Астрид

Невысокая деревянная изгородь тянулась практически до самого конца главной дороги их небольшой деревеньки. Шиповник по краям участка госпожи Хильд сильно разросся и оплетал верхушки забора толстыми стеблями, словно пытался захватить все больше территории на своем пути. Однако именно благодаря нему возле их дома стоял такой дивный аромат, который Астрид сейчас ловила при каждом вдохе с огромным удовольствием. По мере приближения к калитке послышались глухие неритмичные удары топором. Сквозь изгородь и пышные кусты мелькнул мужской силуэт. Молодой парень стоял спиной к забору и рубил поленья. Девушка остановилась и воровато огляделась по сторонам. Она поставила корзину, что принесла с собой на землю и подошла ближе. Ее глаза тут же выхватили его белую льняную рубашку и светлые волосы, прилипшие к вискам от пота. Парень был крепко сложен, а потому занятие таким делом шло у него ловко и быстро. Руку резко обожгло болью, и девушка неуклюже попятилась назад. Маленький порез на тыльной стороне ее кисти тут же покраснел от крови. Острые шипы были по всюду, странно что Астрид только сейчас обратила на них внимание. Немного постояв на месте, она нерешительно двинулась к калитке.

Девушка надеялась, что госпожа Хильд будет как всегда заниматься огородом в будний день, но к сожалению ее рядом не оказалось.

— Астрид? Ты чего там мнешься? Заходи давай, — окрикнул ее парень, тут же оставив свое занятие.

Девушка нервно прижала корзину к груди, словно единственное спасение.

— Привет Лейн…, а госпожа Хильд не дома? — замялась девушка, не решаясь взглянуть ему в глаза.

— Нет, она еще сутра ушла на мельницу заниматься стиркой, — присел он, снова вытерев пот со лба.

Астрид все же взглянула в его синие глаза и тут же пожалела об этом. Он все это время сверлил ее лукавым взглядом, от чего щеки девушки тут же вспыхнули.

— Я… я тут от матушки принесла… вот… — все слова застряли у нее в горле, словно та забыла как вообще говорить. Лейн тут же рассмеялся, от чего щеки девушки вспыхнули с еще большей силой. Астрид себя чувствовала очень глупо.

— Давай зеленоглазка, показывай, что там у тебя, — тут же подошел парень, откидывая тряпицу.

Его запах тут же настиг ее густым облаком, заставив сердце пропустить один удар. Он пах хвоей и прелым сеном, от чего совсем расхотелось отходить от него даже на шаг. Эти навязчивые мысли преследовали ее уже очень давно. Лейн ей безумно нравился, несмотря на некоторую разницу в возрасте. Ей было почти пятнадцать, а ему уже слегка за двадцать, поэтому все на что она могла рассчитывать это редкие ни к чему не обязывающие встречи и разговоры, когда ее матушка отсылала его матери ткани, что сама выделывала на станке. Да и сам Лейн никогда не смотрел на нее заинтересованным взглядом, был добрым — да, участливым — конечно, и даже вступался пару раз перед ее сверстниками мальчишками, что неустанно задирали ее, но и только. Он часто называл ее зеленоглазкой за ее яркие словно сочная трава глаза. Скорее всего он считал ее маленькой сестренкой, и только. Но она была и без того счастлива, что удавалось хотя бы просто видеть его и говорить с ним.

— О, а это что? — отодвинул тот края тряпицы, вынимая бумажный сверток.

— …мясной пирог… — глаза девушки забегали, не решаясь взглянуть на парня.

— Твоя мама просила передать?

— Нет… это я вчера руку набивала — выдохнула девушка, осмелившись поднять свои глаза обратно.

Лейн снова рассмеялся и с удовольствием откусил большой кусок так заботливо порезанный и уложенный в упаковку. Сердце девушки снова замерло, Астрид опасливо ждала вердикта.

— Очень вкусно, ммм… серьезно, я бы ел такие пироги хоть каждый день. — похвалил он ее по-братски.

Астрид довольно выдохнула и наконец-то улыбнулась. Еще бы, она вчера весь вечер занималась готовкой, это был ее третий пирог по счету. Узнай ее матушка о том, что она перевела половину мешка муки, она бы руки ей оторвала за это. Первый к несчастью пригорел, пришлось выкинуть остатки их сторожевой собаке, но тот как назло поводил носом и лег рядом, отказываясь избавляться от улик. Пришлось все собрать и отнести свиньям, те уж обрадовались харчам словно не ели неделю. Второй пирог вышел не таким плохим, однако совсем не поднялся. Видно Астрид что-то напутала с опарой. По итогу третий пирог сейчас лежит у нее в корзине, а второй дома на столе, в глазах матушки она пока еще совсем неумеха, но вот в глазах Лейна возможно тянет на хорошую хозяюшку.

Неподалеку послышались девичьи разговоры и смех. Астрид немного обернулась и увидела женскую троицу, проходящую мимо дома госпожи Хильд. Они что-то оживленно обсуждали и смеялись, а когда завидели Астрид тут же притихли и зашептались.

— …опять она возле него вьется…

— …тише ты, они нас услышат…

— …ну и пусть слышат, — бросила третья светловолосая девушка, обиженно надув губы.

Девушки прошествовали дальше и только когда их фигуры растворились за оградой, до нее донеслись запоздавшие слова:

— Ведьма!

Сердце девушки больно кольнуло и тут же навернулись непрошенные слезы.

— Эй, ладно тебе Астрид. Пусть говорят, что душе угодно. Ты же знаешь, что ты такая же нормальная как и все остальные.

Сердце снова кольнуло, но уже от досады. Астрид подняла на него свой взгляд и грустно улыбнулась:

— Да, такая же как все… Я пойду Лейн, мне нужно домой, там еще две корзины. Мама в этот раз много наткала полотна, нужно успеть все раздать до обеда, — развернулась она.

— Эй зеленоглазка?

— Что? — обернулась она.

Лейн промолчал, будто только что передумал говорить. И просто одобрительно улыбнулся.

— Передай матушке привет и слова благодарности.

— Хорошо. До свидания Лейн.

— Пока.

На душе скребли кошки. Выйдя со двора Астрид быстрым шагом пошла к своему дому. От них до дома было почти рукой подать через небольшой сад. Но пока девушка шла, непрошенные слезы застилали той глаза, от чего та даже споткнулась пару раз, и чуть не растянулась во весь рост.

Все верно, чего уж там. Она совсем дитя в глазах Лейна. Он уже в том возрасте, когда пора заводить семью. А ей еще рано. Будет грустно узнать, что совсем скоро ее Лейн приведет в дом другую девушку и Астрид не сможет быть там даже просто гостьей. Что ей останется, когда ее единственный друг в его лице исчезнет? Она и так изгой в своей деревне. Ее ровесники за спиной зовут ее ведьмой и обходят стороной. А все потому, что у нее зеленые глаза и рыжие волосы, коими наградил ее отец. Еще не так давно, когда она была совсем ребенком, у нее были подруги, но все изменилось, когда они начали взрослеть. Кто-то пустил этот нелепый слух, будто ее видели гуляющей по лесу на окраине болота, собирающей какие-то ядовитые травы или ягоды. Кто-то говорит, что она это делала ночью в полнолуние, кто-то говорит, что на рассвете в густом тумане, а она даже ни разу там не была. На окраине леса просто опасно было находится из-за присутствия топей, потому никто в здравом уме туда бы не сунулся, в том числе и она. Оставался теперь один вопрос. Откуда тогда пошли слухи? Она этого не знала. Но придумал это явно тот, кому она была поперек горла. Да и что она ей или ему могла сделать? Она же в жизни мухи не обидит. Но делать было нечего. Нелепый слух обернулся одиночеством и презрением. Теперь она стала замечать, что даже некоторые взрослые женщины порой за ее спиной шепчутся, будто она и вправду ведьма. Однако ее отец словно ничего и не замечал, все говорил какая она у него красавица и как он будет рад, когда выдаст ее замуж. Ее пробрал смех. Да кто же ее возьмет такую, когда нормальные люди обходят ее стороной, парни издеваются, а девушки неприкрыто обсуждают и придумывают нелепицы. Только матушка все замечала. И бывало вечерами гладила ее по голове и успокаивала, сидя в ее комнате.

— Глупости все это… — говорила она.

— Скоро все забудется, ты найдешь и жениха, и друга себе по душе. Все забудется…

Ох если бы это все была правда…

— Чего так долго?

Матушка стояла спиной к выходу, когда Астрид появилась на пороге. В камине как всегда горел огонь, а обеденный стол был завален различными ингредиентами для будущего обеда.

Ее матушка — Грейс со спины выглядела совсем молодой. Фигура была стройна, бедра пышны, волосы же цвета ореха, а глаза темнели темной чащей, стоило только в них заглянуть. Не смотря на хорошо сохранившуюся молодость, годков ей было уже за сорок, и теперь только по глазам можно было определить истинный возраст женщины. Астрид была совсем на нее не похожа.

— Госпожи Хильд не было дома, пришлось передать через Лейна.

В ответ женщина глубоко вздохнула и улыбнулась краешком губ.

— Ну и как он поживает?

Астрид не нашлась что ответить, поэтому глупо пожала плечами.

— Тебе слова благодарности передавал.

— Хороший парень, даже и не понятно почему еще жениться не надумал. Девушкам он нравится.

Внутри нее поднялась волна раздражения. Все было совсем не так! Девушкам нравился этот выпендрежник и гуляка по имени Бран, тот не упускал из виду ни одной юбки. А Лейн никогда не уподоблялся подобному поведению, потому и воздыхательниц у него было не так много. Хотя и исключать их вообще было бы полнейшей глупостью. Девушка знала, что он нравился многим людям, не только девицам. Он был учтив, добр и всегда думал кому и что говорит. Она бы даже сказала, что его здравомыслие ее привлекало в нем больше, чем его внешность, хотя стоит отметить, что боги его не обидели мужской привлекательностью.

— Не знаю… Может потому что в нашей деревне нет подходящих девушек.

Матушка хмыкнула, но говорить больше ничего не стала. По правде, Астрид раздражал этот разговор. Девушка молча взяла остальные две корзины и вышла обратно на улицу. Солнце поднималось все выше к зениту, нужно было успеть еще в два дома. Первую корзину она отдала практически сразу, их соседка встретилась ей на пути и пожелала доброго дня, после чего они перекинулись парой слов о погоде и близившемся празднике в их деревеньке, и девушка пошла дальше. Миновав главную дорогу, Астрид свернула в сторону массивного дома в центре небольшой площади. Там располагалось жилище смотрителя, самого главного человека в их небольшой деревеньке. Он отдавал указы о сборе урожая, праздниках, давал разрешения на браки, выдавал пропуски на ярмарки по выходным, отпуская в города неподалеку и собирал народ вместе, когда надвигались тяжелые времена и голод. Естественно, всю информацию основную он получал от городского смотрителя, а тот в свою очередь исполнял королевские указы, но в основном государственные дела редко касались таких тихих и далеких мест как их деревня. А потому жизнь здесь шла своим чередом.

Астрид постучала в массивную дверь и немного постояв на крыльце зашла во внутрь. Обеденная в доме была огромных размеров, достигая почти второго этажа. По центру стоял огромный каменный камин и массивный дубовый стол.

— Господин Реймонд? — нерешительно проговорила девушка в пустоту.

— Господин Реймонд?

Астрид прошла чуть вперед и поставила плетеную корзину на стол.

— А… Астрид, Линетт тебя заждалась уже, — появился вдруг из неоткуда смотритель, от чего заставил девушку подпрыгнуть на месте.

— Здравствуйте, простите за ожидание, — склонилась она в поклоне.

— Ничего страшного, как поживает Грейс?

Смотритель был достаточно высоким крепким стариком, с проседью на висках и бороде. Его темные глаза светились мудростью и знанием, вот только трость в руке отчего-то портила всю его внешнюю крепость. По началу и не заметишь эту вещицу за его широкими рукавами, подумаешь о власти, о силе этого человека. А потом понимаешь, человек уже пожил свое, ему бы на законный отдых, да табак курить вечерами.

— У матушки все в порядке, как всегда работает не покладая рук.

— А твой отец?

— Он уехал две недели назад в город, закупается в зиму всем необходимым.

— Что ж хорошо, как вернется домой, попроси Ховарда зайти ко мне, у меня к нему есть один деловой разговор.

— Да конечно.

— Ну все ступай, — отпустил он ее.

Девушка выскочила за дверь и уже собиралась идти, как ее резко схватили за рукав и утянули за собой.

— Ну и что ты принесла ко мне в дом, какую очередную гадость? — оттолкнул ее от себя высокий темноволосый парень, когда они остались наедине.

Его голова была усыпана крупными темно-каштановыми и густыми кудрями, хоть стрижка и была короткой. Орлиный нос выдавал в нем любителя командовать, а фигура была стройна, хоть и проглядывались в ней задатки крепких мышц.

Бран брезгливо посмотрел на нее сверху вниз, скрестив руки на груди. Его карие глаза метали молнии, а ноздри то и дело разувались в ожидании ее ответа.

— Я… не понимаю, о чем ты? — едва вымолвила девушка, ощутив волну паники.

— Что ты принесла в корзине?

— Это просто ткани, моя матушка готовит заказы… ай!

Бран больно схватил ее за руку и повел за собой, петляя между конюшней и сенником.

— Отпусти меня, что ты делаешь?!

— Мне уже надоело слышать от других, что маленькая ведьма носит к нам в дом какие-то снадобья. Что подумают о моей матери?!

— Но я не виновата! Я просто помогаю своей матушке!

Тот вдруг резко остановился и оттолкнул ее от себя так, что Астрид едва не упала.

— Еще раз увижу тебя рядом с домом, шкуру спущу, — сверкнул он гневно глазами.

Астрид не нужно было второго предупреждения, она припустила со двора, петляя тропинками между курятником и баней, чтобы никто ее не увидел из посторонних глаз. В горле стоял ком обиды. Ну за что ей все это?! Что она сделала всем этим людям? Как теперь приходить в дом смотрителя? А ведь ей придется, хочет она того или нет, ведь госпожа Линетт постоянная покупательница у ее матери. Ну что за несправедливость такая?!

Уже возвращаясь домой по главной дороге, Астрид не заметила, как сзади появился нежелательный хвост, и обратила на это внимание только когда что-то легонько ударило ее по плечу. Маленькие камушки тут же полетели ей в спину, стоило ей обернуться. Мальчишки лет десяти стреляли в нее из самодельной рогатки маленькими кругляшами со дна их речки. И пусть они были совсем маленькими, однако синяки после такого обстрела не сходили целую неделю.

— А ну хватит! — крикнула она, не сдержавшись, от чего напугала первых двух ребят, что шли ближе всего.

— Ведьма, бежим!

Мальчишки пустились бежать, поднимая столпы пыли под ногами и не рискуя обернуться хоть на секунду.

Слез в глазах больше не было, только обида и злость на все вокруг. Зайдя в дом Астрид громко хлопнула входной дверью и скрылась в своей комнате. Матушка не рискнула входить, оставив дочь наедине с собой.

Как же было мерзко на душе в те минуты. Хотелось просто исчезнуть, чтобы никогда больше не испытывать этого всего.

Близились выходные, а количество ткани в сундуке росло с каждым днем. Матушка готовилась к продаже. Отец еще не вернулся из города, помимо корма для животины, нужно было закупиться зерном, медом, бочками, мехом из которого матушка потом нашила бы теплых безрукавок, а также разрешить собственные дела в военном городке неподалеку. Что это за дела такие были, отец не разглашал. Поэтому каждый его отъезд растягивался на длительное время. Астрид в последние дни пропадала либо на кухне, оттачивая мастерство, либо на огороде, стараясь не сильно отсвечивать любопытным соседям. Почти каждый поход на улицу для нее был тяжелым испытанием, а потому матушка устав смотреть на то, как дочь постоянно торчит дома, выставила ту с корзиной и бельем для похода на мельницу.

Накинув платок на голову и плечи, девушка скорым шагом добежала до леска и свернула у яблоневого сада к реке. Ей повезло, на берегу никого не было, а значит она могла спокойно постирать белье и подышать свежим воздухом. Близился конец лета и дни стояли уже не такие жаркие, солнце приятно согревало лицо и шею, а вечера стали наступать намного раньше. В воздухе витали запахи прелой травы и осенних цветов, птицы отпевали последние песни, ведь через пару недель им предстоял долгий путь на юг.

Астрид нравилось быть одной, никто не обижал ее, не шептал за спиной, не плевал в затылок, вот бы так было всегда. Но спустя минуту девушка призадумалась. Нет, так не пойдет. Одиночество не есть хорошо, оно всего лишь временное убежище, но не более. Прожить всю жизнь одной ей не хотелось. Перед глазами опять возник образ Лейна. Она глупо улыбнулась. Как бы было здорово, если бы он хоть раз на нее взглянул как на девушку. Может со временем он бы увидел в ней не просто друга?

За спиной неожиданно заструились голоса. Астрид резко обернулась и слегка задела коленом корзину с чистым бельем, чуть не свалив ее в воду. По тропинке шли несколько девушек тоже с плетеными корзинами и весело что-то обсуждали. Завидев Астрид, их лица тут же нахмурились и девушки свернули в сторону от нее, расположившись чуть поодаль.

Что ж, вот и ладно. Так даже лучше, подумала Астрид. Сейчас она достирает пару рубах и будет возвращаться домой.

— …ты слышала, что она сказала?..

— …ну слышала, подумаешь… — фыркнула одна из девушек с каштановыми волосами и веснушками.

Астрид прислушалась.

— …не боишься, что Хельга заревнует? — не унималась первая девица.

— …чего мне ее бояться? Тут каждый сам за себя.

Опять наверно обсуждают парней, покачала головой девушка.

— …она сказала, что пойдет на праздник, только из-за него, — вдруг вклинилась третья девушка со светлыми волосами и зеленым платком на голове.

— …у нее уже есть Бран, так? Не жирно ли на нее одну целых двух парней? — улыбнулась вторая.

— …да уж… — протянула блондинка, — Бран этому не обрадуется.

— …сама дура! Вот и пускай думает впредь. Погонишься за двумя зайцами ни одного не поймаешь. — заключила все так же девушка с веснушками.

Хельга была видной красавицей их деревни. А еще с капризным и вредным характером, однако юноши, несмотря на это вокруг нее чуть ли не хороводы водили. Светловолосая голубоглазая, с пухлыми губками, ну просто загляденье. Вот и Бран за ней решил приударить, на что та охотно соглашалась. Хотя зная этого юношу, Астрид была уверена, что настоящими чувствами там и не пахло даже. Девушка много раз видела его с другими девицами, что не упускали возможность пригреться возле него, слушая его сладкие реченьки.

— Ты думаешь Лейну будет интересна Хельга? — продолжила она, надсмехаясь над соперницей.

Астрид пропустила удар сердца, выронив рубаху из рук, а потом тут же цепко поймала ее обратно, пока течение не унесло вещицу вниз.

— Он не из тех парней, кто раскидывается словами на право и на лево. За таких парней замуж выходят, а не тискаются по углам, — победоносно закончила она.

Девушки все не унимались трещать, пока Астрид быстро собирала вещи в корзину. Слушать это более она не хотела. Поэтому, как только зашагала в обратном направлении, тут же услышала за спиной смешки в свою сторону. Она не сомневалась, что объектом насмешек была она. Из-за того, что Астрид часто видели с Лейном, у некоторых сложилось впечатление, что она бегает как хвостик за ним, хотя нужно им отдать должное, от части они были близки к правде. Да и разговор этот девушки затеяли ни капли не стесняясь ее присутствия.

Миновало два дня прежде, чем они собрались к назначенному сроку на ярмарку. Матушка получила разрешение у смотрителя и совсем скоро они погрузились на телегу и запрягли их лошадь Зарю. До ярмарки ехать было пару часов поэтому, время прошло очень быстро. Обычно ярмарки устраивали прямо в городах на площади, но та ярмарка почти всегда была обособленной, и располагалась возле стен города отдельным поселением. Там было все, от драгоценных украшений до заморских пряностей. Пусть не в таком количестве как в крупных городах, зато торгаши были разной масти и что можно было увидеть в очередной раз на их прилавке всегда было загадкой. Помимо обычной продажи на ярмарке происходил настоящий праздник, играла музыка, показывались фокусы и театральные представления. Были даже кулачные бои и конкурсы, за которые давали приличные подарки. Такие ярмарки длились практически неделю, прежде чем лавки сворачивали, а гости уезжали. Они с матушкой приехали где-то на третий день, когда торговля была уже в самом разгаре.

— Вот положи это ближе к центру, самые яркие ткани должны сразу бросаться в глаза, те что проще с боку, а с росписью повыше на стендах, — проговаривала матушка в который раз. Астрид очень часто с ней выезжала на ярмарку, и то как раскладывать товар она и сама знала не хуже нее.

— Я сейчас отойду не на долго, нужно пошлину оплатить, а ты начинай без меня.

Девушка послушно кивнула и встала за прилавок. Чтобы торговать на ярмарке нужно было разрешение городничего или же смотрителя, если ты живешь в поселении, а также оплата пошлины за пользование прилавком, вот собственно и все правила торговли, а за качество товара отвечаешь ты сам. Прошло немного времени, прежде чем появился первый покупатель. К прилавку подошла старушка в накидке и начала рассматривать товар, небрежно переворачивая ткани, словно под ними искала кусок золота, а те ей мешали.

— Вам что-то определенное нужно? — поинтересовалась учтиво Астрид, как ее учила мать.

— Серое все… блеклое… — бубнила она.

— У нас есть с вышивкой золотыми нитями и украшениями жемчугом, вот пожалуйста, — продемонстрировала девушка стенд.

В ответ старушка только нахмурилась и поджала губы.

— И сколько стоят твои ткани девочка?

— Те что с вышивкой золотом стоят пять золотых, а те что с жемчугом восемь.

— Что?! Три шкуры со старухи думаешь содрать? Совсем обнаглели нынешние детишки.

Астрид нахмурилась, но спорить со старухой не стала, хотя та и не унималась, привлекая внимание прихожан, толпившихся у соседних лавок.

— Да за такие ткани и грош жалко отдать.

— О чем вы госпожа? Это же речной жемчуг, или вы сами намеренны собирать его, пока солнце весь день печет вам голову? — раздался неожиданно мужской голос рядом.

— Лейн… — прошептала Астрид, не веря своим глазам.

Старушка снова поджала губы и рассержено завернулась в плащ.

— Совсем обнаглели нынешние детишки, — пробурчала она прежде чем уйти.

Лейн только доброжелательно помахал ей вслед рукой и снова повернулся к прилавку.

— Привет зеленоглазка, рад тебя видеть здесь.

— Привет, — улыбнулась девушка.

— А где госпожа Грейс?

— Она ушла пошлину оплачивать. Наверное у местного городничего в лавке сейчас.

— Ты как?

Астрид немного опешила от вопроса.

— Не переживай, эти злобные старушки всегда есть и будут, тут уж ничего не поделаешь, — посмеялся Лейн.

— Да я… даже в голову не взяла, — посмеялась она, — А ты один приехал?

— Да, решил полезное с приятным совместить. Матушка попросила заехать долг отдать, а я проездом хочу еще и размяться.

— Ты о чем?

Лейн повернулся и пальцем указал в сторону ярморочного поля, где проходили кулачные бои.

— О… ты как всегда не упускаешь возможность я посмотрю, — улыбнулась она снова. Что поделать, девушка не могла устоять перед этим юношей, для нее огромное счастье было увидеть его здесь, когда вокруг были незнакомые люди и никто не мог косо посмотреть на них двоих.

— Ладно, я пойду, тут до начала осталось совсем немного. Я еще позже зайду, мне нужно повидаться с твоей матушкой, — помахал он ей рукой уже убегая.

Астрид лишь грустно улыбнулась, провожая его взглядом. Всегда улыбчивый, добрый, заботливый. Никогда не обидит слабого, даже сейчас поставил на место эту женщину, когда та начала скандалить у ее прилавка. Лейн был любителем ярмарочных боев, вот только не всегда было на это время. Прошло уже добрых полтора часа, прежде чем матушка вернулась.

— Чего так долго?

— Астрид что за тон? Я улаживала дела.

— Какие-то проблемы с оплатой?

— Пару недель назад сменился городничий. Теперь пошлина не двадцать серебряных, а все сорок.

— Это же больше в два раза? Куда такие наценки?

Матушка грустно улыбнулась, но отвечать ничего не стала. Понятно, теперь чтобы окупить прилавок им надо проторчать будет здесь вечность. Астрид прекрасно понимала, что скорее всего половину оплаты негодяй спрячет за пазуху и людям ничего не останется только как молча протянуть ему деньги.

— Тебя Лейн искал.

— Да? Ох точно, Хильд хотела оплату передать, они завтра уезжают и их не будет ровно неделю.

Так вот о каком долге была речь?

— Ты кстати собираешься на праздник уходящего лета? — Поинтересовалась матушка, присев на лавку.

— Не знаю. Что мне там делать? — скучно проговорила Астрид.

— Как что? Праздновать вместе со всеми. Там будут танцы и песни, игры, там будет много вкусной еды, меда и напитков.

— Мне там делать нечего, ты же знаешь.

— Астрид ты всю жизнь не сможешь прятаться от людей, — вздохнула матушка, — Я слышала Лейн тоже там будет.

Астрид немного напрягали ее постоянные намеки относительно него, от чего та начинала злиться. Вот только почему Астрид злилась было непонятно. То ли от того, что матушка рассчитывала на будущего зятя в его лице — что в принципе было невозможно, толи от того, что лезла в ее душу и лишний раз ворошила ее глупую надежду.

— И что?

— Астрид, я сшила тебе красивое платье к празднику. Тебе понравится, — лукаво проговорила она.

Девушка вопросительно посмотрела на мать и тоже улыбнулась. По правде говоря, она бы даже будь у нее королевское платье не сунулась бы на это мероприятие. Однако матушка потратила свое время, вложила в платье свою душу, девушка просто не могла закрыть на это глаза. Сказать ей нет и убрать платье по дальше в сундук с обещанием как-нибудь его надеть было бы крайне жестоко по отношению к ней. Поэтому Астрид просто кивнула женщине и обняла ее в ответ.

Близился вечер и нужно было собирать вещи, чтобы ехать обратно домой. Им предстояло еще проработать пару дней, чтобы отбить хотя бы саму аренду прилавка, так как за прошедший день было всего три покупателя и пару зевак. Лейн подошел к ним, когда они только начали грузить все в телегу. Отдал звонкий мешочек с деньгами матушке и помог перетащить все мешки наверх. Парень специально дождался вечера, не мог уехать и не помочь, в этом был весь Лейн. После этого, он оседлал свою лошадь и тут же ускакал, обосновав свой скорый отъезд тем, что нужно было помочь госпоже Хильд со сборами. Кажется они уезжали к родственникам на свадьбу. Его родной брат жил в другом поселении и женился уже во второй раз. Его первая жена умерла от лихорадки глубокой зимой три года назад, детей они завести не успели, да и пожили вместе всего нечего. Однако Лейн говорил, что любил брат ее безумно. Но вот прошло время и сердце снова ожило.

Астрид была далека от всего этого. Она даже и представить себя не могла с кем-то рядом, она была уверенна, что это ее никогда не коснется. В то время как ее сверстницы уже наряжаются, сплетничают о парнях и в тайне встречаются, она даже и не подумывает об этом. Ее внешность была очень далека от женственной. Она до сих пор видела себя угловатой и нескладной. Ей оставалось только наблюдать за другими.

Прошло еще пару дней, прежде чем они заработали на продаже ткани удовлетворительную сумму денег. Оставался еще целый час до закрытия ярмарки и Астрид уже потихоньку начинала готовить мешки для сборов, когда неожиданно прямо перед носом возникло самодовольное лицо Брана. А он здесь откуда?! И еще несколько парней рядом. Это не к добру… Девушка испуганно отшатнулась от прилавка, выискивая глазами матушку.

— Госпожа Грейс сейчас разговаривает с моим отцом, — пропел Бран будто читая ее мысли, на что тут же усмехнулись все остальные.

— Что тебе нужно? — нахмурилась девушка.

— Что-то ты не особо любезна со своими покупателями, — прищурился он.

Астрид угрюмо промолчала, но взгляда не опустила.

Бран вытащил пару рулонов из стопки тканей наугад и бросил девушке прямо в руки.

— Продай мне их, — самодовольно тот усмехнулся.

Девушка опустила глаза на товар и отметила про себя что стоили они не мало, пусть и были без дорогой вышивки.

— С тебя пятьдесят серебряных, — проговорила она.

— Ух ты… надо же… — похлопал парень себя по карманам, оглядываясь на друзей, — кажется я не взял с собой кошель. Дома оставил, вот же идиот! — посмеялся он, — парни, у кого-нибудь есть при себе пятьдесят серебряных?

Те ржали словно кони и мотали головой. Девушка не понимала к чему он клонит и продолжала наблюдать этот спектакль.

— Неудобно как вышло… — подкрался он к ней, — послушай, можешь мне по старой дружбе дать их в долг, мне на подарок любимой девушке… А я как только появятся деньги, сразу же тебе отдам, — подмигнул он ей.

Все это явно пахло большими проблемами для Астрид потому она сложила ткани и вернула их обратно в стопку.

— Прости Бран, вынуждена тебе отказать. Да и дружбы у нас с тобой как таковой нет, — проговорила она, стараясь не поднимать взгляда. Однако даже не смотря в его сторону, девушка чувствовала волны злости и раздражения, исходящие от него.

— Да что ты о себе возомнила, маленькая ведьма? — схватил он неожиданно больно ее за руку, а затем улыбнулся, — Думаешь вправе отказывать мне?

— Пусти мне больно, — прошептала Астрид, пытаясь вырвать ее из цепкого хвата.

— Ты еще пожалеешь об этом, — проговорил он тихо, а затем резко отпустив девушку, раздраженно ушел вместе со всеми.

Что это было? Зачем было устраивать это представление, при этом не собираясь ничего покупать? Она догадывалась зачем. Лишний раз показать ей ее место и продемонстрировать свое. Он всегда был злобным и эгоистичным человеком. Мог позволить себе смеяться и унижать слабых. Мог позволить себе любую выходку и ничего ему за это не было. А все потому, что он единственный сын смотрителя. Наследник. Знал ли про это его отец? Догадывался, но что толку?

Девушка уже просто отсчитывала в голове время, с надеждой отмечая положение вечернего солнца на небе. Ей хотелось домой, единственное место, где она могла себя чувствовать таким же человеком, как и все остальные была ярмарка. Но Бран и здесь успел ей все испортить.

— Ну что собираемся? Подошла матушка совсем скоро.

— Да, ужасно хочу домой.

— А что хотел Бран?

— Ничего, просто подошел поздороваться, — соврала девушка.

Кажется ее матушку удовлетворил такой ответ, и та принялась собирать вещи.

Близился праздник уходящего лета. Улицы пестрели лентами, венками и композициями из цветов. Повсюду царило радостное настроение. Люди смеялись, выходили наружу и помогали друг другу украшать дома. Девушки уже начинали примерять наряды и прически, сбиваясь в маленькие стайки и гуляя до темна. Астрид же отодвигала любой выход из дома до последнего. Ее страшил этот праздник. Как? Ну как она пойдет одна туда? Матушка же напротив все щебетала о предстоящем празднике, будто и не замечая паники в глазах девушки. Тем более после того, как Бран ей открыто угрожал. Однако время неумолимо таяло, и вот уже совсем скоро настал день празднества. Астрид сидела перед зеркалом и медленно плела маленькие косички на распущенные волосы, вставляя туда небольшие голубые цветочки.

— Ну что ты готова? — послышался голос матери.

— Да, — неохотно отозвалась девушка.

Медленно поднявшись Астрид придирчиво осмотрела себя со стороны. Платье было по канону из белого льна, с большими рукавами — фонарями и пышной юбкой за счет резинки под грудью. Из — за этого фигура смотрелась стройнее и выше. Что ж вполне уместно. По крайней мере сильно выделяться она из остальных девушек не будет, Астрид была уверена, что сегодня каждая будет выглядеть так словно ее сватают. Такие праздники издревле устраивали в большинстве своем не только из-за прощания с летом, но и в качестве смотрин для будущих невест. От того все это в голове Астрид совсем не укладывалось и выглядело откровенной глупостью.

— Улыбайся Астрид, ты будто на приговор идешь, — пожурила ее матушка.

Девушка выдавила из себя улыбку и взяла из рук матери маленький букет полевых цветов, который по традициям каждая молодая девушка должна была сплести в венок, а затем пустить по воде, в надежде, что тот доплывет в итоге до берега и не потопнет в быстром течении реки. В букете были те же голубые цветы что и в ее волосах — васильки и ромашки.

Снаружи было уже темно, а в воздухе витал запах костров и цветов. По мере приближения к месту, девушка уловила еще и запах печеных яблок с мясом. На поляне уже во всю кружились в танцах, играли гусли и флейты, горланили песни, выпивали пряные напитки и смеялись. Девушка остановилась, не решаясь двинуться дальше, а затем пошла в обход тропинки. Путь был дольше, но зато была велика вероятность, что ее никто не заметит и Астрид могла бы спокойно насладится вечером где-нибудь неподалеку. Однако у судьбы на ее счет в этот вечер были другие планы.

Уже подходя к поляне, девушка услышала в камышах неподалеку девичий писк, а затем и смех. Астрид решила прошмыгнуть настолько быстро на сколько это было возможно, избегая посторонних глаз. Однако почти перед самым носом из камышей выскочила взъерошенная девушка. Ее платье было задрано до самых колен, а лиф на груди почти полностью распахнут. Это была та самая девушка, которая рассказывала про Лейна и Хельгу возле реки. Именно она осуждала Хельгу за ее поведение и называла ее дурой. Сейчас на ее щеках был алый румянец и дикое смущение. Осознание пришло секундой позже. Девушка с замиранием сердца ждала, что сейчас из камышей выйдет Лейн и ее сердце разобьется на тысячу осколков. Ведь именно о нем так сладко пела речи эта девица в тот раз, и Астрид бы поверила в чувства ее любимого друга, ведь девушка и вправду была очень хороша собой. Вот только ее сердце пропустило удар, когда из камышей показалась темноволосая голова Брана. Да, ее сердце пропустило удар, а затем понеслось с диким бегом, крича той об опасности. Да что же это такое?! Как так можно? Мечтать об одном, а резвиться в камышах с другим? Астрид тут же засеменила в сторону поляны, мечтая больше никогда не встречаться глазами ни с ней, ни с Браном. Почему-то в сердце девушки поселилась злость на эту девицу, будто та предала именно Лейна, хотя скорее всего тот о ней ни сном, ни духом. А этот Бран, стоило ему наверно поманить ее одним пальцем, как та тут же забыла о своих чистых чувствах к другому и побежала на радостях к нему. Астрид поморщилась. Ну что в нем находят девушки? Знают же все, что он не пропускает ни одной юбки, она еще не забыла, как нагло тот смотрел на нее, когда показался из камышей. Его медленный взгляд прошелся по ее вжавшейся фигурке вальяжно, даже по-хозяйски. Вот уж с кем встречи она не ожидала, теперь о спокойном празднике ей можно было забыть.

Астрид бежала изо всех сил, будто ее преследовали сами демоны. Налетев неожиданно на дерево, девушка остановилась, переведя дыхание. Послышалась громкая музыка и веселый смех, когда Астрид подошла ближе. Вот он праздник, все веселятся, прыгают через костер, кто смелее да ловчее. Отламывают пышный хлеб и сочное мясо с общих мисок, не сторонясь друг друга. Ей так хотелось хотя бы на мгновение стать частью этого праздника, что она не выдержала и двинулась на поляну. В сердце закралась небольшая надежда, что если она сможет найти Лейна, то и в правду окунется хоть ненадолго в нормальную жизнь. Рядом с Лейном ее никто не тронет.

Однако Лейна нигде не было… Астрид слишком долго стояла, выискивая его взглядом, когда за спиной так отчетливо послышались знакомые смешки.

— …боги, она и правда пришла…

— …на что она рассчитывает вообще?

Взгляд тут же остановился на светловолосой девушке неподалеку. Та морщила свой маленький носик, скрестив руки на груди, а рядом с ней стоял незнакомый парень, улыбаясь ей словно мартовский кот. Это была Хельга. На секунду девушки поймали друг друга глазами и меду ними хлопнула опасная искра. Хельга продолжала на нее смотреть с неприкрытой злостью. Почему? Они ведь даже не знают друг друга?

Смех все продолжался, а былой запал со стремительной скоростью таял внутри нее. Ноги начали трястись от осознания, что все смотрят на нее. Когда сил уже не осталось просто находится там, девушка снова сбежала. Позорно сбежала. Она была зла абсолютно на всех. На людей, на матушку и даже на Лейна. Астрид раздраженно зашагала в сторону реки, на ходу отгоняя мошек руками. Маленький деревянный мостик показался совсем скоро. Как и ожидалось там было пусто. Девушка присела на край и опустила ноги в прохладную воду, затем умылась и бросила злой взгляд на сиротливо лежащий букет цветов. Схватив его, она со злости замахнулась, желая выбросить тот куда по дальше, однако рука дрогнула, не посмев совершить задуманное. Глаза наполнились слезами, но так и не пролились. Астрид нежно погладила мамин букет и стала медленно плести венок, напевая грустную мелодию. Она отдаст должное матери. Просто пустит его по воде и пойдет домой.

После того как венок поплыл вниз по течению, девушка со спокойной душой пошла в сторону дома, даже не оглянувшись на него. Преодолев совсем небольшое расстояние, Астрид неожиданно испугалась еще одного шороха по близости. В камышах опять кто-то был. Девушка почти сразу же бросилась наутек, предполагая, что Бран снова притащил очередную жертву и еще одной встречи с ним она точно не переживет, однако послышался знакомый голос.

— Астрид? Что ты здесь делаешь?

— Лейн? — девушка не верила собственным ушам.

Парень вылез на берег будучи в мокрых штанах и без рубахи. Глаза Астрид медленно опустились, отмечая крепкую мускулатуру Лейна и тут же зацепились за предмет в его руках. Быть не может! Это же был ее венок, который она пустила по реке совсем недавно!

— Что это у тебя? — вырвалось у нее неожиданно. Девушка показывала взглядом на ее венок у него в руке.

— …а это… не знаю, красивый, проплывал мимо, — отмахнулся он, — подожди никуда не уходи, — скрылся он снова в камышах.

Астрид все никак не могла понять, было ли это каким-то знаком? По традиции венок должен был уплыть как можно дальше, достигнув в лучшем случае другого берега — это сулило счастливую супружескую жизнь в будущем. Если же венок потонет, то не бывать девице с загаданным суженным. Однако Лейн не дал ее венку проплыть и нескольких метров, он просто забрал его. Щеки резко обдало румянцем, а сердце застучало как ненормальное. Быть не может, это все бред какой-то. Даже не думай об этом Астрид, не бывать этому…

Лейн совсем скоро показался снова уже одетый, обутый и без венка. Его шевелюра все еще была мокрой и с волос падали тяжелые капли. Что он тут делал, когда все остальные во всю празднуют?

— Почему ты так поздно гуляешь одна? — подскочил тут же Лейн.

— Прости, я не совсем поняла…

Парень тут же оборвал ее, так и не дав договорить.

— Ты не должна находиться вне дома в такое время!

— Так ведь все гуляют, праздник же, — проговорила девушка все еще не понимая его строгого тона.

Лейн засмеялся, но тут же сдвинул брови.

— К тебе это не относится Астрид.

— Что ты имеешь в виду? — начала хмурится девушка. Ей не нравился его посыл, неужели даже он считает, что ей тут не место?

Она вдруг неожиданно для себя огрызнулась:

— Все девицы гуляют, а мне нельзя?!

— Тебе еще рано.

Боги, он же не всерьез так думает?

— Лейн, они мои ровесницы.

— Эти ровесницы старше тебя минимум на год, а то и на два. Им уже замуж пора.

Девушка снова окинула его взглядом. Сам то стоит весь нарядный, выходная белая рубаха, штаны с широкими карманами, кожаные сапоги — будто на свадьбу вырядился. Поди девок рассматривал одну краше другой — им же пора замуж. А ей что? Сиди дома — тебя это не касается! Астрид со злости сжала кулаки.

— А мне не пора?

— Тебе всего пятнадцать.

— И что?

— Ничего, будет интересно послушать госпожу Грейс, когда мы вернемся домой, — схватил он ее за локоть и поволок в сторону главной дороги.

Астрид вырвала руку и снова остановилась, грустно улыбнувшись.

— Моя матушка настояла, чтобы я пошла, Лейн. Я не хотела этого, — подняла она на него взгляд.

Лейн снова нахмурился, а затем опять схватил ее за руку, словно нашкодившего ребенка. Парень был явно раздражен. Астрид впервые видела его в таком настроении, но хуже всего было осознавать тот факт, что это она была всему виной. Обида с новой силой захлестнула ее, от чего на глазах выступили слезы. Вот же дура! Она еще и надеялась с ним вместе погулять на празднике. Какая же она дура! А он ее и видеть там не желает… Обращается с ней как с девчонкой. Захотелось ударить его чем-то тяжелым.

Лейн был очень рассержен, деревянная калитка отлетела назад, ударившись об ограду с противным звуком. Астрид же ничего не замечала, ей было до одури обидно. Ее просто тащили за собой, словно мешок картошки. Парень громко постучал в двери дома и почти сразу же на пороге возникла ее матушка, оглядывая пришедших встревоженным взглядом.

— Лейн? Что случилось?

— Доброго вечера вам, госпожа Грейс. Прошу сегодня ее больше никуда не выпускать из дома… Нынче народ разгулялся, мало ли чего случится может, — покосился он в ее сторону.

Астрид гневно выдернула руку и скользнула внутрь дома, захлопнув за собой тяжелую дверь. Она и слышать не хотела глупые обвинения в свою сторону. Лейн перегнул палку со своей заботой. Какая ему разница, что с ней будет? А если матушка завтра объявит о желании ее сосватать кому-то? Он тоже прибежит и будет молотить в двери горланя на всю округу, что ей всего пятнадцать?! Все это вызывало в ней огромную бурю эмоций. Астрид упала на кровать и накрылась покрывалом, так и не раздевшись. Мыслей в голове было слишком много, они гудели словно огромное количество пчел. Отключив голову, девушка забылась тревожным сном. На утро же матушка даже вида не подала, что вчера была вынуждена объясняться с Лейном. Вот и славно. Девушке надоели эти бестолковые разговоры о нем. Учитывая тот факт, что юноша совсем не проявлял к ней нужного интереса, Астрид дала себе обещание больше не думать о нем в таком ключе. Однако ком внутри нее, словно стал больше и куда тяжелее.

В делах и заботах она провела почти несколько дней, прежде чем домой вернулся отец. Он приехал рано утром, на двух телегах, второй телегой управлял нанятый возничий, и обе были завалены мешками и ящиками до полна.

— Папа! — радостно выбежала девушка навстречу.

Отец первым делом ее горячо обнял и поцеловал в макушку. Его фигура была приземиста, но крепка не смотря на его не молодой возраст. Рыжая борода отросла колючками и неприятно колола кожу, однако Астрид не сопротивлялась.

— Господин Реймонд просил зайти тебя про приезду, — доложила ему девушка.

— О, что ж, видно разговор у него ко мне какой-то, — улыбнулся он.

Не размыкая объятий, мужчина тут же поспешил сменить тему.

— Ну, как тут все это время поживали мои любимые девочки?

— Успели соскучиться, — подоспела скоро ее матушка, забирая все остальное внимание на себя.

Астрид всегда радовалась таким моментам, ее родители горячо любили друг друга вот уже столько лет. Смотря на них, девушка всегда восхищалась, потому что ей самой такое испытать вряд ли предстоит. Вот и сейчас она тихонько вернулась к домашним делам, оставляя их наедине.

Отец привез много новостей из города, в том числе и не очень хороших. За обедом рассказал все же зачем ездил в военный городок, оказывается там служил его хороший друг, отец решил повидаться в очередной раз. Вот только уехал он оттуда с тяжелым сердцем.

— Близится война. Возможно я видел своего друга в последний раз. Их дружина завтра отправляется в поход на дальние земли.

— А что же это наш король молчит? — встрепенулась матушка.

— Наш король не хочет паники создавать. На сколько мне известно уже почти полгода он пытается вести переговоры с соседним королевством, однако не так давно к мирным соглашениям они так и не сумели прийти. Чужеземцы претендуют на некоторые наши земли, участились нападения на границы, — сцепил тот крепкие руки над столом.

— Что же теперь будет, Ховард? — присела женщина на краешек стула.

— Не знаю, пока официального объявления нет, но в городе и так уже все на слуху давно. Люди шепчутся, открыто говорить боятся, но все равно готовятся к общему призыву.

Только этого еще не хватало… Астрид запоздало почуяло неладное сердцем. Хорошее настроение от приезда отца как рукой сняло.

— А чего это ты дома все время сидишь? — вспомнил вдруг про нее отец так не кстати. — Уже половина дня нет, иди хоть воздухом подыши, воды вот принеси, — поставил он ведра перед ней.

Если это был легкий намек на то, чтобы оставить их с матушкой вдвоем, то так уж и быть. Однако ей не понравился взгляд отца, будто тот начал наконец спустя столько времени замечать ее одиночество. Поздно ты спохватился папа…

Астрид покорно взяла ведра и вышла на улицу. Погода была прекрасная, бабье лето было в самом разгаре, уже начинала потихоньку желтеть первая листва, а поля начали окрашиваться золотыми красками. Близился сбор урожая. Какая тут война, если некому будет устраивать сбор, то урожай пропадет и в скором времени начнется голод. Мысли Астрид были мрачнее тучи и совсем не соответствовали прекрасной погоде за окном. Все жило и цвело, совсем не замечая надвигающейся бури. Астрид брела, занятая своими не радужными мыслями и совсем не замечала, как за ней уже давно наблюдают.

Подойдя к колодцу, девушка привычными движениями прицепила ведро на крюк и опустила его на дно. Затем руки так же привычно потащили его с большим усилием наверх. Но девушка справлялась. Стоило ведру с водой опуститься на землю, как глаза тут же выхватили чей-то черный сапог рядом.

— Привет милая, — пропел елейный голосок над ухом.

Что б его, Бран! Только его еще тут не хватало. Она была не настроена на его шуточки и быстрыми движениями начала цеплять второе ведро на крюк.

— Что тебе нужно? — проговорила она уставшим голосом.

— Боги покарайте меня, если мне когда-нибудь что-то понадобится от ведьмы.

Астрид нервно усмехнулась.

— Что смешного я сказал? — угрожающе проговорил Бран.

— Ничего, так что ты хотел? У меня мало времени и полно дел, поэтому давай уже закончим этот…

Его сапог со злости опрокинул ведро с водой стоящее рядом, так не дав ей договорить до конца.

— Закончим тогда, когда я скажу, усекла?

Астрид промолчала в панике наблюдая за парнем.

— О, ты что же испугалась? — его забавлял ее страх. — Ну брось, я же пошутил, — сказал он, сокращая дистанцию, на что Астрид тут же отреагировала и отступила на шаг назад.

— Может я соскучился по нашим неожиданным встречам? Я был удивлен, когда увидел тебя на празднике. Какая прелесть. И ты в этом милом платье, ну прямо сама невинность, — посмеялся он.

Может кто-то другой и оценил бы его комплименты, но ей они казались пугающими и угрожающими.

— Тебе есть кому предложить свои встречи, оставь меня в покое, прошу, — взмолилась девушка.

— Ты это о чем? — скучающим тоном проговорил он.

— Хельге не понравятся твои отношения с другими девушками, и я не хочу быть в ее списке.

— У нас с ней свободные отношения, знаешь о таких? — глумился он над ней, — Ну конечно не знаешь! — хлопнул он себя по лбу, продолжая сокращать дистанцию.

Астрид снова отошла, но тут же уперлась в скамейку рядом.

— Откуда тебе нелюдимой знать, что может быть между парнями и девушками? Я тебя не виню. Тебе ведь приходится только стоять и наблюдать издали, — продолжал смеяться он.

Его напор заставлял ее сжиматься в маленький комок, девушка уже не видела другого выхода кроме как кричать и звать на помощь, когда так неожиданно и вовремя подоспела помощь.

— Остынь Бран. Кажется, ты пугаешь девушку, — послышался знакомый голос.

Астрид резко обернулась и увидела хмурого Лейна — губы поджаты в тонкую полоску, ноздри раздуты, на лице застыла угрожающая гримаса, совсем не сочетавшаяся со спокойным голосом парня.

— Мы просто мило беседовали, что тебя так насторожило? — улыбнулся он ему своей белозубой и непринужденной улыбкой.

— Что ж, отлично, у Астрид много дел, мы пожалуй пойдем, — сказал Лейн, поднимая ведро и снова заполняя его водой.

Бран и не собирался уходить, все продолжал прожигать ее угрожающим взглядом. Лейн давал ему время, но по итогу не выдержал и громко шваркнул ведром о скамейку.

— Проваливай, — прорычал Лейн, едва сдерживая себя.

Бран тянул время проверяя на прочность и так худое терпение ее друга. Напоследок он едко улыбнулся им обоим и легкой непринужденной походкой развернулся в противоположную сторону, обещая девушке еще большие проблемы в будущем.

Астрид не знала благодарить Лейна или обругать того. Все закручивалось просто в огромный ком проблем. Ее терпение было на пределе. Девушка выхватила у Лейна одно ведро и собралась за вторым, как парень молчаливо отшатнулся от нее.

— Слушай я просто помогаю тебе, дай мне доделать все до конца, — упрямо произнес он.

— Да что ты вечно со своей опекой лезешь?! — не выдержала девушка, почувствовав, как на глаза навернулись слезы.

Боги, как она была не права сейчас! Ее облило словно ушатом ледяной воды, когда она заметила удивленный и одновременно болезненный взгляд парня. Ну что ей сложно было просто поблагодарить его?! Если бы не Лейн, она бы уже верещала на всю округу, как дурная.

— Я сама, — девушка опустила взгляд, боясь снова увидеть его синие глаза, в которых бушующим морем плескалось разочарование.

Лейн молча отдал ей второе ведро и проводил ее пристальным взглядом до самого поворота. Она это чувствовала, его взгляд жег ей спину и заставлял ее сердце ныть от обиды за него. Она просто ужасный человек. Правильно сказал Бран. Ее участь — просто наблюдать издали. А дружбы Лейна она точно не достойна.

Общение с другом у нее в последнее время не ладилось. То он исчезал с ее поля зрения, когда Астрид появлялась рядом, то она избегала попадаться ему на глаза, стоило тому только показаться на горизонте. Она и сама понимала, что это глупо, но поделать ничего не могла. Именно сейчас одиночество, которое она так долго вскармливала своими терзаниями, проявило себя во всей красе. Оно было тяжелым и отравляющим само ее существование. Астрид понимала, что это не жизнь. Ее единственная отдушина в лице Лейна сейчас была недосягаема. Однако то были еще цветочки. Совсем скоро к тоске присоединились совершенно новые эмоции. Они были на столько сильными, что Астрид едва сдерживала слезы и гнев. Это была ревность.

Как-то вечером отец попросил ее сходить к местному кузнецу — его звали Рой. Это был глубокий старик, но с очень крепким телосложением, возраст ему был не страшен. За глубокими морщинами скрывался сильный дух и крепкий ум. Свое дело он знал и потому пользовался хорошей репутацией у односельчан.

— Добрый вечер Астрид, я как раз тебя ждал. Твой отец просил меня сделать ему кожаные латы. Вот сделал все по лучшему разряду, — продемонстрировал он.

Астрид окинула взглядом доспехи и в ее сердце противно кольнуло. Отец собирается на войну. Просто так они ему были ни к чему. Однако девушка не решила произнести это вслух и с благодарностью приняла работу.

— Благодарю господин, — кивнула она.

— Пусть носит с гордостью. Они достаточно крепкие, — улыбнулся он ей.

— Астрид попрощалась, и собиралась уже идти, когда ее взгляд нечаянно зацепился за угол центральных конюшен. Кузнец жил практически неподалеку от дома смотрителя, где располагались конюшни их деревеньки. Там находились все лошади односельчан, за которыми круглосуточно следил местный конюх. И сейчас Астрид едва дышала, боясь поверить собственным глазам. Хельга и Лейн стояли близко друг от друга и о чем-то мило беседовали. Он улыбался ей, а та переливчато смеялась, словно канарейка. Светловолосая красавица сократила расстояние и положила свои маленькие руки Лейну на грудь. Парень был достаточно высоким, поэтому худышка Хельга смотрелась рядом с ним, словно маленькая колдовка. Лейн медленно перехватил запястья, а дальше Астрид выбежала со двора кузнеца словно ужаленная, налетев при этом на какого-то паренька, которого даже не заметила в порыве.

— Простите… — пролепетала она, унося свои ноги со двора.

Девушка не желала больше видеть ни одного мгновения этой откровенной сцены. В глазах застилало от слез, и вся дорога к дому прошла как в тумане. Боги как она могла показаться зареванной родителям? Они же начнут спрашивать. Еще добрых несколько минут она сидела возле дома, пытаясь успокоиться, прежде чем зашла в дом.

— Астрид ты чего так долго? — поинтересовалась матушка, накрывая на стол.

— Я… просто разговорилась с господином Роем.

Женщина с уставшим взглядом присела на скамейку и виновато посмотрела в глаза Астрид, подмечая ее опухшие веки.

— Ты ведь наверное поняла уже зачем твой отец решил сделать себе латы?

— Конечно поняла. Он собирается нас бросить. — отчеканила девушка.

Та встревоженно посмотрела на Астрид, не веря своим ушам.

— Нет милая, что ты говоришь?..

— А то и говорю. Зачем ему сдалась эта война? Он же погибнет там?! А мы останемся одни, кому мы будем нужны с тобой, мама?! — бросилась Астрид на шею к ней, заливаясь снова слезами. По правде говоря, Астрид оплакивала не только отца. Говоря, что они будут никому не нужны, она так же прощалась и с единственным другом, как бы эгоистично сейчас это не звучало.

Однако эта неделя была богата на плохие события и не собиралась сбавлять обороты. Они шли чередом одни за другими. И Боги, как же она была близка к истине еще пару дней назад. В тот раз она прощалась с дружбой Лейна, и вот сегодня наступил тот день, когда она вынуждена была прощаться и самим Лейном. Именно в это утро приехал посыльный по королевскому указу. Война пришла в их королевство.

В то утро собрали всех местных жителей на центральной площади. Посыльный стоял рядом со смотрителем и в руках держал гору запечатанных писем. Деловито передав господину Реймонду большой свиток, тот принялся ждать, когда смотритель озвучит их содержание.

Он обреченно произносил речь о том, что настали тяжелые времена, и королевская армия нуждается в добровольцах, которые готовы встать на защиту своих родных и близких. Торжественные слова плавно перетекли в список призывников, чей возраст начинался от восемнадцати лет. Имен было не так уж и мало, среди них был и ее отец, однако, когда прозвучало имя Лейна, Астрид перестала дышать. Слезы на щеках прочертили две соленые дорожки. Это было последней каплей. Все эти дни она молилась каждую ночь и каждое утро, чтобы беда не пришла в их земли. Чтобы отец остался дома, чтобы все это прошло стороной. Но все ее надежды были тщетны. Судьба забирала самых дорогих ей людей. Ком внутри сковал ее сердце, пробив в нем дыры огромными шипами. Кажется она начала задыхаться. Отец стоял рядом, успев заметить состояние девушки.

— Астрид, не смей! Посмотри на меня? — встряхнул он ее за плечи.

Тут же подбежала мать и бросилась ему на шею, рыдая горькими слезами.

— Не пущу! Не пущу! — вцепилась она руками в него.

Девушка отошла на ватных ногах от них и осела на землю, не веря всему происходящему. Вокруг нее была похожая картина, женщины вокруг плакали и причитали. Кто-то возмущенно кричал, кто-то спорил, вокруг поднялся гул недовольных односельчан.

— А ну тихо! — крикнул смотритель, — Я не могу повлиять на это. Если сейчас вы не защитите нас, то пострадают наши женщины и дети! Подумайте о них лучше!

Толпа стихла, разбредаясь по своим домам. Кто-то остался. Девушка же просто брела в сторону от площади. Ее захлестнуло настоящее горе. Не разбирая дороги, Астрид набрела на конюшню и увидела мирно расхаживающего Лейна внутри. Видно он только зашел и собирался заняться своими делами. Достал щетки, проверил седло. Делал все так буднично, словно и не было этой беснующей толпы на площади. Девушка громко всхлипнула, заставив парня подпрыгнуть на месте и обернуться.

— …Астрид?

Девушка не дала ему договорить, кинулась Лейну на шею и стала плакать. Его руки крепко обняли ее и прижали к себе. Несмотря на все прошлые недопонимания, он был нежен и заботлив с ней.

— Лейн не уходи! Сначала отец, теперь ты!

Кажется она уже и забыла о тех сердечных метаниях в ее душе несколькими днями ранее.

— Я не могу. Все кому восемнадцать и более — военнообязанные, — проговорил он, отстраняя ее от себя, чтобы заглянуть в лицо.

— Это не справедливо!

— Астрид, о чем ты говоришь?

— Это не справедливо, Лейн! Почему война забирает только хороших людей?! Откажись Лейн! Ты мне нужен!

Глаза парня на миг удивленно посмотрели на нее, наверное ожидая чего-то еще, но девушка вовремя замолчала, понимая, что сказала что-то лишнее и опустила голову.

— Через несколько дней будут сборы. Мы уедем Астрид. Это будет тяжелая дорога и мне нужно подготовиться. И я буду очень признателен тебе, если ты …будешь иногда захаживать к нам с матушкой. И после тоже… Она ведь одна останется. После смерти отца, ей не на кого кроме меня положиться. Я понимаю, у тебя и своих забот полно будет…

— О чем ты Лейн! Я обязательно приду, и сегодня, и завтра, и … — рыдала она.

Боже, а у нее ведь отец тоже уедет! Он тоже уедет! Астрид снова разрыдалась, однако Лейн снова обнял ее и начал нежно гладить по голове.

— Ну полно тебе, разве это навсегда? — начал было успокаивать ее он.

— А вдруг… вдруг ты больше не… — парень с укором посмотрел на нее.

— Даже не смей говорить это вслух. Я вернусь. Обязательно вернусь. Обещаю. У меня остались незаконченные дела здесь, — нахмурился он, выжидая ее реакции.

— Хорошо… — кивала она головой, словно цепляясь за последнюю надежду. — хорошо…

— Вот и славно зеленоглазка, — улыбнулся он.

Что ж по крайней мере он дал обещание. И зная Лейна, нарушить свое обещание он никогда не посмел бы. На сердце было тяжко, а вернувшись домой стало еще тяжелее. Отец занимался сборами, матушка бегала за ним и умоляла остаться. На глаза снова навернулись слезы. Хотелось выть от тоски. Оставалось всего три дня. Боги дайте ей сил…

Однако в этот раз они услышали ее и решили сделать все по-своему. Отец в ночь ушел к старому приятелю — господину Нортону, так сказать, опрокинуть пару чарок, вспомнить былое, да отдохнуть вдоволь пока была такая возможность. А вот вернулся он не своими ногами. Господин Нортон — главный конюх, привез его под утро на телеге с лошадью обратно домой. Матушка сначала было разозлилась, стала кричать на него, предполагая, что мужа привезли пьяным вусмерть. Однако отец не стал реагировать на ее крики и тихо подозвал конюха к себе, чтобы тот помог ему вылезть из телеги.

— Ховард? Что с тобой? — подбежала матушка к телеге, как только заподозрила неладное.

— Грейс, ваш муж кажется сломал ногу, когда слазил с лошади, я через пару часов пришлю к вам местного лекаря, — проговорил виновато конюх.

— Да как же это так-то?

— Да вот, Нортон мне решил его личного мерена показать, — ухмыльнулся он, а затем продолжил, — мы разговорились про войну, начали вспоминать былое. Я сказал, что истинному всаднику любой конь не по чем. И вот как видишь я тут с переломом, — рассмеялся Ховард, будучи еще во хмелю.

— Нортон помогите его завести в дом, ему нужен отдых до прихода врача, — сверкнула женщина глазами. Матушка была недовольна происходящим, так еще и перед лекарем будет неудобно, если ее муж до его прихода не протрезвеет.

— Грейс, милая не кипятись. Все будет хорошо.

Однако матушка оставила без внимания его слова и молча зашла в дом.

Ближе к обеду Астрид помогала накрывать на стол и уже собиралась навестить Лейна, когда к ним в дом постучались. Седовласый и сухопарый мужчина в очках стоял на пороге с небольшим деревянным ящиком в руке. Девушка не знала, как его зовут, но по одежде поняла, что это лекарь. Его она ни разу не видела в их деревне, поэтому с недоверием впустила в дом.

— А… проходите, проходите Карл, мы вас сутра еще ждем, — проговорила женщина, провожая того в родительскую спальню.

— Простите Грейс подзадержался немного в пути. Староват я уже для прогулок стал. Обычно пациенты сами ко мне приходят, — проговорил он извиняющимся тоном.

— Ничего, ничего.

Астрид проследовала следом за ними. Отец уже пришел в себя и лежал с грустным видом на кровати.

— А… Ховард. Здравствуйте, мне сказали, что сегодня сутра вы не очень удачно слезли с лошади, — улыбнулся он ему, будто и не замечая его угрюмого вида.

— Вот, — сказал он, откидывая одело, — скажите, восстановление затянется на долго?

Так вот почему отец грустный. Кажется он расстраивается, что пропустит сборы и придется ему намного позже выезжать из дома. Однако лекарь не спешил отвечать на вопрос, придирчиво ощупывая щиколотку и пятку отца.

— Ну что там? — не унимался он.

— Ничего хорошего, — цокнул он языком. — Восстановление конечно будет очень долгим, да и ходить вам теперь будет куда сложнее.

— О чем вы? — вклинилась матушка.

— Пятка раздроблена, еще и застарелая травма в щиколотке дала о себе знать. Скажите, когда вы ее получили?

— Что еще за травма Ховард? Ты мне ни о чем не рассказывал, — уперла руки в бока женщина.

Мужчина еще больше нахмурился, кажется уже прощаясь с военными сборами принципе.

— По молодости попал под телегу, лошадь неслась как с пожара. Едва уцелел в тот раз. Получил сотрясение.

— Что ж Ховард. Сейчас у нас время тревожное. А вы я как посмотрю числитесь в списках призывников? Так вот скажу вам сразу, вы не годны к военной службе. Ваш возраст уже не молодой, застарелая травма так и не заросла, имеется сотрясение, так еще и пятка разбита в кости. Заживление будет болезненным и к сожалению, ходить вам теперь придется только с тростью. Вам повезло, что это не случилось там.

— Боги… — выдохнула матушка, присев на скамью рядом. А спустя секунду она рассмеялась и расплакалась, кажется от счастья.

— Сейчас я выпишу бумагу о вашей непригодности, отдам смотрителю, а он направит информацию в город.

— Спасибо вам Карл. Женщина уже не стесняясь своих эмоций, пожимала обе руки лекарю и чуть ли не целовала его в обе щеки.

— Грейс, прекрати уже, — возмутился недовольно отец.

— Я всегда говорила тебе Ховард, что негоже молодиться в твоем возрасте! Вот ты и наказал себя сам… а может и спас… — схватилась в последний момент за голову матушка.

— Матушка, ты как? — подлетела запоздало Астрид к ней.

— Все хорошо, просто голова закружилась…

От счастья — подумалось девушке. Астрид не смогла скрыть свою улыбку и вышла из спальни вместе с ней.

— Все хорошо, — погладила она ее по спине.

— Да, теперь все будет хорошо, — повторила она.

Да… однако война только началась. Что будет, если спустя время чужеземцы постучат и в ее дом? Однако эти мысли девушка решила оставить на потом. Все равно от ее отца там толку было бы меньше, чем здесь, — подумалось ей.

Чуть позже Астрид направилась в дом Лейна. Госпожа Хильд была в растрепанных чувствах, ее синие глаза опухли, а на лице заострились морщины. Ее лицо о многом сказало девушке, там и бессонная ночь и много пролитых слез. Но Астрид упорно улыбалась и подбадривала безутешную женщину. Говорила, что Лейн обещал вернуться, а Лейн никогда не нарушает данных обещаний. Говорила верить в него. Да много чего говорила, пока сам виновник разговора пропадал у смотрителя. Лейн готовил все нужные бумаги до отправления. Помимо этого, нужно было подковать свою лошадь, сделать обмундирование и много чего еще. У господина Роя кстати работы было сейчас навалом. Бедный кузнец не успевал заниматься снабжением деревенских парней и на помощь к нему пришел его сын. Кажется его звали Дан. Он был старше нее где-то на год. Девушка редко его видела гуляющим среди своих ровесников, потому что он почти всегда был занят работой у отца. И кстати, кажется на него она в прошлый раз и налетела, когда убегала с кузницы. Астрид так некстати вспомнила Хельгу и Лейна. Однако больше ревности в груди не было. Там поселилась грусть и переживание за друга, Астрид почему — то была уверена, что Хельга после этого даже не навестила его ни разу, хотя откуда ей было это знать. Сейчас все ее внимание сместилось на последние три дня, что она могла украсть у времени. Она решила для себя, что больше не будет поддаваться грусти и печали, ведь скоро Лейн уедет и в ее памяти останутся только эти краткие мгновения. Зачем их омрачать.

Лейн появился только к вечеру, когда девушка уже уходила домой. Они перекинулись парой слов и Астрид ушла к себе. Она твердо решила оставить о себе память. В шкатулке не так давно поселился подаренный отцом кусок янтаря. Безделушка была дороговатой, но как подарок мужчине, он подошел бы идеально. Астрид на утро сходила к кузнецу, пока тот не был занят работой и попросила его проделать в камне отверстие для шнурка в обмен на десять серебряных. Однако тот денег не взял и буквально за несколько минут провернул всю работу.

— Вот держи, сделал все аккуратно. Ты ведь оберег планируешь делать? — не удержался он.

— Да господин Рой. Спасибо вам большое, — смущенно улыбнулась девушка.

По правде говоря, она еще ни разу таким не занималась поэтому «оберег» — как его назвал кузнец делался просто с душой чистыми помыслами во славу и удачу воину. А вернувшись домой Астрид тут же занялась его созданием. Она продела кожаный шнурок внутрь и повесила по краям несколько металлических бусин с витиеватым рисунком. Сейчас оберег напоминал собой и в правду какой-то магический атрибут. Астрид отмахнулась от глупых мыслей и спрятала его под подушку. Отдаст перед отъездом.

Следующие два дня Астрид подолгу проводила время в доме ее друга. Ей было плевать что о ней подумают, это были последние дни, когда девушка могла насладится обществом Лейна. Он так же был занят сборами вместе со всеми, поэтому девушке удавалось его увидеть только под вечер. И все то время что им оставалось они по долгу молчали и смотрели на уходящее солнце. Наверное им много чего хотелось поведать друг другу — о тех страхах, что таились глубоко внутри каждого, но они так и не решались омрачить уходящие дни своими переживаниями.

— Завтра днем на площади будут тренировочные бои. Хочу себя попробовать перед отъездом, — проговорил парень.

— Самое главное ничего себе не сломай… как мой отец, — посмеялась вдруг девушка, вызвав этим ответную улыбку Лейна. Хотя чего греха таить, она сама была бы рада, случись это взаправду.

— Я молодой и крепкий. Даже если что-то сломаю, срастется быстро, все равно придется ехать, — заверил тот бодро.

Астрид вздохнула. Это верно. Послезавтра отбытие мужчин с их деревни. Кто здесь теперь останется? Всего пять или шесть домов, где еще есть юноши не призывного возраста, да старики с женщинами и детьми. А что если лихо придет и к ним? Кто их защитит? Женщины с вилами? Астрид поморщилась. Следом за этими мыслями последовали и другие неприятные. Вчера она случайно узнала на свою беду, что Бран тоже никуда не едет. Оказывается у сына смотрителя были свои привилегии на время военного положения. Он числится наследником прав и обязанностей своего отца, и если вдруг с тем что-то случится, то наследник должен был взять управление деревни в свои руки. А потому его довольная физиономия в последние дни уже порядком надоела мелькать то там, то тут. А еще девушка просто опасалась попадаться тому на глаза. Ее ведь больше никто не защитит.

— На сколько вы… уезжаете? — вдруг спросила она.

Лейн задумался, устремив взгляд куда-то в небо.

— Не знаю… Как пойдет. Если быстро отобьем наши земли… может год. Если нет… не знаю зеленоглазка.

Год… Даже год для нее был целой вечностью.

— Ты же будешь присылать письма?

— По возможности, — улыбнулся он.

Они посидели еще немного и девушка, попрощавшись направилась домой. Завтра последний день. Она придет посмотреть на него. Ей редко доводилось видеть ярмарочные бои, она ведь практически всегда была за прилавком с матерью.

На утро же девушка с трудом продрала глаза. В доме витала утренняя прохлада и влажность. Ночи становились холоднее, лужи ближе к лесу покрывались ледяной коркой, а в деревне опускался туман. Однако ближе к обеду погода разыгрывалась и становилось тепло и безветренно.

Сбегав за водой и поставив котелок, девушка наскоро собрала белье в корзины и побежала до мельницы. Нужно было все успеть до обеда. Родители только вопросительно проводили глазами девушку, но ничего не сказали. Вода в реке заметно остыла. Руки стало сводить от холода, прежде чем девушка управлялась с одной рубахой. Поэтому времени на стирку уходило больше. Быстро позавтракав Астрид взяла маленькую корзинку и положила туда угощение для Лейна.

— Ты куда? — недоверчиво спросил отец.

— Нужно Лейна проведать, он ведь завтра уезжает.

Матушка только грустно улыбнулась, но ничего не сказала.

Астрид спешила до площади, не замечая ничего вокруг. Сегодня народу много было на улицах, все занимались приготовлениями к отъезду, поэтому шум и гомон доносились отовсюду. Дойдя до центра деревеньки, Астрид тут же приметила место, огражденное для тренировок. По краям было много наблюдающих, в их числе в большем количестве конечно же были и девушки. Астрид внутренне подобралась. Дружбу она с ними давно не водила, поэтому подойдя к ограде встала совсем с краю, чтобы ее не заметили.

Внутри уже давно шли тренировки. На поле было много мужчин, в основном все были в паре с кем-то, хотя были и парочка одиночек, которые просто лупили манекены с краю, отрабатывая свои удары. Астрид окинула поле взглядом выискивая Лейна, однако его не было среди них. Постояв еще пару минут, девушка уже было решила пойти его искать, когда услышала рядом с собой женский переливистый смех.

— Смотри вон он.

— Да, не чета всем мальчишкам нашим.

Астрид повернула голову в сторону восхищенных взглядов, и заметила появившегося Лейна. Он вышел спокойно, без тени сомнения на лице. Его рубаха была расстегнута до середины груди, а в руках застыл деревянный меч. Рядом с парнем сразу же показался оппонент.

— Он же ни одной ярмарки не пропустил, тренировки да и только, — надула губы одна из них.

— А тебе что же уже не по нраву он? Может есть кто получше? — посмеялись девушки.

— Может и есть, — буркнула она.

Астрид сразу узнала эту девушку. На прошлом празднике она была с Браном, когда та наткнулась на них в камышах. Не уж то он приголубил ее и осыпал обещаниями? Внутри все противно сжалось. Нет, это вряд ли. Ей вдруг стало жалко эту девушку.

Послышались удары и Астрид тут же вернула свое внимание в сторону Лейна. Она его ни разу не видела с мечом, пусть даже и импровизированным, однако двигался он легко и уверенно, словно всю жизнь тренировался. В его технике прослеживалась интересная тактика. Сначала он позволял противнику подойти ближе, потом уворачивался, а когда наступал определенный момент и противник расслаблялся, окрыленный легкой победой, то он проводил удар неожиданно и резко, заставляя оппонента растеряться и отступить назад. После этого Лейн не давал ему опомнится и просто наступал, оттесняя противника все дальше. Требовалось провести такой маневр буквально раза два-три, прежде чем противник выматывался и сдавался. Лейн был не крупного телосложения, скорее больше стройный, а потому в своем весе ему было проще двигаться и уворачиваться.

За ним было приятно наблюдать, он будто кружился в танце, заставляя сердце девушки впервые трепетать. Для Астрид это были новые эмоции, она их не совсем понимала, но практически все внутри нее рвалось к этому сильному юноше. Взгляд неожиданно выхватил его сильные руки, когда его танцующая фигура подплыла ближе к ней. Лейн ничего вокруг не замечал, отдаваясь тренировке. А вот Астрид глаз не могла от него отвести. Ей почему-то вдруг сильно захотелось этих рук. Чтобы они крепко прижали ее к себе и… Боги! Щеки тут же вспыхнули румянцем, а сердце забилось так, что едва не вылетело, словно пташка из клетки. Что же это с ней такое? Такие мысли еще ни разу не посещали ее голову. Однако воображение упрямо рисовало ей неприличные сцены перед глазами, заставляя девушку смущаться еще больше. Уже и корзина в руках горела пламенем. Астрид вдруг стало стыдно. Она с ужасом представила, как ей придется смотреть ему в глаза, отдавая угощение, после всего того, что она себе на придумывала. Ей захотелось сбежать прямо сейчас. И зачем только она сюда пришла?! Девушка уже собралась уйти, как ее вдруг окрикнули. Дернувшись на месте, она не сразу поняла, что это Лейн ее заметил. Паника неожиданно захлестнула ее на столько сильно, что та растерялась, забыв как дышать.

— Астрид, постой, ты куда? Обещала же вчера, что придешь! — подбежал он к ограде.

Сердце девушки забилось, пытаясь проломить грудную клетку. Сбоку послушалось недовольное шипение. Стайка девушек, обсуждавшая недавно Лейна, тут же отвернулись от них и недовольно зашептались.

— Я… я и пришла. То есть вот, принесла тебе перекусить, — Астрид подняла корзину на уровне глаз, избегая прямого контакта с Лейном. Ее голос дрожал, выдавая ее с потрохами и девушка это понимала.

Лейн оглянулся вокруг, опасаясь чужих ушей, а потом тихо проговорил, чтобы слышала только она, от чего голос его стал с хрипотцой.

— Чего ты дрожишь как лист на ветру? — улыбнулся он.

Ох не стоило ему это делать. Колючие мурашки от его голоса проникли ей под самое сердце, заставив Астрид проглотить все слова на месте.

Лейн тут же нахмурился и ловко перепрыгнул ограждение, подойдя к девушке на неприлично близкое расстояние.

— Тебя обидел что ли кто? — проговорил тот с нажимом.

— Нет, Лейн все хорошо, я просто… немного устала, — соврала она, наигранно потерев переносицу.

Но кажется парня ее слова убедили, и тот улыбнувшись полез в корзину уже забыв о ее эмоциях. Вытащив кусок яблочного пирога, Лейн с аппетитом вгрызся в тесто, проглатывая почти не жуя.

— Я сегодня не успел позавтракать. Ммм… твои пироги как всегда мое спасение, — похвалил он ее.

Девушка слегка выдохнула и даже немного успокоилась. Вот и отлично. То что с ней было, просто непонятное наваждение. Все уже успокоилось. Хотя Астрид глубоко внутри понимала — ничего не успокоилось. Что-то с ней произошло, будто засов внутри сдвинули и выпустили нечто. Это нечто забрало ее контроль в секунду. Астрид улыбнулась своим недобрым мыслям, однако эта улыбка предназначалась и Лейну.

— Ты здорово управляешься с оружием. Прежде я не видела тебя в деле, — похвалила она его.

— Разве это в деле? Настоящий меч тяжелее и воздух рассекает со свистом, — досадно пожал он плечами.

Верно. Настоящий меч это другое.

— А где он?

— Господин Рой работает над ним. Сказал сегодня вечером готов будет. Мне нужно потренироваться с ним сегодня. Прости Астрид если не сможем увидеться, — погрустнел он.

Девушка немного сгорбилась, но вида не подала.

— Ладно, тогда… увидимся завтра утром… перед отъездом. Сегодня вряд ли у тебя будет еще свободное время.

— Извини зеленоглазка. И … спасибо за пирог, — проговорил он заботливо.

Астрид ответно улыбнулась ему, но ничего не сказала. Просто пошла в сторону дома. Лейн почти сразу же вернулся к тренировкам.

Что ж ему и вправду нужно тренироваться. Он отправляется на войну, и с ней уже довольно много времени провел. А она должна все понимать. Однако грусть повисла тяжелым камнем внутри. Ей не хотелось думать о том, что завтра она его видит последний раз. Прогулявшись по округе, Астрид все же вернулась в дом, и занялась делами. Ей хотелось себя отвлечь.

Вечером она направилась к госпоже Хильд, помогла ей прибраться и вернулась домой так и не дождавшись Лейна. Кажется его матушка догадывалась о чувствах Астрид. Потому и не гнала ее домой, когда та по долгу засиживалась у нее. Но открыто конечно же не говорила об этом.

На ужине матушка решила не скромничать. Наготовила много всего и усадив всех за стол, принялась рассказывать все услышанные новости за сегодня. Отец молча уплетал пищу из миски, рядом примостилась его новая трость, а он все молчал и слушал. Астрид же кусок в горло не лез. Она думала о завтрашнем дне. Просто молча смотрела в тарелку, не слушая о чем рассказывает ее мать. И только после ее громкого недовольного тона девушка все же обратила на нее внимание.

— Астрид, ты чего? Совсем ничего не съела.

Отец нахмурившись взглянул на нее.

— Сынок покойного Дорна завтра отправляется. Не так ли?

Астрид обеспокоенно вскинула глаза, неужто догадался?

— Я переживаю за Лейна. Он мой друг.

— Ну да… друг, — проговорил он, пододвинув к себе миску с центра стола.

Сердце девушки дрогнуло, и та сцепила руки под столом.

— Астрид, его отъезд не повод извести себя голодом. Мужи и раньше покидали родные дома, покидали матерей, жен и детей. Я тоже в свое время отправлялся в долгий поход на край королевства, когда Грейс была беременна тобой. Я не видел твоих первых шагов, не слышал первых слов. Когда я вернулся домой тебе уже было пять лет. Но твоя матушка выстояла в одиночку. Меня не было рядом, когда царил голод и не было урожая целых два года. Но твоя матушка смогла прокормить вас обеих. Я не собираюсь себя оправдывать долгом перед королем за свои долгие отъезды, когда вы так нуждались во мне. Более того я чувствую вину. Но Астрид, ты должна понять. Ничто в этом мире не должно тебя сломать. Как бы плохо не было. Пройдет время, и ты забудешь о своих переживаниях. Даже если судьба будет не милостива к нам, ты должна быть сильной. Должна. Мы те — кто творит эту жизнь. И мы сами в ответе за все, что с нами происходит, — закончил он.

Матушка молча опустила глаза, видимо соглашаясь со всем выше сказанным.

— Ешь, тебе понадобятся завтра силы, — пододвинул он ей тарелку ближе.

Астрид покорно взяла ложку и проглотила еду. Оставшийся вечер прошел в молчании.

На утро она рано проснулась, быстро оделась, выпила остаток вчерашнего кваса, проглотила два кусочка хлеба и накинув теплый платок на плечи выбежала из дома. Оберег в руке грел теплом, девушка все крепче сжимала его, боясь потерять. Отец ушел раньше, он провожал своего друга, хотел попрощаться с ним перед отъездом. Матушка же осталась дома, занимаясь делами. Девушка же летела, спотыкаясь на ровной дороге, так как боялась опоздать. Однако подойдя ближе к центру, Астрид заметила, как процессия уже двинулась в сторону главных ворот на выход. Мужчины были в обмундировании и уже сидели на лошадях. Женщины и девушки заливались слезами и шли позади, провожая их до выхода. Внутри все оборвалось. Неужели она опоздала?! Астрид подбежала к людям, что толпились по краям и начала высматривать Лейна мечущимся взглядом. Девушка протискивалась и толкалась, но нигде не видела парня. Оберег уже пылал в руке, так крепко она его держала. Хотелось, наплевав на все громко звать его сквозь гудящую толпу. Но куда ей, народу много, он ее не услышит, даже если будет находится в нескольких метрах от нее.

Однако совсем скоро Астрид услышала его голос совсем рядом. Он снова, как и вчера окрикнул ее, восседая на своем рыжем скакуне. Его синие глаза поймали ее совершенно на мгновение, но Астрид вдруг почудилось, что в его серьезном взгляде плещется буря и готова вот-вот вырваться наружу. Он прощался с ней.

— Лейн! Подожди Лейн! — кричала она, задрав руку вверх. В ее руке красовался его оберег.

Юноша подошел ближе и пришпорил коня, выбившись из общей процессии. Девушка все же протиснулась вперед и оказалась возле его лошади.

— Лейн, я тут… вот… это тебе! — протянула она ему прямо в руку подарок. Слова путались как и всегда, но ей некогда было их подбирать.

— Астрид… — растянулся он в улыбке.

Лейн ловко расправился со шнурком и затянул его удобно на шее. Оберег шел ему. Делал его самым настоящим красавцем. Почти аристократ, — подумалось ей. Астрид не заметила, как его руки проворно схватили ее за манжеты широких рукавов.

— Это на удачу. Я делала его с мыслями о тебе, Лейн. Вернись живой и невредимый, — почти умоляла она его. Глаза налились слезами, но девушка не позволяла ни одной слезинке соскользнуть с ее глаз, пока он не минует ворота.

— Спасибо тебе зеленоглазка. Я обязательно вернусь, жди меня, — проговорил он уверенно, а затем склонился и поцеловал ее руки так нежно, как только мог.

Астрид едва не задохнулась от его прикосновения, так искренне это было, что не хотелось больше никогда отпускать его. Но вот мгновение и их руки разомкнулись, а след от поцелуя так и остался гореть яркой меткой на ее прохладной коже. Лейн тронулся и лошадь покорно зашагала дальше. Девушка упрямо провожала его широкую спину. А тот больше не поворачивался. Примета плохая была. Астрид продолжала смотреть ему вслед, пока не увидела, как он снова остановился рядом с кем-то. Девушка не веря уставилась, выискивая глазами цель его остановки. Это был ее отец. Он тоже там стоял, но зачем Лейн подошел к нему? Вот Лейн склонился ниже, что-то сказал ему, а затем протянул руку и вложил в его ладонь маленький предмет. Астрид не разглядела что там было. Отец спустя минуту оглядел свою руку, а затем кивнул и что-то ответил. Астрид пыталась услышать хоть слово, но все было тщетно.

Лейн снова тронулся и больше уже не останавливался. Так и проводила девушка его полными глазами слез до ворот. А как только его спина растворилась в толпе, крупные слезы тут же прочертили соленые дорожки на холодных щеках.

Лейн

Вот уже почти семь лет его отца не было рядом. Дорн погиб от руки лучшего друга. От руки того, с кем делил хлеб и воду в тяжелые времена, когда война простиралась по всем королевствам без исключения. Что отец чувствовал, когда познал предательство? Когда сидя в тепле и сытости у себя дома, никак не предполагал удара в спину? Лейну было всего четырнадцать, когда это случилось. Рослый мужчина с глубоким шрамом на лице в тот вечер был их гостем. Мать его приняла как родного. Отец и его друг пили почти до самого утра, когда на кухне послышался грохот и звук разбившейся посуды. Они с матушкой нечего не успели сделать. Только в глазах так и застыло бездыханное тело его отца, лежащее на полу спиной к верху, с торчащим из него тесаком. И только спустя полгода убийца объявился сам. Пришел в их деревню и снова вошел в их дом. Пришел с повинной. Сказал, что был пьян, дал два мешка серебром. Совесть замучила? Пытался откупиться от них с матушкой. Но что было Лейну до его денег? Он только и помнил, как выхватил отцовский меч из ножен и отхватил ему руку по локоть. Промазал. Лейн целился прямо в сердце, но гад выставил перед ним ладонь. Смотритель тогда лютовал. Где это видано чтобы в их деревне творились убийства? Ему хватило смерти Дорна, и вот через полгода уже новый рецидив. А убийца словно под крылом чьим-то ходил. Все ему ни почем. Однако спустя год удача того покинула. В их деревню пришли вести о его кончине, допрыгался предатель. Местные знали его в их деревеньке. Сказали, что нашли его тело неподалеку в ручье по весне. Лицо расплывшееся, однако шрам виден. Обрубок вместо локтя на правой руке, да грамота в кармане осталась на его имя. Убил ли его кто или сам решил утопиться с горя — история умалчивает.

Только вот что Лейну до того. Он оставил их с матерью без мужа и отца. Без кормильца. Его брат Кай жил далеко, и у него уже была своя семья. И теперь Лейн был за старшего в их доме. Он был единственным мужчиной. Матери тяжело давался быт после смерти отца. Почти всю работу делал Лейн, и даже помогал с готовкой и уборкой периодически. Но горевать всю жизнь никто не сможет. И матушка начала приходить в себя. Все же не одна осталась. По началу она резко состарилась со смертью отца, хотя всегда получала комплименты о своей внешности, коей возраст был ни по чем. Ее некогда длинные каштановые волосы покрылись сединой. Кожа поблекла, морщины взяли свое. Да и годков ей было уже к пятидесяти. Все же он был младшим сыном, и разница у них с Каем была почти пятнадцать лет. Теперь она почти никогда не снимала платка, даже дома. Синие глаза матушки стали цвета прозрачной водицы, будто и не было никогда тех ярких синих словно глубокое озеро очей.

Время ползло медленно, минуты сливались в часы, а те в дни. Лейн считал себя одиночкой. После смерти отца он мало кому мог доверять. Друзей у него в деревне было мало, но не потому, что его обходили стороной. Просто не до того ему было. Слишком много работы приходилось делать по-хозяйству. Когда все остальные отдыхали в праздники, Лейн попросту не выходил из дома. Находил себе занятия везде, где можно, только не с народом. Вот и матушка уже серчать начинала, гнала его на улицу, чтоб девку себе нашел, да поскладнее, да поумнее. Ей помощь по дому, все лучше будет. А что ему девки? Пустоголовые трещотки. Да он и пробовал, приглядывался, все не то. То у одной в голове одни наряды, да украшения, то у другой в голове только гулянья да веселье. А ему нужна была девка примерная, скромная, да заботливая. На что ему вечная гулена, с которой и поговорить то больше не о чем?

— Ну будет тебе тоже! — уперла руки в бока матушка, — Ишь ты какой! Так выбирать долго будешь, никого не останется, всех ужо разберут!

— Тебе помощь по дому нужна, сама говорила, — ответил он тут же.

— Ты обо мне сынок не беспокойся, чай не немощная еще. Ты мне внуков народи! Внуков! А там ужо разберемся.

Лейн только махнул рукой. Об одном у нее голова только и болела. Парень все чаще бывал то в кузне, то на конюшне. Набивал руки, занимаясь хозяйством, помогал иногда кузнецу за небольшую плату, косил траву в поле, работая у смотрителя. Так и шло его взросление. Уж и самому хотелось девку справную найти, чтобы ласку дарила по ночам, да заботой одаривала его. Вот и нашел на свою голову. Да только не сразу понял, что это она. Девчонкой еще нескладехой была совсем. В сестренки только что и годилась ему. Обижали ее местные дети, сторонились, камнями кидались даже. Такая злость порой на него накатывала, что хотелось всех разом проучить, да толку то! Дети они все еще. А что она им сделала? Ничего. Уж не потому ли что взрослеть начала, и красавицей становиться день ото дня? Не уж то за это можно так ненавидеть человека? Лейн и сам не знал. Жалко ее было ему, девчонка была ласковой, словно котенок брошенный. Лезла к нему, хвостиком ходила, стоило только раз заступиться за нее.

Вот занят работой по хозяйству во дворе, глядь — а она уж тут как тут. То траву поможет матушке подергать в огороде, то воды натаскает. А иногда просто спрячется у изгороди, да выглядывает робко, следит за ним. В сердце его тоска поселилась. Как объяснить девчонке, что мала она еще совсем для него? Да и хотелось ли ему что-то объяснять ей? Нет, пусть бегает сколько хочет, ему не убудет. Да и пригляд лишний раз не помешает за ней. Уж и матушка ее — госпожа Грейс заметила девичий интерес, а потому между делом и просила его приглядеть за ней. А Лейн и не против был. Умилялся только ее попыткам заговорить с ним между делом, да нелепым детским подаркам в виде различных шнурков с ракушками, да камушками.

Однако девчушка росла и подарки ее тоже. Скоро им на смену пришли пироги, да вкусности разные. Нескладеха стала становиться все прелестней. Округлилась где нужно, лицо приобрело утонченные черты, ноги вытянулись, фигурка стала ладной. И чем старше она становилась, тем злее становились чужие языки. Кажется Лейн и сам стал догадываться откуда ветер веет. Ох уж эти женские игры. Страшнее бабы зверя нет — эту поговорку он слышал издавна. Простая женская зависть, а в скором времени еще и ревность, ведь нет-нет, да кто-то из парней ему знакомых и вспомнит его маленькую зеленоглазку. Да он и сам позабыл, когда это стал ее считать своей, да и запамятовал, он пожалуй когда и прозвище то ей дал такое. Наверное привык уже к девчонке за столько времени. Вот только привык он к нескладехе, а она раз, и вырасти успела.

И все чаще его голову стали посещать совсем уж бессовестные мысли. Иной раз хотелось ударить себя по крепче, чтобы в миг отрезвить, но чуется ему — была это глупая затея. Чего только ему стоило просто смотреть в ее робкие зеленые девичьи глаза, да видеть ее румяные щеки. А как девушка замирала, стоило ему подойти чуть ближе. Нравился он ей, Лейн чувствовал это с самого начала и пользовался этим как последний негодяй. Представлял ее тонкую талию в своих руках, воображал вкус ее губ. Его внутренний демон хотел кружить ей голову, хотел слышать, как она нежно произносит его имя, хотел чувствовать ее дыхание на своей шее. И Боги — он знал почему-то, что девушка не посмотрит больше ни на кого другого. Идиот. Да кто ему сказал, что она не посмотрит? Еще как посмотрит! Посмотрит и не поморщится, стоит кому-то только проявить к ней хоть каплю доброты, как и он в свое время. Вон, взять хотя бы сына кузнеца. Тот постоянно за ней подсматривал, когда выпадала такая возможность, Лейн часто замечал осторожные взгляды мальчишки, однако свои мысли держал при себе. Вот только когда он заподозрил неладное уже в лице сынка смотрителя шутки разом кончились. Этот мерзавец имел все виды на нее и открыто хвастался своим приятелям как возьмет ее словно девку блудливую. Как она сама прыгнет к нему от радости, задирая юбку. Вот только с чего он это взял? Зеленоглазка боялась его до одури, обходила седьмой дорогой щенка. Еще бы! Этот наглец смел ей угрожать и шантажировать. Только от одной мысли хотелось пойти и открутить голову щенку. Но нельзя. Господин Реймонд и так постоянно наблюдал за Лейном, ведь считал, что тот может совершить что угодно после того случая с убийцей его отца.

Что ж, действовать открыто он не мог. Да и девушка даже и не догадывалась, что он чувствует к ней. Он понимал, что нравится ей, но ему этого было мало. Как мужчине — мало. Потому что видел — она еще совсем ребенок. Думает о нем как о хорошем друге, предмете воздыхания, и возможно даже влюблена. Но влюблена невинно, по-детски. Было решено сбавить градус внутри себя, а для этого нужно как можно реже видеться. Может тогда и девки перестанут говорить о ней всякое.

Однако все пошло не так как он планировал. Кто же знал, что сама госпожа Грейс уже давно спит и видит, как девку выдать замуж! Его это разозлило не на шутку. Его маленькая зеленоглазая девочка пришла на праздник уходящего лета, где царил хмель и страсть, где девицы зачастую прощались с невинностью в объятиях любимого, и где за это тебя бы попросту никто не осудил. Так славили лето. Не редко после таких празднеств игрались и свадьбы. Однако Лейну было не до того. Одна только мысль, что его девочку могли трогать чужие руки будила в нем самые ужасные эмоции. Он чувствовал себя первобытным зверем. Вот она стоит в легком белом платье перед ним, и ночная темнота рисует в глазах Лейна ее соблазняющей мавкой, чаровницей! Ее ноги босые, в руках легкая обувь. Почему она ее сняла? Мысли сами по себе рисовали одну картину хуже другой. Но здравый рассудок говорил — нет, она не из таких, видишь ее грустный взгляд? Она просто в очередной раз оказалась одна среди множества недобрых глаз. Однако демон внутри продолжал подначивать и кричал — накажи ее! Накажи — пусть знает, что она твоя! Возьми ее здесь и сейчас, покажи что чувствуешь! Тебе ничего за это не будет, она сама виновата что пришла, ты ведь так долго ждал этого. Потом точно никуда не денется. Внизу все зашевелилось, напрягая мужское естество, однако спину резко обдало холодом от этих мыслей. Боги, да что он за животное такое?! Лейн приказал ей ждать и вернулся к пруду, чтобы умыться прохладной водой. Венок в его руке едва не расползся от сдерживаемых эмоций. Откуда он у него? Он и забыл про то, как поймал его в реке, когда слух уловил чье-то присутствие. Оставив его на бережке, Лейн наскоро нацепил рубаху и вернулся к ней. Девушка почему-то была раздосадована его вопросами, чем злила его еще сильнее. Даже сейчас было видно, что она совсем не понимает для чего весь этот праздник. Почему же тогда она здесь? Ответ был прост — ее матушка. Но Лейн все равно был зол. Ох как же он был зол и на госпожу Грейс, и на девушку. Бедняжка еле поспевала за ним, когда тот тащил ее волоком домой. Она плакала, но старательно пыталась это скрыть.

Стоило только подойти к дому, как зеленоглазка стремительно скользнула ужиком домой и хлопнула дверью под удивленный взгляд женщины. Вот те на! Характер девушки начинал входить в силу. Лейн внутренне напрягся, но это на удивление его даже позабавило. Эта девушка должна была быть его. Она точно будет его. По-другому никак.

— Лейн что случилось? — испуганно проговорила она.

— Пока ничего не случилось, госпожа. Благодаря мне.

Женщина не совсем поняла, выжидая его дальнейшего объяснения.

— Она еще совсем ребенок. Почему вы решили ее отпустить на праздник?

Госпожа опустила взгляд вниз, а затем нахмурила брови.

— Лейн она уже вполне взрослая девица. Ей нужно учиться общаться с другими людьми, да и замуж скоро.

— Ей пятнадцать, на сколько мне не изменяет память.

— Я вышла замуж, когда мне было шестнадцать. Не вижу ничего плохого в том, что я отпустила дочь погулять.

Парень устало потер переносицу.

— Это конечно не мое дело, но пора бы тебе уже понять, что ее детство закончилось. А может ты раздосадован чем-то другим? — хитро посмотрела женщина на него из-под косынки.

Не в бровь, а в глаз госпожа Грейс. Лейн не смог сдержать ухмылку и от нее это не укрылось, от чего женщина даже утвердительно хмыкнула в тон своим мыслям. Однако никто из них не проронил ни слова о том, что творилось в их думах, оставаясь каждый при своем.

— Что ж, спокойной ночи вам, прошу еще раз прощения, — проговорил он, удаляясь от дома.

А что он забыл на том празднике? Да черт его знает. Лейн тоже решил сходить по заветам своей матушки, вот только толку-то? Может лишь для ее спокойствия? Однако хоть он и старательно прятался в тех камышах одна девица его все же нашла. Та блондинка, которая уже не первую неделю вилась рядом, словно надоедливая мушка.

— Привет Лейн, ты почему совсем один тут? — наигранно робко произнесла она.

— Хельга, — отозвался он ровным тоном, — ну привет…

Он знал ее возможности и методы общения с противоположным полом. Она точно была не из робких девушек, и кто знает может уже познала сладость ночей. Лейн ухмылялся про себя, однако девушка подумала, что его улыбка верно предназначалась ей, поэтому все уверенней начинала лепетать, словно вплетать в паутину все новые узелки.

— Знаешь, если честно я так рада тебя видеть здесь…

— Неужели? — улыбнулся он, вставая с мостика и уверенно направляясь в ее сторону.

Хельга раскраснелась и приспустила ворот платья с плеча едва заметно, чтобы были видны ее ключицы.

— Да… Все время только о тебе и думаю…

— Интересно… И когда же ты все успеваешь только, а? — насмешливо поддел он ее, а затем продолжил, — Наверное в перерывах между свиданками с Браном, да его друзьями?

Казалось бы, обычная девушка, пойманная с поличным со стыда бы сгорела, а эта почем себе знает — улыбается да хитро подмигивает, еще и плечиком пожимает.

— Враки все это. Девки горазды болтать. А не от того ли, что я красива да ладна? — улыбнулась она, ответив на приближение Лейна к ней, после чего прытко прихватила того за рубаху.

Парень слегка опешил от того натиска, но большего к обольстительнице не почувствовал. Вот если бы его зеленоглазка так прикоснулась, он наверное растерялся бы как мальчишка… а может и нет. Может он бы притянул ее к себе и… Лейн встряхнул головой.

— Иди ка ты на праздник. Там без тебя поди уже не так весело, — отцепил он ее кулачок от себя.

Хельга надула губы, а затем хитро улыбнулась.

— Не пожалей потом Лейн.

Парень только улыбнулся и помахал ей рукой. А затем сняв рубаху нырнул в прохладную воду. Эта девка снова взбаламутила его мысли о зеленоглазке и теперь нужно было остудить голову.

Прошло пару дней, а девушка так и не показалась на улице. А может он плохо смотрел по сторонам. Не уж то обиделась глупая? Лейн все чаще себя ловил на мыслях о ней. Все это съедало его тоской по ночам. Хотелось просто видеть ее рядом с собой. Знать, что с ней все в порядке. Знать, что она все еще думает о нем и может так же вспоминает его по ночам. Лейн потряс головой, прогоняя бредовые мысли из головы. Нет, навряд ли она думает о нем по ночам. Она невинное дитя. Это только в его голове демон подсовывает картинки одна развратней другой, стоит только тому головой коснуться подушки.

На утро он решил прогуляться до конюшни, помочь с денниками господину Нортону. Не за плату, а так по-соседски. Разговоры шли легко, а дела делались скоро. Конюх рассказал не очень приятные новости к тому же. Близилась война, и кажется ходу назад уже не было. Пока тот ездил в город, покупал овса на зиму, много чего узнал у местных. И вот почти к полудню все дела были закончены. Лейн направился домой к обеду. По пути ему встретился Марко — его хороший друг. Он сдружился с ним где-то несколько лет назад и пока еще ни разу не замечал за ним ничего лихого. Парни были примерно одного возраста, а потому разговаривать им всегда было о чем. Марко был обычным парнем с темной короткой стрижкой и широко поставленными серыми глазами. Нос горбинкой, в ухе серьга. Сам по себе немного щербатый, но всегда словоохотлив на шутки. Девкам он не особо нравился, однако к удивлению, при всем при этом, от дефицита внимания тот не страдал, нет-нет да и сцапает девчонку какую. Сначала и не смотрит на него девка, носом воротит, а спустя время уже сидит в глаза заглядывает, да с каждой шутихи заливается словно соловей. Умел он их располагать к себе, что говорить уж. Жениться однако тот не торопился, все приглядывался.

— Привет друг, куда путь держишь? — улыбнулся парень ему, доставая руку.

— Домой иду, у конюха нашего был, помогал ему. Новости слышал?

— А то, как же. Слышал, слышал, — притих тот, погрустнев, — Надеюсь это всего лишь слухи.

Лейн только похлопал того по плечу и покачал отрицательно головой.

— Не слухи это. Дыма без огня не бывает, ты же знаешь.

Марко вдруг резко напрягся и развернул Лейна лицом в обратную сторону, на что-то указывая взглядом.

— Что б его, недомерок, — процедил друг сквозь зубы.

Лейн тут же заметил тонкую фигурку девушки возле колодца, а рядом с ней Брана. Тот нагло ей что-то говорил, а потом неожиданно со всей злости пнул ведро с водой рядом. Девушка испуганно отскочила и сжалась в комок. Внутри резко все скрутило от бешенства. Лейн прямой наводкой двинулся на них. Хотелось разорвать щенка голыми руками. А он знай себе стоял да теснил девушку назад, еще и ухмылялся.

— Остынь Бран. Кажется, ты пугаешь девушку, — проговорил он, смотря тому прямо в глаза.

Та резко обернулась и в ее зеленых глазах тут же забрезжила надежда. Она была до смерти напугана. Лейн едва сдерживал себя, чтобы не убить его прямо на месте.

— Мы просто мило беседовали, что тебя так насторожило? — улыбнулся он ему своей белозубой и непринужденной улыбкой.

Парень слегка опешил от его наглости и вседозволенности. Бран не боялся его, потому что знал — пока смотритель в деревне, Лейн ему ничего не сделает. Ему стоило не малых усилий чтобы не дернуться в его сторону.

— Что ж, отлично, у Астрид много дел, мы пожалуй пойдем, — проговорил он жуя каждое слово, а затем быстро наполнил оба ведра и уставился на щенка.

Бран и не собирался уходить, все продолжал прожигать ее угрожающим взглядом. Лейн давал ему время, но по итогу не выдержал и громко шваркнул тем ведром, что было в руке, грубо опустив его на скамейку.

— Проваливай, — прорычал он, уже едва контролируя себя.

Бран тянул время. Но в конечном итоге он развернулся и зашагал в противоположную сторону.

Лейн с наслаждением посмотрел ей в глаза, от чего девушка тут же покрылась румянцем. Уже ожидая от нее слова благодарности, да полный восхищения взгляд, зеленоглазка вдруг на удивление расстроила его. Девушка выхватила из рук одно ведро и потянулась за вторым.

— Слушай я просто помогаю тебе, дай мне доделать все до конца, — обескураженно проговорил он, не давая ей возможности забрать второе. Боги он что цепляется за них как за предлог побыть с ней хоть немного? Когда он стал таким жалким? А может она и вовсе теперь не хочет с ним знаться?

— Да что ты вечно со своей опекой лезешь?! — не выдержала девушка.

Лейна словно облили студеной водой. Он даже на минуту побледнел, пытаясь осознать ее слова.

— Я сама, — девушка опустила глаза, стараясь не встречаться с ним больше взглядом.

Внутри все скрутило от боли. Хотелось схватить ее и встряхнуть. Хотелось закричать на нее. Неужели я больше не люб тебе?!

Однако Лейн молча отдал ей второе ведро и проводил ее пристальным взглядом до самого поворота.

На смену ей подошел Марко, положив ему руку на плечо.

— Что, так и тешишь себя надеждами на нее?

Лейн резко обернулся и непонимающе уставился на друга, а затем снял его руку.

— Дай ей годик другой, не доросла еще, — продолжил он.

— Ошибаешься. Она уже не ребенок. Захочет, прибежит сама, — со злости проговорил Лейн, не узнавая своего голоса.

И вот опять дни тянулись, словно надсмехаясь над Лейном. Тоска в груди затаилась злой собакой. Говорить ни с кем не хотелось, а если и приходилось, то почти любое слово выводило его из себя. Дома дела не ладились, все что попадало под руку нечаянным образом ломалось. Уж и матушка заметила его состояние, да и запретила ему что-либо делать по дому.

— Иди дров наруби лучше если силушку девать некуда! — ругалась она.

И права была. Лейн метался в непонимании, девчонка просто проявила свой характер, а он словно сума сошел. Ты же хотел себе покорную девицу, вот и получай! Приструни ее пока зубы не начала показывать! Кричал ему демон внутри. Но Лейн только отмахивался от него. Пустое это. Девчонка с испугу и не такого могла наговорить. Пол деревни свидетелей тому разговору было. Наверно из дому теперь боится носа высунуть. А все этот щенок проклятый! Внутри снова все оскалилось. Хотелось придушить уродца собственными руками. Он уже не первый раз себя ловил на мысли о том, что хорошо бы проучить недомерка, пока смотритель сидит дома. Все равно к людям редко выходит. Уж и по рукам себя бил, когда невзначай у дома смотрителя оказывался несколько раз, но все одно. Мысли он этой не оставил.

А тут вот те на! Еще кое-что с ним приключилось давеча. Как-то вечером решил остаться он в конюшне, седло подремонтировать, скрипело уж очень сильно. Остался, да не заметил, как в конюшню нагрянули гости.

— Привет милый мой. Все в заботах да в заботах, — проговорил женский голосок.

Лейн его сразу узнал. Хельга всегда подкрадывалась со спины.

— Какая нелегкая тебя сюда принесла? — проговорил он, даже не обернувшись на нее.

— Ты не сильно любезен со мной, не считаешь? — обиделась она вдруг.

— А с чего мне вдруг любезничать с тобой, не уж то ты невеста мне?

Лейн вдруг поднялся с места, да повесил седло на выступ, накрыв его рогожей. Какая тут работа теперь? — вздохнул парень, выходя из конюшни. Но Хельга не сдавалась. Схватила его за плечи, решила удержать.

— Постой любимый, чего же ты бежишь от меня? Не уж то с девицей ни разу не был? — хитро пропела она.

Лейн вздрогнул, но вида не подал. Он и правда ни разу с девицей не был, чего греха таить, однако не ее он видел в своих ночных грезах.

— И что же ты хочешь мне предложить? — улыбнулся он.

Хельга обошла его и встала у входа, положа ему руки на грудь.

— Всего лишь свою ласку и заботу, — улыбнулась она искренне.

Лейн рассмеялся, цепко схватив ее за кисти.

— И многим ли ты предлагала свою ласку и заботу, а?

Девушка обиженно дернулась и попыталась выдернуть свои руки, но Лейн не дал ей это сделать.

— Чего ходишь за мной глупая? Не видишь что ли? Занято мое сердце уже давно.

Хельга затряслась от негодования, а затем злобно прошипела:

— Околдовала тебя эта мерзавка! Ходишь как неприкаянный! Помочь тебе хочу!

Лейн обескураженно посмотрел на нее, а затем засмеялся.

— Так вот кто пускает слухи. Не так ли? — грозно вдруг посмотрел на нее он.

— Пусти!

— Узнаю, что козни ей строишь выпорю прилюдно и по деревне прогоню, на потеху местным, — проговорил он спокойным тоном. Но тон ей этот не понравился. Забилась та, словно лиса в капкане.

Девушка все же вырвала свои руки и испуганно пустилась наутек. А в сердце залегла грусть. Людей всякой масти хватает на свете. Но порядочных намного меньше. По делом ей, пусть ходит оглядывается.

Лейн посмотрел вокруг и увидел свидетеля этой сцены. Рыжий конопатый парнишка стоял напротив конюшни, видно собирался идти домой обратно в кузницу, как застал этих двоих. Кажется его звали Дан. Карие глаза мальчишки придирчиво оглядывали его, выискивая в нем что-то. Лейну это не понравилось. Слишком осуждающий был взгляд у мальца.

— Чего уставился?

Дан продолжал пялится и только спустя какое-то времени отвернулся и молча пошел в сторону дома. Лейна это только раззадорило. Снова захотелось что-то сломать. Все ему казалось ущербным, да и он сам тоже. Мысли снова вернулись к ней. Девушка всегда в нем видела добряка, да друга. Вот только он не достоин ни другом зваться, ни добряком. Он словно змей проклятый, закрался ей в душу, притворился хорошим, а теперь только и ждет подходящего момента, как вцепиться зубами ей в сердце, чтобы отравить своим ядом и никогда больше не отпускать жертву. Не видел он другого выхода, как сделать эту девушку своей. Покорить, заставить, принудить даже. Лейн невесело усмехнулся своим мыслям. Вот на что он был готов, тоже мне друг. Друзья так не делают. А он еще как сделает, если зеленоглазка решит сбежать от него. Не выйдет. Моя будешь. Прибежишь по своей воле. Сжал кулаки он.

Да вот уж ирония! И правда прибежала. Только вот прибежала в слезах от горя. Рыдала у него на плече, просила не уходить, смотрела в глаза с надеждой. Будто и не девчонка на него смотрела, а взрослая не по годам девица. Глаза ее не врали. Любила она его всем девичьим сердцем. Лейн даже содрогнулся от осознания. Горько ему стало за свои эмоции. Стыдно перед ней. Принудить божился давеча, а как увидел ее хрупкую, да беззащитную сразу всю злость сняло как рукой. И показался себе тот час же он жалким, словно слизняк под ногами. Она все продолжала говорить, а он и не верил ушам своим. И кажется… Нет он не ослышался. Сказала, что он нужен ей. По взгляду ее было понятно — оговорилась второпях, испугалась, покраснела. Хотела другое сказать. Признаться хотела в чувствах, но вовремя замолчала. Сердце его тогда чуть не вылетело из груди. Обрадовался, как мальчишка. Только позже понял, что заветных слов она так и не сказала. Чему же тогда он так радовался, идиот? Но видно ему и этого было достаточно. Домой зашел с важным видом, будто приз какой выиграл. Вот только больной вид матушки и вернул его на землю. Забыл он совсем о повестке. Забыл дурак о сборах! Забыл обо всем на свете!

Война пришла в их земли. И женщина, убитая горем стоит пред ним. Сгорбленная фигура, серые заплаканные глаза, платок съехал с головы.

— Куда же я теперь без тебя сынок? — подняла она на него голову.

Лейн подошел к женщине и крепко обнял ту, уткнувшись ей в макушку носом.

— Ты не одна будешь. Я просил Астрид навещать тебя.

Женщина всхлипнула и завертела головой.

— Бросаешь меня.

— Это не навсегда мама. Не хорони меня пожалуйста. Мне еще столько всего предстоит сделать. Дом не достроен, я не пристроен, внуков тебе обещал, — начал загибать он пальцы улыбаясь ей в макушку. Женщина только затряслась в немом смехе, но слезы так и продолжали литься из уставших глаз.

Вечер он провел дома, теперь времени было не так много. Несколько дней на сборы, да и только. А у него лошадь не чищена, седло сломано, латы не по размеру, да и меча собственно своего нет. С какими мыслями он собирался? Да ни с какими, он даже толком и не понимал куда ему предстоит в ближайшее время попасть. Что он знает о войне? Только то, что успел рассказать ему отец — ровным счетом ничего. Да и половину он уже и не помнит. Что греха таить, он даже был рад, что мысли его другими вещами были заняты, а именно — подготовкой. Не было времени горевать и страшиться неведанного.

Зеленоглазка приходила к нему домой каждый день, проводила время с его матушкой и оставалась еще и вечером, чтобы провести с ним немного времени. Лейн конечно был до одури счастлив, что девушка чувствует к нему привязанность и симпатию. Они по долгу молчали, думая каждый о своем, и в вечерней тишине ее грустный образ заставлял его сердце сжиматься от тоски. Он хотел просто прижать ее к себе, утешить, и попросить ждать его. Ждать как женщины ждут своих мужчин. Как жены ждут своих мужей. Но кто он такой? Никто для нее — просто друг. Да и даже если бы они раскрыли свои истинные чувства, смог ли он обречь ее на долгое время одиночества без него? А если он и правда не вернется? Стоило ли терзать ее нежное сердце таким горем? Нет, она ему ничем не обязана. И если ему начертано встретить там свой конец, она не должна оплакивать его. Она должна будет выйти замуж и жить дальше, строить свою семью, растить своих детей. Он не смел отнять у нее это. Простое женское счастье.

К последнему дню сборов Лейн готовился особенно тщательно. Господин Рой обещал ему к вечеру выдать меч. Его меч. Он не поскупился снабдить его хорошей сталью, меч отца был для него все же огромен, считался двуручным, поэтому Лейн без зазрения совести отдал его кузнецу для ковки меча под себя. Легкое одноручное с гладким эфесом и длинным острием. Никаких камней, никаких украшений, кожаные ножны на ремнях и все. Этого было достаточно. Самое главное в оружии его баланс и вес. Утром Лейн пошел на тренировку с Марко. Площадь во всю гудела, мужики были на взводе. Все стремились ухватить последние часы подготовки. Зеленоглазка пришла, как и обещала с пирогом в корзине. Лейн с удовольствием ел ее угощения, ему нравилась сама мысль о том, что та готовила их именно для него. Она наблюдала за ним почти неотрывно, Лейну нравилось ее внимание, он даже поймал себя на мысли, что пытается впечатлить ее. Марко только смеялся, заметив его рвение. После того как девушка пошла домой Лейн решил немного передохнуть. А друг тут же подбежал к нему, хлопая того по плечу.

— Я смотрю, у тебя все заладилось.

— С чего ты взял?

— Девчонка постоянно возле тебя околачивается, разве нет?

— Она просто прощается, — сказал Лейн вытирая пот своей же рубахой.

— Да… грустно все это, — потупился он, немного облокотившись на локоть.

— У меня к тебе просьба будет.

— Да? И какая же? — удивился Марко.

— Когда я уеду, пусть твоя сестра присмотрит за ней. Мало ли что может случится.

— Эльви?

— Да, она вроде боевая девица, я ей доверяю. И девок злых отвадит и уродам вроде Брана спуску не даст. Попросит кого нужно.

— Не знаю, надо бы сначала у нее спросить.

— Попроси ее от меня, — сказал Лейн. — Она поймет.

— Не понял, — прищурился он, — у тебя это что же, шашни с моей сестрой у меня за спиной были?

— Остынь Марко, — посмеялся он, — Я просто ее выручил однажды.

Однако парень уже улыбался и подначивал Лейна к новой тренировке, вызывая того на спарринг.

Меч и правда оказался хорошим. Почти весь вечер и всю ночь Лейн провел в тренировках. Он привыкал к своему новому оружию. Вспоминал все старые приемы, которым его когда-то успел научить отец, отрабатывал новые, и учился чувствовать колебания вокруг себя. Старался оставаться в выдуманном кругу, не пропуская противника внутрь. А глубокой ночью, когда все уже было собрано, лег спать. Предстоящая дорога была долгой. Нужно было отдохнуть.

Утро выдалось туманным и холодным. В воздухе ощущалась мелкая морось, хотелось завернуться в теплый плащ с головой. Глубокая осень начинала набирать обороты. Не завязнуть бы в грязи на тракте. Лейн отогнал ненужные мысли. Вспомнил он о девушке. Зеленоглазка должна была его проводить, но к сожалению отправление сдвинулось на полчаса раньше, из-за грозившегося дождя на горизонте. Им нужно было пересечь тракт до того, как грянет ливень, иначе телеги и лошади встанут. Лейн сел на коня и с печальным видом двинулся в сторону общей колонны. Не так он представлял сегодняшнее отправление. Мрачные лица деревенских испортили его настроение в конец. Он тяжело вздохнул.

Однако взгляд тут же выхватил рыжую макушку неподалеку. Девушка суетливо крутилась в толпе, выискивая Лейна. В сердце тут же все расцвело. Он обогнал двоих мужчин впереди колонны и тут же оказался неподалеку от девушки.

— Астрид! — окрикнул он ее.

Девушка тут же повернулась на звук и ее глаза счастливо сверкнули, а губы растянулись в счастливой улыбке. Внутри все защемило. Он ее видит должно быть в последний раз. Нужно было запомнить каждую черточку на ее лице, каждую деталь, каждую отметину. Астрид протиснулась вперед и оказалась совсем рядом. В ее руке что-то поблескивало.

— Лейн, я тут… вот… это тебе! — замешкалась она.

Она протягивала какой-то амулет на шнурке, при приближении стало понятно, что это большой кусок янтаря с украшениями.

— Астрид… — растянулся он в улыбке. Парень и не знал что сказать. Украшение было довольно красивым. Не уж то сама смастерила? Лейн не смог сдержать себя, поймал ее теплые руки, сжал крепко.

— Это на удачу. Я делала его с мыслями о тебе. Вернись живой и невредимый, — почти умоляла она его. В ее глазах застыли слезы, но девушка держалась.

— Спасибо тебе зеленоглазка. Я обязательно вернусь, жди меня.

Лейн склонился и поцеловал ее руки, стараясь запомнить их запах и гладкость. Боги! Лучше бы вместо вчерашних тренировок он не отпускал именно их, а не свой меч. Места бы живого не оставил, целовал бы каждый изгиб. А он? На что он потратил ту ночь? Досада рвала его душу. Лейн нахмурился.

— Прощай милая, — прошептал он. Слышала ли она? Кто знает.

Их руки разомкнулись, и Лейн тронулся дальше. Зеленоглазка так и осталась стоять там, позади него, а Лейн больше не оборачивался. Запретил себе.

Его взгляд блуждал по толпе провожающих людей, как вдруг он заметил ее отца. Решение пришло в голову молниеносно. Пусть будет так. Это будет именно то, что заставит его вернуться обратно домой. Его лошадь снова остановилась, а рыжеволосый мужчина удивленно уставился на него.

— Лейн?

— Здравствуйте господин Ховард. У меня к вам есть предложение.

Мужчина немного помедлил, не понимая, что же от него хочет парень, а затем кивнул, мол продолжай. Лейн нащупал в нагрудном кармане один золотой, и достав его тут же протянул мужчине.

— Прошу Вас не сватайте Астрид никому до моего приезда. Считайте это частью выкупа и моим обещанием жениться. Оставшийся долг верну в тысячу крат больше.

Мужчина пораженно вскинул бровь, едва ли не присвистнув.

— А потянешь ли ты такую сумму? Дороговато оцениваешь дочь мою, не уж то полюбилась так? — недоверчиво скрестил он руки.

— Полюбилась… Да только мучать ожиданием ее не смею я. Коли жив буду, отплачу златым. Заберу ее у Вас. Коли не вернусь, пусть пойдет за того, кто по сердцу ей будет. Ну что, могу я рассчитывать на ваше слово?

— Можешь. Вот только и я на твое должен рассчитывать. Мужчина, давший обещание, обязан его исполнить. И смерть твоя не избавление от него.

Господин Ховард поджал губы и упрямо стал ожидать ответа.

— Что ж, тогда держите монету поближе к сердцу, да не спускайте глаз с дочери, — уверенно проговорил Лейн.

Мужчина кивнул ему, а сам спрятал деньгу в руке, подальше от людских глаз.

Что ж дело сделано, и на душе теперь легче. Монетой тот не станет раскидываться, если кто предложит больше. Теперь она весит столько, что и сотня мешков с золотом не перебьют ее. Тяжела она от бремени данного обета. И Лейну ничего не останется только как вернуться обратно. Он не просто дал обещание отцу Астрид. Он сказал смерти нет. Лейн снова тронулся и больше уже не останавливался.

На западных землях было не спокойно. Алое солнце там окрашивало небо кровавыми лучами. А ночное светило пряталось в чернеющих тучах, зависших над полями и горами, словно зверек в своей норе. Ночи были темны и холодны, а предрассветные лучи были совсем неприветливыми и холодными, отрезвляя не хуже колодезной воды. По осени все чаще опускались ледяные туманы, в которых не видно было ни зги. Сырая земля казалась холоднее и тверже могильной плиты, когда воины с трудом пытались согреть свои кости возле огня. И чашка едва ли теплой похлебки была дороже любого золота в твоем кармане. Здесь были иные желания. И до боли простые мечты. Дожить хотя бы до рассвета.

Его воспоминания уже давно смешались друг с другом, он и не помнил их начала и конца. С трудом порою вспоминались его первые дни в армии. Ранняя зима тогда пришла незваной гостьей в те края. Война была в самом разгаре и только снежные завалы защищали их лагерь от лагеря противника. В такие морозы никто из сторон не совал носа друг к другу. Каждый отсиживался у костра в своем лагере, да по ближе к спине соратника. Но вот бураны стихли, а небо посветлело. Теперь противники были как на ладони. И помнится ему как в схватке первой не чувствовал он холода, как жар окутал тело, словно кокон. Он помнил только бешенный стук сердца и лязг стальных клинков повсюду. Спросил бы кто его в тот день после битвы о том, чего стоило ему просто стоять на своих ногах, да отражать атаку. И он бы не нашел ответа. Тогда и страх ему стал роднее всех близких. Ведь долго еще жил он с ним рука об руку, пока не научился видеть и принимать смерть каждый день. Пока сердце его не очерствело, а рука не заледенела, привыкшая пронзать мечом чужие такие же очерствевшие сердца.

Он помнил как раз разом смывал то снегом, то дождем кровавые разводы с лица и одежды. Как огрубели его руки, привыкшие держать свой меч. Он помнил, как теплым летом посмотрев на водную гладь, не узнал своего отражения в нем. Его светлые волосы были коротко острижены, маленькие морщинки тронули усталые глаза, в которых застыло тяжелое бремя. Он виделся себе загнанным зверем, уставшим и обессиленным. Война съедала его рассудок и волю. И только редкими темными вечерами его шершавые пальцы нежно гладили янтарь на шее, вырывая из глубин воспоминаний ее лицо. Застывший прощальный взгляд, направленный в его спину. Однако не потерявший надежду. Он ведь ей обещал вернуться, а значит нужно сдержать слово. Там матушка молитвы говорит ночами, там девушка любимая тоскует, и он обязан выжить ради них.

Зеленоглазка не прогадала, подарив ему оберег. Лишь благодаря нему он еще помнил кто он такой, и лишь благодаря ему, наверное оставался жив. Лейн много раз был на краю от смерти, когда острие лезвия проносилось почти у самой его шеи и груди. Он и сам не понимал, как оставался жив — как будто крылом незримым кто его оберегал. Иль может правда магия какая запечатана в кулоне, он был готов и этому поверить. Однако ежели и так, то что с того, ее любви он не предаст, пусть хоть взаправду будет ведьмой.

Как на зло в первый год войны он потерял свою лошадь, кобыла переломала ноги, когда угодила в оползень на краю приграничного леса. И теперь у него был иссиня-черный с отливом мерен на замену ей. Красивый конь имел длинную гриву и мохнатые копыта. Лейн забрал его с очередной разграбленной фермы. Конь одиноко вышагивал возле некогда бывшей каменной конюшни, перепрыгивая разломанные каменные стены. Видно было что питомец породистый из некогда знатной семьи. Жалко было его бросать там одного. Решил себе взять, воспитать. Вот только конь был не настроен на знакомство по началу. Пришлось его оседлать самым примитивным методом без седла, как это делали испокон веков его предки. Только после того, как этот оголтелый мерен проносил его добрых полчаса по округе, питомец видно решил, что этот непойми откуда взявшийся незнакомец достоин назваться его новым хозяином. И теперь у коня было имя. Его звали Буран — под стать его характеру.

Первые два года были самыми сложными, тогда королевская армия лишилась большей своей части воинов. Однако и у противника была картина не лучше. Теперь их армия состояла большей частью из наемников, да пьяниц, готовых сдаваться в плен за бутылку горячительного. Поэтому границы начали плавно возвращаться на свое законное место на карте. Деревни сдавали, сожженные фермы восстанавливали пленные чужеземцы, а разграбленные города на границах заново отстраивали. И много награбленного золота некогда принадлежавшее погибшим хозяевам, теперь было бесхозное, а значит принадлежало королевству. И по закону королевства все это золото отдавали воинам, в награду за победу. Уцелевшие жители благодарили мужчин в доспехах, выносили им хлеб да соль, когда те освобождали деревни. Иные же пытались отблагодарить и по-другому. И даже некоторые девицы пытались скрасить ночь усталого воина ласками. Но каждому свое.

Еще целый год Лейн охранял отвоеванные границы. Случались конечно единичные набеги, но то скорей от злости за проигранную войну. И ничего серьезного они больше не несли. Однажды в их лагерь пришли новости о подписании мира на долгие года, и подписи те были скреплены и кровью, и деньгой. Он помнил, как в тот день все праздновали, как к ним пригнали две телеги с медовухой. Все пили и он пил, будто в последний раз. Наслаждался горькой победой над всеми своими страхами, и над самой смертью. Ему лишь оставалось вернуться домой. Домой к друзьям и родным.

За три года войны он написал достаточно писем. И даже вел переписку с Марко, который тоже воевал неподалеку от него в другой дружине. Однако друг не долго пробыл там, Марко писал, что его ранило арбалетной стрелой. Она проткнула его правое плечо, повредив сухожилие, и теперь тот был не годен к дальнейшей службе. Рука плохо работала и меч стал бесполезным орудием. Спустя полтора года войны Марко вернулся в деревню к семье. А Лейн остался и выиграл эту войну. А самое главное выиграл свою жизнь. Не забывал он и о матушке своей, писал ей редко, однако всегда говорил в письме, чтобы к его приезду, та напекла пирогов с мясом и яблоками. И когда настал тот самый день его отъезда, Лейн тут же скрепил сургучом последнее письмо и передал его гонцу. Тот добежит быстрее ветра, а ему еще дела доделать нужно. Собрать телегу, да нагрузить ее дополна подарками, да трофеями военными, нанять возничего — он привезет ее немного позже. А он поедет дальше налегке, с двумя мешками золота. Того самого золота — один на выкуп, второй ему и матушке. Он ведь обещал отдать долг. И он его отдаст.

Дорога была долгой, весна уже почти закончилась и на смену ей пришло раннее лето. Солнце жарило, обжигая лицо и руки, однако ветерок все еще был прохладный и темные ночи были также холодны, как и глубокой осенью. Однако чем ближе Лейн подбирался к дому, тем теплее и роднее становились края. Сердце его радостно забилось, когда взору открылась знакомая степь, а на горизонте забрезжили верхушки его родного хвойного леса. За тем лесом находилась его деревушка. За тем лесом находились любимые люди. Лейн тронул коня и понесся как можно скорее, норовя обогнать занявшийся рассвет.

Он пересек врата, когда утреннее солнце полностью вынырнуло из-за горизонта. Деревня еще только просыпалась. Кое-где было слышно, как хозяева гремят ведрами готовясь к утренней дойке. В конюшне мирно похрапывали спящие лошади, когда Лейн ставил в стойло нового жильца на удивление другим сожителям. А выйдя наружу он заметил, что улицы все еще были пусты, и с улыбкой на лице будто одинокий путник, двинулся дальше по деревне, оглядывая знакомые дома и улицы. Путь до дома пролегал мимо мельницы, где аккурат нее буйствовала пышная зелень, благоухающая всеми возможными травами и цветами. Все внутри трепетало от осознания того, что он дома. Лейн не удержался. Скользнул в сторону реки, чтобы с разбега нырнуть в студеную воду. Об этом он часто думал, когда ехал домой через все королевство. Однако так резво засеменив по тропинке мужчина резко затормозил и скользнул в темень деревьев и пышных кустарников. Сердце пропустило удар и оборвалось в тишине. Лейн боялся вздохнуть. Там на мостике была его зеленоглазка. Он совсем не был готов увидеть ее так сразу по прибытии домой. Лейн растерялся. Не причесанный, пыльный с дороги, с густо заросшей щетиной и грязный словно свинья. Она не должна была его увидеть в таком виде. Он испугает ее, и не столько своим неопрятным видом, сколько голодным взглядом. Демон долго спал внутри него, но стоило завидеть хрупкую женскую фигуру со знакомой рыжей копной невдалеке, как он тотчас же проснулся. Защелкал острыми челюстями, скрутил одной лапой все внутренности. Лейн сглотнул вязкую слюну и тихо выдохнул.

— Чтоб тебя… — выругался он шепотом.

Девушка стирала белье в реке. Было видно, что та совсем спросонья, сидела в легком домашнем платье с теплым шерстяным платком на плечах. Но тот словно предатель скользнул вниз к ее коленям, обнажив при этом съехавшее платье с покатого светлого плеча. Девушка ничего не заметила, продолжая стирать белье. А вот Лейн все заметил… — и прядку, упавшую со лба, и голое девичье колено, зазывно выглядывающее из-под платья. Лейн чувствовал, как начинает сходить сума. Все в ней приковывало взгляд, все заставляло желать ее прямо здесь и сейчас, его естество внизу уже давно было наготове. Лейн зажмурился, пытаясь прогнать наваждение. Боги, за что ему это? Он видит ее впервые после долгой разлуки, и все о чем он может думать, так это об этом? Лейн закусил пальцы, уперевшись лбом в дерево. Он просто мерзавец и нет ему оправдания в этом. Даже учитывая, что девушка совсем изменилась, потеряла детские черты, и стала до ужаса привлекательной и сексуальной, а он так долго не знал женщины. Лейн все не мог отвести голодных глаз, рассматривал ее с неприкрытым желанием, держался свободной рукой за ветки, стараясь хоть чем-то себя удержать от соблазна выпрыгнуть из прохладной тени и схватить ее в объятия. Старался удержать себя от соблазна сорвать с нее прямо сейчас это бесполезное платье, которое и так едва держится на честном слове. И кто только ей разрешил идти на улицу в таком виде?! И Боги! Как сильно старался не думать о том сколь жадно он ласкает ее тело губами, словно путник, умирающий от жажды. Однако воображение играло с ним злую шутку. Дыхание то сбивалось, то замирало, как будто тот задыхался от нехватки воздуха.

Девушка отжала рубаху и резво поднялась на ноги, уложив остальное чистое белье в корзину. Небрежным движением рук, она перекинула тяжелую тугую косу через голое плечо, быстро засеменив в сторону тропинки. Бедняжка и не заметила, как совсем рядом в тени листвы притаился незримый охотник. Проводив девушку звериным взглядом, пока та не скрылась за поворотом, мужчина медленно выплыл из сумрака, слегка пошатываясь. Эта пытка стоила ему не малых сил. Лейн стянул рубаху с головы и с разбегу прыгнул в воду. Ледяная вода была сейчас как никогда кстати.

Добрался он до своего дома так никого и не встретив на своем пути. Матушка рыдала на его плече, не веря своему счастью, когда тот с промокшей головой по-будничному зашел в дом, словно и не уходил на войну три года назад. А Лейн только улыбался, не смея тревожить ее счастье ненужными речами. А после, как матушка успокоилась, то тут же принялась расспрашивать о дороге, попутно расставляя на столе кушанья. Лейн только и успевал проглатывать огромные куски, так сильно он соскучился по ее стряпне, а дальше стол украсили те самые пироги о которых он так много писал в письме своей матери. Но время шло, а матушка только сейчас заметила два сиротливо лежащих у двери огромных мешка.

— А там что? Не уж то подарки какие? — осмелилась улыбнуться матушка.

— Подарки матушка позже приедут с телегой. А это долги.

Женщина нахмурилась и вопросительно уставилась на него. На что Лейн только рассмеялся.

— Один нам с тобой, а второй… Второй я задолжал отцу своей невесты будущей.

Матушка подскочила на стуле, положа руку на сердце и щеки ее в миг окрасились в розовый.

— Не уж то? — взволнованно заговорила он. — Не уж то нашел себе кого?

— Нашел, — утвердительно качнул он головой.

— И кто же позволь узнать, станет мне будущей дочерью? — грустно уставилась она ему в глаза.

— Ты что же не рада? Сама ведь просила меня об этом, — притих он.

— Сынок, прости меня дуру, — сгоряча упала она на стул обратно, — Просить то просила, но разве могу ль теперь я кого другого представить на месте своей будущей невестки?

— Ты это о чем? — не понял Лейн.

— Помнишь, ты девчушку просил приходить ко мне, навещать в свое отсутствие? Дочку Грейс. Такая хорошенькая, добрая, слова плохого, взгляда косого не окинет. А я ведь привыкла к ней ужо. Поди родная мне стала совсем…

Лейн запоздало рассмеялся, а потом подошел к своей матери, обняв ее за плечи.

— Не бойся матушка, не придется тебе гнать ее из сердца своего. К ней свататься и ехал я.

Женщина недоверчиво покосилась на него.

— Она ведь не…

— Нет, не знает. Знает только отец ее, перед отъездом я с ним договорился.

— Обрадуется поди новости такой. Тосковала все три года по тебе, не говорила ничего, а по глазам то видно. Не спутаешь любовную тоску ни с чем, — улыбнулась женщина, обняв его в ответ.

Лейн едва не задохнулся, услышав об ответных чувствах так и не высказанных ему ни разу. Уж все говорило о том вокруг, но те заветные слова мечтал он услышать только от нее. И все его в смятение вгоняло, уверенность его как рукой снимало, боялся что придумал себе все. Что девушка вовсе не любит его, а лишь дружбой старой дорожит и только. Устало протерев глаза, мужчина выдохнул и улыбнулся.

— Посмотрим. Не нужно торопить события. Пойду-ка я пока приведу себя в порядок, да в баньку схожу.

Матушка лишь погладила его по руке и отпустила.

— Иди, иди, но не затягивай. Уж было дело, Ховард со двора гонял одного женишка пока тебя не было.

Лейн замер перед выходом и обернулся.

— Не уж то?

Матушка лишь молча отвернулась и ушла к себе в комнату, оставив сына с этим знанием наедине.

Лейн не долго прихорашивался, побриться только и успел, да на скоро помыться. В армии приходилось туго, он мог по месяцу не мыться, на столько дела шли плохи, а если и удавалось на скоро искупаться, так в считанные секунды он должен был быть готов. Вот и тут по привычке не стал тянуть долго с купанием, вылетел из бани спустя некоторое время. Дела не терпели отлагательств. На скамье уже лежала корзина с подарком. Пока он был в бане, матушка заботливо собрала корзину полевых цветов, как и попросил ее Лейн. Схватив один из мешков, мужчина двинулся к дому господина Ховарда. Сердце взволновано стучало, предвещая скорую встречу с девушкой. Он не знал как воспримет новость Астрид. Обрадуется? А может робеть начнет как всегда? Или… Нет. Нельзя было думать об этом. Ее несогласия он не выдержит.

Лейн бодро вошел в знакомый двор, уверенно толкнув калитку. Однако перед тем, как постучать, вся его уверенность куда-то растворилась. Мужчина заволновался, но тут же взял себя в руки и постучал. Через мгновение дверь ему открыл отец девушки. Глаза его сначала разглядывали Лейна, будто не узнавали, а потом в них промелькнуло удивление. Узнал.

— Привет дружище, не ждал тебя увидеть сегодня, — улыбнулся он, протягивая руку и пропуская того в дом.

— Здравствуйте господин Ховард, — зашел тот погружаясь в незнакомые ароматы чужого дома. Матушка Астрид тоже была неподалеку и вопросительно уставилась на незваного гостя.

— Здравствуй Лейн! Как здорово что ты вернулся! — радостно подошла она к нему, пожав тому руку.

— Астрид здесь?

— Нет, она ушла помогать Карлу. С недавних пор она подмастерье у нашего лекаря, — улыбнулась гордо та.

Как странно. Ее мать ждала его. Лейн повернулся в сторону ее мужа и понял, что тот поделился всем с ней три года назад. Однако больше всего его удивило, то, что Астрид нашла себе совсем новое увлечение, пока его не было. Об этом он у нее спросит чуть позже.

— Что ж тем лучше, — сказал Лейн улыбнувшись, а затем водрузил тяжелый мешок на стол, поставив рядом плетеную корзину с цветами.

Мужчина медленно подошел к столу и распустил шнурок у мешка. Тот был полон золотых монет. На это диво ахнула и женщина, стоявшая рядом. Недолго осмотрев мешок, он подошел к Лейну и серьезно спросил.

— С чем пожаловал ко мне добрый молодец?

Лейн не был удивлен его вопросу. Так полагалось говорить по традициям.

— Пришел я с выкупом в ваш дом. Пришел за вашей дочерью. Пришел забрать в свой род, наречь своей невестой и женой. Тому свидетели вокруг, — уставился он на госпожу Грейс. Женщина взволновано смотрела на происходящее, приложив руку к груди.

Отец девушки довольно погладил густые рыжие усы с проседью, а затем обойдя Лейна прошел к буфету, вытащив из маленького ларчика монету. То была монета Лейна.

— Что ж вижу ты серьезен добрый молодец, и слово твое тверже камня на скале.

Мужчина поднял монету выше, а затем пройдя обратно положил ее к монетам в мешке.

— Теперь твой долг уплачен, даю свое согласие, и надобно скрепить наш уговор.

Господин Ховард закатал рукав рубахи до локтя и положил свою руку на центр стола. Лейн проделал тоже самое положив свою. Их руки сжались в крепком пожатии.

— Жена и мать тому свидетельница. Разбей же наши руки милая. — проговорил тот серьезно обращаясь к ней.

Женщина участливо подошла и символически разбила их рукопожатие.

— Теперь же я даю свое благословение, пусть дочь моя найдет уют в твоих чертогах, пусть твой очаг ее рука хранит, и пусть твой род ее оберегает, и больше я не волен ей претить.

Когда слова клятвы были произнесены Лейн осознал, что только что произошло. Госпожа Грейс расплакалась, а затем подошла и с любовью обняла новоиспеченного зятя. Мужчина проделал тоже самое, похлопав того по плечу. Лейн прикрыл глаза. Все сделано. Теперь она только его. Осталось выяснить согласна ли сама девушка на это.

— Вот, отдайте ей это, когда она вернется, — Лейн протянул корзину. — Она поймет от кого. Передайте ей, что я прошу ее встречи. Пусть она сегодня будет на закате у мельницы. Надобно ее согласие узнать.

— По правилам ее согласие не требуется, — проговорил ее отец, — ты же знаешь традиции.

— Знаю. Но я хочу, чтобы все было не только по правилам, но и по сердцу. По-человечески хочу я с ней поступить.

— И что же сделаешь ежели откажет? — усмехнулся он.

— Не откажет, — выдохнул Лейн. Сам понимал. Не откажет она ему. Не будет такого.

— И то верно, — снова усмехнулся мужчина.

В чем-то он был прав. Издавна мужское слово решало все. И даже если ей не по душе придется предложение. Отказаться она уже не сможет. Ее выкупили у рода, теперь ей некуда идти кроме как к Лейну. Стары обряды эти, но верно служат до сих пор.

— Когда свадьба? — спросила госпожа Грейс. Ей не терпелось уже. По ее лицу то видно было.

— Через месяц, кода лето будет в самом разгаре, — ответил Лейн.

— Что ж, твое слово, — кивнул отец девушки.

Они попрощались на пороге, пожали руки, обнялись и он вышел из дома. Вечером он увидит ее. И обо всем расскажет. И будь что будет.

Астрид

Густые туманы и морось опустились на землю спустя неделю после того, как мужчины их деревни уехали. Как будто солнце пыталось биться до последнего, вырывая победу из рук осени, но как отважный герой пало в сражении. Желтая листва совсем опала, оставив голые скелеты деревьев мерзнуть, в ожидании наступления скорой зимы. Сбор урожая в этом году прошел тяжело. Людей было мало, все кто мог нынче ходить своими ногами, от мало до велика будь то дети или старики, все должны были принять участие в сборе. Потому вплоть до наступления первых морозов народ был занят сбором практически каждый день и до позднего вечера. При этом у всех было также свое хозяйство, огороды и скотина. Их деревня выращивала на прилегающих полях пшеницу и овес. А потом приезжал городничий и с нанятыми мужиками увозили все на продажу. Так было заведено во всех деревнях, по сути, жители деревень кормили не только себя, но и город в управление которого они попадали. Поэтому для всех деревенских на ярмарках и лавках города действовали различные льготы на услуги, ровно как и упрощенная система бюрократических манипуляций.

Почти два месяца ушло на сбор. Жители, уставшие от рутины, наконец-то выдохнули, когда все закончилось. Смотритель решил объявить выходной и собрать всех оставшихся жителей за длинным столом, накрытым у его дома. Праздник урожая был отложен и теперь можно было почтить этот день. Однако общая атмосфера вокруг стола стояла не праздничная. Практически все молчали уставшие и грустные. В глазах женщин определенно читалась тоска по своим мужьям и сыновьям. Астрид же как и всегда сидела в самом конце, стараясь не привлекать к себе ненужного внимания. Матушка и отец сели неподалеку от нее и принялись сдержанно поздравлять соседей с праздником. Девушка без особого аппетита ела кушанья, думала о своем. Ее глаза разглядывали белую скатерть и тарелку с пирогами. Чья-то большая рука скользнула в нее и стянула очередной кусок. Астрид безучастно проследила глазами за этим движением. Напротив нее сидел рыжий и конопатый парнишка примерно ее возраста. Где она его видела? Девушка никак не могла вспомнить.

— Привет, — сказал он неожиданно.

Астрид вздрогнула, пытаясь сообразить ей ли это было адресовано. И не ошиблась — именно ей.

— Привет.

Парень долго разглядывал ее, будто ожидая чего-то еще, но девушка упорно продолжала молчать, чувствуя себя все больше неловко.

— Ты не узнала меня?

Астрид замерла, а потом с виноватым видом отрицательно повертела головой. Парень напротив скуксился, уперев глаза в свои руки, а затем не поднимая взгляда все же проговорил.

— Я Дан. Сын кузнеца. Ты приходила как-то к нам за латами отца и… в общем ты чуть не снесла меня, когда убегала со двора.

— О, прости пожалуйста я должно быть не заметила, — сгорбилась девушка.

— Да уж это точно. Бежала как от огня, — посмеялся он искренне, все же подняв свой взгляд на нее.

Астрид осторожно улыбнулась, не зная чем ей это может грозить. Но парень без тени злобы продолжал уминать кусок пирога, да лыбиться в ее сторону. Дан был с такими же огненными волосами, как и его отец, плечи парня разрослись в ширь, грудь стала огромной, совсем не соответствуя его возрасту. Наверное тяжелый труд в кузне натренировал его мышцы, сделав его крепким и сильным. Такого за версту обходить стороной будешь, ему бы на поле битвы топором махать. Однако простецкий взгляд и добрая улыбка сбивали с толку. Парень не казался опасным. Карие глаза и веснушки на лице создавали общее впечатление о нем, как о простом добряке, не смотря на его внушительные размеры. Девушка немного расслабилась. Навряд ли ему от нее что-то нужно было. По крайней мере сейчас.

Праздник быстро закончился и все разошлись по домам. Жизнь в деревне шла своим чередом. И вот совсем скоро матушка уже опять попросила ее отнести новые ткани потенциальным покупателям. Когда Астрид услышала, что это дом, где живет Хельга, то на секунду замешкалась. Матушка тут же заметила ее взгляд и поспешила забрать корзину.

— Что ж тогда ты за главную на кухне, — улыбнулась она.

— Нет, — не позволила Астрид забрать ее, — все нормально, я отнесу.

— Хорошо. Только там пять рулонов с разными вышивками. Ткани дорогие — будь с ними по осторожней. Ингрид пока не определилась с вариантом.

— Я поняла, — послушно кивнула Астрид уже выходя из дома.

В доме Хельги царил порядок, с кухни доносился сладкий запах выпечки.

— Привет Астрид, давай проходи, не стой на пороге, — улыбалась заботливо женщина.

Госпожа Ингрид была довольно молодой женщиной, ее густая светлая коса доставала почти до копчика, а в стройности фигура не уступала даже ее дочери. Астрид посмотрела еще раз на нее и отметила про себя, что такими же голубыми глазами она наградила и Хельгу. Они были очень похожи.

Женщина провела ее в соседнюю комнату, и девушка поняла, что это была спальня ее дочери. Хельга сидела возле зеркала и аккуратно расчесывала свои светлые волосы серебряным гребнем. Как только девица заметила в отражении Астрид, ее носик тут же сморщился, а взгляд стал злым.

— Хельга, поздоровайся с гостьей, что за манеры, — уперла та руки в бока.

— Ну здравствуй, — пропела та елейным голоском, вставая со скамьи.

— Вот, посмотри что госпожа Грейс наткала, тут и жемчуг и золото и ткани легкие да цветные, все как ты просила, — не унималась мать девушки, совсем не замечая недовольного взгляда Хельги.

Девица подошла к корзине и небрежно стала перебирать полотна ткани. Спустя мгновение ей это надоело, и она снова вернулась к зеркалу, забыв о корзине.

— Тебе что же, не нравится? — не верящим взглядом уставилась на нее женщина.

— Скучно и не интересно.

— Астрид может ты подскажешь что?

Девушка внутренне напряглась и проглотила ком в горле. Однако подошла к корзине и вытащила два рулона ткани.

— Я думаю вашей дочери подойдут эти два варианта, — раскрыла Астрид обе ткани и те заструились вниз водопадом.

Хельга заинтересованно посмотрела в зеркало на нее.

— Эта персиковая ткань с золотой вышивкой подчеркнет здоровый цвет кожи и румянец, теплые тона обычно годятся на лето, хотя для праздника нет разницы. А эта нежно голубая ткань с жемчугом наоборот осветлит тон кожи и подчеркнет голубые глаза. Важно, что и та и эта ткань — обе подходят для выкройки праздничных нарядов и будут очень ярко выделяться на фоне других, — договорила она, а затем подошла к Хельге и приложила ей на грудь с каждой стороны по полотну для сравнения.

— И правда… Хельга, они так тебе подходят… Я даже не знаю, что и выбрать, — госпожа Ингрид заинтересованно разглядывала дочь в зеркале.

Хельга тоже рассматривала себя в зеркале уже с неприкрытым интересом.

— Возьмем обе ткани, — сказала уверенно Хельга, не ожидая согласия матушки.

Однако та даже на секунду не задумалась, а улыбнувшись тут же спросила:

— По чем они?

Астрид немного растерялась, но тут же припомнила стоимость.

— Тринадцать золотых госпожа.

— Хорошо, сейчас принесу, — уплыла та в другую комнату.

Астрид стало не по себе, когда они вдвоем остались в комнате. А Хельга будто только и ждала этого. Немного погодя она подошла к девушке и надменно проговорила:

— Раз так умело разбираешься в тканях, от чего сама ходишь как мышь серая?

Астрид упрямо посмотрела на нее, не спеша с ответом.

— Мне это ни к чему.

— И то верно. Ни что тебя не скрасит, коль ведьмой ходишь по двору, — брезгливо проговорила она, а затем продолжила, — и все одно — мужики справно дорожку топчут к твоему дому, — поморщилась она.

Астрид вопросительно уставилась на нее.

— Не делай вид, что не понимаешь о чем я! Думаешь я совсем дура?!

Хельга резко схватила ее за воротник платья и выплюнула со злостью:

— Чем ворожила Лейна?! А ну-ка поделись секретом мерзавка!

— Пусти! Совсем сума сошла?

Астрид вцепилась руками, пытаясь оторвать девицу от себя, но та была сильнее.

На счастье девушки, в комнату вошла госпожа Ингрид, и Хельга быстро отпустила ее уже изрядно помятый воротник.

— Ох, чтобы я без тебя делала Астрид. Вот, возьми пожалуйста и передай своей матери благодарности, — улыбнулась женщина, совсем не замечая напряженную атмосферу вокруг.

— Спасибо госпожа.

Астрид понуро схватила корзину, мешочек с деньгами и вышла наружу. Разгладив ворот платья, девушка бегом засеменила в сторону дома. На сегодня было достаточно.

Холодными вечерами она часто сидела на крыльце своего дома и бездумно глядела на темную полоску леса, что виднелась вдали. Она старалась не давать своим мыслям свободы. Как только в мозгу проскакивала хотя бы одна маленькая мысль о Лейне, девушка сразу вставала и уходила в дом. Ее сердце разрывалось на части стоило ей только представить на поле брани сражающегося друга. Она признавалась себе в собственной трусости и малодушии, но ничего не могла с этим поделать. И только под покровом ночи, когда никто не властен был над ее снами, он приходил к ней. Иногда он умирал, истекая кровью совершенно один под черным небом. И тогда Астрид просыпалась от кошмаров в холодном поту, еще долго пытаясь успокоить свое сердце. Убеждая себя, что это просто сон, а он должно быть сейчас спит у горячего очага где-нибудь в лагере. А иногда… иногда ей снилось что он вернулся домой, а может и не уезжал вовсе. Что на дворе теплое лето и они гуляют с ним по лесу держась за руки. Она собирает цветы, а он рассказывает ей смешные истории. Пару раз он даже целовал ее так нежно, что на утро ее губы горели от невидимых поцелуев, которых она возможно никогда и не познает в своей жизни. Но счастливых снов было гораздо, гораздо меньше. Астрид благодарила ночи, когда те лишали ее снов и та просто проваливалась в беспамятство, вставая утром как ни в чем не бывало.

Довольно часто она приходила к госпоже Хильд. Женщина исхудала из-за чего морщины стали глубокими, глаза впали, а волосы полностью поседели. Если раньше женщина только частично была седой, то теперь возраст взял свое. Однако она старалась держаться, от чего Астрид становилось совсем уж грустно. Они обе тосковали по Лейну, но их боль была совсем не похожей друг на друга. Ей не дано было понять, что чувствует мать, провожая своего ребенка на верную смерть. И теперь им предстояло вместе томиться в часах мучительного ожидания, которое однажды закончится. Вот только что за исход у него был, одним лишь богам было ведомо.

Однажды матушка предложила ей заняться работой. Астрид исправно выполняла все домашние обязанности и не совсем понимала, в связи с чем поступило такое предложение. На что женщина лишь улыбнулась и сказала, что Астрид нужно чем-то заниматься в будущем.

— Скотина, уборка и готовка — рутина убивающая радость от жизни. Попробуй что-то еще, — говорила она, — Я вот люблю ткать полотно, мне помогает отвлечься…

И тогда матушка решила подсобить местному лекарю Карлу. Старик был уже совсем стар, а на смену ему никого не было. Работа подмастерьем у лекаря смогла бы отвлечь Астрид от ненужных дум. А потому девушка быстро согласилась. По началу конечно ей было трудно. Куча талмудов с различными лекарственными травами, множество определений к неведомым ей ранее болезням. Приходилось часами пропадать у него в избе, корпя над книгами. Раньше она любила читать, но все что она читала были лишь сказки, да легенды. А тут серьезная литература, которая давалась ей очень не просто. Все было бы совсем уж плохо, если бы не помощь наставника Карла. Они ходили вместе в лес, он показывал ей различные растения, пока еще трава совсем не пожухла, да поздние ягоды не отошли. Практика тоже имела место быть, к нему домой часто приходили односельчане, да жители соседних сел — у тех давеча местный лекарь помер от лихорадки как месяц уж. Поэтому работы было хоть отбавляй. Но в основном то были бытовые переломы пальцев, да расстройства желудка попеременно с запорами. Астрид уже и сама могла подлечить такие расстройства — благо практики хоть отбавляй. А вот колотые раны, рассечения, воспаления, сильнейшие переломы костей, смещения и даже инфекции, о которых она недавно узнала — все это ей было страшно интересно. Но Карл мог предложить только иллюстрации в книгах, да записи в собственных журналах.

— Коль повезет, ты не увидишь всего этого на своей памяти.

— А если придется? — взволнованно спросила она.

— Тогда не забывай молиться, — вполне серьезно проговорил он.

— Вы лекарь, к вам люди идут, оставляя надежду на богов.

— Не говори так. Мы все живем по воле богов. И ежели им нужно будет, то никакими снадобьями уже не сможешь отпоить несчастного.

Странный был он. Старик в почтенном возрасте был добр и учтив, многое знал и умел, и опыта хоть отбавляй, а порой такие вещи чудные говорил, как будто верил в наговоры и заклятия.

— Все зависит от того с какими мыслями ты к делу подходишь.

Или…

— Отринь все страсти от себя, и зло тебя не тронет.

Спустя время Астрид освоилась, уже не удивляясь странным изречениям наставника. Ходила, справно собирала травы, да ягодки с грибами по лесу.

А холода давно уж подступили, зима вот-вот уж сунет нос во двор. Бывало по утрам припорошит крыльцо, а в полдень все истает. На речку то ходить уже стирать опасно было. Окоченеют руки в миг и с лихорадкой потом сляжешь. И потому ей приходилось с ведрами ходить на мельницу, таскать их в баню и так по три, а то и четыре раза. Однажды матушка с отцом засобирались на очередную ярмарку, она лишь раз в сезон организовывалась. Ее решили оставить одну, пускай хозяйством занимается, да к лекарю работать ходит — зато в тепле, не на морозе. А стирки то прибавилось с приездом отца, вот и в этот раз пришлось идти за водой до самой речки. А возвращаясь повстречался на пути ей Дан. Паренек укутанный стоял до самого ворота, руки грел, ее поджидал. Предложил помощь свою, сказал негоже ей самой ведра таскать до дому, и от него не убудет коли сам поможет принести. Астрид не стала отказываться от помощи и с благодарностью приняла его заботу, однако в дом не пустила, когда тот стал напрашиваться несмело. Лишь вынесла корзину со снедью, и с благодарностью пожала руки. Дан кротко улыбнулся, мол и на том спасибо, большего просить не смею. А корзину обязательно чуть позже занесет. Да только это позже было уже на следующий день. И не пустой была корзина, а полна яблок с урожая и горшочками поздних ягод. Девушка совсем растерялась, неравноценный получался обмен, но Дан и слушать не желал, лишь помахал рукой, да убежал со двора.

Так и наступила зима. Холода и бураны были лютыми, а морозы крепкими. И много дров порой на день уходило в топку, уж матушка боялась, что не хватит наготовленных на зиму запасов. Зато как выйдешь днем на улицу, все серебром блестит, переливается, и пахнет дымом очага соседского, узоры на оконцах разукрашены, и детвора играется в снегу.

Астрид укутавшись теплее в соболиную шубу подаренную ей отцом, потопала в сторону лекарской избы. Сегодня нужно снова будет готовить порошки от лихорадки. Уж зачастили случаи с соседних деревень. Вот только не дошла она до Карла, а мимо конюшен задержалась, прислушиваясь к голосам неподалеку. Опять девичьи сплетни за ее спиной. Не уж то не приелась она людям?

— А я говорю видела ее по осени, ходила вершки да корешки там собирала с книгой в руках. Шептала что-то себе.

— Я слышала у лекаря она работает, врачует вместе с ним.

— Одно другому не мешает. А ты думаешь почему у них народу стало больше? Одни бабы в дом захаживают, поди к ней и приходят.

Астрид чуть не задохнулась от обиды. Да сколько уже можно? Теперь она что же и в правду ведьмой стала, раз по лесу с корзиной ходит? Девушка подкралась к бревенчатому выступу и выглянула.

Возле колодца на скамье сидело три девицы и со спины их девушка не узнавала, однако голоса были знакомы ей. Та, что по середине все продолжала говорить:

— И Хельга говорила, что ведьма сама созналась в ворожбе ей, когда ее в дом пустила. Как пить дать правду говорит.

— И что же, никого не смущает по чем зря Хельга в дом пустила ведьму? Аль может наговор какой просила с нее? Или ворожить кого задумала? — вклинилась другая девушка, совсем неожиданно появившись со стороны дороги. Темноволосая и высокая, с ярким платком на голове, она деловито прошла мимо них, даже не обернувшись и принялась набирать воду из колодца.

Та, что по середине вдруг резко встала, а ее зеленый платок слетел со светлой головки.

— Она ей ткани приносила, зачем ты наговариваешь по чем зря?

— Ааа… так вот оно что? Так надо было с этого и начинать, — развернулась темноволосая девушка с наглым видом. — А вы тогда по чем зря наговариваете на девку? Или может кто воочию слышал ее признание? — продолжала она нагло улыбаться, ожидая от них реакции.

— Хельга сказала…

— Дура ты Агна. Тебя наивную дуреху только помани, а ты и рада радехонька все рассказать на потеху деревни. Когда станешь не нужна ей, сама прослывешь на всю округу, попомни мои слова. Добра от нее не жди.

Агна резко потупила взор, уставившись на свои варежки.

— А ты чего сидишь молчишь?

— Чего тебе?! — огрызнулась другая девица — та что с боку.

Астрид узнала ее голос, это была та самая девушка, что встретилась ей на празднике уходящего лета.

— Не уж то не помнишь, как сама трепала языком про Хельгу на реке? Иль коротка твоя память девичья стала?

— Ну помню, так я того не отрицаю.

— Не шибко то стараешься, когда помоями другую поливают. Сдается мне ты с Браном прогадала, когда вы миловались в камышах.

— Умолкни ты!

А девушка лишь посмеялась.

— Теперь и он как Лейн тебе не мил уже? Уж не от того, что на другую смотрит? Дай угадаю как ее зовут…?

— Не смотрит он на ведьму, лишь потешается над ней! Тебе ль не знать!

— Мне жаль тебя Инка. Не найдешь ты в его сердце себе место, у Брана его просто нет.

Та не нашлась ответом. А девушка тем временем наполнила оба ведра и ушла куда-то. Астрид не стала слушать дальше. Внутри нее зародилось зерно сомнения, что все же есть в деревне люди, кому она не встала костью в горле. Сердце продолжало встревоженно биться, словно пташка в клетке. И внутри поселилась тихая радость. Впервые в ее жизни посторонний человек встал на ее сторону. А она ведь даже не знает ее. Астрид осторожно улыбнулась и пошла дальше.

Тянулись холодные зимние ночи за окном, да шептал тихий огонь в очаге. Унять бы ей свое сердце. Пустые тревоги лишь сна лишают, да грусть в сердце рождают. Но не могла она забыть брошенные ей слова перед уходом. Он попросил дождаться. Но чего? Что будет, если он вернется домой? Ответа она не находила.

Весна уже не смело постучалась в окна с первыми теплыми лучами солнца. Уже и снега оттаяли, да траву показали прошлогоднюю, птицы вернулись с юга, а на сердце девушки все так же было холодно.

— Поди проверь кобылу то, у конюха нашего и так дел невпроворот с наступившей оттепелью. У соседей вона лошадь в грязи завязла вчера, ноги чуть не переломала, а Нортон уже третью кобылу на ноги ставит, — жаловалась матушка.

И правда. Господин Нортон не успевал с делами нынче по конюшне, поэтому почти половина питомцев стояла не объезжена, а лошади нельзя томится долго без простора. Болеть начинают. Вот и пошла Астрид на конюшню вывести на волю кобылку их Зарю. А заходя во внутрь увидела она Дана, подковывающего соседскую лошадь. Смутилась девушка, завидев взгляд его неосторожный. Лукаво слишком на нее смотрел.

— Привет Астрид, что за дела тебя сюда привели? — спросил он буднично, продолжая работать.

— Привет… Я слышала у господина Нортона дел невпроворот, решила нашу лошадь вывести.

— Да, дел хватает. Меня вот попросил подсобить ему. Сговаривались только сделать подковы для лошадей, а я предложил еще и подковать их всех, — улыбался он, следя за ней взглядом.

Девушка одобрительно кивнула и подошла к своей кобыле, нежно погладив ее по морде. Лошадь радостно всхрапнула, поприветствовав хозяйку, на что тут же улыбнулась и Астрид. Накинув узды на нее, девушка потянула кобылу на выход, та покорно зашагала в след за ней, но стоило той развернуться, как ее спина тут же на что-то налетела. Дан неожиданно встал посреди дороги, из-за чего она врезалась в него, затормозив этим и лошадь.

— …ты не пропустишь? — спросила она, чувствуя нарастающую неловкость.

— Да конечно, проходи…

Юноша пустил ее вперед, но буквально сразу же схватил ее за локоть позади.

— Постой.

Астрид остановилась и настороженно посмотрела на него. Горький опыт с Браном научил ее всегда быть начеку. Однако Дан был совсем не похож на него. Он стоял с пунцовыми щеками, не решаясь поднять на нее взгляд и мялся, словно мальчишка. Все это выглядело до ужаса забавно.

— Ты знаешь, я наслышан о тех слухах о тебе…

Девушка сразу же перестала улыбаться. В сердце глухо застучало.

— Я считаю, что это все пустое вранье. Вижу у тебя поэтому и друзей совсем нет. Я мог бы стать тебе другом… если ты не против конечно же.

Дан резко замолчал насупившись, видно ему самому было до ужаса неловко, но все равно продолжил, тут же посмотрев ей в глаза.

— Извини, я не хотел тебя как-то обидеть, я просто…

Дан заложил огромную ручищу за голову и нервно потянулся, словно пытался подобрать слова.

— Просто видеть тебя совсем одну…

— Жалеешь меня? — перебила вдруг его Астрид.

— Нет что ты, — заверил он ее.

— А зачем тогда дружбу предлагаешь? Девушки и юноши обычно не водят дружбу, разве нет? — улыбнулась вдруг она.

— Еще как водят, — отмахнулся он, улыбнувшись ей в ответ.

— Ну хорошо, я не против, — проговорила она, собираясь тут же уйти, но Дан снова ее дернул за руку.

— Я бы хотел еще позвать тебя на праздник весны.

Дан снова потупил взгляд, видно ожидая отказа. Затем вдохнул по больше воздуха и снова зарядил:

— Там будут чучело жечь и танцевать, а еще через костер прыгать. Ты когда-нибудь прыгала через костер? Это весело, я бы мог с тобой вместе провести этот день, обещаю тебе понравится…

Юноша слишком поздно понял, что наговорил много чего лишнего и устало потер переносицу двумя пальцами.

— Если бы я сразу тебя пригласил ты бы отказалась.

Астрид вдруг звонко рассмеялась на всю конюшню, сама не ожидая такой реакции от себя, чем удивила и Дана. Все это слишком забавно и необычно выглядело, впервые к ней подошел кто-то, так открыто предлагая свою дружбу. Да еще и этот парень с виду огромный как медведь, но такой робкий словно мальчишка десяти лет, стащивший куча яблок с соседского сада.

— Я приду, обещаю. Только не пожалей об этом ладно?

— Ты же не серьезно? Жалеть о дружбе с тобой? Да я самый счастливый человек!

Астрид снова рассмеялась и пошла в сторону выхода, уводя за собой кобылу, и махнув тому на прощание. Девушка сама не знала от чего ей так весело, но страха по отношению к нему она точно не ощущала. Что ж пусть она попробует, ничего же страшного не случится, если она в кои-то веки с кем-то из местных подружится?

Праздник весны был грандиозным праздником в деревне. Холода отступили, уступив дорогу теплой весне, и нужно было почтить прошедшую зиму, встреть новый сезон, чтобы лето разгорелось быстрее. В этот день все пекли блины с маслом, угощали друг друга, зажигали костры и делали большое чучело из старой соломы, украшая ее женской одежей. Люди водили хороводы вокруг, прыгали через костры на удачу, ели сладости с травяным чаем и пили теплые вина. Астрид и раньше встречала весну, но то было детство — когда ее родители брали с собой и шли праздновать вместе со всеми.

В этот раз все должно было быть по-другому. Дан ждал ее у той самой поляны, где уже во всю шли празднества. И кажется ее вообще никто не замечал, когда они пришли все-таки. Все были заняты весельем, танцами и разговорами. Все от малого до взрослого резвились словно дети. Конечно, в этом году народу было заметно меньше, но от этого не сколько ни хуже. Дан протиснулся через толпу детворы и подвел ее к столу, на котором мостились пряники, баранки, блины и пироги. Вокруг стояли теплые чаны с вином и травяными напитками. Девушка с аппетитом налила себе большую кружку с общего стола и наполнила карманы сладостями. Хотелось попробовать все и сразу, Дан заметив ее мелкое воровство улыбнулся и тоже распихал по карманам сладости, но вскоре тут же раздал все детям. Дан был добрым и веселым парнем. Астрид каждый раз удивлялась его искренним намерениям. А вскоре как и было оговорено ранее, парнишка неожиданно схватил ее за руку и побежал к горящим кострам, заставляя ее не на шутку испугаться. Это было опасно, но рука Дана держала ее крепко, а когда ноги девушки оторвались от земли, Астрид сама не заметила, как изо рта вылетел крик, однако увидев костер позади себя, испуг отпустил ее, а внутри пронеслась приятная дрожь от победы над собственным страхом. Веселье впервые стало доступным и ей, она танцевала и кружилась в хороводах, носилась с детьми по всей поляне, застревала в старых сугробах ногами и падала на сырую землю и траву, и от того чувствовала себя самой счастливой на этом празднике. А когда румяные и вспотевшие они с Даном оказались рядом, грязные, но от того не менее счастливые, Астрид вдруг показалось, что она знакома с ним тысячу лет как, будто они очень старые друзья и знают друг друга лучше всех вокруг. Странное чувство ее не отпускало до тех пор, пока в голову вдруг не прилетел холодный и жесткий снежок, осыпавшись колючими ледышками той за шиворот. Девушка вскрикнула от неожиданности и обернулась. Мальчишки, что раньше кидали ей в спину камни, теперь закидывали ее снежками, а ей только и оставалось что уворачиваться.

— Ах вы шпана мелкая! — ухмыльнулся Дан, отражая атаку пятерых ребят, и закидывая их в ответ еще более крупными снарядами. Мальчишки попытались отбиться, но что им могучий Дан — гора по сравнению с маленькими камушками.

Мальчишки разбежались, как только поняли, что силы не равны, а девушка забыв о мокрой одежде и снеге под воротником смеялась, словно и не было этой глупой попытки ее задеть или обидеть. Рядом с Даном она могла быть такой же как и все. И просто не бояться косых взглядов или обидных слов в спину. После того, как чучело сожгли, а праздник закончился, девушка поблагодарила его от всего сердца, обняв как можно крепче, а сама побежала домой, ведь обещала матушке после гуляний помочь с ужином. Кажется Дан хотел ей что-то сказать в след, но Астрид уже не слышала, а только помахала ему рукой на прощание.

Весна набирала силу, снега уже сошли, первая трава показалась в лесу и Астрид сразу же направилась туда, чтобы набрать корзину свежих трав и молодых соцветий на деревьях. Карл был занят в избе, у него сейчас полным ходом шли приготовления запасов, ведь после долгой зимы почти ничего не осталось на полках. Поэтому Астрид помогала ему собирать все нужное по списку. Конечно же в ее корзине была знакомая книжка наставника, ведь девушка пока только училась и что-то перепутать она вполне могла. Солнце приятно грело кожу, теплый шерстяной платок на плечах спасал от прохладного ветерка, но в воздухе чувствовалось подступающее лето. Астрид сильно увлеклась и не заметила, как за ее спиной дважды хрустнула ветка.

— А я думал слухи врут, оказалось что нет, — послышался за спиной до боли знакомый голос. Девушку окатил ледяной пот, заставив сжаться в комок.

Бран со своей до ужаса расслабленной походкой нагло направлялся в ее сторону. Астрид бегло оглянулась вокруг, отмечая что она уже далеко зашла в лес и если с ней что-то сейчас случится, то никто даже не услышит.

— Что у тебя там? — вырвал он корзину из ее рук, злобно поморщившись.

Его руки бессмысленно ворошили ветки с листьями в корзине, пытаясь найти что-то еще. Что-то такое, от чего наверное сразу бы все стало ясно.

— Ага… — ухмыльнулся он, доставая книгу Карла, — Что это? Заклинания? — парень раскрыл книгу, пытаясь вчитаться в незнакомые названия и формулировки. Но кажется ему это давалось с трудом, он попытался что-то прочесть вслух, но запнулся, рассердившись еще сильнее.

Астрид почему-то ухмыльнулась вслух и это заметил Бран.

— Что смешного? — захлопнул он гневно книгу, будто та чем-то была виновата ему.

— Ты не найдешь там ничего интересного для тебя, — улыбнулась девушка.

— Да ну? А может мне принести ее своему отцу, а?

Почему он так злился? Почему он всегда так злился, когда подозревал в ней ведьму? Неужели только это его беспокоило на самом деле? Астрид вдруг передернуло. Пусть лучше подозревает, чем досаждает своими отвратительными намеками. Девушка решила воспользоваться этим.

— Ну хочешь, отнеси, может я и правда ведьма? И может тебе не стоило бы так разговаривать со мной? А то вдруг еще… наговорю чего тебе в спину, а? — прищурилась она, явно чувствуя, как ходит по острию лезвия.

Бран тяжело сглотнул, сдвинув брови на переносице и злобно уставился на нее. Но Астрид отступать было некуда. Может хоть это его отвадит от нее, и она перестанет прятаться по всей деревне, как только завидит его по близости.

Бран долго изучал ее тяжелым взглядом, прежде чем его плечи расслабились, и он опасно улыбнулся. Что-то пошло не так. Юноша спокойно направился прямо к ней и швырнул книгу ей в корзину, даже не взглянув куда она прилетела.

— Была бы ты ведьмой, давно бы уже что-то сделала со мной. Я не прав?

Юноша подошел почти вплотную, нависая над ней и паршиво улыбался, чувствуя свое превосходство.

— Отойди от меня, — девушка уперлась ладонью ему в грудь стараясь отчаянно его остановить, однако это было невозможно. Бран был сильней и просто смахнул ее руку будто мошку.

— Что? Некому больше тебя защитить? — улыбнулся он, прекрасно понимая о ком говорит. И реакция Астрид на его слова только позабавила его. Бран схватил ее за плечи и с силой пригвоздил хрупкое тело к соседнему дереву, при этом крепко сжимая плечи девушки руками.

Астрид от страха не знала, что делать, кричать не поможет, просить словами тоже. Бран не из тех, кто просто так отпустит свою добычу. Парень будто в трансе разглядывал ее шею и грудь, закрытые платком, а затем небрежно сорвал его, бросив к ногам девушки.

— Будешь моей, — проговорил он хрипло, находя своими глазами ее шею и губы.

— Посмотри на себя, что ты делаешь?! — прикрикнула, трясясь от страха девушка, — А может я околдовала тебя? Ты не в себе! — все еще пыталась врать девушка, пытаясь отвлечь его или разозлить, хоть что-то!

— Все равно будешь моей, ведьма проклятая… — Бран сжал ее еще сильнее, оставляя на ее плечах глубокие синяки от его пальцев, а сам уверенно наклонился к ней чтобы поцеловать.

Девушка собрала последние силы и вырвав руку, отчаянно ударила его по лицу, вложив практически все силы какие у нее были в один единственный удар. Бран в момент отскочил, держась рукой за лицо и не веря в происходящее. Его зрачки медленно расширились от гнева, а ноздри раздулись, губы искривились в ярости. Таким злым девушка его еще не видела и теперь испугалась куда сильнее, чем это могло быть.

— Что, характер прорезался Астрид?! — выплюнул он злобно.

Она не верила ушам, Бран впервые назвал ее по имени. Он наверно и сам не понял, что сказал, поэтому скрипя от злости сжал руки в кулаки и снова двинулся на нее. А когда подошел ближе резко замер, услышав неподалеку чьи-то голоса. Бран слегка повернул голову в сторону звука и прислушался. Астрид тоже повернулась на звук приближающихся шагов. Это были мужские голоса, кажется кто-то с деревни направлялся в их сторону, обсуждая какие-то обыденные проблемы с напарником. Уже через секунду Бран резко схватил ее за ворот платья и злобно прошептал над самым ухом:

— Мы еще с тобой не закончили.

Вскоре он исчез. Девушка еще долго не могла прийти в себя после всего, что случилось на поляне, поэтому шла в деревню с платком в руке и невидящим взглядом. Бран обещал ей продолжение этого кошмара. Сердце испуганно сжалось. Острая нужда в Лейне сейчас блуждала по воспаленным нервам. Если бы он был рядом, она бы уже бежала к нему за помощью. Но Лейна не было. И никто ее больше не защитит, как и сказал Бран. Его ужасные слова были горькой правдой.

Еще практически всю неделю Астрид носа боялась высунуть из дому. Матери сказала, что приболела, и бедный наставник сейчас один обслуживал практически всю деревню, и это в период простудных заболеваний. Девушке было стыдно. Но страх перевешивал все. Она до ужаса боялась Брана. Он был не в себе. В следующий раз точно должно было произойти что-то похуже, ведь он этого так не оставит.

Однако спустя неделю матушка поняла, что Астрид придумывает себе болезни и практически со скандалом выгнала ее из дому. А на все ее вопросы что же случилось, девушка упрямо молчала и говорила, что все в порядке.

— Раз все в порядке, тогда иди делом займись. Стирки немеряно. На улице погода разыгралась, а ты здесь сидишь. Все. Не желаю ничего слышать. Всю молодость просидишь дома!

Астрид повержено шла с корзиной в руках и думала о том, что теперь ей одной вообще не следовало оставаться нигде. Таскать за собой Дана было бы глупо, хотя она была уверена, что он не откажется от такой просьбы. Однако вмешивать его в ее дела с Браном она не хотела. Все же тот был старше него и кто знал, чем все это могло закончится. С такими грустными мыслями она и пришла на реку. Девушка уже разложила белье на бережке, когда заметила рядом другую девушку, которая так же стирала белье у мельницы. Астрид поздно опомнилась, и потому на скоро начала собирать вещи обратно в корзину, чтобы уйти.

— Подожди. Ты же Астрид? — обратилась она вдруг к ней.

Это была та самая темноволосая девушка, которую та видела зимой у колодца.

— Да…

— Не уходи. Я не обижу тебя, — улыбнулась она, — Мы можем вместе стирать вещи, тут места много.

Астрид немного потопталась на месте, но все же осталась и снова достала белье. Сначала тишина была неловкой, но девушка была благодарна и этому. Однако девица была настойчивой.

— Меня зовут Эльви. Ты должно быть не знаешь меня, — пододвинулась она ближе к девушке.

Эльви была темноволосой девушкой с такими же зелеными глазами как у нее самой. Выглядела она намного старше девушки, да и сама собой представляла уже взрослую и статную девицу, такие уже давно должны были быть замужем. Внутри что-то откликнулось и Астрид все же улыбнулась.

— Нет, не знаю. Но я слышала, как ты зимой заступилась за меня перед девушками. Спасибо тебе, — проговорила она.

Но Эльви только фыркнула и поджала губы.

— Ты должна сама уметь за себя постоять. Иначе все кому не лень будут тебя поносить.

Астрид потупилась, промолчав на это и прекрасно понимая, что навряд ли сможет так же защитить себя сама, как это сделала Эльви.

— Ты хорошая девушка, я знаю, — продолжала она крепко выжимая белье.

— Я не ведьма, — только и сказала Астрид.

Эльви замолчала и смешно уставилась на нее.

— Я знаю, — рассмеялась она, — была бы ты ведьма, подружки Хельги бы давно уже себе отрастили ослиный хвост, да поросячий нос, который суют везде где только можно, — продолжала она смеяться.

— Ты думаешь ведьмы на такое способны? — посмеялась в ответ Астрид.

— Я думаю они способны на многое, — заговорщицки проговорила она.

Астрид и Эльви еще долго сидели на берегу и смеялись над всеми подряд, словно были подружками не первый день.

— Приходи ко мне на вечерки?

Девушка тут же потеряла улыбку.

— Ты же знаешь не могу я. Там же будут другие девицы?

— Они мои подруги. Вот и познакомишься заодно с ними. Они хорошие, обижать не станут. А если увижу что не так, сразу же выскажу поверь мне, — нахмурилась она.

Астрид еще долго молчала, прикидывая в голове последствия всего этого, но в конечном итоге согласилась. Эльви дала ей время подумать и не лезла к ней пока они достирывали белье. Что ж для всего есть второй шанс, разве нет?

За последние два месяца Астрид успела сдружиться со многими людьми, благодаря Эльви. Девушка была очень добра к ней, и практически все время раздавала советы по поводу и без, такая уж она была. Но Астрид это даже нравилось. Раньше у нее в советчиках была только матушка, но разве ль ей расскажешь всего что на душе томиться? Другие же девушки, которые раньше часто обсуждали ее за спиной, старались вообще не пересекаться с Астрид. Что ж так даже лучше. Вот бы еще и Бран обходил ее седьмой дорогой. Но нет. Этот мерзавец постоянно пытался подгадать момент, когда девушка оставалась одна. Она только и успевала, то с толпой смешаться, то знакомую заметить так вовремя оказавшуюся на пути, то через забор сигануть словно девчонка маленькая, да спрятаться в кустах сирени. Эльви она конечно ничего не рассказывала, да и Дан был не в курсе всего этого. Их она бы не посмела втянуть в эти проблемы. Они были ее первыми друзьями за последнее время и Астрид дорожила их дружбой. Ко всему прочему Дан довольно часто стал звать ее на вечерние прогулки и Астрид даже пару раз соглашалась. Разговоры правда были совсем ни о чем, Дан больше любил говорить нежели слушать. Рассказывал различные истории с его детства смешные и нет, да и девушке спокойней было, находится с ним, потому что именно в такие моменты она чувствовала себя такой же как и все.

А к концу весеннего сезона они всей деревней поехали на ярмарку. Матушка конечно же с отцом решили и в этот раз освободить ее от прилавка, дав девушке время погулять с подругами. Она была искренне рада тому, что у ее дочери наконец-то появились друзья и другие увлечения помимо хозяйства по дому.

Эльви в тот день утянула Астрид за собой вглубь торговых лавок и начала показывать ей различные диковинки — то были шелковые наряды, шляпки и украшения. Таких вещей Астрид отродясь еще не видела здесь, а в особенности шелковых тканей. Торговец лавкой тогда взял перстень со своего пальца и начал пропускать эту ткань через него. Астрид только и успевала хлопать глазами, когда поняла, что ткань проскочила словно невесомое облачко. Магия какая-то, надо было матушке о том сказать, вот она бы диву далась. А когда они подошли к прилавку с украшениями, то девушка еще долго не могла оттуда уйти вмести с Эльви. Они рассматривали буквально каждое колечко, каждую брошь, да безделушку — все было на столько красивым, что и глаз не отвести. Именно в этот момент ее кто-то окликнул. Астрид даже не сразу услышала.

— Привет, что делаете?

Это был Дан. Девушка увидела его только после того, как его голос неожиданно прозвучал прямо над ухом.

— Привет, мы тебя не заметили, — улыбнулась Астрид и ткнула локтем в бок Эльви. Та сразу же отвлеклась и поздоровалась, снова возвращаясь к разглядыванию колечка в ее руках.

Астрид же держала красивую брошь в виде маленькой стрекозы, на крылышках которой поблескивали зеленые камушки. Она ей очень понравилась, девушка даже попробовала прицепить ее на воротник и потом долго любовалась на нее в зеркале. А торговец все приговаривал: «Красавица какая — а как подходит вашим глазам!»

— Красивая вещица, нравится? — спросил Дан, забирая у нее из рук брошь.

— Да, нравится, — согласилась девушка.

— И сколько стоит? — обратился он к торговцу.

— Два золотых, — деловито проговорил он.

— Два золотых? Вы шутите? Она же даже не серебряная, — поднял он удивленно бровь.

— Не уж то ваш жених жалеет пару золотых для вас? — скривил улыбку торговец, вогнав Дана и ее в краску, на что Эльви только заливисто рассмеялась, увидев их лица.

Дан бросил брошь на прилавок и потянул Астрид за собой.

— Я выкую тебе такую же, но лучше. Из серебра и с настоящими каменьями, не чета этим стекляшкам, — нахмурился он.

Сердце Астрид ухнуло куда-то вниз от неожиданного предложения парня, заставив девушку совсем растеряться, не зная как реагировать на это.

— Дан… Ты что?

— Мне не сложно, а тебе в радость носить. Будешь меня вспоминать, — улыбнулся парень.

Девушка опустила глаза, ей было до ужаса неловко.

— Так, ну хватит тут неприличные предложения делать моей подруге, — схватила Эльви ее за руку и рассмеявшись увела побыстрей от Дана в другую сторону, оставляя того в одиночестве и недоумении.

Астрид была отчасти благодарна ей, но девушке было не по себе от того, что подруга стала невольным свидетелем этого разговора. Хотя к вечеру она уже и совсем позабыла об этом и веселилась со всеми вместе, разглядывая ярморочные представления.

По обыкновению Астрид часто любила заходить к госпоже Хильд в дообеденное время. Помочь по дому прибраться, да на обед не напрашиваться. Женщина по-доброму с ней разговаривала, старалась угостить выпечкой, дать угощение или какую безделушку. Астрид отмахивалась, говорила что не стоит, да и ее помощь не шибко большая. Но та знай свое, без подарка не отпускала. Госпожа Хильд очень часто в разговоре упоминала Лейна, и от того на сердце снова становилось тоскливо. Астрид поджимала губы и сразу замолкала. Перед глазами снова были эти бездонные синие глаза цвета бушующего моря и добрая улыбка. Большие теплые руки, длинные аккуратные пальцы, широкие плечи. Воспоминания живо рисовали ей каждую мелочь в голове, будто она его видела только вчера. Ей не хватало его. Как он там? Голоден ли? А может спит на голой земле? Астрид не знала. Последнее и единственное письмо приходило полгода назад. Она вспомнила как они вместе с матушкой Лейна читали его вместе в запой. Он писал, что пережил тогда первый бой, который до сих пор вспоминает. Что приходится ночевать в горных перевалах и брошенных заставах, а то и глухом лесу. Однако он не один, и таких как он очень много. Он писал, чтобы она не волновалась и только в конце письма передавал Астрид привет. Но ей было и этого достаточно. Он помнит ее, а это самое главное.

Лето было уже в самом разгаре. Солнце пекло целый день, заставляя народ отсиживаться дома в прохладе. Кто-то купался на речке или гулял по краю леса, спасаясь в тени деревьев. Сегодня был ее шестнадцатый день рождения. Дан по обыкновению позвал ее на речку, сказал что у него огромное желание наловить рыбы. Астрид только и рада была выпорхнуть из дому. Работы у Карла почти не было, и он спал практически всеми днями дома. Вот и Астрид кроме хозяйства особо не чем было заняться. Эльви по такому поводу решила заранее сделать ей подарок, связав из шерсти теплую накидку на осень, и подарила его ещё сутра, забежав к ней домой.

Теперь же Астрид сидела на пристани, опустив щиколотки в воду и болтала ими в прохладной воде. Солнечные блики попадали в глаза, и девушка приятно морщилась, откинувшись спиной на локти. Вокруг царила тишина, сопровождающаяся трелями птиц и жужжанием насекомых у воды. Дан стоял неподалеку в воде, закатав штаны до колен и удил рыбу. В его ведерке плавал всего один пескарь, который беспрерывно пытался найти оттуда выход. Девушка лениво окинула фигуру Дана взглядом, отметив про себя, что парень стал еще больше напоминать медведя. Чем тот питался было не понятно, однако рос он не по дням, а по часам видимо.

— Астрид, у тебя сегодня вроде как праздник, разве нет? — проговорил он, не оборачиваясь на нее, все еще пытаясь уловить момент поклевки.

— Откуда знаешь?

Дан лишь улыбнулся краешком губ и продолжил заваливать вопросами.

— Сколько тебе исполнилось?

— У девушек такое не спрашивают, — посмеялась она.

— Тебе шестнадцать, я знаю, — ответил он сам себе.

— Тогда зачем спрашиваешь? — прикрыла она глаза.

— Хочу подарить подарок.

Астрид мгновенно открыла глаза и уставилась на юношу. Тот уже выходил из воды ступая на песчаный берег и полез в кожаную сумку. Девушка тут же подобрала мокрые ноги под себя и стала ждать. Дан не спешил, медленно подошел к ней и опустившись на пристань стал разворачивать сверток. Астрид с интересом уставилась в его руки, прямо как в детстве, когда отец что-то привозил ей в подарок. По крайней мере ощущения были схожи. В свертке что-то блеснуло, а затем в его руках показалась маленькая изящная стрекоза с зелеными камушками на глазах и россыпью таких же камней по краям тонких крылышек.

— Ух ты… Какая красота…

— Я сам выковал. Помнишь я же обещал.

Брошь была похожа на ту с ярмарки, но выглядела в сто крат искусней и дороже. Девушка даже задержала дыхание от восторга.

— Здесь серебро и изумруды. Все настоящее в отличии от той безделушки, — гордо похвалился Дан.

— Боги… я не смогу ее принять. Она такая красивая… и дорогая, — прошептала девушка одними лишь губами.

— Астрид я делал ее для тебя! Обратно не возьму, на кой она мне? — обиженно отвернулся он.

Девушка все гладила невесомые крылья и поражалась мастерству Дана, все время поглядывая на него и проверяя, а действительно ли эти огромные ручищи могли создать такую миниатюрную работу. Ей не верилось, но брошь была такой красивой, что глаз не оторвать.

— Как ты умудрился такое создать? — прошептала опять девушка.

Дан снова повернулся и широко улыбнулся, взяв ее руку в свою.

— Я хорошо учусь. Первые несколько штук пришлось переплавить.

— Ты серьезно? Сколько же у тебя ушло на это времени?

— Немного. Поверь эта работа совсем не работа. Я даже устать не успел.

Астрид снова улыбнулась и ловко второй рукой прицепила тонкую серебряную иглу на грудь бежевого платья. Смотрелось очень дорого и утонченно.

— Тебе нужно переходить на ювелирные работы Дан. Твой талант придется по вкусу многим дамам в городе, — похвалила она его горячо.

— Мне не нужны эти дамы Астрид. Твоей благодарности с лихвой хватит, поверь мне, — сжал он ее руку крепче.

Девушка все же обратила внимание на этот жест и свела брови вместе.

— Спасибо большое, я никогда раньше не получала таких подарков, Дан, — девушка подняла свой взгляд и увидела в карих глазах на много больше чем просто желание угодить ей. Догадка вдруг прострельнула молниеносно, заставив девушку напрячься. Неловкое молчание длилось достаточно долго, прежде чем громкий смех разрушил его окончательно.

— Кто тут у нас? — послышался недовольный и довольно знакомый голос за спиной. Астрид уже знала кому он принадлежит. По телу пробежала волна страха.

— Только не это… — прошептала она, хватаясь за голову.

На пляж вывалилось примерно пять или шесть парней во главе с Браном. У всех были закатаны штаны, половина из них была без рубах, и с удочками в руках. Улыбки тут же нарисовались на самодовольных лицах, будто по мановению рук. Дан медленно поднялся, словно медведь вышедший из спячки. Бран напротив, подходить не спешил, издали наблюдая за ними.

— Привет Астрид, — улыбнулся он, — не знал что ты гуляешь с ним, — смерил он Дана самодовольным взглядом.

— Тебе какое дело? — рыкнул на него Дан.

Астрид увидела, как лицо Брана медленно из насмешливого переросло в угрожающее. А парни что стояли рядом побросали удочки и начали подходить все ближе.

— Дан, не надо… — прошептала Астрид, цепляясь за его руку. Но тот будто и не желая ничего слышать, отодвинул ее себе за спину и встал как вкопанный.

Бран все же вышел вперед и подошел к парню, нагло уставившись тому в глаза.

— Зачем тебе ведьма? Не уж то влюбился?

— Назовешь ее еще раз так, и тебе нечем больше будет улыбаться.

— Даже так? — рассмеялся он.

Бран все же отошел от него на два шага и посмотрел в сторону парней, а затем резко развернулся, подлетел и ударил Дана в живот ногой, от чего тот согнулся пополам и потерял равновесие. Однако его реакция тоже была стремительной, рука Дана крепко ухватила Брана за рубаху и рывком повалила того на землю. Астрид отскочила назад, пытаясь увидеть хотя бы одно слепое пятно куда она могла бы проскочить и позвать на помощь. Однако все было бесполезно, парни стояли гурьбой, а она с Даном была отрезана на мостике. Казалось бы, бой окончен, противник на земле, однако никто не говорил, что будет честно. Как только Дан попытался насесть сверху, со стороны тут же полетели удары других парней. Кто-то бил по голове, кто-то хватал за плечи и пытался скинуть его тело с Брана, а кто-то все же умудрился свалить Дана под весом собственного тела на землю, блокируя удары парня. Астрид от ужаса онемела, закрыв рот рукой и тихо поскуливала у берега. А Дану все продолжали наносить удары один за другим, тот закрыл руками лицо и голову, но девушка прекрасно видела, что половина ударов находит цель. И только когда все уже было кончено, просвистел последний удар. Бран ударил ее друга ногой прямо по лицу и со всего размаху. Раздался хруст. Астрид поняла, что это был нос. Внутри все оборвалось, а щеки прочертили соленые дорожки. Бран оторвал свой гневный взгляд от Дана и злобно сплюнул рядом с ним.

— Мне кажется или твоя улыбка теперь тоже под вопросом? — усмехнулся он. А затем медленно обернулся в сторону притихшей девушки, — Ну и защитничка ты себе выбрала, — посмеялся он все также непринужденно.

Парни стоявшие рядом, тоже во всю издевались, но вскоре им это надоело и они зашагали вдоль берега на другой мостик, собственно наверно туда они изначально и направлялись, прежде чем заметили их с Даном. Бран все же задержался, когда понял, что напарники уже не услышат его.

— Не думай, что я забыл о нашем разговоре, — пробубнил Бран, внимательно оглядев ее с головы до ног, а затем развернулся и пошел в сторону своих друзей.

Только когда он скрылся из виду, девушка подбежала к лежащему Дану, отмечая про себя следы крови на траве рядом с ним. Он был в сознании, но пытался тереть глаза руками и часто смаргивал. Астрид помогла ему сесть.

— Ты как? Голова кружиться? Тошнит?

Дан слегка кивнул.

Астрид поджала губы прекрасно понимая, что это сотрясение. Нужно было отвести его к Карлу.

— Пойдем к лекарю…

— Не нужно! — оттолкнул он ее от себя.

Парень приходил в себя и все больше начинал злиться. Сначала он резко вскочил на ноги и следом замер, понимая что снова теряет ориентацию в пространстве.

— Дан не делай резких движений! Тебе нужна постель.

— Со мной все нормально, — пробубнил он, разворачиваясь чтобы уйти.

— Ты куда?!

— Астрид мне не нужна помощь! Я же сказал, что со мной все в порядке!

О каком порядке шла речь, девушка не понимала. Лицо разбито, все опухло, нос сломан, губы в сплошном месиве, бровь рассечена на всю длину. Ее шить нужно! И все это случилось из-за нее! На глазах выступили слезы.

— Не смей меня жалеть! — прикрикнул на нее Дан. Его мощная фигура раздулась еще шире и уверенно зашагала в сторону деревни. Девушка было побежала следом, но тот даже не оборачиваясь дал понять, что не желает, чтобы она сейчас была рядом.

— Не ходи за мной.

Девушка замерла от брошенных им слов. В груди все досадно заныло. Неужели она только что потеряла друга? А ведь у нее сегодня было день рождение… Непрошенные слезы опять покатились из глаз. Девушка размазала ладонями мокрые дорожки от слез и зашагала в сторону дома. Она еще долго сидела возле дома не решаясь зайти, и только когда матушка зачем-то сама вышла во двор, девушка проследовала в дом.

— Астрид? Что случилось?

Но она с понурым видом прошла мимо нее и скрывшись у себя в спальне, тихо прикрыла дверь. Ей не хотелось сейчас ничего обсуждать.

Целый день она не находила себя покоя, пыталась занять себя домашними делами и когда родные собрались за столом в честь праздника, была молчаливой и грустной. В итоге родители решили не донимать ее расспросами, лишь только поздравили и подарили в подарок меховые сапожки на зиму. Астрид молчаливо поблагодарила их и ушла с ними к себе в комнату. Теперь на ее сундуке стояли новые сапожки, так и ни разу не меряные, а рядом лежала шерстяная накидка. Девушка грустно отцепила серебряную стрекозу и положила ее рядом с подарками. Долго перебирая в голове все возможные варианты, она все же решила на следующий день сходить к Дану и проведать его, хоть он и запретил ей находиться рядом с ним. Не могла она его просто так оставить после всего. Астрид решила, что сходит туда вечером, а перед этим решила зайти к лекарю и взять все необходимые вещи для обработки ран.

Появившись на пороге его дома, господин Рой сначала молчаливо чесал свою рыжую с проседью голову, а после все же пригласил ее во внутрь. Астрид объяснила ему, что произошло недоразумение по ее вине, поэтому она была просто обязана помочь Дану. Кузнец не стал ничего спрашивать и провел ее в спальню сына. Сейчас парень спал, откинув руку на подушку, словно и не было ничего вчера. Отек на лице стал еще сильнее, раны запеклись корочками, а синюшные пятна под глазами ярко кричали о сильном переломе. Нужно было вправлять кости, пока они не срослись неправильно, иначе после пришлось бы ломать нос заново. Астрид поморщилась. Все это для нее было впервые. К ее наставнику приходили с похожей проблемой пару раз, и она видела, что и как Карл делал, однако Дан ясно дал понять, что не пожелает никакой помощи по этому поводу.

Девушка присела рядом, стараясь не разбудить парня. Ее наплечная сумка полностью раскладывалась, где в отделениях лежали пузырьки, баночки, перевязка и протирочные средства. Астрид смочила кусок чистой ткани обеззараживающей жидкостью и принялась аккуратно протирать места рассечения. Парень застонал сквозь сон. Ее руки привычно проделывали знакомые движения. Следом пошли мази, которые помогали заживлению ушибов. Рассеченная бровь уже стянулась — благо шить не придется. Оставалось одно вправить нос. А для этого нужно было разбудить Дана. Иначе была велика вероятность, что спросонья он просто вмажет ей, не разобрав ситуации.

— Дан, — прошептала она тихонько склонившись.

Парень поморщился, но все же продрал глаза, а когда увидел ее, нервно выдохнул.

— Астрид…

— Прости что разбудила. Я пришла помочь тебе с ссадинами, — улыбнулась она.

Дан молчаливо сглотнул и покорно кивнул.

— Я уже все сделала, но нужно вправить нос, иначе срастется неправильно, — проговорила она все так же тихо.

— Что нужно от меня?

— Просто постарайся не шевелится и потерпи, будет немного больно.

Дан снова сглотнул, но быстро кивнул, разрешая ей прикоснуться к его лицу. Астрид достала специальный инструмент из сумки в виде стальной изогнутой спицы и смочила ее раствором. Дан при виде непонятной железки испуганно уставился на девушку.

— Не бойся, это быстро, — постаралась успокоить его девушка.

— Я не боюсь…

Ему тяжело давалось сохранять спокойствие, но девушка не обращала на это внимание. На такое вправление костей люди всегда реагировали одинаково. Просунув инструмент глубоко в ноздрю, девушка зафиксировала его в нужном положении, а второй рукой двумя пальцами надавила на переносицу с двух сторон. Раздался щелчок, от чего Дан вздрогнул всем телом.

— Еще не все, — проговорила она.

Вытащив инструмент обратно, девушка снова надавила, но уже одним пальцем на переносицу с другого бока, возвращая вторую кость так же на место.

— Теперь все, — улыбнулась она.

Дан все не мог продышаться от пережитого и удивленно хлопал глазами.

— Я оставлю тебе мазь и настойку. У тебя сотрясение — тебе нужно много отдыхать, исключить физические нагрузки, если начнутся головные боли, эта настойка поможет. Синяки мазать утром и вечером. Наверное все. Я скажу еще господину Рою, чтобы он дал тебе отдых.

Астрид встала, чтобы уйти, но парень затормозил ее, схватив ее руку своей.

— Постой… Прости меня пожалуйста за вчерашнее поведение. Я был не в себе.

Девушка удивленно уставилась на него.

— Если честно мне просто… мне жутко стыдно перед тобой. Я не смог отстоять тебя… я просто жалок.

— Перестань ты чего! Они тебя избили всей толпой! Это было не честно! Кто здесь жалок, так это Бран — мерзавец поганый и его прихвостни! В честной драке уже давно был бы избит по хуже твоего! — выплеснула она, присев обратно.

Дан опустил глаза, но все же отважился на прямой контакт, при этом сдвинув снова брови. Ему было не доказать обратного. Наверно нужно было просто оставить его одного ненадолго.

— Что ему было нужно от тебя?

Девушка вздрогнула. Она боялась этого вопроса. Но просто промолчать было бы странно.

— Не знаю. Но он прохода мне не дает. Издевается постоянно. Угрожает. Я… боюсь его, — прошептала она на выдохе, не решаясь это сказать.

— Он больше ничего тебе не сделает. Обещаю, — прошипел он.

— Спасибо тебе и прости. Это все ведь по моей вине произошло.

— Брось. Это я должен тебя благодарить Астрид. Пришла ко мне домой, утешаешь меня тут. Лечишь. Я не достоин всего этого.

— Неправда. Ты самый лучший друг для меня, и ты знаешь это.

Дан поморщился.

— Только друг?

Астрид напряженно выдержала его взгляд и выдохнула.

— Я буду заходить к тебе каждый день, если ты не против.

Парень отпустил ее руку и молча кивнул, отвернувшись к стене.

Девушка не могла переступить черту с ним. Она уже думала над этим и не мало. Он был добрым, хорошим парнем, и Боги! Она впервые кому-то нравилась, и она была не дура — прекрасно понимала чего хочет Дан. Догадывалась. Но боялась этого, не понимала что будет с этим делать. Она впервые подружилась и к отношениям точно не была готова. Да и тем более, дружба с ней доставляла дорогим ей людям много неприятностей. Она честно представляла, как будет гулять с ним держась за руку поздними вечерами, но почему-то на сердце было тихо, а душа негодовала. Она будто предавала саму себя. Возможно потому, что любила другого, и думала поздними вечерами совершенно о другом. Теперь Астрид могла себе в этом признаться.

Прошло уже много времени с того дня. И все это время Дан стал упорно избегать ее. Он конечно же делал вид, что все нормально, когда они ненароком оставались наедине, даже общался с ней непринужденно, улыбался. Но было видно, что ему тяжело это дается. Астрид же негодовала. Почему теперь он ее избегает? Ведь если тот не хотел с ней дружбы больше, мог бы сказать об этом! Но нет, все было не ясно, но и прояснять он тоже ничего не собирался. Астрид часто ловила себя на мысли о том, что все это ее до безобразия злило. Она просто хотела дружить. Но видно Дану этого было мало.

— Чего ты такая нервная? Я тебя не узнаю Астрид, — причитала Эльви, забирая у девушки кружок с вышивкой.

Сегодня был день посиделок в доме у одной из подруг Эльви. Она пригласила всех днем ранее. Девицы обычно сидели вокруг разговаривали, обсуждали последние новости, и при этом занимаясь кто вышивкой, кто плетением, а кто просто уплетая баранки. Астрид не стала сопротивляться, ведь вышивка была не ее талантом. Эльви аккуратно поддела стежок и выровняла нитку, которая ранее косо съехала из-за чего весь рисунок поплыл.

— Дан меня стал избегать. После той драки с Браном он совсем изменился. Я не пониманию что случилось.

— Ааа, да, я заметила. Оно и к лучшему, — улыбнулась Эльви.

Астрид недовольно покосилась на нее.

— Эльви он мой друг, такой же как и ты.

Девушка смешно подняла брови и улыбнулась, словно Астрид сказала что-то смешное.

— Ты серьезно сейчас? — уставилась на нее та.

Но Астрид все так же недовольно промолчала.

— Слушай было бы немного странно сравнивать меня и Дана, — усмехнулась она.

— Почему?

— Только не делай вид, что ты не понимаешь, о чем я. Он на тебя смотрит явно не как на друга.

Астрид выдохнула, опустив плечи.

— Да знаю я. Но ведь он не против дружбы был.

— Ты сама его об этом спрашивала?

— Ну я… я подумала что… что не против, мы же поговорили тогда.

Эльви укоризненно покачала головой.

— Не думай за других. Это крайне опасно бывает. Ты либо горько разочаруешься, либо напрасно себя изведешь.

— Но что мне делать? Я не хочу потерять его.

— Я бы на твоем месте вообще оставила его в покое, — Эльви старалась не смотреть на Астрид, продолжая вышивать незатейливый узор, а потом вдруг ненамеренно проговорилась, — Лейну это не понравится.

Астрид замерла от ее слов, пытаясь понять не ослышалась ли она.

— Что ты сказала?

— Я сказала, что Лейну это не понравится, — уставилась она нее с вызовом.

Астрид подавила смешок, вызвав еще большее негодование на лице подруги.

— Не думаю, что Лейну есть дело до того, с кем я дружу, — проговорила она улыбаясь.

Эльви замерла, все больше вглядываясь в ее глаза. А когда Астрид отвернулась, рука подруги тут же схватила ее за подбородок и развернула обратно к себе.

— А ну постой. Посмотри-ка на меня.

Девушка не понимала, что от нее хочет подруга.

— Боги, это правда! Наивное дитя! Ты и вправду не видишь дальше своего носа.

— Не вижу чего?

— То, как на тебя смотрел Лейн. Кто он для тебя, ответь, — отложила подруга вышивку.

— Старый друг и… — пожала вдруг плечами, она не найдясь с ответом. В сердце резко кольнуло.

— И? — не отставала она.

— Что ты хочешь от меня услышать? — недовольно проговорила девушка.

— Правду.

Астрид помялась, а потом выдохнула.

— Да, он мне нравился. До ужаса нравился, а теперь я понимаю, что все это время была в него влюблена как последняя дура! Ты это хотела от меня услышать? Но знаешь? Все это так глупо!

— Почему глупо?

— Он никогда даже одним взглядом не давал мне ни малейшего намека на что-то большее. Я для него лишь младшая сестра, хорошая подруга, наивное дитя как ты и сказала. Но не больше.

Астрид опустила голову и едва не заплакала. Она давала себе слово не думать о нем, но Эльви клещами вытягивала из нее то, что болело и зрело уже который год.

— Когда Лейн вернется, поверь мне, первым же делом он свернет шею Брану, а затем и твоему другу Дану, который смотрит на тебя так, словно хочет утащить к себе в берлогу и сделать с тобой бог ведь знает что еще, — недовольно выговорилась она.

— Ты не права, Дан не такой, он…

— Он такой же, как и все мужчины, очнись уже. Нет, я не говорю, что он плохой парень. То что он избегает тебя, поверь мне, он оказывает тебе огромную услугу. Но знаешь, они с Браном чем-то даже схожи, методы только у них совершенно разные. Бедняга и сам понимает это, от того седьмой дорогой обходит тебя дуреху, — беззлобно проговорила она.

Астрид едва не захлебнулась от таких обвинений и не контролируя своих эмоций вскочила с лавки как ужаленная, чем обратила на себя внимание остальных девушек.

— Ты ничего не знаешь ни обо мне, ни о Дане, ни тем более о Лейне, — прошептала она.

— Ну да, куда уж мне… — посмеялась она все так же над ней.

Астрид схватила накидку, подаренную ей Эльви и укутавшись до горла вышла из дому в ночной сумрак. Ее ноги раздраженно неслись к дому, а разгоряченная голова все еще пыталась переварить все услышанное ею. Девушка конечно догадывалась, что Эльви не нравится Дан, но чтобы на столько его не привечать! Ее кулаки гневно сжались, хотелось кричать от досады. Астрид думала, что дружба бывает совсем другой, что друзья поддерживают друг друга. А оказалось, что каждый постоянно чем-то недоволен. А может это и не дружба вовсе была? Может Эльви права и Дан не собирается быть ей больше другом? Может он видит в ней только девицу и другого не примет? А Эльви? Почему она так смеется над ней, будто та неразумный ребенок?! Почему заранее все и вся знает, и знает как лучше ей или кому-либо еще? Все это глупо. Теперь у нее вообще никого не осталось. Ни Дана, ни Эльви. И все вернулось на круги своя. Что ж она сама виновата. Понадеялась на что-то. Девушка прислонила успевшие остыть холодные ладони к лицу и вытерла слезы.

Погода продолжала портиться, как и настроение Астрид. Дожди зарядили с небывалой силой, размыв все дороги вокруг. Ноги постоянно чавкали, утопая в грязи и добраться до соседнего дома было огромной проблемой. Но девушка не обращала на это внимание. У наставника работы прибавилось с наступлением холодов и поэтому ей приходилось каждое утро и вечер добираться пешком до дома лекаря и обратно. Практически всеми днями она пропадала у Карла. Они даже несколько раз с трудом выбирались на телеге в соседние деревни, потому как некоторые люди не в состоянии были доехать сами, а время таяло неумолимо.

Совсем скоро в деревню пришли несколько похоронных грамот. Астрид до сих пор не могла забыть те ужасные вопли убитых горем матерей и жен, что стояли у дома смотрителя тогда. И Астрид с замиранием сердца теперь переживала каждый новый день, боясь однажды получить такую же грамоту с именем Лейна.

С подругой она почти не виделась. Каждый раз замечала ее идущую ей на встречу, но подойти и заговорить не могла. Боялась услышать насмешки или осуждение. Однако все время думала об этом. Дан все так же обходил ее стороной, но каждый раз девушка упорно ощущала его взгляд спиной. Пару раз они даже встретились глазами — она с вызовом, и он с мольбой и голодом в собственных. Девушку тогда обдало ледяными мурашками от осознания того, что подруга все же оказалась права. От того и совестно было на душе. Но раз Эльви была права с Даном, возможно она была так же права и с Лейном? Внутри что-то с трепетом задрожало от зародившихся мыслей. Астрид постаралась припомнить хоть один его взгляд или слово, где могло быть место его чувствам. Но ничего такого не помнила. Возможно потому, что ее мозг отказывался это видеть. И тогда Астрид все же решилась. Пришла к ее дому в надежде на примирение. И оно все же случилось. Эльви обняла ее прямо на пороге и загнала к себе в дом. Раскрасневшуюся и сгорбленную, словно побитую собаку. Ее извинения подруга отказывалась слушать, ссылаясь на то, что сама была виновата, слишком прямолинейный у нее поход ко всему, говорила она. Но Астрид было все равно, она радовалась что смогла вернуть хотя бы одного друга.

Бран все так же пытался подловить ее где только можно, однако теперь девушка практически все время была рядом с подругой, а та могла и учудить чего, ежели смекнет что дело худо. И однажды ему все же досталось от нее. Была зима в те дни, а девушки как обычно пошли за водой на колодец, сговорившись до этого. Решили поболтать, обсудить новости, да и день солнечный и безветренный выдался. Вот только уже на месте девушка поняла, что спокойно им поговорить не получится. Бран с Хельгой миловались неподалеку, хотя всем было известно, что из них пара так себе. И один и другой уже не раз были замечены в отношениях с кем-то другим, но кажется их это вообще не волновало. Хельга тогда размалеванная, словно кукла гордо выхаживала под ручку с Браном возле них, показывая всем какой у нее завидный ухажер, а на Астрид кидала едкие взгляды, да обсуждала ее незатейливый вид. Эльви не стала ждать продолжения и быстро ответила белокурой девице, что не ей рассуждать о внешности, когда у самой рыло в пушку, и нынче малеваться без повода и праздника могут только распутные девки. Хельга тогда чуть с кулаками не кинулась на ее подругу, но Бран тут же пресек женскую драку, решив все же сместить внимание на Астрид и в конечном итоге добить ее собственным словом. А когда понял, что ляпнул нечто оскорбительное, то тут же схлопотал пустым ведром по голове. Хельга тогда кричала на всю деревню, что это так не оставит, а подруга знай свое, смеется да приговаривает, что если та не замолчит, то окатит и ее студеной водой, так что всю краску с лица смоет, и по делом той будет.

Девушки смеялись тогда всю дорогу до дома, а Эльви попросила зайти ненадолго погреться, да чай попить с ее матушкой Тильдой. Однако госпожа Тильда уже с порога затянула подругу в дом и всучила той присланную армейскую грамоту.

— Марко по весне вернется домой, ранение в плечо! — всплеснула та руками.

— Так это же хорошо? — не верящим взглядом уставилась девушка в листок.

— Рука у него нынче плохо работает, оружие держать не может.

— И пусть! Лишь бы домой вернулся целехоньким! — улыбалась девушка, совсем не понимая грустного взгляда ее матери.

И так оно и было. Брат вскоре вернулся домой живым. Эльви тогда была сама не своя от счастья. Все нарадоваться не могла ему. Астрид тогда была у них дома и праздновала вместе со всеми, но то и дело возвращалась мыслями к Лейну. Как девушка поняла они не были вместе с ним в одной дружине, но часто писали письма друг другу, рассказывая о тех зверствах, что повидали, да и о многом другом тоже. Астрид все хотела спросить Марко, но не решалась, не была так хорошо знакома с ним. Поэтому быстро засобиралась домой, когда ужин подошел к концу.

— Ты чего так скоро?

— Да я тут немного лишняя, Эльви. У вас семейный ужин все же. Порадуйтесь, отдохните душой. Счастье то какое, — лепетала она скоро собираясь.

— Ну хорошо, только ты не расстраивайся так. Знаю я о чем ты думаешь. Он обязательно вернется, даже не сомневайся, — обняла ее подруга за плечи.

Астрид тогда чуть не разрыдалась, но все же стерпела и дала волю накатившим слезам только когда вышла на улицу.

Прошла неделя, прежде чем случилось то, чего она тайно опасалась вот уже который месяц. Бран решил закончить начатое. На дворе в тот день стояло жаркое солнце, не смотря на раннюю весну, народ поскидывал теплые полушубки, сменив на легкие безрукавки. Астрид была не исключением, надев зеленое теплое платье, с открытым неглубоким воротником и аккуратную безрукавку. Волосы девушка решила не закалывать, а оставить распущенными. Она должна была встретиться с подругой, но не дошла до нее буквально десяти метров. Кто-то резким движением схватил ее за меховой воротник и утянул в колючие голые кусты сирени. Листва на деревьях только начала проклевываться, кое где набухли почки, и от того природные краски пока оставались серыми и неприветливыми.

— Ну привет милая. Долго же я ждал, — прошептал над ухом Бран, обдавая ее шею горячим воздухом.

Астрид тогда не успела даже пискнуть, как его рука молниеносно закрыла ей рот, прижав ее голову к своей груди, на которой из одежи была только рубаха с открытым воротом. От Брана несло медовухой, а голос то и дело срывался то на шепот, то на рокочущие нотки, где-то глубоко в его горле. Парень был до безобразия пьян. Девушка брыкалась, словно кобыла запертая в загоне, но все было тщетно. Бран был намного сильнее. Его руки безошибочно определили, где заканчивается подол ее платья и опытным движением задрали ее юбку до колен. От ужаса девушка чуть не задохнулась. Но парень продолжал ее держать в цепких объятиях, лениво поднимаясь рукой выше девичьих колен и с удовольствием сжимая ее упругие места рукой. Однако Брану всего этого было мало, словно времени было совсем в обрез. Его губы то кусали ее плечи, то натыкались на ее шею и уши. Он сам не понимал, что делает, накидываясь губами на все подряд, словно умирающий от жажды. Астрид пыталась укусить, пыталась мычать, но все бесполезно. Она не могла даже просто высвободить руки и цепкой хватки, видимо Бран уже был научен горьким опытом. Однако совсем скоро на полянке в саду появился Марко и резким движением сцапал за шиворот Брана, кинув его на землю словно котенка. Астрид тогда с ужасом упала вниз, отползая назад, испуганным зверьком. В тот же миг на полянку выбежала и Эльви вся запыхавшаяся и красная. Подруга заметила Астрид в стороне и тут же бросилась к ней.

— Ты как? Он тебе ничего не успел сделать? Астрид, ты слышишь меня?! — трясла ее девушка за плечи.

— Нет ничего… — проблеяла она.

— Марко это так не оставит. Сегодня же доложит обо всем его отцу! — горячо воскликнула Эльви.

— Ты видимо совсем ополоумел сученыш! — рыкнул Марко на валявшегося на земле Брана, — Или тебе попорченных тобою девок стало вдруг мало? — огрызнулся он, обходя того по кругу, словно хищник свою жертву.

Бран хрипло засмеялся, вставая на четвереньки, но Марко не дал ему подняться, пнув его ботинком под живот, заставив того обратно упасть лицом в землю.

— Я увидела, как он тебя утащил в сад и сразу же побежала за братом. Одна бы я ничего не смогла сделать! Благо Марко торчал неподалеку в конюшне! — гладила подруга ее плечи и тут же застегивала пуговицы обратно, возвращая девушке божеский вид.

— Лучше не вставай, иначе ребер недосчитаешься, — прошипел Марко над Браном, — Эльви позови наших сюда, я выступлю вместе с тобой свидетелем перед смотрителем сегодня же. А его пока покараулю, чтобы не делся никуда.

Астрид живо поднялась, покорно следуя за подругой и оставляя их двоих на поляне. Девушку до сих пор трясло, и она невидящим взглядом пыталась зацепиться хоть за что-то.

— Посиди пока здесь, я сбегаю к знакомым брата, — оставила ее не на долго подруга, а сама убежала куда-то.

Астрид сцепила края от безрукавки на груди и молчаливо уставилась вперед, не замечая ничего вокруг. Бран хотел ее изнасиловать. Прямо там на поляне. Словно какую-то девку. Внутри все сжалось от понимания. Что теперь будет? Прошло довольно много времени, прежде чем Эльви вновь забрала ее с улицы и пустила к себе в дом отогреваться. Астрид долго сидела с кружкой в руках и остывшим травяным настоем. Госпожа Тильда пыталась успокоить ее разговорами на отвлеченные темы. Но девушка все пропускала мимо ушей. Однако скоро хлопнула дверь и домой вернулся Марко. Злой и раздраженный. За ним вошла его сестра тоже недовольная.

— Ну что там? — тут же спросила их матушка.

— Ничего хорошего, — пробурчал Марко.

Внутри Астрид все упало.

— Господин Реймонд принял наши претензии и в наказание решил отослать сына в город на полтора года в военные казармы, — сказала Эльви.

— Так это же не плохо, — опасливо проговорила госпожа Тильда.

— Да, было бы не плохо, если бы старик не решил бы не придавать огласки проступок своего сына, — закончил за нее Марко.

— То есть нам что теперь всем молчать об этом? — вопросительно уставилась матушка на него.

— О да. И особенно в отношении родителей Астрид. Иначе… зная господина Ховарда все может закончится очень плохо для Брана, — уселся напротив Астрид тот.

— А как же все те, кто непосредственно был свидетелем вашего разговора? — продолжала матушка.

— С них тоже было взято слово о неразглашении, — закончила за брата Эльви.

Все устало выдохнули, но Астрид продолжала молчаливо смотреть на свои руки как будто ее это не касалось.

— Выйдите все. Я хочу поговорить с ней, — прозвучал голос Марко.

— И о чем же тебе с ней разговаривать? — уперла руки в бока Эльви.

— Я сказал всем выйти! — гаркнул он на женщин и те послушно скрылись за дверью, однако его сестру все же пришлось насильно вытолкать за дверь.

Астрид медленно подняла свои глаза на друга Лейна и замерла, когда тот обратно уселся за стол прямо на против нее. Марко поджал губы и выжидающе смотрел на нее. А потом очень серьезно проговорил:

— Ты хоть понимаешь, что творишь?

Девушка промолчала, совсем не совсем понимая, что от нее хотел этот парень. Видно Марко это тоже понял и тяжело вздохнул, а затем продолжил:

— Война меняет людей Астрид. Сильно меняет. И я бы не хотел видеть, как мой друг, собственными руками ломает шею Брану. Если бы этому недомерку сегодня удалось сделать то, что он планировал, то я боюсь представить, что бы с ним сделал Лейн после. Он убивал бы его медленно, ломая кости одну за другой. Поверь — ему бы это доставило особое удовольствие. И знаешь, мне плевать на этого урода. Но из-за него у Лейна будут большие проблемы. Господин Реймонд давно на него зуб точит. А ты сегодня спровоцировала его только одним своим видом.

— То есть… по-твоему я виновата во всем? — прошептала Астрид сдавленно.

Марко тяжело вздохнул.

— Пока Лейн там, я вынужден присматривать за тобой. Как и моя сестра. Он взял с нас слово. Или ты думала Эльви по собственному желанию сдружилась с тобой?

Астрид словно облили ушатом ледяной воды. Она не верила его словам.

— Лейн попросил?

— Именно. Уж не знаю, что ты с ним сделала. А мне это насточертело. Видеть его вечно недовольную рожу. И всему виной ты.

— Ну знаешь ли! — встала она с лавки резко. — Мне все равно на твои обвинения. Ты мне никто. Однако я благодарю тебя за помощь сегодня, — почти с трудом проговорила девушка, — Но на этом все. И знаешь… даже если это так, и Эльви выполняла просьбу Лейна, я рада. Она стала моим другом. Когда все плевали мне в спину, она защищала меня.

— Что ж, прекрасно, — хлопнул он в ладоши, — Надеюсь впредь ты будешь выбирать наряды по скромнее и мне не придется опять вытаскивать тебя из очередной передряги.

Астрид побагровела от злости, но сдержалась и промолчала. По сему выходило, что это она развратная девица и ходит по деревне соблазняя бедных парней. Жестокая улыбка очертила ее губы.

— Я пожалуй пойду. Прощаться с Эльви не буду. Завтра увидимся, — сказала она открыв дверь и собираясь уйти.

Однако ее подруга тут же вылетела из комнаты, будто подслушивая все это время их разговор, и побежала за ней во двор.

— Марко ты идиот! — послышалось у Астрид за спиной.

Подруга почти в одно мгновение добежала до девушки и развернула ее лицом к себе. Эльви была до ужаса встревожена, а потому сама не понимая что делает, трясла ее за плечи.

— Астрид, прошу не делай поспешных выводов! Да, Лейн правда попросил меня присмотреть за тобой, но я нисколько не жалею об этом. Ты оказалась лучше, чем все те, кого я знаю! — Эльви пыталась достучаться до девушки, но та лишь тихо улыбалась и молчала.

— Астрид! Ну прости! Прости что не сказала! Я боялась, что ты не поймешь!

— Перестань, я нисколечко не обижена на тебя. Пусть так. И что с того? Лейн помог нам узнать лучше друг друга. Если бы не он, мы бы наверно и не заговорили бы друг с другом.

Подруга вдруг расплакалась и тут же обняла ее крепко руками.

— Ты только скажи, почему Лейн именно тебя попросил? Вы друзья с ним? Так же, как и Марко?

Девушка замотала головой, отрицая ее догадки.

— Пойдем отсюда. Я не хочу лишних ушей, — вывела Эльви ее со двора.

Они быстро зашагали по прелой прошлогодней листве в сторону речки. А когда подруга поняла, что там пусто, то быстро посмотрела по сторонам и утянула подругу туда за собой.

— То что я тебе расскажу моя большая тайна. И, к сожалению, вышло так, что она касается и Лейна тоже. Марко об этом не знает. Надеюсь и не узнает никогда.

Астрид внутренне напряглась, стараясь не пропустить ничего мимо ушей.

— Мне тогда было пятнадцать. Я была совсем девчонкой, — девушка вдруг зажмурилась собираясь с мыслями, а затем продолжила, — Я была влюблена в Брана.

Астрид внутри противно кольнуло.

— Да… Он тогда был еще совсем ничего. Это потом его нутро выползло наружу. Но тогда я считала его самым лучшим парнем на свете, — горько усмехнулась она от собственных слов.

Девушка не перебивала ее.

— Он знал, что нравится мне. Все делал для того, чтобы поймать меня на крючок. Да ему особо и стараться не нужно было. Я часто засиживалась вечерами у его дома. Караулила его. Боги! Какой же я дурой была…

Астрид заботливо взяла ее руки в свои, выражая поддержку.

— Он оказывал мне знаки внимания, а я уже спала и видела нас обрученными. Все это в моей голове выглядело как сказка. И я вдруг подумала… Если все так однозначно, чего бояться? Уже ведь и так все решено. По крайней мере для нас с ним. Ведь он каждый раз заходил на много дальше собственных границ. Да и моих тоже… И вот однажды, я отдалась ему. Сама пришла к нему ночью в сенник, счастливая как идиотка. Сама себя предложила на блюде.

Эльви схватилась руками за лицо, стыдясь собственных слов.

— Он был моим первым мужчиной. И мне все понравилось Астрид. Абсолютно все что он со мной делал. А по утру, когда я вышла с его двора, лохматая и в мятом платье я встретила Лейна. Он увидел меня в таком виде и ничего не сказал. Просто прошел мимо. Словно я призрак для него. Я знала, что он дружит с моим братом и я до ужаса боялась, что он скажет ему, где меня видел и в каком виде. И в чьем доме, — выдохнула она.

— Эльви ты не виновата…

— Виновата! Я сама виновата во всем. Но знаешь, тогда я подумала, у нас же все было по любви. Не важно, что до свадьбы, ведь мы просто не сдержались. Так думала я. Но не Бран. Шли недели, а он не приходил. Стал меня избегать, делать вид что меня нет. И тогда я поняла, что никакой любви не было. Я просто придумала ее себе. Он и не собирался свататься ко мне, он даже не упоминал об этом вскользь. Ни разу. Обвинять его было не в чем… Я помню, что даже думала топиться идти. Боялась, что о моем позоре узнает мой брат и матушка. Надела тогда белую ночную рубашку и пришла сюда — на мельницу. Так вот, в ту ночь здесь был Лейн. Он был неподалеку, я не знаю что он тут делал, но увидев что я собираюсь сотворить успел вытащить меня из воды. Я тогда нырнула глубоко, вон в том месте и долго не всплывала. Хотела захлебнуться.

Астрид с ужасом слушала и не могла прийти в себя от услышанного.

— А когда он меня вытащил на берег не стал ни о чем спрашивать. Просто смотрел как на дурную. Сказал, что ничего не расскажет Марко. Вообще никому, если я пообещаю больше даже не думать о подобном. Сказал, что я не первая обманутая девица у Брана и что нужно жить дальше. Он все понял без слов, Астрид. Ему не нужно было объяснять. И знаешь что? Он не осуждал меня за это. В ту ночь я поняла, что то, что произошло не должно меня сломать. Я вернулась в дом в мокрой одежде, сняла все что было на мне и легла спать. И больше я никогда не думала об этом. Я научилась жить дальше.

— Эльви, ты просто… просто восхитительная девушка, — выговорила Астрид, сжав ее руку крепче.

Подруга искренне удивилась, когда услышала подобное, но сжала ее руку в ответ и улыбнулась.

— А не так давно, перед отъездом полтора года назад, брат передал мне слова Лейна. Он попросил меня приглядеть за тобой, и я согласилась. Для меня это было пустяком. Но хотя бы так я могла отблагодарить его за те слова, за спасенную жизнь и за его молчание.

Астрид не заметила, как расплакалась. Лейн для нее раскрылся как по истине благородный человек. А Эльви как сильный человек. Сильнее чем многие другие. Она была примером того, как надо жить. Жить несмотря ни на что.

— И когда я увидела, как сегодня Бран пытался взять тебя в тех кустах, я ужаснулась. Бран никогда подобного не вытворял. Ему было достаточно пару взглядов, пару слов и девушки бежали сами к нему. Я поняла, что вот-вот случится нечто ужасное. Для всех нас.

— Спасибо тебе. Я кажется, так и не поблагодарила тебя, — обняла подругу Астрид.

Они еще долго сидели на том берегу и молчали, думая каждая о своем. Но все же скоро засобирались домой. Теперь Астрид стала неотъемлемой частью жизни подруги и хранительницей общей тайны, о которой больше никто и никогда не должен был узнать.

Прошел ровно год с того момента как Бран уехал в город. Теперь Астрид наконец-то могла спокойно жить, ходить по улицам их деревни, не опасаясь за свою честь. Никто из его друзей больше не кидал опасных взглядов в ее сторону, напротив все делали вид, что ее не существует. Но так было даже лучше, ведь девушка наконец-то могла спокойно вздохнуть. Никто не знал по какой причине так скоро отбыл единственный наследник смотрителя. Но никто и не интересовался особо. Хельга изредка подзуживала подруг на конфликты с Астрид, но со временем девушка научилась не обращать на них внимания, а если что давать отпор, так как ее научила Эльви. Однажды Астрид сцепилась с Хельгой прямо при всех, когда шла с ведрами домой. Та видимо решила, что это именно тот самый удачный момент, когда рядом с Астрид никого не было, чем собственно и решила воспользоваться. Хельга лишь раз успела проронить слова о ее талантах в области колдовства, как тут же получила по заслугам. Астрид с размаху вылила целое ведро холодной воды ей прямо на голову, когда та не ожидала этого.

— Осторожней Хельга, иначе в следующий раз в ведре окажутся помои, — огрызнулась девушка сама не узнавая свой голос.

— Ах ты! — хватала ртом воздух девица, пытаясь прийти в себя.

Но Астрид уже и след простыл. Она не боялась больше этих девиц. Никто больше не обидит ее в этой деревне.

Марко она старалась обходить стороной. Он не был приветлив с ней, и лишь иногда провожал внимательным взглядом. Девушка однажды спросила Эльви, за что ее брат так не любит Астрид, но подруга лишь пожала плечами, предположив, что Марко просто ревнует Лейна к ней.

Она все так же навещала матушку Лейна. Как раз недавно пришло письмо с заставы от него. Астрид тогда взволнованно сидела за ее столом, внимательно слушая каждое слово. Лейн ничего нового не написал, только о том, где он находится и про то, что у него появился новый конь. Расхваливал его в письме, говорил о том, что тот породистый. А еще переживал за Астрид. Девушка тогда едва сдержала улыбку. Сердце затрепетало, не уж то она ему и правда не безразлична?

Дома девушка постоянно ловила на себе короткие взгляды матери. А когда та невзначай поинтересовалась последними новостями от госпожи Хильд, сразу же перевела тему в сторону ее сына. Астрид внутренне напряглась от ее слов. Матушка определенно знала, что томиться у той в сердце.

— Не переживай за него. Он у тебя молодец, справиться со всем.

Астрид неловко подняла глаза на нее.

— Вот увидишь, вернется скоро к тебе.

А через месяц на порог их дома без стука ввалился господин Рой. Она тогда еще вечером сидела ужинала с родителями. Кузнец был взволнован, просил Астрид прийти домой к нему. Сказал, что у Дана серьезная рана и тот не может встать с постели. Девушка тогда все побросала и рванула прямиком к дому лекаря. Попросила у него серебряные иглы и шелковые нити. Еще раз пролистав схемы в его журнале, быстро пихнула их в наплечную сумку и побежала к дому господина Роя. А зайдя внутрь тут же направилась в комнату его сына. Дан лежал на кровати в полусогнутом положении и держал окровавленную тряпку возле ноги выше колена. Он взволнованно посмотрел на нее никак не ожидав увидеть Астрид в своем доме снова спустя столько времени.

— Привет.

— Что случилось с твоей ногой?

Девушка проигнорировала его приветствие начав сразу с дела.

— Я был в кузне, когда ковал ножи для смотрителя и не заметил, как свалил стойку с мечами позади себя. Она весела на стене высоко. В лоб не прилетело, но один из мечей все же зацепил бедро.

Дан убрал руку, и девушка увидела огромную глубокую резанную рану практически до самого колена.

— Такие вещи долго и тяжело заживают, я знаю. Астрид я ведь могу ногу потерять…

Девушка настороженно продолжала оглядывать рану.

— Не потеряешь, обещаю.

— А как же гангрена?

— Если все сделать правильно, гангрены не будет, — заверила она его.

Хотя для того, чтобы сделать правильно нужно было очень постараться. Сюда бы Карла, но с каждым днем он все больше становился похож на дряхлого старика, и выезжать куда-либо уже был не в состоянии. А если Дан решит дойти до избы лекаря, то умрет быстрее от потери крови. Астрид внутренне себя успокоила. Девушка вырвала окровавленный кусок ткани из рук Дана, скрутила его в жгут, обвязав вокруг ноги, выше у самого бедра. Нужно было остановить поток крови ненадолго. Разложив сумку, девушка достала обеззараживающую жидкость, кусок чистой ткани и стала протирать рваные края раны. Дан зашипел и зажмурился от боли.

— Терпи. Впереди самое тяжелое. Мне придется шить тебя.

Дан замотал головой все еще сдерживаясь, чтобы не заскулить.

— Иначе ни как, — проговорила она, доставая из маленького кармашка изогнутые серебряные иглы и скрученные шелковые нити.

— Может ему дать вина? — присел рядом его отец, слыша их разговор.

— Ни в коем случае. Вино разгонит кровь по телу, он потеряет ее больше, чем свинья на убое.

Оба тяжело напряглись, понимая, что Дану придется не сладко.

— Вот, возьми это в рот и зажми губами, чтобы не откусить себе язык, — сказала девушка дав ему деревянный колышек.

Оба испуганно переглянулись за ее спиной.

— Астрид сколько нужно стежков?

— Много господин. Так сразу и не скажешь. Если бы было всего пару тройку, а тут половина ноги раскурочено.

— Хорошо, я понял.

Когда нити уже полежали некоторое время в растворе вместе с иглами, Астрид ловко продела их в отверстие и сделала первый прокол. Дан дернулся, но мужественно стерпел, не издав ни звука. Девушка аккуратно стягивала края кожи стежок за стежком, прекрасно чувствуя, как дергается все тело парня при каждом ее движении. Под конец он уже совсем не мог контролировать себя, сдавленно воя как больной пес. Астрид было тяжело и физически, и морально. По вискам катились струйки пота и падали с подбородка ей на руки. И вот когда последний стежок был затянут, девушка тяжело выдохнула. Теперь бедро выглядело более-менее сносно. Астрид насчитала примерно двадцать швов не меньше. Протерев ногу раствором, девушка тут же сделала накладку с заживляющей мазью сверху и замотала ее вокруг перевязочными лентами. Дала парню успокоительный настой и наказала не вставать еще целую неделю пока швы не стянуться. Его отец был благодарен ей за помощь, собираясь дать несколько золотых.

— Не нужно, прошу. Мы с Даном друзья, если он еще помнит об этом, — проговорила она, скоро выбегая за дверь.

Астрид приходила к Дану каждый день, проверяя и меняя его повязку. А когда об этом узнала Эльви, то ее губы тут же сомкнулись в узкую полоску.

— Астрид неужели нельзя было сказать его отцу как менять повязки? Зачем ты к нему ходишь опять?

— Слушай, моя работа — это ответственность за других. Если вдруг что-то пойдет не так, я потом сума сойду. Плюс ко всему, ему еще предстоит снимать швы.

Эльви скрестила руки на груди явно недовольная этим.

— Я уже говорила тебе, что Лейну это не понравится. Твое отношение к Дану не понравится. Я ведь и за него беспокоюсь. Он хороший парень, мне будет жалко его, когда тот попадет под горячую руку.

Астрид только покачала головой и не стала ничего на это отвечать.

А через некоторое время у них с Даном снова случился разговор.

— Я знаю, Бран не просто так уехал в город. Что случилось?

Девушка внутренне напряглась, вспоминая тот ужасный день. Не было смысла от Дана скрывать эту информацию, он все равно рано или поздно это узнает, тем более он сам однажды был замешан в их разборках.

— Пообещай, что никому не скажешь об этом, — уставилась на него девушка.

— Я никогда бы тебя не посмел обмануть, ты же знаешь. Я буду молчать.

— Это не моя просьба. Это просьба смотрителя. Он всем наказал это. Всем кто был свидетелем в тот день.

— Что случилось? — Дан наклонился и хмуро посмотрел на нее.

— Бран пытался меня изнасиловать.

Дан дернулся словно от удара и сжал кулаки.

— Мне на спасение, Эльви и ее брат были неподалеку. Он ничего не успел мне сделать и Марко отвел Брана к отцу, выступая свидетелем против него.

— Я там должен был быть! — ударил он кулаком по матрасу под ним.

— Дан, мне вообще повезло, что подруга увидела меня в этот момент. Если бы не она я не знаю, что случилось бы со мной. Точнее знаю… Ладно, все. Не будем больше об этом. Брана не будет еще полгода минимум. Я не хочу сейчас о нем вспоминать, — отвернулась от него девушка.

— Астрид, я обещал, что он тебя не тронет. И что я сделал? Ничего… — прошептал он не глядя на нее.

— Ты не мог знать.

— Прости меня.

Астрид сдвинула брови.

— Просто… я ничего не сделал для дорогого мне человека.

— Ты ничего не должен мне.

— Нет должен! Я строил на тебя серьезные планы! Я даже ходил к твоему отцу свататься!

— Ты… что ты делал?!

Дан отвернулся от нее.

— Он не пустил меня даже на порог дома. Еще со двора прогнал, как шелудивого пса.

Астрид слушала и не верила своим ушам. Отец ей ничего об этом не рассказывал. Более того она не знала как на это теперь реагировать.

— Астрид, тебе ведь летом будет восемнадцать? Почему твой отец до сих пор не сватает тебя? — уставился он непонимающим взглядом на нее.

Девушка и сама не знала ответа на этот вопрос. Астрид сидела в ступоре и нервно теребила прядь волос.

— Я ничего об этом не знаю. Все, вечно все делают за моей спиной, — прошептала она недовольно.

— Ты мне ясно дала понять, что видишь во мне только друга. Что мне оставалось делать? — придвинулся он ближе к ней.

— Вот именно, Дан. Чего ты хотел добиться этим поступком?

— Я думал, может после того, как господин Ховард согласится, ты тоже дашь нам шанс.

Астрид печально посмотрела на друга и вздохнула. Ей просто повезло, что в тот день у отца возможно было плохое настроение. Если бы он дал свое согласие, пути назад бы не было. Сердце тревожно съежилось.

— И теперь я вынужден просто ходить и смотреть за тобой издали, как вор какой-то!

Астрид стало жалко его, но взгляда она так и не оторвала от постели. Его рука бережно коснулась ее подбородка и подняла его вверх. Дан смотрел на нее с вызовом, будто требовал от нее хоть что-то. Девушка дотронулась до его руки, пытаясь убрать ее и хоть немного успокоить друга, но парень не дал ей этого сделать и просто схватив ее за рукав, повалил девушку на себя. Астрид ничего не поняла и попыталась привстать на руках, но Дан крепко обнимал ее второй рукой со спины, не давая этого сделать. Девушка только и успела возмущенно выдохнуть, когда его губы настигли ее и жадно впились, вырывая ее первый поцелуй. Однако Дан не стал усердствовать и позволил ей вырваться из его рук, когда наконец получил свое. Астрид соскочила с кровати и гневно уставилась на него, пытаясь успокоить свое бешено колотившееся сердце.

— Что ты делаешь?! — прошептала она.

— Наверно это то, о чем я теперь буду вспоминать одинокими вечерами лежа в постели. Но хотя бы это. Остального я видимо не достоин.

Дан обиженно вернулся обратно на подушку и снова уставился на нее своими глазами. Астрид была в полном шоке, она даже забыла, как возмущаться, поэтому просто пыталась прийти в себя.

— Не смей больше так делать. Я все еще дорожу нашей с тобой дружбой.

— Я люблю тебя Астрид. Если ты когда-нибудь все же решишься, я буду ждать. Я всегда буду ждать тебя.

Его признание выбило у нее из-под ног землю, да и последнюю надежду на их дружбу. Пальцы рук заметно подрагивали, поэтому девушка убрала их за спину.

— Я попрошу Карла снять тебе швы. Ты должен будешь прийти к нему через пару недель. К тому времени нога полностью заживет.

Девушка не попрощавшись вышла за дверь и направилась к себе домой.

Она больше не ходила к Дану. Понимала, что может для него это значить. А в сердце поселилась пустота. Эльви она ничего не рассказала. Подруга и так нервно на него реагировала. Кто знает, чтобы она учудила, если бы посчитала его опасным для Астрид. Еще целых полгода прошли в заботах о хозяйстве, да работе с больными. Все чаще девушка пропадала у Карла практически полностью взваливая на свои плечи всю работу. Наставник медленно увядал. К нему пришла старость, которая медленно забирала его жизнь. Он и сам это понимал, но к удивлению девушки, относился к этому через чур спокойно.

— Всему свое время. А мое уже прошло.

Астрид не спорила, просто не понимала, как можно быть таким без участливым. Девушка все чаще забегала к матушке Лейна, проводила с ней много времени, помогала по дому, и постоянно спрашивала не пришло ли письмо от него. Однако Лейн больше не писал. Думать о плохом Астрид запрещала себе.

Однажды спокойная жизнь все же рухнула. В тот день она направлялась в дом смотрителя с корзиной трав для госпожи Линетт. Женщина в последнее время опасливо косилась на девушку и старалась с ней не пересекаться, ведь по вине Астрид ее сына упекли в казармы. Однако бессонница взяла свое, и та все же попросила девушку принести кое-какие травы для сна. Войдя в дом к смотрителю Астрид не сразу заметила темную фигуру в углу стола. А когда все же ее взгляд зацепился за нее, то девушка с ужасом выронила корзину на пол заглушив свой вскрик рукой.

— Привет Астрид.

— Бран… Почему ты…

Но темная фигура уже не юноши, раздавшаяся в ширь встала со стула и убрала свой меч в ножны, так и не дав той договорить фразу до конца.

— Кажется срок уже истек. Разве нет? — улыбнулся он, тихо подступая к замершей девушке.

Астрид в ужасе замерла, боясь пошевелиться.

— А ты изменилась…

— Ты тоже, — проговорила она еле слышно.

— Верно, мне пришлось много чему научится, и все благодаря тебе… — Бран подступил совсем близко.

— Ты сам виноват во всем, — проговорила она, так и не сдвинувшись с места.

Бран отвлекся на ее корзину под ногами и медленно поднял ее с пола, разглядывая ее содержимое. Его некогда темные кудри теперь были сострижены, от чего мужчина потерял былую наивность и правильность черт. Теперь он напоминал собой опасного ястреба, разглядывающего темными глазами ее, словно кролика в степи.

— Помнишь я говорил, что мы еще не закончили? — вспомнил вдруг он тот разговор на речке.

Астрид вздрогнула всем телом, припоминая его. Мужчина молча развернулся и направился ко столу.

— Так вот я вернулся обратно домой, чтобы это закончить, — посмеялся он, ставя корзину на стол.

— Ты больше не тронешь меня, — процедила девушка.

— О, еще как трону моя милая.

От его угрожающего тона внутри все до жути затряслось и сжалось в комок. Спину окатил противный холодок.

— Скоро я приду в твой дом, как будущий жених. Принесу выкуп, и ты станешь моей. Раз и навсегда. И тогда я буду делать с тобой все что пожелаю. И никто, повторяюсь, никто нам… не помешает. Клянусь всеми богами, — прошептал он едко.

Астрид понимала — он не врет. И от того внутрь сердца закрался ледяной холодок. Но не смотря на ужас, сковавший ее мысли, девушка все же рискнула.

— Зачем тебе ведьма? Тебя засмеет вся деревня…

— Мне все равно. А даже если и так, то поверь, — с каждым кто откроет свой рот, я лично расправлюсь. — сказано это было так жутко, что девушка не сомневалась — он расправится.

Отправив полтора года назад пьяного и холеного парнишку в военные казармы, ее друзья произвели на свет нечто более чудовищное. Девушка содрогнулась от собственных мыслей, нащупав рукой ручку двери.

Бран заметил ее скрытый порыв, от чего тихо усмехнулся.

— Беги домой, сладкая. Беги и жди меня. Я скоро навещу тебя, — улыбнулся он зловеще.

И она побежала, не смея ослушаться. Бежала так быстро, что ноги горели огнем, а осенняя морось оставалась на ее лице и стекала ледяными струйками вниз. Девушка ворвалась в свой дом, забыв обо всем на свете. Завидев отца, мирно пьющего брагу за столом, девушка кинулась к нему на шею и в слезах стала умолять того не отдавать ее замуж. Умоляла не пускать никого к ним в дом. Просила чуть ли не на коленях рыдая. Ховард конечно, обнял ее ничего не понимая, но почти сразу же отодвинул от себя.

— Почему ревешь, кто тебя обидел?

Астрид ничего не ответила, просто прижалась к отцу, как к единственному защитнику. Он не даст ее в обиду. Защитит.

— Я не хочу замуж. Не отдавай меня никому, прошу тебя…

Мужчина поджал губы и похлопал девушку по спине.

— Ну ну… Полно тебе. Не будешь же ты всю жизнь одна?

— А если и так?

— И что же ты собираешься лишить меня с матерью будущих внуков? Рано или поздно ты уйдешь в другую семью.

Девушка проглотила ком в горле и застыла в его руках.

— Отец, прошу….

— Ты выйдешь за хорошего мужчину, по крайней мере за того, в ком я уверен. Абы кому я тебя не отдам доченька. Полно реветь. И хватит на этом, — похлопал он ее по спине.

Астрид не смела больше поднимать этот вопрос. А сама с замиранием сердца стала бояться любого гостя в их доме. Она ждала и содрогалась. Ждала и понимала, что ждет свою смерть, не меньше. Но он все не приходил. Мучил ее ожиданием расправы. Улыбался коварно, глядя на нее издали. Издевался над ней, лишив ее покоя и сна. Когда она проходила мимо, он всегда провожал ее хищным взглядом, пока та не скроется за углом. Но сам не смел подойти к ней ближе. Девушка не понимала чего ждет, мучалась догадками.

Так продолжалось очень долго, пока однажды она, зайдя в дом не увидела на столе мешок и корзину с цветами. Отец с матерью сутра были на взводе. Что-то произошло пока ее не было дома. Корзина с бельем была отставлена, а девушка опасливо покосилась на мешок, будто ожидая, что оттуда вылезет сам демон.

— Что это?

Родители молчали, изучая ее взглядами. Но рука как назло, потянулась к шнурку и распустила горловину. Мешок был полон золота, отражая льющийся солнечный свет из окна. Из него игриво выпала монетка и закатилась звонко под стол. Астрид одернула руку от мешка как от огня и отлетев назад упала спиной на сундук, стоявший у стены. Нет! Этого не могло быть! Она спит! Это просто кошмарный сон и сейчас она проснется! Но сколько бы она не жмурилась, сон не проходил, а мешок так и стоял на столе. А в груди все обрывалось и грохотало, заставляя рвано губами хватать воздух.

— Астрид, что с тобой?! — подлетела матушка к ней.

— Это… что это?

— Это выкуп за тебя. Сегодня утром я скрепил рукой договор, — проговорил отец, опасливо косясь на нее.

— Кто?! — крикнула девушка, не веря собственным глазам и ушам.

— Он просил отдать тебе это, сказал ты поймешь, — протянула матушка ей корзину в руки.

Астрид выхватила ее и смяла васильки и ромашки руками, словно грязь, наткнувшись рукой на что-то твердое внизу. Вытащив медленно предмет со дна, она увидела в своих руках оберег. Тот самый оберег, который она отдавала Лейну перед отъездом.

В груди все оборвалось.

— Что с Лейном?! — выдохнула она все еще не осознавая, что происходит.

— Он вернулся сегодня ранним утром. И пришел за тобой.

— Вернулся… — внутри все радостно затрепетало, девушка все еще не понимала, что это реальность, — Подождите… что значит за мной?

— А то и значит. Свататься к тебе приходил. Я одобрил ваш союз. Я же говорил тебе, что абы кого не подпущу к тебе. А сидеть в девках тебе не позволю. Уже восемнадцать годков давно миновало. Довольно, — пробурчал отец, присаживаясь на стул рядом.

Астрид все еще прокручивала слова отца в голове, не понимая шутит он с ней или нет.

— Он жив…

— Конечно жив, что с ним будет? Мы еще перед отъездом сговорились о женитьбе. Он просил не сватать тебя никому, дал обещание, что вернется обратно, скрепил обещание деньгой, а после вернул долг тысячекратно. Его слово — это слово мужчины. И я ему поверил, верю и сейчас. Как видишь он толковый парень, не то что наши соседские мальчишки, — скривился он.

— Матушка, ты знала? — уставилась Астрид на нее.

Женщина тихонько кивнула и смущенно отвернулась.

— Конечно знала, не то бы всю душу мне вывернула, — покосился он в сторону ее матушки, — И давай-ка вот что доченька. Ты носом не вороти мне, мы договор скрепили, а будешь противиться выпорю, и не посмотрю, что девка взрослая уже, — буркнул он, грозно уставившись на нее.

Астрид только вытаращилась на него после этих слов, не найдясь с ответом.

— Он попросил тебя прийти на закате к мельнице, обговорить все хочет. Чтобы по своей воле шла за него, не силой. Сказал хочет от тебя услышать согласна ты или нет, — проронила матушка.

— Из покон веков коли скреплен договор нечего потом языками трясти! Согласие девицы не надобно! — вмешался отец.

— Да уймись ты! Видишь, по нраву он ей. Чего разорался? — вступилась женщина за дочь.

— Мне нужно все обдумать, — проронила девушка, прытко скрывшись в своей комнате.

— Нечего там думать! — услышала она брошенные ей в спину слова отца, когда закрывала дверь.

Астрид замерла по середине комнаты, боясь даже дышать. Ощущение, что ей все это снится не отпускало ее. Девушка вцепилась в корзину, словно в единственное, что возвращало ее к реальности. Посмотри же, вот его оберег. В этой самой корзине. Астрид прошла к кровати и упала на нее, закрыв лицо руками. Как могло такое случится? Получалось так, что Лейн еще перед отъездом все решил. Тайно сговорился с ее отцом за ее спиной, а ей даже не намекнул. Девушка нахмурилась. Почему он промолчал? Мысли все терзали ее. Ладно, пусть он так решил, но… неужели она именно та, кто нужна ему? Астрид не верилось до сих пор, хотя почти все кричало об обратном. Ей припомнился праздник уходящего лета. Как он тащил ее до дома силком. Как был зол на нее, что она туда пришла. В груди кольнуло. Он был зол, потому что боялся, что она с кем-то гуляла? Неет… или да? Так не вовремя девушка вспомнила про свой венок из ромашек и васильков, который он тогда поймал в реке. Астрид посмотрела на корзину. Там были точно такие же цветы. Ее рот тихо растянулся в усмешке. Сама судьба ей обещала Лейна, а она все равно лежит и не верит. Девушка осторожно присела и уставилась на себя в маленькое квадратное зеркало напротив. Сейчас она была совсем непохожа на себя прежнюю, тогда три года назад. Она совсем другая. Взгляд другой, походка, манеры и поведение — все другое. Понравится ли она ему сейчас? А ведь он тоже должно быть изменился. Марко о нем отзывался в тот раз так, будто Лейн хладнокровный и безжалостный человек. Но девушке не верилось. Война не могла с ним сотворить такое. Не с его сердцем. Внутрь закрался страх. Почему-то сейчас, когда в ее жизни нарисовалась та самая перспектива, о которой она мечтала еще не так давно, девушка вдруг засомневалась. Она не знала того Лейна, который вернулся. Боялась неизвестности. Однако сердце все равно билось в предвкушении самой встречи. Несмотря на ту самую неизвестность Астрид было страшно, но также страшно хотелось увидеть его.

Вечер она ждала с замиранием сердца. Девушка еще долго не выходила из собственной комнаты. Ей было до ужаса неловко. Она несколько раз переоделась, несколько раз переделала прическу и в итоге все распустила. Она с ужасом понимала, что не знает, как себя теперь вести. Она больше не та девчонка. Не станет она заикаться и робеть, не будет краснеть и прятаться. Сердце билось где-то под горлом и жутко хотелось пить. Однако время неумолимо таяло и Астрид все же вышла за дверь комнаты. Родителей не было, они ушли на прогулку. Девушка взяла с собой оберег Лейна и направилась в сторону мельницы. Однако, когда она пришла, на мостике никого не оказалось. Астрид встревоженно оглянулась, отгоняя от себя глупые мысли и села у воды, глядя на тихие волны, что создавал теплый ветерок. Он придет. Обязательно.

И он пришел. Она ужасно нервничала, теребя металлические бусины в руках на его обереге, а потом резко вскочила на ноги и обернулась, увидев его стоящую фигуру на берегу. Он смотрел на нее и не решался подойти. Сколько он там простоял? Астрид затряслась, кажется она забыла как дышать. А он напротив, был спокоен и молчалив. Его широкие плечи стали еще больше, волосы короче, а на щеках и подбородке виднелась небольшая щетина. Однако на фоне всего этого внешнего спокойствия, его до боли синие глаза смотрели на нее так, будто от этого зависела его жизнь, не иначе. Лейн все не подходил, рассматривал ее как нечто волшебное, будто не из его мира. Сейчас перед ней стоял совсем взрослый мужчина, которого она видела впервые. Но его глаза опять предательски скользнули к ее лицу, и девушка поняла — нет, это все тот же Лейн. Он всегда так нее смотрел. Просто она не замечала этого.

Астрид сорвалась с места и не помня себя бросилась к нему на шею. Схватила ворот его рубахи, скомкала в руках, а сама уткнулась носом в ямочку у шеи. Он все так же пах. Хвоей и прелым сеном. Все тот же Лейн — ее друг и любимый.

— Привет зеленоглазка, — проговорил он хрипло над ее ухом.

От его голоса девушку окатило волной мурашек, заставляя тело не слушаться. Она все еще висела на нем словно тряпичная кукла, а он нежно обхватил ее за талию, не давая ей упасть.

— Почему ты так долго не возвращался? Прошло уже больше трех лет… Тогда ты говорил, что возможно года хватит…

Ее голос дрожал, а она все боялась поднять свой взгляд. Боялась, потому что просто сойдет сума от накативших эмоций. Астрид никогда не испытывала подобного.

— Я не мог. Нужно было приглядывать за границами. Да и война затянулась. Но я вернулся, я же обещал тебе, помнишь? — оторвал он ее лицо от себя и все же заставил ее посмотреть на него. Астрид хватило одного мгновения чтобы утонуть в них, она была уже не она. Девушка завороженно смотрела в них и понимала, что готова на все ради этого человека. Она была в его власти и теперь смиренно ждала своей участи. Ее руки медленно поползли к шее Лейна, бережно затянув шнурок его оберега.

Лейн улыбнулся ей и тут же прислонился носом к ее виску, вдыхая запах ее волос и все еще крепко сжимая второй рукой талию.

— Ты вкусно пахнешь… — прошептал он.

Астрид затрепетала в руках мужчины, забыв как дышать, однако к тому моменту Лейн уже оторвался от нее и серьезно посмотрел на девушку.

— Вообще-то я пришел спросить тебя…

— О женитьбе, — закончила за него девушка.

— Да, именно. Я понимаю, что ты должно быть удивлена, но поверь мне, я искренен с тобой…

Астрид медленно качнула головой, не мешая ему говорить.

— Я хочу жениться на тебе. Именно на тебе моя зеленоглазка, — он смотрел только в ее глаза и никуда больше. — А ты? Видишь ли ты во мне кого-то еще, кроме как своего друга? — взволновано прошептал он, не отрываясь от ее лица.

Астрид не стала тянуть.

— Лейн, ты с самого начала был всем для меня. И другом, и братом, и любимым, — Астрид резко опустила глаза сама поражаясь своим словам, которые вырвались вопреки ее воле.

Мужчина шумно втянул воздух и снова прикоснулся своим носом к ее волосам, незаметно дотронувшись рукой до ее подбородка, при этом заставляя ее посмотреть на него.

— Не отводи своего взгляда, когда говоришь такие вещи, — Лейн заглядывал прямо в ее сердце, девушка точно чувствовала это, оттого оно так трепетно сжималось при каждом его прикосновении к ней. Мужчина запустил свою руку в ее волосы и сжал их в кулаке, а затем снова отпустил и сжал еще раз, словно пытался распробовать на вкус.

— Так что… Ты согласна стать моей, — на слове моей он заметно напрягся, будто сдерживал себя, а потом продолжил, — невестой?

Астрид все еще не выпустила его рубаху из рук, пытаясь дышать через раз, но все же кивнула в ответ.

— Скажи это, — потребовал он, аккуратно убирая рыжую прядь с лица девушки.

— Я согласна, — прошептала она, не отпуская его взгляда.

Лейн судорожно вдохнул возле ее лица и незаметно скользнул теплыми губами по ее щеке, а после ловко поймал ее губы, едва дотронувшись своими. От этого мимолетного поцелуя Астрид прострелило до самых конечностей. Она не ожидала, на сколько простые поцелуи могут сшибать контроль. А ведь он всего лишь коснулся ее губ — это был невинный поцелуй, простое касание, а она уже себя не помнила от счастья.

В тот вечер он проводил ее до дома и еще долго не мог отпустить, все прикасался к ее плечам, рукам, волосам, едва заметно, а девушка на это вспыхивала словно свеча каждый раз. Войдя в дом, она на цыпочках прокралась в спальню, пока в обеденной никого не было и тускло горел свет. А ночью все крутила в памяти те сладкие моменты, будто завороженная, вспоминая то, как он смотрел на нее. Лейн сказал, что свадьба будет через месяц, когда лето будет в самом разгаре. Сказал, что бы она не переживала и потихоньку готовилась к этому. Он рассказал ей, что вот уже несколько лет строит на опушке леса домик, в который собирался привести и ее однажды. Сейчас уже оставалось совсем немного работы. Сделать крыльцо, поставить небольшую ограду, ставни на окна. Перед отъездом ему пришлось бросить постройку на целых три года, однако в его отсутствие Марко занимался кровлей, он его просил об этом в письме. Он так же сказал, что совсем скоро приедет груженая телега, в которой будет много различной утвари. Лейн с трепетом расписывал все, обещая ей, что она ни в чем не будет нуждаться, а девушка только завороженно слушала его и не смела перебивать. Астрид оказывается совсем не догадывалась о том, что у Лейна есть заветная мечта иметь свой собственный дом у реки. И он планомерно воплощал ее в реальность, пусть и медленно. Лейн обещал его показать ей, как только работа закончится и планировал он это сделать прямо перед свадьбой за пару дней. А пока она должна была смиренно дожидаться заветного дня, и быть послушной и скромной невестой, — говорил он. Что он имел в виду девушка не совсем понимала, но со всем соглашалась. Ей было все равно, в ее жизни теперь появился тот самый человек, ради которого она была бы готова и горы свернуть, если он попросит.

А следующие пару дней она посвятила работе. Девушка с надеждой ожидала, что Лейн навестит ее дома, но мужчина скрылся из виду. Она конечно понимала, что у него сейчас много дел, связанных со строительством, плюс ко всему дома у госпожи Хильд тоже было работы навалом. Крыша курятника прохудилась, ограда вокруг дома кое где покосилась, ставни слетели с петель. Нужна была мужская рука. Но девушка с замиранием сердца ждала его, не смея о том говорить кому-либо еще. Лишь только с подругой она обмолвилась, что Лейн сделал ей предложение буквально на следующий день после того. Эльви горячо ее поздравляла, называя Астрид глупышкой которая до самого последнего дня не верила ее словам, при этом заговорщицки поглядывая на девушку.

Сейчас в доме у лекаря было тихо и спокойно. Наставник совсем ослаб, иногда даже не отвечал на ее вопросы, уставившись в одну точку. Астрид было жаль его, но она понимала, что сделать ничего не может. Поэтому всю работу она окончательно взяла на себя, стараясь больше не беспокоить старика. В этот вечер девушка перебирала старые настойки в деревянных коробках и выкидывала ненужные, те которые уже давно испортились. Нужно было за этим следить и вовремя делать заготовки. Пока Астрид что-то увлеченно вычеркивала из журнала, входная дверь со скрипом открылась. Девушка сразу же отвлеклась, заметив на пороге фигуру Лейна. Внутри все радостно затрепетало и Астрид медленно улыбнувшись дала волю эмоциям. Лейн не торопясь прошел в глубь зала и любопытно осмотрелся.

— Привет зеленоглазка, вижу ты совсем занята в последнее время, — подошел он к столу.

— Так же, как и ты, — улыбнулась она, отложив перо подальше.

— Не уж то не скучала по мне? — уставился он на нее вполне серьезно.

Астрид почувствовала, как к щекам прилила кровь. Девушка встала со стула и медленно подошла к нему.

— Скучала. Еще как скучала, — прошептала она не опасаясь, что их разговор услышит Карл, находящийся в своей комнате.

Лейн нежно взял ее руку и оставил теплый поцелуй, не отрывая своего взгляда от нее.

— Тебе нужна моя помощь?

— Я вроде справляюсь, но спасибо, — улыбнулась она, забирая руку обратно, тут же схватив деревянный коробок с настойками со стола. Девушка деловито прошла в сторону шкафа, на полках которого громоздились такие же коробки с различными настойками и взобравшись на стул начала заталкивать его на самую высокую полку. Астрид поздно заметила, когда ножка стула предательски качнулась в бок, от чего девушка потеряла равновесие и чуть не полетела на пол. Мужчина успел удержать ее на стуле, обхватив девушку со спины.

— А говоришь помощь не нужна, — усмехнулся Лейн, все еще продолжая держать ее хрупкую фигурку в руках.

Даже стоя на стуле Астрид только слегка возвышалась над ним, мужчина был очень высоким, потому его нос сейчас так опасно водил невидимые узоры за ухом у девушки. Она замерла, отдаваясь новым ощущениям. Было невероятно приятно, когда его теплое дыхание задевало мочку уха, от чего девушка вся покрывалась сладкими мурашками.

— Просто стой… Я хочу подышать тобой… Я говорил, что ты вкусно пахнешь? — прошептал он ей на ухо.

— Кажется да…

— Определенно говорил, — Лейн продолжал зарываться лицом в ее волосы, вдыхая аромат ее волос, а его руки неожиданно поднялись чуть выше талии и сжали широкими ладонями податливое тело, словно глину, будто пытаясь что-то вылепить из нее.

Астрид припомнила как мечтала оказаться в его руках тогда три с лишним года назад, как смотрела и понимала, что сходит сума от собственных эмоций. А теперь тело предательски поддавалось на его ласку, словно жило само по себе. Девушка судорожно вздохнула, когда поняла, что ей не хватает воздуха. От мужчины не укрылась ее реакция, кажется он улыбнулся и слегка отодвинулся, при этом помогая ей слезть со стула. Астрид была все еще в плену его рук и совсем не хотела, чтобы это прекращалось. Но Лейн все же решил отпустить ее и дать ей хоть немного пространства вокруг.

— Много еще нужно перетаскать? — Лейн кивнул в сторону коробков на столе.

— Да, все это.

Он не стал дожидаться ее просьбы и сам быстро все расставил, Астрид только оставалось подсказать куда именно.

— Если это все, тогда пошли домой, я провожу тебя.

— Да сейчас, только скажу Карлу.

Астрид попрощалась со стариком и тихо прикрыв дверь вышла на улицу вслед за Лейном. Он покорно ждал ее, а потом по-хозяйски взяв за руку пошел в сторону ее дома. Их прогулка закончилась совсем быстро, хотя путь до дома был не близким. Астрид не замечала времени с ним. Он ей рассказывал о его походах, о дальних землях и еще много о чем. А когда они подошли к калитке ее дома, Лейн напрягся.

— Придешь завтра на конюшню? Я хочу тебе показать Бурана. Тебе понравится.

— Когда?

— Вечером. Буду ждать тебя там вечером. Не хочу с тобой так на долго расставаться.

— И я. Эти два дня тянулись очень долго без тебя.

В последнее время Астрид не контролировала то, что говорит. На нее это было не похоже. Лейн же расплылся в улыбке и неожиданно поцеловал ее в лоб. Девушка растерялась и тут же засмеялась, заставляя его внимательно за ней наблюдать.

— Ты самая прекрасная девушка из всех что я когда-либо видел, — проговорил он серьезно.

Астрид не нашлась с ответом, а просто взяла его ладонь и прислонила к своей щеке, зажмурившись. И только потом поняла, что Лейн оставил на ее губах свой поцелуй, прежде чем успел попрощаться.

На утро Астрид заторопилась к подруге домой. Эльви попросила ее помочь в выборе ткани на ее же свадьбу. Девушке было немного странно осознавать, что она помогает своей подруге, при этом не решив ничего со своим собственным нарядом. Как-то не было времени это обдумать. Астрид шла до ее дома, погруженная в свои мысли, пока не услышала голос Брана поблизости. Она проходила мимо сада, в котором все и случилось тогда, но отчетливо расслышала и второй голос. Бран разговаривал со своим знакомым и кажется обсуждал именно ее. Девушка притормозила.

— …сколько планируешь за нее отдать?..

— …триста золотых…

— …да у тебя видно с головой непорядок? В нашей деревне никогда за девку столько золота не давали! Тем более за ведьму, чтоб ее…

— …ну-ка повтори… — прошипел голос.

— …не горячись Бран, я просто не понимаю…

— …тебе какое дело до моего кошелька? Я собрал столько, сколько ее родители за всю жизнь в руках не держали. Отдадут и рады будут, — усмехнулся он надменно.

— …ну знаешь…

Астрид тут же припустила до дома подруги, когда поняла, что больше ей там делать нечего. Бран не знал, что она уже сосватана. Оказывается, все это время он собирал выкуп. Как благородно с его стороны. Вот только он опоздал. Да еще и продешевил. Астрид победно улыбалась, уже не скрывая своего триумфа. Этот мерзавец больше ничего ей не сделает.

А к вечеру девушка, окрыленная предстоящей встречей, уже засобиралась на конюшню. Она была рада каждому моменту проведенному с ним. Поэтому, когда увидела, как Лейн заботливо счищает щеткой пыль со своего питомца замерла у входа, любуясь его крепко сложенной фигурой. Мужчина поглаживал мерена широкой ладонью возле холки и что-то приговаривал, а тот покорно всхрапывал в ответ. Конь и правда был красивым, таких она еще ни разу не видела, даже в городе. Иссиня-черный с шелковистой гривой практически до самой земли. Красавец.

— Привет.

Лейн обернулся в ее сторону и широко улыбнулся, подзывая к себе рукой. А когда Астрид подошла ближе, то его рука тут же притянула ее к себе, поцеловав девушку в рыжую макушку.

— Ну привет, — выдохнул он носом совсем рядом с ее ухом.

— Он такой красивый. Где ты его нашел?

— Он не только красивый, но еще и вредный, — посмеялся он, хватая девушку за руку и прислоняя ее ладонь к морде Бурана.

Астрид немного отдернула руку, но все же рискнула дотронуться до него.

— Не бойся, тебя он не тронет. Ну-ка давай залезай, — схватил он вдруг ее за талию и будто перышко поднял выше, резво усадив ее прямо на спину коню. Девушка с ужасом вцепилась в гриву Бурана, понимая что под ней нет даже седла.

— Лейн… я же упаду! — запаниковала девушка, опасливо косясь вниз. Было очень высоко.

— Я не позволю тебе упасть. Доверься мне, — настойчиво он посмотрел ей прямо в глаза.

Астрид немного расслабилась, когда поняла, что рука Лейна придерживает ее выше бедра, не стесняясь крепко сжимать его. Буран немного потоптался под ней, но скоро принял удобное положение и замер, позволяя девушке успокоиться.

— Ну как тебе? — улыбнулся он, ожидая ее реакции.

— Ох… очень высоко я бы сказала.

Лейн рассмеялся, все еще сжимая ее бедро и нежно поглаживая его большим пальцем руки.

— Ну хорошо, — мужчина тут же обратно перехватил ее руками и немного приподняв, медленно стал опускать на землю. Однако, когда до нее оставалось совсем немного, его руки соскользнули и девушка свалилась ему прямо на грудь, так и зависнув над землей, крепко прижатая к его груди. Лейн держал ее в своих руках и улыбался, глядя ей в глаза совсем близко. Он это сделал нарочно, от того смешинки в его глазах так резво и скакали, словно еще минута и он рассмеется. Однако совсем скоро улыбка испарилась, а он медленно припал к ее губам и завладел ими, впервые целуя ее по-настоящему. Лейн делал это уверенно, будто только того и ждал все это время. Он целовал ее так сладко, что внутри Астрид все сворачивалось в тугой узел и отдавало ноющим желанием где-то внизу. Еще ни разу она не испытывала подобного, покорно отдаваясь своим эмоциям. А он и не жалел ее, брал то, что так давно жаждал. Кусал, словно ему было мало, сжимал ее плечи и руки, а потом спустился к шее жадно лаская нежную кожу. Его распаленное дыхание сводило ее сума, заставляя Астрид задыхаться и вздрагивать в его руках. Мучительная ласка прекратилась резко после того, как Астрид издала сдавленный всхлип, который вырвался против ее воли. Мужчина замер, будто отчаянно пытался прийти в себя, а когда все же туман в его глазах рассеялся, он быстро опустил девушку на землю, неловко расправляя ее платье.

— Прости, — выдохнул он, пытаясь сфокусировать взгляд, — я немного забылся, я не должен был…

Мужчина потер переносицу двумя пальцами, от чего девушке стало не по себе.

— А знаешь… к демонам это все. Я люблю тебя, — прошептал он снова уставившись на нее так, будто от ее реакции сейчас зависела вся его жизнь.

— Лейн…

Но он перебил ее так и не дав сказать.

— Помнишь в тот раз, на этом самом месте ты была растеряна, даже плакала… Я помню тот разговор, между нами. Ты сказала, что я нужен тебе, — улыбнулся он, — Однако я знаю, что ты хотела сказать совсем другое, — Лейн немного отвернулся от нее, а затем продолжил, — Скажи это сейчас. Прошу тебя, — проговорил он шепотом.

Девушка тоже вспомнила тот разговор, от того так неловко себя и чувствовала. Но все же понимала, что им обоим было нужно это признание. Не только ей.

— Я хотела сказать, что люблю тебя. Но я ведь… была совсем девчонкой. Я боялась, что ты посмеешься надо мной, скажешь, что я не доросла еще.

Лейн сдавленно выдохнул, а затем крепко обнял ее, снова вдыхая запах ее волос.

— Чушь. Я бы ни за что не сказал подобного, — процедил он.

— Тогда почему ты промолчал, что хочешь жениться на мне? — уставилась на него девушка.

— А если бы я не вернулся? Ты бы ждала меня мучительно. Ты бы тонула в горе. А я не хотел тебе такой жизни. Ты должна была жить дальше, полюбить другого и нарожать ему кучу детей. Было бы несправедливо лишать тебя этого.

Девушка болезненно сжалась. Лейн был добр к ней и даже слишком. Его желание не было эгоистичным. Астрид прижалась к его теплой груди и прикрыла глаза. Его запах окутывал ее с головы до ног, и кажется она уже даже успела им пропитаться. Мужчина нежно гладил ее руки и плечи, изредка посыпая поцелуями ее виски и волосы. Он был до ужаса нежен с ней, словно боялся чем-то напугать девушку. Но Астрид не боялась, напротив, ловила себя на мыслях о том, что хотела бы большего, или как минимум повторить тот поцелуй. Только от мыслей о нем у нее сладко ныло внизу живота. Лейн ведь всегда ей виделся взрослым и серьезным парнем, и что-то романтическое в его поведении для нее было чем-то необычным. Она лишь раз видела, как он улыбался другой девушке — и это была Хельга. Что в тот раз между ними было, для нее до сих пор оставалось тайной и она не посмела бы его об этом спросить. От того и та магия, что была сейчас между ними казалась ей очень хрупкой, готовой в любой момент сломаться. Астрид была робкой и не опытной, и каждое слово, произнесенное ею в компании Лейна казалось ей неправильным и невпопад. Но мужчина не обращал внимания на это. Он уверенно вел ее за руку, говорил о их будущих планах, и целовал ее так, будто она уже давно была его. Атмосфера вокруг Лейна отдавала уверенностью и спокойствием, он точно знал чего хочет. А девушке оставалось только расслабиться в его руках и ни о чем не думать, просто наслаждаться тем временем, что она проводила с ним. Астрид растворялась в нем. Она поздно осознала, что ее влюбленность переросла в нечто большее. Теперь ей было мало просто видеть его, чувствовать прикосновения и поцелуи. Все внутри разрывало от других желаний. Но она пока не могла осознать каких.

До свадьбы оставалось всего две с половиной недели. Матушка Астрид с первого дня начала ткать белоснежную ткань с серебряной вышивкой и жемчугом. Ее руки с теплотой и заботой перебирали теплыми вечерами серебряные нити, нанизывая на них жемчуга. Не так давно, когда полотно было готово, матушка решила снять с Астрид мерки. Ей хотелось как можно скорее начать кроить. Девушка впервые с участливым видом выбирала вариант свадебного наряда с затаенной улыбкой и легким мандражом. Она до конца не верила в свое счастье, но наслаждалась им каждой минутой. Лейн же всеми днями пропадал на опушке леса у реки, занимаясь строительством. В голову Астрид конечно, закрадывались лукавые мыслишки, сходить и посмотреть на все своими глазами, но она решила все же не портить себе сюрприз. А после теплыми летними вечерами, девушка долго гуляла по окраинам деревни вместе с Лейном, держась за руки. Астрид боялась чужих взглядов, от того и старалась гулять там, где их никто не увидит. Ни к чему это до свадьбы, народ любит пускать слухи, и Астрид была с этим как никто другой очень хорошо знакома.

В один из таких вечеров они решили расположиться у окраины леса их деревни. Ходили там мало, поэтому девушка была спокойна вдали от ненужных глаз. Они сидели прямо на траве, а в ее корзине мирно покоились пироги для Лейна. Сама же девушка лишь изредка отщипывала кусочки от теста. Аппетита особого не было в отличии от мужчины напротив. Этот же с удовольствием проглатывал все, чтобы она ему не принесла. Астрид тихо посмеялась, наблюдая за Лейном. Мужчина это заметил и тут же убрал ото рта очередной кусок, лукаво улыбнувшись.

— Чего сама не ешь?

— Не хочу, — просто ответила она, не прекращая улыбаться.

Он был хорош собой. Даже очень. Астрид рассматривала его с затаенной гордостью и восхищением. Лейн всегда ей нравился, но спустя три года он изменился. Возмужал, ладные черты лица стали острее, взгляд серьезней. Казалось, глаза его видели многое и теперь Лейн смотрел на мир несколько иначе. А некогда стройная фигура обросла крепкими мышцами, делая его тело твердым словно сталь. Сейчас разница в их возрасте казалась уже не такой большой, но все же рядом с ним она себя чувствовала пылинкой и затаенно посматривала на него, любуясь каждым его движением.

— Скажи чего тогда хочешь? — лукаво спросил он.

Но Астрид только покачала головой и снова улыбнулась ему. Лейн видимо истолковал это по-своему и придвинулся ближе к ней, полностью переключая на нее свое внимание. Руки мужчины ловко стянули обувь с ее лодыжек и принялись нежно водить руками по подушечкам стопы. Астрид почувствовала, как по ее телу поднялась волна мурашек от столь невинного прикосновения Лейна.

— Что ты делаешь? — улыбнулась она.

Мужчина не отвечал, лишь ласково улыбался, то и дело поднимая свои синие глаза на нее и обратно. Девушка рассмеялась, пытаясь выдернуть ножку и его цепких рук, но у нее ничего не вышло, только попа соскользнула вниз, из-за чего девушка упала на траву, вовремя подставив свои локти. Лейн не растерялся и тут же воспользовался ситуацией, плавно переместившись чуть выше к ней. Он опустил голову и потерся своей щекой о плоский живот Астрид, а затем прочертил носом дорожку вверх до самого лифа, заставляя девушку вздрогнуть под его весом. Ощущения были острыми и возбуждающими, от чего та завозилась под ним, не понимая, что нужно делать. Но Лейн будто не замечая ничего вокруг, продолжал уже ладонями водить по ее талии, поднимаясь все выше к холмикам ее груди. Сердце внутри чертыхнулось, и девушка в миг оробела, покраснев с головы до ног.

— Лейн? — выдохнула она сбивчиво.

Ее руки тут же нашли его ладони и притормозили его движения всего в паре сантиметрах от вершинок. Астрид судорожно выдохнула и по-детски уставилась в глаза Лейна, поздно осознавая, что он совсем перестал себя контролировать и сейчас тяжело дышал носом. Его синие глаза медленно пересеклись с ее взглядом, и девушка поняла, что ее заминка ему явно не понравилась. Лейн поджал губы и с вызовом посмотрел на нее.

— Это мучительно, — прошептал он нависая над ней, а затем резко отшатнулся и схватив ее за лодыжки потянул тело девушки на себя, так что она оказалась полностью на земле, а ее разведенные ноги опасно оплели бедра мужчины по бокам. Поза была до ужаса бесстыдной, от чего девушка тут же задергалась, не узнавая своего друга.

— Астрид я уже давно не мальчишка. Со мной не нужно так, — прорычал тихонько он.

Девушку окатила волна страха и возбуждения, скрутившись в тугой узел у самого лона. Такого Лейна она никогда не видела и потому опасно замерла, забыв как дышать. А мужчина тем временем уверенно скользнул ладонями по ее икрам, осыпая кожу в том месте россыпью едва заметных поцелуев, и задирая подол платья почти до самого верха. Астрид снова судорожно выдохнула, но поддавшись резкому возбуждению так и не осмелилась его остановить. А Лейн все продолжал исследовать ее бедра теплыми руками, изредка касаясь возбужденного края плоти через белье. Он делал это нарочно, неотрывно следя за ее глазами. Руки властно просачивались под платье и крепко сжимали ее живот, талию, а в последствии и грудь, словно помечая невидимыми отметинами. Астрид часто задышала, все так же продолжая смотреть ему в глаза. Этот до боли интимный момент лишал ее рассудка, она не понимала, что с ней происходит. Ей приходилось только сладко вздрагивать, когда шершавые пальцы касались ее тугих вершинок и прикрывать от удовольствия глаза. Лейн притянул ее бедра еще ближе к себе, заставив обхватить его ногами и девушка почувствовала его возбужденную плоть. Мужчина дал ей время ощутить всю мощь своего желания, а затем снова склонился над ней, жадно вдыхая аромат ее шеи и груди, и медленно завладевая ее губами. Он не просто целовал их, он явно занимался с ними любовью, Астрид только тихо всхлипывала, позволяя его властным рукам хозяйничать на ее теле. И когда стоны стали громче, а влажные поцелуи порывисты девушка поняла, что готова хоть сейчас отдаться этому мужчине. Осознание ее на столько поразило, что девушка едва не задохнулась от нахлынувших мыслей. Что он с ней сделал, что она так неистово под ним стонет и желает большего? Неужели она на столько сильно стала походить на распутную девку? Мысли Астрид метались, а тело лихорадочно просило еще, однако Лейн замедлил ласку, заметив ее перемену в настроении и высунув руки из-под платья нежно прикоснулся к пылающей щеке.

— О чем ты думаешь зеленоглазка?

Астрид проглотила все слова и негодующе уставилась на него.

— Когда наши желания завладевают нашими телами, мыслям не должно быть места рядом, — выдохнул он у ее уха, прихватив ее мочку у самого основания.

Астрид снова закатила глаза от удовольствия, при этом сжав его рубаху в кулаке. Лейн мельком обратил на это внимание и повиновался просящему движению, утянувшего его вниз за собой. Девушка просила еще, хотя бы пару поцелуев, хотя бы пару прикосновений. И Лейн наслаждаясь своей победой щедро давал ей все, что она просила.

Уже дома лежа в кровати, она осторожно сжимала одело руками, боясь хоть чем-то дотронуться до оголенных участков кожи. Девушка впервые осознала свои желания и теперь понимала, что дороги назад больше нет. Лейн приоткрыл ей эту дверь в мир чувственных наслаждений и на меньшее ни он, ни она согласны больше не были.

Прошло еще пару дней в заботах и подготовке к мероприятию. Лейн сообщил, что подал прошение смотрителю о проведении свадьбы, однако ответа пока не было. Но их это не расстраивало, дел было много, отец часто ездил в город по просьбе матушки и покупал различные вещи, которые непременно нужно было приобрести для самого праздника. Астрид почти не касалась всех этих забот, кроме, конечно, своего платья. Матушка уже пару раз меняла задумку, но все же предпочтение отдала последней, согласовав это с самой девушкой.

В последнюю неделю остальные мужчины их деревни стали потихоньку возвращаться домой с войны. У многих были не сильные ранения, но в большинстве своем они выглядели не плохо. Смотритель пообещал, что когда домой вернется последний призывник, он намерен устроить большой праздник в честь бравых вояк. Ну и чтобы почтить память ушедших. Однако те решили, что ждать нет смысла и уже сейчас многие прогуливались со своими друзьями по округе, лакая кто брагу, кто медовуху, при этом горланя неприличные песни. Народ не жаловался, да и жены вернувшихся старались особо не ворчать. Поэтому сегодня на площади в деревне собралось не мало людей, просто выпивающих, да гуляющих. Вот и Астрид с подругой решили прогуляться, мирно беседуя о предстоящей свадьбе. Эльви ждала ее наверное больше даже, чем сама девушка. Астрид отмечала про себя, что сердце ее испуганно замирает, когда та начинает представлять их первую брачную ночь с Лейном. Девушка даже решила поделиться с подругой своими опасениями, на что та только смеялась, называя все это глупостями и что Астрид нужно просто расслабиться и наслаждаться подготовкой к свадьбе. Но девушка не могла. Вскоре их кто-то отвлек от разговора, и раскрасневшаяся Эльви ненадолго оставила подругу, попросив ее подождать здесь. Астрид уже давно замечала за ней странное поведение, горящий взгляд и краснеющее лицо. Эльви была влюблена — это было очевидно. Но вот в кого для Астрид оставалось загадкой. Девушка оглянулась в поисках подруги и увидела рядом с ней коренастого мужчину с темным ежиком волос на голове, который нежно дотрагивался до плеча девушки и что-то ей рассказывал, улыбаясь. Астрид не узнавала его, возможно он был жителем соседней деревни и в последнее время мог часто наведываться к подруге. Но Эльви молчала как рыба. Совсем скоро на ее плечо тоже легла чья-то тяжелая рука. Астрид запоздало обернулась.

— Привет сладкая.

Голос Брана разрезал гул голосов неприятным скрежетом над ухом. Его рука крепче сжала ее плечо, а затем развернула ее тело к себе одним движением, совершенно не стесняясь посторонних глаз.

— Что ты делаешь? — испуганно осеклась девушка.

Но Бран был до ужаса спокоен и лишь надменно улыбался, скалясь словно голодный волк.

— Уж не запамятовала ли ты обо мне милая? — проговорил он тяжелым голосом, возвышаясь над ней.

— Что тебе нужно? — прошептала она, оглядываясь в поисках так некстати ушедшей подруги.

— Ты знаешь. Я довольно долго ждал. Но срок вышел. Завтра я приду к тебе в дом с предложением, — ухмыльнулся он, так и не выпустив ее плеча из рук.

Внутри Астрид неожиданно завихрилась скрытая радость. Она сама себе поразилась, как ядовито прозвучали ее слова, обращенные мужчине.

— Ты опоздал Бран. Я уже сосватана другому, — улыбнулась она, не скрывая своего ликования.

Мужчина дернулся на мгновение, но тут же качнув головой в сторону улыбнулся.

— Неужели? — не поверил он, — И сколько же за тебя отдали? — продолжал улыбаться он, уже опасно оглядывая ее лицо.

— Тысячу золотом, — прошептала она, все так же не роняя оскала.

Бран сжал губы, а его взгляд больше не обещал ничего хорошего. Карие зрачки стали почти черными.

— Врешь, — прошипел он, все сильнее сжимая ее плечо, из-за чего на ее коже уже должно быть проступили синяки, — У тебя нет кольца.

Астрид запоздало поняла, что кольца и правда не было, но совсем не подала виду. Об этом она подумает позже.

— Сходи и узнай Бран, если не веришь, — отчеканила она, попытавшись отцепить его мертвую хватку.

— Вот мы вместе сейчас и сходим! — гаркнул он на нее, а затем вцепившись еще сильнее, схватил ее за рукав платья и поволок в сторону от площади. Девушка не могла сопротивляться, он тащил ее как куклу, она даже не успевала перебирать ногами, волоча их за собой. А он все тащил ее, не смотря на окружающих его людей, которые уже начали опасливо тыкать в них пальцами.

Однако совсем скоро, мужчина с ней в руках чертыхнулся и резко замер, будто врезался в невидимую стену. Астрид продолжала вырываться, но запоздало заметила сверху над ней чью-то зависшую руку. Секунда и огромная рука уже держала Брана за воротник, а потом резко отцепила его хватку от девушки, схватив того за шиворот, словно нашкодившего котенка.

— Иди Астрид, — знакомый голос над ухом не предвещал ничего хорошего.

Это был Лейн. Его вторая рука бережно оттолкнула ее в сторону, и девушка опасливо попятилась назад. Бран хищно улыбнулся и крепко перехватил локоть Лейна, от чего опасно натянувшаяся ткань рубахи затрещала прямо у ворота. Астрид почувствовала, как Эльви оказалась рядом и тут же одернула ее в сторону, уводя за собой в толпу.

— Чего тебе урод? — Бран не боялся его. А зря. Сейчас в глазах Лейна плескалась тихая ненависть и торжество. Жуткая атмосфера заполонила собой все вокруг. Народ, оставив все свои дела заметно притих и ждал развития событий.

— Она моя невеста, — проговорил Лейн негромко, так чтобы все слышали.

Народ возмущенно стал перешептываться и гудеть.

— Повтори? — прошипел он.

— Ты распускал свои поганые руки, сученыш, — процедил он угрожающе. — И я не только про сегодня. Думаешь я не знаю, за что тебя отправили в казармы щенок? — улыбнулся он зловеще, выдергивая резким движением свой локоть обратно.

Астрид резко обдало ледяным потом. Он знает. Он все знает… Народ уже во всю гудел и взволнованно стягивался к центру площади на предстоящее зрелище. Если смотритель узнает, что произошло то явно никого по головке не погладит.

Бран отвернулся, мазнув взглядом по толпе и встретился с нею глазами. В них плескалась жгучая ненависть. Астрид замерла от ужаса, вцепившись в руку Эльви. А затем злобно рассмеявшись, он завертел головой, будто до последнего боялся поверить в это. Прошло совсем немного времени, прежде чем его улыбка погасла, а глаза прищурились. Бран по обыкновению резко развернулся в сторону Лейна и напал на его стоящую фигуру, словно пес, сорвавшийся с цепи. Однако в последнюю секунду, когда руки Брана попытались сомкнуться на его шее, Лейн просто развернулся и позволил тому пролететь еще добрых полметра в сторону ограды арены за их спиной. Деревянное ограждение в секунду смело сильнейшим ударом, проломив дыру и припечатав спиной тяжелую мужскую фигуру в пыльную землю, подняв клубы пыли и щепок в воздух. Народ ахнул, а девицы стоящие неподалеку с визгом разбежались кто куда. Астрид вздрогнула и уставилась на Лейна. На нем не было ни царапины. Его взгляд спокойно взирал сверху на лежащее тело, а губы сложились в тонкую полоску.

Прошло немного времени, прежде чем Бран медленно поднялся и пошатнувшись встал в полный рост, нагло ухмыляясь. Его тяжелая походка преодолела сломанное заграждение и устремилась снова к Лейну. Он будто не замечал ничего вокруг, кроме него. Подскочив совсем близко, Бран вознамерился достать его ударом снизу, но снова увернувшись Лейн почти незаметно сделал подсечку сопернику, повалив его на колени прямо перед собой, а затем со спины привычным движением, локоть Лейна опасно зажал шею Брана в тиски, запрокинув его голову назад. Второй рукой Лейн тут же схватил его за отросшие волосы и уставился на него сверху жутким взглядом.

— Скажу только один раз, сученыш… Больше не смей трогать Астрид. Она моя, — прошипел он, грубо отпустив его запрокинутую голову, из-за чего Бран не удержав равновесие упал лицом прямо в землю, глотая пыль.

Совсем скоро в угол обзора попал и Марко, который подобрался совсем близко к драке и теперь тревожно поглядывал на друга из толпы.

— Лежи и не вставай, если не дурак, — крикнул Марко Брану, видимо пытаясь хоть как-то унять драку, однако Астрид понимала, что это бесполезно. Понимала, потому что Лейн злобно ухмыльнулся и снова повернулся в сторону Брана. Нет. Лейн так просто его не отпустит. Он наслаждался всем происходящим. Он найдет повод, обязательно найдет. И тогда Брану не поздоровится.

Но тот словно заведенный все же вопреки всему поднялся на ноги и развернулся в сторону Лейна скалясь, и не скрывая своего намерения растоптать противника. А Лейну только это и было нужно. Довольно улыбнувшись, мужчина со всего размаха налетел на него и впечатал кулаком по лицу Брана, а затем схватив второй за воротник, ударил снова, вколачивая удары один за другим, и не давая тому передышки. В стороны разлетелась кровь. Астрид с каждым ударом содрогалась, словно это ее лупили без тени сожаления. Но Лейн продолжал и продолжал наносить сокрушительные удары, будто этого ему было мало. Девушки сзади закричали, а некоторые мужчины попытались остановить драку, пытаясь просочится сквозь толпу.

— Он же убьет его! — кто-то крикнул.

— Боги, да остановите уже это! — раздался женский голос.

— Не лезьте! Пускай сами разбираются! — кричал кто-то еще.

А Лейн все наносил удары. Лицо Брана моментально заплыло.

Девушка запоздало дернулась, но рука Эльви ее остановила, вернув девушку обратно.

— Не смей, — прошептала она, — сделаешь только хуже. Видишь он не в себе, — с ужасом косилась она на Лейна.

— Ну все хватит! — влетел вдруг Марко, но Лейн попросту откинул его от себя, когда тот вознамерился того остановить. Толпа заулюлюкала. Те, кто подвыпил отчаянно поддерживали драку, не собираясь сбавлять обороты. Бран же воспользовавшись заминкой перевел было дух, однако Лейн тут же свалил его обратно на землю и взгромоздившись сверху приставил локоть к его шее, что-то злобно выговаривая прямо над его ухом.

Астрид ужаснулась, глаза Лейна были жуткими, словно сам демон вселился в мужчину. Он не знал жалости, просто лупил его, как тряпичную куклу улыбаясь. Кровь противника была уже на его лице, но тот словно и не замечал ничего. А когда понял, что Бран уже не сопротивляется, его руки расслаблено опустились. Лейн медленно глазами отыскал в толпе Астрид и улыбнулся ей, убедившись в том, что она все видит. А затем вернувшись к Брану продолжил.

— А теперь запоминай щенок, — шипел он, — Чужую невесту трогать нельзя! — послышался сильный удар.

— Посмеешь прикоснуться хотя-бы пальцем, убью! — и снова удар.

— Посмотришь на нее как-то не так, убью! — послышался еще один.

— Заговоришь не тем тоном, убью! — удар.

— Заподозрю, что-то еще… убью, — прошептал он, а затем нанес последний удар и медленно отошел от него, стряхивая с рук его кровь.

Лейн запоздало обернулся на лежащего Брана без сознания, и тихо проговорил:

— Дай мне только повод…

Марко стоявший позади него, все же рискнул увести его от Брана, хотя Лейн и отмахнулся было, но все же проследовал за ним в гущу толпы, под дружную поддержку и такие же возмущенные возгласы народа.

— Нам конец, — прошептала Эльви, уводя Астрид в сторону от площади.

Девушка не жива, ни мертва послушно зашагала за ней. Перед глазами до сих пор была картина, как Лейн беспощадно, без тени сожаления наносит удары.

— Смотритель всех призовет к ответу. Боги! — схватилась она за голову руками, а затем требовательно уставилась ей в глаза, — Плакала ваша свадьба, — прошептала Эльви.

Астрид только сейчас пришла в себя опасливо покосившись на подругу.

— Лейн при всех обвинил Брана в домогательствах к тебе. Народ бы понял, если бы это случилось только сегодня, на это Лейн закономерно отреагировал. Однако он обвинил его в этом, ссылаясь на прошлые грехи Брана. Господин Реймонд со всех нас шкуру спустит, мы ведь обещали ничего не выносить в люд.

Астрид судорожно выдохнула. Все складывалась до боли отвратительно. Что теперь будет?

Уже сидя дома, она вспоминала слова Марко о том, что Лейн стал другим. Но та не верила тогда ему. Глупая Астрид. Лейн для нее всегда был оплотом благородства и справедливости. Но что она увидела сегодня? Она увидела чудовищную сторону Лейна. Ту о которой она бы никогда и не подумала, даже в самом страшном сне. А он, заботливо улыбаясь смотрел на нее, когда избивал до полусмерти человека, словно поднося ей подарок на блюде. Внутри все скрутило от ужаса. Война и правда изменила его. Но что теперь ей с этим делать? Астрид было страшно. Вечером Лейн не пришел за ней, оно и к лучшему. Астрид бы не смогла ему даже просто взглянуть в глаза. Не осмелилась бы.

На утро к ним в дверь кто-то постучал. Девушка забеспокоилась, встревоженно открыв дверь и боясь увидеть на пороге Лейна. Но его там не было. Вместо него стояла Эльви и взволнованно смотрела на нее.

— Что случилось? — произнесла Астрид робко выйдя за дверь, чтобы родительские уши не услышали чего.

— Пройдемся?

Девушка кивнула и быстро засеменила вслед за подругой. Они долго молчали, и вышли уже в сторону окраины, прежде чем Эльви подала голос.

— Как спалось?

— Плохо. Всю ночь мучали кошмары, — ответила Астрид, на что подруга тяжело вздохнула.

— Меня тоже.

— Лейн вчера… так и не пришел, — сказала девушка понуро.

— Ему было не до того, — отмахнулась Эльви.

— О чем ты?

— Он вчера весь вечер проторчал в доме смотрителя. Марко тоже там был, и еще несколько свидетелей из толпы. Все выступали в защиту Лейна.

— А что же он?

— Отстаивал свое право на тебя. Со слов брата, Марко никогда не видел господина Реймонда таким злым. Тот даже прошение о свадьбе разорвал в клочья прямо перед носом Лейна.

— Боги… — выдохнула Астрид.

— Но Лейн держался молодцом. Свадьбу отстоял, тебя отстоял, — улыбнулась она.

Астрид внутренне сжалась. Она не могла понять, что чувствует, облегчение или же наоборот затаенный страх.

— Послушай, я знаю, что ты вчера видела Лейна впервые таким. Поверь я тоже. Но это не повод думать о нем плохо.

Девушка вздрогнула и остановилась посреди тропы, повернув голову в сторону подруги.

— Эльви он чуть не убил его… — прошептала она в ужасе.

Подруга сначала растерялась, а потом на ее лицо наползло раздражение.

— Он не собирался его убивать.

— Да? И откуда же тебе это знать? Он вчера четко дал понять, что еще хоть одно его поползновение в мою сторону и он убьет Брана.

— Он это заслужил.

— Никто не заслуживает смерти! Даже такие мерзавцы как он. Проучить хорошенько! Только проучить! А это что?!

— Я поражаюсь тебе подруга! — посмеялась без тени злобы она, — Астрид, его уже столько раз пытались проучить, а ему все мало! Зато теперь я думаю он на долго запомнит это! — победоносно она усмехнулась.

Астрид понимала, что девушка пышет благодарностью к Лейну, только потому что он воплотил ее давнюю мечту в реальность, и закрыл ее личный гештальт, но разделить ее восторгов она не могла.

— Лейн… Боги я так его боюсь.

— Брось это! Он тебя никогда не посмеет обидеть. С чего ты это вообще взяла? — схватила она ее за руки.

— Он смотрел на меня вчера, когда избивал Брана. Видела бы ты его глаза.

— Он это делал для тебя.

— Эльви да что ты несешь?! — вырвала она со злости ее руки.

— Знаешь что, подруга? Меня поражает твоя манера всему придавать святость, ей богу! Ты все еще находишься в своих детских фантазиях! Тебе бы уже пора повзрослеть давно. Астрид — он вернулся с войны! Такие стычки там обычное дело даже среди своих. А ты развела здесь не пойми что.

Девушка завороженно слушала речь подруги, проглотив все слова обвинения.

— Лейн никогда не был пай-мальчиком. Они с Марко давно дружат, и я имела возможность слышать, чем те занимались в свободное время. Благо у Лейна его было не так много, как у моего братца… Поверь, в этом нет ничего хорошего, но и ничего дурного в том тоже нет. Они мужчины, и у них свое понимание жизни, законов, чести и благородства, если хочешь знать! И решают они все по-своему, не так как нас учат традиции и общепринятые законы. И я понимаю твое представление о нем притянуто до нельзя, потому что ты влюблена в него по уши.

Краска бросилась к щекам девушки в момент, полностью выдав ее с головой.

— Но советую тебе спуститься с небес на землю. Лейн такой какой он есть. И приняв его предложение две недели назад, ты не имеешь права сейчас от него отвернуться. Будь верна хотя бы своему слову, если не сердцу, — скрестила та руки на своей груди.

Девушка почувствовала, как по щекам заструились слезы и зажмурилась, пытаясь сдержать бурлящие эмоции, от которых хотелось разреветься как ребенок. Эльви была права. Права и в том, что Астрид все равно его любит, пусть даже если бы он был самим демоном, который бы вылез из-под земли прямо перед самым её носом.

Девушка все поняла и сочувственно обняла Астрид, уткнувшись носом той в плечо.

— Полно тебе плакать. Лейн позаботился уже обо всем. Тебе бы его подлатать, да приголубить. И не смотреть на него, словно кролик на удава. Он тебя любит больше жизни дуреха.

Астрид еще долго всхлипывала носом, но после того, как успокоилась, быстро заспешила домой к завтраку. Родители были еще не в курсе произошедшего, но когда те узнают, что приключилось днем ранее на площади… Астрид даже думать боялась о реакции отца. Поэтому днем выскочив из-дому пошла в сторону дома Лейна. Она шла и с замиранием сердца думала о нем, и о том как теперь будет смотреть ему в глаза. Девушка боялась увидеть в них что-то пугающее ее, но и не видеть их она тоже не могла.

Зайдя в дом, будущая свекровь радостно улыбнулась ей и усадила ее за стол, наливая ей чай и выкладывая в тарелку пряники.

— Что вы не нужно. Я… если честно я пришла к Лейну… Вчера…

— Знаю я что вчера произошло, уже вся деревня в курсе. Ты девонька вот что, на сына моего не серчай, он дурень палку то бывает перегнет, а потом ходит как неприкаянный.

— А где он?

— Да в комнате вон сидит. Отдыхает. Вчера поздно вернулся, поди еще даже не завтракал голубчик.

— Ясно. Я наверно тогда зайду к нему, если вы… не против? — робко проговорила Астрид, а сама устремилась в глубь дома.

Госпожа Хильд только участливо улыбнулась, да помахала ей рукой то бишь иди, иди. А девушка, свернув в маленький коридорчик еще долго стояла возле его двери не рискуя зайти. Однако совсем скоро все же зашла и тихо прикрыла за собой дверь. В полумраке Астрид не сразу увидела кровать и самого Лейна, но когда глаза привыкли к освещению, девушка медленно двинулась к нему. Он не спал, лежал и смотрел на нее выжидающе.

— Ты еще не вставал, — пролепетала она, замерев вдруг посреди комнаты.

Лейн ничего не ответил и медленно поднявшись с постели двинулся в сторону девушки. Астрид ни разу здесь не была, и не имела чести находиться с ним на едине в его доме, рядом с его… постелью. Девушка резко почувствовала, как кровь прилила к лицу и опустила глаза вниз.

— Не прячь взгляда, любимая, — прошелестел он над ее ухом.

Астрид все не решалась посмотреть на него, но Лейн как всегда, дотронувшись рукой до подбородка, поднял ее лицо наверх и без тени сомнения, нежно поцеловал ее губы. Лейн немного щурился ото сна, пошатывался, но все же уверенно привлек ее к себе, вдыхая запах ее волос. Астрид выставила руки вперед, отодвигаясь от него и снова задрожала всем телом, пытаясь унять свои эмоции.

— Почему дрожишь? — растерянно проговорил он, пытаясь завладеть ее взглядом.

— Я пришла… я хотела увидеть тебя. Посмотреть все ли с тобой в порядке.

Лейн удивленно посмотрел на нее, а затем проговорил:

— Боишься меня?

Астрид сглотнула, не найдясь с ответом.

Руки Лейна властно привлекли ее к себе, а затем провели ладонями от плеч до кончиков ее пальцев, бережно перехватив ее кисти и оставив на каждой след от поцелуя.

— Эти руки умеют не только убивать Астрид. Они умеют еще и любить, — с жаром проговорил он, когда девушка все же зачарованно проследила за его губами и встретилась с ним свои взглядом.

Девушка часто задышала, когда поняла, о чем все же говорил Лейн. Его руки снова привлекли ее к себе, и та покорно поддалась на его уловку, положив ему голову на грудь. Она слышала, как мерно бьется его сердце и чувствовала легкие поцелуи на висках, с наслаждением прикрыв свои глаза.

— Почему ты ничего мне не сказала про него? — проговорил мужчина тихонько поглаживая её лопатки.

Астрид замерла, не решаясь ответить, но все же выдохнув решилась.

— Его отец уже наказал его. А после… он имел наглость угрожать мне свадьбой, — его руки слегка дёрнулись и девушка поняла, что Лейн до сих пор в бешенстве после всего случившегося, — Но вскоре вернулся ты… и я думать забыла про это. Ты опередил его, не дал меня в обиду.

Мужчина тяжело выдохнул и раздражённо фыркнул.

— Ты был у смотрителя, — прошептала она, решив поскорее сменить тему.

— Откуда знаешь? — оторвал он ее от себя.

— Эльви сказала сегодня утром.

Лейн улыбнулся. А затем намотав на палец ее локон, послушно вернул его обратно.

— Тогда ты знаешь, что свадьбе быть. Все будет так, как я изначально и планировал. Надеюсь ты еще не передумала, — угрожающе проговорил он над самым ее ухом, заставляя пронестись по спине толпе мурашек.

— Нет, — прошептала она.

Лейн довольно улыбнулся, а затем показал ей свои руки. Все костяшки были стесаны и на коже уже успели запечататься корочки, с выступающей сукровицей.

— Что ж, тогда смотри, коли пришла, — ухмыльнулся он, зависнув над ней в опасной близости.

Астрид бережно погладила его руки и осмотрела лицо, отмечая про себя что ни одного ушиба или ссадины на нем кроме рук больше не было, в отличии от Брана наверное. Астрид нахмурилась.

— Мне нужно, помазать все заживляющей мазью. Я оставлю ее тебе после ухода, — проговорила она, доставая на ходу из сумки маленькую баночку.

Лейн покорно поплелся к своей постели и присел на край, ожидая что и девушка последует за ним. Астрид внутренне напряглась, но все же покорно проследовала к краю комнаты и присела рядом с ним. Мужчина не переставал улыбаться, наблюдая за ее отчаянными попытками не поддаваться на его лукавые и порой откровенные уловки, которые заставляли ее сердце замирать каждый раз. Смазав все израненные участки кожи, девушка почувствовала, как Лейн поедает ее глазами. Места на теле начинали гореть огнем, когда мужчина останавливал свой взгляд на них. А к концу сеанса, она уже засобиралась на выход, когда рука Лейна по-хозяйски прижала ее к себе, а следом и утянула за собой на подушки. Астрид только и успела пикнуть, когда он с жаром набросился на ее губы, крепко сжимая ее бедра руками сквозь ткань легкой юбки.

— Лейн, ты чего? — выдохнула она ему в губы, стоило ей только оторваться от них.

— Ты сводишь меня сума, зеленоглазка, — прошептал он ей в губы, — разве не видишь? — прошептал он искренне.

Девушку снова засосало в водоворот чувственности и оголило ее нервы до предела. Его рука смело подмяло тело девушки под себя и продолжила мучительную ласку, скользнув уже под юбку. Астрид тут же утонула в его поцелуях, сдавленно ловя ртом воздух, и прекрасно понимая, что совсем скоро их ласки станут смелее, а всхлипы девушки намного громче.

— Лейн прошу тебя… Нам нельзя так… — Астрид не договорила, почувствовав заинтересованный взгляд мужчины на ней.

— Ты переживаешь за свою честь, зеленоглазка? — тихо посмеялся он над ней, проведя большим пальцем по нижней губе и слегка задержавшись на ней.

Астрид прострелило волной желания только от того, как он это сказал, а сердце трепетно забилось.

— Не бойся маленькая, до свадьбы я не трону твою невинность, да и правила обязывают, — продолжал он смеяться по-доброму, но вскоре тон его приобрел немного угрожающие нотки, заставив девушку слегка поежиться под ним, — Однако я не ручаюсь за нее после.

Взгляд Лейна стал требовательным и порочным. Он с тихим рыком скользнул носом по ее щеке и сладко прикусил мочку уха, втянув ее в себя. Астрид вздрогнула под ним теряя остатки контроля и согнув ногу в колене, повинуясь инстинктам, провела им вдоль бедра Лейна, заставив того хрипло выдохнуть у самого уха. Взгляд мужчины повело и только с усилием воли Лейн медленно отодвинулся от девушки, вернув ее обратно в вертикальное положение на его постели. Его глаза все еще были задернуты поволокой, когда он с упоением разглядывал ее девичий стан, но скоро мужчина пришел в себя и нежно поцеловал ее в уголок дрогнувших губ.

Лейн медленно поднялся с постели и прошел в сторону платяного шкафа у стены. В темноте тихо скрипнула дверца, а в руках у мужчины тут же появилась маленькая коробочка.

— Я должен был отдать тебе его раньше. Моя вина в том, что это вчера случилось, — проговорил он, доставая из коробка блестящее колечко.

Астрид замерла, не веря собственным глазам. Колечко было из серебра с большим зеленым камнем по середине.

— Я подумал, что изумруды больше подходят к твоим глазам, — улыбнулся он, надевая его на палец девушке.

— Оно такое красивое… — проронила Астрид, все еще рассматривая его подарок.

— Я рад что тебе понравилось, зеленоглазка. А теперь беги домой пташка. Я сегодня не приду к тебе, мне нужно отлежаться. Да и не хочу лишний раз мозолить глаз местному люду, — улыбнулся он.

Астрид разочарованно вздохнула, что не укрылось от взгляда Лейна, поэтому он тихо проговорил:

— Не думай чего лишнего. Я все так же без ума от тебя, и жажду проводить с тобой все свое время. Но боюсь… пока что мне тяжело себя вести целомудренно по отношению к тебе. Дай мне время прийти в себя.

Девушка покорно кивнула и направилась к двери, помахав на прощание ему рукой. Однако серьезный тон Лейна вновь коснулся ее слуха, заставив ту притормозить у самого выхода.

— И Астрид… Зная твою бескрайнюю доброту, скажу сразу. Даже не думай наведываться к дому Брана. Этот мерзавец заслужил абсолютно все, что с ним произошло. А узнаю, что ходила к нему… — Лейн не осмелился договорить, лишь только шумно выдохнул.

— Я поняла, — отозвалась девушка, так и не обернувшись в его сторону.

Оставаться на чай в доме хозяйки Астрид не стала, слишком велик был соблазн вернуться. Поэтому девушка с извиняющимся тоном вышла за дверь. К вечеру ее все же настиг неприятный разговор с родителями. Оказывается, отец ходил к смотрителю и тот вынужден был стойко держать ответ перед ним. Ховард был вне себя от ярости за единственную дочь, которую с его слов «мелкий паскудник» намеревался опорочить перед всей деревней еще два года назад и о чем все остальные справно молчали. Он добивался справедливости от него, хотел повторного наказания. Но тот лишь гордо молчал и краснел за собственного сына. Он был не вправе наказывать его снова за ту ошибку, которую он уже давно искупил, по словам господина Реймонда. А то, что случилось недавно на площади уже и так было хорошим наказанием для него. Отец ушел ни с чем, злой и раздраженный, прекрасно понимая, что все было по закону. Поэтому теперь недовольный взгляд доставался только Астрид, потому что та однажды промолчала об этом.

Почти двое суток она не видела Лейна. Астрид ужасно скучала по нему, однако понимала, что рядом с ним она не в состоянии была себя контролировать. Ее тело жаждало его рук, поцелуев, теплого дыхания на своих ключицах. По ночам в голову лезли совсем уж бесстыдные мысли. Астрид с трепетом пыталась представить его обнаженную грудь и плечи, изнывая от желания прижаться к ней полностью обнаженной, гадая какая же она на ощупь и какие эмоции она испытает после этого. Все это сводило ее сума, девушке было ужасно неловко все это осознавать. Какого же было Лейну? Она не знала.

Она пребывала в задумчивости уже довольно много и совсем не заметила, как ведро в колодце полностью наполнилось. Тонкий девичий голосок до боли знакомый вырвал ее из собственных мыслей неожиданно.

— Ты не шибко то рада предстоящей свадебке.

Хельга расположилась позади нее на скамье и увлеченно ковыряла носком ботинка камушек в земле.

— Чего тебе? — огрызнулась Астрид.

Девица едко улыбнулась, устремив свой взгляд на нее.

— Я была на площади в тот день вместе со всеми. Честно говоря, я до сих пор пребываю в полнейшем ужасе, — ее нелепая улыбка сползла с лица. Она немного помедлила, а потом добавила, — мать Брана оббегала все известные деревеньки в поисках лекаря.

— Почему же ко мне не пришла?

— Ты верно шутишь? — подавилась Хельга смешком, — Это ведь из-за тебя все произошло! — вырвалось у нее против воли.

Астрид отвернулась обратно к колодцу и принялась набирать второе ведро. Она и сама понимала, что госпожа Линетт вряд ли подойдет к ней хоть на метр после всего случившегося. Непонятно как еще смотритель дал добро на свадьбу.

— Правда на моей стороне, Хельга. А не нравится моя правда, тогда не советую даже заводить разговор об этом.

Девушка переливчато засмеялась, словно Астрид была неразумным ребенком.

— Что ж, тогда уж выслушай и мою правду, — улыбнулась она за ее спиной.

Астрид медленно повернулась, не сводя с нее глаз.

— Вы конечно, здорово подходите друг другу. Одна ведьма, другой чудовище, — выплюнула она себе под ноги, — вот только… Лейн взрослый мужчина — улыбнулась она, поднимаясь со скамьи и медленно подходя к ней, — а ты видно еще совсем наивная дурочка, раз не понимаешь очевидных вещей.

— И каких же вещей я не понимаю? — с вызовом уставилась на нее Астрид.

— Ох ну и взгляд… — сморщилась она, отходя от нее на пол шага назад, — Твой суженный почти три года был вдали от дома. Воевал, убивал, — на этом слове она сделал многозначительную паузу, а затем продолжила, — и имел девок налево и на право… А потом весь лощеный и ряженный пришел свататься к тебе домой. Как думаешь, в вашу первую брачную ночь, какой ты будешь по счету в его постели? — улыбнулась она.

— Я не желаю слушать подобную ересь от тебя, — схватила Астрид оба ведра намереваясь уйти домой.

— Ну и не слушай. А когда задашь ему тот самый вопрос, потом не бегай и не плачь, — посмеялась она от души.

Но Астрид устремилась вперед, отчаянно прогоняя от себя горькие назойливые мысли, что так заботливо ей в голову подкинула эта гадина. Девушка еще долго себя уверяла, что это из зависти, из ненависти к ней, но в сердце все больше стали закрадываться чудовищные сомнения. Стало больно физически просто от того, что девушка представила, как ее Лейн будучи влюбленным в нее, занимался непотребствами с другими девицами, а потом как ни в чем небывало вернулся к ней. Ее любовь словно вытоптали в грязи. Слезы наворачивались тяжелыми каплями, и девушка уже не понимала куда бредет с этими самыми ведрами. Бросив их на пол пути, она кинулась, не разбирая дороги в сторону, с глаз, прочь. И сама не поняла, как очутилась в конюшне, судорожно вздрагивая плечами и размазывая соленую влагу по лицу.

— Астрид? Что случилось?!

Боги, нет! Ну что за невезение такое! Только не это… Лейн взволнованно стоял напротив нее и смотрел во все глаза на зареванную девушку. Щетка в руках замерла, а рядом тихо всхрапывал его мерен. Астрид не успела ничего сделать, лишь с испугу схватилась рукой за волосы. Мужчина гневно прошагал в ее сторону и прижав к себе, начал успокаивать.

— Кто?! — гаркнул он над ее ухом, от чего девушка подпрыгнула на месте и вырвалась из его обжигающих рук, словно пташка.

Она молча глотала слезы и вертела головой в немом отрицании.

— Кто тебя обидел? Я убью его… — прошипел он злобно.

— Лейн… скажи… — всхлипнула она вдруг, — скажи у тебя ведь были еще девицы кроме меня?

Его лицо в изумлении уставилось на нее, словно пытаясь переварить то, что она сказала.

— Скажи, там в дали от дома, после того как ты дал моему отцу обещание, ты знал других девиц?

Лейн заметно напрягся, слегка качнув головой в сторону, так и не спустив своего взгляда с нее.

— Этим твоя голова сейчас забита?! — гневно проговорил он, меняя свой тон.

— Просто ответь… — дрожащими губами просипела она.

Но Лейн молчал. Смотрел на нее и молчал, будто время замедлилось в тысячу раз. И тогда Астрид поняла. Он не проронит ни слова, потому что правда была горькой. Она видела это в его глазах. Заметила как, что-то дрогнуло на секунду в них и не ошиблась. Сердце защемило от боли, и девушка тихо всхлипнула, подавляя подступивший ком к горлу.

— Как ты мог? — прошептала она.

Лейн прикрыл глаза и потер переносицу двумя пальцами, а затем тяжело выдохнул.

— Астрид, я был на войне целых три года… И мне приходилось совсем не просто, ты даже себе не представляешь на сколько…

Но девушка не дала ему договорить.

— Это тебя не оправдывает!

Лейн гневно вспыхнул, из-за чего Буран позади нервно попятился в сторону.

— Не смей меня перебивать… — выдохнул он, — Да. Это меня не оправдывает. Совершенно не оправдывает. Как и то, что я был пьян и Боги! — прошептал он, — Как и то что девица была так на тебя так похожа, и в тоже время совсем… не похожа, — слова ему давались с трудом, — Не оправдывает меня и то, что она воспользовалась моим состоянием, а я даже стоять не мог! Не оправдывает, зеленоглазка. Ты права. И что же ты теперь будешь делать с этим знанием? Зачем ты… спросила? Зачем? — Лейн повержено смотрел на нее и не находил больше слов.

Астрид молча глотала слезы, хлюпая носом и не понимала, что теперь ей делать. Хельга всего лишь предположила, она не могла знать наверняка. Просто не могла. Но Боги! Она попала в цель. На сердце медленно растекалась отрава.

Лейн опасно двинулся в ее сторону, но девушка боязливо отшатнулась от него и замотала головой.

— Не подходи.

Мужчина болезненно поморщился, но настырного взгляда не опустил.

— И что теперь нам делать, зеленоглазка?

— Не называй меня так больше, — Астрид прижалась спиной к стене, поздно заметив, как столь резкое замечание больно ударило по нему. Лейн лишь отрешенно засмеялся, не веря всему происходящему.

— Хорошо. Что же теперь ты собираешься делать?

Мужчина уставился в немом вопросе, опустив свой взгляд на подаренное им кольцо на безымянном пальце, на что девушка тут же среагировала, резко спрятав руку за спину, будто оно самое дорогое сокровище в мире. Боги, она даже не поняла, что сделала. Но ее жест уже и так все за нее сказал Лейну. Она не собиралась отказываться от него даже сейчас, несмотря на всю боль, что испытывало ее сердце. Он грустно улыбнулся.

— Ты же понимаешь, что помолвку не расторгнуть?

Девушка рассердилась сама на себя и вскинула злобный взгляд в его сторону.

— Я тебя ненавижу… — прошептала она в сердцах, а следом выбежала из конюшни, устремившись к единственному другу. Она ее выслушает. Поймет.

Эльви была дома, когда девушка неистово замолотила в дверь. На порог выбежала взволнованно госпожа Тильда.

— Астрид что случилось?

Девушка с опухшими красными глазами растерялась, не понимая теперь как объяснить ее состояние. Она не ожидала, что дверь откроет ее матушка. Но на пороге также неожиданно возникла и сама подруга, отодвинув женщину чуть в бок.

— Астрид?

Эльви спустя мгновение схватила ее за руку и утянула внутрь дома, даже не спросив ничего.

— Ко мне не заходить, — кинула она кому-то, а затем потащила ее к себе в комнату и тихо прикрыла за собой дверь. Подруга была взволнованна не на шутку.

— Что случилось? Ты будто призрака увидела…

— Эльви… я… — Астрид так и не смогла проронить ни слова, а лишь помотала головой.

— Так, давай-ка успокойся и все мне расскажи, ладно? — подруга спокойно подошла к ней и усадила ее на свою кровать, ожидая рассказа.

Астрид едва сдерживая себя и глотая слезы, быстрым потоком слов рассказала сначала про Хельгу, а за тем и про Лейна, который так не вовремя оказался в той самой конюшне, разрушив самое дорогое, что было в ее жизни.

Эльви ошалело смотрела на девушку, пытаясь осознать все произошедшее и собраться с мыслями.

— Что мне теперь делать? Я же… теперь я знаю, понимаешь? Как мне после всего теперь смотреть ему в глаза? Понимать, что он этими же самыми руками… — Астрид вовремя осеклась понимая, что сейчас скажет нечто личное и совсем уж интимное, поэтому просто уткнулась лицом в ладони, беззвучно рыдая.

Подруга крепко обняла ее и погладила девушку по рыжей макушке.

— Астрид я понимаю твою боль. Тебе наверное, сейчас сама мысль о нем режет душу и сердце. Было бы куда лучше, если бы ты не знала об этом, — покачала она головой, — Вот же гадина пакостная, — сжала она кулак направляя мысленные проклятия Хельге.

— Жить во лжи, это не то, чего я хотела, — пролепетала девушка, поднимая на подругу свой взгляд.

Эльви только вздохнула и посмотрела вниз.

— Зато теперь тебе придется жить в правде, пусть и горькой. Ты не сможешь противиться воли отца. Свадьбу не отменить, ты же это понимаешь?

Астрид только молча качнула головой.

— Тебе придется это принять.

— Принять?! Он был с другой, когда говорил мне, что все это время любил только меня! Как такое может быть, Эльви? Он дал обещание моему отцу… Не уж то теперь ты думаешь я поверю хотя бы одному его слову?

— У тебя нет другого выхода. Да и вообще. Он ведь дал обещание о том, что женится на тебе. А не о том, что будет хранить верность до того. И он сдержал свое обещание. Разве нет? — угрюмо уставилась она на подругу.

Астрид внутренне напряглась, не веря своим ушам.

— Ты что его пытаешься оправдать?

Эльви раздраженно усмехнулась.

— Боги… Астрид я просто пытаюсь помочь тебе.

— Нет. Ты определенно не пытаешься помочь мне. Ты снова встаешь на его сторону, как и всегда… — отшатнулась от нее Астрид, — Даже сейчас, — девушка потерянно оглянулась, а затем снова проговорила, — А может он просто так сильно запал тебе в душу, Эльви? — поразилась она самой себе, уставившись на девушку ошалелыми глазами.

Лицо подруги вытянулось, и та ошарашенно посмотрела на Астрид.

— Да ты что? Совсем сума сошла?! У меня есть уже суженный, чтоб ты знала! — выплюнула она.

Астрид нервно выдохнула и стыдливо отвела глаза в сторону. Что он с ней сделал? Когда она успела превратится в ревнивую дуру? Астрид теряла себя.

— Прости меня… мне не следовало так говорить… — слезы снова навернулись на глаза девушки, — я просто ужасна.

Подруга тоже тяжело выдохнула напротив нее.

— Не ты одна… Я ведь и правда когда-то была влюблена в него, — понуро проговорила она.

Девушка встревоженно дернулась, устремив свой взгляд на грустную Эльви.

— Астрид это все в прошлом. Просто после того, как Лейн тогда меня спас, я чувствовала такую благодарность к нему… Только спустя время я осознала, что эта влюбленность была проявлением исключительно той самой благодарности и ничем другим. Хотя тогда мне казалось, что это и впрямь самое прекрасное чувство, по крайней мере оно намного чище, чем то, что я испытывала к Брану. Я тогда смотрела на него как завороженная, пыталась обратить его внимание на себя. Старалась всегда держаться ближе к нему. А он даже внимания на это не обращал, — усмехнулась она сама себе, — своим поведением я лишь делала хуже. Брат тогда на меня был очень зол.

Астрид тихонько взяла ее за руки, намереваясь успокоить, но девушка остановила ее.

— Кто здесь ужасна так это я. А ты слишком хороша для таких обвинений, — посмотрела она на нее, а затем продолжила, — Знаешь когда я поняла, что безразлична ему? Когда увидела, как он смотрит на тебя. А тебе не было даже пятнадцати на тот момент. И что он в тебе нашел, спрашивала я? Ты была еще ребенком, не доросшая, нескладная, все бегала за ним хвостиком. Другой бы умилился такой картине. Но не я. Я понимала, что он ни с кем из девиц не гуляет, потому что ждет. Тебя ждет, — посмеялась она, глядя в потолок.

Внутри Астрид шевельнулось непонятное чувство. Что-то теплое и нежное.

— Он любит тебя. И даже учитывая, что там в дали от дома, он совершил такую глупую ошибку, я с уверенностью могу это сказать и снова. Чтобы там не было, он любит тебя. Только тебя. Надеюсь, что когда-нибудь ты его простишь за это. А меня за то, что не сказала раньше.

— Я не в обиде. Но я совершенно не понимаю, что мне делать.

— Астрид ты любишь его? Вижу, что любишь. По глазам вижу, — схватила она ладонями ее лицо, — Отпусти это. Живи здесь и сейчас. Не трать время на глупые переживания. Вы и так долго ждали, — проговорила она, уже обнимая ее.

Девушки еще долго сидели в комнате и вспоминали былое, Эльви с грустной улыбкой делилась своими воспоминаниями и смеялась. Астрид напротив, слушала ее и не перебивала. Понимала, что той надо выговорится. А затем подруга неожиданно обмолвилась, что тоже собирается замуж. Вот только не так скоро, как Астрид. Ее суженного звали Имир. Она рассказала, что он собирает выкуп для нее и родственники о нем еще не знают. Проговорилась также и том, что переживает за реакцию Марко. Тот всегда раздражался, когда рядом с его сестрой возникал ухажер, тогда как сам постоянно водил девок к ним в сенник.

— Но знаешь? Мне плевать. Пусть только попробует спровадить его за ограду!

Опасения Эльви были небезосновательны. Их отец умер довольно давно и Марко был единственным старшим мужчиной в доме. По традициям именно он должен был договариваться о ее свадьбе. А зная заносчивый характер ее братца, от него можно было ожидать чего угодно.

Прошло еще пару дней, но Астрид все не решалась на открытый разговор с Лейном. В ее сердце поселилась боль и тоска, там не было место прежней любви. Сейчас она обросла грубыми рваными швами. До сих пор некогда глупое наваждение рассыпалось в пыль. Но то, что пришло ему на замену оказалось куда серьезней. Она была в плену собственного больного сердца. И эта боль не отпускала ее ни на секунду. Любить и ненавидеть — разве так можно? Выходит, что можно. Она боялась его повстречать на улице, избегала его дом и почти все время находилась в избе Карла. Пряталась словно дитя малое. Но и он не навещал ее. И домой ни разу не зашел к ее родителям. Девушка была встревожена. Даже после всего произошедшего она боялась потерять его. Он стал ее проклятием. Астрид немного свыклась с мыслью, что тот не ищет с ней встреч и в этот раз осталась дома помогать в огороде. Обрывая сорняки цыганки, Астрид все думала о предстоящей свадьбе. Не уж то так и пройдет время в молчании вплоть до самого торжества? А в брачную ночь они разойдутся по разным комнатам? Девушка не знала, чего больше боится, повстречаться с ним или же наоборот не увидеть его вообще? Однако слова подруги все еще бродили в голове и не собирались никуда уходить. А любит ли он теперь? Кто знает…

— Привет Астрид.

Девушка подняла голову, поправляя косынку. Дан стоял, облокотившись о деревянную ограду ее дома и выжидающе смотрел на нее.

— Привет, давно не виделись, — ответила она, вставая из неудобной позы.

— Я в курсе последних событий. Пришел поздравить тебя с предстоящей свадьбой, — улыбнулся он как-то грустно ей.

— Спасибо… — прошептала она, не зная стоит ли вообще сейчас принимать какие-либо поздравления.

— А я все думал, почему отец тебя не сватает никому, — снова улыбнулся он куда-то в сторону.

— Послушай я…

— Прости что говорю это, но я против него. Он с виду не такой, каким всем кажется, — участливо взглянул он ей в глаза.

— Я знаю Дан. Знаю.

Парень удивленно посмотрел на нее и раздраженно выдохнул.

— Тогда почему согласилась? — сдвинул он брови на переносице.

— Моего согласия здесь не требуется, ты же знаешь.

Но кажется парня не устроил такой ответ, и он продолжил раздраженно:

— Астрид я же не дурак. Видел, как ты на него смотришь. А он и в грош тебя никогда не ставил.

— О чем ты говоришь?

— Ты сама знаешь о чем. Или не помнишь, как он с Хельгой у конюшен неподалеку от нашего дома миловался? Сама же видела. И я тому тоже был свидетелем.

— Уходи, — прошептала она, бросив на землю охапку сорняков. Знакомая картина в голове тут же всплыла, словно Астрид вчера все видела, а не больше трех лет назад.

— Астрид я люблю тебя.

Девушка всхлипнула, подавив слезы.

— А я люблю его.

Дан ошарашено отшатнулся от ограды и посмотрел куда-то в сторону.

— Хорошо. Я понимаю. Прости…

Его сгорбленная фигура направилась в сторону главной дороги, а девушка все не могла успокоится. Ну зачем он пришел? Спустя столько времени явился, чтобы расковырять и так незаживающую рану в ее сердце?

А на следующий день Астрид едва не хватил удар. Вернувшись в избу лекаря, девушка обнаружила мертвого Карла. Он был уже давно холодный, наверное, еще с ночи. Астрид с ужасом тогда отпрянула от него, понимая, что все кончено, что смерть наконец пришла за ним. Она ходила к нему почти каждый день, проверяла его состояние, оставляла еду на столике у кровати. Когда Астрид не успевала, то просила подменить ее, матушка не была против. Но вот наставник оставил свою избу одиноко стоять на краю деревни, а девушке предстояло тепрь занять его место. Астрид тогда забежала к себе в дом и завидев отца тут же обо все ему доложила. Тот в свою очередь взял двоих знакомых и направился к смотрителю с просьбой о проведении похорон на их местном кладбище. Господин Реймонд тут же организовал помощь и наставника умершего естественной смертью, тут же начали готовить к преданию земле. На похоронах тогда присутствовала Астрид, ее отец и еще трое мужчин из деревни, которые собственно и хоронили старика. Только поздно девушка заметила невдалеке одиноко стоящую и знакомую мужскую фигуру. По окончанию похорон она поспешила скрыться в леске рядом с кладбищем, но совсем скоро была настигнута Лейном, который цепко поймал ее за локоть и развернув к себе крепко прижал к груди. Девушка начала вырываться, но Лейн не пустил ее, продолжая упрямо вдыхать ее запах волос.

— Пусти прошу… Лейн! — уткнулась она ладонями ему в грудь.

Мужчина не собирался ее выпускать из кольца своих рук и недовольно уставился на нее, словно она была в чем-то виновата перед ним.

— Сейчас не лучшее время… — тихо проговорила она.

— А когда оно будет лучшим? Ты и так довольно долго избегала меня. Думаешь я не знаю?! — рыкнул он на нее.

— Ты… считаешь, что после всего я еще должна была броситься к тебе счастливо на шею? — ударила она его кулаком по груди. Руку обдало болью, потому что мышцы мужчины были по ощущениям схожи с камнем. А Лейн даже не заметил.

— Астрид скажи… Ты все еще любишь меня? — с нажимом проговорил он.

Но девушка отчаянно засмеялась, снова роняя соленые слезы.

— Иногда мне кажется, что Боги прокляли меня, — прошептала она.

— Зеленоглазка, посмотри на меня, — схватил он ее за подбородок привычным движением.

Девушка покорно подняла свой взгляд, и уставилась в его синие глаза, совсем забывая о том, что в прошлый раз она запретила ему себя так называть.

— Ты можешь сделать со мной все что угодно, а мне ничего не останется кроме как принять это. Ты можешь сломать меня как надоевшую игрушку, а я все равно буду в ожидании того, когда тебе снова захочется поиграть со мной. Не уж то это для тебя не любовь? — ее губы задрожали.

Лейн пораженно уставился на нее и молчаливо прижался губами к ее лбу, еще долго не отпуская девушку от себя, а затем медленно оторвал их, уже нежно касаясь своим лбом.

— Я не хочу видеть, как ты страдаешь из-за меня. Но я не в силе отпустить тебя. Я пробовал дать тебе время вдали от себя, но это было так мучительно. Знаешь, как жутко думать, что ты все потерял из-за одной единственной ошибки, которую до сих пор не можешь себе простить?! Астрид, пойми, я не смогу без тебя, — прошептал он, — Я никуда тебя не отпущу. Ты только моя, — стиснул он ее плечи руками.

— Ты жуткий собственник. Как я могла влюбится в тебя? Ты всегда казался мне лучшим примером того, как себя должен вести порядочный мужчина.

— Порядочный… То есть ты считаешь меня мерзавцем? Я правильно понял?!

— Лейн…

— Если бы я был непорядочным, то давно бы задрал тебе юбку в каком-нибудь саду и взял еще до свадьбы. Знаешь совсем не обязательно следовать старым традициям, когда и так понятно, что девица уже твоя, — угрожающим тоном проговорил он, а затем продолжил, — Ты не представляешь каких усилий мне стоит просто смотреть на тебя.

— Тогда не мучай себя Лейн! Встретимся на свадьбе, и там ты вдоволь насмотришься, а затем возьмешь то, что тебе и так уже по праву причитается, я разве не права? — в отчаянье оттолкнула она его от себя.

— Я не собираюсь насильно тебя вести под венец. Я хочу, чтобы ты была счастлива со мной.

Астрид не нашлась что сказать. Она была снова зла на него. Зачем он пришел?

— Я пойду домой. Я еще не пришла в себя после всего.

— Сколько тебе еще потребуется времени?!

Девушка опасливо взглянула на него. Мужчина был вне себя от злости. В его уже темных глазах сквозило нетерпение и… желание. Астрид споткнулась ногой и едва не упала от осознания всего происходящего. Он был порочен до безумия. Лейн угрожающе двинулся в ее сторону, намереваясь схватить девушку, но та оказалась проворней и проскочила у него под рукой, устремившись в глубь зеленого леса, на ходу перепрыгивая камни и корни деревьев.

Она так и бежала до самого дома, пока не скрылась в собственной комнате с разрывающимся сердцем где-то под самым горлом. Астрид была напугана и совсем запуталась в собственных чувствах. Куда ей было девать свою любовь она попросту не понимала. Лейн был тем, кого она полюбила еще за долго до всего. Он был добрым, заботливым, учтивым, он был справедливым и …терпения ему было не занимать. А был ли?.. Астрид замерла. Она вдруг вспомнила его смеющиеся синие глаза, которые бывало наблюдали за ней лукаво. Нет. Он был добрым, заботливым, учтивым к ней потому, что уже тогда понимал чего хочет. А хотел он ее. К слову, терпения ему и правда было не занимать. Он слишком долго ее ждал и вот теперь оно было на исходе. Девушка ошарашенно выдохнула. Эльви была права. Он всегда смотрел на нее по-другому. И взгляд его не был взглядом дружеским или братским. Поэтому Эльви оставила все попытки сблизиться с ним. Она все поняла. И только Астрид всегда находилась в неведении, да в девчачьих грезах. В голове быстро стали мелькать картинки прошлого. Все заиграло новыми красками. Такими, что щеки девушки вспыхнули огнем. Вот она дергает траву вместе с госпожой Хильд, а он смотрит на нее неотрывно, пока девушка утирает пот со лба, совсем забыв о дровах, что он колол неподалеку. Но смотрит жадно, не пропуская ни одной детали. Вот она идет с бельем на речку, проходит мимо сада, где он собирает яблоки, она с ним здоровается и уходит, а он снова смотрит на нее жадным взглядом. Взглядом, ласкающим каждый ее изгиб. Вот она стоит перед ним с корзиной, как тогда, когда госпожа Тильда ушла на мельницу. Достает ему пирог, а он смотрит только на ее губы, с лукавым взглядом, словно обещает ей страстный поцелуй.

Астрид съежилась на кровати, вспоминая как Эльви говорила о драке Дана с Браном. Все мужчины хотят одного, только методы у них разные. Это были ее слова. Получается Лейн тоже не был исключением. Конечно не был. Но его методы оказались куда продуманнее. Астрид повержено усмехнулась.

— Какой же ты засранец, Лейн.

Ее мысли не унимались вплоть до вечера, девушка уже начала даже готовится ко сну, надела ночную рубаху и распустила волосы, когда ее дверь без разрешения открылась. От удивления руки Астрид дрогнули, выронив гребень на пол. А мужчина лишь тихо прикрыл дверь, отрезая ее пути отступления и хозяйской походкой направился в ее сторону.

— Что ты здесь делаешь? — опасливо отступила Астрид к столику с зеркалом.

— Пришел проведать тебя. Ты так резво убегала от меня, что даже не успела понять куда тебя понесли ноги. Болота чудом тебе не встретились на пути. Я уже думал половину деревни поднимать на твои поиски, — угрюмо повел он бровью.

— Почему тебя родители впустили без моего разрешения?

— Ты не рада меня видеть? — уставился он на нее насмешливым взглядом, а затем с наслаждением осмотрел ее внешний вид, задержавшись на губах девушки.

Сердце ухнуло где-то глубоко внутри, заставляя ее колени предательски задрожать.

— Я твой жених. Имею право тебя видеть в любое время суток, — подошел он еще ближе к девушке.

— Зачем ты… — девушка взволнованно вздохнула под натиском его рук, когда те бережно прошлись ладонями по ее талии, но так и не договорила.

— Я волновался за тебя. Астрид не делай больше так никогда. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится, — прошептал он над ее ухом, вызывая по телу волну мурашек.

— Что ты сказал родителям?

— Сказал как есть. Что мы поссорились, и ты убежала. Завтра получишь еще от них, — добавил он, слегка касаясь губами ее мочки уха.

Девушка нервно усмехнулась, млея под его руками, нежно блуждающими по ней. Сердце и тело предавало ее. Плавилось рядом с ним. Обиды девушки совсем стирались из памяти. Она больше не могла ненавидеть его. Да и ненавидела ли? Навряд ли.

— Лейн уже поздно, мне пора ложиться, — прошептала она.

— Скажи, что по-прежнему любишь меня, — не унимался он.

— Ты за этим пришел?

— Я пришел за тобой. За твоим прощением, — поправил он себя, выдыхая воздух у шеи, — я хочу знать, что все еще достоин твоей любви зеленоглазка.

Астрид не стала тянуть, сказала, что чувствовала.

— Я люблю тебя. И всегда буду любить. И прощать мне тебя не за что. Лично мне ты ничего не обещал перед отъездом туда, — призналась она все же себе, опустив глаза на его ладони.

Лейн запоздало выдохнул и притянул ее еще ближе к себе, поддаваясь собственным эмоциям.

— Но ты ведешь себя как засранец. Вламываешься ко мне в спальню и бесстыдно тискаешь меня под носом у родителей.

Лейн тут же усмехнулся и бережно подняв ее бедра руками, усадил попой на прохладный столик с зеркалом, незаметно разведя колени девушки в сторону, а сам удобно устраиваясь между ее ног.

— Вот теперь точно бесстыдно тискаю. Не путай одно с другим, — провел он ладонями по внутренней стороне ее бедра.

Астрид едва сдержалась, чтобы возмущенно не пискнуть, когда мужчина накрыл ее губы своими. Он целовал ее бережно и нежно, словно извиняясь за все грехи этого мира. Однако можно ли было назвать этот поцелуй невинным? Навряд ли. Лейн вжался своими бедрами в нее и едва заметно толкнулся ими в сторону девушки, заставляя ее ощутить твердую плоть через ткань грубых штанов. Послышались возбужденные вздохи. Его желание ни с чем было не спутать. Теплые влажные губы скользнули вниз к ее груди и обхватили одну из вершинок прямо через сорочку, заставляя тело девушки выгнуться ему навстречу. Лейн снова толкнулся, и девушка сдавленно простонала от жгучего желания продолжить мучительную ласку внизу, крепко обхватив его бедра ногами.

— Тише девочка моя… Я лишь на мгновение поддался желанию, — проговорил он, снова возвращаясь к ее губам.

Астрид позволила случится поцелую, а Лейн снова продолжил:

— Сейчас я уйду, но не смей больше избегать меня. А если даже и так, то я найду тебя хоть под землей, не сомневайся в этом, — прошептал он с нажимом, резко одернув вниз свою льняную рубаху, тем самым прикрывая внушительную бугристость под штанами.

Лейн уже направлялся к двери, когда вдруг остановившись, нежно посмотрел на девушку.

— Я люблю тебя больше жизни, Астрид. Просто всегда помни об этом.

А затем также спокойно покинул ее комнату, оставляя девушку в жарком помещении одну. Астрид еще долго не могла внутри себя подобрать слов к тому, что она чувствовала, но она знала одно. Их чувства взаимны.

До свадьбы оставалось меньше недели и Астрид все больше начинала волноваться. Она была неопытна абсолютно ни в чем и впервые собиралась выпорхнуть из-под крыла родителей под крыло Лейна. Туда, где они будут только вдвоем. Астрид в последнее время все чаще представляла их мирную жизнь. То, как они засыпают в одной постели, а наутро она просыпается раньше него, чтобы разжечь домашний очаг, приготовить завтрак, покормить скотину, если та у них будет, а чуть позже прополоть огород и прочее. Все это было будто из другой реальности. Девушка еще была не готова, но любовь к Лейну толкала ее предательски в спину, прямо в его руки. Ей хотелось просто находится рядом с ним, не думая об обязанностях будущей хозяйки его дома. Кстати о нем. Лейн все же показал ей ту самую опушку леса у реки. И Астрид осталась в полном восторге от увиденного. Девушка до конца не понимала, как это удалось Лейну, но дом был не чета всем остальным домишкам в их деревне. Во-первых, у него было целых два этажа и небольшой балкончик в их спальне. Такие вещи были редкостью в деревнях, и даже дом смотрителя хоть и был большим с двумя ярусами, все равно не имел балкона. А во-вторых, вокруг домика шла небольшая терраса, опоясывая его по кругу. Там же стояли скамьи и стулья, небольшой столик, а вниз спускалось несколько ступеней, утопая в выложенной камнем дорожке. И никакой грязи вокруг, только невысокая трава и березы, растущие по краям ограды.

— Ну как, нравится? — проговорил он позади нее, склоняясь над ухом.

— Не то слово. Я впервые вижу такую красоту, — восхищенно проговорила она тогда.

Но Астрид еще не знала, что внутри дома есть целых две спальни, детская, обеденная, прихожая и гостиная. Домик был не большим, но внутри казался просто огромным и в то же время очень уютным. И самое главное в доме было много окон, и солнечного света. С речки доносился шум воды, проносящейся вниз по небольшим порогам, а тишина вокруг заставляла тело расслабиться и вздохнуть полной грудью. Мебель уже стояла на своих местах, девушка даже неловко взглянула на Лейна, когда заметила в углу детской маленькую деревянную колыбельку. Кажется, об этом она совсем не подумала, когда представляла их жизнь. Лейн хотел детей, это было видно по его довольному лицу, когда девушка попятилась назад от комнаты, налетев на него спиной. Вот только ей почему-то было страшно от осознания, что теперь на ней такая огромная ответственность. Собственно, как и у Лейна. Только сейчас она с полным осознанием понимала всю предстоящую перспективу. От того с надеждой взглянула на него, выискивая поддержки. Лейн же просто молча приобнял ее за плечи и повел делать осмотр дальше.

— А вот сюда мы совсем скоро вернемся.

Перед ней была спальня с огромной кроватью, на которой уже лежали две меховые шкуры с серым отливом. Краска резко бросилась в лицо девушки, как только услужливое воображение подсунуло ей двух обнаженных молодых людей в лице ее и Лейна, страстно предающихся на этой кровати любовным утехам. Однако Лейн не спешил ее выпускать и тихо подтолкнул вперед прямо в ловушку. Девушка неловко чертыхнулась, но все же устояла пойманная крепкой рукой.

— Не бойся, я буду нежен с тобой. Ты же знаешь, что я никогда не обижу тебя, — развернул он ее фигурку к себе лицом.

Мужчина нежно провел большим пальцем по ее нижней губе и подался вперед, рассчитывая на поцелуй. Астрид не смела отказать в его просьбе, покорно принимая его и наслаждаясь каждым мгновением.

Совсем скоро они ушли, а девушка вернулась к себе домой, все еще не переставая думать о предстоящей жизни. Оставалось совсем немного времени, трое суток пролетели в делах и подготовке к свадьбе. Ее наряд уже был готов и ждал своего часа, мирно поглядывая на девушку белоснежными жемчугами на лифе ее платья. Астрид только сейчас понимала, что время, которое они могли бы провести с Лейном в любви и ласке безнадежно утеряно из-за обид и недомолвок. Теперь им придется все наверстывать уже после мероприятия. Эльви старалась подбадривать девушку, а также поделилась и тем, что пригласила Имира на празднество, благо гостей аж целая деревня, никто и не заметит пришлого чужака, смеялась она.

Астрид помнила слова Лейна и честно выполняла его просьбу. К дому Брана она и на метр не подходила. Однако все же выкроила время и подкараулила грустно бредущую женщину с корзиной в руках у сада неподалеку. Девушка только и успела сунуть сверток госпоже Линетт в руки, пока та увидев ее на своем пути удивленно замерла. Там была заживляющая мазь, большего она не могла для нее сделать. Женщина бы и не позволила. Поэтому девушка сразу же кинулась на утек, стоило ей только отдать лекарство. По-другому Астрид не умела. Любая жизнь была ценной.

Вот уже несколько дней она мастерила свадебную рубаху для Лейна. Вышивка всегда ей давалась с трудом, однако девушка дала себе цель, сотворить нечто прекрасное, пусть это и будет почти невыполнимо. Ворот рубахи расходился в стороны почти до середины груди и был отстрочен геометрическими узорами, в тон ее платья. Узор давался ей с трудом, в отличии от своей матушки, ее рука не была столь легка. Но все же совсем скоро подарок был готов. Оставалось его только отдать.

Ей все чаще хотелось видеть Лейна. Ведь только он мог ее успокоить просто одним своим присутствием. Но хуже всего было другое. Все чаще бесстыдные мысли посещали ее голову и лезли словно надоедливые мошки. Тело постоянно томилось в тоске по его ласкам. А Лейн будто назло куда-то пропадал на весь день, а если они виделись, то тот вел себя просто максимально сдержанно. Все их свидания проходили исключительно в самой деревне, под внимательными взглядами местных жителей, из-за чего даже простой поцелуй девушке было почти невозможно выпросить. Поэтому буквально за двое суток до празднества, она никого не предупредив вылезла через окошко ее спальни и устремилась в сторону дома Лейна, словно маленькая воровка. Девушка прихватила с собой свадебный подарок, чтобы не выглядеть совсем уж странной незванной гостей. На сердце было не спокойно от предстоящей свадьбы, хотелось просто увидеть его, почувствовать его запах. Потопав к знакомой до боли ограде с кустистым шиповником, девушка вдруг резко остановилась, вспомнив себя несколькими годами ранее, когда она не решалась зайти туда, тихо подглядывая за Лейном, и улыбнулась сама себе. А затем ловко перелезая заграждение устремилась в сторону окна его спальни, обойдя дом снаружи. Она не знала где он точно находится, но несмотря на это, уверенно постучала костяшками пальцев в его окно. Хватило одного раза, прежде чем Лейн отодвинул штору. Его удивленный взгляд тут же сменился улыбкой, когда мужчина раскрыл перед девушкой маленькое окно. Не проронив и слова, он ловко утащил ее во внутрь, тут же прикрыв за ними проход.

— Прости что так поздно, — замялась девушка, но взгляда не опустила.

— Не спится? — лукаво произнес Лейн.

Его взгляд прошелся по девушке и замер на ее руках. Астрид держала рубаху, с трепетом прижимая подарок к груди.

— Это мне? — выдохнул он.

— Да. Пора мне уже отдать ее тебе, — улыбнулась она, гордо показывая проделанную работу.

Лейн поднялся с постели и бережно взял из рук девушки одежу. Приложив ее к себе, мужчина еще долго восхищенно разглядывал подарок.

— Нравится? — затаенным ожиданием прошептала она.

— Еще бы. Я и не знал, что ты такая мастерица, — улыбнулся он.

Налюбовавшись сполна, он аккуратно сложил рубаху и убрал ее в сундук у кровати, снова усевшись на постель.

— А вообще… Знаешь, я просто хотела увидеть тебя, — прошептала она, прекрасно понимая, что подарок был лишь поводом для ее ночного визита. Однако Лейн не спешил ее подзывать к себе. Он просто с улыбкой наблюдал за ней, удобно расположившись на краю кровати. Астрид также отметила про себя босые ноги мужчины и потертый переплет книги, который лежал рядом. Лейн читал, прежде чем девушка ворвалась в его размеренный и тихий вечер.

Астрид, потоптавшись на месте решила все же подойти ближе к нему, а затем неожиданно присев у его ног, дотронулась до массивных колен и трепетно потерлась щекой о грубую ткань штанин. Лейн запоздало дернулся, но руки так и замерли над ней, не желая останавливать ее.

— Ты чего, зеленоглазка? — удивленно произнес он.

Астрид не ответила, лишь только провела обоими руками вверх от колен и замерла на полпути, совсем не узнавая себя. Что она творит? Она же просто хотела увидеть его, а вместо этого пришла тайком к нему в спальню и теперь наглым образом пристает к мужчине. Небольшая заминка, так и не помогла ей решить задачу в ее голове, зато это позволило Лейну видимо убедиться в собственных догадках. В его взгляде читалось нескрываемое возбуждение и удивление, но тот не спешил нарушать напряжение, повисшее в воздухе. Астрид двинулась дальше, не спуская взгляда с него, жар волнами начал расходится по всему ее телу, придавая девушке все больше уверенности. Однако спустя мгновение Лейн все же остановил ее руки буквально в паре сантиметрах от сокровенного, пригвоздив ее руки своими.

— Астрид, ты что меня соблазняешь? — посмеялся он сам себе видимо не особо веря.

Ей стало неловко, а к щекам бросилась кровь. Девушка запоздало осознала, что внизу все болезненно сжалось от желания, заставляя ее едва заметно поерзать сидя на коленях.

— Нет, я…

Ложь. Конечно, теперь она точно понимала, что она делает, Лейн подсказал ей это. Мужчина медленно переменился в лице сразу же заметив это, и дернул ее руки на себя, обхватив девушку за талию. Его руки бережно усадили девушку сверху, а сам мужчина аккуратно откинулся назад, позволяя ей возвышаться над ним. Теперь она все ощущала куда острее, когда его бедра находились прямо под ней. Астрид с наслаждением поерзала попой, осознавая, что теперь отчетливо ощущает его напряженную плоть чуть ниже края от штанов. Лейн же прикрыл глаза и судорожно выдохнул, смяв подол ее платья в руках.

— Ты пришла до конца свести меня сума? Признавайся зеленоглазка… — прошептал он все еще не смотря на нее.

— Нет, — прошептала она, чуть склонившись над ним и вдыхая его аромат.

— Астрид ты играешь с огнем. Нам осталось всего пару дней. Будет обидно если я сорвусь прямо сейчас, — приоткрыл он один глаз.

— Я соскучилась по тебе. Прости, я не знаю, что на меня нашло…

Лейн резко свалил ее на постель, тут же подмяв девушку под себя. Его нос уже водил узоры на шее девушки, медленно спускаясь к лифу ее платья.

— Кажется я догадываюсь что это. Но клянусь всеми богами, если ты сейчас же не пойдешь домой, то узнаешь об этом тоже, — Лейн уже не сдерживался, стягивал лиф девушки вниз и торопливо задирал подол платья, пытаясь от него избавиться. Астрид не сопротивлялась, лишь с изумлением и наслаждением наблюдала за его движениями.

— Уходи… Астрид, даю тебе последний шанс, — шептал он, осыпая ее полуобнаженную грудь россыпью поцелуев.

Но девушка была словно гвоздями прибита к постели, у нее совершенно не было ни сил, ни желания на это. Она слишком долго была лишена его рук.

— Астрид… — рычал он, сдергивая ее лиф почти до талии и восхищением осматривая обнаженную маленькую грудь девушки, показавшуюся из-под белой ткани. Его губы тут же сомкнулись на одной из вершинок и с наслаждением втянули ее в себя. От резкого удовольствия девушка тут же тихо вскрикнула, выгнувшись всем телом под ним.

— Я не могу, — прошептала она дрожащим голосом, выныривая из сладкой истомы.

— Я помогу тебе, но обещай, что после ты уйдешь, — шептал он, не прекращая свою мучительную ласку.

— Обещаю… — да она готова была и саму душу ему пообещать, лишь бы он не останавливался.

Лейн резко оторвался от ее груди и задрав юбку платья, одним движением стянул белье с девушки, на что она даже не успела отреагировать. Совсем скоро она почувствовала нежное прикосновение его пальцев у самого лона. От неожиданности, она даже сдавленно пискнула, прекрасно понимая, что намеревался сделать Лейн, но было уже поздно. Теплая волна затопила ее с ног до головы, заставляя тело послушно обмякнуть в его руках. Девушка почти задыхалась от удовольствия, не понимая, как она вообще может испытывать такие сладкие и одновременно порочные ощущения. Но Лейн все продолжал, скользить пальцами по влажным складкам, одновременно с этим вытворяя пируэты своим языком вокруг ее соска. Совсем скоро Астрид ощутила, как случился мощный взрыв, заставив тело содрогнуться от обжигающего удовольствия. Оно еще долго не отпускало ее, словно отлив, который медленно отступал от песчаного берега. Девушка все не могла отдышаться, пытаясь прийти в себя, однако совсем неожиданно руки Лейна оставили ее, перебравшись повыше к груди девушки и снова замерли в нерешительности.

— Ты обещала, — прошептал он, едва касаясь ее обнаженной груди подушечками пальцев.

— Что это было, — прошептала она восхищенно.

Лейн улыбнулся, обдав теплым дыханием ее щеку, а затем нежно поцеловал в губы, возвращая платье на прежнее место.

— Это то самое. А теперь иди домой. Пока нам обоим не пришла в голову еще более сумасшедшая идея… Тем более в первый день нашей встречи ты уже давала мне слово, что будешь послушной и скромной невестой, разве нет? — лукаво улыбнулся он.

Астрид медленно выбралась из его постели, все еще сгораемая со стыда, но внутри уже давно все расцветало. Ей было как никогда хорошо. И она была благодарна ему за это.

— Твоя невинность все еще при тебе, не переживай, — улыбнулся он, провожая ее теплым взглядом.

Девушка запоздало ответила ему улыбкой и скрылась снаружи. До дома она летела, совсем не замечая ни вечерней прохлады, ни темноты деревьев тихого сада.

В тот долгожданный день вся деревня собралась в центре площади. Так было положено. Когда смотритель одобрял свадьбу молодых все жители приглашались на празднество. На огромном участке расположились длинные столы в два ряда, а чуть дальше параллельно им стоял один маленький, богато украшенный цветами и лентами. Белоснежные скатерти ломились от яств и напитков, то были заморские вина, пряные блюда и даже восточные сладости, невесть откуда взявшиеся в их глубинке. По всюду кружила детвора и веселый гомон уже хмельных гуляк. И все в мире сейчас было только для них двоих.

Астрид еще не была там, но даже в тишине дома, в углу ее спальни она слышала радостные доносящиеся голоса и смех гостей. Сейчас в зеркале напротив стояла красивая рыжеволосая девушка. Ее длинные рыжие волосы, рассыпавшиеся огненным дождём по спине, украшали белые цветы и ленты. Белоснежное легкое платье сверкало, отбрасывая дюжину бликов на стены. Девушка покружилась, отмечая длинные почти до бедра разрезы у ног на ее платье, отстроченные серебряными вставками с геометрическим узором. На ногах девушки была легкая обувь, тянувшаяся перекрещивающимися ремешками почти до самых колен. На поясе висела железная легкая цепь с мешочками и ключами. Это был знак достатка выходящей замуж девицы.

Матушка оглядела ее с гордой улыбкой и тихо взяла под локоть.

— Пошли родная, гости уже заждались, — прошептала она, бережно выводя девушку на свет.

Отец и ее подруга, а также сам жених уже были там. Все ждали только ее. И вот когда она показалась на площади, люд довольно загорланил, послышались даже девичьи восхищенные голоса. Все смотрели на нее, а у Астрид от всего неистово дрожали руки и колени. Еще никогда на нее не было обращено столько внимательных глаз. Девушка пугливо прошлась по толпе взглядом, и нигде не заметила Лейна. Однако, чем ближе она подходила к центру площади, тем больше знакомых лиц она видела. Лиц как друзей, так и тех, кто не хотел ими быть. Хельга завороженно смотрела на ее наряд до тех пор, пока Астрид не встретилась с ней глазами. Девица тут же быстро отвернулась от нее. Неподалеку также стояла Эльви вместе с будущим женихом. Она счастливо ей улыбалась и изредка махала рукой. В центре стоял смотритель и по доброму уставшему взгляду можно было сказать с точностью: теперь он спокоен, не держит зла и ждет не дождется, когда уже соединит двоих влюбленных, что так долго нарушали покой в его обители. Его большая фигура отошла в сторону и Астрид запоздало заметила Лейна. Он был неотразим, стоял словно сам Бог, ожидающий даров простых смертных. Белоснежная рубаха, сшитая ее собственными руками, сверкала серебряной вышивкой на его полузакрытой разрезом груди, а на шее до сих пор красовался подаренной ею оберег, игриво поблескивая рыжим камнем на солнце. Коричневые брюки виднелись из-под рубахи, выгодно подчеркивающие стройность и крепость ног. Девушка была уже близко, когда заметила несколько маленьких косичек в беснующейся светлой шевелюре Лейна. Он был безумно красив, а сердце девушки замерло, стоило только смотрителю забрать ее руку из руки матери и передать ее Лейну.

— Сегодня мы здесь собрались, чтобы скрепить узами брака этих двоих влюбленных…

Лейн.

Он смотрел на нее в тот вечер и все не решался подойти. Такая маленькая, хрупкая и одинокая — словно песчинка в пустыне. Даже сейчас, когда их встреча была обговорена многим ранее, Лейн все равно стоял, не позволяя себе приблизиться к ней. Как она отнесется теперь к нему, когда он вот так просто взял и заявил на нее свои права? Он ожидал всего что угодно, даже банальной женской истерики, но Астрид как всегда удивила его. Обернувшись, девушка помедлила всего пару мгновений, когда заприметила его в темноте, но то было лишь удивление. Она кинулась к нему на шею без промедления, как только узнала его. Лейн с опаской коснулся ее мягкого и податливого тела, но лишь сжал крепче, не веря собственному счастью. Внутри волнами расходилось нечто приятное и теплое. И запах… Боги как она пахла! Запах меда и орехов, кружил ему голову. Лейн вдохнул еще раз, затем снова и снова. Его движения стали прерывистыми. Он не мог надышаться ею, а она даже ни разу не оттолкнула его. Напротив, прижималась словно он единственный человек во всем мире.

Она изменилась. Стала старше, взгляд серьезней, речь уверенней. Куда-то резко подевались наивные черты лица. Она смотрела на него новым взглядом, без тени смущения, будто чего-то ожидая от него. А его мимолетные прикосновения она тоже чувствовала, не робела, поддавалась на его ласки, принимала его невинные поцелуи, которые Лейн так тщательно старался контролировать. Однако он все больше стал замечать, что все его праведные мысли со временем обреченно забились в уголок его сознания. Ему было мало поцелуев, мало прикосновений, мало самой девушки. Быть может, он был просто до ужаса жадным человеком? Но нет, дело было не в этом. Его природные инстинкты просили другого. Желали не только ее душу, но и ее тело. Но Лейн не давал сорваться контролю. Убеждал себя, что это лишь напугает Астрид.

Ее новая работа заставила девушку быстрее повзрослеть. Она и сама не замечала на сколько независимо выглядела со стороны, когда шла куда-то по своим делам к лекарю. Ее не волновали взгляды со стороны, ей было не до того. Люди теперь часто ходили к ней в избу за помощью. Уже не к лекарю, а к ней. Лейн затаенно восхищался ее новыми умениями. Девушка была бесстрастна, когда дело касалось болезней… Совсем не похоже на того наивного ребенка, что он боялся задеть даже взглядом. Теперь он понимал, они с ней стали равны друг другу. И ему до боли хотелось показать ей свою истинную любовь, не боясь тем самым испугать ее.

Когда невинные взгляды, прикосновения и поцелуи сменились порочным желанием, он и сам не заметил. Наверно это случилось на той самой поляне, где планировалось просто перекусить угощением. Однако он поплыл. Растворился в своем сознании, дав волю рукам и эмоциям затопивших все его тело. Когда ее насмешливый взгляд подстегнул на бесстыдство он и сам не понял. Но вскоре почувствовал замешательство в девушке. А Демон внутри него лишь разозлился. Зеленоглазка впервые остановила его, перехватила его руки, не подпуская к груди, а ведь он так хотел. Хотел наконец-таки почувствовать приятное тепло мягких холмиков, сжать их крепко, вырывая стон их из ее губ, а потом снова и снова. Но она не дала. Демон оскалился, он хотел забрать свое. И он забрал, игнорируя ее наивный порыв закрыться от него. Дорвался-таки до желанного ему и довольно заурчал, когда подушечки пальцев очертили маленький твердый сосок под платьем, а девушка простонала. Последняя граница была стерта самим Лейном. Весь хваленый контроль слетел, а разум отключился окончательно. Он оказался тем еще негодяем. Ему нравилось смотреть в ее темные от желания глаза, когда его руки вытворяли под одеждой такое, от чего девушка каждый раз сжималась всем телом под ним. Там в их глубине впервые зарождалось острое порочное желание, к которому он был несомненно причастен. Осознание того, что мужчина именно тот, кто открыл ей первую страсть сшибало последние крупицы его сознания. Он чувствовал власть над ней, когда та отвечала на любую даже самую невинную ласку. Ему нравилось ощущать своим пахом ее теплое лоно, прижатое к нему в опасной близости, которую разделяли лишь тонкие слои одежды. Ему так же нравилось, что девушка не смело просит еще, сама не осознавая этого. О как же это было прекрасно!

После того раза с ним что-то случилось. Барьер между ними рухнул и теперь мужчина был волен делать все что желал. Это с одной стороны пугало его самого, а с другой неистово возбуждало. Он и не думал, что ее тело так сладко будет отзываться под его руками. И с упоением наслаждался этим. И как не кстати он позабыл о том, что на его желанную девочку кто-то тоже может иметь свои виды! Когда он был рядом с ней, то забывал обо всем. И это стало его ошибкой. Ведь нужно было пойти и разобраться со всем этим еще тогда, когда он только вернулся домой. Ревность и ненависть затопили его так сильно, что мужчина запоздало понял, что едва не убил мерзавца собственными руками.

В тот день он намеревался попросить Марко о помощи, чтобы перевезти на телеге новую мебель в их дом на опушке, которая не так давно приехала из города. Мужчины уже направлялись к площади за телегами, когда Лейн заметил отчаянно вырывающуюся фигурку Астрид рядом со смутно знакомым профилем недоноска. Он куда-то тащил ее волоком, все оборачивались, но никто ничего не делал. Внутри него тогда зародилось нечто ужасное. Что это было он не понял, но знал, что дороги назад уже не будет. И тогда подлетев к уроду, Лейн с наслаждением схватил его за воротник, чувствуя, как грубая ткань душит его, натягиваясь прямо у самой шеи.

— Иди Астрид, — только и прошептал он, когда увидел полные ужаса глаза и бережно отодвинул ее в сторону от себя.

…разорвать недоноска…

— Чего тебе урод?

Сученыш не боялся. Бран даже не сразу узнал его. А Лейн почувствовал, как изнутри расползается нечто страшное, затапливая все уголки его души. Жестокая улыбка наползла на его губы, в предвкушении долгожданной расправы.

— Она моя невеста.

Народ должен был услышать, прежде чем он свернет ублюдку шею.

— Повтори? — прошипел он.

…уничтожить мелкую падаль…

— Ты распускал свои поганые руки, сученыш, — осклабился он. — И я не только про сегодня. Думаешь я не знаю, за что тебя отправили в казармы щенок? — улыбнулся он зловеще, выдергивая резким движением свой локоть обратно.

О да… Лейн слышал эту историю из уст самого Марко. Он тысячу раз прокручивал в голове все возможные варианты расправы с ублюдком. От мучительной смерти, до быстрой. И каждый раз чувствовал наслаждение, расползающееся липкими щупальцами внутри. Марко тогда просил не распространять эти вещи, иначе всем придется не сладко, но Лейн уже не слушал. В его голове были другие мысли.

…разорвать ублюдка…

А голос внутри все нашептывал, подталкивал, будил темное нечто…

Бран отвернулся совсем на секунду, прежде чем заметил в толпе Астрид. Он смел смотреть на нее взглядом полным ненависти. На его девочку. Его зеленоглазку. Она замерла от ужаса, вцепившись в руку подруги. Все. Это стало последней каплей.

Этот урод смеялся, распаляя его тьму еще сильнее. Прошло совсем немного времени, прежде чем его улыбка погасла, а глаза прищурились. Недоносок резко развернулся в его сторону и попытался напасть. Но вот незадача, мужчина одним лишь движением руки отправил его глотать пыль, как только тот показался на опасно близком расстоянии к нему. Лейн ждал. Ему было интересно, что еще придумает жалкий червь. Прошло немного времени, прежде чем Бран медленно поднялся и пошатнувшись встал в полный рост, нагло ухмыляясь. Он еще не понимал, что подписывает себе. Самоуверенность его — была его погибелью. Он поздно осознал, что любой его удар Лейн читает, как открытую книгу. В конечном итоге руки мужчины привычным движением пригвоздили урода к земле, когда в результате подсечки, тот свалился на колени прямо перед собственным палачом. Лейн тогда улыбнулся. Его локоть зажал шею недомерка и начал душить ублюдка. Он хотел видеть его глаза, поэтому вторая рука схватила его за волосы и запрокинула голову назад. По венам растекалось приятное чувство. Ему нравилось видеть во взгляде противника удивление и отчаянную попытку что-то исправить. Но было уже поздно.

— Скажу только один раз, сученыш… Больше не смей трогать Астрид. Она моя, — прошипел он, грубо отпустив его запрокинутую голову, из-за чего Бран не удержав равновесие упал лицом прямо в землю, захлебываясь дорожной пылью.

Лейн краем глаза заметил своего друга. Тот тревожно косился на уродца, лежащего в грязи.

— Лежи и не вставай, если не дурак, — крикнул Марко.

Ну уж нет. Не выйдет друг. Эта падаль получит свое. А ты даже не пытайся лезть. Лейн стрельнул угрожающим взглядом в толпу, а затем снова вернулся глазами к телу, которое вздумало снова подняться на ноги. Урод встал сам себе на погибель. Кулаки уже привычно сжались, в предвкушении скорой расправы. Лейн даже осознать не успел, когда вцепился в ворот этого урода и стал наносить стремительные и сильные удары с каждым разом делая это все сильней и безжалостней. Удовольствие расходилось волнами по телу, а демон все потешался внутри него.

…добей урода… добей падаль… размажь его башку по земле…

Кто-то из людей кричал, но Лейн не обращал внимание на толпу.

— Ну все хватит! — влетел вдруг Марко, но Лейн попросту откинул его от себя, когда тот вознамерился его остановить.

Я же просил тебя не лезть. Демон внутри него огрызнулся на друга и снова переключился на урода. Мужчина не дал ему прийти в себя, сразу же свалил его на землю и придавив всем весом надавил локтем на горло Брана.

— Ну что урод… пожалуй одного раза тебе недостаточно… Объясню еще раз, — выплюнул он прямо над ухом у него.

Лейн медленно отыскал девушку глазами и довольно улыбнувшись вернулся к недомерку. Зеленоглазка должна была видеть, ведь это была его личная месть и подарок ей.

— А теперь запоминай щенок, — шипел он, — Чужую невесту трогать нельзя! — Лейн нанес удар.

— Посмеешь прикоснуться хотя-бы пальцем, убью! — и снова удар.

— Посмотришь на нее как-то не так, убью! — послышался еще один.

— Заговоришь не тем тоном, убью! — удар.

— Заподозрю, что-то еще… убью, — прошептал он, а затем нанес последний удар и медленно отошел от него, стряхивая с рук его кровь.

Лейн запоздало обернулся на лежащего Брана без сознания, и тихо проговорил:

— Дай мне только повод…

Но Марко уже подлетел к нему и резко потащил за собой прямо в толпу, уводя его фигуру подальше. Народ лютовал, кто-то пытался толкнуть его, кто-то пожать руку, а Марко раздраженно вцепился в его рукав.

— Да отвали ты! — выкрикнул Лейн, не узнавая своего жуткого голоса.

Марко не стал терпеть его поведения и влепил ему со всего размаху кулаком в лицо. Мужчина даже не дрогнул, лишь только прикоснулся двумя пальцами к скуле и улыбнувшись взглянул в лицо друга.

— Посмотри на себя… Ты не в себе!

Лейн не двигался, все еще пытаясь совладать с эмоциями. Демон внутри уже был готов рвать его собственного друга.

— Из-за твоей выходки сегодня, пострадали все. Не только сынок Реймонда. А о свадьбе своей можешь вообще теперь забыть, — выплюнул он.

Мужчина готовый еще мгновение назад кинуться на Марко вдруг резко замер, почувствовав холодок по спине, который в миг его отрезвил. Друг злобно засмеялся, завидев запоздалую реакцию Лейна.

— Что, пришел в себя?

Мужчина провел по светлым волосам ладонью, зачесав растрепавшиеся пыльные пряди назад. Что он наделал? Нужно было меньше трепать языком. Просто слегка выбить дурь из него, и на этом все. Теперь смотритель точно сделает все, чтобы жизнь Лейна медом не казалась. И не только его.

— Забудь о сегодняшних делах. Нам нужно подумать, что делать.

И они долго думали, прежде чем вечером рискнули сами явиться к смотрителю домой. Когда друзья появились во дворе его дома, оказалось что небольшое количество свидетелей и зевак уже во всю ломятся в двери старика. Кто то был сильно недоволен поведением Лейна, но большинство конечно же требовали голову Брана. Люд горланил под окнами смотрителя и требовал справедливости. Двое все же протиснулись к двери дома и не без труда вошли внутрь. Мать Брана готова была растерзать Лейна собственными руками, и чуть ли не плевалась в него ядом, а господин Реймонд пытался удержать беснующуюся женщину двумя руками. Старик еще был в силах, не смотря на трость, одиноко стоящую у его стола.

— Изверг! Да что б тебя демоны забрали! — кричала женщина.

Но что было до этого Лейну? Один из этих темных существ и так был частью него. Демонов он точно не боялся.

— Угомонись Линетт! — гаркнул на нее муж, — Вон отсюда. Я сам все решу, — раздался его суровый голос.

Женщина сокрушенно ушла, всхлипывая по дороге, но так и не обернулась. А когда за ней захлопнулась дверь, смотритель гневно уставился на Марко и Лейна.

— Вы что щенки натворили? Потеху для народа решили устроить?

— Он заслужил.

Господин Реймонд отшатнулся от них, а затем снова уставился своим тяжелым взглядом.

— Я жду объяснений.

— Бран, не опасаясь огромного количества свидетелей тащил Астрид против ее воли куда-то. А все стояли и смотрели. Мы вмешались, — проговорил Марко.

— Вмешались? — злобно прошептал он.

— Господин Реймонд, девушка сосватана. Она невеста моего друга. А вы прекрасно знаете, что следует за наказание, за попытку обесчестить почти замужнюю девицу, и это незадолго до свадьбы, — продолжил он, чуть ли не смеясь.

Старик все еще сверлил взглядом двоих, ожидая дальнейшего рассказа, но в итоге не выдержав обратился к Лейну:

— А ты что же стоишь и молчишь? Невеста то твоя, разве нет?

— Я сделал, то что должен был, — проговорил Лейн не отпуская своего взгляда.

— Ты чуть не убил моего единственного сына, — процедил он.

— Он сам себе подписал приговор… — прошептал злобно Лейн, но смотритель оборвал его.

— Замолчи!..

Его взгляд не сулил ничего хорошего. Старик медленно прошел к столу и выудив из стоящего там ларца какой-то листок и демонстративно порвал его на две части, бросив его в ноги Лейну.

— Демон тебе, а не свадьба! — огрызнулся он.

Марко внутренне напрягся рядом с ним, а Лейн самодовольно улыбнулся, провожая свое сиротливо лежащее прошение взглядом.

— Я женюсь в любом случае, и без вашего разрешения, — спокойно проговорил он.

Старик недовольно пождал губы.

— Господин Реймонд, вы ни в коем разе не смеете оправдывать действия вашего сына. По сему он нарушил закон и Лейн имел право наказать его. Бран заслуживал смерти, — снова вмешался Марко.

— Но он не тронул ее!

— Называйте все своими именами. Он просто не успел. Как и два года назад.

— Тогда все было совсем по-другому! И свое наказание он уже понес! И я вас просил молчать обо всем!

— Да, именно, тогда она была свободная девица, он вполне мог оправдать себя тем, что женится на ней после того, как обесчестил бы. Разве не такой план у вас был на этот случай, господин Реймонд?

— Вы переходите все границы… — прорычал он.

— О каких границах вообще идет речь, когда ваш собственный сын нарушает законы в деревне, писанные нашими общими предками? — двинулся в его сторону Лейн.

Смотритель уставился на него удивленным взглядом.

— Вы же все прекрасно видели, разве нет? Может стоит начать с себя? — не унимался он.

— Да как ты смеешь?..

— Вы смотритель. Почему бы вам не оставаться смотрителем до конца? Скажите уже свое слово. Хватит молчать.

Они напряженно уставились с Лейном друг на друга тяжелыми взглядами. И все же по итогу старик тяжело выдохнул, присев на стул, стоявший неподалеку от них. Он еще долго боролся со своими эмоциями, устало потирая глаза. Однако потом тяжелая тишина, повисшая в обеденной все же прервалась.

— Что ж. Я рад что мой сын все еще жив… Может я и правда где-то недоглядел с Браном.

— Определенно, — не унимался Лейн.

Марко, стоявший рядом раздраженно цыкнул на него.

— Ваша парочка мне знатно помотала нервы за все это время. Надеюсь, после свадьбы, народу больше нечего будет осуждать, а вы наконец-то уйдете с глаз моих долой, — покачал он головой.

Марко удовлетворенно выдохнул и потер переносицу. Лейн тоже расслабил напряженные плечи.

— Свободны, — проговорил он, махнув рукой в их сторону.

Домой он вернулся глухой ночью. Завтра обо всем станет известно еще и родителям Астрид. Что ж, от себя он сделал все возможное чтобы спасти их свадьбу. И ему это удалось не без труда, и не без помощи друга. Однако на утро пришла его зеленоглазка и еще долго не решалась к нему подойти. Боялась. Дрожала рядом с ним, страшась заглянуть его демону в глаза. Однако Лейн не дал ему хозяйничать, посадил того на цепь, запретив поднимать свою голову. И Астрид все же приняла его после всего. Он был ей благодарен за это. Теперь она знала, что он может из себя представлять. Несмотря на это, зеленоглазка все равно смотрела на него прежним взглядом. Все равно любила, даже познав его темную сторону.

Казалось бы, все теперь наладится, да и девушка чувствовала непреодолимое желание к нему, как и он к ней. Ему даже пришлось пару дней побыть вдали от нее, заняв себя другими важными делами. Однако беда пришла откуда не ждали. Она ворвалась в конюшню вся заплаканная, и что странно совсем не ожидала его увидеть. Была напугана его присутствием. Внутри все скрутило противным спазмом, захотелось непременно найти того негодяя, кто посмел ее обидеть. Однако Лейн еще не знал тогда, что оказывается тем самым негодяем был он сам.

Мужчина никогда не забудет, как той холодной осенней ночью пару лет назад, он совершил ту самую ошибку. Ошибку, о которой он еще долго будет помнить, ощущая противную горечь во рту. Их отряд ушел далеко вперед в тот день. Оставив подкрепление у себя в тылу, воины на последнем издыхании взяли вражескую заставу, отбив ее у противника, численность которых была в значительном перевесе. А когда подкрепление прибыло, оставшиеся в живых диверсанты, в том числе и Лейн уже счастливо праздновали свою победу. Позади были свои, а впереди больше никого. Данная граница у запада теперь была полностью в их руках. В ту ночь он очень много выпил, поднимая тосты в честь своей жизни, жизни товарищей, а также во славу падших воинов, чья кровь еще не успела впитаться в землю. Назло ему в этот раз рядом с заставой оказалась и деревенька, на удивление не тронутая врагом. Жители периодически носили врагу хлеб и мясо, в обмен на то, чтобы их жизни остались нетронутыми. И вот теперь те самые жители также предлагали и им свою еду, кров и еще женщин, славя победу над тем же самым врагом. Некоторые товарищи предавались бесстыдным ласкам совсем неподалеку в тени голых деревьев или же пустых палатках, совсем не стесняясь, что их кто-то услышит. А кому-то это было не нужно, ведь было и так весело просто сидя у большого костра поднимать огромные чарки с крепким вином.

Почувствовав сильное головокружение, уставший мужчина двинулся в собственную палатку, решив все же закончить этот вечер на сегодня. Однако совсем скоро, когда тот едва шатаясь дошел до палатки и встал возле Бурана, то почувствовал, как его спину неожиданно обожгло чье-то тепло. Кто-то очень маленький тесно прижался к его телу, обхватив Лейна руками за пояс. Крутанувшись вокруг себя, мужчина едва не упал, пытаясь ухватится за поводья питомца.

— Ну что же ты доблестный воин, совсем на ногах не стоишь? — переливчато засмеялась незнакомка рядом.

Лейн удивленно окинул незваную гостью взглядом, запоздало отметив схожие черты, так давно отпечатавшиеся в его голове. Рыжие волосы, зеленые глаза. Вот только взгляд не робкий, напротив — порочный, желающий его. Демон внутри зашевелился задрав нос, почуял что-то знакомое и все еще принюхивался, пытаясь понять, что не так. А затуманенный разум рисовал в голове только ее — зеленоглазку.

— Давай помогу тебе раздеться, ты видно устал, — пролепетала она, положив свои руки тому на грудь, и медленно оттесняя его в сторону палатки.

Это было не сложно, Лейна едва слушались ноги, когда настырная девица толкнула его во внутрь, словно ребенка, а затем принялась медленно снимать с него тяжелые сапоги. В палатке едва горела свеча, потрескивая редкими искорками, а тени на ее лице умело скрывали все огрехи. Лейн даже на секунду поверил, что перед ним точно она, оттого и пах заметно налился кровью. Девушка тут же отметила про себя его желание, уверенно скользнув руками к шнуркам на штанах. А мужчина уже и не помнил, когда ее проворная фигурка так резво оказалась сверху на нем, призывно двигая бедрами в так его дыханию. Демон внутри упивался от счастья, требуя еще и еще, а пьяный разум отказывался верить во что-то другое. Его руки не смели касаться тела девушки, на которую он раньше и взгляда боялся порочного кинуть, не то, чтобы потрогать. Оттого нахлынувшее возбуждение оказалось просто невыносимым. Жар в палатке достигнул апогея, а может это он сам горел, мужчина не знал. Но только когда на утро он понял, что рядом с ним лежит точно не та, а минувшая ночь проскользнула неясными всполохами перед глазами, демон внутри разочарованно оскалился. Это была не она. Так похожа, но не она. Голод внутри затопил все тело и душу и только спустя секунду осознание обрушилось на него ледяной лавиной. Лейн трясущимися руками схватился за лицо и тяжело выдохнул. Голова просто разламывалась на куски, но хуже всего было внутри. Он чувствовал, как совесть выкручивает его тело и душу, ломая и разрывая его на маленькие кусочки. Он был мерзавцем. Он предал ее любовь. Еще долго память услужливо подкидывала ему отрывки воспоминаний, как он задыхался в пьяной агонии под блудливой девицей, а та в свою очередь на нем стонала так, будто ее брали сразу несколько мужчин. И от того на сердце становилось гадко. Тяжелый камень ему теперь было не сбросить с души, а взгляд наивных зеленых глаз его девочки, еще не раз заставит его мысленно уронить голову себе на грудь. Но время шло и воспоминание стихало, глухо притаившись на самом дне его темной души.

И вот сейчас мысленный взор живо нарисовал ему ту самую картину, будто это было только вчера. Астрид не могла знать об этом, но ее глаза все поняли. Когда она неожиданно спросила его об этом, он просто растерялся словно мальчишка, которого поймали за руку. Кто мог надоумить ее на это? Он не знал. Да и какая теперь была разница? Отчаянье в глазах девушки захлестнуло все вокруг.

— Как ты мог?

Ее шепот больно хлестнул его по самому сердцу, когда он попытался коснуться ее.

— Не подходи.

И снова очередной удар в самую душу. Лейн и не собирался больше нарушать объявленных границ.

— И что теперь нам делать, зеленоглазка? — с надеждой уставился он на нее.

— Не называй меня так больше.

Последний удар, рассекающий его душу на осколки.

Смех так не вовремя накатил на него. Он просто не верил во все происходящее. Отказывался верить.

— Хорошо. Что же теперь ты собираешься делать? — поправил он себя сквозь зубы.

То самое кольцо, что он подарил ей пару дней назад сейчас призывно блестело на ее пальце, отражая во всей красе его предательство. Завидев полной горечи его взгляд, девушка молниеносно спрятала руку за спину. В глазах той читалось простое и наивно детское «не отдам». Лейн едва не хохотнул, поражаясь увиденному. Ее жгучий ненависти взгляд все еще прожигал в его душе огромную дыру, однако на дне темной зелени глаз скрывалось то, что нельзя было выдернуть даже раскаленными щипцами. Это была ее любовь, которая однажды там зародилась. Когда-то очень давно.

Он грустно улыбнулся.

— Ты же понимаешь, что помолвку не расторгнуть?

Но та лишь отвела взгляд в сторону, опасаясь больше смотреть на него.

— Я тебя ненавижу…

Эти слова припечатали его, заставляя почувствовать себя полным ничтожеством, жалким уродом, неспособным держать свои причиндалы в штанах. Он осквернял ее чистоту одним лишь своим присутствием рядом. По делом ему, здесь виноват только он. Но демон внутри лишь хлестко ударил хвостом, требуя свое назад.

…не отдам!..

Демон кричал внутри зверем. Лейн швырнул со злости щетку прямо в стену, а та отлетела от нее разлетевшись на мелкие кусочки. Буран позади него опасливо отшатнулся. Но Лейн не обратил на это внимания. Ведро с водой, стоявшее на полу, тоже отлетело в стену, смявшись под силой удара. Мужчина задыхался от гнева. Все было крайне отвратно.

Он не смел к ней приходить. Желал всем нутром, но не смел. Боялся, что она его прогонит со двора как собаку. Бешеную собаку, которая отхватила у хозяина руку. Таких животных убивают потом, чтоб неповадно было, а он все смел надеяться на ее благосклонность. Идиот. Его мысли не давали покоя, все время жужжали, словно рой обозленных пчел, выводили его из себя. Что он мог сделать теперь? Ничего! Лейн своими руками похоронил их счастье. И теперь тоска по ней съедала его нутро медленно и безжалостно. Уже и матушка заподозрила неладное, но спрашивать опасалась.

Лейн сидел за столом не в лучшем духе. Матушка Хильд готовила ужин, ее руки привычно нарезали хлеб на деревянной доске, однако тот ломался, не поддаваясь лезвию. Мужчина прищурился.

— Дай мне нож, я заточу, — проговорил он, заботливо забирая из рук матери прибор.

— Ох, и то верно, почти все затупились. На вот возьми еще остальные. А лучше сходи до кузнеца, пусть он их заточит, он мне еще два чугунка должен был сделать. Заодно и заберешь их, — оживилась женщина, пытаясь хоть как-то отвлечь его от тяжелых дум.

— Хорошо, сейчас добегу.

Лейн вышел на улицу, ощутив теплый ветерок на лице. Погода благоухала, сейчас бы вместе с девушкой сидеть на мостике у мельницы и миловаться, а не сума сходить от злости к самому себе. Такими невеселыми думами он дошел до господина Роя. Зайдя во двор, Лейн привычно прошел к кузне, где обычно горел свет, оповещая о том, что хозяин занят работой. Однако зайдя во внутрь, Лейн не увидел кузнеца. Зато вместо него стояла совсем другая фигура, широкая и плечистая. То был его сын — Дан.

— Привет, отец дома? — постучал осторожно Лейн, отвлекая от работы парня.

Тот удивленно обернулся на него, а затем узнав в мужчине Лейна тут же нахмурился и небрежно бросив раскаленную сталь в воду, утер со лба пот.

— Нет. Он в город уехал сегодня днем. Зачем пожаловал? — недружелюбно проговорил он.

Лейну это не понравилось. Конопатый мальчишка откровенно дерзил ему, вот только не понятно почему.

— Госпожа Хильд интересовалась чугунками и просила заточить ножи, — положил он на деревянный ящик несколько.

Дан проводил их незаинтересованным взглядом, а затем отвернулся от него, снимая фартук.

— Не уж то сам разучился? Могу точильный камень дать, коли нужно, — усмехнулся он, даже не удостоив его взглядом.

Лейн почувствовал, как внутри снова проснулось что-то не хорошее. Его кулаки нервно сжались, а брови тяжело сошлись на переносице.

— Я что, обидел тебя чем-то?

Дан тут же перестал улыбаться и медленно обернулся на голос Лейна.

— Меня не так просто обидеть, — проговорил он недружелюбно.

— Тогда берись за дело раз так, — прищурился Лейн.

Он был и так не в настроении, а теперь еще и его терпение испытывали. Дан грубо схватил ножи и ушел вглубь кузни. Спустя некоторое время он вернулся обратно, собираясь вернуть приборы Лейну. Пару серебряных монет уже покорно ждали его, но Дан лишь проводил их скучным взглядом.

— Чугунки еще не готовы. У отца работы навалом, — язвительно проговорил Дан, опираясь свободной рукой о косяк проема.

Лейн лишь молча забрал ножи и устремился обратно наружу, даже не прощаясь с наглецом. Стоило ли сейчас вообще что-то прояснять? Но не дойдя и половины пути, за спиной вдруг раздался полный ненависти голос парня.

— Ты не годишься ей в мужья.

Лейн едва не поперхнулся от услышанного. Внутри все разом напряглось и обрушилось огненной лавой. В сердце отчетливо резануло, а внутренний голос предательски согласился с щенком.

«…все верно, не годишься…»

— А кто годиться? — с затаенной улыбкой проговорил мужчина, не узнавая своего голоса. Было совсем непонятно кому он это произнес, себе или же Дану.

Но заморыш молчал. Тогда Лейн все же повернулся в его сторону и медленно подошел к нему. Его гордый вид и взгляд с вызовом прожигали его на сквозь. Все ясно.

— Так вот откуда такой теплый прием? — усмехнулся он, а затем продолжил, — Я повторю свой вопрос. Кто годиться?.. Может быть ты?

— Может и я. Все лучше, чем зверь в обличии человека, — прошептал он злобно.

— Тогда… где же ты раньше был эти три года, а? — прошипел Лейн, склонившись у того прямо над ухом. Однако ответа он так и не получил. Дан все продолжал его прожигать своим взглядом, словно огнем, и Лейн запоздало осознал. Мальчишка был до одури влюблен в Астрид все это время. Мужчина даже ошарашенно усмехнулся в такт своим мыслям. Однако демон внутри уже навострил свои когти, выискивая момент вцепиться тому в глотку.

— Я был рядом. А ты был еще ближе. Ты всегда отравлял ее душу, — прошипел он злобно.

Мужчина едва не выронил ножи, когда услышал в его голосе боль. Он ненавидел Лейна всей душой. Не уж то заморыш пытался приударить за ней? Пытался. То было написано на его лице. Но видно не выгорело ничего. От того он и злился на него.

— Что ж сочувствую тебе, щенок… — выдохнул он на последнем слове, — Тебе придется забыть о ней, иначе окажешься на месте сынка смотрителя.

Дан внутренне напрягся, готовый провести уже заготовленный удар, а Лейн только улыбнулся такой перспективе, демон все пытался вырваться из клетки, и клацал зубами уже у самого горла.

— Посмотрим…

— Даже не смей надеяться на что-то. Она моя.

— То единственное что, ты не успел испачкать собой уже и так досталось мне, — гордо выпятил тот грудь, словно показывая медаль на ней. Но там было пусто.

Лейн опасливо напрягся, запрещая себе даже представлять то, что воспаленное воображение уже во всю рисовало в его голове. Но Дан все же продолжил.

— О, не подумай. Я говорю всего лишь о ее первом поцелуе. А ты о чем подумал? — Дан потешался над ним, — Оно и видно о чем. Только такие мерзавцы как ты могли бы подумать об этом. Ты не достоин даже пальца ее.

Лейн уже кипел и на последнем издыхании держал хлипкий контроль. Нельзя было поддаваться эмоциям, этого зеленоглазка ему точно не простит.

— Пусть так, — согласился с ним Лейн, но вскоре не удержался и ответил ему в той же манере, словно мальчишка равный ему, — Вот только, все остальное по праву мое. И каждый ее поцелуй, вплоть до последнего будет моим. А тебе больше ничего не останется, как тешить себя единственным светлым воспоминанием о ней, — с удовольствием прошептал он ему. А затем с наслаждением отметив его гневный прищур спокойно развернулся в сторону калитки и ушел.

Внутри все торжествовало. Заморышу не достанется то, что по праву было и так его. И сладких ночей он с ней никогда не узнает. Лишь только в своем воображении. Лейна отпустило, когда он коснулся опасной темы в своей голове. Но думать об этом сейчас было бы очень глупо, кто знает, быть может, она вообще его после всего к себе не подпустит, и даже после свадьбы. Мужчина не весело ухмыльнулся своим мыслям. Нужно было что-то делать. Он не собирается смотреть за тем, как она его постоянно избегает. Вот уже двое суток он мучился, сгорая неведением, пытаясь понять осталось ли у нее хоть что-то к нему, после всего. Он чувствовал себя грязью под ее ботинком, не меньше, особенно после слов Дана, которые с точностью подтвердили его догадки о себе. Но тронуть мальчишку было бы глупо. Он хоть и нарывался, но делал это лишь от отчаянья и тоски, при этом боготворя Астрид, словно та была божеством, не меньше. Но еще одного подобного поведения он не стерпит. Наваляет ему по самое не балуй.

А на следующий день до него дошли слухи о кончине лекаря на окраине их деревни. Похороны решили сделать сразу же. Он знал, Астрид точно там будет, не сможет не прийти и не попрощаться с ним. А когда тот пришел на похороны, нисколько не удивился ее присутствию. Девушка тоже его заметила, правда не сразу. И тут же бегло отвела взгляд. Она даже не смотрела на него. Лейн был зол. Ужасно зол. Поэтому когда, ее маленькая фигурка тут же решила скрыться от него в соседнем лесу, то быстро смекнул, что нужно действовать. Девушка отчаянно вырывалась, словно он был последним мерзавцем. Не так давно она плавилась в его руках, а теперь так отчаянно убегает от него, словно зверек, нарвавшийся на хищника в лесу. Но Лейн не хотел ничего слышать. Ему было важно лишь то, что она любит его. Он все же смел на это надеяться. И когда спросил у нее это прямо, ответ получил двоякий. Может она его и любит, вот только сама не рада этому. Лейну было горько. И желание как не кстати сейчас обуяло им в самый неподходящий момент. Что было поделать, он по природе охотник… Хотелось схватить ее против воли, но та оказалась проворней него. Он только и видел, как ее рыжая копна мелькнула в гуще деревьев.

Осознание пришло позже. Спустя мгновение после ее побега. Болота здесь были ближе, и забрести в них было легко и просто, когда не видишь куда бежишь. Лейн бросился за ней, обдирая острыми ветками руки и лицо, и добежав до места тут же лихорадочно стал осматривать темную гладь воды, края которой мерно шлепали тихими волнами о берег. Следы девушки затерялись, и найти что-то похожее на них стало для Лейна непосильной задачей. Он мог себя лишь тешить, что ее нелегкая нога не угодила в пасть черному чудовищу в этом лесу. А потому пустился бегом до деревни, проклиная все на чем стоит свет, лишь бы только девушка оказалась дома живой и невредимой. Когда тот уже бежал по главной дороге, на пути ему встретился Марко, удивленно уставившись на то, как друг хватает его за шиворот и пытается донести что-то бессвязное. Однако после слов о болоте и девушке Марко нахмурился и покачал головой.

— Дома твоя невестушка сидит. Видел ее, когда проходил мимо. Бежала как ненормальная. Что у вас опять случилось?

Только после этого Лейн выдохнул, пытаясь унять свое сердце, которое норовило пробить в груди дыру от испуга.

— Ничего… Это я виноват во всем.

— Я не сомневаюсь. Ты всегда у нас крайний, — цокнул он языком.

Лейну это замечание резануло по ушам и тот уставился на него недобро.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А ничего. Ну и выбрал ты себе… занозу в одном месте.

— Тебя не должен никоим образом волновать мой выбор, — огрызнулся он.

— Лейн, она тебе мозги в кучу спекла. И уже очень давно. А вы еще даже не женаты. Боюсь представить, что будет дальше, если уже сейчас ты бегаешь и ищешь ее по всей деревне, — махнул он рукой в его сторону.

— Ты думал, любить кого-то просто?! Советую тебе не сравнивать свои шашни с девками, где нет места даже одному твоему обещанию.

Марко ошарашенно уставился на него, не понимая, что за муха его укусила, но Лейн не стал продолжать этот разговор и раздраженный пошел домой.

Его все раздражало. Еще и друг попал под горячую руку. Но Лейн не жалел, что поставил на место Марко. Уже давно он точит зуб на Астрид. Мужчине это не нравилось. Разговор был делом времени. Но он бы случился. Однако сейчас Лейну было не до этого. Он просто не знал, что делать дальше с его девочкой. Нужно было поставить точку во всем этом как можно скорее.

Он пришел к ней под вечер. Зашел в дом к будущим родственникам, а те приняли его с теплом. Лейну пришлось рассказать вскользь об их ссоре, не затрагивая основной проблемы. Он бы не рискнул посвящать особенно отца в суть их разлада. Тот мог и заступиться за дочь, а его вышвырнуть навсегда из ее жизни. И только после этого он зашел в ее комнату. Она была в ночной рубашке, видно уже готовилась ко сну. Увидев его зеленоглазка задрожала, словно лист на ветру. Испугалась, что пришел домой к ней. Что нет возможности сбежать от него больше. Внутри мужчины проснулся охотник, который уже давно требовал свою добычу. И вот терпению его пришел конец. Лейн снова был вынужден спросить ее. Но в этот раз девушка ответила так как чувствовала, признаваясь самой себе видимо нежели ему. Но мужчине этого было достаточно. Когда он увидел ее грустные тоскливые глаза не смог удержаться, прижал ее к себе, снова вдыхая ее запах и чувствуя, как под его руками трепещет ее теплая живая плоть, разделяемая только тонкой тканью рубашки. Зеленоглазка лишь упрекнула его в том, что он несдержан, но этим лишь раззадорила его напористость. И только когда он почувствовал, как едва контролирует себя, от того, чтобы не взять ее прямо на том самом столике, резко замер, ошарашенно наблюдая за тем, как девушка разрумяненная и разомлевшая едва держится в сознании, и в шаге от того, чтобы не дать ему то, что он так давно желает. Им не нужны были слова, все и так было до боли ясно. Ни он, ни она не смогут больше существовать друг без друга. Только после того, как он проронил важные слова уходя от нее, Лейн все же смог спокойно выдохнуть. Она простила его. И больше он не посмеет сломать то, что он создавал так долго. Ни теперь.

Последние дни перед свадьбой тянулись достаточно долго. Ему нужно было завершить все приготовления. И это касалось не только дома, но и свадьбы тоже. Родители невесты и жениха заранее обо всем договаривались, поэтому Лейн был в курсе всего. Вместе с матушкой он точно так же занимался и организационными вопросами. Поэтому он не заметил за важными делами, как по нему соскучилась Астрид. Это было видно по ее глазам и тем редким встречам, что им удавались по вечерам. А когда она появилась у него дома, то напрочь разрушила все его представления о ней. Лейн и не думал, что Астрид может быть такой. Такой нежной, сексуальной и даже нахальной. То, как она смотрела на него в тот вечер Лейн не представил бы себе даже в самой смелой фантазии. Весь день он ее не видел, а к концу дня уставший от дел, отдыхал за чтением книги, стараясь отвлечься. Он и не подумывал, что достаточно одного ее такого взгляда, чтобы в его венах в тоже мгновение растеклась жгучая лава. Она завела его с пол оборота. Лейн проклинал все и вся, когда спускал с ее плеч это невесомое платье. Когда целовал ее грудь и втягивал соски, словно сладкие вишни на ветках. А когда понял, что девушка умирает от голода по нему, дал ей то, что она так отчаянно просила. Ведь если бы не дал, она бы точно познала его любовь на много ранее, чем то было им предписано. Лейн с ужасом понимал, что готов в тот момент наплевать на все, когда она так призывно смотрела в его глаза, продвигаясь своими руками к тому месту, где кровь пылала, словно пожар. Неловким, стыдливым и в тоже время просящим взглядом. И даже на утро он все не мог стереть из памяти ее взгляда. Не мог. Внизу все сразу наливалось, стоило только вспомнить тот момент. Лейн отсчитывал дни до свадьбы, он желал девушку всем своим существом, ожидание выматывало его. И совсем скоро Боги услышали его.

День тогда выдался солнечным и не жарким, народ уже во всю горланил на улицах. А он уже сейчас примерял рубаху, вышитую заботливой рукой его зеленоглазки. Она пришлась ему в пору, смотрелся он в ней и впрямь важно. Астрид понравится, подумалось ему. А когда он вышел на площадь, местные тут же принялись его поздравлять. Знакомые пожимали руки, отец невесты тоже обнимал его, а матушка плакала, утирая слезы своим белым платком. Марко тоже совсем скоро объявился позади него, хлопая того по плечу. С другом он не виделся с того дня как они повздорили, но, к удивлению, Лейна, тот даже думать забыл о том неприятном разговоре. Марко поздравлял его искренне и был рад от всей души за них с Астрид.

Смотритель ждал его, когда тот подошел к месту церемонии, а наготове уже были и серебряные обручальные венцы, красующиеся на белоснежном полотне рядом. После того, как их поженят, венцы будут еще весь вечер украшать их головы, пока Лейн не проводит свою невесту до дома, вместе с горланящей толпой, чтобы те убедились в честности и правильности намерений влюбленных. А по утру они еще долго будут греть постель друг друга, прежде чем встанут к завтраку. Лейн встряхнул головой, отгоняя желанные мысли. Рано. Сейчас нужно сделать все по закону. Чтобы больше ничто не смогло разлучить их. Чтобы сами боги одобрили их союз.

Совсем скоро толпа пропустила вперед две маленькие фигурки, в которых он узнал госпожу Грейс и его… зеленоглазку. Она была похожа на лесную чаровницу, а может и саму хранительницу, богиню бескрайних лугов и степей, ту кто дарил им урожай каждый год, коль была ее милость. И вот сейчас он благоговейно наблюдал за тем, как та самая богиня, очевидно собиралась стать его женой. Наверное небеса что-то напутали, но Лейн был только рад. Он с упоением разглядывал каждую ее черточку на лице, каждое движение запоминал и ту улыбку, что девушка сейчас дарила только ему одному. Лейн едва не бросился к ней, протягивая в ответном движение руку, когда девушка приблизилась. Но по закону он не имел права прикасаться сам к невесте. Смотритель был тем, кто давал право на женитьбу в его землях. И Лейн покорно дождался, когда господин Реймонд вложит ее ладонь ему в руку, и только после этого сжал ее, словно самое драгоценное, что у него есть.

Господин Реймонд еще долго говорил церемониальную речь в полной тишине. Спрашивал ответа сначала его, а потом и Астрид. Та лишь кротко ответила свое «да», и стала ждать, когда старик наконец разрешит им скрепить согласие поцелуем, а после надеть им на головы венцы. Лейн с позволения смотрителя коснулся губ девушки, почувствовав, как она едва заметно вздрогнула, а затем шумно выдохнула. Щеки девушки алели, вокруг было много народу, поэтому та смущенно прятала глаза, боясь хоть на кого-то посмотреть. Мужчина крепче сжал ее руку, а затем погладил ее совсем незаметно большим пальцем, почувствовав, как девушка немного расслабилась. Он улыбнулся краешком губ, когда ее пальцы переплелись ответным движением в нежной ласке. Совсем скоро тяжесть украшений приятно охладила кожу Лейна. Венцы означали заключительную часть церемонии. После этого господин Реймонд достал обручальные кольца и заставил будущих супругов обменяться и ими. Руки девушки все еще подрагивали, но Лейн без труда надел на ее пальчик украшение, когда как Астрид взволнованно пыталась не выронить второе кольцо, предназначенное для него. Но вот спустя мгновение Лейн все же почувствовал тяжесть на своем пальце и одобрительно улыбнулся ей, как только девушка встретилась с ним взглядом. Только когда смотритель наконец объявил их мужем и женой, народ одобрительно заголосил. Матушка Хильд вынесла хлеб с солью и молодые тут же отломили по кусочку от него. После этого толпа расступилась и принялась провожать их до торжественного стола, стоявшего неподалеку, горланя свадебные песни и частушки.

Теперь они были законными супругами, а это значило, что отныне все решения в их семье будет принимать он. Молодожен усадили за их небольшой стол, а сам люд быстро начал рассаживаться в зоне для гостей. Поднялись первые тосты, послышались поздравления и шутки. Народ лихо расправлялся с напитками, вот уже и сам Лейн немного охмелел. Но нужно было дотянуть до конца торжества, иначе брачная ночь грозилась бы сорваться. Бывало и такое в народе, вот только потом люди еще не один день шутки бросали в сторону молодожен одна другой краше. Однако за каждый тост, произнесенный гостем, он также обязан был поднять и свой кубок. Тут-то и проверялась выдержка мужчины.

Астрид лишь кротко улыбалась, отпивая морс из своего кубка, девушка молчала и тихо уплетала по одной ягодке винограда из соседней тарелки.

— От чего не пригубишь вина, родная? — склонился он над ее ухом тихо улыбаясь.

Девушка немного растерялась и выронила очередную ягоду, дрожащими пальцами.

— Боюсь охмелеть быстро. Я же почти никогда не выпивала, — прошептала она неловко.

Лейн поставил еще один кубок перед ней и налил вина до самых краев.

— От такого небольшого количества ты не охмелеешь. А вот расслабиться сможешь, — приобнял он ее, почувствовав пальцами теплое девичье тело. Руку он так и не убрал, наслаждаясь ее изгибами, нежно поглаживая мягкую податливую плоть. Зеленоглазка смущенно выдохнула и потянулась к своему кубку. Лейн опередил ее прежде, чем она поднесла его к губам привычно коснувшись ее кубка своим.

Спустя небольшое количество времени Лейн все же подметил, что девушка заметно расслабилась и перестала отводить взгляда от гостей. Осмотрев добрую половину гуляющих, Лейн узнал по краям стола знакомые лица приятелей, друзей и родственников. Все улыбались и смеялись нелепым и постыдным шуточкам, а кто-то умудрился уже даже поспорить с оппонентом и теперь нарывался на драку. Его глаза еще раз прошлись по соседним столам и неожиданно для себя он столкнулся с пристальным взглядом Брана. Он сидел с едва зажившими синяками на лице и смотрел на Астрид. Внутри Лейна снова поднялась неприятная волна, заставляя мужчину сжать свой кубок сильнее обычного. Но Бран просто рассматривал ее с интересом и ничего более. Его карие глаза метнулись к Лейну и еще долго прожигали мужчину темным взглядом. Однако совсем скоро он вернулся в свою тарелку и принялся уплетать мясо. Лейн лишь хмыкнул, оставляя его без внимания.

— Когда-то я и мечтать не мог об этом, — проговорил он смотря вдаль.

— О чем?

— О том что я вот так вот буду сидеть на нашей с тобой свадьбе, — улыбнулся он разглядывая её профиль. Руки мужчины привычно коснулись лица девушки и очертили пальцами мягкие скулы. Астрид смущённо выдохнула и поддалась на его невинную ласку, с удовольствием прикрыв глаза.

— Ты знаешь, я ведь тоже так считала. Думала ты и не взглянешь на нескладную девчонку.

— Но я глядел. И ненавидел себя за это. Ты была совсем ребёнком, — сглотнул он отводя мучительно взгляд.

Астрид поймала его подбородок и снова развернула его в свою сторону.

— Не отводи своего взгляда, любимый, — прошептала она, а затем оставила тёплый поцелуй в уголке его губ, — Я самая счастливая девушка в мире.

Близился вечер, танцы и песни уже во всю гремели, гусли рвались, а флейты кружили незатейливыми мелодиями по округе.

— Пойдем танцевать, поди ноги уже совсем задеревенели? — отодвинул он стул девушки, приглашая ее на танец.

Зеленоглазка радостно улыбнулась и согласно вложила ему свою ладонь. Танцы на свадьбах заставляли разогнать кровь по жилам. Лейн вышел с ней в гущу толпы и тесно прижав девушку к себе, понесся в быстрых движениях вместе с остальными. Его зеленоглазка едва поспевала за ним, было видно, что девушка ни разу не танцевала, поэтому выглядело это совершенно неловко. Хотя его совсем не смущало, что они выделяются из толпы, ведь он смотрел только на нее и не мог нарадоваться. Астрид заметила его лукавый взгляд и от чего-то разозлилась на него.

— Ты смеешься надо мной? Я едва успеваю, Лейн! — рвано говорила она, пытаясь попасть в такт.

— Что ты, родная… Ты самая чудесная девушка, поверь мне, — улыбнулся он, прижав ее еще ближе к себе.

Его руки подняли ее чуть выше, от чего девушка повисла на нем, совсем не касаясь ногами земли. Теперь он кружил ее в танце, не хуже прочих, а та, вцепившись в его плечи, смеялась и смотрела только в его глаза, растворяясь в них до конца. Танцы сменились песнями молодых девиц и в воздухе тут же начали витать грустные мелодии о любви и жизни. Лейн теперь медленно танцевал с девушкой, позволяя ей самой касаться земли и все смотрел в ее глаза, не отпуская ни на секунду. Его взгляд лишь на секунду метнулся к гостям, когда он заметил неподалеку от костра, одиноко сидящего Дана. Он смотрел на них уже давно. Его широкие плечи грузно висели, словно огромная туча над бескрайним полем, а в руках покоилась кружка с напитком.

— Твой друг утомился за вечер, — проговорил он негромко.

Астрид неловко повернулась в сторону сына кузнеца и грустно улыбнулась.

— К сожалению он не считает себя моим другом.

Лейн почувствовал, как плечи девушки опустились и та уставилась грустным взглядом вниз. Ему было и без слов понятно, что произошло меж ними, но мужчина не стал больше спрашивать ни о чем.

— Пойдем ко столу, выпьем, — проговорил он ей, отпустив ее руки со своей шеи.

Уставший народ все еще сидел за столами, уже знатно пьяные мужики лениво потягивали вина и глазели по сторонам, а их жены трещали обо всем на свете со своими подругами. И вот когда всем уже надоело наблюдать двоих молодоженов, кто-то самый смелый решил вдруг поторопить молодых.

— Ну, молодежь, не зевайте, дело делайте! Полно вам уже сидеть тут…

— Да… и то верно, — начали раздаваться голоса вокруг, подначивая друг друга.

Вот уже и шуточки бесстыдные посыпались со всех сторон, заставляя фигурку Астрид рядом напрячься, как только она подошла к своему стулу.

— Колокол бьет, пора вам делом заняться!

— Спать пора, а то завтра некогда будет!

Девушка все стыдливо прятала глаза и Лейн решил взять все в свои руки.

— Пойдем, пока они еще чего не придумали, — проговорил Лейн, разворачивая ее в свои сторону и уводя от стола.

Однако народ решил тоже ворон не считать, а проводить молодых до дома, чтобы те и не помышляли раздумать о своих брачных обязанностях. Лейн только скривился, но вида не подал. Это было право гостей, спровадить молодых. Вот и девушка не знала куда себя деть, когда толпа окружила их со спины, горланя неуместные шутихи. Но действо продолжалось не долго, благо Лейн прибавил шагу и пустился с ней чуть ли не бегом до дома. А когда они забежали в спасительную обитель, Лейн сразу же захлопнул дверь перед носом любопытных гостей, задвинув шторы в прихожей их дома. Послышался смех и свист за окном, а вскоре все стихло.

Мужчина выдохнул прямо у нее над ухом, заметив как Астрид напряглась еще больше рядом с ним. Лейн лишь улыбнулся и взяв девушку на руки понес ее в спальню, где уже заботливо горели свечи, зажженные его матушкой ранее, а также стояла небольшая лохань с горячей водой, заполненная наполовину.

Усадив ее на мягкое покрывало, Лейн практически сразу же опустился на пол рядом с ней и приподняв подол ее платья принялся снимать обувь. Кожаные ремешки слетели вниз, обнажая тонкие щиколотки девичьих ног. Зеленоглазка вздрогнула, когда руки мужчины очертили нежными движениями выступающую косточку на ногах. Внутри уже давно все горело от предвкушения. Вот только девушка едва находила в себе силы дышать от волнения. Это было видно по ее смущенному взгляду и тревожным искоркам на самом дне. Мужчина отпустил ее ноги и сел рядом с ней, нежно касаясь ее волос. Очелье было аккуратно снято, а дальше пальцы его рук ловко стали перебирать ленты в волосах девушки. Астрид запоздало улыбнулась, когда поняла, что он начал проворно распускать волосы и вытягивать одну за одной ленты. Те падали трепещущими лоскутками на пол и тут же замирали. Мужчине нравилось растягивать удовольствие, им некуда было спешить, поэтому его пальцы то и дело задевали шею, ключицу и уши девушки, заставляя ее расслабляться под едва заметными движениями. Вскоре Лейн потянул ее за руку в центр комнаты, заставив подняться с кровати. Ему хотелось рассмотреть свою красавицу, прежде чем впервые попробовать.

Астрид покорно двинулась за ним, но мужчина тут же остановил ее. Его руки нежно прошлись от талии и плавно перетекли ей на спину, точным движением отыскивая конец шнуровки платья. Руки ловко управились с тесьмой, ослабляя ее, и девушка почти не заметила, как узкие плечики съехали вниз под тяжестью рукавов. Лейн не стал тянуть, сдернул его вниз до самого конца, уронив наряд прямо ей в ноги. Астрид лишь успела удивленно ахнуть, когда поняла, что стоит совсем обнаженная, и только тяжелые волосы сейчас прикрывают ее грудь. Он уже отодвигал их за спину, восхищенно любуясь девичьим станом и даже отошел немного, чтобы разглядеть ее полностью. Девушка пораженно смотрела на него не рискуя прикрыться, а щеки ее горели пламенем. Лейн понимал, что ведет себя слишком напористо, но сделать ничего с собой не мог. Однако Астрид не осталась в стороне, она подошла ближе, разрывая его зрительный контакт и робко положила свои руки ему на плечи.

— Это не справедливо. Позволь и я тогда сниму твой наряд, — осторожно проговорила она.

Лейн лишь молча улыбнулся, помогая ее рукам проникнуть под белую рубаху и пройтись по телу трепетным прикосновениями. Астрид ловко утянула ее на верх и теперь с наслаждением трогала теплыми подушечками пальцев выступающие мышцы на теле. Ее завороженный взгляд не оставлял ни одного места, куда бы она не посмотрела, а руки все продолжали чертить нежные узоры на его коже. Лейн чувствовал, как в местах ее прикосновений толпой пробегают мурашки и с наслаждением замирал от сладких ощущений. А ее руки все опускались ниже и ниже, и вот когда Лейн ощутил прикосновение у самого края его брюк, девушка резко замерла не зная, что делать, уцепившись за край кожаного шнурка.

— Это всего лишь тесьма Астрид, она не такая сложная, — посмеялся он над ней, выдергивая тесемки из ее пальцев.

Рука привычно дернула кожаные шнурки выше, заставляя края тесных штанов ослабнуть у пояса. Теперь дело было за ней, но девушка все еще не спешила. Тогда Лейн уверенно подхватил ее за бедра и понес в сторону кровати, укладывая ее стройное тело на мягкое покрывало. Она не сопротивлялась, лишь часто дышала от волнения и возбуждения. Мужчина припал к ее шее, выводя влажную дорожку к маленькой груди, а затем сжал их крепко ладонями, сгорая от желания. Внутри все желало поскорее познать ее, и наконец-таки можно было не сдерживаться. От этого осознания вдоль спины прошелся приятный озноб, а внизу все напряглось до предела. Тесная одежда давила, хотелось по скорее от нее избавиться, что собственно, он и проделал, лишь на мгновение оторвавшись от девушки. Исследуя ее тело, Лейн позволял себе пробовать на вкус каждый участок ее кожи, приятно осознавая, что Астрид наконец расслабилась в его руках и теперь лишь часто дышит от накатывающего удовольствия. Мужчина двинулся ниже, ласково целуя внутреннюю сторону бедра, и крепко сминая мягкие ягодицы своими ладонями, оставляя на них красные отметины. В какое-то мгновение его повело в сторону ее лона, и тот нахально прихватил сладкую горошину губами, вырывая неожиданный стон из губ девушки. Зеленоглазка не ожидала этого, лишь потому ее глаза так широко распахнулись в немом удивлении. Но мужчина не собирался останавливаться, поэтому медленно довел Астрид до самого конца, наслаждаясь ее всхлипами и приятными судорогами, в порыве которых она сомкнула колени вокруг головы мужчины. Однако Лейн уже долго терпел, демон внутри отчаянно пытался вырваться из клетки, чтобы взять девушку одним разом. Но так было нельзя. Только не с ней. Поэтому Лейн снова раздвинул колени девушки, устраиваясь поудобней, а затем нависнув сверху, нежно поцеловал ее возле уха.

— Потерпи родная, — прошептал он.

Астрид все еще была в расслабленной позе, очень податливая и чрезмерно влажная. Поэтому Лейн сделал лишь одно движение, которого хватило, прежде чем тело девушки резко сжалось от боли, обхватив его внутри, словно тисками. Мужчина тихо рыкнул от едва накатившего удовольствия и приказал себе ждать. Нужно было позволить ей привыкнуть. Его теплые и осторожные поцелуи помогали ей расслабиться под ним, принять его и ее новые ощущения. Только после этого Лейн снова толкнулся, не встречая больше на своем пути преграды и чувствуя сдавливающую его тесноту внутри нее. Он едва не застонал от удовольствия, чувствуя болезненное удовольствие внизу, которое с каждым толчком окрыляло его все с большей силой. А девушка под ним тихо стонала, пытаясь чуть ли не слиться с ним в одно единое, вжимаясь в его грудь, словно в спасение. Ее пальцы больно вонзились в плечи мужчины, но тот даже не замечал этого, врываясь в ее тело, будто ненормальный. Толчки все сильнее ощущались, ножки кровати тихо поскрипывали, а рука Лейна уже в отчаянии вцепилась в каретку, норовя ее просто сломать от накативших ощущений и эмоций. И вот Астрид сжалась в долгожданном спазме под ним, плача и крича от удовольствия, и Боги! Тем самым заставив Лейна все же уронить стон со своих губ, когда тот ощутил, как его естество еще сильнее сжало внутри тисками, а затем прострелило сильнейшей разрядкой, да так, что силы разом покинули того. Мужчина висел на собственных руках, не рискуя упасть на хрупкую девушку и тяжело дышал, склонившись возле ее шеи.

Он и не думал, что когда-нибудь познает такое удовольствие, поэтому с восхищением смотрел Астрид в блаженные глаза, отмечая про себя, что в эту ночь в его постель попала и вправду богиня, и никак иначе. Девушка сгорала от удовольствия, совсем позабыв про стыд. Ее губы в благодарность шептали его имя, попеременно целуя его шею и грудь, а Лейн все не мог насмотреться на нее. Спустя мгновение он понял, что желание снова подступило и налилось внизу, срочно требуя вожделенное тело любимой.

Поцелуи Лейна становились все жарче, перетекали на грудь, живот и ноги. Мужчина лихорадочно вдыхал запах ее тела, уже откровенно не стесняясь своих желаний и лаская ее поцелуями и проворным языком напряженные соски. Девушка извивалась в его руках, подставляя свое тело его шальным рукам и поцелуям, а он все продолжал сводить ее сума, изнывая от жгучего желания. Лейн тихо перетек той за спину, и лежа сбоку обхватил девушку руками под грудью. Войдя в нее, мужчина снова почувствовал, как тугое блаженство обхватило его со всех сторон. В этот раз движения были медленнее, мучительнее, утягивая их обоих в пучину непрекращающегося удовольствия. Все что Лейн мог слышать было лишь его имя, которое Астрид так страстно шептала в его распахнутые губы. И лишь только под самое утро оба обессиленные забылись крепким сном, тесно сжимая друг друга в объятиях.

Солнечное утро уже во всю освещало их спальню, а влюбленные все еще спали, не желая продирать глаза. И только когда Лейн понял, что во сне его тело затекло, все же разлепил веки, высвободив собственную руку из-под шеи девушки. Она спала так сладко, что мужчина запоздало понял, что небрежными движением нечаянно разбудил и ее. Астрид смешно сощурилась и все еще не понимала, где она находится. Ее рыжие волосы за ночь спутались и теперь топорщились в разные стороны. Лейн улыбнулся, когда девушка сладко зевнула, натягивая легкое одеяло до самого подбородка. Ее обнаженная спина до этого манила к себе, хотелось пройтись по ней поцелуями, но та, завернувшись в кокон снова закрыла глаза и уткнулась ему носом в шею, лишив того возможности коснуться ее нежной кожи. Лейн едва не рассмеялся от умиления и крепко обхватил ее руками, прижав поближе к себе.

Все же спустя некоторое время ему пришлось выпустить девушку из объятий и пойти умыться. Вчера матушка заботливо наготовила им еды на утро и теперь она стояла в теплом очаге и грелась всю ночь, ожидая их двоих по утру. Вода в лохани ожидаемо остыла, поэтому пришлось зажечь очаг по новой и согреть несколько ведер. Только когда уже одетый и умытый Лейн начал переливать воду, девушка все же решила проснуться. Наверное шум выдернул ее из дремы, от чего девушка, теперь краснея смотрела на мужчину уже во всю хозяйничающего у них в спальне.

— Лейн? Ты уже встал? А я… как же я так проворонила….

Лейн улыбаясь продолжал наблюдать за ее попытками встать с постели и найти хотя бы пару своих вещей в сундуке у кровати.

— Ты так сладко спала, что я не решился тебя разбудить, — проговорил он шутливо.

— Нужно завтрак сделать, я сейчас…

Лейн уже не сдерживаясь смеялся над ней. Его новоиспеченная жена оказалась совсем не готова к своим новым обязанностям, но то были ее пустые переживания. Мужчине было все равно на это, он и раньше первым встречал рассветы дома, помогал матери и с уборкой, и с готовкой, однако наблюдать за сгорающую со стыда девушку было крайне весело. Только когда она это заметила, ее красные щеки вспыхнули еще сильнее.

— Астрид успокойся… Матушка вчера уже все приготовила, — подошел он к ней, прижимая ее обнаженную фигуру в тонком одеяле к себе.

Девушка смущенно опустила глаза в пол, но Лейн не дал ей там остаться, подняв ее подбородок к себе, а затем нежно поцеловав ее губы.

— Можешь искупаться, пока я накрою на стол. Твои вещи не в этом сундуке, — стрельнул он глазами в сторону него, — Ты не могла знать, вчера утром мешки с приданным привез твой отец. А раскладывала их моя мать. Идем покажу.

Лейн проводил ее ко второму сундуку за ширмой и оставил ее там, а сам вышел из комнаты. Мужчина уже заканчивал расставлять кушанья, когда девушка показалась в обеденной. Причесанная, одетая и умытая. Румянец все еще красовался на ее щеке, и она часто прятала глаза, но мужчина понимал, что это временное явление. Совсем скоро она привыкнет к их совместным ночам и таким же сладким рассветам. Перестанет робеть, станет уверенней и Лейн не сможет больше посмеиваться над ней.

А пока… Девушка смущенно подошла к нему и провела ладонью по щеке, заставляя сердце Лейна сжаться от удовольствия. Астрид поцеловала его в губы, даря мужчине свою любовь и заботу в одном единственном движении. И тот ответил на ее поцелуй так же нежно и ласково, словно держал в руках горный хрусталь. Он любил ее и теперь не мог нарадоваться собственному счастью.

Прошло уже больше двух недель со свадьбы. Их совместная жизнь понемногу начала входить в новое русло. Лейн отмечал про себя, что после их первой брачной ночи, Астрид стала на удивление хорошей хозяйкой. Дома всегда было чисто, наготовлено, и даже в невспаханном огороде она успела уже что-то посадить. А вечерами ей все также приходилось ходить в избу лекаря, чтобы народ мог в любое время найти ее там, ежели что случиться. Лейну не нравилось, что ему приходится видеть ее редко, поэтому совсем скоро он предложил переделать прихожую их дома в приемное помещение, заставить ее всей нужной мебелью, коль это так необходимо. Благо их комната позволяла разгуляться. Астрид тогда конечно смутилась, сказала, что странно будет совмещать работу и быт, но от идеи не отказалась. Поэтому уже спустя несколько дней появились первые посетители у них дома. Лейну так было спокойней, когда он видел, что она рядом и если что, он сможет защитить ее от дурного. Времени конечно стало заметно больше поэтому он решил использовать его с толком.

Теперь не только ночи и рассветы были его по праву. В перерывах между делами Лейн все чаще старался увлечь девушку невинной лаской, на что та поддавалась конечно с трудом, но еще ни разу он не получил отказа. Она наслаждалась его прикосновениями, поцелуями и объятиями каждый раз, словно впервые. А он все не мог насытиться. Лейн понимал, что был жаден до безобразия, желая обладать каждой клеточкой ее тела.

Он помнил, как жарким днем приметил ее на берегу у мостика, который он соорудил не так давно. Зеленоглазка тогда стирала белье, думая о чем-то своем. Лейн же скинул одежу и тихонько нырнул в прохладную воду, а после подкрался к девушке, вынырнув у самых ее рук, чем напугал ее до визга. Пока Астрид вспоминала все возможные ругательства, какие она знала, Лейн цепким хватом утащил ее за собой в воду прямо в той одежде, в которой она и была. Едва касаясь ногами дна, девушка вынырнула, глотая ртом воздух, а Лейн все продолжал смеяться над ней и ее попытками ударить его.

— Ах ты… засранец! Где я теперь твою рубаху выловлю?!

— Демон с ней. Я свою жену уже половину дня не видел.

— Лейн… — выдохнула она, так и не договорив очередную порцию обвинений, когда его руки заползли под вздувшееся платье и стянули его на удивление ловко.

А дальше его было не остановить, мужчина ласкал ее тело в прохладной воде, задевая шершавыми пальцами торчащие соски от холода, а девушка между тем обвивала его торс ногами. Жадные поцелуи рассыпались по всему телу Астрид, прежде чем Лейн вынес ее на берег и взял ее прямо там, на траве. Они предавались любви в прохладной тени раскидистых ветвей ивы, что тонули в неглубоких водах их речки. Забывались первобытном инстинкте, так же как их предки когда-то до них. И то были прекрасные мгновения, которые они еще не раз испытывали в страстных порывах.

Лейн и Астрид часто захаживали к родителям, помогали матушке Хильд по хозяйству, а также матушке Грейс, когда господин Ховард уезжал в город по делам. Мужчина решил вспахать огород вокруг дома, когда понял, что зеленоглазка пытается вырастить некоторые травы и цветы для работы. Дел по хозяйству было много, но он со всем удачно справлялся в отличии от нее. В последнее время Астрид стало быстрее уставать и раньше отходить ко сну. Лейн конечно не задавал вопросы, но ее состояние его все же волновало. А как-то утром он решил доложить ей о том, что на кануне получил письмо от своего брата Кая с приглашением их навестить в самое ближайшее время. Лейн не смог их пригласить с женой тогда на свадьбу, так как та уже была на сносях, а дорога была не близкой. Поэтому они с Астрид решили сделать себе выходные и отправиться на целую неделю погостить к родственникам. Она была не против, и уже на следующий день они собрали вещи, оповестили родственников и уехали вдвоем на лошади.

Кай и его жена Агда встретили их добродушно. Лейн помнил ее худой и высокой девушкой с каштановыми волосами и серыми глазами, когда еще три года назад навещал их в последний раз. Теперь она потяжелела и вот-вот должна была разродиться…

— Привет Лейн! Ты сильно изменился, — похлопал его по плечу Кай, когда тот спрыгнул лихо с Бурана. Его светловолосый брат сейчас выглядел намного старше, а у висков появилась первая седина, хотя возраст Кая был только слегка за сорок. Ему достались карие глаза от отца, когда как Лейну достались синие от матери. Это были единственные с ним различия, их очень часто в детстве сравнивали.

Мужчина помог спуститься Астрид и заботливо подвел ее к брату с женой. Те ее приняли на удивление ласково и уже провожали по скорее в дом, после долгой трехчасовой поездки на лошади. Большой и двухэтажный, он был чем-то похож на тот, что он построил для них с зеленоглазкой с разницей лишь в том, что дом брата не имел балкона и террасы. Зайдя в обеденную Лейн, отметил про себя, что стол уже давно был накрыт в ожидании гостей. А когда те уже рассаживались по местам, дверь в обеденной открылась и на пороге возник еще один гость. Парень лет девятнадцати с каштановой шевелюрой и серыми глазами был очень сильно похож на жену Кая.

— Гард ты чего так долго? Гости уже пришли, — недовольно пробурчала женщина, когда тот прикрыл за собой дверь. Агда еще немного посуетилась у шкафов, доставая оттуда салфетки, а затем продолжила, — Это мой младший брат, прошу любить и жаловать.

Лейн встал из-за стола и добродушно протянул руку гостю в приветствии. Астрид тоже кивнула ему и отвернулась к тарелке.

— Он приехал только вчера, помогал нам со строительством бани, — объяснил Кай, попутно представляя их друг другу.

Гард заинтересованно посмотрел на Лейна, а затем и на Астрид, задержавшись взглядом на девушке чуть дольше положенного. Гости наконец расселись и принялись обедать, попутно рассказывая последние новости их деревни и ненароком припоминая старые воспоминания из детства.

Лейн отмечал про себя, что Астрид здесь нравилось. Она по долгу сидела и разговаривала с женой Кая обо всем на свете, попутно разглядывая огромный живот Агды. Девушка была участлива и не позволяла ей перетруждаться на таких поздних сроках, однако та лишь посмеивалась, говоря, что малыш уже задерживается и надо бы его как-то расшевелить. Такая забота и озабоченность Астрид заинтересовала Лейна, от чего он даже как-то ночью решил помучать ее вопросами вместо обычных приставаний с его стороны.

— Чего ты так трясешься над ней? Кай сказал, что повитуха уже как неделю вернулась в деревню. Без присмотра она не останется, — проговорил он, укладываясь на подушку.

— Лейн, ты знаешь… А я ведь совсем ничего не ведаю про роды, — обеспокоенно она посмотрела на него.

— Тебе не зачем. Для этого есть повитухи, — погладил он пальцем по ее щеке.

— Да нет же… я вообще-то…

Девушка все так же не успокаивалась, продолжая мять одело в руках.

— Что тебя так беспокоит? — привстал он на локте.

— Просто пообщавшись с Агдой, я вдруг подумала… а вдруг я тоже буду ну… в положении?

Лейн слегка ухмыльнулся.

— Конечно будешь. Когда-нибудь.

— Если честно, мне немного страшно.

Однако мужчина посмеялся, решив оставить этот разговор на потом. К чему сейчас об этом говорить, когда у них только все началось и о детях пока было рано думать. Астрид зря беспокоилась, у них еще полно времени впереди. Она успеет свыкнуться с мыслью, что однажды станет матерью.

Кай решил немного отдохнуть за все время, поэтому вытащил брата на рыбалку сутра по раньше на следующий же день. Лейну конечно по началу не понравилась такая перспектива, но уже через короткий промежуток времени он был на ногах и одевался, когда как его девочка все еще спала.

Зеленоглазка по вечерам рано ложилась спать, а утром поздно вставала, едва ворочая ноги. Лейну хотелось любить ее в те часы, когда они наконец-то оставались одни, но девушка даже не успевала коснуться головой подушки, как уже крепко спала. Он был раздосадован таким положением дел, поэтому почти все свободное время пытался обратить на него ее внимание. Вот только как оказалось не он один.

Мальчишка Гард — брат Агды тоже воровато поглядывал на его девочку. Пару раз мужчина даже стал свидетелем того, как его жену откровенно трогают за руки, не стесняясь при этом присутствующих. Лейну это не нравилось. Собственнические чувства проявлялись в самый неудобный момент, когда Астрид была занята или же просто отдыхала. Бедняжка попадала под его горячую руку, а Лейн даже не замечал, как колкие слова одно краше другого вылетают из его рта.

— Лейн, да что с тобой такое? Тебя будто муха укусила, — скинула она его руки с собственных плеч.

— Ты всеми днями проводишь с Агдой, я скучаю по тебе, — пробурчал он над ухом у нее.

— Но ты ведь тоже уезжаешь с Каем по делам. С кем мне еще общаться?

— Как я посмотрю, тут желающих много, — съязвил он, ловя ее вопросительный взгляд.

Лейну стало мерзко от себя. Она то ни в чем не виновата. А этот щегол так и вьется возле нее, и плевать ему на то, что она уже замужем! Мужчина все больше начинал закипать от ярости. Руки снова начали чесаться, хотелось начистить ему рожу. Даже Кай периодически стал интересоваться его настроением, попутно интересуясь его интимной жизнью.

— Это все от недостатка женской ласки, брат, — посмеивался он над ним.

Лейн лишь молча продолжал смотреть на удочку и мелкие круги на воде.

— Я могу вам натопить бани сегодня вечером, мы как раз уже закончили крышу с Гардом.

При упоминании о нем, Лейн тут же напрягся и бросив удочку вернулся на берег. Все настроение как ветром сдуло. Неужели даже Кай не замечает всех этих мимолетных взглядов его родственничка? А может он уже просто спятил от ревности и ему видится бог знает что?

Астрид по утрам была тоже сама не своя. Отказывалась от еды и часто сбегала из-за стола с серым лицом. Девушка еще к тому же разом осунулась. Жена Кая лишь провожала ее сочувственным взглядом. Лейн начинал беспокоится за нее.

— Зеленоглазка, ты не заболела ли часом?

Лейн заботливо подложил ей подушку под голову и укрыл ее одеялом, слегка приобняв ее фигурку. Но та лишь натянуто улыбнулась, уверяя его, что все с ней нормально. Мужчина верил, но с трудом. В сердце затаилась тревога за нее.

А ближе к концу недели случился самый настоящий взрыв, который все это время держался на последнем контроле мужчины. Когда в очередной раз он застукал гаденыша возле Астрид, а тот так самоуверенно и нахально держал ее ладонь в своих руках, улыбаясь и глядя той в глаза, что даже у нее не возникло сомнений в его намерениях, Лейн понял — это крайняя точка его терпения. И она достигнута.

— А ну убрал от нее свои руки, — прорычал он, бросив на пол мешок с мукой, который нес от самой мельницы.

Гард испуганно дернулся на месте, а зеленоглазка встревоженно уставилась на мужчину своими глазами. Да, он все видел и теперь смотрел на них с вызовом ожидая объяснений.

— Лейн, не надо… — прошептала она.

Но эта фраза лишь сорвала засов с клетки внутри которой сидел его старый давний друг.

— Ты еще смеешь защищать его? — процедил он.

Но девушка лишь испуганно отошла назад, а Лейн уже и сам не помнил, когда схватил гаденыша за шиворот и вытащил наглеца наружу, попутно захлопнув за ними дверь. Гард пытался сопротивляться и вырываться из его хватки, но все было тщетно. Отшвырнув его к ограде, Лейн не рассчитал силу и тот перелетел через нее, кувыркнувшись назад прямо в загон к свиньям, которые тихо отдыхали в грязной жиже, где плавали объедки и засохшая трава. Парень встал на четвереньки и начал медленно выбираться из хлюпающей грязи. На этот шум вылетела Агда, которая не так давно ушла в курятник и теперь с удивлением наблюдала развернувшуюся картину.

— Лейн, что ты делаешь? — ее тонкий голосок неприятно полоснул по ушам.

Совсем скоро выбежала и Астрид, громко проносясь по ступеням крыльца вниз.

— А ну живо, прекрати! — подлетела она к нему, вцепившись тому в плечи. Но Лейн резко убрал ее руки, оттолкнув девушку от себя в порыве злости. Она еще смела выговаривать ему что-то и указывать?! Лейн окинул ее угрожающим взглядом. С ней он разберется позже…

— Сейчас же объясните, что происходит! Вы двое! — зыркнула женщина на него и девушку, а потом запоздало вспомнила и про брата, поправив себя, — И ты тоже…

— А что тут объяснять? Твой брат распускает руки возле моей жены, — оскалился он, наблюдая как грязный и вонючий парень обратно перелезает через ограду, оставляя на ней грязные следы.

Агда злобно покосилась на паренька и тут же швырнула пустую корзинку, что прежде держала в руках тому в голову.

— Ах ты засранец мелкий! Ты чего удумал, а?!

Женщина голосила на всю округу и уже подходила к пареньку, пытаясь ухватить того за одежу, но тот ловко изворачиваясь отошел от нее на небольшое расстояние.

Совсем скоро послышался удар деревянной калитки забора за спинами всех собравшихся.

— Что за веселье я пропускаю? — послышался громкий голос брата.

— Кай, прошу тебя, успокой Лейна, он же сейчас изобьет Гарда до полусмерти! — подлетела к нему Астрид, еще больше выводя из себя мужчину.

— Тише, тише, что тут произошло у вас пока меня не было? Агда! Оставь уже его в покое!

— Этот идиот приставал к Астрид! — гневно уставилась она на брата.

Кай резко замер, а затем подошел к Лейну тихо проговорив:

— Мне подержать его или ты сам вправишь мозги идиоту?

Астрид заслышав подобное ошарашенно уставилась на них двоих. Лейн лишь усмехнулся словам брата, но от былого гнева к Гарду уже почти ничего не осталось. Было видно, что парень не особо настроен на драку, да и вся его фигура выражала полное поражение, он даже в глаза не смотрел.

— Не нужно. Думаю он все понял с первого раза, — сказал как можно громче Лейн все еще не отрываясь от него. Да и марать сейчас руки об его грязную физиономию точно не хотелось.

Однако злость на девчонку все еще оставалась, поэтому Лейн схватил ее за локоть и не глядя на нее потащил в дом. Агда попыталась вступиться за нее, но Лейн уже скрылся внутри, когда услышал возмущенные возгласы за спиной. Ничего не говоря, и не обращая внимания на жалкие попытки девушки остановить его, Лейн затащил Астрид к ним в спальню и закрыл за собой дверь на засов. Та испуганно вжалась рядом, не отпуская тревожного взгляда от его лица. А Лейн с завидной стойкостью продолжал молчать и лишь гневно содрал с себя рубаху, затем и ремень, а после с остервенением дернул тесемки на штанах.

— Лейн, что ты делаешь?..

Но мужчина не дал ей договорить, гневно потащил ее на себя и толкнул в сторону небольшого комода с большим зеркалом, висящем на стене. Девушка врезалась в него, а затем тут же была прижата его крепким телом сзади, лишаясь возможности пошевелиться.

— А теперь я хочу услышать твою версию зеленоглазка, — злобно прошипел он возле ее уха.

Возбуждение в нем уже достигло края и готово было разорвать его контроль на куски. Однако мужчина все еще пытался держать себя в руках, ощутив как пах резко накалился от прилившей к нему крови и теперь решительно упирался в девичьи ягодицы.

— Лейн в чем я виновата перед тобой? — взмолилась она, глядя на него в отражение зеркала испуганным взглядом.

Внутри все рычало от злости, возбуждения и дикой ревности. Хотелось проучить эту девицу, что посмела встать на сторону чужака.

— Как все было?

— Что было? Я не понимаю о чем-ты… — девушка ахнула, когда Лейн дернул на спине ее платье и разорвал его шов на две части, высвобождая ее обнаженную грудь из под упавшего лифа, которая тут же мелькнула в отражении, заставив его судорожно выдохнуть от будоражащей картины. Призывно дернувшиеся полушария девушки почему-то стали чуть больше после того раза, когда он ее видел в своей постели в последний раз, грудь налилась словно спелые плоды на дереве. Внутри все помутилось, хотелось теперь просто взять ее, Лейна уже ничего не волновало вокруг.

— Лейн, не молчи прошу тебя… — шептала она.

Но мужчина затуманенным взором продолжал вдыхать ее сладкий запах и прикусывать уже красные от его зубов покатые девичьи плечи. Руки привычным движением задрали платье девушки и скользнули к ее лону. Там было жарко и влажно. От осознания того, что она хочет его даже сейчас, тело мужчины напряглось в предвкушении. Лейн вытащил уже просто огненный член, который подрагивал в нетерпении и вошел в нее резко на всю длину, от чего девушка выгнулась, словно кошка, вскрикнув так громко, что он тут же зажал ее рот рукой. Внутри нее было удушающе тесно и влажно, от чего мужчина задвигался в ней резко и быстро, все еще продолжая зажимать ее рот, от рвущихся громких стонов. Ему не хотелось останавливаться, темп был просто устрашающий, однако сбавить его хоть на секунду было просто невозможно. Да он бы на месте умер, если бы остановился. И вот спустя мгновение девушка распласталась на нем спиной, прижатая к комоду, ее груди подпрыгивали вверх от грубых толчков, а вторая рука мужчины удобно расположилась на одном ее холмике, который он, крепко сжимая потянул наверх. Лейн едва не рычал в голос от накатывающего волнами удовольствия, а девушка уже не кричала, просто сипела, когда все же пришлось убрать свою руку. Мужчина отшатнулся вместе с ней от комода, а затем резко оторвал ее от себя, загнув ошалевшую девчонку вперед, от чего ее руки ожидаемо уперлись в края плоской деревянной поверхности. Лейн прижал ее руки сверху широкими ладонями и переплел их пальцы вместе, крепко зажав в тиски, а сам продолжил вбиваться в нее сзади еще с большим остервенением. И вот когда зеленоглазка сжалась от удовлетворяющего спазма, Лейн все же позволил накрыть его тело и душу долгожданной разрядкой. Он еще долго не мог прийти в себя от удовольствия, ровно так же, как и девушка, которая едва дышала сейчас, пытаясь удержаться на ногах.

Мужчина бережно сгреб ее на руки и прошел к постели, опустив туда истерзанное им тело. Уткнувшись носом в ее макушку, он не сразу дал отчет своим действиям. Лишь позже сморщился, простонав от злости на себя.

— Прости меня, я просто полный мерзавец… — прошептал он.

Но девушка лишь трепетно обняла его тонкими руками, вдохнув его запах.

— Не мучай себя. Мне даже понравилось, — прошептала она.

Мужчина едва не дернулся от услышанных слов и все еще не веря своим ушам приподнялся на руках, заглядывая ей в лицо. Он говорила искренне.

— Я люблю только тебя, Лейн. Тебе не стоило переживать на этот счет. Я бы сама разобралась с Гардом.

Лейн неприятно прищурился.

— Я не позволю какому-то гаденышу прикасаться к своей женщине, ровно так же как и не позволю ей решать вопросы такого рода самой, — проговорил он серьезно, — Что он позволил себе, пока меня не было? — присел вдруг Лейн, уставившись пустым взглядом в центр комнаты.

— Ничего серьезного. Просто пытался обратить мое внимание и только.

— Он касался тебя, — прошипел он все еще не отпуская эту ситуацию.

— Да, и получил за это, — ответила девушка упрямо.

Астрид поднялась с постели и прошла к сундуку, в котором лежали те немногие вещи, которые они взяли с собой. Девушка шустро стала переодеваться в другое платье, пока Лейн все еще задумчиво смотрел на дверь их спальни.

— Сегодня же уедем домой, — проговорил он серьезно.

— Как скажешь, Лейн. С тобой хоть на край света.

Мужчина неуверенно повернулся в ее сторону, а девушка лишь заботливо тронула поцелуем его губы и принялась собирать их вещи.

Уже к обеду они ехали обратно домой. Брату и его жене пришлось принять тот факт, что им больше нечего гостить в их доме после всего случившегося. Однако чувствуя свою вину перед ними, супруги взяли с тех слово, что в скором времени они обязательно приедут еще раз и привезут матушку Хильд. Лейну ничего не оставалось кроме, как только пообещать им это.

Почти через полчаса их пути, девушка себя плохо почувствовала и Лейн помог спустится ей вниз. Но не успев даже проговорить и два слова, Астрид было дернулась в сторону от него, но не пробежав и пару метров согнулась пополам и ее стошнило. Не уж то так сильно укачало?

— Астрид?!

Лейну было не до шуток. Взглянув в ее посеревшее лицо, мужчина быстро отыскал флягу с водой у себя на ремне и поднес к ее губам.

— Что с тобой происходит? — не унимался Лейн, — Приедем домой, будешь лежать дома пока не приедет другой лекарь. Я поеду в город, а тебя оставлю под присмотром твоего отца.

Девушка замотала головой и положила ему руку на грудь в немом отрицании.

— Не нужно. Со мной все в порядке.

— Астрид ты видно не в себе… — прорычал он. Но девушка уставилась на него серьезным взглядом.

— Я же сказала, что со мной все в порядке. Я просто… беременна, — выдохнула она, ожидая его реакции.

Лейн едва не чертыхнулся от услышанного. А внутри все будто расцвело. Как это получилось? Мужчина вовремя остановил поток бессвязной речи, вспомнив как именно это бывает, а потом просто крепко прижал ее к себе, ощутив просто бескрайнее счастье.

— Спасибо тебе.

Девушка беззвучно заплакала, но все же сквозь слезы улыбалась, а мужчина запоздало понял, что совсем недавно обошелся с ней не самым лучшим образом, от чего внутри все скрутило от злости.

— Прости меня, я не знал, что ты… в положении… а я был так груб с тобой, боги…

— Все хорошо. Я уверена, что малыш в порядке. Просто чувствую.

— Как давно ты узнала?

— С начала приезда. Агда подсказала.

Теперь он понял, что же с ней было все это время, и с чем было связанно ее состояние. Лейн не переставал улыбаться и все еще не верил своему счастью. А усадив ее обратно на лошадь, тут же направился в сторону их дома. Теперь им двоим предстоит непростое время. Нужно было подготовиться.

Беременность Астрид протекала на удивление легко и уже к положенному сроку у Лейна родился сын. Его первенец и наследник. Когда повитуха впервые принесла малыша и положила ему на руки, мужчина тут же отметил про себя, что ребенок был его точной копией — таким же светлым, и с такими же глазами как у него, в которых плескалась темная морская синева. Поэтому они решили назвать его Дорном, в честь умершего отца Лейна. Астрид была совсем не против этого, полностью доверившись его выбору. Родители тогда знатно переволновались за девушку, ведь роды длились почти сутки, прежде чем сын решил показаться на свет. Измученная Астрид была счастлива, а после еще целые сутки крепко спала, пытаясь восстановить силы. Однако матушка Хильд взяла всю ответственность на себя, полностью перенимая обязанности временной матери на свои плечи.

Лейн был счастлив видеть, как его сын растет. Как он делает первые шаги, учится говорить и исследует новый мир. А спустя год Астрид снова потяжелела, мужчина даже не удивился подобной вести, ведь все еще не мог насытиться ею, как и в первую их брачную ночь. Он был до ужаса жаден, когда дело касалось ее, не мог просто смотреть на нее и не касаться при этом, находиться вблизи ее лица и не поцеловать ее губы, держать ее за руку и не говорить бесстыдных слов на ухо, пока та отчаянно краснеет. Боги подарили ему большое счастье, и он был им за это благодарен, ведь их любовь и страсть друг к другу день ото дня лишь росли.

И вот уже совсем скоро второй родилась дочь. Она тоже была синеглазой, однако на макушке виднелась сиротливая рыжая прядка, коей ее наградила Астрид. И Лейн понял, что вскоре придется держать ухо в остро, ведь по мере того, как дети росли, дочь все больше стала походить на свою мать. Астрид решила дать ей красивое имя — Герда, а та в свою очередь с лихвой оправдывала его, потому как была на удивление гордой и смышленой непогодам.

Что касается его брата с женой, то можно сказать, что после их отъезда, практически через пару дней счастливые родители сразу обзавелись двумя детьми. На удивление Агды, родились двойняшки, мальчик и девочка. Женщина дала им красивые имена — Бьерн и Летта.

Его друг Марко двумя годами ранее выдал замуж сестру, хоть по началу и был совсем не настроен на это. Однако Эльви было уже достаточно лет, а сидеть в девках та была не намерена и после долгих скандалов ее брат все же сдался. Матушка Тильда тоже внесла свою лепту, когда тот отхватил от нее скалкой по голове в порыве эмоционального спора. Женщина тогда не сдержалась, высказав ему все что у той накипело за долгое время.

— Уж ежели ты не способен на семью и внуков, пусть хоть дочь порадует старуху!

Да, Марко тогда ходил еще неделю не солоно хлебавши. Лейн помнит, как тот по долгу засиживался у них с Астрид дома и пил медовуху с горя. А потом все же сдался, вернувшись домой. И вот уже через пару недель в их деревне во всю гремела еще одна свадьба, куда конечно же были приглашены и они с Астрид.

Эльви познакомилась с Имиром, когда выезжала на сезонную ярмарку два года назад по зиме. Вот тогда-то у них все и закрутилось, судя по рассказам зеленоглазки. Девушка закатывалась, когда рассказывала ему про их знакомство. Имир тогда приехал шкурами торговать, ведь тот был отличным охотником в своем селении, а Эльви как раз так удачно в тот день захотелось присмотреть новую шкурку для своей безрукавки. И когда она нашла его прилавок, то тут же заприметила соболя, лежащего в самом конце. Имир сначала заломил цену за мех, а когда услышал, как девка посыпает его всем на чем только свет стоит, от удивления забыл, как вообще говорить. Та разошлась не на шутку, обзывая его лиходеем и сетуя на натуральный грабеж у всех под носом и даже содрав с головы свой платок кинула его тому в лицо, а тот знай себе стоит, да смотрит на нее восхищенными глазами. Только вот после этого мужчина отдал ей шкурку задарма, а платок с девичьей головы сунул за пазуху. Эльви уж и отказываться начала от подарка, стыдно стало, люд честной зыркал на нее недобро, платок свой затребовала обратно. А тот знай себе стоит лыбиться, не отдает. Сказал вернет, как только девка замуж надумает. За него. Девица уж и так раскраснелась, все смотрела по сторонам, но гордость не позволила. Ушла тогда домой с непокрытой головой. И вот уж по весне заприметила его снова, вот только у речки их это было, с другого берега увидел он ее, да так и бросил свои удочки, поплыв на соседний берег к ней. А та знай себе припустила, аж пятки сверкали, испугалась. А после все же догнал ее молодец, да принялся прощения просить, руки целовать, в глаза заглядывать. Так и повелись у них встречи на том бережке вдали от деревни. А после сыгралась и свадебка широкая. И Марко все же принял родственника, не стал того обижать. А вот теперь спустя пять лет и сам жениться надумал. Нагулялся. Госпожа Тильда как узнала, чай всю деревню оббежала, рассказывая бабам о счастье своем долгожданном. Марко тогда долго еще не знакомил сестру и мать со своей невестой. А как привел к себе в дом, и знать забыл ее причитания. Красива да ладна была девица, не чета всем его предыдущим девкам. Познакомился с ней в городе, часто ездил к ней, обхаживал. Была она из нескромной семьи, абы кому в руки бы не попала. Ее отец довольно долго косо смотрел на Марко, да делать нечего было, отдал девчонку восвояси. И выкуп тот отплатил довольно нескромный помниться Лейну. Почти такой же, что и он в свое время когда-то отдал за зеленоглазку.

Сын смотрителя решил покинуть их деревню. Уехал, оставив отца и дальше присматривать за деревней. И что с ним сталось некому не ведано то было. Что касается Хельги, то девица быстро пристроилась в невестах у сына местного городничего, да и осела в самом городе, теперь ведя сытую жизнь аристократки. А однажды возвращаясь домой, увидел он в их доме Дана, некогда ставшего местным кузнецом вместо своего отца. Преставился господин Рой как год назад, оставив хозяйство собственному сыну. Лейн тогда уж очень удивился, увидев в своем доме парня. Астрид угощала его своими пирогами, когда как дети носились по обеденной друг за дружкой, снося предметы мебели и ловя строгие взгляды той на себе.

— Приветствую тебя, — поздоровался он, выйдя из-за стола и протянув Лейну руку свою. Мужчина поздоровался в ответ и удивленно уставился на него.

— С какими новостями пожаловал?

— Да вот, рассказывал твоей жене как нынче дела обстоят в городе. Я туда часто нынче выезжаю. Осесть хочу, там жалование хорошее нынче.

— Что ж решение твое, — ответил Лейн.

— Заехал я попрощаться, уж скоро на телеге уезжаю с добром своим.

— И кто же теперь у нас останется вместо тебя? — поинтересовался он.

Но тот руками лишь развел, мол вы уж как-нибудь тут без меня.

— Авось пришлю кого себе на смену. Хочу в подмастерье взять как обустроюсь. А как обучу, сюда направлю.

Лейн лишь понятливо кивнул и те попрощались, как будто были те приятелями старыми. Вот так время и расставляет все по своим местам, оставляя воспоминания глубоко в сердце каждого.

С тех пор в деревне их было тихо и спокойно. Все так, как по заветам господина Реймонда.

…Конец…

Больше книг на сайте — Knigoed.net