— И так, какими будут ваши оправдания, мисс «Я лучшая в этом деле»?

— Эм… Э… Мне нужно подумать! — крикнула Алиса.

— А мне-то что делать? — возмутился я.

Ответа не последовало, и сеанс связи оборвался. Итак, что мы имеем, после пяти минут ругани я наконец решил попробовать проанализировать свое положение. Да ничего мы не имеем, я чертов подсвечник! Где обещанная магия, мечи и толпы женщин, что возжелают меня на сеновалах всех спасенных деревень? Как так получилось, хотя в целом неважно, и вообще эта дуреха Алиса ответит по полной, как я выберусь отсюда. Пока главное, что это уже случилось, и я уже в заднице с таким началом.

Помоги с проектом, всё будет хорошо, это новая разработка нашего НИИ «Мироустройства и магии». Как я поддался на такие глупые уговоры этой дурехи. Воистину, если голова ржавая, то чердак смыло к чертям с первым же дождем, и что-то мокрое в районе подвала не может думать. Когда она уже вернется там с ответами или вытащит уже наконец отсюда?

— Марк! Марк, ты слышишь? — Испуганный голос девушки раздался в голове.

— Нет, у подсвечников нет ушей! — без эмоциональным голосом робота сказал я.

— Что! Как, а дурак, профессор вот он! — крикнула девушка.

— Хах, узнаю Марка, что бы ни случилось, не падает духом, да? — прозвучал мужской голос в голове.

— Профессор, от всей души прошу! Ради эксперимента отведите руку максимально назад и верните обратно с ускорением!

— Ай! Профессор, ну за что? — обиженный голос Алисы сладко влился в уши.

— Хех, опять попался на вашу уловку, дружище! — радовался профессор.

Конечно, попался, потрогать зад Алисы любой был бы рад, а тут такой повод.

— Док, что делать? Вернете? — решил я закончить с шутками на пока.

— Эм, тут такое дело, что похоже, что нет, — растерянный голос профессора звучал вполне убедительно. — Пока основная миссия не завершится, увы, мир не синхронизируется.

— Да как я вам ее завершу-то? Офанарели? Я подсвечник! Как это вообще возможно-то? — ярость с новой силой закипела внутри.

— Марк, я приношу вам глубочайшие извинения от всего МИМ! Будьтн уверены, мы приложим все усилия, чтобы вас вытащить, просто подождите, — успокаивающий голос профессора не успокаивал.

— Да я ваш МИМ задушу, как только выберусь отсюда! — Кричал я в гневе.

— О, огонек зажегся! — Удивленная сказала Алиса.

— Какой еще к черту огонек! Я тут в заднице, а у тебя огоньки горят?! — Ярость в моем голосе становилась все сильнее.

— Марк, ты горишь! — кричала она.

— Что? Да не… Что-о-о? — удивился я, заметив изменения вокруг.

Тусклый желтый свет освещал комнату вокруг. Я в теле подсвечника стоял на комоде в центре комнаты и служил источником этого света. Подняв взор вверх, я увидел небольшой огонек, который едва разгорелся на кончике фитиля. Я опустил свой взгляд обратно и осмотрел пространство вокруг. Помещение, в котором я находился, было каким-то складом, и многовековая пыль покрывала вещи вокруг. Пока я любовался красотами, открывшимися вокруг, с потолка спустился мотылек, что полетел на мой огонек, манимый светом. Он кружил вокруг кончика горящего фитиля, уменьшая расстояние, пока не врезался в пламя. Крылья моментально вспыхнули, и мотылек, как подбитый самолет, спикировал в последнем полете на пол.

[Вы получили энергию]

— Команда вивисекторов, я требую объяснений, — смотря на медленно догорающего мотылька, сказал я.

— Это невероятное открытие! Теория профессора Костомозгова верна! — Слышал я удаляющиеся крики профессора.

— Алиса?

— Я без понятия, прости. — ответила удивленная Алиса.

Впрочем, чего еще было ожидать от этой ржавоголовой. Итак, вспоминай, Марк, ты же ходил на его лекции, о чем же он там говорил? Что-то о теории эволюции монстров и накоплении магической силы путем поглощения. Я напряг свои извилины, или теперь правильно будет говорить восквилины, сильнее, вспоминая скучнейшие лекции профессора по магической палеонтологии. Нет, бесполезно, в голове всплывает только расстегнутая рубашка этой рыжей.

Разложим все по порядку: я сжег мотылька, вернее, он сам убился, я не виноват, я получил энергию. Раз я что-то получил, то должен что-то почувствовать, ведь так? Я напряг то, что можно было напрячь, снова и попытался найти что-то в себе. Спустя небольшое время я достиг результатов: перед моими глазами плавали буквы.

[энергии для эволюции в монстра собрано 0,0001 %]

Так значит, я могу стать монстром? Кажется, это будет интересней обычной рутинной миссии.

— Отращу себе тентакли и вернусь за тобой, слышишь меня? — я угрожающе прокричал той стороне.

— …- сторона делала усиленный вид, что не слышала, но громкое тревожное дыхание говорило об обратном.

Видимо, помощи оттуда не приходится ждать, а значит, спасение утопающего — дело рук самого утопающего. Изучим пока то, что можем, я же ученый как-никак, младший научный, правда, но все равно ученый. Если я зажегся, когда разозлился, то попробуем успокоиться. Я закрыл глаза или что у меня ими было и старательно прогнал то и дело всплывавший образ Алисы, которая визжала и брыкалась, когда я запихивал ей в рот малосольные огурцы моей бабули. «Тишина и покой, тишина ии-и-и-и-и покой…», — говорил я про себя. Спустя пару минут пламя исчезло. Я вспомнил свое положение, и пламя тут же появилось. Значит, мои эмоции управляют пламенем, логичный вывод, который напросился сам собой. Это отличается от того, когда мы применяем магию в обычном состоянии, руководствуясь образами.

— А ты не растаешь? — услышал я обеспокоенный вопрос Алисы.

— Почему я должен растаять? — безучастно переспросил я.

— Ну у тебя же вместо головы свеча как бы, — удивляясь моей невнимательности, сказала она.

— Что, какая еще свеча?! — возмутился было я, но осознание проблемы не заставило себя ждать.

Пламя взметнулось к потолку, поджигая паутину. Я же чертова свеча, а свечи состоят из воска, а он тает от огня, какой же я идиот! Нужно срочно успокоиться, срочно. Тишина и покой. Да какая к черту тишина и покой. Еще эти тупые уведомления мешают сосредоточиться.

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

…

Марк, не паникуй, успокойся, успокойся, дыши, дыши. Процесс самоуспокоения был запущен на полную катушку, и мне удалось обуздать панику, погасив пламя. Мне кажется, я стал чуточку ниже, и угол обзора слегка изменился.

— Алиса? Я сильно растаял? — спросил я, опасаясь худшего.

— Ну-у-у, раньше ты был более привлекательным, — загадочно ответила она.

— Ты можешь нормально ответить? — снова начал я злиться, но быстро опомнился.

— Процентов тридцать осталось от первоначальной длины, — тут же ответила она.

Мне не хотелось проверять, что будет, когда останется ноль процентов. Потому я решил, что пока повременю с экспериментами. Оставалось только дождаться, когда вернется профессор и скажет что-то более внятное о моем положении.

— Марк, тут крыша горит у здания! — Вскрикнула Алиса.

— Если я не выживу, то буду приходить к тебе в снах и кормить малосольными огурцами! Сделай что-нибудь! — Кричал я ей.

Первая обгорелая головешка упала в метре от меня. Спустя пару минут еще пара досок спланировали с другой стороны. Затем я заметил, как кусок ткани спереди загорелся от падающих угольков. Спустя еще пару минут я был окружен бушующим пламенем. Ну всё, я уже ощущал тепло на своем теле, и угол обзора слегка поехал вбок. Тяжела жизнь ученого в магических мирах. Я закрыл глаза и приготовился узнать, что будет на нуле процентов.

Не успел я окончательно растаять, как в комнату влетела девушка, выбив дверь мощным потоком воды. Она пробежала к центру комнаты и, создав огромный водяной шар, метнула его к потолку. Шар врезался в перекрытия, туша огонь, разлетелся брызгами по всей комнате. Комната погрузилась во мрак. Я почувствовал, как воспарил над землей. Я уже размышлял о том, что умер, и готовился изучать, как выглядит смерть. Вдруг комната снова озарилась тусклым светом, а на остатках моего фитилька плясал маленький огонек, который зажгла девушка.

— Почему тут случился пожар? Тут же совершенно нечему воспламеняться, это же чердак, а не лаборатория, — пробубнила она.

Девушка вышла из комнаты, освещая мною свой путь. На выходе валялся потухший светильник. За дверью чердака был узкий коридор с дверями по бокам и заканчивался лестницей вниз. Отсутствие окон делало атмосферу достаточно мрачной и таинственной. Девушка прошла в конец коридора и спустилась по лестнице вниз. За спуском, который заканчивался дверью, обнаружился еще один коридор, который вел в противоположные от выхода стороны. Стена напротив выхода состояла из сплошного окна, что уходило также в разные стороны.

Посмотрев в окно, я увидел небо этого мира. Три луны освещали квадратный внутренний двор с небольшим фонтанчиком в центре. Особняк был невысоким — всего три этажа и чердачные помещения. Тысячи звёзд создавали потрясающую картину, которая отличалась от той, что я привык видеть в родном мире.

Свернув направо, девушка продолжила путь сквозь особняк. Смена обстановки с затхлого чердака сулила много интересного, потому я смотрел на окружение с любопытством. Наш путь не продолжился долго. Вскоре меня торжественно внесли в комнату, полную склянок, магических устройств и колб с булькающими жидкостями. Десятки свечей, расставленных по периметру, достаточно хорошо освещали эту алхимическую лабораторию.

— Что там? — не отвлекаясь от булькающей жидкости в склянке, спросил бородатый мужчина.

— Перекрытия загорелись, — ответила девушка, проходя мимо и садясь за свой столик.

Стол упирался в угол комнаты, и в этот же угол поставили меня. Судя по выцветшему пятну, ранее потухший светильник стоял на этом же месте. Открыв ящик стола, девушка вытащила новую свечу и, выдернув огарок, лишила меня зрения.

— Что ты делаешь, я же помру, дура! — закричал я.

Но почти сразу зрение вновь вернулось, и его угол вновь изменился, а тусклый огонек стал выше. Выкинув огарок в ведро, девушка перевернула лист бумаги перед собой и продолжила делать запись под диктовку мужчины, тут же забыв о моем существовании.

— Дамочка, по аккуратнее с антиквариатом! — Крикнул я, привлекая внимание девушки, но она, похоже, не слышала меня.

Что же, это упрощает связь с лабораторией, не придется прятаться. Хотя бы одна хорошая новость за сегодня. Хотя нет, вторая, что я не сгорел там к чертям собачьим.

— Четыреста пятнадцатый, база, ответьте! Четыреста пятнадцатый! — кричал я в пустоту.

База, видимо, в отрубе с перепугу или энергия кончилась, потому и не слышу обычные глупости с того конца провода. Я пригляделся, что пишет девушка. Закорючки и каракули никак не складывались в слова, похоже, и функция автоперевода не работает. Я осмотрел еще пару раз комнату, но ничего особо интересного так и не нашел. Типичная лаборатория алхимика, как и во множестве других миров миров. Это уже не первый мой поход на синхронизацию, и мало что может удивить мой взор.

Я вспомнил, что когда начался пожар, мелькали кучи уведомлений, и решил посмотреть, что же там было. Закончив читать уведомления, я захотел устроить еще пару пожаров. Вышло довольно неплохо, и уровень энергии поднялся аж на десять процентов за раз. Я сделал вывод, что от силы эмоций зависит высота зажженного на фитиле огня, а следовательно, и время горения.

Так, если что-то произошло один раз, значит, может произойти и второй, а потому надо готовиться. Судя по всему, умереть в ближайшее время мне не грозит, и свечи во мне будут менять. Значит, надо учиться управлять тем единственным, что поддается управлению. Это был единственный вывод, который смогла сделать моя ученая голова в текущий момент, чтобы не сойти с ума от глупости ситуации.

— Наставник, подойдите, пожалуйста, — капризно попросила девушка.

Мужчина встал и шаткой походкой, прихрамывая, подошел к девушке. Из их разговора я понял, что ее исследования находятся на завершающей стадии, но у девушки все никак не получалось завершить формулу какого-то катализатора. Наставник взял перо и, настоятельно разъясняя ей, начал вычерчивать химические формулы. Как только он закончил и пристально посмотрел на свою ученицу, чтобы убедиться, что та все поняла, он заметил меня в углу стола.

— Ох, как же давно я не видел этот духовный подсвечник, — ностальгически сказал он.

— Духовный что, профессор? — не до конца поняв, о чем он, спросила девушка.

— Вот, — он указал на меня, — инструмент, где планировалось запечатывать души убийц, чтобы они вечно молчаливо мучились и созерцали жизни тех, кого пытались убить, — пояснил профессор.

— И в нем душа какого-то убийцы? — опасливо косясь на меня, спросила девушка.

— Ах, если бы эксперимент провалился, идея была вот в чем, — он протянул ко мне руки и, взяв, открыл какую-то дверцу снизу, что-то доставая. — Теперь возвращаемся к работе, — внезапно закончил мужчина.

Я готов поклясться, что не прошло и секунды, но тела людей вспышкой поменяли положения. По-видимому, мое сознание заключено в чем-то, что достал профессор, и вытащив это, я выключился. Все любопытнее и любопытнее. Похоже, наши умельцы сделали то, что их умельцам было не под силу.

Шел десятый день моего заключения в предмете роскоши. Алиса не отвечала, и я коротал время, тренируя свой огонек. Мне удалось выяснить предельное время горения свечи, которой меня заряжала каждое утро провинившаяся практикантка Лона. Первые пару дней я слишком перестарался в своих экспериментах, и свеча сгорала с такой скоростью, что Лона удивленно поднимала бровь, когда свет неожиданно тух, но меняла свечу и возвращалась к переписыванию какого-то трактата профессора. По обрывкам ее бормотаний я все больше находил сходств между ней и Алисой. Такая же разгильдяйка и прожигательница жизни, что предпочитала открывать двери своей грудью, а не мозгами. «Господи, и тут двоечница за партой, да что же мне везет-то так?» — ругался я в своих мыслях первые дни.

Еще одно сходство — это жевание Алисой булки над клавиатурой, в случае моей новой визави выходило над трактатом. Крошки привлекали различную летающую живность, которую мне удавалось подпаливать коротким всполохом. Если бы это была игра, то я бы уже получил парочку достижений за локальный геноцид насекомых. Жаль, в лаборатории Алисы не было такого же трудолюбивого подсвечника, частенько по неосторожности схватив ее кружку, можно было подкрепиться чем-то жужжащим в агонии.

— Марк! — Неожиданный крик Алисы вывел меня из привычной уже рутины охоты на мух.

— К сожалению, он погиб в огне, а я его далекий родственник, внук, Канделябр четырнадцатый! — Грустным голосом ответил я ей.

— Извините, — грустно ответила Алиса, и связь прервалась.

Я бы очень хотел поговорить с отделом кадров и тем куратором, что взял ее на работу. Остается надежда, что два телотресения, пока она будет бежать к профессору, встряхнут ее извилину. Мне же пока надо вот того мотылька приманить, так, сделаем огонек поярче и ждем.

— Марк, это профессор, — неожиданно включившаяся связь помешала язычку пламени, и мотылек улетел.

— Вечер в лабу, док, канделябр-убийца на связи, — ответил я ему.

— Что? — Я представлял, как глаза профессора округлились.

Хотя профессор и понимал шутки, но все же ситуация слегка начинала надоедать, потому я решил обстоятельно пересказать ему последние десять дней своего существования. Также не забыл упомянуть причину появления предмета моего заточения и теорию о месте своего заключения.

— Какая интересная история, голубчик, — сказал профессор, наверняка почесывая подбородок.

— И я хотел вас спросить, а что с моим телом, вы его забрали?

Я долго думал над этим, ведь если я тут, то мое тело должно быть где-то там. Принцип отправки синхронизатора был довольно прост и сложен. Каждый мир окружал некий купол отчуждения, не давая никому проникнуть извне. Это был грустный момент в истории мироиследований, который стал отправной точкой для всего НИИ МИМ. Когда нашли первый мир подобного типа, то посчитали пузырь вокруг планеты за какой-то слой плотного газа. Решив отправить экспедицию на планету, корабль дополнительно укрепили, и исследователи отправились к земле сквозь атмосферу. Поверхности достиг лишь безжизненный металл. Дальнейшие экспедиции предпринимали только различные автоматоны. Под управлением опытнейших операторов автоматоны смогли отыскать способ проколоть пузырь. После этого живые люди смогли достичь поверхности и с удивлением обнаружили мир, полный магии из книг. В последствии НИИ смог понять, что ключом является душа. Если отправить ее в виде энергии, предварительно забрав из тела, то барьер не представлял опасности для органического существа. Ну и немного позже появился способ ретрансляции души в тело. С тех пор и появились синхронизаторы, что спускались на планету, синхронизировали ее, ломая пузырь. Что там да как, я точно не знал, да и мне больше нравилась романтика исследователя новых миров, чем цифры и отчеты.

— Какое тело? — переспросил удивленный профессор.

— Что значит какое, профессор?! Вы что, забыли его на той поляне?! — начал я заводиться.

— Алиса?! — крикнул профессор.

На той стороне послышался звук разбившейся чашки и следом громкие крики оправданий.

— Марк, мне очень, очень жаль, — начал осторожно профессор. — Но, по-видимому, мы потеряли ваше тело, — как в гроб заколотил гвозди он свой ответ.

Честно, я хотел бы сжечь всю эту шарашкину контору уже давно. На первой миссии меня выкинули в ущелье, полное плотоядных червей размером с палец, и, пока я пришел в себя, они отгрызли часть моей ягодицы. Это было не просто больно, а чертовски больно! Две недели я пробирался по буреломам, пока не добрался до первой деревни. Там я наконец смог отдохнуть и поспать на животе, не чувствуя, как в тело впиваются ветки. Следующая миссия началась на необитаемом острове. Я два месяца строил лодку, чтобы убраться с него куда подальше и прекратить жизнь Биар Грилза. Спал, привязывая себя лианой к пальме, так как ночью на берег выползали зубастые крабы-людоеды. Остальные миссии начинались хоть не столь эффектно, но легкой прогулкой их назвать тоже было нельзя, по причине скудоумия навигаторов. Так что я привык, но это уже переходило все разумные пределы. Да, после переселения души забрать меня было невозможно. Но тело осталось пустым, а я застрял в этом дурацком предмете интерьера.

— Марк, я вам клятвенно обещаю, что мы что-нибудь придумаем! — попытался меня успокоить профессор.

— Профессор, помните Эрегею? — спросил я его.

— Помню, — медленно и на полтона ниже ответил он.

— Те фотографии все еще лежат у меня в облаке, — угрожающе продолжил я.

— Не надо! Мы все исправим, Марк, непременно все исправим! — засуетился профессор.

Мне даже стало немного жаль его. Все же профессор был хороший мужик, и то была обязанность моего навигатора Алисы. Хотя профессор должен был понимать, что в таком положении я ничего не сделаю. Только вот упоминания пары голых фотографий пьяного в стельку старика в женских доспехах творят чудеса дипломатии.

— Марк, я же с новостями! — вернув деловой тон, продолжил профессор. — Мы срочно обновили интерфейс передачи энергии и сейчас улучшим твое состояние, возможно, это сделает твою жизнь чуть проще. Подожди минуту. — загадочно сказал он.

Я слышал какие-то щелчки переключателей, писк сервоприводов и звуки жуткой вивисекции, как на модемах из далеких девяностых. Затем все резко стихло, и в поле моего зрения чуть ниже центра появилось небольшое окно с лицом профессора.

— Глаза! Мне нужны ее глаза! — крикнул я от радости и предвкушения.

— З… Зачем тебе мои глаза! — в кадр аккуратно заглянула рыжеволосая Алиса с дрожащим подбородком.

— Хочу подобрать тентакли к твоим глазам! Ничего сказать не хочешь? — обратился я к побелевшей девушке.

К слову, тентаклей она боялась больше, чем лишения премии, и всё благодаря той же Эрегеи, ух и веселая же миссия там была. Даже прийти в том же платье, что и Машка из соседнего отдела, не было столь страшно, по ее словам.

— Могу грудь показать! — умоляюще выдавила она из себя, краснея.

Если бы у меня была рука, то сейчас она пробила бы дыру во лбу.

— Профессор, она точно не ваша внучатая племянница тестя по линии матери брата деверя тещи зятя троюродного шурина? — на эту дуру было бесполезно злиться, она бы даже не поняла, что происходит.

Я знал, что это не так, но очень хотелось в это верить. Потому что единственное, в чём она действительно преуспела, — это в анализе культуры и межрасовых отношений. Именно поэтому она была моим навигатором в этой миссии, где нам предстояло тесно взаимодействовать с местным населением.

— Ха! Как всегда хорошая шутка, но, увы, нет, — посмеялся он, — еще мы с профессором Костомозговым улучшили системный интерфейс под твою ситуацию, он был очень возбужден, узнав, что… — начал пересказывать свои дебаты профессор.

— Док, очень интересно, но можно покороче! Я хоть и предмет роскоши, но у меня тоже есть дела! — решил я остановить его.

— А точно, в общем, мы можем внедрить систему в твою душу, но не знаем, что будет и получится ли, — резюмировал он свое предложение. — Так что у нас есть опасения… — продолжил профессор, но я отвлекся на свои мысли.

Мне было все равно на опасения ученых, ситуация и так, что называется, куда уж хуже. Система — это хорошо, удивительная штука, которая помогала синхронизаторам выжить в мире магии. Особая духовная установка, которая подключала душу к магическим потокам мира и позволяла ей управлять маной в его пределах. Гениальнейшая разработка профессора Циолковского после изучения сотен тысяч книг, добытых синхронизаторами в магических мирах. Как только первые синхронизаторы спустились на обитаемые планеты, стало понятно, что без подобной технологии усиления синхронизатор проигрывал даже детям. Это было втройне обидно, и многие так и не смогли оправиться после сотен часов психотерапии, навсегда застряв в состоянии страха и ожиданием очередного мокрого пальца в ухе. Бррр, как вспомню, аж жутко становится, маленькая пятилетняя девочка пинком отправляет взрослого дядю полетать. Многие в шутку называют ее «система помощи абсурдным страданиям», коротко «С.П.А.С.».

— Вы испытаете адскую боль и, возможно, умрете, — закончил свой рассказ профессор.

— Док, я подсвечник! И мое тело пошло на корм животным по чьей-то вине, — на последней фразе спина с рыжей копной волос на заднем фоне слегка дернулась.

— Да, выбора у вас, видимо, особо нет, — согласился со мной профессор.

Честно, мне было все равно, что произойдет, хоть и помирать не хотелось, но система могла бы дать хоть какой-то шанс на выживание. Застрять на сотни лет в теле подсвечника с непонятными перспективами эволюции, что бы это ни значило, было как-то страшнее после десятидневного одиночества.

— Скажите маме, что ее сын был героем! — дал я свое согласие на болезненный эксперимент.

— Тогда приготовьтесь, — махнул рукой профессор, и сигнал связи прервался.

А миг спустя сотни тысяч игл вонзились в сознание, причиняя немыслимую боль.

— Профессор, что это такое?! — удивленно воскликнула Лона.

Девушка смотрела на полюбившейся ей красивый подсвечник, пламя которого в секунду вытянулось на добрых тридцать сантиметров.

— Что за черт, — сказал профессор и, подойдя, снял очки.

Он посмотрел на подсвечник, протянул руку и, влив немного магии, задумчиво хмыкнул.

— В воске свечи чувствуется магия, какая интересная ситуация, — пробормотал профессор.

Затем, потушив фитилек, извлёк камешек из донышка подсвечника и, покрутив его, вставил обратно. Хлопнул в ладоши и возникшим маленьким огоньком на кончике пальца заново зажег свечу. Пламя горело ровным тусклым светом и больше не стремилось ввысь.

— Хех, включить-выключить всегда помогает, — ухмыльнулся профессор и вернулся за свой стол.

Я был готов уже отдаться в руки костлявой, не в силах больше терпеть. Мысли о том, чтобы дожидаться на той стороне всех своих обидчиков, уже не казались такими далекими. Неожиданно всё резко прекратилось, и я вновь увидел комнату и Лону, что старательно переписывала трактат. Значит, всё прошло успешно, подумал я и попробовал мысленно воззвать к интерфейсу.

[Планетарный статус жителя… ]

[Инициализация окружения… ]

[Сверка с базами данных… ]

[Добро пожаловать в систему СПАС 2.0]

Раса: Нет.

Вид: Голем.

Класс: Подсвечник.

Тип: Одинарный.

Характеристики: Нет.

Эволюция: 15,001 %/100.

Навыки: Воспламенение,?»№*»№, Улучшенное усвоение магии.

Ну всё, теперь я полноценный герой интерьера, готовый к завоеваниям и гаремам канделябров с восковыми извращениями.

— Марк! — голос профессора отвлек от размышлений своих будущих геройских похождений в свечном мире.

— Да, док, я живой, — откликнулся я, и окошко с видео вновь открылось.

— Как себя чувствуете? — спросил профессор, взяв блокнот.

— Последнюю неделю такое состояние, когда желание кого-то избить борется с желанием повеситься! Боль была чудовищной— вспомнил я чудовищную боль.

— Ха! Да, к счастью, мой местный коллега выключил ваше сознание. Удивительный способ, надо сказать. — Профессор радостно что-то записывал в блокнот. — И так, что у вас в интерфейсе? — задал он главный вопрос.

— Матюки и отчаянье, профессор, — грустно оценив свой невеликий статус, сказал я.

— Будьте серьезнее, Марк? — сдвинув брови, серьезно сказал он.

Я пересказал ему содержимое статуса, и профессор задумчиво откинулся в кресле. Затем отошел и куда-то позвонил. Алиса же тут же подскочила к экрану и всячески старалась привлечь мое внимание. Я был не совсем готов ее простить, потому просто наблюдал за ее неуклюжими попытками. Спустя минут десять профессор прогнал рыжую на место следить за приборами и сел на кресло.

— По-видимому, что-то пошло не так, — начал он.

— А я-то думал, что мы всё так и планировали, — ответил я ему.

— Не время для шуток, Марк, — он поправил очки и продолжил, — вам должны были передаться навыки для работы с новой системой. Та искаженная надпись, по-видимому, и есть наши последние доработки системы, которые не смогли установиться верно, и повторная инициализация, увы, недоступна. — Закончил он объяснения.

— Не вышло из меня супергероя, — горестно вздохнул я. — Эх, сколько же канделябрш расстроятся, не увидев мой полет в грязных окнах дворцов и замков.

— Хех, не падать духом — лучшее, что вы можете сделать в текущей ситуации. — Горько подметил профессор.

Конечно, лучшее, а что мне еще остается? Миссия представлялась собой как легкая прогулка с парочкой забегов по местным питейным. Быстренький сбор навыков путем копирования и анализа, взрывной рост силы, парочка постельных сцен, и вот уже четыре точки посещены, и пузырь лопнул. Прилетают послы на космолетах и причиняют цивилизацию и индустриализацию местному населению в обмен на ресурсы и бусы с зеркальцем.

— Я понимаю ваши мысли, — начал профессор. — Мы позаботимся о вашей семье, — предугадал он мою просьбу.

— Что ж, я знал, на что шел, — вздохнул я. — Жду ваших указаний, профессор, без вас из этой жопы мне не выбраться.

— Вот так-то лучше, — улыбнулся он, — пока с коллегой мы пришли к выводу, что нужно посмотреть, что за эволюция, раз вы стали чем-то на подобии монстра. И, исходя из того, что вы какой-то тип голема, возможно, удастся стать чем-то похожим на человека.

— А ведь точно! — В моей душе поселилась надежда.

— Скоро луны помешают связи, и вы снова останетесь одни без нашей поддержки, так что пока просто выживите, Марк, мы точно что-нибудь придумаем. — Улыбался он.

— Принято! — На радостях выкрикнул я, и сигнал связи пропал.

Видимо, непонятные перспективы эволюции — всё, что мне остается. Ну, держись, мир, я покажу тебе самую лютую прокачку, на которую только способна свеча!

Я не знаю, что сказать, но, похоже, появился босс качалки среди мух. ОН смог одержать победу в битве за недоеденный сандвич Лоны. Огромная муха, раз в семь больше остальных, торжественно восседала на остатках пищи. Ее большие фасеточные глаза осматривали округу в поисках новых противников. Лапы-лезвия же трепетали от накала развернувшейся битвы.

А битва была невероятна. Пикируя и выделывая фигуры высшего пилотажа на огромной скорости, головы насекомых отлетали, как детальки конструктора. Рой, на который я намеривался поохотиться, был полностью истреблен меньше чем за минуту. Наблюдая за этой кровожадностью, у меня невольно потух огонек.

— Алиса, ты видела? — спросил я шепотом.

— Угу, — ответила она, и ее удивленные глаза прямо сверкали, озаряемые светом монитора.

— Что можешь сказать?

— Система говорит, что это редкий тип и в нем много маны, — она отвлеклась на другой монитор, чтобы прочесть данные.

За последние дни, по словам профессора, весь научный отдел работал исключительно на меня, пытаясь решить щекотливую ситуацию, в которую я попал. Результатом этой работы стал удаленный детектор маны, который жрал просто колоссальное количество энергии. И, к огромному счастью наших покровителей, этот детектор мог сканировать еще не синхронизированные планеты. Так, под эгидой тестирования, это бесценное оборудование доставили на нашу орбитальную базу и подключили к нашим антеннам, заменяя стандартный анализатор.

Другой приятной новостью стали изыскания Костомозгова, который собрал все книги, которые касались големов, и, загрузив парочку космических грузовиков, примчался на нашу станцию. Костомозгов оказался довольно приятным ученым и столь же отбитым в плане исследований, как профессор. С большим трудом, но всё же удалось убедить его не переезжать в похожий подсвечник. В конце концов, пришлось даже использовать табуретку, чтобы привести его в чувство. Но как итог, Костомозгов еще раз лично подтвердил свои слова, что, возможно, эволюционировав, я обрету тело человека.

С тех пор у Алисы появилась новая работа. Она обязана записывать, сколько процентов эволюции принесла какая живность, и следить за тем, сколько магии было в теле моей жертвы. Было приятно наблюдать, как она унывает от скуки, часами просиживая за столом в ожидании, пока очередное насекомое соизволит сгореть в лучах моего восхождения к славе.

Вернемся к этой явно перекаченной мухе-культуристе. Муха, отобедав, решила залезть куда повыше, и мое навершие оказалось самой лучшей точкой, с которой можно наблюдать за остатками пищи в ожидании противника. Я потирал в предвкушении воображаемые руки и ждал удобного случая для воспламенения. Мушиный босс неспеша с демонстрацией полной уверенности в своей непобедимости медленно парил к назначенному месту. Мы с Алисой затаили дыхание в ожидании его приземления. Муха сделала пару кругов вокруг свечи и, не найдя в ней ничего опасного, присела, потирая лапки.

Пора, подумал я и, мысленно отдав приказ, воспламенил кончик фитиля. Муха моментально крутанулась, и ее лапки-лезвия отсекли кусочек фитиля. Если бы у меня была челюсть, то она непременно бы упала куда-то на пол.

— Ну ты видела!? Видела?! — Крикнул я, выводя из оцепенения Алису.

— Марк! А вдруг он за мной придет мстить за сородичей?! — Смотря в кружку, она сморозила очередную глупость.

Я уже привычно просто проигнорировал ее дурость. Муха же тем временем вернулась к протиранию своих лапок. Я решил повторить прием и, вложив больше усилий, зажег огонек с большей скоростью воспламенения. Было просто невозможно, чтобы она успела среагировать на такую скорость реакции горения. Муха просто крутанулась еще разок, и пламя погасло с одновременно укоротившимся фитилем. «Тжтжтж!» — ругалась муха, смотря на фитиль и колотя его лапками.

— Офигеть, Алиса, появился твой конкурент по уровню интеллекта! — воскликнул я.

— Ха-ха-ха. — натужно посмеялась она, строя обиженное лицо.

Я решил подождать, пока муха отвернется, и попробовать снова. Спустя минут десять муха перестала вымещать свою злость и, убедившись, что вырезала фитиль под чистую, вернулась к своим делам. Я подождал еще пару минут, пока муха отвернется, и снова попытался зажечь огонь. Я понимал, что повторять одно и то же, надеясь на другой результат, — глупая идея, но выбора особо не было. Неожиданно насекомое не успело отреагировать с прежней скоростью, и его зад слегка обдало огнем. Муха крутанулась, пряча задницу, от которой шел легкий дымок, и с утроенной силой начала колотить вновь затухший фитилек. Как только ее лапы окунулись в воск, я ощутил боль. Муха продолжала неистово колошматить и выгрызать кусочки фитиля из моего тела, причиняя боль. Окончательно вдолбив его в воск, муха отлетела. Я смог немного отойти от саднящей боли в голове и наблюдал за мухой. Она, обнажив свои клинки, начала летать вокруг.

— Больно, черт возьми! — Кричал я, пока она набирала скорость.

— Бедная, — вырвался вздох сожаления у Алисы.

Я не успел ответить, потому что насекомое полоснуло меня по лицу. От неожиданности я зажмурился. Резкая и сильная боль от укола вызвала панику. Когда я открыл глаза, то увидел, как разъярённая муха атакует меня, пытаясь отхватить кусочки воска, причиняя еще больше боли моему телу. Казалось, она хотела уничтожить своего обидчика особенно мучительным способом. Все больше и больше кусочков отлетали от меня, делая тело все тоньше с каждой секундой, и сознание начинало плыть от болевого шока. После очередной атаки мухе удалось перерубить меня по центру, и мое поле зрения резко перевернулось кверху ногами. Боль, как будто тысяча игл пронзают позвоночник, вызвала потемнения в глазах, и мир на секунду потух. Я начал закипать, хоть и понимал, что не умру, но боль и ярость не давали нормально сосредоточиться.

Я попытался зажечь фитиль на своем конце, но он все не загорался, а каждый болезненный укол злил все больше. С каждым новым отлетающим кусочком ярость и ментальная усталость нарастали. После очередного болезненного пореза и отвалившегося кусочка, обнажающего фитиль, я сосредоточился на этом месте, и всполох огня прогнал насекомое. Мысль, что я могу зажигать огонь в любом месте фитиля, на котором фокусируюсь, принесла надежду. Мой бой с мухой стал походить на схватку вертолета с башней, напичканной турелями. Муха кружилась, пытаясь нанести порез, а я фокусировался на открытых частях фитиля и всполохами прогонял ее прочь. Я действительно испугался, что могу умереть от атак этой мухи, и прилагал все усилия, чтобы выжить.

— Ту-туту-ту-у-у! — протрубило насекомое и ринулось в яростную атаку, меняя тактику.

Видимо, ярость, вызываемая схваткой, лишила ее здравого смысла, и она ринулась в лобовую атаку, вгрызаясь в мои недра. Это причиняло огромную боль. Ощущение, когда тебя пытаются съесть изнутри, было чем-то новым и до боли невыносимым, но приходилось терпеть в надежде на крошечный шанс для атаки в лоб. Я дождался, как фитиль будет оголен, и, крича, воспламенил фитиль на полную. Муху опалило огнем, и она, как подбитый истребитель, дымясь и покрытая пламенем, спикировала на стол.

— Да! — Кричал я, радуясь победе.

— Муху жалко, — плакала Алиса.

А меня ей, значит, не жалко. Для меня стало шоком осознание, что я способен чувствовать боль, и тело свечи — это не просто кусок воска, что воткнут в подсвечник.

[Вы получили энергию]

Сообщение, которое означало мою торжественную победу. «И это всё?» — хотелось кричать от обиды. Где мои легендарные апгрейды за встречу с боссом? Ну хотя бы эпическую шкатулку с зельями бы выдали. Мир, к сложению, не похож на игру. Я посмотрел на количество полученной энергии, и целых пять процентов были для меня неожиданностью. Это было в тысячу раз больше, чем за обычную муху. Я был бы безумно рад сжечь таких побольше, но по описаниями Алисы я был похож на тренировочное полено дровосека. Перерубленный пополам, с множеством зарубок и выдранных кусков по остальному телу. Но благодаря этой битве мне осталось всего ничего до назначенной цели в сотню процентов. Еще пара дней, и долгожданная эволюция случится.

В момент, когда я уже собирался искать жертву для отправки всех мыслимых и не очень проклятий, произошло невероятное событие. С потолка на паутине сползло нечто. Это нечто вызвало приступы неконтролируемого визга Алисы. Восемь огромных глаз смотрели на свежий шашлык из мухи, а лапки медленно перебирали паутину, выходящую из задницы. Паук был размером с тазик оливье, который заботливо готовят на Новый год наши мамы в ожидании пары десятков родственников. Довольно мерзко стрекочущие жвала трепетали в предвкушении трапезы. Мне стало страшно за мою верную слугу Лону, которая каждый день заботливо и исправно заряжала меня новой порцией свечи-энергии на эксперименты и великие свершения.

— Убей эту жуть! — Кричала Алиса, закрываясь блокнотом.

Да я бы с радостью его сжег, только была одна проблема: он был довольно далеко. Попытка не пытка, решил я и стал дожидаться, когда очередной монстр на моем пути спустится за своей добычей. Ждать пришлось недолго: паук спустился между мной и мухой и, потирая лапки, пополз к добыче. Я напряг все свои силы и попытался пустить максимально тонкую струю пламени из одного из порезов. К моему удивлению, спустя пару попыток мне удалось, как лазером, поджечь его свисающую паутину, и два маленьких огонька побежали в разные стороны. «Ой… Потолок же!» — посетила меня запоздалая мысль, но было уже поздно: он полыхал, как костер на пионерском вечере, то есть весело и очень ярко. Второй же огонек поджег задницу монстра, и я решил, что у меня определенно какая-то проблема с выбором места для атаки. Разъяренный паук вскочил на стол и, грозно подняв передние лапы, зашипел.

— Уй! Напугал, сволочь членистоногая! — крикнул я.

Я выпустил плотную струю прямо в его голову, прожигая дыру. Паук еще раз дернулся и рухнул, поджигая стол. Было жаль почти переписанный трактат Лоны, но моя жизнь была важнее.

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

[Вы получили энергию]

…

[Вы достигли предела и готовы эволюционировать]

[Желаете эволюционировать да/нет]

Я продолжал получать сообщения о получении энергии, видимо, под потолком было множество различных насекомых. Так как шкала заполнилась, то соблазн посмотреть, что там за эволюция, был безумно велик. Я мысленно отдал команду «да» и начал ждать. К моему удивлению, ничего не произошло, потолок все так же полыхал, а я стоял на столе перерубленный пополам и смотрел на мир кверху ногами. Я ждал чего угодно, но мир молчал, и лишь потрескивание перекрытий звучало все более угрожающе.

Спустя пару минут в комнату влетела Лона с профессором и совместными усилиями быстро погасили пожар, матерясь неведомыми мне словами. Вернее, профессор матерился, а Лона краснела, как помидор.

[Стандартный путь не найден]

[Создан новый путь]

[Эволюция запущена]

— Ну как всегда, эту систему, похоже, делали на чертовых перфокартах! — мой крик растворился, отдаляясь.

Я впервые заснул, и снилось мне, как бог этого мира в каморке с полумраком вырезает отверстия на перфокартах, которые запихивает в допотопный компьютер «Ермак-9000». Именно так, по моему мнению, выглядела программа этой тормознутой системы, что сработала с такой задержкой.

[Поздравляем, вы эволюционировали в новый сверхлегендарный редкий тип. Отныне для вас заготовлен новый путь, полный опасностей и приключений. Желаю удачи, мое творение. Примечание: «А я говорил, что он живой!»]

Голова раскалывалась, и хотелось умереть. Полностью в разбитых чувствах я открыл глаза и почти сразу же закрыл их, увидев четыре немигающих блюдца, которые смотрели на меня. Набравшись храбрости, я открыл глаза повторно в надежде, что мне мерещится, но это оказалось не так. Лона и профессор, не отрывая взгляда, смотрели на меня.

— Профессор? Что это было? — спросила девушка.

— Удивительно, но он эволюционировал, и это не монстр! Это настоящий прорыв в монстрологии! — завопил ученый и забегал по комнате.

И этот тоже фанатик, если бы Костомогов был тут, мне кажется, они бы целовались в десны до крови от счастья, оттого что нашли друг друга. Я же решил посмотреть изменения в своем статусе.

Раса: Предмет быта.

Редкость: Сверх легендарный редкий.

Вид: Голем.

Класс: Канделябр.

Тип: Тройной.

Характеристики: Крепость 1.

Эволюция: 0,521 %/100.

Навыки: Воспламенение,?»№*»№, Улучшенное усвоение магии, Модификация формы, Стойкость, Регенерация, Духовное тело.

Ну ни черта навалило обновлений, я мысленно почесал затылок. У меня теперь есть новые навыки и характеристика даже. Редкость радовала особенно, всегда приятно быть исключительным.

— Марк, ты очнулся! — обеспокоенно кричала Алиса по каналу связи.

— Да, долго я был в отключке? — все еще приходя в себя, спросил я.

— Целых! Три! Дня! — Надув щеки и произнося по слову, кричала она.

Она продолжала что-то возмущенно лепетать, но я быстро потерял интерес. Видимо, кому-то пришлось дежурить неотрывно все это время. Я продолжил разбираться со своими ощущениями и, к своей радости, почувствовал легкость, что раньше не было. Я вроде стал больше. Спустя какое-то время я смог понять очертания своей новой формы. Теперь у меня была пара ответвлений, где также можно было бы закрепить по свече. Зрение теперь перешло из свечи в место разветвления. Это было просто сногсшибательная новость, а то постоянно стекать глазами ниже в процессе горения доставляло одни неудобства. Кто бы ты там ни был, загадочный владелец перфокарт, но спасибо за такие апгрейды.

Я разобрался со своим телом, и последнее, что осталось, это разобраться с навыками, что мне подкинул этот мир. Для этого надо было дождаться, пока полоумный ученый успокоится, сделав все свои записи и прихватив ученицу, покинет помещение. Я решил вернуться к трансляции лаборатории с Алисой, но, к моему удивлению, там уже сидела другая пара глаз и требовательно что-то вопрошала. Профессора Алексей Научкин и Инокентий Костомозгов держали по огромному блокноту и страстно желали новой информации. Казалось, что еще мгновение, и я увижу не уважаемых ученых, а парочку старых сенбернаров с текущей слюной при виде котлеты. Впрочем, так было даже лучше, так как две ученые головы лучше, чем одна моя дурная. Да. В надежде получить дельные советы я начал отвечать на бесконечную череду вопросов ученых. В какой-то момент ученые, явно находящиеся в неадекватном состоянии и утратившие самоконтроль от получаемой информации, проболтались о желании препарировать мою тушку.

— Да я вас сам вскрою, вивисекторы от науки! — Крикнул я.

— Марк, простите, что-то нас занесло! Конечно же, мы бы вас не подвергли такой опасности, но вот если бы у нас были образцы… — задумчиво произнес Научкин.

— Алиса! Выкинь их за борт, а то совсем угорели, старые маразматики! — Разозлившись, крикнул я.

Я не сразу понял, что смог закрыть канал связи по своему желанию, разозлившись, и продолжил возмущаться в одиночестве. Придя в себя и осмотревшись, я понял, что остался в комнате один, только был перемещен на тумбочку у другой стены. Это было в целом неважно, и я решил проверить свои новые навыки. После общения с маразматиками на станции я решил первым делом проверить модификацию формы. Сосредоточившись на форме настоящих рук, я попытался придать форму своим ответвлениям. Однако, как бы я ни тужился, но эффекта не последовало. Почти отчаявшись, я захотел ударить в стену от обиды, но неожиданно одно из моих ответвлений двинулось к ней. Я решил поменять тактику и попробовал просто подвигать своими частями в разные стороны. Спустя несколько неуклюжих попыток у меня начало получаться все лучше. Так что я теперь мог хоть чем-то управлять.

— Эх, сейчас бы тележечку, и я бы смог, отталкиваясь, передвигаться, — высказал я свои мысли в пустоту.

Далее, поигравшись с огнем, я понял, что регенерация отвечала за восстановление фитиля и обратное налипание части воска, а стойкость, замедляя процесс его растекания. По сему выходило, что теперь я как-то смог бы жить самостоятельно, если бы нашел источник воска. Мне бы получить тележечку с отсеком для свечек. «Интересно, смогут ли мне передать что-то подобное со станции?» — Я замечтался о том, как управляю огромным роботом на свечной тяге и крушу драконов. Заметил мигающий индикатор входящей связи, я сфокусировался на нем, и три лица, полных сожаления, всплыли на открывшемся экране.

— Марк, спаси меня! — Первое, что я услышал от кричащей и связанной Алисы.

Я даже не хотел думать, что там могло произойти за этот короткий промежуток времени.

Я куда-то еду. Вернее, еду не совсем я, а мое канделябрское величество перевозят, и, судя по всему, ничего хорошего меня там не ждет. Если не одни мучители-вивисекторы, то другие кровожадные исследователи вскроют-таки мое могучее тело.

— Док! Вы там скоро? — задал я вопрос профессору Научкину.

— Еще немного, Марк, и все будет готово! — обнадеживал меня он.

План побега был прост: прожечь чемодан и свалить к чертям собачьим, пока на дворе ночь. К моему счастью или спасибо глупости Лоны, мое тело просто положили в чемодан и закинули его на крышу кареты. Ждал же я, когда будет готово мое средство передвижения. Последние три дня весь инженерный отдел нашего «МИМ» совместно с концерном «Автоваз» по спец заказу корпел над этим чудом техники и магической инженерии. Конечно же, без парочки ударов кувалдой не обошлось и на этот раз, что придавало легкий флер уюта родины. Сразу же по завершению рихтовки я безмерно влюбился в это корыто с реактивными соплами и системой фиксации канделябров. Ребенок внутри меня уже пищал от предвкушения новой игрушки. Осталось лишь дождаться переноса моей ласточки и осуществить побег.

— Есть! — крикнул профессор по каналу связи.

Я тут же приступил к осуществлению плана. Два успевших немного отрегенирировать огарка зажгли по огоньку, и я упер руки-свечи в стенку чемодана, прожигая отверстие. Спустя пару минут мне удалось прожечь стену, отделявшую меня от свободы, и, помогая двумя оконечностями, я помог себе выползти на лунный свет. Я был бы рад сказать, что почувствовал запах свободы, зарядился энергией, но, к своему сожалению, дышать я пока не мог. Стараясь не производить лишних звуков, я подполз к краю кареты и, перевалившись за ее край, упал на голову охранника, что решил вздремнуть, охраняя хозяйский покой. Я посмотрел на лицо, застывшее от боли удара, и поежился.

— Живой, — успокоила меня Алиса.

С облегчением вздохнув, я продолжил путь в кусты, где меня ожидала поистине гениальная техника, созданная выдающимися инженерами, чьи руки часто сравнивают с клешнями. Я успешно достиг своей цели, и моему взору предстала безумная, шайтан, телега на реактивной тяге с эмблемой ладьи. Я забрался в нее и поместил свое тело в специальный фиксатор. Как только защелки закрепили мое тело, сверху на голову опустилась трубка для приема пламени от горения. Две боковые свечи также вошли в свои пазы-рычаги, где были тут же закрепились автоматическими защелками.

— У-у-у-у-у-у ХА-ха! Это если это корыто не взорвется вместе со мной, то хочу такое же, но красненькое и заниженное, чтобы подкатывать к куртизанкам! — кричал я ученым и парочке инженеров, что также ютились в нашей лаборатории.

Я зажег огонь на голове и в руках. Огонь по отводным трубкам устремился к емкостям с топливом, и звук сработавшего стартера прорычал на всю округу. Я потянул зафиксированные руки на себя, следуя инструкции, и из реактивных сопел повалил жар, опаляя кусты позади тележки. Рев реактивного двигателя взорвал ночь какофонией свистящих звуков. И телега рванула с места, стремительно набирая скорость. Мои уши заложило настолько, что я просто не слышал криков людей позади себя, да и расстояние увеличивалось с невероятной скоростью.

Мне казалось, что телега вышла уже на первую космическую, так как скорость, с которой летела по полям телега, не поддавалась описанию. Признаю честно, мне было страшно и весело одновременно. В конце концов, перспектива расшибиться об камень выглядела куда лучше, чем вскрытие заживо.

Телега неслась все больше набирая скорость, подпрыгивая на трамплинах из холмов. Каждый такой прыжок поднимал тележку на пару десятков метров вверх, и она временно превращалась в реактивный истребитель. Обтекаемая форма телеги имела на удивление хорошие аэродинамические свойства, что помогало продлить полет после прыжка. Приземление все же было жестковато и сопровождалось скрипом всего, чего только было возможно в этом шайтан-агрегате. Благо рессоры были неразрушимы столь же сильно, как уверенность в своей силе после двух бутылок водки.

Решив, что достаточно удалился от своих владельцев, я погасил огонь и натянул тормоза до предела. Оглушая скрипом и дымясь тормозами, телега начала замедляться, пока вовсе не встала. Я же улыбался, как последний идиот, которому вручили игрушку, которую он хотел с самого детства.

— Я назову тебя Молния! — проговорил я, ласково поглаживая борт телеги.

— Марк! Вы слышите нас! — Кричал профессор по связи.

— Слышу, — все еще улыбаясь, я продолжал поглаживать свою ласточку. — Скажите ребятам, что это просто феноменальное творение! — Я наконец смог отвлечься от бурлящего восторга в душе.

— Марк! Оно не должно было ехать с такой скоростью, что-то пошло не так! — Профессор кричал паникуя.

— Все просто отлично, были бы еще крылья! — Я вернулся к созерцанию своего средства передвижения.

— Может, ребята из «Сухого» помогут или миговских попросим? А если милевские винт пришпандорят? — услышал я перешептывания инженеров, которым явно понравилась моя идея.

Вот где была страсть, мужики явно понимали, что нужно настоящему герою. Настоящий герой, он спускается с небес на белоснежном пегасе и рубит головы своих врагов. Я же, как ультролегендарный и редкий канделябр, должен иметь своего пегаса в виде телеги с крыльями на пропеллерной тяге. Уже представляю, как, пролетая на реактивной скорости, срезаю голову дракона тонкой струей пламени.

— Марк, вы теперь сможете выполнить миссию! — Решив бросить опасения, порадовался профессор.

— А ведь вы правы, если наши инженеры помогут, я думаю, что смог бы достичь нужных точек! — Неожиданное прозрение внушило в меня надежду.

— Мы поможем! — кричали инженеры и стучали кулаками себя в грудь.

— Алиса! Веди! — отдал я команду своему навигатору.

— Тебе нужно на север, Марк! Семьдесят две тысячи километров по прямой! — Радостно выкрикнула она.

В комнате повисла тишина, и только радостно моргающая Алиса не понимала, что произошло. Это какой же размер у этой планеты? Из-за искажений пузыря не всегда удавалось точно определить размер мира, и только после небольшого путешествия по поверхности алгоритм высчитывал примерные расстояния, экстраполируя координаты.

— Ребята, нужны баки побольше. — смотря на инженеров, грустно сказал я, посматривая на индикатор пройденного расстояния и оставшееся топливо.

— Двигатель на магокамнях? — задумчиво произнес один из них.

— Что за двигатель? — мне стало весьма любопытно узнать о новейшей приблуде.

— Да, Валерка из третьего корпуса недавно хвастался, что придумал, как сжиганием магокамней получать энергию, божился, что, коли ему дадут, построит настоящий паровоз на них. Мол, закидывай в топку и едь. Мысль — бред, но в вашем случае, хотя как вы их добудете в таком состоянии-то? — задумчиво потирал подбородок инженер.

— Профессор! — Крикнул я, привлекая внимание своего куратора.

— Если вы как-то сможете добыть магокамни, — начал профессор Научкин, — я лично уговорю его сделать прототип!

— Заметано! Готовьте красный корпус и крылья, ребята, скоро я добуду камни! — согласился я с профессором.

У меня уже назревал план, как можно было бы начать свою прокачку. Все же теперь я на колесах и могу передвигаться, топливо мне сбросят в капсуле, которую легко поменять благодаря нашим очумелым инженерам. Они из пары пластиковых бутылок сделают космолет, если потребуется, я в этом уверен.

Я зажег самый маленький огонек, на который был способен, и, сняв телегу с тормоза, медленно двинулся вперед к осуществлению своей миссии. Колеса слегка поскрипывали, но это было нормально для детища Автоваза. Главное, что телега ехала, и звук был не такой, как при педали в пол, так что разбудить всех в округе мне не грозило.

— Алиса! Запускай сканер на полную. Мы ищем слабых монстров в радиусе пары десятков километров! — попросил я своего навигатора.

Главное было дать четкие указания, потому что нечеткие в ее случае было давать страшно. Нужная цель быстро нашлась в паре сотен метров от меня. Управляя рычагами, в которых были зафиксированы мои руки, я катил телегу в нужном направлении. Спустя пару минут монстр был найден, им оказалась примитивная слизь, которая булькала и, переваливаясь, ползла по своим слизевым делам. Я аккуратно наехал на нее колесом своей телеги. Раздалось грустное «блюп», и небольшой всплеск кислоты попал на корпус, тут же вызывая коррозию. Но более важным было сообщение о полученной энергии для эволюции, значит, телега считается моим оружием.

— Какой уже год, а кузов всё как бы не оцинкованный так и остался! — Возмущался вслух и искал взглядом инженеров, которых уже след простыл. — Слизь не пойдет, это корыто сгниет раньше, чем я прокачаюсь. Алиса, меняй цель! — отдал я следующее распоряжение.

— Три километра на восток. — смотря на сканеры, дала следующее направление моя помощница.

Восемнадцатый день я колесю по этим лесам в поисках целей для своей прокачки. Восемьдесят десятков капсул с топливом было передано для продления моей миссии. И знаете что? Я забираю свои хвалебные оды в сторону инженеров, создавших это чёртово корыто. Ну кто мог придумать менять капсулу как патроны в барабане? Как я должен был своими свечными руками заталкивать и прокручивать этот барабан. Да, определённо были плюсы, что так можно было бы заправляться на ходу, просто меняя капсулы изнутри. Только вот зачем, было непонятно от слова совсем. Так что с помочью чьей-то матери и парочки деревьев мне удавалось менять их довольно быстро. Впрочем, чего ещё можно было ждать, но и на том спасибо. Сама же телега ломалась почти каждый день, оправдывая своё тайное прозвище корыта на колёсах. Дважды её забирали на модернизацию или замену кузова, так как периодически попадающие под колёса слаймы прожигали дыры насквозь, что делало невозможным дальнейшую эксплуатацию. Благодаря этим внеплановым апгрейдам на носу моего транспорта появилась длинная трубка, соединённая с выхлопной системой, что позволяло мне иногда обходиться исключительно ей. Мой огонь смешивался с потоком выхлопных газов и многократно усиленный выжигал логово зверей.

Монстры же бесили ещё больше, вернее, я бесился каждый раз, когда приходилось выкуривать их из их нор. Если бы я был человеком, то размер бицепсов был бы уже с мою голову не меньше от таких нагрузок, так как всё приходилось делать исключительно ползком. Выползать из тележки, ползти до норы, заливать туда пламя и затем, сокрушаясь о бренности бытия, ползти обратно. Из туннеля могли выбежать надобитки и начать атаковать моё тело, причиняя укусами боль. После первого такого нападения размер остатков моего воска и фитилей говорил о том, что миссия закончится, не успевши толком начаться, и нам пришлось срочно искать решение. Ну как нам, профессору и команде на базе. К моему огромнейшему счастью, узнав о размерах мира, нашей миссии повысили приоритет и выдали особые разрешения, так что запрос любых ресурсов выполнялся в первоочередном порядке. Так что на одной из планет, схожей по климату и существам, удалось найти пчёл, которые производили крупицы этого воска, использовавшиеся в суперэлитном косметологии. Было больно смотреть на лицо Алисы, когда я килограммами растапливал настолько безумно дорогое и безмерно желанное для каждой девушки косметическое средство. Чтобы просто не ждать естественной регенерации. В какой-то момент моя душа не выдержала, и я попросил профессора отдать пару баночек ей в награду за старания. У элитного легендарного канделябра должна быть самая привлекательная навигатор на всей базе, так я ей сказал после того, как она завалила меня тоннами благодарностей. Так и проходили наши дни в обычной рутине.

К счастью, профессор Костомозгов после своих исследований выдал немного надежды, предположив, что, быть может, на следующей ступени я отращу ещё пару конечностей и смогу передвигаться как нормальное существо. Всё же человеком себя назвать язык не поворачивался. Это придало сил нашей команде. Вернее, мне, потому что, судя по осунувшемуся лицу моего навигатора, ей нужен отдых. Я посмотрел на свою шкалу, которая была заполнена на девяносто девять и девять процентов, и обрадовал этим известием Алису. Потому что скоро я уйду на апгрейд, а ей представится долгожданный выходной. И сразу же после этой новости у неё как будто открылось второе дыхание.

Я заменил топливные капсулы и восстановил уровень воска, расплавив содержимое розового флакона с блеском для волос от бренда «Красная заря». Впереди лежал путь к моей второй эволюции, которую я никак не хотел затягивать.

Следуя указаниям навигатора, я продолжил истреблять гнёзда на пути к цели нашей миссии. Так я занимался этим уже больше полумесяца, опасность, что чувствовалась в начале, попросту отсутствовала, а новые прибамбасы упрощали процесс в разы. Подъехав к очередной норе, я опустил в неё трубку и дал газа на полную, наполняя трубку своим пламенем. Но оповещения о смерти животного всё не поступало. Это было чем-то новеньким, и я решил уточнить у Алисы, что она видит на мониторах.

— База, как дела, как обстановка? — спросил я у нее.

— Ох, раз ты спросил, спину ломит и кофе хочется, и вообще я девушка и не могу сидеть тут сутками, мне нужно в душ! И… И… — хотела уже дальше продолжать свое нытье Алиса.

— Стоп! — я уже пожалел, что не задал точный вопрос. — На мониторах что? — уточнил я суть своего обращения.

— А все хорошо, что-то неимоверно сильно фонит магией и ползет к тебе. Так вот, и вообще эта Маша из соседнего вчера у меня умыкнула баночку с воском для волос и сегодня весь день подкатывает к Олегу и Юрику! — отчиталась Алиса и продолжила нести свой бред.

Я же быстро вытащил стержень и дал по газам от норы так быстро, как смог, но даже уже я чувствовал что-то приближающееся из ее глубин. Как только я отъехал на пару метров, из глубин вынырнула здоровенная змея с опаленной мордой и, безумно шипя, бросилась в атаку. Я начал постепенно увеличивать газ, но телега не набирала скорости, хотя двигатель ревел на полную, выбрасывая струи пламени. Складывалось впечатление, что я уперся в какую-то стену и просто не мог ее пробить. Я вжарил полный газ, и двигатель взревел неистовым свистом, раскаляясь, но результата не последовало.

— Да почему она не едет? — кричал я, поддавая газу.

— Змея держит телегу за колесо! Так вот, а я ей… — отвлекаясь от своего рассказа, сказала Алиса и продолжила как ни в чем не бывало.

Если я выживу, попрошу процессора отобрать ее баночки с косметикой, сделал я мысленно себе зарубку. В целом ждать от нее помощи больше не стоило, потому я просто выключил звук у связи, чтобы не отвлекала. Я выключил газ, и сильно обожженная морда змеи поднялась над телегой. В ее безумном шипении чувствовалась боль, которую ей доставили реактивные сопла двигателей. Закончив угрожающе шипеть и разинув свою гагинскую пасть, змея заглотила телегу вместе со мной.

— Тупое животное, ты совершило роковую ошибку! — закричал я в ярости.

Все мои свечи моментально воспламенились и ударили пламенем в стороны, пока ее тело сжимало прочный корпус телеги. Тело змеи затряслось в агонии, и мир завертелся. Я решил не сбавлять пламени и, ощущая каждый удар своим телом, продолжил жечь вокруг на полную. Услышав звук скрежета железа, я понял, что от моей телеги вряд ли что-то осталось. Капсулы, находящиеся в кузове и топливном отсеке, лопнули, проливая реактивное топливо. Я понимал, что это была самая тупая идея, которая могла прийти мне в голову, но я решил поджечь топливо, что разливалось глубже в ее чрево. Кое-как сориентировавшись в пространстве, я направил струю пламени в сторону остатков своей ласточки. Прошла секунда, и тело, наполненное испарениями от топлива, взорвалось, разнося тело змеи в клочья. Вместе с тем взрывом полностью сожгло все мои свечи, и основное тело согнулось пополам, впечатавшись в дерево с невероятной силой. Пыль осела, и я увидел разорванное тело змеи, висящее ошметками по всем деревьям в округе. Я посмотрел на окно видеосвязи и заметил профессора с Алисой. Оба были белее мела и неотрывно смотрели в монитор.

— Док, честно скажите, насколько я плох и буду ли ходить! — хрипящим голосом сказал я.

— Шутки шутите, Марк! Вы могли погибнуть, что за безрассудное поведение! — возмущался профессор, явно переживая за меня.

— У меня не было выбора, профессор. Все произошло слишком быстро, но у меня действительно ощущения, что спина сломана. Я рук не чувствую совсем, и в глазах все мутное. — оправдывался я.

— Вы их не чувствуете, потому что они лежат в десяти метрах от вас, Марк! — удивленно поднимая бровь, сказал он.

— Вот это я попал, — грустно сказал я.

[Вы получили энергию]

[Вы достигли предела и готовы эволюционировать]

[Желаете эволюционировать? Да/Нет]

— А может и не попал, — я согласился на эволюцию, надеясь, что она все исправит.

— Я родился! — именно с таким криком я разорвал кокон пустоты, прорываясь к свету.

Я осмотрел нору, в которой находился. Внешних изменений никаких не последовало, а значит, экстренных происшествий тоже не было. Уже и не помню, как по подсказкам товарищей полуслепой, превозмогая боль, я полз в чрево бывшего логова змеи, но сейчас боли совсем не чувствовалось. Я проверил свой статус, и догадка Костомозгова была полностью верна.

Тип: Пятерной.

Характеристики: Крепость 2.

Новых навыков не было, но вот лишние конечности были просто ошеломляющей новостью. Я был почти похож на гуманоида.

— Ой, какой милый человечек! — раздался голос Алисы.

— Преклонись перед моим божественно прекрасным телом, глупая рыжая смертная! И приведи ко мне вашего лидера! — Торжественно провозгласил я свою волю правителя.

— Вот сам и преклоняйся, дурак! — Обиделась рыжая, уходя за профессором.

Впрочем, не до нее сейчас было. Я хотел быстрее освоиться со своим новым телом. Использовав навык модификации формы, я развернул две новые конечности, превращая их в подобие ног. Я сделал парочку неуклюжих шагов по направлению к выходу, и, к моему удивлению, это получилось достаточно легко.

— Это один маленький шаг для подсвечника и огромный скачок для всей предметно-бытовой расы! — Картинно воздевая руки к небу и поставив одну из ног на камень, произнес я.

— Вижу, у вас хорошее настроение, Марк! Поздравляю с эволюцией! — Подошедший профессор застал меня в этот постыдный момент кривляний.

— Спасибо, док, что новенького, пока я был в отключке? — Я решил узнать последние новости из более пригодной для этого головы.

— Марк, тут такое началось! — Начал профессор, и, кажется, Алиса плохо на него влияет.

Оказывается, что я провалялся в коконе несколько дней, пока мое тело медленно перестраивалось. Профессор Костомозгов прогнал всех из лаборатории и вместе со своими лаборантами следил за процессом, неотрывно изучая всеми возможными сенсорами, которые удалось установить на станции. Хотя было любопытно послушать результаты, которые им удалось собрать, меня привлекла больше другая новость.

Пару дней назад по другую сторону планеты появилась Американская научная станция, а следом за ней Китайская и Европейская. Как они узнали координаты запечатанной планеты, было неизвестно. Так что с недавних пор на нашей станции пополнение из бравых ребят с автоматами и гладко выбритыми лицами. Единственная, кто была рада такому повороту дел на станции, оказалась, конечно же, Алиса. Она теперь целыми днями ходила, крутя хвостом перед мускулистыми красавчиками-солдатами на дежурстве. Расследование утечки все еще продолжалось, и пока что был объявлен режим полной информационной изоляции.

Ввиду появления новых неопределенностей в лице появившихся конкурентов, правительство расширило финансирование и привлекло все возможные силы для завершения миссии. Хотя такая щедрость была больше обусловлена желанием заполучить настолько огромную планету с бесконечными залежами ресурсов. Вряд ли кто-то решился бы напрячь все, что можно, ради простого синхронизатора, которого можно было бы найти за пару мгновений, пусть и не такого опытного, как я. Как любил говорить мой предыдущий работодатель, незаменимых нет, а автоматоны вообще работают бесплатно. Впрочем, все это было неважно, главное, что у меня наконец-то появились ноги, и лаборатория готовилась отправить мое новое средство передвижения.

— Вот наше детище, транспортный комплекс автоматический инженерный снаряд для транспортировки, коротко АИСТ! — Радостно отрапортовали приглашенные инженеры.

— Название, как всегда, шикарное, товарищи, — осматривая что-то, напоминающее капсулу с реактивным двигателем, сказал я. — Я точно не взорвусь по приземлении? — Я решил уточнить у братьев Кулибиных тревожащий меня момент.

— Марк! Это, конечно же, переделанный реактивный снаряд, но там абсолютно точно нет взрывной части! — Протестовали инженеры.

— А топливный бак? — Парировал я.

— Ой, — кажется, до парочки что-то начало доходить. — Ну, если топливо выгорит в пути, то проблем быть не должно… — бормотал один из них.

— Эх, чего не сделаешь ради процветания нашей родины, — вздохнул я, залезая в капсулу.

Я залез в капсулу, на борту которой красовались огромные буквы «Восток-А.И.С.Т.», и закрыл за собой люк, зажав его защелкой. Мягкий ложемент, больше напоминавший антиперегрузочное кресло, по форме точно подходил под мое канделябрское величество. Я опустился в него, и парочка мягких ремней притянули меня, жестко фиксируя тело в кресле. По бокам располагались различные тумблеры, отвечающие за запуск двигателя и управление закрылками в полете. Я пощелкал тумблерами, и стартовая платформа поднялась, устанавливая высоту для взлета. Прощелкал кнопки проверки систем подачи топлива и управления и, увидев зеленые индикаторы исправности, приготовился ко старту.

— Поехали! — крикнул я по каналу связи и ударил по огромной красной кнопке, запуская двигатель.

Рев реактивного двигателя заглушал все вокруг. Вибрации безумно сотрясали капсулу-снаряд. Набрав достаточно тяги, фиксаторы разжались, и мой корабль, стремительно набирая скорость, понесся к намеченной цели. Кое-как при помощи автономной системы мне удалось задать верный курс для полета, и корабль наконец достиг первой космической скорости в восемь километров в секунду. Мне не хотелось знать, что за адская смесь топлива плескалась в баках, что давала такой прирост энергии двигателю. Я боялся, что если посчитаю в голове ее энергетическую емкость, то моя тревога о взрыве по приземлении перерастет в паническую атаку со смертельным исходом.

К счастью, через пару часов полета индикатор показал полностью пустые баки. Я нажал на кнопку выдвижения крыльев и отстрела баков для уменьшения веса моего корабля. С хлопком баки отстрелялись, обнажая меньший по размеру двигатель и раскрывая планер. Корабль начал замедляться, и в окне трансляции из лаборатории бесконечный листопад мешал разглядеть лица ликующих людей.

Дальнейший полет прошел в более спокойной атмосфере, и спустя еще пару часов я уже был практически рядом со своей целью. Я отключил двигатель и перешел в режим планирования. Корабль замедлился еще больше и начал плавно снижаться. Когда до цели оставалось всего сотня километров, я нажал очередную кнопку, и с задней части планера выбросился парашют, дополнительно ускоряя торможение. Следующие несколько минут мой корабль плавно спускался на землю. Прикинув конкретное место приземления, мне стало жаль сарай того бедолаги, что окажется раздавленным моим кораблем, но возможности изменить предначертанное у меня, к сожалению, не было.

Мой корабль достиг точки приземления, сопровождаемый звуками треска перекрытий ветхого сарая. Откинув крышку, я выбрался из рубки корабля и спрятался в тенях строения.

— База, забирайте обратно эту чертову ракету, пока местные не начали охоту на пришельцев! — кричал я инженерам на той стороне.

Ракету окутало синее сияние, и она, постепенно скукоживаясь, исчезла, оставляя после себя зиявшую пустоту с видом на ночное небо. Следуя указаниям Алисы, которая отслеживала перемещение разбуженных грохотом людей, я выбрался из деревни. Со стороны казалось, что огромный муравейник внезапно ожил, и тысячи муравьев, держа факелы, искали причину своего беспокойства.

До цели миссии оставались считанные десятки километров, и я пошел, аккуратно пробираясь через чащу к заветной точке. Спустя двое суток блужданий по буреломам и десятков сражений с клыкастыми тварями разной степени агрессивности я достиг нужного места. Огромная поляна безжизненной земли посреди леса говорила о том, что одна из точек канала, который служил подпиткой огромному зиту планеты, находится тут.

— База, я на месте! — Радостно воскликнул я, выходя из леса.

— Принято, Марк! Отправляем тебе синхронизатор, жди. — Я устроился на краю поляны в ожидании момента, когда мне передадут необходимое оборудование.

Безумие последнего месяца разом навалилось тяжким грузом усталости на мои плечи. То, что изначально предполагалось как веселая прогулка с парочкой попоек, превратилось в безумное приключение длиною в два месяца. Я проснулся свечой, затем чуть не умер в пожаре, потом меня почти искромсала в капусту муха, я сбежал, и бой со змеёй оторвал мне руки. Безумные творения наших инженеров, что вечно ломались или взрывались или работали как ужасающие машины хаоса. Но в глубине души я ликовал от такой встряски. Последние миссии были наполнены обычной рутиной, и былое ощущение опасности прошло, так что я рад, что так получилось. Остается получить оборудование. Запустить его и так же добраться до трех остальных точек, и затем профессор что-то придумает с моим телом, я в этом не сомневался.

В центре поляны появилось зеленое свечение переноса. Спустя пару минут свечение пропало, и довольно большой кристалл парил в воздухе. От кристалла шли два провода к небольшой коробке, в которую был встроен автономный источник питания и ретранслятор сигнала. Я подошел к коробке и наступил ногой на кнопку включения синхронизатора. Кристалл завибрировал и углубился на половину своей длины.

— Мы получаем данные, невероятно, Марк, но у тебя вышло! — Кричал, радуясь, профессор.

— Еще бы не вышло. Я же лучший в своем деле! — Я гордо выпятил то, что мне казалось грудью.

— Ну что, куда дальше? — спросил я, смотря на Алису.

— Сто восемьдесят тысяч километров на запад, следующая точка! — радостно сказала она.

В этот момент лица всех присутствующих в комнате вытянулись в удивлении. Мое же лицо осталось еще в том особняке алхимиков. Кажется, я еще не скоро закончу свою миссию, и размер мира Пристена был колоссален. Посему выходило, что длина по экватору была не меньше трехсот шестидесяти тысяч километров. Это расстояние в девять раз превосходило по размерам нашу планету. Кажется, я начинаю понимать, почему случилась такая ошибка при отправке моей души на поверхность. Если учитывать скорость вращения, то погрешность была плюсминус до фига километров, наше оборудование не было рассчитано на такое от слова совсем. Все предыдущие планеты, что были нами найдены, были или равные, или чуть меньше нашей.

— Профессор, кажется, мне потребуется больше помощи, — грустно сказал я, глядя в его огромные от удивления глаза.

— Я постараюсь что-то организовать, — он судорожно что-то считал на клочке бумаги и, не веря своим расчетам, мотал головой.

Я решил помедитировать, пока профессор работает над решением вновь возникшей проблемы. Спустя пару часов ожидания ситуация так и не прояснилась. Я решил спросить, что происходит, у Алисы, которая вперилась в свой коммуникатор и что-то упорно там рассматривала, закусив язык.

— Профессора вызвали в центр, случилась какая-то оказия или проказия. Я не очень поняла, — не глядя, ответила мой навигатор.

Видимо, грядут новые потрясения, подумал я и вернулся к приглянувшемуся стволу дерева, где, поудобнее устроившись, прикрыл глаза, погружаясь в глубины сознания. Неожиданно для себя мне удалось уснуть и даже увидеть какое-то подобие сна. В нем бесконечные орды мух врезались в мое пламя, а я, безумно хохоча, поливал их огнем из своих рук.

— Марк! — требовательный голос старался привлечь мое внимание.

— Еще пять минуточек, мама, и я точно стану повелителем империи зла. — сладко чавкая, произнес я, не желая просыпаться.

— Какая еще империя зла, Кожедубов! — заорал голос в моей голове.

— Что! Я тут, я не спал! — заорал я, моментально прогоняя сон и признавая голос. — Откуда вы тут, Петр Петрович? — Сфокусировав зрение на нашем капитане станции.

— Да вот пришел поговорить с тобой по душам с глазу на глаз. — Косясь на монитор, сказал он.

— Я весь во внимании, — я внутренне подобрался, обратившись в слух.

— Вот смотрю я на тебя, Кожедубов, и удивляюсь: как? Но все же как-то ты выжил, несмотря на все попытки яйцеголовых тебя умертвить. — задумчиво начал он.

— Знаете, Петр Петрович, жить очень хочется, — не скрывая своего раздражения, ответил я ему.

— Н-да, боец, помотала тебя нелегкая, но трудности только закаляют душу воина! В общем, слушай…

Петр Петрович был отличным командиром и часто помогал в ситуациях, когда требовалось принимать тяжелые решения в ходе наших экспедиций. Под тяжелыми решениями я говорю о случаях, когда требовалось убрать очередного врага уровня «ты знаешь, кто мой отец», мешавшего завершению миссии. Все же не все синхронизаторы имели опыт общения со знатью тех миров, куда они отправлялись, а бывать в городах приходилось чаще, чем хотелось бы. Многим бы хотелось иметь такие же прибамбасы, что мне поставляют сейчас, но ограничение в сто килограмм на перенос было не преодолимо. По началу были попытки перенести мотоциклы и прочие средства передвижения, но после парочки прибитых местными магами синхронизаторов эту идею отбросили. С криками «демон» в их спешащие тушки прилетали молнии, сосульки и прочие прелести магических миров. Также, к удивлению многих, огнестрел почему-то отказывался работать, пока защитная сфера была цела. Все это пытались выяснить ученые, но пока на ум приходил лишь один ответ: «магия».

— Как ты уже знаешь, в наших рядах есть крыса, которая продалась этим борцам за демократию и нефть. Недавно и наши союзники, и прочие партнеры слетелись, как мухи на гхм… Кусок меда. Так что могу тебе сказать, что ты гарантированно пересечешься с кем-то из них на точках синхронизации. Принимая во внимания всю ситуацию и ценность этого мира, было выдано особое распоряжение. Ты слушаешь? — Он многозначительно поднял бровь и постучал по экрану.

— Да, капитан! — отрапортовал я тут же.

— Хорошо. Было отдано особое распоряжение: не проявлять милосердия. Этот мир не подпадает под действие каких-либо соглашений, поскольку ни одна страна не включила его в свой состав, а значит, по международным законам это ничейная территория. Если точнее, как пошутил один хитровыделанный галстук, «что произошло в Вегасе, остается в Вегасе». Всё понятно?

— Так точно, — я машинально сглотнул.

— Выживи, Марк, это не только мое желание, как понимаешь, тут на кон поставлено куда больше. — По-отечески добавил он.

— Я приложу все силы, товарищ капитан, — я выпрямился и отдал честь, что получилось неуклюже.

— Ну не стоит так, все же ты в первую очередь ученый, а не военный. Но ты извини, что взваливаю на тебя эту ношу.

— Я понимаю, а известно, куда они высадились? Ну, противники наши? — спросил для понимания, как скоро ожидать гостей.

— Нет, наши сенсоры так и не смогли найти посторонних в тех местах, где зависли их станции. Так что мы пока полагаем, что высадка еще не состоялась. — грустно ответил он. — Но мы их непременно найдем и заставим отступить. Так что просто выполняй свою миссию дальше и не помри там раньше времени.

Мы попрощались, и капитан вышел из лаборатории, запуская обратно Алису с профессором. Судя по выражению лица Научкина, он догадывался о сути разговора. Алиса же была просто весела, как обычно, и, плюхнувшись на кресло, вернулась к своему коммуникатору. Я же находился в состоянии легкой фрустрации. Веселая прогулка превращалась в международное противостояние агентов с реальной возможностью смерти. Фактически капитан подготовил меня к тому, что, возможно, придется убить такого же синхронизатора, как и я, что вызывало множество противоречивых чувств. Не то чтобы я не убивал людей в своих миссиях. Бывали разные ситуации, разбойники и преступники в этих средневековых империях были на каждом шагу, но все же всегда это было больше в рамках самообороны. Теперь же мне придется пойти на сознательное убийство. Было видно, что капитану было тоже тяжело отдавать такой приказ, но и он, видимо, не смог противиться такому распоряжению свыше.

Посовещавшись с Научкиным и Костомозговым, я решил продолжить путь своей эволюции. Проведя множественные изысканий и моделирований на современном суперкомпьютере с последней версией ИИ «Думатель 7000», профессора так ничего и не поняли, а потому предстоял трудный путь проб и ошибок. Прошла неделя с обновления вводных по моей миссии, и нашей разведке так и не удалось определить точки высадки конкурентов. Складывалось впечатление, что они прилетели просто посмотреть за нами, так как их сенсоры просто бесконечно зондировали одни и те же места. Но капитан, да и я, не верили в такой исход.

Моя новая ласточка цвета хаки, на которой красовалась надпись «НИВА-2121-МСПВ», что означало малый свечной планетарный вездеход, прорезала своим величественным остовом маршрут сквозь бездорожье, ревя мотором. Запасы воска весело гремели, подпрыгивая на кочках в багажнике, говоря о том, что запаса материала для регенерации достаточно. Учитывая повышенную техническую сложность моей миссии, в нашу команду добавили на постоянную службу инженера Семена, который помогал во всех технических аспектах. Попутно он занимался пополнением ресурсной и ремонтной части нашей лаборатории. Сам же кабинет стал более просторным из-за необходимости размещения автосборочного стола с тремя принтерами. Это решение было принято капитаном, чтобы необходимые расходные запчасти производились прямо в лаборатории, не допуская утечки.

— Семен, а если сделать автоматические турели, которые стреляли бы стеклянными шариками с топливом? — Спрашивал я у нашего инженера, надеясь на очередной апгрейд.

— Да можно, в принципе, и шариками, но как их поджигать? — Задавал мне встречный вопрос инженер. — Да и система управления не выйдет, микроэлектроника не запускается, только аналоговые схемы работают, а куда я запихну тут лампы? — Продолжал он вопрошать.

— А если увеличить корпус? Автоматоны же как-то смогли работать сами, — я не хотел бросать идею с турелями, как взрослому мужчине можно отказаться от такой игрушки?

— Автоматоны были размером с грузовик, а то и два. Там чего угодно напихать можно было, а твоя колымага чуть выше колена, никак не выйдет, — мотал головой инженер.

— Ну, может, есть старые секретные разработки времен царя Гороха в архивах, луноходы же были не такие здоровые! — Я цеплялся за последнюю надежду.

— Ну хорошо, быть может. Я поищу, но ничего не обещаю! — сдался наконец инженер и зарылся в планшет с различными спецификациями ламп.

Я перевел взгляд на Алису, и по ней было заметно, как она пускает слюни на этого черноволосого умного парня. Я довольно давно ее знаю, и между нами многое бывало, и по размеру выреза на ее рубашке можно многое сказать о ее чувствах. Только бы она не заразила его своей глупостью, мелькали мысли в моей голове, в остальном это не мое дело. Привлекая ее внимание громким выкриком ее имени и дождавшись, как она подотрет слюни, отворачиваясь от спины инженера, я попросил назвать следующие координаты магических возмущений.

В паре сотен метров дальше по холму была небольшая пещера, в которой, по словам Алисы, был повышенный фон, напоминающий змеиный. Я без промедлений повернул колеса в сторону пещеры. Остановившись у входа в лаз, я вспомнил предыдущий опыт борьбы со змеей. Достав из багажника парочку топливных капсул, я воткнул их напротив входа и протянул кусочки фитиля к импровизированным фугасам. Также воткнул пару острых палок, которые заточил о нож на бампере моего транспорта. Как только моя ловушка была готова, я направил руки в зев лаза и вжарил по полной, выкуривая гадину из логова.

Как только огонь стих, разъярённая змея ринулась наружу и тут же уткнулась обоженной мордой в колья. Пока она шипела, пытаясь снять себя с крючка, я поджег фитили к топливным капсулам. Огонёк быстро побежал по своему маршруту и, добравшись до капсул, подорвал их, разнося голову твари на кусочки. Сигнал о получении энергии служил подтверждением успеха операции.

— Сурово, — раздался голос инженера.

— Зато безопасно, нужно больше капсул или шариков, заткнутых тканью, — констатировал я результат своего эксперимента. — Опа, а это что такое? — Я подбежал к блестящему камешку в траве и поднял его.

Это оказался небольшой магокамень, который причудливо сверкал своими ровными гранями на солнце. Кажется, я наконец-то нашел путь к новому апгрейду своей техники. Я положил камень на платформу перемещения, и камень тут же оказался в специальном контейнере в лаборатории. Семен схватил еще тёплый камень и тут же пихнул его в анализатор. Анализатор заморгал всеми цветами радуги и выдал огромную ленту, напечатанную на матричном принтере. Почему-то любая цифровая техника ломалась при встрече с магией, потому все системы в лаборатории были дублированы в аналоговом исполнении. Семен вчитался в результаты анализа и, найдя нужные строки, вскочил, торжественно размахивая лентой. Он кричал, что теперь-то он соберет настоящий магический транспорт, а поддавшаяся веселью Алиса тут же подскочила к нему и закружилась в танце, глупо хихикая. Затем покрасневший Семен смутился и, отстранив Алису, выбежал за дверь. Меня чуть не стошнило от этой милоты, которую излучало лицо моего навигатора.

— Алиса, маршрут! — прокричал я, приводя в чувство.

— Три километра дальше на запад! — выкрикнула Навигатор и тоже выбежала за дверь.

Стоит ее отругать, потому что по новому регламенту меня нельзя оставлять одного, но я думаю, что дурацкий регламент сейчас меньшее из того, что ее волнует. Я же вроде как взрослый самостоятельный канделябр и одинокий волк на просторах этой бесконечной планеты, могу о себе позаботиться сам.

Я продолжил свой долгий путь к следующей точки синхронизации, попутно зачищая логова зверей и собирая магокамни. Пока спустя месяц не получил извещений о следующей достигнутой точке эволюции. Это событие произвело настоящий фурор на станции среди посещенных, да и не посещенных тоже, все так или иначе были в курсе моего героического приключения, правда, без особых подробностей. В лаборатории собрался целый консилиум ученых, и совместными усилиями было выбрано удобное место для регенерации. Где могли бы все зафиксировать научные сенсоры и дополнительное оборудование, которое отправили мне для сбора показателей среды. Закупорив все входы в небольшую вырубленную пещеру, я удобно устроился на кучке примятой земли и, пожелав удачной работы, мысленно отдал приказ на эволюцию.

— Марк? Мы готовы! — сказал профессор Костомозгов.

— Так я уже, — оправдывался я.

— Может, попробуете еще раз? — недоверчиво поднял он бровь.

— Простите, раньше со мной такого не происходило, — я стыдливо попросил извинений.

Я еще раз сфокусировался на эволюции, но как бы сильно не кричал «да» и не приказывал ей произойти, ничего не происходило.

— Кажется, я не смогу в этот раз. — опуская глаза, сказал я ожидающим.

— Может, система сбоит, все же мы ее делали впопыхах и давно не обновляли, — задумчиво произнес профессор.

— Не думаю, что дело в ней, эволюция работала и до нее, видимо, существует какое-то скрытое условие, о котором мы не знаем, — сделал я предположение.

— Если так подумать, то каждый раз, когда вы эволюционировали, то перед этим находились на грани смерти. — сделал резонное предположение профессор. — Возможно, для эволюции требуется победить монстра, который значительно превосходит вас по силе! — Воскликнул он, тут же делая пометки в своем блокноте.

— Видимо, это так, — я тоже задумался после слов профессора.

Получалось вполне логично, ты достигаешь определенного уровня силы, и вот тебе дают шанс подняться, но его надо заслужить. Вообще почти вся магия была построена на причинно-следственной основе, которая лежала за гранью привычной математики. Тут скорее было важно, что и как ты делаешь, чем сколько и когда.

Мы перенесли оборудование обратно на базу, и я выполз наружу. Семён отправил патронташ, полный шариков с топливом, которое было перемешано с пылью магокамней, превращаясь в вязкую массу, которую мы назвали магогранатами. Это была наша особая разработка, после долгих попыток создать что-то действенное наш аналитический отдел нашел информацию о одном борце за свободу, который неудачно подорвал себя, мастеря магобомбу. Мы доработали его технологию, превращая ее в грозное оружие и расширяя наш арсенал возможностей. Отдав команду Алисе искать сигнатуры посильнее, я отправился в путь, готовый к сражению с врагом, превосходящим меня по силе.

Сигнатура нашлась достаточно быстро, и я, вдавливая гашетку в пол, помчался на встречу с бесконечным вечным, подскакивая на ухабах. Спустя десяток минут моя ласточка выпорхнула на открытое пространство, где среди камней, валяясь в грязи, почесывал задницу свиномордый гуманоид. Внешне он полностью был похож на людей, только огромный пятачок и торчащий крючком хвост говорили о его стороннем происхождении. «Хрюк, хрюк, хвии» — заорал мой новый визави и, подпрыгнув, помчался на меня, размахиваясь толстенным поленом, как дубиной.

— Это что еще за свинохрюк! — вырвалось у меня новое словечко, и, выкручивая руль до упора, я отправил машину в занос.

Свинохрюк помчался следом, метая камни и все, что ему попадалось под ноги. Снаряды били по кузову, высекая искры и портя мое любимое лакокрасочное покрытие. Я давил на газ и лавировал среди камней и деревьев, бросая машину в заносы на довольно большой поляне в попытках оторваться. Однако, как бы я ни старался оторваться от этой разъярённой туши, скорость у него была безумная. Постепенно расстояние между нами сокращалось.

Я решил действовать и, отстегнув одну из магогранат и запалив фитиль, выбросил ее за борт под ноги безумно визжащей твари. Хрюкающий гуманоид наступил на гранату, и она взорвалась, разбрасывая кучу осколков по округе. После чего, завопив еще яростнее, добавил скорости. Я посмотрел на его ноги и не обнаружил видимых повреждений. Эта тварь была прочнее стали. Так как выбора у меня не оставалось, я продолжил бросать гранаты ему под ноги в надежде хоть как-то повредить их. Каждый следующий взрыв лишь поражал пронзительное «хвии» и добавлял скорости свинохрюку. Вскоре гранаты закончились, а свинохрюк нет. Прикидывая, что если дальше так продолжится, единственное, что мне останется, это подорвать себя вместе с ним, я решил избежать подобной участи.

Отстегнул фиксаторы и, встав во весь рост, я выпрыгнул навстречу свинохрюку, выставляя свои руки-свечи вперед и фокусируя на их концах тонкое пламя. Я решил попробовать разрезать его кожу в ближнем бою. Огненное лезвие полоснуло свинохрюка по груди, оставляя обугленный шрам на его теле. Пока мои руки пытались прожечь дыру в его груди, монстр схватил меня за тело и засунул его в рот, пытаясь перекусить. Я не придал этому значения, поскольку свято верил в нерушимость своего основного тела, максимум помнет, так думал я. Также характеристика «Крепость» добавляла резона этим мыслям. Как же я ошибался, свинохрюк сомкнул свои челюсти, откусывая то место, где раньше располагался камень душ.

— Отвали ты, гребаный шашлык! — орал я, потирая оставшуюся часть покусанного зада.

Свинохрюк медленно жевал кусок моего блестящего металлического зада и довольно повизгивал, смотря на меня. Это безмерно бесило, ярость закипела, превращая цвет моего огня в ярко-белый. Ну сейчас ты у меня попляшешь, свиномордый.

— Смерть свинохрюкам! — закричал я и бросился в атаку.

— Ну можно же было бы как-то иначе, Марк! — возмущался профессор Костомозгов.

— Угу, — грустно согласился я с ним.

— Вы должны были отступить, и мы бы нашли другую цель, зачем так рисковать\-то собой?! — Продолжал меня отчитывать он.

— Наверное, — я смотрел на остатки своей ласточки, что была разбросана по всей округе, и разорванную в клочья задницу свинохрюка.

Было противно вспоминать весь бой и его концовку, но я бы никому не пожелал такой ужасно мучительной смерти. В общем, вышел глаз за глаз, вернее зад за зад, и ладно. Только в моем случае добавилась еще и одна из рук, которую пришлось оторвать, бросая в багажник с топливными капсулами. Взрыв был эпический, и результат просто ошеломляющий.

— Профессор, кажется, я готов, — я решил перевести разговор в более продуктивное русло.

— Прекрасно! Найдите место, и мы начнем! — хлопнул в ладоши профессор, мгновенно меняя тему.

Нужное место нашлось довольно быстро. Я спалил парочку крыс, что засели в своей норе, прячась от свинохрюка. Затем вытащил обгоревшие тушки и сам забрался внутрь. Немного расширив пространство, я установил парочку полученных модулей и снова, как в первый раз, закупорил вход. Облокотившись на стену и успокаивая дыхание, я по совету профессора решил представить форму, в которую мне хотелось бы обратиться. Профессор считал, что выше головы я не прыгну, и сразу стать свечным драконом у меня бы не вышло, но раз я голем по классу, то сменить тип на металлический или восковой было вполне возможно.

Я закрыл глаза, и темнота медленно поглотила меня. Мне снился сон, как я, окруженный свинохрюками, режу их мечем на идеальные стейки и поджариваю на огне. После чего насаживаю один на вилку и гоняюсь за вегетарианкой Алисой, пытаясь заставить ее попробовать это божественно мягкое мясо. В конечном итоге мне удается ее догнать, но она обращается розовым свинохрюком с длиннющими рыжими волосами до пят и мило пищит, прося пощады.

Очнулся я, не понимая, почему вижу звездное небо, а не темный потолок пещеры. И, кажется, у меня появилось что-то типа головы, теперь мне не нужно было поворачивать все тело, чтобы что-то осмотреть. Я оперся тонкими руками и помог своему худощавому телу полностью выбраться наружу. У меня были почти что настоящие руки, только без пальцев, и такие же ноги. Я глянул статус.

Раса: Гуммоноид.

Редкость: Сверх легендарный редкий.

Вид: Голем.

Класс: Воин.

Тип: Свечной воин.

Характеристики: Крепость 3.

Эволюция: 0 %.

Навыки: Воспламенение,?»№*»№, Улучшенное усвоение магии, Модификация формы, Регенерация, Духовное тело. Рукопашный бой. Нерушимость.

Стойкость заменилась на нерушимость, и добавился навык рукопашного боя, также характеристика Крепость возросла до трех. Теперь, значит, я свечной воин, раса тоже поменялась на гуммоноида. Такими темпами еще пара эволюций, и, быть может, я превращусь в настоящего человека. Я решил протестировать свое новое тело и проделал пару упреждений из базового комплекса. Я не почувствовал ни усталости, ни напряжения мышц, видимо, я все так же не могу устать, раз не совсем живой. Найдя осколок зеркала от машины, я осмотрел то, что походило на лицо. На том месте, где должна была быть голова, просто торчала огромная толстая свеча, как продолжение шеи.

— База, есть кто живой! — крикнул я в темное окошко интерфейса связи.

— Меня! Ой! — раздался звук падения чьего-то тела со стула.

Спустя пару минут на экране появилось изображение, и привычная мне рыжая голова с огромными глазами чуть ли не вплотную прижалась к монитору.

— МАРК! НАКОНЕЦ-ТО! — кричала Алиса.

— Да и я тоже рад тебя видеть, свинолиса, тоесть Алиса! — тут же поправил я себя.

— Ты спал целую неделю! Тут такое произошло, такое! — и рыжая голова молнией вылетела из кабинета.

Видимо, на станции была тоже ночь, и только Алиса осталась дежурить в ожидании моего пробуждения. Что же там произошло за неделю, что она даже не попробовала сама все рассказать? Видимо, дело принимает худший оборот, и наши партнеры наконец сделали свой ход, отправив синхронизаторов. Или крысу нашли, вариантов была масса, и гадать было бессмысленно. Я впервые смог нормально сесть и, подперев подбородок, задумчиво посмотреть в даль.

— Гражданин начальник, товарищ император, я попробую, но не могу ничего обещать, — сказал я стоящему на коленях китайцу.

— Я в тебе не сомневался, сильный лао Кожедубов! — подколол меня наш капитан.

— Я вас прошу, спасите мою дочь! Все наши воины сгинули, так и не достигнув цели! Только на вас осталась надежда! — не успокаивался китаец и бил лбом о пол лаборатории.

— Ну что же вы, император Си, не жалеете себя, пройдемте со мной в кабинет, — капитан аккуратно поднял китайца за локоть и вывел из лаборатории, подмигнув напоследок.

— Н-да… — стоял я в растерянности и почесывал парафиновый затылок в раздумьях.

Выходила совсем какая-то жуткая жуть с этими китайцами. Положили всех своих синхронизаторов в попытках достать дочку императора из щекотливой ситуации. Суть проблемы была ясна: китайцы попали в ту же ловушку, что и мы. Не имея представления об искажении пространства, место попадания души было сильно дальше точки телепортации тела. Просто планета успевала сделать достаточно движения, чтобы калибровка сбилась. И пока они это поняли, все сложили головы, отправляясь в пустоту.

К огромному разочарованию, мы оказались последними, к кому решили обратиться наши партнеры, и просто следовали дурацким рекомендациям других наших партнеров, что парили на соседних орбитах. В целом оно было понятно: узнать из неоткуда о мире они не могли, а значит, источник утечки был один для всех, и, видимо, скоро мы его найдем. Вот так стыд и гордость положили лучшие таланты их лабораторий.

Как бы то ни было, но принцессе все же повезло: ее душа попала в довольно щекотливую ситуацию, но связь работала, и принцесса была жива. С ее же телом все было немного лучше, чем с моим: оно хотя бы было. Видимо, у ее навигатора мозги не закисли от постоянных протечек.

Понятия не имею, как спасать задницу этой императорской особы, символа нации, луча света жизни императора и прочие эпитеты, которые я не упомню. Даже не пообещал кошкожену и две миски риса. Вот только лицо капитана было красноречивее самого императора, и отказаться бы не вышло. Ладно, будем надеяться на премию и домик в Анапе, а то с нынешними ценами на тамошнюю недвижимость, боюсь, и всех богатств этой планеты не хватит на квадратный метр.

— Алиса, куда ехать, они дали хоть какие-то координаты? — спросил я у навигатора.

— Да! ТЫ уже туда едешь, они почти у следующей точки высадились, — обрадовала она меня.

— Вот как, что там с нашими ракетчиками? Будет новая ракета? — в надежде на легкий путь спросил я.

— Говорят, что из-за новых габаритов придется все переделывать, и вообще они не уверены, что удастся, — она сморщила грустную моську и покачала головой.

— Семён, а что ты скажешь? — я уже совсем не надеялся на удачу.

— А я скажу, что тебе придется много работать на эту прожорливую вещь, — и он гордо сорвал брезент с новинки в сфере магической техники для передвижения по пересеченной местности.

— Не может быть! — мои глаза хлопали в неверии при виде новенького мотоцикла.

— Может, движок на маготопливе заработал, правда, на сотню жрет как моя годовая зарплата, но с нашим бюджетом и спонсорством некоторых товарищей теперь это не проблема, — восхищаясь инженерным творением, почти сладостно пропел Семен.

Самая большая проблема для инженера — это не сделать что-то, а сделать это так, чтобы это не стоило как новые ворота из платины. К нашему же счастью, видимо, платиновые ворота — это мелочь по сравнению с тем, что получится при завершении миссии.

Мой новенький, как выяснилось, магоцикл тут же переместили ко мне, и Семен пару часов описывал все особенности его работы и заправки. Красивый хромированный логотип шестеренки «Ижтехмаша» и название «Скаут МП» переливались в лучах солнца. Широкие шины и бронированный, по словам инженера, бак придавали уверенности в безопасности этого шайтан-агрегата. Особая система переключения скоростей и подачи газа, которая была придумана для моих рук, оказалась абсолютно несовместима с моей новой формой. И, к моему великому сожалению, магоцикл был отозван для модернизации. Я же с перекошенным от глубокой душевной боли лишенного игрушки лицом взрослого мужчины побрел прочь из леса. Пока инженеры не придумают новый способ управления, мне придется продолжать путь на своих двоих.

Я продолжил играться с навыком «Модификация формы», и мое новое тело все больше походило на гуманоидное. В конце концов с базы прислали латные доспехи, и смог кое-как их натянуть. Прикрывшись плащем, я даже стал напоминать какого-то воина. Конечно, только отдаленно и если не поднимать забрало, за которым был просто сплошной кусок воска. Впрочем, маска, присланная вскоре, решила проблему воскового лица. Первая цель была как-нибудь пробраться в город, чтобы дать возможность Алисе изучить местных и составить какой-то план по первым контактам близкой степени. В том числе и собрать больше данных по языку для анализа письменности. Тот трактат, что переписывала Лона, состоял больше из формул, схем и каких-то терминов.

Спустя несколько дней пути и постоянных сражений со свинохрюками, змеями, черноволосатыми мартышками, которые кидались обидными вещами, я, слегка побитый и немного униженный, все же добрался до поселения людей.

Это была обычная деревня на краю ничего по адресу нигде. Перекресток из двух улиц и три десятка домов. Я дождался ночи и пробрался на территорию поселения, схоронившись в первом открытом сарае.

— Как дела? Осмотрела город? — спросил я у краснеющего навигатора.

— Они тут все? Да в каждом доме! — возмущалась Алиса.

Я прислушался и услышал звуки стонов, что раздавались из избы. Ну да, отсутствие света и прочих развлечений сказываются на рождаемости положительно. Видимо, придется идти до города, этот сеньор Помидор вряд ли сможет что-то тут собрать.

— Давай к городу веди, — скомандовал я и увидел облегчение на лице Алисы.

Навигатор быстро нашла дорогу к ближайшему скоплению людских сигнатур, и я, зафиксировав направление, продолжил путь. По дороге встречались еще деревни, но в целом ситуация была та же. Люди развлекались, Алиса краснела, я раздражался и брел дальше. Видимо, это пионерский регион, судя по тому, что происходит, люди активно заселяли эти земли. На эти мысли также наводило то, что в деревнях практически не было детей.

Все же некоторую информацию удалось собрать по пути. Семен уже напечатал немного денег на триде-принтерах, а Алиса начала формировать профиль среднестатистического жителя. Мы попытались узнать что-то от наших новоявленных друзей, но пользы было мало. Вид принцессы в теле метлы доставлял им мучения, и ни о чем, кроме как о немедленном спасении, они больше не думали. Когда я уже почти дошел до города, в лабораторию неожиданно нагрянул Петр Петрович и прогнал всех прочь.

— Как дела, кожедубов? — начал он.

— Да вот пугаю местных и собираем антропологический архив развлечений местных, — развел я руками.

— Гхм, это да, занятно, особо не увлекайтесь только вашей антропологией, — загадочно произнес он.

— Так с чем пожаловали, товарищ капитан? — Я решил не тянуть Барсика за душевные струны.

— Да вот нашли мы крота нашего, решил с тобой поговорить для начала, — вертя коммуникатор в руках, начал он.

— И? — молчание капитана пугало.

— Да вот смотри, — сказал он и повернул в мою сторону коммуникатор.

Проматываемый капитаном Росграм Алисы сверкал ее филейными частями на фоне лаборатории. Почти на каждой фотографии были видны обрывки разбросанных документов или части аппаратуры. Милая рыжая мордашка кокетливо улыбалась заредактированным фильерами лицом. В целом все встало на свои места, эта дуреха своей неряшливостью и разбрасыванием документов по лаборатории сделала кучу фотографий того, чего не следовало. Даже мне, не обладающему особыми талантами в шпионаже, стало понятно, что мы изучаем.

— Я, конечно, знал, что у нее нет мозгов, но не настолько же все плохо, — вырвалось у меня недоумение, — судя по фото, она уже пару лет так делает, так почему сейчас-то?

— Вот тут ответ, — он пролистал и показал на фото.

На фотографии были данные с наших анализаторов о просто запредельном количестве ресурсов в недрах планеты. Почти все показатели в сотни, а некоторые и в тысячи раз превышали стандартные. Даже я невольно сглотнул от вида такого богатства. Я, конечно, понимал, что планета большая, но чтобы настолько дорогая, даже представить было сложно. Теперь все встает на место с непомерно раздутыми тратами и появлением соперников. Одна эта планета стоит тысячи предыдущих.

— Кто теперь будет вместо нее? — я понимал, что теперь, видимо, придется проститься с этой глупой дурочкой.

— Она и будет, центр решил воспользоваться таким шансом. Ты сам знаешь, что она, скорее всего, даже не понимала, что делала, — я кивнул на этой фразе. — Да и такой шанс стукнуть по носу наших многоуважаемых партнеров упускать не хочется.

— Я бы хотел вас попросить защитить ее от последствий, — сказал я.

— И почему же? — капитан вопросительно поднял бровь, удивляясь. — Я читал отчеты, по ее вине твое тело съел какой-то кротопетух или что-то типа того, так с чего такая просьба?

— Да понимаете, капитан, — начал я. — Если бы не она, то я бы с вами сейчас не разговаривал. Я уже не могу сосчитать, сколько раз она вытаскивала меня из такой задницы, что никто не верил. Так что в каком-то смысле я ей должен.

Это была чистая правда, как бы глупа она ни была, как бы не страдала ленью и не отлынивала от своей работы, в минуты опасности она единственная не сдавалась. Рыдала и кричала, как умалишенная, но находила варианты и подходы для решения, казалось бы, неразрешимых ситуаций. И даже сейчас она сутками дежурит у пульта управления связью и перемещением ресурсов.

— Я учту, — коротко ответил он. — Касаемо принцессы Мей Ли, центр просил сделать это задание на текущий момент приоритетным, даже если придется отдать точку синхронизации противникам.

— Какая щедрость с нашей стороны, — фыркнул я.

— Как есть, такое решение гарантированно приведет к столкновению с противником, но у центра свои понятия, — загадочно покрутил он пальцем у виска.

— Понял, капитан, бросаем все и на всех парах мчимся к нашей метелке, — резюмировал я наш разговор.

— Надеюсь на тебя, Марк, — добавил капитан и вышел из лаборатории, запуская всех обратно.

Ничего не подозревающий рыжий навигатор плюхнулась в свое кресло и уткнулась в коммуникатор. Кто бы мог подумать, что все разведки мира будут с такой тщательностью рассматривать фотографии одной фигуристой дурехи. Думаю, Научкину тоже поведали гарусные новости, судя по его тревожному взгляду в ее сторону.

Решив оставить всю эту шайтанскую возню на капитана, я продолжил свой путь к городу. Посовещавшись с командой и профессором, первое, что требовалось сделать, это раздобыть какую-либо карту мира. Пусть самую примитивную и схематичную, но карту местности. Я был уверен в способностях нашего аналитического отдела, который смог бы на основе людских сигнатур составить что-то более полезное, чем смогли бы сделать в этом мире, имея базовые представления о местности.

Спустя почти день, вынырнув из леса, я оказался перед массивной бревенчатой стеной, что окружала ветхие городские постройки. Видимо, за стеной следили лучше, чем за домами его жителей. Хотя мелкие щели и подгнившие столбы все равно были, они-то и позволили увидеть плачевное состояние города. По рекомендациям Алисы я сменил латный шлем и плащ на обширный драный балахон, что почти полностью скрывал мою маску. Также я обмотал руки и ноги в бинты и полностью вывалялся в грязи, став похожим на местного бомжа. Дополнительно сгорбившись и прихрамывая, я побрел в сторону городских ворот. Как только я нашел нечто гнилое и обитое железом, что отдаленно напоминало ворота, они тут же открылись. Пьяный стражник, вывалившийся из-за них, окинул меня взглядом и, ударив по спине древком копья, потребовал убираться подальше от города. Я же сделал вид, что удар причинил мне боль, и выронил серебряную монетку. Стражник с жадностью посмотрел в ту сторону, куда она упала, и, отпихнув меня ногой, пошел за ней. Убедившись, что он потерял ко мне всякий интерес, я тут же прошмыгнул в ворота и растворился в переулках ветхих построек.

Зрелище было, как всегда, удручающее. Пьяницы, проститутки, дети, дерущие кота за хвост, эльфийка пинает гнома в подворотне. Сколько же раз я видел такой пейзаж. По законам жанра сейчас ко мне должен подойти какой-то пройдоха и со словами «Что-то я тебя тут не видел» приставить нож к моему животу. Эх, признаться, вот приключение, на которое я рассчитывал, скорее всего, тут точно есть что-то типа подвала с рабынями или дочери дворянина в кандалах, которую можно было бы спасти и повеселиться на шелковых простынях.

Стоп! Я посмотрел в подворотню, в которой уже никого не было. Видимо, мне почудилось, откуда тут взяться эльфийкам и гномам, они же на другом конце галактики сидят в своей изоляции и в ус не дуют. Вернее, тихо ненавидят друг друга и пытаются убить. Так как планеты соседние, они изредка обмениваются ядерными ударами, которые каждый из них успевает перехватить на подлете к планете. Всё из-за пива и какой-то чести, видите ли, один из эльфийских принцев плохо отозвался о бороде их принцессы, но это они стерпели, а вот когда он назвал их пиво мочой обезьяны, тут гордость уже не выдержала. Впрочем, оставим этот вопрос нашему МИД, возможно, когда-нибудь однажды они их смогут помирить.

— А откуда такой блевотный выполз-то, парниша? — Зажимая нос, выплевывал слова громила.

— Босс, видал, серебришко у него выпало на воротах! — Потирая руки, делился с ним сиплый.

— Да? Выворачивай карманы, убогий! — Крикнув, он достал нож и стал водить им из стороны в сторону.

Что я мог сделать? Я не мог говорить, потому просто молчал и ждал нападения.

— Сломай громиле ногу и выруби его, а мелкому руку, но не убивай их, — сказала мой навигатор.

Сказано — сделано. Я дождался, как громила нападет на меня, устав ждать, и, увернувшись от выпада, пропустил его мимо себя. Пока он пролетал мимо, я наступил на его голень сзади, и послышался хруст совместно с воем громилы. Сиплый же, решив напасть со спины, совершив свою ошибку, просто повис на моем теле, не в силах повалить. Я ударил своей рукой по его руке, что обнимала мою шею, и металл сломал очередную кость. Вой сиплого был более противным и писклявым. Наконец он отпустил меня и сразу, подвывая, отполз в сторону. Громила же пытался подняться, но со сломанной ногой это выходило не очень, потому он постоянно падал обратно, ругаясь матом и крича от боли. Я подошел к нему и, ударив по затылку, вырубил.

— Готово, Алиса, что дальше?

— Теперь в точности делай то, что я говорю! — Приказал мой навигатор.

Под ее чутким руководством я нарисовал что-то на подобии карты и значков, по которым даже ребенок бы понял, что я от него хочу. Подтащив подвывающего сиплого к рисункам, я дал ему затрещину и указал на них. Мужик, видимо, слишком сильно перепугался, но вторая затрещина все же привела его в чувство. Он посмотрел на мое искусство и тут же заверещал, что знает, где найти карту, и с радостью отведет меня, только бы я не убивал его.

— Не отведет? — Спросил я у Алисы очевидное.

— Не-а, в логово затащит по-любому, — Ответила довольная собой навигатор.

— Каждый раз одно и тоже, — Пробубнил я, разочаровываясь в сиплом.

Разбойник вел меня среди бесконечных переулков, которые воняли хуже выгребной ямы. Все же трущобы везде трущобы, и откуда тут взяться алмазам, как в поговорке. Как бы то ни было, мы шли довольно быстро. Легким завывания бедолаги сиплого разгоняли тишину. Пройдя с пару десятков переулков и дворов, мы остановились у спуска в подвал.

— Вот тут есть то, что вам нужно, господин. — промямлил сиплый и указал рукой на спуск.

Я кивнул сиплому и Алисе, которая уже рассказала о ловушке в темноте. Дабы быть уверенным в успехе своей авантюры, я схватил бедолагу за воротник и пинком отправил кубарем вниз. Вой и маты пробившего головой дверь подвала бедолаги сопровождали мой спуск по гнилым ступеням.

— Какой же ты все же жестокий, Марк! — Надулась навигатор.

— Иначе с такими никак, — ответил я ей, пиная вонючую гнилую дверь, в которой торчала задница сиплого.

Дверь окончательно развалилась на куски, озаряя светом затхлое помещение с запахом вонючих немытых тел. Разбойники отшатнулись от прохода, что дало мне время ворваться и осмотреть засевших в засаде. В комнате помимо вопящего сиплого было еще пятеро таких же чумазых и грязных людей. Их худющие тела говорили о том, что они максимум способны будоражить трущобы по мелочам и не представляют какую-либо серьезную угрозу. Пара пинков и три сломанные руки полностью отбили желание у бандитов как-либо сопротивляться своей судьбе. Осталось вынести только главаря, и можно сказать, что целая шайка местной шпаны под моим контролем. Я открыл дверь в конце комнаты и обнаружил пустое кресло. Покачивающаяся на ветру грязная рама говорила о том, что кто-то недобром был их боссом и, обладая действительно повышенным интеллектом, просто сбежал.

В комнате главаря я нашел парочку книг с блокнотом, исписанным цифрами. Разбираться в их бухгалтерии не было никакого смысла, а вот книги дополнили проблемы нашей базы языков, и письменность этого города перестала быть секретом. Я сел за стол, и Алиса помогла написать на чистых листах блокнота базовые слова для коммуникации. Невозможность говорить доставляла проблемы, так что хотелось бы надеяться, что это вскоре решится. Но эта надежда быстро померла, не думаю, что смогу победить что-то исполински сильное для эволюции, а в такой форме завершить задание более чем возможно.

Оставив стонущих и разбросанных по комнате людей, я пошел, следуя подсказкам Алисы, к центральной площади в поисках рынка. Немного попетляв по улочкам, я вынырнул на рыночную площадь. Привыкнув к тишине леса и не прочувствовав атмосферу шумного города в вонючих трущобах, легкая контузия от стоящего гомона дезориентировала. Десятки лотков и галдящих зазывал орали что есть мочи.

— Свежие куры нетоптаные! — орал парень в перемазанном кровью фартуке.

— Сладкие фрукты с долины мэрзэ-э-э! — противно тянул усатый смуглый мужчина.

— Продам в рабство неблагодарную скотину! Цветов не дарит и вообще алкоголик! — Противно визжала баба, пиная мужика с веревкой вокруг шеи.

В общем, продавали тут всё, что было можно, и, видимо, что нельзя тоже, судя по лицам парочки мордоворотов, стоящих у какого-то магазинчика с танцующими девушками в окнах. Побродив по рынку, я отыскал нужный мне пергамент с картой и, расплатившись, сунул ее под плащ. Миссия в городе закончилась успехом, несмотря на небольшие проблемы, и я повернул в сторону городских ворот. К моему счастью, ничего не случилось, и я под удивленный и пьяный взгляд стражника вышел в вечерние сумерки, направившись в лес.

Найдя укромное место, карта также была телепортирована на базу и отдана в аналитический отдел, где аналитики должны методом сопоставления магических сигнатур составить что-то похожее на карту мира. Пока я сидел и ждал результата, я прошелся по базовым задачам, которые должен был выполнить любой синхронизатор. Карта мира есть, письменность базово собрана для того, чтобы сканеры могли лучше анализировать информацию, маршрут примерно известен. Если бы не задание от капитана, то через пару месяцев я бы уже нежился на солнечных берегах Черного моря. Как обычно, прожигая очередную премию, гоняясь за девушками в бикини.

— Готово! Все точки добавлены на карту— Радостно прокричала навигатор, и небольшая карта появилась в моем поле зрения.

Я мысленно приказал карте раскрыться, и моя голова тут же закружилась от ее размера. Сотни тысяч точек поселений пылали огнями на бесконечном полотне. Этот мир был просто невероятно огромен. После того как потрясение гигантизмом прошло, я мысленно приказал показать точку моего задания с принцессой. Карта крутанулась, и пред глазами всплыла огромная клякса с базовой информацией. Город, в который мне надо было попасть, насчитывал население по меньшей мере в сотню миллионов и занимал размер целой области из моего мира. Диаметр поселения выходил под пару сотен километров.

— Офигеть, — проговорил я в пространство. — И как мне ее там искать?

— Чума! — завизжала Алиса, увидев размеры города.

— Что там насчет транспорта? Не хочется тут застрять на десяток лет, — спросил я ее.

— Семен еще пока делает, так что ножками, ножками марш! — Навигатор пародировала ходьбу с палками в руках.

— Говорят, один волшебник тоже десять лет смотрел за мальчиком в монитор, потому его нос отвалился, а кожа посерела! — Пугал я ее последствиями.

— Не-е-ет! — раздался затихающий крик убегающей Алисы.

Думаю, она сможет придать нужное ускорение нашим инженерам. Сузив карту и выведя компас, я пошел в направлении своей цели и поисках монстров для накопления энергии.

Спустя несколько дней пути я освоил навык модификации формы на новом уровне. Благодаря изысканиям Костомозгова о големах я провел парочку модификаций своего тела. Было достаточно больно вырезать множество рун и магических кругов, но результат того стоил. Так что у меня появились нормальные руки с пальцами. По этой причине мне отправили мой драгоценный двухосевой транспорт, и я на полных порах мчался через деревни, пугая местных крестьян.

Скорость была просто ошеломляющая, и в день удавалось проезжать чуть более четырех тысяч километров. Все же отсутствие усталости и необходимости сна помогали в пути лучше всяких модификаций, что я использовал раньше. По нашим прикидкам, если продолжать оставшийся путь таким же темпом, то я достигну цели за месяц. Признаюсь честно, я немного устал от этих скитаний по лесам и вечной дороги. Обычная миссия занимала максимум месяц, а сейчас шел к закату уже третий.

— Ладно, я готов, — принимая реальность, сказал я по связи базе.

— М, а что? Кха! — Алиса аж поперхнулась от неожиданности.

— Давайте эту реактивную машину смерти, — сказал я, заглушая двигатель магоцикла.

Способ сократить путь был предложен Семеном еще пару дней назад, но это было чистое безумие. Семен собрал реактивный ранец, сняв старые реактивные двигатели с моей уничтоженной ласточки. Как истинно безумный инженер, он примчался и, дико хохоча, предложил сразу же опробовать, но я, признаюсь, струсил. Все же это была не та ракета, и я уже не просто канделябр, а почти человек. Безумный инженер с выпученными глазами влетел в лабораторию, таща возможную причину моей смерти.

— Ты будешь в восторге! Марк, это просто ракета! Я усилил топливо порошком из маг-камней, так что оно теперь в тысячу раз мощнее! Ва-ха-ха-ха-ха! — вопил и смеялся, как безумец, инженер.

Он положил рюкзак на платформу и заряжал светящиеся, как солнце, капсулы в топливоприемник. Затем, с силой ударив по кнопке, рюкзак появился в паре метров от меня, озаряя лес своим свечением. Легендарный артефакт позавидовал бы таким спецэффектам и плакал бы тихо в сторонке. Я дождался, когда моего железного коня заберут на базу, и надел рюкзак. Семен, все так же безумно хохоча, провел инструктаж по технике безопасности. Отличная техника, надо было сказать, если что, то мне кирдык, и если падать, то без топлива, потому что бабахнет так, что термоядерный взрыв окажется жалкой петардой. Видя счастье, с которым Семен расхваливает безумные приспособы, которые обычный человек бы никак не смог использовать из-за тотальной опасности, я немного поддался его азарту.

— И главное, вот та большая красная кнопка, ее ни при каких условиях не нажимать! Понял? — Закончил свой инструктаж безумный инженер.

— Что хоть она делает? — задал я логичный вопрос.

— Впрыскивает все топливо в двигатели, но я не тестировал, и двигатель сто процентов взорвется! — Почесав макушку, сказал он.

— Эх, человек создан для счастья, как подсвечник для полета, — сказал я и нажал на кнопку запуска двигателей.

Из сопел двигателей вырвался раскаленный воздух, и меня тут же оторвало от земли. Я надавил на кнопку сильнее, и скорость подъема начала нарастать. Второй рукой я схватил рычажок управления закрылками и, двигая им, придал своему телу горизонтальное положение, начиная полет в даль. Как только двигатели разогрелись, по наставлениям Семена я открыл колпачок с включателем турбины, что должна была насыщать смесь в камере сгорания. Нажав на него, я услышал свист за спиной, который означал, что все прошло успешно и турбина начала раскручиваться от набегающего воздуха. Я надавил на кнопку подачи топлива сильнее, и скорость резко возросла до безумной в тысячу шестьсот километров в час. Разогнаться быстрее мешало сопротивление воздуха, но даже так мой путь сократится до десятка дней. Отсутствие необходимости дышать было просто феноменально читерской способностью в текущий момент. Я летел, наслаждаясь видами проносящихся деревень и городов. Бесконечные леса, равнины, реки и горы сменяли друг друга. Все было просто отлично, но неожиданно для меня топливо закончилось, и я полетел камнем вниз. Кое-как влетев в реку для смягчения удара на невероятной скорости и воткнувшись головой в дно реки, я приземлился. Сообщение о том, что мой запас энергии эволюции достиг ста процентов, было неожиданным.

— А как приземляться, Кулибин космический, ты почему не подумал?! — злился я, крича на Семена, вытаскивая свою голову из западни.

— Так там же парашют должен был раскрыться? — Задумчиво чесал он голову.

— Он и раскрылся, только его тут же соврало нафиг!

— Что-то не подумал, — извинился инженер.

Я наконец осмотрелся и обнаружил какую-то рыбину просто исполинских размеров, разорванную пополам. Выбравшись из воды, я увидел алтарь и толпы людей, что ранее радостно плясали вокруг огромной рыбьей статуи. Кажется, чей-то местный бог стал ступенькой в моей эволюции. Сотни глаз с ужасом уставились на мое тело в разодранных тряпках. Пламя, вспыхнувшее на голове, окончательно уничтожило в людях веру в мои добрые намеренья, и толпа с визгом рассосалась за мгновение. Кажется, теперь я стал местным преданием и наверняка темным божеством.

Что-то с этим делать было бессмысленно, я решил осмотреть местность, дожидаясь перезарядки ранца с заменой строп на тросы. И вновь получив модифицированную игрушку, приготовился лететь, так как тест был признан успешным. Так как топливо почти ничего не весило, закупоренное в специальные колбы, зачарованные на облегчение, Семен значительно увеличил их количество. Теперь ранца должно было хватить почти до самого конца полета.

— Чувствую себя ходячей бомбой. — сказал я, осматривая полностью обвешанное топливом тело.

— Зато с ветерком! — воскликнул Семен, перенося наспех собранный обтекатель, который должен был помочь с сопротивлением воздуха.

— Теперь я канделябр-ракета, Иван Федорович Крузенштерн бы обзавидовался, — сказал я, закрепляя в паз обтекатель.

Проделав те же манипуляции, я снова взлетел и полетел, следуя указаниям компаса. Благодаря обтекателю моя скорость выросла в четыре раза и достала почти двух махов. Все неровности местности слились в сплошной разноцветный ковер. Вот это уже было похоже на супергеройское перемещение, не хватало только красного плаща и огромной буквы «С» на груди, означающей «свеча».

— Марк, сзади! — панический крик Алисы вывел меня из дремоты на второй день полета.

Я обернулся и увидел огромную зубастую пасть, выныривающую из-за клубов черного дыма, который оставляли чадящие сопла. Я резко принял в сторону, пропуская тушу мимо себя. Дракон промахнулся и пролетел вперед, попытавшись схватить меня лапой, но реактивная струя подпалила его лапу. Пролетев чуть вперед и сделав вираж, дракон зашел на второй круг. Я снова если успел уклониться.

— Откуда тут такие твари?! — кричал я по связи.

— Марк, не могли бы вы подлететь поближе? — как ни в чем не бывало спрашивал профессор Научкин, держа блокнот.

— Не до ваших антропологических изысканий сейчас, профессор! Что мне делать? — просил я инструкций у того, кто явно больше понимал в монстрологии и не отвлекался на декольте рыжей во время лекций.

— Ну, исходя из наших знаний, вам надо быть быстрее или победить его, отрезав голову, — профессор процитировал то, что смутно всколыхнуло остатки моей памяти с лекциями.

Я давил на кнопку подачи топлива до ее скрипа и постоянно уворачивался от атак огненной ящерицы, которой нравилась эта игра в догонялки. Это можно было понять по гоготанию каждый раз, когда дракон заходил на новый вираж резко сбрасывая скорость.

— Я не такая свеча, тупая ты ящерица! — кричал я каждый раз уворачиваясь от резко затормозившего дракона.

Я мысленно помолился всем богам этого мира и, вспомнив про красную кнопку, с силой вдавил ее, лопая защитное стекло. Если кто-то делает огромную красную кнопку, то ее точно придется нажать. Сзади запустился небольшой вспомогательный двигатель, который с силой начал закачивать топливо в двигатели и еще сильнее разгонять турбину, раскаляя ее корпус. Скорость резко возросла до трех махов, и ускорение не заканчивалось. Дракон, забулькав от предвкушения, вторил с не меньшей скоростью. Четыре маха, ящерица все еще летела сзади. Пять махов, дракон лениво перевернулся на спину и подгребал руками, всем видом показывая, что для него это не предел. Шесть махов, дракон плыл по воздуху, изображая лягушку. Семь махов, дракон, скалясь, ускорился, влегкую обгоняя меня. Тело начинало съеживаться от перегрузок, достигая предела. Дракон, поняв, что игра в догонялки уже подошла к концу, летя спиной вперед, открыл пасть. Мне, в отличие от дракона, тормозить было нечем, и я уже почти влетел в его пасть на огромной скорости.

— Ну, тварь зубастая, приятного аппетита! — крикнул я, отстегивая ремень ранца.

Дракон был удивлен тому, что его еда разделилась надвое, но сделать ничего не успевал. Ранец влетел в его пасть, а мое тело впечаталось в его мягкое, незащищенное чешуёй брюхо, проделывая дыру. Дракон проглотил ранец, и как только его пасть сомкнулась, то голова тут же вздулась и взорвалась, как шарик, озаряя вечернее небо причудливым радужным салютом сгорающего топлива. Тело дракона вместе со мной полетело, набирая скорость, к земле. Я отчаянно пытался выбраться, запутавшись в его невероятно огромном кишечнике. Километры внутренностей ящерицы обвивались вокруг моего тела, намертво фиксируя его в теле дракона.

— Марк, не выпутывайся, тело этой твари смягчит падение! — Кричал профессор по связи.

— А если нет? Я, признаться, новичок в приземлениях с такими условиями, — я недоверчиво смотрел на лицо улыбающегося профессора.

— Всё будет хорошо, по моим расчетам, вероятность твоего выживания выше семидесяти процентов! — подбадривал он.

Я решил довериться профессору и еще плотнее закрутился в его внутренностях, фиксируя себя, как на растяжках.

[Вы получили энергию]

[Вы достигли предела и готовы эволюционировать]

[Ваше тело принимает огромное количество драконьей эссенции]

[Желаете эволюционировать? Да/Нет]

Я подумал, что лучше не чувствовать приземление. Так что, понадеявшись на везение, я выбрал вариант «да», и мое сознание отключилось.

— Сколько я был в отключке? — первое, что я спросил, придя в сознание.

— Э… Какой отключке? Что с твоим видом? Марк, ты такой брутальный! — Завизжала Алиса, смотря в монитор.

Я почувствовал сотрясение от удара тела дракона об землю. Как и предполагал профессор, кишечник сработал как ремни безопасности, и меня лишь тряхнуло. Я посмотрел на свои руки и обнаружил вполне человеческие пальцы, которые заканчивались когтями. Удивившись метаморфозе, я помог себе этими когтями разрезать внутренности, чтобы наконец-то выбраться. Вывалившись из чрева чудовища, я почувствовал себя ксеноморфом из одного старого фильма. Все тело было вымазано в драконьей крови и прочих жидкостях. Я лишний раз благодарил судьбу за то, что не могу почувствовать запах. Отойдя от тела ящерицы, я присел на корни деревьев и вызвал статус.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Божественный.

Вид: Гомункул.

Класс: Воин.

Тип: Свечной воин драконьей крови.

Характеристики: Телосложение 4. Сила 4. Ловкость 4. Мудрость 4. Божественность 1.

Уровень: 1.

Опыт: 0/100 %.

Навыки: Магия огня,?»№*»№, Чувство маны, Манипуляция формой, Драконья регенерация, Духовное тело. Рукопашный бой. Прочное тело.

— На колени перед божеством, смертная! — крикнул я Алисе, смотря в свой статус.

— Сказал тот, кто чуть не стал чьей-то свечкой от геморроя, — огрызнулась навигатор.

— Профессор, мне кажется, стоит прекратить заказывать тот дорогущий элитный воск, который больше мне не требуется, — сказал я мысленно, прищурившись.

— О мое божество, я раба твоя! — вскочила с кресла Алиса и начала клянется.

— То-то же! — я воздел когтистый палец к небу, и кусочек драконьего кишечника упал, отцепившись от руки.

Я подозвал профессора и поделился с ним своим текущим статусом. Эволюции теперь не было, по-видимому, я достиг предела в ней. Радостным было то, что я теперь гомункул, а это на ступеньку ближе к человеку. На радостях я попросил показать, как я выгляжу, и со стороны ничего нечеловеческого во мне не было. Огромная свеча вместо головы все так же пылала. Тело почти полностью срослось с драконьими тканями, и они, вися ошметками, заменили мне кожу. Покопавшись в сообщениях, я увидел, что из-за обилия драконьей эссенции моя эволюция прошла буквально моментально. Это и объяснило странность с потерей сознания на пару мгновений. Отдельного разговора удостоилась моя новая характеристика, божественность. Профессор пообещал разузнать все, что возможно, а пока придется самому узнавать, что к чему. Судя по сверкающим глазам профессора и жадно звучащего карандаша, тот уже мысленно тратил огромную премию от академии наук. Еще бы, новая характеристика, новые навыки, сколько всего для изучения сразу.

Мы закончили с формальностями после изменений, и улыбающийся профессор удалился из лаборатории, поручив перенести все остатки дракона в лабораторию для изучения. Семён переслал инструменты для разделки этой туши на вменяемые куски, так как все целиком никак не влезло бы в лабораторию. Я достаточно быстро справлялся с отрезанием больших кусков от туши, а ребята тут же забирали их на борт станции в грузовой отсек. Я честно не завидовал ребятам, которые сейчас таскают тушу дракона по кораблю в разные лаборатории и морозильные камеры. Запах должен был быть обескураживающим своим зловонием, судя по тому, как завяла трава от газа, который был видимым.

Закончив с разделкой, я посмотрел по карте расположение ближайшего водоема и отправился на помывку. Пока я шел до водоема, то пытался поиграть с новым навыком манипуляции. Если модификация позволяла мне изменить расположение конечностей, то манипуляция, как оказалось, помогала придать форму моей голове и телу. Я мог делать его чуть больше или чуть меньше, радужные мечты о драконьих крыльях тут же канули в Лету. Также, когда посредствам этого навыка втягивались и вытягивались из пальцев, превращаясь в обычные, ногти. Порезав руку переданным кинжалом, я увидел сочащуюся густую жидкость красного цвета. По-видимому, теперь у меня была кровь. Также тело начало чувствовать больше, чем раньше, и прогулка по лесному подстилку доставляла довольно неприятный массаж ступням. Это было и радостно, и грустно одновременно. Магия огня была тем, чем и казалась. Парочка файерболов, пущенных в воздух, это подтвердило. Чувство маны позволяло видеть ее потоки в теле, что было довольно необычным, и профессор явно заинтересуется этим.

Я закончил разбираться в навыках, дойдя до озера. Я с разбегу прыгнул в воду и погрузился с головой, чувствуя приятную прохладу воды. Я мысленно закрыл глаза и растворился в своих мыслях, оставаясь на дне. Но долго моему счастью было не суждено продлиться, стая рыб, похожих на форель, яростно атаковала мое тело. Они срывали куски драконьего кишечника и жадно поглощали воду, в которой растворялась его кровь. Я активировал чувство маны и наблюдал за потоками, которые циркулировали в рыбах.

— Ай! — крикнул я, подпрыгивая после больнючего укуса задницы рыбой. — Сейчас я тебе, форель обнаглевшая!

Я схватил рыбину, отдирая ее от своего зада, и, воспламенив руку, хорошенько ее прожарил.

[вы получили опыт]

[вы получили достижение «убийца темного владыки озера радужной форели»]

— Оу! Форель, темный владыка? — воскликнул я от удивления.

Что за чертовщина. Я схватил еще рыбех и попытался так же их зажарить, но ничего не произошло. Какая странная форель, я решил отправить всю пойманную форель в лабораторию для изучения этой странности. Как только зажаренная форель оказалась в лаборатории, тупившая в коммуникатор Алиса подскочила от радости и ведомая запахом накинулась на рыбеху темного властелина. Сколько бы я не кричал ей, она ничего не слышала, так как забыла вытащить свои дурацкие наушники. Обычно я отправлял ей всякие сладости во время путешествия, но сейчас был не тот случай. Наконец Алиса закончила клевать остатки рыбехи и радостная вернулась на свое место. Улыбнувшись мне по видеосвязи и показав большой палец вверх, она утонула в своем коммуникаторе. Что же, в лабораториях всякую дрянь тестируют на крысах, а у меня будет целая крысолиса для теста. Я все же немного беспокоился, но, судя по ее беззаботному выражению лица, опасности рыба никакой не представляла, так что я решил просто оставить это на потом.

Вернувшийся Семён увидел обглоданные кости с обугленной головой среди поджаренной рыбы и выкинул их, морщась, в ведро. Я подозвал его и объяснил, что хочу, чтобы рыбу и мою кровь протестировали на предмет токсичности. Семён, кивнув, передал мне вместе с магоциклом набор для сбора проб. Собрав все необходимые вещи, я отправил ему обратно набор с пробирками. Также мне подготовили одежду и новую маску, скрывающую лицо.

Я открыл карту и посмотрел на нее, ища удобный путь. Посему выходило, что до цели я не долетел какую-то тысячу километров. Я сел на магоцикл и помчался по направлению на компасе спасать императорскую принцессу Китая и их братию, если ребята были еще живы. Поддержание контакта с одним человеком уже требовало колоссальной энергии, а тут китайцы отправили вообще всех и фактически без поддержки в один конец. Выжить они, конечно, могли, но, учитывая особенности мира, их души могли попросту развеяться, а кто-нибудь из местных просто нашел бы кучку бездыханных тел. Подробностей чего у них там и как я не знал, но нам обещали, что по достижению цели будет открыт второй канал связи, чтобы найти принцессу по ее описаниям окружения. Я сомневался, что наши поделятся с китайцами новой системой, которая позволяла держать визуальный канал связи в этом мире. Все же секреты сенсоров — это секреты сенсоров. Я был почти уверен, что благодаря тем данным, что получала наша лаборатория, наблюдая за моими передвижениями, мы узнали о барьерах в сотни раз больше, чем до этого.

Когда я наконец достиг города, китайцы открыли канал связи, и база обновила мой интерфейс. В нем появился прямоугольник со звуковой волной, подписанный «Ли Мей». Связь пока не включили, настраивая синхронный переводчик, так что я просто ждал, пока инженеры решат все проблемы, лежа на магоцикле в тени размашистого дуба. Жару я тоже стал чувствовать, к своему сожалению. Все же передвигаться полностью укутавшись в плотный плащ летом — была глупая идея, но выбирать не приходилось. К счастью, профессор обещал что-то с этим сделать, запросив у Ивановской текстильной фабрики особое изделие.

— Господин Марк?! — раздался мелодичный голос принцессы.

— Принцесса Мей, вы меня слышите? — переспросил я у нее.

— Да! Да, о боги, я слышу вас! — радовалась она.

— В каком вы состоянии, вы можете видеть окружение? — спросил я ее.

— Я, я…., — замялась принцесса, — на помойке, — чуть ли не плача добавила она, собравшись. Полчища тараканов ползают по мне, поедая мои стебли.

Я решил расспросить, что же с ней происходило за все эти дни и как так вышло, что она попала на помойку. Оказалось, все достаточно просто. У нее тоже был навык регенерации, только чтобы отращивать прутья, ей приходилось сильно сосредотачиваться на каждом прутке. Таким образом она поддерживала свое состояние, но в какой-то момент ее силы иссякли, и черенок, который являлся ее основным телом, лопнул. Так что ведьма, которая использовала ее для полетов и уборки, просто выкинула ее в помойку за башней и купила себе новую. Но жизнь нашей принцессы на этом не закончилась. Детишки нашли ее останки и, стащив ее части, выдернули все прутья на корзинку. Теперь два кусочка ее тела валялись в грязи, каждый день втаптываясь все глубже в мусор и нечистоты. Я спросил о ее камне души и в каком он состоянии. Принцесса же не понимала, о чем я, и лишь плакала о том, что обеим ее частям очень больно. Она почти потеряла надежду на спасение, узнав, что все, кто пытался прийти ей на помощь, пропали без вести. Только каждодневные слова ее отца о том, что помощь в пути, помогали как-то держаться.

Успокоив принцессу тем, что нахожусь уже где-то рядом, и получив короткое описание местности, я, отключив связь, направился в город. Огромный город просто поражал своими размерами, и искать в нем два кусочка черенка было чистым безумием. К счастью, было описание башни, что несколько упрощало поиск. Так что, проникнув в город, я искал первым делом точку повыше для осмотра окрестностей. И, найдя первую удобную возвышенность, понял, насколько же сильно ошибался. От горизонта до горизонта город был испещрен одинаковыми башнями, в которых жили все возможные маги. Огромные арки гудящих порталов и людского гомона сливались в единую какофонию, идея с поиском по звуку также отвалилась. По-видимому, придется что-то придумывать.

— Есть идеи, товарищи умники? — спросил я у двух пар глаз, которые вовсю хлопая ресницами уставились в мониторы, наблюдая за городом невероятных размеров.

— А если запускать огненные шары в небо? — предложил Семен.

— Что-то мне подсказывает, что такое обилие башен тут не просто так, и меня скрутят моментально, а там сам понимаешь. — отверг я его предложение.

— Может, там есть какие элементы местных диаспор? В таком большом городе точно должны быть кварталы компактного проживания народностей, — предложила Алиса, как знаток социальной науки.

— Тогда бы принцесса сказала это. — Предложение было хорошим, но, увы, на мне не походило.

— Облака! — Воскликнул Семен.

— Что? — Мы с Алисой одновременно удивились его предложению.

— Ну, город огромный же, так? Вот если принцесса будет смотреть на облака, то мы хотя бы сузим круг до пары десятков километров! — объяснил он нам детали.

— Гениально! Только вот, — я посмотрел на абсолютно безоблачное лазурное небо, — облаков тут, видимо, не предвидеться.

— Тогда можно сделать вот так! — и глаза нашего безумного инженера снова зажглись.

Идея Семена была до одури простой, но безмерно геморройной. Мне придется составить карту звездного неба планеты, и тогда по движению звезд мы сможем сузить квадрат для поиска. Также мне придется объяснить все созданные нами созвездия принцессе, чтобы она могла говорить, где что находится относительно нее. Следующие несколько дней мы искали точки привязки для триангуляции. Для этой цели откуда-то из музея даже притащили морской секстант. Я часами болтал с принцессой, подбадривая ее шутками и историями из жизни, пока она искала нужное нам положение звезд, и мы вместе сверялись с нашей картой. Затем, фиксируя положения луны и звезд, мы смогли, наконец, сузить круг поиска до квадрата в десяток километров. Дальше оставалось просто бродить от башни к башне в поисках втоптанных в землю черенков.

— Ну вот мы и нашли тебя, Мей, — я аккуратно вытащил из-под слоя грязи кусочек черенка и двинулся к следующему.

— Марк! Я так рада! Так, — звуки всхлипов заглушили ее речь.

Я промыл водой обломки черенка и соединил их вместе. Принцесса собралась с силами и стростила свое тело. Я заранее купил прутики для метлы, и, приставив их к черенку, тело принцессы полностью восстановилось.

— Вытаскивайте ее! — крикнул я своей команде, чтобы те передали сообщение китайцам.

— Я этого не забуду, Марк. Спасибо, что спас меня! — нежный журчащий голос принцессы приятно щекотал слух.

— Да, буду ждать твоих хваленых паровых булочек при нашей встрече, — напомнил я ей обещание.

— Они тебе непременно придутся по вкусу, — заигрывающе пропела принцесса.

Метла окуталась сиянием, что означало запуск процесса возврата. Прошла секунда, вторая, третья, но тело принцессы так и не возвращалось к ним на базу.

— Что за черт? Почему ты тут? — спросил я у нее.

— Не выходит! Не получается забрать! Не-е-ет, я больше не хочу! Тупая планета! Папа… — поток достаточно интересных ругательств, который никак не сочетался с темпераментом, что я видел до этого, полился из ее уст. Вот тебе и великосветская принцесса, которая ругается как портовый матрос.

Похоже, что-то у китайцев пошло не так, и их способ вытащить душу до синхронизации не сработал. Я мысленно приглушил вопли Мей по радиосвязи и спросил у базы, что произошло. Спустя пару минут профессор вернулся с довольно подробными объяснениями. Оказалось, что ее душа просто не была однородной и состояла из тысяч микрокусочков, так что аппарат извлечения не справился с нагрузкой.

— Так и что делать? — спросил я у профессора.

— Нам надо подумать, а ты пока убирайся из города от греха подальше и береги принцессу, — дал мне рекомендации профессор.

Убраться из города не составило проблем, тем более что ни ворот, ни стен в нем не было. Так что я просто вышел по мосту через небольшой ров от диких животных так же, как и попал сюда. Отойдя достаточно далеко, мне переместили мой транспорт. Поразмыслив над картой, куда отправиться, я выбрал небольшое озеро километрах в ста от города в глухом лесу. Закрепив молчащую принцессу за спиной, я завел магоцикл и помчался с ветерком к месту назначения.

Спустя пару часов блужданий по лесным тропинкам я выехал на опушку перед озером. Отвязав метлу-принцессу, я аккуратно приставил ее к дереву и сел рядом, смотря на гладкую поверхность воды, по которой изредка расплывались круги от всплывшей подышать рыбы.

— Я тут застряла навечно, — раздался грустный голос принцессы, последовавший за ударом прутика по земле.

— А что насчет твоих товарищей? — решил я спросить у нее волновавший меня вопрос.

— Каких товарищей? — пара прутиков с силой ударили по травинке перед метлой.

— Ну как, почти все ваши синхронизаторы сгинули, пытаясь тебя вытащить, ты разве не знала? — спросил я у нее, удивляясь.

— Что? Отец! — вскликнула принцесса и замолчала. — Вот же дурни, кто их просил, — еще более грустная принцесса вернулась спустя время.

— Возможно, они еще живы, ты же жива, — решил я подбодрить ее.

— Связи с ними нет, их не вытащить, — прутик продолжил крошить листок.

— Слушай, а что ты делаешь? — я наконец заметил эту странность.

— В смысле, что? — удивила она.

— Ну вот прутиками ты управляешь же? — я указал на изрубленную травинку.

— Ну да, а что? — спросила все еще удивляясь вопросу принцесса.

— Признаться, я был в шоке. Условия, которые были у Мей, казались мне в сотню раз легче. Она могла двигать прутьями в любом направлении, тогда как мое пламя вначале двигалось только вверх и никак иначе. Хотя даже в таком положении мне пришлось потратить почти месяц на то, чтобы наполнить шкалу эволюции. Так почему же она не смогла сделать этого быстрее? Расспросив ее о первых днях заточения, я узнал, что ей пару раз показывались какие-то сообщения, но они не понимали, что это. Да и сама девушка была слишком напугана своим положением, чтобы обратить на это внимание, а впоследствии было вовсе не до этого.

После короткого совещания со своей базой принцесса поделилась особенностью их взаимодействия с магическими мирами. Слушая ее, я потерялся во всех этих золотых ядрах души, дантянях и прочей культиваторской терминологии. Профессор Научкин, чертыхаясь, выдвинул очередную теорию, что в классификации их системы просто не было возможности что-то выяснить. Научное сообщество спорило множество лет на эту тему, так как подобная система сосредотачивалась на духовном теле, а не на физическом.

— Вот! Вот, я был прав! А эти Хуа Вей Бины с их дантянями и полетами на мечах только и могут, что сидеть в своих медитациях, сдерживая газы! Нет чтобы, как настоящие мужики, взять меч и крушить своих врагов, эх, будь я помоложе— Кричал, возмущаясь, профессор.

Видимо, его это как-то задело за живое, и еще чуть-чуть, и он бы начал искать фонтан и матроску, так что Алиса помогла ему остыть, выведя из лаборатории. Мне на секунду стало даже интересно посмотреть записи их споров с международных конференций. Ясно было одно: чтобы что-то понять, нужно принцессе поставить нашу систему, но это означало, что ее придется замкнуть на наш контур. Нам не хватит энергии на то, чтобы поддерживать такой поток, и что с этим делать, непонятно. Китайцам же наши технологии просто не подойдут, и придется полностью перестраивать их станцию, что займет годы. Можно было бы пригнать сюда еще одну нашу, но дурацкие международные соглашения запрещали иметь больше одной станции в системе, иначе наши союзники посчитали бы это созданием военного оплота. Хотя человечество совместно владеет уже более пары сотен ресурсных планет, бросать свою родину никто не спешит, и на международной арене случаются периодические жаркие политические баталии. Впрочем, я особо в этой политике ничего не понимаю, но раз наша планета все еще цела, то все идет как надо. Остается только ждать, что придумает наш аналитический отдел и решат политики.

— Принцесса, у меня есть идея, как тебе помочь, но придется очень сильно постараться, — я решил проверить свою теорию, пока ответа не последовало.

Все же система только подключалась к инфомагополю планеты и преобразовывала скрытые магические процессы в понятные нам структуры. Так что даже не имея интерфейса, она все равно должна была работать, а значит, возможно, и эволюция тоже будет работать.

— Я готова, Марк, все что угодно лишь бы перестать быть этой дурацкой метлой! — взмолилась она.

Поискав с помощью Алисы по округе насекомых, обладающих зачатками магии, я нашел небольшого паука, что плел свою паутину между веток. Сорвав ветки вместе с ним и закрепив их над метлой так, чтобы паук был в досягаемости лоз принцессы, я попросил ее разрубить насекомое. После парочки промахов принцессе удалось наконец разрубить насекомое надвое.

— Я получила какую-то энергию, но абсолютно ничего не чувствую, никакого отклика моего дантяня, — грустно сказала она.

— Это просто прекрасно! — порадовался я успеху эксперимента.

— И что же в этом прекрасного? — удивленно спросила принцесса.

— Ты настоящий монстр! — Продолжил я радостно поздравлять ее.

— Сам ты чудище свечкоголовое! — воскликнул сильно обиженный голос принцессы, и канал связи потух.

— Деликатней надо быть, грубый мужлан, — посмеялась надо мной Алиса и, взяв наушники с микрофоном, отошла в другой конец лаборатории.

Я решил оставить все на своего навигатора, которая точно сможет найти подход в такой ситуации и объяснить, что произошло. Спустя пару часов канал связи был открыт снова, но принцесса молчала. Я мог бы сразу заговорить, но посчитал, что ни в чем не виноват, а следовательно, вестись на глупые истерики не намерен. Стоит только почувствовать безопасность, как характер начинает выползать наружу. Если сейчас поддаться на это, то в будущем рискую страдать от этого гораздо больше. Примерно так я понял наставления своего навигатора. Что же, подождем, когда переживания за свою судьбу пересилят гордость.

Я привязал метлу за спину и пошел по округе в поисках живности для прокачки капризной метлы. Мелкие грызуны, змеи, пара кроликов — все отправлялось в пакеты и складировалось в переданный мешок. Спустя несколько часов поисков по округе я собрал достаточно большое количество разного зверья и, найдя удобную полянку, решил отдохнуть. Отвязав принцессу, я поставил ее напротив себя, оперев черенок на собранную из веток треногу.

Я положил перед принцессой первый пакет с несколькими жуками. Ее лозы ненадолго замерли над пакетом, как будто изучая его. Затем с силой обрушились на добычу, лупя по пакету со всей силы. Как только содержимое превратилось в фарш, я услышал тихое спасибо от принцессы и заменил пакет на следующий. Спустя десять пакетов жуки кончились, и очередь пауков, которых я так же не вынимая из пакетов клал перед ней. Вскоре они тоже закончились, и я достал следующий пакет. Пара зеленых лесных мышей, пища, беспощадно кусала пакет, пытаясь его прогрызть. Я положил пакет перед метлой и стал ждать. Лозы не реагировали, и связь молчала. Я продолжил ждать, но спустя полчаса ничего так и не произошло.

— Хочешь вернуться, бей, — сказал я ей.

— Это все как-то неправильно, я не смогу, это слишком жестоко, — раздался ее голос.

— Бей! — прикрикнул я на нее.

Я понимал, что выглядеть это все будет как полное издевательство над животными, но другого способа, как быстро ей помочь набрать энергию, я придумать не смог. Лозы вновь поднялись и обрушились на мышей, причиняя им боль. Спустя пару минут избиений лозами мыши в пакете перестали трепыхаться. Я убедился, что они точно мертвы, и, вытащив из мешка новый пакет, положил его перед принцессой. Когда мыши закончились, я достал пакет со змеей и так же положил его перед метлой. На змею ушло во много раз больше времени, и пакетик с очередным фаршем был отправлен в сторону.

Так мы и продолжили качать принцессу, пока ждали решения сверху. Я искал зверей и насекомых, набирая их в пакеты, а принцесса молотила по пакетам, превращая тушки в фарш. Чисто практично и методично, изо дня в день. Пока сообщения о получении энергии не перестали поступать.

— Как ты смог все это делать один, да еще и будучи просто свечой? — спросила принцесса, удивляясь моему успеху.

— Скажем так, в какой-то момент мне дважды не повезло, и я почти умер, — загадочно ответил я ей, все еще отчетливо помня ту муху культуриста.

Пока мы прокачивали принцессу, вернулись анализы моей крови и рыбы. Оказалось, что когда рыба съела плоть дракона, то полученная эссенция вызвала в ней быстротечную мутацию. Фактически выходило, что рыба эволюционировала. Остатки темного властелина же были из следующей формы эволюции, после того как моя кровь после укуса попала в ее тело. Я подшутил над Алисой, узнав у нее, каков темный властелин на вкус, но ответом была лишь обиженная моська с высунутым языком. Лаборатории требовалось больше моей крови для проведения опытов, так что присланные колбы пришлось заполнить до краев, сдувшись чуть ли не на половину. Одну из них я оставил у себя для того, чтобы использовать на принцессе для ускорения эволюции.

— Начальство дало добро на подключение принцессы Мей к нашей системе, — сказал профессор без каких-либо эмоций.

Судя по его усталому лицу, последняя неделя для профессора была не самой простой в его жизни. Профессор рассказал план, который придумали наши инженеры с аналитиками. Китайцы решили полностью отдать свою станцию под наши нужды и убраться из сектора, оставив всю дальнейшую миссию на нас. Начальство не могло отказаться от такого щедрого подарка наших партнеров и приняло некоторые риски, связанные с телом принцессы императора Си. В конечном итоге у китайцев не было выбора. Император понимал, что американцы с европейцами тоже чем-то заняты, и когда мы сможем разблокировать планету, было неизвестно. По словам Петра Петровича, подсовываемая дезинформация через фотографии Алисы продолжает перехватываться исправно, но на этом пока всё. Удалось ли их синхронизаторам высадиться и где они находятся, было все так же неизвестно. Их станции упорно молчали, не производя почти никаких шумов в магополе. Со стороны казалось, что они просто наблюдают за щитом планеты, и больше ничего.

Китайскую станцию воткнули в наш контур, и профессор Научким вместе с коллегой Костномозговым заменили систему принцессы на нашу. Пришлось снова менять лабораторию, которую теперь разместили в грузовом отсеке из-за обилия ретранслирующей аппаратуры. Единственная, кто возмущался по этому поводу, была Алиса, так как грузовой отсек больше напоминалганский аквариум из-за стеклянных панелей вместо стен, а она, видите ли, не готова к такому вниманию. Так что монтажники сдались под ее напором и соорудили закрытый кабинет, где она могла просиживать все свое время в коммуникаторе, делая вид, что активно работает, поддерживая каналы связи для нашего с принцессой общения. Семён же прыгал от счастья, получив расширение для своего уголка безумного ученого и кучи завистливых взглядов его коллег. Проведя проверку систем, Семён обрадовал, что, имея две станции в распоряжении, энергии стало многократно больше. И объем переносимого оборудования теперь тоже увеличился, судя по его горящим глазам, мне уже не терпелось покончить жизнь самоубийством в очередном изобретении инженера.

Мою систему также обновили, и теперь я мог вызывать любого в нашей лаборатории по его личному коммуникатору и не ждать, пока за ним сходят. Также для моей отрады и поднятия морали для меня открыли небольшой доступ к мультимедийной библиотеке базы. Наконец можно будет нормально посмотреть сериал в долгой дороге, а не просить поставить экран к модулю связи. Закончив радоваться и тестировать обновки, вся наша команда собралась в новой комнате связи, и запустили второй контур, который отвечал за связь с принцессой Мей.

— Я вас вижу! — радостно закричала Мей.

— И мы тебя видим, Мей! — так же радуясь, ответила ей Алиса.

— Что вам говорит наша система? — Два профессора в белых халатах мялись на стульях в нетерпении.

Принцесса, помявшись, зачитала свой статус.

Раса: Предмет быта.

Редкость: Редкий.

Вид: Метла.

Тип: Ведьмовской предмет.

Характеристики: Крепость 1.

Эволюция: 100 %.

Навыки: Управление лозами,?»№*»№, Улучшенное усвоение магии, Регенерация, Духовное тело.

— Коллега, это просто удивительно, мне нужно срочно проложить исследования артефактов с духовными камнями! — Воскликнул Костомозгов, тряся за рукав Научкина, после того как сделал какие-то выводы из ее статуса.

— Ты можешь эволюционировать? Попробуй сосредоточиться на этом поле в статусе, — спросил я принцессу.

Принцесса затихла, концентрируясь. Спустя минут пятнадцать раздался ее расстроенный голос о том, что ничего не выходит. Что же, это было очевидно, для эволюции надо совершить небольшой подвиг, а именно самому одолеть сильного монстра. Профессора, сделав записи, еще с пару часов задавали принцессе различные вопросы, пока не удовлетворились полностью. Пока они были заняты своими изысканиями, я при помощи Алисы пытался найти подходящую цель для нашей принцессы. Но как назло все было либо слишком сильное, либо недостаточно мощное.

— Спасибо, — раздался голос принцессы, когда все уже ушли, а Алиса, закрыв глаза и пуская слюни, притворилась спящей, лежа на столе.

— Пожалуйста, конечно, но ты же понимаешь, что все это не просто так происходит? Твой отец и его люди очень многое отдали за это, — я решил узнать, что же сама принцесса думала по этому поводу.

— Даже если так, то все равно спасибо, — сказала она. — Я почти сдалась, потеряв надежду, когда лежала сломленная, утопая в грязи. Но теперь её маленький лучик снова даёт мне силы. — добавила она и замолчала.

— Тогда будем стараться вместе и обязательно выживем, чтобы все было не напрасно, — я решил последовать советам Алисы, которые она шептала по моей линии, проснувшись и не подавая виду. Чтобы наладить дружескую связь между нами через общую цель.

— Да!!! — радостное восклицание девушки, заточенной в метле, вызвало улыбку на наших с Алисой лицах.

Все же иметь мастера личностных коммуникаций на своей стороне было огромным подспорьем. Я посмотрел на притворно спящее лицо своего навигатора и мысленно вознес ей благодарности за помощь. Закончив с мотивацией, мы продолжили искать подходящую цель для эволюции принцессы. Постепенно расширяя круг поиска. Я уже довольно неплохо сам научился вычислять логова монстров и, помня о глушении их сигнатур землей, решил отказаться от сканера на пока. Часа через три поисков мне удалось найти какого-то зайцекротобобра, который точил дерево своими огромными зубами. Пара длинных ушей сканировали окружение, а похожий на кротовий нос активно нюхал воздух в поисках угроз.

— Готова? — спросил я у принцессы.

— Н-да…., — замявшись, ответила она при виде этой жути.

Я поставил метлу, прислонив ее к дереву. Бросив камешек в зверя, я привлек его внимание, и тот, пища от ярости, помчался в нашу сторону. В три прыжка зверюга оказалась у моих ног, и лозы принцессы атаковали его. Завязалась нешуточная битва, десятки веточек хлестали по зверюге, оставляя кровоточащие следы на его шкуре. Зверюга яростно бросалась на хлысты и перекусывала их, не замечая. Начался их длительный бой на истощение. Спустя пятнадцать минут принцессе удалось подловить зверя в прыжке и выбить ему глаз, ослепив. Зверю же удалось почти вплотную подобраться к ее черенку. Спустя еще десяток минут противостояния весь черенок был покрыт ранами от укусов, и местами в разрывах торчали щепки. Процентов семьдесят прутиков, перекусанные, валялись вокруг. Зверь же был в не лучшей форме, одна из лап плетью свисала переломанной, весь мех окрасился в красный. Задние лапы же предательски дрожали, теряя силы. Издав писк отчаянья, зайцекротобобр бросился в решительную атаку, намереваясь все ей завершить. Принцесса ждала этого момента, терпя боль от множества укусов. Две ее лозы выстрелили пулей по направлению к зверю, сбивая того в воздухе и оплетая шею. Брыкающийся обессилевший зверь пытался высвободиться, но все новые и новые лозы оплетали его шею, не давая вздохнуть. Тело зверя трепыхнулось в последний раз и затихло, а лозы медленно высвободили мертвую тушку из своей смертельной хватки.

— Это было что-то! — я зааплодировал в восхищении после боя.

— Кха! М-м-м, спа-си-бо, — тяжелое дыхание, сопровождаемое стонами, говорило о том, как ей было тяжело все это время.

— Как там эволюция? — спросил я в ожидании.

Принцесса затихла, сосредотачиваясь, и спустя пару мгновений радостно оповестила о том, что все получилось, система засчитала бой за достижение. Я тут же достал колбу и, облив ей тело принцессы, сказал, чтобы она начала эволюцию немедленно. Принцесса затихла, а спустя пару мгновений ее тело покрылось чем-то похожим на темный кокон, и эволюция началась.

Мгновенной эволюции не вышло, видимо, просто облить кровью было недостаточно. Я решил оставить эту загадку нашим ученым и попросил прислать с базы как-нибудь чехол. Обрыскав всю базу, чехол таки был найден, но на его владельца было больно смотреть. Бедный капитан чуть ли не со слезами на глазах вытащил из него свой спиннинг с мормышками и передавал его Семену для отправки. Никогда не видел более печального человека, чем при расставании с чехлом, но ради принцессы пришлось отдать. Я аккуратно упаковал темный кокон в чехол и застегнул молнию. Теперь тело принцессы будет защищено от влаги и прочих воздействий угрожающей среды. Видимо, капитан любил свой спиннинг как жену, и чехол был из многослойной кевларовой ткани. Было страшно представить, сколько усилий ему стоило заполучить такой.

Раз проблема с принцессой, по нашим прикидкам, откладывается на несколько дней, то я решил проверить, что там с точкой синхронизации. Сверившись с картой, я понял, что точка находится почти в центре города.

— Инвентарь, транспорт! — крикнул я Семену, который ковырялся с какой-то железякой.

— У меня тут есть новинка, пойдет?! — возмутился он, смеясь, и достал голову лошади, приделанную к палке.

— О великий безумный инженер Семён Инвентарьевич, мне, пожалуйста, мой «Скаут МП» версии 2, — решил я уточнить, косясь на лошадку.

Семен, посмеявшись, нажал на кнопку, и магоцикл был отправлен с базы ко мне. Я довольно быстро домчался до города и вернул транспорт в инвентарь-базу, предложив сделать номерные платформы, чтобы не дергать каждый раз Семена. Инженеру понравилась эта мысль, и он ушел согласовывать новые разработки транспортера. Воистину, неограниченный бюджет позволяет творить чумовые приспособления. Представляю, как позеленеют другие команды синхронизаторов, если узнают, что у нас тут творится.

Еще раз сверившись с картой, я направился к своей цели. Предстояло пройти целых шестьдесят километров. Бесконечно прямая улица, по которой я шел уже несколько часов, была битком забита людьми, которые спешили по своим делам. В этот раз наши анализаторы и сканеры шерстили всё, что было доступно, проникая сквозь крыши домов. Звуки города прогонялись через все возможные нейросети, и каждый голос классифицировался и записывался после определения. Алиса, как пианист, стучала по сотням клавиш на оборудовании, бесконечно шипя на меня, чтобы я двигался помедленнее, так как аппаратура не успевает всё обработать. Китайские процессоры, на которые пришлось переключиться, тормозили хуже отечественных ламповых «Байкалов». Алиса постоянно ругалась и грозилась разрушить великую китайскую стену, возглавляя монгольское войско, если так будет продолжаться. Я решил не распалять ее настрой еще больше и замедлился, а то, зная ее, дело действительно может обернуться мировым скандалом. Зато стало понятно, откуда у Семена игрушечная лошадь, видимо, угрозы с ее стороны случались уже не в первый раз.

На город опустился вечер, и я решил залезть на одну из башен, чтобы осмотреть его ночной вид. Я попросил навигатора проскандировать ближайшие и выбрать ту, на которую было бы можно залезть. Ей понравилась идея, и, бросив все жужжащие приборы, нужная башня была найдена практически сразу. Это была довольно высокая башня непонятного нам назначения. Она была полностью заполнена каким-то металлом, и ее шпиль, пронзающий низкие облака, слегка потрескивал разрядами. Я зашел с теневой стороны и полез на ее вершину. Сила и ловкость моих рук позволяла взбираться со скоростью тренированного скалолаза, так что спустя десяток минут я стоял уже на ее вершине и смотрел на теплые огни города. Множество башен и куполов каких-то храмов уходили в даль. Небольшие громовые разряды вспыхивали от шпиля башни и уходили по облакам в даль. Зеленовато-голубое закатное небо покрылось россыпью звезд, создавая необычно мистическую атмосферу.

— Ничего себе! Вот это красотища! — Кричала Алиса, делая тысячи фотографий в секунду.

Я и сам ненадолго застыл в оцепенении. Никогда ничего подобного не видел, все города, в которых доводилось побывать, представляли собой какое-то серое уныние средневекового города. Грязные улицы с водостоками, забитыми нечистотами. Вездесущая антисанитария и бедность. На всем этом фоне то, что мы видели до сих пор, казалось чем-то отвратительным и недостойным мира магии. Этот же город был просто прекрасен. Ровные улицы, чистые каналы, веселые люди и почти полное отсутствие стражи.

— Все слишком красиво, чтобы быть правдой, — высказал я свои наблюдения.

— Да как-то все нарочито вылизано, — согласилась навигатор. — Но боже, как же это все красиво.

Что же, раз моя цель находится где-то ближе к центру города, думаю, наши сканеры смогут понять, в чем секрет такого нереалистичного места. Я слез с башни и продолжил путь уже более внимательно присматриваясь к людям и городу. Алиса также перенастроила сканеры, добавив результаты анализов суперкомпьютера базы. Новые потоки информации потекли на анализаторы, и приборы загудели, мигая лампочками.

Мы старались как могли, но ничего толком так и не поняли. Выходила какая-то странная ситуация. Город-государство делился на регионы-королевства. Королевства делились на районы, а те в свою очередь на кварталы. В каждом квартале должна была быть башня с ведьмой или магом, которые что-то делали с магическими шарами на их верхушках. В каждом районе стояла башня на подобии той, на которую я забирался. Энергия, которая выделялась башнями, следовала к огромным портальным аркам разных цветов, что тут и там стояли по городу. Синие портальные арки служили транспортом между районами города. Зеленые — между королевствами, а в красные же входили и выходили вооруженные отряды. Мы продолжили собирать информацию и отправлять ее в аналитический отдел. Вскоре после отправки первых отчетов напротив меня появился Петр Петрович.

— Это правда то, что написано в отчетах? — Не стал он размениваться и перешел сразу к делу.

— Да, — начал я осторожно. — А что такое?

— Вы понимаете, что произойдет, если в руках наших противников окажется портальная технология с этой планеты? — ответил он вопросом на вопрос.

— Смутно представляю, — я начинал догадываться, о чем он пытается узнать.

— Вот и наверху представили. Вам поручается новая миссия: попробовать выяснить секрет этой технологии. И, между нами, кажется, шишки наверху решили пока повременить с разблокировкой планеты. Уж слишком много интересного на ней оказалось. — Объяснил он причину своего появления.

— А как же быть с принцессой? — Я указал на чехол от спиннинга за своей спиной.

— Я скажу, но это только очень между нами, — он пристально посмотрел в монитор и, дождавшись моего кивка, продолжил: — Император решил, что она получила слишком травмирующий опыт. Вся операция была засекречена, чтобы не будоражить народ такой трагедией, и принцессе будет стерта память по возвращению. Всей предыдущей команде их станции также была стерта память. В новостях все прошло как чрезвычайное происшествие, приведшее к гибели станции. Станция, которая была передана нам, закреплена как совместные исследования и тестирование новых технологий, для этого у нас в каютах чалятся пара десятков подставных ученых. Вот такие дела, Кожедубов, попали мы все тут знатно, — он закончил свой рассказ, вытирая проступившие капельки пота на лбу.

— И американцы с европейцами купились на эту чушь? — не веря своим ушам, спросил я.

— Ха! Тут вообще веселье только начинается! — Посмеялся капитан. — Мы скормили им ложную информацию через аккаунт Алисы. Что, мол, специальный артефакт смог выдернуть твою душу и перезапустить синхронизацию. Пришлось, конечно, устроить и дополнительную утечку с местом первой синхронизации. И ты представляешь, они повелись. На черных рынках появились запросы информации о якобы созданном нами артефакте «Дущещипатель». Мы предоставили им схемы, и эти умники собрали устройства, давая нам доступ к их станциям. Похоже, их ребята сейчас вовсю заняты спасением своих синхронизаторов, которые попали в такую же задницу, что и ты. Я скажу так: тебе настолько крупно повезло, что ты даже не представляешь. — Продолжал смеяться капитан.

— И где же застрял их синхронизатор? — Мне не терпелось узнать, что вызывает такой смех у Петра Петровича.

— Ха! Нет, пусть это будет сюрпризом, когда они заявятся к тебе просить о помощи. Ладно, пора мне, помни о новой миссии, Марк, не подведи отечество! — Отсалютовав, смеющийся капитан покинул лабораторию.

Ох и тяжела же ноша простого канделябра, от какой-то свечи зависит целое отечество. Ситуация выходила преинтересная, конечно, и интриги в верхах, похоже, были нешуточные. Все эти шпионские моменты с разведками, но вот принцессу было жалко, и ее людей было жалко. Похоже, император решил сокрыть всю информацию и поставить крест на людях, понимая всю сложность ситуации. Видимо, наше начальство плотно взяло его за причинное место, учитывая, что жизнь его единственной дочери в наших руках. Зато стало понятно, как же они провернули всю волокиту с двумя станциями.

— Что сказал Петр Петрович? — Тут как тут появилась любопытная рыжая лиса.

— Сказал, что теперь работаем без выходных и душа, — отвадил я ее любопытство.

— Не-е-ет! Без душа я не согласна! — Возмутилась навигатор.

— Ладно, тогда без выходных, но с душем, и ты сама согласилась, потом не плачь, — ехидно заявил я.

— Ты меня обманул! Обманщик! А я думала, мы друзья! — надулась она.

— Ничего, премию потом попросишь у капитана, — успокоил я ее.

Поделившись с Алисой новым планом об исследованиях порталов, мы поменяли маршрут. Подобравшись к первому попавшемуся порталу, которым оказался синий, я попросил Алису развернуть все анализаторы и найти, откуда он питается энергией. К моему удивлению, порталы все же охранялись лучше, чем все, что мы видели до этого. Из-за этого пересланные мне артефакты для взлома магических цепей установить не вышло. Оставалось только дождаться завершения работы анализаторов и попробовать выяснить что-то на другом конце. Анализатор закончил свою работу, и на моей карте появились отметки, откуда к порталу тянутся магические цепи, что питали его энергией.

Подумав, мы решили проверить другие типы порталов. Добравшись до зеленого, моя челюсть, если бы могла, оказалась бы на полу. Целый боевой лагерь охранял проход в другое королевство. Сотни солдат, сверкая броней, ходили в патруле по огромной площади, злобно смотря на всех, кто попадался на их пути. Бросив затею с анализом этого портала, я пошел к отметке с красным порталом. Красный портал оказался малюсеньким по сравнению с исполинами, что мы видели до этого. Всего метра три в высоту и будка с парочкой охранников. На небольшой площади сидели разношерстные люди, чиня снаряжение или что-то обсуждая. Мы продолжили наблюдать, пока одна из компаний людей не встала со своих мест. Они собрали оружие и, следуя за своим лидером, вошли в портал.

— О чем они говорили? — спросил я у Алисы, которая, глупо моргая, смотрела в распечатку.

— Они ушли сражаться с монстрами, очищая какой-то туннель. Что? А-а-а, ничего не понимаю! Чертовщина какая-то, — бросая в воздух и плюхаясь на кресло, сдалась навигатор.

Я попросил почитать результаты, и выходило, что в красные порталы ходят приключенцы, чтобы очистить туннели от монстров, но зачем, оставалось непонятным. Так что мы решили оставить это на потом, так как эти порталы оказались не транспортными, а чем-то другим. Я вернулся к меткам, откуда напитывался синий портал, и проследовал к одной из них. Это оказалась уже знакомая по конструкции мне башня, которую окружало пять башен поменьше. Проскандировав их, Алиса показала мне магов, что сидели в каждой башне и что-то колдовали над хрустальными шарами. Меня учили, что лучший способ что-то узнать — это спросить непосредственно у того, кто знает. Так что мы затаились в тени переулка и просто ждали, когда кто-то из магов захочет выйти из башни.

Многие представляют себе слежку как нечто увлекательное и шпионское, но на самом деле это безумно утомительное занятие. Ты просто сидишь и ждешь, когда что-то произойдет, а оно все не происходит. После почти суток ожидания у меня начали сдавать нервы. Маги продолжали сидеть за своими шарами, изредка отвлекаясь на короткий сон и прием пищи. Они даже не ходили в туалет, я начинал завидовать их навыкам усидчивости. Бледная Алиса, которая была вынуждена неотрывно следить сразу за пятью магами, вызывала жалость. Только вот ее бледность была связана не столько с усталостью, сколько с ломкой по социальным сетям. Целый день не выкладывать фото себя любимой для нее было слишком мучительно. Под конец вторых суток один из магов, встретив своего сменщика, вышел из башни. Я понял это по радостному визгу Алисы, который взорвался в моих виртуальных перепонках.

— Хватай этого монаха-затворника! Двое суток без коммуникатора! Это настоящая пытка! Нарушение прав красивой девушки на личную жизнь! Пусть ответит за свое поведение! — не успокаивалась она.

— Два дня заницу не выкладывала, трагедия прям, — съязвил я.

— Ничего ты не понимаешь, я девушка известная, что подумают мои подписчики?! — возмущалась она.

— Мне кажется, что ты иногда забываешь, что мы на сверхсекретном объекте работаем, — попытался я воззвать к ее разуму.

— Ой, да где он секретный, каждая собака знает, где наша станция, — отмахнулась она рукой.

Благодаря тебе как раз и знает, хотелось мне сказать, но я сдержался. Да и что подписчики подумают, мне было все равно, но вот что шпионы два дня живут без созерцания прекрасного, это, конечно, была трагедия для всего человечества. Ругаясь про себя, я проследовал за магом до его квартиры, которой оказалась маленькая каморка на последнем этаже четырехэтажного здания. Маг зашел в свою комнату и устало рухнул на постель, отключившись.

— Ну что, как будем выбивать из него информацию? — спросил я у навигатора.

— Видимо, придется снова кому-то в голову лезть, — невесело вздохнула она.

— Что значит снова? — я переспросил, так как не совсем понял, о чем речь.

— Не помнишь ты чердак поджег, и та девченка прибежала к тебе тушить всё?

— Ну? Ты тогда внезапно исчезла, и почти неделю связи не было, — я все еще не понимал, о чем речь.

— Ну так вот, мы тогда сожгли все аккумуляторы на станции, чтобы влезть в голову к той магичке, и только резервное питание работало, — устало объяснила она.

А ведь и правда было странным, что так быстро прибежала аж из дальних залов волшебница и потушила тут же пожар. Теперь все встало на свои места, и Алиса снова тогда спасла мою многострадальную задницу.

— И что, сожжем еще раз все батарейки и дадим вам отдохнуть? — спросил я недоверчиво.

— Ну, у нас же сейчас больше энергии. — растерянно ответила она.

— И что от меня требуется тогда? — спросил я, уже согласившись на странную авантюру.

— Ну, мальчики говорят, что если надеть какие-то электроды, то мозгочет будет работать лучше и потреблять меньше энергии. — приложив палец к щеке и смотря в потолок, вспоминала она детали.

— Ну, тащите свои вивисекторские устройства, попробуем, раз есть возможность, — окончательно согласился я.

Спустя двадцать минут в лабораторию вкатили какой-то суперздоровый шкаф и подключили его к разъемам в стене с изображением антенны. Семен перекинул мне ободок, в котором торчала пара электронных ламп, соединенных катушкой. После объяснений инженера я понял, что это своеобразное приемопередающее устройство. Я забрался через окно в квартиру мага и аккуратно надел ободок ему на голову.

— Не рванет? — спросил я у инженера.

— Не должно, — ответил Семен и врубил рубильник.

Аппаратура зажужжала кулерами, и лампы на ободке, закрепленном на маге, засветились, тускло освещая комнату. Семен ввел нужные поисковые слова, и мозгочет начал свою работу, ища воспоминания через генерацию образов и сновидений.

— Знаешь, когда я был совсем маленьким, то в библиотеке зачитывался старыми журналами, где писали о похищениях людей пришельцами на опыты, и, кажется, теперь теми пришельцами стали мы, — выдал я свое наблюдение, глядя на мага, пускающего слюну.

— Ха-ха, да, вполне возможно, — посмеялся инженер.

Пока наш поставщик ценной информации пускал слюни, я под руководством Алисы шарился по его убогой комнатушке. Несколько книг по магии и парочка каких-то романов стояли на полупустой полке. Я взял одну из них и прочитал название: «Попаданец в мир без магии». Пока в нашем обществе все мечтают стать магами и волшебницами в магических мирах, здесь, напротив, размышляют о мире, лишенном магии. Перекинув остальные книги в лабораторию для сканирования, я открыл этот роман и немного почитал, листая главы.

Роман выходил довольно интересным, на мой взгляд. Молодой волшебник, вышвырнутый из академии, сотворив запретное заклинание, переносился в тело бедного баронета. И, применяя свои феноменальные знания в науках, поднимался до императора, собирая по пути гарем из принцесс и графинь. Конечно же, ему мешали подлые знатные рода и враги уровня «ты знаешь, кто мой папа?». По потрепанной обложке было понятно, что это, наверное, любимая книга, которую перепрочитывали множество раз. Я аккуратно поставил книгу, которая представилась мне важным сокровищем мечтательного волшебника, что, причмокивая, почесывал пузо с мозгочетом на голове.

Продолжив осмотр комнаты, я вышел из нее в скромную по размерам кухню-прихожую. Недоеденная лепешка лежала на кривом дощатом столе рядом с недопитым напитком в деревянной кружке. В углу стояла кадушка, наполненная водой, рядом с жестяным умывальником. Небольшая каменная жаровня, напоминающая печь для пиццы, покрытая сажей, была окружена кухонными шкафами. На крючке у входа висел потрепанный старый балахон. Поставь бутылку водки на стол, и этюд приобретал бы полноту мрачно-угнетающих тонов. Довольно занятная страна выходила, где магия не была чем-то невероятным и присущим лишь аристократам. Выходило, что в этом городе не только одни счастливые лица на освещенных улицах, но и такие вот трудяги, что живут как тени в этом обществе.

Я вернулся к магу и, осмотрев его карманы, нашёл кошелёк. Он лежал в правом кармане, и я, открыв его, принялся изучать содержимое. Несколько монет разного наминала тут же были отправлены следом за книгами для копирования. Чуть глубже нашлись документы, аккуратно обернутые платком. Открыв их, я узнал имя и должность нашего друга. Фридрих работал младшим оператором магии в министерстве энергии. Выходило, что он был, как я и предположил, обычным работягой.

— Мы закончили, — раздался усталый голос Алисы.

Вернув все на место, я потянулся к ободку, чтобы снять мозгочет с Фридриха. Лицо мага озаряла необычайно широкая улыбка, и растекшаяся слюна по подушке говорила о сладости сновидения.

— Вы парню мозг там не иссушили, душегубы? — спросил я навигатора, отправляя ободок.

— Ему сейчас можно только завидовать, — зевая, сказала Алиса. — Чтобы мозг не перегружать, мы подстроили его сон, изменив волны, даря истинное блаженство. — Завистливо крутя ободок в руках, закончила она объяснения.

— Я все отправил, данные будут анализироваться пару дней нашим отделом, — сказал Семён, выключая приборы.

После подтверждения, что данные были получены аналитиками, рыжая плюхнулась на кушетку в лаборатории и засопела. Семён завистливо посмотрел на плюшевого медведя, которого обнимала Алиса, и, тяжело вздохнув, покатил оборудование прочь из лаборатории. Ох и тяжело же ему придется с этой пустоголовой, подумал я, наблюдая за этой картиной.

Закрыв трансляции с базы, я выбрался через окно на улицу и продолжил путь к точке синхронизации. Данные были получены, так что теперь оставалось только ждать результата. Спустя несколько часов я наконец дошел до нужного мне места и застыл в оцепенении. Это была одна из многочисленных площадей города, с той лишь разницей, что в ее центре был просто невероятно здоровый красный портал. Разбудив Алису и слушая ее недовольное бурчание, я убедился, что с местом ошибки нет и точка находится в самом портале.

Я отошел к краю площади и сел на брусчатку, прислонившись к стене одного из домов, чтобы понаблюдать и подумать. Судя по часам, сейчас было раннее утро, что подтверждалось отсутствием людей на площади. Скучающие охранники за забором, которым был огорожен портал, пару раз посмотрели в мою сторону, но, не найдя ничего подозрительного, быстро потеряли интерес. Заметив это, я расслабился и просто стал наблюдать за площадью. В конечном итоге никого не привлечет вид грязного бедняка в лохмотьях с закрытым бинтами лицом.

Ближе к началу дня на площадь стали приходить различные вооруженные отряды. Алиса также передавала мне их разговоры о монстрах, туннелях и зачистках. Судя по всему, выходило, что в красных порталах что-то вроде полей битвы, куда отправляются воины, чтобы очищать. В полдень охранники открыли проход, и команды, выстроившись в очередь, начали проходить в портал, исчезая. Я обошел портал с другой стороны и увидел, как такие же группы людей медленно выходили из него. Некоторые громко смеялись, таща тело убитого чудища, некоторые шли темнее тучи, помогая раненым товарищам. Как только они доходили до проходной, служащий вместе со стражниками забирал у них тело чудища и, выдав какую-то бумажку, выпроваживал за ограду.

— Алиса, что в том строении за порталом? — спросил я у навигатора.

— Уже смотрю, — ответила она и замолкла, — там только телепортационная платформа, на которую кладут туши монстров и куда-то отправляют, — смутившись, поделилась она наблюдением.

— И всё? — спросил я, так как здание было довольно большое.

— И всё, — убирая руки с рычагов сканера, подтвердила она.

Очень интересно, я бурчал про себя, пытаясь понять, что мне это всё даёт. Так и не поняв, что тут происходит, я решил сесть напротив ребра портала, чтобы видеть его обе стороны. К концу дня сложилось некое представление о происходящем. Группы, что приносили добычу и не казались сильно потрепанными, после получения бумажки возвращались ко входу. Затем, войдя в портал, пропадали на пару часов, чтобы снова вытащить очередную тушу с другой стороны. Те же, среди которых был раненый, оставляли его на площади и, найдя замену, так же возвращались в портал. Эта весёлая карусель длилась целых двенадцать часов кряду. Некоторые команды сменили по два-три человека и успели сделать всего пять ходок, когда те же, кто выходил более удачливым, успели сделать шесть. Затем стража закрыла ворота, а служащий закрыл здание с порталом. Сразу же после этого площадь начала пустеть, и толпы людей, покрытых грязью и различными выделениями, отправились в переулки, спеша убраться с неё. Я же решил проследить за одной из наиболее удачливых групп.

Группа из пяти воинов и пары магов, смеясь, петляла по переулкам. Спустя несколько кварталов вся группа, гогоча, завалилась в питейную. Я осмотрелся и заметил, что множество таких же групп стекаются к питейной с разных сторон. Схоронившись в тенях, я попросил Алису вновь поработать сканерами и показать мне, что там происходит.

Вся питейная была заставлена столами и лавками. Пышные официантки сновали между рядами, разнося закуски и выпивку. Люди, разбившиеся на компании, отдыхали после тяжёлого трудового дня, напиваясь как в последний раз. Кто-то плакал, кто-то смеялся, некоторые просто пили, смотря в одну точку. Судя по всему, это было место сбора добытчиков. Мы решили пока называть их так, чтобы хоть как-то характеризовать их деятельность. Мы продолжили наблюдение, пока в зале не осталось парочка уснувших вусмерть пьяных добытчиков.

Для сравнения я решил найти портал поменьше и посмотреть, как обстоят дела там. Через пару часов поисков такой отыскался в нескольких кварталах севернее. Небольшой портал метров пяти в высоту. Забора не было, но охранники всё так же злобно осмотрев меня, быстро потеряли интерес. Дождавшись утра, я продолжил наблюдение, пока не услышал воинственный крик какого-то мужчины.

— Господа! Я всю жизнь был простым винтиком! Смердящим магом под пятой аристократии, но сегодня всё изменится! Сегодня я войду в свой первый портал! И во имя богини Алисии вернусь с оглушительной победой! Запомните её имя! И имя того, кому вскоре будете преклоняться как «Багровой Королеве» или «Алому Паладину». Звать меня Фридрих Молниеносный! — и знакомый нам маг, крича свой боевой клич, ринулся навстречу к своей славе.

Проложив свой маршрут сквозь не особо препятствующую толпу, маг прыгнул в портал и исчез. Собравшиеся люди, вдоволь посмеявшись после такого заявления, вновь встали в очередь и продолжили входить в портал маленькими группами.

— Богиня Алисия, не хотите нам ничего рассказать? — спросил я, смотря на пунцовое лицо навигатора, которое было не отличить от рыжих кудрей.

— Ну а чего, тебе можно быть богом, а мне нет? — еще больше смущаясь, запротестовала она.

— Богиней-то можно, но что будешь делать, если тут религия новая зародится? Одним рапортом не отделаешься, — укорил я ее.

— Пф, да он забудет меня через пару дней, — фыркнула улыбающаяся Алиса.

Спустя шесть часов Фридрих так и не появился из портала, и по площади люди шутили о Фридрихе-тупице. Судя по грустнеющему с каждым часом лицу навигатора, она чувствовала себя виноватой в этом. Я не мог больше смотреть на нее и решил проверить, что там в портале, вдруг удастся спасти этого последователя рыжей глупости. Я спрятал чехол с принцессой на чердаке ближайшего здания и попросил Семена выслать оружие с доспехами. Нацепив части доспехов на свое тело и прикрепив за спину меч, я, посильнее натянув капюшон, встал в очередь. Я уже давно заметил, что стражники не проводят проверку никаких документов на входе и лишь следят за порядком. На выходе, если в руках приключенцев было пусто, также никто не спрашивал документы. Выходило, что всем было плевать на тех, кто сгинет там, но если удавалось что-то вытащить, то это требовало уже контроля со стороны властей. Меня же такой расклад полностью устраивал.

Я прошел мимо скучающих охранников и вплотную подошел к порталу. Взглянув на товарищей, которые пристально следили за всеми приборами в лаборатории, я выдохнул и сделал шаг в неизвестность. Мир окутала красная дымка, и спустя мгновение очертания пещеры появились перед глазами. Я посмотрел на черные квадрат окна трансляции, которое говорило, что связи больше нет. Я вызвал статус, проверяя, работает ли система, и, к моему счастью, она работала. Значит, магическая связь все еще сохранилась, в отличие от радио. Я вытащил меч и шагнул в туннель, который был напротив меня.

Медленно ступая по узкому туннелю, периодически задевая потолок головой, я ждал нападения. Вскоре туннель закончился пещерой, но нападения так и не последовало. Увидев два выхода из пещеры, я выбрал левый и продолжил свой путь. В этот раз посреди туннеля мне встретился какой-то черепахокот. Зверюга имела шесть лап и костяные наросты на подобии панциря черепахи. Она злобно зашипела и, отталкиваясь прыжками от стен, понеслась в мою сторону. Вовремя выставленный меч пронзил тварь в открытую пасть, насаживая ее тело, как шашлык на шампур. Она издала предсмертный всхлип и, обмякнув, сползла с меча, пачкая его своей кровью и внутренностями. Тонкая струйка магии вышла из монстра и влилась в мое. Пока мана перетекала, тело монстра светилось, и, как только отдало все, то сразу исчезло.

[Вы получили опыт]

[Ваш уровень повышен]

Сообщения вывели меня из ступора после схватки. Ого, а тварь была сильная, удивился я количеству маны, что получило мое тело. Я посмотрел на свой третий уровень и чертыхнулся. За прошедшие месяцы я уже забыл, что такое прокачиваться по системе, повышая свои силы, и потерял осторожность. К счастью, видимо, мое тело монстра было гораздо сильнее человеческого. Пообещав себе быть осторожнее, я продолжил путь сквозь пещеры.

Я петлял по развилкам уже больше часа, истребляя всю агрессивную живность на пути. Различные черепахокоты, кротосвиньи, мухозмеи и прочие неведомые гибриды то и дело выпрыгивали из засад, клацая зубами и злобно шипя. Мой меч из высоколегированной стали рубил этих кракозябр, не встречая особого сопротивления. Быстро растущие уровни от поглощаемой маны говорили о силе местных обитателей больше, чем результаты их атак. К концу второго часа я встретил первых людей. Группа окровавленных добытчиков сидела у огромной двери и бинтовала откушенную руку своему товарищу. Встал вопрос, что делать дальше. Раскрывать себя не хотелось, но и другого пути вперед не было.

— Мужик, ты че один? — меня окликнул один из добытчиков, на что я кивнул.

— Померли все, да? — грустно спросил другой, на что я решил тоже кивнуть, рассчитывая вызвать больше доверия. Жора, гребаный подсос, как же ты нас всех подставил-то, — продолжил он сокрушаться на раненого руку, потеряв ко мне всякий интерес.

Я прошел мимо добытчиков и, взявшись за ручку на двери, открыл ее, заглядывая внутрь. В центре комнаты сидела зверюга с шипастыми хвостами, жуя руку раненного бедолаги.

— Шипастый Шляк там, не повезло нам на него нарваться без щитовика, — прокомментировал добытчик, который ранее отчитывал Жору.

Я же шагнул в комнату и закрыл дверь, заглушая тревожные крики добытчиков. Шляк бил хвостами по площадке, высекая камни и хрустя костями своей жертвы. Я пригнулся и пошел вдоль стены, намериваясь обойти монстра и попытаться выйти с противоположной стороны. Честно, мне не очень хотелось сражаться с этой зубастой зверюгой. Когда я преодолел половину пути, Шляк, по-видимому, догадался о моих планах и зашевелился, преграждая путь.

— Ну, гадина, если ты так хочешь, то давай поиграем, — завелся я.

Вытащив меч и подняв его, блокируя возможные удары сверху, я пошел навстречу Шляку. Когда мы сблизились достаточно для начала схватки, монстр тут же прыгнул в воздух, делая сальто. Два его хвоста обрушились на меня, намериваясь впечатать в землю. Я был готов к чему-то подобному, потому просто принял более устойчивую позу, не убирая руку из верхнего блока. Хвосты настигли лезвие, но благодаря остроте заточки просто отрезались, упав по бокам от меня. Тварь завизжала от боли и отпрыгнула на пару метров сразу после приземления, злобно скалясь и рыча. Я же, напротив, увидел, что основная угроза устранена и дальнейшее не кажется таким уж опасным. Спустя пару минут жизнь Шляка больше мне не угрожала. Я получил очередной уровень, и тело монстра так же исчезло.

Вернувшись ко входу, я открыл дверь, и три испуганных пары глаз уставились на мое тело, перепачканное в крови монстра. Сделав какие-то выводы, группа с криками сорвалась с места и побежала в темноту туннелей. Я же, чертыхаясь, подумав, сложил два плюс два и понял, что сделал глупость. Конечно же, самый страшный монстр в любом мире — это человек. Я же ответил на вопрос добытчика, что все мои товарищи гибли, а как они могли погибнуть? Верно, либо от монстра, либо от моей руки. А что выходит, если я уделал эту зверюгу? Правильно, снова ответ довольно очевиден: их мог убить только я. Мне стоило лучше думать, когда спрашивали. Алиса бы точно сообразила бы быстрее меня, я бы не попал в такую глупую ситуацию. В такие моменты я очень остро ощущаю свою топорность и недальновидность в общении с людьми.

Посокрушавшись еще пару минут своей глупости, я продолжил путь, вернувшись к двери, что охранял монстр. За дверью оказался туннель, который был похож на все предыдущие. Значит, это был не конец, и лабиринт продолжался. Но я с надеждой смотрел на эти извилистые коридоры, ведь если я встретил тут людей, может, и глупый Фридрих тоже еще жив. Протерев лезвие от крови, я шагнул за дверь, продолжив поиски мага или выхода, так как ничего подобного мне до сих пор не попадалось.

К концу четвёртого часа я начал всерьёз опасаться, что не смогу найти выход из этих туннелей. Я обнаружил ещё пять похожих комнат с монстрами, но всё ещё не мог найти выход.

Сила монстров была не очень велика, примерно как у свинохрюка, с той лишь разницей, что разум зверя был довольно предсказуем. В целом, мне вполне хватало моего меча, и магия пока оставалась невостребованной.

Во время поисков, помимо монстров, я встретил несколько групп добытчиков. Однако они не были настроены дружелюбно и, наставив на меня мечи, скрылись в туннелях. Хотя это и вызвало у меня некоторое разочарование, их решение было вполне оправданным: ведь я был покрыт кровью и телесными жидкостями монстров, и это могло напугать их.

Через пару часов мой опыт почти перестал расти, и мне стало скучно. Вид бесконечных петляющих туннелей раздражал меня с каждой секундой, и я решил действовать быстрее.

Мама всегда говорила мне, что если я заблужусь, то должен спросить дорогу у взрослых. Я решил последовать её совету и отправился на поиски людей, которые могли бы мне помочь. Конечно, было непросто попросить их о помощи, но я был уверен, что они поймут меня.

Немного побродив по лабиринту, я обнаружил очередную группу добытчиков, отдыхающую в небольшом гроте. Группа состояла из трёх человек: парня и двух девушек. Когда я появился из туннеля, одетый в измазанную кровью накидку и с мечом, волочащимся по полу, они сразу же схватились за оружие. Хотя я и не собирался их убивать, мой вид, должно быть, выглядел угрожающе. Я вложил меч в ножны и, приняв максимально миролюбивый вид, направился к ним, подняв руки.

— Не подходи, чудище! — закричала рыжая и, зажмурившись, выпустила в мою сторону сосульку.

Я, конечно, ожидал чего-то подобного, но даже так было трудно увернуться от сосульки, выпущенной на приличной скорости и почти в упор. Снаряд ударил меня в грудь, но не смог пробить броню из кольчуги. Тем временем парень, не теряя времени, атаковал меня, совершив резкий выпад. Его меч прошел между рукой и ребрами, запутавшись в тряпье и кольчуге. Я посильнее придавил меч рукой, заблокировав его, и ударил по крестовине кулаком, выбивая его из рук воина. Как только он отпустил меч, я прямым ударом в челюсть отправил его отдохнуть и подумать о том, что не стоит во всех без разбору тыкать острыми штуками. Пока я вытаскивал меч из тряпок, вторая сосулька больно чиркнула по кольчуге. Я вернулся к магичке. В два шага достигнув её, я лёгким щелбаном лишил её сознания. Третья девушка, после того как я повернулся к ней, упала в обморок. Небольшая лужица, растекавшаяся по полам пещеры, сказала мне, что бой окончен.

Ну, все вышло не совсем так, как я представлял, но никто серьезно не пострадал. Я порылся в их рюкзаках и среди вещей отыскал веревку. Связав троицу и посадив у всех возле стеночки, я похлопал по щекам магичку. Мне казалось, что высокий интеллект будет полезней кучи мышц или слабого мочевого пузыря.

— А! Нет! Не ешьте меня, господин монстр! — закричала рыжая. — Во мне слишком много жира и холестерина! — захныкав, продолжила она.

Я посмотрел на аппетитные округлые формы магички и почесал подбородок в задумчивости.

— Съешьте Алину! — продолжила она торги за свою жизнь. — Точно, и Макса! В них больше пользы! А я невкусная, правда, правда! — продолжала она хныкать, увидев мою задумчивость.

Я протянул руку и ущипнул ее за бок, положительно кивая головой. Я просто не могу сдержаться и не попугать ее еще чуть-чуть.

— Хи-и-и-и-и! — завизжала магичка и отключилась, образовав вторую лужу.

Кажется, я перестарался, забавляясь, и теперь придется будить воина. Я привел в чувство мужчину в надежде, что он будет по выносливее. Когда мужчина пришел в себя и, открыв глаза, увидел связанных подруг, он пристально уставился на меня. Видимо, он понял, что если бы я хотел просто их убить, то уже сделал бы это давно. Выждав немного времени, я снял капюшон, показывая свое лицо с силиконовой маской в бинтах.

— Вы человек? — удивился воин, рассматривая мое лицо.

Я кивнул и показал на рот, после чего попытался жестами объяснить, что не могу говорить. Воин недоумевающе уставился на меня, но, кажется, понял их.

— Вы нас убьете? — все еще не веря мне, спросил воин, косясь на девушек в отключке.

Я помотал головой и, подумав, что с них достаточно, потянул за конец веревки. Узел тут же развязался, освобождая его руки и ноги. Воин потер конечности, но остался на своем месте, не решаясь двигаться. Я взял нож, который нашел в их сумках, и, сев напротив воина, нарисовал открытую дверь с вопросительным знаком.

— Выход? — косясь на рисунок, спросил воин.

Я закивал головой, радуясь, что он оказался довольно смышленым.

— Разве у вас нет кристалла возврата? Вам же должны были рассказать в гильдии проходчиков, вы слушали объяснения сути нашей работы? — спросил он.

Я вновь помотал головой и пожал плечами, делая вид, что не понимаю, о чем он.

— Вам должны были выдать камень фиксации и возврата. Он нужен для того, чтобы после победы над боссом его тело не исчезало и на месте его смерти открылись врата, позволив забрать его тело с собой. Также, если у вас есть магический камень, вы можете просто выйти, использовав его как активатор, чтобы выйти без добычи. Неужели вам ничего не рассказали? — удивленно спрашивал он.

Я развел руками, делая вид, что все так, как он описал. Значит, те, кто входит в красные врата, назывались проходчиками, и они тут куда-то проходят. И есть гильдия проходчиков, которая что-то должна выдавать и как следить и инструктировать, но, видимо, всем просто плевать на это.

— Мы можем вас выпустить через наши врата, если хотите, — предложил он, показав кристалл. — Только придется убить босса в комнате, — убрав его обратно, добавил он.

Что же, я тут повеселился достаточно, и пора бы уже свалить отсюда. Жаль, что только Фридриха так найти и не удалось, но раз я тут блуждал много часов, может, его нашла какая другая группа или он уже давно умер. Раз меня могут пропустить через эти врата, то стоит этим воспользоваться, иначе придется искать другую группу сговорчивых проходчиков.

Я кое-как кивая донес мысль, что я согласен. Ключевым фактором являлась серебряная монетка, вложенная в руку воина, после этого парень окончательно расслабился и повеселел. Он кое-как привел в чувство своих подруг. Девушки время от времени бросали в мою сторону стыдливые взгляды, пока воин объяснял ситуацию. Наконец, когда все неловкости были разрешены и магичка, краснея, принесла извинения за то, что атаковала первой, мы выдвинулись навстречу боссу. Я шел за проходчиками, изучая их снаряжение и одежду. С виду это были обычные светильники на магических камнях, плотные плащи и добротная кожаная обувь. Только вот обувь не издавала звуков, плащи не шелестели. Мои же ботинки и плащ шумели во всю. Я не обращал внимания на это и недоумевал, почему так много монстров сбегается на меня. Теперь же все встало на свои места.

После третьего монстра я решил пойти впереди, чтобы быстрее добраться до заветной комнаты. По тяжелому дыханию вона было видно, что проходчикам бои давались сложнее, чем мне. Перестроившись, мы продолжили путь. Я крошил неведомых тварей пачками под недоумевающие взгляды ребят и на каждой развилки, останавливаясь, ждал, пока они, достав какой-то компас, укажут верное направление. Спустя полчаса ускоренной зачистки мы добрались до комнаты с монстром.

Мы вошли в зал, и магичка, достав какой-то кристалл, зачитала заклинание, зажигая его. Монстром оказался всё тот же Шляк, что и был до этого, и до этого, и до. Вообще, я встречал в комнате не Шляка только один раз. В целом, мне было без разницы, кого кромсать ради опыта, так что я особо не задумывался над этим. Однако, глядя на напряжённые лица проходчиков и их жалобы на невезение, я понял, что, вероятно, это не типичная ситуация. Возможно, это я просто неудачник, который сталкивался только со Шляками. Раздосадованный такой несправедливостью и дождавшись кивка, что можно начинать, я просто подошел и убил монстра одним ударом.

— Ка-как?! — непроизвольно вырвался крик удивления у воина.

— Мамочки, — прошептала магичка, поняв, насколько она была близка к смерти, напав первой.

— М-м-м, — промычала другая девушка, хлопая глазами и прячась за магичкой.

Я лишь пожал плечами и отошел от тела монстра. Не буду же я им говорить, что так-то я монстр божественной редкости, а проходчиком решил стать для души. Придя в себя, воин подошел к туше и, достав другой кристалл, воткнул его монстру в голову. Почти сразу же кристалл заискрился, и красноватый туман собрался в очертания прохода.

— Выходите по одному, — скомандовал воин, и я вышел первым.

Мир на секунду окрасился в багровые цвета, и, сделав второй шаг, я очутился на площади. Следом за мной тут же вышли девушки, а затем и воин, таща тушу монстра. Пока проходчики не опомнились, я кивнул им, показывая свою благодарность, и тут же быстрым шагом пошел в сторону ближайшего переулка. Как только я скрылся в его тенях, то тут же проверил связь с базой. К счастью, интерфейс показывал, что всё работает, и я вызвал Алису, набрав на ее коммуникатор сообщение.

— Марк! — раздался крик Алисы спустя минуту, и экран трансляции из лаборатории включился.

— Не ждали, а я подарки вам принес! Подходи по одному, каждому раздам! — ответил я ей.

— И что там? — заинтересовалась рыжая. — Погоди! Тут все на ушах стоят! Капитан так вообще обещал всех посадить на хлеб и воду, а мне нельзя хлеб, у меня фигура! — быстро вернув себе рабочий вид, продолжила кричать она.

— Возрадуйся же, дева, ибо я вернулся, твоя фигура спасена, и та противная биомасса останется с тобой, — закатив глаза, сказал я.

— Это протеиновая каша, дурак! — обиженно ответила Алиса.

— Вот и я говорю, противная биомасса. Ладно, сто что с Мей? — предвосхищая ее дальнейшие выпады, спросил я.

— Ни как дела, ни я скучал, как ты без меня тут была, Алиса? Сразу о принцессе думаешь! — надув губки, она отвернулась от монитора, демонстрируя всем своим видом обиду.

— Помню, было у меня приглашение на двоих на Эрегею, — решил я ей припомнить ей моментик.

— Сам иди и посмотри, раз ты такой тугодум, — буркнула Алиса и отключилась.

Я понял свою ошибку слишком поздно. Нужно будет придумать, как извиниться, но это потом, сейчас надо выяснить, что там с принцессой, за нее нам всем голову открутят, а кому-то и свечи обратно в воск расплавят. Я добрался до чердака и открыл дверь. Когда я вошел внутрь, моя челюсть отвисла в удивлении. Огромная соломенная кукла сидела на коробке, а вокруг парили разноцветные сферы. Глаза на ее милом лице были закрыты, и казалось, что она медитирует. Небольшой огонек, как маленькое солнце, освещал ее грудную клетку. На ней был топ с корсетом, сделанный из ткани, а на ногах — кожаные штаны и высокие ботинки.

— Мей?! — позвал я ее по внутренней связи.

— Марк?! — удивленно переспросила кукла, открывая глаза.

— Но как?! Что случилось? — спросил я ее.

— Я эволюционировала в соломенную куклу драконьей крови! Спасибо— радостно ответила принцесса в теле куклы, вскакивая с коробки.

— Вот оно как…., — растерянно проговорил я, и соломенная принцесса бросилась ко мне на шею в благодарности.

Я расспросил Мей о том, что произошло, пока я временно числился в пропавших без вести. Как оказалось, произошло довольно много, и эволюция принцессы — не самое удивительное событие. Первое, о чем мне рассказала Мей, это то, что вытащить ее не удалось: планета как будто не отпускала душу обратно на базу. Профессора, изучив записи анализаторов и сканеров, пришли к выводу, что наши души слишком сильно интегрировались в магосферу планеты. Это значило, что пока мы не синхронизируем планету, выхода не будет. Признаться честно, это меня немного порадовало, так как я был почти на сто процентов уверен, что помощь на поверхности мне не помешает. Я тут же поделился своими соображениями по этому поводу с принцессой, и та радостно закивала головой, соглашаясь с моим предложением о сотрудничестве.

Следующая новость была удивительной и касалась Фридриха. Маг таки выжил и, вывалившись кубарем из портала, тащил за собой какую-то крайне редкую зверюгу. Как только его увидел служащий, то тут же собрал всех вокруг, и те моментально начали разделывать монстра. Оказалось, что он умудрился отыскать какой-то ключевой узел, и скоро портал будет готов для настройки на другие цели. Его долго благодарил служащий и тряс за руку, пожимая ее. Фридрих окрылился своим успехом и возвестил о создании отряда паладинов «Багровой Королевы» Алисии. В тот же миг десяток человек решили присоединиться к нему, и они, крича об ордене Багровой королевы, что будет править этим миром, удалились с площади.

Вскоре вернулись данные из аналитического отдела, который прояснил суть общего ликования. Каждый раз, когда создается новый портал, он сначала становится красным. Затем отряды добытчиков зачищают бесконечные туннели в поисках ключевых узлов. Как только монстры, созданные маной для защиты портального измерения, оказываются поверженными в ключевых узлах, портал становится возможным настроить на нужные волны. И если после убийства монстра в ключевом узле портал синеет, то тот, кто одолел его защитника, получает баснословные деньги. Если нет, то он вскоре закрывается, и за это полагается чуть меньшая награда. Так как город постоянно растет, растет и его портальная сеть, которая требует все больше и больше порталов. Если же портал долго не зачищать, то монстры начинают выходить из него и нападать на всех, до кого смогут добраться.

Я продолжал слушать кучу информации о порталах, их рангах, силе монстров, погружаясь в свои мысли. Выходило, что так или иначе нам придется войти в тот здоровенный портал и зачистить его. Для этого надо стать куда сильнее, чем мы есть сейчас. Я решил воспользоваться одним из недавних улучшений системы, до которого все не доходили руки, чтобы осмотреть наши статусы.

Имя: Мей.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Сверх Редкий.

Вид: Гомункул.

Класс: Маг.

Тип: Соломенная кукла драконьей крови.

Характеристики: Телосложение 1. Сила 1. Ловкость 2. Мудрость 4.

Уровень: 1.

Опыт: 0/100 %.

Навыки: Управление лозами. Стихийная магия.:?»№*»№. Чувство маны. Регенерация. Драконья регенерация. Прочное тело.

Осмотрев статус Мей я взглянул на свой, который выглядел более воодушевляющим.

Имя: Марк.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Божественный.

Вид: Гомункул.

Класс: Воин.

Тип: Свечной воин драконьей крови.

Характеристики: Телосложение 10. Сила 12. Ловкость 10. Мудрость 6. Божественность 1.

Уровень: 20.

Опыт: 23/100 %.

Навыки: Магия огня,?»№*»№, Чувство маны, Манипуляция формой, Драконья регенерация, Духовное тело. Рукопашный бой. Фехтование. Прочное тело.

Я распределил свои характеристики, направив ману на усиление телосложения с ловкостью и чуть больше влил в силу. По-видимому, я зря радовался, и такой никчёмной статистики явно не хватит для зачистки той штуковины на центральной площади. Ещё не понятно, что делать с божественностью и что она даёт. Я пытался направить туда очки, но система не смогла этого понять и просто увеличила мудрость. Видимо, анализатор мог считать её значение, но наша техника не могла перенаправить туда потоки накопленной маны.

— Марк, ты чего? — обеспокоенный голос Мей вырвал меня из раздумий.

— Да вот думаю, в какую же жопу мы с тобой попали, ваше императорское величество, — тяжело вздохнув, сказал я.

Закончив с разбором новостей, мы с принцессой составили небольшой план действий. Сначала нам надо было получить свои кристаллы для зачистки порталов, это позволит нам стать сильнее. Затем надо продолжить сбор информации о мире и его особенностях. И когда мы хорошо подготовимся, вступить в те огромные врата, чтобы зачистить их. Так как придется делать это без помощи лаборатории, то стоило повременить с зачисткой и действовать осторожнее. Также очевидно, что нам потребуется какая-то база, опираясь на которую мы сможем все это делать. Жить на чердаках и в подворотнях представлялось, конечно, весьма романтично, но не всё время же. Хотелось бы свою двушечку, да поближе к центру, к тому же очень было интересно, существует ли в этом мире такая форма рабства, как ипотека на четверть века.

Я запросил дополнительную маскировку для Мей в виде плаща и силиконовой маски, которая позволила бы ей выглядеть как живой человек. Семён, порыскав в архивах, нашел фотографии принцессы и тут же загрузил их в принтер, слегка изменив. К лицу принцессы добавились веснушки и немного изменился разрез глаз. Мей, примерив свою маскировку, восхитилась талантами наших инженеров и посетовала, что ничего подобного в её научном отделе сделать не могли. Если бы она знала о наших бюджетах до этой миссии, то умерла бы со смеху.

Закончив приготовления, мы спустились с чердака. Позвякивая кучкой свежеотпечатанных золотых монет в рюкзаке, мы пошли на поиски нашего жилища. Довольно быстро найдя что-то, напоминающее кадровое агентство, мы вошли внутрь. Внутри сидела парочка человек хитролицей наружности, и, скользнув по нам взглядами, они, не проявив какого-либо интереса, вернулись к своим делам. Продажники всегда продажники, даже в этом фентезийном мире всё точно так же. Если ты не выглядишь на миллион, то уважения не жди. Мей подошла к одному из крючконосых и крутанулась так, чтобы мешок с золотом издал характерный звук ударяющихся монет, при этом на ее пальце в перчатке сверкнул перстень с огромным камнем.

— Я так понимаю, в тут ничего достойного нас, любимый, не найдется! Пошли отсюда! — Крикнула она мне, увлекая за собой наружу.

— Ну что вы, госпожа! — воскликнул один из крючконосов, преграждая нам путь. — Вы обратились в одно из лучших агентств недвижимости нашего королевства! — добавил он, с жадностью вглядываясь в мешочек на её поясе и потирая руки от предвкушения.

Я ударил ножнами с бренчащей парочкой медалей по полу, привлекая его внимание и приподнимая край капюшона, показывая обезображенное лицо в бинтах.

— Ик! — испугался крючконос, падая на задницу, освобождая проход.

— Ох, не пугайтесь, мой любимый сильно пострадал в последней битве с Северным королевством и теперь вынужден скрывать свое лицо, — поглаживая по плечу, сказала принцесса.

— Т-тысячу извинений, милорд! Я никоим образом не хотел оскорбить столь уважаемого человека! — Падая на колени, запричитал он.

Я махнул рукой, делая вид, что не желаю продолжения. В памяти мага была еще одна интересная информация о том, что королевства, города-государства воевали между собой чуть ли не постоянно, потому и порталов и дежурило столько стражи, чтобы предотвратить проникновение. Из-за этого общество было довольно милитаризовано, и военным быть было почетно. Специально для нашей легенды жены отставного офицера на реабилитации Семён изготовил ножны с медалями по воспоминаниям мага.

Когда спектакль был завершен, риэлтер представился Йозефом, и Мей сразу нагрузила его требованиями к необходимому нам жилью. Йозеф же, выслушав наши хотелки, пнул товарища, чтобы тот подал нам чая, и убежал в картотеку искать что-то подходящее. Провозившись полчаса, Йозеф вернулся, неся несколько карточек с адресами. Посовещавшись еще минут пятнадцать и показывая разные планировки Мей, количество карточек уменьшилось до двух. Допив чай и обсудив последние моменты, связанные с арендой, мы вышли из агентства.

Йозеф бодро вел нас через переулки, бесконечно петляя между домами. Спустя час довольно спешной ходьбы мы пришли на первый адрес. Это был небольшой домик в два этажа. Три спальни, кухня и гостиная. В целом нам подходило это жилье, но оно было довольно близко к энергетическим башням, что, по словам Семена, могло вызывать сбои в работе оборудования. Расстроив Йозефа, мы отправились на второй адрес. Новый маршрут не отличался оригинальностью и так же проходил сквозь десятки проулков и переулков бесконечного города. Пожалуй, единственный, кто приходил в восторг от прогулки, это была Алиса. Она бегала от анализатора к анализатору, меняя накопители, и что-то кричала, как мне казалось, от радости.

Наконец мы пришли ко второму особняку в три с половиной этажа. Цокольный этаж служил кухней и складским помещением для удобства. На первом была обширная гостиная с парой кабинетов и комнатой для прислуги, на втором — четыре спальни, на третьем также располагались кабинеты и спальни поменьше. Дом находился между парочкой торговых порталов, которые соединяли отдаленные части района. Десятки телег и вечно кричащие извозчики. Вонь от чадящих магических повозок и конского навоза. Все это сильно снижало аренду за здание, хотя мы могли бы тратить и больше, но это вызвало бы подозрения. Нам же этот вариант идеально подходил. Обрадовав Йозефа своим согласием, мы хлопнули по рукам и подписали договор. Передав ему пару сотен золотых монет залога в качестве залога, мы наконец получили ключи и распрощались с риэлтером. Йозеф же от радости, что наконец-то сдал неликвидное жилье, убежал, не прощаясь. Как только мы остались одни, то тут же, выдохнув от облегчения, плюхнулись на диван в гостиной.

Зашторив все окна и закрыв все двери на первом этаже, мы начали размещать оборудование и маячок перемещения. Семен переслал огромную кучу ламповых приборов, которые должны были непрерывно собирать информацию о магическом фоне и прочей научной дребедени. Следом за научным оборудованием был перемощен также генератор энергии на кристальном топливе. Гордость разработки Семена и Валеры, которые, получив финансирование, пошли в разнос и строили все более безумные изобретения для изучения магосферы и генерации энергии. Все было прекрасно, только вот фонило все это магией так, что обычный человек тут же бы отбросил коньки, находясь рядом. После включения генератора было видно потоки маны невооруженным взглядом. Поэтому до конца дня мы вместе с Мей экранировали подвал, чтобы наш дом не вызвал подозрения у мимо проходящего мага.

Спустя два дня наконец все оборудование было установлено и работало, собирая гагинский объем информации. Нам даже удалось установить небольшую антенну на крыше, не вызывая подозрения соседей. Все оборудование заняло один из складов в подвале и спальню прислуги на первом этаже. Завершив превращение нашего жилища в научную лабораторию, настало время к следующему шагу, а именно регистрации в гильдии проходчиков.

Сверившись с уже довольно хорошо пополненной информацией картой и найдя ближайшее отделение, мы двинули к нему. Большое здание гильдии проходчиков обнаружилось в трех часах ходьбы от нашего дома. Войдя вовнутрь, мы увидели несколько стоек с девушками за ними. Также толпу проходчиков, которые сновали возле досок с какими-то листовками. Судя по всему, проходчики что-то искали на этих листовках, а затем, подходя к девушкам, оформляли какие-то бумаги.

Мей подошла к девушке и сказала, что мы бы хотели зарегистрироваться в качестве проходчиков. Девушка скучающим взглядом оторвала взгляд от книги и осмотрела нас. Затем, раздражено фыркнув, вытянула пару анкет и положила их перед собой, махнув в их сторону рукой.

— Сейчас я ей покажу, что такое ответственный рабочий! — взревела от такого хамства принцесса.

Я успел перехватить ее руку, в которой уже начала формироваться водная сфера.

— Не начинай, а то еще проблем не хватало, — шикнул я на нее.

— Но! Но она же! — не успокаивалась принцесса.

— Пиши, вот тут графа «Имя», пиши «Мей», в целях вступления можешь написать, что ты принцесса Китая и хочешь их планету обобрать до нитки, — я постучал по анкете пальцем, привлекая внимание принцессы.

— Не буду я такие глупости писать, — буркнула оскорбленная принцесса и начала заполнять анкеты.

Я решил почитать листовки, что висели на досках у стен, пока Мей возилась с бумагами. Каждая доска была озаглавлена названием района. На самой доске висели бумажки с названиями монстров из порталов с их ценами. Также был указан уровень силы монстра и самого портала количеством печатей. Чем больше печатей, тем сильнее монстр. Проходчики же выискивали наиболее выгодные предложения, взвешивая риски, и отправлялись на охоту. Как я понял, такой нехитрой системой гильдия регулировала процесс зачистки порталов, повышая или понижая цены на монстров из порталов. Я отыскал листовку с порталом, в котором был, и увидел, что цена на монстров сильно выше той, что была в других. Видимо, после убийства главного босса гильдия хотела побыстрее зачистить оставшиеся точки и наконец-то начать пользоваться порталом. Я продолжил изучать листовки, подыскивая для нас с Мей возможные места для прокачки. Вскоре мне стало скучно смотреть на обилие цифр, печатей и корявых рисунков, так что я попросил Алису проскандировать все разом и загрузить в систему. Думаю, отдать это нашему аналитическому отделу для составления плана нашей прокачки было лучшим решением. Настоящему герою интеллект не нужен! Я был полностью уверен в этом изречении. Герою некогда думать, надо мир спасать и с принцессами развлекаться, а скучной работой пусть займутся аналитики.

Когда я вернулся к Мей, она уже заполняла последние пункты моей анкеты. Я мельком глянул, но там ничего криминального там не обнаружил. Все пункты мы заранее согласовали еще по пути с базы. Добив последние строки, принцесса проверила еще раз все анкеты и потянула меня обратно к стойке с регистратором. Она протянула две анкеты и пару серебряных монет в качестве регистрационного взноса. Девушка за стойкой не глядя пихнула листы в ящик стола и выдала два мешочка с кристаллом фиксации и телепортации. Мы приготовились к лекции о том, что это такое и что с этим делать, но та лишь махнула рукой в сторону инструкции на стене и вернулась к чтению книги. Вот тебе и первичный инструктаж, о котором рассказывал воин в портале. Мы не стали настаивать и просто сделали снимок таблички с инструкцией, чтобы всегда был под рукой. Закончив с формальностями, мы пошли обратно на базу дожидаться результатов работы аналитического отдела.

— Так какие у нас планы теперь? — спросила Мей, пока мы шли.

— Попробуем прокачаться до максимума и продолжаем собирать информацию, — ответил я.

— Тогда мы идем гулять! — весело сказала принцесса и, схватив меня за руку, потянула в сторону одной из главных улиц.

Гулять так гулять, и мы пошли слоняться по сотням магазинчиков с товарами различного назначения. Принцесса просто наслаждалась процессом, пока Алиса, ругаясь, бегала между анализаторами и меняла расходники. Некоторые магические предметы мы покупали и отправляли на базу по просьбе Семена и профессора, которые также решили присоединиться к наблюдению за нашей прогулкой. Так и продолжалась наша прогулка, пока мы не вошли в книжный магазин.

— Марк! Покупай! Всё покупай! Ты слышишь? Это невероятно, что всё можно просто купить! — брызжа слюной кричал в экран профессор.

— Марк, я тебя прошу, вот те книги по магической инженерии купи, я тебе на магоцил ускорители прилеплю даже, о которых ты всё просил, в лепёшку расшибусь, но прикреплю, только купи! — повторял за профессором Семён, умоляя купить книгу по инженерии этого мира.

— Да успокойтесь вы, наркоманы от науки! — Прикрикнул я на них. — Если я тут всё скуплю, это вызовет вопросы, так что выберите не больше десятка книг, поняли? — Два кивающих лица подтвердили, что всё поняли.

Я с любопытством наблюдал, как два увлечённых человека перешли к спору между собой, что важнее: антропология и история или инженерное дело и магомеханика. В какой-то момент в их спор влезла принцесса и заявила, что пара книг по магии как бы тоже нужна для неё. Перекошенные от такой досады лица наркоманов науки продолжили свой спор ещё более жарче, чем прежде. Я боялся, что они поубивают друг друга, но вовремя вмешавшаяся Алиса с ведром воды, которая облила их, как дерущихся кошек, вернула спокойствие в лабораторию. Наконец все книги были согласованы и куплены, но лица учёных оставались мрачнее тучи. Пришлось дать клятвенное обещание, что если найдём ещё один книжный, то непременно туда зайдем, что вселило в них некоторую надежду.

— Если в открытую продаются такие книги, то, может быть, есть и общественные библиотеки? — неосторожно спросила Алиса, задумчиво приложив пальчик к щеке.

Две пары глаз медленно повернулись в мою сторону. Я же, предвосхищая дальнейшие проблемы, прервал сеанс радиосвязи. Лучше бы этим наркоманам остыть денёк-другой, а то так мы только и будем в библиотеках сидеть да по книжным ходить. Так что остаток дня мы решили посвятить обычной прогулке, уже не отвлекаясь на учёных и их проблемы. Гулять сразу же стало веселее, так как не приходилось слышать стенания учёных с просьбами зайти в каждую магическую лавку на пути. Мы наконец смогли посетить один из многих парковых скверов, куда так хотела зайти принцесса. Сев отдохнуть на берегу пруда, мы увидели птиц, похожих на наших уток, которые плавали по его поверхности. Я сходил за булкой в ближайший магазин и остаток вечера наблюдал за тем, как принцесса кидает им комочки хлеба, смеясь над их забавными реакциями. Кажется, я впервые за долгое время наконец смог расслабиться и полноценно отдохнуть.

Вскоре после того, как мы вернулись на нашу базу, мне пришёл запрос связи с Петром Петровичем, который я уже никак не мог проигнорировать. Да и не хотелось, всё же задание я выполнил, и, видимо, меня ожидала благодарность с занесением в личное дело, и мечта о домике на побережье Чёрного моря стала бы ближе.

— Кожедубов! Жив еще? — Улыбался капитан, появившись в окне трансляции.

— Если бы это можно было назвать жизнью, товарищ капитан, — простонал я.

— Ничего, стерпится-слюбится, и принцесса даже есть рядом, — подмигнул он.

— Не травите душу, Петр Петрович, прошу вас, и так тошно в этом теле!

— Понимаю, — задумчиво протянул капитан. — А! Отставить уныние, я пришел вынести тебе благодарность! — вернув себе официальный вид, продолжил он.

— Задание полого выполнено?

— Да. Как всегда, справился на отлично, и все довольны. Центр чуть ли не на ушах стоит от данных, что вы вытащили из мага и собираете на планете. Так что премия тебе точно будет обеспечена по возвращению, — на последних словах он вновь увидел меня и слегка замедлился.

— Есть еще какие новости? — Увидев его смущение, я решил перевести тему.

— Да! Даже много и не очень хороших! Одна из точек была синхронизирована гаденышами американцами, — капитан ударил кулаком по столу. — И теперь они объявили, что земля вокруг точки находится под их юрисдикцией, и вторжение на нее равносильно объявлению войны, ты представляешь?

— Нефть нашли что ли или демократию аборигенам несут? — посмеялся я.

— Да черт их знает, говорят, какие-то аборигены там действительно есть, только больше не понятно ничего. Так что пока к ним лучше не лезть, центр продумывает стратегию. И вот тут снова нашей стране нужен герой-спаситель! — закончив, он прищурился, смотря на экран.

— И герой, конечно же, уже определен, и выбора у него нет, полагаю, — вздохнул я, понимая, к чему все идет.

— Вот за что я тебя люблю, что ты умный парень, Кожедубов. Верно, выбора у тебя нет, и в этот раз придется побегать. — Капитан обернулся лишний раз, убеждаясь, что рядом никого нет, и я приготовился слушать суть своего нового задания.

Задание оказалось довольно просто в своей сути. По данным разведки, у европейцев дела обстояли примерно так же, как и у китайцев. Только в отличие от китайцев, европейцы догадались не класть почем зря всех своих синхронизаторов и отправили следом автоматонов, но что-то у них там не вышло. Теперь же европейцы слезно молят Америку о помощи, но та хранит гордое молчание, пытаясь решить проблемы своего синхронизатора. Все это стало известно благодаря профессору Мерцу, который по закрытым каналам связи отправил сообщение. Он умолял профессора Научкина протянуть им руку помощи и поделится информацией, как им удалось добиться результатов. Также из его сообщения стало известно, что если через месяц Мерц не добьется успеха, то синхронизатора объявят без вести пропавшим во время задания, и станция присоединится к американцам. Естественно, это все не входило в интересы нашей верхушки, и было принято решение спасти европейца. Затем наше правительство собирается выложить все карты на стол, рассказав общественности о найденной планете и ситуации с синхронизаторами. Это нарушит планы как американцев, так и европейцев, что будет выгодно для нас, так как мы и так пока опережаем их в прогрессе синхронизации. Как минимум у нас есть два полноценных сотрудника на поверхности, а у них лишь автоматоны и непонятная ситуация с синхронизаторами.

— Родина не забудет твой подвиг, Марк! — подбадривая мое виртуально кислое лицо, закончил рассказ капитан.

— А вот вспомнит ли потом — вопрос, — грустно ответил я, понимая, что столкновения все же избежать не удастся.

— Это уже моя проблема. Я в тебя верю, Марк! — Подбодрил как мог капитан.

Я был уверен, он понимал, что мне придется вскоре принять тяжелое решение. Не то чтобы я не убивал всяких разбойников и негодяев на других заданиях, но тут все совсем иначе. Это будет такой же синхронизатор. Все это время я старался не думать об этом, но реальность настигла раньше, чем я успел подготовиться. И если бы я имел возможность выбирать, то постарался бы всячески избежать кровопролития, но не все бывает так, как хочется.

— Я могу попробовать решить все по-своему? — с надеждой спросил я капитана.

— Что ж, если выйдет, я буду на твоей стороне, — согласился он.

Петр Петрович попрощался и вышел из кабинета, запуская обратно ученых. Обеспокоенные лица навигатора и инженера говорили о том, что они тоже все понимают, но приказ есть приказ. Я посмотрел на ничего не подозревающую Мей, которая лежала на диване и листала книгу по магии. Предстоял еще один серьезный разговор, но уже с принцессой. В отличие от меня, ей приказывать никто не мог. Формально она и стала нашим сотрудником, но все же у нее были некоторые преференции и бонусы ввиду статуса. Никто бы просто не решился приказать ей отправиться на самоубийственную миссию.

Я подсел к принцессе и обрисовал ей положение дел, не сильно вдаваясь в детали. Сделав акценты лишь на том, что вероятность умереть сильно выше, чем если бы она просто осталась здесь и продолжила бы собирать информацию. В целом, это был неплохой вариант, на мой взгляд. Я бы меньше переживал, а она бы смогла завершить миссию, став сильнее и дождавшись кого посмышленей в случае моей гибели.

— Никаких возражений, я отправляюсь с тобой! — закончив слушать, ни секунды не думая, крикнула она.

— Но я не могу тебя взять! Ты будешь полезнее тут! Да и кто будет смотреть за оборудованием и домом? — Отговаривал я ее, настаивая на своем.

— Нет, Марк! Я поеду с тобой, и точка! Я не какая-то там серая мышь, чтобы чахнуть в пыльных комнатах среди приборов! Я воин! — Продолжала она сопротивляться.

Я скосился на трансляцию и увидел Алису, которая рвалась к микрофону, скрежеща зубами от досады. Семён держал ее из последних сил, что вызывало удаление, ведь он был далеко не слабым парнем. Рыжая лабораторная мышь была сильно недовольна таким сравнением, и ее душа требовала немедленной сатисфакции.

— Ты можешь умереть, и это уже не шутки, возможно, придется сражаться с такими же, как мы, — привел я последний аргумент.

— Я уже сотню раз умерла, будучи сломанной метлой на той помойке! Я еду. — Поставила она точку, хлопнув по книге.

Крыть было нечем, так что я просто сдался. Придется слегка подкорректировать план, конечно, но это не смертельно. Я хлопнул себя по щекам, пытаясь собраться с мыслями, начал размышлять. Определенно, нам надо стать сильнее. Если вспомнить, как я добирался до сюда, то и проблема транспортировки становится как никогда актуальной. Второй раз сражаться с драконом и подрывать себя мне совсем не хотелось. Хотя наши профессора были бы безгранично счастливы новым образцам. Возможно, стоило бы поискать какие-то способы перемещения тут на местах, учитывая, что в этом мире существует развитая портальная сеть. Да и было бы хорошо раздобыть карту известного этому королевству мира, чтобы точки поселений на карте обзавелись названиями. То, что удалось вытащить из Фридриха, касалось в основном ближайших стран и самого города. Алиса как-то обмолвилась, что лучше бы среди его интересов была учеба, чем любовные романы, воспоминания о которых заполонили большую часть его сознания.

Будь я в своем теле, то уже сидел бы в какой-нибудь таверне, выпытывая из местных пьянчуг знания. Видимо, придется совершить еще парочку вероломных похищений пришельцами. Или, чем черт не шутит, действительно найти библиотеку и похоронить себя среди книг. Я решил спросить у Мей, как она обычно добывала информацию.

— Ну, — начала она, немного помявшись, — я ловила местного правителя, и, в общем, если кое-что оттянуть, то ответы на все вопросы найдутся довольно быстро, — закрывшись книгой, пробурчала она.

— Фу, как неприлично, ваше величество, — поморщился я, прикрывая то самое место.

— Еще мне приходилось соблазнять некоторых особо важных персон и, в общем, добывать информацию другими способами, — закрываясь книгой, переходя на полушепот, сказала принцесса.

— А как же целомудрие императорской особы? — удивился я.

Мей, покраснев, пожала плечами и вернулась к чтению книги, оставив вопрос без ответа. Способы определенно действенные, но я, как мужчина, не мог согласиться на это. Все же это было чересчур, и вообще, кто его знает, что со мной сделает император, если узнает, что я попросил о таком принцессу. Я сделал зарубку, что стоит быть поосторожнее с ней в случае чего и не просить всяких глупостей, а то кто его знает этих принцесс, на что они еще могут быть способны.

Промучившись в размышлениях остаток ночи, пока на базе все спали, я наконец составил какой-никакой план. Дождавшись, когда вернется Алиса и передаст результат аналитики по порталам, я потащил принцессу на прокачку. Семён же, пообещав модифицировать магоцикл, чтобы на нём могли перемещаться двое, ушел в мастерскую.

Дойдя быстрым шагом за пару часов до небольшого красного портала, мы, как и остальные проходчики, остались ждать на площади открытия. Согласно выводам наших мозганов, данный портал был интересен тем, что не пользовался особой популярностью ввиду малого размера и весьма сложных монстров. То есть показатели риска-прибыли были минимальны для того, чтобы быть привлекательным в текущий момент.

Мы дожидались открытия и когда в лаборатории настроят оборудование, чтобы понять причины пропадания связи. И когда всё было готово, вступили в красную пелену, которая моментально отключила нашу с Мей связь. Это стало неожиданностью, и пришлось что-то срочно придумывать. Я вспомнил про систему армейских тактических жестов и предложил такой вариант общения. К моему счастью, Мей знала основные движения.

Мей достала переданный ей анализатор и, включив его на сбор данных, убрала обратно в подсумок. Я поступил со своим точно так же и после вытащил меч. Еще раз проверив защиту и снаряжение, мы пошли в глубь туннелей. У меня была новая кольчуга из сплава титана, спрятанная за кевларовой туникой взамен пришедшей в негодность. У Мей был объемный балахон с остроконечной шляпой с подкладкой из углепластика и кевларовой ткани, которая была способна выдержать прямое попадание из пулемета. Текущая модификация брони учитывала мой опыт сражения с шипасто-зубастыми тварями этих туннелей. В каком-то смысле подобная одежда могла бы считаться чем-то легендарным в этом мире. Единственное, что я не стал менять обувь на бесшумную, так как наша цель была не прятаться, а убивать всё, что шевелится, а что не шевелится — шевелить и тоже убивать.

Первый монстр встретился довольно быстро. Что-то отдаленно напоминающее кролика, шипя, выпрыгнуло на меня из темноты. Сбив его тушу кулаком в полете, я пригвоздил его тело мечом к полу. Затем, сделав шаг в сторону, предложил Мей добить монстра. Мей кивнула и вытянула руку. Спустя мгновение на ее ладони появилась сфера коричного цвета, которая раскручивалась, ускоряясь.

— Каменная пуля! — крикнула принцесса, предупреждая меня о применяемом заклинании.

Сфера со свистом, набирая скорость, устремилась к телу монстра и, достигнув его головы, раздавила ее в лепешку, забрызгав всё кровавыми ошметками. Я смотрел на безголовый, зверски убитый труп монстра и почесал затылок в удивлении. Не хотел бы я получить такой штукой в свою голову.

— Ура, уровень! — радостно подпрыгнула Мей, когда в ее интерфейсе всплыли уведомления.

Последние вопросы о том, как будет работать на ней система, у меня отпали. К моему удивлению, мана, которая оставалась после смерти, делилась между нами. В каких пропорциях, было неизвестно, но это значило, что мы можем помогать друг другу более активно. Кое-как объяснив это при помощи наскальной живописи принцессе, мы решили ускориться. Перейдя на бег и круша все, что попадалось под руку, мы зачищали туннель за туннелем.

Я старался производить как можно больше шума, привлекая всех монстров, каких только было возможно. Как я и предполагал, защита отлично работала, и зубы с когтями ломались о мои доспехи, не нанося повреждений. Заклинания Мей взрывали тела монстров, разбрызгивая мелкие кровавые ошметки по стенам туннеля.

— Что-то слишком легко, — взывая очередную голову клыкастой твари, пробубнила принцесса.

Я ударил себя по лицу и, продолжая наше истребление всего живого, стал ждать неприятностей. Мне хотелось ударить ее по голове, но я понимал, что она бы не поняла причин такого поступка, а потому стоически решил перенести грядущие проблемы. Я стал ждать неведомой атаки монстров, появления убийц. Также я размышлял над неожиданным открытием портала, откуда выйдет местный властелин тьмы и воспылает страстью к телу нашей соломенной принцессы. Так мы шли дальше: принцесса веселилась, швыряясь магией, а я ждал грядущих проблем.

Вскоре эти грядущие проблемы неожиданно превратились в огромную тварь десятиметрового роста. Три головы с чешуйчатой кожей, которые венчают мощное туловище, и пасти, вооружённые острыми зубами. Ноги, похожие на стволы вековых деревьев, и столь же массивные трехпалые лапы с когтями длиною в метр. Монстр фыркал, не отрывая от нас взгляда, и вызывающе ждал нападения.

Посему выходило, что это и есть финальный босс данного портала и причина, почему он до сих пор еще открыт. Я посмотрел обернулся и посмотрел на Мей, которая полностью спряталась за мной и слегка подрагивала. Я бы тоже хотел подрагивать, но, увы, канделябры не ведают страха. Посильнее сжав меч, я обернулся к Мей и показал ей знаками, чтобы не лезла на рожон и просто помогала, не рискуя, ожидая команды.

Я вытащил перевязь с магическими гранатами из подсумка и повесил их поперёк тела. Эти улучшенные гранаты по моей просьбе сделал Семён. Я посчитал, что иметь что-то такое в своём арсенале просто жизненно необходимо, учитывая их мощь. Огромных зверюг они разносили на раз-два. Также я обмотал лезвие меча вощёной ниткой, используя специально сделанные пазы. И, достав баночку с жидким парафином, я облил им меч, превращая его в подобие факела, используя свою магию.

Ну что же, я был готов, и монстр явно ждал. Я сделал шаг в круг, и монстр взревел в ожидании битвы. Адреналин или то, что заменяло его свойства, заполнил мое тело. Драконья кровь закипала в венах от предвкушения схватки с сильным противником. Я ринулся в атаку, набирая скорость.

Я почти мгновенно подобрался к его ноге и полоснул горящим мечом, оставляя опаленные края неглубокого пореза. Чешуя монстра была столь же прочна, как и металл моего меча. Юркнув у монстра между ног, я направил руку вверх и выстрелил огненным шаром по его уязвимому месту. Вой ярости трех глоток сотряс стены пещеры и оглушил, лишив ориентации. К моему несчастью, монстр отказывался быть мишенью для битья и резко развернулся в мою сторону, круша хвостом одну из стен пещеры. Три пары глаз сфокусировались на мне, и его лапа с огромной силой опустилась на меня, придавливая к полу. Меч по рукоятку вошел в ладонь монстра, оставляя глубокую рану и не дав тому окончательно прихлопнуть меня. Монстр с воем поднял лапу и отскочил. Я обратил внимание, что каменные снаряды Мей, ударяясь о чешую чудовища, откалывали от неё части и оставляли на его теле глубокие порезы.

Теперь монстр уже не спешил атаковать и занял выжидающую позицию. Обменявшись несколькими атаками, стало заметно, что мы не смогли нанести хоть сколько-нибудь существенного урона друг другу. Преимущество в схватке еще не определено. Прикрыв лапой лицо от очередного роя каменных пуль, монстр обратил внимание на Мей, что стояла и колдовала довольно далеко от меня. Ударив когтями по полу, монстр выдрал из него булыжник и бросил его в принцессу. Уверенный, что ее такая атака точно не убьет, я снова нырнул к нему между ног и начал кромсать лапы, стараясь сделать разрез поглубже. Но сколько бы ударов я ни наносил, сделать достойный разрез все не удавалось, только чешуя в некоторых местах раскололась.

Я решил сменить подход. Пока монстр бросал камни в убегающую по кругу принцессу, я достал одну гранату и, выдернув чеку, бросил ее под вторую ногу монстра. Монстр наступил на гранату, и ее взрыв наконец-то смог нанести какой-то урон, оставив рану на пальце и сильно опалив открывшееся в ней мясо. Монстр взревел и, снова отпрыгнув, упал на четвереньки. После чего он сразу же сделал выпад в мою сторону, и правая пасть монстра сомкнула челюсть на гранате, которая осталась на том месте, где я стоял секунду назад. Раздался еще один взрыв, и зубы монстра разлетелись в разные стороны, разрывая его челюсть и втыкаясь в соседние головы. Но, как бы мне ни хотелось, монстр не умер, и оставалось еще две головы.

Придя в себя после взрыва, монстр как будто стал быстрее, и его атаки стали намного яростнее. Я еле успевал отпрыгивать от его мощных хлопков по земле лапами и уворачиваться от стремительных когтей, которые так и норовили насадить меня, как мясо на шампур. Мей носилась вокруг нас и поливала всевозможными заклинаниями две оставшиеся головы, ухудшая обзор монстру. Когда монстр отвлекся на то, чтобы запулить в Мей очередной булыжник, мне удалось закинуть еще одну гранату в его левую голову. Раздался взрыв, и вторая голова повисла мертвым грузом на его теле. Я уже думал, что осталось еще немного, и все закончится, но как же я ошибался.

Монстр схватил одной из лап мертвую голову и с яростным воем выдрал ее из своего тела, швырнув в принцессу. На секунду оторопевшая от такого вида Мей замешкалась, и голова монстра наконец-таки достигла цели, проглотив в беззубой пасти ее тело. Следом туда же полетела и вторая голова. Зрачки рептилии, наполненные яростью, уставились на меня, не моргая.

Мы стояли друг напротив друга, замерев в ожидании первого шага противника. Я мысленно пытался найти хоть что-то в интерфейсе, что подсказало бы состояние моей напарницы, но, кроме окна с ее статусом, больше ничего не было. Я медленно достал новую нитку из подсумка и стал обматывать меч, не сводя взгляд с монстра. Вылив остаток парафина, я отбросил банку в сторону и достал гранату. Открутив крышку, я вылил ее содержимое на меч. Реактивное маготопливо впиталось в нитку и смешалось с парафином. По моей задумке, это должно было усилить силу пламени, а учитывая его вязкость и содержание магии, добавить больше урона магией к атаке. Наконец приготовления были закончены, и я поджег меч. Радужное пламя взметнулось к потолку, озаряя своим светом всю пещеру.

Монстр взревел и прыгнул в мою сторону, выставив вперед когтистые лапы. Я ждал чего-то подобного, потому просто присел, намереваясь подпрыгнуть, пропустив его под собой. Как же я просчитался, забыв про такой атрибут любого уважающего себя ящера, как хвост. В тот момент, когда когти монстра вонзились в пол, а я, высоко подпрыгнув, оказался над головой монстра, его хвост с силой впечатался в мое тело, отправляя в полет. От силы удара о стену в глазах на секунду потемнело, и я, придя в себя, увидел пасть, которая вот-вот должна была сомкнуться, перекусив мое тело. Я попытался прыгнуть, но моя нога была изогнута под неестественным углом.

— Да как ты посмела, грязная ящерица, испортить мою одежду своими вонючими слюнями! — услышал я крик разъяренной Мей откуда-то из-за монстра.

В ту же секунду огромная сосулька прилетела в затылок монстра, сбивая его траекторию полета. Пасть проскользнула в сантиметре от моей головы и врезалась в стену. Я решил не упускать столь удачный момент на удивление своему чудесному спасению и, подпрыгнув, вонзил пламенный меч в глаз монстру. Монстр взревел от боли и, оттолкнувшись лапами от стены, отпрыгнул на десяток метров. Я посмотрел в сторону принцессы, и та, стоя на отрубленных головах, в помятой шляпе и перемазанная какой-то жидкостью, создавала огромную сосульку, держа довольно батарейку с маной в руках. Судя по размеру этой сосульки, Мей решила высосать ману из батарейки под чистую. Как только ее снаряд перестал расти, а батарейка рассыпалась в руках, Мей, кряхтя от натуги, выстрелила ей в сторону монстра. Сосулька, шипя и треща от напряжения, вонзилась в задницу ящера, взорвавшись тысячей осколков. На секунду мне даже стало немного жалко этого монстра.

— Ва-ха-ха-ха-ха! Узри же мощь моего колдунства, злобная тварь! — дьявольски смеялась принцесса, создавая вторую сосульку, держа уже две батарейки.

По моей спине пробежал холодок, и я лишний раз решил сделать зарубку, что лучше ее не злить. Монстр попытался подняться, немного придя в себя, но вторая сосулька, вышедшая из его пасти, прервала его жизнь окончательно. Тело гиганта подалось вперед и с грохотом рухнуло на пол. Я устало сел на пол и облокотился спиной на стену. Схватка была окончена, очки опыта получены, и значит, можно было перевести дух. Вскоре, прихрамывая и держа за руку, подошла принцесса.

— Круто я его, да?! — радостно спросила принцесса.

Я поднял большой палец вверх, показывая, что она молодец. Только вот какой-то маленький червячок показывал затылок, зудя о том, что мы что-то забыли, и не давал насладиться победой в полной мере.

— А когда откроется портал, а то я уже устала гулять по этим туннелям? — Тряся кристалл в мешочке, спросила принцесса.

Я ударил себя рукой по лицу и еще раз посмотрел в сторону исчезающего тела босса. Его тело медленно наполнялось светом и исчезало, пока мой меч не упал на пол пещеры, издав характерный звук. Я посмотрел на смущенное лицо принцессы и дал ей щелбан, после того как показал на мешочек с кристаллом фиксации на ее ремне.

— Ой, прости, я забыла. — Как школьница, смутившись, сказала она, потирая лоб.

После этой фразы мне захотелось снять с нее штаны и отлупить ремнем по самые помидоры. Так как теперь придется искать еще не зачищенную комнату босса поменьше и выходить через нее. После нашей победой над этой зверюгой моя уверенность в том, что это финальный босс, только еще больше укрепилась. Я просто не мог представить, что тут обитает что-то еще более сильное. Мы немного отдохнули, подождав, когда естественная регенерация исправит мой перелом достаточно. И как только нога стала более-менее прямой, отправились вновь петлять по туннелям. Долго петлять не пришлось, и спустя час неспешной ходьбы нужная комната была найдена. Мы вошли в зал, и я уже сам активировал кристалл фиксации, забрав его у принцессы. Я похромал к ничего не представляющему из себя монстру-боссу и легко убил его за один взмах, отрубив голову. После чего я воткнул другой кристалл монстру в голову, чтобы открыть портал. Красноватый портал тут же открылся, и принцесса, подставив мне плечо, помогла выйти из подземелья.

Выйдя из портала, на нас посмотрел чиновник и, не увидав никакой туши монстра, оценив наше состояние, посчитал, что мы применили кристалл побега. Поэтому, уточнив этот момент, он потерял всякий интерес, и мы были отпущены на все четыре стороны. На этот раз мое лицо скривилось еще сильнее из-за того, что я вспомнил, что был и такой путь возвращения, но я о нем благополучно забыл, разозлившись на Мей.

— Алиса, как дела? — вызвал я навигатора.

— Почти как ты, но лучше, — ответила она, откинувшись на спинку кресла и запрокинув голову к потолку.

— И что же произошло? — спросил я с интересом.

— У меня магия пробудилась, — устало ответила она и зажгла огонек на пальце.

— Как?! Это же невозможно?! — Сказать, что я был удивлен таким поворотом, это ничего не сказать.

— Да всё та чертова рыба, что ты тогда прислал! — Взорвалась навигатор.

— Уй! Одной ведьмой в мире стало больше. Мистер темный властелин, вы таки смогли подвергнуть опасности эту реальность, ваше имя будут помнить поколения, — воздал я почести усопшей рыбе.

— Ха-ха-ха, очень смешно, Кожедубов, — фыркнула Алиса и ее волосы запылали огнем. — Я слишком молода для опытов…

Я ждал чего-то подобного, когда она съела ту рыбину, но все же не такого. Люди с Земли не могли пробудить в себе магию, если были рождены на нашей планете. Грубо говоря, наши тела попросту не могли удержать ману. Но теперь, возможно, Алиса первый представитель нашего мира, кто может как-то ею обладать. Я посмотрел на Мей, которая стояла как вкопанная с растерянным видом. Видимо, такой поворот событий шокировал и ее не меньше.

— Ох, принцесса Мей, Марк, вы наконец-то вернулись, — раздался радостный голос профессора.

— Эм, профессор, а зачем вам трехлитровая банка и ведро с рыбой? — начиная подозревать неладное, спросил я, глядя на него.

— Понимаете, Марк, тут такое дело, вы, наверное, в курсе, так что должны понять, всё исключительно во имя науки! — начал мяться профессор.

Ага, конечно, так я ему и поверил, судя по хитрым глазам старика, которые показывали излишнее перевозбуждение, всё было точно не ради науки. Сдается мне, что и трехлитровая банка тут была явно не для красоты.

— Живым вам вивисекторам-наркоманам от науки не дамся, так и знайте, профессор! — попытался я осадить его пыл.

— Ну вы же не совсем живой, голубчик, — хитро улыбнулся он.

— Не для вас мои свечи росли, — продолжил я протестовать.

— Марк, нам-то надо всего чуть-чуть, немного плоти, немного крови, всё во имя науки, вы же хотите помочь своей стране, — не унимался профессор.

— Может, вам сразу ногу прислать? Выбирайте левую или правую, какую?! — взорвался я.

— Ну так много нам не надо, просто это в ваших же интересах, ведь если не вы, то это может быть кто-то другой, — глаза профессора скосились в сторону Алисы, которая беззаботно играла огоньком между пальцев.

Я неожиданно понял, что от меня зависит не только судьба этой планеты, но и чья-то мягкая задница, которую могут замучить мучители в белых халатах. Всё же у нас тут было не всё добровольно и по согласию, так что то, что моего мнения хотя бы спросили, было уже великой уступкой. Но я не собирался сдаваться так просто и продолжил торговаться. Перспектива стать фабрикой по производству сыворотки пробуждения, о которой жужжал профессор, мне не улыбалась. Наконец мы условились, что я буду каждый день наполнять небольшой пакет и постараюсь найти еще одного местного дракона в ближайшее время, а пока придется отрезать небольшой кусочек плоти для анализа. Затаив обиду глубоко в сердце, я сделал всё, что от меня требуется, и довольный ученый вышел из лаборатории, оставив нас одних. Осталось только порадоваться, что пока меня защищает планетарный щит, мешающий разобрать мое тело на кусочки, переселив душу в тело енота. Хоть я и сомневался, что такое возможно, но, видя алчущие глаза профессора, мне показалось, что они нашли бы способ.

— Как ощущение, злюка? — обратился я к Алисе.

— Необычно, но мне нравится, — задумчиво ответила она пока огоньки плясали в ее волосах.

— В следующий раз будешь думать, прежде чем есть всякую дрянь, — пожурил я ее.

— Но ты не понимаешь, она так вкусно пахла, что просто у-у-х, — вытирая слюну и мечтательно закатывая глаза, парировала она.

Ни мозгов, ни гордости. В целом Алиса оставалась собой в любой ситуации, и этого было достаточно, чтобы перестать беспокоится за подругу. Я решил узнать, что думает Привеса, и, судя по ее реакции, будь я китайцем, лежать бы мне на столе во имя великого императора и всех его трех тысяч наложниц. Слишком уж желанной была магия для людей с Земли. Маги жили дольше, болели меньше, да и сама магия на них работала на порядок лучше. Все это значило, что пробуди кто магию, прожил бы раза в два больше и не мучился бы от болезней до конца своих дней. Для женщин же возможность поддержки красоты при помощи магии было чем-то, за что дамы бальзаковского возраста были готовы буквально убить. Недаром косметика с содержанием магии так высоко ценится и стоит безумных денег. Пожонглировав грузом навалившихся проблем, я махнул Мей, и мы продолжили путь в сторону нашей базы. В любом случае теперь моя ценность возросла еще больше, а значит, заинтересованность в моем спасении или хотя бы спасении моего тела будет повышена в приоритете.

Мы благополучно вернулись на базу и решили пару дней отдохнуть и подождать следующей рекомендации центра аналитики. Алиса подключилась напрямую к Мей, и с ее стороны были видны периодические всполохи магии, сопровождаемые смешками девушек. Я же решил подготовиться к следующему походу чуть лучше и взял в оборот Семена, который, казалось, не замечал ничего вокруг себя, зачитываясь книгой по магической инженерии.

Первым стало улучшение моего меча. Семен улучшил сплав, добавив алмазного напыления, это позволит мечу дольше сохранять свою остроту и совершать более сильные разрезы. Еще Семен смог пропустить через клинок капиллярные трубки, которые подключались к картриджу с топливом в рукоятке меча. Все это сделало мое оружие еще более грозным и смертоносным. Вторым улучшением стала моя броня. Семен отрыл на складе старый тактический армейский костюм «Ратник 3», который делали чуть ли не все НИИ и КБ, которые хоть что-то смыслили в защите солдат. Заменив некоторые щитки на более прочные с содержанием магических сплавов, мы добились поистине непробиваемых характеристик. Также Семен вытащил парочку ламповых процессоров «Байкал» из автоматонов и приделал небольшой упрочненный короб к экзоскелету боевого костюма. Таким образом получилось запустить систему поддержки в бою и кратно увеличить силу за счет поршневых систем из магметалла на масле, насыщенном магией. В целом от предыдущей версии остался только внешний вид, а все остальные детали были перепечатаны и усилены на принтерах.

Мей, которая бросала косые взгляды в нашу сторону, пришла оценить результат. Она крутилась юлой вокруг костюма, теребя его за разные части и пытаясь оторвать пластины, которые были намертво впаяны в экзоскелет. Мы недолго наблюдали за ее попытками и предложили опробовать броню, если ей она так интересна. Девушка, фыркнув, заявила, что в это серо-зеленое нечто она ни за какие деньги не полезет, и удалилась с гордым видом в книжный магазин. Мы лишь пожали плечами и продолжили отладку дополнительных систем.

Наконец, на десерт Семен продемонстрировал моего верного скакуна с дополнительными ускорителями и более удобным пассажирским сидением. Как же он был прекрасен, я натурально чуть не расплакался при виде этого монстра. Системы дополнительного впрыска топлива для ускорения, более широкие колеса для устойчивости и шикарные хромированные детали, которые божественно мерцали в лучах лабораторных ламп. Мне уже не терпелось опробовать этого монстра и с ветерком промчаться по бескрайним равнинам этого мира.

На третий день Семён улучшил снаряжение Мей, превратив обычный магический посох в хранилище батареек уменьшенной ёмкости. По его задумке каждый раз, когда Мей создавала бы заклинание, небольшая батарейка усиливала бы его в пару раз, и по исчерпанию ёмкости картридж с батарейкой отстреливался бы в сторону, а на его место вставал бы новый. Мы долго смеялись над предложенным им вариантом названия устройства и решили, что «магомет» слишком неопределённо для такого великого артефакта, да и люди с востока могли бы обидеться. Пока мы сидели и придумывали достойное название для этой шайтан-палки, я заметил, как Алиса на заднем фоне бегает с волшебной палочкой и рисует в воздухе различные рисунки световыми линиями. Видимо, факультативно в перерывах Семён решил порадовать объект своего воздыхания интересной игрушкой, на которой отрабатывал принципы посоха Мей.

В конце концов нашими играми с снаряжением заинтересовался сам Пётр Петрович и напросился в безапелляционном тоне на тестирование возможностей. Мы выбрались из города, и я, сев на своего коня, поехал к уже знакомому нам озеру в лесу. Мей уселась сзади и весело визжала, прижимаясь всем телом, пока я давал газа, выкручивая ручку до упора. Магоцикл летел с безумной скоростью, подлетая на десяток метров, встречая каждый трамплин, но благодаря волшебной подвеске каждое приземление было лёгким, будто перышко медленно опускалось на землю. А когда мы добрались до нужного нам места, Пётр Петрович целый час гонял меня по поляне, заставляя выполнять различные комплексы упражнений и отрабатывать элементы боя с противником. Я стоически выполнял все указания, и только шум отстреливающихся батареек оповещал о безмерных перегрузках, которые испытывает костюм. Наконец капитан, оказавшись довольным, похвалил за такую демонстрацию, и я, уставший, привалился к дереву. Я был в шоке от скорости и силы, что давал мне новый боевой костюм, а приёмы, о которых рассказал капитан, непременно помогут в предстоящих схватках. Подумав, я попросил Алису записать всё, что было, для того чтобы отсмотреть некоторые моменты чуть позже и получше запомнить движения.

Наконец переключились на Мей с ее новым посохом. Волшебница стояла, нежно обнимала свой посох, который ласково называла «Руйи». Мей сказала, что с ее языка это переводилось как «как пожелаешь», что очень сочеталось с принципами волшебства. Перехватив посох покрепче и зажмурив глаза, поверхность над озером расцвела десятками огненных взрывов и снарядами, которые с огромной силой обрушивались на водную гладь. Специальный анализатор в лаборатории рассчитывал силу удара, беря во внимание высоту подымаемого фонтана после удара. Судя по его данным, одна каменная пуля могла пробить целый танк, а Мей создавала десятки пуль за раз. Пока она колдовала, картриджи отстреливались с еще большей скоростью, чем в моем костюме. Как только посох оказывался пуст, Мей просто доставала из подсумка новую кассету и, поменяв ее за пару секунд, вновь взрывала поверхность водной глади. На третьей обойме ей надоело играть в эти игры, и принцесса, заменив кассету, сотворила сосульку титанического размера. Как только использованные картриджи прекратили отстреливаться, принцесса опустила свое творение на водную гладь. Глыба, взрываясь, врезалась в воду, подымая фонтан на сотню метров и моментально замораживая все брызги с водой вокруг места падения. Невероятный ледяной гриб, как от ядерного взрыва, застыл посреди озера, преломляя солнечные лучи и создавая радугу.

— Ва-ха-ха! Искусство — это взрыв! Узрите же мощь моей магии, жалкие смертные! — зловеще засмеялась принцесса и, завалившись на спину, отключилась от перенапряжения.

Нам стало немного страшно за ее психику, и капитан строго-настрого запретил применять такое заклинание в следующий раз, он был просто потрясен его разрушительной мощью. Ложку дегтя же подкинул Семён, огласив стоимость сегодняшнего представления, от чего на лице капитана застыла кислая мина.

— Ну даже если так, оно все равно стоит того, чтобы быть в армии! — в сердцах прокричал он.

После демонстрации уровень секретности у нашей лаборатории, естественно, снова резко возрос. Особенно этому была рада Алиса, которая ходила мрачнее тучи, пуская искры в волосах, и грустно шептала что-то про Мальдивы и Сейшелы, смотря на аннулированный загранпаспорт как на знак прокаженного.

Следующие две недели после испытаний, пока Семён конструировал нам реактивный планер по чертежам ОКБ «Сухой», мы с принцессой не вылезали из порталов и библиотек города. Хотя время и поджимало, но, судя по донесениям профессора Мерца, лучше было бы подготовиться основательнее. Мы примерно понимали, что нас там ждёт, и это абсолютно не радовало, хотя, к моему счастью, условно живых людей там всё же не было. Только вот информация о наличии военных автоматонов совсем не радовала. После того как принцесса узнала, что же нас ждёт, её мнение по поводу моего боевого костюма начало меняться в противоположную сторону. Так что Мей начала ненавящево задавать вопросы Семену о наличии такого же, но красненького, и сможет ли он сделать кевларовую юбку выше колен и чулки на подвязках. Хотя Семён, слушая её, хотел бить себя книгой по магической инженерии по лицу, но всё же обещал что-то придумать. Алиса же почти всё время лежала, истекая пеной изо рта от постоянных тестов её способностей профессором и кучи данных для анализа, которые мы с принцессой ежедневно собирали. К слову о профессоре, его ежедневный моцион с трёхлитровой банкой и ведром форели начинал утомлять. Судя по его исследованиям, магию действительно можно было бы пробудить, используя эволюционировавших в высшей ранг рыб. Только вот тип магии зависел от предрасположенности или, по-научному, генетической мутации. Так что это вылилось-таки в постоянные опыты над рыжим навигатором. Старому пройдохе таки удалось вывести ещё одну рыбину и заполучить-таки магию в свои изрядно помолодевшие после насыщения маной руки.

Наконец-то настал тот самый момент, которого так ждал Семён. Он с радостью откинулся на спинку кресла, которое стояло рядом с мониторами автоматизированной фабрики, и с удовлетворением отметил, что работа над планером успешно завершена. Вылазка к европейцам больше не могла быть отложена.

Команда инженеров, которая также помогла нашему Семёну, сделала несколько автономных маяков для размещения на нашей базе. Как объяснил инженер, так они смогут моментально вернуть оборудование обратно в лабораторию, когда нас не будет рядом для привязки координат. Так что мы разместили один в комнате, а остальные я просто бросил в безразмерную сумку, купленную в одной из лавок артефактов и снаряжения. Почти в любом изучаемом мною мире была такая, но вне магосферы этот артефакт отказывался работать. Почему так, учёным не удалось выяснить, потому удобство карманного пространства существовало только в таких мирах, как этот. Хотя была одна группа радикалов, которые пытались взорвать атомную бомбу, запаянную в тысячи тонн магоруды, которую перевозил один из наших грузовых кораблей. Они считали, что так смогут насытить земную атмосферу магией, но этих психов быстро вычислили и скрутили, отправив куда-то на ледяные миры добывать лёд для топливных заводов Земли.

Наконец закрыв дом и трижды вернувшись проверить, закрыла ли Мей окно, форточку или что еще, что она открывала ради проветривания. Я так и не понял, зачем она все это открывала и постоянно проветривала дом, если мы не чувствовали запахов. Наконец преодолев все трудности с оконными проемами, мы смогли покинуть город и найти достаточно ровную дорогу для взлета планера. Семён перевел все мощности на телепортатор и, хитро улыбаясь, нажал на кнопку переноса.

— Да это, мать твою, настоящий самолёт! — закричал я, как только эта махина появилась перед нами.

— Удивлен, да? — ехидно спросил Семён. — А знал бы ты, сколько эта птичка стоит! У европейцев точно инсульт жопы случится при виде этой прелести! — смотря восхищенным взглядом, мечтательно сказал инженер.

— О да, хе-хе! — злорадно посмеялся я. — А это что, настоящие ракеты? — не веря своим глазам, я спросил при виде цилиндров под крыльями на подвесах.

— Экспериментальные, на маготопливе. На случай не предвиденных нападений, — ответил он.

— Ну ладно, колись, сколько стоит эта красавица? — не выдержав любопытства, спросил я его.

— Как три наши станции! — сказал он, пуча глаза. — Так что смотри не сломай, как обычно, а то вовек не расплатимся и будем в шахтах на Суртурии магоруду в замерзших пещерах искать! — уже чуть более серьезным тоном добавил он.

— Может, не надо? — помня свои предыдущие приключения, в надежде спросил я.

— Надо, Федя, надо, — раздался смеющийся голос Петра Петровича, входящего в кабинет.

Судя по всему, старый вояка не мог пропустить такого шоу и решил присоединиться. Выдохнув и сжав что-то в кулак, я залез в кабину планера. Следом за мной в кабину залезла молчащая принцесса. Судя по ее дерганым движениям, она очень сильно нервничала.

— Боишься? — спросил я у нее.

— Нет. Я в восторге! Хочу сама полетать на нем, можно? Ведь можно? Да? Да? Ты же обещал! Я хорошо себя вела— быстро затараторила принцесса, капризничая.

— Нет, но в следующий раз будет твоя очередь, обещаю. — мысленно закатывая глаза, согласился я.

— Ла-а-а-а-адно! — протянула она нехотя. — Но ты обещал, запомни! Ви-и-и-и— тыкнув в меня пальцем, угрожающе добавила она и затем завизжала от звука запускающихся двигателей.

Смотря на визжащую в восторге принцессу, я понял, что только зря беспокоился, и у этой отбитой наркоманки скорости точно будет все нормально. Я понял, что с ней не все в порядке в этом плане, после наших тестов на озере, когда она попросила порулить магоциклом на обратном пути. Я, решив побыть джентльменом, объяснил ей основы, уступил место. И когда, усевшись сзади, стал ждать неудачных попыток тронуться, был быстро низвергнут с ожидаемой роли учителя. Принцесса, от души газанув, не сбавляя скорости, хохоча, понеслась по лесу, лавируя на безумной скорости. Так под ее управлением магоцикл пробил несколько деревенских домов и полностью разрушил с десяток сараев на пути к городу. Так что я решил ввести запрет на управление чем-либо до тех пор, пока она не научится сдерживаться. Так что следующие две недели принцесса вела себя как паинька и вроде как заслужила второй шанс, но все же я побоялся дать ей порулить такой дорогой игрушкой.

Двигатели начинали раскручиваться все быстрее, и машина рвалась вперед, но тормоза не позволяли ей сорваться в бег, дожидаясь нужного числа оборотов. Спустя пять минут я наконец закончил проводить проверки системы, слушая Семена, и отпустил стояночный тормоз. Машина начала набирать скорость, и когда она стала достаточно, я потянул штурвал на себя. Планер взмыл в небо и начал стремительно набирать высоту. Спустя десяток минут мы вышли на нужную высоту и вынырнули за слой облаков. Я надавил на рычаг подачи топлива, и двигатели, начав еще свирепее реветь, стали разгонять самолет, вдавливая нас в кресла. Я нажал на пару кнопок, и перед остроконечным носом появился барьер, который, по словам инженера, убирал сопротивление воздуха. Планер, почувствовав облегчение, тут же ускорился еще больше. Спустя час наша скорость достигла десяти махов. Я перевел взгляд на индикатор топлива, который стремительно начал уменьшаться.

— Семен! Тут топливо кончается, это нормально! — в панике закричал я инженеру.

— Так и было задумано! — смеялся инженер.

— Ты не может не понял, но мои баки пустеют, как душа у коллектора перед дверью пенсионерки! — паниковал я.

— Значит, двигатели работают исправно, — спокойно что-то высчитывая на листочке ответил Семён.

— Мне-то что делать? Оно такими темпами через час закончится! — продолжал паниковать я.

— Дозаправим, не паникуй, — загадочно подмигнув ответил инженер и, развернувшись, пошёл прочь из комнаты.

Спустя полчаса, когда ладошки уже совсем вспотели и я всматривался в пустоту под нами, Семён вышел на связь, попросив переключить красный тумблер. Я щёлкнул выключателем, и индикатор топливной линии переключился на запасной бак. Затем от планера как будто что-то отстрелялось, и корпус слегка задрожал. Подождав ещё минуту, я заметил, что индикатор уровня топлива в основном баке начинает постепенно расти.

— Как? — ошарашенно спросил я у инженера.

— Телепортация прямо в бак! Не думал, конечно, что сработает, но, как видишь, нам повезло, — улыбаясь пояснил он.

Мне не хотелось спрашивать, что значило его «повезло», иногда лучше о чём-то не знать и просто наслаждаться текущим моментом. Раз текущая проблема с топливом удачно решилась, я откинулся на спинку кресла и просто наслаждался видом звёздного неба.

Где-то там наверху, среди тысяч звёзд, одна из них была нашей станцией, что также следовала по орбите за нашим планером. Я не знал, сколько ещё продлится моё приключение, и оттого на душе становилось как-то особенно тоскливо. Я скучал по рыжей, профессору и остальным членам команды, хотел бы вновь посидеть за общим столом и потравить байки, сопровождаемые под фырканье Алисы, о своих приключениях молодым практиканткам. В этот момент, когда мне было нечем заняться, я вновь погрузился в размышления о себе и прошлом. Всё ещё было не понятно, как вернуть мою душу в нормальное тело и что будет после того, как удастся расколоть защитный кокон планеты. Так я и провёл остаток полёта, почти полностью посвятив его самокопанию и мыслям о будущем.

— Мы уже прилетели? А то скучно что-то… — сказала Мей, вырывая меня из тяжёлых раздумий.

— Не каркай, — тут же осек я её, и мурашки предчувствия проблем пробежали по моим нервным окончаниям.

— Да что может случиться? Почти сутки летим уже, и только пустота вокруг, — надувшись буркнула принцесса, ежась в кресле, как будто у неё могли затечь её соломенные мышцы.

— Я тебя сейчас из кабины выкину, если не прекратишь! — пригрозил я ей.

— Злюка! — прыснула принцесса. — Ой, а что это там за тучка такая? — тряся меня за плечо и тыча пальцем в сторону чего-то тёмного спросила она.

Я мысленно уже приготовился к худшему и всмотрелся в темнеющее пятно впереди. Скорость всё ещё была значительной, и потому мы достаточно быстро настигли это пятно, которое оказалось огромной стаей куровиверн. Огромные, размером с наш планер, монстры, напоминающие помесь драконов с курицами, клацая зубами и изрыгая пламя, бросились нам навстречу. Их шипастые тела чёрного цвета, покрытые чешуёй, отливали красным в лучах заходящего солнца. Перехватив управление, я вдавил штурвал от себя и поднырнул под их стаю, избегая столкновения. Такое неожиданное вторжение в их спокойный полёт взбесило зверюг, и они бросились в погоню, наращивая скорость.

— Да что тут за реактивные твари в небесах-то они что, на гороховой тяге все? — в сердцах злился я, уклоняясь от пикирующих на планер чудищ.

— Какие они милые! — два женских голоса одновременно резанули по ушам.

Я посмотрел на Мей и затем на Алису, после чего перевел взгляд на безумных тварей, что, истекая пеной и порождая реактивную тягу позади себя, пытались врезаться в наш планер. Если у рыжей чердак давно промок, то теперь еще у этой бывшей швабры, кажется, мозги так же потекли в неизвестные дали. Мне так и не удалось понять, что в этих существах было милым, но то, что они могут создать нам множество проблем, было очевидно.

— Марк! — раздался запыхавшийся голос профессора. — Нам нужны образцы этих, эм… — запнулся профессор, пытаясь придумать название.

— Куровиверны, — подсказал я ему подходящее, на мой взгляд, название.

— В общем, они нам нужны! Судя по их сигнатурам, это какие-то гибриды драконов, помните, вы же обещали! — не забыл напомнить условия нашей сделки профессор.

— Да как я вам их собью-то, профессор, мне бы самому тут не стать их добычей? — продолжая уворачиваться от все более свирепеющих тварей, спросил я его.

— Ви-и-и! Хочу себе одного в дворец, папа будет счастлив! — продолжала визжать принцесса, восхищаясь зверюгами.

— Есть ракеты же! — раздался голос инженера.

А ведь точно, Семен же говорил, что это не просто планер, а целая боевая машина. Семен сел напротив экрана, и я под его руководством перещелкивал тумблеры, подготавливая ракеты к запуску. Наконец все боевые системы были активированы, и я поймал в перекрестие прицела очередную промахнувшуюся тварь, нажал на спусковую кнопку. Одна из ракет отделилась от корпуса и, выдав длинную реактивную струю, сорвалась с места к своей цели. Куровиверна заметила летящий за ней цилиндр. Монстр сделал кульбит в воздухе и, раскрыв пасть, проглотил ее. Секунда шла за секундой, но взрыва так и не последовало. Только монстр стал немного иначе смотреть на наш планер, и кажется, что его агрессия стала меньше.

Подумав, что случилась осечка, я вновь взял монстра на прицел и выпустил следующую ракету. Заметив цилиндр, монстр прямо-таки бросился ей навстречу, сильно разинув пасть. Спустя мгновение ракета так же исчезла в его чреве, и монстр выпустил струю пламени в небо. Третья и четвертая ракеты так же исчезли в его утробе, и, кажется, теперь куровиверна не атаковала больше наш планер, а наоборот, отгоняла всех остальных, злобно скалясь и выпуская струи пламени.

— Семен? — я зло позвал инженера.

— Секунду, Марк! — инженер лихорадочно листал какой-то журнал, пытаясь понять, в чем дело. — Вот тумблер 3-А-В ты включил? — нервно тыча пальцем в инструкцию, спросил инженер.

— Эм… А тут такого нет! — Я смотрел на приборную панель с кучей тумблеров, ища нужный. — Хотя погоди! Нашел! Только тут заглушка стоит… — смотря на черненький прямоугольник с нужной надписью, сказал я.

Звук шлепка папки по лицу был настолько отчетливым, что я побоялся, не получил ли наш инженер сотрясение. Алиса подбежала к инженеру и вырвала папку из его рук, когда тот уже собирался совершить второй удар.

— Так, а что за тумблер-то? — спросил я у него, когда он успокоился, перестав выдирать папку из рук Алисы.

— Это активация взрывателя, — ответил погрустневший инженер. — Как я мог забыть вставить туда переключатель, ума не приложу, мы же все вместе с Алисой проверяли несколько раз, — продолжал сокрушаться он.

Я краем глаза заметил краснеющее лицо Алисы, и, похоже, кто-то понял, почему инженер мог забыть о таком важном тумблере. Мы встретились взглядами сквозь монитор, и мой верный навигатор, двигаясь бочком, скрылась из обзора камеры. Вероятность того, что ей, как всегда, захотелось повеселиться и немного поиграть на его чувствах, демонстрируя свои прелести, была довольно высока. У меня же не было сил уже как-то заострять внимание на ее очередном косяке, потому я решил просто спустить все на тормозах. Тем более что, кажется, она поняла, что я обо всем догадался.

— Марк, Коко защищает нас, смотри! — Радостный голос принцессы прервал тяжелое молчание.

Я посмотрел на монстра, что съел четыре ракеты, и увидел, как тот кружился вокруг планера и кусал своих сородичей. На секунду мне показалось, что он стал даже больше. Парочка зазевавшихся монстров, что попали в его пасть, были мгновенно убиты и медленно падали на землю, закручиваясь в штопоре. Кажется, Коко действительно защищал, не гнушаясь даже убийством своих сородичей. Спустя пару десятков минут вокруг нашего планера никого не осталось, а Коко все так же продолжал кружиться вокруг и лететь следом.

Я выпустил оставшиеся ракеты, и каждый раз монстр так же бросался на них, заглатывая целиком. Судя по его довольному виду и выпускаемой струе племени, ему нравился вкус чего-то в этих ракетных болванках. Так что профессор, собрав небольшой научный консилиум с коллегами, пришел к выводу, что, возможно, нам удалось приручить этого монстра, накормив вкусной, по его мнению, едой. Мы решили проверить эту теорию и заодно найти тела поверженных Коко сородичей. С поиском тел проблем не оказалось, но вот с приземлением пришлось повозиться.

После наших приключений в небе мы довольно сильно отклонились от курса, но это была не самая большая из наших проблем. Самую большую звали Коко, и он, урча, терся о наш планер, который мне удалось посадить недалеко от места падения тел убитых им куровиверн. Зудящий голос профессора, который настойчиво требовал быстрее доставить тела в лабораторию, не давал покоя. Так что я оставил Мей вместе с монстром, выражающим крайнее дружелюбие, и пошел к месту их падения. Долго искать не пришлось, и, следуя указаниям навигатора, я нашел тела после недолгих поисков. Их общее целостное состояние не вызывало восхищения ввиду того, что туши больше походили на мясной блин, перемешанный с землей и слегка вдавленный в нее же. Я разместил маячки для Семена на этих мясных блинчиках, и под радостные крики профессора туши были перемещены в лабораторию.

Когда через пару часов я вернулся к месту, где мы посадили наш планер, то с удивлением не обнаружил следов Коко. Мей стояла посреди поляны, её вид выражал растерянность. Эта картина вызывала у меня множество вопросов.

— Марк! Кажется, у меня появился фамильяр! — воскликнула с восхищением принцесса.

— Что значит появился? — переспросил ее я, чтобы уточнить детали.

— Ну, я умилялась, как Коко жует крыло нашего планера, и, чтобы хоть как-то его отвлечь, попросила Семена прислать ракету, чтобы покормить его. Когда Коко увидел ракету, то в пару прыжков подобрался ко мне и, аккуратно взяв ее в пасть, проглотил. Затем он потерся о меня своей мордой, и в моем интерфейсе появилось сообщение о том, что монстр желает стать моим фамильяром. — Принцесса подробно пересказала произошедшее с растерянным видом.

— Вот, значит, как, — задумался я. — А что, может быть, это нам сыграет даже на руку, все же эта зверюга летает с невероятной скоростью и довольно сильна.

— Я ведь могу себе его оставить? Правда? — принцесса с лицом кота из одного мультфильма уставилась на меня, ожидая вердикта.

— Если обещаешь чистить лоток за этой дурой сама, то я не против, и не дай бог он сожрет мои тапки! — Я попытался придать своему голосу максимальную строгость, на которую был способен в этой ситуации, давая свое согласие.

— Спасибо, Марк! — кинулась мне на шею радостная принцесса.

— Алиса, загрузите ей модуль по питомцам. — обратился я к навигатору.

— Непременно! — судя по радостному выкрику, не только Мей была рада появлению зверушки.

Принцесса отошла в сторону обновить интерфейс и попрактиковаться в использовании своего питомца. Я же начал готовить планер к обратной телепортации и выслушивать лекции от профессора, который успел вернуться из грузового отсека и помогал Алисе с установкой модуля питомцев для принцессы.

Наконец все оборудование было отправлено на базу, а Мей под чутким руководством профессора вычислила, что же так привлекло Коко в наших ракетах. Ответ был довольно очевидным, но оттого не менее захватывающим. По какой-то причине куровиверне понравилась смесь авиационного керосина, перемешанного с магической пылью. Каждый раз, когда Мей подбрасывала очередной пакет с топливом, куровиверна, как верный песик, подпрыгивала, чтобы поймать лакомство, и, довольно урча, ластилась к своей новой хозяйке. В конечном итоге на общем мозговом штурме было решено изготовить седло для Коко. Так как скорость полета не уступала планеру, а звук хлопков крыльев во время полета не производит сильного шума, Коко оказался лучшим транспортом для скрытого приближения.

Оставшуюся часть дня мы провозились с экспериментами и в ожидании седла для полетов. Самое зрелищное событие этого вечера была бомбардировка сосульками по площади с куровиверны. За одну обойму на посохе Мей удалось покрыть площадь в пять квадратных километров. Пришедший Петр Петрович наблюдал за работой этой системы аннигиляции противника со слегка дергающимся глазом. После того как старый капитан узнал стоимость питания нового питомца принцессы, бедного человека, схватившись за сердце, оттащили в медицинский блок. Ел Коко много, дорого и со вкусом, даже у меня порой нет-нет да подергивалась жилка под глазом.

Когда седло было готово, мы с принцессой забрались на Коко и под радостный визг волшебницы, сопровождаемый мощными хлопками крыльев зверя, взмыли в небо. Коко стремительно набирал высоту и ускорялся с каждым взмахом кожистых крыльев. Вскоре мы достигли крейсерской скорости и вновь двинулись по маршруту к цели. Спустя несколько часов, когда мы были всего в паре сотен километров, принцесса, мысленно отдав команду зверю, замедлила его полет.

Потратив еще какое-то время, медленно приближаясь к нужной нам точке, все анализаторы двух станций работали на полную катушку. Приземлившись за десяток километров от точки, принцесса отозвала фамильяра, и мы прошли остаток пути пешком. Мы шли довольно тихо, стараясь не привлекать внимания, однако спустя пару километров наш путь преградила огромная пяти метровая стена из высококачественной стали.

К нашему счастью, для анализаторов эта стена не стала проблемой, и спустя пару щелчков тумблерами в наших интерфейсах появилась картинка местности с высоты птичьего полета. За стеной ездили десятки автоматонов с пулеметами и, сменяя друг друга, периодически стреляли по выходу из пещеры. Я попросил Алису приблизить картинку, и мы наконец-то увидели причину столь яростной атаки автоматонов. Кучки мелких зеленых гуманоидов, чем-то похожих на гоблинов, непрерывно выходили из пещеры и бросались в, казалось, бессмысленную атаку. Только парочка раскуроченных автоматонов говорили, что все же пару раз им таки удалось добраться до линии обороны. Мы затаились, продолжая наблюдать за схваткой. После пары десятков небольших волн из недр подземелья хлынула поистине огромная толпа монстров, и уже все автоматоны открыли огонь, отстреливая быстро опустошающиеся обоймы от своих орудий.

Спустя еще полчаса поток монстров внезапно затих, и дымящиеся стволы орудий наконец прекратили изрыгать пламя и свинец. Я перевел взгляд на экран с бледными лицами своих товарищей. Вид огнестрельного оружия в магическом мире слегка обескураживал. До сих пор по неизвестной нам причине во всех предыдущих, еще закрытых барьером мирах, огнестрельное оружие просто отказывалось работать. Тоесть сам порох загорался, даже динамит взрывался, но только вот все в сборе просто не работало. На моей памяти подобные проверки проводились в десятке миров, и в последствии все приняли это за данность и просто перестали пытаться. Зачем, если синхронизаторы и так успевали в среднем за неделю расколоть пузырь, и ограничение исчезало само собой.

— Есть какие-нибудь идеи? — прервал я тишину в лаборатории.

— Но это просто невозможно, оно просто не должно работать! — закричал процессор.

— Профессор, но Марк вселился же в свечу, и это тоже считалось невозможным, — задумчиво парировал инженер.

— Как же там, наверное, воняет мертвечиной, — смотря на груды костей и сгнившей плоти у входа в пещеру, поморщившись, сказала навигатор.

«Мы на месте, нужен Мерц», — отправил я сообщение Петру Петровичу, используя функции интерфейса, которые до этого момента все никак не выпадало шанса опробовать. Долго ждать не пришлось, и уже спустя десяток минут капитан отправил сообщение, что скоро свяжется со мной для уточнения деталей. Получив указания ждать, я подобнее устроился среди корней деревьев и прикрыл глаза, ожидая дальнейших указаний. Мей, коротая время, о чем-то трепалась с Алисой и Семеном. Наконец, спустя пару часов вынужденной передышки, окошко, сигнализирующее о входящем сигнале конференц-связи, замигало в интерфейсе.

— Старший синхронизатор Марк на связи, с кем имею честь? — активировав канал, представился я.

— Наконец-то! Как же я рад нашей встрече, гер Марк, меня зовут Карл Мерц, я доктор магических наук, — раздался нервный голос профессора с немецким акцентом.

— Это было нелегко, но мы все же смогли добраться до вас в обозначенное время. — начал я. — Как вы и просили, мы прибыли, чтобы помочь в вашем щепетильном вопросе, и хотели бы получить дополнительную информацию.

— Умоляю вас, герр Марк, спасите мою жену! — прокричал с ноткой истерики в голосе доктор.

— Именно за этим мы и пришли, но вначале вам надо успокоиться, поделитесь что с нами вашей бедой, господин доктор, позвольте нам помочь вам, — мягким голосом спросил я у доктора, читая подсказки Алисы, которые она писала маркером на листах и показывала мне в монитор.

Мы услышали протяжный всхлип, и Мерца прорвало, его долго копившееся напряжение лопнуло, как резинка на трусах сильно уверенной в своей худобе вахтерши, и поток слов было просто не остановить. Он начал рассказывать всё, что произошло за эти несколько месяцев.

В начале они получили вполне обычный приказ немедленно прибыть по координатам и начать подготовку к синхронизации. Вынырнув из варп-туннеля в нужных координатах, они, к своему удивлению, увидели тут американскую и русскую станции. Так как они уже висели на противоположных концах пузыря, их капитан принял решение припарковаться где-то между ними. Вскоре же прибыли и китайцы и заняли позицию на другой стороне планеты. Всё это очень сильно начало нервировать персонал станции. Первые несколько дней, пока все подготавливались к высадке, ничего особого не происходило. Разве что только капитан ограничил доступ к нескольким блокам станции, сославшись на ремонтные работы. Поначалу ученые и работники не придали этому особого значения и просто продолжили работу, с опаской поглядывая на станции вокруг планеты.

Наконец, когда всё было готово, и, получив добро на перемещение, выбрав место с повышенными магическими сигнатурами, команда синхронизации начала действовать. Жена Карла, Лорелея, поцеловав мужа, погрузилась в капсулу синхронизации, и профессор приступил к телу без души, не подозревая о грядущих последствиях. Тело удачно приземлилось в капсуле в назначенном месте, и, к огромному счастью, точка синхронизации была практически рядом, всего в нескольких километрах. Только вот когда вслед за телом была отправлена душа, то планета успела сделать довольно большое движение, и точка переноса довольно сильно сместилась.

— И она застряла в этом дурацком духовном камне на посохе твари из глубины пещеры! — срываясь на крик, сказал доктор. — Он день за днем обсасывает душу моей любимой жены своими вонючими губами и лобызает ее грани, высасывая накопившуюся ману! — Окончательно утратив контроль над собой и рыдая, рассказывал он.

— Вам, наверное, было нелегко, мы понимаем вашу боль, пожалуйста, доктор, продолжайте, — я хотел бы пошутить про соску, но сердитый взгляд и заготовленный плакат от Алисы не позволили мне этого сделать.

Спустя пару минут профессор наконец успокоился и продолжил. Когда они поняли, в какой ситуации оказались, то капсулу с телом тут же вернули обратно. А вот душу отозвать уже не было возможности. Несколько дней доктор оббивал пороги всех кабинетов начальников, чтобы попытаться хоть как-то спасти свою жену. Наконец из центра пришел ответ, что ввиду неожиданной сложности операция по спасению передается военным, и вся база переходит под их управление. Тут-то и открылись заблокированные до этого сектора, из которых потоком хлынули военные, беря станцию под контроль.

Точку привязки к душе жены доктора решили не сбрасывать и попытаться все же спасти синхронизатора. Все инженеры станции были брошены на создание автоматонов, способных пробиться в глубины пещеры, но в первый месяц жители глубин вполне успешно справлялись с железяками, что спускались в темные туннели. Затем пришло сообщение о том, что русским удалось заполучить первую точку. Это повергло всех в шок, и атмосфера всеобщего уныния на станции стала еще более отчетливой. Так что ученые и инженеры стали искать новые способы, вкладывая все больше и больше ресурсов в разработки и пробуя различные устройства. Так в какой-то момент удалось сделать магическую взрывчатку, смешав пластид с пылью из кристаллов магии. Дальше инженеры придумали кучу вариантов оружия, основанного на этом принципе, и постепенно совершенствуясь, им удалось собрать крупнокалиберные пулеметы для автоматонов и разработать особый искусственный интеллект для ведения боя. Так что станции оставалось просто клепать автоматонов до посинения и отсылать на поверхность планеты.

После этого признания доктора я заметил, как Петр Петрович выключил свой микрофон и начал набирать номер на коммуникаторе. По-видимому, сам доктор не до конца понял, в чем только что признался и что теперь начнется, но, видимо, политика была вне его интересов. Не то чтобы никто совсем не разрабатывал магическое оружие, но так открыто об этом никто, естественно, не заявлял. Мы тоже не были исключением, но уровень секретности станции уже был настолько высок, что Алиса лезла чуть ли не на стену после того, как ее коммуникатор лишился доступа к РосГрамму. Да и, как сказал Петр Петрович, наши партнеры уже раскусили, что мы начали сливать ложную информацию через ее аккаунт. Хотя кровушки, надо признаться, им было попорчено достаточно, судя по счастливому лицу капитана после каждой новой фотографии с ложными данными.

Далее доктор продолжил свой рассказ, довольно подробно описывая монстров и структуру подземелья, в котором застряла его жена. Оно представляло собой многокилометровый лабиринт с тысячами туннелей и каверн, под завязку забитых монстрами. Поначалу автоматонам с оружием удалось сломить сопротивление логова монстров, но с каждым днем их бой становился все более отчаянным, а число росло в геометрической прогрессии. Так продолжалось, пока монстры не вытеснили автоматонов обратно на поверхность. С тех пор установился некий паритет. Автоматоны не могут войти в пещеру, а монстрам не хватает сил, чтобы окончательно прогнать угрозу от своего жилища. Также доктор поделился закономерностями волн монстров и их разновидностями. Дополнительно Карл передал все карты пещер, что удалось изучить автоматонам, и примерное расположение комнаты с его женой. Я тут же просмотрел карту и понял, что спускаться по тоннелям придется пару дней, если не больше: это подземелье было поистине безграничным.

— Пожалуйста! Я сделаю что угодно и согласен на все условия, только спасите мою жену! — выкрикнул профессор и затих, ожидая вердикта.

— Мы, как и обещали, окажем вам помощь, но вы должны понимать, что обратного пути у вас не будет, и все, что произойдет дальше, ляжет грузом на ваши плечи, доктор, — грозно сказал Петр Петрович.

— Я понимаю, — принимая на себя весь груз последующих событий, раздался голос Карла.

Наконец сеанс связи с доктором был завершен. Команда отправилась подготавливать наше снаряжение, а Петр Петрович попросил задержаться для уточнения деталей. Я смотрел на суровое и напряженное лицо нашего капитана и понимал, что, видимо, будут некоторые корректировки.

— Ты же понял, что произошло? — спросил капитан, когда убедился, что в конференц-связи больше никого нет.

— В общих чертах, думаю, да, — вспоминая признание Карла, ответил я.

— Эти сосисочно-лягушачьи дурни перешли черту! Военные автоматы — это одно, но это же уже совсем иное, что-то за пределами! — он гневно ударил кулаком по столу. — Одно дело — ваше развлечение с гранатами и ракетами, но вот роботы с оружием и искусственным интеллектом — это уже прямое нарушение всех конвенций! — на лбу капитана вздулись вены от злости.

— И что сказал центр? — спросил я, так как было довольно очевидно, что звонок капитана был именно туда.

— Меняем миссию со спасения на захват, прости, Марк, но вы будете отвлекающим маневром, пока наши ребята будут захватывать их станцию. — поделился подробностями со мной капитан.

— Опять работать, — грустно вздохнул я.

Капитан, поделившись своими соображениями насчет изменений плана, попрощавшись, отключился. Насколько я понимаю, вместо того чтобы пробиться через ряды автоматонов и орды гоблинов, сопровождаемые взрывами магических гранат, и спасти жену доктора из заточения, нам предлагалось вступить в затяжную схватку. Мы должны были стать третьей стороной, что приведёт в смятение наших противников и даст политикам время для запуска необходимых процессов. Так как выбора у меня не оставалось, я пошел искать принцессу, чтобы обсудить с ней новые детали и выслушать ее мнение. Мей нашлась довольно быстро, она забралась на толстую ветку и наблюдала за периодическими стычками автоматонов с гоблинами.

— Пучок императорской соломы, у нас новый план, — позвал я ее.

— О, ваше канделябрное величество, закончи с важными вопросиками и наконец-то обратил внимание на скучающую девушку! — передразнивая, крикнула принцесса, хлопая ладошкой по ветке рядом с собой.

— Вся романтика потом, сначала миссия, у нас довольно серьезные изменения в плане. — Я поманил ее к себе.

— Что случилось? — спрыгнув с ветки, спросила принцесса обеспокоенным голосом.

— Скажем так, теперь ты наша артиллерия и диверсионный отряд в одном лице, — произнес я загадочным голосом.

— Ва-ха-ха, разрушения — это отлично, просто замечательно! — Блеск безумия промелькнул в ее глазах.

Кажется, этот мир сильно поменял принцессу, или она всегда была такой? Мне бы очень хотелось спросить у императора, но, увы, такой возможности пока не представилось. Я смотрел на зловеще смеющуюся Мей, вокруг которой то и дело возникали маленькие магические сферы, взрываясь разными цветами, и предстоящая миссия уже перестала казаться чем-то серьезным. Надо будет посмотреть, что там за книжки они с Алисой читают, а то, может быть, лаборатории грозит такая же опасность, стоило бы предупредить капитана на всякий случай.

Как бы то ни было, но принцесса, будучи персоной, погруженной в политические дела своей страны, довольно быстро поняла, что будет происходить, и даже поделилась некоторыми соображениями. Даже похвалила наше правительство за их находчивость и верный вариант, как разыграть карты, что отдал в наши руки доктор. Также принцесса выразила мнение, что ее отец полностью встал бы на нашу сторону, даже если бы мы не помогли с ее спасением, потому что данная технология была под строжайшим запретом со времен второй роботизированной мировой войны. В памяти сразу же возникли архивные кадры, на которых тысячи андроидов сжигают целые города. Десятки защитников выходят из автоматических цехов навстречу им, и начинается настоящая бойня искусственных интеллектов. Затем кадры сменяли фотографии земли, которая была выжжена дотла и отравлена тяжёлыми металлами на тысячелетия вперёд.

Когда все необходимые разрешения были получены, нам оставалось только наблюдать и ждать сигнала, параллельно готовя снаряжение. Ситуация вновь напоминала ящик Пандоры, и наше начальство решило предоставить Семёну доступ к чертежам магического оружия и формуле взрывчатки, которые передал Доктор.

Мы активно обсуждали возникающие идеи, коротая время. Семён же оказался настоящим оружейным маньяком, который с увлечением рассказывал о своих смертоносных идеях по созданию оружия. Его слушательницей стала принцесса, которая с восхищением смотрела на инженера, впитывая каждое его слово.

— Ревнуешь? — спросил я Алису, когда заметил небольшие всполохи огоньков между ее кудрей и косые взгляды в сторону инженера.

— Нет! — запротестовала она. — Просто кажется, что мокрая солома, говорят, воняет тухлятиной и плохо горит, — слегка расстроенным голосом задумчиво произнесла она.

Я решил не распалять демонов в ее душе еще сильнее и просто перевел разговор на отвлеченные темы. Я уже и забыл, когда мы так в последний раз болтали с моим навигатором о всякой ерунде. Почти полгода в теле предмета интерьера, а затем и монстра начинали потихоньку влиять на мое сознание и восприятие реальности. Сама же Алиса, видимо, была не сильно против такой беседы, а потому и выложила все накопившиеся за это время сплетни. А сплетен была масса. Для начала профессор Костомозгов затребовал огромный чан с карасями и форелью, чтобы выводить темных рыбьих владык. Больше всего этому резервуару оказался рад капитан, который тайком ловил в нем рыбу на свой спиннинг и выпивал бутылочку-другую с Научкиным, портя Костомозгову статистику и исследования. Старый профессор постоянно ругался на этих вредителей, но, говорят, по итогу после каждой такой перепалки троицу обнаруживали в галагрофическом отсеке с березовыми вениками и в одних полотенцах, вусмерть пьяными. Валера, что был идейным вдохновителем и придумал магодвижитель, теперь, так же как и Семен, получил повышение до старшего инженера. Он денно и нощно совершенствовал свое творение, выпуская все новые и новые версии, более мощные, чем то пердяще-свистящее нечто, что было поставлено на мою ласточку. Совместив разработки Семена и Валеры, инженерный отдел периодически по запросам создавал эксклюзивные магоциклы, и говорят, что сам Император заказал себе персональный образец. Китайцы, что остались на их станции, постепенно проникались нашей культурой и то и дело при разговорах пытались вставлять русские словечки, только вот, естественно, словечки те были далеко не литературные. Также недавно выпустили тотальный запрет на угощение сметаной и кефиром наших восточных братьев ввиду опасности биологического характера из-за тотальной непереносимости лактозы. И самое яркое, что мне запомнилось в ее рассказе, это красочное описание того, как Алиса хотела бы выдрать все патлы этой по имени Мария, которая постоянно ошивалась вокруг ее Семена, демонстрируя свои идеально накаченные бедра. Судя по всему, в мое отсутствие жизнь на станции кипела в своем обычном ритме.

Наконец настал день операции, и капитан передал мне окончательный план действий. Нам с принцессой была поставлена задача несколько дней атаковать автоматоны с гоблинами и любыми способами избегать прямого столкновения. По задумке командования это должно посеять дополнительное раздражение в командовании европейской станции, заставив его совершить больше ошибок в критический момент.

Мей вызвала Коко и, обвязавшись снарядами, отправилась на разведку. Я же раскладывал созданный Семёном магомет и готовился к бомбардировке снарядами издалека. Наконец установив шайтан-трубу на нужный угол возвышения и настроив первичные координаты, я стал ждать команды для начала стрельбы. Суть нашего плана была довольно проста: обстреливать позиции автоматонов и гоблинов из магомета с безопасного расстояния. Мей же, паря высоко в небе, будет переодически сбрасывать снаряды и корректировать огонь. Чтобы обучиться такой стрельбе, капитан выделил нам инструктора из числа присланных центром бойцов, который имел необходимые навыки. Под конец нашей тренировки на бледном лице лейтенанта отсутствовали признаки жизни, так как учить, по его словам, двух инфузорий из лабораторных пробирок, что пороха не нюхали, было той еще задачей.

Капитан отдал приказ, и я забросил первый снаряд в трубу. Снаряд достиг дна, где острый наконечник пробил капсюль, и взорвавшееся топливо создало реактивную струю, выталкивающую снаряд по направлению к цели. Металлическая болванка, начиненная взрывчаткой, с шелестящим звуком и яркой вспышкой улетела в сторону противника. Приготовив второй снаряд, я стал ждать результатов попадания от принцессы, что в этот момент кружила над полем боя.

— Вау, вот это взрыв! — раздался радостный голос принцессы. — Так как там было… А! Север двести, восток пятьдесят! — скорректировала она координаты по наставлениям сержанта.

— Выстрел! — оповестил я после того, как поправил прицел и выпустил следующий снаряд.

— Есть! Минус один! Давай туда же, беглым два! — ликуя, продолжила корректировать принцесса.

— Выстрел! — выпустив два снаряда подряд, оповестил я принцессу.

— Ву! Есть попадание! И по гоблинам, и по подбитому роботу, как же они разлетелись, ты бы видел. Ва-ха-ха! — раздался безумный смех принцессы. — Сейчас я свои сброшу, и продолжим! — нервно дыша, сообщила она.

— Алиса, кажется, все же мы свернули куда-то не туда… — поделился я мыслями с навигатором.

— Я сама просто в шоке, — следя неморгающим взглядом за вакханалией, что устраивала принцесса, согласилась она.

Так мы и продолжили нашу партизанскую бомбардировку, атакуя то автоматонов, то гоблинов. Спустя час снаряды кончились, как и наши силы. Вскоре за мной прилетела Мей, и я, сев позади нее на теплую спину урчащей куровиверны, выдохнул от облегчения. Коко, взмахнув крыльями, взмыл в небо, и спустя пару минут мы были уже на расстоянии пары десятков километров от поля боя. Мы приземлились и спрятались в заранее подготовленной ранее пещере. Пещера была экранирована сеткой из магопроволоки, чтобы скрыть наши сигнатуры и спрятать от сканеров. Оставленный мной маячок позволял лаборатории продолжать наблюдение за полем боя, пока мы прятались в пещере.

Как капитан и предполагал, как только первичный шок спал, антенны станции европейцев закрутились во все стороны, сканируя область вокруг базы автоматонов. Мы же, спрятавшись, ждали, когда антенны полностью успокоятся и бой перед пещерой вернется в обычное русло. Как только Алиса сказала, что все антенны вновь направлены на поле боя, мы выбрались из нашего укрытия и приготовились ко второму заходу. За то время, что мы прятались, автоматические фабрики собрали новых автоматонов, и те уже вступили в бой с противником.

Мей взвалила на спину Коко свежую перевязь снарядов и, оставив меня возиться с магометом, улетела на разведку. Когда все было подготовлено к новому раунду стрельбы, мы повторили все действия, вызывая еще больше хаоса и смятения. Снаряды снова довольно быстро кончились, и мы повторили маневр с пещерой. В этот раз ждать пришлось куда дольше. Антенны станции, по словам Алисы, казалось, вращались с удвоенным рвением, ища наше укрытие. Однако спустя пару часов сканирования их сканеры так и не смогли нас обнаружить. Чтобы дополнительно притупить их бдительность, мы подождали еще несколько часов и отправились на третий раунд.

Наша игра в кошки-мышки продолжалась уже пятые сутки. Я отстреливал боезапас по пристреленным координатам, как настоящий минометчик. Мей, как настоящий бомбардировщик верхом на Коко, курсировала от пещеры к позиции и сбрасывала десятки снарядов, причиняя еще больше разрушений. Антенны европейской станции крутились, как пропеллер, отчего двигатели, которые удерживали ее положение, постоянно работали, пытаясь удержать ее на месте. Семён, получив данные с анализаторов, смог изготовить маскхалаты, которые полностью скрывали нашу магическую сигнатуру, делая нас практически незаметными для сканеров. Практически, потому что мы не были абсолютными невидимками, просто сигнатура стала больше похожа на животное. Под конец шестых суток Семён показал главное блюдо нашей диверсионно-партизанской деятельности.

— Знакомьтесь, это «Искра», модифицированная антирадарная ракета. Моя гордость! Мое солнышко! Свет очей моих ясных! Лучик света в темном царстве! — торжественно сняв покрывало с металлической болванки пятиметровой высоты, благоговеющим голосом лепетал инженер.

— Мы поняли, что ты ее безумно любишь, отправляй уже! — дав Семену затрещину и оттаскивая за шкирку к пульту перемещения его тело, злилась Алиса, посылая огненные всполохи по сторонам.

Пришедший в себя инженер, с опаской смотря на сердитое лицо Алисы, рассказал принцип действия ракеты. Как он выразился, она выжжет глаза у всех вуайеристов, что пытались подсмотреть за нашими перемещениями. Натурально, конечно, никто глаза людям сжигать не собирался, но вот кинескопы у их радаров будут засвечены настолько, что потребуется время на их восстановление. Я ещё раз взглянул на ракету и был готов поклясться, что уже видел всё, что только можно было увидеть. Однако то, что я увидел Петра Петровича, нежно поглаживающего ракету, оказалось слишком сильным испытанием для моей впечатлительной натуры. Этот помешанный на оружии и рыбалке старый вояка с блаженным видом прижимался к ее оболочке и что-то нашептывал себе под нос. Я буквально заставил себя игнорировать эту картину и отвел взгляд в сторону. Нам оставалось только дождаться момента, когда Семён перебросит эту игрушку нам и капитан, превозмогая, отдаст команду на запуск.

Особо долго ждать не пришлось, и уже на следующий день операция была полностью готова. Группа захвата садилась в челнок для десанта и облачалась в новейшую броню разработки нашего гениального инженера. Даже не хочу знать, чего стоило капитану выклянчить пару десятков комплектов стоимостью в квартиру в центре нашей столицы. Мы с принцессой, получив все детали, собирали пусковую установку для нашей драгоценной Искорки. Глаза Петра Петровича были на мокром месте, но я думаю, что такой суровый мужик выдержит это расставание. Наконец, собравшись с силами, капитан отдал приказ, и операция началась. Мей запрыгнула на куровиверну и, обвешанная снарядами, полетела к полю боя. Я завел свой магоцикл и помчался к первой батарее. Когда я занял позицию у магомета и Мей была готова корректировать огонь, я опустил снаряд в дуло, и он полетел по параболической траектории, готовый нести смерть и разрушения.

Довольно быстро отстреляв первый ящик снарядов, я по широкой дуге помчался к следующей позиции. Мей скидывала свои снаряды и отчитывалась о нанесенном уроне. Она считала количество поврежденных и новых автоматонов, которые выходили из ворот базы. Когда Мей закончила считать, я уже достиг второй батареи и приготовился вновь открыть огонь. Так же быстро отстреляв весь боезапас, я помчался дальше. Цель нашего маневра заключалась в том, чтобы нанести урон и заставить все сканеры следить за моим перемещением к моменту, когда я достигну пусковой установки. И наконец, после пятой батареи мы смогли добиться успеха. Как сказала Алиса, все сканеры станции противника вперились в мой квадротрат и ни на что больше не реагировали. К этому моменту все мощности станции были направлены на сканер и фабрики, которым постоянно приходилось клепать новых автоматонов взамен уничтоженным. Получив донесение от Алисы, что план удался, капитан отдал приказ челноку с десантом готовиться к штурму.

Я также услышал, что все получилось, и, отстреляв последний ящик на очередной батарее, запрыгнул на свой транспорт, помчавшись на всех порах к пусковой установке. Дальше действовать надо было быстро и так, чтобы у них не осталось шанса разгадать нашу задумку. Они могли просто отключить сканеры и радары до того, как ракета ослепит их системы слежения, и тогда весь план потерпит оглушительное фиаско. Надеюсь, что мы достаточно разозлили европейцев, чтобы они не думали о такой глупости. Я прибавил газу, и струи пламени вылетели из выхлопных труб, придавая скорости. Наконец, я, задав вираж и навалившись боком, с юзом затормозил рядом с кнопкой старта и, ударив по ней кулаком, разбил защитное стекло, запуская двигатели Искры. Сопла ракеты моментально раскалились, и Искра с оглушающим шипением сорвалась с места, устремившись прямо в небо.

— Будь осторожен, Марк, они готовятся к какой-то подлости! — прямо перед взрывом, что-то заметив, закричала Алиса.

Ракета взорвалась в воздухе, создавая разноцветный шар невероятной яркости. Я ощутил волну жара, которая опалила землю вокруг меня, и часть воска на моей голове поплавилась от резко поднявшейся температуры, сместив угол обзора. Я не ожидал взрыва такой мощности и ненадолго застыл в оцепенении.

— Мей, ты цела? — спросил я принцессу, вспомнив, что она находилась в воздухе.

— Ю-ху-ху! Тут такая красотища, Марк! — ее радостный крик больно резанул по ушам.

Видимо, зря я беспокоился за эту пироманьячку, для которой взрывы — это искусство. Но, как всегда бывает, ничего просто так не дается, и несколько автоматонов материализовались вокруг меня, отрезая пути к отступлению.

— Твою мать! — яростно закричал я, отлетая от взрыва в камень позади себя.

Ближайший ко мне автоматон выпустил разрывную пулю прямо мне в грудь, и только предусмотрительно надетая броня спасла мое хрупкое тело. Сразу же за ним остальные автоматоны выпустили очередь из своих пулеметов, не давая отдышаться. Мне повезло, что точность выстрелов была так себе, ведь пулеметы делали, рассчитывая на кучность и отстрел толпы, а не одиночной цели. Несколько пуль отрикошетили от пластин, усиленных магией, не нанеся серьезного урона, давая время прийти в себя и, кувыркнувшись, уйти с линии огня, спрятавшись за камнем. Пока косые автоматоны планомерно разрушали мое укрытие, я пытался сообразить, что делать дальше.

Одно то, что они открыли по мне огонь, говорило о том, что я воспринимаюсь как монстр, что было недалеко от правды. Основная причина, почему эта технология оказалась под запретом, — она нарушала основные законы робототехники. Какие бы механизмы контроля ни встраивали, рано или поздно искусственный интеллект определял своих операторов как помеху. И согласно своей программе принимал наиболее рациональное решение, а именно — устранить помеху любыми доступными методами. Хотя размышления на эту тему интересны, но абсолютно бесполезны в моей ситуации.

— Мей! Снаряды остались? — срываясь на крик, спросил я принцессу.

— Ну-у-у, парочка осталась еще, а что? Хочешь сам побросать? — смутившись, переспросила она.

— Тащи свое императорское величество ко мне! Эти сволочи успели перекинуть несколько железяк к месту запуска, и моя жопа в тисках!

— Лечу, держись, — серьезным тоном коротко ответила она.

Да я был бы не против продержаться, только вот мои партнеры по танцам не так сильно горят желанием оставить меня в покое. От булыжника почти ничего не осталось, и скоро надо будет менять позицию. Я был уверен, что несколько попаданий броня выдержит, но вечной она тоже не была, и пара трещин на пластинах подтверждали эту мысль.

Я осмотрелся вокруг, единственное укрытие, которое было возможно хоть как-то назвать таковым на этой выжженной ракетой поляне, был сам лес. Вернее, та его часть, что не пылала огнем. Нужно было пробежать всего пару сотен метров, и я был бы спасен. Собравшись с силами, я напряг мышцы и сорвался с места, побежав изо всех сил в лес. Несколько пуль сразу же попали в спину и придали дополнительного ускорения. Мне показалось, что автоматоны взревели, когда бросились в погоню, стреляя на ходу. Я молил всех богов, чтобы вычислительных мощностей этих железяк не хватало на просчитывание траектории, и продолжал бежать. В какой-то момент из-за обилия пуль вокруг моего тела мне показалось, что я продираюсь сквозь плотный рой мошкары, настолько их было много. Они то и дело чиркали по моей броне, высекая искры и разрушая бронепластины. Время растянулось и казалось вечностью. На середине пути бронепластина на спине, которая короб с электроникой, не выдержала и треснула, отключая экзоскелет. Тело моментально почувствовало тяжесть брони, и я, упав, покатился кубарем вперед. До леса оставалось каких-то тридцать метров.

Десяток пуль пронзили мое тело почти одновременно, унося с собой кусочек моей плоти. Подняться в отключенном экзоскелете было просто невозможно, а пули разорвут мое тело быстрее, чем я успею освободиться от него. Остатки брони еще как-то сопротивлялись, но и ее не хватит надолго. Я уже слышал тяжелую металлическую поступь автоматонов позади себя. Стоит им дойти и начать стрелять в упор, как пластины тут же треснут, все же мы рассчитывали сопротивление под монстров и холодное оружие, а не огнестрельное. Одно то, что броня выдержала столько попаданий крупнокалиберного оружия, уже было чудом из чудес.

— Марк! — раздался крик принцессы.

Между мной и автоматонами взорвался снаряд, метко брошенный принцессой, и мое тело отбросило ближе к лесу. Бронепластины окончательно треснули, приняв часть взрыва на себя, и рассыпались на тысячи осколков, обнажая экзоскелет и мое тело. Я врезался в массивный ствол дерева, и мое тело изогнулось под невероятным углом, ломая что-то, что было, по-видимому, моими костями. Мое тело, пронзенное поршнями и намотанное на ствол, медленно сползло на землю. Боль была просто невероятная, и никому бы не посоветовал пройти через такое. Я удивился, что после таких травм оставался в сознании, но тут в голове всплыли навыки, что я получил и о которых за это время успел забыть. Думаю, мое человеческое тело просто было бы неспособно выдержать такой урон, так что с какой-то стороны я был даже немного счастлив, что это было не оно.

Я обернулся и увидел, что, несмотря на разорванные тела, автоматоны пытались подняться и продолжить преследование. Однако второй снаряд, выпущенный принцессой, попал точно в цель, положив конец их жизни. Поняв, что моей жизни на текущий момент больше ничего не угрожает, я расслабился, и мое сознание померкло.

— Его тело напоминает дуршлаг, — услышал я голос Алисы.

— Ага, смотри, тут даже рука даже пролазит вот, — ответила ей принцесса, зашуршав.

— Прекратите трогать мои дыры, дуры! — не выдержав такой наглости, крикнул я, открывая глаза.

— Очнулся-таки герой, — сказала улыбнувшаяся принцесса.

Моя голова лежала на ее коленях. Вид снизу был довольно интересным, но острая боль от выдергиваемых принцессой поршней и осколков мешала насладиться им в полную силу. Я было попытался приподняться, но мягкая рука Мей придавила мою голову, возвращая ее обратно.

— Лежи уже, пока не закончу, и терпи, в тебе литра два обезболивающего, — строго сказала она.

— Долго я тут лежу? — успокоившись, спросил я.

— Да часа три уже как. Вот заканчиваю уже, — выдернув очередной осколок и покрутив его перед глазами, сказала Мей. — Вот! Вот из него сделайте мне что-то на память! — радостно кивнув, добавила она, и осколок из ее руки исчез в свете перемещения.

— Что с группой захвата? — решив не заострять внимание на действиях принцессы, спросил я.

— Они отлично справились. Петр Петрович ждет, когда ты с ним свяжешься, — держа осколок и морщась от его запаха, сказала Алиса.

Я набрал номер капитана, и он не заставил долго ждать, сразу же подключившись к конференц-связи. Так как это был общий канал, значит, секретов особых уже не будет, что немного радовало, так как я устал от этих игр.

— Матерь божья, что с тобой?! — Выпученные от шока глаза капитана позабавили меня.

— Да так, форточку забыл закрыть и чихнул неудачно, — пошутил я.

— Вот! Алиса, лучше вот этот, тут даже кусочек его сердечка есть! — выдернув очередной осколок из груди, поменяла свое решение принцесса.

— Я тоже хочу такой! — капризничая, вмешалась навигатор.

— Тихо вы! — прикрикнул я на девушек.

— Шутишь, это хорошо, Кожедубов. Значит, жить будешь, — отойдя от шока, сказал капитан. — А чем это девочки заняты? — задал он вопрос, который я не решался задать себе.

— Рассматривают мой богатый внутренний мир, наверное, — ответил я ему, смотря на улыбающееся лицо принцессы.

— Ну раз у вас всё настолько хорошо, то тогда я точно спокоен, и, кстати, благодаря вам теперь я подполковник, — окончательно расслабившись и улыбнувшись, сказал бывший капитан.

— Поздравляю, как я понимаю, миссия оказалась слишком удачной, раз произошел такой скачок в званиях? — спросил я его.

Не то слово, не то слово, Кожедубов. Она оказалась просто ошеломительно успешной, — наливая рюмку коньяка, ответил подполковник.

По словам Петра Петровича, сразу после того как жахнула ракета и вырубила все системы наблюдения как наши, так и противника, группа захвата начала действовать. Сначала к станции полетел челнок, под завязку забитый усыпляющим газом. Заправленный топливом Семена челнок впечатался в станцию на невероятной скорости, пробив ее прочную обшивку. Из-за силы удара металл вокруг пробоины раскалился и намертво вплавил челнок в станцию. Сразу же из раскуроченного носа челнока хлынули потоки газа, которые благодаря системе вентиляции разнесло по всей станции. Тут нам помог доктор Мерц, отключив систему фильтрации, сославшись на то, что оборудование не выдерживает и требуется ускорить потоки воздуха, чтобы быстрее отводить тепло. К моменту атаки все командование станции было в ярости, и они, не думая, тут же дали свое согласие.

Дождавшись сигнала доктора, после того как газ заполонил всю станцию, группа захвата пристыковалась к первому челноку и проникла на станцию. Дальше довольно быстро с помощью кодов доступа доктора группе удалось нейтрализовать весь персонал станции. Удивлением стал, конечно, боевой сегмент, где военные смогли организовать хлипенькую оборону. Они быстро сообразили, что происходит, но сделать уже ничего не могли, а потому забаррикадировались и просто ждали нашу штурмовую группу в засаде. Петр Петрович еще раз в восхищении похвалил бронекостюм, который усовершенствовал Семен. Когда сержант зашел в казармы противника, ожидая увидеть мирно спящих солдат, то в его грудь тут же прилетела пулеметная очередь. Костюм смог выдержать почти полную обойму, выпущенную в упор, дав тем самым время штурмовикам обездвижить и скрутить противника. Хотя пара пуль все же достигли живота солдата, но это было ничто по сравнению с полной обоймой. Дальше штурмовая группа двигалась уже более осторожно и обнаружила все засады заранее. В целом, если не смотреть на некоторые огрехи и чрезмерную самоуверенность штурмовиков, которая привела к ранению, то всю станцию удалось захватить меньше чем за час без единого выстрела.

Так что сейчас профессор Мерц и парочка сильно недовольных, но верных ему людей интегрируют европейскую станцию в нашу систему. Подполковник вывел на экран изображение ученого, который копался в пучке кабелей, которые были проложены между нашими станциями. Дальше Петр Петрович рассказал о данных, что уже удалось получить, и это было просто феноменально. Европейцы не просто нарушили все конвенции о нераспространении, а построили целый завод на своей станции и клепали сотни боевых автоматонов. Согласно складским ведомостям, сейчас там хранились почти две тысячи созданных впрок роботов различной модификации. Чего, по словам подполковника, там только не было: и ракетницы, и турели, и танки, и прочее, прочее. Список можно было продолжать до бесконечности. Арсенала бы хватило на целую армию. Самое ценное, судя по описи, — это сверхсекретные капсулы синхронизаторов в количестве двадцати четырех штук с модулями дистанционного управления автоматонами. Слухи о подобных капсулах ходили уже несколько лет, но их упорно отвергали все, кто только мог, что только добавляло таинственности. Семен и остальные инженеры уже изучают документацию этих чудо-штуковин.

Что же касалось политической части вопроса, то тут улыбка подполковника говорила сама за себя. Будучи педантичными немцами, управляющий персонал станции вел записи абсолютно всего, что только казалось хоть сколько-то важным. И на серверах скопился такой архив различных разговоров и переговоров, что никто из этих европейских крыс не посмеет даже пикнуть. Им проще признать, что станция синхронизации просто трагически исчезла вместе со всем персоналом, объявив их героями, чем предъявлять претензии. Собственно, именно за это Петр Петрович и получил своего подполковника: такого подарка центр просто не мог ожидать. Так что и размер моей будущей премии теперь был такой, что хватило бы на парочку домов в Анапе. Я уже почти растворился в своей давней мечте о собственном доме на берегу моря родной планеты, пока капитан еще не закончил свой рассказ.

Как оказалось, были и плохие новости. Это было довольно очевидно, но все же хотелось, чтобы в этот раз нас пронесло. На орбите планеты теперь парили боевые корабли нашего и американского флота. Наши аналитики предполагали, что американцы, возможно, в курсе наших планов, так как эти черти всегда находили способы получить информацию, что делало их достойными противниками. Так что командование заранее отправило в соседний сектор наш боевой флот для подстраховки. И, как оказалось, не зря. Почти сразу же, как начался захват станции, из варп-туннеля показалась американская авианосная группа, сверкая новенькими ракетами и свистоперделками. Видимо, они всюду за собой таскали по парочке флотов для подстраховки и утверждения своего доминирующего положения. Почти так же неожиданно, но уже для них, из варп-туннеля, преграждая путь, вынырнул наш крейсер «Москва» в сопровождении судов поддержки. Он откинул крышки люков ракетных шахт, демонстрируя полностью готовые к бою и такие же сверкающие блеском фотонные ракеты, но действительно напугало и остановило американцев не это. Животный ужас их командования вызвал выплывший из туннеля, как черт из табакерки, позади них единственный, многократно модифицированный и переживший все войны флагман флота, авианосец «Адмирал Кузнецов». Его огромная чадящая труба, высоко возвышавшаяся над взлетной полосой, дымила так, что свет звезды был не способен пробиться сквозь этот дым. Со стороны казалось, что все туманности вселенной когда-то были созданы этой трубой. В средства дальнего обзора было видно, что в застывших от шока глазах американцев читался только один немой вопрос: «Как?» Казалось, что технологии ушли далеко вперед, а этот авианесущий титан до сих пор медленно двигался благодаря двигателям на мазуте в сопровождении целого флота из топливных танкеров. Среди старых вояк, которым удалось застать этот корабль в бою, ходила байка, что этот корабль двигается медленно не потому, что не может быстрее, а потому, что он настолько суров, что двигает саму вселенную ради своего перемещения. Авианосец медленно проплыл между кораблями американского флота и занял свое место около нашей станции. Никто не решался преградить ему путь или навести на него ствол орудия. Этот корабль вселял благоговейный трепет в сердца каждого адмирала, что изучал истории сражений. Так что, немного поморгав сигнальными огнями, два флота разошлись в разные стороны и встали на защиту своих станций, не меняя боевого построения.

— Значит, и Павел Степанович теперь с нами, — выдохнул я с облегчением.

— Да! Так что ситуация тревожная, но стабильная, — закончил свой рассказ подполковник. — Император тоже обещался прислать подкрепление, — переведя взгляд на экран с принцессой, подмигнул ей Петр Петрович.

— Пусть только сунутся к нам, бургерноголовые, наш Ляонин разнесет их жалкий флот на части, — зловеще добавила принцесса.

— Ну хорошо, что всё хорошо, — устало подытожил я. — Надеюсь, однажды мы выберемся с этой чертовой планеты и отметим ваше повышение, Петр Петрович.

— Иного пути у нас нет, всё уже настолько серьезно, что либо мы тут все сгинем, либо добьемся успеха, — серьезным голосом согласился подполковник. — Сначала надо выжить в предстоящей мясорубке, — загадочно добавил он.

Спустя три дня и пару ящиков осколков, которые зачем-то собирали принцесса с Алисой, мое тело наконец восстановилось. Подполковник с Костомозговым и Научкиным благополучно споили Мерца, взяв докторов в свой научный кружок престарелых рыбаков-алкоголиков. Лорелея же наконец смогла поговорить с кем-то, кто оказался в подобной ситуации, и начинающая сходить с ума женщина впервые рассмеялась за долгое время.

В перерывах между пьянками и поеданием мутировавших карасей ученым таки удалось запустить капсулы. Так что наша сила пополнилась двадцатью четырьмя автоматонами. Ими управляла наша доблестная штурмовая группа под командованием опытного лейтенанта Сергеева, которого все почему-то звали «Бродяга». Оказалось, что это он был нашим по стрельбе, который хотел выпороть принцессу и оборвать мне кривые руки во время тренировок. Позывные двух старших сержантов, «Шпалы» и «Рельса», тоже вызывали вопросы, но с ними было все понятно: оба родились в семье путеобходчика в глухой деревне, расположенной где-то посередине Транссибирской магистрали.

У меня же наконец появился голос благодаря европейским технологиям автоматонов. Было слегка обидно, что до этого мы сами не додумались, но прошлого уже не вернуть. Семён смог собрать передатчик, используя запчасти со склада, и закольцевал канал связи на него. Так что теперь, если мне хотелось поговорить, надо было подумать о включении динамика, и я мог общаться.

И теперь мы готовились закончить нашу миссию по спасению жены доктора. Европейцы так и не решились использовать эти капсулы для управления автоматонами из-за того, что у них просто не было понимания, что произошло. У нас же данных было просто дофигища и небольшой вагон. Сотни экспериментов наших безумных ученых на мне и Мей постоянно пополняли базу различными данными. Так что, когда штурмовой группе предложили такую командировку, они довольно быстро поддались на уговоры профессора, который клятвенно обещал, что все будет в порядке. Да и какой взрослый мужчина в здравом уме откажется побегать в теле робота, паля во все, что движется, из пулеметов? Первым на себе опробовал капсулу лейтенант. Поначалу возврат не сработал, но, подкорректировав магические цепи и внеся поправки на магополе планеты, все получилось. От вида бесконечных кассет с данными и рулонов матричных принтеров, которые печатали информацию, у ученых закатывались глаза и случался приступ эйфории. Кажется, на нашей станции собрались либо самые фанатичные люди, либо самые отбитые. Я пока не мог до конца определиться, но чем дальше, тем таких становилось больше. Так что наша штурмовая группа уже целые сутки бегала в телах роботов по лесу и привыкала к управлению.

— Товарищ лейтенант, вы готовы? — уточнил я у командира, как продвигается слаживание его отряда, когда он перестал орать на них.

— Еще пять минут, пожалуйста, — не поворачиваясь ко мне, попросил он. — Ну куда ты прешь, Бутусов! Зачем жопой виляешь, как портовая шлюха-то! Сержанту так понравиться хочешь или что? Плавнее давай! Или ты тупее искусственного интеллекта на лапах? А ты чего согнулся пополам, Попов? Твой предок радио изобрел, а ты тут сракой светишь, позоришь фамилию!

— Командир, у роботов нет сраки! — обиженно выкрикнул Попов.

— Сборище дебилов, — ударив себя по лицу в бессилии справиться с толпой бездарей, пробормотал лейтенант. — Марк, мы готовы выдвигаться, — сказал он, выдохнув и взяв себя в руки.

Лейтенант скомандовал походное построение, и штурмовой отряд выстроился в боевой порядок. Эти автоматонвы производили куда более грозное впечатление, чем те, что управлялись искусственным интеллектом. Их тела были увешаны перевязями с обоймами и гранатами, каждый дополнительно нес по несколько коробов боезапаса. Полевой ремонтный модуль отдали медикам. Семён смог модифицировать парочку гранатометов и дополнительно собрать усиленные штурмовые щиты. Как выразился Пётр Петрович на демонстрации новых разработок, с таким вооружением можно штурмом взять парочку городов и не заметить сопротивления. Мне же начинало казаться, что из исследовательской лаборатории мы превращаемся в какой-то секретный отдел перспективных разработок для армии. Впрочем, пока мне давали покататься и полетать на супермашинах от лучших конструкторов нашей необъятной, меня всё устраивало.

Бряцая сверкающими цацками, колонна военных маршировала к пещере. Мей, как школьница, размахивая флажком, бегала среди штурмовиков, то и дело забираясь кому-то на плечо и о чём-то разговаривая. Судя по весёлой атмосфере, царящей в конференц-связи, штурмовикам нравилось такое внимание. Я же понимал, что эта хитрожопая шпионка просто вытягивает информацию о капсулах для своего папочки. В целом, я думаю, что наши уже поделились чертежами с китайцами, так как их авианосная группа зависла сильно выше плоскости эклиптики системы, в которой мы находились, и спокойно себе наблюдала за обстановкой. Как я понял, все уже давно наплевали на любые нормы с приличиями и просто старались достичь своих целей, не развязав случайной войны. Подтверждением тому служила ещё одна европейская станция, которая пристыковалась к американской. Также систему наводнили десятки автоматических станций, глушилок и радаров. Сотни зондов летали в системе, собирая любую доступную информацию.

Пётр Петрович сказал, что европейцы согласились закрыть глаза, если мы вернём им всех захваченных сотрудников и не будем публиковать то, что нашли на станции. Сила общественного мнения была всё ещё страшной силой в Европе, а мутные делишки на межгосударственном уровне всегда любили тишину. Я был согласен с центром в плане, что лучше замять всю ситуацию и радоваться полученным технологиям, чем вскрывать все карты и развязывать международный конфликт. Тем более что главное противостояние с американцами было впереди, и ещё больше усложнять ситуацию не хотелось никому. Кто его знает, что там творят американцы, которые не подают никаких признаков жизни, и какие технологии уже успели создать, используя собранные данные, имея активированную точку синхронизации.

Я считал, что их поведение крайне странное, и наш аналитический отдел соглашался с этим. Если у них была точка, то они уже получили данные о планете, достаточные для калибровки систем и отправки нормального синхронизатора, если старый погиб или пребывал в таком же состоянии, что и мы. Но они упорно висели в своем секторе и не двигались уже несколько месяцев. В гуманность и желание спасти синхронизатора у американцев никто не верил, и, видимо, причина была в чем-то другом, и это только предстояло выяснить.

Наконец мы дошли до пятиметрового забора, который отделял поле боя перед пещерой от остального мира. Мей спрыгнула с плеча Шпалы и, вызвав Коко, отправилась на разведку. Куровиверна быстро набрала безопасную высоту, став точкой в небе, и на наших дисплеях появился вид поляны перед пещерой. За эти дни гоблины успели добить всех автоматонов, которые остались без управления, и начали возводить свое поселение. Тысячи лачуг покрывали всю площадь перед входом в пещеру. Тела автоматонов, сваленные в кучи тут и там, напоминали своеобразные памятники подвигам гоблинов. Я больше чем уверен, что эта битва войдет в легенды их племени как великое сражение за свободу.

Командир штурмовиков поднял ладонь, останавливая отряд. Штурмовики быстро рассредоточились по округе, занимая оборону. Лейтенант недолго посовещался с сержантами и, запросив у Алисы снимки лагеря гоблинов, составил план штурма. В целом план заключался в том, чтобы ворваться и устроить массовый геноцид. Мей снова обвязали снарядами и отправили в воздух ждать сигнала. Меня лейтенант определил в помощь к минометчикам подносить ящики со снарядами и оставаться в резерве.

Два десятка штурмовиков, клацая затворами, приготовились идти на штурм. Лейтенант отдал приказ, и прикрепленная на заборе взрывчатка взорвалась, открывая проход. Сразу же после этого в центре поселения прозвучали звуки взрывов снарядов, сбрасываемых принцессой. Наши минометчики с безумной скоростью закидывали снаряды из ящиков в минометы, ведя беглый огонь по противнику. С каждым выстрелом взрывы оставляли большие проплешины и сеяли панику в гоблинском поселении. Ворвавшиеся за ограду штурмовики наступали широким фронтом, не давая уцелевшим гоблинам и шанса.

— Ужас, — прошептала Алиса.

— Да, это уже совсем не похоже на веселое приключение, — согласился я с ней.

Спустя пару часов односторонней бойни город гоблинов был стерт с лица планеты. Хоть боевые автоматоны и казались грозным оружием, люди в их телах выглядели как настоящие всадники смерти. Остатки выживших гоблинов отступили к пещере в ожидании штурма. Восстановив базу автоматонов, отряд пополнил припасы и выдвинулся на дальнейший штурм пещеры.

Разделив штурмовиков на группы, лейтенант отправил их на разведку боем. Спустя пару часов случились первые потери. Биться с гоблинами в узких пещерах оказалось куда сложнее, чем в открытом поле. Монстры использовали засады и ловушки, заставая штурмовиков врасплох. Вскоре, как штурмовики привыкли к их тактике, дело пошло быстрее. Штурмовики просто швыряли гранаты впереди себя и зачищали выживших. Если гранату бросить не было возможности, то в бой шли щитовики, которые своими массивными щитами перекрывали половину туннеля и принимали все атаки на свою укрепленную броню.

Так, зачищая комнату за комнатой, штурмовики продвигались вглубь пещер. Когда дорога до босса этой качалки была расчищена, мы с лейтенантом и еще одним солдатом выдвинулись к ожидавшим нас штурмовикам. Пройдя несколько километров по темным туннелям, усеянным трупами гоблинов, перед нами открылся вид на центральную пещеру всего лабиринта.

В центре огромной пещеры стоял массивный трон, где невероятно высокий, уродливый и тучный гоблин махал своим посохом, призывая всё новых и новых монстров. Когда свет посоха угасал, он брал кристалл, который висел на его шее, и, посасывая его, осматривал свое войско. Мы какое-то время наблюдали за этим действием с недоумением. Хотя Лорелея и рассказывала, что тут происходит, но я все же ожидал, что тут тысячи рабынь, которые бесконечно рожают потомство, как в одной довольно популярной манге древности.

— Ну что, как планировали? — спросил я у лейтенанта.

— Да, мы начинаем, потом вы, — подтвердил он и отдал команду бойцам занять позиции.

Получив сигнал, штурмовики выстроились в построение и открыли огонь, привлекая внимание гоблинов. Мы же с принцессой, двигаясь по краю пещеры, следя за огромным зеленым кристаллососом, что-то громко орали беспорядочно махал своим посохом. Так как внимание монстра было полностью сосредоточено на штурмовиках, нам удалось зайти ему за спину и неожиданно атаковать. Я вытащил свой меч и, выкрутив регулировку экзоскелета на максимум, присел, готовясь к прыжку. Принцесса, отстреливая картриджи, готовила сосульку для мощной атаки. Наконец, когда гоблин вознес неистово светящийся посох к небу, призывая новую партию монстров, я разогнул колени, высвобождая кинетический заряд поршней экзоскелета, и выстрелил собой в его сторону. Почти перед самым ударом гоблин неожиданно повернулся в мою сторону, и его лицо исказилось в гримасе ужаса. Времени на реакцию у него уже не оставалось, и мой меч вонзился в его горло. К моему удивлению, клинок отсек голову, не встречая сопротивления. Недоумевая, я по инерции пролетел дальше, а в его грудь вонзилась сосулька Мей, окончательно разрывая толстое тело на части. Остановившись, я обернулся и с пустым взглядом уставился на тело монстра, который должен был быть боссом.

[Вы одолели владыку тьмы и получаете очко божественности]

[Условия не выполнены, трансформация невозможна]

Система перехватывала сообщения из магополя и выводила их в интерфейс. Я уже успел забыть о существовании этой характеристики. Следующее сообщение о возможной трансформации будоражило мои фитили души. Когда эволюция закончилась, я уже думал, что достиг пика и дальнейшее развитие невозможно, но, по-видимому, дальнейший путь лежал в плоскости божественности, и были какие-то скрытые условия. Мир начал играть новыми красками, и надежда вновь получить человеческое тело замаячила с прежней силой.

— О, я теперь что, богиня? — восхищенно спросила принцесса.

— Ты тоже получила очко? — спросил я.

— Да, но тут еще какие-то условия, которые не выполнены, у тебя так же? — спросила она с надеждой.

— Увы, но да, — грустно ответил я.

Это событие надо будет обдумать позже, а пока я подошел к голове гоблина и достал из его рта Лорелею.

— С спасением, госпожа Лора, — сказал я кристаллу.

— Хнык… Хнык… — раздавалось по радиосвязи, так что я решил просто выключить канал и предоставить все Алисе, которая точно сможет найти общий язык с женой доктора.

Я сунул кристалл в подсумок на поясе и, махнув Мей, чтобы она следовала за мной, пошел в сторону боя нашего штурмового отряда. Я был слегка расстроен, что монстр оказался столь слабым. Хотя, если подумать логически, то ничего подобного. Я просто не мог представить, сколько жизней стоило бы убийство этого царька подземелья жителям этой планеты. Даже наши штурмовики, закованные в титаново-магические корпуса, вооруженные пулеметами и гранатами, и то терпели поражения раз за разом, попадая в засады. Так что, по-видимому, в данном контексте сила распределялась на все подземелье. К моменту, когда мы дошли до поля боя, последний гоблин был раздавлен ногой автоматона.

— Показали им кузькину мать? — спросил я у штурмовиков, которые собирались вокруг ремонтных модулей медиков, латая повреждения.

— А то! Черти проклятые, мою Любоньку покалечили, сволочи ушастые! — в сердцах выругался солдат, чей автоматон сидел с оторванной ногой.

— А нечего было носиться и в футбол ими играть! — пожурил его другой солдат.

— Да ты сам не лучше, вон у тебя вся срака покусана, чего выпячивал ее весь бой! — вернул тому покалеченный.

— Да сколько можно-то, ну нету срак у роботов! — разозлился солдат в атоматоне без задней крышки пониже пояса.

Я оставил ругающихся солдат и пошел искать лейтенанта. Он стоял рядом с сержантами, которые отдавали приказы, выстраивая оцепление. Хотя бой и был закончен, но кто его знает, что могло случиться дальше.

— Точка синхронизации, судя по координатам, находится прямо под троном, — сказал я ему.

— Отличные новости. Шпала, возьми пару бойцов и дуйте с Марком на точку, — отдал он приказ сержанту, после чего раскрыл короб на своей спине, и я достал оттуда кристал синхронизации.

Забрав оборудование и сопровождаемый бойцами, я вернулся к трону гоблина. Штурмовики оттащили трон в сторону, и я, поставив синхронизатор на точку, нажал на кнопку. Как и в первый раз, кристал, углубившись наполовину, тут же активировал маяк, и на станцию потоком полились данные.

— Профессор, как дела? — спросил я Научкина, который метался по лаборатории, тыкая в разные индикаторы.

— Отлично! Просто невероятно! — отвлекаясь от индикаторов на ленты данных, кричал профессор. — Потребление энергии снижается, мы лучше фокусируем энергию и меньше теряем на преодоление пузыря! А с тремя станциями мы такое можем сделать, такое! — продолжал кричать профессор, которого обмотало лентами данных, выползших из матричных принтеров.

— Поздравляю, Марк! — раздался голос Петра Петровича. — Тут один крайне возбужденный немец хочет что-то тебе сказать, — смеясь, продолжил он.

Следующие пару месяцев наша станция осваивала новый сверхстратегический объект «Шахты гоблинов». Пока штурмовики носились по туннелям и зачищали их от остатков армии гоблинов, автоматоны-ветераны прокладывали рельсы и добывали магические камни с рудой. Когда один из штурмовых отрядов случайно наткнулся на каверну с ресурсами, от их обилия и предполагаемой стоимости у верховного начальства случился натуральный инсульт банковского счета и острая недостаточность новых вилл с яхтами. В срочном порядке были вскрыты давно законсервированные склады и вычищены под чистую. И подгоняемые присланной из центра надзирательницей инженеры с выпученными глазами и мешками под ними, в которых мог поместиться целый уральский хребет, денно и нощно чинили старую технику.

Мы же с принцессой в компании милого автоматона Лорелеи, которую теперь все звали просто Лора, исследовали окрестности. Доктору Мерцу с помощью Семена удалось собрать автоматона, который бы двигался благодаря магическим сигналам кристалла его жены. И в тот момент, когда кристалл был интегрирован в робота, с неожиданностью для всех они слились воедино, став новой формой жизни. Все, конечно, удивились, но, обновив систему Лорелеи, всё встало на свои места.

Имя: Лорелея.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Мифический.

Вид: Гомункул.

Класс: Воин.

Тип: Механоэлектрический гномий голем.

Характеристики: Телосложение 5. Сила 5. Ловкость 6. Мудрость 4.

Уровень: 12.

Опыт: 0/100 %.

Навыки: Магия земли,?»№*»№, Чувство маны, Манипуляция формой, Самосбор, Духовное тело. Рукопашный бой. Железное тело.

Я вновь посмотрел на слегка возросший статус жены доктора и удивился способности магосферы интерпретировать, казалось бы, невозможные параметры. После того как все успокоились, наш научный круг станции пришел в неистовый приступ воодушевления. Всем уже порядком надоели привычные рутинные исследования, а тут случилось что-то из ряда вон. В частности, всем было интересно, почему штурмовики не превратились в нечто похожее, ведь они также ментально находились на планете. Проведя серию исследований, ученые пришли к выводу, что, по-видимому, для такой трансформации нужен камень душ, в котором застряла Лорелея, и полностью душа, а не ее часть, что отправлялась капсулами штурмовиков. Выяснив эти нюансы, наш несменный антрополог Научкин, закрывшись в своей каюте, за две бессонные ночи и три бутылки водки запоем написал во всех аспектах выдающуюся, по его словам, диссертацию. После чего, схватив за шкирку уже закадычного друга и по совместительству собутыльника Костомозгова, отправился в академию наук блистать и получать завистливые взгляды.

Также, по словам Петра Петровича, политическая напряженность слегка утихла, и корабли на орбите уже не сверкали своим оружием, угрожая устроить аннигиляцию системы. Вроде как даже наш адмирал Павел Степанович вместе с китайским коллегой летал на флагман к американцам с дружественным визитом.

В целом жизнь кипела и налаживалась. После тяжелых сражений вся команда отдыхала в рабочей рутине и готовилась к новым подвигам. И которые, по-видимому, я услышу сейчас, так как сигнал входящего звонка от Петра Петровича горел ярче остальных.

— Марк, — начал он, — тут такое дело. Не буду тянуть и скажу прямо: нам нужна точка американцев.

— Кгхм, я-то не против, вы знаете, но как? Если у европейцев тут чуть ли не армия была, то наши уважаемые партнеры там уже наверняка крепость выстроили целую. — Я правда не предполагал, как можно добиться успеха с противником, который обладал количеством ресурсов, что и не снилось нам в самых радужных снах. В отличие от нашей страны, которая предлагала сотрудничество, наши партнеры просто превращали открытые планеты в свои колонии. Китайцы поступали вообще непонятно для всех, но кто мы такие, чтобы судить десятки миллионов переселенцев, которые с удовольствием переселялись в новые миры.

— Не волнуйся раньше времени. Пока нам надо только разведать обстановку, чтобы понять, что там происходит. — Успокоил меня подполковник.

— Ну, если только разведать, — почесывая затылок, пробубнил я. — Хотя какой смысл, выбора-то все равно у меня нет, верно?

— Я был бы рад вместо этого предложить тебе выпить и порыбачить на Эрегеи, но сам понимаешь, — развел руками старый вояка.

— Эх, Эрегея, когда-нибудь я вернусь туда, — мечтательно смотря в небо, сказал я. — Когда начинаем? — собравшись с мыслями, спросил я.

— Как обычно, вчера. — улыбнулся Петр Петрович. — И немку тоже возьми, все же такой ресурс простаивать не может, — почесав затылок, добавил он.

Я пошел искать свой небольшой отряд, чтобы обрадовать новой миссией от командования. Принцессу долго искать не пришлось. Коко, который разожрался на трупах гоблинов, которых ему скармливали штурмовики, валялся перед входом в пещеру, самозабвенно охраняя вход в свой холодильник. Принцесса же всегда была там, где и ее любимая, урчащая от почесывания куровиверна. Вот с Лорой пришлось все же побегать, будучи женой доктора и плохим инженером, она торчала то в телепортационной станции, то в автоматических мастерских по починке автоматонов, ломая модули по неосторожности в порывах сделать лучше. Лоре нравилась техника и безумные идеи Семена, которые жена доктора каждый раз встречала с большой порцией восхищения и энтузиазма. Алиса забавно дулась и метала небольшие огненные шарики в его сторону каждый раз, когда он слишком долго болтал с Лорой. А болтал он с ней практически постоянно, напрочь порой забывая про моего навигатора. Так что после каждого такого прилета Семену приходилось выдумывать что-то интересное Алисе, и после, получив дозу нежности и милоты, круг замыкался, чтобы на следующий день начаться заново. Я мог бы вызвать ее по внутренней связи, но мне хотелось пройтись и осмотреть наш шахтерский городок, в котором мы прожили последние дни, напоследок.

— И так, нас новая миссия, девочки, — сказал я двум вопросительным взглядам.

— Нужно что-то взорвать?

— Я могу что-то разобрать?

— Не надо ничего взрывать или разбирать! — остановил я два мятежных духа, пока они не натворили дел. — У нас разведка американской базы.

— Давай найдем жену для Коко, он так грустит!

— Мы правда полетим?! На планере?! А можно мне по управлять?! Я обещаю, что ничего не сломаю, правда, правда!

— Так я, наверное, полечу один, вы слишком ненадежные… — разворачиваясь к ним спиной, сказал я.

Я думал о своей команде, где одна грезила о ферме куровиверн, вторая же была просто техноманьячкой, и с каждой секундой сомневался в успехе нашей новой миссии.

— НУ ПОЖАЛУЙСТА, МАРК! — две девушки, кричащие в унисон, повисли на моих руках и не давали уйти.

— Как же я скучаю по временам, когда мы были только вдвоем, — сказал я по персональному каналу Алисе.

— Я тоже, — согласилась она, косясь на Семена, который что-то мастерил на графическом верстаке автофабрик.

Связавшись со спецотделом по обслуживанию техники, я запросил выслать планер по моим координатам. Да, теперь у нас был целый отдел, и Семену больше не приходилось собирать, чинить и обслуживать всё в одиночку. Наш творец мог всецело сосредоточиться над новыми творениями и достижениями. Тем более что почти все его разработки тут же серкетились, и дальнейшая их судьба была не известна широкому кругу лиц.

Лора, поныв пару часов, все же получила мое разрешение сесть за штурвал планера. Мей же, отделав Коко, заявила, что полетит на нем. Я еще раз осмотрел куровиверну, что уже почти сравнялась ростом с драконом, и дал добро. Закончив последние приготовления, я решил попрощаться с командой штурмовиков, но, к моему удивлению, они не спеша грузились в собственный транспортник. Огромная черная машина с дверями для десантирования с воздуха блестела в утренних лучах угрожая своей брутальностью.

— Бродяга, — обратился я к лейтенанту, с которым успел уже крепко подружиться, — а вы что, с нами? — не веря своим глазам, спросил я.

— Хотелось бы, но мы не столь быстрые. — расстроено ответил он.

— А я всё думал, как вас будут перемещать после того, как обратный телепорт не сработал на ваших мехах.

— Да, обидно вышло… Зато теперь у нас есть свой настоящий транспортник! Не всё тебе козырять своими игрушками, Марк, — взбодрившись, ответил лейтенант.

— Да уж, ну тогда догоняйте, — похлопав железяку по локтевому суставу, я развернулся и пошел к планеру.

— Ждите, мы придем с востока на рассвете, — рассмеялся лейтенант и отключился.

— Хах, смешно! Будем ждать. — хлопнув по плечу автоматона-лейтенанта, сказал я.

Наконец задраив кабину и приняв горизонтальное положение в кресле штурмана, я отдал команду на старт, и Лора, плавно разогнав планер, подняла его в небо. Всеобщая любимица, куровиверна Коко, увидев своего старого знакомого, игриво урча и мощно взмахивая крыльями, полетела следом. Как только планер встал на курс, набрав высоту, Коко прикрыла его сверху, позволив нам лететь в тени ее гигантских крыльев.

В этот раз мы были подготовлены куда лучше. Десятки новых модифицированных ракет воздух-воздух сверкали всеми цветами радуги от выгравированных на них зачарований. Сами зачарования были довольно простыми, но в руках нашего инженера стали необычайно смертоносными. Скрестив магические технологии этого мира и наши разработки, Семен сотворил невозможное. Сам планер, дополнительно укрепленный полностью магметалическими вставками для уменьшения веса и увеличения прочности. Топливные баки с карманными измерениями внутри и автоматической подачей из них топлива позволяли планеру летать чуть ли не вечно. Хотя «вечно» — это было громко сказано, рано или поздно кристаллические топливные стержни в энергоустановке все же закончатся.

Инженеры постоянно проводили эксперименты с кристаллизированной маной этого мира, полученной из шахт гоблинов. Один из таких экспериментов, когда инженерный отдел сжал очищенную пыль кристаллов под давлением в десятки гигапаскалей, увенчался успехом, и мы получили абсолютно новое состояние кристаллов, что позволило создать манабатарейку невиданной мощности. Собственно, эта батарейка и стала одним из катализаторов начала добычи, не дожидаясь, когда лопнет пузырь и шахтерские компании смогут начать открытую разработку недр планеты.

Как сказал подполковник, исходя из наших трат на миссию, нам дешевле нанять штат операторов и тратить энергию на добычу руды, чем истощать и так скудные запасы маны с других планет. Видите ли, слишком прожорливые до ресурсов и маны изобретения Семена. Одна магограната обходится как вилла в Сочи, а прошлый полет планера обошелся государству как годовой бюджет единой энергетической компании «Газпром». Когда наша команда узнала эти цифры, то все остаточное недовольство по поводу задержек для обустройства шахты сразу же улетучилось.

Так что все такие заряженные и довольно сильно технически обновленные, мы неслись к своей цели с невероятной скоростью и чувством ответственности за вверенное нам имущество. Лора, привыкнув к управлению, сказала, что теперь планер зовут Чижик, и это ее питомец. На вопрос, почему Чижик, она ответила, что однажды видела маленькую птичку на экскурсии, когда они с мужем еще студентами путешествовали по миру. Она бережно протирала время от времени бархатной салфеточкой приборную панель и напевала старую песенку про водку и фонтан. Всю дорогу Лора и Мей соревновались в скоростях и маневренности своих питомцев, покоряя все новые безумные пределы скорости и пилотирования. Таким образом, уже спустя сутки Чижик, преодолев безумное расстояние, с невероятно уставшей, но довольной от гонки Коко достиг четвертой точки синхронизации.

Мы приземлились в паре сотен километров от нужной нам точки и преодолели остаток пути на новеньких серийных магоциклах «Ижтехмаша». Они отличались большим комфортом передвижения и улучшенным расходом топлива. Все же, когда Семён собирал первый прототип, никакой речи о эффективности, эргономике и прочим важным мелочам для коммерческого продукта совсем не шло, нам больше была важна надежность и само наличие техники.

— Это что за чертовщина? — Выпучив глаза от шока, сказал я.

Мы только вышли из леса на скалистый мыс, который возвышался над бескрайним плато. И то, что развернулось перед нами, повергало в шок своими масштабами. По всему плато шло поистине эпическое сражение двух миров: магического и технологического.

— Какие классные мехи! А эти фабрики и турели вы видите! Они что, сражаются против эльфов с гномами? — не веря своим глазам, также спросила технонаркоманка Лора.

— Ух, какие взрывы! Какие огромные взрывы! — согласилась с ней пироманьячка Мей.

Ворота автоматических фабрик выплевывали из себя орды механических солдат и техники. Что-то на подобии небольших танкеток с турелями вместо башни врывались в ряды бронированной пехоты, давя противника гусеницами и пробивая щиты пулеметными очередями крупного калибра. Сотни автоматонов, сопровождая боевых мехов, шли в штыковую атаку, стреляя и рубя без остановки. Мины, падая с небес, оставляли глубокие воронки, изменяя ландшафт до неузнаваемости, хороня защитников долины пачками. Небольшие дроны-камикадзе целыми роями пикировали с неба, атакуя механические машины противников. Ракетные залпы реактивных систем, шелестя, неслись через все плато, сея смерть и разрушения, пробивая быстро возводимые магами земли укрепления.

С противоположной стороны плато тысячи эльфов, гномов и прочих нелюдей шли в безнадежную атаку, прикрываемые магическими щитами заклинателей. Тысячи горящих снарядов катапульт падали с небес, уничтожая танкетки и круша ракетные установки. Всадники на вивернах ловко пикировали, перехватывая в воздухе начиненные взрывчаткой дроны, и отправляли их обратно своим захватчикам. Гагинские механотанки, изрыгая пар и пламя, медленно продвигались, отстреливаясь магией из десятков бойниц. Бронированная пехота, не жалея себя, вгрызалась в металлические тела автоматонов, разрывая машины на десятки частей. Маги бесконечно создавали укрепления и прикрывали щитами от ракетных обстрелов пехоту. К сожалению, укрепления иногда не выдерживали, и земля, служившая укреплениями, становилась могилой доблестных защитников долины.

Я смотрел на невероятных размеров базу американцев, которая клепала всевозможных боевых мехов военного назначения с небывалой скоростью, и по моей спине бежал холодок. Это не какие-то жалкие игрушки, что создавались европейцами. Тут клепалась вся мощь американской армии, причем в невероятных масштабах. Глядя на все это богатство, я начинал понимать, как именно наши партнеры решили захватить планету. Все было довольно очевидно: решение наштамповать армию и отправить ее в карательный поход, наводя демократию всем несогласным, вполне вписывалось в их мышление.

Только вот местные аборигены оказались не столь беспомощными и смогли дать достойный отпор, на протяжении многих месяцев сдерживая экспансию захватчиков. Было даже страшно представить, чего это стоило местным жителям. Я видел бесконечный лагерь из палаток, что уходил за горизонт на еще не завоеванной американцами части долины. Тысячи повозок, что стекались к нему со всех сторон.

— Это что за, вашу мать? — ошарашенный голос Петра Петровича раздался в конференц-связи, и лицо, полное растерянности, появилось рядом с остальными.

— Это настоящая война, — сказал я, стараясь запечатлеть в душе это эпичное побоище.

— И так, что нам делать, Петр Петрович?

— Центр пока молчит, — задумчиво произнес подполковник, постукивая по столешнице.

— Но там настоящая война же?! Неужели это нормально?

— Формально там воюет не искусственный интеллект, а операторы, которые просто управляют дронами, — устало произнес он. — Всё официально, на претензию американцы показали, что всё честно и нет никакого искусственного интеллекта, лишь несколько сотен капсул по типу тех, что мы нашли у европейцев. Они там натурально просто постоянно увеличивают штат операторов. Они даже станцию достраивают как конструктор на орбите, постоянно расширяя ее размеры. Вон смотри, — он щелкнул, и на моем экране появилось слайд-шоу с тем, как американская станция постепенно увеличивается в размерах.

— А как же соглашение? — с надеждой спросил я, вспоминая о соглашении о невмешательстве.

— Да плевать они на него хотели, по нашей информации капсулы завозят даже на их корабли. Что, как саранча, заполонили пространство вокруг их станции.

— И напасть не можем, война начнется. — пробормотал я очевидное.

— Да хоть тут и Павел Степанович на своем флагмане. Выжить-то мы выживем, но вот от звездной системы мало что останется. Так что этот план отвергли.

Было приятно слышать, что планета чинуш из центра беспокоит больше, чем моя героическая тушка.

— В общем, ладно, — стукнул он кулаком по столу. — Даю добро на операцию, думаю, немного потрепать им нервишки будет в самый раз. Но только если они первые атакуют, понял?! — Он вопросительно посмотрел в монитор.

— Так точно, цель на заднице красной краской рисовать или звездно-полосатой?

— В звездно-полосатый они стрелять не будут, шутник. — Сказал подполковник и отключился.

За последний десяток дней наблюдений за сражениями нам удалось придумать поистине гениальный, по словам Алисы, во всех аспектах план. Я же считал его дебильным, но остальная часть команды была со мной не согласна. Перелопатив тонну исторической литературы этого мира, которую мы кропотливо добывали в портальном городе, Алиса выяснила всё, что было можно, о расах, их суевериях и прочем социально-бытовом укладе разных рас. Профессор Научкин, как выдающийся антрополог, после прочтения доклада Алисой даже похвалил ее работу и отправил в Академию наук под видом докторской диссертации. К слову, научное сообщество согласилось, что это выдающееся достижение, и присвоило ей звание кандидата наук. С тех пор рыжая вставляла свой новый титул в каждый удобный момент своего монолога.

Суть плана была довольно проста: прикинуться посланниками богов и направить нелюдей в более продуктивное противостояние, снабдив некоторыми технологиями. На такую мысль ее навели два факта. Первый — это наша характеристика божественности, что намекало о реальном существовании какого-то концепта мифических существ, раз магосфера представляла его в таком конкретном виде. И второе — это дремучая суеверность местного населения, которая была присуща подобным мирам и заставляла верить местных во всё, что хоть как-то можно было назвать божьим промыслом.

— Итак, Петр Петрович дал добро, что нам делать, Алиса?! — три монстра смотрели на бедную рыжую девушку через экраны в лаборатории в ожидании указаний, а та ехидно улыбалась и потирала ладошки.

— Мхе-хе-хе! Создадим легенду о богах и их посланниках. Сначала вам нужно вмешаться в бой и привлечь к себе внимание местных. Если нам повезет и вас заметят, то дальше будем действовать по ситуации, — она гаденько смеялась своим мыслям, давая инструкции, и явно в ее дырявой голове всплывали какие-то непристойные картинки богопочитания.

Дослушав Алису до конца, мы трое переглянулись и залезли на Коко, собираясь пронестись по полю боя, перекрывая обзор системам наведения. Мей продемонстрировала создание довольно прочного магического барьера, который, по ее словам, должен был бы выдержать прямое попадание из корабельной пушки, и, посчитав использованные картриджи в ее посохе, я был склонен верить в ее слова.

Коко, окруженная барьером, спрыгнула с обрыва и на достаточно большой высоте полетела к середине долины, где было наибольшее количество взрывов. Коко летела чуть выше всадников на вивернах, так, чтобы ее было хорошо видно с земли, но не настолько, чтобы принять за что-то отличное от них.

Наконец, когда мы зависли над серединой поля боя, одна из ракет, создав огромный огненный шар, взорвалась, врезавшись в наш магический щит.

— Кажется, сегодня кого-то уволят, хе-хе-хе, — гаденько посмеялась Алиса.

Я был искренне поражен такой ее стороне, но, видимо, девушке требовалось выпустить весь накопившийся стресс. Да и две ее уже ставшие закадычными подружки смеялись с ней в унисон, создавая какофонию мерзкого смеха.

— Ну что, настало твое время, шарахни по их базе чем-нибудь по мощнее, — отдал я команду пироманьячке-принцессе, у которой, судя по глазам и лобызаниям посоха, уже случилось магическое недержание.

— О великие силы мира, о огненная преисподняя, о великая мать природа… — начала читать заклинание принцессы, всё больше и больше вливая маны в магический круг, который разрастался под нами. — … Взываю к силам вашим, духи огня, камня и жизни… — продолжала она, — … Да ниспошлите кару на врагов моих, на обидчиков моих, да примите жертву мою во имя света, священного огня, божественной кары… — это заклинание всё не заканчивалось.

Я не мог понять, почему я так громко слышу ее заклинание, но, покрутив головой, я увидел Лору, которая сидит, обнимая колонку, с довольным видом кивая в такт заклинанию принцессы и делая пасы руками в особо эпические моменты.

— Взры-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ыв!!! — громко и протяжно закричала Мей, так что от ее голоса закладывало уши.

Что происходило на поверхности, мы видели исключительно только благодаря камерам, которые оставили на скале, так как Коко, увидев, что сделала ее хозяйка, вдарила по крыльям и молнией устремилась вверх. Огромный огненный шар диаметром с километр поднимался в небо. Отброшенные взрывной волной мехи и атоматоны с оплавленной обшивкой валялись в многочисленных трещинах, которые открылись из-за землетрясения, вызванного взрывом. Начисто выжженная земля на десяток километров вокруг места взрыва говорила о мощности заклинания. Тяжелое дыхание Петра Петровича, которое было слышно в тишине конференцсвязи, создавало дополнительное напряжение.

— Вы? Как? Ну нет же?! Нет, не может такого быть! — наконец прорвало подполковника. — Нас же под трибунал всех отдадут, вы что творите-то! — уже окончательно приходя в себя, кричал он.

— Я же говорила, искусство — это взрывы, — ответила ему довольная собой принцесса, теряя сознание от перенапряжения и магического истощения.

— Чтобы никому, никто, никогда, ясно?! Срочно стереть все записи, что есть! — крича, начал отдавать приказы подполковник.

Алиса, услышав столь напряженный голос Петра Петровича, направила дрожащую руку в сторону сервера, и спустя секунду железный ящик взорвался разноцветным огнем, навсегда стирая любые доказательства нашего участия в этом мероприятии. Бледная троица ученых, хватаясь за сердце, тяжело дышала и нервно сглатывала, сидя на диванчике. Однако, как только сервер был взорван, в руках у Научкина появилась бутылка коньяка, которая была тут же открыта и разлита в три стакана, стоящих перед ними на кофейном столике. Семён задумчиво смотрел на новые, усовершенствованные картриджи для посоха Мей и нервно сглатывал слюну.

К счастью, взрыв, который создала принцесса, не задел основные силы лагеря нелюдей, прогремев лишь в стане их врага. Хотя передовым отрядам и досталось по полной, но я успокаивал себя тем, что их шансы на выживание и так были не столь велики. Так что теперь сотни тысяч лиц смотрели на спускающуюся с небес куровиверну исполинских размеров с благоговением и трепетом. Пока Коко медленно спускалась, нам удалось привести принцессу в порядок, распылив магическую пыль перетертых кристаллов и насытив ее тело маной.

Следуя указаниям Алисы, Коко приземлилась перед самым большим шатром лагеря. Спустившись с нее, мы откинули свои плащи, обнажая наши лица перед благоговеющими солдатами. Давно не видевшая дневного света и прячущаяся под маской свеча вместо моей головы вспыхнула пламенем, озаряя все вокруг теплым мягким успокаивающим светом. Мей сняла свою шляпу и расстегнула плащ, показывая свое соломенное тело, в которое были вплетены десятки ветвей с распустившимися на них розовыми цветами. Лора же просто выпустила струи пара, продувая свои воздуховоды.

— О достопочтимые посланники небес, — начал, по-видимому, кто-то похожий на жреца, — не может ли так быть, что та невероятная по мощи своей магия — это ваших рук дело?! — задал он вопрос.

— Ты правильно понял, смертный, и это лишь малая толика нашей силы. — На конце фразы я заметил, что у спрашивающего были длинные уши, и, по-видимому, он был эльфом. Обращаться с такой фразой к тому, кто, судя по морщинам, прожил пару тысяч лет, было довольно забавно, потому я прилагал все силы, чтобы не заржать от глупости своей речи.

— Неужели боги услышали наши мольбы?! — задал он.

— Ты верно мыслишь, жрец, мы были посланы к вам, чтобы направить вас в этом сражении за ваше существование. — Вливая пафоса, продолжал я читать текст, который писала Алиса.

— Слава богам, мы спасены, — заплакав, жрец упал на колени и принялся безостановочно молиться.

— Кто тут главный?! — задал я вопрос.

— Я, господин! — Молодой эльф, облаченный в золотой доспех, вышел вперед, окруженный свитой из свирепых воинов, и тут же упал на колени.

— Представься, смертный! — Повышая голос и добавляя спецэффекты грома в динамики, сказал я.

— Лантинель, Двадцать четвертый Император священной империи Эквилис. Господин, если мне будет позволено спросить, но чьих богов вы посланники? — По-видимому, лица, облеченные властью, все же имели какие-то мозги, и сразу падать и молиться, как жрец, император не собирался.

— Что ж, это достойный правителя вопрос, смертный. Внемли же мне! Перед тобой посланник бога солнца Эльнура, что освещает ваши поля, богини жизни Альмиты, что наполняет их жизнью, и бога механизмов Сартрата, что делает инструменты для сбора урожая! — Представился я императору.

По словам Алисы, это были боги, сильно почитаемые у зверолюдей, эльфов и гномов. А такая форма приветствия была записана в легенде, которую она прочитала. Согласно истории сотворения мира, боги часто слали своих посланников в дни тяжелых испытаний, чтобы помочь своим народам преодолеть все трудности и найти спасение. Именно на этих нотках и хотела сыграть Алиса, внушив, что мы и есть те самые посланники. Были ли это правдой или просто красивой легендой, записанной в книгах, естественно, узнать не дано, но дремучесть местных жителей вполне считала это нормой.

— О достопочтенные посланники богов, простите меня за мою грубость, но я должен убедиться в правдивости ваших слов, — дрожа всем телом, сказал император. — Не сочтите за грубость, но не могли бы вы дотронуться до священных реликвий, оставленных нам предками? — Окончательно побледнев, закончил он.

— Да как ты посмел! Жалкая вошь, ходящая под лучами моего хозяина, пьющая живую воду из слез моей хозяйки и использующая металл из сердца друга моего хозяина! — Закричал я, воздевая руки и сильнее разжигая пламя на голове. — Что еще за проверки?! И кого нас, божественных посланников?! Или тебе недостаточно демонстрации нашей силы?! Может нам стоит продемонстрировать ее еще раз, только уже тут?! — Мысленно выкрутив ручку спецэффектов до упора, взревел я.

Посох Мей засветился всеми цветами радуги, и огромный огненный шар начал разрастаться над головами собравшихся. Мы не были к какой-то там проверке реликвиями, и вообще, откуда у них какие-то реликвии проверки богов, мы не знали. Расчет был на то, что они, увидев силу, струхнут и сразу подчинятся, но и тут развели бюрократию какую-то.

— Простите, о величайший и сильнейший из посланников, но таковы традиции наших предков, мы не можем иначе. Пожалуйста, смените гнев на милость! — Падая в мои ноги, лепетал старый жрец, оторвавшись от своей молитвы.

— Неси свои реликвии, жрец, и пошевеливайся! — Сменяя гнев на милость и давая сигнал Мей, чтобы прекратила собирать огненный шар, сказал я.

Мне показалось, что мы слегка переборщили, если судить по бледному как мел императору, который от испуга пускал пену изо рта, валясь в отключке вместе со своей свитой. Священник подскочил и пулей бросился в шатер за реликвиями. Судя по звукам из шатра, реликвии были явно не на виду и зарыты где-то под густым слоем каких-то металлических ведер или чего-то похожего на них. Наконец, довольно бледный жрец вышел, неся с торжественным видом на подушке те самые реликвии. Когда он подошел ближе и положил ее перед нами, я смог подробнее рассмотреть, что это за реликвии.

Первая была похожа на кристалл огненного цвета, в котором бесконечно плясали огоньки. Вторая была сплетенным из живых цветов венком. Бутоны распускались и вновь закрывались, создавая ощущение, что венок как будто дышит. Третьей же реликвией была, по-видимому, какая-то конструкция из десятков шестеренок, которые, крутясь на своих осях, создавали эффект бьющегося сердца. Также там были и другие реликвии, но привлекали внимание на подушке именно эти три. Они как будто манили, упрашивая взять их в свои руки. По-видимому, это была еще одна проверка, те ли реликвии мы выберем.

— Прошу вас, выберите свои реликвии, — немного дрожа от благоговения, сказал жрец.

— И что мне брать?! — спросила Лора по внутренней связи.

— Ага, и мне что?! Вроде вон тот венок манит меня как будто. — добавила принцесса.

— Так, девочки! Мей, тебе венок, а тебе, Лора, вон ту механическую штуку, похожую на сердце! — Сориентировал я их.

Мы подошли к подушке и по очереди взяли реликвии, что я им указал. Когда я взял свою, то в моей голове всплыло сообщение.

[Условия выполнены, хотите применить предмет и провести трансформацию?]

Да, мысленно ответил я в растерянности, и мое тело охватило светом. Мир вокруг стал абсолютно белым и казалось, что вовсе исчез. Затем бесконечно слепящий свет начал затухать, и мир раскрашивался в привычные цвета.

— Марк! Твое тело! — Кричала Алиса, прыгая по лаборатории.

— Что, мое тело? — не понимая, спросил я ее.

— Твое тело вернулось! — вытирая капельки слез с глаз, продолжала кричать навигатор.

Мысленно вызвав пару команд, у меня в интерфейсе открылось окно, показывающее меня сбоку. Черные волосы и карие глаза. Волевой подбородок и розовая кожа. Руки и ноги обычного человека, все выглядело так, как я привык видеть по утрам в зеркале. Только вот тело как будто светилось, излучая слабый свет, обладая ореолом.

— Офигеть, я теперь фонарик, что ли? — скривил я в гарусной усмешке лицо.

Я перевел взгляд на офигевшее лицо принцессы, которая стояла с надетым на голову венком и так же разглядывала свою кожу, вокруг которой вились лозы с распускающимися на них цветами. Зеленые глаза на смазливом личике хлопали с невероятной частотой. Локоны ее золотистых волос струились, падая на плечи. Чуть сбоку от нее с раскрытой грудью стояла Лора, которая, по-видимому, решила положить сердце в отсек на своей груди. Линии ее корпуса стали в разы плавнее и привлекательнее, цвет с коричнево-сероватого корпуса сменился на такой же розовокожий, как и у нас. Каштановые волосы и фиалковые глаза смотрели куда-то в пространство, ища что-то за пределами видимого мира.

— Э-э-э-э… Этого ли ты хотел, смертный?! — с непривычки забыв, как разговаривать ртом, запнулся я.

— О да, господин, вы истинные посланники богов, великодушно просим простить этих смертных за недостаточность их веры, — сказал жрец, падая на колени, и все вокруг сделали то же самое.

Девушки, наконец придя в себя и осознав, что стоят полностью голые на глазах у многотысячной толпы, инстинктивно начали прикрываться руками. Алиса, вовремя спохватившись, тут же отдала команду, чтобы со станции отправили парочку комплектов одежды. Я же стоял, широко расставив ноги, и ощущал дуновение ветра всем своим телом, наслаждаясь моментом. Спустя минуту у нас одежда была переслана, и мы быстренько оделись, пока вся толпа продолжала молиться.

— Встань, дитя, и проводи нас в опочивальню для отдыха! — приказал я жрецу властным голосом, внутренне скривившись от этого натужного пафоса.

— О, конечно, конечно, мой господин, ваши костюмы… — начав было лепетать, жрец запнулся, увидев нас уже одетых в довольно простую одежду горожан.

— Веди, — сказал я, выводя жреца из ступора, в котором он мог потеряться навечно.

Жрец поклонился и, развернувшись, повел нас за собой в центральный шатер, принадлежавший ранее императору. Когда мы вошли внутрь, в отделение для отдыха, я отослал жреца, сказав ему прийти через пару часов, когда мы наберемся сил и будем готовы продолжать. Устало плюхнувшись на мягкие диваны, я запрокинул голову к небесам и молча пару минут смотрел в потолок шатра, пытаясь собрать мысли воедино. Произошла очередная эволюция, и, судя по привлекательным формам моих спутниц, весьма успешная. Вновь открыв наши характеристики, чтобы прояснить случившееся, моя челюсть самопроизвольно отвисла. Даже зашифрованный кусочек открылся, преподнеся сюрприз.

Имя: Марк.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Божественный.

Вид: Полубог.

Класс: Воин.

Тип: Полубог огня и света.

Божественность: 0/100 %.

Навыки: Магия огня и света. Вторженец. Чувство маны. Божественная регенерация. Духовное тело. Путь воина.

Имя: Мей.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Божественный.

Вид: Полубог.

Класс: Маг.

Тип: Полубог жизни и разрушения.

Божественность: 0/100 %.

Навыки: Магия жизни и разрушения. Стихийная магия. Вторженец. Чувство маны. Божественная регенерация, Духовное тело. Путь Мага.

Имя: Лорелея.

Раса: Гуманоид.

Редкость: Божественный.

Вид: Полубог.

Класс: Живой механизм.

Тип: Полубог механизмов.

Божественность: 0/100 %.

Навыки: Неразрушимое тело. Вторженец. Самосбор. Духовное тело. Путь механизма.

— По-видимому, энергия божественности вступила в резонанс с артефактами, что и послужило катализатором эволюции в полубогов, — бормотал я себе под нос, смотря на девушек, которые удивленно осматривали свои тела и щипали друг друга. — Лора, а ты как эволюционировала? У тебя же был не максимальный уровень, и вроде божественности в интерфейсе не было?

— А? А да, сразу после того как вы преобразились, мой интерфейс заполнили сотни строчек о получении энергии божественности, и как только я положила механическое сердце себе в грудь, то в следующее мгновение стояла уже в коже и голая посреди толпы. — смущаясь, закончила она.

— Профессор, я надеюсь, эта пятилитровая банка не по мою душу? — насторожено спросил я у Научкина, который всячески привлекал мое внимание, крича и прыгая по лаборатории.

— Марк, голубчик мой, как вы могли подумать такое? Это для девушек, ваше вот! — и на этих словах профессор с довольным видом поставил на стол десятилитровый бидон.

— Нет, профессор, я вам что, фабрика по производству крови? У меня такое чувство, что будь я на станции, вы бы уже вскрыли меня и разобрали на атомы, если бы могли! — возмутился я его наглости.

— Ну что вы такое говорите! Конечно же нет— возмутился он. — Хотя если бы была возможность… — уже шепотом еле слышно забормотал он.

— Нет, всё потом, сейчас надо понять, что мы, где мы и куда мы, и вообще, что там с американцами?

— А что там с ними? — не понимая, о чем речь, переспросил профессор.

— Бум, бах, бадабум, мы им полбазы снесли взрывом, забыли? — язвя, поинтересовался я у растерянного ученого. Кажется, после моих слов до него начало доходить, и реальность снова постучала в его двери.

— Петр Петрович? — обратился он в коммуникатор. — Да, да, нет, спрятались, ну конечно, больше так не будем! Да постойте! Ну подождите! Да что вы на меня кричите-то! Какой трибунал! Какая гауптвахта! Так я сейчас подойду к вам, и мы всё решим! — сбрасывая звонок, закончил профессор. — Сидите тихо и не высовывайтесь до особых распоряжений, война пока задерживается.

Профессор вышел из лаборатории, оставляя нас одних.

— Алиса?! Что будем делать, каков наш план?!

— Ну для начала вам нужны греческие тоги и венки, вы же боги как-никак. Потом просто играйте роли, пока мы что-то не придумаем. Главное, больше пафоса и демонстрации силы с недовольством, будьте вредными богами. Требуйте там еду, рабынь, ну всё, что богам полагается, ты же умный, придумаешь что-нибудь, а у нас пока есть другие дела, Семён! — закончила она, зовя инженера.

Богами-то быть круто, только план был несколько другой, и такой вакханалии никто не ожидал. Судя по лицам своих спутниц, те тоже были в небольшой растерянности. Как обычно, первоначальный план накрылся медным тазом, и придется действовать как придется, по крайней мере пока мы не узнаем, что там с американцами.

Пощипав друг друга и оценив новые ощущения от вновь приобретенных тел, мы втроем решили обсудить, как будем себя вести дальше. Не то чтобы мне не приходилось играть роль барона или аристократа в своих миссиях, но вот роль божества не доводилось совсем. Вскоре Мей, которая терпеливо слушала наши с Лорой жалкие предположения о том, как стоило бы себя вести, взорвалась негодованием и предложила свои варианты. Быстро сдавшись и перестав возражать под таким напором императорской особы, мы жадно впитывали ее советы.

— И великие и могущественные посланники, позволите жалкому смертному побеспокоить вас? — раздался приглушаемый ширмой голос жреца.

— Через час дозволяю! — Властным тоном ответил я ему, выигрывая нам время на приготовления.

Спустя час всё повторилось вновь, и, получив мое согласие, ширма немного подернулась. Из-под нее, ползя на четвереньках, показался жрец. Следом за ним так же на четвереньках выполз император со своей свитой, и сразу после них, по-видимому, те, кто был генералами, судя по десяткам медалей на кителях. Миры разные, а вот медали у генералов всегда одинаковые, и чем их больше, тем пухлее генерал. Я еле себя сдерживал, смотря на то, как эти пузанчики практически перекатываются, приближаясь к нам, в отличие от худых жреца и императора.

— О великие, — начал священник, которой таки дополз до ковра, на котором стояли диваны, — спасите наши души.

— Подними голову и докладывай! — так же властно продолжил я.

— О гхм, — запнулся он при виде девушек, которые в греческих платьях с довольно глубокими вырезами сидели по бокам от меня и прижимали к себе мои руки. — О великие, спасите нашу страну и ваших верноподданных, — на конце фразы жреца Алиса показала мне скривившееся лицо императора. Значит, Лантинель двадцать какой-то там император был не очень-то рад происходящему, а на публике-то играл удивление и благоговение.

— Именно за этим мы и были посланы, вам нечего бояться, помощь уже пришла! Мы спасем ваши души во имя солнца, что освещает наш путь! — закончил я, делая акцент на последней фразе, что это мы спасем их. Лицо императора скривилось еще больше, став похожим на лимон.

— О господин, простите мою грубость, но мы так и не знаем ваших имен, не могли бы вы представиться, чтобы мы могли записать имена наших спасителей в истории? — спросил жрец.

— Что ж, смертный, ты прав, мы не представились. Посему внемли, ибо я скажу это всего один раз. Я Марк, посланник бога солнца Эльнура! — наваливая пафоса в каждом слове, начал я. — Слева от меня Мей, жрица богини жизни Альмиры, справа же Лора, высший механизм, созданный самим Сартратом! — кажется, на словах «высший механизм» у парочки гномов пошла пена изо рта, и те отключились в блаженной улыбке.

Я чувствовал, как Мей щипала меня за руку, чтобы я не заржал, представляясь. Алиса же хохотала во всю глотку, отвешивая колкости и откровенно высмеивая мою божественность. Семен и Лора же, наверное, как обычно, отключились от мира и просто обсуждали очередную шизоидную поделку инженера, потому что ни один мускул на ее лице не дрогнул, когда я представлял ее.

— И так, давайте приступим к делу, рассказывайте, что у вас тут происходит и как вы докатились до жизни такой, что ваши мольбы заставили наших властелинов сжалиться над вами! — повелительным тоном, смотря на делегацию, сказал я.

— О ваше владычество, это случилось много лун назад… — начал жрец.

— Алиса, записывай, — отдал я команду навигатору.

— Тебя забыла спросить, — достав откуда-то ведро попкорна, съязвила она.

По словам жреца, все началось немного позже момента, когда станция американцев зависла над их сектором. Странные происшествия стали происходить на нижних этажах замка императора. Сначала орден инквизиторов, который занимался защитой святынь, думал, что это проделки злых духов, так как различные странности возникали в основном вокруг источника маны в подвалах замка. Странности были совсем незаметны на первый взгляд: то пропадала книга, то дверь оказывалась сорвана с петель, то пол был вымазан грязью и следами, которые обрывались посреди коридора.

Спустя пару месяцев после первых инцидентов вредительская деятельность усилилась. В подвалах и катакомбах замка стали появляться существа, похожие на живые доспехи с металлическими куклами внутри. Они зачем-то ковыряли стены и нападали на всех, кого встречали на своем пути. Магия света и изгнания злых духов была бессильна на этих существах, сколько бы не пытались жрецы и какие бы заклинания светлой магии не применяли, все было напрасно. Со временем нападения случались все чаще. Останавливала существ только магия земли и острые клинки паладинов. Жрецы пытались заполучить труп существа, но каждый раз, когда им почти удавалось, он исчезал в лучах света, оставляя жрецов с пустыми руками.

На этом моменте я в уме начал считать, во сколько же обошелся американцам такой перформанс и сколько энергии они сожгли на обратной телепортации без точки синхронизации. Выходила просто какая-то астрономическая сумма. При каждой телепортации моего снаряжения на базу профессор невольно хватался за сердце и цокал.

Когда атаки стали случаться несколько раз за день, паладины и жрецы забили тревогу, объявив замок зоной карантина и стянув все свои силы, оцепили местность. Как оказалось, это было верным решением, ибо уже через пару дней десятки живых доспехов, вооруженные клинками, хлынули из подвалов замка, вступая в кровопролитное сражение с защитниками.

В первый день сражений удавалось отбивать атаки и переводить дух. На второй день сражения утихали всего пару раз за день, и количество раненых стремительно росло. На третий день сражение продолжалось без остановки, и дворцовая гвардия с паладинами дрогнули, отступив за замковый ров.

На какое-то время нападения прекратились. Это дало время императору и жрецам собрать отряд для штурма замка. Сотни верховных жрецов и архимагов под защитой гвардии императора собрались, чтобы отбить замок. Пробившись сквозь первую линию обороны и взяв штурмом верхние этажи, отряду удалось заблокировать неприятеля в подвалах. Вялотекущие сражения в бесконечных лабиринтах и катакомбах замка продолжались несколько месяцев.

Защитники пытались пробиться к источнику маны в недрах подземелья, чтобы окончательно уничтожить армию владыки демонов, которые посмели ворваться в замок.

— А почему вы уверены, что это была армия владыки демонов? — спросил я, перебивая жреца.

— Только истинный владыка демонов способен действовать такими гнусными и подлыми методами! — сжав кулаки до белых костяшек, гневно выплюнул жрец.

— Воистину! — согласился я с ним. Я не стал уточнять, в какой момент злые духи превратились в армию тьмы, чтобы не показаться странным.

Таким образом удавалось поддерживать хлипкий паритет, пока пару месяцев назад живых доспехов не стало в десятки раз больше. Вторым ударом стали новые виды живых доспехов, что обладали магией огня и железа. Эту магию не могли сдержать даже самые прочные зачарованные гвардейские доспехи. Так что, когда гвардейцы впервые встретили такого, то спустя всего минуты десятки отважных героев пали, защищая проход на верхние уровни.

После этого инцидента в каждую команду защитников включили по магу барьеров, и казалось, что паритет снова начал восстанавливаться. Но с каждым днем доспехов становилось все больше и больше, а защитники постепенно гибли, ценой своей жизни защищая город и императора. И наконец армии демонов удалось прорвать оборону, и их бесконечные орды потоком хлынули во внутренние залы замка, убивая всё на своем пути.

Остаткам паладинов, гвардии и жрецов удалось покинуть замок и вывести императора с семьей и частью прислуги. Когда стало понятно, что город не спасти, император, скрипя сердцем, отдал приказ на всеобщую эвакуацию и мобилизацию армии. Три дня тысячи воинов сдерживали бесконечные орды демонов, заполняя своими телами замковый ров и окрашивая реку в кровавый цвет. Маги и жрецы старались всеми силами помочь бесстрашным воинам, но гибли так же часто, как и они. Жрец еще долго расписывал ужасы той мясорубки, что творилась на мосту, но слушать это всё было крайне тяжело.

Наконец закончив рассказ об этой кровавой бойне, жрец и все остальные приложили кулак к сердцу. Мы последовали примеру, отдавая дань уважения героям, что доблестно сражались, не жалея себя. Спустя пару минут молчания Алиса подсказала, что, видимо, они ждут от нас какой-то реакции, и начала диктовать, что делать.

— Их души навеки займут почетные места в воинстве господина Эльнура, — я сделал пару пасов рукой по совету Алисы, как бы подчеркивая важность их великого подвига. Девочки же сложили руки в молитве и со слезами на глазах повторили то же самое, только с именами своих богов.

Заметив наши действия, лица присутствующих смягчились, и такие же горючие слезы потекли по лицам суровых мужчин. По словам Алисы, скорее всего, дети этих высокопоставленных чиновников, как высшей аристократии, служили как раз в гвардии.

После того как армия покинула стены города, продвижение демонов закончилось, и на какое-то время наступило затишье. В эти дни император и остатки жрецов собирали армию и паладинов со всех окрестных поселений. И когда численность армии достигла миллиона штыков, армия освобождения была уже готова к штурму столицы. С неба начали падать металлические болванки, нанося ужасный урон, взрываясь среди боевых порядков пехоты. После этого еще дважды собранная армия подвергалась подобным нападениям, и штурм каждый раз откладывался. Наконец, собрав всех жителей империи, император объявил начало священной войны за освобождение. Скрипя сердцем, лагерь был отодвинут в даль от города, и собранная армия смогла приступить к затяжному штурму, который продолжался уже неделю.

— И когда мы уже отчаялись приблизиться к стенам нашей священной столицы, появились вы, о великие посланники, и смогли одним заклинанием выиграть сражение за стены, — преклонившись, закончил жрец.

Я перевел взгляд на изображение со сканера, которое вывела Алиса. На ней был наполовину уничтоженный взрывом город, и никаких стен там уже не было.

— Что же, жрец, я всё понял, а теперь поди прочь! Нам нужно время для ритуала! — пафосно закончив на последнем слове, сказал я повелительным тоном и закрыл глаза. Девушки же по команде прильнули к моим рукам, и наша троица окуталась сиянием, которое я активировал.

Поняв, что часы божественного приёма закончились, жрец, император и чиновники пятясь задом покинули шатёр.

— Ох, ваше божественное величество, как властно-то, я аж задрожала вся от покорности, — подкалывала тем временем по внутренней связи принцесса.

— Да, Марк, ты такой прям… ух, грозный, — хихикала Лора и еще сильнее прижималась, несмотря на то, что в конференц-связи слышался скрип немецких зубных коронок.

— Ну вас, дурёхи, одни глупости на уме, — отмахнулся я от них.

Ситуация приобретала еще более масштабный оборот. Судя по реакции местного монарха, ему очень не нравится, что неожиданно появилась власть выше его. Впрочем, меня это не особо заботило, так как я не собирался тут засиживаться, но ему знать об этом было не нужно. Алиса подробно втолковала в мою голову причины такой реакции и стоит ли опасаться ее.

Осталось выяснить, что там с американцами, и уже после этого о чем-то думать. Кивнув своим мыслям, я набрал номер подполковника. Послушав мелодию удержания с полчаса, Петр Петрович все же поднял трубку.

— Ох, кожедубом, но и гомерой же ты устроил нам, — устало пробасил Петр Петрович. — Я так обратно капитаном стану, если не рядовым…

— Это все ваши с центром игры в интернационал, Петр Петрович! Я тут ни при чем, кто же знал, что у принцессы крышу сорвет от магического перенасыщения и она во всю мощь жахнет по американцам, — возразил я ему.

— Так-то оно так, только вот работы теперь, — грустно щелкнув пальцами по кипе бумаг на столе, сказал он. — Ладно, чего хотел?

— Кстати, как там наши партнеры? — задал я интересующий меня вопрос.

— Да что им будет, еще больше кораблей нагнали и нотами протеста завалили все гальюны дипломатов. Доказательств нету, хоть тут вы сработали четко, — закончил он ввод в экскурс последних дипломатических течений.

— Так это, что дальше-то делаем тогда? На штурм или играем в богов? Какие будут приказы?

— Каких еще богов? — не понимая, о чем речь, спросил подполковник.

— Да тут так вышло, в общем, мы теперь местные боги, и у нас тут миллионная армия появилась, — обрадовал я его.

— ЧТО!? КАК? Почему не доложили- взорвался он моментом. — Это же меняет дело! Давай подробней и с начала!

Я решил не терять своего времени на пересказ и просто попросил Алису скинуть ему запись нашего разговора с жрецом. Затем, как подполковник ознакомился с этим опусом, на его лице блуждала довольно зловещая улыбка.

— Знаешь, кожедубов, — начал он, шипя и покраснев от злости, — тут неожиданно на складе оказалось на пару ящиков манабатареек и меньше, и несколько контейнеров магсплавов тоже посчитали лишние, их там нет, понимаешь? Ошиблись там чего-то, бывает так иногда по запарке, придется без премии всех оставить? Боль у меня такая вот тут с бумагами, некогда мне за вами следить, — он пристально посмотрел в монитор.

— Какая досадная ошибка вышла, — улыбнулся я ему, — ну тогда до связи, Петр Петрович!

— До связи, Марк, — закончил он безэмоционально.

Узнав, что на складе что-то неверно посчитали, в моей голове созрел коварный план перевооружения целой армии. Пока я прикидывал возможные варианты, на транспортной платформе грузового отсека странным образом появились контейнеры с металлом и батарейками.

Я встал с дивана и, позвав девушек с собой, направился к выходу из шатра. Когда мое тело показалось из-за полога, то стражники, стоявшие у входа, попадали на задницы и замолились, криком перебивая друг друга, выражая почтение нашим величественным фигурам. Поняв, что просто так это закончится не скоро, я поднял одного из них за шкирку и, хорошенько втолковав, что мне от него нужно, отправил за правящей верхушкой.

Верхушка появилась практически мгновенно, как будто только и ждала нашего выхода. Быстрее всех, как черт из табакерки, появился, конечно, жрец. Мне показалось, что он решил поселиться на коврике у полога нашего шатра, потому что скорость появления была феноменальной для старика. Осмотрев усталого мага, я успокоил его прыткость жестом и решил дождаться остальных нужных мне членов правления империи, которых за это время успел вычленить наш центр аналитики, в реальном времени анализирующий всю информацию со сканеров.

— Расчистите площадь, ибо у нас есть дары для вас от наших хозяев! — приказал я присутствующим.

Солдаты, подгоняемые чиновниками и самим императором, который с еще более грустным лицом отвешивал пинки зазевавшимся, быстро очистили довольно большой пяточек. Я встал на его центр и картинно воздев руки в небеса, запел какую-то тарабарщину, чтобы показаться более мистическим. И как только я выкрикнул последнее слово, вокруг меня начали появляться случайно учтенные несуществующие контейнеры со склада станции.

— Внемлите же мне, смертные! Боги решили вам даровать защиту и оружие! Глава кузнецов и магов, подойдите! — осмотрев толпу, пробасил я величественным тоном.

Невысокий пожилой гном в военном кителе с кожаным фартуком поверх него и довольно стройная эльфийка-волшебница вышли из толпы и подошли ко мне.

— Вот то, что поможет вам в вашей битве, — протянул я слиток металла и батарейку подошедшим.

Эльфийка робко взяла батарейку, и сделав пару пасов, ее раскосые глаза вылезли на лоб, став раза в четыре больше. Она тут же вскинула посох и, создав огромный огненный шар диаметром в сотню метров, пустила его в небо. Дальше безумная женщина, окончательно утратив контроль, начала колдовать заклинания, словно пулемет, и каждое из них было мощнее предыдущего.

— И как у этой ушастой батарейка еще не кончилась? — возмущалась Мей по связи.

— Уметь надо маной управлять, а не кувалдой вбивать ее в концентрированные огненные шары, что они как бомба взрываются! — напомнил я ей ее прегрешения.

— Но взрывы же это круто! — возразила мне уязвленная принцесса.

Когда половина территории была охвачена непроницаемым многослойным барьером, эльфийка рухнула на траву, тяжело дыша и с выражением безумного счастья на лице. Она кричала что-то о том, что смогла перейти на следующий уровень, но мне это было не особо интересно.

Следующим стал ошарашенный гном, которому я вручил слиток в руки. Тот взял слиток в руки и, окружив его магическим светом, принялся изучать его состав. Спустя минут пять изучения у гнома задергался глаз и пошла пена изо рта. Как только это увидели другие гном-кузнецы, они, наплевав на приличия, бросились к своему предводителю и, выхватывая металл из его рук, принялись его так же изучать. Наконец, когда все заинтересованные поняли, что у них в руках, и посмотрели на горы слитков в контейнерах вокруг них, то вся кузнечная братия упала в обморок.

— Мы никогда не видели столь чистой магической стали, господин! Пожалуйста, позвольте нам выковать доспехи для наших воинов! Нет, мы умоляем вас позволить нам сделать это! — в приступе безумия кричал гном.

— Дозволяю! — ответил я ему, так как текущая по моим ногам слюна безумного гнома внушала ужас перед такой наркоманией по куску железа не самой последней стадии очистки.

Толпа гномов и магов, как рой саранчи, накинулись на наши ресурсы, растаскивая всё по своим норам или складам. В общем, учитывая разнообразие рас среди кузнецов и магов, могло быть всякое. Пока правящая верхушка с ошарашенным видом наблюдала за форсированным перевооружением армии, я решил получить кое-какие дивиденды. Быстро отыскав жреца в толпе чинуш, я затребовал, чтобы он предоставил все книги по истории и магии, которые есть, ибо наш господин хоть и щедр, но и подношений желает не меньше. Моментально побледневшее лицо жреца от осознания собственной неуважительности было лучшим доказательством того, что подношение будет даже более чем приемлемым.

— Счастлива? — спросил я у Алисы, которая и была тем, кто капал на мозги с подношением.

— Теперь да, — довольная, как кошка, искупавшаяся в валериане, ответила навигатор.

Следующие несколько дней пронеслись как в тумане, и американцы, и армия освобождения зализывали раны после нашего пришествия. Так что боевые действия, прекратившиеся на какое-то время, давали так необходимую всем передышку. Гномы, накачавшиеся энергетиков с алкоголем при поддержке магов-целителей, ковали доспехи и оружие без сна. Маги собирались в небольшие кучки и выжигали ману до последней крошки, зачаровывая доспехи. Естественно, более удачные образцы были отправлены на базу в качестве подарков для вышестоящей верхушки. Благодаря этим подаркам на складе случайным образом нашлись еще лишние учтенные контейнеры, которые были случайно посчитаны нерадивыми стажерами.

Наконец знамена были подняты, мечи заточены, а броня блестела в лучах восходящего солнца. Алиса, довольная и обсчитавшаяся имперской истории, елозила на стуле в предвкушении сражения. Семён нервно проверял контейнеры с снаряжением. Троица профессоров вместе с подполковником и адмиралом сидели на диване с горячительными напитками, закусками и шарфами в цвет нашего флага.

— Ну что, погнали? — спросил я у своих компаньонов.

— Да-а-а-а-а-а-а! — искрясь от всполохов магии в волосах, нетерпеливо прокричала переполненная магией принцесса.

— Особый механизированный корпус готов выдвигаться! — отрапортовала Лора.

— В бой, воины света, покажем железным демонам, где их место! Да пребудет с вами сила… богов! — усилив голос артефактом, прокричал я над стройными рядами воинов, паря на куровиверне, любуясь видом на горящий город с огромной воронкой на его окраине.

Сотня тысяч глоток слились в едином крике и замаршировали в сторону разрушенного взрывом города. Множество магических барьеров развернулось над стройными рядами пехоты. Механотанки гномов, изрыгая фонтаны пламени, раскаляя двигатели, медленно двигались на штурм, грозно сверкая новенькими бронелистами. Всадники на виоренах выстроились в боевые клинья, готовые перехватывать дроны и совершать диверсии в стане врага.

Вскоре, когда до города оставалось всего пять километров, первые снаряды начали падать на механотанки, под прикрытием которых двигалась пехота. Эту тактику мне подсказали адмирал с подполковником. Мины, падающие с небес, врезались в магические щиты и, не достигая брони механотанков, взрывались, осыпая солдат раскаленными осколками. Увидев возросшую силу барьерных магов, воины воспряли духом и с удвоенным рвением ринулись в атаку, и только пинки и крики командиров заставляли дурней держать строй и действовать согласно плану.

Увидев, что минометный обстрел не помог, американцы выпустили рои дронов на перехват техники. Тысячи дронов взмыли в небеса и понесли свои разрушительные снаряды в сторону медленно ползущих танков. Всадники на вивернах тут же ринулись на перехват и, не щадя себя, бросались на гадкие устройства смерти. Сбитые дроны падали десятками, разбиваясь о прочные щиты танков, а те, что не долетали, оставляли воронки, о которые спотыкалась пехота. Маги после нескольких взрывов менялись, таким образом экономя свои силы на основную часть сражения.

Когда до первых развалин города оставались считанные сотни метров, из-за баррикад высунулись автоматоны и открыли огонь из своих пулеметов, посылая свинец навстречу армии освобождения. Тысячи пуль ударили по щитам бронированной пехоты, но жалкие свинцовые наконечники, которые до этого с легкостью прошивали броню гвардейца, на этот раз с раскаленными брызгами отскакивали в стороны, не причиняя вреда.

— Это просто… — сглотнув, шепотом пробубнил император, — ужасающе…

— С таким оружием мы абсолютно непобедимы, ваше величество, — услышав его бубнеж, ответил выглядящий гнусным советник. — Как только отобьем город, весь мир ляжет у ваших ног, мой господин!

— Я думаю, нам стоит привести план похищения посланницы в действие. С такой мощью ни одна империя не устоит перед вашей волей, император, — другой гнусно выглядящий эльф шептал в противоположное ухо императора.

Я слушал нашептывания советников императору и думал о том, что Алиса, как всегда, оказалась права. В любом мире и в любом состоянии правящая верхушка гнилая настолько, что выкидывать страшно, свалка станет биологически опасной. Впрочем, планам этих чинуш не суждено было сбыться. Пожалуй, из всей правящей верхушки удивил только жрец, тот был искренен настолько, что просто молился, восхваляя богов всё время.

Отключившись от бубнежа гнусных эльфов, я вернулся к полю боя, где пехота дошла до первой линии обороны. Танки уже разнесли наспех сооруженные баррикады и переключились на обстрел внутренних стен замка. Мей, сидя на парящей в небе Коко, нетерпеливо елозила в седле, ожидая момента, когда солдаты доберутся до внутреннего двора и сломают систему турелей воздушной обороны противника, которая не давала нам приземлиться и ударить американцам в тыл.

Тысячи воинов перевалили за баррикады и вступили в рукопашную схватку с мехами и автоматонами, а вместе с ней и появились первые убитые и раненные. Только вот, судя по воодушевлению солдат, потери были не столь значительными, а раненых быстро оттаскивали в тыл к лекарям. Малыми группами под прикрытием тяжелой пехоты и магов отряды хлынули в город, зачищая улицу за улицей.

Мы, паря в небе, выискивали засады мехов и автоматонов в переулках города, передавая координаты Лоре. Она корректировала огонь танков и успешно расчищала путь для наступающей пехоты. Какое-то время все шло достаточно гладко, и штурмующие уже почти пробились к воротам замка. Наступающим казалось, что победа как никогда близка, но, как всегда бывает, когда до ворот оставались считанные сотни метров, все пошло не по плану. Из внезапно открывшихся ворот замка повалили орды тяжело вооруженных лазерными пушками мехов, которых сопровождали автоматоны с гранатометами и тяжелыми винтовками крупного калибра.

Мехи открыли беглый огонь по наступающим воинам, и тысячи прожженных воинов навсегда остались светлой памятью в сердцах их товарищей. Неожиданно прибывшее подкрепление ударило мощным кулаком по авангарду наступления, разбивая его, как хрупкую вазу. Новые доспехи и усиленные щиты магов не могли долго сдерживать выстрелы крупнокалиберных винтовок. Синхронные залпы из пушек мехов прожигали укрепленную броню танков гномов, взрывая их боекомплект.

Быстро оттеснив за пределы города наступающих, все новые и новые автоматоны занимали вновь захваченные рубежи обороны. Надо отдать должное наступающей армии. Даже после такого удара воля солдат осталась несокрушима, и, остановив боевые порядки, воины ринулись на новый приступ. В их глазах горела жажда ненависти и праведная ярость, которую умело разжигали боевые капелланы, что сновали между рядов и громко зачитывали воодушевляющие речи.

Но радость американцев продолжалась недолго. Мей уже натурально светилась от переполняющей ее тело магии. Десятки сосулек появились вокруг Коко и, бешено крутясь сверлами вокруг своей оси, помчались на сумасшедшей скорости по мехам с лазерными пушками. Американцы явно не ожидали такой атаки, и несколько мехов с раскуроченными башнями и разодранными ледяными сверлами корпусами взорвались разноцветным огнем.

— Это магия верховной жрицы! Божественные посланники с нами! За императора! За Сашку! — взревели тысячи глоток.

Из ворот на замену поверженным валили всё новые и новые мехи. Сражение только начиналось.

Я стоял на верхушке полуразрушенной башни и смотрел на бесконечное сражение внизу. Лучи лазеров вместе с термобарическими взрывами и вспышками магии всех цветов радуги создавали необычно красочный пейзаж. Шла уже четвертая неделя кровавой мясорубки в городских кварталах и предместьях города. Воюющие стороны с попеременным успехом перехватывали инициативу, но стратегическое преимущество получить не удавалось никому. Все плато было просто изрыто воронками от взрывов, замусорено искореженными частями роботов и удобрено гниющими телами солдат.

После лазерных пушек, с которыми удалось справиться, защищаясь ледяными линзами, казалось, что чаша весов снова на нашей стороне, но противник выкатил термобарические снаряды. Они падали сверху на щиты магов и выжигали кислород, вызывая удушье у воинов под их защитой. Маги ветра начали сгущать воздух под щитами, тем самым нивелируя эффект выгоревшего кислорода, но противник стал применять закапывающиеся кротовые мины. Маги земли смогли справиться и с этой напастью, переворачивая пласты перед механотанками, и чаша весов снова приходила в равновесие, но уже спустя несколько часов американцы выкатывали новую вундервафлю, ответа на которую быстро найти не удавалось.

Наш аналитический отдел уже всецело пыхтел над контрмерами любому выпаду противника. Только благодаря безумной воле и постоянно придумываемым стратегиям солдаты еще держались, а потери были не столь катастрофичны. Весь военный командный состав нашей станции и флота охранения уже принимал участие в баталиях на уровне бригадных командиров, используя передатчики. Для этих целей пришлось раздать передатчики и объяснить аборигенам, что это духи великих воинов, призванные нами в помощь для наставлений и помощи в сражениях.

Также наши автофабрики на станции и флоте полностью переключились на военные рельсы. Они штамповали бесконечным потоком новые снаряды, амуницию и простые защитные артефакты, которые сразу же телепортировались в тыл армии освобождения и оттуда доставлялись уже на фронт. Все ресурсы противоборствующих сторон были брошены в эту систему, на это поле боя. Десятки кораблей-фабрик, как наших, так и соседей, тайно переместились, не привлекая общественного внимания, чтобы поддерживать фронт.

Как сказал подполковник, в этом сражении победитель получит все, а проигравший ничего. Все маски были сброшены. Большие парни на Земле, сидя в теплых кабинетах и просторных залах заседаний, решили закончить все здесь и сейчас. Так что теперь не было смысла скрываться, и мы, как посланники богов, вступили в бой в полную силу.

— Мей, долбани по тому черту спереди! — орал я по связи, пока спрыгивал с башни. — Лора, продолжайте бить по западной части! Там последняя нора!

— Четвертый механизированный корпус запрашивает поддержку артиллерии! Угроза прорыва червеходов, — раздался механический голос системы оповещения.

Червеходы — ужасная прудика наших оппонентов. Машины для прокладки тоннелей, чье режущее полотно было усилено магсплавами, а двигатели работали на магтопливе. Силовая установка раскручивала режущее полотно с невероятной скоростью, фактически испаряя породу перед машиной. Противник начал применять их пару дней назад, прокладывая туннели прямо в наш тыл. Сразу же, как червеход с характерным звуком пробки шампанского вылетал на огромной скорости из-под земли, по проложенному им туннелю десантировались сотни атоматонов, сея панику в рядах нападающих. Наши аналитики придумали, как пеленговать такие машины по сигнатурам магических всплесков высокой мощности, что смогло хоть как-то купировать эту угрозу на первых порах, но действительного действенного ответа пока не нашлось.

«Чпок!» — раздался громкий выхлоп, и очередной червеход взмыл в воздух, летя прямо в принцессу, парящую на Коко.

— Как же вы задрали, черви проклятые! Когда же вы закончитесь уже! — в гневе закричала принцесса и, послав навстречу гагинскую сосульку, отправила червеход обратно в его же нору, где тот, благополучно взорвавшись, похоронил весь десант противника.

— Иди отдохни, пусть тебя сменит второй разведывательный. — отдал я команду принцессе. — Лора, тоже давай, заканчивай с гномами, а то они в бой не идут, бояться, ваше величество пострадает, и фронт проседает. — приказал я второй.

Нам нужно было срочно разработать новую стратегию, иначе мы оказались бы в безнадёжной ситуации. Хотя император и его приближённые говорили, что армия сможет продержаться ещё долго, а на поле боя продолжали прибывать новые солдаты, я больше не мог участвовать в этой кровавой битве. К счастью, у меня появился безумный план, который смог бы это все закончить.

— Петр Петрович, у меня есть план! — сказал я уже полковнику по связи, когда девушки вошли в шатер и устало плюхнулись на диваны.

— Внимательно тебя слушаю, — устало ответил он.

— Мы пройдем по норе и взорвем все там к чертям собачьим! — ударив кулаком по столешнице так, что тарелки с едой подпрыгнули, сказал я.

— Мы же обсуждали, вы там все поляжете, это слишком опасно, — потерев уставшие от бумаг глаза, ответил он.

— А какие еще есть варианты? Дальше устраивать мясорубку и что раньше закончится, ресурсы или люди?

— Тоже верно… — задумавшись, он стучал пальцами по столешнице.

— Я иду, — безкомпромисно заявил я, не дожидаясь его ответа.

— Я тоже! Сил нет терпеть это больше, я не моюсь сутками! Сижу вместе с потными гномами с перегаром в их танках, корректируя удары и укрепляя защиту! И вообще, я инженер-ученый, а не полевой командир! — заныла Лора.

— А я давно предлагала взорвать все к чертям, а вы все: «Нет, не надо, так справимся — добавила Мей, выбрасывая пустые мана-картриджи.

— Все сказали? — спросил полковник.

Я и напарницы одновременно кивнули.

— Хорошо, — сдался он, — мы еще раз обсудим план на планерке в штабе вечером, — ответил он и отключился.

— Ну что ж, война войной, а сладкое по расписанию, — хватая пару красноватых фруктов с тарелки и протягивая один Лоре, сказала Мей.

— Я больше по солененькому, — отвергнув сладкие фрукты, Лора вытаскивала сушеную рыбку из подсумка.

— Совсем тебя твои гномы извратили, подруга! — кольнула ее принцесса. — Девушки должны есть фрукты, а не жевать закуску к пиву при первой же возможности. — Откусив кусок фрукта, закончила она.

— Тоже мне, тут леди нашлась, фрукты ест, напомнить, что ты орала пару часов назад над башней? — вернула ей колючку Лора.

— Ну скажи ей, Марк! — гневно запротестовала принцесса, подсаживаясь сбоку.

— Да скажи ей всё! — включилась Лора в эту схватку, откусывая голову у сушеной рыбки и подпирая грудь локтями, подмигнула мне.

— Так без меня, дамы, вы обе прекрасны, а я пошел, — вставая с дивана, бросил я и вышел, чтобы не находиться меж двух огней, ибо выйти победителем из этого сражения невозможно.

— Согласился бы хоть с кем, — раздался голос Алисы, подталкивая к необдуманным действиям, которых я старался избежать.

— Ага, челобитную его величеству на отмену казни напишешь или к доктору за индульгенцией идти? — устало вздохнув, задал я ей вопрос.

— Хах, ну и дурак, — закончила она, отключившись.

Я прогуливался по лагерю, наблюдая за его жизнью и принимая уважительные поклоны от солдат. Никто уже не падал на колени, никто не рвал на себе волосы в исступлении, молясь, хоть и звались они нелюдями, но привыкали ко всему так же, как и мы. Звуки молота и далеких взрывов создавали необычную атмосферу. Вот уже больше полугода я топчу эту планету и пытаюсь выбраться назад. Каким-то образом вышло даже вернуть человеческое тело, хотя какое оно человеческое с таким свечением.

Профессора изучили нашу кровь и пришли к выводу, что мы теперь больше магические сущности без срока жизни, чем люди. Эта новость вызвала настоящий переполох в верхушке. Еще бы, почти вечная жизнь при условии насыщения тела магией. Только вот теперь в таком теле без батареек на родной планете мне делать нечего. Семён пошутил, что все гаджеты у розетки заряжают, а мне надо будет себя ставить на зарядку. Пожалуй, именно это досадное недоразумение было тем фактом, что заставило профессора отказаться от пятилитровой банки для анализов.

Это известие стало для нас большим потрясением, и я почувствовал себя подавленным. Когда узнаёшь, что теперь тебе придётся повсюду носить с собой аккумулятор и что в таком состоянии у тебя нет возможности вернуться домой, мотивация значительно снижается. Взамен же мы можем жить в этом мире практически бесконечно долго, пока в нем остается мана, нашим душам ничего не угрожает. Божественная регенерация, в которой я лично убедился, получив парочку лазерных лучей, пробивших насквозь грудь, спасет в любой ситуации. По предположениям профессора, если мое тело не испепелить, то оно регенерирует при наличии достаточного запаса маны. С тех пор мы держим огромный запас маны в наших телах и постоянно защищаем голову барьером. Никто не хотел знать, что будет в случае, если она будет случайно отделена от тела.

Да и другие плюсы, например такие как запах, вкус и чувства, вернулись, усиленные магией. Только вот одно чувство лучше бы не возвращалось, мешает думать частенько рядом с полуголыми недобогинями. С тех пор как мы поняли, что вновь испытываем влечение, их как будто подменили, а я полюбил прогулки на свежем воздухе. Еще одна радость, которая стала нам доступна, это полноценный сон. Когда я на второй день сражений случайно выключился, все тут же пришли в ужас. И когда уставшие девушки оттащили мое тело в шатер, они проскандировали его. Получив результат с новым для нас статусом «сон», они, расслабившись, отключились следом.

— Марк? — раздался голос Петра Петровича из входящего канала связи.

— Да? — ответил я ему.

— Командование дало добро, подробности плана вышлю вам чуть позже, — отрапортовал он удивленным голосом. Видимо, он сам не ожидал, что командование даст добро на операцию. — Будь осторожен, — добавил он в конце, отключаясь.

Что же, раз командование дало добро, то надо возвращаться и готовиться к новой мясорубке, но уже в туннелях. Кажется, что моя любовь к сражениям в узких лазах будет вечной.

Мы проснулись на утро полные сил и готовые свершать невозможное. Всю ночь в лаборатории готовили новое снаряжение для нас. Укрепленные бронекостюмы новой модели «Ратник» и вооружение от лучшего завода «Калашников» ждали нас в углу шатра на небольшой платформе. Ящики боеприпасов и манабатареек для артефактов и посохов также сверкали новизной. Все лучшие игрушки военных на текущий момент были в наших руках. Создание такого снаряжения уже никого не смущало, так как запреты и международные конвенции давно были посланы к черту. Единственное, что сдерживало стороны от применения оружия массового поражения, это то, что его разработка означала бы уже войну в реальном мире. Все остальное на закрытой планете, которая будет хранить молчание о произошедшем, применялось в утроенном размере.

Я облачился в бронекостюм и взял манаплазменную винтовку, подключая ее к аккомулятору позади экзоскелета. Девушки облачились в женский вариант костюмов, где их формы сверкали еще ярче, отвлекая от самого важного. Три зачарованных катаны лежали в футлярах, перевязанные бантиком с запиской от его императорского величества.

Мои глаза расширились от невероятного восхищения, дыхание сбилось. Я стоял, словно поражённый молнией, и не мог оторвать взгляда от катаны. Каждая линия и изгиб этого оружия казались мне воплощением совершенства. Сердце бешено колотилось в груди, а руки слегка дрожали от волнения. Это было не просто оружие — это был настоящий шедевр, созданный руками великого мастера. Я аккуратно приторочил оружие к боку и глубоко в сердце поблагодарил императора за такой подарок. Это оружие будет резать корпуса мехов из магметалла как масло, и такое качество ковки было просто недостижимо для местных кузнецов.

Облачившись в обновки и разобрав подарки, я связался с командиром штурмовиков Бродягой. План был довольно прост: командование предлагало разделить на две группы. Первую возглавит уже знакомый нам сержант Шпала вместе с Лорой, в их задачу войдет максимально отвлечь противника на себя. Вторая группа вместе со мной и Мей должна будет прорваться к фабрикам и, накачав нашу атомную боеголовку маной, взорвать всё, что только возможно, желательно уничтожив точку синхронизации.

Автоматоны штурмовиков, которые прибыли на восходе, раскрашенные в цвета триколора, чтобы отличать их от противника. Имперский штаб был познакомлен с творениями богов, живыми солдатами бога Сартрата, в которых вдохнула жизнь Альмита и благословил сам Эльнур. Судя по закатившимся глазам у императора и жреца, знакомство прошло успешно. Остальные же воины, видя наших штурмовиков, где-то раздобыли краску и раскрасили себя в те же цвета ради сопричастности к великим божественным воинам.

Раздав последние приказы и согласовав план с имперским штабом, мы сверили часы в последний раз. Первая группа загрузилась в десантный корабль «Черный лебедь» и под прикрытием Коко отправились на высадку. Мы же вместе со второй группой, прикрывшись дымовой завесой, пронизанной магией, двинули ко входу в одну из нор.

— Начинаем, — отдал я команду десантникам, как только они заняли позицию над крепостью.

На выведенный в интерфейсе экран транслировался вид от Лоры. Получив команду, десантники откинули люки по краям корабля и выпрыгнули, десантируясь на центральную замковую площадь. Почти сразу же турели воздушной обороны заметили неожиданно появившиеся цели и открыли огонь на поражение. Пули били по броне десантников, но, не причиняя серьезного урона, отскакивали. Лазерные пушки, снайперски выцеливавшие своих жертв, также оказались бесполезными из-за ледяных линз, созданных Лорой, которые преломляли луч, не давая ему прожечь броню.

Как только сержант Шпала и штурмовики приземлились, в считанные секунды была организована круговая оборона. Захватив первое здание, солдаты тут же развернули телепортационную платформу для пополнения боезапаса и замены поврежденных автоматонов. Пока платформа разогревалась, на ней начали появляться огромные железные пластины быстро возводимой крепости, в которой предполагалось прятаться штурмовикам. Солдаты таскали и крепили вокруг постройки щиты и действовали как хорошо отлаженный механизм, не допуская ошибок, и только хлопающая глазами Лора мешалась то тут, то там.

Как только точка обороны полностью была готова, как по команде из недр замка хлынули потоки автоматонов, на ходу открывая огонь по укреплениям. Сотни пуль врезались в укрепления, вгрызаясь в металл, намеривая сделать из крепости решето. Но новые сплавы показали себя с лучшей стороны, и раскаленный свинец просто стекал по щитам на землю. Лазерные пушки, бившие по зеркально отполированным поверхностям, отражались обратно в нападающих, и глупые автоматоны, управляемые дистанционно, выкашивали сами себя. Наш расчет на глупость искусственного интеллекта оправдался, и обороняющиеся получили еще один козырь против глупых роботов.

Штурмовики не стали ждать, пока автоматоны, бессмысленно атакующие стены крепости, перебьют друг друга, открыли ответный огонь. Залпы бронебойных пуль врезались в тела выживших от лазерных лучей автоматонов, разрывая их на части и окропляя землю гидравлической жидкостью. Гранаты полетели во все стороны, взрываясь и унося с собой жизни всё новых и новых железяк. Мясорубка, образовавшаяся на проходах, через которые пер противник, создавала толкотню, что позволяло время от времени запускать снаряд из гранатомета, подрывая десяток-другой машин.

Имперские войска получили сообщение, что диверсионная группа заняла оборону в замке, и сделали свой ход, открыв огонь из всего, что было можно. Взревевшая от ярости пехота, раскрашенная в цвета триколора, хлынула на баррикады автоматонов, не обращая внимания на взрывы и свистящие пули. Всё новые и новые части врывались по всей линии фронта, создавая атакующие волны и давя на обороняющуюся сторону. По задумке, такая массированная атака должна была полностью сковать противника, заставив его разрываться между замком и фронтом. Что же, жребий был брошен, и имперцы с командованием решили поставить всё на это наступление.

— Пора, — получил я короткий сигнал от штаба, и наш отряд, оставшийся незамеченным, спустился в туннель, который должен был вести глубоко под замок.

— Граната! — крикнул солдат, швыряя ее в боковой проход, и продолжил стрельбу.

— Лейтенант! Нас зажимают, черти, — крикнул сержант.

— Перезарядка, — кричал другой солдат.

— Смена, — ответил ему другой, и они поменялись местами.

Стрельба, взрывы, искры, скрежет разрезаемого металла. Нас таки зажали в одной из комнат подземного лабиринта.

— Мей, жги стену, иначе нам конец, — дал я указания принцессе, выдергивая катану из стального черепа автомата.

Мей собрала сгусток огня, больше похожий на плазму, в своих руках, и температура в помещении резко подскочила. Горение требовало кислорода, которого и так было мало в этих подземных лабиринтах. Наконец нужное количество маны было собрано принцессой, и она ударила лучом по стене позади отряда, пробивая широкий туннель в лабиринте подземелий.

— Отлично! Бочка, ты замыкающий, Рельс, ты в голове, валим отсюда! — увидев путь к отступлению, отдавал приказы лейтенант.

— Черт, меня подстрелили! Ногу заклинило! — закричал раненый солдат.

— Да как ты, дурень, смог-то! — дал ему подзатыльник Рельс.

— Прости, командир, так получилось, дайте мне взрыватель и уходите, я их задержу. Всегда мечтал умереть героем! — посмеялся солдат.

— Сборище дебилов, — ударив себя по лицу, сказал сержант и бросил раненому несколько килограмм взрывчатки. — Выползешь из капсулы, я тебе такую героическую смерть устрою, что эта раем покажется!

Наш отряд быстро нырнул в образовавшийся туннель, и раненый солдат, дождавшись, когда мы скроемся, подорвал себя, заваливая проход. Наконец можно было немного расслабиться и подумать. Раскаленный воздух в туннеле обжигал легкие, но регенерация делала свое дело.

Мы облажались. Причем облажались с большой буквы «О». Сначала все было отлично, и мы почти дошли до автофабрик американцев, но когда мы оказались на точке, то ничего там не обнаружили. Ни источника, ни работающих автофабрик, ничего, и только сотни автоматонов в засаде и пара мобильных сборочных цехов. Половина отряда сразу же была уничтожена, как только мы вышли в бывший зал магического источника. Нас явно ждали, это единственная мысль, которая пульсировала в моей голове. Среди нас снова появился предатель, но только кто? Я тут же доложил обо всем в штаб, но там лишь развели руками.

Кое-как отбившись, нам удалось отступить в катакомбы, и теперь началась игра в кошки-мышки. Автоматоны искали нас, а мы постоянно убегали, делая проходы в стенах или в полах, спускаясь всё глубже в недра подземных лабиринтов. В результате этой беготни мы уже спустились настолько глубоко, что сканеры станции перестали пробиваться сквозь толщу породы над нами.

— Черт, они быстро разгребут завал, слабо обвалилось, взрывчатки почти не осталось, командир, — выругался Бочка, осматривая результат своих трудов.

— Лейтенант, двигаемся дальше, — прошипел я в рацию и пошел дальше по туннелю.

Как и предсказывал Бочка, автоматоны довольно быстро разобрали завал, и через полчаса погоня продолжилась. Манаплазменная винтовка уже давно сломалась и потерялась где-то в бесконечных лабиринтах, и я полностью переключился на катану. Встав во главе отряда и орудуя ей, я прорубал нам путь через выскакивающих автоматонов, но долго так тоже не могло продолжаться, потому что запас манабатареек также подходил к концу.

Спустя еще час бесконечных стычек с засадами и пару досадных смертей отряда прикрытия мы почти кубарем выкатились в огромную пещеру. Нам наконец повезло, и мы наткнулись на главную базу противника, оторвавшись от преследования. Только вот назвать везением это было достаточно сложно. Пещера, в которой располагалась база, была невероятных размеров и, казалось, уходила на многие километры в разные стороны. Своды такой огромной пещеры поддерживали массивные десятиметровые в диаметре колонны. Между этими колоннами располагались автофабрики и телепортационные платформы. Пара десятков таких платформ без остановки изрыгали из себя новых автоматонов, мехов, танкеток и кучу иной техники вдобавок к той, что выходила из ворот автофабрик.

Я осмотрел скудные остатки нашего отряда и горько вздохнул: из четырнадцати до цели добрались лишь пятеро. К счастью, противник пока нас не обнаружил, и мы могли просто наблюдать за тем, как из появившейся техники собираются отряды и по проделанным туннелям уходят на фронт.

— Вон та башня должна быть центральным местом управления, и по координатам подходит, — показывая на высокое строение в глубине, сказал лейтенант.

— Отлично, только как нам туда добраться? — спросил я его, осматривая строения подземной базы.

— Ну, вам придется побегать, а нам придется пострелять, — хохотнул он.

— Что же, рад был быть знаком с этим автоматом, надеюсь, с новым будет так же весело, — поняв его мысли, согласился я.

— Мей, время настало! — глядя на сосущую батарейку принцессу, которая уже дрожала от переполнения маны, сказал я. — Ребята отвлекут их на себя, а мы понесемся словно ветер к центральной башне. — поделился я с ней планом.

— Мням, накомнефто! — причмокивая следующей батарейкой, воскликнула она.

— Тогда начинай колдовать свою аннигиляторную пушку вон в то скопление мехов. — указал я ей на площадь, где собралась парочка тысяч машин, готовых к отправлению на поверхность.

Принцесса перехватила свой посох обеими руками и начала читать заклинание. Картриджи с мана-батарейками защелкали, отстреливая израсходованные, и те, падая на каменный пол, звенели, предвещая тотальное разрушение. Огромная линза, светившаяся ярче солнца, возникла над Мей и угрожающе начала вращаться вокруг своей оси. Когда вращение линзы начало создавать вихревые потоки воздуха, которые притягивали к ней, глаза принцессы вспыхнули светом. Она закончила читать заклинание, и мана из ее глаз, туго перекручиваясь, хлынула в линзу. Как только перекрученные лучи достигли поверхности линзы, та сфокусировала поток света в тонкий луч. Этот луч помчался к площади с мехами, испепеляя препятствия на своем пути. Ничто не могло его остановить: ни корпуса фабрик, ни каменные колонны, ни зеркально отполированные щиты.

Луч врезался в стоянку мехов, вызывая множественные взрывы и разрушения. За считанные секунды пара сотен мехов превратилась в пар, навсегда исчезнув в раскаленном луче. Я быстро менял пустые картриджи в ее посохе на новые, и все больше и больше маны вкладывалось в ее заклинание. Закончив с площадью и ожидавшими там мехами, принцесса повернула линзу в сторону следующей площади с платформами телепортаторов. Так же не встречая сопротивления, луч прожигал обшивку зданий, вызывая взрывы и уничтожая содержимое. Наконец батарейки кончились, и заклинание быстро потеряло свою мощь, а довольная собой принцесса плюхнулась на задницу из-за подкосившихся ног.

— Не хотел бы против нее воевать, — почесывая железный затылок, бормотал Рельс.

— А ведь Семен говорил, что емкость батареек далека от предела, и много маны просто утекает на нагрев, — осматривая разрушения, добавил я.

— Ну что, мужики, — хлопнул в ладоши лейтенант, — умрем смертью храбрых и безрассудных, — перехватывая винтовку, добавил он, хохоча под взрывы боекомплекта противника.

— База, ждите нас, идем на прорыв, — добавил он по связи, и пять автоматонов спрыгнули со скалы и побежали в сторону телепортационных площадок.

Нам тоже не стоило терять времени, и, переглянувшись, мы с Мей рванули к постройкам, которые отделяли нас от цели. Когда мы достигли первых строений, позади нас в небо взмыли огненные вихри, сопровождаемые взрывами и беспорядочной стрельбой. Я подключился к каналу штурмовиков и тут же выключил его: моя голова просто взорвалась от обилия команд лейтенанта. По-видимому, ребята там оттягиваются по полной, мстя за всё, что было в узких коридорах катакомб.

Мы не стали отвлекаться и поспешили продолжить путь. К нашему счастью, все силы обороны подземной базы, по-видимому, были отправлены на подавление нападения. Редкие часовые, которые нам встречались, следуя базовой охранной программе, не представляли опасности. Однако по мере приближения к башне охранные автоматоны становились все свирепее, и времени на их устранение тратилось все больше.

Мы продвигались по базе врага уже пару часов, и вот, кажется, уже достигли своей цели: огромная башня нависала над нами. Выбегая из-за угла последнего отделяющего нас от башни здания, мы наткнулись на ощетинившуюся стволами толпу мехов у главного входа. Я едва успел схватить Мей за шкирку и, потянув за собой, отпрыгнул обратно за угол. В то место, где я стоял, тут же прилетела мощная комбинация из свинца и лазерных лучей, испепеляя поверхность.

— Чуть не попались, ты в порядке? — спросил я у принцессы.

— Если не учитывать, что чуть не стала дуршлагом, то вполне.

— Так можешь поднять стену из земли, перекрывая проход между зданиями?

— Думаю, смогу, — кивнула она.

Мей вознесла посох и, сосредоточившись, вложив небольшое количество маны в заклинание, подняла земляную стену, перекрывая проход к охране башни.

— Что дальше? — утерев капельку пота со лба, спросила она.

— Обходим, может, с черного входа ситуация получше будет. — пожал я плечами.

Прикрываясь стеной, мы перешли улицу и, обойдя пару зданий, оказались сзади башни. Но, к моему несчастью, охраны там оказалось не меньше. И, судя по движениям автоматонов, охраной управляли живые операторы, а не примитивный искусственный интеллект.

— Хм, ладно, — я смирился с предстоящим, — иду на прорыв, прикрываешь меня щитом, пока буду бежать.

Мей сделала пару пассов руками, и меня накрыло прозрачным куполом. Было немного страшно выходить под прямой огонь противника в такой сомнительной защите, но несколько выстрелов она должна будет выдержать.

— Батареек хватит на пять залпов большой пушки меха, дальше кранты. — предупредила меня она.

Я кивнул, что готов, и вышел из укрытия, тут же получив порцию свинца в барьер. Пули ударились о невидимую преграду и, словно вода, стекли по стенке купала раскаленной каплей. Застыв на секунду от неожиданности атаки, я тут же был наказан выстрелом меха из лазера.

— Четыре, — услышал я голос Мей, сопровождающийся звуком отстрела пустых батареек.

— Черт! Ждите меня, сволочи глазастые! — закричал я и побежал что было сил.

Уворачиваясь от лазерных залпов, я стремительно сокращал расстояние между нами. Преодолев отделявшие нас сотню метров, я, выхватив катану, начал резать всё металлическое, что попадало в поле зрения.

— Три, — голос Мей прозвучал в голове, когда я отрезал автоматону туловище и переключался на его соседа. Видимо, один из мехов таки смог попасть по мне.

— Два, — продолжила Мей, когда я, прокатившись между ног здорового меха, подрезал их, и тот завалился на группу автоматонов, стрелявших без конца. Я развернулся на пятках и помчался к меху, у которого дымилась пушка, так как перезарядка требовала времени.

— Один! — крик принцессы резанул по сознанию, а вспышка сзади говорила о том, что я снова попался на их прицел. Зарядов щита почти не осталось, а противников было еще достаточно, чтобы хватило на десяток ошибок.

— Ноль! — закричала паникуя принцесса, когда щит вокруг меня покрылся трещинами и разлетелся звонкими осколками. Почти сразу же несколько пуль прошили мое тело.

— Ублюдки, я и до вас доберусь, — выкрикнул я в сторону автоматонов, что прострелили меня.

Оттолкнувшись ногами, я моментально набрал скорость и уже спустя мгновение крутился с катаной в их рядах, отсекая им конечности.

— Марк! Берегись! — услышал я крик принцессы и, обернувшись, увидел лазерный луч, который вот-вот должен был вырваться из пушки и испарить мое тело через мгновение. Я зажмурился, готовый принять свою судьбу, но, казалось, остановившееся время так и не желало продолжать свой ход, и смерть не наступала.

— А ну не спать? — закричала Лора.

— Что?! Откуда?! Как?! — закричал я, открыв глаза.

Передо мной стояла Лора с зеркальным щитом и отражала выстрел меха обратно в него же.

— Не зевай, — отпихнув меня ногой, коротко бросила она, повернувшись к следующему залпу из лазерной пушки.

Окончательно вернув себе контроль за телом, я осмотрелся и увидел остатки наших штурмовиков, которые слаженно громили автоматонов. Среди штурмовиков металась рыжая клякса в розовом экзоскелете и, махая волшебной палочкой, испускающей луч, разрезала огромных мехов на кусочки. Следом за кляксой семенил мужчина в боевом скафандре и раскидывал дроны-камикадзе, которые тут же взмывали вверх и устремлялись к целям, подрывая их.

— Идите в башню, мы тут сами справились, — передавая пачку картриджей с батарейками подошедшей принцессе, сказала Лора.

Я не стал спорить и, схватив Мей за руку, потащил ко входу в центральный пункт управления. Все вопросы потом, сначала требовалось закончить миссию. Мы бежали по лестницам и коридорам, проламывая автоматические двери и прожигая защитные турели. Десятки автоматонов бросались нам наперерез, но у полной маны принцессы после провала на входе настроение было ни к черту, а моя катана требовала новой порции машинного масла. К тому моменту мое простреленное в множестве мест тело уже достаточно отрегенерировало, чтобы я не чувствовал боли при беге.

Наконец, спустя, казалось, бесконечное количество лестничных пролетов, мы добрались до центрального пункта управления. Вышибив бронированную дверь магией Мей, мы прошли сквозь клубы еще не осевшей пыли.

— Ну вот мы и встретились, Марк Кожедубов, — прозвучал голос, как будто из кувшина.

В дальнем углу перед окном стоял монстр-гуманоид. Световые блики от взрывов за окном мелькали по осколкам, из которых было сделано его тело. Глаза с черными зрачками, не мигая, пристально смотрели на нас. Его тело, также состоящее из десятков осколков, похожее на бочонок, медленно вздымалось, показывая, что монстр дышит и живой. Монстр скалился своей огромной пастью, полной зубов. Из кого же он такой модный эволюционировал, думал я, смотря на его тело.

— А это, видимо, прекрасная принцесса Китая, Мей Ли, — переведя взгляд на Мей, сказал гуманоид, и звук также исказился, как будто кто-то с нами разговаривал, сидя в огромном кувшине.

— Простите, уважаемый, но кто вы? — строя из себя дурачка, заговорил я с монстром.

— Издеваешься, да? Думаешь, смог эволюционировать в человека и можешь теперь меня дурить, да, тварь? — заревел монстр и помчался на меня.

Я достал катану и намеривался рубануть по шее монстра, но тот оказался проворнее и, поднырнув под клинок, вонзил свои острые пальцы в мое тело. Все произошло настолько быстро, что я даже не успел толком понять, где я допустил ошибку. Острая боль пронзила все мое тело и заставила кричать. Монстр шевелил своими острыми пальцами, разрывая мои внутренности.

— Марк! — закричала Мей.

Увидев, как я повис на его когтях, она быстро создала пару сосулек и отправила их в спину монстра. Сосульки, шелестя, врезались в его тело и, не нанеся урона, рассыпались на десятки осколков.

— Теперь не так смешно? — утробно прошипел монстр, не отвлекаясь на слабую атаку.

В этот момент я почувствовал от него запахи, которые бы не хотел чувствовать. Вонь экскрементов и тухлой воды так саданула по носу, что я почти отключился, и только боль в боку не давала это сделать.

— Ты что, из унитаза эволюционировал? — прошипел я ему в ответ, борясь с вонью и болью.

— Какой проницательный, ты всегда был таким, везучий ублюдок! — монстр пнул меня ногой, и я отлетел, ударившись спиной о пульт управления комплексом.

— Кха, угадал, да? — сплёвывая кровь, сказал я. — Я так и догадывался, что твоя мерзкая душонка застрянет в чем-то подобном.

О, я знал, кто скрывается в теле этого чудовища! Это было вполне очевидно, когда их станция прибыла в сектор. Мой бывший сокурсник, который увёл мою жену и уехал к тётке в Америку, возомнил себя моим заклятым врагом.

Мне всегда было непонятно, почему он меня так сильно ненавидит. Я много раз извинялся за то, что переспал с его возлюбленной, хотя он никогда не говорил мне о своих чувствах. Позже она стала моей женой. Однако ему каким-то образом удалось убедить её уйти от меня.

Я был уверен, что после этого его ненависть исчезнет, но я ошибался. На всех конференциях и встречах этот человек демонстративно показывал свои достижения, стараясь унизить меня и разрушить мою жизнь окончательно. Его лютая ненависть часто становилась причиной моих головных болей и множества проблем.

Со временем наша ненависть стала взаимной, и казалось, что она останется такой навсегда. Но нам повезло, и на этой планете мы наконец сможем поставить точку в наших отношениях, не боясь последствий.

Теперь же, находясь в теле монстра и облизывая окровавленные пальцы, он мерзко улыбался. Я чувствовал, как он упивается моментом и готовится к своей окончательной победе.

— Мей, не лезь, — приказал я принцессе.

— Но! — начала было она.

— Эта тварь моя! — не дав ей возразить, прокричал я, вливая ману в катану.

Все остальные возражения принцессы утонули при виде моего звериного оскала. Я поднялся из обломков панелей управления и встал в стойку, ожидая нападения.

— Ох, как же я долго этого ждал! — взревел монстр, бросившись в атаку.

Его лапы били в самые уязвимые места моего тела, стараясь нанести смертельный удар, но каждый раз я успевал блокировать его атаку и отступить.

— Аха-ха-ха-ха! Как же я рад, что застрял в этом сраном теле на этой сраной планете! — хохоча, монстр продолжал атаковать меня, увеличивая скорость.

— Сколько же ты жоп в себя принял, Валера, чтобы эволюционировать? Оно правда стоило того?! — бесил я его.

— Твоя смерть стоит этих мучений, — прошипел монстр и усилил натиск.

Продолжал отступать и отбивать все его выпады, бросая бесящие замечания. Иногда его зловонное лицо подбиралось настолько близко, что я видел лопнувшие сосуды в его глазах. Судя по всему, он не чувствовал боли и так же являлся монстром-гуманоидом. Хотя его характеристики были довольно высоки, но, видимо, настоящего боя у Валеры никогда не было. Он просто не понимал, что происходит, и тупо шел на пролом. Пока его основное тело не получает урон, боли нет, а вся эта оболочка, по-видимому, им не являлась, и с каждым ударом небольшой осколочек откалывался от его рук и ног.

— Как там Света?! Спрашивала обо мне? А может, она сейчас на той стороне? — спросил я, так как знал, что она была его навигатором. — Све-е-ет, слышишь меня?! Твой муженек кукухой поехал окончательно, жопы обсасывает и экскрементами питается! — кричал я во всю глотку, отбивая атаки.

— Пошел ты! — раздался визг из его горла.

— О, и эта предательница тоже тут? Ха! — крикнул я после того, как пнул Валеру в живот из-за того, что тот затормозил на секунду.

— Тва-а-а-а-а-арь! — Переходя на ультразвук, завизжал Валера, бросаясь в атаку.

Я же вытащил гранату из подсумка и активировал взрыватель. Мне не хотелось делать то, что я придумал, но иного выхода я не нашел. Когда Валера в прыжке разинул свою пасть, я выставил руку с гранатой вперед, и она вошла ему прямо в глотку. Не ожидав такого поворота, челюсть удивленного Валеры сомкнулась, откусывая руку вместе с гранатой. Сбив меня с ног, он, покатившись кубарем, ударился в стену головой.

— Прощай, надеюсь, навсегда, — сказал я, глядя в безумно расширившиеся зрачки Валеры.

— Не-е-е-е-е-е! — раздался приглушенный голос Светы из динамика в горле монстра.

Раздался взрыв, и ошметки головы Валеры разметало по помещению. Я подошел к уцелевшей части пульта управления и увидел огромную красную кнопку самоуничтожения базы. Не колеблясь ни секунды, я ударил по ней, раскалывая защитный стеклянный колпачок, и по всей базе завыла сирена, предупреждая о готовящемся взрыве.

До самоуничтожения оставалось пять минут. Мое тело окутало свечение, и через секунду я очнулся на базе в окружении друзей и персонала станции.

— УРА! УРА! УРА! — завопила толпа и подняла меня на руки.

Я же не мог понять, как я вообще тут оказался, но это было уже неважно, главное, что я таки выбрался с этой дурацкой планеты. Все бросались ко мне на шею и жали уцелевшую руку. Я же просто улыбался и жал руки в ответ.

— Алиса, но как? — спросил я у подошедшей девушки.

— Потом, — ответила бросившая на шею девушка. — Прости меня за ту ошибку в начале, — прошептала она на ухо.

Я знал, что ее все еще гложило чувство вины за свою ошибку, но я уже давно смирился с тем, что произошло, и не хотел больше подымать этот вопрос.

— Проехали, — сказал я, улыбаясь своему навигатору, и мое тело вновь охватило сиянием.

Вспышка света, и я, хлопая глазами, стою перед нашим шатром в лагере имперцев.

— Эм, что? — рядом стоящая Мей так же хлопала глазами.

— Сейчас все объясню, пошли в шатер, — поманила спокойная Лора.

Мы проследовали за немкой в полной растерянности, и как только сели на диваны, Лора начала объяснять, что произошло. Когда мы спустились в туннель и устроили там игру в кошки-мышки с автоматонами, десантный отряд сражался уже больше часа. Многие штурмовики уже дважды заменили свои тела, но продолжали держать оборону, отвлекая на себя противника. Но в какой-то момент поток нападающих резко пошел на убыль, а затем и вовсе прекратился. Одновременно с этим из нор прекратили поступать подкрепления, и имперские войска, почувствовав слабину противника, кинули все оставшиеся резервы в бой.

Быстро расправившись с остатками войск на поверхности, армия дошла до точки обороны штурмовиков. Сержант Шпала, не ожидав увидеть такие подкрепления, запросил командование о ситуации. Командование не могло понять, что происходит. Связь с нами была потеряна за полчаса до этого, так как мы находились на очень большой глубине, и массивная толща замка блокировала все радиосигналы. Было принято решение идти на разведку в недра замка. Шпала и штурмовики, взяв с собой пару десятков магов и тяжелую пехоту имперцев, быстренько зачистили весь замок.

Оставив имперцев на поверхности разбираться с остатками засад в замке, Лора вместе со штурмовиками спустились к источнику магии. Точка синхронизации оказалась слабо защищенной, и те автоматоны, что стояли на ее защите, были мгновенно ребятами Шпалы. Лора спокойно деактивировала устройство американцев и подключила наше.

Сразу же на станцию хлынули новые потоки данных, и возможности сканеров сильно расширились. Теперь, имея три точки на планете, стала возможна четкая триангуляция по координатам. Инженеры бросились вносить корректировки и поправки в работу оборудования, что позволило засечь наши сигнатуры глубоко под землей.

Почти одновременно с этим на связь вышел лейтенант и доложил, что им удалось захватить телепортационную платформу противника. Ведут бой в окружении и просят подкрепления. Командование тут же дало добро и отозвало всех штурмовиков на базу, чтобы переправить подкрепление лейтенанту. Только вот произошла странность: вместе с Шпалой переместилась и Лора, которая в этот момент сидела на его плече.

Доктор Мерц, который должен был быстро подлатать штурмовиков, ошарашено смотрел на болтающую ножками жену, которая сидела на плече у Шпалы. Дальше слезы доктора и слезы жены слились в радостном воссоединении, но спустя пару минут объятий тело Лоры засветилось вновь. Затем она исчезла, оказавшись на точке, куда должны были отправиться штурмовики. В этот момент все.

В этот момент на базе поднялся еще больший бедлам и переполох. Научкин и Костомозгов фактически орали в уши Семену, сидя на его коленях и требуя данные с телепортатора. Пока штурмовики, отправленные в подкрепление, помогали оборонять точку телепорта, инженерный отдел в лице Семена вместе с троицей ученых проводили десятки симуляций и экспериментов. Выяснилось, что с возросшими возможностями то количество энергии, которой обладает наша станция, она может ненадолго выдергивать нас обратно, и нужно подобрать верные параметры запроса в магополу, чтобы это время увеличить. Тем самым путь домой наконец-то был найден.

— Погоди, так мы оказались не вшиты в полотно этого мира? — не веря ее словам, переспросил я ее.

— Да у нас в статусе есть строка «Вторженец», оказывается, этот мир нас и не принимал никогда до конца! — радостно воскликнула Лора.

— А как же тогда магия, система? Мы эволюционируем же тут и прокачиваемся! — не веря ей, спросил я.

— Да, это всё верно, но, видимо, уникальность этого мира не только в его величине, но и магосфера сплошь забита невероятными парадоксами, которых никто еще не видел, так сказал профессор. — пожав объяснила она, добавила она.

Мы не стали заострять внимание на технических аспектах вшитая душ в магосферу планеты и попросили Лору продолжить. С этими непонятными проблемами пусть разбираются троица бородатых алкоголиков в очках.

Дальше Лора начала рассказывать совсем невероятные вещи. Оказывается, темные властелины караси, которых разводил профессор, а затем скармливал насильно подопытным, ставят особую метку, привязывая душу к магосфере. Эта привязка дает право на перемещение с планеты и обратно. Как бы планета считывает душу, видит нужный ключ и пускает сквозь пузырь носителя. Открыли это тоже по чистой случайности, а если точнее, глупости одной рыжей навигаторши, которая пошла знакомится с Лорой во время эксперимента прямо на платформу телепортатора. После этого у профессора окончательно отъехала крыша, и он, замучивши всех экспериментами, схватив за шкирку своих точащей, закрылся в библиотеке станции с ящиком водки. Никто не хотел выяснять, что там происходит, но, судя по звукам, что-то очень важное.

Дальше, как только штурмовики окончательно отбили платформу и зачистили периметр, мы восстановили связь, пробросив ретранслятор. А там уже вы на экранах сражались у подножия башни. Вот быстро собранная группа из меня, Алисы, Семена и группы штурмовиков была брошена вам на помощь.

Я перевел взгляд на трансляцию из лаборатории, где двое героев сидели с улыбкой до ушей в своих бронекостюмах розового и черного цветов и молча наблюдали за нами. Что же, я оказался в долгу перед ними, о чем, не откладывая, и сообщил. Двое героев, засмущавшись, отнекивались, но потом все же согласились на вознаграждение в виде помилования от кары щупальцами Алисы. Все же косяков за ней было больше, чем заслуг, так что она и такому исходу была рада.

Ну а затем случилось то, что случилось: моя схватка с Валерой, за которой следила вся база, и окончательный разгром наших противников.

— К слову о них, что с ними? — спросил я у улыбающейся парочки.

И, судя по их лицам, те тоже осознали, что за всем как-то позабыли главное. На орбите планеты все еще торчал огромный флот, который мог устроить термоядерный трындец всей звездной системе. Я набрал номер Петра Петровича, и мы вместе дождались, когда он присоединится к нам. Поначалу никто не брал трубку, но затем экран загорелся, и мы увидели, как старый вояка, кружась на кресле, размахивает маленьким флажком и подаренной императором катаной. Перед экраном стояла полупустая бутылка дорогущего виски, тарелка с пирожками из столовой станции. Так что я на правах звонящего решил отключить это непотребство, дабы не портить психику старику.

— Похоже, что больше нет никаких проблем, мы наконец победили, — улыбнувшись друзьям, сказал я.

Вот и закончилась первая книга о похождениях Марка. Спасибо всем, кто дочитал книгу до конца и был со мной на протяжении всего пути. История на пока закончена на этой мажорной ноте. Но в будущем Марк еще обязательно вернется. Буду рад послушать ваши комментарии и получить честные отзывы.

Запишу вопросы, на которые мы пока не получили ответы. Но однажды они появятся.

1) Куда ехала Лона вместе с Алхимиков?

2) Что там с Фридрихом и культом Алисы?

3) Осталась еще одна точка синхронизации в городе-государстве, будет ли она захвачена? Что там в гигантском красном портале?

4) Если боги реальны, то где же они и позволят ли они наглым вторженцам разрушить защитную сферу планеты?

5) Почему на этом мире всё пошло не так на самом деле?

6) Куда делись все китайские синхронизаторы, ведь не могли же они все умереть?

7) Смогут ли смириться с поражением противники и действительно ли умер унитаз Валера?

Больше книг на сайте — Knigoed.net