– Я Богиня, – заявила крылатая дева, окинув стоящую перед ней женщину оценивающим взглядом.

Алевтина немного растерялась от такого приветствия, но быстро взяла себя в руки и вежливо улыбнулась.

– Очень приятно. Алевтина Сергеевна Иванова, – представилась она в ответ, раздумывая над тем, что с ней приключилось, раз ей явилась целая Богиня.

Запрещёнными веществами Аля никогда не увлекалась (булочки ведь к ним не относятся, не так ли?), психическими расстройствами не страдала (вроде бы), да и в осознанных сновидениях замечена не была. На всякий случай Алевтина Сергеевна ущипнула себя за руку. Боль была приглушённой, нерезкой, но даже так она говорила о том, что происходящее – не сон.

Так и не поняв до конца, что с ней происходит, Аля огляделась. Вокруг всё было окутано белым туманом, в котором то и дело мелькали какие-то тени.

«Неужто умерла?» – пришла ей в голову внезапная мысль.

А что? Это было вполне логично, учитывая, что Алевтина Сергеевна давно уже была в том возрасте, когда внезапная кончина не была чем-то необычным. Да и обстановка вроде бы подходила.

Варианты с похищением (кому она нужна в её возрасте?) Алевтина тут же отвергла как неправдоподобные, как и версии о розыгрыше родственников.

Дети у Али все были взрослыми и самостоятельными людьми, обзаведшимися собственными семьями. Так что им не с руки было заниматься чем-то столь хлопотным и затратным.

Что ж, значит, всё-таки умерла.

Вот почему у неё в последнее время всё в груди сжимало. Наверное, сердце. Жаль, но ничего не поделаешь.

– Ты меня слушаешь? – прервал её раздумья голос Богини.

– Конечно, – не моргнув и глазом, солгала Аля, рассматривая крылатую девушку с неподдельным любопытством.

Богиня скептически её осмотрела и прищурилась.

– На всякий случай повторю, – произнесла она неторопливо, но максимально доброжелательно. – Я выбрала тебя для того, чтобы ты спасла мир. – И взгляд такой нежный, полный надежды.

– Ой, нет, – Алевтина Сергеевна подняла руку и покачала головой. – Вы явно ошиблись адресом. Мне бы к родственникам. Давно их не видела. Вам следует выбрать кого-нибудь помоложе…

– Исключено, – перебила её Богиня. – Я выбрала тебя, разве ты не рада?

«Не особенно», – мысленно вздохнула Аля.

Какое невезение! Разве после смерти не полагаются райские обители или, на худой конец, адские мучения? Что ещё за спасение мира? В её годы не дело путешествовать по мирам и что-то там спасать. Это удел молодых и энергичных.

– Вы уверены? – решила она уточнить ещё раз. – Может быть, всё-таки какая-то неточность допущена? Проверьте по документам. Мало ли, вдруг та, кто вам нужна, просто моя полная тёзка.

Крылатая дева скрестила руки на груди и многозначительно посмотрела на Алю. Та вздохнула и приняла неизбежное. Кажется, ошибки не было.

Когда это стало ясно, Алевтина Сергеевна повеселела. Не в её правилах было долго унывать. Раз уж так, то нужно разузнать как можно больше. А там… она что-нибудь придумает.

– Надеюсь, дело не будет слишком сложным, – произнесла Аля устало и огляделась в поисках места, где можно присесть. Разговор, очевидно, затянется, а стоять долго утомительно. – Сами понимаете, в мои годы хочется спокойствия.

Богиня опустила руки и нежно, словно любящая мать, улыбнулась.

– Ничего такого, с чем бы ты не справилась, – ответила она и взмахнула рукой. Тут же из тумана материализовалась скамейка, на которую Алевтина Сергеевна и села.

– Вот спасибо, – поблагодарила она, с облегчением облокотившись на спинку. – Итак, что я должна буду делать?

Богиня подошла ближе и села рядом. Её крылья при этом исчезли. Аля подавила желание заглянуть ей за спину, чтобы посмотреть, куда они делись.

– Твоя задача проста. Ты всего лишь должна печь булочки.

Алевтина Сергеевна замерла. Ей показалось, что она ослышалась.

– Простите? – спросила Аля, повернувшись к Богине. – Булочки? Это шутка?

– Нет, – девушка рядом едва заметно улыбнулась. – Возможно, звучит необычно, но всё именно так.

– Всё ещё не понимаю, – Аля вздохнула и потёрла плечо. Сейчас оно не болело, но привычка осталась. – Как булочки могут спасти мир? – уточнила она. – Нет, я слышала шутки про печенье и темную сторону, но…

Алевтина Сергеевна была слегка озадачена. Она не совсем понимала, серьёзно ли говорила Богиня или это какой-то необычный сон. В какой-то момент Аля даже снова ущипнула себя, решив, что всё происходящее – странный сон. Реальность не изменилась.

– Всё очень сложно и просто одновременно, – Богиня покачала головой, отчего по её плечам рассыпались золотистые локоны, которые, казалось, сияли. – Ты ведь знаешь, что один малейший толчок может вызвать бурю?

– Что-то подобное слышала, – Аля кивнула.

– Определённые события не происходят случайно. К ним обычно ведёт целая цепочка «случайностей». Так и в этом мире.

Богиня махнула рукой, и туман вокруг исчез. Вместо него скамейка оказалась парящей в воздухе. Аля сглотнула, подавляя желание поджать ноги. Высоты она не особо боялась, но всё равно было немного жутко.

В следующую секунду мимо них пронесся огромный силуэт. Алевтина Сергеевна ахнула, поняв, что это настоящий дракон. Огромный крылатый дракон.

Богиня еще раз махнула рукой, и картина вокруг изменилась. Снова и снова. Она показала ей города, горы, леса, озёра и моря. Мир был красивым и ярким, без машин, самолётов, небоскрёбов и прочих признаков современности.

– Через некоторое время в этом мире появится человек, который уничтожит его, – поведала Богиня и замолчала.

Аля немного помолчала, а затем всё же спросила:

– И я должна остановить его… булочками?

Услышав вопрос, Богиня сначала удивлённо посмотрела, а затем весело рассмеялась.

– Нет, конечно, нет, – сказала она, успокоившись. – Но идея мне нравится, – добавила она лукаво.

Аля выжидательно посмотрела, не разделяя веселья.

– Будущее можно изменить, – продолжила Богиня. – Я нашла один момент, когда ход истории может измениться.

Богиня снова взмахнула рукой. В этот миг они оказались в богатой гостиной, где на роскошном диване сидела молодая и очень красивая девушка, словно сотканная из солнечного света.

– Леди Камелия Хабигер, – представила девушку Богиня. – Она может стать матерью того, кто в будущем противостоит злу.

Аля с интересом осмотрела девушку. Блондинка, нежное лицо, светлая кожа, изящные руки и талия. В принципе, роль матери спасителя ей вполне подходила.

Еще один взмах рукой. На этот раз они оказались в тёмном каменном зале. Коричневая дорожка вела от массивной двери прямо к крылатому трону, на котором сидел, закрыв глаза, мужчина. Даже сидя, он казался очень высоким. Чёрные волосы до плеч были слегка растрёпаны. Поверх головы покоилась тяжёлая корона. Глаза у него были закрыты.

«Красавец», – подумала Алевтина Сергеевна, разглядывая широкие плечи и длинные ноги.

– Брайар Вагерстрем. Король-дракон. Второй потенциальный родитель.

В этот момент мужчина на троне открыл глаза и посмотрел прямо на Алевтину.

Аля от неожиданности даже отшатнулась. Она ощутила, как по телу пробежала странная дрожь, похожая на предвкушение. Внезапно её щёки слегка порозовели.

Моргнув от удивления из-за такой реакции, Алевтина протянула руку и помахала перед глазами мужчины.

– Он нас видит? – спросила она, пытаясь справиться со странным волнением. В итоге, Алевтина Сергеевна решила, что это просто испуг. Она никак не ожидала, что человек так резко откроет глаза.

– Не должен, – с некоторой неуверенностью ответила Богиня. Аля с интересом посмотрела на сидящую рядом девушку. На лице той было написано раздумье. – Нет, всё-таки не должен, – более уверенно заявила крылатая дева и добавила: – В конце концов, он всего лишь смертный, даже если и дракон.

Аля с ещё большим интересом посмотрела на мужчину. Она помнила, как недавно мимо них пронёсся громадный фантастический ящер.

Раньше ей доводилось читать о драконах-оборотнях, способных принимать человеческий облик. Но в прошлой жизни все эти рассказы были лишь вымыслом, поэтому Аля особо не задумывалась о механизме процесса.

– А как они это делают? – спросила она. – Тело человека всё-таки довольно мало, а дракон…

– С помощью магии, конечно, – ответила Богиня дружелюбно. Однако Аля успела заметить краткий проблеск каких-то непонятных эмоций в красивых глазах.

Это заставило её внимательнее присмотреться.

– Сейчас важно другое, – произнесла Богиня, явно не желая углубляться в детали. – Я показала тебе этих людей, чтобы ты поняла, в чём заключается твоя миссия. Ты должна свести их.

Алевтина Сергеевна замерла, глядя на Богиню с лёгким удивлением.

– Я не сваха, – напомнила она. – Вам стоило выбрать кого-нибудь, у кого есть опыт подобной работы.

Але показалось, что в этот момент доброжелательное лицо Богини слегка исказилось, словно мягкие черты готовы были в любой момент измениться.

– В награду ты получишь возможность пережить ещё одну жизнь.

– Дома? – мгновенно заинтересовалась Аля.

– К сожалению, нет. Я могу подарить тебе молодое тело, но только в этом новом мире. Единственное, что тебе нужно сделать — это свести двух людей, у которых в будущем родится героический ребёнок.

Обдумав услышанное, Алевтина Сергеевна кивнула, показывая, что этот момент ей ясен. Но кое-что всё ещё оставалось непонятным.

– А булочки тут при чём?

– У Брайара Вагерстрема есть весьма безобидная слабость, – начала говорить Богиня. – Он страстно любит сладкую выпечку.

Аля вскинула брови. Она ещё раз окинула взглядом мужчину, который, кстати, продолжал смотреть прямо на них, будто что-то чувствовал. Богиня тоже на него посмотрела, а затем махнула рукой – мир сразу окутался туманом.

– Итак, я должна его… привлечь к… – Аля задумалась, вспоминая имя будущей матери спасителя.

– Камелии Хабигер, – подсказала сидящая рядом девушка.

– К Камелии булочками? – закончила свой вопрос Алевтина.

– Верно, – Богиня кивнула. – Через некоторое время Вагерстрем посетит столицу. На балу он встретит Камелию. Она пригласит его на чай. Он согласится. Там она угостит его булочками, которые так ему понравятся, что он будет навещать девушку снова и снова, пока не влюбится в неё, ведь за чаем у них будет время познакомиться. Итак, твоя миссия состоит в том, чтобы устроиться на работу к леди Камелии.

Алевтина Сергеевна обдумала сказанное и нашла такой сценарий весьма вероятным. В конце концов, путь к сердцу мужчины часто лежал через желудок.

– Тогда ещё один вопрос. Я, конечно, часто пекла, и все знакомые говорили, что это получается у меня хорошо, но будут ли моих навыков достаточно, чтобы впечатлить целого дракона?

– Тебе не стоит беспокоиться. Я уже некоторое время изучаю этот вопрос и выяснила, какие именно изделия нравятся этому… кхм, – Богиня кашлянула, словно у неё что-то застряло в горле. – Этому дракону, – закончила она спустя мгновение.

Аля с подозрением посмотрела на девушку рядом. Складывалось впечатление, что изначально крылатая дева хотела назвать дракона иначе.

– Твои булочки ему точно понравятся, – добавила Богиня ласково. – Не сомневайся. Итак, ты согласна?

Алевтина Сергеевна удивлённо посмотрела на девушку. Неужели та думала, что предоставленной информации достаточно для принятия такого важного решения? За кого она её принимала? За нетерпеливую девочку-подростка, которая в силу возраста способна думать лишь о чём-то столь фантастическом?

– Вообще-то, – начала Аля серьёзно, посмотрев на Богиню с неодобрением. Ей не понравился такой несерьёзный подход. – У меня есть ещё пара вопросов.

Судя по лицу, крылатой деве не хотелось отвечать на что-либо ещё, но деваться ей, видимо, было некуда.

– Хорошо, – произнесла она с натянутой улыбкой. – Спрашивай о чём угодно.

Алевтина Сергеевна кивнула и продолжила:

– Для начала мне хотелось бы узнать о том, как именно пройдёт процесс… перемещения?

– Это весьма сложная магия, не думаю, что ты поймёшь все тонкости, – снисходительно ответила девушка.

– Меня не интересуют тонкости, – вздохнула Аля. – Я спрашивала о том, в своём ли теле я появлюсь в этом мире или вы переселите меня в какое-то уже существующее, – пояснила она. – В конце концов, от этого многое зависит. Если в своём, то мне нужна история, деньги, одежда, жильё и прочее. Если в чужом… – Алевтина Сергеевна слегка поморщилась. Ей совсем не нравился такой вариант. И пусть к другим людям она никаких претензий не имела, но оказаться в чужой «шкуре», ей совсем не хотелось. – В общем, если в чужом, то хотелось бы знать, при каких обстоятельствах произойдёт переселение. Мне бы не хотелось убить своим появлением невинного человека.

– Ах, ты об этом, – Богиня поморщилась, словно её что-то сильно не устраивало, но почти сразу она стёрла недовольное выражение и снова улыбнулась. – Не беспокойся. Ты окажешься в уже существующем теле. Девушку звали Алексия Бекер. Она дочь пекаря. По сути, она – это ты.

– Я? – Аля нахмурилась.

– Верно. Можно сказать, что Алексия – это твоё отражение в другом мире.

– Как отражение в зеркале? – уточнила Аля.

– Что-то вроде, да, – согласилась Богиня. – Тебе не стоит переживать об убийстве. Алексия недавно умерла от удушья. Душа уже покинула тело, поэтому оно сейчас свободно.

– Это ведь не вы всё это устроили? – внимательно глядя на Богиню, спросила Алевтина Сергеевна.

– Зачем бы мне? – с ноткой возмущения спросила крылатая дева. – Каждый день в мире умирают тысячи людей, я просто выбрала самое подходящее!

– Я должна была знать, – произнесла Аля и спросила: – А нельзя всё-таки создать мне новое тело или перенести моё старое, а потом омолодить его?

– Нет, – ответила Богиня резко. Было понятно, что в этом плане ничего обсуждать она больше не собиралась.

– Жаль, – Аля вздохнула. – У меня есть ещё несколько вопросов, – добавила она, даже не беспокоясь о том, что терпение крылатой может закончиться.

Все-таки они тут не носками торговали, а обсуждали целое переселение в другой мир и возможное спасение этого мира. Такая тема не терпела спешки.

Богиня бросила на неё явно раздражённый взгляд, но возражать не стала.

Аля была довольна. Видимо, крылатой действительно требовалось её согласие, раз она готова была терпеть и ждать. Очень хорошо.

– Я хотела узнать, почему вы решили, что эта леди возьмёт меня к себе на работу?

– Не беспокойся, она обязательно тебя наймет, – отмахнулась от её тревог Богиня.

– И всё-таки, – настояла Алевтина Сергеевна. Она не собиралась принимать всё на веру.

Крылатая дева бросила на неё неодобрительный взгляд и вздохнула. Вообще, Аля заметила, что чем дальше шёл диалог, тем меньше в глазах Богини оставалось доброжелательности.

– Я позаботилась об этом, – несколько неопределённо добавила небесная дева. – Не так давно у леди Камелии умерла одна из кухарок, поэтому ей требуется замена. У тебя есть необходимый опыт, поэтому тебя возьмут сразу же, как только ты придешь.

Алевтина не стала спрашивать, сама ли Богиня устроила болезнь кухарки, так как предполагала, что ответ будет ей знаком.

– Хорошо, поняла, – Аля кивнула. – Полагаю, что мне так же не стоит беспокоиться, что дракон и леди встретятся, Камелия пригласит его на чай, а он согласится и придёт, верно?

– Верно, – небесная дева благосклонно кивнула.

Алевтина Сергеевна повторила за ней, а затем задумалась. Что ещё нужно узнать?

– Ах, ещё один вопрос, – встрепенулась она. Богиня бросила на неё едкий взгляд. За время их разговора Аля, кажется, довольно часто задавала вопросы. – Что будет, если что-то пойдёт не так?

Крылатая девушка нахмурилась и повернулась к ней.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– Я понимаю, вы очень уверены, но жизнь непредсказуема. Например, дракон может заинтересоваться другой леди на балу. Или ему всё-таки не понравятся мои булочки. Мало ли, вдруг я перепутаю соль с сахаром или что-то в этом роде.

– У тебя такое бывало? – в голосе Богини послышалась лёгкая неуверенность.

– Нет, но кто знает, что может случиться, – настаивала Аля. – Леди Камелия может меня не принять. Вдруг пока мы говорим, она уже нашла кого-то другого.

Небесная дева мгновенно взмахнула рукой. В тумане мелькнули какие-то образы. Аля даже не успела их разглядеть.

– Ничего подобного не произошло, – заверила её Богиня.

Алевтина кивнула, но не успокоилась.

– Вы же понимаете, всегда есть небольшой шанс, что что-то может пойти не так. Если это случится, кто будет виноват? Конечно, я не собираюсь специально мешать вашему плану, но мне нужны гарантии, что в случае сбоя мою душу не уничтожат, отказав в перерождении или в чём-то подобном.

Богиня некоторое время раздумывала, а потом добродушно улыбнулась.

– Ничего не может пойти не так, – заявила она уверенно, словно не слышала предыдущих слов Алевтины. – Не стоит волноваться.

Аля сдержала желание фыркнуть. Никогда нельзя быть полностью уверенным.

– На этом всё? – спросила Богиня.

Алевтина Сергеевна моргнула и покачала головой. В этот момент ей показалось, что она услышала рычание со стороны небесной девы.

– Что ещё? – нетерпеливо спросила та.

– Договор, – ответила Аля. – Не поймите меня неправильно, но в нашем мире без бумажки ты никто. Сказать можно что угодно, но пока это не оформлено и не подписано – оно ничего не стоит.

Богиня, глядя прямо ей в глаза, снова взмахнула рукой. Из воздуха материализовался длинный свиток и перо.

– Подпись можешь поставить в самом низу, – глухо произнесла она, явно стараясь сохранить спокойствие.

Встав, Алевтина взяла свиток и села обратно, сосредоточившись на верхней строке.

– Что ты делаешь? – спросила небесная дева.

Аля подняла взгляд и ответила:

– Читаю.

– Ну… – Алевтина была уверена, что она слышала, как дева стиснула зубы, – читай.

Аля не стала затягивать и сразу углубилась в чтение договора.

Из него она узнала, что Богиню звали Асфодея. В принципе, красивое имя, но почему-то Алевтина Сергеевна ощутила дискомфорт из-за него.

Задержавшись ненадолго, она проанализировала свои ощущения, но не нашла им объяснения. Поэтому Аля решила списать это на какие-нибудь божественные особенности. Не зря ведь Богиня не представилась должным образом при встрече. Кто знает, может быть, смертным нельзя знать их истинные имена.

Другого объяснения у Алевтины не было, поэтому она продолжила чтение договора.

На удивление, он не содержал ничего неожиданного, Аля даже прочитала всё, что было написано мелким шрифтом.

– Всё в порядке? – спросила Асфодея.

Аля неуверенно кивнула. А вдруг она что-то упустила? Мало ли, вдруг там есть какой-нибудь скрытый текст, написанный невидимыми чернилами, который можно прочитать только в полнолуние или под водой, или…

Понимая, что скатывается в паранойю, Аля опустила договор на колени и подняла взгляд.

Отказаться?

Можно, конечно, но умирать прямо сейчас ей совершенно не хотелось. А тут новая жизнь, вторая молодость, да ещё и сохранившиеся воспоминания.

Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, да?

Прожившая довольно долгую жизнь Алевтина Сергеевна, несмотря на соблазнительные перспективы, чувствовала осторожность.

– Поклянитесь своей магией, что в этом договоре нет никакой информации, кроме той, которая написана видимыми для меня чернилами, – попросила Аля, решив подстраховаться.

Она отлично знала, как много на свете мошенников, и многие из них охотятся именно за пожилыми людьми. Сколько раз она слышала, как пенсионеров обманывали добродушные на вид люди.

Сейчас у неё ничего, кроме души, не осталось, но ей не хотелось случайно её продать или сделать что-то подобное в погоне за соблазнами новой жизни.

Асфодея, услышав её слова, округлила глаза.

– Ты думаешь, я способна на это? – возмутилась она. – Да ты…

– Лучше перестраховаться, чем потом жалеть, – невозмутимо перебила её Алевтина Сергеевна. Она решила, что если Богиня откажется, договор останется неподписанным, и она не даст согласия на предложенную авантюру.

Конечно, был вариант, что никаких магических клятв не существовало, но Алевтина в это не верила. Раз имелись боги, драконы и магия, то и такие клятвы должны быть.

Богиня гневно посмотрела на неё, а затем выдохнула.

– Я, носящая имя Асфодея, клянусь своей магией, что в договоре, заключённом между мною и Алевтиной Сергеевной Ивановой, нет никакой скрытой информации. Если я солгала, то магия будет мне судьёй.

Сразу после этого свет вокруг них на миг вспыхнул ярче, а затем из него материализовалась длинная цепочка символов, которая подлетела к Богине и обвила её шею. Через мгновение на коже девушки ничего не осталось.

– Теперь-то всё? – с нажимом спросила Богиня, явно с трудом сохраняя свой божественный облик.

Аля кивнула, а затем подняла договор и огляделась.

– И чем подписывать? – спросила она, глядя на крылатую деву.

Глядя прямо в глаза Алевтине Сергеевне, Богиня сунула руку куда-то в хламиду, в которую была облачена, а затем вытащила из неё перо, с кончика которого на её белоснежную одежду капнули чернила.

Аля не успела ничего сказать по этому поводу, как дева дернула пальцами, и чёрное пятно, портящее её облик, исчезло.

Получив перо в руки, Алевтина вежливо поблагодарила:

– Спасибо.

После этого она расположила договор удобнее на коленях, а затем всё-таки поставила свою подпись.

– Всё? – уточнила Богиня и потянулась за договором.

– Он должен быть в двух экземплярах, – напомнила Алевтина.

– Конечно, – дева снова махнула рукой, и договор раздвоился.

Аля внимательно изучила свой вариант и, свернув его, кивнула.

– Вот теперь всё.

– Прекрасно, – выдохнула крылатая.

В следующий момент Алевтина Сергеевна ощутила, как её тело (или то, что от него осталось) ухнуло куда-то вниз.

Последнее, что она видела, это глаза Асфодеи, в которых плескалось множество эмоций, не все из которых были положительными.

«Всё-таки она в чём-то обманула?» – подумала Аля и потеряла сознание.

В себя она пришла спустя неопределённое время.

– Неужто умерла? – услышала она незнакомый голос над собой. – Ой, ты в порядке? – позвал мужчина, а затем Аля ощутила резкую пощёчину по лицу.

Она рассерженно зашипела на такое самоуправство и распахнула слезящиеся глаза.

– Слава тебе господи, жива, – сказал кто-то над ней. – Я уж думал, всё, на тот свет отправилась. А ведь кажется, и не дышала.

Стоило этим словам сорваться с губ мужчины, как Аля ощутила, что её горло действительно сжалось в спазме, а сама она почти не могла дышать.

В панике она кое-как перевернулась на живот и согнулась пополам, пытаясь откашлять что-то, застрявшее внутри. Слёзы текли по её лицу и капали с носа на покрытый соломой пол, но Аля едва это видела.

– Поперхнулась что ли? – спросил мужчина.

Почти сразу Алевтина ощутила удар по спине. Он был настолько силён, что она была уверена, что услышала хруст в позвоночнике.

Она хотела возмутиться, но сразу после этого сильный кашель сотряс её тело, и что-то небольшое всё-таки выскользнуло из её горла.

Поток воздуха, хлынувший в лёгкие, показался Але чем-то вроде божественной амброзии.

Амброзия. Божественная. Боги. Асфодея. Миссия.

Эта простая цепочка мыслей заставила Алю вспомнить всё, что с ней произошло за последние часы.

Проморгавшись, она села прямо на пол и вытерла слёзы рукавом. От него пахло хлебом и чем-то сладким.

Шмыгнув носом, Алевтина Сергеевна вздохнула и посмотрела на мужчину, которого можно было считать её спасителем. Кто знает, чем бы всё закончилось, не ударь он её по спине так сильно. И пусть спина всё ещё горела от этого удара (как и щека), Аля была благодарна. Наверное.

– Жива? – спросил мужчина весьма бандитской наружности. По крайней мере, всклокоченная борода и хмурый взгляд навевали именно такие ощущения.

– Да, спасибо, – ответила Аля и посмотрела на свои руки. Судя по тому, что она видела, тело было чужим.

Кажется, переселение всё-таки произошло. Наверное, стоило радоваться, вот только первые мгновения в этом мире как бы намекали – просто точно не будет.

– Давай встать помогу, – предложил внезапно бородач и протянул Алевтине руку.

– Спасибо, – еще раз поблагодарила Аля и разрешила мужчине поднять ее на ноги.

Сразу после этого у нее слегка закружилась голова. Алевтина Сергеевна попыталась обо что-нибудь опереться, чтобы переждать неприятные ощущение, но в этот момент почувствовала, как чужая рука обвилась вокруг талии, а ее саму прижали к большому телу.

– Ты стала ласковей со мной, – прогудел здоровяк. Только сейчас Аля обратила внимание как сильно от него пахло кровью. – Неужто передумала и решила принять предложение? – спросил он.

Алевтина поморщилась и попыталась оттолкнуть от себя мужчину. Тот держал крепко. Его черные глаза смотрели цепко и жадно.

– Отпусти, – попросила Алевтина, прищуриваясь. Убрав руку назад, он попыталась найти, чем себя защитить.

– Иначе что? – спросил мужчина и наклонился ниже.

В этот момент Аля нащупала нечто знакомое. Каждая хозяйка знает, как ощущается этот предмет в руке.

– Иначе хуже будет, – предупредила Алевтина Сергеевна, стискивая в руке деревянную ручку.

– Зачем упрямишься? – спросил здоровяк и сильнее стиснул руки на талии. – Я один и ты одна. Ты мне нравишься…

– А ты мне нет, – перебила его Алевтина.

– Я могу обеспечить тебя всем необходимым. Моя мясная лавка приносит хороший доход. Ты никогда ни в чем не будешь нуждаться. А любовь для женщины блажь. Разве ты не думаешь о будущих детях, которым должна обеспечить наилучшие условия жизни? А с кем, как не со мной ты можешь это сделать?

– Думаю, это решать мне, а не тебе, – фыркнула Алевтина и попросила последний раз: – Отпусти.

– Нет, не отпущу, – прошептал мужчина и наклонился еще ниже, явно намереваясь поцеловать ее.

– Я предупреждала, – бросила Алевтина Сергеевна, а затем сильнее ухватилась за скалку и сильно ударила мужчину по плечу.

Это действие помогло. Мужчина резко отпустил ее, отошел на шаг, прикасаясь к месту удара второй рукой и зашипел, принимаясь ругаться.

Алевтина осмотрела скалку и слегка стукнула ею по своей ладони.

– Ну? – спросила она. – Еще хочешь?

Мужчина глянул на нее недобро и сделал один шаг вперед. Аля сразу вскинула оружие, состроив зверское выражение на лице.

– Ударю, – пообещала она, давая понять, насколько серьезна.

Бородач отошел назад и резко сплюнул на пол.

– Бешеная, – произнес он и скривился. – Да кто тебя еще такую возьмет? Кому ты нужна? Сама потом приползешь, да только я тоже брать не буду. Мне старуха не нужна.

Договорив, мужчина еще раз сплюнул и, громко топая, вышел из комнаты и, видимо, из дома.

Алевтина выдохнула и расслабилась. Опустив скалку, она глянула на нее, а потом погладила, мысленно поблагодарив. После этого она оперлась о стол позади и прикрыла на миг глаза, пытаясь перевести дух. Руки тотчас попали во что-то рассыпчатое.

Повернувшись, Алевтина осмотрела стол, покрытый мукой. Судя по всему, до своей смерти девушка занималась делами.

Аля принялась осматриваться.

Помещение не было большим. Да и мебели в нем особо не было, если не считать стола, небольшой лавки да полки, на которой явно должна была храниться готовая продукция. Еще была очень большая печь, рядом с которой лежала вязанка дров.

Потолок был низким, почти прокопченным. На полу, как ранее заметила Аля, валялась солома. Кое-где она заметила серые на вид полотенца, а еще была посуда, предназначенная для смешивания теста и выпекания.

Убедившись, что более ничего нового не найдет, Алевтина Сергеевна отправилась на исследования остальной части дома. Правда, не успела она выйти из комнаты, как столкнулась с еще одним человеком.

– Аля, ты в порядке?! – довольно громко спросил ее очень высокий и крепкий мужчина с заметной сединой в зачесанных назад волосах и в густой бороде. – Мне сказали, что этот мерзавец снова здесь. Где он? – прогудел он, заглядывая в комнату поверх головы Алевтины Сергеевны.

– Ушел только что, – ответила Алевтина, заметив, что мужчина обратился к ней по ее сокращенному имени. Впрочем, прошлую владелицу звали Алексия. В принципе, можно сократить до Али.

Взгляд мужчины вернулся к ней. Светло-карие глаза под густыми бровями сразу наполнились теплотой.

– Ты в порядке? – снова спросил он, на этот раз более участливо.

– Не волнуйся, со мной все нормально, – заверила его Алевтина Сергеевна, не зная, как ей быть.

Кем был этот человек?

Оглядев его быстрым взглядом, она решила, что это мог быть только отец Алексии.

Сердце Алевтины сжалось. Ей стало очень жаль этого человека.

– Ты слишком бледна, – обеспокоенно произнес мужчина. – Сколько раз я говорил тебе хоть иногда выходить на улицу. Хочешь прилечь или пойдешь немного подышишь воздухом?

– Да я… – Аля нахмурилась, не зная, как поступить. По идее, ей следовало уже сейчас начать осматриваться в новом мире, но переселение не прошло бесследно. Алевтина ощущала не только умственную, но и физическую усталость. – А хлеб?

– Не беспокойся, – мужчина положил большую руку на ее плечо и, отойдя с дороги, подтолкнул куда-то вглубь дома. – Я все сделаю сам. Если что, закрою лавку пораньше.

Алевтина Сергеевна кивнула, решив, что это лучший вариант. Сейчас она не ощущала себя готовой приступить к работе.

Мужчина какое-то время наблюдал за ней, а затем, пригнувшись, вошел в оставленную Алей комнату. Сама Алевтина отправилась искать место, где она могла бы прилечь, чтобы обдумать все, что с ней произошло.

Оказалось, дом был двухэтажным. На первом этаже располагалась сама лавка и пекарня. Между ними находилась комната, заполненная мешками с мукой. Второй этаж, на который вела узкая и шаткая лестница был занят тремя комнатами, соединенных между собой длинным коридором.

Все вокруг было весьма мрачным. Дерево и ткани старыми, цвета грязными и приглушенными. Никакого электричества, конечно. Факелов тоже не было, только свечи.

Методом тыка Аля отыскала теперь уже свою комнату. Это нетрудно было понять по некоторым личным вещам.

В комнате из мебели были только кровать, стол, стул и изрядно потрепанный сундук. Все конечно деревянное. На кровати обнаружился набитый соломой матрас, одеяло из какой-то грубой ткани, похожей на мешковину. Да нет, не похожей. Это действительно была мешковина. Можно было предположить, что одеяло было сделано из мешков из-под муки. Подушки не было. Вместо нее в изголовье лежал жесткий рулон потрепанной ткани.

Стол и стул выглядели старыми, дерево кое-где затерлось до блеска, а местами потрескалось.

Сундук не имел никаких особых украшений. На нем даже замка не было. Внутри Аля нашла пару простых платьев не особо ярких цветов, темно-серый фартук, сапоги из грубой кожи и тяжелый плащ. Последний предмет гардероба выглядел так, будто его очень сильно берегли.

Еще в комнате было окно. Вместо занавесок плотно закрытые на накидной засов деревянные ставни. Впрочем, свет через щели в досках все равно проникал внутрь комнаты.

На столе стояла свеча. Кроме нее еще можно было увидеть деревянный гребень и довольно яркую ленту темно-зеленого цвета.  Именно по последним двум вещам Алевтина и поняла, что комната раньше принадлежала бывшей владелице тела. Короткий осмотр показал, что она не ошиблась в своем предположении.

Желая взглянуть на улицу, Алевтина Сергеевна подошла к окну и подняла засов, сразу после этого распахивая ставни. В нос ударили многочисленные «ароматы».

Поморщившись, она огляделась.

Окно ее новой спальни выходило на улицу. Судя по всему, комната располагалась прямо над лавкой, рядом с которой можно было увидеть несколько недовольных людей. Они явно были не впечатлены тем, что лавка закрыта.

Услышав шум, люди подняли головы. Аля с интересом принялась рассматривать жителей этого мира.

Что она могла сказать, люди как люди, ничего необычного, если, конечно, не считать их вполне себе средневековой одежды.

– Алька! – крикнул один из мужчин. – А чего это вы закрыты?

– Да, – подхватила стоящая рядом женщина. Ее волосы были прикрыты серым платком, а рукой она придерживала привязанного грязной тряпкой к груди младенца. – Случилось чего?

– Все в порядке, – ответила Алевтина Сергеевна. – Ревизия товара, – добавила она так, словно любой должен был знать, что это означает.

– А вона чего, – умно покивал один мужчин. – Ну тады ладно.

Немного посомневавшись, группа разошлась. Впрочем, Аля все равно успела услышать, как женщина с младенцем спрашивала одного из мужчин, который стоял рядом с ней около лавки, что такое ревизия и почему из-за нее закрыта лавка. Что тот ей ответил, Алевтина уже не услышала.

Разобравшись с покупателями, Аля принялась осматривать местность. Все дома на улице были двухэтажными. Первые этажи многих были заняты различными лавками. Вторые явно, как и у них, служили жилищем для своих хозяев.

Сама улица была довольно узкой, но по ней вполне могла проехать телега.

Около лавок то здесь, то там можно было увидеть какие-то бочки и ящики, между которых бегали играющие дети, куры и… свиньи.

Последнее не особо удивило Алю, зато стала понятна причина «ароматов». Впрочем, люди и сами хорошо справлялись. Вдоль домов шла канава. Можно было только представить, что именно туда выливали люди.

Убедившись, что ничего нового она не увидит, Алевтина Сергеевна закрыла ставни и села на кровать.

Для начала она собиралась хорошо выспаться, затем поесть, а уже потом, когда все базовые потребности организма будут удовлетворены, она решит, что делать дальше.

Пусть в прошлой жизни Алевтина и не вела излишне изысканный образ жизни, сон на мешковине все равно казался ей слегка… экстремальным. Впрочем, вскоре стало понятно, что новому телу все вполне нравилось – ему было очень даже удобно.

Несмотря на это, спать в, по сути, чужой постели (пусть и родной для тела) было все равно некомфортно. Хотелось для начала хотя бы перестирать все, но прямо сейчас Аля не собиралась этим заниматься, поэтому насилу закрыла глаза и отстранилась от всех негативных эмоций.

Она думала, что уснуть будет трудно, все-таки новая обстановка, не слишком привычные условия, много волнений, не то время суток, но нет, стоило ей закрыть глаза, как она сразу погрузилась в сон.

Впрочем, вскоре ей стало понятно, что это не совсем сон, скорее нечто вроде погружения в прошлое предыдущей владелице тела.

Жизнь Алексии была непростой, но и не слишком сложной. Хотя своих трагедий вполне хватало.

Ее мать умерла сразу после родов, поэтому присматривал за ней отец. Так как ему нужно было заниматься лавкой, то мужчине приходилось везде носить с собой ребенка, именно поэтому первым воспоминанием Алексии был стол, покрытый мукой, на котором стояли формы для запекания хлеба.

Она очень рано начала помогать отцу с тестом. Тот поначалу позволял ей выполнять только самую простую работу, но постепенно в ее обязанности начало входить все больше и больше, пока в двенадцать отец не передал ей бразды правления на пекарне полностью.

Никакого образования Алексия не получала, кроме самого элементарного, вроде счета до ста. Ни читать, ни писать она не имела.

Из-за того, что Алексия много времени проводила в пекарне, ее общение со сверстниками (да и вообще с людьми) было сведено к минимуму. И это повлекло за собой проблемы.

Пока другие росли, знакомились, общались, а затем женились, она занималась работой. В итоге, в свои годы ей так и не нашлось пары.

Может быть, дело было еще и в лишнем весе. В то время, как в деревнях ценились дамы в теле, в городе все смотрели на аристократов, а дамы высшего света считали, что женщина должна быть исключительно стройной.

Единственным ухажером за последнее время стал тот самый мясник. Он совсем не нравился Алексии и поначалу она яростно отвергла его, но потом подумала, что у нее может не выдаться еще шанса и решила попробовать.

Умерла Алексия обидно. Она банально подавилась кусочком хлеба, который сама же и испекла.

А виной был все тот же мясник, который пришел в очередной раз ее побеспокоить, и сделал это так неожиданно, отчего еда попала не в то горло.

Открыв глаза, Алевтина Сергеевна поморщилась. От быстрого просмотра прошлого ее нового тела, у нее разболелась голова. Впрочем, боль вскоре прошла.

Перевернувшись на спину, Аля посмотрела на деревянный потолок, на котором кое-где можно было увидеть тонкую едва заметную паутину.

Алексию было жаль. Девушка не была плохим человеком. Да, у нее не имелось особых запросов или амбиций, но она не желала кому-то зла и не причиняла другим вред. По сути, вся ее жизнь крутилась вокруг выпечки. Не сказать, что она привнесла в это дело что-то новое, но ее хлеб нравился людям. Алевтина Сергеевна надеялась, что в следующей жизни девушке повезет больше и она найдет там свое счастье.

Вздохнув, Аля взбодрилась.

Если Алексия комплексовала из-за своей внешности, то Алевтина считала ее вполне нормальной. Да, не модель, ну и что? Она и в прошлом жизни никогда худышкой не была.

А тут к пышным формам прилагались еще и шикарные волосы! В ее мире многие женщины готовы были убить за такую длину, густоту или цвет! Такое богатство грех было прятать под грязными платками, поэтому первым делом Аля собиралась купить себе что-то более симпатичное, что могло только подчеркнуть все ее новые достоинства.

Но!

Сначала еда.

После пробуждения ориентироваться в доме стало гораздо проще. На самом деле ощущения были весьма странными, но Алевтина Сергеевна не стала слишком глубоко в этом копаться, приняв новую реальность таковой, какая она была.

Кухня нашлась на первом этаже. Большую часть первого этажа занимала пекарня с лавкой и складом под муку, поэтому для кухни отводилось совсем крошечное помещение.

На взгляд Алевтины обстановка на кухне выглядела изрядно… средневековой. Каменные ничем кроме нескольких полок не украшенные стены, солома на полу, деревянные ложки, глиняная посуда, деревянная не покрытая даже лаком мебель и небольшая довольно грязная печь, на которой можно было готовить еду.

Казалось, семья пекаря была весьма бедна, но это не так.

На самом деле они по местным меркам были вполне себе обеспеченными. Не богатые аристократы конечно, но их благосостоянию могли позавидовать многие в городе, а для деревенских такой уровень жизни и вовсе казался чем-то несбыточным.

Даже странно, что Алексия не считалась завидной невестой среди местного населения. Это вызывало подозрения, ведь лавка после смерти пекаря должна была достаться именно его дочери, а значит, и ее мужу.

Аля прищурилась, глядя на стоящий на печи горшок с утренним рагу.

Что-то ей подсказывало, что кто-то приложил руку к тому, что вокруг девушки не вились многочисленные женихи. Конечно, это мог быть отец Алексии, но Аля знала, что как бы родители не старались, обычно они не могли полностью оградить своих детей от тех, кто хотел быть рядом.

Это означало, что вмешался кто-то еще. Вероятнее всего, тот самый мясник. Он явно очень сильно хотел добиться своего. Учитывая его внешность, тот вполне мог нагнать страху на всех, кто пытался приблизиться к Алексии.

Наполнив тарелку едой, Аля села за стол. На нем уже стоял поднос, на котором лежал нарезанный утренний хлеб и сыр. Откинув полотенце, Алевтина сделала себе бутерброд и впилась в него зубами. Было вкусно. Алексия явно знала, как печь хлеб.

Жаль, что в рагу не было мяса. С этим делом здесь было весьма сложно. Мясо не для простолюдинов. Обычно полакомиться им могли лишь те, кто держал свиней, да и то они старалась все продать аристократам.

Белок люди получали из молока, сыра, творога и яиц. Последнее, правда, тоже попадало на столы обычных людей редко, но все-таки в разы чаще, чем мясо.

О дичи можно было тоже забыть. Все леса принадлежали знати. Охотиться там могли лишь хозяева.

Вспомнив все это, Аля тяжело вздохнула, но почти сразу приободрилась. Она вспомнила о своем задании. Если у нее получится устроиться в дом к этой леди Камелии, то велик шанс, что она сможет разнообразить свое питание.

Улыбнувшись, Алевтина кивнула сама себе, а затем посмотрела в сторону двери, так как услышала тяжелые шаги. На кухню вскоре вошел отец Алексии. Мужчина выглядел усталым.

– Обедаешь? – спросил он очевидное, а затем притулился на второй стул. Аля сразу встала и наполнила для него тарелку, после поставив ее перед мужчиной. – Спасибо, – поблагодарил он и, взяв ложку, приступил к еде. – Я слышал, леди Хабигер ищет себе новую кухарку, – внезапно произнес мужчина. От неожиданности Аля едва не подавилась рагу.

– Действительно? – спросила она максимально незаинтересованно.

Отец Алексии бросил на нее короткий, оценивающий взгляд.

– Не хочешь попробовать? – спросил он.

Аля с сомнением на него посмотрела.

– Если я уйду, то кто будет печь хлеб? – поинтересовалась она. – Ты не управишься один.

– Не волнуйся, – мужчина отмахнулся. – Я всегда могу найти помощника.

Алевтина прищурилась.

– Сможешь найти или уже нашел? – спросила она.

Мужчина сурово на нее взглянул.

– Не выдумывай, – потребовал он. – Я никого еще не искал.

Алевтина примиряюще улыбнулась.

– Хорошо. Я могу попробовать, – сказала она, решив, не сопротивляться сильно. Тем более, что предложение было весьма удачным, ведь ей все равно нужно было как-то попасть в дом леди Камелии. – Вот после обеда и пойду. Чего тянуть?

Мужчина нахмурился. Алевтина Сергеевна на миг погрузилась в память Алексии, выуживая из нее имя отца девушки.

Ронан Бекер. Именно так звали этого хмурого человека.

Вообще, у простого народа в этом мире с фамилиями было туго. В основном иметь нечто подобное было прерогативой аристократии, обычные люди обходились именами. Но, как было уже сказано, люди здесь тяготели к тем, кто находился у власти и пытались всячески им подражать.

Поначалу это были просто прозвища. Например, Бекер дословно на местном языке означало пекарь. То есть, Ронан Пекарь и Алексия Пекарь.

Вандер Милик был молочником. Несложно догадаться, что его фамилия переводилась, как молочник. Клариса Спинер была прядильщицей, живущей неподалеку. Ее фамилия так же означала род ее деятельности. Но были и просто что-то вроде кличек. Горбатый – Ханшвак. Нищий – Бегар.

Кто во что горазд, в общем. Аристократы на это смотрели сквозь пальцы, так как закона, запрещающего нечто подобное, в королевстве не имелось.

– Ты легко согласилась, – с подозрением произнес Ронан.

Аля пожала плечами.

– Давно хотела попробовать что-то новое, – объяснила она.

Что-то ей подсказывало, что будь на ее месте прежняя Алексия, то девушка бы отказалась. Та на самом деле не любила перемены и новых людей.

Ронан еще какое-то время наблюдал за ней, а затем все-таки кивнул.

– Не опозорь меня, – предупредил он. – Будь тиха. Не попадайся на глаза аристократам. Они мастера красиво говорить, но не будь наивна. Никто из них тебя замуж не возьмет. Никогда.

Аля кивнула. И пусть она считала, что слова мужчины излишне резки, она была с ним согласна.

Любовь в этом мире пока была не в особой чести. И аристократы, и простолюдины в первую очередь смотрели на благосостояние партнера и выгоды, которые тот мог дать им и семье. Конечно, чаще всего мнение детей все-таки спрашивали, но иногда, обычно среди аристократических родов, выгоды перевешивали все остальное.

И да, все, на что могла рассчитывать простая девушка с аристократом здесь – это на пару коротких ночей. Даже беременность не была гарантией, что отец признает своего ребенка. В этом случае сценариев было множество. И большинство из них не были милосердными ни для девушки, ни для ее новорожденного (или нерожденного) ребенка.

– Я иду туда работать, а не с мужчинами знакомиться, – успокоила его Алевтина Сергеевна.

И она говорила правду. В прошлой жизни у нее уже когда-то был муж, которого она безумно любила, а затем потеряла. Конечно, она не исключала, что в этой жизни это светлое чувство снова ее посетит, но специально искать его она не собиралась. Даже если вся ее новая жизнь пройдет в одиночестве, Алевтина не будет огорчена.

– Молодец, – Ронан одобрительно на нее посмотрел. – Но к простым мужчинам в доме присмотреться все-таки можешь. Тебе уже двадцать. Еще год другой и пора цветения пройдет, – несколько неловко пробубнил он. – Но без непотребства, – резко добавил он и бросил на нее грозный взгляд. – Только после свадьбы.

Аля вскинула брови. Кажется, в дом ее отправляли вовсе не для того, чтобы она там работала, а чтобы мужа себе среди слуг нашла.

Алевтина Сергеевна хорошо понимала Ронана. Мужчина явно волновался, что дочь, стоя безвылазно за печью, так никого себе и не найдет, оставшись без мужа и без детей.

Для людей этого мира и времени подобное было полным крахом и неудачей.

– Конечно, – легко согласилась она, не собираясь спорить или сердиться, но решила все-таки предупредить: – Но ничего не обещаю.

Ронан хмуро на нее посмотрел, вздохнул удрученно и кивнул, заканчивая обед. Отодвинув пустую тарелку, он еще раз глянул на Алю, а затем махнул рукой и ушел.

Алевтина Сергеевна фыркнула, потом быстро доела, прибралась за ними и вышла на улицу. В нос снова ударили многочисленные запахи средневекового города. Аля поморщилась и посмотрела по сторонам.

Из памяти Алексии она знала, в какую сторону идти. Городские резиденции аристократов располагались ближе к центру города. В самой середине был возведен королевский замок, обнесенный стеной.

Вообще, насколько Аля знала, сначала был построен именно замок, вокруг которого уже позже вырос город, который сейчас носил название Эмберлин. Собственно, поначалу так назывался (да и сейчас) сам замок.

Передвигаться по улицам приходилось с особой осторожностью. И дело было не только в то и дело попадающихся навстречу людях, но в бегающих, как оголтелые детях, среди которых часто можно было встретить беспризорников, только и ждущих, у кого чего стянуть. Плюс к этому свиньи, куры и нерадивые хозяйки, которые очень часто выплескивали помои прям с порога, а то и вовсе со второго этажа из окна.

Зону знати от домов простых людей отделяла высокая, но не особо толстая стена, пройдя которую Аля ощутила заметные отличия. Здесь было гораздо тише и чище.

Выдохнув, Алевтина Сергеевна улыбнулась и отправилась дальше. Благо, что идти далеко не пришлось. Уже вскоре она постучала в дверь нужного дома, с интересом при этом рассматривая бронзовый дверной молоток, изображающий какое-то мифическое чудовище.

Спустя какое-то время дверь открылась. На пороге возник высокий, чопорного вида мужчина лет пятидесяти. На его глазу можно было увидеть что-то вроде старинного монокля на цепочке.

Оглядев Алевтину Сергеевну с ног до головы, он вздернул тонкую бровь и посмотрел на нее выжидающе.

– Полагаю, вы пришли по поводу должности кухарки? – спросил он, чем очень сильно удивил Алевтину.

Глянув на него озадачено, она не преминула спросить:

– Как вы узнали?

Мужчина вздернул вторую бровь.

– Не могу представить себе другой причины, по которой вы могли бы постучать в эту дверь, – все-таки ответил он. – Так я прав?

– Да, – Аля кивнула, чуть нахмурившись. – И кстати, здравствуйте.

Мужчина на это никак не отреагировал. Вместо приветствия, он шагнул вперед, заставляя Алевтину сделать шаг назад, чтобы избежать столкновения.

– Следуйте за мной, – произнес он и сошел с крыльца.

– Куда мы идем? – спросила она, когда они завернули за угол дома.

– К черному входу, – коротко пояснил он и добавил: – Ваша обувь слишком грязна, чтобы я мог позволить вам ступить в главный дом.

Алевтина Сергеевна бросила взгляд на свои башмаки и признала правоту дворецкого. Она подозревала, что это был именно он.

– В нижнем городе не так чисто, как в верхнем.

– Конечно, – без какого-либо энтузиазма согласился мужчина.

Аля фыркнула.

«Сухарь», – подумала она и принялась с интересом оглядываться по сторонам.

Алевтина Сергеевна не ожидала от господской кухни чего-то особенного. По уровню жизни вокруг она могла примерно представить, что ее ждет. И когда они, наконец, попали в нужное помещение, то на ее лице не отразилось ни единой эмоции.

Для Алексии кухня могла бы выглядеть грандиозной. Еще бы! Такой размер, такой размах! Куча посуды, большой стол для готовки, удобные лавки, целый ворох всевозможных пучков растений, развешенных по стенам. И не только! Там были и сушеные грибы, и колбасы, и сало, и вяленое мясо. От одних запахов кружилась голова!

Алевтина имела по поводу всего этого совсем иное мнение.

Заметив мух, летающих вокруг сала, мяса и колбас, она едва смогла подавить желание брезгливо поморщиться.

Затоптанная солома на полу, грязный стол, заляпанная жиром печь, покрытые остатками помоев деревянные ведра, поставленные прямо на стол. И это только часть того, что она заметила при быстром взгляде.

Как только они с дворецким вошли на кухню, то сразу привлекли внимание несколько работающих там людей. Аля слабо улыбнулась им и помахала рукой.

Она не успела как следует рассмотреть всех, так как мужчина в этот момент повернулся к ней. Смерив ее еще раз пристальным взглядом, он поджал и так тонкие губы и поправил монокль.

– Наймут вас или нет зависит от сегодняшнего ужина. Конечно, приготовить его должны вы. Все ясно?

– Конечно, – Алевтина Сергеевна кивнула. – Могу я узнать, что именно любит леди.

Дворецкий вздернул брови.

– Леди любит жареную пищу с большим добавлением масла.

Аля недоверчиво на него посмотрела. Леди Камелия не производила впечатление человека, который увлекается чем-то подобным. Худая хрупкая блондинка, которую ей показала Асфодея, выглядела так, будто ничего кроме фруктов и овощей в жизни не ела.

Мог ли дворецкий солгать ей, чтобы она стопроцентно провалила этот тест? Но почему?

Алевтина Сергеевна прищурилась. Неужели он хотел засунуть на эту должность кого-то своего? Такое вполне могло быть. И это объясняло бы, почему дворецкий с первого взгляда, казалось, невзлюбил ее.

Впрочем, все еще оставалась возможность, что тому просто не нравился ее внешний вид или то, что она с нижнего города. Ну бывают такие вот снобы, что поделать.

– Буду иметь в виду, – просто произнесла она и вопросительно посмотрела на дворецкого. – Я могу приступать?

Мужчина ничего на это не ответил. Он оглядел людей на кухне и, развернувшись, вышел с идеально прямой спиной.

Алевтина проследила за ним взглядом и фыркнула, а после повернулась к людям. Те смотрели в ответ.

– Привет, – поздоровалась уже словами со всеми Аля.

Первой к ней подошла женщина лет тридцати.

– Ты разве не дочь пекаря? – спросила она.

Алевтина была весьма удивлена. Кажется, ее семью в городе очень хорошо знали даже те, с кем Алексия не была знакома лично.

– Верно.

– Почему ты тут? – задала женщина новый вопрос, вытирая при этом руки о фартук.

– Устраиваюсь на работу.

В этот момент к ним подошла еще одна женщина. На вид ей было слегка за сорок.

– А как же пекарня? – спросила она.

– А что с ней? – не совсем поняла Алевтина.

– Ну, ты ведь дочь пекаря, – пояснила вторая женщина. Ее слова прозвучали так, словно это все объясняла. – Зачем тебе эта работа?

Алевтина Сергеевна начала понимать, о чем именно ее спрашивали. Дело в том, что здесь дети чаще всего полностью перенимали дело своих родителей. Очень редко, когда кто-то оставлял семейный бизнес, чтобы начать что-то другое. Сын кожевенника всегда становился кожевенником. А дочь пекаря должна была печь хлеб до самой смерти, чтобы после передать пекарню уже своему ребенку, предварительно научив его своему делу.

– Я решила сменить обстановку, – ответила Аля. – Отец дал согласие.

Женщины после ее слов еще раз переглянулись, а потом на их лицах появилось сочувствие.

– Он нашел себе новую жену, да? – без какого-либо стеснения спросила первая. – Вот мерзавка! – возмутилась она. – Это надо же, первым делом выгнала падчерицу из дома!

– Ронан тоже хорош! – подхватила ее возмущения вторая. – Где это видано, при своем деле отправлять ребенка в чужой дом? Мог бы сначала хотя бы замуж за хорошего человека выдать. Я слышала, что к тебе мясник сватался, это правда?

– Ну… – попыталась ответить Аля, но ее перебили.

– Не вздумай за него выходить! – предупредила резко первая. – Все знают, что он дикий и злой. Пьет много и как напьется сразу кулаками машет.

– Зато у него лавка мясная, – не согласилась вторая.

– И что эта лавка, коли он ее будет каждый день бить до черного лица?

– Так уж и каждый день, – проворчала вторая, явно не желая так просто сдаваться. – Тем более ей уже двадцать. Ей ли нос воротить? Еще пару лет и ее вообще никто не возьмет.

Первая явно не была впечатлена ее аргументом. Это было понятно по ее весьма говорящему взгляду. Вторая некоторое время сопротивлялась, но потом айкнула и махнула рукой. Сразу после этого она повернулась к Алевтине.

– Меня кстати Алтея зовут, – представила она.

Алтее, как уже было сказано, было немного за сорок. Она имела полноватое телосложение, а из-под чепца выбивалось несколько полностью седых прядей.

– А меня Делия, – сразу произнесла первая. Делия в отличие от коллеги была худой и высокой.

– Очень приятно, – вежливо произнесла Аля. – Меня Алексия, но можете звать просто Аля, – разрешила она и дружелюбно улыбнулась, желая сразу начать строить хорошие отношения в коллективе.

Обе женщины кивнули, но в ответ подобную любезность не выразили.

Некоторое время между ними царила тишина, но вскоре Алевтина Сергеевна решила, что стоило узнать об этих людях больше. Вернее, о том, чем именно они занимались на своей работе.

– Итак, можете рассказать мне, как тут все работает? – поинтересовалась она, посмотрев на пару девочек, сидящих сейчас на скамейке около стены. У каждой из них в руках был нож. Им они очищали какие-то овощи.

Делия с Алтеей переглянулись, а затем повели ее к столу, на котором не только стояли ведра из-под помоев, но еще и лежали некоторые продукты.

– Я отвечаю за склад, – важно произнесла Алтея.

Когда все уселись, она вытащила откуда-то кулек с семечками. В следующий момент Делия последовала ее примеру.

– Хочешь? – спросила Алтея, протягивая Алевтине кулек.

– Не откажусь, – Аля улыбнулась и подставила руку.

Все бы хорошо вот только шелуху обе женщины принялись сплевывать прямо на пол. Алевтина Сергеевна посмотрела на это, но повторять не стала.

– Что именно ты должна делать? – поинтересовалась Аля у Алтеи.

Женщина заправила за косынку одну из выбившихся седых прядей и гордо приосанилась.

– Моя работа очень важна. Я слежу за тем, чтобы продукты были надлежащего качества. Смотрю, чтобы всего всегда хватало. Если чего-то нет, то я говорю об этом старшей кухарке, та экономке, а уже экономка выделяет деньги на закупку. Тогда я иду на рынок и покупаю необходимое.

– О, – Аля послушно изумилась. – Действительно, очень важная работа. А ты? – спросила она у Делии.

– Я кислошница, – не менее важно выдала более молодая женщина. – Солю капусту, огурцы, сушу грибы, делаю колбасы, вялю мясо и все в таком роде.

Алевтина снова кивнула. Из памяти Алексии она знала, что люди подобной профессии действительно весьма ценились господами. Все-таки не все умели вкусно мариновать овощи.

– А вы?.. – спросила Аля, снова посмотрев на девчонок.

Одной из них было не больше десяти, а другой от силы двенадцать.

– Это наши племянницы, – произнесла Алтея. –Та, что моложе – Найя, а та, что постарше Кара.

– Племянницы?

– Мы с Делией двоюродные сестры. А это дочери еще одной нашей сестры. Сама она померла недавно, – пояснила Алтея.

Услышав слова женщины, Аля критическим взглядом осмотрела обоих, но не заметила никакого сходства. Одно ей стало ясно – на этой кухне все, кроме нее были родственниками. Что-то ей подсказывало, что и главная кухарка каким-то образом была связана со всеми остальными.

– Итак, – продолжила Алевтина Сергеевна оживленным голосом, – и какие у меня будут обязанности?

Она заметила, как обе женщины коротко переглянулись.

– Ну вообще, – взяла слово Алтея. – Обычно все, кто приходит сюда в самом начале начинают с основ.

– Да, – подхватила ее слова Делия. – Поначалу уборка, чистка овощей. Через какое-то время новичку можно доверить что-то более серьезное. Я думаю, что ты можешь начать с выноса мусора.

Алевтина улыбнулась, глядя на женщин ласково. Ей были знакомы все эти подковерные игры.

– Все это прекрасно, – бросила она, продолжая улыбаться. По какой-то причине ее улыбка заставила обоих сестер слегка ерзать. – Вот только дворецкий сказал, что я должна приготовить сегодняшний ужин.

– Да где это видано, чтобы новенькую сразу к печи пускали? – всплеснула руками Алтея.

– Да, – согласилась с ней Делия. – Ты неправильно это делаешь. Нельзя поперек старших лезть.

– Так разве я в этом виновата? – Аля состроила на лице обиженное выражение. – Приказы нельзя игнорировать.

– Давай так, – заговорщицким голосом предложила Алтея. – Мы с Делией приготовим ужин, а ты скажешь, что его приготовила ты. Как тебе идея?

Аля постаралась выдавить хотя бы одну слезинку, но у нее ничего не получилось. Впрочем, это не помешало ей принять самый жалобный вид из возможных.

– Ничего не получится, – призналась она.

Еще бы! Можно подумать, она пошла бы на что-то подобное. В конце концов, у нее есть миссия, которую нужно выполнить, иначе миру, возможно, придет (или не придет) конец.

– Почему? – не особо довольно спросила Алтея.

Алевтина некоторое время молчала, глядя на них расширенными, честными глазами, а потом печально вздохнула.

– Я ужасная лгунья. Совсем не умею врать.

Делия недоверчиво на нее посмотрела, явно чуя подвох.

– А готовить ты умеешь? – был следующий вопрос от Алтеи. Она явно решила зайти с другой стороны. – Ты не подумай ничего. Мы просто беспокоимся о тебе. Миледи иногда бывает… сурова.

– Да, – поддакнула Делия. Судя по всему, когда им надо, они вполне могли выступить единым фронтом.

– Не хотелось бы, чтобы тебя наказали, если еда ей не понравится, – закончила Алтея.

– А что она мне сделает? – на всякий случай спросила Алевтина Сергеевна.

Женщины снова переглянулись.

– Выпорет, – выпалила Делия.

Аля отнеслась к этому заявлению скептически. И дело не в том, что Камелия не могла этого сделать, да и наказание такое в этом мире действительно еще применяли, просто что-то ей подсказывало, что женщины сейчас ей нагло врали.

Именно поэтому она испуганно расширила глаза, но потом, словно опасливо произнесла:

– Я… все-таки попробую.

Лица обеих женщин сразу стали отталкивающими, впрочем, пару мгновений спустя они стерли любые негативные эмоции и дружелюбно улыбнулись.

– Конечно, пробуй, – произнес Делия. – Если тебе что-то нужно, ты всегда можешь у нас спросить.

– Спасибо, – поблагодарила Алевтина Сергеевна и улыбнулась так же дружелюбно, как и женщины напротив нее.

Она лишь надеялась, что ей не придется долго работать в этом месте. В конце концов, ее миссия состояла лишь в том, чтобы печь булочки до тех пор, пока дракон не сделает предложение Камелии. А потом… потом она, по идее, будет свободна как ветер.

Вспомнив мужчину на троне, Алевтина несколько недоверчиво хмыкнула. Тот не выглядел как человек, у которого такая милая слабость.

Кстати, он уже в столице или еще не приехал? Она очень надеялась, что тот не слишком задержится.

– Что ты будешь готовить? – выдернул ее из мыслей голос Делии.

Ну уж точно ничего слишком жирного. Почему-то Аля совсем не доверяла словам дворецкого. Тот, похоже, тоже был в сговоре с остальными. Видимо, очередной родственник.

– Еще не придумала, – ответила Аля и как бы невзначай поинтересовалась: – А дворецкий… он ваш брат?

Женщины переглянулись и весело рассмеялись.

– Нет, что ты! – бросила Алтея.

Алевтина выдохнула, но рано.

– Он наш дядя! – добавила Делия.

Ну все понятно. Судя по всем, этот слуги этого дома происходили из одной семьи, и они не терпели чужаков категорически. Все-таки хорошо, что ей не придется здесь долго работать.

– О, все понятно, – кивнула Алевтина. – Где я могу взять продукты?

– Что именно тебе нужно? – спросила Алтея.

– Для начала я бы хотела посмотреть, что у нас есть, – сказала она, предчувствуя будущие проблемы.

Как она и думала, Алтея немедленно покачала головой.

– К сожалению, на склад можно заходить только мне. Скажи, какие продукты тебе нужны, и я принесу их тебе.

– Какое странное правило, – Алевтина хмыкнула. – Тогда любые овощи, мясо, желательно какую-нибудь птицу, пару круп, муку, яйца, варенье или фрукты, сахар, соль, – начала она перечислять, мысленно представляя, как еще ей попытаются помешать.

После того, как она закончила говорить, Алтея коротко кивнула и ушла. Делия поспешила следом, отговорившись тем, что ей нужно помочь сестре.

Когда женщины ушли, на кухне даже как-то дышать стало легче. Сразу после этого Алевтина обратила внимание на двух девочек.

– Привет, – поздоровалась она. Оба ребенка почти синхронно кивнули, глядя на нее не слишком дружелюбно, но с интересом. – Где тут можно воды взять и тряпок? – задала она вопрос, брезгливо осматривая грязный стол.

Сразу после ее вопроса, Кара указала пальцем на бочку, стоящую в углу и на висящие рядом весьма потрепанные тряпки.

– Спасибо, – поблагодарила Алевтина Сергеевна.

Ожидая, пока продукты прибудут, она нашла деревянный таз, в который набрала ковшом воды и принялась за легкую уборку. Все это время девочки наблюдали за ней, но даже не думали помогать. Иногда она тихо шептались друг с другом, но Алю это никак не беспокоило.

Вскоре женщины вернулись. К этому моменту Алевтина Сергеевна смогла более или менее очистить не только стол, но и пару деревянных досок, которые выглядели так, будто их никто в жизни не мыл.

Они принесли все, что у них просила Алевтина. Вот только качество некоторых продуктов…

– Извини, – Алтея посмотрела на нее совершенно притворно виноватым взглядом, – новые продукты пока не закупались.

– Хм, – потянула Аля, осматривая полусгнившие груши или что-то очень похожее на них. – Все в порядке.

– Мы можем помочь, – предложила Алтея.

Аля взглянула на нее и покачала головой. Вот уж помощи ей точно от них не требовалось. Тем более, что она была в состоянии приготовить несколько блюд для одного человека.

Мудрить Алевтина Сергеевна не собиралась, поэтому блюда выбрала самые простые. На первое – обычный куриный суп. На второе – пюре с фрикадельками. Не забыла она и про легчайший салат из капусты, заправленный молотыми орешками и капелькой масла. Кроме этого, она успела испечь свежий хлеб и целый поднос восхитительно воздушных булочек с грушевым джемом.

Во время готовки ей приходилось зорко следить, чтобы никто не подходил к продуктам и готовящимся блюдам слишком близко. На все «любезные» предложения помощи, Аля с улыбкой отказывалась.

Некоторое время ей было сложно, так как она все-таки не привыкла готовить в подобных, практически полевых условиях, но ее приспособляемость была весьма высокой. Именно поэтому минут через пятнадцать, она уже орудовала всеми «доисторическими» предметами быта без каких-либо проблем.

Разлив приготовленное по тарелкам, Аля заметила недовольные взгляды женщин. Вскоре Алтея предприняла еще одну попытку сорвать ее трудоустройство.

– Ты как раз вовремя, – пропела женщина, подходя ближе. – Давай я отнесу обед госпоже.

– О, не волнуйся, – тем же тоном ответила Аля и подхватила поднос с полными тарелками, – думаю, мне стоит лично представиться миледи.

С этими словами она весьма ловко обогнула Алтею.

– Подожди, ты не можешь…

Что она там не могла, Алевтина Сергеевна так и не узнала, потому как выскользнула из кухни через дверь, которая, как она поняла, вела внутрь дома.

Оказавшись в коридоре, она осмотрелась.

– Так, осталось теперь только понять, куда идти.

Особого выбора не было, поэтому Аля пошла точно вперед. Ей даже сворачивать никуда не пришлось, так как коридор не имел никаких ответвлений или дверей.

Все это время она с любопытством посматривала по сторонам, но увиденное ее не впечатляло. Конечно, камень из которого были сложены стены этого дома явно обрабатывался лучше, чем тот, что использовался при постройке пекарни, но все равно выглядело весьма грубовато.

Впереди Алевтина заметила поворот, но перед этим она услышала тихие голоса. Она не стала останавливаться, так как ей все равно нужно было найти кого-нибудь, кто укажет ей дорогу.

– Господин, это помещения для слуг, – увещевал кого-то суховатый голос. Аля быстро поняла, что это дворецкий.

– Я в курсе, – ответил ему тихий мужской голос, от которого у Алевтины Сергеевны все волоски на руках встали.

Она даже с шага сбилась, а затем моргнула и озадаченно посмотрела на свои предплечья. Что это с ней?

– Миледи ждет вас, – продолжил дворецкий.

В этот момент он вместе с еще одним человеком (к слову, невероятно высоким) вышли из-за поворота и оказались практически нос к носу с Алевтиной.

Она к этому моменту уже отошла к стене, опасаясь, что на нее налетят и испортят всю ее работу.

Стоило мужчинам увидеть ее, как они оба сразу остановились.

Алевтину Сергеевну не волновал дворецкий. В этот момент она во все глаза смотрела на человека рядом с ним.

Это был тот самый дракон! Король! Ну тот, кто должен был стать отцом спасителя и мужем Камелии.

Она видела его лишь однажды с помощью магии Асфодеии, но этого хватило, чтобы запомнить это весьма выдающееся лицо навсегда. Кроме весьма привлекательной внешности мужчина имел просто бешенную энергетику. Казалось, сам воздух изгибался вокруг него и слегка дрожал. Ощущение присутствия было весьма выразительным.

Он смотрел на нее в ответ. Пристально, неотрывно, словно она внезапно стала центром его мира, от которого он никак не мог оторвать взгляд.

От этого ощущения все ее тело будто бы вспыхнуло жаром. Сердце в груди забилось быстрее, а ладони немного вспотели. Ее желудок по какой-то причине свернулся в тугой комок.

– Поклонись, идиотка, – услышала она гневный шепот рядом.

Аля моргнула, сбрасывая странное наваждение.

Кое-как оторвав взгляд от мужчины, она озадаченно посмотрела на дворецкого рядом. Тот выглядел разъяренным.

– Что? – спросила она, снова мельком посмотрев на мужчину.

– Поклонись, – повторно прошипел дворецкий. – Перед тобой король.

Необычные ощущения так сильно выбили Алю из колеи, что она не сразу сообразила, что именно от нее требовалось, а когда поняла, то все-таки наклонила голову.

Дворецкий рядом задушено кашлянул.

Что опять не так? Хотелось ей спросить, но потом она вспомнила, что здесь женщины должны слегка приседать.

– У меня в руках поднос, – произнесла она. – Если я присяду, то все уроню.

Алевтина не лгала. Ее руки и так уже болели от тяжести, все-таки тарелки были сделаны из глины, и каждая из них весила прилично. А их на подносе, к слову, деревянном и довольно толстом, стояло несколько. И это если не считать веса самих блюд.

Судя по шокированному взгляду, дворецкий был поражен тем, что она посмела говорить. А уж то, что она сказала и вовсе должно было отправить его в кому.

Заметив, как начальство стремительно краснеет, Алевтина Сергеевна приготовилась к гневной отповеди, но в этот момент дракон пошевелился, из-за чего ее взгляд снова прикипел к его высокой фигуре.

Когда он подошел к ней ближе, то Аля ощутила сильную дрожь. Мужчина подавлял идущей от него волной силы и мощи. Он возвышался над ней так, что ей приходилось задирать голову. Она едва доставала ему до плеча макушкой.

– Ваше… – начала она, опасаясь, что тот мог разозлиться на нее из-за ее поведения. Кто знает, каким был характер этого короля.

Что он вообще делал около кухонь? Неужели бал уже прошел, и король успел принять предложение Камелии прийти на чай? Только не говорите, что именно сегодня он должен был быть поражен приготовленными к чаю булочками? Не слишком ли быстро?

Аля замолчала из-за удивления, ведь король забрал у нее поднос.

– Ваше величество? – спросил дворецкий. Он так же выглядел удивленным.

Тот ничего не сказал. Вместо этого он оторвал, наконец, взгляд от Алевтины и посмотрел на блюда перед своим носом.

Аля заметила момент, когда его взгляд остановился на пышной выпечке, которая все еще была теплой, мягкой и свежей.

Ее запах преобладал над всем остальным. Коридор был почти заполнен привлекательным ароматом сладкого мучного изделия.

Отняв одну руку, дракон, ловко придерживая поднос, подхватил предназначенную для леди Камелии сдобу и поднес ее к носу. Коротко вдохнув сладкий аромат, он глянул на булку, а затем с большим аппетитом впился в нее зубами.

Алевтина Сергеевна с недоверием посмотрела на мужчину. Тот выглядел так, будто все его мечты в один момент сбылись.

Правда, понять это было сложно, так как выражение лица у человека даже сейчас оставалось достаточно каменным. Но Алевтина привыкла жить в теми, у кого с мимикой были большие проблемы, поэтому могла с точностью сказать – король чрезвычайно доволен.

Только не говорите, что он…

… пришел сюда, следуя за запахом…

Доев булочку, мужчина оглядел поднос, но на нем не было больше ни одной сдобы. Как только он это понял, то сразу посмотрел на Алевтину.

Алевтина вздохнула. Чем-то этот человек напоминал ей ее давно покойного мужа. Тот тоже иногда смотрел на нее таким вот несчастным взглядом, под которым она всегда сдавалась.

– На кухне осталось еще, – заверила она его, махнув рукой в сторону коридора.

Дракон мельком глянул в нужную сторону, но почти сразу снова посмотрел на Алевтину Сергеевну. А потом мужчина подошел ближе и наклонился.

Сердце Али забилось быстрее. Она невольно вдохнула воздух (ей кажется, или он действительно стал горячее?), ощущая в нем запах металла и нотки жженого дерева.

А потом дракон почти уткнулся носом в ее шею и вдохнул глубже.

Алевтина почувствовала, как все внутри нее полыхнуло.

– Что вы делаете? – спросила она тихо, скосив взгляд на буйную гриву волос рядом с ее лицом.

Сразу после этого дракон чуть приподнял голову и посмотрел на нее.

– Приятный запах, – ответил он тихо. Его взгляд блестел.

Алевтина замерла ошеломленная, а затем медленно положила ладонь на грудь дракона и толкнула его. Тот едва ли ощутил ее усилия, но послушно отодвинулся.

– Ваше поведение совершенно невежливое, – слегка сварливо пробормотала Аля.

– Следи за своим языком, – прошипел рядом дворецкий. Честно говоря, Аля совсем про него забыла.

– Если вы хотите еще булочек, то, как я уже сказала, они должны остаться на кухне, а мне пора к миледи. Она ждет свой обед, – после этих слов Алевтина Сергеевна попыталась забрать поднос с едой.

Вот только дракон явно не слушал, так как ловко уклонился от ее рук и направился дальше по коридор.

– Ну здорово, – проворчала Аля, глядя на спину мужчины сердитым взглядом. Что с ним не так?

– Сгинь, – снова прошипел дворецкий, проходя мимо нее, а затем почти бегом помчался за уходящим королем.

Алевтина Сергеевна и не подумала куда-то исчезать. Вместо этого она направилась следом. Ей все еще нужно было забрать поднос и принести Камелии обед. В конце концов, от результатов сегодняшнего теста зависел успех ее миссии.

Аля заметила, что дракон пару раз оглядывался. Создавалось впечатление, будто он проверял: идет ли она следом. Алевтина только и могла, что сердито смотреть в ответ.

Когда оба мужчины вошли на кухню, Аля пошла быстрее. Ей было интересно посмотреть, что будет дальше.

Как только она оказалась внутри, то ее встретила странная сцена.

Делия стояла около стола и у нее во рту была одна из приготовленных булочек. Женщина ошеломленно глядела на стоящего перед ней дракона, который смотрел на нее так, будто готов был прямо сейчас снять ее голову с плеч.

На столе стояла пустая чашка.

Алевтина, увидев это, вскинула брови. Когда она уходила, в чашке лежало еще десяток булочек. Неужели они все съели?

Переведя взгляд на Алтею, Аля заметила, как та тяжело сглотнула, явно проталкивая что-то в свой пищевод.

Дворецкий в этот момент выглядел так, будто не знал, что ему делать. Он то и дело бросал на короля нервные взгляды, а затем смотрел на Алю кинжалами, словно это она была во всем виновата.

Осознав, что ситуация без вмешательства не разрешится, Алевтина Сергеевна тяжело вздохнула и подошла к дракону ближе. После этого она аккуратно протиснулась между мужчиной и Делией, заставляя короля обратить внимание на нее.

– Кажется, все закончилось, – сказала она. Взгляд Вагерстрема сразу стал более хмурым. – Вы можете прийти в другой день, я испеку еще, – предложила она, подумав, что это хороший шанс начать выполнять миссию. Судя по взгляду дракона, тот не хотел ждать. Алевтина едва не закатила глаза к потолку. Что за нетерпеливое создание? – Или я могу испечь еще прямо сейчас, – сдалась она, понимая, что выход из этого положения только один.

– Я не думаю, что это хорошая идея, – вмешался чопорный дворецкий. Своим взглядом он явно был готов убить Алевтину. – Все-таки миледи ждет нашего гостя.

После этих слов он выжидающе уставился на короля.

Тот даже бровью не повел. Вместо того, чтобы выйти из кухни и вернуться в достойную его положения компанию, он невозмутимо сел на лавку за стол и выжидающе замер.

– Ваше величество? – дворецкий явно был растерян. Судя по всему, его не учили, что нужно делать в таких ситуация.

И снова на него не обратили внимания. Вместо этого дракон поднял голову и выжидающе посмотрел на Алевтину. Та в свою очередь тяжело вздохнула и отодвинула замершую Делию еще дальше, освобождая себе больше места для работы.

– Зря вы здесь сели, – упрекнула короля Алевтина Сергеевна. – Я сейчас буду работать с мукой. Могу вас испачкать. Лучше идите вон туда, к девочкам, – Аля кивнула в сторону сидящих на лавке около стены девочек помощниц. Те, осознав, что она сказала, пискнули и сжались.

Алевтина не думала, что дракон подчиниться ее просьбе, но тот без лишних слов сделал это. Аля покачала головой чуть удивленно. Король явно был чудаком, но это ее это мало волновало.

Вместо того, чтобы размышлять над странным поведением Вагерстрема, она принялась за дело. Время от времени она мельком глядела в сторону дракона. Взгляд мужчины был зачарованным. Он наблюдал за тем, как работали его руки, словно никогда ничего подобного не видел.

Дворецкий еще пару раз пытался вывести Вагерстрема из кухни, но тот лишь единожды бросил на человека такой взгляд, что тот решил отстать.

– Ой, ты неправильно это делаешь, – попыталась влезть в работу Алевтины Делия. При этом она весьма кокетливо поглядела в сторону короля. – Ну это и неудивительно, учитывая, что у тебя почти нет опыта на кухне. Давай я доделаю, а ты иди помой посуду или вынеси мусор.

Алтея, что странно, не спешила вмешиваться.

– Я дочь пекаря, – не согласилась со словами женщины Алевтина. – Я пекла булки с пяти лет. Так что у меня есть опыт.

– Да, но ты не можешь знать…

– Не мешай.

Делия мгновенно захлопнула рот. Аля глянула в сторону короля. От его голоса она снова почувствовала себя странно.

– В-ваше величество? – спросила женщина слегка дрожащим голосом.

– Я сказал, чтобы ты не мешала ей, – повторил он.

При этом взгляд дракона все еще не отрывался от рук Алевтины Сергеевны. Создавалось впечатление, что Делия интересовала его так мало, что он не готов был потратить на нее ни единого взгляда.

– Д-да, – дрожащим голосом отозвалась Делия и, бросив на Алю крайней неприятный взгляд, отошла ближе к молчавшей все это время Алтеи.

Алевтина покачала головой, а затем продолжила. Такая работа была для нее привычной. И дело не только в мышечной памяти, доставшейся ей от Алексии. В прошлой жизни она тоже часто пекла. Вся ее семья весьма любила ее выпечку, поэтому она время от времени баловала их.

Спустя время запах на кухне снова стал насыщенным. Аромат сладкой свежей сдобы был настолько силен, что создавалось впечатление, будто вкус оседал на языке, будоража воображение. У любого, кто вдыхал это, вскоре во рту скапливались слюни.

Доделав все, Алевтина Сергеевна налила в чашку чая и поставила ее рядом с полным подносом еще горячих булочек. После этого она подняла взгляд и посмотрела на ожидающего дракона.

– Готово, ваше величество, – сказала она и отступила.

Король немедленно встал.

– Я думаю, что сейчас самое время вернуться в гостиную. Миледи давно ждет. Она наверняка волнуется, так как не знает, куда вы пропали, – зачастил дворецкий, явно решивший, что это его шанс еще раз вразумить дракона. При этом он попытался встать на пути дракона.

Вот только мужчина просто отодвинул его в сторону и сел за стол, схватил одну сдобу, оглядел ее, понюхал, а затем, прикрыв глаза, впился зубами.

Алевтина Сергеевна готова была покляться, что в этот момент на лице человека было написано блаженство.

– Бастиан? Что здесь происходит?

Аля так увлеклась рассматриванием лица дракона, что едва не подпрыгнула, как услышала чей-то вопрос. Оторвав резко взгляд от дракона, она повернулась в сторону входа, сразу замечая там знакомую по видениям Асфодеи блондинку.

Леди Камелия Хабигер собственной персоной.

В реальной жизни девушка выглядела еще красивее, чем в видении. От нее словно исходил мягкий свет, ласковый и пронизывающий все вокруг.

Будь Алевтина Сергеевна моложе, она наверняка ощутила бы зависть или ревность к подобной внешности, ведь именно ради таких женщин мужчины дерутся на дуэлях. Благо прожитые годы дали ей немного мудрости, поэтому она отлично знала, что красота – не синоним счастья. В прошлом ей доводилось встречать красивых женщин, которые так и не смогли найти свою любовь.

– Миледи, – поприветствовал госпожу дворецкий и поспешил на ее зов. – Простите, что пришлось ждать, но…

Блондинка бросила на мужчину взгляд, отчего тот резко замолчал. О-хо, кажется, девушка, сотканная из света, не такая уж мягкая, как выглядит со стороны.

– Просто ответь на вопрос, – произнесла она. Голос ее вроде был мягок, но Аля слышала в нем нотки нетерпения и резкости.

– Его величество захотел… – дворецкий бросил взгляд на равнодушного короля, который продолжал свою трапезу. Выглядел при этом дракон так, будто ничего не происходило. Алевтина даже восхитилась, а затем, заметив, что у него закончился чай, поспешила налить ему еще, – булочек, – договорил между тем дворецкий.

– Булочек? – удивилась леди. – Так в чем проблема? Разве вы не могли ему их просто дать?

– Много сахара вредно, – пожурила Аля дракона, который намеревался подсластить свой напиток. – Пейте так. Булочки достаточно сладкие.

После этих слов дракон посмотрел на нее. Любой другой мог бы подумать, что его лицо ничего не выражало, но Алевтина Сергеевна каким-то образом смогла заметить несчастную морщинку между его бровями.

Аля вздохнула.

– Одна ложка. Так ведь вкуснее, иначе вы сладостью весь вкус перебьете, – уступила она, замечая, как морщинка слегка разгладилась.

Ни один из них толком не обращал внимания на то, что происходило около двери. И кажется, миледи это совершенно не понравилось.

– Почему ты изначально не напекла достаточно для добавки?

Аля моргнула и посмотрела на приблизившуюся девушку. Вблизи она выглядела еще красивей.

Кажется, пока она разговаривала с драконом, что-то в ходе разговора поменялось.

Алевтина огляделась.

Рядом с дворецкий стояла Делия. Женщина выглядела максимально невинно, вот только Алевтина Сергеевна не верила в такой вид.

– Простите? – спросила Аля, не совсем понимая, в чем ее обвиняли.

Дракон рядом поднял взгляд, но жевать не прекратил.

Услышав вопрос, Камелия оглядела Алевтину с ног до головы, а потом отступила на шаг. Такое простое движение… Аля не имела понятия, как его можно было сделать таким оскорбительным.

Краем глаза она заметила, как дракон перестал жевать и посмотрел на Камелию хмурым взглядом.

– Булочки, – коротко ответила девушка. Ее голос все еще был мягким, но Але показалось, что та говорит с ней, как с умственно отсталой. – Почему ты испекла так мало? Разве ты не понимаешь, что еды на кухне должно быть достаточно на случай, если кто-то из господ пожелает добавки?

Алевтина Сергеевна посмотрела в сторону Делии и Алтеи.

– Я напекла много, но остальные все съели.

– Неправда, – сразу вмешалась Делия. – Госпожа, вы нас знаете. Мы никогда бы ничего подобного не сделали. Мы служим вам так давно. И никогда не было никаких проблем. Очевидно, что она пытается оболгать нас.

– Она говорит правду.

Все на кухне замолчали. Алевтина опустила взгляд, глядя на заговорившего дракона с интересом.

– Ваше величество? – спросила Камелия.

При этом ее голос был сладок, как мед. Алевтине показалось, что у нее сейчас сладость из ушей потечет.

– Кухарки действительно съели все булочки, – ответил он спокойно, бросив в сторону Делии короткий взгляд.

Аля была удивлена, ведь дракон был явно зол. Хотя по его лицу это и не скажешь.

Неужели… он не мог простить остальным то, что они заставили его ждать?

– Ваше… величество, – пролепетала Делия. На ее глазах сразу образовались слезы. – Это… были не они.

Дракон бросил на нее такой взгляд, что та сразу отшатнулась и задрожала.

– Мой нос не обмануть, – хмуро добавил король и явно утратил к людям в комнате интерес, снова принявшись за свой не самый полезный обед.

Алевтина Сергеевна покачала головой. Она очень надеялась, что у дракона есть люди, которые тщательно следили за его питанием. Она знала такой тип людей. Им дай волю, они будут есть исключительно то, что любят, позабыв о полезных продуктах напрочь.

– Да, кхм, – откашлялась Камелия, явно не ожидая такого поворота событий. – В любом случае, – продолжила она, глядя на Алю. – Я не терплю склок между слугами, поэтому не могу принять тебя на работу.   

В первое мгновение Аля напугалась, так как отказ означал провал миссии, но почти сразу она успокоилась. Она вспомнила, что в договоре был пункт, в котором сказано, что она не несла ответственности, если миссия будет провалена по независящим от нее причинам.

Она ведь сделала все, что могла, не так ли?

Как только она узнала, что Камелия ищет кухарку, то в тот же день собралась и пришла в этот дом. Потом серьезно сражалась с другими слугами, чтобы выполнить свои обязанности, несмотря на то, как сильно они хотели оставить ее в стороне.

Обед она приготовила и даже булочек судьбоносных напекла. Хотя в тот момент она даже не знала, что король уже в доме. Да, остальные съели булочки (а ведь она испекла довольно много), но дракон их попробовал!

И мало того, если судить по его виду, остался полностью доволен.

Так что ее вины в том, что Камелия решила не нанимать ее нет вообще. Со своей стороны она сделала все, что от нее зависело, чтобы миссия прошла успешно.

По идее, она полностью освобождена от последствий.

Вот только…

Если Вагерстрем не возьмет в жены Камелию, то у них не родится Спаситель. Тогда миру конец. А Алевтина только в него попала. Ей надо было столько узнать и увидеть.

Конечно, местный апокалипсис явно должен был произойти лет так через двадцать, а то и больше, но даже так, Алевтине Сергеевне не хотелось, чтобы все закончилось так скоро. Это только кажется, что двадцать лет много, а на самом деле, не успеешь оглянуться, как уже вся жизнь прожита.

И что теперь делать?

Умолять взять ее? Только подумав, что ей придется молить о чем-то эту блондинку, Аля ощутила сильно отторжение.

Да и в остальном…

Оглядев счастливых кухарок, Алевтина Сергеевна пришла к мысли, что житья ей в этом доме не будет. Каждый день ей придется сражаться за это место. И кто знает, на что могут пойти эти люди, чтобы добиться своего. Мелкие пакости еще ладно, но иногда все способно зайти очень далеко.

– Очень хорошо.

Услышав низкий голос дракона, Аля посмотрела на него. Очень хорошо? Что хорошо? Он рад, что ее не взяли на работу? Почему это? Сам вон как булочки лопает! Куда только лезет?

– Простите? – спросила Камелия. При этом ее голос был тихий и свежим, как лесной ручей. Казалось, весь воздух буквально дрожал от этого звучания.

Алевтина Сергеевна недоверчиво на нее посмотрела. Нет, она видела в прошлой жизни красивых людей и слышала красивые голоса, но не до такой же степени! Это явно было что-то незаконное.

Аля прищурилась.

Она чуяла подвох.

– Ах, – продолжила Камелия. Подняв тонкие, невыносимо изящные руки к соблазнительной груди, она с сожалением посмотрела на мирно жующего (да, он все еще ел) дракона, – я хотела попросить у вас прощения за то, что вам пришлось стать свидетелем того, как сердца некоторых людей могут источать злобу. Я понятия не имела, что ситуация с наймом новой кухарки выльется во что-то настолько некрасивое. В защиту слуг хочу сказать, что никто из них не желал оскорбить вас.

Алевтина Сергеевна с недоверием посмотрела на Камелию. Вот это да. По словам Камелии выходило, что виновата во всем именно Аля.

– Что ж, – заговорила Алевтина. Она действительно не собиралась слушать, как на нее вешали всех собак, – раз миледи в моих услугах не нуждается, то я вынуждена откланяться.

Все, включая саму Камелию посмотрели на нее так, будто у нее выросла вторая голова. Ну, кроме дракона. Тот был все еще занят.

Аля окинула их взглядом и вздохнула. Ну да, как она могла забыть? Слуги здесь рядом с хозяевами лишний раз рта не открывали. А уж те, кто еще даже не устроился… В общем, ее слова явно очень сильно всех удивили.

Посмотрев на дракона, Аля заметила, что тот, как оказалось, все-таки тоже устремил на нее взгляд. Почему-то от этого ее желудок дрогнул, а сердце кувыркнулось в груди.

– Простите, миледи, – торопливо заговорил дворецкий. – Она из городской черни.

– Ах, такая… непосредственность, – произнесла Камелия. – Это даже… мило. Простите еще раз, ваше величество, что вам пришлось столкнуться с подобным.

– Я не против, – произнес дракон. Его взгляд по-прежнему не отрывался от Алевтины, отчего она ощущала себя слегка смущенной. Что ему надо? Почему он так смотрит?

– Ох, я слышала, что у вас большое сердце! – с энтузиазмом воскликнула Камелия. – Это действительно так. А теперь, не против ли пройти в гостиную? Я верю, что кухня не самое удачное место для беседы.

Дракон на это ничего не сказал. Он просто осмотрел пустой стол, удрученно вздохнул, и сразу после этого поднялся. Камелия, заметив его движение, оживилась. Вот только дракон не пошел в ее сторону.

Вместо этого он встал перед Алевтиной.

Аля подняла голову и вопросительно на него посмотрела. Мужчина подавлял своим ростом и весьма притягательной внешностью, но она едва ли дрогнула. Конечно, если не считать странно ведущих себя внутренних органов, которые решили станцевать ламбаду. Последний раз Алевтина Сергеевна испытывала похожие ощущения в далекой…

– Я слышал, ты ищешь работу, – произнес Вагерстрем. Услышав вопрос, Алевтина осторожно кивнула. – Тогда, я хочу нанять тебя.

Аля удивленно на него посмотрела. Предложение мужчины оказалось для нее неожиданным.

Пойти работать к дракону? Это означало, что ей придется переехать в другую страну, так как Вагерстрем возглавлял соседнее королевство под названием Эштаун.

Алевтина Сергеевна задумала, пытаясь понять, как это все могло повлиять на ее миссию.

Дракон явно любил булочки. Именно они поначалу привлекли его в этот дом. Уже в процессе он влюбился в Камелию – будущую мать Спасителя.

Получается, если Аля сейчас устроится на работу к самому дракону, то у того больше не будет причин приходить к Хабигер, а потом он и вовсе спокойно вернется в свое королевство. Это приведет к тому, что он не влюбится в Камелию, а значит, никакой свадьбы и героического ребенка.

По какой-то причине такой расклад весьма порадовал Алевтину, но она лишь недоуменно отбросила предательские мысли. Ей явно стоило думать о том, как сделать так, чтобы дракон как можно лучше узнал Камелию.

– Ваше сердце поистине огромно, – вмешалась в их гляделки Камелия.

Она почти протиснулась между ними, встав к Алевтине Сергеевне спиной, загораживая ее тем самым от дракона. Аля на всякий случай сделала два шага назад, опасаясь, что леди наступит ей на ногу. Да и ей не особо понравились цветочные духи Камелии, окутывающие ее, как облако.

– Вы совершенно правы, людям необходимо давать второй шанс, – продолжала лепетать Камелия, повиснув на руке Вагерстрема.

Тот все еще смотрел на Алевтину, напрочь игнорируя свое новое украшение, почти прилипшее к его боку.

Давать людям второй шанс? Это кому? Ей?

Аля нахмурилась и еще раз оглядела кухню. Сразу после этого она поморщилась. О, нет, если бы не миссия, ноги бы ее в этом месте не было.

– Думаю, ничего плохого не случится, если она попробует еще раз, – добавила Камелия и посмотрела на Алевтину.

Аля мысленно фыркнула от ласкового взгляда. Она понятия не имела, как можно смотреть с такой нежностью, но при этом обещать все муки смертные.

– Я… – начала Алевтина Сергеевна. Она собиралась согласиться. В конце концов, миссию никто не отменял. Она не могла отказаться от этой работы, даже если нахождение в этом месте доставляло ей дискомфорт.

– Не стоит, – прервал ее дракон. Его взгляд по-прежнему был весьма интенсивным. Это было весьма тревожно. – Я уже нанял ее.

Алевтина Сергеевна посмотрела на дракона с недоверием.

То есть как это нанял? А ее согласие никого, получается, не волновало?

Должна ли она возмутиться? Отказаться?

– Что? Но… – Камелия озадаченно посмотрела на Вагерстрема. – Я не слышала, чтобы вам требовалась кухарка. Если вы делаете это из-за недавних недоразумений…

– Мне понравилась ее выпечка, – прервал ее лепетания дракон. – Поэтому я нанял ее.

Аля заметила, как Камелия облегченно выдохнула. Что происходит?

– Ах, вам просто понравилась ее выпечка, – голос Камелии был наполнен радостью. – Тогда я, конечно, не могу отказать королю. Но! Раз вы украли у меня одного из моих работников, то просто обязаны выполнить какое-нибудь мое желание, – кокетливым голосом проворковала Камелия.

Алевтина была восхищена способностью Хабигер подстраиваться под ситуацию. Теперь та вела себя так, словно Вагерстрем переманил давно любимую Камелией работницу.

Взгляд дракона, наконец, сместился с Алевтины и устремился на Хабигер. Судя по тому, как изменилось дыхание леди, та была в восторге от этого.

– Что ты хочешь? – спросил он ее.

Аля была удивлена, что король согласился, ведь она не была служанкой Камелии, а значит, у него не было причин что-то той выплачивать.

С другой стороны, это все могли быть игры людей, которые начинали нравится друг другу. Они могли просто использовать ее, чтобы привлечь внимание другой стороны. Почему-то эта мысль отдала горчинкой. Алевтине не нравился подобный расклад. И она сама не понимала, почему.

– Ах, – выдохнула Камелия. Ее голос стал еще более чистым и нежным. – Я всегда мечтала посетить Эштаун! Говорят, природа там прекрасная.

Алевтина Сергеевна моргнула. С этим... можно было работать.

Если Камелия поедет с ними в Эштаун, то у них с Вагестремом будет шанс узнать друг друга лучше и влюбиться. Получалось, что самой Але не нужно будет переживать из-за будущего апокалипсиса.

Казалось бы, кругом сплошные плюсы, да только внутри от мысли, что эти двое будут вместе что-то переворачивалось.

Алевтина Сергеевна сурово схватила эти странные чувства и с прищуром осмотрела их со всех сторон. Что это? Ревность? Откуда?

Нет, Вагерстрем был очень… впечатляющим мужчиной, но Алевтина не была наивной дурочкой, она понимала, что у нее с этим человеком ничего быть не могло.

Это в пятнадцать она могла поверить в любовь между дочерью пекаря и королем, а в свои годы у нее не имелось таких иллюзий. Подобные мезальянсы здесь не приветствовались от слова совсем.

Как ни крути, но Камелия Хабигер действительно больше подходила в пару дракону.

И не стоило забывать о миссии. Эти двое должны были родить Спасителя. Это было даже более важно. Через двадцать лет Аля все еще хотела топтать эту землю, а не смотреть, как мир катится в Бездну.

Все для себя решив, Алевтина Сергеевна кивнула своим мыслям и вернула внимание на происходящее.

По какой-то причине дракон снова смотрел на нее. Это слегка сбивало с толку. Она не понимала, что в ее внешности продолжает так привлекать этого человека. Может, у нее пятно муки на носу?

– Мы выезжаем через неделю, – наконец, сказал Вагерстрем.

Алю несколько раздражало, что кто-то, не спросив ее согласия, все решал за нее, но спорить она в любом случае не собиралась, так как ей нужно было следовать миссии.

Камелия, по-прежнему свисающая у него с руки, просияла.

– Ах, вы согласились, – произнесла она с придыханием. Аля поморщилась, когда сладкий запах духов усилился.

К ее удивлению, на лице дракона отразилась аналогичная гримаса.

Что? Ему не нравится? Но Аля думала, что тот любит сладкое. И кажется, кое-кто был в курсе подобных пристрастий дракона.

Алевтина Сергеевна с интересом глянула на Камелию. Та выглядела невинной и нежной, но, если судить по тому, что ей довелось видеть и услышать сегодня, сердце девушки было весьма расчетливым.

Чему-то кивнув, король отстранился от разочарованной Камелии направился к выходу. Хабигер поплыла следом. Алевтина выдохнула, но в последний момент кое о чем вспомнила.

– Постойте! – крикнула она, заставляя дракона остановиться. Тот почти сразу повернулся к ней, глядя вопросительно. – Мне нужно знать детали, – добавила она. – Куда мне подойти через неделю? Сюда или в какое-то другое место? Кроме того… – взгляд Алевтины Сергеевна стал строже, – я бы хотела обсудить заработную плату.

А что? Миссия миссией, но за гроши работать она не собиралась! Тем более в другой стране! Можно сказать, у нее работа повышенной важности и сложности.

Камелия рядом с драконом сморщила свой аккуратный нос.

– Простите ее, мой господин, – проворковала Хабигер. – Она из простого народа. Ее не учили… тактичности. Такие вещи ты можешь обсудить с Бастианом. На будущее запомни, что к господам с такими вопросами обращаться нельзя. Это очень грубо.

Алевтина Сергеевна едва не закатила глаза к потолку.

– Нет, – сказала она, складывая упрямо руки на груди.

Камелия явно опешила от подобного.

– Что? – спросила Хабигер слегка растерянным голосом.

– Бастиан, как я поняла, ваш дворецкий, – пояснила Аля. – А я устраиваюсь на работу к… – ее взгляд переместился к молчавшему королю, – его величеству.

– Послушай… – начала Камелия и вздохнула удрученно, словно хотела дать понять, насколько глупыми были слова Алевтины.

– Она права, – прервал ее король.

– Что? – спросила Хабигер второй раз за последние минуты. Она выглядела смущенной. Казалось, вмешательство дракона стало для нее неожиданностью.

Вместо того, чтобы что-то ей объяснять, Вагерстрем протянул руку в сторону Алевтины.

– Мы обсудим это у меня. Идем, – сказал он и замер в ожидании.

Алевтина Сергеевна недоверчиво посмотрела на руку. Хмыкнув, она пошла в сторону короля, но, вместо того чтобы принять его предложение, прошла мимо.

Проследив за ней взглядом, Брайар посмотрел на свою пустую ладонь и разочарованно вздохнул. Сразу после этого он пошел следом за манящим запахом, который оставляла после себя девушка, не обращая при этом никакого внимания на оставшуюся позади Камелию.

– Вы уверены, ваше величество? – тихо, но при этом так, чтобы Алевтина слышала, спросила Камелия. – Зачем вам лично заниматься такими… обыденными вещами? Это всего лишь кухарка. Вы всегда можете передать дела своему управляющему или даже… мне.

Брайара мало волновало, что там лепетала Хабигер. Все его внимание было сосредоточено на идущей впереди девушке.

Не так давно он уже видел ее. Марево, неожиданно возникшее перед ним, быстро исчезло, но он не мог забыть лицо незнакомки, которая смотрела на него с очевидным интересом.

Брайар помнил, как екнуло его сердце в тот момент. Он должен был думать о делах, но все, что он мог делать, глядя в прелестные глаза, это вдыхать очаровательный запах, который и привел его сегодня сюда.

– Вы меня не слушаете, – почти заныла аристократка рядом с ним.

Брайар скосил на нее взгляд. Как ее звали? Фаселия? Мапселия? Нет, он не мог вспомнить.

«Не слушаю», – подумал он вместо этого и снова взглянул на свое видение.

Ее булочки… были великолепными. Их текстура и вкус были почему-то ему знакомы, но при этом Брайар был уверен, что никогда до этого момента не ел ничего подобного.

Он точно знал, ведь в своей любви к выпечке он обращал внимание на все булочные, которые только имелись во всех ближайших королевствах.

Только подумав о своей недавней трапезе, Брайар сглотнул слюну. Ему хотелось еще. Все-таки драконы ели намного больше остальных людей. В своей звериной форме он легко мог поглотить быка. В человеческой все было скромнее, но даже так, еды ему требовалось много.

«Интересно, – задумался он, бездумно глядя на покачивающиеся пышные бедра девушки перед собой. По какой-то причине слюна начала скапливаться в два раза быстрее, – она может печь только такие или у нее в запасе есть еще парочка рецептов? Хочу попробовать», – подумал он, не совсем уверенный, о чем именно были его последние мысли.

– И говорят, у вас там есть великолепный водопад, – лепетала блондинка рядом, расточая вокруг себя невыносимый аромат ядовитых духов.

Брайар косо посмотрел на девушку. Ему было интересно, неужели та действительно думала, что может поймать в ловушку дракона таким простым трюком?

Цветочный плен – именно так назывались эти духи. Все, кто их вдыхал, медленно влюблялись в носящего аромат человека. Вот только на драконов это действовало плохо.

Брайар вздохнул и снова посмотрел на ту, чей запах ему был более приятен.

Невысокая (мягко сказано), белокурая, с круглым лицом и приятным пышным телом. Она выглядела мягкой и уютной. Брайар поймал себя на мысли, что ему хочется обнять девушку и зарыться в ее грудь носом, вдыхая этот восхитительный запах бесконечно.

– Не так ли? – ворвался в его сознание довольно противный голос Пателии.

Брайар посмотрел на нее. Та смотрела в ответ в ожидании.

– Что? – спросил он все-таки, понимая, что она не отстанет. Зачем она вообще идет с ними?

Подумав об этом, Брайар стряхнул руку аристократки со своего локтя, решив, что ему не стоило так надолго выпадать из реальности.

– Я говорю, что мы могли бы взять с собой Бастиана. Он очень хорош в управлении. Конечно, я уверена, что ваши слуги не нуждаются в лишнем руководстве, – Бактерия рассмеялась.

Брайар поморщился и посмотрел на ее шею. Он отлично видел замаскированный магией кулон, который должен был искажать голос девушки, делая его сладким и нежным. Таким, каким любило большинство.

Вот только для него, дракона, преобразованный магией голос слышался скрипучим и резал по ушам.

Подняв взгляд, Брайар посмотрел, на самом деле в первый раз осознанно, на лицо Вактерии. Она вся мерцала. Не было сомнений, что все ее тело было покрыто многочисленными чарами для улучшения внешности.

Кроме этого, он заметил еще несколько артефактов. Один в волосах, явно должный делать их безупречно здоровыми и сияющими. Второй на талии – воздух в этом месте несколько искажался, словно артефакт пытался скрыть то, что не удалось затянуть корсетом. Третий, составной, болтался на запястьях. Судя по всему, аристократка не была довольна ничем в своей внешности.

Брайар даже слегка задумался. Ему было интересно узнать, что именно пыталась скрыть девушка. Но его интереса было недостаточно, чтобы посмотреть дважды. Вместо этого он перевел взгляд на свою Булочку, подумав, что ему срочно нужно узнать ее имя.

– Вы можете взять, кого хотите, – ответил он Фалерии.

Он не стал говорить, что его слуги не позволят вмешиваться в их дела кому-то постороннему. Брайар был слишком занят для этого. Он наблюдал за тем, как девушка перед ним бросила на них странный взгляд, но почти сразу отвернулась.

– Правда? Ах, как вы великодушны, – залепетала аристократка.

Ее измененный магией голос царапнул уши Брайара, отчего он снова поморщился.

Ничего, долго терпеть ему не придется.

В какой-то момент Алевтина Сергеевна поняла, что идет впереди всех, словно полководец. Она даже слегка смутилась, так как понятия не имела, куда, собственно, идти. Но она не растерялась. Вместо того, чтобы привлекать к себе внимание, она попыталась замедлить шаг и технично оказаться позади короля и Камелии.

Вот только сделать это оказалось не так просто, ведь дракон по какой-то причине тоже замедлял шаг, когда это делала она.

В итоге Аля просто остановилась и отошла в сторону, давая понять, что господа могут пройти вперед.

Дракон, к ее удивлению, тоже остановился и посмотрел на нее вопросительно, словно не имел представления, почему она не идет дальше.

– Не знаю, куда, – ответила на безмолвный вопрос Аля.

– Ты… – попыталась что-то сказать Камелия, ловко подхватывая короля снова за руку. Тот скосил на нее взгляд и без какого-либо сожаления отнял ее руку от своей, отходя на шаг ближе к Алевтине.

Выглядел он при этом так, будто хотел, чтобы она защитила его от хищной женщины. Алевтина Сергеевна нашла такое поведение забавным. Оно напомнило ей то, как вел себя ее давно ушедший муж. Тот тоже всегда делал вид, что другие женщины его не просто не интересовали, но и пугали. Учитывая, что тот всегда был красавцем и занимал руководящую должность, акул вокруг него постоянно кружилась тьма.

– Мы уходим, – коротко бросил дракон, а затем совершенно бесцеремонно схватил Алевтину за руку и потащил ее в сторону выхода из поместья.

– Но как же чай?! – крикнула позади Камелия.

Некоторое время девушка пыталась преследовать их, но затем заметно отстала. Аля пару раз оглядывалась и видела, с какой ненавистью Хабигер смотрела на нее.

Алевтина сглотнула, несколько беспокоясь о своем благополучии. Такие люди, как эта Камелия, могли пойти на что годно, чтобы добиться желаемого. И жизнь постороннего человека их мало будет волновать.

Она не до конца понимала, почем та вообще сочла нужным ненавидеть ее, в конце концов, она ведь устраивалась к дракону кухаркой, а не забиралась к нему в постель. И уж точно не становилась его женой! Это полный абсурд!

Около входа обнаружилась богато украшенная карета.

Кучер, заметив их, спрыгнул на землю и услужливо открыл перед ними дверь.

Аля видела, что тот посмотрел на нее с удивлением. А еще в его глазах так и плескался вопрос. Ему явно было интересно, что происходит.

Перед каретой Вагерстрем притормозил, а потом помог Алевтине забраться внутрь. Сразу после этого он весьма ловко запрыгнул и сам. Кучер сразу закрыл за ними дверь.

Алевтина Сергеевна видела, с каким облегчение выдохнул король.

– Зачем вы вообще пришли к ней, если она вам так не нравится? – не удержавшись, спросила Алевтина.

Мужчина чуть удивленно на нее посмотрел. Он явно не ожидал, что к нему обратятся. Аля была готова, что ее в следующий момент осадят, но дракон не стал этого делать.

– Род Хабигер весьма влиятельный. Он имеет некоторую власть.

Он не стал объяснять больше, но Аля и так все поняла. Судя по всему, Вагерстрем здесь с какой-то целью и для ее достижения ему необходимо умаслить аристократию. И даже если местный король будет согласен сотрудничать с Вагерстремом, без поддержки знати им будет сложнее реализовать какие-то (Аля понятия не имела какие именно) планы.

– Куда мы едем? – задала Аля еще один вопрос.

–  В мой дом, – коротко ответил дракон.

– Дом? – Алевтина была удивлена. – Разве вы не гость его величества? Я думала, вы должны жить в замке короля.

– Так и есть, – снова коротко ответил мужчина, своим ответом ничего толком не объяснив.

Аля недовольно на него посмотрела, но допытываться не стала. В конце концов, тот был королем, а она всего лишь дочерью пекаря. Он не обязан был перед ней отчитываться.

– Что именно вы хотите от меня как от работника? – Алевтина Сергеевна решила, что сейчас самое время обсудить условия ее будущей работы.

– Я люблю выпечку, – мгновенно ответил дракон. Вообще, разве драконы не должны любить мясо? Почему именно булочки? Аля никак не могла понять. – Много выпечки, – зачем-то дополнил он, заставив Алевтину нахмуриться.

– Насколько много? – уточнила она.

Вагерстрем глянул на нее и добавил:

– Очень много.

Аля кинула на него слегка озадаченный взгляд. Какой странный человек, но не ей кого-то осуждать, учитывая, что она была подселенкой из другого мира, присланной сюда для того, чтобы свести двоих людей.

– Вы ведь знаете, что много такой еды – вредно для здоровья? – на всякий случай спросила она.

Король взглянул на нее взглядом, в котором не было ни тени беспокойства. Сразу стало понятно, что его подобным было не напугать.

Алевтина пожала плечами.

– Мое дело предупредить, – произнесла она тихо. – Вы надолго в столице? Просто перед отъездом мне надо будет предупредить… отца, что я уезжаю из страны.

– Отца?

– Да, он пекарь, – ответила Алевтина Сергеевна. Ей было сложно называть почти незнакомого мужчину отцом и даже память Алексии в этом плане плохо помогала, ведь Аля не ощущала себя ею.

Кроме того, Ронан Бекер был моложе, чем она в своем прошлом теле!

Подумав об этом, Алевтина Сергеевна с интересом посмотрела на дракона. Почему-то, несмотря на очевидную физическую свежесть мужчины, сидящего напротив, она не воспринимала его, как кого-то слишком молодого. Это обстоятельство заставило ее удивиться.

– Он может поехать с нами, – предложил Вагерстрем. Аля моргнула, возвращаясь в реальность из своих мыслей. – Если он захочет. Я могу нанять и его.

Алевтина Сергеевна задумалась над этим. Почему-то она сомневалась, что Ронан захочет срываться с насиженного места. В конце концов, лавка была делом всей его жизни.

Пожав плечами, она решила, что спросит, а там тот пусть сам решает.

– Я скажу ему, – пообещала Алевтина и решила сменить тему. – Расскажите, какая выпечка вам больше всего нравится.

– С начинкой, – сразу ответил дракон. – И без, – уточнил он спустя мгновение.

– С малиной? – спросила Аля, подумав, что ей нужна конкретика. Мало ли, вдруг у дракона на что-нибудь аллергия или он не любил какие-нибудь фрукты или ягоды. На ее вопрос дракон нетерпеливо кивнул. Создавалось впечатление, что он сразу представил себе, какой на вкус будет булочка с малиной. Или вспомнил. – С клубникой? – еще один кивок. – Вишня? Смородина? Яблоки?

На все вопросы тот кивал. Его лицо было непроницаемым, но Аля видела, как в его глазах пробуждается голод и нетерпение. В конце концов, она решила завершить с опросом. Было понятно, что тот готов съест все, что она предложит.

После того, как она замолчала, в карете воцарилась тишина. Аля некоторое время смотрела в окно, не зная, что еще сказать. Мужчина был королем, она не могла внезапно поднять какую-нибудь неуместную тему, поэтому решила помолчать.

Сам Брайар в этот момент пытался понять, почему эта девушка вызывала в нем такую бурю эмоций.

Она выглядела весьма привлекательно и великолепно пахла, но было в ней что-то еще. И это нечто заставляло его сердце подрагивать и сжиматься.

Казалось, что они знали друг друга раньше, встречались, но он был уверен, что не видел ее до момента, пока она не показалась ему в видении. Хотя… В том мареве она будто бы отличалась.

Не успела Аля заскучать, как карета остановилась. Дракон сразу открыл дверь и выпрыгнул, подавая ей руку. Алевтина Сергеевна была уверена, что за новыми служанками так не ухаживают, но не собиралась отказываться от внимания. Если мужчина хотел баловать ее, то запрещать ему она точно не собиралась.

Дом Вагерстрема был большим, но не громадным. Аля сказала бы, что он довольно-таки уютный. Вся зелень вокруг выглядела ухоженной и идеально подчеркивала едва уловимую мрачность строения.

На лестнице она заметила невысокого пухлого человека, облаченного в строгий костюм. Мужчина был седым. Причем часть волос посередине выпала, но остальные волосы были тщательно зачесаны назад, давая понять, что их владелец не терпел неряшливости в своем облике.

– Ваше величество, – поприветствовал короля мужчина, исполнив идеальный поклон. Сразу после этого его взгляд устремился к Алевтине. Она видела, как в его глазах на короткий миг вспыхнула озадаченность, но почти сразу он ее подавил.

– Это… – дракон явно хотел их представить, но вспомнил, что так и не спросил ее имени.

– Алексия Бекер, – представилась Аля, улыбнувшись. – Для друзей просто Аля.

По какой-то причине Брайар в этот момент ощутил новый укол в сердце. Ему показалось, что что-то в этом сокращенном имени было. Что-то мягкое, нежное, пахнущее весной и сиренью.

– Да, – произнес он, отбрасывая странные чувства. – Она наша новая… булочница.

– Булочница? – спросил встретивший их мужчина. Он выглядел удивленным. – Новая? Разве у нас была… Кхм, булочница, конечно. Я очень рад видеть вас. Мое имя Эвандер Дрейвен. Я служу у нашего господина дворецким. Можете звать меня просто Эвандер.

«Ага, – подумала Алевтина. – Эвандер, почти Ваня!»

– Взаимно, – ответила Аля.

Она очень надеялась, что в этом доме ей не встретятся люди, с которыми она познакомилась в доме Камелии. Миссия миссией, но жить в постоянном стрессе ей очень уж не хотелось.

– Ваше величество? – вопросительно позвал чей-то мягкий голос. Сразу после этого из дома вышла полная женщина. Одета она была в темно-синее платье, белый фартук и белый чепец, из-под которого выбивались несколько седых прядей. Подойдя ближе, она поклонилась. – Вы обедать будете или подождете ужина? – спросила она, выпрямляясь.

– Кларисс, – строго произнес Эвандер. – Обожди ты со своей едой. Его величество даже в дом еще не вошел. У него явно дела. Если он захочет есть, то сам прикажет подавать.

Женщина, имя которой явно было Кларисс, выпрямилась и уперла руки в бока. При этом вид у нее был очень грозный.

– Ничего не хочу слышать, – бескомпромиссно выдала она. – Знаю я его, сейчас запрется в своем кабинете и просидит там до самого утра! А я сегодня хлеб испекла. Свежий, душистый! И утку запекла.

– Он вернулся из дома Хабигер, – продолжал упрямиться Эвандер. Надо отдать ему должное. Мужчина крепко держался, если учесть, какой недовольной и грозной выглядела эта Кларисс. – Наверняка, его там накормили, – после этого он замолчал и перевел вопросительный взгляд на своего короля. – Накормили ведь?

Аля с интересом наблюдала за тем, что разворачивалось перед ее глазами. Слуги в этом доме явно очень любили своего господина. Они вели себя с ним больше, как бабушка с дедушкой, чем безликие и безропотные наемные рабочие.

– Нет, – честно ответил стоящий рядом дракон.

Кларисс сразу всплеснула руками.

– Да что это за господа-то такие? Где это видано, чтобы гостей своих не кормить? – возмутилась она, но в этот момент ее взгляд остановился на Алевтине. – Ой, какая хорошенькая! – добродушно воскликнула она, подходя ближе. – А ты у нас?..

– Новая булочница, – услужливо ответил вместо Али Эвандер.

Седые брови Кларисс поднялись вверх, сразу после этого она посмотрела на короля.

– Вам не нравится моя выпечка, ваше величество?

– Нравится.

– Тогда почему? – поинтересовалась женщина. Аля ожидала услышать от нее обиду или разочарование, но в ее вопросе был лишь интерес.

– У нее вкуснее, – прямолинейно ответил король.

Аля вздохнула. Она очень надеялась, что этим ответом он не разрушил будущие дружелюбные отношения между ней и слугами в этом доме. Аля знала, как далеко порой могла завести людей ревность.

– Действительно? – спросила женщина, глянув на Алевтину Сергеевну любопытным взглядом. Подойдя ближе, она мягко положила руку ей на локоть и потянула за собой в сторону входа. – Идем, не будем мешать мужчинам. Они все равно ни о чем интересном обычно не говорят. Как тебя зовут, милая? – спросила она.

Алевтина оглянулась на короля. Тот выглядел слегка озадаченным, но не протестовал. Эвандер глядел на женщину с неодобрением и мягкой усталостью. Было видно, что, несмотря на несогласие с действиями Клариссы, он не собирался ругать ее или спорить с ней.

– Алексия Бекер, – представилась Алевтина Сергеевна. – Можно просто Аля.

– Бекер?

– Да, мой отец пекарь.

– А все понятно, – женщина кивнула. – Очень приятно. Как ты слышала, меня зовут Кларисс. Можешь так и звать. Тот черствый сухарь рядом с королем – мой муж, – пробурчала женщина, фыркнув. – Расскажи мне, где ты познакомилась с его величеством, – попросила Кларисс.

– У леди Хабигер, – честно ответила Аля. Она не видела смысла лгать в чем-то столь обыденном. – Я хотела наняться к ней в качестве кухарки, но его величество решил, что хочет, чтобы я работала на него.

Кларисс остановилась и удивленно на нее посмотрела. Алевтина только сейчас заметила, что женщина ростом была даже ниже нее. Это настоящее достижение, учитывая, что рост у ее нового тела был совсем небольшим. Она едва ли дотягивала хотя бы до метр шестидесяти.

– Ты должна мне все подробно рассказать, – нетерпеливо выдала женщина, а затем потянула ее дальше. – Хотя нет, подожди. Сначала я познакомлю тебя с остальными. Они не простят мне, если ты расскажешь что-то настолько интересное только мне.

– Конечно, – согласила Аля, немного расслабляясь. Кларисс не выглядела злой, как и ее муж. Была надежда, что в этом доме ей не придется быть в постоянном напряжении.

Вскоре они пришли на кухню. Там собралось довольно много людей.

– Так! – крикнула Кларисс, хлопнув при этом в ладоши. – Послушайте меня!

Как только она это сделала, взгляды всех в комнате обратились к ней. Голоса затихли. Аля с интересом осматривала слуг этого дома.

– Отлично, – Кларисс довольно хмыкнула, а затем положила руку на спину Алевтины и слегка надавила, вынуждая ее сделать шаг вперед. – Познакомьтесь все, это наша новая подруга. Ее зовут Алексия. Она будет работать булочницей.

– Булочницей? – спросила одна из девушек удивленно. – Разве этим словом не обозначают жену булочника? – добавила она с заметной растерянностью.

Аля невольно фыркнула.

– Наверное, все дело в моих обязанностях, – пояснила она. – Его величество поручил мне печь для него булочки.

На короткий миг на кухне воцарилась тишина, а затем послышалось несколько задушенных смешков.

– О-о-о, теперь все понятно, – со смехом потянула одна из девушек. Судя по ее одежде, она работала служанкой.

– Так, девочки, давайте все вопросы оставим на потом, как и дальнейшее знакомство. Эти Хабигер не накормили нашего короля! – возмущенным голосом выдала Кларисс. – Нам нужно быстро накрыть ему на стол.

Аля пристально наблюдала за тем, как все отреагировали на эту новость. И она с удовольствием отметила, что все, начиная от кухарок, заканчивая простыми служанками, возмущены услышанным.

Все сразу засуетились, хватая приготовленную еду и расставляя ее на подносах. Судя по количеству приготовленного, аппетит у короля действительно был отличным.

– Я помогу, – предложила Аля, выхватывая у мимо проходившей девушки с подноса одну из глубоких тарелок, накрытых крышкой.

Та удивленно на нее посмотрела, но почти сразу улыбнулась.

– Конечно, – легко согласилась она. – Идем, я покажу тебе дорогу.

Дорога до обеденного зала не была слишком далекой и утомительной. Вскоре они оказались в помещении, посреди которого стоял длинный стол.

Слуги один за другим ставили на него подносы. Сам король уже сидел за столом. Он выглядел скучающим. Ровно до того момента, как Аля вошла в комнату.

Сразу после этого мужчина выпрямился в своем кресле. Рядом стоящий с королем Эвандер, заметив перемену, удивленно вскинул седые брови и проследил за взглядом короля.

На покрытом морщинами лице на некоторое время отразилась глубокая задумчивость, которая вскоре сменилась хмуростью.

Эвандер прожил на свете достаточно, чтобы по косвенным признакам распознать увлеченность. Вот только он не был наивным. Мир был сложным и жестоким местом. Особенно для молодых девушек, за спинами которых не было могущественных родов. Впрочем, даже тем, кто с детства купался в богатстве чаще всего сладко не жилось, ведь настоящей свободы ни одна из таких девушек никогда не имела.

Эвандер понял, что нужно что-то делать, иначе все могло закончиться трагедией для некоторых людей.

– Граф Бачестер просил аудиенции, – произнес Эвандер, пытаясь отвлечь внимание короля от девушки, которая в этот момент ставила тарелку рядом с ним.

Король никак на это не отреагировал, зато, как только девушка попыталась отойти, схватил ее за руку и потянул назад.

– Что? – спросила она удивленно.

Эвандер вздохнул, стискивая зубы. Судя по всему, все было очень серьезно.

– Мы не обсудили условия найма, – ответил король, указывая рукой на стул рядом с собой. – Поешь со мной.

Эвандер видел, как некоторые слуги от такого предложения замерли. Большая часть из них недоверчиво и с интересом посмотрели сначала на короля, а затем и на новую работниц. Вскоре во взглядах многих появилось понимание.

Самые наивные из служанок весело и тихо захихикали, другие, постарше, посмотрели на девушку рядом со столом с тревогой и даже жалостью.

– Ваше величество, – Эвандер попытался исправить положение. И пусть девушка не проработала в этом доме ни дня, он уже ощущал по отношению к ней защитные чувства, – для прислуги неуместно сидеть в присутствии короля и тем более принимать пищу за его столом.

Эвандер знал, что его король справедливый и честный человек. Никто и никогда не мог сказать, что тот действует подло по отношению к женщинам. Но даже так, Эвандер опасался, что его величество не совсем осознавал опасности слухов для такой молодой девушки.

Конечно, их коллектив был удивительно слаженным и сплоченным, но Эвандер знал, что сердца людей не всегда можно прочесть.

– Кто сказал? – спросил внезапно король, выводя Эвандера из своих мыслей.

Дворецкий моргнул, глядя на своего правителя растерянным взглядом.

– Это общеизвестный закон, – пояснил он, чувствуя в сердце дурное предчувствие.

– Кто его создал? – уточнил Брайар.

– Полагаю, аристократия прошлого, – ответил Эвандер, заранее смиряясь с поражением. Он хорошо знал короля, все-таки тот вырос на его глазах, поэтому хорошо понимал, что именно тот мог сейчас сказать.

– Прекрасно, тогда я отменяю этот закон, – король безразлично пожал плечами, а затем встал и усадил девушку на стул. – В конце концов, какой смысл быть королем, если я не могу даже поесть с тем, с кем хочу?

– Все не так просто, ваше величество, – со вздохом произнес Эвандер.

– Оставь его в покое, – вмешалась в разговор Кларисс. Войдя в комнату с подносом, на котором можно было увидеть запеченную птицу, она подошла к столу и поставила поднос на стол. Сразу после этого женщина улыбнулась Алевтине и погладила ее коротко по руке. – Все нудишь и нудишь, – буркнула она, кинув недовольный взгляд на Эвандера. – Что плохого, если молодые поедят вместе?

– Ты не понимаешь, – воспротивился дворецкий.

– Все я понимаю, – отмахнулась Кларисс. – Уверена, никто никому не скажет, – добавила она.

Алевтина Сергеевна с сомнение оглядела служанок. Она сомневалась, что все в этом доме могли быть настолько дружелюбными.

– Тем более они не останутся одни, – довольно произнесла Кларисс.

Эвандер хотел еще поспорить, но решил промолчать. Все-таки пойти против приказа короля он не мог.

Аля не совсем понимала, почему дракон все это время терпеливо позволял прислуге шуметь. Ей всегда казалось, что аристократы не терпят, когда кто-то из более низких слоев смеет спорить с ними или подвергать их решения сомнениям.

Короля, казалось, эти споры никак не трогали. Он выглядел безразличным к людям вокруг.

– Ничто из того, что происходит в этом доме, никогда не выйдет за его порог, – пустым голосом произнес король, кинув взгляд на служанок.

Девушки на короткий миг замерли, а затем дружно присели, склоняя головы. Але показалось, что в воздухе зазвенела струна.

– Да, ваше величество, – хором ответили они.

Аля моргнула удивленно. Что это сейчас было?

– Хорошо, – продолжил король, – а теперь оставьте нас. Эвандер, ты можешь остаться.

– Слушаюсь, ваше величество, – откликнулся дворецкий и коротко поклонился.

Сразу после этого служанки одна за другой тихо вышли из обеденной комнаты и прикрыли за собой двери. Кларисс тоже вышла, кинув напоследок на Алю обнадеживающий взгляд.

Алевтина все это время наблюдала за драконом. Тот вел себя чрезвычайно спокойно. Ей было интересно, почему слуги в один момент вели себя излишне расслаблено, а в другой дисциплинировано выполняли приказы.

– Магический контракт, – произнес король.

– Что? – переспросила Аля, не совсем поняв, о чем идет речь. Они ведь вроде до этого момента ни о чем не говорили. Или она что-то упустила?

– С каждым человеком или существом, который или которое служит мне, я заключаю магический контракт. Любой, кто подписал его, должен следовать моим приказам до тех пор, пока они не угрожают его жизни, психическому здоровью или достоинству. Я в свою очередь обязуюсь выплачивать за службу определенную сумму, о которой мы договариваемся заранее. За исполнением условий контракта следит магия.

Алевтина Сергеевна моргнула и задумалась. Звучало интересно, вот только она с ходу могла придумать несколько способов обойти условия.

Взять, к примеру, последний его приказ.

«Ничто из того, что происходит в этом доме, никогда не выйдет за его порог»

Во-первых, в ЭТОМ доме. А что будет, когда они вернутся в Эштаун? Будет ли это значить, что все, что будет происходить в замке короля они смогут рассказать?

Потом взять фразу «ничто из того, что происходит». Конкретно Алю интересовало слово «происходит». То есть, это означало некие физические действия. Разговор, по сути, тоже действие, совершаемое двумя или более людьми, но относится ли это к тому, о чем эти люди говорили? Разве нельзя было рассказать суть разговора, не упоминая при этом, что рассказанное было услышано?

Можно было придраться и к фразе «не выйдет за порог». А что будет, если человек придет в этот дом и уже тут слуги ему все расскажут? Этот человек ведь не подписывал контракт, а значит, вполне может после спокойно уйти с полученной информацией. Или нет?

Все это Алевтина Сергеевна и высказала дракону. Ей было очень интересно узнать, что тот скажет.

Если Вагерстрем и был впечатлен ее мыслями, то никак этого не показал, зато вот Эвандер явно был удивлен, если судить по его слегка расширенным глазам и встревоженному взгляду, брошенному на своего короля.

– Я не зря упомянул магию, – произнес Вагерстрем. Сразу после этого он взял тарелку, наполнил ее супом и поставил перед Алей.

– Спасибо, – поблагодарила его Алевтина, не придавая большого значения этому жесту. Взяв ложку, она погрузила ее в ароматно пахнущий суп и зачерпнула.

Король проследил за тем, как красиво очерченные губы на короткий миг обвились  вокруг металла и опустил взгляд в свою тарелку.

Эвандер в этот момент не мог поверить тому, что видел. Никогда до этого момента он не видел, чтобы дракон делился своей едой. И не просто делился, а ухаживал за кем-то другим!

Дворецкий с недоверием посмотрел на девушку. Она выглядела милой, хотя внешность у нее была далека от принятого сейчас во многих странах эталона красоты. Полноватая, с пышными формами, большими глазами и румяной кожей, девушка никак не могла сойти за аристократку. Любой, у кого имелись глаза, сразу мог сказать, что она вышла из простого народа.

Эвандер стиснул зубы. Он очень надеялся, что король не испортит жизнь этой светлой душе, ведь жениться на ней тот все равно не сможет. Аристократы просто его не поймут.

– Как я уже сказал, – продолжил король, не обращая никакого внимания на душевные метания своего дворецкого, – за исполнением следит магия. Обмануть ее не так просто, ведь она читает сердца людей, а не следует букве сказанного буквально.

– Очень удобно, – Аля кивнула, принимая такой ответ, но даже так она не была до конца убеждена. Наверное, все дело в том, что концепция магии все еще не была ей близка, несмотря даже на собственное попадание в другой мир.

Дальнейший обед прошел в тишине. Они оба безмолвно решили для начала спокойно поесть, а уже потом обсуждать условия найма.

Все это время Эвандер едва ли не хватался за сердце, ведь король вел себя совершенно нетипично! Он подавал блюда Алексии! Наливал ей напитки! Передавал соль или услужливо пододвигал ближе корзинку с хлебом!

Дворецкий был настолько ошеломлен происходящим, что в какой-то момент совсем забыл, что именно он должен был служить за обедом. В себя он пришел только после того, как пара пообедала и решила сменить место, направившись в гостиную.

– Принесите нам чаю, – приказал ему король.

Эвандер молчаливо поклонился и поспешил на выход. За дверями его ждала Кларисс.

– Ну что? – нетерпеливо спросила она.

Эвандер перевел дух и посмотрел на жену серьезным взглядом.

– Все очень плохо, дорогая, – произнес он, думая о том, что им всем теперь делать.

– Что ты делаешь?

Услышав голос позади, Камелия замерла. В этот момент она сидела перед зеркалом в своей комнате и увлеченно расчесывала белокурые пряди, которые очень красиво переливались под светом льющегося из окна солнца. И пусть блеск этот давало заклинание, но кого это волновало? Главное, ведь результат!

Голос был знакомым, но даже так Камелия не смогла удержаться от реакции. Все-таки секунду назад в комнате кроме нее никого не было.

Проведя по локонам последний раз расческой, Камелия любовно осмотрела свое лицо (ей потребовалось много магии, чтобы довести его до совершенства) и нехотя повернулась.

Как она и думала.

На ее кровати сидела вполне знакомая ей личность.

– А на что это похоже? – довольно едка спросила Камелия. – Причесываюсь, – добавила она и закатила глаза.

Девушка на кровати глянула на нее, как на дуру и вздохнула устало.

– Я имею в виду, что сейчас ты должна соблазнять дракона, а не… – девушка поморщилась, глядя на кучу склянок и баночек на столике позади Камелии, – причесываться.

– Соблазнять? – Камелия с притворным удивлением огляделась. – Ты где-то здесь видишь дракона?

– Не строй из себя не пойми что?! – вспыхнула гостья Хабигер. – Ты прекрасно знаешь, о чем идет речь!

– Да, да, знаю, – отмахнулась от девушки Камелия и снова повернулась к зеркалу. В нем, к слову, гостья совсем не отражалась. Ну, в этом не было ничего удивительного, учитывая, что та не принадлежала миру. – Не понимаю, к чему такая спешка. Я смогла уговорить его взять меня с собой. Можно считать, что наш брак уже дело решеное.

– Ты слишком несерьезна, – посетовала гостья. – Пока ты здесь… причесываешься, его обхаживает другая!

В руке Камелия в этот момент держала крем для лица. Услышав слова девушки позади, она медленно поставила баночку и обернулась.

– Другая? – спросила она холодным голосом. – И кто она?

– Дочь пекаря, – ответила дева.

Камелия нахмурилась, пытаясь понять, о ком идет речь.

– Простолюдинка? – усмехнулась она спустя время, так и не вспомнив никого знакомого ей. – Какую опасность она может представлять для нашего с Вагерстремом брака? Ни один аристократ, а тем более король, не женится на простолюдинке. Раз так, то почему я должна волноваться? Из-за простой интрижки? Умоляю, мужчины любят возится со служанками и прочей… грязью, но это не повод рвать на себе волосы.

– На этот раз все может быть серьезно, – не согласилась девушка, а затем махнула рукой. Сразу после этого посреди комнаты возникло изображения того, как король Эштауна ухаживает за столом за белокурой девушкой.

Увидев эту картину, Камелия презрительно скривилась.

– Ты действительно считаешь, что Вагерстрем мог увлечься этой… толстухой? – спросила она, брезгливо окидывая взглядом пухлое тело девки в изображении. – Ты, видимо, не в своем уме…

– Не разговаривай со мной так! – прогрохотала девушка, а затем в одно мгновение оказалась рядом с Камелией.

Та замерла, глядя на то, как большие крылья распростерлись в разные стороны. Казалось, свет померк, сменившись тусклыми сумерками. Милое еще мгновение назад лицо девы исказилось. На месте белых зубов появились острые клыки, нос впал, превратившись в две щели, а кожа покрылась серыми наростами.

– Кажется, ты начала забывать, кто я есть, – шипящим шепотом произнесло существо, высовывая длинные змеиный язык. – Позволь тебе напомнить.

Камелия сглотнула. Она ненавидела, когда кто-то был могущественнее ее, но при этом она прекрасно знала, когда нужно склонить голову. Камелия очень надеялась, что когда-нибудь у нее будет возможность отомстить за унижения, которые ей иногда приходилось испытывать в присутствии этого существа.

– Прости, Асфодея, – повинилась Камелия. – Я просто была слишком воодушевлена своей победой. Это немного вскружило мне голову.

Существо оглядело ее, а затем отступило. Уродливый образ почти мгновенно стек, сменившись обычной миловидной внешностью.

Окинув взглядом все еще висящее посреди комнаты изображение, дева задумчиво хмыкнула. Камелия была права в том, что девица не представляла для них особой угрозы, просто Асфодея была раздражена. Она украла эту душу для того, чтобы та помогла им достичь своей цели, но вместо того, чтобы выполнять условия сделки девка кинулась охмурять дракона.

– Ладно, – выдохнула Асфодея. – В конце концов, все вышло даже лучше, чем я рассчитывала, – пробормотала она и бросила на Камелию острый взгляд. – Хватит прохлаждаться. Езжай к дракону домой и напросись на ужин.

– Но у меня нет причин для визита.

Асфодея глянула на нее хмурым взглядом.

– Придумай что-нибудь, – произнесла она резко и исчезла.

Камелия сразу после этого скривилась. Повернувшись к зеркалу, она окинула взглядом свое лицо и фыркнула.

– Придумай что-нибудь, – передразнила она.

Если бы не награда, она ни за что не связалась бы с кем-то настолько требовательным!

Вспомнив о том, что она уже получила и что получит позже, когда все закончится, Камелия блаженно улыбнулась. Красота, магия, деньги, власть! О чем еще можно было мечтать?

Для этого ей всего лишь нужно было отдать своего первенца. Для Камелии это была сущая мелочь.

Обо всем договорившись, Алевтина Сергеевна отправилась домой. Нужно было решить вопрос с ее переездом в другую страну. Как бы там ни было, а предупредить отца Алексии следовало.

Конечно, Аля собиралась предложить ему поехать вместе с ней, но что-то подсказывало, что Ронан не согласится. Вряд ли он захочет бросать лавку.

Полагаясь на память бывшей владелице тела, Алевтина вернулась в пекарню. Та все еще была закрыта. Около двери можно было заметить несколько человек.

– И чего закрыто? – чуть сварливо спросила пожилая женщина.

– Учет товара, – выдала новое объяснение Аля. Женщина нахмурилась, явно не понимая, что имелось в виду. – Сегодня вряд ли откроемся.

– Ну и ну, – покупательница посмотрела на нее недовольно и поджала губы. – Одни лодыри вокруг! Работать совсем не хотят. Обленились в край.

С этими словами женщина ушла.

Еще пара человек на всякий случай переспросили, действительно ли магазин не откроется, а затем тоже расстроенные ушли.

Алевтина, убедившись, что под дверями больше никто не стоит, открыла дверь и вошла в лавку. Почти сразу она остановилась, так как услышала голоса, доносящиеся со стороны рабочей комнаты.

Нахмурившись слегка, Аля направилась в нужную сторону.

– Я все правильно делаю? – спросил женский голос. Алевтина, как женщина сразу уловила в нем тщательно замаскированные нотки кокетства.

– Да, все верно, – прогудел мужской голос, принадлежащий отцу Алексии.

Поколебавшись мгновение, Аля все-таки подошла ближе и заглянула в открытую дверь.

Перед ней предстала занимательная картина. Незнакомая женщина стояла к ней спиной и месила тесто, в то время как Ронан нависал над гостьей и тщательно следил за тем, что она делала.

Алевтина про себя хмыкнула.

Нет, не показалось ей утром. А ведь как праведно Ронан отреагировал, когда Аля поинтересовалась, нашел ли он ей уже замену.

Судя по действиям мужчины, искал он вовсе не помощницу, а очень даже мачеху для Алексии. Аля не собиралась укорять того за то, что он захотел попробовать новые отношения. Но ей казалось неправильным, что Ронан при первой же возможности попытался удалить дочь из дома.

Испытывая в отношении отца Алексии смешанные чувства, Алевтина Сергеевна осмотрела женщину. Невысокая, слегка в теле, но не чрезмерно, волосы были спрятаны под белым чепцом. Это все, что она могла увидеть со спины.

– Кхм, – попыталась привлечь к себе внимания Алевтина. Ей нужно было поговорить с Ронаном.

– Ой! – вскрикнула женщина и отпрыгнула в сторону.

Да так резко, что ей удалось вызвать небольшую катастрофу.

После прыжка она приземлилась каблуком сапога прямо на ногу Ронану, а затылком ударила того прямо в подбородок.

Отец Алексии явно не ожидал такого нападения. Он отшатнулся и запнулся. Желая избежать падения, Ронан попытался схватиться за стол, но вместо этого ему в руку попалась деревянная чаша, в которой была насыпана мука. Он дернул ее – мука взметнулась в воздух. Ронан все-таки завалился назад и уселся прямо на лавку, женщина упала ему на колени, а сверху на них посыпалась мука.

Воцарилась тишина.

Алевтина молчала, с удивлением глядя на получившуюся композицию. Женщина глядела на нее в ответ широкими от испуга глазами, давая Але возможность рассмотреть ее как следует.

Большие темные глаза, аккуратный вздернутый нос, пухлые губы – лицо незнакомки было весьма миловидным. Его не портил даже отчетливо заметный возраст.

Подняв руку, Алевтина пару раз стукнула костяшками по деревянному косяку.

– Я вернулась, – произнесла она, переводя взгляд на Ронана.

Тот, если судить по удивленному виду, совершенно не ожидал, что она вернется так скоро.

– Ты… это… – он попытался встать, вот только на его коленях все еще сидела незнакомка.

Озадаченно нахмурившись, Ронан перевел на нее взгляд и внезапно смутился.

– Рубея, не могла бы ты…

– Что? – откликнулась женщина, услышав свое имя. Оглянувшись, она встретилась взглядом с Ронаном. Несколько минут они так и сидели. – Ах! – воскликнула она и резко вскочила на ноги.

Отойдя на шаг, Рубея принялась отряхиваться.

– Ой, какая я неловкая! – с нервным смехом произнесла она. – А ты Алексия да? Твой отец много о тебе говорил. Меня Рубея зовут. Ронан сказал, что ты хочешь устроиться в другое место, а ему самому сложно справляться с пекарней, вот он и позвал меня помочь. Но я в этом деле, конечно, не могу сравниться с тобой или твоим отцом, поэтому попросила его дать мне пару уроков.

Аля улыбнулась. Новая (будущая?) жена отца Алексии явно была болтливой.

– Алексия, – представилась Алевтина Сергеевна.

– Я знаю, – произнесла Рубея и неловко рассмеялась. – Рада познакомиться!

Разговор на этом потух.

Рубея некоторое время продолжала улыбаться, переводя взгляд с Алексии на Ронана, а затем засобиралась уходить.

– Уже так поздно! Мне давно пора.

Ронан чуть нахмурился, но не стал противиться ее уходу. Аля тоже не стала задерживать его подругу, так что спустя пару минут они с отцом Алексии остались одни.

Опустив голову, Ронан принялся убирать рассыпанную муку.

– Ты не подумай ничего, – произнес он отрывисто. – Я не планировал. Мы встретились сегодня, разговорились. Она сказала, что потеряла работу. А ты… ну и вот.

– Конечно, – согласилась Аля, а затем подошла и отобрала у Ронана метелку. – Она очень милая, – добавила Алевтина Сергеевна и косо посмотрела на мужчину. Тот выглядел смущенным.

– Может быть, немного, – пробормотал он, а затем заметил тесто на столе и с жаром бросился его месить.

Алевтина хмыкнула, наблюдая за тем, как другой человек справляется с неловкостью.

– Так ты… устроилась? – спросил Ронан спустя время. – Ты не подумай, – быстро добавил он, – я не гоню тебя или что-то в этом роде, просто…

– И да, и нет, – ответила Аля и села на лавку, после того, как убрала беспорядок.

От ее слов Ронан нахмурился. Убрав тесто в посудину, он накрыл его полотенцем и повернулся к Алевтине.

– Что ты хочешь сказать? – хмуро поинтересовался он. – Тебя взяли или нет?

– Леди Хабигер не приняла меня, – ответила Алевтина. И так напряженное лицо Ронана стало еще более хмурым. – Потом взяла, – добавила Аля и фыркнула. – Но затем вмешался дракон и… В общем, я уезжаю.

На мгновение взгляд Ронана стал бессмысленным. Мужчина выглядел так, будто потерял связь с реальностью. Впрочем, он быстро пришел в себя. Вытерев руки тряпкой, он бросил на Алевтину Сергеевну серьезный взгляд и кивнул в сторону двери.

– Идем, – произнес он. – Поговорим на кухне, – добавил и вышел из пекарни.

Алевтина встала и последовала за ним. Ей было безразлично, где говорить, но она была согласна с тем, что за кружкой чая разговор всегда шел куда как лучше.

Поставив кружку на стол с большей силой, чем это требовалось, Ронан сел на стул и впился в лицо Алевтины тяжёлым взглядом. Судя по виду мужчины, он был весьма недоволен той скудной информацией, которую она ему дала.

– Подробнее, – потребовал он, глядя на неё хмуро.

Аля не стала говорить сразу. Для начала она налила себе напитка, потом проверила все углы и поставила на стол хлеб и керамическую банку тщательно оберегаемого мёда. Сладости в этом мире были весьма дороги. И позволить их себе в неограниченном количестве могли лишь действительно богатые люди, вроде леди Хабигер или Вагерстрема.

Намазав кусок мёдом, Алевтина Сергеевна откусила и на миг зажмурилась. Хорошо…

– Всё было так, как я сказала, – произнесла она, прожевав и проглотив. Запив сладость отваром, Аля довольно выдохнула.

– И всё-таки мне бы хотелось услышать подробнее, – настоял Ронан.

– Как уже сказала, леди Хабигер не захотела нанимать меня…

– Почему? – резко спросил Ронан. – Ей не понравилось, как ты готовишь?

– Полагаю, что ей просто не пришлась по нраву моя личность, – ответила Алевтина и хмыкнула. – Потом она, правда, решила, что всё-таки не против есть мою стряпню, но к тому моменту было поздно. Его величество, король Вагерстрем, решил, что ему мои умения нужны сильнее. Он пригласил меня в Эштаун.

От её слов брови Ронана сошлись на переносице.

– Пригласил? – прогудел он недовольно. – В качестве кого?

– В качестве булочницы, – ответила Алевтина. – Ему приглянулись мои булочки, – добавила она, а потом, подумав, что это прозвучало немного странно (честно говоря, Аля сама не поняла почему, но смутилась после этой своей фразы), пояснила: – Я испекла несколько, а он учуял их запах и пришёл на кухню, чтобы поесть. Мне пришлось печь прямо при нём. Он явно был впечатлён моим мастерством.

– И после этого он просто взял и пригласил тебя в Эштаун? – с сомнением спросил Ронан. Он явно не верил в то, что подобное приглашение было простым предложением работы.

– Дракон, как оказалось, очень любит выпечку, – Аля пожала плечами.

– И ты согласилась? – поинтересовался отец Алексии.

– Да, – Алевтина Сергеевна кивнула. – Мне показалось это интересным.

– Ты должна была посоветоваться со мной, – укорил её мужчина. – Не нравится мне это. Зачем ты дракону? Разве у него мало своих кухарок? Он смотрел на тебя как-то странно? Прикасался?

Аля перестала жевать. Она сделала над собой почти героическое усилие, не желая выглядеть смущённой перед сидящим напротив мужчиной.

Дело в том, что дракон действительно был странным. Этот его непонятный, будто приклеенный взгляд, попытки её обнюхать в самом начале, излишне доброжелательное отношение. Несмотря на всё это, Алевтина не ощущала от него никакой угрозы.

Но говорить о странностях короля Эштауна отцу Алексии Аля не собиралась, так как понимала, что для постороннего человека это прозвучит так, будто она была глупенькой девицей, которая почти напрашивалась на неприятности.

– Нет, – легко солгала она, продолжив есть. – Ничего такого не было. Не стоит подозревать подвох там, где его нет. Его величество действительно просто большой любитель выпечки. Моя работа его впечатлила. И он захотел иметь доступ к моим булочкам даже после того, как ему придётся вернуться в Эштаун.

Ронан всё ещё не выглядел убеждённым. Тогда Аля сказала:

– Ты можешь поехать со мной.

Её предложение явно сбило мужчину с толку. Он замер, глядя на неё удивлённо и растерянно.

– Уверена, его величество не откажется от хорошего пекаря в своём штате. Или ты всегда можешь открыть лавку в Эштауне и работать там.

Ронан поджал губы и окинул помещение взглядом.

– А эта? – спросил он, имея в виду их нынешний магазин.

– Можно продать, – ответила Алевтина. Это Алексия была привязана к лавке, ведь именно в ней она прожила всю свою жизнь, какой бы короткой та ни была. Аля была избавлена от подобной сентиментальности. – А на вырученные деньги купить в Эштауне.

Ронан нахмурился. Некоторое время он явно взвешивал все за и против.

– Или ты можешь остаться, – продолжила Алевтина Сергеевна. – Со мной ничего не случится, обещаю. Король – хороший господин. Я успела пообщаться с его слугами.

– Где? – насторожился Ронан, выныривая из своих размышлений.

– У него дома, – ответила Аля, не увидев в этом факте ничего возмутительного. – Нам нужно было обсудить условия контракта. Его слуги спокойные и добродушные люди. Все они отзываются о своём господине лишь в положительном ключе, – продолжила Аля, уводя внимание Ронана от мысли, что Алевтина так просто поехала к какому-то аристократу домой.

– Они могли лгать, – недовольно проворчал мужчина.

– Могли, – не стала спорить Аля. – Но мне так не показалось. Уверена, я бы заметила, если бы что-то было не так.

Ронан, если судить по напряжённому взгляду и сжатым кулакам, явно был с ней не согласен.

– Я хочу поговорить с ними сам, – произнёс он. – После этого решу.

Что именно он решит, Ронан не сказал.

– Сейчас? – спросила она, глядя на то, как мужчина поднялся.

Отец Алексии в этот момент выглядел так, словно собирался идти к дому короля немедленно.

– А чего ждать? – резко спросил он и прищурился, словно всё ещё подозревая Алю в обмане.

Возможно, настоящая Алексия была бы возмущена таким недоверием и вполне могла бы ощутить смущение из-за того, что её место работы проверял отец. Но Аля и сама была родителем (в прошлой жизни, но всё-таки), поэтому хорошо знала, как порой можно переживать за своего ребёнка. Именно поэтому она лишь пожала плечами, допила отвар и тоже встала.

– Я покажу тебе, где он сейчас живёт.

Через некоторое время они оба стояли около заднего крыльца. Дверь им открыла одна из служанок. Увидев Алевтину, девушка удивлённо вскинула брови.

– Аля! – почти крикнула она и улыбнулась. – Что-то случилось? Ты ведь сказала, что придёшь завтра.

В этот момент служанка, которую звали Вереной, заметила Ронана. Мужчина выглядел неприветливым и хмурым. Из-за этого девушка неловко поежилась и отступила на шаг назад. После этого она перевела взгляд на Алевтину.

– Мой отец, – пояснила Аля. – Он хочет познакомиться с моими будущими коллегами.

Услышав ответ, Верена ещё раз посмотрела на Ронана.

– Не знаю, можно ли… – начала она лепетать.

В этот момент за её спиной послышался голос:

– Кто там?

Сразу после этого Верену потеснили, и в проёме показалась Кларисс. Строгим взглядом осмотрев сначала Ронана, главная кухарка взглянула на Алю. После этого выражение на лице женщины из настороженного превратилось в улыбчивое и приветливое.

– Аля, ты уже вернулась?

– Не совсем, – призналась Алевтина Сергеевна и окинула взглядом напряжённого Ронана. – Мой отец хотел познакомиться со всеми вами. Он переживает, ведь до этого дня я никогда не уезжала из дома так далеко и надолго.

Услышав слово «отец», Кларисс взглянула на Ронана уже более дружелюбно.

– Ох, вот оно как, – всплеснула она руками и подтолкнула Верену внутрь. – Не стой здесь. Иди займись делом. – И как только служанка подчинилась её приказу, добавила, обратившись уже к Алевтине и Ронану: – Ну что вы на пороге стоите. Проходите. Я как раз отвара свежего заварила и хлеб из печи достала.

С этими словами женщина развернулась и вошла внутрь дома, увлекая Алю и Ронаном за собой. Когда они вошли на кухню, она не была пустой. Собравшиеся люди с интересом смотрели на Ронана. Подойдя к столу, Кларисс взяла со стола тарелку с хлебом и протянула её Ронану.

– Аля сказала, что вы пекарь. Попробуйте, – попросила она.

Ронан не стал отказываться. Аккуратно отломив кусок, он сунул его в рот и тщательно прожёвал. На лице его в этот момент была написана задумчивость.

– Ну как? – с интересом поинтересовалась кухарка Вагерстрема. При этом она выглядела искренне переживающей за свою стряпню.

– Соли не хватает, – честно ответил Ронан.

Аля вздохнула. Она надеялась, что Кларисс не обидится на такую прямолинейность Ронана. К её удивлению, женщина и не подумала делать этого. Она просто отломила один кусочек и съела его. После кивнула.

– Вы правы, – со вздохом призналась она.

Аля тоже попробовала. Хлеб действительно был слегка пресным, но она не считала это чем-то ужасным.

– Ладно, – взбодрилась Кларисс, а затем засуетилась. – Что же мы стоим? Садитесь.

После того, как Ронан выполнил её просьбу, женщина торопливо накрыла на стол.

– Итак, – начала она, поставив перед отцом Алексии кружку с отваром, хлеб, сыр, кусок варёного мяса и баночку с каким-то вареньем – явно на выбор. – Вы боитесь, что мы обидим вашу дочь?

Прямолинейность на прямолинейность, да?

Алевтина хмыкнула, а затем села и потянула баночку с вареньем к себе. Понюхала. Клубничное.

Не собираясь вмешиваться в разговор, она намазала себе хлеб и принялась за очередной перекус. А что поделать? Она перенервничала. Организм требовал избавиться от накопившегося стресса. А сладость – лучшее лекарство в таких случаях.

– Не вы, – честно ответил Ронан.

– Понимаю, – Кларисс мудро кивнула. – Это справедливо с вашей стороны. Но можете не беспокоиться. Его величество вашу дочь не обидит.

При этом женщина бросила взгляд в сторону служанок.

– Она говорит правду, – мгновенно заговорила одна из них, явно поняв намёк кухарки. – Он никого из нас не трогает.

– Да, не трогает, – подтвердила вторая. И почему Алевтине в её голосе послышалось разочарование?

Ещё пару девушек просто кивнули. Кларисс вернула взгляд к Ронану.

– Видите? – Кларисс отпила из своей кружки. При этом она выглядела исключительно честной.

Аля перестала жевать. Она некоторое время смотрела на женщину. Что-то показалось ей подозрительным. Женщина выглядела так, будто…

Неужели Кларисс лгала? Вот только в чём?

Алевтина перевела взгляд на Ронана. Тот, если и заметил странность в Кларисс, то никак этого не показал. Впрочем, вид отца Алексии был неубеждённым. Он явно не доверял такой благодушной атмосфере.

– Ты всегда можешь поехать со мной, – снова предложила Аля.

Услышав её слова, Кларисс подняла голову и взглянула в сторону мужчины. Кухарка короля выглядела так, будто испытывала какие-то противоречия.

– Иметь в штате профессионального пекаря всегда хорошо, – произнесла женщина без особого энтузиазма.

Аля нахмурилась. Ей показалось, что Кларисс по какой-то причине не хотела, чтобы Ронан ехал вместе с Алей в Эштаун.

– Можешь пригласить с собой Рубею, – добавила Алевтина Сергеевна, размышляя над тем, что могло быть причиной нежелания Клариссы.

Может быть, женщина боялась за свой оклад? В конце концов, если отец Алексии начнёт печь хлеб, то король вполне способен урезать жалование Клариссы в пользу Ронана.

Эта причина для Алевтины звучала вполне логично. Всё-таки работать на короля в это время было весьма престижно и выгодно. Никто не захочет так просто делиться тем, что считает своим.

То, что Кларисс, казалось, спокойно приняла Алю, ничего не говорило. Женщина вполне могла хорошо скрывать свои эмоции, а вот появление ещё одного конкурента вполне могло вывести её из равновесия.

– Рубею? – резко спросил Ронан и смутился. – Почему я должен брать её с собой?

Алевтина вздернула брови и отхлебнула отвара.

– Она могла бы помочь тебе с лавкой. Всё-таки вдвоём в чужой стране легче, – пояснила Аля, а затем искоса посмотрела на Кларисс, желая узнать, как та отреагировала на её упоминание открытия лавки.

Вопреки её ожиданиям (Алевтина думала, что увидит на лице женщины облегчение и радость), Кларисс выглядела заинтригованной, но не более. Создавалось впечатление, что она просто хотела послушать о чужих отношениях, а не волновалась о собственном окладе.

– Я не думаю… – начал Ронан, но замолчал, так как в этот момент дверь на кухню открылась.

Аля не видела, кто пришёл, так как сидела спиной ко входу. Но зато она заметила чужую реакцию на новоприбывшего.

Кларисс резко встала и направилась к вошедшему. Ронан тоже встал. Он выглядел растерянным, будто не знал, что ему делать.

Аля быстро поставила кружку, положила хлеб на стол, отряхнула от крошек руки и тоже поднялась.

Когда она повернулась, то сразу заметила, что все служанки на кухне присели, приветствуя того, кто прервал их разговор. На самом деле, Алевтина отметила это лишь краем сознания, так как её внимание сразу сосредоточилось на стоящем на пороге мужчине.

Это был король. Что он делал на кухне? Захотел поесть? Но разве ему нужно было приходить сюда самостоятельно? Але казалось, что аристократы для таких целей всегда посылали слуг.

Впрочем, этот король явно был странным. Стоило вспомнить лишь его посещение кухни Хабигер.

Взгляд его величества так же остановился на Але, отчего ее сердце ускорилось. Весьма знакомое томление свернулось клубком в животе, заставляя Алю сглотнуть и на миг опустить от смущения взгляд.

– Ваше величество, – произнесла она и, как и прочие, поклонилась.

– Вы что-то хотели, ваше величество? – спросила Кларисс, выходя вперёд. – Проголодались? Подождите немного, я сейчас соберу для вас поднос.

– Не стоит, – ответил король, продолжая смотреть на Алевтину. – Я не… – он явно хотел сказать, что не голоден, но почему-то запнулся. От этого король нахмурился. Подойдя ближе, он вдохнул чуть глубже. – Голоден, – всё-таки завершил он. Прозвучало это так, будто он внезапно осознал, что всё-таки хотел есть.

Кларисс выглядела растерянной. Она явно не знала, кормить ли ей короля или нет.

Взгляд Вагерстрема между тем переместился на Ронане.

– Позвольте представить, ваше величество, моего отца, – сказала Алевтина, делая шаг вперёд.

Взгляд короля немедленно вернулся к ней.

– Твой отец?

– Да, – Аля кивнула. – Его зовут Ронан. Он пекарь. Надо сказать, лучший в городе.

– Я не… – Ронан попытался откреститься от подобного описания, но Алевтина не дала ему сделать это.

– Не спорь. Все знают, что в нашей лавке продаётся лучший хлеб в городе.

Вагерстрем о чём-то некоторое время думал, а затем подошёл к Ронану ближе и протянул руку.

– Приятно познакомиться. Спасибо, что научили дочь печь, – внезапно произнёс он.

Алевтина была впечатлена тем, что сделал король. Ронан, если судить по тому, как он застыл, так и вовсе не знал, что ему делать. Впрочем, через секунду он всё-таки взял руку короля и пожал её.

– Да, она моя гордость, – откликнулся он, серьёзно глядя на Вагерстрема. Вся робость куда-то внезапно подевалась.

– Не сомневаюсь, – ответил король и кивнул, а затем снова посмотрел на Алю.

Ронан при этом почему-то нахмурился, а затем тоже перевел взгляд на Алевтину. В его глазах почему-то таилась тревога. Аля вопросительно вскинула брови.

Что-то происходило? Она никак не могла поймать это неуловимое ощущение. Казалось, что все вокруг что-то понимали, одна она находилась в неведении. Это нервировало.

Не успела она что-либо сказать, как король внезапно двинулся к ней. Аля не стала отходить. Просто подняла голову и посмотрела в лицо Вагерстрема. Тот некоторое время рассматривал её, а затем его взгляд остановился на… её губах?

Аля смутилась сильнее. В чём дело? Он ведь не собирался?..

Не успела она додумать, как король поднял левую руку и провёл большим пальцем по уголку её губ. Прежде чем Алевтина хоть как-то отреагировала, он слизнул что-то красное со своего пальца.

В кухне было тихо. В ушах Алевтины звенело.

Это было… варенье?

– Сладко, – признался король.

В этот момент Аля забыла, как дышать.

Послышался грохот, заставивший Алевтину невольно вздрогнуть. Она моргнула, только сейчас понимая, что все последние секунды просто смотрела на короля, будто тот её зачаровал.

– Кхм, да, – пробормотала она и сделала шаг назад.

Вагерстрем проследил за этим движением. Его губы сжались чуть сильнее, а между бровями появилась глубокая складка.

Алевтина видела, как он напрягает тело, будто желая шагнуть следом за ней, но очередной шум сбоку заставил его обратить, наконец, внимание на происходящее рядом с ними.

Аля тоже повернулась. По другую сторону стола стояла Кларисс. Она как-то напряжённо улыбалась и смотрела на короля. Перед ней на столе можно было увидеть поднос с едой.

– Ваш обед, ваше величество, – произнесла она, продолжая улыбаться.

Любой мог увидеть, что она ощущала себя напряжённой. В воздухе висело что-то…

Аля огляделась по сторонам. Первыми, кого она увидела, это служанки. Одна из них смотрела в сторону короля с шоком в глазах. Девушка даже руку ко рту поднесла. Взгляд другой был направлен на Алевтину. В нем можно было заметить легкую зависть. Осознав, что на нее смотрят, девушка улыбнулась ей.

Была ещё Верена. Она выглядела немного спокойнее остальных, но всё равно на её лице можно было заметить что-то вроде недоверия.

После этого Аля посмотрела на Ронана. Тот выглядел… хмурым? Наверное, это слово не совсем подходило тёмному и недовольному выражению на его лице. А ещё он сжимал кулаки и бросал на короля напряжённые взгляды.

Алевтина вздохнула.

Она не была глупой и понимала, как со стороны могло выглядеть их с королём недавнее взаимодействие. Наверняка, все подумали о каких-то непотребствах. Вот только сама Аля сомневалась, что его величество имел в виду что-то такое.

Она была хорошо знакома с подобным типом людей. В конце концов, в прошлой жизни ей довелось прожить всю жизнь с одним из них.

Вероятнее всего, король на самом деле просто увидел у неё на губах каплю варенья и поступил спонтанно. Она была на девяносто процентов уверена, что за его действиями не стояло никакого сексуального подтекста.

Почему не сто? Ну, настолько хорошо она его всё-таки ещё не знала, но ей казалось, что всё именно так, как ей виделось.

Алевтина поморщилась. Судя по тому, как смотрел Ронан – недавний инцидент мог стать проблемой.

– Что-то не так, ваше величество? – спросила Кларисс, вырывая Алевтину из размышлений.

Она сразу заметила, что король смотрит на поднос с каким-то пустым выражением. Аля тоже туда посмотрела. Кусок свежего хлеба, тарелка мясного рагу, в котором мяса больше, чем овощей, сыр, салат из зелени, кружка с отваром. Вполне себе сбалансированный обед. Что не так?

Аля перевела взгляд на дракона и сразу заметила, что тот на самом деле выглядел несчастным. Словно ощутив её взгляд, король посмотрел на Алевтину… умоляюще?

Аля ещё раз глянула на поднос с едой. Хлеб, мясное рагу, сыр, салат, отвар… И никаких сладостей. Неужели?..

– А что на десерт? – спросила Алевтина Сергеевна у кухарки, когда поняла, что дракон по каким-то неведомым ей причинам сам об этом не спросит, хотя любому (на самом деле, нет) было видно, как сильно он хотел сладкого.

Кларисс выглядела удивлённой. Окинув рассеянным взглядом стол, она всплеснула руками и засуетилась. Вскоре на поднос была втиснута ещё и ты самая баночка с вареньем и какие-то жареные пышки.

Аля скосила взгляд, замечая, что дракон выглядел лучше. Он не был полностью удовлетворён, но больше не казался расстроенным. По какой-то причине этот человек очень сильно напоминал ей кое-кого из её прошлого. Настолько, что изредка Алевтина ощущала, как сжимается её сердце от никогда не исчезающей полностью тоски.

– Идёмте, ваше величест… – начала Кларисс, но король не стал её слушать, он просто сел за стол и подтянул поднос к себе, – во… – закончила растерянно она.

– Садитесь, – внезапно произнёс король.

При этом он сначала посмотрел на Алю, а затем на отца Алексии.

Ронан, услышав это, прищурился и безцеремонно сел за стол. Алевтина тоже села. Подальше. За что получила один недовольный и один одобряющий взгляд.

– Десять золотых, – снова заговорил король, глядя на Ронана.

– Что? – спросил тот, не понимая, о чём шла речь. Десять золотых? Его просили за что-то заплатить? Ему предлагали эти деньги? За что?

Внезапно в голову Ронана закралась страшная догадка. Этот дракон хотел… купить у него дочь?

– Нет, – немедленно отказался Ронан. Он не был настолько ужасным человеком, чтобы идти на подобные поступки. Это было бесчеловечно!

Вагерстрем, получив отказ, нахмурился. Мало?

– Одиннадцать, – поднял он сумму.

Ронан сжал кулаки. Страх перед королём внутри него боролся с желанием защитить свою дочь от постыдной участи.

– Нет, – снова отказался он. – Сколько бы вы ни предложили, ваше величество, я не соглашусь.

Алевтина была удивлена таким резким отказом Ронана. Она полагала, что тот хотя бы задумается над тем, чтобы принять предложение о работе.

Видимо, он был привязан к этому городу сильнее, чем изначально казалось Алевтине Сергеевне.

Король повернулся к Але.

– Сколько хочет твой отец? – спросил он у неё.

Алевтина задумалась. Она понятия не имела, за какую сумму отец Алексии готов оставить лавку и новый любовный интерес ради того, чтобы отправиться в другую страну и начать там всё заново.

– Не думаю, что он согласится, – предположила Алевтина Сергеевна.

На самом деле, она тоже не особо хотела, чтобы Ронан последовал за ней. Всё-таки тот был отцом предыдущей владелицы тела. Знание того, что мужчина продолжал считать её своей дочерью, вызывало жалость и неловкость.

– Почему? – поинтересовался Вагерстрем.

Алевтина глянула на Ронана. Тот по какой-то причине выглядел поражённым. Он смотрел на Алю расширенными глазами и выглядел так, словно его ударили пыльным мешком.

– Ему нравится этот город, – Аля решила назвать только одну причину.

Как только Ронан услышал её слова, его взгляд изменился. Теперь на лице мужчины было написано недоумение и растерянность.

– Город? – спросил он хмуро.

– Тогда это лавка? – предположила осторожно Алевтина. – Или… может быть… Рубея?

Ронан перестал понимать, о чём шла речь. Он то и дело переводил взгляд со своей дочери на короля. В этот момент Ронану казалось, что он каким-то образом пропустил часть разговора.

– Что… ты хочешь сказать? – спросил он у дочери, надеясь вернуть себе понимание. Разве король Эштауна только что не пытался купить у него Алексию? При чём тут город, лавка или Рубея?

– Разве что-то из этого не является причиной, что ты отказываешься от предложения о работе от его величества? – пояснила его дочь.

Ронан замер. Единственное, что он делал – это дышал через раз и медленно моргал. Предложение о работе? Разве король?.. Он внезапно осознал, насколько неправильно истолковал слова короля.

– Я… – он запнулся, не зная, что сказать. Ронан вспомнил свои недавние слова. – «Сколько бы вы ни предложили, ваше величество, я не соглашусь».

Сожаление немедленно сдавило его горло.

Он понял, что из-за этих слов теперь не может согласиться на работу, но и дать другим понять, о чём именно он думал, Ронан тоже не мог. Если король ничего такого не имел в виду, то Ронан будет последним человеком в мире, который вложит подобную мысль в голову дракона.

Ронан ощущал себя так, будто сам себе наступил на ногу каблуком.

– Из-за Рубеи, – выдавил он. – Она…

Он не знал, что ещё ему сказать. Его разум кружился. Он видел, как дракон смотрел на его дочь. Ронану не хотелось, чтобы та оставалась с ним наедине, без присмотра, но что теперь делать? Отбросить свои прежние слова и просто согласиться на работу? Но теперь это будет выглядеть подозрительно. Ронан выдохнул и поморщился.

– Я думаю, это к лучшему, – произнесла Алексия спокойно. – Когда я буду далеко, ты сможешь сосредоточиться на своей личной жизни. Здесь я вам буду только мешать.

– Не говори так, – подавленно попросил Ронан. Рубея ему, конечно, нравилась, но не настолько, чтобы выбирать её вместо дочери. – Ты всегда будешь для меня важней.

Глаза Алексии потеплели. Ронан выдохнул. С момента, как он сказал ей отправиться к леди Хабигер, дочь смотрела на него отстранённо. Он думал, что сильно обидел её тем, что предложил ей сменить работу. Теперь, увидев её прежний взгляд, Ронан ощутил себя так, словно с его плеч свалился камень.

– Со мной всё будет хорошо, – заверила его Алексия. – Я буду заниматься любимым делом. Остальные присмотрят за мной, так что ничего не произойдёт. Хоть немного верь в меня.

Ронан стиснул зубы. Теперь всё стало ещё хуже. Он не мог сказать, что ей-то он верит, а вот дракону…

Одного взгляда на этого человека было достаточно, чтобы понять, как сильно тот был заинтересован в его дочери. И ведь даже не скрывался! Прямо сейчас, когда они с Алексией разговаривали, его величество то и дело поглядывал в её сторону.

Нет, Ронан не мог позволить дочери отправиться в такое место в одиночку. Кроме этого, он начал сомневаться, что даже его присутствие как-то исправит положение.

– К сожалению, я не могу поехать с вами, ваше величество, – произнёс он спокойным выверенным голосом.

Король на это просто кивнул, а затем быстро доел свою еду и встал. Стряхнув с рук крошки, он посмотрел на его дочь. Ронан сжал кулаки.

– Мне пора, – произнёс король.

– Хорошего дня, ваше величество, – отозвалась Алексия и солнечно улыбнулась.

Ронан видел, как король от этого застыл. Даже его взгляд будто бы поплыл. Всё очень серьёзно!

Спустя несколько мгновений дракон встрепенулся, а затем, бросив последний взгляд на Алексию, вышел из кухни. Со всех сторон послышались вздохи. Служанки словно отмерли. А Алексия посмотрела в сторону двери. В её глазах можно было заметить заинтересованность.

Неужели это шло в обе стороны?

– Идём, – бросил Ронан и, встав, направился в сторону выхода. Следовало как можно скорее обсудить всё с дочерью. Та явно не полностью осознавала, что происходит.

Когда Ронан вышел из дома дракона, то услышал позади себя быстрые шаги. Дочь шла следом.

– Это было грубо, – пожурила она его. – Ты даже не попрощался.

– Извинюсь потом как-нибудь, – ответил Ронан. Он надеялся, что ему никогда более не придётся видеть этих людей.

– Что на тебя нашло? – спросила у него Алексия.

Ронан для начала убедился, что их никто не видит и не слышит, и только после этого остановился и посмотрел на дочь.

– Ты никуда не поедешь, – произнёс он убеждённо.

Алексия сразу нахмурилась.

– Почему это? – спросила она так, будто не совсем понимала, как реагировать.

Ронан подошёл ближе и схватил дочь за плечо, заглядывая при этом ей в глаза.

– Дракону нельзя доверять, – произнёс он убеждённо. – У него дурные намерения.

Дочь на его слова нахмурилась и задумалась. Ронан надеялся, что она все поняла.

– Мне кажется, ты его неправильно понял, – заговорила она. Надежды Ронана разбились. – Он просто очень любит выпечку. И ты сам слышал, что он никого не трогает. Хочешь сказать, что ради меня он сделает исключение? – спросила Алексия и хмыкнула. – Я так не думаю.

Ронан хотел немедленно возразить и образумить дочь, но чем дольше он смотрел, тем больше понимал, что та отвергнет любые его аргументы. Алексия была ослеплена и не замечала очевидного.

– Хорошо, – ответил он и, отвернувшись, стремительно продолжил путь.

– Хорошо? – спросила его дочь и последовала за ним. Судя по её голосу, она была в растерянности.

– Я доверяю твоему суждению, – выдавил из себя Ронан. – Когда вы уезжаете?

– Через неделю, – ответила она ему.

Ронан сжал кулаки. Он должен был что-то сделать, иначе его дочь сломает себе жизнь. Ни один аристократ никогда не женится на женщине из низов. Тем более король!

Его дочь была чиста сердцем, а это означало, что она рано или поздно влюбится в того, кто так откровенно подаёт ей знаки внимания. Тем более Вагерстрем был мало того что королём, так ещё и драконом – ожившая мечта многих молодых и наивных женщин!

Она падёт к его ногам. Вот только тот не сделает её своей женой. И хорошо, если к моменту разрыва его дочь не будет носить под сердцем результат этой связи.

А вот это было страшнее всего. Бастардов никто не любил.

Ронан ощутил укол страха. Из-за этой проклятой связи его дочь вполне могла погибнуть. Он обязан был сделать всё, чтобы избежать такого тёмного будущего.

– Я рада, что ты понял, – его дочь улыбнулась ему. Ронан видел, что на её сердце стало легче.

Ему придётся действовать жёстко, но Ронан попросит прощения потом, когда угроза исчезнет.

Алевтина не знала, о чём думал мужчина, идущий рядом с ней. Она была уверена, что тот после её слов осознал, что опасаться короля им не стоит.

В самом деле, Вагерстрем был, конечно, странным, но вряд ли опасным для неё. Да и зачем ему Аля, когда тот мог пожелать любую женщину?

Почему-то от этой мысли глубоко в сердце кольнуло. Алевтина Сергеевна мысленно шикнула на дурные чувства. Никакой ревности! Вагерстрем не был предназначен ей, не следовало даже думать в ту сторону.

Она просто поедет и сделает своё дело, то есть, каким-то образом сведёт двух людей, чтобы избежать апокалипсиса, а затем тихо уйдёт, чтобы насладиться этой новой и желательно долгой жизнью.

Да, так она и сделает.

Всё будет хорошо. Ронану не следовало слишком много думать и предполагать. Хотя она и понимала его беспокойство, но в её конкретном случае оно было излишним.

На следующий день к ним снова пришла Рубея. Алевтина постаралась слиться с обстановкой, а затем и вовсе пошла погулять.

Очарование средневекового города исчезло очень быстро. Поначалу Алевтине было занимательно исследовать, но интерес начал потухать, когда ей в очередной раз под ноги выплеснули помои.

Вскоре она решила, что вполне может посидеть тихо на кухне или у себя комнате, поэтому, вернувшись, Алевтина Сергеевна не стала давать о себе знать, просто занялась ужином, а затем поднялась к себе.

Подобная картина повторилась и на следующий день, и через день, и через два.

Если Аля поначалу опасалась, что Ронан так и не смирился с её отъездом, то вскоре она пришла к выводу, что переживать не о чём. Мужчина явно погрузился в любовные переживания, оставив дочь в покое. Это было только на руку Алевтине.

В итоге, неделя прошла вполне спокойно. Аля даже хлеб толком не пекла, из-за того, что пекарня постоянно была занята. Но это её не особо волновало.

Вот только, когда нужно было вернуться в особняк короля, Алевтина Сергеевна поняла, что сильно недооценила Ронана.

В день накануне всё началось обычно.

Утром Ронан выглядел так, как и каждый день на этой неделе. То есть, хмурым и неприветливым. Алевтина считала такое выражение на его лице странным, ведь тот находился в разгаре романтических отношений, но списала подобную неулыбчивость на особенности натуры.

Перед завтраком к ним пришла Рубея. Они вместе поели, а затем разошлись. Ронан с женщиной направились в пекарню, готовить хлеб. Аля поторопилась на рынок. Ей следовало купить некоторые мелочи перед отправлением.

Для этого Ронан даже добавил ей пару монет. За что Алевтина была ему благодарна.

Там она купила себе более крепкие сапоги, которые должны были подойти для путешествия. Ещё одно практичное холщовое платье неяркого цвета. Новую ленту для волос и мешочек–кошелёк из кожи.

После этого Алевтина потратила пару монет на пирожок и понаблюдала за тем, как детвора играет неподалёку.

Домой вернулась к обеду. Он, к слову, уже был приготовлен. Судя по тому, как ловко Рубея управлялась с домашним хозяйством, в доме она ощущала себя очень хорошо.

Пообедали спокойно. После Ронан попросил Алевтину заняться пекарней, пока они с Рубеей сходят куда-то. Аля не отказалась. Время до вечера она провела в пекарне, вымешивая и запекая. На ужин у них было то, что осталось с обеда. Вообще, многие в этом мире ели только два раза в день, но семья Алексии вполне могла себе позволить три приёма пищи.

После ужина Алевтина не стала задерживаться рядом с Ронаном и Рубеей, а отправилась к себе. Понимая, что следующий день должен был выдаться сложным, Аля сразу умылась и легла спать.

Быстро она не уснула. Всё время казалось, что она чего-то не учла. В душе ворочалось дурное предчувствие, вот только Аля никак не могла понять, что именно не так.

Что не так, стало понятно утром, когда Алевтина Сергеевна проснулась и хотела выйти из комнаты. Сделать этого она не смогла, так как дверь была заперта.

Алевтина мгновенно поняла, что произошло.

Нет, она, конечно, пару раз дёрнула дверь – мало ли, вдруг её просто по какой-то причине заклинило, – но потом бросила бесполезные усилия. Было понятно, что Ронан запер её в своей комнате.

Отойдя от двери на шаг, Аля сложила руки на груди и фыркнула, чуть недоверчиво покачав головой. А ведь как хорошо притворялся, что всё понял! И она ему поверила!

Наверное, всё дело в том, что сама Алевтина Сергеевна не видела проблемы, поэтому ей казалось, что другой человек так же, как и она, после её пояснений, всё осознает и выбросит лишние подозрения из головы.

Честно говоря, Аля была удивлена подобным шагом от Ронана. Если подумать, это было весьма коварное поведение.

Неужели из-за возраста она стала слишком самонадеянной? Или это была наивность с её стороны? Впрочем, что сейчас думать, необходимо было решать, как выбраться из ситуации.

Чего бы там себе ни думал Ронан, ей нужно было поехать вместе с драконом. У Али имелась миссия, и она обязана была проследить, чтобы Вагерстрем обратил внимание на Хабигер.

Алевтина уже профессионально отмахнулась от дурных чувств, которые одолевали её каждый раз, когда она представляла Вагерстрема вместе с Камелией.

Эта ревность ни к чему хорошему не приведёт, поэтому Аля предпочитала сосредотачиваться на своей миссии, игнорируя всё, что может принести ей боль.

– Ты там? – спросила она громко.

Ответа не было. Видимо, Ронан не захотел оставаться под дверью, не желая выслушивать гневные слова дочери.

Алевтина ещё раз дёрнула за ручку, но дверь не поддалась. Тогда Аля повернулась в сторону окна.

Добравшись до него, она убрала засов и распахнула ставни. В нос сразу ударили запахи города. К этому было весьма сложно привыкнуть. Поморщившись, Аля выглянула на улицу.

Светало. Хотя людей ещё не было видно.

Высунувшись из окна немного сильнее, она посмотрела вниз.

Несмотря на то, что это был всего второй этаж, Аля поежилась. Если упадёт, то точно переломает себе пару костей.

Вернувшись в комнату, Алевтина Сергеевна вздохнула.

Дожилась! На старость лет придётся из окна сигать, как девочка-подросток, которую родители не пускали к своему парню! Но деваться было некуда. Вскоре Вагерстрем вместе со своим двором выедет из поместья. Вряд ли он будет дожидаться недавно нанятую кухарку.

Аля не умаляла своих навыков и любви короля к булочкам, но всё-таки трезво смотрела на мир. Вагерстрем был королём. С большой вероятностью, тот давно уже и забыл о том, что теперь в его штате числилось на одну прислугу больше.

Бросив ещё один хмурый взгляд в сторону двери, Аля схватила лежащий в изголовье кровати валик, заменяющий ей подушку, и принялась разрывать хлипкую ткань на ленточки. Не было и речи о том, чтобы просто спрыгнуть вниз.

Миссия миссией, но ломать себе кости Алевтине не хотелось!

Получившийся канат не внушал доверия. Аля скептически осмотрела работу, молясь про себя, чтобы верёвка выдержала её новый вес, а затем привязала один конец к кровати, передвинув её к окну.

Затем собрала вещи, завернула их в плащ и, немного подумав, выбросила из окна. Спустя мгновение вещи шлёпнулись на грязную мостовую. Аля поморщилась, подумав, что после ей придётся тщательно вычистить плащ, но сейчас ей требовалось поспешить.

Верёвку для страховки она повязала вокруг талии, а затем перекинула ноги через раму и приступила к миссии «выбраться из дома, желательно с целыми костями».

В какой-то момент Алевтина подумала, что застрянет. Всё-таки её вторые девяносто были довольно богатыми. Но ей повезло, каким-то образом протиснуться удалось.

Аля очень надеялась, что с той стороны никто не наблюдал за ней. Всё-таки картину она, скорее всего, из себя представляла весьма забавную.

Повисев немного на подоконнике, Аля собралась с духом и принялась спускаться – сразу, как удалось протиснуть и вторые девяносто. Как только весь её вес оказался, можно сказать, в её собственных руках, Алевтина поняла, насколько самонадеянной была.

Силы у этого тела было явно недостаточно – Алевтина стиснула зубы, ощущая, как горит кожа на ладонях. Она знала, что легко и просто не будет, но всё оказалось гораздо сложнее, чем ей виделось изначально.

В какой-то момент ей всё-таки удалось затормозить, вот только легче от этого не стало. Аля хотела посмотреть, сколько ещё осталось до земли, но в её положении повернуть голову было проблематично. Ей только и оставалось, что двигаться дальше.

Спустя какое-то время она услышала сверху очень подозрительный шум. Подняв взгляд, Алевтина мгновенно заметила проблему. Нет, это была ПРОБЛЕМА. По-другому назвать произошедшее никак нельзя было.

Самодельная верёвка решила, что такое испытание ей не по плечу и выбрала именно это время, чтобы порваться. Алевтина в тот момент проклинала некачественный и хлипкий материал, из которого была сделана её «подушка».

– О, нет, – прошептала Аля и торопливо заскользила дальше, не обращая внимания на ожог на руках. Главное сейчас – успеть спуститься достаточно, чтобы не переломать себе что-нибудь после падения, которое обязательно произойдёт.

При этом Аля глаз не отрывала от того места, где рвалась верёвка. Скорость разрыва увеличивалась очень быстро. Волоски распутывались буквально на глазах!

В конечном итоге, осталась последняя ниточка. И она, конечно же, не смогла удержать на себе пышное и богатое тело Алевтины Сергеевны.

Але показалось, что на короткий миг она словно зависла в воздухе, а затем, с тихим «ух», рухнула вниз.

Всю неделю Брайар ощущал беспокойство. Еда, по какой-то причине, перестала его удовлетворять, а люди начали раздражать. Сильно.

Советник, вызвавшийся поехать с ним в Астрею, выдвинул предложение, что для достижения цели, ему, то есть Брайару, следовало взять в жены Камелию (так вот как ее звали!) Хабигер.

Брайар усомнился в том, что это хорошая мысль. И тому было пара причин.

Первая – статус Хабигер был слишком низким для жены короля Эштауна. Не сказать, что самого Брайара подобные мелочи когда-либо волновали, но в этом конкретном случае он решил, что подобная щепетильность ему только на руку.

И вторая, но главная – он не собирался брать в жены незнакомую женщину, которая ему даже не нравилась.

Это предложение вызвало у Брайара подозрения. Все-таки к таким выводам мог прийти любой здравомыслящий человек. И было очень странно слышать нечто подобное от его советника.

Естественно, он приказал теневой страже проверить старика.

Результаты его не порадовали. Оказалось, что советник мало того что был дальним родственником Хабигер, так еще и не так давно получил от них несколько поощрительных подарков.

Конечно, Брайару это не понравилось. Меньшее, что он мог сделать, это приказать арестовать старейшину, хотя, признаться, в своем странном раздражении ему хотелось просто свернуть морщинистую шею, чтобы другим неповадно было интриговать за его спиной.

Не прибавили ему настроения и визиты Хабигер.

Женщина оказалась весьма липкой.

Она приезжала к нему домой каждый день в облаке приторного запаха цветочного плена. Визгливо смеялась, висла на его руках, садилась слишком близко, смотрела из-под длинных, искусственных ресниц и явно была уверена, что он влюблен в нее и на пути к тому, чтобы сделать предложение.

Делать его Брайар, конечно же, не собирался, но Хабигер настолько уверовала в этом, что вела себя в его доме, как хозяйка. И это тоже бесконечно раздражало Брайара.

Когда она попробовала привести в его поместье своего дворецкого, Брайару пришлось окоротить ее. Та картинно надулась и пригрозила, что больше не приедет. На что Брайар выжидающе на нее посмотрел. В тот момент он надеялся, что женщина выполнит угрозу. Увы.

Из всех аристократов, с которыми Брайару пришлось взаимодействовать на этой неделе, Хабигер оказалась самой раздражающей.

– Ходят слухи, друг мой, что вы положили глаз на леди Хабигер, – с легкой усмешкой произнес король, глядя на Брайара с лукавством в глазах. – Так ли это?

Фаэлан Дракстан – король Астреи, – не был глупым человеком. Да, он любил выпивку, охоту и женщин, но при этом проницательности своей он не потерял.

Мало кто знал, но родоначальником Дракстанов был дракон. Вот только предок нынешнего короля совершил преступление против магии. Она отвернулась от него. Из-за этого в семье Дракстанов драконов больше не рождалось.

– Всего лишь слухи, – заверил его Брайар. – Леди… красива, но мне больше нравится… натуральность.

Фаэлан кивнул и фыркнул. Он, как король, был в курсе, к каким уловкам прибегали некоторые из придворных дам, которым так сильно хотелось попасть в глаза кого-нибудь, обладающего властью.

Даже странно, что только Хабигер осмелилась приблизиться к дракону. Впрочем, эта семья всегда умела вести дела грязно.

– Вы думали о моем предложении? – прервал размышления короля Брайар. Он не собирался сидеть в душном кабинете до самого вечера.

Кроме всего прочего, Брайару хотелось вернуться в Эштаун, а для этого требовалось получить, наконец, ответ от Дракстана.

– Думал, – Фаэлан отпил из своего кубка и задумчиво покачал им. – Я все еще не уверен, что мне стоит продавать Эштауну запрошенный кусок земли, – признался он.

– Я объяснял вам, почему хочу приобрести топи, – напомнил Вагерстрем.

– Да, да, знаю, – Фаэлан отмахнулся. – Драконий мох.

– Верно, – Брайар кивнул.

Дракстан еще какое-то время смотрел на него, явно пытаясь узнать истинные намерения, вот только правду знал только Брайар. Даже его советники считали, что вся эта эпопея была затеяна исключительно из-за драконьего мха, необходимого для создания некоторых лекарств.

– Вам выгоднее просто покупать его, – резко произнес Фаэлан.

– Вы готовы организовать добычу и продажу по рыночным ценам?

Дракстан стиснул зубы. Он бы и рад согласиться, но топи были слишком опасными. Никто не хотел ни селиться там, ни промышлять мхом.

Наверное, только драконы и могли безопасно там находиться. Неудивительно, что Вагерстрем нацелился на топи. Вот только Фаэлан все еще чувствовал подвох, но в чем именно тот заключался, понять никак не мог. Все его люди, которым он поручил расследовать это дело, в один голос говорили ему, что Вагерстрем не лгал – Забытыми топями он интересовался исключительно из-за мха.

– Пятьдесят тысяч золотых монет.

Брайар мысленно поморщился. Дракстан явно что-то подозревал.

Раздражение, которое копилось у него всю неделю, начало закипать под кожей. Дракон внутри оскалился.

В этот момент в голове Вагерстрема мелькнула мысль о том, что на болотах растет клюква. Раньше он пробовал выпечку с ней, но ни одна сдоба его не впечатлила.

Внезапно он вспомнил круглое и привлекательное лицо Алексии Бекер. Брайар глубоко вздохнул, но вместо приятного аромата ему в нос ударил душный запах кабинета. Несмотря на это, раздражение слегка утихло.

– Двадцать, – предложил свою цену Брайар, ощутив нетерпение.

Ему хотелось как можно скорее завершить сделку. И вперед его подталкивало вовсе не то, ради чего он покупал Забытые топи, а желание попробовать, какой будет на вкус сдоба с клюквенной начинкой, приготовленная рукой его новой булочницы.

На торг они потратили изрядное количество времени. Никто из них не хотел сдаваться.

Брайар всеми силами давал понять, что топи не стоят запрошенной суммы и покупает он их исключительно ради мха. Именно эту версию он и продвигал среди аристократов Астреи.

Все время, что Брайар находился в этом королевстве, он пытался вести себя максимально спокойно и свободно. Он знал – стоит ему только дать намек, что в топях есть что-то более ценное, сделка либо не состоится, либо у него попросят больше, чем он мог дать.

Одно он знал точно – быть приятным для других порой чревато последствиями.

Взять хотя бы ту же Хабигер. Ее отец был довольно дружен с Дракстаном. Именно поэтому Брайар сделал все, чтобы быть максимально вежливым с девушкой. Даже когда она напросилась в гости, он не отказал. О чем очень сильно сожалел.

– Теперь-то вы можете мне сказать, мой друг, что такого ценного в этом богом забытом болоте, что вы так хотели его купить? – спросил Брайара Фаэлан, когда документ купли-продажи был подписан и ему в руки было вручено право собственности.

– Не понимаю, о чем вы говорите, – продолжил гнуть свою линию Вагерстрем. – Меня интересует исключительно мох. Как вы знаете, он весьма хорош при приготовлении лекарств.

– Все-таки не скажете? – попробовал снова Дракстан. Он выглядел разочарованным и даже сердитым из-за упрямства Брайара.

Вагерстрем развел руки в стороны. На самом деле, он был посредственным лжецом, но ради цели в этот раз был готов выложиться полностью.

– Нечего говорить. Я провел расчеты и решил, что покупать на постоянной основе драконий мох гораздо более затратно, чем купить болота, на которых он растет. Для того, чтобы окупить эту покупку, мне потребуется всего пятьдесят лет. После этого я даже смогу получить прибыль. На мой взгляд, это весьма выгодное приобретение.

Фаэлан посмотрел на него с недоверием и скепсисом. При этом он то и дело крутил в руках кубок, показывая, что внутри король Астреи был весьма взвинчен.

– Кроме этого, – продолжил Брайар, игнорируя дискомфорт от долгой речи. Он не был разговорчивым типом, но в силу долга иногда ему приходилось переступать через себя, – как вы знаете, на болотах можно добывать не только мох, но и торф. Моя страна находится гораздо севернее Астреи, поэтому жители Эштауна весьма нуждаются в топливе.

Рука короля с кубком остановилась. Фаэлан некоторое время сидел неподвижно, а потом поморщился и фыркнул.

– Так вот в чем была ваша истинная цель, – произнес он и с осуждением посмотрел на своего оппонента. – Торф! Как я мог забыть?!

Брайар слабо улыбнулся и кивнул.

Глаза Фаэлана впились в подписанный договор.

– Я прогадал, – резюмировал Дракстан. – Это болото оказалось более ценным владением, чем я думал изначально. Впрочем, – потянул он задумчиво, – торф еще нужно добыть. Топи расположены достаточно далеко от центра Эштауна. Вам придется постараться, чтобы организовать добычу.

Брайар согласно кивнул. Фаэлан был прав.

– Топи весьма опасное место, – продолжил Дракстан. – Немногие компетентные люди захотят отправиться на добычу торфа. Это будет стоить вам дорого, – после этих слов Фаэлан хмыкнул. – Не стоит забывать и о доставке сырья в Эштаун. И здесь расходы будут немалыми.

– Это долгосрочный проект, – пояснил Брайар.

Дракстан фыркнул, успокоившись. Сначала он пожалел, что все-таки продал болота, но сейчас, после анализа, он понял, что получил выгоду. В конце концов, сам он не считал нужным прикасаться к этой дурно пахнущей луже. А так ему удалось получить несколько десятков тысяч золотых.

– Прекрасно, – пробормотал он, отпивая напиток из кубка. – Полагаю, вы останетесь на пир?

Брайар подавил желание поморщиться. Ему совершенно не хотелось что-то праздновать, хотя он и был рад, что выполнил задуманное. К сожалению, отказаться от приглашения он не мог.

– Конечно, – ответил он, а затем свернул свой экземпляр договора, сунул его в специальный тубус и спрятал на груди.

– Отлично! – Дракстан резко встал и направился к выходу. – Будем гулять всю ночь!

– Я завтра возвращаюсь в Эштаун, – напомнил Вагерстрем.

– Поспите в карете, мой друг! Я слышал, что прелестная леди Хабигер отправляется с вами, – внезапно Фаэлан вернулся к теме, о которой, как надеялся Брайар, они забыли. – Вы сказали, что она вам не по душе, но вы все-таки согласились ее принять у себя. Мне кажется, или вы слукавили, когда говорили о своем равнодушии к леди?

– Однозначно, нет, – ответил Брайар и последовал за выходящим из кабинета королем.

Уже в тот момент он знал, что это будет долгая и утомительная ночь.

Так и случилось.

Пир закончился только под утро. К тому моменту за столом не осталось ни одного человека, находящегося в сознании. Если не считать двух королей.

– Пожалуй, мне пора, – заключил Брайар и встал.

Фаэлан взглянул на него мутным взглядом и кивнул.

– Хорошей дороги, мой друг, – выдал он, а затем махнул рукой в сторону ближайшего слуги, который и помог ему подняться. – Я пойду прилягу, – невнятно пробормотал Дракстан и, с помощью слуги, пошаркал прочь.

Брайар не стал задерживаться. Около крыльца его уже ждала карета. Сначала Вагерстрем собирался сесть в нее, но затем его взгляд упал на город. На мгновение ему показалось, что он ощутил знакомый, влекущий аромат. Снова вспомнилась его новая булочница. Во рту мгновенно собралась слюна.

Брайар взглянул на небо. Солнце еще не встало, но может быть пекарня, в которой раньше работала Алексия, уже открыта?

Он собирался это проверить.

Вперед его вел тонкий аромат. Удивительно, но среди городского смрада Брайар мог с точностью поймать тот самый запах, который так привлекал его. Он был далеко, но с каждым шагом становился все более притягательным.

Брайар сглотнул. Этот аромат заставлял что-то внутри него вставать на дыбы.

«Сюда», – подумал он, сворачивая на очередную улицу.

Запах на ней был сильнее всего. Брайар почти мог видеть, где проходила не так давно его булочница.

Вспомнив, какими вкусными были сдобы, приготовленные девушкой, Вагерстрем ускорил шаг, в нужных местах избегая приподнятых камней мостовой и иных препятствий. Утренний полумрак не мешал ему отчетливо видеть дорогу.

Он знал, что был уже близко.

Впереди послышался глухой стук. Взгляд Брайара упал на свалившийся сверху мешок, который плюхнулся рядом с грязной лужей.

В голове мелькнула мысль о ворах. Это казалось логичным.

Сверху что-то шаркнуло.

Вагерстрем поднял взгляд и замер.

Сначала появилась одна нога.

Женская.

Определенно женская нога, обутая в коричневые кожаные сапожки и затянутая в темный чулок.

Следом за первой появилась вторая нога, а потом…

Пышные ягодицы, прикрытые простым неярким платьем.

Во время действия подол на некоторое время задрался, открывая вид на простое нижнее белье. Оно скрылось достаточно быстро, но образ все равно словно отпечатался в мозгу Вагерстрема.

Брайар приоткрыл рот от удивления и тихо подошел ближе.

Втянув носом воздух, он моргнул раз-другой. Это была его новая булочница… Брайару очень хотелось узнать, что она делала.

Сразу после того, как ему в голову пришла эта мысль, он заметил болтающуюся самодельную веревку. Она не выглядела надежной. Это вызывало тревогу.

Сначала Брайар хотел позвать Алексию, но потом, подумав, что девушка может испугаться его внезапного появления и упасть, решил подождать.

При этом он не мог отказать себе в удовольствии… полюбоваться.

Никогда ранее ему не доводилось лицезреть нечто настолько невероятное и приятное глазу.

Облизнув губы, Брайар выдохнул горячий воздух. Ему показалось, что температура его тела повысилась. Неужели заболел во время пира?

И почему она не спускается? Передумала? Отдыхает?

…

Застряла?

Если последнее, то должен ли он как-то ей помочь?

Сделать что-либо Вагерстрем не успел, так как девушка выбралась из окна полностью и принялась скользить вниз. При этом она выглядела настолько забавно, что Брайар не удержался от слабой улыбки. Он вообще сомневался, что Алексия когда-нибудь спустится. Та настолько сильно цеплялась за веревку, что едва скользила по ней.

Что вынудило его булочницу пойти на такой авантюрный шаг?

В какой-то момент Брайар услышал тихий треск. Его взгляд сразу метнулся вверх. Веревка, сделанная из какого-то ветхого материала, начала рваться.

– О нет, – услышал он тихий и встревоженный голос Алексии.

Сразу после этого девушка начала скользить вниз быстрее. Ее взгляд при этом был устремлен наверх. Брайар подозревал, что она смотрит на место разрыва. Он и сам смотрел. Веревка рвалась очень быстро.

Недолго думая, Вагерстрем преодолел последнее расстояние. В тот же миг веревка порвалась полностью. Девушка ухнула и полетела вниз.

На самом деле, до земли ей оставалась самая малость, но даже так она вполне могла получить какие-нибудь травмы. Брайар не мог позволить, чтобы это произошло, поэтому вытянул руки вперед.

– Ах, – выдохнула Алексия, когда он с легкостью поймал ее, не давая упасть на грязные уличные камни.

В первое мгновение она явно не осознала, что произошло, так как только и делала, что тяжело дышала, крепко при этом зажмурив глаза. Но оцепенение не продлилось долго. Алексия замерла.

– Странно, – пробормотала она. – Совсем не больно.

– Рад это слышать, – глухо произнес Брайар. Он на самом деле так считал. Только представив, что девушка могла покалечиться, он ощущал неудовольствие и желание свернуть кому-нибудь шею. Желательно тому, кто виноват в происходящем.

Впрочем, положение Алексии вызывало у Брайара неоднозначные эмоции. С одной стороны, он был зол, что кто-то заставил его булочницу рисковать собой. С другой – был ему благодарен. Ему нравилось видеть девушку у себя на руках.

В тот же миг Алексия распахнула глаза и шокированно посмотрела на него. На ее лице появилось сильное удивление. Не сразу, но она поняла, кого именно видела.

– Ваше величество? – спросила девушка, запах которой сводил его с ума какое-то время.

Брайар вдруг подумал, что мучившее его всю неделю раздражение куда-то делось. Просто испарилось, будто его и не было. Смутно он догадывался, почему это произошло, но додумать ему не дал румянец на щеках девушки. С каждой секундой он становился все сильнее.

«Очаровательно», – подумал Брайар, прижимая волнующую его девушку. Она хорошо смотрелась в его руках.

И ему это нравилось.

Некоторое время Алевтина удивленно смотрела на человека, который не дал ей рухнуть прямо на жесткие и грязные камни, уберегая тем самым от боли и необходимости очищать испачканное платье.

– Ваше величество? – спросила она, не до конца доверяя своим глазам.

Просто, ну, как этот человек оказался под окнами пекарни в столь ранний час? Разве он не должен был сейчас спать у себя в особняке или заниматься какими-то другими делами где-нибудь еще? Кроме того, Аля не помнила, чтобы говорила, где именно находится лавка, в которой она сейчас жила.

– Что вы тут делаете? – Вопрос, как ей казалось, был логичным. – Только не говорите, что просто проходили мимо.

Алевтина ни за что не смогла бы поверить в столь абсурдный ответ.

Вагерстрем слегка нахмурился, а затем поднял голову и огляделся. Его взгляд на некоторое время остановился на пекарне, потом дракон снова посмотрел на Алю.

– Я пришел за тобой.

Алевтина удивленно вздернула брови. Неужели она недооценила одержимость короля булочками?

Она хотела спросить, почему он просто не прислал кого-нибудь за ней, раз так опасался, что она не придет или опоздает, но вспомнила, что ей вообще-то следовало поторопиться.

Зашипев, Аля забарахталась в чужих руках, вынуждая короля отпустить ее. После этого быстро огляделась. Мешок с вещами лежал прямо в грязной луже, что очень огорчило Алю, но она отбросила негодование.

Подойдя к нему, Алевтина подхватила вещи.

– Идемте скорее, – прошептала она, устремляясь прочь.

В последний момент Аля подумала, что король может оскорбиться тем, что ему приказывала простолюдинка, но судя по тому, что дракон все-таки сдвинулся с места, ее слова не были восприняты негативно.

Алевтина выдохнула и ускорила шаг. Она хотела как можно скорее оказаться как можно дальше от пекарни. Конечно, было еще очень рано, но спустя пару часов отец Алексии встанет и обязательно заметит пропажу дочери. Аля надеялась, что к тому времени она уже будет за пределами города.

– Ты от кого-то бежишь? – внезапно спросил у нее Вагерстрем.

Аля мельком взглянула на него и задумалась. Стоит ли говорить? Впрочем, почему нет?

– Да, – она кивнула. – От отца.

Дракон догнал ее, отобрал мешок с вещами и пошел рядом. В предрассветных сумерках все еще было плохо видно, но Аля все равно смогла заметить образовавшуюся после ее слов морщину между темными бровями короля.

– Почему? – продолжил он расспрос.

– У него появилось ошибочное представление о моем найме на работу, поэтому он хотел, чтобы я осталась в Эмберлине.

Морщина стала глубже. Вагерстрем явно не понимал, о чем шла речь.

– Он подумал, что вы возжелали меня, – прямо пояснила Алевтина, когда поняла, что король будет разгадывать загадку, пока не поймет, в чем собственно дело.

Как только слова были произнесены, на лице короля появилось удивление.

Аля кивнула.

– Да, я ему тоже сказала, что это глупость и такого быть попросту не может. Но вы знаете, какими могут быть родители, – Алевтина слабо улыбнулась. Она помнила времена, когда и сама была излишне мнительной и тревожной. – Он обманул меня, – Аля вернулась в настоящее. – Усыпил мою бдительность, сделав вид, что все понимает, а потом запер.

– Почему не может?

Аля, услышав вопрос, едва не запнулась. Нахмурившись, она взглянула на короля.

– Простите? – она решила не гадать, к чему был такой вопрос, а спросить. – Почему не может что?

– Почему я не могу тебя желать?

Алевтина была, мягко говоря, удивлена. Она не ожидала, что Вагерстрема заинтересует именно этот момент их разговора.

– Технически, конечно, можете, – начала она говорить, ощущая странную неловкость. – Но вы ведь не делаете этого, не так ли?

Задав вопрос, Аля кинула быстрый взгляд на собеседника. В этот момент ее сердце забилось быстрее. Ей явно не следовало касаться того, что принесет ей боль. Вагерстрем был мало того, что королем, так еще и отцом спасителя.

– Мне нравится твой запах, – внезапно признался дракон.

Услышав его слова, Аля выплыла из своих размышлений и вздохнула. Конечно. Ему нравится ее запах.

Она не знала, вздыхать ли ей от облегчения или сокрушаться от разочарования. В глубине души Алевтина ощущала сильные уколы боли, которые ей приходилось игнорировать. Ей совершенно точно не следовало залезать в эту яму. Ничего хорошего привязанность к королю не принесет.

– Это не желание, – наставительным голосом произнесла она. – Тут другое дело. Вам просто нравится выпечка. А я ею пахну.

Обдумав эти слова еще раз, Алевтина кивнула сама себе. Ее объяснение звучало весьма логично.

– Поспешим, – добавила она и устремилась прочь, желая как можно скорее покинуть город. Она очень надеялась, что они успеют уехать до того, как отец Алексии проснется и бросится в погоню.

– Думаю, стоит выйти из города пораньше, – добавила Аля, бодрым шагом направляясь в сторону дома короля. – В это время ворота будут пусты. Если мы задержимся, то потом придется ждать, пока все те, кто ожидает под стенами города, войдут. Как вы думаете, ваше величество? – обратилась она к королю.

– Они не посмеют задержать меня, – ответил тот.

Алевтина вздохнула. Конечно. Она прекрасно знала, что кого-то столь важного, как дракон, пропустят без какой-либо очереди. Но ей нужно было убраться из города.

– Невежливо размахивать своим положением перед лицом простых людей, – произнесла она наставительно. – Это может негативно сказаться на вашем имидже.

Брайар хотел сказать, что такая мелочь вряд ли будет иметь значение, но потом он вспомнил Хабигер. Ранний выход вполне мог спасти его от ее навязчивой компании.

Теперь, когда он достиг своей цели и благополучно купил топи, то ему больше не требовалось хорошее отношение со стороны местной аристократии.

Конечно, оскорблять их он не собирался, но ему очень не хотелось видеть леди Хабигер рядом с собой на протяжении всего пути в Эштаун, а то и дольше. Отказать ей, когда согласие было дано, – не самая хорошая идея, так как нечто подобное могло заклеймить его как не держащего слово лжеца, – но можно было пойти другим путем.

Если они выдвинутся сейчас, то позже он просто может сказать, что спешил и никак не мог ждать ее.

– Поспешим, – произнес он, а затем и вовсе подхватил Алексию на руки и ускорился.

От подобного она ахнула и вцепилась ему в плечи.

– Что происходит? – спросила девушка его тревожно. – Почему вы вдруг?..

– Я вспомнил, что нам необходимо срочно покинуть город, – пояснил он, не раскрывая деталей.

Если Алексия и была против такой спешки, то ничего не сказала.

На самом деле Аля не была против. Ей и самой хотелось как можно скорее покинуть Эмберлин. Она не знала, почему король внезапно решил, что им необходимо бежать, но останавливать его она не собиралась.

С его скоростью до нужного дома они добрались едва ли не в мгновение ока. Слуги еще собирались, но довольно медленно и неторопливо.

– Ах! – испуганно выдала Кларисса, когда король с Алевтиной на руках резко спрыгнул с каменной ограды.

В тот момент, когда он на полном ходу запрыгнул на нее, Аля и сама была дико напугана, но как-то отреагировать не успела – они уже перемахнули на другую сторону и что-то говорить или действовать было поздно.

– Ваше величество! – крикнула кухарка, хватаясь за сердце. – Что вы… Это? – ее взгляд упал на слегка растрепанную от скорости Алевтину. – Аля?

– Отпустите меня, – попросила Алевтина короля, похлопав ему по плечу.

– Хм, – прогудел дракон, а затем все-таки выпустил ее из рук.

– Что происходит? – поинтересовалась Кларисса, приходя в себя от неожиданного появления ее правителя.

Ответа ей никто не дал, так как король сразу ушел, принимаясь подгонять людей, чтобы те действовали быстрее. Через минуту во дворе воцарился хаос.

– Кажется, мы спешим, – резюмировала Алевтина, довольно глядя на происходящее. Судя по всему, город они должны были покинуть еще до того, как взойдет солнце!

Когда все было готово, люди начали рассаживаться.

– Аля! Иди сюда! – крикнула ей Кларисса. В этот момент она стояла около телеги, на которой сидели девушки-служанки. Телега та была покрыта какой-то плотной тканью и выглядела, как фургон переселенца из Дикого Запада.

Она уже направилась в их сторону, но тут ее руку кто-то перехватил. Алевтина повернулась и сразу наткнулась на хмурый взгляд короля.

– Там нет места, – произнес он. Аля моргнула непонимающе и покосилась в сторону фургона. На ее взгляд, места там было предостаточно. Служанки, кстати, заметив дракона, притихли и в этот момент с интересом смотрели в их сторону. – Идем, – добавил король и потащил Алю за собой.

– Ваше величество?

Они подошли к карете. Кучер уже стоял около дверцы. При их приближении он слегка нервно посмотрел сначала на короля, а затем и на Алевтину. В его взгляде было отчетливо написано недоумение.

– Поедешь со мной, – бросил Вагерстрем, а затем, не дожидаясь каких-либо возражений, помог Але забраться внутрь.

Она даже не пыталась скрыть своего недоумения, которое быстро сменилось хмуростью. Алевтина почти чувствовала будущие проблемы с коллегами из-за столь сильного фаворитизма со стороны дракона. Выскочек никто не любит. А именно таковой все и будут ее считать после сегодняшних событий.

Из-за этого инцидента имение они покинули в гнетущей тишине. Аля была недовольна, но выговаривать что-либо королю не стала.

Одно радовало – город они должны были покинуть без особых проблем. Она так думала, но, к сожалению, удача явно не желала поворачиваться к ним своей самой блестящей стороной.

На выезде их ждали.

Чужая карета стояла так, что проехать мимо нее не представлялось возможным. Конечно, возничий остановился.

– Как хорошо, что я решила поехать сразу к воротам! – услышали они высокий голос. Очень знакомый голос.

Аля увидела, как на короткий миг между бровями короля появилась морщинка. Да и во взгляде дракона появилось нечто, напоминающее раздражение.

– Не выйдете? – спросила Аля.

Судя по тому, что она видела, до любви было еще ой как далеко. Алевтина только и могла, что вздохнуть. Впереди ее ждала долгая работа. В любом случае, если ничего не выйдет, то это будет не ее вина, однозначно.

В тот момент, когда Вагерстрем поднялся, дверь в карету резко распахнулась.

– Дорогой! – громко, но при этом томно пропела очень даже знакомая девушка. – Я так рада, что…

В этот момент она заметила, что в карете находится не только король.

– А она что тут забыла? – вопрос прозвучал требовательно и настойчиво.

Аля быстрым взглядом окинула Хабигер. Да, это была она. Мать будущего Спасителя выглядела… потрепанной.

Алевтина не была уверена, в чем именно дело, но волосы Камелии выглядели тусклыми и безжизненными. При этом сама девушка утратила некоторую хрупкость, которая раньше так сильно бросалась в глаза. Неужели леди умудрилась так пополнеть всего за неделю? Да и цвет лица у нее был какой-то серый. Плохая ночь?

Аля видела, как в глазах Камелии вспыхнул гнев. Она открыла рот, явно желая сказать что-то резкое, но в последний момент ее взгляд упал на стоящего короля. Вместо гневной отповеди Хабигер неловко улыбнулась, заправила один из локонов себе за ухо и состроила на лице несчастное выражение.

– Вы сказали, что я могу поехать с вами, – в голосе Хабигер слышались плаксивые нотки. – Вы передумали, ваше величество?

Брайар подавил желание скривиться. Он еще раз пожалел, что разрешил этой женщине поехать с ним в Эштаун. В тот момент это не казалось ему большой проблемой, да и он не мог допустить, чтобы дочь графа нажаловалась на него своему отцу, который был дружен с королем, но кто знал, что Хабигер окажется настолько раздражающей.

– Сейчас не лучшее время для путешествий, – выдал он с каменным лицом. Он собирался любым возможным способом избавиться от неприятной обузы.

– Что? – Хабигер отшатнулась от кареты, словно ее ударили, а затем приложила руки к груди в жесте беззащитности. – Как вы можете так поступать со мной? – спросила она жалобно, но достаточно громко, чтобы все, кто хотел, могли ее услышать. – Я вам верила, а вы!..

Аля, наблюдающая за происходящим, вскинула брови. Вот это номер!

Она перевела взгляд на Вагерстрема. Что он скажет?

Лицо короля потемнело. То ли от гнева, то ли от негодования.

– Вы обещали мне! – крикнула Хабигер. От ее мелодичного голоса Аля скривилась. Почему-то это звучало весьма неприятно. – Вы сказали, что я могу быть с вами, но сейчас… Ах, как мне теперь быть?! Что мне теперь делать? – при этих словах на ее глазах навернулись слезы.

Алевтина была впечатлена. Говорить о чем-то таком простом, как согласие на простую совместную поездку так, словно Вагерстрем пообещал ей по меньшей мере брак – это явно талант!

Со стороны до них донеслось несколько голосов. Судя по всему, около ворот они не были одни.

– Я вам верила, – продолжала Хабигер, изображая из себя брошенную возлюбленную. Весь ее вид так и кричал, чтобы ее пожалели. И пусть ее обычные чары в предрассветных сумерках явно давали сбой, она все еще выглядела весьма хорошо.

В какой-то момент взгляд Камелии снова упал на Алевтину. Аля затаила дыхание. Она надеялась, что ее не приплетут к происходящему. В конце концов, она ничего не сделала. А то, что сидела в карете, так в этом ее вины точно не было.

Глаза Хабигер сузились, но почти сразу распахнулись и снова наполнились слезами.

– Вы променяли меня на… – Камелия оскорбительно махнула рукой, – это?

Аля заметила, как король напрягся. Он выглядел готовым броситься на Хабигер в любую минуту. И что-то подсказывало Алевтине, что вовсе не страсть вела его вперед.

– Не могу поверить, – выдохнула Хабигер и покачала головой. – Вы дали слово, а теперь…

Что еще она хотела сказать, Алевтина не узнала, так как Вагерстрем сделал шаг вперед. Нагнувшись, он схватил дверцу, а затем совершенно безцеремонно захлопнул ее прямо перед носом Камелии.

Аля приоткрыла рот от неожиданности. А так можно было? Разве подобное поведение не вызовет какого-нибудь скандала?

Король между тем отрывисто стукнул по стенке экипажа, давая понять, что они могут двигаться дальше. Практически сразу после этого карета дернулась и покатилась вперед.

– Постойте! – услышали они крик Хабигер.

Дракон и не думал останавливаться. Он просто сел обратно на лавку и посмотрел на Алевтину.

– Не слушай ее, – произнес он глухо.

Аля не знала, что на это сказать, но потом вспомнила о миссии.

– Не думаю, что леди Хабигер сказала это со зла. Просто она… расстроена. – пробормотала Алевтина неуверенно. – Она не так уж плоха.

После собственных слов Аля поморщилась. Они звучали совершенно неубедительно. Настолько, что дракон даже не посчитал необходимым что-то сказать по этому поводу. Все, что он сделал – это хмыкнул и откинулся на стенку позади, продолжая наблюдать за Алевтиной, будто она была самым интересным, что случалось с этим миром за последние лет так двести.

Аля вздохнула. Видит Богиня, она сделала все, что могла.

Чего Алевтина не знала, так это того, что Хабигер не собиралась сдаваться.

Когда карета короля проехала мимо, Камелия от злости сжала кулаки, а затем бегом побежала к своему экипажу.

Как он посмел? Как посмел?!

– Следуй за ними! – гневно крикнула она, отбрасывая в сторону свой обычный нежный и волнующий образ.

Она была зла. Очень зла.

Вагерстрем, будь он проклят, никак не реагировал на нее!

Она всю неделю крутилась у него под носом, практически предлагая себя, а тот не обращал на нее внимания! Камелия не могла оставить это просто так.

И ему было мало такого оскорбительного отношения, он решил унизить ее окончательно, «забыв» сказать, что они выезжают так рано! Хорошо, что Асфодея успела ее предупредить.

Рухнув на лавку, Камелия выдохнула и достала полированное медное зеркало. Она собиралась в большей спешке, поэтому хотела убедиться, что с ее внешностью все в порядке. Свет был тусклым, но ей все равно удалось заметить, что с ее идеальной внешностью не все в порядке.

Камелия в панике сунула руки в волосы, но шпильки, которые должны были придавать ее локонам красоту и блеск, там не оказалось.

– Проклятие! – крикнула она и принялась себя ощупывать.

Браслет для красоты рук оказался на месте. Кулон для сладкого голоса тоже был. Серьги, улучшающие черты ее лица, обнаружились там, где Камелия их и оставила в последний раз.

Брошь для белизны и чистоты кожи?

Рука Камелии замерла. Броши не было!

С ее губ вырвалось сердитое шипение. Как она забыла что-то настолько важное? Это было ужасно! Она не могла выйти на улицу без чего-то настолько важного!

В этот момент рука Хабигер остановилась на талии, и только тогда она поняла, что не надела корсет с магическими свойствами, которые придавали всей ее фигуре хрупкость и стройность.

Камелия даже дышать как забыла. Это была настоящая катастрофа. Как она собиралась завоевать дракона, когда выглядела настолько неприглядно?!

В этот момент она вспомнила о самом важном.

Отыскав сумочку, Камелия зарылась в нее. Ее паника продлилась ровно до того момента, как пальцы коснулись прохладной керамики.

– На месте, – выдохнула она, вытащив из сумки бутылочку с особым ароматом, который должен был вскружить голову любому.

По какой-то причине Вагерстрем сопротивлялся, но Камелия была уверена, что в конце концов завоюет его. Если не честным путем, то… ну, у нее имелись свои способы.

Вспомнив о кухарке в карете дракона, Хабигер ощутила вспышку ярости. Она не могла поверить, что король посадил рядом с собой обычную прислугу. Это было что-то из ряда вон выходящее. Как он только мог подумать сделать нечто настолько возмутительное? Люди ведь начнут насмехаться над ним!

Камелия рассчитывала стать его женой. Она не могла терпеть подобную глупость со стороны своего мужа. Тот должен был следить за своей репутацией! Она не собиралась быть посмешищем вместе с ним.

Камелия решила, что на остановке сделает все, чтобы убрать противную кухарку подальше.

Конечно, та не была ей соперницей. На этих мыслях Хабигер хмыкнула. Чернавка была в два раза шире нее, как подобное вообще можно было воспринимать как женщину? Нет, Камелия не боялась, что король обратит внимание на это необъятное нечто, но разумная осторожность лишней никогда не была.

То, что дракон отказал ей в совместном путешествии, не убедило Камелию вернуться домой. Она просто поедет рядом. По крайней мере, на территории Астреи у него не было власти запрещать ей следовать по этому пути. А ближе к Эштауну она обязательно убедит его взять ее с собой дальше. Нужно было просто подождать и сделать все, чтобы король начал нуждаться в ее обществе.

В этот момент напротив вспыхнул свет.

Камелия испуганно вжалась в стенку кареты. Впрочем, испуг прошел быстро, ведь неожиданно появившаяся женщина была ей очень даже знакома.

– Асфодея, – произнесла глухо Хабигер. Видеть это существо дважды за утро совсем не хотелось. Жаль, что выбора ей не давали. – Что привело тебя сюда?

– Ты забыла, – прошипела девушка. Сейчас она была в своем божественном облике, кроме языка – тот был длинным и раздвоенным. После этих слов существо бросило в сторону Камелии несколько предметов.

Хабигер не смогла поймать их, поэтому те рухнули на пол. Камелия стиснула зубы, мысленно записав очередное унижение.

Ее взгляд опустился. Сразу после этого Камелия радостно улыбнулась. Оказалось, что Асфодея принесла ей шпильку, брошь и корсет! Она была спасена!

– Ах, спасибо, – приятным голосом пролепетала Камелия.

Асфодея фыркнула себе под нос.

– В следующий раз будь внимательна, – приказала она.

Камелия хотела огрызнуться, но вовремя прикусила язык. Вместо резких слов, она просто улыбнулась, но тут вспомнила о том, что произошло недавно, и решила, что сейчас идеальное время, чтобы пожаловаться:

– Он взял с собой в карету толстуху, которую ты мне тогда показывала! Сделай что-нибудь с этим! – прорычала она, совсем забыв быть хоть немного вежливой.

Асфодея нахмурилась.

– Ты сказала, что она тебе не соперница.

Камелия кивнула и высокомерно заявила:

– Это естественно. Кто я и кто она. Но мне не нравится, что он уделяет ей хоть какое-то внимание.

Глаза существа сузились.

– Не беспокойся, – произнесла Асфодея. – У нее своя задача. Она тебе не помешает.

Камелия сразу успокоилась. Понятно, что она не боялась, что кто-то вроде той толстой девки сможет обойти ее, но ей просто не нравилось, что та крутилась рядом.

Хабигер хотела улыбнуться, но в этот момент ощутила на своей шее длинные пальцы с острыми когтями. Глаза Камелии расширились. Существо нависало над ней. Красивое еще недавно лицо изменилось, превратившись в отвратительную гримасу.

– И не смей приказывать мне.

Камелия, услышав шипение, сглотнула и слегка кивнула.

Асфодея еще какое-то время смотрела на нее, а потом выпустила из своих когтей и исчезла.

Хабигер испуганно потерла шею и бросила гневный взгляд в сторону окна. Это толстуха виновата! Из-за нее она, Камелия, была так возбуждена и забыла следить за своим тоном!

В этот момент Хабигер решила, что она обязательно отомстит. Причем всем, кто посмел так или иначе ее обидеть.

Первым делом, когда ближе к обеду караван остановился, Камелия проверила свой внешний вид, затем, убедившись, что она выглядит как настоящая королева, величественно выбралась из кареты.

И первое, что она увидела, это то, как король Эштауна помогал простой кухарке слезть со ступени экипажа!

В этот момент Камелия ощутила себя так, словно еще мгновение, и она попросту взорвется от негодования.

Это ей он должен был помогать!

Несмотря на свой гнев, она натянула улыбку и поплыла к королю, который просто обязан был стать ее мужем.

– Ваше величество! – пропела она, а затем без всякого стыда повисла на руке Вагерстрема. – Пойди, помоги приготовить для нас обед, – отдала она резко приказ толстухе, которая по какой-то причине оставалась рядом. – А мы…

Камелия запнулась. Просто король смотрел на нее так, будто увидел что-то особенно неприятное.

– Ваше величество? – спросила Камелия тихо.

– Я сказал, что сейчас не лучшее время для путешествий, – холодно бросил Вагерстрем, а затем отцепил ее руку от своего локтя.

– О, да, вы сказали, но я так давно мечтала увидеть Эштаун, а где мне будет безопасней всего, как не рядом с королем-драконом? – спросила она и рассмеялась, любуясь собственным голосом. С помощью артефакта он звучал просто завораживающе.

Камелия взглянула на короля, но тот, как и все прошлые разы, не выглядел задетым. Неужели на него такая магия не действовала? Не может быть! Раньше ей не попадалось ни одного мужчины, который смог устоять!

– Извините, я действительно лучше пойду, – донесся до нее противный голос кухарки.

Камелия видела, как взгляд короля немедленно обратился к этой… женщине. И, надо сказать, холод из его глаз сразу исчез. Камелия едва не скрипнула зубами.

– Куда? – спросил он. И было в его голосе что-то, отчего Камелия возненавидела чернавку еще сильнее.

– Помогу Клариссе с готовкой, – ответила та, махнув рукой в сторону, где слуги суетились, готовя им еду. Некоторые из них то и дело поглядывали в их сторону.

– Конечно, – произнесла Камелия, – ты можешь идти.

Воздух вокруг сразу стал тяжелее.

– Не вмешивайся, – внезапно приказал ей король. Ей! Приказал!

Камелия была взбешена, но вместо того, чтобы показать это, растерянно улыбнулась.

– Но…

Король даже не дослушал ее! Он просто прошел мимо и, положив руку на спину кухарки, повел ее в сторону слуг.

Камелия впервые не знала, что ей делать. Разве она не была красива? Была. Настолько, что многие мужчины попросту теряли голову, когда видели ее.

Она и раньше была весьма хороша собой, но после встречи с Асфодеей, ее красота приобрела запредельный уровень. Камелия была уверена, что в мире нет ни одного мужчины, который мог устоять против подобного соблазна.

Если это так, то почему Вагерстрем не реагировал, а ходил следом за простой чернавкой, словно та его приворожила?

Взгляд Камелии вспыхнул.

Ну конечно!

Как она не подумала сразу!

Эта мерзавка отравила короля! И Камелия даже знала, когда это случилось. В тот первый день, когда толстуха пришла устраиваться к ней на работу. Наверняка ведь мерзавка как-то узнала, что король прибудет в гости, вот и устроила!

Это ведь так разумно! Нужно как можно скорее сказать королю. Хотя, тот не поверить. Привороты ведь так и действовали. Они полностью лишали жертву какой-либо воли, затуманивая разум.

Теперь понятно, почему Вагерстрем не обращал на саму Камелию внимания, зато обхаживал кухарку.

Камелия фыркнула. Как чернавка только посмела сделать такое? Неужели она действительно не думала, что кто-то догадается? Это ведь так очевидно! Ни один здравомыслящий король не будет преследовать кухарку, игнорируя аристократку вроде Камелии Хабигер. Это просто немыслимо.

Но как ей доказать дракону, что его одурманили?

Задумавшись, Камелия отошла к своей карете. При этом она усиленно думала, как ей вырвать короля из толстых лап девицы.

Увидев, как взгляд дракона продолжал следовать за кухаркой, куда бы та ни пошла, Хабигер стиснула кулаки. В этот момент она решила, что подобное необходимо выжечь подобным.

Посмотрев на печатку на пальце, она хмыкнула. Как хорошо, что вчера ей было лень снимать тесное кольцо перед сном. Приворотный порошок ей сейчас очень даже пригодится.

– Идем, сядешь с нами, – тихо произнесла Кларисса, когда пришло время двигаться дальше.

Она подхватила Алевтину за руку и потянула в сторону, где собрались остальные служанки.

Аля видела, что женщина чем-то сильно озабочена, но спрашивать не стала. Да и та вряд ли бы ей сказала. Все-таки они знали друг друга всего ничего.

– И каково это, с королем в карете кататься? – спросила Алевтину одна из служанок, когда они подошли ближе. Аля взглянула на девушку. Вид у той был донельзя кислым. – Как тебе это удалось? – задала она еще один вопрос. – Я столько раз пыталась забраться к нему в постель и все бесполезно, – в голос девушки пробрались обиженные нотки.

– Я ничего не делала, – призналась Алевтина.

Эти слова были встречены скепсисом. После девушка окинула Алю придирчивым взглядом, который в конечном итоге остановился на груди.

– Дело в этом, не так ли? – спросила она и раздраженно вздохнула. – Мужчины все одинаковы. Все, что их интересует – это грудь и… – служанка не договорила, лишь посмотрела на вторые девяносто Алевтины.

– Не говори глупости! – резко одернула ее Кларисса. – Сама знаешь, наш король не такой. А ты не слушай ее, – обратилась кухарка уже к Алевтине. – Юдора ничего такого не имеет в виду.

– Она просто завидует, – фыркнула Верена.

Кларисса бросила на Верену резкий взгляд.

– Ну да, завидую, – открыто признала Юдора. – Впрочем, нам все равно ничего не светит, – со вздохом добавила она и кивнула в сторону карет. – Даже если нашему королю нравится Алька, в жены он все равно возьмет вон ту воблу.

– Юдора! – снова осекла девушку Кларисса и посмотрела по сторонам, явно опасаясь, что их кто-нибудь услышит.

– Разве я не права? – служанка вздернула бровь, а потом посмотрела на Алевтину. – И тебе лучше понять это и не думать много.

Аля видела, что кухарка снова хотела позвать девушку, но вместо этого лишь беспомощно открыла и закрыла рот. Видимо, Кларисса думала так же, как и Юдора.

Впрочем, Алевтина и сама так думала.

Посмотрев в сторону, где Камелия все еще пыталась повиснуть на руке короля, Алевтина вздохнула и отвела взгляд.

– Я знаю свое место, – произнесла она.

Юдора какое-то время смотрела на нее пытливо, а затем одобрительно кивнула. В следующий момент ее губы расплылись в заговорщицкой улыбке.

– Я надеюсь, ты потом расскажешь, как он там? – спросила она и подмигнула.

– Юдора! – все-таки не выдержала Кларисса.

– А что Юдора? – фыркнула девушка. – Видно же, король глаз на нее положил. В коей-то веки ведет себя как настоящий аристократ. На меня-то он не смотрит, а мне интересно.

– Я не думаю…

– Ш-ш-ш, – зашипела на нее Юдора, глядя на что-то позади Алевтины. Аля резко повернулась, наблюдая, как Вагерстрем все-таки стряхнул с себя липкую Хабигер и в этот конкретный момент сердито шагал в их сторону.

Когда дракон подошел ближе, его лицо выглядело очень раздраженным.

– Выдвигаемся, – бросил он и, взяв Алевтину за руку, повел к своей карете.

– Подождите, ваше величество, – произнесла неуверенно Аля, глядя на то, какими глазами их проводила Хабигер.

Ситуация явно выходила из-под контроля. Алевтина, конечно, могла обманывать себя сколько угодно, но что-то точно было не так.

– Тише, – попросил король и затащил Алю в карету. После он совершенно без какого-либо промедления захлопнул дверь.

Как только Аля рухнула на сиденье, король сел рядом, а потом и вовсе лег на бок и устроился головой у нее на коленях.

Алевтина замерла с поднятыми руками, не зная, что делать. Но вскоре ей подсказали. Посмотрев на нее, дракон поймал рукой ее ладонь и опустил ее себе на волосы.

– Голова от нее болит, – пробормотал он и снова отвернулся.

Аля некоторое время сидела, затаив дыхание, а затем осторожно пошевелила пальцами в густой шевелюре. Сразу после этого со стороны короля послышался легкий вздох. Алевтина повторила действие, массируя голову Вагерстрема уже более уверенно.

Когда карета дернулась, Аля поглаживала устроившегося у нее на коленях дракона уже с меньшей опаской. А тот то и дело давал понять, что хочет, чтобы она продолжала.

В какой-то момент Аля внезапно остановилась, так как на нее накатили воспоминания.

– Что-то не так? – внезапно спросил король, словно учуяв ее смятение.

Аля опустила взгляд. Вагерстрем смотрел прямо на нее. Глаза были другого цвета. И лицо другим.

Алевтина улыбнулась и покачала головой.

– Нет, ваше величество, все в порядке, – ответила она и снова запустила пальцы в густые, слегка растрепанные волосы. Тоже другие.

Странную мысль, пришедшую ей в голову так неожиданно, Аля успешно отбросила в сторону. Она в другом мире, а прошлое осталось в прошлом.

Вечером караван остановился в небольшом городке, в котором они спокойно нашли трактир. Гостиница была двухэтажной.

На первом этаже располагались подсобные помещения, комнаты хозяев, кухня и большой зал со столами и лавками. На втором – комнаты для гостей.

Причем комнаты были поделены на две части.

Слева от лестницы находились номера для привилегированных постояльцев. Комнаты были больше и лучше обставлены.

В той, где остановился король, имелась кровать, стол, два стула, шкаф и деревянная ванна, огороженная от остальной комнаты тканевым экраном.

Справа располагались номера для более простых путешественников и слуг господ. Часть из них была обставлена исключительно узкими кроватями – комнаты для слуг.

Алевтина остановилась вместе со служанками. В их номере было четыре спальных места. И кровати, на которых им предстояло отдыхать, больше напоминали широкие деревянные лавки, но делать было нечего. Уж лучше здесь, чем на сеновале.

Там, кстати, тоже можно было место снять.

Как только все устроились, Эвандер – дворецкий короля – принялся подгонять всех. Нужно было наносить и нагреть воды для ванны его величеству. Потом постирать одежду и принести ему ужин.

Из-за этого передохнуть никому не удалось.

Аля не собиралась отдыхать, когда другие работали, поэтому отправилась с Клариссой на кухню. По словам женщины, им нужно было проконтролировать чужую готовку.

От короля Алевтина держалась подальше. После поездки в карете она ощущала себя немного странно в его присутствии.

Впрочем, полностью избежать его внимания не удалось. Как только еда была приготовлена, Вагерстрем захотел, чтобы именно она подала ему.

Делать было нечего, так что Алевтина понесла поднос к королю в комнату.

– Ты ела? – задал вопрос он, когда Аля расставила на столе блюда и встала чуть позади, как и полагалось для прислуги.

Кроме них в комнате был еще Эвандер.

Вообще, король хотел выгнать всех, оставив в комнате только Алевтину, но старый дворецкий вывернулся ужом, но остался. При этом мужчина то и дело с тревогой поглядывал в сторону Али. Можно было представить, какие опасения терзали этого человека.

– Еще нет, ваше величество, – призналась она.

Король кивнул, а затем принялся откладывать часть блюд на свободную тарелку. В душе Алевтины поселилось дурное предчувствие.

Как только тарелка была заполнена, Вагерстрем подтолкнул ее к другому краю.

– Садись и ешь, – произнес он.

– Ваше величество, – начала Аля, желая сказать, что им не стоит вести себя настолько непринужденно.

– Ваше величество, – вторил ей дворецкий.

Взгляд короля стал холоднее. Эвандер замолчал. Он понимал, что не может приказывать правителю Эштауна.

Алевтина вздохнула, но подчинилась. Она уже поняла, что Вагерстрем обладал поистине упрямым характером. Казалось, мужчина готов был сделать все, но добиться своего.

Устроившись напротив, она осмотрела стол с едой и зажженными свечами и снова ощутила себя странно. Атмосфера была такой, словно они были на свидании. Не хватало только умиротворенной музыки на фоне.

– Нам правда не стоит этого делать, – все-таки не смогла она промолчать.

– Почему нет? – Вагерстрем взял нож и принялся разрезать аппетитно зажаренный кусок мяса. – Я не люблю есть в одиночестве.

– В таком случае вам стоило пригласить леди Хабигер, – посоветовала Аля.

После этих слов король поморщился. Ему вообще не хотелось обсуждать эту особу. Одно упоминание о ней заставляло болеть его голову.

Он давно решил, что ее путешествие продлится до границы. Запретить ей следовать за ним по чужому королевству он не мог, а вот в Эштаун он ее просто не пустит. Имеет право. Он король. Ему решать, кого он хочет видеть в своей стране, а кого нет. Если Дракстан будет недоволен, то он найдет, как с ним разобраться позже.

Выбросив противную девицу из головы, Брайар сосредоточился на девушке напротив.

Он не был глухим и слепым. Благодаря своему драконьему слуху он отлично знал, что именно говорят слуги.

До недавнего времени Брайар не понимал своей тяги, но после того, как одна из служанок озвучила некие предположения, ему стало все ясно.

Вся эта тяга, желание видеть рядом, ощущать дурманящий запах.

Все было очень просто.

Он… хотел ее – девушку, сидящую сейчас напротив него.

Как только осознание пришло к нему, Брайар нахмурился.

Кто бы что про него ни говорил, он всегда четко осознавал свое место в этом мире. Брайар был королем. А это означало, что он отвечал за целое королевство, в котором проживало множество людей.

И да, он хорошо знал все законы и негласные правила как аристократов, так и простых людей. В свое время Брайар получил самое полное и обширное образование.

Именно поэтому Брайару было ясно как день, что его внезапное влечение к сидящей напротив девушке было проблемой.

Она принадлежала к низшему классу.

По правилам высшего света максимум, что мог сделать Брайар, – это назвать Алексию своей любовницей.

Нет, даже не так. Слово «любовница» подразумевало какие-то отношения. В их случае он не мог рассчитывать даже на это.

Аристократы не брали служанок в любовницы, они просто имели с ними кратковременные связи, которые заканчивались с наступлением утра. Одноразовые связи. Незначительные и ни к чему не обязывающие. О них даже не говорили.

Быть любовницей, значит, иметь некий статус. Да, скандальный, но все-таки. Слугам подобное не полагалось. Они были для аристократов просто доступными телами, с которыми можно было провести немного приятного времени.

Практически все аристократы сознательно или подсознательно считали простых людей ниже себя. Необразованными и… грязными.

Не зря аристократия и простые люди назывались высшим и низшим светом – это действительно были два разных мира со своими страстями, желаниями, волнениями и так далее.

Король мог переспать со служанкой. Он даже мог взять ее на ложе несколько раз. Но никто не поймет, если он сделает ее своей фавориткой. Не говоря уже о том, чтобы взять женщину из низшего круга в жены. Это было табу, жуткий мезальянс.

Достаточно ли ему будет просто переспать с Алексией пару раз?

Брайар, задав мысленно себе этот вопрос, окинул девушку напротив взглядом.

Мог ли он насытиться за пару раз?

Брайар сглотнул. Его взгляд опустился на пышную грудь. В этот момент он ощутил зуд в руках. Ему смертельно хотелось… потрогать ее. Такая ли она мягкая, какой казалась?

Дракон внутри заворочался. Возбуждение начало накапливаться, опаляя внутренности.

Брайару не пришлось долго думать, чтобы понять – нет, ему не хватит той малости, которую он может себе позволить. Он хотел больше. Он хотел все. Всю ее. Забрать себе, присвоить, сделать полностью своей, чтобы никто не посмел даже подумать, что она может быть кому-то доступна.

Только представив, что какой-то другой мужчина в будущем посмеет положить на это великолепное тело руки, Брайар ощутил желание убивать.

Мог ли он сделать ее просто фавориткой?

Конечно, его не поймут, но Брайар и раньше совершал сумасшедшие поступки, с которыми другим приходилось мириться. Так можно было сделать и в этот раз. Вот только по какой-то причине Брайар понял, что подобный статус будет унизительным для Алексии.

Он не желал унижать женщину, которая принадлежала ему. А то, что это было так, Брайар был полностью уверен. Она пахла, словно была создана для него. Она выглядела, будто ее вылепили такой специально, чтобы он мог любоваться мягкими изгибами и волнующей округлостью форм. Ее голос был сладким, а движения манили и опьяняли, как самые крепкие напитки.

Если не одноразовая связь и не фаворитка, то кем он хотел видеть ее?

Ответ был только один.

Женой.

Брайар прищурился.

Ему действительно было просто понять это. Вот только как сделать так, чтобы не столкнуться с громадным сопротивлением своего народа? За себя Брайар не боялся. Он был драконом. Ему мало что могло повредить, а вот Алексия…

Он должен был придумать способ, с помощью которого она сможет законно стать его женой, не подвергаясь тем самым нападкам и покушениям.

Брайар пока не знал, как это сделать, но был полностью уверен, что обязательно придумает.

После ужина Брайару пришлось расстаться с Алексией. Ему хотелось, чтобы она осталась, а лучше провела ночь вместе с ним, но он понимал, что не может пока рассчитывать на это.

Сейчас, когда он решил сделать Алексию своей женой, ему приходилось думать о ее репутации, которая обязательно пострадает, если он надумает затянуть ее в кровать раньше времени.

Перед сном он собирался принять ванну, поэтому слуга натаскал в нее теплой воды.

– Можете быть свободны, – отпустил всех Брайар, желая побыть в одиночестве.

Ему нужно было придумать способ, с помощью которого он мог без каких-либо проблем жениться на выбранной девушке.

Сбросив одежду, Брайар добрался до наполненной водой ванны и забрался в нее. К сожалению, та была слишком тесной, чтобы лежать в ней с комфортом, но выбирать не приходилось.

Кое-как устроившись, Брайар прикрыл глаза и задумался.

Какие у него были варианты?

Мог ли он просто сказать свое слово и жениться на Алексии без согласия аристократии?

На самом деле, мог. Он был королем, поэтому ему никто не был указом. Вот только Брайар понимал, что подобный ход будет встречен недовольством, как открытым, так и скрытым.

Тогда беременность?

Увы, но это вряд ли будет для высшего света достаточно уважительной причиной, чтобы попирать многовековые правила и устои.

Незаконнорожденного ребенка ему посоветуют отправить куда-нибудь подальше, а то и вовсе удавить, чтобы в будущем из-за него не возникло никаких проблем.

В истории имелось достаточно случаев, когда бастарды приводили королевства к восстаниям, отбирая короны у своих законнорожденных братьев.

По всему выходило, что пока Алексия остается той, кем она является, взять ее в жены без последствий он не сможет.

Раз это так, значит, ему нужно изменить один самый важный момент – ее статус.

Каким образом ему это сделать?

Он вполне мог просто подарить ей какой-нибудь титул. Это снизит градус недовольства, но полностью проблему не решит, так как в последствии и над Алексией, и над его детьми будут издеваться.

Да и аристократы могут возмутиться тем, что простую служанку поставили над ними властвовать. Это может быть для многих попросту оскорбительным.

Он не желал, чтобы выбранный им человек подвергался насмешкам. Пусть в глаза ей вряд ли кто-то что-то скажет, но высший свет все равно постарается, чтобы она знала об их мнении о ней.

Плюс, в будущем подобное может привести к проблемам, ведь аристократия не забудет, что его дети были рождены от простолюдинки. Кто-нибудь обязательно этим воспользуется и поднимет вопрос, насколько законны права его отпрысков на корону. Всегда найдутся те, кому захочется отнять власть у королевской семьи. Брайар не мог этого позволить.

На первый взгляд, казалось, что выхода нет. Их с Алексией связь не могла стать чем-то официальным. Но Брайар не привык сдаваться.

Он хотел эту женщину, и собирался ее получить.

Если он не мог подарить Алексии титул, то ему нужно было сделать так, чтобы…

Брайар не додумал. Он услышал, как дверь в комнату открылась. Кто это был, Брайар не видел – занавеска, отделяющая ванну от комнаты, закрывала ему обзор.

Легкие шаги, шорох подола по полу – женщина.

Брайар прищурился. Ему было интересно, кто это посмел прийти после того, как он выразил желание побыть в одиночестве. Это вряд ли была Алексия. Тогда кто?

Брайар прищурился, а затем положил руку на меч, который он поставил возле ванны прежде, чем лечь в нее. Женщина или нет, любой мог быть врагом, вошедшим в комнату для его убийства.

– Ваше величество? – послышался мягкий голос.

Очень даже знакомый голос.

Услышав его, Брайар поморщился, словно его заставили съесть что-то давно и изрядно протухшее.

– Я слышала, что вы принимаете ванну и пришла вам помочь, – голос стал еще более сладким.

В нос тут же ударил знакомый аромат ядовитых духов.

Занавеска начала отодвигаться в сторону. Брайар напрягся и встал, а затем вытянул руку с мечом вперед. Кончик оружия указывал ровно туда, где должно было появиться чужое лицо.

Так и вышло.

Как только Хабигер отодвинула ткань, ее встретило острие меча. Улыбка на лице девушки дрогнула.

– Ваше… – прошептала она, начиная дрожать.

Было видно, что она настолько ошеломлена, что даже не смела отвести от угрозы взгляд. Ее дыхание сбилось, став прерывистым, а лицо побледнело еще больше, становясь совсем уж болезненно белым.

– Прочь, – спокойно произнес Брайар, даже не думая опускать меч.

Эта женщина настолько ему надоела, что он не собирался выслушивать ее глупости. У него имелись дела поважнее.

– Я пришла… – попыталась снова Хабигер.

– Я сказал, – перебил ее безжалостно Брайар, – убирайся отсюда.

Его голос был низким, глухим и холодным. Любой, кто мог его услышать, знал – шутить с его обладателем явно не стоило.

Хабигер шумно сглотнула. Она намеревалась помочь королю с мытьем. Думала, что сможет прикоснуться к великолепному телу под предлогом этой помощи. А там… Ну кто мог знать, что еще могло случиться между двумя молодыми людьми, не обремененными никакими связями и обещаниями.

Ее руки похолодели. Что-то подсказывало, что король серьезен.

– Простите, ваше величество, – залепетала она, отступая назад. – Я ухожу.

Брайар дождался, когда дверь в комнату закроется. Только после этого он опустил оружие и цыкнул.

Отмокать и дальше в ванне перехотелось, поэтому он быстро помылся, энергично вытерся и вышел. После этого оделся и рухнул на кровать.

О Хабигер он перестал думать в тот самый момент, как она скрылась с его глаз.

Его мысли вернулись к Алексии. Вспомнив о привлекательном лице и пышном теле, Брайар заворчал и перевернулся на бок. При этом он решительно проигнорировал накатывающее волнами возбуждение.

Он попытался вспомнить, на чем остановился, когда ее прервали.

Просто свадьба, беременность, потом свадьба, подаренный титул – Брайар вспомнил всю цепочку своих прежних мыслей. Сразу после в его голову вернулась прежняя идея.

Размышляя об этом, Брайар поднялся и достал бумаги о собственности на топи. Развернул. Его взгляд то и дело пробегался по вычурным строчкам текста.

Прежде чем приобрести эти земли, Брайар очень внимательно изучил их историю. И в ней имелся один весьма интересный момент, который мог помочь ему в его нынешнем затруднительном положении.

Спустя пару часов Брайар все-таки лег спать. К этому моменту у него имелся уже полностью составленный план. И первым пунктом в нем значился разговор. От этого разговора зависело многое, и Брайару придется приложить усилия, чтобы склонить одного важного человека на свою сторону.

Утром он первым делом отправил гонца обратно в Эмберлин. Брайар хотел, чтобы нужного ему человека привели как можно скорее.

После этого он позавтракал. Конечно, вместе с Алексией. При этом он пристально наблюдал за тем, как девушка вела себя за столом.

Вскоре Брайар с удивлением понял, что его план вполне может выгореть. И дело не в том, что задуманное было настолько удачным, просто манеры Алексии, как оказалось, отличались изяществом.

Это заставило Брайара задуматься.

Аристократов обучали тому, как вести себя за столом. Простолюдинам подобный этикет был ни к чему, поэтому они не утруждали себя лишней суетой.

В этот момент Брайар понял, что Алексия вела себя с достоинством, которого порой не доставало даже выходцам из высшего света. Откуда это взялось?

Вагерстрем прищурился.

После завтрака Брайар собирался продолжить путешествие, но на этот раз взять неторопливый ритм. И пусть ему смертельно хотелось избавиться от Хабигер, план был прежде всего.

Каким же было его удивление, что через пару часов, как они отъехали от деревни, их догнала пара всадников.

Охрана немедленно ощетинилась мечами в сторону неизвестных. Правда, заметив среди подъехавших одного из своих, успокоилась, но полностью бдительность не потеряла.

Караван остановился.

Брайар вылез из кареты. Алексия последовала за ним.

– Что им нужно? – послышался капризный голос Хабигер. Никто не обратил на нее особого внимания.

Когда всадники спешились, Брайар с легким удивлением узнал в одном из людей того, с кем он хотел поговорить. Ему стало интересно, как гонец смог так быстро привести его. Судя по всему, нужный человек и сам двигался в их сторону.

– О-отец? – услышал Брайар удивленный голос Алексии рядом.

– Алексия! – откликнулся в ответ один из мужчин. Подойдя ближе, он схватил девушку за плечи и встряхнул ее. Брайар нахмурился.

– Что ты тут делаешь? – спросила Алексия. В ее голосе можно было услышать тонкое нежелание и напряжение. Она явно не была рада видеть своего отца.

– Это я у тебя должен спрашивать, – прогудел мужчина. – Ты ослушалась меня. Сбежала.

– Я просто…

– Ничего не говори, – прервал он ее. – Идем.

Не успел мужчина сделать что-то еще, как Брайар встал между ним и Алексией.

– Ваше величество, – хмуро поприветствовал мужчина Брайара. На лице человека можно было увидеть сдержанное недовольство. Казалось, на языке у мужчины вертелось многое, но он не давал словам покинуть свой рот.

– Мне нужно с вами поговорить, – вместо приветствий произнес Брайар. Он даже на вежливую речь перешел. Все-таки стоящий напротив человек был отцом женщины, которая ему нравилась.

Пекарь явно удивился таким словам.

– О чем? – спросил он, прищуриваясь.

Вместо того, чтобы ответить сразу, Брайар кивнул в сторону кареты, а затем и вовсе развернулся и пошел в ту сторону. Он не желал, чтобы их разговор слышали лишние уши.

– Ваше величество? – позвала его Алексия. Брайар оглянулся на нее. Девушка выглядела растерянной. Она явно не понимала, что он задумал.

– Остановка, – вместо ответа ей, дал он команду, а затем снова обратился к отцу своей будущей жены: – Идемте.

Когда мужчина забрался в карету вместе с ним, Брайар закрыл за собой дверь и сел напротив отца Алексии. Некоторое время они смотрели друг на друга. По лицу мужчины было видно, что он не приветствовал их разговор.

– Брайар Вагерстрем, – произнес Брайар и протянул мужчине руку.

Он помнил, что их уже представляли, но ему требовалось сделать это повторно, так как дальнейший разговор был весьма важен.

Отец Алексии бросил хмурый и чуть неуверенный взгляд на его руку, но спустя мгновение взял ее и крепко пожал. Надо сказать, что силы в рукопожатии было предостаточно.

– Ронан Бекер, – представился мужчина в ответ.

Брайар кивнул и разжал пальцы.

– Я позвал вас сюда для того, чтобы попросить руки вашей дочери, – озвучил он напрямую то, что его волновало.

Брайар не видел смысла юлить или наполнять беседу кружевом бесполезных слов. Большую часть времени он вообще предпочитал молчать и говорил лишь тогда, когда это было необходимо или когда сам того хотел.

Бекер выглядел так, будто не совсем понял, что означали его слова.

– Простите? – переспросил он.

Брайар вздохнул.

– Я сказал, что хочу взять вашу дочь в жены, – терпеливо повторил он. Брайар не собирался злиться. Все-таки сидящий напротив человек был важен для Алексии. А это означало, что он не мог его никак обидеть.

После его повторных слов Ронан поперхнулся. Он смотрел на Брайара так, будто тот в один момент принялся извергать изо рта огонь. По какой-то причине к недоумению вскоре прибавился и ужас.

– Женой? – выдавил он. – Вы? Алексию? Женой?

– Именно, – Брайар резко кивнул. Он не видел причины для такого шока, который отчетливо был написан на лице его будущего тестя.

– Это… – Ронан нахмурился. К этому моменту мужчина почти взял себя в руки. – Невозможно, – закончил он резко.

– Почему? – спросил Брайар. – Из-за того, что я король, а она ваша дочь?

– Верно, – Ронан прищурился. – Вы все понимаете и сами. Она не может стать вашей женой.

– Понимаю, – Брайар согласился. – Но вас не должно волновать возможно это или нет. Я просто хочу получить ваше согласие на этот брак.

– Нет, – отмахнулся Ронан, даже не подумав. – Вы его не получите.

Брайар нахмурился.

– Почему? – спросил он и сложил руки на груди.

– Потому что вы не серьезны, – ответил Ронан. Он сжал кулаки и враждебно посмотрел на Брайара. – Вы просто хотите ее, не более того, а как наиграетесь, так выбросите, как сломанную игрушку. Разве не так делается в вашем обществе?

– Я серьезен, – не согласился Брайар. – Она мне нравится. Я хочу взять ее в жены. Разве это недостаточно серьезно с моей стороны?

– Вы… – Ронан осекся. Он опустил голову и задумался. Кажется, он в первый раз за весь разговор действительно услышал слова Брайара. – Как это может быть возможно? Вам не позволят пойти на такой шаг. И это опасно для Алексии. Я ничем не смогу ей помочь.

– Но вы согласны? – настоял Брайар.

Ему нужно было услышать положительный ответ. Он хотел сделать все по правилам. Конечно, Брайар не собирался отказываться от Алексии, если вдруг ее отец не даст согласия, но лучше, если Ронан все-таки будет не против их союза.

Ронан выглядел неохотным.

– Мне это не нравится. Вы не подходите друг другу. Но если она… захочет, а у вас будет возможность обеспечить ей безопасность…

– Вы согласитесь?

– Неохотно, – выдавил Ронан и быстро добавил: – Я все еще считаю, что это плохая идея, и лучше вам выбросить подобную глупость из головы. Вы просто сломаете моей дочери жизнь. Она беззащитна перед вами и вашим обществом. Пожалуйста, ваше величество, сжальтесь над нами.

Брайар был удивлен таким потоком слов. Некоторое время он внимательно смотрел на огорченное лицо мужчины. Он мог его понять, ведь тот действительно думал, что Брайар собирался этим, казалось бы, сиюминутным поступком сломать чужую жизнь.

– Не стоит беспокоиться, – попытался он подбодрить человека. – Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы Алексия была счастлива и находилась в безопасности.

Ронан некоторое время смотрел на него пытливо, а затем огорченно выдохнул. Он понял, что им не убежать от этого короля, которому по какой-то причине взбрела в голову дурная идея.

– Если вы так говорите, – неохотно выдал он.

– Отлично, – Брайар кивнул. Он решил считать, что согласие единственного родителя Алексии было дано, а это означало, что половина пути пройдена. Ну, почти половина. – А теперь я хотел обсудить с вами план, с помощью которого я собираюсь сделать так, чтобы никто в обществе не посмел указать Алексии на ее простое происхождение.

После этих слов Брайар вытащил бумаги на собственность Забытыми топями.

– Это земли, которые я недавно купил, – начал он, разворачивая пергамент. – До этого они принадлежали Астреи, но прежде топи находились в собственности герцога Бачестера. По официальным данным, у него не было потомков, но это не совсем так. У него был сын. И я хочу, чтобы этим сыном стали… – Брайар посмотрел на внимательно слушавшего Ронана и закончил: – вы.

Как только эти слова были произнесены, отец Алексии замер и посмотрел на Брайара так, будто не был уверен, что расслышал правильно.

– Простите? – переспросил он. – Я? Кем?

– Сыном герцога Бачестера, – невозмутимо ответил Брайар.

– Это шутка такая? – Бекер выглядел сердито.

– Нет, – Брайар качнул головой. – Я не намерен шутить с этим вопросом. Я действительно предлагаю вам стать сыном почившего герцога Бачестера для того, чтобы я смог законно жениться на вашей дочери.

– Вы с ума сошли? – последовал еще один вопрос. – Вы предлагаете мне притвориться… аристократом? Кто в это поверит? Любой, кто меня увидит, сразу догадается. Меня повесят, как и мою дочь, за подлог!

– Кто? – последовал немедленный вопрос.

– Как кто? Король, конечно!

– Я король, – напомнил Брайар.

Бекер замер. Он смотрел на Брайара неподвижно. Казалось, мысли в его голове никак не могли выстроиться в достаточно понятную схему.

– Забытые топи не так давно стали собственностью Эштауна, – произнес Брайар, решив спокойно напомнить отцу Алексии об очевидных вещах. – Из этого следует, что теперь герцогство Бачестер находится в моих владениях. Как вы понимаете, вешать своего тестя и жену я не собираюсь. Ни сейчас, ни в будущем.

– Это… – мужчина опустил взгляд и сжал кулаки. – Где гарантия, что вы не передумаете однажды? Если такое случится, куда нам с Алексией деваться? Это будет удобным поводом избавиться от нас.

– Мое слово, как дракона, – ответил Брайар официальным тоном.

Бекер замер, услышав такой ответ. Через какое-то время Брайар заметил, как опустились плечи отца Алексии. Сам мужчина выдохнул.

Брайар ощутил, как от вкуса скорой победы в этом разговоре, внутри него поднимается ликование. Скоро, очень скоро…

– Мы должны обсудить все мелочи, – тихо произнес Бекер. Это было еще не согласие, но почти!

– Конечно, – Брайар сразу кивнул, стараясь не обращать внимания на желание как можно скорее найти Алексию и рассказать ей хорошие новости. – Что именно вас интересует?

– Для начала мне бы хотелось узнать, как у бездетного герцога оказался сын?

– Он у него был изначально, – пустился в объяснение Вагерстрем. – Но герцог подверг его отчуждению.

– Отчуждение?

– Да. Сын герцога был законным, рожденным от официальной жены, но в возрасте восемнадцати лет молодой человек влюбился в простую девушку и попытался жениться на ней, но герцог был против. Он заявил, что если тот не бросит дурную затею, то он вычеркнет неблагодарного потомка из семейных архивов и лишит наследства. Сын герцога оказался упрямым и выбрал свою любовь. Герцог исполнил угрозу.

– Раз он вычеркнул его из архивов, то как я могу унаследовать его… ну… титул и прочее?

– Перед смертью Бачестер понял, как сглупил, ведь другого наследника у него не было, и решил написать завещание. Его мы и нашли, – объяснил Брайар.

– Действительно? – Бекер выглядел удивленным.

– Нет, – Вагерстрем усмехнулся. – Герцог вскоре после разрыва с сыном умер. Он не успел ни оставить завещания, ни сделать еще одного наследника. Герцогство отошло короне. Про отчужденного сына все забыли.

– И где он сейчас? – Ронан нахмурился. – Что, если он объявится?

– Исключено, – отмахнулся Брайар. – Перед тем как купить эти земли, я все тщательно проверил. Сына герцога так же давно нет в живых. К слову, девушка после того, как он отказался от титула, бросила его. Он погиб по дороге домой.

– И вы хотите сделать так, будто этот сын не погиб, а что? Уехал в Эмберлин, женился на своей любви и открыл пекарню?

– Именно так, – согласился Брайар.

– Наверняка найдутся люди, которые узнают правду, – все еще сомневался мужчина.

– Вам не стоит беспокоиться об этом. Я позабочусь, чтобы ни у кого не возникло вопросов.

Бекер какое-то время сидел молча. Он выглядел неубежденным.

– Вы не отступите? – спросил он спустя пару минут.

Брайар посмотрел на него твердым взглядом. Он был уверен в этом желании, как ни в чем другом. На самом деле, Вагерстрем и сам не понимал, почему так отчаянно хотел видеть Алексию своей женой. Он знал ее совсем недолго. Но что-то внутри него настойчиво подсказывало ему, что он обязан заполучить эту женщину. Причем сделать так, чтобы она стала его полностью.

– Нет, – ответил он. Его голос был серьезным. У любого, кто мог его услышать, не осталось бы сомнений.

Бекер тоже это понял. Он вздохнул, сдаваясь.

– Хорошо. Я согласен, – выдохнул он, чувствуя себя раздавленным. – Вы уже сказали Алексии? Она согласилась?

Брайар замер.

В этот момент он понял, что во всем своем плане он, кажется, упустил самое главное.

– Кхм, – откашлялся он и посмотрел в сторону.

Брайар почти слышал, как отец Алексии задержал дыхание, а затем недоверчиво загудел.

– Вы… – начал мужчина.

– Я спрошу ее, – пообещал Брайар, перебивая.

В карете воцаряется тишина.

– Поверить не могу, – выдохнул Бекер. – Вы не спросили ее. Неужели ее мнение для вас не так уж и важно?

– Я был сосредоточен на других вещах.

Надо признаться, что Брайар ощущал себя неловко. Он действительно настолько сильно сконцентрировался на цели, что упустил из виду самый важный момент.

– Что вы будете делать, если она вам откажет? – спустя время спросил Бекер. – Вы женитесь на ней насильно?

Брайар сразу нахмурился.

Жениться насильно? Он хотел видеть Алексию своей. Хотел больше, чем когда-либо что-либо, но он не собирался делать ее несчастной.

– Она не откажется, – ответил он.

Вагерстрем был почти уверен в своем ответе. Зачем бы Алексии отказываться? Он был драконом, королем. Он мог положить весь мир у ее ног, одарить любовью и заботой.

– А если? – настаивал мужчина.

Брайар ощутил раздражение. Он явно видел, что этот человек не хотел их с Алексией союза и уже сейчас пытался посеять сомнения.

– Если это случится, я сделаю все, чтобы она согласилась, – ответив, он впился взглядом в глаза Бекера.

Некоторое время они так и сидели, но вскоре отец Алексии вздохнул и отвел взгляд.

– Я дам свое согласие, если моя дочь будет готова стать вашей женой, – ответил он окончательно.

Брайар выдохнул и кивнул. После этого он собрал бумаги и встал.

– Дорогой, что происходит? – пропел противный голос Хабигер сразу, как только Брайар открыл дверцу кареты и вышел. – Кто этот человек? – спросила она бесцеремонно.

Брайар сначала хотел огрызнуться, но в последний момент остановился. Оглянувшись, он задумчиво посмотрел на выходящего из кареты мужчину.

– Это герцог Бачестер, – без тени смущения представил он отца Алексии надоедливой Астрейской аристократке.

Бекер застыл, глядя на него с удивлением.

– Герцог? – в голосе Хабигер послышались сомнения. После этого она перевела взгляд на удивленно смотрящую на Брайара Алексию. – Но разве она не назвала его своим отцом?

– Верно.

– Но…

Брайар не стал дослушивать, он решительно направился в сторону Алексии. Он не собирался тянуть.

Во только не успел он дойти до возлюбленной, как из леса до них донесся отчаянный крик.

Все сразу отреагировали. Брайар насторожился. Охрана ощетинилась мечами. Служанки оперативно подхватили подолы и спрятались за ближайшей телегой. Отец Алексии, бросившись к дочери, закрыл ее собой. А Хабигер… Она тоже бросилась, только к Брайару, но, прежде чем она успела повиснуть у него на руке, он отошел в сторону.

Когда возможная опора в виде локтя Брайара исчезла, аристократка споткнулась, а затем и вовсе рухнула в дорожную пыль лицом.

Брайар равнодушно посмотрел вниз.

– Спрячьтесь, – посоветовал он, а затем подозвал пару ближайших стражей. – Охранять, – приказал он, кивая в сторону Алексии и ее отца.

– Ах, ваше величество, вы так внимательны! – услышал он восторженные слова Хабигер.

Казалось, она приняла его приказ на свой счет. Заблуждение продлилось ровно до того момента, как она подняла лицо из грязи и увидела, что стражи отправились охранять вовсе не ее.

 Со стороны слуг послышался смешок.

Брайар больше не обращал на аристократку внимания. Он сосредоточился на возможной угрозе, которая посмела его прервать. Кто бы это ни был, он должен был пожалеть об этом.

Как только Брайар ступил под зеленые кроны, он сразу насторожился. Что-то было не так. Он не знал, как это объяснить, но, казалось, сам воздух стал другим, пропитавшись каким-то тонким безвкусным ароматом. Магия.

Прищурившись, он огляделся по сторонам. Дракон внутри вздыбился и зарычал. Мнимая нормальность и спокойствие никак его не обманули.

Сделав пару шагов, Брайар остановился, а затем резко обернулся. Люди, шедшие следом за ним, пропали. Стало тихо.

Он торопливо вышел обратно на дорогу, но караван так же исчез.

Все внутренние чувства взбунтовались. Брайар знал, что его люди все еще тут, но глаза их не видели, а уши не слышали. Даже запаха не осталось.

Происходящее можно было объяснить только одним – иллюзия.

Брайар зарычал.

Кто посмел? Все знали, что он дракон. Давно никто не смел играть с ним в такие игры.

Вспомнив крик, он резко развернулся и посмотрел в сторону леса. Его явно хотели заманить туда. Это была их ошибка.

В два прыжка оказавшись снова под деревьями, Брайар помчался вперед, намереваясь как можно скорее отыскать того, кто все это устроил. Он должен был знать имя смельчака.

Иллюзии он не боялся. Совсем скоро эти чары перестанут действовать на него. Он был драконом, а они – само воплощение магии на земле.

Выскочив из-за деревьев, Брайар оказался на поляне. В тот же миг он заметил фигуру, стоящую к нему спиной. Это явно была женщина. Она была одета в струящиеся белые одежды, изящно подчеркивающие каждый изгиб.

– Кто ты такая? – резко спросил Брайар.

В ответ он услышал тихий смех. Он был легким и воздушным, больше похожим на шепот ветра. Брайар напрягся. И не зря, ведь почти сразу силуэт женщины распался, будто в миг превратившись в дым, а затем этот дым резкой волной разлетелся во все стороны.

Брайар прикрыл лицо, задерживая дыхание, но почти сразу он понял, что этого недостаточно. Странная белая пыльца осела на его коже, а затем медленно впиталась.

– Проклятие, – выругался он.

Вскоре Брайар ощутил, как в его теле поднимается жар. Его внутренний дракон беспокойно заворочался. Вряд ли яд мог убить его, но это не означало, что ему хотелось сталкиваться с негативными реакциями на отравление.

Оглядевшись, Вагерстрем был вынужден признать, что никого рядом нет, поэтому он развернулся и направился обратно. Ему нужно было просто немного подождать. Очень скоро драконья магия разрушит иллюзию и избавится от яда, чем бы он ни был.

Он просто должен подождать.

Решив так, Брайар сел возле большого дерева и оперся о него спиной. После ему пришлось ослабить воротник. Из-за повышенной температуры его бросило в пот.

Живот на мгновение скрутило судорогой. Голова закружилась, а перед глазами поплыло. Брайар содрогнулся и сжал кулаки.

Он знал, каким ядом его отравили. Симптомы были однозначными. Он уже сталкивался с чем-то подобным.

Афродизиак.

Нетрудно было понять, учитывая, как вся его сущность вздыбилась и запульсировало от нахлынувшей жажды другого тела.

Брайар зарычал. Он ненавидел эти вещи. К сожалению, сразу избавиться от возбуждающего эффекта не представлялось возможным. Ему нужно было перетерпеть.

– Ха-а-а, – длинно выдохнул он и стукнулся затылком о жесткий ствол.

Кусты сбоку зашуршали. Брайар напрягся. В тот же миг волна жара прошила тело, заставляя его вцепиться когтями себе в бедро.

– Выходи, – потребовал он властно, сосредотачивая взгляд.

Ветви сразу раздвинулись, и вперед шагнула тонкая фигура.

Алевтина с тревогой посмотрела на то, как король решительным шагом вошел под кроны деревьев. Вскоре его фигура растворилась среди зелени. Следом за ним в лес направилось несколько охранников.

– Это может быть ловушкой, – предположил один из стражников, оставшихся с караваном.

– Чего нам опасаться? – фыркнул второй мужчина. – Его величество – дракон. Ни один разбойник не может ему навредить.

Как только эти слова были произнесены, часть напряжения в группе спала. Люди вспомнили, кем именно был их работодатель.

Аля не торопилась выдыхать. Все-таки и на дракона при должной изобретательности можно найти управу.

Сжав кулаки, она попыталась не думать ни о чем плохом. Вагерстрем должен был справиться. Все-таки он был отцом вероятного Спасителя. А это означало, что до момента зачатия с драконом совершенно точно ничего не должно было произойти.

Алевтина уже привычно отбросила все негативные эмоции, связанные с тем, что король предназначен для другой.

– О чем вы говорили с его величеством? – спросила она у отца Алексии.

Тот, услышав ее вопрос, заметно напрягся.

– Он сам тебе скажет, – ответил Ронан.

Алевтина нахмурилась. Она не понимала, к чему такая секретность. Что такого мог король обсуждать с обычным пекарем, что требовалась подобная конфиденциальность?

– Аля, иди сюда, – позвал ее женский голос.

Алевтина оглянулась, замечая около крытого фургона одну из служанок. Девушка махнула ей рукой, подзывая.

– Я на минутку, – предупредила она Ронана, а сама направилась к служанке.

Та запрыгнула в фургон и выглянула, будто убеждаясь, что Аля следует за ней. Алевтина не думала, что в этом есть что-то подозрительное. Мало ли что другой служанке могло от нее понадобиться. Вот только стоило ей забраться на телегу следом, как стало понятно – все не так просто.

Перед ней стояла вовсе не служанка, а одна очень знакомая ей личность, видеть которую совершенно не хотелось.

– Асфодея, – поздоровалась с богиней Алевтина. – Что привело вас в этот мир?

– А ты как думаешь? – сердито спросила божественная дева. Ее голос был пропитан недовольством.

Аля непонимающе нахмурилась.

– Насколько я знаю, ничего страшного не произошло. Да, все пошло не совсем по плану, но…

– Не по плану?! – практически взвизгнула богиня, перебивая. Алевтина тревожно оглянулась, но Асфодея махнула рукой. – Никто ничего не видит!

– О, – выдохнула Алевтина, все-таки выглядывая наружу с интересом. Люди вокруг действительно не обращали внимания на фургон. Выпрямившись, Аля снова посмотрела на богиню. – Вы ведь сами видели, что я сделала все возможное, не так ли? Эта Хабигер…

Богиня махнула рукой, прерывая ее.

– Я все видела и все знаю, – процедила она. – Ты не справилась, – припечатала дева.

Аля вскинула брови, ощущая накатывающее волнение.

– Никаких сроков установлено не было, – начала она отстаивать свою невиновность. – Я не сделала ничего, чтобы ваш план провалился.

– Ты должна была постараться лучше, – не сдавалась богиня.

– Если вы действительно все видели, то должны знать, что в том, как все сложилось, нет моей вины.

В этот момент она услышала, как дева скрипнула зубами. Кажется, она действительно была очень зла.

– Как бы там ни было, – медленно выдохнула Асфодея, – ты провалилась. А это означает, что твои услуги мне больше не нужны. Наш контракт отныне недействителен. Твое присутствие здесь больше нежелательно.

Аля ощутила, как сердце подпрыгнуло к самому горлу. Ее прошила дрожь. Ей не нужно было пояснять, что означали эти слова.

Договорив, Асфодея махнула рукой, всем видом показывая, насколько незначительной она считала Алевтину. После этого богиня развернулась. Создавалось впечатление, будто она собиралась исчезнуть. Вот только что-то ее остановило.

Прищурившись, божественная дева с подозрением посмотрела на Алю, а затем махнула рукой еще раз, и еще, и еще.

– Почему ты еще здесь? – спросила она резко. – Я сказала, ты больше не нужна! Ты провалила наш контракт!

Алевтина замерла, а затем сердито посмотрела на богиню.

– Я еще раз говорю, – медленно произнесла она, – что моей вины в том, что король не обращает внимания на Хабигер, нет. Насколько вы помните, в таком случае с меня снимается вся ответственность. Вы не можете меня просто, – Аля взмахнула рукой, повторяя жест богини, – отменить.

Услышав сказанное, Асфодея выпрямилась и зло сверкнула глазами. Но спустя мгновение она напряженно к чему-то прислушалась, а затем усмехнулась и расслабилась.

– В конце концов, с твоей помощью или без, все будет, как я захочу.

С этими словами богиня исчезла, оставив Алевтину в одиночестве. Осознав, что в фургоне кроме нее никого больше нет, Аля выдохнула и присела, ощущая, как ее потряхивало.

Все будет, как она захочет? Что это значит?

От предположений, возникших в голове Алевтины, сердце в ее груди екнуло.

Недолго думая, она подошла к задней части фургона и спрыгнула на землю. Оглянувшись на остальной караван, Аля подхватила юбки и трусцой побежала в сторону леса.

– Алексия? – услышала она крик Ронана. – Алексия! Стой! Вернись!

Конечно, Аля не стала слушаться. Вместо этого припустила быстрее. Сразу после этого она услышала шумно приближающиеся тяжелые шаги. Нетрудно было догадаться, что это стражники.

«Догонят», – подумала она, ныряя под кроны деревьев.

Аля надеялась, что всевозможные кусты замедлят погоню, но чего она не ожидала, так это тишины.

Сразу, как только ее нога ступила за какую-то невидимую черту, крики и громкие шаги стражников исчезли. Выглядело так, будто все внезапно просто замерло.

Испугавшись, Алевтина остановилась и резко обернулась.

Дорога была безмятежна и пуста. Это выглядело жутко пугающе. Особенно, если знать, что на ней секунду назад были люди, лошади и повозки.

Аля тревожно сглотнула. У нее не было никаких сомнений, что без магии Асфодеи здесь не обошлось.

Немного отдышавшись, она снова повернулась в сторону леса и двинулась вперед.

В этот момент ее совершенно не волновало, что она, вообще-то, должна быть рада, что король свяжется с Хабигер, ведь от этого зависело будущее. В конце концов, именно для этого она прибыла в этот мир.

Подобные мысли попросту вымело из ее головы. Единственное, о чем думала Алевтина, это о том, что дракону нужно дать возможность сделать выбор осознанно. Все остальное ужасно неправильно.

Возможно, после того как она вмешается в то, что придумала Асфодея, ее, Алевтину, действительно сотрут из этого мира, но эта мысль отчего-то не особенно пугала.

В любом случае, Аля собиралась помешать безумной богине. Даже если это будет последнее, что она сможет сделать в этой жизни.

***

Услышав шорох, Брайар поднял голову. Его зрение плыло. Внутри все горело от потребности обладать. Ему казалось, что в этот момент он готов был придавить к земле любую женщину, которая только по глупости окажется поблизости.

Фигура была тонкой. Однозначно женской. Дракон внутри рыкнул и вздыбился.

Брайар облизнул пересохшие губы.

Повеяло соблазнительным ароматом, от которого голова закружилась еще сильнее.

Женщина медленно подошла. Ее движения были мягкими и гибкими. Казалось, она не шла, а плыла по воздуху.

Брайар попытался сосредоточиться.

– Вам помочь, ваше величество? – спросил его ангельский голос.

Брайар моргнул, понимая, что женщина каким-то образом успела приблизиться к нему. Сейчас она стояла перед ним на коленях.

Тонкая белоснежная рука с крошечными пальцами потянулась в его сторону. Брайар позволил ей лечь ему на грудь.

– О, мой король, как я рада, что мы, наконец, будем вместе, – прощебетала женщина, принимаясь расстегивать пуговицы на его одежде. – Нам будет так хорошо. Вам даже не придется ничего делать. Я все сделаю сама.

Наклонившись, она посмотрела на него. Ее лицо было ошеломляюще красивым. Полные мягкие губы, сверкающие глаза с длинными ресницами, аккуратный нос, идеальная кожа, густые волосы – само совершенство.

Вот только в тот момент, как она попыталась его поцеловать, Брайар нахмурился.

Что-то было не так.

Эта женщина… несмотря на всю ее красоту и его болезненное состояние… он не хотел ее.

Что-то в ней было не так. Нечто неощутимое отвращало его. Он чувствовал тошноту. Казалось, что ее ангельский облик не более чем фальшь. Стоило содрать тонкую завесу, а за ней груда мусора и грязи.

Именно поэтому он оттолкнул женщину от себя, не давая ей приблизиться.

– Прочь, – рыкнул он. Дракон внутри поддержал его желание убраться от женщины подальше.

– Что? – в нежный голос пробрались раздражительные нотки. – Но, дорогой…

– Прочь, – повторил Брайар и попытался встать. Реальность сразу поплыла, голова закружилась сильнее.

Мягкая рука немедленно легла ему на плечо.

– Не усложняйте, ваше величество, – прощебетала женщина. – Вы не знаете, от чего отказываетесь.

С этими словами она бросилась прямо на него, пытаясь поцеловать. Брайар не дал ей этого сделать, выставив перед собой руку. В тот же момент нос прелестницы встретился с его жесткой ладонью.

– Ах, – выдохнула резко женщина и отшатнулась. – Как вы смеете? – выдавила она. В ее голосе слышались слезы. Впрочем, вскоре они высохли. – Я хотела быть доброй к вам, но раз вы столь упрямы, то будьте добры ощутить последствия своей недальновидности. Сейчас вы еще можете думать, но через полчаса, вы, ваше величество, будете в ногах у меня валяться с мольбой о помощи. Я пыталась, видят боги, я пыталась оградить вас от подобного унижения, но вы… Не вините меня!

С этими словами женщина резко развернулась и сердито потопала прочь.

Брайар вдохнул. Честно говоря, в тумане, который обволакивал его мысли, он едва понял, что именно ему было сказано. Единственное, что он осознавал – ему нужна помощь.

Эта концепция была странной. Он привык, что это именно он обычно всем помогал, ведь Брайар был королем и драконом. Мало что могло ему навредить. Высокое положение и исключительная сила гарантировали, что большинство проблем рассеивались еще до того, как стать таковыми.

И вот теперь…

Жар становился более концентрированным и опаляющим. Брайар не мог понять, почему его драконья магия еще не избавилась от поразившего его яда.

Может быть, ему стоило покинуть этот район?

Распахнув глаза, Брайар попытался придать реальности четкость. Мир вокруг расплывался цветными кляксами.

Через пару минут, решив, что его сосредоточенности достаточно для попытки, Брайар приложил силы, чтобы подняться. Его в тот же момент повело. Рухнув обратно на землю, он разочарованно зарычал.

Кусты рядом снова зашуршали.

Вернулась?

– Прочь, – велел он женщине, не видеть, не ощущать которую он не хотел. Его жаждущее тело протестовало против такого шага, но он был непреклонен в своем нежелании иметь что-то общее с той, кто была ему неприятна.

– Ваше величество? – услышал он взволнованный голос.

По какой-то причине от одного его звучания жар внутри него вспыхнул с невиданной силой. Интенсивность была таковой, что Брайара попросту выгнуло. Терпеть это было невыносимо.

Вдохнув глубоко, Брайар замер на мгновение, а затем зарычал. Аромат был настолько потрясающим, что один вдох сводил его с ума.

– Что с вами? Вам плохо? Боже мой, что случилось?

Одним рывком встав, он рванул в сторону голоса. В этот момент им двигало только одно – желание оказаться как можно ближе к обладательнице этого дурманящего запаха.

«Моя», – подумал Брайар, обнимая мягкое тело и впиваясь поцелуем в пухлые, приоткрытые, явно от удивления губы.

Алевтина опешила, когда на нее буквально налетели, а затем сгребли в охапку и со вкусом так, голодно поцеловали.

В первое мгновение она только и могла, что ошеломленно моргать, ощущая, как горячее, просто невыносимо горячее тело прижимается к ней, а сильные руки сжимают талию, будто опасаясь, что Аля в любой момент может испариться.

Когда она бежала в лес, то была готова к чему угодно, но уж не к тому, что дракон попросту набросится на нее и атакует ее губы ошеломляющим поцелуем.

– П… пос…

Она попробовала отстранится от Вагерстрема. Вот только ничего не получалось. Стоило ей хоть на мгновение отодвинуться, как поцелуй становился еще более голодным и настойчивым.

Чужие руки опустились ниже и мягко сжали ее вторые девяносто. После этого она услышала, как где-то в горле дракона заклокотало рычание.

Кое-как сумев все-таки оторваться, Алевтина отвернулась. Это помогло, но не сильно, так как дракон тут же набросился на доступную теперь ему шею. Он целовал ее, кусал и при этом продолжал прижимать Алю к себе. Именно поэтому она смогла ощутить весьма внушительный интерес, который упирался ей прямо в живот.

Аля сглотнула.

Интерес был… большим. Очень.

Нет, нет, она не должна была думать о чем-то подобном! Ей следовало прекратить безобразие немедленно!

– Да что с вами случилось?! – спросила она громко, прилагая усилия в попытках все-таки сдвинуть Вагерстрема с места. Вот только это было бесполезно. Дракон не шелохнулся ни на сантиметр.

– Ваше величество? – попробовала снова Аля, но на этот раз мягко.

В тот же момент чужая рука метнулась вверх и схватила Алевтину за затылок. Сильные пальцы сжались, собирая ее волосы в горсть. После этого дракон слегка потянул их вниз. Ощущение было настолько приятным, что Аля невольно застонала.

Вскинув голову, она на миг прикрыла глаза, а затем распахнула их.

Дракон смотрел прямо на нее.

Его зрачки лихорадочно дрожали, то вытягиваясь в щель, то становясь круглыми. Затем они расширялись, отчего чернота заливала собой всю радужку. Так повторялось снова и снова.

При этом на лице Вагерстрема было написано такое сильное желание, что оно почти пугало.

Это явно было ненормальным!

«В конце концов, с твоей помощью или без, все будет, как я захочу», – вспомнила она слова Асфодеи.

Что она сделала с Вагерстремом?

А то, что без богини не обошлось, Алевтина не верила. Король еще совсем недавно был вполне нормальным и вменяемым.

Дракон снова качнулся, потираясь об нее бедрами. Аля ахнула и крепко вцепилась в сильные плечи.

Неужели… афродизиак?

Если это так, то где Хабигер? Разве не она сейчас должна быть здесь?

От одной мысли, что Вагерстрем поцелует Хабигер так же, как целовал совсем недавно ее саму, Аля ощутила, как внутренности переворачиваются. Но от их союза зависело будущее мира…

– Отпустите меня, ваше величество, – попросила Аля максимально спокойно. Чувства или нет, но она не была настолько эгоистичной, чтобы ставить собственное счастье выше целого мира.

Она была готова отказаться от этого человека, и пусть ее сердце при одной только мысли об этом обрывалось.

Вот только она не учла одного – желание самого дракона.

Отстранившись на мгновение, он просто подхватил ее на руки и потащил куда-то дальше в лес.

– Здесь нам будут мешать, – прорычал он, а затем ускорился, и скорость их была настолько высокой, что Аля только и могла, что цепляться в чужую одежду, пытаясь осмыслить происходящее и понять, как ей быть дальше.

Бег их был недолгим. В какой-то момент дракон зарычал сильнее, а затем аккуратно положил Алевтину на мягкую подушку из листьев.

Аля некоторое время еще цеплялась за короля, но затем расцепила пальцы и быстро села, выставив руку перед собой. Ее ладонь в тот же момент уперлась в твердую грудь.

– Стойте, ваше величество, – попросила она.

Вагерстрем остановился, но при этом его то и дело крупно потряхивало, словно изнутри тело прошивало током. Его взгляд плыл, а на лице можно было увидеть откровенное мучение.

Алевтине было жаль его, но даже так она не собиралась так просто отдавать свое новое тело. И нет, интимная близость ее не пугала, просто вся ситуация выглядела, по меньшей мере, не очень красиво.

– Вы меня понимаете? – спросила она, когда дракон не сделал ни единой попытки придвинуться. Казалось, ее рука стала для него непреодолимым препятствием.

Как только вопрос прозвучал, взгляд дракона немного сфокусировался на ней. В тот же миг во взгляде полыхнуло желанием.

– Да, – прохрипел Вагерстрем, смачивая пересохшие, явно от жажды, губы.

– Вы осознаете, что происходит? – задала Алевтина еще один вопрос.

– Я… – Вагерстрем шатнулся вперед, но остановился. Секунду спустя он сделал небольшое движение назад. – Да. Женщина. Афродизиак, – с перерывами ответил он.

Аля выдохнула с дрожью. Кажется, разум дракона не был полностью поглощен тем, чем его накачали. Значит, Асфодея действительно пошла на такой шаг. Но что им теперь делать?

– Вы сможете переждать?

Как только ее вопрос был озвучен, по лицу короля прошлась рябь страдания. Послышался треск. Алевтина опустила взгляд вниз, замечая, что дракон сжал пальцы, сминая попавшиеся под руку ветки.

– Я… – он попытался что-то сказать, но вместо этого просто содрогнулся всем телом.

Алевтина стиснула зубы. Было видно, что король сильно страдал.

– Мне привести Хабигер? – предложила она с болью в сердце.

– Нет! – был дан быстрый и резкий ответ. – Нет, – повторил он более спокойно. – Не хочу ее. Хочу тебя.

Услышав это, Аля задышала быстрее. Это не укрылось от дракона. Он снова зарычал и едва уловимо качнулся вперед, но снова заставил себя застыть на месте. Он походил на сильного и грациозного зверя, который ждал команды, чтобы иметь возможность наброситься на «жертву» и «растерзать» ее в свое удовольствие.

Впрочем, мгновение спустя, он отшатнулся, а затем отошел на пару шагов. Выглядел он при этом так, будто каждый шаг приносил ему боль.

– Иди, – рыкнул он.

Весь его вид кричал о диком желании, но он каким-то образом подавлял свои побуждения. Его тело неудержимо тряслось. Создавалось впечатление того, что он прилагал большие усилия, чтобы просто стоять на месте. Его глаза покраснели, а кожа покрылась испариной. Верхняя губа короля то и дело подрагивала, обнажая чуть более длинные, чем у обычных людей, клыки.

Алевтина изумленно выдохнула.

Король выглядел нуждающимся, но явно понимал, что происходит, и давал ей возможность уйти. Почему-то Аля была уверена, что он действительно ее отпустит. Будет страдать здесь в одиночестве, но отпустит.

Это странно, но как только у нее появился выбор, она решила, что останется. Она не знала, что будет дальше, но такова ее была жизнь.

Протянув руку вперед, Алевтина слабо улыбнулась и произнесла:

– Иди сюда, ваше величество.

Ее зов прозвучал для короля, как заклинание призыва. В одно мгновение он оказался рядом.

От такой скорости Аля ахнула и отшатнулась, сразу падая на спину.

Дракон воспользовался этим и навис над ней, удерживая свой вес на вытянутых руках.

– Ты… – прохрипел он. Его взгляд бегал по ее лицу. Казалось, Вагерстрем что-то пытался найти в выражении лица Алевтины, – уверена?

– Нет, – честно ответила Аля. Она боялась, что после того, что произойдет, ее чувства к дракону станут еще более запутанными и сложными. В конце концов, она хотела выбросить его из головы, а не спать с ним, разжигая давно уже тлеющую страсть в пламенный костер.

– Тогда…

Алевтина не дала ему договорить и тем более отстраниться. Она вытянула руки и обняла дракона за шею, притягивая к себе ближе.

Его сопротивление длилось меньше секунды. В следующий миг он рухнул на локти, продолжая нависать над Алевтиной, только лицо его теперь было гораздо ближе. Так близко, что Аля ощущала его дыхание на своих губах. От этого ее тело задрожало сильнее.

– Но мы не можем оставить вас в таком состоянии, – добавила она.

Аля думала, что дракон сразу накинется на нее, но тот от ее ответа нахмурился и напрягся.

– Только поэтому? – внезапно спросил он.

Алевтина моргнула.

– Что?

– Ты только поэтому уступаешь? – пояснил он. И пусть его голос срывался, но ему удалось произнести целое предложение вполне внятно.

Аля замерла.

Что она должна была сказать? Правду?

Опустив взгляд, она покачала головой.

– Не только, – прошептала тихо, будто надеялась, что ее не услышат.

Но у драконов, как известно, исключительный слух.

Не успели слова затихнуть, как на ее губы обрушился настоящий шторм. Король целовал так, будто хотел поглотить. Его движения были жадными и отчаянными.

Он остановился только после того, как Алевтина начала задыхаться.

В тот же момент он снова завис над ней, глядя голодно и тяжело. Аля, ощутив на себе всю силу этого взгляда, сглотнула.

– Последний раз… – попытался он спросить.

Алевтина фыркнула, подняла руку и, схватив короля за голову, с силой притянула его к себе. Дракон на миг застыл, явно пораженный таким смелым поступком, а затем удвоил свои старания.

Он целовал ее тело так, словно поклонялся ему. Обнимал одновременно и нежно, и безудержно крепко. Его сильные руки исследовали каждый сантиметр кожи со всей тщательностью, после них всегда следовали губы с языком. Настойчивые и наглые. Совершенно бесстыдные.

Его тяжелое дыхание, короткие рыки и уверенные движения заставляли Алевтину терять голову. Она едва могла осознать, что происходит. Ее тело пело от наслаждения, а разум плыл в туманной дымке.

Она цеплялась за его широкие плечи, позабыв обо всем. В этот момент Аля не помнила ни кто она, ни где они. Все, что она могла делать, это требовать, умолять, просить, чтобы он не останавливался.

Это были самые сладкие просьбы, которые когда-либо слышал Вагерстрем. И он был только рад им подчиниться.

В момент, когда наслаждение достигло своего пика, весь мир потух. Сначала он вспыхнул ярким, всеобъемлющим светом, а затем стремительно схлопнулся.

Перед глазами Алевтины побелело. Она ничего не слышала и не видела. Ее разум был пуст, а тело содрогалось от накатывающих одна за другой волн.

Когда она пришла в себя, дракон все еще нависал над ней.

На его лице были заметны противоречия.

Сердце Алевтины екнуло.

Пожалеет?

Асфодея была в ярости.

Нет, это мягко сказано. Она готова была убивать!

– Как она посмела? – бормотала девушка, едва не захлебываясь возмущением от осознания, что никчемная душонка, которую она облагодетельствовала, даровав новую жизнь, посмела обвести ее вокруг пальца.

А ведь Асфодее пришлось постараться!

В конце концов, ей нужно было выдернуть душу из цикла перерождений, а потом удирать с ней от возмездия Закона, установленного Демиургами.

И это проще сказать, чем сделать!

Если души и перемещаются между мирами, то исключительно по установленным их Создателями алгоритмам. Сбоев не бывает. А если кто-то вмешивается в отлаженную систему, то наглеца ждет заслуженная кара.

Асфодея прожила достаточно, чтобы знать об этом все и еще немного. Она давно отыскала одну интересную лазейку в отлаженных механизмах. Раньше ей не доводилось воспользоваться этим, но сейчас, когда на кону стояла Божественная искра, она была готова пойти на что угодно.

Вспомнив о том, что она могла сделать, получив в свои руки искру, Асфодея оскалилась.

Как только это произойдет, ей больше не нужно будет бояться ни Демиургов, ни установленных ими дурацких законов! Она сможет делать, что угодно и когда угодно. Ни один мир больше не будет для нее закрыт.

О, Асфодея собиралась повеселиться!

Только представив эти океаны энергии, которые только и ждали, что их кто-нибудь взял и использовал, Асфодея глупо засмеялась.

И ее особо не волновало, что ее вмешательство в систему может навредить и мирам, и тем, кто в них живет. Люди ведь не беспокоятся о муравьях, верно? Почему Асфодея должна думать о ком-то столь незначительном, как люди или существа?

Встряхнувшись, она выплыла из жаркой фантазии о будущем и вернула здравомыслие.

Сейчас ей нужно было думать, что делать дальше.

Снова вспомнив о том, что случилось, Асфодея едва усидела на месте.

Все должно было произойти не так!

Эта проклятая душонка должна была просто тихо печь свои булочки в темном углу, позволяя двум выбранным людям следовать подготовленной для них судьбе!

Но нет! Она полезла, куда ее не просили! И теперь, теперь…

Ощутив, что не может дышать, Асфодея откинулась назад и прикрыла глаза. При этом она силой воли заставила себя медленно вдыхать и выдыхать.

Когда душевное равновесие было немного восстановлено, Асфодея обратилась к своему внутреннему взору.

Ее дар предвидения был крайне слабым. Она едва видела отголоски возможного будущего, но раньше ей этого было более чем достаточно. И неважно, что видела она лишь одну, наиболее вероятную, линию событий.

Вот и сейчас, Асфодея обратилась к тому, что грядет.

И снова перед ней предстала изумительно завлекательная картина, как она получает в свои руки ребенка с Божественной искрой.

– Ха-ха-ха!!! – резко и громко рассмеялась она.

Судя по тому, что ей открывалось, изменения никак не повлияли на то, что должно было произойти. Выбранные ею люди все равно будут вместе! Это было главным.

Распахнув глаза, Асфодея прищурилась. Теперь она даже немного пожалела, что раньше времени разругалась с девицей.

Когда она услышала, что дракон отправился делать девке предложение, то не смогла сидеть спокойно. Именно поэтому она попыталась воздействовать на него афродизиаком.

Асфодея поморщилась.

Кто бы мог подумать, что драконья магия настолько устойчива. Демиурги вложили в этих созданий слишком много энергии! Какое расточительство.

Жаль, что тупой человечке не удалось его соблазнить. Все было бы гораздо проще. Впрочем, судя по ее видению будущего, ничего еще не закончилось. Ей просто нужно сделать так, чтобы дракон все-таки связал себя с Хабигер. А для этого необходимо избавиться от неожиданно возникшего препятствия.

Асфодея недобро оскалилась.

Этой девке нужно было десять раз подумать, прежде чем вставать на пути Асфодеи! Никто и никогда не смел ее так унижать! Тем более какая-то простая душонка, которую она лишь из милости наградила второй жизнью, оставив ей память. Неблагодарная дрянь!

Резко встав, Асфодея махнула рукой и шагнула в открывшийся портал.

Нужно было обсудить то, что происходит с Хабигер, и дать указания, как действовать дальше.

Найти наглую девицу не составило труда. Хабигер бродила по лесу, заблудившись. К этому моменту она выглядела изрядно потрепанной.

– Вот ты где! – крикнула немедленно Хабигер, когда увидела, что больше не одна. – Как ты могла бросить меня здесь?!

– Могла и бросила.

– Ты!..

– Замолчи! – резко перебила несносную девицу Асфодея.

Ей надоело, что та каждый раз забывала о своем положении и переходила границы дозволенного. Асфодея давно показала бы крикливой девке ее место, не будь она так ценна. А все из-за своего происхождения.

Хабигер вся покраснела. То ли от возмущения, то ли от гнева. А может, и от всего разом. Она выглядела так, словно не могла выбрать, заплакать ей или накричать.

– Советую подумать, прежде чем что-то говорить, – опасно напомнила Асфодея об их положении.

Хабигер замерла на миг, а затем силой воли расслабилась и натянуто улыбнулась. Никого такая улыбка обмануть не могла, тем более Асфодею. Она знала, что девчонка ненавидит ее люто. Впрочем, иногда ей казалось, что та ненавидит всех, кроме себя. Не то чтобы Асфодея ее осуждала. Это было бы лицемерием с ее стороны.

– Я рада, что ты все-таки вернулась за мной, – процедила Хабигер, продолжая улыбаться. – Этот дурак куда-то делся. Я никак не могу найти его.

– Конечно, не можешь, – фыркнула Асфодея, подумав, что девчонка все это время шла не в том направлении. Досадная случайность. – Он сейчас весьма занят.

– Чем это он занят? – Хабигер сложила руки на груди и нахмурилась.

– Ублажает свою новую служанку.

Аристократка, услышав ее слова, застыла. Очень медленно на ее лице появилось ужасно отталкивающее выражение. Асфодея все это время с интересом наблюдала за метаморфозой. Она никак не могла поверить, что стоящая перед ней девушка – потомок одного из Демиургов. Вернее, аватара, в котором когда-то по этому миру бродил молодой Творец.

– Эту толстую, страшную девку?! – взвизгнула Хабигер. – Как она посмела?! Как он посмел?! Ах, я поняла. Она просто воспользовалась им, пока тот был одурманен, не так ли?

Опустив руки, Хабигер сжала кулаки и топнула ногой, будто это могло ей как-то помочь.

– Он собирался сделать ей предложение, – добавила Асфодея, давая понять, что положение было действительно серьезным.

– Предложение? – Хабигер нелепо выпучила на нее глаза. Ее рот был слегка приоткрыт. Она выглядела так, будто ничего более невероятного ей в жизни не доводилось слышать. Почти сразу она громко и истерично рассмеялась. – Хорошая шутка!

– Я не шучу.

Хабигер еще какое-то время продолжала смеяться, а затем застыла, недоверчиво глядя на Асфодею.

– Ты серьезно? – ответом был кивок. Хабигер перекосило. – С ним явно что-то не так. Он болен?

– Поверь мне – он полностью здоров.

– Этого быть не может, он…

Асфодея махнула рукой, прерывая нелепые лепетания. Она не собиралась выслушивать недоверчивые предположения Хабигер. Ей хотелось покончить с этим разговором как можно скорее.

– У тебя было простое задание – переспать с ним, пока тот был не в себе. Ты не справилась.

– Он…

– Не перебивай! – потребовала Асфодея. Некоторое время она молчала, а продолжила: – Этот дурак влюбился. Или думает, что влюбился.

На лице Хабигер было написано недоверие.

– Да, влюбился, – настояла Асфодея. И пусть ей не нравилось подобное, но отрицать очевидное было бессмысленно. – Нам нужно сделать так, чтобы эта влюбленность прошла так быстро, как только это возможно.

– И как нам это сделать? – заинтересовалась Хабигер.

Асфодея жутко оскалилась.

– Нам нужно показать ему, что ей плевать, с кем спать. Мужчины собственники, особенно драконы. После такого он даже не взглянет в ее сторону.

Камелия явно не понимала, что именно ей хотела сказать Асфодея, но вскоре ее лицо просияло. Впрочем, в следующий момент она нахмурилась.

– Но как это устроить?

Асфодея закатила глаза. И с кем приходится работать? До чего же тупыми порой могут быть люди.

– Деньги тебе на что? – резко спросила она.

Хабигер ахнула и яростно закивала.

– Правильно, – торопливо произнесла она. – Мне нужно просто кого-нибудь подкупить, чтобы они зажали эту толстуху.

– Верно, – Асфодея вздохнула. – И не забудь привести дракона, чтобы он точно все увидел своими глазами. Лучше всего это сделать в следующей таверне.

– О, да, – выдохнула Камелия, едва не хлопая в ладоши. – Это будет великолепно!

– Да, – согласилась с ней Асфодея. – Любовь угаснет раньше, чем он даже заметит это.

После этого она вывела из леса глупую девицу, ведь та продолжала упорно теряться.

– В этот раз не напортачь.

– Не беспокойся, – заверила ее уверенно Камелия.

Асфодея фыркнула и поспешила убраться. К сожалению, долго в реальном мире пребывать она не могла.

В последний момент, глядя на то, как Хабигер шествует в сторону каравана, Асфодея подумала, что, наверное, ей стоило самой все сделать, но потом отмахнулась от этих мыслей.

В конце концов, миссия действительно была легкой. С ней способен был справиться даже самый глупый человек. Что могло пойти не так?

Алевтина видела, что король был слегка ошеломлен. Видимо, воздействие афродизиака и откат весьма повлияли на него.

– Вы в порядке, ваше величество? – спросила она, аккуратно опуская руку на щеку дракона. Кожа была горячей.

Слегка мутный взгляд сфокусировался на ней. После этого король неуверенно кивнул и длинно выдохнул, словно все это время задерживал дыхание.

– Хорошо, – Аля слабо улыбнулась.

Она пошевелилась и почти сразу смутилась, так как они с королем все еще были связаны.

– Вы не могли бы… встать, – попросила она, ощущая, как ноги начинают трястись от напряжения.

Дракон выглядел так, будто не собирался выполнять ее просьбу, но затем все-таки приподнялся и откатился в сторону.

Алевтина в тот же момент поправила оставшуюся на ней одежду и надела то, что было снято во время их совместного безумия. На дракона она не смотрела.

– Нам пора возвращаться, – заговорила она снова и все-таки перевела взгляд на лежащего рядом мужчину.

Тот выглядел… потрепанным. Его рука была согнута в локте и лежала у него на глазах.

– Я хотел не так, – пробормотал он что-то невнятно.

Алевтина напряглась и чуть горьковато улыбнулась. Конечно, он пожалел о том, что произошло.

Резко встав, она распустила волосы и заново их заплела. После поправила одежду и похлопала себя слегка по щекам.

Ну, было и было. Что тут такого? Ничего страшного не произошло. Она была свободна, дракон пока тоже. Они никому не навредили этой спонтанной близостью.

Жаль, что разово, но тут ничего не поделаешь. Придется смириться и забыть.

– Идемте, ваше величество, – произнесла она с фальшивой бодростью. – Нас, наверное, уже ждут.

Дракон убрал локоть с глаз и с подозрением посмотрел на нее. Алевтина улыбнулась, не показывая ничего лишнего.

Взгляд короля некоторое время блуждал по ее лицу. Затем Вагерстрем опустил руку и все-таки поднялся. Почти сразу он пошатнулся. Аля сделала шаг ближе, но помощь не потребовалась.

Выбраться из леса оказалось не так уж и просто. Как оказалось, дракон умудрился убежать достаточно далеко от дороги. Именно поэтому к каравану они вышли только часа через два.

– Алексия! – немедленно услышала Аля выкрик Ронана. Мужчина быстро приблизился и мельком осмотрел ее на предмет повреждений. – Ты в порядке?

– Да, все нормально, – Алевтина кивнула и позволила отцу предыдущей владелицы тела увести ее от короля.

Напоследок она все-таки оглянулась, заметив на себе его взгляд. Выражение Вагерстрема было сложным. Он выглядел так, словно чего-то хотел. То ли сказать, то ли сделать.

– Ваше величество! – закричала Хабигер. – Где вы были? Мы вас так долго ждали!

Король едва ли обратил внимание на подбежавшую к нему девушку. Но от ее криков он поморщился.

Он так ничего и не сделал. Только качнул головой, отмахнулся от Хабигер, как от жужжащей под ухом мухи, и направился к своей карете.

– Проверить лес, – отдал он приказ и забрался в свою карету. Хабигер хотела последовать туда за ним, но король так посмотрел, что девушка невольно отступила, едва не упав.

– Что между вами произошло? – потребовал ответа Ронан, когда они с Алевтиной добрались до фургона, около которого уже толпилось несколько слуг. – Зачем ты вообще туда пошла?

Аля не собиралась никому рассказывать о случившемся.

– Мне показалось, я кого-то видела, – солгала она. – Хотела предупредить короля. А потом заблудилась. Мы встретились по пути и вернулись вместе.

– И все? – с подозрением спросил Ронан. В его глазах можно было увидеть недоверие.

– Все, – Алевтина кивнула.

– И он… ничего тебе не предлагал?

Аля нахмурилась и непонимающе посмотрела на Ронана.

– А должен был?

– Нет, – мужчина выпрямился и отвернулся. – Просто спросил.

Алевтина еще какое-то время смотрела на него. Она не совсем понимала, в чем дело, но настаивать на ответе не собиралась.

– Я немного устала, отдохну.

Ронан неохотно отпустил ее.

Забравшись в фургон, Аля натолкнулась на взгляд Юдоры.

– Ну? – спросила девушка нетерпеливо. Ее глаза дико блестели. – И каков он?

Аля не совсем понимала, как та поняла, но в любом случае отвечать не собиралась.

– Не понимаю, о чем ты, – состроив безразличное лицо, ответила.

Юдора надулась.

– Я знаю, что было. От тебя прямо веет этим, – девушка усмехнулась. – Итак?

– Все еще не понимаю, – настаивала Аля. – Ты не будешь против оставить меня одну на пару минут? Я хочу отдохнуть.

Юдора долго смотрела на нее, а потом все-таки ушла. По ее виду было понятно, что она обязательно спросит еще раз.

Устроившись удобнее, Алевтина на мгновение прикрыла глаза. Ей хотелось подумать. Вот только разум и тело явно посчитали, что лучше всего вздремнуть.

Проснулась она от мерного покачивания. Судя по всему, каким-то образом ей удалось проспать момент, когда караван снялся с места и отправился дальше.

Аля удивленно оглядела фургон, в котором спала. Обычно в нем ехали служанки, но сейчас кроме нее никого больше не было. Не успела Алевтина хоть как-то отреагировать на происходящее, как повозка остановилась.

Не став ждать, она добралась до передней части и, отодвинув грубую ткань, выглянула наружу. Судя по всему, за время, пока она находилась в царстве снов, им удалось проделать значительное расстояние. Сейчас весь караван стоял около большого здания, выглядящего как очередная таверна.

– Проснулась?

Услышав вопрос, Алевтина скосила взгляд на возничего, управляющего повозкой. Раньше это был один из неприметных слуг, сейчас на специальной скамейке сидел Ронан.

– Где мы? – спросила хриплым ото сна голосом Аля и все-таки вылезла наружу. Спрыгнув на землю, она огляделась более внимательно.

Суета слуг ее мало волновала. Она искала карету короля.

– На полпути к Эштауну, – ответил на ее вопрос Ронан.

– Где король? – спросила Алевтина, когда заметила карету, но не увидела рядом с ней дракона.

Почти сразу после этого она увидела, как на крыльце таверны появился тот, о ком она спрашивала. Его внимание сосредоточилось на Алевтине. Сама того не осознавая, Аля на мгновение смутилась и опустила взгляд. Впрочем, почти сразу она снова взглянула в сторону короля. Тот шел к ней.

Алевтина ощутила, как ее сердцебиение ускорилось.

– Ваше величество, – поздоровалась она с драконом, когда он приблизился.

– Как ты? – спросил король внимательным взглядом всматриваясь в ее лицо.

Аля пожала плечами.

– Все в порядке. Спасибо за беспокойство.

Король еще какое-то время смотрел, а затем подал локоть.

– Идем, я подготовил для тебя комнату.

– Не стоило, ваше величество, – слабо запротестовала Аля.

Она мимолетно осмотрелась, понимая, что все слуги то и дело бросали в их сторону любопытные взгляды. Было видно, что всем хотелось узнать, что между ними происходит. Им только попкорна не хватало!

– Я настаиваю, – отмахнулся от ее протестов дракон и пошел вперед.

Але не оставалось ничего другого, как последовать за ним. Вскоре они вошли в таверну. Та выглядела вполне стандартной. То есть, на первом этаже можно было увидеть многочисленные столы и стулья, а также лестницу, ведущую наверх.

После того, как они поднялись на второй этаж, перед их глазами предстали многочисленные двери в номера.

– Твоя комната рядом со моей, – пояснил дракон.

В его голосе Алевтина услышала странное сожаление. Чем он был недоволен?

– Спасибо, ваше величество, – поблагодарила она его.

Когда король подвел ее к нужной двери и открыл ее, то Алевтина получила возможность осмотреть выбранную для нее комнату. И чем больше она видела, тем сильнее недоумевала.

– Это слишком дорого, – резюмировала Аля.

Да, номер не был слишком шикарным по меркам ее прошлой жизни, но для этого мира комната выглядела поистине по-королевски.

– Пустяки, – отмахнулся король и подтолкнул Алевтину внутрь. – Ни о чем не волнуйся. Скоро тебе принесут воду и ужин. Отдохни как следует.

Аля внимательно посмотрела на дракона. Она не понимала, зачем тот прилагал усилия для обеспечения ее комфорта. Из-за близости, произошедшей между ними? Он ощущал себя обязанным ей за помощь и пытался таким способом отблагодарить ее?

– Вам не стоит…

– Ваше величество! – прервал Алевтину надоевший голос Хабигер.

Судя по тому, как скривилось лицо дракона, он тоже не был рад появлению аристократки.

– Отдохни, – повторил он и закрыл дверь.

– Я хотела с вами поговорить, – услышала Аля приглушенный голос Камелии. Звучал он капризно и решительно.

Что ей ответил дракон, Алевтина не слышала, так как они оба явно отошли от ее комнаты.

Аля устало вздохнула и села на край большой кровати. Несмотря на то, что она поспала в фургоне, ею все еще владела сонливость. Видимо, бег по лесу и другие физические упражнения все-таки измотали ее больше, чем ей казалось.

Она почти решила лечь, чтобы вздремнуть, когда ее отвлекли.

Услышав стук, Алевтина села ровно и взбодрилась. Тряхнув головой, чтобы прогнать сонливость, встала и подошла к двери. Открыла ее. За ней обнаружилось несколько мужчин с ведрами, полными воды.

– Его величество велел наполнить ванну, – прогудел один из них.

Алевтина отступила на шаг. Ванна в комнате действительно была. Правда, по размеру она напоминала большой удлиненный деревянный таз.

Подойдя к ширме, которая отделяла ванну от общей комнаты, Алевтина убрала ее и отступила на пару шагов.

Мужчины немедленно принялись наполнять емкость водой. Никто из них дважды не взглянул в сторону Алевтины. Вскоре все они покинули комнату.

Еще через пару минут пришла служанка, принесшая ужин. Оставив его на стол, она присела в поклоне и торопливо покинула номер.

Аля вздохнула. Она была озадачена происходящим. Что пытался сделать король? Была ли это благодарность или…

В любом случае она слишком устала, чтобы думать о его мотивах слишком долго. Решив, что утро в любом случае лучше вечера, Алевтина разделась и принялась купаться. Перед этим, правда, закрыв дверь на задвижку. Ей не хотелось, чтобы кто-то вошел к ней без ее на то согласия.

Только окунувшись в воду, она осознала, что совершенно забыла позаботиться о некоторых весьма важных вещах, оставшихся в ней после интенсивных упражнений с драконом.

Сначала Аля отнеслась к этому спокойно. Давно прошли те годы, когда ей стоило волноваться о нечаянно пролитой жидкости.

Вот только вскоре она вспомнила, что сейчас находилась совсем в другом теле. Молодом, сильном и способном к зачатию теле.

Как только эта мысль поразила ее ум, Аля замерла. Некоторое время она сидела, чувствуя, как беспокойство ползет по венам, но, спустя какое-то время, выдохнула.

Вряд ли она забеременела от одного раза. Такое, конечно, не было чем-то невиданным, но, насколько Алевтина помнила, сейчас у ее нового тела был не тот период.

Аля расслабилась. Она отмахнулась от легкого разочарования, скользнувшего по краю ее сознания. Ей явно следовало подумать о чем-нибудь более важном. Например, о том, что теперь будет.

Асфодея обвинила ее в провале миссии, и попыталась ее стереть. У нее не получилось. Но значило ли это, что теперь богиня оставит ее в покое?

Что-то Алевтина в этом сомневалась.

Тогда что делать? Попробовать возобновить миссию, а затем всеми правдами и неправдами добиться успеха? От одной мысли, что дракон будет с Камелией, ныли все зубы.

Нет, она явно больше не могла следовать плану. Но что тогда?

Ответа у нее не было.

Одно Аля знала точно – Асфодея не была белой и пушистой. Она пыталась связать дракона с Хабигер с помощью афродизиака. Почему-то Алевтина сомневалась, что хорошие боги способны на такие коварные поступки.

От мысли, что она могла заключить контракт с какой-то демоницей, которая пыталась выдать себя за богиню, Але становилось страшно.

Помывшись, Аля вытерлась и оделась к ночи. Потом медленно поужинала, размышляя над тем, действительно ли ребенок Хабигер и Вагерстрема мог стать Спасителем. Почему-то чем больше Аля думала, тем менее вероятным это казалось.

После ужина она отдала посуду пришедшей за ней служанке, позволила вынести воду, а затем, снова закрыв на щеколду дверь, легла спать.

Уснула она, несмотря на все волнения и темные мысли, практически сразу. И сон ее был глубоким. Алевтина могла бы проспать так до самого утра, но ее разбудил тихий стук в дверь.

Сонно моргнув, Аля прислушалась. Стук повторился. Осознав, что ей это не приснилось, она встала и, добравшись до двери, спросила:

– Кто там?

– Аля, открой, – услышала она знакомый голос. – Юдора.  

Алевтина моргнула и непонимающе нахмурилась.

– Юдора? – спросила она, положив руку на задвижку. – Что-то случилось?

– Открой, пожалуйста, мне надо тебе что-то сказать, – послышался приглушенный голос служанки с той стороны.

Алевтина вздохнула удрученно. Ей совершенно не хотелось с кем-либо сейчас говорить. Потом ведь не уснет снова.

– Это не может подождать до завтра? – уточнила она, зевая.

– Нет, – ответила довольно резко Юдора. – Это… это важно. Мне надо сказать тебе сейчас.

Алевтина снова вздохнула и начала сдвигать задвижку в сторону, но в последний момент остановилась. Что-то в голосе служанки насторожило ее. Была ли это излишняя резкость? А может, несвойственное девушке напряжение?

Неделю назад Аля вряд ли обратила бы на нечто столь незначительное внимание, но вчера она рассердила одну богиню, которая вполне могла ею и не быть.

Убрав руку, Алевтина наклонилась к двери.

– Ты одна? – спросила она, прислушиваясь.

– Что? – голос Юдоры был нетерпеливым. – Аля, открой, – снова попросила девушка. – Это важно. Да, я одна.

Алевтина не была уверена, лгала ли служанка или говорила правду. Никаких посторонних шумов в коридоре слышно не было. Несмотря на это, Аля не хотела никого впускать к себе в номер.

– Его величество закрыл эту комнату с той стороны, – солгала она, отходя от двери. – Извини, Юдора, я не могу тебя впустить.

– В самом деле? – служанка явно была удивлена. – Тогда ладно. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – повторила Алевтина и выдохнула, когда услышала одиночные шаги, удаляющиеся прочь от ее номера. Юдора была одна.

Слишком легко она отступила, учитывая, как поначалу была настойчива.

Некоторое время Аля не спала. Она тревожно прислушивалась к шумам, готовая в любой момент действовать. Но ничего не происходило.

На всякий случай, проверила ставни на окне, но те были плотно закрыты. Успокоившись после этого, Аля легла снова.

Ото сна она очнулась под утро. Ночные тревоги рассеялись вместе с наливающимся рассветом. Аля обдумала визит служанки и не могла понять, почему так настороженно отнеслась к чему-то столь обычному.

Утром ночной страх показался необоснованным и преувеличенным.

Впрочем, что-то менять было уже поздно, поэтому Алевтина выбросила лишние размышления из головы, подумав, что позже спросит Юдору о том, что ей было нужно ночью.

Все для себя решив, Алевтина встала и оделась. Ей требовалась вода для умывания и завтрак. И то, и другое она могла получить только на кухне.

Отодвинув задвижку, Алевтина распахнула дверь и попыталась сделать шаг в коридор. Вот только сделать это не получилось, так как в тот же момент чужая рука метнулась в ее сторону и схватила за шею.

Аля распахнула шокированно глаза.

Она попыталась крикнуть, но сделать это не вышло – на ее рот легла вторая рука. После этого ее толкнули дальше в номер. Алевтина видела, как следом за первым в комнату вошло еще несколько мужчин. Последний закрыл за собой дверь и сдвинул задвижку.

Аля напряглась в чужих руках и попыталась вывернуться, но, несмотря на крупное и довольно сильное телосложение, она все еще была женщиной. Мужчина, в чьих руках она была, развернул ее и завел ее руку за спину, больно надавив.

– Тише, крошка, тише, – жарко шепнул ей на ухо хриплый голос. Вторая рука все еще закрывала ей рот. – Если будешь хорошей, то мы не станем делать тебе больно, – добавил он и надавил на руку.

Аля застонала, прищуриваясь.

Ей не составило труда понять, что происходит. И если кто-то думал, что она позволит кому-то безнаказанно надругаться над ней, то он сильно ошибался.

Не обращая внимания на боль в руке, Алевтина открыла рот и что есть силы, укусила чужие грязные пальцы. Сразу после этого по комнате разнесся громкий крик боли.

Алевтина оскалилась, а затем подняла ногу и резко опустила. Удача была на ее стороне, так как каблук попал прямо по чужим пальцам. Крик стал более пронзительным.

Хватка ослабла. Аля сразу воспользовалась этим и, извернувшись, выскользнула из чужого захвата.

Недолго думая, она метнулась сначала в сторону, потом развернулась и бросилась прямо на остальных мужчин.

Те от такой прыти явно опешили. Они выглядели так, будто не знали, что делать. Растерянность была написана на их лицах.

Алевтина оттолкнула одного из мужчин и кинулась к двери.

К сожалению, не все оказались полностью ошеломленными. Аля почти добралась до выхода, когда ощутила, как ее дернули за косу, останавливая. Рывок был настолько резким и сильным, что Алевтина не удержалась на ногах и рухнула.

– Ах ты, гадина! – закричал тот, кому Аля укусила и отбила пальцы.

Он тут же кинулся прямо на нее, повалил на пол и принялся срывать одежду. Вернее, попытался. Все-таки плотную ткань не так-то просто разорвать.

Тогда он решил зайти с другой стороны и полез ей под юбку.

Алевтина не собиралась ждать и смотреть, что эти люди задумали для нее. Она принялась вовсю брыкаться и отбиваться.

– Что стоите? Держите ее! – крикнул мужчина, пару раз получив коленом.

Осознав, что ее сейчас могут скрутить, Аля набрала в грудь как можно больше воздуха. Мужчина над ней, заметив это, замер. Его глаза округлились. В них поселилось понимание.

– Нет, – почти попросил он.

Если бы Аля могла, она бы ухмыльнулась ему прямо в лицо, вместо этого она пронзительно закричала. Звук был настолько звонкий, что даже у нее заложило уши.

Человек над ней почти отшатнулся, но все-таки взял себя в руки и попытался заткнуть ей рот. Алевтина вертела головой, не давая ему этого сделать.

Она не собиралась лежать и умолять своих мучителей. Нет, Аля была намерена усложнить жизнь этим людям настолько сильно, насколько только могла.

– Да заткни ты ее! – крикнул еще один мужчина.

– Проклятье, нужно уходить! – Они точно не рассчитывали на такое яростное сопротивление.

Люди вокруг зашевелились и бросились в сторону выхода.

Вот только покинуть комнату им не удалось.

Аля услышала глухой удар. Сразу после этого рядом с ней рухнул один из вторженцев. За ним еще один и еще.

Мужчина, нависающий над Алевтиной, замер. Его глаза наполнились осознанием и страхом.

Аля вскинула взгляд, замечая подошедшего Вагерстрема. Вид у него был… разъяренный. Если эмоцию, написанную на его лице, можно было так назвать. Казалось, что он собирался кого-нибудь убить.

Наклонившись, он схватил мужчину за шиворот и буквально оторвал его от Алевтины. Человек в его руках боялся даже дышать. Вагерстрем рыкнул и, размахнувшись, почти впечатал его в стену лицом.

– Мне есть что сказать! – заверещал человек.

Король нехотя остановился. Алевтина в это время собралась и встала, поправляя задравшуюся одежду. Ее руки дрожали. Несмотря ни на что, она испугалась.

– Говори, – приказал дракон. Его голос был полон рычания и гнева. Казалось, что еще мгновение и из его груди полыхнет огнем. Аля могла поклясться, что видела огненные искры и темный дым, вырывающийся из его рта.

– Это была не наша идея! – торопливо произнес мужчина. Он трясся и стучал зубами, показывая, насколько испуган. – Это все она, она!

– Кто? – коротко потребовал ответа Вагерстрем, теряя терпение.

– Юдора!

После его восклицания стало тихо. Впрочем, ненадолго, так как в коридоре послышались встревоженные голоса и шаги.

– Что происходит? – услышали они манерный голос Камелии. Вскоре она показалась в проеме двери. – Я так и знала, что она… – начала Хабигер, но резко замолчала.

Алевтина видела, как взгляд девушки заметался от одного тела до другого, а затем остановился на драконе, который продолжал держать взрослого человека так, будто тот был тряпичной куклой.

Король медленно повернулся в сторону выхода. Хабигер побледнела и рефлекторно отступила на шаг.

– Что ты знала? – тихо и почти по слогам спросил Вагерстрем.

Хабигер сглотнула. Ее взгляд забегал по сторонам.

– Ничего, – едва ли не шепотом ответила она. – Не обращайте на меня внимания, ваше величество. Я просто… просто встала в плохом настроении и была зла на шум. Но если это вы, то все в порядке. Я не против.

Она совершенно фальшиво засмеялась.

Алевтина перевела взгляд на дракона. По его лицу было видно, что он не поверил. Аля тоже не верила.

Она сомневалась, что виновата именно служанка. Та, конечно, была странной, но вряд ли у нее имелись ресурсы, чтобы нанять несколько мужчин для всей этой затеи.

Не было сомнений, что за нападением стояла Хабигер. И что-то подсказывало, что без богини не обошлось. Та, как поняла Аля, ничем не гнушалась. И это еще больше намекало, что Асфодея далеко не богиня, а кто-то более порочный и темный.

Но зачем это было сделано?

Конечно, Аля понимала, к чему должно было привести нападение, но разве Асфодея и Хабигер не думали, что дракон услышит? В конце концов, его комната была рядом!

Или на это и был расчет?

Алевтина прищурилась и задумалась.

Просмотренные и прочитанные детективы подсказывали, что нужно искать мотив. Кому будет выгодно, если с ней приключится что-то настолько мерзкое?

Аля не успела додумать, так как события сделали крутой разворот.

Дракон отшвырнул мужчину в сторону. Да так сильно, что тот все-таки ударился об стену. Послышался хруст. После этого человек рухнул на пол. Он не шевелился. Явно потерял сознание.

Не успела Аля хоть как-то отреагировать, как Вагерстрем оказался рядом с Хабигер. Его рука метнулась вперед. Сразу после этого сильные пальцы сжались вокруг белого горла Камелии.

– Ваше… – попыталась что-то сказать она, как сразу захрипела.

Алевтина с изумлением смотрела, как Камелия выпучила глаза. В этот момент на ее лице появилось осознание, которое вскоре сменилось откровенным ужасом.

Вскинув руки, она вцепилась в удерживающую ее конечность и снова попробовала что-то сказать.

Вагерстрем тем временем втащил ее в номер прямо за горло, а потом припечатал об стену спиной.

– А теперь, – рычащим голосом произнес он. Аля задрожала от того, как низко и темно он звучал. Страха, впрочем, не было, – ты расскажешь мне все.

Судя по тому, как забила ногами Хабигер, дракон сжал ей горло сильнее. Кожа на ее лице покраснела. Но несмотря на то, в каком положении находилась Камелия, она все еще выглядела красивой.

Алевтина с недоверием посмотрела на алеющие щеки Хабигер, на хрусталики слез в уголках глаз, на капризно изогнутые губы. Что-то ей подсказывало, что без магии не обошлось. Ни один человек не мог выглядеть настолько привлекательно в такой ситуации.

– Я… – прохрипела Камелия и постучала по удерживающей ее руке.

Дракон ослабил хватку.

Хабигер едва не рухнула, но ее все еще держали. Тогда она закашляла, а потом и вовсе заплакала. Но даже после этого Камелия продолжала выглядеть сногсшибательно.

– Как… ха… – начала она, – вы… можете обо мне такое….

Не успела она договорить, как дракон снова сжал пальцы и приподнял Хабигер над полом.

– Не испытывай мое терпение, – пригрозил он.

Алевтина вздохнула. Ей не нравилось происходящее, но было видно, что дракон, несмотря на сильный гнев, сдерживался. Люди, которые напали на Алю, все еще были без сознания.

– Ска… – попыталась выдавить Хабигер. Король разжал пальцы. Некоторое время она кашляла и хрипела, а затем выпрямилась и с опаской посмотрела на Вагерстрема.

– Ну? – потребовал он ответа. Взгляд Камелии снова забегал. Было видно, что она пытается придумать, что соврать. – Следующий раз будет последний, – мрачно предупредил он.

Хабигер едва не задохнулась, а затем всерьез расплакалась. Она хлюпала носом и рыдала навзрыд.

– Это ошибка! – закричала она и кинулась вперед. Вцепившись руками в короля, она умоляюще посмотрела на него. Вид у Хабигер при этом был такой, словно король обязан был ее утешить. – Я просто сказала им, какая из комнат ее! Ничего больше! Я подумала, что у них договоренность, ведь до этого видела, как она с ними флиртовала! Я даже не понимаю, в чем вы меня обвиняете! – возмущенно воскликнула Хабигер, продолжая красиво рыдать. – Я…

– Ваше величество, – внезапно прервал Камелию показавшийся в проеме один из стражников. – Мы поймали служанку.

– Приведите, – резко приказал Вагерстрем, а затем совершенно бесцеремонно оттолкнул от себя Хабигер, отчего та запнулась и шлепнулась на мягкое место.

– Ах, – выдохнула она при этом обиженно.

Но не успела она завести какую-то новую шарманку, как в комнату вошли двое стражников, под руки они вели знакомую Алевтине девушку.

Аля прищурилась. Она помнила, как Юдора пыталась уговорить ее открыть двери ночью. Видимо, весь этот концерт должен был произойти несколько часов назад, но из-за упрямства Алевтины им пришлось все отложить до утра.

Ей было интересно, неужели они просто ждали ее под дверью?

Оказавшись внутри комнаты, стражники силой поставили девушку на колени перед королем. Та выглядела испуганной. Ее взгляд метался. Когда она заметила Хабигер, то дернулась, но ее удержали на месте.

– Где ее нашли? – спросил дракон у стражников.

– За городом. Пыталась бежать, – ответили ему.

– Я просто… – пролепетала Юдора.

Сейчас она совсем не походила на ту дерзкую и несколько грубую особу, которой всегда были любопытны личные дела других.

Вагерстрем кивнул стражникам и посмотрел на служанку, отчего та заерзала на месте.

– Я ничего не сделала, ваше величество! – выпалила она, наконец, явно не выдержав такого внимания к своей персоне. – Все ложь! Это не я!

– Что не ты? – спросил король, придавливая служанку взглядом.

– Ничего, – всхлипывая, ответила та.

– Если ты ничего не сделала, тогда почему бежала? – указал на изъян в логике дракон.

– Я… я… просто… я, – в этот момент ее взгляд снова остановился на сидящей на полу Хабигер. – Это все она! – внезапно крикнула Юдора. – Она, ваше величество, – повторила девушка и попыталась подползти к королю ближе, но стражники удержали ее на месте. – Она мне угрожала. Сказала, что убьет, если я не соглашусь. У меня не было выбора, – закончила Юдора и расплакалась.

Алевтина только и могла дивиться находчивости женщин вокруг нее.

Король кивнул на девушку и приказал стражникам:

– Обыщите.

Юдора сразу вскинулась и попыталась удрать.

– Не трогайте меня! – закричала она, когда стражник принялся обыскивать ее. – Что вы делаете? Как вы можете? Это… Нет!

Стражник вытащил руку из ее кармана и достал черный мешочек. Послышался звон. Юдора побледнела.

– Это не мое! – моментально заявилась служанка.

Стражник поднялся и развязал мешочек, а затем опрокинул его, высыпая на руку золотые монеты.

– Двадцать золотых, ваше величество, – доложил он и передал находку королю.

Тот взял и внимательно осмотрел, затем повернулся к Хабигер и показал ей мешочек, на котором можно было увидеть какую-то вышивку.

– Разве это не герб вашей семьи, леди Хабигер? – спросил он холодно.

Камелия моргнула, а затем покраснела. Посмотрев на служанку, Хабигер придала своему лицу сердитое выражение.

– Воровка! – заявила Камелия. – Она украла у меня!

Алевтина видела, как Юдора замерла. В следующее мгновение на ее лице появилось злое выражение.

– Не верьте ей, ваше величество, – произнесла она уверенно. – Я ничего не крала. Она заплатила мне.

– Ложь!

– Я не лгу! – крикнула в ответ Юдора. – Вы заплатили мне за то, чтобы я наняла этих мужчин и отвела их поздно ночью в комнату Алексии! А еще я должна была в определенный момент позвать вас, ваше величество.

– Ах ты, мерзавка, – прошипела Камелия.

Юдора на эти слова только презрительно хмыкнула.

– Вы не лучше, миледи! – смело заявила она.

Аля могла поклясться, что слышала, как Хабигер скрипнула зубами. Впрочем, в следующий момент она отвела взгляд от служанки и снова посмотрела на короля.

– Это все неправда, ваше величество, – прохныкала она. – Просто подумайте сами, зачем мне делать что-то настолько странное? Я почти не знаю эту… – она посмотрела на Алевтину, – Алексию.

На ее слова Юдора просто рассмеялась.

– Зачем вам делать что-то настолько странное? – едко выдала она. – Все знают, что вы спите и видите себя женой нашего короля! Вот только ему больше по нраву, – девушка посмотрела на Алевтину, – наша милая Алексия. Вот вы и злитесь!

– Чушь! – отмахнулась Камелия. – Я…

– Довольно, – приказал резко король. Он выглядел так, будто мог убить одним взглядом любого, кто скажет еще хоть одно слово. Хабигер сразу замолчала. – Ты, – он посмотрел на служанку. – За намерение подвергнуть мою будущую жену насилию, я приговариваю тебя к пяти годам за решеткой с последующим изгнанием из Эштауна.

– Нет, подождите, ваше величество…

– Уведите ее, – бросил он стражникам. Те снова подхватили девушку и выволокли из комнаты. Она была настолько ошеломлена моментальным приговором, что даже кричать не могла.

Алевтина заметила в проходе бледное лицо Ронана. Кроме него там было еще много других слуг.

– Их, – Вагерстрем со злостью посмотрел на бессознательных мужчин. Те выглядели так, будто им требовалась помощь, но помогать им никто не спешил. – Высечь и отправить в Эмберлин. Им место на рудниках. И ты, – карающий взгляд короля обратился к Хабигер. Она, заметив это, всхлипнула как можно более жалостливо. Дракон скривился. – Если ты не уедешь сама, я убью тебя.

Как только он произнес эти слова, всем сразу стало ясно, что он не шутил. Даже Хабигер это поняла. Она отшатнулась от Вагерстрема в ужасе.

– Сейчас, – добавил дракон.

Камелия кое-как поднялась на дрожащих ногах, а затем вылетела из комнаты.

– Все прочь, – отдал он новый приказ.

Стражники кинулись вытаскивать бессознательных мужчин, слуги торопливо удалились. Ронан посмотрел на Алексию с ожиданием. Аля собиралась подойти к нему, но сильная рука остановила ее.

После того, как все вышли, дракон захлопнул за ними двери, а затем повернулся к Алевтине.

– Ты в порядке? – спросил дракон и подошел к Алевтине.

После этого он дотошно ее осмотрел. Казалось, его взгляд мог проникнуть через одежду, настолько внимательным он был.

– Да, – успокоила его Аля.

– Они ведь ничего не сделали? – после вопроса, Вагерстрем прищурился.

– Нет, – Алевтина покачала головой. – Я просто испугалась.

Король нахмурился и оглянулся на закрытую дверь, при этом он выглядел так, словно собирался кого-то преследовать.

– Я должен был отрубить им руки, – проворчал дракон. – А лучше головы. Они им все равно без надобности.

Аля фыркнула, услышав подобные слова. Вагерстрем сразу повернулся к ней.

– Я в порядке, – повторила Аля. – Они ничего не успели сделать.

Дракон на это кивнул, а затем шагнул ближе и подхватил Алевтину за руки. Она смущенно на него посмотрела.

– Ваше величество, я не…

– Подожди, – прервал он ее. – Я должен был сказать сразу. Вернее, спросить, но раньше я считал, что нужно подождать более подходящего момента. А сегодня, увидев произошедшее, понял, что обязан защитить тебя всеми возможными способами.

– Вы не обязаны, ваше величество, – произнесла Аля и вздохнула. – То, что произошло между нами, ничего…

– Не говори этого, – попросил, вернее, даже потребовал король. – Не говори, что наша близость ничего не значила, если ты на самом деле так не думаешь.

Договорив, дракон испытующе посмотрел на Алевтину. Она молчала, хотя мысленно пыталась заставить себя хоть что-то сказать.

– Очень хорошо, – спустя время продолжил Вагерстрем. Его настроение явно стало лучше. – Перед тем, как на меня кто-то напал в том лесу, я договорился с твоим отцом, что ты выйдешь за меня замуж. Он согласился.

Услышав то, что сказал король, Аля опешила. Что он сказал? Кто выйдет за него замуж? Она? Что значит, он уже договорился?

– По-дождите, – попросила Алевтина, запнувшись. – Замуж? За кого? За вас?

– Да, – серьезно ответил король.

– Кто? Я?

– Да, – снова был ответ.

Аля выдернула руку из чужой хватки и положила ее себе на лоб. Голова немного кружилась.

– Ронан согласился?

– Да, – в третий раз ответил король, хотя и было видно, что его удивило то, что Алевтина назвала отца по имени.

Аля выдохнула и посмотрела на Вагерстрема. Тот выглядел серьезным и непоколебимым.

– Я не могу выйти за вас замуж, ваше величество, – произнесла она, наконец.

Было видно, что сказанное не понравилось дракону.

– Почему? – немедленно спросил он.

– Ну, для начала, я простая служанка, а вы король, – она качнула головой. – Это жуткий мезальянс. Никто не одобрит такой брак.

– Какое нам дело до того, что думают другие?

– Большое, – Алевтина бросила укоризненный взгляд. – Аристократам в вашей стране это сильно не понравится.

– Я казню любого, кто посмеет тронуть тебя хоть пальцем, – рыкнул дракон.

– Боюсь, что к тому моменту мне будет уже все безразлично, – Алевтина хмыкнула. – Я буду мертва.

– Не говори так, – попросил ее Вагерстрем. Шагнув вперед, он обхватил ее плечи сильными пальцами. – Я не хочу даже думать о том, что ты можешь умереть.

Что-то такое было в словах короля. Какая-то странная эмоция, похожая на отчаяние. Казалось, ему было больно даже думать о подобном исходе.

– Я уже терял тебя… – Вагерстрем резко замолчал и нахмурился.

Аля непонимающе на него посмотрела. Уже терял? Что он имеет в виду?

Опустив взгляд, король некоторое время стоял неподвижно. Минуту спустя он сделал шаг назад и посмотрел на Алевтину испытующим взглядом.

– Что? – спросила она, ощущая себя неловко.

Король качнул головой, а затем и вовсе стряхнулся, словно сбрасывая с себя какой-то морок.

– Нет, ничего. Показалось что-то. В любом случае, тебе не стоит бояться, что мои придворные не одобрят наш брак. У меня есть план.

После этих слов дракон расправил плечи. Кажется, он был уверен в своей победе. Об этом кричала не только его поза, но и выражение на лице.

– И что это за план? – спросила Алевтина.

Она решила все-таки послушать, даже несмотря на сомнения в том, что идея выйти замуж за короля хорошая. Как ей ни хотелось этого, она понимала, что желания не всегда сбываются.

После короткого объяснения, Алевтина на некоторое время замерла.

– Вы хотите незаконно сделать… моего отца наследником герцогства? – спросила Аля с недоверием.

Она ожидала, что он просто предложит ей титул или что-то в этом роде, но пойти на подлог…

– Ничего незаконного, – возразил дракон. – Я – король. И я имею право даровать титулы и земли тем, кому хочу.

– Но не так, – настояла Алевтина.

– Какая разница? – спросил Вагерстрем. – Все будет оформлено совершенно законно. Никто не посмеет требовать от меня завещание Бачестера. И уж точно никто не станет проверять его подлинность. А слухи сделают свое дело.

Аля все еще не была убеждена. Она не хотела начинать свою семейную жизнь с обмана. К тому же, все тайное рано или поздно становится известно.

С другой стороны, это действительно была единственная возможность для них на более или менее спокойную жизнь вместе.

Готова ли она пойти на обман ради того, чтобы назвать стоящего перед ней мужчину своим?

Алевтина вздохнула и опустила взгляд.

Когда-то она была влюблена. В то время ее сердце замирало, а внутренности переворачивались от одного взгляда на любимого или от простого прикосновения.

Она помнила то время так хорошо, будто это было только вчера.

Вся ее прошлая жизнь была счастливой. До тех пор, пока естественный порядок вещей не отнял у нее любовь.

Оставшиеся дни Алевтина прожила так, словно от нее оторвали часть. Весьма существенную, к слову. Дни перестали быть красочными. Она больше не могла жить в мире, но делала это.

Позже острая боль превратилась в глухую тоску, которая…

Алевтина задержала дыхание. Все внутри содрогнулось от неожиданной мысли. Аля резко вскинула взгляд и посмотрела на дракона.

…исчезла только в этом мире.

Нет! Не так, она исчезала после встречи с Вагерстремом!

Ощутив, как задрожали руки, Алевтина отошла от дракона и отвернулась.

Она действительно так сильно влюбилась в этого мужчину?

В следующее мгновение Аля почувствовала на своих плечах теплые руки. От этого прикосновения по спине побежали мурашки. Ей хотелось отклониться назад и упасть в чужие объятия.

– Ты… не хочешь? – спросил он тихо. В его голосе была слышна неохота. Он явно был против подобного расклада.

– Дело не в этом, – выдохнула Аля.

Она снова опустила взгляд, глядя на свои–чужие руки.

Алевтина понимала, что ее жизнь после свадьбы не станет проще. Как бы ни случилось иначе. Она только могла догадываться, как многие аристократы отнесутся к неожиданному браку своего короля.

Боже, как она оказалась там, где сейчас была? Когда ее направили в этот мир, то ей просто нужно было испечь немного булочек. Но по какой-то причине все изначально покатилось в тартарары. Никто не хотел действовать по обещанному Алевтине сценарию!

– А в чем тогда? – настоял Вагерстрем. Было ясно, что он не отступит, пока не добьется своего или не узнает объективных причин отказа, чтобы после, как догадывалась Аля, сделать все, чтобы устранить эти причины.

Аля закрыла глаза. Она попыталась отбросить всю шелуху. Свой прошлый опыт, Хабигер, богиню, вероятный апокалипсис, неравное положение между самой Алевтиной и королем, будущие проблемы – вот все это, – и попыталась понять, хочет ли она провести остаток жизни, каким бы долгим или коротким он ни был, с человеком, стоящим сейчас позади нее. Удивительно, но ответ был простым.

– Я… – начала она, но договорить не успела, так как в одно мгновение ощутила сильное притяжение, а затем мир вокруг нее погас.

Брайар отреагировал моментально, поймав внезапно потерявшую сознание Алексию. Подхватив ее на руки, он добрался до кровати и аккуратно ее положил.

– Алексия? – позвал он.

Ответа не было. Брайар прищурился и торопливо направился к двери. Он подозревал, что во время нападения Алексию все-таки поранили. Вероятнее всего, она ударилась головой при падении, но не распознала это сразу, поэтому и потеряла сознание только сейчас. Нужно было немедленно позвать лекаря.

Положив руку на ручку двери, он хотел распахнуть ее, но его остановил мелодичный голос позади:

– Не торопитесь, ваше величество.

Брайар резко развернулся.

На кровати, по другую сторону от Алексии, сидела незнакомая девушка.

Брайар бросил взгляд в сторону окна. Оно было закрыто. Это заставило его напрячься сильнее, чем раньше, ведь он прекрасно знал, что еще мгновение назад в комнате, кроме него и бессознательной Алексии, никого не было.

– Кто ты? – резко спросил он, глядя на девушку так, словно собирался открутить ей голову, если она не ответит ему немедленно.

При этом он проследил за руками незнакомки. Они были пусты, но это не принесло облегчения. Неизвестная находилась слишком близко к Алексии.

Продолжая следить за незнакомкой, Брайар сделал осторожный шаг вперед.

– Мое имя Асфодея, ваше величество, – пропела дева и, протянув руку, намотала на палец золотистый кончик косы Алексии.

– Не трогай ее, – предупредил Брайар, делая еще один небольшой шаг вперед.

Пусть девушка и выглядела слабой и безобидной, он знал, что никогда нельзя относиться к чужой внешности с беспечностью. Порой сильнее всего могли навредить те, кто не выглядел внушительно.

– Что тебе нужно? – задал он вопрос, понимая, что неизвестная дева вряд ли бы появилась перед ним просто так.

– Сразу к делу, да? – хмыкнула незнакомка. – Мне нравится такой подход, – добавила она. – Раз вы так настаиваете, ваше величество, то я не стану тянуть время и перейду к сути.

С этими словами Асфодея пренебрежительно откинула косу Алексии и встала.

Брайар немедленно воспользовался этим. Быстро добравшись до кровати, он замер, глядя на Асфодею враждебно.

– Ой, – она махнула рукой и фыркнула. – Да не волнуйтесь вы так. Больше я с ней ничего не сделаю.

– Больше? – сразу зацепился за главное Брайар. – Что это значит?

– Ах, это такая длинная история, а мне лень рассказывать все, – пропела она и картинно крутнулась вокруг себя, отчего ее волосы взметнулись волной, как и белоснежное платье, намекающее на то, что дева могла принадлежать какому-нибудь божественному культу. – Я просто скажу, что ее жизнь в моих руках. И если вы, ваше величество, не хотите, чтобы она умерла, вам стоит выполнить пару моих небольших просьб.

Брайар ненавидел, когда такое происходило, но он не мог позволить Алексии умереть. Он не знал, какую магию применила Асфодея, но понимал, что без ее вмешательства едва ли обошлось. Уж больно подозрительно и внезапно Алексия потеряла сознание.

– О каких просьбах ты говоришь? – спросил Брайар спокойно. Он должен был узнать как можно больше, чтобы после иметь представление, как действовать дальше.

– Ничего серьезного, уверяю вас. Первая – я хочу, чтобы вы женились на Камелии. Ах, да. Брак должен быть магическим.

Брайар нахмурился и недобро посмотрел на Асфодею. В мире была только одна женщина, которую он хотел взять в жены. И она носила совершенно другое имя.

– В чем дело, ваше величество? Вы ничего не скажете?

– Скажу, – ответил Брайар. – Вернее, спрошу. Кто такая Камелия?

– Вы шутите? – оторопев, спросила Асфодея.

– Зачем мне это делать? – ответил вопросом на вопрос Брайар. Вид у него при этом был такой, словно ничего более серьезного он в жизни не произносил.

– Я имела в виду Хабигер! – резко пояснила Асфодея. Она не верила, что дракон не знал, о ком шла речь, посчитав, что тот вздумал над ней издеваться. – Советую быть серьезней, – прищурившись, выдала она. – Если вы, конечно, не хотите, чтобы эта… – богиня кивнула в сторону лежащей без сознания на кровати девушки, – …девица не умерла.

Брайар сделал шаг в сторону Асфодеи. В этот момент внутри него горело лишь одно желание – он хотел свернуть тонкую шею незнакомке, посмевшей угрожать его любимой женщине.

– Я, в отличие от вас, не смею шутить, – предупредили его немедленно.

Брайар нехотя остановился.

– Очень хорошо, – пропела Асфодея, заметив, что ее угроза подействовала. – Продолжим?

– Что еще ты хочешь? – резко спросил Брайар, размышляя, что ему стоило сделать.

– Вашего первенца.

Услышав ответ, Брайар застыл. Его лицо мгновенно потемнело. У него не осталось сомнений, что девушка, стоящая перед ним, носила в своем сердце зло.

– Зачем тебе мой ребенок? – глухо спросил он, опустив голову.

– А это вас не должно волновать, – упрекнула его Асфодея. – Я хочу, чтобы вы передали его мне сразу после рожде…

Не успела она договорить, как ощутила, что ее горло сдавили.

Распахнув глаза, Асфодея столкнулась с ужасающим взглядом дракона. Его зрачок вытянулся, давая понять любому, как близко зверь подобрался к грани.

– Ты, – выдохнул Брайар. Из уголков его рта вверх заструился черный дым, – ищешь смерти?

Скривившись, Асфодея напрягла магические силы и ускользнула из хватки, намереваясь появиться за спиной дракона.

– Вы должны быть… – хотела она упрекнуть его, но в следующий миг ее опрокинули и прижали к полу. Когти дракона впились в ее плечи. – Ах, – выдохнула она и снова замерцала.

Появившись в самом отдаленном углу, Асфодея схватилась за окровавленную одежду и с недоумением посмотрела на дракона. Разве он не был влюблен в лежащую на кровати женщину? Почему угрозы расправы над ней не останавливали его? Неужели их приторная любовь была обманом?

– Как ты посмел? – прорычала Асфодея, ощущая, как богообразный облик стекает с нее, открывая дракону истинный вид. Но в этот момент ей было плевать. Она хотела возмездия!

Дракон неторопливо выпрямился и развернулся.

Его скорость пугала до дрожи, но то, как медленно он двигался сейчас, заставляло Асфодею ощущать слабость в коленях.

Лицо дракона изменилось. Часть его кожи покрылось чешуей. Его клыки отросли и нависли над нижней губой. Глаза засияли огнем. Казалось, еще мгновение, и человек исчезнет полностью, а на его месте появится древнее чудовище.

Магия, исходившая в этот момент от дракона, была удушающей и подавляющей. Асфодея от зависти заскрипела зубами.

– Я полагаю, ты отказываешься? – пытаясь скрыть дрожь в голосе, спросила она, вздергивая подбородок вверх. После этого Асфодея презрительно скривилась. – Кто бы мог подумать, что ваша любовь сильна лишь на словах, – усмехнулась она. – Впрочем, думаю, мне стоит дать вам время подумать. Встретимся позже, ваше величество.

После этого Асфодея хотела исчезнуть, но в последний момент она заметила бросок дракона. Тот переместился к ней так быстро, что его движение было практически незаметным. Сразу после этого Асфодея ощутила на руке крепкую хватку. Чужие когти прорвали ткань ее одежды и впились в плоть.

Она вскрикнула и вывалилась из теней. Следом за ней в междумирье проскользнул и дракон.

Не успела Асфодея сделать хоть что-то, как ее скрутили и прижали к твердой поверхности. Пошевелиться не было возможности. Чужая магия давила, едва позволяя дышать.

Асфодея была ошеломлена. Она не понимала, как все обернулось вот так. Еще недавно у нее имелся приличный план, который должен был привести ее к желанному. Так почему дракон не действовал так, как она хотела?!

– А теперь, – прозвучал над ней грозовой голос, – ты мне все расскажешь.

Асфодея задержала дыхание, чувствуя, как ее неудержимо трясло. Она не могла поверить, что кто-то вроде простого дракона застал ее врасплох!

Собравшись с силами, она попыталась освободиться, но хватка дракона стала только сильнее.

Асфодея начала терять самообладание. В прошлом именно она всегда занимала доминирующее положение, поэтому смена ролей вызывала в ней отторжение и желание убивать.

Она и раньше недолюбливала драконов, считая, что Демиурги подарили этим чешуйчатым тварям слишком много сил, а уж теперь, когда одно из этих чудовищ вздумало давить на нее, Асфодея и вовсе была полна ненависти.

– Лучше тебе отпустить меня, – Асфодея попыталась звучать угрожающе, но в следующий миг ее как следует тряхнули, при этом знатно приложив головой о твердую поверхность междумирья.

– Попробуем еще раз? – спокойно спросили у нее.

И Асфодея внезапно поняла, что раньше закрывала глаза и обманывала себя по поводу истинной силы драконов.

– С-с-с, – прошипела она, прикусывая раздвоенный язык. – Хорошо, – согласилась, сжимая кулаки. – Отпусти меня, и я все тебе расскажу, – предложила Асфодея, скрывая намерения.

«Давай, давай, давай», – мысленно подгоняла она его, надеясь, что дракон поведется на ее уловку.

Конечно, Асфодея не собиралась никому ничего рассказывать. Она хотела улизнуть, оставив дурака между мирами. Тот был драконом, а те, насколько она знала, не владели пространственной магией.

Ей было жаль терять одного из потомков Демиургов, но терпеть оскорбления Асфодея не собиралась. Будут еще шансы получить Божественную искру. Миров бесчисленное множество. Ей просто придется поискать еще немного.

– Просьба отклонена, – безразлично произнес над ней дракон.

Сразу после этого ее шею сдавили с такой силой, что Асфодея услышала, как хрустят позвонки. Она запаниковала. Воздуха не хватало. Перед глазами плыло.

– Я… – задыхаясь, выдавила, – расскажу.

Давление ослабло. Асфодея едва могла соображать, что происходит. Она внезапно поняла, что дракон действительно мог ее убить. Он ведь даже не знал, что не сможет сбежать из этого места!

– Если ты убьешь меня… – попыталась она пригрозить ему, но в следующее мгновение воздух снова был перекрыт.

Безумец! Он сошел с ума!

Раскрыв ладонь, Асфодея похлопала по поверхности, давая понять, что все осознала.

– Что ты хочешь знать? – спросила, сдаваясь. По крайней мере, пока.

– Как вернуть Алексию в сознание? – сразу спросил дракон.

Асфодея едва сдержала желание закатить глаза. Конечно, о чем еще мог спросить влюбленный дурак? Она думала, что он начнет ее расспрашивать о том, кто она такая и где они, но, казалось, того интересовала только одна женщина в мире, и это точно была не Асфодея.

По какой-то причине она ощутила зависть от такой преданности. Впрочем, эта эмоция довлела над ней всего мгновение. Следом к ней пришло вдохновение.

– Душа, живущая в теле Алексии, не до конца прижилась. Я ослабила и так тощую связь между ней и телом, – честно ответила Асфодея, злорадствуя.

Да, она не могла полностью стереть противную душонку, которая испортила все ее планы из нового мира, но это не означало, что Асфодея не имела никакого выхода.

Она думала, что дракон дрогнет, но нет, рука была по-прежнему тверда.

– Верни все, как было, – приказали ей.

Асфодея была удивлена.

– И тебя не волнует, почему связь между душой и телом была слаба? Нет? Совсем? Тогда я сама тебе скажу, – она фыркнула. – Твоя возлюбленная лгала тебе все это время! Она не та, кем ты ее считаешь! Она грязная захватчица, отнявшее тело у невинной девушки! Твоей Алексии не существует. Она давно мертва! Акхр, – Асфодея захрипела, чувствуя, как давление на нее усиливается.

Терпеть было невозможно. Она забилась, что есть силы. К счастью, вскоре дракон отступил. Асфодея не могла поверить. Никогда ранее она не была так близка к смерти.

– Чья душа внутри Алексии? – холодно спросил дракон.

Асфодея моргнула, избавляясь от кровавого тумана в глазах.

– Старухи какой-то, – просипела она. – Выловила ее в одном из миров. Помирала уже. Я успела вовремя.

– Почему именно эта душа? – задал он новый вопрос.

Асфодея сглотнула.

– Из-за лазейки в Законе Мироздания, – коротко ответила она, но небольшое сжатие дало понять, что ей следовало расширить ответ. – Связь! Между вами сохранилась связь! Именно поэтому я смогла протащить ее между мирами, выдергивая из естественного цикла перерождения!

Ее ответ явно заинтересовал дракона. Асфодея выдохнула и попыталась подавить дрожь. Не получилось.

– Что за связь?

Этот вопрос следовало ожидать. Лжебогиня хотела солгать, но давление сверху намекнуло, что ей следовало подумать дважды.

– Вы жили в одном мире раньше! – торопливо ответила она и заюлила: – Может быть, были родственниками.

Когда она нашла двух потомков Демиургов, то была вне себя от радости. Для достижения цели ей нужно было просто сделать так, чтобы дракон был привлечен к Хабигер, но у него не было слабостей.

Единственное, что он любил достаточно сильно – это выпечка. Асфодея задумалась, как этот факт мог ей помочь.

И тогда родился этот план. Он казался ей гениальным. До недавнего времени.

Она нашла душу, которая была связана с Вагерстремом в соседнем измерении и дождалась, когда та будет на грани, а затем выкрала. Лазейка в Законе позволила это.

Асфодее показалось забавным, что сводить пару будет кто-то, кто раньше и сам был возлюбленным этого чудовища. Она ощущала мстительное удовольствие от осознания, на что в действительности соглашалась жалкая душонка.

– Не лги мне, – рыкнул дракон.

Давление стало сильнее. Позвонки в шее захрустели. Асфодея выпучила глаза и заскребла по земле.

– Вы были влюбленными! – крикнула она сразу, как только ей дали возможность это сделать.

Дракон над ней замер, словно удивился этим словам. Асфодея хотела развернуться и впиться зубами в ненавистное существо.

– Что случилось с Алексией? – внезапно спросил он.

Асфодея была удивлена. С какой это стати его волновало что-то подобное?

– Умерла. Задохнулась, – честно ответила она.

– Когда это произошло? – последовал еще один вопрос.

О-о-о, так вот почему это его начало волновать. Асфодея оскалилась. Она хотела солгать, сказать, что вселение произошло совсем недавно. К сожалению, угроза жизни в виде одного чешуйчатого гада намекала на то, что это очень плохая идея.

– До вашей встречи, – пришлось ей ответить.

Она практически слышала вздох облегчения.

– Зачем ты притащила сюда… ее?

– Из-за… выпечки, – как только она произнесла это, ее знатно встряхнули, снова приложив об пол. – Я говорю правду! – крикнула Асфодея. – Мне надо было, чтобы ты обратил внимание на Камелию. Ты любишь выпечку. Она должна была просто устроиться к Хабигер и печь булки!

Асфодея тяжело дышала. По какой-то причине она ощутила надвигающуюся бурю. Ненависть клубилась в ее сердце, поглощая и толкая на безумные поступки. Хотелось отомстить.

– Она знала о твоем плане? – спросили ее, и Асфодея едва не просияла. Вот оно! Она поняла, как сделать так, чтобы дракона скрутило от боли.

– Да! – выкрикнула она немедленно. И ее слова не были ложью. – Она знала и помогала мне, – тоже правда. Дракон ощущал это и не мог ее наказать. – Она знала, что должен был родиться ребенок, – тоже не ложь, ведь душонка знала, что Асфодея хотела, чтобы у пары родился «Спаситель».

Конечно, дракон все понял «правильно». Он замер, будто его поразили ее слова. Асфодея едва смогла скрыть свое ликование.

– Как ее зовут? Эту душу, – вопрос был задан тихо. Асфодея ощутила, как хватка на ее шее ослабла. Еще немного, и у нее получится вырваться. Тогда она отомстит. Всем!

– Какая разница? – фыркнула пренебрежительно. – Ты должен был уже понять, что она гнилая. Ах! – крикнула она, когда на ее оскорбление немедленно отреагировали сильным сжатием. – Ал… Алевтина или как-то так! – дракон над ней сильно дернулся и сжал пальцы так, что сильней некуда. Асфодея распахнула глаза, понимая, что… – Ахр…

Послышался хруст.

Асфодея дернулась.

Было тихо. Безмолвно. Время будто замерло. Застыло.

А затем неподвижное тело медленно распалось черными грязными клочьями, которые вскоре превратились в темную энергию и рассеялись между мирами.

Теперь в сплошной темноте остался только дракон.

Он стоял на коленях, ошеломленно глядя перед собой.

В какой-то момент он вскрикнул, а затем повалился на бок и схватился за раскалывающуюся от боли голову.

Брайар стоял в какой-то незнакомой комнате. Вокруг толпились люди. На многочисленных полках можно было увидеть различные изделия из глины.

«Выставка», – пронеслось у него в голове.

Брайар не помнил, что это такое и где это. Позади его кто-то позвал. Имя было незнакомым, но Брайар был уверен, что звали его.

Повернулся он как-то неловко, потому как умудрился задеть рукой одну из фигурок. Она закачалась. Брайар попытался поймать ее, но бесполезно – изделие грохнулось на пол и разлетелось на куски.

Брайар не мог управлять в этом сне своим телом. Все, на что он был способен – это наблюдение.

– К удаче! – услышал он рядом мягкий голос.

Брайар, вернее тот, в чьем теле он сейчас находился, вскинулся.

Его сердце на мгновение остановилось. Алексия… Нет, Алевтина…

Голову снова заломило. Он одновременно знал эту девушку и не знал ее. Она носила и одно имя, и другое.

– Летать будете! – добавила она внезапно и ярко улыбнулась.

Глядя на улыбающееся лицо, Брайар ощутил, как все внутри него сжимается.

– Почему? – спросили его губы без его на то желания.

– Вон как руками машете, – весело ответила девушка и рассмеялась чистым и звонким смехом.

Его взгляд невольно прошелся по пышному телу. Брайар сглотнул.

– Тут недалеко кафе…

– Эй! – крикнул кто-то позади. Брайар резко развернулся. К ним приближался сурового вида мужчина в незнакомой/знакомой одежде. Его взгляд был прикован к разбитой статуэтке.

– Ой, – послышалось восклицание от девушки рядом. – Сейчас нам влетит…

На этом моменте странное видение начало затягиваться туманом. Но на место него пришло новое.

Он стоял в большом зале, глядя на закрытую дверь. На стульях сидели многочисленные люди, которых он… знал. Это было странно.

Потом заиграла величественная музыка. Дверь распахнулась. Внутрь в белом великолепном платье вошла уже знакомая девушка. Судя по ее лицу, она сильно нервничала, но взгляд голубых глаз был решительным, а на губах играла дрожащая улыбка.

«Люблю, моя, люблю, да, да!» – проносилось в голове Брайара.

Когда она подошла ближе, то ему показалось, что остального мира просто не существовало.

– Жених? – спросили у него.

– Да!

– Невеста?

– Да! – откликнулась она, не отрывая от него взгляда.

– Можете поздравить друг друга.

Ее лицо приблизилось, но видение снова затянулось туманом.

В этот раз он оказался в каком-то светлом здании. Все выглядело стерильно и безлико.

«Больница», – вспомнил внезапно Брайар.

В этот момент он ходил по длинному коридору. Лампочка – какое странное слово! – мерцала. Была ночь, но он не мог спать. Его практически тошнило от волнения. Сколько уже прошло? Восемь, девять часов? Почему так долго?

В этот момент двери открылись. Брайар вскинул голову.

– Девочка, – произнес врач, – еще одно незнакомое/знакомое слово. – И мама, и ребенок в порядке. Поздравляю.

Брайар, ощутив облегчение, шагнул вперед и провалился сквозь дымчатую тьму.

Картинки мелькали перед ним одна за другой. Дни, недели, месяцы, года. И всегда в них была она – его любимая. Стояла рядом, утешала, поддерживала, ругала, если это требовалось, но неизменно любила, как и он ее.

С каждым годом она менялась. Ее волосы со временем стали белее, на лице появились морщины, тело потеряло девичью упругость. Но, несмотря на все это, он любил ее все больше и больше.

Радости, трудности – они преодолели все. Всегда были вместе.

А потом…

А потом его не стало. Он вспомнил, как грустно ему было оставлять свою любимую одну, но Брайар ничего поделать не мог.

Он вспомнил, как перед самым концом она ему кое-что сказала.

– Мы встретимся, – в ее голосе прозвучала уверенность. – Не беспокойся так. Мы увидимся снова. Когда-нибудь обязательно.

Черная мгла заволокла его сознание. Ему показалось, что он нырнул в воду с головой. Дышать было сложно. Все, чего Брайар хотел в это мгновение, это быть с ней рядом. Она была всем для него.

Тело снова будто рухнуло с высоты. Брайар вскинул руки.

«Летать будете. Вон как руками машете», – почти услышал он веселые слова возлюбленной.

Да, верно. Он стал драконом. Он мог летать. Она, как всегда, была права.

С этой мыслью Брайар резко дернулся и развернул крылья. Взмах и… он рухнул на деревянный пол, больно ударившись руками и коленями.

Стоя на четвереньках, Брайар тяжело дышал, пытаясь все уложить в голове, но единственное, о чем он мог думать, это…

Вскочив, он лихорадочно огляделся.

«Номер в таверне», – пришло осознание.

Его взгляд мгновенно остановился на лежащей на кровати девушке.

Сердце защимило.

Кинувшись вперед, Брайар упал перед ней на колени и протянул к знакомому лицу дрожащую руку.

– Аля, – позвал он, мягко поглаживая пальцами бледную щеку. – Алечка моя, – повторил он. – Проснись.

Она не отвечала. Сколько бы Брайар ни звал свою любовь по имени, губы лежащей на кровати Алевтины были сомкнуты. Это заставляло его сердце разрываться на части.

Это была его вина. Он должен был понять раньше, отреагировать быстрее, сделать все лучше.

Уткнувшись лбом в мягкую руку, Брайар закрыл глаза, заставляя себя успокоиться.

Что там эта демоница сказала? Она ослабила связь между душой и телом? Значит, он должен найти способ усилить ее, иначе жизнь для него будет завершена.

Решив все для себя, Брайар поднялся на ноги и посмотрел на Алевтину. Лицо немного отличалось – оно было круглее, губы изгибались чуть по-иному, пропала его любимая родинка около правого уха, – но в целом Алексия была копией его жены. Это немного обескураживало.

Брайар пока не знал, что делать со всем тем, что свалилось на него, но не собирался упускать возможность прожить еще одну жизнь вместе со своей женщиной. Это был настоящий подарок.

И пусть он был зол на демоницу, в одном он был ей благодарен – каким-то непостижимым образом ей удалось выбрать самую подходящую душу из миллиардов других.

Брайар подозревал, что, как бы демоница ни кичилась своим умом и смекалкой, без более высших сущностей в ее выборе не обошлось. Тем самым Демиургам явно удалось каким-то образом подсунуть самодовольной девице душу, которую выбрали именно они.

Наклонившись, Брайар еще раз погладил жену по щеке, а затем направился к выходу. Открыв дверь, он резко крикнул:

– Позвать лекаря!

На его зов первым делом откликнулся стоящий неподалеку Ронан. Услышав произнесенные слова, мужчина встревоженно прошел мимо Брайара, а потом кинулся к кровати.

– Что с моей дочерью? – спросил он с тревогой.

Брайар взглянул на мужчину с тяжелым сердцем. В будущем им с женой нужно будет рассказать этому человеку правду. Тот должен иметь возможность оплакать свою ушедшую дочь.

– Потеряла сознание.

– Что значит, потеряла сознание? Вы что-то с ней сделали? – спросил резко Ронан, хватая Алевтину за руку.

– Нет, – ответил Брайар.

Не успел он сказать что-то еще, как в номер пришел вызванный лекарь. Судя по его виду, тот даже толком одеться не успел.

– Доброго…

– К делу, – прервал Брайар готовые вылиться из человека любезности. Сейчас ему были безразличны любые словоизлияния.

Лекарь смутился от того, что его так резко прервали, но быстро сориентировался. Кинув последний взгляд на короля, он торопливо приблизился к кровати и принялся проверять пациентку.

– Ну что? – спросил Брайар нетерпеливо, когда заметил, что действия лекаря начали выглядеть слегка рассеянными.

Лекарь озадаченно хмыкнул.

– Она просто спит, – ответил он так, словно не утверждал, а спрашивал.

– Спит? – в голосе Ронана было слышно недоумение. – Если это так, то почему она еще не проснулась? Алексия, проснись! – потребовал он громко. Результата, конечно, не было.

– Сон очень глубокий, – пояснил лекарь. – В таких случаях, если не помогают обычные процедуры для пробуждения, можно попробовать более смелые.

– Какие, например? – спросил Брайар.

– Можно вылить на спящего холодную воду или попробовать похлопать его по лицу. Вот так, – он попытался показать, что имел в виду, но его руку перехватили.

Лекарь моргнул и посмотрел наверх. Над ним стоял король. И взгляд у него при этом был такой, будто собирался кого-то убить.

Мужчина побледнел, ощущая, как сдавливаются его кости.

– В-ваше величество?! – ошеломленно вскрикнул он.

– Свободен, – глухо отдал приказ Брайар и оттолкнул лекаря от Алевтины.

Его толчок был настолько силен, что мужчина свалился со табуретки, на которой сидел. Возмущаться он, конечно, не стал. Просто встал и торопливо покинул комнату, обливаясь при этом потом. Ему казалось, что взгляд дракона до сих пор пронзал его душу, обещая смерть.

– Приведите другого, – приказал Брайар и сел около кровати Алевтины.

К вечеру в номере побывало не меньше десятка различных лекарей. Приходили даже священники.

Одни говорили, что девушка просто спит, другие уверяли, что ее душа похищена гнусными сущностями и пути исцеления нет, третьи прописывали какие-то отвары, припарки, кровопускание и прочие процедуры.

Ночью Брайар выгнал всех из номера, а сам лег рядом с Алевтиной. Он не спал. Лежал и смотрел на умиротворенное лицо жены.

Она была прекрасна.

Он помнил прожитые вместе годы. Бури, которые им пришлось встретить плечом к плечу, и солнечные дни, наполненные счастьем.

Брайар хотел снова услышать ее смех, ощутить на себе наполненный любовью взгляд, услышать, как она зовет его по имени: новому или старому – неважно. Закружить ее в танце, поцеловать, попробовать ее выпечку – все это и еще миллион маленьких или больших вещей, которые он любил всей душой.

Когда на горизонте забрезжил рассвет, Брайар решил, что никогда не сдастся. Ему подарили такой шанс, он обязан был сделать все, чтобы не упустить его!

Утром, когда состояние Алевтины не изменилось, Брайар подавил разочарование в сердце и встал с кровати.

Когда он вышел, то сразу приказал собираться. Они выезжали.

– Мы направимся в Эштаун? – спросил его перед самым выездом Ронан. За ночь мужчина словно постарел. Под его глазами залегли темные тени, лицо осунулось и посерело.

– Нет, – ответил ему Брайар. – Мы направляемся в Забытые топи.

После этих слов он забрался в карету прямо с Алевтиной на руках, а затем сел на сидение и прижал к себе жену, не собираясь ни на мгновение выпускать ее из рук.

Хватит. Однажды он уже совершил эту глупость. Больше на такое он не пойдет!

В каждом городе, в котором они останавливались, Брайар призывал к ним лекарей и тех, кто хоть что-то понимал в медицине, но никто из них не мог назначить эффективного лечения.

Не помогали ни настои, ни сборы, ни ритуалы, ни какие-либо процедуры. Он призвал даже магов, но и те лишь разводили руками и заверяли, что дева просто спит.

Вот только ни один сон не мог длиться так долго!

Каждую ночь Брайар спал рядом с Алевтиной, бережно держа ее в своих объятиях. Впрочем, делал он это не только ночью, но и днем.

Ронан был против. В первое время он пытался бороться с Брайаром, настаивая, что нельзя мужчине и женщине, не связанными брачными узами, находиться в столь интимной обстановке. Мужчина даже попытался надавить, уверяя, что таким поведением Брайар испортит его дочери репутацию.

На все подобные слова Брайар отвечал лишь то, что они с Алей уже женаты.

Когда он произнес эти слова в первый раз, то все вокруг разинули рты. Было видно, что никто не понимал, когда они успели.

Брайар не собирался объяснять им, что их с Алей свадьба была проведена еще в прошлой жизни и совсем другом мире. В конце концов, это такие мелочи. О них даже не стоило упоминать.

Ронан был в ярости, но поделать с Брайаром все равно ничего не мог. Тот лишь смотрел безучастно на бушующего мужчину и делал по-своему.

Не желая, чтобы тело Алевтины ослабло, Брайар собственноручно кормил ее жидкой и мягкой пищей. Купать Алю дозволялось лишь Клариссе – жене его дворецкого.

Брайар видел, как все слуги странно смотрели в его сторону, но ему было плевать. Он слышал их недоуменные шепотки и различные слухи. Никто не понимал, когда их король успел жениться. Да ни на ком-нибудь, а на простой служанке!

Брайар не помнил, который день они были в дороге. Дни и часы сплелись для него в один сплошной черно-серый поток.

В очередной из таких дней карета остановилась. В дверь тихо постучали.

– Что?

– Дальше дороги нет, ваше величество, – доложил ему один из стражей.

Стало понятно, что они прибыли к границе топей.

Прежде чем выйти, Брайар закутал Алевтину в несколько слоев одеял. Только после этого он толкнул ногой дверь и спустился. Стражник и слуги смотрели на него со всех сторон, ожидая его приказа.

– Куда вы нас ведете, ваше величество? – осмелился спросить Ронан.

– Дальше я сам, – произнес Брайар. Все вокруг замерли, не понимая, что он имел в виду.

– Сами? – Ронан нахмурился. – Вы пойдете пешком? Одумайтесь. Это топи! Вы погибнете сами и дочь мою убьете! Что вы с ней сделали? К чему столько одеял?

После этих слов Брайар посмотрел на мужчину резким взглядом. Ронан замолчал.

– Не беспокойся. Я не пойду пешком. Следуй за мной.

Отойдя от каравана чуть дальше, Брайар бережно уложил Алевтину на протянутые руки Ронана. Потом отошел на некоторое расстояние и, разбежавшись, в прыжке обернулся.

– Ах! – слуги ахнули и отшатнулись, когда над ними пролетел усеянный опасными шипами черный дракон.

Сделав круг, Брайар медленно приземлился. Его взгляд был прикован к укутанной фигуре в руках Ронана.

Протянув лапу, он перевернул ее. Ронан, при виде когтей размером с его руку, отшатнулся. Было видно, что мужчина испуган, но, несмотря ни на что, он продолжал стоять, прижимая Алевтину к себе.

Брайар с нетерпением приблизил лапу ближе. Все его тело в этот момент зудело. Ему казалось, что шкура стягивает его, душит. Кажется, он очень вовремя купил топи.

С большой неохотой Ронан все-таки положил Алевтину ему на лапу.

– Куда вы понесете ее?! Когда вы вернетесь?! – крикнул он.

Брайар не собирался отвечать на вопросы. Он с осторожностью сжал когти, заключая Алевтину в безопасную клетку.

– Ждите, – прорычал он, ощущая, как горит гортань, а затем подпрыгнул на мощных задних лапах и одним махом взлетел, направляясь в сторону центра болот.

Он купил топи совсем не из-за мха. Конечно, тот был весьма полезен, но ценность болот для Брайра была вовсе не в этом.

С каждым взмахом он ощущал, как его шкура лопается и рвется. Ему не следовало летать сейчас. Он думал, что у него будет больше времени, но нет. Впрочем, Брайар не собирался отступать.

Приблизившись к центру, Брайар спикировал вниз. Ему хотелось просто рухнуть на нужный холм, но вместо этого он аккуратно приземлился и разжал когти, укладывая Алевтину на мягкий мох. Тот самый, ради которого он якобы купил эти болота.

Темно-зеленое покрывало окутывало все вокруг, включая сам холм, редкие деревья, растущие исключительно в болотистой местности и кустарники. Но сейчас Брайара волновало вовсе не это полезное растение.

Обернувшись обратно в свою человеческую форму, он упал на колени рядом с закутанной в одеяло Алевтиной. Его дыхание было тяжелым, а зрение плыло по краям, но он все равно торопливо проверил Алю. Та дышала спокойно, но по-прежнему спала. На ее теле не было видно никаких повреждений.

Брайар выдохнул и стиснул зубы, ощущая, как его кожа горит. Ему пришлось ждать, когда острая боль пройдет, только после этого Брайар осмотрел себя. Во многих местах кожа просто полопалась и кровоточила. Выглядело так, словно его атаковали с помощью тонких лезвий.

Он поморщился. Ему явно не стоило делать оборот и тем более летать, но другого выбора не было. Он не мог передвигаться по такому опасному месту на ногах.

Встряхнувшись, Брайар встал и огляделся.

Болото было тихим.

Ощущая присутствие высшего хищника, все животные, птицы и даже насекомые замолчали. Лишь слабый ветер едва уловимо покачивал траву в воде у подножия холма.

Убедившись, что никакой опасности рядом нет, Брайар вытащил из-за пазухи свернутый лист бумаги и развернул его, принимаясь всматриваться в нарисованную собственноручно карту.

Когда-то драконов было несоизмеримо больше. Неудивительно, что между ними возникла борьба за власть и ресурсы. В какой-то момент противостояние достигло критического уровня и вылилось в трагедию.

Врата в священное место драконов были разрушены.

За это поплатился не только клан, переступивший эту черту, но и почти все драконы. Сейчас от некогда могущественного вида остались крохи. И те стремительно сокращались. В этой части мира Вагерстрем – единственный живой взрослый дракон.

Многие века для драконов не было надежды. Казалось, врата к священному месту никогда более не откроются. А это означало, что драконы могли лишь слабеть.

Лишенные возможности безболезненно переходить с одного уровня силы на другой, они в большинстве своем умирали молодыми.

Вагерстрем продержался так долго исключительно из-за своего упрямства. По какой-то причине каждый раз, когда приходил срок, он, истекая кровью, цеплялся за жизнь из последних сил.

Несмотря на свое упрямство, он не думал, что проживет долго, пока однажды не нашел дневник одного из своих предков. В нем было написано, что есть вероятность существования еще одного входа в священное место. Предок пытался выяснить, где это место, но умер раньше, чем смог это сделать.

Брайар поначалу отнесся к подобному предположению со скепсисом, но все равно начал искать сведения.

Слухи, легенды, мифы – он не гнушался ничем. Его поиски сужались все больше и больше, пока не сконцентрировались на этом самом болоте.

Благодаря старателям, которые добывали целебный мох, он смог составить карту, отметив наиболее вероятное место, где нужно искать.

Он собирался прибыть сюда чуть позже, когда наступит срок, но состояние Алевтины все изменило. Брайар верил, что если ей что-то и может помочь, то это духовное море священного места.

Теперь осталось только найти туда вход.

Осмотрев карту, Брайар отметил мысленно самые вероятные места, а затем сел и закрыл глаза. Ему нужно было сосредоточиться.

Его внутренний дракон обладал большим объемом магии, поэтому вполне мог уловить даже малейшее магическое колебание.

Восток? Нет, пусто. Юг? Тоже пусто. Запад? Тоже нет. Тогда Север?

Брайар нахмурился, пытаясь уловить любые духовные изменения. Его разум двигался в полной темноте, в которой, казалось, не было ничего. До тех пор, пока Брайар не осознал, что колебания действительно есть.

Когда он это понял, то сразу распахнул глаза и вскочил на ноги, не обращая внимания на вновь открывшиеся раны и боль.

Резко развернувшись, он ошеломленно уставился на заросшую мхом и различными растениями арку, которая почти полностью ушла под воду. Из-за кустов ее практически не было видно.

Не веря до конца в свою удачу, Брайар сбежал с холма и, ориентируясь на кочки, добрался до арки. Стоило ему положить на нее руку, как он осознал, что это именно то, что он так долго искал.

Окинув ее взглядом, Брайар понял, что вода перед ней полностью прозрачная, если, конечно, не считать плавающей сверху ряски. Наклонившись, он убрал рукой растения и взглянул вниз.

Вода была настолько чистой, что он мог видеть постамент, на котором стояла арка.

Брайар вздохнул, выпрямился, а затем вернулся к Алевтине. Сняв с нее одеяла, он взял любимую на руки и направился назад.

Вернувшись к арке, он, недолго думая, прыгнул в воду, сразу погружаясь в нее с головой.

Он боялся, что, не имея возможности контролировать дыхание, Аля задохнется, но его тревога была напрасной, так как почти сразу после погружения Брайар ощутил притяжение. Его вместе с ценной ношей резко втянуло в арку.

Следом за этим пришло чувство падения. Брайар сгруппировался так, чтобы защитить Алевтину при падении.

Он рухнул на спину, выдохнув из-за удара спиной обо что-то твердое. Не желая оставаться в уязвимом положении в незнакомой обстановке, Брайар торопливо поднялся, притягивая к себе Алю ближе.

Сначала он убедился, что рядом нет никакой опасности, потом с чувством срочности проверил Алю. Та дышала. Казалось, мимолетное погружение в воду совершенно ей не навредило.

Брайар выдохнул и принялся осматриваться уже более внимательно.

Почти сразу у него перехватило дыхание. Не было сомнений, что он попал туда, куда так сильно стремились все его сородичи последние тысячелетия.

Драконья колыбель, Купель возрождения, Воды вознесения – это место называли по-разному в текстах.

Брайар стоял на краю громадной пещеры, потолок которой терялся где-то в темноте. Сверху свисали золотистые сияющие нити, на

которых можно было увидеть драгоценные капельки, то ли воды, то ли какого-то нектара.

Но не они привлекали к себе внимание, а большое золотое сияющее дерево в центре громадного кристально-чистого озера. На ветвях исполина можно было увидеть прозрачные и хрупкие листья. Они то и дело опадали и, коснувшись воды, растворялись в ней.

На поверхности озера покачивались белые цветы, а по краям густо росла изумрудно-зеленая озерная трава.

В пещере было тихо. До такой степени, что можно было услышать, как падающие листья касаются воды.

Несмотря на всю красоту этого места, больше всего Брайара впечатлил уровень магического напряжения. Казалось, что воздух вибрирует от количества энергия. Он буквально хрустел, как снег под ногами в морозный день.

Брайар содрогнулся от нетерпения, но, прежде чем позаботиться о себе, он обратил внимание на Алю в свои руках.

Положив ее на мягкую траву, он осторожно развернул одеяло, а затем снял всю одежду. После разделся сам и подхватил жену на руки.

Добравшись до озера в два шага, Брайар вздохнул, успокаивая нервы и шагнул в воду. Почти сразу он ощутил, как громадная сила окутывает его, залечивая любые повреждения и раны.

Подобное ощущение вызывало сильный, но мимолетный зуб, который практически сразу исчез.

Отыскав удобное место, Брайар сел на камень, погружаясь в воду по груди. Алю он усадил к себе на колени и принялся ждать.

По его мнению, только Воды дремлющий богов (еще одно известное название) могли излечить разорванную связь между телом и душой.

Брайар не знал, сколько он так просидел. Он не ощущал дискомфорта. Магия этого места мгновенно снимала усталость.

Первые несколько часов он неотрывно наблюдал за Алевтиной, затем обратил внимание на дерево. Исполина называли Древом Жизни.

Драконы считали его Сердцем Мира. В исторических книгах говориться, что корни его уходят вглубь земли до самого центра мира, а ветви тянутся к небу, впитывая в себя энергию звезд.

Древо было первым, что родилось из хаоса, а уже после из его магии возник мир вокруг.

Листья слетали бесконечно. Опадая, они не исчезали, а превращались в энергию, из которой и состояло озеро. По сути, то, в чем сейчас лежал Брайар и Алевтина, было вовсе не водой, а концентрированной энергией. И она носила созидательные, исцеляющие свойства.

В древних текстах пишется, что падения листьев символизирует цикл жизни. Для того, чтобы получилось что-то новое, нужно избавиться от старого.

В отличие от своих далеких предков, Брайар мыслил другими категориями.

Для него дерево было неким преобразователем. Скорее всего, оно действительно было связано своими корнями с каким-то генератором энергии в глубине планеты.

Этой энергии было столь много, что дереву приходилось постоянно от нее избавляться. И с этой задачей оно справлялось посредством сбрасывания наполненных силой листьев.

В любом случае, Брайара мало волновал сам процесс, его интересовал результат.

Дело в том, что драконы этого мира были чем-то похожи на змей. Им, как и пресмыкающимся чешуйчатым требовалось время от времени переживать линьку, которая проходила весьма болезненно.

Без целительной энергии озера, линьку выдерживали единицы. И чем взрослее становился дракон, тем более сурово проходила смена покровов.

Конечно, после разрушения прохода в это царство, ящеры пытались хоть как-то облегчить трансформацию, но с каждым годом погибало все больше и больше драконов.

Задумавшись, Брайар едва не пропустил момент, когда его жена вздохнула чуть глубже, а потом открыла глаза.

После того как Алевтина открыла глаза, первое, что она увидела, это лицо, которое внезапно показалось ей безумно знакомым.

– Виталя? – спросила она недоверчиво.

Это сон?

Она моргнула, и видение изменилось. В тот же момент в голову вернулись воспоминания о недавно прожитом времени. Как только это произошло, Аля поняла, что спутала короля Эштауна со своим мужем.

– Простите, ваше величество, – пробормотала она, не зная толком, как реагировать на то, что человек рядом оказался не тем, кем она его посчитала. С одной стороны, она безумно скучала по мужу, с другой – в последнее время ее любовь к дракону становилась все сильнее.

Эти чувства раздирали ее на части.

Стиснув зубы, Алевтина выбросила из головы лишнее. В конце концов, она была взрослым человеком и вполне могла справиться с неуместными эмоциями.

Она хотела осмотреться, чтобы понять, в каком положении они находились и где вообще были, но ее сразу втянули в безумный поцелуй, от которого у нее моментально закружилась голова.

Подумав, что с ситуацией разобраться можно и потом, Аля отдалась поцелую, отгоняя от сердца затаенную горечь потери, которая снова всколыхнулась при мысли об ушедшем муже. Прошлое не вернуть. Ей следовало смириться. Она могла лишь двигаться дальше.

Когда поцелуй был завершен, Алевтина могла только тяжело дышать, чувствуя, как все ее конечности ослабли.

– Ты действительно помнишь? – внезапно спросили у нее.

Аля моргнула, не понимая, что имелось в виду.

– Что именно?

– Обо мне? – уточнил дракон. – О нас? – добавил он.

Алевтина нахмурилась. Она не поняла, почему король внезапно усомнился в ее воспоминаниях.

Желая найти ответ на этот вопрос, она огляделась. Только после этого Алевтина поняла одну весьма интересную мелочь – как оказалось, они оба были обнажены и в этот самый момент лежали в воде.

Это вызвало у нее недоумение. Что происходит?

Ее взгляд хаотично окинул окрестности, почти сразу останавливаясь на невероятно красивом дереве, с которого в этот самый момент медленно слетали полупрозрачные листья, после таявшие в воде, будто сахарная вата.

– Что это за место? – прошептала Аля, изумленно прослеживая взглядом свисающие откуда-то сверху нити с сияющими капельками. Выглядело изумительно красиво.

Алевтина попыталась увидеть потолок, но безуспешно. Вверху была только тьма, отчего создавалось впечатление, будто нити свисали прямо с неба.

Кроме этого, вокруг них плавали белые кувшинки, с нежнейшими лепестками, которые так и хотелось потрогать. Протянув руку, Аля исполнила свое сиюминутное желание, но, как только ее рука коснулась рядом плавающего цветка, весь цветок превратился в золотистые искры. Они сразу поднялись наверх и вскоре рассеялись.

Алевтина лишь удивленно моргнула.

– Красиво, – пробормотала она и посмотрела на молчавшего дракона. Аля озадачилась. Почему он молчал? Ах да, он что-то у нее спросил. Она задумалась, вспоминая, а потом ответила: – Конечно, я помню, ваше величество.

Дракон выглядел так, будто ее ответ был не тем, о чем именно он спрашивал.

– Я имел в виду нашу жизнь на Земле, – внезапно произнес он.

Этими словами Алевтина была поражена гораздо сильнее, чем недавними магическими спецэффектами. Ее руки затряслись.

– Что вы… – просипела она, боясь даже думать о том, что могли означать слова дракона.

– Алечка, – ласково, так, как делал это только ее любимый муж, позвал дракон, а потом добавил: – Это я.

Алевтина задержала дыхание.

Да нет, такого не бывает.

Не бывает ведь, не так ли?

– Ви… – Алевтина попыталась за что-нибудь ухватиться, но, так как на них не было никакой одежды, она могла только скользить пальцами по влажной коже. Имя мужа застряло у нее в горле, не давая ей сказать.

В голове все перемешалось.

Что происходит? Как такое возможно и возможно ли?

Дракон подхватил одну из ее тревожных рук и, приподняв, поцеловал дрожащие пальцы, не отрывая при этом взгляд от Алевтины.

– Мы познакомились на выставке керамики. Я разбил какую-то статуэтку, а ты сказала…

– Что ты летать будешь, – закончила за него Алевтина.

На ее глазах закипели слезы. Ее затрясло. Она не могла поверить, что это правда.

– Да, – ласково подтвердил ее слова дракон. – Я спросил почему.

– А я ответила… – она не смогла закончить фразу, так как ее тело содрогнулось от рыдания.

– Вон как руками машете, – договорил за нее он.

– Виталя, – прошептала Алевтина и всхлипнула, а затем кинулась ему на шею и с силой обняла. – Боже мой, боже мой! Виталя! Это ты. Боже мой. Как так? Господи, я…

Дракон обнял ее крепче, притягивая к себе с необычайной нежностью и потребностью. Он сам с трудом верил, что происходящее правда. И пусть он уже несколько свыкся к двойному набору воспоминаний, в душе у него все еще было смятение.

Впрочем, подобные мелочи его мало волновали. Главное, что его любимая женщина была рядом. Остальное – пыль.

Следующие минут десять Аля безудержно рыдала, выплакивая всю свою тоску и одиночество, в котором она никогда и никому не признавалась. Дети, внуки, конечно, всегда радовали ее, но, несмотря на всю любовь, что они ей дарили, она каждый день на протяжении всех последних лет безумно тосковала по своему мужу.

Наплакавшись, она только и могла, что дышать и тихо шмыгать носом. Все это время дракон ничего не говорил, лишь поглаживал ее по голове, прижимая к себе.

В конце концов, Алевтина решила, что пролила достаточно слез и пора все выяснить.

Подняв голову с плеча дракона, она посмотрела на него. В ее душе царила одновременно и радость, и смятение.

– Ты… когда ты попал в это тело? – спросила она, внезапно вспомнив, что некоторое время назад начала испытывать чувства к дракону. В кого она влюбилась? В постороннего человека или в своего собственного мужа?

Только подумав об этом, Алевтина вспомнила их первую встречу.

– Когда мы встретились в этом мире, это ведь был уже ты, не так ли? – все-таки поинтересовалась она, хотя и была почти уверена в положительном ответе.

– Да, – дракон кивнул. – Но в тот момент у меня не было воспоминаний о нас.

Аля фыркнула.

– Ты забыл обо мне, но не забыл о своей любви к булкам, – выдала она осуждающе.

Взгляд дракона мгновенно стал молящим и виноватым. Алевтина некоторое время притворно обижалась, а потом не выдержала и рассмеялась.

Брайар некоторое время наблюдал за ней, а затем, не выдержав, притянул к себе и поцеловал. Алевтина не сопротивлялась. В какой-то момент она изменила позу, усевшись верхом на своем муже.

Постепенно их объятия становились все жарче. Вскоре послышались тихие стоны и всплески воды. С каждым движением вниз Алевтина шептала что-то о том, как она любит, а дракон, придерживая пышные бедра, сцеловывал с любимых губ признания и отвечал взаимностью.

Через некоторое время все затихло. Алевтина еще с пару минут отдыхала на драконе, а затем сползла с него на подрагивающих ногах и села рядом.

Она вспомнила о том, что еще совсем недавно ее миссией была свадьба между, как оказалось, ее мужем и одной местной аристократкой. От мысли, что затея могла удастся, Аля стиснула зубы.

В этот момент Алевтине очень сильно хотелось задать Асфодее пару вопросов. Но богиню она давно не видела.

– Нам надо кое-что обсудить, – произнесла Аля.

Брайар рядом напрягся. Он помнил эти нотки. Кажется, его жена чем-то недовольна. Быстро перебрав последние воспоминания, дракон осторожно спросил:

– Что именно?

– Будущий апокалипсис, – серьезно произнесла Аля.

Дракон моргнул. На его лице можно было увидеть удивление.

– Апокалипсис? – переспросил он.

Алевтина кивнула.

– Мне сказали, что в будущем в этом мире случится какая-то глобальная катастрофа. Какая – неизвестно, но все живое вымрет.

Брайар стал серьезней. Он только заполучил свою женщину обратно, ему совершенно не хотелось терять ее из-за какой-то ерунды вроде большого бедствия.

– Откуда ты узнала? – спросил он и сел ровнее. Наверное, стоило вылезти из воды и одеться, но это было последним, о чем думал дракон.

– Об этом мне рассказала некая богиня. Правда, я сомневаюсь, что она таковой является.

– Когда?

– После моей смерти в прошлом мире. Это она отправила меня сюда, попросив выполнить кое-какую задачу, – ответила честно Алевтина.

Дракон прищурился. Что-то ему подсказывало, что он знал, о ком шла речь. Брайар попытался вспомнить имя существа, которое не так давно вздумало его шантажировать. К сожалению, у него всегда было плохо с запоминанием имен. Кроме того, в этом мире они всегда были слишком мудреные. Так что это даже не его вина.

– И что за задача? – спросил он, уже зная ответ.

Алевтина прищурилась и посмотрела на мужа с осуждением.

– Она хотела, чтобы я свела тебя с Хабигер.

Вспомнив жеманную девицу, от запаха духов которой у него всегда болела голова, Брайар поежился. Ни в одном из миров такая женщина не могла стать его спутницей. Одним из его талантов было за версту видеть тех, кому от него что-то надо. И Хабигер буквально источала желание стать королевой.

– С помощью выпечки, верно?

Аля озадаченно на него посмотрела.

– Откуда ты знаешь? – поинтересовалась она с подозрением.

– Кажется, эта твоя богиня немного… мертва, – вместо ответа произнес Брайар. У него не было сомнений, что существо, встреченное им не так давно, не было никакой богиней. В ней определенно таилось большое зло.

Аля замерла. Она не ожидала услышать от мужа такие новости. Обдумав его слова, Алевтина нахмурилась.

– Я что-то пропустила, не так ли?

– Не так много, – успокоил ее Брайар. – Эта женщина усыпила тебя и явилась ко мне, пытаясь шантажировать твоей жизнью. В обмен она просила свадьбы с блондинистой аристократкой и нашего с ней общего ребенка.

– Постой, – попросила Аля, услышав последнее. – Что значит, просила ребенка? Она сказала, что он будет Спасителем.

Брайар скептически покачал головой.

– Сомневаюсь, что ему была уготована именно эта судьба. Вероятнее всего, он должен был стать жертвой.

После его слов они оба замолчали, обдумывая сказанное.

– Апокалипсиса не будет? – спросила спустя время Аля.

– Думаю, что нет, – успокоил он жену.

Алевтина выдохнула. Несмотря ни на что, эти сомнения давили на нее. Она все время задавалась вопросом: «А вдруг?»

– Очень хорошо, – с улыбкой сказала она. – Так что случилось с Асфодеей?

– С кем?

– С богиней, – уточнила Аля, хорошо зная, что у мужа проблемы с именами.

– Не думай о ней. Она больше не проблема.

Алевтина некоторое время смотрела на мужа, а затем кивнула. Судя по всему, встреча с Асфодеей простой не была.

– Так, что это за место? – задала она новый вопрос, решив, что можно пока оставить тему Асфодеи и ее планов, которые, слава всем богам, не увенчались успехом. Аля не знала, каким образом им с мужем удалось избежать катастрофы, но была благодарна за их удачу.

Спросив, Алевтина еще раз внимательно осмотрелась. Сейчас, когда на ее душе царило спокойствие, которого уже не было много лет, и счастье, странное озеро показалось ей еще более волшебным.

– Драконья колыбель, Купель возрождения, Воды вознесения – выбирай любое название.

– О, точно! – воскликнула Аля и повернулась к мужу. – А ты теперь действительно… – она замолчала и подобралась ближе, чтобы выдохнуть ему прямо в ухо: – дракон?

От ее шепота по спине Брайара побежали мурашки. Он сглотнул.

– Да, – ответил.

– Покажешь? – спросила Алевтина и улыбнулась.

– Конечно, – согласился Брайар и попытался затащить жену снова на себя, но та юрко вывернулась и отплыла от него.

– Я имела в виду твоего дракона, – со смехом пояснила она.

Брайар прищурился, а затем напрягся и кинулся следом.

– Покажу, – пообещал он. – Сейчас догоню и все покажу.

Аля взвизгнула и бросилась прочь. Вот только далеко ей удрать не дали.

Спустя какое-то время они оба снова отдыхали на мелководье. Алевтина довольно щурилась. Хорошо быть молодыми!

Повернувшись к мужу, она оценивающе его оглядела, но решила, что на сегодня точно достаточно.

– А теперь серьезно, – произнесла Аля, потягиваясь. Своего тела она совершенно не стеснялась. Да и зачем ей это делать, когда муж смотрел такими голодными глазами даже после пары раундов? Она еще не выжила из ума. – У тебя сейчас на самом деле есть второй облик?

– Есть, – Брайар кивнул и оттолкнулся от булыжника, на который опирался.

После этого он поплыл подальше от жены.

Аля наблюдала за этим, спокойно оставаясь на месте. Интересным было то, что золотое дерево выглядело так, будто находилось довольно близко к берегу, но сколько бы ее муж ни плыл, добраться до него он не мог. В этом явно были замешаны игры пространства или нечто подобное.

В какой-то момент голова Брайара исчезла с поверхности озера.

Сначала Алевтина никак на это не отреагировала, но чем больше проходило времени, тем сильнее она начинала беспокоиться.

– Виталя? – позвала она, привставая со своего места. Сердце ускорилось. Неужели что-то случилось?

Ответа ей, конечно же, никто не дал.

Алевтина поднялась, но едва не упала, поскользнувшись.

– Виталя?! – позвала громче, начиная паниковать.

Она уже почти прыгнула в воду, желая поспешить за мужем, как в этот момент в месте, где еще недавно находился ее возлюбленный, вода вспучилась, а затем разлетелась брызгами.

Аля ахнула и отшатнулась, наблюдая, как из глубины вынырнуло поистине гигантское существо.

Она много раз видела фильмы с драконами, но ни один из них так и не смог полностью подготовить ее ко встрече с этим созданием.

Дракон был настолько большим, что каждый клык в его пасти был размером с предплечье Алевтины.

Потеряв силы от потрясения, Аля медленно села, прижимая руки к груди.

– Господи боже, – пробормотала она, наблюдая, как дракон посмотрел в ее сторону.

В этот момент под поверхностью воды скрывались только его лапы. Учитывая, какой размер имел дракон, Алевтине приходилось задирать голову.

Дракон что-то прорычал. Звук прокатился по пещере и усилился. Аля задрожала.

Инстинктивный страх перед такими громадными созданиями подталкивал ее к бегству. Даже мысли о том, что это ее собственный муж, плохо помогали. Ровно до того момента, как Аля не увидела, что с тела дракона скатываются кровавые капли.

Любой страх сразу исчез.

Аля подскочила на ноги.

– Ты ранен? – спросила она, с ужасом отслеживая многочисленные порезы на теле мужа.

Дракон посмотрел вниз, а затем шумно выдохнул и лег так, чтобы его глаз был на уровне Алевтины.

Аля с тревогой осмотрела толстую кожу на лице Брайара. Трещин было очень много. Из них сочилась сукровица вместе с кровью. Было видно, что ее мужу больно.

– Что происходит? – тревожно спросила Алевтина, не зная, как помочь, но сильно этого желая.

Брайар ничего не сказал, только моргнул, а потом приподнялся и почесался лицом о каменный выступ. После этого Аля заметила, как часть его шкуры попросту слезла. Это выглядело ужасно!

Сердце Алевтины едва не остановилось.

– Что ты делаешь? – сурово спросила она. – Остано…

Аля не договорила, так как осознала, что именно происходило. Ее муж банально… линял. Впрочем, от осознания картина менее неприглядной не стала.

– Дай помогу, – потребовала Алевтина.

Дождавшись, когда Брайар приблизит лицо, она удобнее ухватилась за один болтающийся кусок кожи и потянула.

Она не могла сказать, сколько времени они занимались этим. Минуты складывались в часы. Усталости Аля почему-то не ощущала. Но у нее болело сердце. Каждая упавшая в воду капля крови ощущалась, как порез на собственной коже.

– Это последний, – предупредила мужа Алевтина.

В этот самый момент Брайар просто лежал. Его крылья были раскинуты в разные стороны, и он очень походил на подбитую птицу.

Кровь давно уже была вся смыта, вместе с лишней кожей. И то и другое попросту растворилось в воде без какого-либо следа. Это выглядело весьма жутковато на самом деле. В любой другой ситуации Аля близко бы не подошла к этому озеру!

Подхватив кусочек оставшейся старой кожи на кончике заостренного хвоста, Алевтина потянула.

– Готово, – заключила она, когда дело было сделано, а затем отбросила кожу в воду, с тревожным любопытством наблюдая, как та тает в воде.

Дракон шумно выдохнул. Аля повернулась к нему. Тот выглядел уставшим и измотанным.

– Поспи, – произнесла Алевтина тихо и, подобравшись ближе, села рядом.

Брайар еще раз моргнул и закрыл глаза. Спустя мгновение он снова стал человеком. Обняв Алю, он зарылся носом ей в волосы и глубоко вздохнул. Даже с помощью целебной воды он очень устал.

– Люблю тебя, – пробормотал Брайар, засыпая.

– А я тебя, – прошептала Аля в ответ, приникая к мужу сильнее.

Ответом ей было спокойное дыхание.

На глазах Алевтины снова навернулись слезы. Она все еще с трудом верила, что любимый человек вернулся в ее жизнь. Это было чем-то невероятным.

Некоторое время Аля только и могла, что всхлипывать, но потом вздохнула и взяла себя в руки.

Впереди их ждало многое, но самое главное – их жизненные пути снова пересеклись.

А это означало только одно – они справятся.

– После вернусь в Эмберлин, – произнес Ронан, глядя на Алевтину. В этот момент он сидел на роскошном диване. Одетый в новенький парадный костюм отец Алексии явно ощущал себя некомфортно.

Аля посмотрела на себя в начищенный до зеркального блеска медный круг и поправила цветок на голове. Затем повернулась и окинула Ронана быстрым взглядом.

Невольно она вспомнила все последние события.

После успешной линьки Брайар проснулся и рассказал, что подобное испытание должны проходить все драконы с самого детства. С каждой сменой шкуры драконы становились больше и, соответственно, сильнее.

Даже имея доступ к священному озеру, некоторые драконы не справлялись и умирали. Без него смертность оказалась настолько большой, что к нынешнему времени популяция магических существ сократилась почти до нуля.

– Что будем делать дальше? – спросила она после разъяснений.

В тот момент Брайар отпустил ее, а затем встал напротив.

– Выходи за меня, – внезапно предложил он. – Еще раз, – добавил Брайар, после короткого размышления.

Аля была весьма удивлена такой резкой сменой разговора. Она хотела что-то сказать, но ее взгляд невольно зацепился за наготу мужа.

Почему-то вся ситуация показалась ей донельзя смешной. Конечно, она рассмеялась, чем слегка удивила Брайара.

– Что такое? – спросил он, а затем, проследив за взглядом Алевтины, усмехнулся и выпрямился, демонстрируя себя во всей красе.

Аля засмеялась сильнее. Глядя на нее, Брайар бросился вперед и принялся целовать смеющееся лицо любимой.

– Так выйдешь? – спросил он, щекотливо поглаживая ее спину. – Буду пытать, пока не скажешь да, – пригрозил он.

Аля пыталась отбиваться, но было бесполезно. Она могла только сдаться на власть победителя.

– Да! – ответила она быстро, отталкивая настойчивые руки.

– Что? – переспросил Брайар, накрывая полные губы поцелуем.

Через пару минут они расстались. Некоторое время слышно было только их тихое дыхание. Они продолжали смотреть друг другу в глаза, словно там, в другом человеке, отражалась целая вселенная.

– Да, – прошептала, наконец, Алевтина. – Я выйду за тебя. Снова.

Брайар широко улыбнулся, а потом наклонился и втянул жену в новый головокружительный поцелуй.

После они еще некоторое время дурачились, затем отдыхали, и только спустя пару часов выбрались из священного места и направились обратно к краю топей. Брайар для этого снова обратился в дракона. После линьки и отдыха в купели он выглядел еще больше и сильнее. А главное, на нем не было никаких разрывов и порезов.

Благодаря его обновленной силе до границы болота они добрались гораздо быстрее и своим появлением заставили ожидающих людей слегка запаниковать.

Первым, кого увидела Аля, когда они спустились, – был Ронан. Тот, увидев дочь живой и в сознании, почти расплакался. Он долго ее обнимал и поглаживал по голове.

Позже Ронан попытался уговорить Алю вернуться с ним в Эмберлин, оставив при этом дракона. Алевтине пришлось сказать ему, что она согласилась выйти замуж за короля.

Тогда Ронан долго на нее смотрел, а затем спросил:

– Ты счастлива с ним?

– Да, – без каких-либо раздумий ответила Аля. Она не стала пояснять ничего больше.

Ронан на ее слова только вздохнул и кивнул, смирившись.

Перед прибытием в столицу королевства Брайара им пришлось остановиться в одном из городов, чтобы пошить для Али подходящие ее новому статусу платья.

Они оба понимали, что высший свет Эштауна так просто не примет ее. Нужно было сделать все, чтобы уменьшить сопротивление.

Алевтине очень не нравились узкие платья, но она лишь вздыхала и держала спину прямо, позволяя сооружать у себя на голове сложные прически.

– А если ничего не получится? – спросила она тогда. – Что, если они все равно откажутся принимать меня?

– Им придется, – бескомпромиссно выдал Брайар. – Никакая другая женщина никогда не станет моей женой.

– И все-таки? – настояла Алевтина, смакуя пузырящееся в груди счастье от слов мужа.

Брайар хмуро на нее посмотрел и задумался.

– Если, – начал он спустя некоторое время, – я повторюсь, если кто-то из них вдруг решит, что вправе указывать мне, как жить, то я всегда могу показать ему, почему именно я король Эштауна. В конце концов, они нуждаются во мне больше, чем я. Если станет совсем плохо, мы всегда можем покинуть это королевство. Дракону везде будут рады.

Алевтина не была удивлена такими резкими словами. Муж и в прошлой жизни был таким. Если он чего-то хотел, то добивался этого.

Ей оставалось только улыбнуться и кивнуть.

По прибытии в Эштаун события понеслись вскачь. Сразу после того, как они переступили порог громадного каменного замка, больше похожего на какую-то крепость-цитадель, Брайар объявил всем, что он нашел себе невесту, которая вскоре станет его женой.

Естественно, аристократы были возмущены. Многие из них годами пытались подсунуть королю своих дочерей, племянниц или воспитанниц, поэтому им совершенно не нравилось, что вероятная власть так просто утекает у них из рук.

Когда Брайара спросили, кто удостоился такой чести, тот без какого-либо стеснения обнял Алевтину, давая всем понять, кого он имел в виду.

– Но ваше величество, – осмелился заговорить один из аристократов. – Простите мое любопытство, но кто эта… дева? – весьма тактично спросил он, но на его лице можно было отчетливо прочесть скепсис.

– Моя будущая жена – герцогиня Бачестер, – представил он всем Алю.

– Астрейская? – спросил кто-то в толпе. Этот человек явно хорошо знал имена аристократов соседней страны. – Разве герцог Бачестер не умер, не имея детей?

Брайар думал, что эта тема всплывет позже, после того, как высший свет как следует покопается в родословной появившейся из ниоткуда аристократки, но события развивались быстрей.

– Не совсем так, – ответил он невозмутимо и щелкнул пальцами. К нему немедленно подошел один из его людей и передал подготовленное заранее завещание. Развернув его, Брайар медленно поводил документом перед носом у аристократов. – Это завещание герцога Бачестера. Я нашел его, когда купил его земли. Как оказалось, его сын жив, а Алевтина – его дочь.

Вернув завещание в руки своего человека, Брайар принял еще одну бумагу, развернул ее и снова всем показал.

– Так как земли Бачестеров теперь входят в состав Эштауна, я взял на себя смелость вернуть сыну покойного герцога его титул.

Договорив, Брайар свернул пергамент и передал его в ожидающие руки.

– Мои слова может подтвердить хронист. Мастер Гроувер, прошу вас.

Вперед сразу вышел очень пожилой мужчина, выглядящий так, словно он был знаком еще с прадедом Брайара.

Прищурившись, пожилой человек коротко поклонился королю, а затем повернулся к аристократам.

– Я проверил все записи и предоставленные документы, – проскрежетал он. – Бумаги подлинны.

После его слов по толпе прокатился шепот изумления. Никто из высшего света не поставил под сомнение слова мастера Гроувера. Тот был известен, как неподкупный человек, который ненавидел подлог, ведь его целью было записать самую достоверную историю, в которой не было ни капли лжи.

Брайар втайне ухмыльнулся.

Гроувер действительно был неподкупным хронистом, вот только мало кто знал, что его верность принадлежала Вагерстремам.

Когда-то отец Брайара спас дочь Гроувера от смерти, после чего хронист поклялся королевской семье в вечной верности в благодарность. Именно поэтому, когда Брайар предоставил ему все документы, Гроувер взглянул на них краем глаза, а затем без каких-либо возражений поставил все нужные печати и записал информацию в книгу бытия Эштауна.

Брайар не дал аристократам слишком долго размышлять. Он сразу объявил, что свадьба состоится через полмесяца, затем велел организовать пир в честь его будущей жены.

– И да, – прежде чем уйти, снова заговорил Брайар. При этом он повернулся к толпе и осмотрел их внимательным взглядом, – если кто-то из вас решит, что знает лучше, будьте готовы к последствиям.

После этих слов он поднял правую руку и растопырил пальцы. Через мгновение его кожа стала темной и покрылась чешуей, а ногти превратились в когти.

В зале стало так тихо, что можно было услышать, как колотятся чужие сердца. Угроза была донесена и услышана.

Если кто-то что-то и хотел еще сказать, то после недвусмысленных слов явно передумал.

Затем был большой пир, длящийся для всех жителей замка и города под ним несколько дней. Не желая давать высшему свету время на раздумья, Брайар увез Алевтину прочь, сказав, что хочет показать ей будущие владения. Оставшееся время до свадьбы они с мужем отдыхали в большом особняке за пределами города.

И вот время пришло.

Утром Алевтина оделась в подготовленное для нее белое платье и принялась ждать. Все это время ее охраняла стража, которая даже Ронана пустила лишь после того, как Аля подтвердила его личность. Несмотря ни на что, Брайар все еще беспокоился, что кто-то из аристократов решится на покушение.

– Все это, – продолжил Ронан, одергивая дорогую одежду, в которой ему явно было некомфортно, – не для меня.

Аля вздохнула. Она понимала мужчину. Ей и самой не слишком нравилась такая напыщенная жизнь. Но Брайар сейчас был королем. Эштаун – его ответственность. Он не мог так просто бросить все и уйти, не оглядываясь.

Отвернувшись от зеркала, Алевтина подхватила длинный подол и подошла к мужчине. Затем протянула ему руку, заставляя подняться. Когда Ронан встал, Аля ободряюще сжала чужие грубые пальцы.

– Тебе не стоит волноваться, – сказала она. – Я уже взрослая. Справлюсь.

Ронан какое-то время смотрел ей в глаза, а потом вздохнул.

– Ты так изменилась, – признался он. – Иногда мне даже кажется, что ты совсем другой человек.

Сердце Али екнуло. Это был идеальный момент для признания, но, увидев глухую тоску в глазах напротив, Алевтина не нашла в себе силы произнести правду вслух.

– Я повзрослела, – оправдалась она. – И влюбилась, – добавила с озорством. – Мало того, что в дракона, так еще и в короля. Согласись, после такого нельзя не измениться.

Ронан несколько секунд смотрел ей в глаза, а затем подошел и обнял.

– Будь осторожна, – попросил он.

В дверь постучали, оповещая о том, что пора выходить.

– Обязательно, – дала обещание Алевтина.

Вскоре после этого Ронан отпустил ее и отошел на шаг, затем окинул ее фигуру быстрым взглядом.

– Красавица. Вся в мать, – сделал он комплимент.

– Спасибо, – поблагодарила его Аля и улыбнулась. – Кстати о матерях. Как там Рубея?

Ронан был высоким и крепким мужчиной. Кожа на его лице давно стала грубой, но Аля все равно заметила на ней легкую пыль смущения.

– Не говори глупости, – одернул он ее. – Она просто помогала мне однажды. Ничего более.

– Действительно, – пропела Аля и рассмеялась. Затем подхватила мужчину под локоть и повела на выход.

Ее настроение было великолепным. Она собиралась замуж за любимого человека, которого так внезапно снова обрела, и поэтому готова была поделиться своим счастьем со всеми, кто был рядом. Хотели они того или нет.

– Идем уже, – проворчал Ронан и зашагал вперед бодрее.

Когда дверь перед Алевтиной открылась, перед ее взглядом предстал богато украшенный громадный зал, на другой стороне которого находилось возвышение. На самом его верху стоял Брайар. К нему вела темно-бордовая дорожка, упирающаяся в лестницу из десятка ступеней.

По обе стороны от дорожки можно было увидеть стоящих аристократов. Все их взгляды были устремлены на Алевтину.

Там были и любопытные, и оценивающие, и веселые, но больше всего Аля заметила недовольных и даже презрительных.

Несмотря на то, что Брайар предоставил высшему свету доказательства высокого статуса Алевтины, люди все равно считали, что она ему не пара. Изменить подобное отношение было вряд ли возможно, ведь все эти люди просто хотели видеть на месте Али своих родственниц.

Понимая эти обстоятельства, Алевтина не собиралась мучить себя нелепыми сомнениями по поводу того, что тело, в котором она сейчас находилась, имело недостаточно высокое происхождение.

Возможно, будь она уроженкой этого мира, такие мысли могли одолевать ее, но Аля знала своего будущего (нынешнего и прошлого) мужа в другом мире. Для нее Брайар в первую очередь был человеком, с которым она прошла огонь и воду, а уж потом королем и, тем более, драконом.

Расправив плечи, Аля улыбнулась и медленно направилась в сторону стоящего на возвышении Брайара. Ронан вел ее вперед, поддерживая под руку.

Стражи по обе стороны дорожки зорко наблюдали за тем, чтобы никто в последний момент не выкинул никакого сюрприза.

– Остановите свадьбу! – закричал внезапно кто-то от двери.

Аля прикрыла на миг глаза и обернулась. В двери стояла незнакомая девушка. Она выглядела заплаканной и растрепанной. При этом она держалась рукой за слегка выдающийся вперед живот.

Сначала Алевтина подумала, что это Хабигер, но нет, девушка выглядела незнакомой.

Аристократы возбужденно зашептались. Многие принялись вытягивать шеи, явно желая увидеть больше.

– Любовь моя, – робко позвала девушка, делая шаг по дорожке, – ты не можешь со мной так поступить, – добавила она и судорожно вздохнула. – Даже если ты не любишь меня, то пожалей нашего ребенка.

Договорив, она с ожиданием замерла, не забывая при этом трогательно подрагивать и кусать нижнюю губу.

Взгляд аристократов переместился с девушки на возвышающегося над всеми короля. Аля тоже посмотрела на мужа. Брайар выглядел раздраженным.

– Кто ты? – спросил он внезапно.

Аля подавила улыбку, а потом повернулась к девушке, желая увидеть ее реакцию. Та не заставила себя ждать. Услышав вопрос, незнакомка ахнула и отшатнулась, словно слова Брайара ударили по ней подобно раскаленной плети.

По красивому лицу побежали слезы. Слегка согнувшись, она обхватила живот руками.

– Я понимаю, – грустно произнесла она тихим (но достаточно громким, чтобы остальные ее слышали) голосом, – я была готова, что это произойдет. Наша ночь была чудесной. Если ты про нее забыл, то ничего страшного. Молю только об одном – не выбрасывай так безжалостно нашего с тобой ребенка. Я…

– Еще раз спрашиваю, – перебил ее Брайар. – Кто ты?

Аля видела, как девушка запнулась. Она явно не ожидала, что ее трогательная речь будет так резко оборвана. На мгновение на ее лице появилось замешательство, но незнакомка очень быстро ее преодолела.

– Ты правда не помнишь? – спросила она огорченно.

– Что именно? – уточнил Брайар.

– Нашу ночь? – пояснила девушка и жалостливо посмотрела на мужа Алевтины. – Ты был моим первым и единственным. Я знаю, что у тебя таких, как я, было много, но мой ребенок…

– Стража, – позвал Брайар, явно потеряв терпение. Несколько стражников немедленно откликнулись и кинулись в сторону девушки, взгляд которой заметался по сторонам. – Вывести ее отсюда.

– Подожди! – закричала девушка, когда ее подхватили под руки и почти потащили прочь. – Наш ребенок! Ты не можешь со мной так поступить! Я…

Дверь захлопнулась. В зале царила тишина.

– Продолжаем, – приказал Брайар и посмотрел на Алю.

Алевтина видела, как множество взглядов устремилось в ее сторону. Аристократы явно желали увидеть ее реакцию. Они ожидали хоть какого-то отклика на недавнюю сцену, но Аля лишь улыбнулась и продолжила идти вперед.

Когда она поднялась по ступеням, Ронан передал руку Алевтины Брайару. Тот с готовностью принял ее, а затем наклонился и мягко поцеловал кончики пальцев.

– У меня ничего с ней не было, – произнес он, глядя Але в глаза.

– Я знаю, – ответила ему Алевтина. – Им стоило придумать что-то получше, – добавила она достаточно громко, чтобы аристократы, которые провернули этот трюк, услышали ее.

Брайар согласно кивнул, а затем повернулся к стоящему по другую сторону от алтаря хронисту.

– Начинай, – приказал он.

Гроувер кивнул и открыл лежащую на алтаре громадную книгу, листы в которой были сделаны из какого-то тонкого, но явно весьма прочного материала.

– Мое имя Гроувер, – начал пожилой человек, а затем взял в руки чашу и нож. – И я стою тут, как хранитель истории. Кровь – это клятва. Прошу вас, докажите свою решимость.

После этих слов Гроувер протянул чашу и нож Брайару. Тот взял предложенное и без каких-либо возражений оставил у себя на пальце порез, из которого в емкость вылилось немного алой жидкости. Затем Брайар передал оба предмета Алевтине. Ей не хотелось себя ранить, но делать было нечего. Поморщившись, она повторила действия мужа.

Как только чаша была передана обратно Гроуверу, Брайар поймал ее руку и подозвал стоящего неподалеку стража. Тот сразу подошел и протянул мужу Алевтины небольшой пузырек.

– Вода из озера, – пояснил Брайар, а затем заживил ее порез.

– А ты? – спросила она.

Брайар показал ей заживший палец. Аля улыбнулась и повернулась обратно к хронисту.

Убедившись, что внимание пары вернулось к нему, Гроувер аккуратно поставил чашу рядом с книгой, затем налил в нее немного чернил и все тщательно размешал. Затем торжественно вынул из хрустального футляра металлическое перо, кончик которого слегка светился.

– В этот великий день, когда на наших глазах творится история, мы собрались здесь для того, чтобы стать свидетелями союза между королем-драконом, носящим имя Брайар Вагерстрем, и герцогиней Алевтиной Бачестер, дабы они могли соединить свои сердца, став единым целым. Книга Памяти запомнит ваши имена на веки вечные. Сейчас у каждого из вас есть последний шанс отказаться.

Договорив, Гроувер выжидающе замер, переводя взгляд с Брайара на Алевтину, словно давая им время все еще раз обдумать.

В зале царила тишина. Алевтина была уверена, что кто-нибудь из аристократов снова вмешается, но те были неожиданно тихими.

Повернув голову, Аля посмотрела на мужа, понимая, что тот в этот момент тоже смотрел на нее. Они улыбнулись друг другу, а затем вернули взгляд на хрониста.

Пожилой мужчина кивнул.

– Итак, – продолжил он, упирая суровый взгляд в Брайара. – Брайар Вагерстрем, готов ли ты в этот священный час вписать свое имя в Вечную Книгу Памяти?

– Готов, – без каких-либо сомнений ответил Брайар.

Сердце Валентины забилось быстрее.

Гроувер перевел взгляд на нее.

– Алевтина Бачестер, готова ли ты на то, что твое имя будет вечно стоять рядом с именем короля-дракона Брайара Вагерстрема в Книге Памяти?

– Готова, – ответила она, ощущая, как пересыхает от странного волнения во рту.

Они уже были женаты, но почему-то сейчас казалось, что эта церемония станет для них необратимой.

– Услышано, – подтвердил хронист.

– Услышано! – повторили за ним все, кто находился в этот момент в зале. Аля слегка вздрогнула от нестройного хора многочисленных голосов.

В зале на мгновение стало тихо. Хронист явно собирался продолжить церемонию, но его прервал внезапный потусторонний голос.

– Услышано!

Алевтина ощутила, как все внутри нее все вздрогнуло. Это было настолько поразительное чувство, что его нельзя было описать никакими словами.

Казалось, нечто большое, громадное, просто необъятное прикоснулось к самой ее душе, а затем мягко растворилось в пространстве, исчезая. Вот только после этого Алевтина была уверена, что никогда более не забудет этого чувства.

Брайар прищурился и встал ближе к Але. Аристократы дружно ахнули и принялись озираться, стража ощетинилась копьями. Но ничего более не произошло.

Через пару минут хронист кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Продолжим? – спросил он у Брайара.

– Да, – ответил тот.

Гроувер кивнул, а затем торжественно поднял перо, опустил его в чернила, смешанные с кровью, и принялся медленно вписывать их имена в книгу.

Аля видела, как кончик пера светился, оставляя за собой золотистый след, который практически мгновенно впитывался в материал книги и медленно тускнел. Выглядело завораживающе.

Закончив, хронист тщательно сполоснул перо, затем вытер его и вернул в футляр. Потом он аккуратно закрыл книгу.

– История записана, – провозгласил он. – Ваши имена навсегда запечатлены. Поздравляю. Отныне и навечно вы муж и жена. Да прибудет с вами любовь. Можете поздравить друг друга.

Как только эти слова были произнесены, Аля с Брайаром повернулись лицом друг к другу. Некоторое время они просто смотрели, а затем одновременно потянулись вперед. Но прежде, чем поцеловаться, остановились.

– Кажется, – прошептал Брайар прямо в ее губы, – на этот раз мы действительно связаны навсегда.

– Счастлив? – спросила так же тихо Аля, глядя в глаза мужу.

– Да, – ответил тот. Он смотрел на нее так, будто в мире никого более не существовало. Не только в этом, но в тысячах других.

– Я тоже, – призналась Алевтина.

– Теперь я никогда больше тебя не потеряю и не забуду, – произнес он.

– А я всегда смогу тебя найти. Люблю.

– И я тебя, – признался в ответ Брайар и, наконец, наклонился, запечатывая ее губы своими.

Внешний мир исчез. И никто в замке не видел, как высоко в небе в этот момент вспыхнуло яркое сияние, которое простые люди посчитали за проявление божественного явления.

Хороший знак, решили в тот вечер многие, и были полностью правы.

Прибравшись, женщина лет пятидесяти присела на скамеечку и посмотрела на фотографию, с которой на нее глядела величавая пожилая дама.

«Светлая память о тебе навсегда сохранится в наших сердцах», – прочитала она красивую надпись на гранитном камне.

Женщина вздохнула и тяжело поднялась.

Сегодня был трудный день, но у нее все равно нашлось время, чтобы прийти к матери, чтобы убраться.

– Не скучайте, – попросила она, погладив черную оградку, и перевела взгляд на соседнее место упокоения. С фотографии на нее смотрел серьезный мужчина. – Мама, папа, мне пора. Но я обязательно вернусь.

После этих слов женщина покинула кладбище и, сев на маршрутный автобус, вернулась домой. Приготовила ужин, встретила мужа и накормила его. После они еще какое-то время смотрели фильм и обсуждали неудачный брак дочери. Не забыли и о сыне, который не мог остепениться, продолжая бегать по клубам в свои двадцать восемь.

Спать оба легли ближе к двенадцати. Перед сном женщина вспомнила мать и отца.

Сейчас она бесконечно жалела, что в последние годы мало общалась с родителями. Казалось, что всегда находились вещи, о которых она забыла им сказать.

Женщина очень надеялась, что ее родители встретились на том свете. Интересно, как они там?

– Наташа, не возись, – сонно попросил ее муж, когда она в десятый раз перевернулась на другой бок.

– Извини.

Сон медленно окутал ее, но в следующий миг Наталья оказалась в каком-то светлом месте, цвета в котором были настолько яркими, что казались ненастоящими.

Солнце светило, но его самого на безупречном небе видно не было. Листья на деревьях казались изумрудными. Воздух словно хрустел от кристальной чистоты.

Наталья вздохнула глубоко и повернулась, в тот же момент застывая.

В нескольких метрах от нее стояли люди.

– Добрый… э-э-э, день? – поздоровалась она немного неловко, осматривая незнакомцев.

Их было трое: красивая, отдаленно знакомая блондинка с пышными формами и румяным лицом, высокий, явно выдающийся мужчина благородной внешности и ребенок лет трех. Белокурый малыш держал, судя по всему, маму за руку и выглядел заинтересованным. Он то и дело оглядывался по сторонам, пытаясь убежать, но его крепко держали.

Все трое были одеты так, словно сбежали из какого-то исторического фильма или шагнули в мир со страниц фэнтези-книги.

Блондинка радостно улыбнулась. Она попыталась сделать шаг вперед, но мужчина рядом по какой-то причине придержал ее за руку, а потом качнул головой.

На лице женщины появилось огорченное выражение. Впрочем, вскоре она взбодрилась и снова ярко улыбнулась. Ее глаза при этом стали нежными и ласковыми.

Сердце Натальи екнуло. Она знала этот взгляд…

Женщина открыла рот.

– Наташа! – услышала Наталья далекий, призрачный голос.

Он был одновременно знакомым и незнакомым.

Наталья сжала пальцами ткань на груди, ощущая, как слезы начинают душить ее.

Заметив ее состояние, блондинка сбросила с себя руку мужчины и снова попыталась подойти, но ее опять не пустили. Незнакомка сердито посмотрела на мужчину, но потом смиренно вздохнула и подчинилась.

Она снова повернулась к Наталье. На теперь уже точно знакомом лице вновь расцвела ласковая улыбка.

– М-мама? – произнесла Наташа, наконец, полностью осознавая, кого именно она видела.

Женщина сразу кивнула.

– Не плачь, милая, – услышала она все тот же призрачный голос. – Все хорошо.

Наташа не выдержала. Она разрыдалась, как маленькая девочка. Ей хотелось броситься вперед и прижаться к груди родного человека, но подсознательно она знала, что не должна была этого делать. Не просто ведь так мужчина не подпускал к ней мать.

Кстати, кто он?

Шмыгая носом, Наташа вытерла слезы и бросила быстрый взгляд на мужчину. Если мама здесь, то это…

– Папа? – спросила она недоверчиво.

Почему-то не верилось, что ее мать могла быть с кем-то другим.

– Как ты, солнышко? – услышала она низкий мужской голос.

Наташа снова расплакалась.

Отец всегда ее так называл. Это действительно был он.

– Все хорошо, – сквозь всхлипы ответила она. – У меня все хорошо. У Миши тоже. Валера все еще не женился, а Аленка развелась в этом году, – торопливо выпалила она все новости, не забыв рассказать о муже, сыне и дочери.

Некоторое время Наталья продолжала плакать, но постепенно слезы высохли. Вытерев остатки рукавом, она посмотрела на немного изменившихся родителей с интересом.

Они оба выглядели молодыми и красивыми. Мама сильно напоминала себя прежнюю на фотографиях, а вот внешность отца несколько отличалась.

В этот момент взгляд Натальи остановился на ребенке.

Кто это был?

Как только она подумала об этом, мама сразу наклонилась и что-то шепнула мальчику. Тот посмотрел сначала на нее, а затем на Наталью.

– Меня зовут Яромир! – внезапно гордо представился малыш.

Наталья невольно заулыбалась. Она давно мечтала о внуке, но ни сын, ни дочь пока не порадовали. Валерка слишком любил свободу, а Аленке все время почему-то не везло с парнями.

– Какое красивое имя, – восхитилась Наталья и присела, с любовью глядя на белокурого малыша, похожего на ангелочка. – И сколько тебе лет?

Мальчик серьезно нахмурился, а потом показал три пальца.

– Ого! – Наталья засмеялась. – Совсем взрослый уже!

– Да, – согласился с ней мальчик.

Наташа встала и посмотрела на мать, желая спросить, кем был этот ребенок. Вот только спрашивать не пришлось. Заметив, как ее родители смотрят на ребенка, она все поняла. И в тот же момент изумилась.

– Мой брат?

Мама сверкнула глазами и кивнула. Отец гордо приподнял уголок губ.

Наташа была ошеломлена. Она с недоверием посмотрела на мальчика. Тот был таким хорошеньким, отчего в сердце Натальи сразу зародилась любовь к нему.

Снова присев, она более пристально посмотрела на мальчика. Глаза у него явно были мамины, а вот нос и губы – отца. И хмурился он так же, как отец.

– Здравствуй, Яромир. Мое имя Наталья, и я твоя сестра, – представилась она.

Некоторое время они втроем общались. Наташа не ощущала времени и не видела ничего странного в том, где она была. Она снова ощущала любовь родителей и была счастлива. Тем более у нее теперь был младший брат.

Но вскоре лицо отца стало серьезней. Сразу после этого во взгляд матери пробралась грусть.

Наталья все поняла. Ей снова захотелось заплакать. Но она сдержалась. Лишь продолжала смотреть на родных, впитывая их облики.

– Нам пора, – услышала она отдаленный голос.

Наталье хотелось сделать шаг, но что-то будто сдержало ее.

– Мы еще встретимся? – спросила она.

Мама с отцом переглянулись. Казалось, они советовались взглядами. Спустя время отец слабо кивнул, и мама просияла.

– Да, – ответила она ласково.

– Я скучаю, – призналась Наталья.

– Мы тоже, – ответила ей мама. – Не грусти. У нас все хорошо. Мы вместе.

После этих слов их силуэт стал медленно истаивать, пока все трое не исчезли. Последнее, что видела Наталья, – это то, как ее брат махал ей рукой.

Оставшись на тропинке одна, она глубоко вздохнула, окинула еще раз взглядом странно яркий мир и проснулась.

Некоторое время Наташа лежала, глядя в потолок, а затем встала и вышла из комнаты. Покопавшись в вещах, она отыскала старые фотографии родителей и принялась рассматривать.

Мама действительно сильно напоминала себя в молодости, а отец отличался, но это все еще был он.

– Что-то случилось? – услышала она внезапно.

Подняв голову, Наталья увидела в дверном проеме мужа. Тот с беспокойством переводил взгляд с нее на фотографии в ее руках.

Она покачала головой.

– Все хорошо, – ответила и убрала фотоальбом. – Извини, если разбудила. Иди спать. Я сейчас вернусь.

Муж какое-то время смотрел на нее, а затем все-таки ушел. Наташа тоже вскоре вернулась в постель.

Некоторое время она молча лежала, а потом все-таки не выдержала и сказала:

– Знаешь, а у меня есть брат.

Муж зевнул и повернулся. Обняв ее за талию, притянул к себе ближе.

– Приснилось что-то, что ли?

Наташа улыбнулась в темноте. Она была уверена, что это был не сон. Вот только вряд ли ей кто-то бы поверил.

– Ага, – ответила легко, впервые за последние годы не ощущая сдавливающей тоски.

Родители снова были вместе. И она была за них бесконечно рада.

***

– Ну все, не плачь, – попросил Брайар жену.

Та целый час всхлипывала. А ведь при дочери ни слезинки не проронила!

– Спасибо, – выдохнула Алевтина, наплакавшись вдоволь.

Как оказалось, давнее упокоение одной богини не прошло для Брайара бесследно. Каким-то образом ему удалось овладеть способностью к перемещению по мирам. Правда, перетащить физические тела он не мог, а вот разуму путешествовать ничего не мешало.

Когда Аля узнала это, то первым делом подумала о близких, оставленных в другом мире. Она должна была увидеть дочь, дать ей знать, что с ними все хорошо.

Поначалу им было совсем некогда. Сначала свадьба, потом известие о ее беременности. Женитьба Ронана, который отказался оставаться в Эштаре и вернулся в Астрею к Рубее. Постоянное напряжение из-за интриг и заговоров от аристократии. Но несмотря на все трудности, им с Брайаром удалось успешно пережить эти неспокойные времена.

Аля все ждала подвоха от Хабигер, но та, потеряв могущественную покровительницу, притихла, а потом и вовсе вышла замуж за одного из престарелых аристократов Эмберлина. Поговаривали характер у лорда Крамбера был нелегким, но Алевтина не считала нужным узнавать больше. Знала лишь, что жизнь у леди Камелии простой не была.

Когда родился Яромир, они оба еще какое-то время были заняты исключительно сыном, но, когда тот подрос, Аля напомнила о полученной возможности.

И вот, спустя некоторое время и кучу экспериментов, Брайару удалось дотянуть их разумы до нужного мира и человека.

Их дочь была совсем взрослой, но по-прежнему красавицей. Брайар был счастлив увидеть ее. Как и Алевтина.

Вспомнив о Наташе, Аля снова заплакала. Все эти годы она старалась много не думать об оставленных в другом мире близких, подбадривала себя, но хватило одной встречи, чтобы понять, как сильно она на самом деле скучала.

– Мама, не плачь, – попросил ее мальчик и забрался к ней на колени, почти отталкивая ставшего почему-то бесполезным отца.

Брайар ничего не стал говорить и со вздохом отстранился, наблюдая, как Яромир неловко гладил Алю по голове.

– Плакать плохо, – наставительным тоном сказал его сын. – Голова будет болеть.

Алевтина, услышав это, засмеялась сквозь слезы. Остановиться почему-то не получалось.

Яромир, видя это, нахмурился. А потом ему пришла в голову блестящая мысль. Он ведь не поделился еще тем, чему недавно научился!

– Мама, я тебе сейчас кое-что покажу, только не плачь, – попросил он и спрыгнул с ее колен.

Аля заинтересовалась. Подняв взгляд, она посмотрела на сына вопросительно.

Мальчик между тем внезапно разбежался и прыгнул. Аля думала, что он просто хочет показать ей, как высоко научился прыгать, но ее малыш в этот момент внезапно исчез. Не успела она запаниковать, как на его месте возник крошечный дракончик молочного цвета.

Махнув пару раз маленькими крылышками, дракончик посмотрел в ее сторону большими глазами и рухнул на пол.

– Ах! – выдохнула Алевтина и подскочила на ноги.

Брайар тоже торопливо подошел. В его взгляде любой мог увидеть гордость.

Аля некоторое время смотрела на дракончика, который в этот момент сидел на полу и смотрел на родителей с ожиданием. Он явно сильно волновался.

Алевтина улыбнулась. Она и забыла о том, что еще минуту назад рыдала. Право слово, о чем тут плакать? Все ведь хорошо! Они с Брайаром живы и нашли друг друга, ее близкие тоже в порядке. Ну да, по разным мирам теперь живут, ну и что тут такого? Главное, ведь все счастливы. А раз так, то и плакать не о чем!

– Молодец, – похвалила она своего ребенка и, протянув руку, погладила его по шипастой голове.

Брайар сел рядом, обнял Алю и посмотрел на дракончика.

– Я горжусь тобой, сынок, – признался он.

Яромир, услышав слова родителей, поднялся на лапы, крутнулся пару раз вокруг себя, а потом выдохнул струю дыма, в конце потешно высунув изо рта розовый язык.

Брайар хмыкнул на выходку сына, а Алевтина рассмеялась. Яромир был горд, ведь мама больше не плакала, а это значит, он справился.

Не зная, о чем думал ее сын, Аля окинула взглядом своих любимых и вздохнула.

Ее взгляд устремился к окну. Там занимался рассвет.

Наступал новый день. Полный радости и счастья. Еще один.

Разве жизнь не прекрасна?

На этот вопрос был только один ответ.

Но у каждого он свой.