Брюки стали тесными, когда я ощутил знакомое возбуждение, предвкушая предстоящее удовольствие. Этот дискомфорт был лишь временным неудобством, которое пройдет, как только моя фантазия станет реальностью.

Эмили… Я уже предвкушал её сопротивление. Надеялся, что она будет бороться со мной, и мысленно уже чувствовал удовольствие от предстоящего ей испытания. Моё тело отреагировало сильнее на мысль о том, что наше возможное противостояние сделает мой член еще тверже.

К концу выходных она познает новый уровень близости и поймет, что принадлежит мне и мы связаны навсегда.

Откинувшись в кресле, я смотрел на экран монитора и любовался кадрами, сделанными в ее квартире. На них Эмили передвигалась по квартире, не подозревая о моем внимании. Я мог наблюдать, как она ведет себя, когда полагает, что ее никто не видит. Это было моим маленьким грязным секретом.

Технически это была служебная квартира, поэтому установить там камеры не составило большого труда. Спальня, гостиная и ванная комната. Я имел право наблюдать за ней. Я получил его в тот момент, когда она переступила порог моего офиса.

Она пришла на собеседование на должность моего помощника. Такая юная, решительная и невинная. Эта невинность и привлекла меня с первого взгляда. О, я знаю, что был нужен ей так же сильно, как и она мне. Ей нужен кто-то, кто бы оберегал ее от таких хищников как я.

Кадры на мониторе, завели меня еще сильнее. Она в душе, мочалка скользит по ее телу, покрытому пеной. Раздевается, перед тем как лечь в кровать. Мои любимые кадры, как она ласкает себя. Она выключила освещение, но света, льющегося из окон было достаточно, чтобы я мог видеть, как ее пальцы скользят по ее влажной киске. Я ревновал ее даже к ее рукам. Я должен буду объяснить ей, что только я имею право дать ей удовольствие.

Ее спасало только то, что, достигнув оргазма, она кричала мое имя. Так я узнал, что у маленькой, невинной Эмили есть фантазии обо мне. Так что пути назад нет. Я дам ей то, что ей нужно.

Свернув изображения на мониторе, я нажал кнопку селектора.

— Эмили, зайди ко мне, — мой голос не подразумевал возражений. Рабочий день давно закончился и сейчас в офисе были только мы.

Когда она вошла, я приказал ей закрыть дверь, не торопясь поднимать на нее взгляд.

— Садись, — я кивнул на кресло напротив, — ты знаешь, что твоя ошибка сегодня стоила нам очень дорого? Мы потеряли выгодного клиента.

Она кивнула в ожидании выговора.

— Пожалуйста, мистер Дэниел, дайте мне шанс, я сделаю все, что в моих силах, чтобы исправить ошибку, — ее голос дрожал от напряжения.

Молча я встал и медленно обошел вокруг стола. Я остановился рядом с Эмили, сложив руки на груди. Возвышаясь над ней, я намеренно давил на нее своим присутствием.

— Я готова сделать все, что нужно, чтобы исправить ситуацию, только пожалуйста, не увольняйте меня, — ее голос дрогнул. — Я не могу потерять эту работу.

Упираясь руками в подлокотники ее кресла, я тихо шепнул ей на ухо:

— Увольнение? Это было бы слишком легким выходом. Ты ценный актив для компании, Эмили, и… для меня лично. Я уверен ты найдешь способ возместить ущерб, не так ли?

— Да, я найду, — Эмили кивнула, в ее взгляде загорелась надежда. — Я готова работать днем и ночью, чтобы все исправить. Что бы ни потребовалось, мистер Дэниел, я сделаю это.

— Как интересно, — выпрямившись, я медленно обошел сидящую Эмили по кругу, разглядывая свою добычу. — Уверен, что я смогу найти для тебя занятие, которое будет полностью поглощать твое внимание и днем, и ночью. Но тебе придется доказать, что ты сможешь выдержать давление, Эмили. Я потребую от тебя максимум. Понимаешь ли ты на что подписалась?

Она не могла не расслышать угрозу в моем голосе, но пока еще не понимала до конца, с чем именно ей пришлось столкнуться. Моя милая, невинная Эмили.

— Я не боюсь трудностей, — она старалась скрыть от меня свой страх.

— О, трудности тебя ждут, не сомневайся, — я подарил ей хищную улыбку, — и я лично проконтролирую, чтобы ты справилась с каждой из них. И начнем мы прямо сейчас. Поднимись Эмили.

В моем голосе, звучала команда, которую она не могла не услышать. Напряжение между нами стало почти осязаемым. Эмили замешкалась, понимая наконец, что ситуация приняла для нее опасный оборот. Возможно она еще не понимала до конца, что происходит, но уже знала, что что-то не так.

— Я ожидаю, что ты будешь следовать моим указаниям без колебаний, Эмили. Поднимись! — Я добавил давления в свой голос, обозначая, что все между нами будет так, как нужно мне.

Эмили встала, дезориентированная происходящем. Она была такой крошечной по сравнению со мной, по крайней мере на фут ниже, чем я со своими шестью футами и тремя дюймами. Я слышал ее нервное прерывистое дыхание в полумраке кабинета.

Рукой я скользнул в ее волосы, сжимая затылок, причиняя легкую боль. Лишь немного, чтобы она ощутила мой контроль.

— С этого момента, когда мы наедине, я хочу, чтобы ты называла меня Сэр, — прорычал я,

Эмили подняла на меня свой испуганный взгляд, который вывел мое возбуждение на новый уровень. Ее страх был моим афродизиаком.

— Да, Сэр, — ее голос дрожал от испытываемых эмоций.

Моя рука сжала ее темные волосы, собирая их в кулак.

— Ты когда-нибудь удовлетворяла мужчину орально?

— Нет, Сэр, — мой вопрос заставил ее покраснеть.

Я потянул ее за волосы, заставляя встать на колени.

— Пожалуйста, не надо, — ее дрожащий шепот, лаской растекся по моей коже. Ее глаза наполнились слезами.

— Лучше, бы тебе следовать приказам, Эмили, так тебе будет легче, — прервал я ее на полуслове, усиливая давление.

Наконец ее колени коснулись ковра. Я специально заказал самый мягкий ковер, не желая, чтобы Эмили повредила свою нежную кожу. По крайней мере не так.

— Ты устроила мне сегодня очень тяжелый день, и ты должна позаботиться обо мне, не так ли? — второй рукой я сжал ее подбородок, заставляя смотреть на себя. Она, стараясь отвести взгляд, но я не собирался ей этого позволять.

— Да, Сэр.

Я ослабил хватку на ее волосах. Мои руки потянулись к ремню, выпуская на волю напряженный член.

— Открой свой ротик, я хочу испытать то, что ты еще ни с кем не разделяла. Я научу тебя, как доставлять мне удовольствие.

В шоке она уставилась на мой член своими огромными зелеными глазами. Дьявол, как же она меня заводила.

— Оближи головку. Пройдись языком по всей длине, — я взял свой член в руку и направил к ней. Я был ублюдком, потому что собирался наслаждаться каждой секундой происходящего.

Ее розовый язычок скользнул между ее сочных губ. Мой член дернулся ему навстречу, словно у него был собственный разум. Она придвинулась на дюйм, и я ощутил ее дыхание на своей головке. Каждый мускул в моем теле напрягся в ожидании. Это было чистой пыткой. Она медленно лизнула и отодвинулась назад.

— Еще, Эмили. Оближи всю головку и возьми ее в рот, — я специально ожесточил свой голос, сделав его безжалостным, угрожающим.

Мгновенно ее язычок пробежал по всей чувствительной головке члена, заставляя меня стиснуть зубы. Она была так покорна мне. Я никогда не ощущал такого желания владеть женщиной. Никогда не хотел, чтобы кто-то называл меня «Сэр». Эмили изменила все. Я хотел связать ее, отшлепать ее, наблюдая как ее кожа порозовеет под моей рукой.

Эмили работала над моим членом, облизывая его. У меня были опытные женщины, которые давали мне гораздо больше, но от ее неискушенного рта у меня голова шла кругом.

Я смотрел вниз на свой член, который исчезал в ее девственном рту. Ее глаза были закрыты, на ресницах блестели слезы. Я так долго ждал, чтобы коснуться ее.

— Возьми больше, Эмили. Ты сможешь принять меня полностью. Давай же.

Мои пальцы запутались в ее волосах, сжимая их в кулаке. Ее мягкие локоны, позволяли мне контролировать ее, пока я трахал ее рот, продвигаясь все глубже.

— Дыши через нос, Эмили, ты справишься.

Ее руки опустились на мои бедра, и она сжала их в поисках опоры. Дрожа она широко открыла рот, чтобы приспособиться к моему немаленькому члену. Я погрузился еще на дюйм глубже.

Эмили стояла передом ной на коленях, принимая меня. В этот момент она принадлежала мне, я мог делать с ней все что угодно, все, что мне заблагорассудиться. Ничто не могло удержать меня от обладания ею любым угодным мне способом.

Безжалостно я вошел еще глубже в ее рот. В ее плотном горячем ротике не осталось свободного пространства. Мои яйца сжались я был так близко к оргазму.

— Расслабься, Эмили. Просто дыши глубоко, прими меня, — Я уже просто трахал ее в рот глубокими толчками. Удовольствие нарастало, снося самообладание. Она постаралась расслабить свое горло. Я снова вошел в ее рот и мое тело напряглось. Я не мог больше сдерживаться.

— Глотай, — срывающимся голосом потребовал я, — Когда я вхожу до упора, глотай.

Удивительно, но Эмили подчинилась, и при каждом толчке члена внутрь стала делать именно так. Идеально, бл…. Ничего лучше я не испытывал за всю свою жизнь.

На висках выступил пот, пока я пытался отсрочить разрядку. Я не спускал с нее глаз: припухшие губы, раскрасневшиеся щеки, полуприкрытые веки… Она наслаждалась.

Зарычав я излился ей на язык. Инстинктивно Эмили сглотнула, принимая последствия моего оргазма в себя.

Когда мой член освободил ее рот, она обессиленно опустилась на ковер, отирая свои припухшие губы.

Отдышавшись, я потянул Эмили за руку, поднимая на ноги.

— Продолжим?

Она испуганно посмотрела на меня непонимающим взглядом:

— Но вы же уже…

— Ты же не думала Эмили, что я быстро кончу тебе рот и отпущу? Ни в коем случае.

— Сними свою одежду, Эмили, и продемонстрируй мне себя — дрожащими руками я потянулась к пуговицам на блузке, стараясь отсрочить неизбежное. Его темные глаза следили за каждым моим движением. Аккуратно я сложила блузку на кресло.

— Теперь юбку, медленно, я хочу насладиться тем, что ты мне предлагаешь, — стараясь действовать медленно, я стянула юбку с бедер, оставаясь в белом кружевном белье, чулках и туфлях.

— Закончи, покажи мне все, — его голос стал хриплым. Неловко извиваясь, я расстегнула бюстгальтер, но прежде, чем он соскользнул я постаралась прикрыть грудь руками.

— Теперь трусики, мне не нравиться, когда ты скрываешь от меня свою киску. Ты должна быть готова для меня, когда бы я не пожелал. Чтобы я смог задрать твою юбку и трахнуть тебя в любое время и в любом месте.

Подцепив пальцами трусики, я стянула их вниз. Теперь на мне оставались только туфли и чулки. Руками я старалась прикрыть не только грудь, но и киску.

— Повернись и положи руки на стол.

— Но…

— Когда я говорю, ты сразу исполняешь, Эмили, — с силой развернув, он толкнул меня к столу. С силой нажав ладонью мне на спину, он нагнул меня, и я оказалась распростертой грудью на столе. Я была абсолютно беззащитна в этой позе.

Его крупное тело окружало меня со всех сторон. Он был так разгорячен, что меня обдало жаркой волной. Несмотря на это тепло, по моему телу побежали мурашки, а по спине прокатился озноб. Неожиданно я почувствовала, как у меня напряглись соски.

Он обвил меня рукой, положив ладонь мне на живот. Я дернулась и вскрикнула, почувствовав, как его крупная рука накрыла мою талию. Жар от его ладони просочился под кожу: так неотвратимо…

Рука, лежащая на моем животе, медленно двинулась вниз, пока я не обхватила его запястье, чтобы остановить это.

— Убери руку, Эмили.

Сделав глубокий вздох, я отпустила его руку.

— Умница, — похвалил он.

От его похвалы, на меня внезапно накатило возбуждение, отдавшись сильной пульсацией внизу живота. Я крепче сжала ноги.

Его левая рука обхватила мою грудь сильными пальцами. Мне пришлось закусить губу, чтобы не застонать.

Почему мое тело так реагировало на его прикосновения …?

Этот вопрос перестал меня волновать, когда Дэниел сжал мои соски и принялся тереть их пальцами.

Желание пронзило мое лоно, целясь прямо в нежную плоть.

— Дэниел… — запротестовала я.

Его правая рука скользнула по животу вниз, пока его пальцы не нашли набухший и жаждущий ласк клитор. Я вскрикнула и сжала его руку бедрами. Боже, так он почувствует, как она намокла от его прикосновений.

— Раздвинь ноги.

«О, Боже. Зачем? Что он собирается делать?»

Я застыла в нерешительности. Если один палец, ласкающий клитор, заставил мое тело дрожать от удовольствия, что произойдет, когда на его месте окажется вся рука? Будет ли он смеяться, если я кончу? Сейчас я была как никогда близка к оргазму…

— Если для того, чтобы добиться от тебя послушания, мне надо будет тебя привязать, не сомневайся, я так и сделаю.

От этого предупреждения, которое Дэниел прорычал мне на ухо, я почувствовала, как еще больше увлажнилась набухшая плоть. Боже, как это унизительно. Если он поймет, как я реагирую на его угрозы… Я задрожала.

С силой, Дэниел втиснул ногу между моими обнаженными бедрами и раздвинул мне ноги.

— Возьмись за край стола.

— Что? — Я попыталась сжать ноги, но крепкое бедро Дэниела мешало. Господи, подумает ли он, что она слабая и легкодоступная?

— Говорю в последний раз, — ругнулся он, — Возьмись за край стола или дело примет серьезный оборот.

«Куда уж серьезнее?» При этой мысли мое тело затрепетало в предвкушении.

— Кажется ты просто напрашиваешься, чтобы тебя связали.

— Нет, Сэр. Простите, Сэр. — я крепко прижала ладони к краю стола.

Но, боже я не была уверена, что сказала правду. Сама идея о том, чтобы быть связанной, на первый взгляд казалась примитивной и вульгарной. Это было нечто из разряда «только люди, которые не в состоянии заниматься сексом «нормально», делают это». Но за несколько минут Дэниелу удалось взглянуть в лицо одной из моих фантазий.

— Уже лучше. Тебе бы лучше начать следовать моим указаниям, Эмили, или ты столкнешься с последствиями.

Его пальцы обвели ласкающим движением клитор, прежде чем скользнуть к влажному входу. Дэниел глубоко вошел в меня двумя пальцами. Левая рука двинулась вниз по животу и накрыла клитор.

Не в силах сдержаться, я вскрикнула.

Ухмыльнувшись у меня над ухом, он принялся поглаживать клитор, двигаясь внутри меня пальцами, пока те не нащупали чувствительный комок нервов, о существовании которого я и не догадывалась. Дэниел совершенно безжалостно начал тереть его, медленными, настойчивыми движениями, вызывающими нестерпимое желание закричать от удовольствия.

Оргазм приближался со скоростью несущегося к обрыву автомобиля с отказавшими тормозами. Мое лоно жадно сжимало его пальцы, тело жаждало разрядки. Его зубы впились в мою шею, он прислонился к моей спине, прижавшись напряженным членом к расщелине между ягодицами.

Все мое тело покрылось испариной, а пальцы Дэниела все продолжали двигаться во мне, играть с клитором. Безумие! Оргазм был так близко, но все ускользал, и это убивало меня. Никогда раньше я не оказывалась на грани так быстро.

— Посмотри какая ты мокрая, Эмили, как сильно ты этого хочешь.

Напряжение нарастало, пока я не почувствовала, что удовольствие переполняет меня так, что она вот-вот взорвется.

В этот момент Дэниел вышел из меня, убрал руку и отвесил резкий шлепок по моим ягодицам. Боль от удара по заднице, превратилась в огненное наслаждение.

— Кончать нельзя, пока я не скажу.

Не сдержавшись, я всхлипнула.

Я не понимала происходящего, и была похожа на сжатую пружину. Он так сильно меня возбудил, что я была на грани, мысли путались. Его руки снова коснулись моего живота и двинулись вверх. Он обхватил ладонями отяжелевшие груди и потер пальцами ноющие соски. Я выгнулась навстречу ласке, прижавшись при этом попой к впечатляющей эрекции, и закусила губу, чтобы сдержать стон.

Усмехнувшись, Дэниел провел по горящей коже своей широкой ладонью.

— Ты всегда выглядела как недотрога, в этих своих строгих деловых костюмах. Я любовался твоей задницей, когда ты подавала мне кофе, мечтал задрать твою юбку, когда ты склонялась над моим столом, прижать и трахать тебя. Посмотри на себя сейчас, ты такая влажная. Стоит мне представить, как ты кричишь до хрипоты, пока я тебя трахаю… Это так заводит.

Дэниел снова потер клитор, и меня с новой силой накрыло волной удовольствия, сильного и безжалостного. Я захныкала и двинула бедрами навстречу его прикосновению. Так близко, еще…

— Пожалуйста, — я не хотела умолять. Но мое тело требовало разрядки так, что становится больно?

— Да, Эмили, я чувствую, какая ты мокрая. Чувствую, как ты хочешь, чтобы я трахнул тебя.

Внезапно его рука исчезла, и я почувствовала, как его член уперся в мои ягодицы. Это немного отрезвило меня.

— Нет, не надо, пожалуйста, не делай этого, — я начинаю вырываться, но я слишком слаба, чтобы сдвинуть его.

— Ты можешь сопротивляться мне Эмили, но с этого момента ты принадлежишь мне, — придерживая мои бедра Дэниел одним мощным толчком вошел в меня, полностью заполняя собой. Я вскрикнула, почувствовав вспышку боли, слишком давно у меня никого не было.

Я была заполнена до отказа. Дэниел продвинулся еще немного, и я захныкала, вцепившись в его руку. Мое тело настойчиво твердило, что его член слишком большой, мышцы сжимались в попытке не впускать его дальше.

— Расслабься детка, сейчас тебе будет очень хорошо, — его рука огладила мою грудь, играя с сосками. — Сделай глубокий вдох.

Мое тело медленно привыкало к размерам его члена, мышцы растянулись, подстроившись под него и расслабились.

— Поехали! — медленно он почти вышел из меня, потом сильным толчком погрузился обратно, заставив взвизгнуть. Резкими толчками он проникал в меня, задевая какую-то точку и вызывая в теле непонятное волнующее ощущение, которое нарастало, становилось сильнее и сжималось, словно тугая пружина. А потом… гигантской штормовой волной оно вырвалось на свободу.

Чувствуя, как мой собственный оргазм сжимает его член я прикусила руку, не позволяя Дэниелу услышать, как я кричу от удовольствия.

Толкнувшись в меня последний раз Дэниел вздрогнул и с животным рыком излился в меня. Секундой позже он упал мне на спину.

Отдышавшись он повернул к себе мое лицо, склоняясь к губам. Дернувшись, я попыталась отвернуться, но он крепко сжал мой подбородок, не позволяя этого.

— Ты вежливо поблагодаришь меня за то, что я любил тебя, или я научу тебя вежливости, — его тон подсказывал, что отказать ему — это плохая идея. Я покорно закрыла глаза, принимая его мягкий, нежный поцелуй, пока он вытаскивал из моей киски свой член.

Он помог мне выпрямиться, и я почувствовала, как его сперма стекает по моим бедрам. Улыбка ушла с его лица, а глаза зажглись дьявольским желанием, когда он смотрел на это.

— Кажется нас ожидает, очень длинная ночь, не так ли, Эмили, — его голос наполнился предвкушения.

Из панорамного окна пентхауса открывался завораживающий вид на город, окутанный вечерними огнями. Я стоял там и чувствовал, как каждая частица моего тела наполняется предвкушением того, что скоро произойдет.

Холодильник был заполнен любимыми блюдами Эмили. Салат с моцареллой и помидорами черри; лосось, запеченный в травах, который она готовила, когда хотела порадовать себя и конечно запас ее любимого мороженного.

Откуда мне было известно о ее предпочтениях? Возможно кроме камер в ее квартире мне пришлось взломать историю ее банковских платежей. Я сделал все это для того, чтобы угодить ей и утихомирить своего внутреннего собственника, пока она не оказалась в моей квартире, в безопасности.

Много раз на этой кухне я фантазировал, как Эмили готовит мне ужин в конце дня. Она прекрасно смотрелась бы в одной моей рубашке на голое тело, её волосы свободно спадали бы на плечи.

Я не собирался позволять ей носить что-то большее, когда мы дома. Это должно было стать нашим маленьким, интимным ритуалом. Ее мягкое тело должно было быть доступно для меня в любое время, как и мой член всегда к ее услугам.

— Когда ты меня отпустишь? — ее взгляд был полностью сосредоточен на мне, и я не мог не наслаждаться тем, как я стал центром ее вселенной в этот момент.

— С чего ты взяла, что я собираюсь тебя отпустить, Эмили? — мои слова заставили ее дыхание прерваться. Возможно, я сказал это немного грубее, чем я собирался их произнести, но ее желание оставить меня — злило.

— Ты можешь попробовать сбежать, Эмили, но, когда я тебя поймаю — а я тебя поймаю, — мой голос наполнился тихой угрозой, — твоя задница в полной мере ознакомиться со всем, что я заготовил для нее. К счастью для тебя, мне нравиться эта идея, поэтому я не собираюсь тебе мешать заслужить свое наказание.

На самом деле, я предвкушал попытку ее побега, и то, что последует за этим. Я собрал для нее коллекцию игрушек. Мысль о том, как я буду трахать ее поротый зад, какими теплыми будут ощущаться ее покрасневшие ягодицы, привела мой член в боевую готовность.

Я заметил, как ее соски стали твердыми, проступая через блузку, что демонстрировало насколько ее заинтересовала эта идея. Она могла притворяться и отрицать свои грязные желания, но я был здесь, чтобы помочь ей раскрыться. Пройдет совсем немного времени, и она будет умолять меня о большем.

— У нас был напряженный день, детка, пришло время искупать тебя, — обрадовал я ее, прежде чем перекинуть через плечо и направиться в ванную.

— Остановись, не делай этого. Пожалуйста, отпусти меня, я никому не скажу, — Эмили начала брыкаться, пытаясь освободиться.

Мне пришлось отвесить ей чувствительный шлепок по заднице, чтобы утихомирить.

— Я не хочу причинять тебе лишнюю боль, Эмили, поэтому ты делаешь все, что я говорю, и тебе будет проще, — сдавшись она затихла. — Ты такая послушная девочка, Эмили, нам будет чертовски хорошо в месте.

В ванной комнате, я быстро стянул с нее и с себя одежду и затянул в душевую кабину.

— Я думаю ты хочешь помочь мне, — я вручил ей мыло и повернулся к ней спиной. Пока она с остервенением мыла меня, словно старалась содрать с меня кожу, ее грудь соприкасалась с моей спиной, и я чувствовал, как дрожь возбуждения пробегала по ее телу. Не выдержав, я повернулся к ней, чтобы она могла продолжить спереди.

— У меня есть еще много мест, достойных твоего самого пристального внимания, — взглядом я указал ей на свой налившийся желанием член.

Сверкнув на меня злыми, из-за невозможности изменить что-то, глазами, она начала мыть меня спереди, намеренно царапая меня своими ноготками, не подозревая, что это делает меня еще тверже.

— Продолжай, Эмили, мой член доставил тебе сегодня столько удовольствия, что ты обязана отблагодарить его, — медленно проведя рукой вниз по моему животу, она спустилась к моему члену. Ее руки, покрытые пеной, мягко скользили вверх-вниз по моему члену.

Широко расставив ноги в стороны, рукой я удерживал ее волосы, пока она работала над моим членом. Закончив, Эмили подняла на меня взгляд и тяжело сглотнула. Ее глаза потемнели от страсти, которую она изо всех сил старалась скрыть.

— Все, мы закончили, — она развернулась, надеясь сбежать.

— Нет, теперь моя очередь, — забрав у нее мыло, я потянул ее на себя. Намылив свои ладони, я заскользил ими по ее груди. Когда я сжал ее напряженные соски, а моя рука скользнула между ее ног, лаская клитор, намывая ее складочки, она всхлипнула. Ее колени подогнулись. Усмехнувшись, я поддержал ее, чтобы она не упала и развернул спиной к себе.

Взяв ее руки, я поставил их на сиденье, наклоняя ее вперед. Дыхание Эмили участилось.

— Не двигайся детка, сейчас все будет быстро и жестко, — обняв ее талию своей рукой и удерживая ее на месте, я одним резким толчком вошел в ее киску, вынуждая ее привстать на цыпочки. Вырывая у нее шокированный всхлип.

— Детка, ты так прекрасна, — прошептал я ей на ухо, лаская ее грудь. Прижавшись вплотную к ее спине своей грудью, я толкнулся глубже.

— Ты больной ублюдок, ненавижу тебя, — произнесла Эмили срывающимся от возбуждения шепотом, заставив меня остановиться.

— Хммм, — оглянувшись, я, протянув руку и взял лейку от душа, настраивая ее напор.

— Что ты собираешься делать, — ее напуганный голосок, ласкал мой слух. Пошевелив бедрами, Эмили попыталась отстраниться, сжимая мой член, все еще остававшийся в ней.

— У меня есть отличная идея, как отучить тебя грубить и лгать мне, Эмили, — отрегулировав головку душа и установив единичный напор, я направил поток на ее грудь. Эмили всхлипнула, когда струя воды попала на ее напряженные соски. Задержавшись там на пару секунд, я направил лейку ниже, до тех пор, пока вода не попала на ее чувствительный клитор.

Эмили задергалась, пытаясь уйти от острых ощущений, скользя своей киской на моем члене.

Продолжая удерживать ее на месте, я вышел из нее. И снова жестко вошел, заполняя ее до отказа. В этой позе, я проникал максимально глубоко.

— Детка, могу поспорить, что если ты кончишь, пока я буду так глубоко в тебе, то уже к утру ты будешь беременна, — сказанное заставило ее замереть, а ее киска сжалась, чуть не вынудив меня кончить раньше времени.

Зарычав я продолжил толкаться в нее, меняя угол подачи воды на ее клитор. Ее бедра судорожно дёргались, ноги дрожали. Только мои объятия удерживали ее от падения. Издав животный стон, она задрожала, когда на нее обрушился мощный оргазм.

Отбросив душ в сторону, я обрушился на нее, каждым мощным толчком вызывая новые сокращения ее киски. Чтобы не упасть Эмили вцепилась в мои предплечья. Сжав ее бедра с такой силой, что у нее должны были остаться синяки, я дернулся в последний раз. Зарычав я излился в ее незащищенную киску.

Дождавшись, пока Эмили немного придет в себя и сможет стоять на ногах, я развернул ее к себе и жестко поцеловал.

— Пойдем в кроватку, детка, у нас впереди длинная ночь.

Вытащив Эмили из душа, я вытер и обернул ее полотенцем, потом быстро обтерся сам и взяв ее на руки понес в спальню.

Эмили была очень молчалива, и я знал, что она боялась и смущалась своих желаний, боялась того, что так легко сдалась мне, что получала удовольствие от нашей близости.

Застав ее врасплох, я резко сорвал с нее полотенце и подтолкнул к кровати.

— Я еще не закончил с тобой, Эмили.

— Пожалуйста, не надо больше, Дэниел, — я дала ему все, что он требовал, но ему все еще было недостаточно. — Я уволюсь и никому не расскажу о том, что сегодня произошло. Вы же уже получили все, что хотели.

— Детка, я хочу, чтобы ты крепко запомнила, я никогда не отпущу тебя, — в его глазах полыхнула злость. Запутавшись рукой в моих волосах, он запрокинул мою голову назад и впился в губы жестким поцелуем. Его губы были твердыми и требовательными. Они безжалостно завладели моим ртом. Когда он отстранился, я тяжело дышала.

Отклонившись назад он посмотрел мне в глаза и сказал:

— Я дам тебе все, что тебе нужно. Я буду поклоняться твоему телу, но никогда не отпущу тебя. Ты принадлежишь мне, — он терся носом о мою кожу, пока его губы не оказались около моего уха. — И ты будешь кричать от удовольствия, до тех пор, пока я не услышу, что ты любишь меня.

Он вновь поцеловал меня, его большая ладонь скользнула вверх и накрыла мою грудь, большим пальцем потирая сосок. Каждое прикосновение посылало разряды удовольствия, до тех пор, пока я не стала извиваться.

— Забирайся на кровать, Эмили, — приказал он, отвесив мне шлепок.

Когда я оказалась на кровати, Дэниел присоединился ко мне, повалив меня на спину, накрывая своим огромным, горячим телом.

Он прикусил мою шею, после чего лизнув место укуса своим языком, повторил, прикусив сильнее.

— Раздвинь для меня свои ноги, Эмили.

Несмотря на вспыхнувшее возбуждение, я не могла позволить ему просто делать со мной все, что он хотел. Я должна была сопротивляться этому странному наваждению. Бежать от него.

Усмехнувшись, он впился в мои губы жестким поцелуем:

— Раздвинь ноги, Эмили, я больше повторять не буду.

Я колебалась, запутавшись в происходящем. Я потерялась в ощущениях.

— Я не планировал делать этого сегодня, детка, но ты не понимаешь по- хорошему, раз мне приходиться повторять каждую команду по несколько раз, — он снова накинулся на мои губы.

Когда он отстранился, я поняла, что моя правая рука оказалась прикована широкой манжетой к спинке кровати.

— Что ты делаешь? Не надо, — я попыталась повернуться, чтобы попытаться отвязать себя, но Дэниел быстро поймал мою левую руку и закрепил ее таким же способом.

Он привязал меня к кровати. Длины фиксаторов хватало лишь на то, чтобы я могла сидеть или лежать, но свести руки не было никакой возможности.

Оседлав мои бедра, Дэниел склонил голову набок, изучая результат, в то время пока я в тщетной попытке еще дергалась, надеясь вырваться. Подавшись вперед он крепко зажал мой подбородок вынуждая смотреть ему в глаза.

Я замерла, чувствуя себя в лапах хищника.

— Тебе больно?

Он это серьезно? Я была связана. Я была в ужасе от того чем это могло закончиться. Но самое ужасное заключалось в том, что потеря свободы сделало меня влажной.

— Эмили… — неприкрытая угроза в его голосе, вынудила меня ответить.

— Нет.

— Нет, что?

— Нет, сэр.

Убрав руку от моего лица, он опустил их на мою грудь и начал ласкать ее, задевая чувствительные соски, пока я не выгнулась в желании большего. Довольно хмыкнув, он сжал свои пальцы на моих сосках. Тянул их, скручивал, на грани боли.

— Какая у тебя чувствительная грудь, мы обязательно что-нибудь придумаем с этим, — наклонившись он вобрал один сосок в рот, посасывая его, после чего очень чувствительно прикусил, вынуждая меня возбужденно застонать. После он переключился на другой сосок.

— Смотри, детка, как твоему телу нравиться то что я с ним делаю, — его голос потеплел в одобрении моей реакции. Полюбовавшись результатами своих трудов, он скользнул вниз, целуя мой живот, когда он куснул мой живот, я пискнула от неожиданности. Осознав, что он рассматривает мою киску, я попыталась смущенно сдвинуть ноги.

Заметив это Дэниел отстранился и строго посмотрел на меня.

— Это тело принадлежит мне, детка. Оно создано для того, чтобы дарить мне удовольствие, поэтому сейчас же раздвинь свои ноги, — не желая злить его, я немного развела бедра, чувствуя, как краска заливает мое лицо. Он увидит, какая я влажная…

— Сильнее, Эмили, — я развела ноги шире, чувствуя, что выставлена напоказ.

— Очень хорошо, Эмили. Твоя киска доставит мне очень много удовольствия, самыми разными способами, — его рука одобрительно легла на мой лобок, крепко сжав его, вынуждая мое влагалище сжаться в ожидании наслаждения.

И он скользнул пальцем прямо внутрь. Нервные окончания вспыхнули, я выгнулась, сжимаясь вокруг его пальца. Легкие прикосновения к клитору. Я была так близко, еще немного… Но он вытащил палец, заставив меня разочарованно заскулить.

Затем он снова медленно скользнул внутрь, затем так же мучительно медленно вышел. Я вся сжалась, ноги бесконтрольно дрожали.

И опять — снова внутрь, добавив трение большим пальцем, и снова наружу.

Два пальца.

Я застонала от добавившихся ощущений, когда его пальцы стали погружаться быстрее, сильнее. Моя киска пылала от желания. Я задыхалась, мои бедра раскачивались в ожидании освобождения. Но он остановился, и убрал руки. Мое тело выгнулось, пульсируя от желания. Руки сжимались в кулаки, от ощущения беспомощности, которое так возбуждало.

Он снова скользнул в меня пальцем. Когда мои бедра приподнялись, отрываясь от кровати, он жестко прижал их к кровати, и добавил еще один палец.

Каждое его движение, каждый толчок приближал меня все ближе к краю пропасти… Он отстранился, нависнув надо мной, удерживая свой вес на локтях.

Его член скользнул во влажность моих складок; каждое трение опухших чувствительных тканей сотрясало меня. Когда его рука опустилась вниз и прижала головку члена ко входу, я застонала и вздрогнула.

Без какого-либо предупреждения, он вошёл в меня до конца.

— Ах!

Насаженная на него, я попыталась увернуться от этих ощущений, их было слишком много.

— Ааах…

Внутри все пульсировало вокруг его вторгшегося члена, а руки тщетно дёргали за верёвки.

Одной рукой он играл с моими чувствительными сосками. Улыбаясь он выскользнул из меня… потом снова вошёл… Ускоряясь, он входил все чаще. С каждым жёстким проникновением его яички ударялись о мои ягодицы. Дэниел вошёл глубже, и моя киска сжалась вокруг него.

Быстрее, жестче… Я была уже близко. Я чувствовала, что его член набух внутри меня. Дэниел опустил руку между нами и начал потирать клитор. Я кончила с криком, сокращаясь вокруг него. Рыча от удовольствия, он погрузился на всю длину.

Я ещё содрогалась от шокирующих волн удовольствия, когда, освободив мои руки, Дэниел перекатился на бок и положил меня рядом с собой, устроив мою голову у себя на груди.

— Где мой поцелуй на ночь, детка?

Я проснулся и замер, ощущая легкое дыхание Эмили, прижавшейся к моему боку. Аромат секса от ее тела действовал на меня как виагра. Боже, опять. Этой женщине было достаточно дышать рядом со мной, чтобы у меня все встало по стойке смирно.

Проснувшись посреди ночи, я заметил, что она отодвинулась от меня. Никогда до Эмили мне не нравились обнимашки, но с ней… Я притянул ее обратно, туда, где ей самое место, в мои объятия.

Когда я положил руку на ее мягкую грудь, ее соски напряглись, приветствуя меня, но сама она продолжала крепко спать. В отличии от моего члена. Я почти довел ее до оргазма своими руками, еще до того, как она проснулась. Когда она открыла глаза, я прижал ее к кровати и вошел. Она напряглась, и черт возьми моментально кончила.

А сейчас я снова ее хотел.

Я посмотрел вниз. Она прижималась ко мне, положив голову мне на плечо и закинув ногу поверх моих бедер. Нежная кожа ее лица была немного раздражена, натертая моей щетиной, а губы опухли от поцелуев. Боже у нее такой умелый мягкий ротик.

Я провел пальцем по следам страсти на ее коже. Мое клеймо. Знак, того, что она моя собственность. Вид этой отметки усилил возбуждение. Перевернув ее на спину, я прикрепил ее запястья удерживающими манжетами над головой.

Она медленно просыпалась, еще не осознавая происходящего. Глядя на нее такую беззащитную, я испытывал острое желание защищать ее. Ее губы смягчились под моим поцелуем, давая мне то, что я хотел.

— Доброе утро, детка, — придавив одной ногой ее левую лодыжку, второй я толкнул ее правую ногу в сторону, раскрывая, чтобы приласкать рукой. — Очень хорошо. Ты уже почти мокрая.

Она густо покраснела, попыталась сдвинуть ноги, и веревка заскребла по изголовью кровати из-за того, что Эмилии безуспешно пыталась… прикрыться. Застигнутая врасплох, она вела себя как скромняжка. Будет забавно повторять это до тех пор, пока она не перестанет стесняться.

Я приподнялся на локте, специально разглядывая ее. Отводя ее складочки в сторону. Поднимая капюшон клитора. Посмеиваясь, когда она покраснела еще сильнее.

И стала еще более влажной. Она так быстро возбуждалась от моих ласк.

Ее киска была так красива. Пухлые внешние губы, влажные внутренние. Клитор начинал увеличиваться. Удерживая ее ноги раздвинутыми, я играл с ней какое-то время, наслаждаясь ее реакцией. Она была горячей и мягкой, как шелк, внутри. Тугой. Мышцы влагалища пытались обхватить его палец.

Ее клитор был приятно чувствительным. Поглаживание заставило ее задрожать. Легкий щипок вызывал вздрагивание, а от сильного — кровь прилила к ее щекам, и она попыталась сомкнуть ноги.

— Посмотри на меня, детка.

Она подняла на него глаза. Чертовски большие зеленые глаза, я никогда таких не видел. Она знала, что была беззащитна, но хотела этого.

Поймав ее взгляд, я зажал клитор между большим и указательным пальцами, потер и продолжал сжимать. Слыша, как ее пятки елозят по простыне и чувствуя дрожь ее тела, я упивался ее капитуляцией.

Прошли секунды. Не спуская с нее глаз, я отпустил ее. Когда кровь прилила к истерзанной плоти, и она шумно втянула воздух, я лег сверху и толкнулся в нее до самого конца.

Я с силой входил в нее. Расставив руки по обе стороны от ее плеч, приподнимал бедра и наблюдал за тем, как член скользит внутрь и наружу.

— Обхвати меня ногами.

Она подтянула колени к груди, давая мне возможность входить еще глубже.

При следующем толчке я прижал таз к ее истерзанному клитору, намеренно доставляя ей немного боли. Стенки ее влагалища сжались вокруг моего члена.

— Черт, детка, ты прекрасна, — В этой позе я смог проникнуть глубже, толкаясь так глубоко, что она заерзала, несмело протестуя, заставляя меня улыбаться ее реакции. Вращая бедрами, безжалостно проникал и задевал чувствительные точки внутри нее, усиливая ее возбуждение.

Эмили судорожно вдохнула перед тем как кончить, стискивая мой член. Постепенно конвульсии стали смягчаться.

— Отлично, детка, — я вышел и совершил глубокий толчок, врезаясь быстро и размеренно, а затем последовали более короткие удары. Когда я вновь полностью оказался в ней, то она могла ощутить каждое пульсирование члена, пока я изливался в нее.

Тихо вздохнув, я двинул членом внутрь нее, словно напоследок, и, наконец, покинул ее тело. Милое прощание. И улыбнулся, когда она сжала мышцы влагалища, которые продолжали сокращаться вокруг моего члена, пока я выходил из нее.

— Ты прекрасна, — хрипло произнес я.

Освободив ее руки, я подхватил ее на руки и понес в ванну, решив позаботится о моей Эмили.

— Забирайся, детка, — приказал я, наполнив джакузи. Забравшись внутрь, я включил режим гидромассажа. Эмили медлила, вынудив меня затянуть ее внутрь и усадить рядом с собой. Взяв ее за талию, я передвинул ее ближе к пузырящемуся потоку воды, чтобы тот массировал ей напряженные мышцы спины. У Эмили была трудная ночь, а силы ей еще будут нужны.

Я видел, что она ждала, когда же я начну лапать ее, но я собирался дать ей немного отдохнуть. Наконец расслабившись, Эмили откинулась назад, позволяя воде смыть усталость. Развернув ее спиной к себе, я начал массировать ее плечи и шею. Эмили напряглась, но не почувствовав в моих действиях ничего более интимного, снова расслабилась. Когда она наконец расслабилась, я посадил ее обратно, чтобы она могла опереться спиной на бортик.

Моя рука медленно двинулась к ее груди. Я ухмыльнулся, когда ее сосок напрягся от прикосновения моих пальцев. Второй рукой я скользнул между ее ног, обнаружив ее желание. Эмили возбужденно всхлипнула, когда мои пальцы коснулись ее напряженного клитора.

Запутавшись рукой в ее влажных волосах, я удерживал ее для своего поцелуя. Мои губы по-собственнически дразнили ее, как и палец, скользнувший в ее киску.

Эмили застонала, когда я вытащил свой палец из ее лона:

— Встань, — подтолкнув ее в сторону джакузи, где не было сидячих мест, я поместил ее руки на край ванны.

— Наклонись, детка.

Ее пальцы впились в холодную поверхность. Стоя позади нее, я обнял ее руками, сжимая ее мягкую груди. Я играл с нею, приподняв ее грудь, потирая пальцами соски, пока те не стали твердыми.

Не сумев сдержать свое тело, Эмили толкнулась назад, прижавшись попкой к моей эрекции. Я замер, а затем прикусил ее плечо, зажимая зубами.

Мой член вошел в нее одним беспощадным толчком, заставляя привстать на цыпочки. Заполнил ее полностью. Она вскрикнула и сильнее вцепилась пальцами в бортик.

Мои руки скользнули ниже, интимно касаясь ее. Ахнув, Эмили вцепилась в мою руку.

— Держи руки там, куда я их положил, — прорычал я.

Девушка замерла. По-прежнему находясь в ней, я раздвинул ее ноги в стороны до тех пор, пока они не разошлись настолько широко, что ей пришлось схватиться за обод для поддержания баланса. Мои бедра подтолкнули ее вперед, ближе к стенке джакузи, а затем моя рука накрыла ее киску. Ощущение было потрясающим. Она заёрзала вверх и вниз на моем члене.

Я начал двигаться в ней, своим членом растягивая чувствительные ткани, пробуждая ее нервные окончания. От каждого неустанного толчка, она все выше поднималась на цыпочки. Ее ноги задрожали, в то время как лоно сокращалось вокруг моей плоти все сильнее.

Толчки приняли более учащенный ритм. Ее клитор сжался, но кончить Эмили все никак не могла. Она балансировала прямо на грани, поэтому каждый ее вдох сопровождался хныканьем. Безжалостно сдавив бедра Эмили пальцами, я задвигал ее на своем члене, расплескивая воду.

Я играл ее телом, насаживая на себя, заставляя то окунуться, то выскользнуть из воды. С каждым рывком, я толкался все глубже. Ничто в ее теле не могло сопротивляться моему натиску. И она взорвалась.

Ухмыльнувшись, я продолжал трахать ее, заставляя сокращаться снова и снова, пока мои пальцы не впились в ее бедра, и член не дернулся внутри нее, затягивая в бездну.

Вымотанная девушка облокотилась на руки. Мои руки ласкали ее грудь, пока я целовал ее в шею. Она дала мне то, что я хотел, и теперь была такая уязвимая, беззащитная.

Выйдя из нее, я поднял ее из джакузи и одел в халат. После, взяв девушку на руки, понес ее в спальню, мягко вытер, заставил выпить стакан воды и притянул ее в свои объятия, ни на секунду, не выпуская из рук.

— Зачем ты это делаешь? — она шепчет так тихо, что я почти ее не слышу.

Я повернулся к ней лицом:

— Потому что я хочу дать тебе все, о чем ты могла только мечтать.

— А если я захочу уйти?

— Ты можешь попробовать.

После той беседы о побеге, тема казалось была исчерпана. Дэниел отвёл меня на кухню, где начал готовить завтрак. Меня удивило, как точно он угадал мои предпочтения в еде. Его холодильник был удивительно полон продуктов, которые я обожала. Завтрак был вкусным, и я наслаждалась каждым кусочком, пока он не извинился и не вышел из комнаты, чтобы ответить на телефонный звонок.

Когда он исчез в коридоре, я поняла, что это возможно мой единственный шанс. С напряжением, заставляющим сердце колотиться прямо у меня в горле, я подкралась к входной двери. Ручка повернулась без единого звука, и задержав дыхание, я тихо выскользнула из квартиры, аккуратно прикрыв дверь за собой.

Ноги понесли меня к лифту, всё внутри трепетало от волнения. Я замерла, когда услышала звук прибывающего лифта. Звонок открывающихся дверей, заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Вскочив внутрь, я лихорадочно нажала кнопку, молясь, чтобы он скорее отправился вниз.

Когда двери почти закрылись, я увидела Дэниела, выскочившего из квартиры. Он был чертовски зол.

Соскользнув вниз по стенке лифта, я не могла поверить, что мне удалось сбежать. Я хотела и плакать, и смеяться одновременно. Слезы текли из глаз. Я смогла. Я была свободна.

Внезапно лифт дернулся и замер, свет на мгновенье погас, и вдруг он поехал вверх. В панике я стучала по кнопке первого этажа, словно это могло что-то изменить.

Как только лифт остановился, створки распахнулись, и я увидела взбешенного Дэниела, шагнувшего ко мне. Молча он закинул меня себе на плечо. Я висела, словно безжизненная кукла, пытаясь понять, чем эта неудачная попытка обернется для меня.

Он швырнул меня спиной на кровать, срывая с меня одежду. Инстинктивно я начала бороться. Но Дэниел оседлал меня, прижав к матрасу своим весом. Удерживая меня коленом, он схватил мое запястье и застегнул на нем манжету. Проделав тоже самое со второй рукой, он соединил манжеты, сцепив мои руки.

— Ты очень плохой кролик, детка, — его глаза полыхали огнем.

Его руки скользили по моим плечам и шее. Удерживая мои руки за головой, он крепко целовал меня исследуя мой рот. Тщательно. Пальцами свободной руки он играл с моей грудью, пока желание не вынудило меня приподнять бедра.

Отстранившись он зловеще ухмыльнулся. Его взгляд не предвещал мне ничего хорошего. Что он задумал?

Когда он поднялся, я попыталась перевернуться, но Дэниел схватил мою лодыжку, и обернул вокруг щиколотки манжету. Вторую ногу постигла та же участь.

Пока я извивалась, он лишь зловеще ухмылялся, глядя на мои бесполезные движения.

— Ты проиграла, детка, теперь тебе никогда не уйти. Подними руки над головой.

— Нет, — мой шепот был таким тихим, что он даже не должен был его услышать, но он услышал. Перевернув меня на бок, он нанес мне жесткий, жалящий удар. Мне с трудом удалось сдержать визг.

— Ну что же, если ты так хочешь, я сначала с удовольствием тебя отшлепаю, ты это заслужила своим поведением.

Его взяла, я подняла руки над головой. Я была в ужасе, когда он прикрепил манжеты к кровати. Но мои соски напряглись, а лоно увлажнилось.

Дэниел взял мою левую лодыжку и пристегнул манжету к ножке кровати. Поняв, что таким образом я буду абсолютна раскрыта перед ним, я попыталась лягнуть его свободной ногой. Зловеще рассмеявшись, он закрепил мою второю ногу, распяв меня на кровати.

— Думаю шире, будет смотреться лучше, — укоротив, удерживающие манжеты цепочки, он развел мои ноги еще дальше друг от друга.

Прохладный воздух коснулся влажных половых губ. Заметив это, он усмехнулся и провел рукой по моим влажным складочкам, заставив меня извиваться всем телом.

Пригвоздив меня к матрасу своим телом, он приподнялся на локте. Моя мягкая грудь касалась его жесткой. Его бедра лежали между ее бедер. Грубо обхватив мой подбородок, он строго посмотрел на меня и впился в мой рот, силой заставляя раскрыться.

Когда он сжал мою грудь, то не мог не почувствовать под своей ладонью твердый от возбуждения сосок. Дрожь возбуждения усилилась.

Дэниел приподнялся и встал на колени между моими бедрами, рассматривая мою киску. Протянув руку, он достал из тумбочки смазку, после чего нанес лубрикант на небольшую пробку.

— Возможно поначалу это покажется странным, но позже тебе понравиться… в конце концов.

В его руках было нечто, напоминающее по форме пулю с приплюснутым основанием и длиной с палец. Пробка блестела от смазки, Дэниел опустил предмет между моими бедрами, подбираясь к попке, и раздвинул в стороны ягодицы. Когда его пальцы коснулись ануса, на меня снизошло осознание происходящего и того, что случится в ближайшие минуты.

— Нет! Не надо, — я начала неистово биться в своих оковах. Секунду спустя внутрь скользнуло что-то твердое и холодное, рассыпая по моему телу мириады незнакомых ощущений.

— Вытащи это! — прошептала я, дергая бедрами в попытках освободиться.

— Нет.

Я ахнула, когда Дэниел, опустившись на меня сверху, ввел в мое лоно один палец, задевая чувствительные стенки. Его волосы коснулись внутренней стороны её бедер, а горячее дыхание обожгло влажные складки.

Дэниел дотронулся до пробки, заставляя ту сдвинуться с места, отчего мне пришлось стиснуть зубы, почувствовав порочное удовольствие. Его пальцы снова пришли в движение, и я ощутила вибрацию, исходящую от предмета и зажигающую каждый нерв в моем теле.

Приподняв бедра, я пытаясь приспособиться к странным пульсациям внутри. Но тут пальцы Дэниела вернулись к лепесткам моей киски и широко раскрыли, выставляя напоказ припухший от возбуждения клитор.

Дэниел лизнул, задержавшись на затвердевшей горошинке, и я дернулась в его хватке от ощущения горячего и влажного языка. Я чуть не кончила в эту же секунду. Он моментально отстранился.

— Рано.

Выдержав паузу, пока мое тело изнывало по нему, он наконец вернулся к своему прежнему занятию. Пробка в моей заднице продолжала вибрировать одновременно с тем, как его язык ласкал клитор.

Я стонала, снова возбуждаясь до предела.

Когда Дэниел снова скользнул в меня пальцем, я вскрикнула от нахлынувших чувственных ощущений. К первому добавился и второй палец, двигаясь в медленном ритме и описывая небольшие круги. Интенсивные ласки, вкупе с пробкой, сужающей мои стенки вокруг его пальцев, пробудили к жизни каждую клеточку моего тела, оставляя за собой след пульсирующего наслаждения.

Каждая мышца тела напряглась от этих прикосновений. Я была так близка, так близка… но тут резко исчезло ощущение его пальцев и языка.

— Рано.

Я застонала.

— Пожалуйста, Дэниел.

Он не ответил.

Когда мое дыхание пришло в норму, Дэниел начал все сначала, снова и снова… чтобы потом опять отступить. Моя голова металась из стороны в сторону, бедра дергались то вверх, то вниз. Я буквально взвыла от бушующей внутри потребности. Прошла минута, и он снова начал безжалостно дразнить меня, до тех пор, пока мой мир не сузился лишь до прикосновений его рта и пальцев. Приподняв голову, Даниэль снова отстранился.

— О, нет, пожалуйста, нет…

Я хныкала в поисках освобождения, мой голос и тело бесконтрольно дрожали.

— Пожалуйста, Дэниел. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Сэр.

Усмехнувшись, Дэниел поднялся и в следующую секунду врезался в меня членом, пронзая жестким вторжением, от которого я закричала, не в силах молча стерпеть столь неповторимое ощущение. Лоно было таким набухшим и чувствительным, что с каждым движением внутрь на меня обрушивался новый шторм ощущений. Член Дэниела еще теснее прижал вибрирующую пробку к стенкам моей попки, и я содрогнулась вокруг его плоти.

Накатывающие волны наслаждения становились почти невыносимыми, я сжалась, всеми силами пытаясь удержаться на краю пропасти. Я даже не смела дышать.

— Кончай, Эмили, — приказал он низким голосом.

Грубые пальцы ущипнули меня за клитор, отчего все вокруг залилось белым ослепительным светом. Киска конвульсивно пульсировала, а я кричала и кричала, пока Дэниел продолжал толкаться в меня в непрерывном ритме.

Прошла, казалось, вечность, прежде, чем я смогла посмотреть на него, все еще ощущая спазмы. Дэниел обнял меня руками за плечи, его темные глаза мерцали страстью, он ждал, не двигаясь. И тут я поняла, что мои ноги были все еще связаны, а руки находились над головой.

Дэниел прижал одной рукой к матрасу мои бедра и вонзился в меня еще глубже и жестче, чем прежде. Безжалостный ритм его толчков вернул меня из предыдущего оргазма, увлекая в водоворот следующего. С растущим возбуждением я попыталась подать к нему свои бедра, но Дэниел слишком сильно удерживал меня на месте, чтобы я могла сдвинуться.

Его большой палец начал кружить вокруг клитора, я снова всхлипнула, ощутив знакомую чувственную жажду, зарождающуюся во всем моем теле. Дэниел был беспощаден, его плоть требовала он меня все больше.

Мои бедра дергались в его жесткой хватке, не поддаваясь контролю, а дрожащие в цепях ноги заставляли металл звенеть. Каждое вторжение его члена и каждое скольжение его пальца на клиторе лишали последних крупиц самообладания.

— Дэниел? — не в состоянии думать, только чувствовать, прохрипела я. — Я не могу…

— Можешь. Кончи еще раз, Эмили.

Его толчки стали глубже и сильнее, и я взорвалась наслаждением, чувствуя, как в моих венах кипит кровь. Из моего горла вырывались хрипы, пока я дрожала в его руках. Его пальцы сжались на моих бедрах, член проникал все глубже. Он застонал, дергаными толчками, от силы которых меня потряхивало, изливаясь в мою киску.

Я пришла в себя минутой позже, когда Дэниел аккуратно вышел из меня и вынул пробку из моей задницы, оставляя пустоту внутри.

Его руки были такими нежными, пока он освобождал меня от удерживающих манжет. Я простонала, все мои суставы и мускулы протестовали. Улёгшись на кровать рядом со мной, Дэниел обнял меня. Его объятия были такими успокаивающими, такими заботливыми, что у меня перехватило дыхание.

Под его сильными руками и телом разрушились все мои внутренние барьеры. Дэниел видел меня в самом уязвимом состоянии, и, когда он дарил мне такие объятия, я чувствовала себя ближе к нему, чем к кому-либо другому.

Положив мою голову к себе на плечо, Дэниел одной рукой крепко прижимал меня к себе, а ладонью другой гладил мои волосы, руку и бедро. Нежность прикосновения, его забота согревали мое сердце.

— Я люблю тебя, — шепнула я, зная, что он в этот момент улыбается.

Когда первые лучи утреннего света пробились сквозь плотные шторы, я ощутила тёплое прикосновение губ Дэниела к своему лбу.

— Просыпайся, детка, нам пора собираться, — тихо прошептал он, и я открыла глаза, чтобы встретить его взгляд, полный нежности и заботы.

Пока я нежилась в душе, Дэниел был занят на кухне приготовлением кофе.

Передавая мне чашку с кофе, он взял мою руку, и его губы нежно коснулись внутренней стороны моей ладони.

— Пора, — сказал он, а я кивнула, чувствуя, как его простое касание заставляет моё сердце биться чаще.

— Как думаешь, они скучали?

— Смеешься, родители их безбожно баловали все это время, — сказал он, и его смех был заразительным.

Я любовалась своим мужем сидя рядом с ним на заднем сидении машины:

— Ты действительно отказался от этого контракта?

— Мы слишком загружены работой, — сказал он, стараясь сохранить спокойствие, но его сжатые кулаки и выражение лица говорило больше, чем слова. — Я передал его контакты Анджеле.

Дэниел был не тем человеком, который позволил бы кому бы то ни было переходить границы, особенно когда речь шла обо мне. А этот клиент позволил себе несколько весьма грязных комментариев в мой адрес, и только то, что я была рядом удержало моего мужа от того, чтобы сломать мерзавцу челюсть.

Услышав, как он упомянул Анджелу, я не смогла удержаться от смеха. Да она была нашим конкурентом, но это не мешало нам довольно дружески общаться. Кроме того, она была Доминой, которой нравилось ставить на место мерзких слизняков, заставляя их ползать за собой на брюхе.

— Ты мой герой, — с улыбкой сказала я, подарив ему мягкий поцелуй. Я ценила его защиту и готовность стоять на моей стороне, даже если это означало потерю выгоды для бизнеса.

— Возможно в следующий раз, я могла бы сделать что-нибудь для тебя… — я почувствовала, как краска заливает мои щёки, несмотря на то, что после стольких лет совместной жизни, такие темы не должны были меня смущать.

— Детка, моё самое большое желание — дать тебе всё, что тебе нужно.

Я не смогла сдержать слёзы, вызванные внезапным наплывом эмоций, и погрузилась в нежный поцелуй со своим мужем. Что может быть лучше?

Развернув Эмили лицом к козлам, я прижал её обнаженные бедра к их краю и приказал ей на ухо: — Наклонись.

Когда Эмили нагнулась, моя эрекция упёрлась ей в ягодицы. Грудь прижималась к её спине, когда я выравнивал её положение на скамье.

Пристегнув манжеты на ее запястьях к кольцам, я отстранился. После чего, положив ей на спину свои руки, начал нежно массировать её плечи, пока девушка облегчённо не вздохнула и не расслабилась.

— Так-то лучше, детка, — прошептал я и поцеловал её в шёку, — мне нравится, когда ты немного волнуешься.

Едва она расслабилась, я взял её колено и, расположив его на прилегающей мягкой скамье, привязал. Потом и другую ногу, закрепляя ту в почти собачьей позе.

— Мне нравится, когда твоя попка задрана так высоко и раскрыта. Я могу играть так, как захочу… Я бы мог заставить тебя считать, но я просто буду продолжать это делать, пока не решу, что мы оба готовы закончить, так что в этом нет никакого смысла, правда?

Я сжал ее попку, и от прикосновения моих грубых ладоней по ее коже побежали мурашки.

— У тебя великолепная попка, детка. Мягкая и круглая, — когда мои пальцы скользнули между ее ног, поднялись к клитору и провели по нему, словно напоминая, как сильно она возбуждена, Эмили застонала. И вновь издала разочарованный стон, когда я убрал руку.

Я стоял позади нее, и она не могла видеть, что я делал. Эмили вздрогнула, услышав, как со скрипом открылась дверца шкафа, в котором хранились наши игрушки.

Я отвесил ей несколько безболезненных легких шлепков. Обернувшись она обиженно посмотрела на меня, вызвав улыбку.

— Надеюсь ты готова детка?

Удар паддла ужалил, и Эмили опустила голову, счастливо застонав.

Постепенно удары становились все сильнее. Жалящие удары стали жгущими, и она стремительно приближалась к оргазму.

Я остановился потереть ладонью по попке, успокаивая боль. А мой палец скользнул между ее складочек.

— Ты такая мокрая, детка, — я взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, медленно проведя большим пальцем по ее щеке — И хочешь большего.

Следующие пять ударов были сильнее, что у нее на глаза навернулись слезы. Каждый рывок ее тела заставлял груди качаться. Всем весом она налегла на скамью. Сейчас для нее больше ничего не существовало, кроме следующего удара паддлом.

Я остановился и провел пальцем между ее складочками, скользя по влажности.

— Черт, ты действительно это любишь. Никогда не видел ничего настолько красивого, — когда я убрал руку, она застонала. Эмили была так близка к оргазму.

Я снова стал пороть ее, легко, потом сильно, сначала не больно, затем ударами, звучащими ужасно и резонирующими через все тело.

Ее спина выгнулась, а попка поднялась в ожидании…

Я остановился и сжал ее попку, и Эмили вскрикнула от усилившегося жжения. Другой рукой я погладил ее киску, заставив ее клитор затвердеть и запульсировать.

— Ты в порядке, детка? — моя рука огладила ее беременный животик.

— Пожалуйста, — простонала она, бесконтрольно дергая бедрами. Она хотела сжать их вместе, создать хоть какое-то трение, сделать что-нибудь, но ее ноги были разведены в стороны и прикованы, а руки зафиксированы. Она ничего не могла сделать. — Еще.

— Как скажешь, милая, — я продолжил ее шлепать. Каждый удар был силен: одна ягодица, другая, снова первая, но чуть ниже по изгибу попки. Она качала бедрами, поддаваясь назад, после каждого удара, словно моля о большем. Грохочущий в ушах пульс звучал громче ее стонов.

Я подошел на шаг ближе. Свободной рукой провел вниз по ее животу и накрыл ее киску, так что каждый раз, когда я шлепал ее по попке, мой палец терся о клитор.

Она вскрикнула и замерла, когда давление внутри нее резко возросло, закручиваясь спиралью… Еще один безжалостный удар деревянного паддла. Палец замер.

— О, господи, о, господи, о, господи.

От следующего удара она не кончила… все еще нет… а потом я очень медленно погладил вершинку клитора. Ее мышцы напряглись. Все внутри закрутилось в спираль.

— Твоя киска такая влажная, набухшая и готовая для меня.

Прежде чем она поняла, я вошёл в неё, толстый и твёрдый. Растягивая ее, доходя почти до шейки матки, Эмили взвизгнула и потянула за ремни и манжеты.

— Слишком сильно, Сэр. Пожалуйста…

Я усмехнулся.

— Как же я люблю детка, когда ты делаешь мне комплименты.

Я толкнулся членом внутри неё, нажав твёрдой рукой ей на ягодицу и удерживал её на месте.

— Не двигайся, детка, сейчас привыкнешь.

Игнорируя ее короткие стоны, я нагнулся над ней и прижался горячей, твёрдой грудью к её спине, обхватывая ладонями её тяжелые груди.

— Обожаю твою грудь, когда ты беременна, она становиться такой чувствительной, — пробормотал он, нежно сжимая их, и Эмили затрепетала. Несколько раз я доводил ее до оргазма просто играя с ее сосками.

Связанная, насаженная на меня, зажатая мной, с грудями, сжатыми моих руками — она полностью принадлежала мне. Всегда. С первого взгляда.

Обхватив руками ее бедра, я прижал их к своему паху, каждый раз глубоко насаживая ее на член. Я полностью контролировал ее тело и движения, и при этом давал ей то, что она хотела. Каждый неумолимый толчок возносил ее все выше, пока тело не задрожало от жесткого удовольствия, стиснув меня как в кулаке.

Зарычав, я вошел так глубоко, что мой член ударил по матке, а затем содрогаясь в конвульсиях, кончая, изливаясь в нее.

Обхватив ее лицо своими большими ладонями, я нежно поцеловал ее:

— Спасибо, милая, я люблю тебя.

— Я люблю вас, Сэр.