Как и Сильви, я сбежала сюда из своего родного мира. Только она сознательно телепортировалась за лучшей жизнью, в место, где сможет читать, отдыхать, прекратить сражаться и никого не убивать, у меня дела обстояли иначе — я удирала от опасности.

На самом деле у меня было два варианта: либо рассказать учителю о проблеме и посмотреть, что тот предпримет (обычно — ничего хорошего, потому что, по мнению учителя, все люди, которые доставляют его ученицам неприятности, заслуживают таких проблем, решить которые можно исключительно посмертно или с вечными страданиями и мучениями), либо отправиться в другой мир.

Первый вариант мне обычно очень нравился. Хоть все и считают, что лекари милосердны и добродушны, могу заверить, что это предрассудок, не имеющий ничего общего с реальностью. Если бы я могла заставить своих врагов страдать, то с преогромным удовольствием сделала бы это.

И делала, надо сказать. Лечить тоже можно разными способами.

Но если я сама не могла заставить недругов мучиться, то была очень даже за то, чтобы это сделал кто-то другой. Учитель, Сильвия или же Кристэль — у кого дотянутся ручки, лапки, перышки, я за любой вариант. Любой, который не подвергнет их опасности.

К сожалению, тот маг, которые мне угрожал, был опасен. Будь рядом с учителем Сильвия, они наверняка бы вдвоем разобрались с ним без каких-либо рисков. Но Сильвия была в другом мире, Кристэль, хоть и умела сражаться, увы, опасности для того человека не представляла. И я тоже. А подвергать опасности учителя или себя? Нет уж!

Поэтому я решила сбежать. Обговорила все с учителем, не вдаваясь в подробности, попрощалась с Кристэль и взяла примерные координаты Сильвии. Немного… немного не успела, скажем так, отправиться с комфортом, потому как моя «проблема» едва меня не убила, видимо, предпочла меня мертвую, нежели свободную. Скажем так, в этом деле у нас была взаимность, а потому, получив несколько неприятных ран и оставив в подарок немного яда, я активировала телепорт и отправилась в другой мир.

Перемещение прошло удачно: я попала куда надо. Живая, здоровая и даже не по частям. Разумеется, последнее не стало особой проблемой, ведь пока у меня была энергия, я могла даже отсутствующую конечность восстановить. Но, чтобы у меня была энергия, мне требовалась еда, а еды тут… было много!

Я принюхалась и поняла, что попала в рай. Запахи съестного были везде, причем не абы какие, а вкусное, ароматные, блюда явно были приготовлены из чего надо и как надо. Роскошь! Как же давно я вкусненько не ела? Наверное, с тех самых пор, как ограбила королевский банкет, вынеся оттуда вместе с Сильвией парочку огромных прожаренных кабанов. Учитель потом ругался, конечно же, но ел с не меньшим аппетитом, чем мы. Увы, в моем полуразрушенном мире вкусные блюда подавали исключительно на королевский стол, а все остальные, даже маги и целители, ели довольно простую пищу. Хлеб, который пролежал под заклинанием стазиса несколько десятков лет, хоть и был съедобен, но, увы, не являлся особо вкусным. Не говоря уже о сладостях или мясных блюдах. Впрочем, мне жаловаться не на что: с того момента, как наставник подобрал меня, я не голодала, хотя прокормить меня было очень и очень непросто.

Я встала на ноги, болезненно зашипев: во время перемещения влетела в стену здания, умудрившись поцарапаться. С учетом того, что и в предыдущим мире меня потрепали, зрелище я собой представляла не самое приятное. Взглянув на свое отражение в окне дома, только подтвердила догадки: на щеке царапина и запекшаяся кровь, уголок губы треснул, а мои роскошные волосы стали пыльными, грязными и всклоченными.

Катастрофа. Я же в таком виде не смогу показаться на людях, а значит, не сделаю очень важное безотлагательное дело — не поем!

После получаса сидения в переулке у меня было две новости — плохая и хорошая.

Плохая — поесть не вышло. Во-первых, не было денег, во-вторых, сил на магию. Нет, я себя минимально исцелила, но на голодный желудок мне не хватало сил применить даже простейшее бытовое заклинание, чтобы не выглядеть оборванкой. Не то чтобы меня это сильно смущало — бывали дни, когда я выглядела намного хуже, но…

Но я попала в абсолютно мирный и прекрасный город! Тут все люди были одеты чисто и красиво, никаких нищих и попрошаек, на которых я сейчас походила. Стоило мне ненадолго выйти из переулка, как на меня тут же стали обращать внимание. А один ребенок и вовсе ткнул в меня пальцем и спросил:

— Мама, так выглядела тетя из сказки?

Честно, я сперва подумала про принцессу. Наш наставник рассказывал немало сказок про прекрасных леди, красивых и умных, роскошных и нарядных. И сытых, конечно же. Хотя в последнее он добавлял исключительно для меня, подозреваю, в первоначальной версии не было ничего подобного. Поэтому, услышав возглас симпатичного мальчишки, я уж было решила, что его впечатлила моя красота. Но, увы, мои ожидания разбились в пух и прах через секунду:

— Ты мне читала про ту странную и страшную фею, которой оборвали крылья, а после запихнули в печь. Но она не умерла и выползла. Это та тетя фея, да? Похожа?

После этой фразы я метнулась в переулок с такой скоростью, с какой не убегала даже от моего безумного преследователя. Странная и страшная фея? Что ж, ребенок был полностью прав! Нет, от природы я симпатичная, когда не замызганная, но кто же знал, что в этом городе все так хорошо, что один не идеально выглядящий человек привлечет столько внимания.

А хорошая новость состояла в том, что я нашла Сильвию! Правда, пришлось подождать, пока она сама ко мне подойдет, но потом…

Боже, как я рада была встретить знакомого человека!

Человека, который меня сейчас обязательно накормит. Но о последнем я ей, конечно же, не сказала. Почему-то люди каждый раз обижаются, когда я так говорю. Как будто я принимаю еду от любого, а не от самых близких, которые точно не подсыплют мне яд в отместку за чрезвычайно болезненное лечение. Ну а что поделать? Чем серьезнее травма, тем больнее ее лечить. Ну, то есть можно медленно и безболезненно (почти, всего-то выругаются пару раз или вскрикнут), а можно быстро и болезненно (тогда обычно приходится затыкать рот кляпом — никому не хочется лишиться барабанных перепонок, когда тебе орут на ухо фальцетом). И во втором случае люди могут мало того что не поблагодарить (тех, кто потерял сознание, я не считала), но еще и затаить смертельную обиду.

Так что Сильвии я чрезвычайно обрадовалась. А еще тому, что она помогла мне привести себя в порядок и накрыла огромный стол. Даже обидно, что она такая здоровая и сильная — мне ее почти никогда не приходилось исцелять. А отблагодарить-то хотелось!

Но, увы, я могла только рассказать Сильвии о своих бедах. О том, почему резко сорвалась с места, почему телепортировалась сама, а не попросила учителя…

— Что ж, Лейла, я поняла, тебя преследует очень сильный маг.

Верно. Как верно и то, что я ушла, чтобы никого из своих близких не подвергать опасности. Маг практически равен по силе учителю, а это значит, что без Сильвии и с одной лишь Кристэль в качестве поддержки слишком высокий шанс пострадать. Не то чтобы этот человек не мог найти меня в этом мире…

Мне стоило представить его лицо, его притворно-ласковый голос, фразы, которыми стоит разговаривать разве что с маленькой пятилетней девочкой, а не со взрослой женщиной, безумную улыбку, руки, которые тянутся ко мне…

Я вздрогнула. Все хорошо, в этом мире он не сможет меня сразу найти, а как найдет… к тому времени я буду готова. Все это я изложила Сильвии и добавила осторожно:

— Поэтому я надеюсь найти в этом мире сильного покровителя.

Внезапно сзади закашлялся какой-то мужчина. Я обернулась: симпатичный парень смотрел на меня во все глаза, на щеках румянец. Заболел, что ли? Увы, я совершенно незнакомых людей, которых впервые встречала, не лечила…

— Лейла, не используй слово «покровитель». Тебя снова не так поймут. И мне придется избивать каких-то мужланов, пристающих к тебе. — С этими словами Сильвия щелкнула пальцами — и вокруг нас возник звуконепроницаемый барьер.

Я вздохнула. Такое было всего пару раз, не больше!

— Не придется, — кивнула я. — Я их немножко отравлю — и дело с концом.

— Да-да. Я помню, как ты отравила одного такого идиота, который оказался принцем. И из-за твоего отравления оборвалась прямая ветвь королевского рода! Потому что принц занемог.

— Не занемог, он просто это дело для продолжения рода не смог сделать, — поправила я Сильвию.

— Ага, а потом учитель нас всех вытаскивал из королевства, чтобы не посадили в тюрьму за погибель королевского рода. — Сильвия жестом подозвала официантку, положив перед собой несколько монет.

Ну да, мы с едой почти управились.

— А потом министр королевства принес нам кучу даров за то, что избавили государство от глупца, сластолюбца и тирана? — возразила я. — Ну, не то чтобы избавили, но наследного принца они заменили на другого, более адекватного.

— Здесь за избавление от кого-то, боюсь, штрафом не отделаться, не говоря уж о дарах, — пробормотала Сильвия. — Впрочем, если избавиться от тела...

— Сильвия, давай лучше не будем никого убивать? — предложила я.

— Калечить, значит, гуманнее? — фыркнула Сильвия.

— Самое гуманное предложение внесла бы Кристэль, предложив ограбить или шантажировать, — заметила я. — Но она вообще очень добрая.

— Да, широкой души человек, — подтвердила Сильвия. — Даже страшно, как она там без нас…

— Во-первых, с ней учитель, — начала я. — Во-вторых, я уверена, что она с огромным удовольствием подтверждает свою доброту и гуманность, грабя всех нехороших людей. Так что она не пропадет. В отличие от меня. Сильвия, подскажи, так найдется для меня кто-то?

— Кто-то, кто достаточно силен, но в то же время достаточно болен, чтобы ему нужны были твои исцеляющие навыки? — Сильвия словно прочла мои мысли. — Боюсь, что такого варианта не существует в этом мире. Но…

Только что утраченная надежда вернулась вместе с этим самым «но» и хитрой-прехитрой улыбкой Сильвии.

— Но что? — подхватила я.

— Но есть совершенно другой путь. Кошка.

— Что? — не поняла я.

— Превратись в кошку и позволь людям этого мира позаботиться о тебе от души. Любить, баловать, носить на руках и, конечно же, защищать от любых невзгод. Трансформируйся — и я отведу тебя к человеку, который легко позаботится о кошке. — Лицо Сильвии внезапно приняло очень странное, я бы сказала, мечтательное выражение. — Не думай, что я в долгу. Я сама здесь живу в виде кошки у одного очень, очень хорошего и доброго человека. Думаю, он не будет возражать против еще одной кошки в доме.

Я такое видела лишь… на лицах влюбленных девушек! Неужели она влюбилась в этого человека?!

Стоп, сейчас не в этом проблема, а совершенно в другом.

— Сильвия, скажи мне одну вещь. Ты сама по рекомендации учителя превращаешься в маленькую изящную белую кошечку. Позволь напомнить, что моя постоянная трансформация очень, очень сильно отличается. И на кошечку, не говоря уже о маленькой и миленькой, я похожа довольно условно. Ты уверена, что твой «хороший» человек готов к моей второй форме?

Сильвия посмотрела на меня так, словно я сказала величайшую глупость в мире.

— Лейла, из нас всех именно ты самая одаренная в плане контроля над магией. Неужели ты не сможешь принять форму миленькой маленькой кошечки? Магия с ней, с белой шерстью! Станешь черненькой, цвет не имеет значения.

Я укоризненно посмотрела на подругу:

— Ты же знаешь, что это непросто. Мы учились принимать нашу вторую форму очень долгое время, привыкали к ней не меньше. Если я сейчас смогу превратиться с кошечку, то исключительно в потрепанную, потенциально косую и практически наверняка хромую! И хорошо, если у меня не будет проплешин и все уши и хвосты останутся на месте. И я не смогу пользоваться магией!

— Кошки не владеют магией.

— Я не смогу никого лечить! — возмутилась я.

— Кошки никого не лечат.

— Я даже себя не смогу защитить!

— Кошки себя не… А, так, промашечка. Для защиты у тебя есть я и будет Юстас.

Упрямая какая!

— Это тот, с кем ты сегодня гуляла? Магический мечник? Который из двоих? Светлый или темный? — спросила я, вспоминая двух мужчин с внушительной аурой.

Они оба впечатляли. Вот только аура брюнета была менее дружелюбной и более агрессивной. Точнее, агрессия в ауре светловолосого присутствовала, но чувствовалось, что он управляет ей лучше — то ли из-за того, что аура более покладистая, то ли из-за большего опыта. По крайней мере, с блондином находиться было бы покомфортнее, нет гарантии, что аура черного магического мечника не собьет мне всю трансформацию.

Но, увы, я не из тех, кому так легко может повезти.

— У Юстаса черный волосы, — сказала Сильвия и, пронзив меня взглядом, вкрадчиво спросила: — Эй, ты почему выглядишь так, словно прекрасное решение твоей проблемы не кажется тебе прекрасным? Ты будешь кошкой, даже если тот человек за тобой придет, ничего страшного не случится, не так ли? Кто подумает, что ты кошка?

— Это верно, но…

— И лечить других ты сможешь, чуть изменим твою внешность, создадим поддельную личность. — Сильвия продолжила.

— Это хорошо…

— А еще ты можешь изодрать кого-нибудь когтями, — вкрадчиво предложила Сильвия. — Я же знаю, как ты любишь причинять боль плохим людям, да, Лейла? В виде кошки ты сможешь делать это, не опасаясь за последствия.

Искусительница! У меня аж сердечко затрепетало.

— Ну… Мне надо потренироваться, — сказала я со вздохом.

— Тогда тренируйся.

Рассчитавшись за перекус, который Сильвия почему-то именовала плотным обедом, мы нашли небольшую гостиницу, где Сильвия предложила мне остановиться на время, передохнуть, пообвыкнуть. Оставила адреса, объяснила и на этом была такова. Ну да, она же тут не одна. И это хорошо. Оба мужчины, с которыми она шла, внушали доверие.

В конце концов, тот человек мог узнать не только меня, но и Сильвию. А я определенно не хотела подвергать ее никакой опасности. Но если у нее в окружении есть два таких сильных магических мечника, то ничего страшного не случится.

В этом мирном и спокойном мире не должно быть абсолютно никаких происшествий. Эх, кто бы знал, как я заблуждалась…

Потому что я даже отдохнуть как следует не успела, как получила от Сильвии сигнал тревоги: наш особенный знак, который выпускался в небо как фейерверк. Причем не обычный зеленый огонь, который свидетельствовал бы о том, что она в очередной раз что-то немного перепутала… Например, рабов и работорговцев, освободив первых и отправив на продажу вторых (по крайней мере, мы очень пытались убедить в этом заказчика, и если бы не наша третья подружка, то все бы получилось!). Не желтый, который намекал бы, что она избила аристократа, который позволил себе лишнего. А красный сигнал!

Красный сигнальный огонь свидетельствовал о ситуации, которую Сильвия никак не могла самостоятельно разрешить. То есть о катастрофе. О разрушении мира или о встрече с целой армией сумасшедших магов, которые убивали ради развлечения. Ну, или о чем-то подобном, потому что, по моему скромному мнению, со всем остальным Сильвия справилась бы без особых проблем!

Я выбежала на крыльцо гостиницы, выпустила магическую сеть, которая поможет мне отслеживать приближение Сильвии или ее врагов, и достала бутылек яда из запасов. Не убью, так покалечу.

Нервное ожидание завершилось быстрее, чем я ожидала: Сильвия выскочила буквально из неоткуда и прокричала:

— Превращайся в кошку! Быстро!

В нашем мире от скорости реакции зачастую зависела жизнь. Как и от понимания, кого слушаться, а кого — нет. Сильвию нужно было слушаться, потому что ее боевые инстинкты были на каком-то совершенно запредельном уровне.

И я не медлила — запустила превращение в кошку. Шло плохо: навыков маловато, да и энергии не так уж много, как хотелось бы. Но усилием воли я все-таки сотворила из себя кошку. Сделала неуверенный шажок и с ужасом поняла, что от меня отвалился клок шерсти. Я ведь не облезлая? Магия исцеления, срочно, магия исцеления!

Но кто бы мне позволил спокойно исцелиться?! Сильвия подлетела ко мне, схватила в руки и, извинившись…

…бросила. Окутав магией, придав ускорения, бросила!

Прямо в высоченного бегущего блондина. Это вот из-за него красный сигнальный огонь? Это он страшнее армии сумасшедших магов и магической катастрофы?!

Мне хватило нескольких секунд, чтобы осознать: скоро закончится. Моя жизнь закончится! Потому что барьер на этом блондинчике был такой силы, что при столкновении меня должно было разорвать или как минимум покалечить. И никакие исцеляющие заклинания не выручат, особенно в таком теле, где я вообще плохо контролировала магические потоки.

Когда до столкновения оставалось всего несколько секунд, барьер внезапно испарился, а я сама… не влетела с размаху в мужчину. Меня поймали. Руками. Не слишком нежно, но достаточно осторожно, чтобы не причинить лишней боли. Я мельком увидела, как Сильвия мне подмигивает и скрывается за поворотом.

И что бы это значило?!

А главное, что мне теперь делать-то?

Мы с мужчиной (надо отметить, с весьма и весьма красивым и привлекательным мужчиной) посмотрели друг на друга. Я чуть нервно дернулась и поняла, что никак вырваться не смогу.

И сделала то единственное, что можно было сделать в подобной ситуации.

Будем честны, на самом деле в этой ситуации можно было сделать две вещи, одна из которых — замурчать и замяукать. Но, честно сказать, даже кошка из меня немного… никакая, хотя я успела потренироваться. Какие звуки я могла из себя извлечь в попытке промурлыкать… нет уж!

Боюсь, этот мужчина примет меня за какое-нибудь замаскированное чудище прямиком из адских глубин и убьет, пока я окончательно не сбросила маскировку и не превратилась в живое бедствие. Поэтому я сделала то, что смогла: обмякла и притворилась трупиком. Или тряпочкой? В общем, чем-то таким, что положено с брезгливым выражением выбросить в кусты.

На что я, кстати, и рассчитывала: Сильвия сбежала, теперь пора и мне. Вот как выбросят в кусты — те, что слева, — как отойдут куда подальше, так и я тихонько вернусь в свою комнату. Главное, чтобы бросили как тряпочку, а не с силой швырнули в стену.

Увы, я ошиблась. Меня не бросили с отвращением, даже не положили на землю с осторожностью, меня перехватили поаккуратнее, прям взяли двумя руками и… куда-то понесли!

Я успешно притворялась трупом, надеясь, что меня не планируют пустить на ингредиенты для зелья или в качестве основы для магических экспериментов. Успокаивало лишь то, что мужчина не маг, а магический мечник — уж больно выразительная и яркая аура, такой, по законам всех мирозданий, попросту не может иметь ни капли магических сил. В конце концов, магия и аура магических мечников — это две противоположные силы, которые не могут сосуществовать в одном теле. Впрочем, нет никакой гарантии, что у такого красавца нет кого-то, например, девушки-мага, которая и пустит меня в ход.

Было страшно. Страшно интересно, зачем такой сильный магический мечник, у которого явно нет проблем с деньгами и силой, тащит куда-то подобие половой тряпки.

Хм, ауры лекарей? Меня притащили в лечебницу?

Брось, брось меня уже, то, что изначально было криво и косо, не станет нормальным благодаря лекарям!

— Господин Адриан! Какими судьбами? Если вы снова с просьбой подобрать вам магическое животное, то можем предложить исключительно представителей класса чудищ, которые устойчивы к вашей ауре. Ничего милого и пушистого мы вам не найдем — Встретили его вежливо, но бескомпромиссно.

— Как я уже говорил, меня не сильно интересуют ядовитые драконоподобные ящерицы, у которых зубы размером с мою руку, — с сарказмом заметил этот господин Адриан.

— Зато они не боятся вашу ауру и будут вас любить.

— Будут любить как еду? Охотно верю. Но я к вам не за этим. Тут надо бы кошечку подлечить, — сказал Адриан, приподнял меня, но из рук не выпустил.

— О магия! Вы её…

— Я её принес, — раздраженно заметил мужчина. — Я никогда бы не причинил боль животному.

— Вы нет, но ваша аура. — Какой осуждающий тон!

И не боязно им спорить? Я приоткрыла один глаз: боязно. Шарахнулись от моего то ли похитителя, то ли спасителя весьма дружно. Я только хотела взглянуть чуть вверх, как меня тут же подняли на уровень лица.

Красивого и мужественного лица. Поднесли поближе, настолько близко, что я даже смогла рассмотреть исключительные серые глаза с легким оттенком голубого.

— Очнулась. Ты молчишь и не шевелишься, потому что боишься? — задумчиво спросил Адриан. — Сердечко вроде не колотится.

Это тебе кажется, кажется! Сейчас как заколотится, если ты еще ближе меня поднесешь к себе. Я так близко еще ни одного мужчину не рассматривала. Я уперлась лапами прямо в щеку Адриана, надеясь, что это его остановит. И что меня вообще тут бросят. Сбежать от целителей магических зверей — простая задача, в отличие от этого мастера меча.

Но в который раз за короткое время мои ожидания не оправдались: меня проверили лекари, назвали истощенной и передали в руки Адриана, который снова меня куда-то понес.

Куда? Зачем?

И там кормить будут?

Господин Адриан привез меня в какой-то особняк. Впрочем, что значит какой-то? Помпезный особняк едва ли не в центре города. Надо же, а по мужчине и не скажешь, что он любит нечто пафосное. Впрочем, откуда мне знать, какие правила в этом мире? Лишь бы кормить не забывали… Ну, или убежать дали, чтобы я сама себе потом пропитание нашла. По-хорошему, надо было бы выбрать второй вариант, ведь Сильвия почему-то убегала от этого человека. Ее побег не означал, что мужчина был плохим, но и подобного варианта я не исключала. Надо-то надо, но мне было так… лень. Нет, ну а что? Удрала из своего мира, самостоятельно открыв портал, отдохнуть не успела, как начала тренироваться превращению в кошку, превратилась, с трудом поддерживала форму, еще и нервы постоянно на пределе были. Ну не каждый день дорогая подруга и соученица швыряет меня в чрезвычайно могущественного магического мечника. Имела я право немного поплыть по течению? К тому же будут плохо обращаться — удеру очень быстро.

Мои опасения не оправдались: после того как меня вымыли, вычесали, погладили и наградили кучей комплиментов не самую удавшуюся кошачью форму (ну где я милая пушистая лапка, а?! Проверить бы зрение у этого Адриана), приступили к кормлению.

Кормили хорошо: вкусно и много, очень много. Последнее, вполне возможно, по незнанию. Потому как было у меня подозрение, что господин Адриан, у которого никогда в жизни не было кошки, не очень представлял, сколько должны эти милые пушистики есть. Впрочем, всегда был шанс, что тут вместо кошек есть эдакие мутанты, способные потреблять в четыре-пять раз больше своего веса. Иначе как объяснить тот факт, что, когда я съела целого зажаренного на вертеле поросенка, Адриан и слова не сказал?

Зато круглые глаза служанки, вошедшей в столовую, все-таки подтвердили мои подозрения: кошки тут самые обычные, не способные есть в таких количествах.

— Ваше с-с-сиятельство! — Служанка обратилась к мужчине, бросив на меня полный ужаса взгляд. — Ваша кошка…

Адриан, который сидел за обеденным столом и с неким непонятным мне умилением наблюдал за тем, как я ем, внезапно замер. А потом расплылся в широкой улыбке:

— О да, моя кошка.

— Ваша кошка… она…

— Прекрасна, не правда ли?

Неправда, абсолютно точно — неправда! Но я потренируюсь, чтобы выглядеть посимпатичнее.

— Она… ест…

— Да, очень мило кушает.

— Она ест слишком много для кошки, — икнула служанка. — Целый поросенок.

— Конечно, она должна много есть, — уверенно сказал Адриан. — Целители животных сказали, что у нее истощение. Так что я чрезвычайно рад, что моя кошка ест так хорошо.

— Х-хорошо, — сказала служанка.

«Главное, чтобы не меня», — именно такие мысли читались у нее на лице. Я едва сдержалась от того, чтобы не вздохнуть. В конце концов, я не ем людей, я вообще не ем никого разумного! Максимум — могу покусать в порыве злости.

Но вот аппетит свой мне придется скрывать. Пообещав себе, что есть при людях буду мало (а тайком — много), я прожевала остатки поросенка и, довольная, запрыгнула прямо на коленки к Адриану, вызвав его восхищенный вздох.

Хороший мужчина. Добрый. Сильный. И держит на руках нежно. Не брезгливый — сам меня мыл сегодня. Даже не поморщился от того, как сильно я линяла. И чем он Сильвии насолил?

Впрочем, был еще один вопрос, который интересовал меня даже больше. Как этот господин Адриан отнесется к тому, что я…

Я взглянула на Адриана снизу вверх. Ну, не убьет же, если я это сделаю?

И я… сделала. Встала, вскарабкалась на плечо, перебрала прямо на голову и… положила лапу на глаз. Еле дотянулась!

— О!

Что за «о»? После всех добрых и хвалебных восклицаний в сторону моей не самой привлекательной кошачьей внешности мне, уважаемый господин Адриан, надо срочно проверить твое зрение! Надо лечить, пока не поздно. Если взять мои навыки, молодой возраст Адриана и его колоссальное количество ауры, то нет ничего, с чем бы я не смогла справиться.

— Что ты делаешь, пушистая чернышка? — спросил Адриан.

Диагностирую! Неужели нельзя не мешать?

Продиагностировала зрение.

Идеальное.

Настолько идеальное, что мне такого даже встречать не доводилось. Странно, очень странно. Может, голову проверить, раз зрение в полном порядке? Но он мастер меча, у них аура сама собой правит все магические отклонения в головушке.

Но я продиагностировала и голову — все равно нагло на нее взгромоздилась.

Все отлично у Адриана, но вот будет ли все так хорошо у меня? В конце концов, мало кому нравится, когда у него по голове кошачьи ползают. Впрочем, судя по тому, как этот господин терпел, он как раз и относился к этому «мало».

— Красавица, — ласково сказал Адриан. — Поедешь со мной жить? Я буду тебя очень хорошо кормить, пушистенькая.

А он знает толк в соблазнении девушек.

Я действительно поехала с Адрианом. Правда, предварительно разузнав о том, какие же у него проблемы с моей подругой Сильвией. Неправильно будет говорить, что у него проблемы с ней, скорее, у нее — с ним. И не только с ним, но еще и с тем самым человеком, который Сильвию приютил — вторым принцем Юстасом. Потому как Сильвия довольно ловко (и упорно, надо сказать) скрывала, что она кошка. Для чего, если ее уже приняли как человека, я так и не поняла. Но факт оставался фактом. А посему случались разного рода казусы, например, как сейчас, когда Сильвия слишком сильно смутилась — и в итоге не смогла удерживать человеческую форму.

Чтобы не показать своему дражайшему Юстасу вторую ипостась, Сильвия его «прикрепила» заклинанием к асфальту, а сама бросилась бежать. Юстас тоже оказался сообразительным малым — и отправил за ней Адриана, которого Сильвия успешно обезоружила мной. Терзали меня смутные сомнения, что не настолько Юстас не осведомлен о второй форме моей подруги, как та рассчитывает, но в чужие отношения я решила не влезать. Взрослые, сами разберутся. Так что, в целом, если исключить секреты (причем, подозреваю, друг от друга), они играли за одну команду, как любил поговаривать мой наставник.

Ехала я, лежа на подушечке, с Адрианом в роскошной карете и уже куда более соответствовала эпитетам «красивая» и «очаровательная». Ну а кто бы после долгого отдыха и хорошей еды не похорошел? Вот и я поднакопила сил, подкорректировала кошачью форму, отъелась как следует, в конце концов! И мне даже не было совестно от того, что я обжираю Адриана. Во-первых, он оказался богат, а, во-вторых, особняк-то вообще не его, а какой-то родственницы короля, которая не отличалась благородством и сдержанностью. Ну и я в последнюю ночь в этом особняке тоже решила быть не самой благородной кошкой. И подчистила мясные запасы в кладовой.

Меня, конечно же, обнаружили. И даже не единожды. Я уже приготовилась к тому, что слуги поднимут крик, но… Первая служанка, увидевшая, как я уплетаю свиной окорок, взвизгнула — и сбежала. Второй слуга выполнял странные движения рукой, словно благословлял себя светлой магией. Спасибо, что хоть не подумал, что я его съем. Неприятно, когда тебя могут подозревать в какой-то мерзости. А третий улыбнулся и ушел в трансе, бормоча себе под нос что-то о том, что он не посмеет пожалеть еды для отощавшей кошечки графа.

Утром слуги прощались с нами, едва ли не плача. Адриан с Юстасом посчитали, что они так радуются их отъезду. Я задумалась о том, что, возможно, моему. Позволила отнести себя в карету и отправилась в сторону своей новой жизни.

Моя новая жизнь оказалась прекрасна. Что, по моему мнению, прекрасно? Это когда много вкусной еды, много сна и рядом обязательно происходит что-то смешное и веселое, в идеале — не с тобой. Потому что если бы за мной с таким усердием бегал принц, который постоянно смущал мою нежную натуру так, что я не могла удерживать форму и произвольно превращалась то в человека, то в кошку, мне бы вряд ли было так весело.

Да-да, все веселое происходило с моей подругой Сильвией: прекрасной и милой девушкой, которая долго и упорно скрывала от принца, что девушка в библиотеке и любимая белая кошка — одно лицо. Впрочем, принц, как я и думала, об этом догадывался, а потому наблюдать за их невинными любовными играми как до признания, так и после и впрямь было забавно. Впрочем, я никому об этом не сообщала. Ни самой Сильвии, чтобы та не обиделась, ни Адриану, потому что тот мог не оценить внезапной говорливости кошки.

А я бы предпочла, чтобы меня ценили не меньше прежнего, ибо где еще меня так кормить-то будут? И не только кормить, но еще и чрезвычайно бережно относиться, нервы мои беречь, не смущать просто так. С другой стороны, о смущении стоило волноваться исключительно Сильвии, которая, стоило ее принцу Юстасу сказать пару каких-то комплиментов, резко краснела и теряла контроль над своей силой. Даже думать не хочу, что будет, когда они поженятся и состоится их первая брачная ночь… Надо бы Сильвии намекнуть, чтобы они ее в поле провели — тогда никто не пострадает. Юстас, кстати, довольно силен, чтобы неконтролируемая сила Сильвии его не прибила.

Кстати, в отличие от той же Сильвии, меня смущать можно. Правда, сделать это будет гораздо труднее. Я же лекарь, а чего лекари в своей жизни не видели? И пьяных, и дурных, и голых, и, конечно же, больных. И я сейчас не про обычных, а про тех, кто не дружит со здравым смыслом, логикой и прочими чрезвычайно важными вещами.

Самое главное — не злить меня. Я тогда не просто теряю контроль над силой, как Сильвия. Я теряю контроль над собой. И все это заканчивается довольно плохо. По крайней мере, нам с учителем и моими подругами приходилось трижды сбегать из тех городов, где меня все-таки разозлили. Одно радует: чтобы разозлить меня, требуется нечто более серьезное, чем трупы мышей, которые когда-то мне принес казначей.

Я считала, что в этом мире мне совсем не придется волноваться о том, что на кого-то разозлюсь. В конце концов, на кого? На Адриана? Человека, который меня кормит, поит, гладит, лапки целует и относится с таким почтением, как никто и никогда?

Или к слугам в его поместье, которые любят меня почти так же сильно, как сам Адриан? Да и подчиненные, которые поначалу вызывали опасение, бессовестно со мной сюсюкались. Сильвии бы не понравилось, она же гордый боевой маг, а мне вполне нормально. Пусть умиляются, теперь, если не считать жуткого мява, который я так и не исправила, внешне я была очень даже ничего. Они еще и подкармливали (и даже не дохлыми мышами, а деликатесами из разных уголков этого мира). Особенно мне нравилась высокая рыжая девушка, которая говорила мне много комплиментов (и приносила много вкусных закусок). Адриан нередко ее одергивал:

— Риа, будь добра, прекрати соблазнять мою кошку.

— Жадный вы, господин. Дайте хоть подкормить, другие животных, конечно, от нас не шарахаются, но недолюбливают. А кошка очень спокойная. Сразу видно, что ваша, — льстиво подчеркивала девушка.

В общем, я была уверена, что никто и никогда меня не разозлит достаточно, чтобы я потеряла над собой контроль и выдала свою основную форму. Но я допустила ту же ошибку, что и многие до меня: недооценила людей.

И ладно бы это оказались какие-то люди, которые не имеют ко мне никакого отношения. Этих можно не то чтобы понять, простить и отпустить, а, скорее, не смотреть, не замечать и вообще, как любил поговаривать мой учитель, забить. Забить не в значении чем-то тяжелым до смерти, как когда-то подумала Сильвия, а проигнорировать.

Но нет! Это были приближенные Адриана. Более того… и он сам тоже!

Все началось с прогулки по саду в столичном поместье Адриана.

Сад был прекрасным: большим, ухоженным, со множеством экзотических деревьев. Один вид вроде бы даже жрал всяких плохих людей, которых должны были приговорить к казни. Адриану и его людям было лень тащить этих преступников во дворец, потому как слишком далеко, зато северная часть сада с несколькими плотоядными деревьями — очень даже близко. Впрочем, я не была до конца в этом уверена. Ну, в том, что плотоядные деревья жрали всяких неугодных. В плотоядности не сомневалась: одно такое милое деревце едва не сожрало меня.

Случилось это, конечно же, в отсутствие Адриана, потому что, окажись он тут, я бы никогда и ни за что не попала туда, где эти самые плотоядные деревья растут — в северную часть. В южной-то все было прекрасно и безопасно, к тому же от северной огорожено не одним щитом, дабы кто-то (например, глупая беззащитная кошечка) случайно не попал в опасную часть. Да и слугам Адриан приказал:

— Смотрите, чтобы Лейла не ходила в северную часть сада.

Кстати, именно с этого запрета все и началось. Я, конечно, была не столь своевольной, как Сильвия, которая пошла бы туда, куда ей запретили, из чистого упрямства. Зато достаточно любопытной, чтобы дождаться, пока Адриан уедет из поместья, пробраться мимо слуг в сад, очень осторожно пройти три барьера, которые бы не позволили несчастному животному попасть в северную часть сада из южной, и очутиться в запретном месте.

Сначала я даже не поняла, почему меня сюда не пускали: тут было ничуть не менее красиво, чем на южной стороне. Не знаю уж, кто был у Адриана садовником, но постарался он на славу: деревья были не только пестрыми и красивыми, но и рассадили их так, что сад превратился не в аляповатое нагромождение, а в настоящее произведение искусства. Одна дорожка из морских беленьких камушков, сияющая мягким теплым светом, чего стоила! А по бокам — нежно-сиреневая травка. Вот с этой травки я и начала понимать, что не так с северной частью. Травка называлась аконитам и была чрезвычайно ядовитой. Когда я немного присмотрелась к другим растениям, то поняла, что многие примерно из той же категории.

Я, разумеется, не травница, чтобы досконально знать все виды, но, как лекарь, разбиралась во многих. Спасибо учителям, которые заставляли меня запоминать абсолютно все виды растений, даже те, которые давно исчезли из моего предыдущего мира.

Осознав, что сад не столь безопасен, как мне казалось, я оценила его еще больше. Ведь ядовитые растения чрезвычайно полезны! Не говоря уже о том, что в малых дозах яд может стать лекарством, так еще какой простор для создания ядов. Даже жаль, что зельеварением я не занималась вплотную, научилась совсем немногому, исключительно в целях самообороны.

Когда первое восхищение прошло, я принялась изучить и более отдаленные местечки. Там я и набрела на красивое дерево с голубоватыми листьями. Ничего подобного я раньше не видела, поэтому, конечно же, решила осмотреть его более внимательно. Запрыгнула, прошлась по стволу, едва не свалившись (еще и кошкой притворяется, называется), и почувствовала кое-что странное. Небольшая прозрачная лиана внезапно коснулась моей лапы.

Я, не особо раздумывая, наступила на нее. И с отвращением поняла, что вляпалась во что-то мокрое. Фу! Хоть я и не была кошкой в полной мере, но нелюбовь ко всему мокрому в этом пушистом теле заполучила. Почему лиана мокрая? Внезапно ветка вырвалась из-под моей лапы и изогнулась. Жидкость, теперь видная невооруженным взглядом, закапала вниз.

Словно… слюни у голодного животного. Я плотно приложила свою лапу к стволу, чтобы понять, что же происходит с деревцем, на которое меня угораздило взобраться.

Вот же! И какой гад не кормит бедное растение? Как вообще так можно обращаться с почти что живым существом?

— Бедненькое, — сочувственно пробормотала я.

Мяукать не научилась, зато человеческую речь не утратила даже в пушистой форме. Бедненькое и голодненькое дерево, кстати, было совершенно не против стать богатым и куда менее голодным за мой счет, так что сочувствия у меня немного поубавилось.

Ну нет у меня никакого желания быть внезапно обслюнявленной непонятным деревом! Потом шерсть в колтуны собьется, Сильвия смеяться будет, Адриан расстроится… О том, что оно меня может схомячить, я совершенно не волновалась. Во-первых, я не такая беззащитная, какой могла бы показаться этому глупенькому деревцу. Изменить жалкую (ладно, нынче почти приличную на вид) форму кошки на вторую ипостась не составит труда. А во-вторых…

Я посмотрела на деревце. Инстинкты у него хорошие. Не будет же оно кушать то, чем можно травануться?

Лиана приблизилась ко мне, потерлась о лапку, обслюнявив — и тут же резво убралась обратно. Ага, не будет. Ядовитое не ест. Жаль, что моя способность делать себя немного ядовитой, работает не на всех. Эх, не зря учитель мне так внимательно подбирал ипостась. Я стольким полезным вещам научилась благодаря ей: и защищаться, и защищать, и пугать, и немного ядовитой становиться. И убегать хорошо получается, почти как у птички, если не думать о размерах…

В общем, я не понаслышке знала, что в северной части сада обитают плотоядные и почти разумные деревья. А в южной — деревья, плодами которых могут питаться люди. Яблочки, апельсинчики, грейпфруты… Да чего там только не было! Благодаря магии поддерживались идеальные условия, которые позволяли деревьям круглогодично плодоносить и давать чрезвычайно богатый урожай.

При этом все фрукты были исключительно вкусными, такими, что пальчики оближешь. Ну, или лапки. Поэтому и сам Адриан, и его подчиненные нередко, проходя по саду, прихватывали с собой какой-нибудь фрукт.

И это неимоверно раздражало. Нет, не сам факт того, что люди Адриана без спросу могли оборвать почти все дерево, с этим никаких проблем. А то, что они с этими фруктами делали после того, как сорвали.

Они их ели.

Сразу же, не помыв в воде и не применив ни одного очищающего заклинания! Даже я в форме кошки себе такого не позволяла! Срывала фрукт — и использовала заклинание, перед тем как поесть. А они прям так, с ветки. И ладно бы только подчиненные, но и сам Адриан делал то же самое. Никаких элементарных понятий о гигиене.

Ладно, немытые фрукты я еще кое-как пережить смогла бы… Но однажды я такое увидела, от чего вся шерсть на загривке встала дыбом! Это просто высшая боль для глаз лекаря, иначе и не скажешь.

Стоило вспомнить — сразу плакать хотелось, но Сильвия не единожды говорила, что кошки не плачут, а потому мне оставалось лишь ругаться про себя так, как обычно ругаются целительницы на исключительно нерадивых пациентов.

Все началось с посещения тренировочной площадки в поместье Адриана. Обычно я туда не заглядывала — какое удовольствие смотреть на грязных потных мужчин, валяющих в грязи и песке других не менее грязных мужчин? Которые, несомненно, наставят друг другу синяки и нанесут другие, обычно не слишком серьезные, травмы. Бе! Ни за что.

Это Сильвия такое любила. И вовсе не из-за совершенных мужских тел, вылепленных тренировками и ужасающими нагрузками, а из-за того, что до безумия любила смотреть, как другие сражаются, и подмечать все новое и необычное. Забавное пристрастие, с учетом того, что сама Сильвия предпочла бы избежать драки, если бы такое было возможно. С другой стороны, как боевому магу, ей было полезно понаблюдать за тренировками. Ведь именно благодаря наблюдению за сражениями воинов Сильвия легко читала движения мастеров меча и выходила из сражения с ними победительницей, хотя магам было чрезвычайно сложно противостоять мечникам, а в особенности — мастерам меча. Меня же, как целительницу, подобное вообще не интересовало. Если на меня нападет мастер меча, то лучшее, что я смогу сделать, — сбежать. Нет, были и еще вариантики (которые радовали исключительно меня), но, как благоразумный лекарь, я предпочитала доверять сражения другим.

Тренировочная площадка тут была не такая большая, как королевская (там я тоже побывала благодаря Сильвии), зато оснащенная ничуть не хуже. И очень тщательно скрытая от общественности, что немудрено: именно там оттачивали свои навыки не только подчиненные Адриана, но и второй принц Юстас — возлюбленный Сильвии. Чаще всего его высочество сражался с самим Адрианом, как с единственно равным по силе человеком.

Зрелище весьма интересное, надо заметить. Причем не только для Сильвии, которая обожала подобное, но и для целительницы вроде меня.

Абсолютно уникальная возможность посмотреть на исход битвы между Юстасом, чью ауру иначе как чудовищной и выходящей за рамки мироздания, не назвать, и Адрианом, чье филигранное управление аурой нарушало все магические законы. Ну сами подумайте! Чем сильнее аура, тем больше воли и разума требуется, чтобы ей управлять. Чем легче написать письмо на земле? Тонкой палочкой или же стволом дерева? Разумеется, палочкой.

Так вот, у Юстаса этой ауры было с целый лес. По логике, он вообще должен был с этой аурой лежать и время от времени моргать, не более. А он ею управлял, причем лучше многих воинов, которых я успела увидеть на площадке.

Адриан, с моей точки зрения, представлял собой нечто потрясающее: пусть его аура, пожалуй, с половину леса, зато как он ей управлял! Словно карандашом, которым легко было чертить и писать. Это против магических законов, против!

Аура мечника и магия волшебника — это две разных силы, но принципы управления похожи. Я, целительница, та, кому положено управлять магией лучше других (потому что лечат «иглой», а не «кувалдой»), раньше не всегда могла так контролировать силу. Сейчас, конечно же, со мной мало кто мог сравниться, но мы в принципиально разных с Адрианом ситуациях.

На тренировочной площадке были только он и принц, несколько подчиненных Адриана благоразумно удалились подальше.

— Как думаешь, кто победит? Кто сильнее? — очень тихо спросила Сильвия, держа меня на руках. Ну да, иначе я бы в жизни не сунулась сюда. Мы стояли за пределами тренировочной площадки, впрочем, обзору это не мешало. — Кто сильнее?

— А ты что думаешь? — спросила я.

Тоже не слишком громко. Я не боялась, что нас обнаружат, так как Сильвия окружила нас звуконепроницаемым барьером. Но все равно шептала — с аномальной силой его высочества Юстаса лучше перестраховаться.

— Юстас, конечно же, — без тени сомнений ответила Сильвия.

— Уверена? — чуть усмехнулась я. — Я бы сказала, что это два разных вопроса.

— Снова начнешь умничать? — фыркнула Сильвия. — Не забывай, что моя интуиция иногда получше твоего анализа будет.

— А твоя интуиция определяет исключительно уровень силы и боевой опыт, — заметила я. — В то время как я анализирую куда больше параметров.

— И все равно всех нас переплюнула бы Кристэль со своим холодным расчетом. Она бы точно сказала, кто из нас прав, — фыркнула Сильвия.

— Она бы вообще не заинтересовалась этим боем, так как никакой выгоды. Поэтому придется тебе довериться моему магическому видению.

— Есть у меня подозрение, что ты просто не хочешь признать, что у Адриана нет шансов, если Юстас будет сражаться в полную силу.

Вот же упрямая! Впрочем, ей положено: в конце концов, принц — это ее возлюбленный. Если она совсем не будет в него верить, то какая же это любовь?

— Не вижу логики. Принц-то тебе возлюбленный, а Адриан — временный владелец моей второй и не основной ипостаси.

— Да-да, всего-то временный владелец второй ипостаси. И ничего более? Кормит он тебя хорошо — теперь ты выглядишь прекрасной домашней кошкой. Вот ты ему и добавляешь баллов, а так — без шансов, если всерьез.

— Если Адриан с Юстасом будут сражаться в полную силу, то тут ни у кого и ни у чего не будет шансов, — меланхолично ответила я. — Они разнесут не только этот чудесный особняк, не менее чудесную кухню, но и весь город. К счастью, они сдерживаются.

— И особенно — Юстас. Иначе бы Адриан давно…

— Не-а. Подумай хорошенько. Иногда сила решает не все, многое зависит и от филигранности управления. Возьми хотя бы нас с тобой. Ты объективно сильнее, но если бы ты не знала нескольких моих секретов, как думаешь, кто из нас быстрее бы оказался в лучшем мире? — мурлыкнула я.

Сильвия тут же замолчала, поджав губы. Вот за это и люблю ее: она может долго и со вкусом спорить, но никогда не станет на чем-то настаивать, не имея достаточно аргументов.

— Впрочем, в одном ты права. В этом показательном выступлении победит Юстас, — сказала я, продолжая смотреть на тренировочную площадку.

Быстрые движения меча, звуки ударов, вспышки ауры… Захватывающе и пугающе. Хорошо, что оба были мастерами, а потому не нанесли никаких увечий друг другу.

— Как ты это поняла? Ведь сейчас нет переломного момента в их бою, — тихо сказала Сильвия.

— Не в этом дело. Ты ведь не забыла, кем является Адриан, а кем — Юстас?

— Друзьями.

— И это тоже. Но я о другом. За ними наблюдают. Как Адриан, который является другом Юстаса и обычным графом, может кому-то позволить увидеть проигрыш принца? Максимум, что нас ждет — ничья.

— Никак. — Сильвия кивнула. — Они так непосредственно общаются друг с другом, что я иногда забываю про все эти титулы и условности.

— Потому что нужно не только в теории разбираться и книги читать, но и применять это на практике, — пробурчала я, замолкая — мужчины уже закончили бой и двигались в нашу сторону.

Ничья. Что ж, Юстас и впрямь ценил Адриана, не позволяя ему проигрывать на глазах подчиненных.

— Сильвия, как тебе бой? — тут же спросил Юстас, на губах которого появилась теплая улыбка истинно влюбленного человека.

— А почему вы сказали про ничью? — спросила Сильвия.

— Странно, что Лала так спокойно сидит на твоих руках, — заметил Адриан, чуть нахмурившись. — Обычно она менее лояльна к незнакомцам.

Неправда! Я лояльна ко всем, кто меня хорошо кормит и прекрасно заботится. Но кто ж виноват, что хорошо это делают только Адриан и Сильвия? Вот и позволяю им носить себя, как мешок с мехом.

Меж тем Адриан протянул ко мне руку (явно за ушком погладить планировал), но резко нахмурился.

— Магия тебя раздери, Юстас! — ругнулся он.

— Что случилось? — раздраженно спросил принц. — Ты меня за что проклинаешь?

— За то, что не можешь контролировать свою ауру. Видишь царапину на моей ладони? — Адриан продемонстрировал большой кровоточащий порез. — Я едва не запачкал в крови Лалу!

— Сам виноват, что не заметил. — Юстас ничуть не впечатлился. — К тому же я не могу контролировать ауру, которую уже выпустил и которую ты разбил на мелкие кусочки.

— Сам знаешь, что я не о нее порезался, — заметил Адриан. — А если Лала крови боится? Может, ей плохо станет?

— Она же кошка, — фыркнула Сильвия. — Кошки крови не боятся. И нет, я не только по себе сужу. Так что ей не поплохеет.

Сильвия ошиблась — мне стало плохо. Но не сразу и не от крови, а от вида того, как Адриан — человек-благоразумие, мой замечательный кормилец, — вместо того чтобы полить этот порез зельем или хотя бы промыть водой…

Он…

Он…

Вытер порезанную руку прямо о штаны! Словно он не граф, не аристократ, а какой-то плебей!

— Вот, видишь, Лала испугалась, — тут же сказал Адриан, внимательно глядя на меня.

Я не испугалась! Я в ужасе от его безалаберности и безответственного отношения к своему собственному здоровью. Штаны в пыли, в грязи, в магических остатках ауры, а ты о них порез?!

— Она не испугалась, — пробормотала Сильвия. — Она чем-то очень-очень возмущена.

Тонкий намек, но сомневаюсь, что кто-то поймет его суть.

— Возмущена? О, она, наверное, не любит, когда ее трогают грязными руками, — заметил Адриан.

— Разумеется, — уверенно сказала Сильвия, подтвердив свои слова кивком.

Неплохо. Сейчас он наверняка помоет руки, а заодно и рану. Но я недооценила мужское понимание чистоты. Вместо того чтобы применить заклинание, амулет или, на худой конец, чистую воду, Адриан еще более старательно вытер руки о чрезвычайно грязные штаны. И рана, его рана! Да он собрал всех микробов!

Я почувствовала, как колотится мое сердце от возмущения и желания превратиться в человека и прочитать ему лекцию.

— Вот, теперь чистое, — сказал Адриан, кладя свою руку мне на голову.

Чистое? Сам ты чистый, родственники твои чистые-пречистые! Я могла лишь зашипеть в раздражении. Хотелось прокричать, но я не могла, не имела права. Лишь зашипела, напомнила себе, что у всех свои недостатки, даже если это просто кошмарнейшие, ужаснейшие недостатки. Адриан гладил меня другой рукой, в то время как раненую держал подальше. Почему? Потому что порез все еще кровоточил. Перебинтуй, залечи, да сделай хоть что-то. Но почему-то он ничего не делал. И никто из стоящих рядом тоже ничего не делал.

Я… я больше не могла это терпеть.

Выбора у меня, по сути, и не было: я не могла залить зельем рану, не могла попросить Сильвию побить его, заставив поклясться, что больше никогда так халатно не будет относиться к здоровью, да и самостоятельно залечить порез тоже — притворялась-то я обычной кошкой, а не какой-нибудь магической. Оставался лишь один вариант.

Нет, не лизнуть. Это… слишком интимный процесс. Ладно бы тут были лишь те, кто знает меня как кошку, но тут же еще и Сильвия! Она потом задаст очень-очень много вопросов, на которые мне совершенно точно не хотелось отвечать.

Поэтому, как только Адриан снова вытер кровоточащую руку о штанину и потянулся ко мне, я его…

Укусила. Не сильно и не до крови — не особо ее люблю, знаете ли. И сверху еще и царапину поставила. Если мои царапки ревматизм и головные боли лечат, то уж порез определенно и обеззаразят, и подлечат.

— Фу! — возмутилась Сильвия.

Спасибо, что не бросила, а продолжала держать.

— Лала? — растерянно сказал Адриан. — О…

Я посмотрела на Адриана.

Адриан посмотрел на меня.

И…

Нет, не выругался.

Не ударил. Я, конечно, не думала, что он способен поднять руку на того, кто слабее. Но, как показал мой предыдущий опыт, в мужчинах я не особо хорошо разбиралась, поэтому такой вариант тоже нельзя было исключать. Возможно, не держи меня Сильвия, я бы ни за что не решилась на подобное. Ну, только если бы он вытер руку о грязные штанины не два раза, а пять и более…

Не обиделся, что казалось мне наиболее вероятным.

Адриан расплылся в улыбке и посмотрел на меня сияющими глазами. Он ведь… не сошел с ума?

— Потрясающе!

— Что потрясающе? — настороженно спросила Сильвия.

— То, что произошло, — радостно сказал Адриан.

— Что именно? — продолжала допытываться Сильвия, делая пару шагов в сторону от донельзя счастливого мужчины.

— То, что Лала его укусила и поцарапала, да? — деловито покивал Юстас.

— Точно, — сказал Адриан.

Так, стойте! Ладно бы Адриан сошел с ума, мало ли что мой укус способен вытворить, но и второй принц туда же.

— И чем же это замечательно? — настороженно спросила Сильвия.

Впрочем, удивлялась она не слишком сильно, словно была готова к чему-то подобному.

— Тем, что Лала наконец адаптировалась к моей ауре и больше не боится проявлять свой истинный характер!

— Что? — искренне удивилась Сильвия.

И не только она.

— А то, что Лала, несмотря на некоторый иммунитет к моей ауре, все-таки меня побаивалась, — ответил Адриан, рассматривая место на руки, где я его поцарапала.

— С чего ты взял? — удивился даже второй принц Юстас.

— С того. У каждой кошки свой характер. Вот Лала, например, очень смелая и неприступная — много кто в моем отряде получал от нее лапой по лбу за попытку погладить или взять на руки, — сказал Адриан. — Я бы сказал, что получали все, кроме меня.

— Разве это не потому, что тебя она любит больше остальных? — Сильвия подкинула довольно разумную мысль, но, по классике, ее никто не воспринял всерьез.

Адриан лишь укоризненно посмотрел на мою подругу и улыбнулся мне:

— Правильно, не нужно меня бояться! Даже если ты меня всего искусаешь, я совсем не обижусь.

Я прикрыла глаза. Не царапала и не кусала Адриана я, потому что считала себя нормальной и разумной кошкой, которой Адриан никогда не давал ни единого повода разозлиться. До сегодняшнего дня. До того как Адриан сказал абсолютнейшую глупость и…

Потер свою руку о грязные штаны! Он… он… я для чего это обеззаразила?!

Я подавляла раздражение, подавляла, но стоило мне только взглянуть на довольного собой Адриана, как злость вспыхнула с новой силой, из-за чего из горла вырвались невнятные звуки.

— О, Лала стала мурчать? — заметил Юстас.

Я не мурчу, я давлю в себя кошачью нецензурную брань, в каком месте это мурчание?!

— Мне срочно нужно отойти, — сказала Сильвия, мигом сообразив, что мое состояние не шуточки.

Причем поняла она это даже быстрее меня. Лишь когда заклинание Сильвии всколыхнулось около нас, я осознала, что сама медленно теряю контроль из-за злости.

— Лалу оставь! — крикнул Адриан, но поздно: мы вместе с Сильвией взлетели в воздух, а оттуда — куда-то подальше от знакомого мне поместья.

Побег. Самый настоящий побег, впрочем, нельзя сказать, что особенно качественный — в конце концов, если бы мужчины всерьез решили нас догнать, Сильвия так легко не выбралась бы за пределы города в какой-то безлюдный подлесок.

— Фух, — выдохнула она, бросая меня прямо на траву. — Ну и тяжелая же ты!

Спорный вопрос, впрочем, для хрупкой Сильвии любой человек был бы тяжелым. Я встала с земли и сделала пару шагов от подруги, чтобы случайно не зацепить ее своей магией. Мороки потом с лечением…

— Не могла бы ты оставаться в виде кошки чуть подольше?

— Если ты потянула спину, то я обязательно подлечу ее, — миролюбиво сказала я, усаживаясь прямо на траву — учитель всегда говорил, что в ногах правды нет.

— Поцарапаешь, как Адриана? — поинтересовалась Сильвия, за что получила укоризненный взгляд.

— Пока ты свои раны лечишь, а не вытираешь о грязные штаны, обещаю действовать исключительно стандартными методами, — ответила я. — Но что за глупости нес Адриан?! Какая логика вообще навела его на подобные мысли? При чем тут мой характер и то, что я его не царапала, потому что опасалась?

— Забудь, — махнула рукой Сильвия. — Этих мужчин не понять. Просто смирись с тем, что время от времени они будут говорить чрезвычайно странные вещи. Мне, например, и без того понятно, что ты не царапала его из уважения к своему ежедневному рациону. Слушай, Лейла, не мне, конечно, об этом говорить, но почему бы тебе не сделать кое-что?

— Что именно? — спросила я, чувствуя подвох.

— Рассказать все Адриану, — предложила Сильвия, усаживаясь напротив меня прямо на зеленую свежую траву.

Хорошо, что и мое платье, и костюм Сильви магические, иначе долго потом пришлось бы оттирать грязь с ткани.

Сильвия щелкнула пальцами, устанавливая два щита — один отделил нас от живых существ в радиусе двухсот метров, а второй — Сильвию от меня. А она стала намного искуснее в создании магических барьеров. Защита — специализация Кристэль, а не Сильвии, но сейчас последняя вплотную приблизилась к уровню Кристи. Это из-за чтения книг или кто-то очень грамотный наставляет Сильвию? Впрочем, какая разница? Лучше всего наслаждаться тем, что главный и фактически единственный союзник чрезвычайно силен и не позволит никому пострадать от твоего непроизвольного выброса силы. Я со вздохом посмотрела на то, что раньше было небольшим деревцем. Эх, надо получше себя контролировать…

— Рассказать что? — не поняла я. — Правила обработки ран и порезов? Отличная идея, правда, он меня не поймет, если я вдруг заговорю… Но ты всегда можешь принести ему соответствующую книгу. Кстати, что-то подобное есть в твоей библиотеке, Сильвия?

— Нет, Лейла. — Сильвия помотала головой. — Не хочешь рассказать Адриану, что ты не кошка, а человек?

Я посмотрела вверх на голубое небо, после — на выжженную магией землю и честно ответила:

— Вообще не хочу.

— Почему? — удивилась Сильвия. — Это вполне безопасно, Лейла. В конце концов, тут спокойно приняли даже меня — непонятную иномирянку без какой-либо поддержки и репутации, которая приличное количество времени ошивалась рядом со вторым принцем в образе кошки с никому не известными целями. И никто и слова мне не сказал, даже проверку не устроили.

Я хмыкнула: хотела бы я посмотреть на того, кто додумается устроить проверку невесте принца. Боюсь, Юстас после такого сам их так проверит, что больше никто и никогда усомниться не захочет.

— Так это тебя…

— Думаешь, что тебя нет? Ты ведь волшебница из того же мира, причем не боевая, а чрезвычайно мирная и безопасная… — Взгляд Сильвии остановился на рассыпавшемся в прах деревце, прошелся по месту, где раньше росла травка, а сейчас — ничего (и еще долгое время будет это ничего), замолчала на секунду и исправилась: — Почти безопасная. Опустим некоторые нюансы. Более того, ты не кто-то там неизвестный! Ты подруга невесты принца. Ты в куда лучшем положении, чем я была когда-то. Поэтому если ты вдруг решишься признаться во всем, то тебе совершенно точно нечего опасаться. Почему бы…

— Потому что не хочу, — тихо сказала я. — Это все слишком сложно, долго и напряжно.

— А притворяться кошкой, которой ты от природы не являешься, не сложно?

— Легче, чем раскрыть все как есть. Сильвия, я хочу немного отдохнуть, — честно сказала я. — Отдыхать, кушать, лежать на чужих коленках и ни о чем не заботиться. И точно понимать, что никто меня в образе слегка куцей кошечки разыскивать не станет.

— Мы с Юстасом сможем тебя защитить, если тот маг придет за тобой, — уверенно сказала Сильвия.

— Я знаю, — ответила я, не добавив самого существенного вопроса — чего моя защита будет стоить. — Но мне действительно очень хорошо в виде кошки рядом с Адрианом. Никаких проблем, кроме…

— Наплевательского отношения к здоровью, да-да, — подтвердила Сильвия. — Лейла, я знаю, что мы все привыкли притворяться кем-то или чем-то ради того, чтобы выжить. Но это место безопасное, оно отличается от нашего предыдущего мира. Здесь можно жить и наслаждаться, а потому все время находиться тут в виде кошки бессмысленно. Я знаю, что ты предпочитаешь убегать от проблем, но…

Я поднялась с земли, инстинктивно проверила магическое платье, подаренное Сильвией, — идеально чистое. Магический всплеск закончился. От меня и до границы барьера ни одной травинки, кустика или деревца не осталось, сплошной пепел. Даже не так — идеальная пустота. Сколько раз учитель говорил мне не злиться по мелочам, а?

— Я не планирую всю жизнь притворяться кошкой, — ответила я. — Даже годами не думала, но пока… Пока слишком рано рассказывать правду. Дай мне немного времени, перед тем как я буду готова открыться.

— Конечно, времени полно, наслаждайся жизнью кошки столько, сколько пожелаешь. — Сильвия подмигнула мне.

Увы, как оно часто и бывало, моим желаниям не суждено было сбыться, а времени из-за неожиданных событий оказалось совсем мало.

После того разговора с Сильвией прошло едва ли дней десять. За это время я со всем усердием заботилась об Адриане: сбрасывала на его голову книги по медицине, носила исцеляющие зелья в зубах (словно я не кошка, а какая-то собака!), пару раз царапала. И всё, чего я добилась — это исключительно счастливая улыбка или же снисходительная фырканье. Никаких подвижек в плане заботы о своем здоровье... Непробиваемый мужчина!

С другой стороны, раз уж мои действия заставили Адриана так много радоваться и смеяться, то сочтем их небесполезными: хорошее настроение отлично сказывается на ментальном и психическом здоровье.

А этот тип здоровья тоже стоило беречь, в конце концов, быть главой тайной канцелярии — задачка не из простых. Что подтверждали еженощные визиты подчиненных в спальню Адриана. Я сначала даже подумала, что в этом мире мода такая — решать все вопросы прямо в спальне, но потом поняла, что в кабинете и в каком-нибудь тайном месте обсуждается ещё больше проблем, а в спальне — только самые срочные.

Тайные агенты наведывались в спальню с завидной регулярностью, что показывало — срочных дел был много, очень много. Вот и сегодня, когда я только подумывала о том, чтобы забраться Адриану на спину (там удобнее лежать, больше ничего такого, честное слово!), к нас заглянули два его агента.

Рыженькая девушка, которая подлизывалась ко мне, причем вполне успешно, надо сказать. И высокий статный мужчина лет сорока. Или даже постарше: выглядел едва на тридцать, но по состоянию организма и на пятьдесят потянул бы. Эх, никого работа тайным агентом до добра не доведет: платят за работу хорошо, а вот за испорченные нервы не накидывают премию. А нервы-то тут самое опасное: здоровье отнимают с такой скоростью, с которой я иногда моргать не успеваю. Повезло, что мастер меча: у таких здоровью можно исключительно позавидовать. Это маги обычно слегка... хиленькие. Там споткнулся, тут упал, там коленку побил, тут руку вывихнул. Или поднял мешок с ингредиентами для экспериментов — и спину скрутило. Ну не занимаются маги физической активностью, как нам сильными стать? Зато и заботятся о здоровье побольше других: только ударились — сразу пить зелье восстановления.

И я такую тактику полностью одобряла! Выпил зелье — никаких последствий, никаких болей в коленке или в запястье на старости лет. Чего не скажешь о мастерах меча.

Вот хоть этого мужчину взять! Явно же прилетело ментально, головная боль зверская, правую руку зацепило, коленка болит. И что? Никаких следов приема зелья. Магический мечник же! Помирать будут — тогда придут к лекарю. И то, не гарантия. Видела я таких, лепетали, что не слабаки. Конечно, не слабаки, а проклятые дураки. Аж когти зачесались — вонзить бы их в чье-то плечо. И гнев спущу, и подлечу, идеально же!

— Рувер, тебя ранили? — внезапно спросил Адриан. — Запах крови.

— А, царапина, обычная царапина. — Мужчина замахал руками.

— Посети лекаря, — порекомендовал Адриан.

Я едва не закатила глаза: своим людям он лекарей посетить советует, а сам — ни за что. Если бы я ночью не старалась... Я встала и потянулась — потягиваться куда приятнее, чем думать о безалаберном отношении к своему здоровью одного чрезвычайно великолепного мужчины.

— Что-то случилось на этот раз? — спросил Адриан, даже не зевнув. — Вы же расследовали то дело. И доложить о нем должны были второму принцу, а не мне.

Он приход своих людей заметил еще до того, как они ступили на территорию его поместья, даже в порядок себя привел. И спокойно дожидался, сидя на кровати и поглаживая меня.

Быстрее бы урчать научиться. Я один раз пробовала — вышло странно, ничуть не менее странно, чем мое мяуканье, потому больше не рисковала. А то и впрямь кто-то примет за замаскированное чудовище и прибьет, дабы спасти своего господина Адриана.

— Тут... проблема возникла. Поэтому мы сначала решили к вам заглянуть, ваше сиятельство, — заметила рыжая.

— И что же есть такое, что не может решить Юстас, но могу я?

— То, что может коснуться его невесты, — тихо сказала девушка.

— Не уверен, что кому-то стоит обсуждать дела чужой невесты, — заметил Адриан, ловко подхватывая меня на руки.

Подозреваю, легко было исключительно ему и еще нескольким тренированным воинам. Сильвия вон недавно ворчала, что я в весе прибавила. Да я и сама стала замечать, что при таком рационе и вообще без исцеления каких-либо людей (профилактическое царапанье Адриана и других не слишком заботящихся о своих ранах и порезах людях отнимало не так уж много сил), мой вес начал расти довольно шустро. Кошке, конечно же, любой вес к лицу (даже пресловутым подлецам из пословицы до пушистеньких далеко), а вот брюнетке среднего роста...

— Не тогда, когда эти дела касаются страны и принца, — тихо возразила девушка. — По-хорошему, боюсь, об этом мы вообще должны были доложить королю и королеве, но решили сначала вам. Есть... определенного рода подозрения.

— Так, дальше все обсудим в моем кабинете, — сказал Адриан.

Разумное решение. Кабинет Адриана — настоящая крепость в крепости! Там столько магических барьеров, артефактов и древнейших реликвий (которые я, в отличие от многих других волшебников, даже не думала презирать), что никто не пройдет. Ну, возможно, объединенная армия волшебников и магических мечников, но потери однозначно будут чрезвычайно велики.

Адриан хотел было опустить меня на кровать, но не тут-то было. Я совершенно бессовестно... залезла на его плечо. Ну а что мне делать? Вы уж извините, но дела моей единственной в этом мире подруги мне чрезвычайно интересны. Что за подозрения? Откуда взялись? Сильвия ведь не только очень доброжелательная, но еще и осторожная. Навряд ли она случайно влезла бы в какое-то неблаговидное дело. А вот кто-то, кто посчитал иномирянку достаточно удобной жертвой, которую легко подставить, мог посодействовать. Впрочем, я могла и заблуждаться: я не успела досконально изучить этот мир, его нравы и законы.

— Кажется, Лала совсем не хочет с вами расставаться, — заметила рыженькая, тепло мне улыбнувшись.

— Что ж, если не хочет, то кто я такой, чтобы возражать? — покладисто ответил Адриан.

Кто такой, кто такой. Глава тайной канцелярии, доверенное лицо второго принца, граф и один сильнейших магических мечников, которого я когда-либо встречала! Я про себя вздохнула: ну а если бы сейчас на его плече сидел кто-то не очень дружелюбный и с плохими намерениями, а не я? Когда я раскрою себя как человека, обязательно напомню об этом Адриану, чтобы он был более осторожным и внимательным.

В кабинет мы прошли быстро и некем не замеченными.

— В чем вы подозреваете леди Сильвию? — спросил Адриан, усаживаясь за свой стол и предлагая подчиненным сесть напротив. — Рувер, расскажи, что там произошло? Вы ведь ходили в ту самую приграничную деревушку.

В Лиасии — не самой маленькой деревушке стали происходить странные события. Точнее, были замечены люди с очень странным, практически бессмысленным поведением. Например, местный пекарь заготавливал тесто, но не пек из него хлеб, а давал детишкам, чтобы те бросались шариками из теста друг в друга. Местный торговец украшениями внезапно раздал весь свой товар приезжим из другого города, а травница отправила во дворец вместо лекарственных трав какое-то сено и детские каракули. Благодаря ей, кстати, Адриан и узнал, что в там происходит нечто странное.

— После всех этих необычных поступков люди возвращались в нормальное состояние, принимались за обычные дела, но начинали болеть. Причин мы так и не выявили, есть исключительно предположения.

Самым страшным была не сама болезнь, так как она протекала медленно и без чрезмерно сильных симптомов. Плохо было потому, что лекари и зельевары не могли с ней справиться, добиваясь исключительно временного улучшения.

Я, удобно сидя на коленках Адриана, едва не вскочила. Мне надо на всё это посмотреть! Возможно, я смогу разобраться и помочь. И, конечно же, не в образе кошки, потому что насколько бы Адриан не был слеп в отношении пушистых из-за чрезмерной любви и умиления, он отнюдь не глупец.

Эта внезапная мысль вызвала легкое чувство тревоги, которое начало медленно нарастать. Именно. Адриан ведь совсем не дурак, так неужели он не замечал, что его кошка... очень странная кошка? И имея перед глазами пример Сильвии, которая очень долго притворялась пушистеньким домашним питомцем принца, а потом внезапно превратилась в девушку, неужели он ни разу не задумывался...

Я подняла мордочку и... встретилась взглядом с Адрианом. С очень, очень умным взглядом.

Я сглотнула. Он ведь... не проверяет меня?

— Мяу, — выдавила я.

Зря я это сделала...

Моё «мяу» все ещё было чем-то средним между звуком отхаркивания шерсти, тихим рыком и тем самым заветным «мявом». У нормального человека после такого было бы куда больше сомнений в моей принадлежности семейству кошачьих. Впрочем, если Адриан о чем-то догадывался, то он никак это не комментировал.

— Хорошая девочка, — похвалил меня Адриан, погладив за ушком.

— Жаль, что голосок у нее как у не очень хорошего мужика, — заметила рыжая. — А с виду такая милашка...

— Ты пытаешься оскорбить мою кошку? — спросил Адриан, глядя на рыжую с некоторой угрозой.

— Я ей комплименты делаю! — возмутилась девушка. — К тому же, даже если бы она постоянно так кричала, я бы не стала меньше ее любить. Вы же сами видите все пять килограммов и шесть сотен граммов ее невероятного очарования.

— Хм, ты права. Ладно, давай вернемся к нашему делу. В деревне проблемы в связи со вспышкой заболевания. Что вы искали и что нашли?

— Всё. Мы изучили всё: воздух, почву, воду и даже подвергли тотальной проверке все магические устройства и приспособления. Мы проверили всех новых людей, а также тех, кто посещал деревню на постоянной основе. И тоже ничего не нашли. Обнаружили только одну странность. Огромное количество новых растений в лесу. Точнее, виды растений старые, но что-то их изменило. Травник-консультант сказал, что такой эффект может возникнуть лишь в том случае, если кто-то подсадил с лес разумное растение... А разумные растения — огромная редкость, они есть исключительно в королевском дворце.

— Леди Сильвия тут причем? — спросил Адриан.

Именно! Растениеводство и зельеварение также далеки от Сильвии, как бои и сражения — от меня.

— Она единственная, не считая королевской семьи, ладит с разумными растениями. Причем настолько хорошо, что об этом знают все во дворце и за его пределами. Для госпожи не составит труда уговорить какой-нибудь кустик пожить в другом месте, — заметила рыжая. — А еще она не так давно была в тех краях — искала редкие книги.

— Как и не составит труда кому-то другому подставить невесту принца, совершенно не заинтересованную в том, чтобы общаться с аристократами и принимать чью-то сторону. Особенно с учетом того, что уникальные отношения Сильвии с розами известны каждому, — добавил Рувер.

— Труд все-таки есть: никто в этом мире не способен так ладить с цветами, за исключением королевской семьи, — пробормотал Адриан. — Впрочем, нельзя забывать, что все жители из мира Сильвии могут вызывать симпатию у наших розочек.

— А вдруг случайность? — спросила рыжая.

— Случайный человек совершенно случайно переместил опасный цветок в случайное место, которое совершенно случайно имеет большое значение для нашей страны... — проворчал Рувер. — Это было сделано специально. Возможно, госпожой Сильвией, возможно тем, кто хотел бы ее подставить. Поэтому, ваше сиятельство, чтобы точно поймать преступника или преступницу, чтобы мы не испортили репутацию леди Сильвии, если та не виновата, но и не оставили ее безнаказанной, если она сделала это специально, мы решили сообщить обо всем происходящем вам.

Кажется, мое решение открыться Адриану, сообщив о том, что я из иного мира, было слишком поспешным и необдуманным. Тот факт, что я не кошка, придется скрывать ещё тщательнее и усерднее. И не мяукать!

— Всё это Адриану ночью рассказали его агенты, — сообщила я Сильви.

Быстро сообщила. Адриан только поспал пару часов, убежал по делам — и я мигом выбралась из его поместья. Конечно, предварительно убедилась, что за мной не следит никто. И ничто. Всяких хитросделанных артефактов тут хватало, даже Сильвия когда-то упустила «подарочек» со следилкой от принца. Я же училась на чужих ошибках и всё тщательно проверяла. Сильвию, кстати, тоже. В конце концов, целители куда лучше распознают тончайшие магические потоки, за которыми скрываются замаскированные реликвии.

— Ты проверяешь меня на следилки? — спросила Сильвии... махнув хвостом.

Мы сидели в потайной комнате Сильвии в королевской библиотеке. Народу тут почти не было, особенно сейчас, когда все ученики-маги были на практике, так что можно было легко проскользнуть незамеченными.

Беседовали в образе кошек. Сильвии было лень трансформироваться в человека, а я всего-то проявляла уважение к хозяйке сей комнаты. Да и помещение тут не такое уж большое, чтобы две девушки могли разместиться с комфортом. А еще никто нас тут не найдет, следовательно, не получит сердечное или душевное заболевание при виде двух говорящих кошек.

— Тебя я уже проверила, — пробурчала я, прикладывая лапу к стене — при соприкосновении легче выявить какие-то аномалии. — Все хорошо, тут нигде нет ничего лишнего. Но ты осторожнее, мало ли...

— Обязательно, — серьезно ответила Сильвия. — Но глупцов, готовых установить за мной слежку, ни разу не видела.

— Если встретишь... — начала я.

— Поймаю и покажу тебе, — тут же поняла меня Сильвия. — И ещё мэтру Горму. И Юстасу надо бы... И Адриану... Такая глупость — это нечто исключительное! Надо будет продемонстрировать всем.

— В конце концов, мы должны соблюдать заветы нашего учителя. А он говорил, что самыми редкими и интересными зрелищами обязательно надо делиться с близкими людьми. — Я помахала хвостом — кивать было чрезвычайно неудобно.

— И не только. Еще и с теми, кто это оценит, — добавила Сильвия. — Эх, надеюсь, что за мной побыстрее начнут следить!

Я посмотрела на прекрасную белую кошку, чей взгляд был предвкушающим. Никакой тревоги! И вздохнула громко и выразительно. Ну, насколько получилось в теле кошечки.

— Что такое? — спросила Сильвия.

— Не относись, пожалуйста, к происходящему так, словно это пустяк, — проворчала я. — Я знаю, что ты сильная, но лучше, чтобы ничего не случалось. Легкомыслие ведет к куче проблем, а среди этой кучи всегда может оказаться одна неразрешимая.

Ворчала я не зря: что Сильвия, что иногда сам учитель из-за своей непомерной силы абсолютно забывали, что опасность может быть в совершенно неожиданном месте и в совершенно странной форме. И самое плохое было то, что я, целительница, ничем не могла помочь. Только пзже залечить их раны...

— Информацию поняла, к сведению приняла, отнесусь серьезно, — пообещала мне Сильвия.

— Не допускай, чтобы тебя в чем-то подозревали.

— Конечно. Но с цветочками я всё равно продолжу общаться.

— Кстати, что за цветочки такие, что нельзя пересадить, если они против? И при чем тут то, что ты с ними поладила? Какой-то странный повод для подозрений, — пробурчала я.

— Ничего не странный. А цветочки... Давай я тебе про них расскажу. А ещё лучше — покажу. Если повезет, то какой-нибудь убийца будет красться мимо них... Ну, повезет нам, не ему, — ласково заметила Сильвия, лизнув лапку и сузив кошачьи глаза. — Сейчас как раз гости из одной хитрой страны приехали, может и впрямь кто-то решится пробраться мимо милых прекрасных розочек.

— Плотоядных? — уточнила я, вспоминая дерево в саду Адриана.

— Нет, что ты, они разумных не едят. Они...

Коллекционируют трупы своих врагов. То есть, не своих, а королевской семьи.

— Какое странное хобби.

— Да нет же! Эти цветы очень благородные! — возмутилась Сильвия.

— Не понимаю, как коллекционирование трупов врагов противоречит благородству, — пробормотала я, но спорить не стала.

— Ладно, давай ты лучше посмотришь, — предложила Сильвия. — Точнее, познакомишься с ними. Только есть одна вещь.

Белая кошка уставилась на свои белые лапки и замолчала.

— Какая? Сильвия, не тяни кота за...

— Фу! — с отвращением сказала Сильвия. — Молчи, не смей такое говорить, пока я в облике кошке.

— А ты не замалчивай. Ну так что?

— Цветочки — эмпаты. Они любят тех, кто любит королевскую семью. Например, меня. А тех, кто не любит... Они очень, очень не любят. И активно это демонстрируют. У тебя же нет никаких плохих мыслей по поводу королевской семьи?

— Дай-ка подумать. — Я подошла поближе к Сильвии. — Меня приютили в этом королевстве, верный подданный королевства меня кормит, поит, расчесывает-вычесывает, за ушком гладит, даже кончик хвостика целует... Должны ли быть у меня плохие мысли?

— Ну, месть за поцелованный кончик хвоста?

Какая глупость! Даже слов нет. Ткнув лапой в мордочку замершей на месте Сильвии, я сказала:

— Пойдем. Познакомимся с твоими цветочками.

И я... познакомилась. Прекрасные фиолетовые розы у стены королевского замка с большой теплотой отнеслись к двум кошкам, ластились веточками и бутонами, все колючки спрятали.

— Какие миленькие, — ответила я, чувствуя, как один листик пытается то ли погладить меня, то ли почесать за ушком.

И куда дружелюбнее плотоядных растений в саду Адриана. Ну, если не думать об их тайном хобби — коллекционировании мертвецов. С другой стороны, если бы меня кто-то так настойчиво оберегал от любых недоброжелателей, то я бы не только радовалось, но еще и умилялась.

— Они еще и умненькие. Как-то сюда случайно забрел аристократ, которого и союзником не назовешь, и прибить жалко. Вот эти цветочки его поймали, нашли родовой значок, наполненный магией, сняли всю одежду и артефакты, а аристократа живым и голеньким выбросили на тропинку. А все отобранные реликвии, которые стоили целое состояние, умудрились как-то переправить в королевскую сокровищницу.

Кристэль от подобного пришла бы в восторг! Странно, что большинство людей таких чувств не разделяли: цветы старались обходить стороной. Даже садовник, который ушел буквально за несколько минут до нашего прихода, поливал «Вайолет» магической водой на приличном расстоянии.

— Я так понимаю, что цветочкам мало кто нравится, да? — спросила я Сильвию.

— Верно. Большинство людей их опасаются, даже преданные слуги. А «Вайолет» слишком гордые, чтобы начинать общаться, если другая сторона не заинтересована.

— У тех людей, которые не могут оценить их, плохой вкус, — пробурчала я, трогая лапкой бутончик, который мигом распустился, реагируя на мои слова. — Кстати, Сильви, а ничего, что мы тут вместе в образе кошек ходим? Если нас увидят вдвоем, то, боюсь, начнут догадываться, что я не совсем кошка. Не хотелось бы раскрыть это дело прямо сейчас.

Я осторожно подтянула обратно свою «дозорную» магическую сетку, как только она зафиксировала колебания могущественной ауры.

— Не волнуйся, Адриан же уехал, как ты и сама говорила, у магов собрание, а Юстас занят делегацией из другой страны. Тут попросту некому обращать на нас внимание.

— Да? Тогда почему я чувствую приближение нескольких сильных магов и твоего Юстаса?

Сильвия резко вскинула мордочку, выругалась, что совершенно не соответствовало ее милому кошачьему облику, и скомандовала:

— Бегом в кусты!

Первое правило целителя: когда твой боевой союзник что-то говорит — сначала выполняй, а потом думай! Поэтому я без промедления сиганула в кусты.

— Что такое?

— Юс их сюда ведет почему-то! Нельзя, чтобы он видел.

— Нас вместе? — шепотом спросила я.

— Меня! Я сказала, что иду в город покупать себе новые книги и не вернусь до вечера. Он очень хорошо знает о моем отношении к книгам... — жалобно сказала Сильвия.

Это плохо, это очень плохо! Покупка книг — святое дело для Сильвии, и если она не пошла за книгами, а сидит тут в кустах... То легко подумать о всяком нехорошем.

— Что делать? — Сильвия, кажется, задала себе риторический вопрос.

— Провалиться под землю? — предложила я.

— Земля, конечно, прекрасно экранирует ауру, но... — начала Сильвия, а потом испуганно посмотрела на меня: — Ты же не думаешь?!

— Тяжелые времена требуют решительных действий, — тихо сказала я.

Я окутала мордашку Сильвии воздушным шаром и топнула лапкой. Земля под белой кошкой разошлась, та возмущенно взмявкнула, но отпрыгнуть не успела. Отлично, вроде бы спрятали. Конечно, будь Сильвия в человеческом облике, у меня бы ничего не вышло. Пусть она довольно худенькая, но все-таки проделать подобное с человеком невозможно. А с кошкой — вполне. Сама Сильвия так не рисковала бы: ей магия воздуха практически не поддавалась, а землей хоть и могла управлять, но не так филигранно. То есть, создать яму, в которую мог бы провалиться целый дворец — это раз плюнуть, а что-то меньшее — никак. Беда всех сильных магов: невозможно «бревном» начертить пентаграмму.

Юстас с делегацией, между тем, приближался. Так, спокойно, даже если он меня заметит, то ничего страшного не случится. Подумаешь, какая-то черная кошка сидит в смертельных цветочках? С кем не бывает?

Ну да, выбралась из тщательно охраняемой резиденции главы тайной канцелярии, ускользнув от бдительных стражей и ответственных слуг, прошла несколько барьеров, преодолела половину города, полностью проигнорировала защиту дворца и оказалась под стенами замка.

Да чтоб мне на диете сидеть целый день! Это очень даже «такое». Ладно, спокойно, будем надеяться, что меня не заметят. В конце концов, я слабенькая, маленькая, хиленькая, а все свои ядовитые свойства прячу очень глубоко.

— Ваше высочество, мы не знаем, какую благодарность вам выразить за прием. — О, кажется, приближалась та самая делегация, о которой говорила Сильвия.

— Вы всегда можете подарить ваши рудники с магическими камнями, — принц Юстас не остался в долгу.

— Ха-ха-ха! Вы прекрасно шутите, ваше высочество.

Человек, ты дурак? Он не шутил, вот вообще не шутил, даже я это поняла.

— Если вы не хотите преподносить подарки, то не стоит и спрашивать о них, — ответил Юстас.

— Вас действительно интересуют наши рудники?

— Иначе я бы не говорил про них, — заметил Юстас. — С другой стороны, я за взаимный обмен, лорд Себин. Вы можете тоже попросить что-то. Например, наши маги, чей уровень считается самым высоким во всем мире, предоставят вам некоторые полезные заклинания совершенно бесплатно. Разумеется, не боевые.

— Ваши маги. Вот по поводу ваших магов у меня и будет небольшая просьба. За нее я даже готов подарить любой рудник с магическими камнями на окраинах нашего королевства.

— Что же за просьба? — спросил Юстас совершенно спокойно.

— Она касается мага из другого мира.

Признаюсь, я моментально напряглась. Маг из другого мира? Он про меня или про Сильвию? Или есть ещё маги, которые попали в этот мир? Кто? Может, Кристэль? Или учитель? Или...

— Да-а-а? И зачем он вам? — спросил Юстас таким тоном, после которого любой здравомыслящий человек сразу же сказал бы, что ему никто не нужен, он никого не хочет, да и вообще готов подарить все, что попросит второй принц, лишь бы унести ноги.

— Уникальные знания, — ответил лорд Себин. — Я однажды видел очень роскошное заклинание молнии, такое пронзительно-голубое, сильное и необычное по структуре. Если бы наш маг использовал подобное заклинание, то задело бы не только то место, куда он направил молнию, но еще и окружающее пространство на много-много миль, что повлекло бы за собой невосполнимые потери. Однако этот маг из другого мира применил молнию очень точечно.

Молния, да? Причем голубая. Сто процентов — Сильвия. Уж очень любит этот тип заклинаний.

— О, вот как. А с чего вы решили, что это иномирный маг? Спросили у него?

— У нее, это была девушка. И спросить у нее не получилось, но нам обо всём рассказал её слуга. О том, что девушка из другого мира, причем очень молодая и очень красивая, — ответил посол. — И нам подсказали, что сейчас эта девушка живет в вашем королевстве. А раз она проживает тут, то нам будет проще связаться не с ней лично, а через вас.

— Правда? Почему это? — продолжал расспрашивать принц, неторопливо шагая вдоль кустов. Мог бы и быстрее! Я Сильвию воздухом с запасом снабдила, но запас не бесконечный.

— Ну как? Она очень могущественная волшебница, не уверен, что смогу предложить что-то достойное в обмен на ее знания. Но зато таким людям не чужда благодарность. Вы ведь приютили ее в своем королевстве, неужели она вам ничуть не благодарна?

— Значит, мне рудник с магическими камнями, а вам — встречу с иномирным магом? — поинтересовался Юстас.

— Ха-ха, вы любите шутить. Вы же понимаете истинную ценность того, чем мы обмениваемся? Встречи будет мало, я могу подарить рудник лишь в том случае, если этот маг поживет у нас хотя бы лет десять.

Кажется, ни были совсем рядом. Я не выдержала и высунула морду из-за цветов роз, чтобы посмотреть на смертника. Если я правильно поняла характер Юстаса...

— Десять?

— Пять, — тут же исправился посол.

— Господин посол, а вы хотя бы представляете, кто эта девушка-волшебница?

— Очень талантливая и могущественная...

— Возлюбленная представителя королевской семьи.

— О, неужели кто-то из ваших двоюродных братьев женится? Скажите кто, я обязательно отправлю соответствующий случаю и статусу подарок.

— Я женюсь на иномирной волшебнице, которую вы хотите забрать себе на пять лет.

Пауза была долгой. Уверена, его высочество Юстас от души наслаждался спектром эмоций посла. Я, между прочим, тоже. Я, конечно, видела, как бледнеют, краснеют, розовеют, потом снова бледнеют почти до синевы, но впервые в жизни цвет лица меняли с такой скоростью! Этот посол Себин точно человек?

— Я... Я поторопился. Думаю, рудник будет не самым плохим подарком к свадьбе.

— Вы же говорили, что подарок будет соответствовать моему положению...

— Конечно же! Традиционные реликвии нашей страны тоже станут подарком, — продолжил лорд Себин. — Но как так вышло, что слуга, находившийся возле вашей возлюбленной и невесты, так легко выдал информацию о ней?

— О, я тоже очень хочу это узнать.

— Он сам! Никакого принуждения или магии! Мы можем предоставить подтверждение.

— Я вам верю, не стоит. Со слугой я сам разберусь, — начал принц и внезапно резко повернул голову в мою сторону.

Я не успела не то что среагировать и спрятаться, даже моргнуть!

Не успела я — успели цветочки. Меня попросту закрыло щитом из бутонов роз. Причем не только физически, но и магически: мою ауру и присутствие замаскировали так тщательно, что даже я сама почти ее не ощущала.

— Что-то не так, ваше высочество?

— Все так, показалось. Видите ли, я становлюсь чрезвычайно нервным и чувствительным, когда думаю, что кто-то хочет поспособствовать тому, чтобы я очень долго не виделся со своей невестой.

— Прошу простить мне мою неосведомленность. Хотя тут следует отдать должное вашей тайной канцелярии — эта новость не просочилась в другие страны, ваше высочество.

— Да, глава знает свою работу.

Я даже покивала в знак согласия, пусть меня никто и не видел. Адриан был хорош в работе: выполнял идеально, быстро и без ошибок. Ну, не считая меня. С другой стороны, я ведь никому ничего плохого не желала, так о каких ошибках может идти речь?

Меж тем, возлюбленный Сильвии и посол ушли куда-то подальше, а я...

Вспомнила про Сильвию! Воздуха точно бы не хватило. Я резко обернулась, желая как можно быстрее деактивировать заклинание. А Сильвия стояла рядышком, опутанная цветочными стеблями.

Спасибо прекрасным цветочкам. Ну до чего же милый и дружелюбный вид розочек, жаль, что нельзя забрать с собой. Кстати, насчет забрать...

— А они к тебе очень хорошо относятся, — заметила я, вспомнив рассказ Сильвии о том, что цветочки большинство людей не слишком любят.

— Ага, заботятся, еще и слушаются. Это я попросила их вытащить меня. — Взгляд у Сильвии был чрезвычайно выразительный и чрезвычайно укоризненный.

Я проигнорировала. В конце концов, Сильвия бы от такого не умерла. И даже непоправимых последствий для здоровья не было бы, а небольшие неудобства — всего лишь мелочь. Ну, подумаешь, шерсть бы испортилась, а кошачья форма чуть потеряла стабильность? Я вот постоянно в полустабильной форме хожу, уже забыла, как выглядит моя вторая ипостась.

— Начинаю понимать, почему тебя подозревают, — вздохнула я.

— Ага. Я хоть и не принадлежу пока к королевской семье, но их любовь, как и защиту, получаю сполна. К тому же, «Вайолет» редкие, они есть только здесь. Неудивительно, что на меня пали подозрения. Но я думаю, что Юстас со всем разберется. Жаль, что я не смогу теперь сама отправиться в ту деревню и все расследовать.

Я замерла. Точно. Зачем ждать расследования других, переживать зря, когда можно всё выяснить самой?

— Ты не можешь, но могу я, — медленно произнесла я.

— Пф-ф-ф, это еще более подозрительно, Лейла! Незнакомка, которая внезапно появляется в деревне.

— Я поеду в облике кошки.

— Еще хуже.

— Не одна же, а с Адрианом.

— Но ты же с ним никогда и никуда не ездила. Каким образом ты планируешь присоединиться? Он действительно умный, он первым догадается, что с тобой что-то не так.

Жаль, что в виде кошки я не могла улыбаться.

— Есть у меня тут одна идея.

Сильвия мою идею не оценила. Наоборот, судя по ее выражению лица, она пришла в ужас!

— Ты действительно собираешь это сделать? — спросила она, лапой отодвигая цветок розы, который едва не уткнулся ей в мордочку — вот уж любвеобильные цветочки!

— Да, — совершенно спокойно ответила я.

— А если...

— Если что?

— А если он разозлится? И выставит тебя за дверь? Или, хуже того, выбросит в окно? Ты, конечно, летать умеешь, но не настолько хорошо! У его сиятельства Адриана, позволь напомнить, комната находится на самом высоком этаже, мало ли что случится. Себя-то ты исцеляешь хуже, чем других.

— Сильвия, с чего ты вообще взяла, что Адриан способен выбросить кого-то в окно? Так, поняла, не уточняй, знаю, что способен. Наёмных убийц не так давно на живца ловил. Двоих из окна выбросил, а третьего...

Вспомнив, что мне пришлось сделать с третьим наемным убийцей, я вздохнула. Адриан, когда узнал, что на него готовится покушения целых два объединения чего-то там... То ли ловких кисок, то ли мисок, кто их там разберет? В общем, он узнал о покушении, приказал ослабить защиту и...

Лег спать, пробормотав что-то вроде того, что и так почти не спит из-за всяких происшествий. Поймал двух убийц, которые были достаточно вежливы и благоразумны, чтобы прийти буквально друг за дружкой, не заставляя Адриана ждать. Адриан без проблем скрутил их — и выбросил из окна в специально заготовленный магический тюремный круг.

А вот третий убийца приперся перед рассветом. И замаскировался так тщательно, что Адриан заметил бы его только на расстоянии ста метров. А я не спала — и почувствовала раньше. Поэтому пришлось брать ноги в руки... э-э-э, то есть, лапы в лапы — и шустро идти к наемному убийце, чтобы он снова не разбудил Адриана. Почему? Да потому что прерывистый сон — это очень плохо! Это сейчас Адриан молод и здоров, а что дальше будет? Мой учитель часто говорил, что здоровье нужно беречь смолоду, а он бы ерунды никогда не сказал.

Наемный убийца оказался чрезвычайно хиленьким ментально. Я всего-то вышла ему навстречу, помахала лапой и немного ломким голосом поинтересовалась, дорога ли ему жизнь и не хочет ли он уйти целым и невредимым...

Ладно, не ломким, а тем, который пугал временами даже подчиненных Адриана.

Наемный убийца (явно неопытный!) попросту сел на пятую точку. И я, без капли стеснения, прыгнула ему на коленки и выпустила немножко своей ауры.

Немножко... ядовитой.

Дозу рассчитала верно: до утра не очнется, но и не помрёт. Возможно, кто-то будет удивляться, что он тут делает, но следы отравления не должны заметить.

— Не говори. Сейчас это не самое актуальное. Допустим, из окна он тебя не выбросит. И даже не ударит, выдержка у него хорошая. Но что если он... — Сильвия замолчала.

Пауза затягивалась.

— Он что? — уточнила я.

— Разденется при тебе?

— И?

— Ну, будет полностью голым! Вдруг такое произойдет?

— Не вдруг, а произойдет, — невозмутимо ответила я. — А как спать должен? Одетым?

— Почему бы и нет?

— И ванну одетым принимать будет? — не сдержала я сарказма.

— Твой план... Он и посещение его ванны включает?!

— Конечно. Если все делать, то толково и с расстановкой, какие-то выборочные действия недопустимы.

— И тебя ничего не смутит? Он же будет голым! Голым, Лейла! И ты на него...

— Смотреть буду, — фыркнула я. — Какой кошмар! Ай-яй! Как будто я голых мужчин никогда не видела.

Сильвия аж замерла на месте, уставившись на меня круглыми кошачьими глазами:

— Кто тебе сказал, что я об этом беспокоюсь? Говоришь так, словно я не знаю, сколько голых мужчин и женщин ты видела, когда занималась лечением.

— А о чем тогда?

— Ну-у-у... О том, что ты... — Сильвия замялась.

— Я на него что?

— Набросишься?

Если бы я была в своем человеческом обличье, то я бы, несомненно, выказала необходимую долю удивления. Но в виде кошки все, что я смогла сделать — это плюхнуться на пятую точку.

— И зачем?

Вы меня, конечно, извините! Но голых мужчин я видела — и ни на кого не набрасывалась. Конечно, столь хорошие по характеру и ничуть не менее роскошные внешне мне еще не встречались, но за мной вообще никогда подобных порывов не наблюдалось! Наброшусь, ага. Это они обычно мой активный целительский интерес воспринимали как-то не так.

— Конечно, чтобы проверить его здоровье с ног до головы, — ответила Сильвия. — Я прямо вижу, как ты ставишь подножку, разгоняешься, прыгаешь на абсолютно голого Адриана и проверяешь, проверяешь, проверяешь! Думаешь, сможешь сдержать себя?

А-а-а, Сильви про это. Я с облегчением выдохнула и успокоила подругу:

— О, не волнуйся, я уже.

— Что уже?

— Уже набрасывалась на него. Пока он спал.

— Без его согласия? — тихо произнесла Сильвия.

— А ты предполагаешь какие-то варианты, когда я могла его спросить? Может, стоило, сидя на его груди в виде кошки, перевоплотиться, чтобы поинтересоваться, не против ли он, если я проверю состояние его организма?

— Нет, не стоило. И исцеляла?

— И исцеляла, — подтвердила я.

— Так вот зачем ты меня просила Адриану подарить амулет, который работает так, что ни я, ни мэтр Горм, ни один маг в этом мире не в состоянии понять! Хотела замаскировать эффект от своего лечения? — мигом сообразила Сильвия.

— Верно.

Я редко рассказывала, что и почему просила сделать, как, собственно, и Сильвия. Мы вообще довольно часто так работали вместе: без каких-либо объяснений, дополнительных слов. Кто-то скажет, что это глупо, что нельзя так доверять людям. Но в том мире, где мы жили, лишь это безусловное доверие помогло нам выжить. Пока другие тратили время на сомнения, выяснение мотивов, мы просто доверяли друг другу и действовали быстрее. И успевали выжить тогда, когда другим попросту не хватало времени.

— Но больше так не делай, — попросила Сильвия.

— Что именно не делать? Не набрасываться на Адриана и не исцелять его?

— Нет! Больше не проси меня ему что-то дарить. Это, знаешь ли, неправильно понимают. Даже Юстас немного ревновал, как мне показалось. И сплетни наверняка ходили.

— Кстати, Сильвия, насчет сплетен. Конечно, я и ты совсем не Кристэль, которая не могла вытащить нужную ей информацию исключительно из абсолютной пустоты, но сплетни и нам бы с тобой послушать не мешало. В конце концов, кто-то пытается тебя подставить.

— Или это совпадение.

— Все может быть, но давай ты тоже внимательно присмотришься к окружению.

— Хорошо. Если это не совпадение, то я примерно догадываюсь, кто это может быть, — сдалась Сильвия.

— Кто?

— Не скажу, — ответила Сильвия.

Знаете, лекари — это тот народ, который совершенно точно не склонен к бессмысленному насилию и принуждению. Но в этой ситуации мне любой, абсолютно любой человек скажет, что насилие по отношению к людям, сказавшим «а» и не сказавшим «бэ», как говорил наш учитель, будет не только осмысленным, но абсолютно оправданным и логичным.

— Почему? — спросила я, решив, что если не получу удовлетворительный ответ, то точно склонюсь к насилию.

— Потому что если я тебе расскажу, кого подозреваю, ты спросишь причины. Если скажу причины, то ты станешь этого человека недолюбливать. А я бы не хотела, чтобы это произошло.

Сильвия посмотрела на меня и похлопала глазами. Я на Сильвию смотреть не стала — я просто на нее прыгнула со словами:

— Кто это?!

Я всего-то хотела ее повалить, но совершенно случайно, кажется, царапнула бок. Ничего страшного, не только чуть-чуть побью, но и оздоровлю.

— Хтонь в решето! — огрызнулась Сильвия совсем как когда-то в детстве.

И укусила меня за ухо! Я не выдержала — теперь ее хвост был в моей пасти.

Две дерущиеся, пусть и не всерьез, кошки — это нечто. Первыми не выдержали цветочки — они попросту выкинули нас подальше. А дальше...

А дальше случилось то, за что нам с Сильвией будет стыдно всю жизнь. Всю долгую-предолгую жизнь. Я почти цапнула Сильви за лапку, как она взлетела. Точнее, ее за шкирку утащил второй принц Юстас.

— Сильвия, ты мне скажи, пожалуйста, что ты тут делала?

Сильви молчала. И я полностью ее понимала. Эта ситуация была чрезмерно смущающей!

— Я подскажу, — раздался голос Адриана.

Он уже вернулся? Прямо сейчас?! Почему так быстро?

— Ты что-то видел?

— Нет, я кое о чем могу догадаться. Видишь ли, моя кошка, которая постоянно находилась на территории поместья, исчезла. Сама бы она ни за что не смогла выбраться — там барьеры, которые сможет обойти лишь очень могущественный маг. Например, настолько сильный, как госпожа Сильвия. Которая и забрала зачем-то мою Лалу.

— И после обратилась в кошку и подралась с настоящей кошкой? — спросил Юстас, на лице которого было неописуемое выражение.

Конечно! Потому что все это звучало так, будто Сильвия окончательно и бесповоротно сошла с ума. В здравом уме такое не сотворишь. И тут я поняла: Сильви ведь действительно могут посчитать ненормальной? И что мы тогда делать будем?

Может, мне превратиться обратно в человека и все объяснить? Я совершенно точно не хотела, чтобы возлюбленный моей подруги отправил ее к душевному лекарю!

Прежде чем я успела сделать какую-то глупость, Сильвия превратилась обратно в человека.

— Мы с ней не дрались, господа.

— А что вы делали?

— Игрались, — ответила Сильвия и, поймав полный недоумения взгляд Адриана, пояснила: — Вы не видели, как кошки играются друг с другом?

— Видели. Но это не похоже на то, что сейчас происходило. Мне казалось, что ты пытаешься прокусить ей ухо.

Сильвия выразительно закатила глаза:

— Я похожа на сумасшедшую?

— Ты дралась с кошкой... — начал Адриан.

— Мы с ней игрались. Ей было весело. И для меня это отличная тренировка. Вы хоть представляете, как нелегко поддерживать кошачьи повадки на должном уровне? Даже Юстас в свое время не сразу распознал, что я не кошка.

— Понял. — Адриан кивнул. — А ты можешь тренировать... кошачьи повадки с кем-то, кроме Лалы? Боюсь, если я еще раз это увижу, мое несчастное сердце разорвется от ужаса. И все дела тайной канцелярии придется выполнять не мне, а Юстасу.

Ага, очень выразительный намек, что не стоит морально травмировать этого хрупкого мужчину с не менее хрупкой психикой, у которого в саду плотоядные растеньица живут.

— Нет, не могу. Не хочешь, чтобы я случайно забрала Лалу, пока ты ходишь по делам, присматривай за ней лучше. Глаз не спускай, — сказала Сильвия, чуть усмехнувшись.

Какая умница! Я ведь планировала следовать за Адрианом по пятом, не давая ему проходу. А когда бы он собрался куда-то уехать, то я бы долго, протяжно и жалобно мяукала, намекая, что с честной кошкой так поступать нельзя, нельзя бросать ее одну надолго. И тем самым я бы получила возможность отправиться за Адрианом куда угодно. В том числе и в ту самую подозрительную деревушку, где люди заболели чем-то непонятным. Вероятность успеха была пятьдесят на пятьдесят. Но благодаря Сильвии она стала стопроцентной!

В конце концов, любитель пушистых милых питомцев Адриан ни за что не оставит свою кошку дома, зная, что какая-то странная волшебница может свободно войти в его особняк, забрать котейку и устроить какие-то кошачьи бои, именуя их тренировками.

Ай да Сильвия, ай молодец какая!

— Мяу, — жалобно выдавила я и потерлась головой о ладонь Адриана, глядя на него большими-пребольшими кошачьими глазами.

— Это моя кошка, — начал Адриан...

— Спорный вопрос. Это я в тебя эту кошку кинула. И ее принадлежность можно оспорить, правильно, Юстас?

Адриан и Сильвия уставились на Юстаса, который вздохнул:

— Вы же не дети?

— Все маги немного дети в душе, — сказала Сильвия, пожимая плечами. — Я никогда ничего плохого не делала и не сделаю Лале. Клянусь своей магией. Но поиграться обязательно возьму.

Адриан не стал спорить, завершил дела, забрал меня в поместье. И принял решение.

Об этом решении я узнала на следующее утро. И нельзя сказать, что оно привело меня в восторг.

— Может еще один? — спросил Адриан, постукивая пальцами по рабочему столу.

— Вы уверены?

— Конечно. Для Лалы мне ничего не жалко, — великодушно ответил Адриан.

А меня саму тебе ни капельки не жалко? Будь я обычной кошкой, то даже встать бы не смогла. Хромала, падала, не говоря уже о том, что наверняка бы потеряла часть шерсти. И не только от стресса, но и от количества прикрепленных на мне побрякушек.

Двенадцать защитных амулетов на одной маленькой хрупкой кошечке — это перебор! Да я лучше с Сильвией ежедневно драться буду, чем носить столько всего на себе.

Маг-артефактор прикрепил к бусам на шее еще один кулон. Почему бусы? Потому что ошейник для прекрасной Лалы, по словам Адриана, это перебор. Пусть обычные дворовые коты его носят, а кошка главы тайной канцелярии должна выглядеть достойно.

Поэтому на мне теперь украшение, стоимость бусины которого приравнивалась к годовому доходу какого-нибудь мелкого барона. Кристэль точно пришла бы в восторг, если бы все это увидела. А я...

А я сделала шаг на рабочем столе Адриана и пошатнулась. Маг-артефактор взглянул на Адриана укоризненно:

— Вы уверены, что нужно столько амулетов?

— К сожалению. Ее безопасность намного важнее ее удобства.

Адриан протянул ко мне руку — и я едва ее не укусила. Ну а что? Раз мои укусы и царапины лечат от болезней, то может быть вылечат голову этого мужчины? Зачем цеплять на меня артефакты, возьми меня с собой, с собой!

Но, увы, Адриан намека не понял, довольно улыбнулся — и, наложив на меня несколько заклинаний, облегчающих вес амулетов, пошел собираться в путешествие. И, конечно же, в то место, где он смог бы расследовать дело странной болезни. Я никак, абсолютно никак не могла это пропустить.

У меня было два варианта: либо снять с себя все эти украшения, либо преследовать Адриана тайком. Преследовать мастера меча — та еще задачка, но и я неплохо умела маскироваться. А вот снять с себя побрякушки было намного сложнее: они ведь зачарованы так, что их никто, кроме Адриана, не сможет снять. Конечно, если Адриана убьют, то они упадут сами. Но, во-первых, такие хорошие, пусть и странные мужчины — дефицит, нельзя их убивать просто так. В конце концов, кто меня еще так вкусно кормить будет? Во-вторых, банально некому его убивать. С ним по силе сравниться разве что Юстас, а тот точно не станет нападать просто так.

В общем, способов уничтожить охранные амулеты не было. Вы не подумайте, что я не пробовала. Пробовала, еще как! И просто пыталась снять, и с Сильвией по амулету связи говорила, и даже собственную ядовитую ауру выпускала, пытаясь с ними что-то сделать. Я от отчаяния даже пошла в сад с плотоядными растениями, надеясь, что те поймут, что мне надо и сожрут эту гадость. Растеньица оказались разумными, все поняли, вот только попытавшись надкусить, едва не сломала себе зубы, обиделись и прекратили со мной общения.

— Простите, — бросила я напоследок. — Я обязательно принесу кого-нибудь полакомиться.

Кого-нибудь гадкого, мерзкого и заслуживающего смерти. Надо же как-то извиняться перед этими хорошими ребятами. Так и найдя способ снять с себя все это добро, я решилась на отчаянные меры — преследовать Адриана, замаскировавшись.

Если бы я знала, чем все закончится, признаюсь, я бы осталась дома, чтобы никогда-никогда не сталкиваться с подобным!

Адриан редко использовал кареты для передвижения, помимо официальных мероприятий, отдавая предпочтения поездкам верхом на своем боевом коне.

И боевой — это не от того, что его использовали в бою. А потому что этот конь бил абсолютно всех, кто ему не нравился. Нравился ему исключительно Адриан, а потому ни один человек не рисковал подойти ближе пяти метров, потому что конь воспринимал такое приближение то ли за провокацию, то ли за попытку его украсть, то ли ему просто нравилось бить тех, кто ему не нравился. Ну, нельзя сказать, что я его не понимала. Но лишь частично. Потому что я бы избила только отдельных личностей (если бы могла), а этот конь бил практически всех. Даже я не рисковала к нему близко подходить. Уж извините, копытом в лоб получить не хотелось. Плотоядные цветочки и то поприятнее. В этом был минус.

А плюс в том, что и другие не решались подойти. В том числе и слуги, которые собирали для Адриана специальную межпространственную сумку, складывая туда все необходимое: от запаса еды и исцеляющих зелий до одежды. И если подобраться к коню было невозможно, то подобраться к сумке — вполне реально. Как и залезть в нее. Меня будет не видно и не слышно, даже аура исчезнет. Пока Адриан не откроет сумку (а он точно не откроет ее в ближайшее время, пока мы не отъедем от дома на приличное расстояние, когда уже будет поздно возвращать одну невнимательную кошечку обратно), никто и ничего не заметит. Единственный минус такой межпространственной сумки в том, что она не рассчитана на перевозку живых объектов. Залезть я туда могу, даже выберусь здоровой, но для этого мне придется прилично эту самую сумку разгрузить, потому как живые объекты занимают в ней огромное количество места. То есть, можно поместить либо палатку, меч, десяток смен одежды, килограммов пять еды, либо одну маленькую кошку.

У Адриана сумка улучшенного качества, так что там мне места должно было хватить.

Почти.

Когда я пробралась мимо довольно-таки расторопных слуг в специальную комнату около конюшен, где собирали вещи для Адриана и других его людей, то безошибочно определила, какая же сумку принадлежит ему. Попробовала запустить лапку внутрь, осознала, что места не хватает. Совсем немного, совсем чуть-чуть, но, увы, не хватает. Нет, я бы сама влезла, но амулеты тоже казались этой сумке «тяжелыми».

Так как я шла в комплекте с амулетами, то пришлось вынимать кое-что из вещей Адриана. Здраво решив, что самое ненужное в этом походе — это одежда, я вытащила ее. В конце концов, одежда на Адриане магическая, которая не пачкается, так что никаких проблем не возникнет же, да?

Второй проблемой было то, что эту одежду надо было спрятать где-то. Ну не в комнате же на полу оставлять? Легко обнаружат ее, начнут выяснять, в сумку заглянут...

И я не нашла ничего лучше, чем запихать одежду Адриана в сумку. Чужую сумку. Возможно, даже женскую — признаюсь, не особо беспокоилась, положила в ближайшую. Залезла в нужную и принялась ждать. В конце концов, надо же убедиться, что я попаду именно в надежные руки Адриана.

Убедилась. Благополучно заснула. Проснулась. Все в том же мешке. Хм, странно, разве Адриан не должен был уже открыть сумку и взять отсюда хоть что-то, заодно обнаружив и меня? По моим внутренним ощущениям прошло много времени с того момента, как Адриан покинул поместье. Что-то... случилось?

Моего терпения хватило надолго. На целых десять минут.

Ну а мало ли? Вдруг Адриан там помирает, а я тут уютненько сижу в сумке?

Я осторожно приподняла лапой верх сумки, выглянула: тишина и пустота. Ну, как пустота? Какой-то лес, кустики, коряги, но ни одного человека я не видела! И даже не чувствовала, потому что все еще находилась в межпространственной сумке, которая блокировала мою магическую силу.

Я сглотнула. Нет-нет, это не могло быть правдой! Адриан же не выбросил сумку куда подальше? Не потерял ее? Я, конечно, подобно Сильвии глубоким топографическим кретинизмом, как выражался мой учитель, не страдала, но навряд ли так уж легко смогу добраться до нужного места.

Я вылезла из сумки и с облегчением вздохнула. Пространство не безлюдное, в нескольких сотнях метров были люди. Это хорошая новость. Плохая заключалось в том, что все они то ли находились без сознания, то ли очень глубоко спали. Я склонялась к первому пункту.

Выбравшись из сумки Адриана, я попыталась найти его, но безрезультатно: даже клочка ауры не обнаружила. Так, пора в разведку. Я пошла в сторону, где чувствовала ауру людей, пробираясь через кочки. А лесок забавный. Ядовитая темно-фиолетовая змея, длиной в полтора метра, двинулась в мою сторону, но стоило мне чуть показать свою ауру и зыркнуть глазами, как мигом изменила направление. Ага, распознала более ядовитую, чем она сама. Я с завистью проводила змейку, которая двигалась с поразительной скоростью. И пошла (даже поползла, через такие-то коряги!) к людям. Полечить или добить — все уже зависело от того, кто же там: магия была совершенно незнакомой.

Я вышла на небольшую полянку, которая определенно использовалась как временная стоянка: догоравший костер, разбросанные сумки, опрокинутая еда. Но никаких следов сражения. Даже люди, лежавшие на поляне кто как — бочком, ничком или прислонившись к дереву — не были ранены. И никаких потенциальных врагов рядом.

Люди, которых придется лечить, а не бить: если судить по форме, то это ребята Адриана. Что тут произошло? И где Адриан?!

Ладно, потом разберусь. Боюсь, Адриан расстроится, если потеряет кого-то из своих агентов, а я бы предпочла, чтобы он был бодр и весел. Я подошла к ближайшей девушке, которая лежала на спине. Залезла на нее и попробовала провести медицинскую диагностику. Хм, как странно! Словно она спит, но ни один воин не будет спать, когда на нем сидит нечто постороннее и неопознанное, вроде меня. Да и сон какой-то неправильный: тяжелый, глубокий, высасывающий силы.

Я помотала хвостом туда-сюда, пытаясь сосредоточиться. Ну и что мне делать? Как лечить, если я не знаю, что лечить?

У меня была лишь одна идея. И я тут же ее осуществила, бесцеремонно царапнув руку девушки. Ну а что делать? В эффективности своих царапок я не единожды убеждалась. Мало того, что полезно, так еще и удовольствие приносит. Моральное. Мне, а не тем, кого я царапаю.

Исцарапав практически всех, кроме мужчины, лежавшего прямо в центре лагеря, я с удовольствием отметила, что люди начинают медленно выходить из того самого «неправильного» сна, который мне не понравился. Я про себя довольно улыбнулась и прыгнула на спину последнего мужчины, который лежал ничком. Только я занесла над ним лапу, как услышала:

— Что тут происходит?

Траекторию движения кошачьей лапы я изменила буквально в последнюю секунду: сделав странный круговой замах, я успела поднести ее ко рту и лизнуть. После чего еще раз лизнула — на всякий случай. И взглянула на Адриана.

Адриан смотрел на меня, чуть склонив голову. Он держал за шкирку полуживого мужчину в абсолютно черной одежде. Свой? Нет, судя по тому, с какой брезгливостью Адриан продолжал удерживать его, то точно не свой. Да и магические путы крепко оплетали несчастного. Тот внезапно дернулся и открыл глаза, уставившись на меня. Оглядел всю полянку, после чего снова продолжил рассматривать меня. А я что? Я лапку лизала.

Адриан стоял на месте, не двигаясь и хмурясь. Нехорошо как. Надо что-то срочно сделать. И единственное, что мне пришло в голову, это выдавить из себя:

— Мяу.

Мое мяу прозвучало надрывно и слегка сюрреалистично. Мужчина, которого удерживал Адриан, внезапно дернулся и посмотрел на меня полными ужаса глазами. Я почти оскорбилась! Между прочим, за время пребывания в теле кошечки, я научилась вполне прилично мяукать. Ну, по крайней мере, раньше было однозначно хуже, теперь я хоть по звукам на кошку смахиваю.

— Лала? — несколько удивленно спросил Адриан, разглядывая меня. — Какая магическая аномалия тут произошла?

Мне бы кто сказал. И какая магическая аномалия принесла тебя сюда, Адриан? Да еще и так, что я, целительница и очень чувствительный к магии человек, ничего не ощутила?

— Мяу, — невозмутимо ответила я, глядя на спину мужчины, которого так и не успела царапнуть.

Он же не помрет тут, пока я ограничена в своих действиях.

— Сумасшествие какое-то, — пробормотал Адриан, оглядывая поляну.

Я прошлась по спине мужчины в сторону головы. Ага, вот шейка голенькая, родименькая, мы сейчас аккуратненько на нее встанем, коготочки выпустим — и будет как новенький.

Невозмутимо продефилировав по мужчине, я спрыгнула на землю и пошла в сторону Адриана. Ну а что мне еще было делать? Я совершенно ни в чем не повинная кошка, ничего плохого не делала, ничем странным не занималась.

— Посиди-ка на месте, Лала, — попросил Адриан, от чего я послушно плюхнулась на пятую точку там, где была.

В это время Адриан внезапно со всей силы швырнул мужчину в плаще о землю, от чего тот застонал. Поставив ногу прямо на живот этого бедолаги, Адриан очень тихо спросил:

— А теперь скажи, что ты с ними сделал.

— Хе-хе, — выдавил мужчина.

Ну, если бы он не всхлипывал вместе со смехом, то смотрелся бы более внушительно. А так мне было его почти жалко. Но если именно он виновник того, что все вокруг меня погрузились в сон, то не очень в итоге.

— Если ты не скажешь, что происходит с моими людьми и почему они без сознания, то я...

— Убьешь меня? — выплюнул мужик. — Ну давай, убивай. Я все равно умру.

— Нет уж, — ухмыльнулся Адриан. — Зачем тебя убивать? Я всю твою магию в твоем же теле выверну так, что ты будешь молить о смерти, но ее не получишь. И тогда ты мне все скажешь...

— Не дождешься, — сказал мужчина. — Я тебе ничего не скажу, потому что умру быстрее, чем ты приступишь к своим пыткам. Я уже принял яд. И тебя посмертно прокляну так, что... А-а-а!

И чего орать-то?

Я же аккуратно! Ну, подумаешь, прыгнула прямо на лицо, расцарапав щеку и лоб. Но ты же мужчина! Судя по форме — вообще какой-то ассасин, тебе положено быть спокойным, стойким, уверенным в себе до конца. Зачем орать-то так? Хорошо, что плакать не начал...

А, начал.

Адриан подошел с таким видом, что, признаюсь, не изучи я этого мужчину чуть получше, сама бы заплакала. Просто на всякий случай. Чтобы меня приняли за дурочку, решили, что нечего с такой нервной брать и оставили в покое.

Я спрыгнула с лица мужчины, с удовольствием осмотрела дело лап своих: при таком количестве царапин яд точно не убьет его. По крайней мере, быстро. А это значит, что Адриан сможет вытащить всю необходимую для себя информацию.

— Лала! — Адриан схватил меня под живот и поднял, прижимая к себе.

Неудобно, но приходилось терпеть.

— Мяу.

— Мяу, мяу, — передразнил меня Адриан. — Непослушная кошка. Что ж ты своими чистыми лапками по всякой грязи ходишь?

«Грязь» пошевелилась и, кажется, начала пытаться уползти.

— Куда собрался? — спросил Адриан, вокруг которого взметнулась магия, окружая врага и прижимая его к земле. — Я еще с тобой не закончил. Даже не начинал.

— Уже не успеешь, = просипел мужчина. — Всего двадцать секунд осталось — и все. Жаль, что напоследок мне придется смотреть в твою мерзкую рожу. Зато... кхе-кхе... после моей смерти ты сполна познаешь горе, когда все твои люди умрут.

Эти слова имели бы совершенно другой эффект, если бы мужчина на земле не хлюпал носом из-за плача. Да и Адриан, который сначала был немного нервным, внезапно успокоился. И я понимала почему. Адриан не был лекарем, но его способности к анализу магии заметить проще простого. Даже я бы не стала без необходимости раскидывать магическую сеть, чтобы разом проверить всех людей на полянке. И эта сеть, судя по всему, отчетливо дала Адриану понять, что все находящиеся тут точно не умрут.

— Я не хочу тебя разочаровывать, — начал Адриан, — но двадцать секунд уже прошло. Ты время перепутал или умирать передумал? Ты скажи, чтобы я зря свои силы не тратил. Если перепутал, то я подожду, а если передумал, то можно и к пыткам приступить.

— Я... вот... сейчас... сейчас уже... — начал бормотать мужчина, закрывая глаза.

— Какое интересное у тебя «сейчас», — фыркнул Адриан.

— Ты бы лучше о людях своих позаботился. Скоро их ауры взбунтуются — и уничтожат сами себя.

— Также скоро, как ты умирать собрался? У них все в порядке с аурами, — улыбнулся Адриан.

— Да не может быть! — воскликнул мужчина, резко садясь на пятую точку.

— Вполне может. Что ж, тот, кто должен был умереть за двадцать секунд, выбирай. Или ты мне скажешь, что ты сотворил с моими людьми, кто посмел похитить Лалу или же... — Адриан улыбнулся так, что стало понятно — первый вариант единственный, который может быть разумным.

Увы, разум и этот человек явно были в плохих отношениях, поэтому он говорить отказывался. Минут десять примерно, потом все выложил как на духу. Ну, все, кроме одного-единственного момента.----------Новинка Екатерины Богдановой! Меня предал и обманул муж, я всё потеряла, но получила шанс вернуться назад и изменить свою жизнь. Вот только исправляя своё прошлое, я безвозвратно изменила будущее одного таинственного дракона, который думал, что знает всю свою жизнь наперёд. И что же вас не устраивает, лорд Таймус Эрол? Учитесь удивляться! Со мной вам скучать не придётся…

— Так ты мне ответишь или нет? — спокойно, очень спокойно спросил мужчину Адриан, прижимая магией к земле.

Кто бы знал, как мне хотелось превратиться в человека и сказать Адриану, что если он хочет получить ответ на интересующий его вопрос, то не нужно вдавливать лицо этого человека магией в землю. Там рот, через который, по идее, наш преступник должен был ответить!

Я понимала Адриана. Столько воздействовать на нашего врага и получить все ответы, кроме одного — это очень подозрительно.

Я понимала нашего врага. Почему? Да потому что не мог он знать ответ на этот вопрос, не мог!

— Я еще раз тебя спрашиваю. Кто. Тебя. Надоумил. Похитить. Мою. Кошку.

— Не знаю! — заорал мужчин, кое-как оторвав голову от земли. — Я ничего не знаю про вашу кошку. Правда. Правда-а-а-а.

— Мяу! — сказала я, надеясь, что Адриан каким-то чудом поймет меня и прекратит пытать бедолагу.

— Не знаешь? А вот Лала думает иначе. Зачем ей мяукать, если ты не при чем? — спросил Адриан.

— Может п-просит вас остановиться и больше ничего не делать, потому что я не при чем? — икнул мужчина.

— Или предлагает тебя убить? В конце концов, ты человек, укравший кошку. У тебя вообще не может быть ничего святого, если ты решился на такой поступок, — заметил Адриан. — Кто и откуда узнал про Лалу? Кто советовал ее украсть? И как вы это сделали, не затронув магические охранные контуры моего поместья? Выманили ее? Подговорили кого-то?

Я бы вздохнула, но кошки не вздыхают, да? Второй раз мне захотелось превратиться в человека, чтобы объяснить все Адриану. Мужчину мне было не жалко, а вот Адриана — очень даже. Он же... дотошный такой! Ну, не тогда, когда речь идет о его собственном здоровье. Оно в качестве исключения, скажем так. А вот во всем остальном — очень даже! Это же какую тотальную проверку Адриан устроит своим слугам и охране...

— Да я вообще не знал, кто такая Лала... — прошептал мужчина и отрубился.

Адриан разочарованно вздохнул:

— Ну вот и как таких слабаков в разведку берут? Даже отравить нормально никого не смог.

Ага, и то верно. Вот этот красавчик — совсем не отравитель. По меркам моего предыдущего мира, он бы даже на обыкновенного вредителя не потянул. Все, что он сделал — это завел людей Адриана в специальное место, где те чего-то там то ли надышались, то ли наглотались. Эффект у этого яда (надо заметить, магического яда, потому как иные на ауру не действуют) отложенный, поэтому плохо всем людям Адриана стало не прямо на том месте, где они отравились, а уже на временной стоянке.

Зачем этот человек пытался всех убить? Заказали.

Кто? Он и сам не знает. Платили хорошо, заказывала гильдия, у которой заказало другое общества, а у того общества — еще кто-то. Концов тут определенно не найти.

Зачем? Ну, тут еще сложнее.

Врагов у людей Адриана много, у самого Адриана — еще больше. В конце концов, глава тайной канцелярии. Враги королевства, враги королевской семьи, враги Юстаса, личные враги... Недовольные аристократы, которым не нравилось то, как всем заправляет Адриан. Или нравилось, но они были уверены, что сами они сделают намного лучше — надо всего-то подставить Адриана.

Если начать искать тех, кто как-то пытался ему или его подчиненным навредить, то можно и на несколько лет во всех этих делах зависнуть. Адриан же, как это правильно учитель называл... пацифист, вот. Если его пытались убить, но были слишком далеки от цели, то Адриан не платил тем же. Заявлял, что человеческая жизнь очень ценна, нельзя ее так просто отнимать. А вот манипулировать этими людьми, угрожать им, взимать моральную компенсацию и делать другие вещи на благо королевства — это всегда можно и нужно.

— Так, ладно, с ним все понятно. Но что нам, милая Лала, делать с моими людьми, попавшими в такую глупую ловушку?

Люди были против того, чтобы с ними что-то делали. Категорически. Свой протест они выражали тем, что лежали молча на земле, притворяясь трупиками.

Откуда я знала? Ну, во-первых, сама так делала не единожды, а, во-вторых, целитель легко мог отличить человека, который спал, был без сознания или же лежал, активно имитируя первый два состояния.

Что могла я — то мог и Адриан.

Адриан вздохнул, перехватил меня поудобнее (я была совершенно не против! Пусть лучше он носит меня со всеми этими тяжеленными артефактами, чем я ношу их на себе) и подошел к одному из подчиненных.

— У вас есть ровно три секунды, чтобы встать, иначе вас разбужу я.

Я невольно вспомнила, как меня будил Адриан, когда я спал рядом с ним на второй подушке. Очень осторожно, как будто боялся, что я рассыплюсь от одного прикосновения, касался шерстки на спине, нежно-нежно гладил и шептал:

— Просыпайся, Лала.

Если я не реагировала, то он осторожно касался кончика ушей. И я все же вставала и глядела на него укоризненно. Одним кошачьим глазом, потому что второй не могла разлепить. Ну кто же знал, что нахождение в кошачьем теле так активно повышает любовь ко сну?

— Пора вставать, пора кушать, — продолжал нашептывать Адриан.

Я отвлеклась от воспоминаний и увидела, что все мирно лежавшие на полянке подчиненные резко повскакивали. Тут два варианта: либо ласковое пробуждение им не нравится, либо пробуждение для подчиненных у Адриана несколько... другого плана.

В принципе, были у меня подозрения, что я не очень хорошо представляла, как именно Адриан общается с подчиненными. Он вообще был очень разным.

Спокойный и дружелюбным рядом с Юстасом, преувеличенно вежливым и галантным до сарказма рядом с другими аристократами, издевательски ехидным при общении с казначеем, у которого по официальным бумагам находился в подчинении, а по неофициальным — служил надзирателем. И очень милым и добрым со мной. И с детьми. И с плотоядными растениями.

А вот как он общается с подчиненными, мне предстояло узнать прямо сейчас.

Строго, очень строго. Несчастных пострадавших не утешили, даже лекаря не предложили! А отчитали так, что страшновато становилось. Нет, Адриана можно понять: на такой работе нельзя работать с теми, кто не способен о себе позаботиться! Но они-то не виноваты.

Яд коварный, даже я его не распознала, хотя я специализировалась на ядах в своем мире, так как могли те, кто не является лекарем, понять? И вопрос про кошку! Хватит задавать его всем подряд. Спрашиваешь ты, а стыдно мне.

— Так, отложим текущие неразрешимые вопросы до вашей переподготовки...

Дружный стон доказывал, что переподготовка была намного хуже работы.

— Что теперь? Мы продолжим задание?

— Нет, я вызвал другую группу, вы же останетесь для подстраховки в местной гостинице. Ну а еще я бы хотела вам задать один немаловажный вопрос. Как вы перебороли этот яд?

— Не знаю, — ответила одна из девушек. — Я думала, что уже все, но в какой-то момент мне стало намного лучше. Вы подозреваете, что он аналогичен тому, что применили в той деревне?

— Сложный вопрос. Но яд в вас был, он работал. Или это случайность, что вы выжили, или поразительное везение, или какие-то факторы. В первые два я не верю, а вот факторы хотел бы узнать.

— Мы ничего не делали.

— Хорошо, что менялось? Вспоминайте. Направление ветра, случайное заклинание, магический всплеск? Что именно стало другим, когда вам стало лучше.

— Ничего, — покачал головой мужчина, после чего усмехнулся: — Разве что ваша кошка. А чего она так дергается странно?

— Бейран, если ты ничего странного не заметил, то будь так добр, прямо признайся в своей некомпетентности. Лала не дергается.

— Но!.. — начал мужчина, но тут же стушевался под взглядом Адриана.

Я не дергалась. Это артефакты дергали меня вниз! Тяжелые, да еще в таком количестве и с таким магическим эффектом. Меня если бросить в кого-то, то точно пришибу. И нет гарантии, что именно защитной магией, а не своим весом.

— Ваше сиятельство, может вам немного помочь вашей кошечке? Она же так помрет... — осторожно заметила одна из женщин.

— У Лалы все в порядке с аурой, — возразил Адриан. — Вы пытаетесь избежать наказания?

— Мы пытаемся спасти вашу кошку. На ней артефактов больше, чем шерсти, — заметила та же женщина.

Какая красотка! Внешне не знаю, у нее маска была практически на все лицо, я даже цвет глаз сквозь прорезь рассмотреть не могла, а вот мозги ее прекрасны и очаровательны. Сколько окружает умных людей — и лишь она одна посоветовала Адриану что-то толковое.

И самое главное — это сработало.

Буквально через полчаса я сидела на коленках Адриана в какой-то хибарке, которую использовали как перевалочный центр. Замаскировали ее качественно: жалкая лачуга выглядела так, словно развалится от дуновения ветра. И если бы не обещание Адриана снять с меня лишний вес, то есть, артефакты, то я бы вырвалась и сбежала бы. Хочет страдать — пусть делает это один. А если и сознание потеряет, то вообще прекрасно: вылечу, пока никто не видит.

Опасалась я все-таки зря: внутри все было пустовато-бедновато, но очень прочно.

— Господин, мы точно должны вот так терять время? Может не ждать вторую группу, а отправиться самим? — спросил один из мужчин. — Вы буквально через неделю должны присутствовать на королевском балу, там подготовки дней на пять, не меньше. А если не успеете?

— Думаешь, за неделю я не получу нужную информацию?

— Получите. Но дорога, к тому же, вы снова явитесь без спутницы, а это... чревато.

— Говори прямо, Бейран, что не хочешь дополнительной работы, — заметила та женщина в маске, садясь на пол. — Иметь дело с принцессой, которая положила глаз на его светлость — та еще задача. Лучше уж десять расследований провести...

— И раз пять отравиться до смерти, — поддержал мужчина, передернувшись.

Принцесса? Что еще за принцесса достает главу тайной канцелярии?

— Будем надеяться, что успеем все сделать вовремя, — заметил Адриан. — И я вернусь заранее, попросив старого пройдоху найти мне толковую спутницу из его учениц. По крайней мере, та принцесса не сможет ничего сделать с сильной волшебницей.

— Желательно еще и с целительскими способностями, — добавил Бейнар. — Я после того, как случайно прикоснулся к вашему письму, неделю провел в клинике, избавляясь от приворота.

— А тебя предупреждали, что надо все проверять в специальных перчатках, а ты все про свою магическую устойчивость к зельям говорил. Договорился, — фыркнула женззина.

— Господин, но почему вам не отправиться заранее? Тогда бы вы точно все успели. Даже с волшебницей план бы придумали, — спросил Бейнар.

— Есть некоторые дела, которые я должен решать самостоятельно. Потому что под подозрения попадают те люди, которых никто не имеет права подозревать. Никто, кроме меня.

— Вы же сейчас не про леди Сильвию?

— Нет, не про нее. Скорее, я про того человека, которому она не нравится. И который способен, при желании, доставить Сильвии много неприятностей.

Я постаралась не выдать себя, но уши все же навострила. Кто это? Кому помешала Сильвия? — --------------Во мне течёт королевская кровь, ведь мой отец — кузен самого монарха. Радости от этого никакой, о нашей семье нельзя говорить в приличном обществе. Для всего королевства мы не существовали... до тех пор, пока дракон самого желанного, самого саркастичного и холодного аристократишки во всем Вардене не решил присвоить мою драконицу… Дикую, строптивую, необузданную, как я сама. Вот только, почему она так легко сдалась на милость этому чешуйчатому и меня, заодно, цепями к его всаднику приковала?! Уж я так быстро не сдамся и плясать под дудку этого самоуверенного гада не буду!

— Вы про кого? — спросил Бейнар. — Разве в нашем королевстве есть кто-то, кого мы не можем подозревать? Конечно, кроме королевской семьи, но зачем...

— Бейнар, — простонала женщина.

Я прям чувствовала, как она закатила глаза.

Значит, Сильвия не понравилась кому-то из королевской семьи? Но кому? В королевской семьи всего четыре человека: второй принц Юстас, первый принц и наследник, король с королевой. Юстаса исключаем, первый принц? С учетом того, насколько у них с Юстасом хорошие отношения и как он благодарен Сильвии за спасение своего брата, не думаю, что стоит его подозревать. Король? Да он столько работает, что даже если бы Юстас привел вместо девушки кошку в качестве своей невесты, то навряд ли бы заметил.

Тогда остается королева?

Это... плохо. Наш учитель предупреждал нас о свекровях — тех самых загадочных женщинах, которые могут оказаться страшнее всех наших врагов, иногда — вместе взятых. У каждой женщины, которая решится выйти замуж, она будет.

Так вот. Если Сильвия выйдет за Юстаса, то у нее появится эта самая свекровь, мать Юстаса и королева. Вот она-то может Сильвию и невзлюбить за любовь к сыну. Для меня это все звучало абсолютно не логично.

Ну вот есть у вас человек. Одна любит материнской любовью, вторая — обычной. По идее, вы любите одного человека, а это значит, что вы сходитесь во мнении и желании заботиться об одном и том же человеке. Откуда тут взяться неприязни?

Но это так я думала, а учитель считал иначе. И ошибался он редко, поэтому, боюсь, будущая свекровь могла недолюбливать Сильвию и пытаться ее подставить.

Я улеглась поудобнее на коленках Адриана и продолжила подслушивать. Точнее, слушать. Я ведь делала это не тайком, все знали, что я тут и особо ничего от кошки и не скрывали.

Но больше никто не говорил: отряд сидел с понурыми лицами, а Адриан остался невозмутим.

— Господин, а нам точно стоит лезть в это дело? — внезапно спросила Бейнар. — Его высочество разберется лучше...

— Возможно. И сделает это быстрее. Вот только, Бейнар, ты бы когда-нибудь хотел подозревать свою мать? Или свою возлюбленную? Или обеих сразу? — спросил Адриан. — Вот и не задавай вопросов.

Действительно. Как старший брат, который заботится о младшем. Принц точно не его родственник?

Второй отряд прибыл быстро. Я даже пару знакомых аур обнаружила. Высокая рыженькая Риа, которая никогда не скупилась на комплименты в мою сторону, и мужчина, абсолютно не заботившийся о своих ранах.

А дальше мы отправились в ту самую загадочную деревню, где впервые проявилось заболевание непонятного происхождения. Перед этим, правда, Адриан все-таки сделал одно большое дело: снял с меня половину артефактов, от чего я могла стоять, не шатаясь, и ходить, не спотыкаясь. Нельзя сказать, что мне это очень пригодилось: весь путь до деревни я провела на Адриане. Сначала на ручках, потом на ножках, а после и вовсе на плече.

От этого места деревня находилась всего в получасе езды на лошадях, даже удивительно, что место, где было наше убежище, показалось мне абсолютной глушью. Деревня-то была огромной, шумной и веселой. Я бы сказала, что больше на городок походила.

Я, сидя на плече Адриана, внимательно осматривала окрестности и не могла не удивляться одной вещи: у вас тут несчастье, почему никто абсолютно не напуган? И ведут себя так, словно вся их жизнь — сплошная беззаботная радость?

Ответ обнаружился довольно скоро, стоило нам подъехать к дому старосты, который отвечал за управление.

В деревню уже приехали спасители, о чем нам чрезвычайно любезно сообщил староста. И не абы кто, а один из королевских следователей в сопровождении королевской гвардии. И ныне все они отдыхали на постоялом дворе, чтобы со всей тщательностью прямо завтра приняться за расследование.

Странно. Королевского дознавателя мог отправить исключительно кто-то из королевской семьи, а ведь именно монархов Адриан ни о чем не предупреждал, не желая тревожить Юстаса и создавать почву для подозрений.

Я запрокинула голову: на лице Адриана не дрогнул ни один мускул, хотя эта новость должна была стать для него такой же неожиданностью. Он лишь кивнул — и пара его людей незаметно отделились от основной группы и исчезли.

— Господа сказали, что решат проблемы нашей деревни на раз. И никакая хворь ее больше не коснется, — сказал староста — высокий и крепкий мужчина без капли магии и без единого хронического заболевания. Потрясающе. — А вы, ваше сиятельство, у нас нынче проездом?

Староста мыслил, как и большинство простых людей: если высокопоставленная особа, сам граф, которого нередко называли братом принца, то точно проезжал мимо, а не приехал помогать. И Адриан не планировал рассказывать, что он тут ради расследования...

— Нет, я тоже приехал расследовать дело с вашей хворью, — сказал Адриан.

Так, видимо, планы поменялись.

— Тоже? Как же так...

— По поручению второго принца Юстаса. Вы же знаете, что он заботится о простом народе как никто. Случай в вашей деревне встревожил его, и я как верный подданный, которому он доверяет, отправился расследовать загадочную болезнь.

— Но почему тогда прислали следователей?.. — начал староста — и тут же замолчал.

Быстро соображает. И о том, что есть кое-что странное в этой ситуации, и о том, когда стоит промолчать.

— Новость дошла до столицы не так давно. Видимо, разные люди сообщили принцам — и они не согласовали отправку людей. Это редкость, но случается. Первый принц чрезвычайно загружен, к тому же, сейчас разъезжает с дипломатическими миссиями, так что мог не успеть, — спокойно сказал Адриан.

Он так подробно объяснял, чтобы не пошло лишних слухов?

Выражение лица старосты стало очень странным.

— Кхм...

Адриан тут же подошел к старосте поближе и улыбнулся:

— Что-то не так? — тихо спросил он.

— Мне зачитали приказ. Людей сюда направил не первый принц, а король. Я очень удивился, ведь такие дела обычно лежат на плечах наших замечательных принцев.

— О, вот как.

— Странно, да? Вы уж, ваше сиятельство, не сочтите за труд, проверьте, не самозванцы ли к нам пробрались. Вас мы все знаем, видели в лицо и не единожды, магическая печать, подтверждающую носите. А те незнакомцы — ничего. Приехали на роскошных лошадях, обвешанные амулетами, приказ зачитали — и сразу в гостиницу заселились. Не буянили, бесплатного ночлега даже не спросили. Подозрительные какие-то.

— Обязательно, — пообещал Адриан. — Проверю как следует. Пока я здесь, вы можете не волноваться за свою безопасность.

— Пока я здесь, вы можете не сомневаться, что вся нужная информация будет у вас в руках, — ответил староста. — В том постоялом дворе и для вас места найдутся, господа. Что-то еще, ваше сиятельство?

— Да. Вы не вспомните случайно, как звали следователя, которого сопровождала королевская гвардия?

— Не скажу, — ответил староста. — Я бы запомнил, если бы он назвался. Или кто-то из королевской гвардии обратился к нему по имени, а так... «Господин следователь» и «господин королевский следователь» — иначе его не называли.

Адриан нахмурился, напрягся, но в тот же момент взял себя в руки. И как ни в чем не бывало ответил:

— Благодарю. Боюсь, дело не терпит промедления, нам срочно нужно отправляться на постоялый двор.

Адриан попрощался со старостой, моментально вскочил на лошадь и двинулся в довольно быстром темпе, как я понимаю, в сторону постоялого двора. Не галопом, в конце концов, на улицах полно людей, да и шмыгающих туда-сюда ребятишек многовато.

Один из людей Адриана поравнялся с ним и спросил:

— В постоялом дворе враги? Они и впрямь самозванцы, которые обнаглели настолько, что прикрываются королевским указом?

— Нет, конечно, — ответил Адриан. — Ни один самозванец не додумается платить за гостиницу, когда ему ее предлагают бесплатно. А вот королевский следователь оплатит обязательно. Потому что, во-первых, не с его денег оплата пойдет, а из королевской казны, а, во-вторых, им запрещено принимать услуги от простых людей бесплатно. Взяточничество пресекается.

— Тогда почему вы так торопитесь, если там не опасные самозванцы? Кто-то знакомый?

— Возможно, что кто-то знакомый, — ответил Адриан, выезжая на пустую улочку и заставляя лошадь прибавить шаг. — И если это именно тот, о ком я думаю, то возможны проблемы. Но я все же верю, что не настолько невезуч, чтобы из пятнадцати королевских следователей нам пришлось столкнуться именно с этим.

— Думаете, королевский следователь будет вставлять вам палки в колеса?

— Мне? Нет, конечно, я тут совершенно ни при чем. Но вот Риа... Они с этим следователем готовы убить друг друга. Если они столкнуться, боюсь, нас ждет чрезвычайно веселое задание.

Впереди внезапно громыхнуло так, что я аж подскочила на плече Адриана. Огромный столб огня взвился вверх — и тут же затух. Что это такое?!

— Тише, Лала, тише, — пробормотал Адриан.

Снял меня магией со своего плеча, я даже мяукнуть не успела, и засунул... к себе под плащ, поддерживая рукой под пятую точку и позволяя распластаться вертикально на его груди.

Это еще что такое, а?!

— Это ведь Риа? Это ведь со стороны постоялого двора?!

— Все верно. Давайте быстрее, иначе...

— Иначе Риа убьет следователя?

— Боюсь, все намного хуже, — ответил Адриан, прижимая меня к себе покрепче.

— Этот следователь убьет Риа? — воскликнул мужчина. — Это разве возможно? Она настолько сильна, что может посоперничать с вами!

— Следователь тоже не слабак, — заметил Адриан. — Впрочем, ты не о том беспокоишься — убить ее он не сможет. А вот разрушить единственный постоялый двор на всю деревню — без проблем. Я не против переночевать на голой земле, но в этот раз со мной Лала. Я боюсь, что ночевка на голой земле плохо скажется на ней.

Я чуть не дернулась. Что значит на голой? Я не буду так спать. Максимум — на голом Адриане, но в идеале — на нем же одетом!

— А, глупый вопрос. Как будто у кого-то хватит сил справиться с Риа. Не зря же ее прозвали огненной богиней войны.

— Ну, тут ты немного ошибаешься. Магических сил у этого королевского следователя точнл хватит, а вот моральных — нет, — усмехнулся Адриан. — Не из-за силы, а потому как давно и прочно в нее влюблен. А вот Риа его ненавидит.

— Он настолько плох? — усмехнулся мужчина. — Может нам его тихонечко того?.. Вчетвером — и все, зато Риа не будет по пустякам злиться.

— Тихонечко не получится, это ж королевский следователь, — возразил другой подчиненный Адриана.

— Но неужели он так плох? — спросил первый.

А мужчины, оказывается, те еще сплетники!

— Да нет, довольно хорош. Умен, влиятелен, богат, силен. Думаю, для большинства дам — прекрасный выбор, — заметил Адриан. — Но не для Риа.

— Почему?

Да-да, мне вот тоже хотелось знать почему. И узнала.

Оказывается, это бывший жених подчиненной Адриана. И Риа не Риа, а Рианесса фон Овертесс, дочь влиятельного семейства графов. В прошлом ее родители видели в ней не личность и талантливого мага, а идеальную возможность для заключения выгодного союза. И абсолютно не стеснялись выставлять свою дочь как как товар и гарантию сотрудничества.

Об этом как раз и узнал королевский следователь Маркус, которому пожаловали на тот момент титул герцога. Случайное знакомство с Рианессой переросло в приятельские отношения, которые грозили обернуться чем-то большим. Но все в миг разрушило согласие Маркуса жениться на Рианессе фон Овертесс. Не спросив ее согласия, а тайком подписав контракт с ее родителями, будто мнение девушки не имело никакого значения.

— А потом Риа сбежала из родительского дома, совершенно случайно приняла какого-то бандита за человека, посланного Маркусом, избила его до потери сознания и притащила к вам, — радостно подхватил один из мужчин.

— Точно. С учетом того, что это был не просто какой-то бандит, а разыскиваемый преступник, на поимку которого я потратил много времени, я не мог не оценить ее талант.

— Талант ловить преступников?

— И выбивать из них дурь, — сказал Адриан. — Он, знаешь ли, после общения с Риа, сразу же рассказал все, что знал. Мне его даже пытать не пришлось. Поэтому я завербовал Риа в наш отряд и напрочь испортил отношения с королевским следователем Маркусом, о чем, впрочем, ничуть не жалею.

— Он влиятельный и способный...

— Способный? Мужчина, который не может спросить девушку о женитьбе прямо, а предпочитает мерзкие окольные пути, чрезвычайно жалок. А я ненавижу жалких мужчин, — сказал Адриан.

А я, наконец, умудрилась высунуть мордочку через небольшой зазор в его плаще. И остолбенела: то, что когда-то было постоялым двором, теперь казалось какой-то свалкой. И по этой свалке высокий мужчина прыгал как кузнечик, пытаясь избежать огненных шаров.

— Риа, заканчивай! — скомандовал Адриан, и девушка в ту же секунду прекратила атаку, оказавшись рядом с нами.

Мужчина в подпаленном плаще, который, как я могла предположить, и был тем самым следователем, двинулся в нашу сторону. И что он собирается делать?

— Ваше сиятельство Адриан, какими судьбами? — спросил следователь, глядя на Адриана так, словно тот был его самым главным врагом.

Дерзкий какой! Я бы его поцарапала, да вот только никакого желания случайно вылечить пару хронических у этого мужчины нету. Я бы хотела назвать его страшным, мерзким, но, увы, выглядел он как какой-нибудь принц, мало чем уступая во внешности тому же Юстасу или Адриану. Темные волосы, красивые черты лица. Может Сильвию попросить его поцарапать? Ну характер же явно паскудный, если не наградить такого парой шрамов, то сколько прекрасных девичьих сердце погубит, а?

— Королевский следователь Маркус! Какая неожиданно... приятная встреча. Я бы тоже хотел спросить, какими судьбами вы тут.

— Королевский указ, — процедил следователь сквозь зубы. — Но вы так и не ответили на мой вопрос.

— Да, надо же! А я по указу... своему. Собственному. Немного иные полномочия, вы же понимаете, о чем я? — ухмыльнулся Адриан, явно планируя привести Маркуса в бешенство и заставить сделать какую-нибудь глупость.

Например, броситься на Адриана, чтобы тот с чистой совестью и без капли сомнений мог его избить до полусмерти. Это я не сама придумала, это я подслушала, как Адриан по пусти сюда планировал нечто подобное.

Увы, следователь разочаровал нас: успокоился моментально. Магией привел одежду в порядок, глядя на Адриана с вызовом:

— Свой собственный? Подозрительно.

— Вы аккуратнее со словами. Я ведь тоже могу начать сомневаться, что вы здесь по делу королевскому, а не своему личному. Например, преследуете мою подчиненную, доставляя ей неприятности.

— Я? Разве это не из-за вас Рианесса в постоянной опасности?

— Не смей обвинять господина, — процедила сквозь зубы Рианесса. — Я никогда не была в опасности из-за его светлости, а вот из-за вас, королевский следователь Маркус, постоянно.

Удивились из-за ее слов все, кроме меня, что и понятно: я вообще не в курсе было.

— Из-за меня? — растерялся Маркус. — Но как? Почему?

— Потому что каждый раз, абсолютной каждый раз, когда я тебя вижу, я хочу тебя убить! И тут одно из двух зол, королевский следователь: либо я сойду с ума от невозможности выполнить задуманное, либо король меня когда-нибудь казнит, потому что, клянусь магией и даром, я однажды не сдержусь и оторву вашу бесстыдную голову! — рявкнула Риа, после чего шумно выдохнула под одобрительные смешки отряда Адриана.

— Вы все слышали, королевский следователь Маркус, — сказал Адриан, чуть усмехнувшись. — Ваша влюбленность и настойчивость, несомненно, и имеет право на существование, однако будьте так добры, не подвергайте мою талантливую и незаменимую подчиненную опасности, иначе...

— Иначе что? — спросил Маркус.

— Я заставлю вас пожалеть.

— Уверены, что сможете?

— Вы думаете, что королевская стража вас защитит, если вы переступите черту? — ухмыльнулся Адриан. — Не заблуждайтесь. Лучше сидите тихо в своей комнате на постоялом дворе. Если он еще цел.

— Цел, — внезапно раздался незнакомый голос. Королевская стража? Судя по форме — она. — Пострадал только двор, все здание в порядке. Они готовы разместить и нас, и вас. Предлагаю сосредоточиться на задании. А для этого прийти и отдохнуть ночь. Все равно в лесу в таких потемках мы ничего не найдем.

— Хорошо, — вздохнул Маркус, идя следом за стражником. Но в последний момент оглянулся и сказал: — Ваше сиятельство, будьте осторожнее в своих угрозах. Я не настолько легкая добыча. И как бы вам самому не пришлось просиживать штаны на постоялом дворе, не имея возможности покинуть комнаты. Вы только скажите — я организую.

— Я все-таки его убью, — сказала Риа. — Ничто в этой жизни не доставит мне большее удовольствие.

— Правда? — хмыкнул Адриан. — А я уж хотел попросить тебя присмотреть за Лалой, но раз уж у тебя есть более приятное дело...

— Нету, — тут откликнулась Риа. — Нет ничего более приятного и важного, чем присматривать за Лалой. А я могу ее на ручках подержать? 

В постоялый двор я явилась на ручках у Риа. Признаюсь честно, что обычно я была против любых ручек, если они не принадлежали Адриану или Сильвии, но сейчас...

Я как подумаю о бедной девушке, которая едва не вышла замуж за такого странного мужчину, который теперь ее еще и преследовал... Нет уж, пусть насладится мной на своих руках, мне не жалко.

К тому же, держали меня как величайшее сокровище и с такой гордостью, словно я стоила не меньше половины дворца. Ой. Почему словно? Если на ингредиенты для экспериментов разобрать, то так и будет же.

— Благородные господа, благородные дамы, добро пожаловать. — Хозяин постоялого двора едва ли не кланялся, когда мы входили в дверь.

Обстановка была прекрасно-ужасной. Прекрасной, потому как гостиница была чистой, уютной и просторной. А вот ужасной ее делало наличие Маркуса и его охраны в виде королевских стражников.

Ловкий парнишка быстро подскочил к нам, раздал магические номерки — маленькие сияющие плашки с номерами комнат, попросил поставить сумки, чтобы их занесли в наши комнаты, а мы сами спокойно смогли пройти в зал на первом этаже и поесть.

Поесть...

Поесть!

При слове поесть мой желудок заурчал так, что стоявшие неподалеку от нас с Риа два королевских стражника вздрогнули, оглядываясь.

— Что за зверь? — один шепнул второму.

— Кошка?

— Да какая это кошка. Она на нас смотрит...

Я едва глаза не закатила. Это вы еще не слышали, как я мяукаю. Попробовать? У Риа, державшей меня на ручках, идея была получше:

— Аккуратнее, господа. Это кошка его сиятельства. И он очень, очень плохо относится к тем, кто...

Риа многозначительно улыбнулась, а стражники слегка побледнели.

— Риа. — Адриан подошел к девушке и многозначительно на нее посмотрел.

Та смотрела в ответ, не отводя взгляд.

— Господин.

— Риа, ты знаешь, что ты должна сделать?

— Понятия не имею, — фыркнула девушка.

— Ну же. Сделай это. Прямо сейчас.

— Нет. — Девушка сделала пару шагов назад.

— Да, Риа, да, — продолжал настаивать Адриан, надвигаясь на нее.

— Нет, вы меня не заставите... — прошептала девушка.

Ребята из отряда Адриана усмехались, а вот королевская стража напряглась.

— Что вы делаете, ваше сиятельство?! — резкий и злой голос Маркуса прервал эту странную атмосферу между Риа и Адрианом. — Даже если она ваша подчиненная, как вы смеете!

Маркус оказался рядышком с Риа буквально за секунду.

— Смею что? — ухмыльнулся Адриан.

— Смеете это... — Маркус сделал непонятный жест рукой и поморщился.

— Смею просить отдать обратно мою кошку? — Бровь Адриана взлетела вверх, а на лице появилась снисходительная усмешка.

— Риане? — Маркус повернулся к девушке, на что с вызовом уставилась на него и заявила:

— Еще пять минуточек.

— Что за...

— Я подержу Лалу еще пять минуточек — и отдам, — сказала Риа уже для Адриана, на что тот выразительно вздохнул.

— Только из-за того, что тебе не повезло столкнуться с твоим ужаснейшим бывшим, Риа, я позволю подержать Лалу еще пять минут, — вздохнул Адриан. — Должна же в этой жизни быть справедливость?

— С паршивой магической овцы хоть шерсти клок... — пробормотала себе под нос девушка, поглаживая меня по шейке.

Выражение лица Маркуса надо было видеть. Очень надо! Таким зрелищем нельзя было наслаждаться в узком кругу, это почти что незаконно. Впрочем, если вспомнить законы моего прежнего мира, то это не первый раз, когда я на них плевать хотела.

Маркус же, несмотря на произошедшее, взял себя в руки и с улыбкой сказал:

— Рад был помочь. Надеюсь, ты решишься вернуть мне долг за этот клок шерсти, согласившись, например, сходить со мной на свидание, Риане?

— Ни стыда, ни совести, — заметила девушка, поморщившись.

Подозреваю, от расправы ее останавливала исключительно. Ну а как ты с будешь сражаться с кошкой на руках? Но как приятно-то осознавать уровень своей целительской силы. В любом виде спасаю жизни и сохраняю здоровье людей. Истинный лекарь.

— Ни ума, ни галантности, — добавил Адриан.

— С первым не спорю, а вот насчет второго есть вопросы, — заметил Маркус. — Я не привык упускать возможности. Поэтому, ваше сиятельство, если позволите мне сесть за один стол с Риане, то я поделюсь кое-какой важной информацией, которой у вас гарантированно нету.

— Что за школа подготовки юных магов? — пробормотал Адриан.

— Использую все средства, которые есть в наличии, — огрызнулся Маркус, бросая взгляды на Риа.

Покусала бы, да я кошка, а не собака. И истинный облик не принять.

— Присаживайся, Маркус, буду рада тебя видеть за одним столом со мной, — сказала Риа таким тоном, что было понятно: она лучше глаза себе выколет, чем будет смотреть на Маркуса, но сдерживается из-за благоразумия и других факторов. — Только тебе придется рассказать нам все, что ты успел найти.

Нашел, как выяснилось, Маркус немало: пока мы добирались до этой деревни, он умудрился опросить жителей деревни, найти новых пострадавших, отправить их во дворец на лечение. Все это он нам рассказывал, когда мы вчетвером уселись за один стол.

— Закономерностей, понятно дело, нет? — вздохнул Адриан, отпивая из кружки ягодный морс.

Давно заметила, что в отличие от большинства мужчин, Адриан терпеть не мог алкоголь. Как-то обмолвился в разговоре с другим человеком, что он притупляет остроту ума, а без нее Адриан чувствует себя уж слишком беззащитным.

— В этот раз было больше человек, поэтому что-то да найдем, — ответил Маркус. — У меня даже есть одна версия. Все пострадавшие, кроме того, что были разного возраста, пола, происхождения, имеют одну общую особенность: приличное количество ауры или магии.

— У нас в числе первых пострадавших пекарь, травница и торговец, — заметила Риа. — Какое большое количество магии или ауры? Они вообще ей владеют?

— Дело не во владении, а в потенциале. Лиасия — маленькая деревушка, их просто не проверили должным образом. Но во дворце начали смотреть и поняли, что из пекаря, если бы его талант обнаружили чуть раньше, вышел бы неплохой магический мечник. Ладно, суть в другом. Болезнь имеет явно магическое происхождение. И поражает она не простых людей, а одаренных. Те трое пострадали первыми, потому что понятия не имели о своей силе и не могли ее контролировать, следующие пострадавшие — уже полноценный маги.

Я встала на задние лапы — лежать на коленках у Адриана под столом уже не было сил.

Картинка вырисовывалась презабавная. Я не могла до конца быть уверенной в своих рассуждениях, однако...

— Полноценные маги, да? — Адриан постучал пальцами по столу, оставив кружку. — Но слабые. И у главного мага этой деревни нет никаких проблем?

— Верно. Ты что-то знаешь. — Маркус не спрашивал, утверждал.

— Не больше тебя. Моих людей совсем недавно отравили, но они в порядке. Поэтому не думаю, что это тот же случай.

— Отравили? Риане? — Маркус с беспокойством повернулся к Риа, которая фыркнула, но все же ответила:

— Я была в другом отряде.

Хм. А он ей точно не нравится?

— Вот информация. — Маркус провел рукой по воздуху — и там сразу же появились бумаги, которые он и передал Риа.

— Так просто отдаешь? — удивилась девушка, беря бумаги и передавая их Адриану. — Держите, господин.

— Благодарю.

— Я свои обещания выполняю, — с кислым выражением лица Маркус смотрел, как Адриан небрежно переворачивает документы.

Прямо около моей мордашки. Быстро переворачивает, хорошо, что у меня была неплохая память и я легко запоминала написанное. Да, мои подозрения начали оправдываться.

Магический яд. Растение или не растение — кто уж его знает, но где-то в деревне был источник этого самого яда, который отравлял жителей с магическими силами или аурой мечника. Сначала под удар попали самые незащищенные — в ком силы были, но дремали. Такие люди, даже будучи поразительно талантливыми в перспективе, обычно не имели никакой естественной защиты, потому неудивительно, что пострадали. Дальше яд продолжил распространяться, накапливаться — и теперь заболели слабые маги. Если так продолжиться, то велика вероятность, что со временем даже главный маг этой деревушки сляжет. Судя по симптомам, яд имел свойство накапливаться в организме. Если мы не найдем источник, то нужно будет переселять жителей этой деревни. Но это полбеды, мы ведь не знаем, как распространяется яд? А вдруг он сам себя «подпитывает»! И тогда в опасности будут не только соседние деревушки, но и вся страна.

Тот ли это яд, от которого пострадал отряд Адриана, из-за чего мне срочно пришлось всех обцарапывать? Навряд ли. Слишком быстро проявились симптомы повреждения ауры. Но исключать нельзя.

Адриан, закончив просматривать бумаги, передал их Маркус, который тут же заставил их исчезнуть.

— Серьезное дело, — сказал Маркус. — Не зря меня сюда отправил...

— Кто отправил? — уточнил Адриан.

— Не могу сказать.

— Или не хочешь? — ухмыльнулся Адриан.

— Не могу. У меня запрет на разглашение этой информации. И ход расследования я должен буду вести самостоятельно.

— А как же эти бумаги? — фыркнула Риа.

— Официальные и общедоступные. По крайней мере, станут таковыми через день. В остальном... Приказ.

— Значит, кто-то из королевской семьи.

— Да. И это очень странно, что мне запретили обмениваться информацией не только с вами, ваше сиятельство, но и со вторым принцем.

— Маркус. Вам точно можно мне говорить об этом? — спросил Адриан.

— Прямого запрета не было.

— Но вы же относительно умный человек.

— Относительно здесь лишнее, — заметил Маркус. — Ваше сиятельство, я служу всей королевской семье в одинаковой степени, а не только тем, кто отдает мне приказы. Понимаете?

— Понимаю, — кивнул Адриан, вставая из-за стола. — Тогда за эту информацию спасибо. Без всяких «относительно».

— Пожалуйста. Но ваша благодарность, должен напомнить, никак не повлияет на то, что было ранее.

— Вы про свои детские угрозы? — ухмыльнулся Адриан.

— Детские? Впрочем, думайте что хотите.

Пока Адриан с Маркусом переругивались, Риа молча встала и вышла из-за стола. Адриан даже не заметил, точнее, виду не показал, а вот Маркус проводил девушку печальным взглядом собаки, у которой отобрали последнюю крошку. А нечего раньше было вести себя как мужлану! Риа еще молодец, я бы его вообще отравила.

— Что ж, Маркус, удачи вам в расследовании, она вам пригодится.

— И вам.

— Нет-нет, в таком пустяковом деле мне хватит моей головы, — ухмыльнулся Адриан и, аккуратно подхватив меня на руки, направился следом за Риа.

Девушку мы нагнали уже на втором этаже, где как раз и располагались наши комнаты для ночлега.

Риа, видимо, не планировала останавливаться, уверенно шагая по узкому коридору, где два человека по ширине помещались с трудом.

— Риа, — позвал девушку Адриан. — Не торопись пока. Вот, лови-ка.

Адриан вытащил что-то из кармана и бросил Риа, которая даже не подумала это что-то ловить. И правильно — оно зависло в воздухе.

— Господин?

— Предлагаю тебе обмен, — хмыкнул Адриан.

— А... О-о-о! — Риа широко улыбнулась. — Вы думаете, что он посмеет?

Посмеет? И тут я поняла, что Адриан и Риа меняются жетонами, которые соответствуют их комнатам! Неужели думают, что Маркус заявится ночью к Риа?

— Я не думаю, я знаю. И совершенно не против поиздеваться над одним нахалом, который доставляет моей талантливой подчиненной столько проблем. Разумеется, исключительно с твоего согласия.

— Оно у вас есть, господин, — хихикнула Риа. — К тому же, ваша комната явно получше моей будет, кто откажется? Девушки любят комфорт. И веселье тоже. А вы все это запишете? Я очень хочу посмотреть на его лицо, когда он войдет в «мою» комнату.

— Обязательно, — улыбнулся Адриан и, посадив меня себе на плечо, двинулся в гостевую комнату Риа.

Точнее, уже в нашу.

Была бы человеком — улыбнулась бы в предвкушении, а так я могла лишь мысленно согласиться с Риа: девушки и впрямь любят веселье. Главное, чтобы мужчины не разочаровывали.

Что можно сказать? Не разочаровали. И началось все даже не с Маркуса, а с Адриана, который принялся раздеваться. Вообще. Полностью. Зашел в комнату, усадил меня на мягкую кровать и начал снимать с себя абсолютно все. Даже нижнее белье. Еще на том моменте, когда Адриан закончил расстегивать пуговицы на рубашке, я принялась упорно и со всем кошачьим интересом рассматривать картинку за окном. Ну а как иначе? Невежливо. Вдруг он кошку будет стесняться? Или же, когда узнает, что я не кошка, обвинит меня в чем-нибудь нехорошем? Так нельзя!

И нет, я совершенно точно ни капли не смущалась. В конце концов, я лекарь, чего я там не видела? Невольно повернулась в сторону Адриана, чтобы убедиться (только и всего!) в том, что ничего нового я не увижу...

Ну-у-у, нельзя сказать, что я прямо ничего подобного не видела, но все же, все же... исключительная картина. И это Адриан только рубаху снял. Надо было отвернуться, когда он принялся расстегивать штаны, но... я немного не смогла отвести взгляд. Красивый! Я столько мужских тел видела за свою не самую длинную жизнь, что и не сосчитать, однако такое — впервые. Или дело в том, что это Адриан? И к этому прекрасному телу прилагался отличный характер?

Я отвернулась лишь тогда, когда Адриан начал снимать нижнее белье. Стоп. А зачем он вообще догола раздевается? Адриан, словно прочитав мои мысли, тихо спросил:

— Как думаешь, Лала, как отреагирует этот следователь, если вместо своей возлюбленной в постели он найдет не просто мужчину, а совершенно голого мужчину?

И хихикнул. Признаюсь, я сама едва удержалась от смеха: представить, как поступит Маркус в такой ситуации, я не смогла. Мне стало весело. Ровно до того момента, как Адриан, совершенно не стесняясь своей наготы, подошел ко мне и улегся рядом на спину, заставляя меня подвинуться к стене. Еще и вытянулся как нарочно! Впрочем, это явно было совсем не ради меня, а исключительно для того, чтобы Маркус получил моральный удар, от которого долго не сможет оправиться. Конечно, если мы не ошиблись в своих предположениях.

Что ж, надо было признать, что в своих предположениях Адриан почти никогда не ошибался: кто-то действительно очень осторожно проник в нашу комнату через окно. Никакого стука, никаких вопросов о том, можно ли войти. Нахал каких поискать!

Еще и делал все аккуратно, окно едва слышно прикрыл, шагал даже тише, чем профессиональный убийца.

— Риа, доброй ночи тебе. Ты спишь? Нам нужно немного поговорить, совсем чуть-чуть. Я знаю, что ты на меня злишься, но, прошу тебя...

«Риа», разумеется, ничего не ответила. Маркус подошел ближе, зажег небольшой и... заорал. Причем орал он так, словно сам был невинной девицей, в гости к которой зашел непонятный мужик.

Маркусу потребовалось целых две минуты, чтобы взять себя в руки. Никогда бы не подумала, что картинка голого мужчины способна вызвать столько ужаса у королевского следователя.

— И тебе доброй ночи, — невозмутимо сказал Адриан. — Не могу сказать, что злюсь на тебя, но определенную долю раздражения от вторжения испытываю. Зачем пришел ко мне?

Адриан перевернулся со спины на бок, загораживая мне обзор.

— Н-не к тебе, — нервно ответил Маркус. — Ты! Почему ты тут? И почему голый?!

— Потому что спать одетым — плохая идея.

— Нет, ты же полностью голый! Кто так спит?

— Я, — ответил Адриан. — А тебе не кажется, что ты очень много внимания проявляешь к моему сну? Или же... О, постой, я знаю, в чем проблема. Ты не можешь спать голым, да? Потому что если тебя вдруг застанут в таком виде, заметят тощую фигурку и тебе будет очень стыдно?

— Кто тебе сказал, что я тощий? — огрызнулся Маркус.

— А нет? Был бы нормальным, не задавал бы странных вопросов, — хмыкнул Адриан.

Я встала на задние лапы, положив передние на Адриана, и посмотрела на Маркуса. О! Лучше бы я не смотрела, потому что Маркус...

... принялся раздеваться! С чрезвычайно злобной ухмылкой он довольно быстро стал расстегивать пуговицы на камзоле.

— Маркус, что вы делаете? — со вздохом спросил Адриан, потирая переносицу пальцами.

— Я? Затыкаю вас раз и навсегда по поводу моей внешности.

— Мне плевать на то, как вы выглядите. — Адриан сел на постели (абсолютно голый, надо заметить) и осторожно усадил меня рядом.

— О да, разумеется, я знаю, что вас это не интересует, — ответил Маркус, переходя к рубахе. — Вас интересует лишь то, как выставить меня абсолютным идиотом в глазах Риа. Поэтому, ваше сиятельство, будьте так добры, передать Риа всю правду. Мое тело в прекрасной форме. Везде!

На слове «везде» Маркус принялся стаскивать штаны, Адриан начал ржать, как по мне — немного нервно. И тут дверь в нашу комнату распахнулась. На пороге стояла Риа, которая с определенной долей удивления рассматривала открывшуюся картину.

— Маркус...

— Риа? — Маркус с голым торсом и со спущенными до колен штанами говорил не особо радостно.

— Я не знала, что у тебя есть такие... — Риа сделала неопределенный жест рукой. — Вкусы. Командир за них, кстати, вполне может тебя убить. И его точно оправдают.

— Ты не о том думаешь! Я всего лишь хотел...

— Показать, что твое тело в прекрасной форме? — спросила Риа, чуть наклонив голову вправо, и с сарказмом добавила: — Везде! Я все слышала.

— Да нет же! Я хотел, чтобы он увидел мое тело и все передал тебе, — раздраженно сказал мужчина.

— Что передал, Маркус? Твой хладный труп?

— Да он сам голый! — обвиняюще ткнул пальцем в сторону Адриана Маркус.

Риа закатил глаза и очень тяжело вздохнул:

— Конечно, Маркус. Господин всегда спит голым. Это нормально, когда люди в своей комнате спят в том виде, в котором им удобно. Даже если на их теле нет ни единой ниточки. А знаешь, что ненормально?

— Что? — тут же подыграл Адриан.

— То, что некоторые приходят в чужую комнату и начинают раздеваться!

— Да я не к нему пришел, а к тебе! — воскликнул Маркус.

— То есть, ты планировал при мне раздеться. И что дальше? Приставать ко мне? — фыркнула Риа. — Да тебе все лишнее отрезать надо!

Раздался хруст. Мы все резко повернули головы в сторону источника звука: Адриан грыз ржаные вафли, которые ему с собой заботливо дали на выходе из столовой.

На минуту воцарилась тишина.

— Он издевается? — процедил сквозь зубы Маркус.

Адриан, полностью игнорируя Маркуса, отломил кусочек вафли и протянул мне. Я не стала отказываться — откусила небольшой кусочек. А ничего так! Вкусно, но грустно. Почему? Потому что мало! Вот тот кусок, размером с три ладони Адриана, выглядит намного интереснее. Я выразительно уставилась на него, даже «мяу» добавила. За что и получила награду: огромную вафлю положили прямо передо мной. Раз-два-три — вкусняшка пропади! Я съела хрустящую вафлю буквально за пару минут.

И только когда я проглотила последний кусок, то поняла, что никто ни с кем не ругается, более того — все смотрят на меня! Причем если Адриан умилительно, то Риа с удивлением, а у Маркуса, кажется, дергался глаз.

Я едва не поперхнулась от таких заявлений. Столько? Это сколько? Я съела одну несчастную вафельку, а не целого кабана, чтобы он так возмущался! Это и есть мужской снобизм, о котором рассказывал мне мой учитель? Мол, надо есть совсем по чуть-чуть, как птичка.

— У Лалы просто хороший аппетит, — сказал Адриан.

— Да? Но кошки не могут столько есть. Это не очень нормально... — начал Маркус.

— Это куда нормальнее, чем раздеваться в чужих спальнях, — с сарказмом заметила Риа. — Уж кому о нормальности судить...

— Даже голым ходить по коридорам нормальнее, чем считать, что зверь, употребляющие столько еды за раз, является кошкой! — рыкнул Маркус, глядя на меня как на какое-то чудовище.

Эй, а это обидно. Я уже и поесть нормально не могу, что ли?

— Ну и ходи голым, раз нормально! — рявкнула Риа и бросила огненный шар прямо в Маркуса.

У меня аж кусок вафли изо рта вывалился. Какая скорость, какая сила, какое мастерство, какой контроль! Это же надо так быстро сделать заклинание, так филигранно снести всю оставшуюся одежду с Маркуса!

И при этом не повредить ни одного волоска на его теле.

Маркус, честь и хвала ему, не заорал, только скромно прикрыл ладошками стратегически важное место. Ладошки были большие, на наше с Адрианом счастье. Насчет Риа не уверена — выглядела она то ли растерянной, то ли разочарованной.

— Рианесса, что ты делаешь?!

— Что? Ты же сам сказал, что тебе голым по коридорам бегать отлично, ничего не обычного. — Риа с вызовом смотрела на Маркуса.

— Я говорил... — начал Маркус, а потом вздохнул и закатил глаза: — Да не суть важно!

— Может вы уйдете выяснять отношения в коридор? — внезапно предложил Адриан. — Потому как ни одного из вас я не желаю лицезреть голышом.

— Сейчас исправлю, — сказал Маркус, хватая одежду Адриана, мирно лежавшую до этого на стуле.

Э...э-э-э! Это еще что за грабеж прямо посреди ночи?!

— Ты что делаешь?! — Риа была со мной солидарна и даже схватила мужчину за локоть, не давая тому просунуть ногу в штанину. — Это не твое!

— Не мое, ну а что мне делать благодаря тебе, а?! Ходить голым по коридорам? Или остаться в комнате твоего господина в таком виде? А может ты сама хочешь видеть меня голым? Поэтоум не даешь одеться? Так давай я повернусь, покажусь тебе во всех позах, — с усмешкой сказал Маркус.

Риа тут же отпустила локоть, видимо, смутившись.

— Одевай, — тут же сориентировался Адриан. — Одевай и проваливай отсюда. Мне аж дурно от мысли, что ты будешь торчать здесь всю ночь, еще и демонстрировать что-то. Бр-р-р!

— Но ваша одежда? — начала Риа. — Вы отдадите ее?

— У меня есть запасная, — ответил Адриан. — Пожертвую в пользу бедных и несчастных.

— Ваша жертва не будет напрасной, — огрызнулся Маркус. — Эй, Риа, ты зачем вторую штанину держишь? Дай одеться, мне разрешили.

— Это не я, — пробормотала Риа, глядя на меня весьма удивленно.

Конечно. Это я держу.

Это я вцепилась зубами в штанину Адриана, не давая Маркусу полностью одеться. В конце концов, ни Адриан, ни Риа не были в курсе, что никакой запасной одежды у Адриана совершенно точно с собой нет, а это значит, что если я сейчас что-нибудь не сделаю, то голым придется ходить не Маркусу, а Адриану!

Я тянула, Маркус не сдавался.

— Это не кошка! — снова возмутился он. — Откуда столько силы?!

Откуда, откуда. Как любил говорить мой учитель — от верблюда, страшного иномирного животного с двумя горбами и отвратительным характером. Да и вообще! Это я еще не старалась, так как боялась порвать одежду.

Маркус дернул с такой силой, что протащил меня по полу, из-за чего раздался отвратительный скрежет — коготки-то мне никто не подстригал, вот и использовала, как могла.

— Отпусти! — рявкнул Адриан.

— Ты мне или своей кошке? — поинтересовался Маркус сквозь зубы.

— Тебе! — Адриан внезапно встал с кровати, ничуть не стесняясь своей наготы, и угрожающе двинулся в сторону Маркуса. — Отдал быстро. Если у Лалы хоть один коготок пострадает, то я вторую часть своих брюк заберу вместе с твоей ногой. Отдельно от тела.

А Маркус раздевается явно быстрее, чем одевается.

— Вы издеваете-е-есь! — простонала Риа. — Что за парад голых мужчин!

— Я в своей собственной спальне, потому никаких претензий не принимаю, невозмутимо сказал Адриан. — Так, Лала, отдай мою штанину. Мне отдашь?

Адриану? С большим удовольствием. Но стоило мне только убрать свои зубы и лапы от штанов, как Адриан... кинул их обратно Маркусу. Я мяукнула так, как никогда ранее. Даже Адриан, привыкший к издаваемым мною звукам, вздрогнул.

— Это что такое? — спросил Маркус, прижимая к себе штаны.

— Беги, — внезапно сказала Риа. — Лучше беги.

Ну Маркус и побежал! Не забыв прихватить рубашку и камзол Адриана, он сиганул прямо в окно.

— Риа, — вздохнул Адриан, укоризненно качая головой.

— Ну а что? Мы бы его еще целый час выгоняли из комнаты. А так сам выбежал. Еще и с голой пятой точкой, — хихикнула девушка. — Господин, вы же это записали?

— Записал? О да, я записал абсолютно все.

— Теперь у нас будет чем шантажировать его, — радостно сказала Риа, не отрывая взгляда от пола.

А, ну да. Адриан-то голый. Это мне неудобно мордашку вверх задирать, потому я просто смотрела на чужие ноги, а вот Риа не повезло. Или повезло?

— Ну, я тогда пойду? — спросила девушка.

— Иди, хороших снов, Риа. А ты, Лала, куда собралась? — Адриан перехватил меня ровно в тот момент, когда я уже почти выскочила следом за девушкой.

Куда, куда... Штаны и рубаху отвоевывать, чтобы кое-кому не пришлось расхаживать голым по постоялому двору с утра!

Увы, сказать я это не могла, намеков Адриан не понимал, а потом совершенно бессовестно утащил меня с собой на кровать, положив рядышком. Еще и наставительно добавил:

— Не гуляй по постоялому двору, Лала. Мало ли, кто решит, что тебя может обидеть. А тут следователь, трупы прятать будет куда сложнее, чем дома.

Последнее Адриан сказал совсем уж тихо. Начинал засыпать, что радовало: как только я смогу, сразу же выберусь, чтобы вернуть его вещи обратно!

Вот только моим желаниям не суждено было сбыться: мало того, что выбраться я смогла исключительно под утро, потому что Адриан держал так крепко, что выбраться я бы смогла исключительно по частям, так еще и Маркуса в его собственной комнате не было! Как не было и одежды Адриана. Пока я старательно ее искала, пока обследовала всю гостиницу, наступило утро.

И это утро сопровождалось чьим-то истошным криком!

Мужским криком. Как раз со стороны тех комнат, которые я успешно обыскивала полчаса назад. Что-то грохнуло, разбилось, судя по треску, еще и разломалось. Какое бодрое утро в этом постоялом дворе!

Нельзя сказать, что меня это сильно волновало — кричал ведь не Адриан. Да и любопытства было не так много — голос определенно не принадлежал Маркусу. Ну а звуки ударов, магических заклинаний вообще мало меня волновали: в моем прежнем мире такое пробуждение считалось довольно спокойным.

Я продолжила поиски одежды, как снова услышала чрезвычайно громкий крик:

— Ваше сиятельство!

Уже женский. Причем в этом крике смешались удивление, недоумение и, если мои ушки меня не подводят, чистейший восторг. Так, та-а-ак, что там происходит? Не то что я не догадывалась! Пока я бежала со всех лап в сторону, откуда доносились крики (судя по тону — вполне себе восхищенные), то успела придумать не менее десяти версий того, что случилось.

И все их отмела, потому что самой вероятной была лишь одна: кто-то обнаружил Адриана. Голого Адриана! Или же голый Адриан обнаружился сам, когда не нашел в своей сумке запасную одежду, и пошел ее искать.

Долго бежать не пришлось: я вбежала в тот коридор, где были комнаты следователя и его охраны, и замерла. Ничего себе погром: дверь в комнату Маркуса куда-то исчезла, как и окно на противоположной стороне, пол и стены выглядели так, словно десяток новобранцев отрабатывали на них удары.

И в центре полуразрушенного коридора стоял Адриан. Вопреки моим опасениям, он не был полностью голым: обнаженной была лишь грудь, а вокруг пояса была обернута простыня, скрывая все, что ниже талии. Впрочем, этого было достаточно, чтобы жавшаяся к стене служанка с полностью красным лицом бросала на его светлость весьма неоднозначные взгляды.

И всю эту картинку дополняли с десяток воинов, один из которых пытался вытащить воткнутый в стену меч. Безуспешно.

— Ваше сиятельство, это нападение, — строго сказал один из мужчин, держа руку на рукоятке меча, но не осмеливаясь ее вытащить.

— Именно, — ответил Адриан, улыбнувшись. — Это нападение. Ваш подчиненный напал на меня. Прошу заметить, безоружного.

— Седрик? — говоривший повернулся к тому, который держал меч.

— Я случайно, — выдавил мужчина.

— Случайно? — хмыкнул Адриан. — Может, испугался?

А сарказма сколько!

— Случайно. Испугался. Не каждый день, открывая комнату, я вижу полуголых графов на пороге, которые требуют снять с меня одежду, — огрызнулся Седрик.

— Я ничего подобного не говорил, — возразил Адриан. — Я всего лишь потребовал отдать мою одежду, если вы не хотите потом расхаживать голым. И передать многоуважаемому следователю Маркусу, что его идея изначально была обречена на провал. Если он считает, что, украв мою запасную одежду из моей же сумки, он заставит меня сидеть в моей комнате и прервать расследование, он глубоко заблуждается. Потому что если в течение получаса моя одежда совершенно случайным образом снова не окажется в моей сумке, то вам всем придется расхаживать по деревне в таком же виде, как и мне.

Адриан улыбался, но что-то мне подсказывало, что он совершенно точно не шутит!

Охрана господина следователя тоже оказалась чрезвычайно сообразительной: одежду для Адриана нашли быстро. Уж не знаю, с какого бедолаги ее сняли или чьи запасы «почистили», но сидела она довольно хорошо. Впрочем, на Адриане и мешок из-под руды смотрелся бы отлично: небольшая особенность всех роскошных мужчин.

Жаль только, что это «довольно хорошо» существовало до поры до времени. До первого сражения, потому что одежда была немагической, а это значило, что не только любая грязь, пыль и прочее могло к ней прилипнуть, но и после того, как ее магией в драке зацепит, останется от нее не так уж много. Взять чужую магическую одежду для Адриана не вариант: она бы попросту расползлась по швам от первого всплеска ауры.

Одетый Адриан такую оторопь у королевской стражи уже не вызывал, тем более, с зевающей мной на руках. Не знаю уж, чем кошки так полюбились жителям этого мира, но эффект был потрясающий: при виде меня даже эти суровые вояки смягчались и становились значительно благодушнее.

— Так где наш дорогой господин следователь? — спросил Адриан, заходя в спальню командира королевской стражи.

Риа вошла следом и теперь стояла около двери в нарочито расслабленной позе, которая выдавала ее попытку скрыть напряжение. Все-таки она не равнодушна к Маркусу...

— К сожалению, господин Маркус нам не отчитывается, — начал один из солдат, но командир, мужчина солидного возраста, поморщился и поднял руку, прерывая того.

— Он не сообщил, ваше сиятельство. Более того, следователь Маркус исчез без малейших предупреждений.

— С ним могло что-то приключиться? — тут же нахмурился Адриан.

— В постоялом дворе, где королевской стражи больше, чем вокруг иностранной принцессы? Маловероятно. Он определенно покинул постоялый двор сам, но как, когда и зачем — трудно сказать.

— Вы так уверены, что мимо вас и мышь не проскочит? — хмыкнула Риа, и я мысленно ее поддержала.

По крайней мере, ни один человек из королевской стражи так и не заметил кошку, деловито осматривающую комнату королевского следователя. А я не только под кроватью ползала, я и все шкафы с комодами открывала и проверяла.

— Что вы, вопрос не в нашей квалификации, а в его. Следователя Маркуса с его нынешним уровнем силы невозможно тихо и спокойно выкрасть из гостиницы, следовательно, он ушел сам. А вот где он сейчас, что его задержало — другой вопрос. Если он вышел тайно, никого не предупредив, то явно намеревался вернуться до того, как все проснутся и начнут заниматься расследованием. И это ставит меня как командира, ответственного за его благополучие, в довольно тяжелое положение.

— Следователь Маркус пропал, а все, что вас интересует — это то, что вас поставили в неудобное положение? — спросила Риа. — Давно командиром королевской стражи становятся такие...

Риа сделала рукой неопределенный жест и криво усмехнулась.

— Я о нем как раз сейчас и беспокоюсь. Необходимо определить его местоположение, но, как вы знаете, на всех высокопоставленных лицах стоит специальная королевская магия, блокирующая отслеживание. И проигнорировать ее не получится, если не хватает полномочий. У меня не хватает, но у вашего сиятельства, — командир стражей уставился прямо на Адриана.

Риа удивленно вздохнула. Так, а с чего ситуация так резко накалилась?

— Какие интересные вещи вы говорите, — после небольшой паузы произнес Адриан. — Словно не знаете, что для снятия заклинания на слежение нужен очень веский повод.

— Ведь если снять с Маркуса эту защиту, то вернуть ее получится не раньше, чем через месяц, — добавила Риа. — И все это время любой его враг сможет его найти. А врагов у него...

— Много, очень много, — Адриан улыбнулся. — Вы считаете, что отсутствие в течение нескольких часов — повод для таких радикальных мер?

Командир криво усмехнулся:

— На моей практике уже был случай, когда мы медлили, не решаясь снять с объекта защиты это заклинание, а в итоге...

— Этот объект был столь же силен, как следователь Маркус? — спросил Адриан. — Нет? Тогда вопрос закрыт. Предлагаю использовать более подходящие методы. Например, отложить расследование и поискать следователя Маркуса в городе. А расследованием займусь я вместе со своим отрядом.

Насколько пришлась по душе эта идея командиру, можно было не озвучивать: выражение у него было похуже, чем у того идиота, который взломал мою лабораторию и выпил три флакона яда, вызывающего мучительные страдания.

— Не думаю, что мы можем позволить себе так халатно относиться к делу.

— Вы намекаете, что позволить его светлости заняться этим делом — это халатность? — тихо спросила Риа. — Не позволяйте вашим амбициям развязывать вам язык. Ваши умения вызывают неподдельную тревогу.

— Именно, — поддержал ее Адриан. — Риа, займись поисками Маркуса. Все же в твоих навыках сомнений нет ни у кого.

— Поняла, — сказала Риа с долей облегчения.

А Адриан покинул комнату и... нет, не вернулся в спальню, не пошел завтракать, а сразу занялся делом! Отдал своим подчиненным приказы, а сам вышел на улицу, даже не взглянув в сторону обеденного зала. Я мысленно закатила глаза: так и заболеть можно. Он ведь взрослый мужчина, который тратит огромное количество энергии на свои дела, поэтому должен есть много, очень много. А по тому, что я видела, выходило, что много ела я, а не Адриан. Еще и вчера его еду схомячила.

Кстати, а если притвориться голодной, чтобы он зашел куда-то, меня покормил и сам поел? Так и сделала. Точнее, не притворилась, просто прекратила скрывать, что голодна. Желудок заурчал, а я жалобно мяукнула.

Но это не сработало! Адриан не додумался зайти куда-то перекусить, а просто всунул мне в рот кусок какого-то вяленого мяса. Вкусно, однако. Но я не теряла надежды покормить и самого Адриана: как только доела, сразу же мяукнула.

И получила второй кусок мяса. Лучше бы сам съел. Я вздохнула, посетовала, но кусок мяса прожевала. Не пропадать же добру?

За этой кормежкой я и не заметила, как мы дошли до дома старосты деревни. Странно, а что тут Адриану снова нужно? Вроде бы вчера все спросил...

Адриану нужны были списки тех людей, которые приходили в деревню извне. Как оказалось, они обязаны были регистрироваться в специальном журнале у старосты.

— Конечно, я все дам вам, ваша светлость, но вы же их проверяли...

— Проверяли мои подчиненные, но не я лично, — спокойно ответил Адриан, забирая из рук старосты стопку увесистых книжек.

— Вы думаете, что?.. — староста прервался, улыбнулся и ничего не сказал.

Что? О чем думает Адриан? Что один из его подчиненных ему соврал? Или им дали недостоверную информацию? Страдать от любопытства мне долго не пришлось, потому что, в отличие от старосты, Адриан совершенно не планировал скрывать эту информацию.

— Да, я уверен, что здесь был кто-то из тех, чье посещение вы увидеть не можете, — кивнул Адриан.

— Это вы про те загадочные записи, которые не видны обычным людям вроде меня, но их могут заметить другие?

— Точно. Специальная магия. Некоторые люди регистрировались, вы вносили их в список, но совершенно точно не помните, что они тут были. А также, открыв ваш журнал, вы не найдете никаких упоминаний о них.

— Но вы — другое дело, потому что аристократ, — с умным видом покивал староста.

Нет, дело здесь не в аристократичности Адриана. В конце концов, многие подчиненные Адриана — представители знати, но ничего не нашли. Скорее всего, магия «завязана» на полномочиях. И у главы тайной канцелярии их едва ли меньше, чем у принцев, поэтому он и сможет что-то заметить.

Судя по тому, как на секунду на лице Адриана мелькнуло удивление, тут же сменившееся сдержанной усмешкой, кого-то он нашел. Того, кого не смогли заметить его подчиненные.

— Что ж, благодарю. — Адриан закрыл журнал и протянул его старосте.

— Рад оказаться полезным вам, ваша светлость, — тут же любезно ответил староста.

Продолжить диалог Адриан не успел: небольшой камушек на его запястье ярко сверкнул — браслет для связи активировался.

— Что такое, Риа? Какие-то срочные новости? — спросил Адриан.

— Да, очень срочные. Возвращайтесь, ваше сиятельство, мы нашли Маркуса, — тихий голос Риа меня насторожил.

Они же не труп там нашли, правда?! Паниковала я зря. Когда мы с Адрианом вернулись на постоялый двор, а после прошли в комнату следом за довольно молчаливой Риа, то Маркус был живее всех живых, разве что слегка... исцарапан. Я внимательно посмотрела на руки Рианессы — вроде не она. Хотя могла бы. Если бы я о ком-то беспокоилась, места себе не находила, то наверняка бы не сдержалась. Впрочем, отрывать рукав, чтобы оставить там неровные ряды порезов, я бы не стала.

— Ого, господин следователь проводил время чрезвычайно весело. Слушайте, если вам так хотелось получить немного повреждений, то могли бы меня попросить. Или Риа. Во-первых, мы бы наносили удары куда более профессионально, залечить их не составило бы труда. А, во-вторых, мы определенно получили бы немалое удовольствие от процесса. И ладно я, меня вы не слишком жалуете, но вот сделать приятно девушке, в которую влюблены...

— Не несите чушь, ваше сиятельство, — поморщился Маркус.

— Хотите сказать, что совсем не развлекались, а действительно сражались с настолько сильным врагом, что он смог вас зацепить? — спросил Адриан, даже не думая убирать шутливый тон.

— Именно, — процедил сквозь зубы Маркус.

Дверь в комнату распахнулась: один из стражников принес исцеляющие зелья. Видимо, к лекарям решили не обращаться. У меня аж лапы зачесались, но было нельзя, совсем нельзя! Молча поставив флаконы с лекарством на тумбу около кресла, где и сидел Маркус, стражник, чуть поклонившись, удалился.

Как только он вышел, Маркус продолжил:

— Вообще-то, ваша светлость, я бы хотел услышать больше благодарности в голосе.

— Да? И за что? — поинтересовался Адриан, склонив голову.

— За то, что я принял на себя удар, который предназначался вам, — ответил Маркус. — И причина — в вашей одежде. Смогли выследить по остаточной ауре. А вот я их — нет. Очень умелые ребята.

Маркус взял флакон с зельем, зубами выдернул пробку и вылил на рану. Ну что за неразумный расход? А взять чистую ткань, смочить, приложить? Нет, надо лить, еще и пол пачкать. У-у-у, нелогичные мужчины этого мира!

— Что ж, какими бы умелыми они не были, вопрос времени, когда я их поймаю, — сказал Адриан, наблюдая за затягивающимися царапинами на руке Маркуса.

— Я поймаю, — возразил тот.

— Нет уж. Вы и так пострадали, нельзя допустить повторного столкновения. К тому же, как вы сказали, отслеживали меня, так что дело мое.

— Нет, Адриан, вы не поняли. Вы не сможете заняться этим делом. Вас отзывают из деревни и требуют немедленного возвращения в столицу, ваше сиятельство.

Адриан мог наплевать на любой указ, за исключением одного — заверенного королевской печатью. И, конечно же, Маркус предоставил Адриану именно такой, поэтому нам не оставалось ничего, кроме как довольно поспешно собраться и отправиться обратно в столицу.

— Господин, как думаете, кто поставил королевскую печать? — спросила Риа, подгоняя свою лошадь, чтобы оказаться поближе к Адриану. — Неужели король решил отстранить вас от этого задания?

— Сомнительно. В конце концов, ему нет никакого дела до того, кто из его подданных присутствует на балу, а в приказе стояла именно эта причина. Еще и не забыли намекнуть на присутствие принцессы Доминики. Той, чей приворот сработал на кое-ком невнимательном, — Адриан бросил выразительный взгляд на Бейрана, но не стал подшучивать, лишь устало вздохнул и поморщился.

Мне уже было интересно посмотреть на эту принцессу. И не только посмотреть: парочку неприятностей добавить хотелось бы. Это как же надо достать кого-то столь терпеливого, как Адриан, чтобы он выглядел как человек с хроническими головными болями?!

— Но если не король, то кто? — удивилась Рианесса. — Печать — не подделка.

— Королевской печатью мог воспользоваться любой из королевской семьи.

В том числе и королева. Я едва не плакала от досады — я же почти ничего не выяснила! Только еще больше стала подозревать королеву, а подозрения — это не более, чем пшик.

— Еще и Маркус вредничал, не позволил нам присоединиться к расследованию, — процедила сквозь зубы Риа. — И даже о нападении ничего не сказал — кто, что. Ждите отчета, бла-бла-бла!

— У него приказ. — Адриан пожал плечами.

— Его можно было бы обойти, — заметила девушка.

— Можно, но потом бы Маркуса ждали неприятности, — к разговору присоединился Бейран. — Тебе не кажется, что ты требуешь от него слишком многого? Как ты вчера ругалась на него, слышали все.

— О, ты считаешь, что я требую от него многого? — фыркнула Риа. — Или, может, морочу ему голову? Развлекаюсь? А давно пора было простить, бросить работу, выскочить замуж и состряпать кучу детишек?

— Я не про это... — Бейран смутился моментально. — Но вы уже три года так.

— И что? Мы чужие люди, — огрызнулась Риа. — Которые, к тому же, имеют претензии друг к другу, а также не сошлись характерами.

— Если так, то почему ни ты, ни он до сих пор не встречаетесь ни с кем другим? Даже не смотрите в сторону противоположного пола? У тебя перепалки с Маркусом вызывают больше интереса, чем красавец-граф, который подарил тебе поместье у моря!

— Да что я в том море не видела...

— А в перепалках видела, — не остался в долгу Бейран.

— То есть, ты считаешь, что я виновата? И преувеличиваю? И вчера я тоже зря на Маркуса ругалась, он все сделал правильно? На него абсолютно не за что было кричать, так? Может, поспорим на желание?

— Поспорим, но если кто-то сможет подтвердить твои слова, — нахмурился Бейран. — Я уверен, что он не сделал ничего такого, за что на него можно было бы повысить голос. Спорим!

Я с жалостью посмотрела на Бейрана: вот вроде умный мужчина, сильный, но не везет ему...

— Он вчера был голым. В спальне.

— И что тут такого?

— В чужой.

— Ревнуешь?

— В спальне его сиятельства, — припечатала Риа. — Поэтому я на него накричала.

Бейран уставился на Адриана, словно не веря, а тот кивнул:

— Все верно.

— Магия! Зачем?!

— Спроси его при следующей встрече, — фыркнула Риа. — И да, ты мне должен.

По отряду Адриана пронеслись смешки и шепотки. Кажется, такое происходит не в первый раз. Внезапно магическое поле всколыхнулось — и перед Адрианом в воздухе зависло письмо.

— Королевская магическая башня? — удивилась Риа. — А им-то что нужно? Так срочно, что они даже пару дней не смогли подождать до вашего возвращения.

— Сейчас и узнаю, — сказал Адриан и в очередной раз продемонстрировал невероятный контроль над собственной силой: с помощью ауры распечатал конверт, достал и развернул сложенный вчетверо лист бумаги.

Подумать только, аурой! С другой стороны, ну не руками же: одной управлял лошадью, а второй — держал меня.

Адриан пробежался по письму взглядом, а я досадливо мяукнула: я ничего не видела! Меня прижимали к себе бережно, но крепко, не вырваться. А я ведь тоже хотела посмотреть, что там мэтр Горм написал. Да и сам он интересен, Сильвия все грозилась меня с ним познакомить, мол, чрезвычайно надежен. Я ей, конечно, верила, да и этот мэтр Горм не единожды Сильвию выручал, но встречаться в своем истинном или каком-либо другом облике не горела желанием.

— Сиди спокойно, Лала, ты можешь сильно пострадать, если упадешь с лошади на скаку, — пробормотал Адриан, прижимая меня к себе немного крепче.

Почитать, дай почитать!

— Мяу-мяу, — выдала я обиженное.

— Да, да, ты мне тоже нравишься, Лала, — пробормотал Адриан, из-за чего у меня появилось едва преодолимое желание его укусить. Но я сдержалась, решив, что разум должен возобладать над сиюминутными порывами.

Адриан нахмурился, тяжело вздохнул.

— Сегодня день странных указов, — заметила Риа.

— Скорее, посланий, — поправил ее Адриан. — Потому как башня и мэтр Горм приказывать мне не могут.

— А что могут? Или маги что-то узнали по поводу загадочной болезни? — Риа тут же встрепенулась. — Они как раз должны были завершить исследование.

— Увы, но нет. Если бы что-то узнали, то сообщили бы, а тут об этом ни слова.

— Обидно возвращаться с пустыми руками, еще и у магов ничего.,- вздохнула Риа. — Какое-то безнадежное дело.

— Не совсем, — улыбнулся Адриан. — Кое-что я все-таки выяснил. Айбеголь Нокрел.

— Это кто? — спросил Бейран.

— Это тот, кто посещал деревню как раз до того, как проявились признаки заболевания. И тот, чей визит был скрыт ото всех, кроме самых высокопоставленных особ. Осталось лишь узнать, кто он и чьим указаниям следует.

— Уже неплохо, — воодушевленно заметила Риа.

— Да, точно. В отличие от другого дела, это хотя бы куда-то движется.

— Другого? Какого? — спросила девушка.

— Такого. Поиска спутницы на королевский бал. Мне поэтому мэтр Горм и написал.

— А что с этим делом? И зачем спутница? А-а-а, из-за принцессы!

— Верно. Если я приду один, боюсь, разразиться дипломатический скандал. Принцесса Доминика будет настаивать на браке, я буду отказывать, а короли — ругаться. Поэтому спутница мне необходима. Но есть небольшая загвоздка...

— Требуют большую доплату за эту работу? — спросил Бейран.

— Если бы. Если бы моя проблема решалась деньгами, — усмехнулся Адриан. — Дело в другом — все волшебницы, которых можно было попросить помочь мне в этом непростом деле, сейчас не на месте. Одна уехала в отпуск, не оставив адреса, вторая — счастливо вышла замуж, третья — погрузилась в исследования и бросается проклятиями в сторону тех, кто пытается ей помешать...

— Неужели так со всеми? — охнула Риа. — В башне ведь столько волшебниц!

— Но достаточно сильных или влиятельных, которых не пугает принцесса Доминика и ее ненависть, не так уж много. И все они сейчас заняты и не смогут составить мне компанию во время бала, — закончил Адриан. — О чем мэтр Горм любезно и сообщил мне в письме.

— А если не идти? — спросил Бейран. — Вместо вас может сходить ваш отец...

— Как граф и представитель нашего рода — да, но как глава тайной канцелярии и приближенный второго принца? — ухмыльнулся Адриан. — Мне придется посетить этот бал.

— Что-то не везет нам с поклонниками, господин, — вздохнула Риа. — Что вам с принцессой Доминикой, что мне — с Маркусом.

— Я бы не сравнивал, — пробормотал Бейран.

— Да неужели? — ехидно спросила Риа.

— Риа, если я предложу тебе стать моей спутницей на балу? Побыть щитом между принцессой Доминикой и мной? — вкрадчиво спросил Адриан.

— Ни за что! Уволюсь! — тут же отреагировала девушка.

— Вот-вот, а я, между прочим, спокойно притворялся твоим мужчиной, чтобы оградить тебя от Маркуса, — заметил Адриан. — Так что тебе и впрямь не стоит их сравнивать. По крайней мере, Маркус не пытался никого из твоих ухажеров отравить смертельным ядом.

— Да-да, только избить, вызвав на дуэль, — саркастически заметила Риа. — И сравнение считаю неуместным. В конце концов, вы более стойкий, терпеливый и смелый, чем я, господин.

— Все-все, захвалила, — рассмеялся Адриан. — Попробуй повторить это перед кандидаткой в мои фиктивный возлюбленные. Если я ее найду.

— Не будьте столь пессимистичны, господин, мэтр Горм обязательно кого-нибудь найдет.

— Буду надеяться.

Надеялся Адриан зря. Как только он прибыл в столицу, привел себя в порядок, то сразу же отправился в королевскую магическую башню. Ну а я — следом. Даже к Сильвии не зашла. Надо же было посмотреть на этого мэтра, которым так впечатлилась моя подруга. В башню Адриана впустили без проблем, даже сопроводили до кабинета мэтра Горма, после чего предусмотрительно нас покинули.

— Ваше сиятельство, рад вас видеть. — В кресле за столом сидел старик.

И, несмотря на благодушно-умиротворенный вид, совершенно точно не радовался приходу Адриана: хмурился и чрезвычайно кисло улыбался.

— Давайте сразу к делу. Вы нашли ее?

— Я вам все сообщил в письме. В этот раз, боюсь, вам придется позаботиться о себе самому.

— Мэтр Горм, так дело не пойдет. Сколько я ваших милых волшебниц раньше срока выпускал из каземат после того, как они в спальню к принцам забирались? Сколько в первый год приезда в столицу не убил ваших отчаянных авантюристок, которые намеревались меня на себе женить? Мэтр Горм, долг большой. Неужели проигнорируете и бросите меня в беде? — Адриан присел в кресло напротив стола, я мигом прыгнула ему на коленки и свернулась клубочком.

— Тц-тц-тц. — Старик закатил глаза. — Что ты, что его высочество! Наглая молодежь, ни в чем бедному старику не уступит.

— Не такому уж и бедному. Вы на леди Сильвию и Юстаса ставки делали? Делали. Вы очень богаты.

— Совсем немного исправил свое бедственное положение, — буркнул старик и... уставился на меня.

И чего он так оглядывает? Замаскировалась я идеально, не отличить от настоящей кошки. Так чего он?.. А! Может тоже кошачий фанат? Ну пусть смотрит, мне не жалко.

— Мэтр Горм, не об этом речь. С кем мне идти на королевский бал, а?

— С кошкой идите! — огрызнулся старик.

— С Лалой? Вы издеваетесь?

— Нет, конечно. Многие уже знают, что невеста принца притворялась кошкой, а на деле оказалось могущественной боевой ведьмой. Возьмите с собой вашу Лалу — и все будут считать, что внутри нее тоже скрывается опасная волшебница, способная в мгновение ока разрушить весь дворец.

Адриан бесцеремонно приподнял меня под передние лапы и посмотрел прямо в глаза:

— Вы всерьез так думаете, мэтр? Вы посмотрите на нее. Такая красивая! Еще и очень добрая. Совершенно не похожа на ту кошку, которая притворялась леди Сильвия. Разве Лалу кто-то заподозрит?

Еще и повернул меня в сторону мэтра Горма. Видимо, чтобы тот посмотрел в мои честнейшие добрейшие глаза. Я облизнула лапку. Ну а что? Кошка ж. Бровь мэтра Горма поползла вверх, после чего он сам откашлялся, словно пытался скрыть смех, и сказал:

— Ну да, не заподозрят.

Адриан опустил меня на свои колени, погладив по голове и шее, как будто извинялся за прежние бесцеремонные действия.

— К тому же, эта принцесса Доминика слишком увлечена магическими ядами. Кто знает, не попытается ли она отравить мою беззащитную кошку? Так что, мэтр, давайте вернемся к нашему предыдущему вопросу. Найдите мне спутницу на бал. Или я сам ее найду.

— О, ваше сиятельство, идея прекрасная. Нельзя ли так было сразу? — ухмыльнулся мэтр Горм. — Вместо того, чтобы перекладывать столь непростое дело на старика, сразу поискать себе спутницу самостоятельно.

Он щелкнул пальцами — и из небольшого шкафчика вылетел чайный набор: из чайничка в чашку полился свежий чай, а чашка оказалась в руках мэтра.

— Из ваших волшебниц выберу подходящую сам, — уточнил Адриан, когда мэтр Горм взял чашку в руки.

Улыбка мэтра тут же спала. Чашку с грохотом поставили на стол.

— Вы не посмеете!

— Еще как посмею. Давайте подумаем, кого бы мне выбрать? Леди Тринессу? Или Анну? А может, Вилионну?

А дальше... а дальше завязался спор. Хотя, судя по тону, я бы назвала это словесной дракой.

— Нет! — рявкнул сэр Горм.

— Почему вы не можете попросить леди Тринессу мне помочь? — вздохнул Адриан.

— Потому что у нее трое любовников.

— Не думаю, что они меня убьют, — заметил Адриан.

— Ваше сиятельство! Вас — нет, а меня — да. Я немощный старик, пожалейте! Я вот вчера согнулся, а разогнуться мне лекарь помогал. Эти ее любовники согнут меня посмертно! По частям! В нескольких местах! Не единожды!

— Хорошо, пусть не леди Тринесса. Что насчет Аделии? Говорят, она чрезвычайно хорошо разбирается в зельях.

— Исцеляющих. А еще имеет привычку пробовать все ядовитое на вкус, чтобы потом создать противоядие, — буркнул мэтр Горм.

— Так это же... неплохо, разве нет? — усмехнулся Адриан.

— Принцесса Доминика создает уникальные яды. Если Аделия их попробует, то нет гарантии, что выживет. А она обязательно попробует. А где я еще такого талантливого зельевара найду? Нет, ни за что.

— Леди Каролина? Говорят, изумительно владеет не только магией, но и мечом.

— И ненавидит слабых женщин. Во-первых, на королевский бал она придет в доспехах, потому что платье ни за что не наденет. Во-вторых, может снести принцессе Доминике голову, если та будет ее доставать. А это — международный скандал, которого мы как раз и пытаемся избежать.

— Тогда...

— Все, хватит! — рявкнул мэтр Горм. — Я вас понял, ваше сиятельство. Дайте мне пять часов, я попробую кого-нибудь найти. Отзову с задания или еще что-то придумаю. Присциллу попрошу...

— Госпожа Присцилла? Это безумие!

— Почему? — удивился мэтр Горм.

— Вам все причины перечислить? Или одной хватит? Госпоже Присцилле больше трех сотен лет, — заметил Адриан, поглаживая меня за ушком.

Нервничает? Нет, скорее, раздражен.

— Зато как сохранилась, как выглядит! А с новым зельем не отличить от двадцатилетней. Еще и жару молодым даст по всем направлениям...

— Да, выглядит она не больше, чем на двадцать, но все во дворце знают примерный возраст госпожи Присциллы, — вздохнул Адриан. — Мэтр Горм, если кто-то проговорится...

—... то мигом станет трупом. Госпожа Присцилла столь же яростна и быстра на расправу, как и в свои юные бурные годы. И считает, что лишь сама женщина может определить, сколько ей лет в данный момент времени. А что случается со всеми несогласными — вы и сами видели пару раз, ваше сиятельство.

Адриан передернулся, но продолжил:

— Позволю напомнить, что никакого интереса к юнцам она не проявляет, поэтому проявлять актерские способности придется не только мне и госпоже Присцилле, но и всем окружающим. Все будут знать, что она всего лишь мое прикрытие. И наверняка как-то выдадут нас.

— Постойте, посто-о-ойте, что значит никакого интереса к юнцам не проявляет! — возмутился мэтр Горм, даже со стула подскочил. — А я?

— Вы моложе ее всего на пару десятков лет, а не почти в десять раз, как я, — сказал Адриан. — И, мэтр, при всем уважении к вам, главная причина — она занятая женщина. Занятая вами! Вы не боитесь, что, предложив вашей любовнице стать моей спутницей, пусть и фальшивой, вы испортите отношения?

— Ей триста лет, ваше сиятельство, она умудренная опытом женщина, так что дуться не станет. Более того, посчитает отличным способом помочь несчастной непутевой молодежи, ограниченной современными глупыми рамками.

— Современными глупыми рамками? — Рука Адриана замерла. — Вы о чем?

— О, я о том, что во времена нашей молодости было совершенно нормально сжечь или до смерти проклясть того, кто не понимает слова «нет», чем Присцилла активно пользовалась, — ответил мэтр Горм, расплывшись в довольно улыбке. Но через секунду нахмурился: — Единственная проблема — та же беда со спиной, что и у меня. Если наклонится, то сама не разогнется. Я ее поэтому и не просил не о чем, но если выбора не будет...

— Вы уж поищите, мэтр, поищите как следует.

— Это будет нелегко, вы же понимаете, ваше сиятельство? Нужна сильная волшебница, способная противостоять ядам. Достаточно уверенная в себе и ничуть не робкая, но в то же время не вспыльчивая, чтобы не случилось драки. При всем этом она должна быть красивой, а ее происхождение должно быть либо высоким, либо трудноопределимым...

— Но ваша магическая башня полна талантов. Я верю, что мне не придется самому никого выбирать, — улыбнулся Адриан.

— Определенно, — пообещал мэтр, махнув рукой на прощание мне и Адриану. — Всего вам доброго, ваша светлость. И вашей прелестной пушистой красавице тоже.

— Погладить не дам, — ревниво ответил Адриан, прижимая к себе.

— Мне достаточно полюбоваться издалека. Такое нечасто случается, кто знает, когда в следующий раз доведется посмотреть на кошку, сидящую на руках у выдающегося мастера меча? Такая аномалия!

— Или вообще на кошку. Вас они вроде бы тоже не особо любят, мэтр Горм? По крайней мере, магическая башня — однозначно не самое любимое место для животных. У вас тут даже крыс не найти, не говоря о кошках.

— И то правда, — кивнул старик. — Но насчет того, что нескоро мне еще на кошек смотреть в своей башне, боюсь, ваше сиятельство, вы заблуждаетесь. Очень, очень скоро.

— Чудак, — едва слышно усмехнулся Адриан, когда закрыл дверь в кабинет мэтра Горма.

Впрочем, усмешка не была обидной. Да и старик оказался не чудаком, а очень прозорливым магом: он и впрямь очень и очень скоро увидел кошку в своей башне.

Сильвия, с которой мы договорились встретиться, вместо того, чтобы мило поболтать в библиотеке, притащила меня прямо в кабинет мэтра Горма.

— Принесла, — сказала Сильвия, усаживаясь в кресло.

Нет, не в гостевое. Из какого-то то ли чулана, то ли встроенного в стену шкафа Сильвия магией вытащила огромнейшее кресло, куда и уселась. Судя по тому, что мэтр Горм не проявил никакого удивления, кресло было личным. Ну а я избрала подлокотник этого кресла в качестве своей временной кроватки.

Стоп, а что она принесла? У Сильвии с собой вообще ничего не было. Ни-че-го.

И никого, кроме меня.

Дурные подозрения мигом закрались в мою голову, но я их тут же отбросила. Это же Сильвия! Впрочем, они вернулись, стоило мэтру Горму разлить чай по красивейшим кружкам и приблизиться. Не к Сильвии, сидящей в кресле, а ко мне, мирно лежавшей на подлокотнике.

— Ну, здравствуй, уважаемая девушка-кошка. — Мэтр Горм склонился надо мной и улыбнулся.

Я не икнула только потому, что понятия не имела, как икают кошки. Вместо этого повернулась в сторону Сильвии, которая, тяжело вздохнув, сказала:

— Бесполезно скрывать, Лейла. Даже я не смогла утаить свою сущность от этого мага, хотя опыт нахождения в кошачьем теле у меня, как ты сама знаешь, огромный. А тебя он раскусил сразу, как только увидел. Пришел ко мне спрашивать, стоит ли ему беспокоиться о новой девушке-кошке из другого мира, которая находится так близко к его сиятельству Адриану, главе тайной канцелярии и чрезвычайно значимому для королевства человеку.

— Прошу прощения, — ответил старик, пристально рассматривая меня. — Но я порядочный королевский маг, я обязан беспокоиться, когда вижу необычных людей рядом с такими важными, как его сиятельство Адриан! Это мой долг, поэтому я был так настойчив, леди Сильвия, приглашая сюда вашу подругу.

Я посмотрела на совершенно спокойную Сильвию, которая абсолютно точно ничего не боялась, на абсолютно дружелюбного мэтра Горма, который изо всех сил оправдывался, и решила, что бежать нет никакого смысла. В конце концов, Сильвия права: вечно я притворяться не смогу. Как и сразу продемонстрировать себя человеком. Поэтому надо с кого-то начинать. Так почему бы не с этого мага, которому Сильвия так доверяла?

— Вы были так настойчивы, потому что вам очень любопытно. Не нужно мне врать, мэтр Горм, — отрезала Сильвия. — Если вы делаете что-то, то только ради любопытства.

— Но-но! Еще много чего я делаю выгоды ради! — Мэтр прекратил сверлить меня взглядом и отошел обратно к своему столу. — Тогда вы принесли сюда свою подругу, чтобы удовлетворить мое любопытство? Лестно!

— Нет, я принесла ее сюда, чтобы сохранить вам жизнь, — сказала Сильвия с улыбкой. — Лейла, как вы верно предположили ранее, целительница. А целители у нас народ... пугливый. Напугаете ее — и она вас прибьет случайно.

— А сможет? — хитро улыбнулся старик.

Ну, раз притворяться смысла нет... Я моментально превратилась обратно в человека. Соскользнула с подлокотника, потянулась и посмотрела на мэтра Горма:

— Вы хотите проверить?

К сожалению, ответить мне мэтр Горм не смог — у него глаза были как два блюдца! Такие же круглые. Что не так? Я посмотрела на себя: вроде бы в платье, вроде бы не заляпалась кровью, да и ауру свою слегка ядовитую я тоже под контролем держала. Чего это он так смотрит на меня?

— И да, доброго вам вечера, мэтр Горм, — сказала я, решив, что вежливость никому не помешает.

Мэтр Горм посмотрел на Сильвию укоризненно и сказал:

— Почему вы раньше не сказали, леди Сильвия?!

— Что не сказала? — настороженно спросила Сильвия.

— То! То, что ваша подруга такая красивая! — возмутился мэтр Горм.

Мы с Сильвией переглянулись, но так и не нашлись, что ответить. Это еще к чему?

— И зачем мне это говорить? Мэтр Горм, предупреждаю, если вы хоть что-то странное сделаете, то я позабочусь, чтобы вы жалели об этом до конца жизни, — тихо сказал Сильвия.

От этой спокойной фразы даже у меня побежали мурашки по коже. Мэтр Горм же... посмотрел на Сильвию так, словно она сказала величайшую в мире глупость.

— Если я сделаю что-то странное, то моя милая Присцилла сделает так, что до конца моей жизни осталось совсем немного, — буркнул мэтр. — Да и вы мне во внучки годитесь. Обе.

— Так зачем вы нас своим странным воодушевлением склоняете к насилию? — невозмутимо спросила Сильвия.

— Что значит странным?! Обычная радость обычного старика, который нашел решение, казалось бы, неразрешимой проблемы, что тут может быть непонятно? — возмутился мэтр Горм, но увидев наш с Сильви скепсис, покорно выдал: — Хорошо, ничего непонятно, но сейчас я все объясню.

Мэтр Горм, как оказалось, не только хотел удовлетворить свое любопытство, познакомившись со мной, но еще и получить определенную выгоду, то есть, заручиться моим согласием на сопровождение Адриана. В виде кошки, у которой чрезвычайно гадостный характер. И пусть гости гадали — настоящая я кошка, чудище неизвестное или такая же могущественная, как и Сильвия, волшебница из другого мира. Вопрос потенциальной опасности закрывался сразу: старик продемонстрировал какой-то очень хитрый защитный амулет, способный уберечь меня от любых проблем, которые могла бы вызвать принцесса Доминика.

— Но так еще лучше! — воскликнул мэтр Горм.

— Как так?

— В вашем обычном человеческом виде. Да стоит аристократам посмотреть на вас, как они сразу же решат, что его сиятельство влюбилось в вас с первого взгляда.

— Адриан не настолько легкомысленный, — поморщилась я.

— Конечно-конечно. Ну а самое главное — у принцессы Доминики не возникнет вопросов, что же это за спутница рядом с его сиятельством. Точнее, они возникнут, но она побоится конфликтовать с вами напрямую, чтобы избежать сравнений и обвинений в зависти.

— Зависти? — я нахмурилась. — Но вы же не в первый раз подбираете спутницу Адриану на бал, разве раньше что-то такое останавливало принцессу Доминику?

Мэтр Горм замолчал, словно язык проглотил.

— Почему вы не отвечаете? — вмешалась Сильвия.

— Потому что если я отвечу, боюсь, мои ученицы, подопечные и подчиненные меня когда-нибудь или отравят, или пустят на магические эксперименты.

— Мы никому не скажем, — пообещала Сильвия, шепотом добавив так, что слышала только я: — Если вы будете себя хорошо вести.

— Ай-яй-яй! — Мэтр погрозил ей пальцем. — Так издеваться над стариком. У меня, между прочим, все еще прекрасный слух. Проблема в том, что все предыдущие спутницы уступали принцессе Доминике и во внешности, и в происхождении, и в некоторых других аспектах, что давало ей повод прицепиться к его светлости или к его спутницам. К счастью, здравомыслия, ума и изворотливости волшебницам нашей башни хватало, чтобы выкрутиться. Вы же, Лейла, однозначно красивее. Происхождение... Что ж, будете принцессой, которая временно приехала из другого королевства для обмена знаниями с нашей иномирянкой Сильвией, а насчет остального... Вы же целительница? Яд обезвредите, если принцесса Доминика вдруг решит вас угостить чем-нибудь?

— О, я угощу ее в ответ, — улыбнулась я, чувствуя небывалую злость.

— Вы же целительница... — осторожно заметил мэтр Горм.

Ну и что, что ты красивая, знатная и талантливая! Разве это дает тебе право докучать людям, которые этого не хотят.

— Да, но у меня очень, очень много талантов, — улыбнулась я. — А так да, я согласна помочь его светлости на балу и разобраться с принцессой Доминикой.

Он ведь тоже мне помог. Кормил, поил, гладил и обожал. Пора отплатить за такую невиданную доброту.

Я сидела в чьем-то кабинете в магической башне и волновалась так, что дрожали кончики пальцев. И это называется целительница, нервы крепкие, ну-ну. Я встала и снова подошла к маленькому зеркалу, поправила прическу. Проверила, чтобы нигде не осталось следов от кремовых пирожных, которые я на нервах употребила в огромнейшем количестве. Кажется, они были рассчитаны на двоих, но... когда я пришла в себя, то было поздно. И оставалось только спрятать пятиэтажную подставку, сделав вид, что никаких сладостей в кабинете не было и в помине. Ну не демонстрировать же так откровенно свою любовь к еде? Это кошке можно, подруге Сильвии можно, а вот иностранной волшебнице, будущей (временной) спутнице его сиятельства — нельзя! Я провела ладонями по роскошному платью, которое вообще не было примято — магическая ткань не мнется. Сделала глубокий вдох, а после — глубокий выдох. Бахнуть бы еще зелья какого, только где его взять?

Сегодня мэтр Горм собирался познакомить меня с Адрианом. Точнее, меня в виде человека. И это оказалось слишком волнительно. Во-первых, скрою ли я в достаточной степени свою ауру? Амулеты мне помогали, да и я сама неплохо владела магией, но Адриан способен на многое, а его проницательность порой удивляла даже меня. Во-вторых, не заметит ли Адриан пропажу кошки? Хоть Сильвия и заявила, что забирает меня на несколько часов, чтобы целитель магических животных осмотрел, но где гарантия, что его сиятельство не решит наведаться в отделение и проверить, как его кошка? А кошки нет! Ну и, в-третьих, а вдруг я Адриану не понравлюсь до такой степени, что он даже знакомиться не захочет? Нет, ладно, это преувеличение. Воспитание и врожденная вежливость не позволят ему такого.

Но ведь я и впрямь могла ему прийтись не по душе. А мне... мне такого не хотелось! Ведь Адриан мне нравился. Как вообще можно иначе относиться к человеку, который тебя кормит и делает это качественно и со всем усердием?

Все будет хорошо. Учитель говорил, что я не приглянусь исключительно слепцу или идиоту. У Адриана зрение отличные, а ум и того лучше, я в этом не единожды убеждалась.

— Проходите, ваше сиятельство, буду вас знакомить. — Дверь распахнулась внезапно, заставив меня вздрогнуть.

Первым вошел мэтр Горм, а следом за ним — Адриан.

И я едва не охнула от удивления: такого Адриана я еще не видела! Красивый настолько, что дух захватывает. Нет, Адриан и обычно чрезвычайно хорош собой. Но он практически всегда носил простую удобную одежду и не обращал много внимания на свой внешний вид. Качественная ткань, более или менее приемлемый крой, который не уродовал, но и не подчеркивал фигуру, длинные волосы либо небрежно завязаны, либо разглажены магией.

А тут! Роскошный костюм, идеальная прическа, даже едва заметный магический парфюм, который я сразу же уловила. Ни малейшей небрежности в облике. Ничего себе!

— Лейла, это его сиятельство Адриан, человек, которому ты... немного поможешь, — сказал мэтр Горм. — Ваше сиятельство Адриан, это волшебница Лейла. Как я вам недавно рассказал, она долгое время занималась магическими исследованиями в другом королевстве, но совершенно внезапно вернулась обратно. Совершенно внезапно и так вовремя!

— Определенно, — пробормотал Адриан и улыбнулся. — Чрезвычайно рад с вами познакомиться, леди. Надеюсь, мэтр ввел вас в курс дела.

— Разумеется, ваше сиятельство, — ответила я и даже сделала легкий поклон — как недавно учила Сильвия.

Я немного волновалась, что у меня будет получаться плохо, но и мэтр Горм, и Сильвия утверждали, что неидеальное исполнение как раз идеально! Ведь по легенде я несколько лет провела едва ли не в глуши. Как тут не забыть про правила поведения?

— Что ж, я сделал все от меня зависящее. — Мэтр Горм похлопал Адриана по плечу. — Скоро подойдут портной, ювелир и еще несколько людей, которые помогут вам со сбором на бал. А дальше вы встретитесь на балу.

— Нет, — внезапно сказал Адриан.

Я застыла, как и мэтр Горм. Что нет? Мы не встречаемся на балу? Но почему? Со мной что-то не так?

— Ваше сиятельство, вы хотите пойти на бал один? — вкрадчиво спросил мэтр Горм.

За этой вкрадчивостью скрывалось не только удивление, но и раздражение. Не надо быть особо умным, чтобы примерно представить, что мэтр Горм думает об Адриане.

А я вот растерялась.

— Нет, конечно, я вас поправляю, мэтр. Вы говорите, что в следующий раз с леди мы встретимся исключительно на балу. Такой вариант меня не устраивает.

— Простите? — я посмотрела Адриану прямо в глаза — что за представление он тут устраивает.

Еще и подмигивает!

— Прощу. Все, что захотите, леди, вам я прощу, — хмыкнул Адриан. — Но у нас с вами должны быть встречи до начала бала.

— Сегодня же... — начала я.

— Этого мало, — твердо сказал Адриан. — Мы должны обязательно встретиться еще несколько раз.

— Зачем? — спросили хором мы с мэтром.

— Как зачем? Чтобы мы потренировались изображать влюбленную пару. Мэтр Горм сказал, что вы невероятны — внешне и внутренне. И его высочество принцесса Доминика, как только поймет, что вы моя спутница жизни, сдастся, — сказал Адриан, любезно мне улыбаясь. — Мэтр ничуть не ошибся. Вы и впрямь потрясающе красивы, Лейла. И не только... Но если мы с вами на балу будем вести себя не очень естественно, то принцесса Доминика обязательно догадается, что вы — фиктивная возлюбленная. К сожалению, она действительно умна.

— Ум у нее в какую-то не ту сторону, когда дело касается отношений с мужчинами, — буркнул мэтр Горм.

— Очень даже в ту, — заметила я.

— Как в ту?! — возмутился мэтр.

— Ну, она же влюбилась в его сиятельство, а он... — Я взмахнула рукой, не зная, как выразить мысль, чтобы не выдать себя.

Это кошечке Лале знакомы все лучшие (и худшие) стороны Адриана. Лейла-то ничего не должна знать.

— А я что? — спросил Адриан без капли стеснения.

На комплименты напрашивался, да? Ну вот примерно про эти худшие черты я и говорила.

— А вы, по слухам, очень... очень... выдающийся мужчина, — закончила я в гробовой тишине.

— Выдающийся? — усмехнулся Адриан. — А не уточните?

— Не уточню, — ответила я. — Простите, я долго жила вдали от дома, ни с кем не общалась, теперь очень плохо подбираю слова...

Не теперь, а постоянно. А если учесть, сколько я молчала, будучи кошкой, то чудо, что я вообще говорю связно и не запинаюсь!

— Вообще? Неужели никого живого не было в вашем окружении?

— Никого. За исключением некоторых видов агрессивных ядовитых животных, но, увы, если они и разговаривали, то я не смогла это проверить, — ответила я, вспоминая, как провела полгода в лаборатории своего предыдущего мира.

Потому что умирали до того, как успевали открыть рот и плюнуть в меня ядом. Адриан рассмеялся, а мэтр Горм зачем-то прикрыл ладонью глаза. Надеюсь, это из-за солнца, слепящего глаза, а не из желания провалиться под землю.

— Так-так, давайте-ка займемся более важными делами, — влез в наш разговор мэтр. — Например, попьем чаю с великолепными пирожными, которые Присцилла... А... а где?

— Что где? — спросил Адриан.

— Пирожные где? — растерянно спросил мэтр. — Присцилла приготовила много, сказала, что хватит двум десяткам прожорливых созданий.

Ах, не двум, а двум десяткам... Я чуть слышно вздохнула и глянула в зеркало на свой плоский живот. Все еще плоский, но... Надо бы снова каких-нибудь стражников похитить и исцелить, а то так можно и растолстеть. В конце концов, мне не единожды предстояло встретиться с Адрианом в своем человеческом облике. И не единожды мне бы хотелось поймать его восхищенный взгляд.

— Мне нужна жертва, — сказала я Сильвии. — Срочно.

— Для экспериментов или?..

— Или, — сказала я. — Ты же знаешь, я против издевательств над разумными людьми.

Библиотека — не самое подходящее по атмосфере место для обсуждения столь серьезных вопросов, но других вариантов не было. По крайней мере, тут никто не станет беспокоить Сильви, даже ее возлюбленный Юстас. И на меня в человеческом облике никто не обратит внимания по одной простой причине — некому. Удивительно. Я не такой любитель чтения, как Сильвия, но непопулярности библиотеки не понимала.

— Мы можем найти не особо разумных, не то что бы это проблема... В этом мире с неразумными людьми дело чуть похуже, чем в нашем, но не настолько, чтобы они считались редкостью, — пробормотала Сильвия, откладывая толстую книгу в сторону, из-за чего едва не обрушила огромную стопку ничуть не менее толстых книг — занятие на один вечер, как я могла догадаться. — Тебе нужен кто-то, кого можно исцелить, правильно? Зачем?

— Затем! — Я встала и покрутилась. — Видишь?

— Что именно?

— Магическое платье практически впритык. И это еще с учетом того, что оно расширяется! Но не бесконечно, к сожалению.

— Когда тебя беспокоил твой вес, Лейла? — вздохнула Сильви.

— Когда я стала набирать больше, чем терять, — заметила я. — Намного больше!

— Так это происходит с момента попадания в этот мир, — заметила Сильвия.

Я укоризненно посмотрела на нее. Боевой маг — сразу видно. Ни капли эмпатии и сочувствия.

— Да, но раньше это не было так быстро.

— А когда стало? О, позволь угадаю. Когда его сиятельство Адриан стал приглашать тебя на свидания в рестораны и пабы для более близкого знакомства? Чтобы на балу все выглядело естественно.

— Именно!

— Так не соглашайся на встречи, — предложила Сильвия.

— Пыталась. Он расстраивается. — Я расстроенно вздохнула. — Один раз я ему отказала, он очень вежливо кивнул, извинился, что побеспокоил, а потом... Потом целый вечер спрашивал у меня в виде кошки, что же с ним не так, что девушка даже на обычное свидание не согласилась. Ты знаешь, как тяжело слушать, когда такой великолепный мужчина задает самоуничижительные вопросы? И ты только мурчать и горазда, потому что ответить не можешь. Ну лапой стукнуть. Но он даже на это вздыхал и говорил, что теперь он даже кошке не нравится, пришлось остановиться.

— Проблема. Кто бы мог подумать, что в этом человеке без стыда и совести, так мало уверенности в себе, — покачала головой Сильвия. — Ты точно ничего не перепутала?

— Я четыре часа слушала эти вздохи, что я могла перепутать? На память не жалуюсь.

— Хорошо-хорошо, а ты не пробовала не есть на этих встречах?

— Если я начинаю есть меньше, то он грустно вздыхает и спрашивает, все ли так с едой. Один раз, когда я мужественно решила съесть всего три блюда, он поинтересовался, все ли в порядке тут с готовкой? А если не в порядке, то он поспособствует тому, чтобы это заведение проверили от и до. А заведение хорошее. Еда вкусная, — тихо закончила я. — Ну так что? Поможешь мне найти кого-нибудь хронически больного, желательно хромого, в идеале — слепого, глухонемого и магически нечувствительного, чтобы он не понял, кто его исцеляет.

— Лейла, — вздохнула Сильвия. — Когда нужно найти?

— По-хорошему, еще пару дней назад, но сегодня-завтра тоже подойдет! — радостно воскликнула я.

— Это невозможно. Лучше бы нам тебе несколько человек поискать, — сказала Сильвия, в задумчивости постучав по столу. — О! У меня есть отличная идея!

— Мне стоит бояться? — спросила я.

— Вообще-то, не моих идей нужно бояться, — ответила Сильвия.

— О да, все твои идеи приблизительно одинаковы — избить полусмерти. Сознательно.

— Лучше отравить до смерти? Совершенно случайно, да? — фыркнула Сильвия.

— Такое было один раз! — возмутилась я. — И если бы не обезвредила того мужчину, то нас бы продали. И никакой гарантии, что не по частям.

— Ну и туда ему дорога, — заметила Сильвия. — Жаль, что мучился недолго.

— Долго, — ответила я, отводя взгляд. — Просто двигаться не мог, я вам тогда говорить не стала. Ты бы добила из жалости, а Кристэль бы расстроилась.

— Расстроилась, что так и не узнала, куда этот паршивец дел столько дорогих артефактов? Да, есть такое...

— Так какая идея? — спросила я у Сильвии.

— Простая. Подумай, кто получает больше всех травм? — спросила Сильвия, вставая из-за стола и ярко улыбаясь.

— Самые безмозглые и храбрые? — прикинула я.

— Это да, но я про другое.

— Те, кто говорят, что сейчас покажут, как надо? — закинула я удочку. — И те, кто им возражают, что надо было не так?

— Да нет же! Хотя и они тоже. А-а-а! — раздраженно протянула Сильвия. — Наемники. Тебе нужны наемники.

— Это хорошая мысль, — сказала я, подскакивая с кресла — усидеть было невозможно. — У них много травм, абсолютная безалаберность по отношению к своему здоровью, а также искренняя вера, что само все пройдет. Это превосходная идея, Сильви!

Если бы я не была уже такой взрослой, то точно бы бросилась обнимать эту прекрасную девушку! А еще говорят, что боевики — глупые. Идиоты.

— Именно! — поддержала меня Сильвия. — К тому же, наемники — те еще сказочники. Что бы ты не сделала — им мало кто поверит. Они идеальные объекты для твоего тайного исцеления.

— Но где мне их взять? — спросила я. — И как все провернуть? Вариант, где ты их избиваешь и тащишь сюда, не подойдет — в твое убежище больше двух не влезет. А мне бы с десяток. Да и отлучиться надолго у меня не выйдет, максимум — на пару часов. Я с Адрианом либо постоянно в виде кошки, либо на встречах в своем обычном виде.

— Наемники — это лишь часть идеи. Самая главная — это таверна наемников.

— Мне их всех отравить, а потом исцелить? — предположила я. — Хм-м-м...

— Нет же, не вздумай никого травить! Дослушай до конца. Эта таверна славится двумя вещами: исключительными на вкус мясными блюдами, а также возможностью тайно вызвать противника на дуэль. Для дуэли отведено тихое уединенное место, куда никто не будет ломиться. Пригласи туда Адриана, скажи, что хочешь попробовать, а сама приди туда на часик раньше. Я буду ждать тебя в том самом уединенном месте с десятком полубессознательных наемников. Исцелишь их — и сразу же с Адрианом встретишься. Время сэкономишь.

Звучало хорошо. Нет, даже не так. Идеально. Слишком идеально, чтобы все пошло по плану.

Нет, сначала все шло идеально. Мы с Адрианом встретились в каком-то кафе, чей светло-розовый интерьер мог привести в ужас любого здравомыслящего человека, не говоря уже о суровом магическом мечнике, коим являлся Адриан. Впрочем, ментальное здоровье Адриана оказалось отменным: его не смущал ни розовый цвет, ни кружевные шторки на окнах, ни обилие цветов, ни миниатюрные столики. И даже пара десятков юных очаровательных девиц, посетительниц данного заведения, которые бросали на него томные взгляды или же хихикали, ничуть не беспокоили. Ответ на свой незаданный вопрос, почему мы встречаемся здесь, я получила практически сразу: в кафе с названием «Любовь всех девичьих сердец» готовили одни из самых необычных и вкусных десертов в столице.

— Поэтому я и пригласил вас сюда, Лейла, — тихо сказал Адриан. — Я и без того отнимаю ваше драгоценное время, так позвольте мне хотя бы сделать так, чтобы вы проводили эти минуты с удовольствием.

Да, обращались мы друг другу сейчас без всяких принятых титулов, вроде леди, ведь как иначе? Возлюбленные же!

Я сидела за столиком напротив Адриана. Значит, самые необычные? Руки сами собой потянулись к меню.

— Тогда я сейчас выберу...

— Нет, — возразил Адриан, осторожно перехватив мою руку и не дав взять в руки заветный листок.

Большая и теплая ладонь очень нежно сжимала мою руку. А ведь Адриан ею легко мог железо гнуть, было дело, видела я, как он сжал железную трубу, а та прям пополам... Стоп. Почему он так реагирует? С другой стороны, может оно и неплохо? А то доведут меня десерты!

— Эм, хорошо...

— Вы не поняли, Лейла. Нет смысла что-то заказывать из меню, потому что я уже попросил официанта принести нам все десерты и напитки, которые есть в меню, — проникновенно сказал Адриан.

Я посмотрела на Адриана — какой мужчина, а? Знает, как удовлетворить женщину. И заставить сменить ее весь гардероб! Ничего, ничего, Сильвия и с десяток обезвреженных ею наемников меня определенно спасут. Поэтому сегодня я смогу возжрать. Ох, то есть, вкусно поесть с чистой совестью.

— Благодарю, — вежливо ответила я, даже не подумав вытащить свою руку из руки Адриана.

Ай-яй! Нельзя, наверное, так. Это Лала привыкла к прикосновениям Адриана, а я вроде бы как скромная благородная волшебница...

— Всегда пожалуйста, Лейла. Что ж, давайте вернемся к нашему вчерашнему разговору... Какие яды вы предпочитаете? — ласково спросил Адриан.

Какие каверзные вопросы! И как ответить? В целом, люблю простые, которые могу самостоятельно вывести из организма, а вот для врагов я бы выбрала те, от которых нет противоядия. Но это, пожалуй, не самый верный ответ.

— Я вообще яды не очень люблю, — ответила я полуправду. — Они, знаете, на организм влияют не лучшим образом. И вам, Адриан, не рекомендую.

— Что ж, если вы не рекомендуете, так и быть, употреблять не буду, — рассмеялся мужчина. — Что вы еще любите, Лейла? Чем вас легко можно обрадовать?

— Мясом, — ответила я тут же.

— О, каким?

— Вкусно приготовленным. Поэтому, если вы не против, Адриан, в следующий раз я бы хотела посетить таверну «Самый вкусный бык».

Ага, то самое место, где мы с Сильвией условились найти жертв. Адриан, вопреки обыкновению, не отреагировал с энтузиазмом на мою просьбу. Наоборот, нахмурился.

— Вы уверены, Лейла?

— Там разве плохо готовят?

— Нет, но контингент там... Не очень подходящий для столь очаровательной девушки, как вы, — улыбнулся Адриан. — Не думаю, что общение с теми людьми...

— Я не буду с ними общаться, — вкрадчиво сказала я. — Я буду общаться только с вами, Адриан. Давайте сходим? Мужчина внезапно замолчал, выглядя немного растерянным.

— Как я могу вам отказать? — вздохнул Адриан, отводя взгляд. — Таверна так таверна.

Передо мной поставили огромную тарелку с тортом, потом — со вторым. Третьим, четвертым, пятым... А еще один из официантов начал двигать в нашу сторону столик, потому что на один все десерты не лезли.

— Сегодня вечером? — спросила я.

Потому что завтра, боюсь, я уже не влезу ни в одно магическое платье!

Нужная таверна нашлась не так быстро, как мне бы хотелось.

— Пройдешь по улице Золотистой до самого конца, потом повернешь направо, а дальше спроси любого крепкого мужчину со шрамами и более или менее сильной магией, их там очень много бродит, — объясняла мне Сильвия. — Если вдруг не ответит с первого раза — продемонстрируй какое-нибудь заклинание, швырни в воздух, не ответят со второго — кинь в них самих. Я так сама эту таверну искала. Трижды. Способ рабочий, проверен. Ты же знаешь, что ориентирование в пространстве — не мой талант.

А вот способность добывать информацию из людей — однозначно.

Сильвия не забыла, что я лекарь, и снабдила меня парочкой боевых амулетов. Подозреваю, что волновалась она не обо мне, а о тех самых крепких мужчинах со шрамами. Вдруг отравлю, кого она потом спрашивать будет, если заблудится?

Вот только свернув направо, я не нашла ни одного человека! Вся улица, которую закат раскрасил причудливыми малиново-оранжевыми красками, была абсолютно пуста. В небольших домах не было заметно ни единого движения, словно все люди вымерли. Даже постучаться некуда!

Радовало лишь одно — вышла я заранее. Очень сильно заранее. Поэтому до таверны добрела не с опозданием, а как раз к оговоренному времени. Ну и спасибо моему острому зрению и владельцам сего заведения, которые поместили на крышу здания огромного деревянного быка.

Снаружи таверна выглядела сносно, а внутри — еще приличнее. Удивительно, как мой предыдущий мир отличался от нынешнего. Если бы я зашла в какой-нибудь постоялый двор в том мире, то меня бы встретили шум и гам, грязь, пыль, громкие разговоры, смешки, улюлюканья и грубые попытки познакомиться. Здесь же все было иначе!

Чисто, уютно, запах такой, что ни о какой диете не думаешь! Если успею, то надо бы побольше этих наемников исцелить. Кстати, о них.

В этом мире даже наемники выглядят поразительно прилично. Никакой заношенной одежды, шрамов на лицах, у большинства даже обувь чистая. Из привычного — только взгляды. Но не наглые и раздевающие, а любопытные и брошенные украдкой.

— Где желаете присесть, госпожа волшебница? — Изящная девушка мигом оказалась рядом со мной.

Золотистые волосы, голубые глаза и выправка боевого мага. Да, такую не обидишь.

— Столик на двоих, где-то не на виду, — попросила я. — Но я не буду сразу заказывать, я дождусь своего спутника.

— Конечно. Тогда пройдемте следом за мной.

Меня отвели к небольшому столу в углу, положили меню и оставили одну. Что ж, пора! Внутри таверны я легко сориентировалась и без проблем дошла до того самого уединенного места для дуэлей.

Остановившись перед закрытой дверью, я постучала. Вроде бы здесь. Постучала еще сильнее — и снова никакого ответа. Место определенно то, да и Сильвия уже должна была не просто быть на месте, а на месте с моими жертвами!

— Сильвия? — довольно громко спросила я.

Но мне никто не ответил. Я достала боевой амулет (на всякий случай!) и потянула за ручку двери.

Закрыто. Что ж, ожидаемо. И что мне теперь делать? Я же не Сильвия, чтобы двери одним прикосновением выламывать. Могу только ядом замок расплавить, но это будет довольно подозрительно.

— Лейла, ну наконец! — где-то сбоку раздался голос Сильвии. — Сюда иди!

Я оглядела небольшой дворик, в котором находилась: слева находилась таверна, из которой я вышла, прямо передо мной — дверь в искомую комнату, сзади — огромная стена. А вот справа... С некоторым сомнением посмотрела на кусты, которые тут были вместо изгороди.

— Сильвия? — тихо позвала я.

Если это моя подруга, то обязательно услышит.

— Да здесь, я здесь. Через кусты перелезь. Только осторожно, они колючие. И вниз не свались, тут овраг.

Еще лучше. Будем надеяться, что магическое платье это испытание переживет. Что ж, пролезая сквозь кусты, я могла с уверенностью судить о качестве моего наряда, выданного мэтром Гормом. Превосходное! Ни одной нитки не вылезло, ни одного пятнышка не осталось. Чего не скажешь об обуви: туфли после спуска в овраг выглядели хуже, чем у какого-нибудь бедняка.

Я вздохнула, подняла голову и, наконец, увидела Сильвию. Раздраженную и даже немного уставшую.

— Что случилось? — спросила я. — Что-то не так?

— Все не так, — поморщилась девушка. — По дороге ни одного наемника. В таверне из прежних работников только повара. Дверь в комнату для решения спорных вопросов закрыта и запечатана, незаметно не взломать. Да и наемники...

— Неужели не смогла поймать? — с волнением спросила я.

— Смогла.

— Богиня упаси, они что, все здоровые?! Никаких хронических заболеваний, а об острых и мечтать не приходится? — спросила я, ощущая тихий ужас.

— Нет, конечно, где ты видела абсолютно здоровых наемников? Но они... странные, — сказала Сильвия. — Наемники, если они не из одной команды, обычно не слишком организованные. И уже точно не бросаются друг другу на помощь, а эти... Они пытались использовать разные военные построение, чтобы защититься от меня. Более того! Когда я выманивала одного, то за ним пришел второй, третий, а после вообще заявился отряд из двадцати человек!

— Тогда где они? — спросила я, оглядывая пустой овраг.

— Невидимость, сейчас рассею. — Сильвия щелкнула пальцами — и я увидела длинный-предлинный ряд бессознательных и чинно разложенных вдоль склона оврага наемников. — Вот.

— О! Ого! — воскликнула я. — Да тут не пара десятков, а не меньше полсотни!

И каких! Даже при беглом осмотре я заметила, как много у них проблем со здоровьем: столько хроническим заболеваний, старых плохо вылеченных переломов, проблем с сердцем, нервами, у некоторых даже конечностей не хватает. Просто... восхитительно! Раньше я бы взвыла от такого количество работы, но сейчас могла лишь радостно потирать руки в предвкушении.

— Именно. Многовато, но...

— Нет, в самый раз, — ответила я, вспоминая свой сегодняшний обед.

Я не удержалась, подошла к Сильвии и крепко-крепко обняла ее.

— Ну-ну, что за нежности?

— Благодарные! — ответила я. — Что бы я без тебя делала?

— Искала бы новое магическое платье на пару размеров больше. Все, давай, беги исцелять, пока твой Адриан не пришел в таверну и не отправился тебя искать.

— Я все. Закончила с лечением. Безалаберные мужчины, у лекаря в последний раз, небось, лет пять назад были! — сказала я, потирая тыльной стороной руки щеку.

Горячая. Умоталась в край, давно у меня такой нагрузки не было. Зато только слепец бы не заметил, как мигом платье стало поменьше. Ну и доброе дело сделала. Как там мой учитель говорил? Причинила добро и нанесла благо? Не думаю, что наемники часто лечатся у целителей моего уровня.

— Оно всегда так. Теперь ты понимаешь, почему у женщин волшебниц выживаемость почти стопроцентная, а у мужчин... Эх, ладно. Помочь подняться? — спросила Сильвия, караулившая около тех самых кустов.

— Я не настолько слабая, — фыркнула я, взбираясь вверх с поразительной легкостью.

Вот что значит — лишние килограммы ушли, даже жить легче стало! На секунду остановилась, оглянулась. Все жертвы моего исцеления мирно спали. Интересно, когда проснуться, они поймут, что с ними случилось? Удивятся?

— Тогда давай быстрее. Мне уже нужно уходить, не хотелось бы пересекаться с его сиятельством. Странная вся эта ситуация, — вздохнула Сильвия. — Что-то не так...

— Тогда почему мы все не отменили? Ты же знаешь, я не слишком хорошо пока ориентируюсь в том, что в этом мире нормально, а что — нет. — Я невольно нахмурилась.

— Ну-у-у, — протянула Сильвия, не глядя на меня.

— Что ну? Тебя и так кто-то из королевской семьи пытается подставить, причем непонятно зачем! Мы ведь до сих пор ничего не выяснили, даже Адриан занимается не расследованием, а...

— А знакомством с тобой, — покивала Сильвия. — Не волнуйся, расследование взял на себя мэтр Горм, а насчет нынешней ситуации... Мы же ничего плохого не сделали, правда?

— Правда.

— Как и того, что выходит за рамки этого мира?

Я на секунду задумалась, но все же кивнула:

— Верно.

— Значит, все в порядке. Никаких проблем из-за того, что несколько десятков наемников стали здоровее, не будет. Не волнуйся ни о чем, Лейла. И уж тем более обо мне.

Я мысленно вздохнула, но все же улыбнулась Сильвии. Она мне так помогала, как я могла не выразить благодарность?

— Хорошо, тогда я побежала обратно, Адриан, наверное, уже пришел.

— Еще рано...

— Он всегда зачем-то приходит намного раньше, чем мы договариваемся, — пробормотала я. — Понять бы почему...

— А что тут непонятного. Или ему нечего делать, что маловероятно, или он не может дождаться встречи с тобой, или не желает, чтобы ты ждала хотя бы минуту.

— Или имеет странные привычки, — фыркнула я.

— Или второе и третье вместо взятое, — возразила Сильвия.

— Слушай, Адриан совершенно не похож на тех мужчин, которые приходили в восторг от моей внешности...

Хотя он и выразил восхищение, но такого, чтобы не отрывать взгляда или превращаться в дурака? Не было.

— Но похож на того, кому могла понравится ты сама, твой характер, — заметила Сильвия. — Хотя он местами раздражает, но, в целом, он намного лучше тех мужчин, которые раньше бегали за тобой.

Я едва не фыркнула. Нет уж, Адриан похож не на того, кому могла бы приглянуться я. А на того, кто приглянулся бы мне.

— Бегали?

— Пока учитель не обещал им переломать ноги, — послушно кивнула Сильвия. — Ладно, ладно, особо непонятливым, которые не понимали слова «нет», он их сломал, но мы не о них. Мы об Адриане.

— Который наверняка уже на подходе к таверне.

Сильвия цокнула:

— Ладно, я пошла. Все будет хорошо.

— Конечно, если после лечения вдруг возникнут какие-то побочные, то эти наемники заглянут в таверну. А я буду там и помогу им. Адриан ведь знает, что я целительница.

Когда я говорила о проблемах, то это было совершенно не всерьез. Ну какие проблемы у моего прекрасного мощного и уникального исцеления?

Кто бы знал, как я ошибалась! Мы с Адрианом только встретились, только сделали заказ, только поболтали о каких-то пустяках, как в таверну ворвался тот самый наемник, который до этого смирно лежал в овраге.

Весь растрепанный, одежда грязная, руки дрожат, а глаза круглые-прекруглые.

— Там! Та-а-ам!.. — простонал он, тыкая в сторону выхода к тому самому оврагу.

Я ожидала, что Адриан сразу же вскочит со стула и бросится помогать бедолаге — мало ли чего случилось? Если бы я не знала, что вся эта паника связана со мной, то так бы и сделала. Ну, если была боевым магом или магическим мечником. Как лекарь я бы вытолкнула вперед какого-нибудь бойца, а сама бы отошла.

— Что там? — процедил сквозь зубы Адриан. — Шерц! Внятно говори!

О, Адриан знает этих наемников? Не зря Сильвия осторожничала, при таком раскладе нас бы и раскрыть смогли.

— В-ваше сиятельство, но т-т-там! — Мужчина выглядел так, будто увидел всех своих предков, которые вознамерились его проклясть на все существующие несчастья. — Вы должны сами это увидеть, ваше сиятельство! Иначе вы мне не поверите!

— Если там окажется какая-то мелочь, Шерц, гарантирую, ты пожалеешь, — с улыбочкой сказал Адриан, вставая из-за стола. — Лейла, я вас оставлю здесь? Наслаждайтесь едой, пока я разберусь...

— Нет! — воскликнула я.

И даже схватила двинувшегося в сторону наемника Адриана за рукав.

— Что нет?

— Я тут не останусь, — возразила я.

— Но там может быть опасно... — начал Адриан, но не пыталась вырвать свой рукав из моих цепких рук.

Галантный.

— Тогда тем более я должна быть рядом с вами, — уверенно сказала я.

Быть рядом, чтобы увидеть, что там такого случилось!

Адриан издал смешок, чуть наклонился надо мной и почти в ухо прошептал:

— Планируете меня защищать, Лейла? Я не против самого вашего порыва, мне приятно такое беспокойство, но, право слово, оно напрасно.

— Адриан. — Я посмотрела на мужчину снизу вверх. — Я не беспокоюсь о вас, потому что вы изумительно сильны. Я беспокоюсь о себе. Я слабый лекарь, который не может постоять за себя, у меня нет для этого ни сил, ни средств.

Не считая второй ипостаси и возможности плеснуть яд в лицо врагу, но это мы опустим.

— Лейла?

— Я боюсь оставаться здесь, — пробормотала я.

— Но тут безопасно, — заметил Адриан.

Конечно, безопасно! В первый раз в жизни вижу таких смирных, тихих и вежливых наемников в таверне. Да за все время, пока мы ждали заказ, никто даже стакан выпивки не заказал, а большинство переговаривались либо тихим голосом, либо вообще шепотом.

— Но безопаснее всего рядом с вами, — возразила я. — Можете не оставлять меня одну? Вдруг что-то случится, пока вас не будет?

Например, смерть от любопытства!

— Хорошо, но держитесь позади, — сдался Адриан, тяжело вздыхая. — Шерц, веди к месту происшествия.

Шерц повел нас прямиком к оврагу. Несчастные колючие кустики, о которые я едва не зацепилась, были безжалостно порублены. А на склоне оврага расселись наемники — ошеломленные, но бодрые и определенно довольные своей жизнью. Иначе откуда такой хороший цвет лица?

И чего этот Шерц паникует? Может, я его недолечила? Пропустила какую-то психологическую болезнь? Из той категории, что тебе становится плохо, когда всем вокруг слишком хорошо? Просканировать бы...

Потом.

Адриан подошел ближе к склону, оглядел всех и громко спросил:

— Что вы тут делаете? Отдыхаете? Прекрасное место для посиделок, да?

Почему вопросы Адриана звучат так угрожающе? Как будто в тот момент, когда эти несчастные наемники скажут «да», Адриан отправит их отдыхать на тот свет?

— Мы... сражались, — ответил рыжий парень.

О, тот самый, у которого беда с легкими, некоторые проблемы с запястьем на руке и склонность к магическим отклонениям при использовании заклинаний. Очень удобно запоминать людей по их заболеваниям — у каждого из присутствующих свой уникальный набор диагнозов.

— Правда? С кем же? Друг с другом? С пустотой? С великим магом? — с сарказмом спросил Адриан.

— Н-не знаю.

— Почему же? — допытывался Адриан.

— Потому что нас всех очень быстро побили. И вырубили.

— Все несколько десятков профессиональных... — Адриан процедил что-то сквозь зубы.

Профессиональных? Разве в этом мире наемник существует как профессия? Я стояла у Адриана за спиной и время от времени выглядывала из-за плеча, не в силах сдержать любопытство.

— Да. Какой-то мелкий маг вынес, — крикнул какой-то блондин. — Я видел краем глаза. В ободранном черном плаще и с длинными волосами.

Мелкий? Сам ты мелкий, нахал! Сильвия весьма сильный маг, такой, каких в этом мире по пальцам пересчитать можно. И нормальный у нее плащ, сами же подол зацепили своими дурацкими заклинаниями, а теперь критикуете!

— И поэтому вы выглядите сейчас настолько хорошо, насколько никогда раньше? — спросил Адриан. — Что случилось после того, как маг вас побил? Вы сбежали?

— Он нас вырубил. А дальше мы очнулись тут.

— О, могу его понять! Сейчас я с трудом сдерживаюсь, чтобы не вырубить вас самолично. Что за бред вы несете? Где хоть одна царапина?

— В том-то и дело, что побили и всё вылечили. Не только синяки, которые оставили, но вообще все — у меня теперь желудок не болит, все шрамы исчезли! — воскликнул Шерц. — Но это не самое страшное!

— А что?

— А то! Мирест, помаши правой рукой.

— Шерц, у Мирест нет правой руки, — процедил сквозь зубы Адриан.

— Нет? А вот теперь есть.

— Откуда? — воскликнул Адриан, на что Шерц развел руками. — Это ведь не то, что можно вылечить!

— Именно! Его правая рука на месте и, не считая того, что он к ней пока не привык, других проблем нет! Рука реальная. Как реальна и новая нога у Рока, новое ухо у Лимена...

— Ты хочешь сказать, что кто-то вас побил, похитил, сбросил в овраг, после чего не просто исцелил, а совершил истинное чудо? — воскликнул Адриан, а я невольно вцепилась пальцами в его пиджак.

Какое такое чудо?! Я ведь просто отрастила им утраченные конечности! Это же абсолютно нормально, верно?

Внезапно Адриан повернулся ко мне и спросил:

— Лейла, ты случайно ничего не знаешь об этом?

— О чем? — спросила я, глядя мужчине прямо в глаза.

Не моргать, не отводить вгзгляд, а еще желательно улыбаться. Учитель говорил, что если я буду так делать, то никто не заподозрит меня во лжи. Никто из лиц противоположного пола.

— О том, что тут произошло. Ты же пришла немного раньше меня, к тому же, выходила на задний дворик. Официант сообщил, — сказал Адриан с улыбкой. — Ничего необычного не заметила?

Какой болтливый официант, прямо поразительно! Чтобы он о блюдах так хорошо рассказывал, как о том, что и когда делали посетители таверны. А то спросила о десертах, так он два слова связать не смог, даже Адриан морщился от его бесполезности.

— Нет, — ответила я, продолжая улыбаться. — Я же лекарь, а не боевой маг. Я плохо замечаю детали.

— Правда?

— Конечно. Зачем мне врать?

— Незачем. Однако говорить, что плохо что-то замечаешь? Такое лукавство. Ведь на мне парочку царапин ты заметила сразу. И сразу же вылечила.

— Так это ты! — возмутилась я. — Конечно, я не пропущу, если с тобой что-то не так.

В конце концов, я знаю все тело Адриана вдоль и поперек, так что все изменения, даже самые незначительные, легко замечу. А уж несколько царапин, полученных вовремя тренировок — так и подавно.

— Хм, понятно. Тогда что ты о них думаешь? — спросил Адриан, кивая в сторону людей, которым я без задней мысли отрастила обратно конечности.

— Симпатичные, — сказала я. — Но ты намного красивее.

Не знаешь, что сказать — говори комплименты, тогда у людей больше не будет вопросов. Еще один совет от учителя, который практически всегда срабатывал. К сожалению, не на Адриане.

— Я спрашивал о том, что у них отрасли новые конечности, — уточнил Адриан. — Как это возможно?

— Не знаю, — соврала я. — Но могу изучить.

— Да, я буду очень благодарен тебе, Лейла, если ты изучишь это чудо. Уверен, твои выводы сыграют немалую роль в этом расследовании.

— Каком расследовании? — не поняла я.

— Этом. — Адриан кивнул на мужчин, сидящих на склоне.

— Зачем? — не поняла я.

И напряглась. Что он тут расследовать собрался?!

— Затем. Подумай сама. Кто-то похитил профессиональных... кхм, наемников, избил их, а потом вылечил, совершив при этом настоящее чудо. Разве не странно?

— Странно, но всякое бывает, — осторожно заметила я.

— Но это всякое редко бывает просто так, Лейла. Если что-то странное случилось, значит, за этим был какой-то мотив. И он не обязательно должен быть хорошим.

Хорошим, мой мотив был хорошим! Я хотела похудеть, не более того!

— Или плохим, — выдавила я из себя.

— Скорее плохим, чем хорошим. — А упорства Адриану не занимать. — Добро творят не скрываясь. И уж точно не избивая при этом людей. Потому, Лейла, этот инцидент нужно очень, очень тщательно расследовать.

— Ты говорила, что не сделаешь ничего сверх нормы! — возмутилась Сильвия, вокруг которой вспыхнул разряд молнии — злилась.

На меня или на себя за то, что не перепроверила результат моего лечения?

— Но иметь конечности для людей — это норма, — буркнула я, прячась за спину мэтра Горма.

Не то что я боялась Сильвию, она бы в жизни не причинила мне серьезный вред. Но и доводить ее до предела не хотела. Разозлится — сразу все разрушит. А мне кабинет мэтра Горма очень нравился. Тут мило, уютно, чай вкусный, целый шкаф травок в свободном доступе. По отдельности полезные и неядовитые, но если будет желание...

В общем, за сохранность кабинета я волновалась.

— Спокойно, девушки, спокойно. Не пугайте беспомощного, немощного и больного старика с очень слабым сердцем! — воскликнул мэтр Горм.

— Беспомощного? — фыркнула Сильвия. — С вашем уровнем магии и количеством артефактов?

— Больного? — возмутилась я. — Да я таких здоровых людей встречала всего пару раз в жизни! И сердце у вас очень здоровое.

— Хо-хо, спасибо, милые девушки, радуете вашей лестью старика, — захихикал мэтр Горм. — Но давайте спокойнее. Лейла, для людей действительно нормально иметь конечности. Но если они их утратили, то вернуть их в первоначальном виде — не очень.

— Вот-вот!

— Сильвия, ты же знала о способностях своей подруги, — продолжил мэтр Горм, не меняя тона. — Неужели ты не ожидала, что она отрастит им руки, ноги или еще что-то, что было утрачено?

— Она обычно этого не делала, — буркнула Сильвия. — Только в крайних случаях, когда иного выхода не было. Это требует уйму сил от лекаря. Но в этот раз зачем-то...

— Затем, что мне нужно было убрать лишние килограммы. И вообще. Моя сила практически безгранична, если есть еда. А в том мире с едой были проблемы, я в детстве даже голодала. Когда встретила учителя, то еды стало хватать, но не настолько, чтобы исцелять всех и всё подряд. А тут надо было.

Ненадолго воцарилось молчание. Искры вокруг Сильвии потухли, после чего она развернулась и снова уселась в свое кресло. Я же скромно присела на стул, подумывая о том, насколько нагло будет выбрать себе какое-нибудь креслице удобное и притащить его в кабинет к мэтру.

— Кхм-кхм, — мэтр Горм откашлялся. — Значит, теперь его сиятельство Адриан расследует, кто же отрастил руки тем людям.

— Верно, — подтвердила Сильвия. — И если Лейлу он еще не заподозрит, то на меня выйти может. Мэтр Горм...

— Ладно, ладно, я понял, перехвачу расследование этого дела, чтобы отвести от вас подозрение. А вы же... Сильвия, давай ты посидишь пока в моей библиотеке? Я скажу, что ты изучаешь ее уже три дня, не вылезая оттуда ни на секунду. Будет тебе алиби. А ты же, Лейла... — Мэтр посмотрел на меня внимательно. — Постарайся не демонстрировать его сиятельству свои способности. Не показывай, не рассказывай, не обсуждай. Держись от этого подальше. Он слишком умный, ты оговоришься раз или два, а он легко заметит.

— Я бы с радостью, но, к сожалению, не могу. — Я покачала головой. — Потому что Адриан решил, что я буду ему помогать с исследованием.

— Откажись, скажи, что не понимаешь ничего! — воскликнула Сильвия.

— Кхм, боюсь, уже поздно.

— Ты уже согласилась? — спросил мэтр Горм. — Хм, а можешь сказать, что передумала? Истинная женщина всегда имеет право изменить свое мнение в любой момент.

Я укоризненно посмотрела на мэтра Горма. Такой же взгляд заметила и у Сильвии.

— И не стыдно вам? — не выдержала Сильви.

— Лекари, которые не держат свое слово, должны сгореть в аду, — сказала я, припоминая красочное описание ада от учителя.

Сильви подозрительно взглянула на меня:

— Именно поэтому те твои пациенты, которым ты обещала сделать больно, так страдали?

— Вовсе нет! Я всего-то предупреждала заранее, — буркнула я.

— Девушки-девушки, — вздохнул мэтр Горм. — И почему вы не слушаете мудрые советы? Что вы так смотрите, милые девушки? Нельзя же быть такими приличными и порядочными, это вредно для вас. И, что самое важное, для большинства из нас, мужчин! Мы наглеем и пользуемся этим...

— Вы — может быть, — отрезала Сильвия. — Юстас ни за что.

— И Адриан не такой человек, — поддакнула я. — Нельзя всех хороших мужчин судить по себе.

— Кха-кха, молодость, молодость, — вдохнул мэтр Горм. — Надеюсь, вы об этом не пожалеете.

В целом и общем, я совершенно не жалела о том, что была верна своему слову. Обещала вылечить? Вылечивала. Обещала сделать больно? Ладно, не будем об этом.

Но в случае с Адрианом часть сожалению все-таки присутствовала, потому как профессионализм лекаря время от времени одерживал верх над разумом и это было очень подозрительно. Если бы Адриан был чуть более внимательным, то задал бы куда больше вопросов.

Все началось с того, что Адриан пригласил меня в свое поместье, чтобы там я смогла осмотреть всех пострадавших наемников. На слове «пострадавших» у меня задергалась бровь, но я мужественно улыбалась. Даже смогла сказать пару слов о том, как сочувствую наемникам, которых совершенно бесплатно и изумительно качественно исцелили! Разумеется, последние слова я оставила при себе.

— Вот, Лейла, осмотри этого бедолагу, пожалуйста, — сказал Адриан, впуская меня в полупустую комнату, оборудованную под временный лазарет.

«Бедолага» — большой рыжий детина, сияющий здоровьем и благополучием, — сидел на стульчике, который не развалился под ним или благодаря чудо, или из-за какой-то чрезвычайно мощной укрепляющей магии.

— На что жалуетесь? — вежливо спросила я, решив, что если уж притворяться, то до конца.

— На начальника, — хихикнул тот.

— Что? — не поняла я.

Нет, я примерно понимала, на что он намекал. В моем мире принц такой был, на него примерно так вот жаловались, намекая, что неплохо бы мне сделать какой-нибудь качественный яд. Но тут вроде бы у людей не было привычки травить вышестоящих? Или я еще мало знаю?

— Да-да, Робеус, что ты имеешь ввиду? — спросил Адриан, стоявший за мной. — Я немного не понял, о чем ты говоришь.

— Я... я говорю о том, что на... на... части тела жалуюсь. Оговорился.

— Какие части тела? — тут же уточнила я.

— Ненужные, наверное, — заметил Адриан, но тут же исправился. — Отросшие. Простите, оговорился.

Адриан так шутил? Нет, не похоже. Казалось, что он издевается над этим несчастным человеком.

Я не выдержала и укоризненно посмотрела на мужчину, на что тот лишь невинно улыбнулся, словно не он только что предлагал полностью разрушить результаты моего исцеления и превратить ныне здорового и полного сил мужчину обратно в не очень здорового.

— Вы знакомы? — спросила я.

Что-то личное?

— Конечно, — кивнул Адриан. — А как иначе я должен был его расспрашивать? Узнал все.

Я не скрывала подозрений, Адриан улыбался. Что-то мне подсказывало, что его улыбка действовала на других представительниц прекрасного пола не хуже, чем моя — на мужчин.

— Я приступлю к осмотру и сделаю выводы.

Что ж, могу сказать, что я старалась. Старалась делать вид, что ничего не знаю и не понимаю. Но выходило далеко от идеала. Почему? Да потому что все наемники неблагодарные! Знала бы — не исцеляла. А я ведь всего-то снова спросила, есть ли на что жалобы.

— Если без шуток, госпожа целительница, то есть, — сказал мужчина. — Голова болит. За уходом тянет — там раньше шрам был, а рука ощущается как чужая. Как будто чужую приставили и магией прилепили.

Я чуть прикрыла глаза, надеясь, что на моем лице не отразятся мои мысли. Голова болит? За уходом тянет? Ощущается как чужая? Да кому ты рассказываешь! Как будто я не знаю, как люди чувствуют себя после моего исцеления! Подавив желание сделать все, чтобы эти нелепые жалобы стали истиной, я тихо спросила:

— Тогда позволите вас осмотреть?

И, дождавшись кивка наемника, тут же схватила его за руку. Ну, как я и думала, никаких проблем. Сделала новую руку идеально, я уверена, что нынешняя даже лучше, чем родная. Потому что у первоначальной могли быть дефекты, раны, проблемы с суставами, а у нынешней ничего подобного не наблюдалось.

— Ну что? — с любопытством спросил Адриан. — Как этот человек? Жить будет?

— Будет жить, — ответила я, добавив про себя, что если еще и придумывать меньше, то даже долго.

— А болеть не будет?

— Ну не болит же, — уверенно сказала я.

— Не болит, давно себя так хорошо не... — начал наемник, но внезапно прервал себя. — По правде, госпожа, все болит! Может кто-то меня исцелил, чтобы я страдал?

Может, кто-то надо мной издевается? Но я не могла сказать это вслух, особенно при Адриане. Но для чего наемник лжет?

— Не волнуйтесь, если есть какие-то проблемы с предыдущим лечением, то я сейчас все исправлю.

— А ты можешь исправлять негативные последствия чужого лечения? — спросил Адриан. — Разве лекари не стараются не вмешиваться в работу друг друга в первый дни, чтобы не повредить тонкие магические плетения?

Да? У них тут все так запущено, что лекари даже не могут долечивать друг за другом? И как выжили бедные наемники? Эх, если раскрою себя, то точно тут всех обучу!

— Я могу, — ответила я.

И приступила к осмотру. Предыдущее лечение было почти идеальным, а сейчас я сделала его абсолютно идеальным. И на мой вопрос наемник просто не смог соврать. Я бы сказала, что горжусь этой маленькой победой, вот только этот наемник был не единственным, кого я должна была осмотреть.

После него было второй, третий, четвертый... да все эти наемники приходили и жаловались на мое лечение, из-за чего я поняла, что злюсь. Мое лечение было хорошим, исключительно хорошим. Я видела, насколько здоровее стали эти люди, что у них даже внутренней энергии добавилось, но они словно специально ругали мое предыдущее лечение. А я даже не могла сказать, что лечением было моим, чтобы отругать их за вранье!

Впервые за все время пребывания в этом мире я всерьез разозлилась. Не хватало лишь маленькой капли, чтобы я окончательно потеряла над собой контроль. И последний наемник, словно бы решив, что он обязан ею стать, после моего финального исцеления, ляпнул:

— А у меня все равно все болит, госпожа.

Я была уверена в одном — надо мной издевались. Я плотнее сжала губы. Ах, почему в ответ на подобное я не могу расплакаться? Или обидеться? Или сказать что-то обидное?

Почему в такой момент я злюсь так, что в скором времени это становится опасным для окружающих?!

Раньше все было проще! Если бы это заметила Сильвия, то она бы побила тех, кто пытался меня разозлить. Те бы извинились — и моей гнев исчез.

Учитель... учитель бы в ответ поиздевался над глупцами так, что я бы сама в итоге их жалела.

Кристэль попыталась бы содрать с них побольше денег — и я бы смеялась, а не злилась.

Но сейчас здесь не было никого, кто мог бы перенаправить мой гнев в другое русло. И если я не выдержу и потеряю контроль...

Я замолчала и стиснула кулаки.

— Даже после моего лечения? Вам все еще нехорошо? — спросила я.

Я ведь не только проверяла, я сейчас еще и лечила.

— Да, — ответил наемник.

Не-хо-ро-шо. Сейчас тут абсолютно всем будет нехорошо!

— Лейла? — позвал меня Адриан.

— Мне... мне надо выйти, — выдавила я из себя. — Боюсь, я ничем не смогу помочь!

Я с этими словами я бросилась в сторону двери, чувствуя, что еще парочка минут — и все пространство превратится в чью-то могилу, потому что мой контроль висел на волоске. Чертов лжец! Моральный урод! Зачем врать целителю? Деграданец! Деградуй! Деграндец! А! Как там учитель это ругательство произносил?!

Я бежала довольно быстро. К сожалению, Адриан бежал быстрее — и нагонял. Неудивительно. В платье, в туфлях на каблуках пытаться соревноваться с чрезвычайно выносливым магическим мечником, у которого была нешуточная физическая подготовка? Утопия!

Удивительно, что Адриан меня не схватил в первые же секунды.

— Стой, Лейла, подожди! Что случилось?

Довели! Вот что случилось. Но Адриану я это совершенно точно не могла сказать — и без того мое положение было плачевным. Я бы не успела выбежать за пределы особняка. И спрятаться в доме или в нормальном саду — не вариант.

Но у Адриана, на мое счастье, был еще сад с ядовитыми растениями. Моими родичами по духу. И именно туда я метнулась из последних сил. В прошлый раз деревце отнеслось ко мне с огромным дружелюбием, стоило ему только понять, что я ядовитее его самого. Может и сейчас поможет?

— Лейла, стой, туда нельзя, там... А! Да кто мне объяснит, что происходит?! — воскликнул Адриан, бегущий позади меня.

Кто угодно, но только не я.

Я влетела в сад, разрешая ядовитой ауре просочиться — чтобы меня никто не попытался съесть. Нынче я тощая и невкусная, пусть лучше Адриана кусают. С ним у деревьев не так уж и много шансов, но хоть не отравятся.

Я пробежала вдоль небольшой дорожки и поняла, что не слышу шагов Адриана. И даже его присутствия не замечаю. Где он?! Наконец, я остановилась и обернулась.

Только сейчас я в полной мере осознала, почему Сильвия так любит разумные растения этого мира. Да они же лапочки! Солнышки! Магические антидотики от гнева в сердце!

Заросли каких-то колючих и знатно ядовитых кустов разрослись, перегораживая вход в сад. Колючки выглядели настолько основательно, что даже я, имея иммунитет ко всем отравам, не рискнула бы через них лезть.

Адриан же.

Рискнет. Абсолютно точно рискнет!

И догонит.

Но главное не это — мне надо было успеть сбросить свою ядовитую ауру и вернуться в нормальное состояние, пока меня не заметили. И молиться, чтобы мой яд совершенно случайно не погубил здесь все. Жалко ведь, цветочки и кустики с деревьями тут хорошие, сочувствующие и помогающие.

Деревья, точно! Где-то здесь я видела дерево Истилию, которое поглощает яд. Мне к нему и нужно. Я побежала вперед по дорожке, оглядываясь в поисках искомого дерева. Сзади же раздался характерный треск — кто-то пытался пройти сквозь чудесные кусты, загородившие дорогу в сад.

Как же... раздражает! Вспышка гнева — и я больше не сдерживалась: побежала по саду на своих четырех лапах. Увидит так увидит, прибьет так прибьет. Я его в ответ хоть... покусаю!

В этой форме отслеживать приближение Адриана было еще проще. И легче понять, что кустики, оберегавшие меня, были на пределе. Помочь мне — это одно, а вот пожертвовать своей жизнь — другое.

На дерево я прыгнула буквально в последний момент перед тем, как окончательно потеряла контроль над аурой. Все, на что меня хватило — это стиснуть челюсти, чтобы не издавать специфических звуков. Фух, прекрасно-то как. Божественно, невероятно, изумительно!

Я снова без труда превратилась в девушку.

И именно в этот момент кусты окончательно спрятали свои части, которые Адриан безжалостно покромсал мечом. Этому растению сильно не повредит такое подрезание побегов, даже на пользу пойдет.

И ему польза, и мне польза. Зато теперь я спокойно могла притвориться наивной и впечатлительной дурочкой, которая совсем не обладает никакими скрытыми силами.

Я, сидя на ветке дерева, поболтала ногами и даже улыбнулась. Но, увидев приближение Адриана, тут же стерла улыбку с лица — такие эмоции я не объясню.

— Лейла, ты в порядке? — крикнул мужчина.

— Да, — ответила я.

— Лейла... — голос Адриана показался мне странным.

Шокированным.

Ох, наверное, мне не стоило сидеть на ветке дерева? Леди же так не делают? Ай-яй, кажется, я совсем забыла про этикет.

— Что-то не так? — спросила я, глядя на Адриана, стоявшего уже под деревом.

— Что случилось? — воскликнул Адриан. — Что случилось с деревом? Это же Истилией? Это дерево цветет лишь раз в десять лет.

И тут я вскинула голову и поняла, что на радостях совершенно не заметила, как на дереве появились сотни и тысячи нежно-голубых цветов.

— Н-не знаю, — пробормотала я. — Оно уже было таким, когда я сюда пришла.

— Прибежала, Лейла. Сбежала, — уточнил Адриан. — Не спустишься? И не расскажешь, что случилось?

Казалось, Адриана больше ни в коей мере не волновало дерево, которое повело себя аномально. Все его внимание сосредоточилось на мне. Спускаться или нет — вот в чем вопрос? Не станет же Адриан стаскивать меня силой?

— Что такое? Не можешь спуститься? — спросил мужчина. — Помочь?

— Не нужно. Не хочу слезать, — честно сказала я.

— О, понял. Что ж, желание леди — закон, — улыбнулся мне Адриан и подмигнул.

Так просто? И он уйдет, больше ничего не спрашивая?

Ветка рядом со мной внезапно чуть просела. И я в удивлении уставилась на Адриана, который в секунду оказался сидящим рядом со мной. Такой огромный мужчина, сидящий на ветке дерева в окружении цветов, должен был быть смотреться нелепо. По всем законам мироздания так должно было быть! Но Адриан выглядел на удивление гармонично.

— Если прекрасная дама не идет к тебе, значит, можно прийти к ней. Ты же не против? Ну что, теперь ответишь на мой вопрос? Что случилось, почему ты сбежала после проверки наемников?

— Потому что они врали, — буркнула я.

Мои слова против слов этих людей. Интересно, кому Адриан поверит? В конце концов, можно будет все списать на личное высокомерие.

— Да?

— Да. Ничего у них не болит, — сказала я. — Я их организм сверху донизу проверила — ни единого отклонения.

— Ты лекарь, а не эмпат. Как ты можешь знать? К тому же, тут задействована магия, с которой мы ни разу не сталкивались, — мягко возразил Адриан. — Какие она последствия оказывает на организм? Как работает? Какие побочные? Ничего неизвестно...

Вот поэтому я и не спорила прямо там. Адриан кругом прав: я могла знать все, что происходит в организме, но утверждать, что ничего не болит, не могла. Только эмпаты, которые считывали чужие чувства, могли бы быть уверенны в подобном.

И сказать, что эту магию — полного восстановления — я знала вдоль и поперек, тоже не могла.

— Я их сама подлечила поверх той магии. Осторожно, никому не навредила. Мое лечение должно было снять все побочные, если они были, а уж какую-то боль — тем более.

— Значит, наемники врали? А убежала ты почему? Потому что расстроилась? И не хотела расплакаться там? — участливо спросил Адриан.

Сбежала я из-за потенциальной потери контроля и кодекса лекаря — не убивать собственных пациентов. Но Адриану я об этом не могла сказать. Поэтому кивнула.

— Я поговорю с ними и выясню, почему они тебе лгали.

— А я напишу отчет. Завтра! — тут же сказала я, вспомнив о нашей с Адрианом первоначальной договоренности.

— Сегодня же, — строго сказал Адриан.

Я обиженно уставилась на него. Я согласилась помочь, а не выполнять роль его подчиненной.

Заметив мой обиженно-удивленный взгляд, Адриан тут поторопился исправить ситуацию:

— Завтра начинается бал. Боюсь, за подготовкой тебе будет совершенно не до отчетов.

— Уже? — удивилась я.

— Уже, — передразнил меня Адриан. — Так что времени не так много. И сидеть тут замечательно, но, думаю, и тебе, и мне пора возвращаться к делам.

Адриан протянул мне руку. Я без особых раздумий взяла его за руку. Это бы слишком привычно, чтобы я о чем-то подозревала. Когда я была в виде кошки, Адриан нередко так мне протягивал руку, а я клала в нее свою лапку. Поэтому, даже будучи в человеческой форме, я сделала то же самое!

Меня резко потянули за руку, я соскользнула с ветки, чтобы... оказаться на руках у Адриана, который тут же спрыгнул с дерева.

— Оп. Вот и спустились, — сказал мужчина, пока я на него смотрела во все глаза.

— Да я и сама могла...

— Не сомневаюсь, — ответил он.

— Тогда зачем?..

— Затем, что очень хотелось. Простишь мне мою маленькую вольность? — спросил Адриан, аккуратно ставя меня на землю.

После чего потянулся рукой к моим волосам и погладил. Что он делает?!

— Цветок в волосах, — сказал Адриан, демонстрируя несколько цветков в своей ладони.

Серьезно? Эти цветки несут слабую ядовитую ауру, как я могла их не почувствовать? Я посмотрела на ладонь Адриана и нахмурилась.

— Откуда рана?

— От тех чудесных кустов, что кусают руку кормящую, — ответил Адриан, выбрасывая цветы прямо на дорогу.

— Надо залечить, — сказала я.

— Не нужно, это абсолютный пустяк, — заметил Адриан.

О, конечно. Абсолютный пустяк на всю ладонь, который не заживал даже под воздействием ауры магического мечника.

— Царапинка, — добавил Адриан. — Никаких проблем.

Кроме того, что эту царапинку оставили кустики. Магические. Агрессивные. И ядовитые.

— Надо обработать! — воскликнула я, давя в себе злость и желание добавить мужчине парочку повреждений, чтобы неповадно было.

С его-то навыками как можно умудриться поцарапаться?

— Само заживет. Зачем тратить время?

— Нет-нет, не заживет! — возмутилась я.

Точнее, заживет, но медленно. А вот последствия... Если остаточный яд проникнет глубоко внутрь руки, дойдет до кости, то потом всю жизнь придется к лекарям ходить.

— Тогда не исцелишь меня? — прошептал Адриан и подмигнул мне.

Я уставилась на него возмущенно: флиртовать у него время есть, а вот подлечить себя — нет! Бессовестный, какой же Адриан бессовестный, так бы и... исцелила. Самым болезненным способом. Впрочем, боли этот мужчина совершенно не боялся, а вот запомнить меня как плохую целительница мог.

— Исцелю, — сказала я, не скрывая некоторой злости.

— Исцеляй, — хмыкнул Адриан, протягивая мне руку.

А потом я сделала то, о чем жалела очень сильно и очень долго.

Я взяла протянутую руку. Большая, с мозолями — такие бывают только от очень усердных тренировок с мечом. Перевернула, склонилась и лизнула царапину. Дважды — длинная очень, за один раз неудобно.

И лишь когда услышала звук судорожно втягиваемого воздуха, поняла — что-то не так. Неужели больно? Я взяла руку крепче — чтобы не отдернул. И подняла взгляд.

Шок. Адриан был в абсолютно шоке. Он, кажется, даже не дышал. И темно-синие глаза стали почти черными. Что такое...

И только в этот момент я осознала, что сделала.

Нет, не сделала!

Натворила, опростоволосилась или, как поговаривал мой учитель, феерично лоханулась. Потому что ни одна нормальная целительница не стала бы облизывать царапину! Ни одна нормальная девушка не стала бы лизать руку мужчины! Ни одна нормальная волшебница так не поступит!

Теперь оставалось лишь одно.

Нет, не побег.

Не извинения.

Нужно было сделать вид, что все в порядке. И что лизать чужие раны — абсолютно нормально.

— Адриан? Все хорошо?

— Очень хорошо, — выдавил из себя мужчина. — Но что ты делаешь?..

— Исцеляю, — невозмутимо ответила я.

По крайней мере, я на это надеялась.

— А почему?.. — Ого, Адриан, кажется, слов подобрать не мог.

— Потому что эффективно. Вот, посмотри, почти затянулось.

На ладони Адриана теперь был не огромный порез, а небольшая царапина — очень тонкая и почти незаметная.

— Т-ты... ты всегда так исцеляешь? — спросил Адриан.

— Нет, конечно, — ответила я. — Редко.

— И кого ты так исцеляла? — хрипло спросил Адриан.

— Только себя и тебя, — ответила я, немного приврав. — Я совсем недавно проверила этот способ лечения, поэтому пока не использовала на других.

Себя я так никогда не исцеляла, но будет еще более неловко, если Адриан об этом узнает. Еще решит, что ненормальная волшебница-целительница решила на нем поэкспериментировать.

— О. А ты планируешь?

— Что?

— Планируешь ли ты исцелять так других? — вкрадчиво спросил Адриан.

Было в его тоне что-то опасное. Угрожающее.

— Нет, конечно! — воскликнула я, даже не задумавшись.

Лизать чью-то руку? Не Адриана, а кого-то незнакомого? Гадость!

— Тогда... могу ли я считать это эксклюзивным исцелением только для меня?

— Да, — выдохнула я, применяя целительскую силу — уже обычную.

От раны Адриана не осталась и следа. Я попыталась отпустить руку Адриана, но он обхватил мою — крепко, но настойчиво.

Поднес к своему лицу и поцеловал тыльную сторону ладони. Вот теперь я не смогла сохранить невозмутимое лицо.

— Спасибо, Лейла.

— Госпожа Лейла, повернитесь, пожалуйста, сюда. А теперь вот сюда. Да, идеально смотрится, не находите? — спросила у Сильвии милая девушка, которая помогала мне со сбором на бал.

Почему не у меня? А у меня спрашивать было абсолютно бесполезно — я со вчерашнего дня пребывала в некой прострации. Стоило поблагодарить Адриана, который поцеловал мою руку. Удивил он меня ничуть не меньше, чем я его. Еще и лицо такое сделал... словно вообще ничего не произошло!

Проводил до «дома», то есть, до магической башни, где я остановилась в предоставленной мэтром Гормом комнате, и ушел.

Я всю дорогу молчала, не в силах спросить, всегда ли он так проявляет благодарность. Со всеми ли девушками так себя ведет? Адриан ушел, я написала отчет и легла спать, наплевав даже на то, что сегодня ночью кое-кто не найдет свою любимую кошку, а утром меня ждали они. Сборы на бал.

В моем мире я собиралась на бал совершенно иначе. Надевала самую удобную одежду, прятала в ней несколько клинков, бутылочек с ядом и заклинаний на магической бумаге — чтобы вдарить со всей силы и сбежать при необходимости.

Здесь же недостаточно было надеть выбранное платье! В выделенную мне комнату, где я мирно спала, вошли служанки. Их было столько, что продохнуть негде было! Ванну принесли, сказали, что нужно сделать всякие про-це-ду-ры! Процедуры — это мини-разряд молнии пускать на правильное место, а не пытаться намазать на мое личико странно пахнущую массу со словами, что моя кожа будет сиять!

Если бы не Сильвия, которая пришла вовремя и успокоила меня, я бы определенно отбивалась от всех служанок, посланных мэтром Гормом. Спустя три часа, когда девушка решила, что я смотрюсь идеально, а Сильви это подтвердила, сборы закончились.

— Как же хорошо, что госпожа волшебница столь красива! — сказала девушка, которая занималась моей прической. — Мы успели все сделать в три раза быстрее, чем обычно.

Я с ужасом посмотрела на девушку. В три раза быстрее? То есть, обычно это занимает в три раза больше времени?

— Отлично, тогда оставьте нас, не забудьте отчитаться мэтру Горму, — Сильви махнула рукой — и все люди в комнате исчезли.

Я выдохнула и плюхнулась в кресло.

— Лейла, ты точно в порядке? — спросила Сильвия, внимательно осматривая меня.

— Да. Я думаю.

— Как отравить ту принцессу, чтобы никто не заметил? Пожалуйста, не нужно. Как бы ты не хотела помочь Адриану, причинять вред никому нельзя.

— Ты меня ни с кем не путаешь? — обиженно фыркнула я. — Я обычно никого не убиваю.

— Да-да, ты только заставляешь страдать самыми неординарными способами, — буркнула Сильвия. — Хватит, руки уже прирастила, если у принцессы они отвалятся и превратятся в желе, то ничего хорошего от этого не будет...

Я замерла на месте:

— До твоих слов я ни о чем подобном не думала, Сильвия, но ты уверена, что это плохая идея? Превратить руки в желе — это же здорово! Тогда принцесса не будет тянуть их к Адриану...

— Лейла!

— Да шучу я, — буркнула я.

— О чем ты думаешь, — Сильви подошла ко мне и похлопала по плечу. — Волнуешься перед балом?

— Волнуюсь со вчерашнего дня.

— Почему?

— Поцелуй, — выдавила я из себя.

Смущение мигом вернулось — и я даже не смогла нормально объяснить.

— Тебя кто-то поцеловал? — Сильви спросила таким голосом, что я поняла — быть беде. — Где этот смертник? Как он посмел сотворить с тобой подобное?

— Кто и что сотворил с госпожой Лейлой? — Мэтр Горм вошел так быстро, что стало сразу понятно: подслушивал.

— Ее кто-то поцеловал! — сказала Сильвия. — И этот кто-то об этом очень пожалеет!

Сомнительно. Адриан выглядел так, что совершенно точно никаким образом не будет расстраиваться из-за того, что меня поцеловал. Слишком уж довольным выглядел. Я бы об этом рассказала, если бы хоть кто-то дал мне вставить слово.

— Вы его побьете? — поинтересовался мэтр Горм, закрывая за собой дверь. Не руками, магией — чтобы никто не входил и не подслушивал.

— Я его убью, — мстительно заявила Сильвия.

— Нет, ни в коем случае! — воскликнул мэтр Горм. — Ты и так под подозрением, если еще случайно где-то появится труп, то будет совсем нехорошо. Зачем дополнительные риски?

Я едва не закивала в поддержку — вот это правильно, никаких убийств.

— Но...

— Не но! Мы сделаем умнее. Лейла, скажи об этом Адриану.

— Зачем? — спросила я.

— Затем, что тогда Адриан сам убьет этого идиота, а Сильвии не придется о тебе беспокоится. Ну или... отчикает все лишнее.

— Я не думаю, что Адриан из-за одного поцелуя решится...

— Еще как решится! — перебил меня мэтр Горм.

—... самоубиться.

— Стой, зачем ему самоубиваться? — не понял мэтр Горм. — Неужели противник настолько силен?..

— И отчикивать себе он определенно ничего не будет, — заметила я. — Адриан в здравом уме, так что самовредительством заниматься не станет. Он меня поцеловал. В руку. Не может же он сам себя убить!

— Теоретически — вполне себе может, — заметил мэтр Горм и улыбнулся.

А Сильви поморщилась:

— Проблем-ка, да-а-а-а...

— Почему?

— Потому что Адриан определенно входит в список пяти людей, с которыми я не хотела бы сталкиваться в серьезном бою. Но он тебя обидел!

— Он меня не обидел! — воскликнула я.

— Он тебя поцеловал, значит, обидел.

— Сильви, подскажи-ка, когда Юстас тебя целует, ты сильно обижаешься? — заметил мэтр Горм.

— Ну так это Юстас... — сказала Сильвия, а потом замолкла — видимо, переваривала новость.

— Лейла, ты обижена? — Мэтр Горм посмотрел на меня с улыбкой.

Обиделась ли я на то, что Адриан поцеловал мою руку, задержав ее у своих губ намного дольше, чем требовала обычная вежливость и благодарность? Я вспомнила прикосновение теплых и на удивление мягких губ к коже, глубокий пронизывающий взгляд... И сглотнула.

Я испытывала какие угодно чувства, но точно не негативные!

— Ничуть. — Я активно замотала головой.

— Стой, Лейла, ты же говорила, что ненавидишь, когда мужчины проявляют к тебе такое внимание? И вообще прикасаются? — начала Сильвия.

Я пожала плечами. Обычно я и впрямь ненавидела, но где «обычно» и где Адриан?

— Так, стой, Лейла, Адриан тебе что... Да быть не может! Почему он?

— Адриан мне что?

— Он тебе нравится?! — воскликнула Сильвия.

— Мне нравится кто? — Я переспросила, не в силах свести весь наш диалог у себя в голове.

— Адриан. Он тебе нравится? Иначе за поцелуй, пусть даже в руку, ты бы его точно отравила.

— У его сиятельства неплохая устойчивость к ядам, — вмешался мэтр Горм.

— Но не к ядам такого уровня, — буркнула Сильвия. — Так что, Лейла, ответь мне.

Нравился ли мне Адриан? Как хозяин моей псевдопушистой ипостаси — очень! Как собеседник — безумно. Как мужчина, который поцеловал мою руку?..

— Да, — с абсолютной уверенностью сказала я. И добавила: — Очень.

— Лейла, ты уверена? Если выбрать прогулку с Адрианом или поесть в хорошей таверне...

— Прогулка с Адрианом, — сразу же выбрала я, не став уточнять, что во время прогулки мы обязательно зайдем в ресторан, и Адриан меня накормит от души.

— Эх, — Сильвия очень выразительно вздохнула, добрела до кресла и села в него с видом человека, который столкнулся с очень сложной, практически неразрешимой проблемой.

— Госпожа Сильвия, почему вы так вздыхаете? У вашей подруги, надо заметить, хороший вкус. Я бы очень напрягся, если бы она сказала, что его сиятельство ей совсем не нравится.

— И чем это сиятельство хорош? — Сильви не нравится Адриан? Почему?

— Всем. Умен, силен, хорош собой, обходителен, чрезвычайно богат. И не бабник, надо заметить. А еще он очень хорошо разбирается в том, как управлять своим временем, иначе как бы он, при такой загруженности, умудрялся ежедневно ходить на свидания с госпожой Лейлой?

— Но у него есть одна плохая черта, — пробормотала Сильвия.

— Какая? — мы спросили хором с мэтром Гормом.

— Он слишком силен! — возмущенно сказала Сильви. — Если он вдруг обидит Лейлу, то я даже не смогу его побить как следует. И мои угрозы на него не будут действовать!

Выражение лица мэтра Горма было бесценно. Как, думаю, и мое.

— А с чего ты взяла, Сильви, что он меня будет обижать? — спросила я, подходя поближе к подруге глядя на нее сверху вниз. — Тебя разве твой Юстас обижает?

Я очень люблю Сильвию. Она милая, веселая, всегда на моей стороне. И защищает меня от тех, кого я не могу побить, а убивать пока не за что. Но иногда в своей заботе она перебарщивает.

— Нет, но...

— Ну вот и Адриан не будет. А если попробует — перевоплощусь в кошку. Разве он сможет что-то сделать милой Лале?

— А если он кошку обидит? — поинтересовался уже мэтр Горм.

Хорошо, что не Сильви.

— Значит, я ошиблась в нем. В человеке, обидевшем кошку, нет ничего хорошего. Это насквозь прогнившее существо, которое не достойно ни любви, ни сочувствия, ни существования на этом свете, — тихо проговорила я, улыбнувшись. — А таких людей обижаю уже я сама...

— Сильно?

— До смерти, — тихо сказала я, улыбнувшись мэтру Горму, который внезапно поднял голову к потолку и практически простонал:

— Милостивая богиня, ну что ты делаешь? Я когда желал этим двоим сорванцам — Юстасу и Адриану — хороших девушек, способных постоять за себя, то совсем не это имел ввиду! Пожалуйста, в следующий раз хотя бы нашему высочеству найди девушку, которая будет не способна его убить!

Я внимательно посмотрела на старика — ну какое обманчивое впечатление производит? Я ведь была уверена, что он хорошо разбирается в людях! Как он вообще мог намекать на то, что моя подруга была способна убить Юстаса? Сильвия, скорее, перебьет всех тех, кто будет угрожать ее ненаглядному.

Про то, что я способна нанести вред Адриану, вообще стоило молчать. Во-первых, я лекарь. Это же во-вторых, в-третьих и в-четвертых! Ну а в-пятых... как можно сделать неприятно человеку, который тебе нравится? Нет, можно, конечно, но кем ты после этого будешь? Это тогда не симпатия, не любовь, а лишь маска, под которой скрывается потакание собственному эгоизму.

Сказать об этом мэтру Горму?

Я посмотрела на старика, который сложил ладони в замок, запрокинул голову вверх и шептал молитвы каким-то непонятным богам. Нет, лучше не буду. Попрошу потом по моему рецепту лекарство для ясности ума прислать.

— Адриан уже тут, — сказала Сильвия. — Я пойду, у меня времени в обрез. Королевская семья с теми, кто их сопровождает, должна прибыть на мероприятие первой.

— Ты только с королевой поосторожнее, старайся не идти одна туда, куда она тебя зовет. Хотя бы подружку свою прихвати вместе с Адрианом.

— А Адриана зачем? — нахмурилась Сильви.

— Потому что он настолько надежен и предан королевской семье, что никто, даже сам король, не посмеет сказать против него хоть что-то, если не будет абсолютно неопровержимых доказательств его виновности. И то... Даже тогда промолчит из уважения, — заметил мэтр Горм. — А теперь все, иди, дай мне сказать пару слов твоей подружке Лейле.

Сильвия фыркнула, подошла к окну, распахнула и пошла вниз по отвесной стене.

— Ужасная привычка, — заметили мы с мэтром Гормом хором.

— Да, кошмарная. Если бы только принц Юстас не отменил использование того зелья, которое не позволяло ведьмам ходить по стенам, то сейчас его невеста использовала бы куда более цивилизованные способы покинуть башню! — возмутился мэтр Горм.

Но, должна заметить, не слишком искренне. Я подозревала, что поведение Сильвии доставляет ему немало удовольствия.

— Что вы мне хотели сказать? — спросила я, решив не терять времени.

— Хм, что вы узнали о принцессе Доминике за это время? — спросил меня мэтр Горм.

— То, что вы мне рассказали. Она влиятельная, красивая, умеет выбирать мужчин, но не понимает отказов.

— То есть, ничего не узнавала, да? Так я и думал. — Мэтр Горм сел в то кресло, в котором недавно была Сильвия. — Хоть мы и говорим о принцессе с некоторой долей сарказма, но недооценивать ее нельзя. Она изумительна хороша не только в создании ядов и приворотов, но еще и в обращении со словами. Как я уже говорил, его сиятельство очень ценят в этом королевстве. И если бы принцесса переборщила, будучи чрезмерно откровенной в своих действиях, то даже ее положение могло бы ее не защитить.

— Вы к чему это все?

— К тому, что будь внимательна. Принцесса Доминика хитра и коварна, а ты, к счастью Адриана, слишком прямолинейная и искренняя. Поэтому будь внимательна. Если принцесса скажет что-то абсурдное — не отвечай, лучше улыбайся.

Я посмотрела на мэтра Горма. Нет, все-таки я была права: этот старик не очень хорошо разбирается в людях. Прямолинейная? Искренняя? Исключительно для тех, кто мне не безразличен. Но переубеждать мэтра не стала, улыбнулась:

— Конечно, я все поняла.

— Почему-то мне кажется, что ты меня даже не слушала, — пробормотал мэтр, но продолжать было некогда: за мной приехал Адриан.

Пора было отправляться на бал.

Я нервно выдохнула. Больше всего я опасалась не принцессы, королевы, которой так не нравилась Сильвия, и даже не того, что наемники снова начнут выводить меня из себя своими необоснованными жалобами.

Я боялась самого бала. Мое изначальное местожительства — мир на грани уничтожения. Пусть я видела, как там живут короли и аристократы, но то богатство и близко нельзя было сравнить с тем, что было в этом мире. Здесь в обычном трактире еда была лучше, чем там — на королевском банкете.

В общем, я искренне опасалась, что буду глазеть на убранство, пускать слюни на еду и вести себя еще более странно, чем положено волшебницам этого мира.

Но как только Адриан зашел за мной, я поняла, что опасалась зря. Глазеть я буду не на зал или еду, а на Адриана. Слишком уж хорошо выглядел в роскошном наряде, я бы сказала — непозволительно хорошо! Судя по тому, как Адриан смотрел на меня, выглядела я в его глазах ничуть не хуже, чем он — в моих.

— Лейла, ты... слишком красивая, — вздохнул Адриан и улыбнулся чуть виновато: — Мне нужно читать немного больше книг, чтобы я в следующий раз смог более внятно выразить мое восхищение тобой.

В следующий раз?

— Как хорошо, что ты понимаешь, сколь прекрасна твоя спутница, — проворчал мэтр Горм. — Будешь оберегать ее от лишнего внимания других.

— Обязательно, — серьезно кивнул Адриан.

— И я тоже, — добавила я.

— Что тоже? — не понял мэтр Горм.

— Тоже буду защищать Адриана, — пояснила я. — От лишнего внимания.

Оба мужчины посмотрели на меня во все глаза. Как будто я какую-то глупость ляпнула!

— Обычно это не требуется, — начал мэтр Горм, но я его перебила.

— Обычно он не настолько красив. То есть, красив, но не так выделяется. Просто этот костюм ему очень, очень идет. Настолько, что более красивым его представить нельзя, — я попыталась объяснить, но выходило как-то не очень. Сумбурно. Все потому, что Адриан на меня так смотрел! Мысли путались.

— Да? Действительно нельзя? — почти промурлыкал он.

— Ну, наверное, можно, — заметила я. — Но красивее, чем в этом костюме, ты только голый.

На секунду воцарилась тишина. Кажется, я снова удивила Адриана. Немного.

А вот мэтра Горма — много: у него даже лицо вытянулось после моих слов, рот приоткрылся.

— Когда... когда вы успели? — не выдержал мэтр Горм.

Причем его голос был наполнен негодованием и злостью. Но это все было направлено не на меня, а на Адриана.

— Успел что?

— Успели соблазнить мою ученицу! Где она вас голым видела?!

— Кхм-кхм, Лейла, знаешь, мне вот тоже интересно, где же ты видела меня голым. Не расскажешь?

Я улыбнулась. Улыбка наверняка вышла довольно нервной, потому что в голову ничего не приходило! А что ответить?

Когда я была кошкой? Спалюсь.

В фантазиях? Только сумасшедшей девушки с чрезмерно богатым воображением его сиятельству и не хватало. Причем воображение это явно не отличалось приличием.

На тренировках, в спальне? Получится, что я специально подглядывала, потому как случайно увидеть не смогла бы? Чем я тогда лучше принцессы Доминики буду? Как извращенка, бе!

— С-секрет, — сказала я и лучезарно улыбнулась. — У девушки же могут быть секреты?

Улыбайся, улыбайся, смотри из-под ресниц. Учитель говорил, что это работает.

— Конечно же, — спокойно сказал Адриан.

— Ни в коем случае! — воскликнул в тот же момент мэтр Горм.

Мужчины переглянулись, мэтр откашлялся и сказал:

— Я настаиваю. Это важный вопрос.

— Но я не настаиваю, — невозмутимо ответил Адриан. — Мэтр Горм, давайте договоримся. Настаивать на чем-то вы будете, когда речь пойдет о вашем теле, а пока все-таки о моем — и мне принимать решение.

— Но это касается волшебницы моей башни! Вы же знаете, ваше сиятельство, какие у меня волшебницы? Милые, добрые и непосредственные, сущие дети, их так легко обмануть и обидеть...

— Насчет обмануть — не знаю, а вот обидеть легко, соглашусь, — покивал Адриан. — Недавно одна такая ваша волшебница чуть не отправила на тот свет мечника из моего отряда. Это было очень мило. По-доброму и довольно непосредственно, конечно же.

— Так за дело! За измену, — возразил мэтр Горм.

— За мнимую измену. Мой человек встречался со своей двоюродной сестрой, а не изменял ей. Может вашим милым, добрым и непосредственным волшебницам стоит уточнять детали, прежде чем накладывать заковыристые заклинания, больше схожие с проклятиями.

— Или вашим людям стоит сразу обозначать серьезные намерения в отношении милых волшебниц башни и знакомить со всеми родственниками?!

— Сразу на первом свидании? Не несите бред, мэтр Горм.

— Но Лейла не такая. Она разумная, добрая и светлая девочка, которая всю себя посвящает исследованиям и исцелению других...

— Я знаю.

— Откуда?

— Оттуда. Мэтр... — Адриан вздохнул и смирил мэтра тяжелым взглядом.

Они же сейчас не начнут драться? Если Сильвия такое пропустит, он точно очень сильно расстроится...

— Мы на бал не опоздаем? — спросила я у Адриана.

— Да, можем, если не поторопимся. — Адриан протянул мне руку. — Пойдем, Лейла, отдохнем и повеселимся как следует.

Повеселимся? Что Адриан имеет ввиду? Я сглотнула, вспоминая, что именно обычно наш учитель называл весельем. Там мало что оставалось целым. Интересно, Адриан также веселится или его способ насладиться жизнью менее разрушителен?

— Хорошо, — кивнула я.

На месте все и узнаю.

Мы приехали на бал вовремя: гости только-только собирались. Каждого присутствующего проверяли маги, стоящие на входе в королевский замок — смотрели заранее выданные бумажки с магическим кодом. Гости были не слишком против: чтобы не стоять в очереди, можно было отдохнуть в искусственно возведенном в кратчайшие сроки магическим садом перед входом в замок.

Тут и раньше было красиво, но сейчас, когда маги постарались, аж дух захватывало. Пусть исцеление в моем мире было на более высоком уровне, но вот магия иллюзий и в подметки не годилась тому, что использовали тут. Созданные заклинанием птицы, пушистые звери были как настоящие, разве что напасть не могли. Они бродили по саду и развлекали гостей. Я обратила внимание на девушку, гладившую огромного белого тигра, который вел себя совсем как котенок. Девушка совершенно не торопилась покинуть сад и пройти внутрь замка в бальный зал. Что ж, нельзя сказать, что я ее не понимала. Я рассматривала тигра со всем вниманием, пытаясь понять структуру и особенности. Лекарь не иллюзионист, но зато умеет обращаться с очень тонкими магическими потоками... Если постараться, то что-то такое я могу сплести. С первого раза выйдет не очень, наверное. Ну, как моя кошачья форма: немного косая и кривая. Я еще раз взглянула на тигра и со вздохом отвернулась.

— Твой билет, Лейла. Иначе не пустят. — Адриан вложил в мою руку длинную черную бумажку, от которой ощутимо несло магией.

— Зачем такие сложности? — спросила я, глядя на бесполезную штуку, которая тут же исчезнет, как мы войдем.

— Иначе в королевский дворец проберется слишком много лишних людей. — Адриан протянул мне руку и, как только я взяла его за руку, повел за собой ко входу.

— А разве дорога цветов не отсеивает людей с дурными намерениями? — удивилась я.

— С дурными — да, но есть же люди без плохих намерений, который всего лишь слегка... неразумны.

— Идиоты? — спросила я, приподняв бровь.

— Да, очень точно подметила, Лейла.

— О, или тут ругаться нельзя? — сообразила я, оглядываясь — никто ведь не услышал?

Нет, я сама ругалась и похуже, особенно, когда любимые пациенты не исполняли рекомендации по лечению, но тут-то я могла Адриану репутацию испортить!

— Тебе можно. Мне при тебе нельзя, — подмигнул он.

Логики я не уловила, но решила промолчать. В конце концов, надо же как-то отплатить человеку, который позволяет мне сохранить некоторые мои секретики?

— И зачем эти люди проникают во дворец?

— Иногда мне кажется, что лишь для того, что вылететь из него избитыми, но... О, началось веселье, смотри! — Адриан кивнул в сторону входа, где маг-встречающий ругался с одним из гостей.

Впрочем, два других мага быстро сковали гостя и вывели под ручки из очереди.

— Почему он не сопротивлялся? — удивилась я.

Человек, который ругался, был магом выше среднего. Неплохо скрывал ауру, но я видела его колоссальный запас магической силы, а также умение обращаться с магией — маскировка была практически идеальной.

— Как думаешь почему? — усмехнулся Адриан, подмигивая мне. — Посмотри внимательно вон туда.

Я подняла голову: на балконе второго этаже стояла красивая женщина неопределенного возраста, которой могло оказаться как двадцать пять, так и все пятьдесят пять. Но она привлекала внимание даже не внешностью, которую трудно оценить иначе, чем превосходная и впечатляющая, сколько атмосфера вокруг нее. Это даже не аура, не сила мага или магического мечника, это своего рода властность.

— Это кто? — спросила я у Адриана.

Принцесса Доминика? Хм, никогда бы не подумала, что она может быть такой. Не зря мэтр Горм меня предупреждал...

— Это наша королева, мать первого и второго принцев, — пояснил Адриан. — Если встретишь — сделай реверанс, как Сильвия показывала. Если ты его не сделаешь, ничего плохого не произойдет, но привлечешь лишнее внимание. Пойдем, нам туда. Отдельный вход для монарших особ.

Я послушно кивнула — внимание мне совершенно точно не нужно. И последовала за Адрианом. Так, стойте, а откуда он узнал, что мне оно не надо?

— А разве мы монаршие особы? — спросила я.

— Нет, конечно. Но у меня есть особое разрешение. Благодаря ему мы не столкнемся с принцессой Доминикой у входа.

— Но разве принцессы должны заходить не через особый вход?

— Должны. Но принцесса предпочитает... общаться со мной во время ожидания в очереди, поэтому вот уже который год выбирает обычный вход вместо того, который предназначен для гостей ее уровня. Я бы не хотел, чтобы вы столкнулись настолько быстро.

Какая настойчивая! Нет, Адриан стоил каждого грамма этой настойчивости, не отрицаю. Даже сейчас, когда мы с ним просто шли в сторону второго входа, некоторые представительницы противоположного пола оборачивались и окидывали его полным восхищения взглядом. Были среди них и красавицы, очаровывающие своей юностью, и зрелые дамы, от которых веяло уверенностью в себе и ни с чем не сравнимой женственностью.

— А в чем проблема, если мы столкнемся рано? — спросила я.

— Неужели она тебя совсем не волнует? — спросил Адриан. — Иностранная принцесса, которая умудрилась отравить нескольких подготовленных людей.

Единственный, кто меня волновал на данный момент — это Адриан.

— Но не до смерти же, — сказала я, вовремя прикусив язык и не сказав, что в отличие от меня.

Адриан посмотрел на меня внимательно.

— Ты очень смелая.

— Вовсе нет, у меня всего-то хорошее противоядие, — ответила я.

И более сильный яд в кармане. Не убьет, но страдать заставит — пусть только сунется. Я Адриана как хозяина своей не самой совершенной кошачьей формы защищать планировала от души, а уж как мужчину, который мне нравится...

Я чуть улыбнулась, надеясь, что предвкушение и злорадство на моем лице не отражаются слишком явно.

Мы с Адрианом подошли к нужному входу — полупустому, зато с кучей охраны. Охраны в виде людей Адриана! Теперь понятно, почему этот вход, а не тот.

— Ваше сиятельство, рады приветствовать вас и вашу спутницу, — сказала смутно знакомая девушка, которая рассматривала меня с интересом, радостью и некоторым благоговением.

Она улыбалась от души, но внезапно улыбка сошла с ее и она растерянно, глядя куда-то мимо нас, пробормотала:

— Почему?

И что такое она увидела своим усиленным магическим зрением?

— Быстрее проходите, ваше сиятельство! — воскликнула девушка. — Она идет!

— Королева? — спросила я.

Ну а чего бы еще паниковать, если не от присутствия монаршей особы? Не от Доминики же…

— Принцесса Доминика? — вздохнула Адриан, едва ли не закатывая глаза. — Только ради этой женщины я в своей жизни еще и не торопился. Где ты ее обнаружила?

— Совсем близко, минут пятнадцать — и будет тут. Вы уверены, что не стоит переместиться в другой конец королевского замка, чтобы не столкнуться с ней, ваше сиятельство? Она ведь…

Адриан усмехнулся, ничего не ответив.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо. Я обязательно защищу его сиятельство, — сказала я, обхватывая руку Адриана чуть крепче.

Несколько пар глаз сосредоточились на мне. Я постаралась улыбнуться как можно увереннее.

— А ваша спутница?.. — начала девушка, не в силах продолжить расспросы.

— Ах да, госпожа Лейла, волшебница королевской башни. Она совсем недавно вернулась в королевство. Занималась исследованиями.

— Исследованиями? Какой направленности? Боевые заклинания? Заклинания маскировки? Проклятья? — с надеждой спросил второй мужчина.

— Целительскими, — очень тихо ответила я. — Я лекарь.

Я в первый раз в жизни видела настолько разочарованные лица при словах, что я целитель! Эй, между прочим, это одна из самых востребованных и нужных магических профессий. Обидно. Я убрала руку с предплечья Адриана и подошла поближе к девушке, после чего положила руку на ее щеку.

— Что вы?..

Лечу, что непонятного! Еще не хватало, что люди Адриана посчитали меня бесполезной. Вдруг у нас с ним все будет очень серьезно, взаимно и надолго? Надо заранее налаживать отношения с его окружением.

— Не затягивайте в следующий раз с лечением зуба. Это может вызвать огромные проблемы. Не болит же теперь?

— Не болит, — радостно сказала девушка.

— А у вас проблемы с рукой, да? — я повернулась к мужчине-охраннику. — Дайте сюда, сейчас поправлю.

Удивительно, но меня послушались. Не спорили, не пререкались, даже вопросов не задали. Подошли и протянули руку. Ух ты, какие люди Адриана послушные! Люблю таких пациентов, лечить их — сплошное удовольствие.

— Все, отека больше нет. Царапину на бедре я поправила, как и частично решила вопрос с головными болями.

— Лейла, я, несомненно рад, что тебя беспокоит здоровье и благополучие моих людей, но обрати и на меня внимание, — сказал Адриан. — В конце концов, мы в первый раз выбираемся на бал. И вместо того, чтобы отдыхать и развлекаться, ты работаешь.

Все стражники, охранявшие вход, переглянулись.

— А вы… вместе? — спросила девушка.

— Конечно, — улыбнулся Адриан. — Иначе я бы пришел на бал один.

— Нет, вы по-настоящему вместе? Не для прикрытия, чтобы избавиться от Доминики?

Я взглянула на Адриана и встретилась с ним взглядом. На секунду мне показалось, что время немного заморозилось — таким глубоким был этот взгляд, словно портал с бесконечным проходом.

— Я разве должен отвечать?

— О-о-о, — протянула девушка. — Нет, конечно. Поздравляю. Вы только... берегите ее от принцессы Доминики.

Еще и посмотрела на меня так... восхищенно. А где-то чуть дальше я услышала странный шепот. Не вестка? Что? Что тут происходит? Мне срочно надо поговорить с Сильвией, чтобы она объяснила, что в головах людей из этого мира!

— Обязательно, — сказал Адриан. — Ладно, держи билеты. Торопиться не стоит, но ожидать, когда кое-кто придет сюда, тоже нет особого желания. К тому же, сейчас как раз должны были накрыть столы? Мы успеем перекусить до встречи с принцессой Доминикой.

— Ага, потом весь вечер голодать придется, зная, что еда может быть с «подарочком», — посетовала девушка.

Я не могла не фыркнуть. Серьезно? Голодать только из-за того, что еда с «подарочком»? И даже не смертельным? Да ни за что! Я последовала за Адрианом внутрь замка. Коридор, ведущий от входа в королевский дворец до бального зала, был похож на ожившую сказку, созданную искусной магией. Пол был похож на ночное звездное небо, а над головой парили светильники в форме звезд и луны. Маги расстарались от души, но самое приятное — это не красота, а функциональность. Заблудиться было невозможно: стоило тебе отклониться в сторону, как тут же подлетала птица или подходил магический зверь, который намекал следовать за ним.

Ладно, самое приятное во всем этом — не красота и не функциональность, а божественные запахи, доносившиеся по мере приближения к бальному залу. Другие наверняка их не слышали — изоляция тут отличная. Но не я... Запахи съестного я могла учуять везде!

— Королевский повар готовит изумительные тушеные ребрышки, — прошептал мне на ухо Адриан. — Такие не попробовать ни в одном другом месте.

Войдя в зал, я немного прищурилась: все-таки в коридоре было темновато, а тут свет практически ослеплял. Адриан вежливо поддержал меня за руку, словно я могла внезапно упасть от такого пустяка. От такого пустяка — нет, а вот от другого, врезавшегося в меня — очень даже. Причем все произошло так быстро, что ни я, ни Адриан не успели среагировать. Точнее, Адриан успел, но с некоторым опозданием: подхватил меня под талию и дернул в свою сторону, а дама, которая на меня наткнулась, распласталась прямо на полу.

Ладно-ладно, она изящно упала.

— Кто из гостей не знает правила хорошего тона и стоит прямо перед выходом, — едва слышно заметила упавшая рыжая девушка в ярко-изумрудном платье.

К ней тут же бросилось сразу двое мужчин и помогли встать. Надо же! Какая изящная красавица. А по ощущением — минимум трехголовый носорог, который весит раз в десять больше меня. Извиняться или нет? Впрочем, Адриан решил дилемму: прежде чем красавица обратила на нас внимание, он ловко увлек меня куда вбок, потом — за колонну.

— А разве мы не должны поговорить и решить конфликт? — спросила я.

— О, это конфликт мы никогда не решим. Наоборот, оставшись там, мы можем его и раздуть. Это была принцесса Доминика собственной персоной.

— Так мы не будем... — начала я.

— Мы нет, а она — да. Останемся на месте — позволим ей затеять ссору, Лейла. Давай оттянем этот момент, как следует повеселимся на этом балу, поедим, потанцуем, пока принцесса не увидела нас вдвоем, не поняла, что ты вместе со мной и не попыталась сделать какую-нибудь гадость, — улыбнулся Адриан.

Слегка напряженно. Он такой из-за того, что ему надоели преследования этой особы или за меня беспокоится? Знать бы...

Я улыбнулась ему в ответ. Поправила подол платья, порадовалась, что он не запачкался, и решила не говорить ничего о том, что Доминика, кажется, все уже поняла, и гадость успешна сделана.

К счастью, успех сделанного ничего не говорит об эффективности результата. И тут, боюсь, эту принцессу ждет немало огорчений.

— Хорошо, пойдем.

— Танцевать или?.. — начала Адриан. — Да, есть, о чем это я.

— Я похожа на обжору, которая предпочтет еду всему остальному? — спросила я у него.

Нет, я, конечно, люблю поесть. И, наверное, между поесть и чем-то другим выберу поесть, но... Но не хотелось бы, чтобы Адриан так быстро меня раскусил.

— Нет, но пока не явились король с королевой, танцы не начинают. Конечно, меня бы простили, если бы я все-таки вывел свою избранницу и потанцевал с ней, но, боюсь, без музыки это будет сложно сделать.

Я чуть вздохнула: потанцевать со мной, в принципе, будет сложно, потому что я никогда этого не делала! Ну, по крайней мере так, как в этом обществе принято. Хип-хоп, которому научил меня учитель, в этом платье будет чрезвычайно странно выглядеть, да и никто тут так не делал. Боюсь, я либо шокирую всех до смерти, либо выдам себя с головой.

Пока я размышляла, Адриан уверенно вел меня вдоль стены куда-то вперед, пока не привел к столу с огромным количеством еды. Всунув мне тарелку и вилку, он повел меня вдоль длинного-предлинного стола, который ломился от всевозможных блюд. А народу, несмотря на то, что стол бы огромный и не один в помещении, толпилось много. Не только я люблю поесть, хе-хе. Кто не любит вкусную еду?

— Берешь тарелку, смотришь на то, что хочешь, после чего магия сама накладывает тебе еду, — пояснил Адриан. — Все понятно, только аккуратнее с мыслями!

Поздно! На моей тарелке внезапно появилась целая гора еды. Она не вывалилась из тарелки только по той простой причине, что тарелка была магической и самостоятельно расширилась под размер еды. Казалось бы, любуйся на эту гору и радуйся, если бы не одно: даже боевые волшебницы не слишком сильны физически, что уж говорить о целительнице?!

Поднос я не уронила — кто бы такое сокровище ронял, но вот сама зашаталась. Это ж сколько килограмм тут было?!

И, несомненно, привлекла всеобщей внимание. Люди поворачивались в мою сторону, даже перешептывались. Я бы подслушала, если бы не бросила все силы на то, чтобы не упасть.

— Осторожнее. — Тарелка (или поднос) мигом стали легче — Адриан одной рукой без проблем удерживал все. — Я примерно об этом хотел предупредить, но опоздал. Извини, пожалуйста...

— Да все нормально, — ответила я.

Когда кризис миновал, я все же попыталась подслушать, что обо мне говорили. Опозорила ли я Адриана, набрав еды как человек, который долго-предолго голодал? Но перешептывались совсем не об этом! Я даже краснеть начала...

Особо информативным мне показался диалог двух дам в ярко-голубых бальных платьях.

— Это возлюбленная графа Адриана?

— Ну а кто еще?

— Временная партнерша, чтобы отвадить принцессу Доминику?

— Разве временная стала бы так беспокоиться и накладывать герцогу столько еды? Так поступают только возлюбленные, будь уверена! Она очень волнуется о том, чтобы он не остался голодным. Какая прелесть! Даже такой одинокий волк, как его светлость, радость наших глаз, нашел достойную возлюбленную.

— Ты уверена, что она не себе это все положила? — очень верно подметила вторая дамочка.

— Ф-ф-ф, Ангелия, ты смеешься? Ты ее талию видела? Ее хрупкую фигурку, где ни грамма лишнего... Эта прекрасная худенькая фея не способна столько съесть!

А вот это звучало как вызов. Жаль, что я сейчас была совсем не в том положении, чтобы шокировать двух посторонних дамочек и демонстрировать свои способности.

— Не знаю, насчет хрупкости, но размер кое-чего я вижу. И хрупким его не назовешь, как спина от такой тяжести не отваливается?

— Не завидуй, Ангелия, в молодости мы тоже...

— Напомню, что нам еще тридцати лет нет, о какой такой молодости речь! — огрызнулась вторая. — Эх, везет же некоторым: и красивая, и мужчину такого же выбрала... Чего еще желать?

— Отсутствия принцессы Доминики. Но это невозможно. Надеюсь, граф сможет ее защитить... Но как же здорово, что все-таки у него теперь есть возлюбленная.

Я... не возлюбленная графа! Мне хотелось подойти и прокричать это всем, кто перешептывался и бросал на нас взгляды, но я не могла.

— Лейла? Все хорошо? — спросил Адриан.

Слишком долго молчала. Я чуть улыбнулась:

— Да-да, все прекрасно. Но, кажется, я переборщила с едой. Ты ведь мне поможешь?

Не то что я не могла все это съесть. Могла, очень даже. И дело совсем не в том, что мне нравился Адриан и я хотела его накормить. Все ради дела — не подставить его на этом балу.

— Помогу, — кивнул Адриан.

— И не только он, — Сильвия оказалась рядом со мной буквально в одной мгновение — неужели телепортировалась? — Или не поделишься?

— Поделюсь, — кивнула я.

— А Юстас где? — спросил Адриан.

— Разговаривает с королевой, у нее к нему какое-то срочное дело.

— Жаль, конечно. Четвертого в нашей компании определенно не хватает.

— Зачем четвертый? — не поняла я.

— Чтобы была возможность полноценно ухаживать за двумя красавицами, — подмигнул мне Адриан. — Один носит закуски и питье, а второй отгоняет кавалеров, желающих познакомиться и, когда начнется бал, потанцевать.

— Что ж, тогда позвольте я составлю вам компанию, — сзади раздался мужской голос.

Я повернулась.

Красивый брюнет, высокий, стройный, я бы сказала, что излишне стройный, но не тощий и уж точно не хилый. Кого-то он мне очень сильно напоминал!

Я присмотрелась и поняла — Юстаса. Только чуть более взрослую и многократно более уставшую версию. Тонизирующее зелье, несомненно, добавило ему бодрости, но окончательно убрать синяки под глазами не могло. Как и скрыть от лекаря общее состояние организма. Переутомление!

Но с Юстасом их рознило даже не это, а глаза. У мужчины в них не было ни достаточной яркости, ни силы. Нет, аура властности присутствовала, что отличало этого человека от других, но какая-то... припыленная. Как будто жизнь по этому мужчине прошлась чем-то чрезвычайно болезненным. Хотя это было очень странно — хоть он и казался старше возлюбленного Сильвии, но старым не был.

— Ваше величество Кассий. — подтвердил мои предположения Адриан, чуть склонившись.

Совсем немного — чистая формальность, я бы сказала, что сделано это было для народа вокруг, а не для самого Кассия. Даже Сильвия выразила почтение, сделав небольшой реверанс, так что мне не оставалось ничего иного, кроме как повторить за ней. После мы довольно естественно переместились в небольшое подобие нишу, вокруг которой в один миг образовалось пустое пространство — а влияние его величества немалое. Поднос с едой оказался на довольном хлипком на вид столике, предназначенном скорее для красоты, чем для чего-то другого. Но меня это ничуть не смущало — не в руках же его держать.

— Отлично, — кивнул Адриан. — Мне будет намного проще — твое присутствие отсеет половину тех, кто уже поглядывает в нашу сторону. Остальных уже... вручную...

— Буду защищать честь невестки и твоей... — Кассий запнулся, оглядывая меня быстрым взглядом, в котором не наблюдалось ни малейшего интереса, и уставился на Адриана.

Мужчины вели свои мужские разговоры, полный подводных камушков. Некоторые бы к беседе присоединились, мы же с Сильвией поступили иначе: мы решили расправиться с едой на блюде.

— Хм... Некоторые аристократы считают ее моей возлюбленной. Не будем же мы их разубеждать. А то еще разочаруются, расстроятся. Не хотелось бы.

— Если бы тебя хоть чуть-чуть беспокоили разочарования аристократов, то ты бы давно уже был женат, — фыркнул Кассий. — А если бы тебя волновали их возможные расстройства, то половина аристократов, чьи темные делишки ты расследовал, не сидели бы в тюрьме.

— Это не считается. В конце концов, я ведь тоже отношусь к аристократам, ваше величество. Разве можно расстраивать самого себя?

— Я правильно понимаю, — медленно протянул Кассий, — что факт того, что Лейла является твоей возлюбленной, тебя ничуть не расстраивает?

И снова посмотрел на меня. В упор. Будто пытался что-то разглядеть или найти. Мне стало не по себе, можно сказать, что я почти начала нервничать. Чтобы успокоится, я сделала то, что и любая девушка, в руках которой было достаточно еды: схватила приличного размера ногу какой-то птицы и откусила от нее.

— Разумеется, — ответил Адриан Кассию, но посмотрел на меня. — Но правильнее будет сказать, что меня конкретно этот слух очень и очень радует.

Это... это было похоже на признание в симпатии?

Мне впервые признавался человек, который был мне самой симпатичен! Да мне вообще впервые был симпатичен какой-то мужчина.

Стоп, а точно ли оно? Обычно такие вещи, по словам Сильвии, говорят наедине, в романтической атмосфере и в красивой обстановке, но точно ни в обществе других, когда избранница даже ответить не может, потому что откусила слишком большой кусок и не может его быстро прожевать?!

Кассий, кажется, удивился. Вот-вот, я бы тоже!

— Ешь побольше, — ласково сказал Адриан, из-за чего уже подавилась Сильвия.

— Зачем ей есть больше? — сказала Сильвия, которую способ моего быстрого похудения не приводил в восторг.

— А почему ей не есть больше? — хмыкнул Адриан. — Или вы считаете, что девушки должны есть как птички?

Сильвия аж скривилась — правду-то она сказать не могла.

— Тут уж о какой птичке идет речь, — вмешался Кассий. — Моя огнеперая Фрейя, например, съедает от двух кабанов в день.

За милой болтовней мы довольно неплохо проводили время. Точнее, все болтали, а я же наслаждалась едой. В конце концов, рядом стоял Кассий, которого я совсем не знала, не хотелось бы ляпнуть что-то лишнее и совершенно случайно подставить Сильви.

К тому же, Кассий по отношению к ней вел себя немного странно. Словно хотел что-то сказать, но мы с Адрианом ему мешали. Он даже пытался пару раз Адриана отослать куда-то под благовидным предлогом, мол, не стоит ли принести несколько бокалов вина или же пополнить тарелку с закусками. К счастью, закусок было столько, что хватило бы еще на пару часов, а вино ни я, ни Сильви не любили. Пытались и меня отвлечь.

— Госпожа волшебница, вы же в первый раз на королевском балу? — спросил Кассий как бы между прочим.

— Да, конечно, — кивнула я.

По легенде, созданной не без помощи мэтра Горма, я была той еще отшельницей, которая видела исключительно работу и ничего более.

— Не хотите ли вы взглянуть на магические часы? Говорят, что каждый, кто на них посмотрит, увидит персональную иллюзию.

Я посмотрела в сторону часов, посмотрела на еду. И, конечно, выбрала второе, вежливо отказавшись.

Когда он снова попробовал меня отвлечь, то я уже прилично напряглась.

Что происходит? Напрягся и Адриан, только Сильвия выглядела довольно спокойной и немного безучастной, как будто ее это не касалось! Эй, твой странный деверь почему-то хочет тебя от нас отогнать, сделай что-то. Найди Юстаса, ему пожалуйся...

О, легок на помине: со своим острым зрением я без проблем заметила Юстаса на другом конце бального зала, который шел через толпу. Люди сами уступали второму принцу дорогу. Еще парочка минут — и будет на месте, около Сильвии. Даже Адриан, кажется, немного подрасслабился.

— Вот и мой брат, — улыбнулся Кассий, которого абсолютно не напрягало происходящее. — Что же, госпожа Сильвия, пока он не подошел, вынужден вам намекнуть. Если скажу при Юстасе — он мне голову открутит, даже несмотря на все его бурное нежелание заниматься делами королевства. Постарайтесь путешествовать в ближайшее время с осторожностью. А лучше — не путешествовать.

— Почему? — спросила Сильвия.

— Ничего не могу сказать. — Кассий пожал плечами. — Пока не могу.

Кассий покинул нас быстрее, чем мы успели хоть о чем-то спросить. Не разминулся с Юстасом, кивнул ему, улыбнулся — и пошел дальше.

— Он тебе угрожал? — тихо спросила я Сильвию.

— Нет, конечно, — ответил за нее Адриан. — О чем-то предупреждал, но вот о чем — непонятно. Я разберусь.

— Не говори Юстасу... — начала Сильви. — Он и без того в последнее время чем-то ужасно занят, приходит чуть живой. Скоро будет с такими кругами под глазами, как и его высочества Кассий.

Адриан улыбнулся, но согласия не дал. Сильви, в принципе, сразу все поняла, раздраженно цокнула, пробормотав что-то насчет того, что никакого сотрудничества не дождешься.

Стоило Юстасу к нам приблизиться, как особая радость озарила ее лицо. Хм, когда-то мы все задавались вопросом, что такое любовь. Учитель объяснял как мог. Неплохо объяснял, мы даже что-то поняли, но определенно не до конца. Что ж, теперь я знала, как выглядит любовь: достаточно было посмотреть на Сильвию. На Юстаса тоже можно было смотреть. Если это не лицо влюбленного мужчины, то тогда, боюсь, любви не существует во всем мире. Интересно, а я сама как смотрю на Адриана?

— Прошу извинить, задержался. В этом году в организацию бала внесли значительные изменения, пришлось еще раз обговаривать все с магами. Спасибо, что присмотрели за Сильвией, — сказал Юстас. — Госпожа Лейла, верно? На ведь еще не представляли друг другу? Рад, что вы тут. У Сильвии не так много единомышленниц, хорошо, что у нее есть компания на балу.

А второй принц оказался довольно разговорчивым. И куда более открытым, нежели его брат. Хотя, если судить по тому, что рассказала Сильвия, то он должен был быть более сдержанным и холодным, ведь значительную часть жизни провел в сражениях.

А еще он не бросал на меня пристально-оценивающие взгляды, наоборот, дружелюбные. Я даже расслабилась, когда он сменил Кассия.

— Что ж, пора открывать бал, — Юстас увел Сильвию за руку, а я осталась наедине с Адрианом.

— Что-то хочешь узнать? — спросил мужчина.

— Сильвии же ничего не грозит? Наследный принц ей точно не угрожал? — переспросила я. — Мне показалось, что у них немного натянутые отношения...

Адриан вздохнул и впервые потянулся к еде. Не хотел отвечать, потому начал есть, да? Хитрец! Знал же, что еда — святое. И я ни в жизнь не начну докапываться до человека, который не утолил свой голод.

— Скорее всего, у его высочества Кассий очень смешанный чувства в отношении Сильвии. Несомненно, он ей благодарен, ведь она когда-то спасла жизнь Юстасу.

— Так это же хорошо, нет? Почему смешанные?

— Потому что убить Юстаса пыталась бывшая невеста наследного принца Кассия. И сейчас Сильвия наверняка напоминает ему о ней.

— Он может захотеть отомстить? — нахмурилась я, окончательно запутываясь.

— Нет, конечно. Я это говорил к тому, что если покажется, будто у них натянутые отношения, то это совсем не так. Тут проблема в том, что Кассий чувствует себя виноватым, что именно с его стороны шла угроза младшему брату, а Сильвия служит напоминанием его промаха.

Я посмотрела на Адриана — не соврал. Но мог ли он заблуждаться? Да и сам первый принц, как по мне, выглядел куда более подозрительно, чем королева. Да, виновата его невеста, но разве всем людям не свойственно перекладывать вину на других, оправдывая себя и тех, кто тебе ближе всего?

Неожиданно по залу разнесся громкий звук. Он не был резким, скорее, торжественным и монументальным.

— Лейла, давай на балу мы лучше будем говорить друг о друге, чем о других людях? — Адриан чуть склонился ко мне и зашептал едва ли не в ухо — иначе за музыкой был шанс не расслышать. Его теплое дыхание заставляло кожу покрываться мурашками. — А еще лучше — отдохнем и повеселимся как следует, все остальное — потом.

Я слабо представляла, как можно веселиться на балу. Есть, конечно, тоже весело, но, во-первых, бесконечно пробовать блюда не получится — даже мой желудок не выдержит такого разнообразия, во-вторых, Адриан, кажется, имел ввиду что-то другое.

Наблюдать за танцами других аристократов? Неплохой вариант, я с удовольствием понаблюдала за Юстасом и Сильвией, которые, что удивительно, весьма неплохо танцевали. Нет, не так. Превосходно! Причем хорошо выглядел не только Юстас, но и Сильвия. Как она так быстро научилась танцевать эти танцы? Это совсем не то, что нам показывал учитель.

— Тоже хочешь потанцевать? — спросил меня Адриан.

— Нет, — ответила я. — Не вижу в этом смысла.

— О, тогда, возможно, маленький сюрприз, которые подготовили короли двух стран придется тебе по вкусу.

Я вопросительно посмотрела на Адриана.

— Магический танец с наградой.

— Что за награда? — тут же поинтересовалась я.

— Вход в королевскую сокровищницу с возможностью выбрать два артефакта среднего уровня, — сказал Адриан. — Что за разочарование? Средний уровень, конечно, звучит не очень, но сокровищница королевская. И даже средненькие артефакты там чрезвычайно полезные и уникальные.

Я не стала уточнять, что Сильвия сама способна создавать весьма неплохие артефакты, которым в подметки не годятся разваливающиеся древние штуковины, которые хранят как величайшее сокровище. Не хотела портить настроение Адриану, которого всерьез радовала перспектива посетить королевскую сокровищницу.

— Ты совсем не собираешься танцевать? — спросила Сильвия, которая как раз закончила танцевать с Юстасом.

Танцевать-то закончила, а руку так и не отпустила: они так и пришли, держась за руки. И, что удивительно, Юстас не выражал никакого возмущения, наоборот, он казался чрезвычайно довольным этим фактом.

Наверное, я слишком много наблюдала за отношением своей подруги и ее возлюбленного, но я это было совсем не любопытства ради.

В моем родном мире, который давно прогнил и медленно разрушался, не было места такому чистому чувству, как любовь. Были лишь люди, за которых держались, потому что это выгодно. А учитель, который приютил нас и научил всему, был всего лишь исключением, подтверждающим правило. Какой ему толк с трех малявок, которые вечно хотели есть и постоянно влипали в проблемы?

Я наблюдала за ними, чтобы понять, как нужно поступать. Я ничего не знала о том, как вести себя с противоположным полом. И абсолютно точно не верила, что книги, как утверждала Сильвия, чему-то смогут меня научить. Лишь опыт или живой пример. Вот таким примером и были для меня Сильвия с Юстасом. Очень хорошим, как из тех сказок, которые нам рассказывал учитель, где оба возлюбленных уважают и ценят друг друга.

— Я уже предлагал, Лейла не хочет. — Адриан развел руками. — Может лучше десерт?

— Я хочу десерт, — сказала Сильвия, взглянув на Юстаса, который тут же заявил:

— Принесу на всех. По крайней мере, пока буду выбирать и нести, никто не попытается загрузить меня делами.

— Как хорошо постоять в сторонке, — заметила Сильвия, окидывая спокойным взглядом бальный зал, наполненный людьми: кто-то танцевал, кто-то общался, кто-то от кого-то убегал. — Жаль, что недолго.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что забота всех членов королевских семей — общаться с гостями. То есть, должен Юстас, но я же не брошу его одного? В конце концов, если кто-то будет плохо себя вести, то я их запомню и... — Сильвия многообещающе улыбнулась.

О да, что идет после этого «и» уточнять не требовалось.

— Постояли в сторонке — может и пора? — совершенно внезапно сказал Адриан.

— Почему? — не поняла я.

— Кажется, к нам идет гостья, — шепнул Адриан, кивая в сторону принцессы Доминики.

— Это будет выглядеть так, словно мы бежим, — заметила Сильвия. — Я лично еще никогда от волшебницы со столь слабыми способностями не бегала. И Лейла — тоже.

Я от них не бегала по одной простой причине — знала, что Сильвия способна сравнять этих глупцов с землей. А здесь, наверное, так не получится. Даже тайком отравить нельзя...

— Лейла?

— Подождем, — пожала я плечами.

— Что ж, раунд первый, — хихикнула Сильвия.

— Второй, — поправила я ее.

— Если ты про столкновение около портала, то считай его нулевым, Лейла, — сказал Адриан. — В конце концов, она ничего не сделала.

— Ну, если не считать яд, которым она обрызгала подол моего платья, то и впрямь ничего, — сказала я. — Примем за предупреждение. В конце концов, чтобы его обезвредить, мне хватило пары минут.

Адриан казался удивленным лишь в некоторой степени:

— Значит, тот флакон был с ядом? Но я его проверил с помощью ауры — в нем не было ничего особенного. Вода с легким запахом без каких-либо подозрительных свойств.

Ого! Он и такое умеет? Даже не предполагала, что ауру можно использовать подобным образом, это же не магия...

— Чисто технически — это не яд, а активатор — сказала я. — Яд где-то у принцессы или ее приспешников. Как только она подойдет ко мне поближе, тот яд, что находится в ее руках, распространится. Но активируется он исключительно около меня и нигде больше. Конечно, это при условии, что она не настолько безумна, чтобы отравить весь бальный зал с высокопоставленными гостями.

— Не настолько, — поморщился Адриан. — Как интересно, в нашем мире таких ядов раньше не было. Определенно прогресс.

— А в... — Я прикусила губу, потому что Сильвия резко встала мне на ногу.

Вовремя. Я едва не ляпнула, что в нашем с Сильви мире такие яды были очень распространены!

— Я уже встречала подобное, — ответила Сильвия. — В моем мире такие типы ядов были популярны. Я бы даже сказала, что слишком популярны.

— А ты...

— Никому не рассказывала об этом, — ответила Сильвия. — Я не специалист в ядах, даже если я знаю об их существовании и понимаю, как они работают, то это совершенно не значит, что я могу использовать эти знания с какой практической целью. Я не знаю, как создается яд или активатор, понятия не имею, как их обезвредить. Это бесполезное знание, так что я, естественно, никому его не передавала.

— Но все же нельзя утверждать, что ты единственный человек из другого мира, попавший в наш, — тихо сказал Адриан. — Откуда у принцессы Доминики эти знания?

— Оттуда же, откуда и у Лейлы, — заметила Сильвия. — Те, кто интересуется темой лекарств и ядов, будут знать намного больше тех, кто посвящает себя сражениям.

Действительно ли прогресс этого мира дошел до создания подобных ядов или же кто-то из нашего предыдущего мира переместился сюда? Нет, навряд ли. Учитель ведь специально искал подобный мир, а не отправил нас непонятно куда. Из миллионов существующих миров какая вероятность, что кто-то попадет сюда? К тому же, телепортация — вовсе не общедоступный навык, если ты не можешь контролировать потоки магии на высшем уровне, то лучше даже не пытаться.

— Прошу меня извинить, — внезапно сказал Адриан, подходя ко мне поближе и... приобнимая за талию.

Хорошо, что я ничего не ела, иначе или подавилась бы, или выронила еду из рук. И первое, и второе недопустимо!

Так странно ощущать, когда мужчина настолько близко к тебе. Нет-нет, мне было совсем не неприятно. Наоборот, я немного удивилась тому, что не только не против, но мне даже нравится ощущать большую теплую ладонь на своей талии.

— О-о-о, — многозначительно протянула Сильвия, подмигнула мне и сделала пару шагов в сторону.

Видимо, для того чтобы принцесса Доминика, которая была совсем рядом, смогла оценить картинку целиком. Что сказать, я бы и сама не отказалась!

— Доброго вечера, ваше сиятельство. — Принцесса Доминика сделала идеальный реверанс — не слишком глубокий, но и не пренебрежительный.

Ровно такой, чтобы частично продемонстрировать декольте. Все в рамках приличия. Это выглядело не пошло, не вульгарно, а довольно-таки соблазнительно.

— Ваше высочество. — Адриан сдержанно поклонился, я же попробовала отзеркалить реверанс.

Вышло так себе, но я не слишком волновалось: у каждого свои таланты. Кто-то соблазняет поклонами, а я последую совету учителя и буду улыбаться.

— Не желаете пригласить меня на танец? — спросила принцесса Доминика, напрочь игнорируя мое присутствие.

— Это будет чрезвычайно невежливо по отношению к моей спутнице и возлюбленной, — возразил Адриан.

Я ожидала, что принцесса Доминика разозлится, однако она рассмеялась.

Адриан остался невозмутим:

— Ваше высочество обладает исключительным чувством юмора. К сожалению, понять его могут лишь исключительные люди, к которым я не отношусь.

О, какой сомнительный комплимент.

— Да? Но вы можете познакомиться со мной поближе — и тогда мое чувство юмора, несомненно, станет более понятным и приятным.

— Прошу прощения, но от такой чести вынужден отказаться. Ценю, что имею.

Неподалеку раздались шепотки. Что они там обсуждают? О, вот как... Принцесса Доминика в очередной раз пытается головой пробить стену? Еще и ставки делают, когда она, наконец, ее проломает. Не стену, голову. Хм-м, хоть аристократы этого мира и не произвели на меня особо положительного впечатления, но они хотя бы понимали, что такое, как выражался учитель, «болеть за своих». Впрочем, много над положением принцессы не злорадствовали. А вот осуждения хватало, как и желания побыстрее избавиться от нахальной гостьи, не знающей границ.

— Но вы можете получить куда больше, — заметила принцесса Доминика, чуть склонив голову и улыбнувшись.

Ее ухоженные и блестящие волосы качнулись, а на губах появилась соблазнительная улыбка. Смотрелось идеально. Идеально неестественно. Она перед зеркалом тренировалась? Где искренние чувства? Разве герцог ей не нравится? Разве не должно быть больше живости во взгляде?

— Не нужно, — сказал Адриан. — У меня уже есть все, чего я мог бы пожелать.

Принцесса Доминика перевела свой взгляд на меня:

— Ах да, возлюбленная? Это правда?

Я не растерялась и от души улыбнулась принцессе Доминике, мысленно желая ей подавиться собственным сарказмом. Увы, проклинать лекари не умели, да и судьба не то что сильно благоволила, иначе исполняла мои пожелания хотя бы иногда.

— На что вы намекаете? — спросил Адриан. — Даже если вы принцесса, стоит соблюдать границы.

— Ох, простите, ваше сиятельство, я слишком часто наблюдала за ваши партнершами. Не нужно быть гением, чтобы понять — вас связывали только договорные отношения.

— Верно. Но разве хоть одну из предыдущих спутниц я называл возлюбленной? — спокойно возразил Адриан.

— Да-да, ни разу. Но было бы странно, если бы столь разумный человек, как вы, ваше сиятельство, не поменяли свою стратегию. Неужели вам надоела наша маленькая игра? Или все дело в ваших бедных спутницах, которые, несмотря на симпатию к вам, не захотели снова прийти с вами на бал? Ведь на каждой встрече я вижу вас с новой девушкой.

Рука Адриана, лежавшая на моей талии, чуть сжалась. Не больно, но ощутимо. Адриан на что-то намекает? О, а может вот так? Я чуть повернулась в сторону мужчины и прижалась к нему, из-за чего Сильвия, стоявшая сбоку, вытаращила на меня глаза.

Почему она так смотрит? Я подмигнула ей, чтобы она ничего лишнего не подумала. Адриана я приобнимала абсолютно добровольно.

— А почему вы решили, что это девушки отказали Адриану, а не наоборот? — с любопытством спросила я, стоило принцессе завершить свою тираду.

— О, то есть, граф такой любвеобильный?

— Нет, конечно. Адриан упорный, — сказала я, заметив, как принцессу передернуло от моей фразы.

Ага, понять бы еще — почему? Неужели... Проверим? Я посмотрела на мужчину:

— Верно, Адриан?

И тут же зыркнула на принцессу. Ага, правильно догадалась. Беднягу аж коробит от того, что я зову герцога по имени. Она ведь не может.

— Я упорный? — хмыкнул Адриан, едва ощутимо водя большим пальцем по моей талии. Так... странно. — В чем же?

— В поиске той самой единственной возлюбленной, — ответила я. — Прекрасной, замечательной, идеально подходящей и тому подобное.

— И вы так спокойно об этом говорите? Неужели не страшно, что граф продолжит? — усмехнулась принцесса Доминика.

— Зачем? Адриан уже получил награду за свои упорные поиски. Теперь у него есть я, — ответила я, после чего посмотрела на Адриана: — Не так ли?

Почему Адриан на меня так смотрит? Я ведь... не разозлила его? Но я же не сделала ничего дурного, к тому же, мы заранее договорились о том, что я буду защищать его от принцессы Доминики!

— Все так, — тихо сказал Адриан. — Я очень вовремя нашел тебя Лейла. И уже не отпущу.

Он не злился. Это хорошо. Плохо, что от его фразы я на минуту впала в прострацию. Она была слишком... неожиданной и слишком приятной. Будоражащей.

— Кхм, ваше сиятельство, Лейла, может вы обратите внимание на реальность?

— Что? — воскликнули мы хором с Адрианом.

— То. Принцесса Доминика посмотрела на то, как вы любуетесь друг другом, полностью игнорируя ее попытки завязать диалог, и в гневе ушла.

— Да? — спросила я, высвобождаясь из объятий Адриана.

Не то что очень хотелось, но я только что чуть голову не потеряла от происходящего. Фух, хорошо, что меня отвлекли, а то так и до потери контроля над собственным телом недалеко.

— Она просто так ушла? — удивился Адриан. — И ничего не сделала?

— Кроме того, что злобно бормотала себе пол нос что-то про конкурс и идеал? Нет, абсолютно ничего. Ни одного лишнего движения, — невозмутимо ответила Сильвия. — Я следила.

— А яд? — Адриан, кажется, не верил.

— Ничего подобного, — ответила уже я.

Я бы не пропустила такое. Но все было в полном порядке: активатор на платье частично остался, яд не использовался.

— Очень странно, — нахмурился Адриан.

— Может она в шоке от того, что вы завели возлюбленную? — фыркнула Сильвия. — Аристократы сейчас чрезвычайно бурно обсуждают вашу внезапно возникшую личную жизнь.

— Все равно странно, — не унимался Адриан. — Она не из тех, кто уйдет просто так, не сделав ничего напоследок.

— Ну, возможно она была в шоке от той атмосферы любви, что витала между вами, — ответил подошедший Юстас.

— Думаешь? — ухмыльнулся Адриан.

— Не уверен, но все может быть. К тому же, вечер большой, если захочет что-то нехорошее сделать, то обязательно успеет. Не теряйте бдительности. Нет ничего хуже, когда под удар может попасть тот, кто рядом, а не ты сам.

Юстас говорил вроде бы для всех, но почему он так выразительно смотрел на Адриана?

— И ты тоже, — сказал Адриан, после чего наклонился и что-то шепнул на ухо Юстасу, из-за чего тот нахмурился.

Жаль, что я абсолютно ничего не расслышала.

Бал шел своим чередом, мы с Адрианом болтали, а когда ему приходилось отойти ненадолго, чтобы пообщаться с кем-то из важных гостей, я подслушивала разговоры аристократов. А они, надо сказать, были презанятными!

Вот взять хотя бы тех двух аристократов, которым на вид было немного меньше, чем Адриану.

— Видел лицо принцессы Доминики?

— Не-а, не видел. А ты что, смог отвести взгляд от новой возлюбленной Адриана? Какая выдержка и устойчивость к совершенной женской красоте. Мне раньше брюнетки не очень нравились, но вот она как... как богиня! Один раз увидишь — и никогда не забудешь такую красоту. Ай, ты чего меня по голове бьешь?

— Сейчас его сиятельство тебя услышит — вообще голову отрубит! Но да, согласен, она редкостная красавица.

— Вот-вот, даже принцесса Доминика как будто потерялась на ее фоне. Тц, ты чего меня по голове бьешь, последние мозги отобьешь!

— Да у тебя их нет, если судить по тому, что ты сейчас несешь. Хочешь, чтобы принцесса Доминика тебя отравила?

Но больше всего судачили о том, как же я смогла влюбить в себя Адриана. Ведь раньше Адриан никогда не представлял никому своих возлюбленных. Любил ли он вообще? Граф же всегда был очень спокоен, рассудителен, ни в кого не влюблялся, хотя и с кем-то там встречался. И какой бы красивой не была девушка, он практически всегда оставался равнодушным.

— Это потому, что его сиятельство Адриан ценит не внешность, а другое! — заметила одна леди неопределенного возраста — то ли двадцать, то ли тридцать, то ли все сорок — никак не понять.

— Да? И что же?

— Например, ум. Талант. Схожие интересы. Чувство юмора. Ему нужна та, рядом с кем он не заскучает.

— Или та, кто его выдержит. У него же никакой снисходительности к женщинам. Неужели леди любят таких мужланов?

— Ты про тех, кто пытался его обманом женить на себе? Ничего ты не понимаешь в том, кто нравится женщинам. Разве это не прекрасно, когда твоего возлюбленного никто не затащит в свои лживые сети? Мужчины, которые не ведутся на женские хитрости, самые надежные! Это буквально в полтора раза больше привлекательности в глазах дам.

Согласна. Адриан вообще удивительно хорош не только внешне, но и по характеру. Ценит внутренние качества, но в то же время искренне восхищался моей внешностью не так давно. Не ведется на женские хитрости, но при этом галантен и добр ко мне. Жаль, что если он узнает о моем маленьком секрете и поймет, что все это время я его обманывала, то страшно разочаруется. И тогда ни о каком хорошем отношении речи не пойдет. Знать бы еще, как разрешить эту ситуацию, ведь Адриан мне нравился.

А, к темной магии! Я подумаю об этом в другой раз, сейчас я просто наслажусь всем, что сейчас со мной происходит. И сплетнями.

Раньше я не понимала, почему кто-то кого-то подслушивает, сплетни разводит. Но сейчас, когда сплетни были про меня или Адриана, мне прямо очень понравилось. Не будет преувеличением сказать, что я испытала ни с чем не сравнимое удовольствие. И легкое удивление. В конце концов, Адриан казался мужчиной из тех самых книг, которые так любила Сильвия. Ну, если не считать наплевательского отношения к своем здоровью!

— О чем ты так задумалась, Лейла? — тихо спросил вернувшийся Адриан. — О чем судачат аристократы, что ты не можешь отвлечься от их разговора?

Все знает, все понимает! Вот же...

— О тебе, — сказала я.

— И что говорят?

— Много всего, — честно сказала я. — Иногда хорошее, иногда противоречивое.

— Хм-м-м, — протянул Адриан. — О, вот это ложь. Никаких любовниц в особняк я не водил. И это тоже — я не выбираю себе спутниц, исходя из цвета волос и размера... Кхм, не будем. Барон Ротембен, да? Какой грязный язык. Зачем ты вообще это слушаешь?

— Затем, что они говорят о тебе. Мне интересно, — не стала скрывать я. — А еще леди говорят про тебя много хорошего. Например, та женщина в ярко-красном платье.

— Баронесса Ульце? Неудивительно. Честная и проницательная женщина, которая неплохо разбирается в людях.

— Она тебе нравится? — как бы между прочим спросила я.

— Только в качестве старшего друга. Она была одной из тех, кто учил меня фехтованию. Кстати, Лейла, если ты хочешь что-то узнать, ты ведь можешь спросить меня, — заметил Адриан, не глядя в мою сторону. — Я честно отвечу на любые твои вопросы. Думаю, как источник информации о самом себе я заслуживаю максимального доверия.

— А если тебе не понравятся мои вопросы?

— Все равно отвечу, — улыбнулся Адриан.

— Нет, я о том, что не хотела бы случайно спросить что-то, из-за чего тебе будет неприятно, — честно сказала я.

В конце концов, у Адриана, который в довольно юном возрасте последовал за вторым принцем Юстасом на поле брани, не самая простая судьба.

— Таких вопросов нет. — Адриан пожал плечами. — Спрашивай все, о чем пожелаешь.

Прежде чем я успела воспользоваться столь щедрым предложением, по всему бальному залу разнесся усиленной магией голос:

— А теперь, прекрасные леди и благородные господа, пора начать наш чудесный конкурс танцев!

Магический танец и впрямь был намного интереснее стандартного. Хотя бы тем, что никто не знал, какие в нем движения. Как тогда танцевать?

Просто: необходимо отслеживать тонкие нити магии, которые появляются на полу. И шагать по ним, направляя туда свою магию. Правильное количество магии, приложенное в нужный момент, активировало скрытые в нитях заклинания, создавая неповторимые магические иллюзии. Чем точнее все выполнил, тем идеальнее результат.

Так вот почему Адриан сказал, что этот танец идеально подходит для меня! Точнее, не только для меня, а практически для любого лекаря, ведь у нас самый совершенный контроль над своей магией.

— Получается, что должны танцевать маги? — спросила я.

— Необязательно. Магические мечники могут использовать для этого дела ауру, — ответил Адриан.

— И все сломать, — фыркнул подошедший вместе с Сильвией Юстас.

Точно. Аура мечника предназначена исключительно для разрушения, а уж точно не для филигранного введения в магические линии.

— Говори за себя, — ответил Адриан. — Не у всех мечников есть проблемы с контролем ауры.

— Что именно ты называешь проблемами? Неумение правильно приложить ауру, способную снести целый город без следа, к тонкой ниточке? — с сарказмом спросил Юстас. — Это ты у нас исключение, но не все могут использовать топоры как тонкие ножики.

— Всего лишь выдержка и сила воли.

— Талант и тренировки с того возраста, когда многие даже вилку нормально держать в руках не умели. Да-да.

— Кстати, а что насчет конкурса? — спросила Сильвия. — Мы ведь с тобой поучаствуем?

— Если ты хочешь, — ответил Юстас.

Сильвия кивнула:

— Я пойду зарегистрирую нас тогда?

— Конечно, — кивнул Юстас.

— А мы — пас, — сказал Адриан. — Лейла не хочет танцевать, так что предпочтем наслаждаться едой. Кстати, Юстас, а тебе разве можно участвовать?

— А почему нельзя? — удивился тот.

— Приз — вход в королевскую сокровищницу и возможность забрать с собой один из артефактов. Или же, если тебе это не нужно, то ты можешь подарить вход кому-то другому. Разве эти самодовольные представители великих родов не начнут ворчать, что все будет нечестно? Мол, кому-то подыгрывали и прочее? А еще могут обвинить вашу королевскую семью в жадности, ведь если выиграет принц королевства, то это будет значить, что вы не желали никого пускать в королевскую сокровищницу.

— Ну, это произойдет только в том случае, если я выиграю.

— Конкурс изначально не самый честный, — заметила подошедшая Сильвия.

— Ты расстроена, что мы не сможем победить? — спросил Юстас, потом бросил взгляд на Адриана: — Если встанешь в пару с Адрианом, то, скорее всего, займешь первое место. У него контроль лучше, чем у большинства магов.

— Нет уж, — возмутилась Сильвия. — Побеждать и проигрывать я хочу исключительно вместе с тобой, Юстас. И вдруг Лейла захочет тоже потанцевать.

— Нет, спасибо, — я мотнула головой. — Не вижу причин. Да и в бальном зале разве поместятся все желающие? Очередь желающих поучаствовать слишком велика, если все одновременно начнут танцевать, то даже такого зала будет маловато.

— Все в порядке, желающих поделят на несколько групп, — сказал Юстас. — Так никто не будет никому мешать. И безопасность выше. Танцуют ведь маги и мечники, если не соблюдать безопасное расстояние, то тот, кто плохо владеет своими силами, легко поранит другого. Подобное недопустимо.

— Но разве те люди, которые будут танцевать в конце, не получат преимущества, увидев танец заранее?

— Каждый раз он разный, — ответил Юстас. — И чем дальше — тем сложнее. Но там и баллы немного выше, чем за первые танцы. Главный критерий — идеальный танец. Но если идеально станцуют в первой и в последней группе, то победит та пара, которая танцевала в последней. Вы с Адрианом точно не хотите попробовать?

Я мотнула головой — не вижу смысла. Лучше отсюда полюбуюсь, как этот танец будет выглядеть. О, первая группа уже пошла. Красивенько! Симпатичная волшебница идеально попадала в линии, вызывая прекрасные иллюзии, а вот ее партнер, тоже маг, подкачал: иногда у него получалось, а иногда — нет. Там, где получалось, две иллюзии прекрасно сплетались друг с другом, там, где он ошибался, его иллюзия осыпалась золотым блеском. Красиво, хотя через некоторое время стало немного надоедать. К тому же, никто из участников пока не станцевал идеально, а потому полной иллюзии мы так и не видели.

Веселее всего было наблюдать за танцем Сильвии и Юстаса. В пятой группе, куда они записались, они определенно не были лучше всех. Что Сильвия, чья магическая сила была довольно агрессивной и не всегда поддавалась контролю, что Юстас с чудовищным количеством ауры. С «толстыми» нитями они справлялись прекрасно, но вот «тонкие» не поддавались и рвались. Впрочем, победа не была их приоритетом, иначе они бы не наслаждались танцем до такой степени, что не замечали ничего и никого, кроме друг друга.

— Отличный танец, — сказала я Сильвии, когда они закончили и подошли к нам.

— Думаешь?

— Вы были разрушительно-прекрасны, — фыркнула я. — И я бы отдала победу вам. Даже жаль, что вам нельзя выигрывать, в отличие от других принцев и принцесс.

Пусть Сильвия с Юстасом не создали роскошных иллюзий, но их танец был чем-то особенным, тем, что вовлекает и не позволяет отвести взгляд.

— О чем ты? — удивилась Сильвия. — Королевским особам из других стран тоже нельзя побеждать. У них есть свои сокровищницы, так что их победа — не меньший моветон, чем наша.

— Тогда почему принцесса Доминика танцует в шестой группе? — спросила я. — И танцует она идеально.

Не только она, но и ее партнер: на данный момент они создавали самую идеальную иллюзию из всех, что я видела ранее!

— Юстас? — Сильвия сверкнула глазами в сторону возлюбленного.

— Своим поступком она опозорит себя, но напрямую я не могу запретить ей участвовать. Что она творит? — возмутился Юстас.

— Главное — зачем? — нахмурился Адриан.

Причину мы узнали совсем скоро. Стоило только шестой группе закончить танцевать, как принцесса Доминика вместе со своим партнером — чрезвычайно умелым магом, который практически не уступал мне в плане контроля над силой — подошла к нам.

Точнее, не к нам. К Адриану. Потому что меня она даже не удостоила взглядом.

— Ваше сиятельство... Хоть вы и говорите, что у вас есть возлюбленная, но я не могу с этим смириться, — сказала принцесса Доминика. — Если бы она относилась к вам хорошо, то я бы ни за что не позволила себе таких высказываний, но, увы, я не вижу, что она дорожит вами как следует.

— Для таких голословных заявлений у вас должны быть причины, — сказал Адриан, даже не пытаясь казаться хоть немного дружелюбным.

— Разумеется, — кивнула принцесса Доминика и посмотрела на меня. — Кто из здесь присутствующих не знает, насколько вам нужна одна вещь из королевской сокровищницы. А ваша спутница, ваша возлюбленная, — последнее слово Доминика буквально выплюнула, — даже не может помочь вам получить это. Это же просто... смешно! Как я могу отдать вас такой женщине?

— Адриан — не вещь, которую можно отдать, — тихо сказала я, чувствуя себя взбешенной.

Не только из-за того, что она посмела сказать, а больше из-за Адриана. Ему что-то нужно их королевской сокровищницы? Тогда почему он молчал? Или принцесса Доминика соврала? Нет, не соврала, судя по тому, как он неловко улыбнулся.

— И не тот, кого можно использовать, — не осталась в долгу принцесса Доминика. — Если вы не умеете ценить своего спутника, то я вас научу.

Я сейчас и тебя вежливости научу, и своего спутника искренности, и еще кого-нибудь, кто попадется под горячую руку. Принцесса Доминика, словно почувствовав опасность, гордо удалилась, а я повернулась к Адриану, который, кажется, совершенно не обратил внимания на стычку с принцессой Доминикой, и хмурился.

— Почему ты не сказал, что тебе нужна какая-то штука из сокровищницы?

— Потому что она мне не настолько нужна, чтобы заставлять тебя заниматься тем, что тебе не нравится. Ты не хотела танцевать, — мужчина обезоруживающе улыбнулся, но я не поддавалась:

— Да? Что ж, теперь я хочу. Мы ведь успеем зарегистрироваться? — спросила я у Сильвии.

— Да, конечно, в самую последнюю группу, правда. С повышенной сложностью.

— Сложность меня не пугает. Мы идем танцевать.

— Нет, — сказал Адриан.

— Что? Я же сказала, что я хочу.

— Не в этом дело. Неужели ты думаешь, что принцесса Доминика пришла и сказала все это лишь для того, чтобы сделать мне подарок и потешить свое самолюбие? Она явно что-то запланировала. И следовать ее планам — плохая идея.

— А кто сказал, что мы идем следовать ее планам? Мы идем танцевать, выигрывать и получать нужный тебе артефакт. А что касается планов принцессы Доминики... Что ж, пусть попробует, — усмехнулась я.

Не она одна много умеет и может. К тому же, разозленного до смерти целителя ей никогда не переплюнуть.

Моя уверенность длилась не так уж долго, как мне бы хотелось. Стоило мне подхватить Адриана под руку, двинутся к площадке для танцев, как едва ли не впервые за свою жизнь я ощутила робость от количества взглядов, направленных на меня. На меня и раньше глазели, но никогда не было такого разнообразия: и восхищение, и зависть, и любопытство, и недоумение. А еще — ожидание ошибки. Моей ошибки.

Я была уверена в своей магии, в своем контроле над ней, но я все же ни разу не танцевала в паре с мужчиной. С тем, кто нравится на глазах у стольких людей. Не волновалась.

— Руку, — скомандовал Адриан. — Все будет хорошо.

— Вопрос лишь в том, для меня или для принцессы Доминики, — не удержалась я.

— Для нас или для принцессы Доминики, — уточнил Адриан. — В любом случае, если поймешь, что что-то идет не так, Доминика пытается тебе что-то сделать или же решишь, что не в силах продолжать...

— Тогда мы проиграем, — заметила я.

— Тогда ты скажешь мне — и мы не проиграем, — подмигнул мне Адриан.

— И что ты сделаешь? — не удержалась я.

— Прикажу прервать конкурс.

— Королевский конкурс? — спросила я.

Разве это не то мероприятие, которое может остановить исключительно особа королевской крови? Или я чего-то не знаю про Адриана?

— Верно, — ухмыльнулся Адриан, увлекая меня в центр зала.

— Твои полномочия впечатляют, — пробормотала я, становясь напротив Адриана.

Он положил дна руку мне на талию, а второй взял мою ладонь. Кажется, все пары приняли такую позу.

— Справедливости ради, Лейла, замечу, что полномочий у меня на это нет. Зато есть возможности.

— Это как? — спросила я.

Обычно я соображала быстрее, но близость Адриана сбивала с толку. Если бы смущение дестабилизировала мою магию, как это происходило у Сильвии, то Адриану пришлось бы танцевать с кошкой. Или даже не с кошкой, а с моей второй истинной ипостасью. Оставалось лишь радоваться тому, что подобных проблем у меня не было.

Адриан склонился и прошептал мне прямо на ухо:

— Попрошу моих подчиненных разрушить этот зал. Или похитить судью, отвечающего за результаты.

— Э?

— Пф-ф-ф, если ты не хочешь проигрывать, то мне остается лишь постараться, чтобы твое желание обязательно исполнилась, Лейла. Пусть и таким странным способом.

Странным, да? Противозаконным! Но я даже возмутиться не могла. В конце концов, делали это для меня, не так ли?

— Зачем?

— Зачем мне исполнять твое желание? — тихо спросил Адриан. — Как ты думаешь, зачем мужчина так старается выполнить то, чего хочет женщина?

— Мое желание — честно победить, — заметила я. — А уж если не выйдет честно...

— Пф-ф-ф, хорошо, я понял, давай постараемся, Лейла. Первые пять движений не учитываются, они для подготовки, а вот потом придется сосредоточиться.

На чем? Мне кажется, что сейчас я могла сосредоточиться только на Адриане. Но его невероятно глубоких серых глазах, на которые невозможно было не смотреть. А дальше все пошло само собой.

Команда оркестру, первый аккорд и небольшая линия, состоящая из магии, появилась прямо на полу рядом со мной.

— Становись сюда и...

—... направляй магию, — чуть улыбнулась я.

Легко. Следы четкие, надо лишь наступать на них и вкладывать свою магию. Линия чуть шире — магии больше, линия поуже — меньше. Не замедляясь и не ускоряясь, равномерно заполнять магией, чтобы активировать скрытые заклинания и создавать неповторимые иллюзии вокруг нас с Адрианом. Я заполняла те линии, которые появлялись рядом со мной, а Адриан те, что появлялись рядом с ним. Все эти действия не только приводили магию в движение, но и помогали танцевать: линии выстраивались таким образом, что мы с Адрианом двигались в танце, даже не задумываясь над ним.

Я заметила, что некоторые пары смотрели на пол, стараясь попасть по линиям, но ни мне, ни Адриану это было не нужно. И это хорошо. Я бы предпочла смотреть на Адриана, чей взгляд был очень странным: в нем было много-много эмоций, часть из которых я, как бы не силилась, понять не могла. Но это не значит, что они мне не пришлись по душе. Наоборот. Мне нравилось, как Адриан смотрел на меня.

Как улыбался.

Как ловко кружился в танце.

Как осторожно поддерживал меня под талию.

Даже то, как он легко направлял свою ауру в специальные следы. И ни разу не сбился. Наверняка наши соперники, маги не с самым большим резервом, буду кусать локти от злости.

Это было хорошо. То, как мы танцевали, как смотрели друг на друга. Это было весело. В конце концов, я любила магию, любила свой контроль над ней, а потому не могла не наслаждаться происходящим.

Незабываемо. Даже если мы вдруг проиграем, я точно не буду сожалеть об этом танце. Надо ли мне поблагодарить принцессу Доминику, благодаря которой я не лишилась такого удовольствия.

И не осознала кое-что окончательно. Так обычно ощущается та самая... влюбленность? Потому что сейчас, в центре бального зала, под звуки стихающей музыки, под шепот окружающих людей, под вспыхивающие иллюзии, не было никого и ничего привлекательнее, чем Адриан.

Безумие.

Приятное и незабываемое.

Музыка смолкла, и мы с Адрианом остановились. Дышалось странно, словно воздух не желал проходить в легкие. И это вовсе не из-за того, что я устала, а от переполняющих эмоций. Их было слишком много. Мы, лекари, не самые эмоциональные существа по своей природе, но сейчас...

Я посмотрела на Адриана, на его улыбку, встала на цыпочки, потянулась и...

Почувствовала, как теплая ладонь легла мне на макушку и погладила, заставила уткнуться носом в плечо. Э... я ведь не этого хотела.

Стоп, не этого? А чего?

Что я только что собиралась сделать?

Я... пыталась поцеловать Адриана? При всех этих людях?

— Благодарю за танец, — тихий шепот Адриана разорвал мое оцепенение.

Я чуть неловко отстранилась, улыбнулась и сказала:

— Мне нужно немного подышать свежим воздухом. Слишком душно.

Из бального зала я буквально выбежала. Словно за мной сотня опоздавших на прием пациентов гнались! Даже не запомнила, как пересекала коридор, очнулась, когда оказалась в дворцовом саду. Уф, и что теперь? Мне вообще тут можно находиться не в кошачьем обличье? Или нельзя?

Пока я размышляла, неподалеку раздались голоса. Решение было принято мгновенно: я сиганула за ближайшие кусты. Не такие надежные и дружелюбные, как розочки, зато высокие. Прятаться удобно.

Так думала не только я — в кустах, как оказалось, сидела еще одна девушка. Не в бальном платье, а в темной униформе, состоявшей из удобной кофты и штанов. Я на минутку ей даже позавидовала — прятаться в кустах в бальном платье однозначно неудобнее, чем в штанах.

А девушка хорошенькая: личико кукольное, длинные светлые волосы. Смотрела она на меня ничуть не с меньшим удивлением, чем я на нее. Это еще кто? Вроде на наемного убийцу не похожа, вот только когда это наемные убийцы выглядели как наемные убийцы?

Мы смотрели друг на друга. Люди, меж тем, приближались. Еще немного — и увидят меня, стоящую в кустах. И что делать? А если я присяду — и мне нож в ребра? А если эта девица — шпион? И ее Адриану надо сдать?

— Госпожа Лейла? — едва слышно спросила она, после чего вытащила из кармана какой-то значок и показала мне. — Присаживайтесь, пока нас не поймали.

Я присмотрелась к значку — вроде бы такие носили члены отряда Адриана. И тут же резко села. Вовремя: сквозь ветки я увидела двух прогуливающихся людей, которые дошли до ближайшей скамейки и присели. Мужчина и женщина.

А голоса-то знакомые. По крайней мере, один из голосов.

Юстас.

И второго человека я узнала по внешнему виду: мне ее Адриан чуть раньше показал. Королева. И что они тут делают в самый разгар бала?

— Мама, что такого ты хочешь сказать, что нельзя было говорить при Сильвии? Она моя невеста, между прочим, — начал Юстас.

Ого, ничего себе. Мне настолько повезло, что я сейчас чрезвычайно важный разговор подслушаю?

— Вот именно, — спокойно сказала мама Юстаса. Как же ее звали? — Она до сих пор твоя невеста. О чем ты думаешь?!

Я нервно сглотнула. Неужели королева и впрямь ненавидит Сильвию? И хочет их с Юстасом разлучить, поэтому изо всех сил делает гадкие дела, чтобы другие подозревали мою подругу? А сейчас планирует оклеветать Сильви перед ее возлюбленным, своим сыном?

Я и сама не заметила, как включила записывающую звук магию — такое лишним не бывает. Как только дослушаю, соберу доказательства, так сразу отдам их Адриану, чтобы тот знал — Сильвия никакого отношения к той болезни, что поразила деревню, не имеет! Все это козни королевы. Я уже успела продумать все до мельчайших деталей, как внезапно мой план оказался абсолютно бессмысленным и бесполезным.

— О чем ты, мам?

— О том, что хватит ей ходить в невестах! Когда ты планируешь на ней жениться?

— Скоро, совсем скоро. Как только подготовлю свадебный подарок, подберу удобную нам обоим дату, решу несколько вопросов...

— Как скоро? — королева настойчиво расспрашивала Юстаса. — Я хочу, чтобы хотя бы один из моих сыновей обрел личное счастье. И чем быстрее, тем лучше. Внуков хочу, в конце концов. Нет, ты не подумай, я вас с этим делом не тороплю, сами решите, но можно ведь официально оформить ваши отношения?

Вот это поворот. Если королева и впрямь подставляла Сильвию, то сейчас ее действия не имели никакого смысла. Ведь она буквально уговаривала Юстаса побыстрее жениться.

— Мам, мы об этом думали, но ты же знаешь, что Кассий не так уж давно разорвал помолвку.

— Да. Но разве это имеет к вам отношение? — тихо спросила королева. — Твой брат не из тех, кто будет расстраиваться из-за чужого счастья или таить зло.

— Я знаю, — заметил Юстас.

— Точно? В конце концов, вы общались намного меньше, чем нам бы хотелось, поэтому между вами возможны недопонимания, а спрашивать напрямую ты точно не станешь. Ни у него, ни у нас, чтобы не расстроить случайно.

— Нет. — Юстас покачал головой. — Я знаю характер брата. Но это не значит, что ему не может быть грустно. Некоторым ранам нужно время, чтобы затянуться. Иначе даже взмах меча в отдалении может принести фантомную боль. Не волнуйся, мама, совсем скоро мы обязательно объявим о свадьбе.

— Прекрасно. Мне совсем не хочется лишиться такой замечательной невестки.

— Ты же практически с ней не общалась, откуда ты знаешь, что она замечательная? — рассмеялся Юстас.

— Девушка, которая делает моего сына счастливым, не может быть другой, — уверенно сказала королева.

— Как хорошо, что у тебя такие простые критерии, — заметил Юстас.

— Простые? Это был самое большое и едва выполнимое требование. Я уже думала, что ты останешься холостяком до конца своей жизни, Юстас. И какие еще критерии ты имеешь ввиду?

— Польза для королевства. Кассий ведь не только по любви собирался жениться.

— Я никогда на это не смотрела. Просто... Мы с твоим отцом поженились по политическим причинам. Симпатия между нами была всегда, со временем она превратилась в любовь. Кассию тоже была симпатична эта девушка, потому мы и решили, что все возможно... Но я никогда не планировала заставлять своих детей жениться ради выгоды. Мы с твоим отцом не ради этого наращивали силы в королевстве.

— Не злись, мама. Я ценю все, что ты делаешь. И твою позицию. Иначе, боюсь, пришлось бы мне хватать Сильвию и убегать из дворца. Потому что никакой другой девушки ни по каким причинам на ее месте нет и быть не может.

Юстас разговаривал с королевой еще минут десять, после чего они мирно ушли. Подозреваю, что меня и торчащую в кустах девушку из отряда Адриана Юстас заметил. По крайней мере, быстрое сканирование местности аурой я почувствовала. Но ничего не сказал, даже поспешил увести королеву с собой.

Кстати, насчет королевы. Получается, ей очень нравилась Сильвия? Тогда кто пытался подставить мою подругу? И зачем? Кто еще был подозрительным? Король? Навряд ли. Получается, оставался брат Юстаса, Кассий. Юстас, конечно, ему очень доверял, но заслуженно ли? Да и его угроза на балу меня настораживала.

— Госпожа Лейла, рядом больше никого, мы можем выбираться, — заметила девушка, которая не сводила с меня взгляда.

— Что вы вообще тут делали? — спросила я, даже не рассчитывая на ответ.

— Наблюдала за внутренней обстановкой во дворце по приказу его сиятельства, — ответила девушка, вставая и протягивая мне руку.

Я не отказалась: ноги прилично онемели, пока я на корточках сидела в кустах. Девушка помогла мне подняться, но все еще продолжала глазеть.

— Я испачкалась? — спросила я. — Вы на меня так смотрите...

— О, простите! — тут же извинилась девушка. — Просто его сиятельство и вы... Вы и его сиятельство... Как вы?..

Я чуть склонила голову, не понимая, к чему она клонит.

— Мы что?

— Вы, — девушка отчаянно покраснела. — Вы хорошо смотритесь вместе.

— Спасибо, — вежливо сказала я.

Что-то мне подсказывало, что мне вежливо соврали. Но узнать истину не представлялось возможным.

К тому же, нам пора было убираться из сада, пока нас тут никто не застал. Я не пошла по прежнему маршруту, подчиненная Адриана провела меня совершенно другим путем. И вывела в другое место: неподалеку от входа в королевский замок с той стороны, где был приличных размеров сад. Не такой шикарный, как внутри дворца, но тоже весьма приличный.

— Вам туда, — девушка кивнула в сторону бокового входа в королевский дворец. — Наши ребята там дежурят, так что пройдете без лишних вопросов.

— Ирэн, ты почему так долго? Иди быстрее сюда, будем праздновать! Ты ведь закончила с заданием? — Мужчина выскочил буквально из ниоткуда.

Только приглядевшись, я поняла, что за несколькими деревьями скрывалась большая беседка. В ней как раз и сидело прилично народу, причем все в той же униформе, что и девушка. Люди Адриана?

— Закончила. Сейчас, подожди, провожу госпожу обратно, — сказала девушка.

— Госпожа? Госпожа Лейла? — с некоторым восторгом спросил меня мужчина.

Восторг был неподдельный, без каких-либо двусмысленностей.

— Да, — я кивнула.

— Ирэн, пригласи госпожу отпраздновать с нами! — предложил мужчина, после чего хитро подмигнул мне: — А мы расскажем вам много-много всего интересного про его сиятельство.

Адриан мне, конечно, предлагал спросить его самого обо всем, но удержаться от такого искушения было трудно. И этот его подчиненный, словно чувствовал мои сомнения, и добавлял аргументов:

— Там еще Санос сидит, он знал Адриана с трех лет, учил его фехтованию. И знает много историй из его детства.

Девушка, стоявшая рядом со мной, чуть нервно улыбнулась и пробормотала себе под нос:

— Если граф об этом узнает, мы все умрем.

— Тогда надо сделать так, чтобы он об этом не узнал, — весело сказал мужчина. — Вы же не сдадите нас, госпожа Лейла?

В общем, я решила хранить эту тайну до конца своей жизни, а потому теперь сидела в беседке среди людей Адриана, которые весело что-то обсуждали, шутили и, как и обещали, рассказывали истории из жизни Адриана.

Адриан, вопреки моему первому впечатлению, вовсе не был послушным мальчиком. Он сбегал с уроков, прятался от учителей и спокойно мог пропустить занятия, если находил их бесполезными. При этом он не вырос неучем, скорее, как только извлекал все необходимые на практике знания, полностью терял интерес к тому или иному предмету. Исключением были занятия с мечом — Адриан обожал их. Впрочем, неудивительно: все магические мечники любят махать мечом. Это у них не просто в крови, а в ауре.

— Ненавидел он все это... теоретическое, — фыркнул Санос. — Считал бесполезным. За что нередко получал наказания от отца, так как тот считал, что Адриан должен быть истинным аристократом, зачитывать стихи на балах, цитировать известных ученых и обсуждать сложнейшие магические формулы, которыми никто и никогда не сможет воспользоваться.

— Адриан был бунтарем? — спросила я.

— Не совсем. Знаете, госпожа, есть такая категория людей, которая вас выслушает, покивает, улыбнется, избежит прямых ответов на вопросы, а после все, абсолютно все сделает по-своему? Так вот, Адриан как раз из таких. Упрямый и упорный, но при этом ловко избегающий любых конфликтов. Его отец все пытался сделать из него дипломата, но Адриан, как и обычно, выбрал свой собственный путь, — фыркнул Санос — добродушный высоченный мужчина, чей кулак был размером с половину моей головы.

Стал магическим мечником и доверенным лицом второго принца. Непонятно, планировал ли Адриан это сразу или все так сложилось, но что вышло, то вышло. К тому же, отношения с отцом у Адриана окончательно сошли на нет, когда тот последовал за вторым принцем на поле битвы. В силу того, что Адриан был старше принца, довольно трудно сказать, кто в итоге командовал армией и привел страну к победе, однако сам принц говорил, что не меньше половины заслуг принадлежит Адриану. Не говоря уже о том случае, когда Адриан прикрыл собой принца и получил серьезное ранение.

— Но что мы все о войне и сражениях, госпожа? Вам, наверное, интересно узнать что-то другое про графа? Вы спрашивайте, не стесняйтесь, мы все расскажем!

Я замолчала на минуту, прежде чем сказать:

— Я готова послушать любые истории про Адриана. А спрашивать... спрашивать я буду у него самого.

— Какое разумное решение, — сказал Адриан.

— Ваше сиятельство! Что вы тут делаете?! — воскликнул тот самый мужчина, который подговорил меня к ним присоединиться.

— Я всего лишь ищу свою спутницу, которая спешно покинула бальный зал, чтобы подышать свежим воздухом. Почему-то мне показалось, что ей требовались одиночество и покой, но, судя по тому, что я вижу сейчас, я ошибся. А вот что тут делаете вы?

— Празднуем, — сказала я.

— Да-а-а? — протянул Адриан. — А что вы празднуете?

Точно, я так и не спросила.

— А что за праздник, кстати? — повторила я вопрос Адриана.

Почему у них такие странные лица? Нервничают? Пульс скачет...

— Вы молчите? — тихо спросил Адриан. — Неужели хотите, чтобы я попробовал отгадать?

О, гадание — это весело! Ну, если отгадывает не учитель и, как подозреваю, не Адриан.

— Я могу принять участие? — вежливо поинтересовалась я.

— Разумеется. Никто же не против? — улыбнулся Адриан.

Интересная у него улыбка вышла, недобрая такая. Я абсолютно не удивилась, когда его подчиненные яростно закивали. Хм, что же они такое празднуют, что боятся сказать Адриану? Помочь им? Или...

— Что ж, начнем, — сказал Адриан.

— Можно я первая?

— Разумеется. — Адриан уступил мне, как я и ожидала.

— Тогда... королевский бал? — выбрала я первое и самое безопасное.

— Королевский бал? Зачем им его праздновать? — Адриан не оставил возможности даже кивнуть. — Для моих подчиненных — это всегда дополнительная работа, а кто ж ее празднует? Скорее, мои подчиненные будут праздновать что-то, что уменьшит их занятость. Снизит количество тренировок или выговоров...

— И что это может быть? — не поняла я.

Уменьшить количество работы можно двумя способами: работать эффективнее или разделить ее с кем-то другим. Неужели Адриан набирает новых людей? Услышав мои предположения, Адриан лишь посмеялся:

— Нет, есть еще и третий способ. Сделать строгого, злого, деспотичного и, как ты там говорил, Бергос, не напомнишь? Ужасного, злопамятного...

— Злопамятного не было! — воскликнула та девушка, с которой мы сидели в кустах.

— Знаю, — хмыкнул Адриан. — Но хоть что-то должно быть чистой правдой, не так ли? В общем, сделать меня добрым, ведь обычно я совсем не такой, по вашему мнению?

— Ты же добрый, — не удержалась я от восклицания, от чего несколько человек закашлялись, как будто воздухом подавились.

— Спасибо, Лейла, я никогда не сомневался в твоей проницательности, — сказал Адриан. — А касательно вас, мои дорогие подчиненные. В ближайшем будущем я намерен все ваши слова превратить в правду. Обидно быть строгим, злым, деспотичным и ужасным лишь в чужих фантазиях, хорошо бы все это превратить в правду.

— Господин, вы хотите сказать, что вы...

— Тш! Молчи!

— А что молчать? — возмутилась девушка. — Господин уже все слышал, да?

— Ваши тосты? Сложно было их пропустить. К тому же, они были такими искренними, такими добрыми, — сказал Адриан. — От всей души вы желали, чтобы мои отношения были яркими, захватывающими, бурными и очень-очень долгими! Чтобы я увлекся ими настолько, что ни на что другое не было ни сил, ни времени. За это же были тосты, верно? Еще и Лейлу позвали.

— Ну, она главный герой...

— Этого праздника? Несомненно. Так вот, продолжим. Пожелания я услышал, а вот название самого праздника, увы, пропустил. Непорядок какой-то. Не подскажете?

— Господин, — начал Бергос, — никаких названий...

— Вы мне не скажете, — кивнул Адриан. — Понимаю. Вам так нравится, когда я угадываю! Ну, что ж, я попробую. Но если я не отгадаю в итоге, то очень разозлюсь и...

— Начало вашей личной жизни! — воскликнула одна из девушек.

— О, вот как. Хороший повод, налейте и мне выпить тогда уж, — сказал Адриан, подмигнув мне.

Почему все выглядят так, словно с их плеч упал тяжкий груз?

Буквально через секунду в руке Адриан уже был наполненный бокал.

— Мои дорогие подчиненные, которые так радеют за мою личную жизнь, — начал Адриан, — я поднимаю этот бокал за вас. И клянусь свои мастерством меча, что даже самая потрясающая личная жизнь не заставит меня забыть о вашей преданности. Как бы счастлив я не был, я обязательно найду время для вас. Вдвое больше работы, вдвое больше тренировок, чтобы ваша жизнь была яркой и наполненной всевозможными красками! За вас!

— Ура, — добавила я, поднимая бокал.

И только потом заметила, что у всех людей, за исключением меня и Адриана, такие лица, словно они хотят плакать. Почему? Тренировка и работа — это же хорошо? Был еще другой вопрос, который волновал меня куда больше.

— А вы каждый раз так отмечаете начало личной жизни Адриана?

Лица всех вытянулись как по команде. А что я такого спросила.

— Впервые, — ответил Санос.

— Почему? — Я чуть склонила голову на бок. — Адриан ведь не в первый раз с кем-то встречается?

Адриан улыбнулся, поймав мой задумчивый взгляд.

— Нет, конечно! — воскликнула брюнетка, чьего имени я так и не узнала.

— Тогда почему только сейчас? — продолжала допытываться я. — Почему не раньше?

— Может, вы спросите это у господина, а не у нас? — жалостливо попросил Бергос.

— Но отмечаете ведь вы, а не Адриан, — заметила я и украдкой взглянула на мужчину, которого мы тут обсуждали.

Он вмешаться не желает? Не-а, судя по всему, ему очень нравится наблюдать за происходящим

— Вы говорите, говорите, мне ведь тоже интересно, — сказал Адриан.

— Как будто вы не знаете, господин, — сказал Санос после непродолжительного молчания. — Разве раньше вы уделяли кому-то столько внимания? Ослабляли контроль над своими делами? Ваше особенное отношение к госпоже Лейле не заметил разве что слепой.

— Вы, кстати, слышали те слухи, которые ходят на балу? — спросила девушка. — Все аристократы уже шепчутся о том, что госпожа вас очаровала. Точнее, приворожила. Или сложнейшими чарами, или...

— Или? — Брови Адриана взметнулись вверх.

— Приворотным зельем.

— Это по части принцессы Доминики, — заметил Адриан.

— Не скажите. Ваш интерес слишком... сильный. Людям трудно поверить, что вы сами... — Девушка запнулась.

Адриан, вопреки моим ожиданиям, не отшутился и не согласился, а нахмурился, бросив на меня взгляд, полный подозрений.

— Слухи? И когда успели?

— Да вот как госпожа Лейла вышла — так и успели. Мы в саду подслушали.

— Кто-то один сказал или?.. — продолжил расспрашивать Адриан.

Словно эти самые слухи напрягали его больше всего остального. Ну болтают и болтают, что тут поделать?

— Несколько человек. Кстати, когда вы так расспрашиваете, звучит немного подозрительно, — заметил Санос. — Словно кто-то специально пытается испортить репутацию госпожи Лейлы.

— А этим можно испортить репутацию? — полюбопытствовала я. — Принцесса Доминика вроде бы не в первый раз пытается применить приворотное. Но слухов о ней не было. Как принцесса она же должна беречь репутацию?

— Должна, конечно. Но чтобы ее испортить, нужны доказательства, а она их не оставляет. А без доказательств слухи никто не пустит — дипломатический скандал.

— Что ж, насчет скандала вы правы. Пойду и поймаю тех, кто на него нарывается, — сказал Адриан, вставая.

— А не проще все оставить как есть? — предложила я. — И заняться чем-то более интересным, чем развеивание слухов?

Адриан почему-то сначала поперхнулся, словно я сказала что-то не то.

— Более интересным? — пробормотал он. — Мне почему-то кажется, что мы о разных вещах говорим, но, думаю, Лейла, ты права. Вернемся в бальный зал?

— Прогуляемся по саду? — выдвинула я встречное предложение. — Вдвоем?

Без лишних людей, которые могут распространять слухи. Есть шанс, что Адриан сделает с ними что-то нехорошее. А я сейчас абсолютно не горела желанием никого лечить.

— Желание дамы — закон, — галантно ответил Адриан, махнув на прощание своим подчиненным.

Адриан ответ меня... в королевский сад. Как раз тот, из которого я сбежала. Ну, что ж, думаю, теперь мне точно можно тут находиться. Адриан отвел меня к небольшой беседке в глубине сада и предложил присесть.

— Чем таким интересным ты хотела со мной заняться, Лейла? — тихо спросил Адриан, садясь рядом со мной.

— Поговорить, — ответила я. — Я так и не поняла, почему твои подчиненные праздновали твою личную жизнь, если они обычного ничего подобного не делали.

— О! Что ж, действительно интересная тема для обсуждений... А сама что думаешь?

Что я думала? Да абы что! В голове полный сумбур, все мысли никак не желали укладываться по полочкам.

— Я спрашивала тебя вовсе не для того, чтобы ты задал мне вопрос, — чуть обиженно сказала я, глядя на пол беседки. — Если бы я что-то знала, разве спрашивала бы тебя?

— Что ж, хорошо. Тогда как ты отнесешься к тому, что я скажу тебе, что все из-за того, что ты особенная? — спросил Адриан.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ты та, кто привлекла мое внимание больше, чем кто-либо до этого. Ты та, кто понравился мне настолько, насколько никто и никогда не нравился, — с улыбкой пояснил Адриан. — Как ты отнесешься к этому, Лейла? Обрадуешься? Огорчишься? Или тебе все равно?

— Какой ответ ты хочешь услышать? — спросила я, нахмурившись.

— Кажется, тебе все же не хочется быть для меня особенной, — пробормотал Адриан.

Лукавит? Наверное. Выражение грустное, а вот в глазах как будто бы хитринка. Чего он желает добиться?

— Нет, я всего лишь пытаюсь вычислить тот ответ, который понравится тебе больше всего, — ответила я. — Зачем ты меня спрашиваешь? Чтобы узнать, что мне все равно? И выдохнуть спокойно, рассчитывая, что чужие чувства меня не тревожат? Или ты хочешь, чтобы мне пришлось по душе твое отношение? М? — Я чуть склонила голову на бок, внимательно наблюдая за Адрианом.

— А... а-а-а! — воскликнул Адриан, запуская руку в свои светлые волосы и зачесывая их назад. — Лейла. Ты можешь уступить морально слабому мужчине и ответить на его вопрос?

Сколько хитрости, сколько обольстительных ноток в этом тоне! Еще и смотрит так... Ну, что ж, господин Адриан... на мне это не работает!

— Нет, — ответила я. — Не хочу.

— Почему?

— Потому что морально слабые не относятся к тому типу людей, которые мне обычно нравятся. Так что и уступать им смысла не вижу, — сказала я, умолчав о том, что и мужчин обычно я тоже не слишком жалую.

— Значит, я тебе не нравлюсь, да?

— Я говорила, что не люблю слабых мужчин. Речи о сильных и хитрых, заговаривающих другим зубы, не шла, — фыркнула я. — Но если подумать... ты постоянно говоришь, что мне не нравишься... Неужели это тот ответ, который ты хочешь от меня услышать?

— Ни в коем случае! — воскликнул Адриан. — Наоборот!

— Почему? — спросила я.

— У меня ощущение, что меня перехитрили. Ты мне очень нравишься, — с обезоруживающей улыбкой ответил Адриан.

— Только нравлюсь? — спросила я и, после некоторого колебания, добавила: — Ты мне тоже.

— А если я скажу, что влюблен? — тихо спросил Адриан. — До безумия.

— У тебя очень странная влюбленность до безумия, — заметила я. — Как лекарь могу заверить, что не вижу абсолютно никаких признаков сумасшествия.

— Я назвал себя морально слабым мужчиной, — заметил Адриан. — Если бы кто-то это услышал, то решил бы, что в меня вселился другой человек. И все ради того, чтобы признаться тебе, Лейла.

Ладно, теперь я верила, что в меня влюблены до безумия. Иначе абсолютно нелогичное поведения Адриана попросту не понять!

— А просто так это нельзя сделать? — спросила я.

— Вдруг я тебя напугаю?

— Чем? — удивилась я. — Тем, что в меня влюблен мужчина, в которого влюблена я сама?

— Возможно, — кивнул Адриан.

И замолчал. На его лице удивление сменилось недоверием, а через секунду — неприкрытой радостью. О, кажется, мое признание не оставило его равнодушным. Меня, пожалуй, тоже. Я резко отвернулась от Адриана, не в силах скрыть свое смущение. Даже напоминание того, что я взрослая разумная и невозмутимая целительница, не работало. Скорее, звучало в моей голове как сарказм.

Взрослая, ага. Смущаюсь как подросток.

Разумная? Да у меня голова, кажется, полностью отключилась.

Невозмутимая? Конечно, сердце колотилось, а щеки горели.

Особенно когда Адриан, не сказав ни слова, осторожно накрыл своей ладонью мою. Я сглотнула. Надо на него посмотреть. Это странно выглядит, когда ты признаешься в любви, а смотришь не на дорогого человека, а отвернулась и рассматриваешь сад. Вот только почему-то не хватало смелости.

— Лейла, — тихо позвал Адриан.

— Что?

— Давай прервем эти отношения.

— Какие? — иногда лучше спросить, чем гадать.

Он ведь не про отношения кошка-хозяин говорит? Если он знает...

— Фиктивные. Позволишь мне ухаживать за тобой по-настоящему? — спросил Адриан.

— А до этого было понарошку? — спросила я, растерявшись.

Во-первых, облегчение в голову прилично ударило. Я Адриану про кошку, конечно, скажу, но нельзя же вот так сразу! К тому же, вдруг он насчет моральной слабости не слишком-то и лукавил? Во-вторых... а что с предыдущими ухаживаниями-то было не так?

Кормил, поил, везде водил.

— Скажем так... до этого я очень сильно сдерживался, — ответил Адриан.

— Потому что боялся напугать, — понятливо кивнула я.

— Точно.

— Я выгляжу пугливой? Слабой, беспомощной? — внезапно спросила я, чувствуя определенный интерес.

— Ты не выглядишь настолько же сильной, как леди Сильвия, — ответил Адриан. — У меня нет уверенности, что если тебя кто-то обидит, то ты сможешь его сначала долбануть молнией, потом поджарить, дабы насладиться криками, после чего забросить в бассейн и вытащить обратно. Последнее не из жалости, а из опасений, что испортишь красивый вид в королевском саду.

О! Я смотрю, Сильвия тут неплохо развлекалась.

— Ну, я могу его отравить, — тихо сказала я.

Или укусить. В принципе, иногда это совмещается.

— А если у него иммунитет к яду?

— Попрошу Сильвию его побить, — честно ответила я.

— А если этот человек сильнее Сильвии?

— Тогда позову на помощь тебя. — Я пожала плечами.

— О, так ты поняла, что я сильнее леди Сильвии?

— Нет. Но я верю, что вы вдвоем вы сможете побить любого человека, который меня обидит, — ответила я, невинно улыбнувшись. — Это преимущество хорошего целителя. Ну, даже очень хороший целитель все равно слаб в сражениях. Зато у него чрезвычайно сильные союзники и благодарные пациенты, которые могут много чего нехорошего сделать с любым, кто точит на него зуб.

Ну, конечно, если целитель не прибьет этого человека сам. Слабость в сражении — понятие относительное. Я всегда сравнивала себя с учителем, Сильвией и Кристэль. Но тут будет верным заметить, что не я слишком хиленькая, а они чрезвычайно сильные.

— А если вдруг я тебя обижу?

— А ты собираешься? — удивилась я.

— Нет, конечно. Но вдруг случайно...

— Не могу себе даже представить, — уверенно сказала я. — Как ты можешь меня случайно обидеть?

— Например, поцеловать.

— Эм? А разве этим можно обидеть? Это же, наоборот, хорошо, разве не так? — я уставилась на Адриана.

Что за глупости он несет? Мужская логика — такая странная.

— Правда? Значит, если я тебя сейчас поцелую, то ты не обидишься? И посчитаешь это хорошим делом?

Это была не логика. Это коварный расчет! Впрочем, я бы соврала, если бы сказала, что подобная хитрость мне не по душе. Я прислушалась к себе и поняла, что несмотря на смущение, волнение и взбудораженность, я хотела, чтобы Адриан меня поцеловал.

— Лейла? Почему молчишь?

— Думаю, — ответила я.

— О чем же?

— О том, что это хорошее дело начнешь делать ты сам или мне надо проявить какую-то инициативу, — честно ответила я, глядя мужчине в глаза.

— О. Я сам, с твоего позволения, — с легким смешком сказал Адриан.

Сказать «Позволяю» я не успела (или не смогла?): Адриан сначала коснулся моего подбородка пальцами, погладил как кошку (ну один в один!), сжал чуть крепче двумя пальцами и наклонился. Его лицо было так близко, что если бы он меня не удерживал, я бы точно отпрянула и попыталась отстраниться с непривычки. Но его пальцы, мягко сжимавшие мой подбородок, никуда не делись.

А дальше... я закрыла глаза. Потому что с закрытыми глазами эмоции должны были ощущаться сильнее и интереснее. Но это все ложь! Мягкое прикосновение губ к губам прострелило как током, я невольно открыла глаза, но ощущения не стали слабее. Наоборот, казалось, что чем дольше Адриан меня целует, тем больше эмоций.

Тех, которые я не могу контролировать.

Тех, которыми я наслаждаюсь в объятиях Адриана.

Объятиях? И как так получилось, что я в них оказалась? Впрочем, мне так хорошо, что какая разница?

Адриан оторвался от моих губ, точнее, я бы сказала, от моего рта, потому что касался он... Пф-ф! Нет уж, я не буду об этом думать, чтобы не смущаться. Хорошо, что я устроилась в его объятиях и скрыла лицо, уткнувшись в плечо.

— Ну что? — спросил мужчина. — Понравилось тебе хорошее дело?

Вот же бесстыдник и нахал! Зато целуется хорошо, так что можно простить.

— Очень. Только в следующий раз целоваться можно без всех этих словесных прелюдий, — пробормотала я.

— Я боялся, что ты скажешь что-то вроде того, что целоваться нельзя.

— Почему нельзя? — удивилась я. — Можно.

— Приятно слышать.

— Все условия для поцелуя соблюдены, — добавила я.

— Какие?

Ого, чего он так растерялся? Неужели не знает золотых правил поцелуя, которых должны придерживаться все нормальные люди? Нам всем рассказывал учитель. Когда мы повзрослели, он усадил нас за стол и все объяснил. Ладно, не он нас, а мы его. Сильвия прочитала в книгах, Кристэль, добывая информацию, увидела пару пикантных сцен, а я... А я рассказала им об этих случаях с медицинской точки зрения, ссылаясь на надежный источник информации — учебник по строению человеческого тела.

Учитель услышал мой ответ, повздыхал, сказал, что все не так. И поцелуй — это не способ кого-то убить, передав болезнь, а кое-что другое. И вот об этом он нам не рассказал. А нам же было ужас как любопытно! Ну и мы его достали. Тогда-то он нам и объяснил, что поцелуй — это способ проявления чувств и эмоций. Он может быть дружеским, а может — любовным. Вот про последний он нам и рассказывал. Мол, бывает приятным, если все делать правильно. И неприятным, если хотя бы одним из правил пренебречь.

— Неужели ты не знаешь их? — с недоверием спросила я. — Ты же говорил, что я не первая девушка, которая тебе понравилась.

— Ревнуешь? — лукаво спросил Адриан.

— Нет, с чего бы? — удивилась я.

— А я ревную. Не отказался бы вызвать на дуэль всех мужчин, которые тебе нравились, — пошутил мужчина.

Стоп, это действительно шутка?

— Не выйдет.

— Почему? Неужели они все...

— Мертвы? Отнюдь. Их просто не существует, — честно ответила я. — Ты первый и единственный мужчина, который мне понравился.

Выглядит как тигр, поймавший лань — довольный!

— Так что с правилами? Расскажи, — потребовал Адриан.

Правила, да? Они довольно просты. Во-первых, целоваться можно лишь с тем, с кем тебе хочется поцеловаться. Во-вторых, этот кто-то обязательно должен признаться тебе в искренней симпатии или любви. В-третьих, ты сама должна чувствовать к нему любовь.

— А если тот, кто признался, неискренен?

— Ты действительно хочешь услышать, что учитель рекомендовал нам сделать с этим человеком? — с интересом спросила я.

— Я люблю пощекотать нервы, — ответил Адриан.

— Не знаю, что ты там любишь, но я точно ничего не буду рассказывать, — решительно ответила я. — Морально слабый человек не выдержит — точно сойдет с ума, заверяю. Поэтому лучше не рисковать.

Ого, какое растерянное лицо.

— Насчет этого я слегка... преувеличил.

— Даже если ты сильно преувеличил, я ничего не скажу. Потеря разума — не шутки. Конечно, ты мне будешь нравиться любым, — заметила я. — Но в здравом уме и твердой памяти больше, чем без них.

— Хм, а кто твой учитель? Палач? Убийца? — спросил Адриан.

— Нет, конечно! — возмутилась я. — То есть, он убивал, но кто в наше время никого не прибил ни разу? Тем более, что все в рамках самозащиты, — сказала я. — Учитель специализируется на телепортации и ближнем бою.

Гордости не скрывала. В конце концов, учитель довольно скромный, своими способностями и достижениями никогда не хвастался (да и делать это в моем мире довольно опасно), поэтому хоть кто-то же должен его прославлять? Поэтому я хвалила от души, напрочь забывая обо всем. И не только я. Сильви и Кристэль были такими же. А как иначе? Единственный человек, который протянул нам руку, оказался одним из самых сильных людей в мире. Разве можно им не восхищаться?

— Получается, маг-портальщик и кто? Воин?

— В том числе. В общем, учитель сказал, что он обычный русский мужик.

— Где-то я это уже слышал.

Я замолкла. Идиотка! А если Сильви говорила о чем-то подобном? И Адриан сейчас сведет все воедино? К счастью, мужчина остался невозмутим.

Встал со скамьи, протянул мне руку и предложил:

— Что ж, нам пора возвращаться в банкетный зал, Лейла. Совсем скоро объявят результаты конкурса. Будет не очень красиво, если мы, победители, так и не придем.

— Ты так уверен в победе? — спросила я, протягивая Адриану руку и позволяя вывести меня из беседки.

— Конечно. А ты нет? Мы же станцевали идеально.

— Это верно. Но наши соперники...

— Допустили ошибки. Кто больше, кто меньше. Если не случится ничего непредвиденного, то мы станем победителями.

— А что может случится? — Я прошла по узкой тропинке вперед, прислушиваясь к шагам Адриана.

Поразительно, как тихо звучат шаги мужчины его комплекции. При этом никогда не подумаешь, что сзади идет кто-то робкий, скорее, властный и основательный. Надежный.

— Что угодно. Кто-то попытается подкупить судей, кто-то попробует похитить настоящих и заменить их.

— На королевском балу? — удивилась я, выходя с узкой дорожки на широкую.

— Безумцев хватает. Правда, за всю историю королевству было всего лишь два подобных случая, — ответил Адриан, поравнявшись со мной. — Но есть и плюсы. Мои дражайшие подчиненные, чтобы полностью контролировать ситуацию, будут присутствовать на объявлении результатов.

В зал мы пришли вовремя: результаты еще не объявили. Наверное, потому вокруг было столько шепотков.

Или не поэтому? Почему к нам с Адрианом столько внимания? Нет, даже не к нему, а ко мне. И что за разговоры про привороты и запрещенную магию?

Здраво решив, что человек, пустивший этот слух — идиот, а поддерживающие и распространяющие еще глупее, я лишь посмеялась. Зачем обращать внимания на такие мелочи, когда можно думать о поцелуе и любви? По крайней мере, это намного приятнее и интереснее, чем тратить время на фантазии других людей о тебе. Ну и поесть можно, конечно же! Пока ходила, как раз место в желудке освободилось.

Я уверенно пересекла центр бального зала вместе с Адрианом. Меня не смущали ни настороженные взгляды, ни шепотки. А вот Адриана, который хмурился, очень даже.

— Что-то не так? — спросила я.

— М?

— Ты кажешься... расстроенным, — заметила я.

— Ага, есть немного. Видишь ли, некоторые правила этого королевства чрезвычайно разочаровывают, — негромко ответил Адриан, подводя к довольно просторной нише, где я успела заметить знакомые лица.

Сколько тут его подчиненных? Они что, все сюда перебрались?

— Например?

— Например, те, которые не позволяют бить людей безнаказанно.

— Если делать это тайно, то никаких проблем, — заметил Санос.

— Слишком много времени, а хочется сейчас, — пожал плечами Адриан. — Ладно, шутки шутками, но, если эти слухи примут более неприятный оборот, разберитесь.

— Полегче или?..

— Или, — твердо ответил Адриан. — С нашими аристократами решите без меня, а с дражайшими гостями, не способными держать язык за зубами, я уж сам разберусь.

Адриан говорил об этом достаточно громко — так, что услышали все аристократы, находившиеся поблизости. И это дало свой эффект: те прекратили поглядывать в нашу сторону, делая вид, что их заинтересовали либо собеседники, либо другие гости, либо пол под ногами.

— А точно надо? — спросила я.

— На мою спутницу клевещут, как тут можно молчать?

— Хм-м, — протянула я, рассматривая стол, на котором обновили блюда.

Чтоб я знала! Я-то никогда ничьей спутницей не была. Учитель вот вообще придерживался правил, что чем больше плохого и страшного обо мне говорят, тем лучше. Меньше желания будет у всяких уродов цепляться ко мне.

— Полное безобразие, — подтвердил Санос. — Одно дело, когда никого из вас тут не было, обычное-то дело, а совершенно другое — когда вы тут. Верх наглости.

— Да-да. Создается впечатление, что нашего господина прекратили боять... Ай!

— Уважать, у-ва-жать! — поправил девушку кто-то.

— Вот именно!

Я прекратила слушать, сосредоточившись на выборе блюд. Я смотрела на куриную ножку, куриная ножка — на меня. Мне в какой-то момент показалось, что она буквально умоляет съесть ее. Я взяла тарелку и ловко наполнила ее, краем уха слушая, как поддакивания подчиненных перешли в жаркий спор с Адрианом.

Слишком много заморочек ради каких-то людей. В целом, я поняла. Как буду в образе кошки, так сразу же всем этим людям отомщу. Ну а что? За грехи надо платить. А есть ли больший грех, чем расстраивать Адриана?

Я настолько погрузилась в размышления о том, что сделаю, как только превращусь в кошку, что окончательно забыла про реальность. Или это была остаточная эйфория от поцелуя?

Или я не знаю, что же это такое было, но когда я утратила нить разговора, а Адриан спросил у меня:

— Что ты про это думаешь? Ты же согласна, не так ли?

Знать бы о чем они говорили и с чем соглашаться... Впрочем, так ли это важно? Я сделала то, что всегда делала, когда меня Адриан о чем-то спрашивал. Просто по привычке согласилась с ним.

Привычным способом.

— Мяу, — ответила я.

И лишь оглушительная тишина, которая, казалось, затронула не только нишу, где мы стояли, но и половину бального зала, привела меня в чувство.

Нет, не так.

Довела меня до паники буквально за секунду.

Я... я идиотка? От любви глупеют?

Я же разумная целительница, не пасовавшая не перед какими трудностями. Моя голова, моя светлая головушка еще никогда меня не подводила.

До этого момента.

Я скользнула взглядом по людям рядом со мной. Удивлены, очень удивлены. Ну, навряд ли взрослая, на первый вид адекватная волшебница, которая внезапно решила мяукнуть — это обычное и ничем не примечательное дело.

А Адриан? На него даже страшно посмотреть было. Почему?

Потому что он не дурак.

И с памятью проблем нет.

А я мяукала ровно тем же голосом и с такой же интонацией, как и его любимая кошка Лала.

Будет чудом, если он не схватит меня за шкирку и не потребует превратиться в кошку, после чего закинет в какую-нибудь тюрьму. Попасть туда, конечно, совсем не страшно, я сбегала из куда более страшных и непривлекательных мест. А вот потерять доверие и разрушить то волшебное чувство, которое возникло между нами...

— Госпожа Лейла? — нервно спросил Санос. — Вы сказали?.. Мне послышалось, что вы сказали...

Но сейчас важно другое. Не опозорить Адриана перед аристократами и его подчинёнными. Если они поймут, что ему дурила голову кошка, то...

Так, в любой непонятной ситуации сохраняй спокойствие и невозмутимость.

— Мяу? — спросила я, беря себя в руки. — Вам не послышалось.

Как говорил мой учитель, сгорел сарай — гори и хата.

— А...

— Почему? Чтобы порадовать, — подсказала я, повернувшись к Адриану. — Адриан, каких животных ты любишь больше всего?

— Кошек, — Адриан ответил спокойно, но это спокойствие показалось мне наносным, ненатуральным.

Будто человек не осознавал, что все происходящее здесь — реальность.

— А что говорят кошки? — я снова повернулась к Саносу. — Мяу.

— А-а-а, — многозначительно протянул Санос, словно что-то понял.

Но вот выражение лица говорило лишь о том, что осознал он ровно ни-че-го.

— О! Так вот почему! — восклинула девушка. — О, это гениально!

— Ты о чем? — рядом стоящий мужчина тихонько толкнул ее, намекая, что стоило бы и промолчать, но девушка не обратила никакого внимания.

— О том! Это же самый необычный, самый невероятный способ.

— Ты про что?

— Покорить господина! И почему раньше никто не додумался до такого? — пробормотала она. — А вы все про любовное зелье, про любовное, а тут дело... дело в индивидуальном подходе! И общих интересах.

Адриан поперхнулся воздухом, а я едва не выронила тарелку с едой. Адриан, в отличие от меня, не мяукает! К моему ужасу, почти священному, все окружающие приняли восклицание девушки за истину. Они выглядели так, словно осознали истину.

Это настоящая катастрофа, которую срочно нужно исправить!

Увы, времени не осталось: в центр зала вышел ведущий и сказал, что будет объявлять победителей.

— Пойдем, — шепнул мне Адриан. — Пора забрать наш приз. И не теряй бдительности, принцесса Доминика наверняка еще что-то учудит, кроме распространения слухов о приворотном зелье.

Адриан оказался прав.

Адриан провел меня чуть ближе к центру. В этот раз никаких шепотков не было слышно. Нас сопровождали исключительно понимающие улыбки.

Это... это все недоразумение!

Как вообще можно подумать, что простенькое «мяу» могло так подействовать на Адриана — главу тайно канцелярии и разумного со всех сторон мужчину?! Какие странные люди. Как будто любовь к кошкам способна изменить целый мир!

— Дамы и господа, мы готовы объявить результаты магического танца! Я попрошу три пары победителей выйти на сцену через пару минут, а пока... А пока у нас утешительный приз за четвертое место. Догадываетесь, кому оно принадлежит? Я дам подсказку. Самая очаровательная, привлекательная и разрушительная пара. То, как они рушили специально созданные магами иллюзии, можно считать настоящим искусством.

Неужели Сильвия со вторым принцем? Ну а кто еще? Сразу было видно, что они прекрасно читали общую картину, но разве можно море воды вместить в ручеек... А теперь за них не так обидно.

Зато себя — очень даже.

Серьезно, как за четвертое место можно было выдать самый главный приз? Десять посещений самого известного ресторана королевства без ограничений на количество еды?

— Я тебя просто так туда свожу, владелец заведения — мой хороший друг, — шепнул мне Адриан. — А вот с сокровищницей посложнее...

— Мне казалось, что владелец сокровищницы — тоже твой хороший друг, — пробормотала я. — Нет, я не против того, что мы получим приз, который ты так желаешь, наоборот, я очень «за». Но разве второй принц по дружбе не мог тебя туда пустить?

— Ха-ха, если бы все было так легко. Впрочем, я уже там был когда-то. Благодаря Юстасу, но это уже долгая история. А нам надо посмотреть на кое-что интересное.

Хм, это он про лицо принцессы Доминики, которая получила даже не второе, а третье место? Такое... пассивно-агрессивное. Как из детских сказок, которые любил нам рассказывать учитель. Принцесса Доминика вместе со своим партнером вышла в центр бального зала и встала рядом с ведущим. Под ее ногами мигом возникла небольшая полупрозрачная платформа с надписью «3».

Второе место досталось паре молодых магов, где девушка была из нашей страны, а мужчина — из соседней. Они были хороши, если бы не одна досадная ошибка, вызванная не столько владением магии, сколько смущением девушки, то они бы смогли посоперничать со мной и Адрианом за первое место. Но только посоперничать, я бы ни за что не позволила кому-то другому победить. Пара, занявшее второе место, также оказалась на пьедестале, который не просто возник, он еще и прокатил их, встав так, чтобы между вторым и третьим местом образовалась пустота — как раз для победителей.

— А теперь поздравим его сиятельство Адриана и его спутницу, леди Лейлу с безоговорочной и уверенной победой, — объявил ведущий.

Ух ты. Вроде ничего особенного, но так приятно побеждать. Не самой, а вместе с Адрианом. Как будто это еще одно яркое и существенное доказательство, что не каждый сам по себе, а мы вместе. Вот о чем говорила Сильвия? Что не столь важна победа, сколько то, с кем ты участвуешь?

— Осторожно, — шепнул Адриан, поддерживая меня под локоть.

Ага, платформа не так уж плавно движется, как можно было бы подумать со стороны.

Мы с Адрианом встали в центре между платформами с другими победителями. Ведущий что-то говорил, но я не особо слушала. Куда интереснее было рассматривать людей. Например, ту же принцессу Доминика, которая моментально взяла себя в руки и вела себя подобающе своему статусу: улыбалась и громко хлопала в ладоши в нужных моментах.

Хм, странно, какая-то слишком довольная у нее улыбочка. Я насторожилась, решив не спускать с нее взгляда, как бы странно это не выглядело со стороны.

Но меня это не сильно выручило.

С пальчика принцессы Доминики слетел изящный перстень, упав на платформу рядом с моим платьем. Если бы не наблюдала за всеми действиями этой принцессочки так пристально, то, возможно, и не заметила бы небольшое количество порошка, вылетевшеее из перстня. Резко подхватив подол, чтобы не позволить этой странной субстанции, я шарахнулась в сторону Адриана, но, увы, полностью избежать не смогла.

— Лейла? Что случилось? — Адриан подхватил меня довольно ловко.

И ничего не заметил. Может, все обошлось? Я подняла взгляд и осознала — ничего не обошлось. Я влипла.

Я поняла сразу.

На меня попал активатор, вот только активировал он совсем не яд. Хотя, если учесть, каким голодным взглядом на меня нынче смотрела половина мужчин в бальном зале, то вопрос спорный, как лучше обозвать эту дрянь. Но классифицировалась она легко.

Приворотная магия.

Я нервно цокнула. Принцесса Доминика оказалась той еще затейницей. На мне применили не обычное зелье, которое легко было бы уничтожить, стащив с себя платье и уничтожив его, а задействовали многоступенчатую приворотную систему. Она состояла из базового зелья, применяемого на жертвах, «сигнала», который использовал тот, кто желал быть объектом любви, и активатора. Активатор заставлял «сигнал» сработать, а все, кто попробовал базовое зелье, мигом влюблялись. Как легко было догадаться, «сигналкой» меня облили в самом начале, а активатор посыпали сейчас. Ну а базовое зелье, судя по всему, было выдано всем этим мужчинам давным-давно.

И что делать? Нет смысла уничтожать платье, так как магия зафиксировала «сигнал» на мне, дальше никакое зелье не требовалось. Базовое зелье уже давно гуляло в крови жертв приворота.

А еще я чувствовала себя ужасно: нет ничего приятного в том, когда на тебе столько липких взглядов. И ничего хорошего, когда зелье стольким людям затуманивало голову. Пока они еще себя контролировали, ограничиваясь взглядами, но скоро...

А потом передо мной возникла широкая спина.

— Адриан?

— Я пока еще не понял, как это произошло, но лучше не отходи от меня ни на шаг. У нас тут подарочек подъехал от одной королевской особы, да? Тц, уже куда-то сбежала.

Ну да, ненормальное состояние своих спутников заметили многие дамы, в зале уже началась суматоха, потому Доминики и след простыл. Ведущий пытался утихомирить присутствующих, маги что-то проверяли, но, конечно, безрезультатно. Зелья, состоящие из нескольких частей, каждая из которых безопасна, очень плохо идентифицируются магией. И маги мало что могут с этим поделать.

— Приворотное...

— Понял. Сейчас я попробую тебя вывести, а здесь маги наложат парочку заклинаний. Небольшой международный скандал, но, в целом, ничего страшного.

— Не получится, — процедила я сквозь зубы.

— Что?

— Вывести меня не получится. Я теперь как большая сигнальная метка.

— А если уничтожить этот предмет? — не понял Адриан, доставая непонятно откуда меч.

— Ты можешь меня убить, — чуть нервно икнула я. — Потому что проблема не в предмете, а вот мне. Отвратительная магия, ненавижу ее.

— Все будет хорошо, — внезапно сказал Адриан. — Тут почти два отряда моих людей, мы не дадим тебя в обиду.

Если бы я беспокоилась о себе! Я боялась одного: меня доведут так, что окружающим придется беспокоиться о собственном здоровье и, в худшем случае, жизни.

Пока дело ограничивалось взглядами, я ничего не планировала. Но, боюсь, скоро эти мужчины, на которых приворот еще не подействовал в полной мере, зайдут куда дальше и тогда...

А, уже. Один высоченный бородатый мужик неопределенного возраста потянул ко мне руку. И, собственно, чуть не остался без оной: Адриан ударил по ней без капли сомнений и ничуть не жалея. Не сломал, но ушиб будет такой, что околдованный бородатый мужик неделю пошевелить пальцами на этой руке не сможет.

— Они под зельем, — напомнила я.

— Да хоть под двумя, — заметил Адриан. — Если ты заметила, то влиянию поддались не все.

— Конечно, приворот навряд ли подействует на тех, кто влюблен, — заметила я. — Или тех, у кого есть врожденный иммунитет.

— Людей со врожденным иммунитетом к заклинаниям очарования в зале едва ли с десяток наберется, а влюбленных максимум в три раза больше. Все остальные — слюнтяи, не способные волей подавлять даже такой уровень магического воздействия, — с некоторым презрением сказал Адриан. — Никто из моих людей не поддался даже минимальному влиянию.

— Они просто боятся умереть в пыточной, — сказала рядом одна из девушек, подчиненных Адриана, которая ловко отправила в полет очередного мужчину, который подошел слишком близко. — Да и мы прошли специальную тренировку, неправильно нас с кем-то сравнивать. Мы вывели из зала всех особ королевских кровей, а также дипломатов, чтобы избежать скандалов. Они, конечно, будут, но не слишком громкие. С такими мы должны справиться.

Какие шустрые!

Казалось, что ситуация взята под контроль: люди Адриана окружили нас, не давая сошедшим с ума мужчинам приблизиться ко мне даже на пару десятков метров, маги медленно эвакуировали тех, кто был в порядке, но не мог защитить себя, а остальные люди, несмотря на отсутствие оружия, сдерживали дебоширов.

Я же даже немного успела насладиться происходящим. Нет, не потому что меня волновали взгляды, полный желания и влюбленности. Мне нравилось то, как Адриан безоговорочно защищал меня. Не ставил под сомнение мою невиновность, не ругал, а просто заслонил собой, прося лишь об одном — не волноваться. Меня и раньше защищали: и учитель, и Сильвия, и та же Кристэль. Но учитель отчитывал, Сильвия ехидничала, а Кристэль не переставала ругать. Только Адриан молчал. Нет, даже не так. Он меня утешал, словно сотни глаз, наполненных липкими эмоциями, порождающими ощущения, как будто искупался в грязи, могли нанести мне какой-то непоправимый вред. Безумие какое-то...Ну, почему какое-то? Приятное.

— Варрок, ты чего?! — воскликнула девушка, которая довольно ловко орудовала стулом.

— Она такая красивая... — мечтательно протянул Варрок. — Я могу же потрогать? Ничего плохого, я возьму за ручку, я не сделаю ничего плохого.

Это же подчиненный Адриана? Разве они не прошли специальную подготовку?

Я высунулась из-за спины Адриана, чтобы оценить ситуацию. Ай-яй. Нехорошо. Слишком много зачарованных, слишком много тех, кого еще не успели вырубить. И они, если глаза меня не обманывали, окончательно сошли с ума, начав не просто тянуть руки, а атаковать в полную силу. Это бы не было проблемой, если бы их можно было прибить. Или хотя бы не бояться навредить слишком сильно. Но, увы, сломать что-то или применить серьезную магию, нельзя было: одно дело пара царапин из-за переполоха, а другое — сильно пострадавший в королевском замке гость. Это даже я понимала.

Что же делать? Как обезвредить этот приворот, чтобы обычная драка не превратилась в бойню? Не то что у меня совсем не было вариантов. Был один способ, но...

Но если я это сделаю, то последствия использования будут чрезвычайно серьезными. И устранить их легко не получится, а я не готова была становиться полностью беззащитной на долгий срок.

Если бы речь шла только о гостях королевства, то я бы в жизни ничего подобного не сделала. Спокойно стояла бы за спиной Адриана, позволяя меня защищать. А не было бы его — сбежала бы под крылышко Сильвии. Или, на самый крайний случай, воспользовалась бы своей истинной ипостасью — и будь что будет.

Но, увы, подчиненные Адриана тоже попали под удар. Странно...

— Мне надо осмотреть Варрока, — сказала я, нахмурившись. — Что-то не так с этим приворотом.

— Как будто с приворотом может быть что-то так, — ответил Адриан, легко выкручивая руку особо ретивому аристократу, который, казалось, окончательно потерял разум. — Сколько времени тебе нужно на осмотр?

— Хватит семи минут, — ответила я. — Нет. Даже четырех будет достаточно.

— Понял, — ответил Адриан и прекратил атаковать нападавших.

Вместо этого вокруг нас возник барьер.

Барьер, состоящий из ауры мечника?! Такое вообще возможно?

Девушка, которая старательно защищала меня ранее, вырубила Варрока и осторожно положила рядом со мной.

Я опустилась рядом, положила руки на лоб мужчины. Странно... Вроде бы должен был быть обычный приворот, но почему магия в таком состоянии? Будто бы зелье заставляло меня любить, а всех окружающих ненавидеть. И не только! Чем более привлекательной в глазах жертвы была я, тем отвратительнее и ненавистнее становились другие люди. Вплоть до того, что хотелось причинять им боль, ранить и... убивать?

Это что еще за приворотно-отворотная мерзость двойного действия? Нет, важнее другое — что с этим делать? Они ведь скоро поубивают друг друга!

Может в кошку — и драпануть? Ну, чтобы ничего подобного не видеть. Жаль, конечно, что действие магии это не собьет, скорее, сделает еще хуже, так как отсутствие объекта влюбленности быстрее спровоцирует негативные эмоции.

Что делать, что делать, а?!

Так, для начала — вылечить Варрока. Зря он, что ли, удар по шее получил?

Официальных и одобренных способов лечения этой дряни не существовало. По крайней мере, в моем предыдущем мире. С учетом того, что и здесь ничего не могли придумать, можно считать, что тут тоже каких-то вариантов не было. Поэтому пришлось импровизировать и полагаться на свое глубокое понимание медицины. Я выпустила свою целительскую магию, заложив в нее немного природной ядовитой ауры. Только этот яд мог обезвредить приворотное зелье. А следом за своим же ядам по магическим потокам запустила очищение. Да, приворотное я бы не смогла очистить, а свой собственный яд (по крайней мере, в малых количества) — легко.

Сложная и муторная схема, которая моментально дала эффект: как только я закончила лечение, Варрок тут же распахнул глаза.

— Ч-ч-что случилось?

— Хм, вы ничего не помните? — спросила я.

Вроде бы таких побочных не должно быть. Я где-то ошиблась?

— Варрок, прекрати притворяться и сбивать с толку Лейлу. Ты ведь прекрасно все помнишь? На кого смотрел, к кому руки тянул... — Адриан улыбнулся мужчине, от чего тот вздрогнул и побледнел. — Даже если не помнишь, я все равно тебя накажу.

— Господин...

— Ладно, нытье оставим на потом. Лейла, скажи, то, что ты сделала с Варроком, повторить на всех этих околдованных сможешь?

— Мы сможем столько людей вырубить? — робко спросила девушка рядом.

— Не нужно вырубать, — вздохнула я, принимая решение. — Я попробую сейчас вернуть им разум.

И постараюсь не потерять свой.

Я поняла суть приворота, когда изучала Варрока. И, в целом, обезвредить это дело было не так уж и сложно.

Не так уж сложно, если бы дело касалось только одного человека. Или двух. Или двух десятков людей. А в этом зале под пару сотен околдованного народа. Если я попробую снять приворот со всех, то точно выдохнусь и потеряю контроль над своей магией. Впрочем, это не катастрофа: всегда можно удрать. Что-что, а сбегать я умела так, что все убийцы и воры мира мне могли позавидовать.

— Адриан, снимешь барьер? — спросила я. — Он помешает моей магии.

— Хорошо, — кивнул мужчина.

Барьер рассыпался моментально без каких-либо побочных эффектов. А ведь аура мечника — штука агрессивная, разве не должно было быть хотя бы ударной волны. Все же Адриан... слишком хорош. Возможно, не уступает учителю? По крайней мере, в боевом плане. Жаль, что его не было в моем мире. Если бы он меня защищал там, то тот маг, что меня преследовал, не стал бы большой проблемой. Я бы с удовольствием посмотрела на то, как Адриан избил бы его до потери сознания. Нет, конечно, я не могла этого гарантировать, но моя интуиция подсказывала мне, что мой преследователь точно легко бы не отделался.

Фух, ладно, пора сфокусироваться на деле. Я собрала свою магию в комок. Ну, ком. Большой-пребольшой такой ком.

Я закрыла глаза и сосредоточилась. Настолько, насколько могла. Лекари вообще хороши в концентрации. Создать нити, найти всех пострадавших, вытравить приворот, обезвредить собственную магию... Сначала проделать на пяти людях, потом — на десяти. Не торопиться, постепенно, сильнее, увереннее.

Я не закончила даже с половиной пострадавших, а спину заливал холодный пот. Неприятно дрожали руки, а ноги казались ватными. И как мне с этим всем закончить?

— Лейла, хватит.

Я с трудом открыла глаза и поморщилась от яркого света. Адриан. Ну, хотя бы смотреть приятно.

— Я не закончила, — упрямо сказала я.

— Возможно. Но того, что ты сделала — достаточно. Больше не нужно. Дальше мои люди справятся сами, — строго сказал мужчина. — Или ты хочешь упасть?

— Я не настолько слабая, — огрызнулась я.

— О, правда? — фыркнул он и легонько похлопал по спине.

Этого хватило: ноги подкосились, и, если бы не реакция Адриана, я бы рухнула на пол лицом вниз. А так меня приобняли за талию сбоку. Или будет правильнее сказать, что позволили опереться? Повиснуть?

— Это недоразумение.

— Конечно. Все происходящее на этом балу, в том числе и поведение принцессы Доминики — одно большое недоразумение. Которое я обязательно исправлю, — уверенно сказал Адриан.

— Люди... — начала я, но меня перебили:

— Посмотри, пожалуйста. Все уже в порядке.

О. Действительно. Часть людей уже пришла в себя, отряд Адриана почти разобрался с оставшимися.

— О, ты прав, — легко согласилась я. — Я, кстати, тоже в порядке, — сказала я.

По крайней мере, физически мне намного лучше. Я уже не чувствовала себя так, словно в любой момент рухну.

— Да? После такого расхода магии?

— Пустяки, — беззастенчиво солгала я.

Не в первый раз за последние минуты.

— О, пустой резерв — это нынче пустяки?

Честно? Ни разу! Пустой резерв — это катастрофа. И именно поэтому мне нужно было, чтобы Адриан меня отпустил: нужно было бежать, пока дестабилизированные магические потоки не сыграли со мной злую шутку.

Превращение в кошку при Адриане и всем его отряде я бы, возможно, как-то и пережила. Но по магическим законам в случае проблем с потоками ты превращаешься в наиболее привычную и часто используемую форму. А это совсем не кошка.

О, стоило про это подумать, как по телу прошла судорога.

— Отпусти! — скомандовала я.

Адриан, спасибо ему за отсутствие мужланских замашек, сразу же аккуратно поставил меня на пол.

— Лейла, тебе нужен лекарь?

— Я сама лекарь, — процедила я, борясь с выбрыками магии. — Мне надо... Мне надо срочно уйти.

— Что?

— Господин Адриан, это срочно! У нас тут чрезвычайная ситуация, среди пострадавших — принц Левинсии.

— Что? Откуда он тут?!

— Тайно пробрался, хотел отдохнуть без лишнего внимания, вот и...

Я воспользовалась тем, что Адриана отвлекли, и бросилась наутек.

— Лейла?!

Да-да, я уже давно-давно Лейла. Быстрая и ловкая Лейла, которая ни за что не заблудится в коридорах и выбежит отсюда без происшествий. Коридоры пролетели совершенно незаметно. Кажется, за мной кто-то гнался, но мне не было до них никакого дела. Оглянусь — и все пропала.

Вот и выход. На выдыхать рано. Потому что было плохо, чрезвычайно плохо! Я бежала со всех ног, чувствуя, как утекают последние силы. Гадская принцесса, гадское заклинание. Откуда в этом мире вообще привороты такого уровня и с такими скрытыми «подарками»? Даже в моем что-то подобное считалось новшеством...

А вот и сад отстроенный сад. Еще немного, отбежать еще чуть-чуть, туда, где нет людей. Контроль над собой я теряла слишком быстро. Но хуже было не это.

Подчиненные Адриана! Очень, болезненного им исцеления при каждом посещении лекаря, талантливые подчиненные, которые меня догонят. А если не догонят, то увидят, что я превращаюсь. Во что превращаюсь.

— Лейла, сюда! — знакомый голос донесся откуда-то из-за деревьев.

Я рванула в нужную сторону и, обнаружив портал, тут же нырнула в него.

Я... сбежала? Знакомая комната, знакомые лица. Все получилось!

— Долго ты тут будешь прятаться? — вздохнула Сильвия, сидящая в кресле напротив меня.

— Я не прячусь, я тут живу, — возмутилась я.

Ну да. Уже три дня после происшествия на балу я жила в башне мэтра Горма. Как говорится, куда сбежала — там и осталась. Спасибо Сильвии, которая поняла, что происшествие на балу из ряда вон, связалась с мэтром Гормом. И они вместе придумали экстренный план моей эвакуации. Рассчитывали меня спасать от влюбленных мужчин, по итогу — помогли удрать от Адриана и его отряда.

И разрешили остаться в выделенной мне ранее комнате. Я тут уже и обустроилась, интерьер сменила, заменив несколько кресел и добавив большой стеллаж — для книг. Да, я притащила сюда много книг из библиотеки магической башни. А чем еще заниматься в четырех стенах? Конечно, время от времени в гости заглядывала Сильви, изредка — мэтр Горм, а в оставшееся время чем заниматься? Вот и приходилось как-то себя развлекать.

— Да? Именно поэтому ты не покидаешь свою комнату даже поесть? — Сильвия забросила ногу на ногу и укоризненно посмотрела на меня. — И прогоняешь всех посетителей, даже Адриана, который ходит с таким видом, словно кто-то вытащил из него душу.

— И превратил в демона? — фыркнула я. — Мне мэтр Горм все новости передает. Адриан настолько сурово проводит расследование, что аристократы, завидев его издалека, прячутся, напрочь забыв о гордости. И вообще! Я не хожу поесть, потому что мне приносят всю еду прямо сюда.

— Ты никуда не ходишь, Лейла.

— Потому что моя форма нестабильна. Я в любой момент могу утратить контроль над магией и превратиться. А если Адриан увидит?

— То он будет только рад. Девушка, в которую он влюблен, оказывается кошкой, которую он обожает, — сказала Сильвия. — Юстас в свое время пришел в восторг.

— Сильви, я точно не в кошку превращусь. Да даже если и в нее! Сама же знаешь...

— Лейла, я не понимаю, почему ты переживаешь, — вздохнула моя подруга. — Адриан... Мне кажется, что он обо всем догадывается.

— С чего ты решила? — немедленно напряглась я.

Даже идеальное кресло, которое мэтр Горм заказал специально для меня, в один момент прекратило казаться удобным.

— С того, что Лала не появляется в поместье Адриана уже три дня, которые ты тут торчишь, а он тебя даже не ищет.

— Ты же сказала Адриану, что по настоянию лекарей для животных я сейчас прохожу обследование и лечение.

— Сказала. Но тебе не кажется странным, что он тебя ни разу не навестил за это время? — спросила Сильвия. — Лейла, ты же довольно проницательная, могла бы и понять. Нет, ты уже поняла. Только не хочешь признавать, да?

— Я вовсе... — Я вздохнула.

— Лейла, если делать вид, что проблемы нет, то она не испарится сама собой. Да и такая ли это проблема? Зачем чего-то избегать, когда с этим можно разобраться?

Я укоризненно уставилась на подругу. Ну да, ну да. Очень легко говорить уничтожить проблему, когда ты боевой маг и специалист по уничтожения всего и всея. Вот побудь Сильви на моем месте, когда у тебя есть выбор между травить, лечить и лечить больно. Ай! Что говорить, все равно мы местами поменяться не сможем.

— Пусть все идет своим чередом, — я махнула рукой. — Лучше скажи, как двигается расследование? Причастность принцессы Доминики смогли доказать?

— Пока еще нет, — Сильвия покачала головой.

— Ну, она же принцесса, неудивительно, что на все закроют глаза, — усмехнулась я, не в силах скрыть отвращение.

Кем надо быть, чтобы использовать такое заклинание? И ради чего? Чтобы оклеветать соперницу? Идиотка. Как будто таким отвратительным способом можно было бы привлечь внимание того, кто на тебя как на женщину никогда не смотрел.

— Нет уж! — воскликнула Сильвия. — Она, конечно, принцесса. Но, во-первых, она такая не единственная. На балу принц дружественной страны получил ранение, а это международные скандал. Во-вторых, я тоже почти как принцесса. И я очень зла на эту идиотку, которая подвергла опасности людей, о которых Юстас должен заботиться. Если ее просто так отпустят, то я достану этих дипломатов, присланных из ее страны, которые сейчас оббивают пороги. Ну и третье, самое, пожалуй, основное. Его сиятельство Адриан очень зол. До такой степени, что использует все свое влияние, чтобы не позволить никому уйти безнаказанным. Он и раньше расследования проводил, но еще никогда не был настолько безжалостным. Мне остается лишь радоваться, что я никогда не совершала преступлений, ха-ха, — нервно рассмеялась Сильвия.

— Тогда?..

— Мы ждем. Адриан как глава тайной канцелярии настаивает на пытках.

Ого. Вот это неожиданно. Адриан ведь такой добрый, такой заботливый, такой понимающий...

— Это не блеф? — удивилась я.

— Я сначала тоже так подумала. Но Юстас говорит, что он и не на такое может. И не стоит верить его улыбочкам и легкому характеру. Когда затрагивают действительно что-то важное для нашего главы тайной канцелярии, то он становится жестоким.

Я вздохнула:

— И зачем только она это сделала? Ничего хорошего не вышло же!

Сильвия пожала плечами:

— Получила то, что заслужила. Нечего было пытаться подставить тебя.

— Как-то не очень умело, — заметила я. — На месте принцессы Доминики я бы никогда не использовала такой опасный и агрессивный вид приворота. С ним больше шансов, что что-то пошло бы не так, а это значит, что расследования будут проводить более тщательно и выше шанс того, что следователь доберется до истины.

— Что и произошло. Странно. Она показалась мне достаточно хитрой, чтобы не совершать такие глупости, — заметила Сильвия. — Нет, она странная. Но не глупая.

— А если она не до конца понимала, как сработает приворот? — спросила я и замолкла.

Точно! Я же еще раньше думала об этом. Такая система заклинаний не должна быть характерна для этого мира. Я взглянула на Сильвию — кажется, ее тоже насторожил этот момент.

— И рассчитывала на другой эффект? — подхватила Сильвия. — Но все пошло не так. Тогда сразу возникает вопрос. Кто ей подсказал использовать это заклинание?

— И против кого оно было направлено? — добавила я.

Сильвия резко вскочила с кресла, едва не опрокинув его:

— Мне срочно нужно поговорить с Юстасом, уточнить, существовала ли в этом мире подобная магия. Дело не терпит отлагательств.

Сильвия выбежала из моей комнаты быстрее, чем я успела что-то сказать. А я хотела.

Воззвать к разуму и сказать, что о таких вещах надо спрашивать у магов, а не мечников! Ну, раз Сильвия сообщит Юстасу, то мне самое время наведаться к мэтру Горму. К тому же, мэтр имел удовольствие (сомнительное, судя по его возгласу) лицезреть мою истинную животную форму, так что если я вдруг внезапно превращусь, то ничего страшного не произойдет.

Найти мэтр Горма всегда легко. На нем как будто благословение висит «Что-то случилось? Значит, я рядом». В моем случае — этажом выше. Я приоткрыла дверь спальни, огляделась, никого не обнаружила в коридоре и со спокойной душой вышла.

Все дело было в Адриане — он был шокирован моим побегом. Поэтому одну из трех ночей провел, сидя под дверью моей комнаты. Не подумайте, что я такая жестокая, я все ему объяснила: и про спутанные потоки, и про желание отдыхать и никого не видеть, скинув все на особенности своего характера, обусловленного магией... Но он не слушал: решил что-то там себе (по его мнению, я то ли испугалась, то ли расстроилась, то ли разочаровалась, то ли оскорбилась...) и стоял на этом до конца. Он даже пытался прислать кого-то из своего отряда, чтобы меня охраняли и мне было нечего бояться. Но тут уже возмутилась не только я, но и мэтр Горм, который грозно поинтересовался, кем в глазах Адриана выглядят маги его башни и он сам? Неужели какой-то шуткой?

В общем, Адриан по итогу ушел, искренне надеюсь, успокоенный моими заверениями, что я в порядке, а людей не прислал. Может и пытался, но мэтр Горм — не самый покладистый человек.

Я постучала в дверь мэтра и сразу вошла. Он сам так просил: мол, если увлечен, ничего не слышит, поэтому надо просто входить.

— О, Лейла! — воскликнул мэтр Горм, сидящий за столом.

Он шустро перебирал бумажки. Занят? Как бы не так! Притворялся занятым, хотя минуту назад, я уверена, занимался какой-нибудь глупостью, например, собирал головоломку. Откуда я знаю? Ну, для работы надо перебирать листы не вверх ногами. И уж тем более не прятать судорожно какую-то фиговину в ящик стола: во-первых, судорожный движения — самые громкие, во-вторых, эта штукенция немаленькая, торчит над ящиком.

— Добрый день, — вежливо поздоровалась я. — Я по...

Договорить мне не дали:

— Ты решила выйти наконец? Ну хвала магии, хвала. А то его сиятельство скоро доведет меня до такого состояния, что я в родовой склеп сбегу.

— Вы о чем? — я нахмурилась.

— О том, что нет сил каждый раз отвечать на его расспросы! Стоит мне выйти из магической башни — его подчиненные бегут, стоит мне зайти в королевский замок — он сам тут как тут! И все спрашивает, как у тебя дела, как ты себя чувствуешь, расстроена ли? Хорошо ли спишь, хороши ли ешь?

Ого, вот это новости. А я еще думала, почему чрезвычайно заботливый Адриан после моих просьб в ту самую ночь меня не беспокоить, ни разу не поинтересовался, как у меня дела. Решила, что уважает личное пространство. Нет, он-то уважал. Мое личное пространство.

Но не других. Судя по тому, насколько печальным выглядел мэтр Горм, досталось ему прилично.

С другой стороны, кое-что смущало.

— Но вы же не так часто покидаете башню, мэтр.

— Конечно.

— И Адриана можете не пускать сюда, — сказала я.

— Верно. Я могу все это проделать с его сиятельством Адрианом. Но не обращать внимания на официальный вызов по поводу расследования инцидента от главы тайной канцелярии? Магия упаси! Мои старые кости не выдержат, если меня запрут в холодной тюрьме.

— Она теплая, — заметила я.

— Что? Теплая? Не помню... Стой, Лейла, а ты откуда знаешь?

Откуда, откуда. Интересовалась я, что непонятного! Надо же мне было заранее туда проникнуть, чтобы осознавать, чего ожидать, если меня поймают на том, что я из другого мира. Это я сейчас понимаю, что Адриан так не поступит. Сначала разберется, выслушает. Но тогда-то я не знала! Вот и проверила. И даже выдохнула: тюрьмы тут комфортные, удобные. Лучше, чем некоторые жилища в моем мире. Если еще и кормят исправно, то я бы не отказалась там пожить месяц-два.

— Увидела случайно, — отмахнулась я.

— Да там их даже специально не так-то просто найти. Неужели... — Ого, какие круглые глаза бывают у мэтра Горма.

— М? — невинно улыбнулась я.

— Сильвия снова заблудилась?

— Ха-ха, — я не стала отвечать, лишь посмеялась.

Если мэтр предпочитает думать, что во всем виновата неспособность Сильвии ориентироваться в пространстве, то пусть оно так и будет. Во-первых, это недалеко от правды ушло, во-вторых, идеальное оправдание. Мне сейчас ничего объяснять не придется.

— Так что делал Адриан?

— Вызывал меня на расспросы. И моего повара. Того, который тебе сейчас готовит.

— О! — я удивилась.

Теперь понятно, почему все блюда настолько соответствовали моим вкусам.

— Вот-вот. Так что я очень рад, что ты пришла в себя и решила покинуть мою башню. Ох, конечно, мне будет грустно без такого целителя, который поправил несколько научных работ по медицине...

— Не будет, — сказала я, проходя к излюбленному креслу Сильвии и усаживаясь туда. — Я пока не планирую уходить из башни.

О, вот теперь я вижу, что мэтру Горму очень грустно. Выглядел старик так, словно собирался заплакать. Я бы ему посочувствовала, но сейчас я больше сочувствовала самой себе: магия восстановилась, а магические потоки до сих пор были перепутаны. Ощущения не самые приятные, да и выйти я никуда не могу: в любой момент могу превратиться в кое-что большое, пушистое и чрезвычайно недружелюбное на первый взгляд. Не хватало, чтобы еще прибить меня попытались. Ну, если бы я ослабила контроль над своей ядовитой аурой, то тело контролировать смогла бы, но, как по мне, это еще хуже: травить я предпочитала исключительно своих врагов, а не случайных прохожих.

— Тогда почему ты здесь?

— Мы с Сильвией обнаружили кое-что странное. Зелье, которое использовала принцесса Доминика. Точнее, способ его активации. В вашем мире ничего подобного раньше не было, правильно?

— Правильно. Мы посчитали, что его изобрели недавно, — сказал мэтр Горм. — Конечно, были определенные странности. Никаких предпосылок для создания такой...

— Системы, системы приворота, — подсказала я.

— Да, это очень точно характеризует такое зелье, — закивал мэтр. — Вот, никаких предпосылок для создания системы приворота не было. Мы уже начали грешить на тайные исследования одной из стран, но наши шпионы, надо бы отметить, одни из лучших. И они ничего не обнаружили. Все это чрезвычайно странно, словно...

— Словно зелье возникло из ниоткуда. Точнее, не из ниоткуда, а из другого мира, — подсказала я.

— Да! — воскликнул мэтр. И тяжело вздохнул: — В вашем с Сильвией мире такое было, да?

Я кивнула:

— Да. Причем создали такую систему совсем недавно. Я удивилась, что нечто похожее есть и у вас, хотя область лечения и создания зелий у вас отстает от нашего мира. А потом поняла, насколько это странно было. Радует лишь то, что Доминика использовала самую первую версию. Потому как были и более мудреные варианты, когда активатор распыляли удаленно.

— И ты не написала об этом в отчете ранее, верно?

— Нет, конечно. Да и я пока не раскрываю того факта, что я иномирянка, — чуть неловко улыбнулась я.

— Точно-точно, ты еще ни в чем не призналась Адриану. Значит, кто-то подсунул принцессе Доминике новейший вид зелий из вашего мира? Но кто? И зачем? Хотя, стой, у меня другой вопрос. Эта вот «система»... Стой, удаленно? А эта штука а используется исключительно для приворотов? Или в более широком смысле?

— Не только, — я покачала головой. — Я бы сказала, что чаще эту систему использовали для убийств, нежели для того, чтобы влюбить в себя толпу людей.

— А для отравлений? Несмертельных? — Мэтр Горм аж вскочил со своего кресла, упираясь ладонями в стол.

Что с ним такое? Что ему пришло в голову, что он выглядит так, будто докопался до истины.

— Тоже. Эту системы можно подстроить под абсолютно любое зелье.

— И активировать удаленно?

— Только при определенных условиях, — заметила я.

— Да неважно. Отравление в деревне! То дело, что расследовал Адриан. Это ведь могла быть эта «система»?

Я задумалась. В принципе, это не было невозможным. Но та же версия с растениями была куда правдоподобнее, потому что организовать всю эту схему, чтобы травить случайных людей в небольшой деревушке? Это странно и бессмысленно.

— Смотря какие цели преследовали, Лейла, — ответил мэтр Горм.

— Например?

— Например, подставить Сильвию.

— Зачем?!

— Ты говоришь так, будто у нее нет врагов из вашего мира.

— Нету, — уверенно сказала я.

— Серьезно? — не поверил мне мэтр Горм.

— Конечно. Все ее враги давно мертвы, — честно ответила я.

— Какая... опасная, — пробормотал мэтр Горм себе под нос.

Ага, Сильвия такая. Опасная. Но не безжалостная. От врагов она избавлялась, потому что учитель так научил. Ну и Кристэль следила, как самая расчетливая из всех нас. Мол, прекраснее самого надежного друга может быть исключительно мертвый враг. Особенно, если этот враг опасен. Подозреваю, что от парочки недоброжелателей Сильвии избавлялась именно Кристэль.

— Так что не вариант.

— Подожди. — Мэтр Горм сел обратно в кресло. — Эта версия не такая уж нелогичная.

Честно? Мэтр Горм был прав. Что, если этот неизвестный желал подставить Сильвию? Использовал опасное зелье тем способом, который не существовал в этом мире и скинул всю вину на Сильви? Конечно, тут все еще доказать надо было. Но если просто давать все больше подозрений? Зелье из другого мира, страна, где Сильвия живет, место, которое она посещала, еще какие-то... факторы. Те, которые пока не вылезли, но обязательно появятся?

Сложно, муторно, но не невозможно.

— Ну, в любом случае, тебе об этом не придется переживать, — сказал мэтр Горм. — Я подкину эту идейку Адриану, пусть его ребята — молодые, энергичные и неугомонные — как следуют поработают. Кстати, странно.

— Что странного?

— Нет письма с просьбой явиться на допрос. Хм, неужели пожалел бедного старика? Быть такого не может.

— От Адриана?

— Да. Он всегда меня вызывает в одно и то же время. А сегодня почему-то нет. Неужели что-то случилось? Или заставил принцессу Доминику говорить?

Я едва не подпрыгнула в предвкушении. Если она заговорит, то некоторые вещи мигом станут понятны.

— А можно как-то узнать? — спросила я, не скрывая нетерпения.

— Да я уже полчаса пытаюсь, — недовольно буркнул мэтр Горм. — Только мой шпи... то есть, мой подчиненный, помогающий Адриану время от времени, не отвечает.

Плохое предчувствие закрадывалось медленно, но неумолимо. Выйти проверить? А если ничего не случилось? Да и как мне проверять? Найти Сильвию? Подчиненных Адриана?

Пока я размышляла, дверь резко распахнула.

— Лейла! — Сильвия влетела в кабинет мэтра Горма без стука.

Запыхавшаяся, взъерошенная, совершенно не похожая на обычную себя. Так быстро бежала?

— Что такое? — с тревогой спросила я.

— Не знаю до конца. Что-то случилось у Адриана в доме. Юстас уехал, а меня саму подчиненные Адриана даже не впустили внутрь его поместья. Но там какая-то паника, слуги мечутся, а еще к его особняку подъехали несколько лекарей. Один из них — главный целитель королевства. Его на дом так легко не вызвать, он обычно только королевскую семью обслуживает, боюсь, пострадал... — голос Сильвии оборвался, как будто она не могла продолжить.

Пострадал кто-то очень важный, очень влиятельный и высокопоставленный. Тот, кто важен не меньше королевской семьи. Адриан.

— Я пойду, — тут же сказала я.

— Они никого не впускают, — начала Сильвия.

— Меня впустят, — без капли сомнений ответила я. — А вот будет это добровольно или не очень... Ты ведь посодействуешь?

— Без вопросов — фыркнула Сильвия. — Но ты...

— Я что?

— Ты справишься? У тебя сейчас с магией непонятно что, ты до сих пор не восстановилась.

Я вздохнула, прикрыв глаза — так проще понять свое состояние:

— Лучше, чем ты думаешь. Резерв полон, проблем с лечением не будет. Самое худшее — в процессе обращусь. Но здоровье Адриана важнее сохранения моей маленькой тайны. Да и...

— Удираешь ты хорошо.

— Ага. Большой опыт и отличные способности, — не стала скромничать я. — Побочный эффект отсутствия адекватных боевых сил.

То, что я не могла удерживать свою форму как надо, уже не имело особого значения. Форма — одно, а силы и умения исцелять — другое. Если понадобится, я Адриана буду спасать и в виде кошки, и в виде девушки, и в своей второй ипостаси. Спасу, а потом будь что будет!

Как будто в этом мире что-то может быть ценнее жизни дорогого человека.

— Если тебе кого-то надо будет побить — обращайся.

— Уже. Ты главное подчиненных Адриана не прибей. Они, в целом, хорошие.

— Я постараюсь, — серьезно ответила Сильвия.

— Девушки, я вам не мешаю? — спросил мэтр Горм.

— Нет, конечно, — уверенно ответила Сильвия. — Ведь мы уже уходим.

Сильвия пошла к двери, и я тут же последовала за ней.

— Ах, очаровательная наглость юности, — пробормотал мэтр Горм. — Если будет драка — зовите!

— Не боитесь последствий? — хмыкнула Сильвия, оглянувшись на старика.

— Волнуетесь, что меня побьют? — сощурился мэтр Горм.

— Нет. Побьете вы, а потом все заработанное потратите на компенсацию. Как будто я не знаю?

— Так я маску надену, — пообещал мэтр Горм. — Ай, поторопитесь, леди, если что — вызывайте.

— Хорошо, — пообещала Сильвия, чем немало удивила меня: моя подруга была не из тех, кто легко принимал помощь.

Если быть честной, то Сильви принимала помощь лишь от учителя, Кристэль и меня. Видимо, мэтр Горм — действительно очень надежный товарищ. Впрочем, задумываться об этом было некогда — волновалась об Адриане. И даже мое привычное хладнокровие не очень спасало.

Мы с Сильви спустились на магическом лифте на первый этаж, вышли из башни. Так, надо поймать карету? Нет, это долго. Лучше использовать магию.

— Иди сюда, я отнесу тебя, чтобы ты не тратила силы на быстрое передвижение, — сказала Сильвия.

— А ты?

— На драку мне сил всегда хватит, — пообещала Сильвия, присаживаясь на корточки. — Залезай давай.

Я невольно хихикнула, несмотря на нервозность. На спине Сильвии я не каталась лет с пятнадцати.

— А ты выдержишь мой вес? — спросила я.

— Во-первых, ты похудела. Во-вторых, у меня спина магией укреплена, так что поторопись. Или хочешь явиться к моменту, когда твой Адриан начнет коченеть.

Я вздрогнула от неприятных слов — и тут же вскарабкалась на спину Сильви, крепко обхватив ее руками за шею.

До особняка мы добрались быстро. Может, Сильвия и не умеет летать, зато как прыгает!

— Уф, и почему ты не превратилась в кошку? Было бы намного легче! — вздохнула она, когда мы, наконец, оказались перед воротами особняка, а я слезла с ее спины.

— Это слишком подозрительно. И могло бы привлечь лишнее внимание?

— О, то есть, невеста второго принца, несущая на своей спине другую девицу, которая, надо заметить, побольше ее самой, совершенно точно внимания не привлекает, да? — с сарказмом спросила Сильвия. — Не хихикай, это не смешно!

— Закрыто. Ломать? — спросила я, подходя поближе.

— Госпожа Лейла? Мы сейчас откроем, ничего не нужно ломать! — воскликнули из-за ворот, которые тот час же распахнулись.

— Бергос? — спросила я с долей сомнения.

— О, госпожа волшебница меня запомнила! Да, я Бергос. Давайте провожу внутрь, к господину Адриану.

Бергос вел себя так, словно в моем приходе не было ничего неожиданного. А еще... он не торопился. Возможно ли, что с Адрианом все в порядке?

— Ого, а тебе открыли сразу, — шепнула мне Сильвия по дороге. — Бояться?

— До смерти, — нервно заявил Бергос, передергивая плечами. — Если леди Лейла поранится, пытаясь попасть внутрь, то господин нам всем... руки поотрывает. А без рук, знаете, жить как-то не очень приятно.

Я едва успела прикусить губу, прежде чем ляпнуть, что я без проблем приращу обратно все оторванные конечности. Да я их даже выращу при необходимости! Так, если они боятся, что Адриан оторвет им все, значит, он с его здоровьем не должно быть проблем...

— Бергос, а что тут произошло? — спросила я, идя следом за мужчиной по тропинке.

— А вы не знаете? — удивился он. — Тогда почему вы здесь?

— Откуда? — спросила я. — Всего лишь услышала, что в особняке что-то случилось.

— Разве господин Адриан не отправлял вам письмо? — спросил мужчина, распахивая входную дверь особняка и предлагая нам войти.

— Какое?

— Я отправил письмо семь минут назад. Даже если оно бы успело дойти, Лейла не смогла бы так быстро появиться здесь, — сказал целый и абсолютно невредимый Адриан.

— С тобой все хорошо... — выдохнула я, чувствуя, как уходит напряжение.

Ого, я и не думала, что от мысли о пострадавшем Адриане мне было настолько дурно.

— Ну разумеется, — улыбнулся мужчина, но его улыбка была какой-то слабой, немного вымученной. — Со мной — да.

— Тогда у кого все плохо? — тут же сориентировалась я.

— Проходи на второй этаж, Риа ведет тебя в курс дела. И вы, леди Сильвия, тоже. Как раз войдете в курс дела и расскажете все Юстасу, потому что у меня, боюсь, времени на это не будет.

— Что-то случилось с вашими подчиненными? — спросила я, поднимаясь следом за Адрианом по лестнице.

— Нет, с ними все хорошо. Ранили другого человека.

Кого? Кто мог находиться в особняке главы тайной канцелярии? Кого может лечить сам королевский лекарь?

Ответ я получила еще до того, как увидела больного. В комнате на втором этаже, куда меня привел Адриан, я увидела абсолютно потерянную и шокированную Риа, которая вцепилась в мужчину среднего возраста в мантии. Такие хламиды носили вроде бы лекари?

А вот сам заболевший...

Следователь Маркус?

Тот самый, с которым Риа дралась как сумасшедшая. Тот самый, который был влюблен в Риа. И, кажется, не только он — чувства Риа к нему были глубже и сильнее, чем я могла предположить.

— Объясните мне, что это значит? Почему вы не можете вылечить Маркуса? — почему в голосе столько отчаяния?

— Леди Рианесса, послушайте, я даже до конца не могу определить причину, по которой он не просыпается. Мы не встречались раньше с таким типом заклинаний, нужно время.

— А оно у него есть? Ваши подчиненные сказали, что у него все жизненные функции замедляются! — Риа бросила такой взгляд на других людей в похожих одеяниях, но они никак не отреагировали.

Лекари. Молодцы, такая выдержка и нужна.

— Леди, послушайте, мы ищем причину. Помимо серьезных ран у королевского следователя еще явный перерасход ауры и те же симптомы, что и у всех жителей Лиасии, попавших под действие яда. Нам нужно разобраться, как его лечить. Мы погрузим его в глубочайший сон, чтобы все негативные процессы замедлились.

— Так разбирайтесь быстрее! — воскликнула Риа, отпуская одежду целителя и оглядываясь.

Только сейчас девушка заметила нас. Трудно представить, в каком раздрае должен быть столь сильный воин, чтобы пропустить Адриана и Сильвию, обладающих поразительной мощностью.

— Господин? Что вы?..

— Привел Лейлу, — сказал Адриан и посмотрел на меня: — Ты же осмотришь его? Я подумал, что у тебя как у исследователя, не состоящего в целительском подразделении, могут быть другие знания.

— Конечно, — кивнула я, делая пару шагов в сторону кровати, на которой лежал следователь Маркус.

А дальше не вышло — целитель встал передо мной, не давая пройти.

— Что вы делаете?

— Кто вы? — спросил меня мужчина.

— Исследовательница из магической башни, — ответил Адриан. — Королевский целитель, что вы делаете? Вы препятствуете лечению?

— Нет, я опасаюсь, как бы следователю Маркусу не навредили.

— Лейла — доверенный человек мэтра Горма! — вступилась за меня Сильвия.

— Прошу извинить, я не об этом. Девушка не проходила обучение исцеляющей магии, обязательное для каждого лекаря нашего королевства. И не сдавала экзамен, который необходим для тех, кто обучался целительству в других странах. А это значит, что она лекарь с неподтвержденными навыками исцеления. Я не могу позволить заниматься вам лечением столь важного человека.

— Откуда вы знаете, что она не проходила...

— Я помню всех без исключения учеников и всех, сдавших экзамен. Не сдавших, впрочем, тоже, — усмехнулась мужчина. — Ее там не было. Более того, ваш поток целительской силы слишком специфичен. Я никогда ранее не встречал ничего подобного, а я изучил все виды целительской магии, существующей в нашем мире.

Я бы восхитилась его памятью, проницательностью и даже поаплодировала бы ему, если бы не одно «но»: Маркус там, возможно, помирает, а меня задерживает какой-то целитель, чьи навыки, несмотря на весь опыт, наверняка уступают моим.

И еще очень нагло и откровенно намекает на мою иномирность. Я посмотрела на стоящего сбоку Адриана из-под ресниц. Ой-ей...

Наш учитель очень любил одну фразу «Я знаю точно наперед сегодня кто-нибудь помрет». Кажется, теперь даже я могла заделаться в предсказатели: Адриан смотрел на королевского целителя так, что я серьезно беспокоилась о жизни последнего.

А я еще на Рианессу не смотрела. Решила, что лишние потрясения мне ни к чему. Поверьте, смотреть на людей, которые собираются через пару секунд отсечь кому-нибудь лишние части тела или голову — не самое приятное, что бывает в этом мире.

— Мы отнесем собранные анализы в лабораторию, — тихо сказал лекарь-помощник, и проскользнул мимо нас к выходу.

А за ним цепочкой выскользнули и остальные. Ага, так и должны вести себя адекватные целители. Но главный королевский лекарь к таким, видимо, не относился. Он сложил руки в замок и продолжал буравить меня взглядом.

Начну спорить и доказывать, что я хороший лекарь — сразу же проиграю. В этой ситуации, когда время было так дорого, был лишь один способ разрешить все быстро. Я обиженно поджала губы и скользнула Адриану за спину.

— Вы зачем пугаете леди Лейлу?! — первая возмутилась Риа.

— Я... — бедняга аж растерялся.

Конечно, ничем не угрожал, никого не обежал (по крайней мере, специально), а тут...

— Убирайтесь, — тихо сказал Адриан. — Никто в моем доме не может пугать мою возлюбленную.

— Послушайте...

— Я могу послушать вас на допросе, — предложил с улыбкой Адриан. — Как вам такой вариант?

— Ваше сиятельство...

— Вон! — рявкнул Адриан. — Всю ответственность за жизнь королевского следователя я беру на себя.

Он настолько мне доверяет? Но... почему?

— Долго, — зашипела Риа.

И тут же послышался вскрик и глухой удар. Я выглянула из-за спины Адриана, чтобы лицезреть, как Рианесса держит бессознательного главного лекаря за шкирку. Разумно. Лучше упрямого принципиального лекаря, не способного вылечить пациента, только упрямый принципиальный лекарь без сознания, который не мешает лечить другим.

К кровати я подошла быстро. О, это тот Маркус, которого я называла красавчиком? Забудьте, изможденная скелетина, не иначе. Это чем его так приложили, чтобы довести до такого состояния?

И главное — смогу ли я с этим справится? Я села рядом на кровать и принялась за осмотр. Да уж, такое себе. Допустим, от раны я сейчас избавлюсь, но на ее излечение уйдут не только мои силы, но и ресурсы организма Маркуса. А их трогать нежелательно: что-то здорово ослабляет его изнутри.

Что-то настолько коварное, что даже мне трудно понять до конца принцип действия. А что если... если поступить также, как и тогда в бальном зале? Мой яд, в любом случае, уничтожит все инородное, что есть в организме: и другой яд, и проклятие, и магическое вмешательство.

— Фух, — я встала с кровати и повернулась к Риа.

— Что? — сипло спросила она.

Адриан выглядел не менее напряженным, одна лишь Сильвия уселась в кресло и не выказывала никаких признаков волнения. Неудивительно: она уровень моих навыков понимала лучше других. Это, конечно, хорошо. Но мне бы самой быть уверенной в том, что я буду делать — задача не из простых. Одна ошибка — и... Нет, Маркус не умрет, но его аура может безвозвратно повредиться.

— Я его вылечу, — сказала я, не показывая никаких лишних эмоций. — Не гарантирую, что у него не возникнет проблем с аурой в будущем, но сохранить ему жизнь я смогу. Если вы согласны...

— Я согласна, — ответила Риа. — Главный лекарь ничего не гарантировал, все, что он смог предложить — погрузить его в долгий сон, чтобы замедлить распространение болезни. Поэтому, Лейла, пожалуйста...

Я улыбнулась:

— Хорошо.

Хотя я думала, что рисковать буду лишь ради Адриана, а состояние всех остальных легко смогу проигнорировать, я ошибалась. Отказать Рианессе, такой доброй, милой и разумной (спасибо ей за вырубленного лекаря)? К сожалению, я не настолько жестока.

— Только у меня одно условие.

— Какое? — тут же спросила Риа. — Я все сделаю.

— Никто не должен присутствовать, кроме меня и Маркуса, чтобы не сбить процесс лечения.

И не раскрыть меня саму. Наверняка подобная нагрузка спровоцирует изменение формы. А я... а я все еще не готова показаться Адриану. В комнате я как раз нашла идеальное окно, в которое я должна вылезти.

Наверное.

После лечения точно сброшу несколько килограмм — и пролезу в любом виде.

Нас с бессознательным Маркусом оставили наедине без лишних вопросов. Я вздохнула: вроде бы привычно, но все же волнительно. К тому же, я не могла не думать о том, что говорил мне мэтр Горм — действительно ли виноваты не травки, а новая форма использования заклинания.

Что ж, первым делом — пациент. Вторым — побег. А с заклинаниями, если что, и Сильвия разберется.

Я присела около Маркуса и положила ему руку на лоб, медленно запустив свою магию. Ай, ну как можно довести до такого состояния здорового и сильного мечника? Ну бесстыдство же портить чужое отличное здоровье! И заставлять меня работать так, чтобы пот градом катился. Хорошо, что ношу очищающий амулет, иначе бы запах был тот еще.

С лечением Маркуса я закончила через полтора часа. Долго, но что поделать? Зато работу проделала отличную. Есть даже небольшой шанс, что аура Маркуса когда-нибудь восстановится. Не очень быстро, не очень легко, но все же! И, за исключением проблем с аурой, других не будет.

— Лейла, ты закончила? — спросила Сильвия.

Ага, значит, мониторили всплески магической силы. Ну, правильно: мало ли что тут могло случиться.

— Почти, — ответила я.

Я встала с кровати — и тут же села обратно. О-о-о, вымоталась сильнее, чем ожидала. И магия вся как клубок змей — перепуталась и двигается в абы каком направлении. Еще минут пять — и буду я красоваться в своей второй ипостаси. Точнее, пугать народ. Я соскребла себя с кровати, подошла к спасительному окну.

Дернула за ручки и...

И оно не открылось. Конструкция обычная, замка не было. А вот запирающая магия — была. И, кажется, сейчас я эту магию не сниму — попросту не хватит сил и концентрации. Что делать-то?

Бежать. Окно закрыто, но открыта дверь. До выхода из поместья я не доберусь, а вот зайти в соседнюю спальню, запереться и попросить не тревожить меня несколько часов, пока я не приведу себя в порядок — вполне реально.

Подумала — сделала, к тому же, медлить было некогда. Я выскочила из спальни, едва не врезавшись в Адриана, который ловко меня обхватил за плечи, но я быстро вывернулась.

— С Маркусом все в порядке! — крикнула я на бегу. — Не ходите за мной.

С этими словами я открыла первую попавшуюся дверь, влетела в комнату, захлопнув за собой дверь, и сделала то, что не смогла бы представить в своих самых смелых фантазиях: залезла под огромную двуспальную кровать.

Потому что моя интуиция, выручавшая меня не единожды, подсказала: в этот раз меня не послушают и обязательно пойдут за мной следом.

— Лейла, с тобой все в порядке? — раздался голос Адриана.

— Да-да.

— Тогда я войду?

— Нет! — закричала я.

— Почему? Ты плохо себя чувствуешь? Я могу привести лекаря, хорошего лекаря, — вкрадчиво сказал Адриан.

— Мне не нужен лекарь, я сама лекарь, — возмутилась я.

— Да-да. Но если с тобой все в порядке, то почему мне нельзя входить, Лейла? Возможно, ты от меня что-то скрываешь?

Я глубоко вздохнула и закашлялась. Когда в этой комнате убирались в последний раз? Есть

— Что я могу скрывать? — выдавила я.

— Что-нибудь очень милое и прелестное. Как Сильвия когда-то от Юстаса... Маленький безобидный секретик.

Это большой и совсем не безобидный секрет!

И, как я и думала, Адриан уже обо всем догадался. И чем там только Сильвия занимается? Разве она не должна выручить подругу?

— Допустим, — процедила я сквозь зубы.

— Если ты смущаешься из-за него, то не стоит. Все хорошо, мне все нравится. Не нужно из-за этого прятаться от меня. Лейла, выходи, пожалуйста, — попросил Адриан. — Я знаю, что ты Лала.

То, что он знал, что я Лала, не было большой проблемой! Проблемой было то, что Лала, которую он знал, немного отличалась от истинной.

— Ни за что, — ответила я, чувствуя, как неприятно колеблется моя магия.

— Почему? Я ведь уже знаю, что ты моя милая прекрасная кошка, — продолжал уговаривать Адриан.

— Да не кошка я! — я изо всех сил пыталась взять магические потоки под контроль, но давалось это с трудом. — Подожди, я скоро выйду.

Бесполезно. Больше... не могу. Тело изменилось само — и под кроватью, где я пряталась, резко стал очень тесно. К счастью, не настолько тесно, насколько могло бы: сказался перерасход магии, а потому я была немного меньше того, чего можно было ожидать. Но лишь немного.

Адриан ведь меня послушается? Только не входи, не входи!

Увы, звук открывающейся двери мне не почудился — Адриан уже был внутри.

— Правда? — голос звучал совсем рядом.

Буквально над кроватью, под которой я спряталась.

— Абсолютная.

— А лапы вполне кошачьи, — заметил Адриан.

— Откуда ты знаешь?

— Торчат из-под кровати, — спокойно ответил мужчина.

— Ты где кошек таких размеров видел?! — не выдержала я.

— Чем больше в пространстве кошачьего — тем лучше, — уверенно заявил Адриан. — Кошки много не бывает. И кошек тоже. Кошка всему...

— Да поняла я, поняла, — проворчала я.

— Лейла, милая, вылезай из-под кровати, пожалуйста. Это старая комната, тут не убирались с тех самых времен, как почила моя прабабушка. Я волнуюсь о твоем здоровье.

— Нет! — отчаянно воскликнула я.

Пусть тут пыльно, зато уютно и очень темно. Ничего не вижу — значит, этого нет. А, уже не темно. Почему не темно?!

Я повернула голову и увидела, как Адриан одной рукой приподнял кровать — мое единственное прибежище. И теперь мы смотрели друг другу в глаза.

Магия...

Магия меня спаси!

— Мр-р-ряв!

— Пресветлая богиня! — сипло воскликнул Адриан. — Мать всех богов!

— Мряв-ряв?

Что происходит? Он же вроде не испугался? На вид, по крайней мере, ни капельки. Только глаза как-то странно блестят. Восхищенно. Причем это восхищение не то привычное и сдержанное, которая я наблюдало, а какое-то абсолютно незамутненное.

— Пантера?

— П-почти.

— С крылышками! — восхищенно цокнул Адриан.

— Ядовитыми, — добавила я на тот случай, если Адриан решит их потрогать. — Вот тот длинный шип на стыке.

— Большая черная кошка с ядовитыми крылышками. Потрясающе!

Эй-ей, что такое? А где сарказм? Почему все это звучит так, словно Адриан только что нашел самое важное сокровище в своей жизни?

— Ну да. А еще когти ядовитые.

— Так мило! — восхитился Адриан. — А что еще что-то ядовитое есть? А ты летать можешь? А шерсть у тебя мягкая?

— Н-наверное. Можешь сам потрогать, она обычная, не отравишься.

— Можно? — сдавленно прошептал Адриан.

— Я же разрешила.

— Правда можно?

— Конечно, — вздохнула я.

Пусть лучше шерсть на мягкость проверяет, чем расспрашивает, что тут происходит.

Адриан наклонился, едва не уронив кровать. Посмотрел на нее с каким-то недоумением, мол, откуда барахлишко взялось-то? И швырнул в угол. Несчастная кровать сломалась с ужасным грохотом, но Адриан не обратил на это никакого внимания. Он присел рядом со мной на корточки и робко протянул руку, словно не решаясь прикоснуться.

Я встала на лапы, подошла и ткнулась мордой в руку.

— О-о-о! — возглас восхищения? Именно он! — Такая мягкая, такая милая. А за крылышки тебя трогать нельзя?

— Можно, главное, не касайся больших шипов на стыках.

— А как правильно называется данный вид кошек?

— Крылатая пантера, — ответила я. — Никакой фантазии. Адриан, а это все, что тебя интересует?

— Нет, конечно! У меня много вопросов. Чем тебя расчесывать? Ты любишь плескаться в водичке? Тебе нравится находиться во второй ипостаси? Почему ты не хотела мне ее показывать? Стеснялась?

— Это все, что ты хочешь спросить? А никаких более важных вопросов нет?

— Почему же? Есть! Тебя на ручках носить можно?

— Нельзя, — строго сказала я. — Я вешу порядка сотни килограмм вместе с крыльями, твоя спина пострадает.

— Не пострадает. Мой меч тяжелее тебя.

— Что?! — воскликнула я, хлопая крыльями.

— Чтобы меч смог вместить мою ауру, он должен быть очень крепким, поэтому вес под сотню — обычное явление. Как и то, что подобный вес для меня пушинка. Значит, поднимать тебя можно. А что нельзя?

Стойте, как он к этому выводу пришел? Так, ладно, что нельзя?

— Злить меня нельзя.

— Суровая прекрасная кошка? — игриво спросил Адриан.

— Я не шучу. У меня ядовитые не только когти и часть крыльев, но и сама аура. Если я вдруг разозлюсь, то потеряю над ней контроль. Она вырвется наружу — и последствия никому не понравятся.

— Ого, понял.

— Поэтому не зли меня. Заботься о своем здоровье. Обрабатывай раны как следует. Высыпайся, магия нас всех возьми! И своим людям скажи делать то же самое.

— Да, да, обязательно, — сказал Адриан, поглаживая мои щечки.

Он меня вообще слушал?

— И ешь регулярно.

— Конечно, — ответил Адриан. — Кстати, Лейла, не желаешь переместиться? Тут полно пыли, еще начнется аллергия. Давай поговорим в тихой и чистой спальне?

Спальне Адриана, как выяснилось. Он не просто перебрался туда, он меня туда отнес. Причем я сидела на его руках, положив лапы на плечо. И как не отвалилось-то? Силен, очень силен. Люди Адриана провожали меня шокированными взглядами, но я мне было безразлично: меня волновало исключительно мнение Адриана. Хотя, признаюсь, восхищенный взгляд Рианессы польстил.

Мы с Адрианом идеально устроились на кровати. Я с огромным удовольствием положила морду ему на плечо, наблюдая, как губы растягиваются в поразительно счастливой улыбке.

— Ты... ты давно знаешь? — вздохнула я, расправив крылья.

— М... Как бы сказать...

— Честно сказать.

— С самого начала, — ответил Адриан.

— Что?!

— То. Если бы я не знал даже о такой мелочи, то как бы я мог называться главой тайной канцелярии? Да с таким главой этому королевству давно пришел бы конец. Лейла, ну сама подумай, у меня был пример девушки, которая легко превращалась в кошку. И не боялась ни ауры Юстаса, ни моей. А потом появляется еще одна такая же кошка, которая как-то связана с Сильвией.

— То есть, ты сразу догадался, а не я где-то ошиблась? — осторожно спросила я. — Ты вообще думал, что я могу быть обычной кошкой?

— Ну, в первые сутки нашего с тобой знакомства я еще размышлял, — хихикнул Адриан. — А потом ты...

— А потом я что?

— М-м-м...

— Говори уже, если начал! — возмутилась я.

— Кошки едят меньше, чем ты, — в итоге выдал Адриан. — Раз в сорок-пятьдесят, если не больше.

Я аж подскочила.

— Лейла? Ты обиделась? — осторожно спросил Адриан.

— Да! — выдала я.

— Я обязательно заглажу свою вину, — пообещал Адриан, гладя меня по шейке.

— Да я не на тебя обижена! А на судьбу. Если бы знала, что все это бесполезно, то ни за что бы не сдерживалась и ела вдоволь, — вздохнула я.

— Да, прекрасной пантере нужно много-много еды. А могу я потрогать твои крылья?

— Аккуратно, они ядовитые, — заметила я.

— И лапки с коготками? — вкрадчиво сказал Адриан.

— Ты так хочешь отравиться? — не выдержала я.

— Я так хочу восхититься твоей ипостасью, — сказал Адриан и, приподнявшись, чмокнул меня в нос. — Ах-ха-ха! Никогда не думал, что у пантеры может быть столь выразительная мордашка. Так что насчет крылышек и коготков? И клыки, твои прекрасные клыки...

Когда Сильвия говорила, что Адриан — законченный кошатник, я не верила. И правильно делала. Он не кошатник. Он какой-то... пантерятник! Когда я была кошкой, он не сходил с ума до такой степени. Что ж, выбора не осталось. Я вздохнула:

— Давай я тебе сделаю иммунитет к моему яду?

— О. так можно? — обрадовался Адриан.

— Можно. Только...

Очень неудобно.

— Что тебе больше нравится? Моя шерсть или моя чешуя? — спросила я.

О, удивила наконец.

— Все миленькое, — ответил Адриан. — Стой, а где у тебя чешуя? Вроде же гладкие кожистые крылышки. Мягкие.

Адриан не постеснялся погладить мои крылья. Сел на кровать и принялся внимательно осматривать их. Хотя правильнее будет сказать, что любовался.

— Ближе к основанию, — ответила я, чуть отводя крыльями, чтобы Адриан, изучающий мое тело (звучит-то как!), смог осмотреть его как следует.

— О, здесь, да? Синеватым отливает? — Адриан нежно провел пальцами на стыке крыльев, от чего я невольно муркнула.

Ну, пантера тоже кошка, просто очень большая.

— Точно. А теперь тяни, — сказала я.

— Что? — не понял Адриан.

— Тяни за чешуйку, — ответила я. — Носи при себе — и проблем с моим ядом не возникнет.

— Нет!

— Что нет? Ты хочешь проблемы с моим ядом? — удивилась я.

Нет, Адриан же не такой безумец, чтобы приходить в восторг даже от яда? Я бы еще поняла, если бы я травила им ту же принцессу Доминику или других недоброжелателей, но тут же пострадать мог сам Адриан!

— Я не могу ее оторвать и причинить боль. К тому же, я магический мечник. На меня все яды действуют не в полной мере. Если действуют.

Эх, не то что мне хотелось, чтоб Адриан разочаровался в себе, но мой яд действовал даже на тех, у кого к ним был абсолютный иммунитет. Ну, по крайней мере, они так считали до первого отравления.

— Тогда погладь ее, — приказала я.

Адриан подчинился незамедлительно. Как итог — чешуйка прилипла к его пальцу.

— Лейла... — вздохнул он.

— Так было проще, чем убеждать, что все будет хорошо, — сказала я и приблизилась к Адриану, чтобы положить голову ему на плечо.

И все. Никаких вопросов, ни единого возражения. Прекрасно. А еще удобно. Как хорошо, что у Адриана такая основательная фигура. На него можно залезть, не боясь, что в процессе прибьешь случайно. И руки ласковые.

— Мур-мур-мур, — вырвалось из меня, когда Адриан почесал за ушком.

Стук в дверь раздался совершенно невовремя.

— Вы закончили? — В дверном проеме показалась голова Сильвии. — Юстас прибыл. И он очень хочет узнать, что тут случилось.

— Потом. Пусть Риа введет его в курс дела, — сказал Адриан, продолжая гладить мою шейку. — Я еще не налюбовался на Лейлу.

— Лейла может спуститься и в таком облике, — сказала Сильвия. — А если Риа — это та рыжая, которая сидит около кровати королевского следователя, время от времени проливая слезы, то навряд ли она в состоянии рассказать все, не упуская детали.

— Лейла?

— Пойдем, — сказала я, вставая на все четыре лапы и спрыгивая с кровати.

— А тебя не волнует, если кто-то увидит тебя в нынешнем облике? Ты же пыталась скрыть эту ипостась.

Меня беспокоило лишь мнение Адриана! Как будто мне есть дело до того, кто меня увидит в качестве крылатой пантеры. К тому же, уверенность в том, что Адриан мне поверит и не станет ни в чем обвинять, избавило от любых страхов, не говоря уже о каком-то волнении.

— Ни капли, — ответила я, подходя к Сильви, которая потрепала меня за ушком.

— Давно я тебя не видела в этой форме. Только, Лейла, какая-то ты... маленькая?

— Немного, — смущенно ответила я. — Очень сильно выложилась в процессе лечения.

— То есть, ты можешь быть еще больше? — с восторгом спросил Адриан.

— Сумасшедший кошатник, — пробормотала Сильвия.

Пантерятник, но оставим это на потом.

Мы спустились в гостиную, где расторопные слуги уже принесли закуски и поставили их перед Юстасом.

— О, значит, вот как выглядит Лейла? — спросил тот без капли удивления.

А я возмущенно посмотрела на Сильвию.

— Это не я! — воскликнула моя подруга, замахав руками.

— Это я, — тихо сказал Адриан, поднимая руку вверх как приличный ученик. — Но Юстас и сам обо всем догадался.

— Прошу прощения, не хотел вас смущать. Но давайте о деле. Мне доложили о том, что Маркус в критическом состоянии.

— Уже нет, — ответила я. — Сейчас он поправляется, его здоровью ничего не угрожает, но с аурой могут возникнуть проблемы. А могут и не возникнуть.

— Я примерно так и думал. Но как так вышло? Чем таким занимался Маркус, что пострадал настолько серьезно? И почему он отправился не в королевский дворец, не в отделение к лекарям, а к тебе, Адриан?

— Тут такое дело... — Адриан сел на диванчик напротив Юстаса, а я тут запрыгнула к нему и улеглась, бесцеремонно положив голову на его колени.

Что ж, судя по улыбке Адриана, никакие церемонии ему особо нужны и не были.

— Какое дело?

— Дело о деревне Лиасии.

— На границе? Ты же говорил, что там что-то совершенно неопасное, несущественное, но муторное? А теперь говоришь, что там пострадал королевский следователь, который недалеко по силе от нас ушел? — Юстас нахмурился. — Что произошло, что ты настолько неверно оценил задачу?

— Я оценил ее верно, но...

— Но что?

Неловкую паузу прервало появление дворецкого:

— Господин, к вам гость.

— Кто? — удивился Адриан. — В такое время и без предварительного согласования?

— А, это... — Дворецкий отвел взгляд.

— Я сам представлюсь, уважаемый, можете дальше не объяснять, — сказал мэтр Горм, появляясь в дверном проеме. — Надеюсь, никто не против присутствия старика? Вы ведь не выгоните меня в холод и в голод?

Мэтр Горм очень выразительно посмотрел на накрытый столик перед Юстасом.

— Входите, — вздохнул Адриан, смиряясь с неизбежным.

— Вечера всем какого-нибудь, — поздоровался мэтр Горм, магией перемещая кресло из угла комнаты прямо к столу.

— А почему не доброго?

— Какой добрый вечер без драки? — горестно воскликнул мэтр, усаживаясь за стол и принимаясь за закуски. — Не сделали девушки вечер добрым, не сделали, а я так косточки размять хотел.

— Вы подраться хотите? Я всегда могу составить вам компанию, — начал с улыбкой Адриан.

— Спасибо, воздержусь! — фыркнул мэтр Горм.

— Вы предпочитаете сражаться только с моими милыми безобидными подчиненными? — уточнил Адриан. — Ладно, мы немного отвлеклись. По поводу Лиасии...

Адриан довольно емко изложил всю ситуацию, дойдя до ранения королевского следователя.

— Прекрасно, — ухмыльнулся Юстас. — А теперь я хочу узнать, почему мне ничего об этом не сообщили.

— Потому что подозревали меня, — ответила Сильвия. — Из-за того, что я лажу с живыми растениями, был велик шанс, что я преступница.

— Я пытался все выяснить самостоятельно, чтобы ты не отвлекался от того дела. Ты ведь сам говорил, что оно для тебя важно.

— Это все, конечно, интересно, но дайте-ка теперь слово старику, — сказал мэтр Горм. — Лейла, помнишь я тебе говорил, что проблема может быть не в растениях? Ну, помнишь, конечно, ты же еще молодая, старческий маразм до тебя не добрался. Так вот. Я попросил своих людей расследовать, были ли какие-то особые прорывы в создании зелий и методах их использования в королевстве принцессы Доминики? Они принесли мне чрезвычайно интересные результаты.

Ничего подобного в стране Доминики не было. Более того, создание зелий на порядок отставало от других стран, никаких тайных лабораторий и чего-то подобного тоже не нашлось. Зато появилось другое изобретение, очень-очень интересное. Артефакт-определитель. Эта штука могла легко понять, откуда пришло та или иная реликвия, зелье, заклинание или даже человек. Лучше всего реагировало на иномирцев.

— Понимаете, к чему я веду?

— К тому, что Сильвию действительно хотели подставить, но не с помощью цветов, а используя зелье? А потом применяя артефакт, который укажет, что зелье и Сильвия — из одного мира? — предположила я.

— Это всего лишь теория. Но все может быть. В любом случае, Доминику надо допросить как можно тщательнее, потому что она — ключ к настоящему преступнику.

— Но как бы мы стали выяснять место зарождения системы зелий, если у нас нет артефакта?

— Пока — никак. Но это пока. Уверен, что тот, кто это все придумал, уже подготовил следующий ход. Неплохо бы нам его предугадать. А пока...

— Маркус очнулся! — в гостиную влетела радостная Риа. — И он хочет сразу же увидеть вас, господин.

Желаниям Маркуса было не суждено сбыться: сначала ему пришлось увидеть меня. Первым делом — осмотр пациентов. Мне даже пришлось обратиться обратно в девушку, благо, далось мне это легче, чем я думала.

— Ну что? — спросила Риа.

— В целом, неплохо. Около месяца будут проблемы с контролем физической силы, до полугода будет восстанавливаться аура, — сказала я. — Если очень повезет, восстановится в полном объеме, если нет... В любом случае, аура достигнет приемлемого уровня. Ваш организм помогал вам изо всех сил.

— Прекрасно, — без всякой радости сказал Маркус. — А теперь я могу поговорить с Адрианом? Наедине.

— Наедине? Нет, — улыбнулся Адриан. — Здесь все те, кому я доверяю. Что ты мне хотел сообщить, Маркус? Как вышло, что ты так ранен?

— На меня напали, — сказал он. — Я... не ожидал. Всего лишь обратил внимание, что девушка, поливающая городские клумбы ночью — это что-то необычное. Решил, что либо она проспорила, либо ее обижают. Хотел помочь, окликнул. Она побежала, я — за ней. Догнал на опушке леса, где меня чуть не прикончили.

— Потрясающий рассказ, — сказал Адриан. — А что-то полезное есть? Кто она?

— Она была замаскирована, но она очень похожа на бывшую невесту принца Кассия — Наиру.

— Что?! — Юстас и Сильвия воскликнули одновременно.

— Это странно, она ведь до сих пор любит Кассия, зачем ей вредить его подданным? — нахмурился Адриан.

— Кассия она, может, и любит, но вот меня должна ненавидеть, — сказала Сильвия. — Но все равно странно. Откуда у нее виды зелий, которые могут использовать только люди из моего мира? Как она с кем-то из них познакомилась? И почему она снова в этой стране?

— Надо немедленно обо всем рассказать моему брату, — сказал Юстас. — Адриан, почему молчишь?

— Я не уверен, что это хорошая идея, — сказал Адриан. — Видишь ли, я кое о чем тебе не рассказал. За происходящим в Лиасии следил еще один человек. И он запретил мне получать всю найденную им информацию, а также отправил на расследование Маркуса.

— Его высочество Кассий сказал, чтобы я ни при каких обстоятельствах не вводил в курс дела ни Адриана, ни вас, ваше высочество, — дополнил Маркус. — Тогда я подчинился королевскому приказу, а сейчас думаю, что это очень подозрительно. Ну, или у вашего брата есть вопросы к Адриану.

— А еще на балу он сказал очень странные вещи, — добавила Сильвия. — Что мне нужно быть осторожнее и почаще оставаться в замке? Как-то так, да?

— Магия раздери всю эту ситуацию! — выругался Юстас.

Сильвия подошла поближе и взяла своего возлюбленного за руку:

— Юстас?

— Мне... мне нужно выйти и подышать свежим воздухом, — сказал второй принц. — Мне нужно подумать.

— Хорошо, — совершенно спокойно отреагировал Адриан.

Но мне показалось, что он не настолько спокоен, как демонстрировал. Все же, подозрения тут были слегка двоякими: вроде бы обвиняли Кассия, но и Адриан попал под косвенный удар. Ведь вариант, где все причины странного поведения Кассия могли скинуть на Адриана, сказав, что Кассий подозревал его, а потому так себя вел, вполне реален. Сколько раз я с подобным сталкивалась.

Юстас вышел из спальни, пока все остальные обсуждали сложившуюся ситуацию.

— Мне душно, — сказала я. — И форму сложно поддерживать, я обернусь и тоже выйду.

Ходить на четырех лапах было на удивление приятно, особенно по мягкому ковру, лежащему в коридоре. Да и по травке — тоже.

Вышла я совсем не из-за этого: хотела проследить за Юстасом. Адриан ему доверял, а я... а я вообще никому не доверяла, кроме учителя, своих соучениц и, пожалуй, Адриана. Если вдруг Юстас пойдет к своему брату...

Юстас не пошел к брату. Юстас ушел в сад и теперь сидел на камне перед небольшим искусственным озером. Я подошла очень тихо, присев в кустах, но меня все равно заметили. Инстинкты!

— Ты можешь подойти ближе, Лейла. Или правильно Лала? — спросил второй принц. — Как тебя лучше называть?

— Как хотите, но Лейла привычнее, — честно ответила я, присаживаясь на второй камень неподалеку от Юстаса.

— Это тяжело, да? — спросила я.

— Что именно?

— Подозревать, что кто-то из близких людей не заслуживает доверия? — спросила я.

— Кто-то?

— Ну, или твой родной брат, или Адриан. Кассий лгал либо ради своей выгоды, либо подозревая Адриана.

Юстас внезапно рассмеялся.

— Никакого выбора, — сказал он. — Никакой возможности, что меня предаст Адриан.

— Что?

— То, — поддразнил он меня. — Это невозможно.

— Но его высочество — твой старший брат...

— Адриан тоже. Я бы сказал, что именно Адриан для меня куда больший старший брат, чем Кассий. В самые трудные я мог положиться именно на Адриана. К тому же, Кассий — будущий король, который должен поддерживать эту страну. Поддерживать еще и младшего брата для него уже слишком. О, это не значит, что я не дорожу своим родным братом или совсем не доверяю ему, но...

— Но кровные узы не всегда сильнее духовных, — сказала я. — И родные люди, даже самые лучшие, не всегда ближе тех, кто с вами рядом прямо сейчас.

— Да, верно. Мы обучались у одного мастера меча, с тех самых пор и подружились. Не понимаю как, — усмехнулся Юстас. — Просто в один момент оказалось, что мы не соученики одного мастера, а самые настоящие друзья, которые проводят много времени вместе. Впрочем, кое-какие предпосылки были. Кассий в то время начал сильно болеть, все внимание родителей доставалось ему. Нельзя сказать, что я завидовал, но были моменты, когда я чувствовал себя ужасно одиноким, потому что не было ни одного человека, который бы заботился обо мне. За исключением Адриана, присматривавшего за мной с усердием старшего брата. Адриан... слишком особенный человек, — тихо сказал Юстас. — У всех бывают срывы, у всех бывают проблемы, но Адриан, несмотря на то, что иногда он ведет себя как шутник и балагур, надежен как скала. Когда я вынужден был отправиться на войну...

Война потрясла Юстаса. Он был юн, смел, силен и решителен. У него было опытные воины, он сражался за правое дело — защищал свою страну. Но он был совершенно не готов к ней морально, особенно когда приходилось принимать решения, которые влекли за собой гибель многих людей.

— Если бы не Адриан с его непоколебимой уверенностью, с его поддержкой и стойкостью, боюсь, я бы не выдержал.

— Сбежали бы?

— Нет, конечно. Выгорел, превратился бы в того, кого трудно называть хорошим человеком. Адриан разделил со мной ответственность. Я бы сказал, что он взял на себя большую часть бремени и многим пожертвовал. Адриан, он... Ну, он слишком взрослый? — Юстас рассмеялся.

— Подозреваю, что мы все взрослые, — осторожно заметила я.

— В случае Адриана это вышло на совершенно другой уровень, — уверенно заявил Юстас. — Оно тот, кто лучше всех может определить, что правильно, а что нет. Что важно, а что имеет не так много значения. И легко отбросить лишнее в сторону. Когда Адриан отправился со мной на войну... Он ужасно поссорился с отцом. Тот сказал, что лишит его наследства и снесет особняк его матушки, которую он безумно любил.

Юстас замолчал и горько улыбнулся.

— Он действительно?.. — спросила я.

— Уничтожил сад, который Адриан обожал. Но тот лишь пожал плечами и заявил, что выбирая между другом и воспоминаниями, он предпочтет друга. Раньше я так этим гордился, я так этому радовался! Моя брат болел и не мог уделять мне много времени, а родители изо всех сил пытались и править королевством, и искать лекарство для моего брата. Для ребенка всегда плохо, если он не на первом месте у самых близких, если его не выбирают безоговорочно. Поэтому поступок Адриана меня так обрадовал. Но сейчас...

— Но сейчас?

— Но я бы хотел, чтобы он вообще ничем и никогда не жертвовал. Я бы предпочел, чтобы он получил все, что хотел. Ладно, пора обратно. Голову проветрил, поболтал об Адриане — и достаточно отвлекся. Спасибо за разговор, Лейла.

Мы вернулись в поместье Адриана. Все, кроме Маркуса, были в гостиной.

— Что ты решил? Что будем делать с Кассием? — спросил Адриан. — Или мне тебе посоветовать?

— М, кое-что я решил. Слушайте внимательно.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросил Адриан.

— Несомненно, — ответил Юстас. — Хотя некоторую ее спорность отрицать не могу. Но Кассий сам говорил, что я могу заглядывать к нему в абсолютно любое время. Так почему бы не заглянуть и не спросить у брата, зачем он сделал то, что сделал? Это же самый простой вариант.

Навряд ли Кассий рассчитывал, что его братец достаточно сумасшедший, чтобы явиться к нему в спальню в полночь в компании своей невесты, главы тайной канцелярии, странной девушки из другого мира без определенного статуса и королевского мага. Все это я пробормотала очень тихо, но меня услышали.

— Неужели в нашей компании появился голос разума, хо-хо, — заметил мэтр Горм, который шел быстрее всех, словно ему не терпелось проникнуть в спальню наследного принца. — Надеюсь, нас не убьют.

— Нет, конечно. Когда я был маленьким, придворный маг настроил все ловушки в спальне у брата так, чтобы если я вошел, то они на меня не среагировали.

Мы всей компанией шли по королевскому замку в сторону спальни Кассия. Уже перед входом в покои первого принца Юстас замер. Я уж подумала, что он передумал, и мы, как приличные люди, дождемся утра, как Юстас открыл дверь в чужую спальню.

— А постучать? — спросил мэтр Горм.

— Ни в коем случае. Если Кассий поймет, что это я, то никогда меня не впустит, — ответил Юстас.

— Почему? — удивилась Сильвия.

— Потому что каждый раз, когда я приходил в такое время, я подговаривал его совершать самые сумасбродные вещи. Ему вроде бы процесс нравился, но сам итог — ничуть. Поэтому тихо. Заклинания не среагируют на меня, а это значит, что и вы спокойно сможете пройти следом.

Вот так мы и прокрались внутрь покоев наследного принца. Который, кстати, спал без задних. Ну да, он же не магический мечник, а маг, инстинкты немного разные. Или все дело в куче амулетов для сна, которые настроены так, чтобы даже битва магов не прервала его сон?

— Тс-с-с, — Юстас поднес указательный палец к губам и принялся подбираться к кровати Кассия.

Что он хотел сделать, так и осталось загадкой, потому что Кассий резко распахнул глаза и приподнялся на кровати, глядя прямо Юстаса.

— Я сплю? — вздохнул Кассий, откидывая одеяло. — Что ты тут делаешь?

— Минимум одежды — это у вас семейное? — с любопытством спросила Сильвия у Юстаса.

— А-а-а! — заорал Кассий, впервые заметив нас с Сильвией.

— А не общемировое? — я повернулась к Сильвии. — Адриан так-то тоже не слишком одетый по утрам. И по вечерам. И по дням...

— Юстас, ты чего? — удивилась Сильвия.

О, он ей глаза ладошкой прикрыл. Какой заботливый.

— Могу я тебе тоже глаза закрыть? — вежливо поинтересовался Адриан, вставая между мной и Кассием, который полуголый (а, может, и полностью голый, я же не успела ничего рассмотреть, да и не стремилась) лежал на кровати.

— Можешь, конечно, но смысла нет никого. Я видела больше голых мужчин, чем ты можешь представить, — пожала я плечами, добавляя про себя, что такого великолепного, как Адриан — впервые.

— Эм...

— Она же лекарь, лекарь! — прошипела Сильвия. — У нее много пациентов.

— Я догадался, — сказал Адриан.

— Кассий, ты не можешь поторопиться и одеться? — внезапно сказал Юстас. — Не очень удобно обсуждать дела в такой позе.

Кассий встал с постели, раздался шорох:

— Тебе не кажется, младшенький, что ты обнаглел? Спасибо, конечно, что в этот раз не пытаешься отобрать мои штаны, но заявляться всей честной компанией в мою спальню... Мэтр Горм, что вы делаете?!

— Я? Я запечатлеваю вас на магкамень, — ответил мэтр Горм.

— Зачем?!

— Затем, что вы нынче, ваше высочество, одиноки. А у меня в башне знаете сколько милых одиноких волшебниц? И этот магкамень, где вы не совсем одеты — куда более сильный аргумент, чем ваша сила, ваш ум, ваш титул и все ваши богатства. Многие милые волшебницы, знаете, падки на красоту. Меньше одиноких этому миру! Я за добро!

Кассий, кажется, ругнулся.

— Я оделся. А теперь расскажи мне, Юстас, причину, по которой ты явился в мою спальню в это время, прихватив с собой мэтра Горм с магкамнем для записи!

Ага, значим мы с Сильви и Адрианом проблемой не были?

— То есть, в следующий раз мне его не брать?

— Разумеется! Я не хочу, чтобы мой портрет бродил по всему королевству.

— Обижаете. Обижаете старика! — воскликнул мэтр. — Да и кто говорит о вашем портрете? Тут не на всех ваша голова есть, ваше высочество. Я запечатлел главное — вашу фигуру, которую под церемониальными и официальными одеждами нелегко рассмотреть.

— Так какая причина? — спросил еще раз Кассий, когда мы все дружно расселись в его спальне кто где.

Я вообще превратилась в пантеру и уселась на полу около Адриана. А что? Тут не так много мест, где можно посидеть. В отличие от Юстаса, который забрался на кровать брата, я так сделать не могла. Предпочитала исключительно спальное место Адриана.

— Деревня Лиасия, — сказал Юстас, заставив Кассия нахмуриться. — Ты ведь тоже расследовал это дело. Отправил Маркуса, который сильно пострадал.

— Что? Почему я не знаю... Как он?

— С ним все будет в порядке, Лейла его вылечила.

Юстас вздохнул, после чего выложил практически всю информацию, не забыв поделиться сомнениями.

— Ты считаешь, что я мог подставить Сильвию? — Кассий, кажется, даже растерялся от такого обвинения.

— Не совсем, — сказал Адриан. — Если так ставить вопрос, то я сразу скажу нет — ни в чем подобном я тебя не подозревал. Но когда я задумываюсь, что ты зачем-то вел параллельное расследование и скрывал информацию как от меня, так и от Адриана, то у меня возникает много вопросов.

Кассий замолчал, запустил руку в волосы и немного подергал их. Поморщился, словно не хотел ничего говорить, но в итоге сдался.

— Потому что не хотел тебя расстраивать раньше времени, — выдохнул Кассий. — Не думайте, что я подозревал вас, леди Сильвия, но намного проще было решить вопрос без ведома Юстаса. Если бы он вмешался, то все стало бы более запутанным. Кто-то из аристократов мог бы этим воспользоваться, обвинив Юстаса в предвзятости. Дело показалось серьезным, оно бы потрепало вам обоим нервы даже при понимании, что вы ни в чем не виноваты.

— И моего ведома? — уточнил Адриан.

— Все, что знаешь ты, обычно знает Юстас.

Юстас посмотрел сначала на брата, потом на главу тайной канцелярии и очень громко, ужасно неприлично засмеялся.

— Вы... вы оба нормальные?! Я взрослый мужчина, прошедший войну, а вы печетесь о том, чтобы мои нервы не пострадали из-за косвенного обвинения моей невесты в небольшом преступлении? Ха-ха-ха!

О, Адриан с Кассием, кажется, сначала растерялись. Когда Юстас уже стал икать от смеха, окончательно смутились.

— Что смешного, мелочь?! — не выдержал Кассий. — Я забочусь о своем младшем брате.

— Немного поздновато, не находишь? — усмехнулся Юстас, имея ввиду свой возраст.

— Лучше поздно... — немного болезненно улыбнулся Кассий.

Он винит себя в том, что раньше не мог заботиться о Юстасе? Исходя из услышанного, такой вывод мне показался наиболее логичным. Но грустная улыбка исчезла также быстро, как и появилась.

— Теперь, когда мы выяснили, что все недоразумения были вызваны тем, что два великовозрастных мужчины слишком беспокоились о моральном состоянии другого великовозрастного мужчины, давайте обменяемся информацией?

— Да особо нечем обмениваться. Твои подчиненные, дорогой глава тайной канцелярии, умудрились узнать больше, чем мои, — начал Кассий, а Адриан расплылся в довольной улыбке:

— Что ж, в этот раз будем им премия. Хотя, стой, откуда ты знаешь? Ты отправил кого-то следить за ними?

— Самую малость, — чуть виновато ответил Кассий.

— Нельзя следить самую малость, можно либо следить, либо не следить... И они не заметили?

— Заметили. И того, кто следил, неплохо потрепали.

— Тогда будем считать, что премию сохранили, — вздохнул Адриан.

Стук в дверь оказался довольно внезапным: мы все синхронно вздрогнули. Кто может в такое время стучаться в спальню принца? Ну, кроме нас?

Но на стуке этот человек не остановился. Дверь тихонько приоткрылась, и незнакомец на цыпочках прошел в комнату Кассия.

А это он зря.

Два меча, один посох и десять когтей оказались чрезвычайно близки к этому неудачнику.

— Кто ты и что здесь делаешь? — ласково спросил Юстас.

— Пришел за смертью?

— Ваше высочество, спасите! — взвыл мужчина, падая на колени.

Причем с самым большим ужасом он смотрел в мою сторону. Как будто я была опаснее двух мечей и посоха Сильви, какой абсурд! Почти что обидно!

— Это мой слуга, опустите оружие и э-э-э... лапы. — Какие у тебя новости?

Несчастный слуга, который до сих пор выглядел так, как будто уже десять раз распрощался с жизнь, слегка заикаясь, ответил:

— Принцесса Доминика частично созналась. Она приобрела это хитрое приворотное зелье через девушку, которую ей порекомендовал ее знакомый. Она утверждает, что ее обманули. Точнее, сокрыли часть важной информации. Обещали, что зелье никому не причинит вреда, не считая морального.

— Как-то не очень верится, — ухмыльнулся Кассий.

— Не сказал бы. Она выглядела шокированной, когда мы показали запись с магкристалла. Доминика, может, и рассчитывала кого-то опозорить, но точно не убить.

— Думаешь, она недостаточно жестока для этого? — спросил Кассий. — Ее готовят как наследницу, она способна на многое.

— Именно. Она способна на очень многое, но не на то, что навредит ее стране. Иначе...

— Иначе что? — спросил Юстас.

— Давно бы украла Адриана и женила его на себе. Ого, пантеры умеют так рычать? — Кассий уставился на меня в некотором удивлении.

Нет, ну а что? Если бы тебе сказали, что твою возлюбленную планируют украсть, а?

— Тише, Лала, тише, — Адриан погладил меня за ушами, от чего я едва не заурчала. — Меня не так-то просто украсть. Скорее всего, в процессе кражи много людей погибло бы, назрел дипломатический скандал... Так, это уже другая тема, на чем остановились?

— На том, что знай Доминика последствия системы приворота, ни за что бы не использовала его.

— Так, ладно. Пусть Доминика жертва, что дальше? — вздохнул Кассий.

— А дальше необходимо отыскать на принцессе Доминике следы ауры Наиры, — ответил Юстас. — Насколько я помню, слепок ауры твоей бывшей невесты все еще хранится в замке?

— И еще одно. Кто ей посоветовал приобрести зелье у Наиры? — спросила я. — Откуда такие связи?

Ведь тот, кто дал ей зелье, наверняка не из этого мира.

Результаты нас порадовали. Ну, лично меня, по крайней мере. Принцесса Доминика действительно не так давно встречалась с Наирой. А это значительно упрощало дальнейшее расследование. А еще мы узнали, кто ей Наиру порекомендовал. На самом деле, как только принцесса Доминика узнала личность торговки приворотным, так сразу же стала сговорчивой и сотрудничала со следствием так активно, как никогда.

Магкристалл, на который слуга записал допрос, мы смотрели все вместе в спальне наследного принца.

— У меня есть еще один вопрос. Кто вам посоветовал обратиться к ней по поводу зелья?

— Лорд Себин, — ответила принцесса Доминика.

— Откуда он узнал о ней?

— У него широкая информационная сеть и много связей.

— Шире, чем у королевской семьи? — спросил следователь.

— Шире, чем у принцессы, — огрызнулась Доминика.

— Лорд Себин с ней сотрудничал? В сговоре? Они могли объединиться, чтобы подставить вас?

— Нет. Лорд Себин давал клятву верности короне, к тому же, он служит нашей стране с рождения, ему нет никакого смысла пытаться подставить меня, чтобы вызвать дипломатический скандал. На нем, как на члене делегации, это тоже плохо отразится. Возможно, он больше не сможет занимать должность дипломата.

— Хорошо, мы вас поняли, просим прощения за допрос в такое время, срочное дело.

— Все хорошо, — смиренно ответила Доминика. — К сожалению, я невольно перешла черту. Если мое нынешнее сотрудничество как-то смягчит мою ошибку, то я готова не спать несколько суток.

Ого, оказывается, Доминика может быть такой покорной? Запись закончилась, и мы все выдохнули.

— Лорд Себин, лорд Себин... Он однажды интересовался Сильвией, — нахмурился Юстас и добавил обвиняюще: — Хотел с ней поговорить...

— Это не показатель, познакомиться с Сильвией хотели очень многие, — заметил Кассий. — Я поэтому и говорил быть поосторожнее, что в какой-то момент это стало казаться мне чрезмерным.

— Тогда на балу? — спросила я.

— Верно. Мне не понравилось, как складываются дела, поэтому я предупредил твою возлюбленную, Юстас. Но не хотел, чтобы ты в порыве ревности сам сделал что-то лишнее. К тому же, я говорил при Адриане, а наш глава тайной канцелярии наверняка проследит, чтобы Юстас и все близкие ему люди были в безопасности.

Ого, такое доверие впечатляет. Даже Юстас немного удивлен:

— Я думал, что вы с Адрианом не очень ладите.

— Ты думал неправильно, — ответил Кассий. — Я слишком многим обязан человеку, который сделал те важные вещи, которые я не мог сделать. У меня нет права не ладить с ним.

— Давайте вы оставите душещипательные разговоры на потом? — предложил мэтр Горм. — Не то что сейчас не время, но не при мне! Я завидую, между прочим. У меня ведь ни братьев, ни сестер.

— Пф-ф, раньше вы этим хвастались, а теперь жалуетесь? Ладно, о чем спор? Мы все равно его проверим, — сказал Адриан. — Лорда Себина.

— А я поговорю с Наирой, — сказал Кассий. — Думаю, она мне расскажет, откуда она достала это зелье.

— Уверен? — спросил Юстас. — Ее любовь к тебе, братец, выглядит немного... нездоровой.

— Возможно, — кивнул Кассий.

— Тогда мы с Сильвией идем с тобой. И нет, твои возражения нас не интересуют. Если ты против, конечно, можешь попытаться заставить нас силой, — с ухмылкой сказал Юстас, на что Кассий закатил глаза и ответил:

— Хорошо.

— Что ж, тогда мы с Лейлой проверим Себина.

— А мне, старому магу, позвольте поберечь суставы и никуда не ходить. Должен же кто-то остаться тут и присматривать за королевским следователем? — спросил мэтр Горм.

— Издеваться — не синоним присматривать, — фыркнул Адриан. — Не будем терять времени. Я попрошу подготовить карету, чтобы мы сейчас же отправились к лорду Себину.

— А когда ты узнал его адрес? — удивился Юстас.

— Как только он въехал в столицу. Я держу в голове расположение всех наших гостей. Что ж, тогда пойдем, не будем мешать

— Только, молодые люди, возьмите с собой этот артефакт. Он работает всего сутки, но позволит вам быстро связаться друг с другом. Связь быстрая, через небольшие сообщения, понятно? — мэтр Горм внезапно кинул нам по маленькому свертку. — Если что-то случится, то эта вещь позволит вам сообщить друг другу важные новости.

Вот так через полчаса мы с Адрианом ехали в поместье лорда Себина. Добираться до него довольно долго, так как лорд Себин выбрал место на окраине столице, что для аристократов было не очень типично: обычно предпочитали выбирать места поближе к центру. Подозрительно.

— Ты нервничаешь?

— Немного, — честно ответила я. — Маги, которые преследуют тебя даже тогда, когда ты сбежала в другой мир — это страшновато. Я бы не хотела, чтобы Сильвия испытала что-то подобное.

— Она совершенно не выглядит напуганной, — заметил Адриан. — Но ты говоришь с такой уверенностью... Тебя тоже кто-то преследовал?

— Я не уверена, что тут будет правильно говорить «преследовал», — чуть рассмеялась я, комкая подол платья. — Скорее уж, преследует. Это неприятное ощущение, как будто постоянно живешь в ожидании чего-то плохого. Я из-за этого и пришла в этот мир.

— То есть, не следом за Сильвией, а потому что тебя кто-то преследовал? — нахмурился Адриан.

— Да.

— Это мужчина?

Я кивнула.

— Он...

— Очень заинтересован в красивых женщинах, — я не дала Адриану договорить. — И в способных. Можно сказать, что моя магия интересовала его куда больше, чем мое тело. Хотя оба варианта не слишком радуют.

Я улыбнулась краешком губ. Почему-то рассказывать Адриану о преследователе было неловко, почти стыдно. Я отвернулась и уставилась в окно.

Адриан внезапно сел рядом со мной. Казалось, он о чем-то хотел спросить, но не решался.

— Что такое? — спросила я, прислонившись к его боку.

— Подумал, нет ли у тебя страха или отвращения к мужчинам из-за случившегося. Он ведь ничего тебе не сделал? — тихо спросил Адриан.

— Ничего подобного. Пусть сам страдает из-за того, что такой мерзкий! — возмутилась я. — Еще не хватало, чтобы он на мою жизнь как-то влиял. А насчет сделать... Скорее уж я ему сделала. Поставила ядовитое клеймо на душу перед уходом.

И замолкла. Адриан ведь не подумает, что я чрезмерно жестока? Установка клейма на душу — это не просто побить кого-то, это испортить человеку жизнь навсегда. И хоть тот человек это заслужил...

— Вот и умница, — похвалил меня Адриан. — А если он за тобой придет, то я обязательно буду пытать его так, чтобы у него ни одной плохой мысли в голове не осталось.

К особняку мы подъехали, когда уже стало светать. Вот только лучи солнца не делали мрачный особняк хотя бы капельку уютнее. Дело было даже не в том, что сам по себе дом казался довольно мрачным, сколько в его общей неухоженности.

— Лейла, может, побудешь кошкой? Что-то странное происходит, — заметил Адриан. — Обычно аристократы в таких местах не живут. Я боюсь...

— Что лорда Себина заколдовали? Приворожили или взяли под контроль? — спросила я.

— Возможно. Но сразу это определить не получится, — ответил Адриан.

— У меня получится, — ответила я, прыгая к Адриану в руки уже в образе маленькой кошки. — Мы же ненадолго? Я в этой форме продержусь от силы пару часов.

— Ненадолго. Если заметишь что-то странное, укуси меня за руку, пожалуйста.

Я кивнула. Все же у Адриана бывают очень странные желания, но что я могла поделать? Не может же мужчина быть абсолютно идеален во всем?

— А нас точно пустят? — спросила я.

— Должны. Я хочу посмотреть, кто осмелится отказать в визите главе тайной канцелярии.

И впрямь не посмели. Наоборот, слуги приветствовали Адриана так, словно только его всю жизнь и ждали. Встретили на пороге дома, вежливо осведомились, кто пожаловала, доложили хозяину и проводили в гостиную.

— Ваше сиятельство, прошу подождать буквально двадцать минут. Лорд Себин не ожидал такого раннего визита.

Буквально через пару минут слуги внесли чай с закусками. У меня аж слюнки потекли. Если так подумать, то я не ела ничего с прошлого дня — попросту некогда было.

Адриан, проследив за моим взглядом, тут взял небольшую тарелочку, положив на нее разных закусок, и поставил рядом с собой на диван. Слуги, если и удивились, то не показали этого. Вышколенные.

Сам же Адриан ограничился глотком чая.

Лорд Себин, как и говорили слуги, появился через двадцать минут. Или даже быстрее. Опрятный, с доброжелательной улыбкой, несмотря на ранее пробуждение. Казалось бы, такой человек должен вызывать симпатию, но я почему-то насторожилась. Какой-то этот лорд... неприятный, несмотря на свое дружелюбие.

— Ваше сиятельство, добро пожаловать в мое скромное временное жилище, — сказал Себин, проходя внутрь и присаживаясь на диванчик напротив Адриана. — Вам пришлось по душе угощение?

— Да, благодарю вас.

— Позволите ли спросить, чем я могу вам помочь? Я бы хотел быть более вежливым, но понимаю, что в такой ранний час столь значимый для этой страны человек не стал бы без предупреждения навещать меня. Возможно, у вас появилась какая-то информация по принцессе Доминике? Я связался с королевской четой, они готовы очень тщательно извиниться за ошибку своей дочери, — сказал лорд Себин.

— Дело связано с принцессой Доминикой. Она очень сильно сотрудничает со следствием. Если вы поможете нам в той же мере, то можно будет ограничиться стандартными извинениями, — сказал Адриан.

О, какой подкуп. Сработал? Хм, ничего не понять по этому Себину. Как будто все эмоции фальшивые...

— Конечно, я помогу вам всем, чем смогу.

— Ах да, попросите всех слуг временно покинуть поместье. У нас частная беседа, не хотелось бы, чтобы информация о принцессе Доминике разошлась.

Лорд Себин встал и вышел, чтобы отдать слугам приказы.

— Он странный, — шепнула я.

— Вижу. Что-то знает, но молчит.

Больше мы не рискнули разговаривать, опасаясь, что лорд явится очень быстро. Так и произошло.

— Нас очень заинтересовало зелье, которое использовала принцесса Доминика. Говорит, что вы ей порекомендовали эту торговку, — сразу же продолжил прерванный диалог Адриан.

— Да, я. О чем ужасно сожалею, — тихо сказал лорд. — Я бы никогда не подумал, что оно столь опасное.

— Кто был тем человеком? Вы его знали? Контактировали раньше?

— Один раз брал у нее исцеляющие зелья, очень хорошо сработали, но мои фармацевты так и не смогла понять состав. Словно это зелье из иного мира.

Я аж встрепенулась. Он что-то знает! Он обязан знать личность преступника.

— И все?

— И все. Ох, я могу сейчас поднять свой список заказов у этой леди. У меня есть книга, которая сама фиксирует заказы.

— Будьте так добры, — попросил Адриан.

— Хорошо, несколько минут, пока книга отреагирует на запрос и отыщет нужную информацию, — сказал лорд Себин, доставая из своей небольшой поясной сумки книгу,

В комнате воцарилась тишина. Адриана она не беспокоила, я радовалась, что не слышу голос Себина и пыталась понять, почему он мне так не нравится.

— А я могу погладить вашу кошку? — внезапно спросил лорд Себин.

— Не стоит. Лала любит только меня, ей не слишком нравится, когда к ней прикасаются незнакомые люди, — ответил Адриан.

— Правда? Но у меня странное ощущение, будто я знаю ее всю жизнь. Может кошка тоже это чувствует? Она, кстати, на удивление похожа на кошку, которую я не так давно потерял. Может, моя?

— Если вдруг вы потеряли Лалу, то я не дам вам даже внимательнее на нее посмотреть, — ответил Адриан. — Ведь я подобрал ее в столь ужасном состоянии, что предыдущего хозяина мог бы только убить. Но это не может быть ваша кошка — наши королевства слишком далеко друг от друга.

— Ну да, ну да...

Хм, а чего у Адриана так карман брюк нагрелся? Похоже, не только я это почувствовала: Адриан запустил руку в карман, вытащив оттуда свиток, ловко расправил его. Сам даже не посмотрел в эту сторону, решил, что я должна прочесть?

Я склонилась над свитком и едва не подпрыгнула от короткой фразы.

«В теле лорда Себина находится иномирный маг».

Я еще раз посмотрела на лорда Себина — и он снова показался мне очень знакомым. Похожим на кое-кого. На моего преследователя. Я тронула лапой Адриана и мяукнула, чтобы тот мог повернуться ко мне и прочитать записку.

Адриан на секунду задумался, а потом повернулся к лорду Себину и сказал:

— В общем, дело серьезное, лорд. Я попрошу вас посодействовать нам и проехать в королевский дворец до выяснения обстоятельств.

Адриан достал из кармана небольшой амулет и протянул его лорду.

— Что это? Ограничитель магии?

— Верно. Не волнуйтесь он не доставит вам дискомфорта, — улыбнулся Адриан. — Просто у нас такие правила.

Нет, Адриан! Если там внутри Ракус, то это не пройдет!

— Хотите сделать меня более покладистым? Я бы посоветовал вам быть более покладистым, — сказал лорд Себин. Точнее, тот, кто сейчас находился в его теле. Маг, преследовавший меня. Ракус.

— Вы уверены, что вы в том положении, чтобы угрожать? Каким бы сильным вы не были, клеймо на вашей души съедает много магических сил, я прав? — усмехнулся Адриан.

— Каким бы вы сильным не были, но вы все еще так неосторожны, — рассмеялся Ракус. — Ваш чай и закуски с подарками от меня. И если на Лейлу они не подействуют, то на вас, ваше сиятельство, легко. Вы же не хотите лишиться своих сил? Будет жаль, если такой талантливый магический мечник потеряет все свои способности.

— Если не хочу, то что я должен сделать? — ухмыльнулся Адриан, всем видом демонстрируя, что сделает все ровно наоборот.

— Просто не двигайтесь. Делать как раз ничего не нужно. А ты, Лейла, если не хочешь, чтобы я активировал зелье, превратись обратно. Дай на себя полюбоваться, — мерзко хихикнул мужчина.

— Не боишься, что я выколю тебе глаза? — спросил Адриан.

Я же не стала провоцировать Ракуса: превратилась в человека. Не хватало еще рисковать здоровьем Адриана.

— А теперь подойди ко мне, Лейла, — сказал Ракус. — Моя сладкая девочка, я так давно искал тебя! Искал, чтобы наказать за все, что ты натворила!

Лицо Ракуса исказилось. Вот же сумасшедший. Но таких лучше слушать, пока не подвернется возможность прибить.

— Как ты посмела мне отказать? Как ты посмела от меня уйти? Кто тебе заморочил голову? Ты бы ни за что не отказалась... Почему ты стоишь?! Иди ко мне! Не бойся, после твоего наказания, я обязательно тебя награжу. Я буду с тобой ласков, я дам тебе всего себя...

Спасибо, оставь при себе. Я поджала губы, чтобы не ляпнуть лишнего. Меня аж трясти начало от злости и отвращения.

А после все случилось буквально в одну секунду.

Я сделала шаг вперед, а дальше все события пронеслись с огромной скоростью. Ракус потянулся ко мне, пытаясь взять за руку, Адриан взмахнул мечом, отрубая тому кисть, исказившееся лицо Ракус, заклинание — и Адриан падает на колени.

А я... а я почувствовала такую злость, которая не испытывала никогда в жизни. И яд, который я сдерживала, скользнул к Ракусу как голодный зверь.

Сильвия

Все дни после встречи с магом были такими, что продохнуть некогда. Сильвии и еще дюжине магов пришлось в срочном порядке ехать к бывшему особняку лорда Себина, чтобы ограничить яд. Можно сказать, что всем повезло. Обычно при взрыве ядовитой ауры она распространяется очень сильно, но тогда я так хотела уничтожить Ракуса, что сконцентрировала все-все на нем. И область поражения ядом оказалась довольно небольшой.

Принцесса Доминика отделалась довольно легко. Во-первых, сотрудничала со следствием, во-вторых, ее родители, узнав, что во всем виноват лорд Себин, согласились на все условия (в том числе и позволить нашей стороне решать, что делать с этим человеком). В-третьих, компенсацию за проступок дочери выложили немалую.

Мага Ракуса из тела крысы заставили переместиться в специально созданную куклу. Ну, чтобы пытать было легче. Кукла оказалась каким-то запрещенным редким артефактом, ее все жалели уничтожить просто так, а тут Адриан нашел ей применение. У куклы-то все функции человеческого тела, так что чувствительность была сохранена, что очень важно при допросе.

Допрос был основательным. Уж не знаю, что сказал Ракус Адриану, но тот целую неделю выглядел так, словно готов убить любого. Пришлось заниматься кототерапией: оборачиваться в пантеру, приходить в спальню Адриана и ложиться под бочок.

Потом внезапно кототерапия превратилась в какую-то «лейлотерапию», потому что во сне я не всегда могла удерживать свою форму после всех этих магических всплесков. А потом и в поцелуетерапию...

И, наконец, настал тот день, когда расследование официально завершилось.

Мы все собрались в кабинете Адриана.

— А теперь давайте я ознакомлю вас с итогами расследования, — сказал Адриан, садясь за стол. — Мне и моим людям пришлось немало повозиться со всем этим делом, чтобы свести все факты воедино.

Маг Ракус, преследуя меня, переместился в этот мир. Довольно быстро, не стал выжидать, занимаясь основательной подготовкой. Вот только телепортация — сложная вещь. В совершенстве ей владеет лишь учитель, сносно использую я сама, имеющая потрясающий контроль над своей магией. Ракус, к сожалению, не рассчитал свои силы — и переместился слегка... по частям. Умирая, он увидел лорда Себина и использовал заклинание перемещения душ. Душа лорда отправилась в лучший мир, а сам Ракус завладел чужим телом.

Но чужое тело — это не чужая душа. Мой подарочек, высшее ядовитое клеймо, осталось на душе и магии, а не на теле. Поэтому первым делом Ракус планировал найти меня, снять клеймо и отомстить. Украсть, поставить рабскую метку и развлекаться до того, пока я ему не наскучу.

Вот только найти меня оказалось нелегко: я находилась в форме кошки, никаких слухов о красавице-иномирянке с исключительным лекарским даром не было. Потому Ракус решил искать Сильвию.

— И зачем ему Сильвия? — нахмурился Юстас.

— Где Сильвия — там и я. И даже если мы с Сильви не встретились, потому что я скрывалась, то как только она оказалась бы в опасности — я мигом бросилась бы на выручку, — ответила я вместо Адриана.

— Все верно, — кивнул Адриан.

Только вот и до Сильвии оказалось не так-то легко добраться. Невеста принца и сильная волшебница в одном лице — не самая легкая мишень. Но здраво решив, что раз у Сильви иномирянка, то доверия к ней меньше. И можно повесить на нее какое-нибудь серьезное преступление, которое может сделать лишь человек из другого мира. Например, использовать зелья, которых в этом мире еще не существовало.

Ракус решил действовать постепенно. Изучил всю доступную информацию о Сильвии, даже умудрился какого-то слугу подкупить. Сильвия вообще к помощи слуг не особо не прибегала, но были дела, где без них не обойтись. Поэтому так и получилось, что тех, кто подле Сильвии, не слишком и проверяли из-за незначительно роли в жизни Сильви. Но какую бы маленькую роль они не играли, кое-какую информацию от них было легко получить. Например, о том, куда Сильвия планировала направиться.

Так Ракус отправился в Лиасию — маленькую деревушку на границе. Проследил, с кем общалась Сильвия, и тайком наведался к этим людям (и не только к ним, если судить по числу жертв), чтобы оставить сигнальное зелье на их вещах. И, конечно же, разместил в деревне оставшиеся части — активатор и базовое зелье. Только в качестве базового был не приворот, а самый настоящий яд. Даже комбинация ядов: чтобы наверняка.

И стал ждать. Его план был прост: найдут странное зелье, будут вычислять его происхождение, придут к мысли, что оно иномирное (как раз в стране принцессы Доминики изобрели то самое устройство, которое позволяло определить происхождение всего — и зелья, и человека) и свяжут все с Сильвией. Но расследование пошло не по плану: Сильвию заподозрили, но совершенно не в том, в чем нужно!

Потому Ракус решил подтолкнуть следствие в нужном направлении. А как это сделать? Правильно, подкинуть систему приворота, которая схожа по действию с тем, что использовалось в Лиасии. Дать новую информацию для расследования. С учетом того, как мэтр Горм быстро догадался о схожести этих случаев, то расчет Ракуса был верен. А еще он решил использовать принцессу Доминику, которая давно и безнадежно влюблена в Адриана и не откажется подставить соперницу.

— А как во всю эту ситуацию вписывается бывшая невеста первого принца? — спросила Сильвия.

Маг Ракус был представителем другой страны, поэтому про наше королевство он знал не так уж и много. Не говоря уже о том, чтобы разузнать что-то про внутренние дела. Сам он прибыл на дипломатическую миссию, попытался встретиться с Сильви, получил отказ.

Потому стал думать, кого же можно использовать. Идеальным кандидатом оказалась бывшая невеста Кассия, которая была изгнана за то, что покушалась на жизнь Юстаса. Ракус отыскал ее, раскрыл свой план и... Наира легко согласилась. Потому что во всем этом плане ей предназначалась роль спасительницы.

Сначала она должна была подоспеть к балу и помочь решить проблему с системой приворота. Но тут ей не повезло: я всех обезвредила, лишив ее возможности стать спасительницей.

Дальше она должна была отправиться в Лиасию, чтобы ускорить проблемы с ядом, а потом вернуться в королевство и предложить вариант лечения (а также обвинения, что зелье создано в ином мире и принесено сюда Сильвией). Но и тут ничего не получилось: она наткнулась на Маркуса, ранила его, но сама побоялась оставаться там — и вернулась поближе к столице.

Потом ее нашел Кассий. Что он ей сказал — осталось секретом, но Наира выложила всю информацию, сдав еще и поддельного лорда Себина. А сам лорд Себин, поняв, что в теле кошки нахожусь я, решил не упускать свой шанс.

А чаем с зельем он поил всех гостей, просто на всякий случай. Вот так это ему и пригодилось. Ну, скорее, антипригодилось.

— Как-то так, — закончил Адриан. — Ну а дальше вы знаете. Мы с Лейлой разобрались с лордом Себином, а Наира...

— Теперь в тюрьме, — закончил Кассий. — Я жалею, что в прошлый раз ограничился изгнанием.

— Не жалей. Очень трудно отправить в заключение ту, кто тебя любит. Пусть и так странно.

— Что ж! — хлопнул в ладони мэтр Горм. — Расследование — это прекрасно, но есть более важные вопросы. Например, когда вы поженитесь?

— У нас с Сильвией свадьба запланирована через три месяца... — начал Юстас.

— Как будто я не знаю! Я про вас, — воскликнул мэтр Горм, уставившись на нас с Адрианом. — Ну хоть помолвку объявите.

— Лейла? — Адриан повернулся ко мне. — Хочешь помолвку?

— Не знаю, — честно ответила я. — Я пока над этим не думала.

— Тогда задумайся, — внезапно сказала Сильвия. — Потому что лучше это сделать как можно быстрее, чтобы потом не было никаких препятствий.

— А какие препятствия могут быть? — удивилась я.

— Как бы сказать... — вздохнула Сильвия. — Помнишь, что учитель обещал проверять всех наших женихов досконально? Когда я поняла, что лорд Себин — это маг из другого мира, скорее всего, тот, кто тебя преследовал, то я отправила весточку учителю. Он дал мне один артефакт, позволяющий связаться с ним в экстренных случаях. Так что, скорее всего, он очень скоро будет здесь.