Иногда я не могу припомнить, при каких обстоятельствах я создавал очередного серийного героя, но в случае с доктором Сэмом Хоторном отлично помню все обстоятельства. Это произошло в январе 1974 года, когда я купил себе новый календарь на наступивший год и повесил его за печатной машинкой. Акварельные картинки на каждый месяц изображали различные, подходящие сезону сцены из старинной деревенской жизни, и январю соответствовало изображение крытого моста, засыпанного снегом.

Я смотрел на эту иллюстрацию весь январь и совсем скоро задумался: как может случиться такое, что лошадь, запряжённая в повозку, зайдёт на мост с одной стороны и не появится с противоположной. Серьёзно поразмышляв над этим вопросом день или два, я построил разгадку и обрамляющий её сюжет. Всё, что мне было нужно, — это сыщик.

Поскольку я решил поместить историю в прошлое, мне нужен был детектив совсем иного рода, новый серийный персонаж. Я решил сделать его деревенским доктором и назвать его просто «Доктор Сэм», вероятно, в честь ещё не так давно бывшего на слуху доктора Сэма Шепарда^{1}. Мой доктор Сэм был молод, всего год как окончил медицинское училище, и был гордым обладателем «Pierce-Arrow Runabout» 1921 года выпуска^{2} — подарка родителей в честь окончания учебного заведения. Готовый рассказ, как и подавляющее большинство вплоть до наших дней, я отправил в Детективный журнал Эллери Квина. Фредерику Даннею, бывшему половиной «Эллери Квина» и редактором журнала, рассказ сразу же понравился, но он предложил внести в него пару изменений.

Во-первых, моему доктору Сэму нужна была фамилия, чтобы избежать путаницы с циклом Лилиан де ла Торре о докторе Сэме Джонсоне, каковая возможность мне самому даже и в голову не приходила. Фред назвал мне пару-тройку вариантов, из которых я немедленно выбрал «Хоторн»^{3}. Чем не имя для сыщика из Новой Англии? Его второе предложение больше смутило меня. Он хотел, чтобы старик Сэм, рассказывая свои истории, говорил на деревенском диалекте, проглатывал последние буквы и всё в этом роде. Хотя так и разговаривают некоторые мои персонажи, в особенности шериф Ленс, я хотел бы избежать подобного в отношении именно доктора Сэма. В конце концов, я согласился, и большинство замен Данней внёс лично сам. Постепенно в последующих рассказах использование диалекта уменьшалось, и наконец Фред всё-таки согласился, что рассказы отлично удаются и без этого.

С самого начала я планировал цикл о докторе Сэме Хоторне как серию в основном о запертых комнатах и других невозможных преступлениях. Фред Данней, видимо, мыслил сходным со мной образом, поскольку на мой второй рассказ он ответил предложением внести невозможное преступление в каждый из последующих. Я был только рад и повиновался. Есть много разных видов криминальных историй, но среди поджанров детектива нет ничего более интригующего, чем запертая комната.

Здесь собрана первая дюжина рассказов о Сэме Хоторне из его пятидесяти двух^{4} описанных на данный момент дел. Все они были впервые опубликованы в Ellery Queen's Mystery Magazine между декабрём 1974 и июлем 1978 года. Временем действия первой истории я выбрал март двадцать второго, и с тех пор они шли в строгом хронологическом порядке, за исключением единственного раза, вызванного банальной опечаткой. Место действия — городок Нортмонт туманного положения, хотя вероятнее всего, что он где-то в восточной части Коннектикута (он слегка меняет своё местоположение на протяжении рассказов). В одном из поздних рассказов мы узнаём, что ближайший соседний город — Шинн-Корнерс, где разворачивается роман Эллери Квина Застеклённая деревня^{5}.

В те годы в начале каждого рассказа старик Сэм предлагал своему собеседнику послушать очередное повествование о его жизни в Нортмонте, а большинство оканчивалось намёком на следующее дело. Опять же, это была идея Фреда Даннея, которая в течение долгого времени работала хорошо. Позже я с целью слегка ускорить темп повествования сильно сократил вводную часть и целиком отбросил всю концовку. Ныне я пишу о Хоторне едва ли два рассказа в год, так что мало смысла делиться идеей нового рассказа за шесть месяцев до того, как сядешь его писать.

Хотя практически все мои бесчисленные серийные детективы сталкивались раньше или позже с невозможным преступлением, я полагаю, что моим наивысшим достижением в этом под-поджанре являются рассказы именно этой серии. Перечитав эти двенадцать, я должен отметить, что «Невероятное происшествие на крытом мосту» — самая часто публикуемая работа в серии. А эксперт по запертым комнатам Роберт Эйди назвал «Невероятное происшествие в кабинке для голосования» не много не мало «едва ли не самым удовлетворяющим рассказом о Хоторне». Это отличные рассказы для первого книжного сборника о докторе Сэме. Я надеюсь, вы получите такое же наслаждение от прочтения этих рассказов из прошедшей эпохи^{6}, как я — от их написания.