло убедить ее жить.
Зазвонивший телефон прервал мысли демона. Он переместил свой взгляд на мобильник, который напевал гроулом. Голос принадлежал его знакомой — Витторине. Не долго думая, Вольдемар ответил:
— Алло.
— Кто это? — резко спросили на том конце провода.
— А ты куда звонишь? — усмехнулся Дарк.
— Я знаю, куда я звоню, но вот мне интересно, почему трубку взял ты. Где Ева? Что с ней?
— Правильная постановка вопроса, — демон улыбнулся, хотя вряд ли его собеседник мог это видеть. — Кто ты?
— Админ.
— В смысле? — Вольдемар растерялся.
— В прямом, сисадмин я, — нехотя пояснили там. — Ева просила связаться по поводу компромата.
— А, вот что, — парень задумался. — Она вышла, перезвони ей позже. Либо она наберет тебе.
— Понял. Перезвоню.
И отключился. Практически одновременно с этим, Евангелина прошла в кабинет неся две чашки ароматного напитка. Она практически сразу плюхнулась в кресло, запрокинув голову и тяжело дыша.
— Тебе плохо? — демон встревоженно посмотрел на нее.
— Не выспалась, — отмахнулась Ева. — Устала очень и нервное напряжение сказывается, — она обернулась к демону. — Мне вот интересно, с чего ты такой добренький стал!?
— Ничего не изменилось, — холодно ответил он, сверля девушку презрительным взглядом, но вскоре вернулся к работе. — Просто так получилось.
— Да…вот так просто… — она снова вздохнула. — Хочешь секрет скажу?
— Да, — Вольдемар удивленно вскинул голову.
— Я тебя до чертиков боюсь, потому что не понимаю.
Демон переключился, решив попытать удачу и почувствовать ее душу. Страх! Боится боли, боится неизвестности…Страх перед прошлым. Страх перед настоящим. И страх перед неизвестностью в будущем! Ее словно что-то поглощало, клубок змей, мрака оплетали ее тело изнутри страхом и болью. Иногда они оплетали ее, поглощая почти наполовину, но потом словно отступали.
— Да…порой мне хочется причинить тебе боль.
И вот тут произошло то, к чему Дарк меньше всего оказался готов. Евангелина, перемахнув через стол, с силой уронила его с кресла на пол и придавила коленом в грудь.
— Рискни, — в ее голосе послышалась явственная угроза.
Он спокойно смотрел на нее, прекрасно понимая, что она его даже не ударит, поскольку не знает, что он копошится в ее Душе и начинает потихоньку понимать ее. Хотя…даже если замахнется. И сейчас она была очень красивой. Бровки сдвинуты, губы плотно сжаты, взгляд с искорками ярости. Она прекрасна. Вольдемар невольно улыбнулся, откровенно наслаждаясь зрелищем. Ее тело было легким, почти невесомым, но колено с силой упиралось мне в грудь. Она боялась. Боялась, что за восхищением последует разочарование. Но он знал. Знал эту девушку и желал теперь быть с ней. Она не идеальна. Есть свои заскоки, минусы и недостатки, но Дарк с ними мог ужиться. Даже более, он млел от этих недостатков. Они ему всегда казались милыми. И еще больше Вольдемар радовался, когда эти минусы выводили из себя окружающих. И все ради того, чтобы получить ее Душу. Но сначала втереться в доверие и посеять пороки.
— Дарк, ты как-то спросил меня о цели. Какая у меня цель в жизни? И вот кошмар — я вдруг поняла, что у меня пропала цель. Раньше у меня была цель — я мечтала о смерти, но она не хотела меня забирать. Особенно я хотела смерти, но видимо мое время еще не пришло. Поэтому не смей меня запугивать. Я могу за себя постоять.
— Извини, — только и выговорил он, осознавая, что эта девушка единственная, кто заставляет его раскаиваться.
Боль странными рваными вспышками появлялась в ее Душе и змейки мрака то поднимались, то уползали. «Что же с ней творится на самом деле?» — недоумевал Вольдемар в то время, как Евангелина слезла с него и протянула руку, чтобы помочь ему подняться.
— Ева, — Вилена буквально влетела в кабинет. — Ой, я помешала?!
— Нет, — девушка обернулась к коллеге. — Что-то случилось?
— Я слышала разговор Тимура Сергеевича с кем-то…там что-то говорилось о сокращении всего нашего отдела. И это как-то связано с «ЗиАД», — Вилена была встревожена, поэтому говорила постоянно запинаясь и путая буквы.
— Как мы и предполагали, — кивнул Вольдемар. — Значит все повесят на нас с тобой. Готова брать вину?
— Я его убью, — и вот тут никто не был уверен в шутку ли сказала это Евангелина или все-таки всерьез, поскольку когда девушка иронизировала она часто говорила правду.
— Давайте дождемся результатов, а там что-нибудь придумаем, — Вилена пожала плечами.
Рабочий день прошел быстро и достаточно напряженно. Ева копошилась в электронных реестрах, пока все остальные разбирали все тоже самое в бумажном виде. Но вскоре, Вилену пришлось посадить а телефон, дабы она культурно слала всех «неугодных» в известном далеком направлении, поскольку остальные коллеги могли запросто указать этот путь более коротким словом, которое позвонившим вряд ли понравилось бы.
— М-да, попали мы, — Вольдемар лениво встал с тумбочки, на которой так удобно устроился, и подошел к Евангелине. — Смотри.
— Да ладно?! — девушка возмущенно подпрыгнула. — На нас долг хотят повесить??!
— Ну да, — демон усмехнулся. — Дашь мне отчет написать?
— Да пиши, — она отмахнулась, все еще просматривая находку. — Тебе статистику только выдать?
— Ага, в твоем стиле. А остальное я сделаю, — парень кивнул и перевел взгляд на Еву.
Она была настроена как-то нейтрально, хотя не без некоторых скачков настроения, что вполне свойственно человеческим особям женского пола. Иначе говоря, в работу девушка уходила с головой, не отвлекаясь на свои душевные переживания, на свою боль…и все это до тех пор, пока ее голова занята подсчетами. Это ненадолго. Ее внутренние змеи хотели поглотить душу всю целиком, но пока им не удавалось этого сделать, поэтому они шипели друг на друга и скручивались в кольца, сплетаясь телами.
Евангелина тряхнула головой, стараясь забыть о своей боли, но она была уже физической — где-то в районе солнечного сплетения, словно спазм, от которого лучиками уходили иглы во все потаенные уголки организма. Ее растерянность была ощутимой, но только для демона и то не самого слабого, и это Вольдемара поражало еще больше.
Заглянув в ее душу любому человеку, демон мог увидеть множество причин такого расклада и всего лишь подтолкнуть человека к тому самому дьявольскому решению.
— А почему на нас долг хотят повесить? — робко спросила Вилена.
— На нас с Евой, — Дарк хмыкнул. — Пожалуй, все по той же причине. Трудный характер, да, Ева?
— А почему чуть что сразу Ева? — девушка возмущенно уперла руки в бока. — Я очень даже милая.
— Когда спишь зубами к стенке, — шепотом добавил демон, но наткнувшись на осуждающий взгляд своей «трудной» коллеги, несколько смутился.
День пролетел быстро. Вскоре офисные работники спешили на метро, дабы быстрее оказаться дома. Жизнь в Москве всегда была напряженной — дорога и работа. Эти две простые вещи отнимали больше всего времени у людей, сокращая и без того короткую жизнь.
— Подвезешь? — Ева взглянула на демона и усмехнулась.
— Придется, — он хмыкнул и открыл ей дверь автомобиля. — Кстати, как ты относишься к тому, если я закажу сегодня чего-нибудь поесть?!
— Я могу приготовить.
— Отлично, давненько не ел ничего домашнего.
И давненько — это мягко сказано. Несколько сотен лет. Современные девушки практически не умеют готовить, они лишь демонстрируют свои амбиции.
— Да, жаль, что любовь так редко встречается в нашей жизни, — протянул демон, наблюдая за девушкой.
— Меня нельзя любить, — сонно буркнула Евангелина, в очередной раз угадав мысли Дарка.
— Почему?
— Не заслужила, — коротко ответила она и погрузилась в сон.
Очнулась Ева, как «истинная москвичка» тогда, когда нужно было выходить из автомобиля. Слегка пошатываясь, все еще сонная, девушка зевнула и поплелась к тротуару. Там она более менее проснулась и уже на со двора на главную улицу вышла совершенно бодрой и радостной. Ну, по поводу радости это конечно демон приукрасил, но про бодрость не соврал. Именно такой он ее чувствовал и видел.
— Ты что на ужин предпочтешь? — как можно равнодушнее спросил Вольдемар.
— Слушай, — Ева резко обернулась и он столкнулся с ее холодным взглядом. — Вот ты порой такой душка, но каждый раз умудряешься все перечеркнуть.
— Но… — Дарк беспомощно осмотрелся в поисках не пойми кого. Естественно, поддержки ни от кого не последовало и он решил уточнить — Но ты же сказала, что тебя нельзя любить.
— Нельзя. Но когда очень хочется, то можно, — девушка усмехнулась. — А еще… — она подошла ко нему вплотную и привстав на цыпочки потянулась к его губам. — Если купишь мне шоколадный тортик, то я все прощу, — и резко отстранилась.
Вольдемар снова покраснел. Е-мое, вы когда-нибудь видели демона, которого могли вывести из себя? А пристыженного? Ну раз вы Дарка в этот раз не увидели, то считайте, что упустили свой единственный шанс повидать такое необычное зрелище.
— Ева, — тихо окликнул он ее, зная, что девушка услышит. — А ты бы могла полюбить или хотя бы влюбиться в такого как я? — а мысленно добавил: «Мне не хочется тебя убивать…имеет ли смысл нам с тобой искать другой выход из ситуации?»
— Нуу? — Евангелина потянулась, соблазнительно выгнувшись и ехидно уточнила. — Все возможно. Только от нас зависит, используем мы этот шанс или нет.
— А другие? Они не использовали? — зачем-то уточнил демон, пытаясь понять ее.
— Я на некоторых просто обиделась.
— Почему?
Она стала грустной. Видимо последний вопрос был лишним. Вольдемар уже хотел извиниться, да и не ждал, что Ева ответит, но она непредсказуема.
— Он назвал меня другом, как и многие до него. Не воспринимал как девушку до тех пор, пока не похудела и не накрасилась. Сказал, что я неженственна для девушки. Уже позже он предложил мне встречаться и быть его женой, а я отказалась. Он лгал с самого начала, он не любил. Я была интересна только тем, что отличалась от всех тех, с кем он раньше встречался, — когда говорила, она не смотрела на Дарка. Ее взгляд то устремлялся в небо, то на свои ботинки. Было непонятно о чем она думает, но явно мысли безрадостные. Демон так и не решился потревожить сейчас ее душу и так прекрасно зная, что ее внутренние змеи снова ожили.
— Ты не хочешь быть другом?
— Не совсем так. Просто я хочу, чтобы это было взаимно. Также как и любовь.
— А ты считаешь также как и Марик?
— Насчет чего? — девушка непонимающе уставилась на парня.
— Насчет любви, что это совокупность…
— Нет, — она вдруг звонко рассмеялась, что заставило Вольдемара заткнуться мгновенно. Ее смех волшебный. Он искренний, ни на что не похожий. Девушка тряхнула головой. Волосы упали на лицо, но девушка откинула их назад, на спину и продолжила — Знаешь, а я до сих пор считаю, что любовь — это самое прекрасное чувство на свете. Думаешь иначе? — ее лукавый взгляд заставил Дарка смутиться. Ему стало казаться, что его демоническая сущность отделена от тела, что Евангелина смотрит в самую суть, в настоящего Вольдемара. Ничего подобного раньше с ним не происходило, но теперь… Она заставляла говорить правду, заставляла поступать так, как это велит сущность, а не какие-то нормы. Нет, он снова не правильно выразился. Конечно, нормы и мораль это хорошо (и с чего вообще он, демон, об этом стал рассуждать?!), правильно и Ева этого не отрицает. Как бы объяснить? Вот мы очень много делаем, завися от общественного мнения. Скажем, все сходили на «ТориГгаттера», а ты почему нет??! И вроде бы осуждать не за что, но осуждают и удивляются. Бывает «ради приличия» задаешь те или иные вопросы, не говоришь всей правды, многое умалчиваешь или уводишь разговор в другое русло. С Евангелиной такого не было. Она не ждала, что ее пожалеют какой-либо информацией и всегда задавала вопрос в лоб, напрямую. Даже когда она лицемерила, то делала это достаточно виртуозно. Ее многие помнят, даже со школьных лет и до сих пор восхищаются. Ее уважают. Боятся, ненавидят, но уважают. Тот же Тимур — он боится ее до чертиков, но понимает, что как работник, она незаменима. Но при возможности, от Евы, естественно, избавятся.
— Знаешь…твой ответ и мне когда-то показался глупым…я потом понял, что поддерживаю его. Ведь ты права, если это Любовь, то это самое восхитительное чувство. И испытывать его могут не все. Многие морально бедны для этого, — ответил Дарк, глядя ей в глаза и всматриваясь в светлые пятна души. — Ты вот можешь и любишь, но этого никто не оценил. Ты ведь не станешь отрицать, что родители тебя любят, но совершенно не знают и не понимают. Они даже не в курсе, что ты старалась для них быть такой, какой они хотели тебя видеть. И теперь ты постоянно врешь, наведя иллюзию, что все, о чем они мечтали, так и есть. Ты наплюнула на свои идеи, желания ради дорогих тебе людей. Ведь изначально, ты бы не пошла на бакалавра. Ты бы хотела либо петь, либо стала бы психотерапевтом. И таких примеров масса. А теперь?.. — демон окинул ее взглядом, продолжая читать Душу. Евангелина слегка повела худыми плечами. Да, она знала о чем говорит демон. Знала, но хотела это услышать. Здесь и сейчас. Но Дарк выдержал паузу, заставив ее задать вопрос и она его задала:
— А что теперь?
— Ты стала другой. Ты прячешься за маской. Делаешь и поступаешь так, как многие бы хотели это сделать сами. Ведь многие представляют себя бунтарями, но вряд ли кто всерьез мог бы воплотить эти мысли в реальность. Я так подозреваю, что очень многие твои действия зависят от мнения твоих родителей, кто бы что ни говорил.
Она облокотилась плечом на стену, скрестив руки на груди и с любопытством слушала, что о ней говорили. В ее взгляде сквозило недоверие смешанное с лукавством. Интересно, она хоть что-нибудь подтвердит из сказанного?!? — Именно этим вопросом задавался демон. Неизвестно. Как он обожаю эту таинственность. За столько лет жизни среди людей, ему не хватало интриги.
— Все элементарно, ты скрыла себя за маской. Маской безразличия к себе и собственной жизни и никому не покажешь, что это заставляет тебя грустить и вгоняет в депрессию. Пожалуй, об этом никто не знал, даже твой бывший, с которым у вас вроде бы все было замечательно. Просто ты можешь наплюнуть на свои интересы ради других, но вряд ли кто сможет повторить это. Ты очень интересная девушка. Но тебя так не воспринимают. Ты сильная, умная, надежная…за этим всем практически никто не видит твою душу, твой хрупкий внутренний мир. Просто ты девушка, которая хочет любви… Ты также хочешь защиты, внимания и понимания, ты любишь жить и хочешь, чтобы в ней было побольше счастья и искренних поводов для улыбок, — демон замолчал, переведя дыхание. Почему-то эта тирада потребовала от него очень много сил, несмотря на то, что это все читалось в ее Душе, которая сейчас была как никогда открыта. Евангелина помолчала, прикидывая что-то в уме, а затем, пожав плечами, легко произнесла:
— Да, ты почти во всем прав.
И взяв его под локоток повела в продуктовый магазин. Сложив в тележку все необходимое, по ее мнению, они также молча двинулись на кассу. Расплатились, раскидали продукты по пакетам и двинулись к дому. Она о чем-то думала…наверное. Взгляд вроде бы осмысленный, но немного затуманенный. Возможно просто на автопилоте идет. Но подойдя к двери, Вольдемар понял, что снова ошибся. Ева, зашла в подъезд первой, вызвала лифт. Они опять-таки молча поднялись в этой кабинке наверх, но выйдя из лифта, девушка вдруг тихо произнесла:
— Ты ошибся в одном…я ненавижу свою жизнь.
И с этими словами, она открыла дверь своим дубликатом ключей.
Евангелина сонно вздрогнула от пищащего звука будильника, который, к сожалению, был достаточно далеко, а потому в защите от неаккуратных действий девушки. Она усмехнулась, понимая, что вставать все равно придется, но…сегодня она поступит несколько иначе.
Сладко потянувшись, девушка мельком глянула в окно, в которое пробивались ослепительные лучи весеннего солнца, освещая маленькую уютненькую комнатку, которую ей так любезно выделил Вольдемар. Она потянулась, и резко села на кровати. Новый день для нее не предвещал ничего хорошего. Звонок будильника начинал раздражать, быстро встав, девушка пересекла комнату и выключила порядком надоевший звонок на мобильнике.
Она снова потянулась, привставая на носочках и слегка щурясь. Ее взгляд быстро оглядел небольшую комнату. Напротив кровати стояло кресло и примыкающий к нему стол с разбросанными на нем тетрадями с ее заметками и вырезками из газет. Девушка усмехнулась. Ее мучения были позади — теперь у нее есть временное пристанище и проблема со съемом квартиры временно отходит на дальний план. Пока что Ева была единственной, кто оформил все реестры. Нет, у нее не было супер мозга или память, она не была ботаником. Обычный человек, с обычными способностями и кучей лени. Просто когда надо было, девушка могла проявить недюжинное упорство и выучить все от корки до корки, лишь бы лишний раз не ходить на работу, которая из-за тупости Тимура Сергеевича начала порядком раздражать.
Девушка оценивающе взглянул на небольшое кресло, примыкающую к ее кровати, на котором было скомкано одеяло. Новая «обитель» ей начинала нравиться. Даже вчерашний ужин с Вольдемаром прошел достаточно скромно и спокойно — вместе приготовили, быстро поели, вымыли посуду и разошлись по разным комнатам.
— Общество… — девушка несколько поморщилась от этого слова и одернула на себе короткую бежевую рубашку мужского покроя, и ее губы на миг тронула снисходительная улыбка. Карие, с необычным зеленоватым оттенком, глаза стали лукавыми. Без того маленький зрачок сузился.
Подойдя к большому окну, рядом с которым стоял еще один письменный стол, на котором лежал ноутбук, опутанный проводами, девушка быстро запрыгнула на стол, встала на подоконник и открыла форточку, впуская в комнату прохладный свежий воздух. Спрыгнув, как кошка, беззвучно, она подошла к маленькому шкафчику, стоящему в углу комнатки и, открыв дверцу, стала пристально изучать содержимое. Джинсы, кофты и футболки — небогатый однако гардероб. Она ухмыльнулась, доставая черно-белую футболку с логотипом «Феникса».
Компьютер жалобно пискнул, словно требуя внимание к своей значимой персоне. Быстро натянув брюки и поставив телефон на зарядку, девушка неспешно подошла к столу. Открыв крышку ноутбука, она заметила сообщение:
«Завтрак готов, приходи».
Евангелина бодро вышла в коридор и тут же столкнулась с еще одним обитателем дома. Саламандра с интересом разглядывала девушку то и дело наклоняя голову вправо и влево, словно присматриваясь к чему-то. Кожистые крылья слегка подрагивали будто от нетерпения.
— Ты где застряла? — донеслось из кухни.
— Я ее боюсь, — негромок, стараясь не спровоцировать диковинное животное на яростные поступки.
— Грех, я о чем тебя просил? — Вольдемар показался в коридоре.
Саламандра утробно заурчала и виновата опустила голову, словно извинялось. Ева круглыми глазами смотрела на это все.
— Не бойся ее. Она ручная, — парень скрестив руки, прислонился к косяку плечом. — Погладь ее.
Ева удивленно воззрилась сначала на парня, а потом взглядом столкнулась с саламандрой. Тяжело вздохнув, девушка протянула руку, коснулась чешуйчатой головы и без всякой видимой причины рухнула в обморок.
Вольдемар с еще большим удивлением смотрел на Евангелину. Грех то и дело мордой тыкалась в бок или руку девушки, но та не реагировала. Демон вздохнул и приподняв девушку, похлопал ее по щекам. Ева с трудом разлепила веки и снова воззрилась на радостную морду саламандры.
— Спокойней. Ты ей нравишься и она понимает, что ты говоришь.
Евангелина согласно кивнула и тихонько отстранилась от Дарка. И тот вдруг понял, как ему не хватает ее тепла, насколько оно приятно… Она была особенной?! Нет, такая же как все эти людишки! Да, она была красивая. Ее красота не была вызывающей или, как это часто случалось с людьми, приторно «сладкой». Девушка была естественна и оттого еще прекрасней и величественней. Чувствовалась ее власть и ее стремление к жизни в этом небезупречном мире. И демон не преувеличивал, это его взгляд со стороны. Она была еще юной, но ее глаза…в них можно было прочесть боль и все удары судьбы. Да, жизнь ее изрядно потаскала. Он не знал, эта девушка явно выделялась среди серой массы людишек. Она была не такой…странная девушка. Словно и не человек вовсе. Тогда кто? Одета она была просто — джинсы и рубашка. В этой девушке чувствовалась скрытая сила. Кто же она??!
— Я и не знал, что ты такая впечатлительная, — произнес Вольдемар и почти сразу же пожалел о сказанном, но слово не воробей.
Поразительно, но он впервые видел на лице Евангелины ярко выраженную ненависть…причем к себе самой. Она ненавидела себя и ничего не могла с этим чувством сделать. Дарк не мог этого никак понять — слишком сложно и недоступно. На его взгляд она была вполне хорошим человек. Да, она грешила, да не ходила в церковь, но в тоже время она старалась помочь всем, кто нуждался в помощи, несмотря на то, что ей с этой помощи могло быть только хуже. Таким образом, она отдала последние деньги детям в больнице. Сейчас она была без копейки в кармане и все равно счастлива.
Они позавтракали в полной тишине и вскоре уже бежали в метро, боясь опоздать на общий сбор, ибо работы уже не было.
Девушка лукаво взглянула на него и кивком головы попросила следовать за ней. В ее руке мелькнул мобильный телефон. Они уже почти подошли к метро. Ева протянула Вольдемару карточку на проезд.
— Привет, Леве. Вы уже выехали? Ок, Марика попроси захватить мою технику. Ага, спасибо, с меня причитается, — быстро проговорила она и отключилась, убрав мобильник в карман.
Демон выпал в осадок. Оказывается, он столького не знаю! Он думал, что это была шутка. Дарк помнил, что Марик и Ева иногда враждовали из-за противоречащих взглядов на жизнь, но не мог в это поверить. Казалось, что просто дезинформация, а получается… Войдя в метрополитен, Евангелина, неожиданно для Вольдемара, перепрыгнула через турникет. Подумав, он последовал ее примеру. Когда они уже сбегали по лестнице, в спину нам раздался свисток грузной женщины-контролера. Оказалось, что Ева любит экономить на проезде. Почему-то это вызвало у него улыбку. Войдя в вагон метро, девушка усмехнулась и придержала дверь, чтобы демон успел зайти с ней.
— Но ведь это неправильно, незаконно, — шепнул он ей на ухо.
— Ой, я тебя умоляю, не будь как Вилена, — она ехидно улыбнулась.
— Почему как? — обиделся он.
— Потому что она в нашей команде всегда отвечал за занудство и совесть.
Ее слова слегка заглушил грохот закрывающихся дверей в вагоне. Поезд тронулся и они поехали. Дарк с интересом разглядывал пассажиров и сам вагон, изучал схему метрополитена. А вот на губах Евы бродила добрая нежная улыбка. Девушка была такой родной, такой ласковой…она была бы прекрасной матерью. И почему его это вдруг заинтересовало? Вагон мерно покачивало. Евангелина о чем-то думала. Вольдемар, «налюбовавшись» вагоном, перевел взгляд на девушку и откровенно восхищался ею. Он не обратил внимания когда она вышла из вагона, как сделала переход на другую ветку и поднималась из метро на поверхность. Было потрясающее состояние — он видел только Еву. Дарк просто шел за ней и…был несказанно счастлив, что она рядом. Такого не могло быть, но… Нет, он действительно был счастлив. Тот парень, который ее бросил — глупец. Прекрасная девушка. Наверняка они были бы прекрасной парой. Но порой ее язвительность выводит демона из себя. Вот, например, как сейчас. Поймав его пристальный взгляд на себе, Евангелина тихо произнесла:
— Глаза не сотри.
Резко возросло желание прибить ее.
— Я и не смотрю, — отвел взгляд. — Я ж не как извращенец.
— Согласна. «Не как» лишнее, — легко ответила она. Вольдемар мысленно рассмеялся. В глазах Евы плясали озорные огоньки.
— Я обиделся, — демонстративно надувшись, демон отвернулся.
— Значит неправ.
— Ну да, как в той книге, — понял Дарк о чем говорит девушка.
Поезд въехал на платформу. Двери открылись. Мимо прошел парень. Демон сразу же его узнал. Ева тоже. Этот парень в упор посмотрел на девушку, проходя мимо. Движения четкие, отточенные. Да, в армии его хорошо вымуштровали. Что он тут делает? Неужели он все-таки нашел Его? Стоило это выяснить в ближайшее время. Именно такие мысли пронеслись в голове демона, потому что он чувствовал за этим парнем странную силу.
— Осторожно, двери закрываются. Следующая станция Проспект Мира.
Двери вагона закрылись. Парень остался стоять на платформе, улыбаясь Евангелине. На лице девушки не дрогнул ни один мускул, хотя сейчас в ее голове происходила непонятная мозговая активность. Демон пытался отследить ход мыслей, но все так запутано и в таком количестве, что он наплюнул на это дело. Потом спросит — объяснит. Дарк с удивлением смотрел на странного человека.
— Уважаемые пассажиры, будьте взаимно вежливы, уступайте места инвалидам, пассажирам с детьми и беременным женщинам, — продолжал дребезжать голос из динамиков.
Ева даже не моргала, лишь холодно смотрела на парня. В девушке чувствовалась сила и уверенность. Она не боялась, просто знала, что это очередной виток ее жизни. Тот также не сводил глаз с девушки. Не знаю на что он надеялся. Скорее всего, он пытался посеять семя сомнений в голове Евангелины, ведь она винит себя за…прошлое?! Да, за все что было она себя винит. Она не хотела вновь сталкиваться с прошлым, а видимо придется. Значит, у этого парня уже зреет план мести. Хотя по идее, за что ему мстить?
Состав начал отъезжать, скрываясь в темном тоннеле метро. Ева не отводила взгляда с парня. Как только тот пропал из виду, девушка выдохнула. Удивительно, но все это время она не дышала. Демон этого даже сразу не заметил.
— Он из наших, — тихо произнес Дарк.
— Что? — Ева словно очнулась и повернулась к моему брату.
— Он продался.
— И что за мода пошла на эти продажные отношения, — печально вздохнула Ева, придавая словам демона несколько иной смысл, нежели тот имел ввиду.
— Ты его знаешь?
— Мой первый парень. Мы встречались, когда я школу заканчивала и в универ поступала. Он…ничего хорошего из этого не вышло и… Твою же мать!!! — возглас был неожиданным, как и действия самой Евы. Она толкнула демона в грудь и пригнулась к полу, утянув его за собой.
Прямо над головой девушки в стену ударил какой-то предмет. При ближайшем рассмотрении это оказалась небольшая боковая сумка. Это напомнило Вольдемару, как Евангелина запустила ему же рюкзаком в голову. В вагоне сразу же обратили на нас внимание. Пассажиры заинтересовано повернули головы. Сразу видно, что большинству людей было скучно. Дорога в Москве отбирает много сил и времени.
— Ева, а, Ева, — к ним подошел старый знакомый. Ну не такой уж старый, не такой уж знакомый…
— Диментьев, ты в моем репертуаре, — снисходительно произнесла девушка, поднимая сумку и протягивая его парню.
— Хм…ну да, в общем-то, — он широко улыбнулся, поправив косую челку. — Обязан просто соответствовать тебе, — но тут же его улыбка исчезла с лица (и как только ему не мешает пирсинг на губе). — Кто это был?
— Мое прошлое, — помедлив, с ухмылкой ответила Евангелина. Ее взгляд уже «сканировал» пассажиров в вагоне. Ну вот, ее узнали. И теперь кто-то смотрел на девушку с явным восхищением, а иные напротив осуждая и ненавидя. Этот ее талант был равносилен клейму. Диментьев был пожалуй единственным другом, с которым девушка могла уйти в запой или на концерт. Они были именно друзьями — иногда общались, иногда подкалывали друг друга, но никогда не испытывали друг к другу чувств.
Они проехали еще две станции. Народ все время пялился на Евангелину. В вагоне было обсуждение — кто-то доказывал, что вот она «та самая блогерша», другие утверждали, что этот какой-то блогер мужчина, третьи говорили, что это просто косплейщица…вариантов было масса. Иначе говоря, ее с кем-то перепутали и было даже не понятно с кем именно.
На ВДНХ они вышли вместе. Ева была уже несколько на нервах. Парни молча шли за ней к ВВЦ. Там работали различные игровые площадки, были кинотеатры, выставки, прокат роликов-велосипедов-веломобилей-сигвеев… А еще тут были аттракционы.
Их ждали. У главного входа стояла компания девушек — Марина, Вилена и Леве с Тимуром. По совести, демон не сразу признал их. В гражданской одежде они походили на обычных людей, а не офисных работников. Исключением составлял лишь тот факт, что обуты все были в туфли на высоком каблуке, за исключением начальника отдела. Поздоровавшись со всеми, ребята было направились к аттракционам. Все оказалось куда проще. По дороге, Тимур Сергеевич сообщил, что их отдел расформировывают к чертям собачьим, и поэтому имеет смысл шикануть напоследок, отметив день Рождения Вилены. А после дружно искать новую работу.
— С чего начнем? — спросила Марик.
— Ева наша любит начинать с того, — Диментьев усмехнулся и махнул рукой в сторону каких-то кабинок. Он был ростом с Дарка (около метр девяносто, возможно выше), спортивного телосложения, со стильной ассиметричной прической из темных, как смоль, волос. Зеленые глаза были выразительными и смотрели только на Евангелину. Однозначно, парень знал ее и очень хорошо. Он был одет просто — джинсы и белая футболка, на которую был накинут темный жилет. На джинсах висела большая цепь, которая смотрелась очень даже эффектно. На руке красовались часы на широком ремне. Наверняка, у этого парня нет отбоя от девчонок. Хотя если он хочет произвести впечатление на какую-то конкретную особу, вряд ли стоит так пижониться. Или как Ева говорит — фаниться.
— Энтерпрайзер, — по слогам прочитала леве и вопросительно посмотрел на Вольдемара.
— Тогда пошли, — Вилена первая пошла к карусели, будто бы и не ее только что обсуждали. Что-то сказав парню в красной спецовке, девушка махнула рукой. Все дружно расселись по кабинкам, которые были мелковаты и несколько тесноваты из-за этого. Маринка боязливо оглядывался. Да уж, она и не каталась ни разу. Кроме них на карусели никого не было. Парень в спецовке прошелся, проверил, чтобы все кабинки были закрыты и ушел.
Раздался гудок и всех начали раскручиваться по кругу. Кто-то из компании смеялся во весь голос, кто-то что-то кричал веселое, А Ева… Она как-то странно сидела, словно грустила о чем-то или…вспоминала. Дарк не видел ее лица и ему этого не хватало. Ведь он привык уже узнавать всю нужную информацию по ее глазам. Раздалось еще два звуковых сигнала и их стали поднимать. Если поначалу все крутились в горизонтальной плоскости, то теперь перешли в вертикаль. Кабинки слегка раскачивало из-за чего были опасения, что есть возможность влететь в будку управления.
Демон «ловил» мысли Евангелине. Она радовалась искренне, по-детски. У Диментьева сейчас были схожие чувства. У них столько схожего — оба были вынуждены быстро повзрослеть. Но сейчас у Евы было очень мало мыслей. Она была здесь и сейчас. Это так редко происходит с ней. Чаще всего она старается обдумать все заранее, наперед, оценить ситуацию, предположить…
Тем временем, карусель опустилась в горизонтальное положение, постепенно замедляя ход и вскоре остановилась. Вольдемар выпрыгнул из кабинки и быстро переместившись протянул девушке руку. В ее глазах он прочитал растерянность и даже долю смущения. Она робко приняла его помощь и тихо, практически беззвучно шепнула: «Спасибо!».
Быстро пересчитав всех по головам, Вилена отметила, что не все в сборе. Окинув кабинки «Энтерпрайзера», Ева подошла к одной из них и вдруг с силой пнула в бок.
— Диман, харэ спать! — сказано не громко, но грозно. И вот где ее робость? Где та нежность и женственность, которая была буквально пару минут назад?
Диментьев вскочил почти мгновенно и ловко покинул кабинку. Не многие знали, что у этого парня Диментьев — была реальная фамилия. Почти все считали, что это прозвище, от его настоящего имени — Дмитрий.
Молодые люди перешли к следующему аттракциону. Вот тут мнения разделились. Тимур и Марина хотели на картинг. А Вилена и Лёва на «Тройку».
— Пойдете со мной в комнату страха? — Евангелина повернулась к демону с Диманом.
— Легко, — согласился ее друг. — Надо же тебя проконтролировать, а то разнесешь половину аттракциона.
— Не разнесу, — она надулась, как ребенок, но стало понятно, что прецеденты уже были.
— Неужели настолько эмоциональна? — съехидничал Вольдемар.
— Просто когда что-то резко выскакивает, Ева у нас сразу наносит удар. Убить не убьет, но мало не покажется, — Диментьев рассмеялся.
В принципе, Дарка не особо впечатлил лабиринт страха. Ну выдвигаются всякие чучела, ну двигается что-то где-то, ну шевелится, ну звуки разные…но вот приятно, Евангелина вцепилась в его руку и шла тихо-тихо. Неужели ей и вправду страшно? Для демона это осталось загадкой — ну не мог он понять то, что творится в голове этой девушки.
Выйдя на улицу, Вольдемар первым делом посмотрел девушке в глаза. Она покраснела и резко отпустила его руку.
— Ну где вы пропадаете? Пошлите! Вилена зовет всех на колесо Обозрения, — Лева кивнула и поправила огненно-рыжую копну волос.
— Только через мой труп, — сказала Ева.
— Она боится высоты, — шепотом пояснил Диментьев, видимо специально для демона, потому что все остальные уже направились на противоположную сторону ВВЦ.
Удрать девушке далеко не удалось. Вольдемар успел ее подхватить на руки и потащил на аттракцион. Кабинку они взяли открытые. Ева сопротивлялась до тех пор пока демон не отвесил ей легкий шлепок по попе. Она перестала дергаться, видимо тщательно продумывая план мести и почему-то это веселило всех. Хотя Вольдемар подозревал, что он еще пожалеет об этом.
Посадив Евангелину в кресло и закрепив, Дарк уселся по одну сторону от нее, а Диментьев по другую. Они медленно поднимались. Девушка сидела очень тихо, боясь шевельнуться. Демон видел в ее глазах страх, который казалось начинал просто зашкаливать, как ее внутренние змеи снова высвобождаются, расплетая свои кольца и начинают ее поглощать. Ева дышала очень поверхностно и через раз. Ее руки держались за поручень с такой силой, что костяшки побелели, а ногти отпечатались на тыльной стороне ладони.
Остальные весело болтали, то и дело оглядывая окрестности, иногда смеялись и восхищаясь открывающимися видами.
— Ева? — Диментьев повернулся к Евангелине. Она не ответила.
— Да не бойся ты, — не выдержал Вольдемар и коснулся руки девушки.
— Я тебя убью, — не разжимая зубов, сказала она. И сейчас не возникало сомнений. Змеи в душе шевелились, яростно шипели. Если бы была возможность, Евангелина скорее всего воплотила свою угрозу в жизнь. Напряжение ее тела не ослабевало, глаза оставались широко открытыми, а легкие не наполнялись кислородом.
— Ты такая милая, — Дарк улыбнулся и дотронулся до плеча девушки, желая просто ее отвлечь от страха. Ему стало жаль ее, ведь он — демон. Она боролась с собой изо дня в день, стараясь победить в себе пороки, но теперь стала жертвой Вольдемара. Удивительно, до этого момента демон не испытывал угрызений совести, но по какой-то причине эта жалкая человечишка заставляет его чувствовать и желать чего-то необычного, выходящего за рамки его повседневных потребностей. Раньше он уничтожал Души одну за другой, усиливая пороки человека в несколько раз. Они не могли ему сопротивляться и бездумно падали в пропасть, на самое дно их никчемной жизни. Ева, несмотря на свой излишний пессимист, умудрялась оставаться на поверхности, сохраняя хоть какие-то надежды.
— Хочу я в мраке души разгадать, что в ней таится, что не узнать мне, хочу я вечностью своей покорять, стихиями страсти неистово бродить, — с улыбкой произнес Вольдемар и Ева обратила на него внимание, добавив:
— Но в моей груди, как в черной бездне, тлеет бессилье и мученье странное, и жажду света, искренней любви, и веры в добро, что где-то там вдали.
— М-да…классики блин! — усмехнулся Диментьев.
Зрачки девушки расширились, на щеках появился легкий румянец, а дыхание стало более заметным. Ну вот, теперь Вольдемар узнал, как ее нужно отвлекать. Девушка скосила на него глаза. Вид был у нее мягко говоря озадаченный.
— Ну как? — с любопытством спросил Диментьев, прекрасно зная, что демон сделал.
— Я его убью, — Евангелина обернулась к нему и улыбнулась искренне открыто.
Вся компания еще долго каталась на аттракционах, бегали друг за другом, веселились и смеялись. Пожалуй, из них никто и никогда, даже Диментьев, хотя он-то многое замечал, еще не видел Евангелину такой. Жизнерадостная, счастливая. Даже ее глаза были блестящими лучащимися светом, а не как обычно серьезные. Ребята хорошо проводили время. Накатались на всех аттракционах по нескольку раз. Им было всем очень хорошо. Они посетили выставки, просто пошатались по павильонам, изучая товары. Вилена была рада, что теперь не одинока, что у нее есть друзья. Ей очень нравилось так проводить время, учитывая, что раньше никогда такого не было. Когда начало темнеть, коллеги по несчастью направились в бар, который находился недалеко от дома именинницы. Решили отметить все и разом — и День Рождения, и дружное сокращение. Пили много и весело — они оказались самой большой и громкой компанией в этом баре. Девчонки сразу предупредили, что их придется развозить по домам. Диментьев, как самый порядочный, согласился проконтролировать сей процесс. За это заявление дружно выпили.
— А вообще представь себе, она танцевала так, как я не танцую ни пьяная, ни трезвая, — смеясь рассказывала Марина какую-то забавную историю, над которой все дружно рассмеялись. — Ева, а напомни, что ты там опубликовала на внутреннем сайте?!
— Да ладно?! — Диментьев обернулся.
— Да там кто-то надавил на нас, — девушка со значение взглянула на Тимура.
— Ну надо было, надо, — он виновато развел руками. — Нужно было на сайте опубликовать объявление, типа, в фонд благотворительности что-то отдать. Ева конечно маханула у нас.
— Написала что-то типа: «Отдам любовь и сострадание в добрые люди», — смеясь подтвердила она.
— Блин, а я все гадал, что за идиот разбрасывается такими важными вещами, — растерянно заметил Вольдемар и все дружно хохотнули.
Дарк пристально наблюдал за ней. Что-то было не так. Она смеялась вместе со всеми, но внутренние демоны активизировались начиная разъедать ее, жалить, душить змеиными кольцами. Вольдемар прищурился и подумал о том, что может Евангелина еще слишком трезвая, не достигла нужной кондиции, чтобы не переживать. Протянув ей еще один бокал вина, демон наблюдал как девушка достаточно быстро выпила его. Вскоре Лева, Вилена и Марик с Тимуром захотели потанцевать. Для них частично освободили место, создав нечто небольшого танцпола и ребята пустились в веселый пьяный танец, не желая в этот день помнить о бедах и проблемах.
Ева, извинившись, вышла на улицу. Компания ребят-неформалов курили неподалеку что-то активно обсуждая. Девушка подошла к ним и попросила сигарету. Признав в ней «братана», парни быстро нашли сигарету и дали прикурить. Поблагодарив, Евангелина отошла в сторону и прислонившись спиной к стене, собиралась уже закурить. На душе было паршиво, невероятно тяжело и больно, словно резали на куски. Хотелось плакать, лезть на потолок, но от этого легче не стало бы.
— Сдурела, мать! — Диментьев отобрал сигарету, смял ее в руке и выкинул. — Дыши, дыши. Рассказывай, что произошло?
— Ничего, — она пожала плечами и улыбнулась.
— Я тебя знаю, ты просто так в депрессию не впадаешь, — он затряс ее за плечи, отчего, братья-неформалы дружно взбунтовались, но девушка быстро предотвратила конфликт.
— Он мой друг, — Ева снова пожала плечами, словно хотела сказать, что так получилось случайно.
Ребята понимающе кивнули и продолжили вести свою дискуссию.
— Давай я сейчас немного постою, протрезвею и вернусь к вам, хорошо?
— Точно? — строго спросил Диментьев.
— Точно, — она покорно склонила голову.
И он ушел, оставив ее на улице одну. Девушка вздохнула. В голове слегка шумело, тело было легким, свободным, но Душа ныла. Компания неформалов все-таки обратились к ней.
— Че празднуете хоть? — спросил один в футболке с логотипом рок-группы.
— Повальное увольнение, — усмехнулась Ева.
— О, уважаю, — кивнул он и протянул бутылку пива, которую ловким движением вскрыл.
— Пусть сдохнут все, кто нас не любит! — предложил еще один парень тост в косухе. Все дружно кивнули и выпили не чокаясь.
— Слушай, я тя где-то видел, — подал голос еще один. — На «Фениксе» двадцатого числа? Или «Искуснике»? Или на «Вене»? Планета Железка?.. — перебирал крупный парень в футболке с логотипом «Феникса».
— Да, на всех них была, — девушка улыбнулась.
— Тимоха, — он протянул руку для рукопожатия.
— Ева, — милая улыбка. — Я вас помню, вы меня из слэма вытащили на «Панках в зеленом».
— А, точняк, — парень кивнул. — За это нужно выпить!
Откуда-то достали еще ящик пива. Ребята разговорились. Основной темой, естественно было творчество известных рок-групп, прошедшие концерты и надежды на ближайшие. Беседа была содержательной и эмоциональной при том, что вкусы и мнения у всех совпали. За всеми разговорами прошло наверное часа полтора, ребята допили все пиво, обменялись контактами и ушли. Нет, они предлагали свою помощь девушке, что могут ее проводить, но она отказалась, напомнив, что не одна празднует.
Евангелина только сейчас поняла насколько она пьяна. Боясь пошевелиться, девушка нервно хихикнула. Слегка пошатнувшись, она подумала о том, что неплохо было бы сейчас куда-нибудь присесть и хотелось чего-нибудь холодненького для более быстрого протрезвления.
— Ева?!
Она сфокусировала зрение и обнаружила взволнованное лицо Вольдемара, рядом маячил Диментьев. Оба парня всматривались, пытаясь понять в каком состоянии девушка находится и это ей показалось невероятно смешным.
— Вы такие забавные! — она рассмеялась
— Ты пьяна, — усмехнулся Диман.
— Я знаю, — не стала отрицать девушка.
— Побудь с ней, я пока остальных развезу по домам и вернусь, — обратился Диментьев к Вольдемару.
— Можем ко мне поехать — девочки все равно пьяные, за ними присмотр нужен.
— О`кей, — он кивнул. — Тем более, что так ближе и проще будет.
Евангелина усмехнулась, но ничего не сказала. Ее внутренние змеи продолжали негодующе шипеть. Демон смотрел в глаза девушке и в кои-то веке подумал о том, что он хотел бы сделать для нее что-нибудь хорошее, чтобы увидеть улыбку на ее губах и блаженный блеск в глазах. Хотя бы ради того, чтобы после кратковременного счастья сорвать ее Душу во тьму из которой уже не было бы пути назад.
Вилена проснулась от жуткой головной боли и желания пить. Открыв глаза девушка с удивлением рассматривала большую кровать, на которой вповалку лежала Леве и Марина. В кресле дремал Диментьев, а на полу спал Тимур. Квартира была шикарной, Вилена не могла понять кому же принадлежит такое богатство? Обалденно красивая резная мебель, позолоченные светильники, сделанные под старину.
Приподнявшись на локте, девушка поморщилась от головной боли.
— Аспирин на тумбочке, — шепотом произнес Диментьев и от неожиданности Вилена вздрогнула.
— Доброе утро, — робко произнесла она.
— Добрейшее, — усмехнулся парень и встав, быстро дошел до обещанного «лекарства», которое протянул вчерашней имениннице. — Выпей, легче будет.
Она кивнула, снова поморщила от прострелившей боли и поспешно приняла таблетку, запив водой. Попутно Вилена отметила, что не все присутствуют в комнате — не было Вольдемара с Евой, и воображении услужливо дофантазировало.
— Евангелина… — она замолчала, не в силах произнести это, думая о том, что как-то быстро эти двое дошли до постели.
— Нет, — Диментьев весело рассмеялся. — Она сейчас ванну принимает и у нее отдельная комната, а Вольдемар на кухне раскладушку поставил, чтобы не мешать никому.
— Ой, — Вилена смутилась, чувствуя, как щеки залились румянцем. — А я-то подумала…
— С Евой такой трюк не прокатит, — он усмехнулся. — Она принципиальная.
— Вы давно знакомы?
— Лет восемь, — Дима пожал плечами.
— Так много!? — поразилась Вилена.
— Мы с ней хорошие друзья, хотя видимся порой редко. Вилен, а ты не хотела бы прогуляться? Или как-нибудь в кино или кафе сходить? Или туда и туда!? — он улыбнулся. — Ты мне понравилась и я хотел бы с тобой встречаться.
— Я?!.. — девушка виновато посмотрела на храпящего на полу Тимура. Ей было стыдно признаться в том, что бывший начальник ей нравился и казалось, что он отвечал взаимностью.
Диментьев понятливо кивнул и сказав что-то про то, что все понимает, уткнулся в телефон, но ненадолго, ведь из ванной послышался крик Евангелины.
Ева встала раньше девчонок и первым делом направилась в ванную, решив полежать в прохладной воде и окончательно протрезветь, а заодно восстановить события вчерашнего вечера, столкнувшись в дверях с Вольдемаром. Он был одет лишь в брюки, демонстрируя красивый рельеф тела выше пояса. Кубики пресса, крепкие руки… С недлинных волос капало, а зеленые глаза всматривались в лицо девушки. Она стушевалась на мгновение забыв, чего она хотела и откровенно рассматривая парня.
— Нравлюсь?! — усмехнулся демон. Он знал, что производит на смертных женщин впечатление, ибо такова его сущность, он просто обязан соблазнять Души и утаскивать их с собой, в Ад.
— Что? — Ева словно вышла из-под гипноза, шарахнувшись в сторону и приходя в себя. — Я…извини, — она растерялась. — Я просто душ хотела принять.
— Именно это и было в твоем взгляде, — заметил Вольдемар и чувствуя еще большее смущение девушки.
— Да-да, засмотрелась, — резко призналась она, чем умудрилась шокировать демона. — У тебя действительно красивое тело, Дарк. У тебя татуировка?! — заметила какой-то рисунок около шеи.
— Да, — он заглянул своим взглядом в ее душу, распознавая удивление и восхищение.
— Могу посмотреть?
— Да.
Он повернулся к ней спиной и почти почувствовал ее упоение. Девушка видела четкие очертания мышц под гладкой кожей, на которой, впрочем был выполнен ужасающий в своем великолепии цветной рисунок именуемый татуировка. Саламандра заняла всю спину, частично «зацепив» своей передней лапкой шею Вольдемара.
— Смотрится потрясающе, — Евангелина восхищенно рассматривала рисунок и не отдавая себе отчета коснулась пальцами извилистых линий.
— Хочешь знать значение? Спрашивай, не бойся, — он чувствовал суеверный ужас, который притаился у нее внутри.
— Расскажешь, Дарк?! — в голосе послышалось сомнение.
— Да, — Вольдемар обернулся, заглядывая ей в глаза, в ее Душу. — Владельцу эта татуировка дарует спокойствие, самоуверенность, безразличие, постоянство, но вместе с этим возрождение. Она имеет интересное значение, а конкретно, Стойкость Веры, Добродетельность и Целомудрие. Вот ты, Ева, в кого или во что веришь?
— В Бога, — ее ответ прозвучал обезоруживающе просто.
— Богу нет дела до тебя, — он сеял зерно сомнения в ее Душе, ибо человек должен усомниться, не должно быть опоры.
— Бог наш Отец и он Любит нас, — Ева слегка пожала плечами. — Я в это верю.
— Это хорошо. Но плохо он оберегает тебя от демонов.
— Демонов?!
— Да, и я самый главный твой демон.
— Учту. А теперь позволь, я все-таки приму душ, а то у меня голова после вчерашнего очень болит.
— Конечно, — он отошел в сторону, пропуская девушку. — Но лучше утопись там.
— Ага, и тебе с легким паром, — хмыкнула она, закрываясь внутри.
Уже лежа в прохладной воде, Евангелина мысленно все возвращалась к этому странному разговору, окунувшись в воду с головой, позволяя всем посторонним звукам исчезнуть. Что он имел ввиду? Зачем спросил про веру? А все-таки он чертовски привлекательный. Ева улыбнулась, и чуть-чуть выдохнула создавая на поверхности воды пузырьки. Дарк был в ее вкусе, но вряд ли она могла заинтересовать его. Да и зачем? Разве у них есть будущее?! Наверное, нет. Вольдемар живет другой жизнью — он ни в чем не нуждается, делает то, что нравится, и может позволить себе многое. А она?! Живет на одну зарплату, ищет жилье, имеет трудный характер… Что он там говорил? Целомудрие, Добродетельность и Стойкость Веры? Пожалуй, она попадает только под один пункт. И все-таки, зачем он заговорил с ней об этом? Зачем напомнил о собственном безразличии, пусть и через значение татуировки?! Почему саламандра? Кстати, о саламандре…
Ева вынырнула из воды, рукой держась за бортик ванны, вбирая в легкие кислород и нос к носу столкнулась с до боле знакомой чешуйчатой мордой с огромными черными глазами, порождающими в душе суеверный ужас. От чешуйчатого тела веяло замогильным холодом. Огромный тяжелый хвост лег на плечо девушки и ее нервы все-таки не выдержали — она закричала.
Вольдемар уставился на закрытую дверь, до сих пор ощущая на спине ее тонкие холодные, но очень нежные пальцы, отчего вся татуировка словно горела неистовым пламенем. Он был потрясен ее ответом. Зерно сомнения не только не удалось посеять, но и напротив, укрепил веру в ее душе. Он не соврал, когда говорил о значении его рисунка, который остался ему от Бога. Да-да, именно того, в кого верила Ева. Любой падший ангел имел возможность исправиться, раскаявшись в содеянном и найдя свое призвание. Эта татуировка была подсказкой в жизни, но до сих пор Дарк не приблизился ни на шаг к разгадке.
Рисунок жег лопатки и демон сделал вывод, что разгадка каким-то образом кроется именно в этой девушке. Успокаивая расшалившееся воображение, он коснулся лбом холодной двери, думая о том, что каким-то образом нужно расположить девушку к себе, узнать, что творится в ее голове и читать, как открытую книгу, ради того, чтобы в один прекрасный момент просто стереть с лица земли.
Крик Евангелины заставил сердце биться быстрее и Вольдемар вскинул голову, прислушиваясь к тому, что творится внутри ванной. Почти сразу же в коридоре возник Диментьев.
— Ева?! — он подскочил к демону, пытаясь по его реакции понять, что случилось.
Ответа не последовало.
— Ева? Ты в порядке? — Дима постучал в дверь ванной, но безуспешно.
— Ответь! — холодно приказал Вольдемар, посылая в ее душу волну безотчетного страха, заставляя говорить. Ее Душа откликнулась, клубок змей ожил, начиная заниматься своим излюбленным делом — пожирать человека изнутри, оставляя ошметки.
Замок щелкнул, дверь открылась и на пороге ванной возникла девушка. Вид ее был странно ошарашенным, а в глазах застыл ужас. Сунув руки в карманы джинсов и мимоходом поправив свежую футболку, Ева нервно рассмеялась.
— Булгакова?! — Дима тряхнул ее за плечи.
— Я походу в ванной уснула, кошмар приснился, — заикаясь произнесла она. — Я пойду, полежу немного, а то аж голова заболела.
И поплелась к себе в комнату. Диментьев следил за действиями подруги с некой долей волнения и демону это не нравилось, поскольку сообразил, что причина крылась в его домашней зверушке, к которой Евангелина еще не привыкла. Саламандра пряталась от любопытных глаз под ванной и «узнав» знакомого человека, потянулась к нему, чуть не доведя до инфаркта.
— Не похоже на нее, — буркнул себе под нос Дима.
— Разве? — Вольдемар изобразил удивление.
— Абсолютно точно. Что-то с ней творится в последнее время…странное.
И развернувшись вернулся в комнату, где сидела свесив ноги с кровати, Вилена в ожидании нового знакомого. Когда Диментьев зашел, девушка робко обратилась к нему с просьбой проводить домой, на что тот ответил согласием.
Неспешно они шли бок-о-бок по немноголюдной улице.
— Работаешь? — робко спросила она.
— Да, у меня очень интересная работа, — Диментьев тепло усмехнулся. — Лучше расскажи о себе. Почему ты такая нерешительная?
— Особенно по сравнению с Евой, — насупилась Вилена.
— Булгакова тоже нерешительная и робкая, просто прячется за маской, — он тихо рассмеялся и почти сразу же погрустнел. — Ей больно в душе, но она сделать ничего не может. Вы с ней похожи, только у тебя все лежит на поверхности, эмоции не подвластны. Ева напротив, всегда прячет свою боль, мысли, проблемы… Иногда мне кажется, что даже если она будет умирать, то не попросит помощи и не потому, что гордая, а потому что других напрягать не хочет. Хорошо, что ты ее встретила.
— Она такая мрачная…кажется такой. И она плохого мнения о себе всегда…почему?
— Заниженная самооценка. Такова она. Но ты так и не рассказала о себе, — мягко напомнил парень.
Вилена вздохнула. Дмитрий оказался внимательным слушателем. Он не перебивал, хотя иногда задавал уточняющие либо наводящие вопросы. А девушка поняла, что рядом с ним, она не может молчать. Она рассказывала все подряд — и детские воспоминания, и о ее разбитом сердце…последнее, что упоминалось в этом разговоре, так это диагноз — маниакально-депрессивный синдром. Диментьев никак не отреагировал на данную информацию, лишь мельком заметив, что в жизни каждый может ошибиться.
— А что насчет Тимура? Кто он тебе?
— Бывший начальник, — Вилена пожала плечами. — Он симпатичный и вроде даже милый. А почему спрашиваешь?!
— Просто интересно. Нравится?
— Ну так, — девушка смутилась. — Он меня не замечает.
— Может оно и к лучшему, — Диментьев хмыкнул.
— Почему? — Вилена удивленно воззрилась на парня.
— Ты его очень мало знаешь.
Он ее давно не видел. Ее присутствие не оспоримо, но лично Вольдемару так и не довелось с ней столкнуться. Последние полмесяца прошли очень сумбурно. Он не видел Евангелину уже давно. Ее присутствие в доме было неоспоримо — посуда мылась, стирка была, уборка, готовка, но саму девушку застать при этом было невозможно. Словно дух. Дверь в ее комнату периодически была закрыта и Дарк не рисковал ее беспокоить. Когда Ева уходила, то комната оставалась открытой. И демон как-то заглянул туда. Компьютер вечно включен и вообще живет своей жизнью, какие-то книги по истории, психологии и культурологи. Кровать заправлена, но видно по складкам, что иногда девушка даже не расстилает ее. Стул напротив компьютерного стола всегда отодвинут и слегка развернут в сторону дверного прохода. На стене висела карта Москвы, на которой были какие-то непонятные обозначения. Бывало, что в комнате начинали скапливаться стопки каких-то бумаг, но потом они непонятно куда исчезали.
Саламандра грустила и тосковала. Она также давно не видела девушку, а так хотелось снова с ней поиграть или даже немного напугать.
Золотая осень — прекрасная пора. Еще стояла теплая погода, без проливных дождей. Но прохожие не замечали красоты. Они все спешат. Все спешат и спешат, а жизнь проходит мимо. Они не понимают…да и не поймут наверное уже никогда. Для чего? Куда спешить? Зачем? Остановитесь! Оглянитесь вокруг! Неужели Вы не видите, что делаете с этим миром? Отравлены земля, вода, воздух… И демон смотрит, люди не останавливаются на достигнутом. Когда-нибудь природа отомстит за все…и время тоже. Люди не ценят его, а зря.
Он шел по многолюдной улице, то и дело с кем-то сталкиваясь. Но ему было все равно. Честно говоря, ему не хотелось убивать Евангелину, но в последнее время пришел к выводу, что это будет самым правильным поступком — ее душа, становится недостижима, а мысли в голове самого демона уходили не в ту «степь». Почему не хотел убивать? Он не знал. Просто не хотел и все. Она казалась ему удивительной. Странная и точка. Ну как ее еще охарактеризовать? Она поступала по какой-то, ведомой только ей, логике. Вредная, упертая, скрытная, язвительная…она не была образцом подражания. Флегматична, пессимистична…да еще и мизантроп. Девушка была потрясающей. Она шла к поставленной цели. Просто шла и все. Не важно, по трупам, тропинкам, шоссе… Хотя трупов пока не наблюдалось, но Вольдемар не сомневался, что если понадобится, Ева пойдет по ним.
Он поднял глаза и увидел Ее. И застыл. Она прогуливалась на противоположной стороне дороги, слушая в наушниках музыку. Ее сознание было где-то вдалеке от нашего мира.
— Булгакова! — окликнул так же, как это делает обычно Диментьев, и, не надеясь, что она услышит.
Девушка вздрогнула и повернула голову. Какие у нее глубокие карие глаза. Она обладает магнетическим взглядом. Вольдемара словно затягивает в омут. Она такая…такая…даже слов нет.
— Привет, — она улыбнулась. — Что ты тут делаешь?
— Просто гуляю, — пожал плечами. — Даже демонам стоит хотя бы иногда дышать свежим воздухом, тебе так не кажется?
— Насмешил, ты где в Москве нашел «чистый воздух»? — девушка весело рассмеялась. Она такая милая. И Вольдемар невольно улыбнулась.
— Ну да, глупость сболтнул. Кстати, ты куда-то по делам идешь или просто? А то Грех тоже беспокоится и беспокоится, давно тебя не видела.
— Просто наматываю километры, — она пожала плечами. Поразительно, девушка постоянно смотрит ему в глаза и за это время еще ни разу не отвела взгляд. Просто спокойно смотрит и все.
— А мне можно с тобой?
— Можно, Дарк, но пройдемся молча. Мне нужно подумать. Согласен?
— Как скажешь, — он улыбнулся.
— Маршрут выбираю я и точка.
Евангелина шла бок о бок с Вольдемаром. Она была спокойна. Наушники болтались на воротнике куртки. Карие глаза выглядели немного стеклянными, словно она снова погрузилась в свое сознание. Девушка передвигалась быстро и решительно. Ее губы что-то шептали. Демону показалось, что она что-то подсчитывала. Прошло около часа быстрой прогулки. Ева не выбирала простых путей, напротив, выбирала самые непроходимые улицы. Он не отвлекал ее от размышлений, просто повторял ее движения. Наконец-то они куда-то вышли — Дарк уже не следил за дорогой. Девушка вошла в какой-то подъезд и по лестнице поднялась на двадцатый этаж, на крышу. Там Евангелина остановилась и потянувшись, улыбнулась. Обернувшись к демону, девушка произнесла:
— Когда-то здесь умер человек. Он спрыгнул с этого здания из-за неразделенной любви, — она откинула челку со лба и подойдя к самому краю крыши, посмотрела вниз. — Этот парень был очень интересным человеком, правда, полюбил не того, кого надо. Он был умным, но не смог пережить тех чувств, которые повлекло за собой разбитое сердце. Смерть — всего лишь начало. Теперь при любой свободной минуте я прихожу сюда. В инете его знали под ником «Академия Ангелов».
— Он…любил тебя? — негромко спросил демон, прекрасно зная ответ.
— Типа того, — она усмехнулась, пожав плечами, но безразличие было показным, ведь внутри уже вовсю расплетали свои кольца змеи.
— В смысле? — Вольдемар удивленно взглянул на Еву.
— В том смысле, что он видел мою маску и любил ее, в глубине души он, до последнего надеясь, что я такая и в жизни.
— Да…мне это знакомо, — он грустно вздохнул и посмотрел вниз. Высоковато. — А стоит ли постоянно носить маску?
— Стоит, — она кивнула и неожиданно резко села, свесив ноги с крыши. Вольдемар даже побоялся, что девушка упадет и разобьется.
— Но маску можно снять.
— Рискни, — с вызовом произнесла Евангелина. Ее карие глаза снова вперились в демона, и он увидел в них лед и жестокость. Такие глаза могут принадлежать хладнокровному убийце, но уж никак не девушке. Он чувствовал, что придется еще поискать о ней информацию. Это будет увлекательно.
— Я не это имел в виду, — пришлось дать задний ход.
— Трус несчастный, — она легла, свесив руку вдоль стены. У демона снова екнуло сердце. Ну как можно так беспечно поступать?!
— Ты не боишься упасть?
— Нет.
— А смерти?
— Нет, не боюсь.
— Почему?
— Ты же ходячая смерть, ну и что? Ну, убьешь и что? Если так надо, то этого не изменить.
Он хотел ее о чем-то еще спросить, но после последней фразы выпал в осадок. Ну полное презрение к смерти, это как называется? Это его, демона, не только не боятся, но еще готова понять и простить. И что ей сказать на это? Он не знал. Хотя удивил больше тот факт, что Ева знала о том, что Дарк хотел ее убить…не физически, а только морально.
— Не мучай свой мозг, мне все равно, — спокойно произнесла Евангелина, даже не глядя на него. Она блаженно закрыла глаза и явно наслаждалась, что могла полежать на краю крыши.
— Я просто тут подумал…
— Ты и подумал?! Рекорд, — она ухмыльнулась. — И как успехи?
От этого ее поступка Дарк потерял мысль и вынужденно захлопнул челюсть. Как ее родители столько лет терпели? У него вот терпение не безграничное, вдруг прибьет раньше времени?!? Потом будет жалеть, это однозначно.
— Ага, прибей и успокойся, — она улыбнулась.
— Читаешь мысли? — Вольдемар слегка смутился.
— Да не в жизнь. Просто в плане меня у всех одинаковые мысли, — Евангелина хихикнула. — Меня многие ненавидят и презирают. Это вполне нормальное явление.
— Но ты ведь можешь сделать, чтобы тебя обожали, тогда почему ты…
— Мне лень. Я не вижу смысла влюблять в себя, флиртовать и тому подобное, — перебила Ева. — Не выгодно. Точнее затратно и бесполезно.
— Ты странная, — он невольно улыбнулся и сел рядом с ней.
— Да, мне говорили, — с непонятной гордостью согласилась девушка.
— Ты часто сюда приходишь?
— Нет, пару раз в несколько месяцев. Я люблю в другое место ходить. Показать? — она взглянула на него. Он согласно кивнул.
Евангелина рывком встала. На мгновение Вольдемару показалось, что она навернется с крыши, но к счастью обошлось. Девушка превосходно владеет своим телом. На нее было приятно посмотреть. В момент, когда она поравнялась со демоном, он вновь почувствовал аромат ее тела. Его было сложно описать словами. Сказать, что этот запах был приятный — не сказать ничего. Его тянуло к ней со страшной силой, он терял голову от этого аромата, который был самой Душой. Он шел за ней, не обращая внимание, на окружающий пейзаж.
Дарк очнулся, когда Ева остановилась. Пришлось оглядеться. Они были на крыше разрушенного здание.
— Что это?
— Недостроенная психбольница на Каширке. Денег не хватило и вот, остался лишь скелет здания. Ему здесь нравится. Спокойно. Кстати, рядом МВД, — девушка безмятежно махнула рукой, показав на близлежащее здание.
— Не знал, что тебя тянет в такие места.
— Мне нравится атмосфера таких зданий, — она потянулась изящно выгнувшись в спине. Вольдемар невольно залюбовался. Она не особо привлекала его в физическом плане, просто было интересно понять, что за человек-личность-сущность человек под именем Булгакова Евангелина. Она не была похожа на своих ровесников. По общению, ей можно было дать от десяти до пятидесяти лет — когда на сколько прикинется. Потрясающий живой ум, интуиция, упорство… Она не сидела сложа руки, напротив, предпочитала действовать. Сколько ее не пытались уничтожить, она была жива и могла продолжить борьбу.
— Откуда ты узнал про Него?
Вольдемар усмехнулся. Почему-то не ожидал, что она задаст этот вопрос про своего бывшего. Думал, что он ей теперь не интересен. Но возможно это просто праздный интерес или что-то большее. Почти наверняка это что-то значит.
— Я много что знаю о твоей душе.
— Не увиливай.
— Ты знаешь почему боишься саламандру?
— Нет, — она покачала головой, прекрасно понимая к чему он клонит. — Мне просто было страшно.
— А сейчас страшно? — Дарк слегка к ней приблизился.
Ее взгляд устремился вниз, в щель между бетонными плитами, куда уже падали люди, разбиваясь насмерть.
— Нет, я не боюсь, — она замолчала. Ее сознание снова где-то отсутствовало, словно девушка искала что-то внутри себя, а комок змей вновь активизировался.
— Я твой демон, — вполне серьезно заявил он. В ее карих глазах мелькнуло удивление. Дарк усмехнулся — Да-да, тоже рад встрече в реальности. Прости, должен тебя убить, но всему свое время.
— Знаю и все прекрасно понимаю, — она улыбнулась. — Надо — убей!
Сказать, что Дарк был в шоке, не сказать ничего. Как может человек так легко принять столь судьбоносное решение? Может на понт берет? Да нет, по ней не скажешь. Вполне искренне говорит. Либо воспринимает это как игру, словестная перебранка и не более того.
Он коснулся пальцами ее щеки и тихо произнес:
— Не время…
Она слегка качнула головой, словно отгоняя наваждение, и снова посмотрела вниз, словно хотела прыгнуть с крыши.
— Знаешь, я никогда не думал, что в вашем мире будет кто-то, кто сможет спокойно принять смерть.
— А смысл паниковать? Паникуй, не паникуй, она все равно придет и заберет.
— А обмануть?
— Лично я не вижу смысла. Она все равно тебя настигнет, а пока ты ее ждешь, то будешь жить в страхе. Зачем себе устраивать лишнюю головную боль? — девушка тяжело вздохнула. — Знал бы ты, как я устала.
Ее спокойствие его удивляло и порой приводило в бешенство. С этим ничего нельзя было поделать. Просто он бесился и все. Наверное, потому что она не показывала эмоций, а этого порой так не хватало.
— А ты не удивляйся, — вдруг произнесла она.
— Почему? — Вольдемар неожиданно для себя насупился.
— Тебе по статусу не положено, — девушка улыбнулась.
Дарк примлел и все ей простил за одну вот такую улыбку. Евангелина чудесная девушка. Она ему начинала нравиться, а вот назревающие проблемы не очень. Наверное, им бы стоило поговорить более открыто и детально рассмотреть план дальнейших действий. И демон даже не сомневался, что им по пути.
Они спустились и вышли с территории заброшенного здания. Девушка снова шла с ним бок о бок. Выйдя на Каширское шоссе, они направились к метро. Как оказалось, у Евангелины не было карточки поездок, но с ее физической подготовкой не составило труда перемахнуть через турникет. Они зашли в вагон, подошедшего поезда. Девушка встала, оперевшись спиной на дверь, ведущую в кабину машинистов. Дарк застыл напротив. А ему казалось, что Ева всю Москву пересекает по нескольку раз в день пешком. Его губы тронула легкая улыбка. Девушка стояла напротив, закрыв глаза, словно дремала.
— Осторожно, двери закрываются. Следующая станция Коломенская.
Через пару мгновений, после сообщения, двери захлопнулись и поезд тронулся. Народу было много, все-таки вечер, конец рабочего дня. Все чего-то галдели, толкались, спорили, злились, переругивались. И очень многие слушали музыку. Демон обратил внимание, что множество наушников мелькало то там, то тут. Пассажиры выясняли кто выходит на следующей станции, проталкивались и протискивались поближе к выходу, злились и психовали, когда не могли пройти или когда застревали где-то провода. Еще Вольдемар отметил, что у большинства людей абсолютно безжизненные глаза с расширившимися зрачками. В этот момент Евангелина взглянула на него. В ее карих глазах читалось столько пережитой боли, столько страданий и решимости продолжать жить, несмотря ни на что. Его словно ударило током. На фоне совершенно безликих людей, Она абсолютно точно выделялась. Совершенно осмысленный взгляд, не то что у других. Понятно дело, что все устали, сидят сонные. Но нельзя чтобы у людей было такое отсутствующее выражение лица и тем более, стеклянный взгляд. Евангелина снова закрыла глаза, словно заснула.
Покинув туннель и выехав на станцию, поезд замедлил ход и остановился. Двери открылись и пассажиры поспешно начали покидать вагон. Но Дарк рано вздохнул свободно. Те, кто стоял на платформе, ломанулись в вагон. Послышалась ругань, возня. Но он этого уже не замечал. Какой-то особо наглый и шустрый парень, заталкиваясь в вагон, толкнул его в спину и демон навис на Евой, которую по случайности придавил. Не сильно, но этого хватило, чтобы почувствовать биение ее сердца. Он попытался отодвинуться, вспомнив, как Евангелина когда-то ударила его в челюсть и столь плачевный опыт не хотелось бы повторять, но шустрый парень очень хотел уехать. В этот момент двери закрылись и Вольдемар оказался прижат к девушке. Он и не замечал, что она для него Так желанна — ее Душа пахнет восхитительно. Честно, но ему было стыдно, что он хотел эту эфирную субстанцию. Дарк боялся в ее глазах прочесть осуждение или гнев и уже приготовился, что так или иначе, а пощечину он словил бы.
— Блин, уже минуты две едем, и вроде даже эротично зажал, а в глаза не смотришь. Да что там в глаза, даже в декольте не взглянул.
В наступившей тишине, слова Евы были подобны грому среди ясного неба. Оставалось только непонятно — сей факт ее радует или огорчает. Демон покраснел, когда понял, что девушка стоит в майке с хорошим вырезом, подчеркивающим ее красивую большую грудь. А сверху на майку была накинута куртка. Блин, и куда он раньше смотрел??! В глаза. Блин, и ведь не смешно, все равно никто не поверит.
Бедная. Ее так все зашпыняли, она так устала.
— Чем ты занимаешься завтра?
— Попробую на концерт «Феникса» попасть. Если не попаду, то напьюсь.
— Ясно.
Проводив ее домой, демон ушел по своим делам, выискивая новых жертв. Он ненавидел людей. Ничтожные, они верят, что являются венцом Эволюции, как же это глупо.
Вон девушка — ее бросили, растоптали, унизили…такие становятся идеальными жертвами, поскольку их внутренние демоны активны и готовы помочь сорваться в пропасть. Но Ева…он помнил, как на второй день знакомства был шокирован тем, что эта ненормальная спасла человека от самоубийства. И к слову сказать, она действительно сдержала слово — она помогла ему найти хорошо оплачиваемую подработку и продала самое дорогое для себя — книги, чтобы хотя бы частично погасить кредитные долги. Хотя в тот день ей никто не помог. Никто! Ева должна была умереть, просто обязана, ведь она не смогла забраться в здание, а помощи было ждать неоткуда. Такого какого черта, демон помог ей??! Или это и есть Божий промысел.
Вольдемар вздохнул. Как-то слишком часто его стали переполнять сомнения и мысли о Всевышнем, к чему бы это? Холодный дождь действовал несколько отрезвляюще, заставляя задумываться о том, на что раньше демон не обращал внимания. Он медленно плелся вперед, а дождь все усиливался. Люди разбегались, прикрывая голову какими-то пакетами и папками, якобы это помогало им не промокнуть, но по сути это было глупо.
Но все-таки, с чего все началось?! Пожалуй, что именно с этого оригинального поступка на карнизе. Зачем вообще помогать кому-то, в чем выгода? Вольдемар пытался проанализировать сей поступок, найти логическое объяснение. Но нет, в любом случае, от этого суицидника не было никакой пользы и, даже наоборот, немного вреда. Значит ли все это…
Прогремел гром и Вольдемар почувствовал, как татуировка на спине отозвалась в теле острой болью, напоминая о своем значении.
Свет фар на мгновение ослепил демона. Проезжающая машина чуть-чуть не отдавила ему ногу. Водитель грязно выругался и помчался далее, но уехал недалеко, ведь мысль Вольдемара настигла и заставила поверить в собственную крутость, бессмертие и вседозволенность. Человек выжал сцепление и переключился на последнюю передачу. Автомобиль набрал скорость и вскоре протаранил стену магазина — водитель умер на месте. Вольдемар усмехнулся. Жалкие людишки, возомнившие о себе невесть что.
Итак, с чего все началось?! Его жизнь никогда не станет прежней после встречи с Евангелиной. Потрясающе, но девушка не потеряла своей Человечности за столько лет боли и разочарований, продолжая доверять людям, хотя и относиться к ним несколько настороженно. Она говорила, что не боится смерти, так ли это на самом деле?! Вольдемар не мог точно ответить на этот вопрос, хотя и предполагал, что она действительно так считает. Почему? Все просто — она ничего не ждет от Жизни! Если раньше были какие-то надежды, мечты, то вскоре они разбились о жестокий мир реальности и с тех пор Ева не верит в счастье для себя, считая, что попросту его не заслужила. Это казалось удивительным. На памяти Вольдемара это был единственный человек, который предпочитал думать о себе значительно хуже, чем есть на самом деле. Странная девушка.
Открыв железную дверь, он прошел в квартиру и практически сразу из кухни выглянула Евангелина, оценивая его внешний вид.
— Я приготовила какао, будешь?
— Да, что-нибудь горяченькое мне не помешало бы, — согласился он.
Грех мурлыкнула и поскребла косяк, который и так был полностью оборван. После саламандра изящно изогнувшись потерлась головой о талию девушки, заглядывая своими бездонными глазами в самую душу, но не затрагивая страхи. Демон склонил голову на бок, удивляясь переменам в своем «домашнем питомце». Обычно Грех сеяла ужас и безысходность в душах тех, кто находился рядом, уничтожая человека, не позволяя ему мыслить, парализуя ужасом, но не сейчас. По какой-то причине именно сейчас Евангелина чувствовала себя в полной безопасности, гладя эту чешуйчатую голову и улыбаясь, когда та показывала смешной раздвоенный язык.
Скрывшись в ванной и стоя под горячими струями воды, Вольдемар думал о том, что за сотни лет люди практически не меняются. Да, технический прогресс, но в духовном плане все они лишь деградировали, не желая развиваться и считая, что и так достигли своего пика. Но Евангелина не была такой, что само по себе уже было странным. Как же так?! Ведь она обычный человек не лучше и не хуже других, но… Он не мог бы объяснить ее поведение, отчего становилось лишь интереснее. Не зря говорят, что в каждой женщине должна быть загадка, ведь все неизведанное интригует и не отпускает.
Он вышел из ванной, переодетый в чистое, прямиком направляясь на кухню. Чашка горячего какао и только что приготовленная коврижка ждала его. Но боль, которую он почувствовал в Душе Евы заставила демона отвлечься от вкусной еды. Девушка невидящим взглядом уставилась на телефон, который вибрируя, медленно «полз» по столу. На экране горела надпись «Костя». Змеи боли разрывали изнутри, оставляя лишь лоскуты от того, что называлось душой. Евангелина дрожащими руками нажала на зеленую кнопку и поднесла трубку к уху.
— Привет! — раздался из динамика веселый голос ее бывшего парня, который был настолько громкий, что Вольдемару даже не приходилось прислушиваться к разговору.
— Чего тебе? — холодно спросила она, но внешней уверенности не было, ведь душа во весь голос кричала и выла от боли.
— Да просто позвонил, спросить, как дела. Давненько не общались, вот и решил предложить прогуляться, — продолжал трындеть этот «Казанова».
— Нет.
— А…ты типа встречаешься?! А говорила, что не найдешь себе парня. Ну да, все как всегда — ты лжива и лицемерна, — судя по всему он улыбнулся.
— Не звони мне больше, — Ева сбросила вызов и сразу же добавила в «черный список». Посмотрев на Вольдемара, девушка хрипло произнесла — Извини, я отойду на минутку.
Демон кивнул, чувствую ее внутреннюю боль. Евангелина медленно встала из-за стола, вышла из кухни, прошла в свою комнату, притворила дверь и…зарыдала во весь голос, ведомая своей болью. Зарубцевавшиеся раны вскрылись и сейчас вовсю кровоточили на радость внутренним змеям, которые с аппетитом поедали, наслаждались этими страданиями, разжигая их с большей силой. Девушке хотелось кричать от боли, разрывающей ее на куски, но она продолжала рыдать в подушку, вдавливая себя в матрас, желая провалиться сквозь землю, лишь бы избавиться от этих жутких ощущений в ее организме. Вольдемар отхлебнул горячего напитка, посмотрел на саламандру, которая то и дело оглядывалась на запертую дверь, словно прося помочь этой смертной. «Чем же ты покорила моего Греха?» — мысленно хмыкнул демон, удивляясь, что девушка к его приходу специально приготовила какао, что бы он (!) не заболел…и отставив чашку, он направился в комнату. Дарк вошел без стука. Евангелина сидела на полу, вжавшись в угол, подтянув к груди колени и продолжая громко рыдать, отзываясь на боль души. Она прятала лицо в ладонях, пытаясь подавить всхлипы, но внутренние чувства пока что были сильнее.
Сев на одно колено рядом, Дарк потянул девушку на себя, обняв ее за плечи. И неожиданно для него, Ева прильнула к нему, словно пыталась спрятаться на его груди, и еще больше обливаясь слезами. Тихонько гладя ее по спине, демон молчал, даже не собираясь что-либо говорить, да и что он мог ей сказать? Что все будет хорошо? Что ее жизнь наладится? Но ведь это неправда, и она сама это прекрасно понимала. И он понимал, что обманывать смысла нет. Постепенно рыдания смолкли и Ева лишь иногда тихо всхлипывала, по-прежнему прижимаясь лбом к Вольдемару.
— Пойдем, тебе нужно выпить, — произнес он, помогая девушке подняться на ноги.
Посадив на кухонном диванчике, демон достал початую бутылку водки и налил стакан. Не глядя на него, Евангелина молча выпила содержимое даже не поперхнувшись. Она была разбита, подавлена и морально уничтожена. Саламандра положила свою морду на колени девушке, предано заглядывая в глаза и Ева послушно погладила зверушку.
— Понадобится время, чтобы пережить все это, — спокойно произнес Вольдемар, склонив голову набок он наблюдал за ней, удивляясь тому, что впервые видел ее слезы. Никогда раньше, никогда (!), она не позволяла себе плакать.
— Я знаю, — заикаясь произнесла она. — Дарк…в этом мире вообще есть справедливость? Как думаешь?
— Есть, — демон пожал плечами. — Даже не сомневайся, есть. И на твоей улице будет праздник.
— Слабо верится, — Ева тяжело вздохнула. — Знаешь…я ведь ничего ему плохого не сделала, чтобы меня так называть.
— Таковы люди. Они жестоки по своей натуре, невежественны и глупы. Я рад, что ты не одна из них.
Евангелина подняла удивленный взгляд на него, и Вольдемар невольно залюбовался. Да, ее личико несколько опухло от слез, глаза покраснели, но она была прекрасна в своем проявлении, внутри она не была мертва, как многие и многие из миллионов людей. Ее боль была подтверждением ее Человечности. Уговорив девушку лечь спать, Дарк не смог последовать этому же совету. Он стоял на балконе, глядя на темное беззвездное московское небо и думал о том, почему Всевышний поступает так или иначе. До сегодняшнего дня, Вольдемар считал, что выбор, который он сделал — был единственно правильным, но теперь его одолевали сомнения, ведь теперь все указывало на то, что все это лишь часть какого-то огромного плана, мозаики. Сейчас у него в руках было лишь штуки три деталей от этой головоломки из ста тысяч.
— Интересно, куда это все ведет, — негромко произнес он, будто спрашивая небеса, но те молчали.
Ночь пролетела незаметно — демон так и не сомкнул глаз, лежа на диване в гостиной. Саламандра ушла спать в обнимку с девушкой, утробно урча и успокаивая своим присутствием. А утро началось со звонка в дверь. Тихо выругавшись, Вольдемар пошел открывать. На пороге стоял Диментьев. Он был в своих неизменных джинсах с большой свисающей с ремня цепью, а на футболке значился логотип группы «Феникс». Косая челка закрывала часть лица, но при этом не делала парня похожим на эмо-кида.
— Чего в такую рань не спится?! — буркнул Дарк, пропуская нежданного гостя в квартиру.
— Ева! Подъем! — крикнул он, а потом обратился к хозяину. — Да очередь надо занять, иначе на концерт реально не попадем.
В комнате послышалось активное шебуршание, тихий мат, за которым последовал звук удара — судя по всему девушка уронила свой ремень-патронташ. Но уже через минуту, Евангелина предстала перед парнями идеально одетая для концерта и выглядящая безупречно. Волосы заплетены в хвост, минимальный макияж с акцентом на глаза. Одета была, по примеру Димы, в рваные джинсы и футболку, а на боку висела маленькая сумка, в которую мог вместиться только паспорт и ключи от квартиры. Поспешно обувая кеды, девушка уточнила:
— Ты как-то поздно?
— Ты плакала что ли?! — настороженно спросил Диментьев, рассматривая припухшие глаза и после переводя грозный взгляд на Вольдемара.
— Костя, — одними губами сообщил демон и парень понятливо кивнул.
— Просто не выспалась, — отмахнулась девушка, уже вскакивая с тумбочки. — Идем?!?
Диментьев кивнул и пропустил Евангелину вперед себя. Вольдемар усмехнулся и набрал знакомый номер:
— Вита!!? — но в трубке послышался мужской голос. — Это Дарк, я предупредить, что они выехали.
Седьмой час Евангелина с Диментьевым безуспешно пытались купить билеты у перекупщиков, но невозможно заполучить то, чего не было. Они приехали заранее, но так и не поймали удачу за хвост. Народ уже запустили в зал. Сидя в общей очереди безбилетников, девушка расстроенно капалась в телефоне, подключившись к интернету и пытаясь выяснить где и как еще можно пройти на этот концерт. Поэтому подошедшего мужчину она не заметила.
— Булгакова Евангелина и Диментьев Дмитрий!?
— Да, — девушка вскинула голову. Это был парень старше ее самой года на три-четыре, высокий и весь в черном. Темные глаза смотрели слегка насмешливо.
— Тогда за мной.
— А концерт?! — Ева беспомощно оглянулась на закрытые двери концертного зала.
— За мной, — это было похоже на приказ, который не решились ослушаться.
Черный «Шудатти» легко нес вперед пассажиров. Кто бы ни был этот таинственный человек, но за всю дорогу он не проронил ни слова. Ева и Дима периодически переглядывалась, но также молчали, не нарушая общей тишины и удивляясь дорогому автомобилю, да еще и необычной комплектации. «Шудатти» рассчитан всего на одно пассажирское место, а тут явно все по-другому. Интересно, сколько стоит заказать с такими параметрами? Но вскоре они въехали в гараж, где-то в районе Тверской, огромного здания. Выйдя из автомобиля мужчина повел гостей через холл в концертный зал, который потрясал своими размерами — он был значительно больше таких гигантов, как «Олимпийский» и «Крокус-Сити Холл». Здесь одновременно могло находиться до семидесяти тысяч человек, без учета мест на балконах. У сцены довольно подпрыгивали Леве с Виленой, а Марина о чем-то активно спорила с Вольдемаром. Еще с ними был какой-то парень в строгом костюме. При виде новоприбывших, этот человек заговорил:
— Шархан, ну наконец-то, — он всплеснул руками. — Динамик один вышел из строя и вместе с ним вон те переключатели. Вита узнает — голову оторвет.
— Причем обоим, — хмыкнул парень в черном. — Хорошо, Влад, сейчас заменим. Дарк, пока введи всех в курс дела, а мы проблемы устраним.
Шархан и Влад вернулись через час, когда окончательно проверили все оборудование и устранили поломки. Их уже ждали — две девушки в кожаных костюмах и парень в джинсах без рубашки, хвастаясь красивым рельефом мышц.
— Шархан! — счастливо подпрыгнула девушка в черном костюме. — Вита просила передать, что ей нужна педаль-перегруза. Свою она сегодня случайно сплющила, — и девушка в белом таком же костюме согласно кивнула.
Парень, которого называли Шарханом, закатил глаза и тяжело вздохнул.
— Что? Тяжело с женщинами? — негромко спросил демон. — Импульсом или как это у вас там называется?
— Им самым. В последнее время у нее такое перенасыщение энергией, что ломаем все подряд.
— Ну хотя бы не убивает.
— Вам тогда повезло.
Парни отошли к бару, ведя неспешную беседу.
— Да не говори. Но учти, что демоны ей заинтересовались. Она всегда такая агрессивная теперь?
— Нет. Но за друзей будет мстить быстро и жестоко, я ее не успею остановить, да и вряд ли захочу.
Вольдемар кивнул. Он помнил, как сейчас — демоны сеяли зло и сомнения, возрождали в людях грехи. Это была массовая акция для уничтожения пары сотен Душ. Как на зло, в тот день у «Ночной Стражи» (именно так называют какой-то спецотряд от академии Лемур — очень популярное учебное заведение, куда мечтали попасть все, но брали немногих, можно сказать, лишь избранных). «Ночная Стража» проводила спецоперацию по высвобождению заложников, и там же был один из тех, кого звали Шарханом — он прикрывал отступающих, когда демоны пришли за наживой. Силы были неравны и парня бы убили, если бы не вмешалась девушка — она сеяла Смерть, ибо и являлась Самой Смертью. Она умудрилась с легкостью разрушить несколько зданий, которые подчиняясь ее мысли, сложились как карточные домики, оставляя после себя мелкие камешки и пыль. Демоны ушли живыми, но сильно потрепанными, многих пришлось уносить менее пострадавшим товарищам. В таком амплуа Вольдемар впервые увидел свою бывшую одноклассницу, которая когда-то казалась тихой и спокойной, забитой девочкой. Особенно после личной трагедии. Ее Душа должна была попасть в Ад, после всего что случилось. Но этот Шархан…
— Да уж. Боюсь представить, что тогда могло бы случиться, — Дарк кивнул. — И тем не менее, я тебя предупредил.
— С чего бы вдруг такое одолжение? — холодно заметил парень, наблюдая за веселящейся компанией.
— Услуга за услугу.
— Ну да, — Шархан усмехнулся. — Вита тоже просила тебе кое-что передать. Мы навели справки об этой девушке, так что имей ввиду — если с ней что-нибудь случится по твоей вине, Смерть придет.
— Учту.
Они вернулись. Народ разбился на две отдельные группки, болтая о чем-то о своем.
— Ребят, предлагаю немного развлечься, и заодно познакомиться, — с улыбкой предложил Шархан и задал вопрос — Кто-нибудь знает что-нибудь о группе «Феникс»?
— Это рок-группа, — тут же отозвалась Евангелина. — Они захватили всю аудиторию, играют в различных стилях, активно общаются с поклонниками. Они делили сцену с такими рок-гигантами.
— Очень хорошо, — парень улыбнулся. — А состав группы кто-нибудь знает?
— Три девушки и парень, — кивнула Марина. — Скрипачка, две гитаристки и барабанщик.
— Витторина — солистка и ритм-гитара, бэк-вокал и соло-гитара — Рита, скрипачка и вокал — Алина, и Михаил барабанщик, — удивила всех своим знанием Евангелина, произнеся это одновременно с Диментьевым.
— Господа, с удовольствием знакомлю вас с членами группы «Феникс» — Рита, Алина, Миша, — Шархан показывал рукой на представляемых персонажей и те с улыбкой кивали.
— Да вы что??? — Дмитрий первый подпрыгнул с плакатом и фломастером, прося подписать. Посыпался град вопросов.
— Евангелина, хотим поздравить тебя с Днем Рождения! — улыбнулась Ритка. — Нам тут рассказали, что ты все не могла попасть на наш концерт. Собственно, это одна из основных проблем сейчас для нас.
— Именно поэтому это помещение — новый клуб. Сюда могут попасть значительно большее количество поклонников, а поскольку само здание и все здесь принадлежит нам, то есть возможность продавать билеты за минимальную цену, — подтвердил Миша.
— Но вы же только с концерта?! — поразилась Ева, с восхищением глядя на своих кумиров.
— Более того, мы отыграем сейчас еще один концерт, — Ритка подмигнула.
— Это как? — удивилась Леве.
— Дарк попросил билет на концерт для тебя, но по некоторым причинам мы не могли его предоставить, поэтому когда Вита узнала про твой день Рождения, уговорила ребят дать второй концерт после основного и пригласила всех, кто хотел попасть на ее выступление, но в силу каких-то обстоятельств не мог. С минуты на минуту они будут проходить сюда в зал, — Шархан сверился с часами.
— Но это же тяжело? Вы же устали! — Ева почувствовала себя виноватой, но ее успокоили.
— Вита наше главное лекарство от усталости, — Алина мягко улыбнулась. — Тем более нам очень приятно, что нашим творчеством интересуются.
Народ действительно постепенно прибывал. Их было не так много, всего тысяч пятнадцать (по сравнению с вместимостью зала, это было мало). Все старались пообщаться со звездами, сфотографироваться, подписать плакаты. Ребята никому не отказывали, быстро пройдясь по залу, беседую с поклонниками. Только при ближайшем рассмотрении Ева поняла, что все, кто собрался просто-напросто не могли себе позволить билет на концерт, несмотря на его низкую стоимость, а также были люди с ограниченными способностями, для которых Шархан определил место на одном из балконов, находящийся ближе всех к сцене. Остальные разошлись достаточно свободно по залу, беря в баре напитки и садясь прямо на пол, в ожидании концерта. Миша с девушками уже забрались на сцену и подключили свою аппаратуру, проверив настройку. Они сидели в изнеможении, и казалось невероятным, что они собирались дать еще один концерт при таком раскладе. Перед этим они дали трехчасовой концерт также со всеми автографами и теперь казалось невероятным, что ребята затеяли еще один такой трэш-метал.
— А где солистка? — негромко поинтересовался Вольдемар у Шархана.
— Ну судя по всему опять где-то заблудилась, — пожал плечами парень.
— Да, это на нее похоже, — хихикнул демон.
Народу стало еще больше. Теперь на балконах прибавилось детей и подростков с родителями. Евангелина отметила правильную организацию.
— А они часто репетируют?! — робко спросила девушка у Шархана, поняв, что он один из главных организаторов.
— Постоянно, — ответил за него парень в костюме, который представился Владом. — Любое шоу отрепетировано до самых незначительных деталей. Они не любят пускать дело на самотек. Вита считает, что раз люди соизволили посетить их концерт, то стоит дать такое шоу, чтобы это запомнилось на всю жизнь. Поэтому в их случае не бывает никаких случайностей.
— Кроме того случая, когда динамики просто сгорели, — усмехнулся Шархан.
— Техника не вечна, — пожал печами Влад. — У них на концерте всегда дежурит бригада врачей — мало ли кто в слэме пострадает или просто плохо станет от жары.
— И не тяжело жить с такой творческой личностью?! — усмехнулся Вольдемар, принимая из рук Шархана стакан виски.
— Тяжело метал слушать каждый день, — хмыкнул Шархан. — Я долгое время не мог привыкнуть к гроулу.
— Влад! — раздалось в микрофон со сцены от Ритки, отчего все дружно обернулись. — Дай нам чайку что ли какого-нибудь. Мы вообще без сил все.
«Каприз» был исполнен моментально и группа дружно спустилась в зал, чтобы по-быстренькому «принять на грудь».
И тут двери в зал открылись и быстрой уверенной походкой с гитарным чехлом за плечами вошла девушка. Все присутствующие посмотрели на нее и ахнули от ужаса.
Еще один персонаж влетел в зал ураганом, но при этом поразительно спокойной походкой. Одета в джинсы и темную тунику с разрезами на боках, отчего можно было рассмотреть бледную кожу девушки. И кстати худенькую фигурку. Когда девушку разглядели, все присутствующие вздрогнули. Все, кроме Шархана. Вместо лица у вошедшей был прорисован четкий яркий череп, выглядящий весьма реалистично, отчего многим показалось, что лицо было без кожи, открывая кости. Смотрелось это конечно угрожающе, если бы не лучащиеся счастьем карие глаза. На голове был заплетен высокий тугой хвост и от этого череп казался особенно целостным. Длинные волосы доставали практически до середины бедра, переплетаясь между собой шикарными естественными локонами.
— Всем привет! Евангелина, тебя поздравляю с Днем Рождения! Любви, счастья, здоровья и сломанных костей всем врагам! — поздоровалась вошедшая и ей нестройно ответили, но девушка почти сразу же обратилась к парню, слегка улыбнувшись. — Очень смешно! Ты понимаешь, что я долгое время дорогу уточнить не могла, потому что люди шарахались от меня?!
— Ну извини, не смог удержаться, — Шархан обнял ее.
— Ты мне зубы не заговаривай и верни пузырек с раствором.
Когда странная девушка скрылась где-то за кулисами, Вилена тихо спросила:
— А кто это?
— Феникс, — пожал плечами Шархан.
— Феникс!? — в один голос переспросили Вольдемар и Ева, а вместе с ними еще половина зала.
— Ну да, в гриме, — согласно кивнула Ритка. — Хорошо хоть не сильно заблудилась и недолго плутала.
— Полтора часа — это недолго? — послышалось из-за кулис.
— Но тебе идет, — не выдержал драммер.
— Сейчас кто-то договорится, — буркнула где-то издалека Феникс и все тихонько рассмеялись. Обстановка в зале разом поменялась с приходом солистки.
Шархан иронично хмыкнул, между тем заметив, что остальные мужчины в зале смотрят на его девушку с плохо скрываемым восхищением.
Мельком оценив состояние группы, Вита вздохнула и сделала знак — всем на сцену! Ритка нехотя поплелась вперед, едва переставляя ноги, а Миша.
— Ребят, прошу прощения, клуб новый, мы к нему сами еще не привыкли, поэтому минут десять терпения и мы отыграем отлично концерт, — Вита снова мило улыбнулась. — Сразу пользуясь случаем, хочу поздравить Булгакову Евангелину с Днем Рождения! Что желаем? Чтобы самые сокровенные мечты сбылись.
Шархан пошел вместе с ней, на ходу что-то объясняя. Девушка то и дело согласно кивала, иногда виновато пожимая плечами. Демон прищурился и почти сразу же понял причину — перенасыщение энергией. Эти двое жили в мире, где это имело значение. Они Жили этим, Дышали. И любой скачок энергии в плюс или минус мог негативно сказаться на всех, кто находился рядом. Насколько смог понять Вольдемар — у Виты в последнее время было ощутимое перенасыщение энергией и эмоциями, и Шархан боялся, что девушка может потерять над собой контроль, поэтому на всякий случай всегда консультировал ее, напоминал и говорил одно и тоже…впрочем Вита вела себя благоразумно, молча слушала и старалась выполнять все указания. И видимо самое главное было, это распределить большую часть в зал и ребятам на сцене.
Глядя на эту пару у демона появилось чувство зависти, ревности… Эти двое были счастливы и вместе шли вперед по жизни, не боясь столкнуться с трудностями. Они многое пережили. Шархан вообще потрясал своей самоотдачей, хотя нельзя сказать, что Вита была скупа на чувства. Вольдемар помнил ее еще в институте — забитая, озлобленная на мир, мечтающая о счастье и без надежды на его существовании для себя. Теперь же она расцвела, а Душа пела. В этой Душе не было ни одного порока, за который можно было бы зацепиться, потому что внутренний свет убивал все, что могло помешать молодым людям жить счастливо вместе. Но само по себе казалось невероятным факт, что Евангелина чем-то ее напоминала — такая же безнадежно верящая в счастье и уже не ждущая его.
Витторина прицепила к заднему карману джинсов радио-передатчик от гитары и быстро пробежалась пальцами по струнам. Удовлетворившись малым, она спрыгнула со сцены вместе со своим инструментом и вышла в центр зала. По ее команде группа начала играть. Вита то и дело прислушивалась к колонкам и наушнику, который был вставлен в левое ухо. Глаза девушки то и дело вспыхивали каким-то странным фиалковым цветом — вероятно, сказывалось освещение или какие-то специальные цветные линзы.
Вернувшись к сцене, Вита несколько раз махнула рукой, привлекая внимание второй гитаристки и что-то ей изобразила на пальцах.
— Что это? — спросила Вилена.
— Лажает, — усмехнулся Шархан. — И знак исправить громкость звука для Влада. Слышишь? Левый динамик сильно фонит.
— Я так понимаю, ты эту группу продвигаешь с огромным удовольствием, поскольку они и без тебя себе пинков надают?! — заметила Евангелина, до селе молчавшая, не отрывая взгляда от своего кумира. Ее ожидания не совпали с реальностью. Она считала, что Вита будет зазвездившейся девчонкой на понтах, а вместо этого очень милая дружелюбная девушка, которая старается всем уделить внимания.
— Они подходят к делу ответственно, — пожал плечами парень. — Они сами все знают, умеют и делают. Проблемы возникают только если у кого-то из них инструмент из строя выйдет. Какие истерики бывают, — Шархан улыбнулся. — Они не хотят его менять и только ремонт. Смешнее было, когда у Ритки ремень не выдержал и она уронила гитару, причем прямо со сцены в зал. На память осталась небольшая разбитая часть, остальное поклонники разобрали на сувениры. Девчонки мои потом сидели, оплакивали гитару и упирались, что больше играть на хотят. Потом вспомнили, кто предоставил им ремни и понеслись разборки.
— Сильно влетело поставщику? — Ева обернулась.
— Ему — нет. Они ругались сами на себя за то, что недоглядели.
— Это на нее похоже, — кивнул Вольдемар. — А в Академии как?
— Ну после смены директора… — Шархан вздохнул. — Все стало лучше. Марта с Витой правда иногда на ножах, не могут в некоторых вопросах совпасть во мнениях, хотя у обеих было очень тяжелое прошлое, но Вита более гибкая и порой может просто довериться интуиции. Марте в этом плане сложно.
— А Вита общается с поклонниками? — Марина заинтересовано обернулась к Шархану.
— Да. Они всей группой выделяют время для общения, — парень кивнул.
— Она и мне ответила, — тихо произнесла Ева, словно стесняясь этого факта.
— Слушай, а Вита вообще дома сильно шокирует?! Ну в отличии от того образа, в котором она на сцене, — вдруг спросил Диментьев.
— Ну, — Шархан переглянулся с Вольдемаром (уж они-то знали, что девушка была неизменна), и произнес. — Самое шокирующее для меня, была ее способность петь гроулом и когда она побрила висок, — парень усмехнулся. — А все остальное удалось легче пережить. Хотя еще тяжеловато было привыкать к ее привычке по утрам слушать трэш-метал.
— Угу, я как-то у нее так наушники отобрал, так меня такой музыкой чуть не контузило, — хмыкнул демон, наблюдая за обсуждаемой девушкой.
В этот момент Вита махнув на что-то рукой быстро ушла куда-то за кулисы. Шархан слегка подался вперед и увидел, что девушка возится с аппаратурой. Успокоившись, он вернулся в свое обычное сидячее положение.
Они решили отыграть вступление какой-то песни, но очень быстро Вита прекратила и произнесла в микрофон:
— Влад, что это е-мое??!
Влад из комнатки звукорежиссера что-то сказал ей в наушник, девушка согласно кивнула и снова добавила:
— Сделай как было до этого, пусть лучше будет как в прошлый раз отстроили. Да-да, звук добавь в те динамики, а микрофон чуть приглуши, а то я снова голос сорву, либо чего-нибудь случайно разнесу. Спаси Шархана от убытков, а меня от походов в магазин, — она тихо рассмеялась.
Еще пару раз пройдя вдоль сцены, Витторина дала знак.
И тут началось.
Концерт прогремел с потрясающего дуэта скрипки и барабанной установки, поддерживаемое одной гитарой. Но вскоре музыка сменилась на величественное тяжелое звучание двух гитар и возвращением Витторины на сцену. Чистый ангельский голос Алины восхищал своей чистотой и непорочностью. И контрастом звучал женский гроул в исполнении солистки. Как позже оказалось, Вита прекрасно пела в любом стиле, продемонстрировав это на других своих песнях. Движения всех участников группы были строго отточены, хотя выглядели вполне естественно, но эффектно.
— Они так часто репетируют? — уточнил демон у Шархана.
— Да. Каждый день и бывает не по одному разу, — подтвердил тот, испытывая гордость за своих подопечных.
Поклонники радостно подпрыгивали и подпевали. В зале чувствовалась ужасающая по своей силе энергетика, очищающая души. Гроул в исполнении Виты и ангельский голосок Алины звучали контрастно, невероятно переплетаясь и усиливая друг друга.
Переступая пагубность привычки
И в мыслях возносясь над суетой,
Сожгу все письма, что касались жизни личной,
В своей судьбе я заломлю вираж крутой.
Демон почувствовал до селе неизведанные светлые чувства, которые наполняли все его естество. Они сидели с Шарханом в стороне, у барной стойки, взирая на всех этих людей.
— Она сильная, — неожиданно для себя произнес Вольдемар, глядя как Ритка с Витториной очень эмоционально играют, почти агрессивно, при этом вытворяя какие-то акробатические трюки с гитарами.
— Это так. Девушки в принципе сильнее мужчин, — задумчиво произнес Шархан, пригубив вина.
— Что ты имеешь ввиду? — демон непонимающе воззрился на парня.
— То и имею ввиду. Думаешь они могут жить без нас? Могут. Они все могут, и горы свернут, при желании. Вот Вита, думаешь, она не достигла бы такого успеха без меня?! Достигла бы. Твоя Евангелина при желании добьется всего о чем мечтает. Мы можем дать им немногое — понимание, заботу, опору, любовь. Мы можем позволить им самое главное — быть хрупкими, слабыми, нежными и любящими. Знаешь, Вита действительно была озлобленной и сломленной, когда попала в Академию. Но когда она увидела, что она Нужна, что ее Любят, она окружила меня такой заботой, о которой я даже не подозревал. Я даже не знал, что она умеет Так любить! Это величайший дар всех женщин — они могут нам дать самое главное сокровище в жизни. Они мотивируют нас на все подвиги, поддерживают, если все из рук валится и ждут. Они совершеннее нас.
Пусть зависла между небом и землей,
Не унять печаль, господи, постой!
Смерть тебе уж не страшна!
И ветер воет радость подаря!
Но что же будет, что ж тогда?
— Много терпения угрохал?! — Вольдемар задумчиво посмотрел в пустой стакан и попросил бармена подлить виски, вслушиваясь в невероятные мотивы, лечащие любые душевные раны.
— Ты себе даже не представляешь какие это мелочи, — Шархан хмыкнул. — Немного терпения и ты становишься счастливым по жизни.
— И не страшно со Смертью жить? — демон удивленно вскинул брови, и ради любопытства попробовал завладеть сознанием Шархан, на что практически сразу отреагировала Вита, каким-то образом умудрившись «ударить» его молнией. Вольдемар так и не понял, как это получилось, ведь разряд прошел от пола и до макушки, при том, что больше никого не задело.
— Нет, не страшно, — Шархан покачал головой, улыбаясь своей девушке. — Она такая, какая есть.
— Я не понимаю. Ева значительно проще и вреднее. Тебе досталась идеальная девушка. Вы даже не ссоритесь с Витой.
— Иногда и мы конфликтуем, но никогда не ссоримся. От нашей ссоры случайно могут пострадать совершенно неповинные люди и мы оба это понимаем. Просто мы научились договариваться. А в плане Евангелины…научись просто разговаривать по душам. Девушки прекрасно чувствуют ложь, поэтому никогда не обманывай. Потерянное доверие уже никогда не вернуть.
И с этими словами, Шархан повернулся лицом к сцене, облокотившись спиной на стойку. Он внимательно следил за своей девушкой, оставив Вольдемара наедине со всеми раздумьями. Тот в свою очередь нашел Евангелину в первых рядах, прыгающую вместе с толпой под бойкий тяжелый мотив.
Концерт шел всю ночь — одна из причин такого поступка была скрыта в том, что все пришедшие опоздали на метро и чтобы не «слоняться», со слов Виты, по улице, было решено продолжить веселье. Причем была предоставлена вкусная еда. Тех, кто совсем устал, расположили на верхних этажах, в комнатах для персонала, для отдыха.
Вольдемар и Евангелина неспешно шли вперед. Было раннее утро. Прохладный воздух бодрил, а не наличие машин радовало отсутствием выхлопных газов и вечного гудения.
— Это был лучший день Рождения в моей жизни. Это было очень круто! — восхищенно произнесла Евангелина. — Спасибо большое!
— Да не за что, — грустно отозвался Вольдемар. Странная эйфория после концерта создала в его душе легкое приятное ощущение, которое требовало задушенных разговоров.
— Ты о чем так задумался? — девушка удивленно посмотрела на демона.
— Да так, обо всем и сразу. Знаешь… — он замолк. — Вот ты веришь в демонов?
Евангелина обернулась к нему и как-то подозрительно посмотрела, словно что-то прикидывала в уме. Тяжело вздохнув, будто собравшись с мыслями, девушка произнесла:
— Знаешь…Витторина дала мне один интересный совет. Она сказала, что не стоит ограничиваться теми знаниями, которые мы имеем, поскольку мир устроен сложнее, чем мы привыкли.
— Боюсь, что она права, — Вольдемар хмыкнул, понимая, что Вита это сказала специально, чтобы помочь Еве правильно отнестись к новой информации.
— Ты поэтому про демонов спросил?
— Да.
— Ты…демон?! — недоверчиво уточнила девушка.
— Да.
Она ничего не сказала, видимо оценивая насколько серьезно это все было сказано, но Дарк решил выждать, ведь чтобы все понять необходимо время. Да и простому человеку сложно поверить в такие вещи без каких-либо видимых доказательств.
Они вошли в подъезд, вызвали лифт. Когда кабинка подъехала, Евангелина ощутила сильный удар в спину. Из-за грохота, с которым работал лифт, ни Ева, ни Вольдемар не расслышали, как в подъезд вошли еще двое. Демону сразу прилетело кулаком в лицо, а девушку двое нападавших затолкали в лифт и нажали кнопку последнего этажа. «Самоубийцы», — флегматично подумала Евангелина, почему-то совершенно не испугавшись за свою жизнь. Ее прижали лицом к стене и удерживая руки за спиной. Створки захлопнулись и лифт поехал вверх.
— Дернешься — убьем, — предупредил хриплый мужской голос. — Серый смотри, это реально та телка.
— Ну, давай быстрее, — подтвердил второй.
Девушка услышала звук расстегиваемой ширинки. «Что лучше сделать — сначала ему причиндалину оторвать или отдавить?!» — рассуждала она уже готовясь нанести смертельный удар, которому ее научил Диментьев когда-то для самообороны, но не тут-то было. Лифт остановился. Створки кабинки с противным скрипом распахнулись.
— Ублюдки, — выдохнул запыхавшийся Вольдемар, который успел по лестнице прибежать раньше приехавшего лифта.
А в следующее мгновение произошло невероятное. Глаза Дарка стали красными. Нападавших словно окутал черный дым. На душе становилось ужасно паршиво и пусто. Страшная апатия, которая кажется лишала рассудка.
Ева попятилась вглубь кабинки, боясь попасть под неизвестное ей вещество. Мужчины менялись на глазах — они усыхали, корчась от боли, бились в конвульсиях и вскоре рассыпались пеплом. Вольдемар устало выдохнул, закрыл глаза и облокотившись плечом на стену, произнес:
— Вот такая у меня работа в этом мире.
Парень посмотрел на девушку. Лицо Евангелины оставалось спокойным и все бы хорошо, но в этот раз ее выдали глаза — круглые как блюдца с немым восклицание. Было не совсем понятно о чем думает Ева — то ли ей было страшно, то ли удивлена…гадать можно было до бесконечности.
— Ты в порядке? — как можно мягче спросил Вольдемар, протягивая девушке руку.
— Угу, — она кивнула, приняв ладонь Дарка.
Кожа девушки была ледяная. Казалось, что организм не функционировал и кровь не бегала по сосудам.
— Что это за работа? — тихо, еле слышно, спросила Ева войдя в квартиру.
— Забирать души грешников, — спокойно ответил Вольдемар. — Мы забираем либо по разнарядке, либо просто гниль всякую, которая по любому попадет к нам в Ад. Иногда подкидываем дополнительные мысли в головы людей, помогая им сойти с пути и все-таки попасть к нам в Ад.
— Мило, — девушка как-то нервно передернула плечами.
— Да нет же, — парень вдруг рассмеялся. — Ты в безопасности, твою душу еще можно спасти. Ты очень неоднозначна. И то что тебя любят такие как мы только в плюс тебе. Хотя особо Рай тебе конечно тоже не светит. Но попытаться стоит.
Евангелина прошла на кухню и быстро накрыла на стол. Все это время Вольдемар молча ждал. И вот когда девушка села на высокий табурет, парень рискнул задать первый вопрос:
— Ты в порядке?
— Забавный вопрос от демона, — она нервно хихикнула. — Значит это не шутка. И все это время…я находилась рядом с настоящим демоном.
Кажется, у нее начиналась истерика, мозг отказывался принимать новую информацию, борясь с ней всяческими способами. Но то, что произошло у девушки на глазах, лишь доказывало, что Вольдемар реален, а значит…
— Поэтому ты Дарк? Да? Темный.
— И поэтому тоже, — он поставил перед ней чашку с холодной водой. — Ты везуча на неприятности.
— Это точно, — она залпом выпила. — А встретила я тебя ровно после того, как…
— Да, — сухо подтвердил он. — Когда тебя бросили, когда растоптали твои чувства, толкнув тебя в то самое депрессивное состояние, когда ты впервые задумалась о суициде. Каждый по-разному находит своих демонов. Иные живут внутри нас, пожирают и разрушают изнутри. Они сеют зерно сомнения, помогают потерять веру в себя, застрять в унынии…таковы они, внутри нас. Иногда человек не в силах сопротивляться, и мы этим пользуемся. Когда мы встретились…ты не готова была бороться за свою душу. Единственное мое желание было — уничтожить тебя и забрать то, что так ценно в этом мире.
— И что же изменилось?
— Ты посеяла в моей душе зерно сомнения, — он беспомощно развел руками. — Я уничтожал и никогда не задумывался о том, зачем я это делаю и для чего. Я просто забирал то, что хотел. А ты заставила вспомнить о нашем Создателе. Моя татуировка — это путь обратно на небо, возвращение. Но надо выполнить условия. Раньше я никогда об этом не думал. Ты очень многое поменяла в моих мозгах. И по совести, ты мне стала не безразлична. Мне плохо, когда я не вижу тебя. Я хотел сломать тебя, растоптать, уничтожить…а вместо этого ты дала мне жизнь.
Он прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Признание далось ему не легко. Но он гордился от непонятного чувства высокомерия, которое возникло в его темной душе — он чувствовал, что впервые в жизни поступил правильно, хотя от этого не становилось легче. Напротив, словно камень тянул его обратно в Ад. Холодные пальцы Евы мгновенно вытряхнули все лишнее из его головы. Ее ладонь коснулась его лица, словно хотела стереть все тревоги и заботы. Вольдемар нахмурился, но не открыл глаз, продолжая «читать» ее душу. Евангелина была удивительной. Она поражала своей самоотдачей, своей нежностью. Он подозревал, что влюблен, но знал, что демонам это не дано, не позволено. И эта встреча все изменила. Что случилось бы, если он не встретил бы Еву?!? Может она нашла кого-нибудь другого. Но цель его жизни сделать так, чтобы Евангелина не жалела о своем выборе, чтобы нон стал для нее самым лучшим, кажется именно так ситуацию обрисовывал Шархан и был прав. Неважно, что было в прошлом. Необходимо двигаться в будущее. У них оно есть. Не стоит отчаиваться. Все будет хорошо!
— Извини, мне надо идти. Мы можем потом поговорить? Расскажешь мне обо всем? — тихо спросила она.
— Конечно.
Холодная рука медленно соскользнула с щеки демона, послышались легкие шаги и звук запираемой двери. Вольдемар так и не открыл глаза. В его памяти мелькнули его прошлые отношения. Да-да, он тоже как-то встречался со смертной девчонкой. Звали ее Ксения. Сошлись чисто на общих атеистических интересах. Она просила, чтобы называли ее Черный Лебедь. Интересная девушка. Всегда ходила в корсете и длинной юбке, что ей очень шло. Она была совсем худой, можно сказать анорексичной. Жили вместе. Демон всегда выручал, предугадывал ее желания. Отношения были…немного пресноватыми. Не было ни адреналина, ни каких-то неожиданностей. Все обыденно, легко угадываемо, предсказуемо, иначе говоря. Но до определенного момента. Застал ее с другим. Ну как застал? Просто разговаривали. Естественно, демон подумал, что друг, просто общение. Дурак…даже не заподозрил ничего. Не хотел видеть правды. А в итоге, она сама созналась во всем. Сказала, что не хочет терять ни Вольдемара, ни того, второго. Предложила отношения на троих. Поговорив, цивильно разошлись. Ну пострадал немного конечно. А потом сменил работу, где и познакомился собственно говоря, с Евой. Честно? Возненавидел. Причем сразу. С ним никто не спорил, чувствуя на подсознательном уровне исходящую от демона опасность. Их он презирал, за неумение отстоять собственное мнение. А Еву возненавидел именно за индивидуальность. Хотел просто сорвать злость, наверное…а потом просто стал присматриваться к ней. И понял, что на фоне всех…она не странная. Ева нормальная, живая, человечная. Но его, демона, не хотела замечать. И глядя на нее, он понимал, что с Ксенией были не отношения…так пародия. Вольдемар старался как-то обратить на себя внимание, но получалось все как можно хуже и потом он решил уничтожить — нет человека, нет проблем.
Саламандра медленно выползла из соседней комнаты.
О чем же сейчас думала Ева!? Нет, без сомнения он, демон, мог сказать точно — ее внутренние демоны, в виде змей, мирно спали.
Вот и Вольдемар мог думать только о ней! Одна девушка, всего одна девушка умудрилась поменять в его жизни все. Как ей только это удалось? Он не мог дать ответа на этот вопрос, но это уже неважно. Теперь он хотел попробовать начать жить заново.
А Евангелина спешила на собеседование насчет работы. Всю предыдущую неделю она упорно искала новое место для заработка, но как на зло, ничего путного не попадалось, либо требования оказывались слишком высокими. Поэтому в один прекрасный, или не очень, день Евангелина позвонила по номеру, указанному на визитке. Трубку сняли практически сразу. Никита ее узнал и пригласил на «поговорить» в свой офис. И вот Ева приехала в Москва-Сити в одно из стеклянных высотных зданий и ждала своей очереди. Внутри все было шикарным, выполненным в цвете морской волны. После телефонного звонка, высокая девушка на рецепшене пригласила пройти в кабинет к директору. Ева благодарно кивнула и постучавшись в дверь, вошла. Внутри было скромно — большой стол для переговоров, куча стульев и все. Но мебель явно недешевая. И все в таком же голубоватом цвете. Никита собирал на столе какие-то бумаги.
— Привет, — кивнул он вошедшей девушке. — Проходи, садись. Ты сказала по телефону, что есть тема для разговора.
— Привет. Да, есть, — она кивнула и мысленно досчитав до десяти, начала. — Тебе не нужны ответственные работники?
Парень отложил бумаги в сторону и пристально посмотрел на нее.
— Работа нужна? Многим?
— Наш отдел расформировали и всех сократили. Народ не получил зарплаты. Если возможно, то мы хотели бы устроиться у тебя на любую должность. Никто из наших сейчас в принципе не может устроиться.
— Сколько человек вместе с собой ты хочешь сюда перетащить?
— Только свой сектор, с кем работала — Тимур Сергеевич, Вилена, Марина, Леве и Вольдемар. Итого всего шесть человек, включая меня.
— Интересно, не ожидал такого, — Никита облокотился руками на стол. — А остальных почему нет?
— А я за тех поручиться не могу.
— А Вольдемар…это тот парень, которого ты спасла тогда?
— Да, — она кивнула.
— Твой парень?
— Нет, — девушка удивленно пожала плечами.
— Ясно, — Никита тяжело вздохнул. — Давай так, сегодня я подумаю, прикину все и позвоню тебе. Вашу ситуацию я понял, в любом случае что-нибудь придумаем, в конце концов, я у тебя в долгу.
— Спасибо, — она натянуто улыбнулась, словно получила отказ, и уже поднялась, намереваясь уйти.
— Ева, — окликнул ее парень.
— Да? — она обернулась.
— Это не отказ. Я вас беру на работу, просто мне нужно посмотреть куда вас лучше пристроить, — серьезно произнес он.
— Правда?
— Абсолютно. Даю слово.
— Спасибо, — она кивнула с виноватой улыбкой на губах и вышла из кабинета, оставив Никиту в раздумьях. Но недолго он думал, очень быстро набрав на мобильном телефоне какой-то номер. — Алло, Паш, возьми Дениса и наведи справки по тем шестерым. Да, она приходила. Нет, она тебе не по зубам, — он усмехнулся. — Все, давай, буду ждать отчета.
Он отключился и задумчиво посмотрел в окно, словно мог видеть где-то там идущую Евангелину, и тихо спросил:
— Интересно, как же ты так столкнулась со своим демоном?
Ева уже возвращалась домой, когда из-за поворота ей на встречу вдруг вышла компания, человек пять. Без предупреждения, ближайший ударил девушку кулаком в лицо, а второй поставил подножку, уронив жертву наземь. Град ударов посыпался на Евангелину. Кое-как прикрывая локтями ребра, девушка пыталась понять, за что же с ней так поступили.
— В следующий раз, дорогая, будет хуже, — один из противников склонился над ней. — А на прощание, подарочек оставлю, чтоб помнила нас.
Он схватил ее за левую руку и произошло нечто удивительное — на коже проступил ожог, в виде какой-то надписи. Евангелина закричала от жуткой боли, которая отдалась во всем ее организме.
— Не кричи, крошка. Против тебя ничего не имеем, но до дружка твоего иначе не докричаться.
И быстро убежали.
Евангелина не спешила подниматься — тело жутко болело, и девушка боялась, что ей все-таки что-нибудь сломали.
— Вам помочь? — какая-то женщина с двумя сумками, остановилась, сочувственно глядя на избитую девушку.
— Да, пожалуйста, — Ева протянула руку и ей помогли встать.
— Обокрали?
— Да, кошелек сперли, — отмахнулась девушка, чтобы избежать дальнейших расспросов. — Спасибо большое за помощь!
— Заявление в милицию обязательно напиши, — посоветовала женщина и пошла по своим делам.
«Знать бы за что избили и кто виноват!» — подумала Ева, слегка прихрамывая.
Вольдемар в ужасе смотрел на Еву, которую сейчас старательно гримировали Леве, Марина и Вилена, в то время, как Диментьев обзванивал каких-то своих друзей из какого-то там спецподразделения.
— Пятеро, да? — переспросил друг у девушки и когда та кивнула, подтвердил в телефон. — Где произошло?
— Где-то за магазином «Перекресток». Когда дорогу переходишь и приближаешься к дому, — отозвалась Евангелина. Левая рука была перебинтована от запястья и до локтя. Девушка сослалась на то, что ушиб сильный, потому и «замоталась как мумия».
— Странно. Средь бела дня и так открыто…ты хоть кричала?
— Да, — она кивнула. — Дим, ты же меня знаешь.
— Знаю, потому и удивлен, что нашлись самоубийцы, которые на тебя рискнули напасть. Они что-нибудь говорили, требовали?
— Сказали, что до дружка моего хотели докричаться, — Ева пожала плечами и практически сразу поморщилась, потому что столь незначительное движение отозвалось болью во всем организме.
— Ну по всем параметрам похоже, что до меня, — Диментьев грустно кивнул. — Эх, работа наша и опасна, и трудна…
— Да и ладно. Найдете их, так хоть напинайте как следует, — хмыкнула девушка.
— А что за работа? — Марина повернулась к парню.
— Интересная, сонная, — хмыкнул Диментьев и продолжил какой-то разговор по телефону. — Ярослав, будь добр, займись этим делом. Да нет, нет. Ну нет же, она не моя девушка, — он рассмеялся. — Да, характер скверный, но милый. Друг это мой хороший, старинный. А под паровоз из-за нас с тобой попала. Все, буду ждать. Спасибо! Ладно, я как узнаю что-нибудь, либо позвоню, либо еще заеду к вам, — сообщил парень и убежал куда-то по делам.
Закончив марафет, вся компания двинулась в метро, а оттуда до офиса на Тверской.
— Крутое местечко он выбрал. Интересно, кем нас всех назначат? — робко спросила Вилена.
Офис был скрыт от посторонних глаз — со стороны это было обычное жилое здание, ничем не отличающееся от других, но внутри все менялось. Современно оборудованный офис со всей необходимой для работы техникой, несколько кабинетов, широкий коридор… Все в светлых тонах, дорогой, но качественной мебелью.
— О, а я вас жду, — Никита вышел из какого-то кабинета практически сразу, как только вошла честная компания. — Ева, кто твой недруг? — он насмешливо оглядел девушку и более строго посмотрел на Вольдемара, словно тот был виноват в ее невезении.
— Беспредельщики какие-то встретились, — она пожала плечами, а на губах заиграла мимолетная улыбка.
— Итак, ввожу в курс дела, — парень согласно кивнул, решив сейчас не вдаваться в подробности. — Этот офис полностью ваш. Здесь все обустроено для вашей работы. Скорее всего я буду работать здесь с вами, но не третьем этаже, а на четвертом. Значит так, изучив ваши резюме и наведя некоторые справки о ваших прежних работодателях, я пришел к выводу, что концепцию работы мы несколько поменяем. В вашу задачу будет входить выполнения моих поручения. Подсчеты, ведение баз и конечно же статистика. Как я смог узнать, вы очень хорошо на этом специализируетесь. Начальником отделом будет Евангелина Булгакова, прошу любить и жаловать. Сразу для Тимура Сергеевича поясняю, как начальник Вы некомпетентны и Вас я беру только из-за того, что в долгу перед Евой. Итак, пройдемте, я покажу, что от вас всех требуется…
— Да, Дим, это офигенная работа, — Ева разговаривала по телефону. — Это очень круто и мне впервые все нравится. Это та самая работа мечты. И да, я теперь начальник отдела. Вот так вот, так что поздравь меня с повышением.
Вольдемар предложил девушке после работы сходить в кафе, посидеть поболтать, но их прервали телефонным звонком.
— Чего?! Ты пьян что ли? Слышь, счетовод-любитель, а мнение других не интересует? — Евангелина удивленно вскинула глаза на Вольдемара. — Ясно, я учту, — она отключилась и все свое внимание переключила на Дарка. — Итак, у меня есть пара вопросов.
— Задавай, — парень разлил вино по бокалам.
— Какие у тебя отношения с демонами, Дарк?
— Каждый сам за себя. Мы объединяемся лишь перед общим врагом. Хотя бывают случаи нападения нескольких демонов на одного. Я так понимаю, что твой дружок что-то узнал!?
— Знаешь где он работает?
— Да, наводил справки. В СППЯ?
— Точно именно там, и он сейчас заявил, что те, кто меня избил хотели докричаться до тебя. Ты это можешь объяснить?
— Могу, — он кивнул. — Но сразу предупреждаю, что ты тоже виновата в данной ситуации.
— Я?! — девушка чуть повысила тон, но быстро взяв себя в руки, тихо, с угрожающей ноткой в голосе, произнесла — Рассказывай.
— Как только ты посеяла в моем мозгу или душе зерно сомнения, я обрел, как и все смертные своего демона, то есть тебя. А это значит, что я теперь весьма лакомый кусочек. Знаешь, после концерта я понял одну вещь — ты мне не безразлична и для меня это ново. Чтобы прикончить демона — нужно бить по самым уязвимым местам. К сожалению или радости, единственная моя слабость на данный момент времени — это ты, поэтому атаковали именно тебя.
— Но ведь они могли просто меня убить или, как ты говорил, забрать мою душу, — удивилась она.
— Нет, значит не могли. Твою душа, она…не совсем пропала. Ты очень неоднозначна. Ты можешь спасти другого наплевав на себя. Просто, ради спасения. Моя татуировка тогда впервые дала о себе знать. И это имеет только одно значение — благодаря тебе я могу встать на иной путь. Бог не дает нам случайных встреч. Так было надо. Видимо ты — мой шанс. К сожалению, я не знаю, что будет с тобой, поскольку своими действиями могу просто погубить тебя, даже не специально.
— Знаю, — Евангелина тяжело вздохнула и мило улыбнулась. — Я просто хочу помочь, не знаю, как это объяснить.
— Я вряд ли смогу дать что-либо взамен, кроме боли.
— Плевать, — она тряхнула головой. — Если я могу кому-нибудь помочь, то значит жизнь не совсем прошла впустую.
Он смотрел на нее совершенно другим взглядом, понимая, что нуждается в этом человечке. Шархан был прав — девушки сильнее и они могут дать гораздо больше. «Полон жизни новой, с моей преступной головы я гордо снял венец терновый, я все былое бросил в прах: мой рай, мой ад в твоих очах». У Вольдемара создалось впечатление, что Лермонтов о чем-то догадывался, когда писал это. Не исключено, что он был лично знаком с демоном, о котором позднее вполне мог написать свое произведение. Дарк смотрел на эту хрупкую девушку и понимал — она удивительна и она ему определенно нравится. Ее внимательные глаза с любопытством вглядывались в лицо демона, а тот в свою очередь, видел боль на дне ее души. Но какой силой должен обладать человек, чтобы помогать тогда, когда самому хочется сдохнуть?! Татуировка на спине обожгла — это верный знак разрешения загадки, осталось понять почему именно рядом с Ней появляется такой странный знак.
— Клянусь я бурей первозданной, и бессмертием тёмных ночей, клянусь вечной мести страстной, и пламенем в глазах своих, — словно действительно давал клятву. — Клянусь первозданной силой, что в сердце моём горит, клянусь бунтом и бунтом волей, в тишине мрака и хладе.
Всмотревшись в его темные глаза, девушка в очередной раз убедилась, что это не минутное увлечение, что они видимо созданы друг для друга, ведь они не могли встретиться просто так. Девушка смотрела в его бездонные глаза, полные весьма смешанных чувств.
— Помнишь, был у нас парень на работе, звали Сержем все его. Ну…пикапер типа опытный, ну и демон по совместительству, — неожиданно вспомнил Вольдемар. — Ну так вот. Он-то тебя и пытался склеить. Когда ты его отпинала, он же сдал всех. Ну? Что ты сделала тогда? Правильно, удары в пах были отработаны на мужской половине нашего офиса. А с тобой мы столкнулись вечером в туалете, на тебя ведь кофе пролили, прямо на волосы. Ты голову мыла и очень раздражена была.
Воспоминания прорезались сами собой и Ева улыбнувшись, погрузилась в них.
Она мыла голову. Вольдемар прислонился к косяку.
— Смотрю, счастья у нас теперь всем парням не светит, — ухмыльнулся он.
— Хочешь присоединиться? — огрызнулась Ева, смывая шампунь и уже протягивая руку к полотенцу, которое она обнаружила у себя в тумбочке в кабинете.
— Если тебя интересует, я был против.
— Если тебя интересует, то меня не интересует, — активно вытирая волосы, девушка выпрямилась. Он подошел ближе.
— Откуда же такая агрессия?!
— А тебя е… — она запнулась. — Волнует? — быстро нашла замену.
— Допустим? Может ты мне нравишься!?
— Что? И ты туда же?
— Я тебе вообще-то не на постель намекал, — его темные глаза вглядывались в ее лицо, улавливая все, даже самые незначительные эмоции.
— Конечно-конечно. И ты значит сделал ставку на то, что я не поведусь?
— Да.
Она хмыкнула и пошла к выходу.
— Евангелина, послушай, — он схватил ее за руку, желая остановить.
— Не трогай меня, — девушка обернулась, ударив парня по щеке. Вольдемар лишь отметил, что хрупкая ручка оказалась тяжелой.
— Извини, — он потупил взгляд, хотя в мыслях уже вертелась язвительная мысль «Удивительная!».
Она ничего не сказала. Просто ушла в свой кабинет и быстро собравшись, убежала домой. А для него было время подумать, что человеческие существа бывают порой непредсказуемы.
А еще демон вспомнил, как ждал девушку у входа в офис. Ева, по своему обыкновению, задерживалась из-за большего количества реестров, которые необходимо было обработать, но сначала она решила сходить в магазин за книгой, которую давно хотела прочесть.
Она возвращалась из книжного. Повезло. Был привоз и Ева смогла накупить новых книг, большинство которых были по математике и по военной истории. Все было, как всегда. Как всегда, девушка планировала ночь провести за работой и книгами. Книга — лучший друг. Больше у нее никого и ничего не было.
Уже подходя к офису, девушка заметила мелькнувшую тень. В голове обозначилась единственная мысль — скорее всего те самые отморозки. Уже не первый раз избивали девчонок, забирали дорогие дубленки, сумки. И когда тень двинулась в сторону Евы, она не раздумывая ударила сумкой. Маньяк попытался вырвать «оружие». Мысленно обматерив напавшего, девушка нанесла сумкой еще несколько ударов, вслух возмущаясь тому, что кто-то посмел покуситься на ее книги. Человек упал. Пнув его пару раз, Евангелина отошла на пару шагов назад, наблюдая. Так же с любопытством наблюдали ребята, которые курили на крылечке офиса.
— Ну ты псих, — протянул человек, лежа в сугробе. — На кой хрен мне твои книги?! Я вообще поздороваться подошел, а ты… — он перекатился на спину, не спеша вставать и прислушиваясь к ощущениям не сломано ли чего.
— Дарк??! — Ева почти испуганно посмотрела на парня.
— Узнала?! Значит выгляжу еще подобающе. Но можешь пнуть еще пару раз, чтоб окончательно это исправить. Ты откуда такая дикая? Вы Северные все такие?
— Я смотрю, у тебя чувство юмора не отшибло? — она начала злиться. — Вот ты меня немного знаешь, так на фига сумку начал вырывать?
— От нее большая опасность исходила, чем от тебя.
Она хотела что-то еще сказать, но передумала. Вместо этого девушка протянула руку, помогая парню подняться, и не сказав ни слова, ушла.
В час ночи они встретились. Вольдемар был в общей умывалке — он тоже остался на ночь на работе. Оперевшись о раковину, парень, закрыв глаза, вспоминал. Девушка не давала покоя его мыслям. Обмыв холодной водой побои, он усмехнулся, подивившись, что хрупкая девочка смогла избить его, демона, до такой степени. Умывшись, он поднял глаза, взглянув в зеркало. Ева стояла позади, прислонившись спиной к стене и скрестив на груди руки.
— Я извиниться хотела, — с паузой произнесла она. — Не знаю, что на меня нашло. У меня знакомую недавно избили и вот.
— Да ладно, — он отмахнулся. — У тебя удар справа хорошо отработан, — усмехнулся.
— Извини, — она пожала плечами. Девушка явно чувствовала себя не в своей тарелке.
Вольдемар закрыл кран, промокнул лицо полотенцем и отбросив его в сторону, приблизился к ней. От темных волос пахло шоколадом и кофе. Нависнув над девушкой, Дарк увидел, что она еще больше смутилась, пытаясь спрятать взгляд.
— Да-а, — протянул он. — С твоим появлением весь мой авторитет полетел к чертям. С твоей стороны это так мило.
Девушка вскинула голову, виновато посмотрев на него.
— Но ничего, я не в обиде, — он отошел на шаг назад, улыбнувшись. — Мне нравятся бойкие девчонки. Только в следующий раз меня не бей, пожалуйста.
— Прости, — снова произнесла она, подойдя ближе. — Это…в качестве извинения, — девушка привстала на цыпочки, чмокнула его в щеку и быстро удалилась. Он еще долго стоял, наслаждаясь прошедшим моментом и удивляясь, что бойкая и одновременно с этим робкая девушка только что поцеловала его.
Демон не мог не признать, что она была чертовски человечна, возможно даже больше, чем многие из тех, кого он знал.
— Знаешь, глядя на тебя, я почему-то уже не первый раз думаю, что ты похожа на Уроборос. Ты себя тоже постоянно разрушаешь, постоянно заглатывая саму себя. Даже вот ситуация с твоим Костиком.
— Извини, — Евангелина потупилась и ее внутренние змеи вновь ожили, потихоньку обгладывая косточки.
— Опять извини… Ева, да не за что тебе передо мной извиняться… Это я свой нос вечно сую куда не надо, так что это ты прости меня, за то, что заставил вспоминать то, от чего тебе больно… Кстати о «больно». Может поговорить об этом парне?
— Мне не больно, все в порядке.
— Не стоит врать, я вижу, как ты себя гложешь изнутри, — он пожал плечами. — На самом деле я хотел сказать, что от него велика опасность. Он продал свою душу Дьяволу, так что он один из нас, демонов. Чтобы его не бросили на все круги Ада, он должен будет уничтожить какие-то конкретные души. Готов поспорить на что угодно, но ты в этом списке точно должна быть.
Они пришли домой. Устроившись на диване в гостиной, Вольдемар долго рассказывал о сущности демонов, а Ева, поглаживая вытянутую морду саламандры, внимательно слушала иногда задавая уточняющие вопросы.
— Итак, поправь меня, если я не права. Вы просто-напросто боретесь за души людей, подкидывая им те или иные качества в душу. А ангелы подкидывают испытания, дабы раскрылись самые светлые стороны нашей человеческой натуры?!
— Да, так и есть. У каждого из Высших демонов есть подручный зверек, помощник. Как правило многие берут адских псов, наводящих ужас и как правило, первое качество, выходящее на поверхность, становится трусость. Моя саламандра же изначально вселяет небывалый ужас, обнажая разом все низкие качества жертвы. Причем Грех уникальна в свое роде — самая крупная саламандра из всех существующих на земле и под ней. Хотя и ей не чужды доброта и верность.
— Ты говорил, что есть способ стать другим?! — Ева вглядывалась в лучащиеся признанием глаза Греха и удивлялась, как могла поначалу бояться этого милого зверька.
— По идее да. Каждый из демонов может стать ангелом и вернуться на небо, к Господу Богу. У каждого из нас есть подсказки. Моя подсказка — татуировка.
— Саламандра!? Может поэтому ты выбрал Греха, а не собаку? — Евангелина улыбнулась и Вольдемар удивился красоте девушки. Она не была шаблонной. Ее внешность нельзя было сравнивать с моделями с обложек журналов. Она была другая, но красивая и очень добрая. Несмотря на все жизненные неприятности, Ева никогда не сдавалась и не опускала руки, настойчиво идя вперед и даже ее внутренние демоны были вынуждены отступать при такой упертости. И становилось понятным, почему Грех признала Еву — да, саламандра могла внушить страхи, поселить ужас в ее душе, но девушка все равно бы не отступила и смогла бы подавить это состояние, пусть не сразу и возможно не до конца, но тем не менее не поддалась бы своей слабости.
— Возможно, — он тоже позволил себе легкую улыбку. — Хотя за исключением Высшей силы, мы все-таки боимся еще одного персонажа, который просто сам по себе совершенно непредсказуем.
— Кого же?
— Смерть.
— Смерть? В черном балахоне и с косой? — она удивленно округлила глаза.
— Не совсем, — Дарк рассмеялся. Его всегда веселило как смертные представляют ее…хотя теперь многие восхищались не кем иным, а именно…
— Смерть…Марены встречаются очень редко, но они опасны. В отличии от всех остальных они могут не подчиняться правилам, не живут кланами, нет никакого ограничения. Только жизненные принципы и не более того. Сейчас во всем мире есть всего две Смерти. Все они являются далекими родственниками, поскольку предок один.
— Они могут убивать кого угодно?
— Да, их никто не остановит в этом. Но насколько мы, демоны, знаем, сейчас две очень интересные Марены. Они значительно сильнее своих предшественниц. Поговаривают, что на это все повлияли какие-то личные мотивы.
— Они могут вас убить?
— Они могут убить любого, кого пожелают. Их сила потрясает. Я столкнулся с ними в бою всего один раз. Нас было много, очень много. И всего одна Марена покалечила всех демонов. Она не убила, но ясно дала понять, что в следующий раз в легкую уничтожит нас всех.
— Неужели ее никто не хотел уничтожить?!
— Пытались, но это всегда заканчивалось катастрофой. Любой ураган, потоп, землетрясение…как правило это не явление природы. Просто одна из Смертей выражают свой гнев. Хотя не всегда такие катаклизмы дело рук только Марены.
— Ты хочешь сказать, что мир напичкан различными персонажами?!
— Естественно. Откуда по-твоему все эти байки, легенды, мифология? Все появилось в этом мире не просто так. Одна из самых аномальных зон находится ни где-нибудь, а в Архангельской области. Там есть у меня знакомая, Вытьянка. Она дружит с НЛО, — демон усмехнулся. — Иначе говоря, она подтвердила, что внеземные цивилизации существуют. Да только кого это сейчас волнует?!?
— Понятно, — девушка задумалась, грустно глядя на саламандру.
— Теперь ты стала частью моего мира и тебя это не отпустит.
— Да я и не хочу, — эхом отозвалась она и пояснила. — Интересно знать, что тебя окружает нечто большее, чем просто…люди.
— Я тебя понял…Человечность нынче ни котируется? — кивнул он. — В любом случае, только от самого человека зависит будет ли демон внутри тебя развиваться или нет. Кстати, покажи, что у тебя с рукой.
Евангелина нехотя неспешно смотала бинт. Зажмурившись, она протянула имя и Вольдемар ахнул. Надписей было много. Они были словно вырезаны ножом по нежной коже. На руке от запястья до локтя было высечены друг за другом следующие слова: «Зависть», «Лень», «Обжорство», «Гнев», «Гордыня», «Похоть» и «Жадность».
Это зрелище вызвало у него ужас. Парень заключил девушку в свои объятия. Она дрожала. В мыслях присутствовал страх.
— Тише, тише, — Вольдемар ласково поцеловал ее в ключицу.
— Я страшная?!
— Нет, — он рывком повернул ее лицом к себе, рукой погладив по голове, заставляя смотреть в глаза. — Мне нравятся твои недостатки. Я ими дышу.
— Насчет саламандры…твоя татуировка ведь дает какие-то знаки тебе, — Ева задумчиво посмотрела в сторону, продолжая поглаживать Греха. — Мне кажется, что тебе нужно найти то, что означает твоя татуировка. Ты говорил, что она горела, когда я попыталась спасти человека.
— Да, — демон удивленно взглянул на девушку. — Доля правды в этом есть. Извини, мне нужно побыть одному.
Он вскочил с дивана и стремительно вышел из комнаты, провожаемый любопытным взглядом Евангелины.
Диментьев с восхищением рассматривал Вилену. Ее скромность ему нравилась все больше и больше. В отличии от Евангелины, Вилена была очень тихой, нерешительной, но более открытой внешнему миру. Дмитрий мог найти тысяч различий между этими девушками. Так уж получалось, что не везло ему в любви, как и многим современным людям. Все чаще встречались легкодоступные и глупые девушки, в душе которых не было ничего, кроме мрака. Евангелина была первой кто разрушил этот стереотип. Они познакомились на «Нашествии» и почти сразу нашли общий язык. Многие говорят, что дружба между мужчиной и женщиной невозможно, но это не так. Ни Ева, ни Дима не питали иллюзий насчет друг друга — они знали, что не уживутся. И тем не менее они были хорошими друзьями, которые поддерживали друг друга и помогали, но бросая в трудные минуты. Диментьеву частенько не нравилась упертость Евы. И вообще, на его взгляд, она не была женственной. Напротив, через чур сильной, несгибаемой, самодостаточной и…глубоко несчастной. Никто, кроме него, не знал ее боли. Она не была его идеалом — ну не нравились никогда бойкие девчонки. И вот Вилена. Она была полной противоположностью — скромная, утонченная… Но в тоже время, девушка весьма стойко смогла пережить все неприятности, которые встретились на ее жизненном пути. Пожалуй, если бы Вольдемар встретил сначала Вилену, а потом Еву, то первая была бы уже мертва. Все-таки Евангелина оказалась слишком сильной, не позволив собственному демону сломать ее.
Работая в СППЯ, Дмитрий не раз задавался вопрос, как же его подруга так воодушевленно работает в офисе, ведь это скучно и однотипно. Его работа была более разнообразной, но об этом парень не распространялся.
Вилена сидела напротив, смущенно глядя в свою тарелку, а Диментьев рассматривал девушку. Что-то ее угнетало и он никак не мог понять, что именно. Решив без толку не гадать, Дмитрий просто спросил — самое элементарное и эффективное, что можно было придумать.
— Что-то не так? — парень чуть подался вперед, но почти сразу вернулся в исходное положение, заметив еще большее напряжении и неловкость Вилены.
— Почему ты со мной захотел встречаться? — тихо произнесла она, потупив взгляд. — Ведь есть те, кто лучше меня. А со мной одни проблемы?
— Те, это кто? — с улыбкой уточнил Диментьев.
— Ева, например.
— С Евой мы друзья и не более. При более близком общении мы поубиваем друг друга, — он усмехнулся. — Знаешь, у людей такая странная особенность навешивать на все и вся ярлыки по делу и нет.
Девушка подняла глаза на парня и пристально, словно ища подвох, на него посмотрела, внимательно вслушиваясь в то, что он говорит.
— Люди всех поливают грязью. Есть у тебя парень — ты плохая, распутная. Нет парня, все равно плохая. Хорошая внешность — значит пластика. Нет — страшилище. Чтобы ты не сделал, это будет расцениваться отрицательно. В этом конечно есть своеобразный плюс, люди весьма предсказуемы. Каждый считает себя особенным, выделяет себя из серой массы, даже не представляя, что вновь и вновь с ней сливается. И в этом всем главное сохранить спокойствие. Сидишь, попиваешь кофеек или что там больше нравится и отстраненно за этим наблюдаешь. Они вываливают всю грязь из себя напоказ. И поэтому вывод очень простой, проблема в каждом из нас, она внутри нас. Мы влияем на окружающий мир. К чему это я говорю. Я общаюсь с теми людьми, кто не выливает на других грязь. Именно поэтому Ева мой самый лучший друг. Она никогда не оставляла меня в беде. Но теперь у меня есть еще и девушка. Замечательная, скромная, по какой-то причине неуверенная в себе.
— Почему ты говоришь, что с Евой поубивали бы друг друга?
— Мы оба слишком импульсивные. И мы часто расходимся во мнениях, — парень вновь усмехнулся. — Тем более она не привлекает меня как девушка. Этот человек, с кем реально можно сходить на концерт или попить пивка.
— Любопытные у вас отношения.
— Да не говори, — Диментьев пожал плечами и слегка подался вперед. — Но ты мне очень понравилась. Только я понять не могу, что ты скрываешь.
— Ева разве тебе не рассказывала? — Вилена была потрясена.
— Что именно?
— Эмм, — девушка растерялась. — А что она тебе вообще обо мне рассказывала?
— Что ты хорошая девушка, ранимая в душе. В двух словах говорила, что тебе парень бросил. Ну и все в общем-то. А что еще я должен знать?
— А про…псих-больницу она рассказывала? — Вилена словно съежилась.
— Это я от Тимура слышал, — Диментьев выдохнул, словно это было не самое страшное, что планировал услышать. — Мы как-то стояли после работы, Тимур покурить вышел, а ты домой шла. И вот он, глядя тебе вслед, и рассказал о твоем диагнозе. Ева ему по печени очень лихо тогда заряди, — он рассмеялся.
— То есть…
— Для меня это не проблема, — парень развел руками. — Я же вижу, что ты адекватная девушка. А насчет справки…есть у меня на примете врач один знакомый. Я думаю один раз сходишь к нему на прием и он выдаст другую справку.
— Да?! — девушка потрясенно посмотрела на него. — И…сколько и чего мне это будет стоить?
— Ничего. Просто подарок для девушки, которая мне нравится.
— Спасибо, — она застенчиво улыбнулась. — А расскажи, ты был раньше влюблен.
— Был, — он замолчал. Но выдержав небольшую паузу, Дмитрий с улыбкой спросил — Ну что? Может в кино?
— Никит, нам нужно поставить еще один МФУ. Так быстрее пойдет работа, и мы сможем вот то обработать за неделю.
— За неделю?! Предыдущие начальники обещали все сделать не меньше, чем за месяц, — парень сверился с документами, поглядывая на Евангелину. — Смотрю, есть у тебя задатки лидера.
— Да, немного, — отмахнулась она. — Общий анализ я тебе на электронку уже скинула. Отчеты почти все сделаны. И останется так, по мелочи разобрать, можно будет работать без авралов. Единственное, я бы все-таки кондиционер или хотя бы вентиляторы дешевенькие поставила. Сотрудники жалуются на духоту, у многих голова болит к концу рабочего дня.
— Хорошо, я тебя услышал. Сегодня решу вопрос и с завтрашнего дня вам установят необходимое оборудование, плюс распоряжусь, чтобы обед привозили.
— Круто-круто. Но мне вместо обеда можно кофе и пирожное с вишней?!
— Да, Вольдемар об этом предупреждал, — Никита хохотнул. — Все будет. Пожалуй, вы сейчас единственные работники, кем я доволен по полной.
— Спасибо, мы стараемся.
— Да, и как совет. Присмотрись к Тимуру. Твой бывший начальник зуб на тебя точит. Ну и Хорс во второй половине дня должен приехать забрать те документы, которые еще вчера подготовила.
— Я тебя услышала, — девушка улыбнулась и забрав новую папку с документами, поспешила к себе в кабинет. Ну что сказать? Работа была обалденной, Евангелине все нравилось. Да много, но все сверхурочные теперь оплачивались. Сотрудников было мало, но все действительно работали. А вот Тимур…
Девушка хотела его уволить, но не могла переступить через себя. Она знала, что у Тимура трудная ситуация в семье — мать в больнице, живет с сестрой, бабушкой и отцом. Он единственный в этой семье кто работает. Это была единственная причина, по которой Ева не могла его уволить, ибо ее совесть сожрала бы мгновенно. И Никита это понимал, поэтому решил просто предупредить о трудной внутренней ситуации между сотрудниками.
Вернувшись в кабинет, Евангелина улыбнулась, заметив на своем столе чашку горячего кофе и любимое пирожное на блюдце. Вольдемар сидел в углу на стуле и внимательно изучал какие-то бумаги.
— Слушай, я тут косяк предыдущих коллег нашел, причем как бы нам это не аукнулось, — как ни в чем не бывало заметил он.
Девушка села за стол и с удовольствием сделала глоточек горячего вкусного напитка. В блаженстве прикрыв глаза, она медленно выдохнула, словно избавляясь от любого негатива, который мог прийти извне. Демон отвлекся и внимательно следил за Евангелиной. Он был как-никогда удивлен — почему она так наслаждается? Это всего лишь кофе. Да, очень вкусный, но все-таки.
— Каким вопросом задаешься? — спросила она, впрочем не открывая глаз.
— Чем ты так наслаждаешься?
— Чем?! — она усмехнулась и в упор посмотрела на демона. — Люди часто не ценят то, что имеют, а потерявши — плачут. Знаешь, я всегда пью кофе с таким странным чувством…будто это последняя чашка. Ведь я не знаю, когда умру. Нужно ценить мгновения. Здесь и сейчас.
— Странно это слышать от жалкой смертной, — Вольдемар криво улыбнулся.
— Дарк, сам посмотри. Сейчас я как никогда светло настроена, — она допила кофе. — Так что за косяк?
— Смотри.
Он придвинулся к ней и вдруг замер. Внутренние змеи Евы ожили. Такая перемена была неожиданной и болезненной. Парень всмотрелся в ее Душу, пытаясь выяснить, что именно спровоцировало такие перемены.
— О чем ты думаешь? — тихо, едва шевеля губами, спросил Дарк.
— М? — она вздрогнула, быстро отвела взгляд в сторону и сказала. — Ни о чем, так что там с проблемой, или как ты сказал косяком?
— Ах да, — демон поспешно ткнул пальцем в отчеты. — Видишь, эти цифры никак не могли получиться, значит их тупо нарисовали из воздуха. И кстати, от реального результата они очень сильно отличаются. Раз эдак в десять.
— Я скину это по электронной почте Никите. Пусть сам решает, что с этим делать, — кивнула Евангелина, задумчиво глядя сквозь документы.
Всего мгновение потребовалось демону, чтобы резким движением прижать девушку всем телом к стене и заставить вполне осмысленно взглянуть ему в глаза. И в кои-то веке он прочитал в них…нет, не страх, не ужас. А уязвимость. И это потрясло его до самой глубины души. Евангелине было больно, потому что она чувствовала себя незащищенной рядом с ним. Но оно и правильно. Ведь как можно чувствовать себя в безопасности с тем, кто может в любой момент прервать свою жизнь.
— Знаешь…ты посеяла зерно сомнения в моей душе…и никогда я не желал сильнее быть вместе со смертной. Меня никогда не привлекали людишки…но ты такая… — он задумался, подбирая слова. — Человечная. Ты права…люди не ценят то, что имеют. Но это относится не только к вам. Многие ничего не ценят в своей жизни, до тех пор, пока не потеряют это. Так вот, я хочу наслаждаться тем, что я могу проводить время с тобой. Но я не умею. Ты меня научишь?
Его вкрадчивый голос проникал в сознание, оставляя после себя словно клубок тумана, какую-то тайну, загадку…но не мрак.
— Я каждый раз думаю о том…а не боишься ли на самом деле столкнуть лицом к лицу со своим демоном?! Не боишься ли ты меня?
— Мне жалко тебя.
— Что? — Вольдемар от неожиданности отпрянул, словно словил пощечину.
— Мне жаль тебя, — тихо повторила Евангелина. — Ты знал лишь одну сторону этого мира, ты знал лишь мрак, лишь зло…отсутствие света. Я хочу просто помочь увидеть тебе мир под другим углом.
Демон потрясенно смотрел на нее, ничтожная смертная, чья жизнь в этом мире ничего не значит. Как она смеет жалеть его??! Его рука инстинктивно сжалась на ее горле, приподнимая девушку над землей. Эта ничтожная смертная сочувствует ему, демону! Тот, кто может уничтожить ее в любой момент. А может ли?!? Вольдемар вздохнул полной грудью, прочищая мозг. Да, все уже не так, как ему хотелось бы. Сомнения одолели его с новой силой. Почему так??! Евангелина захрипела и попыталась вырваться, но хватка Вольдемара была крепкой. В глазах не читался страх и это демона окончательно вывело из себя. Он сжал ладонь еще сильнее, и Ева начала оказывать сопротивление, но при этом стараясь не навредить Дарку.
— Ева?!? — дверь чуть не сорвали с петель и не пороге возник Диментьев. Он был не один, а с каким-то парнем. Его спутник тоже оказался высоким парнем с абсолютно белыми длинными волосами, заплетенными в хвост. Черные глаза казались еще темнее от такого контраста с прической. Товарищи были одеты в одинаковую черную, похожую на армейскую, униформу. На рукавах была нашивка с аббревиатурой «СППЯ».
Вольдемар приподнял девушку еще выше, и та попыталась пнуть его.
— Отпусти ее, демон, — спокойно произнес Диментьев.
Удивленно ойкнув, Дарк разжал пальцы. Евангелина ухнула на пол, согнувшись от кашля пополам. Напарник Димы быстро помог девушке подняться и отвел ее в сторону.
— Многих ты уничтожил!?! Так расскажи ей! — Диментьев махнул в сторону подруги.
— Твою девушку убил не я, — Вольдемар склонил голову набок и теперь с любопытством всматривался в души этих двух ребят со странной нашивкой «СППЯ».
— А кто же?
— Ее забрала сама Смерть.
— Смерть, — Диментьев словно выплюнул это слово. — Да, она забрала ее, но на то была причина. Именно Смерть облегчила ее мучения. А кто подкинул ей нужную мысль?
— Каюсь. Это был я, — демон склонил голову. — Да, я многих уничтожил. Не знал иной я жизни, и не нашел тогда покой. От власти обретенной я потерялся с головой. И лишь один лик освещенный, моей душе вернул покой. И словно всласть я покоренный, ушел на миг из жизни той. И счастьем вдруг наполнилась душа моя. Легким, невесомым стал тяжкий груз на мне. А яркий лик непокоренный стал радостью души моей, открой же путь и укажи куда идти навстречу к моей судьбе. И с горечью осознал я тяжкий груз вины моей, но не бросай, останься с ней. С той самой радостью…на дне души своей.
— Я знаю, Феникс писала это для одного демона, — Диментьев хмыкнул. — Скорее всего она даже не подозревает о существовании таковых. Но речь не об этом.
— Дим, не надо, — Ева покачнулась, закрывая собой Вольдемара. — Дарк не виноват. Я спровоцировала.
— Слушай, я тебя хорошо знаю и на подобную глупость ты не способна. Уйди.
— Мы все равно наводку уже получили на тебя, — наконец подал голос напарник.
— Дим, не надо, пожалуйста, — девушка умоляюще посмотрела на друга. — Я тебе потом все объясню. Пусть это будет на моей совести.
— Ева, ты в своем уме?! — Диментьев повысил голос. — Он убьет тебя при первой же возможности.
— У него этих возможностей было полно, — парировала она. — Ты сам знаешь, что я склонна верить людям и похожу нелюдям тоже. Если что, эта ошибка будет только моей.
— Беда с этими бабами, — парень тряхнул головой и абсолютно белые волосы смешно встопорщились. — Если она так хочет, то пусть. В случае чего, уж демона-то мы из-под земли достанем.
В дверь постучали и все присутствующие резко обернулись.
— Тук-тук, — в кабинет прошел высокий безукоризненно красивый мужчина в дорогом костюме-тройке. Волосы были цвета золота, а темные глаза завораживали. Мельком оглядев всех присутствующих, мужчина позволил себе легкую усмешку. — Я так смотрю, что дверью ошибся. Молодые люди, не подскажите ли, где найти Булгакову Евангелину?
— Эмм…это я, — девушка приветливо помахала руками.
— А что у вас за Шекспировские страсти? — мужчина словно гипнотизировал своим взглядом.
Но все вновь отвлеклись, потому что в коридоре послышалась какая-то приглушенная возня, а затем кто-то достаточно громко возмутился.
— Никита, я тебя за это в порошок сотру.
— Да ладно!?! — потрясенно изрек Вольдемар узнав этот голос.
Дверь вновь открылась и вошли еще двое.
— Ну извини, исправлю. Я ж не знал, что они тебе новый движок снимут и старый поставят, — Никита пропустил девушку вперед и Ева тоже узнала. Вместе с ее начальником стояла Витторина Соколова, основатель группы «Феникс».
— Оп-па, какая тусовка, — Вита улыбнулась. — Никит, твои благодетели всем присутствующим тачки угробили?!?
— Привет, Хорс, — Никита пожал мужчине руку. — Кстати, знакомьтесь. Ну как бы Вита тебя знает, а ты походу не в курсе чей концерт спонсируешь.
— Приятно познакомиться! — мужчина галантно поцеловал «звезде» руку. — Так что тут все-таки происходит?!
— Да вот сидим, обсуждаем, — исподлобья глядя на Евангелину, произнес Диментьев. — Почему не любят евреев, — он брякнул первое что пришло в голову.
— И к какому выводу пришли? — насмешливо спросил Никита.
— Да пока не пришли ни к какому, — пожал плечами напарник Димы.
— Гитлер, Рим, негры, мексиканцы, айзеры…в общем, тема развивается, — поддержал Вольдемар.
— А с чего в «высокие» материи ушли? — хмыкнула Вита.
— Один из нас троих еврей, возможно поэтому, — Вольдемар подмигнул девушке. — А началось все с педофилов и нетерпимости.
— Интересные у вас темы для обсуждения, — Хорс внимательно, словно оценивал, глядел на рок-звезду. — А что у вас с машиной?
— Вот лучше молчи, — Никита рассмеялся. — Помнишь, ты отдал мне автомастерскую и там двое ребят попросил не увольнять?! Эти умники сняли все новые детали.
— Что за машина?
— «Пыжик девятьсот седьмой».
— Я вам подарю новую, в качестве извинений, — мужчина слегка поклонился.
— Мне не нужна новая. Мне нужна именно моя. А если это недоразумение не исправите, я весь салон сотру в щебень.
Тон Витторины ясно дал понять, что девушка не шутит. И лишь Вольдемар знал наверняка — если Вита не разнесет салон, то ее парень точно отомстит за любимую.
— Короче, мне отдайте мои документы и я погнала. А то наш Мишутка кардан вновь поломал, поэтому надо еще успеть заскочить в музыкальный магазин.
— Подвезти? — Никита достал из шкафчика цветную папку и протянул ее девушке.
— Если не трудно.
— Пойдем. Всем пока.
И они ушли, оставив остальных в каком-то глупом подвешенном состоянии.
— Я вот думаю, можно мне как они поступить?! Забрать документы и я пойду. Ради приличия тоже могу кого-нибудь подвезти, — Хорс позволил себе полуулыбку.
— Извините. Да, конечно, — Евангелина поспешно открыла ящик своего стола и вытащила оттуда целую стопку разномастных заполненных бумажек. — Вот. Тут все оформлено. Единственное, Никита просил Вам напомнить, что необходимо на некоторых экземплярах дважды поставить свою подпись для отчетности в бухгалтерии.
— Хорошо, спасибо. А та девушка, Вита?! Вы ее знаете?
— Она известна всем, — прохладно заметил Диментьев. — Она играет в рок-группе «Феникс». Ее песни звучат нынче везде.
— Благодарю. До свидания!
Развернулся и ушел. Как только странный мужчина покинул кабинет, все резко выдохнули, словно до того были в жутком напряжении. Ева не выдержала первой и плюхнулась в кресло и уже оттуда спокойно спросила:
— Так что делать будем?
— Наводка ангела…умно, — Вольдемар ухмыльнулся. — А вы не думали, что она может пострадать? — он кивнул на девушку. — И она пострадает, потому что всегда во всех потасовках умудряется пролезть.
— Давишь на жалость? — напарник Дмитрия тоже усмехнулся.
— Нет. Но я не хочу, чтобы Ева пострадала. Если хотите со мной разобраться, давайте выйдем.
— Ева, — Диментьев потрясенно посмотрел на подругу. — Узнаю твой почерк. Ты его что ли била?! Или угрожала?
— Дай ему шанс.
— Мне жаль, что так получилось, — Дарк виновато склонил голову. — Я виноват в том, что уничтожил ее. Эйрис была удивительной. Я просто воспользовался ее слабостью. Я готов признать свою неправоту. Ева заставила меня усомниться в моем существовании. Даже ты признаешь, что Евангелина помогает взглянуть на жизнь иначе.
— Какие сладкие речи от демона, — протянул парень и поправил свои белые волосы. — Не находите ли Вы, коллега, что нас пытаются ввести в заблуждение?!
— Думаю нет, — Диментьев тяжело вздохнул. — Только ради тебя, Ева. Все-таки ты мой друг. Пока что единственный.
— Спасибо, — она улыбнулась.
И они ушли. Молча, тихо притворив за собой дверь. Вольдемар перевел удивленный взгляд на девушку и покачав головой, произнес:
— Ты действительно сумасшедшая.
— Я знаю, — она улыбнулась, пожав плечами.
Тяжело вздохнув, демон махнул рукой, словно признавая собственное бессилье. Он не может убить эту смертную. И он давно уже не считает ее жалкой или ничтожной. Она помогла обрести смысл жизни. Странная девушка.
Вольдемар не находил себе места. Они договорились встретиться с Евой после работы и сходить в кино, но девушка опаздывала уже на два часа. Зная ее пунктуальность, он никак не мог поверить в то, что девушка просто где-то задерживалась. К тому же ее телефон по какой-то причине был недоступен. Он ходил взад-вперед, размышляя лишь о том, а что он собственно говоря, может сделать.
Пожалуй, целых две недели они как ни в чем не бывало общались и работали вместе. В какой-то момент, Вольдемар понял, что начал вполне активные ухаживания за девушкой — цветы, конфеты, завтрак по утра, походы в музеи, на выставки и любые другие культурные мероприятия. Они отлично ладили, часто общались на совершенно различные тени. Как человек, Ева не всегда понимала взаимоотношения демонов, ангелов с душами людей. Ей было любопытно, каким же образом ведется борьба за каждого из людей и что же потом на самом деле случается с грешниками или напротив, праведниками. Вольдемару же было не всегда понятно, почему же такой человек как Евангелина, не получивший от жизни ничего сверх меры, продолжала радоваться и наслаждаться тем, что имела. Но при этом она продолжала стремиться к лучшему, старалась самосовершенствоваться. За многие часы общения, демон удивленно отметил, что у его девушки весьма занижена самооценка и в этом они были похожи с Виленой. Разница была лишь в том, что Вилена сдалась, а Ева барахталась сама и помогала, выталкивала остальных. Удивительная девушка, сильная. И тут с сожалением Вольдемар признавал правоту некого Шархана — девушки действительно очень сильные и они могут достичь в жизни всего чего захотят. Порой им не хватает стимула в виде заботы, нежности, любви…сильное плечо. Как только Ева почувствовала опору, она несколько изменила стиль своего поведения — словно стала более мягкой, уступчивой. Она перестала с кем бы то ни было выяснять отношения, никогда не ругалась на работе. И очень полюбила саламандру. Вдвоем они постоянно резвились в большой гостиной, изображая небольшую борьбу в виде «кто кого первым завалит на пол». И этот визжащий радостный комок почему-то грел душу демону. Он впервые был счастлив. И это настораживало.
В дверь постучали. С замирающим сердцем, он бросился открывать. Саламандра же напротив, резко ощерилась, словно за дверью мог находиться враг. Вольдемар повернул ручку замка и в квартиру вошли двое. Они разительно отличались от «просто» людей. Нет, внешне они оставались как все — джинсы и футболка, которые в Москве носили большинство, поскольку такая одежда была достаточно удобной. А вот внутренний Свет буквально лился, наполняя все и вся вокруг непередаваемой душевной легкостью, словно очищая души. Демон удивленно вспомнил концерт Феникса, отмечая про себя, что именно такое состояние у него было после выступления. И эта мысль повергла его в шок, ведь Смерть не может дарить Свет. Или может!? Незваные гости были с Вольдемаром примерно одного роста и похожей комплекции. Отличались они от демона лишь небесно-голубым ясным взглядом, которые улыбались, собираясь маленькими лучащимися складочками в уголках глаз. Русые волосы обоих молодых людей были одинаково недлинными и вьющимися. Да, кого-кого, а ангелов Вольдемар не ожидал сейчас увидеть.
Саламандра выгнулась дугой, словно кошка, слегка расправив перепончатые крылья и угрожающе ими затрепетав.
— По наводке? — спокойно спросил Вольдемар и так прекрасно понимая, что в ограниченном пространстве он вряд ли сможет сражаться.
— Не без этого, любезнейший, — оба ангела улыбнулись, одаривая демона новой волной Божественного Света, словно подтверждая, что в этой жизни есть к чему стремиться. Один из них продолжил. — Я Давид. А это Нееман. Мы поговорить.
— Может чаю?
Оба ангела несколько потрясенно переглянулись и одновременно кивнули, словно не верили в то, что слышат. Грех перестала шипеть и сложив крылья, несколько настороженно пропустила всю компанию на кухню. Вольдемар неспешно поставил чайник и накрыл на стол. Благодаря Еве, у него теперь всегда в холодильнике была куча всякой вкуснятины.
— А с вишней нет? — неожиданно спросил Нееман, глядя на шоколадное пирожное.
— Есть, но они для Евы, — демон виновато улыбнулся.
— Значит это правда? — Давид с грустью всматривался в лицо Вольдемара. — Твоя татуировка ведь дает о себе знать?! Ты не думал на что именно она реагирует?
— Ребят, сейчас есть проблема похлеще. Ева не вернулась. Она выехала с работы и пропала по дороге. У меня нет поисковых способностей. Ну нет у нас возможности находить души конкретных людей в толпе.
Нееман понятливо кивнул и достав из кармана старенький телефончик, набрал чей-то номер, а когда на том конце «провода» ответили, произнес:
— Приветствую. Выручи, пожалуйста. В твоем районе пропал человек, Евангелина Булгакова. Да, должна была сесть на…
— Мотоцикл, — подсказал Вольдемар. — Мотоцикл так у офиса и стоит.
— Да, мотоцикл и направиться к дому. Мотоцикл у офиса, сама девушка пропала. Да, она частично знакома с нашим миром, поэтому может стать жертвой демонов и более сильных существ. Позаботься, пожалуйста, о ней. Благодарю!
Убрав телефон, ангел улыбнулся и добавил:
— Ее обязательно найдут.
— Спасибо.
— Странно такое слышать от демона, тем более, твоего ранга, — Давид вздохнул.
— Она многое помогла мне переосмыслить, — признал Вольдемар.
— Дарк, вообще мы с дружественным визитом. Хотели сообщить, что тебя сейчас считают предателем и вскоре многие демоны начнут бороться за твою голову. И твоя Ева тоже может попасть под удар. По сути, вам даже деваться некуда теперь. Вы везде чужие.
— Вы можете Еву защитить?
— Смертную?!
— Да. Она не виновата ни в чем. Я готов ответить за каждый ее грех лично. Впервые я хочу, чтобы человек был счастлив. Изначально я пытался ее уничтожить, но она стала выводить меня к Свету. Я даже не представлял насколько мир вокруг меня прекрасен. Я прошу всего лишь о ее защите.
— Неожиданно, — Давид отпил из чашки. — На моей памяти ты первый демон, который просит беречь смертную девушку.
— Когда ее найдут…мы возьмем ее под свою защиту, — Нееман согласно кивнул. — Так вот, возвращаясь к татуировке…
— Да, она дает иногда о себе напоминания.
— Подумай хорошенько, на что именно она реагирует.
— Я вот думаю о другом. Какой смысл вам помогать демону?
— Ты теперь не демон, ты отступник. Тебе нет дороги назад, — Нееман развел руками. — Тебя уничтожат. Шанс стать ангелом у тебя тоже не особо велик. Все зависит от тебя, от твоих помыслов.
— И что же должно быть с моими помыслами?
— Ты сам должен дойти до этого.
— Ладно, к чертям всю эту философию. Я пойду Еву искать.
— Нет. Жди. Терпение, терпение и еще раз терпение.
— Грех, — Вольдемар махнул рукой саламандре. — Найди ее.
Питомец смешно фыркнул и расправив крылья, запрыгнул сначала на подоконник, а оттуда на улицу. Ангелы проводили саламандру флегматичными взглядами, и Давид хмыкнул:
— Интересный домашний зверек. У демонов же есть помощники, которые должны добывать души.
— Да, Грех не добыл ни одной, — нехотя признал Вольдемар, даже не зная, стыдиться ли этого.
И это было странным. Действительно, любая саламандра или другое животное, которое было в подчинении демона, обязано было уничтожать людей, сея ужас в их душах. Несмотря на то, что Грех действительно могла выполнить свою прямую задачу, Вольдемар не часто выпускал ее из квартиры, предпочитая ее общество, словно какого-то котенка. Ведь даже демону приятно знать, что его кто-то ждет. А когда появилась Евангелина…все было каким-то правильным, таким, как все должно было быть. Девушка частенько возвращалась раньше и успевала что-нибудь вкусненького приготовить. Она не скандалила, всегда интересовалась как день прошел. Это ничего не стоило — просто спросить, полюбопытствовать, позаботиться…именно это демон ценил больше всего. И вот сегодня, когда он тоже хотел сделать ей подарок, провести интересный романтический вечер…а она пропала. И Дарк мог поклясться, что с девушкой что-то случилось и это что-то по его вине. Но даже так — он не знал, где ее теперь искать. Мобильный телефон упорно молчал, в новостях тоже ни о каких происшествиях не говорилось. Обзвонив все больницы и морги, Вольдемар убедился, что и там его девушки нет. Ожидание убивало. Демон был готов просто идти по городу и искать, искать, искать…но где? Откуда начинать поиски?!
Домашний телефон внезапно ожил. Вольдемара словно снесло в прихожую. Взяв трубку, демон удивился звукам, которые шли из нее. Свистел ветер, слышались клаксоны автомобилей, чей-то мат.
— Алло?! Дарк? — девушка явно находилась в движении, говорила с одышкой.
— Ева, ты где? — практически заорал Вольдемар, краем глаза отмечая, как оба ангела дружно встали, готовые сорваться на помощь.
— За мной гонятся! Я бегу сейчас к Павелецкому вокзалу. Забери меня. Пожалуйста!
— Выезжаем.
Дарк бросил трубку и вместе с Давидом и Нееманом двинулись к выходу из квартиры.
— Похоже ее демоны нашли раньше вас, ангелов.
Нееман что-то показал на пальцах своему приятелю и тот кивнул. Практически в тот же миг дверной проход засветился ярким белым светом, который не давал предметам отбрасывать тень. Освещение было удивительным, словно открывали возможность попасть в Рай «А я дурак не верил, что Порталы действительно существуют», — подумал Вольдемар и шагнул вслед за ангелами. Вышли они через двери метрополитена. Посмотрев на вокзал, который был огорожен забором, за которым сейчас велись какие-то ремонтные работы. Народу как всегда было много, но как-то странно они суетились, то и дело перемещались по площади перед вокзалом. Мы искали одну единственную девушку — Евангелину Булгакову, девушку, которая не побоялась встать на защиту демона.
Ева вышла из офиса и тоскливо взглянув на мотоцикл, решила отправиться домой на метро, чувствуя себя несколько разбитой и уставшей. Бумажной работы было много, но она приносила удовольствие. Но некая напряженность и неопределенность в отношениях с Вольдемаром, приводили девушку в эмоциональный тупик. И вот сегодня он предложил сходить развеяться в кино. По какой-то причине Евангелина думала, что демона «простые человеческие отношения» сильно выматывают, истощают, совершенно не понимая, что для него это все было в новинку. Он радовался не меньше нее, когда дарил ей маленькие подарки или угощал завтраком. Ему доставляло удовольствие приносить ей кофе по утрам и в обед…он не знал раньше счастья, будучи покрыт мраком, готовый к уничтожению душ человеческих.
Она тяжело вздохнула и спустилась в метро. Все тело неприятно стало покалывать и Еве это не понравилось. Три или четыре темные фигуры мелькнули где-то в толпе и девушка почувствовала безотчетный страх. Ужас и безысходность…об этом рассказывал Вольдемар?! Точно, как он говорил?! Девушка закатила глаза и смогла дословно вспомнить: «У каждого из Высших демонов есть подручный зверек, помощник. Как правило многие берут адских псов, наводящих ужас и как правило, первое качество, выходящее на поверхность, становится трусость. Моя саламандра же изначально вселяет небывалый ужас, обнажая разом все низкие качества жертвы».
Адские псы??! Вполне может быть. Девушка подошла к последнему вагону, смешиваясь с толпой, чтобы на несколько мгновений исчезнуть из поля зрения своих преследований, и сделав быстрый рывок незаметно скрылась в лабиринте для персонала. Евангелина не задавала себе сейчас лишних вопросов насчет своих новоприобретённых врагов и не строила иллюзий, ибо Вольдемар ее предупреждал о возможной опасности. Шумели проносящиеся мимо поезда, горели редкие фонари, освещая туннель. Она шла по самому краю, ныряя в углубления. Вскоре девушка дошла до развилки и свернула туда, куда не ездил ни один поезд московского метро. Тут была заброшенная зона. Когда-то строили-строили и не достроили. Здесь теперь закрытая зона, никто не ходит. Плюс место обросло кучей темных легенд. Тут, со слов Вольдемара, он сделал огромную жилую зону, которую потом отвоевали себе более Светлые существа. А кто станет искать убежище ангела на территории Дьявола?! Их тут никто не побеспокоил бы…до определенного времени. Сейчас заброшенная станция выглядела так, словно здесь велись боевые действия с применением гранат. Было прохладно. Ева надеялась здесь найти убежище и защиту, но и так было понятно, что враги добрались до этого места раньше. Безотчетный страх вновь сковал душу и девушка поняла, что демоны идут по ее следу.
До действующего метро было далековато. Девушка вздохнула и быстро шла вперед, стараясь ступать как можно тише. Туннель был пуст, но все ближе и громче звучали проходившие невдалеке поезда. Ускорившись, Евангелина вышла к платформе. Но как только она появилась в вестибюле метро, как тут же появились преследователи. Это были обычные люди, но была в них отличительная черта — мрак и боль волнами исходили от них. На мгновение словно все замерло, никаких звуков и движений. Это выглядело как стоп-кадр в каком-то боевике, потому что в следующую секунду все ожило. Демоны двинулись навстречу Евангелине и девушка не стала дожидаться самого страшного, сразу бросившись бежать по платформе вслед за уходящим поездом. В последнюю секунду она успела зацепиться за боковое стекло и скрылась от преследователей в темном туннеле московского метро. Платформа стремительно исчезала из поля зрения и Евангелина пристально вглядывалась в темные силуэты, которые остались позади. Но спокойствие было недолгим, поскольку вскоре вновь появилось чувство безотчетного страха, вслед за которым вполне отчетливо можно было рассмотреть и причину столь сильных эмоций. Темные невероятных размеров собаки с яркими глазами, цвета крови, постепенно нагоняли движущийся состав. «Час от часу не легче», — буркнула Ева, считая секунды, когда прибудет на следующую станцию. Как только поезд въехал на платформу, девушка сорвалась вперед, расталкивая пассажиров. Псы нагоняли, рыча и готовясь к решающему прыжку. Они почти нагнали свою жертву, когда Евангелина вдруг сменила траекторию движения и прыгнула в закрывающиеся двери первого вагона.
— Следующая станция «Театральная». Уважаемые пассажиры… — говорил по громкоговорителю, но все это потонуло в громком звуке бешено стучащего сердца, отдающий в ушах. Чуть отдышавшись, Евангелина подняла голову и поняла, что все внимание вагона приковано лишь к ней одной. Мужчины и женщины, старики и дети с любопытством взирали на нее. Некоторые осуждая качали головами, иные улыбались. Стараясь не обращать ни на кого внимания, девушка прислушивалась к собственным ощущениям, осознавая, что адские псы где-то близко. Дрожащими руками она достала мобильный телефон, но связи не было.
Состав дернулся и медленно «вполз» на платформу. Двери нехотя открылись. Ева уже видела мчащихся к ней псов, и рванула по эскалатору вверх. Ноги болели, легкие сжало в агонии, но Евангелина не собиралась легко сдаваться. Выбежав из метро, девушка случайно кого-то сшибла с ног, извинилась и не притормаживая побежала, стараясь не оглядываться. Удивленно отметив про себя, что она оказалась где-то неподалеку от станции метро Павелецкая, и она уже собиралась бежать к вокзалу, когда первый пес сбил ее с ног, пытаясь вгрызться в ее горло. Евангелина, упав на спину, отчаянно отталкивала собаку, нанося удары коленом в ребра, пытаясь скинуть эту адскую тварь. В какой-то момент, девушка смогла ударить пса достаточно сильно в голову, и быстро вскочив на ноги она побежала вперед, не зная куда держать путь.
Решение пришло на ум само, когда Евангелина пробежала мимо дома под номером восемь на Кожевнической улице. Напротив него стояло заброшенное здание, по видимому раньше был какой-то цех. Сбоку был чей-то гараж и невысокий забор, на котором баллончиком кто-то вывел надпись «Вход здесь» и стрелочка. Посомневавшись, Ева в два прыжка перемахнула через преграду. Во дворе не было ровным счетом ничего, лишь церковь виднелась из-за забора. Пожав плечами, девушка медленно вошла в здание. Ну что ж, она не ошиблась, здесь очень просторно и совершенно заброшено, главное никого нет, и какое-то время она может быть в безопасности. Достав мобильный телефон, Ева набрала Вольдемару. Говорила она с трудом, поскольку из-за долгого бега все тело болело. Ее разговор прервали — громкое лаянье и вот уже адские псы вбежали в помещение.
Выйдя из помещения, Евангелина молнией сиганула через забор и побежала к Павелецкому вокзалу — сама близкая станция метро находилась именно там, и судя по времени, ее должны были ждать.
Вольдемар был не один, с ним рядом стояли двое мужчин, но их не было времени рассмотреть. Кто-то отдал команду, и все дружно побежали обратно к метро. Рычание псов было снова где-то поблизости. Страх снова поселился в душе.
Привычно размагнитив карточку, девушка вместе с мужчинами скоро спустилась по лестнице вниз и вошла в вагон метро. Прислонившись к противоположной двери Евангелина просто смотрела в никуда — так могло показаться. Но на самом деле она просто переводила дух, пыталась собраться с мыслями.
— Осторожно двери закрываются. Следующая станция «Театральная», — объявил явно недовольный голос, во всяком случае именно так начинало казаться.
Евангелина вплотную подошла к двери. Три минуты пролетели незаметно. Выйдя на платформу, девушка прошла за мужчинами.
Они вышли на платформу. Мимо шатались люди, кто-то говорил по телефону, кто-то кого-то ждал, кто-то спешил в последний момент влезть в вагон… Мимо проковыляла женщина, с трудом таща две большие сумки. Она бросила свирепый взгляд на Евангелину и покачав головой, пошла дальше. Кругом спешили люди. Они всегда спешат. Их жизнь проходит мимо, ведь они не могут остановиться. А спроси их в старости — куда они так бежали?! За чем они гнались? Все проходило в их жизни мимо — радость, боль, счастье…глупая жажда «быть как все» сказывалась губительна. Люди просто теряли себя и гнались за псевдоценностями, за материальным, за статусом…
— В тебе много гнева, боли и ненависти по отношению к себе, — сказал Нееман, поглядывая на Еву.
Невероятный страх подсказывал о том, что от погони они не избавились. Девушка обернулась к Вольдемару, намереваясь сообщить об этом, но так не вымолвила ни слова. Демон улыбался мило и добродушно.
— Это не погоня. Это Грех, — пояснил он. — Когда она воюет, то также, как и противник насылает на всех ужас. Таковы создания Ада.
— Вот знаешь, какое-то слабое успокоение. А ты Греха как-то чувствуешь, выделяешь из массы других существ?!
— Конечно, — Вольдемар смешно надулся, демонстрируя обиду. — Но кроме этого вот, знакомься. Это Нееман, а это Давид. Это ангелы и они явились по наши души.
Ангелы сидели на кухне и смотрелись как-то странно. Во-первых, на коленях одного из них сидела саламандра. Во-вторых, эти двое были невероятно крупными, словно в доказательство выражения «Добро должно быть с кулаками!». Демон решил не мешать разговору и ушел в гостиную.
— Вот как Вам кажется, Вольдемару стоит воспользоваться подсказкой?! — Давид тепло улыбнулся.
— Мне кажется, что ему стоит найти в мире значение подсказки и тогда он обретет возможность вернуться к Богу. Ему этого не хватает.
— А как Вы относитесь к тому, что некоторые не верят в существование Бога? — Нееман погладил по голове саламандру и Грех негодующе фыркнула, словно что-то ее не устраивало.
— А тут как у Булгакова. Можно верить или нет…но Бог есть, — Евангелина пожала худенькими плечиками и поманила пальцем домашнего питомца. Довольно урча, саламандра вытянулась на кухонном диване, положив голову на колени к девушке.
— Вот, — протянул ангел. — К великой печали, произошло искажение сути, подмена понятий. Свет давно утратил свою привлекательность, поскольку Тьма очернила его. И твоя задача показать Вольдемару, что от него никто не отворачивался…он сам отвернулся и тем самым обрек себя на Тьму. Но мы-то знаем, то выход есть.
— Я не знаю, как ему это объяснить.
— Покажи. Покажи ему то, что он так долго и упорно искал. Поверь мне, ситуаций проявить себя будет еще предостаточно, — Давид качнул головой. Его глаза лучились теплотой.
— Можно спросить? — Ева тяжело вздохнула, гладя Греха по мордочке. — Что ждет меня после смерти?
— Это знает лишь Всевышний. — Нееман будто ожидал этого вопроса. — И помни, Отец всегда любит своих детей не отворачивайтесь от него. Если нужна помощь, не бойтесь просить. Вас не оставят одних.
Евангелина нахмурилась. Никто бы сейчас не смог определить, о чем она думала. А мысли были интересными — при всей своей противоречивости, девушка искренне желала счастья всем, кого знала. Она не делила людей на друзей и врагов, поскольку знала, как много зависит от обстоятельств… Обстоятельств, которые делают из тебя Человека, либо ломают, превращая твою Жизнь в жалкое Существование. Почему ангелы так уверены, что именно она, Ева, может помочь этому демону?! «Значит есть причины!» — предательски шепнул внутренний голос.
После того как Нееман и Давид ушли, Евангелина еще долго не могла уснуть. Она лежала на кровати, глядя в потолок и поглаживая холодную кожу саламандры. Грех прижалась боком к девушке и тихо фыркая, спала. Что же творится?! Бедный Дарк…ему было так тяжело все это время. После ухода гостей, демон так и не вышел из своей комнаты. Девушка снова вздохнула и обняв саламандру, уснула.
Трель мобильного телефона заставила открыть один глаз и на ощупь найти эту маленькую фиговину. Проведя зеленый ползунок, Ева поднесла мобильник к уху.
— Ева, спишь?! — раздался встревоженный голос Вилены.
— В четыре утра?! Конечно нет, — мельком взглянув на настенные часы, спокойно ответила Евангелина, словно действительно бодрствовала.
— Это хорошо. Мне надо с тобой поговорить, можешь ко мне подъехать?!
— Хорошо, подъеду.
Отключившись, Ева быстро встала. Саламандра недовольно фыркнула, сонно наблюдая за девушкой. Выскочив в коридор, Евангелина буквально врезалась в Вольдемара.
— Что случилось? — поинтересовался он.
— Вилена звонила, очень поговорить хочет. Я к ней, — Евангелина поежилась от пристального взгляда, чувствуя себя виноватой, хотя не могла понять отчего возникли эти странные ощущения.
— Тебя подвезти?!
— Если тебе не сложно.
— Не сложно, — холодно заметил он и взяв с тумбочки ключи от машины, открыл перед девушкой дверь, пропуская вперед.
Ехали молча. Напряженная обстановка не способствовала нужному откровенному настроению и Евангелина решила поговорить с демоном позже. «Может он еще тоже не проснулся?!» — подумала она, посмотрев на парня.
Припарковавшись во дворе, Вольдемар глухо произнес:
— Я тебя здесь, в машине подожду.
— Дарк?! — она обернулась к нему.
— Что?
— Все в порядке?!
— А что?
— Давай без глупостей, хорошо? — ее голос был мягкий, вкрадчивый, успокаивающий. — Я сейчас быстро переговорю с Виленой и вернусь к тебе. Мы поговорим обо всем, особенно о том, что тебя беспокоит. Хорошо?
— Угу, — он кивнул, уставившись невидящим взором перед собой.
— Пообещай мне.
— Что?! — он словно очнулся ото сна и обернулся к сидящей рядом Евангелине.
— Пообещай мне, пожалуйста.
— Обещаю. Мы обязательно с тобой поговорим, — кивнул Вольдемар, удивляясь этому факту. Раньше он мог обещать лишь уничтожить…
Ева мило улыбнулась и покинула автомобиль. В несколько шагов она пересекла двор и скрылась в одном из подъездов. Дарк проводил ее задумчивым взглядом, в очередной раз поражаясь тем изменениям, которые в нем произошли с появлением этой девушки.
— А ведь я всего лишь хотел ее уничтожить…всего-то забрать ее Душу…но это стала непосильной задачей.
— Ты быстро?! — удивилась Вилена, пропуская подругу в квартиру.
— Ну насколько поняла срочность и важность разговора с утра пораньше. Что случилось-то?
— Кажется…я влюбилась, — потупив взгляд, Вилена спешно наливала кофе.
— Отличное начало, — Ева зевнула, прикрыв рот ладошкой. — Кто этот счастливчик?!
— Дима.
— Круто.
— А что крутого?! — растерялась она.
— А то, что это взаимно.
— Взаимно??!
— Не понимаю, что тебя удивляет, — Евангелина пожала плечами. — Ты сама знаешь, что Диментьев к тебе неровно дышит. Он почти наверняка тебе об этом напрямую сказал.
— Ну да… — Вилена замялась. — Просто…насколько он мог такое сказать серьезно.
— При всей своей внешней несерьезности, он всегда максимально собран и серьезен. Он это знает, поэтому старается показать свой юморной характер, — Ева хлебнула горячего кофе. — Иногда он сильно нервничает, но это заметно лишь тем, кто его уже очень хорошо знает, а таких людей всего двое.
— Ты и кто-то еще?
— Его друг Ярик, — она кивнула. — Он умеет хранить секреты и всегда придет на помощь.
— Настолько надежный? — удивилась Вилена.
— Можешь проверить, — Евангелина усмехнулась. — Позвони ему также ночью или утром и скажи, что очень надо поговорить, или что чувствуешь себя не очень. Я тебе гарантирую — он отменит все свои дела и приедет. Простым доказательством моих слов… — она задумалась. — Короче, помнишь. Когда мы напились на твой день рождения?
— Конечно помню, — девушка покраснела. — До сих пор стыдно за это.
— Ну так вот, помнишь, он беспокоился тогда и обо мне и о вас всех. Они с Вольдемаром нас не бросили. Хотя Диментьев имел полное право развернуться и уйти.
— Да…ты права. Видимо, я себя накручиваю, — Вилена тяжело вздохнула и улыбнувшись, добавила. — Он мне очень нравится…но я боюсь, очень боюсь, что снова обожгусь.
— С Диманом невозможно поссориться, смотри, — Ева достала мобильный, набрала номер друга, включила динамик, и как только тот ответил, произнесла в трубку. — Диментьев, ты козел. Вечно все проблемы из-за тебя, а я тебе верила, а ты меня предал.
Последовала секундная пауза, после чего парень сообщил:
— Я буду через пятнадцать минут.
И отключился. Вилена потрясенно смотрела на подругу, а та улыбалась лишь уголком рта. Набрав вновь номер парня, Ева сразу предупредила:
— Извини, я проспорила.
— Ясно, я уж понял. Ты с Виленой? — спросил Диментьев.
— Да, — Евангелина улыбнулась. — Ты бы поубавил свою напористость, совсем девушку засмущал.
— Да?! — он замолчал. — Я не хотел…
— Я знаю. Не забывай быть собой. Я знаю, что ты практически все свое время проводишь на работе, но все-таки. Ты информацию можешь найти о любом человеке, но о тебе невозможно что-либо узнать. А незнание порой бывает хуже правды.
— Я понял тебя, спасибо.
— Тогда до связи.
Убрав телефон в карман джинсов, Ева залпом допила кофе.
— Эмм, — Вилена растеряно смотрела на подругу. — И что он сказал?
— Он просто понял, что не так. Теперь у тебя будет возможность узнать его получше.
Их неспешную беседу прервал стук в дверь.
Вольдемар полулежал на водительском сидении, глядя в потолок машины и думал. Думал о том, что же теперь его ждет впереди. Вчера ясно дали понять, что Еву в покое не оставят, значит нападения повторятся. Но непонятным оставалась цель. Зачем демонам убивать одного единственного человека? Ведь по сути, ее жизнь ничего не значит в этом мире.
— Береги ее. Она выведет тебя к Свету! — именно это вчера сказал Давид.
К Свету…ждут ли его, демона, там на небесах?! Есть ли смысл и шанс туда попасть?! И почему все-таки именно Ева?
При воспоминании о ней, татуировка на спине запульсировала приятным теплом. Значит ангелы были правы…все это было подсказкой. Целомудрие, Добродетельность и Стойкость Веры…если так подумать, то свою Добродетель Ева не раз доказывала. Кстати, как и Стойкость Веры, ведь ни один демон, ни одна жизненная ситуация не сбила ее, не заставила отказаться от своих принципов. Даже тогда, когда Евангелина действительно злилась, действительно теряла все…она сохраняет какой-то странный оптимизм. Демон поймал себя на мысли, что очень ласково думает о девушке. Даже чрезмерно. Ну что такого он нашел в Булгаковой Еве??! Она как все, проблемы как у всех… Сильная? Но демон помнил слова Шархана, помнил, что все девушки сильные.
Спокойствие и уверенность Вольдемара пошатнулась мгновенно, как только он почувствовал приближение себе подобных. Демонов было немного — четверо, но они держались вместе и двигались целенаправленно. Наверное, поэтому еще одного «демона» Дарк не заметил, поскольку тот не шел в одном направлении со всеми и никто не заподозрил бы его. Дарк уже видел выходящую из подъезда Евангелину, когда первый демон вошел во двор и заметил жертву.
— Беги! — крикнул он раньше, чем первая волна ужаса докатилась до девушки.
К чести Евы, она отреагировала максимально быстро, мгновенно прячась обратно в подъезде. Ее силуэт на мгновение мелькнул на втором этаже лестничной клетке. Но не успел Вольдемар вздохнуть с облегчением, как ощутил зло в этом же подъезде — гончие Ада спускались сверху вниз.
Он махнул рукой насылая наваждение на демонов, и те покорно застыли погруженные в собственное сознание. Вольдемар подошел ближе к подъезду и, нащупав душу с ее внутренними тревогами наслал на девушку ужас… Ужас, который заставил ее выпрыгнуть на козырек подъезда, а оттуда прямиком на землю. Еще в полете Вольдемар успел перехватить Евангелину, беспокоясь, как бы она не свернула себе шею. И эта мысль легко прижилась в его организме. Но никогда раньше, никогда, он ни за кого не переживал и не хотел знать. Все, что его интересовало — пороки. Значительные и не очень, все, что уничтожает человека. А теперь Ева стала значить для него неожиданно много и дело даже не в том, что она путь к его спасению. Вся эта мысль заняла от силы секунды две.
К этому времени демоны смогли справиться с оцепенением и теперь полноценно пошли в бой. Лай гончих лишь больше сеял хаос и панику, не позволяя трезво оценить ситуацию. То и дело припаркованные на тротуаре автомобили поднимались в воздух и вскоре, набрав неимоверную скорость, летели в сторону девушки с демоном. На грохот и рев сигнализаций никто не появлялся, словно жильцы не слышали этой странной «акции». Дарк успевал отражать атаки, либо изменить траекторию полета. Но превосходство было на стороне противника. Гончие совершали резкие броски в сторону человека, но Ева тоже была не промах — не позволяя поддаться страху и панике, девушка вполне успешно отбивалась подобранной с земли арматурой. Неизвестно сколько бы продолжались это побоище. Скорее всего наши герои не выдержали бы такого натиска, душу Евы забрали, а Дарка, возможно, убили бы…судьбу дворовой битвы решила саламандра Вольдемара. Грех еще в полете, словно огнедышащий дракон, начала поливать противника языками пламени. И вот уже их трое: демон, человек и милый «домашний» питомец. Саламандра спустившись на землю, низко опустила голову и выгнула спину, готовясь нападать. От черной кожи веяло опасностью. Адские псы показались рядом с Грехом щенками, настолько саламандра превосходила их по размерам. И все было бы хорошо, если не одно но…
Очередная атака демона грозила убить «дивную зверушку». Вольдемар не успел бы помочь своему верному питомцу, поскольку отбивался от остальных трех демонов, отвлекая их главным образом от девушки. А Ева… Евангелина, совершив красивый кульбит, оттолкнула саламандру в сторону, впервые за все время побоища попав под удар.
Она тяжело упала на колени, прогнувшись в спине назад, и запрокинула голову, подставляя небу свое беззащитное горло. Руки безвольно повисли вдоль тела. В широко распахнутых глазах читалась боль, а губы безмолвно что-то шептали.
Уязвимость Евангелины разъедала Вольдемара изнутри хуже кислоты. Он бросился ей на помощь, но на помощь, но на перерез ему кинулись демоны. Сделав подсечку, один из противников смог повалить Дарка на землю. Еще двое перехватили ему руки, не позволяя двигаться. И последний демон удерживал саламандру, прижав ее морду к земле.
— Ты не меняешься…
Только теперь Вольдемар заметил того самого парня, который в свое время едва не толкнул девушку в объятия смерти. Костя обошел Еву по кругу, но та казалось не видела его, погруженная в себя.
Воспользовавшись заминкой, Вольдемар заглянул в душу Евангелины Булгаковой и похолодел. «Любимая, нежная моя, Евангелина!» — именно это шептали ее губы, и именно эта мысль приносила столько боли. По щекам девушки медленно текли слезы. Эта мысль была самой желанной в ее Душе и в тоже время разъедающей. Вот отчего ее внутренние змеи всегда шипели. Если бы Вольдемар это заметил раньше, он бы ни в коем случае не упустил такой шанс — либо окончательно уничтожил, либо никогда не причинял ей столько боли. Все встало на свои места — ее слезы после звонка человека, которого она любила больше жизни. Господи, Вольдемар был сейчас готов сделать что угодно, лишь бы помочь Еве, избавить ее от этих страданий. Она столько ему дала. Евангелина никогда не бросала его, даже когда узнала, что он существо, которое жаждало ее убить. Она стольким могла пожертвовать и ради кого? Ради него, чтобы просто помочь. И все было просто. Действительно просто. Девушка помогала, чтобы другие не испытывали боль…боль, которую она сама переживает изо дня в день.
«Люби меня…люби мою душу» — тихо говорили губы и кричали внутренние змеи.
— Зачем тебе это все? — Вольдемар поразился спокойствию, которое сквозило в его голосе, ведь в тоже время в душе он клокотал от ярости.
— Ты же демон, ты должен понимать, — Костя хмыкнул. — Мне нравится обнажать человеческие пороки, играть на человеческих слабостях…это так увлекательно, играть человеческой психикой и ломать, ломать, ломать…я даже Смерть сломал.
«Шархан его убьет!» — мелькнула спокойная мысль на задворках разума. Так и будет. Скорее всего Мара пострадала в стычке, но поверить в то, что ее «сломали» было верхом безумия — слишком уж ею дорожили. И вопрос не только в ее муже, но еще в друзьях. Насколько мог знать Вольдемар, Академия Лемур своих не бросала, а Мара была одной из самых выдающихся учениц. Интересно, что толком о девушке было ничего не известно, кроме того, что если с ней что-то случится, то придет достаточно большая группа отомстить, в числе которых, поговаривают, есть еще одна Смерть. Но это все слухи, байки и детские сказки.
Евангелина опасно покачнулась назад, рискуя упасть на спину. Костик смерил девушку прохладным взглядом.
— Проблемы как у всех, кто сломался…почему же ты до сих пор сопротивляешься?! — сказал он, как плюнул.
— Может потому что она не потеряла свою Человечность? — спросил один из демонов.
— Потому что ей есть за что бороться, — подал голос Вольдемар, чувствуя, пожалуй, впервые в жизни, что правда на его стороне. — Ей есть за что бороться и она будет бороться до конца.
— Господи, как же ты глуп, — Костя рассмеялся.
— Господь не глуп и он всегда любил своих детей, и Ева одна из них, — Дарк вздохнул полной грудью, чувствуя жжение татуировки на своей спине. — Бог нас никогда не покидал…это мы отказались от него.
— Ты че несешь? Ты говоришь, как чертов ангел, — возмутился один из демонов.
— Так мы и есть все ангелы…падшие ангелы.
— Думаешь Бог вам поможет? — усмехнулся Костя.
— Уверен.
И грянул гром. От неожиданности все пригнулись, кроме Евангелины — девушка по-прежнему стояла на коленях не шевелясь. Этой заминкой и воспользовался Вольдемар. Повалив наземь двоих демонов, Дарк нанес третьему противнику сокрушительный удар в область солнечного сплетения. Саламандра тоже дала о себе знать — откусив последнему нападавшему голову, питомец подскочил к Еве, которая не подавала признаков жизни, продолжая смотреть невидящим взором в небеса. Грех ткнулась холодной мордой в плечо девушки, но Евангелина не реагировала.
Вольдемар так и не понял когда и главное куда успел исчезнуть Костя, поэтому все свое внимание уделил девушке. Заглянув в ее Душу, демон заставил комок змей как можно сильнее активизироваться, вызвав тем самым всплеск адреналина в организме Евангелины, отчего парализованная девушка все-таки пришла в себя. Пару раз моргнув, она осоловело посмотрела на Дарка, и буркнув что-то про то, что нужно идти на работу, медленно побрела к выходу со двора.
Никита склонил голову набок.
— У тебя что-то случилось?
— Что? Нет, с чего Вы взяли??! — Евангелина вздрогнула и поспешно открыла папку с бумагами.
Парень хмыкнул и, развернул документы, которые Ева почему-то держала вверх ногами. Девушка смутилась и тихо извинилась, глядя прямо перед собой.
— Смотрю, ты работаешь на износ, — заметил он и уточнил. — Может тебе отдохнуть? Или нужна помощь психологического плана?
— Нет, нет, спасибо, — Ева погрустнела. — Просто устала очень, но все отлично.
— Я вижу, — Никита ухмыльнулся и нажал кнопку телефона. — Леве, будь любезна, сделай две чашки кофе, что-нибудь к нему и пусть в ближайшие час-полтора меня не беспокоят.
— Конечно, — бойко отозвалась девушка и уже через пару минут вбежала в кабинет с подносом. Переглянувшись с подругой, Леве подмигнула Еве и вскоре скрылась.
— Итак…может просто поговорим?
Круглые глаза Евангелины лишний раз подтвердили, что она ничего подобного не ожидала от своего начальника.
— Грустно, пусто и одиноко, не находишь? Одному конечно спокойно, но это не жизнь, — философски произнес Никита, отпивая кофе.
— А что по-твоему жизнь? — девушка нервничала после утренних переживаний. Душа продолжала надсадно выть. Еще больше только, Еву съедало чувство вины перед Вольдемаром. По какой-то причине ей казалось, что она подвела его.
— Жизнь, это когда есть ради кого жить. А ты как думаешь?
— Я думаю, что жить нужно ради жизни, не ища какого-то особого смысла.
— Ради жизни… — Никита поднялся из кресла и прошелся по кабинету. — А разве это не путь в никуда? Выходит, что ты живешь просто ради жизни. Отдаешь ей все, что у тебя есть, а что получаешь взамен?
— Ну конечно, тогда лучше существовать, — Ева хмыкнула, совершенно не понимая, зачем ее начальник затеял весь этот разговор. — В любом случае, жизнь возвращает все, что берет и порой даже больше.
— А жизнь ради жизни не есть существование? — он усмехнулся. — Да, жизнь возвращает все, что берет, но в каком виде и способен ли человек это оценить?
— Может пойдем от другого?! Что такое Жизнь и что такое Существование?
— А может еще проще? — Никита позволил себе легкую улыбку. — Ты мне объяснишь, как это жить ради жизни. Я вот всегда старался жить ради кого-то, надеясь, что взамен получу тоже самое.
— В любом случае эти понятия индивидуальны для каждого человека, — Евангелина задумчиво посмотрела в окно. — Жить надо не для кого-то, а в первую очередь для себя самого, иначе все пройдет мимо. Так вот оглянешься в прошлое, а там нет ничего, пустота.
Парень снова прошелся по кабинету, держа в руках чашку и о чем-то размышляя.
— Ладно…я уйду немного в сторону, есть вот дилемма кнута и пряника, что по-твоему должно идти впереди? У меня вот не получается жить для себя, скучно как-то. Когда для кого-то, словно оживаю, крылья вырастают, но ты права, у меня пусто не в прошлом, а в настоящем.
«Видимо с девушкой со своей снова поругался», — грустно подумала Ева, уже зная, что ее начальник начинает впадать в депрессию каждый раз, как только не найдет компромисса с Галкой.
— Стоит ли выбирать из двух вариантов? Вот хотя бы черное и белое…не возможно быть только положительным или только отрицательным — всегда и везде все смешивается, никогда и нигде не бывает четких границ. Я вот тоже не умею жить для себя, но учусь. Результат изредка бывает, буквально моментами. Но я поняла одну вещь — я не хочу, чтобы другим было больно. Не хочу, чтобы другие чувствовали ту боль, которую испытываю я. Поэтому и живу ради своей души, чтобы понимать, что я поступила правильно и осталась Человечной.
— А я всегда огребал в жизни за третий вариант. А по поводу кнута и пряника…я имел ввиду, что когда получаешь кнут так ли важен потом вкус пряника и наоборот, получив пряник потом как-то не замечаешь кнута.
— А разве нет? Иногда приходится пройти через боль, чтобы еще больше ценить счастье или нет? Вот есть те, кто зажрались, извини уж за выражение, не ценят то, что имеют. И мы все такие. Есть руки-ноги-голова, родные здоровы…но мы не ценим, — Ева беспомощно развела руками, словно пыталась объять необъятное. — Мы просыпаемся утром, идем завтракать, но не ценим и этого. Почему бы утром не порадоваться, что есть новый день, что мы можем что-то сделать, исправить, добиться новых высот или просто помочь тому, кто в этом нуждается?! Мы зациклены на глобальности, максимализме…но не может быть и речи об этом, ведь жизнь складывается из моментов. Да, не всегда таких, какие мы хотели бы, но порой это надо, чтобы осознать, что мы Живем и мы Счастливы, — она горько усмехнулась. — Странно, наверное, все это слышать от такого пессимиста, как я.
— Ценить то, что имеешь — великое чудо и искусство, оно не всякому дано. Пройдя через боль, ты начинаешь просто понимать, что счастья нет, а есть та самая боль, которая приходит после основной боли и превращается в безразличие, — Никита сел в кресло и задумчиво покрутил в пальцах чашку. — Мы перестали видеть мир вокруг таким, какой он есть. Приятно, что ты видишь больше и дальше своего носа, не поддаешься тенденции деградации общества.
— Знаешь, попробовав кнут явно радуешься прянику, — девушка мягко улыбнулась и отхлебнула кофе. — Нет, пройдя через боль, ты начинаешь ценить именно ее отсутствие. Если только человек не находится в состоянии апатии. Но это уже условности. Нас вечно ограничивают в мировосприятии, пытаются отшлифовать, чтобы мы были «как все». Объективное мышление типичных людей. Абсолютный стандарт переписки… Просто я пессимист с дальним прицелом на оптимизм. Как и другие, я не могу быть только черной. Во мне намешано всего, но я учусь ценить этот спектр, даже тогда, когда это делает меня в обществе изгоем.
Никита удовлетворенно кивнул, мысленно сделав какие-то вывод, а потом посмотрев на часы, сказал, что ему надо поторопиться на какую-то важную встречу. Также он попросил Еву еще раз подумать по поводу отпуска.
Оставшись в одиночестве, Евангелина проверяла отчеты, сравнивала необходимые документы, лишний раз просмотрела статистику и только когда часы показывали около двенадцати ночи, девушка соизволила выйти из своего кабинета. Закрыв дверь и сдав ключ на вахте, Ева вышла на улицу. Вдохнув прохладный воздух, девушка прикрыла глаза. Боль постепенно отступала в ее душе, уступая место умиротворению. Да, этот разговор с Никитой был странный, но очень нужным. Он просто напомнил ради чего она живет.
«Надо поговорить с Вольдемаром!» — подумала Евангелина и застегнув кожаную куртку, поспешила к припаркованному автомобилю. Демон ее уже ждал. На его лице читалась мировая скорбь, а глаза как никогда были печальны.
— Привет, — сев в машину, девушка улыбнулась. — Немного задержалась, извини.
— Как ты?
— ???
— Как ты? — глухо повторил свой вопрос Вольдемар пристально вглядываясь в лицо Евы. — После сегодняшнего…я виноват перед тобой, что не смог оградить, уберечь…
— Дарк, — мягко вклинилась она в его сумбурную речь. — Все нормально. Я жива, здорова, невредима. А что касается утреннего нападения…я отдавала себе отчет в том, что рано или поздно это будет.
— И давно ты себе отдаешь такой отчет?! — язвительно спросил он.
— Сразу, как только узнала твою сущность, — она пожала плечами. — Научи меня.
— Что? — Вольдемар потрясенно уставился на девушку.
— Научи меня бороться с моими демонами, — ее голос был тверд и решителен. — В следующий раз, я не хочу подвергать тебя опасности. Ведь все проблемы были из-за меня.
— Ты невыносима, — усмехнулся демон и погнал автомобиль прочь.
Ему определенно нравилась Евангелина и теперь он мог признаться себе в этом. Да, да, да, нравится! Пусть он демон, пусть он должен желать ее душу…кстати о Душе.
— Расскажи о твоей боли, — попросил он, стараясь задать этот вопрос как можно мягче. — Я просто хочу понять ее.
— Ну-у, — девушка задумалась. — Наверное не новость, хочу быть любимой.
— Те слова, которые ты шептала…
— Это то, что я хочу услышать от любимого и любящего меня человека.
Они замолчали, но пауза продлилась недолго.
— Просто я никогда этого не слышала…единственные отношения, которые у меня были, окончательно пошатнули мою веру в себя, — Ева тяжело вздохнула. — Мне очень не хватает поддержки, любви…но я перестала верить в это. Я также, как и многие девочки, мечтала о любви…истинной любви…а в ответ получала лишь разочарование. Костя появился в моей жизни случайно. Во многом он стал толчком для моего развития, самосовершенствования… а потом все изменилось. Я долго переживала, не могла понять почему все именно так получилось. День за днем, ночь за ночью я анализировала ситуацию и все никак не могла прийти к выводу. Знаешь…Феникс тогда права была. Люди действительно ничего не видят дальше своего носа. Вот и я также…я даже не заметила, что Костя был одержим демоном.
— Не одержим, — Вольдемар покачал головой, повернул руль, заставив автомобиль плавно свернуть во двор. — Он просто стал стать им. Многие из демонов в прошлом были ангелы. Просто они отказались от Бога, изгнали его из своих душ. Бывают люди, которые никогда не впускают Отца в свои души и становятся одержимы собственной тьмой. Такие рано или поздно заключают соглашение с самим Дьяволом. Только почему-то они забывают, что за все приходится платить.
— Неужели за все?! — задумчиво спросила она.
— Что ты имеешь ввиду, Ева? — Вольдемар припарковал автомобиль и выключив зажигание, обернулся к девушке.
— А за добро?! За любовь? Неужели за это тоже приходится платить?
— Как тебе сказать, — он задумался, подбирая слова. — Вот ты могла бы просто так взять и помочь человеку? Просто ради помощи. Не требуя и не ожидая ничего взамен. Смогла бы?
— Да, — девушка пожала плечами. — Но я поняла, к чему ты клонишь. Такое редко встречается.
— Именно…человеческая Добродетель…никто не готов помогать другим, боясь, что его обманут или что ему не будет с этого выгода. Но Добродетель на то и Добродетель. Если ты помогаешь человеку, не ожидая ничего взамен, то Бог это оценит. Именно Он вернет все в жизни. Главное Верить…
— Порой в это сложно поверить, так ведь?!
— Да, — демон замолчал. — Вот интересная у нас с тобой ситуация нарисовалась…я тебя ненавидел. Я хотел лишь забрать твою Душу. А теперь желания поменялись. Я хочу понять твою Душу. Ты заставила меня переосмыслить все мое существование. Как же так получилось, Евангелина?
— Значит так надо было. — она вновь пожала плечами.
Ее выразительные глаза смотрели на него несколько растерянно. Вольдемар не знал, что творится у девушки в голове, не знал, что она чувствует и думает. Он лишь понимал, что слишком многое на нее рухнуло в одночасье. И она не сломалась… Она невероятно сильная…
Выйдя из машины, демон открыл девушке дверь и помог выбраться на улицу. Они пересекли двор, мысленно отгоняя воспоминания о утренней потасовке, открыли кодовую дверь и вызвали лифт. Ева о чем-то думала и лишь грусть в глазах выдавала ее внутреннее состояние. Створки кабинки открылись и девушка первая вошла внутрь. Поднявшись на нужный этаж, Вольдемар повернул ключ трижды в замке, открыв дверь перед ней…да она оказалась сильнее него. И почему это только женский пол называют слабым? Наверное, лишь для того, чтобы сильный пол мог поверить в то, что они сильны?! Да, так и есть. Они позволяют мужчинам быть сильными. Женщина — это в первую очередь вдохновение. Вот, например, Ева. Какая она? Вольдемар вспомнил первую встречу, постоянное ворчание этой девчонки, его собственное раздражение на нее и желание уничтожить. Она жутко доставала и бесила его. Настолько сильно, что он и не заметил, как стал привязываться к этой девушке…полюбил. Пожалуй, это было даже страшнее. Раньше он позволял себе предположить, что был всего лишь влюблен, но это так, несерьезно. И только теперь стал полностью отдавать себе отчет в происходящем — он любит ее! За что? Да просто за то, что Создатель позволил им встретиться. Ева стала той, кто заставила посмотреть на жизнь под другим углом, под другой призмой, которая к тому же была цветной. У девушки было множество недостатков — слишком пессимистичная, неулыбчивая, язвительная, чрезмерно серьезная, трудоголик…он не любит кофе. Совсем. Абсолютно. Конкретно. Но что-то в этом утреннем кофепитии было. Ева наслаждалась каждой выпитой чашкой кофе, несмотря на то, что могла выпить за день около восьми кружек (как известно, русские все пьют из крупных чашек, так сказать, от всей широты души). Она пила каждую порцию кофе так, будто это была последняя чашка в ее жизни. И в этом была какая-то свойственная Евангелине прелесть, которая завораживала и заряжала каким-то неким оптимизмом. Она умудрялась наслаждаться какими-то совершенно обыкновенными вещами, и это делало девушку в глазах Вольдемара уникальной.
Не успела входная дверь закрыться, как демон, неожиданно даже для самого себя, обнял Еву, прижав ее к стене, не позволяя вырваться. Он целовал ее жадно, будто первый и последний раз в жизни. «Я боюсь ее потерять. Я себя просто не прощу никогда за это!» — мелькнула мысль на задворках разума. И это так. Он действительно не хотел ее терять, но Вольдемара пугало будущее. Есть ли оно у них?!? Да о чем он? Конечно, нет. Какое будущее, о чем он? Сначала убьют ее, потом его. Либо наоборот. Им не выстоять. Он сам не представляет для демонов никакой угрозы. Просто предатель и не более того. По сути, он пыль, мелкий камушек, который просто выпнут, растопчут…но Ева… Евангелина несла угрозу, пусть не настолько глобальную, как обычно нам «втирает» кинематограф и литература. Она просто смогла переубедить демона. Она Смогла! А там, где один передумавший демон, там и второй…а там и третий, четвертый, пятый… Если получилось у нее, найдутся еще люди, и они смогут заставить пересмотреть реальность.
— Я люблю тебя, люблю твою Душу, Евангелина, моя родная, любимая, — шептал он ей в губы, продолжая обнимать, наслаждаться тем что вот она просто рядом. — Мне так жаль, что я втянул тебя в эти все неприятности. Ты даже не представляешь, насколько я раскаиваюсь, Ева…прости меня. Прости, если сможешь! Я очень виноват перед тобой.
Никогда. Никогда раньше он не чувствовал такого отчаяния, такой боли от того, что уничтожает человека. Но что он может сделать? Если он исчезнет из жизни Евангелины — ее все равно убьют. Убьют лишь ради того, чтобы забрать Душу. И вместе им не выстоять. Он чувствовал себя виноватым. Виноватым за то, что втянул в неприятности. Виноватым за то, что не в силах ее защитить. Виноватым за то, что не может сделать ее счастливой.
Никогда, никогда он не хотел прикасаться к человеческим особям, не испытывал тягу к поцелуям, но Ева…она подарила ему возможность Жить. Столько лет он существовал, уничтожал других и не имел возможности просто насладиться собственной жизнью, он просто прожигал время.
— Дарк… — она испуганно вжалась в стену, словно пытаясь отстраниться и боль в ее сердце, ударила, словно острым ножом в душу демона. ОНА БОИТСЯ!!! Он стал причиной ее страданий.
Он не желал ее отпускать, даже сейчас здесь, но разомкнул объятья и сделал шаг назад. Ева действительно была в панике — внутренний клубок вновь зашевелился. «О чем ты сейчас думаешь?» — мысленно спросил демон, но так и не решился задать этот вопрос вслух. Тяжело дыша, девушка как-то странно смотрела на Вольдемара.
Мягкой поступью из комнаты вышла саламандра. Грациозно потянувшись, питомец мотнул головой и бросился к девушке, урча, словно кот. Лицо Евы просветлело, и она принялась наглаживать Греха по холке. Губы тронула едва заметная улыбка.
— Мне страшно, Дарк… — почти шелест. — Я боюсь дальнейшей неизвестности.
Он это знал и понимал. Все-таки закрыв на замок дверь в квартиру, Вольдемар быстро снял ботинки и поспешил на кухню — девушку необходимо покормить. И саламандру, кстати, тоже.
Ужинали в полной тишине, но это н угнетало. То и дело, демон отмечал новые черты лица, характера девушки, а Евангелина…он не знал о чем думала она, но многое отдал, чтобы это узнать. Слишком много в ее жизни потрясений. Грех уютно устроила свою немаленькую мордочку на коленях девушки и теперь дремала, забавно пофыркивая.
— Ты правду сказал? — вдруг спросила Евангелина, отчего саламандра сонно дернула ухом.
— М? — от неожиданности Вольдемар ударился коленом о стол.
— Насчет того, что любишь меня, — она смотрела в стол, не решаясь поднять головы.
— Да, правду. Я действительно тебя люблю. И меня очень волнует наше дальнейшее будущее. Я не знаю чего ждать дальше. И это полностью моя вина. Я оказался слишком слаб, чтобы самостоятельно принять решение. Но я очень хочу быть с тобой. Я не буду тебе обещать долгой счастливой жизни…я бы хотел этого для тебя, но при сложившихся обстоятельствах, я не уверен, что могу тебе этого дать. Я благодарен судьбе, что встретил тебя и я постараюсь, чтобы ты была счастлива.
Он замолчал, не зная, что еще добавить. Но был абсолютно уверен — Евангелина поняла его.
Девушка вдруг усмехнулась и покачав головой, произнесла:
— Ну уж нет, так не пойдет. Я хочу жить долго и счастливо с тобой в паре. Таково мое желание, демон. Будь любезен, воплоти его в жизнь.
И встав с легкой улыбкой на губах, ушла в ванную принять душ, оставив Вольдемара в растерянности. Саламандра издала странный звук, помесь лая и какого-то урчащего непонятного сочетания, словно подсмеивалась над собственным хозяином.
Вольдемар поднялся с диванчика и направился мыть посуду. Что же им делать?!? Что сделать, чтобы сохранить Еве жизнь? Заступятся ли ангелы за нее, если он, Вольдемар, умрет?! Может быть, может быть… Нет, заступят конечно, но сохранят ли ее. Скорее всего Нееман с Давидом дружно сошлются на Божий промысел, но…это не успокаивает.
Тарелка со звонким звуком разлетелась на осколки прямо в руках демона, обрызгав его теплой водой. Тихо ругнувшись, парень снял с себя мокрую футболку, бросив ее на угловой кухонный диван, и продолжил мыть посуду, стараясь сильно не погружаться в собственные раздумья.
Ева тихо вернулась на кухню. Саламандра урча уползла к себе в комнату на лежанку, в которой свернулась калачиком и сладко уснула. Вольдемар прислушался, нащупав Душу девушки. Она стояла подозрительно тихая, задумчиво наблюдая за демоном. Снова появилось странное чувство восхищения. Евангелина коснулась холодными пальцами гладкой кожи, водя по линии узора татуировки. Ее прикосновение вызвало жар не смотря на холодную кожу рук. Ева тихо вздохнула, и в следующий момент Вольдемар почувствовал, как девушка прильнула к нему всем телом, ласково обняв демона со спины. Он продолжал мыть посуду, правда уже как-то скованно и случайно вспомнил статистику, по которой ни одного мужчину не убили, когда он был занят домашней работой. Ее лоб коснулся его плеча и Вольдемар аж подпрыгнул:
— Да у тебя жар!
Евангелина удивленно воззрилась на него. Лицо было слегка раскрасневшимся, губы сухие, глаза чуть воспаленные.
— Ты заболела, — грустно вздохнул демон и без предупреждения подхватил девушку на руки.
Войдя в комнату, Вольдемар согнал с постели саламандру, и положив Евангелину на уже «нагретое» место, укутал ее одеялом. И снова ушел на кухню. Налив крепкий чай с лимоном, демон вернулся к своей неудавшейся жертве.
— Я сейчас Никите позвоню и завтра ты никуда не пойдешь, дома отлежишься.
— Нет, — девушка виновато посмотрела на него. — Мне завтра нужно кровь из носу быть, там отчеты очень важные висят, мне надо быть иначе подведу.
— Здоровье важнее.
— Дарк, пожалуйста…
— Ладно, — он нахмурился. — Но при условии, что ты сейчас выпьешь чай с лекарством, и если утром будет плохо, то никуда не пойдешь.
Она кивнула и послушно залпом осушила кружку. Вольдемар невольно улыбнулся. Все-таки Ева такая милая.
— Дарк, побудь со мной, пожалуйста… — девушка забавно вытянула ладошки вперед, словно просила взять ее на ручки.
Демон послушно лег рядом, еще старательнее замотал болеющую в одеяло, поражаясь, почему Ева не сказала, что ей не здоровится. Девушка положила голову на грудь Вольдемару, и подогнув ноги, фыркнула, напоминая саламандру.
— Почему ты не говорила, что плохо себя чувствуешь? — поглаживая Еву по спине, спросил демон.
— Разве это важно?!
— Важно. Для меня важно.
— Я знаю о чем ты думаешь… — она замолчала. — Нам не выжить вдвоем. Я думаю, что нам надо разойтись, Дарк. У тебя своя жизнь, другая. Ты демон и…
— И я с тобой. Клянусь я бурей первозданной…
— Дарк, не надо. Ты другой, у нас нет будущего.
— Хочу я, чтоб сердце моё примирилось с миром и с небом, что тайно бережёт…
— Дарк, прошу тебя…
— Хочу я верить, что найду истину, в борьбе с демоном, в этой тьме бездонной вновь… — Вольдемар тяжело вздохнул. — Я столько лет выбросил из жизни, Евангелина…столько лет я ни к чему не стремился, мне ничего не нужно было…и вот теперь ты, кто дал мне смысл жизни. Я сделал свой выбор, я не останусь с демонами и я буду тебя защищать. Неважно сколько я проживу. Мне важно видеть тебя счастливой.
— Сколько нам осталось?! — она посмотрела ему в глаза.
— Неважно. А теперь отдыхай, а то очень активно хочешь выйти завтра на работу.
«И мне страшно, Ева, и хорошо, что ты об этом не знаешь» — подумал демон и, уткнувшись носом в волосы девушки, мгновенно уснул.
Проснулся он от того, что его в плечо толкала девушка.
— Что такое?! — сонно спросил он, опасаясь, что на них вновь совершили облаву.
— Мне холодно…достань, пожалуйста, еще одно одеяло.
Демон быстро встал и направился к шкафу, в темноте запнувшись за саламандру.
— Грех, что ты все лежишь?! Сходи чайник поставь! — тихо рявкнул Вольдемар, и Грех послушно уползла на кухню.
Вытащив из шкафа теплое одеяло, парень укрыл Евангелину. Девушка дрожала и пыталась запрятаться словно вглубь матраса.
— Потерпи немного, сейчас Грех все приготовит.
— Спасибо… — проклацала она зубами. — Знаешь, я тут подумала…
— Только не говори, что у нас нет шансов выжить.
— Нет, я не об этом. Я тут вспомнила о Лемуре… Говорят у них выпускники очень крутые. Можно было бы у них защиты попросить. Или у СППЯ, у Диментьева…
— Боюсь, что они не выстоят против демонов, силы явно не равны.
— А кто мог бы противостоять?
— Не знаю…говорят Смерть сильна, но насколько, увы, понятия не имею.
— Смерть?!
— Да. Но она не убивает направо и налево. В наше время, это две девушки и они очень…кхм…странные, — Вольдемар задумался подбирая слова. — Они пытаются привести наш мир в равновесие, собственно говоря, за это и огребают со всех сторон.
— Неужели никто не хочет гармонии? — удивилась девушка, кутаясь в одеяло.
— Понимаешь, грань слишком тонкая. Вряд ли кто сможет удержаться, и нужна всегда Сила. Сила, которая будет контролировать, чтобы никто не переступил черту. Мары взяли на себя эту ответственность, но их мало кто поддерживает, — он нашел аптечку и достав лекарство, проконтролировал, чтобы Евангелина приняла его. Очень уж она непослушная и чрезмерно наплевательски относится к своему здоровью.
— А если попросить у них помощи, для нас?
— Я не знаю. Они сами себе на уме. Но не волнуйся, я обязательно что-нибудь придумаю. Но Диментьева сюда не приплетай. Не хочу лишних жертв.
На кухне что-то с гулким грохотом упало, а через пару секунд Грех появилась на пороге комнаты. На голову саламандры был водружен поднос с чашкой наполненной горячим чаем. В зубах питомец держал корзиночку с нарезанным лимоном, а на хвосте болтался злополучный закипевший чайник. Вид у саламандры был очень комичный. Взгляд честных глаз остановился на Еве, словно говоря: «Ну, вот видишь, я все принесла, ты только выздоравливай!». Хвост слегка дрогнул и чайник ударился металлическим ребром в стену, расплескав чуть кипятка. Грех виновато опустила голову, будто прося прощения за неосторожность. Евангелина тихо рассмеялась. Она была сейчас такой милой, родной…
— Видимо именно чайник не вписался в поворот, — несколько потрясенно отозвался демон. И они звонко рассмеялись, поглаживая саламандру по голове, предварительно сняв поднос.
Запищал будильник. Девушка потянулась и рывком села на кровати. Общая слабость была неприятна, но тем не менее горы никто не мешал свернуть, во всяком случае так думала Евангелина. Демон напротив не спешил открывать глаза, наслаждаясь начавшимся новым утром. Грех урча слезла с кровати и встряхнулась — она так и не отходила от приболевшей Евы, всячески тыкаясь своей мордой в плечи и ладони девушки. Повернувшись на бок, Вольдемар наблюдал за тем, как Булгакова Ева собиралась на работу.
— Может, все-таки отлежишься?
— Уговор дороже денег, — она мило улыбнулась.
— Тебе так идет.
— В смысле?
— Без смысла, — он сел на кровати и развел руками. — Вот как тебе объяснить!? Я очень ценю твою Человечность. И я люблю тебя. Да, возможно это звучит не так как в фильмах, когда куча свечей, лепестков роз, полумрак…это жизнь, это повседневность. Но каждая минута этой жизни дорога. И мне нравится, что я могу провести это время с тобой, могу наслаждаться тем чувством, которое ты мне подарила.
— Ты стал более разговорчивым, — девушка ловко заплела косу. — Мне это тоже нравится. Хотя твоя противность та еще милота. Ты так ворчишь забавно.
— Уж кто бы говорил.
— Ладно, собирайся, а то на работу опоздаем. Сам же знаешь, Никита этого не любит.
— Никита это поймет и простит. Он тебя очень ценит, как сотрудника.
— И тем не менее, опаздывать не хорошо.
Евангелина дернулась в коридор за курткой и не заметив саламандру, запнулась, кубарем покатившись по полу.
— Тьфу ты, е-мое, — тихо проговорила девушка, лежа на спине и глядя в честные глаза Греха.
На работу мчались на всех парах, игнорируя все правила дорожного движения. Что впрочем демона не особо беспокоило. «Правила придумали люди, вот пусть они и соблюдают», — хмыкнул Вольдемар. — «Мы ценим духовные ценности….понимаешь, нет ничего, что стоило бы дороже Добродетели. Или Веры. Ни-че-го. Но люди променяли все на зеленые бумажки, считая, что за них можно все купить. Люди продают свою душу Дьяволу, который дает им все, о чем те просят. Но по счетам все равно приходится платить…и обычно рано, чем поздно. Люди хотят получать все на блюдечке с голубой каемочкой, не прилагая никаких усилий. И Дьявол им даст все, о чем они просят. Многие на этом погорели. Жажда легкой наживы. Ты, Ева, наоборот, порой слишком добрая».
Автомобиль, ехавший сзади, мигнул фарами и Вольдемар послушно уступил дорогу. Черный «Шудатти» мчался на всех парах, не беспокоясь о нарушении скоростного режима. Москва, конечно не резиновая, но автомобилей здесь много. И конкретно этот, демон мог бы поклясться, принадлежал лишь одному владельцу — предводителю «Ночной Стражи». Зная, что у них какие-то проблемы, можно было бы предположить, что «Шудатти» с его владельцем мчались кому-нибудь на помощь.
— Слушай, я тут подумала, — Евангелина шмыгнула носом.
— О чем?
— Ну, вот насколько я поняла, люди много не замечают. Демоны, ангелы, смерть без косы… — она хмыкнула. — Вот много вас. А разве обстановка в стране вас всех устраивает? Ваших сил хватило бы устроить революцию…да что угодно, вы же такая мощь. Почему вы бездействуете?
— Не ожидал я от тебя такого вопроса, но тут все просто, Евангелина, — он отметил, что девушка вздрогнула, когда он назвал ее по имени. — Мы не вмешиваемся в вашу политику. Каждый из нас хорошо устроился в жизни, и мы можем между собой договориться. Кто-то живет кланами, кто-то одиночки. Каждый важен в этой жизни, потому что у каждого из нас свои ценности. Мы дополняем друг друга, не лезем в проблемы других созданий, потому что они сами могут решить. И если вдруг не удастся, то они обратятся к другим. Нам совершенно по барабану кто у вас президент, министр, с кем война…но это до тех пор, пока нас это не коснется. Мы тоже воевали за Россию, за благополучие наших детей. Но люди глупы. И несовершенны.
— А вы совершенны?
— Мы близки к этому. Хотя Марена сейчас пытается всем довести мысль, что мы также далеки от идеала. Зато мы можем жить так, как хотим. Вы ограничены какими-то обязанностями, правами, своими этими «надо», «нужно»… Мы просто живем.
Он свернул в подземный гараж и припарковав автомобиль, открыл Еве дверь, помогая ей выбраться.
День рабочий оказался насыщенный. Хорс придрался к оформлению нескольких документов, а позже обнаружил ошибку в цифрах. Бухгалтерии не повезло — Никита в прямом и переносном смысле задергал бедных ребят. Леве хныкала от всех бумажных завалов. Марик то и дело бегала к Еве со всеми сверками. Вилена…Вилена была единственной, кого все это не беспокоило. Она была полностью поглощена своими новыми отношениями — это было невероятно, но с Диментьевым они оказались идеальной парой. Вилена все больше радовалась своему знакомству с Евангелиной, с возможностью познакомиться с ее другом. Впервые ей казалось, что в жизни действительно все происходит именно тогда, когда должно.
— Вилена! — Тимур Сергеевич швырнул папку на стол. — Ты совсем не работаешь! Сколько можно витать в облаках??!
— Я?! Извини, — девушка потупила взгляд.
— Что мне делать с твоим «извини»? Ты вообще видела, чего ты там насчитала? Мне что ли исправлять эти твои ошибки?
— Рот закрой, — послышалось из коридора, и в следующую секунду Евангелина возникла на пороге кабинета. — Чего разорался?
— Она в отчете напортачила! — ябеднически сообщил бывший начальник.
— Исправил ошибку?! — флегматично спросила Ева, скрестив руки на груди и прислонившись к косяку.
— Нет. Вон, я ей его швырнул, — он махнул рукой.
— Так какого черта ты обнаружил ошибку и не исправил! Когда ты уже начнешь работать? Что ты без дела околачиваешься?! Премия вдруг лишней стала?! Марш работать! — впервые на памяти Вилены, ее подруга повысила голос.
Тимур вздрогнул и предпочел ретироваться. Вилена опасливо покосилась на начальницу и тихо извинилась.
— Да ладно тебе, я тоже видела эту ошибку. Лишний нолик не настолько смертелен, как некоторые тут орали, — Евангелина улыбнулась. — Ну как у вас с Диментьевым? Все хорошо? Он исправился?
— Эмм…да, — она улыбнулась и робко протянула правую руку ладонью вниз. — Вот.
— Да ладно?! — Ева подошла к девушке. — Он тебе предложение сделал!!? Поздравляю, поздравляю. Смотрю я последняя стала узнавать все новости.
— Нет, тебе первой сообщаю. Об этом и Дима просил, — Вилена застенчиво улыбнулась. — Он хочет, чтобы друг теперь уже нашей семьи всегда был в курсе дел, если что. Тем более он очень волнуется за тебя, хотя и не говорит в чем именно проблема. Что у тебя случилось?
— Да так…с компанией не очень хорошей столкнулась, ну и бывший объявился, — Евангелина махнула рукой.
— А Вольдемар?! Вы так и живете вместе?
— Да, — она пожала плечами. — Не такой уж он и плохой. Просто ему тяжело, много разочарований по жизни было…
— А не хотите присоединиться и с нами сходить на концерт?
— Заманчиво. И кто выступать будет?
— «Арчи», — Вилена пожала плечами. — Димасику очень нравится эта группа.
— Ну еще бы. Ты солистку-то видела? Там такой гроул. Класс! Мы точно пойдем, — Ева улыбнулась. — Диментьев вечно восхищается женщинами.
— Восхищается!? — девушка резко погрустнела.
— Не в том плане, — начальница рассмеялась. — Понимаешь…мы все для него как…как картины. Он смотрит, любуется. Но самая главная картина хранится у него дома и она вне конкуренции. Так что не ревнуй. Он не даст повода, — она подмигнула.
— Странно, что вы с ним не ужились.
— Да нет, ничего странного, — в кабинет прошел демон. — Извините, услышал краем уха, что речь шла обо мне, и прилип к двери.
— Как жизнь? — спросила Вилена.
— Да все отлично. Ева не дает расслабиться или заскучать.
— Я такая, — она хмыкнула. — Ладно, пойду отчет настрочу и по домам хоть разъедемся.
— Вечно тебе отчеты нужны какие-то…ради чего вы вообще тогда живете? Ради того, чтобы сдохнуть от работы? — спросил Вольдемар и не дожидаясь ответов, поспешил ретироваться.
Вилена грустно посмотрела вслед демону, думая о том, что частично он прав — а ради чего все это? Ради денег? Для чего? Чтобы оплатить квартиру, поесть…и гоняться за навязанными ценностями??! Ведь по сути, мы угробили всю жизнь только ради этих бумажек. Чем больше этих купюр, тем выше твой социальный статус. Чем меньше — тем меньше «радостей жизни». И Вилена вспомнила, что Евангелина как-то говорила о своей любви — любви пить кофе, есть шоколадные пирожные с вишней, слушать музыку…это так мало, так дешево стоит в нашей жизни, но это есть и это действительно приносит удовольствие для тех, кто хочет Жить, хочет наслаждаться тем, что имеет. И вот мы работаем. Работаем ради денег, ради неведомого статуса. И даже если мы их потом получает в нужном объеме, то не успеваем уже никуда тратить…а если и тратим, то без удовольствия, потому что мы устали к тому времени и нам уже ничего не надо, только отдых.
Вилена усмехнулась — Шархан (странное имя!) на концерте как-то сказал, что они практически не зарабатывают в рок-группе, расходов чаще всего бывает больше. И как показала практика — они счастливы. Они Живут в свое удовольствие — делают и поступают так, как хотят. Интересная команда. И за то нужно поблагодарить Еву — она рассказала о столь замечательном коллективе, а Вольдемар организовал встречу. И все это было спонтанно.
Евангелина отстукивала по клавиатуре, но на губах играла загадочная полуулыбка, которая и подсказывала, что мысли девушки далеки от работы. Она усмехнулась и активнее что-то напечатала, видимо воспользовавшись формулой в базе, потому что девушка словно, получив отчеты, защелкала мышкой, видимо выравнивая общую таблицу.
— Ева, о чем ты думаешь? — робко спросила Вилена.
— А как ты думаешь? — она улыбнулась.
— Тебе нравится такая жизнь?!
— Тебя задели слова Вольдемара?! — Евангелина вскинула голову и взгляд ее был встревоженный. — Забей на это! На самом деле все не так плохо.
Вилена тяжело вздохнула и протянула подруге на подпись пачку документов. Та, быстро пробежавшись глазами, расписалась.
— Но ведь он прав??! Или нет. Ты как считаешь? Он как-то безразлично ведет себя ко всем…к тебе, мне, людям, жизни? Ему все равно на чужое горе. Я не понимаю этого. Я как-то попросила у Вольдемара помощи и была достаточно далеко отправлена по известному адресу. Я не понимаю, — Вилена тяжело вдохнула и качнула головой.
— Его безразличие можно понять, — Евангелина закинула ноги на край стола, скрестив их в лодыжках. — Люди всегда безразличны к чужому горю. Но это повод стать сильнее, — она задумалась, глядя куда-то в бок. — Надо просто различать, когда человек действительно хочет-может помочь и когда просто играет свою роль. Будь сильной. Не стоит надеяться на других — на их понимание, помощь и тому подобное. Зато при таких ситуациях истинные друзья сами найдут тебя.
— Так нашлась ты и Дима, — Вилена улыбнулась. — Но ведь люди не идеальны. Их можно просто понять и простить. В конце концов, мы все ошибаемся, бываем неправы…мы несовершенны.
— Прощать…это конечно хорошо. Но нельзя позволять ситуации повторяться, — Ева хмыкнула.
— Спасибо тебе! Я даже не знаю, как тебя отблагодарить за все то, что ты для меня сделала. Ты помогла вернуться к жизни, найти любовь, помогла разобраться в себе… Я рада, что мы вместе. Все мы.
— Да ладно тебе. Я один из людей, которые просто мелькнули в твоей жизни и не иначе, так что ничего страшного.
— Не поняла, — Вилена чуть не выронила папку с бумагами.
Евангелина вздохнула, встала, взяв подмышку какое-то портфолио и направилась к выходу. Остановившись у двери, девушка обернулась, грустно посмотрев на подругу и негромко, но четко произнесла:
— Если я уеду, то останусь просто воспоминанием, а уж каким, мне неизвестно. Иногда время слишком много значит. И тут третьего не дано, но я его возьму.
И развернувшись, ушла. Вилен еще долго возвращалась мыслями к этому разговору, считая, что подруга слишком жестко (или жестоко) выразилась, но зерно правды в ее словах было. И пожалуй это было самым грустным.
Евангелина вышла из офиса и прямиком направилась в сторону метро. На улице было прохладно, но тем не менее достаточно комфортно, чтобы не застегивать кожаную крутку. Арбат как всегда гудел — толпы музыкантов, влюбленные парочки, художники… Арбат жил своей удивительной веселой жизнью. Смеркалось и постепенно включались фонари, что придавало этому месту еще более удивительную волшебную атмосферу. Ева улыбалась собственным мыслям, глядя на то и дело мелькающих людей. Ради чего живем? Чтобы сдохнуть ради работы… Волнение Вольдемара ей было понятно, но в тоже время, девушка не забывала, что они разные — он демон, а она простая смертная, просто пшик в этой жизни.
Пару раз Евангелина останавливалась, слушая музыкантов, вокруг которых собирались небольшие группки прохожих.
Демоны появились внезапно. Принеся с собой безотчетное чувство страха. Разбираться что к чему девушка не стала, просто резко перейдя на бег, скрываясь в соседней подворотне. После она ругала себя за эту ошибку. Ева не знала, что произошло. Она просто почувствовала страх, чувствовала, как с силой упала на колени…а после мир перевернулся и пропал.
Евангелина медленно открыла глаза и огляделась — все белое, как в…
— Больнице, — шепотом проговорила она.
— Рад, что ты очнулась, — к койке подошел парень в темно-синем костюме. Смутно девушка осознавала, что где-то его видела, но никак не могла вспомнить, где именно.
На соседней кровати лежала девушка, в которой было не так-то просто узнать вокалистку группы «Феникс». Витторина была бледной и словно безжизненной.
— Ее?.. — Ева не решилась продолжить свою мысль вслух.
— На нее тоже напали те же, кто и на тебя, — сухо отозвались из самого темного угла больничной палаты. Шархан подошел ближе и присев на кровать к Евангелине вкрадчиво произнес:
— Отдыхай, набирайся сил. Когда ты проснешься, ты не вспомнишь нас.
И Евангелина провалилась в спасительный сон. А когда проснулась она помнила только бег по Арбату и…все. Вот она очнулась дома — видимо Вольдемар любезно ее спас и привез в квартиру. Саламандра спала рядом, обвивая Булгакову своим длинным мощным хвостом. Большие темные глаза внимательно всматривались в лицо Евангелины.
— Привет, — хрипло сказала девушка и Грех издала странный гортанный звук.
«Интересно где Вольдемар. Может в аптеку ушел?» — подумала Ева, глядя на кучу лекарств на тумбочке рядом с кроватью. Рука нещадно болела. Евангелина сдернула повязку и ужаснулась. На внешней стороне от сгиба локтя до запястья вдоль вен были словно вырезаны надписи — семь смертных грехов. Рана очень болела, будто горела огнем. Девушкой овладела паника. В последнее время слишком много стрессов и боли.
— Дарк!!?
— Как ты себя чувствуешь?! — он появился на пороге спальни почти сразу, достаточно сурово глядя на девушку, словно строгий отец.
— Слабость во всем организме…но главное жива. Как ты?
— Плохо, — Вольдемар скрестил руки на груди. — Беспокоился тут за одну девушку.
— Извини, — Евангелина поморщившись, села, прислонившись спиной к подушке. — Я не помню ничего. Ты меня забрал?
— Почти, — демон нахмурился, вспоминая, как вечером нагрянули нежданные гости в виде «Ночной Стражи» и привезли бесчувственное тело.
— Надписи болят, — пожаловалась девушка.
— Не мудрено. Знаешь, что это означает?! То, что тебя хотят за все грехи в Ад упечь преждевременно.
Ева неопределенно пожала плечами, словно ей было все равно.
Вольдемар вздрогнул, вспомнив, как открыв дверь увидел людей в черных спецкостюмах и с масками на лицах. Один из них представился Шарханом, и сообщил, что Булгакову отбили у нападавших, где-то на Тверской, какое-то время продержали в закрытой больнице, и, предупредил, что Евангелина ничего не будет помнить, испарился, будто и не было.
— А Смерть?! — спросил демон, когда «Ночная Стража» собралась уже уходить.
— Я не дам ее в обиду, — просто сказал Шархан и спецотряд удалился.
«Что ж он за человек такой?! Смерть…смерть…есть те, кто не боятся смерти…», — Вольдемар вздрогнул, стараясь отогнать все воспоминания.
— Ева, я тут подумал…мне нужно уйти на время. Я не знаю, когда вернусь, но…так надо.
— Я верю тебе, — она кивнула. — Раз надо, значит надо. Главное возвращайся.
Его вздох отозвался болью в татуировке. Хорошо. Очень хорошо, что она не стала спорить. А он…он может больше не вернуться.
Ад — место неприятное. Даже для демона. Даже для правильного демона. Но Вольдемар к таковым не относился. В целом все, что обещает Библия — Геенна Огненная, черти, сковородки, муки и т. д. и т. п. Но вот само руководство, если так можно выразиться, имеет нечто вроде офиса — бесконечный коридор, с бесконечным количеством дверей…здесь нечто штаб-квартир у каждого из демонов. Но Вольдемара интересует несколько иное. Открыв одну, из множества серых ничем не примечательных дверей, парень свернул в огромный холл. За столиком рецепшена сидела девушка. Она была идеальна — абсолютно правильная привлекательная фигура, стильная стрижка, вызывающе привлекательный макияж и короткий наряд красотки выдавали ее суть — демон Похоти.
— Салют! Вельзевул у себя? — вальяжно облокотившись на стол, спросил Вольдемар, вглядываясь в безупречные глаза девушки. На смертных мужчин она действовала всегда, совращая их, толкая в свои объятия безудержной страсти, а по сути, находя свою погибель.
— У себя, — мурлыкнула она, соблазнительно изогнувшись, представляя свою фигуру как можно с более выгодного ракурса. — Он сегодня почти в хорошем настроении, Вольдемарушка.
— Отлично, — он кивнул и толкнул большую парадную дверь, входя во мглу, оставив позади себя озадаченную Похоть, для которой было непривычно видеть такую реакцию на себя.
Кабинет руководства встретил демона абсолютной мглой. Не было ни лучика света, ни даже крапинки цвета. Только черный. И непонятно, есть ли стены, или нет. Не видно ни пола, ни потолка, ни даже собственных рук, поднесенных к самому носу.
— Что привело тебя, демон? — голос звучал будто в голове, но в тоже время, он звучал со всех сторон.
— Просить хочу за смертную! Я хочу, чтобы ее перестали трогать, чтобы она жила спокойно. И я приму за это любую плату.
— Она так важна? — снова пророкотало нечто.
— Да.
— Вопрос будет рассматриваться. Иди.
В следующую секунду Вольдемар открыл глаза, осознавая, что стоит на Красной площади, глядя на собор Василия Блаженного. Хмыкнув, он посмотрел на экран телефона. Примечательно, что в Аду время всегда шло по своему графику. В этот раз прошло всего два дня и двенадцать часов. В прошлый раз Вольдемар помнил, что время двигалось напротив, медленнее — разговор по человеческим меркам занял полтора часа, но вернувшись из Ада, он обнаружил, что прошло всего две минуты.
До Арбата демон дошел подозрительно быстро, а оттуда до офиса рукой подать было. Никита ходил по коридорам с задумчивым видом, что-то прикидывая в уме.
— Привет, пропащим, — пожал директор руку Вольдемару. — Как дела? Ева твоя тут очень интересные наработки скинула, которые с удовольствием вскоре возьмем в работу.
— Да я тут хотел бы чуть продлить наш отпуск, — демон тяжело вздохнул. — Евангелина с трудом поднимается с кровати, да и нервы нынче сильно подводят. На нее же напали в прошлый раз!? Ну так вот, она сейчас слишком нервничает, из дома не выходит. Нам бы время оклематься, хотя бы за свой счет.
— Да не проблема, я все оформлю, — Никита пожал плечами. — Недели две хватит?! Если психоаналитик нужен, у меня невеста работает в больнице, хороший профессионал, поможет.
— Спасибо, пока вроде нет, но буду иметь в виду.
— Да не за что, — они снова пожали руки.
Демон покинул офис, чувствуя небывалую легкость. Жизнь удалась??! Да, жизнь удалась. Он чувствовал, он знал, что поступил правильно. Он, Демон, и он совершил поступок, за который испытывал невероятную гордость. Вольдемар искренне надеялся, что Ад сменит ориентиры. Один человечишка погоды не сделает.
— Клювом не щелкай, — Нееман возник, будто из неоткуда. Толкнув демона в плечо, ангел с улыбкой на губах, спросил — Ты чего так светишься?! Неужели озарение снизошло? Откуда такой счастливый?
— Из Ада, — Вольдемар ухмыльнулся. — Не поверишь, к Вельзевулу попал на встречу, за Евангелину просил. Не везет девчонке…жизни и так не видела, а со мной еще хлеще стало.
— Вот как?! А что же случилось?
Они медленно шли по тротуару, не замечая никого. Время…время бесценно — оно проскакивает мимо, теряясь где-то в нашей жизни, мгновение за мгновением…оно уходит прочь, оставаясь незамеченным на нашем коротком жизненном пути, бесцельно потраченным.
— На Еву опять напали. «Ночная Стража» любезно отбили ее, но меня корректно предупредили, что у них самих есть существенные проблемы и поэтому просили их, по возможности, не беспокоить, — Вольдемар помрачнел. — Я не знаю что делать. Как защитить Еву?
— Ты, друг мой, забываешь вновь, — Нееман добро улыбнулся. — Не отворачивайся от Отца. Он любит нас. Просто попроси Его о помощи, и Он обязательно поможет. Возможно не так и не тогда, как нам бы хотелось, но значит, так надо было.
— Да…ты прав…я за Еву очень беспокоюсь.
— Проси и будет дано! — ангел похлопал демона по плечу и тихо мирно растворился в воздухе.
«Будет дано…эх, если так…».
— Господи, если ты меня слышишь, то прошу лишь об одном. Берегите, пожалуйста, Евангелину, молю Вас. Пусть она будет счастлива, — прошептал демон, глядя в красивое ультрамариновое небо. И казалось, сам Всевышний ответил — словно длинный рокот прогремел где-то в облаках, услышав своего ребенка.
Евангелина встретила Вольдемара взволнованной, словно сильно переживала.
— Ты вернулся, — выдохнула она, глядя как демон в прихожие снимал свое пальто и обувь.
— Я же обещал вернуться, — он пожал плечами. — По дороге случайно с Неемоном заболтался, поэтому задержался.
Ева хмыкнула и разбежавшись прыгнула на демона. Он подхватил ее, обнимая и прижимая к себе, глядя в прекрасные глаза. Сердце Вольдемара пропустило удар. Она его любит!?? Или просто небезразлична?! Неважно. Важно, что Ева волновалась.
— Никогда, слышишь!? Никогда больше так не делай, — нежно шептали ее губы, а в уголках глаз уже скопились слезы.
— Обещаю, — он лишь крепче заключил ее в объятия. — Обещаю, Евангелина. Моя любимая! Моя нежная, Евангелина!
И она заплакала — громко, с чувством, выдавливая из себя всю боль и все переживания. Вольдемар прикрыл глаза. Он сам не знал о чем думал. На душе было такое странное чувство умиротворения, спокойствия. Саламандра фыркнула и с разбегу прыгнула на обнимающуюся парочку, повалив своего хозяина вместе с девушкой на пол.
— Грех, ты что делаешь?! — смеясь проговорила Евангелина, но домашний питомец продолжал вылизывать ей лицо, иногда тыкаясь носом в бок.
«Кажется, жизнь налаживается!».
Какое — то время начало казаться, что у них действительно есть будущее. Нет не мрачное или неопределенное, а вполне конкретно счастливое. Поначалу в это не верилось ни Еве, ни Вольдемару, но постепенно опасения ушли на задний план, уступив место безотчетной радости. То и дело ребята вместе ходили на рок-концерт, в театры, кино, различные выставки и просто частенько гуляли. Саламандра не оставалась без присмотра — то и дело она присоединялась к ужину или просмотру какого-либо фильма, который пара смотрела в гостиной на диване. Время шло неспешно…демон уже начал забывать…забывать о боли, забывать о страданиях, забывать о тьме…
Душа Евангелины значила для него слишком многое. Но слишком многое он также помнил…он помнил каждую уничтоженную им жертву…он помнил прошлую девушку Диментьева, которую он довел до самоубийства. А всего лишь он, демон, внушил ей мысль, что она не нужна…а Диментьев был уверен, что ему рано признаваться ей в своих чувствах…
— Обед готов! — крикнула Ева. На звук ее голоса рванула на кухню саламандра, чуть не сшибив по дороге своего хозяина. Как ни странно, но Греху тоже нравилось, как готовила девушка.
Демон прошел за своим питомцем, легонько коснулся губами плеча Евангелины, и уселся на диван. Девушка поставила на стол две тарелки супа. Неужели все кончилось? Неужели демоны оставят их в покое? Вольдемар в это не верил. Хотелось верить в спокойствие и безмятежность, но…но это все маловероятно и не стоило себя обманывать. Им наверняка уже готовят месть. Или может все-таки их отпустили? Если так подумать, зачем они нужны Вельзевулу? Или только смерть поможет все решить?! Смерть…Смерть не отбирает, а лишь возвращает все утраченное, порой даже больше, чем нужно. В это трудно поверить. А те, кто страшится смерти, напоминают цветок, прячущийся от солнца. И цветок этот увядает с каждым новым днем. Может пойти за Смертью, пойти за истиной, за внутренним единством…ведь страх Смерти есть Тьма.
— Эй, ты о чем задумался?
Демон вздрогнул. Вопрос Булгаковой почему-то показался ему слишком резким, вызывающим…и требующим правды.
— Твоя идея…может правда стоит обратиться за помощью к Маренам? — выдавил он из себя, стыдясь хрипоты в голосе, которая выдавала его мрачное состояние.
— Не отворачивайся от Бога, — шепнула Евангелина, нежно улыбнувшись.
В ее глазах была вселенская грусть, а на губах играла добрая улыбка. Казалось, что девушка может горы свернуть, но пока не было таких желаний. Да, она может. Она может все — она очень сильная! Ей приходится быть таковой, потому что ее не в состоянии никто защитить. Она не просит помощи, не молит о пощаде…просто сама идет вперед, устраняя возникающие на пути проблемы. Раньше, возможно, ее целью была — смерть. Да, демон знал, что она прятала в своей Душе — когда-то она хотела, мечтала, молила о смерти, но не теперь. Минута слабости прошла и теперь она готова была восстать из пепла и идти не смотря ни на что.
«Погружение в материю — начало, погружение в Смерть — цель. Мы сами изменили свою судьбу. Мы сами установили цену за нашу Жизнь, мы имеем право на Существование. Никто уже нам не поможет. Мы сами решим эту проблему. Чего бы то ни стоило, но мы решим эту проблему. Я знаю, мы сможем. Мы просто сможем и все. Отступать уже поздно, да и некуда. Мы обязаны идти вперед. Идти до победного конца. Моя Смерть всегда рядом со мной. Я ее не боюсь. Я ее уважаю. Осталось совсем немного, но, Господи, дай мне время решить эту проблему. Я прошу всего лишь времени, а не вечности, которая у меня есть. Всего лишь время и ничего более…».
Вольдемар встал из-за стола и поставил грязную посуду в раковину.
— Как же тебя так угораздило связаться со мной? Демон, Высшего эшелона и вот те раз.
— Нееман говорил, что у тебя есть шанс попасть на небо, вернуться к ангелам.
— А ты??! Что будет с тобой? — резко развернувшись, он все-таки потерял самообладание. — О чем ты думаешь? Я не могу позволить тебе остаться одной! Я не могу тебя бросить! К черту мой статус! К черту все в этой и другой жизни!
— Вольдемар…успокойся, — Ева приложила палец к губам. — Мы вместе решили встать на путь исправления, вместе и будем двигаться.
Демон смотрел на нее и не понимал — откуда в этом хрупком маленьком тельце столько силы, решимости и уверенности.
— Насилие порождает насилие. Нам следует подумать, как бороться.
— Да, пожалуй, ты права.
Вольдемар кивнул, помогая убрать со стола. Сомнения, сомнения…его мучали сомнения. Сколько тысяч лет он жив? Со дня сотворения Ангелов. С самого начала…вечность…бессмертие…
Бессмертная Вечность — вот удел любого ангела или демона. Вечность…Вечность понятие растяжимое, бесконечное…а вот Бессмертие напротив, относительное. Вечность…это когда дорожишь каждой секундой, хотя знаешь, что впереди бесконечное количество времени. Бессмертие…Бессмертие — это когда ты не дорожишь ничем, но где-то в подсознании, в Душе, понимаешь, что бессмертие можно обойти, но не знаешь как.
Сначала нужно обустроить жизнь Евангелины и только потом беспокоиться о себе. Первая ступенька на пути к совершенству гласит — Научись думать о других! Именно с этого он, Вольдемар, и начнет. А потом научится забывать о себе…
Что без тебя мне эта вечность?
Трудный вопрос…Вечность — это память…Дух…Душа…Бессмертие — это чуть другое понятие, хотя оно и сходно по значению с вечностью…Лучше жить в вечности, чем быть бессмертным. Бессмертие может стать проклятием, если, например, коротать его в одиночестве…
Вольдемар тряхнул головой, отгоняя нахлынувшие на него мысли и эмоции. Кстати об эмоциях. Он воспользовался своим даром и всмотрелся в Душу Евангелины…
«Ты знаешь свои смертные грехи?! Они придут за тобой. Ты знаешь, что тебя ждет за них?! Конечно, но не готов. Так что мешает жить правильно?.. Или слишком скучно?» — пела в ее Душе «Феникс». Смерть пела всегда и везде…в любую Душу, которую ты можешь заглянуть…везде есть те или иные ноты. Она возрождала всех своей музыкой. Она дарила надежду, укрепляла веру…она помогала идти вперед и несла в массы все самое светлое, что мог только предложить мир в ее лице.
Демон вслушался в уже знакомый мотив. Многие находили себя в песнях этой невероятно известной рок-группы. Почти сразу вспомнились строчки из другой песни:
Прекрасен мир
Жесток и ловок
Судьба научит понимать
Кто Человек, а кто подонок.
Она научит доверять,
Искать надежду и мечтать
О мире, правде…справедливость…
О добродетели и мире.
И в отчаянье впадать
Не позволит никогда
Добродетельность твоя.
Смерть…может действительно стоит обратиться к ней за помощью?!
Евангелина сидела на диване и смотрела на большой плазме фильм. Демон присоединился к ней, согнав с нагретого места саламандру. Впрочем, Грех сильно не расстроилась. Забавно фыркнув, выражая свое недовольство, домашний питомец улегся на полу, обвив себя хвостом и расправив крылья, словно те нуждались в некой растяжке. Ева, хихикнув, быстро пересела на колени Вольдемару, и положив голову ему на плечо, задремала, уже не особо смотря телевизор. А демон все продолжал думать, предполагать, анализировать…
Скольких он, Дарк, погубил?! Бесконечно много. Люди теряли веру и надежду, теряли любимых, теряли все, что было дорого в этой жизни.
Евангелина… Она не была праведницей, но и не являлась такой уж грешницей, какой ее привыкли многие видеть. Ведь по совести Ева никому ничего не сделала. За все время, девушка не желала никому зла и даже не испытывала ненависти по отношению к людям. Она ненавидела только себя, что было несколько странно, учитывая ее нынешнее положение. Булгакова по-прежнему не искала себе оправданий и шла напролом, решая проблемы большинства людей. Но никто из них даже не подозревал, что за маской спокойствия и хладнокровия, она была очень чувствительна и ранима. Любая, даже мимолетная критика в свою сторону прочно оседала в ее сознании и была триста раз прокручена и рассмотрена со всех сторон. И это несмотря на то, что говорит она совершенно другое. Иной раз кажется, что ее не мучают сомнения, что ей все дается легко и непринужденно, но увы. Вольдемар…он видит и знает, что она испытывает. Он еще ни разу не надавил на нее, стараясь вытащить ее из любой ситуации, несмотря на свою демоническую сущность.
Евангелина была и оставалась человек с вполне неясной судьбой. Демон сочувствовал ей, но она этого не хотела даже знать. Поразительно, но девушка сама пыталась все разрешить, ни у кого не прося помощи. Вольдемар тяжело вздохнул. Да встреча с Дарком не могла пройти для нее безболезненно. Он ее изменил одним своим присутствием. В него влюбляются все жертвы, таков уж у него дар. Плохо это или хорошо, не ему судить, но могу сказать с точностью — ничем хорошим это не закончится. В лучшем случае они погибнут оба.
Вольдемар вспомнил…вспомнил вечер, когда впервые вполне реально увидел свою смерть.
Дождь??! Крупные сверкающие капли летели с ясного неба, и падали демону на лицо. Холодно? Да, холодно и не очень приятно лежать на мокром асфальте с кучей острых осколков, которые нещадно впиваются в его натренированное тело. Боль? Что такое боль? Боль растворяется в пелене дождя, становясь чем-то нереальным и неземным. Но именно сейчас почему-то одиночество становится более острым и невыносимым. И даже шестеро людей, склонившиеся над ним не смогут уже ничего изменить. Крупные холодные капли по-прежнему падали с неба, обмывая его раны. Шесть темных силуэтов его мучителей уже ничего не изменят. Дарк неаккуратно вздохнул и чуть не вскрикнул от боли в ребрах. Сильно его, однако, пинали.
«Ну что? Вы все-таки решили меня добить? Тогда добивайте быстрее — это мое единственное желание на сегодня…так он думал все это время, пока смотрел в удивительные фиалковые глаза».
Он попытался встать на локти, но неудачно опершись на осколок, снова упал на асфальт, больно ударившись плечом.
— Ты выбрал не тот путь, — холодно сообщила девушка. Ее взгляд, как рентген, сканировал весь его организм, все мысли…и нельзя было от этого убежать.
— Ты думаешь, что я поменяюсь только благодаря твоим словам?!
— Поменяешься. Потому что я не только говорить, я еще и действовать умею.
Тогда он ей не поверил. Ведь это — всего лишь Смерть. Она уже ничего не изменит в его жизни. И это была самая большая ложь в его жизни. Вместо того, чтобы убить его, демона, Смерть тяжело вздохнула и склонившись над ним сообщила:
— Я знаю о твоей боли и могу ее облегчить. И я это сделаю. А ты, в свою очередь, сделай соответствующие выводы.
Они исчезли, а сам Вольдемар лежал на холодном асфальте осознавая, что у него действительно ничего не болит, что он может быть счастлив также как все.
— Слушай, давненько мы не развлекались, — вдруг произнес он, выпадая из собственных раздумий.
— И что ты предлагаешь?
— Давай в клуб сходим? Я на сайте видел, что какие-то малоизвестные группы вроде выступать будут. Пойдем, послушаем?
Евангелина задумалась, но все же согласилась, признав, что они давненько никуда не выбирались развлекаться.
Музыка гремела во всю, погружая сознание в иной мир, в иное измерение, заставляя унести вдаль печаль и горе, отвлекая от бытовых проблем.
Клуб был небольшим, разделенным на две зоны — vip-столики и танцевальный зал, над которым на порядочной высоте возвышалась сцена. Народу было мало — кроме самих выступающих можно было заметить еще одну небольшую компашку. Человек десять стояли отдельно от всех и то и дело о чем-то весело болтали. Бросался в глаза тот факт, что одна из девушек стояла в центре и как бы во главе. Сразу за ней мрачной тенью маячил парень одетый во все черное. Он хмурился и периодически оглядывал собравшихся осуждающим взглядом, но лишь до тех пор, пока стоящая перед ним девушка не обращала на него внимания. Внешность девушки, кстати, сильно выделялась на фоне остальных — черные кожаные брюки в обтяжку с тяжелой цепью сбоку и майка с прорезями вдоль ребер.
Очередная группа вышла настраивать инструменты, то и дело, подключая и отсоединяя провода. Барабанщик терпеливо проверял оборудование. Два гитариста метались по сцене то и дело мешая друг другу и все больше и больше волнуясь.
— Сколько лет, сколько зим!? А ведь только на днях мы с тобой находились в плену, — от барной стойки отделился высокий мужчина в безупречном костюме-тройке и прямиком направился к компашке. Золотистые волосы рассыпались по плечам аккуратными волнами.
— Неужели автомобиль пригнали? — хмыкнула девушка и тут Ева запоздало узнала в ней Витторину Соколову.
— Я уже сдал его Шархану сегодня утром.
— Правда?! — Вита оглянулась на своего парня.
— Потом поговорим, — эхом откликнулся он.
— Как скажешь, — Мара пожала плечами. — О, Ева, Волик. Идите к нам.
— Волик??! — Вольдемар аж подпрыгнул от оскорбления.
— Да ладно тебе, забавно ведь, — Евангелина звонко рассмеялась. — Какими судьбами?
— Друзей пришли поддержать, — из компании к демону повернулась Ритка. — Ну и просто отдыхаем. А вы?
— Да и мы тоже, — Дарк хмыкнул. — Давно не виделись…Смерть.
— И лучше б не встречаться. Познакомишь нас?
— Волик, Хорс. Хорс, Волик. Один демон и второй упырюга, — отозвалась Вита, флегматично попивая сок из высокого стакана.
— Вампир!? Какими судьбами в человеческом заведении?
— По делам, — холодно отозвался Хорс. — Могу я Вас угостить, Витторина?
— Пожалуй, нет, — девушка хмыкнула и обернулась к своему парню. — Принеси, пожалуйста, что-нибудь еще выпить, Мстислав.
— Да, конечно, — мрачной тенью он исчез из виду и почти сразу появился с бокалом в руках.
Между тем группа на сцене была готова представить свою музыкальную программу. К этому моменту в зале было мало народу. Евангелина украдкой посматривала на солистку «Феникса» и таинственного Хорса, которого назвали упырюгой. Они вели себя так, будто были хорошо знакомы и явно не с лучшей стороны, но при обоюдной ненависти вели себя уважительно.
Два длинноволосых парня отжигали на сцене и еще один «рубил» на барабанной установке. Солисткой оказалась крупная девушка привлекательной внешности и обалденным сопрано. Евангелина с удовольствием потанцевала, тряся головой и изредка толкаясь в небольшой компании плечами. Ритка с энтузиазмом отнеслась к такой затее, потащив за собой еще двоих ребят для слэма. Всем было весело и беззаботно. Никто не грузился проблемами. Лишь трое не принимали участия в общем празднестве — Витторина с Мстиславом и Хорс. Они скромно стояли в стороне и попивали из красивых бокалов сок, поскольку девушка наотрез отказалась от спиртных напитков и оба молодых человека легко поддержали эту затею.
Сыграв красивый проигрыш и поставив точку в очередной композиции, соло-гитарист подошел к микрофону и спросил:
— Феникс, ну что скажете?
— Материал хороший, но преподносить еще не научились.
— Иди к нам на сцену, покажешь, — с улыбкой махнула рукой солистка.
Вита пожала плечами и подошла ближе. Она о чем-то рассказала ребятам, активно жестикулируя, словно разговаривала с глухонемыми. Евангелина наблюдала за ними со смешанными чувствами. Всегда интересно видеть тех, кто Горит Огнем Жизни, тех, кто смог восстать из пепла. Стоило взять с них пример, но…но получится ли у них!? Витторина выглядела необычайно жизнерадостной, оставляющей своей отпечаток счастья на всех, не скупясь дарить всем присутствующим свое хорошее настроение.
Вольдемар хмыкнул. Его интересовало несколько иное — сколько стоит мечта? Сколько стоит мечта каждого отдельно взятого человека и человечества в целом? Вот глядя на Феникса демон знал, что они уже ни о чем толком не мечтают, потому что всего добились, достигли тех высот, которые им были необходимы. Не больше и не меньше. Они не жадничали, готовясь разделить свое первенство с теми, кто этого достоин. Путь терпения и выживания развил в них невероятные качества, помогающие не только преодолевать препятствия, но и Жить, и Восставать из Пепла. Они светили всем ярко, даря тепло Душам, даруя счастье. Они помогали тем, кто нуждался в помощи, кто о ней просил, молил и просто молчал.
Они не боялись сложных задач. Не вычеркивали дней из своей жизни. Обещали и держали слово. И давали помощь тем, кто в ней нуждался, а остальные получали свет надежды Хаоса.
— Знаешь, иногда я думаю — а если бы меня не было, — Евангелина подергала за рукав Вольдемара. — Вот просто резко не стало бы…столько проблем ушло бы, связанных со мной. Тебе бы больше не пришлось бы меня оберегать, заботиться, переживать…интересно, оно того стоило бы?!
— Взгляни на эту ситуацию с другой стороны, — демон кивнул на Витторину, которая помогала молодым группам, на скорую руку написав им соло или ритм партии прямо на клочке бумаги. — Вот если бы не было ее, многое изменилось бы?
— Да, колоссально много, — девушка недоуменно посмотрела на Феникса. — К чему это, Дарк?
— К тому, что каждый из нас является пусть малой, но крайне важной шестеренкой в этом мире. Как только перестает хватать одного болтика — рушится мир тех, кто был рядом с тобой, или зависел напрямую от тебя. Если тебя не будет, значит, из-за этого кто-то пострадает, либо не случится то, что должно случиться, — мягко вклинился Шархан, не отрывая, впрочем, взгляда от своей любимой.
Евангелина задумалась. Может, поэтому они счастливы? Счастливы, зная, что нужны. Нужны целому Миру.
— Удивительная, — Хорс проводил Витторину восхищенным взглядом, наблюдая, как девушка что-то напевает ребятам из нового репертуара. — Друзья, а хотите я покажу Вам как начинала свой путь группа Феникс? Вряд ли из вас кто-нибудь знает, кроме основного выжившего состава группы, что Вита была в своей же группе на вторых ролях, исполняя бэк-партии. И тогда еще ее инструментом была не гитара, а синтезатор, — мужчина слегка прищурился, таинственно глядя в глаза основательнице рок-группы «Феникс», словно обещая ей неописуемое счастье.
Шархан ничем не выдал своей заинтересованности, в то время, как все присутствующие в зале к небольшому монитору. Для тех, кто знал первый состав группы, не сложно было узнать вокалиста и ритм-гитариста Анатолия, соло-гитаристку Анюту, бас-гитаристку Ритку и где-то там, в тени зала пряталась сама Витторина Соколова, ныне известная на весь мир. По какой-то причине песню исполняла Ритка, хотя изрядно фальшивя охрипшим голосом. В определенный момент девушка окончательно потеряла возможность петь и в панике обернулась к подруге. Вита четкими движениями пальцев, как ни в чем не бывало, нажимала на клавиши своего чудного самодельного синтезатора, и, поставив минусовку, вышла вперед, перехватив запасной микрофон. Ее гроул леденил кровь и заставлял по коже бегать мурашек. Даже тогда, лет восемь назад она не сильно отличалась от себя нынешней. Лишь самосовершенствовалась — стала сильней духовно и физически, стала любить и быть любимой, стала нести Свет в бОльшем количестве, помогать значительней и масштабней… И тем не менее, ее всегда знали, как Витторину Соколову, основателя группы «Феникс», восставших из пепла.
— Все хотел спросить, а Вы всегда такой были? — спросила Евангелина, пожав плечами. — Не знаю даже, как правильно сформулировать вопрос… Вы такие правильные.
— Ритуль, — просвети человека, пожалуйста, чтобы не строила иллюзий, — Витторина понятливо кивнула и улыбнулась какой-то подозрительно грустной улыбкой. — Стекла розовых очков всегда бьются внутрь, увы.
Гитаристка хмыкнула и проводив взглядом подругу, обратилась к поклоннице.
— Она была разной, как и все мы. Когда была жива Анютка, мы вообще не могли найти общий язык. Вита считала меня несерьезной, а в чем-то даже глупой. Когда был марш за свободу слова, свобода музыкантам, мы оказались по разные стороны. И кстати именно Вита вырубила меня ударом локтя в шлем, и благодаря этому я осталась жива. Многие в тот злополучный марш пострадали, и победителей не было, — Ритка улыбнулась. — Позже она заступилась за меня в драке, хотя противник явно был превосходящий по силе. С этого момента мы и начали с ней общаться, и тогда я только смогла узнать, какая неординарная личность Вита. Она научила играть меня на гитаре и петь. И она научила меня получать от жизни кайф. Нет, не тот кайф, когда имеют в виду наркотики, табак, алкоголь или не отказывать себе ни в чем. Я говорю про тот кайф, когда ты получаешь удовольствие от самого малого. Я счастлива просыпаясь каждое утро, каждой возможности выпить стакан воды или поев чего-нибудь вкусненького. Я рада возможности помогать другим и видеть их счастливыми.
— И Вам не жалко усилий? — удивился Вольдемар.
— Невероятно приятно видеть результат своей работы. Попробуй, понравится, — подхватила Алина. — Вита считает, что раньше вела себя неправильно, некрасиво, поэтому сейчас она исправляется, — девушка хмыкнула. — Но меня вот вылечили. У меня ноги больные были, а Вита приложила усилия и помогла мне.
— И в чем секрет? — демон скрестил руки на груди, спросив таким тоном, будто не верил ни единому слову девушек из группы «Феникс».
— Мы выбрали свою реальность. И она для из нереальной стала реальной, — таинственно улыбнувшись, ответила Витторина.
Серьезный разговор перевели в разговор о воспоминаниях. Обсуждались рок-фесты, техника, молодое подрастающее поколение, вопрос воспитания, а также более высокие темы улучшения мира.
Общее веселье прервала сорванная с петель дверь. Все разом пригнулись, закрывая руками голову. В зале не дрогнули лишь двое — Шархан и Вита. Только бокал, выпавший из пальцев девушки, выдал хоть какое-то волнение.
Евангелина снова почувствовала безотчетный ужас, сковавший весь организм, каждую клеточку, мешающий здраво мыслить. И даже присутствие Вольдемара не было успокаивающим, ибо она знала — их история близится к своему логическому завершению. Их все-таки решили убить.
— Смертные, сдавайтесь! — около пятнадцати демонов вошли в клуб. Они ничем не отличались от обычных людей, что казалось насмешкой над человечеством. Зло, которое прячется под маской человечности.
Вита скосила глаза на упавший бокал и тихо уточнила:
— Вы не оборзели?
Вместо ответа стоявший ближе всех демон атаковал, выпустив в девушку шаровую молнию, но случилось странное — атака зависла в воздухе так и не достигнув цели.
— Значит оборзели. Вам хана! — сделала логичный вывод Витторина и махнула рукой. Ее легкое, будто неловкое движение, вызвало колоссальной силы ударную волну, сносящая обидчиков к противоположной стене. Неведомая сила была настолько мощной, что вся мебель в зале, вслед за демонами, полетела по периметру помещения, и при столкновении со стеной разлеталась мелкими щепками.
Евангелина подняла голову и ахнула от увиденного — глаза Виты были невероятного фиалкового цвета. Могло показаться, что это всего лишь игра расшалившегося воображения, но нет, это не так. Вместе с этим восхитительным взглядом, Ева и все присутствующие почувствовали, как их окутывает теплом, спокойствием и ощущением безопасности.
Двое из демонов решились атаковать, стараясь ударить хрупкую девушку, но странным образом, нападавшие замирали, а в следующую секунду уже лежали на земле, придавленные таинственным явлением, которое назвали «Импульсом».
Сомнений в победе не было до тех пор, пока демоны не совершили странную вещь — они словно выпустили из себя мглу. Мгновение и Вита замерла. Широко раскрывшиеся глаза словно остекленели, и девушка рухнула на колени, запрокинув голову назад. И никто не обратил внимания сразу на тот факт, что аналогично девушке, упал и Шархан. Никому и в голову прийти не могло, что они связали два сознания воедино. Мышцы обоих пострадавших были болезненно напряжены. Тело парня иногда вздрагивало — видимо он пытался побороть воздействие нападавших.
— Болевой шок, — констатировал один из демонов. — Кому расскажи, чуть ведь не положила всех наших собратьев.
— Это не новость, — отозвался его товарищ. — Говорят Мары вообще очень сильные. Наше воздействие убило бы человека, а эти…
Вольдемар, вместе с остальными, в ужасе наблюдал за тем, как Витторина Соколова боролась с болевым шоком. Это казалось невероятным, но это было так. Демон мог без труда прочитать любую боль, любую обреченность…и Смерть не боялась своей тьмы…
— Ты только теперь сможешь понять, сколько демонов в твоей душе, — сказал один из мучителей на ухо Вите, заставляя остальных вздрогнуть от осознания собственной участи, ведь никого не пощадят. Вокалистка группы «Феникс» стиснула зубы и ее глаза стали более осмысленные, не такие холодные.
— А твой парень, — шепнул другой демон ей на ухо. — Он нас в твоей жизни как перенесет? Как твой парень будет бороться с тьмой внутри тебя?! Ты об этом думала?
— Он…принимает…меня… — сквозь сомкнутые зубы с трудом, болезненно выговаривая каждое из слов, Витторина с вызовом посмотрела на демонов. — Я для него лучшая…с тьмой или без нее…
— Что?!?
Она принимала все, что было в ее душе, но не это делало ее сильной.
Дарк пригляделся и понял одну простую истину — сильным делает человека вера. Вера в то, что он нужен другим. Мара боролась всегда ради общего благополучия, прекрасно осознавая, что без труда невозможно ничего добиться. Зная, что она получит необходимую поддержку, понимание или критику со стороны своего мужа, друзей, коллег, можно и нужно бороться, преодолевая любые невзгоды. Ведь есть тот самый, кто примет ее внутренних демонов, кто с ними смирится или поможет бороться.
Витторина вздрогнула всем телом и глаза поменяли цвет — теперь радужка стала неожиданно черной. Мстислав вздохнул и легко вскочив на ноги, упер руки в бока и в несвойственной ему манере весело с задоринкой произнес:
— Все ребят! Теперь вам точно хана!
А Витторина, рывком встав, всего-навсего создала нечто — она словно выдохнула, но вместе с этим удивительного небесного цвета была создана потрясающей силы ударная волна, сметающая на своем пути всех демонов, превращая их в пепел. Хорс присвистнул в то время, как обмякшее тело Виты уже падало без сознания. Но Шархан не дал ей рухнуть, подхватив хрупкую фигурку на руки.
— Обмен телами, круто! — Вольдемар с явным восхищением посмотрел на Мстислава. — Много сил отнимает?
— Много сил отнимает защита тех, кто не способен сам о себе позаботиться, — он хмыкнул. — А Смерть старается защитить всех.
Евангелину затрясло. Страх постепенно отступал, уступая место разуму. И осознание ужаса всей ситуации наконец пошатнуло нервную систему — насколько они, люди, жалкие, ведь даже не знают своих способностей и пределов своего организма. Ангелы, демоны, Марены, вампиры…все они используют себя на полную катушку, получая от бытия взамен само Удовольствие от процесса такого сложного понятия, как Жизнь. Несмотря на то, что судьба частенько подкидывает странные, а порой и нерешаемые (на первый взгляд) задачи, Жизнь расставит все по местам.
— Просите, и получите помощь, — Нееман, возникший из ниоткуда, положил свою большую теплую и при этом невесомую ладонь на плечо Булгаковой.
— Ты в ужасе, — Мстислав подошел ближе, вглядываясь в лицо девушке. — Не бойся. Не бойся обращаться к тому, кому Веришь, кто Услышит тебя. И не бросай тех, кто нуждается в тебе. Пожалуй, это один из самых главных принципов в жизни.
— Но только не в бессмертии, — эхом отозвался Хорс.
— И в бессмертии тоже. Человеком нужно оставаться при любом раскладе, — Шархан обернулся. — Иначе ты потратил впустую столько лет своей жизни, превращая ее в жалкое существование.
Евангелина удивленно посмотрела на Витторину.
— Смерть…это только начало, — в такт ее мыслям произнес Хорс. — Невероятно красивая, хрупкая…и такая сильная.
— И главное, у нее есть муж, — Шархан хмыкнул. — Рит, собирай наших и распорядись, пожалуйста, чтобы Информационники зачистили здесь все.
Вольдемар проследил за ушедшими из клуба людьми. Марены…они такие разные. Он помнил других представителей. Сильные, умные…и большинство из них — обиженные на несправедливость судьбы. Большинство из них загнобили еще в раннем детстве, после чего Марены мстили… Мстили долго, много и жестоко. Но не в этот раз. Две Мары, которые действуют заодно, всеми силами стараясь принести в мир хоть каплю Тепла, которого так не хватало людям. От этой нехватки доброты люди становятся крайне уязвимыми для вторжения в их сознания демонов…демонов, которые сжигали и уничтожали все, что могло бы вернуть Человечность. Пожалуй, даже Вольдемар не мог представить, от каких демонов Шархану удалось избавить не только девушек, но и весь мир от мести, которая достигла бы всех. Своей любовью, верой и терпением, Мстиславу удалось разбудить в Витторине то, что стало охранять, нуждающихся в помощи, желающих получить поддержку. И Марены не были скупы — они откликались на каждый зов, никого не игнорируя, помогая духовному росту и материальному благополучию. Иным даровали возможности, другим же было дано понимание случившегося. И никому Смерть не отказывала в счастье, в кусочке света и тепла.
— Мне их даже жалко становится, — Дарк тяжело вздохнул. — Ни отдохнуть спокойно, ни повеселиться.
— Они сами выбрали такую жизнь, — Хорс пожал плечами. — Благодарю всех за прекрасно проведенное время. Приятно было пообщаться. До свидания! — и ушел неспешно, словно никуда не торопился.
Ты идешь по тротуару,
Не замечая никого.
А я с разбитою мечтою
Шел, преследуемый тобой.
Отколь в тебе столько жизни?!
Я задавал немой вопрос,
Оглядываясь в вечном счастье
Не замечая горестей судьбы.
Процитировала Евангелина, но Вольдемар бы ее не поддержал, потому что…
Но в моей груди, как в черной бездне,
Тлеет бессилье и мученье странное,
И жажду света, искренней любви,
И веры в добро, что где-то там вдали.
Ева вздрогнула.
— Она такая сильная!!! — восхищение само вырвалось наружу, прежде, чем девушка успела его осознать.
— Она не сильная…но она знает за что борется и что защищает. Она как пример тех, кто пытается и делает не только свою, но и чужую жизнь лучше. Она хочет Счастья… Счастья для всех, ибо лишь глубоко несчастные люди способны на пакости, — спокойно пояснил ангел, наливая еще чашечку чая.
Вольдемар заглянул в холодильник и достав с полки несколько кусочков тортика, закрыл дверцу. Опершись на кухонный стол, он о чем-то размышлял. На кухне воцарилась тишина. Лишь чавканье саламандры гармонично вписывалось в спокойную уютную, но молчаливую обстановку квартиры.
— Нам нужна помощь.
Эта простая истина прозвучала именно от демона. Ангелы вскинули головы почти одновременно, глядя на того, кто раньше не верил в своего Создателя.
— Если я умру…хоть кому-то легче станет?! Так кажется, говорила Мара? — Вольдемар тяжело вздохнул. — Это уже не смешно. Демоны несколько раз совершали покушение и в этот раз привели с собой приличный отряд. Кто знает, чем бы это все закончилось, если бы не эта странная компашка на отдыхе.
Он обернулся к присутствующим и облокотившись на кухонный гарнитур сообщил:
— Я Демон Вольдемар по прозвищу Дарк прошу Вас, Ангелов, Неемана и Давида о помощи. Прошу Вас — защитите Евангелину Булгакову. Если ей придется забыть меня — пусть так оно и будет. Главное, чтобы она осталась жива.
— Нет! — Ева вскочила со своего места. — Я на такое не подписываюсь!
— Тебя забыл спросить, — огрызнулся демон. — Мало сегодняшнего было? Тебя трясло, как осиновый лист. Ты сама прекрасно понимаешь, что не можешь бороться.
— Могу, — тихо произнесла девушка.
— Аргументируй, — Вольдемар криво усмехнулся, скрестив на груди руки. — С чего вдруг в тебе заговорил человек?! Ты же знаешь, что тебе нечего противопоставить. Ты знаешь, что твоя Тьма тебя убивает, сжирает. Ты не можешь сопротивляться. Люди окончательно испортили сами себя, — Дарк прошелся по кухне, резко оборачиваясь, отчего даже саламандра подобрала свой длинный чешуйчатый хвост. — Все не так, как должно было быть, не так как задумывалось Создателем. Люди сами погрязли в грехах. Медицина стала бизнесом, в институтах больше не дают знаний…пищевые производства и те вредят здоровью. И все это сделали вы. Вы пускаете нас в свои души жалуясь на жизнь.
— Могу, — в ее глазах зажегся вызов. — Могу, — произнесено твердо и решительно. — Когда-то меня обломали. Я была счастлива, но до определенного момента, — Евангелина встала из-за стола. — Моя вера пошатнулась в тех, кого я называла друзьями. Вероятно, из-за того, что я была слишком счастливой и мне этого не простили. Я начала думать о том, что такие понятия как любовь, верность, честь, доблесть…все это набор красивых и глупых слов. Кто знал, что осознать их мне удастся лишь тогда, когда я загляну в себя и встречу глаза в глаза со своими демонами??! Мне словно отдали приказ, чтобы я больше не усложняла ничего. Чтобы выжить в этом мире, нужно быть как все: серым, скучным, глупым…нельзя выделяться из толпы. Я пыталась быть такой. Честно, пыталась, потому что очень хотела жить. И теперь только, встретив своего демона я поняла, что Жить — это быть самим собой. Это значит быть Человечным. Это значит каждый день становится лучше, чем ты есть сейчас, в данную минуту.
Нееман улыбнулся теплой улыбкой, как умеют улыбаться только ангелы, даруя Свет одним своим присутствием.
— Вы друг друга очень хорошо дополняете, — заметил он.
— Вы учитесь друг у друга, совершенствуетесь, — подтвердил Давид. — Это дорогого стоит.
Вольдемар потрясенно взглянул на тех, кого раньше считал врагами. Все пошло не так. Нет, нет и нет. Должно было быть не так. Он демон, он уничтожает, убивает, истребляет… но! Он тот, кого никто не любит…Но! Он враг небес, он зло природы… НО!!! Евангелина, Ева, Евочка…она заставила его все переосмыслить. Он может быть другим, тем, кем захочет, он может исправиться и он сможет снова Жить.
— Знаете, если бы наши предки увидели сегодняшний день…я думаю они не родили бы ни одного ребенка, дабы не допустить то, что сейчас творится в мире — Евангелина грустно улыбнулась. — Сегодня нет людей, которым мы могли бы доверять. Мы ждем везде и от всех обмана и подвоха, лжи, предательства, боли… Как такое могло случиться?
— Так стоит ли жить дальше, если так все плохо? — мягко спросил Давид, поглаживая Греха по морде, отчего саламандра умиленно заурчала.
— Стоит. Стоит хотя бы для того, чтобы сделать мир лучше, — твердо произнесла девушка. — Я хочу жить. Я хочу помочь другим. Я хочу помочь тебе, Дарк. У нас есть будущее.
Было тихо, и лишь приглушенная возня соседей за стенкой мешала общей атмосфере немого кино. Вольдемар закрыл глаза и покачав головой, негромко отозвался, словно эхо в комнате:
— Больше всего я ненавижу, когда ты утверждаешь и бесцельно упорствуешь.
Он стоял, картинно прислонившись спиной к холодильнику, по-прежнему не открывая глаза, по всей видимости, собираясь что-то объяснять, но, по всей видимости, размышляя, а нужно ли это кому бы то ни было из присутствующих.
Евангелина же посмотрела на демона мучительно-выразительным взглядом, и, с ледяным спокойствие, произнесла:
— Я верю. Верю в то, что Бог нас защитит.
И в тоже мгновение девушка ощутила, как крепкие руки робко и нежно обняли ее за талию. Вольдемар впервые за много лет почувствовал, что любит и любим. В тоже время ее раны, порезы, ожили, больно обжигая кожу. Это нервировало все больше и больше, но Евангелина старалась не обращаться внимания на это досадное недоразумение, ведь она приняла для себя судьбоносное решение — она всегда будет бороться со своими пороками и она поможет Вольдемару изменить жизнь к лучшему. Как именно, девушка пока что не знала, но верила. Верила всей душой, что у них все получится.
— Дарк, позволь дать тебе совет, — Нееман учтиво склонил голову, в знак уважения. — Ты сам знаешь, что наш опыт является источником мудрости, в то время как опыт — ошибки прошлого. Я понимаю, что демоны привыкли судить других, но для себя вы становитесь словно адвокаты. Не забывай, что жизнь, как черные и белые клавиши. Невозможно услышать музыку не затронувши и тех и тех. Вас пытались убить, но теперь ты можешь смело сказать, что эти люди или демоны…они пожалеют об этом, потому что тебе есть за что бороться, есть кого оберегать. Бог знает все и даже то, о чем ты не можешь сказать вслух, не нам судить. В идеале Вам уже необходимо бросить вызов Косте и тем, кто его опекает.
— Я не смогу победить в этой битве, — Вольдемар ударил ладонью по столу. — Я буду один и я не смогу в таком случае защитить Евангелину.
— Один — нет, — девушка задумалась. — А с Божьей помощью… Дарк, у нас все получится.
Ангелы улыбнулись, подтверждая слова Булгаковой.
Демон склонил голову…он до сих пор не верил в это, он не верил, что его кто-то будет защищать. И чувство страха и неуверенности в будущем впервые за все время сжирало его. И в тоже время, у них не было выбора. За них уже все решили.
Вольдемар достал мобильный и набрал чей-то номер.
— Мне нужна Ваша помощь, Ночная Стража. Моей девушке серьезно угрожают, могут пострадать невиновные. О времени сообщу дополнительно.
Он надеялся, что они придут на помощь. Надеялся…но не был уверен.
— Не бойся. Даже если мы умрем, я все равно буду рядом с тобой, — почти беззвучно шепнула Евангелина, глядя в пол. Сомнений в ее решительности не оставалось.
Клянусь я бурей первозданной,
И бессмертием тёмных ночей,
Клянусь вечной мести страстной,
И пламенем в глазах своих.
Клянусь первозданной силой,
Что в сердце моём горит,
Клянусь бунтом и бунтом волей,
В тишине мрака и хладе.
Клянусь, что вечный мир погребу,
Там, где душа моя скитает,
Клянусь я пламенной мольбою,
Что тьму мою озарит
О да! Он жил так раньше. Он жил людскою ненавистью, уничтожая, взывая к человеческим порокам.
Звонок мобильного вернул демона к жизни. Одно простое смс-сообщение испортило настроение на оставшиеся полдня. Там значилось следующее:
«Красная Площадь. Сегодня в 18.00. Там решится ваша судьба».
«Мы умрем. Мы точно умрем. Мы определенно умрем. Что делать? Давай, думай! Что делать?! — Вольдемар ходил по квартире взад-вперед, надеясь, что решение придет само собой, но в голове было пусто, а в душе впервые притаился страх. Он даже знал, от кого можно было ждать такое сообщение. Не иначе как самый приближенный из демонов к Вельзевулу. Что с ними теперь будет? Что будет с теми, кто случайно окажется на площади вместе с ними?
Евангелина обзвонила ангелов и Ночную Стражу. Правда, Шархан так и не ответил. Сообщение для него принял какой-то Ян, достаточно грубо сообщив, что у них самих случился какой-то неприятный, мягко говоря, инцидент в связи с которым их также «приглашают» на ту же точку сбора. И поэтому, если чудесное обстоятельство их хоть как-нибудь спасет, то они обещают спасти и всех остальных.
Диментьев же был где-то на задании, поскольку в офисе сообщили, что он улетел куда-то в Уганду, но зачем и почему — вопросы остались без ответа. Телефон Витторины Соколовой молчал вполне мертвой тишиной, не было даже намеков на гудки.
«Сегодня в московском метрополитене произошло ЧП. Как сообщалось ранее, два человека оказались на пути приближающегося поезда на станции «Новозеленая». Ожидая поезда, девушка оступилась и упала на рельсы. Ее подруга, пытаясь предотвратить падение, также не удержалась. В это время подошел поезд, и девушкам пришлось спрятаться между рельсами».
Саламандра смешно фыркнула и прижав уши, тихо заскулила, признав в ком-то как минимум еще одного своего хозяина. Ева обернулась и практически сразу вздрогнула — на путях оказалась та самая, кому она только что звонила — Вита. Она убегала не одна, а с какой-то девушкой. На видеозаписи было четко видно, что жертвы не упали на рельсы, а выбежали откуда-то из туннеля. И когда поезд почти их нагнал, несмотря на то, что машинист применил экстренное торможение, обе девушки дружно рухнули в спасительную канавку — лоток рельсов. Состав замер над ними. После Шархан, а его Ева признала сразу же, легко, будто сдвигал пару учебников на столе, сдвинул назад весь состав поезда, помогая извлечь свою любимую девушку.
— Дарк!? — Евангелина потрясенно кивнула на телевизор. — Ты это видел? Теперь миллионы, если не миллиарды людей, увидят их силу.
— Нет, — демон отмахнулся. — Видит тот, кто верит в чудо, кто не закрывается от нашего таинственного мира. Таких можно по пальцам пересчитать, в основном те, кого люди называют нелюдями. Хотя вопрос весьма и весьма спорный.
Он тяжело вздохнул и сообщил:
— Знаешь…столько времени прошло, а я так и не понял, что именно, точнее так, для чего мне была дана эта татуировка саламандры.
— Может потому что ты, как и люди, не видишь того, что у тебя под носом, — неожиданно прозрела девушка. — Вспомни, что она значит, что именно тебе надо было искать в этом мире??!
Как же тут не вспомнить
Именно так он и сказал ей. Абсолютно точно. Ведь он это помнит. Татуировка жгла всегда, когда Евангелина делала что-то хорошее. Девушка спасала его, помогала, вразумляла…да, точно! Именно тогда саламандра на его спине начинала пульсировать адской болью — она напоминала, подсказывала как могла о том, что все, что он, Вольдемар, искал находилось рядом. Обезоруживающе рядом.
— Евангелина… — Дарк нахмурился. — Позволь тогда задать один вопрос!?
— Да, я целомудренна. Я считаю, что стоит вести себя подобающим образом и жить, спать и иметь детей только с тем, кого любишь и после свадьбы, — щеки Евы слегка раскраснелись. — Поскольку мужа у меня нет, то соответственно…у меня никогда не было парня в интимном плане.
— Офигеть! — обезоруживающе просто сообщил демон. — Я в шоке… — он задумался. — Ведь все было элементарно. Ты! Ева, именно ты являлась все это время ключом к разгадке. Ты сочетаешь в себе все три качества, которые я так долго и безрезультатно искал. Отец не зря ведь столкнул меня с тобой, а я…
— А ты все понял, — девушка спокойно посмотрела на него. — Дарк, чтобы не произошло сегодня, не сдавайся и не теряй стойкость веры. Но если что, я готова Верить за нас обоих, — Ева тепло улыбнулась.
— Надо же, а ты не всегда бываешь такой колючей.
— А ты не всегда такой дерзкий.
Они рассмеялись. Вот только на душе ни у кого из них так и не полегчало, ведь до указанного времени оставались минуты…
Тик-так, тик-так, тик-так…
Народу собралось очень много. Такое столпотворение Ева видела лишь на концертах «Феникса», когда участников мероприятия оказывалось около семи тысяч и больше. Мелькали знакомые лица — Хорс, Нееман…никто не прятался. Ангелы (их было около сотни) парили над людьми, расправив белоснежные крылья — единственные, кто выглядел спокойно из всех присутствующих. То и дело, в толпе бог знает кто быстро перемещался. Вольдемар пояснил, что это выбрались вампирские лидеры (дальше последовал ряд непонятных слов, которые сразу же вылетели из головы девушки, как некие иностранные слова). Еще демон показал несколько летающих тарелок. Было даже сложно поверить, что НЛО действительно есть. Были и другие не менее интересные персонажи — призраки, домовые, какие-то чудики с длинными языками, ведьмы, ведуны… Но больше всего потряс тот факт, что все они собрались дабы помочь той, кто вселил в них надежду. Надежду на светлое будущее, которое стало вполне реальным.
Со стороны собора Василия Блаженного собралась не менее колоритная компания — различные по своему виду демоны — с рогами, копытами, более или менее похожие на людей. Их всего было около четырех сотен. Но было нечто такое, витало в воздухе, что вселяло в души ужас.
— Я рад, что все любезно пришли. Откликнулись на мой зов, — вперед вышел Костя.
Евангелина вздрогнула. Когда-то она его любила, но безответно. А теперь этот человек (или не человек) стал поводом для несчастья многих и многих существ. И только теперь Вольдемар понял, что это и есть то самое зло, с которым НАДО бороться! Ее шрамы заболели, рубцы лопнули и на коже выступили капли крови. Ева стиснула зубы. С этой болью надо бороться!
— Не бойся, — Давид толкнул Дарка в плечо. — Прорвемся. Всевышний нас не оставит. Верь в это!
— И ты нашел ответ на свой вопрос, — шепотом присоединился Нееман.
Но между тем тот, кого называли Костя, продолжил:
— Многие сейчас смотрят на меня и не понимают. Кто я такой, спрашиваете вы себя?!
— Ты тот, кто уничтожил душу человека. И человек, который позволил себя уничтожить, — подал голос один из парящих в воздухе ангелов, нервно взмахнув крылами.
— Верно, — парень весело рассмеялся, и в наступившей тишине, это прозвучало зловеще. — Я Данталиан. Думаю, что многие понимают, чем это грозит, — он выдержал эффектную паузу и собирался уже продолжить, но его перебили.
— Ничем это не грозит.
Голос Марены прогремел над площадью. Уверенный, сильный, ставящий точку.
— Я ослышался?! — Данталиан усмехнулся, обернувшись. — Выведите ее сюда. Пусть публика насладиться зрелищем.
Несколько демонов, внешне очень похожих на людей, поспешно скрылись в толпе и вскоре вывели двух девушек в кандалах. Витторину Соколову нельзя было не узнать, и при этом всем, выглядела она ужасно. Концертная футболка была порвана на боках и заляпана кровью. Губы и бровь были рассечены. Девушка едва шла, держась на ногах из последних сил. Рядом с ней бок-о-бок шла еще одна интересная персона — фиалковые, почти розовые волосы, карие глаза и бледная кожа. Что-то таинственное было в этой незнакомке. Что-то что делало их с Мареной сестрами и не только по несчастью.
— Повторишь?! — издевательски спросил Данталиан.
— Ты им ничего не сделаешь, — спокойно повторила Марена. — Я есть Смерть. Я существую между Мирами. Я есть связь между всеми. Я есть начало и конец всему. Мне дана власть: умертвлять и возрождать, сокрушать и восстанавливать, калечить и даровать здоровье, — в каждом слове слышалась сила, гремевшая вибрацией в воздухе. Но Витторина продолжала — Я знаю, что такое сдаться. И я не в жизнь не повторю такой ошибки. Ты можешь запугивать их всех, но я не позволю никого убить. Слышите?! Никто не умрет из вас сегодня.
Каждый почувствовал в ее словах Правду. Ту самую правду, которая творит чудеса, которая сворачивает горы…которая сбывается.
— Браво, браво…какая пламенная речь, — хмыкнул тот, кого раньше называли Костей.
Он совершил резкий выпад, пнув Марену под колени и дернув за волосы так, чтобы она упала на колени, но нет. Она не сломилась. Превозмогая боль, Вита держалась, твердо встречая опасность лицом к лицу и показывая истинную стойкость Веры. Ту самую, которую смогла проявить Евангелина. Ангелы дружно сложили руки в молитвенном жесте, обращаясь к Всевышнему. Вампиры склонили головы, дабы выразить свое уважение той единственной, кто способна отобрать у них жизнь одним жестом. И лишь «Ночная Стража» перебежками под прикрытием, старались приблизиться к пленницам как можно ближе. Мстислав же стоял на месте, создавая невидимый, но ощутимый для Виты, Барьер, защищая свою жену.
— Ты уверена, что после сегодняшнего выживешь? — Данталиан кричал в лицо девушке.
— Уверена. Я умру, но восстану из пепла, — карие глаза на мгновение стали фиалковыми. — Я ощущаю, что ты сломлен. И это твой выбор. А мой выбор — не сдаваться. Добро всегда побеждает вне зависимости от того, сколько участников стоит по обе стороны баррикады.
Сильный удар в живот заставил Виту вскрикнуть и все-таки упасть на землю. На глаза выступили слезы. Девушка закашлялась и попыталась встать, но следующий удар ногой, свалил Виту вновь. Казалось, что мир замер, словно думал, что Мара остановится, но она продолжала вставать, подтверждая тем самым, поговорку о том, что упасть и не встать страшнее, чем просто упасть.
— Несносная девчонка! — Костя совершил очередной выпад. — Ради чего ты терпишь эту боль?! Ради кого? Ради них? — он обвел присутствующих широким взмахом руки. — Так им плевать. Тебе ли не знать.
— Я не сдамся. Я дала слово, что больше никогда не сдамся, — Витторина рывком встала. — Я не сдамся, слышишь?..
И только вампиры расслышали одно заветное имя: «Мстислав…». Это было начало — начало действий. Прозвучал ужасающий грохот и земля под пленницами разверзлась, словно поглощая их в свою бездну. Девушка с розовыми волосами испуганно закричала, падая куда-то вниз и не чувствуя никакой опоры. Витторина же просто закрыла глаза. Мимолетная улыбка могла лишь подтвердить — она знает, что творится. Цепь, которой были скованны пленницы, схватили двое — Шархан, который к этому моменту уже был в шаговой доступности, и Хорс, желающий помочь. Вдвоем мужчины начали вытягивать подруг по несчастью, когда Мстислава сбил с ног Данталиан. Сил вампира хватило на то, чтобы удержать обеих девушек.
Шархан создал потрясающий по своей силе Импульс, направленный в землю. Раскол прошел по всей Красной площади, разделив ее на две неравные половины. В это же самое мгновение, Марта создала мощнейшие Барьер, защитив тем самым всех присутствующих на площади от демонов. В бой пошла лишь «Ночная Стража». Молнии различной величины и цветов летали, то и дело, поражая врагов. Пока Шархан сражался к Данталианом, Марта поспешила на помощь Витторине.
— Кстати, я Смерть, — Соколова, повиснув на цепи, неуклюже протянула руку.
— Я госпожа Время, — улыбнулась вторая жертва.
— Вы конечно своевременно знакомитесь, — хмыкнул Хорс, вытягивая наконец обеих на поверхность и разрывая кандалы.
— Марта?! — крикнула Вита и почти сразу же получила ответ.
— Я здесь, — вторая Смерть возникла в поле зрения. — Готова?
— Да.
Марта схватила Витторину за руку, и обеих девушек словно тряхнуло от удара током. Глаза Соколовой поменяли цвет на фиалковый.
— Что? Приятно чувствовать силу? — Марта хмыкнула.
— Обалденно, — Смерть расправила плечи. — Как давно я не была в форме, — она глубоко вздохнула, и это скромное движение отозвалось дрожью земли. — Хорс, спасибо. Присмотри, пожалуйста, за Временем. Надо ценить ее.
Вампир кивнул, а две Смерти влетели в толпу демонов, сбивая тех с ног внушительными Импульсами. Марены бились честно и бесстрашно, не взирая на собственные ранения. Шархану удалось сравниться по силе с Данталианом, нанося удары сокрушительные и потрясающие в своей силе. Удивительно, но ни одному, ни другому не удавалось выйти вперед. До определенного момента, пока битва была честной. Но, разве зло умеет быть правильным, нелживыми?! Правильно, они предпочитают жульничать. Они не презирают бесчестие в любом его проявлении!
Демоны с каждым новым Импульсом исчезали мягкой, едва заметной пылью, возвращая в свой мир. Это было красиво и как-то грустно, ведь зло не исчезало окончательно, а лишь меняло форму, перекочёвывая в другое состояние, в другое измерение, в другую форму…
Обе Марены резко вильнули в сторону, чем отвлекли врага. Мстислав, пользуясь этой заминкой, атаковал, но маневр не удался. Данталиан создал ударную волну, которой снес всех троих на обломки брусчатки.
— Ну хоть памятники архитектуры остались целы, — заметила Витторина красиво встав с лопаток на ноги и оглянувшись на собор, который под чутким присмотром «Ночной стражи» был окутан почти незаметным Барьером.
— Ты всегда на это ворчишь, поэтому я взял специальных людей в отряд для защиты любых исторически и культурно важных объектов, — отметил ее муж, вскакивая рядом. — Попробуешь?
— Да.
Витторина отошла назад, в то время, как Мстислав с Мартой вновь вступили в бой, всячески вызывая огонь на себя. «Ночная стража» не отступала. Они могли сдержать свое слово — обещали быть защитой и они ей стали. Остальным приходилось лишь наблюдать за происходящим…наблюдать и не иметь возможности вмешаться. Защитный прозрачный купол надежно скрывал людей, не давая возможности их зацепить. Марта с Витой постоянно поддерживали это поле, зная, что не простят себе ни в коем случае, если кто-то из «гражданских» пострадает.
«Они не обязаны страдать из-за нас», — как-то сказала Феникс. — «Мы выбрали свой путь, мы решили взять на себя ответственность навести порядок в мире, помочь процветанию и искоренить зло. Только мы должны отвечать за наши действия. Нам доверяют, и мы обязаны оправдать это доверие, иначе, зачем мы развили наши способности?!».
Шархан свалил Данталиана прямым ударом в челюсть в несколько раз усиленным Импульсом. Демон не остался в стороне и, попутно сшибив Марту, перехватил своего противника за руку, поразив электрическим разрядом, который, впрочем, не достиг Мстислава. Вторая Смерть быстро пришла в норму и отправила еще одну сильнейшую атаку — светящийся огненными искрами столб пламени. Данталиана припечатало к земле и он, грязно выругавшись, отправил еще одну молнию, но она никого не задела. Около десятка черных бесформенных существ, вырвались откуда-то из-под земли, и поспешили в бой, с видимым успехов оттесняя противника. Мстислав руководил этим нечто, пока Марта «добивала» брусчатку, прокладывая защитный барьер, параллельно с этим отправляя ужасающей силы языки пламени, подчиняющиеся малейшему движению пальцев девушки.
Тем временем, Витторина была уже готова. Ее фиалковые глаза горели жаждой справедливости, а голос прогремел над площадью, заглушая происходящее.
— Я есть Смерть! И я призываю Вас. Прошу о помощи. Придите ко мне те, кто может и хочет.
— Дура, никто не прид… — крикнул Данталиан и замолчал на полу слове, увидев Кто пришел на помощь.
Темная субстанция, созданная из многих душ мертвых, собрались в одно целое, поднимаясь из земли и стремясь к небу, держа, будто на ладошке, саму Смерть. Она возвышалась над полем битвы, неся в себе ту самую угрозу разрушения, которую хоть раз боялся каждый из простых смертных. Мара кивком головы указала вниз и что-то сказала тому монстру, которого сама же и создала. На ее зов пришли многие. Темная, почти черная масса умерших, аккуратно опустила девушку. Легко соскользнув с ладони, Вита пошла навстречу Данталиану постепенно набирая разгон. Бок-о-бок с ней бежала вторая Смерть и Шархан. Чуть позади стремилась за троицей «Ночная Стража» — бойцов двадцать или чуть больше. Несмотря на проигрыш в количестве бойцов, сотрудники Академии могли похвастаться отличной подготовкой и желанием спасти тех, кто нуждался в этом. Они знали на что идут и чем рискуют — они были готовы к этому.
Темная, почти черная масса умерших догнала Марен и теперь двигалась вместе с ними, периодически обгоняя на полкорпуса. Данталиан и демоны встретили противника достойно — никто не отступил, приняв новый вызов. То тут, то там мелькали грандиознейшие вспышки Импульсов и других атак — молнии, огонь, лед, камни, ударная волна воздуха… В ход шло все. Мертвые пропадали после первых же ударов, но они давили количество, забирая с собой врага.
Замахнувшись, Данталиан поразил Витторину светящимся копьем, которое прошило девушке грудь, заставив вздрогнуть, на мгновение потерять контроль над организмом. Но в следующую секунду тело Кости было неприятно удивлено — удар, непривычно четкий, резкий, словно хук боксера. Словно била не девушка, а парень. Если бы демон был чуть внимательнее, то он бы заметил, что глаза Соколовой вновь поменяли цвет на черный, а Шархан, атакующий следом за Витой, также приобрел фиалковый отблеск.
Вольдемар вглядывался в бой также как и многие собравшиеся — с жадностью, в то время как душа рыдала от невозможности помочь. Теперь он понял, почему Мстислав сказал, что помогут по возможности — «Ночная Стража» принимает участие в слишком масштабных боях, нежели драка с двумя пьяными подростками в подворотне. Только теперь, поняв, что Витторина успела побывать аж два раза в плену, Дарк оценил масштаб трагедии ее мужа. У них хватало проблем. С тех пор, как Марены заявили о себе, весь нечеловеческий мир содрогнулся, и многие не захотели уступать Смерти, решив прибрать их силу себе. Но были и другие…те, кто хотел бы объединения, понимая, что так можно будет достигнуть светлого будущего.
Витторина вновь пошла в атаку, но теперь трудно было не заметить, что девушка совершенно поменяла свою манеру поведения. Она перестала быть такой гибкой, какой ее можно было наблюдать в бою. Зная, что уступает по физической силе, Соколова пользовалась особенностями своего тела, становясь эластичной, словно змея, тем самым скрашивая свой недостаток.
Данталиан от неожиданности начал уступать, сдавая свои позиции, но вскоре шаровой молнией смог оттолкнуть обоих нападавших. Глаза Витторины моргнули фиалковым, и радужка приобрела обычный свой цвет — карий. Мстислав чуть закрывал собой девушку.
— Ах вы негодники, — Костя хмыкнул. — Так вот в чем ваш секрет. Вы являетесь единым целым. Так я с этим быстро разберусь!
Очередная атака ушла куда-то вбок, успешно блокируемая Мстиславом. Еще несколько воткнулись в землю, вспарывая песок и чудом не травмируя брусчатку. Мужчины вновь встретились в ближнем бою. Шархан не допускал перемещений Данталиана по площади, тем самым оберегая Виту. Резонансы мелькали в воздухе приобретая причудливые формы и размеры. Некоторые цветные молнии устремлялись вверх, а иные были непосредственно в цель. Огненные и ледяные шары, различные формы воды и пламени…все это стремилось к одному — уничтожить врагов.
Витторина на секунду остановилась, переводя дух и ее глаза увидели то, отчего девушка буквально оцепенела. Прозрачный, почти невидимый, Барьер в одном месте дал трещину и парочка демонов активно этим пользовались, делая попытки разрушить его. Ангелы и несколько нелюдей уже готовились отразить вторжение врагов, но страшно было не это. У самого края, ближе всех к Барьеру, стояла маленькая девочка лет семи с короткими рыжими волосами. Девочка явно была частью иной реальности, нежели людской, и вместе со всеми была в боевом строю. Но Мара не могла позволить допустить, чтобы кто-то, кроме бойцов «Ночной Стражи», ввязался в бой.
Девушка броском через бедро повалила ближайшего демона, следующих троих сбила Резонансом в виде кучи грязи и песка, и поспешила на помощь. Волнение Витторины почувствовал и Шархан. Откинув на приличное расстояние Данталиана, парень обернулся и, поняв в чем проблема, в два прыжка оказался у Барьера. Трещина была уже приличной и защита должна была вот-вот рухнуть. Одной рукой Мстислав коснулся прозрачного купола, восстанавливая его, а второй уничтожил двоих нападавших, которые красивой блестящей пылью взмыли над площадью.
— Вы в порядке? — осведомился Шархан, уже почти восстановив Барьер и мельком оценивая людей, находившихся по ту сторону стены.
— Мстислав! — голос Витторины был неожиданно пронзительным и напуганным.
Не успев даже обернуться, парень заметил летящий в него темный ком энергии, отправленный Данталианом. Новый Барьер взмыл вверх, спасая Шархана от неминуемой гибели, но произошло непредсказуемое — светящаяся прозрачным небесным светом стена защиты с хрустом разлетелась на осколки, и вместо нее появился новый мощный Барьер, толщина которого оказалась не менее двадцати сантиметров. Смерть стремилась защитить. Защитить всех и в особенности тех, кого любит. Витторина стояла, вытянув вперед руку и подпитывая Барьер собственным страхом. На лице играла легкая улыбка, означавшая победу и…
Не сразу заметили, откуда прилетела атака — темный, почти черный шар ударил в грудь девушке, пробив насквозь хрупкое тельце. Вита вскрикнула, запрокинув голову и вскинув руки к небу, стала падать на спину. Все происходило как в замедленной съемке. В смерти Смерти никто не мог поверить. Крик боли Марты оглушил всех присутствующих на площади, заставив содрогнуться памятники архитектуры до основания. Мстислав уже приготовился бежать, когда Хорс был уже ближе всех к умирающей Вите.
Госпожа Время, поправив свои розоватые волосы, слегка прикрыла глаза и, взмахнув руками в стороны, произнесла:
— Я дарю тебе время.
Ладони девушки выпустили странные едва заметные волны. Они блестели и переливались на солнце красивым розоватым цветом, искривляя видимую для всех картинку. Все замерло. Если смерть той, кого казалось невозможным уничтожить, выглядела как замедленная съемка, то теперь стало складываться ощущение, что пленку смотрят покадрово, причем изучая каждый снимок дотошно кропотливо.
Хорс уже был рядом с Витой, которая замерла все в той же позе — вскинув голову и руки, слегка оторвавшись ногами от земли и запрокинувшись назад. Ее глаза были полны печали, но губы трогала милая едва заметная улыбка. Смерть не сожалела. Она многое принимала наперед, зная о том, что случится, вмешивалась в судьбу и жизни многих, стараясь все исправить в лучшую сторону и не боясь брать на себя ответственность за последствия. Демоны застыли вместе с ней, в то время, как по вторую сторону Барьера народ напротив двигался непривычно быстро, мельтеша друг у друга перед глазами. Особенно вампиры — они развивали небывалую скорость по сравнению со всеми.
Мстислав же не терял времени, скоро сообразив, КАКУЮ возможность им дали. Его друзья Ян и Влад катили неизвестную капсулу к месту происшествия, попутно объясняя, что всех шнуров не хватит и передатчиком для энергии должны послужить люди. Или нелюди.
— Я помогу, — первым вызвался Хорс. — Что требуется?
— Отдаться энергию. Мы с Мартой будем первые в этой цепи, поскольку такую боль практически никто не сможет пережить из вас. От остальных желающих требуется капелька энергии, которой мы сможем оживить Виту, — быстро ответил Шархан, не отвлекаясь от настройки каких-то кабелей в странной капсуле и протягиванию проводов к каким-то странно выбранным, но определенным местам.
Желающих было много. Первыми, как ни странно, а может даже и наоборот, выступили ангелы. Вольдемар присоединился к ним, стремясь раз и навсегда покончить с темной стороной своей жизни.
— Ты можешь потерять всю свою силу и стать обычным человеком, — предупредил демона Нееман.
— Со мной Отец и он не бросит меня в беде, — Вольдемар серьезно кивнул и ангел тепло улыбнулся.
Госпожа Время попросила поторопиться. Евангелина следила за происходящим, поражаясь отважности Мстислава. Весь бой он старался оберегать обоих Марен, которые так или иначе практически не попадали под серьезные атаки. Парень брал главенствующую роль, был опорой и защитой, в позволяя двум девушкам наносить ужасающие смертельные удары. Что же им двигало? Что двигает всеми ими? «Ночная Стража»…остальные бойцы не обладали столь выдающимися способностями, но они шли за своими предводителями, шли смело, решительно. Что ими движет? Честь? Доблесть? Отвага? Все это выглядело слишком идеально для того, чтобы оказаться правдой. Но нет, все так и было. Смерть обещала быть последним рубежом. Она обещала, что они встанут стеной на защиту тех, кто в этом нуждается. О да, они нуждались. Вряд ли кто-нибудь из присутствующих мог бы похвастаться своей силой или прыткостью, дабы сражаться с демонами и превзойти их. Так что же движет теми, кто шел за Марами в смертельный бой?!
Ева посмотрела на небо. Оно было серое со свинцовыми тучами, мрачно знаменуя собой новую эпоху. Девушка вздохнула всей грудью и, прикрыв глаза прошептала:
— Отец, услышь меня, пожалуйста. Помоги нам. Пожалуйста, помоги тем, кто нас так спасал, не боясь, пролили свою кровь.
Мелкий дождик неприятными каплями царапал лицо, невольно заставляя морщиться. На душе было тяжело, а раны вновь кровоточили. Евангелина стиснула зубы — она не сдастся, ибо выбрала свой путь, путь к Свету, путь к Добру, путь к Взаимопомощи и Счастью. И это было так естественно, отчего мгновенно вспыхнувшая боль притупилась, отступая на второй план. Тучи расступились, пропуская на площадь луч солнца, освещая Мару.
Мстислав обнял Витторину, прикрыв ладонью глаза. Справа и слева, положив предводителю «Ночной Стражи» руки на плечи, стояли Марта и Хорс, которых в свою очередь держали за плечи Вольдемар и Давид. И такая цепочка продолжалась — многие желали помочь. И Ева не осталась в стороне. Она также положила свою руку кому-то из ангелов на плечо, смутно представляя, что дальше будет, но чувствуя необходимость в непосредственном участии.
Госпожа Время ахнула и, отступив назад, упала на руки одному из подоспевших на помощь Стражей. В ту же секунду, мир набрал свою привычную скорость, устремляя демонов в очередную атаку. И над Красной площадью прогремел голос Данталиана:
— Ваша сила в Единстве, но даже здесь я нашел способ вас обхитрить.
Он хотел что-то добавить, но ужаснулся происходящему, которое очень скоро до него дошло. Вольдемар чувствовал острую боль, покалывавшую его тело и небольшую слабость, которая знаменовала о том, что часть его сил перешла в Марене. Волна энергии от самых крайних в цепочке, слабой световой волной, набирая обороты, за несколько мгновений добралась до Мстислава. Он как губка, впитывал в себя поток этой дарованной силы, плавно перемещая ее в тело Виты. Девушка вздрогнула всем телом, резко вздохнула, и открыв фиалковые глаза, выдохнула. Это скромное движение прочувствовали все — мощный Импульс свалил всех присутствующих с ног, оттесняя демонов.
— Этого не может быть! Ты же умерла! — закричал Данталиан.
Витторина медленно обратила на него свой взор, сея ужас в души тех, кто пришел за их жизнями. За спиной девушки возник огромный поток огня. Пламя ревело и бушевало, рвалось наружу, но удерживалось какой-то силой. Все ахнули, узрев за спиной Смерти огромного феникса. Огненная птица закричала, провозгласив о восставшей из пепла, и взмахнув крылами, направила столб пламени в противника. Демоны, стоявшие в первой линии обороны, превратились в пепел, мгновенно красивой голубоватой пылью устремляясь в небеса, а душой попадая в Ад.
Смерть сеяла хаос и разрушения. Будучи под защитой Шархана, она не боялась, что ее атакуют, ведь знала — она в безопасности. Поэтому Резонансов не жалела. Красивые, но опасные зеленоватые и красные молнии летали, поражая врагов. Их сменяли сферы различной величины и состава. И стихия. Природа всегда была главным разрушающим и созидающим фактором.
Враг был повержен — ни один демон не смог уцелеть среди постоянных атак. Оставался лишь один.
— Данталиан! — голос Мары гремел, буквально звеня от ярости. — Верни мальчишке тело.
— Этому дохлику? Смешно, — он хмыкнул. — Тебе его не вернуть. Уже нет.
— Ты лжешь.
Смерть впилась своим фиалковым взглядом, будто рентген высматривая зацепки, и вскоре нашла. Костя…где-то внутри, в тайнике сознания демона, паренек по имени Костя раскаивался в случившемся. Он чувствовал себя виноватым во всех бедах земных, что именно его тело стало приютом для демона и ничье другое. Что именно здесь и сейчас, именно из-за него умерла Мара и может еще умереть.
— Костя, я знаю, что ты меня слышишь, — обратилась к нему девушка, и Данталиан почувствовал какое-то неясное смутное движение где-то в своей груди, но Смерть продолжила. — Слышишь?! Не все потеряно. Мы поможем тебе. Ты сможешь изменить свою жизнь, свою реальность. Мы не бросим тебя!
И случилось невероятное. Тело Витторины засветилось, ослепляя всех, но в следующую секунду мир окрасился. Он был совсем другой, чужой и одновременно родной, невероятно красивый, но пугающий. Будто сотни, тысячи звезд и галактик пролетали рядом или сквозь тебя, даруя свое тепло, свой необычно яркий свет всех цветов радуги. И кстати о радуге — она словно соединяла все это безумие красок, мирно парящих в этом умопомешательстве, ведь то, что происходило не могла быть реальностью.
— Мы сами творим свою реальность, — раздался голос Смерти в голове каждого, призывая меняться, совершенствоваться и оставаться людьми с чистой совестью.
Яркий, но в тоже время мягкий свет, уносил всех куда-то за пределы сознания и никто не мог сказать наверняка, что же происходило на самом деле. Что это за разноцветные искры, мелькающие то тут, то там, обволакивая и умиляя. Почему вдруг весь мир возник тут и как он такой огромный умещался вот в этой, маленькой, но нереальной реальности.
Никто не видел, как Шархан с Витториной грузили в ЗИЛ тело Кости. Никто не мог видеть, как «Ночная Стража» просто уехала. И уж тем более никто не вспомнит, как все медленно разбрелись с площади, словно сомнамбулы.
Красная площадь быстро опустела. Ничто не могло выдать секрета о масштабных боях, ведь ничего не пострадало. Но лишь собор Василия Блаженного мог хранить тайну, но никогда о которой не рассказал бы, ведь люди не умеют общаться с камнями, и не умеют правильно обращаться со знаниями. История капризна, как и время…и всегда вернет все на круги своя.
Евангелина открыла глаза. В теле чувствовалась необычайная легкость, но голова надсадно гудела. Грех лежала рядом, положив свою немалую морду девушке на колени. Оглядевшись, Ева поняла, что находится дома, то есть у Вольдемара. Солнце светило в окно, призывая вставать с кровати, а на кухне слышался тихий смех. Евангелина потянулась и, согнав с колен саламандру, поднялась на ноги. Но первым делом девушка обратила внимание на то, что тех ужасных шрамов больше не было — они просто пропали в никуда. Булгакова хмыкнула и решительным шагом направилась на кухню, ведь именно там можно было получить ответы на волнующие ее вопросы.
— Это вы конечно умудрились, — Нееман негромко хихикнул, но завидев девушку в проходе, открыто улыбнулся. — Здравствуй, Ева. Как ты себя чувствуешь?
— Спасибо, хорошо, — она обвела присутствующих взглядом. — Феникс?! — Витторина Соколова казалась нереальной, ведь что она могла забыть на кухне в этой квартире??!
— Привет, — Марена улыбнулась. — Рада видеть тебя в полном здравии. Заклятье я с тебя сняла, поэтому шрамы больше не будут беспокоить.
— Спасибо. А как?! — Евангелина заторможено кивнула.
— Да просто, — Витторина пожала плечами.
— Что вообще произошло? Я не помню, — Ева села на колени Вольдемару, который притянул девушку к себе, услужливо поставив чашечку чая перед Булгаковой.
— Да ничего, мы победили, — Марена скрестила руки на груди, улыбаясь открытой доброй улыбкой.
— Победили, — фыркнул Давид. — Мало того, что изгнала демона из Кости, вернув его обратно к жизни, спасла всех, так еще вылечила тебя, и помогла Вольдемару найти в себе человека, окончательно покончив с темной стороной жизни.
— Ну во-первых, не я, а в целом отряд Академии Лемур. Во-вторых, Костя и сам был рад освободить себя. В-третьих, Вольдемар и так, благодаря Еве, становился человеком, — усмехнулась солистка группы «Феникс».
— Но все шли за тобой. Если бы не твое предводительство… — возразил Нееман, но девушка мягко вклинилась.
— Если бы не тот, кто подарил мне жизнь. Тот кто, дал мне уверенность в сегодняшнем и завтрашнем дне. Благодаря ему, я обрела себя. И благодаря ему я такая, какая есть. А вообще, я почему злой была. Просто у меня не было мотоцикла, — фиалковые глаза посмотрели на присутствующих невероятно милым взглядом, в то время, как губы растянулись в ироничной улыбке.
На кухне раздался дружный хохот.
— Ты хочешь сказать, что раньше была другой? — Ева развела руками, словно в это сложно было поверить.
— Да, — холодно ответила ее кумир. — Я была циничной, жестокой, лицемерной. А потом появился человек, рядом с которым мне не захотелось такой быть, и я исправилась. Ладно, с вами хорошо, но надо работать. Дарк, если что — звони, мой номер у тебя есть. Всем пока!
Витторина встала из-за стола и легкой походкой вышла из квартиры.
Все казалось невероятным. Но жизнь начинала налаживаться, и это казалось еще нереальнее. Но это было как раз реальным — работа приносила удовольствие, времени хватало на собственные увлечения, отношения с, бывшим теперь уже демоном, Вольдемаром шли в гору.
Стоит ли говорить, что Евангелина больше не могла смотреть на мир так, как это делали ее коллеги — Вилена, Марик, Леве…ведь они видели то, что хотели видеть. А Ева хотела видеть чуточку больше, замечая теперь в обычной серой массе демон и ангелов, вампиров и упырей, волхвов и ведьм… Внешне все были одинаковы, но было нечто, выдающее их всех. И люди этого не видят!!? Конечно, ведь все они устали. День за днем они ходят унылыми тенями проторенным маршрутом «Дом-Работа» и «Работа-Дом». Они теряют жизнь. Они теряют время. И невозможно понять зачем и для чего. Ведь деньги не вернут прошлого, не вернут упущенных мгновений. Они лишь сделают жизнь несколько комфортнее и не более того. Они не научат радоваться или ценить то, что имеешь.
Евангелина посмотрела на собор Василия Блаженнова. Неизвестно сколько всего лицезрело столь величественный памятник архитектуры. Наверняка на его долю выпало немало фантастических и не очень разборок. Удивительно было видеть людей. Они радовались, веселились, гуляли, целовались, фотографировались…они даже не подозревали о том, что происходило на площади буквально день назад. Они счастливы, хотя видят лишь часть реальности. Малую часть.
Булгакова ужаснулась мысли — она видела на площади во время боя лишь немногих представителей этого мира. А сколько всего нелюдей? Страшно даже представить. Ева пожала плечами. Как интересно все-таки жить. Жить и видеть больше, дальше собственного носа.
— Я люблю Жизнь! — крикнула Ева и побежала. Ее сердце билось от счастья, а легкие наполнялись московским воздухом, но девушка чувствовала себя великолепно. Легко, но в тоже время стремительно, девушка летела к офису. Ее переполняли эмоции, настолько светлые, что казалось, она может осветить весь мир. Зайдя в офис на Тверской, Евангелина быстро поднялась на второй этаж и, открыв свой кабинет, вошла в него.
Бросив вещи на стул, девушка развернулась и поспешила соседнюю комнату.
— Никит, не занят?!
— Что-то случилось? — парень вскинул голову, отвлекаясь от изучения документов.
— Могу я за свой счет оформить небольшой отпуск. Хочу с Дарком немного попутешествовать.
— Отдохнуть хочешь!? — понимающе хмыкнул начальник. — Куда поедете уже решила?
— Хочу на рок-фестиваль съездить.
— Понятно, — протянул он. — Езжайте, я все оформлю за счет организации.
— Это в честь чего такая щедрость? — Ева удивленно воззрилась на Никиту.
— Делай добро и оно к тебе вернется. Это, во-первых. Во-вторых, ты хороший работник, и я не против поощрить твои старания. В-третьих, с точки зрения прибыли. У компании дела идут хорошо, но мне столько денег некуда девать. Почему бы не потратиться на своих сотрудников.
— Спасибо, — девушка улыбнулась. — Мы потом отработаем.
— Давай, отдохните и с отличным настроением возвращайтесь.
А Евангелина уже влетела в кабинет к Вольдемару. Он угрюмо смотрел в монитор, вяло щелкая мышкой и о чем-то думал.
— Не грусти, — девушка села на стол перед Дарком.
— Я все не могу свыкнуться с мыслью, что я уже не демон. Марена сказала, что вопрос был урегулирован и нас больше не тронут. Стыдно, у слабой хрупкой девушки получилось решить наши проблемы, а у меня нет.
— Ты просто устал, нам надо отдохнуть. Давай съездим, нервы подлечим.
— И куда направимся? — Вольдемар вздохнул.
— Я думаю, что мы могли бы сгонять на «Доброфест», а потом на «Нашествие», и «Park Live», а дальше на любые ближайшие фесты. Как ты смотришь на это?
— Я ни разу там не был.
— Ну вот, тем более.
— Что это на тебя нашло?
— Ничего, — Евангелина, пожав плечами, улыбнулась и добавила. — Просто я люблю Жизнь.
Ты сказал, что тебе все равно. Ты можешь это повторить сейчас, когда я лежу на больничной койке? Нет. Тогда зачем ты сказал это мне тогда? Хотел позлить? А если бы сейчас я умерла?! Ты бы мог себе простить, что твоими последними словами оказались…да, ты бы не простил. Моя жизнь коротка…она не такая как у тебя. Ты меня переживешь. Тогда зачем мы ссоримся? Может, просто будем наслаждаться ею? Я не хочу, чтобы ты вспоминал ссоры. Я хочу, чтобы все воспоминания связанные со мной были хорошими. Ты прости меня, Никита. Я тебя очень люблю! Все ведь будет хорошо? Просто пообещай мне это. Неважно, если так не будет, просто подари мне надежду на светлое будущее, пожалуйста. Ты дождешься моей выписки из больницы? Я знаю, дождешься. Ведь ты меня тоже любишь. Прости, что заставила тебя переживать за меня. Все будет хорошо. Только не бросай меня. Я наговорила тебе глупостей. Я не хотела.
Я тебя очень люблю!
Лето в этом году выдалось особенно жарким. Горят торфяники, в столице смог, видимость плохая (если не сказать нулевая) — настолько плохая, что даже в подземке не сразу можно заметить прибывающий состав. Из-за этого в метрополитене участились несчастные случаи. Галка не планировала долго задерживаться на улице. Видно плохо, дышать нечем, да и жарко ко всему вдобавок. Девушке нужно было всего лишь купить некоторые продукты к приходу своего любимого.
Покинув спасительную тень многоэтажек, девушка скрылась под сенью листвы небольшой лесопарковой зоны. Пройдя по песчаной тропинке метров пятнадцать, Галка свернула вдоль шоссе по тротуару к магазину. Вывеска гласила «Любимый». Из динамиков непрерывно «текла» реклама, дабы заманивать покупателей для увеличения уровня продаж. Поднявшись на ступеньку, Галка открыла дверь и вошла в магазин. Неспешно пройдя вдоль стеллажей с товарами, девушка положила в корзину некоторые продукты, придирчиво изучая этикетки. Несколько раз попадались испорченные товары с истекшим сроком годности или с тремя наклейками. Выбрав необходимое, Галка встала в очередь. Из пяти касс работала только одна. Впрочем, этому давно уже никто не удивляется. Очередь была небольшая, но молоденькая девочка-кассир не спешила обслуживать покупателей, предпочитая чатиться в телефоне. Мобильник периодически выдавал характерное «о-оу». Наконец по ленте «побежали» продукты Галки — рыба, вино красное полусладкое, металлическая коробка с печеньем, хлеб и две упаковки спичек. Расплатившись, девушка сложила все в пакет и поспешила домой. Обогнув магазин, Галка прошлась по парковой дорожке к одному из многих многоэтажных домов. Поднявшись пешком на девятый этаж (лифт как всегда не работал!), девушка вставила ключ в замочную скважину и, открыв дверь, вошла в квартиру.
— А я тебя заждался, — на пороге возник молодой человек и, взяв пакет из рук девушки, снова скрылся где-то в квартире.
— Ты опять с работы пришел рано, — заметила она с укоризной.
— Трудна жизнь скромного олигарха, — заверил ее молодой человек.
— Настолько скромного, что никак не можешь решить купить или не купить дом на Рублевке, — поддела его девушка.
— Это слишком сложный вопрос, куда уж мне?
Девушка не обратила внимания на иронию.
— Любимая!!? — пропел молодой человек из глубины квартиры.
— Никит, да иду я, иду, — вяло отозвалась Галка и прошла на кухню. — Чего?
— Галчонок, праздновать будем? — весело и задорно спросил Никита.
— А есть повод? — уточнила она.
— Ну а как же, — молодой человек открыто улыбнулся. — Мы расширились. Открыли еще одно кафе, причем в самом центре, да и от метро недалеко.
— Ну давай отпразднуем.
«Как будто он пользуется метро!» — подумала она и усмехнулась собственным мыслям. Девушка тяжело вздохнула.
— Так дело не пойдет, — он надулся, совершенно по-детски обидевшись. — Ты не радуешься.
— А что мне надо прыгать и кричать от восторга? — девушка выдержала паузу. — В конце концов, я просто счастлива с тобой.
— Я тоже, хотя вампирам это чуждо, — серьезно заявил парень.
Галка посмотрела на него. Высокий, стройный, подкачанный. Бледная кожа. На вид парню можно было дать около двадцати пяти лет, но вот о реальном возрасте лучше его не спрашивать — все равно поверить ответу не удастся. Карие глаза с холодным стальным блеском и темные короткие пряди волос, которые лежали непослушным «ежиком». Его девушка — Галка — была на целую голову ниже своего парня, с густыми пепельно-русыми волосами ниже талии и необычными карими глазами, которые красиво переливались на свету, гипнотизирую и завораживая. Маленький носик и пухлые щечки, как у хомячка. Девушка была милой. Никите она очень нравилась. Когда Галка злилась, у нее губки опускались, словно «убегали» на подбородок, но даже так она оставалась весьма привлекательной. Он ей в такие моменты всегда говорил одно и тоже: «Губки надула, щечки надула — хомяк обиженный».
— Что есть будем? — девушка заглянула в холодильник.
— А что хочешь?
— Хочу чего-нибудь сладкого, эклеров, например.
— А я хочу твою фирменную картошечку с курочкой. Сделаешь? А я сгоняю за эклерами, — он подмигнул ей.
— Ну ладно, — она пожала плечами.
— Галчонок, а я говорил, что ты у меня самая-самая и я тебя люблю? — Никита обнял девушку.
— Ммм…даже не припомню, — с улыбкой произнесла Галка. Она прильнула к нему, позволив себя поцеловать в лобик.
— Тогда, я быстро, — и он исчез, словно никогда его тут и не было.
Галка не удивилась. Перестаешь на такие вещи обращать внимание, когда два года встречаешься с парнем-вампиром. В первую же встречу, он признался ей, что он кровопиец. Тогда это выглядело глупо, как будто подросток, который насмотрелся фильмов-ужастиков, начитался книжек. Естественно девушка ему не поверила (особенно, когда учишься в медицинском на кафедре психиатрии, становится отчего-то еще более любопытно покопаться в мозгах у таких людей, а может даже разделать — а вдруг серое вещество не будет обнаружено?!) и даже издевалась некоторое время. Почему некоторое? Потому что Никита действительно оказался вампиром, без всяких шуток и понтов. Он не любил лишних слов, говорил всегда по делу. Никогда не сидел на месте, предпочитая всё время действовать. Для современной молодежи это было несколько необычно и редко встречаемо. Чаще либо пьют-курят и колются, либо убежденные спортсмены и явно не до девушек и шуры-муры. И те и другие чаще всего не способны доказать свою любовь. Что нашел Никита в простой девушке? Много чего. Он любил ее язвительность, ум, расчетливость, иногда показную холодность…ему нравилось в ней абсолютно все. Ее пухлые щечки, губки, которые при обиде «убегали» на подбородок. Иногда, когда Галка разговаривала или читала вслух, кончик ее носа начинал немного двигаться. Девушка практически всегда была серьезна и собрана, из-за чего окружающие называли ее занудой. Но и это Никите очень нравилось. А ее улыбка?! Галка становилась особенно прекрасной, когда улыбалась, но это было так редко и от этого ценилось еще больше. А когда она спала, то всегда приоткрывала ротик. Она любила занимать всю кровать. Не редко у вампира выдавались бессонные ночи из-за этого, но даже так, он был счастлив. Галка любила поворчать, что Никита что-нибудь не так делает, но всегда в меру. Она была замечательной домохозяйкой, прекрасно готовила, квартира всегда была чистой и убранной, одежда постиранной. Нет, Никита тоже ей помогал в этом, но признавал, что все-таки так все аккуратно сделать у него не получалось, хотя это не всегда было правдой.
— А вот и эклеры, — он влетел в квартиру ураганом. — Твои любимые. С шоколадной глазурью. Все для тебя, хомячок ты мой любимый.
Никита подскочил к девушке со спины и, обняв ее, нежно поцеловал в шею. Галка отклонилась назад, облокотившись на парня, и закрыла глаза. С ним ей было так спокойно, так надежно. Он обнимал ее нежно и ласково. Он не был груб. Он просто был рядом тогда, когда это становилось необходимым. Он мог выслушать, мог понять, поддержать, пожурить и покритиковать тогда, когда в этом был толк.
— Никит…
— Да?
— Я…я хочу записаться на секцию…
— Для тебя любой каприз. И куда ты хочешь записаться?
— Я хочу пойти на танцы. Можно?
— Ммм… — он задумался. — Ну если хочешь, то конечно. Хотя выбор немного странный. Ты вроде постоянно занималась АРБ[1], а тут… — вампир недоверчиво пожал плечами.
— Просто хочу быть женственной, более привлекательной.
— Хорошо, — он снова ее поцеловал. — Раз хочешь, значит, буду тебя возить на твою секцию. Хотя, на мой взгляд, ты очень привлекательная. Для меня ты самая лучшая. Самая умная, красивая, самая-самая… — он наклонился, поцеловав ее в плечо.
Девушка вздрогнула — ей стало щекотно, и она слегка отстранилась, хихикнув. Но принюхавшись, Галка вдруг вскрикнула и ринулась к духовке.
— Уф, не подгорело, — вздохнула Галка, вытаскивая противень с курицей, скрывающейся под ананасами.
Прихватка соскользнула немного в сторону, пальцы коснулись горячего металла. Вскрикнув, девушка выпустила противень, отпрянув назад. Всего пару мгновений и приготовленная курица могла оказаться на полу. Но этого не произошло. Никита моментально поймал противень, придержав свободной рукой девушку за талию.
— Спокойно, все хорошо, — сказал он и улыбнулся.
— Спасибо, золотце, — Галя привстала, пожелав отблагодарить возлюбленного поцелуем, но не получилось.
— Ай-яй-яй!
Неожиданно вампир запрыгал на одной ноге (!), а потом швырнул противень на плиту и замахал обожженной рукой, тихо матерясь на нескольких языках, исключая русский. Недолго думая, парень подскочил к раковине и сунул пострадавшую ладонь под сильный напор холодной воды.
— Горячо… — наконец протянул он. — Прости… — Никита печально оглядел погнутый противень и слегка покореженные конфорки плиты.
— Хорошо хоть в этот раз я не поняла ничего из сказанного.
Вампир тяжело вздохнул. В прошлый раз его любимый хомячок умудрилась уронить на ногу своему парню тумбочку. Ругался он долго и весьма не эстетично, да еще и по-русски, поскольку в этом языке больше нецензурных слов. После чего он молчаливо выслушивал все, что думала о нем Галка. Она тоже ругалась, но очень остроумно, оригинально. Вежливо, интеллигентно и всегда по существу. Просто так девушка не выступала, но если уж начала высказываться, то за дело. В такие моменты Никита просто молчал, слушал, каялся и попутно исправлялся, потому что понимал — заслужил. Ну и запоминал, на будущее, чтобы если что, можно было «блеснуть» где-нибудь знаниями русского фольклорного.
Многие годы одиночества давали о себе знать. Вампир с трудом уживался с людьми и предпочитал быть сам по себе, этаким одиночкой не особо бросаясь в глаза. Но в один прекрасный день он увидел ее — Кнопка, Кнопочка, Хомячок… На фоне девушек-щепок с ужасными анорексичными фигурами, Галка сильно выделялась — есть и попа и грудь, фигуристая иначе говоря, чисто русская красавица. Вышла она со своими сокурсниками из университета. Девушка была явно не очень общительной и совершенно не улыбалась. Но интеллект не скроешь и не пропьешь, его всегда видно. Одета была очень просто — джинсы, белая рубашка и черный замшевый жилетик. Недолго думая, руководствуясь сиюминутными побуждениями, парень подошел к девушке и, ничего не придумывая, просто сказал:
— Здравствуйте, хотелось бы с Вами познакомиться.
— Я не разговариваю с незнакомцами на улице, — девушка посмотрела на часы и решительным шагом направилась в сторону метро.
Никита оказался не готов к отказу. Все-таки вампирское обаяние не оставляло девушкам выбора, а тут… Привыкнув добиваться желаемого, парень быстро догнал ее, обойдя вокруг и преградив дорогу, произнес:
— Я Никита. Приглашаю Вас в кафе, там можем поговорить и познакомиться поближе, чтобы не стоять с незнакомцем на улице.
Она остановилась. Ироничный взгляд карих глаз загипнотизировал вампира. Уголок губ слегка сместившийся на левую сторону, выдавал ее заинтересованность.
— Хороший способ знакомства. Но, молодой человек, сейчас у меня нет времени. Спешу на собеседование.
— Тогда может обменяемся номерами телефонов? — он улыбнулся. Немного подумав, она согласилась.
Так они познакомились. В тот же вечер Никита позвонил и пригласил Галку на свидание. Девушка казалась немного робкой. Позже вампир заметил, что ее не воспринимали как девушку, а только как друга. Галка оказалась интересным собеседником, приятным человеком. Умная и красивая — в одном флаконе. Долгая жизнь начинала надоедать, хотелось понимания, общения… Так, незаметно для себя Никита влюбился, а потом и полюбил серьезно, глубоко, по-настоящему… Она была его идеалом. Но, к сожалению, их биологические ритмы и вообще жизнь была абсолютно разной. Человек смертен, непостоянен. У людей и вампиров разные приоритеты и им сложно понять друг друга. Но Галка словно заглядывала в душу. На первом же свидании Никита признался — он вампир. Девушка проигнорировала эту информацию, не восприняв ее всерьез. Но в тоже время, она не смеялась над этим, хотя не обошлось и без капельки иронии. Мало ли кто кем себя возомнил, тем более что самопровозглашенный вампир ее заинтриговал с самого начала. Прекрасное воспитание, манеры, хороший юмор и отсутствие тупых-пошлых-матершинных шуточек. Даже если этот парень болен, Галка, как врач, могла ему помочь, но в тоже время, его «фантазии» насчет вампиризма явно не мешали молодому человеку жить. Напротив, даже если так, то он изъял из этой мифической информации самое лучшее, что уже было удивительно. Переступив через свой вампиризм, который мешал сближению с людьми, Никита начал активные ухаживания. Два года он боролся за девушку. Находились парни, которые тоже обращали внимание на Галку, но после одной встречи с быстро перемещающимся «мальчиком» в темной подворотне и просящим найти себе другой объект воздыхания, все ухажеры куда-то испарялись.
Вечером одного дня, Никита возвращался домой. По дороге, он решил пройти мимо дома своей ненаглядной. А Галка плакала. Пришла с университета расстроенная, проблемы с экзаменом. Преподаватель попросил «на лапу», а у девушки не было столько денег, да и знания были у Галки не на таком уровне, чтобы покупать хорошую оценку на экзамене. Тогда «Образец для подражания», «лучший преподаватель года» предложил решить все полюбовно, на что, естественно, студентка не согласилась, поскольку воспитание не позволяет идти на такую низость. Пожаловавшись в деканат, Галка получила выговор, а вскоре последовали угрозы от ее преподавателя. А дальше все банально — Галка боялась отчисления и, конечно же, не знала что делать — денег занять не у кого, а переспать с преподавателем она не согласилась бы ни за что. Вот и решила поплакать, вдруг полегчает, и придет на ум решение проблемы, как это частенько бывает у девушек. Но умные мысли пока не посещали ее голову, а слезы все лились и лились.
Никита позвонил в дверь. Он не рассчитывал, что ему откроют, но оказался неправ. Вот ведь женская логика — никогда не догадаешься, что она сделает и как поступит. Женщину понять сложно, хотя и возможно при большом желании. Девушка редко открывала дверь и редко отвечала на телефонные звонки — ведь она не ждала, что кому-то понадобится. Если только к ней должны были прийти гости, девушка пулей неслась к двери, дабы пропустить в квартиру «долгожданных» приятелей. Этот раз был исключением, Галка открыла — ей сейчас был необходим тот, кто ее пожалеет. Лицо заплаканное, губки «уползли» на подбородок. Слегка растрепанная, похожая на взъерошенного воробья. Никита шагнул в квартиру, тут же обняв «надутого хомячка», успокаивающе поглаживая по спине. Невозможно привыкнуть к женским слезам никогда. Каждый раз это будет неожиданно и больно. Но еще хуже, когда на твоей груди плачет та, которую ты любишь, ради которой горы свернешь. Каждая Ее слезинки, словно ножом по сердцу. Галка вцепилась в Никиту мертвой хваткой, словно тот собирался удрать, и рыдала-рыдала-рыдала. И откуда у женщин столько слез?!? Но вампир думал не об этом — из всхлипов он пытался понять, что же все-таки расстроило его любимую. Уяснив суть проблемы, он успокоил Кнопку, покормил и уложил спать, а сам пошел «договариваться» насчет экзамена. Преподаватель на редкость оказался сговорчивым, после того как его лбом приложили в каменную кладку подворотни и пообещали закопать прямо здесь и сейчас. Никита оказался очень убедительным и незадачливый преподаватель согласился поставить «отлично» автоматом на все шесть лет вперед и неважно, что учиться девушке оставалось всего два года.
Потом Галка пропала. Ее долгое время, как показалось вампиру, (целую неделю) не было ни слышно, ни видно. А когда появилась, то предложила Никите прогуляться. Он был удивлен — девушка не делала никаких шагов к сближению, и вдруг что-то изменилось. Этот шанс нельзя было упускать. Через какое-то время он сделал предложение. Галка не приняла, но и не отвергла. Решили «проверить чувства», пожить вместе, ну заодно обдумать планы на будущее.
— О чем задумался?
— Да так, — парень усмехнулся. — Ну что? Выпьем?
— Давай, — она улыбнулась и подняла бокал. — За нас?
— За нас, — Никита поддержал тост.
Курица под ананасами с жареной картошечкой оказалась снова выше всяких похвал. Правда, противень стал помятым (вампир от души швырнул его на плиту), но такой пустяк не мог испортить этот вечер. Ужин проходил при свечах, классической музыке. Романтическая обстановка, двое влюбленных (людей уж не повернется язык сказать).
— Ты в последнее время какой-то задумчивый стал, — тихо произнесла Галка. — Что-то случилось?
— Да нет, все хорошо.
— Ммм…а я думала, что у тебя нет секретов от меня, — она усмехнулась и взяла эклер, который съела с большим аппетитом.
— Кнопка, просто…больная это тема для меня. Продолжительность жизни… — он замолчал. Лишь вилка быстро отстукивала ритм по тарелке, отправляя в рот кусочки вкусной курочки один за другим.
— Ясно, — протянула девушка. — Ну, может не стоит так далеко заглядывать?
— Хомячок ты мой любимый. То, что для людей долго, для вампиров мгновение. А я не хочу тебя терять, — Никита откинулся на спинку стула. — Это жутко, когда умирают дорогие тебе люди. А по вампирским меркам это все недолго, как минута. Вроде бы думаешь «целая минута», а потом оказывается «всего лишь минута». Но я не настолько эгоист, чтобы поступить по своему «хочу». Кнопочка, мне важно твое мнение и если ты не хочешь стать такой, как я, то этого не произойдет. Просто в ином случае, у нас с тобой впереди была бы вечность, хотя, будучи смертными сложно это представить и понять.
— Может…будем радоваться тому, что есть?! Сейчас мы вместе? Давай наслаждаться этим?! — она отхлебнула из бокала. В ее голосе не чувствовалась обычная уверенность. Как будто она пытается убедить в этом себя, а не вампира. Просто не верилось в счастливое и беззаботное будущее. Галка всегда была реалистом и никогда не строила иллюзий. И не собиралась делать исключений.
— Хорошо, милая. Как скажешь, — он подлил шампанского и снова вплотную занялся третьим куском курицы с картошкой, взяв себе очередную порцию. — Прости, что начал этот разговор, — он смотрел на нее, чувствуя сейчас, как нельзя остро, всю боль своего векового одиночества.
— А вот мы люди такие все-таки сволочные… — Галка выпила очередной бокал шампанского и попросила еще. Никита налил — любимой девушке не отказывают. Видя, что хомячок уже навеселе, парень улыбнулся. Такое происходило очень редко, и обычно вампир не останавливал ее — бесполезно, все равно наклюкается, а так хотя бы под присмотром. Галка выпивала очень редко, пару раз в год и то не по праздникам, ведя исключительно здоровый образ жизни.
— Шоколадку? — он пододвинул коробку конфет, а потом подумав еще и корзинку с фруктами.
— А вот я одна…всегда и во всем…была… А парни козлы…мужчин ваааще нет. Вымрли…вместе с мамонтами, — Галка стала запинаться, но продолжала попивать шампанское. Ей явно хотелось расслабиться, выговориться и, возможно, забыться. Стресс накапливался и ему, очевидно, теперь требовался выход. — А ваааще хотела встречаться…устала быть одна…а тут ты…и ненрмальный…ты вампир…а я тебя все равно люблю…очень, — она тяжело вздохнула. — Ты классный…говорю об этом редко…шобы не зазнывался…и веду себя не всегда так, как надо…часто говорю и показываю не то, што…шч. ши…чито думаю…не знаю почему…
Она еще говорила и говорила. Никита сидел рядом, обнимая свою ненаглядную за плечи. Он слишком ее любил. Старался понять, дать то, что ей, хомячку любимому, было нужно. Все только для нее, его любимой девушке. Умная, красивая…родная, домашняя…ему нравилось проводить с ней время, каждую минуту, каждую секунду. Даже сейчас пьяненькая, Галка выглядела мило и совершенно не отталкивающе. Просто она стала забавной и более открытой, раскрепощенной. Так в жизни Галчонок всегда была серьезной, собранной и порой действительно занудной. Пунктуальна, строга. Но при этом иронична и с хорошим чувством юмора. Хотя с парнями у Гали не складывалось — то уроды попадались, то не воспринимали ее как девушку — слишком уж она была самодостаточной, уверенной, решительной. Возможно, это пугало молодых людей или просто искатели девушку на одну ночь.
Девушка обняла парня, пересев к нему на колени. Никиту это все забавляло. Дело в том, что самое интимное, что было в их отношения — прогулка под луной и поцелуи. Это был максимум, потолок отношений. Да, Галка позволяла себя целовать и обнимать, но интима никогда не было. Даже намеков на него не мелькало. Все банально — девушка была не готова к этому, а парень уважал и любил Кнопку, поэтому не торопил события. Наверное, в наше время — это кажется невероятным, все-таки более распущенные нравы, более дерзкие отношения, быстрый темп жизнь с клиповым мышлением дает о себе знать. Но Галка не была такая как все. Она была другой, целомудренной девушкой. Хотя сегодня она изрядно перебрала.
Парень уложил девушку и замотал ее в одеяло так, чтобы она не могла самостоятельно выбраться. Галка почти сразу же уснула. Улыбнувшись, вампир пошел убирать со стола и мыть посуду. Свеча уже догорела, комната погрузилась во мрак, и Никита все делал в темноте, периодически налетая на какие-то вещи в квартире и тихо матеря ту самую вещь, которую кто-то очень «умный» поставил именно сюда, а не куда-нибудь туда. Несмотря на «супер-пупер острое зрение» парень не всегда был внимателен. Но и тут были свои минусы — то стул разломал, то стол снес, то стену пробил…а потом грандиозный ремонт. Галка сонно фыркнула. Никита посмотрел на девушку и, вздохнув, улыбнулся. День ото дня их все больше и больше начинал напрягать вопрос дальнейшей совместной жизни. Сейчас Кнопка взрослеет, но вскоре все изменится — она будет стареть и, в конечном счете, просто умрет. А он?!? Он всегда будет выглядеть моложе нее, ведь биологический цикл вампиров совсем другой, отчего стареют они очень медленно. И вся эта проблема потихоньку поднималась, собираясь в ближайшее будущее встать в полный рост и заявить о себе во всеуслышание. Никита уже давно вымыл посуду и уже собирался засесть за компьютер, чтобы часок другой поиграть, когда почувствовал, что его зовут. Словно мелкая вибрация где-то в глубине тела. Дав мысленный отклик на этот Зов, парень открыл форточку. В ту же секунду во тьме оконного проема возникла фигура.
— Не помешаю? — это прошелестело так, что почти не было слышно.
— Заходи, раз пришел, — также тихо ответил Никита.
— Много что меняется в этом мире, — задумчиво заметил незнакомец и, воспользовавшись приглашением, спрыгнул с подоконника на пол.
— Напротив, почти ничего. Все новое — хорошо забытое старое, так ведь, Паш.
— Слышал про новых охотников?
— Нет. Новый клан? Или секта, как в прошлый раз?
— Новые Гончие, — хмыкнул Павел. — Они снова взялись за старое, и, кстати, скоро будет объявлена первая цель.
— А разве Рита не была первой? — с издевкой спросил Никита.
— Это разминка, — усмехнулся вампир.
— Откуда в этот раз ноги растут?
— Не поверишь, — гость рассмеялся. Звук был очень тихий и гортанный, что для человеческого слуха воспринималось зловеще.
— Снова инквизиция?
— Нет, в этот раз враг другой.
— Камарилья уже вмешалась?
— Решили выждать. Нам не стоит выдавать себя. Сам знаешь, обычным смертным не нужно знать о нашем существовании.
Они замолчали. В комнате сонно завертелась Галка. Оба вампира замерли. Девушка тихо посапывала, не издавая других звуков.
— Тяжело? — Павел кивнул в сторону комнаты.
— Нет, — Никита усмехнулся. — Она чудесна.
— Не знаю, я вот с любовницей не могу долго находиться…люблю людей на ужин. Кстати вот, когда твоя благоверная перестанет мешать мне с поставками?
— Хм, — Никита прислушался. Кнопка спала мирно. Улыбнувшись, вампир подумал о том, что девушка всегда мешала его другу доставать медицинскую кровь. Как говорила Галка: «Не стоит переводить добро, можешь и голодным походить. И вообще диета еще никому не вредила!».
— Утро? — спросил Павел.
— Через два часа.
И они замерли. Оба вампира стояли, не шевелясь, и даже не моргая. Словно включили режим ожидания. Со стороны можно было подумать, что это две статуи, никто бы не заподозрил в них живых существ. Ну, или почти живых. Теперь, когда небо начинало светлеть, можно было рассмотреть гостя. Павел был высоким, худощавым с короткими золотистыми волосами. Серые глаза ничего не отражали, словно принадлежали слепому.
Время…для каждого из нас оно имеет свой вес. Время…оно течет так, как ему вздумается, неожиданно ускоряясь или напротив, замирая. Для вампиров время не имеет такого значения, как для людей. Для них оно остановилось — все вокруг меняется, но их внутренние часы не подвластны этим изменениям. Люди же наоборот. Они постоянно спешат, боятся не успеть и в итоге, к концу жизни понимают, что спешили зря. Это все лишнее. Время придумали те, кому было что терять. Именно так хотели отсрочить какой-то приговор, но вечно это не могло продолжаться. Никита хмыкнул. Время…скоро его возлюбленная проснется, и начнет свой утренний марафет. А потом пойдет на работу. И каждый день одинаково. Все строго по расписанию. Вампир тяжело вздохнул. А разве у него в жизни было не также? «Тоска!» — подтвердил внутренний голос. Все было одинаково последние несколько сотен лет. Изо дня в день ничего не менялось, пока он не встретил Кнопку. Менялись времена, нравы, но любой из вампиров оставался таким же, неизменным. Пробыв в спячке около сотни лет, Никита первым делом обратил внимание на общество людей, которое теперь его окружало. Изменения казались невероятными — огромные скачки в науке и технике, городах, странах…полеты человека в космос. Да и, конечно же, люди. Мода диктовала новые правила, и теперь одежда больше открывала, нежели скрывала. Глядя на все это, Никита вновь убедился — люди все больше и больше теряют свою человечность, становясь бездушными. А самое главное — вампир не изменился.
— Пора, — шепнул Павел и, быстро выпрыгнув в окно, исчез, растворяясь в утреннем тумане. Одновременно с этим раздался громкий дребезжащий звук, призывающий просыпаться.
Никита вздохнул и отправился в комнату, где Галка никак не хотела реагировать на звук будильника. Девушка лежала, завернувшись в легкое одеяло. Парень вздохнул. Будильник продолжал трезвонить на всю квартиру, чем жутко раздражал острый слух вампира.
— Кнопка, вставай, — нежно шепнул Никита девушке на ухо. В тоже время, он почувствовал, как клыки зачесались, желая увеличиться. Острый вампирский слух фиксировал слишком многое. Слышалось как по венам бежит волшебная жизненная энергия.
— Еще пять минут, — сонно пробормотала она.
— Кнопка, вставай. Нужно завтракать, нужно на работу собираться, — вампир понял, что ему трудно находиться сейчас рядом с ней. Слишком долгое время он голодал. Он чувствовал тепло любимой девушки, ток крови, еле слышное дыхание… Розовой дымкой стало застилать сознание. Вампир покачал головой. Нет, только не она. Кнопка не должна видеть в нем монстра. Только не для нее! Отгоняя наваждение и желание впиться клыками в шею любимой, парень несколько отстранился, продолжая качать головой, попутно стараясь вспомнить какие-нибудь задачки по высшей математике и тут же найти их решение.
— Иди на фиг со своей работой, я спать хочу, — дружелюбно отозвалась Галка, отчего вампир ненароком чуть сильнее сжал в руках бедный трезвонящий будильник и тот рассыпался мелкими осколками, больше похожими на пыль. Никита взялся за край одеяла и потащил на себя, надеясь, что девушка так быстрее проснется, но не тут-то было. Галка вцепилась в сползающее одеяло мертвой хваткой, тщетно пытаясь натянуть его на себя и обратно закутаться, чтобы еще поспать, а точнее, проспать работу. Через десять минут напряженной борьбы, вампир, конечно же, победил, отвоевав большую часть спальной вещицы, за что был сурово наказан подушкой по голове. Одеяло пришлось выкинуть — две неравные части уже не могли быть вместе, и сшивать оказалось уже нечего.
Наскоро позавтракав, Галка быстро оделась и выскочила в подъезд. Пока она вызвала лифт, доехала до первого этажа и вышла на улицу, Никита успел убрать со стола, помыть посуду, переодеться, закрыть входную дверь и уже выкатывал мотоцикл из гаража. Девушка уже давно не удивлялась его скорости. А что тут такого? Ну, носится, так пусть хоть по делу. Вампир и вправду успевал все переделать по дому, и если бы Кнопке приспичило, то парень мог бы один сделать капитальный ремонт в квартире.
— Я на метро, — бросила девушка и побежала по парковой дорожке. — Я с подругой обещала встретиться, — но это было сказано значительно тише. И даже так, Никита ее услышал. Кивнув больше себе, чем Гале, парень надел шлем, завел мотоцикл и выскочил со двора на приличной скорости.
Сильные потоки воздуха приятно холодили кожу. Несмотря на аномальную жару, ехать было не совсем тепло, даже наоборот, несколько зябко. Никита вспоминал, как впервые уговорил свою девушку прокатиться на этом двухколесном чуде именуемом «Suzuki GSX 600 F Katana» яркого салатового цвета. Никита выехал на Каширское шоссе, спеша на работу. В его планах было поскорее разрулить все дела с новым кафе, а потом навестить Кнопку на работе, сводить ее на обед, и после этого, постараться встретиться с Камарильей. Уж очень ему не нравится вся эта новая заваруха с Гончими. В прошлый раз все закончилось весьма и весьма плачевно, победителей в той схватке не было. Камарилья не допустит в этот раз такого бесчинства, но какой ценой.
Никита тряхнул головой, отгоняя мысли. Несмотря на то, что все раздумья и воспоминания не заняли и шести секунд, парень решил перенести весь свой умственный процесс на «попозже». Например, на вечер или хотя бы через часик. Припарковавшись, вампир стянул шлем и, кивнув охраннику стоянки, направился к кафешке с яркой вывеской «Кофейку?!». Здание на вид было небольшим, компактным, двухэтажном. Несмотря на то, что остальные дома строились впритык, эта кафешка была несколько поодаль, как бы отдельно от всего дневного хауса и мира суеты. Зато рядом была открыта бесплатная парковка. Открыв дверь кафе, Никита вошел внутрь. Его ждали.
Помещение было просторным. Справа от входа на второй этаж вела широкая винтовая лестница. Было очень светло. Стены приятного бежевого оттенка с картинами. На многих были изображены всякие вкусности, на остальных — влюбленные пары, создавая тем самым более романтичную обстановку в кафе. Барная стойка была начищена до блеска. Черные столики притягивали взгляд своей глянцевой поверхностью. Плетеные кресла манили к себе своим удобством. Кафешка была очень уютной, приятной и по-домашнему желанной. За одним из множества столиков сидел странный человек. Парень лет четырнадцати на вид, с русыми коротко-стриженными волосами и с подозрительно красноватыми глазами.
— Доброе утро, — хмуро откликнулся он.
— Доброе, — кивнул Никита. — Неплохо, не кажется? — спросил вампир, с непонятной гордостью оглядев кафе.
— Угу, — парень встал, поправил воротник рубашки. — Никитос, так че дальше?
— Дэн, я набрал персонал. С завтрашнего дня все выходят на работу. Сегодня нужно еще раз все проверить и подготовить для завтрашнего открытия.
— Так че? Мне тут сидеть до завтра? — округлил парень глаза.
— Получается, да, — задумчиво отозвался вампир. — Потом займемся тем помещением, которое мы с тобой присмотрели в прошлый раз.
— Слушай, тебе не кажется, что мы слишком много работали? За два дня найти здание, достроить, сделать косметический ремонт, купить мебель, договориться с поставкой продуктов, нанять персонал…
— Нет, мы слишком долго с ним провозились. Проблема в том, что здесь слишком оживленный район и приходилось работать в определенные часы. Обычно я все делал за день. Жажда мучает?
— Очень, — в голосе Дениса проскользнула хрипотца. — Охранник постоянно здесь. Куча любопытных…их кровь так желанна.
Никита зашел за барную стойку и откуда-то из ящика достал упаковку с темной жидкостью.
— На эту неделю, — он бросил находку и та, за доли секунды, оказалась в руках Дениса.
— Как ты умудряешься жить так тесно с людьми? — Денис погрустнел. Его алые глаза сверлили кафельную плитку пола. — Если бы не Купол, то я бы не сдержался.
— Опыт, — тем временем Никита быстро исследовал помещение, проверяя все ли готово или нужно съездить в магазин. Его перемещения были дерганными и очень быстрыми, почти неуловимыми для человеческого глаза.
— Почему ты с ней? Мы не умеем любить, а страсти между вами нет. Я не понимаю, — он покачал головой.
— Я порой этого тоже не понимаю, — вампир остановился и усмехнулся. — Иногда я сомневаюсь. Мы испытываем те же чувства, что и люди. Только жажда крови часто побеждает нас. Ты это сейчас переживешь. Новорожденным всегда тяжело, но ты Вентру. Все будет круто! — Никита усмехнулся. — Тебя не бросят. Ну а если контроль потеряешь…
— Знаю, знаю, просто уберут, — хмуро кивнул Дэн. — Когда ты меня уже познакомишь со своей девушкой? Или боишься, что я не удержусь?
— Скоро, — не стал уточнять тот. — Имей хоть капельку терпения.
В то время как два вампира готовились открыть кафе, Галка разбирала больничный архив. Что-то сканировалось, что-то подшивалось в папке. Работа нудная, но, увы, это необходимо было сделать. К сожалению, как это иногда бывает, архив сильно запустили и скидывали уже туда все подряд, даже не удосужившись что-либо упорядочивать и раскладывать. Вздохнув, девушка отставила очередную папку-корону и взяла новую. Открыв скрепку, она тщательно просматривала все документы, упорядочивала, распределяла и лишь после этого сканировала, отправляя все файлы прямиком в папку на свой компьютер. После обеда девушка обычно рассортировывала и переименовывала все документы, а далее раскидывала по папкам.
«Блин, Никиту бы подключить к этой фигне, он бы давно все сделал», — раздраженно подумала Галка. — «Хотя…он с компьютером не ладит. Видите ли, техника слишком медленная». Придя утром на работу, девушка успела переговорить с подругой — Алисой. Невысокая хрупкая девушка. Она обычно работала помощницей в психиатрическом отделении, вела занятия для анонимных алкоголиков. Алиса была очень бойкой и активной рыжеволосой девушкой, невероятно симпатично, но одинокой. На личном фронте как-то не сложилось, парни боялись ее энергичного характера и самостоятельности.
— Прив, Кнопка, — Алиса, как и многие, называла Галку именно так (впрочем, к этому «руку» приложил Никита, объяснив, что у его девушки ну очень взрывоопасный характер. Нажал кнопку и все, каюк).
— Приветик, — Галчонок улыбнулась. — Как выходные прошли?
— Фи, нудно, в основном за телеком и Вконтакте. А у тебя?
— Да вон, Никита снова что-то чудит.
— Слушай, я предложить хотела. У меня два абонемента в школу танцев. Пойдешь со мной сегодня? — Алиса умоляюще посмотрела на подругу своими большими серыми глазами.
— Ммм, — Галка задумалась. Как раз то, что нужно, ведь именно этого девушка и хотела. — С удовольствием, не поверишь, сама собиралась что-нибудь такое найти. А вдвоем вроде как не так стремно.
Алиса довольно запрыгала, обнимая подругу. А потом они разошлись. Алиса пошла вести очередные занятия, а Галка, как уже известно, разбирать архив.
Звонок мобильного телефона вывел девушку из раздумий. Не глядя на экран, Галка ответила:
— Привет, Кнопка. Ты когда планируешь идти на обед? — сходу поинтересовался ее парень.
— А что?
— Да я тут немного задержусь. Оказывается, я забыл оформить балкон в нашем кафе, поэтому могу малость опоздать.
— У вас там балкон есть? — несколько удивилась Галка, поудобнее перехватывая папку и продолжая сканировать документы.
— Сам в шоке, — усмехнулся Никита. — Так как?
— Ну, я в принципе планировала где-то через часик-полтора. Мне нужно еще хотя бы две папки закончить.
— Хорошо, встречаемся как всегда, через час двадцать.
— Да, — девушка улыбнулась и отключила телефон.
Еще пара таких звонков и Галчонок будет вынуждена задержаться. Убрав очередные листы в папку, девушка засела за просмотром документов. Где-то минут через тридцать, все тщательнейшей проверки, Галя снова начала сканировать. Работа шла медленно, многие листы были изрядно помяты и предательски застревали в крышке сканера. Переступая с ноги на ногу, поскольку надоедало стоять столбом, Галка, тем не менее, активно доделывала работу. Оформив еще две папки-короны с документами, девушка проверила все сохранения на компьютере и, заблокировав, поспешила наружу. Закрыв дверь архива на ключ, Галя прошла по недлинному коридору до лифта. Ждать пришлось долго, но наконец-то с характерным скрипом подъехала кабинка. Войдя в нее, Галя нажал единицу на панели с кнопками, и замерла, терпеливо ожидая. Лифт тормозил несколько раз. Через некоторое время, девушка все-таки покинула душную кабину с большим количеством людей, среди которых был, как и медперсонал, так и пациенты, и с удовольствие выскочила из здания больницы, о чем вскоре немного пожалела. На улице было ужасно жарко, душно и невероятно противно. Смог будто застилал глаза и был таким плотным, что казалось, забивал уши. Быстрым шагом, почти бегом, Галя покинула территорию, принадлежащую больнице, и поспешила к подземному переходу. Спустившись по ступенькам, девушка шла по пустынному коридору и вскоре очутилась на противоположной стороне дороги. Встав под указателем «Городская больница № 71», она стала ждать. Мотоцикл Никиты она увидела почти сразу же. Парень затормозил рядом с девушкой и протянул ей шлем, а секундой позже снял кожаную куртку и помог надеть. Усевшись позади вампира, Галка крепко вцепилась в него. Никита, зная, что его девушка побаивается этого «двухколесного катафалка» ехал максимально аккуратно, лишь бы не нервировать лишний раз свое «сокровище». Ему нравилось, когда ее нежные руки так крепко обнимали его. Она доверяет ему, а он готов ее защищать и никогда не даст в обиду. Автомобиль, не заметив ярко-зеленого мотоцикла, начал перестроение. Никита спокойно увел Сузуки в сторону, давая место для обгона, но в этот момент машина, которая была позади, вдруг дала по газам. В зеркальце заднего вида, вампир успел заметить девушку-блондинку, которая очень нервничала и явно путала педали, а в следующий момент его мотоцикл уже проскочил между автомобилями. Галка еще крепче вцепилась в парня. Наверняка, если бы он был человеком, то девушка с легкостью сломала бы ему ребра. Но к мертвым это не относится. Перестроившись в крайнюю полосу, мотоцикл въехал на эстакаду, а оттуда выбрался на дорогу, ведущую во двор. Оставив мотоцикл на стоянке, парень с девушкой, взявшись за руки, направились в кафе. Они частенько там обедали. Это место не просто нравилось Никите, а было одной из тех кафешек, которую он открыл совсем недавно и теперь всячески хвастался перед Галкой, выпрашивая ее одобрения. Выбрав, как всегда, самый дальний столик, находящийся в темном углу вдалеке от посторонних глаз, и спрятанный за деревянной перегородкой, девушка с парнем расселись и принялись придирчиво изучать меню. Ребята подождали, когда официант примет заказ. Шустрая девица резво все записав, убежала, оставив после себя легкий флюид ланкомовских духов.
— Ты сегодня какая-то раздражительная. Что-то случилось? — спросил Никита, взяв ладонь девушки в свои руки.
— Просто устала, — она вздохнула. — Никита, а ты можешь меня сегодня на машине забрать?
Вампир удивленно поднял глаза и, помедлив, ответил:
— Могу. Ты куда-то планируешь?
— Да, мы с Алисой на танцы хотели сходить. Заберешь меня оттуда?
— Не вопрос. Только напомню, что сегодня у меня обеденная ночь. Запасы закончились и медлить с этим нельзя.
— Угу, — Галка улыбнулась. — Только, пожалуйста, не забудь, что я тебе говорила.
— Помню, холодильник не занимать, чтобы не пугать неожиданных гостей, — Никита нахмурился. — Вечно будешь мне напоминать о всех косяках? У тебя память на это чисто вампирская.
— Поверь, не только у меня, — девушка усмехнулась.
— Кхм, — вампир скрестил на груди руки и недовольно нахмурился.
— О, бука, — она тихо рассмеялась.
— Не бука.
— Бука, — девушка наклонилась вперед и нежно чмокнула парня в щеку. — Никит…ты замечательный.
— Спасибо, для тебя стараюсь, — расслабившись, но лишь внешне, в то время, как весь его организм требовал крови девушки, вампир улыбнулся. — А ты самая-самая лучшая, Кнопочка.
— Льстишь, — Галка кокетливо отвела взгляд в сторону.
— А не расскажешь? Куда вы именно собрались?
— Ты про танцы?
Никита кивнул. Он улыбнулся, видя, как у его девушки загорелись глаза. Как мало для счастья надо было. Практически мгновенно, в сознании вампира пробежали картинки воспоминаний, в которых Галка улыбалась. О, Святая Инквизиция, как же редко это случалось. Как красива она, когда улыбается. Такая светлая, прекрасная. Хоть это и заставляет вспомнить о том, что сам Никита был самым ничтожным из всех земных созданий, за что он презирал себя. Как больно ему становилось от этого. Но его лицо оставалось непроницаемым, чтобы Галчонок не расстроилась.
— Мы с Алисой решили на сальсу походить, — закончила она свой рассказ.
— Ясно, — он кивнул, поняв, что каким бы острым не был слух у вампира, все равно по невнимательности возможно все прослушать. — Я вас встречу. Можем и Алису завезти домой.
— Думаю. Было бы неплохо.
Девушка улыбнулась, слегка потупив взгляд.
— Никита, а почему ты мне почти ничего не рассказываешь про… — Галка замолчала, почувствовав некоторую неловкость. — Просто ты всегда увиливаешь от этого разговора, и меня это начинает раздражать. Я не люблю недомолвок, они меня начинают напрягать и очень сильно.
— Кнопка, ты действительно хочешь об этом знать? Недомолвки?! Очарование мое, ты чаще и больше скрываешь, чем я. Ну, насчет того, что увиливаю…я не хочу, чтобы тебе потом кошмары снились. Ведь сама видишь, солнечный свет уже не так тормозит нас.
Разговор прервала официантка.
— Вот, Ваш заказ и Ваш бокал вина, — девушка, быстро расставив блюда на столе, встала столбом.
— Благодарю, — вампир кивнул, но официантка продолжала стоять. — Что-то хотели?
— Я… — девушка растерялась. — Я хотела отпроситься на завтра и послезавтра. У меня ребенок болеет и…
— Хорошо. До конца недели ты свободна. Но пусть у тебя это не входит в привычку, иначе уволю.
Никита смерил девушку презрительным взглядом. Так смотрят на добычу. Глаза вампира приобрели странный красноватый оттенок. Парень судорожно сжал бокал. Сглотнув слюну, он попытался сконцентрироваться. Его тело напряглось, словно сжатая пружина, которая в любую секунду была готова распрямиться. Парень медленно поднялся, продолжая гипнотизировать взглядом жертву.
— Никита, — негромко окликнула его Галка.
Парень тихо рыкнул, не обращая внимания на любимую и продолжая смотреть на пульсирующую жилку на горле официантке. Он чувствовал, как заныли клыки, зачесались где-то внутри и вот-вот начнут увеличиваться.
— Никита! — Галка ударила кулаком, вскочила из-за стола, уронив при этом стул.
Внимание вампира на этот раз удалось привлечь. Парень все-таки не рассчитал силу и сжал руку в кулаке. С противным хрустом бокал лопнул. Официантка испуганно пошатнулась, но быстро придя в себя, схватила тряпку и начала убирать, вытирая лужу и собирая мелкие осколки.
— Да, Кнопка?! — он наконец-то повернул голову к своей спутнице. — Что-то не так? — как ни в чем не бывало, произнес Никита.
— Мне до сих пор кофе не принесли, — капризно заявила девушка, понимая, что надо как-то спасать положение.
— Вероника, — обратился вампир к официантке. — Будьте любезны, принесите горячий кофе, шоколадное мороженое и новый бокал красного вина.
— Да, да, конечно, — та испуганно закивала и поспешила выполнить указания, убежав на кухню.
Никита взял салфетку со стола, вытер руку и, мысленно досчитав до тысячи, что заняло не более пяти секунд, помог любимой сесть за стол и снова вернулся на свое место.
— Прости, — он поморщился.
— Все нормально, — Галя улыбнулась.
— В последнее время… — он помедлил, прикрыв глаза. Пощипав переносицу. В следующую секунду глаза уже были нормального цвета, без алого отсвета.
— Я все понимаю, — девушка взяла парня за руку. — Но мы вместе и со всем справимся. В конце концов, Вероника не в твоем вкусе, — Галка откинулась на спинку стула и усмехнулась, скрестив на груди руки.
— Почему? — тон сделался обиженным, но этого никто бы и не заметил, кроме Галчонка.
Девушка наклонилась, пальчиком поманив вампира к себе. И когда ее губы коснулись мочки его уха, Галя шепнула:
— Потому что у тебя есть я.
Никита рассмеялся, и слегка коснувшись пальцами щеки девушки, подтвердил:
— Точно, Кнопка. Куда я без тебя, Кнопочка моя…
— Ваш заказ, — несколько сконфуженно произнесла Вероника, поставив на стол бокал вина и чашку кофе. Вампир проводил ее задумчивым взглядом, подумав, что совсем оплошал. Он не слышал, как официантка к нему приблизилась! Ни на что не обращая внимания, Галка занялась своим салатом, запив все горячим напитком и вскоре с удовольствием смотрела на шоколадное мороженое. Не зная, с какой стороны приступить к десерту, девушка задумчиво крутила головой, что-то активно высматривая.
Дело было плохо. Из-за работы с кафешками, вампир давно не ел. Человеческая пища это конечно хорошо, но она не насыщает так, как кровь — этот питательный, живительный источник, дарующий Жизнь. Как она стекает по клыкам в горло и обжигает каждую клеточку организма.
— Время, — напомнила девушка, выводя вампира из размышлений. — Иначе опоздаю.
— Прости, сегодня я какой-то рассеянный.
— Ты уверен, что именно ночью пойдешь ужинать? Может пораньше тебе стоит с работы уйти? Я беспокоюсь за тебя. Меня тогда можно не встречать, такси возьмем с Алисой или на метро.
— Кхм, — Никита задумался. Слишком часто он стал обращать внимание на людей, как на мешки с кровью. Алая жидкость была необходима, иначе вампир мог сорваться и ненароком убить.
Галка подошла к своему парню, протянув к нему руки. Никита отреагировал моментально и, обняв девушку, шепнул:
— Я очень тебя люблю, Кнопка! Ты права, но будь осторожна по дороге домой. Я волнуюсь за тебя.
— Все будет хорошо, — проговорила она.
Оставив на столе пятитысячную купюру, хотя весь заказ едва ли тянул на две, вампир, приобнял Галку за талию, и они вышли на улицу. Надев на Кнопку шлем и мотоциклетную куртку, пара поехала к городской больнице.
— Знаешь, а кафе все-таки классное ты открыл, — проговорила Галка, зная, что вампир все равно ее услышит, и никакой ветер не помешает им. Она не видела, как Никита улыбнулся. Он был польщен, ведь Галка редко хвалила.
До больницы добрались без приключений. Вампир проводил девушку до крыльца приемного покоя и, поцеловав в лоб, поспешил на работу. Галка улыбнулась и, слегка пожав плечами, вошла в здание. Ну что ж, Никиту можно было сегодня не ждать. Скорее всего, он будет отсутствовать несколько дней. Лишь бы вампир повел себя разумно.
Поднявшись на лифте в архив, девушка вздохнула и, не сильным пинком открыв почему-то не запертую дверь, вошла внутрь, поправляя белый халат. В архиве кто-то был. Пищал МФУ[2], сообщая о том, что скан документов выполнен. Обойдя стеллаж с папками, Галка заметила фигуру человека.
— Вы кто? — спросила она.
Фигура обернулась. Это оказался парень. Лет двадцати пяти. Высокий, спортивный с короткой стрижкой. На нем были надеты футболка и джинсы. На руке красовался кожаный широкий браслет с какой-то надписью, но Галка не смогла рассмотреть точнее.
— Добрый день. Вас не предупредили, по-видимому, — спокойно произнес парень.
— Да ты что?!? Так заметно? — иронично отметила Галка, скрестив на груди руки. — Еще раз повторяю вопрос, Вы кто?
— Андрей, твой помощник и новый сотрудник в этой больнице. Мне сказали помочь разобрать архив. Как тебя зовут?
— Галина Алексеевна. И не «ты», а «Вы», — обрубила девушка. — Пропуск уже оформили?
— Вот, — Андрей протянул пластиковую карточку, на которой были его данные.
— Отлично. Тогда приступаем к работе. Сканировать начинаешь с этого стеллажа от сих до сих, — Галка показала на конкретные папки. — Сканируешь по темам. Те папки, которые отсканил, переставляешь сюда, — девушка ткнула пальцем в другой стеллаж. — В день нужно делать около десяти таких папок, но это не предел. Понял?
— Да.
Андрей кивнул и, взяв папку, начал ее сканировать. Работа пошла значительно быстрее. Усевшись за компьютер, Галка сразу же сортировала данные и раскладывала по нужным папкам. Оба молчали. Архив наполнил звук работающего МФУ и стук пальцев по клавиатуре.
— Галина Алексеевна, мы, наверное, не с того начали наше знакомство, — начал Андрей.
— С чего вы взяли? — холодно спросила девушка.
— Не хочется работать в столь напряженной обстановке.
— Много чего не хочется, но иногда приходится. Какое учебное заведение вы закончили?
— ПТУ, — парень пожал плечами, явно ответив в шутку.
Многофункциональное устройство с функциями принтера, сканера, копира и факса надрывно запищал, объявив на весь архив о застрявшей где-то бумаге. Андрей беспомощно посмотрел на МФУ, соображая, что же тот хочет. Раздраженно вздохнув, Галка встала, подошла к сканеру, потеснив Андрея, и поочередно начала открывать крышки, ища зажеванную бумагу. Вскоре поиски увенчались успехом. Вытащив белый комок, девушка отправила тот в мусорную корзину, и, закрыв отдел, замерла. МФУ снова стал издавать звуки, словно прогоняя через себя несколько листов на проверку. Тонкие пальцы девушки забарабанили по крышке техники в терпеливом ожидании. «Вот поколение, ни черта не умеют», — пробормотала она.
— Вы…боец? — Андрей удивленно смотрел на красивую девичью руку с тонким запястьем, изящными длинными пальцами и при этом сбитыми костяшками, говорящими о хорошей боевой подготовке. Галка обернулась, удивленно посмотрев на парня.
— Я не поняла, у тебя работы что ли мало? Чтоб сегодня разобрал этот стеллаж.
— Так осталось всего пару часов. Я не успею, — пожал плечами Андрей.
— Мне плевать. Чтоб было все сделано. Тут тирания.
— Так точно.
Галка раздраженно пошла вдоль стеллажей, стремясь покинуть архив.
— Галина Алексеевна, вы куда? — крикнул вслед Андрей, но ответа так и не получил.
Хлопнув дверью, Галка поспешила на лестницу и, спустившись, вошла в психиатрическое отделение. Найдя нужный кабинет, девушка вошла в него, не стучась.
— Алиса, я тебе хочу пожаловаться, ко мне какого-то урода прикрепили, — произнесла Галя, присев в свободное кресло.
— Ты про новенького сотрудника?
— Ты уже в курсе?
— Ну да, видела его. Слушай, ну у него вид реально ненормальный. Вот знаешь, он не медик точно. Только тогда не понятно, что он тут делает. Может по блату? — Алиса тем временем наливала чай.
Кабинет был небольшой, но очень светлый и уютный. У стены стоял деревянный стол, а рядом два кресла. В углу находился кожаный диван, на котором обычно лежали пациенты, жалуясь на свои проблемы. В маленьком настенном шкафу находились чайные «принадлежности». Передав Галке чашку, Алиса села напротив.
— Он тоже боец, — задумчиво произнесла девушка.
— С чего ты взяла? Вроде бы ничего не выдает в нем этого, — Алиса удивленно посмотрела на подругу.
— Он догадался, что я занималась АРБ и, кстати, у него, также как и у меня, сбиты костяшки на руках. Бесит он меня. У него ж на морде читается, что ему все позволено.
— А руки он не распускал?
— Да пусть только попробует, я Никите скажу, и распускать будет нечего.
— Ха, это клево. Никита у тебя проблемы решает радикально.
— Ладно, пойду еще поработаю. Спасибо за чай. Как выходить соберешься, позвони, — Галчонок улыбнулась.
— Конечно, — Алиса усмехнулась.
Галка ушла. Дорога до архива не заняла много времени. Тяжело вздохнув, девушка вошла. МФУ по-прежнему работал.
— Вопрос можно? — не оборачиваясь, спросил Андрей.
— Задавай, — великодушно позволила Галка, усаживаясь за компьютер. Сразу же найдя нужную папку, девушка преступила к работе, рассортировывая данные.
— Можно с Вами подружиться?
— Попробуй.
— А сказали так, словно бросили вызов.
— Возможно, — не стала отрицать Галка.
Андрей обернулся. Он хотел что-то еще сказать, но, передумав, вернулся к работе. Еще пятнадцать минут прошли в молчании и лишь то и дело пищащий МФУ мешал установиться абсолютной тишине. Андрей терпеливо разбирал папки, вытаскивал скрепки из документов и только потом сканировал. Его взгляд был устремлен на темный провал окна, в котором отражалось помещение архива, со всеми его стеллажами, столами и мирно сидящей за компьютером девушки. Галчонок сидела боком к новому сотруднику и не обращала на него внимания. Ее сейчас волновала работа. Андрей ловил каждое движение Галки, ее печатающие пальцы, которые периодически убирали за ухо мешающую прядь волос.
— Тебе нравится работать? — спросил он, стремясь нарушить тишину.
— И да, и нет.
— То есть?
Девушка обернулась. Поправив компьютерные очки, она серьезно ответила:
— Я не люблю выслушивать жалобы людей, но могу им помочь. Я не люблю возиться со сканом, но это необходимо. Работа не приносит удовольствия, но за нее платят деньги. Что тут еще не понятно?
— Ты зануда, — Андрей усмехнулся.
Галка подскочила.
— И теперь понятно, почему в больнице тебя Кнопкой Ядерного взрыва называют, — продолжил он свои издевательства. — Будь проще и люди к тебе потянутся.
— Да пошел ты!
«Кнопка ядерного взрыва» снова вернулась за компьютер, еще активнее что-то строча. Зазвонивший телефон стал спасением для такой напряженной обстановки.
— Архив на связи, — Галчонок ответила быстро. Выслушав, девушка вдруг усмехнулась и ответила. — Алис, не мудри, не поможет. Сейчас приду.
Положив трубку на рычажки и, в который раз подумав о замене телефона, Галка сняла медицинский халат и взяв свою сумку, вышла из архива. Этот новенький ее бесил. Раздражал всем своим естеством, каждой клеточкой своего организма. «Если бы не клятва Гиппократа, я бы ему кости переломала собственноручно», — успокаивала себя девушка, пока спускалась в психиатрическое отделение.
Алиса стояла около своего кабинета и нервно переступала с ноги на ногу. Завидев Галку, подруга подскочила к ней, столкнувшись по дороге с кем-то из медперсонала.
— Кнопка, глянь его, а то я совсем запуталась. Одно выяснила точно, его в палату положить надо, — и с этими словами Алиса затолкала Галю в кабинет и прижалась спиной к двери.
Минут пятнадцать девушка не находила себе места. Алиса ходила взад-вперед перед дверью собственного кабинета. Прошло еще пять минут. И еще, и еще… Девушка села на диванчик и мучительно посмотрела на часы. Следующие две минуты, казалось, тянутся бесконечно долго. Время остановилось, секундная стрелка прилипла к циферблату, а минутной и вовсе не было. Алиса гипнотизировала взглядом часы, надеясь, что скоро эта пытка ожидание пройдет.
Пациент…ну как многие до него, но Алиса затруднялась с назначением медикаментозного лечения. Вроде бы все как всегда, а вспомнить не удавалось и в итоге, девушка перенервничала и позабыла все на свете. Невроз. Поступил с жалобами на повышенную тревожность, раздражительность, бессонницу. Боясь назначить что-нибудь не то, Алиса предпочла проконсультироваться с Галкой.
Галчонок, пожелав пациенту скорейшего выздоровления, вышла в коридор.
— Ну что ж ты? — девушка качнула головой, усмехнувшись. — Все как всегда, транквилизатор, наверное, лучше феназепам. А там дальше сама смотри, что лучше успокоительное, антидепрессанты, нейролептики. Тупим-с?
— Есть немного. Я уже после алкашей стала во всем сомневаться, — горестно вздохнула Алиса. — Переводись лучше к нам. Что ты все в своем Архиве заседаешь?
— Ну не знаю, — она пожала плечами. — Можно было бы, просто я не могу серьезно относиться к проблемам других людей, они мне кажутся пустячными. Я вот съязвлю неудачно и считай, что открыла свое кладбище пациентов.
— Ну да, с твоим характером. Но слушай, это лучше, чем там с тем новеньким. Тут у тебя все всегда чистенько и особо напрягаться не придется, ты ж отлично все знаешь и понимаешь, так что особого труда не доставит. Тем более, нам не хватает специалистов.
— Обещаю подумать, — Галчонок улыбнулась.
[1] АРБ — Армейский рукопашный бой
[2] МФУ — многофункциональное устройство с функциями принтера, копира, сканера и факса
Галка топала вдоль шоссе. Сурово сдвинув бровки и обиженно надув губки, девушка хмурой тучей направлялась домой. Такси поймать не удалось, Алиса уехала на попутке, а самой Гале не повезло — метро уже не работало, машины не тормозили, и приходилось идти пешком по подозрительно пустынному шоссе. «Никита! И как тебя угораздило уйти на ужин именно сейчас??! Ты гад! Ты не виноват, но ты виноват в том, что не виноват и…черт, я запуталась», — девушка остановилась и тяжело вздохнув, прикрыла ладонью глаза — сказывалась усталость и раздражение. Первый урок танцев прошел не очень успешно. Галя поняла, что боевые искусства ей даются куда легче, нежели базовые упражнения-движения сальсы и бачаты. Танцы, просто танцы, что там сложного? «А мне сложно», — сокрушенно подумала она, возобновив движение, и вспоминая насколько неуклюже и неуверенно двигается. — «Надо бы Никиту уговорить помочь мне. Да что его уговаривать? Он и так поможет. Блин, да хоть кто-нибудь бы остановился и подвез!!!» — вовсю вопил уже внутренний голос. Продолжая активно идти вперед, Галка просто мечтала, чтобы этот день поскорее закончился. Было достаточно пустынно и темно, фонари горели через один, видимо в городе, таким образом, экономили электричество, либо хулиганы постоянно выкручивали лампочки, не поленившись залезть на фонарный столб. Машины редко проезжали, и никто не притормаживал. Девушка начинала еще больше раздражаться и закипать, уже всерьез подумывая о том, чтобы побеспокоить Никиту, но совесть сдерживала этот порыв из последних сил. Ведь вампиру тоже иногда стоило отдыхать и нормально питаться. Галчонок хмыкнула и слегка ускорилась, прекрасно осознавая, что любая нормальность относительна. Она увидела свет фар, которые озарил ее фигуру и на дороге появилась большая тень. Девушка вытянула руку, не надеясь, что автомобиль затормозит.
Черный «Мерседес» поравнялся с Галей, а потом слегка прибавил газа, проехав дальше. «Вот козел!» — девушка пнула подвернувшийся на обочине камень. Но в этот раз ей повезло. Плавно съехав на обочину, «Мерседес» остановился, опуская тонированное стекло со стороны пассажирского места. Красный свет габаритных огней притягивал взгляд. Улыбнувшись, Галка перехватила поудобнее сумку и побежала к машине. Почти схватившись за ручку дверцы, она вдруг остановилась, почувствовав дыхание Смерти. Страх заставил сердце биться быстрее и замереть, почти не дыша. «Вампир?!» — удивленно отметила девушка, размышляя, что ей теперь делать. Тело словно парализовало. «Я не успею убежать! Я не успею позвать на помощь!» — продолжали проноситься мысли в голове Гали. Оставался только один путь, но девушка не решалась пойти по нему. Можно было спокойно садиться в автомобиль — все равно больше ничего не удалось бы предпринять. «Глупо как-то!» — подумала она. — «Надеюсь, что жизнь на этом не закончится!». Но она продолжала стоять. Стук собственного сердца в ушах заглушал все остальные звуки. Руки немного подрагивали.
«Садись!» — услышала девушка где-то в голове и тяжело вздохнула.
— Бойтесь своих желаний, ибо они могут сбыться. Приехала, блин, — тихо выругалась Галка и, открыв дверцу, села в машину.
Зов, прозвучавший в ее голове, не был просьбой — просто приказ. Простой лаконичный приказ без права на отказ. Галя не стала даже пытаться убежать — от хищника не скроешься. Впервые девушка узнала, что такое Зов от друга Никиты. Павел частенько просил таким образом открыть окно, отказываясь использовать дверь для входа в помещение. Зов — как речь, только где-то в сознании человека и каждое слово отпечатывается, словно клеймо. Обычно так вампиры могли манипулировать жертвой, но привыкшая к «шалостям», Галка не давала себя в обиду. Несколько раз Павел пытался подшутить над девушкой, приказывая ей делать какие-либо абсурдные вещи, но это по какой-то причине практически не действовало. Она слышала приказы, но могла их не выполнять. Близость к вампирам порой становится полезной в плане привычки. И вот сейчас, Галка понимала, что проще подчиниться и не выдавать свой иммунитет к Зову. Шансов не было — ее поймают раньше, чем она развернется и попытается убежать, или чем успеет достать мобильный телефон и сделать один единственный звонок.
Мягкий кожаный салон, светящиеся приборы на панельной доске и таинственный незнакомец, которого в темноте почти не было видно. Автомобиль, плавно тронувшись с места, вскоре набрал скорость явно выше положенной. Людей не было видно, пейзаж быстро мелькал в окне темным пятном. Украдкой взглянув в зеркальце, Галка убедилась, что незнакомец не отражается в нем. Девушка уже успокоилась, включился пофигизм, так помогающий людям пережить многие беды. Уже метаться было поздно и оставалось только ждать и надеяться, что этот упырь не голоден и действительно решил ее подвезти. «Это маловероятно!» — предательски шепнул отголосок сознания. Опустив голову, Галя стала внимательно рассматривать свои руки, сбитые костяшки, царапины, мелкие порезы, короткие ногти, необычное старинное кольцо на левой руке (подарок)… так был хоть какой-то шанс, что ее не смогут загипнотизировать. Благо, Никита об этом предупреждал. Он же и учил не попадать под влияние, не подчиняться Зову, и блокировать мысли.
— И что же такая красивая девушка делает на улице в столь поздний час? — с небольшой хрипотцой произнес вампир.
— Жду…у моря погоды, — хмуро откликнулась Галка, продолжая разглядывать свои руки.
«Посмотри на меня!». Снова приказ. Девушка устало подняла глаза. Конечно, вампир. Высокий (хотя в машине это было сложно определить), красивый, сильный и невероятно опасный. Стильная прическа, дорогой наряд. Золотистые волосы, черные глаза, как сама ночь и наверняка, как его душа. Одет во все черное и невероятно дорогие вещи. Тяжело вздохнув, Галка снова опустила голову, разглядывая свои руки. Вампиры деньги не считают, предпочитая покупать все самое лучшее.
«Предложи», — приказ прозвучал более мягко и уже больше походил на просьбу. Незнакомец внимательно изучал девушку. Его хищный взгляд завораживал, поэтому, чтобы не поддаться гипнозу, Галчонок придирчиво изучала свои ногти, осознавая, что давненько она не ходила на маникюр. Вампир совершенно не смотрел на дорогу, но вряд ли бы произошла авария. Реакция этих хищников во много раз превосходит человеческую, также как чутье. «Попроси!» Голос в голове налился металлом. Девушка упорно продолжала молчать, абсолютно не понимая, чего же от нее хотят. «Умоляй!» — это был крик в ее голове. Невыносимый, звенящий. Виски заныли от острой боли. Закусив губу, Галя подавила в себе крик, понимая, что если поддастся панике, то будет обречена. Руки сжались в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. «УМОЛЯЙ!» — этот Зов достиг своего апогея, словно разрывая все тело на множество молекул.
— Да что тебе нужно? — не выдержав, спросила она, стараясь не повышать тон, и, замолчала, встретившись с ним взглядом.
Взор черных, как мгла, глаз пронзил ее, обволакивая своей силой и причиняя боль, словно угли, прожигая насквозь. Тьма закралась в ее сердце, словно горящая лава, уничтожая все на своем пути. Галка хотела завопить от невыносимой боли, но снова сдержалась. Она чувствовала, как все мышцы напряглись, а в горле ежом застрял крик, раздирая глотку и скребясь своими иглами.
— Ты отдашь то, что мне нужно, — спокойно произнес он.
Немыслимый тембр, глубокий, уносящий сознание куда-то прочь от этого бренного существования, окутывающий чем-то неизвестным, таинственным и опасным. Боль пропала, уступив место чувству обреченности. Постепенно это чувство переросло в апатию и тревогу. Девушка мысленно сосчитала до десяти и медленно выдохнула, восстанавливая пульс. Мир вспыхнул красками. Снова слышался звук мотора и свист ветра за стеклом машины. Взгляд зацепился за мелькающие дома.
— Как Вас зовут? — Галка нервно сглотнула. Теперь ей не было страшно. Но расслабляться не стоило. Не известно, когда еще вампир решит воспользоваться своим темным Даром.
— Хорс, — его губы дрогнули в улыбке.
— И Вам не стыдно издеваться над бедной девушкой, которая на несколько сотен лет Вас младше? — Галя поправила несуществующие очки на переносице, прекрасно понимая, что этим провоцирует бессмертного. Но в ней проснулся психиатр, в душе все меньше и меньше оставалось страха, просыпалась тяга к знаниям и женское любопытство.
— Тысяч, — спокойной поправил ее Хорс и почти тут же его магнетический взгляд стал цепким, несколько удивленным и пронизывающим. Он понял, что его развели. Глупо, как ребенка, выявив его сущность. Теперь можно было не скрывать — да, он бессмертный.
— Хотите об этом поговорить? — девушка серьезно посмотрела на вампира, скрестив на груди руки.
— Ты?.. Кто ты? — хрипло спросил он.
— Кнопка, — она тепло улыбнулась. — Остановите, пожалуйста, вон там, за светофором.
Мерседес плавно остановился в указанном месте. Это казалось невероятным — ее не собирались задерживать. Поблагодарив, Галчонок быстро выбралась из машины и, уже поспешив во двор, услышала очередной Зов: «Никите привет передавай от Хорса, Камарилья». Остановившись, девушка обернулась. Но автомобиль уже скрылся во тьме московских улиц. Почти в эту же секунду Галке на плечо легла чья-то тяжелая рука. Вздрогнув от неожиданности, девушка размахнулась сумкой, дабы выбить неизвестному зубы одним ударом. Она ожидала, что это Хорс решил все-таки ею полакомиться или какой-нибудь маньяк. На худой конец алкоголик или наркоман. Умирать не хотелось, поэтому девушка готовилась нанести удар на пораженье, прекрасно осознавая, что против вампира ничего не сможет сделать, но и стоять столбом она не могла — не позволяло чувство собственного достоинства.
— Да успокойся ты, припадочная, — зло огрызнулись рядом, довольно мягко вырывая сумку. Галка облегченно вздохнула, узнав обладателя голоса. Если бы это был другой вампир — она была бы уже мертва.
— Паш, прости, я на нервах.
— Ты где шлялась? Я уж думал твоему ненаглядному сообщить, что ты пропала, — Павел скрестил на груди руки, сурово глядя на девушку, тем самым стараясь заставить ее пожалеть о своем поступке. Но не тут-то было. Совесть Галки наглым образом спала.
— Давай дома поговорим?!
Девушка еще не успела договорить фразу, а ее уже взяли на руки. Сильный порыв ветра ударил в лицо. Галя закрыла глаза. Потом секундная пауза и снова освежающий поток воздуха. Открыв глаза, девушка обнаружила, что стоит посередине комнаты в своей квартире.
— Итак, рассказывай! — за несколько секунд Павел накрыл на стол, мечась по небольшой квартире и ворча про то, как можно жить в этом захолустье.
— Ну что рассказать? Я встретила вампира Хорса.
— Камарилья? — шепнул парень, с ужасом взглянув на девушку и остановился, застыв. — Да как ты вообще жива? Никитос мне голову бы оторвал, если б с тобой что-нибудь случилось. Хотя думаю он и этому не особо обрадуется.
— Объясни толком. Что это? Кто это?
— В двух словах — Павел вздохнул. — Камарилья, это объединения вампиров. Когда-то вампиры решили вести нормальную жизнь среди людей и соответственно, более осмотрительно питаться. Позже это укоренилось. Если просто, то Камарилья, это как у вас политики в разных странах. Они следят за тем, чтобы Кодекс никто не нарушал. Мы против войны с людьми и стараемся поддерживать с вами нормальные дружественные отношения, не выдавая своих секретов. Но если Кодекс будет проигнорирован, от нарушителя избавятся. У людей есть заповеди Божьи. Все это у нас прописано в Кодексе, Кодекс Каина и называется Традицией. Как таковых не существует вампирских законов, поэтому блюдем определенные Традиции. Например, традиция Маскарад — мы не должны раскрывать свою природу тем, кто не твоей крови.
— Но тогда получается, вы нарушили его? — ужаснулась Галка.
— Поэтому ты встретила Хорса. Иначе говоря, он решил лично убедиться, что нам это ничем не угрожает. Хорс Князь нашей с Никитой Камарильи. Сообщества распределены территориально, так проще контролировать вампиров. Скорее всего, тебя пригласят на встречу с Хорсом, он захочет с тобой еще пообщаться, очень любопытный. Но не зли его. Он один из самых могущественных вампиров, поэтому и возглавляет Камарилью. Видимо, он хочет проконтролировать вас, чтобы не наделали глупостей, и наши секреты не всплыли среди людей. А может, преследует какие-то свои цели. Гадать можно до бесконечности. Но теперь будь еще более аккуратной.
— А какие еще традиции у вас есть? И почему Никита никогда об этом не упоминал? — девушка потупила взгляд. За это время, она даже не притронулась к еде, чувствуя в себе отвращение к пище, тошноту.
— Он пытался тебя защитить от нашего мира. Меньше знаешь, крепче спишь. Он не простит себе, если с тобой что-нибудь случится. Да и я уже привык к тебе. Ты хоть и вредная, противная смертная, которая не дает мне нормально питаться, но мне прикольно с тобой спорить, да и вообще так я чувствую себя более человечным, принадлежащим этому миру, а не одиночество и бесполезность, — парень усмехнулся. — Ну а Традиции… — он задумался. — В кодексе Каина указана Традиция Территорий, ну как у вас частная собственность. Гостеприимство — это когда попадаешь на чужую территорию, то обязан поприветствовать Камарилью, сообщить о цели своего визита и ознакомиться с правилами данного сообщества. Ну и тому подобное. В принципе, это все похоже на человеческие законы, просто они адаптированы под нас, бессмертных.
— Ясно, — протянула Галка.
— Кнопка, ешь, а то Никита мне не простит, если голодать будешь.
Галчонок кивнула. Взгляд ее помутнел, девушка ушла в себя. Ее мысли были далеко от реальности. Вампиры. Хищники, живущие среди людей. Те, кто прячется под покровом ночи, а днем становятся наиболее уязвимыми. Вампиры! Прекрасные создания Тьмы. Ужасные и жестокие. Абсолютное оружие, не знающее страха и пощады. Это те, кто питаются человеческой кровью, не отражаются в зеркале и не выносят серебра, соли и Священного Писания. Злейшие враги Гончих и Святой Инквизиции. Вампиры! Невероятно красивые, быстрые, ловкие, мудрые существа, которые когда-то были людьми. Все это казалось сказкой, диковинным сном. Нет в людском мире места вампирам. Психушка ждет каждого человека, который скажет, что вампиры существуют! В современном мире нет места «фантазиям». Вампиры…самые таинственные и необыкновенные создания.
— Кнопка, — Павел сочувственно посмотрел на девушку, выведя ее тем самым из размышлений.
— Меня убьют? — тихо спросила она.
— Думаешь, Никитос позволит это сделать? — он усмехнулся. — Ты знаешь, с Хорсом всегда можно найти общий язык. На самом деле тебе следует не вампиров опасаться, а смертных.
— Ты про что?
— Гончие…или Инквизиция. В данном случае, одно хуже другого. Ты ешь, ешь.
Павел пододвинул тарелку с рисом поближе к девушке.
— Сколько крови вам нужно для питания? — негромко спросила Галка, подняв голову и взглянув в серые глаза вампира.
— Для того чтобы выжить или насытиться? — коварно улыбнувшись, спросил он и, отметив, как изменилось лицо девушки, самодовольно добавил. — Литра четыре нормально для поддержания жизни. В идеале шесть-восемь, — Павел задумался. — Старые вампиры могут потреблять пакет крови на неделю или даже попытаться растянуть его на месяц, чем занимается, твой женишок, но это становится порой небезопасно и для людей и для вампиров. Но ты не волнуйся, убивать для этого не обязательно. У нас у каждого есть свой лимит, иначе бы полгорода уже выкосили.
Галка медленно ела свой ужин, вспомнив, как Никита сегодня странно повел себя в кафе, чуть не бросившись на официантку, его растерянный вид и полную невнимательность. Значит, он действительно голодал достаточно продолжительное время, поэтому был уже менее бдительным и наиболее импульсивным к собственным желаниям. Он жаждал крови той девушки, Вероники, но вовремя взял себя в руки. Интересно, а желал ли он эту невероятную жизненную энергию Галки? Почти наверняка он с трудом себя сдерживал, чтобы не разодрать ее в клочья и не пригубить крови любимой девушки. От этой мысли Галка содрогнулась, поняв, насколько эгоистична была к своему милому вампирчику, заставляя его мучиться от этого сосущего голода, жажды…
— А что бывает, когда вампир долго голодает? — спросила она, тяжело вздохнув. Если уж знать правду, то всю и в малейших подробностях.
— Жажда…жажда подобная адскому пеклу, которое раздирает тебя изнутри. Помутнение рассудка и как следствие неуправляемое поведение. Но убийство людей, карается Камарильей, либо кланом.
— Кланы? — девушка удивилась. — Я думала, вы разделены своим сообществом и все.
— Все несколько сложнее, — вампир гортанно рассмеялся и поправил золотистую прядь волос. — Есть несколько кланов, например, самые известные: Гангрел, Вентру, Носферату, Ласомбра, Тореадор, Малкавиан, Тремер, Зимищи и Бруджа. У каждого своя история, свои особенности, свои способности. Никита принадлежит клану Тремер. Я — Тореадор. Об этих особенностях, лучше расскажу тебе потом. Нельзя тебя утомлять, — весь этот рассказ давался ему легко и непринужденно, словно читал лекцию в институте на любимую тему.
Вампир улыбнулся. Медленно поднявшись из-за стола, Павел неспешно направился на кухню, налил чай и вернулся обратно. На все про все он потратил секунд пятнадцать. Обычно, когда он торопился, то делал это за две-три. Галка продолжала медленно жевать, не чувствуя вкуса еды, действуя на автомате. Нет, она конечно знала, что не все так просто в этом мире. Ей было неприятно, что столького она не знала. Два года, Галчонок живет с вампиром, а оказывает, абсолютно не представляет, что за существо ее Никита и какую он ведет жизнь. Почувствовав себя последней дурой, девушка тяжело вздохнула, отодвинула тарелку и залпом выпила горячий чай. Поперхнувшись от неожиданности, Галя снова тяжело вздохнула, приходя в себя. Все равно ничего не изменить. Остается дождаться Никиту и заставить его все ей рассказать. Все-все, без утайки и с большими подробностями. Так жить нельзя. Вытерев рукавом выступившие слезы, Галка улыбнулась:
— Спасибо, Паш.
— Да не за что. А теперь спать, а то не выспишься.
И с этими словами исчез. Галя знала, что он недалеко, просто не хотел смущать своим присутствием. Девушка встала, потянулась и направилась в ванную, принять прохладный душ. Спустя минут двадцать, Галка прошла в комнату с полотенцем на голове и в махровом халате. Расстелив кровать, Галка переоделась в ночную рубашку, высушила и причесала волосы, и только после этого легла. Не спалось. Девушка долгое время смотрела в потолок и размышляла. Никита вампир и это было известно с самого начала. На что они надеялись, когда начали встречаться? Ее жизнь коротка, а он бессмертный. Она живая, а он ходячий труп. Она состарится, а он будет всегда молод. Галка понимала, что одному из них придется уступить, но ей не хотелось жить вечно, и в тоже время не желала причинять Никите боль. Ведь она умрет, когда закончится ее время. Сколько еще ему придется терять любимых, дорогих сердцу людей?! Сколько ему еще терпеть одиночество? Кто же такие вампиры? Создания, несущие смерть, но в тоже время находящиеся за ее гранью. Вампиром невозможно стать с чистого листа. Как личность, на которую накладываются новые чувства, способности, мотивации. Все словно накладывается, создавая определенно новый психологический портрет, на основе прежнего. Девушка повернулась на бок и грустно хмыкнув, отметила, что без Никиты совсем не спится, без него ей одиноко и холодно, хотя ночь была аномально жаркой, как в целом лето в Москве.
«Я войду?» — тихий, еле слышный, словно шелест, Зов. Галка села на кровати и кивнув, произнесла, пытаясь в ночной тьме высмотреть Павла:
— Заходи, все равно мне не спится.
Темный силуэт возник неожиданно, но предсказуемо. Павел медленно сел на край кровати и посмотрел на девушку.
— Почему ты не боишься нас? — спросил он.
— Не знаю, — она пожала плечами. «А, правда, почему? Наверное, потому, что мне их очень жалко и…»
— Кнопка, скажи это вслух, — прервал ход ее мыслей вампир. Тяжело вздохнув, Галка откинула волосы на спину и грустно улыбнувшись, проговорила:
— Мне вас жалко.
— Ты жалеешь убийц? — гортанный смех заполнил квартиру. — Чем ты думаешь? Мы совершенные охотники, хищники, можно сказать оружие, а тебе нас жалко!? — Павел продолжал смеяться. — Это глупо! Бесконечно глупо!
— У человека против психоэмоциональной нагрузки нет механизмов, потому что не нужны. Мы не обременены грузом лет, воспоминаний. Наша жизнь более скоротечная, интенсивная, нежели ваша, — тихо сказала она, и Павел мгновенно замолчал, сверля девушку взглядом. Не замечая этого, Галчонок продолжила — У вас склонность к меланхолии и депрессии, можно сказать, хронические недуги. Вы циничны и оно понятно, ведь по прошествии стольких лет жизни иначе представить невозможно свое дальнейшее существование. Еще у вампиров преобладает некое чувство избранности, что ли, по отношению с людьми. Вы ставите себя выше нас, хотя когда-то были такими же… — Галка замолчала, задумчиво обняв свои колени. — Может тебе покажется это сейчас глупым…
— Нет, — перебил он ее, продолжая смотреть на девушку немигающим взглядом. — Мне не кажется это глупым. Хотя любопытно, в какой книжке по психологии ты это прочитала, а, Гарпия? — Павел позволил себе улыбку.
— Да ну тебя.
— Кнопка, ну, а если серьезно, как ты до такого додумалась?
— Ну, это же ежу понятно, — Галя закатила глаза. — Смотри, Паша, у вампиров может быть два вида ломки, естественно, психологической. К первому относится такой этап жизни, когда умирают все родные и близкие люди. Ну а ко второму можно отнести тот факт, что время не стоит на месте и мир меняется, а вместе с ним и традиционный уклад, и психология. Вам трудно именно психологически подстраиваться, ведь в душе вы все еще живете где-то там, в своем времени, когда вы были еще людьми.
Замолчав, Галка с любопытством уставилась на вампира, хотя и видела его смутно, лишь контуры. Павел молчал. Его взгляд уже так не сверлил девушку, и было видно, что парень ушел куда-то в себя, в свои мысли, воспоминания, ощущения. Галя склонила голову набок, прищурившись. Что-то ей подсказывало, что она была права и почти во всем.
— Если Хорс об этом узнает, тебя никогда не убьют, — вдруг протянул вампир. — Из тебя хороший психиатр вышел. Не ожидал, раньше мне казалось, что все люди глупы. Теперь понимаю, все, кроме тебя.
— Спасибо, из твоих уст это реально крутой комплимент, — Галка рассмеялась. — А как это произошло у тебя? Как ты стал вампиром?
— Хочешь узнать, Кнопка? — Павел приблизился к девушке совсем близко. Для этого ему понадобилось мгновение. В темноте блеснули его белоснежные клыки, немного длиннее, чем у людей. Лицо замерло в опасной близости. На своей шее Галка почувствовала легкое, поверхностное дыхание. Девушка услышала, как взволнованно забилось ее сердце, а по спине холодной змейкой прополз страх. Она хотела отодвинуться, но тело перестало слушаться, словно окоченев. Почти коснувшись шеи испуганно замершей Гали, вампир вдруг отстранился и насмешливо шепнул — Любопытство порой убивает, учти это на будущее.
С удивлением, девушка отметила, что задержала дыхание и только сейчас позволила себе вновь расслабиться и выдохнуть. Нет, конечно Павел не укусит ее, но…но по-видимому судьбу не стоит испытывать. Она не всегда бывает благосклонной и лишний раз не стоит проверять. Галка прикрыла глаза, восстанавливая дыхание.
За окном уже рассветало, но небо было затянуто смогом. Воздух пах гарью.
— Да ладно, не боись, — Павел рассмеялся. — В отличии от твоего, я хотя бы регулярно питаюсь.
— Все-таки нашел поставщика?
— Далеко ходить не надо, затариваюсь в больнице, где ты работаешь, — он гаденько хихикнул.
— Сволочь, — значение слова смягчил ее мягкий спокойный тон. — Эта кровь могла спасти людям жизнь.
— И поверь, спасает, ведь если я буду голоден, то пойду убивать направо и налево.
— Мужики обычно только налево ходят и сказки рассказывают, — теперь девушка позволила себе весело рассмеяться.
Зазвонил будильник. Желания идти на работу не было. Потянувшись, Галка нехотя отключила пищащий сигнал и встала с кровати.
— Как ты это сделала? — резко остановил ее за плечи Павел.
— В смысле? — она удивленно воззрилась на него.
— Как ты выключила будильник?
— Вот так, — девушка еще раз положила ладонь на кнопку часов, слегка ударив по ней.
— А у меня не получается, — вдруг опечалился вампир. — Я когда нажимаю, от механизма остается пыль.
— Никита тоже частенько не контролирует свою силу, — девушка усмехнулась. Вампиры, бессмертные, а с обычным будильником справиться не могут, только ломают.
Наскоро собравшись, Галка обулась и попыталась вспомнить, где она оставила ключи от квартиры. Похлопав себя по карманам брюк, девушка недовольно скривилась.
— Гарпия, на полке лежат, — мягко произнес Павел.
Галка обернулась и с сожалением отметила, что вампир прав. Ключи действительно лежали на полке. Скривив недовольную рожицу, девушка схватила сумку и выскочила из квартиры, предварительно закрыв дверь. Спустившись вниз и выйдя на улицу, Галчонок еще больше расстроилась — все та же жара и все тот же смог. Тяжело вздохнув, она направилась в метро, благо дорога занимала всего минут десять. Петляя и сокращая путь через дворы, девушка быстро добралась до, как ей казалось, спасительной тени. Спустившись в подземку, Галка прошла через турникет и вприпрыжку соскочила со ступенек на платформу. Поезд подошел почти сразу. Народу было мало — сказывалось раннее время. Но всего какие-то пару минут и здесь начнется столпотворение. Заняв место у дальней двери, девушка уставила в окно, ни на чем не фокусируя взгляд. Достав из кармана наушники, Галка включила плеер и сконцентрировалась на музыке. Состав выехал на поверхность, проезжая мост. Девушка прищурилась, глядя на сизое небо и на грязную воду в реке. Но это продлилось недолго. Вскоре состав скрылся в тоннеле. Галка вздохнула и закрыла глаза. А когда открыла — поняла, что чуть не проехала свою станцию. Вот и живут жители нашей столицы — спят в метро и высший пилотаж, это просыпаться на нужной станции, что делает половина «москвичей».
Поднявшись на поверхность, девушка снова печально вздохнула — на улице было отвратительно. Жарко, душно и ничего не видно. Смог застилал глаза, не давал дышать полной грудью. Стараясь не обращать внимания на столь неприятные обстоятельства, девушка шла вперед. До больницы было недалеко — минут десять ехать на маршрутке, если без пробок. Но Галка предпочитала ходить пешком, ведь плохая погода — не повод отказываться от прогулки. На улице почти никого не было, а шоссе стояло, и пробка растянулась в обе стороны. Автомобили подъезжали вплотную друг к другу, желая поскорее покинуть этот плен, но развязка была не близко. Весело шагая по тротуару, Галка вспоминала. Вспоминала первое знакомство с Пашей, когда тот посмотрел на нее и сказал: «Ну, ты Гарпия!». Так это «имечко» приклеилось к девушке. А когда он пытался ее подчинить себе… Зов постоянно звучал в голове Галчонка, приказывая то станцевать приватный танец, то прокукарекать откуда-нибудь. Но после того, как Павел получил от девушки чугунной сковородкой по голове и лишний раз убедившись, что Зов на нее не действует, перестал ее доставать. Предпочитая докапывать ту издалека, обзывая какими-нибудь добрыми словечками: Гарпия, Грымза, Мымрешка, Дурында, Бестолочь, Язва, Мигрень…в общем-то фантазии не на много у вампира хватало. Но он никогда не ставил целью оскорбить и унизить девушку Никиты, лишь так, легкие насмешки и подколки, не особо вредящие ей, простой человеческой особи. Галка помнила, как заставила Павла съесть приготовленный ею ужин, как старалась уменьшить его жажду крови, ограничивая ее поставки. Вампир злился, психовал, но никогда бы и не подумал обидеться всерьез на девушку, которая старалась ему помочь. И это действовало. Постепенно, но Павел начал употреблять обычную человеческую еду, признавая к своему неудовольствию, что это не так уж и отвратительно.
— Доброе утро, — на талию девушке легла чья-то рука.
Шарахнувшись в сторону, Галка, размахнувшись, ударила. Ударить она старалась максимально сильно, ведь этот некто не мог оказаться Никитой. Даже если это был бы Павел, то он увернулся, а потом сказал, какая девушка нервная и вообще «Психичка ненормальная!», как будто бывают «нормальные». Но это был не он. Сбив какого-то несчастного сумкой, Галчонок приготовилась нанести еще один удар.
— Не такое уж и доброе, да, Галина Алексеевна? — спросил Андрей, вставая с асфальта.
— Дурак!
— Да вроде нет, — он отряхнулся.
— Это не вопрос, а утверждение.
Андрей взял Галку под руку и, неожиданно наклонился, почти касаясь мочки ее уха. Девушка попыталась вырваться, но ее держали крепко. Она оказалась зажата, словно в тиски. Парень, не думая ослаблять хватку, шепнул ей на ухо:
— Я тебе рекомендую аккуратнее выбирать себе друзей.
И ушел. Проводив его задумчивым взглядом, Галка для себя отметила еще один момент — походка. Этот человек прошел военную подготовку. «Странно это все!» — она поправила волосы. — «Вот так живешь-живешь, ничего не знаешь и тут раз…все кардинально меняется. Интересно, какие у вампиров враги?! Что там говорит литература и кинематограф? Всякие охотники на вампиров, религиозные фанатики…вообще, о чем я думаю. Андрей просто что-то ляпнул, не подумав, а я себе тут дофантазировала». Девушка тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. «А если он все знает или догадывается!?!» — предательски шепнул внутренний голос.
— Никита…возвращайся скорее, — шепнули ее губы.
Какой он все-таки милый. Постоянно пытается ей угодить. А какие красивые цветы он ей дарит. А как они ходят в кафе и… Он отказывается вести привычный для себя образ жизни только ради нее одной. Как хрупка и недолговечна человеческая жизнь.
Галка усмехнулась собственным мыслям. Подойдя к воротам, девушка поздоровалась с охранником и прошла в корпус номер «7» и вошла в здание. Поднявшись в психиатрическое отделение, Галчонок улыбнулась медсестре, торопясь пройти к себе (как ей уже начало казаться), в Архив, но была остановлена.
— Эй, Кнопка, ты в курсе последних новостей? — спросила женщина. На вид ей было лет тридцать, худенькая, низенькая и рыжеволосая. Серые глаза выгодно подчеркивал хороший макияж.
— Привет. Какие новости, Анжел? Я ж в архиве постоянно пропадаю, — устало ответила Галка.
— Ну, тогда срочно зайди в кабинет главврача, тебе сообщат хорошую новость. Давай-давай, бегом, — Анжела стала подталкивать девушку на выход.
Хмыкнув, Галчонок нехотя потопала в указанном направлении. Постучав в дверь и дождавшись приглашения, девушка прошла в кабинет.
— О, Галь, я тебя ждала, — средних лет женщина приятной наружности со светлыми волосами и цепким взглядом. — Ты хочешь занять место в рядах врачей? Я тебе выделю отдельный кабинет, а если хорошо себя зарекомендуешь в качестве врача, то отдам отделение под твой надзор. Ты как? — женщина зорко взглянула на Галку.
— Вы не шутите, Ирина Владимировна?
— Конечно нет. Вчера снова забегала Алиса, сказала, что ты опять помогла ее пациенту. Я подумала, что тебе не стоит пропадать в Архиве. Так ты согласна идти на повышение? — главврач улыбнулась.
— Конечно, согласна.
— Тогда подпиши здесь и здесь. Документы со вчерашнего дня подготовлены.
Галка взяла ручку и, быстро пробежавшись глазами по документу, подписала в указанном месте. Попутно, девушка уже обдумывала, как будет все у нее в кабинете. Пока она подписывала, Ирина Владимировна положила на стол ключи.
— Ну вот, — произнесла главврач. — Ключи от твоего персонального кабинета. Иди, работай! И бейджик сменить не забудь.
— Спасибо, — Галка улыбнулась и поспешила на выход.
— А да, кстати, как новенький?
Девушка остановилась, тяжело вздохнула, и нехотя обернулась. Ну что сказать? Что он ее бесит? Что он какой-то странный? Что она не хочет с ним даже пересекаться лишний раз? Вздохнув, Галка собралась с мыслями и, решив ответить более-менее честно, сказала:
— Сотрудник как сотрудник, только опыта маловато.
— Ну он так и остается закрепленным за тобой. Так что действуй на свое усмотрение. Имей в виду, за него поручились там, — женщина посмотрела на потолок. — На самом высоком уровне.
— Ирина Владимировна, а о нем хоть что-нибудь известно или просто устроили?!
— Ничего, только то, что он тут работает.
— Ясно, могу идти?
— Иди.
Взяв со стола ключи, Галка покинула кабинет. Прохладный металл радовал глаз и ласкал теплую кожу рук. «К счастью, в архив не придется заглядывать, там моих вещей нет», — порадовалась девушка и, перекинув сумку через другое плечо, направилась к медсестре, чтобы забрать документы, узнать расписание, правило работы. Получив необходимые бумаги, Галчонок снова задумалась. Как ей хотелось сейчас поделиться с Никитой своей радостью. Нет, он не оценил бы, но обязательно поддержал бы ее. Но пока он занят, дневной отдых, а потом обед. Но уже завтра или возможно сегодня вечером или ночью он появится дома, он вернется к ней.
Посмотрев внимательно на ключи от кабинета и, не веря своему счастью, Галка уверенно пошла в нужном ей направлении, на ходу застегивая белый халат. Рядом с дверью кабинета, на скамеечке сидела девушка. Молодая, лет двадцать пять или даже двадцать семь, привлекательной наружности. Сидела она и осматривалась как-то затравлено, словно ожидала кары небесной
— Добрый день, Вы ко мне? — Галка улыбнулась.
— Галина Алексеевна?
— Да. Вы по записи?
— Нет, а надо было записываться? — девушка совсем смутилась и словно съежилась, уменьшаясь в размерах. Ее красивые ухоженные руки нервно теребили ремешок сумки.
— Я могу Вас так принять, проходите, — Галчонок улыбнулась. Ну вот, и первый пациент не заставил себя долго ждать.
Открыв дверь, девушки прошли в кабинет. «Супер!» — подумала Галка и уселась в кожаное кресло — теперь это ее рабочее место. Не тот зачуханный пыльный архив. Кабинет был просторным, с тремя шкафами — два под документы и один под одежду. Под столом из красного дерева находилась вместительная тумбочка. Также в помещении располагались диван и два стула для посетителей. Галчонок старалась скрыть восторг, но уж слишком ярко он отражался на ее лице.
— Присаживайтесь. Итак, расскажите, что вас привело ко мне, — усевшись в кресло, Галка оценила его удобность и функциональность.
Девушка, затравлено озираясь, села на самый край стула, положив на стол перед собой папку с документами.
— Вы…так молоды?
— Не порок. Вы не волнуйтесь. Я хороший специалист, иначе меня бы не подпустили бы к пациентам, — Галка только сейчас где-то в уме представила, как выглядит. Она молодая девушка, всего-то двадцать с небольшим лет и вот она уже специалист в своей области. Да, пациенты будут переживать. Это плохо. «Ничего, бывало и сложнее!». Девушка надела очки и подготовила блокнот и ручку для записей.
— Меня зовут Марина. Мне как-то неловко, что приходится обращаться и…я ходила к одному психоаналитику раньше и он поставил мне диагноз депрессия, но его лечение не возымело успехов. Я на всякий случай принесла его записи. Может это вам как-то поможет.
Трясущейся рукой девушка протянула своему врачу папку с документами. Вкратце ознакомившись с историей болезни своей первой пациентки, Галка снова переключила свое внимание на девушку. «Не удивительно, что депрессия. Даже так, на первый взгляд видно, что глаза у нее не живые, словно умерла. Голос…тембр голоса низкий. Она тихая…» — подумала Галчонок.
— На самом деле я не хотела приходить. Мне не кажется, что мне способны помочь…
— Но все-таки пришли, — Галка поправила очки на переносице.
— Да, — неуверенно отозвалась Марина. — Мне плохо. Я понимаю, что нахожусь в депрессии и я не хочу так жить. Это состояние продолжается уже достаточно давно. Мне сложно живется. Я не знаю, как вам объяснить свое состояние.
— Апатия, уныние, разочарование?! — быстро нашлась Галка, больше утверждая, нежели спрашивая.
— Да, вы правы, — Марина продолжала теребить ремешок сумки. — Знаете, я разочаровалась в жизни. Просто словно я проживаю какую-то другую жизнь и не чувствую того удовлетворения, которого хочу.
— О чем вы мечтаете? — делая пометки в блокнот, врач подняла глаза.
— О любви, — ответ прозвучал просто и предсказуемо. — Я хочу семью, детей. Хочу, чтобы меня любили. Ведь как это красиво и приятно, когда тебе дарят цветы, прогулки под луной, вечера в романтической обстановке. Это здорово и так прекрасно. Это белое платье, фата, куча гостей и взгляд любимого человека, прикованный к тебе. А еще…
Галка смотрела на девушку с печалью, уже на начальном этапе осознавая, что лечение не будет простым. Терапевтическое лечение уже подразумевало два этапа. Пока Марина рассказывала и восхищалась каким-то романтическим моментам, Галчонок отметила, что лицо девушки не меняется и не отражает никаких эмоций. Голубые глаза пациентки ни разу не оживали во время разговора. Холодная и не эмоциональная девушка. Марина все что-то рассказывала и рассказывала, а Галка продолжала подмечать невербальные знаки, помечая все свои мысли в записную книжку, которую ей подарил Никита. Недатированная, в дорогом кожаном переплете и с кучей закладок, которые можно было раскладывать по своему усмотрения. Сбоку цеплялась дорогая ручка «Траркер». Ведь именно движение тела является отражением нашего ума и выдает наше отношение не только к миру, но и к самому себе. В этих движения продолжают храниться переживания прошлого, которые стоит расшифровывать, осознавать и в дальнейшем корректировать. На том и построен первый этап терапевтического лечения.
Пациентка сделала паузу, тяжело вздохнув.
— Да, я вас поняла, — врач снова поправила очки. — Встаньте, пожалуйста.
Марина отодвинув стул, поднялась. Она выглядела неестественно. Появилась какая-то уверенность, словно человек, которым должны восхищаться всегда и во всем. Прямая правильная осанка, застывшее выражение лица…она не выглядела живой. Словно манекен. Совершенно неподвижная, холодная, без эмоций и без чувств. Еще раз, подробно осмотрев пациентку, Галка сделала еще несколько записей в блокноте.
— Ну что ж, Ваш случай мне понятен, — девушка улыбнулась. — Вы не волнуйтесь. Это все лечится. Я думаю, что все будет куда проще, чем Вам сейчас кажется. Когда Вы готовы прийти на прием в следующий раз?
— Я думаю в четверг, — снова в голосе появилась неуверенность.
— Замечательно, тогда с четверга начнем лечение. А пока Вам необходимо еще раз все подробно обдумать. Я Вас попрошу выписать на листочек некоторые моменты и заполните, пожалуйста, вот это, — Галка протянула папку с бумагами. — Там несколько тестов. Постарайтесь отвечать максимально честно и откровенно. Если варианта нет из указанных, приветствуется письменный развернутый ответ. Любые комментарии только в плюс.
— А визитку Вашу можно? — Марина убрала свое «задание» в сумку.
— Конечно, — Галя снова улыбнулась. — Если возникнут какие-то непредвиденные проблемы, то всегда можете обращаться.
— Спасибо вам, Галина Алексеевна. До следующей встречи.
— До свидания.
Марина ушла, плотно притворив за собой дверь. Галка улыбнулась и потянувшись в кресле, еще раз осмотрела свой кабинет. Светлые стены приятного голубоватого оттенка. Большое окно.
— Привет!
С грохотом завалилась Алиса.
— Слушай, я чуть не подохла, пока сидела под дверью, решила тебе не мешать и тоже слушала, о чем тебе тут рассказывают. Как ты их можешь вообще воспринимать? Поздравляю с повышением!!! — радостно гомонила подруга. В руках она держала коробку с тортом.
— Работа такая, выслушивать это все, — Галка встала, прошла к тумбочке и включила чайник.
— Вот я не могу их выслушивать, бесит, а у тебя на этом фоне ангельское терпение, — Алиса уже вовсю готовилась к чаепитию, распаковывая шоколадный торт с вишней. — Они такой бред порой несут, что хочется просто встряхнуть и сказать, какие они все идиоты. Ты крута, Кнопка. Я вот в итоге начинаю путать все лекарства.
— Увы, Алис, но наша участь не лучше их. Ты же знаешь, что чем дольше с этим всем работаешь и сталкиваешься, тем больше становишься похож на своих пациентов. Тем более, мы врачи, мы должны помочь, раз уж встали на этот путь. У всех бывают проблемы, и мы можем помочь в решении их.
Закипевший чайник щелкнул. Быстро налив чай, девушки уселись на диван.
— Слушай, ну крутой тебе кабинет отдали. У меня более стремный, — Алиса обвела взглядом помещение. — Мне бы такой не выделили никогда. Ирина Владимировна все-таки тебя больше всех из нас ценит.
— Да ладно, — Галка махнула рукой, хотя и открыто улыбалась, осознавая, что ей действительно досталось лучшее рабочее место. — Кстати, мне тут шепнули, что ты постаралась.
— Да я сегодня заявление на отпуск пыталась подписать, а поскольку народу-то вечно не хватает, твои выходные хотели сдвинуть. В итоге, я рассказала о том, как ты мне помогла и вот, теперь ты врач-психиатр. Круто, правда, Кнопка? — радостно тараторила Алиса.
— А твой отпуск?
— Дали, но с условием, что догоню тебя по уровню работы. Но это фигня, не догоню, — подруга засмеялась. — Ты все-таки специалист от Бога, а я так, училась на тройки, да и не особо интересовалась этим. Просто на «отстаньте от меня» училась.
Девушки еще поболтали, посмеялись, вспоминая, как ходили раньше на лекции и погрустнели, когда вспомнили о том, что скоро надо будет писать диплом.
— А ты какую тему взяла? — спросила Алиса, уплетая последний кусок торта. Вот так незаметно, девушки осилили на двоих по тысяче килокалорий.
— Я три работы пишу сейчас. Одна дипломная, вторая на конференцию и третья для повышений квалификации, — Галка отставила пустую чашку. — А вообще темы такие: «Влияние индивидуально-психологических качеств и стиля работы руководителя на морально-психологический климат в коллективе», «Помощь жертвам активного манипулирования психикой» и «Методы и приемы психологического консультирования на «Телефоне Доверия» и социально-психологические характеристики обращений». В принципе не особо сложно, — Галчонок постучала ручкой по столу, глядя на свой рабочий ежедневник.
— Блин, я одну-то не могу написать, а ты три… — Алиса восхищенно взглянула на подругу.
— А у тебя что за тема?
— Изучение влияния средств физического воспитания на коррекцию психофизических недостатков.
— Так это легко. Если хочешь, я тебе литературу нужную подгоню, — Галка довольно усмехнулась, увидев, как перекосило подругу.
— Спасибо, ладно пойду, а то работать надо.
Алиса поправила халат и забрав свою чашку, ушла. Но одиночество Галчонка не продлилось долго. Вскоре в дверь постучали.
— Можно? — спросил приятный женский голос.
— Проходите, — быстро убрав посуду в ящик, Галка приняла серьезный вид, чтобы не смущать очередного пациента своим возрастом.
В кабинет вошла девушка, молодая, красивая и…бессмертная. «Вампир!» — закричал внутренний голос.
— Присаживайтесь, — врач указала на свободный стул.
— Благодарю, — вампирша уселась в кресло. Ее кожа была необычайно бледна, красивые глаза глубокого синего оттенка, светлые волосы, правильные черты лица…она была идеальной, невероятно красивой.
— Я Вас слушаю.
— Галина Алексеевна, мне посоветовали Вас, как первоклассного специалиста, — произнесла она. Голос был бархатный, словно окутывающий во мрак. — Я хотела бы проконсультироваться по одному вопросы.
— Конечно, — девушка кивнула, чувствую некую обреченность. Что здесь забыла вампир?
— Я люблю парня. Он необычный, но он много лет меня игнорирует, а потом влюбился в другую. Как Вы считаете, стоит ли пытаться его завоевать и вернуть?
— Знаете, архаичность, это еще не повод впадать в уныние. Тем более, зачем Вам нужен молодой человек, который Вас не любит?
— Что Вы можете знать об Архаичности? — вампирша усмехнулась.
— Куда больше, чем Вам может казаться. Как к Вам можно обращаться?
— Аннабель, — ответ был резкий, хлесткий, словно удар хлыста. Галка почувствовала, что ее ненавидят. Ярость волнами исходила от вампира.
— Аннабель, Вы красивая, умная девушка. Любовь приходит тогда, когда ее меньше всего ждешь, впрочем, Вы это и без меня знаете. Тем более Вы не это хотели со мной обсудить, тогда что?
— Как ты могла понравиться Никите? — в лоб задала вопрос, вампирша, скрестив на груди руки и прикусив нижнюю губу. — Хрупкая, никчемная смертная.
— Это его выбор и в первую очередь стоит спросить у него, — спокойно произнесла Галка.
— Это риторический вопрос. Я хочу сама понять. Ведь вы, смертные, настолько жалкие и ничтожные. Вы всего-навсего наша пища. Смотри, ты еще пожалеешь, что на свет появилась. Я тебе обещаю. Если он не может меня полюбить, то я заставлю его страдать. До скорой встречи, Кнопка, — последняя фраза была брошена презрительно. Не дожидаясь ответа, Аннабель вышла из кабинета.
— И Вам не хворать, — в пустоту произнесла Галя, чувствуя, как в горле все пересохло. То, что начинало происходить, ей решительно не нравилось.
Откуда взялась эта придурковатая вампирша и чего хочет. Хотя на второй вопрос, ответ был, но он абсолютно не устраивал девушку. «И что теперь? Нервировать себя? Да не в жизнь. Потом разберемся, если эта проблема встанет в полный рост», — решила она, хотя неприятный осадок остался. В течении дня приходили еще трое пациентов: молодая глупая девушка, съехавшая с катушек из-за анархичных взглядов; мужчина средних лет с семейными проблемами и мама, дабы проконсультироваться по поводу своего чада, которое с головой ушло во взрослую жизнь. Заполняя истории болезни, Галка вновь удивлялась людской глупости. Вот только человеческое создание может «нарыть» проблемы из ниоткуда. Девушку это не раздражало, напротив, она искренне сочувствовала таким людям, понимая, что их проблемы легко решаемы, но при этом Галка не могла решить своих проблем.
Вздохнув, девушка уставилась в монитор компьютера невидящим взглядом. Посидев, подумав, Галчонок решила нормально разложиться — заполнить тумбочку необходимыми вещами, найти место под папки и наконец-то поставить органайзер на стол. Расставив все необходимое, Галка снова развалилась в кресле, теперь уже разглядывая уютный кабинет, оборудованный для ее нервной работы.
В дверь постучали.
— Войдите, — сказано это было очень доброжелательно, ведь девушке нравилась эта работа. Ей нравилось помогать людям, несмотря на то, что зачастую они приходят с глупостями.
В кабинет вошел Хорс. Он выглядел элегантно. Его приход был неожиданностью, девушка привстала со своего места, лихорадочно соображая о том, есть ли у нее что-то против вампира в ящике стола. Но ни осинового кола, ни соли, ни святой воды…ничего не было. Вампир двигался, словно кот — грациозно и бесшумно.
— Можно? — его рука коснулась спинки стула. Не мигая, он внимательно следил за реакцией девушки, которая смотрела на него и решительно ничего не понимала.
— Конечно, присаживайтесь, — произнесла она, стараясь скрыть в голосе дрожь. Почувствовав, что ноги ее плохо слушают и стали ватными, девушка решила опуститься в кресло. Легкий ветерок мягко коснулся ее лица. Галка даже не успела понять, что вампир переместился, столь молниеносно это было сделано, лишь почувствовала, как ей пододвигают кресло. Плюхнувшись, девушка, нервно сглотнув, произнесла, стараясь скрыть волнение — Благодарю.
Хорс уже сидел напротив. Взгляд его темных глаз завораживал. С трудом взяв себя в руки, Галка снова оглядела вампира — высокий, подкаченный, но без излишней мускулистости. Одет в джинсы и рубашку, естественно черного цвета, который еще больше подчеркивал золотистость волос. Закинув ногу на ногу, мужчина скрестил на груди руки.
— Я хочу с Вами поговорить, открыто, — он выдержал паузу. — Я думаю, что Вам стоит многое объяснить.
— Что-то не похоже, — Галка уперлась взглядом в стол, не решаясь посмотреть на вампира. — Для Вас это неблагоприятная обстановка, и Вы не очень-то хотите разговаривать. Вы не будете меня слушать, любое мое слово будете воспринимать в штыки. Вам не требуются объяснения, потому что все, что хотите, Вы знаете, а на остальное плевать. Вы сдерживаете сейчас свои негативные эмоции, но надолго ли это и даже не стану спрашивать, чем это для меня может закончиться. Также Вы не устаете подчеркивать свое превосходство, ведь Вы чувствуете свою избранность по отношению к людям, — девушка устало вздохнула. Когда она начинала встречаться с Никитой, то не ожидала, что к ней на работу будут приходить ему подобные. Хотя встреч с ними явно было не избежать. Девушку это не особо пугало, но напрягал сам факт — что они сильнее и чувствуют свою безнаказанность по отношению к людям.
Хорс продолжал изучать Галку, не мигающим взглядом. В темных глазах плескался интерес. Мужчина слегка подался вперед.
— Никита прав, Вы обворожительны, — улыбнулся вампир, и его улыбка не была враждебной. — Вот теперь я уверен, что мы найдем с Вами общий язык. Вот, это Вам.
На стол перед Галкой лег телефон.
— Айфон, последняя модель?! — несколько изумленно протянула она, разглядывая столь дорогой подарок и уже подбирая слова для отказа.
— С разрешения твоего Никиты, — Хорс усмехнулся. — Но я действительно хотел поговорить.
— Могу что-нибудь предложить? Чай, кофе? Или Вам кровь необходима? — Галка сочувственно посмотрела на вампира.
Он несколько озадачено воззрился на девушку, но через несколько мгновений, мужчину уже сотрясал приступ неконтролируемого смеха. Девушка растерялась, думая, чем она так могла насмешить. Хорс, поправил прядь золотистых волос. На руке у него был красивый перстень. Галка отметила, что надето украшение на безымянный палец правой руки. «Интересно было бы посмотреть на спутницу его жизни!» — мелькнула у нее мысль в голове, но этот вопрос пока решила не задавать вампиру.
— Вы очарование, — Хорс вновь улыбнулся. — Просто я привык с людьми общаться несколько на ином уровне, но Вы не оставляете мне выбора и, увы, как это не прискорбно, но мне приходится признавать Вас, как равную. Несмотря на Ваш столь юный возраст, Вы весьма мудры и находчивы. Думаю, для Вас не секрет, что вампиры живут слишком продолжительное время и это не может пройти бесследно для психики. В конечном счете, некоторые «съезжают с катушек» и несут угрозу.
— Зачем ходить вокруг да около? — Галка прищурилась. — Вы ведь можете выразиться проще, так зачем эти пояснения?
— Замечательно, — глаза вампира улыбались. — Я хочу попросить лечить не только людей, но и вампиров. За это мы будем щедро платить и естественно обеспечим тебе защиту. В конце концов, Вы с Никитой нарушили Кодекс Каина. Одну из Традиций, которая запрещает раскрывать истинную сущность некоторых существ. В конце концов, Камарилья нуждается в Вас.
Девушка закатила глаза. Ну, вот можно сказать проще, зачем так все опутывать излишними высказываниями. Галка положила голову на руки и мысленно досчитала до десяти, взвешивая все «за» и «против». Никита явно не обрадуется такому повороту событий. С другой стороны, было несправедливо и неправильным отказывать в помощи тем, кто в ней нуждается, возможно, больше всех на этом свете. Да и деньги лишними не бывают. Галка вспомнила, что «добытчиком» в их паре считалась не она, а свои деньги приятнее тратить, особенно честно заработанные. В тоже время, ее пугал только один момент — вампиры значительно сильнее человека и в случае выхода из-под контроля ситуации, девушка рисковала быть растерзанной существом, которому пыталась помочь.
— Галина Алексеевна… — начал было Хорс.
— Давайте перейдем на «ты», — Галка измученно посмотрела на вампира.
— Хорошо. Кнопка, я гарантирую твою безопасность, — он посмотрел на нее таким взглядом, и девушке показалось, что это был рентген.
«Верь мне!» — послышался где-то в голове его Зов.
— Хорс, поясните мне один момент, — Галчонок поправила съехавший бейджик на халате. — Неужели среди вампиров не нашлось психоаналитика, который был бы готов заниматься этим делом?
Взгляд вампира буквально прожег ее. Она смотрела, не пряча глаз, спокойно принимая этот поединок. Карие очи девушки завораживали своей красотой и обладали гипнотическим свойством. Под этим взглядом многие чувствовали себя неуютно, стараясь отвезти глаза в сторону и спрятаться. Вампир был заинтригован и все чаще мысленно задавал себе вопрос — кто же эта девушка, в глазах которой скрывается тайна, которую он увидел с первой секунды их встречи??!
— На удивление, ты хорошо владеешь своими эмоциями, что не свойственно людям, — заметил Хорс, не прекращая сверлить девушку своими черными, словно тьма, глазами. Неподвижные зрачки впивались, заставляя тело покрываться мурашками. — К сожалению, среди вампиров такой опыт заканчивается весьма печально, да и людям от этого только хуже. В конце концов, им придется держать себя в руках, ведь ты просто человек, но очень проницательный.
— Я только и слышу «это людям не свойственно». Так говорите, как будто вампиром становятся с чистого листа. Да это просто бред! — девушка встала, возмущенно заходив по кабинету взад-вперед и скрестив на груди руки. Вампир тоже встал и, задвинув стул, терпеливо ожидал. А Галка продолжала рассуждать вслух — Несмотря на то, что сущность поменялась, личность изначально остается той же, и вот на нее откладываются уже новые отпечатки. Вы просто измененные люди. Но проблемы нужно рассматривать несколько тематически, что ли, — она остановилась, задумчиво изучая потолок. — Чем мы отличаемся? Ваше общество является лишь тенью нашего, сохраняя человеческую внешность. Вы сравниваете себя в первую очередь с тем, каковыми были до превращения в вампира. Поэтому вы ставите себя выше людей, но в тоже время, вы боитесь нас, и войны с вами наверняка самые кровопролитные.
Девушка замолчала, что-то прикидывая в уме.
— В большинстве своем, люди не знают о нашем существовании наверняка, только подозревают, и только поэтому мы живем тысячи лет. Тонкий юмор и строгая мудрость создают в Вас ошеломляющую смесь, которой Вы пользуетесь изумительно.
— Благодарю, — она поправила очки.
— Итак, к какому выводу мы приходим?
— Я врач, — девушка обреченно вздохнула, а губы разъехались в виноватой улыбке. — Я думаю, стоит попробовать. Но с Никитой мне стоит проконсультироваться.
— Разумеется, — Хорс почтительно склонил голову в знак признательности. — Тогда, я приглашаю Вас с Никитой, — вампир протянул конверт. — Там все написано. Извините, мне пора. До встречи.
И коснувшись губами руки девушки, Хорс исчез. Лишь дуновение легкого ветерка давало понять, что вампир просто ушел. Быстро, но покинул кабинет.
— Приплыли. С каждой встречей все интереснее и интереснее, — проговорила врач Галина Алексеевна и начала готовиться завершить свой рабочий день, собирая сумку.
Девушка с мучительной улыбкой повторяла движения, которым их учили. Ей пришлось с сожалением констатировать один факт — она прекрасный врач-психиатр, но отвратительный танцор. Инструктор уже привык, что одна из его учениц трудна в обучении и старался всячески упростить ей задачу, более долго и подробнее объясняя, как и что делается. Под конец, Галка уже совсем отчаялась, но учитель неожиданно сказал, что у той начало хоть что-то получаться. Воодушевившись, девушка еще активнее стала пытаться. Удавалось далеко не все, но Галчонок очень старалась и наконец-то ее труды были вознаграждены. Искренне обрадовавшись Александр Васильевич (преподаватель) предложил девушке приходить со своим парнем, дабы закрепить результат и продолжать разучивать новое.
Уже сидя в раздевалке, довольная и крайне гордая за себя, Галка думала, стоит ли брать с собой Никиту и показывать ему свою неуклюжесть или все-таки он действительно поможет ей быстрее со всем освоиться. Вздохнув, девушка быстро переоделась, закинула на плечо сумку и поспешила на выход.
Прохладный вечерний воздух был приятен, после душного дня. Галка остановилась, наслаждаясь, но уже в следующую секунду она об этом пожалела. Чьи-то холодные пальцы сомкнулись на ее горле, и вскоре тело девушки было поднято над землей. В глазах потемнело. Галка отчаянно попыталась вырваться, стараясь ударить нападавшего, но по ощущениям создавалось впечатление, словно пинаешь кирпичную стену — все напрасно. Пальцы на горле сомкнулись еще сильнее. Воздух перестал поступать в легкие.
— Оставь его, по-хорошему прошу, — послышался голос девушки. Голос был знаком, но вспомнить его не удавалось.
Галка перестала рыпаться и, обмякнув, безвольно повисла, словно тряпичная кукла. Сознание заволокло темной липкой паутиной страха, а в следующую минуту просто покинуло девушку. Казалось, провалился в какую-то темную жижу, в которой барахтаешься, пытаешься выбраться и не понимаешь, в какую сторону движешься. И когда силы на исходе, а ты продолжаешь куда-то грести, пробуешь как-то вырваться из этого мучительного удушающего плена…
Мир взорвался яркими осколками реальности, болью отозвавшись в висках. Девушка вскочила и поняла, что сидит у себя в квартире на кровати.
— Уже лучше, Горгона, — Павел возник в поле зрения почти сразу. — Как-то на тебя все прям-таки навалилось, — лениво протянул он.
Галка отчаянно старалась сфокусировать зрение. Голова болела и немного кружилась, подташнивало. Не обнаружив больше никаких проблем со здоровьем, девушка вздохнула, чувствуя, что на душе полегчало. Она жива, почти здорова и находится в своей квартире, хоть и не совсем помнит, что произошло.
— Не слишком радуйся, Грымза. Еще чуть-чуть и Аннабель убила бы тебя. Как говорится, нет соперницы, нет проблем, — вампир усмехнулся и присел на край кровати, изучающе глядя на Галку. — Благо я был недалеко. Аннабель очень мстительная девушка. Было задето ее самолюбие, а это она вряд ли простит.
— Веселенькая история, что-то часто я стала влипать в неприятности.
— Была бы вампиром, было бы проще, — философски заметил парень.
— Чем?
— Вампиром ты будешь не такой хрупкой, более сильной, быстрой, выносливой. Ты будешь более совершенной. И тебе не придется беспокоиться о том, что ваши биологические часы с Никитой отличаются. Вы будете жить одинаково, не старея и живя вечно.
Галка молчала. Сказать было нечего. Вроде бы столько плюсов, столько положительных моментов, говорящих всеми руками и ногами «За!». Но был один существенный минус — Галчонок не хотела жить вечно. И этот факт перечеркивал все остальные плюсы. Молчание затягивалось. Но девушка не решалась первой нарушить тишину — она была не готова так радикально изменить свою жизнь и в тоже время, она понимала, что так жить нельзя — Никита опять потеряет дорогого и любимого человека и ему опять будет больно. Возможно, он переживет это, возможно нет…
— Не ломай голову, — Павел возник напротив окна, глядя в темноту. — Ты не готова еще сделать выбор. Как ни крути, он не будет правильным, поэтому бесполезно взвешивать все «за» и «против».
— Подожди, — девушка покачала головой. — Я не успеваю. Что случилось?
— Ну, ты тормоз.
— У меня слабое сотрясение.
Павел пропал и тут же появился рядом с девушкой, заглядывая ей в глаза и проверяя пульс.
— Да все нормально, — Галка отмахнулась от его рук. — Просто собрать все по порядку не могу. Расскажи.
— Все просто, — вампир пожал плечами. — Аннабель решила напугать тебя и немного перегнула палку. Появился герой, то бишь я, и спас тебя. Ну и соответственно, я принес тебя домой. Все?
— Наверное, — девушка нахмурилась. — Она ведь могла меня убить.
— Как не фиг делать, — подтвердил он. — Хотя в ее планы это не входило. Ладно, тебе нужно отдохнуть. В конце концов, на работу завтра тебе, а не мне. Так что спи.
— Угу, — Галка кивнула, закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон.
Проснулась, когда было еще темно. Часы показывали три часа ночи. Девушка вздохнула и, выскользнув из-под простыни, направилась на кухню. Желудок недовольно урчал. Заглянув в холодильник, Галка не нашла того, чего бы ей хотелось и тогда начала ползать по шкафчикам, в поисках чего-нибудь съедобного. Поставив чайник, Галя задумалась, глядя в окно. Без Никиты уже было тревожно. Его однозначно не хватало. Хотелось разобраться с текущими проблемами, например, с Аннабель, но без вампиров это не удалось бы сделать. Девушка вздохнула, чувствуя, что не хватает информации. Кто такая эта Аннабель? В каких отношениях с Никитой они были? Что ей нужно и какими способами будет добиваться?
— Не заморачивайся, — произнесено было на ухо. Моргнув, девушка увидела рядом вампира. Павел стоял напротив и держал в руках тарелку с идеально сделанными бутербродами, которые нарезаны оказались абсолютно ровно и одинаково, словно отмеряны по линейке, учитывая все возможные ГОСТы. Галка удивленно посмотрела на парня, размышляя, с чего он стал таким заботливым.
Павел протянул тарелку девушке, глядя на нее совершенно другими глазами, словно видел сейчас не ту Грымзу, которую постоянно подкалывает, а…
— У тебя зрачки расширены, — сказала она так, словно ни к кому не обращалась.
— Ты же знаешь, что это означает, — его голос обволакивал, взгляд серых глаз изучал. Парень навис над девушкой. — Или ты хочешь, чтобы я это озвучил?
— Паш, — она вывернулась. — Даже не начинай. Спасибо конечно, что спас меня, но и все на этом. Никита тоже будет благодарен, в конце концов, вы с ним друзья.
— А что чувствуешь ко мне ты? — он продолжал сверлить девушку взглядом.
— Ничего, — Галка спокойно выдержала его взгляд. — Если ты не понял, то скажу еще раз. Я люблю Никиту! — говорила она спокойно. Даже если сейчас Павел разозлится, девушка прекрасно понимала, что он ей не причинит вреда.
— А если я лучше него? Если люблю тебя сильнее, Кнопка?
— Это неважно. Я люблю его, — повторила она мягко. — И я не Кнопка, я Горгона. Обычно так ты меня называешь. Паш, успокойся. Ты сейчас это мне говоришь от одиночества. Ты чувствуешь некую обреченность?
— Да, — он отвернулся, глядя в окно.
— Ты просто одинок. Это нормально. Я могу помочь тебе в этом вопросе. Даже есть симпатичные девушки, с которыми могу познакомить, — Галка улыбнулась.
— А Никита…
— Если хочешь, то я ничего ему не скажу, но ты больше так не делаешь, хорошо?
Всего мгновение и в кухню через открытую форточку ворвался прохладный ночной воздух. В квартире осталась одна Галка. Вампир ушел, оставив ее в гордом одиночестве. Девушка хотела ему что-то сказать, но было поздно. Да и вряд ли его это успокоило бы. Да и что человек может знать об одиночестве и обреченности? «Да много», — мысленно себе ответила Галка, закрывая форточку. — «То, что мы живем меньше еще ничего не значит. Мы так же можем быть одни, никем не понятые. Грустно это все… Ему просто нужна поддержка. Может с Алисой познакомить? Хотя у обоих достаточно взрывной характер!..».
Плавный ход мыслей прервал закипевший чайник. Вяло приготовив себе кофе, девушка устроилась в кресле и включила телевизор. На душе было паршиво. Подогнув под себя ноги, Галка начала переключать каналы, в очередной раз убеждаясь, что смотреть по телевизору нечего. Фильмы были пошлые, рекламы много, сериалы нудные. Остановившись на каком-то канале, Галка задумалась, глядя музыкальный клип, в котором мелькали то автомобили, то полуголые девицы. Горячий кофе приятно согревал, а бутерброды оказались очень кстати — девушка только теперь осознала насколько была голодна. Телевизор монотонно жужжал. Песни и клипы не отличались друг от друга — везде одна и та же пошлость под какой-то грохот, именуемый нынче музыкой.
Выбор все чаще и чаще вставал перед девушкой. Будет она вампиром или нет? Она вздохнула, запрокинув голову и поправляя волосы. Зачем такие сложности? Почему нельзя просто жить? Жить и не думать каким стать в сущности? Просто жить и наслаждаться? Смог бы Никита стать человеком или нет никакого средства? Девушка закрыла глаза, чувствуя, как душа кричит во весь голос, желая быть услышанной. Но никто не услышит. Сейчас, еще пара вздохов, и Галка снова подавит эту боль в себе, оставаясь для всех серьезной девушкой без забот и каких-либо проблем. Так часто происходит — ты можешь решить чужие проблемы, вытащить человека из депрессии, спасти ему жизнь, понять, но вряд ли для тебя сделают тоже самое. Никто не вытащит тебя из этого угрюмого состояния. «А Никита?» — обиженно задал вопрос внутренний голос. Да, Никита поможет, тут же подумала Галка.
Девушка упала на кровать, раскинув руки в разные стороны, и уставилась в белый потолок. Все чаще и чаще приходится что-то решать, все чаще девушка прячет свои проблемы и обиды в себе, закрываясь от окружающего мира. Грудную клетку сдавило от горя, горло раздирал комок слез, которому не суждено было выбраться наружу. Все в себе. Вдох-выдох. Вдох…выдох… Успокоиться. «Да, правильно, успокоиться. Кому нужны твои истерики??!» — шептал внутренний голос.
«Кнопка?!» — Зов был похож на скулеж. — «Я извиниться хотел, я виноват».
— Войди, мне неудобно разговаривать, когда вас невидно, — подавив комок боли, девушка обернулась к окну, где тотчас возник вампир.
— Ты права. Я одинок. У меня не осталось никого из той жизни и есть лишь двое смертных, с кем я общаюсь: ты и любовница. С вами я стал чувствовать, что еще живу, — вид у Паши был жалкий, какой-то сломленный.
— Можешь не объяснять, я все и так прекрасно понимаю, — Галка махнула рукой. — Все нормально.
Зазвонил будильник. С мучительной улыбкой, девушка встала с кровати, подумав о том, как ей не нравится вставать по утрам.
— Даже завтракать не буду. Все на работе, — сонно пробормотала Галка.
— Чувырла, что тебе приготовить на обед?
— Ничего не надо, — она отмахнулась. — По ходу дела решу. Довезешь на машине?
— Конечно.
Улыбнувшись, Галка скрылась в ванной, быстро приняла прохладный душ, почистила зубы, оделась. Вышла девушка посвежевшей, но все равно сонной. Закинув сумку на плечо, она прошла в открытую дверь, направившись к лифту. Павел запер квартиру и уже стоял рядом.
— Как вы можете так долго эту фигню ждать? — возмутился он. — Это же бесконечно долго.
Он схватил девушку за талию. Сильный порыв ветра разметал волосы, а открыв глаза, Галка без удивления обнаружила себя, сидящей в машине и уже пристегнутой. Павел заводил автомобиль, ворча что-то про медлительность людей и вообще всего земного шара. Девушка невольно улыбнулась. Они такие милые. Такие же как люди, со своими заскоками. У каждого из них свой характер. Вампиры…они стали уже семьей. Галке нравилось быть в обществе этих бессмертных существ.
— Эй, Гаргулья! — Павел повысил голос так, что зазвенели стекла в машине. Девушка отреагировала сразу, уставившись на вампира и тот продолжил — Ты все чаще стала погружаться в себя и не слышать окружающий мир.
— Ты что-то хотел? — вежливо уточнила она с дежурной улыбкой на губах.
— Вообще-то да, — он кивнул, обгоняя очередную машину на трассе. — Ты стала какой-то более задумчивой и еще более…ну как бы это сказать?! Зануда ты! О чем хоть думы твои?
— Да о том, что из тебя никудышный вампир, — девушка улыбнулась. — Ты слишком быстро свыкся со слэнгом и редко используешь в разговоре нормальную речь.
Вампир поморщился — он знал, ее улыбка фальшива, но раскрывать свои проблемы Галка не спешит. Не хочет делиться тем, что ее гнетет. От этого сделалось грустно. Еще печальнее был лишь тот факт, что они приехали. Галя вышла, поправила брюки и, поблагодарив, быстро скрылась в здании больницы. Павел проводил ее задумчивым взглядом, чувствуя, что допускает ошибку, не интересуясь проблемами девушки. Когда-нибудь это станет серьезной проблемой для них с Никитой.
Он усмехнулся. Как все просто — два лучших друга и вдруг вампиры. Как жестока жизнь. Аннабель…красивая, непокорная, неподвластная и совершенно холодная. Как давно это случилось? Когда они с ней познакомились, вампирша казалась идеалом, самим совершенством, а что в итоге? Два юных глупых новорожденных познали весь ужас и всю прелесть вампирской жизни. Аннабель могла их с легкостью убить, если бы не кланы, оберегающие этих новорожденных.
И какая теперь жизнь? Когда впервые Никита показал объект его любви?! Жалкая смертная, да что она может, что она возомнила о себе, читая по глазам его душевные муки? Галка разительно отличалась от тех, с кем раньше был знаком Павел. Девушка была на редкость проницательна и не по годам мудра. Сначала он наблюдал за ней издалека, не решаясь познакомиться, не веря своему другу, что эта девушка настолько замечательна. Встреча была неожиданной, Галка увидела двух вампиров и подошла. В ее глазах не было и тени страха. Спокойная, уверенная…она заглядывала прямо в душу. Ее взгляд завораживал, гипнотизировал…взгляд, который бывает только у бессмертных. Взгляд, который принадлежит тем, кто познал жизнь. Это казалось невероятным. Общение с девушкой было легким и, очень быстро Павел с ней нашел общий язык, периодически иронизируя и подкалывая, чтобы просто посмеяться. Она не была идеалом. Напротив, Павел находил очень много в ней непривлекательного, иногда даже думая, что Галка худшая из всех смертных девушек. Но ее глаза заставляли передумать и снова искать общения с ней.
«Ты где?» — Зов был громким, сотрясающим сознание. Этот Зов мог принадлежать только вампиру, который вернулся с «охоты».
«Твою благоверную до работы подбросил. На сегодня у меня запланированы дела», — мысленно ответил Павел, позволив себе легкую ироничную улыбку. — «Извини, твоя так и не спала. Покормить, покормил, но она всегда сопротивляется».
«Хорошо. При встрече поговорим».
«Имей в виду, Аннабель вернулась».
Тишина, которая возникла в сознании была оглушающей. Павел поморщился от того, как заныли у него виски.
«Она угрожает ей».
Пустота. Павел прекрасно знал, что Никита уже ринулся к Галке. «Как дитя, ей богу!» — подумал он. — «Всего лишь смертная, а дорожит ею…может это просто зависть с моей стороны?!».
Галка поднявшись по ступенькам, надела белый халат, поправила бейджик и, взяв необходимые документы у Анжелы, направилась к себе в кабинет. Открыв дверь, девушка не глядя кинула сумку на диван и потянулась.
— Не приветствуете Вы своего пациента, Галина Алексеевна, — укоризненно произнесли над ухом.
Галка замерла, чувствуя, как ноги наливаются свинцовой тяжестью, а по спине пробежал холодок. Ее волос коснулись чьи-то пальцы, которые вскоре переместились на шею. Кожа была холодной.
— И с какой проблемой Вы в этот раз, Аннабель? — стараясь скрыть страх, как можно спокойнее поинтересовалась девушка.
— Кажется, в прошлый раз я тебе не достаточно понятно объяснила, — голос вампирши напоминал шепот камышей, влекущий и невероятно опасный. — Еще раз объясню, ты должна бросить Никиту. Мне не важно, как ты это сделаешь. Он мой. И точка. Это не обсуждается.
— Слушай, ты, — Галка резко развернулась, скидывая с себя руку Аннабель. — Ты меня достала своими глупостями. Решайте проблемы в своем вампирском кругу. Сама возьми и поговори с Никитой, раз так. Ясно? Я не буду бегать и разрываться между вами. Если будет легче — ну убей меня, только Камарилья тебе этого не забудет.
— О, так ты еще и всезнайка, — искренне удивилась бессмертная, отступая на шаг назад. — Ну что ж? Придется тебя проучить, наглая девчонка. Я тебе…
В дверь постучали и в кабинет вошла Марина.
— Галина Алексеевна, вы меня помните? Вы назначили прием на это время, — робко произнесла пациентка, смущенно глядя на Аннабель.
«Какая я молодец! Это либо мое спасение, либо моя погибель». Сильный порыв ветра. Моргнув пару раз, Галка и так уже знала, что Аннабель ушла.
— Ой, а мне казалось… — Марина сгорбилась и виновато опустила глаза в пол.
— Ничего страшного. Такое бывает, на почве нервного переутомления, — Галя устало плюхнулась в кресло. «Да уж, Никита ушел и все, одни сплошные проблемы».
— Я принесла, — пациентка преобразилась. Она расправила плечи и с гордым видом вытащила из сумки папку, которую протянула своему врачу.
— Все заполнили? — Галка выразила удивление, хотя и не сомневалась, что Марина все сделает. Сейчас она снова выглядела, как статуя. Такая же холодная и идеальная.
Пробежав глазами по заполненным полям, девушка хмыкнула. «Ну конечно! Как отличница, заполнено все прилежно и аккуратно, но несколько идеально.
— Вас тревожит тот факт, что Вы всегда хотите казаться идеальной? — спросила Кнопка, принявшись более плотно изучать анкету и делать пометки в своей записной книжке.
— А? — Марина растеряно посмотрела на девушку. — Галина Алексеевна, Вы…да, беспокоит, — она снова осунулась, сжавшись в комочек. — Я всегда старалась сделать так, чтобы мной гордились. Поступала, как просила меня мама, ведь она хочет сделать как лучше. И…
Галка не особо слушала путаные объяснения Марины. Голова была занята другими мыслями. Аннабель…странная девушка. Красивая, властная, спокойная, уверенная в себе. Получает то, чего хочет. Избалованная. «Интересно, как они связаны с Никитой? Неужели только из-за того, что он ей отказал или…почему он ничего о ней не говорил?».
Стук в дверь заставил девушек обратить внимание на вошедшего в кабинет. Он не был пациентом, всего лишь Хорс. Как всегда, выглядел великолепно.
— Добрый день, прелестные создания, — он ослепительно улыбнулся. — Галина Алексеевна, Вы не могли бы принять меня после этой славной девушки?
— Да, конечно, — Галка устало кивнула.
— Прошу прощения, что помешал. До встречи.
И он ушел. «Нагло и бесцеремонно вломился, и вся эта показушная вежливость», — Кнопка вздохнула и спросила:
— А как у вас на личном фронте?
— Ой, тут понимаете ли такая ситуация…
Пациентка говорила много. В основном все сводилось к одному — мужа нашла мама, но любил он Марину. Дети родились. А она все такая же — строгая, пунктуальная и идеальная во всех отношениях. Жизнь стала ее угнетать. Все раздражает, а осознание того, что она всегда играет одну и ту же роль разъедает изнутри. Нельзя показывать своих слабостей. Нельзя повышать голос. Нельзя грубить. Всегда и во всем правильная, лишь бы гордилась мама. Галка смотрела на Марину и видела в ней лишь манекен. Словно оболочка, которая запрещает вести себя иначе.
Выписав еще пару вопросов на листах бумаги, а также несколько упражнения, Кнопка, протянула их пациентке, объяснив все максимально подробно, и отпустила ее до следующего сеанса. Убрав покрывало обратно в шкаф, девушка задвинула стул.
Как только Марина покинула кабинет, вампир сам собой возник напротив врача. Хорс был спокоен и вид имел несколько беспечный.
— Слушаю, — Галка откинулась в кресле, чувствуя себя совершенно разбитой. Ее душа кричала и рвалась из груди. Настроение было паршивым. Ничего не хотелось. Просто лечь в постель, укутаться в простыню и уснуть.
— Хотел поинтересоваться, — открыто улыбнувшись, вампир внимательно смотрел на девушку. — Что Вы предпочитаете в плане еды?
— А? — от неожиданности, Галя резко села в кресле.
— Вы письмо не читали, — он еще шире улыбнулся.
«Черт, точно. Что-то там было написано. Совсем забыла», — мысленно покаялась Галка.
— Никиту жду, хотела вместе с ним, — не моргнув глазом соврала она.
— Там приглашение, на ужин.
— Надеюсь, я не в качестве «ужина» приглашена? — моментально отреагировала Галя.
— В качестве гостьи. Хотел бы уточнить меню.
— Да? — девушка растерялась. В ее голове лихорадочно проносились мысли, но в тоже время оставляя после себя пустоту.
— Вы меня, наверное, не поняли, — Хорс тихо рассмеялся. — Народу много не будет. Только моя свита и Вы с Вашим сопровождением. Итого, шестеро. Поскольку вампиры неприхотливы в еде, мне важно, чтобы гостья, единственный человек на этом вечере, тоже остался доволен.
— Ну да, — Галка усмехнулась, пряча ироничный взгляд. — Да все равно. Не стоит особо заморачиваться. Что-нибудь уж выберу себе.
— Это неправильный подход к данному вопросу.
— Хорс, — ее испепеляющий взгляд переместился на вампира. — Я устала. Мне все равно, что там будут подавать, ведь из любого меню всегда можно найти одно или два блюда съедобных для меня.
— Ты не забывай, я бессмертный и…
— А я нет, — ответ прозвучал просто. — Ну и что? Убьешь меня? Ну и? В чем проблема? Знаете, меня действительно начинает раздражать, что вы так сильно выпячиваете свою сущность. Ну бессмертны и чем гордитесь? Напомню, что вы в большинстве своем изначально были людьми, то есть такими же смертными, которых вы презираете.
— Прошу меня простить за мою нетактичность и назойливость, — Хорс слегка склонил голову. — Я хотел сказать, что Вы исключительно важны для нас и поэтому хотелось бы угодить.
— Хорошо, — девушка устало вдохнула и резко выдохнув, быстро произнесла — Я люблю салаты, особенно побольше зелени и без майонеза. Люблю картошку в любом ее проявлении и очень люблю эклеры. Такой ответ вас устроит?
— Вполне, — вампир кивнул. — Еще раз прошу прощения.
Он встал и, поцеловав на прощание Галке руку, удалился. Девушка смотрела на колышущиеся занавески на окне и в очередной раз удивлялась — почему же вампиры не пользуются дверьми, а вместо этого предпочитают не столь удобный способ покидания помещения??!
— Золотце? Скучала? — Никита возник бесшумно за спиной.
Девушка тяжело вздохнула. Какая она медленная по сравнению с ними. Даже поражаться не успеваешь.
— Как все прошло?
— Дорогая, тебя очень не хватало, — он улыбнулся, обнимая свою любимую, прижимая к себе, чувствуя ее теплую спину, прелестный запах волос. — А у тебя все в порядке? Не обижали?
— Никит, — Галка обернулась, и вымученно улыбнувшись, посмотрела вампиру в глаза. — Ты и так все знаешь, так смысл спрашивать?
— Галчонок, ты чудо, — нагнувшись, парень поцеловал ее в шею. — Просто я хочу услышать это от тебя. Что в этом плохого?
— Ничего, — девушка полезла в сумку и, немного покопавшись там, достала конверт. — Хорс приходил.
— Он уже звонил мне, — он засмеялся. — Потрясен и восхищен. Галчонок, ты чудо, — тем временем он быстро вскрыл конверт и уже пробежал по письму глазами. — Нас приглашают на ужин. Такой шанс нельзя упускать. Будешь первым человеком, познакомившийся с Князем Камарильи.
— Никит, это очень интересно, но у меня работа.
— Можно я останусь с тобой? Здесь? — он наклонился, вдыхая знакомый аромат ее волос и наслаждаясь этим. — Я очень соскучился.
— Хорошо. Только с одним условием, — Галка скрестила на груди руки.
— Любой каприз.
— Кто такая Аннабель?
— А, вот ты о чем, — он засмеялся легко и беззаботно. Галя напротив, еще больше нахмурилась. Никита переместился на диван, закинув руки за голову и начал проникновенную речь — Доктор, меня тревожит это состояние. Моя девушка в чем-то меня подозревает, в чем я совершенно, абсолютно не виноват.
— Если не виноват, зачем подчеркивать словом «абсолютно»? — ехидно заметила она.
— Ладно, если по существу, — его тон сменился на более серьезный. — Мы познакомились с Аннабель, когда были новорожденными, совсем не знали своей силы и не умели ее контролировать. Нам с Павлом казалось, что она прекрасна, но не желанна. Знаешь, этакий идеал. Ну…боже, ну как тебе объяснить? Ну как постеры клеят с Жанной Фриске или Синди Кроуфорд. Все знают, они красивы, но недосягаемы. Аннабель прекрасная девушка, но она слишком…слишком самолюбива, — Никита задумался, нахмурившись. — Просто когда она захотела, чтобы я подчинился ей, у меня была другая девушка, тоже вампир. Ее звали Маргарита, но для всех она была просто Рита. Аннабель отомстила мне за это. Она дала наводку Гончим и все. От Риты остался только пепел. Но не ревнуй, красавица моя. Рита была моей первой влюбленностью. Я был романтиком и не оценивал ситуацию адекватно. Она была хорошей девушкой, но холодной. Истинная бессмертная. Прекрасная, умная, быстрая…хотя иронию и сарказм совершенно не понимала. Эх, Галчонок, как давно это было…
— Почему ты раньше о ней не рассказывал? — Галя заметно нервничала. Вампир переместился ей за спину и нежно обнял.
— Ты же психиатр. Ты же знаешь, чтобы разрушить отношения достаточно вспомнить прошлое, — мягко произнес он. — А я очень дорожу нашими отношениями. Ты мне нужна, как воздух. Нужна больше жизни. Я покину тебя только если ты сама этого захочешь.
— А что с…
— Аннабель? — он тяжело вздохнул. — Не знаю, Кнопка. Ясно только одно, ты следующая ее цель, жертва. Павел успел мне рассказать о вашей стычке. Ты так беспечна, — Никита зарылся лицом в ее волосы. — Прекрасна и восхитительна. Как мне тебя не хватало. Я отсутствовал всего двое суток, но изголодался по тебе так, словно не видел лет сто по меньшей мере. Как твои уроки танцев?
— Кхм, — Галка покраснела и потупила взгляд. — Не очень.
— Кнопка, что такое? — он развернул ее в кресле так, чтобы видеть эти прекрасные карие глаза, которые сводят его с ума.
— У меня не получается, — буркнула она. — Словно я вся какая-то негнущаяся. Никит…а ты мог бы со мной походить на курсы, либо научить меня?
— Любимая моя, — его тихий смех успокаивал, обволакивал, убаюкивал. — Конечно, все что захочешь. Все только для тебя. Все, что пожелаешь.
Она притянула его к себе, закинув руки вампиру на плечи, и робко коснулась губами его губ. Секундное замешательство, и вот они уже сидят на диване. Никита посадил Галку к себе на колени, ласково обнимая ее, и целуя в губы. Просто чтобы она знала — есть он и решит все проблемы, все-все что беспокоит ее. Галка нежно опутывала его шею своими руками, чувствуя, что он необходим ей. Нужен. Без него она жить не будет. Без него нет жизни. Только существование. Тогда стоит ли скрывать то, что гнетет тебя сейчас? Что ураганом бушует в душе? Девушка оторвалась от губ своего вампира и вздохнув, решила откровенно поговорить. Слова давались с трудом, но ей хотелось, чтобы он знал.
— Никита, я хотела сказать…
В дверь постучали, и в кабинет прошел очередной пациент. Серьезный разговор пришлось отложить на неопределенное «потом».
Хотя пациент оказался знакомым коллегой по работе.
— Можно, Галина Алексеевна? — Андрей прошел в кабинет, смерив презрительным взглядом Никиту.
— Что? — Галка вскинула голову, гневно посмотрев на парня.
— Я все сделал. Архив разобран и расставлен в необходимом порядке, — отрапортовал он.
— Молодец, — девушка пожала плечами.
— А вообще, я к вам за советом. Можно?
— Давай, — тон Галки потеплел, но не на много. Так, на пару сотых градуса.
— Мне ваша подруга понравилась, Алиса…я хотел уточнить. Она…
— Она одна, не замужем, в активном поиске, — усмехнулась девушка. — Можешь сходить помочь ей. Но это на завтра я тебе оставляю. Сегодня отчет скинь о проделанной работе и все.
— Спасибо, — Андрей улыбнулся и четко по-военному развернувшись, ушел.
Рабочий день пролетел незаметно. Больных было много. Куча пометок и записей пополнили ежедневник. На краю стола лежала внушительная стопка историй болезни. Никита лежал на диване, спрятав голову под подушку и, казалось, даже не дышал. Посмотрев на часы, девушка грустно всхлипнула — без десяти. Самые долгие последние минуты рабочего дня. Как правило, они не тянутся, а просто стоят на месте, не желая отпускать работников домой, заставляя нервничать и застывать в напряженном ожидании. Галка вздохнув, стала разбирать истории болезней, не забывая дописывать недостающие моменты и внося свои комментарии. Заполнив данные на четверых пациентов, Галка украдкой взглянула на часы. Прошла всего лишь минута. Хмыкнув, девушка продолжила записи. Вампир тихо постанывал в подушку, что-то недовольно бубня. Девушка улыбнулась. Ну конечно, кто же еще выдержит такое количество душевнобольных??! Снова посмотрев на часы, с неудовольствием Галя заметила, что прошла всего лишь минута. Уже хотелось биться головой об стол и побыстрее убежать домой. Но нельзя. Нужно выходить по нулям, сдать ключ, спуститься вниз и… Снова какие-то записи от руки, сверка с блокнотом. Последние минуты давались с трудом. Писать было лень, истории болезней выпадали из рук, страницы не переворачивались. Вампир продолжал постанывать куда-то в подушку, ругая человеческое мироздание. Девушка отложила ручку и разблокировала компьютер. Открыла необходимый файл. Пальцы ловко пробежали по кнопкам клавиатуры. Кабинет наполнили стучащие звуки, которые еще больше начали раздражать вампира. Для его чувствительного слуха, это было слишком.
Галка аккуратно внесла необходимые данные в компьютер, заполнила последние документы, посмотрела на часы (о чудо, ровно шесть часов вечера!!!) и, вздохнув, сказала:
— Можем ехать.
— Боже мой, любимая, и ты это еще и слушаешь???
— Я же врач, — она лучезарно улыбнулась. — Когда у нас запланирован ужин с твоими знакомыми?
— Завтра.
— Замечательно. Пятница, короткий день, — она потянулась, заставив вампира лишний раз полюбоваться своей фигурой. Пусть не настолько безупречной, насколько хотелось бы, но, тем не менее, очень хорошей.
Никита сдал ключ, расписался в журнале, забрал Галку, посадил ее в машину, и они уже выезжали, когда девушка вдруг сказала:
— Десять секунд.
— Девять, — поправил он ее.
— Я уже привыкла к этому всему, — Галчонок смотрела в окно, куда-то вдаль. — Знаешь, такое впечатление, что вампиры всегда были в моей жизни. Это как-то естественно. Не знаю, Никита, мне плохо и страшно в последнее время.
Девушка замолчала, продолжая глядеть куда-то в сторону. Ей было неловко все это говорить. Она не понимала, зачем вообще начала всем этим делиться. Неужели нельзя просто, все крики души снова заткнуть, подавить где-то там, в глубине себя??! Галка видела, как мелькают за окном автомобиля огни улиц, какие-то вывески с рекламами, многочисленные прохожие. Все это жизнь! Люди спешат, люди общаются, встречаются…все это проходило мимо Галки, и девушка чувствовала, что отделена от общества простых смертных. В ее жизни все было иначе — либо пациенты, либо вампиры. И тем, и другим не откроешься, не поговоришь обо всем на свете. С первыми потому, что они пришли со своими проблемами. А вторые презирают людскую природу. А порой хотелось обычного простого общения и веселья. С кем она общается? Алиса? Да какое общение? Они просто вместе учатся, так просто подружки и редкие собеседницы. Скорее Алиса вспоминает о существовании Галки тогда, когда необходима помощь, не удается назначить лечение пациенту или вовсе поставить диагноз.
Гале не нужно было чего-то сверхъестественного, просто жизнь. Что будет, если она примет решение? Либо с людьми, либо с вампирами. Ну, если она решит жить в обществе людей, то бессмертные для нее исчезнут навсегда, а вместе с ними и Никита…а разве она сможет без него? Конечно, нет. Он ей необходим. Потому что больше она никого не сможет так полюбить как его, этого домашнего вампира, который старается поддерживать ее ритм жизни и идет на всевозможные уступки. А наоборот? Если Галка станет вампиром, то придется попрощаться с миром людей, ведь они станут просто пищей. Неужели все настолько плохо!? И вечная жизнь в придачу. Ну пусть не вечная, но очень-очень долгая…раз в десять длиннее человеческой, если считать по минимуму. Зачем ей столько времени? Лечить душевнобольных? Ну допустим. А как же тот факт, что став вампиром, девушка потеряет всех своих знакомых, родных и близких людей? Они все умрут. Как она сможет это пережить? И уже никогда не будет того, как у людей. Будет другой образ жизни, другие привычки, другие повадки…все это пугало и ужасало.
Нельзя было упускать и тот факт, что она ничего не знала о Никите. Ну, вампир и…? что дальше? Где жил? Когда? Сколько лет? Как стал вампиром? Каково это было? Почему такие странные дружеские отношения с Пашей? Аннабель…кто она и что теперь будет? В каких отношениях они были с Никитой? Сплошные вопросы и ни одного ответа. Галка знала только одно — она любима. Вампир ради нее старается, подстраивается к ее ритму жизни, к ее привычкам и ее «хочу». Много ли она сама сделала для него? «Нет!» — безжалостно добил внутренний голос, так не вовремя всплывший на поверхность. — «Твою любовь к нему не видно и нельзя прочувствовать. Просто молчаливое и неопределенное состояние».
— Я стала больше нервничать. Ты же знаешь, что я не хочу быть вампиром, но…порой я сомневаюсь в своем решении. Я не представляю и дальнейшее развитие отношений. Словно мы просто встречаемся и встречаемся, а дальше ничего, все застыло. Никит, внутри меня сейчас жуткая пустота, гложущая. Я не хочу остаться одна, боюсь тебя потерять. Раньше одиночество было естественным. А теперь это было бы невыносимым, будто пытка. Я поняла, что была неправа. Я хочу знать о тебе все, для меня это важно, — она вдруг запрокинула голову и нервно рассмеялась, уже ощущая как комок слез подкатил к горлу. — Как глупо. Психиатр плачется в жилетку. Не поверишь, но мне тоже порой хочется высказаться… — Галка прикрыла ладонью глаза, судорожно стараясь подавить в себе ту боль, которая мучала ее внутри, терзала и разъедала, словно кислота. Комок слез иголками впился в горло, не желая уходить.
— Кнопка, я приму любой твой выбор. Я всегда готов тебя выслушать, понять, — он погладил ее по голове, как ребенка, успокаивая. — Я люблю тебя! Важна только ты. Без тебя нет жизни. Тебе тяжело, моя милая, родная, нежная. Прости, что не могу порой предотвратить этого. Я оболтус. Прости, пожалуйста. Я буду стараться. Ты не должна расстраиваться. Хочешь, мы создадим тебе клинику для душевнобольных? Там ты будешь начальником. Все будет так, как ты захочешь. Зато там ты будешь главной, будешь поступать так, как тебе вздумается и работать только с теми, с кем захочешь.
— Не хочу я ничего. Знаешь, какая-то апатия и обреченность…
— Просто слишком резко тебе выдали информацию и в большом количестве.
— Я была неправа. Мне необходимо это все знать.
— Ты уверена? — он покосился на нее, словно Галка не понимала, о чем говорит.
— Абсолютно, — девушка серьезно кивнула. Ее взгляд был осмысленный. Она действительно знала и понимала свое решение, в котором была уверена.
Автомобиль плавно затормозил. Вампир открыл дверцу и помог своей любимой выбраться наружу. Он не торопил ее. Раньше, Никиту раздражала медлительность людей. Это выглядело угнетающе. По мнению вампира, весь мир состоял из одних сплошных «тормозов», которые считают себя витком эволюции. Но пожив какое-то время в обществе смертных, он стал привыкать и даже находил в их медлительности плюсы. Не стоит мчаться по жизни, иначе все пройдет мимо.
Он поставил автомобиль на сигнализацию, как это делают люди. Открыл дверь в подъезд и они неспешно прошли вперед. Вызвали лифт. Сорок секунд поднимались — максимально долго для вампира, ведь ему достаточно всего пару мгновений, чтобы очутиться в квартире. Но ради Галки, он старался хотя бы иногда быть просто парнем, а не вампиром. Спустя еще пару минут, они прошли в квартиру.
— Ты о чем думаешь? — спросила девушка, разуваясь в прихожей.
— Вспоминаю былое, — он пожал плечами и, улыбнувшись, добавил. — Я уже почти не помню человеческую жизнь. Да и вампирская весьма своеобразна.
Никита продолжал рассказывать, накрывая на стол.
— Ты все тот же, но нет, ты другой. И есть голод, который сильней всего остального. Голод, который если не утолить, начинает терзать тебя изнутри. Я не знаю как это описать…наверное, как раскаленный свинец в глотку. И с этим ощущением невозможно бороться. Нужно просто утолить голод. В большинстве, мы стараемся питаться регулярно. Например, как Павел. Небольшую дозу крови, но каждый день. Сократить эту дозу помогает обычная человеческая пища. Если питаться только кровью, то…ну это хорошо конечно, способности возрастают в несколько раз, но при этом внешне начинаешь напоминать ходячий труп с абсолютно белой кожей.
«У Аннабели была практически белая кожа», — всплыло в памяти Галки. Девушка тряхнула головой, отгоняя воспоминание и пройдя в комнату, плюхнулась в кресло.
— Знаешь, все элементарно. Я могу некоторое время спокойно обходиться без крови, но если перегнуть палку, то перестаешь себя контролировать.
— Ну, то есть то, что было тогда в кафе..?
— Да, я потерял контроль, — сухо подтвердил он.
— Ясно.
— Не пойми неправильно, просто клыки начинают ныть, а все мысли сводятся лишь к алой человеческой эссенции, нашей жизни и молодости. Я еще утром того дня обратил внимание, что возжелал твоей крови. Но знаешь, хотел кое-что еще заметить…тебе не хватает человеческого общения. Не общаешься с подружками, не сидишь в кафе, не ходите на шопинг.
— Наши не на шопинг ходят, а в церковь. Нынче это модно, — недовольно произнесла девушка.
— Дорогая, ну зачем же ты так? — Никита взял девушку на руки, и переместившись на диван, посадил ее себе на колени. — Зачем же ты так о Боге отзываешься?
— Я так отзываюсь о религиозных фанатиках.
— Может все-таки зря? Ну, попробуй, сходи, вдруг понравится. Жить научат, — вампир улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты больше времени проводила в окружении людей.
— Зачем?
— Тебе это необходимо.
Галка задумалась. А так ли ей это нужно? Вот она, женская логика. Сначала выступаем и вредничаем, но как только дают то, что требовали — интерес сразу улетучивается и можно давать задний ход.
— У меня есть вопросы и…
— Стоп! — Никита молниеносно прикрыл девушке рот, отчего та перевела на него испуганный взгляд. — Завтра. Сегодня тебе нужно поесть и вовремя лечь спать. Ты себя видела в зеркало? Круги под глазами, вид уставший. Нет уж. Сначала соблюдать режим дня, а потом вопросы.
— С тебя пицца…сицилийская с помидорами, — буркнула Галка, убирая руку вампира от своих губ.
— Договорились. Я скоро.
И от парня не осталось и следа. Лишь незапертое окно говорило, что он выскочил в него.
Вздохнув, девушка переместилась в кресло, взяв со стола книгу.
Чтение было захватывающим. Увлекшись, Галка уже ничего не слышала, полностью погрузившись в мир психоанализа. Галя рассматривала разные случаи из практики знаменитых врачей, делая какие-то выводы и пометки карандашом прямо в книге и оставляя закладки. Увлекшись настолько, что не заметила возвращения вампира, и продолжая придирчиво искать и изучать материал. Никита не стал отвлекать любимую, уйдя на кухню и замерев там, став похожим на статую, в ожидании, когда любимая вспомнит о его существовании.
Прикрыв книгой лицо, Галка закрыла глаза и мысленно досчитала до десяти и снова принялась штудировать литературу.
— Никит, кофе сделай, пожалуйста, — бросила она, зная, что парень ждал этого.
Вампир сначала метнулся к девушке, поцеловал ее в макушку, а спустя секунду уже ставил чайник и доставал корзиночку с вкусными печенюшками. Убрав со стола в комнате все лишнее, а именно, все письменные принадлежности и тридцать четыре книги, которые то и дело просматривала Галка, парень накрыл небольшую скатерть.
Галчонок вздохнула и, вдруг резко встав, со всей силы запустила книгу в стену. Вампир давно привык к таким выпадам и был готов. Всего мгновение, и он поймал книгу еще в воздухе.
— Кнопка, тебе нельзя нервничать, — сообщил вампир спокойно, и убирая литературу на полку. — Что тебя беспокоит? Ты все чаще стала срываться и злиться.
— Никит, — девушка поморщилась. — Меня раздражает нынче все. Не могу точнее объяснить, просто раздражение. Люди бестолковые, вампиры не умнее. Все проблемы глупые. Но почему я могу решить любую проблему, но только не свою. То есть, я точно знаю, что у меня, знаю, как боролась бы с этим у других людей, но мне это не поможет.
— Галчонок, — Никита приблизился к девушке и, взяв ее на руки, прижал к себе. — Ну не грусти и не печалься. Ты же знаешь, достаточно намекнуть и я все сделаю.
— Мужчины намеков не понимают, им нужно прямым текстом говорить, без завуалированности, — буркнула девушка и мягко улыбнулась.
— Да, — не стал отпираться Никита. — Просто вампирская способность мыслить дает шанс угадать, перебрав тысячи вариантов за доли секунды. Но голова потом жутко болит.
Галка хихикнула и прижалась своей щекой к щеке вампира. Он мог держать ее на руках так вечно, вдыхая аромат кожи, чувствую биение сердца своей возлюбленной. Она была готова прожить с ним всю свою жизнь, зная, что любима. Они были вместе несмотря на все предрассудки. Вампиры не умеют любить. По крайней мере именно так все считали. Но теперь Никита мог сказать с уверенностью — это ложь. Ему нужна была Она — Та, кто подарила ему смысл жизни. Та, кто полюбила его, несмотря на его чудовищную сущность. Та, кто всегда могла понять и помочь. Та, которая принимала его недостатки.
— Кнопка…
Его шепот был похож на шелест камыша. Ладонь плавно поднялась с талии и дотронулась шеи девушки. Галка слегка запрокинула голову, позволяя вампиру нежно касаться пальцами ее теплой кожи.
— Ты никогда не хотел… — она не закончила фразу, потому что Никита перебил ее.
— Не говори глупостей, Кнопка. Я люблю тебя!
— Влюбляешься в пищу??! — насмешливо произнес Павел.
Галка посмотрела в сторону кухни. Конечно, друг Никиты сидел на подоконнике и нагло улыбался, понимая, что обломал весь романтический момент. Девушка вздохнула и фыркнула:
— А ты попробуй? Вдруг у тебя с твоей любовницей что-то путное получится.
— Нет, я люблю ее только в постели, — Павел усмехнулся, испытующе посмотрев на Галку. — Нельзя влюбляться в пищу.
— А я люблю тортик и у меня нет желания его трахнуть, — парировала девушка. — Да и вообще, что за предрассудки?! Или ты думаешь, что мы разные?
— Мы разные, — холодно обрубил вампир, слегка покачиваясь на подоконнике.
— Нет, — уперто заявила Галя. — Мы одинаковы.
— Мы не живые.
— Нет. Дело не в этом. Просто в вашем организме происходят иные процессы.
— Тебе спать пора, — Павел посмотрел на девушку и та оторопела. Его глаза были огненными, испепеляя своим взглядом, будто сжигая все на своем пути, словно голодный зверь, готовый в любую секунду сорваться с места и растерзать. Виски заныли. Девушка отступила на шаг назад и просто провалилась в сон, мгновенный и глубокий. Без труда подхватив свою возлюбленную на руки, Никита уложил Галку в постель и укрыв одеялом, выключил свет в комнате. Пауза затягивалась. Гнетущая тишина, режущая слух.
— Не понимаю я ее, — вздохнул Павел.
— В следующий раз в морду получишь, — спокойно ответствовал ему Никита. — И не посмотрю, что мы с тобой друзья.
— Не испугал, — друг спрыгнул с подоконника и замер. — Ты уверен, что нам стоит идти…по приглашению Князя.
— Отказ сродни дезертирству.
— Ну да, все равно убьют.
— Не думаю, — Никита обернулся. — Хорс предложил Галке работу. По ее профилю.
— Хм…интересный ход. Неужели он решил подружиться с людьми!?
— Вот сходим и узнаем.
Они оба замолчали.
Алиса пришла на работу в дурном настроении. Это было практически нормой. День, как всегда, начинался сумбурно. Сказывался конец рабочей недели — необходимо сдать все отчеты. Но для начала стоило подготовить эти отчеты, ведь в течении недели, а это целых четыре рабочих дня, девушке было откровенно лень это сделать. И как это иногда бывает, по русской традиции, все отложилось на последний пятый день рабочей недели.
Девушка вздохнула, накинула халат на плечи, поставила чайник. Широко зевнув, Алиса думала лишь о крепком кофе. Бумаги на столе лежали в хаотичном порядке. Решив не разбираться что к чему, девушка собрала их в кучу и отправила все документы на диван, надеясь в течении дня разобрать. Вспомнив, что не забрала у Анжелы запрашиваемые папки, Алиса, пинком открыв дверь, выскочила в коридор. Пусть день должен стать насыщенный, девушка начинала радоваться. Новый день, на улице жара и смог, в помещении кондиционеры работают. «Все будет хорошо! Начался новый день!». Папок-корон было около десяти и все они ожидали своего часа. Рядом находился журнал, в котором все сотрудники расписывались за каждый взятый с поста документ. Вот и Алиса проверяла наличие необходимых бумаг и расписывалась. Кто-то еще подошел к стойке, но девушка не обратила внимания. Мало ли кто ходит. Она врач и ей не до глупостей.
— Привет, — поздоровался с ней подошедший парень.
— Привет, — хмуро отозвалась Алиса, не обращая на него внимания.
— Меня к Вам отправила Галина Алексеевна.
— Как официально, — девушка хмыкнула, продолжая расписываться в журнале. «Зачем Кнопке отправлять кого-то ко мне? Кто он вообще такой?», — думала она.
— Меня Андрей зовут, — парень улыбнулся, видя, что его не узнают.
— Да-да, теперь вспомнила, — она наконец-то отвлеклась от документов и радостно посмотрела на молодого человека. Ну что сказать? Алиса ликовала. Именно только что Андрей подписала себе приговор, потому что Алиса уже точно знала на кого спихнет не нужную ей работу. Многозначительно взглянув на гору документов, девушка, недолго думая, вручила их парню. Он с радостью принял их и последовал за своим начальником на сегодняшний день. Алиса проводила его в свой кабинет, придержала дверь.
— Бросай сюда, — девушка пнула диван.
Андрей наклонился и аккуратно поставил тяжелые папки. Выпрямившись, он встал по стойке «смирно». Это не укрылось от Алисы, и она лишний раз подтвердила правоту Галки — да, военный.
— Итак, ты ко мне на весь день?
— Так точно, — он улыбнулся. — Галина Алексеевна отправила меня к вам до тех пор, пока у вас есть работа, которую можно доверить мне.
— Значит надолго, — шепнула Алиса. — Итак, разбери вон то, — девушка кивнула на диван. — Просто рассортируй, потом опись составь. Затем вон так, — она снова кивнула, но в этот раз в противоположный угол, где скопилось несколько пачек непонятных листов. — Аналогично.
— Будет сделано, — Андрей кивнул и принялся за работу.
Алиса с улыбкой посмотрела на свою «жертву» и, достав телефон, начала набирать сообщение. На мониторе буква за буквой появлялись слова. «Кнопка, спАсЯбА. Он супер! Тебе его не жалко?!». Девушка отложила мобильник и принялась печатать отчет. Но вскоре ее прервал знакомый звук пришедшего сообщения. Алиса взглянула и, прочитав, хихикнула. Галка прислала ответ: «Кушайте не обляпайтесь. Главное, чтоб от него ботинки остались». И снова принялась за работу. Печатать пришлось много и долго. Но если не сдать сегодня отчет, то Ирина Владимировна сожрет с потрохами и в данном случае даже ботинок не останется, что почему-то Алису и Галку огорчало даже больше. Пальцы уже привычно отстукивали свой ритм по клавиатуре.
Открыв бутылочку питьевого йогурта, Алиса запрокинула голову, жадно поглощая прохладную жидкость.
— Ам…можно вопрос…личного характера? — неожиданно спросил Андрей, копошась в бумагах.
В гробовой тишине вопрос показался Алисе странным и внезапным, из-за чего она поперхнулась. «Как обухом по голове», — мелькнула мысль у девушки. Откашлявшись, Алиса посмотрел на парня, который подошел к ее столу и ждал разрешения.
— Ты чего такой робкий? Кнопка запугала? — девушка усмехнулась. — Ее не бойся. Характер конечно дрянь, но человек хороший.
— Но вы же подруги с ней, — удивился Андрей.
— Даже больше, чем подруги, — серьезно подтвердила она. — Но характер у нее сложный. Хотя ее парень в восторге от этого. Потому она и Кнопка. Вроде бы милая, а где-то перегнешь палку и все, считай ядерный взрыв. Достаточно мило. Но ты ведь не это хотел спросить!?
— Да…я хотел спросить, а можно ли с тобой познакомиться поближе. Ты мне понравилась.
— Любопытно, — Алиса улыбнулась и, запрокинув голову, стала допивать йогурт.
— Тогда пообедаем сегодня вместе?
Девушка снова поперхнулась. Откашлявшись, она улыбнулась и с насмешкой произнесла:
— Да ну тебя. Я чуть два раза в йогурте не утонула. Изощренная смерть, не кажется?
— Есть немного, — Андрей позволил себе усмехнуться. — А насчет предложения?
— Учти, я ем много.
— Учту, — парень улыбнулся. — Во сколько идем?
— А ты все сделал?
— Да.
Алиса надулась. Ее немного бесило спокойствие этого сотрудника. То, что он не врач, было видно сразу и невооруженным глазом. Тогда кто? Зачем он здесь? Хотя симпатичный молодой человек и достаточно интригующий. Девушка посмотрела на Андрея, как на свое будущее, сразу решив, что у них может быть двое детей. «Он вроде не плохой, вдруг получится, и мы начнем встречаться?!» — мелькнула у нее мысль. — «Ну а что? Я ему понравилась. Вон вижу, у него зрачки расширенные. И кстати легкий румянец, возможно пульс повышен».
— Тогда прямо сейчас, только к Кнопке зайдем. Я ей фигни всякой подкину.
Взяв сумку, Алиса подхватила Андрея под руку, всучив ему стопку документов, и потащила за собой. Пройдя по коридору до конца, пара остановилась перед дверью кабинета с табличкой «№ 821» и постучалась.
— Войдите! — голос Галки звучал достаточно раздраженно.
— Эй, ты че, подруга? — Алиса вошла в кабинет. Не увидев Кнопку, девушка улыбнулась и спросила — Ты Хде прячешься?
Раздался гулкий звук, интеллигентная ругань и только после этого из-под стола показалась голова врача-психиатра Галины Алексеевны. Девушка потирала макушку.
— Блин, провода задолбали, вечно отходят, монитор вырубается, — посетовала она.
— Голову беречь надо, — хихикнула Алиса. — Слушай, я на обед ухожу.
— Удачи, — хмыкнула Галка, делая пометки какие-то в блокноте.
— В смысле? Ты уже в курсе?
— Ну…да. Ты ему нравишься. А вдруг что-нибудь получится, — буднично произнесла она.
— Спасибо, — Алиса улыбнулась.
В дверь постучали, и вошел Андрей.
— Простите, что помешал. Алиса, ты хотела передать это, — он взглядом указал на пачку документов.
— Ах да, совсем забыла, — девушка улыбнулась. — Ставь сюда, — указала на тумбочку. — Это данные по тем пациентам, которые перешли к тебе, вот.
— Ага, — Галка устало кивнула. — Спасибо.
— Что с тобой? Проблемы? — обеспокоено спросила Алиса, подходя к подруге.
— Нет, все нормально. Просто в отпуск хочу, — Кнопка измученно улыбнулась.
— Давай, я сегодня подменю тебя?! На пару часиков пораньше домой свалишь.
— Буду признательна, — Галка мягко улыбнулась.
— Тогда жди и я вернусь.
Алиса вновь схватила Андрея за руку и увлекла за собой. Девушка уверенно тащила парня за собой. Улица встретила их нестерпимой жарой и привычным городским гулом. Алиса шла вперед, спеша покинуть территорию больницы. Выйдя на тротуар, она зашагала вперед. Андрей шел рядом, не отставая ни на шаг. Идти пришлось не долго, сразу же за поворотом находился суши-бар, куда девушка и направилась. Андрей галантно открыл дверь перед дамой. Выбрав дальний столик под кондиционером, пара взяла два бизнес-ланча.
— Итак… — девушка открыто улыбнулась. — Начнем знакомство?! Расскажи немного о себе.
— По уши в тебя влюблен. Официально работаю в спецслужбах. Увлекаюсь психологией, поэтому пошел на работу сюда. Меломан. Люблю хорошее кино, советское. Отношений не было. Что еще тебя интересует? — молодой человек усмехнулся.
— А тебя?
— А я о тебе все знаю, — улыбка стала шире.
— Угу, — Алиса кивнула. — И с чего же ты влюблен? И почему же я?
— Так вышло. Видел тебя, да и в базе о тебе много информации. Ты интересная девушка. Ходишь на сальсу. Вспыльчивая, но не самодурка. Родители врачи, также как и еще шесть поколений в вашей семье. Так же увлекаешься йогой. Обожаешь смотреть мелодрамы, читаешь любовные романы. В работе часто обращаешься за помощью к Галине Алексеевне. У тебя хорошие отношения с главврачом вашей больницы, потому что она знает твоих родных. За это многие косяки прощают. У тебя не ладится в личной жизни, поскольку ты слишком темпераментная и самодостаточная. Парням трудно быть рядом с тобой.
— А ты типа не боишься трудностей, парень? — язвительно уточнила Алиса.
— Я типа мужчина, — рассмеялся Андрей. — Я не они и трудностей не боюсь.
Он замолчал.
— Алиса, я не хочу тайн, но…я прошу тебя. Я могу надеяться на твое молчание? Это большой секрет и…я знаю, что ты меня поймешь. И я верю, что у нас будут долгие и крепкие отношения.
— Ты уверен, что хочешь, чтобы я это знала?! — девушка улыбнулась. — Но мне очень любопытно, что за тайну ты пытаешься открыть.
— Ты в курсе как меня сюда перевели? Я не медик.
— Это видно невооруженным глазом, — успокоила его Алиса.
— Я знаю о тебе все. Я очень внимательно изучал твое личное дело. Тебе двадцать три года. Родилась в Лабытнангах. Когда тебе было шесть лет, переехали в Москву. Сначала жили в Одинцово, затем перебрались непосредственно в Москву. Живешь в районе Новокузнецкой в шикарной доме, сталинка на набережной. Любимый цвет алый. Знак зодиака Лев. Родилась в год Кролика или еще называют Кота.
— Откуда ты все знаешь? — девушка испуганно посмотрела на парня. В ее голове лихорадочно проскакивали мысли. Она хотела вскочить и убежать. Ее беспокоила такая осведомленность. Обед застрял острым комком в горле. Девушка пару раз кашлянула. Мышцы напряглись, ожидая импульса для дальнейшего действия. Но девичье любопытство победило. — Кто ты?
— Я Охотник.
— То есть?
— Я выслеживаю и убиваю вампиров и тех, кто им помогает, — после длительной паузы произнес он.
— Вампиры!? — повторила девушка, стараясь подавить смех, но Андрей прервал ее, не давая сарказму прорваться наружу.
— Они существуют. Алиса, поверь мне. Я не сумасшедший. Я работаю в секретном спецподразделении СППЯ. Вот координаты и визитка. Можешь в инете проверить, если мне не веришь, — Андрей достал из-за пазухи бумажку, на которой были написаны какие-то данные.
— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — Алиса задумчиво крутила в пальцах визитку.
— Я не могу тебе лгать и скрывать что-то. Ты мне нравишься. Я хочу с тобой встречаться. И не хочу изображать из себя другого человека.
— Ты совсем не знаешь меня.
— Я знаю о тебе все. Не веришь? Задавай любой вопрос, и я отвечу. А если нет, то заклеймлю себя лгуном.
— Моя любимая музыкальная группа?
— Rammstein, — лениво ответил молодой человек.
— Любимый цвет?
— Алый.
— Обожаемый фильм? — не сдавалась Алиса.
— «Легенда о пианисте», «Ваша честь», «Интервью с вампиром». А так же ты постоянно смотришь сериал «Сверхъестественное», — без запинки ответил Андрей. — Из еды, ты обожаешь острую пиццу и молочный шоколад. Из напитков предпочитаешь глинтвейн. По вечерам любишь пить кофе и смотреть телевизор, а также, включать музыку и танцевать. Иногда ты заходишь в соцсеть, чтобы посмотреть гороскоп или новые видео-ролики, чтобы разучить очередную связку.
От удивления девушка прикрыла ладошкой рот, в ужасе округлив глаза. Ее начинало пугать, что о ней кто-то знает такие подробности, которые никому не могут быть известны. Откинув копну рыжих волос с лица, врач попыталась взять себя в руки, пытаясь найти этому всему разумное объяснение, по типу, что это все логично и не сложно было бы догадаться, чем она любит заниматься. И тем не менее, девичье любопытство все-таки пересилило чувство страха. Где-то в глубине сознания зародилось любопытство, которое вскоре захватило всю сущность девушки.
— Не бойся, — он улыбнулся. — Ты мне очень нравишься, поэтому я здесь. Хотя не только поэтому.
— А почему еще? — стараясь скрыть волнение, задала вопрос Алиса.
— Мне дали наводку. Сказали, что нужно поймать вампира. Найти и уничтожить.
— Где? У нас в больнице? — девушка с трудом подавила смешок. — Да ладно тебе, если бы такой больной поступил, то всем сразу бы известно стало. Такое не прошло бы бесследно.
— А он не пациент, — холодно обрубил парень. — Ты не обращала внимания, может кто-нибудь ведет себя странно?!
— В психиатрическом отделении? Да нет, там все нормальные, — иронично заметила Алиса. — Как хоть определить вампира? Есть какие-нибудь признаки? Или вы убиваете всех с бледной кожей.
— Ну мы же не Инквизиция, — Андрей хмыкнул. — Все просто. Нам нужен тот, кто разительно отличается от людей. Иначе говоря, невероятная ловкость и скорость. Чаще всего, они «горят» именно на этом, поскольку для вампиров люди слишком медлительны. Второе, на что стоит обратить внимание, на манеру речи. Они часто говорят так, словно живут не одну сотню лет и скорее всего так оно и есть. В-третьих, большинство стараются держаться в тени, не попадая на солнечный свет. Хотя эволюция этих существ впечатляет. Они научились выживать в дневное время. Но это лето аномально жаркое, и им такую температуру тяжело переносить. В-четвертых, они боятся распятий.
— Мда, — Алиса задумалась. Андрей не был похож на психа, но вся эта история не походила на реальность. Ну о чем вы? Какие вампиры? Да это просто плод нашей больной фантазии. Ну кто-то ночью увидел тень, испугался и все, вот они слухи.
— И да, это тебе, — парень вытащил из-за пазухи небольшой сверток, размером со спичечный коробок. — Это подарок. Из самой Киево-Печерской Лавры для тебя вез.
Девушка развернула и удивлено смотрела на миниатюрный красивый крестик на тонкой серебряной цепочке.
— Спасибо, — она улыбнулась. Подарок явно пришелся ей по душе.
— Носи его. Он защитит.
Еще немного поболтав об отвлеченных вещах, пара неспешно направилась в больницу. Алиса все больше и больше увлекалась этим молодым человеком. Нельзя сказать, что она влюблялась. Нет, просто симпатия. Приятной наружности, интересный собеседник. Его таинственная натура манила к себе. Андрей был хорошо воспитан. Единственным минусом, который могла бы сейчас озвучить Алиса, была излишняя серьезность молодого человека. Но и это не отторгало, а лишь доказывало его надежность.
День пошел куда быстрее. Андрей ловко разбирал дела, сшивал документы, подкладывал в нужные папки. Он оказался незаменимым помощником. Таким образом, Алиса без труда успела закончить все отчеты. Хотя в этот раз, девушка не могла похвастаться внимательностью. Даже наоборот, стала несколько рассеянной, ведь ее мысли полностью захватил этот таинственный молодой человек.
«А что если он прав? Что если вампиры действительно существуют? Хотя…пока сама не увижу, не поверю, наверное. Это сложно принять вот так сразу. Может он действительно фильмов пересмотрел??! Надо с Галкой посоветоваться. Блин!!!».
— Я у подруги. Я же обещала ее сегодня заменить, — крикнула Алиса уже из коридора, летя на всех порах в кабинет Галки. Запутавшись в халате, она чуть не упала на повороте. С трудом устояв на ногах, Алиса бежала дальше, изредка поправляя волосы и извиняясь, когда сбивала кого-то из пациентов или санитаров.
Чуть не снеся дверь, девушка ворвалась в кабинет. Галка от неожиданности подскочила, выронив папку. Она стояла у открытого стеллажа, в котором торчало еще около пятнадцати таких папок, полностью забитых документами.
— Все нормально? — с беспокойством уточнила Галина Алексеевна, поднимая рассыпавшиеся документы с пола и не отрывая взгляда от запыхавшейся подруги.
С трудом отдышавшись, Алиса сделала пару шагов вперед и присев на одно колено, тоже начала собирать бумаги.
— Я же обещала тебя заменить, — все еще с трудом дыша, проговорила она.
— Понятно, хотя на лице у тебя какая-то другая мысль написана.
— То есть? — Алиса вскинула голову, посмотрев в карие глаза своей коллеги по работе. Взгляд подруги завораживал. Галка словно видела все, даже самые потаенные уголки сознания.
— Все просто, — Галя пожала плечами. — Ты что-то уточнить хотела? Ты обычно с таким лицом приходишь, когда у тебя вопрос жизни и смерти.
Сложив документы, Галка встала с пола и убрала папку и шкаф. Пройдя на свое место, девушка уселась в кресло и потянулась за сумкой.
— Андрей сказал, что он охотник на вампиров, — выпалила Алиса, зная, что не сможет эту информацию скрыть от подруги. Никто больше об этом никогда не узнает, только единственный близкий человек, которым и являлась Галина Алексеевна.
Рука Галки дрогнула, и сумка упала на пол.
— Что? — она с улыбкой обернулась к Алисе.
— Кнопка, я понимаю, что это звучит как полный бред, но я почему-то ему верю. Хотя у меня нет никаких доказательств.
— Весело, — Галя подняла сумку и ехидно уточнила. — «Ван Хелсинга» он что ли пересмотрел?
— Нет, он сказал, что Гончий…
— Значит какого-то другого ужастика.
— Это серьезно?
— Ну а как ты думаешь, моя дорогая? Сколько у нас Наполеонов было?
— Но этот же вменяемый!!?
— Ты уверена? — Галка удивленно изогнула бровь. — На лицо разложение личности, параноидальный бред, иначе говоря, шизофрения. Стопроцентная. Слушай, а Богом он себя не мнит?! А то это был бы уже маниакально-депрессивный психоз, — девушка криво усмехнулась. — Алис, ну ты как маленькая. Забыла, где работаешь?!
— Мне он показался убедительным, — подруга потупила взгляд.
— Психи, они в большинстве такие, особенно шизофреники. Всегда прикидываются нормальными людьми, а впоследствии выясняется…ну ты сама все прекрасно знаешь. На твоем месте, я бы лишний раз его проверила на психическое здоровье. Так, на всякий случай.
— Угу, спасибо.
— Ой, я уже опаздываю, — Галка взглянула на часы. — Короче, к тебе придет двое моих пациентов. Отдашь им вот это. И проведешь опрос насчет последних ощущений и выводов. Естественно все запишешь. Ладно, Алис, чмоки-чмоки и с меня причитается.
Схватив сумку, Галя выскочила из кабинета, оставив Алису в задумчивости, и бегом, перепрыгивая через три ступеньки, поспешила вон из больницы. Как только девушка покинула территорию больницы, как на дороге возник знакомый автомобиль.
— Ловко ты, — Никита открыл дверь, помогая любимой сесть в машину.
— Врать нехорошо, особенно единственной подруге, — грустно произнесла Галка, когда они отъезжали от больницы. — Только вот немного непонятно. А ты вовремя в окно выпрыгнул. Я даже не заметила.
— Что именно, Кнопка? — вампир посмотрел на возлюбленную.
— Либо Андрей совсем тупой, либо действительно шизофреник. Хотя первое больше подходит, — с сожалением констатировала она. — У него выправка военная, такое не может быть случайным. Но вот только напрягает возраст. Он же молодой совсем.
— Сколько?
— Лет двадцать пять, наверное. Может чуть меньше.
— Подходящий возраст, — Никита усмехнулся. — Знаешь, охотников набирают из совсем юных, еще детей берут, где-то лет двенадцати. Их серьезно тренируют, готовят. В восемнадцать им дают задание убить своего первого вампира. Естественно для этого выбирают жертву из Носферату.
— Носферату? — Галка удивленно обернулась к парню.
— Ну да, я забыл, что не посвятил тебя в это, — он виновато улыбнулся. — Сейчас все объясню.
— Павел говорил, что у вас есть кланы. Только я не совсем поняла, что к чему, — припомнила девушка.
— Да, Кнопка, — Никита кивнул. — Ну это…это… — он задумался, подбирая слова. — Как родословная. Есть поколение Ереминых. Есть Захаровых. А у нас клан. Это заложено на уровне генов. Мы не влияем на это сами. Каждый клан обладает уникальными способностями, присущими только им. Носферату более уязвимы для людей, нежели остальные кланы. И еще их минус в том, что их определить проще всех. Поэтому для Гончих выбирают именно это испытание. А потом по наводкам. А наводки раздает, как всегда, Инквизиция, будь она неладна.
— А ты к какому клану относишься?
Никита неожиданно рассмеялся.
— Кнопка, ты моя любопытная.
Галка надулась, решив, что таким образом вампир уходит от ответа.
— Хомячок ты мой, — произнес он, отсмеявшись. — Я из клана Тремер. Павел — Тореадор.
— А Хорс?
— Хорс Князь, он стоит во главе нашей Камарильи.
— А расскажи про твой клан? — Галка застенчиво потупила взгляд, отчего Никита умилился.
Автомобиль мчался по шоссе, ловко маневрируя между машин. Вампир выдержал паузу, собираясь с мыслями и вздохнув, решил ответить на вопрос любимой девушки, прекрасно осознавая, что эту правду она все равно из него вытрясет.
— Вампиры клана Тремер замкнутые личности. Мы вызываем страх и благоговение, а также недоверие. В Средние века нас часто покрывали бранью. Но никогда при этом не могли игнорировать. Мы получили прозвище Колдуны и остальные кланы из-за этого относятся к нам с недоверием, даже с некоторым опасением. Мы отлично разбираемся в Алхимии.
— Я думала, что это псевдонаука.
— Отнюдь. Вполне серьезная, просто люди потеряли к ней интерес и заменили на другие, такие как математика, физика, химия и тому подобное. Иначе говоря, алхимию разделили на другие предметы, но при этом не смогли достичь тех вершин, которые покорили мы. Относительно других, клан Тремер возник недавно. Хотя, это с точки зрения бессмертных. Ну если говорить о внешних признаках, то большинство из нас носят каббалистические символы или амулеты, талисманы. Но это нынче легко замаскировать, благодаря всяким подростковым глупостям. Спасибо тем же готам, — Никита хмыкнул. — При жизни все из нас увлекались оккультизмом, ну и просто науками. Ну, а после обращения в вампиры… — он выдержал паузу, тяжело вздохнув. — Клановыми дисциплинами считаются Доминирование, Тауматургия[1] и Прорицание. Ну и естественно, старейшина нашего клана считает, что мы, Тремер, новая ступень эволюция, больше, чем вампиры, за нами будущее. Ну, это если вкратце о моем клане, — вампир улыбнулся.
— Занятно, однако. А о Тореадор? — Галка, уже сидела в пол-оборота, с интересом слушая своего парня.
— Любопытство тебя когда-нибудь погубит, — он усмехнулся. — Тореадор творческие люди. Художники, композиторы, режиссеры и другая подобная шушера.
— Да ладно? — Галка иронично скривила губки.
— Павел прекрасно играет на фортепиано. Как-нибудь нужно, чтобы он тебе это продемонстрировал, — Никита улыбнулся. — Плюс этого клана, что они чрезвычайно близки с людьми, из-за своих талантов. Тореадоры больше всех хранят верность Камарильи, так уж у них заведено. Их дисциплинами являются Прорицание, Стремительность и Присутствие. Увы, но по скорости, я уступлю Паше. Также Тореадоры обожают роскошь. Я удовлетворил твое любопытство? — вампир вопросительно посмотрел на девушку.
— Нет, — легко ответила она. — Этого мало.
Глаза Никиты стали похожи на блюдца.
— Я до сих пор привыкнуть не могу к этому, — покаялся он. — Сколько тебе не выдай информации, всегда мало окажется. Как так можно, Кнопка?
— Ну, когда расскажешь про остальные кланы, тогда можно сказать, что мне на первое время хватит и есть над чем поразмыслить, а пока… — Галка задумалась. — Ладно, тогда расскажи еще про Носферату, раз уж ты их упоминал.
— Эх, — парень вздохнул. — Их считают проклятыми. Увы, но при обращении их тела сильно уродуются. Выглядят отвратительно, поэтому легко определяемы в толпе. Также часто среди них встречаются моральные уроды. Но считается, что это их наказание за прошлую жизнь. Но подтверждений, естественно, нет. Живут в склепах или заброшенных коллекторах. Зато обладают такими качествами, как Могущество, Анимализм и Затемнение. Кнопка, только давай не сейчас, — заметив, что девушка хочет задать вопрос, Никита ее остановил. — Я расскажу обо всех кланах и всех дисциплинах подробно, но потом. Мы приехали. Нам нужно собираться и ехать на встречу с Хорсом, — через чур радостно заметил Никита.
Кнопка вынужденно промолчала, не забыв поставить себе в голове напоминание, чтобы доконать своего любимого вампира и узнать все, что только возможно. «Покинув» свои мысли, девушка посмотрела вокруг. Они уже приехали. Никита припарковался во дворе и уже открыл дверь и подал девушке руку, помогая выйти из машины.
Поднявшись в квартиру, Галя первым делом отправилась в душ. Ей это было необходимо. Ведь только так она чувствовала, как струи воды смывают с нее все лишнее, все болезни ее пациентов, все дурные мысли, очищая сознание и приводя мысли в порядок. Холодная вода дает приятное успокоение, и еще спасение от невыносимой жары. Хотя сейчас к вечеру было уже не так душно и почти терпимо. Она неспешно вышла в комнату, завернутая в полотенце. Мельком глянув в зеркало, Галка удивилась. За последнее время она заметно похудела и выглядела уставшей. «Работать надо не так фанатично», — мысленно покритиковала она себя с улыбкой на губах.
— Кнопка, нам пора, — напомнил Никита откуда-то из кухни.
— Мне нечего… — начала было девушка, но не успела закончить эту поистине женскую фразу.
— Уже есть, — мягко перебил возлюбленную вампир, протягивая ей сверток.
Смешно передразнив парня, Галка развернула подарок и восхищенно замерла, на какое-то время затаив дыхание. Всего лишь мгновение потребовалось для того, чтобы вампир обо всем позаботился — переодел любимую в подаренное, сделал прическу и нанес легкий макияж. Галка смотрела в зеркало и не узнавала себя. В отражении была девушка в прекрасном темно-синем, почти черном, платье с широким поясом под грудью и свободной юбкой в пол. Длинные рукава практически полностью скрывали руки, оставляя открытыми лишь ладони. Ворот также закрывал шею. Несмотря на то, что открытых участков тела было минимум, платье невероятно выгодно подчеркивало фигуру — тонкую талию и весьма соблазнительные формы. Прическа лишь добавляла шика — высоко заплетенный хвост, просто, но со вкусом. Легкий макияж с акцентом на глаза добавлял выразительности о взгляде.
— Как всегда великолепна, — наблюдая за реакцией девушки, Никита лишний раз подивился тому, насколько его Кнопка красива и сексуальна, хотя вслух это озвучить не рискнул, зная, что последует пощечина. Сам вампир тоже уже был одет к ужину в черный классический костюм-тройку.
— Спасибо… — слегка дрожащим голосом ответила Галка. — Чудесное платье.
— Платье — это всего лишь вещь, которая ничего не может сама по себе. А вот ты у меня… — вампир обнял возлюбленную со спины. — Ты у меня красивая, умная, мудрая, замечательная, милая…
— И вредная, — улыбнулась она.
Никита поцеловал девушку в макушку.
— Ага, обнимаетесь тут, — на подоконнике возник Павел в строгом сером костюме. — Оп-па.
Вампир удивленно рассматривал Галку. Он не мог поверить, что обычная девушка со среднестатистической внешностью могла выглядеть так великолепно. Словно это была не та зануда врач-психиатр, а сама красота. «Да и грудь ничего. Круто, круто! Теперь начинаю понимать, что в ней нашел Никита!» — мелькнула в голове забавная мысль.
— Рот закрой, а то ворона залетит, — язвительно заметила девушка.
— Ну вот теперь все встало на свои места, — улыбаясь, вампир прошел в комнату. — А я-то уж подумал, что Никитос избавился от девушки-зануды.
— Ну мечтать не вредно.
— Надо бы тебя куда-нибудь так завести, чтобы не вернулась, — беззлобно шутил Павел.
— Он пробовал, — хмыкнула девушка. — Только я всегда нахожу дорогу домой.
Все трое рассмеялись. Мельком взглянув на часы, Никита напомнил, что пора выдвигаться.
— А ну да, я всегда забываю, что с этой Гадюкой мы медленнее, — ухмыльнулся Павел, галантно открывая перед девушкой дверь и пропуская ее вперед.
Никита улыбнулся. Ему всегда было забавно наблюдать за пререканиями своего друга и Кнопки. Всегда было видно, что всерьез ребята не планировали ссориться и ругаться. Язвительные высказывания веселили обоих. И каждый день, слыша вот такую «ругань», Никита чувствовал нечто родное к обоим существам. Да, Павел когда-то отговаривал его от отношений с этой девушкой, предлагая найти подходящую вампиршу. Ведь люди — это еда и в нее нельзя влюбиться. Хотя после знакомства с «гадюкой», Павел немного позавидовал другу. Девушка оказалась оригинальной, веселой и изредка занудной, что не портило общей картины. В свою очередь, Галка слегка иронично относилась к другу Никиты. Павел ей казался иногда надменным и хвастливым, поэтому она не упускала возможности ткнуть того носом в его промахи и ошибки, но впрочем не собираясь унижать или оскорблять.
Уже в машине, Никита в очередной раз отметил, что его друг хоть и подшучивает над его невестой, а тем не менее всегда готов помочь, и даже проявляет элементарное уважение, такие как, открывание дверей перед дамой. Как бы они не цапались между собой, а ведь именно Павел находится рядом с девушкой в те дни, когда Никита отсутствует дома и уходит на охоту, зная, что его Хомячок Надутый в надежных руках.
Ехали недолго. Дороги были абсолютно пустынны. Ни одной машины. Галка удивленно смотрела в окно, удивляясь такому повороту событий, решив, что они где-то по случайности проскочили, а дороги на самом деле перекрыли потому, что президентский кортеж едет.
— Движение заблокировали, чтобы мы проехали, — предугадав мысли своей спутницы, хихикнул Никита.
— Хорс может и такое? — изумилась Галка.
— Хорс может почти все, — ехидно произнес Павел с заднего сидения, где он вольготно развалился. — И вообще, Никитос, тачку тебе пора менять. Эта какая-то тесная у тебя. И вообще в моде нынче Хаммеры.
— И это мне говорит тот, кто вообще не ездит на автомобилях, а передвигается исключительно на своих двоих, — хмыкнул Никита и посмотрел в зеркальце заднего вида. — Круче только БТР или танк купить.
— Ага и немного доработать, чтобы он мог развивать скорость…ну хотя бы двести миль в час, — кивнул друг.
— Хороший танк, — улыбнулась девушка.
Автомобиль плавно въехал на парковку. На улице уже было темно. Фонари освещали небольшой старинный особняк. Никита помог девушке выбраться наружу. Галка с восхищением рассматривала особняк, из-за чего не сразу смогла взять своего парня под руку. Павел шел слева от девушки, отчего складывалось впечатление, что он выступает в роли охранника человеческого создания. Вся троица неспешно подошла к распахнувшимся дверям. Внутри царил таинственный полумрак. И лишь сотни свечей давали хоть какой-то обзор. Внутри было поистине великолепно. Широкая лестница, ведущая наверх. В центре огромного холла стояли трое. Хорса Галя узнала сразу же. Он стоял слегка впереди, а по бокам от него было еще двое вампиров. Князь Камарильи как всегда был во всем черном, что уже не удивляло. На этом фоне его кожа казалось абсолютно белой. Двое других стояли не шелохнувшись, словно статуи. Девушка по левую руку от Хорса, была высокой, почти под два метра и Галка в очередной раз подивилась, насколько она сама была низенькой. Вампирша выглядела обворожительно. Смуглая кожа, точеная хрупкая фигура, на которой отменно смотрелось изумрудного цвета вечернее платье с причудливым орнаментом. Высокая прическа из темных волос придавала вампирше сходство с Нефертити. Парень, стоящий бок-о-бок с девушкой, был слегка ниже. Он был изящен по комплекции, одет в синий костюм. Кожа отдавала болезненной голубизной. Но у обоих вампиров была одна общая черта — глаза, цвета бургундского вина.
— Добро пожаловать! — поприветствовал гостей Хорс, слегка поклонившись. — Знакомьтесь, моя свита, — он слегка обернулась. — Людмила, Гангрел. И Эдуард, Бруха.
Вампирша изящно присела в реверансе, а второй из свиты последовал примеру Хорса и также слегка поклонился.
— Галка, Человек, — Никита улыбнулся, указывая свободной рукой на девушку. — И Павел, Тореадор.
Девушка завороженно глядела на вампиров. Только сейчас в ее голову постучалась та самая запоздалая мысль — а вдруг все-таки съедят. Не зря же Никита все время говорит, что любопытство ее погубит.
— А, это ты из Тремер, — вдруг низким голосом произнесла Людмила, очевидно что-то вспомнив.
— Да. На собрании тогда мы с тобой познакомились, — подтвердил вампир.
— Точно-точно, ты тогда единственный был на стороне людей и умудрился убедить тогда всю Камарилью, — рассмеялась вампирша. Ее голос был очень низким и совсем не соответствовал внешним данным. Обернувшись к Галке, Людмила смерила ту пристальным взглядом.
Девушка почувствовала, как по коже забегали мурашки. «Погасив» взгляд, вампирша чуть наклонила голову.
— А тебе я обязана.
— Чем? — впервые за вечер подала голос Кнопка, чувствуя, как во рту пересохло.
— Ты спасла моего родственника. Помнишь Фомина Игоря…
— Михайловича, — улыбнулась Галка. — Помню, психическое расстройство после сильнейшего ожога, которое он получил в результате взрыва в офисном здании и был госпитализирован с ожогом второй степени. Хотя на мой взгляд, это было не сложно и не столь серьезно, как представляется изначально.
— Какая хорошая память, — Людмила улыбнулась, слегка обнажая клыки. — Не думала, что смертные бывают такие.
— А ты с ними успевала поговорить, или сразу съедала? — язвительно уточнила Галка.
Хорс рассмеялся и вместе с ним все остальные.
— Прелестная девушка, — ослепительно улыбнувшись, произнес Князь. — Итак, прошу за мной.
И он повел всех на второй этаж. Вампиры двигались неестественно медленно, словно насильно старались себя удержать в определенных рамках. Галка смотрела на них и осознавала, насколько несовершенны люди. Насколько человечество ничтожно. Вампиры шли нога в ногу. Их движения были плавными, словно лебеди плыли по озеру. Но девушка понимала, что это совершенные убийцы и в случае чего ее не смогут защитить Никита и его друг Павел.
— Не стоит так волноваться, — не оборачиваясь, произнес Хорс. — Мы вас пригласили, как друзей. В конце концов, если бы хотели тебя убить, то сделали бы все быстро и без свидетелей. И твое сопровождение не помешало бы нам.
— Что есть, то есть, — хмыкнул Павел.
— Оптимистично, неправда ли, Кнопка? — Никита слегка скосил глаза на возлюбленную. — Не обращай внимания, у вампиров совершенно нет чувства юмора и неудачная шутка Князя тому подтверждение.
Галка усмехнулась. Второй этаж был столь же мрачный, как и первый, освещался лишь малым количеством свечей, из-за чего стен и потолка не было видно. В центре стоял резной стол, подле которого стоял официант. Никита пододвинул девушке стул, помогая присесть. Рассевшись, все заглянули в меню. Как и полагается, вампиры за пару секунд смогли определиться с заказом и теперь вежливо дожидались человека. А вот Галка растерялась, открыв меню, которое было больше похоже на большую амбарную книгу. Двести сорок восемь страниц отводилось блюдам с картошкой. Еще около двухсот салатам, и после около ста пятидесяти разновидностей эклеров. Изучая меню, девушка с трудом подавила улыбку.
— Да уж, чувства юмора нет, — буркнула она себе под нос, забывая, что все присутствующие прекрасно ее слышат.
— Что-то не так? — учтиво поинтересовался Хорс. — Только скажите и мои слуги обо всем позаботятся.
— Все замечательно, — Галка все-таки не удержалась и хихикнула. — Просто…когда я говорила про картошку…в общем, и двух блюд вполне хватило бы.
Князь Камарильи задумался, видимо не совсем понимая, в чем проблема. Повисла неловкая пауза. Галка откашлялась и, не выдержав, рискнула пояснить:
— Я больше половины блюд в меню вижу впервые. Я обычный среднестатистический человек и не привыкла к роскоши. В данном случае, мне сложно сделать выбор. Благодарю, за такой широкий ассортимент. Но видимо, я сама виновата. Нужно было мне назвать конкретные блюда, чтобы не обременять вас, — девушка слегка потупила взгляд, чувствуя неловкость.
— Увы, у нас нет чувства юмора. А где-то и здравого смысла нам не хватает, — Людмила усмехнулась. — Мы тоже хотели, как лучше.
— Мы забыли, что значит быть людьми, — добавил Эдуард. — Нам чужды человеческие чувства. Мы можем обходиться без еды некоторое время. Соответственно, мы постарались найти как можно больше блюд из картошки и салатов.
— Спасибо, — Кнопка мило улыбнулась. — Но при таком, я даже не могу представить, как мы будем говорить о делах.
— У тебя есть переводчик в виде Никиты, — Людмила смерила вампира лукавым взглядом. За это время официант быстро уточнил заказ у всей компании и скрылся.
— Не-не, на меня даже не надейся, — парень рассмеялся. — Я не намного тебя моложе и понимаю в людях не больше тебя.
— Вы забавные. Бессмертные…а не сильно отличаетесь от нас.
— Ты права, Галка, права… — вынужденно признал Хорс. — Что касается, моего предложения…мы также страдаем психическими заболеваниями, возможно даже сильнее подвержены им, нежели смертные.
— А других специалистов не нашлось? — уточнил Павел.
— Других специалистов съедят быстрее, — ответил Эдуард.
— Ну а меня видимо, пожирать будут постепенно, — Галка хлопнула ладонью по лбу.
— Насколько вы можете гарантировать ее безопасность? — совершенно отчужденно спросил Никита.
— Около девяноста процентов, — кивнула Людмила. — Это не мало.
— Не мало для чего? Если помните, то все психоаналитики из бессмертных рано или поздно умирали, точнее их убивали пациенты. В данном случае, мы говорим о смертной. Обычной смертной. Десять процентов, это слишком высокий уровень риска, — Никита отрицательно покачал головой. — Мне вообще не нравится эта идея. Я категорически против.
— Напомню, что Вы нарушили Традицию, — холодно напомнил Князь.
— Напомню, что ты сам нам позволил, — вмешался Павел.
— Хорс, ты сам прекрасно осознаешь опасность всего этого мероприятия. Я понимаю, что ты можешь пожертвовать простой смертной, но… — Никита вдруг тихо рассмеялся, качая головой и глядя в пол. — Неужели, твоя память настолько коротка? Что чувствовал ты, когда ту, кого ты любил, назвали Первой Жертвой??!
— А ты не в курсе? — Людмила удивленно взглянула на вампира. — Хорс, ты ему не сказал?
— Что не сказал? — Павел напрягся.
— Галину Алексеевну объявили Первой Жертвой, — с паузами, выделяя каждое слово, произнес Эдуард.
— Гончие вышли на нее. Не совсем понятно как, но факт остается фактом, — нехотя признал Князь.
Повисла гробовая тишина. Свечи ярко горели. Официант, расставив блюда, удалился, не издавая ни одного звука. Вот что значит вампиры — бесшумно появился, бесшумно исчез. Галка даже не успела запомнить его. Бледная кожа и все. Больше ничего видно не было. Не нарушая тишину, все принялись за еду. Стук вилок эхом отзывался в пустой зале. Каждый думал о своем.
— И сколько мне жить осталось? — вдруг весело спросила Галка. Вампиры вздрогнули.
— Ты что? Совсем не понимаешь? — Павел хлопнул ладонью по столу. Его голос буквально звенел от гнева. — Не факт что мы, с Никитосом сможем тебя защитить. Ой, не факт.
— Ну а что ты мне предлагаешь? Грустить? Плакать? — Кнопка усмехнулась. — Пока они делают попытку меня убить, вы можете найти Гончих. Их-то вы все равно ищете.
— Павел прав, — нехотя и как-то устало произнес Никита. — Ты не осознаешь какой подвергаешься опасности. Мы можем не успеть и…
— Мы можем круглосуточно ее охранять, — вмешался Хорс.
— И тогда они выйдут не только на меня, но и на вашу Камарилью, или как ее там, — хмыкнула Галка.
— И тогда будет бойня, как в прошлый раз, — согласилась Людмила.
— Вообще-то, еще не факт, что она первая Жертва. Там вроде еще думают, — как-то слишком обреченно отозвался Эдуард. — Там еще один человек может попасть. Да и после того, как жертва объявлена, есть две недели времени. Ходил слух, что Гончие обнаружили одну из Смертей в мире. Если это правда, то на некоторое время все внимание будет уделено именно Марам.
Галка благодарно посмотрела на свиту Хорса. Они правильно уловили ее мысль и дополнили это все нужной информацией. Хорс задумался.
— Думаю, время у нас есть. Я даю слово, что теперь в ответе за жизнь этой девушки. Моего Слова тебе хватит, Никита?
Вампир злобно посмотрела на Князя и резко ответил:
— Нет.
— Понимаю, — Хорс выдержал паузу. — Я вполне понимаю, почему ты против. Давай, ты еще раз все хорошенько обдумаешь. Взвесишь все «за» и «против», тогда и поговорим!?
— Так, стоп, — теперь уже возмущена была Галка. — Мы подумаем, — с нажимом произнесла она.
— Душа моя, ты сейчас немного неправильно оцениваешь ситуацию, — мягко попробовал «притормозить» свою подругу Никита.
— Ладно, — после секундной паузы, девушка решила подыграть своему парню, уже мысленно представляя какой скандал устроит дома. Это ж надо так, взять и принять решение за нее.
Остаток вечера прошел в теплой дружеской обстановке. Где-то через час, Павел отчалил домой, сказав, что его любовница заждалась. Галка с Никитой тоже поехали домой.
До дома ехали в тишине, не решаясь начать этот серьезный разговор. И только войдя в квартиру и переодевшись в домашнее, Галка вздохнув, произнесла:
— Меня это все не устраивает.
— Надо же, даже тут мы сошлись во мнениях, — Никита ухмыльнулся, с ног до головы оглядывая девушку, словно видел ее первый раз.
— Я серьезно. Ты принял решение за меня. Я врач, я должна помогать.
— Кнопка, — он устало пощипал переносицу, словно болела голова. — Ты не понимаешь. Извини, но это так. Ты сейчас не можешь трезво оценить ситуацию. Это плохая идея. Тебе не стоит связываться с вампирами. Они убьют тебя. И такими темпами Гончие тоже убьют. Я конечно тебя буду защищать, но пойми, я тоже не всесилен.
— Никита, ты мне предлагаешь отказать в помощи тем, кто в ней нуждается?
— Галь, ну послушай ты меня. Ну хоть раз забудь ты о помощи другим и позаботься о себе. Ну сколько можно? Ну если что случится никто не поможет тебе. Никто, кроме меня и нашего общего дебильного друга.
— Я все слышу, — откликнулся Павел с кухни. Он спрыгнул с подоконника и залез в холодильник в поисках найти чего-нибудь вкусненького.
— Ну ничего страшного не произойдет. Ну обычные приемы, все как всегда. Плюс за это еще доплачивать будут.
— Тебе моего заработка не хватает что ли? Я тебе давно уже предложил на Рублевку переехать, но ты отказывалась.
— Ну не всю же жизнь сидеть на твоей шее за твой счет.
— Насмешила, — Никита хихикнул. — Учитывая, что люди живут где-то лет шестьдесят, а я уже прожил больше трехсот лет.
— А ума не набрался? — ехидно заметила Галка. — Или у вас атрофируется чувство жалости к другим?
— Не начинай, Кнопка. Ну, зачем тебе это все?
— Никита, я кажется тебе уже все объяснила. Почему ты переспрашиваешь триста раз?
— Никитос, все равно не переспоришь, лучше соглашайся, — донесся голос с кухни.
— Ну да, девушки упертые, — вампир согласно кивнул, словно друг мог его видеть.
— Это я упертая? — взвилась Галка. — Так может я еще и психичка неуравновешенная, раз психиатром работаю? Чего ты улыбаешься? Насмехаешься?
— Галь, я…
— Вот именно, ты. Ты всегда упрекаешь людей. Но я тоже человек. Ну и шел бы к своей Аннабель.
— И зачем ревнуешь?
— А ты про нее ничего не рассказывал. Может у тебя с ней что-то было?
— Ага, а рассказал бы, то тоже ревновала, что я упоминаю только ее.
— Так ты меня еще упрекаешь в неадекватности, — окончательно обиделась девушка. — Ну и идите из моей квартиры! Не хочу вас больше ни видеть, ни слышать. Достали! Все время демонстрируете свое превосходство. Вы никогда не признаетесь, что такие же как и мы, и особо ничем не отличаетесь! У вас гонор зашкаливает!
Договаривала девушка уже в пустой квартире. Ничего не напоминало о вампирах. Пустая квартира в центре которой стояла девушка. Она нервно сглотнул. Закрыла глаза, стараясь взять себя в руки и не расплакаться. В последнее время все складывалось не лучшим образом. Осев на пол, Галка закрыла лицо руками. Слезинки капали на ворсистый ковер. Девушка не хотела плакать, но влага и глаз лилась помимо ее воле. Бывает такое чувства, когда хочется просто сдохнуть. Когда жизнь достала, хочется все изменить…или хотя бы минимум, чтобы просто тебя поняли. Понимание — самое ценное в этом мире, но так редко встречаемо. И пусть сейчас вампир с девушкой поссорились, Галка знала, что он ее не бросит. Ну перебесятся сейчас оба. Он все равно бы ей уступил. Девушка понимала, что тоже зря настаивала на своей правоте. Все равно было бы так, как она захотела. Зачем она полезла с претензиями? А зачем он снова заикнулся о несовершенстве человеческих созданий? Галка так и уснула на полу.
Проснулась девушка днем, когда солнце вовсю светило в не зашторенное окно. Потянувшись под покрывалось, Галка с улыбкой подумала о своем вампире. Ну конечно, кто же еще мог ее уложить в постель?! «Заботливый он все-таки», — нехотя признала она. Завтрак тоже был готов. Горячая чашка кофе и вкусная булочка. Девушка грустно улыбнулась. Но аппетита не было. Поэтому Галка быстро оделась и вскоре уже топала по тропинке к метро. Настроение было паршивым. Дорога до работы проскочила незаметно в абсолютно пустом сознании. В голове не было ни одной мысли.
— Галина Алексеевна!
Андрей преградил девушке дорогу.
— Чего тебе?
— Я по поводу задания, — парень встал по стойке смирно. — Какое задание для меня будет сегодня?
— Что?
— Галина Алексеевна…с Вами все в порядке?
— А, да-да, конечно, — Галка кивнула и продолжила движение к своему кабинету. Ее взгляд не был осмысленным.
Андрей не посмел ее останавливать. Решив заскочить к Алисе, пока есть время, молодой человек для начала зашел в архив, куда не так давно спрятал шикарный букет лилий.
— К тебе можно? — спросил он, входя в кабинет.
— Можно, — Алиса мило улыбнулась, оторвав взгляд от монитора компьютера.
— Шикарные цветы для шикарной девушки, — Андрей протянул ей букет.
Повздыхав и повосхищавшись, Алиса нашла вазу и поставила цветы в воду.
— Как дела? Как настроение? — парень сел на диван, внимательно наблюдая за девушкой.
— Отлично. Пациентов на сегодня мало записано, мне премию выписали, и я сегодня выспалась.
— Даа…а вот твоя подруга что-то не очень. Видел ее, ходит, как привидение. Что-то случилось, наверное.
— С парнем что ли поругалась, — Алиса задумчиво прикусила губу. — Хотя…вроде такое невозможно. Никита у нее повода не дает для ссор и в принципе конфликты быстро устраняет…
— У нее парень есть?
— Да. Причем очень классный. И красивый и умный. Внимательный и чуткий. Короче прелесть, я ей даже завидовала одно время, — Алиса села на диван, положив голову на плечо Андрею. — У них идеальные отношения. Он всегда угадывает ее желания, мечты и старается воплотить. Да что старается?! Воплощает. У него открыта сеть кафе «Кофейку?!». Насколько знаю, у них сейчас ремонтируется здание где-то на Тверской. Никита активный парень. Везде и все всегда успевает. Порой это кажется невероятным. Но как-то же это происходит. Они никогда не ругались и не ссорились. А тут…
— Ей нужна поддержка. Ты же ее подруга и я так понимаю единственная. Она конечно вредная девушка, но все равно… Твоя помощь ей очень нужна сейчас, — Андрей погладила девушку по голове. — Сходи, поддержи ее. А работу полностью доверь мне. Хорошо?!
— Да, ты прав. Спасибо, — Алиса улыбнулась. — Ты чудо! Спасибо за понимание!
И убежала. Андрей проводил ее задумчивым взглядом. Выждав несколько секунд для верности, он достал мобильный телефон и по памяти набрал номер.
— Да, — ответил на том конце хриплый мужской голос.
— Есть первый подозреваемый. Галя знает, где и как на них выйти.
— Вас понял. Дополнительно сообщим. Отбой!
Андрей хмыкнул.
— Галя…Галка…Галчонок…недолго куковать осталось. А Смертью займемся во второй заход.
Галка достаточно сухо объясняла очередному своему пациенту план лечения, на что необходимо обратить внимания и откуда какие проблемы вытекают. Хотя в кои-то веке, ей было глубоко наплевать на всех, поскольку в мыслях был только Никита. Они практически никогда не ругались и не выясняли между собой отношений, понимая, что глупо упускать и без того столь быстро убегающее время. Они жили в разных мирах, и существование обоих проходило совершенно по-разному. Что для вампира было лишь мгновением, для обычного человека могло оказаться десятками лет. Это восхищало и пугало одновременно, ведь порой становилось неясным — зачем бессмертным столько времени, для чего и на что они его тратят, если так презирают людей?!
Оставшись в кабинете одна, Кнопка сложила перед собой руки, думая о своей ссоре с Никитой. Ну как так?!? Они ведь никогда не выясняли отношений. И теперь вся проблема в том, что они принадлежат разным мирам.
Дверь открылась и в кабинет прошла девушка среднего роста с невероятно длинными волосами. Одета она была во все черное и с какими-то цепями, бляхами…
— Привет. Галь, подскажи, пожалуйста, как Никиту найти? — с ходу спросила незнакомка, будто старая знакомая, на ходу поглядывая на часы.
— Простите?!
— Я Вита, — девушка улыбнулась. — Автосалон Хорса опять намудрил с ремонтом моей машины. Хорс на связь не выходит. Никиты в его офисе нет.
— А, я Вас поняла, одну минуту, — Галя заторможено начала набирать сообщение Паше, решив повременить по поводу примирения с Никитой. — Ой, а я Вас, кажется, знаю, — она вдруг поняла, кто перед ней стоит. — Вы поете, играете…
— Ну да, — Вита улыбнулась. — У тебя что-то случилось что ли??! — фиалковые глаза прищурились.
Фиалковые!!! Это стало последней каплей для Галки.
— Покиньте мой кабинет! — девушка вскочила со своего места, ударив ладонью по столу.
— Успокойся, — Вита хмыкнула и ее взгляд словно видел самые потайные уголки души. — Я не враг. Закрой глаза и досчитай до десяти. Ты успокоишься и не вспомнишь о том, что тут было. Раз, два, три, четыре…
Галка открыла глаза и…застопорилась. Она стояла в своем кабинете и не могла вспомнить, зачем собственно говоря встала. Осталось стойкое впечатление, что она о чем-то забыла. Вот только о чем.
Дверь почти сорвало с петель от того, как ворвался в кабинет Павел.
— Слышь, грымза, вы опять что ли поругались?!
— Да пошел ты! — огрызнулась девушка.
— Я-то пойду, а тебе его не жалко? — продолжал наезжать Паша.
— Ну вы же совершенны, чего вас жалеть!? Это вот мы, людишки убогие…
— Да перестань ты, — в голосе прорезались теплые нотки. — Ну любит он тебя, что не так? Он прекрасно осознает, что перегнул палку, Галь. Просто он волнуется за тебя и ты сама это все прекрасно понимаешь. Так зачем вы, два придурка, усложняете себе жизнь?
— Потому что два придурка, — тяжело вздохнув, вынужденно согласилась врач, поставив в этот раз диагноз себе и своему парню.
Еще немного поговорив о вечной жизни, Галчонок отпустила вампира, надеясь, что уже вечером она увидит Никиту.
Доработав до конца дня, Галя закрыла кабинет и направилась на пост, чтобы сдать ключ. Мыслями она все гадала встретит или нет Никиту, ждет он ее или все еще обижен?!
Все случилось мгновенно — девушка помнит какой-то хлопок, а потом жуткую боль в области виска. В глазах потемнело, в ушах звенело, и сознание быстро уходило куда-то в потемки.
Андрей читал досье собранное на Галку и не понимал, почему ее выбрали Первой Жертвой. На его взгляд Марена была куда опаснее, да вот только данных на нее не было. То есть поговаривали, что Смерть есть, и вроде их две, девушки лет двадцати пяти — двадцати семи, но где их встретить и как, никто не знал. Но некоторые зацепки все-таки были. Одна девчонка попала в подозрение. Она рок-звезда. Но больше подозрений вызвала ее учеба в Академии. Как простолюдинка без связей и денежных средств смогла попасть в Лемур — никому не известно. Примечательно, что когда Андрей попытался достать информацию, его вежливо попросили не лезть не в свое дело. Да вот только вспомнить, кто именно об этом попросил, когда и при каких обстоятельствах не удавалось.
По радио звучала интересная песня. Ангельский мелодичный голос перекликался с кричащим хриплым голосом, который так просто и не примешь за женский.
Жизнь — это вечная борьба,
День за днем нас убеждают,
Что мы ничтожны, мы рабы.
Но нет! Они не побеждают!
Не откажусь я от своей стрельбы!
Нас заставляют, пробуждают,
Подготовив для людей гробы.
Но в земле не принуждают,
Не перечат волею судьбы.
Невозможным удивляют,
Набив клеймо на наши лбы,
Но в борьбе определяют
Кого поставить на дыбы.
«Определено, это она! Надо ее избрать Первой Жертвой,» — Андрей задумался. Определенная сила звучавшая в голосе, была необычайной и могла принадлежать, лишь невероятно властному и великому человеку. Могла ли она быть Мареной?!? Определенно могла, есть все предпосылки и странности для этого. Но так ли это на самом деле?! А кто ж теперь разберет!?
Результат известен нам при жизни,
Но не всегда его хотим.
А даже так, во славу укоризны
Мы гробимся во цвете лет, во славу им.
Кому подвластен в умиленье
Столь горький вздох судьбы моей.
И кто ответит без сомненья
За что я этим покорен?
А может без наважденья
Я жизнью буду одарен.
И не откажут недоверья
В непродолжительности снов.
Между тем пели Алина с Витториной — так кажется, звали главных солисток в группе.
— Определенно Смерть… — шепнул сам себе Андрей, придумывая коварный план захвата главного врага Человечества и представляя, как именно его назначат Верховным командующим в клане «Гончие».
[1] Тауматургия — алхимия
Галка очнулась не скоро. Сознание то и дело обрывками возвращалось к ней, то и дело пытаюсь куда-то ускользнуть.
— Эй, смертная? Ты жива? — услышала она чей-то голос.
— О, уже на оскорбления переходим, — огрызнулась какая-то девушка.
— Мы недалеки от смерти, — заметил мужской голос.
— Это ты верно подметил, — снова съязвила незнакомка.
Галка слегка покачнулась и почувствовала на своем горле холодный метал оков. Руки были связаны за спиной. Сознание продолжало ускользать, не желая приводить девушку в чувства. Тело жутко затекло и болело. И холод. Холод, который причинял даже большую боль, нежели впивающиеся в запястья цепи.
— Галчонок, ты в порядке? — снова спросил голос и на этот раз девушка признала в нем Хорса.
— Нет, — с трудом проговорила она, чувствуя во рту металлический привкус крови. — Я…мне больно…в ребрах…где мы?
— Смертная…как тебя там? Галка?! — девушка говорила сквозь зубы. — Не бойся. Но тебе сейчас будет легче. Раз и легче.
И действительно, практически сразу все прояснилось — Галя увидела камеру, в которой кроме нее и Хорса было еще два человека. Одну из девушек, она узнала — всем известная вокалистка группы «Феникс», которая, кстати, и огрызалась Хорсу — Князю Камарильи. Неужели она не чувствует от него той жуткой энергетики смерти?! Или считает себя бессмертной?!
Еще одна девушка почему-то лежала в большой чугунной ванне, в которой медленно, но верно прибывала вода.
— Валенсия, успокойся. Я чувствую твою панику. Не надо, все будет хорошо, до этого мы со всем справлялись, так что справимся и сейчас, — обратилась к ней Феникс. — Все нормально. Сегодня ты не умрешь. Почти утонешь, но не умрешь.
— О как!? — Хорс хмыкнул. — Смертные уже могут назначить дату смерти? Не много ли на себя берешь, сударыня?
— Слышь ты, — Феникс кажется начала выходить из себя и тихо материться сквозь зубы.
Но хватило всего один раз встретиться взглядами. Галка не могла сказать, что именно вампир увидел в них, но это было явно что-то значительное. Что-то, что заставило признать эту девчонку равной себе. И в тоже время, сама «Феникс» словно о чем-то вспомнила. О чем-то, о чем не мог вспомнить Князь Камарильи.
— Странно, что тебя вообще повязали, — заметил мужчина, склонив голову настолько, насколько могли позволить кандалы.
— Хорошо подготовились, твари, — Феникс тяжело вздохнула. — Ничего, выберемся отсюда и нас заберут.
— Как ты себе это представляешь? Мои собратья нас быстрее найдут.
— Не факт. «Ночная Стража» вам еще фору даст.
— Интересно тогда, как же «Ночная Стража» такое допустила?! — вампир осклабился.
— Кто бы говорил. Князь Камарильи и так глупо попался, да?!
— Откуда ты знаешь?!
— Оттуда, — девушка хмыкнула и чуть подалась вперед. — Ну что?! Читайте молитву за упокой.
Именно в этот момент воды в ванне прибыло ровно столько, чтобы скрыть некую девушку с головой. Валенсия, как ее назвала «Феникс», отчаянно пыталась вырваться из мокрого плена, вдохнуть живительного воздуха, но что-то крепко ее держало на дне. Галка предположила, что та узница тоже, как и остальные, была закована в цепи.
Вокалистка «Феникса» подалась вперед почти до упора, насколько только могла позволить ее гиблое тело крепкие металлические оковы. Воздух буквально завибрировала от непонятной энергии. Девушка с силой дернулась вперед. Галка хотела рассмеяться — ну неужели эта дура думает, что так просто вырвется из отсюда. Но смех прекратился также быстро, как и начался, потому что оковы вырвало из стены с «мясом». Хорс смотрел на хрупкую вокалистку с тем же ужасом и восхищением, что и девушка Никиты. Они оба не понимали, как так возможно, ведь «Феникс» не являлась вампиром или какой-либо нечистью — в этом они почему-то были уверены.
И, тем не менее, вокалистка, вырвав оковы, со всех ног рванула к Валенсии и одним мощным ударом смогла опрокинуть чугунную ванну. Хорс с Галкой застыли в изумлении. Это выглядело все, как в замедленной съемке — огромная тяжелая конструкция медленно переворачиваясь в воздухе, летела точно в выскочивших врагов, снося их куда-то к стене. Бедолаг по счастливой случайности не убило, а лишь контузило.
Сработала сигнализация, засуетилась охрана, вбегая камеру к пленным.
— Прочь! — «Феникс» всего лишь махнула рукой, но ударная волна воздуха разметала всех по сторонам, расчищая путь к побегу. Это было так легко сделано, словно почесать за ушком котенка.
Компания дружно двинулась за Витториной, начав осознавать истинную сущность девушки.
— Мстислав, я на позиции. За мной три трехсотых, — сообщила рок-звезда куда-то в неизвестность. — Да, я помню. Предупреди, как начнете.
Она ловко вела за собой, с поражающей легкостью ориентируясь в путанных коридорах. Пару раз им на встречу выскакивала охрана, но Вита приказывала им забыть о том, что они ее видели и просила переосмыслить жизненные ценности.
— Слышь, предсказательница, там дальше зал и кто-то есть, — откликнулся Хорс, смутно припоминая, что знает Виту куда лучше, чем ему кажется.
— Спасибо, — она пожала плечами и двинулась навстречу опасности.
Их действительно ждали. В просторном зале с потрясающей леппниной в готическом стиле, на мраморном полу сидели четверо и медитировали. На изящных балкончиках стояли канделябры, от которых только и был свет помещении.
— Ну здравствуй, Смерть, — встал один из медитирующих.
— Ну привет-привет, зло в чистом виде, — ухмыльнулась Вита. — Заставили же вы нас поволноваться, да ан-нет, все-таки клюнули на приманку.
— И твой так легко согласился сделать тебя приманкой? — осклабился противник.
— Ну как сказать, как сказать, — девушка потянулась. — Только тем хуже для вас. Кстати, Хорс познакомься с этими очаровательными молодыми людьми. Это Евгений, Эрик, Дмитрий и Николай. Главные поставщики той дряни, благодаря которой погибло несколько вампиров из клана Тремер. Психотроп СБДМ[1] создан на основе мысли, поэтому привыкание к нему идет моментальное, а главное, что это неизлечимо.
Все медитирующие встали. Евгений был, пожалуй, крупнее всех. Спортивное телосложение и явно парень уже не первый год набирает массу. На голове легкий темный «ежик» волос. Дмитрий чуть повыше товарища, но в плане мышц явно проигрывал. У Эрика и Николая также читалась хорошая боевая школа за плечами.
Все четверо решительно встали в стойки.
— А главное, что это ваши извечные враги…Гончие, — Витторина хмыкнула. — Камарилья чуть-чуть до вас не дотянулась. По сути, вы были так близки.
— Замолчи!
Дмитрий взял разбег, а за ним поспешил и Эрик с Николаем. Хорс хотел помочь, но не успел. Прозрачная стена преградила ему путь. Витторина не стала дожидаться боя, и пошла вперед. В два шага она поравнялась с Дмитрием и нанесла удар, который был перехвачен: кулак девушки накрепко застрял в ладони противника. Не став медлить, Вита резко переступила, таким образом оказавшись боком к врагу, и атаковала локтем свободной руки. Дмитрий вскрикнул, тяжело рухнув на мрамор. Удар локтем был словно чем-то усилен, и казалось все нереальным. Вита тяжело вздохнула, обрадовавшись маленькой победе. Но времени совсем не оставалось. Эрик и Николай попытались застать Витторину врасплох, нанося удары с разных сторон. Ловко и гибко рок-звезда уходила от побоев, с легкостью блокируя, но совершенно не успевая атаковать.
— Мстислав?! — Вита обратилась к нему так, словно ее парень был здесь и сейчас.
Эрик штурмовал во всю силу и девушка вынуждено отскочила назад и практически сразу была атакована Николаем. При любом раскладе, Витторина не смогла бы блокировать удар, поскольку банально не хватило бы сил. И что-то резко поменялось. Словно в девушку вселился мужчина. Сильнейший хук справа усиленный в несколько раз таинственной силой снес Николая в колонну, разрушая ту до основания. Эрик подоспевший со спины, был схвачен за шею и с невероятной мощью направлен вниз, буквально врезаясь в мраморный пол. Эти действия были неожиданными и совершенно не характерными для Витторины, которая до этого успешно избегала прямых столкновений за счет собственной гибкости и ловкости.
Евгений приготовился к бою, но случилось то, чего он никак не мог предвидеть — неведомая сила подняла тело мужчины в воздух и его как будто скрутило невидимыми нитями. Вита осмотрелась и буквально сразу прикрыла голову, присев на одно колено. В тоже самое мгновение стену разнесло крупными осколками от взрыва.
— Девочка моя, вечно ты норовишь меня до инфаркта довести, — усмехнулся Мстислав показываясь в проеме. За ним стройными рядами шествовали люди из «Ночной Стражи» (одного из самых крутых спецподразделений во всем мире). Но кроме бойцов с ними шествовал еще один вампир.
— Никита?!! — Галка бросилась к своему парню, как неожиданно была перехвачена…
— Всем стоять иначе я ее прирежу! — Андрей, да-да, то самый, который вечно в архиве что-то ксерил и сканил, за волосы схватил свою начальницу и приставил ей нож к горлу.
Все послушно стояли. Вита разглядывала свои ногти, будто не беспокоясь ни о чем. Мстислав тоже не особо напрягался, прислонившись плечом к стене и о чем-то таинственно размышляя, поглядывая в потолок. Остальные ждали. Чудо произошло само собой — Андрей с Галкой вышел на улицу и сев в подъехавшую грузовую «Газель» погрузились и уехали. Валенсия, оглядевшись, что-то показала на пальцах Витторине и дождавшись согласного кивка, удалилась в никуда.
Мстислав лениво досчитал до пяти и обернулся. Рабочий ЗИЛ уже был на месте. Кивнув, чтобы все занимали места, парень схватил под руку Виту и поспешил за остальными, замыкая колонну. В грузовике находились еще люди — по испуганным лицам и худощавым фигурам, можно было предположить, что это освобожденные пленники.
— Он похитил мою любимую, — заметил Никита, когда машина уже начала преследование.
— Ша, сейчас догоним и вернем, — пожал плечами Мстислав. Хотя по его тону читалась другая фраза: «Ничего, сейчас догоним и пендалей надаем, чтобы больше никого не похищали».
ЗИЛ резво гнал по дороге, но как ни старался, поравняться с машиной преследователей никак не мог. Ян (а именно так звали парня, который был за рулем) был опытным водителем, и тем не менее что-то мешало достичь цели.
— Мы слишком тяжелые, — заметил Шархан, прикинув что-то в уме.
— А мы весь комплект везем? — удивленно уточнила Вита, догадавшись к чему клонит ее муж.
— Как всегда, — он пожал плечами.
— Мой мотоцикл полтонны весит, — хмуро заметила девушка, но почти сразу же просветлела. — Помнишь, как мы решили вопрос в Хакуринохабле? Может также попробуем?!
— Я прикрою, — таким образом до чего-то договорившись, Мстислав занял место за плечом Яна.
Вампиры с удивлением наблюдали за странными манипуляциями. Тем временем, Вита открыла люк в кузове и выбралась на крышу. Все произошло слишком быстро — рев двигателя и в следующую секунду неестественно огромный мотоцикл съехал через лобовое стекло, словно выпрыгнув с самого верха ЗИЛа. Хорс с Никитой дружно переглянулись, поражаясь, как маленькая хрупкая девушка может управлять таким агрегатом.
— Да, тяжелая вещица, — протянул вампир.
— И не говори, — вяло откликнулся Мстислав. — Но именно это спасало ни раз ей жизнь.
— Хочешь сказать, что только Вита ездит на нем?! — уточнил Никита.
— Да, — кивнул парень, одновременно с этим махнул рукой, создавая защитный Барьер, в который только что выстрелил четыре раза подряд Андрей из своего пистолета.
— А толку, что она их догнала? — вдруг спросил Хорс.
— Хочешь взять командование на себя? — вновь лениво поинтересовался Шархан. Создавалось впечатление, что он совершенно не воспринимает всерьез вампиров, будто те были для него лишь досадной помехой.
В этот момент брезент с крыши упал. Подняв переднее колесо и под прикрытием Барьера, Витторина легко въехала на препятствие, продолжая погоню, слегка пробуксовывая. Андрей держал Галку за горло и девушка была будто парализована собственным страхом.
— Мстислав, — раздалось в динамике кузова ЗИЛа.
— Да, дорогая.
— Тряхни «Газельку». Пусть заложница вывалится, я ее успею поймать, — быстро отозвалась рок-звезда, почти впритык подобравшись к вражеской машине.
— Считай до трех. Раз.
На счет два «Газель» словно подпрыгнула на «лежачем полицейском». Не устояв на ногах, Андрей выпустил заложника, вцепился в стенку кузова. А Галка, громко вереща, полетела на дорогу, прямо под колеса мотоцикла. Вита была к этому готова, поэтому положила свое двухколесное средство передвижения на бок, легко поймав девушку на крыло своего байка, после чего резко бросила мотоцикл в крутой вираж в противоположную сторону, тем самым встав обратно на два колеса и поймав заложницу. Галка вцепилась в талию Витторины, сжимая ее изо всех сил, боясь свалиться на дорогу. Ее всю трясло и девушка то и дело отстукивала зубами.
— Возвращаются, все к стене! — обернулся Ян.
В этот момент Мстислав махнул рукой, словно приглашая кого-то — и дорога погрузилась в плотный туман, не позволяя видеть ничего дальше собственного носа. Звук мотора рыкнул откуда-то сбоку, а в следующую секунду мотоцикл ворвался по выдвинутой Яном платформе в ЗИЛ. Никита бросился снимать с сидения свою девушку, успокаивая и ободряя ее.
— Мстислав, нам не уйти, — голос из-за шлема был глухим и несколько невнятным.
— Знаю. Ты со мной?
Витторина согласно кивнула и сдала назад. Ее мотоцикл буквально выпрыгнул обратно. Колеса забуксовали, но уже вскоре девушка пошла на обгон военного грузовика. Шархан встал спиной на краю борта и начал падать. Но до земли ему было не суждено долететь — черный «Шудатти» возник сам собой, за рулем которого был Мстислав. Он практически сразу догнал Виту и шел за ней след в след, на расстоянии метра. ЗИЛ также прибавил скорости, заметно легче неся вперед заложников.
— Седьмая, проведи нас вперед, — попросил Ян в рацию.
— Поняла. Следуйте за мной.
Дым рассеялся, и мотоцикл Витторины достигнув скорости в сто восемьдесят километров в час, пошел на обгон вражеской «Газели». ЗИЛ проскочил следом, пока противник не понял маневра. «Шудатти» же пошел на таран, не позволяя Андрею помешать. Как только ЗИЛ обогнал врага, Витторина развернула мотоцикл и открыла огонь. Ярко-голубые шары непонятной субстанции били точно по «Газели». Когда противник открыл огонь из автоматов, прозрачная стена, созданная Мстиславом, защитила. «Шудатти» шел бок-о-бок с мотоциклом. Они действовали слажено, как единое целое — повороты и «восьмерки» были на зависть синхронными, а защита безупречна.
«Шудатти» яростно штурмовал таинственными светящимися атаками, принимающие порой удивительные по своей сути формы и цвета. Автомобиль ловко прикрывал девушку на мотоцикле и всячески мешал обгону, заставляя противника все время быть под обстрелом. Витторина летела рядом с ЗИЛом, когда вдруг Галка по рассеянности выронила из кузова свою сумку. Налетев колесом на злополучный предмет, рок-звезда буквально вылетела из седла, спиной влетев в лобовуху «Шудатти». Лишь вовремя созданный Барьер Мстислава помог Вите выжить и не попасть под колеса автомобиля. И тем не менее, Соколова потеряла сознание. «Шудатти» подвергся новым атакам, теперь уже с надеждой все-таки уничтожить одного из самых опасных людей планеты.
— Ты что творишь? — вскрикнула девушка, до поры до времени молчавшая. Она была высокой, с короткой стрижкой темных волос и фиалковым горящим взглядом. Все узнали Вторую Смерть.
— Я…случайно. Она выпала.
— Это она, — Марта ткнула пальцем в Витторину. — Выпала. А ты — дура!
В это самое мгновение, Первая Марена стала сползать в сторону, рискуя все-таки свалиться с капота. Очередной удар в бок, и «Шудатти» развернуло. Вита заскользила, медленно приходя в сознание, но еще не понимая до конца что происходит. Вывернув руль в противоположную сторону до упора, Мстислав одновременно с тем, что сдвинул машину противника, одной рукой разбил стекло и поймал свою девушку за запястье. И очень вовремя, потому что «Газель» не думала сдаваться и вновь бортанула автомобиль. Витторину бросило вправо, но ее держали крепко. Пытаясь хоть как-то подтянуться, Вита карабкалась, но то и дело автомобиль бросало то в одну, то в другую сторону.
И если бы хоть кто-то мог посмотреть сейчас в глаза рок-звезде, то он не увидел бы там страха или паники. Там было лишь спокойствие и уверенность — ее не бросят, не отпустят. Она чувствовала свою защиту даже в столь опасной ситуации.
Внезапно выскочивший со встречки автомобиль шел точно на лобовое столкновение. Это было замечено слишком поздно.
— ШАРХАН! ВИТА! — Марта взвыла не своим голосом, буквально уничтоженная морально собственным страхом.
Казалось, что ничего сделать нельзя и «Шудатти» обречен вместе со своими пассажирами на верную смерть. В последнее мгновение Мстислав выпрыгнул вперед, через выбитое лобовое стекло, подхватив на руки Витторину и спрыгнул куда-то вниз с моста. Спустя две секунды взрыв потряс округу — два автомобиля разнесло в щепки, а «Газель» ловко вылавировала, продолжая преследование ЗИЛа.
Хорс пораженно смотрел на то, что осталось от машины их спасителей — лишь груда горящего металлолома.
— Ян, сделай небольшой отрыв и тормозни вон там, я их чувствую, — попросила Марта, тяжело дыша. Ее нервное состояние передавалось всем в кузове.
Галка, сжавшись в комочек, сидела на коленях Никиты, испуганно взирая на погоню и мечтая лишь об одном — чтобы этот весь кошмар поскорее закончился.
ЗИЛ послушно остановился, и Марта выскочила из кузова бегом направляясь к краю моста. Она протянула руку и вскоре вытащила наверх Мстислава с Витой. Они нисколько не пострадали, но Смерть явно была не в духе.
— Я думаю, что доступ снят!? — уточнила Вита у Марты.
— Полагаю, что да.
Мстислав махнул рукой и под действием неведомой силы ЗИЛ начал сам по себе удаляться. Прозрачная стена скрыла всех, кто остался вместе с Яном в грузовике. Вита откинула в сторону бесполезный шлем и одновременно с Мартой и Шарханом неспешно двинулась навстречу «Газели». Удивительно, но дорога за этой троицей разрушалась сама собой, становясь непроходимой. Только сейчас можно было заметить, что они действовали как единое целое. Лишь «Ночной Страже» было известно о том, что при комбинированной атаке, каждый из троих отвечает за конкретные действия. К примеру, Мстислав отвечал за полную защиту. Ему приходилось прикрывать Барьером не только Марен, но и тех, кого они так яростно спасали. Марта отвечала за точность атак, в это время Витторина шла на штурм, как самая сильная из Смертей.
Стоит ли говорить, что через несколько сильнейших и прицельных атак от «Газели» и тех, кто был внутри не осталось ничего, даже намека на корпус.
Марта повернулась к провалу и тяжело вздохнув, подняла руки к небу. Подчиняясь неведомой мысли мост стал восстанавливаться — осколок за осколком, все становилось на круги своя. Когда дорога была восстановлена и ЗИЛ подкатил обратно, Смерть крикнула:
— Я все подчистила. Едем?
— Да, идем. Вита? — Шархан обернулся к своей девушке и обомлев, крикнул. — Вита, она не настоящая. Она мертва!
Витторина стояла словно пораженная. Метрах в четырех от девушки находилась полупрозрачная фигура. Лишь немногие знали, кому принадлежит этот силуэт. Призрак что-то говорил, но звука не было — лишь четкие движения губ. Рыжие волосы до плеч слегка топорщились, а лицо девушки было светлым и красивым. На вид ей было лет восемнадцать-девятнадцать, но с Витой они казались, тем не менее, одного возраста. Призрак поманил к себе и рок-звезда неуверенно направилась к ней.
В два шага Мстислав поравнялся с Витториной и закрыв ей ладонью глаза, тихо произнес:
— Прости.
Слабый Импульс, больше похожий на удар током, пронзил тело Виты и она обмякла. Легко подхватив любимую на руки, Мстислав кивнул призраку.
— Анют, ты ей нужна. Вам нужно поговорить. А сейчас прости, нам надо идти.
Призрак понятливо кивнул и помахав рукой, растворился в лучах заходящего солнца. Запрыгнув в ЗИЛ, Марта аккуратно закрыла створки и грузовик тронулся.
— Опять? — Ян слегка скосил глаза в зеркало заднего вида.
— Опять, — уныло подтвердил Мстислав, вглядываясь в лицо любимой.
— Да ладно вам, неужели все так плохо? — подала голос Галка.
— Да что ты, все отлично, — огрызнулась Марта, издевательски заметив — Ты всего лишь чуть ее не убила. А она в свою очередь всего-то разговаривает с душой погибшей подруги.
— Призрак?! — психиатр ужаснулась. — Но такого ведь не может быть!!? — она обернулась к Никите, словно ища от него поддержки.
— Кнопка, если существуют вампиры…неужели больше никого не может быть? — он виновато пожал плечами.
— Она становится неуправляемой, — понимающе заметил Хорс, приблизившись к Мстиславу. — Такая сила в таком хрупком тельце. Впечатляет, впечатляет…
— Князь Камарильи? — парень протянул руку для рукопожатия. — Хорс, если не ошибаюсь.
— Да. А ты предводитель «Ночной Стражи», Шархан? — вампир пожал руку.
— Типа того.
— Так вот в чьем отряде две Марены. Не дурно. Но так или иначе, премного благодарен Вам за Вашу помощь.
— Да как два пальца об… — начал было Ян, но Марта не сильно отвесила ему оплеуху. — Ну короче не парьтесь, нам не трудно, — закончил он. — Кстати, а куда мы так упорно едем, ведь Академия в другой стороне!?
— Приглашаю всех к себе. Сверни на следующем повороте и въезжай на подземную парковку, место тридцать один.
Ян обернулся к Мстиславу и тот согласно кивнул.
— Сообщи в Академию, чтобы нас сегодня не ждали, — попросила Марта и Шархан кивнул.
Грузовик въехал на парковку и плавно затормозил. Выгружались дружно и оперативно. И лишь Галка очень сильно тормозила, поскольку все еще была потрясена и ошарашена. Все происходящее никак не укладывалось у нее в голове, в то время как все остальные принимали это, как должное. И это казалось самым невероятным.
Кое-как уместившись в грузовой лифт, вся компания поднялась на семнадцатый этаж. Коридор впечатлял своей роскошью — позолота, дорогая резная мебель восемнадцатого века. Из коридора все проследовали за Хорсом и он показал всем их комнаты. Несмотря на желание расселить всех и каждого в отдельный номер, весь отряд «Ночной Стражи» поселился в одном номере, а Марта с Мстиславом и Витториной в другом. Ян решил остаться с отрядом, чтобы тот был под присмотром.
Вампиры прошли в соседний номер.
— Хорс, я сожалею, что так произошло.
— Никит, я тебя не первое столетие знаю. Если бы не отряд Академии, сегодня вечером собирали бы пепел.
— Они ненормальные, — дрожа как осиновый лист, заметила Галка. — У нее острый вербальный галлюциноз и по всей видимости делириозный синдром.
— Она тебе не нравится, — заметил Князь.
— А чем она мне должна нравиться? Я так понимаю, что нас из-за нее и похитили, — истерично заметила Галина.
— Я так не считаю, — задумчиво протянул Хорс и вышел из комнаты.
Постояв недолго в коридоре, он направился к своим спасителям. Долго ждать не пришлось — буквально сразу, после стука в дверь, ему открыла Вита. Она выглядела бледно, но тем не менее уже пришла в себя. На ней почему-то красовалась черная свободная рубашка Мстислава с закатанными рукавами. В комплекте с обтягивающими кожаными лосинами это выглядело великолепно. Девушка посмотрела на вампира с какой-то странной смесью удивления и узнавания, словно не сразу признала его. С мокрых волос капало и Хорс предположил, что Вита недавно была в душе.
— Что-то случилось? — спросила она и голос показался мягким, бархатистым, ласкающим ухо.
— Хотел поинтересоваться твоим самочувствием, — мягко ответил вампир, пытаясь слегка загипнотизировать свою жертву. Мог ли Мстислав стать для них помехой? Он не хотел об этом думать. Общество Витторины было приятным и желанным, а в такие моменты о каком-то там муже даже вспоминать отказывался.
— Спасибо, все хорошо, — милая улыбка растопила ледяное сердце вампира.
— Я хотел бы тебя отблагодарить и сделать подарок, — Хорс продолжил гипнотизировать.
— Спасибо, не стоит.
— Неужели ты откажешься от парочки новых дизайнерских платьев?
— Если только они будут согласованы с мужем.
Шархан не заставил себя долго ждать. Он кивнул жене и чмокнув ее в лоб, вышел вслед за Князем.
— Не хорошо подкатывать к замужним, — заметил предводитель «Ночной Стражи».
— Не удержался, — обреченно покаялся Хорс. — Она восхитительная.
— Я тоже могу не удержаться и кого-то случайно умертвить.
— Любишь похороны?
— Ненавижу. Уж слишком дорого они обходятся, — Мстислав хмыкнул. — Но за помощь спасибо.
— А что насчет подарка твоей жене?
— В качестве благодарности за спасение можно, в качестве подката — голову проломлю.
— Дружелюбно, но справедливо.
И они разошлись. Хорс не мог найти себе места в эту ночь. Витторина будоражила его воображение, а вот злополучный муж — нет. Мстислав становился невольным ненужным препятствием, от которого, к сожалению, не удалось бы никак избавиться. Хотя выбор девушки был очевиден и повода она не давала. Может она не знает от чего отказывается?! А может попробовать ее отбить? Ведь он, Хорс, уж точно смог бы сделать ее счастливой…или?! Не по-людски.
— Не по-человечески, — тихо выдохнул он в пустоту. — Проклятые людишки.
Рано утром Князю сообщили, что «Ночная Стража» покинула стены его гостеприимного дома, оставив после себя лишь визитку с контактами.
К завтраку присоединились Никита с Галкой. Девушка выглядела бледной и заплаканной. Раскрасневшиеся глаза едва открывались под опухшими веками, руки то и дело подрагивали.
— Все в порядке? — учтиво поинтересовалась Людмила.
— Да.
— Уверена?! — Эдуард отложил столовые приборы. — Ты сегодня непривычно задумчива, человек.
— Я ли человек?! — горько хмыкнула Галка. — Я людей подставила, и Виту чуть не убила.
— Это была случайность, — попробовал оправдать ее Никита.
— Зато последствия серьезные были.
— Шархан ее защитит. Он как-то рассказывал, что Барьер всегда оберегает его жену и максимум от чего она может отключиться от самого удара, но не от серьезных травм, — отозвался Павел.
— Тебе откуда знать-то? — насмешливо спросила Людмила.
— Я обращался к ним за помощью. Надо было найти Аннабель после того, как она совершила нападение на Горгону. Почему-то вампирам не удавалось ее обнаружить.
— Это удивительно, — Эдуард покачал головой. — Наша Камарилья пыталась ее отыскать, но не удалось.
Все задумались. Вампир, который пропал без вести — это миф. Благодаря Зову они чувствуют друг друга на любом расстоянии, могут общаться, либо обходить стороной. Но никто и никогда не может пропасть в никуда.
Хорс тоже задумался. Могли ли Гончие спрятать лютого врага? Женщины крайне мстительны, значит стоит ждать очередного удара.
— И что? — поторопил Никита, прерывая затянувшее молчание.
— Шархан сказал, что Гончие объединяются с Видениями.
— ВидениЯ? — переспросила Галя, ставя ударение на последний слог.
— Видения, — поправил ее Хорс, сделав упор на первую гласную. — Значит они существуют?
— Вполне, и даже не сказка, — откликнулся Павел. — Мара, которая с Витой работает в тандеме, помните? Так вот она была в Виденьях.
— То есть они взяли к себе врага?! — ужаснулась психиатр.
— Там запутанная история, если честно я так и не понял ничего, — покаялся вампир, взлохматив волосы на голове.
— Временная петля, — понятливо кивнул Хорс и все невольно взглянули на него ожидая пояснений.
Князь на то и Князь, чтобы знать несколько больше, чем остальные. Знания в Камарилье передавались через Традиции. Бессмертных не интересует Время, но все знают, что именно оно играет решающую роль.
— Вы с нами поделитесь? — учтиво спросила Людмила.
— Да, это не секрет. Марены могут прожить несколько параллельных сюжетов, которые могут отличаться друг от друга. Но тем не менее они приходят всегда в одну точку, в которой сюжеты объединяются, приходя к общему знаменателю. Такой феномен заставляет других, кто попал в эти сюжеты, испытывать состояние дежа-вю, считая, что им померещилось или приснилось. А на самом деле обе ситуации были. Просто благодаря Времени они проистекают с разной скоростью, поэтому и кажется, что это происходит практически параллельно.
И снова все замолчали. Галка тяжело вздохнула и спросила:
— Можно я домой поеду? Мне нужно побыть одной.
Мужчины дружно встали, и проводили до выхода. Если бы они знали, что Кнопку нельзя оставлять одной…но было уже поздно.
Выйдя на станции Царицыно из последнего вагона метро от центра, Галка поспешила к выходу из подземки. На поверхности стояло много людей — некоторые курили, иные попивали пиво и, травя анекдоты в компании — и было непонятно, неужели им нравится стоять в этом гадюшнике, почему бы им не пойти и не посидеть где-нибудь в более подходящем месте или же просто устроить посиделки дома (?). Девушка пошла в сторону улицы Солнечная. Поднявшись по лестнице, она пошла в горку через дворы — самый короткий путь до дома. Миновав школу, Галка уже представляла, как придет домой, примет горячую ванну, поужинает. Она почти пришла — всего лишь-то надо перейти дорогу и по тропинке пересечь двор до ближайшего дома. Но ее планам не судьба была сбыться. Дорогу девушке преградил странный человек. Он выглядел самоуверенно и внешне чем-то походил на поп-певца с подсъехавшими джинсами, которые были на несколько размеров больше.
— Развлечься не хочешь? — спросил он и нагло ухмыльнувшись, попытался схватить девушку за руку.
Она испуганно шарахнулась в сторону, а потом побежала со всех ног домой. Галка слышала, что ее преследуют. Не глядя, перейдя дорогу, девушка на бегу достала мобильный телефон и позвонила.
— Алло? Никита?! Никита! Помоги мне! — закричала она. — Я рядом с домом от метро…
Договорить девушка не успела, потому что телефон выбили из ее рук. Издав обиженный звук, словно спрашивая: «А я в чем виноват?», мобильник «познакомился» с асфальтом, разлетевшись на несколько человек.
Девушка знала, что ее любимый вампир не оставит ее в беде. Потребуется меньше минуты, чтобы он нашел ее и помог. Тем более Галка сказала, что «от метро», значит, потребуется буквально несколько секунд. Даже после ссоры он придет к ней на помощь, потому что любит. Никакая ссора не остановит его. Сколько раз любимый хомячок выводил вампира из себя, сколько раз разбивался сервис в порыве гнева, сколько раз они предъявляли друг другу претензии, сколько раз…но он действительно ее любит и он всегда будет рядом, когда это требуется.
Преследователь схватил Галку за руку и больно отвесил пощечину, едва не сбив девушку с ног. На глазах Галки навернулись слезы, а сердце замерло, сжавшись в испуганный комочек. Девушке стало очень страшно и больно. На нее никогда не поднимали руку парни, не попадались такие уроды. Но секунды неумолимо шли. Никита не терял времени даром. Он появился словно из неоткуда и сразу же вступился за свою невесту. Нападавший даже не сразу понял, кто и откуда стал его атаковать. Парень оттолкнул свою жертву и сосредоточился на новом противнике, пытаясь нанести вампиру хотя бы один удар, не успевая следить за его перемещениями. Галка, пытаясь устоять на ногах, сделала шаг назад и оступилась на бордюре, вылетев на проезжую часть, едва не упав. Она видела фары приближающейся иномарки и испуганное лицо женщины за рулем. Немолодая женщина, вцепилась в руль и смотрела серыми глазами на Галку, понимая, что вот-вот ее собьет. Автомобиль мотнул в сторону, надеясь объехать жертву неудачного дня, но этого маневра было мало. Женщина за рулем завизжала. А в следующую секунду девушка подлетела вверх, крутанулась в воздухе и затем больно приземлилась на асфальт. Ощущение было, что она упала как мешок с картошкой. Сознание заволокло туманом. С трудом слышался визг женщины и потом раздался какой-то странный шлепок, словно кого-то размазали по асфальту. Хотя так оно и было — это Никита убил нападавшего. Без сочувствия, без страха. Хладнокровно и жестоко.
В следующую секунду Галка почувствовала, что вампир рядом. Переведя дыхание снова завизжала женщина, выскакивая из машины — видимо только что осознав, что на ее глазах был всмятку разбит человек другим нечеловечески сильным «человеком».
— Галчонок, ну как же так?! — сокрушенно произнес Никита. — Ничего, золотце, все будет хорошо, только держись!
[1] Самая Быстрая Доза в Мире
Галка провалялась в больнице около недели. За это время в человеческом мире произошло много всего, причем далеко не человеческого. Павел рассказывал о каких-то боях на Красной площади с участием «Ночной Стражи». Рассказывал, что даже ангелы пришли на помощь. Это казалось невероятным.
Галчонок крайне болезненно пережила встречу с подругой — Алиса никак не могла понять куда делся Андрей и почему не пишет и не звонит. Эта боль начинала потихоньку сжирать изнутри, вместе со стыдом. Решение проблемы пришло само собой. Призывая мысленно Марену, Галка все-таки накликали ее.
— Можно? — Витторина возникла тенью.
— Привет, — девушка виновато улыбнулась, слегка привставая на больничной койке.
Солистка группы «Феникс» выглядела сегодня хорошо — посвежевшая, отдохнувшая…воскресшая.
— Я извиниться хотела за тот, случай, — неуверенно начала врач-психиатр, но Вита мягко перебила ее.
— Бывает, — рок-звезда подмигнула. — Ты ведь о помощи хотела попросить?!
— Да. Я не знаю, что делать. Тот человек, который взял меня в заложники…он нравился моей подруге. А теперь он мертв.
— Она ничего не знает?
— Не знает, — эхом подтвердила Галчонок. — Она ни одной сущности не знает, для нее это сказки.
— Это хорошо, — Витторина присела на стул и задумалась, посмотрев куда-то вбок. Глаза вспыхнули фиалковым цветом.
Галка всматривалась в рок-диву, осознавая, что испытывает досаду и раздражение. Сколько лет этой девахе?! Судя по тому, как она себя держит чуть старше самой Гали, хотя выглядит явно моложе своих лет. Отхватила себе в жизни лакомый кусок — муж предводитель «Ночной Стражи», верные друзья (скорее всего, просто бедненьких использует), гребет деньги лопатой, в общем-то жирует по полной.
В палату вошла Алиса. Галчонок поначалу обрадовалась, но вскоре заметила, что подруга находится не в своем уме. Стеклянными глазами Алиса смотрела на Витторину, казалось, что ждала приказа. И она его получила.
— Привет, — Вита улыбнулась. — Алис, попросить тебя хочу.
— Я слушаю, — загипнотизировано произнесла девушка.
— Забудь, пожалуйста, Андрея. Придумай любую причину, по которой перестала с ним общаться и забудь. Твоя жизнь впереди и все будет хорошо.
— Исполнено. Спасибо! В смерти наше спасение! — и с этими словами Алина покорно ушла.
Витторина задумчиво обвела взглядом палату. Нехотя поднявшись со стула, она направилась к выходу.
— Кстати, — девушка остановилась. — На рок-музыке в России трудно зарабатывать, это делают лишь единицы. В основном одни убытки.
И ушла.
Галка передернула плечами — поражало, неужели представительница Смерти читала мысли, но это нереально. Или все-таки догадалась? Чтобы отвлечься от нерадостных мыслей, Кнопка взяла с тумбочки какой-то современный журнал и начала читать первую попавшуюся статью.
«Радуйтесь!
Радуйтесь каждому мгновению, каждой минуте или часу…радуйтесь мелочам. Радуйтесь жизни в целом. Из мгновений и мелочей состоит ваше время — Время, которое дается нам, и по незнанию тратится впустую. Мы прожигаем секунды, минуты, часы даже не задумываясь над этим.
Привыкли жаловаться, что у нас нет времени. Нет времени, чтобы заняться любимым делом, нет времени на работу, нет времени на отдых…у нас нет Времени…
Но это ложь. У нас есть Время, но мы не умеем его использовать!».
Галка закрыла статью и раздраженно начала массировать виски.
— Что-то не так, Кнопка? — Никита появился сидящим на подоконнике, печально глядя в окно.
— Все не так. Я ненавижу эту выскочку, — она ткнула пальцем в фотографию солистки группы «Феникс». — Она считает, что делает лучше. Якобы тратит огромные деньги на благотворительность. Отличный пиар. Да у нее походу серьезные комплексы на фоне детских обид.
— Думаешь?
— Конечно, — Галка фыркнула. — У нее ярко-выраженная психопатия. И теперь еще этот прием в ее честь… В честь чего, кстати?
— Они Хорса спасли. И тебя, — спокойно отозвался Никита. — К сожалению, именно ей, — он тоже указал пальцем в журнал. — Ты обязана жизнью, а не мне.
Вампир вздохнул и, сделав круг по палате, вернулся к окну, прикоснувшись лбом к прохладному стеклу.
— Я мог тебя потерять. А благодаря этим людям…ты знаешь, что именно Шархан настоял на том, чтобы его жену объявили Первой Жертвой?! Он объяснил, что «Ночная Стража» и Академия в целом готовы принять бой, они смогут победить. А тебя защитить нам, увы, не под силу оказалось. Пока Гончие охотятся на Марен, мы можем быть спокойны.
— Ты не хуже меня знаешь, что это все понты, — девушка хмыкнула. — Они возомнили себя Богами, шизофрения на лицо. Они чувствуют свою безнаказанность и поэтому творят что взбредет на ум.
— Она вроде обаятельная, харизматичная, — непонимающе пожал плечами Никита.
— Она жестокая, беспощадная и легко манипулирует людьми.
— Может ты и права.
— Ты сомневаешься? — Галка удивленно посмотрела на своего парня.
— Я этого не вижу…я вижу другую реальность, — он на секунду замолчал, а потом добавил. — Сегодня вечером мы идем на прием. Я через два часа вернусь и заберу тебя.
— Проблемы на работе?
— Да, машину одному человеку случайно доломали, — махнул рукой Никита.
— Кому? — искренне удивилась Галка.
— Витторине Соколовой.
МСТИСЛАВ
Он улыбнулся собственным мыслям.
— Мстислав! — Витторина возникла на пороге комнаты. — Так что ты говорил?
— Я говорил, что Хорс тебе два платья прислал, — парень встал с кресла и подошел к жене. — И вот ведь сволочь, с размером по ходу не промахнулся.
— У вампиров зрение хорошее, — пожала плечами девушка. — Если хочешь, я выберу другое.
— Нет-нет, напротив, — он улыбнулся. — Я хочу, чтобы ты вон то надела, — кивнул на одну из запечатанных коробок.
— Ревнуешь?
— Нет.
— На тебя это не похоже.
— Девочка моя, — Шархан вздохнул. — У меня нет повода для ревности, а вот зависть и беспомощность Хорса откровенно веселит. Я хочу, чтобы ты сегодня была неотразима, чтобы другие вампиры посмотрели на тебя и могли поддержать. Дружба лишней не бывает.
— Значит не ревнуешь?! — девушка рассмеялась.
— Абсолютно, — он поцеловал ее в носик. — Так что давай я помогу тебе нарядиться и погнали. Опаздывать нельзя.
Она улыбнулась и чмокнув мужа в щечку, побежала открывать коробку, дабы узнать, что для нее выбрали.
Прием был помпезный. Хорс и несколько Князей других Камарилий не поскупились и сняли самый дорогой зал в Москве. Старинная шикарная мебель, золотые высокие потолки с огромной люстрой, ломящиеся от яств столы… Да, вампиры не пожалели денег на прием.
Галка была одета в старинное изумрудное платье с широкой пышной юбкой. Никита, как полагается в костюме-тройке, но переделанной несколько под другую эпоху. Народ в зале был в совершенно разных по эпохе костюмах и не мудрено, ведь собрались не только бессмертные. Никита представил Кнопке несколько демонов и ангелов, волхвов и ведуний и многих других. Не хватало лишь виновников торжества. И как только Галя об этом подумала, в зале прогремел голос дворецкого:
— Дамы и господа! Представляю Вашему вниманию группа «Феникс».
На красной дорожке возникли трое в красивых вечерних нарядах. Сейчас рок-звезд сложно было признать. Барабанщик вел под руки двух девушек: гитаристку и скрипачку проекта.
— Дамы и господа! Представляю Вашему вниманию руководство Академии Лемур.
Пожалуй, из вышедшей толпы была известна лишь Марта. Сид, Ян и Рин шли сразу же за Смертью. Они не изменили своему стилю, поэтому явились как всегда — джинсы и футболка. Марта же выглядела неотразимой в кожаном готическом платье в пол. Хорс, как главный организатор приема, подошел поприветствовать новоприбывших и поинтересоваться о том, куда пропали остальные.
— Они в пути, — Марта с трудом выдавила из себя улыбку (создавалось впечатление, что она в принципе стеснялась и не умела растягивать губы в нечто большее усмешки). — Последние наставления в Академии.
— Есть проблемы? — вампир выразил свое беспокойство.
— Об этом лучше с Шарханом Вам поговорить.
— Либо с Витой, — хмыкнул Сид, почесав бритую половину черепа. — Решение все равно за ними будет.
— Но вы же руководство Академии?! — недоуменно уточнил Хорс.
— С их позволения, — Рин хмыкнул. — Мы очень хорошие друзья. Шархан с Витой все равно не смогут разорваться, чтобы быть везде и всюду, нужны надежные люди. И это мы.
Галка под руку с Никитой подошли к ним и поздоровавшись, парень уточнил:
— А Вита опаздывает не из-за того, что мы ей машину так и не починили?
— Не починили??! — Хорс с Рином и Яном удивленно воззрились на Никиту.
— Похоже кому-то хана, — заржал Сид. — Что хоть с ее «Ониксом»?
— Рабочие оказались жуликами и сняли все новые детали.
— Ну тогда им же хуже, — Марта усмехнулась. — Завтра-послезавтра вам вернут детали, они защищены.
Никита поблагодарил за информацию и осведомился о здоровье и жизненных планах участников разговора. Все оказались крайне целеустремленными людьми. Марта продолжала развивать Академию, Рин с Сидом курировали Информационное отделение, а вот Ян контролировал работу «Дневной Стражи», при необходимости выезжая на вызовы.
— Марта! — Ритка буквально подскочила к Смерти, и только тут обратив внимание на остальных, извинилась. — Вита же вроде не за рулем, заблудиться не могли, где они?
Смерть пожала плечами и предложила позвонить подруге. На том конце «провода» ответили быстро.
— Вы где пропали-то? — удивился Ян.
— Так у нас время в пригласительном…нам явиться нужно только через полчаса, — спокойно отозвался Шархан в трубку.
Услышав это, Хорс вызвал к себе Людмилу для выяснения данного инцидента. Но объяснения не последовало. Вампирша не могла сказать почему время в пригласительном для Шархана с Витториной было другое. Такая неприятность не радовала, хоть и была не смертельной. Эдуард предположил, что ошибка — всего лишь человеческий фактор. Стоило принести извинения, но…
— Дамы и господа, представляю Вашему вниманию замечательную пару Шархан и Смерть!
Зал окунулся в гробовую тишину. Ни один посторонний звук не проникал в это помещение. Кто-то с ужасом, а некоторые и с восхищение, взирали на вошедших.
Мстислав выглядел хорошо — черные брюки с такой же черной рубашкой и все. Никакой вычурности. Все просто, строго и со вкусом. Подаренное платье для Витторины Хорс признал сразу же, оценив насколько правильно «на глаз» подобрал его. По усмешке Шархана, вампир понял, что выбор мужа не зря остановился на этом платье, а уж то, что наряд выбирал именно муж сомнений не вызывало.
Витторина в алом, обтягивающее фигуру, платье смотрелась ярче всех, находившихся в зале. Неглубокий вырез декольте лишь больше подчеркивал хорошие правильные формы, а небольшой вырез на юбке дразнил красивыми ножками, которые то и дело мелькали за складками ткани. Рукав три четверти идеально вписывался в концепцию платья.
— Ребят, вроде не похороны, — слегка насмешливый голос Виты вывел всех из раздумий. — Давайте веселее! Рок-н-ролл жив!
Присутствующие рассмеялись и нервное напряжение пропало.
— Никогда не видел Смерть так близко, — рядом с Хорсом возник Князь дружественной Камарильи. Он был высок, худощав и чрезвычайно бледен. Красноватые глаза походили больше на постоянный недосып, а седые волосы подсказывали о пережитом стрессе. — Они точно не опасны для нас?
— Годун, мы не первое столетие коротаем. Взгляни на них, — вампир улыбнулся. — Они оба помешаны на справедливости. По сравнению с нами, их подростковый максимализм позволяет очень далеко продвинуться в решении многих проблем.
— Ты это предложение хотел выдвинуть на рассмотрение?
— Да. Я разговаривал с Шарханом и при определенных договоренностях он согласен на сотрудничество.
— Дорого?
— Вовсе нет. Его беспокоит жизнь лишь одного человека, — Хорс долгим взглядом посмотрел своему другу в глаза, и они оба кивнули, в знак понимания.
Витторину с Шарханом плотно обступили, вопросы и пожелания сыпались со всех сторон. Девушка вела себя крайне любезно, благодаря за все добрые слова и стараясь ответить на вопросы. Она была в общении очень легкой, без завышенной или зазвездившейся самооценки. Аккуратно выцепив Шархана, Хорс извинился за перепутанное время встречи.
— Без проблем, — Мстислав отмахнулся не видя в этом инциденте ничего страшного.
— Я тебя тут познакомить хотел с интересным персонажем. Идем.
Хорс повел гостя в сторону. Краем глаза вампир видел, что Шархан сделал знак своей жене и та едва заметно кивнула. Видимо была о чем-то договоренность. Как ни странно, но Витторина осталась с гостями о чем-то весело болтая и продолжила удовлетворять любопытство окружающих.
В углу зала под самой сценой их ждали. Мужчина, лет тридцати на вид, с густой бородой. Подошедших он не заметил, поскольку был очень занят тарелкой с пельменями, активно уплетая оные за обе щеки.
— Знакомьтесь, — Хорс молниеносно появился в поле зрения и незнакомец отставил свое угощение в сторону.
Мужчина оказался головы на три выше самого Мстислава и шире его в плечах раза в два.
— Святозар, — вампир улыбнулся. — А это Шархан, предводитель «Ночной Стражи».
— Добре! — мужчина пожал ладонь новому знакомому.
— Приятно познакомиться! — Мстислав с любопытством изучал Святозара, словно о чем-то догадываясь, но тем не менее не собираясь озвучить вслух свои мысли.
— Это единственный человек, богатырь русский, на данный момент, который видел дракона.
— Их же перебили всех?! — Шархан пытался припомнить хоть одно современное упоминание, но нет, все было чисто.
— Горыныча видел, богом клянусь! — покачав могучей головой басом заявил богатырь.
— Не поверишь, гены очень хорошо сказались. Произошло какое-то наложение, Временной петли или еще чего-то и вот, прям как в былинах, — продолжил Хорс. — Собственно, Святозар просил отыскать ему дракона помочь.
— А это стопроцентно? — Мстислав обратился к Святозару. — Где и при каких обстоятельствах вы его видели?
— Почитай, как третьего числа на закате солнца.
— Две недели назад, — Князь хмыкнул. — У Академии есть ресурсы заняться таким заданием?
— Ресурсы есть, только зацепки ни одной.
— Отчего же, молодец, ни одной?! Он кругами когда летал, аки демон звал «Мара, Мара!».
Хорс переглянулся с Мстиславом и также, не сговариваясь, посмотрели на Витторину. То, что девушка многим не давала покоя, было давно известно. Кому-то мешала ее слава, другим доставала ее деятельность в Академии, про спецзадания и говорить не приходится. Девушка смеялась над шуткой одного из приглашенных Князей дружественных Камарилий, заражая окружающих своим обаянием и теплотой.
— Это могли быть Гончие, — наконец вымолвил Хорс.
— Может и Видения. По последним данным они объединяются.
— А вы? — вопрос Святозара прозвучал просто, сквозя изумлением.
— А мы сегодня собрались для возможного обсуждения.
Компания громко рассмеялась и особенно громко прозвучал комплимент от Годуна:
— Вы остроумная девушка!
— Большое спасибо! — она мило улыбнулась и Хорс в очередной раз пожалел, что она замужем.
— Ты ведь специально попросил ее надеть это платье? — спросил вампир.
— Как знать, — хитро усмехнулся Мстислав, возвращаясь к своей жене.
«Счастливая пара!» — завистливо подумал вампир и тяжело вздохнув, быстренько обошел всех гостей, осведомившись о настроении и пожеланиях. Как оказалось, единственное что огорчало гостей, это малое время общения с Витториной, поскольку желающих с ней переговорить оказалось слишком много. Но всю веселую атмосферность мероприятия резко свернул Годун, впрочем, как и планировалось, они перешли к серьезной части.
— Витторина, вот скажите, как Смерть. Вы на чьей стороне? Видения? Гончие? Ад? Рай? Вы за кого?
— Я за справедливость. А вы?
— Справедливость есть либо в Аду, либо в Раю, — осадил ее Князь.
— Если ты не потерял чести и совести, то справедливость будет куда ближе.
В связи с этим объявили о том, что нашли какое-то видео на просторах интернета. Изображение вывели на экран и оно не порадовало присутствующих. На первых же кадрах Анатолий жестоко избивал Витторину до потери сознания, а позже девушка в больнице встретила Ритку со сломанной рукой. И все это пропитано тяжелой музыкой и умелым монтажом.
Вита усмехнулась, видимо подозревая о чем-то. Мстислав же стоял не шевельнувшись, словно вспоминая, хотя его лицо было непроницаемо и догадаться о мыслях оказалось невозможным.
В это время на экране Витторина получила наставление врачей и требование не напрягать правую руку тренировками, в том числе исключить гитару. Ритка была в истерика, вспоминая о своем избиении. Полежав недолго, Вита что-то решила для себя. Приняв сильное обезболивающее, девушка покинула палату, и на мотоцикле приехала в студию обидчика. Анатолий встретил ее подколками и ухмылками. Его замах по сути уже ничего не решал, поскольку девушка не забыла о бите, которую так часто возила с собой. Да-да ту самую, которой она когда-то чуть не проломила лобовуху новенького «Шудатти» Мстислава. Потребовалось всего четыре удара для, того чтобы Анатолий не мог сопротивляться. Вита говорила иронично и эти слова пробивались сквозь музыку:
— Такая беспомощность тебе нравится, да? Это так по-мужски поднять руку на того, кто слабее.
— Слышь, ненормальная… — он не договорил, удар в живот заставил парня упасть на спину.
— Значит это ты решил себе оставить… — битой обвела музыкальную технику. — Оставляй!
Ярость завладела ею полностью. Она крушила все, не оставляя даже шансов на восстановление чего бы то ни было. Понадобилось немного времени — минут двадцать.
На следующем кадре Витторина лежала в больнице с дикой болью во всем организме из-за сильного перенапряжения мышц.
А когда уснула, то в проеме появился Мстислав. Его Импульс помог восстановиться Вите, а у Риты зажила рука.
Музыка замолкла и вместе с ней погасла картинка.
— А я-то удивлялся, кто дотянулся до Анатолия, — нарушая гнетущую тишину, произнес Шархан.
— То есть это было? — потрясенно уточнил Хорс.
— Да, — Вита пожала плечами. — Анатолий избил меня и сломал руку Ритке. Обещал повторить. Я просто отстояла нас.
— В Академии нам отдельно пришлось контролировать ярость Виты к Анатолию, поскольку на практике выяснилось, что ему даже в поле зрения находиться опасно, не то что провоцировать, — подтвердил Ян, но под строгим взглядом Мстислава замолк.
— Это до пробуждения способностей?!
— И после смерти Анюты, — кивнул Мстислав.
— На самом деле, я поражен стойкостью. Вы ради друзей готовы на все, — протянул Годун. — Шархан, Академия вся такая?
— В большей степени да. Единственное разграничение идет на учеников и учителей. Но все друг друга держатся.
Никто не ожидал, но Галка с раздражением произнесла:
— А никого не смутило, что кто-то превысил скорость, избил человек, сломал имущество? Никто даже не подумал о том, что в клипе все показано с иной стороны!? Вита, вы же постоянно нарушаете скоростной режим. Вам не стыдно?
Шархан хмыкнул, а его жена с трудом подавила улыбку, взглянув на него.
— Вам смешно? — негодовала Кнопка. — Вы же ставите себя выше всех этих людей!?
Витторина вздохнула, прикрыв глаза рукой и медленно вкрадчиво, будто сдерживая внутри себя ярость, произнесла четко выговаривая каждое слово:
— Мы пытаемся получить официально разрешение на свой транспорт. «Синие ведерки», специальные обозначения, маячки…ни для кого не секрет, что Академия участвует во многих, если не во всех спец операциях и мы обязаны приезжать как можно быстрее. Но вместо разрешения, мы получаем пачку штрафов за превышение скорости. Они нас душат. Каждую неделю по пачке. Мы могли бы плюнуть на все, и ездить по правилам. И тогда представьте, скольких людей мы не успеем спасти.
— Мы хотим изменить мир. И мы это сделаем рано или поздно. Устроим блага для всех. Но нам не хватает реальных сил, тех, кто выступит с нами единым фронтом. Все знают, сколько средств Академия потратила на строительство образовательных учреждений и больниц, сколько было создано рабочих мест. Мы можем сделать лучше и мы ни раз уже это доказывали, — спокойно поддержал Мстислав.
— Последняя операция прошла успешно. Знаешь сколько детей было в заложниках? — Витторина издевательски улыбнулась. — Около трехсот. Помнишь то громкое дело о захвате детского сада. Ты мне расскажи, через сколько времени приехали другие спецслужбы? А мы были на месте и к тому времени уже освободили заложников и поймали террористов.
Зал одобряюще загудел, некоторые зааплодировали.
— План действий есть? — шепотом поинтересовался Годун.
— Есть, — кивнул Мстислав. — Мы готовы к разговору.
— Вы уверены, что это лучший вариант?
— Абсолютно, — он кивнул.
— Шархан, а вот такой вопрос — вы не боитесь, что ее просто убьют, проломят голову в какой-нибудь подворотне пока вас рядом нет. Вспомните, как ее били на площади, — не могла уже угомониться Галка
— Вы серьезно? — Мстислав позволил себе ехидную улыбку. — Ее не способны даже пальцем тронуть, поскольку защита покрывает все тело невидимой тонкой пленкой. Для отвлечения внимания, Вита всегда изображает боль, хотя по сути она ничего не чувствует в этот момент. Исключение составляют лишь действительно сильные удары, которыми она может вырубить сама себя. Например, выпавшая сумка из грузовика и полет пятьдесят метров в лобовое стекло моего автомобиля.
Вампиры одобрительно загомонили. Галка аж покраснела от злости. Вечно у этих выскочек есть идеально подготовленные ответы. Но ничего, пока все боятся, она может помочь выявить их сущность. Хорс в мгновении ока оказался на сцене, привлекая всеобщее внимание.
— Друзья мои, отставим на время споры. Я собрал Вас всех с несколькими целями. Во-первых, хочу выразить огромную благодарность обеим Марам, «Ночной Страже» и в целом Академии Лемур за оказанную помощь, за спасение аж дважды. Если бы не они, от меня действительно остался бы лишь пепел.
Собравшиеся дружно зааплодировали, выражая полное согласие.
— И второе. Все знают о небывалой активности Гончих и Видений. Жить в этом мире становится все тяжелее и опаснее. Каждого из нас пытаются уничтожить. И у Академии возникли вполне конкретные предложения. Шархан, Витторина, прошу вас!
Пара прошествовала к Князю, неспешно поднявшись по ступенькам на сцену. Как и вампир, они не стали пользоваться микрофоном, Импульсом усиливая собственный голос.
— Мы предлагаем объединение. Мы все часть одного мира, — начала Витторина. — И нам всем, как никогда, угрожает опасность. Мы предлагаем стать единым целым, объединившись под знаменем «Братского Союза».
— Как всегда, встает вопрос управления, тем более, столь большим объединением, — продолжил Мстислав. — И тут мы тоже готовы предложить весьма компромиссное решение. Каждый из нас будь то Камарилья, или другие объединения, сильны в своей области. Как нам кажется, стоит вынести руководство из каждого сообщества и назначить его ответственным за каждый отдельный сегмент общества в целом. К примеру, Камарильи сильны в финансовом вопросе, поскольку уже не одно тысячелетие наращивают свой капитал. Они могли бы стать хорошим финансированием всех проектов. Информационное отделение Академии готово разрабатывать, анализировать и оценивать риски, поскольку такова их специальность. Ангелы, мы хотим обратиться за помощью к вам, ведь именно вы знаете, как должна выглядеть правильная праведная жизнь. Вы поможете нам поставить правильные цели. Волхвы помогут сохранить правильный баланс между технологиями и природой. И так далее. Каждому есть место в этом объединении. Любые вопросы можно решать всем вместе, но не затягивая их рассмотрения. Собрались, обсудили, пришли к выводу и не иначе. Мы вам даем время подумать и решить, готовы ли Вы стать вместе с нами «Братским Союзом». Если есть вопросы уже сейчас, задавайте.
— Есть, — руку поднял молодой ведун из зала. — Общая цель, если я правильно понял, изменить весь мир, правильно?
— Да. Мы можем достигнуть другого уровня жизни для всех, — кивнула Смерть.
— И думаете, что мы сможем людей потащить за собой?
— За «Фениксом» пойдут, — Мстислав был готов к этому вопросу. — У нее многомиллионная армия поклонников и обожателей. Они поддержат и пойдут за ней, — он указал ладонью на свою жену. — И потянутся уже за ними. Мы готовы на решительные действия и готовы брать ответственность. Мы не отказываемся от своих ошибок, готовы к последствиям и работе над ошибками.
Слушатели зааплодировали. Вопрос был один и последний из зала. Галка подняла руку и спросила:
— Сколько вы будете еще понтоваться?
Все замерли, оглянувшись на девушку, но психиатр продолжила:
— Вы постоянно льете воду, постоянно понтуетесь своими достижениями, хотя большинство из них лишь финансовая сторона вопроса. Как долго вы планируете продолжать эти понты?
Витторина поменял цвет глаз на фиалковый и успела сделать шаг вперед, но в следующую минуту замерла по жесту Шархана, словно окаменев. Парень тяжело вздохнул, помассировав переносицу и спрыгнув со сцены, подошел к Галке.
— Меня порой просто удивляет человеческая наивность и глупость. Давай я тебе кое-что поясню? У нас как раз есть пару минуток, пока Смерть борется с комой. А когда очнется, случайно сотрет тебя с лица земли, просто понтанувшись.
Он обошел «жертву» по кругу.
— Понты значит, да? Именно эта мысль прочно застряла в твоей голове. Красивое сальто, идеальный голос, отличные рифы…все это понты по-твоему, именно это видишь ты. А знаешь, что вижу я? Тренировки, бесконечные тренировки. И длятся они восемь часов, двенадцать…она тренируется сначала со мной, потом приходит группа студентов, следом «Ночная Стража», потом снова со мной, и после идет отрабатывать музыкальную программу. А если день совсем задался, то дополнительно к этому выезжает на задание. И кстати, концерты и другие мероприятия не повод для пропуска тренировок, так что занимается она каждый день.
Мстислав хмыкнул внимательно рассматривая Галку.
— И ничего не далось ей легко, все честно заработано трудом. Чтоб ты знала, она отжимается до того состояния, когда руки вообще не держат тело и был даже случай, когда она ударилась лицом об пол, потому что не было сил удержать себя, собственное тело. А теперь подумай. Вы были в плену и вас спасли. После чего, моя благоверная снова попала в плен, и там, на Красной Площади, вас всех снова спасли. Оценили это только те, кто перестал быть людьми, в физическом плане, то есть те, кто, как ты считаешь, ниже тебя. Вампиры, ангелы, демоны, волхвы, ведуньи…это все лишь условности, но они оценили и были благодарны. И лишь людям всегда бывает мало, всегда и всем бывают недовольны. Ты привыкла сидеть и ничего не делать, ни к чему не стремишься и не собираешься делать, потому что знаешь, что за тебя есть кому работать. Жалуешься на жизнь, жалуешься на судьбу, но ничего не собираешься менять, а просто ждешь, когда тебе кто-нибудь принесет то, чего хочется. И при этом считаешь всех вокруг себя никчемными. Начни с себя. Взгляни правде в глаза и начни уже менять хоть что-нибудь. Если тебе нужна помощь — мы поможем, но делать вместо тебя ничего не станем.
— Мстислав, — Вита вздрогнула, словно очнулась, вновь обретя способность двигаться. — Ты ей не поможешь. Человек он либо Человек, либо тварь никчемная. Каждый сам выбирает кем быть, — спокойно добавила она и отвернулась, показывая, что разговор окончен.
Хорс потрясенно следил за Витториной, все больше и больше восхищался, в тоже время досадуя — у нее есть муж.
— Не парься, — Вторая Смерть возникла рядом. — У тебя не было бы шансов.
— Подбодрила, — усмехнулся Князь.
— Это реальность. Но ты всегда нам всем можешь стать другом. Мы ценим друг друга и не бросим в беде.
— Да, это я заметил.
Витторина извинилась и попросила разрешения выйти на улицу, подышать немного морозным воздухом.
Ночное небо было тусклым, затянутым облаками, будто в одеяло. Прохлада приятно остужала, приводя в порядок мысли. Но какой-то неясный шепот пытался достучаться до сознания. Вита сначала подумала, что это из полного веселья зала, но нет. Гул нарастал и начинал давить на виски, взывая к себе. И этот голос, он звучал вот оттуда, из-за угла.
— Мстислав…
Она не зря произнесла его имя — это нечто оберега. И Витторина знала, муж уже на низком старте, постепенно покидает зал и идет к ней.
Мелькнувшая тень манила и девушка перешла на бег, легко меняя свое алое платье на черный кожаный спецкостюм. Силуэт вновь мелькнул, но как только Витторина завернула за угол здания, ее встретили двое. В темноте оказалось сложно различить людей, даже сложно пол было определить, если бы не некое подобие юбок.
Вита окликнула их, но никто не шелохнулся. Тогда девушка щелкнула пальцами заставив вспыхнуть ярким светом фонарь. Как отражения друг друга стояли две девушки, буквально замотанные в смирительные рубашки. Отличались они лишь прическа — у одной волосы были заколоты сверху, а у второй распущены. Темные, почти черные глаза не мигая следили за Смертью. Непонятная тревога охватила Витторину, но отступать было уже некуда. Светящаяся стена преградила дорогу назад. Быстрый удар оказался не усилен Импульсом.
— Что? — она была ошарашена.
Ни Барьер, ни Резонанс не возникали ни по зову мысли, ни при вспомогательном махе рукой. Этого не могло случиться, ведь дар Мысли не может пропасть. Об этом даже говорилось в Кроносе: «Постигший Мысль однажды, уже никогда не забудет!».
Молния ударила ровно в то место, где мгновение назад стояла Витторина — благо постоянные тренировки помогали девушке находиться в прекрасной форме, поэтому что-что, а уворачиваться она научилась. Еще две серебристые молнии пролетели совсем рядом.
— Мстислав!!!
Да, она закричала, поскольку ничего не могла сделать — одна, без Импульса и без банального оружия, Вита оказалась беспомощна. Эта мысль очень больно отозвалась в девушке. «Понты» — как специально вспомнились Галкины слова.
Барьер разнесло в щепки и в следующую секунду над головой Витторины прогремело несколько огненных Резонансов.
Две девушки в смирительных рубашках развернулись и резво начали убегать. Четыре Импульса Мстислава ударили рядом с беглецами, но, к сожалению, промазали. Витторина смотрела им вслед, чувствуя, как постепенно рассеивается их таинственное влияние и сила Мысли возвращается. «Что это было?» — ярость и обида постепенно накатывали изнутри, разрушая, как когда-то смерть Анютки.
— Уезжаем. Хорс, Святозар, вы с нами? — Мстислав махнул рукой и верный «Шудатти» возник из ниоткуда.
Витторина вышла из ступора и удивленно вскинув брови, обернулась.
— Святозар!? Необычное, но красивое имя.
— Благодарствую краса, — богатырь поклонился. — Но негоже девке с мужиками наравне в драку лезть. Зашибут. Да ты, добрый молодец, приглядывал бы внимательней.
— Я промолчу, — Мстислав хмыкнул, не отрывая пристального взгляда от жены.
— А вы не хотели бы присоединиться к нам? — девушка мило улыбнулась.
— Биться за правое дело? — Святозар нахмурил брови. — Негоже отказывать в помощи, не по-людски, не по-христиански это. Говори краса, где враги лютые, басурмане клятые.
— У нас войны несколько иного масштаба, но все также не на жизнь, а на смерть.
— Горыныч сказывал о Вас, — он кивнул. — Поможем, освободим Землю Русскую от злого ига дурного, от лиходеев проклятущих.
— Благодарю, — Витторина буквально расцвела, скрывая внутри себя переживания.
— Ох люба, — богатырь вновь окинул ее критичным взглядом. — Но негоже девице красной одежи столь откровенные носить. Сарафан да шаль цветную…
— Понял? Походу мне гардероб придется менять, — девушка подмигнула Шархану. — А пока пойду я по делам, а то со стыда не знаю куда деться.
И обойдя автомобиль плюхнулась на переднее пассажирское сидение. Мстислав кивнул и Хорс вместе со Святозаром заняли свои места в машине, которых оказалось куда больше, чем указывалось в начальной комплектации. Шархан любил «растягивать» пространство в собственной машине, чем ни раз шокировал друзей.
«Шудатти», прочертив восьмерку, быстро выехал со двора. Достав из нагрудного кармана телефон, Шархан набрал чей-то номер и произнес:
— Четвертый, срочно готовь лабораторию. Мы в течении десяти минут будем.
И отключился не дожидаясь ответа. Витторина сидела грустно уставившись в окно. Ее подавленное состояние передавалось всем в салоне автомобиля и Шархан принял решение поставить фоном музыку.
Терпение вампира первое вышло из строя и он решился задать вопрос:
— Неужели силу Мысли можно потерять?
— До сегодняшнего дня это считалось нереальным, — задумчиво отозвался Мстислав. — В этом может быть несколько причин. Либо кто-то поселил опасную мысль в голову Виты, либо возможно блокирование ее дара. Главный вопрос ее ли одну могут блокировать и что та девушка хотела.
— Девушки, — поправила Витторина. — Их было двое.
— Она была одна, — Шархан тяжело вздохнул. — И вот еще одна проблема. Ты перестала различать живых и мертвых.
— То есть как?! — Хорс удивленно посмотрел сначала на девушку, затем на ее мужа.
— А вот так, — предводитель «Ночной Стражи» прибавил газа, заставив автомобиль мчаться со скоростью в двести сорок километров в час. — Таков дар Смерти. Они видят мертвых также, как живых и слышат их одинаково хорошо. У Марты к этому есть некий иммунитет, хотя скорее всего причина в том, что она с умершими редко разговаривает. А вот девочка моя, напротив, она чаще бывает с ними, чем с живыми, — недолго подумав, Мстислав тихо добавил. — Это моя вина.
Витторина положила ладонь на руку мужа на рычаге переключения скоростей и тихо добавила:
— Это моя вина.
— Да ладно, справимся, — флегматично добавил Хорс, ловя себя на чувстве ревности.
И тишина. Каждый думал о своем. Вита думала о колоссальном провале, Мстислав о возможных разрешениях ситуации, Хорс прикидывал каким образом можно привлечь внимание дружеской Камарильи и тем самым достичь объединения, а Святозар…Святозар просто наслаждался поездкой на дорогой машине.
И все же бывает,
Маски так часто меняют
А чувств уже нет
Боли в душе терзают
Опасным ядом
И словно туманом
Иду я вперед
Но пути уже нет…
Звучал из динамиков гроул Витторины. Слаженная игра группы «Феникс» с переливчатой прекрасной скрипкой Алины, наполняли салон автомобиля красивой мелодией, хотя и несколько печальным исполнением.
— Это радио? — Вита быстро взглянула на панельную доску. — Переключи, пожалуйста.
Мстислав кивнул и прокрутил рычажок.
Жизнь — это вечная борьба,
День за днем нас убеждают,
Что мы ничтожны, мы рабы.
Но нет! Они не побеждают!
Не откажусь я от своей стрельбы!
Нас заставляют, пробуждают,
Подготовив для людей гробы.
Но в земле не принуждают,
Не перечат волею судьбы.
Невозможным удивляют,
Набив клеймо на наши лбы,
Но в борьбе определяют
Кого поставить на дыбы.
Шархан хихикнул, ведь эта песня также принадлежала его девочке. Хорс также позволил себе улыбку, радуясь тому, что Витторина звучит на большинстве радио-каналах. Попытав еще раз удачу, Мстислав махнул рукой, ведь следующая песня также была группы «Феникс». На этот раз Вита пела не так яростно, больше было спокойных переливчатых распевов, которые уже казалось необычным слышать от солистки. Многие привыкли к ее гортанному вокалу, а теперь исполнение в чистом виде несколько цепляли слух и создавали некое двоякое впечатление. Мстислав слегка стучал пальцем в такт музыке, явно наслаждаясь, Витторина молча уставилась в окно, снова окунувшись в свою грусть-печаль. Князь Камарильи поражался диапазону исполняемой композиции и находил нечто новое в Витторине, то, чего раньше не замечал в ней. Он помнил ее еще совсем подростком, лет четырнадцати. Амбициозная, она никогда не завышала собственной планки и ради друзей могла пойти на все. Впрочем, за столько лет совершенно не изменилась. Если бы не та история с подругой. Но наверное дело не в Анюте. Марта не зря сказала, что у него, Хорса, нет шансов. Мстислав сделал невозможное — в прямом смысле вдохнул жизнь в Витторину. Он не только повлиял на ее моральное состояние, но также помог реализоваться в жизни и не быть от него зависимым, как бы это не казалось парадоксальным.
Счастлив тот, кто может видеть!
И видеть все, что в мире есть.
И сладостно томление
Мечты моей угасшей сей.
Но в мире нет прекраснее мгновенья
Как зов души в светлейший день.
И холод смерти, жажда, мрак…
Лишь счастлив тихий врак!?
И сказочного бытия
Разбудит жизни краткий миг.
Восстанет солнце озарив во тьме
Тот сказочный прекрасный мир.
Тогда поймешь, что жизнь одна,
И как нужно дорого ее ценить.
Но жизнь бывает столько раз
Пытает случаем, судьбой,
Но будь ты сильным и видным,
И стойкость веры
Подарит множественность меры
В которой счастья не поднять
И не удастся унести.
Витторина окончательно «скисла», хотя определенно присутствие Шархана ее явно ободряло и успокаивало.
Барьер Академии упруго толкнул всех, пропуская в свои владения. Высокие старинные башни манили своими огнями. Хорс с любопытством разглядывал округу.
— Защита сильная стоит?
— Нормальная. Без приглашения не пройдешь, — откликнулся Мстислав. — Я в Академии заморочился и поставил защиту нескольких уровней, поэтому сюда практически невозможно попасть непосвященному человеку. Сам же Лемур подвергнут еще нескольким степеням защиты, правда за столько лет их не удалось проверить ни разу в серьезной боевой обстановке. Единственный раз был, когда Марта случайно корпус Академии разрушила, после этого была доработана система.
— Все на Импульсе?
— Да, на нем. Мысль срабатывает от нескольких членов Академии, что гарантирует максимальную степень защиты для учеников. Также мы доработали и создали внушительный бункер. Под землей эта система еще больше, чем снаружи.
— Впечатляет, — вампир покачал головой. — Я б у вас погостил бы.
— Не вопрос, оставайтесь, — Шархан быстро перехватил взгляд Князя, лишний раз словно предупреждая «К супруге даже близко не подходи!».
Влад ждал уже в гараже. Любезно поприветствовав новоприбывших, психолог живо осведомился о причине проблемы и вот уже под локоток вел Витторину, которая с каждой минутой все больше и больше раздражалась. Ее ярость исходила волнами и пожалуй, блокировалась лишь Мстиславом, хоть и не столь заметно, как стоило бы. Вся компания поднялась в лифте на какой-то этаж и пройдя путаными коридорами вошла в большую лабораторию. Влад сразу же предложил Святозару и Хорсу кофе, мельком накрыв небольшой гостеприимный стол, а Виту проводил к огромной непонятной капсуле, к которой было подключено множество проводов. Вампир сразу узнал это устройство — именно через него Мстислав смог воскресить свою жену на Красной Площади. Девушка легко запрыгнула внутрь и закрыла колбу. Светлая жидкость заполнила внутри и Вита словно повисла в содержимом, будто впав в кому. Маленький монитор выводил показатели, по всей видимости, работы мозга и еще каких-то данных.
— Шархан, сам смотри, — Влад развел руками. — Ее способности в полном порядке. Судя по данным с воспоминаний, ее просто блокировали тем самым Барьером. Я предполагаю, что убрать хотели именно ее. Мне как-то попадалось упоминание о том, что способности можно блокировать, но это кратковременный эффект. Я смею предположить, что тот, кто напал понимал, что убить саму Смерть не сможет и действие имеет больше психологический эффект.
— Самоедство, — Мстислав понятливо кивнул.
В дверь постучали и вошел тот, кого меньше всего ожидали увидеть.
— Можно? — Анатолий прошел в лабораторию. — Шархан я видел Импульс по одному из датчиков. С Витой все в порядке?
— Ты вовремя, — предводитель «Ночной Стражи» кивнул. — Ты вроде свою вину хотел искупить.
— Я готов. Что делать нужно?
— Значит так, слушай.
Она сидела в сторонке, отдельно от всех, сосредоточенно размышляя о своем нынешнем положении. Несмотря на уверения «Ночной Стражи», Витторина, понимала, что серьезно подставила, ведь дар пропал только у нее. Это все можно было понять, но Феникс никогда бы себе такое не простила.
Мстислав с прибывшей по его просьбе Мартой вместе с Хорсом и Святозаром сидели за отдельным столом. Банкет, устроенный Князем, успешно проходил без их присутствия, более того, многие даже не заметили изменений. «Да и пусть веселятся!» — заметил Хорс. Сейчас для них всех было важно состояние Витторины, а все остальное могло отойти на второй план.
От девушки же исходила ярость. Та самая, которую так боятся от Марен. Эта разрушительная сила сейчас была в одной точке и оставался лишь вопрос времени, когда это все выльется наружу и сколько людей пострадает. В столовой сейчас ученики старались не беспокоить Виту, чувствуя ту самую смертельную опасность. Но лишь один единственный человек мог сейчас избавить всех от этой напасти.
Анатолий возник, как черт из табакерки. Пожалуй, он был сейчас одним лишь, кто решил потревожить печальные думы девушки.
— Смертушка, хочешь помогу найти ответ на вопрос, пока ты не сожрала сама себя?
— С чего бы вдруг? — холодно поинтересовалась она, ощущая ужас парня, но в тоже время, поразительная искренность, которая проскакивала искрами. Это было необъяснимо, но завораживало. Раньше Вита не наблюдала этого
— Мне на СШП нужно, а одному не в кайф, а все заняты. А ты бы прогулялась, отвлеклась бы. И кстати, я не против рукопашки. Один на один в полную мощь. А то нам вечно все мешают.
— Не боишься? — это прозвучало нарочно безразлично, но те, кто знал Витторину, могли догадываться, что она очень хотела поквитаться с Анатолием за издевательства над ее подругой.
— Как будто ты ценишь мою жизнь, — парень хмыкнул.
— Хорошо, встретимся на «старте» через пятнадцать минут, — и с этими словами Вита вышла в окно, мягко приземлившись за счет Импульса.
«Ну уж нет, я тебе сейчас не уступлю!» — хмыкнул Анатолий и выпрыгнул в окно вслед за девушкой.
Мстислав усмехнулся и махнув рукой повел за собой любопытствующих гостей на смотровую площадку. Как мог понять Хорс, камеры Мстислав установил везде, чтобы в полной мере оценить способности ученика. Скорость Витторины поражала. Анатолий шел с небольшим отставанием, периодически осыпая девушку градом Импульсов. Как ни странно, но Вита не спешила отвечать. То и дело на бегу она с кем-то переговаривала. Полоса препятствий очень быстро закончилась и как только двое ступили на площадку, все изменилось.
— Я поняла тебя Анют, — Витторина остановилась, ее глаза приобрели фиалковый цвет. — Только не плачь, дорогая. Я всегда буду рядом с тобой.
Сила Импульса была неимоверной. Здесь выражалась вся ярость и боль…это могло быть и скорее всего было местью — и это страшило. Не меньше шестидесяти Фантомов то и дело возникали со всех сторон. Всерьез Анатолий бы не выдержал такого напора, но он очень хотел жить. На смотровой площадке Мстислав с Мартой корректировали защиту невольной жертвы, то и дело выставляя неожиданные Барьеры.
— Думаешь помирятся? — глухо спросила Вторая Смерть.
— Думаю да. Идеальней кандидатуры не могло быть. Он живет все время в страхе перед нами. Хотя особенно перед ней.
— Краса девица страшна в гневе.
— Она может быть и еще опаснее, если с ее близкими что-то произойдет. Сейчас наша задача показать ей, чем опасна потеря контроля.
— Зачем доводить ее до такого состояния? — Хорс удивленно взирал на мощь Смерти.
— Все просто, — Мстислав мельком глянул на вампира. — Те, кто блокировали дар, наверняка просчитывали такой момент. Ярость Виты вышла бы из-под контроля, поэтому мы отправили ей на расправу Анатолия. Во-первых, она его точно не убьет, даже при оном желании. Во-вторых, мы лишим ее временного контроля и это поможет впредь не допускать подобных ошибок.
— У вас всегда используются жесткие методы в обучении?
— Как правило, да. Проще один раз огрести на практике, чтобы больше не повторять таких ошибок и впредь ручаться за последствия.
Новый Резонанс ударной волной снес Анатолия вместе с Барьерами в сторону, тут же на него напало несколько Фантомов. Казалось, что Витторина уже не контролировала себя. В решающий момент девушка подпрыгнула, грозясь нанести последний удар, который бы почти наверняка умертвил ее извечного врага.
Марта охнула, понимая, что ее защиты не хватит. Она мысленно уже простилась с Анатолием, понимая, что это будет первый человек, которого убьет Витторина. Сама же жертва уже тоже простилась с жизнью, прекрасно осознавая, что вряд ли его что-то спасет и чуда ждать не приходится.
Кулак, усиленный Импульсом, ударил в Барьер, созданный самой же Витториной. Из-за силы девушку откинуло на несколько метров. Тяжело дыша она остановилась, ярость словно испарялась постепенно.
— Прости, — выдохнула Вита, обращаясь к Анатолию. — Я никогда не обращала внимания на то, сколько боли причинила тебе, полностью потонув в своей ярости.
— Это ты прости, — он смахнул трясущейся рукой холодный пот со лба. — Я раскаиваюсь, слышишь?! Я раскаиваюсь в том, что так небрежно поступал, что не ценил Анюту. У меня нет шанса исправить то, что было, я не могу искупить вины своей. Я вам причинил много боли. Тебе, Вита. Я пытался выпереть тебя из твоей же группы, избил, угрожал, издевался…но клянусь, в стенах Академии все было согласовано. Твоя ярость, обращенная ко мне, помогла твоим способностям проснуться быстрее. И я готов поклясться, что если ты мне дашь хотя бы шанс исправиться…я не подведу.
— Я тоже виновата, — она пожала плечами, все еще тяжело дыша. — Ты жил в постоянном страхе все это время, а я видела лишь свою боль. Может забудем, то что было? Начнем все заново. Мир?
— Мир, — Анатолий пожал протянутую руку и почти сразу же крикнул. — Осторожно!
Прикрыв девушку собой, парень разнес ближайшего Фантома в клочки. Витторина с ужасом взирала на творения рук своих.
— Теперь самое интересное, — заметила Марта. — Кстати, шестьдесят для нее явно не Предел.
Вышедшие из-под контроля Фантомы постепенно окружали Виту с Анатолием. Девушка резко выдохнула и точным Импульсом выкинула парня за пределы Барьера, принимая бой с собственной ошибкой один на один. Темные высокие человекообразные создания наступали то и дело мельтеша. Отбиваться от них долго не получилось бы. Витторина вздохнула.
— Мстислав! Я поняла! — крикнула она, чувствуя накатывающую на нее панику. — Я совершила очередную ошибку. Я буду осмотрительней.
Фантомы рассеялись и Шархан подошел к своей жене.
— Я тебя очень прошу, будь аккуратнее, — он обнял ее за талию, поцеловав в висок. — Анатолий давно хотел с тобой помириться, но ты этого не хотела видеть. Твои способности блокировали специально, зная, что твоя ярость будет разрушительна для нас всех. Фантомы могут выходить из-под контроля. Ты понимаешь?
— Прости, — девушка потупила взгляд. — Я сегодня натворила делов.
— У тебя есть я, — Мстислав снова чмокнул ее, на этот раз в макушку. — Я всегда буду рядом.
Хорс смотрел на них и чувствовал внутри себя некую пустоту и легкую грусть — он лишен такого счастья быть с той, кого он любит. Святозар же следил за всем с долей детского любопытства, словно не веря собственным глазам.
— Я была одержима такой же яростью, — грустно изрекла вдруг Марта.
— Что заставило тебя уйти от…
— Видений? — она горько усмехнулась. — Я была под контролем. Одна из задач ставилась, как убить Шархана. Находясь на громадном расстоянии Вита смогла его защитить. Именно эта жертвенность вывела меня из забытья. Позже, мы встретились в открытом сражении и когда мой Кукловод попытался избавиться от меня, Вита бросилась меня спасать. Но это все происходило во временной петле.
— То есть произошло все иначе? — уточнил вампир.
— Да. Мы очнулись уже зная все, что произойдет и я просто приехала в Академию. Меня ждала лишь Вита, она же кое-как смогла все объяснить Шархану. На тот период времени он не мог поверить в происходящее, и чуть не потерял ее.
— Наложение дало свои результаты?
— Скорее последствия. Шархан привык все знать и контролировать. На момент петли они поменялись местами. Когда Витторина решила, что им уже не суждено быть вместе, она взяла гитару и ушла из Академии. В этот момент петля замкнулась. Шархан бросил все дела и поехал ее догонять и возвращать.
Хорс задумался. Впервые он слышал из первых уст об играх во времени.
— А что случается, когда петля замыкается?
— Для тех, кто принимал непосредственное участие — ничего, небольшое дежа-вю. Для тех, кто оказался на окраине, ситуация может сложиться более серьезно. Ты-то тоже попал в эту петлю.
— В смысле?
— Вспомни, когда Смерть впервые вышла в свет.
— Да, она была в черном платье, — припомнил Хорс.
— А выходила она с кем? С Мстиславом или его покойным другом? — лукаво спросила Марта, наслаждаясь замешательством вампира.
Определенно он помнил. Нет, он действительно помнил Витторину в черном платье. Он помнил, как она прошлась по залу с Мстиславом под руку, но…он также ясно помнил, что круг она делала с призраком. Это казалось невероятным.
— Эй, задумчивые, — Витторина хмыкнула. — Пойдемте что ли студентов проверим.
— А ты во сколько репетировать пойдешь? — вампир улыбнулся одними глазами.
— Да можно сейчас. Есть желание послушать? — девушка пожала плечами.
— Да, я бы послушал, — кивнул Князь Камарильи и подойдя ближе позволил себе взять Виту под руку.
В ту же секунду как только Хорс коснулся локтя девушки, его сильно ударило током. Вампир обернулся к Мстиславу, а тот лишь хмыкнул и обогнув вампира, приобнял жену за плечи. Вита сделала вид, что ничего не заметила, лишь шепотом спросила:
— Значит не ревнуешь, да?
— Абсолютно не ревную, — заверил ее муж.
Галка сидела в своем кабинете и думала лишь об одном.
— Ненавижу! Как я ее ненавижу.
По радио только и крутили песни «Феникса». Галка с силой запустила свою любимую чашку в стену. Если бы Никиты не было рядом, то все разлетелось бы кучей осколков.
— Я не понимаю тебя, — спокойно произнес вампир. — Чего ты так взъелась на нее. Что плохого она тебе сделала?
— Она память стерла Алине.
— Андрея стерли? Так оно и к лучшему.
— Да какое право она имеет вмешиваться в чужие жизни. Кто она такая, чтобы решать за других?
— Она Смерть.
— Одно название, — отмахнулась психиатр.
— Не одно, — вампир задумчиво подошел к окну. — У этой сил хватит уничтожить любого. Смерть на то и смерть, что может убить кого угодно. Правда благодаря Шархану, Витторина до сих пор не убивала.
— Никто об этом наверняка не знает, — Галка хмыкнула. — Ты видел ее понты на приеме? Платье еще такое дорогущее.
— Это подарок Князя.
— Хорс подарил ей платье? — девушка аж подпрыгнула. — За какие такие заслуги?
— За спасение, — Никита подошел к своей любимой. — Хотя ходят слухи, что Шархан был против.
— К его жене так в наглую подкатывают… Удивительно, что дело не кончилось мордобое. Вита ведет себя в корне не правильно, принимая ухаживания от другого. Сама провоцирует скандалы.
— Вита-Вита, Вита-Вита, Кнопка, ты зациклена на ней, — Никита слегка повысил тон полный раздражения. — Ты только о ней и говоришь. Неужели нет других тем для разговора.
— Ну она же такая идеальная!
— Ну я-то с тобой или тебе чего-то не хватает в этой жизни?
«Возможно, не хватает!» — грустно подумала Кнопка и чуть остыв спросила:
— Может съездим сегодня куда-нибудь. Мы давно не были просто вместе.
— Конечно, Кнопка, конечно.
Тьма поглотила свет луны,
Но я всё равно иду на дно.
Слышишь, как близко их шаги?
Я не могу уйти, но всё равно.
Ты моя последняя надежда
В этом мире, где все против меня
Тьма сгущается, холодом вея
Я прошу, не оставляй меня, моля
Я прошу, не оставляй
Моя боль всё сильней — я думаю лишь о ней…
Хорс потрясенно следил за призраком поющим вместе с Витториной. Худенькая, почти анорексичная персона, хотя очень утонченная фигурка. Призрак был более чем реален, хотя и можно было сквозь него просматривать предметы. Рыжие волосы до плеч взлетали легкой копной. Девчонка оказалась весьма милой. И имелся один нюанс — она была мертва. Ян кивал в такт музыке, стараясь не реагировать на способности Смерти, ведь если задуматься…это страшил.
— Это причина депрессии? — изумленно спросил вампир.
— Это причина нервного срыва, — Мстислав внимательно следил за девушками, практически не мигая, будто боясь что-то пропустить. — Я Анюту знал при жизни, но недолго. После того, как у Виты проснулись способности Марены, они стали видеться постоянно.
— Но это опасно, нужно прекращать такое общение.
— Смеешься? — Шархан хмыкнул, посмотрев на Князя. — Они не хотят друг друга отпускать. Рано или поздно, они сами примут решение и каждая пойдет своим путем, а пока что…
Мягкий высокий голос Анюты поражал. Чувствовалось оперное прошлое. Вита пела в излюбленной манере гроул и сильно контрастировало с ее подругой. Девчонки улыбались и явно были счастливы. И лишь следящий за происходящим Мстислав был огорчен.
Я устала верить в чудо,
Но они сдавались.
Я мечтала в чудеса,
А они не оставались.
Анюта шутливо толкнула Виту в бок и девчонки весело рассмеялись, пропуская слова песни. Не смешно было лишь одному участнику сего действия.
Святозар с ужасом взирал на вокалистку рок-группы «Феникс», а та, мило улыбаясь, покинула свою студию, пытаясь привести богатыря в чувство.
— Кажется что-то не так. Интересно, чего его так накрыло?! — недоумевала рок-дива.
— Походу охренел от твоего таланта, — сухо отметил Ян, любящий подколоть девушку. — Эй, Ярополкич, с тобой все нормалек?! — не удержался от остроты и в сторону богатыря.
— Бесы, — наконец изрек жертва хеви-метала. — В нее вселяются бесы. Краса девица не может издавать такие звуки, аки демон завывает, терзая душу русскую.
— Понятно, — Ян обернулся, обращаясь к Вите. — Охренел от твоих вокальных данных. Далее умалчиваю цензурой, а то мне тоже скоро станет стыдно. Да, Ярополкич?
— Святозар, эта техника пения такая. Я специально издаю такие страшные звуки. Порой это помогает передать общее настроение, — Витторина улыбнулась.
— Вита, — новый призрак соткался буквально из воздуха. Это был парень лет двадцати пяти, в армейской форме. По реакции Мстислава, Хорс мог догадаться, что это тот самый его друг, который погиб в одной из операций.
— Приветик, — рок-звезда обернулась. — Что-то случилось?
— Случилось, — парень кивнул Шархану. — Давно не виделись.
— И не говори, — эхом отозвался предводитель «Ночной Стражи».
— Вита, есть интересные новости. Видения пытаются организовать мертвых.
— Каким? — вмешался в разговор Ян. — У них же нет последователей Мары.
— Истина, — призрак слегка качнулся в воздухе. — Тех, кого ты видела. Это их рук дело.
— Мстислав, дай приказ Информационникам. Пусть найдут мне, — Витторина обернулась к мужу и в глазах у нее возникла боль.
— Они уже ищут, — спокойно ответствовал он. — Если хочешь, я схожу поинтересуюсь их успехами.
— Если не сложно, солнце.
Шархан кивнул и быстро вышел из студии. Призрак присел на стул, слегка покачиваясь из стороны в сторону.
— Слушай, а тебе не приходило в голову, что не обязательно так геройствовать?
— И это говорит тот, кто умер защищая детей собственным телом, — Витторина вздохнула. — Вот скажи, ты ведь верил в то, что делал?
— Безусловно, — призрак в знак согласия склонил голову.
— И я верю в то, что делаю. Я верю, что смогу изменить мир к лучшему, и этот стимул мне подарил Мстислав. Как видишь, на бандитские деньги можно построить что угодно: школы, больницы, библиотеки…
— Ты устала…я это вижу.
В помещение влетел Шархан и без предупреждения заявил:
— Найдено два трупа и горка пепла.
— Убили? — уточнил Хорс. — Кого?
— Галка, Алина и Никита.
Комната погрузилась в гробовое молчание. Никто не мог поверить в такое стечение обстоятельств, ведь только вчера все трое были живы и здоровы. Время оно такое. Кому-то оно дает возможности, а кого-то преждевременно выводит из игры.
— Вам нужно объединяться! — Анюта первая нарушила молчание. — Вита собирайте всех. Это лишь начало.
— Да, я знаю. Смерть является началом, — Витторина моргнула фиалковыми глазами. — Интересно, сколько стоит боль.
Хорс пригласил Мстислава вместе с Маренами на встречу. Князья дружественных Камарилий — всего четверо вампиров согласились обсудить возможное объединение. От Академии Лемур поехало все руководство, кроме одного единственного человека — Витторина предпочла остаться дома. Из-за последних событий связанных с пропаданием ее дара, девушка совсем замкнулась в себе и старалась лишний раз не покидать территорию Академии, считая, что тем самым никого не сможет подставить. Отчасти такой подход Мстислав одобрял. Марта, как Вторая Смерть, ездила в тандеме, отвечая на все вопросы, связанные с силой Марен. Ян, Сид и Рин также не сидели на месте, предпочитая выезжать вместе с Шарханом.
Витторина сидела в кофейне в деревеньке неподалеку от Академии — деревня Жизни. Иногда она позволяла себе недолгую прогулку, тем более, что все это было подконтрольно Кроносу и Лемуру. Постояльцы Жизни не реагировали на Виту так, как это делают в обычном мире — фотографии, автографы, вопросы и дикие крики радости. Здесь она была обычным человеком, разве что с выдающимися способностями.
Сидя в плетеном кресле, девушка допивала третью чашку кофе, задумчиво рассматривая пустой столик перед собой и размышляя о своих промахах. Требовалось время, чтобы собраться. Если Мстислав договорится и объединение все-таки случится, то от нее, как от последователя Мары, потребуют больше ответственности и решений. Им придется постоянно действовать и любой необдуманный поступок будет тянуть за собой ряд последствий, которые могут негативно сказаться на Академии. И не только.
На стол перед девушкой поставили небольшую тарелочку с пирожными. Они были совсем маленькими, но усыпанными свежими ягодами: ежевика, клубника и вишня. Витторина удивленно подняла глаза и узнала владельца заведение. Кофейню держал мужчина-армянин, лет тридцати пяти, приятной наружности. Он знал своих постоянных посетителей, и Вита, как одна из самых частых, уже практически забронировала свое любимое место.
— Подарок, — с легким акцентом произнес он и поставил к пирожным еще одну чашку кофе. — Вы сегодня особенно печальны.
— Ой, спасибо, — Витторина смутилась. — Не стоило и…
— Я настаиваю, — мягко произнес он.
— Спасибо, Арман. Может присядешь, составишь компанию? — девушка выпрямила спину, вспоминая Святозара и его постоянные поругания насчет неправильной посадки за столом.
— С удовольствием.
Пододвинув свободный стул, Арман присел напротив. Его темные глаза всегда были наполнены радостью, а губы слегка растянуты в улыбке. Создавалось впечатление, что это был абсолютно жизнерадостный человек, не знающий горести.
— Как поживает Академия? — учтиво поинтересовался он.
— Отлично, даже процветает. Студентов стало чуть меньше, но более развитые в плане дара. А вы только одну кофейню держите? Не хотели бы сеть открыть?
— Э, мне много не надо, — усмехнулся мужчина. — Я за дэньгами не гонюсь. Я для души это все, — его акцент вызвал у Виты улыбку. — Но, я тэбе одно скажу. В Жизни пастояно ходят клипы. Твои ранние выступления.
Девушка задумалась. Ранние? Она поняла о чем идет речь, но откуда и у кого сохранились съемки? Мстислав бы такое согласовал с ней, да и в большинстве своем он такой раритет сохраняет себе, значит кто-то другой.
— Арман, не тревожь звезду, — к столику легкой походкой подошел молодой человек. — Ей ведь отдыхать тоже нужно.
Его лицо было знакомо, но тем не менее, память не спешила услужливо подсказать. Молодой человек держал в руках странную белую маску, слегка вытянутую с небольшой решеточкой на месте рта, глаза же были словно замазаны черной краской. Сам же парень оказался высок, неплохо подкачен с недлинными русыми волосами. Его серые глаза очень внимательно всматривались в лицо Витторины, словно хотели что-то сказать, но по какой-то причине не могли этого сделать. Девушка качнула головой, пытаясь вспомнить и ее взгляд зацепил небольшую деталь — в ухе парня торчала сережка в виде небольшого черепа. Она где-то уже ее видела и знала, что это ручная работа, серебро и…и больше ничего вспомнить не удавалось.
Почувствовав неладное, Витторина извинилась и быстро расплатившись поспешила покинуть кофейню, пожелав Арману всего доброго. Дурное предчувствие не покидало. После неожиданной смерти Галки, Вита не могла простить себе никакой ошибки. Ведь именно Смерть могла спасти эту девушку, но из-за собственной ослеплённой ярости, Витторина совершила роковую ошибку. Возможно, если бы она осталась тогда на приеме, то смогла бы отследить фон и угрозу, и спасти. Но теперь уже поздно.
Академия встретила ее своим радушием. Студенты прогуливались на переменах, весело болтая. Систему Кукловодства Марта отменила, призвав старшеков уделять больше времени молодым. Как сказала Вторая Смерть: «Кукловод-Марионетка, система не оправдывающая себя. Нужен новый действенный план обучения». Ни разу Мстислав не пожалел о решении сделать Марту директором Лемура. Она знала и делала свое дело, позволяя Шархану больше времени уделять «Ночной Страже» и Витторине.
Неожиданный сильный взрыв казался чем-то надуманным. Вита еще ни разу не слышала о том, чтобы на Академию нападали. Но это случилось. Бомбили снаружи Резонансами. Странное влияние девушка перехватила сразу, узнав его — это то самое чувство, когда у нее пропал дар Мысли.
«ЭВАКУАЦИЯ!» — закричал внутренний голос и время стало течь совсем стремительно. Витторина рванула бегом по этажу, нажимая заветные кнопки. Сработала сирена и студенты организовано поспешили в бункер самыми короткими путями.
— Быстрее-быстрее-быстрее! — торопила всех Вита, оббегая и проверяя аудитории на предмет, все ли покинули помещение. Студенты спешили, «Дневная Стража» помогала оперативно покидать коридоры.
Она летела, подгоняемая собственным страхом, зная, что если они не успеют эвакуироваться, ее снова парализует и способности откажут. Уже оббегая по второму кругу, Вита нажала еще две заветные кнопки на стенах этажей.
— Три секунды, — объявил женский голос из динамиков.
Стальные створки стали буквально падать, блокируя лестничные пролеты и коридоры, тем самым мешая противнику добраться до целей.
Маленькая девочка, лет шести (чья-то дочь) отчаянно пыталась доползти, в то время как створки стремительно блокировали отступление. Подхватив девчушку на руки, Витторина ощутила, как Мысль перестала действовать и побежала, изо всех сил, мечтая сейчас лишь об одном — спасти этого ребенка. Створки бункера почти закрылись. Они бы не успели. В последний момент, Вита смогла бросить ребенка Рите в руки, а сама уперлась уже в закрытую стальную дверь. Сердце бешено стучало, разгоняя кровь, мысли роились скопом, но лишь одно грело душу — все спасены.
Резонансы гремели нескончаемым потоком, постепенно разрушая сталь. Витторина оглянулась. Абсолютно пустые коридоры и угнетающая тишина. Тяжело дыша, стараясь не шуметь, она быстрыми перебежками перешла в другое крыло и резво поднялась на последний этаж, в свою комнату, запоздало вспоминая, что ее телефон именно там. Мстислав с «Ночной Стражей» сейчас был необходим Академии как никогда.
Скрывшись в маленькой комнате, Витторина залезла в тайник. Ее муж никогда не был паникером, но тем не менее оказывался готов к любым обстоятельствам. Вряд ли Шархан предполагал когда-либо ситуацию нападения или блокировку дара, и при этом всем именно он создал уникальную систему эвакуации, а также несколько тайников в Академии на случай самообороны. Жилет-разгрузка был подогнан под Виту и это упростило задачу. Наскоро надев на себя снаряжение, девушка выскочила в коридор, спеша покинуть опасную зону. Спустившись двумя этажами ниже, Вита пыталась вспомнить, есть ли поблизости прибор навигации, ведь в Академии было полно тайных ходов, но без дара их не удалось бы найти.
Резонанс ударил где-то совсем рядом, несколько скульптур рухнуло в проход. Враг приближался, уже были слышны голоса на лестнице и топот ног. Вита прикрыла глаза и выдохнула, находя ту самую грань спокойствия, с которой она сейчас могла бы попытать удачу. Сняв автомат с предохранителя, девушка уперла приклад в плечо и стала выжидать. Переход в нужный сектор находился в этом коридоре, но сейчас было бы проблемно до него добраться, ведь на открытой местности любой, даже самый слабый Импульс, размажет Витторину по стенке. В обход идти тоже не получилось бы из-за стальных створок, перегораживающих коридоры. Но, если пересечь опасный участок и юркнуть в спасительный лабиринт, можно было проскользнуть в спрятанный за картинами эвакуационный люк и попасть в бункер.
Враг появился — звук шагов эхом разносился в пустом коридоре. Витторина резко выдохнула и задержав дыхание, вышла из своего укрытия, паля короткими очередями. Она шла вперед уверенно, не уклоняясь, словно ее дар был с ней, никуда не пропадал. Отряд противника насчитывал человек пятнадцать. Они не ожидали сопротивления, поэтому на появление ненормальной с автоматом отреагировали максимально просто и адекватно — отступили назад, спрятавшись по бокам от коридора. Послышалась ругань и отборный мат, но пока недруг не очухался, Вита успела бросить две гранаты и скрыться в соседнем коридоре. И вот удача отвернулась. Два Импульса прогремели совсем рядом, препятствуя спуску к заветному люку. Еще одна атака обвалила лестницу. Быстро сориентировавшись Витторина перепрыгнув через перила, побежала по ступенькам наверх, активно петляя, чтобы не попасть под атаку. Еще три гранаты лишь помогли выиграть пару мгновений. А наверху ждал сюрприз.
Хорс отложил бумаги.
— И все-таки, вы спятили, — заметил Годун. — Скольких вы планируете собрать?
— Как можно больше, — спокойно отозвался Мстислав.
— Ты хоть понимаешь, парень, что за твоей девчонкой не все пойдут. Да и вообще, какой авторитет у рок-звезды?
— А у вас есть претензии? — хмыкнул Ян. Марта рядом с ним усмехнулась, словно ставила под сомнения слова вампиров. Бессмертные же поглядывали на Марену с опасением, прекрасно осознавая, что это единственная реальная Смерть. Госпожа Время со скучающим выражением лица рассматривала узоры на скатерти. Рин с Сидом шепотом обсуждали примерный план действий по объединению.
— Мы сомневаемся, что она соберет необходимую аудиторию. Она не сможет полноценно продумать план действий и…
— Ей это и не требуется. План разработаю лично я, а Смерть воплотит его, — сухо отозвался Шархан. Он хотел что-то добавить, но сигнал мобильного телефона прервал всякие мысли, поселив в мозгу долю максимального удивления. Пожалуй, сложно было поверить, что на Академию всерьез могли напасть, наверняка какие-то беспорядки, либо вышедший из-под контроля один из учеников. Но все это решалось малым отрядом «Дневной Стражи».
Второй сигнал сообщил об экстренной эвакуации.
— На Академию напали, — Шархан вскочил со своего места, на ходу крикнув, что позже соберутся в полном составе для обсуждения всех дальнейших действий.
Отряд «Ночной Стражи» дружно вышел на улицу и спешно погрузили в военный ЗИЛ.
Мстислав гнал свой «Шудатти» так, как никогда раньше. Хорс был единственным пассажиром в этом безумии.
— Надеюсь, ты не возражаешь, — отметил вампир и получив утвердительный кивок спросил. — Что это было?
— Академия устроена таким образом, что я точно знаю о происходящем в ее стенах. Звуковой сигнал телефона сообщил о том, что была нажата кнопка спешной эвакуации. Вторая, о задворках.
— Задворках?
— Мы предполагали, что рано или поздно такое случится. Там три рода кнопок — эвакуация, на случай какого-то решаемого катаклизма. При нажатии такой кнопки выйдет «Дневная Стража» и решит проблемы. Вторая кнопка — тотальная эвакуация. Это значит, что могут погибнуть люди. И третья, это стальные створки, которые блокируют коридоры. Зная Виту, я отрегулировал. Если она в коридоре, а она там, значит там открылся путь для эвакуации.
— Ты думаешь, что она…
— Стопроцентно, — Шархан тяжело вздохнул. — Либо я ее не знаю.
— Неужели она способна на такое безрассудство?
— Дело не в этом.
Они замолчали. Дорога тяготила. При скорости в триста километров в час они «тащились» как черепахи, понимая, что теряют много времени и вполне возможно опоздают. Они обязаны успеть и защитить ее.
С тихим щелчком из приборной доски выдвинулся небольшой экран и взволнованный голос сообщил:
— Шестой, мы подключились к камерам.
— Спасибо.
Экран мигнул и в следующую секунду появилась картинка. Опасения Мстислава подтвердились в первые же секунды — не успев в закрывающиеся двери, Витторина успела аккуратно бросить кому-то из учеников маленькую девочку — сестра одного из Информационников. Успев спасти ребенка, сама Вита буквально влетела в стальную преграду не успев затормозить. Ее панику Шархан почти осязал, хотя внешне его любимая не позволяла себя заподозрить. Она замерла, осознавая, что осталась одна по ту сторону баррикады. Мстислав вдавил педаль газа в пол и машина, будто подпрыгнув, полетела, приближаясь к своему пределу. Витторина соображала быстро, хотя и лихорадочно, поэтому уже спустя несколько секунд она спешила к тайнику. Закрепив на себе снаряжение, девушка вышла в коридор, двигаясь на полусогнутых, как учило ее боевое подразделение быстрого реагирования «Ночная Стража». Шла уверенно, зная куда ей надо, но вот не задача — с противоположной стороны коридора вышел враг. Человек пятнадцать, все как один в военном и масках. В отличии от Витторины, у этих не было оружия.
— Видения? — Хорс следил за людьми в форме. — А вон та, — он ткнул пальцем в экран. — Эта та девушка в смирительной рубашке, которую мы видели на приеме.
В этот момент Витторина открыла огонь. Мстислав закатил глаза, наблюдая насколько безрассудно смело поступает его жена, прекрасно осознавая, что она выбрала такой путь неспроста. С первого дня обучения в Академии, Вита запомнила одно — нестандартное решение вопросов и проблем может сильно упростить жизнь. Чем ждать, пока ее раскроют, девушка предпочла действовать в лоб, понимая, что такого от нее не ожидали. Ну кто без дара будет идти в лобовую атаку?! Естественно враг стушевался. Опять-таки в Лемуре учили всегда выставлять Барьер, поэтому вряд ли пришлось прятаться, и контроль над ситуацией был полным. В тот момент, когда враг готов был атаковать две гранаты снова отвлекли их внимание.
Мстислав резко выдохнул, отправляя Импульс своей жене, чтобы она чувствовала — уже скоро.
— Дракон! — воскликнул Хорс.
Огромная чешуйчатая морда с темно-синей чешуей выразительными ярко-желтыми глазами смотрела на парализованную Витторину. Мстислав осязал, что ее блокировали, не позволяя двинуться с места. Ящер не весь смог вместиться в коридоре, поэтому большая его часть находилась снаружи. Пасть открылась горя пламенем, а девушка все также не могла пошевелиться. Шархан собрал волю в кулак, направляя Импульс для защиты своей жены.
— Шестой, зафиксировано еще одно присутствие, — послышался голос Яна в динамике.
В этот момент дракон выдохнул пламя и Мстислав создал Барьер. Произошло то, чего никто не ожидал. Какой-то парень выскочил из бокового коридора и буквально схватив Витторину за талию, вышвырнул ее в укрытие. Импульс Мстислава помог им обоим избежать гибели.
Девушка качнула головой приходя в себя. Быстро вскочив на ноги она огляделась в поиске спасения. Спаситель махнул рукой, указывая на какую-то комнату.
— Готовность пять секунд, — сообщили в динамике.
Мстислав остановил автомобиль рядом с ЗИЛом. Часть отряда уже вошли в Лемур, не дожидаясь приказа. Их задача была занять удобные позиции и дожидаться дальнейших указаний.
Впрочем Шархан тоже не стал ничего ждать, рванув курьерской скоростью в Академию. Его Импульсы грохотали по всем этажам, заставляя трепетать врагов и вместе с этим стены Лемура.
Когда дым рассеялся выяснили, что ничего не осталось: дракон улетел, а Виденья успели улизнуть.
Витторина была найдена в одном из классов Академии. Здесь отрабатывали Барьер, поэтому аудитория усилена дополнительными мыслями.
Мага — так звали того, кто спас девушку, сидел неподалеку, поддерживая Импульс на защиту. При входе Мстислава, парень встал. Рост около метр семидесяти, спортивного телосложения. На вскидку Мстислав кое-как вспомнил, что Мага находится в отряде Запасников, то есть те, кто не попал в основной набор Стражей.
— Мое почтение, Шархан, — он кивнул.
— Взаимно, — парень протянул руку для рукопожатия.
— Дракон улетел? — Мага пожал руку.
— Да, мы его упустили. Ни одна сеть не смогла его остановить.
— То есть придется заново разрабатывать защиту Академии, — спаситель понятливо кивнул. — Я могу еще чем-то помочь?
— Можешь. Помоги вернуть людей из бункера в Академию, а потом отправляйся к Марте и помоги ей.
Парень кивнул и поспешил покинуть аудиторию.
Витторину мелко трясло. Руки сжимали рукоять пистолета, автомат лежал рядом с отстегнутым рожком. Девушка тяжело вздохнула и подняв грустный взгляд сообщила:
— Я от тебя ни на шаг.
Мстислав обнял ее.
— Девочка моя! Прости, что замешкались.
— Нет, вы очень быстро добрались, меньше десяти минут потребовалось. Плюс твой Импульс меня значительно защитил.
— Прости, — он чмокнул ее макушку.
— И ты прости. Я буду всегда рядом.
Письма сыпались друг за другом. Многие из них были сумбурны и непонятны, но каждое, тем не менее, носило крайне личный характер и вполне конкретный крик о помощи. Одно письмо особенно обратило внимание на себя. Витторина перечитывала его уже третий раз, смутно понимания, что оно крайне важно в деле и могло бы подсказать что-то о Видениях, но не настолько конкретно, как хотелось бы. Это письмо определенно принадлежало покойнику — это Смерть могла определить наверняка.
«
Витторина откинулась на спинку кресла и глядя в потолок тихо спросила:
— Интересно, сколько стоит боль!?
Мстислав тяжело вздохнул. Прежде чем начать этот серьезный разговор, он множество раз все обдумал.
— Я внимательно слушаю, — руки Витторины мягко легли ему на плечи. — Тебя что-то гнетет?
— Девочка моя…я хоть раз тебя подводил или заставлял сомневаться? — он поцеловал ее.
— Ни разу. Что от меня требуется?
— Есть план. Скажу сразу, ты его не одобришь, но это необходимость. Мне нужно твое безоговорочное подчинение.
Она задумалась лишь на секунду. Фиалковые глаза вперились в Мстислава, и девушка согласно кивнула.
— Ситуация осложняется, мы в осаде. Главная цель была и остаешься ты, поскольку твоя сила куда интенсивнее моей, плюс ты чаще бываешь в обществе, находясь у всех на виду. Возможно тебе придется податься в бега. На время я тебя укрою у друга в тайге, и тебе просто придется переждать. Мы создадим видимость поисков в то время, как постараемся истребить как можно больше врагов. Я не буду переживать, что ты можешь попасть под удар. Силы сконцентрируем лишь на уничтожении.
— Как скажешь, — Витторина заметно погрустнела. — Когда?
— Я сообщу, но ты должна быть готова.
Он прижал ее к себе.
— Все будет хорошо, любимая. Я обещаю.
— Я никогда в тебе не сомневалась, Мстислав. Раз ты говоришь, что так будет лучше — я готова, — Вита улыбнулась. — В конце концов, творческий отпуск мне не повредит.
Она сидела, грустно глядя сквозь капсулу, словно не видя никого и ничего. Как оказалось, вывести человека из комы ей не под силу — опыта маловато.
— Не знаю, как тебя, а меня пугает, что за тобой мало кто пойдет в Академии, — Влад тяжело вздохнул. — Только если Марта и мы с Риткой. Вит…без обид. Я боюсь, что тебя сейчас очень быстро попробуют подвинуть. Всеми силами нужно удержать власть. Обзаведись свитой, те люди, которые помогут сформировать твой авторитет и решат многие проблемы, на которые у тебя не будет времени.
Она будто вышла из ступора и немигающим взглядом фиалковых глаз посмотрела на психолога. То, что он прочитал в ее яркой необычного цвета радужке, испугало. Он всегда боялся этого взгляда Смерти, ведь каждый раз они несли разрушения. Витторина пребывала в сильно подавленном состоянии, но ее глаза поменяли цвет в тот день, когда Мстислав оказался на пороге смерти, и с тех пор оставался ярким насыщенным, не меняясь на обычный карий.
— Спасибо, что вы верите в меня, — негромко, но ясно и отчетливо проговорила она. — А раз остальные не хотят доверять, придется доказать делом. И через полчаса у меня этот шанс будет. Собери, пожалуйста, всех в зале. Сделаю объявление.
И с этими словами она прикоснулась лбом к капсуле и едва слышно произнесла: «У нас все получится, Мстислав. Я не дам тебе умереть».
Ее жажда к жизни могла затмить всех. Это поражало, восхищало и ужасало одновременно. Чтобы не дать погибнуть любимому человеку, девушка потратила колоссальные силы, с трудом смогла поместить в коматозное состояние, а после несколько раз пыталась вернуть его к жизни. И пусть получилось не так, как планировалось, но первый шаг уже сделан. Мстислав жив. А уж вывести из комы…Вита дала слово себе, что найдет способ.
— Ни для кого не секрет, что Академия временно лишилась самого главного покровителя, — начала она, выйдя на сцену в тронном зале. — Также не многие знают, что я, Смерть, являюсь следующим действующим лицом и несу ответственность за все, что происходит здесь, в Лемуре. Я призываю всех сохранять спокойствие.
— Тебя блокировали несколько раз, — крикнули из толпы кто-то из учеников. Народу собралось много и далеко не все настроены дружелюбно. Большинству было просто страшно и Витторина к этому спокойно отнеслась — это нормально.
— Это был один из опытов, — резко отозвался Анатолий, вставая на защиту девушки. — Ее блокировали два раза, после чего систему Импульса усовершенствовали.
— Еще вопросы? — Витторина была резка.
— Ты не сможешь всех защитить, как это делал Шархан, — виновато признал Сид. — Извини, это правда. Мы не хотим обрекать себя на смерть.
— Еще вопросы? — снова повторила она, но все замолчали. — Если вопросов нет, то ответственно заявляю, что я беру на себя управление Академией. А сейчас прошу всех разойтись по своим комнатам и не выходить, поскольку осада Академии вот-вот начнется. Марта выстави, пожалуйста, купол Барьера сразу, как только я выйду за ворота.
И она ушла, покинув безопасные стены Академии ради того, чтобы встретить врага лицом к лицу. И один в поле воин — особенно когда есть что защищать. Витторина не была самоубийцей и прекрасно осознавала свою силу. А еще ответственность, которую несла за людей, за творение Шархана.
В поле, метрах в двадцати, от стен Академии Лемур стоял отряд из тридцати бойцов Видений. Они являлись серьезными противниками, отлично владели Импульсом и могли уничтожить любого по своему усмотрению, кроме одной. Витторина вдохнула полной грудью и спокойно заговорила:
— Уходите. Мы не хотим войны. Но в случае вашего нападения, я не гарантирую, что не убью.
— Нам нужна Академия и ее представители, — вызвалась ответить за всех девушка в смирительной рубашке. — Вы все должны ответить за свое предательство, за покровительство Кроносу. Вы все умрете. Атакуйте ее! Пусть вестница Смерти умрет первой!
И они поспешили исполнить приказ. Витторина смотрела вперед стеклянным взглядом, не видя ничего вокруг. Единственное, что ее сейчас волновало, так это состояние Мстислава. Теперь, когда он находился в стенах Академии под присмотром Влада, можно было не тревожиться. Опасения вызывали тот факт, что Шархан находился в коматозном состоянии — то самое, из которого Вита не смогла его вытащить, хотя и успешно избежала смерти любимого. А сейчас этот небольшой отряд Видений действовал на нервы, отвлекая от самого важного.
— Я сказала, прочь!
Размахнувшись, Витторина со всей силы саданула кулаком в землю. Импульс оказался ошеломительный в своей красоте и ужасающим в силе. Поверхность земли вздулась и лопнула, трещина превратилась в огромный разлом, устремившийся вперед и деля пространство с жуткой мощью. Первые Виденья рухнули, не успев толком атаковать. Еще человека четыре смело Резонансом. Остальные стушевались и почти сразу предпочли ретироваться.
Витторина смотрела им вслед и не видела ничего, мыслями гуляя где-то там, в закоулках своего прошлого. Кем бы она была, если бы не попала в Академию? Их встреча с Мстиславом изменила всю ее жизнь от начала и до конца. Он столько сил приложил к тому, чтобы вытащить ее из депрессии, залечить все душевные раны и помочь построить прекрасное настоящее, за которым следовало волшебное будущее. Кем бы она была, если бы не он?
Противник спешно отступал, вопя что-то о мести. Но это не имело никакого значения. Академию она сможет защитить, и дело не столько в людях, которые нуждаются в этом. Любовь к Лемуру пришла через Мстислава — это его детище, за которое он столько радел. Витторина то и дело вспоминала то, что методично стирали из ее памяти. Ее встречи с Мстиславом были куда чаще, чем ей казалось раньше, они были разнообразными, веселыми и очень яркими. Но ей нельзя было об том помнить и Шархан всегда стирал себя, оставляя лишь ощущения своего присутствия, стирая чувство одиночества.
Сейчас осталась лишь пустота. Вряд ли она когда-либо смогла бы смириться с такой утратой. Мстислав стал ее жизнью. Каждый раз она усиленно тренировалась, стремясь достичь совершенства в технике Импульс, в контроле над своим телом и ситуацией в целом, считая, что не достойна своего мужа. Она стремилась стать той, кто мог бы сравняться с Шарханом, стать безупречной, развив свои способности и устранив дефекты. Она лишь позже узнала, что ее мысли и чувства полностью совпадали — ее муж также стремился быть достойным ее мужчиной. Еще до встречи с ней, он еще более активно занялся спортом и саморазвитием.
— Тебе нужна свита.
Витторина резко обернулась, выйдя из раздумий.
— Что, прости? — она моргнула, полностью приходя в себя.
— Ты не удержишь власть в Академии, — Мага с любопытством разглядывал разлом в земле.
К слову, было на что посмотреть — глубина уходила метра на два, а длина достигла и все четырнадцать. В Лемуре лишь Мстислав и Марта могли повторить подобный трюк, но из учеников, даже из старшего поколения — никто.
— Шархан изначально набрал людей для помощи в управлении, тех, кто стал вторым гласом Академии, — боец склонил голову на бок.
— Неужто мы девчину в обиду дадим? — Святозар положил палицу себе на плечо.
— Спасибо, — пожалуй, это прозвучало несколько холоднее, чем планировалось, но Вите тяжело давались сейчас любые эмоции.
— Седьмая, твоя задача сейчас во чтобы то ни стало защитить Академию.
— Территория Лемура… — Вита моргнула, будто выходя из ступора. — Насколько велика?
— Если деревня Жизни примкнет, то территория, как у небольшой области.
— Я выставлю Барьер.
— Такой огромный?!? — Мага удивленно воззрился на девушку.
— Да, — она понимала, что больше ничего не оставалось в этой ситуации. Только защита.
И развернувшись, направилась к Лемуру. Войдя в свои апартаменты, Витторина быстрыми резкими движениями перерывала записи. Она была больше, чем уверена, что Мстислав оставил для нее какие-то подсказки по управлению и действию Академии.
— Вита!
— Стучать не учили? — холодно осведомилась девушка, даже не посмотрев на подругу. — Что случилось?
— Поговорить надо, — Ритка на мгновение стушевалась, а после поставила перед лидером группы бутылку коньяка. — Мне не нравится твое эмоциональное состояние. Ты будто снова умерла. Давай поговорим. Я же не брошу тебя одну с проблемами.
— Это хорошо, — Витторина казалось не проявляла никаких чувств и эмоций. — Да, в делах группы твоя помощь понадобится, — по интонации становилось понятно, что ей откровенно пофиг. Единственное, что ее волновало — жизнь Мстислава.
— Вита, — Ритка присела рядом, вглядываясь в лицо подруги. — Я боюсь, я очень боюсь за тебя. — Из ее глаз брызнули слезы. — Я очень боюсь, что ты с катушек съедешь. Ты все в себе держишь. А тебе плевать! Тебе плевать, что я волнуюсь, что я переживаю. Ты думаешь я не беспокоилась? Когда Анюта умерла, я сразу же вызвала Шархана, я всегда, каждый день с ним созванивалась, меня не пускали тогда в Академию, — девушка смахнула мелкие злые слезы, которые лились не переставая. — Шархан знал, что ты проиграешь Анатолию, что не сможешь и вызвал меня. Знаешь, как я боялась? Знаешь, как я переживала? А ты…
Она издала странный гортанный звук и ударив рукой по столешнице, вскочила на ноги и поспешно удалилась, на ходу утирая слезы. Витторина проследила за подругой безразличным взглядом, и вновь принялась перебирать документы, пока среди пачки бумаг не обнаружилась записка, на которой аккуратным почерком Мстислава было выведено: «То, чего ты так требовала от меня, ведь это было важно».
«Неужели он говорит о тетради Анюты?» — отбросив ненужные документы в сторону, девушка полезла в стол за тетрадью, которую так и не открыла с тех самых пор, как смогла ее честно завоевать у своего замечательного соседа.
— Вит, — тихий голос, прозвучавший словно шелест листвы.
— Слушаю. Что-то срочное, Анют? — Вита смотрела на призрака совершенно отсутствующим взглядом, словно не видела ее.
— Она обиделась!? — полупрозрачная фигура покачнулась, грустная улыбка озарила лицо. — Ритульке тяжело…она всегда переживала за тебя.
— Я знаю, — Соколова грустно кивнула. — Знаю. Не волнуйся, я искуплю перед ней свою вину, обещаю. Но все по порядку.
— Люблю тебя, подруга, — Анюта протянула руки, словно хотела прикоснуться, но вовремя опомнилась, зная, что все равно не сможет этого сделать. — Я тебя не оставлю.
— Я знаю. И может это эгоистично, но я рада, что мы все вместе, — Витторина провела ладонью по лбу. — Ничего, я смогу решить все проблемы. Мне главное Мстислава на ноги поставить.
— Тогда тебя напугает новость о том, что я его иногда вижу среди мертвых.
Вита намеренно медленно подняла голову. В ее глазах мелькнула боль, но она вновь сменилась безразличие.
— Я тебя услышала.
И призрак растворился, будто и не было. В комнате стало тихо. Солнечный свет играл зайчиками на стене, а легкий ветерок слегка колыхал тяжелый темные шторы. Витторина ударила тетрадью по рукам и в этот момент она заметила бутылку, которую Ритка оставила на столе. Тяжело вздохнув, схватила коньяк и покинула комнату. Пересекла этаж, минуя красивые старинные гобелены, хоть и со страшными порой уродливыми картинами. Спустившись на два пролета вниз, завернула за угол и пройдя по петляющему коридору, вошла в лабораторию.
— Влад, поговорить надо, — крикнула она, еще не появившись в поле зрения психолога, тем самым информируя о своем присутствии.
— Слава Богу, — приглушенно послышалось откуда-то из глубины помещения, и тут же громче. — Я сам хотел тебе предложить.
— Я беспокоюсь за Ритку, — Вита прошла к дивану и поставила на маленький журнальный столик бутылку коньяка гулко звякнув при этом. — Она сильно переживает.
— Ты об этом хотела поговорить?! — Влад растерялся, глядя на принесенный «предмет разговора».
— Да, она морально подавлена, а ты на правах мужа можешь ей помочь с этим справиться, — Витторина смотрела своими фиалковыми глазами на колбу, в которой находилось тело. Издалека не видно, но она точно знала, что это Мстислав.
Влад помедлил с ответом, явно подбирая слова, понимая всю деликатность момента. Но в туже пору, рассматривая Седьмую, сейчас он как нельзя лучше понимал за что их так боялись. В настоящее время Витторина не выглядела той счастливой девушкой. Ее поза и выражение лица не излучали ровным счетом ничего, но воздух вокруг девушки в буквальном смысле слова искрил от опасности, исходящей от нее.
— Она боится, что ты сама себя сожрешь, своими эмоциями, — аккуратно выбирая слова признался Влад. — Когда-то и Шархан этого же боялся.
— Знаю. Но этого не будет. Теперь нет.
— Я долго не понимал, чего в тебе такого нашел Шархан, — психолог мечтательно улыбнулся. — До твоего попадания в Академию…я заказал у тебя концерт. Ваша группа отыграла три с половиной часа, и еще часа два просто общались с публикой. Все эти воспоминания мы стерли, — он пощипал переносицу. — Я был шокирован до глубины души, видел, как он смотрит на тебя, — Влад усмехнулся. — Тогда я даже не знал, что он испытывает такие чувства к тебе. Я тоже переживал за него. Пройдено много войн, та девушка, которая ушла от него, поначалу ненависть к тебе. Столько всего произошло. И на том концерте, я увидел, как он любит тебя. А теперь, защищая нас всех…и эта кома. Если бы не ты, мы бы потеряли Шархана.
— Я его вытащу, — Витторина посмотрела на Влада в упор и его бросило в жар. Этот взгляд…как тогда, живая снаружи и мертвая внутри. Ее лицо по-прежнему ничего не выражало, это ужасало. В глазах холод и лед, и не меняющиеся фиалковые глаза. Какой силы должен быть Импульс, чтобы постоянно быть готовым к боевым действиям?!
— Кстати, Мага приходил, — психолог увел разговор в другое русло, пытаясь отвлечь девушку. — Ты бы прислушалась, может действительно набрать себе свиту?!
— В чем-то ты прав. Мне нужна группа поддержки, — холодно подтвердила она. — И надо с Барьером решить вопрос. Как светать будет, я в Жизнь съезжу, уточню некоторые аспекты, оттуда и начну Барьер выводить, — за окном темно, хотя казалось, что только недавно правил день.
— А с Князем? Завтра же встреча.
— Поедешь со мной?
— Да.
— Ну и все, значит завтра ты, Ритка, Мага и Святозара с собой возьмем для переговоров. А пока иди отдыхай, ты и так слишком много для меня сделал.
Он понимающе кивнул, хотя и имелось что сказать. На выходе он притормозил оглянувшись. Витторина не шевелясь стояла у капсулы, прислонившись лбом к стеклу, как раз в том месте, где была грудь Мстислава. Ее эмоции казалось рвались наружу, но лицо оставалось непроницаемым. Влад тяжело вздохнул, вспоминая тот день, когда Витторина впервые приехала в Академию Лемур.
Тогда она была такой же — жесткая, сдержанная, но счастливая. Анюта и Ритка постоянно находились рядом. Девушки поддерживали друг друга, были сплоченной командой. Влад еще не знал насколько сильно его друг и начальник был впечатлен и очарован Витториной. Впервые психолог об этом узнал, когда застал Шархана за лицезрением одной из многочисленных записей концертов. Тогда-то и возникло то самое признание, которое впоследствии Влад вспоминал с улыбкой: «Мы созданы друг для друга. Я сделаю все возможное, чтобы она полюбила меня». Не понты, не громкие слова… Он действовал. Действовал забывая о том, что должен находиться в тени. Словно одержимый, старался находиться как можно ближе.
А сейчас Витторина напоминала Шархана, будто унаследовав некоторые качества характера своего мужа. Спокойная, рассудительная и без лишних эмоций. Кстати именно отсутствие эмоций начинало пугать Влада, ведь это было совершенно не свойственно Соколовой и он не мог допустить, чтобы жена его лучшего друга пострадала или же тронулась умом.
Ночь прошла быстро и незаметно. Проснувшись раньше Ритки, Влад нехотя встал, привел себя в порядок и поспешил проведать Шархана. Колба являлась надежным средством для поддержания жизни и восстановления энергии, но вот вывести из комы она не помогла бы. Сложный химический состав жидкости позволял клеткам организма восстанавливаться в несколько раз быстрее.
Войдя в лабораторию, Влад с удивлением обнаружил Витторину, которая как оказалась, ночь провела рядом с мужем. Она сидела на полу, прислонившись спиной к колбе и что-то сосредоточенно читала, бормоча себе под нос, будто заучивала.
— Ты не спала?
— Что? — фиалковые глаза прожгли психолога, но лицо по-прежнему ничего не выражало.
— Говорю, кофе будешь?
— Можешь достать мне Журнал?
— Так ты его без проблем сама можешь взять, — психолог покосился на девушку, нажимая на кнопку кофемашины и подставляя две чашки. — По сути там характеристика на всех, плюс комментарии. Благодаря встроенной мысли записываются все наши действия в стенах Академии.
— А как же боль и страх?
— Шархан сразу делал для тебя доступ, — Влад положил в свою чашку несколько ложек сахара. — Он вообще заранее очень многое продумал.
— Я обратила внимание, — Витторина смотрела не мигая и от этого взгляда становилось неуютно. — Как Ритка?
— Переживает. Даже посуду немного побила и поплакала, — признался он, задумчиво размешивая ложкой сахар в фарфоровой чашке.
Девушка хмыкнула, хоть и осталась безэмоциональной. Психолог протянул ей кофе и посмотрел на капсулу.
— Удивительно, что тебе удалось сохранить ему жизнь, — протянул он. — Шансов не было. При всем уважении к тебе, никаких шансов не было.
Витторина не поменялась в лице, но Влад почувствовал, как накалилась обстановка. «Эмоции Марен порой выходят наружу, даже при видимой холодности. Ты знал, что Марта не проявила ни одной видимой эмоции, когда разрушила корпус Академии?» — вспомнились слова Шархана.
— Твой страх осязаем, — ледяным тоном произнесла она, и в голосе прорезались нотки грусти.
— Прости, — психолог виновато мотнул головой. — Твоя энергия несколько давит на меня. Я знаю, что это всего лишь твой дар, но как-то не привык. Меня выбивает из коллеи.
— Понятно, — она залпом выпила кофе. — Спасибо. Ладно, я в Жизнь, приеду к трем, поэтому будьте готовы.
— Ты сегодня даже не спала.
— До встречи.
Влад проводил ее беспокойным взглядом. «Точная копия Шархана», — усмехнулся он и все-таки сделал глоток горячего напитка, думая о том, что зря не добавил коньяка.
В знакомой кафешке ее давно уже ждали. Как оказалось, деревня Жизнь изначально себя считала территорией Академии и поэтому встать под защитный Барьер желали, как само собой разумеющееся. Авторитет жены Шархана не ставился под сомнение, и от этого стало чуть легче, в основном, морально.
— Вита, ай, красавица, как Шархан?
— Жив, — девушка окинула взглядом собравшихся. — Отныне прошу по всем проблемам и с интересующими вопросами обращаться напрямую в Академию, можно лично ко мне.
— Эт да, — Арман покачал головой. — В деревне слух ходит, якобы Апокалипсис надвигается.
— Как надвигается, так и отодвинется, — спокойно ответствовала Витторина. — Вам бояться нечего, защиту гарантирую, даже ценой собственной жизни. Раз вопросов больше нет, я поехала выставлять Барьер.
Черный «Шудатти» ждал ее. Кожаный салон напоминал о Мстиславе, автомобиль буквально жил им, даже хранил запах своего владельца. Салон, рассчитанный всего на двух пассажиров. Витторина вспомнила, что благодаря Импульсу ее муж делал из машины пятиместную, хотя это и не бросалось в глаза.
Вывернув руль, Вита утопила педаль газа в пол. Автомобиль легко отзывался на ее действия. Стремительно покинув территорию деревни, Витторина выставляла едва заметную стену Барьера, которая мягко отделялась от машины. Благодаря своим способностям, девушка могла себе позволить защитить огромное количество людей, что она и собиралась сделать. Последние стычки с Видениями выявили неприятный факт — противник хоть туп, но очень настойчив и назойлив, а пострадать могут ни в чем не повинные люди.
В душе бушевал ураган эмоций, и он будто пытался разорвать тело на куски. Соколова боялась…слезы жгли глаза, но не покидали организм, ведь никто не должен знать, как ей тяжело. Сейчас, когда на хрупкие плечи возложена такая большая ответственность. Она летела на всех порах, не притормаживая на поворотах, но и не создавая аварийных ситуаций. Импульс бушевал во всей красе, надежно пряча территорию Академии от посторонних глаз. Теперь намертво отделяя их от внешнего вида.
— Мстислав, ты только держись. Мне нужно время, хотя бы немного, — шепнула она сама себе. — Я смогу вывести тебя из комы. Я смогу.
Зазвонивший телефон вывел ее из тягостных раздумий. Нажав кнопку на руле, включила громкую связь, не отвлекаясь от вождения, ибо на таких скоростях это могло привести к неприятным последствиями.
— Седьмая. Слушаю.
— Четвертый. Ты опаздываешь? — Влад судя по всему находился в лаборатории, поскольку звучало небольшое эхо.
— Ты где пропала? — весело крикнула Ритка. — Мы собрались и ждем тебя.
— Берите машину, выезжайте. Я догоню.
«Попробовать или нет?!» — возникла озорная мысль и не выдержав, девушка решилась. Выехав на пустую трассу напрямую ведущую к Лемуру, Витторина переключилась на повышенную передачу и утопила педаль газа теперь уже до упора, решив испытать всю прелесть быстрой езды. Автомобиль легко отзывался на малейшее воздействие. Свист ветра за стеклом не напрягал. На радаре появилась жирная точка, к которой Вита стремительно приближалась. По ее цвету девушка точно знала, что машина принадлежит Ритке — подарена Мстиславом, как он любит говорить «от Академии». Меньше минуты и «Шудатти» поравнялся с серебристым «Ранджером», а через пару секунд Вита пошла на обгон, хотя и понизивши скорость, зная, что Влад гнать не будет. Телефон вновь ожил.
— Тебе идет машина, — весело послышалось в динамике от Ритки. Подруга пребывала в хорошем расположении духа, по всей видимости, чуть переболев проблемами.
— Как будто речь идет о платье, — хмыкнула Вита.
— Кстати, упыренышь звонил, интересовался может ли претендовать на твое сердечко или нет.
— Кости переломаю, — сквозь зубы произнесла Соколова, чувствуя, как сознание затопляет слепая ярость, но почти сразу себя одернула. — Давайте быстрее со всем покончим.
И снова набрала скорость.
Переговоры с самого начала зашли в тупик. Вампиры презрительно смотрели на Марену, предупредив о том, что без Мстислава они не собираются разговаривать с девушкой, ибо какие вопросы можно решать с женщиной!?
— В чем проблема-то? Если идею выдвигает руководство Академии? Решение принимается коллективно, — пытался смягчить ситуацию Влад.
— Мы переговоры вели с Шарханом, — Годун неприятно ухмыльнулся. — Мы не можем доверять женщине. Ну ребят, это не серьезно. Сами знаете, что из женщин никакой руководитель, ибо они подвержены эмоциям, а не здравому смыслу.
— Я Вас услышала, — ледяной тон бросил всех в жар от ужаса. — С этого момента я сотру Вас в порошок, если встанете на пути. Всего доброго!
Витторина элегантно развернулась на носочках, направившись к выходу. Дружно, как по команде, Мага со Святозаром и Ритка с Владом последовали за ней. Руководство Лемура не ударило в грязь лицом, но отказ Камарильи от дальнейших переговоров из-за отсутствия Мстислава мог отразиться отрицательно на репутации Академии. Напряженность обстановки чувствовалась с самого начала — Мару страшились, но не уважали.
Выйдя на улицу Витторина вдохнула полной грудью, рассматривая своими яркими глазами стремительно темнеющее небо. Внешне девушка выглядела совершенно спокойной и уверенной, но психолог не был уверен, что так оно и было на самом деле.
— ЭЙ! Стойте! Помощь нужна!
Молодая девушка в простеньком джинсовом костюме. Влад ее узнал сразу — одна из пагубных операций, в которой спасли заложницу. Это Валенсия, девчонка, поделившаяся секретной информацией, благодаря которой смогли накрыть несколько больших предприятий по изготовлению СБДМ. Тогда же в плен попал Хорс и Галка. К сожалению, вскоре Галчонок покинула мир живых и теперь периодически пакостничала с того света. Витторина специально попала в плен, сыграв роль слабой и беззащитной девушки, а через некоторое время «Ночная Стража» высвободила заложников. Валенсия добежав до своей спасительницы быстро, четко выговаривая, рассказала:
— Двух пенсионеров бьют четверо, я не смогла ничего сделать, вы первые, кто попался на улице.
Концовку уже договаривали на бегу. Витторина сильно вырвалась вперед, используя Импульс. Грохот Резонанса прозвучал почти сразу же, как только девушка скрылась за поворотом. Спустя некоторое время основная группа смогла догнать свою боевую подругу и лидера. Марена стояла на одном колене. Асфальт вокруг нее был вдавлен, образовав воронку где-то четыре метра в диаметре. Противника рядом видно не было. Зато двое пожилых людей сидели на земле, боясь пошевелиться.
— Обычные отморозки, — холодно сообщила Витторина.
— Преследовать? — коротко уточнил Мага
— Нет, — сказала, как отрезала. — Жанну Игоревну и Андрея Семеновича берем с собой в Академию, Валенсию тоже.
— Но мы не рассчитывали, в машину не влезем, тем более гражданские… — робко уточнила Ритка.
— Четвертый, воспользуйся Импульсом и, друзья, не ставьте, пожалуйста, мои слова под сомнения. А теперь марш отсюда.
Ритка убежала за машиной, а мужчины принялись оказывать первую помощь паре пенсионеров, попутно убирая последствия краткой борьбы на асфальте.
— Мара, Мара…какими судьбами…
Из темноты подворотен вышло четверо. Их темные фигуры устрашающе двинулись вперед до тех пор, пока не попали в свет единственного горящего фонаря. Владу хватило одного взгляда, чтобы бросило в холодный пот. Больше, чем Марен, он боялся лишь…
— Вита, Вита, надо сматываться, — яростным шепотом затараторил он.
— Кто это? — казалось ее хладнокровию не было предела.
— Мы четыре всадника Апокалипсиса, — раздался гулкий ответ.
— Карикатурно выглядите, — Витторина склонила голову набок внимательно рассматривая врага.
Со стороны они смотрелись совершенно обычно — четверо здоровых мужчин в черных бесформенных одеждах по типу балахонов. Лица же скрывались в объемных капюшонах. Они похожи на каких-то супер-злодеев из популярных комиксов — слишком мощные, слишком сильные, слишком, слишком… Но это не пугало. Девушку напряг совсем другой факт, на который она не могла не обратить внимания — осязаемый почти неуправляемый страх Влада. Зная, что психолог далеко не трус, Вита не стала сейчас гадать, решив все интересующие вопросы задать уже в стенах Лемура. Мужчины двинулись навстречу вальяжной походкой.
— Мара, а скажи, не хотелось все послать к чертовой матери и покорить себе весь мир? Он падет к твоим ногам легко, почти непринужденно. И ты будешь им управлять. Отомстишь за все обиды, уничтожишь тех, кого посчитаешь нужным. Представь, как бы это было? Представь, как это будет, если ты станешь Пятым Всадником Апокалипсиса?
— Вы ветеранов обидели? — она в наглую проигнорировала вопрос.
— А что такого? — искренне удивились они. — Что тут такого? Ну старики и что? Все равно умрут.
— Да в общем-то ничего, — Витторина повернулась к своим, быстро оценивая ситуацию.
«Ранджер» уже мелькнул за углом, пострадавших придерживали под руки. «Минута и двадцать секунд, чтобы развернуться и уехать. За рулем Ритка, возможно чуть быстрее. Судя по состоянию Влада, с этими никто не воевал. Значит беру на себя ответственность, надо же проучить».
Стена Барьера жесткой преградой отделила Витторину от товарищей. Отчаянный крик Влада был заглушен грохотом Импульса, стремительно сорвавшимся с рук девушки.
— Я вас научу уважать героев.
Два Резонанса слились в один, сплетаясь в длинную витиеватую молнию, заставляя противника рассредоточиться на пары.
— С места в карьер, — заметил один. — Даже представиться не успели. Слушай, а Шархан нашел себе достойную замену, такую же отбитую на всю голову чувством справедливости.
Еще один Импульс заставил противника порядочно увеличить дистанцию. Краем глаза Вита отметила, как машина уезжает — команда правильно ее поняла. Теперь смысла сдерживать свою силу не было.
— Так может познакомимся, — крикнул один из них. — Нас все-таки четверо. Хотя бы будешь знать от кого люлей сейчас получишь.
— Вы на одно лицо, — холодно заметила Витторина. Правая ладонь словно оплетена ярко-голубыми молниями, искрясь и переливаясь всеми цветами радуги. Импульс порой приобретал необычайную форму и силу. Концентрируя энергию в ударной руке, Вита в любой момент была готова провести решительную атаку.
Как по команде все четверо мужчин выпрямились и скинули с головы капюшон. Вот тут-то разница между ними оказалась на лицо.
— Ну вы красавцы, блин, — отметила Вита, жалея, что Мстислава сейчас рядом нет. С ним всегда спокойно и надежно. Чтобы ни случилось, он всегда мог позаботиться о своей жене. Он делал ее сильной.
— А вы тезки, — мужчина, голова которого оказалась облачена в стальной шлем, словно отлитый по черепу, нервно хмыкнул. — Кстати, приятного знакомства, я Завоеватель, — в его руках из воздуха материализовалось оружие. Шикарный лук, словно высеченный из гранита, смотрелся увесисто и ужасающе.
— Да, дорогуша, я тоже Смерть, — второй противник оперся на косу и застенчиво улыбнулся абсолютно голым черепом. Щербатая улыбка, большие черные глазницы. Никакого намека на плоть. Выглядело это тошнотворно и зловеще.
«Блин, Мстислав что-то писал о Косе, но как-то вылетело у меня из головы. Надеюсь, разговор шел не об этой косе», — Витторина внимательно следила за каждым жестом противника, понимая, что шанса отступить у нее уже не будет. — «Зато ребят успеют в Академию сгонять, может даже подмога подойдет. А может и нет».
Мужчина, держащий в руках весы, выглядел лучше всех — во всяком случае, его лицо не сильно изуродовано, лишь худовато. Особенно выделялись впалые щеки. «Видимо, Мор». Война стоял позади своих товарищей, держа меч наготове. Вита предположила, что основную атаку стоит ждать именно от Войны в то время, как двое или трое будут отвлекать ее внимание.
— А теперь послушай, девочка. Шансов-то у тебя нет, — Завоеватель хмыкнул.
— Ты видимо не знаешь, что Кронос запрещает Вам воевать с нами, — рассмеялся Война. — Присоединяйся к нам. Мы покажем всем твое величие. Мир будет твой.
— Прочь, я сказала, — Витторина была настроена решительно.
— Глупая девчонка.
Всадник Смерть первый решил нанести удар, замахнувшись косой. Слепящее лезвие прочертило полукруг разрубив девушку пополам. Противник обрадовался, раньше времени решив отпраздновать свой триумф, но труп распался на тысячи мелких частиц, напоминая пепел. Ударная волна небесно-голубой воды налетела откуда-то сбоку, а в следующую секунду два усиленных Импульсом удара последовали от Витторины, выскочившей откуда-то сверху.
— А девочка с характером, — отметил Мор, отталкивая ее на порядочное расстояние. — Шикарная техника. Неужели тебе позволили ее выучить?!
Вместо ответа очередной Резонанс красивым росчерком расшил пространство, заставляя противника вновь отступать. Несколько раз взмахнув руками, девушка легко создавала электромагнитные ударные волны, а при нападении врага, очень быстро формировала огненные молнии. Все атаки были масштабные и очень красочные.
Она чувствовала где-то в глубине души тоску, вспоминая свой урок по защите, когда еще не хотела жить, но Мстислав вытащил ее. Витторина даже не думала сдаваться, не думала отступать. Не пугала даже боль или поражение. Не было права на ошибку. В нагрудном кармане кожаной куртки глухо завибрировал мобильный. Предположив, что ребята добрались до Академии, Вита не стала отвлекаться на телефон.
Несколько белых стрел-молний просвистели в опасной близости, а в следующую секунду Мор и Война напали с двух сторон одновременно, пытаясь застать врасплох. Витторина гибко вывернулась, уходя из-под удара меча, и со всей силы направляя противников друг в друга. Очередная стрела промелькнула перед самыми глазами, отчего девушка вздрогнула, выставляя точечный Барьер. Атака слева от Всадника Смерть стала полнейшей неожиданностью. Витторину отбросило в сторону, а еще один удар в живот, заставил девушку сложиться на пополам. Ее попытались пнуть очередной раз, но проворно откатившись в сторону, Вита вскочила на ноги. Серебристая молния словно сетка, накрыла противника, а следом огненный столб диаметром не меньше шести метров ударил во врага. Рев пламени заглушил крики боли. С десяток стрел вновь прошили пространство, заставляя Витторину кульбитом уходить из зоны обстрела. Росчерк косы вновь просвистел рядом, а меч уже приближался. Девушка не стала отступать, решив действовать в лоб, дабы шокировать врага. Удар локтем, усиленный Импульсом ударил в грудь Смерти, а кулак второй, охваченный огнем Резонанса, нашел череп Войны. Возникший в поле зрения Завоеватель практически сразу был сбит с ног, получив в челюсть. Мор, улучив момент, поймал Витторину за волосы и намотав на кулак резко дернул девушку на себя, после чего нанес ей сильный удар коленом в лицо. Это было настолько живо, что полукруглый Барьер возник сам собою. Несмотря на прозрачную стену защиты, на пару секунд Виту оглушило, но через силу девушка силой мысли окружила себя земляной стеной, создав снаружи усиленный многократно тайфун. Прикрыв глаза, Витторина представила следующее действие и земляная волна, превратившись в лазурную воду, мощной волной накрыла врага, мгновенно замерзая. Девушка тяжело вздохнула, видя, как лед постепенно трескается. Не дожидаясь, она снова атаковала — стена огня покрыла всю улицу. Только сейчас вспомнила о конспирации, но вроде чужого присутствия не чувствовалось.
Откуда последовала атака, Вита так и не поняла. Что-то опоясало ее горло, а в грудь ударили так, что воздух вышел из легких. В глазах потемнело. В мгновение ока, ее сбили с ног, но удара не последовало. Лязг метала оглушил, но было не понятно кто с кем воюет.
— Эй, дэвушка, ты как?
— Как персик, — Вита почувствовала, как удавку с ее шеи сняли. — Мага, вы что тут делаете? Приказа не было.
— Мы друзей не бросаем, — отозвался житель гор и поспешил Святозару на помощь.
Всадники отступили, но явно не из-за неожиданно пришедшей к Марене подмоги.
— Нам сегодня лень продолжать. Но мы навестим Вас и Академию.
И растворились в ночной тиши, бросаясь в бегство. Витторина с трудом поднялась на ноги.
— Ты можешь двигаться? — Мага протянул руку, позволяя опереться.
— У Марен повышенные коэффициенты полезных способностей, — в голосе послышалась досада. — Как вы тут оказались?
— Мы пару кварталов отъехали, убедились, что нет преследования и поспешили на помощь. Ритка сейчас везет всех в Лемур.
— И в избу горящую войдешь, и коня на скаку остановишь, — задумчиво протянул Святозар, окидывая взглядом сгоревшие фасады зданий и разбитый асфальт. — Только глядится мне, что коней на тебя не напасешься. А может и изб.
Махнув рукой, Вита привела все в порядок одним могучим Импульсом и поморщилась в болевшей грудине. Приложили ее знатно, но это пережить можно, раскисать некогда.
«Шудатти» ждал в нескольких кварталах. Дойдя до автомобиля, Импульсом Вита расширила пространство, создавая еще одно пассажирское место. Какое-то время ехали молча, но вскоре девушка озвучила свой вопрос.
— Что за указания?
— Со Всадниками? — Мага слегка повернулся к ней. — Это было еще до Вашего появления.
— Твоего. Можешь ко мне на «ты» обращаться, — Витторина перевела взгляд на бойца. — Как никак ты мне жизнь не первый раз спасаешь.
— Я Шархана знал, как хорошего предводителя. Он умеет управлять и не допускать жертв, — Мага кивнул. — Когда впервые вести коснулись Академию… Сказали, что где-то беспредел допускают Всадники, в Кронос была внесена поправка. В бой с ними вступать строго-настрого запрещено. Более того, указания были — убегать, прятаться и скрываться. В «Ночной Страже» пояснили, что достаточными силами никто не обладает, а гибнуть просто так…
— И часто они нападали?
— Да не, — боец закатил глаза вспоминая. — Они до территории Академии ни разу не добирались.
— А почему ты в запасе оказался?
— Твой Шархан, — он тяжело вздохнул. — У меня сестра в Академии и у нее никого больше не осталось. Поэтому меня определили на подхват.
— Жаль, — Вита свернула с основной трассы. — Я бы перевела тебя в основной дивизион.
— Переведи, — Мага был полон решимости. — Я хороший боец, не подведу.
— Я знаю. За сестру не переживай, я позабочусь.
— Знаю. Лемур своих не бросает.
Витторина кивнула.
— Девица, ты мне вот, что объясни. Как твой добрый молодец смог завоевать твое расположение? Али подвиг совершил? — подал голос Святозар, которому по всей видимости стало скучно.
— А ты думаешь, что мое расположение завоевать невозможно?
— Неприступная, говорят, несговорчивая.
— Мстислав удивительный человек, — уголок губ дрогнул в едва заметной улыбке. — Моя покойная подруга очень хотела и приложила много сил, чтобы я поступила в Академию Лемур. А я завалила вступительный экзамен, — девушка плавно повернула на дороге.
На улице царила темнота и лишь фары освещали дорогу. В салоне мигали приборы, поэтому лиц видно не было. Но обстановка сложилась благоприятной, спокойной и умиротворенной — как раз то, что нужно для успокоения расшатанных нервов.
— Поскольку поступление зависело от Шархана, меня зачислили, — продолжила девушка воспоминания. — А потом мы каждый день спорили друг с другом. Он мне говорил, что я не понимаю, а я обижалась на это, зная, что от меня очень многое скрывается. Постепенно мне помогли раскрыть мои способности. А теперь…за последнюю неделю столько всего произошло.
— А правда, что необычные глаза выдают твой Импульс? — спросил Мага.
— Не совсем. Они просто сигнализируют о том, что я постоянно впитываю окружающую энергию и в любой момент она может пойти в бой. Ну это если утрировать.
Автомобиль плавно въехал на подземную парковку.
— У вас на завтра какие планы? — Вита повернулась к мужчинам.
— Какие будут указания, пэрсик? — усмехнулся Мага.
— Надо будет пенсионерам квартиру подыскать. Я тебе контакт Армана дам, он поможет.
— Ай да, знаю. Его сестра Аида, дочь троюродной тетки Айгуль по линии отца Хасана, двоюродного брата дяди Сурена, говорила, что бизнес по недвижимости есть.
— Отлично. Значит общий язык найдете. А теперь, всем отбой.
Мужчины поспешили удалиться. Вита посидела недолго в автомобиле и тяжело вздохнув, покинула парковку, поднявшись на лифте в стены Академии. Лаборатория встретила ее полумраком и прохладой. Судя по разбросанным на столе учебникам, Влад ушел совсем недавно. Витторина сняла кожаную куртку, аккуратно повесив ее на спинку дивана и приблизилась к капсуле.
— Без тебя меня нет, — шепнула она. — Мне не нужен этот мир и жизнь без тебя. Мстислав…ты не волнуйся. Я найду способ вытащить тебя. Только не покидай меня. Я этого точно не переживу, да и не брошу, отправлюсь за тобой.
Она следила за мониторами, видя, как на ее слова отзывается организм в капсуле. Может он и не был в сознании, но определенно слышал ее.
— И я нашла единственный твой прокол — ты нигде не указал для меня информацию о Всадниках Апокалипсиса. Представляешь, ситуация один на миллион, а я все-таки вляпалась в нее. Но ты не волнуйся, мы справимся. Главное не сдаваться.
Ночь прошла быстро и тихо. Вита продолжала изучать все пометки и записи в тетрадях, блокнотах и ежедневниках, которые для нее сделал Мстислав. Пару раз ее навещала Анюта, находя слова поддержки. Попив кофе, Витторина разговаривала с подругой, будто не замечала, что та давно уже не с ней, не в мире живых. Но утро наступило неожиданно быстро.
Влад влетел спозаранку, растрепанный и сонный, твердя о том, что он обязан проверить показатели Виты, дабы узнать насколько истощено ее тело и ум.
— Ты это…прости, — сказал он, глядя в монитор и цепляя какие-то липучки. — Я не трус, но…
— Не извиняйся, — Вита словно просканировала психолога. — Мстислав брал тебя на должность врача, а не бойца. Он мне рассказывал об этом. Твоей вины нет в том, что ты хорош не в мордобое, а в спасении жизни и души.
— Ты не сердишься?
— Ты же наш друг, — она чуть улыбнулась. — Ты в медицине очень хорош, да и не только.
— Да все равно как-то неудобно, — Влад сверил какие-то показатели на мониторе. — Стыдно признаться, что я вчера испугался как…
— Забей, — Вита хлопнула мужчину по плечу. — Слушай, вот я боюсь крови, поэтому первую помощь не могу оказать, меня словно парализует от ужаса. Хотя больше я боюсь другого.
— Чего, если не секрет? — он обернулся к ней.
— Я боюсь проиграть, — холодно прозвучало.
— А я в тебе не сомневаюсь, — Влад хмыкнул. — Пожалуй, я в Академии один из немногих, кто не сомневается в твоей победе. Ты ведь в лепешку разобьешься, а сделаешь то, что задумано.
— А Сид, Ян, Рин? Они слились.
— Авторитет Шархана давно подтвержден действиями. Твои способности по сути для других остались не раскрыты, — психолог задумался. — Марта и я знаем твою реальную мощь. Святозар и Мага видели собственными глазами. И бойцы они отличные, что такое честь не понаслышке знают. Они вчера рвались в бой за тобой. Ритка при первой же возможности притормозила.
— Вы все правильно сделали. Сам знаешь, защита гражданских важнее. Да и своих не бросили. Спасибо. Ладно, я пойду. У меня сегодня встреча важная, плюс СППЯ нужно отвлечь от нас, журналисты слишком много вопросов задают. Ну и Барьер на всякий случай проверить надо. Святозар и Мага сегодня должны с квартирным вопросом помочь нашим пенсионерам. Выпускать их обратно в большой мир слишком рискованно, я думаю их не оставят в покое.
— А, чуть не забыл, — Влад постучал себе указательным пальцем по лбу. — Хорс вчера о тебе спрашивал. Хотел поговорить. Там, будешь в городе, заскочи что ли. Может он что предложить хочет.
— Вряд ли, ну да ладно.
— Вольдемар еще звонил. Говорил, что есть информация по поводу нашей проблемы.
— Я поняла. Если что, будь на связи. И отдохни. До вечера я тебя не побеспокою, так что выспись хоть. Завтра ты мне понадобишься.
Она легкой уверенной походкой вышла в коридор, мысленно четко наметив план действий. Так, для начала Барьер, ведь надо убедиться, чтобы все находились в безопасности. Чувствуя легкую слабость, Витторина сконцентрировалась, вбирая в себя как можно больше энергии.
— Эй, — Марта вынырнула из-за поворота, явно торопясь. — Рада, что успела тебя застать.
— Привет. Как дела в Академии? — Вита пощипала переносицу, чувствуя, как тянет в сон.
— Справляюсь, не волнуйся, — Марена отмахнулась от вопроса, словно от досадливой мухи. — Ты как давно не спала? Может я съезжу, утрясу вопрос с Барьером, а ты пока хоть отдохнешь!?
— Нет, ты нужна в Академии, — девушка прислонилась спиной к стене. — Я… — она покачала головой. — Я не могу уснуть.
— Я понимаю, — Марта доверительно склонила голову вперед. — У меня такое было. Сама знаешь, я просто хочу помочь.
— Нам сейчас важно удержать власть в Лемуре, не поддаться массовой панике, истерии.
— А проблема осады? Ты же понимаешь, что наших сил может не хватить?
— Моих, — Вита внимательно посмотрела на подругу. — У меня для тебя будет только один приказ — не покидай Академию. Если я погибну, ты станешь единственной надеждой на спасение всех, кто нам доверился. Остальными проблемами я займусь сама.
— Тебе отдых требуется, — с нажимом проговорила Марта, впрочем не повышая голоса. — Ты так сама себя сожжешь. Об этом вряд ли даже Шархан знал, но если без перебоя быть на максимуме своих способностей, то ты заработаешь себе серьезные ожоги своей же энергией. Я просто прошу тебя хотя бы чуть-чуть передохнуть.
— Я тебя услышала, — Витторина кивнула. — Давай я закончу сегодняшние дела, приеду и обязательно отдохну. Договорились?
— Договорились, — Марта хмыкнула и шутливо погрозила пальчиком. — А я в свою очередь обещаю защищать Лемур чего бы мне то ни стоило.
И они разошлись, приступив каждый к своей миссии.
Витторина посмотрела на часы. Застать Хорса на месте не удалось — Князь Камарильи уехал куда-то по делам. Но сейчас девушка, припарковав машину, ждала, когда Вольдемар и Евангелина подойдут к кафешке, которую выбрала не случайно — непопулярная, неприметная. Здесь не смогут подслушать или же помешать разговору.
— Эй, девушка! Поехали кататься, — попробовал подкатить какой-то молодой человек в брендовой одежде.
Вита не ответила, лишь смерив парня холодным взглядом своих фиалковых глаз, отчего несчастный извинился и поспешил удалиться. Девушка закатила глаза, чувствуя, как болит голова от бессонницы. Мысленно сосчитав до десяти, Витторина снова задумалась насчет осады. Как только Академия лишилась защиты Мстислава, Лемур подвергся нападению Видений, которые приходили с пугающей регулярностью. А теперь еще и Всадники Апокалипсиса. Вероятность их объединения — больше пятидесяти процентов, а значит удары будут все чаще и сильнее. Первая стычка с Всадниками показал лишь то, что они достаточно сильны для того, чтобы не воевать в полную силу с Марой. Значит возможности далеко не равны. Но и Вита не билась во всю мощь, желая лишь узнать способности врага. Получается, единственный вариант — держать глухую оборону, поскольку сил на атаку у Лемура на данный момент нет и вряд ли будут.
— Привет, Волик, — отозвала Витторина, зная, что демон стоит позади нее.
— Привет-привет. Но между прочим, я больше не демон.
— Но между прочим, вы опоздали.
Вольдемар с Евангелиной под ручку стояли по ту сторону автомобиля, открыто улыбаясь и выглядели вполне счастливо.
— Ты в такую…яму ухнула, — задумчиво протянул демон. — Но я с советом.
— Дерзай.
— У Марен было, столетия два назад, оружие.
— Типа коса?! — Вита хмыкнула.
— Не шутка, — Вольдемар серьезно кивнул. — Это действительно коса. И четыре года назад появилась новость о том, что кто-то ее нашел и спрятал. Есть версии? — он ухмыльнулся.
— Допустим. Но нет ни одного доказательства, — она понятливо кивнула, догадываясь на что ей намекают.
— Есть, — Евангелина улыбнулась. — Единственный, кто умудрился затереть эту информацию, был отряд «Дневной Стражи», под предводительством твоего мужа. А после не осталось почти что никаких упоминаний. Только Ангелы или Демоны знают об этом. Но поскольку не в их интересах сила Марен, никто не собирался признаваться.
— А поскольку сейчас от тебя зависит столько жизней, я решил выдать эту информацию. Ищи у Шархана. Он наверняка сделал все, чтобы только ты смогла найти.
— Спасибо. Ладно, я поеду, еще есть некоторые дела.
— Давай, только аккуратнее. И приезжай, хоть сходим куда-нибудь, посидим.
— Конечно. Берегите себя!
Теперь намечалась еще одна цель. Если эта коса или как ее там, была найдена Шарханом, то он ее наверняка запрятал в Академии — самое надежное место. Или же… Нет, это слишком очевидно и при таком варианте, Лемур подвергся нападению гораздо раньше. Включив громкую связь в автомобиле, девушка нажала на кнопку телефона, набирая номер Четвертого.
— Влад, а Мстислав покидал территорию Академии надолго по каким-либо личным делам? — задумчиво протянула Витторина.
— Личным!? — психолог с сомнением протянул. — Вообще или когда-то определенно?
— В то время, когда следил за мной.
— Ну было. Когда он не успел приехать, предотвратить смерть Анюты…прости, — Влад тяжело вздохнул.
— Куда он ездил?
— Я не знаю. Я могу попросить Ромку посмотреть в Журнале.
— Да, попроси, пожалуйста. До связи.
Она не успела договорить, как проезжавший джип протаранил ее автомобиль. Все произошло неожиданно быстро — машина совершила несколько кругов вокруг своей оси и со всей мощью рухнула на землю. Ремень безопасности заклинило, больно сдавив девушку в своих тисках. Каждый вдох давался с трудом и болью отзывался в легких. Кровавая пелена застилала глаза. Все тело оказалось сдавлено корпусом автомобиля. Витторина нащупала кнопку и попыталась себя освободить. Но пальцы словно онемели и плохо слушались. В ушах появился звон, а в глазах замельтешили темные мушки. Не оставляя попытки выбраться из покорёженного автомобиля, Вита почувствовала явственный запах гари. С трудом соображая, она все никак не могла высвободиться из металлического плена.
— Эй, ты жива?
— Жи…ва, — с трудом проговорила она, чувствуя во рту привкус крови.
— Потерпи, сейчас вытащу, — снова отозвался чей-то голос.
Послышался звук работающего огнетушителя, а еще через какое-то время открылась дверца.
— Двигаться можешь?
— Ноги застряли, ремень…
— Понятно все с тобой. Жди.
Неизвестный разрезал ремень и аккуратно стал вытаскивать девушку из разбитого автомобиля.
— Как тебя только угораздило? Лихачила?
— Протаранили, — Вита покачала головой, пытаясь снова хоть что-то увидеть, кроме летающих темных точек, а потом махнула рукой, заставляя автомобиль пропасть.
— Лемуровец? — хмыкнула мужчина. — Я как раз в Академию направляюсь к Вашим.
— Зачем, если не секрет? — девушка наконец-то более-менее пришла в норму и посмотрела на своего спасителя.
Мужчина был лет тридцати, до нельзя брутален, бородат и опутан черной грубой кожей со множеством металлических клепок. Эмблема на жилете дала наводку быстрее, чем бородач ответил.
— Года два назад ни с тобой ли мы соревновались в скорости? В заброшенном аэропорту?
— Вита?! Богатой будешь, не признал, — он удивленно хмыкнул. — Какими судьбами?
— Домой ехала, в Академию. Джип какой-то вылетел навстречу, даже ничего сделать не успела.
Он протянул ей руку, помогая встать.
— Спасибо, Демон, — она приняла помощь, вставая с земли. — А в Академию к кому?
— Да к руководству, — мужчина пожал плечами. — Знаю, что туда часто доступ закрыт, но очень помощь нужна.
— Ну поехали. Я смотрю ты, как всегда, на двух колесах, — кивнула на «Голду». — Во всяком случае нам по пути.
Демон или просто Володя, состоял в байкерском клубе «Конкистадор» уже на протяжении десяти лет. С Витториной они познакомились случайно на гонках и вот теперь судьба их вновь свела.
— У меня странная история произошла. Сестра обладает необычными способностями. Нам угрожают уже год, а сестра моя должна метеоритом сойти на землю. Я представляю каково это звучит, но я не сумасшедший. В клубе об этом вякать нельзя. А Лемур говорят постоянно с какой-то фигней сталкивается. Сегодня, через пару часов она сойдет на землю и ее пытаются захватить Всадники Апокалипсиса, потому что она само воплощение Боли.
Прозрачная стена Барьера слегка толкнула мотоцикл упругим потоком воздуха.
— А ты Мара? — он слегка повернул голову в шлеме, глядя на свою спутницу, которая выглядела совершенно безучастной к происходящему. — У тебя такие глаза яркие стали.
— Да, — девушка тяжело вздохнула. — Анюта постаралась.
— Соболезную.
— Не стоит. Я с ней теперь каждый день общаюсь.
— С мертвыми?! Не страшно.
— Уже привыкла, — Витторина вздохнула. — Ты знаешь точку приземления?
— Да, я покажу, но…я не знаю, кто будет согласен биться со Всадниками.
— Я.
— Ну я всегда знал, что ты сумасшедшая, — байкер рассмеялся. — Но мне требуется твоя помощь.
— Значит помогу, — серьезно подтвердила она.
Ворота Академии нехотя отворились и на входе уже стояли люди из отряда «Ночной Стражи».
— Ты ли это? А где тачка? — Мага стал первым, кто отделился от бойцов и подошел к Витторине, чтобы помочь.
— В гараже уже, — девушка благодарно кивнула. — День сумасшедший, меня сбил чей-то джип.
Мага удивленно посмотрел на Виту:
— Может стоит найти?
— Нет, у нас тут проблема покруче. Кстати, давно стоило это сделать. Мага назначается предводителем «Ночной Стражи», — она произнесла это громко, дабы быть услышанной. — А теперь все руководство за мной!
Такая властная. Ее такой запомнили сразу после комы Шархана. Наверное, на тот момент времени никто не мог бы поверить, что внешне слабая и хрупкая девушка может управлять Академией. Хотя Витторина сама относилась к этому более скептически. Ей постоянно казалось, что это не ее заслуги и ей каждый раз кто-то помогает или поддерживает.
Собравшись в небольшом зале в одной из башен, Витторина объявила:
— В очередной раз идем на риск.
— Оригинальное начало, — Марта хмыкнула. — Я так понимаю из-за него? — кивнула на байкера.
— К сожалению или счастью, да, — он согласно кивнул.
— Это Демон, мой друг из байкер-клуба, — Витторина снова взяла слово. — Его сестра…
— Воплощение Боли, — Марта согласно кивнула. — Я слышала об этом от своей прародительницы и, естественно, от Гренделя. Боль есть боль. Она может как собирать, так дарить ее. По слухам, и приданиям, маленькая девочка возвращается на землю в виде метеорита, летавица. Не знаю насколько правда, но…
— Это правда, — Демон согласно пожал плечами, подтверждая. — Я знаю точку, в которой она приземлится, но мне нужна помощь, поскольку Всадники открыли на нее охоту. Наверное, это звучит невероятно.
— Сколько людей отправим? — перешел к делу Святозар.
— Одного, — холодно отозвалась Витторина. — Остальные будут охранять Академию. Риск нападения в этот раз максимален, поскольку все, что будет происходить произойдет прямо на границе наших территорий. Как Вы понимаете, нужна очень сильная защита.
— Ну допустим, — Марта поправила волосы, — Я возьму как всегда стены Академии, думаю, Святозар и Мага прикроют твой отход с ребенком на руках. Я так понимаю, ты не хочешь больше никого звать!?
— А где Ритка?! — вдруг почти испуганно спросила Вита.
— Она выехала в город, — отозвался Влад. — Хорс просил договориться о встрече с ними, вот Рита и решила помочь.
Марена всматривалась в глаза психолога, чувствуя свою ничтожность, свою вину в отношении к своей подруге.
— Я знаю, — Витторина тяжело вздохнула и клятвенно пообещала. — Я виновата в этом. Прости, Влад. Я обязательно решу данный вопрос.
— Вам бы поговорить, — друг Шархана улыбнулся. — А тебе отдыхать бы не помешало бы.
— Ребят, я все прекрасно понимаю, но объект находится в пределах видимости, — перебил всех Мага.
— Точка? — Витторина резко обернулась к байкеру.
Тот ткнул пальцем в экран смартфона.
— Ты успеешь за мотоциклом или машиной сбегать? — уточнила Марта.
— Нет. Своим ходом.
И разбежавшись, девушка прыгнула со стены, мягко приземлившись на землю будто и не она пролетела только что несколько десятков метров. Соколова бежала вперед, нацепив наушник, чтобы ее могли по ходу дела скоординировать. Усталость как рукой сняло, и Витторина неслась сломя голову, стараясь опередить. Фигуры Всадников уже мелькали за куполом, но враги шли обходной дорогой, видимо не зная точного места «приземления». Яркая комета прочертила в небе белую полосу.
— Вита, двигай через СШП, так короче будет, — раздался в наушнике голос Маги.
— Поняла.
Девушка резко свернула от общего направления. Полоса препятствий уже привычна и не отняла много времени. Поэтому когда комета упала, уже спустя десять секунд Витторина оказалась на месте. Среди сгоревших парочки кустов, лежала девочка, лет пяти или шести. Она испуганно озиралась.
— Я от твоего брата, — Вита подняла руки, показывая, что безоружна. — Я тебе помогу и выведу отсюда.
Подножку от призрака, девушка никак уж не ожидала. У Галки была привычка появляться в самый неподходящий момент и сделать какую-нибудь гадость. Так она мстила за собственную смерть, считая виновной во всем рок-звезду.
Споткнувшись, Витторина по инерции схватила протянутую руку ребенка, о чем почти сразу же пожалела.
Пелена боли затмила все чувства, оставив лишь страдания и ужас. Упав на колени и выгнувшись назад в спине, Вита подняла лицо, глядя в небо невидящим взглядом. Кости ломило, все тело словно кромсали на куски, но кричать от боли не получалось. Ощущения создавались такие, будто заживо перемалывают в мясорубке. Мысли не концентрировались ни на чем, хотя в наушник друзья что-то говорили, кричали. Святозар и Мага уже спешили покинуть Академию, но Витторина ничего этого не слышала, полностью поглощенная собственной и чужой болью.
Слова Мстислава прозвучали так, будто он был рядом, будто шептал прямо на ухо. Моргнув, Витторина поняла, что боль отступила резко, оставив лишь воспоминания, также, как и Мстислав…пока он в коме, у девушки не могло быть будущего, ибо она не хотела жить без него. Только вместе, только вдвоем.
Вскочив на ноги, краем глаза уже заметила, что Всадники добрались до них, Витторина вздохнула и заслонив собой девочку произнесла:
— Уходите. Я ее вам не отдам.
С десяток атак посыпались сразу. Действовать приходилось быстро. Зная, что Предел уже близок, Витторина приняла ответный бой, активно осыпая Импульсом врага, и прикрывая отход Барьером. Как только представился случай, Соколова схватила девочку на плечо и побежала в сторону Академии. Там на границе ее встретили Святозар с Магой. Девушка вошла в Барьер, ощущая усталость и боль, которая осталась после видения. Мага принял из рук в руки ребенка, а богатырь помог Марене дойти до спасительных стен, придерживая под локоток.
— Я…мне…надо отдохнуть, — сказала Вита, минуя все расспросы Влада, и свернула в коридор.
Пройдя через несколько потайных дверей, девушка поднялась на свой этаж и вышла к бассейну. Через стеклянную крышу виднелось темнеющее небо. Скинув куртку, Витторина в два шага разбежалась и стрелой нырнула в прохладную воду, позволяя ей забрать свои переживания. Закрыв глаза, девушка просто лежала, качаясь на небольших волнах. Боль возвращалась с новой силой, а мысль о том, что ей не удавалось вернуть к жизни Мстислава в моральном плане добила. Слезы потекли сплошным потоком из глаз, грудь сдавило словно в тисках. Тело медленно погружалось в воду, а перед лицом возник страшный силуэт Фантома. Темное существо смотрела несуществующими глазами на Витторину, будто заставлял ее прочувствовать всю боль в полной мере. Легкие жгло и где-то на краю сознания девушка понимала, что просто наглоталась воды, но не могла выйти из оцепенения. Боль заполнила все существо и казалось, что жить уже не зачем. Темная вода приняла в свои объятия хрупкое уставшее тело девушки, обволакивая и притягивая в свои глубины. Витторина не открывала глаза, отдавая себя во власть стихии. Волны колыхали поверхность где-то далеко, и все больше терялось в темноте глубин. Тревожный покой наполнял душу девушки, напоминая зачем она спустилась сюда, во мрак собственной души, и как только пришло осознание цели туманные воды, как по щелчку пальцев испарились, оставляя Витторину один на один со своим отражением.
— Да кому ты врешь?! — спросило отражение Виты, оглядывая карими глазами, мгновенно меняя цвет радужки на фиалковый.
— Только себе, — спокойно призналась Витторина.
— Разве? Ты ведь не смогла признаться Шархану в своей боли… — отражение медленно вынырнуло из зеркальной глади, становясь напротив настоящей Витторины. Они были похожи как две капли воды. Разница наблюдалась лишь в настроении: отражение пребывало в благосклонном расположении духа, тогда как настоящая Вита выглядела усталой, и эта усталость читалась во всем.
— Ты так и не призналась ему, — отражение спокойно продолжило. — Ты ведь не забыла о той боли.
— Не забыла, — устало согласилась Витторина.
— Так может признаешься, что больше всего ты боишься себя. Боишься того, что творится в твоей душе.
— Я многого боюсь. Змей, высоты, боли…
— Нет, ты боишься себя. Ты страшнее для себя. Вспомни. Вспомни свои разбитые мечты, надежды. Когда ты шла по дороге даже не представляя, чего хочешь от жизни, не представляя себя без Шархана. Вспомни что чувствовала.
— Прекрати.
— Тебе больно, — отражение понятливо кивнуло. — Позволь ей завладеть. Впусти ее в себя.
Легкие словно обжигало пламенем и боль стремительно распространялась по телу.
Негромкий хлопок и резко кто-то выдернул за футболку почти невесомое тело девушки. Откашлявшись от воды, Витторина рассмотрела своих спасителей.
— Эх, девица, негоже горю своему предаваться, коли враг у ворот лютует.
— Спасибо, — прохрипела Вита, осматривая Святозара и Ромку фиалковым взглядом. — Откуда догадался?
— Ты не в себе была, — ботаник пожал плечами. — А чисто физически, мне не удалось бы тебя вытянуть из воды при сопротивлении. Святозар любезно согласился мне помочь. Но вообще, я хотел бы с тобой поговорить. Это важно. Пойдем перекусим, заодно узнаешь много нового.
Она согласилась, понимая, что в самом деле давно не ела. И зная особенности своей Ритули, вся компания двинулась в комнату с тремя шестерками. Подруга действительно оправдала ожидания — наготовлено было много, даже с избытком. Святозар первым принялся за пищу, радуясь возможности вкусно поесть. Витторина, налив себе кофе, устало привалилась спиной к стене.
— Я так устала, — тихо произнесла она.
— Странно было бы, если б сказала, что полна сил, — Ромка хмыкнул, поправляя очки на переносице.
— Краса девица слишком много взвалила на свои плечи, — подтвердил Святозар, не переставая нахваливать Риткину стряпню.
— Так что вы мне поведать хотели? — девушка устало опустилась в кресло и неспешно осмотрела накрытый стол, выбирая чего бы погрызть.
Ромка отставил чашку с чаем и задумался, вероятно подбирая слова. Прошло около минуты прежде чем ботаник заговорил.
— Знаешь, я с самого начала очень хотел поступить в Академию, это была цель моей жизни. Я готовился, учил-зубрил, но мои шансы из-за физической подготовки резко уменьшались. С тобой мы впервые встретились на отборочном испытании. При прыжке через ров, я не долетел. Ты успела вернуться и вытащить меня, а потом помогла добраться до финиша первыми. Пожалуй, с этого и начались мои приключения.
Мужчина тяжело вздохнул и посмотрел на Виту золотистыми глазами.
Ботаник снова вздохнул:
— Поскольку ты ни с кем не контактировала, то это было поручено мне. Именно так мы начали с тобой общаться. Ты меня подтягивала по физухе, я помогал разобраться с некоторыми вступительными тестами. Хотя моя помощь тебе не очень-то и нужна была, — Ромка отпил чая. — И тебе постоянно стирали память. Тогда опасения казались реальными, и считалось, что если способности пробудятся раньше времени, то…
— И в принципе, я ничего плохого не сделал, и нельзя сказать, что я воспользовался ситуацией, но реально смотря на вещи…у меня не было шансов на поступление.
— Это не так, — Вита, по-прежнему не выражая никаких эмоций, произнесла. — Они просто воспользовались случаем. Я была слишком далека от людей и знакомство с тобой, просто помогло найти нить разговора со мной. А действовать старались аккуратно.
— Отколь столь сильный дар? Неужто он оказался столь опасен? — уточнил Святозар.
Девушка задумалась, будто заглядывая внутрь себя, в воспоминания, которые так старательно стирали, но при этом, столь любезно возвращающиеся.
— Марта…ситуация с ней разделила Академию на два лагеря. Марта случайно вышла из-под контроля и разнесла корпус Академии. В случае со мной, все боялись повторения истории. Этим и объясняется пристальное внимание. Пока Ромка был рядом, появлялся хоть маленький шанс на манипулирование.
— Да, именно так…
Ромка налил Вите еще кофе и снова сел напротив, на диван.
— Мне не рекомендовалось это рассказывать. Но в нынешней ситуации я посчитал нужным уведомить тебя, чтобы воспоминания, которые всплывают не били по психике и тебя не утопил очередной Фантом.
— Я сильно на психа похожа? — голос Витторины опасно спокоен и миролюбив.
— Ритка и Влад обеспокоены. Плюс в одном источнике я узнал, что используя свои возможности на полную катушку несколько дней подряд, ты получаешь серьезные повреждения собственного тела, в виде ожогов. Ты заживо сгораешь, Вита, — Роман подался вперед. — Возможно, я не лучший ученик, не лучший сотрудник, но с информацией я работать умею. Я сделал анализ твоего состояния из используемых способностей. Учитывая, что ты несколько недель не спишь и не ешь, используя лишь Импульс, а тело не рассчитано на такие нагрузки. При полной боевой подготовке, такие способности можно использовать не больше суток, но никак не неделями. Плюс ты удерживаешь громадный Барьер, защищающий территорию Академии и тех, кто к нам присоединился. Ты ведешь дела в Лемуре, а также документацию, не оставила концертную деятельность, постоянно защищаешь нас всех…
— Ром, ты мне ничего не должен, — понимая, куда он клонит, отозвалась девушка.
— Я хочу быть полезен. Благодаря тебе я был зачислен. А теперь я хочу просто помочь. Я понимаю, как тебе тяжело. Ты на грани, я это вижу, поэтому хочу предложить помощь в осуществлении того плана, который вы разрабатывали с Шарханом.
— Ты думаешь он того стоит? — устало спросила она.
— Да, но нужно подготовить хорошую почву. Твой друг, байкер, говорил, что у него есть знакомые ученые, кто с удовольствием бы развивался.
— Да, так и есть. Ладно. Как только поставлю вампиров на место, начнем работать в этом направлении. Присмотри тогда людей-науки, кто готов работать на благо Родины. Святозар, поможешь Роме?
— На благо Родины, всенепременно.
— Возьмите еще с собой Демона, он сведет с нужными людьми.
— Слушай, а отчетность кто будет вести? Надо же будет понимать, сколько затрат и сколько мы потом отобьем? Убытки вряд ли нужны, — спросил ботаник.
— Я поговорю с Евангелиной, они вроде в очередной раз погрязли в рабочей рутине и жаждут сменить работу.
— А размещать где всех будем? — Ромка нахмурился. — Надо наверное стройку века начинать.
— Не надо, — Витторина флегматично хмыкнула. — Мы с Мартой восстановим корпус.
— Восстановите? — удивился Святозар.
— Да, ломать, конечно, не строить, но надо же действовать на благо Академии. Думаю, нам пора выходить из тени, — девушка прошлась по комнате и остановилась у окна. — Надо к Годуну наведаться, у них сегодня как раз сбор. Ром, предупреди, пожалуйста, Марту, что мне ее помощь понадобится, а Ритку отправь к Демону.
— Тебя Хорс уже неоднократно пытался застать.
— Ласты склеит быстро такими темпами, — вздохнула девушка. — Ладно, времени и так в обрез. Сколько сейчас? — она посмотрела на часы. — Через два часа буду. Если вдруг Видения нападут — сразу же звоните.
— Возьми с собой кого-нибудь? Магу, например.
— Я и так слишком многих напрягаю.
Витторина скрылась в своей комнате и наскоро переодевшись, схватила с тумбочки ключи от машины, напомнив ботанику лишний раз о поставленных целях. Тот заверил, что все будет в лучшем виде. Ботаник. Почему именно так? В ее устах это никогда не звучало оскорблением, напротив, достоинством. Ум Ромки во многих операциях спасал и значительно облегчал жизнь. Теперь же, когда задумались воплотить столь грандиозный план в реальность, без Ромки не обойтись.
Спустившись в гараж, девушка уже привычно взяла автомобиль мужа. А первый раз они встречались тогда, когда «Шудатти» был четырехместным. Вита усмехнулась. Она тогда даже не предала значения, что такого быть не может, что это всего лишь мысль Мстислава.
Движок тихонько урчал. Неспешно выехав из гаража, Вита утопила педаль газа, позволяя автомобилю лететь на той скорости, на которую он способен. Нет, ощущения конечно не те. Когда рядом был Мстислав, все казалось радужнее, а сейчас вариантов не стало. И нет смысла отступать. Как-то она прочитала мудрое высказывание «Смелость города берет». И раз надо она будет смелой. И нет таких преград, которые остановили бы ее. Мстислав гордился бы ей. Она его вытащит. Абсолютно точно, обязательно вытащит.
Дорога до столицы заняла считанные минуты, даже не хватило времени на раздумья. Хотя… Отдав команду своему телефону на набор номера.
— Алло.
— Привет, Волик. Как поживаете?
— Да нормалек. Очередную работу теряем.
— Совсем все плохо?
— Не жалует нас Пашка, — демон вздохнул. — Мстят за смерть Никиты. Печально конечно, да несправедливо. Как у вас дела? Что нового в Лемуре? — он был действительно заинтересован.
— Работу вам хотела предложить. Мне бухгалтера нужны для контроля кое-какого проекта.
— Мы за!!! — послышался крик Евангелины откуда-то издалека.
— Когда начинать? — спросил Вольдемар.
— С завтрашнего дня готовы приступить?
— Да не вопрос, — Дарк хмыкнул. — Нам самим приехать в Академию или…
— Я пришлю машину. Можете взять самых надежных с собой. Нам нужны люди.
— Понял. Тогда до завтра.
И отключился. Витторина припарковала автомобиль и вышла на улицу. Прохладный воздух, серое небо и мрачные люди. Этот мир погряз в серости. Но все можно изменить. Мысль материальна.
Летящей походкой девушка двинулась в банкетный зал. Ее там ждали, ее хотели лицезреть дабы унизить. Никто не хотел уступать, каждый лелеял мысль взять власть в свои руки.
— Ты пришла!? — по интонации не понятно, как отреагировал Хорс.
— Я ненадолго, — Вита кивнула. — У меня один вопрос: то, что предлагалось Вам от Академии… Вы с нами или нет?
— Извини, мы пошли бы за Шарханом, но не за тобой. Ты всего лишь девушка.
— Я вас услышала. Всего доброго, — Вита позволила себе усмешку. Стандартный отказ, стандартный ответ. Но в этом виделось нечто странное, подстроенное. Возможно это заговор!?
На улице, у машины ее поймал Хорс. Он пытался с ней поговорить, делал комплименты
— Вит, если бы мы могли быть вместе, — кажется за всеми воспоминаниями, Витторина успешно прослушала все, что ей говорил Хорс.
— Что? — так, надо собраться, решила девушка.
— Будь со мной. Я люблю тебя и готов пойти на любые уступки, у тебя будет все, — затараторил вампир, притягивая «жертву» к себе.
— Значит так, — Вита с легкостью одной рукой подняла мужчину за горло над землей, тяжело вздыхая. — Еще раз протянешь руки, следом склеишь ласты. Понял? Тогда пока.
Слегка отшатнувшись от неожиданного отпора, Хорс наблюдал как Вита садится в машину и уезжает.
Она задумчиво покосилась на Романа. Да, в нем она не ошиблась. Голова болела от всплывающих воспоминаний, то и дело, память услужливо восстанавливал стертые файлы, достигая тем самым маленькой катастрофы. Витторина разбирала документацию, поражаясь, как Мстислав умудрялся все держать под контролем.
— Вита? — Ритка робко прошла в комнату.
— Да, Ритуль, — подруга вскинула на нее взгляд фиалковых глаз, с удовольствием отмечая, что «поганка» не шарахается, в отличии от большинства жителей Академии.
— Я создала дополнительные проблемы, — пожала плечами. — Пыталась помочь сестре Демона, а в итоге у нее сейчас истерика. А в городе не осмотрительно…во общем новости включи.
Витторина перевела взгляд и монитор сам собой ожил.
— Значит ли это, что в группе «Феникс» возникли разногласия? Будет ли новым лидером соло-гитарист Ритка или же группа распадется? — вещали в местных новостях.
Вита тяжело вздохнула, и потянувшись до хруста, произнесла:
— Завтра концерт!?
— Да, — Ритка склонила голову набок. — Прости меня.
— Это решаемо, — Вита усмехнулась. — Лорэн?
— Приветствую, Седьмая, — послышалось из динамиков.
— У нас завтра концерт на новой площадке, а за нами косяк перед прессой. Можно организовать сбор журналистов, я сделаю сенсационное заявление на концерте.
— Оформлю, не вопрос, — Лорэн легко согласилась. — Что-нибудь еще?
— Нет, спасибо.
— До встречи.
Вита мысленно отложила в сторону телефон, и снова вздохнула.
— Ну что? Пойдем вторую проблему решать?
Они вместе вошли в лабораторию. Влад что-то тихо объяснял девочке, рядом кругами ходила Яна, остальных выдворили в коридор.
— Вита, Вита, Вита, Вита! — радостно вскричала Яна, хватая вокалистку за талию. — Помоги, пожалуйста, Настене.
Смерть мельком бросила взгляд на Влада и тот ответил весьма красноречиво — видимо все плохо. Яна продолжала наматывать круги периодически задевая самого грозного жителя Академии, будто пыталась раскрутить вокалистку, как юлу.
— Значит…Настенька, — тяжело вздохнув, протянула Вита. — Позволь тебе помочь?
— Тебе будет больно, — скрипя зубы ответила девочка.
— Не будет, — Вита присела на одно колено перед Настей. — Ты мне помогла кое-что осознать. Твой брат помогает. Почему бы и мне не помочь тебе? — она была спокойна и все также не выражала эмоций.
— И что ты осознала? — заинтересовалась Яна.
— Я осознала сколько во мне проблем. Анечка помогала мне бороться с болью внутри меня, но я никогда не задумывалась сколько во мне этого. Недавно Святозар вытащил меня из бассейна, в котором чуть меня не утопил мой собственный Фантом. Проблема куда серьезнее, — Витторина вздохнула. — У нас с тобой много общего. Тебя боятся. Меня боятся. Боятся, что разнесу Академию. Боятся, что съеду с катушек из-за комы Мстислава. Я тебя понимаю, прекрасно понимаю, — девушка положила руку на колено девчушки и та резко и громко вскрикнула.
Демон от неожиданности дернулся было к сестре, но был предусмотрительно остановлен Владом. Мучения продлились недолго — секунда и девчушка вздрогнула. Витторина отступила на шаг назад и тепло произнесла:
— Прикосновения теперь не страшны. Янчик, обнимашки будут?
— Будут! — счастливо крикнула девочка и кинулась обнимать Настю, заряжая своим позитивом.
Витторина поспешно покинула лабораторию в дверях столкнувшись с Мартой, которая шла бок-о-бок.
— Ты сгораешь, — Вторая Смерть говорила тихо.
Они двигались по коридору мрачной тенью. То и дело студенты здоровались расступаясь и уступая дорогу. Смерть уже не боялись так открыто, но по-прежнему опасались.
— Мне надо с тобой поговорить, — Марта толкнула дверь, входя на этаж к Шархану. — Ты не думала, что нам дальше делать?
— Думаешь Барьер не выстоит? — Витторина хмыкнула. — Я этого очень боюсь.
— Мы не сможем столько в осаде просидеть. СППЯ провоцируют, журналисты нагнетают скандалы вокруг нас. Рано или поздно, а войска подтянутся. Защищаться нам нечем. Сама знаешь, что большинство учеников дети.
— Рассказывай, что придумала, — Вита плюхнулась на диван в комнате.
— Ты же понимаешь, что лишь вопрос времени когда мы достигнем Предела. А где Коса знал Шархан, а следовательно найдешь и ты. Я думаю тебе стоит рискнуть и сгонять за ней.
— Завтра концерт…думаешь успею?
— Успеешь. В конце концов, я прикрою. Я перед тобой в неоплатном долгу, — Марта робко улыбнулась. — Но для защиты возьми Святозара.
— Защиты?! — Вита переспросила.
— В Чушевицком районе могут быть перебои с Импульсом. А у Святозара дури полно.
— Ты хотела сказать силушки богатырской?!
— А я что сказала? — стушевалась Марта и посмотрела на часы. — Давай, завтра чтобы как штык. Если что буду на связи. В Академии не узнают, что ты отсутствовала.
— Если что, скажешь, что в Москву по делам уехала.
— Да, только пока не уехала проведи быстренько работу.
— Они уже тут?! — Витторина вскинула голову и в ее взгляде мелькнула растерянность.
— Да. Я их пока в гостевой домик поселила, который находится во внутреннем дворе Академии.
— Хорошо, — протянула Соколова и медленно встала с дивана. — Значит так. Сейчас скину сумку с оружием в машину, и пойдем быстренько восстановим корпус и дам указание. Ну и отчалю тогда.
— Добро. Я пока Святозара предупрежу. Встретимся на пустыре.
Марта выпорхнула из квартиры, и Витторина открыла тайничок. Как ни странно, а сумка была давно готова и явно Мстиславом. Она в очередной раз подивилась как он все предусмотрел. Сумка оказалась достаточно тяжелой. Спустившись на лифте в подземный гараж, Вита закинула оружие в багажник и собиралась уже выйти на улицу, но передумала. Она вернулась к лифту и поднялась в лабораторию. Влад отсутствовал, по всей видимости прикорнул в своей комнате, либо Ритке время уделяет, но его грех было упрекать — за Мстиславом он следил добротно и внимательно, практически круглые сутки, как и многие в Академии, работая на износ. Вита подошла к колбе. Влад как-то дал пояснение, что это все называется криокамерой. Определенный состав вбираемой жидкости помогает восстановлению организма и поддержанию в нем жизни. Отдельный агрегат отвечает за подачу Импульса в тело. Для поддержания Мстислава Влад подключил десять таких баллонов, позволив Соколовой наполнить их своей энергией. Плюс всегда держался запас на экстренный случай.
И пока здесь, в лаборатории, никого, девушка хотела проговорить то, что ее тревожило.
— Мстислав, я окончательно перестала понимать, что я делаю. Я уезжаю, но завтра уже вернусь. Сейчас мне особенно тебя не хватает. Я даже не представляю, как ты все это время столько всего держал под контролем. Прости меня. Я очень тебя люблю!
Она легонько коснулась губами колбы напротив лица своего мужа и еще раз проверив полноту баллонов, направилась на выход.
Уже во дворе Академии, она столкнулась с веселой троицей. Ян и Рин яростно переругивались, Сид периодически раздавал тумаки то одному, то другому. Завидев Марену мужчины дружно подскочили к ней.
— Как это понимать? — строго спросил Сид. — Откуда столько левых людей в Лемуре.
— Да, живо объясняй, — потребовал Ян.
— А вы часом не охренели? — Вита смерила мужчин холодным взглядом.
— Мы требуем ответа, — повторил Ян.
— Дорогие мои, — опасно ласково мурлыкнула Витторина. — Вы не выполняете свои прямые обязанности.
— А мы не подписывались тебе подчиняться, — надменно хмыкнул Рин.
— С этой самой секунды вы, все трое, отстранены от работы в Академии Лемура и ссылаетесь в Жизнь до возвращения Мстислава. Пусть сам решает, что с вами делать, друзья, — последнее слово она словно выплюнула, произнеся сквозь зубы.
И не дожидаясь возмущений, ушла к разрушенному корпуса. Марта уже была на месте, мило улыбаясь.
— Твое решение меня порадовало, — произнесла Вторая Смерть, когда подруга поравнялась с ней. — Злорадство, конечно, плохая вещь, но нервы друзья Шархана мне помотали не хило.
— А чего раньше не сказала? — удивилась Вита.
— Мать, ты себя в зеркало видела?! — рассмеялась Марта. — У тебя и так запара по всем фронтам, а я тут к тебе с какой-то фигней пойду. Они по сути просто мелко пакостничали.
— Ничего, Мстислав с ними разберется.
Мары дружно вздохнули, готовясь к действу. Настроившись на нужным лад, обе девушки почти одновременно взмахнули руками, заставляя вверх подняться столб пыли. Медленно, очень медленно из земли поднимался корпус. Он словно до этого был погружен вглубь и теперь поднимался на поверхность. Абсолютно ровные и целые стены, ничего не намекало на разруху. Легкая дрожь земли отдавалась в маленьких человеческих телах. Любопытствующие лица то и дело мелькали в окнах соседних корпусов не веря собственным глазам. Конечно, каждый житель Лемура прекрасно осознавал, что такой трюк никто из присутствующих повторить не сможет. Восстановление прошло как нельзя лучше, словно ничего и не было, да и заняло не больше минуты.
— Переселение займешься?
— Да, конечно, — Марта улыбнулась, подмигнув фиалковым глазом. — Святозара я предупредила, он тебя должен в гараже ожидать.
Витторина кивнула и спешно направилась во внутренний двор, пересекая первый этаж Лемура. Студенты и учителя то и дело делились своим восхищением, стремясь отметиться перед Смертью. Витторина вежливо принимала поздравления, отмечая, что все вопросы насчет самой Академии лучше адресовать Марте, поскольку сама Вита сильно спешит.
Ее уже ждали. Демон, Вольдемар и Евангелина стояли особнячком от толпы человек в тридцать. Ромка терпеливо ждал указаний. При виде Витторины все резко вытянулись в струнку.
— Добрый день. Надеюсь, все знают для чего они здесь?! — сразу к делу приступила Вита оглядывая присутствующих.
Они очень разные. Даже на первый поверхностный взгляд, через чур. Кто-то выглядел как обыкновенный закомплексованный ботаник, кто-то принадлежал субкультурам — несколько готов и панков. Но раз Демон их всех привел, значит они того стоили. Тем более что окончательный отбор проводил Роман. Ромка, кстати, сильно нервничал и Вита установив Катарсис уже наверняка знала в чем причины — он, как и она сама, боялся подвести, не оправдать надежд.
— Значит так. Наверняка многие из вас знают, что Академия пользуется дорогими иностранными автомобилями, кроме военных ЗИЛов, которые выезжают на задание. И знаете, за Родину обидно. Поэтому перед вами ставится две задачи: создать уникальную линейку автомобилей. Но обойдемся без «баклажанов». Вам придется постараться, автомобили должны превосходить те, на которых приходится сейчас нам ездить. Вторая задача. В дальнейшем нам нужно будет поселить наших родных и близких, а также пенсионеров и ветеранов в уютные комфортабельные дома. Задача: создать город будущего. Учтите, что мы должны жить в гармонии с природой и природа на первом месте, а человек на втором. Вашим куратором будет Роман. Ему вы будете предоставлять отчет и согласовывать свои действия. За финансирование отвечает вот эта пара — Вольдемар и Евангелина, — Витторина кивком головы указывала на ответственных лиц. — За доставку дополнительного оборудования будет отвечать Демон. Разрешаю переехать всему мотоклубу. В вашу задачу стоит помощь научной братии, особенно в тестировании и консультация в технических нюансах. Все-таки вы столько этих «Рябин» пересобирали в нормальные тачки. Вопросы есть?
— Какие сроки и будете ли вы оценивать конечный результат? — подал голос худенький парень с рыжей копной волос.
— Да, оценивать буду. А сроки вам установит Роман в соответствии с планом работ. В любом случае, чем скорее вы сделаете, тем большая премии полагается, но качество превыше всего. Эти автомобили должны войти в широкое пользование. Еще, отдельный сектор сформируйте, пусть генерируют идеи по улучшению. Очистка окружающей среды, переработка различных материалов, техника, оружие… Все, что может улучшить жизнь.
— А мобильную сеть можно создать? — спросил панк топорща короткие разноцветные волосы.
— Нужно. Понимаете, мы должны быть первыми во всем. И это полностью зависит от вас. От вас зависит какую зарплату вы будете получать, как будут жить близкие и дорогие для вас люди. Если кто-то боится, что его кинут…
— За вас весь «Конкистадор» поручился, — хмыкнул гот. — Вам нет смысла нас обманывать.
— Спасибо, — уголки губ дрогнули в полуулыбке. — Для вас восстановили корпус в Лемуре, он полностью ваш. Новые ученые, которые придут будут подселяться в свободные комнаты. Марта, директор Академии Лемур, поможет освоиться. Если вопросов больше нет, то простите, спешу откланяться.
Нестройным хором все попрощались. Евангелина догнала Витторину через двадцать шагов, хотя и оказалось это непросто.
— Извини, я уточнить. Какое ограничение по финансированию? — поспешно уточнила девушка поправляя слегка задравшуюся футболку на животе.
— Спроси у Михи или Алины отчеты по доходам с рок-концертов. Ребята в курсе. В принципе, все это можете смело тратить, просто посмотри, чтобы впустую деньги не улетали, но и сильно не урезайте бюджет.
— Будет сделано. Давай, удачи, — и убежала, не желая отвлекать своего кумира от важных дел.
Витторина влетела в гараж. Святозар уже сидел на пассажирском сидении автомобиля, не проявляя беспокойства. «Да, вот это терпение», — подивилась Вита, запрыгивая на свое место.
— Извини, что задержалась.
— Айда, — простодушно ответил богатырь.
Они покинули Академию. Витторина в этот раз не особо церемонилась, выжимая из машины весь максимум. Время сильно поджимало, а где именно искать косу она не представляла.
— Отдохнуть бы тебе, девица. Совсем умаялась, режим не соблюдаешь.
— Сам понимаешь пока никак.
Барьер упруго толкнул автомобиль выпуская за границы территории Лемура. Как и вещала Марта, Академия подверглась осаде. Пока здесь были видны несколько отрядов разведки Видений, один отряд из СППЯ и естественно журналисты. СППЯ. Вита скривилась. С ними срочно надо что-то решать. Ярослав начинал создавать слишком много проблем на ровном месте из-за чего могли погибнуть невиновные люди. «Ладно, — решила девушка. — По приезду разберусь. Надо только понять его мотивы».
— Али беспокоит что?
— Я устала, — Вита с трудом изобразила подобие улыбки. — Не могу я сравниться со своим мужем.
— Твой муж великий человек. И его поддерживает великая женщина. Не унывай, прорвемся. Издревле Русь не раз встречала серьезного противника будучи не готовой к войнам. Но русский дух крепок. Прорвемся, краса девица.
— Спасибо, — Витторина удивленно округлила глаза, видя, что сотрудник ДПС машет жезлом. — Не поняла.
Она плавно притормозила и медленно съехала на обочину, опуская стекло. Ее не тормозили уже пару лет, но если только для автографа, не более. Но сейчас явно чувствовалась другая причина о которой вокалистка не могла догадаться.
— Младший лейтенант Башиев. Нарушаете, Витторина Соколова? — невысокий щупленький паренек и не думал кочевряжиться, по всей видимости, тормозил для проформы, возможно чуть выпендриться перед начальством. По Катарсису стало ясно, что штрафовать звезду он не планирует, больше напомнить той о последствиях неаккуратного вождения.
— Дела зовут. На вызов еду.
— Да-да, понимаю. Багажничек откройте.
Вита послушно нажала на кнопку, но автомобиль не покинула. Лейтенант вернулся к окну уже через доли секунды, с упреком промолвив:
— Витторина, при всем к вам уважении, я понимаю необходимое превышение скорости в четыре раза, я понимаю сумку с оружием, но труп в багажнике — это лишнее.
Девушка быстро переглянулась с богатырем и пулей покинув место водителя, обогнула автомобиль заглянув в багажник. Ритка с трудом уместилась и ее явно растрясло по дороге. Стало даже любопытно, сколько подруге пришлось так пролежать, если ее Святозар не застал.
— Вы уж разберитесь, пожалуйста, — дружелюбно попросил лейтенант.
— Обязательно, — голос Витторины звучал излишне холодно. — Спасибо за понимание!
Одним рывком Соколова вытащила подругу, мысленно формируя в автомобиле дополнительное место. Уже отъехав на порядочное расстояние, Вита строго спросила:
— Что ты тут делаешь?
— Я боялась, что ты голодная поедешь подвиги свои совершать и вот, — Ритка виновато достала из своей сумки завернутые в фольгу бутерброды. — Я и кофе взяла в термосе. Вит…
— Спасибо.
— Ты злишься?
— Нет, — как отрезала.
Около получаса они ехали в абсолютной тишине.
— Вит, я не хотела создавать тебе проблем.
— Знаю, — огрызнулась девушка ударяя ладонью по рулю. — Но в следующий раз, прошу тебя, согласовывай такие действия. Я понимаю твою депрессию, но у меня не получается быть хорошей женой, руководителем и другом одновременно. Я не могу разорваться на всех.
Они еще помолчали. Витторина резко выдохнула и смягчив тон голоса произнесла:
— Прости. Я плохой друг. И всегда так было.
— Вит…я правда хотела, как лучше.
— Да-да, и так было с самого начала, — Смерть тяжело вздохнула. — Как у вас с Владом?
— Отлично. Я рада, что ты нас с ним познакомила. Он признался, что к первому шагу подтолкнула его ты.
— Не верится даже, что вы смогли подружиться, девицы!!? — подал голос Святозар.
— Нас общий друг познакомила, — пожала плечами Вита.
— А ты ни разу не рассказывала, как сама познакомилась с Анютой, — улыбнулась Ритка.
— А ты?
— Она пришла в отделение со взяткой, чтобы вернуть твои права, а кроме меня никого не было, поскольку все были на задании.
— Невероятно. За что забрали? — Святозар изумленно посмотрел на Виту.
— Не поверишь, за превышение скорости, — рок-звезда усмехнулась вдавив педаль газа.
— И ты отдала?
— Да, — Ритка пожала плечами. — Все равно никто не узнал об этом. А с Анютой я училась на параллели. И все-таки, — девушка повернулась к подруге. — Как познакомились вы?
— Ну-у, — вокалистка группы «Феникс» задумалась. — Я ей просто предложила свою помощь…
Воспоминания хлынули потоком. Изначально они не были друзьями, да что уж там, Виту всегда считали изгоем и в крайней степени странным человеком. Все ученики старательно избегали общения с Витториной — ее считали чокнутой и ненормальной. Анюта не общалась лишь потому, что не знала ничего об этом странном замкнутом человеке, да и причин гнобить не видела. Вита на переменах сидела в коридоре на батарее и читала, после школы ее ни раз видели в байкерском клубе, либо автомастерской. Если бы ситуация не повернулась должным образом, девушки вряд ли познакомились бы. Анюту назначили главной за школьную дискотеку и девушка бегала вся в мыле. К сожалению, она оказалась весьма ответственной, а вот остальным до фонаря, поскольку с них не спрашивали. Несмотря на музыкальное образование, хоть и начальное, не удавалось настроить оборудование — диджейский пульт явно оказался сломан. Сидя в зале Анюта не знала, что и делать. Школьники и учителя давно уж разошлись по домам.
— Могу помочь.
Темный силуэт стоял у двери и Аня не сразу в нем узнала ту самую нелюдимую. Витторина сделала пару шагов вперед выйдя в свет. Она была спокойная, уверенная в собственных силах. Никакой надменности, которую ей так часто приписывали.
— С чего бы это?! — Анюта настороженно рассматривала ее, пытаясь угадать причину. И да, с чего бы вдруг ей предлагать помощь?!?
— Ты второй день мучаешься, — Вита пожала плечами.
— Ну даже не знаю, — девушка обняла себя руками.
Витторина посмотрела на нее с таким пониманием, которое Аня не встречала никогда. В этом взгляде угадывалась усталость.
— Если надумаешь — сообщи, — нелюдимая пожала плечами и развернулась к выходу.
— Извини, — вскрикнула Анюта. — Я не хотела тебя обидеть.
— Я понимаю, — она не обернулась.
— Если тебе не сложно, помоги, пожалуйста. Я уже всю голову сломала что и как тут делать.
— Не вопрос.
Витторина обернулась и скинув рюкзак, выудила какие-то инструменты. Она профессионально разобрала аппаратуру, быстро перебрала, очищая от лишней пыли.
— Ты разбираешься в этом?!? — с любопытством следя за действиями, спросила Аня.
— Да, Анют, разбираюсь. И не только в этом, — спокойно ответствовала Витторина.
— Почему тебя так не любят?
— Не удачно показала характер в начальной школе, — она подняла глаза. — Не стоит делать из меня монстра.
Вита быстро собрала и подключила диджейский пульт. Небольшая проверка и вуаля.
— Готово. Благодарить не надо, — и поспешно вышла из актового зала.
На следующий день Анюта видела ее, но та не подала никаких признаков, будто они и не были знакомы. По всей видимости, боялась, что ее дурная репутация перекинется еще на кого-то. Как ни в чем не бывало, Витторина сидела и читала. Мельком взглянув на обложку, Анюта прочитала «Борис Раушенбах. Геометрия картины и зрительное восприятие». После уроков Витторина, как всегда, направилась в байкерский клуб. Решив отблагодарить, Анюта приготовила вкусный обед и упаковав, поспешила в туда.
Ее встретили не слишком радушно. Парни и мужчины от двадцати и старше в кожаных жилетах, с ярко выраженной щетиной, исподлобья посматривали на незнакомку. На входе в здание стояло около десятка байков.
— Простите, — она обратилась к мужчине возраста за тридцать. — А Витторина Соколова здесь? Ее можно увидеть?
— Нет, она уже уехала на работу.
— Работу? — не поверила Аня, ведь слабо представлялось, что ученик может работать. — А Вы не подскажите, где она работает?
— Сейчас. Эй, Череп, — из здания вышел парень с очень серьезным лицом. — Девушка ищет Виту. Отвези, пожалуйста.
Тот без лишних слов завел свой мотоцикл и протянул Анюте шлем.
В автомастерской было многолюдно, работа кипела.
— Вита, к тебе, — басом прохрипел Череп.
— Иду, — послышалось из-под какой-то машины и вскоре Витторина выкатилась. На ней был надет грязный рабочий комбинезон, руки в перчатках и слегка запачканное лицо. Завидев школьницу, Вита удивленно отряхнула перчатки.
— Что-то случилось? — с ходу поинтересовалась она.
— Я отблагодарить хотела, — смущенно проговорила Аня. — Вот, — протянула контейнер с приготовленным обедом. — Я подумала, что ты еще не ела и вот.
— Спасибо, — Витторина продолжала непонимающе рассматривать девушку. — У тебя могут быть проблемы в школе из-за этого.
— Ты работаешь? — удивленно заметила та, не обращая внимание на замечание.
— Да, я неплохой механик.
— А мне можно побыть с тобой, просто понаблюдать за работой. Обещаю, я мешать не буду, — робко спросила.
— Да, Анют, можно. Присаживайся.
Витторина указала на свободный стул. Анюта честно просидела там два часа не издавая ни звука. Когда рабочий день закончился, Вита быстро переоделась в обычные джинсы и футболку.
— Погуляем? — спросила Аня. — Мне хотелось бы узнать тебя получше.
— Не уверена, что это хорошая идея.
— Почему нет? Ты же сама сказала, что не монстр. А раз так, то тебя гнобят ни за что. А я не боюсь общественного мнения, если они не правы.
— Как знаешь, — Витторина пожала плечами. — Прокатиться не хочешь?
— Погнали! — весело бросила Анюта.
Витторина хмыкнула, закончив свой рассказ.
— И с этого момента вы подружились? — уточнила Ритка.
— Да. Через неделю у нее проблемы возникли и я помогла ей, потом устроила на работу и мы съехались, поскольку вдвоем оплачивать съемную квартиру проще. Чуть позже у нее начались серьезные взрослые отношения с Анатолием. Святозар, хотела тоже спросить, как ваша жизнь протекала?
— Эх, бывали времена, — богатырь покачал головой. — Я из тех краев, где властвует Елена Премудрая, а жизнь протекала в ратных подвигах. Ночь прошла обычно. Но разлепив очи увидел, — Святозар задумался, вспоминая слово. — Москва-Сити. Зеркальная поверхность, чудо-юдо… Успокоил тока Горыныч неспешно проплывающий между высотками.
— То есть другой мир, — Витторина ловко вела машину. — Такое возможно?
— Другое измерение, — поправил Святозар. — Их всего десять, плюс Время, по факту одиннадцать. Не знаю как возможны перемещения. Мне не удалось покинуть ваше измерение. Хорс помог освоиться.
— Кажется приехали, — нехотя прервала его Вита.
Длинный забор с колючей проволокой. Автомобиль вплотную подъехал к КПП. Здесь уже не удавалось создавать Импульс, а разбитая дорогая заставляла остановить машину. Вита вышла на улицу, несильно хлопнув дверцей.
— Слушай, а что за история была с лопатой? — вдруг спросила Ритка, наблюдая, как Святозар достает из сумки оружие, раздавая девушкам.
— Да ничего. Просто по шею закопала целый отряд за то, что они издевались над детьми, — спокойно отозвалась впрочем Вита не выражая эмоций.
Подогнав амуницию под себя, троица переглянулась и вошла на контрольно-пропускной пункт. Их никто не тормознул — сразу видно, руку приложил Мстислав. Чушевицкий район не казался каким-то особенно загадочным — обычное поле перетекающее в лесополосу.
— Каков план действий? — негромко уточнила Ритка, снимая автомат с предохранителя.
— Мстислав оставил подсказку в дневнике. Нужно найти Вытьянку.
— Поющая кость? — ужаснулся Святозар слегка бледнея.
— Что? — «поганка» остановилась как вкопанная.
— Душа не погребенная человека, — хмыкнула Витторина. — Но нас интересует вполне конкретный живой человек. Дойдем до ближайшего бара, а там посмотрим.
Они неспешно шли по еле узнаваемой тропинке готовые к любой опасности. Хвойный лес был непривычно светел, под подошвами хрустел сухой мох. Лес не издавал ни звука. Ни привычного щебета птиц, ни шелеста в ветках. Абсолютная тишина. «Странно это все», — подумала Вита, шагая след вслед за Святозаром. Как оказалось, он куда лучше ориентировался на местности. Ритка шла замыкающей — ее военная подготовка была на высоте, в Академии девушка явно не теряла времени.
Маленький отряд из трех человек уверенно продвигался вперед.
В баре пребывало достаточно много народу, было шумно, царило пьяное веселье. Постояльцы пили пиво иногда мешая с водкой, обменивались последними новостями, травили басни. Казалось, что на чужаков никто здесь не обратил внимание, но это мнение было обманчивым.
— Любезный, не подскажите, где найти Вытьянку? — Святозар обратился к бармену.
Пожилой мужчина отвлекся от важного занятия, которым занимался — протирал бокалы, и перевел свой взгляд на чужака. Хоть Святозар и был значительно крупнее бармена, тот лишь подавил смешок:
— Позовите, может придет. Еще Мару не забудьте призвать. Слышали? — обратился он к постояльцам. — Этот полоумный жаждет Вытьянку.
Взрыв хохота сотряс небольшое помещение, но прекратился также резко, как и начался, в тот самый момент, когда барная стойка оторвалась от земли и с силой врезалась в стену. На пороге бара стояла девушка оперевшись плечом о косяк и скрестив руки на груди. Ее фиалковые глаза нагоняли в душу всех присутствующих ужас. За плечом странной девушки пряталась еще одна — чуть повыше и с короткой стрижкой темных волос. Фиалковый взгляд медленно осмотрел присутствующих, словно предопределяя жертву.
— Так что? Нам повторить вопрос? — спокойно произнесла она.
— Смерть! Смерть, — шепотом пронеслось по рядам нетрезвых, хотя и начинающих приходить в себя, постояльцев.
— Вот, — нервно сглотнув, бармен быстро отметил что-то на нарисованной от руки карте и дрожащей рукой протянул ее Святозару. — Вы найдете ее там.
— Благодарю.
Святозар забрал зарисовку и медленно развернувшись, направился к выходу. Также медленно повернулась девушка с фиалковым взглядом.
— Вы видели? — ахнул бармен, когда незнакомцы ушли. — Сама Смерть приходила. Новая Легенда.
Витторина нервно взглянула на часы. Она уже с трудом удерживала себя на ногах — усталость наконец-то навалилась на нее в полной мере.
— Осталось немного, — успокоил Святозар. — Там кажись, за поворотом.
— Нам сегодня везет, — заметила Ритка. — Ничего странного, кроме пропавшего Импульса. Вит, ты как?
— Стыдно признаться, — девушка остановилась тяжело дыша и уперевшись ладонями в колени. — Я больше не могу. А ведь мы даже не нашли Вытьянку.
— Давай доберемся до озера и устроим привал? — предложил богатырь. — В крайнем случае я тебя понесу… тише. Вы это слышали?
Троица замерла внимательно вслушиваясь в происходящее. Шуршание повторилось, но в сгущающихся сумерках было ничего не видно. Святозар сделал знак и девушки, как по команде, сняли автоматы с предохранителя. Шорох вновь послышался. Звук был такой, будто несколько колес прокатилось по сухому мху. Святозар одними губами что-то прошептал, но Витторина не поняла. Что за «коловёртыши»?
Вопрос отпал сам собой, когда несколько невероятно шустрых и вертких существ проскочили совсем рядом. Святозар резким движением сгреб девушек, сдвигая их в сторону.
— Коловёртыши. Ищите ведьму, — прохрипел богатырь.
Пять существ отдаленно напоминающих зайца выскочили из ближайших кустов. Они передвигались причудливым образом, словно совершая быстрые кувырки. Витторина инстинктивно вытянула вперед руку, оставаясь стоять на месте, призывая свою силу. Коловёртыши неумолимо приближались, а заветный Резонанс или Барьер не грохотал. Святозар грубым движением схватил Витторину за талию, уводя с линии огня.
— Что ты делаешь?
— Прилив адреналина поможет создать Импульс, — с усмешкой сообщила она. — Главное создать стрессовую ситуацию.
— И как?
— Не страшно, — Вита спрыгнула с рук.
Ритка вскарабкалась на дерево, и свесив ножки с ветки уточнила:
— А они кататься так долго будут?
— Нет. Это приспешники ведьм. Надо ее найти, — Святозар махнул булавой отгоняя ближайших недозайцев. Их размеры были значительно больше, но лапы определенно оказались короче. И лишь бусинки алых, как кровь, глаз заставляли заподозрить неладное.
— Так вот она, — Ритка указала пальцем точное направление и в следующую секунду темный поток энергии сшиб девушку с ветки. Низкорослая ведьма в темном балахоне ворожила неподалеку. Лицо закрывал капюшон и лишь крючковатый нос с омерзительной бородавкой выглядывал наружу. Можно лишь догадываться о том, что скрывалось под грязными лохмотьями ткани. Длинные узловатые пальцы проделывали магические пасы, как в каком-то дешевом кино.
Святозар размахнулся ближайшим бревном, запуская его в указанную сторону. Вита дернула затворную раму автомата и та застряла на пол пути. «Не может быть!» — она попыталась вернуть ее, но ничего не получалось, а уже через секунду автомат попытался вырваться из рук. Темный поток чем-то отдаленно напоминающий Импульс, несся, сметая все на своем пути. Соколова вспомнила каким образом впитывала энергию, оставляя после себя Хаос. И в этот раз получилось — темный поток будто рассеялся, а спустя совсем короткое время оглушительный Резонанс врезался в старуху.
— Убила? — поинтересовался Святозар.
— Не, вырубила. Она слабее любого нашего ученика в Академии, — отмахнулась Витторина. — Ритку, пожалуйста, вытащи из кустов. Раз до сих пор не вылезла, значит запуталась.
Девушка отвернулась, разбираясь с автоматом. Рама легко щелкнула, вернувшись в начальное положение. Но не успела Вита перевести дыхание. Подняв глаза, первое что она увидела, дуло пистолета, смотревшего ей прямо в лоб. Удивление зазвенело в Соколовой. Она не могла поверить, что меньше чем за час дважды попала в глупую ситуацию. Без Импульса она казалась сама себе беспомощной.
Мужчина стоял на расстоянии вытянутой руки, второй обходил девушку слева, вставая за спиной вне зоны видимости. Девушка скорее на инстинктах, чем обдуманно, ткнула стволом автомата в противника перед собой.
— Остынь, детка! — спокойно сообщил мародер. — Нам нужна ты и кое какие вещички.
«Святозар наверняка уже все увидел. Выиграю пару минут и…». Она поняла, что смерть неизбежна. И так становилось понятно, что друзей не отпустят просто так, а из того положения, в котором они оказались из-за нее, Виты, ничего годного предпринять не удастся. Решение возникло за доли секунды, пусть и не самое лучшее, и девушка нажала на спусковой крючок. И ничего. Ровным счетом ничего не произошло. Вита мысленно выругалась, коря себя в собственной неосмотрительности. Все правильно, она не успела передернуть затвор в битве с ведьмой, потому что раму заклинило.
— Что? Игрушка не работает? — послышался смешок сзади. Он прозвучал настолько мерзко, что Вита не сдержавшись с силой толкнула автомат назад, за спину. Как она и предполагала, попала ровно в солнечное сплетение, но звук кевлара предупредил, что на мародере надет бронежилет. Но удар оказался достаточной силы для того, чтобы затворная рама до упора отошла, а возвращение ознаменовалось щелчком. Итак, патрон в патроннике. Сзади послышался короткий звук борьбы, но девушка не могла обернуться. Она утопила спусковой крючок отправив в бронежилет противника с десяток пуль. Шок был силен и враг впал в отключку.
Сильная лапа Святозара смела Виту в сторону, выводя из-под удара еще одного противника, которого ранее девушка не заметила. Кубарем Соколова миновала ближайшие кусты и улетела на дно оврага, чудом ничего не поломав себе.
Богатырь припечатал последнего мародера булавой по голове. Как и Вита, он не собирался зазря проливать кровь, лишь вырубить.
Ритка, стояв до этого момента за деревом, вышла из своего укрытия и спросила:
— Где Вита?
— А? — Святозар оглянулся, припоминая куда зашвырнул бедолагу.
Сломанные ветки указали направление куда лучше, чем богатырь. Ритка быстро перепрыгнула ближайшие кусты и ужаснувшись затормозила.
— Вита! Вита! Не смотри! Закрой глаза! — закричала подруга не в силах с собой совладать.
Рок-звезда сидела в канаве, прижавшись спиной к мощному стволу сосны. Вокруг девушки ползало десятка два змей. Они обвивали ее ноги, шипя и высовывая язык. Витторина едва дышала от страха и выглядела бледнея полотна. Ритка схватила ближайшую длинную палку, стремясь отогнать смертоносных гадов. Скорее всего даже Мстислав не был в курсе столь сильной фобии. А вот «поганка» знала это наверняка, еще с тех самых времен, когда в байкер-клубе появилась девица с сетчатым питоном на плечах. Только слепой не заметил бы страха в Витторининых глазах.
Откидывая гадов, Ритка и сама боялась, но больше она переживала за расшатанную психику подруги. Святозар опоздал лишь на пару секунд. Вместе они проворно разогнали змей. Витторина мелко подрагивала глядя перед собой невидящим взглядом, бледная до жути. Она практически не дышала, лишь хрипло выдыхая сквозь зубы, стараясь подавить в себе крик.
— Успокойся, пожалуйста, успокойся, — Ритка кинулась к подруге, обнимая ее за плечи и утешая будто маленького ребенка, которому приснился страшный сон.
Святозар сочувственно посмотрел на Виту. За короткий промежуток времени он успел проникнуться симпатией к этой взбалмошной девчонке. Хоть и одевалась она порой аморально, на взгляд богатыря, и речь не всегда чиста, да и женственности порой не доставало, но все это затмевала ее жажда совершенствования. Она отдавала всю себя ради других. В первую очередь это был Шархан и друзья, но кроме этого Витторина поставила весьма благородные цели по созданию мира для других, мира, в котором каждому будет место. И вот сейчас девушка выглядела настолько сломленной. Интересно, многие ли могли бы догадаться о ее трудах?! Даже за столь малое время Святозар усвоил одно — Вита постоянно тренировалась, постоянно трудилась, стремясь самосовершенствоваться. Определенно и Шархан не прогадал со своей суженной — они друг друга стоили. Сильные личности с тягой к труду, они стимулировали друг друга идти к новым свершениям.
— Ритуль, — прохрипела Вита. Ее голос сильно дрожал, а легкий тремор рук выдавал девушку с головой.
— Да, я тут. Все в порядке, — подруга погладила подругу по голове.
— Они все уползли? — нервно сглотнула.
— Все, девица. Я проверил, — подал голос Святозар, ставя Витторину на ноги. — Страшиться нечего.
Витторина тяжело вздохнула и с трудом выдохнув, прикрыла ладонью глаза, попытавшись собраться с мыслями.
— Еще одна такая встреча и поседею к чертовой матери, — шепнула она и будто стряхнула страх, поворачивая голову куда-то вбок. — Долго любоваться будешь? Сколько тебе доказательств надо?
— Ох, простите. Было весьма любопытно.
Из-за сосны вышла невысокая плотной комплекции девушка в черном комбинезоне с капюшоном. Ясные голубые глаза улыбались собираясь морщинками лучиков. Маленький рот с тонкими губами усмехнулся. Девушка подошла ближе и протянула руку:
— Вытьянка, приятно познакомится.
— Мара, — Витторина пожала ладонь, не спеша подниматься с земли.
— Где Шархана потеряли?
— Он в коме, — Смерть пожала плечами. — Если не против, то приступим сразу к делу.
— Торопитесь?! — Вытьянка грустно улыбнулась. — Жаль, я надеялась, что вы погостите.
— Не пойми неправильно, — Витторина смягчила тон голоса. — Академия сейчас в осаде, и врагов у нас только прибавляется. К сожалению, но только поэтому мне нужна коса.
— Сколько людей в Академии и на близлежащей территории?
— Шестьдесят семь тысяч человек, сорок из которых проживают в Академии на постоянной основе.
— Так много? Когда Шархан отдавал мне косу в Академии было чуть больше десяти тысяч и тысячи две в ближайшей деревне. Растете. Тогда позволь последний вопрос, — Вытьянка склонила голову набок. — Ты понимаешь, что рано или поздно, а тебе придется начать убивать?
— Понимаю, — Вита слегка пожала плечами, медленно поднимаясь на ноги. — Я понимаю, что оттягивать это до бесконечности не удастся. В последнее время Всадники Апокалипсиса вели себя слишком агрессивно. Моей силы откровенно не хватает для того, чтобы просто отражать удары. Подтягиваются Видения. По последним данным стекается СППЯ, вампиры и Гончие. Я слабо представляю, как никого не убить в этой ситуации при реальных нападениях.
Вытьянка явно была удовлетворена таким ответом. Она махнула рукой, прося следовать за ней. Святозар пропустил вперед подруг и двинулся замыкающим.
— Откуда здесь столько нечисти? — Ритка с опаской оглядывалась по сторонам.
— Не бойся, нас не тронут, — отозвалась провожатая, уверенно бредя сквозь бурелом.
— Почему Вытьянка? — заинтересовался богатырь.
— Потому что фамилия, — с улыбкой изрекла Витторина. — А что по поводу нечисти? Что тут случилось?
— Инопланетная тарелка упала, — Вытьянка неопределенно пожала худыми плечами. — Те, кто обычно прячутся, показались на свет. Ты ведь, богатырь, тоже не совсем этого времени?
— Верно молвишь девица, — Святозар согласно кивнул.
— Вот и тут произошло нечто экстраординарное, — Вытьянка хмыкнула. — Неудивительно, что ты сразу знал о ведьме, которую сопровождали коловёртыши. Вот, пришли.
Они вышли к маленькой хижине. В темноте ее почти не было видно.
— На рассвете выдвинемся, иначе нарвемся на неприятности. По вашим пятам вампир шел.
— Вампир? — Ритка удивленно посмотрела на Виту. — Неужели Хорс?
— Нет, молодая женщина. Ее направили по ложному следу.
Все согласились с Вытьянкой. Зайдя в хижину Витторина моментально заняла место в кресле и задремала, отказавшись от ужина.
— Полгода как не спит и поддерживает Импульс, — шепотом сообщила Ритка, укрывая подругу пледом.
— Да, Шархан предупреждал, что ситуация будет критической, — Вытьянка протянула несколько бутербродов и плитку горького шоколада. — Не бойся, вы не потеряете много времени.
— Не хочешь присоединиться к нам?
— Нет, спасибо. Мне здесь нравится.
— Но если вдруг передумаешь — только намекни, — Ритка улыбнулась.
— Вы все такие добренькие? — Вытьянка изогнула бровь в недоумении. — Шархан тоже предлагал в Академию перебраться.
— У нас есть отличные условия и есть возможность вывезти тебя отсюда. Почему нет?
— Спасибо. Но я дорожу жизнью здесь, она меня устраивает в полной мере. Я живу в гармонии с существами, которые вырвались из заточенья. Они милые. С ними живется куда лучше, нежели с людьми, — Вытьянка перевела взгляд на Виту. — Мара достойна, как считаешь?
— Более чем, — Ритка съела бутерброд. — Она столько работала над собой. Может быть вздорная порой, грубоватая или же молчаливая. Она никогда не ставила целью кого-то обидеть или унизить, и всегда бросалась на помощь нуждающимся.
— Ясно, — протянула девушка и обернулась к Святозару. — А правдивы слухи, что она спасла летавицу?
— Да. Настенька принята со всем почетом в Лемур и ведет достойную жизнь.
— И никто не пострадал?
— За исключением Виты, — признал Святозар.
Вытьянка внимательно осмотрела Витторину и вдруг изрекла:
— Она сильно похудела, и в целом выглядит весьма болезненно.
— Она забыла, что такое отдых, — Ритка тяжело вздохнула.
Вита резко проснулась, чувствуя адское жжение в глазах и боль там, где обычно тихо стучало ее сердце. Боль, не сравнимая ни с чем, всепоглощающая, испепеляющая. Окинув комнату беглым взглядом и убедившись, что все спят, Соколова бесшумно выскользнула из дома, желая подышать свежим прохладным воздухом. Ей не хотелось верить, что Мстислав попросил об этом и более того, не могла простить себе возможную ошибку. В случае чего, она, бесспорно, будет виновата. Глядя на луну, Витторина чувствовала, как холодными струйками стекали слезы по щекам. Боль казалась невообразимой. Обхватив себя за плечи, девушка села на крыльце, размышляя о сказанном.
— Не спится, краса?
От неожиданности Витторина подпрыгнула и поспешно стирая слезы с лица, слегка охрипшим голосом спросила:
— А ты чего тут делаешь?
— Али помешал?
— Нет, — девушка сделала резкий вдох, заставляя себя подавить рыдания. Она сильная. Она должна быть такой. Никто не должен знать о ее боли.
Богатырь сделал два шага и поравнявшись с Витой, негромко поведал:
— Порой стоит сбрасывать с себя маску безразличия. Муж твой сильный человек, и жена его достойная. Но добро, добро краса, ибо боль твоя видна людям небезразличным.
— Спасибо, — Вита вновь потерла глаза. — Жжется-то как, — и выудив телефон, посмотрелась в него как в зеркало. В темной матовой поверхности отразились яркие фиалковые глаза. Радужка жгла, напоминая о тех временах, когда сила только просыпалась. Закатив глаза, Вита обратилась к богатырю:
— Ты не жалеешь, что попал в этот мир?
— Не знаю, — протянул он. — Меня там ничего не удерживало.
— Любовь? Семья? Друзья? — удивилась девушка.
— Ничего. Мне нечего терять было. Да и тебе, говорят, тоже было нечего терять перед поступлением в Академию. Или лгут?
— Или, — она усмехнулась. — Терять было нечего, да и приобрести я ничего не надеялась. А поскольку столько сил было угроблено на поступление… — Витторина посмотрела на луну. — Моя покойная подруга очень хотела, чтобы я поступила. Я же себе никаких целей не ставила. Просто, потому что обещала попробовать. Мстислав помог, действительно помог. Мягко он помогал мне раскрыться, найти саму себя, помочь побороть комплексы. Я никогда раньше не была так счастлива, как с ним. И эта кома… — она закрыла глаза. — Это полностью моя вина. Он отвлекся на мою защиту, а я не смогла уберечь его.
— Ты не дала ему умереть.
— Я не смогла сохранить жизнь, — горько сказала она. — Может по мне и не видно, но я крайне совестливый человек. Чувство вины разъедает меня всегда. Мне кажется, что я делаю недостаточно, но у меня уже не хватает сил на большее. Из-за меня столько народу страдает.
— Не кори себя, — Святозар ободряюще улыбнулся. — За тобой идут. В тебе признали лидера. Тебе не хватает опыта каковой есть у мужа твоего. Все наладится.
Она грустно улыбнулась, понимая, что если у нее не выйдет…ничего уже не будет хорошо.
Утро выдалось прохладным. Витторина поежилась, но Ритка предусмотрела такой вариант и захватила кофе в термосе и несколько бутербродов для подруги.
— Спасибо, Ритуль. Подготовилась ты куда лучше меня.
— От меня хотя бы в этом есть польза, — она грустно улыбнулась.
— Не правильная формулировка, — Вита смерила ее строгим взглядом фиалковых глаз. — Ты очень многое сделала, делаешь и я уверена, что сделаешь.
— Ты льстишь, хочешь, чтобы я перестала хандрить, — Ритка отмахнулась.
— Нет, — подруга окинула ее строгим взглядом. — В этом есть моя вина. Я слишком редко говорю о том, как ты мне дорога и как я тебя ценю. Мое поведение к тебе крайне часто было неправильным и ты прости меня, если сможешь, за это. Ты думаешь, все зависит от Импульса, от его силы? Но ты заблуждаешься. Все вот здесь, — она приложила ладонь к груди с левой стороны. — Ты либо Человек, либо недоразумение. Ты сильная личность, надежный друг, хорошая жена. Что еще в жизни нужно? Ты не предашь. Твоя поддержка, создание уюта и комфорта. Я сражаюсь ради этого, я сражаюсь ради того, что меня ждут. Я сражаюсь, чтобы дать тебе и многим другим возможность жить так, как захотелось бы, без боли и печали. Разве эта поддержка ничего не стоит!? Тогда зачем хандрить? Ты выполняешь самую важную задачу — ты даешь смысл сражаться за светлое будущее.
Ритка задумалась, видимо размышляя насколько серьезно ей Витторина это сообщила. Вытьянка с любопытством наблюдала из-под опущенных ресниц за подругами.
— Акклиматизация прошла успешно? — проводница ухмыльнулась, отмечая фиалковый цвет миндалевидных глаз.
— Да, я тоже удивлена, — Витторина кивнула, а про себя тяжело вздохнула.
Смерть уже не первый день видела, как предупреждение Марты становилось реальностью — тело покрывалось жуткими ожогами. Предел не за горами, но пока не появлялось повода расслабляться. Физическая боль так сильно не терзала ее, нежели моральная сторона вопроса. И все бы ничего, если бы Вита не включила с сегодняшнего дня обратный отсчет своей жизни. Сколько ей осталось? Недолго. Если план Мстислава не сработает, скорее всего, ей не жить, поскольку Предел уничтожит ее. Сколько осталось времени? Сколько стоит ее боль? Возможно, что цена этой боли — жизнь.
Витторина перевела взгляд на Ритку, которая пристально вглядывалась в лицо подруги, пытаясь разгадать о чем та думает. Но Вита прекрасно осознавала, что ее эмоции не проскакивают и она остается внешне холодной и без эмоциональной. Сказывались годы практики по скрытию всех своих чувств.
Сегодня идти пришлось существенно меньше вчерашнего, и это не могло не радовать. Вытьянка четко ориентировалась на местности, ведя путников короткими дорогами. Петляли едва заметные тропинки. Ясное небо без единого облачка настраивало на легкий радостный лад. Святозар негромко что-то напевал, нечто переливчатое, прекрасное, народное. Ритка раскачивалась в такт, иногда мотая головой. Хороший настрой помогал небольшой группе людей двигаться значительно быстрее.
Как только кроны деревьев открыли спрятанную от посторонних глаз поляну, троица путников ахнула. Врывшись вглубь метра на два торчала самая настоящая инопланетная тарелка. Прозрачная гладкая матовая поверхность казалась не тронутой и будто вибрировала чужеродной энергией.
Витторина неосознанно протянула вперед руку, хотя до тарелки оставалось больше четырех метров. Нечто сверкнуло стрелой умчавшись и в мгновении ока блеснуло в ладони Марены. Длинное древко и необычайной формы лезвие, сделало бы косу отличной иллюстрацией к любой сказке про Смерть. Оружие издавало странный звенящий гул заставляя воздух рядом с собой вибрировать. Кожу на ладони приятно грело. Вита осмотрела то, ради чего был проделан столь долгий путь. Длинное, на ее взгляд, древко могло сослужить плохую службу и… Девушка не успела продолжить мысль, потому что стальное древко резко уменьшилось, ровно вполовину, а потом растворилось в ее ладони. В теле почувствовались небольшие изменения. Вита могла поклясться, что чувствует оружие в себе. Любопытно было отметить, что коса имела собственный разум, возможно не столь развитый, как у человека, а более примитивный, но это не портило. Общий фон легко считывался через Катарсис, как у любого живого организма. Коса понимала зачем ее нашли и для чего, отзываясь нетерпеливой вибрацией где-то в глубине души, разливаясь по телу мягким теплом, соглашаясь идти за своим новым владельцем. Определенно, они поладят.
— Ты уверена, что не хочешь поехать с нами? — Витторина обернулась к Вытьянке.
— Нет. Я пока хочу остаться, — эхом отозвалась она. — Контакты Академии у меня есть на всякий случай.
— Если передумаешь или что-то понадобится — дай знать, — рок-звезда благодарно склонила голову. — Я могу сейчас тебя как-то отблагодарить? Деньги? Патроны? Еда?
— Нет, Шархан создал для меня достаточный запас. Но кое какое пожелание у меня все-таки есть, — Вытьянка задумалась отведя глаза в сторону. — Обещай, если у тебя получится создать новый мир…обещай, что для меня в нем найдется место. Обещай, что я смогу жить вместе со всеми. Пообещай, что если я тебе позвоню или напишу, то ты примешь меня, — она обескураженно замолчала.
— Я обещаю и пусть мое слово будет нерушимо. По первому твоему требованию я приеду или пришлю тех, кто заберет тебя и дорогих для тебя людей или же существ, перевезя их на территорию Академии Лемур. Я обещаю, если ты обратишься за помощью в любом ее проявлении — я помогу.
Вытьянка осталась явно удовлетворена ответом. Она проводила их ровно до КПП и скрылась в лесной чаще. Погрузившись в автомобиль, Витторина достаточно быстро вывела его на главную дорогу. Часа полтора они ехали в полнейшей тишине, погруженные каждый в собственные мысли. Но в этот раз первым заговорил Святозар.
— Слушай, краса. А будет ли место мне в новом мире?
— Спрашиваешь еще, — Вита мимолетно глянула в зеркальце заднего вида и резво совершила обгон не шибко активной машины, утапливая педаль газа. — Я найду место для всех. Только…
«Только если выживу», — но она отогнала эту мысль от себя.
— Вит? — Ритка подалась вперед с заднего сидения. — Что случилось? На тебе лица нет.
— Ничего, — отрезала подруга.
— Смеешься? — гитаристка повысила тон.
Витторина слегка скосила глаза, наблюдая в зеркальце реакцию Ритки. Она явно злилась. Сузив и без того узкие глаза, гитаристка вкрадчиво спросила:
— Что ты видела во сне?
— Мстислава, — холодный ответ, абсолютное неприятие.
— И что дальше? Что могло случиться, чтобы… — подруга замолчала и, подумав, добавила. — Не может быть?!? Нет, скажи, что это неправда.
— Это правда, — надежды не было. — Это единственная просьба. И она такая, какая есть.
— Ты же…
— Я выполню, ради него.
— Вита…
Ритка заплакала. Она тщетно пробовала стереть свои слезы, но ничего не получалось. Ее рыдания заставили Витторину остановить машину. Покинув место водителя, Соколова пересела на заднее место и обняв за плечи подругу, продолжала молчать. Риткина боль отзывалась в ее собственной душе, остро откликаясь в сердце.
— Как так? Почему? За что? Вита, за что? — между всхлипами слышались вопросы.
— Значит так надо, — спокойно отозвалась Смерть.
— Я не представляю, как ты умудряешься с этим справляться. Как справиться с этой болью? Вита, бедная моя! Я не хочу твоих страданий, — Ритка не унималась, буквально билась в истерике.
— Извини, — Вита погладила подругу по голове. — Я не хотела твоей боли.
— Ты с ума сошла??! — гитаристка подняла заплаканные глаза. — На твою долю столько всего выпало. Столько боли…столько боли. Сколько она может стоить? Если бы я могла от нее избавиться, Вита…
— Извини.
Витторина направила мягкий Импульс погружая подругу в безмятежный сон. Наскоро зафиксировав ремни на Рите, Вита вернулась за руль.
— Обморок? — тихо спросил Святозар.
— Нет, спит, — почти нежно ответила девушка, выводя автомобиль на трассу. — Она перенервничала и сильно устала. Ей нужен отдых, — она перестроилась в крайнюю левую полосу. — Ей нужен отдых. И ей нужно повышенное внимание Влада. Бедный-бедный Влад, — Вита тихо хихикнула, но звук получился резкий, будто нервный. — Всем нужен отдых, да только возможности нет.
— Влад измотан, как и ты.
— Да, и к сожалению, я без его помощи никак не смогу. Это единственный медик в Академии, который смог бы вывести Мстислава из комы. Единственный минус лишь в том, что нам обоим не хватает опыта.
— Позволено ли будет исполнить просьбу мою одну, краса?
— Легко. Чего желаешь? — Витторина усмехнулась. Святозар ранее никогда не видел ее такой, хотя его смутило, что улыбка может выглядеть такой неявной. Слегка растянутые уголки губ и лучащиеся глаза странновато смотрелись.
— Я до сих пор не свыкся в полной мере с вашим миром. Нано-технологии, мобильники, телефоны… — богатырь пожал могучими плечами. — Все это…чуждо.
— Я тебя поняла. Я к тебе Янку определю. Девочка хоть и маленькая, но шустрая и сечет побольше нас всех взятых в технологиях, поскольку с рождения живет в гармонии с нано-миром. А еще прописываю общение с Ромкой. Он бывает чуть нудноват, но очень хороший человек. Подумать только, он ведь мечтал поступить в Лемур, а этого могло и не быть, — Вита сокрушенно покачала головой. — В любом случае твоя проблема будет решена.
— А что насчет работы?
— Меня бы устроило, если бы ты присоединился к моей свите, — призналась девушка. — Вы все очень важны для меня, и многие вопросы решаете, которые я бы, пожалуй, не осилила или не успела бы. Все-таки тотальный контроль я пока что не освоила над ситуацией и мне нужны доверенные люди.
— Я боялся, что ты передумаешь, — он склонил голову. — Учитывая, что я…немного не такой.
— А я такая?! — Вита тихо рассмеялась.
— Да, — заверил ее Святозар. — Ты умная, способная, красивая…ты можешь всего достичь в этой жизни, краса.
— Нет, — она снова хихикнула. — Понимаешь ли, до тех пор пока я не попала в Академию у меня по сути не было будущего. Те стремления, которые были… Я бы не осуществила задуманного. Как ни отвратно, а все-таки большинство вопросов решают именно деньги. Есть деньги — есть возможности. Люди давно уже не выползают на собственном таланте, — она задумалась. — У меня подруга умерла перед поступлением, и, честно говоря, я не хотела ничего. Мстислав помог выйти из депрессии, заняться творчеством. Он предоставил мне все возможности для карьерного роста. По сути, если бы не он, этого всего бы не было. Состояние, которое у меня сейчас есть, это целиком и полностью заслуга моего мужа. Я боюсь представить, сколько он вложил в меня, в мое творчество.
— Ты думаешь, что без него ни на что не способна? — богатырь впервые ужаснулся.
— Я честна сама с собой. Мой муж действительно великий человек и мне до него далеко. Я лишь хочу быть достойной своего мужчины, чтобы у него не было повода пожалеть о своем выборе. Так было бы правильно.
Они свернули по указателю и вдруг впереди автомобиля, прямо перед капотом вынырнул мотоцикл. Он явно пытался привлечь внимание и ему это удалось. «Шудатти», включив аварийные огни, остановился. Мотоциклист быстро припарковался и бегом направился к вышедшей из машины Витторине.
— Привет, — крикнул он, снимая шлем. Густая темная борода была аккуратно подстрижена, а голова чисто выбрита и лысина светилась словно отполированная.
— Давно не виделись, — Витторина усмехнулась, протягивая для рукопожатия руку. Она узнала байкера — это товарищ Демона из клуба «Конкистадор».
— Проблема есть, — коротко сказал он, крепко пожимая протянутую ладонь. — Журналисты лютуют, СППЯ выпустили а-ля разоблачение. На въезде в город менты готовят облаву. Они хотят тебя взять не пропустив в столицу. Я попросил, наши ребята вот тут трамплин тебе подготовили, — он достал смартфон и на карте указал конкретное место. — Вот тут сбавь скорость, чтобы они успели выехать на позицию. Им понадобится секунд тридцать.
— Спасибо большое! Буду в долгу.
— Не будешь. Нас же приняли в Академию под твое руководство?! — уточнил байкер.
— Да. Вы въехали или еще нет?
— Нас пустили и разместили уже.
— Отлично. Тогда встретимся в Лемуре.
— Там тебе уже сюрприз подготовили. Тебе понравится, — мужчина ободряюще похлопал ее по плечу.
Витторина кивнула и вернулась за руль. Святозар уже вовсю болтал с пришедшей в себя Риткой. Они обсуждали современную литературу, живопись и моду. Гитаристка вовсю увлеченно рассказывала о том, как все преобразовывалось, упрощалось, а иногда и через чур извращалось. Богатырь с любопытством впитывал новую для него информацию. Они настолько увлеклись разговором, что не заметили возвращения Витторины. Тронув автомобиль, девушка вызвала на громкую связь Марту.
— У нас проблемы? — уточнила вокалистка.
— Есть такое. СППЯ подтянули свои войска.
— И много войск?
— Четыре танковые дивизии.
— Нам хватит.
Витторина тяжело вздохнула, отмечая, что уже подъезжают на позиции. Как и говорил байкер, она сбросила скорость отмечая, как впереди, в пределах видимости, вывернул грузовик, в который был встроен трамплин. Если бы не владение Импульсом — подобный трюк нельзя было бы осуществить оставшись в живых. Грузовик мигнул огнями, и Витторина утопила педаль газа заставляя автомобиль резко набрать скорость. Они легко взлетели по трамплину, пролетев несколько метров и, несмотря, на защитный Барьер несколько грузно приземлились, высекая искры на поверхности дороги. Посмотрев в зеркало заднего вида, рок-звезда не без злорадства отметила, что готовится погоня милицейского наряда и военных. Ну что ж, она всегда готова, хотя в условиях московских пробок могут возникнуть проблемы.
— Зачетный прыжок, — послышалось из динамиков одобрение Второй Смерти. — Если есть силы, съезди к нашим. Они сейчас около школы, координаты вышлю. Двое учеников прошли с оружием и захватила класс в заложники. Есть пострадавшие.
— Еду, — кивнула Вита, переглянувшись с богатырем.
— Что-то частенько стали захватываться школы, — подала голос Ритка.
— Правда? — удивилась Марта.
— Да. В новостях в последнее время штук пятнадцать таких захватов было, только решалось все силами местной милиции.
— В этот раз журналисты и полиция оцепили школьную территорию. «Ночная Стража» пока что не применяет Импульс по моему требованию. Честно, я не знала, как поступить, Вит.
— Нормально. Я думаю ничего плохого не будет, если мы раскроем себя.
— А как же журналисты? — удивилась Смерть.
— Да кто им поверит? Представляешь сколько им рыть на нас придется, чтобы доказать?! А у нас будет какое-никакое время на действия.
Милицейские машины то и дело пытались догнать ускользающий «Шудатти». И тут возникли некие проблемы — забитые полосы в обе стороны, вечные пробки — другим словом. Впереди едущий «Лохан» притормозил и обозначил перестроение, пропуская Витторину. Как только она поравнялась, парень за рулем показал палец вверх и сразу же перестроился за «Шудатти» не позволяя сотрудникам милиции догнать девушку.
— Март, видела его?
— Да. Я думаю, ему найдем и работу, и защиту в Жизни.
— Будет отлично.
— Еще три деревни просят вступления под командование Лемура. Мы получим впечатляющую территорию. Таким образом мы скоро расширимся до области. Если правда нас танками раньше не задавят. Хотя, Информационники, установили, что в нашу сторону подготовили запуск баллистических ракет.
— М-да…интересно, был ли шанс у Мстислава так влипнуть, — задумала Витторина, сворачивая на эстакаду и ловко лавирую между машинами.
— Вряд ли, — рассмеялась Марта. — В такое вляпаться могли только мы. Но Мага нашел кое-какие решения данных проблем.
— Хорошо. Мы на месте, по приезду все обсудим.
— Отбой.
Витторина въехала во двор и почти сразу же ударила по тормозам. Народу в форме было полно, натянутые цветные ленты мешали куда-либо двигаться. Витторина вышла из автомобиля и облокотившись на открытую дверь задумалась. «Ночная Стража» ждала команды и вопрос лишь в том, какую именно команду давать. Мага подбежал раньше, чем девушка определилась.
— Действовать или нет? — Мага быстро пожал руку девушки. — Там сорок три человека плюс учитель и заведующая.
— Нет, отбой тревоги, — наконец проговорила Витторина. — Хватай с собой Святозара и дуйте в Академию. Уточни у Марты имя чувака на «Лохан», она в курсе.
— Хорошо. Может мы дождемся тебя?
— Ты прав.
Витторина дала знак «Ночной Страже» и уверенным шагом прошествовала вперед вплоть до здания школы. Мага показал три пальца и девушка подпрыгнула, добравшись до третьего этажа, ровно в тот самый класс который держали на мушке. Все произошло быстро. Импульсом она выкинула в окно двух преступников, прекрасно осознавая, что их поймают ее люди из Академии. Ученики и учитель не успели опомниться, когда их уже взяли под контроль. Витторина неспешно стирала воспоминания о себе. В последнюю секунду завуч отступила назад, вскидывая руки:
— Не надо! Я хочу помнить!
Этот окрик был наполнен искренностью ровно настолько, чтобы Смерть передумала. Она опустила руки и согласно кивнула выбору, принимая его.
— Если захотите бросить эту работу — позвоните мне! — Витторина взглядом материализовала перед перепуганным завучем свою визитку и не задерживаясь, легкой походкой вышла в окно и также легко приземлилась, словно это был шаг на ровной поверхности.
Смерть не видела, как завуч смотрела ей вслед, не обращала внимание на удивленные взгляды сотрудников милиции, на потрясенных до глубины души журналистов.
— Уходим! — короткий приказ «Ночной Страже», легкий взмах рукой, подзывающий черный автомобиль.
Их попытались задержать — сотрудники милиции преградили дорогу, заблокировали выезд техникой. Витторина тяжело вздохнула и воздела руки к небу. Вместе с этим жестом машины со спец сигналами поднялись в воздух. Девушка чувствовала, как вся эта ситуация начинает откровенно раздражать. Где все эти умники были, когда детей надо было спасать? Выскочивший молодой парень попытался предотвратить неизбежное, но Вита уже разозлилась. Она замахнулась так, как будто реально что-то выкидывала, и подчиняясь этому жесту поднятые в воздух машины врезались в стоящее рядом здание, предварительно усиленное Барьером. Бедный паренек от неожиданности аж осел на землю силясь осознать то, что только что увидел. Сотрудники Академии отлаженно погрузились в два рабочих ЗИЛа. «Шудатти» плавно подъехал к Витторине. Проскочивший мимо серый джип вырвал Смерть из сетей дум, заставляя действовать.
— Всем домой. Рита, в машину.
Она не успела закрыть дверь, как уже утопила педаль газа, стремясь догнать таинственный джип. Они преследовали недолго — сразу за поворотом противник скрылся в никуда. Вита не стала говорить, что именно этот автомобиль сшиб ее в прошлый раз с дороги.
В гробовом молчании девушки вернулись в Академию.
— Мы уж переживать начали, — сообщила Госпожа Время встречая заблудших. — Влад не в духе, если что.
Ритка скривилась явно не тяготея обсуждать свои действия.
Вита кивнула и, стремясь покинуть гараж и не дожидаясь остальных, поднялась на лифте в лабораторию.
— Влад, это моя вина, — озвучила Смерть, зная, что мужчина на месте. — Ритка из-за меня поехала.
— Она сообщить могла? — орали откуда-то из глубины помещения. — Я волновался! Я места себе не находил! Я поседел в конце концов.
— Между прочим седина тебе явно добавила брутальности, — стараясь скрыть улыбку, усмехнулась Вита.
— Вот только не переводи разговор, — Влад вышел из закутка. Волосы взъерошены, глаза горят, а под глазами черные мешки достойные Оскара.
— Успокойся, — Витторина в примирительном жесте подняла руки будто сдавалась. — Ситуация была даже для меня неожиданной.
— Но ты хотя бы знала, что она с тобой поехала.
— Да меня менты остановили, а у меня, условно говоря, труп в багажнике, — Вита хмыкнула. — Это повезло, что паренек с чувством юмора попался, даже денег не попросил. А куда уже? Я вне зоны действия сети была, да и Ритку времени возвращать не было.
— Марта тоже не кололась. Я заподозрил неладное, когда понял, что никто кроме Марты не знает твоего местоположения плюс отсутствовало еще двое, о которых тоже никто ничего не знал. Да и в Москве тебя не было, потому что вампиры хотят с тобой переговорить, вроде как есть предложение.
— Кто с ними вопрос уладил?
— Да никто. Марта сказала, что на их глупости времени нет и пусть тогда ждут, когда мы сможем их выслушать. Но ты перевела тему. Я боялся за Ритку.
— По крайней мере есть с чего, — девушка взъерошила волосы. — Ритке нужна больше твоя помощь нежели моя. Но видишь из-за меня и моих проблем у вас нет времени и появляются свои проблемы.
Она села на край стола свесив одну ногу.
— Спасибо тебе большое за твою помощь. Без тебя у меня не было бы шанса сохранить Мстиславу жизнь.
— Ты так говоришь будто прощаешься, — вздохнул Влад и подошел ближе. — Не переживай. Сама знаешь, справимся со всем. Ты поменяла свиту и не прогадала, взяла новых людей и они себя оправдали. Все твои решения были правильными, но ты не привыкла замечать за собой чего-либо хорошего. Поэтому Ритку пришла выгораживать именно ты. Ты за нее переживаешь и действительно винишь себя во всех бедах. Тебе нужно избавиться от накопившегося негатива, это очень важно именно сейчас, на этом этапе, пока это возможно сделать без вреда для окружающих. Надо поддаться эмоциям. Я бы посоветовал в «Амбивалентность» съездить. Янка, кстати, очень просилась с тобой за компанию.
Витторина кивнула, задумчиво глядя на капсулу. Мстислав за сутки не изменился, плавая в светлой жидкости. Его волосы плавно колыхались обрамляя красивое лицо. Ресницы на закрытых глазах медленно трепыхались, будто мужчина стремился проснуться. Вита склонила голову набок наблюдая за своим мужем с долей любопытства.
— Вита, Вита, Вита, Вита-а-а! — радостно крича ворвалась Яна. — Я есть помощь и я пришла к тебе с идеей! — добавила девочка прикладывая ладонь ко лбу.
— К пустой голове руку не прикладывают, — усмехнулась Вита, но лицо оставалось непроницаемым.
— Тебя по телеку показывают, — девочка подпрыгнула. — Говорят ты злюка и разнесла полшколы. Ищут опровержение твоих сил. А я нашла решение.
— Яночка, милая, Вита устала и у нее полно взрослых проблем, — с легким упреком вымолвил Влад. — Ей бы отдохнуть.
— Подожди-подожди, — девушка повернулась к девчушке. — Что за идея? Грех не послушать, коль уж зашел разговор.
— Ты можешь предложить эксклюзивное интервью и взять много денег от телеканалов и пустить на что-то полезное, — Яна весело закрутилась на месте. — А еще я подготовила вам несколько клипов для группы. Миха оценил, Алина тоже.
— Хорошо. Спасибо Янчик. Я посмотрю, но чуть-чуть попозже, — она грустно улыбнулась.
— Тебе бы отдохнуть, — девочка обняла Витторину за талию. — Тебе обнимашек не хватает.
Девушка погладила Яну по голове ласково, нежно, едва касаясь ее волос.
Девушка, выйдя из секундного оцепенения, мельком бросила взгляд на Влада, переживая, что он о чем-то догадается. Но надо идти, надо было вершить дела. Мысленно досчитав до десяти, Вита посмотрела на Мстислава и нехотя поднялась, следуя за Яной.
Алина чуть не сбила вокалистку на входе на этаж общежития.
— Готова к концерту? — быстро уточнила скрипачка.
— Да, все в норме, — кивнула Витторина и последовала дальше по коридору за Яной, но споткнулась буквально на ровном месте.
Витторина распахнула глаза, осознавая, что секундная запинка не привлекла внимания. Яна продолжала держать ее за руку и вела в студию. Следующие минут двадцать ей показывали клипы, что-то рассказывали и объясняли, но девушка не могла ни на чем сконцентрировать, сознание плавно уплывало. Звон в ушах нарастал, а мушки перед глазами все активнее плясали. Дыхание перехватило и острая боль обожгла, отвлекая Витторину от работы. Ожоги на руках, в районе ребер и спине запульсировала.
— Можно тебя на минуточку, — Марта ворвалась в студию не желая ничего слушать и схватив Виту под руку достаточно грубо и поспешно вывела из зала.
Они ушли не далеко, шагов десять, ровно столько, чтобы скрыться от посторонних глаз за поворотом. Вторая Смерть прислонила Витторину спиной к стене и тихо зашипела:
— Дыши, давай дыши и успокойся.
Девушка сползла по стене и сев на корточки, посмотрела снизу вверх на Марту.
— Ты сгораешь, — спокойно откликнулась та.
— Так себе перспектива, да? — Вита хмыкнула. — У меня к тебе просьба есть.
— Слушаю.
— Если я умру, позаботься о людях. Многим нужна наша помощь. Дай им рабочие места, дай им возможность насладиться жизнью.
— Обещаю, — Марта тяжело вздохнула и присела рядом на одно колено. — Ты думаешь, что у тебя не получится. Зря. Я верю, что у тебя получится. Не должно быть иначе. Вы должны жить. За вами пойдут, и все вместе мы сможем исправить ситуацию. Тебе бы отдохнуть.
— Я должна заскочить к Ромке…потом концерт, — Вита подперла руками лицо. — Я планирую нас раскрыть и поиметь с этого выгоду.
— Я доверяю тебе.
— Спасибо.
Ученый корпус встретил обоих Смертей радостным ажиотажем — многим не терпелось продемонстрировать свои изобретения. Роман явно гордился проделанной работой, осознавая, что проектов много и часть из них уже начали реализовываться.
— Ты бледная. Нормально себя чувствуешь? — мельком поинтересовался ботаник.
— Не обращай внимания, — Вита тяжело вздохнула и стараясь не обращать внимания на боль. — Что у вас?
— Знакомься, Тарантул, — Роман сделал знак и высокий парень в черном плаще подошел ближе. — Он создал новую телефонную сеть для Академии и любого района.
— Мы сможем ввести ее в эксплуатацию в ближайшее время и с минимальными затратами, — глухо сообщил Тарантул. — Вот все материалы по данному делу, — он протянул увесистую папку.
— Спасибо, — Витторина покачнулась, чувствую, как сознание пытается ее покинуть.
— Вам плохо? — гот придержал ее за руку, оглядываясь в поисках ближайшего стула. — Может Вам стоит отдохнуть? Потом посмотрите.
— Нет, ни в коем случае, — девушка тяжело выдохнула и будто стряхнула с себя плохое самочувствие. — Вы все проделали огромную работу и самое меньшее, что я сейчас могу сделать так это просто узнать, что уже сделано и что планируется. Только, если не сложно, выдайте информацию вкратце без сложных технических моментов, — она мягко улыбнулась. Марта встала ближе к Смерти, как бы невзначай придерживая ее.
— Принято к сведению, — парень усмехнулся. — Вкратце. У нас есть мобильная сеть, которая работает во всем мире. Цена в месяц для людей обойдется в сто рублей. Без рекламы, без кидалова. Просто идеальный интернет, идеальное соединение. Чего еще можно желать? И мы готовы запустить ее по Вашей команде.
— Завтра, в семь утра. Это реально? — Витторина помассировала виски.
— Да, — Ромка кивнул. — Мы протестировали и готовились к масштабному запуску. Более того, мы с легкостью через Импульс подключим первых желающих. Тебе не придется этим заниматься, лишь озвучить.
— Отличная новость. Что еще?
— Наши ребята разрабатывают автомобиль. Работает за счет электро-магнитных полей, а главное для этих машин не нужно будет строить дороги, — Роман улыбнулся. — А проект города вовсю разрабатывается. Также ребята придумали вакуумные капсулы через которые можно очень быстро переправлять людей. Пока расчеты подходят для непродолжительной транспортировки. Еще есть разработки новых спецкостюмов для каждого из отделений. Также продуманы новые телефоны — этот проект, кстати, успешно завершили. Так что на концерте можешь и об этом объявить, цена чисто символическая, тысяча рублей. Это все окупится. Также отдельная разработка авиалайнеров и нано-вертолетов. Ева сделала подсчеты и мы целиком и полностью потянем пассажироперевозки и грузоперевозки. Причем она нашла способ как быстро получить с этого прибыль. Таким образом ваш с Шарханом план начинает реализовываться.
— Отлично, как и планировали, — Витторина задумчиво посмотрела под ноги. — Отлично, — снова повторила она и добавила. — Это очень здорово. Я так рада, что эта идея оказалась столь удачной. Спасибо вам… — конец фразы прозвучал неуверенно, а воспоминания вновь нахлынули.
Вита открыла глаза. Лицо Марты находилось совсем близко.
— Успокойся, я тебя в комнату твою притащила, — успокоила Вторая Смерть и нерешительно улыбнулась. — Ритка готовкой занимается, поэтому поспи немного, ты очень устала.
Витторина кивнула.
Лишь ненадолго выпала из Катарсиса и вновь провалилась в воспоминания.
-
Словно вдох, будто вынырнула из воды и снова погружение.
Витторина резко села на постели не сразу понимая где она. Ах да, та самая комната, в которой поселил ее Мстислав. Виски слегка саднило, а ожоги кололо едва терпимой болью. На кухне слышалась какая-то возня и металлический стук — кастрюли что ли переставляют?!
Медленно поднявшись, Вита вышла в общую комнату. Янка сидела в обнимку с Мартой и смотрели какие-то мультфильмы, а Ритка колдовала над плитой. На вошедшую Витторину отреагировала только Смерть, слегка повернув голову.
— Бесишь ты до жути, — призналась Марта. — Ты так и не спала.
— Не получилось. Воспоминания стертые возвращаются, — Вита помассировала виски. — Ритуль, у нас есть что-нибудь покушать?
— Наконец-то, — шепнула гитаристка и накрывая на стол, проговорила. — Садимся обедать. Через час выезжаем, Вит.
Но вокалистка не слышала, она сидела и кушала, кушала и кушала. По довольному лицу Ритки, Марта поняла, что все перешло в безопасную стадию. Через Катарсис Вторая Смерть смогла узнать подробности. Оказывает Вита находясь в крайнем напряжении и стрессе переставала есть, только кофе литрами пила. А переболев начинался неконтролируемый жор. Ритка старалась контролировать питание не позволяй ей набрать вес и позволяя постоянно жевать полезные и низкокалорийные продукты.
— Так, — Витторина задумчиво посмотрела на Янку. — Народ мы собрали. Как проект города сделают, поставим. А там уж останется совсем мало времени.
— У тебя все получится, — девчушка улыбнулась. — Ты зря переживаешь.
— Янчик…если бы все было просто, — вокалистка тяжело вздохнула.
— У тебя все получится, — уверенно повторила девочка. — Ты сомневаешься, а не надо. Все получится и мы все это знаем. Но отдыхать тебе надо.
Вита ничего не ответила, лишь грустно улыбнулась.
Из глаз медленно текли слезы. Витторина уронила голову в ладони. Она вспомнила, снова вспомнила. Это было как раз где-то год назад, а через шесть месяцев их настигло это несчастье.
— Он хотел сделать как лучше, — эхом отозвалась Анюта в унисон мыслям.
— Я знаю, — кивнула Витторина даже не осознавая, что отвечает призраку. Ритка удивленно оглянулась и никого не увидев, пожала плечами. Марта щелкнула пальцами проявляя Анюту.
— У меня мало времени, — нахмурилась Вита, вставая с дивана.
— Тебе бы отдохнуть, — миролюбиво заметила Анюта внимательно следя, как подруга меряет широкими шагами комнату. — Ты на пределе, это нельзя игнорировать. А еще, ты скрываешь то, о чем думаешь.
— Замолчи, Ань, вот только не сейчас, не время для твоих нравоучений, — зашипела Вита, стремясь сохранить равновесие.
— Ну уж нет, — призрак искренне рассмеялся. — Ты беспокоилась обо мне при жизни, оберегала от неприятностей. Даже не надейся, что я пройду мимо. Ритуль, — Анюта обернулась.
— Не смей, — прозвучало как приказ. В очень похожей манере говорил и Шархан, поэтому присутствующие вздрогнули.
— Она думает, что умрет, почти уверена в этом, — ябеднически скороговоркой выболтала Аня.
— Что? — гитаристка подскочила, а Марта отвернулась. Уж кто-кто, а она знала и молчала.
— У нас концерт, — холодно сообщила Витторина, безразличным взглядом окинув подруг.
Подготовка и дорога прошли в абсолютной тишине. Вита не собиралась сейчас обсуждать свои действия. И дело не в том, что ей не нужны советы, нет, просто слишком многое скрыто. Она выдохнула с облегчением, когда не услышала от Марты никаких комментариев. Вторая Смерть определенно знала больше всех, но не собиралась усложнять ситуацию, лишь вовремя появлялась для поддержки. Удивительно сложились их отношения. Ведь в другом сюжете они дрались, а в этом…
Сцена. Витторина вышла уверенно, несмотря на все сомнения и трудности, которые бурлили в ее душе. Зал встретил группу общим громким гулом, аплодисментами и отдельными выкриками. Вытянутые руки показывали «козу». Не растягивая введение «Феникс» начали свое выступление. Под тяжелые рифы звонкий высокий голос Алины звучал невероятно прекрасно, про такой обычно говорят — неземной красоты.
И один в поле воин
С первого и до последнего вдоха.
И один в поле воин
Если ты свой меч не бросил.
Витторина двигалась необычайно активно на сцене. Все шло так, как должно быть, так, как репетировалось. Ее волосы то и дело взмывали, глаза горели фиалковым огнем, а гроул звучал в душе каждого, словно проникал изнутри, леча душу, забирая ярость.
Пусть ты перепутал доброту со слабостью
Пусть рядом подонки пугая прелестью.
Не стоит стоять и сдаваться
Иди вперед и давай отбиваться.
Народ в зале прыгал и подпевал порой так, что заглушал вокалистку. Кураж захватывал всех. Но в середине выступления музыканты покинули сцену, устроив пятиминутку, а Витторина осталась с заявлением. Убедившись, что журналисты заняли целый правый сектор балкона, девушка порадовалась. С Лорэн приятно работать, зря она в свое время ревновала к ней Мстислава. За это было теперь даже стыдно.
— Спасибо Вам! — прокричала Вита в микрофон и зал ей ответил бурными аплодисментами. — Знаете, хотела поделиться кое-какими мыслями. Не так давно в СМИ неудачно нарезали интервью Ритки. Так в этом по большей степени есть моя вина. РИТА! Ты меня слышишь, я знаю. Прости меня! Я часто нечестно поступала по отношению к тебе! — громко объявила Витторина и слушатели поддержали громким криком. — И пусть все знают, что я могу признать свою вину и исправиться.
Гитаристка вылетела на сцену раньше, чем вокалистка успела закончить фразу. На ходу Ритка сгребла подругу в объятия, стараясь скрыть слезы и говоря на ухо обещая, что они всегда будут друзьями, всегда и при любых обстоятельствах.
— Даже если от тебя все отвернутся, я останусь, — прошептала гитаристка. После она помахала рукой в зал, и народ ободряюще что-то вопил, хлопали в ладоши. Ритка убежала со сцены, а Витторина продолжила:
— И мне важны не только те, кто рядом со мной. Все вы! Вы для меня важны! — аплодисменты заглушили девушку и она сделала паузу. — Не для кого не секрет, что Академии приходится платить огромные деньги за превышение скорости и неправильную парковку и это как раз те случаи, когда мы приезжаем на помощь людям. И мы приезжаем первым. Мы живем для вас. А знаете, что сделали для нас? — дождавшись абсолютной тишины в зале, Витторина продолжила. — Мы в осаде. Против нас подтянули танки, солдат и натравили журналистов. У меня в Академии и близлежащий районах шестьдесят семь тысяч человек. И к нам пришли с войной. Я сделаю все, что в моих силах, я готова положить свою жизнь, лишь бы остальные были счастливы, чтобы никто не пострадал. Так вот. Вы очень помогли мне заработать на музыке. Ваши просмотры на ютубе принесли мне большие деньги. И вот я собрала группу ученых. Мы будем создавать мир для вас. В ближайшее время мы построим города и туда попадет любой, кто хочет. Мы дадим рабочие места и достойную зарплату. Я ответственно заявляю, Академия Лемур больше не будет платить налогов и штрафов. Мы сами можем сделать полезные вещи. И все это будет для вас. Завтра, в семь утра мы начинаем продажу новых телефонов и подключению к сети под брэндом «Братский Союз». Оставьте заявку на сайте и вам привезут. Что по тарифам? Сто рублей в месяц и неограниченное количество интернета, сообщений и звонков, которые остаются строго конфиденциальными, к ним не будет ни у кого доступа, а также смартфоны за тысячу рублей. Деньги пойдут на разработки гаджетов для вас, то, что улучшит вашу жизнь. Каждую субботу и воскресение мы будем проводить концерты и вход будет свободный. Вы сами можете решить сколько готовы пожертвовать на разработки. Вы можете подать заявки, чтобы вас забрали на территорию Лемура в первую очередь.
Зал взорвался восторженным криком и Витторина поклонилась присутствующим, проорав в микрофон:
— Все будет создано для вас!
Аплодисменты не утихали, люди всячески поддерживали. Витторина снова поклонилась, встав на одно колено перед залом и разведя руки в стороны.
— А теперь заявление для СМИ, — девушка поднялась и повернула слегка корпус к боковому балкону. — СППЯ не раз заявляли о наличии у меня каких-то фантастических сил, повышенной жестокости и бессовестности, — Витторина залилась искренним звонким смехом. — Я готова это прокомментировать. Могу быть гостем любой передачи и дать настоящий эксклюзив. Цена вопроса — один миллион долларов. Чтобы не оставалось вопрос для чего мне такие деньги, поясняю — они пойдут на помощь нашим пенсионерам и ветеранам. Как с нами связаться, вы и сами прекрасно знаете. Думайте, — она улыбнулась и глаза вспыхнули ярким красным светом и погасли, вернув свой обычный фиалковый цвет.
Михаил первым вернулся за барабанную установку, а следом вышли и девушки, занимая свои места.
«Ну что, отступать теперь никак нельзя. Вызов принят», — Вита улыбнулась собственным мыслям и пропела скримом:
Жизнь — это вечная борьба,
День за днем нас убеждают,
Что мы ничтожны, мы рабы.
Но нет! Они не побеждают!
Не откажусь я от своей стрельбы!
Нас заставляют, пробуждают,
Подготовив для людей гробы.
Но в земле не принуждают,
Не перечат волею судьбы.
Невозможным удивляют,
Набив клеймо на наши лбы,
Но в борьбе определяют
Кого поставить на дыбы.
Витторина устало откинулась на спинку кресла в машине, прикрыв ладонью горящие глаза. Боли становились все сильнее. Игнорировать их все сложнее. На мобильном оставлено сообщение от Романа о том, что проект города требует согласования для тестирования. Витторина не поехала с друзьями из группы, желая побыть немного в одиночестве. Усталость накатила с новой силой. Ехать в Академию совершенно не хотелось и Вита приняла для себя решение. Выведя автомобиль на дорогу, девушка направилась в ту самую квартиру, в которой они могли бы встретиться и поговорить с Мартой в первую встречу, но вместо этого, осталось лишь в воспоминаниях.
Внушительная жилплощадь встретила мягким теплым светом. Бросив ключи на тумбочку, Витторина скинула кеды и прошла вглубь. Ни пыли, ни намека на необитаемость. Мельком оглядевшись, заметила Слепок Шархана. Да, постарался он на славу. Наскоро приняв душ, девушка схватила с вешалки рубашку мужа, и застегнувшись, направилась в спальню. Проходя по коридору мимо закрытой темной лаковой двери. Решив полюбопытствовать, Витторина толкнула дверь и вошла, с хлопком включив свет. Комната явно являлась рабочим кабинетом Мстислава. Здесь все было достаточно аскетично: диван, стол, стул. И все. Зато на стенах развешаны огромные постеры и фотографии, на которых Вита без труда узнала себя. Здесь были совсем старые запечатленные воспоминания, еще времен средней школы. Были даже фотографии, на которых Витторина улыбалась красивой улыбкой абсолютного счастья. И с байкер-клубом «Конкистадор». А вот на крыше.
Она с любопытством разглядывала себя, задаваясь вопросом — что же Мстислав нашел в ней такого, что впечатлило его и заставило полюбить. Вита всегда считала себя незаурядной с тяжелым характером, тем самым становясь непривлекательной девушкой в глазах мужчин. Хотя и прекрасно отдавала себе отчет в том, что упорства ей не занимать. Ведь если цель поставлена, то к ней надо идти, хотя…
Витторина вспоминала, что ей понравился парень на черной машине. Влад, когда заказывал выступление на день Рождения Шархана, уточнил, что этот самый парень ездит на «Шудатти», чем очень удивил, ведь девушка увидела личность, а не деньги. И все бы хорошо, но на рок-фестивале Мстислав очень мило общался с Риткой, и Витторине показалось, что она флиртует с парнем. Впервые злость и ярость затопили сознание, Витторина тогда выступила потрясающе, хоть и с крайней степенью ненависти…ненависти к себе. Конечно, о чем она только думала? Неужели был хоть один шанс из тысячи, что этот мужчина обратит внимание на нее? Злость на себя клокотала, застревая комком слез в горле.
Витторина закрыла дверь и разбежавшись прыгнула на большую кровать. Застеленные черные простыни казались теплыми, приятными на ощупь и пахли Мстиславом. Девушка и не заметила, как моментально уснула.
В постели было тепло и вставать совершенно не хотелось. Потянувшись Витторина услышала какой-то странный звук. Подойдя к окну, она увидела, что рядом с ее автомобилем припаркован знакомый Мерседес — Хорс здесь. Вздохнув, натянула чистые джинсы, но рубашку оставила. Пройдя в прихожую, Вита открыла дверь. Как она и предполагала, вампир уже ждал. Выглядел он как всегда идеально, одет с иголочки, вот только дымился почему-то.
— Доброе утро! — задумчиво протянула девушка, предположив, что сработала какая-то защита ее мужа от непрошенных гостей.
— Доброе. Войти можно?
Она слегка сместилась пропуская вампира в квартиру. Они прошли на кухню.
— Есть будешь?
— Спасибо, я не голоден, — отозвался Хорс. — Но тебе позавтракать надо.
Вита махнула рукой запуская Импульсом кофемашину, ставя вариться пельмени и заставляя картофель почиститься и броситься жариться на сковороду. Взяв наполненную чашку кофе, девушка присела на стул, дожидаясь, когда хоть что-нибудь приготовится и спросила:
— Разве солнце на вас действует?
— Нет. Я по привычке хотел в окно войти, но твой муж защиту поставил, молнией схлопотал. — пожал плечами мужчина.
— Ну да, это самое меньшее, что он мог сделать, — буркнула Вита.
— Он тебя защищает? Даже сейчас?! — в голосе прорезалась вековая печаль.
— Да, — ответ же напротив прозвучал слишком просто. — Так зачем ты пришел?
— Хотел поговорить.
Вита махнула рукой и пельмени сами собой перепрыгнули в тарелку. Голод был зверский.
— Я хочу тебе помочь. Мне кажется, ты цепляешься за прошлое. Я бы мог помочь тебе забыть все и начать новую жизнь.
— Спасибо, я в этом не нуждаюсь, — отрезала Вита.
— Он мертв. Воскресить вы его не можете, а так он долго не протянет. Ты сама прекрасно понимаешь, что надежды нет.
Зазвонивший мобильный, вывел Витторину из раздумий. На экране мигала фотография Мстислава. В первую секунду девушка решила, что это какой-то розыгрыш, но номер телефона принадлежал ее мужу.
— Да?
Короткая просьба и Вита протянула Хорсу мобильный:
— Это тебя.
Да, это действительно был Мстислав. Вот и скажи, что мертвые безучастны к живым. Но ничего, девушка знала, что у нее получится, ее муж будет жить. Разговор был короткий, по истечению которого вампир стал еще более бледным. Вернув мобильный, они замолчали.
— Ты такая решительная, непоколебимая… — Хорс сложил перед собой руки. — Я хочу предложить тебе помощь. Если мы будем сотрудничать, то мне удастся переубедить Камарилью встать на твою сторону.
Витторина пристально посмотрела на вампира.
— Я знаю о чем ты думаешь на самом деле, — четко выговаривая каждое слово шепнула девушка, прожигая его взглядом фиалковых глаз.
— И все-таки, я прошу… Ну рассуди сама, — Хорс понизил тон и замолчал. Зов. Зов сделает все за него.
«Будь со мной! Будь моей!».
— Нет, — Вита махом осушила чашку кофе. — Я люблю Мстислава. И я буду с ним.
— А если не выйдет? Ты же наверняка прикидывала вариант, если не удастся его оживить, а ты можешь погибнуть, — чувственно заявил вампир, стараясь достучаться до ее сознания.
— Значит умру, — она пожала плечами.
— Ладно, — сдался Хорс. — Как ты планируешь держаться в осаде? Ваших сил ведь не хватит.
— Хватит.
— Значит слухи не врут о найденной Косе!?
— Вероятно врут, — Вита грустно улыбнулась. — А что за слух?
— Я слышал, что Аннабель отслеживала вашу недавнюю поездку. Якобы вы ездили за артефактом, который несколько веков уже не видели.
Девушка хмыкнула.
Мобильный снова ожил.
— Седьмая, — холодно прозвучал ответ Виты.
Ей объясняли что-то много и очень быстро. Ситуация оказалась сложной и крайне серьезной, это Хорс понял по движениям девушки, которые стали резкими и стремительными. Наверное, ей понравилось бы быть вампиром.
Она уже выбегала из квартиры и Хорс без проблем догнал ее. Он следовал рядом, буквально след в след. Дверь «Шудатти» открыть не удалось для девушки — сильный удар током, заставил Хорса отойти и не мешать, но заняв место пассажира. Вампир дождался когда Витторина выедет со двора и все-таки вкрадчиво задал вопрос:
— Что случилось?
Она не сразу ответила, обращая внимание на то, как какой-то лихач пытается обогнать ее автомобиль и подрезать. Не особо церемонясь, Витторина невозмутимо достала из бардачка мигалку и высунув руку в открытое окно, установила на крышу. Сирена заорала почти сразу и машины любезно стали освобождать крайний ряд для «Шудатти». Чувствовалось всеобщее уважение водителей к Академии Лемур.
— Мои люди не могут выйти из здания с заложниками, — наконец сообщила она, лихо виляя из полосы в полосу между машинами, которые оставляли достаточное расстояние для игры в «шашечки».
— Я раньше думал, что агрессивно водит Шархан.
— Нет, — девушка звонко рассмеялась. — Он плавно водит, но при этом более маневренно. У Мстислава аварий куда меньше, чем у меня.
Она резко вывернула руль и бросила машину в управляемый занос. Шины завизжали и появился запах горящих покрышек. Вывернув к небольшой площадке подле офисных зданий Москва-Сити, Вита заприметила Святозара.
— Ух, ты быстрее меня тут оказалась, — выдохнул богатырь тяжело.
— Ты на метро что ли сюда ехал?
— Красотами столицы наслаждался.
Она рассеяно кивнула, прислушиваясь к звукам борьбы.
— Хорс, можно попросить о небольшом одолжении? — спросила Витторина, переведя на вампира свой огненный взгляд.
— Все что угодно.
— Задержи журналистов. Можешь нести что угодно, но списывай все на то, что только эксклюзивное интервью им поможет во всем разораться.
Хорс кивнул, и Витторина практически в ту же секунду скрылась в ближайшем здании.
То, что она увидела, оказалось полной неожиданностью. Пожалуй, девушка была готова морально к любым монстрам, кроме…гигантских волков. Их было восемь, размерами с добротную лошадь. Но двое отличались поистине невероятными размерами и больше походили на вожаков сей стаи. Без резких движений нацепив наушник и включив связь с группой, Витторина негромко произнесла:
— Всем прием! Противника беру на себя. Выходите из здания и эвакуируйте гражданских. Сколько вас?
— Пятеро «Ночных» и двадцать три гражданских, — бодро отрапортовал Мага.
— Погнали, — шепнула.
Импульс грохнул в пол, разбрасывая большие молнии. В два прыжка Вита приблизилась к ближайшему из волков. Гигантский зверь ждал такого поворота событий и повернул оскаленную пасть. Барьер ударил прямо в морду волкодаву, но отдача оказалась слишком сильной и Виту откинула на добротные четыре метра. Это не помешало ей остаться гибкой и элегантной. Нападение двух оборотней сбоку не произвело особого впечатления, Резонанс был беспощаден в свой силе.
Вожак точным прыжком сбил девушку и та кубарем прокатившись через весь зал, попала в лифт, который сам по себе закрыл дверь и стал подниматься наверх. Витторина слегка помассировала отбитую макушку и посмотрела через стеклянные дверцы вниз. Волкодавы рванули по лестнице наверх.
— Все вышли, — отрапортовал Мага. — Выбирайся. Они не станут воевать за пределами здания, им свидетели не нужны.
Разбив Резонансом створку, девушка спрыгнула вниз и побежала к выходу, на ходу разрушая здание, которое сложилось как карточный домик. Защищенная сферой Барьера, Витторина неспешно вышла на улицу. Громкий рёв заставил поднять всех голову к небу. Медленно в облаках проплыл дракон и скрылся в пасмурном небе.
— По машинам. Сбор в Академии.
Ей потребовалось минут десять, чтобы успокоиться прежде чем выйти из машины. Злость кипела так, словно пыталась сжечь внутренности. Витторина выдохнула и короткими путями добралась до актового зала, в котором Марта уже собрала виновников «торжества». По всей видимости предварительный разговор уже состоялся. Пять человек из «Ночной Стражи», чудом оставшиеся в живых, уже находились здесь.
— Как была допущена такая серьезная ошибка? — вопрос прозвучал сквозь зубы.
— При разработке не учли некую погрешность, которая…кхм…привела к занятно недоразумению, которое привело к неожиданным последствиям, которые невозможно просчитать, — поднялся мужчина. На вид не больше тридцати семи, слегка худощав, но не аморфный.
— Ваше недоразумение чуть не стоило Академии жизни в количестве двадцати восьми человек. Как это прокомментируете? — сдерживаться становилось все сложнее, и Вита уперлась ладонями в стол, чувствую, как продавливает Импульсом деревяшку.
— Но ведь это было исправлено. Сами понимаете, что место имеет человеческий фактор и…
— МОГЛИ ПОГИБНУТЬ ЛЮДИ! — яростно вскричала Витторина. — Ты хоть представить себе это можешь? Могли погибнуть члены Академии, могли погибнуть гражданские. У каждого из них есть семьи, есть родные и любимые. Вы хоть понимаете, чем могла вылиться эта ошибка? — стол все-таки раскрошился под тонкими пальцами, и девушка скрестила руки на груди, стараясь успокоиться.
— Мы будем стараться больше не допускать таких, — слабо попытался исправить ситуацию предводитель «Информационного» отделения.
— Я Вас снимаю с должности, — холодно сообщила Вита, сузив глаза. — Это, во-первых. Во-вторых, с завтрашнего дня вы тренируетесь вместе с «Ночной Стражей». Экзамен будете лично сдавать Марте. Срок месяц. По истечению этого срока я отправляю Вас в первые ряды воевать.
— Они все погибнут, — теперь уже голос повысил бывший предводитель «Информационного» отделения.
— То есть вы считаете, что отправлять своих товарищей на смерть — это нормально, а самим в этом участвовать не стоит? Ну уж нет. Вы должны понимать предел своей ответственности. «Ночная Стража» может неделю дополнительного отдыха взять.
— Есть один нюанс, — Мага поднял руку, привлекая к себе внимание. — Оборотни активизировались. Может стоит провести расследование. До недавнего времени волки не показывались. Мы не знаем какое поголовье.
— Да, тут ты прав, — Витторина кивнула.
— Вольдемар говорил, что может заняться этим вопросом, — отозвалась Марта и Витторина согласно кивнула и добавила:
— Отлично. Значит на том и порешили. Проверку Информационников назначь стабильную и частую.
— Будет сделано, — кивнула Вторая Смерть.
— Все свободны.
Витторина первая выскочила из зала, чувствуя, как рубашка пропитывается кровью. Лаборатория встретила приветливой прохладой.
— Влад! Помощь нужна! — прокричала Вита и психолог объявился моментом.
— Что случилось?
— Вот, — она закатила рукав, открывая жуткого вида ожог.
— Чем это? — ужаснулся Влад, хватая свой «волшебный» чемоданчик.
— Я сама себя, энергией. Мне нужно замедлить процесс. Я сгораю, — спокойно пояснила Витторина, пока обрабатывали рану, промывая и перебинтовывая.
Мужчина ловко завязал бантик и улыбнулся:
— Будет чуть полегче, но все равно не переусердствуй.
— Да, спасибо, — Витторина рассеянным взглядом окинула лабораторию, чуть дольше задержав взгляд на колбе с мужем. — У Академии были проблемы с оборотнями?
— И тут вляпались?!? — удивление было куда красноречивее смысла.
— По всей видимости. Восемь здоровенных волков. Признаюсь, даже мне в первые секунды было страшно, — девушка покачала головой. — Схватка была короткая, — уперевшись локтями в колени. — Барьер ударил в пасть одного такого волка и я отчетливо слышала хруст. Такой страшный звук.
— Даже не знаю, что сказать, надо подумать, — Влад взъерошил волосы.
— Раньше было что-нибудь такое?
— Раньше и с Всадниками не сталкивались, — психолог нервно рассмеялся. — Кстати, перекусить не хочешь?
— Да, с удовольствием.
— Да? — он недоверчиво посмотрел на девушку, будто видел в сачке для бабочек слона. — Ты стала есть?
— Угу, — Вита пожала плечами. — Я после длительного стресса ем все, что к полу не приколочено. Хотя и приколоченное не сильно останавливает.
— Ритка знала?
— Естественно, — девушка рассмеялась. — Она весь холодильник мне едой закидала.
— Вы помирились!?
— По крайней мере поговорили. Все наладится, но Ритке тоже очень тяжело. Что не говори, а все-таки Мстислав мог бы разрулить эту ситуацию.
— Ты себя слишком демонизируешь, — Влад рассмеялся.
Засев в комнате с тремя шестерками, оба с большим аппетитом набросились на еду. Сказывался не только стресс, но и усталость.
— Марта не говорила, что официальное приглашение пришло на бал вампиров?
— Они издеваются что ли?!? — Вита схватила ложку и положила себе в тарелку еще картофельной запеканки добавив рыбки. — Интересно, если спалить к хренам их офис, стёб прекратится?
— Съездите с Мартой. Идея-то хорошая, — серьезно подтвердил Влад, налегая на селедку под шубой. — Думаю действительно стоит что-нибудь натворить для устрашения. Хорс все не отстает?
— Ага, надеется на смерть Мстислава. Хотя что надеется, он считает его мертвым, — кивнула девушка.
— У тебя все получится, — спокойно ответствовал Влад. — В конце концов, у тебя есть один из лучших врачей, то есть я.
— Спасибо. Можно вопрос?
— Конечно.
— Когда мы первый раз с тобой встретились, я видела, что ты был… — она запнулась тщательно подбирая слова.
— Ха, вот ты о чем, — мужчина захохотал. — Все нормально. Мы с тобой и ранее виделись. Просто через меня ты чуть на Академию не вышла и пришлось поселить к тебе в голову мысль о том, что я вот такой заносчивый.
— Вот как, — задумчиво протянула она. — Так много всего было стерто…
— Ты ведь понимаешь, что Шархан хотел, как лучше!?
— Да, понимаю, — Витторина кивнула. — Неужели я настолько опасна была?
— Как тебе сказать… — теперь пришла очередь Владу подбирать слова.
— Да говори, как есть, я пойму.
— Опасна, как и я, — холодно проговорила Марта без стука входя в комнату и плюхаясь на диван. — Иду и думаю, кто там жрет, а это вы кушаете, — Смерть усмехнулась и вернулась к теме обсуждения. — А они боялись. После разрушенного корпуса любой, кто хоть как-то относится к Маренам получали категорию «крайне опасна». Насколько мне было известно, когда за тобой следили, то несколько раз наблюдалась вспышка твоей энергии. Это могло стать началом конца. Шархан не был уверен, что сможет перетянуть на свою сторону и при этом они опасались нападения с моей стороны. Никто не мог гарантировать того, что ты не свяжешься со мной и мы вместе не выступим против Академии. У Лемура нет шансов против нас двоих.
— Но ведь то, что сейчас происходит, — Витторина задумалась. — Это как альтернативная реальность.
— Ты о чем? — не понял Влад.
— Мы видели другой исход событий попадания Витторины в Академию и наше знакомство произошло бы иначе, вот только все мы умерли бы. Но об этом тебе лучше расскажет Госпожа Время, — не отвлекаясь от еды ответила Марта. — Вообще неожиданно все произошло. У меня было онемение и потом я увидела то, что увидела ты, — она кивнула Вите. — А когда очнулась, собралась, бросив все нахрен, и приехала. Я не знала, как ты меня примешь, но все произошло как нельзя лучше. А как отреагировал Шархан на это?
— Мы чуть не расстались с ним, — слишком тихо ответила Смерть. — Он был к этому морально не готов, мы поменялись местами, ведь я стала знать больше. Он начал отдаляться, устанавливая границы. Когда проходила вечеринка для первокурсников я подумала, что не стоит мучать нас обоих, собрала вещи и попыталась по-тихому покинуть Академию, — Вита тяжело вздохнула. — Не знаю о чем думал он, но «Шудатти» догнал меня практически сразу, как я пересекла защитный Барьер. И с этого момента все стало так, как должно было быть. Иногда я думаю, а если бы он не пошел за мной…
— Ваши жизни связаны, — Марта хмыкнула. — Он сам пожелал этого. Тебе очень повезло с мужем, — Вторая Смерть тепло улыбнулась. — Он принял тебя такой, какая ты есть, несмотря на множество недостатков. И ты смогла ужиться с его тараканами. Вы отличная пара, хоть и со странностями.
Витторина задумалась, пытаясь вспомнить о том, как она попала в Лемур.
Витторина моргнула, приходя в себя.
— Что-то случилось? — обеспокоено спросил Влад.
— Что? Нет, нет, все в порядке, — девушка почувствовала, как залилась румянцем.
— У тебя зрачки увеличились, слегка дыхание участилось и ты покраснела, — заметил психолог и вдруг догадавшись о чем-то добавил. — Прости. Тебе, кстати очень идет его рубашка, — чем окончательно смутил девушку. Витторина уже и забыла, что так и не переоделась, впрочем менять уже что-либо поздно, поэтому весь комментарий попыталась проигнорировать.
— Ты стала слишком часто выпадать в чужие воспоминания, — заметила Марта, продолжая активно жевать пиццу. Она взяла целую и теперь держа ее на тарелке объедала по кругу, начиная с корочки и заканчивая на середине. Несмотря на свою хрупкую комплекцию во Вторую Смерть влезало еды ничуть не меньше Витторины. Сказывался стресс, трудные решения, бессонница и может самая капелька одиночества.
— Мне плохо без него, — едва слышно шепнула Смерть. — Только так я еще продолжаю жить.
И это было знакомо всем присутствующим.
Мстислав выглядел живым, ничто не выдавало его коматозного состояния. Будто уснул. Витторина стояла напротив и не шевелилась. Ее странное поведение могло бы привлечь ненужное внимание, но в лаборатории никого не было кроме нее самой. Фиалковые глаза следили не мигая, словно запоминая, детально изучая лицо.
— Извини, что беспокою, но дело есть, — Марта не церемонилась, впрочем, как всегда. Можно предположить, что такая неожиданность — ее личная фишка.
— Слушаю, — Витторина не шелохнулась.
— Там еще войска подтянули. СППЯ лютуют. Я немного побаловалась и через Катарсис смогла узнать, что действуют по наводке, причем от того человека, что и раньше на нас злюкался. Эта злюкала все успокоиться никак не может, мы у него зло номер один и повинны во всех грехах во всем мире.
— Опять Ярослав, — девушка скосила глаза на Вторую Смерть. — Не понимаю его мотивов. Зачем? Почему? Что же им движет?
— Диментьев, к сожалению, тоже не смог ничего внятного сказать, — Марта пожала плечами. — Он подтверждает лишь то, что СППЯ нас ненавидят, а причины высосаны из пальца. Только ненависти от этого меньше не становится. Может стоит с ними разобраться или хотя бы с ним?
— Сколько времени до бала?
— Впритык, но успеем. Одеваться будем сногсшибательно или повседневно? Предлагаю сногсшибательно, а то твоя Ритка мне платье подобрала, а повода надеть его не было.
Витторина улыбнулась и согласно кивнула:
— Через десять минут, в машине.
Витторина вздрогнула, просыпаясь и практически сразу дернула руль, осознавая, что выключилась прямо во время движения. Сердце забилось в бешеном ритме и девушка сбавила скорость.
— Мне тоже чуть-чуть страшно было, — заметила Марта с соседнего сидения. — Вот только отвлекать тебя было еще страшнее.
— Долго я отсутствовала?
— С каждым разом все дольше и дольше, — словно не слыша промолвила Вторая Смерть. — Учитывая скорости, на которых ты ездишь…
— Блин, — Витторина расстроенно ударила раскрытой ладонью по рулю. — Как тогда. Мстислав ругался на меня, что я не могу контролировать процесс, а любопытство зашкаливает.
— Этого в тебе не отнять, — Марта весело рассмеялась. — Но я тебя успокою, у Марен этот процесс действительно практически неконтролируемый. Причина в том, что мы полностью погружаемся в сознание другого человека, все видим и чувствуем с его стороны. Такие, как Шархан, видят не такой большой спектр эмоций.
На миниатюрной фигуре Марты красовалось элегантное платье цвета морской волны. Открытые плечи лишний раз подчеркивали хрупкость, косточки ключиц могли приковать мужские взгляды. Мельком осмотрев девушку, Вита отметила, что платье в пол с разрезом с одной стороны. Длинные рукава плотно обтягивали руки, не стесняя движений. Сама Витторина так и сидела в рубашке Мстислава и джинсах. Мысленно махнув на это рукой, она решила сначала поговорить с Ярославом, а потом уже решать вопрос с нарядом.
Ловко припарковавшись во дворе, Витторина осмотрела дом. Как и многие высотки в столице, этот дом ничем особо не отличался — серый, неприметный.
— Подожду в машине. Если что-то выйдет за пределы плана, сообщу, — проговорила Марта.
Вита кивнула.
Заходить в квартиру было страшно. СМС-сообщение, которое пришло на телефон Ярославу заставило почувствовать себя ничтожным перед сложившейся ситуации. Опасно или нет матушке с сестренкой находиться рядом с Мареной?!
«Каков шанс, что мы выживем?» — рассуждал Ярослав, но страх казался сильнее здравых рассуждений.
Дверь оказалась не заперта. С кухни слышался счастливый смех матушки, а сестренка о чем-то громко рассказывала, то и дело хихикая. Что может быть нужно Смерти?
На ватных ногах Ярослав прошел вперед и встал в проходе, облокотившись плечом на косяк, боясь сделать резкое движение. Не понятно было что именно могло спровоцировать Марену на активные боевые действия. Пожалуй, расшалившееся воображение нарисовало слишком много ужасов, а на деле все оказалось куда проще. Матушка с сестренкой на коленях сидели и мирно пили чай. Витторина Соколова, вокалист и основатель рок-группы «Феникс», руководитель Академии Лемур, вечный враг СППЯ, смерила вошедшего ледяным взглядом фиалковых глаз. Рок-звезда выглядела сегодня не слишком опрятно, словно собиралась в спешке. Мужская рубашка, явно больше на пару размеров своей владелице, вероятно все-таки девушка одевалась поспешно, хотя и выглядела весьма-весьма привлекательно. И стоит признать, что на спортивной фигуре все смотрится идеально.
— О, дорогой, а мы как раз о тебе вспоминали, — матушка искренне улыбнулась. По всей видимости, обошлось без угроз и запугиваний.
— Мы могли бы поговорить наедине? — стараясь скрыть дрожь в голосе спросил Ярослав.
— Разве ты нас стесняешься, братик? Вита очень прикольная…
Договорить она не успела. По щелчку пальцев мама с дочкой замерли, и Витторина, тяжело вздохнув, отставила полупустую чашку.
— А теперь можем поговорить, — сухо отозвалась Марена.
Ярослав окинул тревожным взглядом своих родных, которые более походили на статуи.
— С ними все в порядке. Когда я уйду, они не вспомнят об этом, — Витторина отхлебнула чая. — Зачем ты все это делаешь?
— Я хочу защитить людей, — прозвучало слегка пафосно.
— От чего?
— От зла. Марены могут все уничтожить, портят жизнь и… — он запнулся, не зная, что добавить, чтобы звучало не слишком глупо.
— Я не понимаю твоей ненависти ко мне, — спокойно произнесла она и подняв глаза, изрекла. — Ты смышленый парень и я хочу, чтобы ты просто послушал то, что я тебе скажу, не принимая на веру, но проверив и подумав. Согласен?
Ярослав нервно кивнул, продолжая внимательно следить за каждым невольным жестом Смерти.
— Академия Лемур быстрее вас приезжает на вызовы. Мы никого не удерживали силой, и всегда помогали всем, кто нуждался в помощи. Мы открыли множество школ и больниц, в которых принимаем всех абсолютно бесплатно и без документов, потому что можем себе это позволить. Больше шестидесяти тысяч человек находятся под моей защитой и ответственностью в Академии. Также я беру ответственность за действия моих людей за пределами Лемура. Так вот скажи, что из этого не так? Чью именно я жизнь сломала? Конкретно ты. Ты ненавидишь меня, но разве я причинила тебе боль? Разве что-то сделала, чтобы ты ненавидел? Разве я угрожала твоим горячо любимым? Нет. Я даже не рассказала им где ты на самом деле работаешь, волхв, — едва заметная улыбка коснулась ее красиво очерченных губ, но во взгляде необычных глаз читалась мировая грусть. — Если ты будешь готов обсудить со мной это, то вот, — она оставила на столе три билета в вип-зону на концерт своей группы.
— А если я сдам тебя? Просто всем дам наводку на то, что Лемур не так прост, как кажется? — с вызовом проговорил Ярослав.
— Ты готов взять ответственность за тех, кто умрет? — вопрос прозвучал спокойно, будто речь шла всего лишь о чашке чая. — Ты сможешь жить зная, что именно ты кого-то толкнул на необдуманный поступок и на то, что будут смерти? Будут погибшие и ты не сможешь себя оправдать, зная, что этой истории положил начало ты.
— Допустим, что смогу.
— Отлично, тогда удачи вам в разборках со Всадниками Апокалипсиса. Мое почтение, — Витторина хмыкнула и встав, развернулась к окну.
— Всадники здесь?! — поразился мужчина. — Как? Когда?
— Пару месяцев назад. Они атакуют нашу территорию и пока что чудом никто не пострадал. Если захотите нас уничтожить, советую объединиться, — она обернулась, вновь позволив себе теплую улыбку. — Удачи в размышлениях, — и легко выпорхнула в окно.
Секундное замешательство. Ярослав не мог поверить в то, что человек вышел в окно на семнадцатом этаже. Выглянув наружу, мужчина заметил, как черный «Шудатти» плавно покидает территорию двора.
Длинное ультрамариновое платье было чуточку неудобным, но поистине впечатляющим. Витторина переглянулась с Мартой и та подтвердила:
— У Шархана отличный вкус. Тебе очень идет.
— Спасибо!
Платье идеально сидело по фигуре. Открытая спина подчеркивала бледную кожу, длинный рукав на левую руку и открытое плечо справа. Вита выдохнула, и бок-о-бок с Мартой вошла в здание. Они не собирались задерживаться, ведь обе чувствовали, что их позвали только ради унижения.
И неприятности начались сразу же, девушки не успели ничего сделать, только вошли.
— О, Смерть. Приветствуем-приветствуем, — Годун распахнул объятия. — Вы вовремя, мы как раз хотели предложить вам помощь.
— Слушаем, — Марта первая отозвалась, поскольку Витторина опять выпала в Катарсис заметив Хорса. Вампир пытался предупредить о чем-то позволяя установить с ним контакт через Импульс.
— Вы можете присоединиться к нам, мы вам разрешим.
— Разрешите? — переспросила Вторая Смерть. — Вы смеетесь?
— Ничуть. Мы займемся вашими проблемами, а за это вы отдадите нам права на Академию.
— Вита, нет! — но Марта не успела ее остановить.
Витторина замахнулась и, покоряясь Импульсу, всех присутствующих впечатало в стену, под самым потолком. Злость кипела и Вторая Смерть решила не вмешиваться, давая подруге вволю насладиться своей силой и властью. Удерживая больше двух десятков взрослых вампиров, Витторина периодически переходя на скрим закричала:
— Вот значит какая ваша помощь! Не вставайте у нас на пути! Я обещала стереть Вас с лица земли, если помешаете.
— Успокойтесь. Мы хотели, как лучше, — Годун попробовал найти общий язык, но ничего не получилось. Всех вампиров протащило по стене. Неведомая сила словно пыталась расплющить существ.
— Оставь их. Пусть сваливают. Лишь бы не мешали, — Марта коснулась локтя подруги. — А с вас к завтрашнему дню плата, моральный ущерб. Думаю, тридцать три миллиона доллара нам подойдет. Куда переводить вы знаете.
Вита махнула рукой и вампиры, как по команде, рухнули на пол. Красивой походкой девушки покинули банкетный зал и сев в автомобиль, уехали.
— Отлично получилось, — заметила Вторая Смерть. — Ты их перепугала, до ужаса.
— Сумму ты не слишком загнула? — поинтересовалась Вита, уже почти успокоившись.
— Я тоже времени даром не теряла, — Марта заливисто рассмеялась. — Годун не так давно обналичил деньги, которые получил при переводе за какой-то не слишком чистый бизнес. А так мы сможем оплатить ученым любые эксперименты и построить не один город, а несколько, — девушка довольно покачала головой, чувствуя себя абсолютно счастливой. — Они заплатят, это точно. Я видела это в их мыслях, боятся, что мы вернемся. А еще к нам готовы присоединиться два поселения инкубов.
— Инкубов? — переспросила Витторина, выезжая из города.
— Да. С ними уж сто лет как никто не мог поладить. А сейчас они готовы соблюдать Кронос.
— Мы примем их?
— Я видела будущее с ними, все сложится как нельзя лучше. Сегодня увеличишь Барьер? Я могу переговорить сама с ними.
— Было бы отлично. Спасибо тебе большое!
— Да не за что, — Марта погрустнела.
Витторина перевела непонимающий взгляд на Смерть, явно обеспокоенная такой реакцией.
— Я что-то не то сказала? — уточнила она.
— Нет, извини. Просто кошки скребут на душе, — поделилась Марта. — Я…бесконечно благодарна тебе за возможность начать жизнь заново. Я даже не знала, что может все так хорошо все сложится. Я думала, что обречена. В Академии меня никто бы не оставил, а Грендель хоть и протянул руку помощи, но подчинил меня себе. По сути, у меня не было никакой возможности наладить свою жизнь. Если бы ты не приняла меня, то…
— Я думаю, ты ошибаешься, — Вита мягко улыбнулась. — Я видела в сознании Мстислава. Он не может простить себе ту ситуацию с корпусом и винит себя в том, что недосмотрел, не остановил. А по сути, Ян спровоцировал, да?
— В общем-то да, — нехотя признала Вторая Смерть. — Он сначала поддерживал, говорил, что мои чувства к нему взаимны, а потом в один день признался, что меня никогда не любил. Вспышка ярости, боли… Я не хотела никому навредить, но способности пробудились. Я никогда не думала, что можно быть такой несчастной.
— Сейчас ты…
— Нет, сейчас я счастлива. Спасибо большое, ты открыла для меня много возможностей. И можно попросить тебя сейчас как друга?
— Да, конечно.
— Сходи отдохни.
Поставив машину в гараж, Витторина поднялась в лабораторию. Встав напротив колбы с Мстиславом, девушка провалилась в забытье, будто окаменев.
На мгновение сморгнув воспоминание, Витторина вновь очнулась в Катарсисе.
Витторина коснулась лбом холодного стекла колбы и вздохнув, заставила себя вновь уйти в воспоминания.
Витторина резко открыла глаза. По щекам текли холодные беззвучные слезы. Они лились и лились, без возможности остановиться.
Где-то внутри тела коса завибрировала, желая продемонстрировать свою силу!? Витторина прислушалась. Оружие требовало к себе внимания, что-то говорило. Звон металла на поле битвы звенел в ушах, чьи-то крики.
— Ты меня слышишь? — негромко спросила Витторина, обращаясь внутрь себя.
Коса отозвалась легонькой вибрацией ответила.
— Ты знаешь почему я тебя нашла?
Снова вибрация.
— И что ты думаешь по этому поводу?
Перед глазами возникли яркие картинки. Какие-то битвы, бои. Образы мелькали через чур быстро, поэтому не удавалось толком все разобрать, но общая суть вполне понятна.
— Ты не против? Я не хочу, чтобы ты действовала вразрез со своими принципами.
Коса удовлетворенно загудела где-то внутри и вновь показала образ. Лицо Мстислава с легкой улыбкой. Он тоже разговаривал с оружием:
— К тебе придет девушка. Ты ее узнаешь сразу, она Марена и не такая, какие встречались раньше. Интересная, умная, совестливая. Ей понадобится твоя помощь. Люди будут нуждаться в твоей помощи и эта Марена прибудет именно поэтому.
Глухая вибрация словно пыталась передать отличное настроение.
— Вита, ты тут? — Вторая Марена не вошла в лабораторию, ожидая подругу на выходе. — Инкубы прибыли для переговоров. Хотят с тобой лично познакомиться. Идем?
Витторина нехотя развернулась и покинув лабораторию, поспешила за Мартой, на ходу меняя на себе одежду. Синие джинсы, белая майка, как в воспоминаниях Мстислава. Тяжелые берцы отнюдь не производили никаких дополнительных шумов. Вторая Смерть проводила Марену в главный зал. Людей собралось много и все как один в черных смокингах. «Вид идеальный, как будто все с одного фитнес-зала, с одного салона красоты. Слишком идеальные», — подумалось Витторине.
— Приветствую вас, — поздоровалась Мара. Стройными рядами присутствующие поднялись и хором поздоровались. От неожиданности Витторина вздрогнула. Марта с трудом подавила улыбку, но быстро напустила на себя серьезный солидный вид. Сделав жест, Вита подождала пока все обратно рассядутся и уточнила:
— Вы готовы присоединиться к Академии Лемур?
Один из мужчин встал и неспешно приблизился к сцене.
— Да. Мы принимаем Кронос, и мы принимаем Вас, — голос манящий, дразнит своей утонченностью.
— Почему раньше Вас избегали?
— Наша сущность мешала остальным.
— А теперь?
— Теперь мы будем держать себя в руках. Мы клянемся соблюдать Ваши правила. Вопрос лишь в том, смогут ли нам дать работу.
— У нас достаточно вакансий, — Витторина хмыкнула. — Барьер я еще утром расширила.
— Поэтому мы здесь, чтобы поблагодарить Вас, — мужчина продолжал соблазнять, хотя и не делал ничего сверхъестественного. Просто стоял, просто разговаривал, просто смотрел.
Витторина задумчиво прошлась взад-вперед и уточнила:
— Среди Вас есть те, кто обладают какими-то выдающимися способностями или умениями?
— Да, мы ожидали этого вопроса, — мужчина улыбнулся ослепительной улыбкой. — Мы передали документы одному из Вашей свиты.
— Мага принял, — пояснила Марта, обернувшись в полкорпуса к Вите.
— Это хорошо. Вы планируете потом переселиться поближе к Академии или останетесь на своей территории?
— Ваша территория. Теперь уже нет нашей территории. Некоторые из нас давно хотели покинуть свои дома, а иные не против остаться.
— Хорошо. В ближайшее время у нас будет возможность предложить Вам вариант для переезда и очень потребуются люди. Если появятся вопросы или проблемы, то прошу обращаться к Марте.
— Позвольте один вопрос?
— Да, конечно, — Витторина пожала плечами.
— Вы правда сражаетесь со Всадниками Апокалипсиса?
— Да, это так. Но хочу сразу предупредить, что моих сил на это противостояние не хватит.
Мужчина кивнул, удовлетворенный ответом. Марта перехватила инициативу, закончив прием гостей. Витторина смотрела невидящим взглядом, думая лишь о том, как долго они смогут противостоять врагу. Время утекало.
Витторина нервно расхаживала по комнате, периодически отвлекаясь на еду. Она чувствовала чудовищную усталость, которая срубала ее, но расслабляться сейчас нельзя. Осталось совсем немного времени до чудовищного плана, предложенного Мстиславом. При мысли об этом девушке становилось страшно до сосущей пустоты в душе.
Взгляд ненароком упал на ежедневник мужа и не задумываясь, Вита заглянула внутрь. Почерк Мстислава был идеально ровным, без лишних закорючек. Ни одной острой буквы.
Витторина пролистнула несколько страниц и заметила более интересную запись.
Девушка удивленно смотрела в ежедневник и резковатым движением склонив голову к плечу, задумалась. Она чувствовала себя неопределенно. Ей всегда казалось, что тот эпизод остался незамеченным и лишь порой отзывался тревогой в ее душе, но нет, Мстислав все знал.
— Знал, — шепнула она и нервно рассмеявшись вдруг закричала. — Значит знал! Как много ты знал? И почему я только теперь обо всем узнаю?! Ты думаешь я буду жить, если ты умрешь? Так вот знай! Как только ты умрешь, я пойду за тобой! Я НЕ ХОЧУ ЖИТЬ БЕЗ ТЕБЯ!
Колени подогнулись и Витторина осела на пол. Тяжелое дыхание отзывалось дискомфортом в ребрах, но камень с души все-таки упал. Она сказала то, что действительно бурлило в ее душе, то, что беспокоило ее все это время. Теперь было точно известно, что ее боль не прошла незамеченной. Тогда почему видя это Мстислав не поднимал сей разговор?! Все логично, он чувствовал себя виноватым в произошедшем, но ведь Витторина знала, что это не так. Какая тактичность с обеих стороны. Витторина рассмеялась громко, истерично, зная, что единственные свидетели никогда не расскажут никому о ее слабости. Да и разве призраки разговаривают? Хотя… Уже доказано, что каждое третье сообщение с того света является угрозой, но люди ничего не делают. Почему? Да и к чему она это вспомнила? Не важно. Сейчас это совершенно неважно.
Витторина резко успокоилась, чувствуя постороннее присутствие. Призраки…они были лучшими друзьями, приятными собеседниками. Они не крутили пальцем у виска и не считали, что по девушке плачет психушка. Они рассказывали о том, что их беспокоило, просили о понимании. Витторина старалась каждому из них дать необходимое, зная, что когда ей понадобится помощь — она прибудет.
Робкий стук в дверь прервал размышления.
— Войдите.
И тишина, громкая свистящая тишина. Чувства обострились и Витторина точно знала, что вошедший не был из плоти и крови.
— Не отвлекаю?
— Ты же знаешь, что нет, — Вита улыбнулась.
— Помнишь Голдена?
— Голдена?!? — девушка мучительно вспоминала все знакомые и не очень лица.
— Ах да, — Анюта звонко рассмеялась, будто бы колокольчики веселятся. — Друг Шархана, который…
— Я поняла, — Витторина поспешно кивнул. Они старались не говорить о смерти, чтобы не ставить в этих странных отношениях границ.
— Голден говорит, что снаружи подтянули вампиров с оборотнями.
— Странное сочетание. Несмотря на вражду, Гончие, Инквизиция, вампиры и оборотни вместе. И все лишь ради того, чтобы разрушить Лемур. Я думаю, что Лемур — это лишь прикрытие. Скорее всего целью являются Марены. Все сходится. Как только умрем мы, падет Академия, а дальше и столица, а там и вся страна, — Витторина задумчиво посмотрела на Анюту. — Спасибо за подсказку. И тебе, и Голдену. Жаль, хотя ведь я все равно понимала, что умирать придется.
— Ты думаешь, что иначе не удастся Шархана вытащить?
— Более чем уверена. У меня не хватит ни сил, ни желания позаботиться о себе. А Мстислав, безусловно, важен больше моей жизни. После моей смерти ты будешь присматривать за Риткой?
— Обязательно, — призрак улыбнулся. — Но я больше чем уверена, что ты не умрешь. Во всяком случае, я все для этого сделаю. Я ведь знаю, как ты дорожишь нашей дружбой. Мы всегда были отличной командой и лишь окрепли, когда Ритка к нам присоединилась. О, Вита, если бы ты знала, как я счастлива, что вы с Шарханом вместе, — на глазах Анюты блеснули слезы. — Глядя на вас, я почувствовала, что не зря прожила жизнь, что все, что я сделала было не зря. Я так хотела тебе помочь. Помнишь наше знакомство?! Когда ты сказала… — девушка смахнула слезы. — Мне стало так больно оттого, что тебя так старательно избегают, очерняют надуманными вещами. Мне было больно видеть, что тебе не удается влиться в общество. Даже те, с кем ты контактировала, все равно считали тебя одиночкой. Разница лишь в том, что «Конкистадор» считались с тобой. Они свободны, не задают лишних вопросов и придут на помощь, и вас это устраивало. Вы не удерживали друг друга, но при этом дружно существовали. Но я-то видела твою боль, я видела твое одиночество. Я также видела ненависть Шархана к тебе. Он боялся, как и многие до него. Но его эмоции были объяснимы, ведь он с отцом поняли, что ты не просто способная, а сама Смерть… Никто не мог точно сказать, когда именно ты почувствовала свою силу. Никто, кроме меня. И никто, кроме меня, не мог сказать со стопроцентной уверенностью, что ты никогда не была опасна. Да, ты помешана на справедливости, но ты не опасна. Даже коса не делает тебя опасной, каковой ты себя считаешь. Но и смертей не избежать. Я благодарна тебе за тот случай с Анатолием. Спасибо! В мире мертвых…мы чувствуем сильные изменения. Что-то что потрясет тебя до глубины души, что вновь надломит. И я говорю это сейчас потому, что хочу сохранить тебя, хочу видеть тебя счастливой. Голден считает, что ты на грани. Мы чувствуем это. Но, я хочу, чтобы ты вновь установила Катарсис с Шарханом. Еще кое-что, я хочу, чтобы ты это вспомнила. У тебя сейчас есть время. Провались в его воспоминания…
Голос призрака удалялся, а Вита почувствовала, как ныряет в пучину
Холодная вода отрезвляла и вновь утягивала на дно.
Витторина часто заморгала, выходя из Катарсиса, и чувствуя, как коса внутри нее требовательно вибрирует. Сирена Академии вывела девушку из задумчивого состояния, и она выскочила в коридор. Джинсы сменились на черный спецкостюм.
Марта вылетела ей на встречу.
— Ритка в опасности! — с ходу вскричала Вторая Смерть, за руку выводя Виту за собой на стены. — Смотри! Два автомобиля. В обоих делегация вампиров. Всадники напали. Ритка согласовывала свой выезд, хотела помочь. Мы не ожидали, что они нападут. Что делать будем?
Витторина окинула взглядом ситуацию. Две машины успешно лавировали в толпе существ, но становилось понятно — это ненадолго.
— Я буду там. Защити Академию. Дай команду Четвертому.
И спрыгнув побежала, используя Импульс. Последнее, что было видно, как вырвали переднюю дверь машины и за волосы выволокли Ритку, как Ярослав, стоящий на стороне СППЯ вдруг заслонил девушку собой. Два тонких, но невероятно сильных Импульса оторвали автомобили от земли и закинули их на территорию Академии, привлекая к Витторине всеобщее внимание. Она вышла за пределы Барьера неспешно. И вместе с ней следовали высокие темные, почти черные человекоподобные фигуры. Их было много больше шестидесяти. Мрачными тенями они двигались бесшумной стеной, не оставляя сомнений в том, кто их создал. Ритка с ужасом смотрела на подругу, боясь двинуться с места. Ярослав продолжал закрывать собой девушку и с тем же благоговейным ужасом следил за Смертью. Он понял, что сегодня без кровопролития не обойдется.
До гитаристки оставалось порядка двадцати метров и Витторина не спешила, не совершая ни одного резкого движения, и стремясь как можно быстрее оценить силы противника и вероятность бегства. Фантомы послушно следовали за ней. Они сокращали расстояние и остановились метрах в четырех.
— Сама Смерть, собственной персоной, — восхищенно протянул Мор. Меч Войны смотрел в лицо Ярослава, и Ритка испуганно продолжала лежать на земле.
— Пошли вон отсюда, — едва сдерживая вибрирующую ярость сквозь зубы прошипела Витторина.
— А если нет?! — Война замахнулся, собираясь снести голову Ярослава. Ритка зажмурилась, не желая видеть это в последние секунды своей жизни. Волхв успел попрощаться со своим существованием, понимая, что ни в жизнь не сможет противостоять Всадникам Апокалипсиса.
Громкий «звяк» заставил Ритку открыть глаза, в то время как Ярослав поспешно поднимал девушку с земли. Их закрывала хрупкая фигура Витторины. Рукой она удерживала небольшой точечный Барьер. Фантомы даже не пошевелились и это очевидно, ведь команды им не отдавали.
— Я сказала — вон отсюда! — в холодной интонации послышался метал, и Барьер вспыхнув погас. Витторина прикрывала собой пострадавших.
Мор отступил на шаг назад и сделал жест. Множество людей и нелюдей приготовилось к атаке. Фантомы тихо зарычали и поравнялись с Мареной. Повеяло холодом и отчуждением.
— Что нам делать? — тихо, едва слышно, угрожающе рыкнул ближайший Фантом.
— Убивать.
Приказ прозвучал холодно. Одно хлесткое слово — секундная заминка и Фантомы ринулись в бой. Танковый залп со стороны врагов был предсказуем и отражен всего одним Импульсом — Витторина размахнулась, создавая ударную волну и выводя танки из строя. Обычным людям сейчас не место в этой битве, поэтому их Марена вывела в первую очередь. Боковым зрением отмечая отступление Ярослава с Риткой, Витторина направила еще один сильный Резонанс отчего земля «пошла» волной. Кого-то все-таки накрыло, но большинство однако ушли из-под удара. Но девушка не ставила себе целью уничтожить, сейчас важнее было выиграть время и разорвать расстояние. Двое крупных волков прыгнули на Витторину, сбивая с ног. Ловко вывернувшись, девушка яркой молнией отправила обоих напавших в нокаут, успев установить с ними Катарсис. Несколько Импульсов взрыли землю совсем рядом, и почти сразу напали вампиры. Яркие вспышки медленно и верно увеличивали расстояние между противником и Витториной. Ритка пересекла Барьер и с силой втянула следом упирающегося Ярослава — из каких-то обрывочных криков стало ясно, что его родные в заложниках.
Мощный Резонанс дал Витторине фору и она бегло шарила глазами по толпе выискивая заложников. Женщина и ее дочь находились в окружении двух волков и троицы вампиров. Совершив рывок в сторону, Вита откинула ближайшего бойца, миновала нескольких Фантомов, лавируя между воюющими, успешно продвигаясь вперед, перепрыгивая через нападавших. Темные тени рвали противников на куски, кровь и кости летели во все стороны. Возможно, это смотрелось страшно со стороны, но мысли Витторины сейчас были далеки от этого. Ее тренировки не прошли даром и девушка умудрялась не застревать на мелких и более крупных препятствиях, с легкостью уворачиваясь от летящих атак. Серебристые молнии то и дело окутывали фигуру Марены, а огненные Резонансы, выпускаемые девушкой, крушили все вокруг, не оставляя даже надежды на выживание. Когда до заложников оставалось метра три, Витторину сшиб с ног огромный черный волк. Он на фоне других оказался гигантских размеров. Острые, как бритва, зубы щелкнули рядом с лицом девушки, а огромная лапа надавила на плечо. Вита попробовала вывернуться, но ее держали крепко. Когти заскребли по земле, царапая асфальт. Витторина ударила кулаком в морду, и в секундную заминку вынырнула из-под брюха оборотня, направляя Импульс в землю и вызывая сильнейшее землетрясение. Прикрыв собой заложников, Витторина размашистым жестом создала дополнительный Барьер в виде сферы и одним мощным толчком отправила его на территорию Академии.
Семеро Фантомов окружили свою создательницу, решительно настроенных на ее защиту. Время будто застыло. Откуда-то сверху в прыжке замерла фигура вампирши по имени Аннабель — о ней было мало что известно, кроме того, что она встала на сторону Видений. Четыре Импульса противника сошлись в один и грохнул взрыв. Девушку откинуло в сторону, но благодаря тому, что Фантомы кинулись на ее защиту, саму Виту не зацепило взрывом. Коса внутри тела требовательно завибрировала, желая принять участие.
— Сумасшедшая, — Война рассмеялся. — Не удивительно, что Шархан выбрал тебя в пару. Такая же отбитая. Знала ли ты, что любое появление Марен несет смерть миру?! И ты будешь убивать. Поверь, тебе понравится. Зачем тебе эти неудачники? Пойдем с нами. Нет повода драться.
Фантомы продолжали убивать, не отвлекаясь на Всадников. Сложно было сказать сколько уже погибло людей, но это не было пределом.
— Неужели ты готова пожертвовать своей уникальностью ради этой Академии? — спросил Мор, неспешно приближаясь.
— Ты готова умереть? — рассмеялся Завоеватель. — Ты ведь одна воюешь. Одна-единственная.
Всадник Война взмахом руки рассеял Фантомов, оставив Витторину без поддержки. Ее лицо оставалось непроницаемым до сих пор, не выражающим эмоции. Даже оставшись сейчас совершенно одна в стане врагов девушка продолжала оставаться абсолютно спокойной. Оценив обстановку, становилось понятно — добраться до Барьера в Лемур будет сложно. «Значит придется и мне замарать свои руки», — эта мысль далась нелегко, но сейчас не время до сантиментов. Коса вновь отозвалась нетерпеливой вибрацией в теле и теперь Витторина согласилась — это необходимость.
— Если передумала — скажи. Мы с удовольствием примем тебя в свои ряды, — Мор усмехнулся.
Витторина оглянулась на Академию Лемур, позволив губам грустную улыбку. За прозрачной стеной Барьера на нее с ужасом смотрела Ритка, обнимал своих родных Ярослав, Святозар и Мага тщетно пытались прийти на помощь, делегация вампиров замерших в оцепенении. Страх, ужас, смятение…целый калейдоскоп эмоций. Но вот Марта была спокойна и сосредоточена. В отличии от других, Вторая Смерть готовилась принять бой ради защиты Академии. Еще одна эмоция отвлекала — удивление. Учитывая, что времени не было для детального изучения прибывших, Витторина решила задаться вопросом позже. Она не умрет. Не сегодня. Ей еще Мстислава надо поставить на ноги.
Фиалковые глаза окинули презрительным взглядом Всадников Апокалипсиса. Плавным медленным движением Витторина вытянула в сторону правую руку дозволяя Косе Смерти покинуть ее тело. Темное лезвие отсвечивало таинственным мраком, приковывая к себе взгляды. Тонкие грани олицетворяли собой смерть. Изогнутое темное древко напоминало собой чей-то невероятно длинный позвоночник увенчанный небольшим оскалившимся черепом. Коса едва уловимо вибрировала в ладони, изъявляя свое нетерпение. Темное лезвие загудело, обрамляясь светлым, едва уловимым сиянием. Витторина сконцентрировалась, пытаясь настроиться на одну волну со смертоносным оружием. Что-то едва уловимое. Кожу ладони закололо приятным теплом, растекающимся по телу мягкой волной. Коса словно сливалась, становилась одним целом на каком-то внутреннем уровне с девушкой. «Итак, сколько я могу продержаться пока не достигну Предела или не скроюсь за Барьером?! Не больше получаса я могла выстоять в открытом бою с Мстиславом. А тут?!? Не больше десяти минут у меня есть. Главное скрыться за Барьер. Интересно, Горыныч сегодня будет участвовать или нет?!».
Но стремительный ход мыслей был прерван масштабной атакой Видений — сотни ярких смертельных Резонансов взмыли в небо и грозились обрушиться на Смерть. Времени на размышления больше не было, решения теперь должны приниматься молниеносно. Коса все же отреагировала на доли секунды быстрее, предложив Витторине самый лучший вариант. Перехватив оружие поудобнее, девушка собрала в себе Импульс и широким жестом, будто отбивая мяч в теннисе, отбила косой масштабную атаку. Удар получился хороший по силе и великолепный по размаху. Первые десять рядов противника просто-напросто сдуло в неизвестном направлении, Резонансы рассеялись. Но не успела Витторина отбить штурм, как перешла в нападении. Вспомнив все, чему ее учили на практике, девушка совершила сильный рывок вперед нанося еще несколько обширных атак, несущих за собой массу разрушений и множество вполне реальных смертей. Сожалеть было некогда, ведь вампиры очухались быстрее, а за ними подтянулись и оборотни. Стремительно сократив расстояние они решили увязнуть в ближнем бою, прекрасно осознавая, что в такой ситуации преимущество будет на их стороне. Оружие в руках Витторины будто бы ожило. Их тандем был не только смертоносно эффективным, но и дьявольски красивым. Ближайшая территория была разрушена, лес сожжен. На пепле лежали тела погибших и раненых.
Оборотень возник из ниоткуда, Вита даже не успела осознать его появление, поэтому пропустила удар мощной когтистой лапы. Ее снесло куда-то вбок. Перелетев через голову, девушка вскочила на ноги и увидела прямо перед собой двоих в смирительных рубашках. Коса, подчиняясь собственной воле, очертила полукруг, увеличивая расстояние. Последующие четыре атаки Витторина нанесла с небольшим интервалом, уничтожая ближайшего противника. Наскоро выставленные Барьеры со стороны Видений за редким исключением выстаивали, но большинство рассыпались вместе с людьми. Пара вампиров попытались утихомирить Смерть, но ничего не вышло — им не удалось даже приблизиться. Фиалковые глаза без устали сканировали нападавших. Отмечая количество погибших, Витторина ужасалась цифрам, но отступать ей было некуда, отход оказался полностью перекрыт. Но теперь в игру вступили главные фигуры.
Мор склонил голову с любопытством взирая на Витторину. Девушка старательно скрывала учащенное дыхание и усталость.
— Ты меня слышишь? Если слышишь, посмотри себе под ноги, — послышался в наушнике голос Марты. «Точно! Я и забыла про него», — Вита невольно закатила глаза и вытянув перед собой оружие опустила голову.
— Я тебя прикрою. Всадники нападают клином обычно, поэтому бей в крайнего правого и резко отступай, — быстро прошептала Вторая Смерть. — Хорошо держишься. Можешь первая напасть?
Вита слегка потянулась, не зная, как еще намекнуть подруге, что она готова. Но этот жест был понятен и подождав для верности еще секунд пятнадцать атаковала первая. Пока Всадники совещались между собой, они особо не обращали внимания на «маленькую сошку» коей считали Витторину. Пожалуй, именно по этой причине атака девушки произвела на Всадников неизгладимое впечатление. Первый удар ушел в землю породив могучую локальную волну, раскидывая четверку в разные стороны. Как и говорила Марта, Всадники попытались выстроиться клином, но не успели. Не теряя времени Витторина взмахнула Косой разрубая Завоевателя на рваные клочки. Вой врагов на некоторое время оглушил Виту и она потеряла то самое драгоценное преимущество. Сотни голосов нечисти и людей слились воедино, ужасая своим гомоном и единством. Тело поверженного Всадника распалось на черные куски пепла, уносимого легким ветерком.
Удар ногой в живот от вампирши был стремительным и неожиданным. Еще один демон подключил свои силы погружая Марену в пучину своих кошмаров и заставляя упасть на колени. Смертельно опасное оружие привело в чувство владелицу сильным ожогом ладоней и помогло описать полукруг отгоняя от себя нападающих. Огромного размера оборотень зарычав бросился на девушку, но был сбит еще в полете метким Резонансом. Витторина резко выдохнула скидывая с себя отрицательную энергию и вновь заставляя вздыбиться землю и пойти трещинами и провалами. Огненные столбы и молнии заметались в воздухе.
Мельком оглянувшись Витторина поняла, что до спасительного Барьера слишком далеко. Мор и Война двигались слаженно отработанными движениями, штурмуя с противоположных сторон практически одновременно. Коса с легкостью разбросала обоих Всадников, но этого ждали — Смерть оказался слишком близко. Две косы встретились, высекая искры. Витторину потеснили на несколько шагов назад. Смерть, в отличии от юной Марены был опытным бойцом и не давал даже малейшего шанса Вите на атаку заставляя постоянно отступать в стан врагов, отдаляясь от Барьера. Пару раз девушка пробовала нанести ответный удар, но не успевала, осознавая, что если бы оружие ее не защищало, то в фарш покромсали бы на первой же минуте. С этим необходимо что-то решать, но идей не было. Хороший идей, а вот одна сумасбродная мысля уже крутилась в мозгу. «Кто не рискует, тот не пьет шампанского», — почти обреченно решила Марена, приготовившись воплотить это сумасшествие в реальность и настраивая себя на подходящую волну.
Резким прыжком назад Витторина отдалилась от нападавшего и воспользовавшись Импульсом оттолкнулась от земли, приземляясь аккурат позади Всадников где, до Барьера оставалось всего около десятка метров. «Не двадцать пять и уже спасибо», — мысленно буркнула Вита и вдруг почувствовала острую боль в животе. Ее взгляд невольно опустился вниз, где кроваво поблескивал клинок Войны. Витторина даже не заметила когда тот оказался так близко к ней, на расстоянии удара. Война рывком вытащил меч из живота девушки и нанес еще один рубящий удар, оставляя длинную кровавую полосу на спине рок-звезды. В глазах потемнело от боли, воздух с трудом поступал в легкие, а сознание с трудом оставалось на месте, стремясь вырваться из-под контроля и убежать куда-то далеко, где не будет этой адской боли. Уже падая на землю, Вита на последнем издыхании Импульсом наскоро штопала свои раны не собираясь легко сдаваться. На расстоянии она легко чувствовала сгусток Импульса пробивающийся через Барьер Марты, которая старательно передавала свою энергию подруге. Счет шел на секунды.
Вита с трудом вздохнула, чувствуя неприятное бульканье в легких и рывком встала опираясь на косу. Ноги слушались плохо, руки трясло, но Марена вытянула перед собой оружие вставая в боевую стойку. Нет, так просто она не сдастся. В конце концов она убила лишь одного Всадника. Надо же, раньше мысль об убийстве ставила ее в ступор, а сейчас она так спокойно на это реагирует, словно и не с ней все происходит.
Три десятка Импульсов от Видений приближались и Вите все не удавалось сфокусироваться на них. Темное пятно отбило несколько атак, ловко выводя девушку из-под удара. Громадная саламандра издала странный гортанный звук, будто смеялась над противником. Не желая допускать гибель кого бы то ни было из друзей, Вита быстрым движением будто окутала саламандру в Барьер, отправляя тот на защищенную территорию, и обернулась к врагам, крепко сжимая нетерпеливо вибрирующее древко косы.
— Ты все еще собираешься сражаться?! Да брось ты, — Мор хмыкнул. — Тебе недолго осталось. Твоя смерть уже близка. Сдайся и мы исправим это, примем в свои ряды. Страх умереть нормальный, это не предательство, не трусость. Идем с нами.
— Слыхал поговорку «Смелость города берет»? — сквозь зубы спросила Витторина, вспоминая так вовремя всплывшие слова Александра Васильевича Суворова.
Война хотел что-то добавить, но девушка вновь атаковала. Возможно не так активно, как делала это ранее, не с той силой, но все же достаточно эффективно чтобы вновь заставить противника отступить. Мощные когтистые лапы сгребли Марену откуда-то сверху и со всей дури зашвырнули куда-то на территорию Академии. Лишь в последнюю секунду девушка успела разглядеть ехидную чешуйчатую драконью морду.
Марта нервно сканировала внутреннее поле Академии Лемур пытаясь определить где именно неудачно приземлилась Витторина. То, что приземление было неудачным даже сомневаться не приходилось. Звонок мобильного стал спасением.
— Это Яна, — быстро представилась девчушка. — Вита у Харона. Ей срочно нужна помощь.
Марта молча дала знак собравшимся и помчалась на Импульсе стремительной молнией на помощь.
— Она в очень плохом состоянии, — понизив голос до шепота добавила Настенька.
Надо же, как повезло, что обе девчушки первые обнаружили Витторину. Бок о бок с Мартой мчался мужчина, прибывший на одном автомобиле с делегацией вампиров. Вторая Смерть его знала, но совершенно не хотела вспоминать, искренне желая, чтобы этого человека не было в ее жизни. Никогда. Никогда она не испытывала большей злости, чем сейчас, видя перед собой того, кто изгнал ее когда-то из Академии. И теперь он лишь смотрит на нее, так выжидающе, будто ждет оплошности. Влад слегка отставал, но торопился как мог. Мага и Святозар разумно остались с вампирами, собираясь заняться их размещением на непродолжительное время.
Одновременно с ними к озеру примчался один из инкубов. Марта его узнала — это глава ячейки, некий Драгомир. Установив слабый Катарсис, Вторая Смерть наскоро ознакомилась с его целью прибытия. Оказывается, он медик-хирург с большим опытом работы и сейчас стремился принести Академии хоть какую-то пользу, а именно помочь восстановиться Витторине.
Харон встретил их молчанием. Могучая крона дерева скрывала Витторину в зелени листвы, но не удлинившееся древко косы, упиравшееся в землю, чем помогало удерживаться девушке на ветке, на которую, судя по всему ее закинуло. Она сидела на корточках плотно сдвинув ноги, плечом упираясь в позвоночник косы. Лица не было видно под сенью волос, но сочащаяся боль отзывалась в висках каждого, кто приближался к Вите. Ее спецкостюм чудесным образом поменялся на легкое летнее платье ярко-алого оттенка.
Марта скорее почувствовала, чем увидела, как Витторина судорожно последний раз вздохнула, а потом плотину боли прорвало. Крик разорвал округу, заставляя содрогнуться стены Академии. В этом крике было все — боль, страх, ненависть, бессилие. Казалось, что кричала целая толпа людей от высоких идеальных нот сопрано до невероятно мощного скрима и гроула. Но продлилось это совсем недолго. Словно выплеснув негативную энергию Витторина безвольной куклой завалилась на бок, падая с ветки. Мужчина, сопровождавший делегацию гостей, отреагировал первым, ловко и до чрезвычайности аккуратно подхватив Смерть, приземлился с ней на руках. Опустив девушку на траву, он начал профессиональный осмотр, к которому тут же подключились Влад с Драгомиром. Никто и не заметил, как Коса Смерти исчезла в теле Мары.
— Надо срочно доставить ее в лабораторию, — сообщил психолог, направляя волны слабого Импульса в тело Витторины.
— Мы ее даже не донесем, умрет по дороге, — отозвался Драгомир.
Девушка судорожно вздохнула издав при этом страшный булькающий звук. Ее ладонь потянулась к Насте, жестом прося подойти ближе.
— Выруби меня, — с большими паузами попросила Витторина. — Они смогут меня спасти.
Девочка серьезно кивнула, прекрасно понимая о чем просит ее та, кто не так давно спасла ее от одиночества. Сурово сдвинув бровки, Настя направила поток энергии, стараясь не переусердствовать. Марена с благодарностью вздохнула и вздрогнув, потеряла сознание. Мягкая улыбка на ее губах застыла, пугая своей чистотой. Проверив пульс, Драгомир подтвердил — можно переносить. Влад отправил последний Импульс запечатывая раны. Мужчина взял тело девушки на руки и посмотрев через плечо, обратился к Марте:
— Нам нужна твоя помощь и я прошу…
— Не ради вас, Казимир Мирославович, ради Витторины, — с угрозой сквозь зубы процедила Вторая Смерть, сжав руки в кулаки так, что костяшки побелели.
Мужчина отреагировал на выпад девушки вполне спокойно, даже скорее с пониманием. Марта смотрела на бессознательное тело Виты и гадала, как та не побоялась выйти одна против такой толпы врагов. Всего Вторая Смерть насчитала двадцать шесть тысяч человек на стороне противника. Скольких они лишились? Подсчеты подведут чуть позже, сейчас первостепенной задачей стало лечение Витторины. А вот Казимир Мирославович… Чисто внешне он не изменился за столько времени, несмотря что возраст слегка за сорок. Отличное спортивное телосложение, стильная одежда и волевой характер. Марта знала его еще когда сама училась в Лемуре и не могла не согласиться с тем, что Шархан был полной копией своего отца. Одинаково сильные, как в моральном плане, так в умственном и физическом. Марта понимала, что злилась зря на Казимира Мирославовича, ведь его решение, хоть и сломало ее жизнь, но было необходимым для спасения студентов Академии. Но разве она сама не человек? Разве ей самой не нужна была помощь и поддержка? Та сама помощь, которую предложила Витторина сразу по прибытию в Лемур. Она не ждала взаимности, она не ждала понимания в своих действиях. Именно Вита реабилитировала Марту в глазах Шархана, практически пожертвовав своим счастьем. Именно из-за Второй Смерти отношения Виты с ее мужем оказались на грани разрыва.
Марта перевела взгляд на совершенно беспомощную в данный момент времени подругу, чувствуя непреодолимое желание помочь.
В лабораторию компания буквально влетела, стремительно готовя оборудование. Казимир Мирославович проворно положил Витторину на стол и вместе с Драгомиром цепляли липучки датчиков.
— Пульс в норме, реакции тела в нижней границе, — сверяя данные отозвался Влад, поднимая большую лампу с Импульсным излучением.
Марта, скрестив на груди руки, внимательно следила за действиями мужчин. Ритка лежала уже на соседней койке, ее привели ранее. Вторая Смерть не хотела уточнить кто именно привел человека сюда, это не было важным. Даже поверхностных знаний хватало, чтобы понять истеричное состояние Ритки. Это было логично и вполне очевидно. «Поганка» не реагировала на окружающий мир, погрузившись в собственный ужас. Марта склонила голову к плечу, задумавшись, как наверное страшно оказаться на поле битвы не обладая никакими способностями. Ужас был осязаем в сознании девушки, и Вторая Смерть сочувственно передернула плечами. Но тонкая будто струйка Импульса переходила к дрожащей Ритке и Марта не сразу поняла, кому принадлежит эта энергия.
— Вита! Остановись! Ты умрешь! — Марена бросилась к лежащей без сознания Витторине, чувствуя, как та дарит свою энергию подруге.
Но Соколова продолжала передавать Импульс, который успокаивал Ритку, заставляя ту уснуть здоровым сном. Тело Виты вздрогнуло и подключенный монитор показал прямую линию. Прошло не более трех секунд, когда кривая пульса Мстислава показала тоже самое.
В голове загудело, но сознание не воспринимало ничего вокруг.
— Он в норме, — сквозь туманную пелену послышался голос Марты. — Все показатели стабильны, по-прежнему в коме.
— Давай, Вита, — девушка почувствовала, как на ее грудную клетку что-то легло и слегка сдавило, оставляя непонятную дрожь.
Но чернота находилась ближе, была сильнее и полностью заполнила сознание окончательно разрушая связь с реальностью.
Тьма на какое-то время расступилась и проступили звуки.
— Дыши. Давай дыши! — причитал Влад.
— Закрывай камеру. Нет-нет, выставляй максимум, — отдавал какие-то непонятные распоряжения Казимир Мирославович. — Подключай, подключай!
— Она достигла Предела, — вскрикнула Марта. — Ей не хватит сил вырваться.
— Должно хватить, — жарко заверил Казимир Мирославович. — Иначе все было напрасно.
Что-то темное липкое уродливое тянет в свои глубины, лишая возможности дышать. Горло болезненно сдавило.
Она хваталась за реальность, пытаясь вернуть себя в сознание.
— Приборы сошли с ума, — в голосе Влада чувствовалась паника.
— Она борется, — Казимир Мирославович пищал какими-то кнопками, переключателями. — Ей не хватает уверенности в себе, — он замолчал. — Борись! Борись! Все получится.
Сознание снова прояснилось. Голова безвольно повернулась вбок, и туманным взглядом Витторина смогла увидеть Мстислава. Он будто парил в капсуле. Губы слегка разъехались в улыбке. Громкий щелчок в ушах и мир снова погас.
Приход в реальность оказался непредсказуемо быстрым и крайне болезненным. Витторина заорала множеством голосов, изогнувшись на операционном столе, не в силах вытерпеть то, что чувствовала в своем теле. Руки полыхали огнем, глаза будто кололо иглами, а ребра, по ощущениям, ломались друг за другом, мучительно медленно. Крик девушки в первую секунду оглушил всех присутствующих.
Казимир Мирославович открыл капсулу и стекло неспешно отъехало в сторону. Положив ладонь Вите на лоб, отец Шархана направил слабый Импульс на обезболивание. Марта с противоположной стороны залечивала ожоги. Кожа затягивалась с трудом, нехотя и все равно оставляя после себя шрамы. Витторина прекратила кричать, успокоившись. Она лежала с открытыми глазами, глядя в потолок и тяжело дышала, выпуская воздух сквозь зубы.
— Спасибо, — с трудом проговорила Вита. — Как Мстислав? Как Ритка?
— Все хорошо, — мягко проговорила Вторая Смерть. — Шархан по-прежнему в коме. Ритка…ее организм принял твои способности. Ты себя этим чуть не убила.
— Извини, — девушка с трудом выдавила улыбку. — Но было весело. Я теперь понимаю, что такое использовать Импульс на полную катушку. Ты так сражалась с нами во временной петле?
— Да, хотя твоего потенциала оказалось куда больше, — Марта усмехнулась.
Витторина слабо перевела взгляд на еще одного важного человека.
— Рада Вас видеть в Академии, Казимир Мирославович.
— Я скучал по веселью, — он усмехнулся.
— Сколько погибших? — Вита посерьезнела.
— С нашей стороны ни одного, — бодро отозвался Влад.
— А с их стороны? — Витторина внимательно посмотрела на Казимира Мирославовича. Он покачал головой и нехотя отозвался:
— Две тысячи семьсот шестьдесят восемь душ.
Возникшее молчание давило. Желая побыстрее избавиться от этого неудобства, девушка аккуратно встала, кривясь от боли.
— За тебя очень волновались и… — Марта замолчала.
— У входа в лабораторию собрались лемуровцы, — продолжил Казимир Мирославович.
— Можно вас попросить о помощи? — Вита обернулась к свекру и тот кивнул. — Я хочу, чтобы у Ритки был хороший учитель…
— Я лично займусь ею.
Витторина положила руку себе на живот, чувствуя острую боль и неспешно направилась к выходу. Ее ждали. В первых рядах стояли Вольдемар с Евангелиной, Святозар и Мага, Ярослав с родными, ученики, байкеры с учеными. Позади всех, в дальнем углу, будто прячась в толпе ждали Анатолий с Романом тихо о чем-то беседуя. Толпа загомонила негромко осведомляясь здоровьем Смерти.
— Спасибо большое за Вашу поддержку, — Витторина прислонилась плечом к стене, чувствуя слабость. — Я рада, что в Академии столько добрых людей, готовых прийти на помощь.
— Как ты? — удивительно громко задал вопрос Ярослав.
— Уже лучше, — она пожала плечами и тут же поморщилась. — Расходитесь, пожалуйста. Спасибо за беспокойство. Я надеюсь, что в дальнейшем мы также успешно сможем отстаивать свои права.
Витторина шествовала вперед, пересекая тронный зал. Мрачные гобелены украшали, хотя и нагнетали непреодолимое чувство тоски. Компания собралась внушительная и Марена вынужденно выровняла осанку и перестала морщиться при ходьбе, дабы даже не намекнуть присутствующим о дискомфорте. Ее сопровождала Марта. Вампиры окружили некогда «могучую троицу» Академии Лемур, но ныне находящихся в «отставке» до возвращения Мстислава. Рин что-то яростно втирал Хорсу, но тот упорно отнекивался. Сид и Ян спорили между собой. Им явно не удавалось прийти к компромиссу.
— Вита! Мы требуем ответа! — повысил тон Рин, стремясь обратить внимание девушки на себя.
— Витторина. Соблюдайте субординацию, — холодно ответствовала она, не собираясь сейчас проявлять слабину.
— Мы требуем своего восстановления в должности и хотим решать вопрос относительно Камарильи, — требовательно провозгласил Ян.
Витторина тяжело вздохнула, невидящим взглядом оглядев компанию.
— Ну так что? — Сид испытующе посмотрел на нее.
— Пошел в жопу, — легко и без тени злости ответила Соколовская и, развернувшись на каблуках, направилась к выходу.
— Эй, а со мной что решили? — крикнул ей вдогонку Хорс.
— Пошел в жопу, — повторила она с той же интонацией.
— Разве так можно?! — уточнил Годун.
— Да. Сегодня у меня для вас один маршрут, — ответила вокалистка группы «Феникс» не оборачиваясь.
— Чем пороть горячку, займитесь делом, — отозвалась Вторая Смерть. — Насчет конференции сообщим дополнительно, когда решим свои проблемы.
— Мы между прочим нашли для Вас время, — возмутился Годун.
— Нет, вы сделали одолжение. И мы сделаем его в ответ, когда у нас появится время, — холодно оборвала их Марта. — Разговор окончен.
Они поднялись на один лестничный пролет и были остановлены многочисленными студентами Академии, которые поддержали Смертей аплодисментами и громкими криками «Слава Лемуру». Витторина пошатнулась, схватившись за живот, чувствуя, как медленно платье пропитывается кровью.
— Простите, но Вите нужно отдохнуть, — Марта слегка виновато склонила голову вперед. — Мы обязательно все встретимся и все обсудим, но сейчас просто необходим отдых.
Марта радостно хлопнула в ладоши.
— Итак, предлагаю выпить за Ритку. Если бы она нас не кормила, то до битв мы по ходу не дошли бы, — Вторая Смерть схватила ближайший бокал и пододвинула тарелку.
— Поддерживаю, — Госпожа Время улыбнулась.
— Ура! — Драгомир первый чокнулся своим стаканом с девушками, поддерживая общее веселье.
Вита вяло потягивала томатный сок разделив большое кресло с Настенькой, Яной и Ладой, сестрой Ярослава. Девочки очень быстро подружились, разрушив всевозможные границы. Ярослав подсел сбоку на край дивана.
— Хотел поблагодарить тебя за, — он неопределенно махнул рукой.
— Да пожалуйста, — Витторина опять поморщилась от острой боли. — Я рада, что ты разобрался в ситуации. Кстати, Святозар вопросик появился…
— Ты не тронула оборотня. В моем мире его зовут Змей Огненный Волк, сын Огненного Змея. Скорее всего они примкнут к Лемуру. Змей Огненный Волк спас людей из своей деревни и взял на себя роль предводителя, защищая и оберегая. Обратила внимание, что в этот раз Горыныч тебя всерьез не атаковал?
— Да уж, — девушка нервно передернула плечами, вспоминая, как ее чуть не испепелили в стенах Академии. Хорошо, что Мага оказался рядом и вывел из-под удара.
— Может к разгадке приблизились?! — с сомнением уточнил Влад.
— Конечно, — Яна пожала плечами. — Ты ведь давно не видела своего учителя по гитаре.
Витторина удивленно воззрилась на девчонку с удивлением осознавая, что она не помнит кто ее учил. Да, она редко кого запоминала, но тут было слишком жирное «НО». Сознание плавно уплывало. Какая-то белая маска на цепочке сбоку, язвительная интонация в голосе и… И все.
— Отведенный Импульс, — со значением отозвался Казимир Мирославович. — Тебе нужно самой вспомнить, чтобы защита перестала действовать. Кто-то очень не хочет, чтобы ты пересеклась с ним.
— А что будет со мной?! — робко и очень тихо спросила Ритка. В голосе слышалась тоска и некая сломленность.
— Я тебя научу пользоваться твоими новыми способностями и ты начнешь троллить Смертей. Поверь мне, это порой очень интересно, — с легкой улыбкой иронично отозвался Казимир Мирославович.
— Ага, крайне, — яд в голосе Марты мог не расслышать разве лишь глухой.
— Меня не убьют? — Ритка обеспокоено повернулась к подруге.
— Рит… — Витторина тяжело вздохнула. — Тебя могли убить там, когда над тобой нависли Всадники Апокалипсиса. По крайней мере ты сама должна понимать, почему тебе опасно находится рядом с людьми, которые владеют Импульсом. Это было логично, передать тебе часть моей силы, я хочу тебя защитить. Я не уверена, что смогу еще раз… — в фиалковых глазах застыли слезы, и девушка, не выдержав, резко вскочила из кресла и зашагала взад-вперед по комнате. — Я обещала Мстиславу не убивать. И что в итоге? Всего лишь одна ситуация, в которой я почти попрощалась с тобой, я слетаю с катушек и начинаю крушить все направо-налево. Вот такие, как он, — она ткнула пальцем в Ярослава. — Потом боятся и не без опасений. Я не знаю, правильно ли я поступаю, но я точно знаю, что мои силы могут помочь тебе.
Витторина положила ладонь на живот, чувствуя, как остро все болит.
— Господи, я не хотела убивать, — шепнула она. — Но я не видела другого выхода. Я и сейчас его не вижу, — девушка прикрыла глаза ладонью.
— Его и не было. Если бы ты не поступила так, как поступила, то стены Академии пали бы. Ты сама прекрасно осознаешь свою ответственность за лемуровцев. Столько народу к тебе присоединилось. Они все знают, что ты не имеешь права на ошибку, но никто тебя не осуждает. Все понимают, что нет идеальных людей, — Казимир Мирославович посмотрел на Марен сквозь бокал вина и усмехнувшись, добавил. — Вы, как защитники Лемура, делаете все, что в ваших силах. Если и есть чья-то вина, то пожалуй моя. Я толкнул Марту на необдуманный шаг, я заставил твои способности, Вита, раскрыться в такой смертоносной красе. Изначально я думал, что любую носительницу силы Марены можно подчинить своей воли, контролировать. И я ошибся, — мужчина пожал плечами.
— Вы хотели сделать как лучше, — вмешался Драгомир. — Как и Вита, как и Марта.
— Да, только Витторина, в отличии от меня, смогла реально что-то изменить, причем в масштабах страны. Роман расскажи ей о ваших успехах.
— Мы интернет бесплатный запустили, сотовую связь и почти доделали проект по воздушным пассажироперевозкам, — бодро сообщил ботаник.
Вита задумалась, видимо оценивая масштабы работы. Но спустя секунду все поняли, что она установила Катарсис с Романом, дабы быть в курсе дел.
— Интересно, — протянула Вита, отводя взгляд в сторону. — Очень интересно. Не ожидала даже, что «Конкистадор» так втянется в разработки, — она мягко улыбнулась.
Витторина вновь вернулась в кресло и обняла девчушек, которые прям-таки льнули к ней. Саламандра Вольдемара тоже поспешила занять свое место рядом со Смертью, прислонившись к ее боку и тихо урча, будто кот.
— Еще войска подтянулись, — сообщил Мага, слегка притупляя всеобщее веселье.
— Может стоит повторить?! — с сомнением спросила Евангелина. — Просто разметать их на все четыре стороны, пусть потом собираются да лечатся.
— А мы нашли способ еще денег собрать для ученых, — вдруг подала голос Настенька. — Мы могли бы с девочками создать крутые клипы для ютуба и они точно соберут большое количество просмотров и наведут интригу для телевиденья.
— Кстати да, отозвалось с десяток каналов и сейчас просто торгуемся. Торг начинается уже от двадцати пяти миллионов, — подтвердил Вольдемар.
— То есть вы нашли способ на ровном месте найти деньги для всех авантюр!? Потрясающе, — Казимир Мирославович с уважением посмотрел на Витторину и та неопределенно пожала плечами, будто не признавая своих заслуг.
— Осада, снова осада, — Марта задумчиво посмотрела в окно. — Может и стоит еще раз пугануть.
— У меня не будет на это ни сил, ни времени, — Вита задумчиво возвела глаза к потолку. — Ученые почти закончили проект нового города и нам с тобой нужно будет его поставить. Вольдемар тебе будет задание.
— Да, конечно.
— Возьмешь «Конкистадоров» и перевезешь в новый город ветеранов, пенсионеров и тех, кто оставил у нас заявку на сайте. Сделаете это ночью и рано утром, дополнительную рассылку я оформлю. Ну и нужно будет расселить всех.
— Кто будет обслуживать целый город? Там же нужны люди для больниц, магазинов… — уточнил демон.
— Мы все сделаем, — Драгомир помахал ладошкой. — Мои люди оформят все в лучшем виде. Среди нас есть хорошие врачи и сиделки.
Витторина резко напряглась, посмотрев в сторону окна. Ее глаза вспыхнули еще ярче обычного. Саламандра громко заурчала страшным гортанным голосом. Мобильник пикнул из кармана о смс-уведомление.
— К нам гости. Грех сходишь со мной? — тихо спросила Вита и саламандра фыркнув боднула девушку носом в талию. Витторина потянулась мысленно облачая свое тело в джинсы и белую майку, и скоропалительно поспешила к нерушимым стенам Барьера.
Прижимаясь спиной к Барьеру стояли двое — девушка и парень. Едва ли они были старше самой Виты. Мужчина вяло отбивал редкие атаки в свою сторону энергией больше похожей на вязкие черные нити.
Махнув рукой Смерть создала вторую стену Барьера, отделяя путников, заключая их в пузырь нейтральной территории. Гости обернулись и подошли вплотную к прозрачной стене, позволяя Вите рассмотреть их. Мужчина высокий двадцати семи лет с абсолютно белыми чуть удлиненными волосами и яркими голубыми глазами с узким вертикальным зрачком. Черный кожаный плащ, джинсы и рубашка темных цветов. От мужчины веяло холодом и мраком. Витторина вспомнила точно такое же ощущение, когда она встретила Мстислава в Академии. Тогда она удивлялась что это за тьма, но теперь она точно могла сказать, что все это говорит об определенном не слишком положительном жизненном опыте — об убийствах. Слегка втянув мрак из души, Витторина будто распробовала, убедившись, что мужчина не допускал напрасных жертв. Он бесспорно боец и…темный маг?!
— Приветствую! — Смерть слегка кивнула и саламандра рядом с ней тихо завибрировала, будто подтверждая догадку, а именно, мужчина — некромаг. С девушкой тоже оказалось все непросто. Катарсис показал много боли и страданий, какие-то опыты. Высокая, худая с кроваво-красными глазами и огненной пышной шевелюрой. В принципе ее можно было принять за неформала, если бы не воспоминания и неулыбчивое лицо.
— Доброго вечерка! Добраться к вам не так уж и просто, — мужчина хмыкнул. — Я Камуи, а это моя девушка Хаку.
— Приятно познакомиться Константин и…Лукерья, — Вита улыбнулась.
— Да, мы от Вытьянки, — некромаг кивнул, явно обрадованный неожиданным разоблачением. — Она сказала, что здесь нам помогут.
— Да. Я вас слушаю.
— У нас нет дома. Все что было сожгли и растоптали. Взамен нам есть что вам предложить.
— Да проходите давайте, — Вита протянула руку со смехом затягивая ребят в основной Барьер. — Сегодня, уж извините, я вам не помощник, но Анатолий поможет разместиться с комфортом и отдохнуть.
Дорога до Академии заняла около тридцати минут. Ребята шли и весело беседовали, рассказывали о своих приключениях, о том как познакомились с Вытьянкой и как она направила их сюда.
Витторина с грохотом ввалилась в комнату радостно объявляя:
— У нас пополнение. Знакомьтесь Камуи и Хаку, хорошие друзья Вытьянки.
Толпа обступила прибывших радушно принимая в семью Лемура. Витторина ойкнув тихонько скрылась за дверью, покинув комнату. Прислонившись в коридоре к одному из гобеленов, девушка с трудом сдерживала крик. Рана болела зверски. Пытаясь отвлечь себя, Витторина прикрыла глаза ладонью, думая о Мстиславе. Она не могла простить себе нарушенное слово, она не могла простить себе убийства, не могла простить себе неспособность защитить Шархана. Теплая ладонь по-отцовски легла на голову, слегка взъерошив волосы и тихонько обняв, Казимир Мирославович едва слышно шепнул:
— Поплачь, будет легче.
Она отрицательно мотнула головой, чувствуя, как предательски слезы крупными каплями стекают по щекам.
— Извините, что не смогла…
— Тшш, не говори ничего, — он ободряюще погладил ее по голове. — Ты была лучшим решением моей жизни. И не надо терзаться сомнениями, не надо душевно травить себя. Пойдем лучше выпьем, заодно и познакомимся уже нормально, без всех этих провалов в памяти.
— Там гости.
— Пусть тоже повеселятся в клубе, — Казимир Мирославович. — Хоть развеетесь немного. А ты сможешь собрать положительную энергию.
— Извините, — в проеме появилось встревоженное лицо Камуи. — Прошу прощения, не хотел мешать, но. У вас все в порядке? Темная материя буквально зашкаливает. Кому-то хочется разрушений?!
Мужчина не подкалывал, лишь проявил элементарную заботу.
— Негатива много накопилось, — призналась Витторина.
— Я тут случайно услышал магическое слово «клуб», — Камуи усмехнулся. — Смерти вроде умеют собирать положительные эмоции!?
— Да, — Вита скорчилась от боли в животе.
Некромаг прищурился и быстрым шагом приблизился к девушке.
— У тебя рана от Всадника? Я чувствую тяжелую материю.
— Да, Война.
— Тогда все ясно. Вас можно на минуточку? — обратился Камуи к Казимиру Мирославовичу.
Вита осталась стоять на месте борясь с болью, пока мужчины живо обсуждали некую интересную тему. По всей видимости некромаг что-то знал. Что-то чего не следовало знать самой Смерти и стоило знать тому, кто будет ее лечить в случае чего. Мужчины разговаривали быстро иногда чуть повышая тон, но тут же обратно переходя на таинственный шепот.
— Спасибо, я тебя понял, — вдруг громко сообщил Казимир Мирославович и обернулся к Витторине. — Ну что? Погнали в клуб, буду тебя лечить.
Девушка согласно кивнула и неспешно поплелась к лифту. Отец Мстислава под руку взял Виту, придерживая и направляя слабый Импульс, устраняя боль.
— Ребята сейчас тоже подъедут, — произнес он усадив девушку в «Брабарус». — Эх, вот времена, — выруливая со стоянки протянул мужчина. — Последний раз мы с тобой так близко виделись, когда ты с тарзанки чуть не убилась.
— А? Значит мне тогда не показалось?!? — Витторина почти радостно обернулась, подгибая под себя ноги.
— Ну конечно. Это надо ж, трос не закрепить, — он покачал головой. — Мы с Мстиславом ужаснулись и по-быстрому вернули все так, как должно быть.
— А я-то думала, что меня проглючило, — призналась она, забыв о боли. — Не ожидала Вашего возвращения, но рада Вас видеть.
— Ты. Переходи на «ты», — мужчина улыбнулся. — Тебе можно. Был тоже рад видеть, что ты в отличной боевой форме. Даже не ожидал. Мстислав строгим учителем был?!
— Думаю не настолько, насколько мог бы, — Витторина хмыкнула. — Он вообще очень хороший человек. Я так счастлива с ним, — она погрустнела. — Извините, что не смогла защитить вашего сына.
— Я знаю, что у тебя не было шансов тогда, но есть шанс его вернуть, — Казимир Мирославович плавно припарковал автомобиль у клуба «Амбивалентность». — Сейчас подлатаем тебя и все будет отлично.
Он выскочил из машины и помог Вите выбраться. Девушка чувствовала слабость во всем теле и головокружение. Под ручку они вошли в клуб. Много знакомых лиц, со всех сторон здороваются. Витторина вежливо отвечала пока ее вели на второй этаж в закрытый сектор, где им с Казимир Мирославовичем никто не помешал бы общаться. Отец Шархана мельком глянул в меню и подскочившему официанту сделал заказ, показывая пальцем в нужные позиции:
— Четыре глинтвейна постепенно, вот этот салат, закуску, вот это. И пиво.
Официант стремительно все записал и убежал в неизвестном направлении. Рубашка на Казимире Мирославовиче сменилась на черную обтягивающую футболку. Широкая накаченная грудь и плечи весьма выгодно смотрелись под хлопковой тканью. Правую руку оплетала удивительная татуировка заканчиваясь, судя по всему, на шее.
— Трайбл.
— Что простите? — Витторина отвлеклась от разглядывания узора.
— Стиль называется трайбл, — усмехнулся отец. — Ну что ж, сегодня отдохнем как следует, завтра отоспимся, а потом и подвиги вершить будем.
— Оптимистично смотрите на вещи.
— А как же иначе? — Казимир Мирославович хмыкнул. — Оглянись вокруг. Все они рады тебя видеть. Все они знают, что обязаны тебе своей защитой. Все они знают сколько ты для них сделала. И нет смысла отпираться. Как ни удивительно, но теперь здесь на территории Лемура Смертей не боятся, напротив, уважают и обожают. Тебе удалось развернуть ход истории удивительным образом.
— Вы знаете о временной петле?
— Да. Я общался с сыном по электронной почте и он рассказал, — мужчина выдержал паузу, задумчиво следя за какой-то рок-группой на сцене. — Мстислав рассказал, как ты чуть не ушла. Он периодически писал о том, как у вас дела. Никогда еще не видел своего сына таким счастливым.
Они ненадолго замолчали пока официант расставлял выпивку и закуску. Подняв бокалы чокнулись и выпили «за знакомство». Витторина чувствовала зверский голод, поэтому с удовольствием набросилась на еду, попутно слушая отца своего мужа.
— Я долгое время отдыхал на острове, можно сказать на заслуженную пенсию ушел. Информационное отделение сообщило мне, когда Мстислав в кому попал. К сожалению, потребовалось много времени, чтобы вернуться. Уже в городе мне повезло узнать Ритку и я с ней решил добраться до Лемура, ну а дальше ты знаешь.
— А что с Вашей женой? Мстислав никогда не рассказывал о матери, — заинтересовал Вита.
— Он ее не знал, — Казимир Мирославович глотнул пива. — Так уж случилось, я был совсем молод едва исполнилось семнадцать, когда встретил прекрасную девушку. Она была очень красивой, но неумной. Залетела от меня, спешно сыграли свадьбу и у нас родился замечательный сын. Не думал, что в то время так смогу его полюбить, хотя и понимал, что оба совершили большую глупость. Впрочем, я никогда не перекладывал на других ответственность, впахивал на трех работах. Мстиславу не исполнилось и двух лет, когда его мать не выдержала и покончила жизнь самоубийством. Я не мог наблюдать, как женщина, которую я люблю, постепенно сходила с ума, поскольку слишком был занят работой. Я даже не думал, что такое может произойти, — он вздохнул и посмотрел долгим взглядом глаза в глаза. — Это было ужасно. Я остался молодой с маленьким ребенком на руках. Потом как-то так случилось, что появился второй ребенок — усыновил. Когда Мстислав чуть подрос он загорелся идеей о собственной Академии и мы ее построили. Он жил в ней. Раньше на этом месте была небольшая школа, впрочем в которой также учили Импульсу. Так постепенно построилась Академия и создалась отдельная ее территория.
— Тяжело Вам пришлось, — Витторина грустно потупила взгляд.
— Тебе тоже не легче, — он махнул рукой. — Давай лучше выпьем.
Чокнулись, опустошили по бокалу. Еще выпили, закусили. Девушка задумчиво посмотрела на сцену, понимая, что теперь ее очередь рассказывать, что да как происходило в Академии. С чего же начать?! Непонятно. Она выпила еще и собравшись с духом, решила начать свой рассказ с того момента, каким образом Мстислав впал в кому. Глубоко вздохнув, Витторина на мгновение закрыла свои необычного цвета глаза и слегка качнув головой, все-таки приступила к рассказу.
— Мы вышли на крупного поставщика СБДЗ и шли на ликвидацию. Их прикрывали Видения и в процессе Мстислав заслонил меня от удара, но пропустил атаку в свою сторону. Я испугалась. Влад сказал, что только это спасло его от неминуемой гибели. Мы смогли заключить его в криокамеру и поддерживать жизнь. Позже я смогла переговорить с ним там, в том состоянии. Он попросил использовать Резонанс в одной конкретной точке и если не получится, больше не пытаться, а дать ему умереть, — Витторина залпом допила содержимое бокала. — Я пыталась несколько раз вернуть его, но ничего не получилось, — она с трудом сдерживала слезы и шепотом добавила. — Я не хочу жить без него.
Казимир Мирославович понимающе кивнул, словно услышал чуть больше, чем озвучила девушка. Перед ними поставили еще алкоголя, и оба выпили уже не чокаясь.
— А что касаемо обновлений в Лемуре? — желая сменить тему спросил мужчина, пододвигая к себе горячее.
— Мы набрали группу ученых для новых разработок, Марту поставили во главе Академии вместо Гренделя. Восстановили разрушенный корпус, расширились на несколько ближайших деревень. Достаточно неплохо пополнили бюджет за счет Камарильи, плюс сейчас еще поимеем с телевиденья и журналистов. Народ активно перешел на пользование нашими телефонами, мобильной сетью и интернетом. Следующим ударом будут авиалинии, у Ромки уже почти все готово, не сегодня-завтра запускать можно будет. Цены копеечные, а возможности огромадны, так что и тут мы в выигрыше. Завтра город поставим, народ перевезем, еще расширимся.
— Да уж, многое сделала.
— Это не моя заслуга. Мстислав говорил, что меня на время дара лишили?
— Нет, — Казимир Мирославович засомневался, правильно ли он все расслышал. — Тебя дара лишили?!
— В составе Видений есть две девушки в смирительных рубашках. Не знаю, как они это делали, но им удавалось вывести меня из строя. Мстислав сказал, что видел только одну, значит вторая — мертвая.
— То есть ты не видишь разницы между живыми и мертвыми!? — не поверил он.
— Абсолютно. Я вижу всех одинаково, — Вита неопределенно повела плечами. — Мстислав считает, что это из-за того, что я с мертвыми общаюсь уже чаще чем с живыми.
— Интересно, — протянул мужчина. — Хотя что уж там. Особых исследований по Маренам не делали, те скрывались слишком хорошо, зато разрушений после себя оставляли…будь здоров, — рассмеялся. — Было удивительно видеть твою силу во всей красе. Знаешь, как уродливая красота. Ужасающая по своей силе. Сколько Фантомов было создано?
— Сто двадцать семь. Больше не удалось, сознание не успевало за всеми следить.
— По факту это не Предел!?
— Да, тем более на вражеской территории не так и страшно было экспериментировать. Мстислав сказал, что можно как-то перестроиться на туже волну, как и вампиры. Я думаю, если освою эту технику, то возможности еще расширятся.
Казимир Мирославович крепко задумался. О подобной технике он безусловно слышал, но не видел еще ни одного, кто мог бы ее освоить — не было достаточного запаса Импульса. Достигнув быстро Предела никому не удавалось даже приблизиться к желаемому результату.
Витторина углубилась в салат, не мешая Казимиру Мирославовичу размышлять на серьезные темы. В конце концов, он сам возобновит разговор. Времени прошло немного и мужчина сообщил:
— Технику разучим, я помогу. В твою задачу только войдет один очень серьезный факт.
— Какой? — заинтересовалась Вита.
— Тебе придется с Марты часть негатива снять. Ей уже тоже тяжело себя контролировать.
— Хорошо, сделаем.
— Договорились. Так выпьем же, чтобы наши планы все сбылись, — Казимир Мирославович протянул кружку с пивом и чокнувшись немного отпил.
Мужчина оставался удивительно собран, следя за ситуацией, но при этом не забывая спаивать невестку для общего блага. На сцену вышла Лорэн. Она что-то рассказывала о клубе, о том, какие времена настигли Академию Лемур, о сплоченности… Красный строгий костюм сидел на женщине как влитой, подчеркивая достоинства фигуры и скрывая недостатки. Туфли на высоком каблуке зрительно удлиняли и без того красивые стройные ноги. Блондинистые волосы отливали пепельным оттенком, уложенные в аккуратную прическу.
— Вы знаете историю и знаете, что бывает, когда в этот мир приходит Смерть. Разрушения и невзгоды преследовали нас. Но! Мы должны признать очевидное. С появлением Марен в нашем мирке все изменилось. И в этот раз все изменилось в лучшую сторону!
Зал восторженно загудел, поддерживая слова аплодисментами.
— И мы все говорим Вам, Маренам, спасибо! — прокричала Лорэн.
Люди скандировали «МАРЫ!» дружно отбивая ладонями ритм. Многие повернулись, глядя на балкон. Практически все лица были знакомы. Здесь находились и ученики Лемура, и жители деревни и просто те, с кем Витторина общалась иногда.
Соколова нехотя встала со своего места, понимая, что народ требует услышать нынешнего предводителя. Марта со своей точки сделала жест, мол она пас и речи толкать не будет. Вита медленно поднялась по ступенькам на сцену и поблагодарила Лорэн. Микрофон остался стоять на стойке и девушка нерешительно к нему подошла, чувствуя, как ее затапливает эмоциями.
— Доброго вечера всем! Извините, не умею я толкать проникновенные речи, поэтому скажу так, как умею, — Вита слегка пожала плечами и прошлась по сцене. — Конечно, огромное спасибо Вам за поддержку! Без Вас все это не имело бы смысла. Спасибо Марте за ведение дел в Академии Лемур, — девушка вздохнула. — Так уж случилось, что Академия в осаде и положение дел не самое радостное. Предводитель Лемура и по совместительству мой муж в глубокой коме. Нашими главными врагами сейчас являются Видения под командованием трех Всадников Апокалипсиса. Я не знаю сможет Академия им противостоять. Я не знаю победит Академия или нет. И при этом всем, я хочу сообщить следующее. Я, Витторина Соколова, Марена, сделаю все, что в моих силах, дабы не допустить смертей со стороны Лемура. Я не всевластна и как показал бой, не могу эффективно противостоять.
— Чушь! — Анатолий вскочил со своего места, громко хлопнув ладонью по столу. — Из нас никто не мог убить Всадника. Это удалось только тебе!
— Это была случайность, а не закономерность, — Витторина почувствовала раздражение. — Я почти достигла Предела в момент схватки.
— На моей памяти ты первый человек, который вышел в открытое противостояние, — подал голос Камуи, привлекая всеобщее внимание. — Не было ни одного кто бы просто дал отпор. Я сегодня впервые прибыл в Академию и принял Кронос, но могу с уверенностью сказать. Лемуровцы дружны и дружелюбны. Маренам нужна помощь. И я вижу, что здесь все готовы ее дать. Так или иначе, Вита, твои опасения вполне понятны, — некромаг поднялся и размеренным шагом приблизился к сцене. — И знаешь, вот лично я не намерен сидеть и смотреть на то, как два человека рискуют своей жизнью ради нас всех. Я встану плечом к плечу. Да к черту! — мужчина махнул рукой. — Они все готовы встать с тобой плечом к плечу и встанут.
— Я. Не позволю, — с четкими паузами произнесла Смерть. — Мне достаточно одного человека в коме.
— Как говорится, двум смертям не бывать, — поддержал Анатолий. — Мы в любом случае все с тобой. Мы будем защищать нашу жизнь.
Люди встали. Их голоса слились в один сплошной восторженный крик. Витторина задумчивым взглядом окинула зал.
— Смерть! Смерть! Смерть! — радостно скандировали гости, стремясь поддержать Марен.
— Пожалуй, тоже выскажусь, — голос Казимира Мирославовича заглушил всех. Мужчина оперся локтями на поручень. Зал замолк. Казимир Мирославович усмехнулся, радуясь, что его положение на территории Лемур ничуть не изменилось и размеренно произнес:
— Некромаг прав. Мы должны встать единым фронтом. Несмотря на озвученные минусы нашего общего положения, Марены очень многое сделали. Восстановили корпус, сблизили всех нас, собрали лучшие современные научные умы и предоставили возможность для разработок. Все больше и больше людей не нашего мира готовы к нам присоединиться и поддержать. Я, конечно, всегда был сторонником первоначального плана, но не могу не отметить, что идея Марен о выходе в свет всей нашей братии может сослужить Академии хорошую службу. Академия может встать во главе не только нынешних территорий, но и собрать куда больше. Есть реальный шанс улучшить жизнь.
Витторина пошатнулась вновь чувствуя слабость. Марта подоспела быстрее, чем кто-либо успел о чем-то подумать.
— Так или иначе, сегодня, я предлагаю, просто отдохнуть и повеселиться, — мягко молвила Вторая Смерть. — Нам всем нужен отдых.
— Спой что-нибудь, Вита, — громко взвизгнула Яна и ее поддержали.
Девушка кивнула и шепотом уточнив у Марты планы на завтра, щелчком пальцев включила технику. Подняв глаза, Витторина пересеклась взглядом с Мстиславом. Его поза была расслаблена. Прислонившись плечом к стене и скрестив на груди руки, Шархан с любопытством следил за своей женой черными, как сама ночь, глазами. В его взгляде не отражалось осуждения, напротив, понимание и усталость. Вита не обращала внимание на то, что уже практически пропела целый куплет, глядя лишь на того, ради которого была готова продолжить эту сумасшедшую реальность.
Но ты пришла, как ангел милосердья,
Раскрыла новые грани моей жизни.
Теперь я верю, что вижу свет твоих глаз,
Ангел милосердья, ты ведешь меня к счастью.
Я бродил в темноте, искал свою судьбу,
Демоны шептали, не верь ты в мечту.
Но ты простила, ты приняла меня таким,
Какой я есть, со всеми моими слабостями.
Девушка не отрывала своего взгляда от мужа. Страх затопил сознание. Мстислав с легкой улыбкой на губах с явным удовольствием следил за своей девочкой. Ему удалось покинуть ненадолго собственное тело, чтобы просто побыть рядом с любимой женой. Кроме Витторины мужчину могла увидеть Марта, но та вежливо смотрела в другую сторону, стремясь не смущать Витторину. Девушка уже пела без микрофона пропуская через себя Импульс. Стены клуба периодически содрогались от мощной энергии, но слабая пленка Барьера спасала от случайного всплеска.
В момент, когда все рухнет в прах,
И боль пронижет, как кинжал,
Запомни, есть внутри нас сила,
Способная поднять нас вновь.
Возродись, как Феникс из пепла,
Подними свои крылья ввысь,
Пусть огонь горит, но ты сильнее,
Встань и вновь зажги свою жизнь.
Длинные волосы Витторины описали полукруг. Она пела душой, пропуская через себя каждую ноту, не допуская фальши в голосе. И не было секретом ни для кого, что все это сегодня звучало для Мстислава, для Витторины. Она собирала всю энергию, которой делился народ в зале.
Свобода — крылья мои,
Лететь высоко, сквозь тьму и свет,
Мечты — это мои маяки,
Преодолеть всё, что было и что есть.
Каждый шаг вперёд — это шаг в неизвестность,
Но страхи мои рассеются как дым,
В огне борьбы я нахожу свою честность,
В каждом испытании я становлюсь сильней.
Витторина вздохнула и предложила паузу выдержать, попросив ди-джея погонять веселые танцевальные треки. Ритка подскочила с бокалом глинтвейна и на брудершафт выпила с подругой. Марта обняла Виту, утаскивая ту в гущу толпы и весело подпевая легкому попсовому мотивчику. Краем глаза рок-звезда заметила, как парень сделал ей знак, держа в руке маску. Сережка в виде черепа оказалась куда красноречивее и Витторину как ветром сдуло с танцпола. Таинственный парень намек понял и послушно проследовал за девушкой на второй этаж в гримерку. Сделав знак охране, Вита вошла в комнату и заперла дверь на замок за парнем.
— Ты наконец-то вспомнила? — с каким-то подозрительным счастьем спросил он. Смотря на девушку с высоты своего роста. Серые глаза упорно что-то искали, пытались подтвердить свои домыслы.
— Не совсем, но меня навели на мысли, — кивнула Витторина, чувствуя, как алкоголь постепенно начинает ударять в голову. — Значит ты Горыныч?
— Да, приобретенный навык с того самого момента, когда Святозар попал в этот мир. Мне нужна помощь, но я не могу об этом сказать.
— Я знаю, на тебя Импульс наложен и ты не можешь ничего рассказать мне. Хотя намеки были так себе, — девушка тихо рассмеялась. — Итак, с Видениями.
— Я в плену, — парень прошелся взад-вперед. — Я не могу от них уйти. Их Зов действует против моей воли.
— Как тебе помочь?
— Ты должна найти мое логово, естественно о котором рассказать не могу. Я дам тебе повод для этого. Просто найди.
— Из-под земли достану, — пообещала Вита и позволила парню покинуть гримерку.
Она и сама вышла из комнаты, как моментально оказалась прижата к стене холодным телом. Хорс навис над девушкой глядя прямо в глаза. Странная волна сотрясала тело изнутри и Вита почувствовала, как ее против воли пытаются подчинить. Раскаты странной энергии воздействовали изнутри. Вампир наклонился, почти касаясь губами лица девушки и вкрадчивым шепотом произнес:
— Ты простишь меня за это, но потом, когда смиришься с тем, кем станешь. Тебе пойдет бессмертие.
Настоящий страх. Витторина действовала на голых инстинктах и возможно ее Резонанс убил бы наглого Хорса. Сильный разряд молнии откинул вампира на порядочное расстояние, и практически сразу подоспели Мага и Святозар. Повалив Хорса на пол, мужчины профессионально скрутили его.
— В двенадцатую, — отдал короткий приказ Казимир Мирославович. Заметив, как бледная Витторина сползает по стене на пол, свёкр подхватил девушку на руки.
— Что это было? — с большими паузами спросила она.
— Мне нужен был серьезный повод, и для этого я попросил Драгомира помочь спровоцировать Хорса.
Вита махнула рукой, не желая вникать в коварный план. Она неспешно покинула клуб. На улице было прохладно. Застегнув кожаную куртку, Витторина уверено шла вперед. Квартира в Жизни встретила ее уютной тишиной. Приняв душ, девушка завалилась спать, чувствуя, как устала от всего и от всех.
Писк мобильного телефона разбудил. Витторина разблокировала, читая на экране сообщение от Марты. «Тебя заинтересует».
«Здравствуйте. Простите, что обращаюсь. Я не знаю, есть ли Вам действительно дело до кого-нибудь, возможно это всего лишь образ. Так или иначе, но мне нужна помощь и обратиться, к сожалению, не к кому. В моей семье все плохо. Мать под наркотой, а отчим постоянно бухой. Я не могу никуда уйти, поскольку некуда идти. Но и терпеть вечные унижения, побои… Я даже не уверен, что вы прочтете это письмо. Не уверен, что Вам есть до меня дело. Ну и пусть, я готов к этому решению. Если Вы не поможете — никто не поможет. А значит смысла жить нет. Я уйду тихо, не держа ни на кого зла. Ровно в час ночи я буду на Крымском мосту. Если до семнадцатого числа меня не заберут, то восемнадцатого я покину этот мир. Я знаю сколько стоит боль. Спасибо за то, что уделили время на прочтение этого письма. С наилучшими пожеланиями».
Ниже Марта оставила комментарии. Тихо поворчав, Вита набрала номер наугад.
— Рад тебя слышать, — почти нежно отозвался Сергей.
— Взаимно, — сонно буркнула девушка, впрочем всерьез не разделяя эту радость. — Дело есть. Можешь меня отвезти в одно место?!
Спустя час они въехали в Москву. Полупустые дороги и яркое оранжевое освещение лишь угнетали, настраивая на упаднические настроения. Сергей разумно молчал всю дорогу, не рискуя еще больше усугублять ситуацию, тем более что девушка выглядела совсем плохо. Когда Витторина впервые появилась в Академии, Сергей запомнил ее как жизнерадостного человека, красивая душой и телом. Сейчас же она выглядела изможденной, болезненно похудевшей. Под фиалковыми глазами не проходили темные круги, добавляя лицу еще большую трагичность. Уставшая, слегка ссутулившаяся. Вся она была воплощением боли и страданий, которые приходилось преодолевать. Пожалуй, если бы Казимир Мирославович не подпоил девушку, то вряд ли у Сергея появилась возможность побыть с ней.
Автомобиль остановился сразу как только въехал на мост. Сонная Витторина вышла. Холодный воздух слегка взбодрил девушку, но она упорно куталась в куртку. Дойдя почти до середины, она заметила парня. Его лицо было скрыто под внушительным капюшоном вязаной кофты. На вид ему не больше двадцати семи. Опустив голову, парень стоял оперевшись локтями на край перил и смотрел вниз.
— Ты просил о помощи? — не спеша сокращать расстояние.
Парень вздрогнул и резко обернулся. Он оказался потрясен. Голубые глаза с интересом рассматривали рок-звезду.
— А я думал, что все это слухи, — помедлив промолвил он.
— Да нет, — Вита пожала плечами и зевнула, прикрыв ладонью рот. — Я всегда держу свое слово.
— Вы заберете меня с собой? — с надеждой спросил он.
— А ты этого хочешь, Алексей? — через Катарсис не сложно выяснить самую основную информацию. Девушка поежилась от холода, чувствуя себя разбитой. Ничего не хотелось. Только забиться в угол и утонуть в собственных слезах, в собственном горе.
— Пожалуйста, — он подошел ближе. — Пожалуйста, заберите меня отсюда.
Она кивнула на автомобиль позади себя, приглашая с собой. Сергей скоро нашел общий язык с Алексеем. Сошлись на теме компьютеров и программ. Пока парни увлеченно обсуждали какие-то последние разработки в интересующей их области, Витторина задремала.
Открыла глаза она на парковке, в машине. Рядом никого не было. По остатку Слепка, девушка смогла узнать, что Сергей повел новобранца на заселение через Марту.
Спотыкаясь почти на каждом шагу, Витторина поднялась на этаж. Сил бороться с собой больше не осталось. Осев на пол, девушка согнулась в три погибели утопая в собственных рыданиях. Она кричала от боли, стремясь избавиться от нее, буквально выталкивая из сердца, из души. Сейчас, когда ее никто не видел, можно плакать с криками.
Сидя на полу и уткнувшись локтями в колени, Витторина запрокинула голову назад, уперевшись затылком в гобелен. В голове воцарилась пустота, мысли больше не мешались и не путались. Тихо всхлипывая, девушка просто смотрела невидящим взором в потолок. Голова раскалывалась, руки слегка дрожали. Вздохнув, Вита рывком поднялась на ноги и, открыв дверь заветной комнаты, вошла внутрь. Казимир Мирославович спал на диване. Пройдя на цыпочках в свою комнату, девушка последовала его примеру. Она даже не заметила, как свекр проводил ее задумчивым взглядом.
Встала Вита ни свет, ни заря. Выскользнув за дверь, девушка поспешила в лабораторию. На удивление, там оказалось до чрезвычайности оживленно и встретили рок-звезду радушно, демонстрируя разработки. Роман тоже не спал, подчищая макет города будущего.
— Привет, — девушка махнула рукой ботанику.
— Привет. Ты сегодня рано, — он вглядывался в ее лицо, чувствуя некое смятение.
— Мне стало любопытно, — она кивнула на макет. — Он готов?
— Да, абсолютно.
— Поедем, поставим, — Витторина слегка кивнула в сторону.
Отъехав на некоторое расстояние, девушка вздохнула. Отсюда прекрасно видны готические фигуры на фасаде Академии. Приложив ладони к земле, Вита заставляла подниматься кверху благородные стеклянные дома, переливающиеся своими гранями на солнце. Высокие, более сотни этажей башни будто создавали одно единое здание, стройными рядами сверкали.
Девушка хмыкнула, оставшись довольна собственной работой.
— Продумайте дополнительно момент постройки. Я не смогу создать все города.
Следующей целью на сегодня — помочь Марте. Вторая Смерть задумчиво взирала на Барьер, то и дело атакуемый танковой дивизией. Красивая статуя девушки в беседке создавала задумчивый настрой и Марта с неким удовольствием привалилась к фигуре плечом, снисходительно глядя, как атакуют защитный Импульс. Приближение Смерти она почувствовала сразу, но не спешила заговаривать. Витторина тоже тянула, но недолго.
— Я помогу тебе очиститься от негатива.
— Спасибо.
Вита подошла ближе и обняв со спины за плечи Марту плавно погрузилась с ней в Катарсис.
Импульс сбил рок-звезду с ног, а Марта прислонившись к статуе тяжело дышала, пытаясь успокоиться.
— Вот они! — закричала Янчик выбегая из-за угла. — Никакой пощады!
И со счастливым криком три девчушки бросились обнимать Вторую Смерть. Витторина с улыбкой наблюдала, как Лада, Настенька и Яна задабривают своим весельем и радостью Марту, как искренне они желают ей помочь. И Смерть не выдержала. Она тихо заплакала, сжимая в своих объятиях девочек. Вита поднялась с земли. Ее чувства по-прежнему находились в смятение, в голове шумело от множества не самых радостных мыслей.
— Нам пора ехать, — Казимир Мирославович, незаметно подошедший со спины, оказался не в самом радужном расположении духа. — У тебя съемка.
— Какие каналы?
— Все. Нужно будет пустить трансляцию с секундным интервалом. Денег отвалили столько, что мы можем позволить отстроить несколько областей. Ромка и Мага с «Конкистадором» уже начали перевозить ветеранов, пенсионеров и часть лемуровцев в новые дома. Пришло приглашение на свадьбу от Армана.
— Не надо, пожалуйста, — девушка обернулась мягко перебивая мужчину. — Я знаю. Но все это теряет для меня смысл. Сегодня есть дело важнее.
Мужчина кивнул. Незаметно покинув площадку, оставив Марту во власти заразительно счастливых девчонок.
Витторина скучающим взглядом окинула студию.
— И сегодня мы узнаем есть ли место магии или объясняется легко и просто, — протянул ведущий, обращаясь к телезрителям. — Итак, Витторина Соколова насколько известно, Вы окончили Академию Лемур и теперь встали во главе. В свете последних событий у Вас и Ваших студентов наблюдались феноменальные способности. Скажите, правда это или нет?!
— Правда, — уверенно недрогнувшим голосом ответила девушка.
— Как же такое возможно?
— Легко и непринужденно.
— Да она все врет! — заявила стройная гламурная женщина, занявшая место среди экспертов. — Вам должно быть стыдно за то, что морочите голову.
Ее поддержала половина студии. Перекрикивая друг друга, они словно перетаскивали одеяло на себя, пытаясь выделиться и тут же сливаясь с толпой. Витторина закатила глаза и щелкнула пальцами, заставив всех принудительно замолчать.
— Надеюсь, что присутствующие вопящие понимают, что моя власть ограничена лишь моим сознанием. Теперь поясню для тех, кто находится у экранов телевизора. Вы все ограничены лишь собственным разумом. В Академии нас учат реализовывать собственные мысли. Вы не задумывались, что мир не так прост!? Или всем удобно принимать к сведению лишь то, что удобно понять и принять? Но не стоит через чур все упрощать или усложнять. Мир многогранен. Начните изменения с себя и своих мыслей. Любая, даже самая ничтожная мысль находит свою реализацию в этом мире. И мы становимся кузнецами своего счастья и несчастья, — Витторина подняла на ладони Импульс. Он словно жидкий голубой огонь оплел руку до плеча. Зал завороженно следил за ее действиями.
— В этом мире очень много созданий. Ведьмы, вампиры, оборотни…все они существуют. Научитесь жить в гармонии. Живите по Кроносу. Кронос говорит; мысль — это мы сами; мысль материальна; каждый, кому не нравится нынешняя жизнь, может обратиться в Лемур. Мы все работаем на собственное благо. Мы не говорим, а действуем. Вы приходите туда для того, чтобы Жить. Ваше ограничение лишь там, где начинается ущемление прав другого. И я готова ответить за каждое мое слово, за каждое мое действие.
Стремительно темнело. Сидя в машине, Витторина собиралась с мыслями. Уже сейчас она готова была признаться самой себе — если ничего не выйдет, она будет пытаться. Пытаться до тех пор, пока не будет тот результат, который нужен. Точка соприкосновения с Барьером известна, время известно, сила Импульса примерно известна.
— Все получится, — шепотом произнесла Вита, сжимая руль.
Закрыв глаза, девушка медленно вырулила на «старт», который рассчитала заранее. Дорога выбрана была не случайно. Шархан говорил, что с этой стороны Академию редко покидают, да и строилась больше, как возможность к отступлению, поэтому путь нигде не петлял.
«Мы будем вместе. Я готова отказаться от всего и вся в своей жизни, но не от тебя. Я полюбила тебя не за материальное положение. Я смотрела на твои действия, на то, кто ты и кем чувствую себя я рядом с тобой. Если ты все потеряешь, я буду рядом. Чтобы не случилось, я всегда рядом. И если сегодня у меня ничего не получится я буду пытаться. Пытаться, пока не получится. Я хочу быть с тобой в этой жизни и в любом мире. Всегда. Плечом к плечу, рука к руке. Я твоя жена и в радости, и в горе я рядом. Я не дам тебе умереть. Моя жизнь стала иметь значение лишь с твоим появлением и я готова к любым невзгодам, любым трудностям, но только с тобой».
Резко выдохнув, Вита нажала на педаль, заставляя «Шудатти» разогнаться за две с половиной секунды до сотни километров в час. Время замедлилось, каждое мгновение длилось вечность, а стрелка на спидометре неумолимо ползла вверх. Не прошло и семи секунд, как автомобиль летел по абсолютно ровной дороге в районе двухсот километров в час, а еще через столько же уже триста. Скорость абсолютно не ощущалась и все внимание было приковано лишь к одной единственной точке — место удара в Барьере. Двигатель утробно рычал, а свист ветра за окном будто отвечал в унисон мыслям.
— Я тебя люблю!
Автомобиль ускорился до максимума и в следующий миг капот встретил защитный Барьер странным звуком, похожим на раскат грома. Удар оказался чрезвычайно сильный и оглушающий. Машина разлетелась на куски во все стороны, расстилаясь по траве огненным дождем. Витторина не успела ничего осознать. Ее тело безвольной куклой лежало среди осколков, пока она боролась с болью. Чувство самосохранения никогда не было сильной чертой Виты, и этот случай не стал исключением. Перевернувшись на бок, девушка старалась остаться в сознании, борясь с потемнением в глазах. Острая боль говорила о сломанных, как минимум, двух ребрах, а жгучие ощущения в легких сообщили о более серьезных внутренних неполадках.
Прошло больше минуты, Витторина продолжала лежать, глядя на то, что когда-то являлось автомобилем ее мужа, но ничего не происходило. Теплый летний дождик неприятно моросил, все больше приводя девушку в чувства. Направив слабый Импульс внутрь себя, Вита заставила организм настроиться на исцеление. Трель мобильного телефона слегка подпортила настроение.
— Да, — нехотя ответила девушка, понимая, что потерпела фиаско.
— Ты как? — Влад был крайне взволнован.
— Жива.
— Шархан пропал из капсулы.
— Куда пропал? — Вита не сразу поняла, что ей сказали и снова переспросила, пока ее мысли не прервали откуда-то со стороны.
— Я тебя очень люблю, девочка моя! Но моя машина, — иронично причитал Мстислав неспешным шагом подходя к Витторине. — Господи, моя машина. Лучше б ты «Райен» угробила.
Он встал на одно колено перед девушкой и улыбнулся:
— Привет.
Фиалковые глаза резко увеличились в диаметре, все больше напоминая блюдца. Парень усмехнулся, с удовольствием следя за растерянностью своей жены.
— Ты жив, — удивленно восхитилась она, до сих пор не сознавая, что все получилось.
— Жив, — с улыбкой подтвердил Мстислав, положив ладонь на плечо Вите.
— Ты жив!!! — она рывком бросилась в его объятия.
— Да, жив, — нежно подтвердил он, прижимая свою любимую к себе. — Моя девочка!
Она плакала, уткнувшись ему в плечо, крепко обнимая руками за плечи. Он был рядом, он был рядом. Его черная рубашка быстро намокла, а Мстислав продолжал нежно поглаживать по спине длинными ленивыми движениями. Кожа мужчины на ощупь казалась теплой, почти горячей в контрасте с ледяной Витториной.
— Ты тут, — она повисла на его шее, перестав замечать свои раны. — Я так скучала. Так боялась. Мне так плохо без тебя, — слезы полились с новой силой.
— Я знаю, любимая, знаю, — тихонько шептал он ей на ушко. — Благодаря тебе я жив.
— Я так боялась, — Витторина слегка отстранилась вглядываясь в черные глаза. — Как ты? Как самочувствие?
— Я нормально, а вот твои сломанные ребра беспокоят.
— Они почти срослись.
— У Влада все равно провериться надо. Обоим, — Мстислав с любовью смотрел на свою жену. — Мне так с тобой повезло. Я очень соскучился.
Он наклонился, покрывая поцелуями лоб, щеки и губы, прижимая к себе, запутываясь пальцами в волосах, зная, что у него самая замечательная жена. Он ее любит.
Ероша мокрые волосы, Казимир Мирославович вздохнул.
— Я конечно в шоке от твоей, — признал он, наблюдая за уснувшей Витториной. — Влад сказал, что она почти полгода обходилась без сна и еды, все время живя на Импульсе.
— Да, тяжело моей девочке пришлось, — Мстислав погладил ее по волосам. Вита, обхватив мужа за талию так и заснула у него на коленях, больше всего напоминая нашкодившего, но невероятно милого котенка.
— Я рад, что вы счастливы. Сам знаешь, вряд ли кто-то тебя стал бы вытаскивать из комы. В лучшем случае другая умотала бы с деньгами. В худшем развалила бы все, что было создано.
— Мне с ней повезло. Даже не знаю, чем я заслужил подобное счастье, — заметил Шархан. Вита сонно потянулась, еще плотнее прижимаясь щекой к груди мужа, будто боялась потерять.
— Как там было?
— Страшно, — признался он. — Ужасное место. В первую секунду я подумал, что умер. Но там Витторина смогла создать будто сферу, аналог Барьера, в котором я все это время и существовал. Я мог видеть ее и слышать, чувствовал всю боль…ты приехал вовремя.
— Извини, раньше не получилось, — Казимир Мирославович плюхнулся в кресло и с удовольствием уплел бутерброд. — Жаль, что Ритка теперь будет готовить реже.
— Ее тело приняло Импульс?
— Да, легко. Организм стал изыскивать собственные ресурсы.
Они помолчали, принявшись за еду.
— Хорсу кости не переломал? — вдруг спросил Мстислав.
— Нет, но в камеру посадил, — усмехнувшись признался отец. — Он тут не раз пытался подкатывать к ней. Вчера я попросил Драгомира спровоцировать его, и провокация удалась. Хорс хотел сделать Виту вампиром. Я воспользовался этим и решил его чуть-чуть поморозить.
— До завтрашнего дня ничего с ним там не будет.
— Насчет троицы друзей в курсе?
— Ян, Сид, Рин?! — уточнил Мстислав и лениво подтянул Импульсом к себе чашку чая. — Да земля им пухом после такого. Ссылка от Виты, слишком мягкое наказание. Посмотрим позже. Есть поважнее вещи. Город заселился?
— Наполовину. Никто не рискнул дать название ему. Ребята-разработчики хотят, чтобы название дала Витторина, но все боятся, что ты против будешь.
— Я обещал не материться, — Шархан закатил глаза. — И так ясно, что я всегда на стороне своей жены. Поправка, почти всегда. Я против ее таких голодовок.
— Я попытался все исправить. Ей тяжело расслабиться, пришлось активно спаивать, чтобы дать выход эмоциям хотя бы так.
Витторина сонно дернулась и резко открыла глаза, в которых отразился страх. Она потрясенно смотрела на Мстислава силясь что-то сказать и тем не менее не издавая ни звука.
— Я не сон. Я здесь, с тобой, — ласково провел рукой по щеке и чмокнул в макушку. — Я буду рядом. Всегда.
Девушка резко выдохнула и мотнула головой.
— Я до сих пор не могу поверить.
— Ты сотворила невозможное, — Шархан улыбнулся, сжимая в своих объятиях самого дорогого человека. — Нам нужно отдохнуть. В конце концов, прежде чем я тебе буду выговаривать за машину, надо набраться сил. И вообще, почему именно моя?! — смеясь спросил он.
— Она самая быстрая. И надежная. Я думаю, ты бы расстроился, если бы я умерла, — Вита долго обдумывала ответ, по всей видимости оценивая серьезность наезда насчет машины.
— Кстати да, об этом я позже с тобой поговорю, — серьезно буркнул Мстислав, но вернул себе веселое и до чрезвычайности добродушное настроение. — Сделай мне подарок, разбей «Райен».
— Тебе отца совсем не жалко?! У меня сердце в прошлый раз чуть не остановилось, — заворчал Казимир Мирославович, шутливо грозя пальцем.
— Давай закажем. Или наши разработают и соберут для тебя, — Витторина виновато улыбнулась. — Нам удалось хорошо заработать и если хочешь…
— Ох, девочка моя, — он чмокнул ее в лобик. — Когда ты голодная твое чувство юмора моментом умирает. Поэтому больше так не делай.
Витторина хмыкнула, но согласно кивнула. Привалившись плечом к мужу, девушка вновь сладко уснула. Казимир Мирославович снисходительно улыбнулся, будто умилялся маленькому ребенку.
Матрас прогнулся под тяжестью тела и Витторина развернувшись двумя руками обняла Мстислава, притягивая ближе к себе. Фиалковые глаза погасли, возвращая карий цвет, от которого все в Академии за полгода уже отвыкли.
— Как город назовем? — поинтересовался Шархан, привлекая девушку в свои объятия, позволяя ей укрыться на его груди. Так было спокойно. Она, такая маленькая, такая хрупкая и такая родная. Кто бы знал, что в этой слабой девушке заключена дьявольская сила разрушения.
— У тебя есть предложения? — безмятежно уточнила Витторина.
— Хочу послушать твою версию, — выдохнул он ей в волосы, наслаждаясь присутствием своей любимой.
— Андеграунд. Я хотела бы назвать его Андеграунд.
— Да будет так.
— Спасибо.
— Для тебя — любой каприз.
— И даже из-за машины ругаться не будешь?!
— Не буду, — он тихо рассмеялся. — Это такие мелочи. На машину мы всегда заработать можем, а вот если бы с тобой что-то случилось, — Мстислав носом ткнулся в затылок, закопавшись в длинные волосы жены. — Но «Райен» все-таки долбани. Хотя бы случайно.
— Вот ты злыдня.
— Чуть-чуть.
Витторина перевернулась, прижимаясь спиной к Шархану и уточнила:
— Хорс еще жив?
— Жив. Печально, правда?
— Ты его убьешь?
— Нет, только покалечу, — искренне пообещал Мстислав. — Все назначения, которые ты сделала останутся в силе. Сида, Яна и Рина лишу их должностей а там на выбор — либо работают, как все, либо пусть проваливают из Лемура. А теперь, давай спать?!
— Спокойной ночи, — она обхватила своими ладошками его руку и мгновенно уснула.
Невольно вспомнилось знаменитое выражение Льва Толстого: «Кратчайшее выражение смысла жизни может быть таким: мир движется и совершенствуется. Главная задача — внести вклад в это движение, подчиниться ему и сотрудничать с ним».
Пожилой майор Бойко еще раз оглядел приехавших студентов, закусив зубами сигарету. Потом повернулся к окну. Неровная струйка дыма от сигареты немедленно потянулась к открытой форточке. На улице было пасмурно. Накрапывал мелкий дождик. Бойко снова повернулся к студентам, приехавшим из столицы Российской Федерации.
— Вы точно не передумаете? — уже в который раз спросил он у молодых людей.
Парень покачал головой. Майор грустно взглянул на досье, лежащее на столе перед ним, и с хрипотцой произнес:
— Итак, давайте уточним кое-какие детали. Вы, — он повернулся к парню. — Михайлов Матвей Александрович. Имеете два высших образования. Участвовали во многих экспедициях на территории России. Помогали в изучении многих инопланетных находок. А вы, — майор посмотрел на знойную красавицу. — Дубина Азиза Николаевна. Переводчик и ученый по совместительству. Работали при Исследовательском Московском Институте. Написали докторскую на тему НЛО, крушения тарелки в 2007 году, причины и последствий. Так же писали научные работы по поводу изучаемых артефактов. Надеюсь, вы понимаете, что Чушевица это не ваши писанинки, а реальная опасность, самый аномально необычный район Архангельской области. Ну, тогда поставьте свои подписи здесь, здесь и здесь.
Он ткнул пальцем в документы и строго добивал:
— Снаряжение Вам выдадут. И да поможет вам Вытьянка.
— А почему не Бог? — глупо улыбнулась Азиза, поправляя белокурые локоны.
— Потому что здесь Бога нет, — Бойко выдохнул дым и снова затянулся.
— Кстати, а что насчет проводника? — неожиданно вскинулся юноша.
— Да, конечно. Есть один сталкер, который доведет Вас до бара, но дальше Вам придется искать самим, — майор усмехнулся в усы. — Никто особо не рискует ходить к месту катастрофы.
Девушка пожала худыми плечами. Она не волновалась. Деньги были, а все остальное наверняка приладиться. Ей казалось, что поход в Чушевицкий район должен помочь ей подняться по карьерной лестнице на несколько ступенек вверх. Тем более, если что-то случится, то папа Азизы выручит, ведь он гендиректор в крупной нефтяной компании. Достаточно давно занял этот пост, благодаря связям с друзьями-чиновниками. Поэтому Азиза не волновалась. В их семье деньги всегда были, и она не сомневалась, что ее Большой Папочка выделит средства на операцию по спасению дочери.
Матвей усмехнулся, еще раз проверил документы и уверенно поставил свою подпись. Его отец не был нефтяником или газовщиком. Таких как Михайлов-старший, здесь в аномальной зоне, называли идейными, фанатичными учеными. И сам Матвей был таким же.
«О чем эти молокососы вообще думают? Неужели они все воспринимают как забаву? Пришельцы этого не любят» — покачал головой майор. Нечисть капризна. Она любит ломать людей. Любит калечить их судьбы. Но к некоторым аномальный район относится иначе. Из некоторых елает людей, сильных, способных выжить в сложных ситуациях…но никто не вечен. Район живой, как и нечисть, которая повылезала из ниоткуда. Здесь все живет по другим законам, по которым судьба сама решает, кому ходить в рейды, а кому пора умереть.
Майор помнил свои первые походы. Страх, который постоянно преследовал его. Опасная нечисть, ведьмы, вурдалаки… Бойко мечтал изменить район, в идеале стереть ее с лица земли, но понял, что это так и останется в его мечтах. Но его нельзя убить! Невозможно изменить. Он сам, если захочет изменится, но вряд ли когда-нибудь исчезнет. Но ходят слухи, что все из-за тарелки, которая так удачно упала в этом районе. Мол она генерирует странные поля. Там же можно было найти уникальные вещи, но мало кто возвращался из подобного рода ходок.
— Ну что ж, формальности улажены.
— Тогда мы пошли, — Азиза быстро встала и направилась к выходу. Матвей сухо кивнул и поспешил за девушкой.
Майор еще какое-то время сидел не двигаясь, а потом достал из ящика стола два документа. Его губы быстро шевелились. Если прислушаться, можно было разобрать:
— Михайлов Матвей Александрович. Интересный молодой человек. Весьма образован. Заинтересован наукой. Упертый, умеет добиваться того, чего хочет в пределах возможного. Не ставит себе, не решаемых задач, понимая, что выше своей обычной планки не прыгнет. IQ равен 230. Совершенно не приспособлен к жизни. Для него есть только наука, поэтому даже в бытовых делах умудряется «косячить». При стрессовых ситуациях неизвестна его реакция. Поход в Чушевицкий район нежелателен. Спасет только счастливое стечение обстоятельств.
Бойко покачал головой. Ох, пропадут дети. Куда ж их понесло? Зачем? Кому нужны эти понты?
«Дубина Азиза Николаевна. Без комплексов. Если приспичило, то найдет, кого напрячь своими проблемами. Человек не интеллектуальной сферы труда. Умеет манипулировать людьми. Благодаря папе, считает, что ей все дозволено. Всегда выходит сухой из воды. В экстремальных ситуациях теряется и начинает истерить. В походы или экспедиции лучше не брать. Подходит для офисной работы, не более».
— Сгинут. Ой, сгинут, — он закурил. — Вот только это уже не моя проблема. Сколько дураков-то в сюда лезет. И ради чего? Понты? Деньги? Развлечение? Адреналин? А все одно — пришельцы никого не отпускает. Либо сгинешь там, либо всю жизнь тебя будут преследовать нечисть. Только в психушку потом.
Бойко снова вздохнул и продолжил рассуждения вслух:
— Вот молодежь. Ничего они не боятся — ни нечисти, ни ведьм, не инопланетян, ни даже мародеров… Хотя страшнее инопланетян только люди. Люди и породили этот хаос, из-за чего повылезали все эти коловертыши…люди во всем виноваты. Технический прогресс…вот и огребаем теперь. Вместо того чтобы исправлять последствия, мы «развлекаемся»…
В дверь постучали.
— Войдите, — майор выдохнул дым и продолжал смотреть в окно.
Вошедший молодой лейтенант отдал честь и проговорил:
— Обратиться можно?
— Обращайся, — раздраженно разрешил майор.
— Вы уверены в этих людях?
— Нет, но я не отвечаю за их жизни. Мне заплатили, чтобы они прошли через блокпост. За них я не в ответе и мне плевать сдохнут они или нет.
— Ясно, — немного огорченно протянул военный.
— Тебя они волнуют, лейтенант? — Бойко обернулся.
— Просто они совсем еще дети…
— Ничего. Я дал им хорошего проводника. Не самого лучшего, но хорошего. Даст Вытьянка, свидимся мы с ними еще…
— Ну что? Поможешь? — Бык посмотрел на девушку. — У Кашкая съемник есть, ее нужно мне доставить. Там мои ребята стоят, готовы в любой момент сорваться, но молодые, сами на штурм не пойдут, сгинут иначе.
Вытьянка задумалась. Лицо девушки было наполовину закрыто черной маской. Говорили, что там была вшита металлическая пластина, а также клапаны для фильтров. Она зашла сюда в дачный поселок потому что прошло сообщение с просьбой о помощи. Сталкер по кличке Кашкай в очередной раз загремел в плен (ибо это было его обычное состояние) к бандитам (мародерничали тут неподалеку) — ценный свидетель, в конце концов, Кашкай слишком много знает, поэтому, пожалуй, его еще не убили. Информация лишней не бывает.
Вытьянка перекинула ремень автомата и, достав из внутреннего кармана свой смартфон, показала Быку карту. Взгляд девушки был вопросительный, но в тоже время сосредоточенный.
— Понял, — сталкер кивнул. — Ты имеешь ввиду где он сейчас?
Вытьянка кивнула.
— Помнишь домик губернатора с таким большим участком, ну тут недалеко знаешь? Кашкай там, — и, дождавшись утвердительного кивка девушки, Бык продолжил. — Кашкая держат в конюшне. Там обычно один охранник. Твоя помощь очень нужна, у меня один молодняк, — Волк улыбнулся.
На нем был обычный сталкерский костюм с броней и разгрузочным жилетом. В руках он держал старый добрый Ак-47. В Чушевицком районе это не редкость.
Вытьянка хмыкнула. В отличии от опытного сталкера, она была одета более стильно — ее комбез идеально «сидел» по фигуре и явно был не только красивым, но еще удобным, надежным и многофункциональным. Берцы, армейские камуфляжные брюки и куртка-плащ с капюшоном. Под курткой был виден разгрузочный жилет несколько неординарно пошитый — напоминал он ветровку-олимпийку с множеством карманов. За плечами девушки висел рюкзак, какие обычно выдают в армии. На руках военные перчатки без пальцев, с металлическими пластинами на костяшках.
Вытьянка убрала смартфон и, проверив свой автомат, кивнула и пошла. Где-то за ее спиной, уже звучало привычное: «Подмога в пути». Вытьянка не обязана была помогать, но таков закон на территории пришельцев. Неписаный закон. Всем нам может понадобиться помощь. И каждый из нас ее получит, если не обходил чужие беды стороной. Отойдя немного от поселка вдоль дороги, девушка-сталкер обнаружила два трупа. Бык не упоминал об этом, вероятно, и сам не знал. Быстро отписавшись на смартфоне и забрав бинты и патроны (мертвым они все равно ни к чему), девушка прошла чуть-чуть и, поднырнув в небольшое углубление, перешла на другую сторону дороги, предпочитая не светиться на открытой местности. Молодняк, следящих за мародерами, ей не составило труда найти — не умели они еще прятаться и сливаться с природой (если эту флору и фауну в аномальном районе можно было назвать природой).
Она появилась как черт из табакерки для ребят. Не ожидав, появления Вытьянки, парни шуганулись и наставили стволы в ее сторону, но спустя несколько секунд успокоились. Их было трое. Все молодые, впервые в Чушевицах и еще не привыкли, что смерть поджидает каждую секунду, и не всегда в виде нечисти. Порой даже не успеваешь осознать, что умер. Немного успокоившись, Петруха вздохнул и произнес:
— Не пугай так больше.
Девушка показала на часы, намекнув, что торопится.
— Хорошо, буду краток. Трое ходят по левому коридору, двое прогуливаются взад-вперед, еще трое на крыше правого крыла здания. Ну что? Идем?
Вытьянка показала рукой, мол, двигаемся за мной и без шума. Они незаметно спустились вниз, прячась за кустами. Дойдя до пригорка, девушка пригнулась и прислушалась. Двое мародеров болтали у костерка. Их привычный слэнг был легко узнаваем. Малограмотная речь и куча нецензурных слов — ну как тут не узнать??!
Передернув собачку, сталкер выставила режим одиночного выстрела, дабы не расходовать зря патроны. Дождавшись удобного момента, девушка быстро двинулась к полуразрушенному зданию. Вытащив из ботинка нож, Грех молниеносно подошла к костру и перерезала горло двоим бандитам. В следующую секунду, девушка скрылась за обломками стены. Дав сигнал молодым, чтобы вели себя тихо, сталкер метнулась к воротам. Также быстро и незаметно завалив мародеров с ножа, без лишних громких звуков. И вот тут-то не повезло — собираясь выскочить и убить шляющегося по двору врага, ее заметили.
— Мля! — успел вякнуть этот мерзавец, а после умер от выстрела в живот.
И тут началось. С крыши закашлялась «Гадюка», кто-то стрелял с обреза. Один из молодых высунулся и выстрелил. Еще один мародер был повержен. Молодые активно включились в перестрелку. Прикрывая девушку, парни вели плотный огонь, но мародеры больше не умирали — видимо жить очень хотелось. Но это длилось недолго, вскоре очередной мужчина с крыши свалился замертво — красивая дырка от пули красовалась по центру лба. Его дружок покатился следом — Вытьянка метнула нож и повергла очередного. Оставшихся двоих мародеров молодым посчастливилось завалить. Девушка усмехнулась — неплохо, хоть и зеленые, но стрелять умеют.
— Бык возвращаемся.
Вытьянка вошла в полуразрушенное здание. В углу напротив костра сидел Кашкай.
— Хай, Вытьяночка, спасябочка.
Девушка кивнула на выход и рукой изобразила, чтобы парень шел за ней. Кашкай кивнул и послушно двинулся за спасительницей. Вся компания без приключений вернулась в дачный поселок. Кашкая сразу отправили к Быку, вместе с долгожданной информацией. Вытьянка сдала бандитские стволы и несколько аптечек на склад. Мало ли пригодится. Сама девушка была укомплектована и единственное, чего ей не хватало, так это патронов. Осталось два рожка, и третий был непосредственно поставлен на автомат.
— Как всегда круче всех, — опытный сталкер усмехнулся. — Сколько?
Подумав, Вытьянка подняла два пальца. Бык кивнул и достал пачку денег.
— Хватит?!
Она кивнула и, посмотрев на небо, многозначительно кивнула.
— Да, сегодня говорят НЛО можно будет увидеть. Охотиться будешь?
Девушка пожала плечами. Жест был сделан неожиданно легко и совершенно беззаботно, словно ответ: «Как карта ляжет (!)».
— Если хочешь, можешь у нас задержаться, а там сама смотри. Да я давно тебе предлагал с нами остаться. Нечего девушке за инопланетянами гоняться. Какое бы прошлое не было. Ну не женское это дело. Тебе бы на столицу. Неужели не хочешь семью завести?
Девушка грустно посмотрела на сталкера и, не ответив, спустилась в погреб. Там она заняла одну из коек. Быстро перекусив консервами, Вытьянка легла и мгновенно отрубилась.
Этот дачный поселок сейчас был островком спокойствия, где хоть чуть-чуть можно было отоспаться. Находиться на краю Чушевицкого района было относительное спокойно и безопасно. Конечно, вояки и мародеры тут хаживали, но пока особых проблем с ними не было. Неподалеку блокпост и пропускной режим, который можно было легко миновать положив в нужную «лапу» зеленые хрустящие бумажки. Здесь постоянно фонило радиацией, неизменно проскакивала мелкая нечисть.
Вытьянка спала тихо и чутко. Она слышала все разговоры новичков, шорохи аномального района… Новоприбывшие сталкеры рассказывали друг другу байки об НЛО, об анчутках, о коловертышах, ведьмах, лобасты, навьи и летавицах…рассуждали о тяжелой судьбе, о монстрах, о возможных деталях с летающей тарелки, мифологических существах и, конечно же, о женщинах. Кого-то из новичков ждали, кто-то надеялся найти романтику здесь, в Чушевице.
Вытьянка перевернулась на бок, лицом к стене. Ее тоже терзали воспоминания, ностальгия… Женщина в аномальном районе — большая редкость. Да в баре можно встретить официанток и вообще дам легкого поведения, для утешения сталкеров, услаждения их тел. Но девушка-сталкер!?.. Больше чем редкость. Не женское это дело. Но Вытьянка и была такой как все. И попала в Чушевицкий район не случайно. Никто не знал откуда и кто первый дал ей кличку. Но «имя» приклеилось. С непонятной гордостью девушка носила его. И мало кто хотел с этой девушкой шутил. Серьезная она. Поговаривали, что Вытьянка станет следующей Легендой и ее заберут инопланетяне. Но ей было на это наплевать. Вокруг сталкера по клике Вытьянка всегда было множество легенд, слухов и необъяснимой мистики. Никто не знал, как она появилась в Чушевицком районе (что же прекрасный пол потянула в такое место??!). Все знали, что она добралась до упавшей тарелки, пережила встречу ни с одной ведьмой, ее не трогают анчутки, нашла Косу Смерти, набрела на логово инопланетян и вернулась обратно. Поговаривают, что пришельцы ее единственную воспринимают, как и повылезавшая нечисть. Никому не удавалось вернуться живым от упавшей тарелки. Почему Вытьянке так везло — никто не знал. Предполагали, что ее защищает нечисть. Но доказательств этому, как водится, не было.
Вытьянка сидела за дальним столиком бара. Мысли ее блуждали, и в какой-то момент девушка отключилась от реальности. Территория бара была одной из немногих безопасных точек в на этой аномальной территории. Что могло привести сюда молодую красивую девушку? Вообще, что может привести сюда (где множество нечисти, зашкаливающий уровень радиации, куча отморозков, военных и мародеров) прекрасный слабый пол? На этот вопрос вряд ли кто-то мог ответить. Девушкам вообще здесь не место. И встречается только два вида особ женского пола. Одни полезли сюда за романтикой, в поисках брутальных сильных мужчин, в надежде на приключения, заканчивающиеся свадьбой. И, увы, нет тут ничего такого. Нет романтики, нет тех сопливых историй, которые описываются нынче в любовных романах, нет тех принцев на белых конях и всяких вампиров на серебристых автомобилях. А есть лишь злобные вурдалаки и огрубевшие сталкеры. Такие девушки не задерживаются на этом свете — пришельцы не прощает беспечности и глупости. Дальше дачного поселка, что находится сразу за блок-постом военных, дурехи не уходят. Немногие из них больше месяца жили. Пусть это всего лишь окраина Чушевицкого района, но нечисть никто не отменял. Многие гибли едва пересекали границу, не в силах перенести всего потрясения. Так рушились прекрасные девичьи мечты о романтике и о возвращении домой. Никто из них так и не вернулся. Но есть еще и вторая категория дам. Эти смогли приспособиться к условиям, стреляют не хуже мужчин, выполняют ту же работу, глушат водку. Такие девушки огрубели и ничем не отличаются от мужчин — страшное и печальное зрелище. Девушки, которые и не девушки вовсе. Они не мыслят иной жизни для себя, не представляют, как это быть «хранительницей очага». Они не знают, как это быть за пределами аномального района. Вытьянка не была такой изначально. Да, конечно, и ей раньше все это казалось местом полным романтики, приключений, милых опасностей…но девушка быстро поумнела. И, пожалуй, она одна из немногих, кто мог вернуться домой или же в Москву, но не хотела этого. Ей и здесь было неплохо. НЛО и все что с этим связано стало для нее домом. Словно родитель, Чушевица оберегала эту девушку, давая той возможность выбраться из любой передряги с наименьшими потерями.
Вытьянка выпила рюмку мутной невзрачной жидкости и, закусив бутербродом, который тоже явно был не первой свежести, снова задумалась. Она вспоминала, как впервые оказалась здесь, как впервые начала убивать, защищая свою жизнь…Вроде прошло совсем немного времени. С тех пор как ушел Шархан, Вытьянка все чаще возвращалась мыслями к воспоминаниям.
В Чушевицком районе она оказалась не по своей воле. Когда-то она мечтала растить детей в дружной любящей семье. Ее молодой человек воображал себя матерым сталкером, постоянно рассказывая байки, легенды, напевая песни, и в один прекрасный момент уговорил девушку идти с ним, дабы продемонстрировать, что все это является правдой, что он мужик и не бросает слов на ветер, что он может дойти до тарелки, уничтожить всех мародеров, а вместе с ними и сам аномальный район. Он сгинул, не успев дойти до поселка новичков. Девушке повезло больше. Ее молодой человек стал жертвой анчутки, которого почему-то не заметил. Нечисть вздернула его тело и вскоре трава оросилась кроваво-белым месивом. Вытьянка или тогда еще просто Ирина Вытьянка выбежала на дорогу в надежде встретить хоть одного человека — именно человека, а не инопланетянина или нечисть. То ли мольбы, то ли сам район благоволил ей, помогая добраться до пункта назначения. Ирина столкнулась со сталкером-одиночкой и по счастью опытным. Он сначала хотел ее пристрелить — все-таки здесь редко бывают девушки и это кажется необычным и странным, но потом отвел ее в бар, где Ирина Кузнецова начала выполнять несложные задания. Тарантул — пузатый «жук», извлекающий выгоду из всего быстро нашел для девушки работу, не забывая оплачивать (вычитая n-суммы за жилье, питание и прочие удобства в Чушевице). Сначала Ирина просто проводила инвентаризацию товара в бункере Тарантула и время от времени наводила порядок. Позже оформляла заказы сталкеров. Еще позже начала ходить вместе с новичками. Недалеко, но даже такие прогулки оставляли свой след в душе хрупкой девушки.
Выполняя поручения Тарантула, представительница слабого пола человечества смогла извлечь для себя много новой информации, которая помогла ей выжить. Через какое-то время, она напросила в рейд с новичками под предводительством сталкера Шмеля, где хорошо себя зарекомендовала и получила прозвище — Вытьянка. За что? За жестокость, не свойственную хрупким девушкам, за красоту, которая редко встречается и за умение выживать. Особенно за молчание. Она практически забыла свое имя, так и оставив лишь фамилию. Зачистка поселка бандитов — такова была цель рейда. Тогда Вытьянка впервые убила. Это получилось как-то само. Палец сам нажал на курок. В душе ничего не шелохнулось. Прекрасно осознавая, что убила врага, Ирина не стала впадать в депрессию, а вместо этого, наравне с мужчинами принимала участие в активных боевых действиях. Так появился новый сталкер, точнее сталкерша, по кличке Вытьянка. Она не была той мужеподобной бабой, которые стараются во всем превзойти мужчин. Она просто делала свою работу. Несколько раз ходила к тарелке, в надежде встретиться с инопланетянами. Поговаривают, что ей это удалось. Она также нашла общий язык с нечистью, которые стали ей как родные.
Несколько раз пыталась Вытьянка уйти из Чушевицкого район, и каждый раз она возвращалась. Может проблема была в том, что там ее никто не ждал. Может, еще нужны были деньги. Может…гадать можно было до бесконечности. Тем не менее, она всегда возвращалась, благодаря инопланетное вторжение за то, что эта земля принимает ее каждый раз радушно.
— Здорово, Васек, — поприветствовал Тарантул вошедшего сталкера.
Все обернулись. Ну как же? Когда еще вот так встретишь живую легенду. Завидев Вытьянку, Васек, бросил заказ Тарантулу, и подсел за столик к девушке.
— Давно не виделись.
— И тебе не хворать, — угрюмо ответила она.
— Деньги нужны? — перешел он сразу к делу.
— Дружбан?! — Вытьянка подняла свои карие глаза, перестав созерцать грязную дубовую столешницу, на которой кто-то выцарапывал любопытные надписи. — Ты сам все знаешь, так зачем спрашивать?
— И риск тебя как всегда не пугает? — уточнил Васек.
— Ни капельки.
— Тогда слушай. Ученым двух головастиков вели с проводником. Их бандиты отловили. Там говорят еще пара сталкеров находится в плену. Короче, сумма приличная — ученые все оплатят. Тем более, тебя точно никогда не обидят.
— А ты идешь?
— Иду, сама же сказала, у меня там дружбан застрял, — нехотя признал сталкер. — Бык тоже идет. В кои-то веке выбрался дальше поселка.
— И что? Вас двоих мало?
— Мы не знаем сколько там бандитов. Предположительно от тридцати человек и выше. Учитывая, что Бык сейчас не в лучшей форме, то нам бы не помешала помощь, но особо никто не идет.
— Почему? — равнодушно спросила девушка.
— Потому что риск слишком велик. Равноценно самоубийству, — Васек усмехнулся. — Да и мы с не пойми кем тоже не особо жаждем идти на задание.
Вытьянка задумалась. Деньги конечно всегда нужны, но снова сталкиваться с учеными и всякими туристами ей не особо хотелось. Ее и так в прошлый раз пытались уговорить остаться с учеными в качестве помощницы, мол, работа не пыльная и не такая опасная, что ее всему научат и даже могут оформить документы, что она какой-нибудь доктор наук. Будет работать в здании, анализируя результаты замеров и данных поступающих от других ученых. Вытьянка не любила сидеть на месте. И тем более не любила делать то, в чем ничего не понимает. Милее ее сердцу было бродить по страшным местам инопланетного пребывания, отстреливая мародеров.
— И где эти придурки пропали? — хмыкнув, спросила девушка.
— Сейчас скину координаты.
Васек достал смартфон и принялся нажимать какие-то кнопки. Вскоре жалобно пискнул телефон у девушки. Быстро просмотрев карту на монитор своего древнего смартфона, она довольно усмехнулась. Красный флажок расположился внизу карты
— Милое местечко. Уверен, что их там не подрали коловертыши?
— Надеюсь, но не могу ручаться.
— И что? Нас всего трое идет?
— Да.
— Согласна, — Вытьянка хмыкнула. — Хоть никто не будет путаться под ногами. Ты прав.
— И не сомневался. Сегодня вечером выходим, часов в семь будь готова.
— Опять Бык поведет? — уголки губ тронула улыбка.
— Он один из нас кошак чертов, — хихикнул Васек. — Встретимся там же, — и удалился.
Она не ответила, углубившись в свои мысли.
— Вытьянка, тебе посылка, — крикнул Тарантул.
Девушка обернулась. Непослушная челка упала на глаза, а цепкий взгляд карих глаз обнаружил тень курьера, который уже уходил. Вытьянка встала из-за стола и подошла к стойке. Тарантул откуда-то извлек сверток и протянул его сталкерше. Она улыбнулась. Посылка из Москвы. Ее заказ. Его доставили. Большего для счастья и не нужно.
— Сколько? — она знала, что оплачивая заранее товар, могла прогадать с ценой, и приходилось доплачивать после доставки товара.
— Не в этот раз. Вытьянка, один вопрос можно задать? — Тарантул наклонился к девушке. Его большой живот уперся в столешницу.
Вытьянка недовольно посмотрела на мужчину. Она не любила лишних вопросов, особенно если они касались ее. Особенно ее прошлого. Неопределенно пожав плечами, девушка еще раз посмотрела на сверток, и тяжело вздохнув, тихо произнесла:
— Ну давай.
— Что тебя тут держит? — также шепотом спросил Тарантул, прищурившись. — Ты красивая, умная девушка. Тебе бы семью создать, жить счастливо там, а не тут стрелять по мутантам и водку пить. Почему ты отсюда не уходишь? Что тебя удерживает?
— Нечисть и инопланетяне, — лаконично ответила она.
— Я тебя не понимаю, — покачал головой Тарантул. — Неужели тебе тут нравится? Не было мысли уйти отсюда…навсегда?
— Были, — не стала отрицать Вытьянка. — Но меня там никто больше не ждет. Парень сгинул здесь. Мать умерла. Отца у меня никогда не было. Друзей и подруг там нет. Нет смысла уходить. Все равно аномальный район меня уже никогда не отпустит. Там я уже не смогу так спокойно существовать. А тут я чувствую, что Живу.
Девушка замолчала. Тарантул удивленно на нее смотрел. Никогда еще Вытьянка не говорила так много. Обычно она молчала и на все вопросы лишь фыркала, презрительно скривив губы. Многие думали, что девушка немая, настолько редко слышали ее голос.
Тонкие пальцы взяли увесистый сверток. Да, такими пальцами бы ублажать мужа или убаюкивать ребенка, или играть на фортепиано. А вместо этого эти самые пальцы давят на спусковой курок АКМа и выдергивают чеку из гранаты.
Вытьянка усмехнулась и вышла из бара. Блуждая по небольшой базе, девушке вдруг пришла на ум мысль, что давненько она не навещала одну знакомую ведьму. Все-таки у нее ей нравилось больше. Всегда накормят, есть где переночевать и никогда не докапывают вопросами, уставом и другими ненужными ей вещами. И все-таки почему она не хотела уйти из Чушевицкого района?
Потому что… потому что…потому что это место стало ее домом. Все это время здесь были к ней благосклонны. Непонятно почему, но Вытьянка очень жалела этот инопланетный оазис. Все что случилось с этой землей, во всем этом виноваты люди. А теперь? Теперь ругают кого угодно? Но инопланетяне дают смысл жизни. Здесь никто не прячется за масками лицемерия. Только здесь сразу можно узнать кто друг, а кто враг. Здесь можно стать Человеком или поддонком. Среди сталкеров почему-то многие считали, что Вытьянка одна понимает этот странный район и существ, и воспринимает ее, как Мать. Возможно, так оно и было. Девушка об этом молчала.
Так или иначе, но так она жила, дыша инопланетной атмосферой.
Хорс бросил ключи, свободной рукой демонстрирую два автомобиля: «Шудатти» черного матового цвета и глянцево-серый «Актон Мастрон».
— Решил упущение исправить, — сухо пояснил вампир. — «Шудатти Вейра Драбл Спорт». Ваши разработчики его немного улучшили. С цветом не знаю угадал или нет.
— Неплохо, спасибо, — Мстислав лениво окинуть взором автомобили. — «Актон Мастрон» тоже переделанный?
— Отчасти. Я не был уверен, что ты разрешишь подарить машину твоей жене.
— Интересно с чего вдруг сомнения, — буркнул Шархан открывая капот и с пытливостью рассматривая доработки.
— «Актон Мастрон Купе». Усиленный титановый корпус. Двигатель двенадцать цилиндров с двойным турбонаддувом, максимальная мощность шестьсот восемь лошадиных сил. Влад рассказал, что Вита свою машину разбила и я подумал, что неплохо было бы это исправить. А без твоего разрешения я все равно не могу подойти к Витторине.
— Это правильно, — Мстислава казалось не интересовал Хорс, но это не было правдой. С вампиром у них царили достаточно напряженные отношения. Нет, ревности не было, ибо Витторина не давала повода в себе сомневаться. Но и решение не заставило себя долго ждать. Не зря говорят «Держи друзей близко, а врагов еще ближе». Хорс не был в прямом смысле этого слова врагом, но определенные опасения на его счет имелись. Шархан не сомневался, что при возможности вампир с удовольствием избавился бы от конкурента, и сделал то, что могло его бы защитить. Переведя Хорса в статус «Марионетки» Витторина автоматически контролировала каждый шаг своего подчиненного, не имея при этом обратной власти. Хотя у девушки не хватало опыта и порой она промахивалась в своих приказах.
Хорс отреагировал первый, повернув голову в сторону ворот. Все-таки вампирский слух значительно острее человеческого. По его реакции, Шархан сделал вывод, что жена на подходе.
Девушка легкой походкой прошла в гараж. Когда не приходилось торопиться, ее движения становились плавными, будто мелодичными. Но в период собранности, Витторина начинала походить на своего мужа — собранная, решительная, смертоносная.
— Мстислав, — мелодично позвала она, обращая на себя внимание мужчин.
— Да, да, и снова да, — ответил он на все ее душевные вопросы, продолжая рассматривать внутренности автомобиля и уже что-то шаманить. Для него не существовало тайн в ее сознании, постоянный Катарсис исключал такую возможность.
— Так не интересно, — Вита усмехнулась, не особо расстраиваясь осведомленности мужа.
— И тем не менее я с тобой согласен, идею поддерживаю, свадьбу тоже, — Шархан перевел теплый любящий взгляд на свою жену. — И все-таки «Райен» разбей.
— Легко, — Витторина махнула рукой, сминая Импульсом дверцу машины. — Объясняться будешь сам. Он уже бежит сюда.
— Тогда и мы бежим, — захлопнув капот, Мстислав открыл дверь нового автомобиля, предлагая Витторине занять место пассажира.
Девушка послушно села в машину, а Шархан щелчком пальцем заставил «Шудатти» встать под защиту Импульса в виде молний. «Актон Мастрон» резво покинул гараж, оставляя Хорса одного.
— Такое чувство, что ты ревнуешь, — вдруг спокойно отметила девушка, глядя как за окном одним махом сменяется пейзаж.
— Я не ревную.
— Уверен?
— Нет.
Витторина тихонько хмыкнула и обернувшись к мужу, взяла его правую руку в свои ладони.
— Мы столько с тобой пережили… — протянула она.
— Я мог тебя потерять, — Шархан вздохнул. — Ты знаешь…я до сих пор с ужасом оглядываюсь на прошлое. Я вспоминаю тот день, когда ты собралась покинуть Академию.
— Мстислав… — ей становилось тяжело признаваться в своей боли, но продолжила. — Наша временная петля могла разойтись в той точке, а может и раньше. Я хотела, чтобы ты был счастлив и поэтому приняла тогда такое решение.
— И это решение причинило тебе столько боли.
— Я же все понимаю, — Витторина крепче сжала в своих ладонях руку мужа. — Мы же вместе. Я не держу зла или обиды…
— Тебя держит боль, — перебил Шархан. — И мне жаль, что источником этой боли стал я, — он помолчал. — Ты знаешь, что вольна поступать так, как хочешь. И если ты захочешь покинуть Академию или уйти от меня…
— Мстислав?! — теперь пришла очередь Виты перебивать. — Я от тебя не уйду. Со всеми трудностями мы можем справиться. Если уходить, то вместе.
— Я для тебя хочу лучшего.
— Ты. Ты лучшее, что могло случиться в моей жизни. И я готова идти с тобой до конца. Будет тяжело, будет невыносимо. Даже если мы все потеряем, я буду с тобой, я буду твоей опорой и поддержкой, я буду твоими крыльями.
Мстислав обернулся к девушке и мягко улыбнулся, соглашаясь со всем сказанным. Несмотря на внешнюю холодность, он испытывал самые теплые чувства к своей жене, зная, что Катарсис раскрывает их в полной мере все, без остатка.
— Мне надо будет уехать в город, встретиться с другом тет-а-тет, — вдруг сообщил он. — Это то, что тебе надо знать и пока единственное, — отрезал Шархан ставя блок в сознании. — Это гарант твоего выживания в критичной ситуации.
— Твой друг, о котором ты упоминал? — безразлично уточнила Витторина, хотя была далека от показного спокойствия.
— Да. Твоя безопасность на данный момент времени становится первоначальной задачей.
— Почему я? Ты страшнее меня.
— Потому что сила Марены зависит напрямую от эмоций и имеет куда больший запас Импульса. Меня убрать будет проще, чем тебя.
— А с другом своим ты не собираешься меня знакомить?
— Собираюсь. Но позже, — Мстислав был категоричен в своем решении. — Так надо.
— Кто бы спорил.
Они ненадолго замолчали.
— Тебе уже доложили, что меня запретили показывать на всей территории страны? — вдруг весело спросила Витторина, стремясь поднять мужу настроение.
— И как?
— Леша взломал сеть и стал транслировать наши клипы несколько раз в день в одно и тоже время, — она рассмеялась. — А вообще, куда мы едем?
— В Андеграунд. Я подумал и присмотрел нам там квартирку. Десять комнат, бассейн на крыше и тренажерный зал.
— Десять комнат?! Зачем так много?
— Ну я надеюсь, что в скором будущем у нас будут дети. Да-да, дети, во множественном числе и им понадобятся детские комнаты, — Мстислав улыбнулся. — Не вечно же нам воевать.
Дороги города были пустыми, лишь общественный транспорт курсировал стабильно по отдельной полосе. Мстислав остановился у дома расположенного недалеко от центра.
— Последний этаж наш, — сообщил он, когда они вошли в лифт.
Выйдя в коридор, пара подошла к единственной двери. Мстислав галантно распахнул ее, пропуская вперед жену. Витторина медленно прохаживалась по квартире, о чем-то думая, но вслух не произнося ни слова. Взгляд карих глаз подробно изучал комнаты, не упуская из виду никаких мелочей.
— Я ее купил. Перевел деньги на общий счет Академии, для нужд населения.
— Да, я знаю. Иначе как объяснить, что ремонт сделан во всех комнатах, — Вита усмехнулась. — Мне нравится. Вкус у тебя прекрасный, а главное ничего лишнего.
Шархан приобнял жену за талию.
— Какие у нас планы на сегодня?
— А мы куда-то торопимся?! — удивился мужчина. — У нас есть время.
— Тогда есть серьезный разговор, — она обернулась к нему, глядя прямо в глаза. — Ответь честно.
— Разве я тебя хоть раз обманывал? — Шархан склонил голову на бок. — Но я понял, тебя что-то очень беспокоит. Я внимательно слушаю.
— Скольких ты убил?
Вопрос, заданный в лоб, поставил в ступор даже Мстислава. Он крепко задумался, старательно подбирая слова, понимая, что неправильно сформулированное предложение нанесет больше вреда, чем физические травмы.
— Многих, — он слегка пожал плечами, словно признавая свое поражение. — Но я предвижу твой следующий вопрос. Я убил за всю жизнь меньше, чем ты за один бой.
Воцарилась тишина. Теперь очередь Витторины была задуматься. Шархан не торопил ее. Он знал, что этому разговору суждено было случиться. И вот он, момент настал. Об этом тяжело разговаривать, неважно сколько трупов за спиной. Мстислав особо никогда не страдал угрызением совести, но и не считал себя святым. Действия Академии и в частности «Ночной Стражи» стали необходимостью в реальном мире. В некоторых случаях нет другого выбора. Это стоило признавать. Витторина продолжала напряженно размышлять, все также находясь в объятиях мужа.
— Я…
— У тебя не было вариантов, — перебил ее Шархан. — Тебе не оставили выбора, поэтому ситуация сложилась так, как сложилась. Если бы ты взяла отряд с собой, то эти жертвы разделились бы ровненько на количество участвующих. Тем более ты защищала Академию. Подумай, сколько стариков и детей? Если бы защита сложилась, было бы куда больше жертв.
— Я слишком многих убила.
— Это была вынужденная защита.
Витторина вздохнула, не желая больше спорить. Они расположились в гостиной у телевизора. Витторина прижавшись к мужу, растянулась на диване, вяло глядя на экран. Очередной ужастик, который выбирал Шархан. Мужчина явно скучал за просмотром, но отвлекался ласково поглаживая жену по голове и волосам. Ребята уже и забыли когда вот так просто смотрели телевизор.
— Как моя машина?
— Я поставил ограничители, — Мстислав чмокнул жену в висок. — Очень переживаю, когда ты гоняешь.
— И на сколько ограничение?
— Не больше трехсот, — он улыбнулся, уткнувшись носом в волосы Витторины.
— Ну неплохо. Мы с тобой пойдем завтра на праздник?
— Да, надо появиться, — Мстислав улыбнулся. — Нас с тобой положение обязует, — он задумался. — Вообще меня начинает напрягать отношение Хорса.
— Он же вроде за версту меня обходит?!
— Я очень часто стал ловить Катарсис. Что у него в мыслях, — мужчина закатил глаза. — Голову оторвал бы, но за мысли и мечты нельзя калечить.
— Все так плохо?
— Более чем, — он хмыкнул. — Хорошо, что держится на расстоянии. Был бы повод…убил бы.
— Ты вроде не настолько кровожадный.
— Ты это расскажи любому в Академии, — Мстислав коротко хохотнул.
— Ну я же знаю, — она перевернулась на спину, заглядывая в глаза мужу. — Мало ли кто что говорит и думает. Я же знаю какой ты на самом деле, — глаза Витторины стали золотистыми. — Для других в Академии ты начальник, а для меня любимый и единственный. Интересно, кто же будет ошибаться? Жена или подчиненные?
Мстислав усмехнулся, целуя Витторину в макушку:
— Я тебя люблю, девочка моя!
Она уснула на плече мужа. Шархан неспешно гладил Витторину по голове, размышляя о дальнейшей жизни. После пережитой комы многое пришлось переосмыслить. Троицу друзей, с которыми когда-то вели дела в Лемуре, пришлось изгнать. Двое устроились на обычную работу в Андеграунде. Ян вынужденно покинул Академию. Его ложь положила конец отношениям с Алиной (скрипачкой из группы «Феникс») и мужчина предпочел уехать куда угодно, лишь бы ничего не помнить о том мире, в котором так долго жил.
Влад, напротив, удивил с положительной стороны. Мстислав никогда не сомневался в психологе, но у того был предел способностей и возможностей. Сам факт того, что ему удалось удержать друга в коме в стабильном состоянии и помогать Витторине, значил для Шархана неимоверно много. Да и жена. Жена не бросила и шла до последнего, рискуя собственной жизнью. Она готовилась умереть, лишь бы вернуть мужу жизнь.
Девушка сонно потянулась, развалившись на коленях мужа. Она казалась неимоверно милой, как котенок.
«И невероятно опасной», — услужливо напомнил внутренний голос и Шархан усмехнулся. Больше двух тысяч созданий. И все ради спасения Академии.
Утро наступило слишком быстро. Мстислав так и не смог сомкнуть глаз, любуясь самой прекрасной девушкой. День обещал быть насыщенным. Но сначала утренний кофе.
Народ гулял. Радостные возгласы, веселые разговоры, счастливые лица. На сцене поочередно мужчины и женщины жаловали подарки своим вторым половинкам, признаваясь в любви и просто демонстрируя удивительные таланты.
Мстислава не обошло стороной. Его хотели слышать и видеть, и он решил удовлетворить желание лемуровцев.
Махнув рукой, Шархан легко по ступенькам взбежал на сцену и перехватив микрофон, задумчиво сообщил:
— Я не знал, что тебе подарить, Вита. Вроде у нас с тобой все есть. Машина, квартира, карьера, любимая работа, мы друг у друга… — посмотрев прямо в золотистые глаза жены, мужчина добавил. — Я подумал подарить тебе это, — он вытащил конверт из-за пазухи. — Это письмо в будущее нашим с тобой детям. Я знаю, что сначала ты родишь мне ребят-близнецов, а позже прекрасную девочку. И это письмо ты зачитаешь им. Ты как-то говорила, что не знаешь, что творится в моей душе. Это письмо во многом станет для тебя откровением. Но самое главное, что ты должна знать — чтобы не случилось, я всегда буду с тобой.
Стадион взорвался аплодисментами, а Витторина уже приблизилась к сцене. Она не успела больше ничего сделать, потому что Мстислав спрыгнул к ней на встречу и обняв Витторину за плечи шепнул:
— Я тебя люблю!
В тот же момент приблизился и Хорс. Витторина почувствовала его агрессию, но прежде чем она успела хоть что-нибудь сделать, Шархан прикрыл ее собой — чистой воды привычка.
— Я хочу бросить тебе вызов, — вампир ухмыльнулся. — Сегодня же конкурс талантов. Так айда, кто из нас больше подтянется.
— Утвердиться за мой счет решил? — Мстислав холодно окинул взглядом противника. — Договаривай уж до конца.
— Хорошо. Я хочу забиться на одно желание. На Витторину. Если я выиграю, то проведу вечер с твоей женой.
— Да ты не оборзел? — возмутилась девушка, чувствуя, как клокочет в душе ярость.
— Боишься, что я выиграю? — вампир осклабился в самодовольной ухмылке. Вита почувствовала его уверенность. Он хотел выиграть, стремился к этому.
— Нет, — теперь был черед Витторины усмехаться. — Мстислав, победи его, пожалуйста.
— Что пожелаешь в качестве выигрыша? — ее муж мимолетно улыбнулся, погладив девушку по плечу.
— Я полностью доверяю тебе, поэтому пусть выбор будет за тобой, — она чмокнула мужа в щечку и объявила для всех собравшихся. — Судари и сударыни! Хорс бросил вызов Шархану. Кто же победит в подтягиваниях, кто сделает больше? Скоро вы это узнаете.
Они подтягивались долго, но Мстислав победил с приличным отрывом. Импульс против вампирской силы оказался в значительном преимуществе.
Витторина приблизилась к мужу, как только тот спрыгнул с турника, и нежно чмокнула в щечку.
— Никогда не даешь повода разочароваться в тебе, — она улыбнулась.
Вечером того же дня, когда Витторина репетировала со своей группой, к Шархану заскочил Влад. Казимир Мирославович решал со своим сыном вопросы, касаемо последних миссий и разработок, когда в дверь настойчиво постучали.
— Не помешал? — спросил психолог, решительно проходя к комнату.
— Что-то срочное? — уточнил Мстислав, ненадолго отвлекшись от каких-то расчетов.
— Важно и касается твоей жены, — медленно протянул тот.
— Я слушаю, — Шархан отложил все дела, полностью переключившись на друга.
— У меня с твоей женой произошел удивительный разговор, — издалека начал Влад. — Она утверждает, что медленно сходит с ума, — мужчина старательно подбирал выражения. — Не может простить себе ту бойню и еще ряд проблем. Ее созданные Фантомы так просто не исчезают, а тьма в ее душе только копится. Она сильно переживает.
— Ясно, — Мстислав тяжело вздохнул, оперевшись спиной на стену. — Новый виток самобичевания.
— Ты же понимаешь, что я мало что могу с ней сделать в таком состоянии. Поэтому предупреждаю. Возможно ей нужно больше твоего внимания или…я не знаю.
— Когда последний раз она проходила обследование? — вмешался Казимир Мирославович. — После возвращение из комы было?
— Нет. Она с тех пор впервые пришла. Боится, что станет убивать направо и налево, считает, что становится опасной для Академии.
— Имеет смысл достигнуть Предела, — отмахнулся Казимир Мирославович. — Какое-то время ей не удастся аккумулировать энергию, да и лишний раз нигде нарываться не будет.
На том и сошлись, решение казалось самым лучшим.
Вернувшуюся из студии Витторину Мстислав сразу повез в столицу. Ему просто хотелось провести с ней время, погулять, сходить в кино и кафе, как обычные люди. Заночевали они в московской квартире, в той самой, куда Хорс не смог самонадеянно влезть.
Матрас заметно прогнулся и девушка почувствовала теплые губы Мстислава на своем лбу.
— С добрым утром, девочка моя! — прошептал он ей на ушко.
— Аюта! — Витторина потянулась и обхватила руками мужа, притягивая к себе. — Как же я счастлива, — ее карие глаза неспешно скользили взглядом по лицу Мстислава, будто узнавали что-то новое в этих чертах.
— Ты прекрасна, впрочем, как всегда. Кофе будешь? — он коснулся носом ее маленького носика, улыбаясь. Такое тихое семейное счастье.
— Ммм, соблазнительно, — Витторина положила ладони на плечи Шархана. — На руськи моззя? — попросилась она и в следующую секунду счастливо засмеялась, потому что муж легко оторвал ее от кровати и понес на кухню.
«Я самая счастливая!» — по кругу носилась мысль в ее голове. — «Мне так повезло в жизни».
Они сидели на кухне, блаженно попивая кофе и разделив пирожное на двоих. Витторина, в рубашке мужа, сидела довольная, будто маленький котенок. Наверное, именно так они и представляли свою дальнейшую семейную жизнь — тихий уют, бытовые проблемы, спокойствие и забота. Имея все, они понимали, что довольствуются меньшим из того, чем распоряжались. Деньги не столь важны, хотя имели определенный вес. Сейчас, когда можно позволить себе все, пара старательно вкладывала в развитие Академии и ее территории. Огромные ресурсы тратились в отдел разработок под предводительством Ромки. Еще не меньший сегмент уходил на зарплаты, медицину и образование. Люди не нуждались ни в чем, они могли жить.
Какой-то посторонний звук заставил Мстислава напрячься. Сделав жене знак, они неспешно прошли в прихожую. И в эту самую секунду дверь оторвало взрывом Импульса. Шархан отреагировал молниеносно и под прикрытием Барьера отступил вглубь квартиры, атакуя еще не видимого врага. Витторина спряталась за его спиной с ужасом отмечая, что Импульс покинул ее. Несмотря на Предел, она, в стенах Лемура, могла генерировать энергию хотя бы время от времени. Но сейчас даже малейшей искры не осталось.
— Меня заблокировали. Это близнецы, — воскликнула она, и Мстислав понятливо кивнул, прикрывая жену.
Завоеватель вошел в прихожую первым и пара вынужденно скрылась в ближайшей комнате под натиском атак. Решительно вытолкнув жену в окно, Шархан выскочил за ней, легко подхватывая ту на руки. Они приземлись мягко, по-кошачьи грациозно. «Шудатти» Мстислава оказался заблокирован и ничего не оставалось, как бежать. Марафон начался.
— Я же поседею так! — воскликнула девушка, стремительно несясь вперед, то и дело лавируя между прохожими.
— Ничего, я тебя и такой любить буду, — Шархан отстреливался редкими Резонансами, спеша за своей благоверной. — Если выживем надо будет задуматься о дополнительной защите.
— Скорее об этих двух ненормальных, — Витторина резко ушла из-под удара, выскакивая на проезжую часть.
— Бери левее.
— Ага, на МКАД типа свернем?!
— При перестроении не забудь поворотник включить, — усмехнулся Шархан откидывая Импульсом несколько машин в сторону. Барьер не позволял другим пострадать от потасовки и при этом уберегал Витторину, и это оставалось первоочередной задачей.
Перепрыгнув через капот ближайшей машины, Вита хмыкнув, почти ехидно отметила:
— Зато в кои-то веки на твою машину покусилась не я.
Молния обрушилась совсем близко и девушка спонтанно поменяла направление движения. Мстислав несколько приотстал, задерживая противника особо мощными Резонансами. Когда мужчина обернулся, то увидел, что его жена сцепилась в портерной борьбе с девушкой. Это была та самая в смирительной рубашке, напавшая когда-то на приеме вампиров. Удары, наносимые Витториной в этот раз существенно отличались — резкие и сильные, чисто в манере ее мужа. Сказывалось отсутствие Импульса и понимание того, что на одной гибкости в настоящий момент не выбраться. В тоже время без способностей не было никаких шансов в боях на расстоянии.
Резонанс откинул врага в сторону, помяв фургон проезжающей грузовой машины. Витторина, моментально отреагировала, вскочив на ноги и вновь спрятавшись за спину Мстислава.
— Отходим, отходим, — негромко проговорил он, разнося часть дороги и поторапливая жену.
— Ты вызвал Ночную Стражу?
— Да, Мага откликнулся.
Им удалось скрыться под эстакадой от преследователей, но не верилось, что надолго.
Витторина прислонившись спиной к стене пыталась отдышаться. Мстислав сотворил защитный купол и присел рядом на корточки.
— Ты как?
— Отлично, — Витторина явно иронизировала. — Как меня бесит эта блокировка. Я ее в следующий раз в бараний рог скручу.
— О, наконец-то, — Мстислав достал из внутреннего кармана телефон и ответил. — Да. Где-где…кхм, — он закатил глаза, сдерживаясь чтоб не ляпнуть лишнего. — Пусть нас заберут, координаты вышлю.
Отключившись, мужчина тяжело вздохнул.
— Уроды, квартиру практически в ноль разнесли, — ответил он. — Обидно конечно, но не смертельно. Как думаешь, каким образом им удалось пробить Барьер?!
— Наверное, это из-за меня. Если меня удается блокировать, может и…
— Нет, девочка моя, такая система не работает, — он быстро поцеловал ее в висок. — Барьер завязан не только на тебе. Вероятнее всего, я где-то чего-то не доглядел, либо спровоцировал. Осталось понять, что именно пошло не так.
Сверху раздался звук клаксона. Витторина опираясь на руку Мстислава, поднялась наверх. Они вышли на дорогу, посматривая по сторонам и готовые к любым неожиданностям. Серебристый «Райен» с помятой дверью ждал их. Вместо Маги подъехал Казимир Мирославович, вероятно «Ночная Стража» решала другие проблемы.
— Удивительно, вы живы, — воскликнул отец Шархана, обнимая обоих.
— Надежда на избавление от нас все еще живет в вашем сердце? — Витторина тепло улыбнулась.
— Ах, чертовка, — отец Мстислава шутливо погрозил ей пальцем. — Ты еще внуков не нарожала, да и за «Райен» моя месть тебя настигла.
Девушка неспешно подошла к автомобилю, следуя за Мстиславом и держа того за руку. Казимир Мирославович уже занял место за рулем. Визг шин, резкий рывок и Витторину за талию с силой втянули в подъехавший грузовик, буквально вырвав из рук Мстислава. От такой наглости опешили все, именно это дало похитителям пару секунд форы. Фургон отъехал всего на десять метров, как первый Резонанс его настиг, ломая асфальт. Вторая атака оторвала колеса и смяла двери, вырывая те с мясом.
Неторопливым шагом подойдя к машине, Мстислав ногой лениво сдвинул в сторону смятые двери. Вита сидела на сидении в углу как ни в чем не бывало. Ее лицо не выражало никаких эмоций, а глаза обычные карие не поменяли цвет, как это случалось в экстренных ситуациях.
— Даже испугаться не успела, — негромко откликнулась она.
— По всей видимости, на нас объявили охоту.
— Они, — девушка тихонько пнула ближайшего похитителя, лежащего без чувств и при. — Они все были под СБДМ.
— Это становится проблемой. Надо заняться этим вопросом всерьез.
— Что угодно, но я Виту больше не выпущу за пределы Академии, — подал голос Казимир Мирославович. — Для нее это слишком опасно. Два нападения за один час.
— Если вы меня запрете в Академии, это не решит проблемы, — сухо отметила рок-дива продолжая разглядывать нападавших. Их было всего трое и водитель. Как один молодые, лет двадцати двух и изможденные. на руках сильно выпирали вены, хотя СБДМ принимался в таблетках. Под глазами залегли темные, почти черные, круги, а кожа лица выглядела дряблой и откровенно старой.
— Все отлично, только давайте погрузимся в машину и уже по дороге обо все поговорим, — предложил Мстислав.
Когда «Райен» отъехал от места потасовки, Шархан вернулся к наболевшей теме.
— Нам надо удар нанести по самым крупным поставкам этой дряни.
— Искоренить ее не удастся, — напомнил отец. — Наркош все равно меньше не станет.
— Но ее хотя бы достать будет тяжелее, плюс к этому мы сможем быстрее отслеживать торговлю и останавливать.
— Нет, — Вита задумалась. — Я тут вспомнила. В одном моем любимом сериале говорили, что когда невозможно что-то искоренить, то необходимо поселить идею. Там что-то и про наркотики было, — девушка задумалась, пытаясь припомнить конкретную серию. — Не, забылось. Но суть, нам надо провести полномасштабные и очень показательные действия, чтобы СБДМ обходили за несколько километров.
— Эту дрянь невозможно бросить. Привыкание с одной дозы, — Казимир Мирославович хмыкнул. — Многие с удовольствием потерялись бы в той реальности, которую дают эти таблетки. Все-таки они дают несколько больше, чем обычная наркота. Здесь ты проваливаешься в свои мечты, надежды… оттуда просто никто не хочет возвращаться.
Звонок мобильного отвлек всех от серьезного разговора. Мстислав ответил по громкой связи — отец и жена должны быть в курсе дел.
— Слушаю.
— Шархан, это Годун. Есть минутка? Я насчет идеи, которую вы выдвигали.
— Слушаю, — холодно отозвался Мстислав, обменявшись с женой выразительным взглядом.
— Мы готовы быть с вами в доле и готовы подписать контракт, только Марены с нас взяли некую сумму, которую неплохо было бы…
— Удвоить, — оборвал его Мстислав, уже понявший, как можно получить выгоду из этого разговора. — Это, во-первых. Во-вторых, вы в доле с нами не будете. Мы не собираемся с вами работать.
— Это из-за того, что мы с женской частью вашей Академии не поладили? Да брось, это смешно.
— Что ж не смеешься?! — ухмыльнулся мужчина.
— Ты серьезно? Ты готов выступить против Камарильи?
— Мне все равно. Бойцы Академии хорошо тренированы, а чтобы стереть всю вашу братию хватит одной Марены. А у нас их две.
— Мы готовы пойти на компромисс, — подумав сообщил вампир.
— На него нужно было идти раньше. Выплачиваете сумму в течении ближайшей недели и разойдемся. Встретитесь на пути и как обещала Витторина — сотрем в порошок.
И выдержав небольшую паузу, нажал на кнопку отбоя. Шархана повеселила сложившаяся ситуация. С того момента, как он вышел из комы, это был первый раз, когда вампиры попробовали с ним связаться, и сразу такое. Впрочем перспектива того, что никто не станет мешаться под ногами и не стоит усиливать контроль над дополнительными людьми (или нелюдями) упрощала поставленные задачи.
— Месть, — Казимир Мирославович улыбнулся. — Так им и надо. Вряд ли конечно они станут мотать на ус, но дополнительный доход никогда не помешает.
— О, еще один упырь, — Мстислав взглянул на экран телефона и обернулся к Витторине. — По твою душу, — и ответил. — Да.
— Шархан, как Витторина? Она жива? Здорова? — с беспокойством прозвучал голос Хорса.
— Жива, — задумчиво изрек Мстислав, сделав знак всем молчать в машине.
— Она сильно пострадала? Ее успеют спасти?
— Переходи сразу к делу.
— Я могу ей подарить бессмертие. Так мы смогли бы сохранить ей жизнь.
Вита круглыми удивленными глазами посмотрела на трубку телефона в то время, как Казимира Мирославовича данная новость нисколько не удивила.
— Как всегда, — Мстислав устало вздохнул.
— В какой-то момент ты не успеешь ее спасти и мир потеряет ее, — голос Хорса звучал разочарованно.
— Хочешь помешать мне?
— Так неправильно.
— Неправильно игнорировать желание той, за кого так радеешь.
— Я люблю ее не меньше твоего, — оскорбился Хорс.
— Даже не начинай, — в голосе Мстислава послышалось раздражение.
— У нее не было выбора когда ты появился.
— Ты ее встретил раньше меня и поразительно, что не смог рассмотреть весь ее потенциал. Так и скажи, что тебе не дает покоя ее популярность и достаточно влиятельное положение. Любовь здесь не причем.
— Я одержим ею.
— Именно поэтому напоминаю о необходимости держаться подальше.
— Я помню. Но все же, я волнуюсь. Ей бы пошло бессмертие.
— Оно у нее уже есть, — Мстислав хмыкнул, отключаясь. — Не объяснять же дураку, что твоя фамилия теперь Бессмертная.
Теперь зазвонил мобильный Витторины. Казимир Мирославович улыбнулся. Он радовался тому, что в Академии без его сына и Виты ничего не решалось. Девушка приложила телефон к уху и почти сразу вытянула руку, стремясь отдалить трубку подальше, но через пару секунд негромко произнесла:
— Не ори так, Ящер.
Выслушав какую-то тираду, Вита вздохнула и раздраженно произнесла:
— Соколова, Соколова, а не Соколовская. Когда ж ты выучишь?!
Последовал эмоциональный ответ.
— Хорошо, зайду.
Девушка убрала телефон.
— Путает фамилию? — с усмешкой поинтересовался Казимир Мирославович.
— Давняя история, — Вита тепло улыбнулась. — Когда примкнула к «Конкистадорам» получилось так, что меня представили неправильно. И начали постоянно путать. То я Соколова, то Соколовская. Переубеждать было уже поздно и бесполезно. Поэтому огрызаюсь больше для вида, нежели всерьез. Порой это веселит. Больше этого только веселит тот факт, что я сама часто стала путать свою фамилию.
Вита вышла из душа как раз к тому моменту, как Мстислав свернул разговор с вампиром. Мужчина находился не в лучшем расположении духа, но все решалось очень быстро. Поправив рубашку позаимствованную у мужа, девушка мягкой походкой подошла ближе. Вскоре она уже сидела на коленях Мстислава, ласково уткнувшись носом ему в шею.
— Не ревнуй, — шепнула она. — Я хочу быть с тобой.
— И в чем же это выражается?! — Шархан улыбнулся, желая просто немного подразнить свою любимую.
— Моё-моё-моё-моё, — Вита смешно коверкала язык, подражая маленьким деткам, при этом крепко-крепко прижалась к мужу.
— Девочка моя, — Мстислав прикрыл глаза, поглаживая девушку по голове. — На днях должны очень интересные люди приехать из одного из филиалов МГУ.
— МГУ?! — Витторина чуть отстранилась. — А им что нужно?
— Не то МГУ, — Мстислав тихо рассмеялся. — Магический Государственный Университет. По крайней мере, они себя так нарекли. Их квалификация, как у Лемура, вот только выпускники не столь успешные.
— Как мне не пришло в голову, что Лемур не единственный, — девушка задумалась. — А где они были, когда Академия в осаде была?
— Вот и узнаем скоро. По крайней мере, я предполагаю причину их приезда.
— Расскажешь? — Витторина вновь прильнула к мужу.
— От тебя у меня нет секретов, — Мстислав прижался щекой к затылку жены. — Мы раскрыли тайну существования Кроноса и силы мысли, идеи. Этот секрет долгое время строго охранялся. Еще до того, как был создан Лемур. Позже создали Журнал, в который вписывались все действия. Эту систему я нашел способ обойти, чтобы Лемур был более-менее защищен от стороннего вмешательства. Но речь не об этом. Мы открыли секрет, который строго оберегали. Это первая причина. Вторая, война со Всадниками. Нам этого не простят, также, как и тот факт, что мы не предложили им сотрудничество.
— Я так понимаю, что раз ты до сих пор не предложил им сотрудничество, то нам это и не надо?!
— Знаешь самых слабых учеников в Лемуре?! Так вот это самые сильные ученики в Магическом Университете. У них другая система образования и оценок, но как показала практика, не оправдывающая себя, хотя и более гуманная. Даже наша база «Марионетка-Кукловод» давала в разы лучшие результаты.
— То есть воевать они с нами так и так не будут, ибо не потянут.
— Максимум попросят встать под защиту. Тем более какая война, если одна Марена способна сравнять МГУ с землей.
Витторина вздохнула. И так понятно, что действовать будут по обстоятельствам. В любом случае, она доверяла своему мужу, знала, что он мудрый правитель.
— Изредка меня напрягает Катарсис. Как это у тебя происходит? Что ты видишь? — негромко спросил Мстислав.
— Я все чувствую, как если бы была тобой, будто мыслю и чувствую за тебя, — Вита грустно улыбнулась. — Извини.
— Марта говорила, что вы не контролируете этот процесс, — Шархан усмехнулся. — Ты постоянно в моей голове. Это так…привычно.
— Извини.
— Я люблю тебя, девочка моя! И ты знаешь — я весь твой.
Витторина прильнула к мужу.
— Хочу спросить твоего совета.
— Спрашивай, девочка моя.
— Я знаю, что твой отец влюблен, причем взаимно. Но оба не рискуют делать дополнительных шагов. Я хочу вмешаться. Как думаешь, стоит?
— Думаю, стоит.
— И еще, — Вита покраснела. — Когда мы планируем заводить детей?
— Сразу как только разберемся со Всадниками. Или ты хочешь уже сейчас? — Мстислав удивленно покосился на девушку.
— Я…просто подумала…я не знаю, — она запнулась, но все же продолжила, зная, что он поймет ее правильно. — Как ты относишься к партнерским родам…но я очень хочу, чтобы ты был рядом.
— Я всегда буду рядом.
Мстислав подтянулся в очередной раз, чувствуя жжение в мышцах. Он продолжал тренироваться, невзирая на боль. Витторина наблюдала за процессом, желая просто побыть рядом. Ее состояние в Пределе переносилось тяжело, и девушка старалась лишний раз не отходить от мужа. Так спокойнее.
— Дорогой, как ты думаешь, стоит ли так настойчиво взламывать системы? Леша прям не знает меры. Хотя наверное, за это мы его и ценим. Прям золото, а не человек, никаких преград.
— Ты сама ответишь лучше на этот вопрос.
— Хорошо, — Витторина улыбнулась. — Как ты смотришь на то…
— Девочка моя, — Мстислав усмехнулся, подтягиваясь очередной раз. — Ты лучше меня знаешь ответ.
— Сегодня я хочу вредничать.
— Хорошо, вредничать.
— Фу таким быть. Так не интересно вредничать, — Витторина смешно насупилась. — Почему ты мне позволяешь вредничать?
— Таков мой маленький каприз, — улыбнулся он.
Она чувствовала его силу, чувствовала надежность. Чувствовала свою защищенность. И это было важно. Третий день на Пределе легко переживался. Под защитой Мстислава в принципе любая ситуация давалась легко. Настолько он был надежный, что не находилось ни секунды беспокойства.
Девушка потянулась, а в следующую секунду свернулась в кресле, задремав. Она чувствовала спокойствие рядом со своим мужем. Ей больше никто не нужен. Только Мстислав. Неважно какие трудности они пережили и какие еще переживут. Главное, чтобы они были вместе. Витторина не раз думала о том, что будет, если они вдруг все потеряют!? Но даже это было не важно. Она готова была даже в нищете быть со своим мужем. Даже отдать свою жизнь. Расстраивала мысль о возможном отъезде из Академии, но это нужно для дела. Сомневаться в муже, Витторине не приходилось, она могла рискнуть всем.
— Я тоже готов ради тебя на все, — в унисон ее мыслям ответил Шархан.
— Меня иногда беспокоит, что ты в свое время подобрал нищебродку.
— Ну я полюбил тебя не за это. Да и этот момент не играл для меня весомой роли. Твой статус не имел никакого смысла, — он спрыгнул на пол подходя ближе. — Я полюбил тебя как личность, за твой богатый внутренний мир. Понимаешь, девочка моя, богатство или фигуру можно приобрести. Или потерять. Живешь ты с человеком. Да и несешь ответственность ты за человека. Неважно что с твоей психикой, нервами. Я возьму за это ответственность, я могу помочь тебе. Ты можешь позволить себе быть слабой.
Что-то неуловимое, будто щекотка где-то в сознании отвлекла девушку. Сделав знак, Мстислав накрыл Витторину Барьером, скрыв от посторонних глаз. В тренажерный зал вломился Хорс. Чувствовался общий нервозный настрой вампира, что-то его беспокоило.
— Привет. Где Вита?
— Отдыхает. Что-то случилось? — спокойно спросил Мстислав впрочем не выдавая своим поведением истинное положение вещей.
— Хотел поговорить с ней, предложить кое-что по творчеству.
Шархан проигнорировал фразу, лишь мельком отмечая, что Витторину предложение тоже не интересует.
— Ты давно ужинал?
— Давненько, — нехотя признал вампир.
— И ты думаешь, что я тебя в таком состоянии подпущу к ней?
Но Хорс уже не слушал. Он потянул носом. Клыки медленно удлинились, взгляд алых глаз рыскал в поисках Виты, не находя ее при этом. Девушка опасливо поднялась на ноги. На Пределе она чувствовала себя крайне уязвимо. Мстислав вновь не отреагировал, лишь флегматично складывал гантели и снимал тяжеленые блины с грифа штанги.
— Сильно следов не оставляй, — спокойно отозвался Шархан, щелчком пальцев заставляя Барьер пропасть. — И много крови не пей, а то в обмороки будет падать.
Вита удивленно воззрилась на мужа, не совсем понимая зачем тот так поступает. Хорс нервно сглотнул и со всей возможной скоростью покинул зал.
— Что это было? — лихорадочно покачала головой Витторина.
— Очень жаль, — Мстислав обернулся. — Твоя кровь для вампиров абсолютный яд. Не мог уж я не воспользоваться случаем избавиться от того, кто еще, я уверен, подгадит нам и ни раз.
— Вроде особых предпосылок нет.
— Пока что нет. Но они будут, помяни мое слово.
Мстислав прошел в лабораторию, застав Влада за чтением толстенного учебника.
— Друг, ты дебил, хотя и отличный врач, — без предисловий начал он.
— Шархан где я уже накосячить успел? — психолог подпрыгнул, возмущенно что-то бухтя себе под нос.
— Назови первые признаки беременности.
— Вита не беременна, — уверенно возразил Влад, поправляя пиджак.
— Вита не беременна, — согласился Мстислав и насмешливо усмехнулся. Влад что-то прикинул в голове и поняв на что намекает друг, потрясенно сообщил:
— Я дебил.
— Поздравляю. И с тем, и с другим, — Шархан пожал другу ладонь. — Жаль, что ты не первый узнал об этом.
— А кто был первым? Ты?
— Увы, нет, — мужчина коротко хохотнул. — Марта установила Катарсис с Риткой, когда та болтала с Витториной. Витторина догадалась из разговора с подругой, а я через Катарсис от всех троих.
— М-да, сложноватая схема.
— А что поделать?! С девушками не всегда бывает просто. И ты бы не затягивал с разговором, потому что Ритка сильно нервничает. Боится, вдруг ты, — Мстислав закатил глаза, припоминая точные формулировки. — Вдруг разлюбил, откажешься от ответственности, не хочешь детей. Там что-то еще было, но это самое основное и цензурное.
— Спасибо, друг. Вы-то когда своих заведете?
— Сразу после вас, — улыбнулся Шархан.
Он устало сидел в кресле, раздраженно думая над очередными проблемами. В комнате царила абсолютная темнота, но это помогало сосредоточиться на работе. Вопрос осады Академии все еще остро вставал по сей день. В результате конфликта с вампирами, Лемур получил на счет приличную сумму, но вот никто не мог наверняка отрицать тот факт, что эти ходячие мертвецы могут пойти войной. При всех изменениях пошли очень активные гонения и очернения Академии во всем мире. Также страшной критике и преследованию подверглось и творчество рок-группы «Феникс». Ее запретили на всех телеканалах, радиостанциях и даже в интернете. Понятно дело, что хакер Леша решал этот вопрос, но все это переросло в судебные иски на Академию Лемур и различные митинги и петиции. Но более остро вставала задача по поискам поставок СБДМ. Надо было решать все максимально быстро.
— Тебе надо отдохнуть, — она возникла из ниоткуда и медленно пересекла комнату. — Ты слишком много работаешь.
— Девочка моя, — он вздохнул, откинувшись на спинку кресла. — Все ради нас.
— Ты работаешь на износ, — ее руки нежно обвили его за плечи, а ласковые губы чмокнули мужа в шею.
Мстислав взял ладошку жены в свою руку и тихонько поцеловал ее пальчики. Такая нежная, такая родная. Столько всего пережито и они по-прежнему вместе, по-прежнему сражаются бок-о-бок. В радости и горе. Мстислав неспешно поднялся и обогнув кресло привлек жену к себе в объятия.
— Хочешь я помогу решить вопрос с осадой, — мужчина почувствовал, как девушка улыбнулась ему в шею. — Выйду, разнесу всю технику, перекопаю землю, оставлю после себя несколько кратеров и все, никто не подойдет.
— Ты же девочка. Надо же как-то более гуманно поступать.
— Разнесу все гуманно с одного удара.
Мстислав усмехнулся, чмокнув девушку.
— Ну что сказать? Моя девочка, — негромко произнес он, чувствуя себя абсолютно счастливым человеком.
Шархан тяжело вздохнул. Час от часу не легче. Очередной вызов в прямом смысле являлся вызовом всему и всем. Любая миссия Академии рассматривалась со всех сторон активными СМИ, различными экспертами, транслировалась по всем телеканалам и подвергалась жесткой и чаще всего неадекватной критике.
— Вита, надо ехать.
Девушка выросла на пороге гостиной почти в туже секунду.
— Поедем на моей машине, так быстрее будет. Остальное все расскажу по дороге.
По щелчку, Мстислав заставил возникнуть на жене удобные джинсы с рубашкой. Они резво спустились в гараж и выехали.
— Итак, запоминай, — мужчина стремительно вел автомобиль. — Опять захват школы. Есть информация о том, что заминирована. Выпускной стал чистого рода терроризмом. По некоторым данным, есть убитые. Одно из условий — предоставить доступ СМИ, чтобы была трансляция. А еще требуют тебя. Сказали, что хотят видеть звезду на выпускном. Если не появимся погибнут еще люди.
— А что насчет СМИ?
— Информационное отделение под командованием Леши занялись этим вопросом. Лишних не должно быть. Мы будем первые, кто подъедет на место. Еще пятеро с «Дневной Стражи» чуть позже прибудут.
Она согласно кивнула, запоминая информацию.
— Твоя задача отвлечь, возможно выяснить причины агрессии и количество народа в зале. Я буду рядом и в любой момент возьму тебя Марионеткой. Не бойся.
— Я и не боюсь, — искренне призналась она. — Даже с учетом того, что я сейчас на Пределе. Только сделай мне платьишко какое-нибудь, все-таки выпускной, надо соответствовать случаю.
— Конечно, девочка моя, — он усмехнулся. — Трансляция пойдет сразу, как только выйдешь из машины. Мы подключимся к глобальной сети. Так убьем сразу двух зайцев, чуть отмоем твою репутацию, ну и репутацию Академии, за компанию.
— Главное, чтобы больше жертв не было, — Витторина тяжело вздохнула и поправила длинный рукав шикарного вечернего платья цвета красного вина. Одно плечо было открыто обнажая хрупкую косточку ключицы.
«Шудатти» остановился на школьной площадке. Здесь пребывало много народа. Несколько машин «Скорой Помощи» и сотрудники полиции. Журналисты тоже уже прибыли. Витторина красиво выбралась из автомобиля, привлекая к себе максимум внимания. Мстислав быстро поменял свое местоположение, взирая на мир глазами своей возлюбленной.
Люди в форме расступились, пропуская девушку. Витторина модельной походкой, слегка виляя бедрами шествовала вперед. Разрез на платье подчеркивал красоту длинных спортивных ног. Вита не торопилась, напротив, лишь подчеркивала свое присутствие.
— Она красивая, — хмыкнул Хорс, возникнув за плечом Шархана.
— Заткнись, — миролюбиво посоветовал мужчина.
— Не страшно ее отпускать в…
— Заткнись, — снова повторил Мстислав. — Отвлекаешь, — он внимательно следил за каждым движением и стабильностью обстановки.
Витторина прошла по школьному коридору, поднялась по лестнице на последний этаж и неспешно направилась к дверям актового зала. Ее уже ждали.
— Привет, мальчики, — девушка лучезарно улыбнулась двум подросткам нервно сжимавшим в руках оружие. По удивленным лицам, Мстислав сделал вывод, что к такому повороту они все-таки не были готовы. Шанс, что «звезда» приедет, а не наплюет на все происходящее, был минимальным. Хотя стало интересно откуда у подростков оружие, кто их снабдил.
Ее пропустили. Атмосферу праздника явно загубили. Множество цветных шариков и гирлянд украшали стены, но все омрачали лица испуганных подростков и учителей в обворожительных нарядах. На сцене сидели еще двое. Арсенал оружия у них был более чем впечатляющий.
— Мне сказали, что переговоры зашли в тупик, — Витторина неспешно приблизилась к сцене, не прерывая зрительный контакт, давая возможность Шархану попробовать установить Катарсис.
«Его сознание скрыто» — отметил мужчина в голове жены. — «Осмотрись. Сколько их?».
Вита крутанулась на месте, словно слоняясь без дела и подошла к фуршетной зоне. Взяв бокал сока, она уточнила:
— Итак, меня пригласили сюда. В качестве кого?
— И часто выезжаете по приглашениям? — удивился парень, сжимая в ладони штык-нож. — Я думал это фейковые новости.
— Частенько, — Вита снова покрутилась по залу. — Эх, а я на своем выпускном так и не была, — она через плечо глянула на виновника «торжества». — Я их так ненавидела. Столько боли и унижения… — бегло оглядев зал с напуганными выпускниками, Шархан отметил еще четверых вооруженных подростков и двух вампиров. Это оказалось куда более неожиданно. Но стремясь не раскрыть себя, Витторина вернулась к школьнику.
— Как тебя зовут? — спросила она.
— Антон. Зачем все это?
— Да мне вот интересно, — ее голос стал мягким, вкрадчивым, проникающим в душу. — Что должно было сделать общество, чтобы заставить ткбя поступить так. Видно же, что это готовилось явно больше одного дня. И никто не бил тревогу. Значит всем было наплевать. Но и на безразличие не кидаются с автоматом.
— Тебе типа не пофиг!? Или рейтинги зашибаешь?
— Я и так один сплошной ходячий рейтинг, — Витторина усмехнулась и снова покрутилась, будто демонстрируя себя. — Мне не нужна реклама. Мои действия, поступки говорят сами за себя. Так что да, мне типа не пофиг. Тем более, если мы все равно здесь все умрем, то мне интересно знать мотив.
— Возможно не все. Если только не будет интересного поворота, — буркнул Антон.
— Моя жизнь. Достаточная цена за них всех? — уверенно спросила она.
— Что!? Ради этих? — парень скуксился.
— Элементарная математика. Одна жизнь против…кстати, сколько вас тут?!? — Витторина беззастенчиво осматривала зал.
«Около двухсот», — оценил Мстислав. — «Что делают вампиры? Проверь их».
— Кто эти двое? — Витторина ткнула пальцем в пожилую пару.
— Наши преподы. Русичка и химик, — бесцветным тоном откликнулся Антон.
Девушка улыбнулась. Изгнанные из Камарильи, скорее всего.
— Ну так что? Мое условие тебя устраивает?
Она обернулась и дуло пистолета уперлось ей в лоб.
— Согласен.
Грохот выстрела оглушил присутствующих. Но Вита даже не пошевелилась. Ни один мускул не дрогнул на ее прекрасном лице. Пуля зависла в воздухе. Витторина с удовольствием смотрела перед собой, понимая, что сейчас начнется самое интересное. Ее тело больше не принадлежало ей. Импульс поднял к потолку вооруженных школьников, попутно откидывая оружие в сторону. Только Антон все также замер напротив девушки. В глазах плескался ужас, а дуло пистолета смотрело в пол. Выстрел был произведен извне.
Девушка повернулась. Волны Импульса расходились в стороны, будто ураган носясь по помещению.
«Устройство все еще не обнаружено, поэтом начинаем эвакуацию. Ребят выкинь в окно, наши готовы поймать».
— Забавно. Сам дал команду, сам выполнил, — с улыбкой буркнула Витторина, чувствуя, как тело совершает несколько не привычные движения, более резкие жесткие четкие. Ловким движением обидчики были выброшены в окно.
«Отмена! Никакой эвакуации», — прозвучал спокойный голос Мстислава в голове девушки. Барьер с громким щелчком материализовался над выпускниками.
Витторина среагировала быстрее, оттолкнув Антона в сторону и сама успела спрятаться за стеной, которую разнесло следующим же выстрелом.
— Ты видел? Чем они так хреначат?! — потрясенно спросила Витторина наблюдая гигантский разлом. — Целью определенно являюсь я. Итак, я отвлеку, а ты поймай этого умника.
«Не смей! Дневная Стража уже десятерых снайперов сняли. Я работаю, ищу», — раздраженно отозвался Мстислав.
— Дай мне чуть Импульса и снимай Кукловодство, — в наушник буркнула Вита, чувствуя практически сразу всплеск энергии. Она пригвоздила бокалом, который до этого момента все еще держала, Антона к стене за куртку, вбив осколок Импульсом в стену и выскочила из своего убежища. В тоже мгновение пол перед самыми ногами разворотило несколькими точными выстрелами. Туфли сменились на удобные кеды, и Витторина легко и быстро пробежалась по залу, оценивая примерные стрелковые позиции. И тут возникли интересные подробности. Вита хмыкнула и шепнула в наушник:
— Приготовься, сейчас он себя раскроет.
Она разбежалась и прыгнула. Импульс вытолкнул ее высоко вверх, помогая выскочить в окно, но зацепившись за раму, вытолкнула себя на крышу. Девушка замерла, разведя руки в разные стороны и просто прислушалась к ощущениям. Она чувствовала, как ее уже разглядывают в прицел. Очередным выстрелом разнесло часть крыши, совсем близко с Витториной. Причиной промаха оказалась короткая драка Мстислава с обидчиком.
— Миссия выполнена, — отозвался он. — Захвачено двадцать три человека и четверо вампиров.
— Антон?
— Уже выводят. Дай короткое интервью, и я тебя жду в машине, — спокойно отозвался Мстислав.
Витторина в один прыжок покинула крышу и предстала перед репортерами все в том же платье и на каблуках. Ей очень шло.
— Что будет с террористами? Каковы причины? Что вами движет? — спрашивали со всех сторон. — Что грозит террористам? Сколько погибших?
Девушка сделала знак, давая понять, что она готова ответить перед репортерами.
— Знаете, прежде чем от нас, Академии Лемур, последуют хоть какие-то комментарии о происходящем, хочу сказать следующее. В таких ситуациях в первую очередь стоит задуматься обществу. Вам никогда не приходила в голову мысль, просто ради размышления, как ваше коллективное мнение гробит чью-то жизнь? Ваши слова, ваши действия всегда отражаются на других. Они могут не только вдохновить, мотивировать, но вполне и уничтожить. Иногда этими действиями вы уничтожаете себя через других людей. Думайте прежде чем, как делать. И поступайте только так, как хотели бы видеть отношение к себе.
Она выдержала долгую паузу и продолжила:
— Что касается концертов, которые пытаются отменить. Я не позволю. Все заявленные концерты будут отыграны. На цене и качестве это отражаться не будет. Если мне закроют доступ, я его открою. Запретят войти в клуб, я его куплю. Все обещания, данные моим поклонникам будут исполнены.
— Вас же государство запретило, — пискнула какая-то молодая девушка.
— А я обязательство держу перед конкретными людьми, а не перед государством, — холодно отозвалась Вита.
«Шудатти» подъехал совсем близко, заставляя журналистов разойтись в стороны. Витторина прошла вперед и села в автомобиль.
— Хорошая работа, — отметила она.
— Да, достаточно чистенько. Уже есть первые результаты. Знаешь сколько из них были под СБДМ?
— Половина?
— Чуть больше, — Мстислав усмехнулся. — И практически все связаны с Видениями.
— Но ведь не все?
— Да, не все, — он кивнул. — Некоторых довели. Но с этим еще предстоит разбираться, — Шархан недолго помолчал. — Мне нужно будет отлучиться. Проконтролируй работу «Дневной Стражи».
Она дала понять, что команда будет выполнена.
Маленькое тихое кафе «Кофейку?!» на окраине столицы стало местом встречи двух друзей, не видевшихся около семи лет. Столик в отдельной зоне был скрыт от посторонних глаз. Уютная атмосфера настраивала на мирный лад.
— Рад, что ты приехал, — Мстислав поднялся из-за стола и первым протянул ладонь для рукопожатия.
— Не мог не приехать, — подошедший мужчина пожал ладонь и уселся напротив. — Слышал по новостям. В Академии такое творится… — он покачал головой.
— Все еще хуже, — Шархан вздохнул, откинувшись на спинку плетеного кресла.
Синие глаза внимательно следили за лидером Лемура. Друзья выглядели слишком контрастно, словно две противоположности, как ангел и демон. Высокий, ростом с Мстислава, со смуглой кожей и развитой мускулатурой, явно созданной тяжелым физическим трудом. Светлые волосы золотым ореолом обрамляли лицо с четко обрисованными чертами.
— Сильно хуже?
— Значительно, — помедлив изрек он. — Бомбежка не останавливается. С нашей стороны пока что жертв нет, но это вопрос времени.
— Мы можем присоединиться, но вряд ли кучка оборотней исправит ситуацию.
— Нет, у меня будет другая просьба, Рустем, — Шархан пристально посмотрел на друга. — Нужно спрятать человека.
— Кто?
— Моя жена.
— Не проблема, дом большой, места много, выгуливать обещаю. Казусы в характере?
— Шебутная немного.
— На сколько?
— Как я.
— Значит отбитая на всю голову, — Рустем рассмеялся. — Это меняет дело.
— Она Марена. Ну еще вокалистка рок-группы.
— Ясно, горластая немного, — Рустем старательно запоминал и анализировал информацию.
— Ее будут искать. Она цель номер один в этой войне. Слишком опасна для противника. Именно поэтому ее надо будет отослать из Академии. Из свиты возьмет двоих: инкуб, по совместительству врач. И Князь Камарильи.
— Серьезно?!
— Абсолютно, — Шархан кивнул. — Вампир не даст ей умереть, но вот может создать дополнительных проблем из-за своих подкатов. Если пересечет черту — убей. Завтра отправлю необходимые вещи, сегодня переведу деньги.
— Смеешься? Думаешь я так мало зарабатываю?
— Нет, это необходимость. Еще зерновой кофе отправлю.
— То есть еще ты думаешь, что я твоей жене кофе не куплю?! — продолжал веселиться Рустем.
— Я думаю, разоришься. Она кофе тоннами пьет.
— Что по силам? — вновь посерьезнел друг.
— Она смогла убить одного из Всадников Апокалипсиса, выйдя в одиночку против войска Видений.
— И выжила? Ни фига себе бой-баба, — поразился Рустем, не представляя себе подобную ситуацию. — А творчество? Большая фан-база?
— Нормальная, всегда в плюсе, — Мстислав ухмыльнулся.
— Что еще мне следует знать?
— Ты в нее влюбишься. Это стопроцентно.
— Судя по твоему описанию, она не в моем вкусе.
— Это не играет никакой роли, — Шархан улыбнувшись, пожал плечами. — Просто я никому больше не могу доверить свою жену.
— Влюбишься… — задумчиво повторил Рустем. — А если это окажется взаимно?
— Я не буду мешать. Для меня слишком важно ее счастье. Настолько важно, что однажды я уже умер за эту идею.
— Умер?
— Я был в коме последние полгода.
— Почему не поступил сигнал?! — пораженно вопрошал Рустем. — Если бы я знал — бросил всё и приехал.
— Знаю, — Мстислав помедлил. — Вита смогла взять управление на себя. Она совершила отчаянную попытку спасти меня и рискнула своей жизнью.
— То есть совсем отбитые, — прокомментировал друг.
— Даже отец не сразу узнал. Две Марены за полгода сделали больше, чем я за всю жизнь.
— А ее способности?
— Будут пугать и ужасать, но постепенно к этому привыкаешь, — Шархан пощипал переносицу. — Обязательно отправляй ее со своими на тренировку.
— Смеешься? Девчонку со стаей?! Ее же порвут, — Рустем ошеломленно воззрился на Мстислава.
— Не порвут. Вряд ли она сравняется с вами по скорости, возможно первое время будет тяжело, но это отвлечет от некоторых проблем. Это отвлечет от меня. Я не хочу, чтобы она оплакивала мою смерть, если это случится.
— Ты ей сказал?
— Только намекнул. Так будет лучше для нее.
— Что еще?
— Легко впадает в апатию и депрессию, слишком совестливая, не привыкла стоять в стороне. Из-за дара ее сторонятся. Может случайно увидеть будущее. Излечивается не как вы, поэтому отправляю своего врача. В целом не доставит хлопот, просто нужно проследить, чтобы ей нигде не открутили голову, поскольку ее стремление к жизни слишком низкое.
— Дорого обходятся девочки?! — насмешливо отметил Рустем.
— Да нет. Начальные вложения очень быстро окупились, — Шархан задумался. — Я думал, музыка станет дорогим хобби, а не профессией. Мы начали зарабатывать с первых концертов. Такого поворота я не ожидал, но все оказалось интереснее.
— Как вы познакомились? — другу казалось невероятным, что такие разные люди ужились вместе.
— Ее подруга настырно названивала в Академию, — он щелкнул пальцами, вспомнив о важной детали. — Кстати да, Вита не видит разницы между живыми и мертвыми, просто держи это в уме. Поверь, пригодится.
— Как-то уже не по себе, — Рустем хмыкнул. — И что? Подруга впихнула?
— Типа того. Мы решили проверить. Сам знаешь тестирования все эти, досье. Ну и обнаружили Хаос при отсутствии Слепка.
— Любопытно. Вы поэтому продолжили слежку? Из-за истории с Мартой?
— Да. Повторения никто не хотел.
— Оно и понятно.
— А когда пришло время, она уже все знала наперед. По ее зову пришла Марта. Они начали новую эпоху.
— Они могут предать?
— Никогда, — Шархан стал серьезным.
— До отъезда познакомишь?
— В последний момент. Она умеет через Катарсис узнавать то, что ей знать не стоит.
— Будет тяжело.
— Да.
Они недолго помолчали. Мстислав выжидал, а Рустем оценивал полученную информацию, попутно прикидывая о чем стоит еще спросить.
— И когда этот Франкенштейн прибудет?
— Когда момент наступит.
— А Князь?
— Он одержим ею, — Мстислав пожал плечами. — Единственная причина, по которой он еще жив…я обещал Вите не убивать его.
— Чудно. Он представляет для нее угрозу?
— Да.
— Вот как, — Рустем был ошарашен. — Насколько?
— Пока не преставится случай.
— Хмм…держи друзей близко, — задумчиво протянул друг.
— А врагов еще ближе, — закончил фразу Мстислав. — Но умереть он ей не даст.
— А случаи были?
— Была провокация.
— Кто кого? — заинтересовался Рустем.
— Отец подключил инкуба, дабы спровоцировать вампира.
— Инкуб?! Вы с ними сотрудничаете?
— Да. Марены приняли их. А этот инкуб хороший врач.
— Я так понимаю, в Академии никто не будет знать о пропаже!?
— Да, поэтому их едет всего трое.
— Логично, — мужчина хмыкнул. — Но ничего, позабочусь я о твоей жене, не волнуйся.
— Спасибо. Буду должен.
— Окстись, — он улыбнулся. — Жену верну в лучшем виде. Хочешь, могу даже ленточкой обернуть и бантик нацепить!?
— Смотри, чтобы бантик потом доставать не пришлось из особо трудных мест, — усмехнулся Шархан.
Марта задумчиво смотрела вдаль. Вместо комнаты, девушка занимала одну из башенок, в которой молчаливые горгульи взирали на окрестности Академии. Рабочие дела текли в норме, без эксцессов, но вот голову занимали совершенно другие мысли. И все бы хорошо, но решить собственную проблему не удавалось. Но был один вариант.
— А вот и я! — Витторина с радостным грохотом завалилась в гости к Смерти, как это всегда случалось, когда Соколова оказывалась в хорошем расположении духа. — Я пришла к тебе с приветом рассказать, что солнце встало.
— Ты вовремя, — заметила Марта. — Мне твоя помощь нужна.
— И вот я тут, — Вита с размаху обняла подругу. — Обнимашки по рецепту Янчика.
Вторая Смерть тяжело вздохнула, видя в этом детское поведение, коему взрослые не должны поддаваться. Несмотря на ее пессимистичный настрой, веселое расположение духа Витторины давало о себе знать и заряжало энергией.
— Мне нужна компания, — призналась Вторая Смерть.
— Легко. Куда едем?
— В Жизнь. Но чур на моем автомобиле.
— Но чур я за рулем.
Они договорились. На фоне навороченных тачек отделения «Ночной Стражи», машина Марты выглядела вполне скромно — «Тайта». Причиной этому служила не выездная работа и отсутствующий интерес к технике. Уже по дороге Марта рассказала о решении набить себе татуировку.
— Рукав?! — певица удивилась. — Целый рукав? Обалдеть. Эскиз-то есть?
— Да, я все подготовила и обдумывала уже не первый год, — Вторая Смерть кивнула. — Просто нужна моральная поддержка.
— Будет, — сказала она, отвлекаясь на мобильный телефон.
Спустя двадцать минут девушки въехали в деревню. Для Соколовой это казалось невероятно медленно, но Марта списала медлительность из-за отсутствия достаточного уровня энергии, а проще говоря Предела на котором приходилось ходить уже не первый раз. Выйдя из автомобиля, Витторина уверенным шагом направилась куда-то в сторону, громко приветствуя того, кто прятался в тени подле кафешки. Слишком поздно Марта заметила человека, с кем предпочитала не сталкиваться. Установленный Катарсис дал быстрые пояснения ситуации. В мобильном телефоне Казимира Мирославовича красовалось сообщение «Двенадцать ноль-ноль, у кафе Армана. Не благодарите» отосланное Соколовой.
— Вита! — рыкнула Вторая Смерть, чувствуя собственную беспомощность в данной ситуации. Чувства пришли в смятение.
— Не злись, — шепнула ей на ухо Витторина. — Я знаю, что так надо. Просто прими мою помощь, — и сделав ручкой, скрылась в кафе.
Марта беспомощно обернулась к мужчине. Казимир Мирославович преспокойно ждал окончания беседы, не торопя подруг.
— Могу я составить тебе компанию? — учтиво спросил он и Марта отметила, что он не проводил взглядом невестку.
— Ладно, — великодушно разрешила та, понимая зачем Вита поступила именно так.
— Куда пойдем?
— Я к мастеру хотела записаться, сделать татуировку.
— Я бы порекомендовал своего мастера. Делает отлично, работает во многих стилях, многолетний опыт работы. Живет поблизости и может нас принять.
Девушка помявшись согласилась. В любом случае по рекомендации куда как лучше ходить.
Спустя час Марта уже сидела в кресле мастера. Немолодой мужчина жужжа тату-машинкой бил контур. Девушка морщилась от боли, но мужественно терпела, Казимир Мирославович присел рядом, держа ладонь Марты в своих руках. Когда контур набили, мужчина, чтобы как-то облегчить боль Марты, начал разговор. И в его словах звучала исповедь. Он признавал свои ошибки, признавал ошеломительные способности Второй Смерти и ее изумительные черты характера. Рассказывал какие-то забавные истории, переживания и просто интересные наблюдения. Изредка пропуская Импульс сквозь тело девушки, Казимир Мирославович помогал избавиться от боли.
— Вы ведь не просто так согласились провести со мной время, — не то спросила, не то утвердила Марта.
— Да, не просто. Мне приятна Ваша компания, — мягко произнес Казимир Мирославович.
— Но дело не только в этом. Вы могли бы сказать правду?
— Ну коль уж мы взрослые люди, то да, почему бы не сказать правду, — мужчина подался вперед и шепотом уточнил — Мне нужно отомстить Витторине за поломанный «Райен».
Марта пораженно воззрилась на Казимира Мирославовича, и лишь заметив смешинки в его глазах, поняла шутку юмора.
— Ну вообще-то Вы мне приходитесь по сердцу, плюс я хотел бы искупить свою вину перед Вами.
— Нравлюсь? — переспросила Марта гадая, может ли это быть уловкой, отвлекающей ее от неприятных ощущений татуировки.
— Мы могли бы посидеть где-нибудь, потанцевать, выпить. Может быть кино или театр? Выставка искусства или же…
— Вы не шутите?!
— Воспользуйтесь своим даром, Марта. И Вы увидите, что я более чем серьезен.
Марта явно заколебалась, размышляя стоит или нет подключать свой дар. Любопытство почти пересилило, но воспитание сделало свой выбор.
— Этим предложением можешь воспользоваться в любой момент, — Казимир Мирославович тепло улыбнулся.
— Я Вас не понимаю, — девушка посмотрела куда-то в сторону. — Откуда эта поразительная перемена…ой, — она дернулась от боли и татуировщик вынужденно остановился.
— Мир, может в следующий раз? В несколько сеансов? — спросил мужчина.
— Почему меня об этом не спрашивают?! — возмутилась Вторая Смерть, но ее снова проигнорировали.
Казимир Мирославович профессиональным взглядом оценил состояние кожи, проведя быстрый осмотр. Сканирование показало, что Марта вполне способна выдержать, только нужно чуть отвлечь. Или разозлить. Или же…
— Мир, ну так что? — уточнил татуировщик.
— Бей дальше, только может стоит чуть обезболить.
— Ну ты же знаешь, что рисунок может сползти.
— Марта, — Казимир Мирославович коснулся щеки девушки, посылая Импульс в ее тело. Марта, неожиданно для себя, потянулась за этим прикосновением, остро чувствуя необходимость в поддержке. Он не осуждал, напротив. Склонив голову, мужчина прижал к себе Смерть, нежно шепча на ушко различные ласковые словечки. Она стала мягкой, будто воск и в затуманенном сознании начали появляться образы. Они были общими, без подробностей, будто проплывающие тени. Боль, сожаление, раскаяние… Какая-то упущенная возможность, желание исправить.
Они потеряли счет времени и очнулись лишь тогда, когда татуировщик сообщил о проделанной работе. Казимир Мирославович нежно улыбнулся и под здоровую руку, повел девушку на выход.
Уже на улице, глядя в большое окно кафе, Марта заметила какое-то беспокойное движение, казавшееся в Жизни непривычным. Местные жители всегда обитали в мире и согласии, не нарушая общей идиллии и при этом чувствовали себя счастливыми.
— Блин, Вита, — неопределенно буркнул Казимир, опережая Смерть и уже с порога спрашивая. — Ты там жива?
— А вы все надеетесь, — отозвалась Витторина, лежа на полу и задрав ноги на стул. По всей видимости, как сидела так и уронили.
— Янчик, больше так не делай, — мужчина насмешливо пожурил девчушку.
— Конечно, делай по-другому, — иронично пробубнила Вита, прочем не спеша подниматься.
— Помощь нужна?! — осведомился отец Мстислава.
— Нет-нет, я как отлежусь, смогу поднять свою тушку в вертикальное положение, — и подмигнула. — Не теряйте времени и шансов, а то будете жалеть всю жизнь.
Казимир Мирославович улыбнувшись повел Марту на выход. Подойдя к разнесчастному «Райену», мужчина удивленно уточнил:
— А что это было вообще? — и открыл дверь, помогая девушке забраться в машину. Автомобиль Марты свернулся до маленькой игрушки, которую та положила себе в карман и запрыгнула на пассажирское сидение.
— Драгомир с Витой поспорил, что сможет ее охмурить. Но его способности инкуба на ней никак не отразились, после чего он с удовольствием отметил, что ее связь с Шарханом слишком сильная и построена на любви. В этот момент подскочила Янчик, хотела испугать Виту, а вместо этого уронила.
— А брата она где потеряла?
— Яна, Лада и Настя приехали со Святозаром и Драгомиром. Сергей сейчас на задании с «Дневной Стражей». Ярослав помогает маме освоиться. Демон в лаборатории помогает.
— Удобная у вас способность, — усмехнулся Казимир Мирославович.
— Почему татуировщик называл вас «Мир»? — полюбопытствовала девушка.
— Ну моего отца, как ни странно, звали Мирослав, а во дворе среди пацанов сокращалось до Мира. Ко мне просто эта форма от друзей перешла.
Они скоро приехали в Академию и на входе столкнулись с Мстиславом. Он был чем-то взволнован и поторапливался, хотя в движениях не добавилось суеты или резкости. Сын мельком взглянул на отца, но вмешиваться в личную жизнь не собирался, да и своих проблем хватало.
— Ты куда?
— А вы не слышали? — удивился Шархан. — На Витторину дракон напал.
— А в чем проблема? Неужели не отобьется? — удивился Казимир Мирославович
— Нет, блин, она третий день на Пределе.
— Вот черт, — Марта испуганно посмотрела на мужчин. — А я ей даже машины не оставила. Мы уезжали на моей.
— Гоним, — Мстислав махнул рукой.
Через пару минут «Шудатти» резво вез руководство Академии вперед. Две попытки связаться с Соколовой не принесли результата, пришлось подключаться к встроенным рациям, используемым только во время операций. В эфире творилось черт-те что, но общий фон давал понять — ситуация не смертельна.
— Не жри меня, выплюнь-выплюнь, — возмущалась Вита. Ее дыхание чуть сбивалось, создавалось впечатление, что ей приходилось уворачиваться.
— Отведай силушки богатырской, Горыныч бестолковый.
— Сгинь, Ярополкич, ты ему своей зуботычкой ничего не сделаешь, — вопя на одной ноте, выпалила Вита. — Драгушка, сделай с ним что-нибудь, охмури, соблазни.
— Я вообще-то спец по женской половине, — иронично отозвался инкуб, явно не прекращая бегать, уходя от атак.
— Ага, ну зато мы точно знаем, что эта ящерица мужского пола, — Вита резко выдохнула. — Кто ей глазки строить будет?
— У тебя ресницы длиннее — тебе и карты в руки, — мгновенно отозвался Святозар.
— Плохой богатырь, плохой. Общение с Янкой отменяю из-за ее чрезмерной вредности.
— Я ни причем, — сразу сказала девочка, ойкнув при этом. — Меня подставили.
— Меня тоже, — хохотнула Витторина. — Драгомир, а что еще идет в комплекте с твоим даром?
— Я б показал, но мне твой муж все нужные конечности оторвет, — без тени юмора отметил инкуб.
— Ноги? — спросила Лада.
— Нет, он же сказал нужное, значит голову, — поправила подругу Настенька.
Мстислав удивленно посмотрел на динамик, будто хотел тот пристыдить. Казимир Мирославович откровенно хихикал, понимая, что ситуация дошла до абсурда.
На месте разборок вся компания валялась вповалку. На удивление, ни одна ящерица не пострадала. Все остальные также живы и здоровы, хоть и чуть потрепаны.
— Неужели отбрехались? — уточнил Казимир Мирославович.
— Конечно. Горыныч глянул на нас и чуть со смеху не сдох. Поэтому и свалил.
— Может все-таки ресницы понравились? — с непонятной надеждой спросил богатырь.
— Нет, моя мини-юбка, — усмехнулась девушка, проводя рукой по кожаным брюкам, сидящих на ней в обтяжку.
— Отряд комиков на выезде, — прокомментировал это все Мстислав. — Хорошо хоть преследовать звероящера не стали.
— Вита пробовала, просто не допрыгнула, — хмыкнул Драгомир. — Пытались подкинуть, но промахнулись. Пока ловили ее светлость… ну вот, — и обвел рукой место падения всей честной компании.
— То есть от ящера вы не пострадали, а от собственной глупости…
— Это был индивидуальный подход, — улыбнулась Янчик. — И было весело.
Мстислав, закатив глаза, вздохнул.
Уже позже, сидя в башне у Марты, Казимир Мирославович делился с ней мнением относительно дракона и причиной нападения. Девушка была рассеяна и периодически нервно прохаживалась по комнате то и дело желая что-то сказать, но вздохнув, продолжала хранить молчание.
— Дорогая, что Вас беспокоит? — мягко спросил мужчина, протягивая Смерти бокал вина.
— Меня беспокоит Ваша перемена. Я не понимаю.
— Лукавишь, — он завозился с готовкой, что-то нарезая. — Раньше Вас мучила неразделенная любовь, потом одиночество… Моя ошибка была в том, что я не разобрался в ситуации и не поддавался своим чувствам и эмоциям. А чувства мне говорили о том, что мне необходимо узнать Вас лучше.
— От этого не будет лучше, — буркнула Марта, глядя на статую горгульи. Внутри все сжалось, будто скованно колючей проволокой.
— Лукавите. Вы интересная девушка, с превосходно развитыми способностями. Как я вижу, Вы очень любишь читать, а судя по продуктовому набору еще и готовить. Из Вас получился отличный лидер и директор Академии Лемур.
— Я…в смятении, — девушка перевела взгляд на другую статую. Женщина держала на руках ребенка, нежно, как только мать может обнимать это хрупкое создание. Они стояли чуть поодаль от основных статуй и женщина будто оберегала дитя от жутких и уродливых горгулий. Хотя Витторине чем-то нравились эти монстры, она находила в них нечто прекрасное.
— Дайте мне шанс, — Казимир Мирославович обернулся к ней, опираясь на кухонный стол. — Я понимаю, что не имею права об этом просить. Но мне хотелось бы искупить свою вину перед Вами и сделать Вас счастливой. Мне хочется увидеть блеск в Ваших глазах, чтобы Вы чувствовали себя любимой.
— Я Смерть, — презрительно напомнила Марта, чувствуя невероятную пропасть между ними. Наверное, именно это чувствовала Витторина, когда покидала Академию. Она думала, что не вернется. Марта знала об этой боли, Соколова не пряталась от Катарсиса, доверяя подруге. Анюта как-то смеялась о том, что Витторина всегда была с придурью. Пожалуй, это всегда работало в пользу Академии.
— И что? — он с удовольствием рассматривал ее. Такая ранимая, такая нежная. Ей не хватало в жизни понимая и любви.
— Я убиваю. Я разнесла корпус Академии и пострадали многие студенты. Одну девушку приковало к инвалидному креслу. Вы не можете отрицать, что я опасна для общества, — но она уже не верила в то, что говорит.
— Могу. Этот выпад…это все моя вина. Витторина смогла решить этот вопрос, смогла показать мне с сыном, что мы не всегда были правы, — мужчина будто прочитал ее мысли найдя то самое звено, которое могло бы переубедить.
Казимир Мирославович вновь вернулся к готовке, позволяя Марте осознать все сказанное им. Он был на сто процентов уверен, что Катарсис сработает сам, как это бывало обычно с Витториной. И он оказался прав. Марта покачнулась. Ее взгляд затуманился и девушка возможно упала бы, не видя ничего перед собой. Казимир Мирославович ловко подхватил Марту и уложив в кровать, укрыл одеялом, а после вернулся к готовке.
Марта, размышляя над неожиданным поворотом событий, даже не заметила, как погрузилась в воспоминания отца Шархана. Тут было много боли. Молодой отец, который вскоре стал вдовцом. Ничего не было, никаких перспектив и возможностей. Сына и еще какого-то пацана поднимал практически с нуля, не скупился на воспитание и образование. В любви не везло. Да что там, на нее времени никогда не было. Покинув Академию Лемур, Казимир Мирославович поездил по миру, а потом засел на необитаемом острове, наслаждаясь одиночеством и периодически проверяя новости Лемура. Вернуться его заставила кома сына и желание помочь Марам. Он прекрасно понимал, что девушки ранее не занимались управлением такой серьезной и огромной системой Академии. И вот они встретились. Он совершенно не так помнил Марту, но воспоминания семилетней давности казались ложью. Хотя с тех пор она похорошела, и дружба с Витториной пошла на пользу. На удивление, Вита умудрялась найти подход ко всем, кто попадал в Академию.
Медленно выходя из Катарсиса, Марта не спешила открывать глаза. Витторина… Жизнь совершила неожиданный кульбит. Эта рок-звезда оказалась с неожиданно переменчивым настроением, но никогда не вредила другим. Как она тогда сказала?! Меняй свою реальность?! Именно так. Меняй свою реальность.
Открыв глаза, Марта повернулась набок. Казимир Мирославович доставал противень из духовки. В его движениях не было спешки, лишь размеренность и аккуратность, практически беззвучность. «М-да, готовящий мужчина — это очень сексуально», — неожиданная мысль заставила губы девушки растянуться в улыбке. Глядя на мир сквозь «красное стеклышко» своих уникальных способностей, она никогда еще не наслаждалась так своей силой.
«Дай мне шанс». Как-то общаясь с Витториной, Смерть призналась в том, что Шархан неоднократно просил дать шанс, еще в Катарсисе. И он сдержал слово и добился ее расположения, теперь это самая крепкая и счастливая пара. Только Хорс слишком часто стал путаться под ногами.
— Уже очнулись.
За всеми мыслями Марта и не обратила внимания на мужчину, который уже закончил все приготовления к ужину и теперь улыбаясь, беззастенчиво рассматривал девушку.
— Я в смятении, — вновь повторила Марта, оставляя неопределенную интонацию.
— Это нормальное явление, — мужчина улыбнулся. — Чтобы расположить девушку, ее сначала надо покормить. Голодная девушка — злая девушка. А вот когда вы покушаете, сразу добреете. Так что, прошу за стол.
— И что у нас на ужин? — спросила Вторая Смерть, неловко поднимаясь с кровати.
— Утка фаршированная грушей и орехами, с ягодным соусом. Пряный салат с маринованным тунцом, манго, авокадо с апельсиновой заправкой. А на десерт пирожные из кафе Армана.
— Вы хорошо готовите, — не то похвалила, не то упрекнула Марта, когда было съедено первое блюдо. Казимир Мирославович польщенно улыбнулся, с чисто мужским триумфом, и отметил:
— Рад, что угодил, — его взгляд метнулся к перебинтованной руке, на которой девушке набили татуировку. — болит?
— Ноет немного.
— Как доужинаем, я обработаю Вам руку.
— Спасибо, — напряженно произнесла Марта.
— Что-то не так, дорогая?
Она смело встретила его взгляд, не смея отвести глаза в сторону и тяжело вздохнув, призналась:
— Мне очень тяжело научиться снова доверять.
— Я понимаю, — он склонил голову, в знак согласия. — Не все сразу, дорогая, не все сразу. Доверие еще нужно заслужить, завоевать. У нас впереди много времени и счастливая жизнь.
— Вы не боитесь разочароваться. Все-таки я немного отличаюсь от обычных людей.
— Не бойся, дорогая, — он заключил ее хрупкие пальчики в свои ладони. — Больше не придется переживать, испытывать боль, не придется страдать. Теперь Ваши проблемы есть кому решить.
Они еще пообщались о погоде, о новых постановках в театре, талантливых актерах и музыкантах. Вместе убрали со стола, помыли посуду. Осмотрели татуировку и помазали специальным кремом для более быстрого заживления, забинтовали обратно. Поцеловав Марте руку на прощание, Казимир Мирославович пожелал доброй ночи и покинул ее. А вот Марене не спалось. Она бродила из угла в угол, не находя гармонии в своей душе и постоянно переживая.
— Тук-тук, — Витторина прошла в комнату. Закрытая на замок дверь поддалась Смерти сразу.
— Спасибо, что пришла, — Марта рассеянно посмотрела на подругу, гадая не сильно ли напрягает, обременяет и насколько вообще тактично обращаться с такими вопросами.
— Вообще ни разу, — ответила в унисон ее мыслям Вита и плюхнувшись на стул, сказала. — Рассказывай, что тебя беспокоит.
— Извини, что причиняю хлопоты и…
— Не напрягает, — Марена улыбнулась. — Зачем еще друзья нужны? Выслушать и поддержать. А если ты мне еще и кофейку сделаешь, вообще все прощу.
— У меня даже пирожные остались.
— От Армана?! Вот прелесть, — Витторина помогла быстренько накрыть на стол. — Итак, как вы с Казимиром Мирославовичем провели время?!
— Хорошо. Даже очень, — на щеках заиграл румянец.
— Вот и не стоит тогда париться, — Вита усмехнулась. — Я знаю, что тебя беспокоит, сама такая же была. В конце концов, если бы я не была уверена, то не сделала бы то, что сделала. У меня так с Мстиславом было. Он заставил меня поверить в себя, доказал свою любовь и сделал меня счастливой. Я не представляю жизни без него. А главное, я всегда спокойна. Чтобы ни случилось, я знаю, что мой муж объявится раньше, чем понадобится помощь и все решит.
— Но у вас отношения медленно развивались!?
— Ну как сказать, как сказать, — Витторина задумалась, подбирая слова. — Тогда в Катарсисе я видела альтернативную историю. Все было неспешно, терпеливо, заботливо. Но по приезду в Академию все произошло не так. Мстиславу в любом случае пришлось очень трудно со мной. Но его забота, — девушка мечтательно посмотрела вверх фиалковыми глазами. — Его забота вернула во мне человечность, вылечила все раны в моей душе. Потребовалось лишь время.
Вторая Смерть склонила голову набок с удивлением слушая тираду от подруги. Их разговоры были не частые, но искренние. В основном девушки читали друг друга через Катарсис. Это исключало какие-либо секреты, но Марены умели хранить секреты. Но один вопрос очень уж волновал, тем более, что ответ известен.
— Что ты видела? Какое у нас будущее?! — выпалила Марта и Вита улыбнулась уголком губ.
— Все будет прекрасно. Так что просто наслаждайся и перестань грузить себя лишними проблемами. Просто побудь слабой девушкой. В конце концов, есть стимул что-нибудь создать, — Витторина залпом допила кофе и сделала себе еще. — Мне Анюта всегда говорила такую вещь. Рядом с женщиной можно все потерять, либо же многое приобрести.
— В точку, — призрак материализовался из воздуха. — Она вредничала, упиралась, отказывалась. Она даже знакомиться с Шарханом не хотела.
— Поэтому кто-то вытолкал меня прям из байкерского клуба на встречу к нему, — Вита скуксилась.
— А в чем проблема была? — заинтересовалась Марта.
— Кто-то днем замерз в группе поддержки, — Смерть выразительно посмотрела на призрака. — И мне пришлось махнуться костюмами. Меня вытолкали к Мстиславу и его отцу в коротких шортах с заячьим хвостиком и топике открывающем больше, чем скрывающим.
— До этого мы предполагали, что все-таки носим один размер, — весело рассмеялся призрак. — Но у кого-то формы оказались побогаче. Шархан был в шоке.
— Еще бы. У меня тогда весь клуб был в шоке, — Витторина хмыкнула. — Только вот ехать на мотоцикле было очень холодно.
Марта хихикнула. Эта парочка смотрелась отлично, забавно дополняли друг друга. Не удивительно, что их дружба оставалась такой крепкой.
В дверь постучали и девушки резко обернулись, удивляясь, что не почувствовали ранее чьего-то присутствия. Ну ладно Вита — она все-таки только начала выходить из Предела, но оставалось непонятным как Марта пропустила чье-то прибытие. Да и не так много людей, кто посмел бы прийти сюда — Вторую Смерть навещали реже Соколовой.
— Сударыни, это все очень весело, но может откроете?
Щелчком пальцев Вторая Смерть открыла дверь для незваных гостей. На пороге вальяжно прислонившись к косяку стоял Хорс, но войти в комнату ему не удалось — прозрачный Барьер не пускал вампира внутрь.
— Витторина, можно тебя на минуточку, поговорить, — мягким вкрадчивым тоном спросил он, в очередной раз безуспешно пробуя Зов.
— Я занята, — холодно обрубила девушка, чувствуя, как Марта активизирует все защитные поля на всякий случай. Что ж, Мстислав может спать спокойно, ибо из Второй Смерти отличный телохранитель. Но нет, Шархан уже был на подходе. Витторина хмыкнула и обратилась куда-то за спину:
— Солнце, не присоединишься к нам на кофеек!?
— Если настаиваете, — Мстислав вошел в комнату минуя защитный Барьер без проблем и закрывая за собой дверь, ровно перед носом ошарашенного вампира.
— Ну что ж, предлагаю выпить. За нас?! — Витторина улыбнулась первая поднимая чашку с кофе.
— Так с чего начнем? — спросил Хорс, который буквально сгорал от любопытства в ожидании новых планов и вводных.
— Старики и дети, — отозвалась Витторина.
— Авиалинии, — в унисон ей произнес Шархан.
— Вы разошлись во мнениях, — весело заметил Князь. Он с удовольствием бы их поссорил, и возможно у него возник бы шанс. В иное время он не мог приближаться к девушке, лишь по ее инициативе, но она была счастлива со своим мужем. Хорсу оставалось всегда надеяться, что Мстислав станет для нее прошлым. Эта необычная смертная притягивала, манила. Иной раз появлялось желание припереть девушку к стенке и наслаждаться ее беспомощностью, растерянностью…он хотел, чтобы она начала умолять, но Витторина явно не опустится так, являясь по свей натуре бойцом.
— Нет, это две параллельные линии наших действий. Старикам необходима помощь — проживание, питание, уход, забота и понимание. Детям, особенно детдомовским, нужны хорошие учителя-наставники, а также будущее. Мы это дадим. Штат Академии сейчас расширенный и мы можем использовать все ресурсы, — спокойно пояснил Мстислав. — Что касается авиалиний. Я предлагаю выкупить несколько компаний, отремонтировать и гонять самолеты по самым низким и доступным ценами без всяких разделений на люксы и премиум-классы. Таким образом мы дадим возможность людям дешево путешествовать по стране.
— А железные дороги? — спросил Хорс.
— Они во второй этап. После них нужно предоставить бесплатную телефонную связь, ибо интернет и защищенные телефоны мы уже дали, — серьезно кивнул Шархан. — Таким образом, мы очень многим дадим шанс. Поначалу мы будем в убытках, но постепенно, прибыль появится. Ее хватит на оплату зарплат и ремонт необходимый для поддержания оборудования в отличном состоянии. Поскольку не стоит цель озолотиться, фонд будет пополнятся понемногу, медленно, но очень стабильно.
— Таким образом мы сможем обанкротить другие воздушные сообщения. Умно. Но нам нужна реклама, ведь нужен человек, за которым пойдут. За тобой никто не пошел бы.
— Да, за мной не пойду. А вот за Фениксом…
— Я смогу агитировать, — согласно кивнула Витторина. — Тем более концертами и Ютубом мы можем покрыть убытки. Да и после всех вампирских выплат.
— Следующим шагом станет усиленная постройка образовательных учреждений и больниц. На работу будет жесткий отбор, но зарплата будет отличной. Мы будем контролировать качество услуг через Информационное отделение Академии, тем самым быстро сможем принять меры.
— Целью ставим: показать, что мы можем побеспокоиться о людях. В школы и вузы берем всех, вне зависимости от результатов экзаменов.
— Мне нравится.
Они отвлеклись. Девушка воткнула наушники в уши и с головой ушла в музыку, слегка кивая в такт головой. Как никогда Витторина выглядела прекрасно…в ней столько жизни. «Интересно, какая на вкус ее кровь», — неспешно размышлял Хорс то и дело посматривая на предмет своего очарования, стараясь при этом не раздражать Мстислава.
— Витторина, скажи, сколько стоит боль?
Ее глаза потемнели. Даже наушники не помешали ей расслышать вопрос.
— Это спрашивает человек без жалости и чести?!
— Нет, это спрашивает человек получающий дозу боли от тебя, — Хорс хмыкнул. Было забавным спровоцировать ее.
— Так в чем проблема?! — в голосе девушки послышался вызов и вампир отреагировал моментально. Нависнув над Витой, он применил свой Зов желая подчинить ее своей воле, сделать своей девушкой, обратить, в конце концов, в вампира. Здесь, в эту самую секунду!
— Не выйдет, — абсолютно черные без блеска глаза вперились в Хорса, отчего вампир даже не сразу осознал, что взгляд принадлежит его врагу.
— Шархан!?
— Ага, — губы Витторины изогнулись в нехарактерной усмешке, принадлежащей явственно Мстиславу. — Классный трюк, да?
— Более чем, — с ужасом отшатнулся вампир, чувствуя, что его выходка в этот раз не сойдет с рук.
— Сейчас ты просто покинешь кабинет. Разберемся с этим позже, сейчас у нас гости.
Хорс нехотя вышел. Последнее, что он заметил, как Витторина моргнула карими глазами и удивленно посмотрела на мужа, а тот все также насмешливым взглядом провожал вампира. Что ж, способности Шархана были на порядок выше Марены, все-таки определенно благодаря опыту. Хотя, как показала практика, девушка оказалась куда опаснее в плане разрушительности. Вероятно, сказывались эмоции, которым подвержены девушки. Хорс прикинул в голове, в какой момент ему удалось бы улучить момент для разговора с Витой тет-а-тет.
Не прошло и пяти минут, как руководство покинуло Лемур, выйдя встречать гостей. На стенах Академии собрались любопытствующие ученики и преподаватели. Давно никто не слышал о другой «магической» школе и теперь появилась возможность воочию все увидеть. Встречая делегацию МГУ, обе Мары и Хорс заняли свои места позади Шархана, таким образом подчеркнув его абсолютное лидерство. Защитный Барьер, отделяющий территорию Лемура от внешнего мира пересек небольшой отряд, человек в тридцать. Они ничем не отличались от обычных людей. Если бы их встретили где-нибудь в метро, то вряд ли смогли найти в них тех самых «магов».
— Ты! Ты нарушила Кронос! — закричала женщина из самой глубины прибывшей делегации. Она визжала подражая антивирусу Касперского. Тучная фигура смотрелась некрасиво, а лицо исказившееся злобой казалось отвратительно. И в то же время чувствовался ее страх перед Смертью. Пожалуй, эта женщина слишком большие надежды возлагала на авторитет Шархана, считая, что любая Мара находится в подчинении.
— А вы нас бросили, — парировала Марта, успев прочитать весь спектр ярких ответов из головы Виты и посчитав лучшим вариантом самой вмешаться в дискуссию. — Академия нуждалась в помощи, но вы предпочли сделать вид будто нас нет.
— Вы нарушили Кронос, монстры. Захапали себе самых одаренных деток и бахвалитесь своей учебой. Вы не имели права предавать нас.
Витторина слегка склонилась к Мстиславу и шепотом спросила:
— Они специально поругаться приехали?
Хорс повернулся к девушке, любуясь ее красотой. Уверенная, волевая и такая хрупкая. Бледная кожа, тонкие косточки ключиц. Фиалковые глаза в обрамлении густых длинных ресниц, как всегда влюбленно, смотрели на Шархан. А Шархан испепеляющим взглядом следил за Хорсом. Вампир от неожиданности вздрогнул. Его начинало раздражать, что все действия и поступки предугадывались. И кем?! Человеком. Обычным человеком, смертным. Как такое вообще возможно?
— Что значит лучших учеников?! — Марта скрестила руки на груди.
— У вас все москвичи, — нелогично изрекла одна из представительниц магического университета.
— Причем тут лучшие ученики и москвичи?! — подал голос вампир, желая отвлечься от некоторых ужасных мыслей. Впрочем он логики также не заметил. Нет-нет да украдкой вампир бросал взгляд на предмет своего обожания.
— Вы берете учеников из столицы, там москвичи и они оказались лучшими, потому и преуспели в учебе.
— Сейчас проверим, — буркнула Витторина и резко развернувшись на пятках, обратилась жителям Лемура. — Поднимите руку москвичи.
Воцарилась гробовая тишина. Все замерли. Девушка медленно скользила взглядом по лицам собравшихся. И только одна рука была невысоко поднята. Мага усмехнулся, подняв ладонь кверху, будто покладистый школьник стремится дать правильный ответ. Он шепнул, но звук отозвался в голове Витторины за счет Импульса:
— Я и сестра.
Единственные два москвича и те оказались с Кавказа. Девушка коротко хохотнула, оценив иронию. «Прямо как Шархан. В ней поселилось много его черт», — с раздражением подумал Хорс, чувствуя сильно желание обнять ее. Он не вслушивался в диалог, существуя только для вида, желая в случае чего быть первым, кто смог бы защитить Витторину. Ему казалось интересным, о чем думает она. Почему ее так беспокоит эта делегация?! Или не это.
Девушка смотрела перед собой невидящим взглядом, вновь уйдя в Катарсис. Люди не всегда могут обратить на это внимание. «Хотя нет, этот недоумок наверняка заметил, что Вита видит нечто», — вампир хмыкнул. — «Жаль, Зов на нее действует. Вроде говорили, что инкубы также на нее повлиять не могут. Что это? Сильная привязанность или врожденные способности? Или все банально проще — защита от Шархана?!».
— Думай тише, сбиваешь, — Вита локотком ощутимо ударила вампира в бок. Шепот был едва слышен и вместе с тем яростен в своей интонации.
Хорс недоуменно изогнул бровь. Читает мысли?! Что же она такого начитала в его голове?
— Ну что ж, я так понимаю, что разговор зашел в тупик, — устало произнес Шархан. — Ваше предложением нам не подходит, но это не значит, что мы не посетим Вас и Ваше учебное заведение.
— Я провожу, — вызвалась Марта создавая прозрачный коридор, защищающий от вояк, которые спали и видели, как разносят Академию Лемур в клочья.
Делегация удалялась.
— Как только восстановишься надо отпустить тебя погонять этот сброд, — Шархан со злостью смотрел на собравшиеся войска под куполом Барьера. — Они думают, что им все можно.
— Погонять?! Тебе мало было того единственного раза? — кажется в ее голосе появились нотки волнения. Вампир удивленно приподнял бровь, не веря собственным ушам. Ему казалось, что почувствовав свои истинные способности, Смерть вряд ли остановится.
— Я не люблю лишней жестокости, но порой она необходима. Тем более я прошу тебя просто их погонять, обойдемся без убийств…в этот раз.
— Я пришел тебя просить об услуге, — Хорс возник в тени гобелена. Вампир знал, что его приближение давно было замечено и вполне ожидаемо.
— Слушаю, — холодно отозвался Мстислав, не отрываясь от изучения какой-то документации.
— Витторина ищет оператора на сутки, но Роман занят. Я могу ей помочь, и я хотел бы с ней провести некоторое время. Просто побыть с ней, пообщаться.
Шархан смерил вампира тяжелым взглядом.
— Чего ты добиваешься? — мягким вкрадчивым голосом спросил он. — Ты все также надеешься завоевать ее доверие?
— Она у тебя доверчивая, — Хорс позволил себе снисходительную улыбку. — Никогда не видел, чтобы так верили в других и не верили в себя, — вампир неторопливо прошелся вдоль стены. — Она удивительная.
— Настолько удивительная, что ты не замечал ее до популярности.
— Она добилась бы этого без тебя, — холодно заметил Хорс.
— Она и добилась этого без меня, — Шархан рассмеялся. — Я просто предоставил ей возможность, не более. Она не обязана мне своим успехом, — он отложил документы и опершись кулаками в столешницу, снова спросил. — Зачем все это?
— Мне одиноко. Это единственный человек, который смог бы меня понять. Я прошу лишь о возможности понять меня, возможности поддержать, — Хорс возник перед столом. — Ты можешь представить что такое вечность? Мне огромное количество лет. Я запомню эту девушку, переживу ее. Увижу, как она стареет, как она умирает. Тебе не приходило в голову, что сделать ее бессмертной — это наилучший выход?
— Это будет ее выбор, не мой.
— Она могла бы получить вечность.
— Вечность с тобой?! — Мстислав начинал злиться, хотя и не подавал вида.
— Возможно. Ты ведь когда-нибудь умрешь, а она останется.
Шархан тяжело вздохнул. Через Катарсис он видел боль вампира, его утрату, невозможность поделиться сокровенным.
— Я просто хочу с ней поговорить, предложить вечность и помочь снять ей клип, — миролюбиво сообщил Хорс.
— Хорошо, поговори, но ничего более, — вдруг легко согласился Мстислав и вампир в мгновение ока испарился, даже не заподозрив подвоха.
Хмыкнув, мужчина достал из кармана мобильный телефон и набрал номер.
— Мага, у меня к тебе задание будет на следующие сутки особой важности. Вита собирается заняться съемкой клипа, к ней Хорс примкнет. Да, ты правильно понял. Насколько далеко?! — Шархан призадумался. — Если будет покушение на ее здоровье или жизнь — разрешается полная ликвидация. Да, спасибо. Если что — звони.
Мстислав хмыкнул убирая телефон в карман куртки.
А Хорсу было еще чем заняться. Он постоянно собирал сведения о своем недруге. Все, что могло хоть как-то подобрать ключик к сердцу Витторины, все, что могло бы ее расстроить в отношениях с Шарханом. Хоть что-то, что могло подорвать авторитет Шархана в глазах Витторины.
Он собирал информацию по крупинкам и коллекционировал, вкладывая листы с текстом и фотографиями в специальную папочку. Из-за Шархана он мог наблюдать девушку лишь издалека, не имея возможности приблизиться к ней. Это начинало действовать на нервы.
Он вылетел вперед по коридору и с кем-то столкнулся.
— Как танк, — тихо буркнули откуда-то из-под занавески. Под подоконникам, запутавшись в тканях, несчастная бедолага попыталась выбраться, но лишь сварливо добавила — Куда так спешил-то хоть?
— Вита? Прости, — вампир за долю секунды оказался рядом, помогая подняться девушке.
— В следующий раз объемся чеснока, — Витторина отряхнула брюки, хотя те были совершенно чистые, и вернула занавеску на место.
— Чеснок нас не отпугивает, — вампир снисходительно усмехнулся, углядев в этом замечании нечто милое.
— Зато учуял бы за километр и не сшиб по дороге.
— Куда ты путь держала?
— Хотела пообедать. А ты?
— А я не прочь составить тебе компанию.
Она согласно кивнула. Хорс внимательно следил за ее движениями. Они такие по-женски плавные, чувственные и в тоже время каждое из них может быть убийственным, смертоносным. Открыв дверь перед девушкой, вампир прошел в комнату вслед за ней. Обычная гостиная. Витторина наотрез отказывается здесь делать ремонт, говорила, что слишком много воспоминаний с этим связано. Лишь Марта отреагировала тогда на это замечание снисходительно, стараясь скрыть от присутствующих теплую улыбку. Вампир догадывался о связи между Маренами, но прямых доказательств не было. Лишь отдельные мимические моменты хоть как-то выдавали отсутствие секретов между этими двумя особями.
Витторина неопределенно смотрела на гранаты, будто что-то прикидывала в уме.
— Аллергия?! — Хорс склонил голову набок, не находя другого объяснения в этом красном фрукте.
— Нет, — она улыбнулась и включила кофемашину. — Просто я их почистить нормально не могу.
— То есть… — вампир не верил, что слышит это от нее. Та, кто казалось, способна на все и вдруг… Но даже такая мелочь делала ее уникальной.
Витторина уперлась спиной в столешницу. Слегка наморщив нос, она нехотя призналась:
— Я когда их чищу, то все кругом в гранатовом соке. И я, и половина квартиры, — хихикнув девушка развела руками. — Рукожоп одним словом. Удивительно, я могу перебрать двигатель с закрытыми глазами, разобрать и собрать автомат, создать Резонанс любой формы и размера, но не могу аккуратно почистить фрукт, — казалось ее забавляла сложившаяся ситуация.
— Действительно удивительно, — Хорс метнулся к столику, забрал фрукты в корзиночке, и уселся в кресло, аккуратно принимаясь за чистку.
— Ты же не ешь.
— Человеческая еда не имеет для нас никакой пользы. Мы живем только благодаря крови. Но никто не мешает мне почистить для тебя фрукты. Надеюсь, ты не будешь против?! — Хорс вопросительно изогнул бровь.
— Ладно, — она пожала плечами, возвращаясь к кофемашине. — Как давно ты сам ел?
— Давно, — эхом отозвался он.
— Ты находишься в Академии, где полно людей, поэтому желательно, чтобы ты ел стабильно.
— Позволь вопрос?
— Задавай.
— Почему Шархан не делится с тобой своей болью?
— Потому что он сильный, — ее ответ прозвучал убийственно спокойно и твердо.
— Ты считаешь, что делиться своей болью — это слабость?
— Я считаю, что есть люди, которые могут ее нести, а иные нет. Вот и все.
Он смотрел на нее и размышлял насколько сложно будет сломать Шархана?!? Долго ли она будет убиваться по нему? Сложно ли ее сломать? Морально и физически. А потом она, словно феникс из пепла возродится. Красивая, умная. Добрая, милая и жестокая. В ней столько боли, столько страсти и невероятный коктейль из приключений и опасности. И живая. Когда она получит бессмертие ей понадобится часть прошлой жизни, прежние эмоции.
Осталось только как-то избавиться от Шархана.
— Мне пора. Нужно еще успеть прошвырнуться по окрестностям. Поужинать, — вампир вежливо улыбнулся.
— Компанию не составлю, — уловив намек в интонации, Витторина хмыкнула.
— Итак, что это за прикол? — Соколова, сузив глаза, строго смотрела на Хорса, чувствуя подвох. — Я не в жизнь не поверю, что мой муж мог позволить тебе присматривать за мной. Вот он, — она ткнула пальцем в Магу. — Другое дело. Кстати, а Святозар с нами поедет?
— Если хочешь, — кивнул боец и девушка в очередной раз отметила и волевой характер, и терпение, и дружеское отношение. В то, что Мага едет с ними не случайно, Вита догадалась сразу, тут уж к гадалке не ходи.
Хорс следил за девушкой не совсем понимая, чему именно она не довольна. Факт того, что к их компании примкнули Святозар с Магой уже был неприятной неожиданностью. Особенно Мага. Вампир знал, что боец находится на хорошем счету в Академии. Не зря же он командует «Ночной Стражей». И не зря он лично подчиняется лишь руководству Академии, то есть всего троим людям.
Но спор быстро закрыл Святозар.
— Опять одежи срамные надела?! — богатырь покачал головой, стыдливо прикрывая себе глаза. — В краску вгоняешь.
— Соколовская, мы готовы, — крикнул Ящер стремясь поторопить компанию.
— Соколова, Соколова, а не Соколовская, — буркнула Витторина, стараясь не смотреть в глаза Святозару. Создавалось впечатление, что ей неловко. Почему-то джинсы с дырками на бедрах смущали богатыря, но возможно лишь потому, что одежда сидела идеально по фигуре.
Грузовик скоро привез всю команду в Андеграунд. Впервые вампиру выпала честь оценить масштабы творения двух Марен. Высота стеклянных домов оказалась выше двухсот этажей, напоминая сверкающие шпили уходящие в небо. Нижние ярусы оплетены вечнозелеными растениями, но начиная с сорокового этажа стекла ничем не заслоняются. Причина такой задумки была проста — огромные солнечные батареи, которые поставляли бесплатную энергию всему городу и окрестностям Академии. Из-за этого Андеграунд смотрелся светло, даже солнечно. В нем нет места холодным цветам и оттенкам. Вдоль тротуаров земля усыпаны громадными клумбами с цветами, кругом росли деревьями и кустарниками. На зданиях отсутствовали рекламные баннеры, кроме названий тех или иных заведений, которые не делались кричащими. Напротив, небольшими, спокойных тонов.
— Итак, прошу запоминать что от кого нам требуется, — взяла слово Витторина, как только все выгрузились на заранее подготовленную площадку.
Она объясняла быстро и четко, конкретизируя лишь там, где в этом нуждались. Самая сложная работа предстояла вампиру.
— Как вы раньше такое снимали? — удивился Хорс, понимая, что слишком многое от него требуется и сачковать не удастся.
— Несколько камер. Сейчас они тоже расположены вон, на стойках, — Витторина указала за спину вампира. — Но основные крупные планы всегда делались Ромкой. К сожалению, он занят сейчас. Поэтому… — она неуклюже развела руками. — Значит так. Снимай сцену, я проверю так или нет, потом далее. И так дубль за дублем. Это долго, кропотливо, но будет тот результат, который нам нужен.
— Как скажешь, — вампир вежливо улыбнулся. Ему не терпелось избавиться от лишних.
На удивление работа двигалась быстро и весело. Витторина легко контролировала результат, исправляя немногочисленные ляпы и уточняя на месте моменты. В кадре то и дело мелькали музыканты, байкеры, скейтбордисты, счастливые дети и старики. Случайно прогуливающаяся компашка устроила эффектное фаер-шоу, специально для пару секундной вставки в клип. Байкеры показали несколько сложных трюков на своих железных конях. Витторина вообще являлась поклонником стантрайдинга.
Когда съемки закончились, все разбрелись кто куда и во что горазд. Алина с Риткой, например, поспешили в салон навести красоту и хорошенько отдохнуть, в то время, как барабанщик Михаил потерялся в библиотеке. Витторина в компании Маги, Святозара и Хорса неплохо устроились в кафе неподалеку. Через стеклянную прозрачную стену виднелся зеленый лабиринт с беседками, располагавшимся во внутреннем дворе высотки.
Соколова смотрела на улицу, наслаждаясь видом. Ее заказ принесли очень быстро. Молодая девушка официантка в двух словах поблагодарила певицу, упомянув, что очень рада четырехчасовому рабочему дню и возможности совмещать работу с учебой. Святозар и Мага заняли отдельный столик в сторонке, обсуждая какие-то «сугубо мужские» темы. Они явно нашли общий язык.
Вампир сидел напротив девушки, потягивая красное вино, готовясь к тяжелому разговору.
— Вообще, я хотел с тобой поговорить, — нерешительно начал Хорс, исподлобья поглядывая на сопровождение, сидящее за отдельным столиком в углу.
— О чем? — безразлично спросила девушка, присматриваясь к пирожному и мысленно подсчитывая калории. Покрутив тарелочку и так и этак, Витторина закатила глаза и вежливо позвав официанта, заказала себе еще три порции кофе. Молодая девушка прекрасно знала о вкусах знаменитости, поэтому с улыбкой кивнула и удалилась, но вскоре вернулась, стараясь угодить.
— Спасибо большое, — Витторина тепло улыбнулась девушке, мысленно напоминая себе оставить ей на «чай».
— Я прошу тебя об одной просьбе, — вампиру давались слова с трудом.
— Слушаю, — Вита вежливо изобразила заинтересованность.
— Я хочу попросить тебя выслушать меня и понять.
Витторина подняла на него свой фиалковый взгляд. Катарсис открыл ей многое. Пожалуй, слишком многое из того, чего ей не стоило знать.
— Мне жаль, — извинилась она, отводя взгляд в сторону. — У тебя было много боли.
— Спасибо, — тепло и вполне искренне поблагодарил он. — Ты не хотела бы жить вечно? Представь, сколько всего ты могла бы изменить, не оглядываясь на отпущенные часы, не встретить старость, оставаться всегда молодой.
— Хорс, посмотри на меня, — она улыбнулась — При своей деятельности мы с Мстиславом не доживем до пенсии, нас убьют раньше.
— Ты могла бы не умереть. После смерти Шархана…я позабочусь о тебе. У тебя будет все, что только пожелаешь. Только скажи. Скажи, чего ты хочешь?
Витторина в упор, смело встретила напряженный взгляд вампира и четко, выделяя каждое слово произнесла:
— Я. Желаю. Быть. С. Мстиславом. Всегда, — она вздохнула. — Я его люблю больше жизни, Хорс. И мне не нужна вечность без него. Мне жаль, что ты испытываешь ко мне чувства. Я знаю эту боль. Но твоя любовь безответна.
Хорс облокотился на спинку стула и скрестив руки на груди, насмешливо спросил:
— То есть ты не допускаешь даже мысли, что можешь быть с кем-то другим, не с Шарханом?!
— Импульс создает реальность на основе мысли. Кронос прописан для того, чтобы стало возможным создать ту жизнь, которую хочешь.
Вампир хмыкнул.
— Чем он так привлек тебя? Я не понимаю. Нет, отказываюсь понимать, — Хорс круто приблизился, слишком быстро и слишком резко. Краем глаза он отметил, как Мага готов сорваться со своего места, а вместе с ним и Святозар.
— Говори-говори, это же еще не все, — флегматично откликнулась Витторина не отвлекаясь от пирожных и кофе. Со стороны могло показаться, что ее вообще не волновал сложившийся разговор.
— Чего тебе не хватало? Машины? Славы? Денег?
— Так ты меня оцениваешь, да? — она повысила тон, чем привлекла внимание всего кафе, но спустя секунду все снова углубились каждый в свое дело. В Андеграунде, также, как и в Жизни люди не стремились вмешиваться в чужую жизнь и лишь могли предложить помощь, когда это становилось необходимостью.
— А что еще? Все что он тебе дал, это деньги и связи. У него больше ничего и не было, а тебе кроме этого ничего и не требовалась. Ты ему не обязана ничем, но, черт возьми, он до сих пор удерживает тебя рядом с собой. Я почти уверен, что силой. Да вы даже не женаты, — вампир несколько раз на сверхскорости обошел Витторину, порываясь схватить ее за плечи. Мага не скрываясь выставил Барьер вокруг девушки, всерьез переживая за ее безопасность.
Витторина вдруг хмыкнула и отставив пустую чашку, спокойно произнесла:
— В тебе говорит боль, одиночество и обида. Со мной тоже такое было, но пришлось преодолевать себя. Если займешься собой, то и ты преодолеешь. В конце концов, у тебя впереди целая вечность.
Девушка подошла к друзьям и улыбнувшись, попросила сопроводить ее до Академии Лемур. На улице было очень солнечно и по-весеннему тепло, несмотря на приближающиеся новогодние праздники. Здесь, на территории Академии погоду создали комфортной, добавив света и приятной температуры. Витторина подняв голову, гордо шла вперед, чувствуя себя абсолютно счастливой. Рядом, бок-о-бок следовали друзья, излучая надежность и защиту. Коротая время за непринужденной беседой, компания пешком двигалась в сторону Академии. Жизнь продолжалась.
Она летела вперед по дороге, бессовестно нарушая скоростной режим. Байк нес ее легко, приятно урча двигателем. Витторина пригнулась, будто сливаясь с мотоциклом. Мимо мелькали автомобили, иногда гневно бибикая, порой подрезая, но девушка не обращала на это внимания. Она просто летела вперед, не концентрируясь на запретах. Мысли проскакивали ярким калейдоскопом, и это начинало давить. Сильно давить. Это становилось опасным. Опасным для окружающих. То, чего в свое время боялся Казимир Мирославович и Мстислав теперь становилось более чем реальным. Витторина признавала, что она не могла в последнее время контролировать эмоции. Она не прекращала тренироваться, но именно сейчас все оказалось напрасным.
Скорость достигла трехсот, но стрелка на спидометре при этом стремительно летела дальше. Все сливалось длинными светящимися линиями. Девушка хмыкнула. Она хотела еще. Это успокаивало. Она прибавила газ, запоздало чувствуя, как губы расплываются в улыбке. Автомобиль позади мигнул фарами и Вита нехотя отвлеклась на него. «Мерин» принадлежащий Хорсу шел за ней и видимо недавно пристроился, ибо раньше девушке пришлось гнать в междурядье. «Мерин» мигнул поворотником и стал смещаться к обочине. Вита хмыкнула и припарковалась, вставая на подножку. Вампир оказался рядом с ней раньше, чем было поднято стекло на шлеме.
— Ты что творишь? Ты же убьешься! — через чур эмоционально отозвался Хорс.
— Ты мне не муж чтобы указывать.
— Я Шархану расскажу.
— Рассказывай.
Байк стартовал с места в карьер, задрав переднее колесо. Неспешно Витторина опустила стекло на шлеме. Мстислав. Что он в ней нашел? Ну вот серьезно, что он мог в ней найти?!? Взбалмошную девицу с отвратительно трудным характером? Сломленную и несчастную, которая неспособна ни на что? Что можно было найти в ней такому мужчине?
— Порой я задаю себе тот же вопрос адресованный тебе, девочка моя, — негромко прозвучал его голос в наушнике.
— Следишь?
— Нет, просто сработал определенный датчик.
— Хорс обещал наябедничать.
— Я знаю. Датчик на него, — Мстислав помолчал, а потом уточнил. — Домой скоро поедешь?
— Да, если дорога не будет загружена.
— Я уже отдал распоряжение «Дневной Страже». У тебя будет «зеленый свет» на протяжении всей дороги.
— Спасибо. Но ты ведь не ответил.
— Ты же знаешь, подобные вещи я люблю сообщать лично глаза в глаза.
Мотоцикл резко набрал скорость до двухсот сорока.
— Маленький литраж. Почему другой не взяла? — поинтересовался муж.
— Я к этому привыкла, чувствую себя более уверенно. А безопасность превыше всего, ты мне сам не раз говорил, — она вздохнула. — И все-таки, я не понимаю.
— Я тоже, — Мстислав усмехнулся. — Пока едешь подумай вот над чем. Я влюбился в сильную независимую девушку. Да, порой взбалмошную, порой упрямую. Но. Нежную, чуткую, ранимую. И когда я встречал тебя в автомастерской, то задавался вопросом — что ты могла найти в богатом смазливом мальчике, который кроме как похвастаться дорогой машиной, ничем не мог. Мальчик, который появлялся и исчезал. Мальчик, который ждал тебя в Академии, а потом чуть не потерял тебя.
Она уже въезжала на подземную парковку Лемура. Заглушив мотор, девушка замерла на несколько секунд желая прийти в себя после поездки. Гараж поражал своими масштабами. Огромное количество разномастных автомобилей, далеко не дешевого ряда. Выдохнув, Вита сняла шлем с головы и направилась к лифту. На этаже как всегда пустынно, и лишь гобелены встречали жутковатыми гримасами осклабленных черепов.
Соколова прошла в комнату с тремя шестерками, отбрасывая на тумбочку мотоциклетную куртку. Мстислав стоял к вошедшей жене спиной, прислонившись плечом к стене, и задумчиво глядел в окно.
— Как прокатилась?
— Отлично, — Витторина с глухим стуком поставила шлем на стол. — Мстислав, я…
— Я знаю, — перебил он ее. — Знаю, девочка моя. Все не так просто, но я готов ответить на все вопросы, но при условии, что ты задашь их вслух.
Витторина перепрыгнула диван и плюхнулась в кресло. Мужчина неспешно обогнул жену и удобно устроился на диване.
— Твоя бывшая. Та первая девушка, которая была до меня. Какие были у вас отношения? Чем она тебя привлекла? Что в ней было особенного? — вопросы сыпанулись махом, видимо все, что накопилось за такое количество времени.
— Ничего, — Мстислав пожал плечами. — Это были отношения на показ. Мне нужен был человек чисто для вида, фиктивно, как это принято говорить. Мы договаривались об этом и она стала моей Марионеткой. Позже она влюбилась и начались проблемы, я порвал с ней. Почти сразу же у меня появилось задание, связанное с тобой. Я не испытывал к ней никаких чувств, кроме сожаления. Я с ней после не встречался. Она убежала к другому, стремясь меня забыть и я ее не задерживал. Хотя, когда выводили тебя на эмоции, до поступления, я говорил несколько иную версию. Умышленно.
— А я? Что во мне такого? — голос прозвучал грустно, с нотками безнадежности.
— Ух, тут много факторов сыграли свою роль, — мужчина закатил глаза и слегка усмехнувшись краешком рта, задумчиво изрек. — Меня привлекло твое обаяние. Где-то глубоко внутри лучик света, который иногда выглядывал наружу. Но почти сразу взбесили твои лидерские качества, самодостаточные черты характера. Почему? Потому что я ни разу не имел дел с девушкой, которая может и стремиться сделать все сама. Которая не боится совершать ошибки, не боится жить. Поначалу это меня вымораживало. Я смотрел на тебя и ненавидел. Ненавидел все, что ты делаешь и как ты это делаешь. И так было до тех пор, пока отец не обратил мое внимание на сей факт. И мне пришлось признать, что я просто-напросто уступаю тебе в некоторых вещах. Это шокировало. Я стал просто присматриваться и исправлять то, что казалось мне необходимым. А потом мы встретились на забросе. Ты просто сидела на краю крыши и любовалась рассветом. И в глубине твоей души почувствовалась грусть, одиночество и непонимание, — Шархан склонил голову набок. — В тот же день я пообщался с ребятами из «Конкистадора» и все как один признали, что ты одиночка. Но при этом в клубе ты была своя в доску и никто не рассматривал тебя, как девушку. И мне стало интересно, что скрывалось за твоей внешней оболочкой. Сильная, независимая, упорная. А в душе ранимая, чувственная, добрая и заботливая. Но боль одиночества тебя разъедала. И об этом знала Анюта, поэтому и стремилась устроить твое будущее, веря, что сможет устроить и твою личную жизнь. Удивительно, но вы с ней сошлись на одинаковых струнах души, одинаково чувствуя друг перед другом ответственность.
— А что потом? — разрушая затянувшуюся паузу, спросила Витторина пристально глядя в темные глаза своего мужа.
— Я полюбил, — он пожал плечами. — И стал готовиться к твоему приезду. Даже когда умерла Анюта, я продолжал тебя любить. Ты была сломлена, убита горем и я хотел помочь. И вот приезжает автобус, а из него выходит девушка, которую я знаю, за которой следил пять лет, но она другая. Будто откат назад и оказывается знает то, чего не знаю я. И приход Марты. Меня это выбило из колеи. Но это не значит, что я тебя разлюбил. Я был просто растерян. Это меня не оправдывает ни в коем случае. Твой уход помог мне конкретно сформулировать все то, за что я тебя люблю, и чего я хочу от жизни.
— За что меня можно любить?
— За все. Я люблю тебя за каждую черту характера, даже за те, которые меня выводят из себя, но они делают тебя тобой. Бесстрашие, упрямство, надежность, забота и тепло. В тебе столько всего, много противоречивых фактов, но ты такая. И это замечательно.
Витторина задумчиво изучала Мстислава и тот не мог догадаться о чем же думает жена. Он в любой момент мог через Катарсис получить ответы на свои вопросы, но не стремился к этому, сохраняя шаткий баланс личного и общего.
— Я умирал уже несколько раз. И всегда ты была рядом. Я виноват в том, что ты чувствуешь некое чувство вины, неуверенность. Ты часто думаешь о том, что ты смогла прославиться своей группой только из-за денег. Но нет, это не так. Я просто предоставил возможность тебе выступить, все остальное твоя заслуга. Твоя заслуга в развитых способностях.
«Так много сказано», — подумала она.
«Потому что я редко это озвучиваю. Привык, через Катарсис ты можешь получить все, что угодно, ответ на любой вопрос. У меня нет от тебя секретов».
Витторина тяжело вздохнула и поднявшись с кресла, подошла ближе. Она села на колени к Мстиславу, как делала часто, когда ей требовалось получить защиту от внешнего мира, и положила голову на плечо мужу, кутаясь в его объятия. Мужчина чмокнул жену в макушку в прикрыл глаза. Девушка казалась такой хрупкой в его руках.
— Мне с тобой так хорошо, — шепнул он ей на ухо. — Ты меня сделала счастливым.
— Неужели человеку, у которого все было, на момент знакомства со мной, не хватало взбалмошной девицы?! — иронично с улыбкой спросила Витторина.
— Ты была отвратительно прекрасна, — усмехнулся Мстислав, уткнувшись носом в шелковистые волосы. По-прежнему запах кофе преследовал Виту.
— Прям отвратительно?! Сколько раз я успела тебя шокировать до того как попала в Лемур?
— Тысячи, — он тихо рассмеялся. — Твои выступления, поступки поражали. Ты иногда невыносима, но невероятна и прекрасна. Меня сразил твой характер. Папу моего пару раз до нервного тика доводила, — Мстислав снова хихикнул, сжимая еще крепче девушку в своих объятиях. — Я тебя люблю!
Сигнализация известила о срочной эвакуации. Опасность исходила от кто-то из учеников вышедшего из подл контроля и творящего непотребство. Мстислав закатил глаза и устало произнес:
— Девятый раз, и это лишь начало недели. Мы боялись, что Академию разрушат Смерти, а в итоге…Ритка. Это при том, что множество более сильных студентов учатся.
— Ты не злишься?
— За что? За то, что передала Ритке свой дар, сдружилась с Мартой, заручилась поддержкой инкубов и уволила моих друзей?! — Шархан хмыкнул. — Нет, не злюсь.
— Может стоит сходить разрулить ситуацию?
— Марта отлично справляется с управлением в Лемуре, — мужчина уткнулся носом в висок девушки. — Мы можем просто побыть вдвоем.
Витторина обняла Мстислава и тихо поинтересовалась:
— Как у Ритки дела с обучением?
— Плохо, — Шархан погладил девушку по спине и задумчиво добавил. — Отцу все не удается обуздать эту силу, да и жалеет ее, боится перегнуть палку.
— Давай я.
— Что?
— Давай я перегну, — фиалковые глаза пристально посмотрели на мужа. — У нее давно на меня обида копится, будет повод для примирения. Как с Анатолием.
— Она вообще себя не контролирует. А с Анатолием…я напомню, что ты его чуть не убила.
— Ты обещал меня научить новому, — Витторина капризно причмокнула губами, перевернувшись так, что оказалась сверху на Мстиславе. — Научи. Все получится.
— Ладно, уговорила. Дай мне десять минут и пойдем тренировать тебя и заодно Ритку.
Мстислав поднялся с дивана и скрылся в соседней комнате. Было слышно, что он с кем-то разговаривает по телефону. Витторина потянулась. Краем глаза она заметила письмо, которое ей муж вручил на празднике. Конверт лежал на столе, дожидаясь своего часа. Но не сегодня девушка встала и неспешно приблизившись, подняла письмо со столешницы.
Любопытство взяло свое и Вита развернула конверт.
«
Витторина смахнула слезинку, не желая признаваться, что ее тронуло письмо Мстислава.
— Я готов, идем, — Шархан вернулся из комнаты, с улыбкой глядя на жену.
Витторина кувырком ушла от Резонанса, пропахавшего землю совсем рядом.
— Давай-давай! — девушка счастливо улыбнулась, вновь спасаясь бегством от атаки. — Опять ничего не можешь. Опять жалеешь себя. Вот видишь, ты опять хуже меня. Поэтому Анечка любила меня больше.
Очередной Импульс вкопал рок-диву в землю, оставив приличный кратер вокруг. Витторина быстро сориентировалась и мощным Резонансом вытащила себя на поверхность, снова выскочила к Ритке.
— Сколько можно себя жалеть? Как ты будешь защищать своего ребенка, если не можешь позаботиться о себе?! Бестолочь! Ты всегда поднимаешь лапки к верху вместо того, чтобы что-нибудь сделать. Ничтожество!
Гитаристка закричала от бессилия, выбрасывая из себя негативные эмоции могучими всплесками энергии. Потребовалась меньше получаса для того, чтобы довести ее до нужной кондиции. Когда последний отрицательный Импульс покинул тело, Ритка осела на землю, захлебываясь слезами.
— Тише-тише, — Вита оказалась рядом быстрее, чем обычно, стремясь успокоить подругу. — Так надо было, прости меня. Почувствуй сейчас. Прочувствуй как энергия циркулирует в твоем теле. Почувствуй покалывание по коже. Подумай о том, что у тебя есть друзья, есть любимый человек и очень скоро родится чудесный ребенок. Тебя обожают во всем мире, как музыканта.
— Прости меня, — сквозь слезы послышалось. — Я завидовала тебе и…
— Я знаю, я все знаю, Ритуль. Это не твоя вина, лишь последствия моего неправильного отношения к тебе. Прости меня! — Соколова прижала подругу к себе, гладя по спине и отправляя успокаивающий Импульс. — Я изначально оказалась слишком высокомерной и горделивой, из-за этого и пошли проблемы. Ты ни в чем не виновата.
Постепенно Ритка успокоилась, хотя изредка всхлипывала.
— Я хочу научиться, — решительно проговорила она. — Ты права, я слишком часто сдавалась. Теперь пришло время исправить эту оплошность.
— У тебя самый лучший учитель в Академии, — Витторина тепло улыбнулась. — Теперь, когда отрицательная энергия покинула тебя, ты можешь наполнить душу и мысли светом и двигаться вперед, в новую жизнь. Оставь всю боль в прошлом. Мы в тебя верим, — она еще раз обняла подругу, прошептав на ухо. — Тренируйся хорошо. Мы забились с Мстиславом на твое обучение. Он считает, что тебе не меньше пяти лет потребуется для приличного уровня. А я поставила на то, что ты за месяц достигнешь хороших результатов. Я верю в тебя!
Казимир Мирославович подошел ближе, напоминая, что тренировку необходимо продолжить. Вита подмигнула на прощание подруге и удалилась со своим мужем. Ей также предстоял очередной учебный процесс.
Витторина сидела на корточках переводя дыхание. Она жутко устала и теперь ждала вердикта.
— Недостаточно быстро, — задумчиво изрек Мстислав с ноткой грусти, разглядывая следы Импульса на земле. — Как ни крути, быстрее, чем человек, но медленнее чем вампир.
— Ты думаешь, что мне все-таки придётся с ними сражаться? — тяжело дыша уточнила Вита.
— Дело даже не в этом, — мужчина слегка помассировал переносицу. — Помнишь, когда тебе пришлось одной выйти на защиту Академии? — и не дожидаясь ответа он продолжил. — Так вот, там слишком высокая кучность была, поэтому любая атака достигала цели. Если это будет бой один на один, то у тебя нет шансов противостоять, кроме как уйти в глухую оборону. Как только у вампира есть место для маневра, ты сразу проиграешь.
— Хреново, — кивнула Витторина. — И что мне делать, кроме того, как не сталкиваться с таким противником? Я так понимаю, что новоприобретенная скорость меня не шибко спасет.
— Так и есть, не спасет. Возможно лишь отсрочит неизбежное, — Мстислав присел рядом. — Тебе придется успевать выставлять Барьер коридором, ограничивая маневренность противника. Для тебя это единственный шанс. Но опять-таки учти, что скорость вампира в любом случае выше твоей.
— Есть предпосылки?! — девушка тяжело вздохнула, готовясь к новому заходу. Тренироваться так тренироваться, ничего больше и не оставалось в данной ситуации.
— Может быть я перестраховываюсь.
Свадьба гремела и была в самом разгаре. Витторина с Мстиславом занимали почетные места рядом с женихом и невестой. Арман сидел по левую руку от Виты. То и дело кавказец нахваливая то одно, то другое блюдо национальной кухни.
— Я же говорил, что это стоит попробовать, — улыбался мужчина, продолжая подкармливать звезду.
— Я так в колобка общими усилиями превращусь, — смеялась девушка. — Но мне нравится. Это действительно очень вкусно.
Народ праздновал, но на удивление достаточно цивильно, не перебарщивая с алкоголем и не устраивая драк. Просто всем было весело. Собралось около шести тысяч гостей, нарядные и счастливые. Все это напоминало народные гуляния.
Анечка, словно соткалась из воздуха, возникая за плечом подруги, тихонько шепча что-то на ушко. Витторина отреагировала поспешно, резко встала из-за стола, предупредив Магу что вернется. Мужчина кивнул, проводив лидера задумчивым взглядом. Немного подумав, кавказец обернулся к Шархану, но того и след простыл в неизвестном направлении.
Идти оказалось недалеко. Лесополоса начиналась в пятистах метрах от застолья, скрывая в гуще листвы небольшую, но удивительно правильной круглой формы опушку. Ритка сидела на поваленном дереве и безмолвно плакала. Несмотря на свою жесткость, Вита всегда болезненно воспринимала несчастья подруг. Она не спешила устанавливать Катарсис, будто выжидая, сомневаясь в том, имеет ли на это право.
— Солнце мое, что случилось? — мягко спросила Витторина. Но не успела она и фразу завершить, как Катарсис был установлен. Как и говорила Марта, Смерти не контролировали этот момент. Просто по щелчку пальцев возникала эта удивительная связь.
Ритка поспешно вытерла слезы.
— Хорс сказал…
— Хорс договорился, — сквозь зубы процедила Витторина, чувствуя, как бурлит в душе ярость, а глаза вновь привычно зажгло, окрашивая мир в красный оттенок. — Не бери в голову, родная моя. Его целью было обратить мое внимание, зная, что я буду тебя защищать. Иди сюда, Янчик говорит, что обнимашки больше всего успокаивают, — вокалистка приблизилась к подруге, которая послушно скрылась в ее объятиях тихо всхлипывая.
— Я правда не обуза, не бесполезная тварь? Правда, что…
— Тшш, успокойся, — Марена направила слабый Импульс, вытесняя негатив. — Казимир Мирославович сказал, что в последнюю неделю у тебя вырос контроль по способностям. Ты очень старательная, терпеливая, а главное будущая мама, тебе нельзя нервничать. А теперь иди, а то Влад тебя потерял на празднике. Он переживает, но тактично не хотел мешать тебе побыть с собой наедине.
— Спасибо, — шепнула она и поспешно покинула поляну.
Витторина пристально следила за тем, как подруга скрывается из поля зрения и только тогда обратилась в никуда, прекрасно чувствуя присутствие вампира:
— И зачем это надо было?
— Нужно поговорить. Наедине.
— Я слушаю.
— Я собрал для тебя интересную информацию, — он возник рядом с ней, держа в руках папку. — Я хотел бы, чтобы ты ознакомилась с ней.
— Что это? — она приняла документы, перелистывая страницы, мысленно отмечая, что скорость вампира слишком высока. Хорс мог появиться и исчезнуть, не успеешь даже моргнуть.
Разглядывая «информацию» от Князя, Вита отметила, много было приложено фотографий, на которых запечатлен Мстислав с какими-то девушкам, порой вызывающе одетые. Но нашлись и те изображения, где ее муж держал детей на руках и казался абсолютно счастливым.
— Ты знаешь что-нибудь об этой части его жизни? — вампир в очередной раз попробовал применить Зов, но Витторина мысленно отмахнулась от него, всматриваясь в провокационную информацию. Она следила из Катарсисом, стараясь прочесть мотивы подобных поступков и какие могут ожидать последствия.
Хорс внимательно наблюдал за реакцией девушки, по всей видимости, заняв выжидательную позицию. Витторина с хлопком закрыла папку и раздраженно уточнила:
— Это все?
— Да.
— Еще раз обнаружу тебя рядом с Риткой или кем-то из моих друзей — голову оторву. Вон отсюда, — холодно проговорила она, используя возможность Кукловода. Да, Мстислав не зря связал ее таким обязательством. Мысли несколько сумбурно шли друг за другом в то время, как вампир исчез из поля зрения. Девушка замерла, пытаясь настроиться на нужный лад, прежде чем вернуться к друзьям.
— Ммм, даже самые ранние миссии откопал, — Шархан бесшумно возник за плечом жены, с усмешкой рассматривая фотографии в папке. — Ты смотри как интересно умеет собрать и преподнести информацию. Даже не подозревал за собой столько грехов.
— Да и хрен с этим, — Вита вздохнула. — Можешь себе оставить, либо сожги.
— Хмм, даже не устроишь сцену ревности? — он усмехнулся ей в волосы, стоя близко, почти касаясь девушки.
— Это не имеет значения. Ты мне никогда не лгал. А если вдруг соврешь, я узнаю через Катарсис раньше, чем ты только задумаешься об этом.
Шархан чмокнул ее в макушку, обнимая со спины Витторину — девушку своей мечты.
— И чего желает твоя душенька? — промурлыкал он.
— Хорса убить.
— Зная тебя, это слишком даже гуманно.
— Мстислав, — она решительно обернулась. — Иногда мне страшно. Я не понимаю к чему он стремится, и зачем какие-то действия совершает. В голове вампиров нет таких же мыслей, как у людей и Катарсис показывает не все, какими-то обрывками, будто мне позволяют увидеть лишь часть.
— Он ослеплен тобой, — Мстислав стал серьезным. — Одержим, если так можно выразиться. Пока от него есть определенная польза, но позже…боюсь твое желание исполнится.
— То есть пока мы не можем изгнать его?
— Это нежелательно, но если ты настаиваешь, я приведу приговор в исполнение.
— Нет, — она перебила мужа. — Ты лучше меня разбираешься в управлении, финансах и тому подобное. Раз ты решил так, то значит пусть оно так и будет. Тогда я пойду просто Хорсу морду начищу.
— Это всегда пожалуйста, — он усмехнулся.
Они вернулись и как раз вовремя. Небольшая потасовка привлекла внимание и Мстислав с Витториной ускоренным шагом направились туда. Ритка билась буквально в припадке агрессии бросаясь на Князя. Вита ни разу еще не видела подругу в таком ужасном состоянии. Влад с Казимиром Мирославовичем с трудом удерживали гитаристку, не давая той наброситься на вампира, в тоже время Мага активно о чем-то спорил с Хорсом, по всей видимости пытаясь предотвратить конфликт и поставить зазнававшегося упыря на место. Катарсис показал, что Хорс вновь задирал Ритку, и Витторина почти сразу ринулась вперед, стремясь воплотить свои угрозы в реальность.
— Стоять! — Мстислав успел перехватить жену за талию практически в прыжке. — Ох уж эти женщины.
— Да не говори, — Казимир Мирославович хмыкнул. — Едва удержали, а то расцарапала бы всего.
— Меня? Если бы догнала, — насмешливо отозвался вампир.
— Заткнись, вурдалак, — одернул его Мага. — Тебе никто не давал права обижать слабый пол.
— Что опять случилось? — спросил Шархан, продолжая удерживать вырывающуюся жену.
— Он нарушил Приказ. Да как ты посмел? — сквозь зубы прошипела Витторина. — Пусти я ему челюсть вынесу.
— Воу-воу, успокойся, — Мага усмехнулся. — Сейчас мужчины решат это недоразумение.
— Дай я ему что-нибудь сломаю сначала, — возмутилась Вита.
— Тебе же по статусу не положено, краса, — с улыбкой отметил Святозар, чем моментально прекратил спор, напоминая, как нелепо все выглядят со стороны.
Витторина резко выдохнула, взяв себя в руки. Хорс с неким удовольствием следил за ней. Его радовало ее взбешенное состояние, такая ярость красила ее, показывала лишний раз ее индивидуальность, ее тайную разрушительную силу.
— Предлагаю решить вопрос полюбовно, — Хорс демонстративно лизнул кончиком языка удлинившиеся клыки. — Спор на желание. На любое желание. А, Витторина? Ты же так хочешь отомстить за Ритку, — он позволил себе едва заметную улыбку, открывая при этом сознание, желая, чтобы она видела его желание. Ах, как сладко было мечтать о проведенной с ней ночи.
Мстислав склонил голову к плечу. Надо отдать ему должное — соображал мужчина быстро, прикидывая всевозможные варианты и выбирая наиболее подходящий. Не зря Шархан столько лет управлял Академией.
— Гонки, — предложил он таким тоном, что спорить никто не рискнул бы.
— Отлично. Каждый на своем автомобиле. Я на «Мерине», Витторина на «Актон Мастрон», — вампир сунул руку в карман. — На любое желание. Ты вот мне челюсть снести хочешь, а я бы сутки с тобой провел. Уверен, тебе бы понравилось.
— Идет, — согласилась девушка резко разворачиваясь и шествуя за мужем.
Автомобили подъехали сами собой, двигаясь бок-о-бок и подчиняясь Импульсу. Шархан быстрым шагом подошел к «Актон Мастрон» и открыв капот с силой резким движением выдернул какую-то кипу проводов. Это выглядело неожиданно и непонятно.
— Поедешь без ограничителей, — сообщил он жене.
— В смысле? — лицо вампира медленно вытянулось. — Она все время ездила на ограничителях?!?
— Неожиданно, правда? — издевательски радостно уточнил Мстислав.
Витторина хмыкнула. Как всегда, ее муж держал козырь в рукаве.
— Может не надо? Ну его? — Ритка, придя в себя, яростным шепотом пыталась уговорить подругу отказаться от этой сумасшедшей идеи.
— Спокойно, Ритуль, — Вита улыбнулась. — Тут уж вопрос чести. Я же не могу подвести тебя, Мстислава и Академию?
— Ты хоть знала, что в машину встроены ограничители? — поняв, что не переубедит, гитаристка тяжело вздохнула, стараясь подавить волнения.
— Знала, — вокалистка продолжала улыбаться. — Это логичное решение, особенно после того, как он узнал о моей первой аварии.
Ритка посмотрела на Соколову совсем другим взглядом. Если Шархан ей настолько доверял, значит были все основания полагать, что подруга победит. И вот все было готово. Договоренность была на один заезд вокруг поля, на котором праздновали свадьбу. Витторина обогнала вампира легко и непринужденно, без зазрения совести используя все преимущества своего автомобиля. «Мерседес» подъехал спустя сорок секунд, а Вита уже сидела на капоте своего автомобиля мило болтая со своим мужем. Это казалось невероятным. Если бы в этот момент кто-нибудь рискнул посмотреть в его черные глаза, понял прописную истину — он заранее знал об исходе соревнования. В нем не было ни капли сомнения, лишь абсолютная уверенность, твердость и решительность. Шархан не позволял себе напрасного риска, прекрасно понимая, что людские жизни не игрушки.
Как только вампир покинул «Мерин» девушка стремительно приблизилась к нему и нанесла впечатляющий удар кулаком в челюсть, отчего Хорс не удержался на ногах, совершенно не уворачиваясь и огребая честное и заслуженное.
— И я тебя предупреждаю в последний раз, если приблизишься к моим друзьям, я тебя испепелю без суда и следствия, — негромко произнесла Витторина специально для острого вампирского слуха. — Даже Мстислав об этом не узнает.
Все вернулись к столу, в то время, как свадьба пела и гуляла, не обращая внимания на внутренние разборки. Ритка не отходила от Витторины ни на шаг, а Мстислав непринужденно болтал с молодоженами, явно скрашивая ситуацию. Невеста с любопытством уточняла различные аспекты вампирской жизни, а жених не первый раз предлагал «зарэзать упиря». Сам Хорс стоял в сторонке. С его лица не сходила ехидная улыбка, будто он добился того, чего хотел. И от части это было так. Ему нравилась ярость, которую обретала Марена. Из нее получился бы восхитительный вампир, хладнокровный, властный и жестокий.
— Витторина, — невеста обратилась к рок-диве. — Позвольте вопрос?
— Я не всегда такая агрессивная, — как-то поспешно отозвалась девушка, чем вызвала тихий смешок гостей.
— Я хотела спросить про творчество, — невеста звонко рассмеялась. — Прошли слухи, что вы снимали клип в Андеграунде.
— Два, — Вита согласно кивнула.
— Они уже готовы? Можно ли попросить показать их здесь и сейчас, в качестве подарка? Мы с мужем с удовольствием слушаем вашу группу и восхищаемся.
— Да, конечно, — она быстро переглянулась с Риткой, Алиной и Михой, получив их одобрение. Несмотря на откровенное лидерство Мары в рок-группы, Соколова всегда принимала во внимание решения и пожелания своих коллег-музыкантов. Они легко приходили к компромиссу, не создавая друг другу дополнительных проблем.
Витторина поманила пальчиком Ритку и что-то шепнула ей на ухо. Выслушав вокалистку, подруга кивнула и легкой походкой взлетела по лестнице на сцену.
— Жених и невеста изъявили желание увидеть новые клипы группы «Феникс». Хотите быть первыми, кто их посмотрит?
— ДА!!! — народ взревел, превышая громкость любого рок-концерта.
Ритка спрыгнула со сцены прямо в объятия бдительного Влада.
По мановению руки Витторины огромный экран ожил, притягивая к себе взгляды гостей. На первых кадрах показалась вся группа на фоне стеклянных стен Андеграунда. Они замерли на пару секунд. Михаил приготовил барабанные палочки, Алина держала в руках скрипку, Ритка опирается на электрогитару, а в центре площадки стояла Витторина, склонив голову. И вот же кадры начали сменяться. Здесь были и байкеры творящие настоящее безумие на своих мотоциклах, и фаерщики. Все мелькало быстро, и клип начинал казаться энергичным. Отблески света в вечернем городе красиво отражались на стеклянных панелях. Инструменты группы «Феникс» оказались объяты цветным огнем, добавляя действу волшебства. В этот раз вокалистка будто вкрадчиво шептала, ее голос звучал гортанно, в нем чувствовалась сдерживаемая мощь.
Два мотоцикла совсем рядом дрифтовали, едва не касаясь Витторины в том время, как она пела:
Однажды я открою двери
В новый мир мечты!
Здесь все сияет светом
Любви и чистоты.
И счастлив будешь ты
В любой из дней
Неспешно выходя за пределы пустоты
Камера все время подвижно снимала группу, облаченную в кожу и цепи. В этот раз они были в одном стиле, без деления на «черное и белое», как случалось обычно. В следующую секунду «Феникс» бежали по улицам города, встречая счастливых горожан — проехавший мимо молодой парень на скейте показал трюк, рядом носились дети, старики сидели на аккуратных лавочках, а простые горожане то и дело приветливо махали руками в камеру. А Витторина перешла на хриплый крик, будто желая добраться до сознания слушателей:
Осторожно! Боги услышат -
Любая мысль порождает
Последствия свои
Рождая Антимир
Во имя Хаоса и Мрака
А я создам Реальность
И я люблю весь Мир!
Кадры снова сменились. Теперь Вита вещала со сцены толпе людей, чьи лица оказались спрятаны за маской. Один за другим вперед выходили слушатели, показывая свою личину. Здесь мелькнули и Ева с Вольдемаром, и Марта с Валенсией. А позже показана вотчина Романа с новыми технологиями и разработками.
Открой глаза и докажи
Что я не прав?!
Все беспорядки в жизни смешны -
это факт!
Есть силы спорить?!
Действуй!
Меняй со мной Реальность.
Мы построим Новый Мир!
Второй припев гости на свадьбе пели уже хором. Когда последние аккорды стихли, группа «Феникс» в полном составе вышла на сцену и поклонилась, срывая овации. Безусловно песня и клип понравились абсолютно всем. Толпа скандировала имена рок-звезд, всячески выказывая свою поддержку и любовь.
— Это определенно успех, — хмыкнул Казимир Мирославович, находясь в первом ряду.
— А вы давно знакомы с ее творчеством? — негромко уточнила Марта.
— С тех пор, как она по кабакам всяким сомнительным пела еще будучи ребенком, — мужчина снисходительно улыбнулся — Она потрясла меня исполнив песню «Радиация». Это было потрясающе. Шикарный голос в маленьком детском тельце. И огромное желание жить. Постоянный вызов, — он тяжело вздохнул. — И я тогда не узнал в ней Смерть.
— Вы говорите «вызов»? — переспросила Марта.
— Да, дорогая, — Казимир Мирославович склонил голову. — Вызов. Обрати внимание, он всегда в ее глазах. Она всегда шла по жизни против движения. Ей не оставили выхода. Я был сильно удивлен, когда дали наводку. Я прекрасно помнил ее, как молодую талантливую исполнительницу, но совершенно не воспринимал, как будущего ученика Академии Лемур. И уж тем более, я не мог предположить, что она готова поставить свою жизнь на кон ради моего сына.
Народ продолжал аплодировать. Мстислав стоял чуть в стороне, внимательно следя за женой. Невозможно было понять о чем он думает, но беспокоить его вряд ли бы кто рискнул.
— Мы готовы показать второй клип, — Алина тепло улыбнулась. — Вы готовы?
Громкий синхронный ответ мог вполне оглушить. «Феникс» спустились в зал.
Вторая песня по звучанию оказалась более агрессивна и динамична. Прекрасное вечернее платье цвета лазурной волны менялось на косуху с рваными джинсами силой мысли Витторины. Это происходило резко, в прыжке или же когда девушка делала круг в воздухе волосами. И смотрелось невероятно красиво. Здесь же она исполняла куплет гроулом.
Да кто ты
Чтоб судить меня?
Кто я, во что одета?!
Кто рискнет осудить?
Но я готова, подпишу сей приговор.
Вы создали монстра
И я подыграю,
Но это лишь ответ
На вердикт с вашей стороны.
Ты судишь по одежде;
Платье иль косуха — лишь штамп.
Ты готов осудить, спеть дифирамб.
Но вот уже Витторина выступает с трибуны. На нее направлены дула автоматов и пистолетов, но она продолжает вещать, уже без агрессии, лишь с легкой печалью в чисто звучащем голосе:
Нет, мы не монстры!
Не делайте нас такими,
Хватит!
Вы будто зашорены,
Но мир играет красками
Судьбы!
Эта песня вызвала еще больше эмоций среди гостей. Как и сказал Казимир Мирославович, да, это несомненно был успех.
— Мстислав, — Витторина прошла в комнату, застав своего мужа лежащим на диване. При появлении Виты, мужчина поспешно встал.
— Девочка моя, что-то случилось?! — его встревожил общий эмоциональный фон своей жены, и Шархан попытался установить причину, сканируя Слепок в Академии. Виновник обнаружился за доли секунды.
— Да, — и с этим «да» Витторина просто бросилась в объятия своего мужа, защитника, своего доброго и ласкового мужчины. Ее губы требовательные хотя и такие нежные. Хрупкие ладошки с силой притянули Мстислава к себе за шею. Такой каприз был неожиданным, но понятливо встречен мужем. Он с легкостью подхватил ее под ягодицы, заставляя Витторину обнять себя ногами, в то время, как прижал ее спиной к стене, отвечая на столь знойные поцелуи. Да, он не ошибся, когда говорил, что в ней много страсти, и которая имела порой неожиданные в себе проявления. Сейчас Витторине требовался Мстислав, полностью, без остатка. Ей необходимо его присутствие, его сила и защита, нежность, забота и понимание.
Она первая отстранилась. Тяжело дыша, всматривалась своими яркими фиалковыми глазами в черные бездонные глаза мужа.
— Извини, — шепнула она. — Не знаю, что на меня нашло.
— Я кажется знаю, — Шархан продолжал ее прижимать к стене, легонько касаясь губами шеи. — Я разберусь с этим. Не переживай, пожалуйста.
— Спасибо, — на ее лице отразилось переживание. — Он мне проходу не дает. Я не испытываю страха, но…мне не по себе. Ты сказал, что его присутствие необходимо.
— Я его убью, если еще раз полезет к тебе, — негромко пообещал Шархан. — Ты не должна испытывать дискомфорт из-за какого-то упыря.
— Он хочет твоей смерти, — Витторина отвела взгляд. — Я видела это. Но он не может подступиться.
— Да. Именно поэтому он стал твоей Марионеткой. Кукловод в праве приказывать и управлять, — он пожал плечами. — Без твоего приказа он не может навредить. Когда осознание этого пришло к нему, Хорс избрал другую тактику, пытаясь нас поссорить. Но наши отношения изначально строились на доверии. И я повторюсь, если вдруг ты захочешь жить без меня…
— Сука, — она коснулась пальцем его губ, заставляя замолкнуть. — Мне никто не нужен, кроме тебя. Да господи, гори весь мир синим пламенем, пусть у нас не будет ничего и никого, кроме нас самих. Я люблю тебя! И мне больше никто не нужен.
— Без тебя меня нет, — просто ответил он и чмокнул ее в лоб.
Его начинало не на шутку напрягать настойчивость Хорса, учитывая, что за одну неделю он почти довел Витторину до отчаяния. Однако надо было признать, что Камарилью удалось прижать к ногтю благодаря Хорсу и получить от этого неплохую выгоду.
Но ситуация начинала накаляться. Шархан нехотя признавал, что готов избавиться от вампира просто так, без всякого повода, вот только не понимал, что именно его останавливает.
Марта влетела в комнату к Вите уже на ходу потрясенно рассказывая про свой неожиданный поход в салон красоты, в который, как оказалось, Казимир Мирославович сводил Вторую Смерть, подарив тем самым возможность наслаждаться целый день ничего не деланьем.
— Ну знаешь, как там бывает, — восторженно воскликнула Марта.
— А мне-то откуда знать!? — Вита усмехнулась. — Я не хожу в такие места. У меня ж, как и у тебя, времени на это нет. Да и после любой тренировки на мне столько синяков, что какие уж там процедуры, — и заинтересованно спросила. — И как там?
Марта блаженно улыбнулась.
— Веришь нет, но больший кайф я никогда не испытывала. Только…
— Взаимно.
— Что?
— Что? — Витторина изобразила на лице вполне искреннее удивление. — Ты знаешь вопрос, на который я ответила, не обязательно озвучивать, — девушка откинула волосы с лица. — Между вами столько всего происходило. Вы наломали прилично дров, хватило бы на парочку лесообрабатывающих заводов, — Вита позволила себе теплую улыбку. — Но вы хорошие люди. У вас все обязательно получится.
— Но я…
— Мы не монстры, — карие глаза сменились на фиалковый, а лицо Виты стало серьезным. — Мы все совершаем ошибки, но мы не монстры. Ситуации и общество может сделать нас таковыми, но не здесь. Казимир Мирославович…я была бы счастлива, если у вас все получится.
— Возможно я ему не пара, — Марта опустила голову, скрывая выражение горечи на лице.
— Нет, вы идеально подходите друг другу, — подруга подмигнула.
— Уверена? — Смерть с недоверием посмотрела в глаза Соколовой.
— Позволь дать совет? — лицо Витторины вновь смягчилось. — Дай ему шанс помочь. Дай себе шанс начать новую жизнь и не корить себя за то, что было в прошлом. Хотя, если честно…это не мои слова. Анюта твердила мне об этом постоянно, — мимолетная улыбка. — Но она всегда оказывалась права. Хотя я при ее жизни редко об этом говорила, это упущение.
— Бестолочь! — призрак не заставил себя долго ждать.
— Я тебя тоже люблю, — Вита прикрыла глаза.
— Но я права, — Анюта подмигнула Марте. — Оставь прошлое в прошлом и строй настоящее, ведь мысль материальна.
Вита мастерски припарковалась у рок-бара и покинула автомобиль не сильно заботясь о том, заблокировала ли его или нет. Пассажир на заднем сидении согласно кивнул мысленной просьбе подождать. Пожилой академик тяжело вздохнул, засыпая в тепле машины. Давно он не чувствовал себя так спокойно. Надежду на лучшее будущее мужчина потерял больше пяти лет назад, сразу как у него путем махинаций отобрали квартиру, а с работы уволили. Он остался один никому не нужный в холодном мире. Но сейчас все изменилось. Буквально полчаса назад к переходу, в котором он просил милостыню, подкатил дорогой автомобиль. Рок-звезду он узнал — а как иначе, если рекламные плакаты висели по всей Москве. Это казалось невероятным, будто сказка, но стало реальностью.
Янчик поспешила за вокалисткой, звонко смеясь и заражая окружающих своим весельем.
Соколова приехала оформить кое-какие бумажки, необходимые для проведения очередного концерта. Решив формальные вопросы с документами, Витторина легко перепрыгнула через ограждение, отделяющее тротуар от автомобильной дороги, и решительным шагом направилась вперед, держа Яну на руках. Подойдя вплотную к машине девушка изумленно уставилась на знак «кирпич», который возник перед самым капотом. Вита была стопроцентно уверена, что не нарушала правил и не могла поставить тачку под запрещающий знак, но факты говорили об обратном. Она мысленно воспроизвела сцену парковки, но «кирпич» в воспоминаниях отсутствовал.
— Какого..? — она умышленно не продолжила фразу, зная, что Сергей не обрадуется увеличению нецензурного словарного запаса у своей сестры.
— Что-то не так? — Яна недоуменно воззрилась на вокалистку, спрыгивая с ее рук.
— Потом решу, — отмахнулась Вита, решив, что глянет запись с видеорегистратора.
— Феникс! Феникс, — толпа неформалов завидев звезду, приветливо ей помахали. Ребята держали путь в ближайший бар, но планы неожиданно изменились.
— Сейчас подойду, садись в машину, — тихо ответствовала рок-звезда и направилась к поклонникам, зная что уделить им внимания — необходимость.
Она потратила приличное количество времени на фотографии и автографы. Отвечала на вопросы. Ее рады были видеть, общение давалось легко, почти безупречно. «Феникс» славились своим добродушным нравом, их никогда не обвиняли в безразличии.
Сердечно поблагодарив поклонников, Вита краем глаза заметила шокирующую картину. Серебристый «Актон Мастрон» грузили на эвакуатор с двумя пассажирами внутри. Витторина удивленно следила за действиями работников. Особенно за тем, который выкапывал злополучный знак «Кирпич». Оказалось так работники собирали план — устанавливали запрещающие знаки у припаркованных машин и вполне «законно» эвакуировали.
— Вы вообще офанарели?! — девушка подошла ближе.
— Можете оплатить штраф.
— За вкопанный знак?
— Наша камера зафиксировала, как вы припарковались под «кирпич». Оплачивать будете?
Вита удостоила работника злобным взглядов. Не долго думая она запрыгнула на платформу. Девушка открыла дверь и под громкие матерные высказывания «романтиков с большой дороги», забралась в машину. Девочка послушно сидела на переднем сидении пристегнутая ремнем. Академик только-только проснулся.
— Простите, но нас сейчас сильно тряхнет, — Вита повернула ключ в замке зажигания. — Поэтому держитесь покрепче. Кстати, Аркадий Степанович, оцените доработки, — она улыбнулась. — Я думаю, наши ученые будут рады поделиться с вами своими идеями. Ваше мнение важно.
— Конечно-конечно, я…
— Вы ничем нам не обязаны, — фиалковые глаза стали серьезными. — Это мы обязаны вам за вашу работу. Вы многое сделали для страны. Жаль, что она не ответила взаимностью.
Неформалы у клуба с любопытством следили за развитием событий. Автомобиль на эвакуационной платформе забуксовал на месте. Запахло палеными покрышками, в воздух поднялся сизый плотный дым. Машина словно ожила, слегка подпрыгивая на месте, будто дикий зверь рвался из стойла. Витторина с легкой грустью думала о том, что автомобиль опять встанет на ремонт, если разобьет капот. Хотя колеса все равно сменные привезли. Соколова мысленно пожала плечами. Жаловаться не имело смысла, в Академии было все.
— Ладно, постараюсь поаккуратнее, — обратилась сама к себе Вита, пристегнулась и вздохнув, начала воплощать свой коварный план в действие.
Не опуская ручника, девушка резким движением переключилась на пятую передачу (она снова предпочла механику, вместо автомата, благо это можно устроить одной лишь мыслью), уперев руль в крайнем левом положении. Автомобиль сорвался с места, вылетев колесами из креплений и с силой завращался на месте, периодически свисая задними колесами с платформы. Утопив педаль газа в пол, Вита на очередном автомобильном рывке подгадала момент, провернув руль в обратную сторону и заставляя машину спрыгнуть с эвакуатора на дорогу. Выписав почетную «восьмерку» больше для понта, девушка помахала ладошкой поклонникам и направила «Актон Мастрон» в Академию.
Витторина влетела в комнату неожиданно, но по ее лицу читалось некое смятение.
— Марту не видел?
— Нет. Что-то случилось? — Казимир Мирославович отвлекся от чтения, отчего четко прослеживалась знакомая черта. Мстислав вел себя точь-в-точь также, когда проблема касалась его жены, откладывая текущие дела для вникания в обстоятельства.
— Да. Нет. Не знаю, — быстро отрапортовала Смерть и неопределенно пожала плечами. — Ее телефон молчит, а через Катарсис…надеюсь, что моя тревога напрасна.
Мужчина встал из-за стола и позвонил уже знакомому хакеру.
— Привет. Найди мне Марту, пожалуйста. Это срочно.
— Так она в столицу уехала, — послышалось по громкой связи.
— Есть подозрения, что с ней что-то случилось.
— Дайте пять минут, я перезвоню.
Но не успел программист отключиться, как телефон Витторины ожил. На экране мигала фотография Второй Смерти.
— Слушаю, — Витторина с трудом подавила ухмылку, по которой Казимир Мирославович смог сделать простой вывод: Катарсис хотя бы частично налажен и девушка теперь идет на маленькое опережение.
— У меня проблемы, — болезненно тихо пробормотала Марта. — Меня похитили и хотят выкуп. Передаю трубку.
— Да-да, хочу выкуп, — весело сообщил женский голос. На слух звучала приятно, хоть и несколько высоковато, приблизительно принадлежал женщине около сорока.
— Сколько? — спокойно осведомилась Витторина. Ее зрачки бегали из чего мужчина понял, что та пытается выжать максимум из ситуации, наблюдая ситуацию от лица Марты.
— Каких-то два миллиона, — рассмеялась женщина.
— Десять, — вдруг хмыкнула Вита. — Я дам тебе десять, но при условии, что с Мартой ничего не случится. Она нужна мне здоровая и невредимая, и я готова ради этого расстаться с любой суммой.
— Идет.
— Но мне нужен охранник. Я могу с сопровождающим приехать? Чтобы меня не ограбили где-нибудь по дороге из банка?
— Да. Запоминай адрес.
Вита согласно кивнула.
— Да, я знаю это место. Еду.
Они уже были на полпути к гаражу, когда перезвонил хакер. Адрес оказался тот же самым, только корпус несколько отличался.
— Поедем на моей машине, — мужчина занял место водителя. — С тобой мне как-то страшновато ездить.
— Я хорошо вожу.
— Не спорю, но уж через чур быстро.
Вита вздохнула и будто бы обиженно надулась.
— Не понимаю. Как один человек мог поймать Марену?
— Ты уверена, что он один?
— Больше присутствия не было. Да и цена…
— А что за место?
— Это заброшенный пионерлагерь. Я его хорошо знаю. Еще до попадания в Академию, я иногда уезжала туда.
— А, вспомнил. Мстислав говорил, что ты где-то в том районе находилась одна, без сопровождения, но сам участвовал в миссии. Мы готовы были туда направить в любую секунду команду на помощь.
— Так забавно, — девушка тихо рассмеялась. — Так удивительно слышать имя мужа. Как у вас дела продвигаются с Мартой? — вдруг сменила тему она.
— Медленно, — Казимир Мирославович хмыкнул. — Она прекрасный человек и мне стыдно, что так получилось.
— Оставьте это в прошлом, — Вита улыбнулась. — Вас ждет прекрасное будущее.
Он мельком бросил взор на нее.
Остановившись перед воротами, Витторина тихо выдохнула. Пионерский лагерь «Чайка» встретил их оглушающей тишиной. Толкнув скрипучую калитку, девушка неспешно пошла по ступеням, заросшим мхом. Справа виднелись разрушенные деревянные постройки, больше похожие на небольшой амфитеатр.
— Ты знаешь где они? — тихо уточнил Казимир Мирославович, следуя чуть позади, прикрывая тыл.
— Да, я их чувствую.
Девушка мимолетно отметила легкую пружинящую походку, по-кошачьи грациозную. «Яблоко от яблони…» — мысленно улыбнулась она, вспоминая, как тихо и опасно двигается ее муж и понимая, что это явно семейное. Подойдя к учебному корпусу, Витторина сделала знак — они прибыли на точку. Теперь нужно быть максимально аккуратными, не потерять преимущество. Послышался вопрос от того самого голоса, с которым пришлось разговаривать по телефону.
— Да, принесла, как и обещала.
Донесся женский смех.
— Где Марта?
— Вита?!? С кем ты разговариваешь? — шепотом уточнил Казимир Мирославович и девушка резко обернулась. В ее глазах мужчина прочитал больше, чем Вита успела хоть что-нибудь произнести. Неведомая сила, как в фильмах ужаса, схватила девушку за шкирку и бросила куда-то в стену.
Мужчина бросился было на помощь, но Витторина прокричала:
— Я ими займусь. Помогите Марте.
Он послушался. Противников он до сих пор не видел, а перелеты невестки по всей округе начинали пугать. Создавалось впечатление, что она боролась с невидимым врагом, но на самом деле… Казимир Мирославович быстро оббегал комнаты и вскоре поиски увенчались успехом. На последнем этаже в дальней комнате была обнаружена Марта. Девушку связали по рукам и ногам, а на голове красовался грязный мешок.
— Ты как? — быстро осведомился мужчина, освобождая Марту и замечая несколько следов от игл.
Ужас плескался в глазах Второй Смерти, зубы то и дело скрипели, а тело бил видимый озноб. Девушка ничего не ответила. Она попробовала встать, но тело ее не слушалось.
Витторина пролетев по ближайшему коридору, с грохотом врезалась спиной в стену, разрушая хрупкую штукатурку.
— Да как вы меня бесите, бабы, — раздраженно отозвалась она, формируя в ладони Резонанс и без зазрения совести разрушая часть коридора.
Легко подхватив Марту на руки, Казимир Мирославович уточнил:
— Помощь нужна?
— Нет, о-ой! — она в очередной раз отлетела к стене. — Да не уводила я у тебя сына, ненормальная! — увернулась по всей видимости от очередной атаки, поскольку противника до сих пор не было видно. — И тебя не я убила. Ай!
Витторину красиво вышвырнуло в окно. На лице девушки читалось раздражение. Выждав момент и убедившись, что товарищи покинули опасную зону, Витторина материализовала из воздуха косу. Темный матовый череп скалился на набалдашнике. Несколько взмахов и здание сложилось, как карточный домик, разрезанный неведомой силой. Еще пара взмахов, и взрывной волной образовалось несколько воронок.
Вита отпрыгнула в сторону и уже вскоре поравнялась с Казимиром Мирославовичем.
— Уезжаем! — скомандовала она. — Нет смысла растрачиваться сейчас. Чувствую приближение одного из Всадников, поэтому мотаем на всех парусах.
Так и сделали. Внедорожник спешно покинул территорию. Уже въезжая в столицу, они связались с Мстиславом.
— Отец, вам бы переждать, — сын явно был чем-то обеспокоен. — У нас здесь войска подозрительно активизировались. Переночуйте и завтра утром возвращайтесь, коридор будет свободным. Заодно технологии Лукерьи проверим.
— Будем на моей квартире.
— Если понадобится, Мага с «Ночной Стражей» будет на низком старте.
— Не волнуйся, все будет хорошо, — отозвалась молчавшая Витторина.
Марту продолжало трясти, а страх искажал лицо.
— Из-за меня…
— Нет, — Вита обернулась, растягивая губы в улыбке. — Все в порядке.
Вторая Смерть не стала продолжать тему. Они остановились у подъезда и спешно скрылись в квартире на предпоследнем этаже. Стандартная трехкомнатная квартира, ничем не отличающаяся от многих подобных. Марта с трудом двигалась, а вот Вита чувствовала себя в своей тарелке.
— Позволишь оказать тебе медицинскую помощь? — вкрадчиво уточнил мужчина и девушка неопределенно кивнула. Они ненадолго скрылись в ванной.
Когда они вышли, Витторина попивала очередную чашку кофе, решив побеспокоиться о себе сама.
— Кажется я у вас обнесу шкафчик с кофеечком, — мило улыбнулась она, напоминая довольного котика. Те, кто знал ее, считали такое поведение недобрым знаком.
— Да ничего, потому что я не пью кофе, — Казимир Мирославович аккуратно усадил Марту на диванчик, замотанную в большой пушистый махровый халат.
— Ооо, поэтому у вас такой крутой аппарат!? — Вита кивнула на кофемашину. — А вообще, ситуация сложилась поразительно.
— Как такое могло случиться? Неужели ты не заметила разницу между живым и мертвым? — мужчина приготовил стакан с янтарной жидкостью Второй Смерти.
— Я не вижу между ними разницы, — Вита пожала плечами. — Они одинаковы.
— Что? — Казимир Мирославович с ужасом уставился на нее.
— Я не вижу разницы между мертвыми и живыми, — еще раз вкрадчиво повторила Смерть. — Абсолютно. А Марта видит. Но не слышит. Теперь понятно, почему они закрыли ей глаза, иначе трюк был бы разгадан.
— Неожиданно, — мужчина был явно потрясен. — То есть бороться тебе пришлось с…
— Мертвыми. Они такие озлобленные. Это частое явление. Большинство, кто застревает в этом мире, жаждут мести, поглощены собственной злобой и вселенской обидой.
— Это все случилось из-за меня. Простите, — Марта заторможено повернула голову, глядя в карие глаза Виты. — Я нашла одну вещь, которая принадлежала мне, но… я даже не поняла, как все случилось.
— Выпей, — Казимир Мирославович кивнул на стакан. — Немного виски тебе сейчас не помешает.
— Вот-вот, — Вита подмигнула. — А мне в кофе капнуть?
— Конечно, — мужчина достал бутылку, наливая всем.
— Не волнуйся, солнце, — Витторина обратилась ко Второй Смерти. — Я не дам тебя в обиду. И уж если эта вещь тебе нужна, она у тебя будет. Я тебе обещаю. В конце концов, друзья должны помогать друг другу.
Вита расслабленно прислонилась спиной к стене, сидя в углу и закинула ногу на ногу. То, что она говорила, была очевидно правдой. По крайней мере она верила в то, что говорила.
— Выпьем за дружбу! — Смерть подняла стакан и первая выпила. Марта последовала ее примеру, Казимир Мирославович лишь пригубил. Он отметил, что Вита не пила, а лишь сделала вид.
Через час таких посиделок, Марта порядком охмелела.
— Казимир Мирославович, — Вторая Смерть опасно покачнулась, но пользуясь этим, лишь прильнула в объятия мужчины. — Вы все еще любите ее?
Мужчина мельком взглянул на Виту и получил лаконичный ответ, прочитав по губам.
— Я уже не помню. Это было давно и я был всего лишь подростком. Тогда бесспорно, я любил ее. Но время идет.
— Хлеба нет, — невпопад произнесла Витторина. — Я до магаза и вернусь. Не хочу колбасу без хлеба лопать.
И обувшись она покинула квартиру. Марта потянулась к Казимиру и он, тяжело вздохнув, поцеловал ее. Девушка явно требовала большего, но…
— Нет, дорогая, не сейчас, — он погладил ее по затылку.
— Я вам не нравлюсь? — в голосе мелькнула горечь разочарования.
— Очень нравишься, безумно. Но я не хочу, чтобы ты об этом пожалела, — мужчина поцеловал ее в лоб. — Возможно сейчас ты говоришь под действием алкоголя и я буду последним подонком, если воспользуюсь ситуацией. Я уважаю тебя, дорогая, люблю и боготворю.
Его объятия дарили ей спокойствие и наконец мужчина смог уложить Марту спать. После проверки на кухне, в хлебнице обнаружилось две буханки черного хлеба и батон.
Витторина вернулась спустя час и Казимир Мирославович уже ждал ее для более серьезного разговора.
— Бросила подругу в объятия хищника.
— Шушпанчик вы сейчас, а не хищник, — Витторина весело хмыкнула. — Во-вторых, вам было о чем поговорить. В-третьих, вы слишком приличный человек, чтобы ей навредить. Прошлое не в счет.
Он задумался.
— Значит, ты читаешь мысли, — утвердительно произнес мужчина.
— Нет, не читаю, — устало вздохнула Вита, наливая чашку кофе. — Но и не слышать того о чем буквально кричат, не могу.
— Образы?
— Типа того, — она неловко увильнула от ответа.
— А как же печати? Вроде вы не можете использовать полностью свою способности, пока вам не снимут доступ?!
— Эм, — Витторина потупила взгляд и теперь почувствовалось то, что было когда-то раньше. Она чувствовала презрение к себе.
— Они не работают? — Казимир Мирославович был потрясен догадкой. Никому в голову не могло такое прийти.
— Мы их сломали. Это было во второй же миссии, когда мы пробовали. Чтобы не сеять панику в Академии, Мстислав уговорил нас с Мартой, лишь делать вид, что нас что-то может тормознуть. Так спокойнее Лемуровцам, и так рождается заблуждение в стане врага о наших способностях.
— Как получилось, что ты мертвых видишь…
— Не знаю, — перебила она. — Мстислав предполагает, что это из-за того, что я с ними общаюсь чаще, чем с живыми. Но вы не узнали самого главного. Знаете, кто был нашим противником? — Вита скрестила руки на груди. — Ваша покойная жена.
— Ты уверена?
— Абсолютно и мы с вами об этом уже говорили сидя в «Амбивалентности». Не вижу смысла обмусоливать эту тему уже по третьему разу, — холодно ответствовала Витторина. — И на всякий случай, — она прикрыла глаза ладонью. — Вы не сможете контролировать силу Марен. И…спасибо, что воспитали такого замечательного сына.
Взгляд Казимира Мирославовича смягчился и он с улыбкой произнес:
— Я рад, что вы вместе. Это лучшее мое решение, на которое я мог хоть как-то повлиять. Хоть и характер у тебя, — рассмеявшись, он покачал головой. — Я видел тебя ребенком, совсем маленькая, через чур серьезная. То, что мне казалось позерством, стало правдой. Ты выживала уже тогда сама. Я слышал, как ты пела, это всегда звучало потрясающе, есть чем гордиться. Анюта была уверена в твоих способностях. Она так верила в тебя, так верила, — Казимир Мирославович налил кофе и протянул чашку Вите. — Наверное, в то время, больше чем Анюта в тебя никто не верил. А через год этой верой заразился и Мстислав, — мужчина хмыкнул. — Твои способности пробуждались неожиданно, но стабильно. Мстислав смог найти к тебе подход.
Витторина улыбнулась.
— Мстислав, пусть отступают, я разомнусь немного, — попросила Витторина. Из динамика послышалось:
— Только аккуратнее.
— Обещаю, — девушка улыбнулась и сделав знак, открыла люк, выскочив на крышу автомобиля, въезжающего на территорию врага.
Спрыгнув на землю, Витторина материализовала в руке косу. Первый же взмах пропахал приличную площадку раскидывая людишек в разные стороны. Вампиры с оборотнями активизировались первые, бросившись в гущу боя. Вита только этого и ждала. Коса в ее руках активно прореживала толпы врага, и лишь изредка использовался Импульс.
Две или три атаки врага прошли в опасной близости. Витторина почувствовала, как невидимый Кукловод уводил ее из-под удара, корректируя движения.
— Ты рядом, — с улыбкой шепнула она в наушник.
— Да, — спокойно отозвался Мстислав. — Следи за дыханием и притесняй вампиров, не давай им возможность для маневра.
Она кивнула, зная, что он видел и вновь начала проводить серию атак. Несколько прямых стычек с оборотнями дали возможность установить силу нападавших. Ведьмы и колдуньи использовали свои заклинания, но они были недостаточно сильны и на приготовление магии уходило слишком много времени. Проблемы доставляли вампиры, выраставших будто из-под земли. Витторина не успевала уклоняться, лишь блокировать Импульсом. Девушка почти сразу заметила, что ее тело взяли под контроль аж двое — коса и Мстислав. Иначе говоря, вывод не утешительный, при всех тренировках она не успевает, и вампиры пока остаются для нее недосягаемыми противниками.
— Отступай, — спокойно приказал муж и Вита подчинилась.
Уже стоя по другую сторону Барьера, девушка с удивлением следила за перемещениями противника.
— Без шансов, девочка моя, — угрюмо послышалось позади.
— Мне надо больше тренироваться.
— Это не поможет. Я проанализировал все наши тренировки и результаты. К сожалению, твоя скорость прилично уступает и наверстать это упущение, я пока не знаю каким образом. Причем новорожденный вампир и вампир питающийся человеческой кровью в разы быстрее и сильнее. Хорс просил ставить его на тренировках.
— Ты все правильно сделал, — Витторина откинула назад голову, облокотившись на плечо Мстиславу. — Я ни разу не сомневалась в тебе. У любого поступка есть причина. Я могу ее не знать, но это не разрушит моего доверия к тебе.
Шархан поцеловал ее в висок.
— Пора идти. Отец заждался.
Витторина на секунду отвлеклась и Резонанс почти вкопал ее в землю. Ритка определенно делала успехи. Казимир Мирославович следил и анализировал. Тренировать подругу Смерти дело нелегкое, особенно учитывая ее интересное положение. Вита же откровенно халтурила на этой тренировке, занятая собственными мыслями. В какой-то момент Смерть резко обернулась и почти крича, сообщила:
— Да ты достала меня! Тебя я не убивала! У тебя не уводила сы…
Она не договорила, поскольку Резонанс Ритки достиг своей цели. Спустя пару мгновений, когда дым рассеялся, Витторину обнаружили с разбитой головой.
«Опять», — Казимир Мирославович закатил глаза и поспешил оказать первую помощь невестке, а позже успокоить беременную подругу.
«Что-то нужно решать, иначе эти призраки когда-нибудь уничтожат ее».
Прошлое возникает перед нами
Иной раз слишком неожиданно,
Специально выбирая момент
И нанося смертельный удар.
Один не значит невезунчик.
Тихо по радио играли «Феникс». Лукерья потянулась, мягко присаживаясь на стул и вспоминая.
В дверь постучали. Лукерья разрешила войти, не удивляясь увидеть саму Смерть.
— Не отвлекаю.
— Нет, — Хаку нехотя выпрямила спину, считая дурным тоном свое «желейное» состояние.
— Твоя помощь нужна. У Романа не получается отстроить Оскар. Ну и плюс меня отправили тебе в помощь и учиться.
— Тебе не надоело вникать во все вещи?
— Честно?! — Витторина тепло улыбнулась. — Иногда хочется все бросить.
— Почему ты не бросаешь?
— Я несу ответственность перед другими и перед собой. И я держу слово.
— Поэтому тебе и живется тяжело, — Лукерья резко выдохнула. — Идем.
Камуи тяжело вздохнул. Разработать стратегию не удавалось, как мужчины не бились. Шархан и Мага продолжали отслеживать расположение сил, анализируя ситуацию до самых мелочей.
— Итого, в Лемуре всего четыре человека, способных положить большую часть войска. Смерть, Смерть, Шархан и я. Маловато будет.
— Витторина периодически прореживает стан врагов, но толку ноль. По нам уже выпустили с десяток баллистических ракет и одну водородную бомбу. Не знаю о чем думают нападавшие, но мозгов у них немного, — отметил Мага. — Дополнительные сложности создают Всадники и дракон.
— Значит эти задачи стоит ставить первоочередными, — логично заключил Шархан.
— Для них главной целью будет Витторина, — Камуи вздохнул.
— Почему именно она? — Мага покачал головой. — Логичнее для них стало бы уничтожение Шархана.
— Они не подойдут к нему пока она жива, — некромаг склонил голову к плечу. — Вита слишком опасна в своих эмоциях. Я считаю, что это нужно использовать. Зная, что враг гоняется за конкретной целью, мы можем расставлять ловушки.
— Да, я об этом думал, — согласился Мстислав.