К текущему моменту в Северной Америке существует независимое государство — Американская Конфедерация. Англичане всё ещё удерживают Восточное побережье, зато Конфедерация владеет почти всей Канадой, откуда и имеет основные выходы к морю, очень неудобные из-за климата. Хотя есть и узкий коридор к Атлантике на юге, у границы с Мексикой — там расположены торговые порты.

Конфедерация — обширная, но слабо населённая и не особо развитая технически аграрная держава. Основа её экономики — экспорт аграрной продукции. Особенно знамениты американские сорта картофеля. Хотя родина его в испанском Перу, в массовом сознании европейцев Конфедерация и картофель неразделимы. Американцев иногда даже иронично называют «potatoman».

Из всех условно «западных» стран, Конфедерация имеет самую активную торговлю с Китаем — через Тихий океан. Американцы поставляют в Поднебесную Империю свою немногочисленную промышленную продукцию, китайцы поставляют в Америку китайцев. Дешёвая рабочая сила очень помогает конфедератами в процессе освоения своих диких просторов, особенно на строительстве железных дорог. Китайские батраки работают за еду и живут в ужасных условиях, но это мало волнует как американское, так и китайское правительства.

Армия Конфедерации набирается на добровольной основе, регулярных частей мало — главным образом, артиллерийские, кавалерийские и механизированные полки. Однако всё мужское население проходит серьёзную военную подготовку, и в случае войны Континентальное ополчение станет грозной силой.

Морской флот Конфедерации достаточно развит для страны с такой слабой промышленностью. Он состоит из большого числа лёгких кораблей вполне современной конструкции. Имеется так же единственный броненосец-флагман, построенный скорее для престижа, и некоторое количество тяжёлых мониторов береговой обороны. Тем не менее, ядром флота остаются лёгкие бронепалубные крейсера с сильной ПВО и скорострельной артиллерией.

Воздушный флот Конфедерации почти декоративен — главным образом, это канонерки и сторожевики, занятые на таможенной службе. Зато Америка уделяет большое внимание развитию авиации тяжелее воздуха — то есть, самолётов, которым великие державы отводят третьестепенные роли. Американские авиационные двигатели считаются самыми лёгкими и компактными, при этом весьма мощными. Авиапарк Конфедерации довольно велик, хотя и пригоден только для оборонительных целей из-за небольшого радиуса действия самолётов.

Конфедерация находится в неплохих отношениях с Россией и Германией на почве общей нелюбви к Британской Империи. Американцы давно лелеют мечту овладеть Восточным побережьем и полностью взять под контроль свой континент. Однако свои силы они оценивают трезво, понимая, что война с Британией им не по силам. Но если когда-нибудь Англия окажется втянута в крупный конфликт, а её флотилии будут привязаны к европейским и индийским берегам, то Конфедерация, без сомнений, не упустит своего — сбросить в океан британские гарнизонные войска, отрезав их от подкреплений с моря, Континентальном ополчению вполне по силам…

Германская Империя, она же Айзенрайх — одно из самых молодых государств в мире. Процесс объединения германских княжеств вокруг королевства Пруссия формально начался в 1870-е годы, а реально завершился в начале двадцатого века. Новорожденная империя оказалась закалена в горниле Великой Войны, которая окончательно утвердила границы Рейха и немало способствовала росту его внутренней сплочённости.

Хотя по итогам Великой Войны Германия уступила Франции практически все спорные территории и вынуждена была вернуть независимость Голландии и Австрии, она сохранилась как единое государство, потому немцы до сих пор считают, что войну они выиграли. Кроме того, независимость Нидерландов и Австрии чисто номинальная, всю свою внешнюю политику они строго согласуют с Берлином.

Война наложила отпечаток не только на географию Рейха. В первый её год имперская армия, состоявшая из бывших армий германских княжеств, потерпела ряд сокрушительных поражений от франко-британских войск, флот же и вовсе оказался небоеспособен — каждая эскадра действовала на усмотрение своего адмирала, не согласуя действия с другими. От полного проигрыша Германию спасло лишь вступление в войну России. Армия и флот были реорганизованы радикальным образом, руководство централизовано, привязка к германским землям и городам жёстко вытравлена. В итоге сейчас, век спустя, вооружённые силы являются главным связующим звеном меж частями Империи, «плавильным котлом» для знати и простолюдинов. Каждая часть Рейха сохраняет большую долю автономии и участвует в выборах императора, однако армия, флот и военно-воздушные силы стоят выше внутриполитических дрязг.

Экономика Айзенрайха так же не обошлась без влияния Великой Войны. Последние сто лет Германия ориентирована в первую очередь на тяжёлую промышленность и машиностроение. Оружие, корабли и машины германского производства славятся на весь мир. В то же время аграрная сфера не получила большого развития. В военные годы Рейх получал огромное количество продовольствия, тканей и других продуктов лёгкой промышленности от своих русских союзников. После заключения мира все силы молодого государства были брошены на укрепление границ и военное развитие, выпуск бетона и стали. Пища же продолжала поступать с Востока. По сей день это положение сохраняется — лишь в последнее время Рейх начал уделять аграрному сектору серьёзное внимание.

Сухопутные вооружённые силы Рейха — образец дисциплины и хорошей подготовки рядового состава. Германская система обучения солдата и младшего командира считается одной из самых эффективных и продуманных, однако в то же время вполне справедливы шутки о том, что пройти этот учебный курс способен только истинный немец до мозга костей.

Основу армии составляют пехотные части с большим количеством приданных вспомогательных подразделений и артиллерии. Кавалерия Рейха немногочисленна и сближается с механизированными войсками. В каждом кавалерийском полку имеется по меньшей мере один эскадрон колёсных бронеавтомобилей. В полках тяжёлой кавалерии в этот эскадрон обязательно входит как минимум два артиллерийских броневика.

Имперское командование много внимания уделяет новым видам вооружений, и по числу механизированных частей Айзенрайх впереди всей Европы. Гусеничные броневозы и колёсные броневики сведены в отдельные подразделения, ведётся разработка тактик их самостоятельного применения.

Флот, как морской, так и воздушный, представлен большим числом тяжёлых кораблей — броненосцев и крейсеров. В отличие от России, Германия не строит авианосцев и почти не содержит самолётных эскадрилий — немецкие адмиралы больше полагаются на большие пушки и крепкую сталь.

Всё мужское население Рейха проходит обязательную военную службу. Все женщины так же проходят курс военной подготовки, и могут быть призваны в военное время в боевые части. Кроме того, женщинам вообще открыт доступ во все виды войск Империи — это не признак чрезмерной эмансипации, а одно из свойств военной сплочённости немецкого государства. В армии и флотах Рейха смотрят только на твои навыки и лояльность государству. Как не сложно догадаться, такие взгляды так же имеют корни в Великой Войне, когда за винтовки брались все, кто мог их держать в руках, и женщины служили во многих частях наравне с мужчинами, у станков же и вовсе их заменив.

Германская Империя находится в тесном союзе с Российской, а также фактически управляет внешней политикой Австрии и Нидерландов — встречая скрытое сопротивление со стороны последних. На удивление, в последние полвека у Рейха сложились неплохие отношения с Францией, несмотря на то, что они всё ещё остаются потенциальными врагами. Был заключён ряд выгодных торговых договоров, осуществляется несколько совместных проектов в невоенной сфере. Такое развитие событий вызывает недовольство как со стороны Британии, не желающей сближения главного союзника на континенте с одним из главным противников, так и со стороны России, которую беспокоят любые попытки Рейха получить большую самостоятельность.

Вплоть до конца двадцатого века на территории Айзенрайха находилась большая группировка войск Российской Империи, именовавшаяся Группой Союзных Войск в Германии. Её целью было в случае новой войны совместно с германской армией стремительным ударом сбросить в Ла-Манш французские и бельгийские войска прежде, чем те получат подкрепления с Британских островов.

По настоянию германского канцлера, поддержанного императором, эта группировка всё больше сокращалась, и к началу 21-го века была полностью выведена в Россию, что вызвало заметное охлаждение в русско-германских отношениях. Но Рейх ощущал за собой достаточную военную силу, чтобы не нуждаться в чужих войсках на своей земле. В «наследство» Рейху досталось большое количество отставных русских офицеров и членов их семей, осевших неподалёку от места службы. В Берлине и ещё нескольких городах, соседствовавших с базами ГСВГ, сохраняется весьма существенная русская военная диаспора.

Несмотря на вывод сухопутных войск, Россия по-прежнему свободно пользуется германскими морскими и воздушными портами для размещения своих военных кораблей.

«Империя, над которой не заходит солнце» — так когда-то называли Британию. За века былая слава померкла, однако владения английской короны до сих пор необъятны, а амбиции — огромны. Империя стара, она потеряла былой запал, в сердцах её подданных больше не горит ярким пламенем мечта превратить все океаны во внутренние моря своей страны. И всё-таки старый лев по-прежнему готов постоять за себя, и цепко держится за свои земли.

Великобритания — одна из стран, инициировавших Великую войну. Она была одним из самых заинтересованных лиц, одним из самых активных участников — и понесла при том весьма скромные потери. Если и Берлин, и Париж не раз подвергались разрушительным бомбёжкам и артиллерийским обстрелам, то на английский берег ни разу не ступала нога вражеского солдата, а несколько воздушных и морских налётов на прибрежные города носили скорее демонстративный характер. Веками жизнь на островах текла спокойно и размеренно — в чём огромная заслуга воздушного и морского флота страны. Именно флота, а не флотов — об этом будет рассказано ниже.

Экономика Британии во многом зависит от экспорта из колоний. Не удивительно, что вопрос их защиты и безопасности торговых путей — ключевой для Империи, и во многом диктует её внешнюю политику и военную стратегию.

Британская армия сравнительно немногочисленна, хорошо вооружена и обучена. Главные её задачи — оберегать метрополию и служить «ядром» колониальных армий, где основная масса солдат набрана из числа туземцев. Механизация весьма умеренная, кавалерийские части отделены от механизированных и не включают в себя броневиков. Большое внимание уделяется артиллерии, именуемой Королевским Артиллерийским Полком — служба там почётна, а от офицеров и рядовых требуются высокие специальные навыки. Артиллерийские батареи Великобритании способны вести огонь, используя сложные схемы и демонстрируя фантастический уровень координации. Одна из новаторских тактик — так называемое «наступление за огневым валом», когда пехота идёт в атаку в буквальном смысле вслед за стеной падающих впереди неё снарядов. Ни германская, ни российская армии не решаются пока перенять подобный приём. Кроме того, поскольку британские войска регулярно принимают участие в различных столкновениях с не покорёнными аборигенами и различными повстанцами, процент солдат с опытом реальных боевых действий в английской армии выше, чем в любой европейской стране — хотя опыт этот весьма специфичен.

Одна из необычных черт британских вооружённых сил — глубокая интеграция воздушного и морского флота. В силу колониального характера империи, большинство решаемых ими задач тесно связаны. Морские десанты, прибрежные операции, переброска войск, морские сражения — везде морские и воздушные корабли задействованы в равной степени. Плавающие корабли, летающие корабли, самолётные эскадрильи и Королевская морская пехота — всё это объединено в RNAF, Royal Navy and Air Forces. Единое командование Королевских морских и воздушных сил обеспечивает Британии превосходную слаженность и оперативность как в локальных стычках, так и, при нужде, в большой войне.

Английский флот — один из сильнейших в мире. По числу броненосцев и крейсеров он выдерживает паритет с Германией и Россией, лишь незначительно уступая их объединённым силам. При этом за Англией превосходство в авианосцах — как по их числу, так и по размерам. Самый большой британский воздушный авианосец, «Король Георг Пятый», в максимальной боевой нагрузке способен нести до двух эскадрилий по двенадцать лёгких бипланов, плюс ещё четыре двухмоторных самолёта на нижней подвеске. В то время, как вместительность ангаров крупнейших русских авианосцев ровно в два раза меньше, Германия же авианосных кораблей не строит вовсе.

На море Британия проявляет интерес к кораблям с погружённым в воду корпусом. Адмиралтейство считает эту сферу флота крайне перспективной и выделяет большие средства на её развитие. На данный момент построено несколько функционирующих прототипов, однако ни одного такого судна в строй боевого флота пока не введено. Флотские теоретики из других стран относятся к изысканиями англичан с большим скепсисом.

Внешняя политика Британской империи мало менялась со времён окончания Великой Войны. Союз с Францией и Бельгией на континенте, давление на Испанию, стратегическая защита колоний — вот её основные столпы. В роли главной угрозы колониям выступают Россия и молодая, мечтающая о собственных колониях Германия. Одно время британские политики предпринимали попытки обратить взор немцев на одряхлевший Халифат и его бывшие провинции вдоль северного побережья Африки, однако даже Железному Рейху не хватило смелости лезть в запутанный там кровавый клубок. Россия же куда смелее подминает под себя азиатские ханства, раньше пользовавшиеся защитой арабов — и грозится получить сухопутную границу с Британской Индией. Подобное развитие событий вполне способно подтолкнуть Англию к решительным действиям.

О том, что Британия способна действовать не только грубой силой, свидетельствует, в частности, её покровительство пиратам и каперам мезоамериканского побережья. В иных обстоятельствах правительственные флоты Конфедерации, Мексики и испанских колоний давно бы очистили Карибское море от любителей лёгкой наживы, но регулярные поставки снаряжения, возможность лёгкой покупки кораблей, доступные рынок сбыта награбленного и право укрытия на британских морских базах делают пиратскую вольницу практически бессмертной. Урон торговле в регионе при этом наносится существенный — в безопасности чувствуют себя лишь английские транспорты, курсирующие меж Европой и Восточным побережьем.

Среди европейцев издавна ходит поговорка о том, что все дороги Европы ведут в Париж. В определённой степени она, безусловно, справедлива. Франция всегда была центром европейской истории и европейского континента. За тысячу лет мало какое важное для Европы событие не было так или иначе связано с Францией. Франция задавала тон и моду всем своим соседям — ближним и дальним. Её военное, культурное и политическое влияние до самого двадцатого века было необычайно велико.

Великая Война изменила мир — но не Францию. Французы всегда уважали традиции — но уступали в этом плане тем же англичанам. Однако ужасы войны и её неоднозначный итог буквально заморозили страну во времени. И вот уже добрую сотню лет сердце Европы цепляется за прошлое.

Экономика Французской империи базируется на лёгкой промышленности. Земля — основа из основ, и её дары, от пшеницы до винограда, ценятся по всему миру. Конечно же, как крупная европейская держава, Франция имеет и достаточно развитую тяжёлую промышленность, направленную на военные нужды и механизацию крестьянского труда, но парижские заводы не гремят славой на весь мир, как их берлинские или лондонские конкуренты. Они производят преимущественно продукцию для внутреннего пользования.

Французская регулярная армия — одна из самых многочисленных в Европе. Но её принцип формирования, стратегия и тактика до сих пор базируются на приёмах конца Великой войны. В то время, как соседи ищут пути в будущее сражений, разрабатывая новые принципы, Франция улучшает старое. Любые новые элементы гармонично интегрируются в старые схемы, добавляя им совершенства. Стратегия французской армии — это оборона с опорой на укреплённые позиции и наступление широким фронтом при поддержке артиллерии. Французский генеральный штаб не рассматривает бронетехнику и самоходную артиллерию как самостоятельную силу. Место тяжёлых броневозов — в первых рядах наступающей пехоты, место лёгких броневиков — на острие кавалерийской атаки. Помимо того, хотя Франция и является родиной револьвера (само это слово придумано французским оружейником), её военное командование скептически относится к скорострельному ручному оружию. Французская армия почти не использует магазинные винтовки, входящие в моду во всех развитых странах — французские офицеры считают, что в перестрелке у солдата всегда будет время заложить пулю в ствол, а для подавления врага огнём следует использовать пулемёт. В ближнем же бою в ход пойдут револьверы и дробовики. А винтовка должна быть простой и надёжной.

Несколько лучше обстоят дела в море и на небе. Французский флот по числу тяжёлых кораблей не уступает германскому — и, так же, как германский, делает упор на броненосцы и орудия большого калибра. Военная авиация во Франции практически отсутствует. Согласно французской военной доктрине, роль аэроплана на поле боя — курьер и ближний разведчик. Фирма «Моран-Солнье» по заказу военного ведомства выпускает некоторое количество лёгких бомбардировщиков и истребителей, однако число их столь мало, что в случае войны пополнять боевые эскадрильи до штатного числа предполагается за счёт машин английского производства.

Во внешней политике Французская империя исповедует достаточно мягкие принципы. Парижские дипломаты чрезвычайно тактичны и склонны к мирному решению вопросов, любые конфликтные ситуации Франция старается развивать по пути наименьшего обострения — хотя в парижском правительстве это нравится далеко не всем. У империи сложились достаточно дружеские отношения с Италией и Испанией, она обычно служит посредником при решении спорных вопросов между государствами Южной Европы, а также при их конфликтах с Британией. Большим достижением французской дипломатии следует считать налаживание связей с Германией — старый враг всё больше превращается в выгодного партнёра, хотя ни разрушение Парижа, ни опалённые руины Берлина определённо не будут забыты ещё долго обеими сторонами.

Складывающаяся ситуация вызывает раздражение у основного союзника Франции — Британский империи. Англичане крайне заинтересованы в том, чтобы поддерживать напряжение между Францией и странами Восточного блока, сближение не в их интересах. Ведь в возможном конфликте французы должны послужить главной ударной силой на суше. Тем не менее, здравомыслящие военные уверены, что в случае новой Великой войны французская армия не устоит перед объединёнными русско-германскими силами, а Британия не сможет оказать ей существенную поддержку, вынужденная защищать колонии. Стратегический паритет обеспечивают лишь превосходство на море и в воздухе — Королевские морские и воздушные силы способны самостоятельно противостоять германским и русским флотам на равных, с прибавление же к ним французского флота ситуация для Восточного блока станет и вовсе безнадёжной.

Кто знает, к чему может привести нарушение этого хрупкого равновесия?

Россия — самое большое государство в мире. С констатации данного факта начинается почти любая статья, посвящённая этой стране. Мы не станем отступать от традиций. Этот факт, в конце концов, действительно во многом определяет облик империи. Не имея колоний за морями, Россия полностью умещается в своих границах — но границы эти раскинулись на невообразимую длину, протянулись через весь континент. Спектр интересов русских столь же велик, как и набор встающих перед ними проблем. Поддерживать порядок в стране, где промышленные центры, залежи ресурсов, военные объекты, населённые пункты разбросаны на огромное расстояние и распределены крайне неравномерно — задача более чем сложная. Особенно при современном уровне средств связи. Вместе с тем, Российская империя всё ещё не утратила амбиций, и ведёт активную внешнюю политику, что подразумевает частые конфликты и споры с соседями. Именно стремление влиять на общую картину мира и отстаивать свои интересы привело русских к участию в Великой войне — и хотя их потери были не сопоставимы с потерями французов и немцев, они всё же оказались тяжелы.

Россия — разносторонне развитая держава. Многим соседям она уступает в чём-то одном — но превосходит их в другом. Промышленность, сельское хозяйство, практические и теоретические сферы наук развиваются в империи равномерно, без больших провалов и прорывов. Безусловным преимуществом России является самодостаточность — в стране хватает как всех видов сырья для функционирования промышленности, так и плодородных земель для обеспечения продовольственной безопасности. Главная проблема — организация, так как государственный аппарат Российской империи ничем не лучше любого другого, а требования к нему гигантская площадь страны выдвигает куда более суровые. Чтобы сырьё поступало на заводы, а зерно в амбары, чтобы хватало рабочих рук, чтобы новинки и изобретения находили себе применение и своевременно внедрялись в обиход — приходится прилагать огромные усилия.

Вечная русская беда не распространяется, однако, на вооружённые силы — Русская императорская армия может похвастаться отличной дисциплиной и организацией. В ней представлены все рода войск, и между ними, а также воздушными частями, налажено отработанное взаимодействие. Новаторской разработкой имперского штаба считается активное применение воздушного десанта во взаимодействии с флотом и сухопутными силами — тактики использования «воздушной пехоты» активно обкатываются в Средней Азии, не всегда успешно. Однако следует отметить, что Германия проявляет к воздушному десанту не меньший интерес.

Российский морской флот сравнительно слаб — по числу дредноутов он уступает германскому, французскому и, уж тем более, британскому. И не все броненосные суда — современной конструкции. Многие крупные корабли остаются в боевых списках до полной выработки заложенного в них ресурса. Зато лёгкий флот России многочисленнен и современен. Миноносцы и лёгкие крейсера, вооружённые большим числом торпед, строятся в больших количествах, своевременно модернизируются и заменяются новыми моделями.

В воздушном флоте ситуация похожая — тяжёлых кораблей там больше, чем в морском, но они тоже зачастую не до конца соответствуют современным реалиям. Зато Россия — вторая после Британии держава, проявившая живой интерес к воздушным авианосцам. Правда, в русской стратеги им отводится вспомогательная роль — авианосные корабли меньше британских, и несут, преимущественно, лёгкие одномоторные бипланы, не предназначенные для торпедных атак. Помимо того, почти каждый крупный корабль до тяжёлого крейсера включительно несёт на внешнем зацепе один-два лёгких биплана с пулемётным вооружением. В бою они могут выполнять функции разведчика, артиллерийского корректировщика и истребителя прикрытия.

Внешняя политика Российской империи достаточно сложна. Она поддерживает очень странные отношения с Китаем, формально не имея с ним никаких торговых и дипломатических контактов, что приводит к частым приграничным инцидентам, разрешать которые приходится на уровне командиров пограничных военных округов. К Германии, своему главному и лучшему союзнику, Россия относится демонстративно покровительственно, что с годами раздражает как правительство Рейха, так и простых немцев всё больше — хотя отношения между двумя странами всё ещё дружеские. Главного своего оппонента империя видит в Англии — что вполне взаимно. За век, минувший с Великой войны, русские не стремились к прямому конфликту — но изыскивали обходные пути давления на Лондон. Самым эффективным оказался удар по главной слабости англичан — их колониям. Конечно, официально Россия им не угрожает, но поддержка Американской конфедерации и продвижение в Среднюю Азию, всё ближе к границам Британской Индии, вызывает в островной метрополии серьёзные опасения. Нельзя с уверенностью утверждать, что развитие этой политической линии не приведёт мир к новой Великой войне…

Это последняя заметка о странах Европейского континента. В ней мы кратко рассмотрим прочие государства, не освещённые в предшествующих статьях. Некоторые из них находятся в зависимости от более сильных соседей, другие способны постоять за себя, но всё же недостаточно влиятельны, чтобы вмешиваться в дела других.

Первой, безусловно, стоит упомянуть Испанию. Эта страна — живой пример того, как стареют и дряхлеют империи. Некогда Испания оспаривала титул владычицы морей у Англии и владела бескрайними территориями за океаном. Сейчас это сравнительно отсталая и небогатая страна, а её отношения с колониями в Южной Америке больше напоминают отношения опостылевших друг другу союзников. «Американские испанцы» соглашаются называть себя подданными Мадридского престола лишь потому, что это их практически ни к чему не обязывает — разве что Испания получает большой приоритет при торговых сделках. Мексика же и вовсе официально объявила о независимости. Правда, разрыв торговых отношений и вывод испанского капитала не лучшим образом сказался на её и без того слабой экономике, так что мексиканский демарш лишь укрепил остальных «колонистов» в стремлении сохранять существующий порядок вещей. Ручеёк товаров из-за Атлантики оживляет экономику одряхлевшей метрополии, не давая ей окончательно зачахнуть. Это позволяет Мадриду содержать сравнительно боеспособный флот, включающий в себя даже десяток морских и несколько воздушных дредноутов — пускай и безбожно устаревших. Близкое соседство с осиным гнездом, которое из себя представляет побережье Северной Африки, вынуждает испанцев быть начеку и поддерживать военный бюджет на достойном уровне.

Говоря об Испании, нельзя не упомянуть и о Португалии — ещё более обедневшей морской державе, живущей в буквальном смысле в тени испанцев. Дошло до того, что последние сто лет португальские колонии в Америке ведут дела с Мадридом, игнорируя свою бывшую метрополию.

Вторая сравнительно крупная держава Южной Европы после Испании — Итальянское королевство. Так же, как и Германия, оно сравнительно недавно объединилось из множества разрозненных владений — но процесс объединения был куда менее гладок, а получившиеся скрепы куда менее прочны, чем у немцев. Италия — мирная страна, озабоченная более внутренним проблемами. Нейтральная позиция королевства, вкупе с обилием достопримечательностей, мест отдыха, богатой кухней, делает его популярным местом для туризма. Итальянская армия нацелена скорее на полицейские задачи, а вот флот довольно велик — королевству приходится бороться со средиземноморским пиратством, для чего оно создаёт опорные базы на морских островах и держит в открытом море многочисленные патрули. Флот, правда, целиком состоит из лёгких и быстроходных судов, некоторые из которых даже ходят под парусом. Скорее для демонстративных целей итальянцами было построено три мощных броненосца, названных типом «Ре де Италия». Это вполне современные дредноуты удачной конструкции, но смогут ли итальянцы использовать их с толком в случае войны — вызывает большие сомнения. В настоящий момент ещё один такой корабль строится по заказу для испанского флота.

Близко к Италии располагается Швейцарская конфедерация — ещё одно нейтральное государство, некогда славившееся своими наёмникам, теперь же более известное сортами шоколада и приборостроительными предприятиями.

На севере Европы внимания заслуживают Бельгия, Голландия, Дания и Шведское королевство.

Бельгия, по сути, является сателлитом Франции — вплоть до того, что бельгийская армия вооружается и организуется по французском образцу (хотя бельгийцы, в отличие от французов, ещё со времён Великой войны содержат несколько отдельных эскадронов бронеавтомобилей и закупают у Англии самолёты-истребители). Традиционно для Бельгийского королевство неприязненное отношение к соседней Голландии — и по историческим причинам, и из-за того, что голландцы являются «ручными собачками немцев».

Голландия — в некотором роде зеркальное отражение Бельгии. В ходе Великой Войны она была полностью оккупирована Германской империей и включена в состав Рейха. Всего через несколько лет условия мирного договора, завершившего войну, принудили немцев вернуть Нидерландам суверенитет. Но на деле страна так и осталась под фактическим управлением Берлина, который с пользой для себя использует многочисленный голландский торговый флот. Голландцы тяготятся своим зависимым положением, потерей колоний (после войны они отошли Бельгии) и тем, как к ним относятся их бывшие союзники из Западного блока, однако до организации сколько-нибудь серьёзного сопротивления дело не доходит вот уже сотню лет.

Дания и Швеция формально сохраняют нейтралитет, по образцу Италии. Однако последние полвека датская политика понемногу дрейфует в сторону Запада, склоняясь к более тесному сотрудничеству с Лондоном и Парижем. Тем не менее, торговые и экономические связи с Германией и Россией сильны у обеих скандинавских стран, что усложняет смещение приоритетов.

Раздел Австрийской Империи между Россией и Германией по итогам венгерских восстаний привёл к образованию на её месте сразу нескольких государств, чья история весьма занимательна. Венгрия после раздела обрела статус независимого королевства, однако неформально является российским протекторатом. Это положение устраивает венгров — ведь именно поддержка России во время восстаний позволила им обрести собственное государство. Чешское королевство, включающее в себя земли чехов и словаков, более свободно в вопросах внешней политики, однако так же старается держаться России.

Сама Австрия изначально вошла в Германский союз, попав под практически прямое внешнее управление из Пруссии, а позже была инкорпорирована в Германскую Империю — одной из последних немецких земель. Финал Великой войны вернул Австрии статус отдельной державы, однако её восстановление носило черты явной спешки и небрежности. Если границы возрождённой страны просто прочертили по старым картам, то вопрос того, кто будет Австрией управлять, оказался неожиданно острым для германской знати. Временно для управления государством был учреждён Государственный Совет… который в итоге сохранился до наших дней. После нескольких лет споров, стороны внутри Германии сошлись на том, что выборный орган власти будет компромиссом, устраивающем всех — и так Австрия не по своей воле стала второй (после Швейцарии) страной Европы с республиканской формой правления.

Наконец, завершим эту заметку мы двумя, пожалуй, наиболее независимыми государствами континента — это княжества Румыния и Болгария. Такая их характеристика должна восприниматься с определённой долей иронии. Княжества являются вассалами Арабского халифата — но Великий Халиф практически никак не влияют не только на внутренние их дела, но даже и на внешнюю политику. Халифат совершенно утратил контроль над этими территориями, и на них воцарилось самовластие, местами доходящее до анархии. Тем не менее, формально они значатся подданными Халифа, и соседи не решаются подгрести их под себя, пока ещё не решаясь на конфликт с арабами.

На этом мы завершаем наше краткое обозрение. В следующих статьях, возможно, речь пойдёт о некоторых странах Востока.

Самая отдалённая из британских колоний расположена не за Атлантикой и не за индийскими водами — она лежит за океаном пустоты. Заслуга в её появлении принадлежит, безусловно, не столько английской короне, сколько лично лорду Роберту Челленджеру.

Бывший офицер артиллерии и увлекающийся механик-самоучка, лорд Челленджер имел живое воображение, смелую фантазию и достаточно денежных средств, чтобы воплощать свои мечты в реальность. Он интересовался и оружием, и паровыми машинами, а на путь, определивший его судьбу, лорда натолкнул интерес к водолазным скафандрам. Именно когда он изучал конструкцию подводного костюма, используемого королевским флотом, сэр Челленджер впервые задумался — а нельзя ли так же приспособить его для выживания в иной негостеприимной человеку среде? Например, во внепланетном пространстве? Дальнейшее известно любому, кто хоть немного интересовался новостями науки. Привлечение множества лучших умов страны, создание герметических куполов и костюмов, средств их хранения и доставки — и, наконец, знаменитый выстрел лунной пушки, доставивший «жилой снаряд» с первой экспедицией на Луну.

С 1870-х годов, когда была основана колония, численность её населения достигла трёхсот человек — цифры кажутся смешными, если не держать в уме, что колонисты живут в полностью искусственной среде, выращивая овощи и фрукты, разводя скот под герметическими куполами, луннуй грунт не плодороден, а использование паровых двигателей селенитами крайне осложнено. Основой экономики колонии является сбор падающих на Луну метеоритов, очистка их и отправка полученной драгоценной руды на Землю. Жизнь колонии зависит от второй лунной пушки, собранной людьми лорда Челленджера из доставленных на Луну частей — именно с её помощью колонисты посылают на Землю свои товары, падающие в грузовых снарядах на поля Франции. В ответ же метрополия посылает своим далёким подданным всё необходимое.

Понятное дело, говорить о военном потенциале Селении не приходится — но, с другой стороны, колония может не опасаться разбойных набегов и нападений пиратов. Хотя в последнее время в России и Германии вновь ожил интерес к созданию лунных пушек — кто знает, не появятся ли у Селении в скором времени конкуренты?…

Великий Арабский Халифат, который обычно даже в официальных бумагах именуют просто Халифатом — одна из старейших империй континента, уступающая по древности только Китаю. Её история подобна сказке — о том, как святой провидец объединил дикие кочевые племена, поверг в прах титанов своего времени и создал устойчивое и могущественное государство, существующее уже больше тысячи лет. Что ж, для людей современной Европы это действительно не более чем старинные сказки, в которые сложно поверить.

Халифат был образован ещё в раннем Средневековье, на руинах Восточной Римской Империи и Персии. Покорив Малую Азию, сделав балканские княжества и среднеазиатские ханства своими вассалами, Халифат перенёс фокус экспансии на Африку. Воины Пророка быстро овладели плодородными землями Нила и северным побережьем Чёрного континента, после чего двинулись вглубь него, покоряя дикие племена и варварские царства. К 16-ому веку Африка на политических картах почти полностью была закрашена в цвет зелёного знамени Великих Халифов. Неисчерпаемым потоком текли оттуда товары, ресурсы и рабочая сила.

Но здесь Халифат достиг предела своих сил. Империя Пророка почила на лаврах, и её слава начала угасать, погружаясь в бездну изнеженности и коррупции. Порядки Халифата заметно смягчились, иноверцам и инородцам стало проще жить под его властью, но и сами арабы утеряли былую суровость и бескомпромиссность. Всего век длилось владычество халифов над Чёрным Континентом. Со временем их контроль над дальними провинциями слабел. Юг Африки они потеряли уже к началу восемнадцатого столетия. На севере контроль столицы был ужесточён, но это привело лишь к появлению более организованного сопротивления. Многие борцы против власти халифов объединялись под знамёнами христианства — правда, не западного или восточного, а местного толка, крайне своеобразного. Халифат продолжал слабеть, и ему не хватило сил подавить бурю восстаний, прокатившуюся по северу Африки в конце девятнадцатого века. Мятежников с трудом удалось остановить на так называемой Александрийской линии, за которую войска халифов отчаянно держатся по сей день, опираясь тылом на реку Нил. С этого момента и до наших дней Африка превратилась в бурлящий котёл беззакония, где идёт непрерывная резня по племенному и религиозному принципу — при том, что все враждующие стороны объединяет яростная ненависть к Халифату, о причинах которой мало кто уже помнит.

Сейчас Халифат называют «больным человеком Европы». Он и в самом деле похож на дряхлого, больного старика, ещё помнящего дни бурной молодости. Старик всё ещё высоко держит голову и сохраняет гордую осанку, но уже не способен сам подняться из кресла. Европейские державы со всё большим интересом посматривают на ослабшего соседа — и это интерес стаи волков к хромому оленю. От активных действий их удерживают как въевшееся за тысячу лет опасливое уважение к воинам Пророка, так и прагматические соображения — начавшаяся делёжка Халифата может спровоцировать войну в Европе, а падение Александрийской линии приведёт к тому, что поток варваров из Африки хлынет в Малую Азию, а затем и в Европу.

Кроме того, Халифат до сих пор кое-на что способен. Да, лучшим родом его войск является кавалерия, что в наши дни уже о многом говорит. Но офицеры Халифата закалены в беспрерывных боях с мятежниками, а солдаты фанатично преданы своей стране — и в обороне на своей территории они могут многое. Тем не менее, Россия уже попробовала на прочность страну Пророка, вторгнувшись в земли среднеазиатских ханств — и ещё рано судить о том, к чему это приведёт…

В этой заметке мы кратко рассмотрим историю Великой европейской войны и сложившейся после неё обстановки.

О предпосылках Великой войны можно говорить долго - явление это, разумеется, было комплексное. Но катализатором к развитию событий стало формальное преобразование Германского Союза в единую империю в самом начале 20-го века. Соседние страны и без того с опаской наблюдали за процессом формирования нового крупного геополитического игрока на германских землях. Однако если Россия решила пойти по пути налаживания торгово-экономических связей, которые сделали бы Германию полезным соседом, возможно даже отчасти зависимым, а Великий Халифат с гордым видом игнорировал проблему, понимая, что ничего сделать в своём текущем состоянии не способен, то Великобритания и Франция озаботились всерьёз. Францию более всего волновали территориальные споры на границе, Британию - появление новой морской державы у себя под боком. Несколько лет после образования Райха напряжение копилось. В конце концов, Франция, Британия и Бельгия подписали пакт о взаимной поддержке и выдвинули Германской империи совместный ультиматум, в котором потребовали "освобождения" Австрии, включённой в состав Германского Союза ещё после развала Австрийской империи по итогам венгерских восстаний. Также империи предлагалось вернуться к прежней форме союза независимых княжеств. Берлин, разумеется, ответил решительным отказом и начал мобилизацию. Боевые действия первой начала Франция, вторгшаяся на территорию приграничных германских земель. Германия ответила стремительной контратакой. Немецкие войска, ядром которых служили солдаты бывшей прусской армии, отбросили французов к приграничным фортам. Одновременно ударная группировка вторглась в нейтральную Голландию, оккупировала и вошла на территорию Бельгии.

Россия в сложившейся ситуации сохранила формальный нейтралитет. Однако скопление русских войск на границе с Халифатом удержало дряхлеющую арабскую империю от активных действий. Кроме того, Россия направила в Райх продовольственную помощь и отряды добровольцев.

Однако успех Германии был недолгим. Британский воздушно-морской флот в нескольких произошедших почти одновременно крупных битвах практически полностью уничтожил морские силы Райха и оттеснил от побережья воздушные эскадры. Без защиты с воздуха немецкие войска намертво завязли в Бельгии, сдерживаемые достаточно небольшими силами местной армии. Британский экспедиционный корпус высадился во Франции и обеспечил французские войска резервом для контрнаступления. Англичане также высадили ряд десантов на фактически оставшееся без защиты немецкое побережье, захватив или разрушив крупные базы морского флота Райха. Так и не преодолев линию приграничных фортов Франции, германская армия с боями покатилась назад. Несмотря на перехваченную врагом инициативу, немецкая армия не обратилась в бегство - она отходила организованно, оставляя город за городом после тяжёлых боёв. В конце концов, силы Западной коалиции осадили Берлин. Штурм города по сей день остаётся самой масштабной битвой в европейской истории. на защиту столицы были брошены последние тяжёлые воздушные корабли, а помощь армии оказывали части народного ополчения, в которые вошли даже старики, подростки и женщины. Несмотря на это, силы были неравны - после тяжелейших боёв город пал. Так как солдаты и ополченцы бились за каждую улочку, англо-французские войска, трижды не сумев углубиться в столицу по итогам штурма, практически сравняли её с землёй артиллерийскими и воздушными бомбардировками.

Это не привело к капитуляции - кайзер и правительство Райха эвакуировались на восток страны. Западные союзники не смогли сразу продолжить наступление, так как их силы оказались ощутимо истощены. Сухопутные войска после взятия Берлина вовсе пришли в изрядное расстройство.

Пока шла осада Берлина, в правящих кругах Российской империи произошло некоторое движение. Сторонники активной помощи Райху заняли более сильные позиции. Одновременно с падением Берлина Россия объявила о вступлении в войну на стороне Райха. Российские войска, стремительно отмобилизованные, вошли на германские земли, соединились с едва держащими фронт силами немецкой армии. К ним присоединились войска Венгерского и Чешского королевств, фактических вассалов России. Российский воздушный флот вместе с союзными эскадрами ударил по измотанным боями дредноутам Западной коалиции, вынудив их отойти в тыл, под защиту артиллерийских батарей. В то же время на море ситуация практически не переменилась, русские корабли сконцентрировались на защите своих портов, в которых укрылись последние немецкие суда.

Маятник войны качнулся. Силы восточных союзников завоевали господство в наземных боях и установили относительный паритет в воздухе. В тылу западных союзников активно действовали немецкие повстанцы, и даже в руинах Берлина ещё выжигали из подвалов остатки гарнизона. Казалось бы обескровленная Германия провела новую мобилизацию - вдохновлённые помощью союзников, люди охотно записывались на службу. Именно с тех времён женщины в составе регулярных войск перестали считаться чем-то странным в Райхе.

Русско-германским войскам удалось успешно освободить все немецкие земли, прорвать линию французских фортов и глубоко вклиниться во вражескую территорию. Авангард после недолгих боёв вошёл в Париж, хотя полностью занять город не удалось - французы проявили не меньшую стойкость в обороне своей столицы, чем немцы.

Примерно в это время в Европу начали прибывать спешно переброшенные Англией колониальные войска - из Индии и Северной Америки. Положение стало отчаянным для обеих коалиций. Население всех стран-участниц устало от войны, и предсказать дальнейшее развитие событий никто бы не взялся. Восточная Коалиция оставила Париж, предварительно разрушив исторические сооружения и центр города, после чего обе стороны пошли на переговоры. С трудом, но коалициям удалось прийти к компромиссу. Германия формально освобождала Голландию и выводила из своего состава Австрию, выполняя требования ультиматума, послужившего поводом к войне. В то же время, Франция и Англия отказывались от любых дальнейших претензий к Райху и окончательно признавали его легитимность. Спорные территории на франко-германской границе были разделены поровну, что стало не лучшим, но единственным возможным на тот момент решением.

Последствия войны более детально описала Анастасия в романе "Поднимается буря", и мы не будем делать этого здесь. Скажем лишь, что уже на протяжении века между англо-французским и русско-германским блоками сохраняется состоянии, близкое к холодной войне. Однако к концу двадцатого века обстановка начала меняться. Германия добилась вывода со своих территорий союзных контингентов и начала принимать усилия по обретению продовольственной независимости (до сих пор Берлин сильно полагался на экспорт зерна из России). Внешняя политика Франции с десятилетиями становится всё более пассивной и "сонной", союз с Британией начинает тяготить Париж, в то время как с Германией завязываются всё более тесные экономические и дипломатические контакты. Всё идёт к тому, что ещё через четверть века Россия и Британия останутся один на один в своём многовековом противостоянии, а в центре Европы образуется новый континентальный союз, к которому могут примкнуть также Италия и Испания. Это беспокоит Петербург и Лондон в равной степени, так что не удивительно, что в Европе временами случаются инциденты, ведущие к обострению межгосударственных отношений - так лидеры блоков надеются удержать высокий уровень напряжённости, способствующий сохранению старых союзов…