Упс… Вот так я попала…

Дыхание сбилось от стремительного бега, и в голове царил настоящий хаос, мысли метались, как разъяренный рой диких пчел, стремящихся выбраться на свободу. И как меня угораздило? Хаотично осмотрелась по сторонам, пытаясь найти хоть какое-то укрытие. Если не успею спрятаться, то все — долгая, но, увы, не очень счастливая жизнь в темнице мне гарантирована.

Почему я должна оправдываться? Да, я не воровка, но это никого не волнует. В Элендоре, как и по всему Эйсинкору, главная ценность — это деньги. Здесь все решается именно ими, и тот, у кого их больше, тот и диктует правила игры. Я же, к сожалению, не обладаю достаточным капиталом, чтобы влиять на ситуацию вокруг себя.

На улицах Элендора царит атмосфера безысходности: многие люди готовы пойти на крайние меры, лишь бы заработать. Долги, кредиты, постоянная борьба за выживание — это реальность, в которой живут большинство простых жителей. Я вижу, как некоторые из них становятся безжалостными, переставая замечать, что вокруг них есть и другие, кто тоже страдает.

В этом мире, где деньги становятся мерилом человеческой ценности, я чувствую себя беспомощной. Моя честность и доброта не приносят мне ничего, кроме презрения. Люди смотрят на меня с недоверием, как будто я сама виновата в своём бедственном положении. Каждый день я сталкиваюсь с тем, что моя жизнь зависит от тех, кто готов продать свою душу за несколько монет.

Когда я впервые прибыла в этот маленький городок, меня переполняли надежды и мечты о том, как я поступлю в Академию элементалей. Это учебное заведение славилось своими выдающимися преподавателями и уникальными программами, которые обещали открыть двери в мир магии и приключений. Однако, как только я вышла на улицы, полные жизни и суеты, меня постигла неудача. В своей неловкости я не заметила, как ко мне подошли грабители. Они были ловкими и бесцеремонными, быстро забрали у меня не только деньги, которые я отложила на обучение, но и последние сбережения, которые я хранила на еду и жилье.

Оставшись практически без средств, я поняла, что нужно срочно что-то предпринимать. В поисках выхода из сложившейся ситуации я наткнулась на небольшую забегаловку, где искали посудницу. Работа была непростой, но, по крайней мере, она обеспечивала мне кров и немного пищи. Каждый день я мыла горы посуды, помогала на кухне и общалась с постоянными посетителями, которые делились своими историями и советами. Это было непростое время, но я начала обретать уверенность и понимание, что даже в самых трудных ситуациях можно найти свой путь.

Работа в забегаловке открыла мне глаза на жизнь города, его культуру и людей. Каждый вечер, когда я возвращалась домой после долгого рабочего дня, я думала о том, как скоро смогу снова попробовать поступить в Академию элементалей. Я знала, что это всего лишь временные трудности, и что упорство и трудолюбие обязательно приведут меня к успеху.

Всё шло своим чередом, но всё изменилось в тот момент, когда владелец, довольно упитанный мужчина с неприятной ухмылкой, обратил на меня внимание. Сначала его взгляды были безобидными, но вскоре он начал проявлять настойчивость, пытаясь завести разговор и даже пригласить меня к своему столу. Я, конечно же, отказалась, так как не хотела связываться с таким типом.

Его настойчивость становилась все больше и больше, пока он не начал приставать ко мне в открытую, зажав в одной из подсобок. Я вырвалась, ударив его.

Но, как оказалось, это только разозлило его. Он начал кричать, обвиняя меня в том, что я якобы обкрадываю его клиентов. В этот момент я поняла, что дело принимает опасный оборот. Я быстро оценивала ситуацию и поняла, что мне нужно уходить. К счастью, в заведении было достаточно людей, и я смогла незаметно выскользнуть из его поля зрения.

Однако на улице меня уже ждали служители порядка. Они выглядели не слишком подготовленными, и, возможно, это сыграло мне на руку. Я начала бежать, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Вокруг меня мелькали прохожие, и я воспользовалась этим, чтобы скрыться в толпе. Я чувствовала, как адреналин бурлит в венах, и сердце колотится от страха и волнения. Удалось немного оторваться от них.

Оглянувшись назад, я резко завернула за угол, не обращая внимания на то, куда именно направляюсь. Сердце колотилось в груди, а мысли путались, как в вихре.

— Проклятье… — прошипела я, когда внезапно что-то, а точнее кто-то, врезался в меня с такой силой, что я чуть не потеряла равновесие.

В этот момент раздался сдавленный стон, который заставил меня замереть на месте. Я опустила взгляд и увидела на земле хрупкую девушку, которая, похоже, была не в состоянии встать.

— М-м-м-м-м… — произнесла она, прижимая руку к голове, как будто пытаясь осознать произошедшее.

Я почувствовала, как внутри меня заколебалось беспокойство.

— Цела? — спросила я, стараясь удержать себя в руках и не поддаться панике.

Я смотрела на неё сверху вниз, отмечая её растрепанные волосы и испуганные глаза, полные слёз. Вокруг нас раздавались звуки города: цокот копыт, голоса прохожих, но в этот момент всё это казалось далеким и неважным. Я протянула ей руку, и она, наконец, приняла мою помощь.

— Как ты? — спросила я, помогая ей встать.

Девушка с трудом поднялась, её ноги дрожали, как будто она только что пробежала марафон. Я заметила, что на её щеке была небольшая ссадина, и, не раздумывая, достала из кармана платок, чтобы вытереть её.

Она была словно живое воплощение фарфоровой куклы: богатые одежды, некогда идеально уложенные волосы растрепались, светлая кожа и нежные черты лица создавали впечатление хрупкости и изящества. В отличие от меня, которая выросла в многодетной семье, где каждую монету приходилось считать, она казалась совершенно чуждой миру ограничений и экономии. У нас, семерых детей, родителям приходилось делить внимание и ресурсы, и я, как старшая, часто чувствовала ответственность за младших. Это накладывало отпечаток на моё восприятие жизни — я научилась ценить каждую мелочь, каждый момент, когда удавалось получить что-то большее, чем просто необходимое.

С другой стороны, эта девушка, казалось, никогда не знала нужды. Её изысканная одежда и ухоженный вид свидетельствовали о том, что она росла в достатке, где не приходилось задумываться о том, как свести концы с концами. Но в её глазах читалась какая-то печаль, словно за идеальным фасадом скрывалась глубокая душевная рана. Возможно, она пережила что-то ужасное, что оставило след на её душе. Странное сочетание её внешнего облика и внутреннего состояния вызывало у меня любопытство и желание узнать её историю.

Я не могла не задаться вопросом, что могло произойти с такой красивой и, казалось бы, счастливой девушкой. Это и было странно, потому-то выглядела она зареванной. Или же ударилась так сильно?

— Я в порядке, — тихо произнесла девушка, при этом сдерживая слёзы и шмыгая носом.

В её голосе слышалась нотка усталости и тревоги, словно она боролась с чем-то внутри себя.

— Давай руку, я помогу тебе встать. Только поторапливайся, — добавила я, ощутив, как в груди нарастает беспокойство. Я выглянула за угол, стараясь оценить обстановку. Я знала, что нам нужно действовать быстро, ведь время не ждёт.

Протянула руку, чувствуя, как дрожит её ладонь, когда она схватила меня. Я обратила внимание на её запястье, украшенное тонким браслетом, который, казалось, был ей дорог.

В конце улицы начали появляться служители порядка, их форма выделялась на фоне прохожих. Я почувствовала, как сердце забилось быстрее, когда увидела, как они приближаются. В этот момент я резко дернула незнакомую девушку на себя, готовясь к бегству, но она, словно почувствовав опасность, схватила меня за руку с такой силой, что я не могла вырваться. В её глазах читалось отчаяние и мольба о помощи, что остановило меня на месте.

Я заметила, как её лицо побледнело, а губы задрожали. Она явно была напугана, и это чувство передалось и мне. Я оглянулась на служителей порядка, которые уже начали расталкивать толпу, и поняла, что у нас не так много времени.

— Пожалуйста, не уходи! Помоги мне! — почти в отчаянии воскликнула она, и в её голосе звучали нотки паники. — Это за мной гонятся!

Я почувствовала, как её страх передается мне, и сердце забилось быстрее.

— О, нет, милая! Это за мной, — усмехнулась я, стараясь разрядить атмосферу, но, судя по всему, это не сработало. На противоположной стороне улицы послышались новые крики, и в воздухе повисло напряжение. — А может, всё-таки и за тобой… — уже не так уверенно произнесла я, осознавая, что ситуация становится все более запутанной.

— Поможешь? — она взглянула на меня с надеждой, и в этот момент я поняла, что не могу оставить её одну.

— Давай потом разберемся, кто за кем гонится, — решила я, не теряя времени даром. Мы обе знали, что сейчас главное — спастись. — Только ты поторапливайся, а то обеих схватят, — добавила я, указывая на силуэты, которые приближались к нам.

Резко рванув с места, потянула девушку за собой. Она, пытаясь не отстать, едва успевала следовать за мной, при этом одной рукой придерживала подол своего длинного и дорогого платья, которое, казалось, было сделано из тончайшего шёлка. Я заметила, как ткань изящно струилась за ней, ловя на себе взгляды прохожих. В какой-то момент я не смогла больше терпеть эту спешку. Притормозив, я решительно схватилась за висящую ткань платья, дернув её со всей силы.

Платье было настолько великолепным, что даже в таком виде оно выглядело как произведение искусства. Я взглянула на её лицо, и в глазах девушки читалось замешательство и лёгкая паника.

— Что ты делаешь?

— Я нас спасаю, — ответила я, не отрывая взгляда от приближающихся служителей порядка. — Или ты предпочитаешь, чтобы нас поймали?

Она отрицательно покачала головой и сама дернула за подол, который я не успела дорвать. В её глазах читалось ужасное напряжение, и я понимала, что она действительно напугана.

— Мы не уйдем, — прошептала девушка, и в её голосе слышалась нотка отчаяния.

Оглянувшись, я увидела, как к нам приближаются двое служивых. Мои мысли метались между страхом и надеждой.

Я вновь свернула в один из узких переулков, который, казалось, уводил нас от суеты главных улиц. Вокруг царила тишина, и лишь изредка слышался звук шагов, доносящийся издалека. Переулок был почти пустынным, что создавало ощущение уединения и даже некоторой таинственности. На его конце я заметила узкий проход, в который, как мне показалось, вела дорога к другой части города. В этом проходе мелькали силуэты, и я поняла, что это была другая группа служивых. К счастью, они пока не заметили моего присутствия, и я могла воспользоваться этим моментом.

Пока мы оставались в тени, мой взгляд упал на несколько ящиков, которые жители окрестных дворов использовали для складирования мусора. Эти ящики были сделаны из дерева, но выглядели довольно потрепанными и старыми. Они были разного размера и формы, некоторые из них были переполнены остатками еды и обрывками бумаги, а другие, наоборот, оказались почти пустыми. Ящики стояли в беспорядке, и мне показалось, что это место давно не убирали.

— Быстрее, залезай! — скомандовала я, отодвигая крышку одного из контейнеров с явным намерением показать, что это не шутка.

— Сюда? — с брезгливым выражением на лице спросила незнакомка, явно сомневаясь в целесообразности моего предложения.

Я лишь безразлично пожала плечами, понимая, что не все готовы к такому.

— Если не хочешь, можешь не лезть, — добавила я, стараясь не обращать внимания на её реакцию. — Служивые там, — указала я в сторону проулка, где стояли несколько человек.

После недолгих раздумий она всё же согласилась воспользоваться моим предложением, хотя вначале явно колебалась. Я подтолкнула её в ящик, стараясь быть как можно более аккуратной, чтобы она не испугалась. Затем я осторожно накрыла ящик крышкой, пытаясь сделать это так, чтобы она не почувствовала себя слишком замкнуто.

— Фу… — послышался недовольный голос изнутри.

— Не «фу», а сиди молча! — резко ответила я, пытаясь сохранить тишину, и, зная, что любое движение может привлечь ненужное внимание.

Чтобы отвлечь себя от напряженной ситуации, я залезла в соседний ящик, который был чуть больше и, казалось, более комфортным. Я старалась не шуметь, затаившись и прислушиваясь к звукам вокруг. Внутри меня росло волнение, ведь мы находились в опасной ситуации, и любое наше движение могло выдать нас. Я почувствовала, как сердце колотится в груди, и старалась успокоить себя, напоминая, что мы должны быть осторожными.

Вскоре в тишине раздались тяжелые шаги, которые приближались и затем удалялись, словно предвестники чего-то важного. Я настороженно прислушивалась, когда мимо нас прошли несколько служителей порядка, их силуэты я смогла рассмотреть в щели между досок. В ящике рядом со мной что-то зашевелилось, и я заметила, как незнакомка, оказавшаяся со мной в одной ситуации, начала выбираться на свет. Я выглянула наружу, и, кажется, они действительно ушли, оставив нас в относительной безопасности.

Собравшись с мыслями, я поспешила помочь своей случайной спутнице выбраться из ящика. Она выглядела испуганной, но благодарной за поддержку.

— О, боги! Я вся пропахла, — с недовольством произнесла девушка, осматривая своё состояние. На ней остались следы недавних приключений: грязные пятна на одежде и спутанные волосы. — Но, по крайней мере, я на свободе, — добавила она с лёгкой улыбкой, которая, казалось, хотела скрыть её тревогу.

— Теперь мы можем спокойно разойтись своими путями и забыть об этом ужасном месте.

В тот же миг она снова схватилась за мою руку, её глаза были полны страха.

— Нет! Пожалуйста, не оставляй меня, — почти умоляла она. — Вдруг они вернутся? Я не могу остаться одна, мне страшно. Я не знаю, что делать, если они появятся снова.

Я заметила, как её голос дрожал, и это заставило меня задуматься о том, через что она прошла. Мы обе знали, что пережитые события оставили на ней глубокий след. Это не просто страх; это была настоящая паника, вызванная воспоминаниями о том, что произошло.

— Погоди, я тебе в няньки не нанималась. Я просто сделала это из доброты душевной и больше не хочу. Помогла и будет!

— Но, пожалуйста, помоги мне ещё раз, — умоляла она, показывая мне мешочек с золотыми монетами, который вытащила из глубокого декольте своего нарядного платья. Я не могла не заметить, как блестят монеты на свету, их золотистый цвет манил и искушал. — Я заплачу, сколько скажешь! — добавила она с настойчивым взглядом, в котором читалось истинное беспокойство.

Я задумалась. С одной стороны, деньги — это всегда приятно, особенно когда они могут помочь в трудную минуту. С другой — я не хотела превращаться в кого-то, кто зарабатывает на чужих бедах. Но, глядя на её лицо, полное надежды и отчаяния, я почувствовала, что не могу оставить её в беде.

— Да не нужны мне твои деньги! — с раздражением воскликнула я, чувствуя, как внутри нарастает злость. Она стояла рядом, с недоумением глядя на меня. — Эх… И что мне с тобой делать? — спросила я, прикидывая, сколько проблем может доставить мне компания этой незнакомки.

— Так ты поможешь? — произнесла она с надеждой в голосе.

Я вздохнула и, наконец, согласилась:

— Ладно, идём. Вообще, хорошо, что у тебя есть деньги.

— Почему? — спросила она, шагая за мной, едва переставляя ноги, словно каждое движение давалось ей с трудом.

Я объяснила:

— Потому что иногда, чтобы решить проблемы, нужны не только усилия, но и ресурсы. Будет чем на постоялом дворе заплатить, только выбрать какой-нибудь на окраине и менее заметный. Нам действительно не помешает немного отдохнуть, а также привести себя в порядок, особенно учитывая, как мы выглядим после всего, что пережили. Мы не только устали физически, но и морально. А ещё, не будем забывать, что нам нужно привести в порядок нашу одежду, которая уже выглядит довольно потрепанной.

— Может, стоит просто выкинуть её? Вместо того чтобы останавливаться в постоялом дворе, мы могли бы арендовать нормальные апартаменты, где будет больше комфорта, — предложила моя новая спутница, надеясь на лучшее.

— Ага, — усмехнулась я, — ты действительно думаешь, что служители порядка такие идиоты? Они все подобные места в первую очередь обыщут. Мы ведь не можем рисковать. Если мы привлечем к себе внимание, это может закончиться очень плохо. Но если ты так хочешь…

— Не хочу! — ответила она поспешно, стараясь сохранить спокойствие. — Ладно, давай сделаем так, как ты предложила. Лучше мы остановимся в безопасном месте, где сможем отдохнуть без лишних переживаний.

Нам нужно было время, чтобы обдумать дальнейшие шаги. Аренда апартаментов даст нам возможность не только отдохнуть, но и подготовиться к тому, что нас ждет впереди. Мы сможем спокойно поесть, помыться и, возможно, даже немного расслабиться.

— Вот и чудно. Тебя-то хоть как зовут? — спросила я, идя по узкой улочке, стараясь избегать многолюдных мест.

Я постоянно оглядывалась, прислушиваясь к звукам города, который, казалось, жил своей жизнью. Вокруг меня были старинные здания с потрескавшимися стенами и зелеными лианами, обвивающими их, а в воздухе витал запах свежевыпеченного хлеба из ближайшей пекарни.

— Эсмина, — ответила она с улыбкой, но затем добавила: — Эсмина Илвурст.

Я заметила, как она немного смущается, возможно, от того, что представилась с полной фамилией.

— Очень приятно, Эсмина. Я Ребекка Оздерн, — ответила я, стараясь создать дружелюбную атмосферу.

С трудом оторвавшись от настойчивой погони, мы с моей попутчицей стремительно направились к окраине города. Девушка выглядела встревоженной, её глаза метались в поисках укрытия.

— Все равно меня найдут, — выдохнула она, и в её голосе слышалась тревога.

Я попыталась успокоить её, хотя сама чувствовала, как сердце стучит в унисон с нашими быстрыми шагами.

— Не волнуйся, — произнесла я, стараясь придать уверенности. — Мы что-нибудь придумаем. Надеюсь, ты не преступница, — усмехнулась я, пытаясь разрядить атмосферу.

Эсмина тут же замахала руками, словно отгоняя от себя недоразумение.

— Что ты! — воскликнула она с лёгкой паникой в голосе. — Нет, конечно, просто... Видишь ли, мои родители решили, что люди из высшего общества должны прежде всего думать о том, как приумножить своё состояние. Это их единственная забота. А как это лучше и проще всего сделать? Особенно, если у тебя есть подходящая дочурка на выданье… — она произнесла это с горечью, которая отразилась в каждом слове. — Вот и нашли они мне женишка, — продолжила Илвурст, опуская глаза.

— Может, это и не так плохо? — осторожно предположила я.

— Ты не понимаешь! — перебила Эсмина, поднимая голову и встречая мой взгляд. — Этот «женишок» — не кто иной, как наш сосед, который уже давно на слуху благодаря своим деловым махинациям. Его семья всегда стремилась к власти и деньгам, и я не хочу стать частью этого. Я мечтала о чем-то большем, о настоящей любви, а не о том, чтобы просто быть разменной монетой. Я знаю, что многие девушки мечтают о таком браке, ведь это стабильность, комфорт, но для меня это просто ловушка. Я хочу быть независимой, самой строить свою судьбу. Но мои родители не понимают этого. Они уверены, что для меня это — единственный путь к успеху.

Я задумалась над её словами. В нашем обществе действительно существовали стереотипы, что успешная жизнь — это жизнь, полная материальных благ. Но разве счастье можно измерить деньгами? Я вспомнила о своих собственных мечтах, о том, как важно следовать своему сердцу, и решила поддержать подругу.

— Эсмина, ты заслуживаешь быть счастливой, — сказала я, стараясь придать ей уверенности. — Возможно, стоит поговорить с родителями и объяснить им свою точку зрения. Может, они просто не понимают, каковы твои настоящие желания.

Эсмина взглянула на меня с надеждой, и я увидела, как в её глазах заблестели слёзы.

— О, конечно! — фыркнула девушка с явным недовольством. — Они даже не собираются прислушиваться к моим словам. Ведь их выбор не случаен. Ты знаешь, кого они выбрали и по каким причинам? Дряхлого старика! Да-да, именно его! Они считают, что он долго не протянет, и в итоге все его имущество достанется его жене, то есть мне. Фу! — с брезгливостью произнесла она, а я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Как же нужно не любить свою дочь, чтобы позволить деньгам затмить все человеческие чувства? Это действительно печально, когда матери предпочитают материальные ценности своим детям.

— Да… Не повезло тебе.

— ещё как не повезло, — согласилась Эсмина. — Вот я и не стала этого терпеть. Когда они уехали за подвенечным платьем, я почувствовала, что это последний шанс вырваться из их хватки. Я не могла больше терпеть постоянное давление и ожидания. В тот момент, когда они покинули дом, я собрала свои вещи и выбежала на улицу, ощущая, как груз, который давил на сердце, наконец-то спадает. Эх… Мне бы только до Грангара добраться, — мечтательно произнесла она, её глаза светились надеждой.

— А что тебя там ждет? — поинтересовалась я, чувствуя, как в груди разгорается любопытство.

Илвурст вдруг густо покраснела, её щеки стали ярко-розовыми.

— Там живет один человек… — начала она, словно погружаясь в воспоминания. — Его зовут Энтони. Он такой… — сделала она глубокий вздох, будто собираясь с мыслями. — Он звал меня замуж.

Я удивленно приподняла брови.

— И что ты ответила? — спросила я, не в силах удержать волнения.

Она задумалась, её взгляд устремился вдаль, где, казалось, простирались бесконечные горизонты.

— Я не знала, что сказать. С одной стороны, он был невероятно обаятельным, с другой — я боялась, что это просто мечта, которая может не сбыться. Мы с ним провели много времени, гуляли по живописным улочкам нашего города, обсуждали все на свете.

— А что ты знаешь о его жизни? — спросила я, пытаясь понять, что же так привлекло её к этому человеку.

— Он родом из старинной семьи, — продолжала она, — и у него есть маленький домик на окраине города, окруженный садами. Говорят, что там растут редкие цветы, которые цветут только раз в году. Я всегда мечтала увидеть их. — Её глаза сверкнули, и я поняла, что мечта о Грангаре и Энтони для неё — это не просто романтика, а целый мир, полный надежд и возможностей. — Я думаю, что мне нужно поехать туда, — произнесла она внезапно, словно приняв важное решение. — Возможно, это именно то, что мне нужно, чтобы понять, что делать дальше.

— Так может стоило поговорить с родителями, объяснить им все?

— Да разве ж я не пыталась убедить своих родителей в этом?! Я была полна надежд и уверенности, что они поймут мои чувства, но, к сожалению, они даже не захотели меня выслушать. Они категорически заявили, что мой избранник недостаточно богат для нашей семьи. Но ведь он — граф! Это не просто титул, это целая история, полная традиций и уважения. Он родился в знатной семье, и его предки оставили наследие, о котором многие могут только мечтать. Но для моих родителей это не имело значения. Они смотрят только на материальные ценности, а не на истинные чувства. Я же знаю, что он искренне меня любит. Каждый раз, когда мы встречаемся, я чувствую, как его сердце бьется в унисон с моим. Он заботится обо мне, поддерживает в трудные времена, и я уверена, что с ним я смогу быть счастливой. К тому же, любовь не измеряется деньгами. Важно, как мы понимаем друг друга, как можем поддерживать и вдохновлять. Я мечтаю о том, чтобы мои родители увидели в нем человека, который готов отдать все ради нашего счастья. Я надеюсь, что со временем они изменят своё мнение, ведь настоящая любовь стоит гораздо больше любых материальных благ.

Пока мы шли к постоялому двору, разговоры не прекращались. Мы обсуждали последние события, делились планами на будущее и даже вспоминали забавные истории из прошлого. Постоялый двор, хотя и выглядел довольно убого, оказался для нас настоящим спасением. Его скромный вид был не столь важен, ведь в данный момент нам нужно было лишь укрытие от погони и возможность отдохнуть.

Эсмина, уверенная в своём решении, подошла к стойке и оплатила номер. Мы поднялись по старым, скрипучим ступенькам, которые явно помнили не одно поколение путешественников. Как только мы вошли в комнату, я заметила, что она была небольшая, но уютная. Мы быстро привели себя в порядок: смыли с лица усталость и пыль дороги, а одежду аккуратно расправили.

После этого мы решили пообедать и заказали несколько блюд местной кухни. Вскоре к нам принесли ароматные тарелки с горячей пищей.

— Нам действительно нужно обдумать наши следующие шаги, — произнесла я, усаживаясь в старое, потертое кресло у окна, которое помнило множество разговоров и переживаний.

— Я должна добраться до магополитена, — отозвалась Эсмина, подойдя ближе ко мне и поглаживая ткань кресла, словно искала в этом жесте успокоение. — Это единственный способ быстро добраться до Грангара.

Грангар — это не просто место, это город, полный загадок и возможностей. Я слышала, что там можно встретить людей, которые обладают уникальными знаниями о магии и технологиях.

— Ты что, с ума сошла?! Ты действительно думаешь, что твои родители такие наивные? Они ведь не просто так живут в этом мире, где магия и политика переплетаются. В первую очередь, они будут отслеживать все магополитены. А Грангар, как ты знаешь, находится в соседнем королевстве, и это значит, что тебе понадобятся не только магические способности, но и документы для пересечения границы.

— Ой, я об этом даже не подумала, — расстроилась Эсмина, осознавая всю серьёзность ситуации.

— Есть другой выход, только нам потребуется собрать несколько артефактов, — произнесла я с уверенностью, ощущая, как внутри меня разгорается надежда.

— Ты что задумала? — с любопытством спросила Эсмина, её глаза сверкали от ожидания.

— Скоро узнаешь, — ответила я с загадочной улыбкой, поднимаясь с места и направляясь к двери.

Я чувствовала, что это решение может изменить всё.

— Деньги давай! — потребовала я, и Эсмина протянула мне мешочек с монетами. Я аккуратно отсчитала несколько золотых монет, проверяя их на вес, и вернула оставшиеся ей обратно. — Думаю, этого хватит, — произнесла я с удовлетворением, осознавая, что у нас достаточно средств для нашей затеи.

— Хватит на что? — не унималась девушка, её любопытство только разгоралось.

— Жди здесь! — воскликнула я, не желая пока вдаваться в подробности.

— Нет, подожди! Я одна здесь не останусь! Мне так страшно! — в панике воскликнула Илвурст.

— Жди, я сказала! — резко ответила ей и выскочила в коридор, схватив ключ от двери.

— Ребекка! Ребекка! — закричала Эсмина, надеясь, что я не оставлю её в одиночестве. её голос эхом разнесся по пустым помещениям.

— Успокойся уже, я быстро! — произнесла я в ответ, стараясь сдержать раздражение.

Ещё не хватало, чтобы нас кто-нибудь услышал. Мысли о том, что кто-то может неправильно нас понять, не покидали меня. Вдруг соседи решат вызвать служителей порядка, и тогда вся ситуация обернется для нас настоящей катастрофой. Как назло, в этот самый момент из одного из номеров появилась эффектная рыжеволосая женщина, облаченная в яркое платье, которое подчеркивало её фигуру. Она бросила на меня презрительный взгляд, как будто я была виновата во всех бедах мира.

Словно не замечая нас, она уверенно зашагала по коридору, её каблуки громко цокали по деревянному полу, создавая ритмичное эхо. Я заметил, как её волосы, словно огненные языки, колыхались на свету, а её шаги были полны уверенности. В этот момент мне стало интересно, кто она такая и что делает здесь. её внешний вид совершенно не вязался с убогостью этого постоялого двора. В любом случае, её присутствие добавляло напряженности в атмосферу.

Я лишь с недовольством сморщила лоб от высокомерного взгляда, который бросила на меня эта дама. Она явно считала себя выше других и наслаждалась своим положением. В такие моменты мне всегда хочется показать, что не стоит недооценивать окружающих.

Махнув рукой на даму, я поспешила успокоить Эсмину, которая, казалось, была на грани истерики. Она не останавливалась и продолжала стучать в дверь, словно это могло изменить ситуацию. Я не могла не восхищаться её настойчивостью, но в то же время понимала, что нужно угомонить эту безбашенную девчонку.

Как назло, из того же номера вдруг появился и мужчина, который, казалось, был полным антиподом той высокомерной особе, с которой я только что столкнулась. Я так резко повернулась в его сторону, что даже не заметила, как моя нога чуть-чуть выдвинулась вперед, и этот самоуверенный пижон, в своём стильном костюме и с ухоженной прической, споткнулся о нее.

Его лицо на мгновение исказилось от удивления, а затем он попытался сохранить достоинство, поправляя воротник.

— А ну, заткнись! — резко произнесла я, обращаясь к своей пленнице, чувствуя, как накаляется обстановка. Я не могла позволить себе, чтобы ситуация вышла из-под контроля. — Тут постоялец грохнулся из-за тебя.

И, пока тот не очухался, решила сама начать возмущаться, ведь лучшая защита — это нападение!

Идея встречаться с любовницей, снимая на полдня унылую комнату постоялого двора на окраине, мне нравилась всё меньше и меньше. Увы, других вариантов пока не видел никто из нас. Васаита Етлес не могла похвастаться благородным происхождением, но её семья была богатой и уважаемой в городе. Кроме того, эта женщина состояла в попечительском совете академии, где я преподавал, и наша связь могла бросить тень на нас обоих. Никому не хотелось лишних подозрений в коррупции, как и дополнительных проверок.

Васа была довольно красивой и хорошо сложенной особой, и поначалу мне льстили её бурные чувства ко мне, да ещё с перчинкой тайны, которую мы были вынуждены хранить. Однако в последнее время я стал тяготиться этими отношениями. Хоть и не готов был признаться в этом ни любовнице, ни даже себе самому.

Что же меня раздражало и почему раньше я не чувствовал дискомфорта? Неужели старею? Чушь! Для дракона я, можно сказать, юнец, и, разумеется, я полон сил и энергии. Неужели ласки яркой рыжеволосой бестии приелись мне? Опять мимо. Плотские потребности любовница удовлетворяла, и сама каждый раз оставалась довольна свиданием, благодаря за него охрипшим от страстных воплей голосом:

— Дэрен, ты лучший из драконов на весь Оренверн. — Васа игриво пощекотала меня, пробежав пальчиками по внутренней стороне бедра и захихикала, заметив реакцию моего организма. — Оу! Я смотрю, ты ещё не устал, милый!

— Вряд ли ты утомишь меня когда-нибудь, милая. Однако время не бесконечно. Не хотелось бы опоздать на совещание к ректору, так что нам придётся расстаться.

— Я буду скучать! — прошептала она мне в губы, прижавшись полной и горячей грудью к моёму плечу.

— Я уже скучаю, — отозвался я, немного лукавя.

Васа всегда уходила первой, так было заведено. То, что она тянула время, меня нервировало. Знает ведь, что я ещё должен расплатиться с хозяином и дойти до магополитена, да и там придётся подниматься в гору до ворот, потом по территории академии топать довольно далеко. Любому покажется странным, если уважаемый преподаватель лучшей в Оренверне академии начнёт носиться по аллеям словно первокурсник, проспавший начало лекции.

Любовница одевалась, эффектно виляя бёдрами, поглаживая себя по ним, и строя мне глазки в ожидании законного комплимента. Я сыпал ими, старательно придавая голосу паточную сладость. К счастью, недалёкая и ослеплённая собственными чувствами женщина не улавливала фальши, принимая всё за чистую монету.

Наконец она ушла! Я лихорадочно оделся. При любовнице не хотел этого делать, иначе вытолкать Васу за дверь было бы ещё сложнее. Поморщился, представив, как она пищит от восторга, пересчитывая кубики на моём животе, как гладит мышцы бицепсов и, закатывая глаза, шепчет: «Это всё моё! Моё! Это богатство принадлежит только мне!» Вот когда проникнешься народной мудростью: мёду сахар не нужен.

Всё! Задержался у двери, обвёл быстрым взглядом комнату: не оставили мы здесь чего-нибудь, что подскажет любопытным служанкам, кто именно веселился тут в тайне от всех. Усмехнулся своей предусмотрительности. Мы с Васой опытные любовники, следов не оставляем.

Резко распахнул дверь, шагнул через порог и чуть не наткнулся на девушку, стоявшую ко мне спиной около соседнего номера. Мне пришлось подождать в надежде, что она либо зайдёт в свою комнату, либо запрёт дверь и отправится по коридору прочь. Поскольку я предпочитал не светить своё лицо в таких местах, я задержался, делая вид, что вожусь с ключами. Увы, девица не собиралась исчезать с моего пути. Она держала дверь, на которую с противоположной стороны сыпались удары и сердито уговаривала кого-то, несогласного с её уходом, посидеть пока там.

Решив, что вполне успею проскочить, я направился мимо девушки, невольно прислушиваясь к воплям, раздававшимся из комнаты. Как мог не заметить выставленную ногу? Вряд ли хулиганка сделала это нарочно, однако непреднамеренность подлого поступка в тот момент не могла меня утешить. Споткнувшись о хрупкую щиколотку, я испугался, что сломаю её своей ногой, потерял равновесие, замахал руками, ловя баланс, и растянулся на затоптанных досках пола.

— А ну, заткнись! — крикнула девица своей пленнице, развернулась, привалившись спиной к притолоке, и уставилась на меня сверху вниз. — Тут постоялец грохнулся из-за тебя. — Только-только я встал на четвереньки, начав подниматься, она обратилась уже ко мне: — Смотреть надо, куда прёшь. Пьяный что ли?

Симпатичная девочка с длинными белокурыми волосами, одетая скромно, но со вкусом, смотрела на меня насмешливо. Почему я решил, что она приехала поступать в академию элементалей? Да потому что сняла комнату на постоялом дворе, да ещё и с подружкой, значит прибыла издалека и стеснена в средствах, но не из бедноты. Кроме того, Элендор наводнён абитуриентами, жаждущими получить самоё лучшее магическое образование в стране. Ладно, одно из лучших.

Каково вот так растянуться на глазах у будущей ученицы? Я почувствовал, как зверею. Рывком вскочил и заорал прямо в миленькое, но такое дерзкое личико:

— Фамилия! Как зовут?

— Эсмина Илвурст, — чуть запнувшись, ответила девица.

— Я запомнил, — сурово нахмурив брови, прошипел я и отправился к видневшейся в конце коридора лестнице.

— Это до следующего кувырка! — донеслось мне в спину.

Я предпочёл сделать вид, что не услышал. Всё-таки говорила негодница шёпотом, явно не рассчитывая на мой драконий слух.

Всю дорогу до Академии элементалей Дэрен Морфайн вспоминал девчонку, заставившую его совершить кульбит в коридоре постоялого двора. Как-то она назвала его... Кажется, общипанным петухом.

— Да не может быть! — переубеждал себя гордый дракон. — Мне послышалось, она слишком громко думала.

Дэрен частенько ловил себя на том, что угадывал мысли людей, когда тех переполняли эмоции. Однажды это чуть не привело к скандалу.

Фарх Шаах — старейший преподаватель в академии магии, известный своим наглым характером и неприятными манерами — встретился Дэрену неподалёку от места намечавшегося свидания. Дэрен кивнул коллеге, и получил в ответ очень двусмысленную улыбку. При этом послышались чёткие и довольно ехидные слова о том, что драконы напрасно кичатся своими победами, особенно если им удалось очаровать столь неразборчивую женщину.

Дэрен мгновенно вспыхнул и точно вызвал бы наглеца на дуэль, не будь тот стариком. Вот если бы на месте Фарха был кто-то близкий по весовой категории к самому Дэрену Морфайну — одному из могущественных магов огня — ничто бы не заставило оскорблённого дракона сомневаться. Но битва с мастером левитации была ниже его достоинства. Пауза, которую выдержал Дэрен, дала возможность сообразить, что противный старик ничего не сказал вслух, лишь подумал, а дракон услышал его мысли. Всё равно неприятно, но формального повода для дуэли не нашлось.

Эх! Зачем он это вспомнил? Увы, чем дольше длилась тайная связь с Васаитой Етлес, тем больше копилось негативных впечатлений. Запретный плод уже не был так сладок, как в начале их отношений.

В целом, жаловаться на жизнь Дэрену не приходилось. Ему нравилась Академия элементалей, где он мечтал преподавать, ещё будучи молодым и неискушенным драконом. За прошедшие годы удалось накопить богатый опыт, а природная харизма и виртуозное умение управлять энергией огня позволяли превращать уроки в невероятно увлекательное действо. Дракон очень понятно объяснял теорию и наглядно демонстрировал практическое применение магии. Все студенты без исключения восхищались его мастерством. При этом, Морфайн слыл строгим и требовательным преподавателем, терпеть не мог лени и небрежности, ждал от каждого студента полной отдачи, прямо и честно критиковал нерадивых учеников, отчего прослыл слишком суровым.

Никому и никогда не удавалось добиться хоть малейшей поблажки от сурового мага огня. Ни талантливый парень, ни красивая девушка, не могли рассчитывать на особое отношение. Его глаза тёмного цвета, словно горящие угли, всегда смотрели на студентов с непроницаемой серьёзностью.

Тем непонятнее было новое для Дэрена состояние, когда образ юной абитуриентки не оставлял его мыслей. Как бишь её? Эсмина Илвурст. Почему это имя кажется неподходящим? Эсмина Морфайн звучало бы лучше... Дэрен хлопнул себя по щеке, пытаясь вернуться в нормальное состояние. Что за глупости лезут в голову? Во-первых, романтические отношения между студентами и преподавателями строго запрещены в академии. Во-вторых, с чего он вообще решил, что девушка заслуживает его внимания? Дерзкая, не очень хорошо воспитанная, небогатая, если и знатная, то не настолько, чтобы стать ровней. Потом, она назвала Дэрена общипанным петухом, пусть и мысленно.

Морфайну не хотелось вспоминать о том, что было ещё и в-третьих... Тем более, что это тайна для всех. Он оказался последним из своего вида. Найти ровню дракону, могущественному магу огня, просто невозможно. Нет в Эйсинкоре ни одного семейства, где для него пестовали достойную пару. Это значило одно: столь же могущественных наследников у Дэрена Морфайна не будет. При мыслях о том, что сыновья и дочери вырастут самыми заурядными огненными драконами, не способными перенять родовую силу Морфайнов, кровь стыла в жилах.

Правда, изучая эту проблему со свойственной ему тщательностью и перерыв всю библиотеку академии, в том числе и секретную её часть, дракон нашёл упоминание о том, что в его случае способна помочь истинная любовь — взаимная, жертвенная и беззаветная. Только встретить таковую Дэрен уже давно не надеялся. Женщины слишком требовательны к условностям и антуражу. Они легко притворяются, даже перед собой, при этом не способны чувствовать глубоко, принимая любимого как единственного. Такая сбежит, едва заподозрив, что с мужчиной не всё в порядке. А притворство Морфайн чувствовал по запаху. Вот и получалось, что строить отношения можно было только на взаимовыгодных договорённостях. Как с Васаитой Етлес: связь без обязательств.

Поднявшись на вершину горы к недосягаемому для обывателей замку среди облаков, Дэрен остановился перед массивными деревянными воротами, украшенными символами четырёх стихий. Входной комплекс ограждали мощные каменные статуи мудрых магов, которые хранили магическую силу академии. Только здесь дракон сумел отрешиться от будораживших его всю дорогу мыслей. Пройдя через ворота, он попал в атмосферу загадочности и магии. Деревья с яркой листвой и цветами испускали дивный аромат, шелест листвы и пение птиц услаждали вкус. Что ж, несмотря ни на что, последний представитель рода огненных драконов чувствовал себя счастливым здесь и сейчас.

И да! Чтобы не схлопотать укоризненный взгляд Альберта Нортона — ужасно строгого и требовательного ректора, следует поторопиться. Вряд ли на совещании объявят о том, чего бы Дэрен не знал, но сердить начальство пренебрежением к дисциплине не следовало.

Стремительно пройдя весь путь до кабинета ректора, Морфайн лишь на миг задержался у порога. Свободное обсуждение необычно жаркого лета и ожидаемо тёплой осени свидетельствовало о том, что совещание ещё не началось. Не опоздал. Это хорошо.

Продвигаясь к свободному креслу, Дэрен сухо здоровался с другими преподавателями. Едва успел сесть, как в зал заседаний стремительно вошёл строгий, словно замёрзшая земля зимой, и неприступный, как непроглядная тьма ночи, Альберт Нортон. Внешне ректор напоминал статую древнего бога с мощными плечами, высоким лбом и похожими на ледяные кристаллы глазами. Редко кто в его присутствии не испытывал восхищения и благоговейного трепета. Морфайну, как и многим, приходилось переживать подобное, поэтому он всегда старался напоминать самому себе, что и сам владеет великой мощью и опытом — негоже представителю уважаемого рода чувствовать себя желторотым птенцом даже в присутствии светила некромантии.

Ректор сдержанно поздоровался, обвёл льдистым взглядом притихших подчинённых и задал первый вопрос:

— Надеюсь, все готовы к наплыву первокурсников? Многие уже заселяются, не так ли?

Секретарь, которому предназначался вопрос, вскочил и начал передавать списки распределённых по факультетам абитуриентов, где напротив каждой фамилии стояли условные обозначения: успешно ли пройдены испытания, прибыл будущий студент в академию или задерживается в пути, в какое общежитие заселён, имеет ли особые способности. В отдельной графе были приведены краткие характеристики дара и личных качеств.

Не успел Морфайн изучить состав первокурсников своего факультета, как услышал ехидное ворчание Фарха Шааха.

— Посмотрите-ка! У Дэрена в этом году только парни! Остался неугомонный дракон без юных восторженных поклонниц!

Тут же похожему на высохшую тряпку седовласому старику прилетело суровое замечание ректора:

— Не будем превращать ответственное заседание в посиделки сплетниц, многоуважаемый Шаах. Будьте так любезны, держите бумаги в руках, не стоит демонстрировать здесь чудеса левитации. А что касается курса огневиков, ожидаем трёх поступивших девушек. Вы знаете, что мы не делаем различий, принимаем всех исключительно по одарённости. При этом я уверен, что присутствие девушек в группах дисциплинирует парней, и всегда рад видеть представительниц женского пола среди адептов.

— Ну, — едва слышно пробурчал Фарх Шаах, собирая порхавшие до этого листы, — может, они ещё и не приедут. Как я заметил по опыту преподавательской работы, девицы часто предпочитают учёбе замужество.

Морфайн не слишком вслушивался в диалог ректора и преподавателя левитации, ему стало интересно, что за девушки должны прибыть на огненный факультет. Нет ли среди них той белокурой милашки, что обозвала его общипанным... Ладно, не обозвала, но хотела. Как бишь её?

Эсмина Илвурст! Точно. Дэрен невольно вскрикнул, обнаружив искомую фамилию. Вот это совпадение...

— Что такое, господин Морфайн? — строго поинтересовался Альберт Нортон. — Вы отказываетесь?

— Что-что? Простите, я отвлёкся. — Дэрен поспешил отодвинуть обжигающие руку листы.

Ректор осуждающе покачал головой, но заговорил прежним ровным тоном:

— Повторю. Куратор факультета огня Дамиан Совергор был вынужден срочно уехать. Его не будет неделю, а уже завтра мы должны оформлять оставшихся адептов. Вам, Дэрен Морфайн, я намерен поручить заботу...

Старик Фарх Шаах не упустил случая съязвить:

— О трёх опоздавших девицах.

Даже обычно бесстрастный Нортон не сдержал улыбки. Он опустил голову и продолжил фразу:

— О вновь прибывших. Надеюсь, вы имеете представление об обязанностях куратора и проводите девуш... кхм... будущих адептов по территории, поможете заселиться и вообще проявите внимание и предупредительность. Согласны?

Глаза коллег устремились на Дэрена. Что такое? Какие могут быть сомнения? Любой третьекурсник справится с этой задачей. Морфайн зло сверкнул углями своих глаз на трясущегося от смеха старика Шааха. Вот же негодяй, теперь отпущенная им скабрезность будет передаваться из уст в уста, и хорошо, если она не докатится до адептов. Почему-то опять вспомнилась случайная знакомая, встреченная на постоялом дворе.

Дэрен приосанился и сказал твёрдо:

— Разумеется, я согласен, господин ректор. Встречу и провожу, и устрою всех, кто прибудет в академию в срок.

Альберт Нортон сменил тему, обращаясь к водникам, а огненный дракон поспешил удовлетворить любопытство и продолжил изучать выданные ему бумаги. Итак, Эсмина Илвурст. Способности средние, больших успехов не достигнет, но старательная, сразу понятно, что никаких проблем с дисциплиной не возникнет. Хм... Как будто не о ней речь, не о той, что настойчиво спорила с запертой в комнате подругой и так дерзко разговаривала с незнакомым мужчиной.

Увлёкшись, Морфайн стал просматривать списки других факультетов, обращая внимание на краткие характеристики абитуриенток. Взгляд зацепился за Ребекку Оздерн. «Настойчивая, ответственная, с чувством собственного достоинства, довольно резкая и не всегда сдержанная». Вот на эту больше похоже, но девушка с именем Ребекка не прошла по конкурсу. Всего пары баллов ей не хватило до вступительного. Жа-а-аль. Очень бы хотелось взглянуть на неё.

Я старалась передвигаться по городу максимально аккуратно — надеялась, конечно, что служители порядка оставят меня в покое, но это было маловероятно. В Элендоре идет тщательная борьба с преступностью, а я, по мнению служителей порядка, теперь одна из нарушительниц. И как мне обелить своё запятнанное имя? Увы, я не знала. Чертов хозяин забегаловки! Из-за этого толстопуза теперь точно не отмыться от грязи.

Погруженная в размышления о своей судьбе, я медленно направилась к небольшой лавке, где продавались различные артефакты. Это заведение находилось на тихой улочке, окруженной старыми домами, и выглядело так, словно время здесь остановилось. Когда я переступила порог, меня встретила седовласая дама, которая, несмотря на свой почтенный возраст, излучала необыкновенное обаяние и мудрость. её проницательный взгляд, казалось, проникает в самую душу, и я почувствовала, как меня оценивают не только как покупателя, но и как личность.

Внутри лавки царила атмосфера таинственности: полки были заставлены старыми книгами, необычными предметами и загадочными артефактами, каждый из которых, казалось, хранил свою историю. В углу стоял резной сундук, покрытый пылью, а на стенах висели картины, изображающие сцены из давно минувших эпох. Я заметила, что в этом безлюдном месте время будто бы замедлило свой бег.

— Вы ищете что-то особенное? Позвольте мне предложить вам нашу уникальную коллекцию очищающих бытовых артефактов. Эти артефакты, созданные с использованием древних знаний, способны не только очищать пространство от загрязнений, а также негативной энергии, но и привлекать удачу и гармонию в вашу жизнь. Мы также предлагаем амулеты забвения — это редкие предметы, которые помогут вам избавиться от нежелательных воспоминаний и переживаний, позволяя начать новую главу в жизни. ещё есть широкий выбор личин — магических масок, которые можно найти в самых удаленных уголках нашего мира, от таинственных лесов Оклареса до шумных рынков Моелнарда. Каждая личина обладает своей уникальной силой и предназначена для различных целей: от защиты до привлечения любви. Кроме того, мы предлагаем эликсиры, приготовленные по старинным рецептам, которые могут улучшить ваше здоровье, повысить уровень энергии или даже помочь в любовных делах. Каждое зелье проходит строгий контроль качества и создается с любовью и уважением к традициям. Если вас интересует что-то конкретное, не стесняйтесь задавать вопросы — я с радостью помогу вам выбрать именно то, что вам нужно!

Дама, стоявшая за прилавком, выглядела так, будто готова рассказать мне о каждом товаре в своей лавке. её глаза светились энтузиазмом, и она с гордостью демонстрировала различные амулеты, обереги и магические предметы, которые, по её словам, обладали удивительными свойствами. Я, однако, решила прервать её поток слов и задала вопрос, который меня действительно интересовал:

— Насколько надежен амулет забвения? Как долго он будет действовать?

В этот момент я держала в руках прозрачный камень, который выглядел довольно неприметно, но при этом излучал некую таинственную ауру.

— Всё зависит от того, на кого именно будет направлен этот амулет, — пояснила женщина, её голос звучал уверенно и спокойно. — Если его использовать против магически одарённого человека, то эффект может продлиться всего несколько часов. Дело в том, что мощные маги обладают способностью сопротивляться подобным воздействиям, и амулет забвения может оказаться для них неэффективным. Чем слабее противник, тем сильнее будет действие амулета.

— А есть ли что-то более мощное, что могло бы помочь в такой ситуации? — спросил я, чувствуя растущее любопытство.

— Более сильные средства существуют, но в основном это зелья, — ответила она, задумчиво глядя в окно. — Однако я бы не советовала слишком увлекаться их использованием. Зелья могут оказать непредсказуемоё влияние на разум и тело, и не всегда их эффект можно контролировать. Кроме того, многие из них требуют сложных ингредиентов и тщательной подготовки, что может занять много времени.

— А что насчёт побочных эффектов? — поинтересовался я, всё ещё пытаясь понять, насколько рискованно использовать такие зелья.

— Это очень важный момент, — продолжила она, — ведь некоторые зелья могут вызывать не только временные изменения, но и долгосрочные последствия. Например, зелье, которое усиливает магические способности, может также привести к потере контроля над ними. Поэтому, прежде чем принимать решение, стоит хорошо подумать и взвесить все риски. В конечном итоге, сила магии — это не только мощь, но и ответственность.

— В таком случае, давайте лучше зелье. Но мне также интересно, есть ли у вас что-нибудь, чтобы на время можно было обменяться с кем-то внешностью?

Я обратила внимание на хозяйку лавки, которая, оценивающе меня разглядывала, словно искала в моей одежде или манерах что-то, что могло бы выдать мои намерения. В её взгляде мелькнула хитринка, и я заметила, как её глаза засияли алчным блеском, когда она произнесла:

— Такие артефакты вне закона.

Она явно знала о запретных зельях и артефактах, которые могли бы помочь в этом вопросе. В нашем мире магия и её последствия всегда были на грани, и подобные вещи часто использовались для обмана или шпионства. Я вспомнила о слухах, которые ходили по городу: кто-то использовал подобные зелья, чтобы подменить себя на важной встрече, а потом исчез без следа.

Хозяйка, заметив мой интерес, слегка усмехнулась и добавила:

— Но если вы хотите, я могу предложить вам что-то более безопасное. У меня есть зелья, которые временно изменяют цвет волос или глаз. Это может быть полезно, если вы хотите просто немного поэкспериментировать с образом, не рискуя попасть в неприятности с законом.

— А если рассматривать это с чисто теоретической точки зрения, возможно ли найти такую вещь где-то? — задумчиво спросила я женщину, слегка прищурив глаза.

— Чисто теоретически, — продолжила она, — действительно можно достать практически всё и в любом месте. Однако стоит учесть, что подобные удовольствия обходятся недешево, и цена может быть весьма высокой.

— Я готова заплатить любую сумму, которую вы назовёте, — уверенно ответила я, мой голос звучал с решимостью.

Женщина, осмотревшись по сторонам, понизила голос и добавила:

— Но имейте в виду, что за такую сделку могут скрываться не только финансовые риски, но и проблемы со служителями порядка. Есть множество людей, которые готовы пойти на крайние меры ради достижения своих целей, и не всегда это законно.

— всё же я бы рискнула… — решила я продолжить допытывать женщину.

Сделав долгую паузу, моя собеседница фыркнула, как будто мои слова не произвели на неё никакого впечатления. Я почувствовала лёгкое раздражение, но решила не заострять на этом внимание. Вместо этого я быстро достала монеты, которые мне дала Эсмина. Золото заиграло на свету, и его блеск мгновенно привлек внимание.

Хозяйка лавки, заметив сверкание, подошла к окну, отодвинула занавеску и выглянула на улицу. За стеклом развернулась привычная городская суета: люди спешили по своим делам, дети играли неподалеку, а на углу кто-то продавал свежие фрукты. Солнечные лучи освещали улицы, создавая атмосферу тепла и уюта.

Вернувшись ко мне, женщина с интересом взглянула на монеты, и в её глазах зажглось любопытство. Она, казалось, забыла о своём первоначальном равнодушии и теперь была готова обсудить детали сделки. Я почувствовала, что удача на моей стороне, и решила воспользоваться моментом. Я поняла, что блеск золота может открывать не только двери, но и сердца.

Хозяйка лавки, словно боялась, что кто-то может подслушать её слова, едва слышно произнесла:

— У меня таких артефактов нет, но я могу разузнать о них и достать. — Взгляд, скользящий по углам лавки, выдавал беспокойство. — Приходи на закате, — добавила она, и в её голосе прозвучала нотка настойчивости. — Смотри, если ты подставить меня надумала, я выкручусь, а вот тебе несдобровать. — в этих словах скрывалась угроза, но также и понимание того, что в их мире доверие — это редкость. — Теперь ступай, — закончила она.

С чувством удовлетворения от удачного визита в лавку, я направилась в маленький магазинчик, расположенный через улицу. Это заведение славилось тем, что предлагало недорогую, но качественную одежду, что всегда привлекало покупателей.

Хотя мои вещи были вполне приемлемыми, я не могла не заметить, что платье Эсмины, которое она когда-то так гордо носила, теперь выглядело совершенно неуместно. Оно не только потеряло свою первоначальную привлекательность, но и стало слишком ярким и броским, что делало его ещё более заметным.

Я зашла в магазин и была приятно удивлена разнообразием моделей и тканей. Витрины были заполнены платьями, блузками и юбками самых разных стилей. Здесь можно было найти как классические, так и современные вещи, которые подойдут для любого события.

Для поездки Илвурст я выбрала стильное и удобное дорожное платье, которое идеально подошло мне по размеру, так как мы с Эсминой одинаковой комплектации. Это значительно упростило процесс примерки, и я была уверена, что платье будет сидеть на ней отлично. Оно выполнено из лёгкой ткани, что делает его идеальным для путешествий, так как в нем комфортно двигаться и не жарко даже в теплую погоду.

Себе я приобрела элегантный брючный костюм, который подчеркивает фигуру и при этом не сковывает движения. Костюм сочетает в себе стиль и практичность, что делает его идеальным для различных мероприятий. Кроме того, я выбрала длинный плащ, который не только защищает от непогоды, но и позволяет мне скрыть волосы, чтобы не привлекать лишнего внимания служителей порядка. Это особенно важно, учитывая, что в некоторых местах может быть небезопасно.

Я также решила добавить к своему образу пару удобных туфель на низком каблуке, чтобы чувствовать себя уверенно и комфортно в течение всего дня. В дополнение к этому, я взяла с собой несколько чемоданов для себя и Эсмины, в которые удобно поместятся все необходимые вещи. Таким образом, я была готова к любым приключениям, которые могли ожидать меня и Илвурст.

Возвращаясь обратно к постоялому двору, я невольно задумалась о мужчине, которого встретила в коридоре. Его образ продолжал преследовать меня, вызывая в душе странные и противоречивые чувства. На первый взгляд, он выглядел вполне прилично: аккуратная прическа, стильная одежда и уверенная походка. Интеллигентность читалась в его манере общения и в том, как он держался. Однако что-то в его взгляде или в том, как он меня оценивал, вызвало во мне бурю эмоций. Я не могла понять, почему его присутствие так сильно повлияло на меня. Возможно, это было связано с тем, что он излучал какую-то загадочность или скрытую силу, которая притягивала и одновременно отталкивала.

Каждый раз, когда я закрывала глаза, его лицо возникало передо мной, словно призрак из прошлого. Я пыталась вспомнить, о чем мы говорили, но в памяти остались лишь обрывки фраз и ощущение напряжения. Внутри меня как будто разгорелся конфликт: с одной стороны, мне хотелось узнать его лучше, погрузиться в его мир, а с другой — ощущение, что он способен на что-то неожиданное и даже опасное, пугало меня. Возможно, это была интуиция, подсказывающая мне, что за его внешней оболочкой скрывается нечто большее.

Я размышляла о том, как часто мы судим о людях по первому впечатлению, не догадываясь о том, что за маской может скрываться совершенно другая личность. В этом мужчине было что-то притягательное, но и в то же время тревожное. Я вспомнила, как в его глазах мелькнула тень недовольства, когда я оказалась рядом. Это мгновение оставило во мне ощущение недосказанности и даже некоторой обиды. В тот момент в меня словно кто-то вселился, толкая на грубость.

Как только я переступила порог постоялого двора, все тревожные мысли, которые терзали меня на протяжении долгого времени, будто растворились в воздухе. Я ощутила, как свежий ветер наполнил мои лёгкие, и на мгновение мне стало легко и спокойно. Однако это состояние не продлилось недолго: сразу же ко мне подошла хозяйка заведения с недовольным лицом.

— Чего это вы за дебош устроили? — воскликнула она, глядя на меня с явным возмущением. — Всех жильцов мне тут распугаете!

Я была несколько ошарашена её словами и не могла понять, о чем идет речь.

— Мы ничего плохого не делали, — произнесла я сдержанно, стараясь сохранить спокойствие и объяснить ситуацию. Внутри меня все бурлило, но я понимала, что нужно действовать разумно.

— Да?! А кто полдня в дверь стучит? Не ваша ли подруга? — раздался резкий вопрос, и я почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Я знала, что в тот момент действительно допустила ошибку, и мне не оставалось ничего другого, как признать свою неправоту.

— Простите, — вымолвила я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри меня бушевали эмоции. Я понимала, что важно сгладить ситуацию. — Надеюсь, это компенсирует все неудобства? — бросила я на стойку монету, стараясь выглядеть непринужденно.

— Вполне, — тут же просияла хозяйка, и я почувствовала, как напряжение немного спало. — Но впредь ведите себя тихо.

Я кивнула, понимая, что это не только просьба, но и предостережение.

Вот же! Ну, Эсмина, от тебя одни проблемы. ещё не хватало, чтобы из-за шума служивых вызвали! Злая и недовольная, я поспешила угомонить эту бешеную девчонку.

С трудом перетаскивая свои новые покупки к комнате, я поставила их на пол прямо перед дверью и начала искать ключи в своем кармане. Как только нашла его, замок с приятным щелчком открылся. Но в этот момент меня едва не сбила с ног неугомонная девчонка, которая, похоже, уже ждала меня.

— Ребекка! — воскликнула она с радостью, её глаза светились от счастья. — Ты наконец-то вернулась! Я так соскучилась по тебе!

— Ты что, решила нас всех подставить? — воскликнула я, едва переступив порог нашей арендованной комнаты и увидев лицо девушки, которое приобрело выражение тревоги. Я чувствовала, как внутри меня нарастает гнев, и не могла сдержаться. — Ты даже не представляешь, что я только что выслушала от владелицы! Скажи спасибо, что хозяйка не вызвала служивых, иначе ты бы уже оказалась у своего женишка, или же нам бы пришлось разбираться с последствиями твоих необдуманных поступков.

Я продолжала говорить, стараясь донести до неё всю серьёзность ситуации. Мы с ней оказались в одной лодке, и теперь нам нужно было действовать слаженно, чтобы избежать дальнейших проблем. Мы должны были быть осторожнее и думать о последствиях своих действий.

— Я не хотела, — тихо произнесла Эсмина, опустив взгляд и чувствуя, как неловкость охватывает её. Её голос звучал меланхолично, словно она искренне сожалела о произошедшем.

— Ладно, что уж теперь, — отозвалась я, вздохнув, словно пытаясь сбросить с себя тяжесть неоправданных ожиданий. — В любом случае, задерживаться здесь не стоит. Как только мы уладим все дела, я предлагаю сразу же разойтись каждой своим путем.

Эсмина оглядела комнату, её взгляд остановился на покупках, которые я оставила у двери.

— Ой, а что это у тебя? — мгновенно оживилась Илвурс, её глаза заблестели от любопытства.

Не дождавшись моего ответа, она с любопытством заглянула в один из чемоданов, который томился в ожидании у порога. С лёгким волнением она открыла его и, словно искательница сокровищ, начала с интересом перебирать вещи. Вскоре её руки наткнулись на платье, которое было аккуратно свернуто. Она выудила его наружу и начала поворачивать в руках, рассматривая каждый шов и деталь.

— Миленькое, — произнесла Эсмина с лёгким недоумением, как будто платье не совсем соответствовало её ожиданиям. Оно было весьма простым и блеклым, но Илвурс, похоже, искала что-то более яркое и броское.

— Главное, что оно менее приметное, чем твое, — парировала я, намекая на её платье, которое действительно выделялось среди других.

Я не могла не заметить, как её взгляд скользит по другим вещам в чемодане. Она с интересом подхватила пару обуви, которые идеально подходили к платью, и с лёгкой улыбкой произнесла:

— Знаешь, иногда менее заметные вещи могут быть настоящей находкой. Они позволяют создать более утончённый образ, который может привлечь внимание даже больше, чем яркие наряды.

Илвурс явно всегда была приверженцем стиля, который сочетал в себе элегантность и сдержанность.

— А теперь, пожалуйста, передай мне свои документы, — произнесла я, стараясь звучать уверенно.

Девушка на мгновение замялась, настороженно прищурив глаза.

— Зачем это нужно? — спросила она, явно не желая расставаться с личными вещами.

Но, после небольшой паузы, она всё же достала требуемые бумаги и протянула их мне. Я чувствовала, как в воздухе повисло напряжение, но знала, что на этом этапе назад дороги нет.

В ответ я достала свой документ, который был подготовлен заранее.

— Запомни, с этого момента и до тех пор, пока ситуация не нормализуется, ты будешь Ребеккой Оздерн, а я — Эсминой Илвурст, — произнесла я, стараясь вложить в каждое слово всю серьёзность и важность происходящего.

— Но как же так? А если обман вскроется? — с тревогой спросила новая знакомая, её голос дрожал от неопределенности. Я могла видеть, как она нервно теребит край своего платья, и это только подчеркивало её неуверенность.

— Не переживай, все будет нормально, — попыталась я успокоить её, хотя сама чувствовала лёгкую дрожь в голосе.

Нам нужно быть осторожными, ведь если кто-то заподозрит неладное, последствия могут быть катастрофическими. Я объяснила Эсмине, что нам нужно будет тщательно следить за своим поведением, избегать подозрительных вопросов и сохранять уверенность в своих ролях. Мы должны будем создать правдоподобные истории, которые подтвердят нашу новую личность. Я напомнила, что необходимо будет изменить некоторые привычки и даже стиль общения, чтобы никто не заподозрил нас в обмане.

— Главное, чтобы никто не узнал правду, — подытожила я, глядя ей в глаза. — Мы справимся, если будем действовать вместе и осторожно. Ты отправишься к своему Энтони в Грангар, а я, в свою очередь, вместо тебя поеду учиться в Академию элементалей.

— И как ты себе это представляешь? Мы с Энтони планировали пожениться, и что теперь? Он женится не на мне, а на тебе?

— Не говори ерунды! — возмутилась я. — Даже если это и произойдет, вы все равно не сможете пожениться в тот же день, на это потребуется время и подготовка.

— Хорошо, а как насчет учебы? — не могла успокоиться Илвурст. — Когда я подавала документы, у нас проверяли магические способности, и перед началом учебного года всех абитуриентов снова подвергают проверке. Это довольно строгий процесс, ведь магия требует не только таланта, но и ответственности.

— Да, я в курсе! Я сама пыталась поступить на водный факультет, но, к сожалению, не прошла.

— Вот! — воскликнула Эсмина. — Я подала документы на огненное направление! Ты представляешь, какой там проходной уровень магии? Это же просто невероятно! — Она с энтузиазмом начала рассказывать о требованиях, которые необходимо было выполнить, чтобы попасть на этот курс, и о том, сколько людей мечтают об этом.

— Разберусь! — недовольно ответила я, пытаясь скрыть свою зависть.

Внутри меня бушевали эмоции. Учёба в Академии элементалей была моей мечтой с самого детства. Я помню, как в детстве часами сидела, читая книги о великих магах Эйсинкора. Я мечтала стать одним из них, изучая тайны стихий и овладевая их силой.

Теперь, когда мне выпал шанс стать адепткой Академии, я была готова на всё, чтобы добиться успеха. Я знала, что конкуренция будет огромной, и что мне придётся много работать, чтобы соответствовать высоким стандартам. Я даже начала тренироваться каждое утро, оттачивая свои навыки управления стихиями.

Возможно, я не была такой талантливой, как Эсмина, но у меня было одно преимущество — упорство. Я решила, что не позволю никому сбить меня с пути. Я буду учиться, практиковаться и, несмотря на все преграды, добьюсь своей цели. В конце концов, мечты сбываются только тогда, когда ты готов к борьбе за них.

— Не пожалеешь, что отказалась от поступления в Академию элементалей? — зачем-то я спросила Илвурст, когда мы с чемоданами уже шли по вечерним улочкам города.

— Нет, — легко ответила она, улыбаясь. — Для меня это никогда не было целью. О хорошем образовании мечтали родители, а не я. Мне же по душе больше семейный очаг, — мечтательно произнесла она, закатывая глаза к небу, а затем вдруг остановилась. — Фух… Устала я. Может отдохнем немного, — предложила она, опустив чемоданы на землю.

— Потерпи немного, тут рядом есть парк. Там посидишь, пока я по делам отлучусь.

— Куда опять ты собралась.

— Потом узнаешь, — не стала вдаваться в подробности.

Оставив Эсмину одну в вечернем парке, я едва ли не бегом отправилась в лавку с артефактами. Дверь в заведение была уже закрыта. Подойдя к окну, заглянула сквозь тёмные стёкла. Шторы плотно скрывали помещение от посторонних глаз. Постучала, однако ответом мне была тишина.

Я уже отчаялась попасть к хозяйке заведение и вознамерилась уйти ни с чем, когда за спиной послышался какой-то шорох. Обернулась — никого. Вновь прислушалась. Вокруг царила тишина. Вернув внимание к торговой лавке, занесла руку, чтобы хорошенько постучать по двери.

— Ф-с-с-с… — опять донеслось из-за спины. Звук был тихий, шипящий, словно ветер играл сухими осенними листьями, перекатывая их по каменной мостовой. — Ф-с-с-с… — послышалось вновь, а затем и вовсе показалось, будто где-то ребенок играет со своей погремушкой.

— Кто здесь? — настороженно обратилась я в пустоту, но ответа не последовало, лишь очередное «Ф-с-с-с» разрезало тишину.

Сделав шаг со ступеней заведения, подошла к кустам рядом со входом. Они вмиг зашуршали и будто завозились, подобно ожившему существу.

— А-а-а-а-а! — вдруг резко отпрыгнула я, когда на меня что-то полетело.

«Нечто», с виду походившее на веревку, вмиг обвило мою ногу и замерло. Я и сама встала как вкопанная, походя со стороны на каменную статую. В этот момент, наверное, я и такой же белой как она была. Медленно, боясь спровоцировать «нечто», опустила взгляд вниз и едва вновь не заверещала на всю округу.

Мою ногу, крепко сжимая в своих «объятиях», обвила изумрудно-серая змея. Она неторопливо вертела своей треугольной головой, то и дело высовывая раздвоенный язык и проводя им по острым клыкам. Ромбовидный рисунок украшал все её тело, а самый кончик хвоста украшала «погремушка».

Вот так я попала… Похоже не видать мне никакой Академии. Так и сгину здесь от укуса ядовитой змеюки. В это мгновение я даже забыла, как дышать, чтобы лишний раз не провоцировать это существо. Но, несмотря на внешнее спокойствие, внутри у меня все вопило от страха.

Змея же, в отличии от меня, чувствовала себя совершенно спокойно. Казалось, вися на моей ноге, ей было даже комфортно. Несколько раз она «попробовала на вкус» мои брюки, но, явно не оценив их вкусовых качеств, быстро потеряла к ним всякий интерес, лишь плотнее сжав кольца своего тела вокруг ноги.

Мне так и хотелось крикнуть: «Кусай живее!», лишь бы скорее прекратить это долгое ожидание. От напряжения все тело свело, оно стало ватным и непослушным. Но змеюка и не думала покидать «нагретого местечка», которое пришлось ей по душе.

— Ах ты, мерзавка! — послышалось рядом. На пороге лавки появилась хозяйка с махровым полотенцем в руках. — Вот ты где шляешься?!

— Т-с-с-с… — не хуже змеи прошипела я. — Ти-и-и-хо… — взглядом указала я на свою ногу, а точнее на ту, что её оккупировала.

— Тю! — скривилась женщина. — Это ты его что ли так испугалась? Не бойся, — махнула она рукой. — Шоршик у нас тот ещё добряк, он и ребенка не тронет, ни то, что такую, как ты.

От её слов я даже растерялась.

— Шоршик?

— Ну да. Это моя гремучая змея. Когда моя дочка училась в Академии, этот проказник сбежал из фамильяриума вместе с выпускниками. Не сразу его заметить удалось. Прятался, наверное, недели три у нас в доме. А потом, когда обвыкся, то выполз. Отдавать его обратно было уже поздно, да и как-то неуместно. Вот и остался он у нас жить.

— Вдруг он фамильяр чей-то? — удивилась я тихо.

— Был бы чьим-то, давно бы сам вернуться смог. Фамильяры своих хозяев за тысячи километров находят без особых проблем. А Шоршик у нас ничейный. Так что не переживай, лучше внутрь заходи. — Она оглядела улицу. — Не ровен час заметит кто… — Я продолжала стоять. — Да не укусит он. Идём!

Внутри антикварной лавки дама-таки отцепила от меня назойливую гремучую змею и усадила её в просторный террариум за прилавком.

— Ну чего стоишь? — бросила она мне, закрывая крышку. — Снимай свой плащ и присаживайся, а я пока принесу все необходимое.

Пока я раздевалась, хозяйка ещё раз проверила улицу, а затем надежно заперла дверь. Сбросив верхнюю одежду на спинку стула, я разместилась в кресле рядом. Ждать долго не пришлось. Неся в руках небольшую плетеную корзинку, женщина торопливо направилась ко мне, что-то ворча себе под нос.

— Вы что-то сказали?

— Говорю, что помимо того, что ты просила, я ещё кое-что от себя добавила, — повторила она уже более громко и начала перечислять: — Немного сонного зелья, но оно совсем слабое, на соке арвейна и крови верлодскогой ящерицы приготовлено. Действует недолго, но последствия от него специфические.

— Какие? — заинтересовалась я, так как никогда раньше об этом зелье не слышала.

— Некоторое время после пробуждения могут наблюдаться галлюцинации, — ответила дама мимоходом, продолжив перебирать содержимоё корзинки. — ещё несколько бытовых кристаллов для чистоты и уюта, как ты просила, заживляющие артефакты, несколько разных личин и главное — зелье подмены. Только прошу тебя, спрячь его хорошенько. Если найдут, то темницы тебе не избежать, а то и плахи.

— Да поняла я, поняла, — недовольно отозвалась в ответ. — Давайте уже его сюда, — нетерпеливо протянула руку.

— Ишь какая шустрая! — фыркнула хозяйка лавки, отодвигая от меня корзинку. — Денежки сначала заплати. — Пришлось быстро доставать золотые, чтобы оплатить своё приобретение. — Так-то лучше, — расплылась в улыбке дама, завидев блеск монет. — Держи. И дорогу сюда отныне забудь!

Спрятав за пазуху зелье подмены, я накинула на себя свой плащ, прихватила корзинку и направилась к двери. Стоя у порога и ожидая, пока хозяйка отворит замок, я почему-то подумала о Шоршике. Бедный змеёныш с такой силой держался за меня, словно я была смыслом всей его жизни. Эх… Если бы не моё положение, я бы непременно выкупила его из лавки. Но куда я пойду ещё и с змеей?! Насколько мне известно, в Академии элементалей со своими питомцами нельзя, там даже фамильяров отдавать заставляют, не то что обычным животных.

От этой мысли стало как-то грустно, поэтому я поспешила покинуть лавку. Торопливо шагая по улице, я вдруг заметила в одной из кофеен сидящую за столиком женщину. Она расположилась на открытой террасе. Даму я узнала сразу — что-то, а память на лица у меня отменная. Именно она была на постоялом дворе, когда я собиралась днём уходить за «обновками».

Как раз, когда я проходила мимо, к ней подсел седовласый мужчина почтенного возраста и, поцеловав, не выпускал её руку из своей. Он явно был богат, как и сама дама, что ещё больше не вязалось с её появлением в захудалой ночлежке.

— Как прошёл твой день, дорогая? Прости, не смог поехать с тобой к твоей подруге, — просипел её спутник.

— Ничего страшного, милый. Уверена, наши женские беседы быстро бы тебе наскучили. Ведь нет ничего утомительнее дамских разговоров о моде, украшениях и прическах, — напевала она ему небылицы.

Я лишь улыбнулась, проходя мимо них и надвинув посильнее капюшон на самый лоб. всё же хорошо, что мне больше никогда не придется встречаться с этой дамочкой. Весьма неприятная особа, как, впрочем, и её любовник. Хоть я и не видела их вместе, но сомнений в том, что они таковыми являются, не оставалось. Иначе как объяснить то, что оба вышли из одного номера, ещё и столько потрепанными. Однако, это уже не моё дело. Главное, что наши пути разошлись и больше не пересекутся.

Я торопливо продолжила свой путь. Между тем на улицах уже начинали загораться магические светляки в фонарях, озаряя каменистые дорожки. Деревья бросали длинные извилистые тени, создавая причудливые узоры. Войдя в парк, тут же заметила мечущуюся около скамейки Эсмину. Девушка ходила туда-сюда, заламывая руки и растирая тронутые вечерней прохладой плечи. Завидев меня, она буквально рванула навстречу, напрочь позабыв про чемоданы.

— Ну где ты ходишь?! Я уж боялась, что ты не придешь, — повисла на моей шеи Илвурст.

Отцепив от себя девушку, я присела на скамейку, разместив рядом с собой корзинку.

— Держи, — выудила из неё припасенные зелья и артефакты. — Думаю, пользоваться умеешь?

— А то! — довольно ответила Эсмина. — Но я бы и сама из прикупила при необходимости.

— Первое время, прошу тебя, никуда не высовывайся. Посиди спокойно хотя бы недельку, а то и другую.

— Но как же так? В Грангаре столько красивых мест. Энтони обещал мне все-все показать! — мечтательно закатила она свои глазки, на что я лишь вздохнула.

— Тебе что дороже: достопримечательности смотреть или свободной остаться?

— Прости… — виновато протянула она. — Об этом я как-то не подумала.

— Вот именно! — укорила ее. — А следовало бы! всё-таки мне как-то за тебя страшно. Слишком уж ты легкомысленно ко всему относишься. Подставишь так и себя, и меня.

— Не переживай ты так. Обещаю, я буду сидеть целую неделю как мышка в норке, — расплылась Эсмина в довольной улыбке, но видя мой скептический взгляд, тут же добавила: — Ладно, не неделю, а целых две.

— Эх… — вырвался из меня тяжелый вздох. — Что теперь поделать. Будем надеяться, что все обойдется. А теперь нам бы не мешало поторопиться. Я договорилась с одним суденышком, что идет в Грангар. Они согласились взять тебя с собой за умеренную плату. — Я подхватила чемоданы и встала со скамьи. — Ну чего рассеялась? Идём! А то твой Энтони не дождется тебя и женится на другой, — пошутила я, однако моя шутка не возымела должного эффекта.

— Как это на другой?! — подскочила Илвурст. — На ком?!

— Да пошутила я, пошутила. Успокойся.

Но Эсмина и не думала прекращать.

— Энтони меня любит! Вот если бы ты его увидела, то сразу поняла бы, что он самый лучший, самый замечательный, — расхваливала она молодого человека.

Мне же хотелось лишь одного: заткнуть уши пальцами, чтобы не слышать её болтовни.

До пристани мы дошли уже затемно. Эсмина то и дело жаловалась на болящие руки от тяжелой ноши, я же всю дорогу молчала. Завидев качающуюся на волнах старую посудину, Илвурст резко остановилась.

— Только не говори, что мне придется плыть на этом, — заупрямилась она. — Да это корыто утонет, стоит ему отчалить от берега.

— Не говори ерунды! Весьма крепкая лодка.

— Посмотри, сколько там сетей. Явно рыбацкая. Я вся провоняю.

— Эсмина! Прекрати истерику. Если не хочешь, то можешь вернуться домой. Там уж точно чисто и благоухает цветами. я тебя не заставляю.

— Но можно было выбрать что-то поприличнее?

— Приличные суда просят у пассажиров документы, ещё и через официальное пересечение приграничных земель проходят. Как ты думаешь, что тебя ждет на границе? Любой артефакт мигом укажет, что это не твои документы. А за подобный обман тебе темница грозит, — пояснила я девушке.

— Ладно, поняла я все, — проворчала она недовольно.

— Эй! — окликнула я хозяина суденышка.

— Чего кричишь?! Не глухой я вроде.

— Вот эта девушка, о которой я сегодня с вами говорила.

— Да мне все равно, кого везти, — отмахнулся мужик. — Ты главное золотишко вперед давай.

— А если он не довезет меня? — шепча спросила Эсмина. выглядывая из-за моего плеча.

— Не говори ерунды! — шикнула я на свою спутницу.

— Не боись, — расплылся в широкой улыбки хозяин лодки, демонстрируя отсутствие половины зубов. — Мне нет никакого резона от тебя избавляться. Главное, сама за борт не прыгни, — уже в голос расхохотался он.

— Гервуд! — выглянула из-под закрытой брезентом части лодки дородная женщина с младенцем на руках. — Долго ещё?!

— Да сейчас, сейчас! — недовольно отозвался мужчина, а затем вновь вернул внимание к нам. — Ну чего стоите? Кладите вещи в лодку и занимайте места согласно купленным билетам. Наш круизный лайнер отправляется в увлекательное путешествие! — скомандовал он и первым пошёл к лодке.

— Ну вот и все, — произнесла я. — Тебе пора. Я надеюсь, что у тебя будет все хорошо.

— Спасибо, — улыбнулась Илвурст. — Я буду по тебе скучать.

Стоило признать, что и я за столь короткий срок успела привязаться к этой девушке и мне поистине будет её не хватать.

Ещё долго я стояла на причале, наблюдая как лодка растворяется в ночной морской мгле. Спешить мне было некуда. До самого утра придется бродить где-нибудь по городу, коротая время, чтобы уже утром отправиться навстречу своему будущему. Ну что, Академия элементалей, я иду к тебе!

Направляясь в главный корпус, я мысленно упрекал Дамиана Совергора за столь несвоевременный отъезд из академии. К опытному куратору нашего факультета я относился с большим уважением. Демон огня — это не только сила и мощь, ещё и глубокая мудрость, и справедливость. Никто не мог упрекнуть Дамиана в халатном отношении к обязанностям. Раз уж он отлучился, значит для этого имелась веская причина. И всё же мне было досадно, что вместо того, чтобы как следует отдохнуть в последние дни перед началом учёбы, я должен болтаться в академии.

А ведь можно было съездить к источнику силы в Ильверских горах, или в чащу желаний, куда меня настойчиво зазывала любовница. Да просто проваляться полдня в постели где-нибудь в трактире за городом, наслаждаясь жаркими ласками Васаиты Етлес. Я невольно заулыбался, представив любовницу, манящую меня в свои объятья. Как мог не обратить внимание на кучу чемоданов и стоявшую около них девицу в элегантном брючном костюме и плаще?

Да! Я её не заметил! И не узнал из-за глубоко надвинутого на голову капюшона. Девушка стояла в расслабленной позе, выставив ногу вперёд. Что за привычка такая, разбрасываться своими конечностями, не понимаю!

На этот раз я всего лишь запнулся, не спикировал на землю и даже не потерял равновесия. Но и этого мне хватило, чтобы резко развернуться и гневно выпалить:

— Вы весь дом решили перевезти в академию, адептка... — и растерянно добавил: — Опять вы, Эсмина Илвурст?

— Опять вы? — удивившись не меньше моего, спросила девушка. Сразу же стала оправдываться: — Это не мои чемоданы, то есть не все здесь мои. Просто девочки попросили покараулить, пока найдут помощь, чтобы отнести в общежитие.

— А где ваш куратор? — возмутился я и тут же вспомнил, что девушка поступает на огненный факультет, а это значит, я должен был встретить её и сопроводить. — Э-э-э... Вам нужно заглянуть прежде в канцелярию, зарегистрироваться.

— Но я не могу бросить чемоданы!

Я покачал головой, оценивая кучу. Был бы здесь один, я мог сам оказать помощь симпатичной адептке, но таскаться с пятью баулами, словно я двугорбый верблюд, мне было не к лицу.

— Хорошо. Когда ваши подруги вернутся, напомните им о том, что нужно выполнить все формальности.

Отправился дальше, всё ещё чувствуя вонзавшийся мне в спину взгляд. Думать о любовнице больше не мог. Теперь мысли крутились исключительно вокруг новой знакомой. Испугалась? Уверена, бедняжка, что за такое неподобающее поведение я отыграюсь на ней во время учёбы. Конечно, испугалась. Она ведь не могла знать, что перед ней будущий преподаватель, когда дерзила мне там, в коридоре постоялого двора.

Ай-яй-яй... Будет впредь осмотрительнее! Никто из нас не может догадываться, что готовит нам судьба, поэтому всегда следует соблюдать правила хорошего тона. Не научили родители девочку простейшим вещам, теперь придётся мне заняться её воспитанием.

Не возьмусь определить, что во мне преобладало: любопытство, досада, чувство превосходства или желание приободрить трепетную девочку. В любом случае, мне было приятно ощущать разливающееся по сердцу тепло и покалывание кожи между лопатками.

Забежав в холл главного корпуса, я свернул в сторону канцелярии, но проходя мимо двери пустующей в это время гардеробной, услышал настойчивый и довольно громкий шёпот:

— Морфайн! Морфайн! Дэрен, ну же! Иди скорее к своей ненаглядной птичке!

— О-о-оу... — замедлив шаг, я повернулся на зов и увидел, чуть не выпрыгивающую из декольте Васаиту Етлес. — Как ты сюда...

Задать вопрос мне не позволили. Любовница резко шагнула ко мне, схватила за рукав и утянула в глубину гардероба. Я едва успел притворить за собой дверь, как она впилась в меня мокрыми и очень настойчивыми губами.

Птичка... Да это просто стервятник!

Нет никаких сомнений, что в пылу страсти Васаита и мёртвого поднимет из гроба и заставит ласкать себя. А я, между прочим, совсем не мёртвый, к тому же дракон. Кровь забурлила в жилах, я стиснул проказницу в объятьях, она застонала и, оседлав моё колено, начала совершать ритмичные движения, похожие на дикий танец.

Очень-очень далеко, на самых задворках моего сознания пульсировала мысль о том, что нужно срочно прекратить это безумство.

Как бы не так! Руки Васаиты расстегнули мой ремень и начали шарить по телу, тут уж я не мог больше сдерживаться и зарычал:

— Что ты делаешь, сумасшедшая!

— Тебе нравится, нравится, я знаю! — дышала мне в лицо рыжая бестия.

Мы зашли далеко. Так далеко, что зайди в гардероб кто-то посторонний, он должен быть слепым и глухим, чтобы не понять, что тут, собственно, творится.

И это случилось. Худшие опасения оправдались. Дверь с тихим шорохом отворилась, послышались лёгкие шаги, потом звонкий девичий голос пискнул:

— Ой, извините, пожалуйста.

Проклятье! Так глупо попасться в двух шагах от канцелярии, в десяти от кабинета ректора. Я идиот!

— Васа, прекрати! Васа! — я с большим трудом отцепил от себя обезумевшую от неудовлетворённой страсти женщину, довольно резко оттолкнул её и стал приводить одежду в порядок.

— Люби-и-и-имый! — тянулась она ко мне, — не сбегай! Ты не можешь так со мной поступи-и-и-ить!

— Это ты не должна была сюда приходить, Васаита! — грубо ответил я. — Если тебя не беспокоит собственная репутация, подумай о моей.

— Попечительский совет поручил мне проверять списки первокурсников. — Обиженно дула губки любовница. — Я думала, ты будешь рад незапланированной встрече.

— Рад! Конечно! Сверкать голым задом перед юной девой, что может быть радостнее?! Особенно, если это твоя будущая ученица.

— Не придумывай. Она ничего не успела рассмотреть, — сверкая белыми ровными зубами, улыбнулась Васаита и снова приблизилась с намерением получить поцелуй.

— Будем надеяться, что не успела. Хотя я очень сомневаюсь, — рявкнул я и выскочил из гардероба.

Зло шагая в канцелярию, думал только об одном. Кто это был? Кто заглянул в комнату, где мы с любовницей занимались непотребствами? Честно говоря, чувствовал себя так, словно меня изнасиловали.

Часть коридора от холла с гардеробом до канцелярии я преодолевал словно «последнюю милю» осуждённый на казнь. Хуже всего было то, что я не успел рассмотреть адептку, заставшую меня за поцелуями с представительницей попечительского совета. В принципе, тщательно скрываемая до этого момента связь грозила неприятностями нам обоим, однако Васаита Етлес легкомысленно махнула рукой в ответ на мои замечания. Она не сомневалась, что ни одна нормальная студентка не станет портить отношения ни с преподавателем академии, ни с членом контролирующей организации.

Насчёт нормальной это, возможно и работало, а как быть с дерзкой и сумасбродной? Место для сомнений оставалось, поэтому, подходя к двери канцелярии, я шептал себе под нос:

— Только бы не Эсмина Илвурст! Кто угодно, с какого угодно факультета, только бы не она.

Увы, боги сегодня были не на моей стороне. Первой, кого я заметил в большой светлой комнате, была девчонка, мысленно именовавшая меня общипанным петухом. Впрочем, именно таким и почувствовал я себя, когда девушка обернулась.

Она успела снять плащ и теперь держала его, перекинув через согнутую руку. Белокурые волосы красивыми волнами растекались по плечам и спине, а в глазах плясали весёлые чертовщинки. Она! Ведь больше никого здесь нет. Два парня водника внимательно выслушивали указания своего куратора, три молодых воздушника уныло поджидали своего. На огненный пока явилась только Эсмина, потеряв где-то своих подруг.

— А где... — начал я, прочистив горло.

Девушка догадалась, о чём хочу спросить и бодро ответила:

— Один ответственный старшекурсник согласился проводить их в общежитие, девочки спешат заселиться, чтобы занять лучшую комнату. А мне всё равно где жить, вот и пришла оформлять документы. — Она лукаво улыбнулась и добавила: — Как вы и велели.

Надо же было именно в этот момент Васаите ввалиться в канцелярию! Она успела привести в порядок внешний вид, и даже догадалась прикрыть вызывающее декольте газовым шарфиком, и теперь проплыла мимо нас, как красивая каравелла мимо военных фрегатов и рыбацких баркасов.

В мою сторону даже не взглянула, лишь искоса бросила оценивающий взгляд на симпатичную адептку, с которой я разговаривал. Впрочем, девушка не только достойно встретила внимание к своей персоне, но ещё и хмыкнула, правда едва слышно.

— Что? — я машинально дёрнулся, приняв изданный Эсминой звук за смешок.

— Ничего, — пожала плечами она. — У кое-кого своеобразный вкус.

Меня обожгло с головы до ног: никаких сомнений не осталось. Это она! Моя ученица видела, как мы с любовницей страстно ласкаем друг друга. В этот момент я, кажется, возненавидел их обеих. И ту, кто так беззастенчиво приставала ко мне, явившись в академию, и ту, что так некстати ошиблась дверью и заглянула в гардероб вместо канцелярии. Читать не умеет что ли! Или вообще не смотрит на таблички?

— Думайте, кому и что говорите, адептка, — зло прошептал я.

Девушка не ответила, криво улыбнувшись, но я совершенно явственно услышал её мысли: «Думайте, где и с кем крутите любовь, господин преподаватель». В тот момент я едва не схватил её за плечи, чтобы как следует встряхнуть. На моё счастье, один из делопроизводителей освободился и позвал:

— Кто следующий?

Оказалось, что парни, стоявшие перед Эсминой, успели оформиться, она поспешила к столу и выложила на него свои документы.

Делопроизводитель заученно забубнил:

— Добро пожаловать в Академию элементалей, уважаемая Эсмина Илвурст! Так-так… Огненный факультет…

— Простите, — девушка наклонилась и доверительным голосом зашептала: — А нельзя ли мне перейти на водный?

Она хотела, чтобы я не услышал. Наивная! Разумеется, я тут же подошёл ближе и встал рядом. Делопроизводитель озадаченно почесал себя за ухом:

— Как же так, адептка? Вы подавали документы на огненный факультет, проходили соответствующие испытания…

— Я передумала. Ведь так бывает, разве нет? Теперь я ощущаю в себе склонность к водной стихии.

— Э-э-э… Так это… М-м-м… — мямлил делопроизводитель.

— Почему бы и нет? — подала голос моя рыжая бестия, до этой секунды мирно изучавшая документы, переданные ей начальником канцелярии. — В порядке исключения, конечно. Раз милая девушка предпочитает воду, почему бы не пойти ей навстречу?

Я решил вмешаться, пока непредсказуемая Илвурст не улизнула у меня из-под носа. Ещё не хватало терять адептку прямо на пороге академии! Одно в тот момент я понимал точно: Дамиан Совергор, вернувшись к делам, не одобрит моё короткое кураторство. А неодобрение сильного демона вполне может выйти боком даже мощному дракону.

— Стоять! — рявкнул я, схватил адептку за плечо и так сильно сжал его пальцами, что девица охнула. Я сердито кивнул на журнал, заполняемый делопроизводителем: — Записывайте, как полагается! Никаких исключений.

Мне позарез нужно было убедиться, что адептка, взявшая за правило так не вовремя возникать рядом со мной, будет держать язычок за своими чудесными белыми зубками! Как только делопроизводитель завершил оформление документов, я без церемоний схватил Эсмину Илвурст за локоть и, не обращая внимания на её недовольство, повёл прочь из канцелярии.

Угораздило меня оглянуться на пороге! Взгляд рыжей любовницы не обещал лёгкого прощения при следующей нашей встрече. Разумеется, Васаита не могла бросить выданные ей для изучения документы и побежать за мной следом, но по всему было видно, что именно это она и желала бы сделать.

— Куда… Куда вы меня тащите? — возмущалась девица, пытаясь вырваться из моей хватки.

Видно, до сих пор ей не приходилось иметь дело с драконами, иначе уже сейчас молила меня о прощении за то, что сделала, и за то что не сделала, а заодно за проступки всех своих родственников и знакомых.

— Ти-и-ихо! — прошипел я. — Не поднимай шума, мы просто пообщаемся на взаимовыгодной основе.

В этот момент мы как раз приближались к дверям гардероба. Девушка задрожала, глядя в ту сторону, и пискнула:

— Пожалуйста, пожалуйста, не надо меня трогать! Я… я… помолвлена.

Услышав этот лепет, я даже не сразу понял, чего именно она испугалась. Только когда мы свернули к лестнице и стали спускаться, Эсмина облегчённо вздохнула, а до меня дошёл смысл её просьбы. Так растерялся, что даже локоть её выпустил.

— Ты чего вообразила, бестолочь! Думала, я тебя буду принуждать, что ли?

— Кто вас знает, — буркнула адептка и на всякий случай отодвинулась подальше.

Я погрозил ей пальцем и назидательно сказал:

— В академии строго запрещены отношения преподавателей с учащимися.

— А с замужними дамами из попечительского совета? — ехидно усмехнулась несносная девица.

Я снова схватил её за локоть и потащил по дорожке, стремясь увести как можно дальше от административного корпуса. Даже поднял взгляд, чтобы посмотреть в окно канцелярии. Ну, конечно! Васаита заняла наблюдательный пост и провожала нас очень недобрым выражением лица.

— Что вам от меня надо! — возмущалась адептка. — Вам совсем делать нечего?

— Выполняю обязанности куратора, временно замещая отсутствующего Дамиана Совергора. Провожу тебя в общежитие, дам поручение коменданту заселить тебя в самую неудобную комнату и…

— За что же такая честь? — сердито спросила Эсмина.

— Хочу убедиться, что ты не станешь болтать направо и налево, о том, чего видела.

— Ничего я не видела! — очень правдоподобно возмутилась девушка. — А если бы даже видела, не стала болтать. Я не такая…

— Хорошо, и всё же. Я должен подстраховаться.

— К-как подстраховаться?

Она, кажется, испугалась. Отлично! Сильная эмоция при даче клятвы закрепляет её дополнительно.

— Скоро узнаешь. А сейчас скажи, зачем хотела поменять факультет?

— Я по ошибке попала на огненный, — смущённо ответила Эсмина, — перепутала.

— Как можно перепутать свой дар?

— Ну-у-у… У меня была склонность к огненной стихии, но это оказалось временным. Уже после того, как я сдала экзамены, мы с подругами пошли на озеро. Сидели там на берегу и вдруг увидели, как тонет ребёнок. Мальчик.

— И что же? Ты запустила огненную дорожку и осушила этот участок?

— Нет, я заставила воду расступиться. Паренёк просто добежал до нас по дну. Там было не очень далеко.

— Хм… странно… и необъяснимо… — Верить в россказни я не собирался. Девчонка что-то скрывает, но с этим я решил разобраться позже.

Мы уже почти дошли до общежития. Пользуясь тем, что в эту минуту аллея была пуста, я утянул девушку в сторону и остановился под тенью деревьев так, чтобы кусты не позволяли случайным свидетелям увидеть нас.

— Сейчас ты повторишь за мной слова…

— Какие ещё слова?

— Обещание никогда и никому не рассказывать обо мне и Васаите. О том, что видела нас на постоялом дворе и о том, что застала нас…

— Да пожалуйста! — фыркнула девушка. — Я и не собиралась. Зря только бегали здесь как…

Она замолчала, снова вспомнив ощипанного петуха. Я реально начинал звереть.

Чуть вслух не назвала преподавателя общипанным петухом. Резко замолчав, подняла на него взор. Мужчина, словно и без слов понял мои мысли — уставился, будто взглядом убить хотел. Ну и пусть! Мне-то что?! Это не я, а он себя неподобающе вел в стенах академии, да и не только. Мне это, кстати, только на руку будет.

Преподаватель начал что-то говорить, а вот я никак не могла сконцентрироваться на его словах. Что-то не давало мне покоя, а точнее какая-то возня у меня под плащом. Кожа начала зудеть, будто по ней ползали тараканы. Эта навязчивая мысль не давала сосредоточиться.

— Чего молчишь?! — недовольный голос преподавателя ворвался в моё сознание. — Тебе надо повторять за мной.

— Не могу… — растерянно пробормотала я, завозившись. Ощущения становились все более реальными. Торопливо начала расстегивать ворот плаща, чтобы скинуть его. — Там кто-то есть, — едва ли не пропищала я.

— Адептка Илвурст! Если ты думаешь, что так сможешь…

— Ой-ей! — скинула с себя верхнюю одежду и, схватившись за плечи стоящего мужчины, резко забежала за его спину. — Посмотрите вы кто там, — указала на валяющийся на земле плащ.

— Илвурст! Прекрати этот цирк! — резко пресек он мои писки. — Подобные шутки со мной не пройдут.

— Не шучу я! — ещё крепче вцепилась в плечи мужчины пальцами. В ворохе одежды что-то завозилась, а сама она зашевелилась. — Вот видите!

Мужчина тяжело вздохнул, словно на него давила вся тяжесть этого мира. Осмотревшись, он нашёл неподалеку небольшую ветку и, взяв ее, потянулся к плащу. Но, стоило ему коснуться одежды, как из-под неё донеслось предупреждающее «Ф-с-с-с…». И почему-то этот звук показался мне до боли знакомым.

Преподаватель попытался откинуть плащ в сторону, когда прямо на него, будто выстрелившая пружина, прыгнул никто иной, как Шоршик.

— Ф-с-с-с… — пролетел он над мужчиной, упав мне прямо в руки.

— Осторожно! — успел закричать преподаватель, резко развернувшись ко мне и потянувшись веткой.

— Не трогайте его!

— С ума совсем сошла?! Это гремучая змея! Откуда она вообще здесь взялась.

— Это Шоршик!

— Что? Так это твоя?

— Ну… — я хотела было сказать правду, но решила не вдаваться в подробности. — Да, это мой питомец.

— Тогда что ты тут устроила? — взвился мужчина пуще прежнего. — Кто тебе вообще позволил своих питомцев в академию приносить? Неужели ты перед заселением не ознакомилась с внутренними правилами?

— Я читала… — попыталась оправдаться я.

— Плохо значит читала! На территории Академии элементалей все питомцы и фамильяры должны содержаться исключительно в фамильяриуме.

— Знаю я! Но вы сами отправили меня первым делом зарегистрироваться в канцелярии. Не могла же я разорваться.

Мужчина насупился, по его глазам явно читалось то, что он хотел со мной сделать и, это уж точно не было чем-то хорошим. А вот что злится-то? Что злится? Я-то причем? Странный он вообще какой-то. От таких лучше подальше держаться.

— Значит так, — заключил он, стараясь справиться с плещущейся внутри яростью, — живо сдать животинку в фамильяриум, а сама, не мешкая, заселяться в общежитие. Жить будешь там, — ткнул он пальцем на одно из зданий в стороне. — А по поводу нашего разговора: жду тебя здесь через час! И только попробуй не прийти!

— Эм… — протянула я.

— Чего ещё? — рявкнул преподаватель.

— Я по поводу общежития… Мне ведь можно какую-нибудь комнатку получше?

— Чего?! Илвурст, тебе не кажется, что ты забываешься?

— Ничуть, — расплылась я в самодовольной улыбке. А что? Имею право! Он же хочет, чтобы я помалкивала. — Всем должно быть комфортно. Не так ли? И вам… и мне… и даме из попечительского совета. — Кажется, я слышала хруст зубов преподавателя. Было заметно, что он сдерживал себя из последних сил. Но и я отступать не собиралась. — Так что скажите?

— И-д-и о-т-с-ю-д-а! — буквально по буквам процедил преподаватель.

— Это значит «да»?

— Р-р-р-р-р…

Ну все, довела мужика. Я уже хотела дать деру, когда послышался голос все той же дамочки.

— Профессор Морфайн, вот вы где. А я вас везде обыскалась.

Я лишь довольно улыбнулась, подмигнув преподу, при этом подумав: «А не договоришься, я ректору нажалуюсь! Будешь потом знать, петух общипанный!»

— Хорошо, я договорюсь с комендантом общежития, — процедил он сквозь зубы.

— Рада, что мы поняли друг друга, — вновь улыбнулась я и, подняв с земли свой плащ, направилась прочь под испепеляющий взгляд не только преподавателя, но и его пассии.

Ещё долго я ощущала на себе тяжелые взгляды этой парочки, пока наконец-то не скрылась из их вида. Лишь сейчас я вспомнила о том, что забыла в канцелярии свои вещи. А все почему? Потому что кто-то чересчур наглый! И вот как мне теперь учиться под присмотром этого профессора?!

Попыталась припомнить его фамилию. Вроде бы Морфайн. Фу! И звучит она очень противно. И как можно с такой фамилией преподавать? Даже скривилась от её звучания. Я бы с такой и дня не протянула.

— Ребекка Морфайн — жуть! — пробормотала я еле слышно и тут же рассмеялась.

— Ну хоть кому-то тут весело, — послышалось у меня за спиной, когда я практически вошла в главный корпус. — Сразу видно, что новенькая.

Я обернулась и увидела девушку с короткими всклокоченными волосами. Длинные ушки выдавали в ней эльфийку. Прежде мне не представлялось возможности видеть таковых воочию. Однако, девушка разбила в пух и прах все мои прежние представления об их расе — она скорее казалась неформалом и бунтаркой, чем милой лесной нимфой.

— Чего уставилась на меня, как на диковинную зверушку? — возмутилась она, явно будучи недовольной моёму столько пристальному взгляду.

— Прости, я не специально, просто…

— Да ладно, — махнула рукой эльфийка, — мне не привыкать. На нас, эльфов, частенько пялятся. А ты чего, заблудилась что ли?

— Нет, просто вещи свои иду забрать.

— На радостях позабыла? Ах-ха-ха! — залилась девушка звонким смехом.

— Да нет, были свои обстоятельства, — не стала я вдаваться в подробности.

— Видела я твои обстоятельства. Не понимаю, с чего вдруг у профессора Морфайна к тебе такой интерес? Он у нас всегда отстраненный, с адептами дистанцию держит, с преподавателями дружбы не водит, а тут простая абитуриентка…

— Не знаю, может он того… головой сильно приложился? — решила обернуть я все в шутку.

— Ты бы так не шутила. У Морфайна слух острый, недаром что дракон. С ними вообще шутки плохи, да и злопамятные они.

— Кто? Дракон?

— А ты не знала? ах-ха-ха! Ну ты, малая, даешь! Вот попала так попала. Надеюсь, ты ему лишнего ничего не ляпнула?

— Не факт… — растерянно пробормотала я, только сейчас осознав, с кем взялась тягаться.

— Да ладно тебе, не переживай так. Может, профессор и не воспринял все всерьёз? Тебя хоть как зовут?

— Р… — едва ли не проговорилась я после потрясения, но быстро исправилась: — Эсмина Илвурст.

— Очень приятно, Эсмина. Я Аннабет Гертрудс, третий курс огневиков.

— О! — обрадовалась я. — А я тоже огневик, хотя с удовольствием перевелась бы на водный.

— Зачем? Огненный факультет самый лучший во всей Академии элементалей! — гордо заявила эльфийка. — Ты себе даже не представляешь, сколько здесь всего интересного.

— Увы, я ещё не успела ничего увидеть, но много слышала.

— Слышать — это одно, а вот самой стать частью — другое. Если хочешь, я могу тебе здесь все показать.

— Было бы здорово, — улыбнулась я своей новой знакомой.

— Ты уже заселилась?

— Пока нет.

— Тогда бери свои вещи и идём, — предложила Аннабет. — Можно даже попросить, чтобы тебя ко мне в комнату поселили. Моя соседка по комнате как раз выпустилась в этом году, и место пока пустует. Комната хорошая, светлая, уютная. Думаю, тебе понравится.

Я не стала отказываться. Быстро забрав чемоданы, последовала за Гертрудс к общежитию. Когда мы уже практически дошли, из кармана моего плаща решил выглянуть и Шоршик.

— Ой… Какая прелесть, — заметила его Аннабет. — Это твой?

— Ну теперь, думаю, что да…

— Эх… Жаль его в комнате держать нельзя.

— Я его не отдам!

— Если заметят, проблемы будут, — предостерегла эльфийка.

— Ну и пусть! Я Шоршика ни в какой фамильяриум не отдам.

Змейка, словно чувствуя мою поддержку, крепко обвила руку, которую я тут же поспешила спрятать в карман, чтобы более никто не увидел моего неожиданного питомца.

— Ладно, что-нибудь придумаем мы с твоим Шоршиком. А для начала спрячем его в какой-нибудь коробке в комнате.

В общежитии мне понравилось. Я, если честно, ожидала более скромных условий.

— А здесь уютно, — отметила я, когда мы поднимались по лестнице на третий этаж.

— Я тебе говорила, что огневики — лучшие в Академии. И условия у нас тоже лучшие, — улыбнулась Аннабет. — Входи, — открыла она передо мной дверь комнаты. — Твоя кровать там, — указала она на ту, что стояла у стены, — а у окна моя.

Нервное напряжение постепенно сходило на нет, оставляя после себя лёгкую усталость. Как могла, я успокоила себя, убедив, что профессор всё же не станет чинить мне какие-либо козни, да и я не настолько глупа, чтобы и впрямь болтать лишнего.

День постепенно клонился к своему завершению, а грядущий сулил новые знакомства и впечатления. Вот только я до сих пор не знала, как буду выкручиваться со своей магией. У меня и водная стихия развита, я бы не сказала, что хорошо, а тут огонь… Отродясь не наблюдала за собой подобных способностей.

Я сидела на кровати и пыталась как-то пробудить в себе хоть какие-то задатки огненной стихии — тщетно. Какой из меня огневик? Видимо, всё-таки зря я все затеяла. Такими темпами меня уже после первого семестра отчислят за неуспеваемость.

Даже не заметила, когда осталась в комнате одна. И когда Аннабет уйти успела? В рукаве кофты что-то зашевелилось. Я и позабыть успела о том, что под одеждой скрывается Шоршик. Странное конечно дело, но я его совершенно не боялась, наоборот, рядом с этой змейкой я ощущала себя спокойно и умиротворенно.

— Ладно, вылезай уже пока никого нет, — обратилась я к своему новому питомцу, словно он мог меня понять.

Однако, видимо, понял. Возня в рукаве усилилась, раздался тихий и уже ставший привычным шорох его хвоста, а вскоре у самого запястья высунулась синеватая мордочка змеи и длинным и тонким языком.

— Ф-с-с-с…

— Не бойся, выползай. Прости, но я пока не знаю, чем тебя кормить. Знаешь ли, я не рассчитывала на твое появление здесь. Да и не знаю даже, чем ты питаешься. Но, обещаю, постараюсь что-нибудь раздобыть.

Шоршик проскользил по моей ладони, а затем медленно свесился с неё на кровать. Свернувшись клубком, он устроился рядом со мной и, положив голову на кольца своего тела, стал внимательно следить за мной. Я же продолжила свои мучительные попытки призвать магию огня.

— Да что такое! — возмутилась я, в очередной раз потерпев неудачу. — Я уже все испробовала!

— Ф-с-с-с… — Шоршик поднял на половину своё тело и завис рядом с моей рукой. — Ф-с-с-с… — прошипел ещё более недовольно и затряс своей «погремушкой».

— Да не ругайся ты! Поняла я, поняла, больше не буду так сильно возмущаться. Только вот и делать что я тоже не знаю, — вздохнула устало и ощутила, как змея поднялась ещё выше и начала заползать на мою руку. — Замерз? Ну забирайся, погрей.

Но моё предложение явно не заинтересовала питомца. Он обвил мою руку от локтя до ладони и устроил голову на кончиках пальцев, щекоча их языком.

Под его холодным и слегка скользким телом кожа начала буквально гореть. Жар казалось наполнял каждую клеточку моей руки, воспламеняя её изнутри. Это вызывало тревогу.

— Шоршик, не пугай меня так…

В кончиках пальцев нарастал зуд, переходя в подобие агонии. Апогеем всего стали неожиданно посыпавшиеся с моих пальцев искры. Они падали на кровать.

— Ой-ей…. Шоршик!

Испуганно начала хлопать ладонями по покрывалу, стараясь потушить «веселых огненных светлячков», но делала только хуже.

— Эсмина! — послышалось у двери, тут же ко мне подбежала Аннабет и, схватив с тумбы графин с водой, вылила его на постель. — Совсем с ума сошла? Если коменда узнает, что ты испортила имущество общежития, она тебя выселит. А если это дойдет до ректора Нортона, то и вовсе отчислить могут. В академии нельзя использовать магию без присмотра кураторов и преподавателей.

— Я не специально… Я… Я… — растерянно бормотала я в ответ.

— Ну чего встала? Быстрее открывай окно. Надо проветрить комнату.

Шоршик, испугавшись то ли появления девушки, то ли воцарившегося в комнате хаоса, предусмотрительно вновь скрылся в рукаве моей кофты, и не думая вылезать. Я и сама была готова спрятаться куда-нибудь…

Как же меня бесит вся эта ситуация! Нет, я вполне мог всё исправить, магически закрепив данную девчонкой клятву. Никуда бы не делась эта вездесущая Эсмина Илвурст, поартачилась немного и приняла правильное решение. Ни один разумный первокурсник не станет ссориться с преподавателем академии, особенно с тем, кто проводит занятия и принимает экзамены.

Мы уже почти договорились, как всё пошло наперекосяк. Сначала эта змея! Имеется в виду реальное животное. А потом ещё одна Змея — уже моя разлюбезная и неугомонная Васаита. Угораздило же её найти меня в такой неподходящий момент! И ведь ревновать вздумала! Мало того, что из-за неё у меня возникли неприятности с адепткой, так ещё и уладить их не даёт.

По-хорошему, нужно было поскорее отвязаться от преследования и продолжить разговор с Эсминой, однако… Рыжая и очень горячая любовница была прекрасна в своей ревности! Как сверкали её глаза! Как поднималась в глубоком дыхании пышная грудь! Да ни один нормальный дракон не устоял бы в такой ситуации. Разумеется, я согласился в самоё ближайшее время доказать ей свою любовь. Договорились встретиться через два часа в нашем излюбленном уголке на окраине города. Госпожа Етлес победоносно прошествовала к выходу с территории академии, я же поспешил выяснить, как устроились вновь прибывшие адепты, ведь моих кратких кураторских обязанностей никто не отменял.

Общежитие огненного факультета, как и прочие, поделено на две части: справа проживают девушки, слева юноши. Светлые комнаты на двоих с добротной обстановкой и всем необходимым для гигиены. Порядок поддерживают сами адепты, им разрешено для этих целей пользоваться бытовой магией. Впрочем, запрет на содержание животных и отсутствие необходимости готовить пищу в комнатах позволяет наводить чистоту без лишних усилий.

Питаются адепты в столовой, где готовят вполне сносно, а ещё есть буфет, там можно приобрести что-то дополнительно, если молодой измученный учёбой организм в этом нуждается.

Студенты обязаны проживать только на территории академии. Они могут выходить в город вне учебного времени, но обязаны возвращаться не позднее десяти часов вечера. За опоздание выносится выговор, а после трёх выговоров возможно исключение. За соблюдением распорядка строго следят вахтёры, и пусть они не обладают магией, зато очень крепко держатся за своё место и не позволят нарушителям оставаться без наказания.

Всё это и многое другое мне пришлось объяснять заселившимся в общежитие первокурсникам, среди которых к моёму неудовольствию не обнаружилось миленькой блондинки с вздорным характером.

Переговорив с комендантом, выяснил, что адептка Илвурст прекрасно заселилась сама и уже отправилась гулять по академии, чтобы быстрее освоиться. Какова? Просто комета, а не девчонка! Нужно бы уточнить, нет ли у неё в роду драконов.

Увидеть в этот день неуловимую адептку всё-таки довелось. Посчитав обязательства перед ректором и куратором факультета выполненными, я собирался покинуть академию, предвкушая встречу с любовницей, обещавшей мне доставить сегодня просто космические удовольствия. Заинтриговала! Стало очень любопытно, что Васаита подразумевает под этим высокопарным термином. Я заскочил в общежитие преподавателей, привёл себя в порядок и в прекрасном расположении духа вышёл из здания.

Собираясь повернуть за угол, услышал звонкий девичий смех со стороны фамильяриума. Что заставило меня затаиться? Повёл себя как мальчишка! Скрытно наблюдал за двумя адептками, узнав и новенькую Эсмину и вторую — третьекурсницу огненного факультета Аннабет Гертрудс. Вот, значит, кто взялся знакомить Эсмину с правилами проживания в академии! Девушки беседовали мило и доверительно. Меня же раздражала навязчивая мысль: уже пора беспокоиться за свою репутацию?

Крадучись, я пошёл за подругами. Напряг свой нечеловеческий чуткий слух… Моё имя, к счастью, не упоминалось, о проверяющей из попечительского совета тоже речь не заходила. Я мог вздохнуть с облегчением. Девушки прошли прямо, направляясь к библиотеке, я же свернул в сторону КПП.

Казалось бы, нужно забыть о неприятностях и настроиться на чудесный вечер с моей рыжей обольстительницей, но увы… Мысли продолжали водить хоровод вокруг белокурой сумасбродной головки, которая, кажется, вообще не тревожилась на мой счёт. Подумаешь, преподаватель! Подумаешь, дракон! Да что он сделает бесстрашной девчонке!

Ох уж эта Эсмина Илвурст! Чует моё драконье сердце, заставит она меня поволноваться!

Такого ещё со мной не случалось! Ясно, что снятая Васаитой комната, освещённая десятком тонких свечей и заполненная дивным ароматом благовоний, навеяла романтичное настроение и расслабила. Ласки огненно-волосой красотки заставили меня окончательно забыться. Но чтобы назвать любовницу именем другой, посторонней мне девушки! Такое и в кошмарном сне привидеться не могло!

Даже не заметил! Раза три на пике страсти повторил «Эсмина», при том, что рядом возлежала Васаита. Очнулся только почувствовав, как острые зубки любовницы впились мне в плечо. Боль немного отрезвила:

— Васа! Ты чего это вздумала кусаться? — спросил я, отстраняясь. — А если я начну оставлять на твоём белом теле следы?

— Всё-таки Васа, — сердито надула губки моя Лисичка. — Вспомнил, как меня зовут.

— Я никогда не забывал! Как можно?

— А почему, в таком случае, ты несколько раз так вкрадчиво и с огромным чувством шептал: «Эсмина»?

— О-о-о! — я откинулся на подушку и уставился в затянутый паутиной потолок. — Пойми, Рыжик. Это случилось из-за того ужасного впечатления, что произвела на меня встреча с несуразной адепткой.

— Да неужели? Чем конкретно, интересно знать, зацепила тебя эта бледная моль?

Хотелось оспорить нелицеприятное сравнение, Эсмина Илвурст была очень миленькой, симпатичной девушкой с очевидным темпераментом и ещё более очевидным характером. Меня такие особы всегда привлекали. Однако излишне раздражать любовницу, добавляя поводы для ревности, я не стал. Постарался объяснять холодным, сдержанным тоном:

— Моя репутация под угрозой, как ты не понимаешь, Васа? Если девчонка развяжет язык…

— Она что, совсем без мозгов? Никто из адептов не станет распускать слухи о преподавателях академии, во всяком случае, пока не получит диплом.

— А вот напрасно ты так уверена! — возразил я. — Совсем недавно весь курс водного гудел, подозревая, что адептка по имени Кристиана Эйер состоит в любовной связи с деканом факультета. А он между-прочим, женат на очень знатной особе. Так что, дорогая Васаита, ни преподаватели, ни учащиеся, не стеснялись муссировать этот слух почти полгода.

— Да-да, я что-то такое припоминаю, ведь несчастная рогоносица тоже состоит в попечительском совете академии.

— Трепать нервы всем троим перестали только после того, как выяснилось, что девушка не любовница, а дочь этого достойного мужчины.

— Давай, не будем говорить о достоинстве, — игриво поводила пальчиком по моей груди Васаита. — Все мужчины одинаковы. Только дуры хранят верность своим мужьям.

— И всё же, я предпочитаю не позволять слухам расползаться и трепать моё имя.

— Так не позволяй.

— Напрасно ты помешала мне там, девчонка дала бы…

— Что? — Резко села и молниеносно ударила меня по щеке любовница. — Там? В кустах? Ты собирался таким образом наказать девчонку?

— Тьфу! Васа! — Я тоже сел, прижимая ладонь к горящей щеке. — Чем забита твоя голова? Я всего лишь хотел взять с адептки магическую клятву! Чтобы она молчала о нас.

Плутовка расплылась в приторной улыбке, прижалась ко мне упругой грудью и, сложив губы уточкой, заворковала:

— Огонёчек мой светлый, прости поглупевшую от страсти, влюблённую женщину. Я не хочу тебя ни с кем делить.

Меня эти ласки не вдохновили, в сердце ещё не улеглось раздражение от того, что любовница посмела распускать руки. В конце концов, я супружеских клятв не давал! Мы сошлись по взаимному согласию, но расстаться можем в любой момент, достаточно желания одного из партнёров. Васаита настаивала на продолжении вечера, я же отстранился, вынырнул из её объятий и вопреки традиции стал одеваться первым.

— Пропало настроение, — ответил на немой вопрос в глазах рыжей бестии. — Хочу прогуляться.

Васаита села, не прикрываясь одеялом и будто нарочно выставляя свои прелести напоказ, и хмуро заметила:

— Зря ты не позволил ей перейти на водный факультет.

— Это только бы усугубило проблему.

— Что ж, — злорадно улыбнулась любовница, — я знаю, как тебе помочь. Надавлю на кое-какие рычаги, девицу выкинут из академии, пока она не успела открыть рот.

Я замер, так и не заправив часть рубахи в штаны:

— Нет! Я запрещаю тебе!

— Запрещаешь? — удивлённо изогнула безжалостно выщипанную бровь женщина. — По какой такой причине?

Поняв, что выразился слишком резко, я постарался поправить ситуацию:

— Тебе нельзя показывать заинтересованность в отчислении этой адептки.

— Почему? Основания есть. Она сама говорила, что ошиблась, выбирая факультет. Пусть в следующем году поступает на водный, а я и тогда приму меры, чтобы баллы, набранные Эсминой Илвурст оказались недостаточными.

Я угрюмо одевался, подбирая нужные слова. Наконец, присел на край кровати, нежно — насколько мог в тот момент — обнял, Васаиту, поцеловал её в висок и прошептал на ушко:

— Не волнуйся, любовь моя. На первом же занятии, я с пристрастием проверю владение огненной магией у всех первокурсников. Илвурст провалит испытание, и я совершенно спокойно подам её на отчисление, как утратившую способности.

— Как скажешь, любимый! — низким, чуть охрипшим голосом сказала Васаита, подставляя губы для поцелуя: — Ты, в самом деле, хочешь уйти?

Формально чмокнув её, без всякого чувства, я встал и направился к дверям. Не представляю, поверила любовница тому, что не могу откладывать срочные дела, или нет. Но меня, действительно, тянуло на воздух!

После свидания с любовницей меня раздирали противоречия. С одной стороны, я признавал правоту Васаиты — отчислить неудобную адептку самоё простое решение свалившихся на мою голову проблем. Если же посмотреть под другим углом, такие действия выглядели жестокими по отношению к Илвурст. Разве девочка виновата, что стала случайной свидетельницей тщательно скрываемой нами любовной связи? Просто оказалась в неудачное время в неудачном месте. Разрушать её судьбу по прихоти двух влиятельных в академии людей казалось подлостью.

Каждый, принимая решение развивать магические способности, надеется построить карьеру, стать обеспеченным человеком. Одарённых жителей немного, приблизительно треть от общего населения страны, при этом, без обучения способности остаются в зачаточном состоянии на уровне десяти-пятнадцати процентов, их невозможно использовать профессионально. При опытном руководстве маги развивают дар до значительного уровня и, уже в зависимости от достижений могут поступить на службу в частные конторы, в государственные учреждения, что более престижно, и даже устроиться при дворе.

Вряд ли Эсмина Илвурст попадёт в столицу, судя по итоговым оценкам, она не слишком усердна, однако провинциальные госучреждения вполне могут принять её на работу и положить очень достойное жалование. Разумеется, после окончания академии. Лишать девушку перспективы лишь потому, что это кажется выгодным лично мне, как-то некрасиво.

И что делать? Как поступить, подстраховаться или рискнуть? Мой мозг разрывался от неспособности принять решение.

Я рассчитывал, что прогулка приведёт мятущиеся чувства в равновесие. Выйдя чёрным ходом из гостиницы, по улице Междумирья направился к Храму Семи Богов. Не то чтобы собирался зайти под его высокие своды, ноги сами несли. К сожалению, деликатная ситуация, в которой я оказался, не позволяла просить совета у верховного жреца. Хайрус слыл человеком, которому можно доверять, многие обращались к нему за поддержкой в трудные моменты. Мне самому доводилось беседовать с этим высоким измождённым телесными ограничениями аскетом, в его голосе всегда звучала нежность и теплота, а слова были наполнены мудростью и надеждой.

Остановившись неподалёку от входа в храм, я вообразил доброе лицо Хайруса, испещрённое глубокими морщинами. Глаза старца, горевшие мудростью и смирением, отражавшие связь с божественным. Седую бороду. Длинные белые одеяния и медальон с символом Семи Богов — свидетельство приверженности. У меня возникло забытое детское чувство, что кто-то мудрый и надёжный без усилий отведёт беду, подскажет, как нужно поступить.

Спохватился почти сразу: что это со мной? Наверное, величественный вид храмового здания произвёл на меня настолько глубокое впечатление, что я поддался слабости. Резко развернувшись, пошагал прочь, свернул на улицу Фамильяров и направился к пристани.

Это было ошибкой. Только-только отделался от мыслей о сумасбродной адептке, а увидев реку, вспомнил про то, как она стремилась на водный факультет. Почему на водный. Владение несколькими стихиями встречалось довольно часто. Именно поэтому в академии на каждом факультете в расписание вносили ознакомительный курс по каждой стихии.

Будет обидно, если профессорша Эни Дилар — настоящая легенда в мире магии воды — выявит у адептки огненного факультета дар к этой стихии. Синеглазая пухленькая женщина преклонных лет с улыбкой, которая покоряла сердца студентов могла увлечь путешествиями в мир водной магии даже тех, у кого этот дар не проявился до этой минуты. Слова Эни Дилар, бесценные как капли росы на листьях, впитывали с жаждой усталых путников. А уж если Эсмина почувствовала в себе тягу к воде, практические упражнения с водяным фонтаном, который волшебница создаёт прямо в аудитории, совершенно очаруют девушку. Я прямо-таки почувствовал, как Эсмина будет наслаждаться ощущением струй, окутывающих тело и омывающих его бесконечным потоком свежего воздуха и энергии.

Мне кажется, или я свихнулся?

Дракон брал вверх! Я отчётливо понимал, что не хочу отпускать адептку Илвурст на водный факультет и, тем более, добиваться её отчисления. Такое бывает с представителями нашей расы. Увидишь драгоценность, не принадлежащую тебе, и не успокоишься, пока она не окажется в родовой сокровищнице.

Нужно срочно брать себя в руки! Я сделал несколько глубоких вдохов и протяжных выдохов, глядя на холмы за Ведьминой чащей на противоположном берегу, почувствовал прилив бодрости и быстрым шагом пошёл по берегу реки, направляясь в академию. Завтра будет новый день, тогда и приму решение, что делать — подстраивать отчисление неугодной адептки, или всё-таки настоять на магическом договоре. А сейчас нужно как следует выспаться!

Задачу выспаться я выполнил с честью. Утром почувствовал прилив сил и готовность вершить великие дела. По удивительному совпадению лекция по магии огня у первокурсников стояла первой парой.

Ранние подъёмы не были для меня сложностью. Я тщательно привёл в порядок свой внешний вид, критически осмотрел себя в зеркало и покинул преподавательское общежитие. Времени до начала занятий оставалось достаточно. Я заглянул в столовую, где ещё было немноголюдно, выбрал омлет с беконом и овощами, вкусно поел, выпил чаю с бергамотом и отправился в учебный корпус.

Утренняя свежесть, чисто выметенные дорожки, солнечные блики в окнах — всё это настроило меня на благодушный лад. Я принял решение отказаться от проверки магических сил поступивших на мой курс студентов. Этим занимались на вступительных экзаменах, и до сих пор не случалось такого, чтобы в академию приняли недостаточно одарённого абитуриента. А если очаровательная Илвурст почему-то засомневалась в себе, я смогу помочь, поработаю с ней дополнительно. Заодно обсудим клятву, которую я всё-таки хотел услышать и закрепить. И никто не помешает убедить Эсмину в необходимости этого!

Итак, вот он — четвёртый корпус! По ещё не заполненным студентами коридорам я шагал легко и почти весело. Меня радовало принятое решение. Проведу лекцию как обычно. Хотя, обычно я начинал со знакомства, просил адептов представиться и немного рассказать о себе. Сегодня этого не требовалось. Благодаря поручению ректора, я успел узнать весь курс. А с некоторыми даже повздорить!

Значит, будем говорить о правилах безопасности. Не секрет, что неумелые маги вполне способны навредить и себе, и другим, и собственному дому, и даже городскому кварталу. Прежде всего, мне, как преподавателю, следовало внушить слушателям простую мысль: прежде чем колдовать, необходимо подготовить нейтрализующее заклинание. Мы должны ответственно подходить к своему дару и всегда представлять, чем может обернуться то или иное деяние.

Зайдя в аудиторию пятьсот четыре, я увидел троих парней и двух девушек — ранние пташки, как и я. Мы поздоровались, я похвалил адептов за дисциплинированность. До начала занятий оставалось немного времени. Я встал около окна, наблюдая за дорожкой, ведущей к корпусу. Вереница молодых людей и девушек тянулась по ней сначала неторопливо, потом всё быстрее и быстрее, вот некоторые перешли на бег. Илвурст так и не увидел!

Прозвучал сигнал к началу первой пары. Я резко повернулся к притихшим адептам и обвёл присутствующих внимательным взглядом. Быть может, я не заметил спешащую по аллее блондинку, и она уже здесь?

Увы, Эсмина Илвурст не посчитала нужным явиться на мою лекцию.

А я-то беспокоюсь о карьере этой лентяйки!

Несмотря на первое впечатление, что навеял на меня профессор Морфайн, в остальном Академия элементалей мне очень понравилась. Аннабет все мне показала, рассказала о традициях, которые здесь чтят, о преподавателях, о некоторых студентах. Она даже успела познакомить меня с несколькими своими подругами. Я и сама не заметила, как прошёл мой первый день здесь.

Но вот утро не сулило ничего хорошего, а все потому, что я умудрилась проспать в первый же день учебы. В отличии от меня, Гертрудс предстоящее опоздание не лекцию нисколько не тревожило.

— Да что ты так волнуешься? Мало кто из преподавателей приходит со звонком. Они обычно задерживаются минут на пять, вот ты как раз и успеешь. Что у тебя за первая лекция?

— Не знаю, — пробубнила я, на ходу натягивая на себя форму. — Нам вчера ничего не сказали, только распорядились явиться к первой паре в четвертый корпус аудитория пятьсот четыре.

— Эм-м-м… — протянула Аннабет как-то невнятно.

Я настороженно замерла.

— Что не так?

— Даже не знаю, как тебе сказать… — замялась девушка. — Видишь ли…

— Нет… Нет! — уже и сама начала я догадываться к чему она клонит.

— Да, пятьсот четвертая аудитория как раз-таки кабинет магии огня, а преподается там…

— Дэрен Морфайн, — закончила я за Гертрудс. — Ну вот почему мне так везет?! Каких богов я так прогневила?

— И да, тебе лучше поторопиться. Морфайн жуткий педант, он опозданий не терпит. Один из немногих преподав, кто ещё до начала лекции уже торчит в аудитории.

— Ну спасибо! Утешила так утешила, — прокричала я, схватив свои тетради и вылетая из комнаты.

В коридорах общежития уже не было видно адептов, оно и понятно, минута до начала лекции. Вахтер у входа — старый гном с седой плешивой бороденкой — проводил меня осуждающим взглядом, но мне до этого не было никакого дела. Едва ли не спотыкаясь на каждом шагу, я сломя голову бежала в четвертый корпус.

Даже не отдышавшись, без стука я влетела в двери аудитории, на которой значился номер пятьсот четыре.

— Простите… Я могу войти?

На меня воззрились три десятка адепток. Кто-то смотрел с осуждением. кто-то с пониманием, а кто-то и вовсе с сочувствием. Однако, один взгляд был готов испепелить меня на месте — Дэрен Морфайн.

— Мисс Илвурст, — рявкнул он на всю аудиторию, отчего все тут же уткнулись в свои тетради и затихли, — вас не учили, что нельзя так вламываться? Выйдите и постучите для начала!

— Но…

— Выйдите! — более требовательно повторил профессор.

С трудом сдержала нелестное высказывание, которое так и вертелось на языке, но вот «про себя» от души одарила его парочкой-другой хлестких эпитетов. Мне на мгновение даже показалось, что я забылась и проговорила все это вслух, так как брови мужчины сначала взмыли удивленно вверх, а затем сошлись к переносице, нахмурившись ещё больше.

Решив его более не провоцировать, я всё же вышла и легонько постучала. Тишина… Постучала громче и открыла дверь, вновь входя в аудиторию.

— Простите за опоздание. Я могу занять своё место?

— Интересно, что же такого важного стряслось, что вы позволили себя опоздать в первый же день и на первую лекцию?

— Я… — замялась с ответом.

— Хватит мямлить! Даже слышать не желаю ваши жалкие оправдания. Займите свободное место.

— И так, адепты, как я уже сказал, начнем мы с того, что выясним на что вы способны. То, что вы прошли отбор, ещё ничего не значит. Если ваших магических сил окажется не достаточно, то мы быстро с вами распрощаемся, — произнес преподаватель, победно глядя на меня.

И этот взгляд обещал многое, но, судя по всему, ничего хорошего. Тем более, что я даже не представляла, что меня ждет. Увы, кроме самых элементарных манипуляций с огнем, я больше ничего не умела, так как это была абсолютно не моя стихия. И что теперь делать?

Тем временем Морфайн продолжил объяснять то, что мы должны были сделать, а я все больше и больше убеждалась, что меня ждет полный провал.

Я осмотрелась. Все адепты в аудитории сидели сосредоточенно на своих местах, старательно создавая нейтрализующие заклинания. Вот только я даже не знала с чего начать. Как я могу создать противодействие магии, если я и простого огонька разжечь не могу?

Профессор все так же сидел за своим столом, оглядывая присутствующих внимательным взглядом. Вот же петух общипанный, наверное, специально устроил это, чтобы надо мной поиздеваться. Сидит, сверкает своими глазищами.

Эх… Если бы я только достаточно хорошо владела магией огня… В голове тут же всплыл образ Морфайна, шевелюра которого полыхает игривыми языками пламени. От такого мысленного зрелища я даже невольно хихикнула.

— Мисс Илвурст, я полагаю, что вы уже справились с моим заданием, раз позволяете себе веселиться? — уставился на меня профессор. — Раз так, то прошу вас, — указал он на пространство рядом со своим столом. — Выходите и продемонстрируйте нам действие вашего нейтрализующего заклинания.

— А можно чуть позже? — спросила я в надежде на то, что потом Морфайн про меня просто-напросто забудет.

— Нет, Илвурст. Выходите прямо сейчас или получите неуд в первый же день! — пригрозил он.

Можно подумать, что, выйдя, я получу что-то другое. Нехотя поднялась со своего места и пошла к преподавательскому столу. По пути ощутила шевеления в рукаве. «Нет, Шоршик, только не вылезай! — мысленно попросила я змея, словно он мог меня понять. Шевеление продолжилось, питомец упорно полз по руке в сторону ладони, но, добравшись до запястья, он плотно обвил руку и замер.

По телу вновь пробежала волна тепла, и в этот момент меня закололо сотнями маленьких «иголочек». Я почувствовала, как на кончиках пальцев появился зуд, напоминающий тот, что я испытала вчера в комнате, когда чуть не сожгла матрац. Воспоминание об этом инциденте внезапно вернулось ко мне с новой силой.

— Вы должны будете потушить с помощью заклинания созданное мною пламя. Сделать это надо быстро. Все ясно? — произнес мужчина, когда я остановилась рядом с ним, пытаясь осознать, что происходит.

Я едва успела осмыслить его слова, как в руках профессора вспыхнуло алое пламя. Кто бы мог подумать, что он решит направить его в мою сторону? Об этом вообще не было сказано, и я, инстинктивно закрывшись руками и зажмурившись, испугалась, что огонь может попасть мне в лицо. В это мгновение я ощутила, как адреналин заполнил мои вены, а сердце забилось быстрее.

— Илвурст! — раздался крик Морфайна, и я открыла глаза, увидев, что все бумаги на его столе полыхают. — Вы что творите?! — орал он, как сумасшедший, его голос звучал так, словно он оказался на грани нервного срыва. — Не пламя выпускать надо было, а моё тушить! — его слова эхом отдались в моём сознании.

Я была в полном шоке.

— Что? Это я сделала? Но как? — не могла я поверить своим ушам, пытаясь осознать, что произошло.

Профессор не ответил, так как был вынужден сосредоточиться на устранении последствий своего же эксперимента.

Он быстро потушил стол, но некоторые бумаги, к сожалению, явно уже не подлежали восстановлению. Я видела, как огонь оставил свои черные следы на страницах, и это вызывало у меня чувство вины.

— После лекции к ректору! — прорычал он, и я почувствовала, как в груди зашевелилось беспокойство. Мысль о встрече с ректором, который славился своей строгостью, наполнила меня страхом. — А сейчас займите своё место и больше не машите руками! — добавил мужчина, и я, смущенная, поспешила уйти, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания.

Опустившись на стул, уткнулась в одну точку, пытаясь переосмыслить то, что сейчас произошло. Никогда прежде у меня не было даже самых малейших предпосылок к владению магией огня. Тогда что это было? Уже второй раз я едва ли не устраиваю пожар.

На руке вновь зашевелился Шоршик, уползая по рукаву обратно во внутренний карман жакета формы. Но не змея же это сделала? На такое способны лишь фамильяры, а он таковым для меня не является. Хотя… Может я что-то упускаю из виду? Надо бы получше узнать о фамильярах.

Первая лекция профессора Морфайна стала для меня настоящим испытанием на выдержку. Усидеть до конца, не совершив больше ни единой глупости, казалось невозможным. Его взгляд, острый и пронизывающий, непрерывно скользил по мне, словно я — ожидаемая мишень для очередной строгой реплики. Каждый мой вздох, каждый непроизвольный шевеление вызывали в его глазах новый всплеск недовольства. Казалось, он готов в любой момент прервать лекцию, чтобы обрушить на меня гневную филиппику. Я чувствовала себя словно под микроскопом, каждый мой жест, каждое выражение лица тщательно анализировалось и оценивалось. И всё это — в первый же день обучения! Наивная, я представляла себе студенческую жизнь совершенно иначе — лёгкой, непринуждённой, наполненной интересными знакомствами и увлекательными лекциями, а не этим непрекращающимся чувством напряжения и ожидания близящегося шторма. Я совершенно не подготовилась к такому давлению.

Теперь же мне предстоит сложная беседа с ректором. Слухи о его строгости распространяются по университету с невероятной скоростью, приправленные историями о его бескомпромиссности. Однако, говорят также, что он справедлив, хотя и требователен к студентам.

Как только по коридорам академии разнесся долгожданный звук, возвещающий о завершение лекции, я не торопясь начала собирать свои вещи со стола.

— Мисс Илвурст, напомню вам о встрече с ректором Нортоном, — произнёс профессор своим безапелляционным голосом, который, казалось, способен довести до дрожи самого стойкого мага.

Я едва заметно скривилась. Напоминание было излишним. Эта встреча висела над моей головой тяжёлым, свинцовым облаком.

— Можно подумать, я забыла, — пробурчала я себе под нос, стараясь, чтобы мои слова не достигли ушей профессора. Он уже покидал аудиторию, погружённый в свои мысли, вероятно, размышляя о сложностях преподавания для таких непоседливых студентов, как я.

Аудитория быстро опустела. Остались лишь несколько забытых перьев, рассыпанный порошок для написания заклинаний и неприятный запах застоявшегося воздуха. Я ещё раз проверила свою сумку, убедившись, что все необходимые магические инструменты — руническая игла, колбочка с фениксовой слезой и запасной пергамент — на месте. Встреча с ректором Нортоном не предвещала ничего хорошего. В любом случае, предстоящий разговор обещал быть долгим и напряженным.

— Эй ты! — неожиданно донеслось у меня из-за спины, заставляя резко обернуться.

— Ты это мне? — уставилась я на одногруппницу, которая в свою очередь смотрела на меня с презрением. — У меня имя вообще-то есть.

— Да?! И какое же? Эсмина? Ах-ха-ха! — разразилась она наигранным смехом. — Не ври! Я знакома с Эсминой, и ты — это уж точно не она! Лгунья!

От её слов я на мгновение растерялась, не зная, что на это ответить. Такого поворота событий я точно не ожидала. Изо всех сил постаралась взять себя в руки.

— Так мало ли ещё девушек с таким именем? — улыбнулась я максимально естественно, но, видимо, удалось мне это очень плохо.

— За дуру меня не держи! Имен одинаковых много, а вот в сочетании с фамилией уж точно таких не найти. Даже если и есть таковые, то шанс встретить их в одной академии стремится к нулю. Хотя это уже не моё дело. Путь в этом руководство академии разбирается. Уж они-то точно узнают правду ты говоришь или же решила чужое место занять.

Девушка победоносно оскалилась и собралась уходить.

— Постой! — окликнула я и догнала ее, схватив за рукав.

— Руку отпусти! — одарила меня ненавидящим взглядом.

— Я просто поговорить хотела. С чего вдруг такой интерес к моей персоне?

— А ты думала, что твоя ложь сойдет тебе с рук? Это одна из лучших академий во всей Эйсинкоре. Здесь не место самозванкам! Я столько сил приложила, чтобы поступить сюда. Поэтому я никому не позволю встать на моём пути! Я и только я буду лучшей на курсе.

— Так вот в чем дело? — понимающе протянула я. — Банальная зависть.

— Было бы чему завидовать! То, что случилось, случайность. Ты просто совершенно не владеешь магией и не умеешь её контролировать. Таких вообще нужно принудительно лишать сил. И я добьюсь этого! Уверена, сегодня же тебя отчислят, — победно заявила она и всё же ушла.

Час от часу не легче… И где я так подпортила себе карму, что боги наказывают меня снова и снова? Мне только этой девицы для счастья не хватало. Теперь-то уж точно все… Отчисление и правда не за горами…

Эсмина Илвурст продолжала удивлять. Как бы я ни стремился избавить от этой неуправляемой адептки Академию элементалей, а себя самого от лишней головной боли, не мог не признать, что этого делать нельзя категорически. Я всё более убеждался, что такой талант нельзя оставлять без руководства. Особенно при таком независимом характере.

Не пройдёт и месяца после того, как благодаря нашим с Васаитой усилиям девчонку отчислят, она натворит таких дел, что власти займутся расследованием. Я ничуть не сомневался, что Илвурст способна или спалить небольшой город, или затопить его. Ради безопасности Элендора и окрестностей эту милую блондинку следовало держать в академии до тех пор, пока она не научится активировать мозги, прежде чем колдовать. А то как бы служители порядка не вышли на профессора Морфайна, который несправедливо обошёлся с молодой магичкой.

Однако я не мог контролировать её вне стен аудитории. Поэтому решил привлечь её соседку. Аннабет Гертрудс к третьему курсу зарекомендовала себя как ответственная и дисциплинированная адептка. Она хорошо знала правила академии, не была замечена в дурных компаниях. Кому как не ей поручить присматривать за интересующей меня девушкой.

Не в том смысле интересующей, в каком это привыкли понимать. Просто я успел разглядеть в Илвурст тягу к необдуманным поступкам, и не хотел, чтобы она покатилась по наклонной. Именно эту тему я собирался обсудить с её подругой, спеша на занятия третьего курса. Надеялся, что Гертрудс придёт раньше, она всегда старалась занять место в аудитории одной из первых. Во всяком случае, когда в расписании стоял мой предмет.

Мне оставался один поворот коридора, когда меня нагнала молоденькая адептка. Она едва не схватилась за рукав моего сюртука, но к счастью, вовремя сообразила, что это неприлично.

— Профессор Морфайн! Профессор Морфайн! Простите, мне нужно сказать вам кое-что!

Я остановился и сердито посмотрел на девицу. Её лицо было мне знакомо. Ах, да! Первокурсница, у которой я уже проводил занятия.

— Быть может, мы поговорим позже? Э-э-э… Ради… Ради…

— Лиэлла Редиест — представилась она. — Я не займу много времени.

— У меня сейчас третьекурсники, не хотелось бы заставлять их ждать.

— Это важно, профессор! — не унималась девушка. — Речь об Эсмине Илвурст. Она лгунья!

Я неловко взмахнул рукой, заставляя адептку замолчать, и осмотрелся, не подслушивает ли кто-нибудь наш разговор. Всё-таки Эсмина распускает слухи обо мне и Васаите! Это катастрофа. Я пропал, если… Взяв себя в руки и уняв разгоравшийся в груди огонь, я наклонился к Лиэлле и спросил шёпотом:

— Кто-нибудь ещё знает, кроме вас?

— Я только вам хотела рассказать, — удивлённо округлила глаза девушка. — А вы уже…

— Тс-с-с… — Я приложил палец к губам. — Скажите, мисс, Илвурст никому кроме вас не рассказывала об этом?

— Конечно, она будет молчать! — фыркнула адептка. — Не в её интересах…

— Вот и я так думаю, — глубокомысленно заметил я. — И не в ваших. Давайте договоримся, пусть то, о чём солгала Эсмина Илвурст, останется между нами. Не стоит распространять эту нелепицу на всю академию.

— Хорошо, профессор, — растерянно хлопая ресничками, пролепетала адептка. — Просто я думала, что это неправильно, когда такая врушка учится в академии.

— Вы совершенно правы, мисс Редиест, я поначалу собирался хлопотать об её отчислении, но решил всё же дать талантливой девушке шанс развить свой дар.

— О-о-о! — восторженно выдохнула Лиэлла. — Это так благородно!

— Значит, всё решено? — настойчиво спросил я. — Вы обещаете молчать.

— Хм… — Засопела девушка, но поймав мой строгий взгляд, кивнула: — Обещаю.

В эту самую минуту мимо нас прошли третьекурсницы, среди которых я заметил Аннабель. Я поспешил попрощаться с адепткой Редиест:

— Рассчитываю на ваше слово, милая Лиэлла! — улыбнулся через силу. — Простите, я должен спешить.

— До свидания, профессор, — растерянно пролепетала девушка.

Я, разумеется, был огорчён, обретя ещё одну особу, прознавшую о моей связи с членом попечительского совета. Пока девица уверена, что это ложь, хоть с этим повезло. Однако нам с Васаитой надо быть предельно осторожными, чтобы не случилось ещё какой-нибудь утечки!

Я пошёл догонять Гертрудс, и не удержался от того, чтобы ругнуться про себя: «Ах, Илвурст, напрасно я тебя пожалел, болтушка!»

Беседа с Лиэллой Редиест оставила очень неприятное впечатление, как будто меня паутиной опутали. Ясно, что ничего не стоит смахнуть липкие нити, но всё равно мерзко. Хуже всего то, что я не смогу относиться к этой адептке так же строго, как к остальным. Всегда в подсознании будет свербеть опасение, что девица от обиды или злости начнёт распускать обо мне слухи. И ещё одно меня тревожило: раз Эсмина поделилась моим секретом с Лиэллой, могла и соседке по общежитию рассказать тот же анекдот!

Нагнав компанию третьекурсниц, я кивнул на разноголосое приветствие и попросил Аннабет задержаться.

— Что случилось, профессор? — насторожилась девушка.

Я предложил ей отойти в сторону. Мы остановились около высокого подоконника, куда адептка тут же водрузила свою сумку с учебниками, пособиями и тетрадями. Я прислонился боком к стене и внимательно посмотрел девушке в глаза. Мне требовалась абсолютная искренность в её ответах. Прекрасно зная, что драконы легко распознают попытки вилять, третьекурсница не станет лукавить.

— Пока ничего не случилось. Однако я предвижу некоторые предпосылки. Скажите, Аннабет, ваша соседка говорила обо мне что-то нелицеприятное?

Девушка так сильно удивилась, что её брови взлетели почти на середину лба. Она активно затрясла головой и, немного собравшись, заговорила:

— Сегодня первый день занятий. Когда бы Эсмина успела составить мнение о преподавателях? После урока я её не видела.

— Положим, она могла видеть меня и раньше. Ничего не говорила?

— Ничего особенного. Утром Илвурст проспала и очень переживала, что опаздывает. Всем известно, как профессор Морфайн высоко ценит дисциплину. А что, собственно, произошло? Почему вы спрашиваете?

Я внимательно прислушался к своим ощущениям. Ничего тревожного. Адептка Гертрудс говорила правду. Напрямую узнавать, не заходила ли речь о моих отношениях с некой дамой, я не решился. Поэтому поспешил перевести разговор на другую тему:

— У меня есть серьёзные опасения на счёт Илвурст. Она не контролирует свою силу. Её обучали какие-то профаны! Даже удивительно, ведь девочка из аристократической семьи, которая могла нанять хорошего мага, а не какого-то самоучку. — Видя, что адептка внимает каждому моёму слову и даже не собирается оспаривать сказанное, я продолжил. — Вы живёте с Илвурст в одной комнате, прошу, присматривайте за ней, не позволяйте шутить с огнём. А то как бы не пришлось вам обеим оплачивать ремонт комнаты или даже этажа.

— Я постараюсь, профессор, но у нас есть расхождения в расписании.

— Это понятно. Просто постарайтесь донести до неё мысль о необходимости соблюдать правила академии. Они не просто так придуманы! И позанимайся с этой недоучкой на досуге. Пусть отработает нейтрализующие заклинания.

— Вы поручаете мне шефство? — испуганно расширила глаза Аннабель. — Но шефов назначают из четверокурсников, и решение принимается коллегиально куратором, деканом и ректором! Я не…

— Шефство преждевременно, — поспешил я успокоить девушку. — Разумеется, решение не принимали, ведь пока Эсмина не натворила ничего такого. Просто постарайтесь контролировать соседку, чтобы не случилось беды.

Отпуская адептку Гертрудс, я уловил её довольно сильную эмоцию: девушка недоумевала, откуда я знаю о том, что они с Илвурст поселились вместе. Я зачем-то стал оправдываться, говоря, что выполнял обязанности куратора, поэтому интересовался тем, как устроились первокурсники.

Аннабель удивилась ещё больше, когда профессор ответил на её мысль. К счастью, как раз в этот момент прозвучал сигнал, предупреждающий о начале занятий. Адептка поспешила в аудиторию, я поплёлся следом. Никогда прежде не испытывал настолько острого нежелания что-то объяснять и, тем более, спрашивать. Пройдя на кафедру, оглядел настороженных третьекурсников — они вопросительно поглядывали то на меня, то на запоздавшую Аннабель. Пришлось улыбнуться, чтобы разрядить обстановку. Поймав ответные улыбки, я хитро подмигнул, отложил в сторону намеченный план урока, и поставил необычную задачу:

— Передо мной уже довольно опытные маги. Давайте проверим, насколько вы способны импровизировать.

По рядам зашуршали шепотки. Я велел адептам достать листы бумаги, отложив в сторону перья, и написать текст с помощью огня.

— Как это понимать, профессор? — подняла руки сидевшая на первой парте отличница. — Бумага просто сгорит!

— А вы постарайтесь действовать с помощью микроскопических искорок. И не забудьте подстраховаться, запустив нейтрализующее заклинание на тот случай, если не рассчитаете и получите пламя. Никто не должен пострадать от нашего эксперимента.

— А что писать-то? — выкрикнул парень с последней парты.

— Что угодно. Детскую считалку, или сочинение о том, как прошли каникулы.

— А стихи можно? — спросил сбоку адепт весьма скромного вида.

— Разумеется, — одобрил я. — Уверен, что объекту ваших романтических чувств понравится такая форма объяснения.

— Можно будет унести записи с собой? — удивилась Аннабель Гертрудс.

— После того, как я оценю насколько читабельным получился текст.

Адепты углубились в работу. То там, то сям вспыхивали язычки пламени, уничтожая уже созданные строки. С тушением мои ученики справлялись легко, а вот создавать крохотные огоньки, способные оставить след, и ничего не поджечь при этом, было сложно. Я прохаживался между рядами, наблюдая за процессом, а сам размышлял о предстоящей беседе с Альбертом Нортоном. Уже успел пожалеть, что велел адептке Илвурст явиться в ректорат для беседы. Что если строгий и неприступный некромант напугает девчонку до смерти, а потом «поднимет» и допросит? Мёртвых он заставляет говорить ничуть не хуже, чем живых. Вот когда моя тайна может всплыть на поверхность!

Эсмина уже переминалась с ноги на ногу в приемной Нортона, когда я появился перед ней.

— Девушка, не маячьте! — недовольно произнесла секретарь, поглядывая на неё строгим взглядом из-под очков. — В глазах уже от вас рябит. — Увидев меня, она приветственно кивнула. — Ваша подопечная?

— Со мной, — коротко ответил я. — Ректор у себя?

— Пока занят. Ждите.

Илвурст присела на небольшой диванчик, в то время как я остался стоять у входа. Взгляд сам собой то и дело скользил по ладной фигурке адептки. Это уже какая-то паранойя! И что в ней такого? Из раза в раз одергивал себя от фривольных мыслей на её счет. Бред! Весь мой интерес к ней заключается лишь в том, чтобы она молчала.

Но вот дракон внутри меня каждый раз недовольно ворочался, словно всячески протестовал против моего мнения. Никогда прежде он так не реагировал на представительниц противоположного пола. Даже Васа каждый раз вызывала недовольство зверя внутри. Мне то и дело приходилось подавлять его возмущения.

Размышления прервала открывшаяся дверь кабинета ректора. Оттуда вышла одна из адепток в сопровождении Юлианы Нортон — сестры ректора. Поздоровавшись, они быстро прошли мимо.

— Можете проходить, — махнула на дверь секретарь, вновь погрузившись в свою работу.

— Илвурст, — окликнул я Эсмину, которая даже не отреагировала на слова сотрудницы. — Вам особое приглашение надо? Живо в кабинет! — Бросив на меня полные мольбы глаза, она явно нехотя поднялась с дивана и, едва переставляя ноги, поплелась в указанном направлении. — Живее! — догнал я ее. — Живее! — рукой подтолкнул в спину, о чем тут же пожалел.

От этого мимолетного касания по всему телу прошла волна мурашек, будто каждую клеточку пронзило разрядом электрического тока. Быстро отдернув руку, спрятал её в карман сюртука.

Ректор сидел за своим рабочим столом. Увидев нас, он очень удивился.

— Первокурсница? Профессор Морфай, — обратился он ко мне, указав нам на кресла для посетителей, — сегодня же у них только первый учебный день. Что уже успело стрястись?

Разместившись, мне пришлось быстро рассказать о происшествии на лекции. Адептка всё это время молча сидела рядом, опустив взор вниз, стараясь слиться с окружающим интерьером.

— Так что я считаю, что мисс Илвурст подвергает опасности не только себя, но и всю академию, — завершил я свой рассказ.

— М-да… — протянул Нортон, внимательно глядя на девушку. — Это всё?

— Неужели этого мало? — удивился я такой реакции.

— Мисс Илвурст, оставьте нас ненадолго. Я приглашу вас позже. — Эсмина бросила на меня беглый взгляд, но тут же поднялась и вышла. Дождавшись, когда девушка покинет кабинет, Альберт встал из-за стола и подошёл к окну. — Дэрен, ты меня удивляешь. Привести ко мне адептку по такому пустяку… Раньше бы ты только порадовался таким способностям.

— Ты не понимаешь! — возразил я, но ректор остановил взмахом руки.

— У девушки на первом курсе проявляются весьма перспективные способности, а ты хочешь, чтобы я пресек из на корню? Это глупо! Да, пока она не умеет ими управлять, но для этого мы здесь, чтобы помочь, направить, научить. Или же здесь дело не в её умении пользоваться магией? Я чего-то не знаю?

— Я просто переживаю за академию, — попытался я выкрутиться, но Альберт слишком хорошо меня знал.

С Нортоном мы были хоть и не друзьями, но добрыми приятелями. много лет тесной работы вместе давали о себе знать.

— Ну да… Ну да… — задумчиво произнес он, глядя куда-то в окно. — Хорошо, — вдруг резко развернулся ко мне. — Раз ты так за неё волнуешься, до и займись этим лично. Думаю, дополнительные занятия ей не помешают.

— Я не могу! У меня нет на это лишнего времени. Тем более, что первокурсникам не положены такие занятия.

— Всегда есть исключения. А мы просто не можем оставить столь яркий талант без внимания.

— Да какой талант?! Всего лишь безалаберность и разгильдяйство!

— Вот как раз ты и выяснишь, что это на самом деле, — улыбнулся Нортон, занимая своё место за столом. — А теперь иди. У тебя кажется лекция сейчас у выпускного курса. И позови ко мне адептку. Хочу побеседовать с ней индивидуально.

От этого по спине прошёлся холодок. О чем Альберту с ней беседы вести? И что может сболтнуть Эсмина?

— Но у Илвурст тоже ещё одна лекция должна быть.

— Ничего страшного…

Как мне нравилось в академии! Как бы я хотела остаться здесь хотя бы под чужим именем. В конце концов, даже не имея диплома, можно будет показать навыки владения магией и устроиться на хорошую зарплату в какое-нибудь частное заведение. Продержаться бы здесь хотя бы два курса! А ещё лучше — три. Глядя на свою соседку по комнате, я убедилась в том, что она уже много чего знает и умеет. Ну, почему мне так не везёт! Мало этой истории с профессором и его рыжей пассией, так ещё и девица из группы начала обвинять меня во лжи.

Я, разумеется, предполагала, что в Академии элементалей могут найтись знакомые Эсмины Илвурст. Однако считала, что проблем у меня не возникнет. Мало ли существует людей с одинаковыми фамилиями-именами? Надо же такому случиться, что Лиэлла Редиест встречала Илвурст во время вступительных испытаний и ожидала её увидеть на своём курсе. А тут я — такая непохожая на аристократку и неженку Эсмину. Заморочить дотошной девице голову не удалось. Она здорово разозлилась и обещала рассказать о своих подозрениях профессору Морфайну.

Мне ничего другого не оставалось, как наблюдать за их беседой со стороны. Вот гадина! У меня кулаки чесались — очень хотелось настучать Лиэлле по голове. Увы, я прекрасно понимала, что это лишь усугубит моё положение. Вместо того чтобы применять физическую силу, я запустила мыслительный процесс, придумывая, как буду оспаривать «наветы». Наблюдательного поста не бросила: подглядывала за профессором и однокурсницей из-за угла.

Беседовали они на удивление мирно. Драконище, похоже, соглашался с байками Лиэллы — так мне, во всяком случае, показалось. А как он смотрел на эту девицу! С нежностью смотрел. И говорил с неизменной улыбочкой. У меня даже закипело всё в груди. Хотя, с чего бы? Пусть рыжая ревнует. Я никакого отношения к профессору-обольстителю не имею.

Плюнула и ушла. Не хотелось опоздать на практикум по водной магии. Лиэлла забежала в аудиторию перед самым сигналом к началу занятий. Все места, кроме первой парты, были уже заняты. Я сидела в центре и видела, как неохотно Редиест усаживается в непосредственной близости от ёмкости с водой. Девица повернулась, то ли почувствовав мой взгляд, то ли пытаясь увидеть растерянность или испуг на моём лице. Я хмыкнула, мол, меня не должны волновать чьи-то выдумки. Приняла решение твёрдо стоять на своём: никакой другой Эсмины Илвурст не знаю. Правда, приглашение на беседу к ректору меня несколько выбивало из колеи. Альберт Нортон при желании мог легко выяснить истину. Как только профессор Морфайн поделится с ним подозрениями…

Рассуждения о собственных несчастьях пришлось на время отложить. В помещение вошла полная румяная женщина в красивом платье из морской пены. На плечах преподавательницы лежала прозрачная шаль, напоминавшая волны. Руки были украшены серебряными браслетами, а пальцы перстнями с жемчугом и аквамаринами — символами её магической силы.

— Эни Дилар, — назвала профессорша своё имя.

Меня поразили её голубые глаза, в которых светилась мудрость, а улыбка сразу покорила моё сердце. Жесты преподавательницы — плавные и уверенные — были полны энергии. Как мне понравилась Эни Дилар! Мне с новой силой захотелось учиться на водном факультете — у этой милой, спокойной женщины, в которой чувствовались достоинство, сила и мощь её стихии.

Я так увлеклась мечтаниями, что не услышала предупреждения преподавательницы, решившей испытать нас. Вот только что мы любовались сверкающими, послушными струями созданного ею фонтана, как вода из стоявшей на подиуме ёмкости поднялась серебристой стеной и хлынула в нашу сторону. Мои сокурсники вразнобой пытались противостоять водной стихии. Кто-то окружил себя искрами, кто-то создал на пути волны пламя, что-то банально залез под парту. И вот уже все, кто сидел впереди, вымокли до нитки.

Поскольку я прослушала задание, действовала рефлекторно: выставила перед собой раскрытые ладони и зашептала, вкладывая в слова жгучее желание остаться сухой. Не сразу заметила, что повторяю звучавшие в голове фразы.

Водный поток замер, не докатившись до моей парты совсем немного, разделился на гигантские шарообразные капли, поднялся к потолку и поплыл обратно. В чан обрушился водопад. Следом раздался заразительный смех профессорши. Она прохаживалась вдоль первого ряда и помогала намокшим огневикам высушить одежду и волосы. Над половиной аудитории поднимался пар — только сокурсники, сидящие за моей спиной, остались сухими, передним здорово досталось.

Как только гомон стих, Эни Дилар подошла ко мне и спросила с доброй улыбкой:

— Как имя талантливой адептки? Кто научил тебя, девочка, как действовать при неожиданной опасности?

Я встала, но даже рта открыть не успела, как с первой парты раздался недовольный голос Лиэллы Редиест:

— Это Эсмина Илвурст.

— Да, — выдохнула я.

— Почему же ты, Эсмина, решила учиться на огневика? — Пытливый взгляд профессорши, казалось, просвечивал меня насквозь.

— Так получилось. Я просила при оформлении перевести меня на водный, но профессор Морфайн…

— Да-да, — кивнула профессорша и поплыла к своему столу, — понимаю. Конечно же, профессор Морфайн отказал, драконы не любят расставаться со своими сокровищами. Жаль. — Она повернулась лицом к аудитории, вздохнула и покачала головой: — Не представляю, насколько хорошо адептка Илвурст владеет огнём, к воде у неё талант бесспорный.

После смутившего меня заявления Эни Дилар попросила адептов открыть тетради и конспектировать всё, что она считает необходимым рассказать для первого знакомства с водной магией.

Пока я торчала в приёмной ректора, все заготовленные слова вылетели из головы. Понятно же, никто не станет слушать оправданий мошенницы, которая воспользовалась чужими документами, проникла в академию и собиралась учиться, притворяясь другим человеком. Никакие доводы не годились! Подумаешь, я спасла подругу от нежеланного брака, подумаешь, всегда мечтала стать настоящей волшебницей, подумаешь…

О! Входящий в приёмную профессор Морфайн окончательно развеял слабую надежду на благополучный исход. Вот, сейчас он расскажет ректору о самозванке, и меня попросту выпрут вон, дав немного времени на сборы.

Как мне стало горько расставаться с полюбившейся комнатой в общежитии! С вкусной едой в академической столовой, с увлекательными занятиями! Особенно с доброй и мудрой профессоршей Эни Дилар. Не зря я поступала на водный факультет, как жаль, что не добрала необходимый проходной балл.

Приглашения секретаря не расслышала, вздрогнула, когда Морфайн рявкнул на меня, приказывая поторопиться. Ещё и в спину толкнул у входа в кабинет. Гад ползучий! Ладно, летающий, но мне от этого не легче.

Ректор сидел за рабочим столом. Он смерил нас ледяным взглядом, от которого я вся покрылась гусиной кожей, словно из тепла вышла на мороз. Альберт Нортон своим высоким и чистым лбом, широкими плечами, гордой осанкой и статью напомнил мне статую древнего бога в главном храме моего родного города. Казалось, этот мужчина совершенен и прекрасно это осознаёт. Лишь удивлённо изогнутая бровь дала понять, что перед нами живой человек.

Как выяснилось, ректор не ожидал увидеть в компании профессора первокурсницу, так и спросил, чем это адептка успела огорчить преподавателя, что в первый же день попала на ковёр к ректору.

Я ожидала, что Морфайн с ходу начнёт обвинять меня в присвоении чужого успеха, он же стал жаловаться на поведение во время лекции, мол, адептка подожгла бумаги на столе преподавателя, дерзила и вообще.

Не могу сказать, кто из нас — я или ректор — удивился сильнее.

Нортон попросил меня выйти и ещё немного подождать в приёмной.

Можно радоваться, что всё обошлось, или ещё рано?

Разговаривали профессор и ректор недолго. Морфайн вылетел из кабинета с таким сердитым лицом, что у меня ноги задрожали от нехорошего предчувствия. Какого же было мой изумление, когда Альберт Нортон стал говорить со мной спокойным, ровным голосом, ни в чём не обвиняя и ничем не запугивая. Всего лишь предупредил, что поручил Дэрену заниматься со мной дополнительно.

— О, нет! — взвилась я. — Господин ректор, позвольте мне поменять специализацию! Мне ближе водная магия, вот и профессор Дилар отметила мои способности.

— М-м-м-да-а-а… — протянул Нортон, внимательно меня изучая. — Пожалуй, Дэрена можно понять, и всё же…

— Что? — с надеждой спросила я.

— Думаю, правильнее будет вам остаться на том факультете, куда вы поступили. Попрошу только быть осторожнее. Не дразните дракона.

Я поникла, но всё же нашла в себе силы кивнуть:

— Постараюсь, господин ректор.

— Уж, пожалуйста, постарайтесь. И, если что…

— Что?

— В случае каких-либо сложностей, обращайтесь ко мне напрямую. Я ценю талантливых адептов.

Смысл сказанного дошёл до меня уже после того, как я покинула кабинет ректора. С чего бы это все талдычат о моих талантах? Когда поступала, ничего такого за мной не заметили. Быть может, у Илвурст в личном деле имеются какие-то особые отметки? Тем хуже для меня. Скоро все увидят, что я самый обычный человек средних магических способностей. Тогда и свидетельства Лиэллы Редиест против меня не понадобятся.

— Эх, Ребекка! Куда же ты вляпалась! — пробормотала я себе под нос и тут же услышала быстрые шаги за спиной.

Меня нагнала Аннабет. Подруга взяла меня под руку и сочувственно заглянула в лицо:

— Ну, как?

— Что как?

— Как всё прошло? Честно говоря, мне за три года не посчастливилось попасть на ковёр к ректору. А тебя в первый же день угораздило. Морфайн нажаловался? За то, что ты лекцию проспала?

— Ой, Ани! Сама ничегошеньки не понимаю!

Я почувствовала, как по моим щекам потекли слёзы. Аннабет крепко обняла меня, утешая, и стала рассказывать о том, как профессор Морфайн поручил ей заботиться обо мне.

Куда мне деваться от этой чести? Со всех сторон опекают. Ректор приказывает профессору заниматься со мной дополнительно, а тот просит соседку по общежитию присматривать за мной. Чем же я заслужила такое обширное внимание к своей скромной персоне?

— Илвурст! Илвурст! — окликнула меня комендант, когда я всё-таки вернулась в общежитие после последней лекции. Я была настолько погружена в свои мысли, что не сразу услышала ее. — Сколько можно тебя звать?! — догнав меня, нага схватила меня за рукав.

— Простите… Задумалась.

— Задумалась она! — возмутилась Мисса Натвайс, нервно подергивая змеиным хвостом. — А я бегай за ней! Вот, — протянула она конверт, — пришло тебе на академический лепсан.

— Мне? — удивилась я, принимая письмо.

Писать мне было некому, поэтому я даже и не подумала обзавестись своим лепсаном. Магически почтовые шкатулки были слишком дорогими, а денег у меня и так не было. Да и зачем тратить средства на то, чем не придется пользоваться. Тем удивительнее для меня было это послание.

— Ну не мне же! — недовольствовала нага. — Что за адепты пошли?! — развернувшись, продолжила она ворчать на ходу.

Я осмотрела конверт. Ни обратного адреса, ни имени адресата на нем не значилось. Торопливо поднявшись на этаж, в быстро вошла в комнату. Благо Аннабет ещё не было. После нашего разговора в ректорате, соседка по комнате отправилась в библиотеку.

Сев на кровать, надорвала конверт и вытащила аккуратно сложенный вдвое лист бумаги. Текст письма был выведен аккуратным каллиграфическим почерком.

«Здравствуй, Ребекка!

Прости, что приходится тревожить тебя вновь, но обстоятельства складываются так, что я вынуждена нарушить наш уговор. Увы, но Энтони не разделил моего порыва. Он всячески настаивает, чтобы мы получили родительское благословение на наш союз. Сколько я не пыталась убедить его в обратном, все мои попытки оказались тщетны.

В виду складывающейся ситуации, я вынуждена прибыть в Академию элементалей и во всем признаться ректору. Надеюсь, ты поймешь меня правильно. Я прибуду через неделю.

Эсмина Илвурст».

От прочитанного кровь в венах будто застыла. Что значит она прибудет в академию? А как же я? Мне-то что делать? Мысли в голове перемешались. Я даже не заметила, как вошла Аннабет.

— Ты чего такая бледная? Всё от встречи с ректором отойти не можешь? — поинтересовалась соседка по комнате, положив на стол принесенные из библиотеки книги.

— А?! — растерянно заозиралась я по сторонам, пытаясь понять, о чем она спрашивает.

— Ты где витаешь?

— Извини…

— О, тебе письмо пришло? Наверное, родители?

— Нет, подруга, — ответила я, не желая продолжать эту тему. — Слушай, а ты случайно не знаешь, были ли в академии случаи подмены?

— Это как?

— Ну… — замялась я, пытаясь подобрать слова. — К примеру, кто-то поступил по чужим документам.

— А ты почему спрашиваешь?

— Да так, — отмахнулась я. — Просто подруга в письме написала, что у них в Академии, где она обучается, произошёл такой случай, — солгала я.

— Ничего себе! Помнится, кто-то рассказывал, что однажды подобное было. Тогда какой-то парень пытался поступить, украв документы другого. Но вот способности у него оказались посредственные и его отчислили. Так что ему такой трюк не помог. ещё были случаи с попаданками, но это давно было. Так что такое везде бывает.

— Ясно… — протянула я задумчиво.

— Кстати, я забыла тебе сказать. Профессор Морфайн просил передать, что теперь ежедневно у тебя будут дополнительные занятия. И первое начнется прямо сегодня. Он ждет тебя после ужина на втором полигоне.

— И к чему такая срочность?

— Не знаю. Может на него так разговор с ректором повлиял, — пожала плечами Аннабет. — Мне он не докладывал.

— А если я не пойду? — с мольбой посмотрела я на подругу.

— Боюсь, что тогда он сам придет и силой тебя заниматься потащит, — усмехнулась она. — А если серьёзно, то на твоем месте я бы не упрямилась. Хоть у вас с профессором и не заладились отношения, однако не стоит сомневаться в его магических способностях. Индивидуальные занятия с ним могут многому тебя научить. Пользуйся пока есть такая возможность, — посоветовала Гертрудс.

— Легко сказать «пользуйся», — не разделила я её воодушевления. — Да я с ним рядом находиться не могу!

— Неужто он тебе так понравился? Ах-ха-ха! — звонко рассмеялась девушка.

— Ага, так понравился, что прибить охота!

— По-моёму, у вас это взаимно. Ах-ха-ха! — продолжила веселиться Аннабет.

— Хватит уже надо мной смеяться! — возмутилась я, кинув в девушку подушкой.

Благодаря ей мои переживания по поводу скорого появления в академии настоящей Эсмины Илвурст отошли на второй план. Для себя я решила, что нужно тоже ей написать и попросить пересмотреть принятое ею решение. В конце концов у нас был уговор! И нарушать его не в наших общих интересах.

Скомкав прочитанное послание, а с раздражением захлопнул лепсан. Сам никак не мог объяснить себе, почему некогда столь желанная дама, как Васаита Етлес, теперь вызывает у меня лишь раздражение. её прежнее внимание сейчас уже не казалось столь приятным, а выглядело скорее как назойливость. Нравившееся мне раньше кокетство стало походить на наглость.

Выбросив письмо в камин, поспешно надел удобный костюм, чтобы направиться на второй полигон. Стоило признаться самому себе, что я до сих пор так и не определился с тем, как относиться к той «нагрузке», что подкинул мне Альберт Нортон.

На удивление дополнительные занятия с Эсминой почему-то не вызвали у меня негодования. Да, стоило отметить, что я не горел желанием тратить своё время на эту наглую девчонку, но теперь это было мне даже в радость, ведь я со спокойной душой мог ответить Васе, что выполняю поручение ректора.

— Точно! — развернулся практически у дверей. — Письмо.

Никаких сомнений не было в том, что, не дождавшись меня вечером на постоялом дворе, рыжеволосая бестия тут же примчится в академию для выяснения отношений. И никакие нормы морали её уж точно не остановят.

Быстро взяв бумагу, я написал послание и, настоев лепсан, отправил его Васаите. Ответа ждать не стал. Заведомо понятно, Етлас будет вне себя от ярости и, уйма гневных посланий посыплется на мою голову. Займусь ими по возвращению.

Я не торопливо шёл по территории академи, наблюдая за прогуливающимися адептами. Кто-то уже закончил с ужином, неспешно прохаживаясь в парке, кто-то напротив спешил в столовую. Повседневная жизнь шла своим чередом.

Практически дойдя до второго полигона, я вдруг поймал себя на мысли, что невольно среди сотен юношей и девушек я высматриваю одну единственную — Эсмину Илвурст. Однако нерадивой адептки нигде не было видно. Неужели и теперь опоздает? Или же решила и вовсе не приходить?

Достав из кармана часы на тонкой золотой цепочки, убедился, что у неё в запасе есть ещё немного времени. Присев на одну из скамеек, что находились по краям полигона, я принялся ждать Эсмину.

— Добрый вечер, профессор, — послышался за спиной знакомый голосок.

По телу пробежали мурашки, а дракон заворочался внутри, просясь наружу. Подобная реакция на появление девушки настораживала, но я поспешно отмахнулся.

— В этот раз ты пунктуальна, — заметил я, осматривая девушку. — А тебе не кажется, что твой наряд не совсем подходит для нашего занятия?

— Ну вы же не уточняли, зачем именно позвали меня сюда.

Илвурст была одета в лёгкое платье. Хоть и его длина была максимальной, но тонкий шёлк, из которого оно было сшито, обнимал тело девушки, подчеркивая её изящные изгибы. Пришлось одернуть себя, так как понял, что уже довольно долго молчу.

— Эм… В следующий раз будь любезна одеться подобающе. Для занятий на полигонах существуют специальные брючные костюмы для девушек. И волосы тоже стоит убирать, — сделал ей наставления, стараясь, чтобы голос звучал твердо и развернулся, бросив на ходу: — Идём за мной. Сегодня займемся теоретическим материалом.

«Раскудахтался он! Тоже мне, командир отыскался. Как хочу, так и одеваюсь!» — донеслось мне в спину.

— Что? — резко развернулся я к Эсмине.

— Ничего, — она удивленно уставилась на меня.

— Ты что-то говорила, — вкрадчиво произнес я.

— Вам показалось. Я вообще молчала. — ответила Илвурст, мысленно добавив: — «А вас, по-моёму, уже к лекарю пора, а то мерещится всякое».

Вот же чертовка! Ну ладно, так просто я это не оставлю! Я тебе ещё покажу, кому и что мерещится. Ты у меня с этого полигона ползком от усталости в общежитие уползать будешь!

— Итак, начнем! Любые магические упражнения должны начинаться с физической подготовки, — произнес я, довольно улыбнувшись. Лицо девушки вытянулось от удивления. Я же продолжил: — Поэтому для начала пять кругов по полигону.

— Что? Бежать?

— Да. А что тебя так удивляет? — изобразил я максимально искреннее непонимание.

— Но я в платье!

— Это твой выбор. Ни я же заставлял тебя его надевать?

В ответ Илвурст едва ли не испепелила меня взглядом.

— Зачем мне вообще бегать, если мы должны в магии практиковаться?

— Ты решила поспорить со мной? Можешь не бежать. а я завтра доложу ректору, что у тебя не только нет никаких способностей, но ты и учиться отказываешься, — спокойно ответил я, скрестив руки на груди.

— Это не правда! Я не отказываюсь! — возмутилась Эсмина.

— Тогда вперед!

«Вот же гад чешуйчатый! Петух общипанный!» — костерила меня Илвурст на чем свет стоит, я же лишь улыбнулся.

— Вы что-то сказали?

— Нет! Вам опять показалось!

— Вот и прекрасно! Бегом марш!

Я прохаживался вдоль бровки, безотчётно любуясь грациозными движениями девушки. Каждый раз, пробегая мимо меня, Илвурст замедлялась, в надежде услышать разрешение остановиться, но я лишь указывал рукой направление вперёд. Ах, какие сердитые взгляды прилетали мне в ответ. Могу себе представить эпитеты, которыми награждала меня подопечная. Даже странно, почему я их не слышал. Быть может, бег так утомил девушку, что мысли еле ворочались в её белокурой головке.

«Можешь сколько угодно злиться на меня, девочка!» — отправлял я ментальные послания Эсмине. Обращаться к магии в уравновешенном состоянии, в комфортной обстановке и при хорошем самочувствии не составит труда даже для нетренированного адепта. Важно довести навыки до уровня рефлексов, чтобы в любой, даже опасный, момент, вызвать в памяти нужное заклинание или применить заготовленный артефакт. Чаще всего, именно это спасает жизнь.

Понятно, что Илвурст не готовится в боевые маги, но ведь и на долю обычных могут выпасть испытания. Во всяком случае, дополнительные занятия подразумевали именно такую подготовку. Для натаскивания нерадивых адептов в рамках учебной программы к ним прикрепляли четверокурсников, спрашивая с обоих. А тут целый профессор! Стоило без особой благодарности вспомнить Нортона, подбросившего мне такую нагрузку.

— Что за… — невольно воскликнул я, заметив, что Эсмина бежит не одна.

Рядом с моей подопечной, приторно улыбаясь и заметно красуясь, трусил парень со второго курса водного. Выглядели эти двое как парочка на свидании. Могло это понравиться хоть кому-то на моём месте? Почувствовал себя одураченным. Ах вот для чего девица вырядилась в облегающее платье! Она собиралась произвести впечатление не на меня, а вот на этого юнца!

— Илвурст! — рявкнул я. — Достаточно.

— Мне ещё два круга, — возразила девушка, пробегая мимо.

— Стоять! — Все, кто в эту минуту находились на полигоне, оглянулись на нас.

Кроме красавчика с водного. Он посмотрел на Эсмину всё с той же широкой улыбкой, и шепнул:

— Встретимся после ужина.

Как только парень продолжил движение, я схватил Илвурст за локоть и развернул девушку к себе

— Откуда ты его знаешь?

— Больно, профессор! — Она дёрнулась, вырывая руку из моей хватки.

— Вы давно знакомы? — настаивал я на своём вопросе, в бессильной ярости сжимая кулаки.

— С кем? С этим парнем? Да не знакома я с ним.

— А чего тогда…

— Просто молодой человек слышал байку, которую распространяет профессор Эни Дилар, вот и поинтересовался, не я ли та самая огневичка.

— Что имеется в виду? Что значит, «та самая огневичка»? — удивился я.

— А вы будто не знаете! — фыркнула Илвурст.

Она не объяснила, а я не настаивал, предложил отойти на площадку для тренировок и приступил к объяснениям. В конце концов, мы сюда пришли для занятий, а не для выяснения отношений. Хотя мне очень хотелось бы всё выяснить раз и навсегда.

— Скажите, Эсмина, что представляется вам, когда вы собираетесь применять магию?

— Ручей. Или дождь, или…

— Неужели вода? — удивился я.

Илвурст вздохнула, виновато потупив взгляд.

— А должна что-то другое представлять?

— Разумеется! Огонь в камине, или вспыхнувшее от удара молнии дерево, или, на худой конец, искры, разлетающиеся от костра. Вы должны призывать свою стихию! И делать это надо подсознательно, а не так, словно вы собираетесь украсть что-то чужое.

— Говорю же, мне нужно переходить на водный, — упрямо насупилась девушка. — Вот и профессор Дилар...

— Молчать! — Сам не ожидал, что оборву её так грубо. — Чтобы я больше не слышал этих бредней.

— Но что делать, — пожала плечами Эсмина, — если с огнём я до сих пор не подружилась.

— Ничего, — натянуто улыбнулся я. — Вот обзаведётесь элементалем, и всё станет проще.

— Элементалем? — воодушевилась девушка. — А как бы мне побыстрее им обзавестись?

— Это зависит исключительно от вас.

Интерес, вспыхнувший в её глазах, очаровал меня. Я совершенно забыл прежнее недовольство и начал вдохновенно рассказывать о населявших академию эфемерных существах. Они олицетворяют одну из четырёх стихий и, собственно дали название учебному заведению. Никто не властен поймать или привязать к себе элементаля, ведь это дух, не имеющий физической формы. Они сами выбирают себе адепта и поддерживают его на протяжении всей учёбы — время от времени выходят на контакт со своим подопечным посредством мысли. Это, так называемый, «голос разума». Надо заметить, некоторые самоуверенные адепты не всегда прислушиваются к своим элементалям. Как правило, потом жалеют о своей глупости. Ведь возможность взаимодействия магов и элементалей — довольно редкое явление. Здесь оно так широко распространено лишь потому, что основатель академии был обладателем всех четырёх стихий. Что само по себе удивительно.

— А что если… — задумчиво глядя в сторону, спросила моя подопечная, — что если я тоже не единственной стихией владею.

Проследив за её взглядом, я снова разозлился. По дорожке мимо нас пробегал всё тот же второкурсник. Он помахал рукой, а Эсмина кивнула ему. Думала, не замечу.

— Илвурст! — снова рявкнул я. — Сколько можно отвлекаться! Я не собираюсь торчать на полигоне до ночи!

Девушка смиренно кивнула и приготовилась выполнять упражнения. Я говорил и показывал механически. Мысли мои витали далеко. Не к месту вспомнил Васаиту, вот она, наверное, злится, получив моё письмо.

К окончанию тренировки я был просто вне себя от ярости. Эта наглая девчонка за какой-то час сумела вывести меня так, как не удавалось всем адептам академии. Руки так и чесались свернуть ей её тонкую шейку шейку, а ещё лучше открутить голову второкурснику, что всё время вился рядом с ней.

— На сегодня хватит, — устало скомандовал я, в очередной раз затушив вызванный Эсминой мини-пожар. — Для первого раза довольно сносно, но тебе следует относиться к магии более внимательно. Ты много отвлекаешься.

— Ничего я не отвлекаюсь, — пробубнила Илвурст, при этом вновь косясь на водника.

— Я здесь! — прорычал, привлекая её внимание.

— Да я и не теряла вас из виду, — ехидно улыбнулась девушка. — Так я могу идти? — её взгляд снова метнулся к парню.

С силой сжал кулаки от злости, но всё же вынужден был отпустить ее.

— Завтра также после ужина жду здесь.

— Завтра? Неужели мы будем заниматься каждый день?

— А как иначе? Моя задача научить тебя пользоваться магией огня как можно скорее. Таким образом ты не навредишь окружающим и имуществу академии, а я поскорее верну себе своё свободное время. Так что без опозданий!

— Да поняла я, поняла. Буду как штык! — улыбнулась Эсмина и тут же рванула в сторону паренька, что успел распрощаться с друзьями и поджидал её у скамеек.

Чтобы не видеть этого, я быстрым размашистым шагом направился к выходу с полигона. Но уйти далеко не успел. Путь мне преградила пышная грудь, призывно выглядывающая из глубокого декольте любовницы.

— Васа? Что ты здесь делаешь?

— А ты как думаешь? — недовольно ответила вопросом на вопрос. — Думал, я так просто всё оставлю? Я два часа прождала тебя в снятых апартаментах. А ты, вместо того, чтобы прийти, решил провести время с этой, — Васаита ткнула пальцем с длинным ярким ноготком в сторону Эсмины. — Так и скажи, что заинтересовался девчонкой!

— Не говори ерунды! — попытался я смягчить тон нашего разговора, но любовница и не думала успокаиваться.

— Я же вижу, как ты смотришь на нее. Так и пускаешь слюни.

— Васа! — рявкнул я, но, заметив любопытные взгляды адептов неподалеку, заговорил куда более тихо: — Не придумывай. Ты же знаешь, что все мои мысли заняты лишь тобою. Ни одна другая не сможет изменить это.

— Не верю! — фыркнула Етлес.

Стоило признать, что я и сам был мало уверен в своих словах. Слишком уж странные эмоции вызывала во мне Илвурст.

— Давай мы поговорим в другом месте, — предложил я. — Здесь слишком много народу. Хоть ты и член попечительского совета, но столь частые твои визиты в академию могут вызвать подозрения.

— Ты прав, — наконец улыбнулась любовница. — Как раз и докажешь, насколько я тебе интересна, — облизнула она свои пухлые губы, но этот маневр не вызвал во мне совершенно никакого отклика.

— Васа, я не об этом, — попытался успокоить ее.

— А я об этом! Мне и так начинает казаться, что ты меня избегаешь.

— Глупости!

— Вот и докажи! — настаивала Етлес.

Бросив беглый взгляд туда, где стояла Эсмина и водник, заметил, что они двинулись в нашу сторону. Проходя мимо, Илвурст довольно улыбнулась.

— До свидания, профессор Морфайн, — сухо бросила девица, подхватив парня под руку.

Это ещё больше вывело меня из себя. Всё! Хватит! Нужно срочно выкинуть её из головы.

— Куда едем? — развернувшись к Васе, спросил я любовницу.

— Номер оплачен до утра, — промурлыкала пышногрудая обольстительница и, виляя бедрами, направился прочь. — Жду у ворот, — бросила она на ходу, точно зная, что я приду.

Выждав немного времени, я направился следом за Етлес. Хоть мне и не хотелось никуда ехать, но отказать ей — значит признать её правоту. Любовница и правда потеряла для меня всякий интерес, но расстаться с ней пока я был не готов.

Карета уже ждала у ворот. Всю дорогу Васа вилась вокруг меня словно кошка, требующая тепла и ласки. Отвечал ей на автомате. Заметив моё равнодушие, она не выдержала.

— Да что с тобой происходит? Ты рядом со мной, а такое впечатление, что на самом деле ты находишься где-то далеко.

— Прости, просто много работы навалилось.

— Видела я твою работу! — вновь возмутилась Васаита.

Я уже успел пожалеть, что согласился на это рандеву. Лучше бы пошёл домой и лег спать. Но пути назад уже не было. Чтобы хоть как-то заставить Васу замолчать, я наигранно страстно впился поцелуем в её пухлые губы. Любовница тут же заурчала в моих объятиях, завозившись тонкими пальчиками, пытаясь расстегнуть пуговицы на моём сюртуке.

— Подожди, нам осталось недолго ехать.

— А я не хочу ждать!

Хотелось застонать в голос от того, как же сильно я устала. И это была лишь первая тренировка с профессором Морфайном! Страшно представить, что ждет меня дальше. Казалось, что не просто тренировал меня, а издевался.

Ноги нестерпимо гудели, а меня уже буквально трясло от перенапряжения. Именно поэтому известие о том, что тренировка окончена, я встретила едва ли не бурным ликованием.

Неподалеку на скамейке меня дожидался новый знакомый — Алан Тернингтон. Молодой симпатичный парень оказался ещё и интересным собеседником. Бегая со мной по полигону, он умудрялся рассказывать забавные истории с занятий по водной магии, в то время, как я едва ли переводила дух.

— Жаль, конечно, что ты всё же не поступила на водный, — улыбнулся Алан, подхватывая со скамейки учебник. — У нас на факультете интересно. Да и таких фанатичных преподавателей — кивнул он на уходящего с полигона Морфайна — нет.

— Да, — согласилась я с парнем, — мне тоже жаль.

— А может тебе стоит поговорить с ректором Нортоном? Возможно, он сможет тебе помочь.

— Уже помог, — недовольно ответила я. — Теперь после его помощи я вынуждена заниматься здесь.

— Сочувствую, — с грустью произнес Алан и тут же его лицо озарила улыбка. — Знаешь, у меня есть идея как поднять тебе настроение. Сейчас мы с тобой отправимся на прогулку по городу.

— Ну уж нет! — тут же возразила я. — ещё и прогулки мои ноги точно не выдержат. Ты как хочешь, а мне бы добраться до кровати и лечь, чтобы никто меня больше сегодня не трогал. Я вообще сомневаюсь, что утром встать смогу, после таких-то занятий.

— Да-а-а… Это проблема. Но и тут я могу помочь, — воодушевился Тернингтон. — Давай я провожу тебя в общежитие, а сам кое-куда схожу. Только ты дождись меня и никуда не уходи.

— Куда ж я уйду?

— Да шучу я, шучу, — рассмеялся Алан и подставил мне руку. — Идём?

Уже выходя с полигона, мы буквально нос к носу столкнулись с профессором и той самой дамочкой с постоялого двора. При виде её внутри у меня что-то засвербило. Сама не знаю почему она вызывает во мне такое неприятное чувство. Но глядя на нее, особенно рядом с профессором, так и хотелось что-нибудь сделать.

С трудом выдавив из себя улыбку, я сухо попрощалась с Морфайном и крепче сжала руку Алан.

— Эсмина, ты мне её сломать решила? — вновь рассмеялся парень.

— Ой! — спохватилась я, ослабляя хватку. — Прости…

— Что-то не так?

— Да нет, всё нормально. Идём уже скорее, а то мне хочется отдохнуть.

— Ты только сильно не расслабляйся, я скоро вернусь, — проводив меня до дверей общежития, произнес мой новый знакомый и тут же буквально убежал.

— Вот же странный, — произнесла я задумчива, шагнув внутрь.

Каждая ступенька казалась мне неприступной скалой, вызывая стоны и приступы боли. Я, конечно, никогда не была лентяйкой, но столько бегать мне ещё не приходилось. Вот не понимаю я, что общего между огнем и бегом?! Нет! Явно он надо мной извещался! Иного объяснения у меня просто не было.

— М-м-м… — взвыла я на последней ступеньке и по стеночки добралась до двери комнаты.

— Эсмина? — увидев меня, удивилась Аннабет. — Что с тобой?

— Меня выжали, как спелый фрукт.

— Ты же на тренировку уходила?! Неужели профессор Морфайн тебя так замучил?

— А кто ж ещё? А я говорила, что он гад чешуйчатый!

— Да уж… — улыбнулась подруга. — Досталось же тебе. А я думала, что мы с тобой прогуляемся, — расстроилась Гертрудс.

— ещё одна! — возмутилась я в ответ. — Нет меня! — с трудом добрела до кровати и рухнула на неё бездыханным телом. — До утра не беспокоить!

— Ты чего спать удумала? — не унималась подруга.

— Да. И тебе тоже советую, — пробубнила ей, натянув одеяло на голову.

— Эсмина! ещё рано, — канючила неугомонная соседка.

— Ну и что, я устала, — буркнула я и ощутила шевеление по ноге. — Шоршик, не до тебя сейчас.

Мой питомец осторожно полз по моёму уставшему телу, щекоча кожу. Но и убрать его я не могла — каждое шевеление отдавалось болью в мышцах.

— Он, между прочим, соскучился по тебе.

Аннабет была права. Мне пришлось оставить его в комнате после лекций — побоялась, что профессор увидит его. Мы с подругой соорудили ему уютное жилище из коробки. Настелили туда сухой листвы, в которую Шоршик с огромной охотой тут же зарылся. Но сейчас он явно требовал к себе внимания.

Добравшись до моей спины, он свернулся на ней клубком, в нетерпении потрясывая «погремушкой» на кончике своего хвоста. Я и сама не заметила, как заснула под этот мелодичный звук.

— Вставай, засоня! — теребила меня за плечо Аннабет, пытаясь разбудить. — К тебе тут пришли.

— Скажи, что меня нет, — буркнула в ответ сквозь поволоку сна, даже не открыв глаза.

— Не выйдет, — донесся до моего сознания голос Алана. — Я тут и всё слышу, — его голос казался насмешливым, а моего лица тут же коснулись холодные капли.

— Ты что творишь?! — мигом воззрилась на парня, сев в кровати и натянув одеяло едва ли не на голову.

— Надо же было тебя как-то разбудить, — продолжил веселиться водник, совершенно не обращая внимание на мой сердитый тон.

Ощутив боль в каждой мышце, я рухнула обратно на кровать.

— М-м-м-м-м… Как же всё болит…

— Вот поэтому я здесь, — ощутила, как рядом со мной продавился край матраца. — Держи. Специально для тебя достал.

— Что это? — поинтересовалась, увидев в руках парня небольшую склянку из темного непрозрачного стекла.

— Специальная восстанавливающая мазь. Она снимет боль и поможет избавиться от усталости, — пояснил он, протягивая мне баночку.

— Боюсь, мне уже ничего не поможет, — заметила скептически, но всё же приняла чудодейственное средство.

— Бери, бери! Я ею и сам ни один раз спасался.

— И как ей пользоваться?

— Как и любой другой: мажешь, ждешь, радуешься, — коротко пояснил Алан.

Я выразительно посмотрела на гостя, но он так и продолжал сидеть на моей кровати.

— И?!

— Что «и»? — явно не понимал он.

— Ты уходить не собираешься?

— Нет. Я думал, что мы всё же пойдём гулять.

— Мне надо намазать твое чудо-средство.

— Так я чего против что ли?

— Алан! У меня вообще-то всё тело болит, — настойчиво пояснила непонятливому воднику.

— А-а-а, ну так сразу бы и сказала. Я за дверью подожду.

— Думаешь это быстро? — удивилась Аннабет.

— Не думаю, а знаю! — уверенно заявил парень. — Помогает моментально.

— Ну ладно, — покрутила в руках баночку. — Проверим.

Дождавшись, когда водник оставит нас, я недоверчиво открутила крышку и принюхалась к серому скользкому содержимому. Нежный едва уловимый запах шалфея, мяты и ещё каких-то трав гармонично сочетался с лёгким ароматом мёда.

Решив не мешкать, я быстро намазала мазью одну руку.

— Ну как? — в нетерпении поинтересовалась подруга.

Текстура легла на кожу, словно нежный шёлк. На удивление, полегчало быстро, словно она и не болела прежде.

— И правда помогает, — признала я. — Поможешь? — протянула баночку Аннабет, так как самой мазать спину было не очень удобно.

Откинув одеяло, подняла кофту, чтобы ей было удобнее, но в этот самый момент дверь открылась.

— Вы скоро? — Тернингтон просунул голову в проем.

— Алан! — в один голос закричали мы с Гертрудс, я же только и успела прикрыться одеялом.

— Вот же неугомонный, — возмутилась подруга и, встав, заперла за ним дверь. — Так надежнее будет, а то опять ворвется, — улыбнулась она и продолжила меня мазать.

Вскоре я вся благоухала летним разнотравьем. Боль и правда ушла, оставив лишь лёгкость в теле.

— Может ты с нами пойдешь? — попросила я, когда Гертрудс уже отставила баночку с мазью в сторону.

— Не думаю, что это уместно. Не хотелось бы мешать вашему свиданию, — улыбнулась подруга.

— Это не свидание! — возразила я в ответ. — Мы только сегодня познакомились. Да и вообще…

— ещё скажи, что он тебе не понравился?!

Я задумалась. Нравится ли мне Алан? Да, стоит признать, что он симпатичный, умный, интересный, но… Чего-то в нем не хватает. Какой-то он слишком правильный что ли. Не то, что Морфайн.

О, нет! Даже в мысли мои умудрился пробраться! Да чтоб этому дракону пусто было!

Тряхнула головой, прогоняя прочь непрошенный образ профессора из своей головы.

— Никто мне не нравится! И вообще, это простая дружеская прогулка и не более.

— Ну да, ну да, — улыбнулась Аннабет. — То-то он просто по-дружески вокруг тебя так вьется.

— Именно, что по-дружески! И давай прекратим этот разговор. Так ты с нами или нет?

— Прости, но у меня ещё много заданий на завтра. Придется ещё покорпеть над учебниками. А ты иди и хорошенько отдохни.

Нехотя встав с постели, я достала из шкафа платье и быстро переодела. Алан всё это время ждал меня в коридоре, присев на корточки у одной из стен, опиравшись об неё спиной. Заметив меня, парень тут же поднялся.

— Ну что, ты готова?

— Готова.

Мне совсем не понравился взгляд парня, скользнувший по моей фигуре. Я поспешила набросить плащ и поплотнее запахнуться.

— Вечер тёплый, — с улыбкой заметил Алан.

Я, стараясь поддержать шутливый тон, ответила:

— Набегалась на полигоне в одном платье, хватит.

— А мне понравилось, — лукаво подмигнул Тернингтон, — все бы девушки так тренировались, я бы не вылезал с полигона.

Не знаю почему, его слова меня задели. Очень хотелось съязвить в ответ, но я сдержалась, всё-таки Алан здорово меня поддержал. Во-первых, мне с его помощью удалось разозлить профессора Морфайна — а он здорово злился, увидев, как я любезничаю с водником. Во-вторых, презентованная им мазь оказалась просто чудодейственной.

И без того настроение не было приподнятым, а тут ещё вахтёр сурово пробурчал нам вслед, напоминая, что нужно вернуться в общежитие до двадцати трёх часов, а то придётся ночевать под кустом в парке.

Алан засмеялся и ответил так:

— Мы, может быть, всю ночь будем гулять, а утром сразу в столовую и на занятия!

Гном лишь головой покачал, с осуждением на меня поглядев.

— Я не собираюсь гулять всю ночь, — зашептала я, отталкивая руку парня, он пытался обхватить меня за талию.

— Тс-с-с… — подмигнул мне Алан, — пусть старик позлится. Не волнуйся, вернёмся вовремя. Я же понимаю, что Морфайн так тебя загонял, что нужно как следует выспаться.

— Много ты понимаешь, смотрю, — фыркнула я.

Чтобы сменить тему, стала расспрашивать парня о водном факультете. Оказалось, что там тоже изучают огненную магию, считается, что у каждого адепта можно развить способности не только в главной стихии, но и в других.

— У тебя уже есть элементаль? — спросил Алан.

— А как это определить?

Тернингтон засмеялся:

— Если в голове звучит чей-то навязчивый голос, знай, магический помощник уже нашёл тебя!

Я вспомнила, что в присутствии профессора Морфайна у меня в голове возникают всякие сердитые голоса, но вряд ли это элементаль. А ещё…

— Ой, я вспомнила! Когда профессор Эни Дилар для смеха пустила по аудитории волну, кто-то шептал у меня в голове непонятные слова. Я их повторила, и вода собралась в большие пузыри и обрушилась обратно в ёмкость.

— Ты не шутишь? — Алан остановил меня, развернул к себе лицом и так внимательно посмотрел в лицо, будто намеревался прочесть мысли.

— Нет, конечно, у кого угодно спроси. Все мои однокурсники наблюдали этот эффект.

— Эта байка уже ходит по академии. Дилар пеняет водникам, мол, некоторые огневики лучше вас обращаются с водной стихией.

— Да? — растерянно спросила я. — И что это значит.

— Значит, что твоя главная стихия — вода. Не понимаю, чего тебя понесло на огненный факультет.

Впервые за вечер Тернингтон стал серьёзным. Он признался, что сам получил элементаля только в конце первого курса, и вообще не слышал, чтобы у кого-то магический помощник появлялся в первый же день. Я же думала о том, что на огненный факультет понесло вовсе не меня, а Эсмину Илвурст. Мне же пришлось играть чужую роль. И, кажется, я плохо с ней справлялась. Во всяком случае наладить отношения с профессором Морфайном у меня не получалось и вряд ли получится.

— Он меня ненавидит, — сказала я вслух.

— Кто? — удивился Алан. — Элементаль? Такого не бывает. Они сердятся иногда на нерадивых подопечных, если те не слушают советов, но чтобы ненавидеть…

Я улыбнулась и не стала разубеждать парня, что говорила совсем не про элементаля. Пусть лучше так думает.

Мы прошли мимо рынка, остановились на центральной площади около фонтана. Тернингтон похвастал тем, как может управлять струями, заплетая их в косы и рассыпая салютом. Получалось очень красиво, ведь уже зажглись фонари, в каждой крошечной капле отражались огни, в результате над площадью возникало северное сияние. Собралась толпа любопытных, многие восторгались, кричали, просили «господина мага» показать ещё какой-нибудь фокус.

Я очень завидовала воднику, ведь он только на второй курс перешёл, а вот уже как владеет своей стихией. Тогда как я могу в любой момент вылететь из академии, если объявится необязательная и капризная аристократочка Илвурст. Видя, что я загрустила, Тернингтон раскланялся перед публикой и увёл меня в сторону, предложив заглянуть в кофейню.

— К сожалению, мне нечем заплатить даже за чашку чая, — призналась я.

— Угощаю! — снова заулыбался мой кавалер. — Я тоже не богач, но два пирожных смогу заказать без проблем.

В уютном зале я почувствовала себя значительно лучше. Мы не торопясь пили чай с пирожными и болтали. Алан пытался расспросить меня о семье, оказалось, что он уже знает о том, что я принадлежу к высшему обществу. Разумеется, мне нечего было ему рассказывать, поскольку жизнь аристократов была для меня полнейшей загадкой. Приходилось отделываться общими фразами, задавая встречные вопросы. Не так уж меня интересовала семья Тернингтона, но выхода не было. В результате у парня сложилось впечатление, что он мне просто жутко интересен!

Возвращались мы бегом. Не рассчитали время. Пробежали ворота, держась за руки, при этом весело смеялись, радуясь, что успеваем до закрытия наших общежитий.

— Ну, до завтра, Алан! — сказала я. — Не провожай, а то не успеешь к себе.

— Успею! — парень удержал мою руку и неожиданно привлёк меня, зашептав прямо мне в губы: — Поцеловать точно успею!

Я дёрнулась от неожиданности. Такая поспешность показалась мне наглостью. В результате влажные губы Тернингтона коснулись моей щеки.

— Не надо, Алан, — попросила я.

— Почему? — прошептал парень. — Аристократке зазорно принимать ухаживания такого как я?

— Дело совсем не в этом… — я запнулась, подбирая слова, и вздрогнула, услышав какой-то приближающийся к нам шум.

Стоны Васы разносились по снятому номеру, но они не приносили того удовольствия, что бывало прежде. Напротив, её голос казался резким и неприятным. Закрыв глаза, постарался сосредоточиться на процессе, вместо этого ярко представил, как отталкиваю любовницу в сторону.

— Дэрен! — ворвался в сознание её визг.

Резко распахнул глаза и непонимающе уставился на красотку. Только заметив выступившую каплю крови на её шее под моей рукой, быстро одернул ее. На пальцах выступили когти.

— Прости.

— Не думала, что могу пробудить в тебе столь пылкое желание, — игриво промурлыкала любовница.

— О чем ты?

Она провела рукой по моей щеке.

— Даже твоя истинная сущность реагирует на меня, — довольно ответила Васа и притянула меня ближе. — Не останавливайся…

Знала бы она на самом деле, какие желания и идеи подбрасывает мне эта самая сущность. Дракон внутри бунтовал, требуя выпустить его наружу и растерзать ту, что занимает место в моей постели, не имея на то никакого права.

Он желал видеть на её месте истинную пару, но как её найти. Увы, такая возможность выпадает немногим. Когда-то, когда наши предки были гораздо сильнее, она отыскивали свою избранницу по одному лишь запаху. Теперь же всё стало гораздо сложнее. Хоть мы и обладаем магией, но вот истинные теперь стали редкостью. И, чтобы узнать ее, нам надо принять истинное обличие.

Я уже давно потерял всякую надежду. Именно поэтому и появилась Васаита…

— Дэрен! — возмутилась красотка, возвращая меня в реальность.

Вновь закрыл глаза. Нужно брать себя в руки. Как на зло перед глазами всплыл образ белокурой красотки, его улыбка, глаза, фарфоровая кожа.

В голове разнеслось утробное довольное урчание дракона. Этот образ нравился ему куда больше, что соблазнительная фигура Етлес. Громкий стон Васаиты вновь огласил помещение, и любовница, разомлев от ласк, откинулась на подушку.

— Дэ-э-эрен… — протянула она блаженно.

Я быстро поднялся с постели и, не дожидаясь, когда любовница придет в себя, подхватил одежду, натягивая ее. Движения были резкими и торопливыми. Хотелось поскорее уйти.

— Куда ты? — Васа приподнялась на локтях.

— Мне нужно срочно вернуться в академию.

— К чему такая спешка? Мы могли бы, — она потянулась ко мне, но я отошёл дальше.

— Прости, но мне и правда пора.

— Даже не поцелуешь меня?

Ничего не ответил. Застегнувшись, вышёл из комнаты, даже не простившись с красоткой.

Вечерняя прохлада уже опускалась на город, солнце клонилось к горизонту, окрашивая его яркими закатными всполохами. Лёгкий ветерок качал кроны деревьев, играя с зеленой сочной листвой. По улочкам разносился аромат цветов.

Уверенными четкими шагами я чеканил городскую мостовую, лишь бы поскорее уйди с этого постоялого двора. Всё казалось неправильным и раздражающим, словно я жил чью-то чужую жизнь. Она раздражала, но как её изменить? Хотелось вырваться из нее, наполнить своё существование яркими красками.

Неуместно вновь всплыл в памяти образ Илвурст. Да чтоб эту девчонку разорвала тьма! Кажется, я уже начинаю сходить с ума.

Ругая сам себя, я удалялся из города. На окраине, едва не перейдя на бег, всё же решил дать долю своей истинной сущности и выпустить дракона на волю. Давно не позволял себе такого.

Наконец, расправив мощные крылья, я воспарил под облака. Это чувство блаженства нельзя было сравнить ни с чем. Академия Элементалей с высоты казалась совсем крошечной, но такой родной. Я наслаждался тем, как ветер держит меня, позволяя планировать над территорией.

Свобода. Полет. И Илвурст…

Не поверил собственным глазам, когда увидел эту наглую адептку, да ещё и с этим водником. А уж когда заметил, что они вытворяют…

Едва ли не камнем устремился вниз, сложив крылья. Заметили меня не сразу. Лишь когда до земли остался буквально десяток метров, я расправил крылья и грузно приземлился рядом с парочкой, обдав их горячим дыханием. Лишь богам известно, чего мне стоило не поджарить водника.

В глазах паренька заметил неподдельный испуг. Явно впервые увидел дракона так близко. А вот Эсмина напротив была, казалось, совершенно спокойной. Даже умудрилась упереть руки в бока, с вызовом глядя мне прямо в глаза. От этого зрелища довольно зарычал, содрогая воздух вокруг нас.

— Не рычи на меня! — сверкая сердитым взглядом, произнесла Илвурст.

Ее спутник предупредительно дернул девушку за рука, зашептав:

— Эсмина, тише. Нельзя так с преподавателем.

— Что?! — та ничуть не успокоилась. — Преподавателем? А он чего на нас рычит? Если дракон, то всё можно?

— Р-р-р-р-р!

— Не рычи, я сказала! — погрозила она мне пальцем.

Ну это и вовсе наглость! Что эта девчонка о себе возомнила. Выпустив из ноздрей струю горячего пара, сделал предупредительный шаг. Эсмина попятилась. Повернув голову в сторону паренька, клацнул зубами, вновь утробно прорычав. Этот трус, при виде такого зрелища тут же дал деру.

А вот Илвурст и не думала бояться.

— Ну-ка хватит! — опомнившись, она начала колотить меня по чешуйчатой груди.

— Р-р-р-р-р! — я попытался обратиться, но дракон совершенно не желал подчиняться.

Сам не понял, как схватил её когтистыми лапами и взмыл вместе со своей ношей в высь. Моя хищная натура ликовала внутри, словно я завладел немыслимым сокровищем.

Эсмина бунтовала, махала руками и ногами, пытаясь отбиться и вырваться из моей хватки. Решив проучить девчонку, поднялся ещё выше, а затем разжал лапы.

Громкий визг Илвурст разнесся по академии, а сама она стремительно полетела вниз. Подождав немного, я сложил крылья и камнем рухнул следом за ней. Когда же до земли оставался буквально десяток метров, подхватил строптивую адептку, в очередной раз набирая высоту.

В выражениях Эсмина не стеснялась, костеря меня на чем свет стоит. И «общипанный петух» было из них самым безобидным. Лишь усмехнулся мысленно и направился к общежитию. Адептов уже не было видно — все успели зайти.

Опустив девушку, я и сам тут же принял человеческий облик, попутно выслушивая ругательства Илвурст:

— Гад чешуйчатый! Изверг!

Устав от её возгласов, сам не понял, как сократил расстояние между нами до минимального и…

Ее губы казались сладким нектаром, который хотелось испить до дна. На пальцах ощутил проступающие когти, руки крепче прижали к себе хрупкое тело. На лице появилась чешуя. ещё немного и я бы окончательно потерял над собой контроль.

С трудом справившись с неожиданно нахлынувшими эмоциями, отпрянул от Эсмины. Илвурст даже не моргала, опешивши глядя на меня широко распахнутыми глазами. Пока девушка не опомнилась, подхватил её и закинул себе на плечо, занося в общежитие.

— Господин Морфайн? — подскочил удивленный гном, что до этого дремал у входа. — Что…

— Потом объясню, — лишь бросил я в ответ, направившись к комнате девчонке.

Казалось, Илвурст даже дышать боялась. Аккуратно опустив её у двери, я, не дожидаясь её реакции, быстро ушёл. В голове творился полнейший хаос.

Оказавшись практически у своего жилища, едва ли не лицом к лицу столкнулся с изрядно разъяренным Нортоном. Тот сверлил меня своим фирменным взглядом, явно желая высказать мне парочку нелицеприятных высказываний.

— Морфайн! Соизвольте зайти ко мне, — указал он на свой дом. Голос ректора не предвещал ничего хорошего. Мне оставалось лишь подчиниться. — И что ты устроил, Дэрен? — стоило двери дома Альберта закрыться за нами. как он тут же напустился на меня. — Кому как не тебе известно, что на территории академии запрещены подобные полеты. ещё и адептов перепугал.

— Виноват, — признал я свою оплошность.

— Что случилось? Объяснись! — требовал Нортон, но у меня и у самого не было объяснений произошедшему. — Молчишь? Если не можешь держать в узде свою истинную сущность, то тебе не место рядом с адептами! Ты подвергаешь опасности в первую очередь их.

— Этого не повторится.

— А вот я не уверен в этом, — не согласился Альберт. — я вообще не понимаю, что с тобой происходит в последние дни. Ты сам не свой. Если ты устал, то так и скажи. Возьми парочку дней отгулов, отдохни, приди в себя.

— Не стоит, — отказался от столь лестного предложения. — Я в порядке.

— Тогда прекрати уже подобные выходки! — рявкнул ректор так, что вздрогнули даже стены. — Ты похож на адепта-первокурсника, которому не под силу справиться с собственной магией. Учти, если подобное повторится ещё раз, я буду вынужден принять иные меры. Надеюсь, Дэрен, ты меня понял.

Час от часу не легче. До чего же я докатился: уже от ректора выговоры получаю. Нет, надо и правда с этим что-то делать. Эта девчонка въелась буквально на подкорку головного мозга и разъедает всё внутри меня. Она словно яд отравляет мой привычный мир, заменяя его собой.

Тем временем в комнате Илвурст…

И кто, спрашивается, из нас лгунья? Эта гадина Лиэлла Редиест врала мне прямо в глаза! И комната была открыта, и подушка моя на полу валялась, и Шоршик чуть не сам к ней в руки заполз! Поговорить она пришла! Конечно! Пусть кому-нибудь другому сказки свои рассказывает!

Зря Аннабет удержала меня, нужно было как следует врезать этой нахалке. Я, хоть и не выплёскивала все эти мысли наружу, но и отделаться от них не могла, почти не слушала, как соседка рассказывает о том, как прошёл её день. Прощебетав довольно длительное время, Гертрудс вероятно решила, что я достаточно успокоилась, и приступила к расспросам:

— Как прошло твоё свидание, Эсмина? Целовались?

— Я не из таких, чтобы сразу целоваться, — буркнула я сердито.

— Из каких это «таких»? — удивилась подруга. — Уж не думаешь ли ты…

Не знаю, что она хотела сказать, но я помешала ей, завопив:

— Воровка!

— Эй, ты чего? — Аннабет перестала расчёсывать волосы и подошла ко мне.

Я уже давно заправила постель, но только сейчас, собираясь ложиться, по-привычке проверила свой тайник и обнаружила исчезновение ценнейшего зелья. Пузырёк, приобретённый за немалые деньги в лавке артефактов ещё до того, как я заселилась в общежитие, пропал. И пропал он именно сейчас, после скандала с Лиэллой. Я это точно знала, потому что регулярно его проверяла, считая, что рано или поздно зелье изменения внешности может мне понадобиться. О!!! Мало мне неприятностей, так ещё и это! Что если Редиест додумается передать пузырёк декану, или самому ректору!

Я уставилась на соседку, которая ждала моего ответа. Разумеется, я не могла сказать, что у меня пропало запрещённое зелье, пришлось выкручиваться.

— Лиэлла украла браслет. Он очень дорогой. Память о любимой бабушке.

— Дорогой, потому что память, или драгоценный? — уточнила Аннабет.

— И то, и другое.

— Нехорошо, — покачала головой подруга. — Я подумаю, как тебе помочь.

Я испугалась, что если в дело вмешается магия, мой обман раскроется раньше, чем найдётся несуществующий браслет, поэтому улыбнулась, обняла добрую девушку и прошептала:

— Спасибо! Но не нужно, я сама справлюсь.

— Нос её сломаешь?

— Надеюсь, обойдётся без этого.

Сказать легко, а сделать… Всю ночь я ворочалась, не представляя, с какой стороны подступиться к Лиэлле. Даже подумывала попробовать с ней подружиться, или подкупить… Ни одной путной идеи в голову не пришло! В результате переключилась на продумывание стратегии защиты. Рассматривала разные варианты действия негодяйки, к чему они могли привести, и затем пыталась сообразить, как я должна буду реагировать. Понятно, что придётся всё отрицать! Мол, знать не знаю, что за средство, впервые вижу и всё такое. На этом успокоилась и уснула.

А вот утром… По дороге в столовую меня перехватил незнакомый гном, сказав, что некто ждёт меня за воротами академии.

Мы с Аннабет шли вместе, обе остановились и уставились на бородатого вестника.

— Кто тебя может там ждать? — удивилась подруга.

Я только плечами пожала, боясь делать предположения. От гнома ничего добиться не удалось, он только повторял фразу, что я сама должна знать, с кем договорилась встретиться.

— Да ни с кем я не договаривалась!

— Сбегай, — посоветовала Аннабет. — Ещё успеешь вернуться на завтрак.

Тут она была права, время в столовой ограниченное, а сидеть на лекциях с урчащим от голода животом — удовольствие не из приятных.

Выскочив за ворота, я едва не бросилась обратно. Такой ужас меня охватил, что хотелось взвиться в небо и улететь. Я даже поискала среди лёгких облачков дракона — уж лучше бы он сейчас меня унёс куда подальше, чем во время свидания с Аланом Тренигтоном.

Ни сбежать, ни взлететь мне не удалось, поскольку раздавшийся визг заставил всех спешащих в академию обратить внимание на нас.

— Ребекка!

Я стремглав бросилась к Илвурст, обняла её, заставив уткнуться носом в моё плечо, и запричитала:

— Не надо плакать, сестрёнка, всё образуется!

Взгляды окружающих стали сочувствующими. Я воспользовалась передышкой и настойчиво увлекла истеричку в сторону от тропы.

— Ты принесла документы? — сдавленно бубнила мне в плечо Илвурст.

— Какие ещё документы?

— Мы же хотели поменяться обратно?

Мы хотели? Она совсем свихнулась от своей любви?

Я пыталась объяснить Эсмине, как наивно её стремление прямо сейчас рассказать всё о нас. Обеих выгонят и всё! Эта глупышка слышать ничего не хотела, твердила одно: давай меняться обратно, и всё тут! Как тут не опустить руки?

Мне пришлось напомнить Эсмине обстоятельства нашей встречи, как я помогла ей, как устроила отъезд к любимому. Мы же заключили договор, никто не вынуждал её отказываться от учёбы, она сама не хотела сюда!

— Я надеялась, что Энтони согласится на тайное венчание! Тогда моей родне ничего бы не осталось, как забыть о выгодном для семьи браке.

— Постой, как бы ты вышла замуж по моим документам?

— Фи! — Эсмина посмотрела на меня, хлопая мокрыми ресницами. — Ты совсем не соображаешь?

— Я-то соображаю, а вот в твоих способностях мыслить начинаю сомневаться.

— Ну, и напрасно! Энтони очень умный, и у его семьи есть связи. Они могли выправить мне настоящие документы, а потом, когда я стала бы Эсминой Франсторс, уже никто не смог меня вернуть домой.

— И зачем же дело стало?

— Я же тебе обо всём сообщила! Ты не читала моё письмо?

— Читала, но мало что поняла. Вы поссорились? Слушай, давай, я поговорю с твоим Энтони, попробую его переубедить.

Подруга печально покачала головой:

— Ничего не получится. Он уехал к моим родителям. Заверил меня, что добьётся их благословения.

— Так это прекрасно! Ты, как и мечтала, станешь Франсторс! — потрепала я её за плечи, подумав про себя, что сама смогу ещё некоторое время продержаться в академии, как Илвурст.

— Нет. Когда Энтони отказался поступить по моёму, я ударила его по щеке… и… — она захлюпала носом и принялась тереть глаза.

— Что! — чувствительно толкнула я девушку. — Говори же! Я из-за тебя на завтрак опоздаю.

— Я сказала любимому человеку, что не хочу его больше знать, и лучше буду учиться в академии, где меня не достанут никакие женихи.

Сказала она! Так бы и отшлёпала эту дурочку. Парень — честный человек. Хочет поступить с любимой девушкой по правилам, а она ему морду бьёт. Да ещё мне жизнь портит. Ведь, как только наш обман вскроется, путь в Академию элементалей будет мне закрыт.

Стоило мне об этом подумать, как в голове возник тонкий голосок: «Останешься голодной. Девица, кстати, тоже не позавтракала, потому и такая несговорчивая». Я очень удивилась, услышав это, и спросила недовольно бубнившую себе под нос Эсмину:

— Ты когда в последний раз чего-нибудь ела?

— Вчера. Днём перехватила в дороге кусок рыбного пирога.

— Ясно. Идём в столовую, поделюсь с тобой своей порцией.

Эсмина обрадовано закивала головой, но не преминула заметить:

— Это моя порция, между прочим.

Я ещё думала, что девица плохо соображает. М-м-м-да-а-а…

Мы пробежали мимо КПП, свернули направо. Рядом со столовой находился магополитен, и я затаила мысль после завтрака уговорить Эсмину отправиться на нём в центр города, устроиться по моим документам в гостиницу и ждать вечера. Пожалуй, я даже смогу сдержать обещание и навестить её там. Тогда и обсудим всё без нервов.

Правда, на вечер у меня были назначены дополнительные занятия с профессором Морфайном, но после его вчерашней выходки, я не собиралась идти на полигон.

К столовой нам пришлось пробираться сквозь толпу, многие адепты уже торопились на занятия. Издали, около здания библиотеки, я заметила Лиэллу и поспешила загородить от неё настоящую Илвурст. Однако обокравшая меня сокурсница увидела меня, злорадно улыбнулась и крикнула:

— Не надейся, что ректор тебя простит! Он очень недоволен тобой.

Если бы Эсмина не шла рядом, я бы точно догнала эту вредину и объяснила, как она неправа. Теперь же пришлось ограничиться молчаливой угрозой, я показала Лиэлле кулак.

— Кто там? — завертелась моя спутница. — Это тебе кричали?

— Нет! С чего ты взяла? Идём, скорее, часы работы столовой ограничены.

Илвурст не обманула, она действительно была ужасно голодной. Смела мой омлет, не моргнув глазом, я едва успела схватить с тарелки один сырник, два других, щедро политые сметаной, исчезли как по волшебству.

— Ой, тебе, кажется, ничего не досталось? — Невинно хлопая глазками, подруга смотрела, как я потягиваю какао. — Тут в буфете можно купить что-то дополнительно.

— У меня нет на это денег, — сухо ответила я.

— Сейчас! Подожди немного.

Эсмина сбегала в буфет и вскоре вернулась с двумя большими кусками бисквита, щедро смазанного кремом, и стаканом шипучего напитка. Одну тарелочку с пирожным Илвурст поставила передо мной, остальное забрала себе. Я поблагодарила и принялась за еду, размышляя, как бы мне подступиться к подруге с предложением прямо сейчас покинуть академию.

Не успела я добрать последние крошки, как в голове опять раздался голос: «Придётся идти к ректору».

«Это ещё зачем?» — ментально поинтересовалась я.

«Твоя сокурсница отдала ему запретное зелье и рассказала, где его нашла.»

«Ну и что? Если станут спрашивать, обвиню её во лжи.»

«Нет ничего проще, как выяснить правду, применив магию.»

Я вздохнула, прекрасно понимая, что некто, поселившийся в моей голове, совершенно прав.

«Ты мой элементаль?» — спросила я его с надеждой.

«Как ты догадалась?» — шутливым тоном отозвался невидимка.

Что ж, как учат нас опытные люди, к советам элементаля стоит прислушиваться.

— Мне нужно к ректору, — сказала я, вставая из-за стола.

Ещё не знала, как буду действовать. Первая мысль: выкрасть зелье или подменить его на что-то безобидное. Вторая…

Вторую придумать не успела. Илвурст безапелляционно заявила, что пойдёт со мной. Отвязаться от неё не получалось.

Выйдя из столовой, тут же направились в сторону главного корпуса. Адепты спешили после завтрака на первую лекцию, а вот мне, видимо, было суждено её прогулять. Но уж лучше так, чем совсем вылететь из академии. Вопрос с Эсминой стоило решать немедленно.

— О! Эсмина, я думала, что у тебя первая лекция в третьем корпусе, — удивилась Аннабет, встретившись нам у входа в главный корпус.

Услышав своё имя, обращенное к другому человеку, Илвурст скривилась, но я быстро дернула её за рукав.

— Да, — замялась я. — Просто решила проводить новенькую к ректору, — слагала подруге.

— Так давай я это сделаю, — предложила Гертрудс, — а то опоздаешь.

— Не стоит, я сама. К тому же мне и самой нужно поговорить с господином Нортоном.

— Вот как? Что-то случилось? Или же ты решила обсудить с ним инцидент с Редиест?

— Именно! — ухватилась я за её предположение.

— Эсмина, я не думаю, что стоит это делать. Узнав о том, что она сделала, ректор выгонит её из академии. Вообще, не думаю, что она настолько плохая. Конечно, не правильно поступила, но… — её прервал громкий протяжный звук, ознаменовавший начало пары. — Ох! Мне пора, — подорвалась с места Аннабет, убегая на лекцию.

— Наконец-то она ушла, — проворчала Эсмина. — Идём скорее, пока ещё кто-нибудь не остановил.

Едва сдержав недовольство, я всё-таки пошла в сторону приемной ректора. Открыв двери, уже собралась войти, когда Илвурст, услышав голоса у кабинета, рванула меня обратно.

— Саюшка, милая, успокойся, — произнес басистый мужской голос успокаивающе.

— Миссис Илвурст, не волнуйтесь. Господин Нортон будет с минуты на минуту. Уверена, это просто какое-то недоразумение, — вторила ему секретарь ректора.

— Уходим отсюда, живо! — зашептала мне Эсмина.

— Почему?

— А ты сама не поняла? Это мои родители! — потянула меня подальше от приемной. — Ребекка, поторапливайся, пожалуйста! — Девушка вытянула меня на улицу. — Спрятаться надо!

— Знаешь, что?! — выдернула руку из её хватки. — У меня, между прочим лекция уже началась, а я из-за тебя её прогуливаю!

Не слушая её причитания за спиной, быстро направилась к третьему корпусу. Эсмина бежала следом.

— А мне куда?

— Я откуда знаю? — сердито ответила ей, продолжая путь.

Добравшись в нужный корпус, мы практически были у аудитории, когда нас обогнал паренек — явно старшекурсник. Буквально у меня перед носом он дернул ручку двери на себя, отворяя.

— Профессор Дирекс, — обратился он к преподавателю, — извините. Меня прислали за адепткой Илвурст.

Я застыла от неожиданности. Благо двери открывалась так, что мы с Эсминой оказались как раз-таки за ней и профессор рунологии нас не видел.

— Но её нет на лекции, — ответил старик-гном.

Больше я ничего не слушала. Так же, как и Илвурст недавно, теперь я схватила её за руку и потянула прочь. На ходу прислушиваясь к шуму из аудиторий, я надеялась отыскать пустую. К сожалению, таковой оказался только кабинет магии огня. Не раздумывая ни секунды, я отворила двери и затащила туда сопротивляющуюся Илвурст.

— Ты мне чуть руку не оторвала! — возмущалась девушка, потирая запястье, которое, видимо, я сжимала слишком сильно.

— Прости.

— Что на тебя нашло?!

— Сама не слышала? Этот парень за мной пришёл, а точнее за тобой! Явно его из приемной ректора отправили.

— И что теперь делать?

— Не знаю. Надо что-то придумать. Пока подождем, может твои родители уедут.

— Сомневаюсь. Маменька уж точно никуда не поедет, пока своё любимое чадо, то есть меня не отыщет. И как теперь быть? Слушай! — вдруг осенило Эсмину. — Это ведь лучшая академия магии. Здесь уж точно должны быть всякие зелья, личины.

— Это ты к чему клонишь? — с подозрением глядя на девушку, спросила я ее.

— К тому, что на время мы могли бы изменить внешность, — пояснила Илвурст.

Я задумалась.

— А почему бы и нет… — Осмотрелась я. — Давай для начала поищем в лаборатории у Мофайна. Может у этого вредного дракона что-нибудь есть.

Войдя в лабораторию, что находилась прямо в конце кабинета, мы начали проверять многочисленные шкафчики и стеллажи. Ни ничего подходящего там не оказалось. Спугнул нас громкий хлопок двери кабинета. Услышав его, мы застыли, словно статуи.

— Совсем с ума сошла?! — шипел Морфайн. — В корпусе полно адептов и преподавателей. Того и гляди нас увидят вместе.

— Милый, — промурлыкала Васаита. — Не забывай, что я член попечительского совета. Никому и в голову не придет подозревать нас в непотребствах.

— Думаешь, все вокруг слепые или глупые?! — негодовал профессор. — Значит так, если ты ещё раз заявишься ко мне вот так, то между нами всё кончено! — твердо заявил мужчина.

— Что?! — взвилась Етлес. — Вот как ты заговорил?!

— Именно так! — не отступал Морфайн. — А сейчас ты ждешь здесь. Как только закончится лекция, я приду. Тебя тут быть уже не должно!

— Но… — попыталась возразить Васа, однако дракон её уже не слушал.

Дверь кабинета с грохотом захлопнулась. Звук оказался таким громким, что Эсмина дернулась от неожиданности.

— Ой… — только и успела вскрикнуть девушка, когда стеллаж за её спиной закачался.

— Осторожно! — крикнула я, рванув к девушке в надежде удержать стеллаж.

Успела, но вот несколько бутыльков с него всё же полетели на пол.

— Кто здесь?! — донесся разъяренный голос дамы за стеной, и она тут же ворвалась в лабораторию.

В тот же момент склянки достигли пола, разбиваясь в дребезги. Вся жидкость из них расплескалась в разные стороны, но смешавшись, произошло неожиданное: громкий взрыв пронесся по помещению…

Всё — лаборатория, рухнувший стеллаж, орущая Эсмина — исчезло. Меня окружала тьма и тишина. Я будто бы плыла в море чернил, не слыша даже собственного стона. Резкий запах — грязных носков тролля, не иначе — резко заполнил мои ноздри, заставляя очнуться и распахнуть глаза. Я тут же оттолкнула руку с ваткой от своего лица.

Лекарь наклонился надо мной и смотрел участливо.

— С вами всё хорошо, госпожа?

Я немного удивилась обращению, но поторопилась кивнуть.

— Спасибо, я в порядке.

— Полежите немного, вам нужно время на восстановление. Испуг был очень сильным.

Я откинула голову на подушку и стала осматриваться. Меня успели перетащить в лазарет. Здесь витали яркие ароматы лечебных зелий, стены и потолок сияли чистотой и… Судя по всему, я оказалась здесь не в одиночестве. Услышав ругань и визг, повернула голову и застыла в ужасе. Незнакомые, одетые в дорогие элегантные наряды люди — женщина за сорок и мужчина лет пятидесяти — силой выводили Эсмину из комнаты.

Моя нечаянная подруга орала, будто её тащили на эшафот.

— Уберите руки! Не прикасайтесь ко мне! Позовите сюда Морфайна!

— Доченька… доченька… — бормотала вцепившаяся в неё дама. — Что они с тобой сделали? Ты не в себе. Это ведь мы, твои мама и папа!

— Нашу дочь околдовали! — возмущался мужчина, упорно волоча упиравшуюся девушку. — Я буду жаловаться! Я напишу в министерство! Эту академию должны закрыть, здесь уродуют адептов.

— Как вы смеете! — орала Эсмина. — Я уродка, по-вашему?! Да, если хотите знать, я самая красивая и желанная женщина Элендора!

— Да-да, конечно-конечно, — бормотала дама, гладя дочь по спине. — Ты очень красивая, ты лучше всех. Идём, девочка, идём, скорее отсюда. Мы обратимся к магам, заплатим любые деньги, лишь бы тебе вернули разум.

Вся компания вывалилась в коридор, оттуда ещё некоторое время доносился визгливый голос Эсмины:

— Почему вы меня всё время оскорбляете? Сначала уродка, потом идиотка! Кто вы такие вообще, и почему ко мне прицепились? Лекарь! Лекарь! — умоляла она: — Позовите сюда Морфайна!

Однако тот не прислушался, помогая родителям вывести обезумевшую дочь из лазарета.

К счастью, шум удалился, и я вздохнула с облегчением. Неужели угроза миновала? Мне безумно повезло, чета Илвурст приехала в академию как нельзя вовремя! Эсмина не успела проболтаться о подмене, её документы всё ещё остались со мной. Я смогу продолжать учёбу. А она? Сама виновата, незачем было являться сюда. Выполнила бы мою просьбу, поселилась в гостинице под моим настоящим именем, никто бы её не нашёл.

Совет лекаря полежать и восстановиться очень мне нравился. Меньше всего мне хотелось сейчас сидеть на лекции, делать вид, что не замечаю вопросительных взглядов Лиэллы. Интересно, видела она как родители уводят настоящую Илвурст? И кто вообще в курсе? Ректор? Декан? Морфайн? Мне нужно как-то объяснить, почему «мои» родители разыскивали другую девушку и забрали её, а не меня. Впрочем, можно будет сказать, что мы однофамилицы, а девица просто сбежала из дома, потому что не хочет замуж. Ведь это правда, я даже могу согласиться на магическую проверку, заявляя всё это.

Хуже дело обстоит с погромом в лаборатории. Наверняка, новость успела разлететься по академии, теперь нужно будет объяснять, почему я там оказалась и зачем опрокинула стеллаж с зельями. Впрочем, опрокинула не я, а оказалась… Могу сказать, что искала профессора Морфайна, хотела предупредить, что отказываюсь от дополнительных занятий с ним. У меня ведь есть основания! Мне хватило полётов, больше не хочу чувствовать себя куклой в когтях монстра, который то возносит тебя за облака, а то швыряет вниз.

Размышления вернули мне спокойствие и уверенность. Всё верно, теперь, когда Эсмину забрали из академии, я смогу продолжить учёбу. Можно даже попытаться перевестись на водный факультет. Ректор, конечно, строг и кажется неприступным, но не станет же он игнорировать произошедший инцидент! Дэрен Морфайн слишком предвзято ко мне относится, нас лучше развести по разным аудиториям. Пусть развлекается со своей любовницей и не преследует адепток!

Уютную тишину потревожил чей-то стон. Я приподнялась на своей постели, нашла глазами койку, на которой кто-то лежал. О! Девушка в форме адептки пошевелилась, снова застонала и медленно села, обхватив голову ладонями. Как только она отвела белокурые волосы от своего лица, я почувствовала резкое головокружение. Открыла рот и стала хватать воздух, задыхаясь. На той, другой кровати, сидела я! И это не было отражением в зеркале. Та девица шевелилась независимо от меня. Она возилась, неуклюже пытаясь встать, долго искала обувь, расправляла одежду, удивлённо её рассматривая, потом взглянула на меня и после небольшой паузы спросила:

— Вы кто, леди?

— А ты кто? — в свою очередь поинтересовалась я.

— Эсмина Илвурст, — ответила девица, завладевшая моим обликом.

— А кого в таком случае, увезли твои родители?

— Кого они могли увезти, если я всё ещё здесь, — пожала плечами та, что назвалась Эсминой.

Впрочем, двигалась она точно так, как настоящая Илвурст. Я узнала её ужимки, даже мимика была очень похожа. Одно плохо, лицо при этом оставалось моим.

Постойте, а я тогда в каком образе нахожусь? Я беспомощно огляделась, ища куда бы мне посмотреться. Увы, зеркала не нашлось. Зато в коридоре загремел взволнованный голос Дэрена Морфайна.

— Где она?

Мне показалось, или он рычал?

— Не волнуйтесь, профессор, — пытался успокоить его лекарь, — уже всё хорошо. Никаких последствий не будет.

У меня были сомнения на этот счёт. Если Морфайн обнаружит Ребекку, которую до сих пор считает Эсминой, он вряд ли отнесётся к ней с нежностью. Как бы вообще не проглотил!

— Прячься! — скомандовала я.

— Куда? Зачем? — заартачилась девица, раздражавшая похожестью на меня.

— Под одеяло! Быстро! Он тебя уничтожит.

Угроза подействовала, Илвурст быстро, прямо в туфлях, забралась в постель и накрылась с головой. При этом девица последними словами поносила «эту ужасную Ребекку», которая довела ситуацию до абсурда.

Дэрен Морфайн

— Как же я испугалась, — выдохнула Эсмина, показавшись из-под одеяла.

Я и сама была не в восторге от визита Морфайна.

— Поднимайся! — скомандовала я, сама вставая с постели.

— Почему это вы так со мной разговариваете? — возмутилась Илвурст.

— А сама-то не поняла? — девушка нахмурилась, а я в это время осмотрелась. Никакого зеркала, разумеется, в палате не нашлась. Зато как нельзя кстати оказался металлический графин, бока которого были начищены до блеска. — Взгляни-ка.

Подруга по несчастью недоверчиво села в кровати и потянулась за предложенным графином.

— А-а-а-а-а! — заорала она, как только увидела своё отражение, при этом выронив сосуд из рук.

Зажав ей рот, зашипела:

— Тише ты! Совсем ополоумела? Хочешь, чтобы сюда опять кто-нибудь явился. — Эсмина замотала головой, что-то промычав из-под моей ладони. — Орать не будешь?

Илвурст отрицательно помотала головой, и я разжала ей рот.

— Что вы со мной сделали?

— Я?! Нет уж, милая! Тут ты виновата.

— Это ещё в чем? — едва ли не рыдая, спросила девушка.

— А кто вместо того, чтобы спокойно постоять в лаборатории, дергаться начал? Если бы ты не свалила стеллаж с зельями, ничего бы не произошло!

— Подождите… — уставилась Илвурст на меня во все глаза. — Ребекка?

— Ну наконец-то до тебя дошло! А теперь живо бери себя в руки. Надо как можно скорее найти обратное зелье. Поднимайся!

Но девушка и не думала вставать с кровати. Подтянув ноги к груди, она обняла их руками.

— Я никуда не пойду, — выдало это «чудо».

— Что значит не пойду? Мы должны вернуть свои тела!

— Не знаю, как тебе, а меня все устраивает. Теперь даже проще стало — не надо будет ничего придумывать. Я смогу спокойно учиться в академии.

— Отлично придумала! — съязвила я. — А ничего, что ты сейчас в моем теле?

— Тебе вообще грех жаловаться! — фыркнула Эсмина. — Вон какую фигурку отхватила.

— Эсмина, не зли меня! Лучше по-хорошему идём!

— А то что?

— Сама говоришь, что фигурка у меня что надо, — решила я пойти на хитрость и «ударить» её по живому. — Это ты теперь из академии отлучиться просто так не можешь, а вот я… Сейчас выйду, найду твоего Энтони. Посмотрим, насколько он тебя любит. Думаю, ни один мужчина не устоит от такого тела, — провела руками по пышной груди, спустившись к округлым бедрам.

— Прекрати! Ты не посмеешь так сделать! — вскрикнула Илвурст.

— Ты сама меня на это вынуждаешь! Поэтому не дури и поднимайся! Мы все теперь в одной лодке. Скажи спасибо, что твои родители увезли хозяйку тела, которое заняла я. Иначе давно бы уже скандал был. У нас мало времени. Не думаю, что она будет долго терпеть. При первой же возможности убежит от твоих родителей и явится сюда. А может и не явится…

— Что ты имеешь в виду?

— Сама же говорила, что Энтони собирается к твоей семье, чтобы просить твоей руки. Вот появится он там, увидит его эта дамочка, да и решит, что не стоит отказываться от такого «подарка», который сам в руки идет.

— Ты ведь сейчас специально так говоришь? Энтони не такой!

— Поверь, лучше нам этого не проверять. Так что? Мы идём искать зелье или оставим все как есть?

— Идём! — буркнула Илвурст. — Только где мы его искать будем?

— Там же, где и прежде. Ведь если в лаборатории Морфайна было зелье, которое поменяло нас телами, то должно быть и обратное ему. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

— Думаешь, после взрыва там что-то уцелело?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Но другого выхода я пока не вижу. Ни в кабинете ректора же нам его искать?!

— А если не найдем? — не унималась Эсмина.

— Если… Может… Надоело твое причитание! Действовать надо, а не рассуждать.

Я первой отворила дверь палаты и выглянула в коридор. В лазарете было тихо. У входа на кресле-качалке дремала помощница лекаря.

— Что там?

— Разувайся! Босиком пойдём, что её не разбудить, — снимая туфли, сообщила я.

Эсмина поморщилась, но спорить не стала, последовав моему примеру. Скрипучая входная дверь едва ли не выдала нас, огласив весь лазарет протяжным звуком. Спящая женщина лишь завозилась и, причмокнув, продолжила спать.

Дело оставалось за малым — добраться до кабинета дракона незаметными. Главное, опять с ним не столкнуться.

Пока мы шли до третьего корпуса, я то и дело ловила на себе взгляды парней. Да, все-таки такая эффектная внешность бывает порой обременительна. В таком виде оставаться незаметной достаточно сложно. К тому же, мне и моя фигура нравится. С грустью покосилась на Эсмину.

Илвурст семенила вслед за мной, на ходу бубня о том, как же несправедлива к ней судьба. Но я была с ней не согласна. Тут не в судьбе дело, а в её глупости. Не явись она сюда, все было бы нормально!

Я решительно шагала к кабинету ненавистного профессора. Надо скорее вернуть своё тело! У самой двери притормозила, взявшись за ручку. Эсмина по инерции впечаталась мне в спину лбом.

— Ай! — вскрикнула она, потирая ушибленной место.

— Аккуратнее! Это все-таки моё тело, а не твое. Нечего его портить!

— Можно подумать, я это специально сделала. Нечего так резко тормозить.

Хотелось ответить ей в той же манере, но усилием воли сдержала рвущиеся наружу ругательства. Я хоть и не из такой благородной семьи как Илвурст, но и скандалить сейчас не было никакого смысла. Пока мы связаны с ней, и решать проблему надо сообща. Ссорами тут ничего не исправить.

Я уже собралась войти в аудиторию, когда услышала голос ректора Нортона.

— Просчитайте все необходимое и подготовьте мне смету на ремонт. Надеюсь, к устранению последствий мы приступим уже завтра, — говорил он кому-то. — Сколько все это займет времени?

— Надеюсь, мы управимся за неделю, — отвечал ему незнакомый мне голос.

— Уходим отсюда, — потянула я прочь Эсмину.

— Но почему?

— Там ректор, — кивнула на дверь кабинета. — Придём сюда позже.

Выведя девушку из корпуса, свернула в парк. Лучше сейчас избегать хождения по дорожкам академии. Кто знает, кого мы ещё встретим.

— И что, нам теперь здесь ждать? Сколько они ещё там будут? — едва ли не ныла Илвурст, трепля мне и без того накрученный нервы.

— Я откуда знаю, — недовольно ответила ей. — Сколько надо, столько и подождем.

— Я устала, — канючила девушка.

— Какая же ты неженка! — Вздох сам собой вырвался из лёгких. — Ладно, идём в общежитие. Посидишь там, а я вернусь сюда и сама все поищу.

И почему я сразу об этом не подумала. Член попечительского совета, расхаживающий по академии в сопровождении адептки может вызвать ненужные вопросы. А так я всегда могу сказать, что мне поручен контроль за процессом обучения. Благо им позволено в любое время здесь бывать и входить практически куда угодно.

На входе в общежитие нас остановил старик-гном. Вахтер недоверчиво осмотрел меня с головы до ног.

— А вы куда?

— Я член попечительского совета. Мне поручено проверить качество комнат адептов, — уверенно заявил ему, даже не моргнув.

— Тогда я сейчас приглашу коменданта. она вам все покажет.

— Нет! Я лично проверю все, — настояла я. — Мне нужна независимая оценка. А комендант может лишь помешать.

— Но… — попытался возразить гном.

— Вы что-то имеете против? — приподняв одну бровь, воззрилась я на него. — Мы можем согласовать мой визит с ректором. Что скажете?

При упоминании ректора Нортона вахтер занервничал.

— Нет-нет! Не стоит. Уверен, что все в порядке. Проходите.

— Ничего себе! Здорово ты с ним! Прямо как настоящая важная дама, — восхитилась Эсмина.

Проводив девушку до комнаты, указала ей на свою кровать.

— Сиди тут и никуда не дергайся.

— А если твоя соседка по комнате вернется?

— Не вернется. У неё сегодня лекции допоздна. Тебя я на ключ закрою, так что будь как мышку — ни единого звука.

— Как закроешь?! Вдруг что случится?

— Если лезть куда не надо не будешь, то ничего не случится. Главное, ничего здесь не трогай! А то знаю я тебя — та ещё ходячая катастрофа.

— Зачем ты так, — расстроилась Илвурст. — Я ведь не специально.

Ничего не ответила. Заперев дверь комнаты на ключ, спрятала его в кармане. Сама же поспешила вернуться обратно к кабинету Морфайна, надеясь, что ректор уже ушёл оттуда.

Внутри нарастало какое-то необъяснимое волнение. Я искренне надеялась, что в моё отсутствие с Эсминой ничего не произойдет и она не разнесет комнату. От этой девчонки можно ожидать чего угодно. Как только мы вернем свои тела, надо будет немедленно от неё отделаться.

В аудитории магии огня уже никого не было, что несомненно радовало. Внутри стоял резкий неприятный запах зелий, смешанный с не менее противным запахом гари. Н-да… Видимо, знатный мы устроили здесь переполох. Что же тогда твориться в лаборатории?

Даже заходить в неё было страшно. Нерешительно толкнула дверь, которая едва не рухнула, так как висела на одной единственной петле. Черные покрытые копотью и разноцветными зельями стены навевали уныние. Покоробленные стеллажи уже были подняты с пола, но их полки оказались совершенно пусты. Рабочие академии уже успели выкинуть все осколки склянок и удалить с пола разбившиеся химикаты.

И где мне теперь искать нужное зелье? Надежда на благоприятный исход таяла буквально на глазах, а я знатно поникла от мысли, что мне придется во всем признаться. А это значило, что я буду вынуждена покинуть Академию элементалей. После такой лжи ни меня, ни Эсмину здесь не оставят.

Последней надеждой было найти хоть что-то в самой аудитории, но вряд ли Морфайн хранил что-то вне лаборатории. Вернувшись в кабинет, заглянула в единственный в нем шкаф. Кроме книг и стопок бумаг с работами адептов в нем ничего более не было.

Обреченно добрела до ближайшего стола и уселась прямо на него, устало прикрыв глаза. Не знаю, сколько времени я так провела. Мысли в голове устроили настоящий бунт, отказываясь искать хоть какой-то выход. Я ругала Илвурст, помянала «добрым словом» Морфайна, корила саму себя за то, что согласилась на эту авантюру. Уж лучше бы и правда вернулась домой и попробовала поступить на следующий год, чем вляпываться в такое…

Из самобичевания меня вырвал до боли знакомый голос, который раздался прямо у меня над головой:

— Васа! — Я вздрогнула от неожиданности. Надо мной возвышался злой как тысяча бешеных собак Морфайн. Его глаза буквально метали в меня молнии. — Что ты тут опять делаешь?! Мало тебе утреннего инцидента?

— Я… Я… — от растерянности даже не придумала с хода что ему ответить.

— К тому же я говорил, чтобы в академии ты держалась от меня подальше.

С трудом я все-таки взяла себя в руки.

— Ты ведь и сам хотел поговорить, — широко улыбнулась я, вспомнив все те моменты, когда встречалась с хозяйкой занятого мной тела, и припомнив все её повадки. Напустив на себя игривости, более мягким тоном добавила: — К тому же, я скучала.

Ещё не хватало, чтобы дракон что-то заподозрил. Он и так меня ненавидит, а если узнает, что перед ним не его любовница, а я, то и вовсе прибьет на месте.

— Перестань! — резко оборвал меня профессор. — Я и правда хотел с тобой серьёзно поговорить, поэтому, видимо, это и к лучшему, что ты сама сюда пришла.

— Я тебя слушаю, — обращаться к Морфайну на «ты» было непривычно. Приходилось контролировать каждое своё слово и каждую эмоцию.

Вместо того, чтобы продолжить разговор, дракон зачем-то развернулся и пошёл к выходу. Я уже надеялась, что он и вовсе уйдет, но все оказалось куда банальнее: профессор закрыл дверь на ключ изнутри, оставив его в замочной скважине, и вернулся ко мне.

— Так вот, — начал он, потирая виски, словно у него была мигрень, — я хотел… — Казалось, мужчина потерял ход своих мыслей. На мгновение замолчав, он внимательно разглядывал моё лицо.

Стало не по себе. По спине пробежали липкие холодные мурашки, заставив поежиться. Не выдержав его испытующего взгляда, я поднялась и отошла к преподавательскому столу. Сделав вид, что меня заинтересовала непонятная металлическая статуэтка дракона, я начала её внимательно разглядывать, при этом даже отвернулась от дракона. Ну его! Глаза б мои его не видели! Увы, я не сразу поняла, какую ошибку совершила.

Так увлеклась, что даже не успела среагировать на то, что Морфайн буквально в мгновение ока оказался около меня.

— Р-р-р-р-р… — пророкотал утробный голос за спиной, заставив все тело завибрировать в ответ.

Резко развернулась, оказавшись в кольце его рук. От открывшегося вида бросили одновременно в дрожь и в жар. Вертикальные хищные зрачки пристально смотрели на меня, не давая отвести взгляда. Они гипнотизировали.

Одним движением Морфайн подхватил меня и усадил на свой стол, при этом не давая ни капли свободы. Я и пикнуть боялась, не зная, что от него ожидать. Очередное рычание запустило новую волну мурашек по телу. Оно дрожало, словно само жаждало больших прикосновений.

Нет! Это не моя реакция на профессора! Это все тело его любовницы. Это явно оно так на него реагирует. Захотелось оттолкнуть дракона, но вместо это руки легли на его каменную грудь. Это ему явно понравилось.

— Ур-р-р-р… — притянул меня ещё ближе, не оставляя между нашими телами даже миллиметра.

Я напряглась, зажмурив со всей силы глаза.

«Надо оттолкнуть! Надо оттолкнуть!» — билась в голове одна и та же мысль.

Горячее дыхание дракона коснулось кожи, опаляя её жаром. Я дрожала то ли от страха, то ли от… Нет! Даже думать об этом не желаю! Или не могу? Губы Морфайна коснулись моих, выбивая из головы всю ту ерунду, что в ней роилась. Мир вокруг меня пошатнулся и, чтобы хоть как-то удержаться, я оперлась руками о столешницу, едва не свалив стоящую статуэтку дракона.

Жар окутал каждую клеточку, распаляя её адским пламенем. Сама не заметила, как и мои губы начали отвечать на поцелуй. Казалось, профессор лишь этого и ждал, прижав меня ещё крепче к своему пышущему огненной лавой телу.

В этот момент я не подчинялась самой себе. Одна рука оторвалась от стола и обвила шею Морфайна. В ответ дракон утробно прорычал, усилив напор. Однако, это как раз привело меня в чувства. Дернулась, но крепкая хватка профессора удержала меня, не позволяя отстраниться. В панике схватилась за первое, что попалось под руку — это оказалась все та же статуэтка.

Откуда только у меня взялось столько силы? Удар пришёлся прямо по голове профессора. В мгновение ока он оторвался от моих губ, непонимающе взглянул на меня помутневшем взглядом, пошатнулся и рухнул прямо на пол. Фигурка дракона из моей руки упала следом, едва ли не угодив ему по лицу.

Надеюсь, я его не убила. Осторожно толкнула бездыханное тело мыском туфельки — не шевельнулся. Толкнула сильнее — ноль эмоций. Кажется, я перестаралась. Ой, мамочки! Что же теперь будет? Теперь меня уже не из академии выгонят, а казнят!

В ужасе опустилась на корточки перед потенциальным трупом и дотронулась до его шеи, как учили нас на лекциях по лекарскому делу, чтобы проверить пульс. Под пальцами едва ощутимо прощупалась пульсирующая артерия. Фу-у-ух… Живой. Все-таки такого гада не так-то просто прибить. Камень рухнул с плеч.

Я уже было хотела подняться и уйти, но заметила под его затылком на полу растекающуюся лужицу алого цвета. Н-да… Живой то он живой, а вот черепушку я ему кажется все-таки расколола. Совесть заставила остаться и оказать ему хоть какую-то, но всё же помощь.

Чем забинтовать ему голову в аудитории я не нашла, идти в лазарет далеко, да и вопросы лишние возникнут. Пришлось оторвать подол от платья, благо в отличии от декольте дамочки, в чьем теле я была, длина её наряда была весьма приличной, со всей силы дернув ткань, соорудила из оторванного куска повязку пострадавшему. Теперь можно и деру отсюда дать!

Едва не бегом выскочила из аудитории, прикрыв за собой поплотнее дверь. Надеюсь, когда Морфайн очнется, меня здесь уже не будет. План был следующим: забрать из общежития Эсмину и бежать из академии куда подальше. Главное, чтобы нас никто не перехватил.

Туфельки не давали достаточной скорости. всё же я не привыкла к таким высоким каблукам, как носит дамочка. Пришлось разуться и бежать к общежитию босиком. Адепты, встречающиеся мне по пути, провожали меня удивленными и непонимающими взглядами.

Старк-гном на входе в этот раз не сказал ни слова, лишь покачал осуждающе головой. И только когда я уже свернула за угол, чтобы подняться по лестнице к комнате, услышала его старческое ворчание:

— Чего только эти богачи не учудят…

— Простите, миссис! — испуганно всплеснула руками Редиест, когда я едва не столкнулась с ней на лестнице.

— С дороги! — рявкнула я так, что Лиэлла побледнела и вжалась в стену, уступая мне путь.

Видимо, выглядела я в этот момент как настоящая городская сумасшедшая, но мне было все равно. Я бы, может быть, даже сбежала одна, но в то же время все та же совесть не позволяла мне бросить Илвурст одну на растерзание ректора Нортана. Уж кто-кто, а она точно не сможет продержаться и минуты под его напором — мигом выложит всю правду.

Дрожащей рукой залезла в карман, чтобы достать ключ. Пальца не слушались, отчего он тут же выпал на пол с громким звоном. Подняла. Ни с первого раза попала в замочную скважину. С огромным трудом всё же открыв дверь, я ворвалась в комнату и, прикрыв её за собой, прислонилась спиной к стене, переводя сбившееся от бега дыхание.

Сидящая на моей кровати Эсмина выглядела испуганной. Вытаращив на меня огромные глаза, она бесшумно то открывала, то закрывала рот, не в силах выдавить и слова.

— Мы уходим! — скомандовала я, вызывая ещё большее недоумение девушки.

— ещё чего! — возмутилась Илвурст. — Я отсюда никуда не уйду! Да и вообще, это ты должна покинуть академию, а я намерена продолжить обучение, — заявила она.

— Вот как?! Ты хоть понимаешь, что нас ждет?

— Не нас, а тебя, — заметила Эсмина. — Ведь это ты обманула всю академию, выдав себя за меня.

— Хорошо же ты заговорила, — разозлилась я не на шутку. — Решила меня крайней сделать, а сама чистенькой остаться? Не выйдет! Ты виновата не меньше меня. К тому же, позволь напомнить: ты сейчас находишься именно в моем теле!

Илвурст скривилась.

— Это временно.

— А вот я не уверена в этом, тем более, что зелье мы так и не нашли. Поэтому собирайся. В городе живет хорошая ведьма. Уверена, что она сможет нам помочь. А уж потом, когда вернем свои тела обратно, можешь делать что хочешь. На этом наши с тобой пути разойдутся.

— Что значит вернете свои тела? — раздался голос Гертрудс.

В порыве нашего спора мы даже не заметили, что уже находимся в комнате не одни. Соседка так тихо вошла, что мы и не услышали.

— Аннабет? Я тебе сейчас все объясню, — её появление вызвало панику.

— Да уж постарайтесь! И начать стоит с того, что рассказать кто вы и что здесь делаете. — В комнате воцарилось молчание. Я не знала, как объяснить девушке происходящее, при этом не выдав нас с Эсминой. — Ну же, Эсмина, не молчи! — поторопила она обладательницу моего тела.

Илвурст уставилось на меня, безмолвно моля о помощи.

— Все очень сложно…

— Я почему-то и не удивлена. Но всё же хотелось бы понять конкретнее, что случилось.

— Видишь ли… — начала я, на ходу придумывая оправдание, выдать его соседке не успела, так как дверь комнаты опять открылась.

На пороге появилась довольная Лиэлла.

— Как же хорошо, что ты здесь, — оскалилась она счастливой улыбкой, обращаясь к Илвурст. — Тебя ректор требует немедленно к нему явиться.

— Зачем? — вместо неё уточнила я.

— Видимо, отчислять будет, — радостно сообщила Редиест.

— Это ты, гадина, что-то ему наговорила?

— А вы вообще кто такая, чтобы меня оскорблять?

— Я член попечительского совета, — я продолжила играть роль дамочки.

Улыбка сошла с лица Лиэллы, но девушка оказалась не из пугливых.

— Тогда вы, как никто другой, должны знать, что нарушение правил Академии элементалей ведёт к неминуемому отчислению.

— А ты не боишься, что мы с Эсминой расскажем, что это как раз-таки ты украла украшение у Эсмины. А она ничего не нарушала! — вступилась Аннабет.

— Какое ещё украшение? — опешила Редиест. — Я только забрала зелья и артефакты, которые нашла. Никаких украшений не было!

— Врешь, гадина! — напустилась на неё соседка. — Было!

— Вот пусть докажет сначала, — фыркнула Лиэлла и ушла.

Ну все… Теперь точно конец.

— Ребекка, о чем она говорит? — едва не плача, обратилась ко мне Эсмина.

— Тебе придется идти к ректору.

— Мне? И что я скажу?

— Не волнуйся, я пойду с тобой, — устало уселась я на кровать. — Придется признаваться.

— Да о чем вы все говорите? — вмешалась Аннабет. — Эсмина!

— Она не Эсмина, — заговорила я. — Точнее Эсмина, но не та, о которой ты думаешь.

— Ничего не понимаю! Вы меня запутать решили?

Пришлось вкратце рассказать Гертрудс нашу историю.

— Вот и получается, что теперь мы обе вылетим из академии, — закончила я свой рассказ.

— Во-первых, это ещё не факт. А, во-вторых, ректор Нортон человек справедливый. Уверена, что он примет достойно решение в отношении вас. К тому же именно он может помочь вам исправить ситуацию. Поэтому идите и расскажите ему все как есть без утайки, — посоветовала соседка.

— Ты права, — согласилась я с ней. — Все равно другого выхода у нас нет.

— Мне страшно, — протянула Эсмина.

— Не волнуйся, все будет хорошо. Я сама ему все расскажу. Все-таки это именно я выдала себя за тебя, мне и отвечать за это.

В качестве поддержки с нами в главный корпус отправилась и Аннабет. В приемной ректора нас встретила его секретарь, при этом обратившись ко мне:

— Миссис Етлес, простите, но ректор пока не может вас принять. Я сообщу ему о вашем визите, но сейчас он ждет на важную беседу адептку Илвурст.

— Я знаю, — ответила я ей. — Именно по этому поводу мы здесь. Я сопровождаю девушку.

— Вот как? Но вы же не её родственница или опекун?

— Это что-то меняет? Я представитель попечительского совета, следовательно, имею право.

— Да, разумеется, — не стала спорить секретарь. — В таком случае проходите, ректор Нортон уже ждет девушку.

Эсмина замялась у двери. Взяв её за руку, как маленького ребенка, я потянула её за собой.

— Я подожду вас здесь, — послышался за спиной голос Аннабет, когда мы переступили порог.

Дороги назад больше не было…

— Миссис Етлес, право, я удивлен вашему визиту, — сложив руки в замок на столешнице, ректор внимательно осмотрел сначала меня, потом и Эсмину. — Если вас не затруднит, то могли бы мы перенести наш разговор? У меня важная беседа с адепткой Илвурст.

— Господин ректор, — сглотнув тягучий ком в горле, всё же набралась я решимости. — Я как раз по этому вопросу.

— Вот как? — удивился Нортон, вопросительно приподняв одну бровь. — Тогда прошу вас, — указал он на кресло, стоящее напротив него.

— Нет, — взволнованно отказалась я. — Я лучше постою. Так вот, как я уже сказала, я здесь по поводу Эсмины. Точнее… В общем… — все слова вылетели из головы, а я потупила взор, начав заламывать руки.

Бедная Эсмина стояла у двери, словно вот-вот была готова выскочить прочь из кабинета ректора. сама девушка была бледна, будто кусок мела.

— Впервые вижу вас такой, миссия Етлес. Что же вас так взволновало?

Набрав полную грудь воздуха, резко подняла взгляд на Нортона. На его губах играла какая-то странная ухмылка, словно он играл со мной как кот с мышью. Даже опешила на мгновение, но вновь собрала в кулак всю свою решимость.

— Я не миссис Етлес! — наконец заявила ему.

Мужчина и бровью не повел.

— Прекрасно, — спокойно произнес он, вальяжно откинувшись на спинку кресла, лишь уголок губ дернулся в насмешке.

— Вас что-то позабавило в моем заявление?

— Разумеется, — продолжал он улыбаться. — Вы весьма забавны, когда теряете уверенность в себе. С вас несомненно выйдет отличный маг.

— О чем вы? — совершенно не понимала, к чему он клонит. — Вы меня слышите? Я не миссис Етлес!

— Я понял это и с первого раза, — Нортон придвинулся к столу, приняв исходную позу. — Думаете, я полный идиот? Или глупец, который не видит очевидного? Для того я и поставлен здесь ректором, чтобы знать обо всем и обо всех.

— То есть? — меня окатило ледяной волной. Я резко обернулась к Эсмине, затем вновь вернула внимание ректору. — Что вы имеете в виду?

— Все лишь то, мисс Оздерн, что даже ваша «маленькая» — особо выделил он последнее слово — подмена не осталась незамеченной.

— Вы знали? Но как же…

— Вас интересует, почему я всё же позволил вам остаться в Академии элементалей? — Он дождался моего кивка, чтобы продолжить. — Да садитесь вы уже! Вас, мисс Илвурст, это тоже касается. — Словно каменные статуи мы всё же присели. — А теперь давайте поговорим начистоту. Поверьте, среди адептов академии имеется немало талантов. Но есть те, чей потенциал не раскрыт даже на половину. При поступлении все проходят общий отбор, однако и он порой не в силах показать весь магический лимит. Для этого ректоратом академии был придуман ещё один шаг испытаний. О его истинном значение никто из преподавательского состава не знает. В виду этого и вам советую забыть о нем, как только покинете эти стены. Так вот, — продолжил Нортон, — у каждого абитуриента берется кровь для установления критериев здоровья. Только по ней определяется не только это.

— Получается, что когда я пришла вместо Эсмины…

— Да, мисс Оздерн. Уже тогда я знал кто вы.

— И что теперь с нами будет? — наконец подала голос Илвурст.

— Как вы понимаете, мне не нужен скандал в академии. Тем более, что появится масса ненужных вопросов. Конечно, дел вы натворили не мало, но и это можно уладить. Куда сложнее будет решить вопрос с Васаитой Етлес. Вы впутали в свои проделки члена попечительского совета, а это уже куда более серьёзно.

— Так вы нас не выгоните?

— Нет, но у меня будет ряд условий, которые вы должны будете беспрекословно соблюдать.

— Какие же? — поспешила я уточнить у ректора.

— Во-первых, строгая дисциплина и никакой самодеятельности. Во-вторых, способности способностями, но лично вам, мисс Оздерн, не обойтись без дополнительных занятий. Вы обладаете двумя стихиями, которые требуют жёсткого контроля. И, в-третьих, — Нортон тяжело вздохнул, — ладно, третье подождет.

— Господин Нортон, — вновь набралась я смелости. — Касаемо миссис Етлес. Я знаю как поступить.

— И как же?

— Эм… Я бы предпочла оставить это в тайне…

— Мисс Оздерн! — настоятельно произнес мужчина. — Никакой самодеятельности!

— Но я и правда могу все уладить, — посмела я возразить.

— Я сам этим займусь. А теперь ждите меня в приемной. Пора возвращать вам ваше тела, пока вы эти не попортили, — вновь усмехнулся Нортон, провожая нас из кабинета.

Ректор не заставил себя ждать. Уже минут через пять мужчина появился в приемной с небольшим кожаным саквояжем в руке. Первым делом он отдал распоряжение своему секретарю касаемо рабочих бумаг.

— И ещё, где сейчас лекция у профессора Морфайна?

Лёгкий холодок прошёлся по спине. Неужели Нортон знает и о случившемся с драконом инциденте?

— Ему стало плохо. Поэтому профессор просил заменить последнюю его лекцию.

— Плохо Морфайну? — удивился ректор. — Да этот дракон за все годы работы в академии ни разу не чихнул. что уж говорить об остальном?!

— Так все бывает впервые, господин ректор, — развела руками секретарь, словно это она была виновата в недуге профессора.

— Жаль, — потер Нортон подбородок. — Он бы нам был как нельзя кстати. Ну да ладно, справимся без него, — заключил мужчина. — Прошу вас, леди, — указал он в сторону выхода.

— А куда мы? — поинтересовалась я, но ректор оставил мой вопрос без ответа.

Секретарь проводила нас непонимающим взглядом, полном женского любопытства, но более не проронила ни слова. Лишь оказавшись на улице, мужчина решил пояснить:

— Как вы думаете, где ваше тело, мисс Илвуртс? — обратился он не ко мне, а к Эсмине.

— Известно где! Меня, — начала она, но тут же запнулась, поправившись, — точнее миссис Етлес забрали мои родители. И уверена, что сбежать от них ей уж точно не удалось. Папенька теперь запер меня… Ой! Точнее её на семь замков.

— Вот именно! Поэтому мы и отправимся к ним.

— Нет! — воспротивилась Эсмина.

— Не волнуйтесь. Уверяю, я смогу убедить ваших родителей позволить вам продолжить учебу в Академии элементалей.

— Дело не только в этом, — замялась девушка.

— Ну а в остальном вам придется самой найти с ними общий язык, — улыбнулась по-доброму ректор.

Мы проследовали через парк, миновали фамильяриум и третий полигон, оставили в стороне библиотеку, направившись прямиком к пропускному КПП, при этом почему-то не свернув к магополитену.

— А мы разве не воспользуемся магополитеном, — почувствовав себя более уверенно, полюбопытствовала Эсмина. — Один из них как раз находится через улицу от нашего дома.

К сожалению, сегодня все магополитены закрыты. Маги решили устроить проверку настройки, поэтому придется нам добираться по-старинке. Карета уже ждет нас у ворот.

Весь путь мы были на нервах, особенно Эсмина. А вот ректора Нортона, видимо, эта ситуация забавляла. Я же, в свою очередь, даже была рада, что ложь наконец-то раскрылась, и мне больше нечего скрывать. Даже облегчение испытала. К тому же господин Нортон и впрямь оказался весьма справедливым человеком, я бы даже сказала, милосердным. Да любой другой мигом выгнал бы нас взашей, узнай подобное, а он нет. Вот что значит честь и благородство. Не то что некоторые драконы!

Ни к месту вспомнившийся Морфайн вызвал новую волну злости. Видимо, это отразилось на моем лице, так как Нортон обратил на меня внимание.

— Вам дурно, мисс Оздерн? — заботливо поинтересовался он.

— Нет, просто вспомнилось кое-что, — отмахнулась я, не желая раскрывать истинных причин моего состояния.

Но, казалось, ректор видел меня насквозь. Загадочная ухмылка коснулась его губ. Да что такое? Я надеюсь, мыслей он читать не умеете? Хотя… В академии поговаривают, что ректор Нортон один из сильнейших магов не только нашего королевства, но и… Ой! А я ведь даже не помню, о чем при нем думала! Вот же дуреха!

Мельком бросила взгляд на мужчину, но он в этот момент даже не смотрел на нас, устремив взор в окно и, похоже, больше интересуясь окружающей природой, чем двумя взбалмошным и несносными адептками. Фух… всё же я себя просто накручиваю.

Тем временем карета уже ехала по улочкам города, копыта стучали по мостовой, а колеса скрипели при каждом движении. Вокруг кипела городская жизнь, сновали туда-сюда прохожие, мимо проносились кареты и повозки, уличные торговцы зазывали покупателей, а местная детвора весело резвилась в тени деревьев.

Наконец мы свернули к главным улицам, где располагались богатые особняки и модные салоны. Здесь все кричало о богатстве. Казалось, даже зелень листьев тут была ярче, а солнце грело теплее. Увы, я никогда не буду так жить. Но жаловаться мне не стоит, ведь теперь у меня есть шанс на будущее. Учёба в академии дает много возможностей, в том числе и государственную службу с хорошим жалованием. Пусть я никогда не смогу позволить себе купить подобный дом, но как минимум жить, не голодая, точно смогу.

Карета остановилась у одного из домой, что скрывался за высоким кованым забором и утопал в сочной зелени.

— Вот мы и на месте, — сообщил Нортон. — Прошу вас, леди, — покинув карету, он подал нам руку. Не задумываясь, я приняла его предложение. А вот Эсмина, казалось, окаменела от страха. — Мисс Илвурст, если вы не выйдете сами, то мне придется вам помочь! — пригрозил ректор, но не дождавшись её реакции, был вынужден исполнить свою угрозу.

Когда же Эсмина оказалась снаружи, то мертвой хваткой вцепилась в мужчину.

— Прошу вас, можно я тут останусь! — взмолилась она.

— Ну уж нет! Ведь вся эта суета началась именно с вас, поэтому и заканчивать все придется тоже вам, — назидательно произнес он и направился к воротам.

К нашему удивлению они оказались открыты.

— Странно… — превозмогая страх, произнесла Илвурст. — Родители никогда не оставляют их открытыми. Вечно слуг ругают за подобную оплошность.

— Может случилось что? — предположила я, не подумав.

— Что?! — едва не разрыдалась Эсмина и тут же рванула к дому.

— Подожди! — окликнула я, но девушка даже не обернулась.

— Идёмте за ней! — скомандовал ректор и, взяв мою руку, повел в дом.

Но стоило нам переступить порог дома семейства Илвурст, как мы застыли на месте с раскрытыми ртами, как, впрочем, и сама Эсмина.

— Мистер Илвурст, я люблю вашу дочь и прошу у вас её руки, — стоял на одном колене посреди гостиной Энтони Франсторс. — Я готов ради неё на все!

Эсмина стояла у входа, глядя на любимого восхищенными глазами, прижав руки к сердцу.

— Энтони, я тоже тебя люблю! — рванула она к возлюбленному, однако, тот немедля шарахнулся от незнакомки.

— Вы кто?!

— Милый?! — в глазах Эсмины заблестели слёзы.

В этот же момент на лестнице оказалась миссис Илвурст, ведущая под руки сопротивляющуюся дочурку. Завидев меня, настоящая миссис Етлес задергалась ещё сильнее.

— Вот она! Держите ее! Воровка! Она воровка!

— Эсминочка, милая моя, — успокаивала её матушка. — Душа моя, никак темная магия завладела твоим разумом.

— Да вы сами сумасшедшие! — вопила на весь дом лже-дочурка, продолжая сопротивляться.

— А ну тихо всем! — наконец не выдержав мистер Илвурст, стукнув тростью об пол. Все вокруг мигом замолчали. — А теперь по порядку. Ты, — ткнул он тростью в сторону Энтони, — кто такой?

— Моё имя Энтони Франсторс. Я приехал, чтобы просить руки Эсмины.

— Ясно, — ухмыльнулся мужчина. — Свободен!

— Что значит свободен? — опешил парень.

— То и значит! У неё уже есть жених.

— Я никуда не уйду! — не уступал ему Франсторс.

— Тем хуже для тебя. Я ведь и взашей выставить за ворота могу.

— Отец! Нет! — заступилась за любимого настоящая Эсмина.

— Авы, девушка, ещё кто такая, чтобы меня отцом называть?! — рассердился мистер Илвурст.

— Господин Илвурст, — вмешался ректор, — позвольте я вам все объясню.

— А-а-а… — протянул мужчина. — Господин Нортон, ещё и вы здесь. Чем обязаны?

— Дело в том, что в академии произошло небольшое ЧП.

— То, что у вас в вашей академии творится полнейший бардак, я понял ещё будучи там. Непонятно лишь одно: как ваше ЧП относится к моей семье?

— Именно об этом я и хотел поговорить. Видите ли, при взрыве в лаборатории активизировались некоторые эликсиры, что привело к тому, что все присутствующие обменялись между собой телами.

— Как же так? — всплеснула руками матушка Эсмины, при этом выпустив лже-дочку.

Та мигом воспользовалась случаем и рванула ко мне. Я лишь успела спрятаться за спину Нортона, а тот в свою очередь смог перехватить бегущую дамочку.

— Миссис Етлес, прошу вас, успокойтесь! Мы пытаемся помочь всем вам.

— Она воровка! Воровка! Верни моё тело, гадина! — тянула она ко мне руки.

— Ничего я у вас не крала. Я, так же, как и вы пострадала, — попыталась я оправдаться.

— Тихо! — вновь прогремел голос мистера Илвурста. — Ничего не понимаю…

— В общем, — продолжил ректор, когда миссис Етлес немного успокоилась и перестала кидаться на меня. — Вот ваша настоящая дочь, — указал он на девушку с моим телом. — А это, — указал на кидающуюся на меня дамочку, — Васаита Етлес — член попечительского совета Академии элементалей, а третья девушка — наша адептка, — указал он на меня.

— О, всемогущие Боги! — запричаталась миссис Илвурст, ринувшись к настоящей дочери.

— Саяра, прекрати с ней сюсюкать! — остановил жену мужчина. — Если бы эта негодница не сбежала, ничего бы не случилось!

— К чему сейчас это?! — возмутилась матушка девушки. — Главное, что она жива и здорова.

— Как же?! Случится с ней что-то! Вместо того, чтобы за ум взяться и к свадьбе со своим женихом готовиться, она шашни с каким-то безродным водит.

— Отец!

— Вы совсем меня не знаете! — вмешался Франсторс.

— И не желаю знать! Вон из моего дома!

— Отец! Ты не посмеешь! Если выгонишь Энтони, то и я уйду следом! — пригрозила настоящая Эсмина.

— Уйдет она! В комнату к себе уйдешь и будешь там сидеть до самой свадьбы!

— И почему я должна слушать весь этот бред? — фыркнула миссис Етлес.

Я даже не заметила, как она покинула дом. Очнулась лишь тогда, когда нарастающий скандал остановил ректор.

— А теперь послушайте все меня! Пока Эсмина Илвурст и Ребекка Оздерн являются адептками Академии элементалей, ответственность за них лежит на мне. А это значит, что сейчас решать где им быть и что делать буду я!

— Я её отец!

— А я государственный служащий. На своё место я поставлен самим королем, и мои полномочия — это его воля. Или вы желаете спорить с Его Величеством? — с вызовом спросил Нортон у отца Эсмины. Тот благоразумно промолчал. — Вы, молодой человек, сейчас возвращаетесь домой. Свои любовные дела будете решать в другое время. Адептки отправляются со мной в академию, родители смогут увидеть дочь в установленные для встреч с родственниками часы. В остальном будете решать свои проблемы на спокойную голову. Но имейте в виду, господин Илвурст, что я буду всячески отстаивать право девушки на обучение.

Отец Эсмины недовольно скривился, явно не разделяя точки зрения ректора.

— Бегхард, ну как же так? Сделай же что-нибудь! — умоляла матушка Эсмины своего супруга, глядя, как ректор уводит её дочь.

— Хватит причитать! Пусть идет! А я ещё до самого короля дойду!

Больше мы уже ничего не слышали, так как вышли на улицу.

— Кто видел где миссис Етлес? — наконец спросил у нас ректор.

Я пожала плечами:

— Она как-то неожиданно исчезла.

— Придется ехать к ней домой. Живо в карету! — приказал Нортон.

— Господин ректор, — остановил его Энтони. — Позвольте поговорить с Эсминой.

— Молодой человек, я вам все сказал. Возвращайтесь к себе и дождитесь, пока её отец остынет. Потом улаживайте с ним отношения. Как только получите его благословение, то можете приехать навестить девушку на правах официального жениха.

— Но…

— Никаких «но»! — отрезал ректор. — Мисс Илвурст, я жду!

Какое-то время Эсмина молчала, уткнувшись взглядом в сложенные на коленях ладони. Лишь когда мы отъехали от её дома на приличное расстояние, она решилась заговорить.

— Простите меня, господин Нортон. Теперь из-за меня у вас будут крупные неприятности, — подняла на ректора виноватый взгляд.

— Вам не об этом стоит думать, мисс Илвурст. Свои проблемы я смогу уладить, а вот вам будет куда сложнее решить ваши.

— Вы правы, — согласилась девушка. — Даже не знаю, как мне быть дальше.

— Для начала решим вопрос с вашей внешностью, а уж потом постепенно и об остальном подумаем.

Ухватившись за эту тему, я решила отвлечь Эсмина от грустных мыслей о её семье.

— Господин Нортон, а как мы сможем опять телами обменяться? У вас есть зелье?

Ректор усмехнулся.

— Тут одним зельем не обойтись. Придется ехать к придворному магу.

— Но ведь в таком случает все станет известно, — испугалась я неминуемых последствий.

— Это и так не удастся скрыть. Лучше уж мы сами обо всем расскажем, чем это сделает кто-то сторонний.

— Наверное, вы правы. А если миссис Етлес не согласится с нами ехать?

— И с этим тоже смогут помочь при дворе. Незаконное владение чьим-то телом, будь то физическое или ментальное, является преступлением, — пояснил Нортон. — Если кто-то решит оказать сопротивление при устранении этого факта, то это чревато попаданием под арест.

— И нас арестуют? — встрепенулась Илвурст.

— Разумеется нет, — успокоил её ректор.

— Но ведь это все из-за нас.

— Я думаю, что это лучше оставить между нами, — подмигнул нам мужчина. — Для всех остальных вы занимались в лаборатории практической работой. А то, что произошёл взрыв, это лишь случайность. Вы меня поняли? — настоятельно уточнил Нортон.

Мы послушно кивнули.

Особняк четы Етлес находился в живописном районе города практически на берегу полноводной реки. Высокие деревья охраняли его покой, скрывая от посторонних глаз.

Как раз-таки у ворот поместья мы и застали скандалящую Васаиту Етлес. Ещё на подъезде были слышны её крики:

— Остолоп! Немедленно впусти меня!

— Мисс, прекратите скандалить, — твердил ей слуга по ту сторону ворот. — Если вы не прекратите, я буду вынужден вызвать служителей порядка.

— Да как ты смеешь?! Я хозяйка этого дома! Я Васаита Етлес! Сейчас же позови моего мужа!

— Ага, — хмыкнул слуга. — Уже бегу!

— Да как ты смеешь дерзить мне! Уволен! — орала дамочка.

— Ишь, напугала она меня! Иди отсюда по добру, по здорову.

— Дурень! Открывай, кому велено!

Как только карета остановилась, Нортон вышел из нее, не дожидаясь нас, и направился к слуге у ворот.

— Любезный, — обратился он к мужчине. — Сообщи хозяину, что с ним желает встретиться ректор Академии элементалей Альберт Нортон.

Слуга с почтением поклонился гостю.

— Сию минуту, господин Нортон, — покосившись на скандалящую девицу, он засеменил к дому.

— Что вы тут делаете, Нортон? — зашипела на него Етлес.

— Вас спасаю, — спокойно ответил ей ректор.

— А вас об этом не просила.

— Вот как? — удивился тот. — То есть и ваше тело вам не нужно?

Мы всё ещё продолжали сидеть в карете, не решаясь показаться на глаза разъяренной женщине.

— Зачем оно мне? — Етлес сложила руки на груди, с вызовом глядя на Нортона. — Это куда лучше прежнего: молодое, не дурное собой. Конечно, не такое эффектное, как моё, но… Молодость стоит того, — рассмеялась она.

— Миссис Етлес, вы не хуже меня знаете закон.

— Любой закон любит деньги, — оскалилась дамочка. — а у моего мужа они в избытке. Думаю, он не откажется от такого подарка от меня, — обвела она руками изгибы тела Эсмины, отчего та едва не выскочила из кареты. В последний момент я остановила ее. — Думаю, как мужчина вы поймете.

— Если вы добровольно не последуете за нами, я заставлю вас силой.

— Да? Ну давайте! — дамочка протянула руки к Нортону. — Я люблю решительных мужчин, — промурлыкала она, но ректор её оттолкнул.

— Вы жалки!

— Аккуратнее со словами, господин ректор! Не забывайте, с кем вы говорите. Я не одна из ваших адепток!

— А я не один из ваших любовников, миссис Етлес! — парировал Нортон как раз в тот момент, когда к воротам подошёл супруг дамочки.

— О чем вы? Кто это?

Испугавшись назревающего скандала, мы всё же были вынуждены покинуть своё убежище.

Очнувшись, я почувствовал, что лежу на чём-то твёрдом, и тело моё закостенело в неудобном положении: мышцы свело, было неудобно, а ещё жуткая боль пульсировала в голове. Из-за этой боли мысли почти не ворочались, превратившись в ленивцев, зависших в неподвижности на ветке дерева. «Где… Я… Что… со мной… А?» — с большим трудом оформился вопрос. Я шевельнулся, тронул рукой затылок, нащупал тряпку и очень этому удивился. С трудом сел, огляделся. Это моя аудитория.

— Так! Скоро придут адепты, у меня же занятия по расписанию.

Вскочил, мгновенно забыв о боли, растерянно посмотрел по сторонам. Ах, да! Тут случился погром, занятия, наверняка, перенесли в другую аудиторию, а может, и вообще заменили другим предметом. Нужно сходить в учебную часть и уточнить. Только сначала привести себя в порядок.

Я подошёл к подоконнику, коснулся ладонью стекла, своей магией превращая его в зеркало. Это недолгий эффект, но пары минут мне хватит, чтобы оценить свой внешний вид.

— О-о-о! — застонал, увидев отражение.

Голову забинтовали, я бы сказал, неумело. Или небрежно, возможно, благодетель торопился. Или благодетельница? Я присмотрелся к материи, использованной для перевязки. Такого цвета был подол платья Васаиты. Неужели это она?

Слабо представлял избалованную любовницу в роли помощницы лекаря.

Полюбовавшись на засохшие пятна крови, я с благодарностью подумал о том, кто остановил кровотечение. Помощь была оказана вовремя, иначе бы я так быстро не вернулся в сознание и мог проваляться здесь до прихода рабочих.

— Но почему она никого не позвала на помощь? — спросил я таявшее отражение. — И кто шарахнул меня по голове? И чем?

Опустив глаза, заметил валявшуюся на полу статуэтку дракона, основание которой было измазано кровью. Последний вопрос можно снять, а вот каково имя преступника…

— Васа! — озарило меня.

Я вспомнил всё. Как зашёл в аудиторию оценить масштаб ущерба уже после уборки, увидел сидящую на столе любовницу. Меня потянуло к ней с неудержимой силой. Дракон ликовал, и мне с трудом удавалось его сдерживать.

Поймал себя на новых ощущениях. Мне всегда нравилась яркая внешность Васаиты, её аппетитные, можно сказать, идеальные формы, зрелость, наконец. Эта связь была удобна нам обоим. Ей льстила «победа» над драконом, мне же не приходилось искать случайные удовольствия. Миссис Етлес всегда была к моим услугам и не требовала ничего, кроме свиданий без обязательств.

Правда, в последнее время навязчивость Васы стала меня раздражать, я даже принял решение порвать с ней навсегда. Именно с этими мыслями шёл на встречу. Объяснение сорвалось из-за происшествия в лаборатории, а теперь я радовался полученной отсрочке. Кажется, мы с моим драконом сошлись во вкусах, мы оба жаждали ласк рыжей бестии!

Впрочем, вела она себя не так, как всегда. Я снова, как тогда в лазарете, увидел испуг и растерянность в прекрасных глазах. Любовница опасалась меня! Того, с кем бывала в самых разных видах и в бесчисленном множестве затрапезных постоялых дворов и дешёвых гостиниц. Трудно было предположить в этой женщине стеснительность и скромность. Теперь её будто подменили! Она не только не радовалась моим объятьям, не ластилась ко мне с обычным темпераментом, Васа пыталась вынырнуть из кольца рук, улизнуть…

Но никто ещё не уходил от жаждущего любви дракона!

Я действовал решительно и получил поцелуй. Ах, какой же это был сладкий поцелуй! Так лежащие на фарфоровом блюде вымытые яблоки с глянцевой кожицей не приносят того удовольствия, как те, что сорвал с ветки, предварительно расцарапав руки о жёсткую кору яблони.

Дракон внутри меня блаженствовал, я испытывал необыкновенные эмоции и притяжение. Меня влекло к этой женщине, как… Как к истинной! Я не собирался останавливаться и непременно прямо здесь, в разгромленной аудитории, закрепил бы, наконец, открывшуюся связь со своей единственной и неповторимой.

На этом воспоминания обрывались, я даже не мог вспомнить, каким образом получил удар и оказался на полу, да ещё с перебинтованной головой.

Васаита! Любимая!

Я и мысли не допускал, что это она меня ранила. Мурашки бегали по телу, а в груди разгорался жар при воспоминании о нежности, с какой мою шею обвили её руки, о частом дыхании, о груди, вздымавшейся и опускавшейся, а ещё о взгляде — непривычном, смущённом и, вместе с тем, полном обожания. Мою истинную тянуло ко мне с такой же непреодолимой силой, как и меня к ней.

Это кто-то третий прокрался в аудиторию и ударил меня, оборвав счастливейшие минуты в моей жизни. И увёл Васаиту.

А кто же наложил повязку, оторвав кусок от её платья?

Это не так важно, либо сама умолила нападавшего позволить ей сделать это, либо он. Муж? Мистер Етлес каким-то образом прознал о нашей страстной любви, примчался в академию и застукал нас за этим?

Как бы ни было, я должен заявить свои права на истинную пару! Даже не ради себя и любимой женщины — ради детей. Лишь в этом случае мои наследники получат магию рода в полной силе и мощи. Я уже не надеялся, что стану отцом великих магов, достойных именоваться Морфайнами. Теперь у меня есть надежда.

С этой убеждённостью я помчался из аудитории, нужно было отменить все занятия на сегодня. Далеко убежать не удалось, меня поймала за руку профессор Эни Дилар и убедила обратиться к лекарю. Пришлось согласиться с доводами доброй женщины — не дело видному преподавателю академии щеголять по городу с окровавленной тряпкой на голове.

Я бы, конечно, мог сорвать присохшую к волосам и ране материю и обернуться драконом. В истинной ипостаси такие царапины заживают мгновенно, но ректор категорически запретил мне летать по территории. Ссориться с Нортоном сейчас не хотелось абсолютно. Я поспешил в лазарет за обычной помощью. После чего твердо решил направиться в дом господина Етлес.

Я спешил уладить всё, что можно, в академии. Помощница лекаря, вздыхая и сетуя на неаккуратных профессоров, обработала и смазала чудодейственной мазью мою рану. Мне пришлось обмануть, сказав, что я наводил порядок в разгромленной лаборатории, неосторожно поскользнулся на разлитых реактивах и ударился головой об острый угол. Затем отправился выяснять, можно ли отменить занятия, стоявшие у меня по расписанию. Обрадовался, что стараниями доброй Эни Дилар, сообщившей о моём недомогании, меня заменил какой-то аспирант. В другое время я бы возмутился, но сейчас меня мало заботили проблемы адептов, со своими бы разобраться.

Еле сдерживался, чтобы не обернуться прямо на территории. Сегодня, как нарочно, магополитен не работал, а трястись в карете мне не позволял внутренний огонь, который никак не получалось успокоить. Лучшим выходом для меня было долететь до поместья Етлес, выпустив зверя, дав ему возможность размяться и порадоваться небу и солнцу. Я очень надеялся, что тогда смогу общаться с мужем Васаиты без лишних нервов.

Не совсем же он идиот и не станет перечить дракону, нашедшему свою истинную пару?

Какое блаженство — резать воздух огромным обтекаемым телом, опираться на быстрые струи крыльями, лёгким движением хвоста менять направление, закладывать виражи, дышать полной грудью и чувствовать, как гигантское любящее сердце гонит горячую кровь по жилам!

Дракон был счастлив, а вместе с ним счастлив был я — Дэрен Морфайн, последний из рода могущественных огненных магов.

Меня раздражали людишки, сновавшие по улицам города и задиравшие головы, чтобы полюбоваться полётом дракона. Решил свернуть к реке и лететь, любуясь своей огромной тенью, легко скользящей по блестящим водам. Особняк четы Етлес находился в живописном районе города почти на берегу. Его окружали высокие деревья, пряча семейные тайны от любопытных взглядов.

Приближаясь к этому «гнёздышку», я поймал себя на мысли, что неплохо было бы спалить его дотла! Васаита вряд ли сейчас дома, у неё совсем другие привычки. А вот рогоносец… Как удобно одним лишь огненным дыханием сделать свою истинную вдовой.

Разозлился, осознав преступность возникшей идеи. Неужели зверь берёт надо мной верх? Разгадать эту головоломку я не успел. Особняк был уже совсем близко, я даже рассмотрел, что происходит около ворот, и услышал истерические крики.

— Остолоп! Немедленно впусти меня! — вопила смутно знакомая мне девушка.

— Мисс, прекратите скандалить, — не сдавался слуга. — Если вы не прекратите, я буду вынужден вызвать служителей порядка.

— Да как ты смеешь?! Я хозяйка этого дома! Я Васаита Етлес! Сейчас же позови моего мужа!

В это время подъехала карета, из неё вышел Нортон и направился к скандалистке, пытаясь её урезонить.

Я держался поодаль, не решаясь показаться на глаза начальству, предпочёл дождаться, когда ректор увезёт куда-нибудь подальше сумасшедшую, которая вздумала называться чужим именем. Пикировка затягивалась, Нортон зачем-то упомянул меня… То есть не меня одного, потому что говорил о любовниках во множественном числе. И надо же было в этот самый момент выйти мужу моей истинной!

Мистер Етлес услышал эти слова и возмущённо поинтересовался:

— О чем вы? Кто это?

В этот момент я ещё мог ждать развязки — когда лишние свидетели уберутся, и я смогу побеседовать с мужем Васаиты наедине. Однако случилось непредвиденное: она вышла из кареты, а вместе с ней самая несносная адептка, величавшая меня общипанным петухом, пусть и мысленно.

Дракон не выдержал, ему надоела моя медлительность. Увидев истинную, он камнем бросился вниз, я едва успел немного подправить падение и у самой земли обернуться человеком.

Девушки пронзительно завизжали, только Васа молча усмехнулась, стойко выдержав моё внезапное появление. Нортон возмущённо охнул, а мистер Етлес задумчиво почесал затылок со словами:

— А это ещё что за ящерица?

Ну, хоть не петух.

Дальше началось сумасшествие. Васаита схватила в охапку Илвурст и довольно грубо запихала её в карету, запрыгнув следом. Не успел я удивиться их внезапной дружбе, как Нортон поволок упиравшуюся незнакомку туда же. Каким образом подобралась эта странная компания? Ректор академии, член попечительского совета, первокурсница моего факультета и скандальная самозванка, величающая себя Васаитой! Просто какая-то гремучая смесь.

В глубине души я обрадовался стремительному отъезду экипажа. Теперь никто не помешает мне выяснить отношения с мистером Етлес.

— Что вам угодно? — спросил он в ответ на мой поклон.

— Меня зовут Дэрел Морфайн…

— Я знаю, кто вы. Что вам всем понадобилось в моём доме? Куда увезли Васаиту? И почему этот человек говорил про каких-то любовников?

— Нортон — ректор академии.

— Мне плевать! Я спрашиваю, о чём таком он болтал?

— Послушайте, мистер Етлес, — я старался говорить уважительно, хотя это давалось с большим трудом, — дело не в том, что у вашей жены были любовники. Недавно выяснилось, что она моя истинная пара. Я дракон, вы же только что…

— Стервец! — заорал рогоносец, бросаясь на меня. — Ты посмел явиться сюда и ещё издеваешься!

Не слишком ли часто меня стали бить? Лишь драконья реакция позволила мне увернуться. Отпрыгивая от наскакивающего мужчины, я пытался объяснить свои намерения:

— Лучше всего вам развестись, мистер Етлес! Я публично заявлю, что Васаита моя истинная пара, у вас не будет проблем с формальностями.

— У меня? Это у тебя будут проблемы, распутный негодяй!

— Его Величество заинтересован в том, чтобы древний род Морфайна продолжился, — я всё ещё пытался решить дело миром, и подбирал аргументы, не заметил, как в руках Етлеса появилось ружьё.

— А я вот сейчас отстрелю тебе нечто важное, и ты навсегда забудешь о продолжении рода!

Конечно, я мог припечатать магией их всех — и обезумевшего мужа моей истинной, и его слугу, подсунувшего хозяину ружьё, и вообще всех, кто посмеет прыгать на дракона, но благоразумие на сей раз меня не покинуло. Предстать перед высшим судом за магическое преступление совсем не то, что мне хотелось в тот момент жизни, когда я обрёл великую, посланную богами любовь.

Раз не удалось уладить всё без лишнего шума, придётся прибегнуть к милости короля. Я не просто так сотрясал воздух, говоря о его заинтересованности.

Взмыл в воздух, сделал круг над присевшими в растерянности людишками, рыкнул и полетел догонять карету, надеясь, что она не успела далеко уехать.

Лошадь встала на дыбы, когда я приземлился прямо перед каретой. Даже не остановившись, на ходу обернулся и рывком открыл дверцу. В нос тут же ударил пьянящий аромат истинной. Я буквально терял от него голову. Все внутри клокотало от нетерпения. Потянулся к Васаите, но путь к ней преградил Нортон.

— Дэрен, стой!

— Уйди, Альберт! — сквозь зубы процедил в ответ. — Я заберу Васу и уйду.

— Ты никого не заберешь! Не всё так просто.

— Она моя истинная!

— Нет. Твоя истинная не Етлес. — От такого заявления я на мгновение замешкался. — Произошло недоразумение. Во время взрыва магия вышла из-под контроля.

Затуманенный ароматом пары мозг с трудом воспринимал информацию. Слова Нортона казались исполненными абсурда. Не может быть! Эсмина не может быть моей парой! Хотя, она ещё и не Эсмина! Как? Ребекка?

Чувствовал себя полным идиотом. Такие новости даже мой пыл смогли остудить. Дурак! Вот же я дурак! Меня с самого начал обвели вокруг пальца, а я поверил.

Я был настолько поражен полученной информацией, что молча развернулся, отходя от кареты.

— Дэрен, — окликнул меня ректор. — Давай мы обсудим все позже. Сейчас нужно скорее вернуть им их тела, а уже потом разбираться в произошедшем.

— Не в чем разбираться, — наконец произнес я сухо. — Езжайте.

— Ты не с нами? — удивился Альберт.

— Нет, — коротко бросил я, вновь обращаясь.

Чувствовал себя ужасно. Набирая высоту, старался как можно скорее убраться подальше от Эсмины. Нет! Ребекки! Дракон требовал вернуться, но мужское самолюбие несло меня вперед.

Я долго кружил над лесами вблизи города, облетел бесконечные поля Оренверна, планировал над серпантинами рек. Лишь обессилев, опустился на небольшой выступ скалы. Я думал о многом. Глупо обижаться на Ребекку. Тем более, что это и невозможно — она моя истинная. И, стоит признаться самому себе, что и самого начала она была мне не безразлична.

Но что я могу ей сейчас предложить? Брак? Но это поставит точку на ее учебе. Вряд ли я смогу отпустить ее хоть ненадолго. А ей нужно обучаться. Без этого ее магия натворит бед.

Решение далось мне не просто. С тяжелым сердцем я все же расправил крылья и направился в Академию элеменателей. Главное, не видеться с ней, а то вся моя решимость и настрой испарятся в мгновение ока.

— Господин ректор, прошу принять меня, — я переминался с ноги на ногу у двери кабинета Нортона.

Удивленная секретарша одарила меня насмешливым взглядом. Ну да, согласен, вид у меня был совершенно не презентабельный: помятый костюм, всклокоченные волосы. Да и сам я чувствовал себя не лучше.

— Не сейчас, Морфайн! — бросил недовольно ректор, скрываясь в своём кабинете.

Следом за ним вошли еще несколько человек с каменными выражениями лиц.

— Проверка, — шепнула мне секретарша, когда дверь за ними закрылась. — Мистер Етлес со своей супругой написали жалобу в министерство. Как бы господина Нортона не уволили из-за этого скандала. Так что вы лучше позже зайдите, сейчас ему точно не до вас.

Я и сам это понимал, но и мое дело не терпело отлагательств.

— Отдайте ему, — положил на стол лист бумаги.

— Что это? — ещё больше удивилась девушка.

— Моё заявление об увольнении, — коротко пояснил я, намереваясь поскорее покинуть приемную, но секретарь меня остановила.

— Вы совсем с ума сошли?! Добить его решили? Я всегда считала вас порядочным, а оказалось… — покачала она головой. — При малейшей опасности решили бежать?

— Вы не знаете моих обстоятельств! — рыкнул в ответ, но тут же умерил свой пыл. — Передайте ректору. Позже я сам с ним поговорю.

— Ваше дело, — фыркнула секретарша, сложив руки на груди. — Со своей совестью сами разбирайтесь.

Не стал ей ничего объяснять. Для чего? Разумеется, Нортон обязательно расспросит в подробностях о причинах, но распинаться перед секретаршей я не видел смысла. Оставив заявление, наконец покинул приемную.

На мое счастье, лекций у меня сегодня нет, так что в свой законный выходной могу со спокойных душой уйти из академии куда подальше. Вот только идти особо было некуда. Видеться с кем-то совершенно не хотелось. С Васой мы расстались сразу же после скандала с её мужем. Я даже был несказанно рад этому факту. Искать новую пассию я не собирался, тем более, что теперь дракон ни в коему случае не позволит мне этого сделать.

Да… Ребекка Оздерн стала моим наваждением, ночным кошмаром. Ещё никому не удавалось так резко ворваться в мою жизнь и перевернуть всё с ног на голову. И кто бы мог подумать, что она окажется именно той, о ком я мечтал всю свою долгую жизнь.

Ребекка… Это имя ей подходит куда больше, чем Эсмина. Взрывная. непокорная, взбалмошная. Теперь главное не испортить ей жизнь. У нее столько всего впереди, ее магия требует вдумчивого и внимательного погружения. Я же могу лишь привнести хаос в ее обучение. Все же правильно поступаю.

Покинув стены академии, направился в ближайшее кафе. Оно довольно маленькое, неказистое, что и обуславливает малое количество посетителей. Этим оно мне и нравится.

Заняв привычное место в стороне от входа, сделал заказ. Хотелось, как можно скорее выкинуть из головы эту девчонку. Но дракон бунтовал. Ему не терпелось соединиться со своей истинной, сделать ее своей и больше никуда и никогда не отпускать.

«Потерпи! Потерпи ещё немного! Мы прежде всего должны думать о ней», — убеждал я его, потягивая янтарную жидкость из стакана.

Время неумолимо шло вперед, постепенно в заведение загорелись магические светляки. наполняя зал теплым желтоватым светом. С улицы доносились трели сверчков, смешиваясь с шелестом сочной листвы. Где-то вдалеке ухали ночные птицы, проснувшись на охоту. А я всё продолжил мучить себя, безнадежно избавляясь от мыслей о ней.

Голова всё сильнее тяжелела, мозг замедлял свою работу, картинка перед глазами начинала расплываться. Кажется, последний бокал был всё-таки лишним. Попытался встать, но ноги отказывались подчиняться. Пошатнувшись, уселся обратно. Да и пусть! Мне и тут не плохо!

— Господин, — подошел ко мне сотрудник заведения. — Не плохо было бы расплатиться, — протянул он мне листок со счетом, но цифры на нем сливались в единое пятно.

Выудив из внутреннего кармана золотые монеты, бросил их на стол.

— Этого хватит? — язык едва ворочался во рту.

— Более чем, — парнишка отсчитал нужное количество, оставив на столе две монеты.

— Это тоже забери, сдачи не нужно. Лучше принеси мне еще один бокальчик, — махнул рукой на пустой стакан.

— Может, хватит вам? нерешительно поинтересовался тот. — Вам бы домой.

— Не нужно больше! — прогремел рядом строгий голос. — Отвару ему принесу травяного, да покрепче завари, — распорядился Нортон, опустившись рядом.

— Будет сделано, — забрав оставшиеся монеты, парнишка тут же скрылся из виду.

— Так и думал, что найду тебя тут. Ну и с чего ты решил так набраться?

— Тебе не понять! — хмыкнул я пьяно.

— Так расскажи мне. Вроде не дурак, должен понять, — улыбнулся Альберт, приготовившись слушать меня.

Ненавязчиво, Нортон вывел меня из заведения. Всю дорогу я бессвязно рассказывал ректору о том, что случилось.

— И вот как мне быть?

— Наверное, Дэрен, ты прав, — согласился со мной мужчина. — Пока тебе действительно стоит уехать, иначе натворишь дел. Дай ей немного времени. Кстати, у меня для тебя даже есть подходящий вариант, — добавил Нортон.

— Какой?

— Поговорим об этом завтра, а сейчас тебе нужно прийти в форму.

— Куда мы идем? — удивился я, когда осознал, что движемся мы совершенно в противоположную сторону.

— Ну не в академию тебя в таком состоянии вести! Переночуешь в гостинице. Здесь неподалеку есть приличная, а завтра жду тебя у себя в кабинете.

— У меня с утра лекции, — возмутился я, но Альберт меня остановил.

— Твои лекции проведет Сайфорд.

— Так у него нет никакого опыта работы с адептами. Этот юнец сам чуть ли не вчера получил диплом.

— Вот и наберётся опыта. И вообще, теперь это не твоя забота.

Наверное, он был прав. Думать об этом сейчас у меня не было ни сил, не возможности. Мозг отказывался работать. Всё-таки я перебрал лишнего…

Оставшийся путь до гостиницы был для меня как в тумане, очнулся от которого я лишь ранним утром. Головная боль напомнила я моих вчерашних «подвигах», вызвав приглушенный стон. Усилием воли пришлось взять себя в руки и привести в порядок. Уже спустя час я был перед кабинетом Нортона.

— Здравствуйте, профессор Морфайн. Ректор уже спрашивал о вас. Он ждет, проходите.

Альберт встретил меня насмешливым взглядом.

— Как самочувствие? — От его громкого голоса я непроизвольно скривился. — Можешь не отвечать, сам вижу, что плохо. Поэтому не стану ходить вокруг да около. Твоё желание уехать на время ещё в силе?

— Разумеется! — подтвердил я.

— Тогда ознакомься, — протянул он мне бумаги, при этом начав рассказывать: — Академия темных сил Ласада прислала запрос. С одним из их преподавателей случилось несчастье, а у них остались дипломники без куратора. Просили прислать на замещение кого-нибудь. Командировка до конца учебного года. Согласен?

— Согласен, — не раздумывая дал я ответ.

— Вот и прекрасно, — на одном из листов бумаги на своем столе Нортон поставил размашистую подпись, закрепив её своей печатью. — Это приказ о твоей командировке. Можешь уехать прямо сейчас. Успеешь собраться?

— Разумеется! — произнес я и, поднявшись, направился к выходу.

— Дэрен! — остановил меня его голос. — Может, хотя бы попрощаешься с ней?

— Нет. Если сделаю это, то боюсь уже не смогу уехать.

— Как знаешь, — вздохнул Альберт. — Не волнуйся за неё, я лично за ней присмотрю, — пообещал мне ректор.

— Фух… — рухнула на кровать Эсмина, бросив сумку с учебниками прямо на пол. — Наконец-то последний экзамен закончился, и завтра начнутся каникулы. У меня на них уже столько планов.

— И каких же? — судя по глазам подруги, они были явно грандиозными.

За эти месяцы многое произошло. После того, как все узнали о нашем обмане, в академии было много проверок. Ректору Нортону чудом удалось сохранить своем место, благо вмешался сам правитель. За былые заслуги было принято решение оставить его на посту. Нам с Илвурст позволили остаться, но на испытательный срок, который мы, кстати, успешно прошли.

Васаиту Етлес со скандалом исключили из попечительского совета Академии элементалей. Узнав о её многочисленных изменах, муж потребовал расторжения их брака. Но, как вскоре стало известно, дамочка долго не горевала. Совсем вскоре она нашла себе нового любовника — это оказалось настоящей трагедией для Эсмины, ведь им оказался Энтони Франсторс.

Тогда родители Илвурст хотели даже забрать её из академии, так сильно она убивалась, но Эсмина отказалась. Они очень переживали за дочь, отец даже расторг ее помолвку, о которой так мечтал. Теперь девушка была свободна от всяких обязательств. Потом так и вовсе позабыла свои печали, так как я познакомила её с Аланом Тернингтоном. Они быстро нашли много интересных точек соприкосновения и, похоже, стали не просто друзьями. По крайней мере, Эсмина выглядела весьма счастливой.

Ну а я… Наверное, меня тоже можно назвать счастливой, ведь моя главная мечта осуществилась — сегодня я закончила первый курс Академии элементалей. Но сейчас это казалось такой ерундой. То ли я повзрослела, то ли мечта оказалась не настоящей. В любом случае, я уже не так радовалась своим успехам.

— Ребекка! Ты меня не слушаешь! — вырвала меня из размышлений подруга.

— Слушаю я!

— И что я сказала? — испытующе уставилась на меня Илвурст.

— Прости…

— Вот опять ты где-то витаешь. Хватит уже о нем думать!

— Ни о ком я не думаю, — возмутилась в ответ.

— А то я не знаю. Ты весь учебный год такая, с тех самых пор как профессор уехал из академии. Ты хотя бы самой себе уже признайся, что он тебе не безразличен.

— Эсмина, перестань говорить ерунду!

— Любовь — это не ерунда! Может быть, он тоже к тебе неравнодушен.

— Именно поэтому и уехал, — буркнула я в ответ. — Давай закроем эту тему, — раздраженно добавила я. — Уехал и уехал! Мне все равно!

— Ладно, ладно. Чего так нервничать-то?! Я просто сказала. Лучше пойду, а то мне еще вещи собирать.

Оставшись одна в тишине комнаты, я уселась на подоконник. Под окнами суетились радостные адепты, спеша покинуть общежитие на летние каникулы. Яркое солнце согревало своим теплом через прозрачные стекла, играя на них бликами. Но мне было всё равно. Я и правда не видела радости вокруг, лишь серые унылые будни. Будни без него…

Эсмина права: хватит уже лгать самой себе! Я не могу без него!

— Я люблю его… — прошептала я вслух в тишине комнаты. Мой голос эхом отразился от стен, поднимаясь к потолку. — Люблю…

Одинокая слеза скатилась по щеке. Поспешила стереть ее ладонью. От этих мыслей стало лишь больнее. Морфайн уехал, значит ему было все равно. К тому же тогда, целуя меня, он думал, что это его любовница. Меня бы он точно не стал целовать.

— Хватит! К чему эти страдания. Мне и так не плохо! — решительно заявила я самой себе и спрыгнула с подоконника. — Так! Вещи сами себя точно не соберут.

«Долго будешь киснуть?» — раздался в голове голос моего элементаля.

— Оставь меня ненадолго! — проворчала вслух. — Я одна побыть хочу.

«Лучше бы потренировалась, чем тоску разводить.» — он будто и вовсе меня не слышал.

— Исчезни!

«И не подумаю. Пока твой истинный не вернется, я за тебя в ответе!»

— С чего ты вообще взял, что он мой истинный? Если бы это было так, то он бы не сбежал! Тем более, что у драконов парность на первом месте.

«Много ты о драконах знаешь!» — обиженно произнес элементаль.

— Слушай, ты же вроде элементаль?

«Ну да! А у тебя сомнения есть?»

— Есть! — заявила в ответ. — Ты больше на сваху похож! Порой складывается впечатление, что ты мне не с магией послан помогать, а для того, чтобы выгораживать Морфайна.

«Зря ты так! Со мной, между прочим, ты уже многому научиться успела. А профессор… Вот кто еще тебе поможет, как не я?» — не унимался дух академии.

— Ладно, не обижайся. Но я и правда сейчас не настроена на разговоры. Дай одной побыть.

«А я что против? Кстати, думается лучше всегда во время прогулки. Я одно местечко знаю тихое. Как раз неподалеку. Могу проводить».

Немного подумав, решила все же принять предложение элементаля. По крайней мере, этот бестелесный дух еще ни раз не советовал мне ничего плохого.

— Хорошо, веди меня. Только я быстро переоденусь.

Достав из шкафа свои любимые брюки, быстро привела себя в порядок.

«А в платье было бы лучше» — подметил элементаль.

— Больше ничего не надо?!

«Да ладно тебе, не возмущайся. Иди уже»

Зайдя предварительно в фамильяриум, забрала с собой Шоршика. Увы, после скандала с нашей подменой, я была вынуждена отдать его туда. Но на мое счастье, ректор разрешил иногда его забирать.

Когда я покинула территорию академии, мой незримый помощник направил меня в противоположную от города сторону. Миновав переправу через реку, я шла в сторону леса.

— Никогда здесь не была, — призналась я.

«Это Лес тысячи истин — место магической силы»

— Ага, — усмехнулась в ответ. — Сейчас зайду в него и сразу всю правду о себе узнаю.

Однако, элементаль не оценил моей шутки.

«В нем и правда можно узнать многое, главное уметь слушать. Но тебе, похоже, этого не дано!»

— Это еще почему?!

«Потому, что не прислушиваешься к советам. Я же говорил тебе съездить в Академию темных сил, но ты ведь у нас гордая»

— Хватит уже меня отчитывать! Ты вообще за кого: за меня или Морфайна?

«Налево поверни» — произнес элементаль, оставив мой вопрос без ответа.

Я уже успела зайти глубоко в лес.

— Еще заблудиться с тобой не хватало, — неустанно ворчала я.

«Направо»

Сама не заметила, как оказалась на небольшой поляне. Передо мной возвышалась небольшая скала, из расщелины которой струился небольшой серебристый ручеек.

— Красота… — протянула я восхищенно. — Что это за место? — спросила я помощника-духа. — Эй, не слышишь что ли? — Ответа так и не последовало. — Торвил! — позвала элементаля по имени. — Ты где? Не пугай меня так!

Шоршик, чувствуя мою тревогу, крепче обвил руку под кофтой, безмолвно поддерживая меня.

Нервно осмотрелась по сторонам. И откуда я пришла? Нет! Элементали — наши помощники. Они не могут причинить вред адептам. Точно! Просто что-то случилось и Торвил скоро вернется ко мне. Стало не по себе. Подойдя к поваленному у скалы дереву, присела на его ствол, ожидая помощи.

Звуки леса добавляли тревоги, каждый шорох вынуждал вздрагивать. Прежняя красота уже не вызывала восторга. И зачем я согласилась сюда идти? Лучше бы собирала вещи, и все было бы хорошо.

— Торвил! — опять позвала элементаля. — Торвил!

Со стороны скалы зашумел ветер, растрёпывая мои распущенные волосы. Поёжилась. Лес буквально загудел кронами, зашелестел от порывов воздуха. Пенье птиц стихло. Напряжение повисло вокруг, вибрируя. Вторя этому состоянию, я сжалась, обняла себя руками и замерла.

Неожиданно по телу побежало тепло, заполняя каждую клеточку, начиная от кончиков пальцев на ногах, заканчивая зардевшими щеками. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто появился за мной. Всё внутри полыхало огнем. Хотелось сорваться с места, рвануть к нему, но я продолжила сидеть, даже не шелохнувшись.

— Р-р-р-р-р! — раздалось за спиной.

— Не рычи на меня! — губы сами собой расплылись в счастливой улыбке.

Вот же Торвил! Специально заманил меня сюда. Оказывается, элементали те еще интриганы. И как только Морфайну удалось связаться с ним? Хотя, какая сейчас разница?!

— Р-р-р-р-р! — прозвучало более требовательно.

Не выдержав, я все же обернулась, при этом сделав серьезное лицо.

— И что надо от меня, господин профессор? Занятия окончены, у меня законные каникулы.

— Р-р-р-р-р! — расправив крылья, дракон спрыгнул со скалы, опустившись прямо передо мной.

Выставив вперед крыло, прижал его к земле и кивнул головой в его сторону.

— А больше ничего не надо?! Я не обязана вам подчиняться!

— Пфр-р-р-р-р… — издевательски фыркнул Морфайн.

Я и опомниться не успела, как этот петух-переросток взмахнул крыльями, взлетая, при этом схватив меня в свои громадные когтистые лапищи.

— Пусти меня немедленно!

Вместо этого дракон поднимался все выше и выше, унося меня неизвестно куда.

Завидев внизу белоснежные стены храма Семи Богов, я с недоумением завозилась в лапах ящера, на что получила очередное рычание.

— И зачем мы здесь? — стоило ногам коснуться земли, как я напустилась на дракона. Казалось, его невозмутимость была непоколебима. Отойдя от меня, Морфайн принял человеческий облик. — Я вопрос задала!

Профессор молчал. Так же бессловно он приблизился, взял меня за руку и потянул к высоким двустворчатым дверям храма. Желание сделать наперекор ему взяло верх, и я уперлась ногами. Помогло. Морфайн резко остановился, обернувшись ко мне.

— Я ведь и передумать могу! — голос мужчины звучал угрожающе. — Если не хочешь идти в храм, можем сразу в пещеру отправиться.

— Зачем в пещеру?

Наглый ящер расплылся в самодовольной улыбке.

— Я и так ждал слишком долго. Ты моя!

От этих слов внутри патокой растеклось тепло, но упрямство не давало покоя.

«Рекомендовался он, петух общипанный!»

— Кстати, — прищурился профессор, — открою тебе маленькую тайну: порой я читаю мысли окружающих. — Едва не раскрыла в удивлении рот. — Так что насчет петуха ты зря. Придется тебя наказать за это, но не сейчас, позже. Сейчас у нас есть дела поважнее.

— Какие? — едва выдавила из себя.

Больше разговаривать Морфайн не намеревался. Быстро подхватив меня, закинул себе на плечо и зашагал в храм.

— Да что у тебя за манера такая? — колотила его по спине кулаками. — Пусти меня!

— Вы что здесь устроили?! — встретил нас у самого входа жрец. — Вы в великом храме! Имейте совесть!

— Просим нас простить, — заговорил с ним мой дракон. — Но у нас срочное дело. Соедините нас узами брака.

— Вот как? — казалось, жрец был слегка удивлен. — А невеста согласна? — заглянул он за спину Морфайна, чтобы получше меня рассмотреть.

— Согласна она, согласна.

— Нет! — возразила я чисто из упрямства.

Хлесткий шлепок по мягкому месту вынудил меня ойкнуть.

— Кажется, она против.

— Это она не подумав ответила. Она согласна! — более настойчиво произнес мужчина, шлепнув меня в очередной раз.

— Так что скажите, леди? — усмехнулся жрец. — Вы согласны? — Пятая точка начала немного гореть. Словно маленькое дитя, я поджала губы и сложила руки на груди. — Боюсь, ваш брак невозможен. Мы не имеем права кого-либо неволить. Это должно быть добровольное решение, — добавил жрец, отходя к алтарю.

Морфайн опустил меня на каменный пол храма.

Ощутила, как по моей руке начал ползти Шоршик. Верный друг быстро высунулся из рукава и вонзил зубы в запястье Морфайна.

— Ай! — дернул рукой мужчина. — Опять он здесь! Ну будь я драконом, то умер бы от яда.

— Не жалко! — хмыкнула я в ответ. — Шоршичка, лучше спрячься, а то нервный он какой-то.

Но, кажется, защита моего фамильяра только больше раззадорила Морфайна.

— Значит, не пойдешь за меня? — Я отрицательно мотнула головой. — Ну хорошо, — спокойно ответил Дэрен и наклонился прямо к моему уху. — Тогда летим в пещеру. Там я быстро уговорю тебя, — в его глазах вспыхнуло пламя. — И никакой фамильяр тебе там уже не поможет.

Сомнений в его словах не было. Боюсь, я не то что соглашусь на брак с ним, я еще и долго оттуда не выйду. Да мне и самой не терпелось скорее обнять этого несносного дракона. И что я впрямь упираюсь? Он любит меня, я люблю его. Мы и так столько времени потеряли, хотя могли быть счастливы.

Совершенно позабыв где мы находимся, прильнула к Морфайну и коснулась его губ в легком невесомом поцелуе. Уже собралась отстраниться, как дракон прижал меня крепче, добавляя пыла нашему поцелую.

— Кх… — послышалось неподалеку, от чего Дэрен нехотя отстранился.

— Так это значит да?

— Да, — ответила любимому, вкладывая ладонь в его крепкую руку.

Почувствовала, как змейка соскользнула по предплечью и обвила наши с Дэреном запястья красивым живым кольцом. Кажется, уже и Шоршик признал мою пару.

Мы сколько угодно можем отрицать очевидное, пытаться казаться сильными, самоуверенными и даже неприступными. Но стоит ли наше счастье этого? Порой нам просто нужно быть самими собой, ведь жизнь одна. И шанс встретить того единственного очень мала. Нужно ценить каждое мгновение рядом с любимыми.

Мне повезло, как, впрочем, и моему дракону. И, несмотря на все то, что нас ждет впереди, мы вместе, а это значит, что мы сумеем преодолеть все повороты, что приготовила для нас судьба. Ведь любовь — главное чудо, данное нам богами.