© Перевод на русский язык Исаевой Н., 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Уондсворт, Лондонская тюрьма.

6 апреля 1903 года.

За дверью камеры Джорджа Чепмена мерцала газовая лампа, время от времени отражаясь в его тёмных глазах оранжевым огоньком. Без пятнадцати полночь вдали раздался звонок. Чепмен накинул одеяло на плечи и заметил, что по сырой каменной стене медленно крался паук.

В голову закралось горькое осознание – даже этот паук его переживёт.

Стиснув зубы, Чепмен закипел от ярости: ему захотелось уничтожить паука, раздавить его рукой. Но затем, когда тот добрался до пола, Чепмен ощутил неожиданное чувство, несвойственное ему: милосердие.

В течение трёх недель, с тех пор как присяжные признали его виновным в убийстве жены, паук был его единственным соседом в этой клетушке. Наверное, стоит оставить его в живых.

Повернувшись к зарешеченному окну, Чепмен подумал о сегодняшнем дне, своём последнем на земле. Дне его собственной казни. Один и тот же вопрос не давал ему покоя: что он почувствует в момент смерти? За свою жизнь Чепмен повидал больше, чем когда-либо рассчитывал, и это вызывало внутренний трепет. При этом его истинная личность так и осталась тайной.

Никто не знал, кто он на самом деле.

Чепмен хотел было рассмеяться, как вдруг в воздухе повеяло холодом. Сбитый с толку, он огляделся по сторонам. В тот же миг вокруг вспыхнули потоки ослепительного малинового света – кружащегося, сияющего и взрывающегося. На мгновение ослепнув, Чепмен зажмурился и накрыл голову одеялом. Затем – БУМ! – свет внезапно пропал.

В темноте раздался голос:

– Северин Клосовски?

Поражённый до глубины души, Чепмен отбросил одеяло.

– Кто… кто вы? Откуда знаете моё настоящее имя?

– Я много чего знаю, – из тени вышел мужчина в элегантном костюме. Лицо его было желтовато, а в руках он держал чёрный кожаный портфель с двумя ручками. – Вы родились в 1865 году в деревне Нагурной, в Польше. В 1887-м переехали в Лондон, а в 1895-м сменили имя на Джорджа Чепмена. Стоит ли описывать в красках эту трогательную историю?

– Нет! – огрызнулся Чепмен. – Но я не понимаю…

– Ещё бы вы понимали, – спокойно ответил Эмерсон Дрейк.

Лицо Чепмена побагровело.

– Какой наркотик вы мне подсунули? Что это за вещество? Как бы то ни было, я не стану выдавать свои тайны, моё…

– Молчать! Вам ничего и не предлагают, – перебил его Дрейк, – кроме надежды на спасение. Я не могу здесь долго находиться, поэтому ответьте на один вопрос: вы хотите жить?

– Что вы имеете в виду?

– Завтра в два часа пополудни вас отведут в помещение, которое здесь называют «Комната трупов». Там вы встретитесь с Уильямом Биллингтоном, он-то и вздёрнет вас на верёвке. Но это лишь одна из возможных цепочек событий, другая же зависит только от вас. Поэтому я спрашиваю в последний раз – вы хотите жить?

– Да!

– Прекрасно, – бесстрастно ответил Дрейк. – Решено. Однако вы уже не сможете жить так, как раньше. Вы будете подчиняться мне, выполнять мои приказы. Согласны?

– Ничего не понимаю.

Холодные голубые глаза Дрейка встретились с глазами Чепмена.

– Скажем так, я большой поклонник вашей работы и верю, что вы многое можете предложить моей организации. Ваша преданность будет вознаграждена. Заключим сделку?

Чепмен осмотрел свою крошечную камеру, и на его губах появилась недоверчивая улыбка.

– Я сделаю всё, что вы пожелаете.

– Мудрое решение, – ответил Дрейк, протягивая ему вторую ручку от портфеля. – Возьмитесь за неё.

Чепмен с подозрением посмотрел на портфель.

– Что это?

– Портавелла, портативное устройство для путешествий во времени.

– Путешествий во времени?

– Потом объясню. – Дрейк взглянул на свои наручные часы: – Надзиратель по имени Гордон Бридж ровно через шестьдесят семь секунд пойдёт на обход тюрьмы. К тому моменту я предпочёл бы покинуть это место.

– Как пожелаете, – с готовностью отозвался Чепмен.

– Сперва ещё один вопрос, – произнёс Дрейк. – Каково это – быть самым бесславным монстром в истории человечества?

Чепмен на секунду удивился, но тут же взял себя в руки. Он заметил, как мимо него по полу побежал паук, и раздавил его ногой.

– Понятия не имею, о чём вы, мистер Дрейк.

Ровно через минуту Гордон Бридж заглянул в камеру Чепмена и обнаружил, что она пуста.

– Ты ещё не закончила собирать вещи? – спросил Джо Меллор, переводя взгляд с наполовину пустого чемодана сестры на гору одежды на её кровати. – Такими темпами мы никогда не уедем!

– Почти готова, – ответила Бекки. – Вообще-то, мы всё равно никуда не сможем уехать, пока дядя Перси не приедет, так что закрой свой…

– Ну и зачем тебе столько вещей?

– В отличие от тебя, я предпочитаю менять нижнее бельё ежедневно.

Джо пропустил эти слова мимо ушей.

– Мы едем всего на неделю.

– Да знаю я, прыщавая башка, – почти зарычала Бекки. – Почему бы тебе не свалить отсюда и не поиграть со своим луком и стрелами?

– Потому что я предпочитаю остаться и дальше тебя доставать.

Бекки закатила глаза.

– Я беру с собой много вещей, ведь кто знает, где мы в конечном итоге окажемся? – она понизила голос до шёпота. – Если ты не забыл, дядя Перси – путешественник во времени, и это будет первый раз после лета, когда мы с ним останемся без мамы.

– И что?

– Может, он возьмёт нас с собой в путешествие?

– Да, знаю, – ответил Джо. – Но я всё равно не вижу смысла брать всю эту гору вещей для однодневной поездки, скажем, в Ковентри времён каменного века. Если только ты не берёшь с собой костюм пещерного человека.

Бекки бросила на него свирепый взгляд.

– Просто исчезни, пойди и займись тем, что обычно делают маленькие мальчики вроде тебя.

В глазах Джо вспыхнул торжествующий огонёк.

– Маленькие? – фыркнул он. – Я уже выше тебя, разве ты не заметила?

Бекки замутило, Джо задел её за живое. С тех пор как ему недавно исполнилось двенадцать, произошло ужасное: он прибавил в росте ещё один фут и стал раздражающе самоуверенным, особенно при разговорах с сестрой.

– Заметила, что по мере роста твоего тела уменьшается объём твоего мозга. Теперь он размером с наггетс.

Джо склонил голову набок, будто внимательно изучал Бекки.

– Если серьёзно, Бекс, ты, случаем, не поправилась?

Бекки была настолько поражена его словами, что ей потребовалось несколько секунд на реакцию. Потом она взорвалась.

– Неправда! – взревела она. Схватив кроссовку, Бекки швырнула её Джо в голову, промахнувшись всего на дюйм[1].

Джо выскочил из комнаты и помчался вниз по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

Бекки погналась за ним, едва не столкнувшись с миссис Меллор, которая вышла из своей комнаты.

– Из-за чего вы расшумелись?

– Это всё он! – закричала Бекки, сжимая кулаки. – В этот раз ему конец!

– Успокойтесь, юная леди, – сказала миссис Меллор. – Джо, поднимись сюда, пожалуйста. Живо!

Джо, шаркая, нехотя поднялся обратно по лестнице. Когда он встал рядом с Бекки, миссис Меллор произнесла:

– А теперь кто-нибудь расскажет, что в самом деле привело к третьей мировой войне?

– Он назвал меня толстой! – прорычала Бекки.

– Не называл, – возразил Джо. – Просто уточнил, не прибавила ли ты в весе. Я же не сказал, что точно прибавила.

Бекки сердито уставилась на брата:

– Думаешь, ты самый ум…

– Хватит, Бекки, – миссис Меллор посмотрела на Джо. – Если ты ещё раз скажешь подобное своей сестре, у тебя будут серьёзные неприятности. Всё ясно?

– Но…

– Никаких «но». Ты меня понял. Я-то думала, у вас двоих найдётся занятие поинтереснее, учитывая, что минут через десять приедет дядя Перси.

Бекки взглянула на часы. Десять минут! Она тут же позабыла о желании оторвать Джо голову и почувствовала предвкушение. Она возвращалась в Бауэн-холл и, что ещё важнее, к его удивительным обитателям: дяде Перси, эксцентричному, но талантливейшему изобретателю; Уиллу Шеклоку, местному смотрителю, герою средневекового боевика в реальной жизни и просто красавчику; пожилой паре из Германии тридцатых годов; саблезубой тигрице Милли и её тигрёнку Сабиану; трицератопсу Гампу и, пожалуй, самому невероятному обитателю Бауэн-холла – Пегасу, белоснежному крылатому жеребёнку.

Бекки поспешила обратно в свою комнату и продолжила собираться. Бросив в кучу вещей последний носок, она почувствовала, как на её шее скользит счастливый кулон. Бекки остановилась и на мгновение сжала его пальцами. Этот кулон был последним подарком от отца перед его предполагаемой смертью и, безусловно, являлся её самой любимой вещью. Однако в последнее время он приобрёл новую степень значимости. Всего несколько месяцев назад Бекки узнала, что её отец – путешественник во времени и, что ещё более удивительно, по-прежнему жив – заточён где-то во времени подлым путешественником-изгоем по имени Эмерсон Дрейк.

Это открытие потрясло её до глубины души, и Бекки потребовалась вся сила воли, чтобы не рассказать об этом маме: дядя Перси посоветовал им с Джо этого не делать, по крайней мере, до тех пор, пока они не отыщут и не спасут отца.

Дядя Перси пообещал, что они это сделают. С тех пор, как Дрейк похвастался своим знаменитым пленником, дядя Перси работал не покладая рук день и ночь, разыскивая улики и зацепки, используя все свои бесчисленные ресурсы.

Бекки знала – рано или поздно его поиски увенчаются успехом.

Солнечный свет лился в окно на длинные волнистые чёрные волосы Бекки, собранные в конский хвост. Она подкатила чемодан к двери, спустилась вниз и поставила его рядом с чемоданом Джо у входа в дом. После чего снова взглянула на часы.

Дядя Перси обещал забрать их в одиннадцать, и, будучи путешественником во времени, обычно был исключительно пунктуален. Бекки никогда не видела, чтобы он опаздывал. Ни разу.

Она надела пальто и прислушалась – не шуршит ли автомобиль, подъезжая по гравиевой дорожке к их дому? Услышав бой кухонных часов, Бекки зашла в гостиную и выглянула в широкое эркерное окно. Когда часы пробили двенадцать раз, она поняла: что-то не так. Подошёл Джо, и по выражению его лица было ясно, их мысли сходятся; они мигом забыли все разногласия.

– Где он? – спросил Джо.

– Не знаю, – ответила Бекки.

Секунды превратились в минуты. Бекки позвонила дяде Перси на мобильный, но никто не взял трубку. После пятой попытки она перестала звонить и принялась расхаживать по комнате, а Джо сел на диван и нервно стучал по подлокотнику. Его взгляд ничего не выражал.

Миссис Меллор озадаченно наблюдала за детьми.

– Что с вами двумя такое? Он ведь может и опоздать.

– Ты не понимаешь, мам, – встревоженно ответила Бекки. – Дядя Перси никогда не опаздывает.

– Наверное, так и есть, – согласилась миссис Меллор. – Но если он поехал по шоссе М6, то, скорее всего, застрял в пробке. Вы же знаете, как там бывает оживлённо.

– Он не поехал по шоссе М6.

– Откуда тебе знать?

Бекки не собиралась говорить, что дядя, вероятно, прилетит на машине времени.

– Просто знаю.

– Даже если он не поехал по шоссе, – сказала миссис Меллор, – у него могла сломаться машина.

– Мам, он лучший изобретатель в мире. Любой, кто может изобрести Фаззбагатрон, может починить машину.

Миссис Меллор поморщилась.

– Что это такое?

– Такая трубка, которая часто свистит.

Джо поднял голову.

– Бекки права, мам. Вряд ли у него сломалась машина.

Миссис Меллор раздражённо вздохнула.

– Лично я считаю, что вы оба слишком остро реагируете. Но если вы так сильно волнуетесь, позвоните Марии. Уверена, она знает, в чём дело.

Следующие десять минут Бекки провела с отведённым подальше от уха телефоном, в то время как Мария всё громче тревожилась о местонахождении дяди Перси. К тому времени, как Бекки повесила трубку, Мария впала в истерику.

– Мария сказала, что он уехал три часа назад, – прошептала она Джо. – На нём был его лучший костюм, в руках он держал букет роз «Стефани» и собирался куда-то заехать до нас.

– Куда это? Мария не уточнила?

– Она не уверена.

Джо на мгновение задумался.

– Ладно, всё равно, это хорошо, – на его лице отразилось облегчение. – Он путешествует во времени, поэтому и опаздывает.

– Не тупи. Тот факт, что он путешествует во времени, означает возможность точно определить момент, когда он здесь будет. Нет, что-то точно не так…

Шли часы, и Бекки чувствовала охватывающий её страх. Где же дядя Перси? В каком он сейчас времени? И что Бекки может сделать, чтобы его отыскать? Она несколько раз звонила в Бауэн-холл, но перестала, когда речь Марии превратилась в неразборчивые завывания вперемешку с хриплыми вдохами.

Было уже шесть часов вечера, когда миссис Меллор поставила на кухонный стол пузырящуюся лазанью.

– Дети, – мягко сказала она, – я знаю, что вы переживаете, но вы должны поесть.

– Я не голодна, – ответила Бекки.

– И я, – поддакнул Джо.

Бекки собиралась было спросить, можно ли уйти, когда ей в голову пришла замечательная идея. Она знала, что делать!

Дядя Перси регистрировал свои поездки в ВИПУВРе (Всемирном институте путешествий во времени) именно для подобных ситуаций. Если бы только она могла связаться с Аннабель, секретаршей в бюро путешествий, то точно смогла бы узнать, где и в каком времени он был. Она также вспомнила, что дядя Перси упоминал о высококвалифицированном подразделении ВИПУВРа под названием «Трекеры», которое специализировалось на спасении терпящих бедствие путешественников.

Бекки взволнованно вскочила и схватила свой телефон, когда произошло сразу несколько событий: терракотовая ваза, стоявшая на холодильнике, сильно задребезжала; дверь в сад распахнулась, словно от сильного порыва ветра; и над дубом в беззвёздном небе появился яркий световой шар, озаривший сад.

Охваченная паникой, Бекки подбежала к окну.

Она точно знала, что происходит.

Потрескивающий и шипящий свет стал ещё ярче, из него полились тонкие потоки электрических разрядов, обвиваясь вокруг ветвей дерева мерцающими серебряными прядями. Затем – ЩЁЛК! – звук, похожий на удар хлыста, рассёк воздух. Наступила тишина.

Бекки не знала, плакать ей или смеяться. Она выбежала на улицу и остановилась как вкопанная, изо всех сил пытаясь осознать открывшееся перед ней удивительное зрелище. На ветвях дерева, будто огромное птичье гнездо, висел бело-зелёный Фольксваген Camper Van.

Время остановилось.

Бекки вернулась к реальности, только когда услышала за спиной пронзительный крик. Её бросило в дрожь. Она быстро обернулась и увидела Джо, крепко обхватившего голову руками, а слева от него – их мать. Её рот был открыт так широко, что почти доставал до коленей.

Миссис Меллор всё видела.

Бекки в ужасе переводила взгляд с мамы на Camper Van и обратно. Затем дверца машины открылась, и наружу высунулся дядя Перси, весело помахав рукой.

– Отлично, – он взглянул на угольно-чёрное небо, прежде чем перевести взгляд на сбитое с толку семейство. – Всем добрый вечер…

Бекки замерла, не в силах ответить.

Дядя Перси вылез из машины. Его нога зацепилась за ветку, и он смачно грохнулся с дерева лицом прямо в лужу грязи.

Бекки позабыла про маму и бросилась к нему:

– Ты как?

Дядя Перси вытащил из нагрудного кармана шёлковый носовой платок и вытер лицо.

– Я в порядке. Как неловко получилось! – ответил он. – Как дела, Бекки?

Бекки уже собиралась ответить, когда заметила, что его длинные серебристые волосы перепачканы кровью.

– У тебя кровь идёт.

– О, выглядит хуже, чем есть на самом деле. Произошёл небольшой инцидент в Ущелье Мамонтов, – дядя Перси поднялся и разгладил складки на своём костюме. – Привет, Кэтрин, привет, Джо! Простите за опоздание, – он помахал рукой миссис Меллор и Джо.

Тем временем челюсть миссис Меллор опустилась так низко, что грозила отвалиться.

Дядя Перси пригладил волосы в тщетной попытке придать себе презентабельный вид.

– Надеюсь, сегодня всё ещё подходящий день для путешествия, – шепнул он Бекки на ухо. – Не так ли?

– Ага.

– Вот и хорошо, – сказал дядя Перси. – Кэтрин, держу пари, тебе интересно, что же, в конце концов, тут происходит?

Миссис Меллор неуверенно кивнула головой.

– Ладно, – начал дядя Перси. – Дело вот в чём… я путешественник во времени. И Бекки с Джо, полагаю, тоже.

– Ты что? – ахнула Бекки, но дядя Перси заставил её замолчать, качнув головой.

– Бекки и Джо раскрыли мой маленький секрет, когда приезжали ко мне летом. На самом деле они застукали меня за не самым щадящим лечением зубов моей саблезубой тигрицы Милли, тут уж я никак не мог отвертеться, – он усмехнулся. – Как бы то ни было, мы прекрасно провели время, посетив Древнюю Грецию: повстречали аргонавтов, подружились с минотавром по имени Эдгар и отыскали Золотое руно. Вот уж весёлое выдалось приключение, да? – он усмехнулся Бекки и Джо, которые, хоть и были шокированы, заставили себя кивнуть.

– Так или иначе, я рассказываю это, потому что сегодня тоже путешествовал во времени и, к сожалению, попал в давку мастодонтов. Как ты можешь видеть из состояния Берты, моей машины времени, давка выдалась, как и сами мастодонты, – немного опасная.

Бекки только в этот момент заметила, что кузов Берты был весь усыпан глубокими вмятинами и покрыт царапинами, а краска сошла.

– Почти наверняка повреждён конденсатор Террифлексора, – продолжил дядя Перси, – это объясняет, почему я вернулся не в ту временную точку, в которую намеревался. Это также объясняет, почему я материализовался на этот, без преувеличений, великолепнейший дуб.

– Я… я не понимаю, – запинаясь, пробормотала миссис Меллор.

– Конечно, нет, дорогая. Но ты бы видела своё лицо! На самом деле, почему бы нам не сохранить этот момент до лучших времён? – он быстро достал прибор, похожий на небольшой цифровой фотоаппарат, и – щёлк! – сфотографировал её. Однако вместо обычной белой вспышки из объектива вырвался густой поток тёмно-синего света, окутал голову миссис Меллор, как туман, а затем исчез.

Бекки тихонько взвизгнула. Её мать застыла и стала твёрдой, как камень. Всякое выражение в её глазах пропало, а дыхание сделалось прерывистым и неглубоким.

– Ч-что ты с ней сделал? – Бекки начала задыхаться.

Дядя Перси взмахнул рукой.

– О, не волнуйтесь, она просто была завремезирована. Ничего особенного!

– Ничего особенного? – рявкнула Бекки. – Она же ничего не соображает!

– Это. Так. Круто! – Джо помахал перед лицом матери, но та никак не отреагировала.

– Едва ли, – ответил дядя Перси. – На самом деле это совершенно безопасно. Совсем скоро я немного перевременю её воспоминания, она ни о чём и не вспомнит.

Бекки это не убедило, но она достаточно хорошо знала дядю Перси, чтобы понимать: он никогда никому не причинил бы вреда, особенно её матери.

– Если ты так уверен…

– Я уверен. В любом случае, мне нужно починить Берту и навести порядок во всём этом бардаке.

Мгновение спустя дядя Перси вскарабкался на дерево, и было слышно, как он завозился с панелью управления машины.

Затем Бекки пришло в голову ещё кое-что.

– Из-за перевременения мама забудет о последних десяти минутах?

– Боюсь, нет.

– И как ты тогда объяснишь, что машина оказалась на дереве?

– Надо будет её перезапомнить.

Бекки ощутила прилив паники.

– А это что такое?

– О, это пустяки, – сказал дядя Перси. – Я использую Перезапоминатель вблизи, направив нановолны на кору её головного мозга, и установлю таймодификатор, который удалит кратковременные воспоминания за определённый период времени.

Бекки вздохнула.

– Перестань быть… ну… собой. Напоминаю, я не говорю на гиковском. Ещё раз – что это такое?

– Она не запомнит ничего из произошедшего, – дядя Перси хмуро взглянул на Джо. – Думаю, вам не следует это делать, молодой человек!

Бекки оглянулась и увидела, что Джо оттянул нижнюю губу миссис Меллор, вставил ей в нос два камешка, и она стала похожа на мартышку оттого, насколько он оттопырил ей уши.

– Но, дядя Перси… – глаза Джо озорно блеснули. – Такая возможность выпадает раз в жизни.

Бекки фыркнула.

– Как и смерть, а с тобой случится именно это, если мама узнает, – она на мгновение замолчала. – С другой стороны, дай мне мой телефон, сделаю пару снимков.

– Вот уж сомневаюсь, – возразил дядя Перси. – Джо, пожалуйста, восстанови достоинство своей матери, или я ненадолго завремезирую тебя и повешу на этой ёлке, как рождественскую игрушку.

Джо сразу же подчинился.

– Так, конденсатор Террифлексора Берты починен, а потому дайте мне найти тихое местечко поблизости, чтобы материализоваться, и я вернусь в два счёта.

Через несколько секунд машина времени исчезла.

Прошло минут пять, прежде чем Бекки услышала, как Берта подъехала к дому. Подбежав к дверце машины, она распахнула её и увидела широко улыбающегося дядю Перси.

– Начнём сначала? – спросил он, крепко обнимая её. – Рад снова видеть тебя, моя дорогая.

– И я тебя, – ответила Бекки, обнимая его ещё крепче.

– А теперь предлагаю перевременить вашу маму, пока Джо не сделал что-то, о чём мы все будем жалеть. – Он прошёл через прихожую с кухней и вышел во двор. Там дядя Перси остановился и громко, раздражённо вздохнул.

Миссис Меллор по-прежнему стояла на месте, будто жердь проглотила. Её руки были прижаты к бокам, а на голове у неё, как абажур, красовался цветочный горшок. Джо невинно смотрел в небо, будто это не имело к нему никакого отношения.

– Не смешно, – сказал дядя Перси, качая головой, хотя Бекки не была уверена, что он правда так считает. Дядя Перси убрал горшок с растением с головы миссис Меллор и хмуро посмотрел на Джо. – Не мог бы ты для разнообразия заняться чем-нибудь полезным и проверить, остался ли у вас лимонад. Это способствует процессу перевременения.

– Я мигом! – бросил Джо, забегая на кухню.

Дядя Перси повернулся к Бекки.

– Может, нам отнести её в дом? – он тут же взвалил миссис Меллор на плечо, как свёрнутый в рулон ковёр, и понёс в гостиную. Там прислонил её к каминной полке и достал Перевреминатор. Бекки было одновременно тревожно и смешно наблюдать, как её мать слегка покачнулась, когда к ней с дядей Перси подошёл Джо со стаканом тёмно-коричневой жидкости в руках.

– Лимонада нет, – сказал он, поднимая стакан. – Одуванчик с лопухом[2] подойдёт?

– Почему бы и нет, – ответил дядя Перси, настраивая большой блестящий циферблат Перевреминатора. – Теперь нам придётся повторить перевременение и перезапоминание практически одновременно, – он достал что-то похожее на маленький чёрный фонарик с серией цифр, выгравированных на корпусе. – Думаю, пятнадцатиминутной перезапоминации должно хватить, – он навёл Перевреминатор на миссис Меллор, и – щёлк! – её окружила мерцающая изумрудная дымка. В это же время он включил и Перезапоминатель. Негромко зажужжав, устройство направило миссис Меллор в глаз узкий луч серебристого цвета. Дядя Перси удовлетворённо улыбнулся и спрятал оба устройства в карман.

Бекки во все глаза наблюдала за происходящим, её сердце бешено колотилось. Что, если это не сработает? Что, если мама не оживёт? Однако, прежде чем она успела встревожиться ещё сильнее, миссис Меллор едва заметно пошевелилась и тихо застонала. Затем она вздрогнула, открыла глаза и судорожно вздохнула. На её щёки вернулся румянец.

– Ну-ну, Кэтрин… – мягко произнёс дядя Перси. – Всё хорошо.

– П-Перси? – Миссис Меллор ахнула. – Что случилось?

– Ты ударилась головой. Присядь, – дядя Перси помог ей сесть на диван и взял у Джо стакан. – Выпей. Это поможет.

Миссис Меллор разом выпила газировку.

– Я… я не понимаю!

– Конечно, нет, – сказал дядя Перси. – Но я осмотрел тебя, и с тобой всё в полном порядке. Даже шишки не осталось.

– Я ничего не помню.

Дядя Перси сочувственно кивнул.

– Небольшая амнезия. Через пару минут ты будешь в полном порядке.

Миссис Меллор выглядела смущённой.

– Когда я ударилась головой?

Дядя Перси слегка покраснел.

– Э-э, во время торнадо.

– Т-торнадо! – воскликнула миссис Меллор.

Дядя Перси кивнул.

– Боюсь, что так. Оно нанесло ужасный ущерб дереву на вашем заднем дворе. Но никто не пострадал, и это главное.

– Хорошо, – миссис Меллор утонула в диване, переваривая странную новость. – А почему ты так опоздал, Перси? Всё в порядке?

– А, прошу прощения. Да, я в порядке. Попал в нечто наподобие аварии, и меня пришлось отбуксировать в мастерскую. Проторчал там невесть сколько. Судя по всему, была проведена мамоментальная работа, – он подмигнул Бекки. – Мой мобильный пострадал при аварии, можно я воспользуюсь вашим стационарным телефоном – позвонить Марии и предупредить, что мы скоро выезжаем?

– Конечно.

Дядя Перси вышел из комнаты.

Бекки присела рядом с матерью на диван.

– Ты уверена, что справишься тут одна, мам?

– А, да, – рассеянно ответила миссис Меллор, ощупывая голову пальцами. – Никогда раньше не теряла память. Обо что я ударилась?

Бекки помедлила.

– О цветочный горшок.

– Серьёзно? Должна признать, всё это очень странно.

Когда дядя Перси вернулся, Бекки поняла по его испуганному выражению лица, что ему серьёзно влетело, ещё до того, как он пробормотал:

– Может, стоит купить цветов по дороге домой? Мария явно не намерена меня прощать в ближайшее время…

В течение следующих десяти минут, пока дядя Перси обрабатывал свои раны, Бекки и Джо поужинали, погрузили свои чемоданы в Берту и ожидали на подъездной дорожке. Дождь барабанил по гравию, а резкий ветер хлестал Бекки по лицу. Она подошла к матери и заметила, что глаза миссис Меллор увлажнились.

– Не плачь, мам, – сказала Бекки. – Мы же уезжаем всего на неделю.

Миссис Меллор громко фыркнула.

– Я знаю. Такие глупости… – она обняла Бекки, а потом посмотрела на Джо. – Приглядывайте друг за другом. И помните, дядя Перси не обязан лицезреть вашу ругань, так что ведите себя прилично.

– Хорошо, мам, – ответил Джо.

– Они всегда хорошо себя ведут, Кэтрин, – сказал дядя Перси, целуя миссис Меллор в щёку. Затем он посмотрел на Бекки и Джо. – А теперь, не пора ли нам в путь? Есть одна немка, которая очень хочет снова повидать вас двоих и заодно ударить меня формой для немецкого кекса.

Бекки и Джо забрались в машину, в то время как миссис Меллор с тревогой её разглядывала.

– Перси, на ней точно можно ехать?

– Конечно, – успокоил её дядя Перси, небрежно взмахнув рукой. Он забрался внутрь и опустил стекло. – Кроме того, мы не поедем по оживлённым дорогам. – И прежде, чем миссис Меллор успела сказать что-нибудь ещё, он задним ходом выехал на дорогу. – Чего она не знает, – прошептал дядя Перси Бекки, – так это того, что нам вообще никакие дороги ни к чему.

Бекки почувствовала, как у неё скрутило живот, когда она посмотрела на викторианские дома с террасами впереди: их ярко освещённые окна скрывали простую, самую обычную жизнь их обитателей. В противовес им, Бауэн-холл был настолько необычным, насколько можно себе представить. И когда Берта рванула вперёд, Бекки поняла, что момент, которого она так долго ждала, наконец настал.

Она возвращалась домой.

Дядя Перси вырулил с Линдон-Кресчент на главную дорогу. Миновав букмекерскую контору, прачечную самообслуживания и греческую закусочную «Абракебабра», они свернули на боковую улочку, которая вела к большому парку, со всех сторон обнесённому железной оградой.

Бекки наблюдала, как дядя Перси нажал кнопку на приборной панели Берты, и спидометр с тихим жужжанием перевернулся, сменившись картой ближайших окрестностей. На карте крошечный бело-зелёный треугольник, казалось, отделился от скопления фиолетовых прямоугольников.

– Что это? – спросила она, заинтригованная.

– Это альторадар, – объяснил дядя Перси, останавливая Берту на пустынном участке с кустарниками слева от ворот парка.

– Так ты узнаёшь, есть ли поблизости другие машины? – догадался Джо.

– Машины, лодки, самолёты – любые транспортные средства. Мы – этот бело-зелёный треугольник, другие транспортные средства обозначаются другими формами и цветами. Например, оранжевый круг будет означать парусную лодку, а синий ромб – двухмоторный биплан. Фиолетовый прямоугольник представляет собой обычный автомобиль, который, как вы можете видеть, от нас удаляется. Альторадар также показывает присутствие людей или животных в этом районе. В конце концов, мы же не хотим, чтобы кто-нибудь стал свидетелем нашего небольшого исчезновения, не так ли?

– Думаю, нет, – согласился Джо.

Дядя Перси наблюдал, как последний прямоугольник исчез с экрана. Затем он что-то напечатал в таймпаде Берты.

– По мне, так всё равно лучше столкнуться лицом к лицу с Марией, как считаете?

Внутри у Бекки всё перевернулось, когда машина заворчала и затряслась. В тот же миг из приборной панели Берты хлынули потоки ослепительного света, затапливая весь салон. Бекки едва успела закрыть глаза, как вдруг – БУМ!

Даже когда Бекки поняла, что всё закончилось, она не смогла заставить себя открыть глаза, отчасти из-за страха новой поломки Берты. Однако её опасения рассеялись, когда Джо воскликнул:

– Я и забыл, как это круто!

Бекки почему-то думала, что они материализуются в лаборатории дяди Перси, в Комнате времени, и услышат писк и жужжание рабочих станций, а высокие белоснежные стены оживут от мягкого тиканья бесчисленных часов, которые показывают разное время на разных временных линиях. Но в этот раз у дяди Перси были другие планы.

Берта стояла на извилистой дорожке напротив увитого плющом лодочного домика на берегу озера Бауэн. Бекки посмотрела направо и поняла, почему дядя Перси материализовал их здесь: вдалеке возвышался Бауэн-холл, особенно величественный на фоне бархатисто-чёрного неба.

– Знаете, – сказал дядя Перси, – приятно, когда твое любимое здание – дом, в котором ты живёшь, – он завёл машину, и они поехали.

Но прежде, чем они успели добраться до дома, входная дверь с грохотом распахнулась, и им навстречу выбежала невысокая полная фигурка. Одетая в чёрно-белую униформу экономки, Мария издалека напоминала откормленного пингвина.

– Мои ангелы! – взвизгнула она. – Мои ангелы здесь!

Мгновение спустя из дома вышел её муж Джейкоб, прихрамывая. На его лице сияла широкая и дружелюбная улыбка.

Мария неумолимо приближалась, бешено размахивая руками. Подбежав к Берте, она распахнула пассажирскую дверцу и вытащила Джо наружу с силой горной гориллы. Затем покрыла влажными поцелуями каждый видимый уголок его лица.

Джо знал, что сопротивляться бесполезно.

– Привет, Мария.

Глаза Марии расширились, когда Джо выпрямился во весь рост.

– Посмотрите, как вырос мастер Джо! Я так и знала. Когда я увидела его в первый раз, я сказала, что он будет сильным, как лев, и с таким же сердцем. И я оказалась права. Мария всегда права! – Затем, с не меньшей силой, она вытащила из машины Бекки. – И мисс Бекки… – она обхватила лицо Бекки своими короткими пальцами, и её глаза увлажнились. – С каждой луной вы становитесь всё прекраснее. Она похожа на принцессу, правда, Джейкоб?

– Правда, – отозвался Джейкоб.

– Спасибо, Мария, – ответила Бекки, обнимая её.

Затем взгляд Марии помрачнел и упал на дядю Перси, который крался на цыпочках к двери дома.

– А вы? Что вы скажете в своё оправдание?

Дядя Перси слабо улыбнулся.

– Извини, я опоздал.

Лицо Марии стало пунцовым.

– Опоздал? Опоздал, вы только его послушайте! Вы не опоздали, вы пропали! Джейкоб ужасно волновался, – она указала на Джейкоба, который, казалось, собирался ей возразить, но передумал. – Бедняжка! Посмотрите на него. Вы отняли у него годы жизни.

Дядя Перси выглядел виноватым.

– Мне правда жаль, Джейкоб.

Джейкоб безразлично пожал плечами.

– Не стоит…

– Ба! Очень даже стоит!

Дядя Перси поднял руки в знак примирения.

– Мария, мне жаль, что ты беспокоилась, но, как я уже сказал тебе по телефону, давка стала просто непредвиденным несчастным случаем.

– Несчастным случаем, которого никогда бы не случилось, если бы вас там вообще не было, – голос Марии дрогнул. – Вы должны жить настоящим, а не прошлым. У неё есть…

Неожиданно строгий голос Джейкоба оборвал её:

– Довольно, Мария. Это не твоё дело.

Бекки забеспокоилась. Она раньше никогда не слышала, чтобы Джейкоб повышал голос.

– Это моё дело, Джейкоб, – настаивала Мария. – Я люблю его и хочу, чтобы он оставался в безопасности. Хочу, чтобы он был здесь и чтобы я заботилась о нём, пока сама не останусь в прошлом. Если он сердится на меня, то… Тьфу! Лучше так, чем потерять его, – с этими словами она развернулась и убежала в дом.

Джейкоб посмотрел на дядю Перси.

– Я прошу прощения за свою жену. У неё добрые намерения.

– Знаю.

Джейкоб приподнял уголки губ и последовал за Марией в дом.

Бекки не могла подобрать слов.

– Что происходит?

– Это очень долгая история, – сказал дядя Перси. – И уж точно не для сегодняшнего вечера.

Бекки хотела было настоять, но за их спинами прозвучал ещё один голос:

– Что за шум, а драки нет?

Она обернулась и увидела приближающегося Уилла.

– Уилл! – Джо подбежал к Уиллу и пожал ему руку.

– Как поживаете, молодой сэр?

– Стал асом, – ответил Джо. – А ты?

– Стало лучше, как только вы прибыли.

Бекки посмотрела на них и почувствовала неожиданный укол зависти. Между Джо и Уиллом установилась уникальная связь, которую она никогда не смогла бы разделить. Учитель и ученик. Но не успела задуматься об этом, как Уилл обнял и её.

– Мисс Бекки, – произнёс он. – Я рад вас видеть.

Бекки улыбнулась в ответ.

– Я тоже рада тебя видеть.

Уилл на мгновение остановил взгляд на Берте, после чего перевёл его на дядю Перси.

– Можно предположить, что у тебя был весьма насыщенный день, друг мой.

– Так и есть.

Глаза Уилла сузились.

– Должен ли я знать подробности?

– Да не особо, – ответил дядя Перси и повернулся к Бекки и Джо. – В любом случае, давайте заселим вас в ваши комнаты.

Забрав вещи из машины, они поднялись по ступенькам парадного входа в дом. Всё это время Бекки не могла отвести глаз от дяди Перси, который выглядел непривычно отстранённым; его карие глаза, обычно такие живые, стали тусклыми и встревоженными. Она знала, что-то не так. Однако в ту секунду, когда Бекки зашла в прихожую, все мысли об этом улетучились, когда небольшой комочек песчаного цвета с пронзительным визгом помчался к ней и возбуждённо запрыгал у ног, а за ним появилась такого же цвета, но значительно более крупная фигура его матери.

– Сабиан! – Бекки просияла, подхватывая саблезубого тигрёнка на руки и прижимая его голову к своей. Когда его усы защекотали ей нос, Бекки почувствовала приятную дрожь. Вдруг она заметила, что дверь в столовую приоткрыта. Там на стуле сидела Мария – её тело содрогалось, пока она плакала, уткнувшись в шею Джейкоба.

Дядя Перси тоже это заметил.

– С вашего позволения, я должен немного поболтать с Марией. Уилл, не будешь ли ты так любезен проводить Бекки и Джо в их комнаты? – он тяжело вздохнул и зашёл в столовую, закрыв за собой дверь.

После нескольких секунд неловкого молчания Бекки спросила:

– Уилл, в чём дело?

– Вероятно, Мария расстроена из-за сегодняшнего исчезновения вашего дяди. Она многих потеряла в своей жизни – семью и друзей. Думаю, она боится потерять и его тоже. В конце концов, теперь он – её семья.

Бекки кивнула.

– Понимаю, но что она имела в виду, говоря «не нужно жить прошлым»?

Лицо Уилла потемнело.

– Я не слышал этих слов. А даже если бы и слышал, то не мне их комментировать. – Он поднял чемодан Бекки: – Пойдёмте… давайте обустроим вас в ваших покоях. Скоро это происшествие будет забыто.

Но Бекки не хотела ничего забывать. Она хотела получить ответы на свои вопросы. И пока поднималась вслед за Джо и Уиллом по лестнице, в упорном молчании, усиливавшем вой поднявшегося снаружи ветра, она не могла избавиться от чувства разочарования, что её возвращение в Бауэн-холл оказалось не таким волшебным, как она ожидала.

Несколько минут спустя Бекки смотрела из окна своей комнаты на хмурое небо, размышляя о дяде Перси и их насыщенном событиями прибытии в Бауэн-холл; чувство, что что-то в корне неправильно, терзало её, словно головная боль. Она бросила свой чемодан на кровать с балдахином и начала было раскладывать вещи, когда её взгляд упал на сложенную газету, лежавшую на письменном столе. Присмотревшись, она увидела название газеты: «Трэвелинг таймс», а под названием – заголовок из четырёх слов, от которых у неё закружилась голова. Подбежав, Бекки схватила газету и расправила на кровати.

ПОИСКИ ДЖОНА МЕЛЛОРА ПРОДОЛЖАЮТСЯ…

Позвольте мне как президенту института и от имени всех членов административного комитета поблагодарить тех, кто продолжает усердно искать TT114 Джона Меллора. Я никогда не видел такого коллективного рвения! Каждый сотрудник организации отправил отчёт о своих поисках Джона, и, насколько мне известно, восемьдесят две временные линии и триста секторов были исключены из наших поисков. Конечно, до сих пор поиски не увенчались успехом, но надо мыслить позитивно (как всегда мыслил Джон), потому что ваше следующее путешествие может оказаться решающим.

Тем не менее комитет обратился ко мне с просьбой напомнить вам о необходимости оставаться бдительными. Эмерсон Дрейк, может, и чёртов сопливый прохвост (простите за ругательства), но он коварный, лживый и очень опасный чёртов сопливый прохвост. Поэтому, если вы увидите или услышите что-либо подозрительное во время своих путешествий во времени, пожалуйста, свяжитесь с TT98 Перси Галифаксом или Чарли Миллпортом, главным трекером: они примут необходимые меры для дальнейшего расследования.

Также мне хотелось бы обратить ваше внимание на некоторые недавние примечательные и забавные неудачи, произошедшие во время наших поисков Джона. TT104 Кит Пиклтон был убеждён, что в 1936 году Джон находился в камере размером шесть на четыре в Алькатрасе под псевдонимом Фредди «Жаба» Виггони. TT170 Мустафа Хан считал, что он заключён в тюрьму в лагере Сидящего Быка в Южной Дакоте в 1869 году под вымышленным индейским именем Сункманиту Танка Об Вачи. Больше всего мне понравилось мнение ТТ145 Филлис Кроуберри о том, что в 885 году нашей эры он был пленником немецкого монарха, короля Карла Толстого. К сожалению, в результате расследований все эти теории оказались полной чушью. И всё же однажды мы добьёмся успеха: хороший друг, преданный отец и муж и один из лучших путешественников во времени снова будет с нами.

Ещё раз благодарю каждого за усилия.

Всему своё время,

ТТ86 Чарльз Баттерби.

Да, и позвольте напомнить, что Аннабель Маллинс, наш любимый дневной администратор, организовала барахолку в церкви Святого Варнавы в Фадж-Рингтоне 11 декабря и была бы признательна за пожертвования в виде призов для лотереи (пожалуйста, не жертвуйте украденные, стащенные, угнанные или стыренные из путешествий во времени вещи).

Бекки перечитывала статью снова и снова. После четвёртого раза она аккуратно сложила газету и прижала к груди. У неё дрожали руки. Конечно, дядя Перси упоминал, что другие путешественники во времени искали её отца, но, увидев это напечатанным чёрным по белому и узнав, как много в этом замешано людей, Бекки почувствовала – поиски стали ещё реальнее. Было вопросом времени, когда они добьются успеха.

Тут дверь распахнулась, и в комнату вбежал запыхавшийся Джо с лицом цвета спелой вишни.

– Ты это видела? – он показал точно такой же номер «Трэвелинг таймс».

– Здорово, да? – воскликнула Бекки и, не успев опомниться, бросилась в объятия Джо и обхватила его так крепко, как только могла.

Джо застыл с таким видом, будто проглотил осу.

– Ты чего?

– Обнимаю тебя.

– Ну… перестань.

– Почему?

– Как-то неловко.

– Чего?

– Мы обычно не обнимаемся. Ты меня лупишь, а не обнимаешь.

– Но сейчас мне не хочется тебя лупить, я счастлива.

– Думал, ты счастлива, когда лупишь меня.

– Да, но… Сейчас я не в настроении.

– Лучше бы была в настроении… – пробормотал Джо, но по голосу угадывалось, что он так на самом деле не думает.

Внезапно из коридора послышался странный стук, а вслед за ним раздался громкий крик. Бекки выпустила Джо из объятий и посмотрела на дверной проём. В комнату вразвалочку вошла приземистая серая птица с толстым зелёным клювом, плюмажем из белоснежных перьев сзади и короткими крыльями.

Глаза Бекки полезли на лоб.

Джо озадаченно замер справа от неё.

– Что это за птица?

На этот раз Бекки её узнала. Она была очарована этими птицами с тех пор, как учительница в начальной школе, миссис Эбри, показала их на картинках в потрёпанном учебнике истории.

– Это… додо.

– Бекки права, – в дверях появился дядя Перси. – Её зовут Дейдра, – он выглядел уставшим, но в его глазах зажёгся знакомый огонёк.

Дейдра безо всякого страха потёрлась о ногу Бекки.

Бекки присела на корточки и провела пальцами по изогнутому клюву. На её губах появилась восторженная улыбка.

– Откуда она?

– Маврикий… Пятнадцатый век. Я был там месяц назад, разыскивая следы вашего отца. Должно быть, на неё напал хищник. Если бы я её бросил, она бы погибла, а потому забрал с собой и выходил. Она устроила себе нечто наподобие гнезда на берегу озера. Сомневаюсь, что Дейдра согласилась бы вернуться в своё время, даже если бы мне этого захотелось.

Птица тихонько вскрикнула, как бы подтверждая его слова. Джо помахал газетой.

– Спасибо за это.

– Да, – согласилась Бекки. – Это прекрасно. Правда.

– Я просто хотел, чтобы вы знали: сообщество путешественников во времени делает всё возможное для поисков Джона. И мы сами не прекратим поиски. Мы его отыщем.

– Знаем.

Дядя Перси глубоко вздохнул.

– А теперь позвольте мне извиниться за предыдущие сцены с Марией. Уверен, вам интересно узнать, о чём идёт речь, но хоть раз в жизни, не могли бы вы оказать мне услугу и не углубляться? Думаю, нам стоит оставить это в прошлом и просто провести вместе замечательную неделю.

Он говорил с такой искренностью, что Бекки не решилась ему возразить.

– Конечно, – сказала она, а Джо в знак согласия кивнул.

Дядя Перси улыбнулся.

– Спасибо. Что ж, почему бы нам не спуститься вниз и не начать наш отпуск? Сегодня вечером, если позволите, я хотел бы провести вечер в викторианском стиле… – Его улыбка стала шире, он подхватил Дейдру на руки и вышел из комнаты.

Как только он скрылся из виду, Бекки взглянула на Джо и прошептала:

– Вечер в викторианском стиле? Скукотища!

К удивлению Бекки, вечер ей очень понравился. Уилл растопил в гостиной камин, одновременно обмениваясь с Джейкобом историями об их прошлой жизни; Мария была в прекрасном расположении духа, её круглое лицо раскраснелось от двух бокалов настойки первоцвета, а дядя Перси, казалось, пребывал в особенно озорном настроении, примерял Милли и Сабиану охотничьи, а Дейдре кружевную шляпку, пока птица важно расхаживала по гостиной. Когда пришло время ужина, Мария вынесла лимонный пирог, императорские имбирные пряники и витое печенье с пуншем с имбирным элем.

Бекки уже доедала вторую порцию имбирного печенья, когда повернулась к дяде Перси и спросила:

– Я прогуляюсь завтра с Пегги по парку?

– Если её модный приятель позволит, – хихикнула Мария. Она покачнулась на стуле и рыгнула. – Verzeihung![3] Простите меня, пожалуйста! – Под общий смех Бекки и Джо обменялись смущёнными взглядами.

– Модный приятель? – уточнила Бекки.

– А я не рассказывал, да? – сказал дядя Перси. – Очевидно, в Бауэн-холле царит атмосфера любви. Похоже, Пегги нашла себе вторую половинку.

– Кого? – удивилась Бекки.

– Дам тебе подсказку: четыре ноги, толстая, покрытая бронёй шкура, три рога и несколько неуклюжая манера поведения.

– Гамп?

– Именно, – ухмыльнулся дядя Перси. – Наш маленький трицератопс оказался настоящим ловеласом. Он каждую ночь спит рядом с её конюшней, а днём они вместе гуляют. Он даже оставляет гору травы возле двери её конюшни перед её пробуждением. Довольно мило, на самом деле.

– Правда? – Бекки рассмеялась.

– Удачи, Гампи! – сказал Джо, захлопав в ладоши.

– Что ж, – произнесла Бекки, изобразив беспокойство. – Поскольку я официально являюсь её опекуном, мне, пожалуй, придётся перекинуться с ним парой слов.

Дядя Перси улыбнулся.

– Я верю в благородство его намерений.

– Будем надеяться, что у них не появятся дети, – пошутил Джо. – Только представьте себе белого трицератопса с крыльями…

Было уже за полночь, когда Бекки упала в постель. Ветер стих, в доме и на улице стало зловеще тихо. Какое-то время она просто лежала, размышляя о странных событиях этого дня, а затем картинка вдруг изменилась: Бекки стояла рядом со своей матерью на извилистой дорожке. С мутного неба лился дождь и хлестал её по лицу. Она потуже затянула шарф на шее и, подняв глаза, увидела, что мать ласково ей улыбается. Затем вдалеке показались два серебристых глаза, злые и пугающие. В ночи раздался пронзительный рёв. Монстр их отыскал.

Бекки схватила маму за руку и стремительно побежала. Сердце бешено колотилось в груди. Но монстр всё приближался; его ядовитое дыхание заполняло лёгкие. Вот он их настиг и с торжествующем рёвом сделал последний бросок…

Бекки, вздрогнув, проснулась. Часы показывали три часа ночи. Ещё минут двадцать она безуспешно пыталась заснуть. Окончательно проснувшись, решила проверить свои сообщения в социальных сетях, но телефон остался на первом этаже, поэтому она включила прикроватную лампу, накинула халат и вышла из комнаты.

Шаги отзывались эхом, когда Бекки шла по мраморному полу в прихожей. Она прошла коридор и зашла на кухню. К своему удивлению, увидела оранжевое свечение, исходившее из гостиной, и услышала потрескивание всё ещё горевшего камина. Зайдя туда, она с удивлением обнаружила там дядю Перси, который невидящим взглядом смотрел на огонь. Его ноги были укрыты тяжёлым лоскутным одеялом, в одной руке он держал недопитый стакан виски, а в другой фотографию.

– Дядя Перси?

Он вздрогнул от неожиданности и с заметным волнением спрятал фотографию под одеяло.

– Б-Бекки? Почему ты не спишь?

– Я оставила здесь свой телефон, и… – она не договорила. Взглянув дяде Перси в глаза, Бекки заметила, что они красные.

Дядя Перси плакал.

У Бекки закружилась голова. Она не знала, как поступить. Ей не хотелось рушить такой личный момент, но и сделать вид, что она ничего не заметила, и уйти в свою комнату тоже не могла. Хотелось утешить дядю Перси и выяснить, в чём дело: сделать всё то, что, как она знала, сделал бы он на её месте.

Дядя Перси вытер глаза.

– Ну и дела. Я, должно быть, ужасно выгляжу.

Бекки пододвинула стул и села.

– Что случилось, дядя Перси? Это как-то связано с фотографией, которую ты прячешь?

Дядя Перси коротко усмехнулся, вытащил фотографию из-под одеяла и передал Бекки.

– От тебя ничего не утаишь, да?

Бекки опустила взгляд и увидела привлекательную молодую женщину в сиреневом платье до щиколоток, с длинными каштановыми волосами, вьющимися и растрёпанными. Её голубые глаза сияли, как сапфиры.

– Кто она?

– Её зовут Стефани Кэллоуэй.

– Она очень красивая.

– Да, была. Боюсь, её давно уже нет.

– Мне очень жаль.

Дядя Перси осушил свой бокал.

– Да, это было весьма печально, – он посмотрел на фотографию. – Она обладала редким даром – всё, чего она касалась, становилось ещё прекраснее.

– Как вы познакомились? – спросила Бекки.

– Мы вместе учились в Оксфорде. Она вместе с Бернардом Престоном и Эмерсоном Дрейком являлась членом общества путешественников во времени, о котором я вам рассказывал в Ущелье Мамонтов.

Бекки мысленно вернулась в прошлое.

– «Выдры».

– Верно. Так или иначе, она в некотором роде влюбилась в меня, хотя тогда я этого не понимал. Был слишком поглощён путешествиями во времени, чтобы это заметить, – дядя Перси невесело усмехнулся. – Кроме того, мне всегда казалось, что в её вкусе кто-то вроде Эмерсона. Он был таким уверенным в себе, и, хочешь верь, хочешь нет – в то время считался красавцем. К тому же он, казалось, и сам увлекся ей, – в его тоне послышалась горечь. – Мне трудно говорить о них двоих в одном предложении. Стефани была поистине совершенна во всём, а Эмерсон… ну, он являлся полной её противоположностью и верил во всё то, во что она не верила и против чего выступала. Само олицетворение зла… Тем не менее после университета мы стали проводить всё больше времени вместе. Она оставалась в Бауэн-холле, иногда жила здесь неделями. Именно тогда я понял, что по уши в неё влюбился. И, как ни странно, она чувствовала то же самое. Никогда не был таким счастливым. В итоге решил сделать ей предложение. Догадаешься, где я хотел это сделать?

– В Ущелье Мамонтов? – улыбнулась Бекки.

– Верно. В общем, она отказала мне, а потом рассказала о своей болезни. Я был зол и сбит с толку. Врачи говорили, что ей осталось жить всего несколько месяцев, – голос дяди Перси дрогнул. – Я не мог поверить своим ушам. После этого слетел с катушек и даже попытался сделать то, чего, как я говорил, никогда не сделаю.

– Что именно?

Выражение лица дяди Перси изменилось. Бекки не могла сказать, выражало оно раскаяние или сожаление.

– Пытался построить машину времени, которая перенесла бы меня в будущее, – сказал он. – Посвятил этому всё своё время и силы. Я был одержим. Мне казалось, смогу изучить будущие медицинские достижения и спасти Стефани. Меня не волновали потенциально катастрофические последствия моих действий. В любом случае, я был близок к достижению своей цели, но как раз в тот момент, когда я почти совершил то, что казалось мне научным прорывом, прекратил свои эксперименты и уничтожил все свои исследования.

– Почему?

– Она попросила меня об этом, – просто ответил дядя Перси. – Сказала, что если пришло её время, то так тому и быть. Она приняла свою смерть, – он прерывисто вздохнул. – Поэтому мне тоже пришлось это сделать, хоть и с большой неохотой. Я по-прежнему хотел на ней жениться, но она попросила меня подождать. Сказала, если однажды найду кого-нибудь другого и захочу вступить в брак, то пусть это будет моя первая свадьба.

Бекки с трудом сдерживала слёзы.

– Мне так жаль.

– Всё в порядке, дорогая. Важно, чтобы ты понимала, почему Мария так отреагировала. Видишь ли, вчера была годовщина смерти Стефани. Каждый год в этот день я возвращаюсь в Ущелье Мамонтов, провести с ней время. Думаю, Мария решила, что уже не вернусь назад…

В комнате воцарилась тишина.

Бекки медленно наклонилась и обхватила лицо дяди ладонями.

– Я верю, ты всегда будешь возвращаться, – она нежно поцеловала его в щёку, встала и молча ушла.

Свой телефон она так и не забрала.

Бекки несколько часов ворочалась с боку на бок, прежде чем заснула беспокойным сном. Было почти девять, когда у неё над ухом раздался оглушительный крик, за которым последовало знакомое хихиканье. Она подскочила и увидела, как Джо выбегает из комнаты с недовольной Дейдрой в руках. Зарычав, Бекки вылезла из постели и приняла самый холодный душ, какой только могла вынести. Минут через десять она уже зашла на кухню. Там за столом её ожидали дядя Перси, Джейкоб, Джо и Уилл.

– Доброе утро, – сказал дядя Перси.

– Доброе, – пробурчала в ответ Бекки.

Мария отошла от плиты. В руках, затянутых в перчатки, она несла тарелку со шкварчащими сосисками.

– Присаживайтесь, пожалуйста, мисс Бекки, Мария будет кормить вас до тех пор, пока вы не станете размером с моржа.

Бекки выдвинула стул, специально ударив Джо ножкой в отместку за его предыдущую выходку, прежде чем сесть за стол.

– Ауч! – вскрикнул он.

– Прости, – пробормотала Бекки.

С этого момента завтрак стал значительно приятнее.

Дядя Перси, к большому облегчению Бекки, вёл себя так, словно ночного разговора не было: он объяснял Уиллу нечто под названием «Принцип неопределённости Гейзенберга[4]». Уилл в свою очередь выглядел таким скучающим, будто мог съесть собственное лицо. Зато Мария светилась от счастья как никогда: она носилась по кухне вприпрыжку и выкрикивала Джейкобу приказы, раз за разом наполняя опустевшие тарелки едой. Милли и Сабиан с жадностью набросились на огромную порцию свиных отбивных, а Джо ел с таким аппетитом, что Бекки показалось, он вот-вот покончит с едой и примется за тарелки.

– Мы сегодня отправимся в путешествие, дядя Перси? – спросил Джо, жуя сосиску.

– Боюсь, нет, Джо. Сегодня мне нужно закончить кое-какую важную работу в моей лаборатории. Однако завтра, думаю, мы обязательно где-нибудь побываем. Куда и в какой временной отрезок вы бы хотели отправиться?

Джо на мгновение задумался.

– Знаешь, мне бы хотелось в двенадцатый век, во времена Уилла… в Средневековую Англию, – он просиял, глядя на Уилла, лицо которого оставалось нечитаемым. – Мне бы хотелось увидеть Шервудский лес и познакомиться с весёлыми ребятами.

– Средневековая Англия? – переспросил дядя Перси, задирая подбородок. – Я никогда не любил Средневековую Англию. Не обижайся, Уилл.

– И не собирался. То были неспокойные времена, Джо. Вероятно, вам безопаснее побывать в другом месте.

Джо пожал плечами.

– Каждый период времени опасен, если не относиться к нему с должным уважением. Ты ведь так говоришь, да, дядя Перси?

– В какой-то степени так оно и есть, – ответил дядя Перси. – А как насчёт… Флоренции шестнадцатого века? Мы могли бы посмотреть, как Леонардо да Винчи рисует Мону Лизу, что, уверяю вас, довольно забавно, поскольку его моделью был двадцатилетний мужчина с заячьей губой.

– Это не так уж и интересно, – возразил Джо. Его глаза заблестели, когда ему в голову пришла другая идея. – А как насчёт того места в Америке, где в сороковых годах разбилась летающая тарелка? Я читал об этом в интернете.

– Розуэлл, штат Нью-Мексико.

– Ага. Разве они не обнаружили парочку инопланетян в космическом корабле?

– О, это были не инопланетяне, – усмехнулся дядя Перси. – И никакой не космический корабль.

– Но что-то же там произошло?

– Кое-что произошло, да, – начал дядя Перси. – Но, боюсь, предполагаемый космический корабль на самом деле являлся спортивным автомобилем Delorean DMC 12 1985 года выпуска, которым управлял австралийский путешественник во времени по имени Эммет Ллойд. По-видимому, у него случилась такая же проблема, как и у Берты, – сломался конденсатор Террифлектора, из-за чего он был вынужден совершить довольно эффектную аварийную посадку в пустыне. К сожалению, его материализация и последующая авария не остались незамеченными, и именно с этого момента родилась теория об инопланетянах. Так или иначе, пока Эммет лежал там без сознания, кто-то связался с властями, и Эммета с его машиной времени забрали. А когда Эммет пришёл в себя, он включил свой пагидизор и был спасён Чарли Миллпортом.

Бекки на мгновение задумалась.

– Погоди, а разве нет фильма с машиной времени Делориан?

– А разве есть? – ответил дядя Перси. – Я не видел. Несколько удивлен, что вы ещё не заметили, но в Бауэн-холле нет телевизора…

После завтрака Бекки и Джо отправились в конюшню. Окрестные поля были покрыты инеем, словно сахаром, а ледяной ветер холодил Бекке нос. Когда они приблизились к конюшне, сердце Бекки затрепетало. Из всех удивительных существ в Бауэн-холле во время своего отсутствия она больше всего скучала по пегасу. После их приключения и до конца летних каникул Бекки каждый день заботилась о ней: кормила, ухаживала, помогала с прививками и, самое главное, играла, вследствие чего между ними установилась прочная, нерушимая связь. Заметив загон, Бекки ускорила шаг. Затем она увидела большое, могучее существо с тремя изогнутыми рогами, торчащими из его гигантской головы, стоявшее на страже у ближайшей двери конюшни. Гамп стал значительно выше и шире с тех пор, как они видели его в последний раз, и уже напоминал бронированный автомобиль.

– Гампи! – воскликнул Джо. Он подбежал и потрепал трицератопса по клювообразному носу. – Вау, Гампи! Тебе нужно прекратить налегать на пироги, приятель. Ты слишком большой для малыша.

– Я бы сказала, что теперь он официально стал ребёнком, – хмыкнула Бекки.

Как только она договорила, из-за двери конюшни показалась белоснежная голова и раздалось взволнованное фырчанье. Пегас лёгким галопом покинул конюшню и вышел на дневной свет.

– Пегги! – воскликнула Бекки и обхватила жеребёнка руками, чувствуя, как её маленькие крылышки трепещут от радости.

Джо улыбнулся.

– Мне кажется, или Пегги тоже немного подросла?

Бекки отступила назад и внимательно её оглядела.

– Думаю, ты прав, – сказала она, присев на корточки и поцеловав Пегги в нос. – Значит, ты скучала по мне? – Затем она пристально посмотрела на Гампа. – Так что – тебе нравится Пегги? Имей в виду, если ты её обидишь, то мне придётся… – она не закончила фразу, поскольку внезапный порыв холодного ветра отбросил назад её волосы, а по шее побежали мурашки. Она бросила на Джо испуганный взгляд, когда над ними появился крошечный шарик света, увеличиваясь в размерах.

– О, нет! – выдохнула она.

Как раз в этот момент вокруг засверкали молнии, но тут же исчезли, когда воздух прорезал мощный взрыв. Только глаза Бекки привыкли, она увидела, что на месте яркого света стоял гигантский мотоцикл. Его широкий хромированный руль поблёскивал в солнечных лучах. Верхом на мотоцикле сидел огромный мужчина в тяжёлой чёрной кожаной куртке, его длинные густые каштановые волосы с проседью были собраны в конский хвост под широкополой угольно-чёрной ковбойской шляпой.

– Вот так сюрприз, – прорычал байкер с невнятным американским акцентом. – Неужели это малышка Бекки Меллор?

Бекки собиралась было повернуться и убежать, когда лицо байкера расплылось в улыбке.

– Ты и вправду хорошенькая, как персик.

Сбитая с толку, Бекки ответила:

– Э-э-э, спасибо.

– Ну и где же твой братец? – он огляделся и нашёл глазами Джо. – А, вот и он. Чёрт возьми, парень, да ты становишься размером с мустанга! Приветствую.

Джо выглядел ошеломлённым.

– Приветствую.

– А вы кто? – спросила Бекки.

– Где мои манеры? – байкер сдёрнул с головы шляпу, скинул свои массивные ноги с мотоцикла, выпрямился во весь рост и поклонился. – Я Брюс, мисси. Брюс Уэстбрук, – поправив шляпу на затылке, он подошёл к Бекки и протянул ей руку. – Старый приятель твоего чудака-дяди. – И тут он заметил пегаса: – Чтоб я стал тётушкой лесной крысы! Да это же тот самый знаменитый пегас. Твой дядя рассказывал, что она красавица, но такого я и представить себе не мог, – он подошёл к Пегги и опустился перед ней на колени.

– Она недолюбливает незнакомцев, – быстро предупредила Бекки.

Брюс нежно провёл рукой по спине Пегги и заговорил мягким, размеренным голосом:

– Это ведь лошадь, не так ли? Если я чего-то не знаю о лошадях, то этого и знать не стоит.

Джо уставился на мотоцикл широко раскрытыми глазами.

– Классный байк!

– Она прелесть, это точно, – кивнул Брюс, поднимаясь на ноги. – Это Милашка Сью. Харлей Дэвидсон FLHS Electra Glide Sport 1983 года выпуска. На мой взгляд, лучший мотоцикл из когда-либо созданных, – его взгляд задержался на мотоцикле, прежде чем снова вернуться к Бекки и Джо. – Ваш дядя здесь?

– Он в лаборатории, – ответила Бекки.

– Оки-доки, – сказал Брюс. – Ребята, не хотите ли прихватить своего дядю, подняться на борт Милашки Сью и найти на свои головы немного приключений?

– Дядя Перси попросил, чтобы мы его не беспокоили, – сообщила Бекки.

Выражение лица Брюса стало серьёзным.

– О, он не побеспокоится, когда расскажу ему, зачем приехал. Видите ли, вчера я пил грог в пиратской таверне на Тортуге в восемнадцатом веке, и не кто иной, как его старый недруг, сидел там в окружении своих приспешников. Если судить по тому, что слышал, вы тоже знаете этого подонка?

– Мы? – растерянно переспросила Бекки.

– Разумеется. Имя Отто Крюгер вам о чём-нибудь говорит?

У Бекки застыла кровь в жилах. Отто Крюгер был наёмником Эмерсона Дрейка, бывшим телохранителем Гитлера и одним из самых хладнокровных убийц в истории.

– Что он там делал?

– Это, маленькая леди, очень долгая история, – ответил Брюс. – И та, к которой у меня нет всех ответов. Но пойдёмте-ка проведаем вашего дядюшку. Может, вместе мы что-нибудь придумаем… – Брюс взгромоздился на мотоцикл и жестом пригласил Бекки и Джо тоже забраться на него.

В любой другой раз Бекки была бы в восторге от поездки на мотоцикле: ветер развевал её волосы, а поля расплывались перед глазами, но от воспоминаний об Отто Крюгере у неё свело живот.

Брюс направил Милашку Сью в сторону от Бауэн-холла и вскоре притормозил у постройки без окон. Несмотря на то, что Бекки побывала только на верхнем этаже лаборатории, в Комнате времени, она знала – под ней находится ещё несколько этажей, где дядя Перси хранит свои машины времени (по его словам, целых пять штук) и кто знает, что ещё? Она спрыгнула с мотоцикла, подошла к массивной стальной двери и толкнула её. Дверь не поддалась.

– Заперто! – сказала Бекки и трижды постучала, а после взглянула на Джо.

– Если дядя Перси работает на нижних уровнях, он нас точно не услышит, даже если мы будем использовать твою голову как таран.

Только эти слова слетели с её губ, раздался пронзительный писк, и маленький, самый обычный с виду кирпич в стене превратился в экран. Он загорелся, и в центре появился дядя Перси в очках с толстой оправой, которые увеличивали его глаза до размеров яблок.

– Привет, Бекки. Чем могу помочь?

Брюс шагнул вперёд.

– Можешь вытащить свою задницу сюда и полюбоваться на дикаря из Аризоны.

Дядя Перси выглядел удивлённым.

– Брюс?

– Во всей своей роскошной красе, приятель! – Его тон стал серьёзным. – У нас есть незаконченные важные дела.

– Разве? – спросил дядя Перси. – Что ж, если вы немного подождёте, я пришлю за вами свою последнюю разработку, – он просиял. – Буквально только что её закончил.

Бекки и Джо обменялись заинтригованными взглядами. Её?

Несколько мгновений спустя Бекки увидела, как круглая панель справа от двери вспыхнула зелёным светом, и услышала треск сотни отодвигаемых засовов. Когда дверь распахнулась, Бекки испытала глубочайшее удивление. Их уже поджидала фигура, поблёскивающая в свете ламп. Едва доходившая Бекки до талии, она была подчёркнуто женственной: мягкие округлые черты, дружелюбный овал лица и большой розовый бант, закреплённый сбоку на голове.

– Это робот! – выпалил Джо.

– Доброе утро, мастер Джозеф. Я и правда робот, хотя предпочитаю термин «электронный когнитивный гиноид», – она слегка поклонилась. – Мисс Ребекка, мастер Джозеф и мистер Уэстбрук, будьте любезны, следуйте за мной, – она развернулась и короткими, резкими шагами пошла внутрь здания.

Бекки, Джо и Брюс проследовали за роботом в дальний конец Комнаты времени, где при их приближении открылась прозрачная дверь. Они зашли в крошечную комнатку с поручнями со всех сторон и выстроились за роботом, которая произнесла:

– Минус шестой этаж, комната один А. Комната безделушек. Ах да, мистер Галифакс советует вам держаться за поручни.

Стоило Бекки взяться за поручень, как пол завибрировал, и – вж-жик! – лифт с головокружительной скоростью устремился вниз. Желудок Бекки сжался. Брюс и Джо, очевидно, соревновались, кто громче завопит. Через несколько секунд лифт резко затормозил, а затем понёсся в сторону. Перед прозрачными створками одна за одной проносились комнаты. Затем лифт взмыл вверх и снова на пару мгновений замер, прежде чем опять резко податься вниз и с грохотом остановиться окончательно, отчего Бекки с размаху ударилась об одну из стенок. Она принялась растирать плечо, но её стон заглушило ликование Брюса и Джо.

– Дай пять!

Джо охотно ответил на дружеский жест.

Сбитая с толку, Бекки выглянула и увидела дядю Перси, стоящего у круглого стола в большой комнате, увешанной высокими полками, заполненными разнообразными предметами.

– Добро пожаловать, – произнёс он, разводя руки в стороны.

Створки лифта раскрылись, и гости нетвёрдой походкой вышли наружу.

– Это было круто, – сказал Джо. – Давайте ещё разок?

– Предполагал, что тебе понравится, Джо. Эктолифт оснащён ультра-усилителем, очень похожим на ускоритель в Сильвер Гоусте. Сам я им обычно не пользуюсь, но подумал, что вам он, возможно, придётся по душе.

Брюс выглядел таким же радостным, как Джо.

– Ты должен продать эту штуковину в Диснейленд!

Дядя Перси усмехнулся.

– Это вряд ли, Брюс.

Бекки же не разделяла всеобщего энтузиазма.

– Мог бы и предупредить, – проворчала она, приглаживая волосы, которые теперь напоминали воронье гнездо.

– И испортить всё веселье?

– В сломанной шее нет ничего весёлого!

Джо огляделся по сторонам.

– Внутри помещение больше, чем кажется снаружи.

– Размер и правда не маленький, Джо, – согласился дядя Перси. – Я и забыл, что вы здесь ещё не были. Всего в лаборатории шесть этажей и сорок две комнаты. Где-то здесь даже есть бассейн, но я им не пользовался уже лет десять. Вам стоит как-нибудь захватить свои купальники из дома и искупаться в нём. Кстати, о бассейне… – он посмотрел на робота. – Барби, не могла бы ты почистить его, когда выдастся свободная минутка? Сдаётся мне, он на третьем этаже.

Маленький робот отрывисто кивнул.

– Конечно, сэр.

Бекки недоверчиво рассмеялась.

– Барби? Ты назвал её Барби?

– В честь куклы? – уточнил Джо.

Дядя Перси выглядел озадаченным.

– Куклы? О чём ты? Я назвал её в честь Барбары МакКлинток.

Бекки и Джо непонимающе на него уставились.

– Ну, Барбара МакКлинток, получившая Нобелевскую премию по физиологии и медицине в 1983 году, – хмыкнул он. – И чему сейчас только учат в школах?

– Приятель, ты же не думал, что дети окажутся такими же занудами, как ты? – спросил Брюс. – А теперь обними-ка здоровяка, который любит тебя всем сердцем! – он подошёл и стиснул дядю Перси в объятиях.

– Рад снова тебя видеть, Брюс, – просипел дядя Перси. – Чему обязан таким удовольствием?

Лицо Брюса вмиг стало серьёзным.

– Не завалялась ли у тебя бутылочка бурбона? Конечно, сейчас для него рановато, но…

– Если наступил день, то нормально.

– Барби, принеси, пожалуйста, мистеру Уэстбруку стакан…

Брюс недовольно хмыкнул.

– Бутылочку бурбона, – поправился дядя Перси. – И кувшин лимонада для остальных. Спасибо, дорогая.

– Конечно, сэр.

Бекки проследила, как Барби скрылась за левой дверью.

– Откуда она взялась?

– Она была у меня в планах уже какое-то время. Неплохая подмога – приносит и уносит еду, прибирается, работает с машинами времени. Она оказалась поистине полезной, и я подумываю со временем перевести её в Бауэн-холл. Она даже умеет печь лимонное безе, которое может посоперничать с тем, что печёт Мария, хотя я бы в жизни не осмелился ей об этом сказать.

– Уж лучше тебе не говорить Марии о её возможной отставке, – согласилась Бекки. – Иначе она тебя прикончит. Я серьёзно.

Дядя Перси неловко переступил с ноги на ногу.

– Да, вот и я так подумал. Однако как раз Мария – одна из основных причин, по которой я создал Барби: нравится ей это или нет, но и она, и Джейкоб стареют, как и все мы. Со временем Барби станет незаменимой помощницей в Бауэн-холле, когда Мария перестанет справляться с некоторой физической работой. Думаю, это вполне может произойти через пару-тройку…

– …десятилетий, – перебил его Джо.

– Я хотел сказать «дней».

Бекки его слова не убедили. В этот момент вернулась Барби, неся поднос с напитками, который она поставила на стол.

– Она умеет делать что-нибудь прикольное? – спросил Джо.

Дядя Перси ухмыльнулся.

– Прикольное? Разве недостаточно прикольно, что она реагирует и действует на своё усмотрение, используя когнитивное мышление? Это вам не один из кибер-роботов Эмерсона Дрейка, знаете ли. Барби, пожалуй, является первым в мире настоящим примером поистине мощного искусственного интеллекта. Она умеет планировать, учиться, решать проблемы и обладает самосознанием. Короче говоря, Барби действительно очень прикольная.

Джо пожал плечами.

– Звучит здорово, но может ли она превращаться в машину, как трансформер?

– Для чего? – удивился дядя Перси. – Звучит как-то глупо. На такое она не способна, зато может делать много других прикольных штук, правда, Барби?

– Надеюсь, что так, сэр, – ответила Барби.

Дядя Перси указал на гигантскую люстру над ними.

– Барби, мне кажется, на самом верху люстры паутина. Можешь убрать её, пожалуйста?

– Конечно, сэр, – сказала Барби, и из её указательного пальца вырвалась ярко-синяя перьевая метёлка.

Бекки услышала тихий гул, и маленький робот без предупреждения взмыл в воздух, как ракета, облетел люстру, замер в воздухе и быстро почистил её метёлкой. После этого Барби точнёхонько приземлилась на то же место, где стояла до этого.

– Паутина удалена, сэр.

– Спасибо, Барби.

– Опрокинь меня наземь бизоний горб! – воскликнул Брюс.

– Она умеет летать? – ахнул Джо.

– И не только летать, Джо, – ответил дядя Перси. – Барби, кажется, в половину десятого утра я оставил чашку чая в своей химической лаборатории на минус втором этаже. Можешь принести её мне, пожалуйста?

В тот же миг Барби пронзил электрический разряд, и – хлоп! – она исчезла. У Бекки даже не было времени осознать произошедшее, когда Барби появилась снова, держа в руках чашку чая, с поверхности которой вились тонкие струйки пара. Она передала её дяде Перси.

– В том же виде, в котором оставили, сэр.

– Спасибо, Барби.

– Он-на ещё и машина времени? – запнулась Бекки.

– У неё множество достоинств. Она обладает знаниями, превосходящими человеческое понимание, может говорить на всех известных языках, умеет решать все математические уравнения, может поднимать груз весом до четырёх тонн, никогда не устаёт и не жалуется. Также она просто очаровательная спутница.

Барби сделала реверанс.

– Благодарю вас, сэр. Надеюсь, теперь мастер Джо посчитает меня достаточно прикольной для него.

Джо кивнул.

– Барби, ты мега-прикольная.

– Ты что-то с чем-то, Перси, – заявил Брюс. – Если бы в мире знали, какой ты, чёрт побери, умник, ты бы каждый год получал Нобелевскую премию.

Дядя Перси усмехнулся.

– Спасибо, Брюс, но меня вполне всё устраивает. В любом случае, может, присядем, и ты расскажешь, в чём дело? – он сел за круглый стол и разлил напитки по стаканам.

Бекки устроилась на стуле и заметила, какое деловое выражение приобрело лицо Брюса, когда он достал небольшой коричневый кожаный мешочек, перевязанный сверху бечёвкой. Поколебавшись, он опустошил его, и на стол выкатились две золотые монеты.

– Я слышал о ваших приключениях, связанных с Золотым руном, – сказал Брюс. – Что ж, сейчас, полагаю, у вас возникла новая проблема, – понизив голос, добавил он. – Чёрт побери, не только у вас, у всего мира!

– Что ты имеешь в виду? – спросил дядя Перси.

– А ты возьми одну, – настаивал Брюс, указывая на монеты.

Дядя Перси нерешительно наклонился, и его пальцы обхватили ближайший к нему кругляшок. В тот миг, когда они коснулись металла, его лицо изменилось: глаза вспыхнули злостью, а тело напряглось, охваченное внезапной обжигающей яростью.

Бекки не могла в это поверить.

– Дядя Перси… Брось её! – закричала она, хватая его за руку и с силой разжимая пальцы. Монета со звоном упала обратно на стол. Бекки в ужасе уставилась на дядю Перси: к нему возвращался обычный цвет лица, и следы ярости постепенно исчезали.

– О, нет… – выдохнул дядя Перси, сбитый с толку, словно проснулся от кошмара. – Это плохо! Это очень плохо…

Брюс обмотал вокруг ладони шейный платок, подобрал монеты и спрятал их обратно в мешочек. Потом по очереди оглядел всех присутствующих.

– Злость, которую ты почувствовал… – он кивнул дяде Перси. – Не обязательно касаться монет, чтобы они взяли над тобой контроль. Если бы я оставил их лежать на столе, мы бы вскоре все её ощутили. Эти монеты… они излучают зло, это так же очевидно, как то, что кукурузный хлеб моей мамы был жёстче сапог из змеиной кожи.

Слова Брюса повисли в воздухе. Первым заговорил дядя Перси:

– Как они к тебе попали?

Брюс откинулся на спинку стула.

– Что ж, мне не стыдно признаться в своей слабости к азартным играм. А за пределами крупных игорных городов Старого Запада – Томбстоуна, Доджа, Вирджинии-Сити – моими любимыми местами отдыха являются пиратские порты Карибского моря. Морские разбойники весьма охочи до азартных игр. Несколько дней назад я сидел в таверне «У толстушки Энни» на Тортуге за «Костяным тузом», когда этот старый морской волк, Гилберт Трипвуд, пододвинул стул к моему столу и вытащил монеты. Мы сыграли несколько раздач, я победил и заполучил их. Потом выяснил, что он, откровенно говоря, был только рад от них избавиться. Отдав их мне, он рассказал одну странную историю… – Взгляд Брюса остановился на мешочке, затем снова обвёл всех присутствующих. – И история эта не из приятных.

– Какая история? – затаив дыхание, спросил Джо.

– Он сказал, что достал их из брюха опаснейшей акулы-молота, чтобы пересечь Семь морей.

– Акулы-молота? – переспросила Бекки.

– Да, – Брюс тяжело вздохнул. – Но вот в чём загвоздка: если верить Трипвуду, эта акула должна была быть мертва, поскольку половину её тела обглодали. Она не должна была двигаться. Если у вас ещё не побежали мурашки по коже, послушайте вот что… – он подался вперёд, будто рассказывал страшилку. – Трипвуд считал акулу мёртвой, когда её вытащили из воды, но… она шевелилась!

– Акула-зомби? – скептически уточнил Джо.

– Эй, я не говорю, что поверил ему, лишь пересказываю его слова. Как бы то ни было, экипажу пришлось размозжить ей мозги, прежде чем она окончательно перестала двигаться.

– Фу-у, – поморщилась Бекки.

– Я же говорил, история не из приятных. В общем, команда тут же растащила монеты, но те, кто брал их в руки, становились такими же, как ваш дядя Перси. Трипвуд сказал, что они там чуть друг друга не поубивали. Когда корабль пришвартовался на Тортуге, Трипвуд пришёл в «Толстушку Энни» и там мне их проиграл. Очевидно, об этом поползли слухи, поскольку на следующий день в таверну заявился Отто Крюгер собственной персоной.

Лицо дяди Перси вытянулось.

– Отто Крюгер?

– Он самый. Но он там оказался не по собственной воле.

– Эмерсон Дрейк?

– Не, – ответил Брюс. – Не Дрейк. Этот был долговязый с густыми, как у моржа, усами. Говорил с незнакомым акцентом. Таким, как этот молодчик, обычно говорят: «Меньше слов, больше дела!» Бледное лицо, худющий, немного придурковат, но его глаза напугали бы самого дьявола. Чёрные. Бездушные. Даже сам Крюгер, казалось, его немного побаивался. Как бы то ни было, усач, очевидно, прознал о выигранных мной монетах и подошёл. Мгновение спустя он уже прижимал к моему горлу остриё скальпеля и требовал отдать их ему. Но я успел обзавестись в «Толстушке Энни» приятелями, так что прежде, чем усач сообразил, в чём дело, он оказался в самом центре старой доброй пиратской заварушки. Я убрался оттуда подобру-поздорову и вернулся в двадцать первый век, но перед этим, конечно, успел пару раз хорошенько врезать приспешникам Крюгера. И вот тогда-то я и вспомнил о тебе, Перси, и о вашем маленьком летнем приключении, – Брюс мрачно взглянул на дядю Перси. – Когда ты коснулся монет, ты испытал то же самое, как при прикосновении к Золотому руну?

Дядя Перси на мгновение задумался, прежде чем ответить.

– Нет… И в то же время да. Когда прикоснулся к Руну, это было… ну, потусторонне, божественно, будто я коснулся высшей силы, – он кивнул на монеты, – а здесь складывалось ощущение, что они соприкасались с чем-то могущественным, например, с Руном, но теперь лишь отражают его силу, словно аромат, который продолжает витать в воздухе после ухода владельца.

Брюс вскочил на ноги и принялся расхаживать взад-вперёд.

– Именно так я и думал. Вот поэтому и обратился к тебе только через сутки. Видите ли, я провёл собственное исследование и обнаружил любопытную историю, которая может быть со всем этим связана. В ней рассказывается об английском корабле «Уида», который под командованием капитана Лоуренса Принса проходил Наветренный пролив, когда на него напал и захватил пират Чёрный Сэм Беллами. На борту «Уиды» якобы находился великолепный сундук, который везли в Англию в качестве дара королю Георгу. История гласит, что этот сундук тысячи лет лежал в отдалённой африканской деревушке, и его ни разу не открывали. Понимаете ли… жители деревни верили, что всё зло мира заключено в этом сундуке и, если его открыть, оно вырвется на свободу, уничтожая всех и вся. Перс, не кажется ли тебе эта история смутно знакомой?

– Ты имеешь в виду Ящик Пандоры?

– Да, сэр, – сказал Брюс, снова садясь за стол. – Именно его я и имею в виду.

Бекки лихорадочно соображала.

– Я слышала об этом, – произнесла она. – Это из греческого мифа, да?

– Ты права, Бекки.

– Расскажи его, – попросил Джо.

Бекки напрягла память.

– Это история о женщине по имени Пандора, которой бог – кажется, Зевс – подарил какой-то ящик, но велел его не открывать. Однако через некоторое время любопытство пересилило, и она открыла его, несмотря на запрет. К её несчастью, в ящике оказались всякие гадости, которые разлетелись по миру.

– Или, как писал древнегреческий поэт Гесиод, – добавил дядя Перси, – «тяжёлая работа и вредоносные болезни, погибель несущие для смертных».

– Значит, Ящик Пандоры существует? – спросил Джо. – И Дрейк его ищет?

Дядя Перси как будто сдулся.

– Давай не будем делать поспешных выводов, Джо.

Брюс покачал головой.

– Тут ты не прав, Перси. Сдаётся мне, с выводами стоит поторопиться… потому что, по-моему, Джо прав.

– Здорово! – воскликнул Джо. – Значит, нам нужно отправиться на его поиски.

– Так, давайте не будем забегать вперёд, – сказал дядя Перси. – Предполагается, что вы наслаждаетесь отдыхом на зимних каникулах.

– Ерунда, – отмахнулся Джо. – Мы хотим помешать Дрейку завладеть Ящиком Пандоры, правда, Бекки?

Бекки на секунду заколебалась, но кивнула:

– Да.

Дядя Перси проигнорировал их и повернулся к Брюсу.

– Ты сказал, что сундук достался Чёрному Сэму Беллами. Ты не разузнал его дальнейшую судьбу?

– Тут… – Брюс понизил голос до шёпота, – история становится нечёткой, как песчаная буря. Я знаю, что у Чёрного Сэма был должок перед другим пиратом – пиратом, с которым никто, даже самые отъявленные морские разбойники, не связывались. И этот долг он якобы искупил сундуком, полным золотых монет. Имя Эдвард Тич вам о чём-нибудь говорит?

Дядя Перси побледнел.

– Не может быть.

Бекки поняла, что имя было ему знакомо.

– Кто такой Эдвард Тич?

– Мои знания о Золотом веке пиратства, мягко говоря, скудны, – начал дядя Перси. – Тем не менее я знаю, что Эдвард Тич, предположительно, был самым страшным и беспощадным пиратом из всех. Вы могли о нём слышать под псевдонимом… Чёрная Борода.

– Чёрная Борода? – ахнул Джо. – Вот это круто, правда, Бекки?

Бекки улыбнулась ему в ответ, но согласиться с братом не могла. Ей очень хотелось новых приключений, но в то же время она прекрасно понимала, насколько они могут быть опасны. Им повезло остаться целыми и невредимыми во время летних путешествий, но в этот раз замешан Отто Крюгер, незнакомый усач со скальпелем, акула-зомби и Чёрная Борода, так что Бекки сильно сомневалась в том, насколько это безопасно.

– Это может звучать круто, парень, – сказал Брюс. – Но позволь посоветовать тебе не питать иллюзий насчёт Чёрной Бороды. Я слышал от некоторых крутых парней такие истории, что даже гремучая змея отбросила бы свою погремушку.

Джо, казалось, пропустил эти слова мимо ушей.

– Подождите… ящик… Чёрная Борода… золотые монеты… – В его глазах мелькнуло осознание. – Ящик Пандоры – это и есть сундук сокровищ Чёрной Бороды?

У Бекки отвисла челюсть.

– Твой ум остёр, как томагавк, – невесело улыбнулся Брюс. – Мне тоже так кажется… – он посмотрел на дядю Перси, который жалобно застонал. – Итак, какой у нас план, капитан? Ты тут у нас стоишь за штурвалом. Я просто незваный гость.

Дяде Перси явно было некомфортно.

– План? У меня нет никакого плана. Я учёный, а не Аллан Квотермейн. Мне больше по нраву взрывчатые вещества и векторно-волновой анализ, а не поединки на мечах и поиски сокровищ, – он встал и начал расхаживать кругами, не отрывая взгляда от пола. Казалось, внутри него происходила ожесточённая борьба. В конце концов, на его лице отразилось смирение, и он сел обратно за стол. – Прекрасно. Если всё, что ты рассказал, – правда, разве у меня остаётся выбор? – он тяжело вздохнул. – Если Ящик Пандоры существует и Эмерсон Дрейк его ищет, я считаю своим долгом по крайней мере попытаться найти его раньше него.

– И я! – Джо воодушевлённо хлопнул ладонью по столу. – Итак, каковы наши дальнейшие действия?

– Не уверен, что слово «наши» тут уместно, Джо.

– Ой, даже не начинай, дядя Перси, – фыркнул Джо. – Мы должны отправиться с тобой. Знаешь, если бы не мы… – он скосил глаза в сторону Бекки и указал на неё пальцем. – Ну, если бы тогда у Бекки не побелели глаза, как у какой-то демонической колдуньи, Дрейк сбежал бы с Золотым руном, и кто знает, что сейчас было бы с нами. Правда, Бекс?

Бекки не понравилась формулировка, но в его словах присутствовала истина. Когда Дрейк пытался сбежать с Золотым руном, с ней произошёл странный эпизод, который она помнила совсем смутно: Золотое руно вырвалось из рук Дрейка и очутилось в её руках. Бекки понятия не имела, почему это произошло – ведь это не имело никакого смысла, – однако не могла отрицать очевидное.

– Во-первых, я не выглядела как демоническая колдунья, – огрызнулась Бекки, а после посмотрела на дядю Перси. – Во-вторых, в кои-то веки этот недоумок прав. Мы должны отправиться с тобой, – она выглядела решительно. – Во всём этом замешан папа, а значит, и мы тоже, – она очаровательно улыбнулась. – Кроме того, Эдгар назвал меня хранительницей Руна. Может, окажусь ещё и хранительницей Ящика Пандоры?

– Так-то, – сказал Джо, будто тема была исчерпана. – Ну и какие наши дальнейшие действия?

Дядя Перси выглядел побеждённым. Он на мгновение задумался и переплёл пальцы.

– Ммм… Думаю, сперва мы попросим Барби, не будет ли она так любезна загрузить, собрать и сопоставить всю информацию, которую сможет найти об Эдварде Тиче, а также любые исторические доказательства существования Ящика Пандоры. Справишься, Барби?

– Конечно, сэр.

– А мы тем временем заскочим в Эдлберри и пообедаем в пабе «Мэгпай Инн».

– Пообедаем в пабе… зачем? – смутилась Бекки.

– Потому что там Редж Макл.

– Кто такой Редж Макл? – спросила Бекки, припоминая, что ранее уже слышала это имя.

– Редж – путешественник во времени. Был, по крайней мере. Теперь он владелец паба. Во времена своих путешествий он со своей женой Мэйбл частенько бродил по карибским портам семнадцатого и девятнадцатого века. Помнится, они были в восторге, и вряд ли на свете найдётся человек, который знал бы об этой эпохе столько же, сколько старина Редж.

– Он перестал путешествовать, чтобы открыть паб? – Бекки это показалось интересным.

– Мэйбл тяжело заболела, – ответил дядя Перси. – Он перестал путешествовать, чтобы ухаживать за ней. К сожалению, она умерла, и он поклялся больше никогда не путешествовать. Лично я считаю, он так и не оправился от её кончины, – казалось, он избегал смотреть на Бекки. – Предлагаю не вдаваться в эти грустные подробности, – преувеличенно бодро продолжил он. – Вам понравится в «Мэгпай Инн». Это своего рода достопримечательность в здешних краях, история паба примечательна сама по себе. А самое прекрасное то, что у себя в пабе Редж подаёт восхитительный флан[5] с луком и чеширским сыром…

Задав Барби параметры поиска, дядя Перси удалился в библиотеку Бауэн-холла, сжимая в руках потрёпанный экземпляр книги капитана Чарльза Джонсона «Общая история грабежей и убийств самых известных пиратов». Брюс отправился передохнуть на своё ранчо в Вайоминге. Было решено, что он останется там и будет ждать, пока дядя Перси с ним свяжется. Ранчо Брюса отличалось тем, что располагалось в периоде Миоцена[6] и могло похвастаться стадом гиппарионов (лошадей возрастом двадцать миллионов лет), насчитывающим тысячу голов.

Бекки и Джо остаток утра провели за уборкой конюшни. Немного развеять скуку помог Уилл, пришедший к ним с двумя кувшинами яблочного сока. Он внимательно выслушал теорию о Ящике Пандоры и, казалось, так же, как и они, жаждал новых приключений, хотя у Бекки сложилось впечатление, что больше всего Уилл предвкушал новую встречу с Отто Крюгером. Потом он отправился подстригать газоны, а Бекки и Джо остались в конюшне.

– Это офигенно, – заявил Джо. Он лил пресную воду из ведра в корыто до тех пор, пока она не начала переливаться через край. – Поиск новой реликвии!

– Пока у нас в планах только обед в пабе, – напомнила Бекки. – Не похоже на «В поисках утраченного ковчега»[7].

– Пока да, но именно так всё и начинается, – ответил Джо. – Не успеем мы оглянуться, как появятся кортики, крестики на картах, обозначающие…

– Тебе вообще приходило в голову, что это опасно? – перебила его Бекки.

– Да что с тобой? – нахмурился Джо.

Бекки бросила на него колючий взгляд.

– Это не одна из твоих игр на Xbox. Если бы не минотавры, дядя Перси и Уилл были бы мертвы, а нас использовали как приманку, чтобы заставить папу заговорить. И после того, как папа бы всё рассказал, его бы убили. Это только на первый взгляд весело, на самом деле могут пострадать люди или ещё что похуже…

Джо не отреагировал. На мгновение Бекки показалось, что ей удалось до него достучаться, но он быстро выдал себя с головой:

– Да ну, всё будет в порядке. Мне не терпится встретиться с Чёрной Бородой. Может, придумать себе крутое пиратское имя?

– Тупобородый Джо?

– Ха-ха, – ответил он. – Кстати, если присмотреться, Бекс, у тебя, похоже, тоже начинает расти бородка.

Через секунду ему в голову прилетел комок пегасьего помёта.

В полдень Бекки и Джо уже стояли у входа в Бауэн-холл. Когда Бекки увидела, как перед ними останавливается роллс-ройс Сильвер Гоуст, а за рулём сидит дядя Перси со стоячим воротником, по её спине пробежали мурашки. Машина была без крыши, так что Бекки потуже натянула шапку с помпонами на уши и даже подумала, не попросить ли дядю отвезти их в Эдлберри на сверхскоростях.

К счастью, в этом не было особой необходимости, так как минут через десять они уже катили по центральной улице Эдлберри, минуя семейную мясную лавку «Банкл и сыновья» и большое деревенское здание с влажным от дождя плакатом на двери, гласившим: «Занятия кендо каждый вторник», и пару древних каменных крестов, испещрённых странными знаками. Торчащие чуть поодаль от свежескошенной травы, кресты напоминали ледяные скульптуры. В дальнем конце улицы Бекки увидела шаткое зданьице в стиле Тюдоров[8] с угловатой соломенной крышей, поросшей мхом и лишайником. Трёхэтажное и выкрашенное чёрно-белой краской, оно заметно накренилось влево, и у Бекки создалось впечатление, что сильный порыв ветра может его снести.

Дядя Перси остановил Сильвер Гоуст на парковке у паба и вышел на улицу. Бекки и Джо последовали его примеру.

– Вообще, – весело начал дядя Перси, – я рад, что мы сегодня сюда приехали. Видите ли, «Мэгпай Инн» на самом деле является одним из немногих заведений в тюдоровском стиле… – Треск, донёсшийся из глубины паба, не дал ему договорить.

Бекки взглянула на дядю Перси: он выглядел несколько озадаченным.

– Это была машина времени?

– По звуку очень похоже, не так ли? – ответил дядя Перси.

– Я думал, Редж завязал с путешествиями во времени, – сказал Джо.

– Так и есть, – кивнул дядя Перси. – Но, полагаю, другие путешественники продолжают его навещать, хотя бы для того, чтобы запастись его домашним элем «Дырявый котелок», – он усмехнулся. – Пинта этого эля, и тебе не понадобится Меморайзер, чтобы забыть обо всём на свете, – сделав три больших шага, он исчез в пабе.

Бекки удивлась, когда заметила внутри огромную лохматую собаку, мирно дремавшую перед потрескивающим камином, и деревянные столы, хаотично расставленные на дощатом полу. Поверхности столов были покрыты комками засохшего воска, точно торты глазурью, а в центре стояло по медному подсвечнику. Потолок с дубовыми балками оказался настолько низким, что дяде Перси пришлось нагнуться, чтобы не удариться головой. Оглядевшись, он заметил, что в углу паба сидел коренастый седой мужчина и с горечью на лице пил из оловянной кружки.

– Сид, – позвал дядя Перси. – Сидни Шаффлботтом?

Старик поднял голову.

– Боже мой, да это же Перси Галифакс, – удивлённо произнёс он. – Тебя нечасто можно встретить в кабаке в последнее время. Как поживаешь, сынок?

Дядя Перси энергично пожал ему руку.

– Очень даже неплохо, Сид. Рад тебя видеть. Как Ирэн?

– Прекрасно, спасибо.

– А малыш Зак?

– О, он просто ангел, – ответил Сид. Он посмотрел на Бекки и Джо и приветливо улыбнулся. – А кто эти двое?

– Это Бекки и Джо Меллор, мои племянники, – гордо произнёс дядя Перси. – Мы пришли навестить Реджа… Он здесь?

– Думаю, да, – подтвердил Сид, окидывая взглядом опустевший паб. – Дорин!

Из-под прилавка высунулась молодая, ярко накрашенная женщина, громко чавкая жевательной резинкой.

– Как настроение, Дорин, душечка?

Дорин молча оглядела присутствующих, а потом запрокинула голову и завопила:

– РЭЭЭЭЭДЖ! – и равнодушно кивнула.

Сид наклонился к дяде Перси и прошептал:

– Прости её. Она новенькая, и, между нами говоря, возможно, ей эта работа не подходит… Кажется, она ненавидит людей.

Дверь за прилавком со скрипом отворилась, и из неё вышел невысокий седой мужчина в просторной коричневой куртке, залатанной на локтях неровными лоскутками материи; на подбородке у него была по меньшей мере трёхдневная щетина, а глаза казались опухшими, как будто он давно не спал.

– Спасибо, родная, – пробормотал Редж. Заметив дядю Перси, он сильно удивился, а после радушно улыбнулся. – Будь я проклят, это же мой старый приятель Перси Галифакс!

Дядя Перси улыбнулся в ответ.

– Как поживаешь, Редж?

– Не жалуюсь. А ты?

– У меня всё хорошо.

Редж посмотрел на Бекки, и в его глазах зажёгся огонёк.

– Разве это не самое прекрасное личико из всех, что на меня смотрели? Девчушка Джона, а? Бекки, если я не ошибаюсь, – он повернулся к Джо. – И, конечно, Джо. Вне всякий сомнений, тоже приятный малый. Боже, я не видел вас обоих с тех пор, как вы были совсем крохами.

– Здравствуйте, – сказали Бекки и Джо хором.

– Мы можем поговорить наедине, Редж? – спросил дядя Перси. – Это личный разговор.

– Конечно, – ответил Редж. – Пройдёмте в комнату потише. Дорин… вопи, если понадобится помощь.

Дорин что-то буркнула в ответ, а после снова взялась за жвачку. Редж открыл крышку прилавка и жестом пригласил пришедших следовать за ним.

Мгновение спустя они оказались в крошечной комнатке, где пахло трубочным табаком и несвежей едой. На полу стояли кружки с недопитым кофе, а груды нераспечатанных писем грозили вот-вот свалиться с пыльной каминной полки, над которой висел портрет женщины средних лет в кремовом платье и с зонтиком в руках. Портрет привлёк внимание Бекки.

Редж заметил это и остановился слева от неё.

– Хотите верьте, хотите нет, но это одна из самых ценных картин в мире.

– Правда?

– Взгляни на подпись художника.

Бекки опустила взгляд на имя в правом нижнем углу: «Винсент». Она тут же вспомнила художественный проект, который делала для школы в прошлом году.

– Это… это?..

– Винсент Ван Гог нарисовал это для меня в 1887 году, – улыбнулся Редж. – Первая проданная им картина. Первая, и, честно говоря, единственная, которую ему удалось продать за всю жизнь, а это делает её чертовски редкой. Конечно, об этом никто не знает… Праздным зевакам я говорю, что её нарисовал Винсент Баггинс, мой армейский приятель.

– Прекрасная картина, – сказала Бекки.

Улыбка Реджа стала ещё шире.

– Ещё какая. Уместное замечание, поскольку моя Мэйбл была прекрасной женщиной. Самой прекрасной, если уж на то пошло, – казалось, он на мгновение заколебался, а потом подошёл к комоду у правой стены. Выдвинув ящик стола, Редж достал маленькое золотое кольцо со сверкающим малиновым камнем в оправе.

– Вот, детка… я бы хотел отдать это тебе. – Его руки дрожали, когда он передавал кольцо Бекки. – Оно очень старое. Любимое кольцо моей жены, не считая обручального, разумеется.

Бекки взглянула на него и ахнула.

– Я не могу…

– Возьми, – настаивал Редж. – Ей бы этого хотелось. Я не знаю других женщин, кроме Дорин, а она не слишком-то аккуратна. Надеюсь, ты позаботишься о нём ради меня… и моей жены.

– Обязательно, – ответила Бекки. – Спасибо.

– Позволь мне, – Редж надел кольцо Бекки на палец.

– Это очень любезно с твоей стороны, Редж, – сказал дядя Перси.

– Оно просто пылилось в ящике, Перси, – пожал плечами Редж. – Сам знаешь, время от времени нужно давать прошлому снова пожить, а это можно сделать только в реальном времени.

– Понимаю.

– Так зачем ты пожаловал в стариковский паб?

Дядя Перси вмиг посерьёзнел.

– Могу я предположить, что ты слышал о нашем небольшом летнем приключении?

– О, да. Я всё ещё держу ухо востро. Как раз перед тем, как вы пришли сюда, меня навестил один старый приятель из ВИПУВРа.

– А, нам как раз показалось, что мы слышали машину времени.

– Они заглядывают время от времени, запастись «Дырявым котелком», – после этих слов Редж с отвращением покачал головой. – Эмерсон Дрейк, да? Знаешь, я никогда ему не доверял, он всегда казался мне пронырой, но и подумать не мог, что он способен на такое.

– Оказалось, способен. И на многое другое. И теперь, похоже, он ищет другую реликвию, а это значит, мы должны попытаться его опередить. Конечно, это лишь предположение, но, похоже, легенда о Ящике Пандоры в какой-то степени может оказаться правдой. Есть вероятность, что однажды он мог попасть в руки к некоему Эдварду Тичу, который, похоже, принял его за сундук с сокровищами…

Редж издал громкий стон.

– Чёрная Борода!

– Именно, – кивнул дядя Перси.

– Что тебе известно о Чёрной Бороде?

– Только то, что написано в исторических книгах. Предположительно, Эдвард Тич родился в 1680 году и стал пиратом на шлюпе Бенджамина Хорниголда. В 1717 году у него появился собственный корабль под названием «Месть королевы Анны», и с тех пор он стал известен как Чёрная Борода. Был убит лейтенантом Королевского военно-морского флота Робертом Мейнардом зимой 1718 года.

– По большей части так оно и есть, – ответил Редж. – За исключением сказанного о Роберте Мейнарде. Он никогда не убивал Чёрную Бороду. Только не в бухте Окракок 22 ноября 1718 года, о чём вы наверняка читали в этих своих книгах по истории. Конечно, Королевский военно-морской флот захватил его команду, но Чёрную Бороду им поймать не удалось, это лишь пропаганда военно-морского флота, как и история о том, что отрубленную голову Чёрной Бороды насадили на бушприт[9] шлюпа Мейнарда в назидание другим пиратам. Этого никогда не было. Нет, Чёрной Бороде удалось сбежать, и голова крепко держалась на его шее. Это я знаю наверняка.

– Откуда? – спросил дядя Перси.

– Я присутствовал в Окракоке и видел всё своими глазами.

– Тогда что с ним случилось?

Редж помрачнел.

– Хороший вопрос. Понятия не имею. А если кто-то и знает, то я об этом ничего не слышал. Конечно, ходят слухи… Одни говорят, Чёрная Борода утонул во время сильного шторма, другие – его разорвала на части огромная белая акула, третьи – с ним случилось нечто ужасное, когда он вернулся на остров Мэри. Доказательств ни у одной байки нет. Всё, что я знаю, с 22 ноября 1718 года его больше никто не видел. Он просто исчез из морей…

Все замолчали, обдумывая услышанное. Первым заговорил дядя Перси:

– Ты упомянул остров Мэри?

– Ага, – кивнул Редж. – Остров Мэри служил Чёрной Бороде убежищем, там у него была база.

– Я знаю, что в Карибском море тысячи островов, но ни разу не слышал об острове Мэри, – нахмурился дядя Перси.

– Ты и не мог о нём слышать, – ответил Редж. – Его не существует, по крайней мере на официальных картах. Чёрная Борода сам дал ему имя в честь своей четырнадцатой жены Мэри Ормонд.

– Четырнадцатой? – ахнула Бекки.

– Нравились ему женщины, этому Тичу, – кисло усмехнулся Редж. – Так или иначе, именно на острове Мэри он хранил свою добычу, свои сокровища, в пещерах глубоко под землёй. Поговаривают, награбленного было так много, что оно доставало до небес.

Глаза Джо заблестели.

– И их так и не нашли?

– Никто не знал, где искать, – покачал головой Редж. – Как я уже говорил, никто не знал, какой именно остров являлся островом Мэри. Однако, если верить легенде, есть два указателя, каждый из которых оставлен Израэлем Хэндсом, помощником Чёрной Бороды. Эти указатели должны были помочь отыскать местоположение острова Мэри. Предполагалось, что Израэль Хэндс также оставил указания относительно того, где на острове можно найти сокровища, но если эти знаки и существуют, то их тоже так и не нашли.

– Израэль Хэндс? – повторил дядя Перси. – Как один из персонажей «Острова сокровищ» Льюиса Стивенсона?

– Он самый. Но Хэндс как раз существовал на самом деле и являлся одним из немногих, кому Чёрная Борода по-настоящему доверял. Сам я никогда с ним не встречался, но, насколько слышал, он был занятным парнишкой – жёстким, безжалостным, но в то же время принципиальным, образованным. Говорят, он отлично рисовал и отличался музыкальным слухом. Сам я никогда в это не углублялся, как-то не приходило в голову, – взгляд Реджа остановился на портрете его жены. – Но если Ящик Пандоры и правда попал в руки Чёрной Бороды, то вы наверняка захотите узнать, существовали ли эти два указателя на самом деле…

К удивлению Бекки, еда в «Мэгпай Инн» оказалась вкусной, как дядя Перси и обещал, и к тому времени, когда пришло время уходить, верхняя пуговица на её джинсах чуть не оторвалась. Выходя из паба, она чувствовала себя в два раза лучше, чем когда заходила. Что до Джо, то он без остановки скакал вокруг, точно весёлый щенок.

– Прекрасно! – воскликнул он. – Не одна, а целых две карты сокровищ!

– Указателей, Джо, а не карт, – поправил дядя Перси.

– Всё равно круто, – ответил Джо. – Думаю, нам нужно вернуться в прошлое и найти Израэля Хэндса, а потом Уилл будет бить его до тех пор, пока тот не расскажет, где спрятаны сокровища. Так нам даже никакие указатели не понадобятся.

Дядя Перси бросил на Джо неодобрительный взгляд.

– Ты же знаешь, Джо, что насилие – это наихудший способ решения проблем.

– Но Уилл в этом настоящий профессионал!

– Именно так поступил бы Эмерсон Дрейк, но вы же не хотите придерживаться тех же моральных принципов, не так ли?

– Нет, – честно признался Джо. – Но что тогда делать?

– Пока у меня только один вариант, – сказал дядя Перси. – Закопаться в книги…

Яркий солнечный свет пробился сквозь разорванные облака, когда Бекки уселась на заднее сиденье Сильвер Гоуста. Она задумчиво крутила подаренное Реджем кольцо на пальце, и в душу ей закралась печаль. Кольцо некогда принадлежало любимой женщине, жене, дочери, возможно, даже матери, но этой женщины больше не существовало, и она не могла наслаждаться красотой этого украшения. Бекки подумала о Стефани и вспомнила боль в глазах дяди Перси, когда он о ней рассказывал.

«Стареть – отстой», – подумала она и услышала голос дяди Перси:

– Барби, мы возвращаемся в Бауэн-холл, – произнёс он в невидимый микрофон. – Не могла бы ты, пожалуйста, собрать оптомедиаэлектронное портфолио о помощнике Чёрной Бороды Израэле Хэндсе и присоединиться к нам в библиотеке Бауэн-холла. А, и, пожалуйста, не попадайся на глаза небезызвестной полной немке, иначе никто из нас не доживёт до конца этого дня. Спасибо, дорогая.

Бекки наклонилась вперёд.

– Что такое оптомедвед…?

– Оптомедиаэлектронное портфолио, – поправил её дядя Перси. – Это небольшое приложение, которое я добавил в панель управления Барби. Ещё не опробовал его на практике. Между нами говоря, мне самому не терпится увидеть, как это выглядит.

– Так что это?

– О, это надо видеть своими глазами. Мы будем на месте уже минут через десять.

Глаза Джо заблестели.

– Мы были бы на месте ещё быстрее, если бы ты включил сверхскорость.

Дядя Перси игриво улыбнулся.

– Джо, ты действительно настоящий авантюрист, – он помолчал. – Впрочем, как и я…

Секунду спустя они мчались так быстро, что Бекки чуть не вырвало её обедом.

Вскоре Бекки и Джо наблюдали, как дядя Перси взволнованно стучится в двери библиотеки Бауэн-холла. Его взгляд тревожно метался по сторонам, словно в поисках невидимого врага.

– Ну же, Барби, открой… – негромко взмолился он.

– Ты правда так сильно боишься Марию? – спросила Бекки.

– Да, – быстро ответил дядя Перси без тени стыда.

Они услышали, как с другой стороны двери повернулся ключ. Дядя Перси быстро распахнул дверь и исчез внутри.

– Давайте… быстрее! – он втолкнул Бекки и Джо внутрь и спешно запер за ними дверь.

Библиотека Бауэн-холла оставалась именно такой, какой Бекки её помнила: покрытой лёгким налётом пыли и затхлости, с высокими полками, прогибающимися под тяжестью тысяч книг и пергаментов. Но круглый стол посреди комнаты в этот раз был едва различим под высокими стопками распечаток и десятков томов в кожаных переплётах, сваленных на его поверхности.

– Рада вашему возвращению, сэр, – сказала Барби.

– Мария не появлялась? – с тревогой уточнил дядя Перси.

– Нет, сэр. Барби регулярно проверяет свой альто-радар. Мадам Мария последние сорок шесть минут пребывала на кухне, готовя то, что Барби считает пастушьим пирогом.

На лице дяди Перси отразилось явное облегчение.

– Превосходно. Она раскроила бы нам обоим головы консервным ножом, если бы увидела тебя. В любом случае, тебе удалось составить портфолио?

– Да, сэр. Барби загрузила, классифицировала и сопоставила всю доступную информацию и создала оптомедиаэлектронную презентацию в соответствии с запросом.

– Тогда, как говорят, ни пуха, ни пера, Барби.

– Вы хотите, чтобы Барби начала уборку? – после непродолжительной паузы уточнила Барби. – Выполняю, – она подняла свои крохотные металлические ручки и хотела было приступить, но дядя Перси её остановил:

– Нет, это просто такое выражение. Прости. Я имел в виду – шоу начинается.

Барби в замешательстве склонила голову набок.

Дядя Перси вздохнул.

– Просто включи презентацию.

В тот же миг раздался лёгкий щелчок, и верхняя часть головы Барби раскрылась. Затем оттуда вырвался густой столб яркого мерцающего света и заполнил потолок.

Бекки громко ахнула, когда свет закружился перед ними, прежде чем сформироваться в чёткие трёхмерные изображения. Маленький мальчик, одетый в лохмотья, сидел под ивой и рисовал детальное изображение корабля… тот же самый мальчик, но уже постарше, гордо стоял на мостике фрегата Королевского военно-морского флота. Корабль уходил в море, мальчик махал людям, столпившимся на причале…

Бекки затаила дыхание.

История развивалась по мере того, как мальчик становился мужчиной: морской офицер стал пиратом, и внезапно совершенно взрослый Израэль Хэндс стоит рядом с крупным мужчиной с волосами цвета воронова крыла, которые, казалось, покрывали каждый дюйм его лица.

– Израэль, – утробно зарычал Чёрная Борода. – Мой верный друг. Я назначаю тебя капитаном моего флагманского корабля «Месть королевы Анны»…

Всю библиотеку заняло изображение огромного сорокапушечного пиратского судна.

Джо издал восторженный вопль и захлопал в ладоши, у Бекки чуть не отвисла челюсть, и даже дядя Перси выглядел вполне довольным собой.

В течение следующих десяти минут, используя разные источники информации, Барби рассказала все известные факты об Израэле Хэндсе: как он потерял ногу из-за попадания пушечного ядра во время рейда в Чарльстон; как у него родился сын, которого он никогда не видел. Затем, как ни странно, презентация переместилась на двести лет вперёд, к статье «Чикаго дейли ньюс» от 15 февраля 1929 года, в которой говорилось:

ИЗОБРАЖЕНИЕ ЧЁРНОЙ БОРОДЫ СТАЛО НАСТОЯЩИМ СОКРОВИЩЕМ…

Вчера в престижном Большом бальном зале всемирно известного отеля «Палмер Хаус» в Чикаго произошёл второй исторический инцидент. К счастью, был нанесён всего один удар, и то молотком. На благотворительном аукционе пиратских сувениров, организованном всемирно известным аукционным домом «Кристис», картина с изображением печально известного пирата Чёрной Бороды, написанная его ближайшим помощником Израэлем Хэндсом, ушла с молотка в руки неизвестному покупателю за беспрецедентную сумму в миллион долларов. Искусствоведы недоумевают, почему эта картина вызвала такой поразительный интерес. Тимоти Чизмен, главный аукционист «Кристис», заявил…

Статья сопровождалась фотографией картины, где Чёрная Борода восседает на огромном золотом троне. Затем газета с фотографией внезапно исчезли, и голова Барби с тихим щелчком закрылась.

– Что. Это. Было? – прошептал Джо, широко раскрытыми глазами уставившись на дядю Перси.

– Мне тоже понравилось, – гордо произнёс дядя Перси, – как бы нескромно это ни прозвучало. Оптомедиаэлектронное портфолио – это аудиовизуальный монтаж, собранный со всех онлайн-ресурсов цифровых медиа – из каждого музея, библиотеки, художественной галереи, киноархива – по всему миру, включая, вы не поверите, нечто под названием YouTube… – Он подмигнул Бекки: – Кто сказал, что я не в теме?

– Ты в теме, – кивнула Бекки, по-прежнему ошеломлённая увиденным. – Определённо в теме.

Дядя Перси улыбнулся.

– Подождите, когда-нибудь я сделаю оптомедиаэлектронное портфолио общедоступным приложением.

– А что это был за аукцион? – заинтригованно спросил Джо. – Миллион долларов за одну из картин Израэля Хэндса. Редж об этом не упоминал.

– Полагаю, он этого не знал, – ответил дядя Перси. – Увлекательная история, да? Я имею в виду, Америка двадцатых годов девятнадцатого века. Миллион долларов тогда был равен семи миллионам сейчас.

– Но кто бы стал платить такие деньжищи? – удивилась Бекки.

– Понятия не имею, – сказал дядя Перси, тщательно обдумывая услышанное. – Я могу только предположить, что это были мы…

– Мы? – не поняла Бекки.

Дядя Перси побарабанил пальцами по подбородку.

– Честно говоря, я сомневаюсь, что это был какой-то серьёзный коллекционер произведений искусства. Нет, тут дело явно не в художественном достоинстве картины.

– А в чём тогда? – спросила Бекки.

– Пока не знаю. Возможно, следует пораскинуть мозгами на тему: «Почему картина руки Израэля Хэндса может стоить миллион долларов?»

В глазах Джо вспыхнул огонёк.

– Это один из указателей, – выдохнул он.

– Вполне возможно, Джо, – кивнул дядя Перси.

– Так давайте отправимся в Чикаго двадцатых годов и купим её! – настаивал Джо.

Дядя Перси бросил на него встревоженный взгляд.

– Не думаю, что всё так просто.

– Почему?

Дядя Перси заколебался.

– Сначала нужно кое-что обдумать.

– Ага, например, откуда мы возьмём миллион долларов? – фыркнула Бекки.

Дядя Перси и глазом не моргнул

– О, дело вовсе не в деньгах. Их я могу раздобыть.

– А в чём тогда?

– Для того, чтобы ставка выросла до миллиона, в картине должны быть сильно заинтересованы как минимум две стороны, – торжественно произнёс он. – И если одна из этих сторон – мы, то кто же другая?

Ужин был особенно напряжённым. Джо проговорился Марии, что на следующее утро они собираются отправиться в Чикаго двадцатых годов, и она взорвалась, как граната.

– Чикаго? – Её глаза впились в дядю Перси. – Verrückter, сумасшедший! У тебя мозги выпали?

– Очень надеюсь, что нет, – слабо улыбнулся дядя Перси, перекатывая по тарелке горошек и избегая смотреть Марии в глаза. – Но я правда не вижу в этом никакой проблемы, Мария. Чикаго – чудесный город, и мы едем всего лишь на аукцион. Можем и для тебя что-нибудь раздобыть, если хочешь. Как насчёт красивой вазы?

– Вазы? – угрожающе произнесла Мария. Её речь лилась, точно горячее масло.

Джейкоб съёжился, когда лицо Марии покраснело, и она закричала:

– ВАЗЫ?

– Я просто предложил, – пробормотал дядя Перси.

– Не нужна мне никакая ваза! И Чикаго этот вовсе не чудесный город, а сточная канава. Гангстеры… Алкоголь… Оружие… Ты забыл, что это было моё время. Я помню новостные заголовки. Даже в Берлине мы знали о Чикаго всё.

– По-моему, звучит заманчиво, – съязвил Джо.

– Ничего заманчивого, – Мария сердито повернулась к Джо. – Это город, полный насилия, в котором плохие люди невольной волей палили друг в друга.

Дядя Перси усмехнулся.

– Кажется, правильнее будет сказать «волей-неволей», – яростный взгляд Марии заставил его мигом отказаться от своих слов. – Хотя «невольной волей» звучит гораздо лучше, конечно. Так или иначе, я на сто процентов уверен, в Чикаго мы будем в полной безопасности, Мария. Сомневаюсь, что кто-нибудь из гангстеров заявится на аукцион пиратских сувениров. А ещё я принял определённые меры предосторожности.

– Ты ведь не собираешься крепить на себя микропетарды? – спросила Бекки, вспомнив летнее происшествие на Древнем Крите.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – дядя Перси взглянул на Марию: она выглядела так, словно у неё в любой момент мог повалить пар из ушей. – Если позволите, я повторюсь… мы просто посмотрим аукцион.

– Ага, – сказал Джо, – но мы все знаем, что там, вероятно, будет Отто Крюгер.

– ОТТО КРЮГЕР? – закричала Мария. – Там будет Отто Крюгер?

– Мы не знаем этого наверняка, – быстро уточнил дядя Перси, глядя в сторону Джо в поисках поддержки. – На самом деле нет никаких оснований полагать, что мы встретимся. Правда, Джо?

– Э, нет, – соврал Джо. – Я пошутил. Его там точно не будет!

Мария с подозрением покосилась на Джо. Когда она медленно заговорила, её голос звучал размеренно и зловеще.

– Я должна вам сообщить, мастер Джо, у Марии есть гладильный каток, очень старый, очень ржавый гладильный каток. Если Мария узнает, что вы ей солгали, она вас выследит и с помощью этого катка раздавит то, что в него обычно не засовывают.

– Он солгал, – мгновенно отреагировала Бекки. – Дави всё, что пожелаешь.

Джо выглядел испуганным.

– Нет, неправда, – запротестовал он. – Мария, Отто Крюгеру незачем там быть. Вообще ни одной причины. П-пожалуйста, не запихивай в гладильный каток мои…

Бекки не могла вспомнить, когда в последний раз получала такое удовольствие от еды.

После ужина настроение у всех заметно улучшилось. Ярость Марии улеглась, и они с Джейкобом взялись учить Бекки и Джо традиционному баварскому танцу. Гампу с Пегги было позволено прогуливаться по дому, а Сабиан, к большому удовольствию Джо, гонялся за Дейдрой по гостиной до тех пор, пока она не обернулась и не ущипнула его за нос. В половине восьмого к ним присоединился Уилл, который принёс с собой катану, чтобы показать Бекки, – по его словам, подарок от японского воина-самурая, с которым он познакомился во время третьего крестового похода. Бекки, однако, гораздо больше интересовала его роль в крестовом походе (о которой он говорил на удивление расплывчато), чем сам меч. В восемь, несмотря на возражения Марии, дядя Перси разрешил им поиграть в мини-футбол в холле. Всё проходило без происшествий, пока Джо не разбил вдребезги вазу из муранского стекла шестисотлетней давности мячом.

На следующее утро Бекки проснулась после глубокого безмятежного сна. Она была полна сил и с нетерпением ждала сегодняшнего дня. Завернувшись в постели в пуховое одеяло, она проследила за туманным солнечным светом, пробивавшимся сквозь занавески, и увидела мерцающий предмет, висевший на дверце шкафа. У неё упало сердце.

– Он опять хочет это провернуть! – пробормотала она. – Одевичить меня, – раздражённо скинув одеяло на пол, Бекки приблизилась к элегантному атласному платью цвета розовой жевательной резинки. – Только не это.

Дверь распахнулась, и в комнату ворвался Джо, одетый в синий костюм в тонкую полоску, белый галстук и сверкающие лакированные туфли.

– Ты готова? – Его нетерпение сменилось разочарованием, когда он увидел, что Бекки по-прежнему в пижаме. – Ты ещё даже не оделась?

Бекки в ужасе уставилась на его наряд.

– Ты выглядишь нормально.

– Вообще-то, я выгляжу довольно круто, – тут Джо заметил её платье и ухмыльнулся. – А это для тебя? Зашибись! Наверняка будет смотреться нелепо.

Бекки мысленно с ним согласилась, но виду не подала.

– Хочешь, чтобы я попросила Марию запихнуть под гладильный каток твои…?

Джо мгновенно прекратил её дразнить.

Полчаса спустя Бекки угрюмо вышла из своей комнаты. Она чувствовала себя полной дурой. Платье липло к ней, как целлофан, а туфли на плоской подошве с острым носком неприятно терлись о лодыжки. Хуже было только то, что для завершения образа дядя Перси заставил её надеть шляпку клош[10].

Бекки тяжело вздохнула. Единственное, что её утешало, – они снова отправлялись в путешествие, да ещё и по Америке. Если не считать посещения Ущелья Мамонтов, она в Америке нигде не была, хотя очень хотела. Шаркая ногами по коридору, Бекки избегала смотреть на предметы, в которых могла бы отразиться, затем свернула на левый лестничный пролёт и увидела дядю Перси, терпеливо ожидавшего её внизу. На нём был белый смокинг, чёрный галстук-бабочка, а в руке он держал розу сорта Стефани. При виде Бекки его лицо расплылось от гордости.

– Бекки, ты выглядишь ослепительно.

– Я выгляжу кринжово, – ответила Бекки.

– А что значит «кринжово»?

– Это на ступень хуже, чем «стрёмно».

– А, это всё объясняет.

– Раньше я думала, что ты стрёмный.

– Я бы предпочёл быть кринжовым. Это звучит веселее. А это тебе, – он протянул Бекки розу.

– Эм, спасибо, – поблагодарила Бекки, не зная, куда деть цветок.

– А сейчас, могу ли я иметь честь сопровождать вас на завтрак? – дядя Перси протянул ей руку.

Бекки отвела его руку в сторону.

– Вот теперь это вдвойне кринж… – и протиснулась мимо него в холл.

Дядя Перси наблюдал, как она топает по коридору, ведущему на кухню.

– Вдвойне кринж, говоришь? Получается, больше нечего и желать.

Бекки зашла на кухню и увидела Джо. Торопясь, он жевал тост с удвоенной скоростью. Она собиралась что-то сказать, когда его взгляд метнулся к дальней стене. Оглянувшись, Бекки увидела Марию, крепко упиравшую руки в пышные бёдра. Её лицо приобрело вишнёво-красный оттенок. Мария по-прежнему не могла смириться, что они отправятся в Чикаго.

И всё же, когда она увидела Бекки, произошло нечто неожиданное: её взгляд смягчился, кожа побледнела, нижняя губа задрожала, и Мария сделала несколько глубоких, прерывистых вдохов.

– Мария, ты как?

В этот момент в комнату влетел дядя Перси.

– Вот что я думаю… – его слова потонули в оглушительном вопле, разнёсшемся вокруг. Разразившись слезами, Мария бросилась через всю комнату, обняла Бекки и бессвязно заговорила по-немецки.

Бекки застыла на месте в изумлении. Что-то явно было не так.

Однако выражение лица выдавало дядю Перси – он точно знал, что расстроило Марию.

– О боже! – воскликнул он, подбегая к Марии, чтобы утешить. – Моя дорогая леди, пожалуйста, прости меня. Я не подумал.

– Пожалуйста, сэр, не извиняйтесь. Здесь не за что прощать, – ответила Мария, проводя дрожащим пальцем по щеке Бекки. – Вы прекрасны, как ангел, мисс Бекки.

Бекки почувствовала себя сбитой с толку. Что происходит? Она собиралась заговорить, но Мария выскочила из комнаты. Дядя Перси тяжело вздохнул, опустился на стул и обхватил голову руками.

– Что всё это значит? – спросила Бекки. У неё голова шла кругом.

– Я дурак, – произнёс дядя Перси. – Какой же я дурак.

– Почему?

– Что происходит? – растерянно поинтересовался Джо.

– Идиот! – обругал себя дядя Перси.

– Я не понимаю… – сказала Бекки. – Дядя Перси, пожалуйста, объясни, в чём дело.

Дядя Перси обвёл взглядом комнату и остановился на Бекки.

– Ты напомнила Марии её покойную внучку, – начал он. – Твоё платье, шляпка и туфли были весьма модными во времена Марии, а её внучка была всего на пару лет старше тебя. Скорее всего, она наряжалась похожим образом. Мне и в голову не пришло.

– Я не знала, – пробормотала Бекки. – Пойду попрошу прощения.

– Конечно, ты не знала, – покачал головой дядя Перси. – Это моя вина, и это мне нужно просить прощения.

– А что с ней случилось? – спросил Джо. – Я имею в виду, с внучкой Марии.

Дядя Перси нахмурился.

– Это очень болезненная история, Джо… История, в которой человечество предстаёт в своём самом лучшем и в самом худшем проявлениях. Как вы знаете, Мария с Джейкобом жили в Германии тридцатых годов прошлого века. Для всех порядочных немцев тот период являлся чрезвычайно трудным временем. Уверен, вы знаете, что тогда некоторые немцы были настолько ужасны, насколько представители человечества вообще могут быть ужасны. К сожалению, часть этих людей занимала очень высокие посты. В любом случае, Мария и её семья совершили, по их мнению, непростительный поступок, и сын Марии, его жена и их дочь заплатили за это своими жизнями.

Бекки вздрогнула.

– Что они сделали?

– Они предлагали защиту тем, кто больше всего в ней нуждался. Думаю, сейчас не время вдаваться в подробности, но я скажу, что семья Марии совершила благородный, мужественный, милосердный поступок… Такой, на который мало кто решился бы, особенно в то время и в той политической обстановке. – Дядя Перси помолчал, прежде чем продолжить. – Добавлю ещё кое-что, чтобы вы поняли, почему Мария порой так реагирует…

Бекки и Джо встревоженно переглянулись.

Дядя Перси с трудом подбирал слова.

– Это был Отто Крюгер. Отто Крюгер убил её семью…

Желание есть у Бекки напрочь отпало. Ошарашенная, она уставилась на свою пустую тарелку, не в силах подобрать слов. Даже у Джо пропал аппетит, и они сидели молча, пока дядя Перси не ушёл поговорить с Марией. Через несколько минут он вернулся – хмурый, но решительный.

– Она в порядке, – произнёс он. – Этот шок был не сильнее обычного.

– Может, мне переодеться и поговорить с ней? – спросила Бекки.

– Всё хорошо, правда, – покачал головой дядя Перси. – На самом деле она просила меня извиниться перед тобой за то, что напугала…

– Ерунда, – отмахнулась Бекки. – Она меня не напугала. Я просто… ну, потрясена.

– Я так ей и сказал. Знаете, вы знакомы не так долго, но Мария искренне о вас заботится, и теперь вам станет понятнее, почему она так сильно волнуется. За свою жизнь Мария пережила больше, чем полагалось на её долю; сомневаюсь, что она бы пережила, если бы её жизнь продолжилась в том же духе.

– Мы всё понимаем, – ответила Бекки. – Да, Джо?

– Конечно, – подтвердил Джо. – Но никто никого не потеряет.

– Вы правы, молодой человек, – вздохнул дядя Перси. – Сейчас, когда мы знаем, что Марии стало лучше, вероятно, нам следует сосредоточиться на другом насущном вопросе: Чикаго. Я правда не ожидаю никаких неприятностей на аукционе, но мы всё равно должны быть начеку.

– Согласен, – кивнул Джо. – Уилл с нами? Если возникнут проблемы, он нам понадобится.

– Конечно, с нами, – сказал дядя Перси. – Он уже переоделся и ожидает нас в Комнате времени. Он помогал Барби внести кое-какие изменения в Берил.

Джо бросил на дядю Перси удивлённый взгляд.

– Берил?

– Именно. У меня не было возможности провести полную проверку Берты, поэтому я решил, что в этот раз мы отправимся на другой машине времени. Её зовут Берил. Кроме того, если мы когда-нибудь попадём на Карибы, сдаётся мне, она может оказаться весьма полезной при определённых обстоятельствах.

– Ты о чём? – спросил Джо.

Дядя Перси загадочно улыбнулся.

– Скажем так, я внёс в Берил парочку существенных изменений.

К середине утра небо стало синевато-чёрным от густых облаков, которые зловеще нависали над землёй, как подгоревший зефир. Бекки прошла за Джо и дядей Перси в Комнату времени. Она была одновременно взволнована из-за предстоящего путешествия и смущена из-за своего наряда. Оказавшись внутри, Бекки с удивлением увидела Барби, парящую высоко над ними и запустившую пальцы в маленькую серебряную электрическую панель на потолке.

– Как там дела, Барби? – крикнул дядя Перси.

Барби направилась вниз и с тихим стуком приземлилась на пол.

– Всё готово, сэр, – ответила она. – Рецептор Форакса был рекомбинирован.

– Спасибо, дорогая, – поблагодарил дядя Перси.

Слева от них послышалось тихое шипение. Бекки обернулась и увидела, что из лифта выходит Уилл, одетый в стильный чёрный смокинг. Его длинные каштановые волосы были собраны в конский хвост. В руках он держал два предмета – один похожий на велосипедный насос, а другой – на пенал из дублёной кожи.

– Гляньте-ка на этого Джеймса Бонда, – ухмыльнулся Джо.

– Джеймса… кого? – не понял Уилл.

– Джеймса Бонда, – повторил Джо. – Ты ведь о нём слышал?

Уилл покачал головой.

– Нет. Это комплимент?

– Полагаю, да, Уильям, – сказал дядя Перси.

– Буду считать, что да, – Уилл повернулся к Джо. – Благодарю.

– Не стоит, – пожал плечами Джо, разглядывая предметы в руках Уилла. – Это что?

– Это, молодой человек, мои творения, – произнёс дядя Перси, когда Уилл спрятал их в карман пиджака. – Будем надеяться, они нам не понадобятся.

Джо хотел было продолжить расспросы, но дядя Перси спросил:

– Ну что, готовы познакомиться с Берил?

– Ещё бы! – воскликнул Джо, а Бекки кивнула.

– Тогда идите за мной, – дядя Перси направился к лестнице, которая вела на платформу под потолком. Он подошёл к рабочей станции и заговорил в крошечный микрофон: – Перси Матиас Галифакс, TT98…

Компьютеризированный голос ответил:

– Процедура посадки запущена. Сегодняшний пароль…

– Громоздкие огурчики.

На мониторе возникло знакомое лицо женщины средних лет с довольно броским макияжем и длинными рыжими волосами. Заметив Бекки и Джо, она радостно воскликнула:

– Бекки! Джо! Какой приятный сюрприз! Отойди, Галифакс. Не всем приятно лицезреть твою уродливую физиономию.

– Очень мило, – дядя Перси с улыбкой посторонился.

– Привет, Аннабель, – сказали Бекки и Джо хором.

– Вы только посмотрите на них… не верится, вы так выросли. Джо, ты уже ростом с башню. А Бекки… Бекки. – Её глаза заблестели. – Сейчас расплачусь, правда. Ты выглядишь сногсшибательно.

– Я похожа на карамельную палочку, – отрезала Бекки.

– Чепуха, – искренне возразила Аннабель. – Ты хоть и маленькая, но всё-таки леди.

– Ага, ага, – пробормотала Бекки так, чтобы Аннабель не услышала.

– Позвольте мне по вашим красивым нарядам угадать, куда вы направляетесь… Ммм, тридцатые годы девятнадцатого века?

– Тысяча девятьсот двадцать девятый, – сказал дядя Перси.

– Прекрасно, – ответила Аннабель, снова поворачиваясь к Бекки и Джо. – Словами не передать, как я была бы рада новостям о вашем отце. Не сомневайтесь, мы его отыщем. В штабе все только об этом и говорят. Никогда не видела их такими решительными. Джона ищут повсюду.

– Мы знаем, – сказала Бекки. – И мы вам очень благодарны.

– О, не говори глупостей, – улыбнулась Аннабель. – Мы все его любим. На самом деле, если мне не изменяет память, несколько девушек в офисе испытывали к нему чувства. Он действительно был очень обаятельным. И красивым.

Бекки приподняла брови.

– Правда?

– О да, – ответила Аннабель и подмигнула дяде Перси. – Однако имейте в виду, лично я всегда смотрела только на вашего дядю.

– Перестань, ты вгоняешь меня в краску, – пробормотал дядя Перси.

– Ты знаешь, я говорю правду, – настаивала Аннабель. – Просто дождись рождественской вечеринки, Перси Галифакс. Принесу омёлу и покажу тебе, что старые чувства никогда не умирают. – Её губы сложились в улыбку, и она послала дяде Перси воздушный поцелуй.

– Думаю, твой муж найдёт что сказать по этому поводу.

– Зная его, вряд ли. В любом случае, куда и когда мы сегодня отправляемся?

– Направление три, сектор девять. Координаты: девять, семь, ноль девять.

– Чикаго, да? – Аннабель что-то набрала на клавиатуре.

Раздался звуковой сигнал, и в прорезь под компьютером упал кубик герафния.

– Именно, – сказал дядя Перси, поднимая его. – Мы отправляемся на аукцион.

– Аукцион? Это ведь не аукцион домашнего скота, не так ли? – с подозрением спросила Аннабель. – Я имею в виду, мы же не хотим возвращения, ну, не знаю, каких-нибудь крылатых лошадей, да? Или додо, если уж на то пошло…

Бекки вспомнила, как дядя Перси упоминал, что в обязанности Аннабель входило заполнение горы документов, необходимых для регистрации любого животного, привезённого из прошлого в настоящее. По покрасневшему лицу дяди Перси она также поняла, что речь идёт о Пегги и Дейдре.

– Я… я не понимаю, о чём ты, – пробормотал дядя Перси, уставившись себе под ноги.

– Как всегда, Галифакс, – ухмыльнулась Аннабель. – А если без шуток, будь осторожен, пожалуйста. Вы все, – её голос стал серьёзным. – Путешествия во времени изменились, Эмерсон Дрейк позаботился об этом. Теперь мы все должны измениться вместе с ними. Пожалуйста, берегите себя, – она заставила себя улыбнуться. – В конце концов, я бы хотела видеть вас всех целыми и невредимыми на рождественских танцах «Подводные чары». Не забудь, я принесу омёлу… – И, прежде чем дядя Перси успел что-либо ответить, она пропала. Рабочая станция затихла.

– «Подводные чары»? – спросила Бекки.

– Тема маскарадных костюмов для рождественской вечеринки ВИПУВРа в этом году. Это большая традиционная вечеринка. Только представьте себе, двести путешественников во времени, одетых в костюмы различных морских обитателей, веселятся, подогреваемые «Дырявым котелком» Реджа.

– Получается, это настоящий гик-фест? – уточнила Бекки.

– Наверное, – кивнул дядя Перси. – Я бы ответил точнее, если бы знал, что это значит.

– Может, уже отправимся? – нетерпелось Джо.

– Почему бы и да, – тепло улыбнулся дядя Перси. – Но сначала вернёмся к насущному вопросу: хотите познакомиться с Берил?

– Конечно, – сказала Бекки.

– Прекрасно, – дядя Перси наклонился к микрофону компьютера. – Активируй Берил…

Снизу донёсся скрежет, Бекки и Джо бросились к перилам. Нижний этаж постепенно исчез в стене, сменившись вращающейся платформой, на которой стояла угольно-чёрная машина. Её изогнутый корпус и оранжевый знак «TAXI», сверкающие в свете Комнаты времени, делали машину одним из самых привычных средств передвижений в мире.

– Это лондонский чёрный кеб! – воскликнула Бекки.

– Если быть точным, кеб Остин модели FX4 1958 года выпуска, – сказал дядя Перси. – Сдаётся мне, это идеальная машина для нашего путешествия.

– Тогда погнали? – вновь спросил Джо.

– Разумеется, – кивнул дядя Перси.

Бекки и Джо поспешили вниз по ступенькам, каждый старался опередить другого, чтобы первым увидеть Берил вблизи. Внизу они столкнулись с Уиллом. Дядя Перси спустился вслед за ними и вставил кубик герафния в прорезь над багажником; кубик со щелчком встал на место.

– Запрыгивайте… – поторопил он, открывая задние дверцы.

Бекки и Джо залезли внутрь, и их лёгкие наполнил сладкий, успокаивающий сосновый запах. Дядя Перси сел на водительское сиденье, а Уилл рядом с ним.

Набрав код пункта назначения на клавиатуре Берил, дядя Перси повернулся к Уиллу.

– Ты готов, Уильям?

Уилл понимающе улыбнулся.

– Готов ко всему, – ответил он, таинственно похлопав себя по карману пиджака.

– Отлично, – кивнул дядя Перси, откидываясь на спинку сиденья. – Тогда в путь. В конце концов, по словам мистера Фрэнка Синатры: «Чикаго – город в моём вкусе!»

– Кто такой Фрэнк Синатра? – спросила Бекки.

Дядя Перси покачал головой, но его разочарованный вздох был заглушён тихим шипящим звуком. Машину окружили потоки голубого и белого света, и мгновение спустя Берил исчезла.

Бекки посмотрела вперед и увидела лишь стену тусклого белого света. Она испуганно огляделась по сторонам. Он окружал машину со всех сторон.

Это явно не Чикаго: неужели что-то пошло не так? Её опасения развеял голос дяди Перси:

– Выглядит не особо впечатляюще, но подождите…

И тут Бекки поняла, что видит перед собой грязно-серое небо.

Дядя Перси вылез из машины, поправил смокинг и галстук-бабочку. Затем он открыл заднюю дверцу. Бекки тут же почувствовала, как ей в лицо ударил ледяной ветер.

– Ого! – вылезая из машины, она плотно прижала шляпку к голове. – Вот это ветрина!

– Не зря Чикаго называют Городом ветров.

Джо в замешательстве огляделся по сторонам.

– В какой именно части Чикаго мы находимся?

– Отель «Палмер Хаус», – ответил дядя Перси.

Джо заметно разочаровался.

– Да? Тогда он либо очень маленький, либо…

Бекки опустила глаза.

– По-моему, мы на нём стоим, Джо, – сказала она, внезапно обратив внимание на доносящийся снизу приглушённый гул уличного движения. Они с Джо прошли по крыше к ограждению у самого края.

Внизу шумно проносились машины, гудя клаксонами. Сотни людей сновали по широким, обсаженным деревьями улицам, точно муравьи, забегая и выбегая из гигантских зданий с плоскими крышами. Вдалеке Бекки увидела обширную водную гладь. Над ней стелился туман, в котором пропадали и появлялись лодки, точно утки, ныряющие в пруд.

– Путешествия во времени – отвал башки! – воскликнул Джо.

Дядя Перси и Уилл тоже встали у ограждения.

– Это озеро Мичиган, – сказал дядя Перси, указывая на водную гладь. – Впечатляет, правда?

Бекки с трудом подбирала слова.

– А теперь пойдёмте покупать картину, – дядя Перси нажал кнопку на инвизибле, и Берил исчезла. Затем он повернулся к Бекки и Джо. – Идите за мной.

Когда они приблизились к чему-то похожему на люк, вделанный в крышу, Бекки заметила прямоугольный кусок вишнёво-красной картонки; он трепыхался на сильном ветру, но, казалось, был прибит к люку гвоздём. Сбитая с толку, Бекки взглянула на дядю Перси, и кровь застыла у неё в жилах. Он остановился как вкопанный, всё его тело напряглось.

– Что такое? – спросил Джо.

– Пока не знаю, – ответил дядя Перси. Он подошёл и сорвал картонку с гвоздя. Бекки поняла – это конверт, и от предчувствия чего-то нехорошего у неё свело живот. На лицевой стороне конверта витиеватым почерком было написано три слова:

– ЭТО МОЁ ИМЯ, – выдохнула Бекки. – Дядя Перси, на нём моё имя!

Дядя Перси быстро вскрыл конверт и вытащил из него красную открытку. На лицевой стороне в солнечных лучах блеснули слова «Особенной девушке на День святого Валентина».

– Да как ты смеешь? – прорычал он.

У Бекки закружилась голова.

– Дядя Перси, почему на нём написано моё имя?

Дядя Перси не ответил.

– Возвращаемся обратно? – спросил Уилл у дяди Перси.

– Пока нет.

– Что происходит? – Бекки повысила голос. – Отдай его мне!

Дядя Перси тяжело вздохнул и передал ей конверт.

Бекки дрожащими руками забрала его. Когда она раскрыла открытку, ей показалось, что время остановилось.

Бекки заколотило от гнева. Она продолжала испепелять открытку взглядом, пока, ослеплённая злостью, не перестала вообще что-либо видеть.

– Это всего лишь одна из жестоких игр Дрейка, – мягко сказал ей дядя Перси. – Ты не должна принимать его слова близко к сердцу.

– Почему? – так же тихо ответила Бекки. – Ведь он прав. Папа страдает, а я ничего не предпринимаю.

– Нет, не прав.

Губы Бекки задрожали, она сдерживалась изо всех сил: знала, что не сумеет остановиться, если заплачет.

– Но если бы я убедила папу предоставить Дрейку необходимую информацию, то…

– Тогда никого из вас сейчас не было бы в живых, – отрезал дядя Перси. – Дрейк не отпустил бы тебя и уж точно не отпустил бы Джона. Нет, какими бы знаниями ни обладал твой отец, они слишком важны, чтобы Дрейк его убил. И пока он жив, надежда есть, это нужно помнить.

Джо выглядел озадаченным.

– Дай глянуть, Бекс, – он потянулся за открыткой, но Бекки разорвала её на мелкие кусочки и выбросила.

Джо наблюдал, как обрывки, точно конфетти, летят в сторону озера Мичиган.

– Что там было?

– Неважно, – ответила Бекки и посмотрела на дядю Перси. – Что Дрейк имел в виду, когда написал о завтрашней газете? Мне казалось, ты говорил о его уме, но, должно быть, он сам полный дурак, если не может правильно написать слово «дурак».

Дядя Перси открыл рот, собираясь ответить, но передумал и погрузился в глубокие раздумья. Затем его лицо побледнело, и он подхватил чемодан.

– Мы возвращаемся, – он направился обратно к Берил. – Быстрее, быстрее…

– Что? – спросила Бекки. – Почему?

– Это было большой ошибкой. Давайте, все в машину времени!

Однако Бекки не сдвинулась с места.

– Мы никуда не поедем. Я не позволю дурацкой открытке Эмерсона Дрейка разрушить мои планы.

– И я тоже, – кивнул Джо.

– Дело не в открытке, – ответил дядя Перси. – То есть да, в ней, но не только. Я имею в виду, это, конечно, неожиданно, – казалось, он разозлился на самого себя. – Не верится, что я не уловил связи. Какой же я дурак!

– Да о чём ты? – недоумевал Джо.

– Сегодня, 14 февраля 1929 года, в Чикаго кое-что произошло. Кое-что монументальное. Я об этом забыл, – дядя Перси покачал головой. – Какой же ты чёртов идиот, Галифакс!

– Чем именно ты обеспокоен, друг мой? – спросил Уилл. Он выглядел таким же озадаченным, как Бекки и Джо.

Дядя Перси тяжело вздохнул.

– Сегодня, пожалуй, самый печально известный день в истории этого великого города. Я вовсе не имею в виду, что мы к этому причастны, скорее всего, нет – это просто шутка Эмерсона. Но не стоит рисковать.

– Что сегодня произойдёт? – поинтересовалась Бекки.

Дядя Перси заколебался.

– Бойня в День святого Валентина.

– Поняла. Я об этом слышала, – кивнула Бекки. – Но мало о ней знаю. Что произошло?

Дядя Перси вздохнул.

– История не из приятных.

Бекки вызывающе на него взглянула.

– Это понятно. История, где в названии есть слово «бойня», навряд ли окажется сказкой. Но я думаю, у нас есть право узнать, что произошло, прежде чем мы решим, уходить или нет.

– Не мы принимаем решение, а я.

– Но нам нужна эта картина, – возразил Джо.

– Остаться в живых нам нужнее, Джо, – ответил дядя Перси и посмотрел на Уилла в поисках поддержки. – Ты согласен, Уилл?

Уилл на мгновение задумался.

– Я согласен с мисс Бекки.

Бекки с довольным видом повернулась к дяде Перси.

– Так что произошло на этой бойне?

Дядя Перси замолчал.

– Насколько я помню, говорят, некоторые из группировки Аль Капоне…

– Аль Капоне? – повторил Джо. – Типа гангстер номер один всех времён и народов, да?

– Что ж, у него и правда есть определённая репутация.

– Его прозвали «Лицо со шрамом»?

– Похоже, и здесь ты прав.

– Хотел бы я такое же клёвое прозвище.

– А чем тебе твоё не нравится? – раздражённо бросила Бекки. – По-моему, «Тупой придурок» тебе очень даже подходит. А теперь заткнись!

– Отвали! – огрызнулся Джо.

– Вы будете слушать или нет? – спросил дядя Перси.

– Прости, – хором ответили Бекки и Джо.

Дядя Перси глубоко вздохнул.

– Как я уже говорил, считается, что люди Аль Капоне захватили семерых членов конкурирующей группировки, отвели их к стене на складе и расстреляли. Жертвы работали на ирландского мафиози Багса Морана. Поэтому, Бекки, сдаётся мне, Эмерсон допустил эту ошибку совершенно осознанно.

Бекки на мгновение задумалась.

– Ясно. Это, конечно, плохо. Я имею в виду, ужасно. Но ведь это и правда с нами никак не связано. В противном случае мы бы были во всех учебниках по истории и тому подобном.

Дядю Перси её слова, похоже, не убедили.

– Ну, э-э-э, путешествия во времени – штука сложная. Ты же знаешь, события можно изменить. Эффект Омеги не всегда работает.

– Я знаю, – сказала Бекки, – но у нас, возможно, есть один-единственный шанс заполучить эту картину. Всего один. Получим её, а потом уберёмся отсюда как можно скорее – никаких гангстеров, складов, никаких прогулок по городу.

– Реально, – поддакнул Джо.

Дядя Перси встретился взглядом с Уиллом: тот кивнул, поддерживая Бекки.

– Очень хорошо, надеюсь, ты права, – дядя Перси понял, что он в меньшинстве, и распахнул люк, за которым оказалась лестница, ведущая вниз. – Тогда вперёд…

Джо с готовностью последовал за ним вниз. Следом пошёл Уилл, предоставив Бекки замыкать шествие, радоваться, что ей удалось настоять на своём, и грустить, что её первая открытка на День святого Валентина была от психопата-убийцы.

Бекки спустилась по лестнице и оказалась в тесной кладовой. Дядя Перси аккуратно приоткрыл дверь и выглянул наружу.

Убедившись, что путь свободен, он повёл всех по тускло освещённому коридору к лифту в самом его конце. В лифте дядя Перси нажал на кнопку «Лобби».

Пока они спускались, Бекки чувствовала внутри себя смесь волнения, страха и злости. Эмерсон Дрейк знал, что они здесь будут. Но откуда? Видел ли он, как она читала открытку? И как понимать его послание дяде Перси? У Бекки голова шла кругом в попытке найти ответы на свои вопросы. Её размышления прервал звон колокольчика. Двери лифта разъехались, и они вышли. От открывшегося вида у Бекки перехватило дыхание.

Обширное лобби освещали огромные золотые люстры. Множество элегантно одетых мужчин и женщин сидели на бархатных сиденьях, потягивая шампанское и громко, надменно разговаривая. Десятки коридорных[11] в круглых красных шляпах носились туда-сюда, волоча за собой громоздкие чемоданы. Над двумя бронзовыми крылатыми статуями, которые обозревали зал, словно сверкающие часовые, был высоко повешен плакат с надписью «Благотворительный аукцион фонда Кристи “Вкус Карибского моря”».

– Очень напыщенно! – сказал Джо, впечатлившись.

– В самом деле, Джо, – согласился дядя Перси, немного расслабившись. – На самом деле, я никогда раньше не был в «Палмер Хаус»… Примечательное место, не так ли? Надеюсь, вы обратите на это внимание.

Бекки подняла взгляд, чтобы рассмотреть великолепный потолок. На нём красовалась двадцать одна яркая, расписанная вручную фреска, каждая из которых изображала определённую мифологическую сцену.

– На каждой фреске, написанной французским художником-монументалистом Луи Пьером Ригалем в 1900 году, – начал дядя Перси, – изображён какой-нибудь знаменитый греческий миф. Например, если вы посмотрите вон туда, – он указал влево, – то увидите знакомую вам картину. В конце концов, на ней есть парочка наших друзей.

Бекки присмотрелась и увидела, что на одной из фресок изображён свирепого вида минотавр, сражающийся с мускулистым греческим воином.

– Тесей и Минотавр, – засмеялся Джо.

– С каких это пор настоящий Тесей стал похож на Джейсона Стэтхэма? – спросила Бекки.

– На кого? – дядя Перси выглядел озадаченным.

Настала очередь Бекки разочарованно вздохнуть.

– Как бы мне ни хотелось продолжить изучать холл, – сказал дядя Перси, – аукцион начнётся через десять минут. Думаю, нам стоит взглянуть на лоты, как вы считаете?

Бекки проследовала за дядей Перси в другую комнату, где увидела ряды столов, прогибавшихся под тяжестью предметов пиратской атрибутики: сабель, мушкетов, пушек, абордажных топоров, драгоценностей, потрёпанных чёрных флагов, украшенных белыми черепами, и даже носовой части корабля в виде русалки.

– Как. Же. Круто, – выдохнул Джо.

– Я и сам начинаю чувствовать детский восторг, – дядя Перси вытащил из кармана брошюру.

– Что это? – спросила Бекки.

– Брошюра об аукционе, – ответил дядя Перси. – Попросил Барби приобрести заранее, – он раскрыл её на странице, которую Бекки не удалось разглядеть.

– Да, но мы точно знаем, что купим, – сказала Бекки. – Картину, которая была в оптомедиаэлектронном портфолио.

Равнодушно хмыкнув, дядя Перси продолжил изучать страницы брошюры, время от времени поднимая взгляд, чтобы оглядеть комнату.

Бекки хотела было отругать его за равнодушие к их будущей миллионной инвестиции, как вдруг Джо пробормотал:

– А вот и она…

Бекки увидела коллекцию картин, которые увлечённо разглядывала толпа людей. Одной из картин они уделяли особое внимание, и Бекки тоже её выделила. Портрет Чёрной Бороды, в два раза превышавший размеры остальных, выглядел по-настоящему устрашающе. Сидящего на огромном золотом троне в своём лучшем облачении пирата можно было бы принять за члена королевской семьи, если бы не свирепое выражение лица: его запавшие глаза были такими дикими, что казалось, вот-вот выскочат с холста, а за буйной массой чёрных как смоль волос виднелись стиснутые пожелтевшие зубы. В одной руке он держал шпагу, а в другой – блестящий серебряный компас.

– Пугающий чувак, – прошептал Джо Бекки. – Если это один из указателей, то как он работает?

– Не знаю, – ответила Бекки. – Может, на обороте расчерчена карта.

Глаза Джо загорелись.

– Или это как-то связано с компасом в его руке? Может, подсказки спрятаны по всей картине? Надо просто понять, что искать.

Бекки повернулась с намерением спросить дядю Перси о его мыслях по этому поводу, но, к её удивлению, он на картину даже не взглянул. Дядя Перси вполголоса разговаривал с Уиллом, прикрываясь раскрытой брошюрой. Он незаметно указал на картину слева, изображавшую симпатичную, но печальную на вид женщину и новорождённого младенца, плотно завернутого в толстое шерстяное одеяло.

Бекки растерялась.

– Ты ведь знаешь, что картина, которую ты купишь за миллион долларов, – это вот та? – она указала на портрет Чёрной Бороды.

– Что? – дядя Перси мельком взглянул на портрет безо всякого интереса. – А, впечатляет, да? – безразлично спросил он.

В этот момент позади них раздался голос:

– А, компашка Галифакса наконец решила показаться. Приветствую! Я уж было начал волноваться.

Бекки почувствовала укол страха, но увидела лишь невысокого полного джентльмена с блестящей шевелюрой, который, шаркая, направлялся к ним. На нём был клетчатый килт, едва достающий до его выпуклых коленей, спорран[12] из конского волоса и белоснежный смокинг, который с трудом скрывал его большой живот. Бекки сразу узнала в мужчине Кита Пиклтона, друга дяди Перси и путешественника во времени.

– Кит, – произнёс дядя Перси, протягивая ему руку. – Рад, что ты пришёл.

– Я тоже рад встрече, старина, – ответил Пиклтон, хотя Бекки уловила в его голосе нотку сомнения. – Плохих парней не видать? – уточнил он шёпотом.

– Пока нет, – покачал головой дядя Перси.

– Ударно, – с облегчением сказал Пиклтон. – Не то чтобы я боялся, знаешь…

– Конечно, нет.

– Но мы же не хотим быть потревоженными, – добавил Пиклтон.

– Это точно, – согласился дядя Перси. – В любом случае, как бы иронично ни прозвучало, – время на нашей стороне, так что, может, отойдём на пару слов? – он увёл Пиклтона за пределы слышимости, и вскоре они оба увлечённо о чём-то разговаривали, время от времени бросая взгляды то на портрет Чёрной Бороды, то на раскрытую брошюру.

– Что он задумал? – прошептал Джо Бекки.

– Понятия не имею, – ответила она. Бекки с интересом наблюдала, как дядя Перси вложил нечто Пиклтону в руку, и тот быстро спрятал это в свой спорран.

Через несколько секунд Пиклтон с серьёзным видом решительно кивнул и исчез за дверью, над которой висела табличка с надписью: «Благотворительный аукцион в этом направлении!»

Дядя Перси вернулся к Бекки, Джо и Уиллу.

– Ты не говорил, что здесь будут и другие путешественники во времени, – сказала Бекки.

– Я пригласил Кита не просто так, – загадочно произнёс дядя Перси. – И теперь, когда мы здесь, рад, что сделал это.

– Почему?

– Ну, прежде чем… – дядя Перси замолчал на полуслове; его лицо стало смертельно бледным.

Бекки сразу поняла, что-то не так.

– В чём дело?

Дядя Перси не ответил. Она проследила за его взглядом и почувствовала ком в горле. В зал вошла группа огромных мужчин в тяжёлых чёрных пальто и зеркальных солнечных очках. Однако окончательно Бекки стало плохо, когда она увидела высокого белобрысого мужчину, стоявшего в конце группы.

Взгляд Отто Крюгера остановился на Бекки, и на его губах появилась бессердечная улыбка.

Бекки почувствовала движение справа от себя: это Уилл заметил Крюгера и направился к нему, сжав кулаки.

Дядя Перси бросился ему наперерез.

– Уилл, пожалуйста, – взмолился он. – Не здесь. Не сейчас.

– Нет, Уилл! – воскликнул Джо.

При звуке его голоса гнев Уилла поугас.

Эта неразбериха, казалось, только порадовала Отто Крюгера. Он подтолкнул локтем своих спутников, и они двинулись навстречу дяде Перси.

Крюгер быстро подошёл к Уиллу, и его улыбка стала ещё шире.

– Прошу, садовник… начни то, что, я знаю, тебе не терпится начать. Ничто не доставит мне большего удовольствия.

На этот раз Уилл сохранил самообладание.

– Наше время настанет, Крюгер.

– Давай сегодня, – Крюгер обвёл огромными ручищами коллекцию оружия, разложенную на столах. – Выбери что-нибудь, и мы решим наши вопросы…

Прежде чем Уилл успел ответить, к ним подошёл высокий стройный мужчина с вытянутым лицом и густыми тёмно-каштановыми усами. В руках он сжимал кожаный портфель с двумя ручками.

– Мистер Крюгер, здесь не место для драк, – сказал он с лёгким европейским акцентом в голосе, затем развернулся к дяде Перси. – Неужели это тот самый Перси Галифакс? Наслышан, – он взглянул на Крюгера, и тот кивнул.

В этот момент Бекки вспомнила слова Брюса: «Этот был долговязый с густыми, как у моржа, усами. Говорил с незнакомым акцентом». Тип со Скальпелем!

– А вы, я так полагаю, очередной мальчишка на побегушках у Эмерсона? – взглянул на него дядя Перси.

– О, я гораздо больше, – откликнулся ледяным тоном Тип со Скальпелем. Затем его глубоко запавшие чёрные глаза остановились на Бекки. – Боже мой… Прелестница! – он потянулся рукой к её щеке.

Но прежде чем он успел дотронуться до неё, Бекки отбила его руку ладонью.

– Не прикасайся ко мне, урод!

Дядя Перси побагровел от ярости.

– Никогда больше не пытайся её и пальцем тронуть, ты меня понял?

– Это что, угроза?

– Уверяю, это гораздо больше, чем просто угроза, – отрезал дядя Перси.

Тип со Скальпелем холодно улыбнулся.

– Невероятно занимательно! – Он взглянул на Отто Крюгера: – Мистер Крюгер, каким бы интересным ни было это мероприятие, вероятно, мистер Дрейк предпочёл бы, чтобы мы сосредоточили наше внимание на аукционе.

Крюгер кивнул.

Тип со Скальпелем снова взглянул на дядю Перси.

– Буду с нетерпением ждать встречи с вами, мистер Галифакс. Думаю, это произойдёт раньше, чем вы можете себе представить.

Дядя Перси помедлил.

– Кто ты?

– У меня много имён… – с этими словами Тип со Скальпелем их покинул.

С бешено колотящимся сердцем Бекки смотрела, как он исчезает в шумной толпе, словно змея в высокой траве, а за ним быстро следуют Отто Крюгер и его приспешники.

Казалось, они молчали целую вечность – никто не осмеливался высказать вслух то, о чём думал: они только что разговаривали с чем-то нечеловеческим, чудовищным.

Абсолютным злом.

– Кто. Это. Был? – спросил Джо.

– Понятия не имею, – ответил дядя Перси. – Так или иначе, у нас нет времени о нём переживать: аукцион вот-вот начнётся…

Если бы Бекки так не волновалась, она смогла бы по достоинству оценить красоту бального зала, в котором они находились: восемь люстр, сверкающих тысячами кристаллов ручной огранки, заливали тёплым светом столики внизу, за которыми сидели стильно одетые люди и переговаривались так громко, будто от громкости их голосов зависело положение среди сливок чикагского общества.

Дядя Перси проводил своих спутников к столику, где на карточке с атласной отделкой значилось: «Галифакс и компания».

Бекки села за стол и почувствовала, что за ней наблюдают. Оглядев зал, она заметила Типа со Скальпелем в дальнем конце. Он внимательно её разглядывал, его глаза неприятно поблёскивали. По спине Бекки побежали мурашки. Она толкнула дядю Перси локтем и прошептала:

– В дальнем углу.

Однако он и сам уже заметил.

– Знаю, – ответил дядя Перси. – Не беспокойся, они не станут здесь дебоширить. И, между нами говоря, я подготовился к некоторым неожиданностям.

– Что ты имеешь в виду?

Ответ дяди Перси потонул в бурных аплодисментах, когда на возвышение поднялся худощавый тёмноволосый мужчина с заострённой головой, напоминавшей карандаш. Он взял молоток и трижды им постучал, отчего в зале воцарилась тишина.

– Доброе утро, леди и джентльмены! Или лучше сказать… Йо-хо-хо, гром и шторм! – прорычал он, и по залу прокатились смешки. – Меня зовут Тимати Чизмен, и от имени аукционного дома Кристис я рад приветствовать вас на благотворительном аукционе «Вкус Карибского моря»! Для меня большая честь находиться сегодня в такой роскошной обстановке в Большом бальном зале отеля «Палмер Хаус». Поэтому без дальнейших церемоний предлагаю перестать трястись от страха и отправиться на двести лет назад во времена дерзких поисков сокровищ, – он сделал эффектную паузу. – Да начнётся аукцион!

Несмотря на то, что каждый новый лот вызывал одобрительные отклики в зале, Бекки хранила молчание. Она не могла расслабиться. В отличие от неё, дядя Перси, казалось, забыл обо всех тревогах и наслаждался происходящим. Он с блеском в глазах рассматривал все предметы, выставленные напоказ. К удивлению Бекки, он даже купил несколько лотов: среди них был нераспечатанный бочонок рома, предположительно принадлежавший Мо Бэггли, также известному (к восторгу Джо) как Рыжая Борода; грубо прибитое к деревяшке чучело синего попугая, любимого питомца норвежского пирата Магнуса Магнерсона; и гигантский железный якорь с пиратского корабля «Бигби Хинд».

Спустя двадцать минут двое ассистентов наконец подняли портрет Чёрной Бороды на сцену. Зал зааплодировал.

Чизмену, казалось, это особенно понравилось.

– Да, вы правы, дамы и господа, это замечательная вещь. Единственный известный портрет Эдварда Тича, самого знаменитого пирата, также известного вам, как Чёрная Борода. Этот лот единственный в своём роде. Художником стал старший помощник Чёрной Бороды и кормчий Израэль Хэндс. Может, это и не Да Винчи, но тем не менее весьма впечатляющее произведение искусства, которое заслуживает внимания коллекционеров. Раскошеливайтесь, господа, и посмотрим, куда нас приведут торги. Ориентировочная цена – четыреста долларов, но я предлагаю начать… со скольких? С двухсот?

Бекки оглянулась. Тип со Скальпелем тут же перехватил её взгляд и, чуть наклонив голову, жёстко улыбнулся. Бекки перевела взгляд на дядю Перси: он подмигнул ей, а после выкрикнул:

– ПЯТЬСОТ ТЫСЯЧ ДОЛЛАРОВ!

Громкий вздох оглушил комнату.

Чизмен выглядел озадаченным.

– Простите, сэр, – выдохнул он. – Мне не послышалось – речь зашла о пятистах тысячах долларов?

– Да, так и есть.

– Но… – чуть ли не пропищал Чизмен в ответ. – Эм, что ж, прекрасно. Предполагаю, это будет первая и последняя ставка…

– Шестьсот тысяч долларов!

Несмотря на то, что Бекки этого ожидала, у неё в животе всё перевернулось. Рука Типа со Скальпелем взмыла высоко в воздух.

Толпа пришла в неистовство. Со всех сторон раздались бурные аплодисменты и оглушительные одобрительные возгласы.

– Семьсот тысяч долларов, – подал голос дядя Перси.

Люди не успели отреагировать, а Тип со Скальпелем уже выкрикнул:

– Восемьсот тысяч!

Толпа зашумела ещё громче, а дядя Перси замолчал. На мгновение показалось, что он сдался. Затем он повернулся, с презрением посмотрел на Типа со Скальпелем и проговорил:

– Девятьсот. Тысяч. Долларов!

– Один миллион долларов! – выплюнул Тип со Скальпелем.

Комната взорвалась. Среди поднявшегося шума Бекки увидела, как крупный, похожий на быка мужчина слева от Отто Крюгера встал со своего места и целеустремлённо направился к ним. Его лицо было скрыто облаком дыма, поднимавшегося от гигантской сигары, которую он держал в правой руке. Затем Бекки увидела то, что испугало её до глубины души. Каждый человек, мимо которого он проходил, переставал хлопать и провожал его взглядом, в котором читался страх вперемешку с ужасом. Даже Чизмен обратил на мужчину внимание, и его глаза заметно округлились.

Незнакомец подошёл к их столику, холодно посмотрел на дядю Перси и сказал:

– Торги закончились.

Дядя Перси поднял голову, и на его лице отразилось смятение.

И тут Бекки поняла почему. На левой стороне лица мужчины, под тонким слоем талька, виднелись три глубоких шрама разной длины. Бекки вспомнила, с каким энтузиазмом Джо произнёс его прозвище: «Лицо со шрамом».

К ним за стол подсел Аль Капоне.

– ОДИН МИЛЛИОН ДОЛЛАРОВ РАЗ… – начал Чизмен, неуверенно глядя на Аль Капоне.

Дядя Перси посмотрел на картину и печально покачал головой.

Чизмен взволнованно ударил молотком. Его руки дрожали.

– Продано за миллион долларов, – быстро проговорил он. – Думаю, после такого нам всем не помешает перерыв. Аукцион возобновится через тридцать минут, – с этими словами он покинул возвышение и исчез из виду.

– Похоже, ваше желание и желание ваших друзей исполнилось, мистер Капоне, – сказал дядя Перси, кивнув на Типа со Скальпелем.

– Я всегда получаю то, что хочу, приятель, – произнёс Капоне.

– Вы понятия не имеете, во что ввязываетесь.

Капоне рассмеялся.

– Лайми[13], ты даже не представляешь, во что ты уже ввязался. Мои парни стоят у каждой двери, а у меня с собой Смит энд Вессон тридцать восьмого калибра, и он говорит, вам лучше пойти за мной, – он приоткрыл полу пиджака, демонстрируя пистолет. – Если ты ещё не понял, я мог бы прямо сейчас проделать в тебе несколько дырок, и никто в этом зале и слова бы не сказал. Понимаешь, о чём я? – он жестом пригласил их следовать за ним. – Пошевеливайтесь…

Ни живая ни мёртвая, Бекки поднялась на ноги, остальные последовали её примеру. Она взглянула на дядю Перси, ожидая, что он испытывает те же эмоции. Вместо этого Бекки заметила, как он мимоходом оглядел зал и едва заметно кивнул Киту Пиклтону, который кивнул ему в ответ и уткнулся в брошюру аукциона.

Группа прошла между столиками, и не успела Бекки опомниться, как они уже стояли перед Типом со Скальпелем.

– Прекрасно, мистер Капоне, – произнёс он. – Мистер Дрейк будет доволен.

– Твоё дело удостовериться, что он отдал кэш, как договаривались, Чепмен.

– Он человек слова, уверяю вас, – ответил Тип со Скальпелем и повернулся к дяде Перси. – Что ж, это было занятно.

Но дядя Перси его не слышал.

– Чепмен? – выдохнул он. – Джордж Чепмен?

Бекки посмотрела на него, и её пронзил страх. Она никогда не видела его таким встревоженным. Джо с Уиллом тоже это заметили.

– Смотрю, вы обо мне слышали.

– Но это невозможно, – сказал дядя Перси. – Ты умер. Тебя повесили в 1903 году.

На лице Чепмена отразился восторг.

– Боюсь, нет, мистер Галифакс. Конечно, власти заявили именно так, но, полагаю, это было сделано, чтобы сохранить лицо, не находите?

Дядя Перси изумлённо замолчал.

– В любом случае, мистер Капоне, думаю, нам пора. – Чепмен наклонился к уху дяди Перси и прошептал: – Видите ли, я приготовил для вас небольшой сюрприз. Мистер Дрейк сообщил мне, что историю можно изменить. Мне захотелось проверить эту теорию… – Он повернулся к одному из своих спутников и передал ему портфель: – Заплати за портрет и принеси его на место встречи. Увидимся там через час. Мистер Капоне, не могли бы вы показать дорогу…

Капоне хмыкнул и двинулся вперёд, ведя за собой Чепмена и Крюгера с его приспешниками.

Бекки, Джо, дядю Перси и Уилла обступили пятеро парней Капоне, некоторые из которых похлопывали себя по пиджакам, подчёркивая, что тоже вооружены. Дядя Перси вздохнул и направился к двери.

Бекки приблизилась к нему с левой стороны и прошептала:

– Что происходит? Кто такой Джордж Чепмен? Что он тебе сказал?

Дядя Перси ничего не ответил. Вместо этого они с Уиллом обменялись непонятными взглядами.

Бекки не понравилось, что её проигнорировали.

– Ответишь мне?

– Обсудим позже, Бекки, – сказал дядя Перси. – Не беспокойся.

– Не беспокоиться? – возмутилась Бекки. – Аль Капоне! Тип со Скальпелем! Отто Крюгер! Да сейчас самое подходящее время для беспокойства.

Дядя Перси выдавил из себя неубедительную улыбку.

– Доверься мне. Всё под контролем.

Бекки не поверила ни единому слову.

Группа вышла в лобби. Завидев Капоне, люди быстро расступались, и вскоре они вышли на улицу. Бекки почувствовала, что больше дрожит от страха, чем от пронизывающего чикагского ветра. Капоне свернул направо, и в одном из переулков они увидели четыре автомобиля: большой Кадиллак оливково-зелёного цвета, два бордовых Крайслера Империал и гигантский угольно-чёрный фургон. При виде фургона Бекки поёжилась: на его дверцах были выгравированы две больших белых звезды с надписями «Департамент полиции Чикаго».

– Куда мы направляемся? – требовательно спросил дядя Перси, хотя Бекки почувствовала, что уже знает ответ.

– Один мой ирландский приятель владеет заведением неподалёку, – ответил Капоне.

– Дай угадаю, – холодно произнёс дядя Перси. – Заведение – это сарай?

Капоне искренне удивился.

– Ну надо же, лайми! Никто не говорил, что ты, чёрт побери, умеешь читать мысли…

Бекки, Джо, дядю Перси и Уилла затолкали на заднее сиденье полицейского фургона. Двое гангстеров Капоне – один высокий и худощавый, с длинной, тонкой шеей, второй низкорослый и плотный, с широкой, толстой шеей, – последовали за ними внутрь, держа наготове пистолеты. Третий гангстер сел за руль. Капоне, Чепмен и Крюгер забрались в Кадиллак, а остальные разместились в Крайслерах.

Оказавшись внутри полицейского фургона, Бекки огляделась и заметила две полицейские формы, аккуратно сложенные в углу. Один из гангстеров – тот, что пониже, – сел напротив и направил пистолет на Уилла. Бекки почувствовала, как сидевший рядом с ней Джо напрягся.

– Слыхал, ты тот ещё драчун, приятель, – прорычал низкорослый гангстер Уиллу. – Поверь мне на слово, одно неверное движение, и я пущу в тебя пулю, а она уж точно окажется быстрее твоего кулака.

Уилл безразлично на него посмотрел и отвернулся.

Бекки услышала, как заработал двигатель, и у неё свело живот. Через несколько секунд полицейский фургон выехал вслед за Кадиллаком на главную улицу. Вскоре, миновав трамвай, битком набитый людьми, они уже мчались вперёд, подскакивая на каждой встречной выбоине. Немного погодя они свернули на узкую боковую дорогу, вдоль которой стояли припаркованные автомобили.

– Мы умрём, да? – спросила Бекки у дяди Перси. – Получается… эта Бойня в день Святого Валентина всё-таки связана с нами? Мы покойники.

– Надеюсь, нет, – ответил дядя Перси. – Это было бы ужасным окончанием нашей однодневной поездки в Чикаго. То есть…

Фургон с визгом затормозил.

Бекки посмотрела на дядю Перси: он выглядел таким же растерянным, как и она.

Низкорослый гангстер изо всех сил пытался удержать свой пистолет на весу.

– Какого?..

Бекки испуганно уставилась в лобовое стекло. Она не могла поверить своим глазам.

– Боже мой, – пробормотала она.

Им дорогу перегораживал сверкающий мотоцикл – настолько большой, что объехать его не представлялось возможным. Верхом на Милашке Сью сидел Брюс Вестбрук, надвинув ковбойскую шляпу на глаза и зажав в руке какую-то трубу.

Капоне вылез из Кадиллака, размахивая пистолетом.

– ПРОВАЛИВАЙ С ДОРОГИ, ТЫ, ЧЁРТОВ БРОДЯГА!

Брюс окинул его презрительным взглядом.

– Капоне, я вовсе не бродяга, – пробормотал он. – Я – подмога! – он водрузил трубу себе на плечо.

– Это… это базука! – запинаясь, пролепетал Джо.

В их сторону с оглушительным свистом полетела ракета. БАМ! Она на полной скорости влетела в гидрант, и во все стороны тут же хлынула вода. Разъярённый и сбитый с толку, Капоне жестом подозвал своих людей к себе.

Брюс отшвырнул базуку в сторону и вытащил Винчестер. Затем он привёл Милашку Сью в движение.

– Й-и-и-х-а-а! – крикнул Брюс и помчался вперёд, не переставая стрелять, точно рыцарь на средневековом турнире. Гангстеры попрятались, когда он пронёсся мимо, остановил Харлей у съезда на другую улицу, развернулся и приготовился к новому нападению.

Низкорослый гангстер в полицейском фургоне насторожился из-за происходящего снаружи. Он взвёл курок пистолета и прислонил его к голове Уилла.

– Не вздумай творить глупости.

Уилл улыбнулся. В следующую секунду он врезал гангстеру кулаком в лицо. Второй бандит направил на Уилла пистолет, но недостаточно быстро. С ужасным хрустом Уилл ударил его локтем в нос, и у того закатились глаза. Водитель не успел отреагировать на внезапную атаку, когда Уилл со всей силы приложил его головой об руль. В считаные секунды все три гангстера оказались без сознания.

– Воу! – воскликнул Джо, пытаясь осознать произошедшее.

– Ты поистине хорош в драке, Уильям, – сказал дядя Перси.

– Не лучший талант, – ответил Уилл. – Но иногда и он полезен.

Он вытащил из кармана предметы, которые ранее показались Бекки насосом и пеналом. К пеналу был приделан шнурок, который Уилл перекинул себе через плечо.

Джо указал на непонятные предметы.

– Так что это такое?

– Твой дядя – мастер на все руки, – произнёс Уилл. Он сжал корпус насоса, и перед ними раскрылся гигантский лук.

– Я называю его Джо-луком, – пояснил дядя Перси.

Джо выпучил глаза.

– Это самая потрясающая вещь, которую я когда-либо видел.

Уилл тем временем достал из пенала нечто похожее на карандаш. Со щелчком карандаш вытянулся в стрелу длиной в два фута.

Джо выглядел так, словно вот-вот расплачется.

– Ты реально самый крутой дядя на свете…

Вдруг их вернул к реальности резкий треск выстрелов снаружи.

– Брюс! – воскликнула Бекки.

Уилл наложил стрелу на тетиву лука.

– Останься! – дядя Перси покачал головой. – Тебе не справиться в одиночку, Уилл, ты можешь… – Но прежде, чем он успел договорить, Уилл уже выскочил из фургона. Дядя Перси быстро подобрал пистолет низкорослого гангстера и повернулся к Бекки и Джо. – Сидите здесь! – и бросился вслед за Уиллом.

Сердце Бекки бешено колотилось в груди. Дядя Перси и Уилл вслепую бросились в перестрелку: плохо вооружённые и в меньшинстве. Сама не своя, она наблюдала, как приспешники Крюгера и гангстеры Капоне стреляют в Брюса, который кидался из стороны в сторону, уворачиваясь от пуль. И тут она услышала мучительный вскрик. Бекки оглянулась и увидела, что один из гангстеров сжимает свою руку, в ладони у него торчит стрела. Уилл перебегал между припаркованными машинами, выпуская стрелу за стрелой, как в гангстеров, так и в приспешников Крюгера. Внезапно все пистолеты оказались направлены прямо на него. БАНГ, БАНГ, БАНГ, БАНГ. Уилл бросился за машину. Её окна разбились, осыпая его осколками стекла. Дядя Перси выстрелил в ответ и подбежал к нему.

Заметив это, Брюс направил в их сторону Милашку Сью. Он стрелял, перезаряжал и снова стрелял. И вдруг у него закончились патроны. Отбросив Винчестер в сторону, он спрыгнул с мотоцикла и перекатился налево от дяди Перси.

– Здоро́во, ребята, – Брюс вытащил из-за ремня Кольт.

– Привет, Брюс, – сказал дядя Перси. – Рад тебя видеть.

– Взаимно, приятель.

– Эм, а что именно ты тут делаешь?

– Старушка Мария сообщила мне, куда вы отправились. Меня посетило озарение, что вам может понадобиться помощь. Кажись, я оказался прав.

– Премного благодарен, – ответил дядя Перси. – Но уверяю тебя, у нас всё схвачено.

– Ага, я заметил, – съязвил Брюс. – К тому же разве я мог отказаться от старой доброй перестрелки с Аль Капоне?

Мимо уха дяди Перси просвистела пуля.

– Я бы на твоём месте смог!

Бекки запаниковала. Дядя Перси, Уилл и Брюс исчезли из виду, и она понятия не имела, ранены ли они или дела обстоят ещё хуже. Она заметила, что Джо ползает по полу и шарит руками под обмякшим телом высокого гангстера. К её ужасу, он взял в руки пистолет.

– Вот это я понимаю, – восхищённо сказал Джо.

– Какого чёрта ты творишь? – Бекки выглядела испуганной.

– Хочу помочь.

– Нет, ты туда не пойдёшь, – рявкнула на него Бекки. – Ты вообще умеешь обращаться с оружием?

– Я прошёл десятый уровень Зомби-ассасина.

– Это компьютерная игра, идиот, – огрызнулась Бекки. – А тут…

Но Джо её не слушал – он вскочил со своего сиденья, открыл дверцу фургона и выпрыгнул на улицу.

– Если Аль Капоне тебя не убьёт, то это сделаю я, – рыкнула Бекки и бросилась за ним.

Сидя в Кадиллаке, Чепмен заметил, как Бекки выпрыгнула из фургона, и его губы изогнулись в улыбке. Он наклонился к Отто Крюгеру, прошептал ему что-то на ухо и задрал рукав рубашки, демонстрируя механизм, похожий на огромные наручные часы, покрытые цифрами и символами. Он нажал шесть цифр на циферблате, и его рука внезапно озарилась тонкими струйками света, которые затем обвились вокруг его руки подобно огненной змее и окутали всё тело.

Перестрелка зашла в тупик, когда дядя Перси заметил яркую вспышку света внутри Кадиллака. В это же время позади полицейского фургона возникла такая же вспышка, сопровождаемая оглушительным треском. Несколько мгновений спустя насмешливый голос Чепмена раздался по всей улице:

– Сейчас это закончится!

К горлу дяди Перси подступила тошнота, когда он увидел Джо – тот стоял, опустив голову, павший духом и побеждённый. Спустя секунду рядом с ним появилась Бекки, и рука Чепмена властно обхватила её шею.

В руке Чепмена был скальпель.

– Мы сдаёмся! – сразу же крикнул дядя Перси. Он поднялся, бросил пистолет на землю и поднял руки.

– Нет! – воскликнула Бекки. – Не смейте! Не из-за меня.

Уилл оглянулся и вздохнул. Убедившись, что его никто не видит, он отстегнул колчан и сжал Джо-лук, который тут же уменьшился в размерах. Затем он сунул оба предмета в карман и встал, подняв руки. Последним недовольно капитулировал Брюс.

– Вы не должны делать это ради меня, – сказала Бекки.

Дядя Перси не обратил внимания на её слова.

– Мы сдались, Чепмен, – произнёс он. – Опусти скальпель.

Чепмен мерзко улыбнулся и наклонился к уху Бекки.

– Возможно, сейчас я тебе не очень-то нравлюсь, но однажды твоё сердце будет принадлежать мне, – он отнял скальпель от её шеи и ослабил хватку.

Сладкий, приторный запах его одеколона заполнил лёгкие Бекки, и она вырвалась из рук Чепмена. Почувствовав себя осквернённой настолько, что тысяча ванн не могли бы смыть с неё эту вонь, она бросилась в распростёртые объятия дяди Перси.

Внезапно воздух прорезало отдалённое завывание полицейских сирен. Быстро развернувшись, Капоне обратился к одному из своих парней:

– Фрэнки, отвези раненых на Милуоки-авеню. Пусть док Джулиани их подлатает. Встретимся в «Лексингтоне» через час. Если кто спросит – я во Флориде, я ясно выразился?

– Конечно, босс, – ответил гангстер.

Капоне повернулся к дяде Перси.

– Лайми, я парень терпеливый, но ещё одна такая выходка, и я раскрою ваши черепушки битой. Усекли?

– Усекли, – ровным голосом подтвердил дядя Перси.

Бекки последовала за остальными обратно в полицейский фургон. В этот раз с ними в салоне сел Капоне с двумя парнями из своей банды. Бекки смотрела, как он ругал водителя и двух гангстеров, которых Уилл вырубил, – те успели прийти в себя, хотя их ещё пошатывало. Затем Капоне уселся на сиденье и направил пистолет на Милашку Сью, которая лежала бесформенной грудой на обочине дороги.

– Эй, ковбой, где ты раздобыл такой мотоцикл?

– Магазин во Фриско, – презрительно отозвался Брюс. – С видом на Алькатрас. Может, однажды ты там побываешь.

Капоне собирался ответить, когда снаружи донёсся вой сирен.

– Норт-Кларк-стрит, 2122. ЖИВО! – рявкнул он водителю.

Не успела Бекки перевести дух, как они уже неслись по городу с головокружительной скоростью. Снег падал с неба, точно сахарная пудра, окутывая пейзаж серебристой дымкой. Величественные здания в центре города сменились невысокими жилыми домами.

Бекки понятия не имела, как долго они ехали, когда фургон остановился перед большим зданием из красного кирпича. Позади затормозил Кадиллак. Худой гангстер с заострённым лицом и в серой фетровой шляпе отворил тяжёлые деревянные ворота. Фургон завернул в здание, покатил вниз по крутому склону в большой, тускло освещённый склад.

Оцепенев от страха, Бекки огляделась по сторонам. С потолка свисали голые лампочки, освещая грузовик. К нему цепью была прикована немецкая овчарка, которая громко лаяла, расхаживая кругами. И тут Бекки вздрогнула от ужаса. Трое людей Капоне направили автоматы на семерых растрёпанных мужчин, сидевших на земле со связанными толстой верёвкой руками. Она вспомнила об упомянутых дядей Перси семи жертвах Бойни в день Святого Валентина. Что именно с ними стало? Бекки взглянула на дядю Перси, ища хоть какой-то проблеск надежды, но ничего не увидела.

Капоне распахнул двери фургона и прорычал:

– Чего расселись, идиоты?

Бекки вышла вслед за остальными. Оглянувшись, она увидела, как из Кадиллака вылез Чепмен, взглянул на свои наручные часы и что-то прошептал Отто Крюгеру, который кивнул в знак согласия. Затем Чепмен приблизился, сверкнул в полумраке скальпелем, схватил дядю Перси за руку и оттащил подальше от посторонних ушей.

– Я объясню всё предельно просто, мистер Галифакс, – сказал он, когда убедился, что их никто не слышит. – Вы слишком хорошо знаете, кто я такой и на что способен. Это доставляет мне удовольствие. Простая истина заключается в том, что вы умрёте здесь этим утром, на этом самом складе, рядом со своими дружками – лучником и ковбоем. А вот дети отправятся со мной.

К разочарованию Чепмена, дядя Перси выглядел спокойным, даже безмятежным.

– Боюсь, этого не произойдёт.

У Чепмена на виске забилась жилка.

– Поверьте, произойдёт. – Его взгляд метнулся к Бекки. – И то, познакомлю ли я девушку со своим скальпелем или нет, зависит от вашего ответа на вопрос: что вам известно о Сундуке Вечности?

– Сундуке Вечности? Так мы его теперь называем? В любом случае, немного. Я знаю, вы его ищете. Знаю и то, что отыщу его раньше вас, а Эмерсон Дрейк лишится очередной реликвии.

– Ваша самоуверенность поражает меня, мистер Галифакс, – усмехнулся Чепмен. – Она несколько необоснованна, учитывая, что до вашей смерти остались считаные секунды.

– Я всё это уже слышал, Джордж, – ответил дядя Перси. Его голос понизился до шёпота. – Позволю напомнить – я путешественник во времени. Для меня секунда – это целая вечность…

Чепмен холодно рассмеялся, прежде чем повернуться к Капоне.

– Мистер Капоне, не следует ли нам привести в исполнение план мистера Дрейка?

Выхватив винтовку у одного из своих людей, Капоне направил её на дядю Перси, Уилла и Брюса.

– К стене, ребята. Боюсь, вы нажили себе довольно могущественных врагов. И довольно зажиточных…

Повинуясь жесту Чепмена, один из его приспешников подошёл к Бекки. Не успела она опомниться, как её обхватили сильные руки.

– Отстань от меня! – закричала она, отчаянно вырываясь и размахивая кулаками, когда её уводили от стены.

Второй приспешник направился к Джо, но тот это предвидел и замахнулся на него. Усмехнувшись, мужчина перехватил кулак Джо на лету и заломил ему руку за спину.

– Ай! – вскрикнул от боли Джо.

Уилл хотел было броситься ему на выручку, но его остановила рука дяди Перси.

– Уилл, не надо, – негромко сказал он. – Вспомни, что я показывал тебе на прошлой неделе! – Затем он обратился к Бекки и Джо. – Не сопротивляйтесь, ничего страшного. Всё путём!

Капоне расхохотался.

– Послушайте его! – он посмотрел на одного из своих парней. – Эй, Майки. Похоже, у нас тут самый настоящий комик.

– Похоже на то, босс, – кивнул гангстер.

Улыбка мгновенно исчезла с лица Капоне.

– К твоему несчастью, лайми, я шутить не намерен, – он взвёл курок пистолета.

У Бекки пересохло во рту. Дядя Перси, однако, сохранял невозмутимость.

– Что ж, если мы хотим всё сделать по правилам, заключённому положено сказать несколько последних слов.

Чепмен прищурился.

– Пристрели-ка его, Капоне. Сейчас же!

Капоне его проигнорировал.

– Пару последних слов?

– Ну, на самом деле всего одно… – дядя Перси прочистил горло и поднял руку, будто подзывая кого-то. – Такси!

Бекки увидела, как в его руке блеснуло что-то серебряное: ключи от машины.

Внезапно снаружи раздался треск, за которым последовал рев двигателя и пронзительный визг. БУУУУМ! Двери сарая разбились, и из облака пыли и щепок появилась Берил. Она помчалась вниз по склону, где её встретила толпа недоверчивых лиц, и с визгом затормозила между дядей Перси и Капоне. Раздался одиночный гудок, и её передние и задние дверцы распахнулись.

Дядя Перси повернулся к Уиллу.

– А теперь, Уильям, не мог бы ты заняться тем, что у тебя так хорошо получается?

– Как скажешь, – ответил Уилл, доставая Джо-лук из кармана. Он мгновенно вытянулся в его руке.

Растерянный и сбитый с толку, Капоне смотрел, как Уилл накладывает на тетиву лука стрелу. Он быстро поднял пистолет и прицелился, но было слишком поздно. Как только его палец коснулся спускового крючка, Уилл выпустил стрелу. Рассекая воздух, она угодила прямо в дуло пистолета. Капоне нажал на спусковой крючок. Щелчок. Ничего не произошло.

Джо задохнулся от изумления. Это был лучший выстрел, который он когда-либо видел.

Гангстеры и приспешники Крюгера начали понимать, что происходит.

– Бекки, Джо!.. – крикнул дядя Перси.

Бекки запрыгнула на заднее сиденье Берил, за ней последовал Джо и захлопнул за собой дверцу. ПИУ! Пуля ударила в боковое стекло Берил. Каково же было удивление Бекки, когда стекло не разлетелось вдребезги. Мгновение спустя на Берил со всех сторон обрушился град пуль. Поднялся оглушительный шум, но ни одна пуля не пробила кузов.

Берил была пуленепробиваемой!

– Брюс, забирайся! – крикнул дядя Перси, затаскивая растерявшегося Брюса на заднее сиденье. Затем он запрыгнул на водительское сиденье и оглянулся на Уилла, который достал очередную стрелу. – Уилл… Уходим. Залезай!

Уилл его не слышал. Он отыскал в толпе Отто Крюгера. Они посмотрели друг на друга, точно в замедленной съёмке. Затем Крюгер быстро поднял пистолет и взвёл курок. И выстрелил, не успев прицелиться. БАХ! Пуля пролетела мимо. Крюгер собирался было выстрелить во второй раз, когда стрела – в-ж-ж-ик! – рассекла его правую щёку. Кровь брызнула ему в лицо.

– Залезай, Уилл. Быстрее! – снова выкрикнул дядя Перси.

На этот раз Уилл услышал его и, ухмыльнувшись окровавленному Крюгеру, бросился в машину времени.

Почувствовав облегчение, что все они в безопасности, Бекки перевела взгляд на семерых пленников.

– Мы должны их спасти.

Дядя Перси покачал головой, набирая что-то на таймпаде Барби.

– Мне жаль, Бекки, правда жаль, – грустно сказал он. – Но они уже в истории…

Бекки не успела возразить – такси охватили потоки света. Краем глаза она увидела, как Чепмен оскалился от ярости и дико, гортанно закричал.

Затем Берил с треском исчезла, оставив после себя лишь пустое место.

Чего никто из них не мог знать, так это того, что произошло дальше: обезумевший Чепмен поставил заключенных на ноги и выстроил их в ряд у стены сарая. Выхватив автомат у одного из людей Капоне, он безжалостно стрелял в них до тех пор, пока они не рухнули на землю.

Выжила только овчарка.

Бекки уставилась на стену в Комнате времени, пытаясь совладать с участившимся пульсом и дыханием. Обернувшись на своих спутников, она заметила на их лицах недоверие: все притихли, пытаясь осознать, что им правда удалось благополучно вернуться в Бауэн-холл. Внезапно образовавшаяся тишина показалась им такой же тревожной, как грохот выстрелов, от которых они только что спаслись. Медленно, будто во сне, все вылезли из машины времени.

– Что ж, аж волосы дыбом встали, правда? – первым нарушил молчание дядя Перси. К его щекам постепенно возвращался привычный цвет. – Тем не менее вот мы и дома, в безопасности. Целые и невредимые.

Остальные непонимающе на него уставились.

– А как же картина? – удивился Джо. – На случай, если вы упустили, – она осталась у Чепмена.

– О, я бы не беспокоился по этому поводу. На самом деле, можно сказать, что всё именно так и планировалось.

– В твои планы входила перестрелка с Аль Капоне? – прямо спросила Бекки. – О таком было бы неплохо предупредить заранее.

– Нет, этого я, конечно, не ожидал, – признал дядя Перси. – Но определённо предвидел некоторые события, которые могли застать вас врасплох.

– Да о чём ты? – Джо начал выходить из себя.

– Всему своё время, Джо. Всему своё время.

В любое другое время Бекки бы не понравилась его уклончивость, но сейчас у неё на уме было лишь одно:

– Кто такой этот Джордж Чепмен?

Дядя Перси равнодушно пожал плечами.

– Давайте обеспокоимся им позже.

– А мне кажется, стоит обеспокоиться им прямо сейчас! – начала сердиться Бекки.

– Правда? – ответил дядя Перси. – А мне так не кажется.

Бекки начала закипать и хотела было высказать ему всё, что о нём думает, но тут вмешался Джо:

– Как Берил появилась из ниоткуда?

– А, рад твоему вопросу, – дядя Перси явно обрадовался тому, что ему не придётся отчитываться перед Бекки. – На самом деле, я просто установил в неё одну систему. В схему Берил встроено устройство ремодуляции голоса, интроникатер с временной авторизацией и биогенный локатор. Если вкратце, всё это означает, что вот это, – он показал брелок от машины, – своего рода сильно усовершенствованный собачий свисток. Стоит мне крикнуть «Такси!», как Берил уже мчит ко мне на всех парах.

– Улёт, – одобрительно кивнул Джо.

– Ты и правда головастый, Перс, – сказал Брюс. – Установишь мне такое же на Милашку Сью?

– С удовольствием, Брюс.

– Премного благодарен, – кивнул тот. – К слову, о ней… Я воспользуюсь Портавеллой, чтобы забрать её?

– Конечно.

– Простите, – раздражённо перебила их Бекки. – Но ты так и не ответил на мой вопрос. Кто такой Джордж…

В этот момент из-за рабочей станции высунулась голова Барби.

– Рада, что вы вернулись, сэр.

Бекки зарычала от досады.

– Рады вернуться, Барби, – отозвался дядя Перси.

– Судя по вашему частому сердцебиению, вы были вовлечены в какое-то важное происшествие.

– Можно и так сказать, Барби.

Барби выглядела сбитой с толку.

– Именно это я только что и сделала, сэр.

– Это просто такое выражение, Барби. Оно означает согласие.

– Прекрасно, сэр. Я обновлю свой лингвистический словарь.

– Это было круто, Барби, – начал рассказывать Джо, приходя в себя. – Мы бились с Аль Капоне и этим психом со скальпелем в руках и усами как у дохлого хомяка, а ещё снесли Отто Крюгеру половину лица.

– В таком случае, Барби рада, что мастер Джо выжил после такой опасности, – Барби поклонилась.

В этот момент компьютер издал три пронзительных гудка, и на экране высветилась надпись «Входящий вызов».

Дядя Перси заметно удивился.

– Можешь, пожалуйста, ответить, Барби?

– Конечно, сэр, – голубые глаза Барби заблестели янтарём. – Кит Пиклтон запрашивает пропуск на посадку в Комнату времени. Мне ввести код заземления в его предвидитель?

– Если не сложно, дорогая.

Через секунду слева от Барби материализовался молоковоз.

На водительском сиденье сидел Кит Пиклтон, и на его круглом мясистом лице застыло выражение глубокой озабоченности. Когда он посмотрел на группу, выражение его лица изменилось.

– О, слава богу, – сказал он с облегчением. – Вы в безопасности. Я уже начал беспокоиться. Слышал, что на Восьмой улице была перестрелка…

– Все целы, Кит, – подтвердил дядя Перси.

– Хорошо, – Пиклтон выбрался из молоковоза, крепко зажав под мышкой прямоугольный предмет, обёрнутый в крафт-бумагу. – Сдаётся мне, это то, что ты просил, старина, – он передал свёрток дяде Перси, который торжествующе улыбнулся в ответ.

– О, ударно, Кит. Отличная работа.

– Без проблем, – ответил Пиклтон. – На самом деле я был единственным, кто захотел её забрать. Молотком ударили на пятидесяти долларах, выгодная сделка, как мне кажется. И если ваша теория верна, полагаю, Эмерсон Дрейк будет рвать на себе волосы от досады.

Бекки и Джо обменялись заинтригованными взглядами.

– Что это? – спросил Джо.

Дядя Перси поднёс неизвестный предмет к свету.

– Это, Джо, если я не допустил чудовищную ошибку, и есть указатель!

– Что? – ахнул Джо.

– Это и есть та самая картина руки Израэля, которую мы искали.

Джо выглядел озадаченным.

– А почему мы тогда чуть было не потратили миллион долларов на ту огромную с Чёрной Бородой?

Дядя Перси криво усмехнулся.

– В том-то и дело, Джо. Мы чуть было не потратили миллион долларов на портрет Чёрной Бороды, а вот они действительно потратили миллион долларов. Я так активно делал ставки, поскольку хотел, чтобы они поверили, что эта картина – именно то, что им нужно, и тем самым отвлекал их внимание от этой небольшой работы предположительно неизвестного художника.

– Хочешь сказать, Чепмен потратил миллион долларов впустую?

Дядя Перси усмехнулся.

– Не впустую. Всё-таки он приобрёл великолепный морской портрет, но, пожалуй, можно утверждать, что он за него несколько переплатил.

Лицо Джо расплылось в улыбке, и он засмеялся. Вскоре засмеялись и все остальные. Все, кроме Бекки.

– Но как ты узнал, что нужна именно эта картина? – спросила она, указывая на свёрток.

– Это долгая история, Бекки, – ответил дядя Перси. – Может, сперва переоденемся в привычную одежду, а после я всё расскажу?

Бекки напрочь забыла о Джордже Чепмене, как только вернулась в Бауэн-холл и натянула джинсы, свитер и поношенные кроссовки. Затем она бросилась в библиотеку, где увидела дядю Перси, сжимающего в руках нераспечатанную картину. Мгновение спустя позади неё, тяжело дыша, появился Джо.

Взгляд Бекки упал на крафт-бумагу.

– Рассказывай. Почему ты считаешь, что именно эта картина и есть указатель?

Дядя Перси глубоко вздохнул.

– Что ж, после просмотра оптомедиаэлектронного портфолио Израэля Хэндса стало понятно, что нам нужно узнать больше о его жизни… и смерти. Не только ту информацию, которую можно почерпнуть из вторичных источников, увиденных нами в портфолио, но и сведения из первых рук. Правдивые. Поэтому я включил инвизибль Барби и запрограммировал её на путешествие в прошлое с разведывательной операцией.

– Хорошая идея, – сказал явно впечатленный Джо. – Давайте уже посмотрим картину?

– Секунду, Джо, – ответил дядя Перси. – Так или иначе, Барби удалось раздобыть кое-какую важную информацию. Если кратко, то большая часть рассказов Реджа была верна. Предположительно, Израэль действительно создал некие указатели, которые ведут к сокровищам Чёрной Бороды. Барби не удалось выяснить, как именно выглядели эти указатели, но она убедилась, что одним из них стала эта самая картина, – он поднял её с пола. – Видите ли, Израэль выжил во время событий в Окракоке, но его захватили королевские военно-морские силы, а после он был удивительным образом помилован, несмотря на свои преступления. Однако примерно в то же время он узнал, что умирает и жить ему осталось всего несколько месяцев. Сокровища уже не представляли для него ценности, а Чёрная Борода, как он решил, погиб, и Израэль остался единственным, кто знал точное местонахождение награбленного. Так он придумал указатели, чтобы потом его друг детства, священник Эдвард Мэллори, мог их отыскать. Он поручил своему приятелю, пирату Ричарду Янгу, доставить картину Мэллори в Англию. Как бы то ни было, ни картина, ни Ричард Янг до Англии так и не добрались.

– Что с ними случилось? – спросил Джо.

– Понятия не имею. Известно только, что картина пропала и спустя много лет всплыла на аукционе в Чикаго.

– Можно на неё взглянуть? – прошептала Бекки.

– Конечно, – кивнул дядя Перси. Он вытащил из кармана пиджака маленький перочинный нож и перерезал бечёвку. Бумага соскользнула, а под ней оказалась картина маслом в позолоченной раме. На неё, будто свет прожектора, упал туманный луч солнца, осветив образ печальной женщины с младенцем, которых Бекки заметила ещё во время аукциона.

– Думаешь, это его жена и ребёнок? – догадалась Бекки.

– Я в этом уверен, – ответил дядя Перси.

– Она выглядит такой грустной, – заметила Бекки, глядя на женщину.

– Да уж, – согласился дядя Перси. – Интересно, в каком настроении был сам Израэль, когда писал эту картину? В конце концов, люди вроде него годами не встречаются со своей семьёй, а если их ловят, то они вообще перестают видеться. Что ж, посмотрим более детально? – он воткнул нож в угол картины. Дерево с тихим треском раскололось, и задняя панель отошла в сторону, обнажив хрупкую пожелтевшую бумагу внутри. Сердце Бекки бешено заколотилось в груди. В верхнем левом углу изящным почерком были нацарапаны следующие слова:

Дорогой Эдвард,

к тому моменту, как ты это прочтёшь, я буду уже мёртв. Смерти я не боюсь и знаю, что заслуживаю её за свои бесчисленные прегрешения. Тем не менее, хоть и не сожалею о своём поведении при жизни, мне остаётся только молиться, чтобы моя добыча послужила добру после моей смерти. Завещаю тебе путь в мир богатства. Он, без сомнения, опасен, но я настоятельно рекомендую тебе его избрать, ибо его награды заставили бы устыдиться самого царя Соломона. Сделай это ради моей жены и сына, ради своего прихода и во имя Господа.

Интересно, вспомнишь ли ты обманку, секрет которой нам в детстве раскрыл наш школьный учитель Икабод Фербиз? Если нет, то это поможет тебе вспомнить: «Лимоны умеют писать».

Я знаю, что прошу слишком многого, дорогой друг, но загляни в себя, как если бы заглянул в меня, и ты ясно увидишь путь, который тебе следует избрать.

Израэль

В комнате воцарилась тишина. Секунды перетекали в минуты. Бекки несколько раз перечитала послание, а потом подняла взгляд на дядю Перси.

– Не понимаю, – в конце концов призналась она. – Лимоны умеют писать? Ерунда какая-то.

– И оно тоже написано неправильно, – заявил Джо, указывая пальцем, – он написал «умеют» вместо «не умеют».

Бекки фыркнула.

– Нам теперь возвращаться в прошлое и пытаться разгадать эту обманку? Мы даже не знаем точный временной отрезок.

– Верно, – сказал дядя Перси, рассеянно кивая. – Совершенно верно.

Бекки целую вечность наблюдала, как он ходит по комнате, бормоча что-то себе под нос и потирая подбородок. Затем внезапно выражение его лица изменилось, и он запрыгал на месте, как взволнованный ребенок, громко смеясь.

– О, прекрасно! – воскликнул он. – Просто восхитительно!

– В чём дело? – нетерпеливо спросила Бекки.

Дядя Перси достал ключи от машины и заговорил в брелок:

– Барби, не могла бы ты присоединиться к нам в библиотеке, пожалуйста.

– Да в чём дело? – повторила Бекки.

– Подожди минутку, – ответил дядя Перси. – Не хочу испортить грандиозное раскрытие замысла Израэля.

В этот момент слева от дяди Перси появился шар белого света. Он увеличился в размерах, а потом свет с треском пропал, и перед ними оказалась Барби.

– Вы звали, сэр.

Затаив дыхание, дядя Перси взял бумагу в руки.

– Барби, не будешь ли ты так любезна воспользоваться своим Радиаксом и подогреть её?

– До какой температуры, сэр?

– Не уверен. Нагревай потихоньку, и посмотрим, что из этого выйдет.

Бекки озадаченно наблюдала, как робот поднял свою крошечную ручку. С тихим жужжанием пальцы Барби окутала размытая дымка. Затем она плавно провела рукой у бумаги. В тот же миг из ниоткуда появились буквы.

Они проявлялись прямо у Бекки на глазах. Откуда?

– Как? – пролепетала Бекки.

Дядя Перси выглядел довольным.

– Это старейшая в мире стенографическая техника.

Бекки и Джо непонимающе на него уставились.

– Стенографическая техника – это искусство составления секретных сообщений. И эта – классика на все времена. Он использовал невидимые чернила.

– Вау, – рассмеялся Джо.

– От-ткуда пират смог достать невидимые чернила? – Бекки взволнованно запнулась.

– Лимоны, – просто ответил дядя Перси. – Вот и объяснение фразы «Лимоны умеют писать». В ней нет никакой ошибки. Израэль написал это лимонным соком. Видите ли… лимонный сок – это органическое вещество, которое кажется невидимым, но при нагревании окисляется и становится коричневым. Боже, почувствовал себя ребёнком! Знаете, я провёл свои первые эксперименты с невидимыми чернилами года в три.

– Ты всегда был супер-гиком, да? – ошеломлённо улыбнулась Бекки.

– Думаю, да, – сказал дядя Перси. – Давайте скорее посмотрим, что он написал, – с этими словами он начал читать.

От верной Пегги получиЛисток важнее, чем ключи.На нём заметен, точно флаг,Проклятый наш архипелаг.Команда, шхуна – и вперёд,Прощанье время не займёт:В Нассау тебя ждёт давноМой друг Хирург Вонючка Мо.У Мо хранится пару летСквозь тьму ведущий яркий свет.Да, будет труден и жестокТвой путь сквозь бури и песок,Мой друг ведёт к концу путиСовет, что лучше не найти.Богатства Мэри, что в борьбедобыты: пастве и тебе.Израэль

От волнения у Бекки закружилась голова. Она посмотрела на Джо – он раскрыл глаза так широко, что ещё немного, и они заняли бы всё его лицо.

– Что это значит?

– Вероятно, много чего, – ответил дядя Перси. – Сдаётся мне, здесь всё, о чём мы должны знать, чтобы отыскать сокровища Чёрной Бороды.

– Кто такая Пегги? – спросила Бекки. – Похоже, карта именно у неё.

– Понятия не имею, – пожал плечами дядя Перси. – Подруга? Любовница? Знакомая пиратка?

– Что такое архипелаг? – задумался Джо.

– Это группа островов.

– Итак, на первой карте, которую мы должны получить от некой Пегги, изображена группа островов?

– Совершенно верно.

– И остров Мэри один из них?

– Возможно.

– Что такое Нассау?

– Это был печально известный пиратский порт на Багамах.

Джо на мгновение задумался.

– И там мы должны найти какого-то хирурга по кличке Вонючка Мо?

– Похоже на то.

– Но начать надо с поисков Пегги! – сказала Бекки.

– Наверное, – кивнул дядя Перси.

– Отлично… Тогда давайте перейдём к делу, – решительно произнёс Джо.

Дядя Перси покачал головой.

– Это всё, безусловно, чрезвычайно увлекательно, но я предлагаю устроить себе столь необходимый нам всем перерыв. Нужно ли напоминать, что наше утро выдалось достаточно бурным? Давайте отдохнём, поедим, проведём некоторое время вместе, как обычная семья, и отвлечёмся от произошедшего. А завтра уже проведём исследование и сделаем выводы. Что скажете?

В этот миг Бекки поняла, как сильно вымоталась, и кивнула:

– Хорошо.

– Звучит логично, – проворчал Джо. – Но завтра мы продолжим поиски?

– Так точно.

Джо посмотрел на Бекки.

– Я поищу в интернете, может, удастся что-нибудь выяснить. Ты со мной? – он пошёл к двери.

Бекки уже собиралась последовать за ним, когда кое-что вспомнила.

– Встретимся в твоей комнате через десять минут.

– Как хочешь, – сказал Джо, покидая библиотеку.

Бекки мгновение помедлила, прежде чем развернуться к дяде Перси.

– Теперь ты мне ответишь? – её голос прозвучал спокойно, но уверенно. – Кто такой Джордж Чепмен?

Дядя Перси понял, что на этот раз он не отвертится, и его лицо вмиг сделалось серьёзным.

– Джордж Чепмен, или Северин Клосовски, если называть его настоящее имя, был осуждён за отравление трёх женщин и, насколько мне известно, приговорён к смертной казни в тюрьме Уондсворт в 1903 году. Несмотря на то что эти преступления чудовищны сами по себе, на них он не остановился. Когда Чепмена арестовали, у известного детектива Скотланд-Ярда Фредерика Абберлайна не было сомнений в его виновности и в ряде других убийств… Убийств, произошедших в лондонском районе Уайтчепел в 1888 году. Тех самых, которые приобрели определённую известность во всём мире, – он помедлил, проверяя реакцию Бекки. – Судя по выражению твоего лица, ты понимаешь, о ком я говорю?

Бекки не могла вымолвить ни слова. Как только дядя Перси упомянул Уайтчепел, у неё скрутило живот.

– Речь идёт о Джеке-потрошителе, да? Хочешь сказать, Джордж Чепмен – это Джек-потрошитель?!

– Вполне вероятно… – после некоторой паузы произнёс дядя Перси.

– Джек-потрошитель? – взорвался Джо через десять минут. – Джек чёртов потрошитель?! Ты шутишь?

– Хотелось бы мне, чтобы это была шутка, – вздохнула Бекки. Она потёрла шею и вздрогнула. – Не верится, что он приставлял скальпель к моему горлу. Меня сейчас вырвет.

Джо упал на кровать, обхватив голову руками.

– Дядя Перси уверен на сто процентов?

– Он сказал, это вполне вероятно, но мы прекрасно понимаем значение его слов.

– Ага, это значит, Чепмен – чёртов Джек-потрошитель…

Бекки кивнула.

– Дядя Перси просил нас не вдаваться в подробности его дела. Точнее, он заставил меня пообещать, что мы не будем ничего о нём искать.

Джо поднял голову.

– На самом деле, нам и не нужно. Всё понятно из его клички. К тому же он один из самых известных убийц в мире.

Следующие несколько минут Бекки и Джо провели в молчании.

– Может, нам всё-таки не стоит беспокоиться о Чепмене, – наконец сказала Бекки.

– Почему?

– Ну, злодей и злодей. Какая разница, какого урода из тысячи Дрейк вытащил из истории?

– Это же Джек-потрошитель, Бекс, – возразил Джо. – Он номер один в списке психов. Я имею в виду, это ведь мог быть Сварливый Колин, тогда всё было бы не так плохо…

Бекки хихикнула.

– Сварливый Колин? С такими дурацкими усами это должен быть Реджинальд Крысолиц.

Джо заулыбался.

– Или Стэн Волосатый Нос.

– Или Винс Мышерот!

– Или Берти Шерстяной Подбородок!

Вскоре они катались по полу, задыхаясь от смеха. Наконец, с трудом переводя дыхание, Бекки сменила тему.

– Будем разбирать это стихотворение?

– Давай. С чего начнём?

– Может, с имени? Пегги. Можно поискать что-нибудь в сети. Вдруг повезёт.

– Нет там ничего, – ответил Джо. – Я уже поискал с ноутбука. Никого с именем Пегги, кто был бы связан с Чёрной Бородой или Израэлем Хэндсом.

Бекки нахмурилась.

– Это неудивительно, – потом её осенило. – Пегги ведь может оказаться не женщиной.

– А кем?

Бекки подошла к окну и выглянула наружу. Высоко над далёким лесом она увидела орлицу Уилла, Мерион, которая кружила над деревьями, зорко высматривая свою следующую добычу.

– Не знаю. Кораблём?

Джо на мгновение задумался.

– Это должно было быть нечто довольно очевидное, чтобы Эдвард Мэллори смог это отыскать.

Бекки принялась расхаживать по комнате.

– Спроси себя, если бы у тебя была карта сокровищ, где бы ты её спрятал?

Джо нахмурился.

– Ну, я бы не стал отдавать её другому человеку, это уж точно. Держал бы её поблизости в каком-нибудь укромном месте. Но здесь другое… Израэль Хэндс хотел, чтобы карту нашли. Он хотел, чтобы Мэллори отыскал её, основываясь на информации, содержащейся в том стихотворении, а потому, вероятно, загадка не должна быть сложной.

Однако разгадать стихотворение оказалось довольно сложно. Послеполуденное солнце сменилось ранними сумерками, и тёмное небо усеяла россыпь звёзд. В пять часов Бекки ушла в свою комнату, мрачная и подавленная. Ей очень хотелось разгадать стихотворение, раскрыть его секреты, но у них с Джо ничего не получилось. Она приняла душ, надела леггинсы и натягивала толстовку, как вдруг вспомнила эпизод из оптомедиаэлектронного портфолио. Бекки словно молния поразила.

Верная Пегги!

С бешено колотящимся сердцем она выбежала из комнаты. Мгновение спустя она уже колотила в дверь Джо. Дверь со скрипом отворилась.

– Я всё поняла! Что это за Пегги.

– И что?

– Не скажу, – с этими словами Бекки умчалась по коридору, оставив Джо раздосадованно рычать. Она сбежала по лестнице в вестибюль и увидела, что дверь в столовую приоткрыта. Подбежав, Бекки распахнула её и увидела дядю Перси, который сидел на своем месте у окна с открытой книгой на коленях. При виде вишнёво-красного лица Бекки он забеспокоился.

– Бекки, у тебя всё хорошо? – спросил он, когда Джо возник у неё за плечом.

– Да, – выдохнула Бекки. – Я сделала это. Разгадала стихотворение. Ну, начало по крайней мере. Я знаю, где карта.

Дядя Перси выглядел озадаченным.

– Правда?

– Думаю, да. То есть могу ошибаться, но в моей догадке есть смысл.

– Тогда давай, – сказал Джо. – Просвети нас.

Бекки глубоко вздохнула.

– В его ноге.

Джо посмотрел на неё так, словно она сошла с ума.

– Ты о чём?

Бекки этот взгляд проигнорировала.

– В той записке на обороте картины говорилось нечто странное о том, чтобы заглянуть внутрь него. А в оптомедиаэлектронном портфолио было сказано – он потерял ногу во время рейда или чего-то в этом роде.

На лице дяди Перси появилась улыбка.

– А, да. Очень хорошо, Бекки. И правда.

– Что очень хорошо? – озадаченно спросил Джо.

Бекки посмотрела на него с превосходством во взгляде.

– Верная Пегги – его деревянная нога!

Дядя Перси от души захлопал в ладоши.

– Отличная работа, юная леди. Браво!

– Осталось только выяснить, где Израэль Хэндс умер, – сказала Бекки. – А затем отправиться туда и отыскать его ногу.

– Так вышло, что я знаю точное место, – ответил дядя Перси.

– Где? – удивилась Бекки. – Как ты узнал?

– Барби рассказала, когда вы ушли из библиотеки. Он умер и был похоронен на острове Дьявольское Копьё. Это небольшой островок неподалёку от Нью-Провиденса, столицей которого является Нассау.

– Там, где мы должны отыскать Вонючку Мо, – вспомнил Джо.

– Именно.

– Так, когда мы отправляемся? – уточнил Джо. – Сегодня вечером?

Дядя Перси усмехнулся.

– Я бы хотел провести ещё кое-какие исследования.

– Ой, да зачем? – заупрямился Джо. – Мы и так знаем, что нужно делать. И мы знаем, где это нужно делать. Давайте просто сделаем это!

– Ты же знаешь, Джо, всё не так просто, – ответил дядя Перси. – Возможно, нас какое-то время не будет. Значит, нужна провизия, одежда и герафний, а ещё нужно сделать тебе Джо-лук…

Джо загорелся, будто все рождественские ёлки одновременно.

– Ты сделаешь мне Джо-лук?

Дядя Перси безрадостно улыбнулся.

– Думаю, мы уже поняли, что имеем дело с весьма неприятными людьми. И хотя мне не хочется это признавать, но я подвергаю тебя опасности. Меньшее, что могу сделать, – это вооружить тебя, – он с гордостью посмотрел на Джо. – Судя по рассказам Уильяма, ты стал неплохим лучником. Надеюсь, я могу довериться тебе, и ты будешь ответственно обращаться с луком.

– Ты можешь довериться мне, – искренне ответил Джо. – Честное слово.

Дядя Перси улыбнулся ему в ответ.

– Я знаю.

Бекки посмотрела на дядю Перси.

– А у меня какое оружие будет?

– Как думаешь, с чем ты сможешь справиться?

Пока Бекки размышляла над этим, у неё в воспоминаниях промелькнуло зловещее лицо Джорджа Чепмена. Оно-то и навело её на ответ.

– Что насчёт базуки Брюса?

Тем вечером в Бауэн-холле было тихо, как на территории церкви. Дядя Перси ушёл в Комнату времени и попросил его не беспокоить. Джо отправился навестить Уилла в его домике на дереве, объяснить во всех подробностях, почему «Манчестер Сити» – лучшая футбольная команда в мире. Джейкоб и Мария уехали в Эдлберри послушать концерт Брамса в местной ратуше.

Только у Бекки не нашлось никаких дел. Она около часа бродила по территории со своим пегасом и Гампом, а затем, когда стало так темно, что не могла разглядеть собственную руку, вернулась в Бауэн-холл и решила пораньше лечь спать.

Было почти семь утра, когда Бекки приоткрыла глаза. Она сонно зевнула, поправила подушку и уже собиралась повернуться на другой бок, поспать ещё немного, когда заметила, что с дверцы её гардероба что-то свисает. Бекки тут же широко распахнула глаза. Она включила прикроватную лампу, отбросила одеяло и выскочила из постели навстречу новому комплекту одежды: брюки из дублёной кожи, белая мешковатая хлопчатобумажная рубашка, вязаная шерстяная шапочка и пара кожаных сапог до голени, украшенных блестящей медной пряжкой. Там была и записка.

Бекки обернулась и взглянула на часы на прикроватном столике: 7:01 утра. У неё по спине пробежали будоражащие мурашки. Они отправляются на Карибские острова меньше чем через час! Бекки в мгновение ока приняла душ и переоделась. Посмотрев в зеркало, она удовлетворённо кивнула. Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вбежал Джо, одетый так же, как Бекки, с широченной улыбкой на лице.

Когда Бекки увидела предмет в его руке, она поняла причину радости брата.

– Так тебе всё-таки один перепал?

Джо взволнованно помахал своим Джо-луком.

– Скажи, круто? – он сжал рукоятку лука, и тот мгновенно увеличился в размерах.

– Это очень круто!

– Я хочу пойти потренироваться в стрельбе. Хочешь со мной?

– Не.

– Как хочешь. Тебе уже выдали базуку?

– Пока нет. Пойду узнаю, в чём дело…

Мария, как и всегда, пришла в ярость от того, что дядя Перси решил взять их с собой в путешествие во времени. Она швыряла большие порции яичницы в его тарелку, не задумываясь о меткости (в конце концов кусочек яйца повис у него на брови), а немецкая брань походила на уличный собачий лай. Ни для кого не стало неожиданностью, что дядя Перси первым встал из-за стола и попросил Бекки и Джо встретиться с ним в Комнате времени через полчаса.

Несмотря на прохладу, небо было кобальтово-голубым, а высокое солнце ярко освещало лужайки, ведущие к Комнате времени. Дядя Перси стоял у открытой двери. Он прекрасно выглядел в ярком пурпурном бархатном пиджаке, шёлковых бриджах, белых чулках, широкополой треуголке и с тростью с серебряной закруглённой ручкой: эдакий джентльмен эпохи восемнадцатого века. Прекрасно, но в то же время довольно нелепо.

– Какое прекрасное утро для путешествия во времени… – весело произнёс он.

Джо подавил смешок.

– Ты выглядишь, эм-м, – Бекки не могла подобрать нужное слово. – Аутентично.

Дядя Перси благодарно поклонился.

– Спасибо.

Из-за деревьев вынырнул Уилл. На нём было длинное чёрное кожаное пальто, белая рубашка, дублёные брюки и кожаная треуголка; на свободном поясе висела сверкающая бронзовая шпага и два кинжала.

– Капитан Джек Страус, – произнёс Джо, подталкивая локтем Бекки, которая сдерживалась, чтобы не рассмеяться.

– А это ещё кто?

– Неважно, – ответил Джо. – Твой Джо-лук с тобой?

– Конечно, – Уилл похлопал себя по карману пальто.

– И мой тоже, – сказал Джо. – Круто.

Уилл улыбнулся.

– Как я говорил, твой дядя – прекрасный мастер.

Бекки уже собиралась спросить, на какой машине времени они отправятся, когда, войдя вслед за дядей Перси в Комнату времени, испытала нечто вроде шока. Там стояла Берил, угольно-чёрная и сверкающая, будто только с завода. Её кузов и стёкла выглядели совсем как новые, нигде не было видно и следа от пуль.

– Как тебе удалось так быстро её починить?

– Это заслуга Барби, – ответил дядя Перси. – Она работала всю ночь. Плюсы того, что твой ассистент – робот. Ей не нужны перерывы, она не устаёт, не жалуется, не бастует. Барби – просто благословение небес.

– Будем регистрировать путешествие в ВИПУВРе? – нетерпеливо спросил Джо.

– Уже, – сказал дядя Перси. – И Аннабель предупредила Чарли Миллпорта из команды Трекеров на случай, если у нас возникнут серьёзные проблемы. У нас с собой достаточно герафния, портавелла моего собственного изобретения и ещё парочка прибамбасов.

Через несколько минут они заняли свои места, и дядя Перси ввёл координаты в таймпад.

Бекки почувствовала, как её захлестывает волна адреналина. Они снова отправлялись в неизвестность, на этот раз на поиски величайшего сокровища. Бекки на секунду задумалась о том, что сказала бы мама, если бы узнала, чем на самом деле они с Джо занимаются у дяди Перси в гостях. Когда Берил вздрогнула и их охватили яркие лучи света, она почувствовала глубокую благодарность за то, что не имела ни малейшего понятия.

Через несколько секунд перед глазами Бекки возник океан такого голубого цвета, какого она в жизни не видела. На мелководье медленно плыла гигантская черепаха.

– Вот мы и прибыли – четвёртое мая тысяча семьсот девятнадцатого года, – сказал дядя Перси. – Остров Дьявольского Копья.

Выбравшись из машины, Бекки увидела, что из песка, будто фонарные столбы, растут пальмы, а в их ветвях вьются колибри.

– А почему остров так называется?

Дядя Перси указал куда-то поверх её плеча.

– Думаю, название как-то связано вот с этим.

Бекки обернулась и невольно ахнула. Остров был совсем маленьким, но в его середине, возвышаясь над горизонтом, виднелась гигантская скала в форме трезубца, и его форму нельзя было спутать ни с чем другим. Взгляд Бекки снова метнулся в сторону моря.

На горизонте виднелся отплывающий от берега трёхмачтовый шлюп, на самой высокой мачте которого развевался чёрный флаг.

– Это п-пиратский корабль! – запнулась Бекки.

Дядя Перси проследил за её взглядом.

– О да, это, безусловно, так. Это «Люди Винчестера» – флагманское судно Ричарда Янга, пирата, который похоронил Израэля Хэндса на этом самом острове. Он только что отплыл в Англию, чтобы доставить картину Эдварду Мэллори. Своего пункта назначения, как мы помним, он не достигнет.

– Получается, Израэль Хэндс умер совсем недавно?

– Около шести часов назад.

– Значит, он не будет, типа, позеленевшим с изъеденным червями лицом?

– Какой очаровательный образ, Джо, – сказал дядя Перси. – Но я сомневаюсь, что в ближайшее время произойдёт какое-либо заметное разложение.

Джо выглядел разочарованным.

– Так, где же он похоронен?

– Барби сообщила мне, что Израэль у подножия скалы. Судя по всему, это очень спокойное место. – Дядя Перси снял у Барби ботинок и вытащил из неё две лопаты, одну из которых бросил Уиллу. – Однако, так или иначе, раскапывание мёртвых пиратов не входит в число моих развлечений, поэтому предлагаю поторопиться.

Несмотря на приятный ветерок, воздух был влажным, а жара удушающей, и это особенно ощущалось, когда они пробирались по горячему песку к скале. На протяжении всего времени Бекки явственно чувствовала тошноту. До этого ей никогда не приходилось видеть мёртвое тело, и тот факт, что они намеревались оторвать от него ногу, пусть и деревянную, положения не улучшал. Они добрались до скалы за считаные минуты и обнаружили сосновую рощицу, окружавшую холм, на вершине которого стоял грубый деревянный крест. На нем были вырезаны следующие слова:

Здесь покоится прекрасный моряк,жестокий пират и высоконравственный человек

Сердце Бекки ёкнуло. Они стояли у могилы Израэля Хэндса.

– Ну здравствуй, Израэль, – сказал дядя Перси и повернулся к Бекки и Джо. – А теперь, если вы не горите желанием на это смотреть, можете пойти пройтись. Лично я бы предпочёл, чтобы вы именно так и поступили.

– Мы останемся, – Бекки ни секунды не колебалась.

– Разумеется, – поддакнул Джо. – Мы же не хотим пропустить всё самое интересное.

Уилл бросил на Джо неодобрительный взгляд.

– Смерть – дело непростое, не стоит относиться к ней с пренебрежением.

– Простите. Но мы правда хотим остаться.

Дядя Перси тяжело вздохнул.

– Прекрасно, – и начал копать.

Уилл взялся помогать, и прошло совсем немного времени, прежде чем их лопаты ударились обо что-то деревянное.

Дядя Перси стряхнул в сторону тонкий слой земли, под которым оказался самодельный гроб. Взглянув на Бекки и Джо, он уточнил:

– Вы по-прежнему уверены, что хотите присутствовать?

Бекки нерешительно кивнула. Джо тоже не выглядел таким уверенным, как раньше.

– Ага.

Дядя Перси рывком открыл крышку, послышался треск разламывающегося дерева.

Бекки приготовилась к худшему. И всё же под снятой крышкой было то, что её удивило. Израэль Хэндс предстал перед ними не таким свирепым на вид людоедом, каким Бекки ожидала его увидеть, учитывая, что он являлся старпомом Чёрной Бороды. Лицо пирата оказалось приятным, даже красивым: чёрные волосы заплетены в косы, которые убраны под алую бандану, а глаза безмятежно закрыты, будто он просто решил вздремнуть после обеда. Бекки опустила взгляд. Правая нога у пирата, начиная от колена, была деревянной.

– Не такой уж он и старый, да? – сказал Джо.

– Большинство людей его профессии умирали в очень раннем возрасте, Джо, – ответил дядя Перси. – В любом случае давайте скорее покончим с этим, – он присел на корточки, обхватил колено Израэля Хэндса ладонями и осторожно отсоединил деревянную ногу от крепления. Дядя Перси внимательно рассматривал ногу в течение нескольких секунд, пока до него не дошло. – Ах, вот оно что… – впечатлившись, пробормотал он. Затем дядя Перси повернул основание деревянной ноги, которое отвинтилось, как колпачок, и открыл внутреннюю полость, обшитую бархатом. Просунул внутрь палец и нащупал что-то. С превеликой осторожностью он извлёк на свет пожелтевшую бумагу. Бекки почувствовала, как её тело затрепетало от предвкушения.

Карта существовала!

Дядя Перси развернул бумагу на песке, чтобы все могли видеть. На ней были отчётливо видны десять островов всех форм и размеров, искусно нарисованных чёрными чернилами.

– Архипелаг, – прошептал Джо.

Дядя Перси кивнул:

– Точно.

– И остров Мэри – один из них? – тихо спросила Бекки.

– Да…

– Но какой именно? – продолжила Бекки.

– Понятия не имею, – честно ответил дядя Перси.

Джо сразу же вспомнил стихотворение Израэля Хэндса.

– Итак, сейчас мы отправляемся в Нассау? – уточнил он. – Чтобы найти Вонючку Мо и, надеюсь, следующий указатель.

– Таков наш план, – согласился дядя Перси, и его лицо вмиг посерьёзнело. – Тем не менее обязан вас предупредить: я прежде там не бывал, но всё, что мне доводилось слышать об этом месте, не внушает оптимизма. Там когда-то обитали самые кровожадные пиратские команды во главе с их капитанами: Джеком Рэкхемом, Чарльзом Вейном, Чёрным Сэмом Беллами и даже самим Чёрной Бородой. И на то была причина. Судя по всему, это едва ли не самая ужасающая человеческая помойка, переполненная коррупцией, подлостью и всесторонним безумием, которая когда-либо существовала.

– Мм, вот здорово, – бесстрастно откликнулась Бекки.

Джо, казалось, это ни капли не впечатлило.

– Это ты ещё нашу школу не видел…

К Берил Бекки с Джо возвращались взволнованные из-за предстоящего путешествия в Нассау. Джо напомнил Бекки, что он теперь вооружён Джо-луком и сможет её защитить. Бекки в свою очередь напомнила ему, что он был бы последним человеком, к которому она обратилась бы за защитой, и добавила, что разобьёт ему голову, как яйцо, если он ещё раз заговорит о чём-то подобном.

В Берил дядя Перси проделал любопытную вещь: он приложил карту Израэля лицевой стороной на Альто-радар, щёлкнул переключателем, и по бумаге пробежал фиолетовый свет, освещая каждый её дюйм. Затем раздался тихий писк, и на его лице появилось озадаченное выражение.

– В чём дело? – спросила Бекки, когда они с Джо подошли к машине.

– Странно, – пробормотал дядя Перси. – Очень, очень странно…

– Что именно? – уточнила Бекки.

– В Альто-радар встроен фото-атласовый конвертер. Это очень простое устройство, похожее на обычный настольный сканер. По сути, он считывает схематическое изображение участков земли, нарисованное от руки или напечатанное на бумаге, и определяет их местоположение на карте мира двадцать первого века. Очень полезная штука для путешественников. Я надеялся с его помощью точно определить, где именно в Карибском море находится этот архипелаг.

– Логично, – сказал Джо. – И почему у тебя такое выражение лица?

Дядя Перси нахмурился.

– Согласно данным Альто-радара, этих островов не существует. Ни одного из них. По крайней мере, в наше время.

Джо выглядел сбитым с толку.

– Что ты имеешь в виду?

– А то, – заговорил дядя Перси, – что конвертер не может сопоставить этот рисунок ни с одним из островов, существующих в двадцать первом веке.

– Может, рисунки неточные? – предположила Бекки. – Поэтому он их и не находит.

Дядя Перси покачал головой.

– Конвертер учитывает такие вещи, это действительно продуманная штука. Нет, всё-таки очень странно. То есть я понимаю, острова могут затонуть, но всё же… – он хотел что-то добавить, но сдержался.

– Но что? – Бекки заметила его сомнения.

– Если этому и есть какое-то объяснение, то наверняка туманное и ненаучное.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Бекки.

– В настоящее время мы находимся в районе, известном как Бермудский треугольник.

В глазах Джо промелькнуло понимание.

– Я слышал об этом. Типа в нём пропадают корабли, самолёты и люди?

– В этой части света происходили самые разные загадочные события, Джо. Большинство из них, я уверен, имеют совершенно рациональное объяснение. Однако на этот раз…

Берил материализовалась на краю морского мелководья. Сквозь гигантские папоротники едва проглядывали клочки голубого неба. Высокие красные мангровые деревья, чьи узловатые корни уходили под воду, окружали их со всех сторон. Было темно и мрачно, а воздух оказался густым, точно суп.

Бекки выбралась из машины времени, Джо последовал за ней. Она огляделась и увидела узкий верёвочный мостик, который вёл к покосившемуся деревянному домику, выкрашенному в чёрный и серый цвета; над входной дверью висела грубая деревянная вывеска с надписью «Акулья хижина Вонючки Мо».

– Акулья хижина? – удивлённо сказал Джо. – Что это значит?

– Не знаю, – ответила Бекки.

– Разве Мо не должен быть врачом?

– Видимо, нет.

– Тогда следи, чтобы я тут ничего не подхватил.

К ним подошли дядя Перси с Уиллом.

– Очаровательно, не правда ли? – прокомментировал дядя Перси, отмахиваясь от огромного насекомого, которое грозило сесть ему на нос. – А теперь, если вы помните, Вонючка Мо ждёт Эдварда Мэллори, поэтому сделаем вид, что это я.

– Ты для этого немного староват, не? – хмыкнула Бекки.

Дядя Перси выглядел весьма оскорблённым.

– Пастырем быть нелегко, – он достал инвизибль, нажал на него, и Берил исчезла.

Бекки последовала за дядей Перси по верёвочному мосту, который под их весом угрожающе заскрипел. Все шагали аккуратно, чтобы не свалиться в мутную воду. Бекки посмотрела направо. Пара зелёных глаз, не мигая, уставилась на неё, прежде чем медленно погрузиться под воду. Она вздрогнула и ускорила шаг. Уилл шёл позади, крепко сжимая рукоять шпаги.

Когда Бекки приблизилась к хижине, в ноздри ей ударила ужасающая вонь, от которой сводило желудок.

– Прямо как в твоей комнате, – прошептала она Джо.

– Похоже, его обиталище вполне соответствует имени, – сказал дядя Перси.

– Что это за место? – спросил Джо, взглянув на табличку.

– Надеюсь, не ресторан, – ответила Бекки.

Дядя Перси подошёл к входной двери и глубоко вздохнул.

– Итак, начнём… – он дважды постучал. Никто не откликнулся. Он уже собирался постучать снова, когда дверь распахнулась.

У Бекки подкосились колени.

В дверном проёме стоял самый здоровенный мужчина, которого она когда-либо видела. Его спутанные морковно-рыжие волосы касались потолка, а массивный живот – в ширину такой же огромный, как и в высоту – натягивал ткань грязно-белого фартука, перепачканного кровью. В правой руке он держал ржавые железные щипцы, в которых была зажата огромная акулья челюсть, очищенная от плоти.

Когда на мужчину упал луч света, Бекки чуть не вскрикнула от ужаса. На его бородатом лице, там, где должен был быть нос, зияла большая впадина.

Дядя Перси, казалось, потерял дар речи. Затем произошло нечто совершенно неожиданное: мужчина усмехнулся.

– Протри мне палубу и обзови каракатицей, к старине Вонючке Мо заявились гости.

– Э-э, конечно, сэр, – сказал дядя Перси, кланяясь. – Могу я предположить, что вы – Вонючка Мо… доктор?

Вонючка Мо ухмыльнулся ещё шире.

– Нет, сэр, никакой я не доктор. В народе прозвали Хирургом, но это потому, что прославился в здешних краях отрыванием конечностей. Гляньте… – он поднял левую руку, чтобы показать блестящий железный крюк вместо кисти. – Я и себе кой-чего оторвал.

Дядя Перси постарался скрыть удивление.

– О, прекрасная работа, весьма впечатляюще.

Вонючка Мо гордо кивнул.

– Выбора не было! Половину оттяпала тигровая акула недалеко от острова Меле. А заодно и мой нос! – он указал кончиком крюка на своё лицо. – Можете себе представить? У меня ушли годы, чтобы отомстить тварюге. Никто не смеет связываться со стариной Мо Бэггли. Да и фиг с ней, где мои манеры? Проходите, – он развернулся и исчез в хижине.

Дядя Перси удивлённо поднял брови.

– Какой дружелюбный парень, – оказавшись внутри, Бекки поразилась количеству акульих челюстей, развешанных по трём из четырёх стен. На четвёртой стене, прямо под чёрным флагом с вышитой посередине серебристой акулой, висела гигантская мёртвая акула. Прекрасно сохранившаяся, она была около шестнадцати футов в длину, с беловатым подбрюшьем, полосатыми отметинами на спине и характерным рубиново-красным плавником.

Бекки не могла отвести от неё глаз, и Вонючка Мо это заметил.

– А, вижу, ты оценила моё главное сокровище, девчушка. Некоторым людям нравится вешать на стены картины, особенно таким, как вы, сэр, – он указал на дядю Перси. – Что до меня, я предпочитаю украшать своё жилище чудовищем, у которого хватило наглости на меня напасть.

– Это та самая акула, которая откусила ваш нос? – спросил Джо.

– А то! Мне потребовалось шесть лет на его поиски… Старина Алый плавник, так я его назвал. Шесть лет, и я не прекращал поиски ни на день. Пришлось отказаться от вполне успешной карьеры пирата, вот как. Рыжая Борода, так меня звали, – в своё время был грозой морей. Я бросил пиратство, чтобы стать охотником на акул.

– Вы и есть Рыжая Борода? – ахнул Джо, вспомнив бочонок рома на Чикагском аукционе.

– Так точно, парень. Это я, – сказал Вонючка Мо и показал на акулу. – Когда его отыскал, то сразу выбросил компас и карты, отказался от своего имени и перебрался в это болото. Да фиг с ним, вам-то что нужно от старины Мо?

– А где же мои манеры? – спохватился дядя Перси. – Меня зовут Эдвард Мэллори, – затем он по очереди кивнул на своих спутников. – Позвольте представить вам Уильяма Шеклока, Бекки и Джо Меллор. Мы проделали немалый путь, чтобы вас отыскать.

Лицо Вонючки Мо побледнело. На мгновение Бекки показалось, что он не поверил дяде Перси, но затем выражение его лица стало печальным.

– Вы пастырь, да? – спросил Вонючка Мо. – Тогда это, должно быть, означает, что молодой Израэль скончался, – он тяжело вздохнул. – Прискорбно. Израэль был хорошим парнем. Без сомнения, суровым морским волком, но с прекрасным характером… Знаете, ведь именно старина Мо обучил его морским обычаям… Я стал его первым настоящим капитаном. До того, как он начал плавать с этим Чёрной Бородой, триста акул ему в глотку, – он сплюнул на пол. – Хвала Всевышнему, тот сгинул.

– Чёрная Борода мёртв? – уточнил дядя Перси.

– Насколько мне известно, да. Исчез из этих вод какое-то время назад. А такие подонки, как Эдвард Тич, просто так не исчезают. Да, он с Дэйви Джонсом, я в этом уверен… Фиг с ним, полагаю, вы прибыли за вещами Израэля? Он предупреждал меня, что это случится. Честно говоря, никогда не придавал этим словам особого значения. Не думал, что вы явитесь.

Дядя Перси выглядел озадаченным.

– Почему бы и нет?

– Вы ж прямиком из Англии, так?

– Эм… так.

– Довольно долгий путь ради воска и ни на что не годного мешка с перьями, а?

Бекки бросила на Джо озадаченный взгляд.

– Что вы имеете в виду? – спросила Бекки.

Вонючка Мо исчез через боковую дверь в левой стене. Когда он вернулся, в руках у него была большая свеча в форме Мадонны с младенцем.

– Думаю, вы, как человек веры, можете это оценить. Но, что уж тут… это вам не сокровище Чёрной Бороды.

Сердце Бекки бешено заколотилось. Она вспомнила строки из стихотворения: «У Мо хранится пару лет сквозь тьму ведущий яркий свет». Получается, свет должен исходить от свечи!

Она взглянула на Джо, у которого глаза стали в два раза больше.

– Спасибо, Мо, – тихо сказал дядя Перси. – Это много для меня значит.

Вонючку Мо это, похоже, не убедило.

– Арргх, если вы так считаете, то будь по-вашему. Тогда с этим заберёте и ещё кой-чего. Если он останется здесь ещё хоть немного, клянусь, я скормлю этого попрошайку крокодилам.

Дядя Перси, казалось, был сбит с толку.

– Он?

– Израэль не сказал?

– О чём?

Вонючка Мо расхохотался так громогласно, что несколько акульих челюстей громко задребезжали на стенах.

– Узнаю Израэля! Он не упоминал мистера Флинта?

– Нет.

– Идите за мной, – посмеиваясь, Вонючка Мо зашаркал в правую дверь.

Они вышли на заднее крыльцо с видом на болото, и их уши заполнил оглушительный стрёкот тысяч насекомых.

Бекки наблюдала, как Вонючка Мо подошёл к высокой железной клетке, накрытой длинным рваным куском зелёной ткани.

– Привет, Флинти, – глаза Вонючки Мо странно блеснули. – Похоже, наше путешествие подходит к концу. За тобой явились новые хозяева.

Из клетки донёсся пронзительный крик.

– Толстя-я-к! Толстя-я-к!

Вонючка Мо зарычал, сдёргивая ткань с клетки и показывая гостям бело-голубого попугая.

– Заткни свой клюв, трусливая свинячья крыса, хлещущая трюмный ром… Говорил тебе, у меня просто кость широкая… Я не толстый, – он посмотрел на дядю Перси. – В любом случае это всё, что Израэль вам оставил, – свечу и птицу, которая не умеет летать. Учитывая, что он был старпомом Чёрной Бороды, это ничтожно мало, но что есть – всё ваше. – Он кивнул на клетку. – Будет справедливо, если я предупрежу тебя, ведь ты божий человек, эта пернатая крыса пьёт только ром… и в больших количествах!

Десять минут спустя вся компания уже вернулась к Берил. Вонючка Мо пригласил их разделить с ним обед, но поскольку он подавал своё фирменное блюдо из саламандры, все постарались уйти так быстро, как могли.

Джо просунул пальцы сквозь прутья клетки в сторону явно скучающего мистера Флинта, в то время как дядя Перси крутил свечу между пальцами, внимательно её изучая.

– Он действительно был талантливым человеком, не так ли? – спросил дядя Перси. – Не только художник, но и скульптор!

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Бекки.

– Израэль сам вырезал эту свечу из воска.

– И как это поможет нам отыскать остров Мэри? – уточнил Джо.

– Полагаю, ответ на этот вопрос скоро будет раскрыт.

– А что насчёт попугая? – спросил Джо. – Может, нам просто отпустить его?

– Это было бы не очень-то честно по отношению к нему. Он не может летать. Если мы его выпустим, сразу же станет жертвой хищника. Кроме того, это весьма симпатичная пташка, не так ли, мистер Флинт?

Мистер Флинт выпятил грудь.

– Хор-р-рошенький, как на кар-ртинке! КРА-А. Хор-рошенький, как на кар-ртинке!

– Мы можем на минуту отвлечься от попугая? – поинтересовалась Бекки. – Что ты имел в виду, когда сказал, что ответ скоро будет раскрыт?

Дядя Перси порылся в кармане и вытащил ключи от Берил.

– Опять же, как и в случае с картиной, на которой, кстати, также была изображена мать с ребёнком, эта свеча – очередная детская забава, которой Израэль, скорее всего, развлекался со своим пернатым другом. Это, безусловно, очередная стенографическая штучка для передачи секретных сообщений. Ты понимаешь, о чём я, Уилл?

– И правда, – на лице Уилла отразилось осознание. – Это была практика, использовавшаяся обеими сторонами во времена крестовых походов.

– Вероятно, что так, – кивнул дядя Перси.

– О чём вы двое говорите? – спросила Бекки.

– Смотри, – дядя Перси поставил свечу на пол, затем направил ключ от машины на её кончик. – Отойди немного, – он нажал на ключ, и из него вырвалась тонкая струйка пламени. Фитиль загорелся. Покрутив крошечный диск на ключе, дядя Перси усилил поток огня, и скоро он вырывался, как из огнемёта. Воск быстро таял, стекая вниз липкими комками.

Бекки наблюдала за происходящим, как зачарованная. Воск продолжал плавиться. Медленно, дюйм за дюймом, под ним что-то проявлялось: небольшая деревяшка необычной формы.

Дядя Перси погасил пламя и соскрёб с неё остатки воска. Затем он залез в Берил и вернулся с картой Израэля. Разглаживая её на земле, он внимательно изучал каждый островок. Затем морщинки на его лице разгладились, когда он положил деревяшку на остров в верхнем правом углу. По контурам деревяшка идеально совпала с рисунком.

– Сдаётся мне, мы нашли остров Мэри, как вы считаете?

Бекки изумлённо уставилась на карту. Они разгадали ещё одну часть стихотворения Израэля Хэндса! Конечно, она помнила – они по-прежнему не знают, как найти архипелаг, но направление явно выбрано верное.

– Что теперь будем делать?

Дядя Перси на мгновение задумался.

– Думаю, нам нужен совет, – он нажал на что-то у себя в кармане. Температура быстро начала падать, порыв холодного ветра отбросил волосы Бекки назад. Они радостно переглянулись с Джо, и тот хотел уже произнести имя, как вдруг перед ними возник светящийся шар. Бекки прикрыла глаза рукой, услышав щелчок, похожий на удар хлыста.

– Приветик, – Брюс широко улыбался, сидя на Милашке Сью. На нём были красный бархатный камзол, брюки, сапоги до колен и широкополая кожаная треуголка, а широкий кожаный пояс надёжно удерживал четыре кремнёвых пистолета и тяжёлую шпагу.

– Брюс! – Бекки подбежала к нему и обняла.

– Что ж, мисси, – Брюс заметно удивился. – Лучшего приветствия мужчина не может и желать.

– Круто выглядишь, – заметил Джо.

– Спасибо, приятель, – Брюс слез с Милашки Сью и расправил лацканы своего пиджака. – Я выиграл немало дублонов, чтобы обзавестись им. Да и проиграл немало.

– Спасибо, что ты здесь, Брюс, – искренне поблагодарил дядя Перси.

– Да я с радостью, Перс, – ответил Брюс, пожимая руку Уиллу. – Приятно видеть вас всех в Нассау. – Он оглядел болото и нахмурился: – Ты выбрал не самую живописную часть, а?

– Да уж, – кивнул дядя Перси.

Следующие несколько минут он потратил на рассказ о том, что произошло с тех пор, как они видели Брюса в последний раз: об острове Дьявольского Копья, о нахождении карты, о встрече с Вонючкой Мо и деревяшке в виде острова Мэри в свече. Брюс внимательно слушал, время от времени издавая одобрительные возгласы.

– Итак, теперь у нас есть карта этого архипелага, – подытожил Брюс. – И мы знаем, какой из этих островов – остров Мэри… но по-прежнему не знаем, как туда добраться?

– Похоже, что так, – кивнул дядя Перси.

– Итак, всё, что нам нужно, – опытный моряк, который знает эти острова, и корабль, который нас туда доставит.

– Именно.

Брюс на мгновение задумался.

– Я не так хорошо знаком с Нассау, как твой старый приятель Редж, но, готов поставить всё на кон, кто-нибудь в «Промокшей фланели» с радостью поможет за достойное вознаграждение.

– «Промокшая фланель»? – хихикнула Бекки.

Брюс ухмыльнулся.

– «Промокшая фланель» – настоящая пиратская таверна. Заправляет ею моя старая приятельница Битти Боевой Топор.

– Битти Боевой Топор? – фыркнул Джо.

– Всё верно, парень. Битти – истинная женщина; могучая, как песчаная буря. Когда-то она и сама была пираткой. Она знает всё и вся в этом городе.

– Она не замужем? А то Уилл свободен, – сказал Джо.

– Уилл – достойный омбре[14], но таких, как он, она щёлкает, как орешки.

– А жаль, – улыбнулся Уилл. – По описанию она столь же прекрасна, как сама Венера.

Все рассмеялись.

– А где находится «Промокшая фланель»? – спросил дядя Перси.

– В доках. Это первая таверна, которую видит моряк, прибывший в порт. Большинство на ней и останавливаются. В этой таверне-то и остаётся почти всё добытое золото.

– Звучит как место, где мы обязаны побывать, – произнёс дядя Перси. – Составишь нам компанию?

– Не зря же я вырядился, как свинья на пир, Перс, – ответил Брюс. – К тому же в «Промокшей фланели» подают самый отвратительный грог по эту сторону Порт-Ройала. А это моя слабость…

Брюс ввёл координаты «Промокшей фланели» в приборную доску Берил. Затем он запрограммировал Милашку Сью вернуться на его ранчо в Аризоне и присоединился к остальным в машине. Мгновение спустя Берил материализовалась позади большого деревянного здания. Несмотря на яркие лучи солнца, их окутали прохладной тьмой длинные тени. Оставив мистера Флинта в машине, вся компания выбралась наружу, и дядя Перси нажал кнопку на инвизибле. Берил пропала из виду.

Бекки чувствовала тревогу вперемешку с предвкушением.

– Добро пожаловать в самое сердце разврата! – провозгласил Брюс и повёл их к причалу.

У Бекки возникло ощущение, что она попала на съёмочную площадку фильма. В широкой гавани были пришвартованы десятки кораблей; на высоких мачтах развевались флаги всех цветов радуги. Повсюду сновали пьяные пираты, они ругались, кричали, спотыкались и размахивали недопитыми бутылками рома, содержимое которых то и дело выплёскивалось на пыльную землю.

– Сколько сейчас времени? – озадаченно спросил Джо.

– Два часа дня, – нахмурившись, ответил дядя Перси.

На глазах у Бекки несколько пиратов вступили в кулачный бой.

Джо выглядел потрясённым.

– Пираты похожи на нашу местную шпану, только с серьгами побольше.

Дядя Перси неодобрительно проворчал что-то, когда они подошли к доске с надписью «Промокшая фланель». Затем он повернулся к Бекки и Джо.

– Вообще-то, я думаю, будет лучше, если вы двое вернётесь в машину времени. Не уверен, что вам стоит заходить внутрь.

– Это ещё почему? – возмутился Джо.

– Это же поспособствует нашему просвещению, – добавила Бекки.

Дядя Перси нахмурился.

– Скажите-ка на милость, как наблюдение за сотней пьяных преступников поспособствует вашему посвящению?

Бекки на мгновение задумалась.

– Думаю, нам с Джо полезно узнать о вреде алкоголя, не так ли?

Дядя Перси не нашёлся, что ответить.

– Э-э, ну, ты, конечно, права, но…

– К тому же ты не можешь показывать нам историю только в розовом свете.

И снова дядя Перси не нашёл, что сказать. В конце концов он неохотно вздохнул и сказал:

– Хорошо, вы пойдёте с нами, – он хотел было открыть дверь, как вдруг – БДЗЫННЬ! – окно рядом разлетелось вдребезги и в ноги дяде Перси с глухим стоном упал пират. Дядя Перси в ужасе уставился вниз.

– Прежде чем заходить, убедись, что можешь позволить себе заплатить за грог, – пробормотал пират. – С этой хозяйкой шутки плохи, – сразу после этих слов он потерял сознание.

– Спасибо за совет, – слабым голосом произнёс дядя Перси и оглянулся на Бекки и Джо. – Обещайте, что не отойдёте от меня ни на шаг.

Бекки не могла отвести глаз от лежащего без сознания пирата.

– Обещаем, – пискнула она в ответ.

Крепко сжав трость, дядя Перси толкнул дверь, из-за которой вырвалось густое облако табачного дыма и послышались оглушительные крики, хриплый смех и нестройное пение пиратов, находившихся внутри. Бекки прошла за дядей Перси в переполненную людьми таверну, где за стойкой огромная женщина с повязкой на правом глазу и шеей толщиной с бочку подавала напитки. Как только она заметила Брюса, её глаза широко раскрылись от восторга.

– Брюс Уэстбрук, – произнесла она с широкой улыбкой, обнажившей шесть оставшихся зубов. – Как я рада тебя видеть, дорогуша!

Брюс улыбнулся.

– Привет, Битти. Как дела, дорогая?

За стойкой неподалёку от Битти сидел коренастый пират, у которого, казалось, напрочь отсутствовала шея. Он уставился в свою пустую кружку и рявкнул:

– Эй, милочка! Здесь повторно наливают?

Битти проигнорировала его, не сводя глаз с Брюса.

– О, у меня всё хорошо.

Коренастый пират рассердился ещё сильнее.

– Ми-лоч-ка! Может ли пират вообще разжиться выпивкой в этой дыре?

Битти посмотрела на Брюса.

– Подожди минутку, дорогуша, – она повернулась к наглому пирату. – Прошу прощения, сэр, но… – ХРЯСЬ! – она ударила его массивным кулаком в челюсть, прежде чем снова обратиться к Брюсу. – Извини за это…

Даже Брюс не знал, куда деть свой взгляд.

– Шумновато здесь сегодня, Битти.

– Да уж, – согласилась она. – Корабль Калико Джека только вернулся, и его парни разбрелись по всему Нассау. Я-то только рада отхватить свою долю прибыли. Да и чёрт с ними, ты пришёл сыграть?

– Не в этот раз, Битти, – ответил Брюс. – Сегодня я по делу, – он указал на дядю Перси. – Мой друг хочет нанять корабль.

– А кто таков будет твой друг?

Дядя Перси шагнул вперёд.

– Перси Галифакс, к вашим услугам.

– Сомневаюсь, что у тебя хватит силёнок оказать мне услугу, милашка, – подмигнула ему Бетти. – Но друг Брюса – мой друг.

Дядя Перси улыбнулся в ответ.

– Благодарю.

– Так что – ты хочешь зафрахтовать корабль? Сдаётся мне, здесь отыщется немало тех, кто подпишется. Большинство те ещё мошенники, имейте в виду. Чтобы заполучить лояльную и надёжную команду, придётся раскошелиться.

– У нас есть деньги, – ответил дядя Перси. – Мы не поскупимся.

Битти оглядела его с ног до головы.

– Судя по твоему виду, я не сомневаюсь в твоих словах, дорогуша. А куда путь держите?

– На остров Мэри.

Лицо Битти посерело. В одно мгновение она выскочила из-за стойки, схватила дядю Перси за лацкан пиджака и с силой оттащила его в сторону, убедившись, что никто не услышит её слов.

– Не смей произносить здесь это имя! У стен есть уши.

Дядю Перси её слова не смутили.

– Вы знаете команду, которая могла бы отвезти нас туда?

– Даже знай я, всё равно не сказала б. Ты охотишься за тем, что давно стоит оставить в покое.

– Мы не охотимся за сокровищами Чёрной Бороды, – ответил дядя Перси. – Вернее, не совсем. Нам нужна из них лишь одна вещь, но команда, которая доставит нас на остров Мэри, сможет забрать себе всё остальное.

– И ты думаешь, что знаешь, где спрятаны сокровища, а?

– Нет. Но мы сумеем отыскать это место.

Битти отчаянно покачала головой.

– Если бы я получала гинею каждый раз, когда слышу подобные россказни, уже владела бы Нассау. Многие отправлялись на поиски… немногие вернулись. Но и эти нисколько не обогатились, – она ласково посмотрела на Бекки и Джо. – Да ещё брать с собой молодняк. Это плавание не для вас.

– Поверьте, у нас нет выбора…

Заглянув в полные сожаления глаза дяди Перси, Битти смягчилась.

– Ты ему доверяешь, Брюс? – Битти перевела взгляд на Брюса.

– Ценой своей жизни, Битти, – ответил Брюс. – Он хороший человек и говорит правду. Нам нужно найти остров Мэри. Клянусь матерью, жажда наживы тут ни при чём.

Битти помедлила.

– Идите за мной. Может, я знаю кой-кого, кто вам поможет, – тяжело вздохнув, она направилась к двери в дальнем конце комнаты. Дважды постучав, Битти открыла её и скрылась в темноте.

Несколько мгновений спустя вся компания зашла в большую душную комнату. Сквозь трещину в потолке внутрь просачивался солнечный свет, попадая на старика в длинном рваном плаще, который сидел за покосившимся деревянным столом. У него были длинные гладкие седые волосы и бледное изрезанное морщинами лицо. Старик бесстрастно смотрел в стену, попивая ром из оловянной кружки.

– Кто идёт? – хрипло прорычал он.

– Порядок, Хью. Это я, Битти.

– Кто с тобой, девочка?

– Чужаки… Но мне обещали, что это хорошие, честные люди. У них есть для тебя предложение.

– Прекрасно, – помолчав, ответил старик.

Бекки с удивлением заметила, что глаза его белы как снег. Старик был слеп.

– Они разыскивают команду, – сообщила Битти. – Такую, которая отважится отправиться туда, куда другие откажутся. Они готовы заплатить, Хью, причём щедро.

– Неужели? – переспросил старик, внезапно заинтересовавшись. – Тогда идите сюда, присаживайтесь, в ногах правды нет.

– Я оставлю вас наедине с вашими делами, – сказала Битти и вышла из комнаты.

Вся компания присоединилась к старику за столом.

– Благодарю, сэр, – начал дядя Перси, садясь. – Меня зовут Перси Галифакс. Это мои друзья Брюс Уэстбрук и Уилл Шеклок. А это мои племянница и племянник, Бекки и Джо Меллор.

– Моё имя Хью Ливси… но многие меня зовут Слепой Хью. Так зачем вам понадобилась команда? Куда вы намереваетесь отплыть?

– Мы сами точно не знаем, – ответил дядя Перси. – У вас есть корабль с командой?

– Лучше в этих водах не сыщешь, – произнёс Слепой Хью. – Погоди, что значит, сами точно не знаете?

– Нам нужно найти остров Мэри, но мы не знаем, где он находится.

Слепой Хью замолчал, затем медленно поднял свою кружку и осушил её.

– Очередной пройдоха, рассчитывающий нажиться за счёт Тича, а?

– Не совсем.

– Тогда зачем вам остров Мэри?

– Это наше дело. Вы знаете, где он находится?

Слепой Хью кисло усмехнулся.

– Нет. Остров Мэри – один из десяти островов Макако. Один Тич знает, какой именно. И, может, Израэль Хэндс. Судя по тому, что я слышал, они либо уже на том свете, либо на полпути туда.

– Мы знаем, какой именно это остров. Если нам удастся добраться до островов Макако, мы сумеем его отыскать.

Слепой Хью нахмурился.

– Откуда вам это может быть известно?

– Скажем так, могила подсказала.

Слепой Хью холодно рассмеялся.

– Могила – именно там вы и окажетесь, если попытаетесь попасть на остров Мэри. Морская могила, – его лицо посуровело. – Говорят, тамошние воды прокляты. К тому же они находятся под охраной.

– Под охраной? – уточнил дядя Перси.

– Не то слово. Поговаривают, эти воды сторожит змей размером с Темзу.

– Морской змей? – тихо переспросил Джо.

– Да, парень, – подтвердил Слепой Хью. – Чудище, которое напугало бы самого Посейдона. По крайней мере, так гласит история…

Дядя Перси заметил смятение на лице Бекки.

– А вы видели этого морского змея?

– Не-а, – ответил Хью.

Дядя Перси пожал плечами.

– Тогда это может оказаться обыкновенной байкой.

– Может, – с усмешкой начал Слепой Хью. – Только эту историю рассказал мне старый моряк Билли Бенсон… А Билли ни разу не солгал мне за все годы, что мы плавали вместе, пока его не убила цинга. Видите ли, Билли был боцманом в королевском флоте, и, как он любил рассказывать, летом 1708 года они являлись частью флота из шести канонерских лодок[15], плававших между островами Макако. Так вот, по словам Билли, снизу поднялся змей и забрал пять из шести лодок в сундук Дэйви. Судно Билли стало единственным, оставшимся на плаву. Годы спустя он дал мне ориентиры этих вод, вот только мне они ни разу не пригодились.

– А теперь пригодятся? – спросил дядя Перси.

Слепой Хью отвернулся, будто его мысли занимало что-то другое.

– А вам зачем? – негромко поинтересовался он.

– Если вы сможете благополучно доставить нас на остров Мэри, то я гарантирую, все сокровища Чёрной Бороды будут вашими, и вы разделите их со своей командой. Мы будем только рады, если вы заберёте всё, что душе угодно. Нам нужно только одно: один из сундуков с сокровищами. Мы скажем, какой именно.

Слепой Хью выглядел озадаченным.

– Один сундук? – недоверчиво уточнил он. – Только один?

– Да, – просто ответил дядя Перси. – И в знак доброй воли вы можете принять вот это прямо сейчас, – он что-то вытащил из кармана.

Бекки увидела, что его пальцы сжимают что-то похожее на маленькое яблоко. Затем она ахнула: в руках дяди Перси был самый крупный изумруд, который она когда-либо видела.

Он вложил изумруд в руку Слепого Хью, и тот быстро провёл пальцами по его неровным граням. На лице пирата появилась улыбка.

– Может, я и не могу его увидеть, но пальцы ещё способны различить столь примечательный камень, коснувшись его. Изумруд, верно?

– Совершенно верно, – подтвердил дядя Перси.

Слепой Хью быстро спрятал его в карман плаща.

– Скажите-ка мне: что за люди станут платить за путешествие такими драгоценностями?

– Я простой путешественник.

– Что ж, путешественник, похоже, вы заручились услугами «Угря».

– «Угря»? – Джо чуть не расхохотался, но дядя Перси удержал его укоризненным взглядом.

Слепой Хью ничего не заметил.

– Да, приятель, – гордо сказал он. – Может, он и не самый резвый на испанском побережье, но и окончательно встать на якорь ещё не готов.

Дядя Перси выглядел сбитым с толку.

– Разве вам не нужно переговорить со своим капитаном?

Слепой Хью рассмеялся.

– У «Угря» нет капитана. В команде все равны. Мы все бывалые люди и слишком долго плавали под началом капитанов. – Выражение его лица смягчилось, когда он добавил: – Ну, за исключением одного, но он слишком молод, чтобы иметь право голоса в этом вопросе. Когда планируется отплытие?

– Какой срок самый ранний?

– Через час, – ответил Слепой Хью. – И, если позволите, мне пора известить о своих планах парочку человек и начать приготовления, – с этими словами он поднял тонкую трость, лежавшую рядом на стуле, и, постукивая ею, направился к двери.

Бекки подождала, пока Слепой Хью уйдёт, и хихикнула:

– Угорь? Серьёзно?

Джо ухмыльнулся.

– Надо было назвать корабль Прыщом.

– Или Фурункулом.

– Или Сыпью.

Дядя Перси посмеялся вместе с ними.

– Пока на корабле можно плыть, мне всё равно, как он назы…

Его прервал голос, донёсшийся со стороны двери:

– Просто очаровательно…

Дядя Перси резко обернулся, а рука Уилла метнулась к шпаге.

Из тени по-змеиному вынырнул Джордж Чепмен. На нём была форма английского морского офицера, а в руке сверкающая шпага. Рядом с ним возник Отто Крюгер, одетый точно так же. Свежий шрам на щеке заметно выделялся на его безразличном лице. Прямо за ним стоял огромный пират с выбритой головой и татуировками, покрывавшими каждый дюйм его груди и лица. Позади него виднелась парочка его помощников.

Чепмен подошёл к столу, свирепо глядя на дядю Перси.

– Позвольте мне пояснить вам кое-что, мистер Галифакс. Я здесь ради карты и прочих вещиц, касающихся Сундука Вечности. И вы отдадите мне их немедленно. Взамен вы получите ни много ни мало – ваши жизни, – он изо всех сил старался сдерживать свой гнев. – Вы один раз уже выставили меня дураком, но, уверяю, больше это не повторится. Мистер Крюгер, если вы хотите показать Галифаксу всю серьёзность наших намерений, то не смею вам в этом отказать.

Дико ухмыляясь, Крюгер вытащил из кармана пальто пистолет Люгера, направил его на Уилла и… выстрелил.

Бекки даже не успела закричать, когда кровь Уилла брызнула ей на лицо.

Время остановилось. Дрожа, Бекки со слезами на глазах ждала, когда бездыханное тело Уилла рухнет на стол. Каково же было её облегчение, когда она заметила, что Уилл хладнокровно склонил голову набок, демонстрируя всем кровавую дыру в своей щеке. Затем, скрывая сильную боль, которую он, скорее всего, испытывал, он встретился взглядом с Крюгером и улыбнулся.

Не в силах осознать произошедшее, дядя Перси открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его.

Чепмен же, наоборот, оказался в настроении поболтать.

– А теперь карту, будьте добры, мистер Галифакс, или следующая пуля окажется у него в мозгах.

– Она в машине времени, – мгновенно сдался дядя Перси.

Чепмен указал шпагой в сторону Бекки:

– Дайте девчонке ключи от машины. – Затем он взглянул на лысого пирата: – Мистер Двоекрюк… сопроводите её и, если она окажет сопротивление, покажите, почему мистер Дрейк порекомендовал нанять именно вас.

Татуированный пират кивнул и поднял руки к свету. К ужасу Бекки, вместо рук у него оказались два острых как бритва железных крюка.

Чепмен повернулся к дяде Перси.

– И если ты попытаешься повторить трюк, который использовал в Чикаго, девчонка будет проткнута, как мясо на вертеле. А сейчас отдай ей ключи.

Дядя Перси вытащил из кармана ключи и бросил Бекки, та поймала их на лету.

– Карта в отделении для перчаток.

Чепмен безжалостно рассмеялся.

– Мистер Дрейк был прав насчёт вас. Эти дети – ваша слабость.

– Боюсь, ты сильно ошибаешься на этот счёт, – дядя Перси обменялся с Уиллом непонятными взглядами. – Что думаешь, Уилл?

– Мне кажется, они только придают мне сил, – затем, словно в тумане, он вытащил кинжал и метнул его в Отто Крюгера. Прежде чем Крюгер успел среагировать, лезвие выбило пистолет у него из рук. Так же молниеносно Уилл достал шпагу и решительно на него посмотрел. – Может, покончим со всем сейчас?

Глаза Крюгера загорелись диким восторгом.

– Согласен, – он медленно обнажил свою шпагу и тут же атаковал.

Лезвия столкнулись. Крюгер отнял свою шпагу и снова ею замахнулся. Уилл пригнулся, лезвие просвистело прямо над ним. Крюгер снова атаковал, целясь Уиллу в живот, но тот успел отразить удар.

Бекки было страшно за ними следить.

Крюгер раз за разом наносил мощные удары, но Уилл оказался проворнее и искуснее в бою. Ему удалось отразить каждое нападение. Заметив это, один из помощников Двоекрюка бросился на помощь с высоко поднятой шпагой. Теперь Уилл крутился волчком, отбиваясь от них обоих, защищаясь и атакуя, нанося рубящие удары.

Сердце Бекки забилось где-то в горле. Затем произошло нечто, удивившее Бекки до глубины души.

Дядя Перси отвинтил набалдашник своей трости и вытащил шпагу.

– Чемпен, – произнёс он. – Защищайся.

Чепмен улыбнулся, поднял шпагу и бросился на дядю Перси.

В то же время Брюс шагнул к Двоекрюку.

– Приятель, не знаю, как ты, а я чувствую себя слега обделённым, – он вытащил свой кортик. – Потанцуем?

Двоекрюк безумно усмехнулся и прыгнул на Брюса, блеснув в полумраке крюками.

Поражённая ужасом, Бекки наблюдала за всей этой неразберихой. В воздухе звенел металл скрещённых лезвий. Глаза Бекки вдруг расширились: она заметила, что Джо достал свой Джо-лук.

– Ты что творишь?

Джо проигнорировал её вопрос. Он наложил стрелу на тетиву и прицелился в Крюгера. Один из приспешников заметил это и бросился на него, как разъярённый бык, едва не сбив с ног, а затем схватил за голову и с силой сжал.

Отчаянно желая помочь, Бекки огляделась. Заметив пустую бутылку из-под рома Слепого Хью, она схватила её за горлышко и одним мощным взмахом ударила пирата по голове; от удара стекло разлетелось вдребезги, и мужчина рухнул на пол.

Джо набрал полные лёгкие воздуха.

– Спасибо, сестрёнка.

– Рада помочь, – ответила Бекки.

Глянув по сторонам, она увидела, что сражение только набирает обороты. Конечно, это всего лишь вопрос времени, когда дядя Перси, Уилл или Брюс будут ранены или убиты. Бекки должна была что-то предпринять. Внезапно она заметила блеск металла на полу: пистолет Крюгера. Побежав в его сторону, упала на колени и проехала несколько футов по дощатому полу, оцарапавшись. Затем прицелилась в потолок и выстрелила. Звук рикошетом отразился от стен.

– ОСТАНОВИТЕСЬ! – закричала она и направила пистолет на Чепмена.

Постепенно, один за другим, сражающиеся мужчины замерли и развернулись в её сторону.

Чепмен расхохотался.

– ЗАТКНИСЬ! – рявкнула на него Бекки, ещё крепче сжимая рукоятку пистолета. – Я знаю, кто ты такой и что ты натворил, и у меня не дрогнет рука нажать на курок.

– Ничего ты не знаешь, – усмехнулся Чепмен.

– Знаю, что, если ты не бросишь свою шпагу, я прострелю тебе ногу, – Бекки никогда ещё не говорила с такой серьёзностью в голосе. Чепмен, казалось, это уловил и неохотно опустил свою шпагу. Бекки перевела пистолет на Крюгера. – И ты, урод!

Крюгер секунду поколебался, а затем невозмутимо пожал плечами, словно намеревался подчиниться. Но тут же с пронзительным криком замахнулся шпагой, целясь Уиллу в голову. Бекки не успела предупредить его, но в этом и не было необходимости: с молниеносной быстротой Уилл выставил ногу назад и пригнулся. Лезвие промахнулось на какой-то дюйм. Поскольку шпага Крюгера ещё двигалась, Уилл поднял и свою тоже: она вонзилась в плоть, отрезав злодею руку по локоть. Крюгер издал ужасный, нечеловеческий вопль и упал на колени. Его лицо исказилось от боли. Уилл инстинктивно развернулся к нему и приготовился нанести финальный удар, но его остановил дрожащий голос:

– Уилл, не надо! – взмолился Джо. – Не убивай его. Ему и так конец.

Ярость Уилла как рукой сняло. Он выпустил шпагу из рук, и она со звоном упала на пол. Затем он медленно и угрожающе наклонился к уху Крюгера.

– Это за моих друзей, Марию и Джейкоба. Если наши пути снова пересекутся, следующие удары будут за их родных, и это будут последние минуты в твоей жизни.

Дядя Перси медленно подошёл к Бекки и протянул к ней раскрытую ладонь.

– Пожалуйста, Бекки, – сказал он. – Можешь отдать мне пистолет?

Бекки чувствовала, что вот-вот упадёт в обморок, не в силах оторвать глаз от отрубленной руки Крюгера.

– Бекки, пистолет, пожалуйста… – повторил дядя Перси.

Сильно задрожав, Бекки отдала ему оружие.

Дядя Перси перевёл взгляд на Чепмена.

– Я собираюсь оказать вам любезность, которую вы бы нам никогда не оказали… – Он глубоко вздохнул. – Позволяю вам уйти отсюда живыми, – он кивнул Крюгеру. – А теперь… выметайтесь отсюда и не забудьте его руку! Не хотелось бы, чтобы Битти пришлось это убирать.

Чепмен сердито зыркнул на него в ответ.

– Мы ещё не закончили.

– Может, и так. Но на данный момент это всё.

Через несколько минут Чепмен, Крюгер, Двоекрюк и сопровождавшие его пираты ушли, оставив Бекки с чувством тошноты, растерянности и страха перед грядущими событиями. Джорджу Чепмену удалось выследить их точное местонахождение. Но как? И что он для них приготовил? Бекки знала – его прощальные слова не были пустой угрозой.

Ничего не было закончено.

Бекки с трудом заставила себя выйти из комнаты. По-прежнему дрожа, она прошла за Джо к стойке, у которой дядя Перси рассыпался в извинениях перед Битти за оставшуюся после драки кровь. Он сунул ей в руку мешочек с золотыми монетами в качестве «компенсации за причинённые неудобства». К его удивлению, произошедшее Битти лишь позабавило – она рассказала, как однажды нашла две отрубленные ноги после особенно кровожадной драки в трактире.

– За ногами так никто и не явился, – хихикнула она, указывая на дальнюю стену, где ноги гордо висели в качестве трофеев.

Бекки посмотрела на стену и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

Дядя Перси и сам выглядел несколько взвинченным. Он заказал две бутылки рома мистеру Флинту и направился к выходу из таверны.

– Жаль, что руку пришлось отдать, дорогуши, – крикнула им вслед Битти. – Она бы хорошо смотрелась на моей стене с конечностями…

На улице дядя Перси минут десять латал щёку Уилла, выудив из Берил аптечку. Он сказал, что, несмотря на его умелую работу, у Уилла, вероятно, останется шрам на всю жизнь, но тот только отмахнулся, пожав плечами.

– У меня на теле больше шрамов, чем листьев на дереве.

Перед тем как отправиться к «Угрю», дядя Перси налил Флинту ром в миску для воды, и все расселись вокруг, поглядеть, что будет дальше.

– Чер-рез р-рот, – радостно крикнул попугай, мотая головой из стороны в сторону. Он осушил ром одним глотком, удовлетворённо рыгнул и пронзительно закричал: – Пр-рямиком внутр-рь!

Затем мистер Флинт расправил крыло, закрыл глаза и зарылся головой в перья на спине. Вскоре он крепко спал, похрапывая.

– А для чего именно мы берём с собой запойную птицу? – спросил Джо, поднимая клетку с попугаем.

– Не могу точно сказать, Джо, – ответил дядя Перси.

– Тол-стяк! – пробормотал мистер Флинт во сне.

Джо подтолкнул Бекки локтем.

– Кажется, он обращается к тебе.

Бекки пнула Джо в голень с такой силой, что его вопль напомнил крик мистера Флинта.

Совсем скоро они уже пробирались вдоль оживлённого причала, минуя огромные боевые корабли с названиями вроде «Рейнджер», «Косатка» и «Искатель приключений». В воздухе вокруг кружили чайки. Они пикировали вниз и подбирали с причала кусочки рыбы, а затем снова взмывали в шелковисто-голубое небо.

Однако Бекки не могла в полной мере насладиться пейзажем. В конце концов, они собирались подняться на борт пиратского корабля, а её опыт общения с пиратами до сих пор сводился к тому, что они были обыкновенными пьяницами и жестокими головорезами. Размышления Бекки прервал дядя Перси: он достал что-то из кармана, показал Уиллу с Брюсом и спрятал обратно. В Бекки проснулось любопытство, и она собралась задать вопрос, когда услышала голос Джо:

– Надеюсь, «Прыщ» не будет походить на «Арго».

Бекки вспомнила, какое сокрушительное чувство разочарования охватило их, когда они впервые увидели Ясона и легендарный корабль аргонавтов «Арго» на Древнем Крите.

– Если он такой же, то я лучше доберусь до острова Мэри вплавь…

– А вот и он, – сказал дядя Перси, указывая вперёд.

На мгновение забыв о дяде Перси, Бекки увидела двухмачтовую шхуну с именем «Угорь», написанным малиновой краской на носу. Из-за узкого каштаново-коричневого корпуса и бушприта она казалась значительно длиннее, чем на самом деле. Бекки почувствовала облегчение. Несмотря на то, что это было самое маленькое и старое судно в гавани, оно выглядело крепким и вполне пригодным для мореплавания. И всё же при этом совсем заброшенным.

Дядя Перси подошёл к корме корабля.

– Э-э-э… Ахой! – закричал он во весь голос. – Есть там кто?

Из-за борта высунулась голова Слепого Хью.

– Добро пожаловать, мои дорогие! – Затем он повернулся и крикнул: – Свистать всех наверх! Отполируйте свои лысины, парни и приведите себя в порядок… К нам пожаловали наши зажиточные гости!

Дюжина фигур появилась из-под палубы и выстроилась в шеренгу, прижав руки (у кого они ещё оставались) к бокам и гордо выпятив грудь, словно на параде. Вглядевшись в лица каждого из них, Бекки сильно удивилась. Члены команды были старыми. По-настоящему старыми. Более того, каждый из них, по-видимому, в своё время получил серьёзное увечье; большинство по меньшей мере потеряли глаз, руку или ногу, а некоторые всё разом. В конце шеренги Бекки поджидало новое удивление: совсем юный мальчик в заляпанных маслом бриджах, рваной белой рубашке без воротника и потрёпанной вязаной шапочке.

– Забирайтесь, дружочки, – сказал Слепой Хью, широко расставляя руки. – Добро пожаловать на «Угорь»!

– Большое спасибо, Хью, – улыбнулся дядя Перси, осторожно опуская деревянную сходню на палубу.

Когда Бекки последовала за ним, она почувствовала, как на неё разом устремился десяток настороженных взглядов. Внезапно почувствовав себя неуютно, уже собиралась что-нибудь произнести, как вдруг одноногий пират с оранжевым носом, похожим на кумкват, заявил:

– Эй, Хью, ты не упоминал, что с ними будет девчонка. Баба на борту – жди беды!

Слепой Хью от души рассмеялся.

– Джедидайя Квинт, не о том беспокоишься! Там, куда мы направляемся, девчонка – наименьшая из бед. Кроме того, вы, бывалые морские псы, столько несчастий повидали в жизни, что вас не должны тревожить такие мелочи, как перспектива разделить палубу с девчонкой.

Джедидайя Квинт, казалось, обдумал это, а затем улыбнулся.

– Тут ты прав, Хью. – Он сдёрнул со лба бандану и повернулся к Бекки: – Прошу прощения, мисс. Кажется, мои манеры смыло за борт вместе с трюмной водой. – Он взглянул на дядю Перси: – Наш корабль – ваш корабль, сэр. Верно, парни?

Один за другим пираты закивали и стали выкрикивать приветственные слова.

– Так-то лучше, – сказал Слепой Хью. – Как бы то ни было, Перси Галифакс и его верные спутники, этот сброд – сердце и душа «Угря». Коротышка Джек Коппер, Ветреный Пит Макгиннес…

Заслышав своё имя, пираты по очереди выкрикивали «Есть!».

– Ледяной Элберт, – продолжил Слепой Хью. – Джедидайя Квинт, Здоровяк Билл Брандл, Тощий Джон Принни, Уильям Репа, Горбун Генри Броуди, Альф «Столбняк» Морган, Волосатый Гарри Хупер, Однопалый Том и последний, но не по значимости, – Джим Доркинс…

После того как была зачитана последняя фамилия, в воздухе повисла тишина.

– Джим? – повторил Слепой Хью. – Ты где, дружок?

Мальчик робко шагнул вперёд.

– Здесь, мистер Ливси, сэр.

– Не стесняйся, Джим, приятель. На самом деле он подлинное сокровище «Угря», – сказал Слепой Хью. – Не так ли, ребята?

Все до единого мужчины громко выразили своё согласие, многие из них похлопали Джима по спине с такой силой, что он чуть не свалился с ног.

Слепой Хью просиял от гордости.

– Кроме того, Джим – лучшая пороховая обезьяна[16] во всех семи морях.

Джим покраснел.

– Спасибо, мистер Ливси, сэр.

Дядя Перси поклонился.

– Здравствуй, Джим. И приветствую всех остальных! Меня зовут Перси Галифакс, это Уилл Шеклок, Брюс Уэстбрук, Бекки и Джо Меллор.

– Стар-рая бор-рода! – крикнул мистер Флинт. – Чер-рез р-рот.

– Ах да, – улыбнулся дядя Перси. – И, конечно, не стоит забывать о мистере Флинте.

Вперёд выступил пират, каждый дюйм головы и тела которого был покрыт спутанными седыми волосами, словно ковром.

– Мне знакома эта птица, – сказал Волосатый Гарри Хупер. – Это попугай Израэля Хэндса! Ни разу не видел их по отдельности… – Он замолчал на мгновение. – Выходит, Израэль мёртв, а?

Дядя Перси кивнул:

– Да.

– Так это правда, что ты разыскиваешь сокровища Чёрной Бороды?

Воцарилось неловкое молчание. Пираты обменялись неуверенными взглядами.

– Правда, – просто ответил дядя Перси.

– И вы знаете, где они спрятаны? – спросил Однопалый Том.

– Пока нет, – дядя Перси покачал головой. – Но у меня есть это… – он достал карту из кармана пиджака и развернул её перед командой. – Эта карта была нарисована самим Израэлем от руки, – затем он вытащил деревяшку в форме острова и прислонил её к верхнему углу, – и это тоже вырезано рукой Израэля. Это остров Мэри… – Послышался всеобщий вздох. – И если вы сможете доставить нас на остров, думаю, мы сможем найти сокровища.

Волосатый Гарри Хупер, однако, не выглядел убеждённым.

– И как вы можете это знать? Сомневаюсь, что Чёрная Борода оставил их на пляже под кокосовой пальмой, берите – не хочу!

– У меня свои причины, – загадочно произнёс дядя Перси.

Джо с Бекки озадаченно переглянулись. Что дядя Перси имел в виду? Насколько им было известно, он понятия не имел, где искать награбленное Эдвардом Тичем.

Волосатый Гарри Хупер тоже выглядел озадаченным.

– Умником меня не назовёшь, но моя голова не настолько забита водорослями, чтобы я не заметил странностей. Хью сказал, вы не претендуете на все богатства, только на один сундук! Хотите сказать, это не враки?

– Совершенно верно.

– И мы можем разделить между собой всё, за исключением этого единственного сундука?

– Так точно.

– Учти, если попытаетесь обвести нас вокруг пальца, мы привяжем вас к бизани[17], а потом скормим ваши трупы чернопёрым акулам.

– Меньшего я и не ожидал.

Волосатому Гарри Хуперу потребовалось несколько мгновений, чтобы переварить это. Затем он повернулся к остальным:

– Давайте поднимем паруса, парни, нам предстоит двадцатичетырёхчасовая поездочка, так что да хранит всех нас святой Эльм.

Команда одобрительно загудела.

Слепой Хью хлопнул в ладоши.

– Коротышка Джек Коппер, если ты окажешь мне честь…

– Да, Хью, – проревел Коротышка Джек Коппер. – Давайте сниматься с якоря, братья мои…

Несмотря на свой возраст, команда работала с энергией людей значительно моложе их лет: они с ловкостью карабкались, цеплялись, подтягивались и поднимали грузы. У каждого была своя работа, и пираты выполняли её с такой легкостью и точностью, что в мгновение ока парус на грот-мачте надулся на сильном ветру, и «Угорь» медленно отошёл от причала.

Во время работы команда затянула песню.

Команды значимей «Угря»Не видели ещё моря.Мы укрощаем дикий шквалИ правим этот шумный бал.Нас солнце может иссушить,Но в схватке нас не победить,И девы знают до сих порМорского волка зоркий взор.Долой капкан; уйдём без рук.Зачем рука, когда есть крюк?Покинем вместе этот свет:Награды в жизни лучше нет.

Через двадцать минут Нассау превратился в пятнышко на горизонте. Бекки стояла рядом с остальными на носу, пока «Угорь» набирал скорость. Она чувствовала вкус соли на губах, а ветер трепал её волосы.

– Джим, дружок, будь добр, покажи гостям нашу каюту, – сказал Однопалый Том с сильным ирландским акцентом. – В трюме есть запасные гамаки, которые им вполне подойдут.

– Да, сэр, – тихо ответил Джим.

Однопалый Том бросил на Бекки сочувственный взгляд.

– Надеюсь, вы не возражаете, вы же леди и всё такое, но в каюте очень тесно, а запах тринадцати спящих пиратов, как известно, способен оглушить бабуина.

У Бекки внутри всё перевернулось. Да уж!

Джим подвёл группу к двери, за которой оказались деревянные ступеньки, ведущие вниз. Спустившись, они прошли через батарейную палубу, уставленную шестью пушками, вёдрами, наполненными ядрами, и бочонками с порохом, прежде чем спустились в каюту. Оглядевшись, Бекки увидела тринадцать гамаков, подвешенных к низким деревянным балкам. В воздухе стоял невыносимый запах потных ног. Стараясь не обращать на вонь внимание, Бекки шла за Джимом, который пробирался по захламлённому полу.

– Джим, а сколько тебе лет?

Джим выглядел так, словно никогда раньше не видел девушку.

– Я… я не знаю.

– Что значит «не знаешь»? Когда у тебя день рождения?

– Понятия не имею, мисс. У меня никогда не было дня рождения. Мистер Ливси считает, мне лет семь-восемь.

Бекки никогда раньше не слышала, чтобы кто-то не знал, сколько ему лет.

– Разве кто-то из команды не был твоим отцом или дедушкой?

Джим покачал головой:

– Нет, мисс. У меня нет родни. Мистер Ливси нашёл меня четыре года назад, когда я бродил один по Порт-Ройялу. Никто не знает, что случилось с моей семьёй, а я был слишком мал, чтобы запомнить. Но славная команда «Угря» приютила меня, накормила, напоила и проявляет ко мне такую доброту, которой я не заслуживаю.

– Ты не знаешь, что случилось с твоими мамой или папой? – в ужасе спросила Бекки.

Джим пожал плечами.

– Нет, мисс. Наверное, я был им не нужен. В любом случае теперь команда – моя семья. О большем я не мог и мечтать.

Джим так буднично рассказывал свою трагичную историю, что Бекки стало не по себе. Не то чтобы у неё была очень лёгкая жизнь, но она никогда не сомневалась: родители сильно её любят, и уж точно они её не бросали, поскольку не могли или не желали воспитывать.

Бекки быстро отвернулась, чтобы Джим не увидел, как она прослезилась.

«Угорь» легко рассекал океан, а оранжевые сумерки таяли, переходя в чёрную ночь. Бекки показалось, что она простояла на носу несколько часов, наблюдая за парочкой дельфинов, которые по очереди ныряли в маслянистую воду и выныривали из неё. Джо в свою очередь спустился на батарейную палубу и пытался научить мистера Флинта некоторым ругательствам. Казалось, у него почти получилось, пока дядя Перси не поймал его и не сделал ему строгую (хотя и не очень убедительную) выволочку.

Сама команда «Угря» оказалась очень весёлой. Сразу после ужина (курица с пряностями, солонина, черепашьи яйца, сухари и разнообразные фрукты) пираты собрались на палубе вокруг пустой бочки, чтобы поиграть в «Крюкрестлинг» – игру, которая проводилась по правилам традиционного армрестлинга, но с крюками вместо рук. Поскольку у большинства членов команды имелся хотя бы один крюк, желающих было много, хотя они и играли не особо честно. В конце концов Ледяной Элберт выиграл обманным путём и отпраздновал это тем, что одним глотком осушил целую бутылку рома и рухнул на палубу с широкой улыбкой на лице.

Несмотря на то, что Бекки забралась в свой гамак уже далеко за полночь, она знала, заснуть ей не удастся. Окружённая оглушительным храпом, а также скрипами и стонами корабельного остова[18], она целую вечность лежала без сна, а потом накинула на плечи одеяло, вылезла из гамака и поднялась по ступенькам на палубу. Там Бекки поняла, что не спалось не только ей: на носу корабля на корточках сидел дядя Перси. Погружённый в свои мысли, он, казалось, изучал что-то на палубе.

– Дядя Перси? – позвала Бекки, подходя к нему.

Он не ответил.

– Дядя Перси? – чуть громче позвала Бекки.

– О, прости, Бекки, – он вздрогнул. – Я тебя не слышал.

– Что делаешь? – с любопытством поинтересовалась Бекки. – Это как-то связано с тем, что ты показывал Уиллу и Брюсу ранее?

– Да, – сказал дядя Перси. – На самом деле, очень даже связано.

Заглянув через его плечо, Бекки увидела две золотые монеты, которые Брюс выиграл у Гилберта Трипвуда на Тортуге. Они были сложены одна на другую и плотно прижаты к деревянным перилам.

– У тебя опять от монет крыша поехала?

– Не совсем, – произнёс дядя Перси. – Смотри, – убедившись, что его рука полностью обернута носовым платком, он взял монеты и положил их на расстоянии нескольких дюймов друг от друга и вытянутой руки от перил. Бекки внимательно наблюдала за происходящим. Какое-то мгновение ничего не происходило. Затем, словно движимая невидимой силой, левая монета громко звякнула, притянувшись к другой. Потом они медленно переместились точно в то же положение у перил, в котором были раньше.

– К-как они это делают? – спросила Бекки. – Почему они двигаются?

– Это началось, когда мы прибыли в Нассау, – ответил дядя Перси. – Но тогда это было едва заметно. С тех пор как мы взошли на корабль, их притяжение усилилось, как видишь.

– Что это значит?

Дядя Перси серьёзно посмотрел на Бекки.

– Думаю, они знают, что мы движемся к острову Мэри, к Ящику Пандоры. Скорее всего, они тоже пытаются отыскать дорогу домой.

Вдруг Бекки услышала позади себя стук. Оглянувшись, она увидела, что к ним ковыляет Слепой Хью.

– Ваш ли это голос я слышу, Перси Галифакс, сэр?

– Мой, Хью, – стараясь не касаться монет голой кожей, дядя Перси убрал их обратно в мешочек и поднялся на ноги.

– И мисс Бекки, не так ли?

– Привет, Хью, – сказала Бекки.

– А я как раз хотел переговорить с вами. Позволите?

– Конечно, – ответил дядя Перси. – Всё в порядке?

– Ага, – неуверенно начал Слепой Хью. – Эм… – Он замолчал. – Команда подумывает внести изменения в нашу сделку.

Глаза дяди Перси сузились.

– Слушаю.

– Хотим вернуть это тебе, – он вытащил изумруд и протянул его.

Бекки взглянула на дядю Перси: он выглядел таким же растерянным.

– Нет, я отдал его вам, – покачал головой дядя Перси. – Оставьте себе.

– Очень любезно с вашей стороны, сэр, но мы не можем. Не поймите меня неправильно, мы по-прежнему требуем оплаты. Но она не связана с драгоценностями или монетами. Мы хотим, чтобы вы для нас кое-что сделали.

– Что именно?

Слепой Хью тяжело вздохнул. Бекки заметила его дрожащую нижнюю губу.

– Всё проще простого, – сказал Слепой Хью. – Вы производите впечатление истинного джентльмена, мистер Галифакс. Таких в наших краях нечасто встретишь. Ваши племянник и племянница тоже внушают доверие, как и ваши друзья. Мне поручено сказать от лица всех на этом корабле: в качестве платы заберите с собой мальчишку, Джима. Пусть отправится вместе с вами в Англию. Он достоин того, чтобы прожить долгую и счастливую жизнь. Жизнь человека честного, а не пирата. Заберите его с собой и пристройте куда-нибудь…

– Но вы его семья, – в ужасе возразила Бекки. – Я разговаривала с ним, он сказал, вы – всё, что у него есть.

– Знаю, лапушка, – кивнул Слепой Хью. – Но так быть не должно. Он славный мальчуган и заслуживает большего, чем компания старых морских волков.

– Но вы не можете с ним так поступить! – воскликнула Бекки, не обращая внимания на неодобрительный взгляд дяди Перси. – Не можете просто взять и бросить его.

– Лапушка, мы его и не бросаем. Мы делаем это потому, что каждый моряк на этом корабле любит Джима, как родного сына. Правда в том, что здесь не осталось ни одного человека, который прожил бы ещё пять зим, не говоря о десяти. Многие из нас уже смотрят на мушкет старого Ника[19] и ждут его рокового выстрела. А что будет с Джимом, когда нас не станет? Он совсем один. В этой глуши сам по себе Джим не протянет и пары дней. Мы все прожили долгую жизнь. Гораздо более долгую, чем большинство участников в нашей игре. Джим тоже заслуживает такого шанса, но при других обстоятельствах, чтобы не жрать чёрствый хлеб, кишащий червями, ради выживания и не бороться с морской стихией до конца своих дней. – Слепой Хью повернулся к дяде Перси: – Сдаётся мне, у вас доброе сердце, сэр. Может, я и слепой, но вижу это, будто мои глаза ещё молоды и полны жизни. Вы в силах такое провернуть, и вы нам должны. Если Джим продолжит заниматься пиратством, он не доживёт до зрелого возраста, – по щеке Слепого Хью скатилась слеза.

Бекки протянула руку и нежно накрыла ею ладонь пирата. Слепой Хью покраснел и крепко сжал её руку.

– Агрх, вы только гляньте на меня… плачу, как жалкий французишка. Простите старого морского волка, мисс Бекки. Я уж было считал, что пятьдесят лет в море должны были закалить меня. Кажись, ошибся.

– Здесь не за что просить прощения, – тихо произнесла Бекки. – Простите за крик.

– А, забудьте, – ответил Слепой Хью. – Так как, мистер Галифакс? По рукам? Таковы конечные требования «Угря».

Дядя Перси помрачнел.

– Ты уверен, что команда хочет именно этого?

– Любой из нас отдал бы за это свою жизнь. У этого мальчишки дюжина отцов, и каждый из них мечтает о том, что я прошу.

– А о чём мечтает сам Джим? Что он думает по этому поводу?

– Я поговорю с ним на рассвете, – серьёзно сказал Слепой Хью. – Конечно, ему будет нелегко, но это лишь потому, что он не знал другой жизни. Со временем он поймёт, что мы сделали это из лучших побуждений.

Дядя Перси какое-то время молчал. Когда он заговорил, в его голосе слышалась нерешительность.

– Прекрасно. Джим отправится с нами.

– Можете дать слово джентльмена? – оживился Слепой Хью.

– Даю вам слово джентльмена.

– Хвала небесам! – выдохнул Слепой Хью.

Бекки не знала, что и думать. Она посмотрела на Слепого Хью: он весь поник и съёжился, будто до этого собрал все силы, чтобы высказать эту просьбу. Её охватила печаль.

– О Джиме позаботятся.

– О, я не сомневаюсь, лапушка, – Слепой Хью натянуто улыбнулся. – Позвольте пожелать вам спокойной ночи и откланяться. Благодарю, мистер Галифакс! И вас, мисс Бекки. Я вам обоим премного благодарен, – затем он развернулся, застучал тростью о палубу и скрылся в темноте.

Когда Слепой Хью ушёл, Бекки повернулась к дяде Перси и спросила:

– Что ты собираешься делать? Поселишь Джима в Бауэн-холле?

– Пока не знаю, – ответил дядя Перси. – Но Хью прав. Здесь не время и не место для столь юного мальчика. Никогда не простил бы себе, если бы с ним что-то случилось, а я мог помочь, но не помог. Конечно, если заберу Джима из его времени, нарушу раздел третий, параграф второй нормативного кодекса путешествий во времени ВИПУВРа, что карается отзывом моей лицензии путешественника во времени, но…

– Но ты и так живёшь с динозавром, двумя саблезубыми тиграми, пегасом, додо и Уиллом. С каких пор тебя заботят правила?

Дядя Перси усмехнулся.

– Хочешь верь, хочешь нет, но обычно я очень серьёзно отношусь к правилам, – он обнял Бекки за плечи, и они вместе любовались морской гладью. – Но, полагаю, некоторые правила созданы, чтобы их нарушать…

Вскоре Бекки почувствовала сильную усталость, вернулась в свой гамак и сразу же заснула. Проснувшись, она с удивлением обнаружила, что в каюте остались только они с мистером Флинтом.

– Доброе утро, мистер Флинт, – зевнула она, надевая ботинки и завязывая волосы в конский хвост. Покинув гамак, Бекки направилась к лестнице.

– КР-Р-А-А, – громко крикнул попугай. – Пр-рямо внутр-рь!

– Очень мило! – пробормотала Бекки, поднимаясь по ступенькам на палубу.

Поднявшись на батарейную палубу, она услышала громкое сопение и увидела пару ног, торчащую из-за бочки с порохом. Бекки сразу поняла, кто это был и что случилось. Сойдя с лестницы, она подошла к Джиму, и её сердце упало, когда она увидела опухшие глаза и покрасневшие щёки мальчика.

– Привет, Джим.

– Д-доброе ут-тро, мисс, – Джим вытер глаза и поднялся на ноги.

– Ты как?

– Соль в глаза попала, – пробормотал Джим. – Немного щиплет. Скоро пройдёт.

Бекки знала, это была ложь – Слепой Хью рассказал мальчику про их договор с дядей Перси. Ей хотелось как-то утешить Джима, но что она могла сказать, чтобы ему полегчало? Вместо этого Бекки сочувственно улыбнулась и спросила:

– Хочешь подняться на палубу со мной или побудешь здесь?

– Нет, мисс, – ответил Джим. – Мне стоит пойти с вами…

Несколько мгновений спустя Бекки открыла дверь, и, к её удивлению, палуба была пуста. Затем её глаза нашли нос корабля, и всё сразу стало ясно. Застыв в полной тишине, точно статуи, дядя Перси, Джо, Уилл, Брюс и вся команда «Угря» смотрели на горизонт. Бекки проследила за их взглядами, и её охватил страх.

Вдалеке виднелось устрашающее тёмно-зелёное небо, периодически озаряемое вспышками алых молний. Над гигантскими волнами закручивались десятки небольших торнадо, а струи дождя молотили по морю, точно пушечные ядра.

Бекки сглотнула. Почему молния алого цвета? Она о таком явлении даже не слышала. Не в силах оторвать глаз от этой картины, Бекки подошла и встала между Уиллом и Джо.

– Пожалуйста, скажите мне, что нам не придётся проходить через это?

Лицо Уилла помрачнело.

– Придётся.

Джо посмотрел на него.

– Ты, наверное, на многих кораблях плавал. Видел подобное раньше?

– Ни разу, – посерьёзнел Уилл.

Внезапно Однопалый Том завопил:

– Парни! По местам! Нам предстоит битва со шквалом из самого Ада. – Он взглянул на дядю Перси: – Мистер Галифакс, отведите вниз своих людей и нашего Хью. Если вы верите в Бога, то самое время помолиться.

– Я останусь! – решительно заявил Уилл. – Вам понадобятся рабочие руки.

– И я тоже, – ответил Брюс.

Дядя Перси неустрашимо посмотрел на Однопалого Тома.

– Мы втроём останемся здесь. – Потом он повернулся к Бекки и Джо: – Отведите Джима и Хью в каюту и держитесь за всё, что прибито гвоздями.

– Я не собираюсь никуда уходить! – возразила Бекки.

– Пожалуйста, Бекки, – взмолился дядя Перси. – Ты ничем не можешь здесь помочь…

Бекки уже собиралась возразить, когда резко похолодало. Голубое небо над головой сменилось тошнотворно-зелёным. Дядя Перси изумился.

– Ничего себе!

В этот момент прогремел гром, хлынул дождь, и небо вспыхнуло алым, а воздух прорезали кроваво-красные молнии. Затем – БАМ-М! – на них обрушилась гигантская волна, отбросив корабль в сторону. Джо сбило с ног, и он упал на палубу.

– Джо! – закричала Бекки.

Накатила вторая волна, и Бекки сильно ударилась головой о деревянные перила. По её лицу потекла кровь, попадая в рот. Затуманенным взором Бекки увидела, как дядя Перси привязывает Слепого Хью к мачте, затем её взгляд метнулся к Уиллу, который с трудом держался на ногах, пробираясь по палубе, чтобы помочь Коротышке Джеку Копперу устоять у штурвала.

В кончик бизани с треском ударила молния. Увидев это, дядя Перси закричал:

– БЕККИ! ОТОЙДИ!

Услышав его крик, Бекки кинулась в сторону, и на место, где она только что стояла, рухнула часть мачты, разбившись в щепки. Бекки подползла к железному шпилю и крепко ухватилась за него пальцами. Подняв голову, она старалась вдыхать как можно больше воздуха и следить за происходящим. Команда доблестно боролась, восстанавливая контроль над кораблём, но все усилия пиратов были напрасны. Корабль перевернётся, и они все погибнут. Бекки отыскала взглядом Джо – он тоже смотрел на неё. Она сразу поняла, что брат чувствует то же самое. В этот момент Бекки захотелось обнять его, поцеловать и попрощаться.

Затем буря стихла – так же внезапно, как началась. Небо снова стало голубым, а море успокоилось.

Бекки ошарашено обвела палубу взглядом: на всех лицах читалось удивление. Она встала и едва не была сбита с ног дядей Перси, который бросился к ней с широко раскрытыми объятиями.

– Слава богу, – выдохнул он, притянув Джо в объятия и крепко сжимая их обоих. – Я думал, что потерял вас.

Бекки никогда до этого не видела, чтобы дядя Перси так бурно проявлял эмоции, но нисколько не возражала и с радостью обняла его в ответ. Внезапно Джо запаниковал и вырвался из объятий.

– Мистер Флинт! – он бросился к двери. Через несколько тревожных минут он вернулся: мистер Флинт весело подпрыгивал у него на плече. – С ним всё в порядке, – сказал Джо с облегчением.

– ФЛИНТИ В ПОР-РЯДКЕ! – выкрикнул попугай.

Бекки засмеялась, услышав голос Уилла Репы:

– ВИЖУ ЗЕМЛЮ!

Обернувшись, она увидела, что пират указывает на полоску песка цвета заварного крема впереди.

Затем раздался другой голос:

– И ТАМ ТОЖЕ, ПАРНИ! – Здоровяк Билл Брандл указывал в противоположном направлении. Бекки развернулась и увидела ещё один остров, на этот раз вместо песка была видна плотная лесная стена. По мере того, как «Угорь» продвигался всё дальше, на горизонте появлялись новые и новые острова.

– Мы на месте, – выдохнул Джо. – Это архипелаг. Острова Макако.

– Думаю, да, – дядя Перси с облегчением улыбнулся.

Пираты праздновали победу, хлопая друг друга по спине и от души распевая свою песню, когда пение прервал пронзительный голос.

– Левиафан! – Джим кричал всё громче. – ЛЕВИАФАН!

Пение разом смолкло.

– ЛЕВИАФАН! – повторил Джим, указывая вдаль.

Бекки взглянула на океан, и её кровь застыла в жилах.

Над поверхностью воды показалась огромная угольно-чёрная голова размером с большой автомобиль. У неё была гладкая маслянистая кожа, а широкие, огромные челюсти обрамлены с обеих сторон двумя похожими на щупальца усами. Постепенно голова поднималась всё выше и выше из воды; казалось, ещё немного, и она коснётся неба.

Бекки застыла на месте, не в силах сделать хоть один вдох.

Пасть морского змея слегка приоткрылась, словно в издевательской усмешке, а затем он с громким всплеском ушёл под воду.

– Хватайте оружие, парни, – закричал Однопалый Том. – ПРЯМО ПО КУРСУ ЧУДИЩЕ РАЗМЕРОМ СО СТАРОГО НИКА, И ОНО ХОЧЕТ СРАЗИТЬСЯ!

Услышав это, Ветреный Пит, Тощий Джон Принни, Горбун Генри, Столбняк Морган и Волосатый Гарри Хупер ринулись на нижние палубы.

– Вооружайся, дружище, – сказал Уилл Джо. Сунув руку в карман пальто, он вынул свой Джо-лук и подбежал к борту корабля.

– Присмотри за мистером Флинтом, – Джо передал попугая Бекки. Птица раздражённо крякнула, будто происходящее ей было не по вкусу.

Брюс вытащил из-за пояса кремнёвое ружьё и вложил его в руку дяди Перси.

– Держи, Перс, я ведь тоже мастак создавать необычные штуковины, – он вытащил ещё два кремнёвых пистолета и взвёл курки. – Сдаётся мне, в нём больше проку, чем в обычном ружье восемнадцатого века. В этом по крайней мере магазин на десять патронов в рукоятке.

Дядя Перси с удивлением посмотрел на однозарядное ружьё: оно было переделано в полуавтоматическое оружие двадцать первого века.

– Обычно я не сторонник огнестрельного оружия, Брюс, но… отличная работа! – Они присоединились к Уиллу и Джо, целящимся в воду.

Коротышка Джек Коппер открыл деревянный сундук и раздавал абордажные топоры и копья тем, кто остался на палубе. Тем временем Ветреный Пит и остальные вернулись, сжимая в руках множество мушкетов и короткоствольных ружей, и выстроились по бортам корабля, приготовившись его защищать.

Время шло, однако никакого нападения не последовало.

Море будто застыло, тихое и умиротворённое.

Бекки почувствовала, что ей стало чуть спокойнее. Может, Левиафан уплыл? Она громко выдохнула, но вдруг – БАААААМ! – «Угорь» качнулся, будто в него влетела торпеда. Бекки потеряла равновесие и упала на палубу, едва удержав мистера Флинта в руках. Вскочив на ноги, она бросилась к правому борту и увидела, как огромный змей рассекает воду. Дыхание от ужаса вырывалось с присвистом. Змей был огромным, не меньше сотни футов от головы до хвоста.

Брюс и дядя Перси несколько раз выстрелили. Пули раз за разом попадали в цель, но для прочной змеиной кожи они были всё равно что булавочные уколы.

На небольшом расстоянии от корабля показалась голова змея, его челюсти медленно раскрылись, и показался тонкий раздвоенный на конце язык. Чудовище снова нырнуло под воду.

– Приготовьтесь, ребята! – крикнул Однопалый Том.

Бекки увидела, как змей мчится в их сторону под водой, точно поезд.

Дядя Перси разорвал рубашку, обнажив чёрную подкладку с набором Трекера. Он отцепил противолодочную гранату и изо всех сил швырнул её в море. БУМ-М! Она взорвалась на поверхности воды, прямо над чудовищем, но безрезультатно. За первой гранатой полетели ещё три. БУМ, БУМ, БУМ-М! Ничего.

Воздух звенел от выстрелов, полнился свистящими стрелами, но ничто не могло предотвратить неизбежного столкновения. От следующего удара «Угорь» почти перевернулся, из-за чего Тощий Джон Принни и Волосатый Гарри Хупер столкнулись.

Затем всё снова стихло.

Столбняк Морган лихорадочно перезаряжал свой мушкет, когда позади него показался блестящий от слизи змеиный хвост толщиной со ствол дерева. Как только Бекки это заметила, она закричала:

– Столбняк! – но было слишком поздно. Хвост обвился вокруг его талии, выдавливая из пирата жизнь.

– А-а-а-а! – завопил он.

С колотящимся сердцем Бекки огляделась по сторонам. На палубе лежала брошенная шпага. Отпустив мистера Флинта, Бекки схватила её и бросилась к Столбняку. Высоко замахнувшись, она обрушила шпагу на змеиный хвост. По её рукам потекла кровь, похожая на смолу. Хвост дёрнулся, выпустив Столбняка. Пират тяжело рухнул на палубу, схватившись за грудную клетку.

Затем с противоположной стороны корабля из воды медленно поднялась змеиная голова. Все замерли. Поднявшись в воздух, змей остановился параллельно повреждённой бизани. Его усы извивались, как гигантские черви. Затем его тусклые чёрные глаза остановились на Джо… и он бросился вперёд.

– ДЖО! – закричала Бекки. – ДЖО!

Джо нырнул вправо. Челюсти змея промахнулись на несколько дюймов от него, обрушившись на палубу, точно кувалда, и подняв в воздух облако пыли и щепок, прежде чем вновь оказаться в воздухе.

Уилл повернулся к дяде Перси, в его глазах полыхала ярость.

– Дай мне взрывное устройство.

Дядя Перси не стал задавать вопросов, быстро сунув последнюю противолодочную гранату ему в руку. Уилл подбежал к грот-мачте. Вскарабкавшись на неё за считаные секунды, он запрыгнул в «Воронье гнездо»[21].

– СЮДА-А-А! – закричал он, размахивая руками.

Голова змеи медленно повернулась, и чудовище отыскало его взглядом. Затем его челюсти раскрылись, и оно ринулось вперёд.

На губах Уилла появилась полуулыбка. Затем он бросился в открытую змеиную пасть; челюсти сомкнулись вокруг него. Змей отступил, удовлетворённый своей первой добычей.

На несколько мгновений время остановилось.

Бекки хотела закричать, но не смогла издать ни звука. Она посмотрела на Джо, у которого отвисла челюсть.

– Уилл? – шёпотом позвал он.

Бекки оцепенела, раздавленная. Она перевела взгляд на дядю Перси, на лице которого застыло недоверчивое выражение. Время шло. Затем откуда-то снизу донеслось приглушённое «Бум-м», сотрясая корабль. В тот же миг вокруг забурлили волны, и вода окрасилась в тошнотворно-алый цвет. Бекки увидела змея. Его морда застыла: казалось, он был удивлён. Затем он с оглушительным грохотом безжизненно упал в море и за считаные секунды ушёл на самое дно.

И тогда Бекки поняла: Уилл пожертвовал своей жизнью и забрал змея с собой. Она обыскивала взглядом поверхность моря, ища хоть какой-нибудь признак того, что Уиллу удалось выжить, но, когда волны улеглись и кроваво-красная вода вновь стала голубой, Бекки поняла, что поиски напрасны. Шли минуты, все по-прежнему молчали.

По лицу Джо потекли слёзы. Бекки подошла и, не говоря ни слова, заключила его в объятия. Внутри у неё всё кричало, глаза увлажнились. Она посмотрела на дядю Перси, надеясь увидеть какой-нибудь знак того, что всё это часть одного большого плана, но он выглядел подавленным и бледным как полотно, а выражение его лица было серьёзным и опечаленным.

И тут Бекки заметила движение по левому борту корабля.

Пара рук показалась из воды и ухватилась за борт. Подтянувшись, Уилл спрыгнул на палубу: весь в синяках, окровавленный, но живой.

Бекки ахнула. Джо вырвался и бросился в объятия Уилла. Вскоре Уилла осыпали рукопожатиями, похлопываниями по спине и поздравлениями.

– Чувак, ты просто псих, – сказал Брюс Уиллу, крепко обнимая его своими медвежьими лапищами.

Но прежде чем празднование закончилось, с нижней палубы появился Ветреный Пит и закричал:

– Покинуть корабль! «Угря» больше нет. Покинуть корабль! Наша госпожа канула в небытие…

– К-канула? – запнулся Уилл Репа.

– Да, мистер Репа, – печально ответил Ветреный Пит. – В корпусе корабля дыра размером с Юпитер. Скоро он окажется на дне морском, и касаться его будут лишь усы сома.

Команда в отчаянии застонала.

Дядя Перси всё же внезапно насторожился.

– Послушайте, я очень сожалею о вашем корабле, но сомневаюсь, что могу как-то с этим помочь. Однако беру на себя всю ответственность за случившееся и намерен выполнить свою часть сделки по всем пунктам, – он одарил Хью ослепительной улыбкой. – Возможно, то, что вы состоятельные люди, облегчит вашу потерю.

– Состоятельные? – подал голос Столбняк. – При всем уважении, мы окажемся брошенными на этих проклятых островах, и ни один корабль не остановится подобрать нас. Богатство никакой службы нам не сослужит.

– Ну что ж, конечно, вы правы, но я не был с вами до конца честен. И поскольку у меня мало времени, наверное, лучше показать, чем рассказывать, – он сунул руку под рубашку и что-то нажал. Секундой позже тонкий луч ослепительно-белого света прошёлся по жилету, прежде чем окружить его электрическим разрядом. Затем дядя Перси со щелчком исчез.

Бекки сразу поняла, что под рубашкой у него была спрятана портавелла. Команда не успела ничего сообразить, когда дядя Перси возник на том же месте со стопкой чистой сухой одежды.

– Соскучились по мне? – усмехнулся он. – Это тебе, Уилл, – он передал ему одежду, и тот стал переодеваться.

Уилл Репа упал в обморок, Джедидайя Квинт и Горбун Генри так резко повернулись друг к другу, что столкнулись лбами, а Ветреный Пит показал всем, как и почему он получил своё прозвище. Остальные члены команды застыли кто где стоял, раскрыв рты.

– В чём дело? – спросил Слепой Хью, по ошеломлённому молчанию догадавшись: произошло что-то очень важное.

– Г-Галифакс – колдун, – выдохнул Однопалый Том.

– Едва ли, – ответил дядя Перси. – Я изобретатель и путешественник во времени и был бы признателен, если бы вы никому об этом не говорили, иначе у меня будут ужасные неприятности…

– Ч-что такое путешественник во времени? – заикаясь, пробормотал Коротышка Джек Коппер, когда ошарашенный Здоровяк Билл Брандл помог Уиллу Репе подняться на ноги.

– Думаю, у нас нет времени на подробный рассказ. Пока всё, что вам стоит знать, – я вернулся назад в прошлое, решил нашу проблему и теперь никто не будет брошен на необитаемом острове на произвол судьбы. А сейчас, если вы потрудитесь взглянуть туда… – он указал пиратам за спину.

Резко обернувшись, Бекки с изумлением увидела направлявшийся к ним пиратский корабль, на мачте которого развевался большой угольно-чёрный флаг. Приглядевшись, она ахнула: на флаге сверкала серебряная акула. Бекки вспомнила, что видела этот флаг раньше.

– Это Вонючка Мо?

– Очевидно, он предпочитает, чтобы в море его называли Рыжей Бородой, – с улыбкой заметил дядя Перси.

– Мо Бэггли? – выдохнул Горбун Генри. – Тот самый?

– Именно, – ответил дядя Перси. – С ним Битти Боевой Топор и небольшая, но надёжная команда из «Мокрой фланели». Честно говоря, убедить их отправиться в плавание было несложно… всех привлекла перспектива получить долю сокровищ Чёрной Бороды, – его улыбка стала шире. – Так или иначе, боюсь, нам придётся вас покинуть, – он оглядел ошарашенные лица команды, прежде чем его взгляд наконец остановился на Слепом Хью. – Обещаю, мы вернёмся с вашей долей, и, если вы не передумаете, я возьму Джима с собой, мальчик начнёт новую жизнь. Даю вам слово.

Слепой Хью серьёзно кивнул.

– И я считаю, что это прекрасное слово, сэр. Не знаю, какой магией вы обладаете, мистер Галифакс, но в глубине души знаю, вы можете дать нашему Джиму такую жизнь, какой он заслуживает.

– Но мистер Ливси… – взмолился Джим.

– Прекрати… это моё последнее слово в данном вопросе, Джим, – твёрдо ответил Слепой Хью. – Парни тоже считают, что это правильно. Ты поступил бы так же на нашем месте.

– Проговорим это ещё раз, – сказал дядя Перси. – Если я заберу Джима, пути назад не будет.

– Согласен, – кивнул Слепой Хью.

– Прекрасно, – ответил дядя Перси. – В любом случае, могу я попросить вас всех отойти на три шага назад?

Все так и сделали, образовав широкий круг в центре палубы. Затем дядя Перси поднёс ключи ко рту и скомандовал:

– Такси!

Под недоверчивые возгласы на палубе материализовалась Берил. Уилл Репа снова потерял сознание. Дядя Перси открыл двери машины.

Под весёлую болтовню мистера Флинта Джо забрался внутрь, за ним последовали Бекки, Уилл, Брюс и наконец дядя Перси.

Когда Бекки усаживалась на своё место, ей кое-что пришло в голову.

– Дядя Перси, мы ведь не знаем, какой из этих островов – остров Мэри. То есть не знаем, где именно материализоваться?

Дядя Перси лукаво ухмыльнулся.

– О, разве я не рассказал? Мы не перенесёмся туда, а проделаем путь сами, насладившись живописным маршрутом.

Сбитая с толку, Бекки посмотрела на окружающий корабль океан.

– О чём ты?

– Смотри! – дядя Перси повернул ключ, и Берил с рёвом пробудилась ото сна.

– Что ты делаешь? – спросила Бекки, запаниковав.

– Я бы предпочёл, чтобы вы не рассказывали об этом своей матери! – задорно крикнул дядя Перси и нажал на педаль газа.

Бекки не успела ответить, как Берил понеслась по палубе. В ушах у неё зазвенели крики Джо, а машина тем временем перелетела через бортик и нырнула в море, ударившись о воду, как таран.

Бекки в ужасе огляделась по сторонам, ожидая, что изо всех щелей хлынет морская вода, но этого не произошло.

Дядя Перси нажал фиолетовую кнопку на приборной панели, и циферблаты тут же переключились, ручки замигали разными цветами, а с крыши опустилось устройство, похожее на бинокль. Он начал весело напевать, управляя Берил. Вскоре они уже скользили в кристально-чистой воде, как птицы в небе. Именно тогда Бекки поняла, что Берил не просто машина времени… это ещё и подводная лодка.

– Подводная лодка? – пролепетал Джо. – Берил – подводная лодка!

– Именно так, Джо, – усмехнулся дядя Перси. – Помнишь, я упоминал, что при опредёленных обстоятельствах она может оказаться полезной. Это как раз один из таких случаев, вам не кажется?

– Ты настоящая легенда! – восторженно ответил Джо.

– Воистину так, парень, – кивнул Брюс. – Перс, у тебя больше козырей в рукаве, чем у Бэта Мастерсона[22].

Бекки улыбнулась. Теперь, когда шок от погружения под воду в такси прошёл, она вовсю смотрела по сторонам. Мимо окон проплывали огромные косяки рыб-ангелов, каменные крабы сновали по большим кораллам, а манта, гигантский скат, парила прямо над ними, точно ковёр-самолёт. Однако больше всего её удивили десятки затонувших кораблей, разбитых на поверхности и полуразвалившихся на дне океана; их обломки были разбросаны повсюду, насколько хватало глаз.

Минут десять вся компания мягко плыла вперёд, разглядывая каждую деталь необычного, красочного подводного мира. Но затем кристально-чистая вода вдруг потемнела и стала грязно-серой.

– Что за… – растерянно пробормотал дядя Перси.

И тут у Бекки кровь застыла в жилах. Мимо Берил проплыла большая рыба без головы. Затем рыбьи тела появились со всех сторон – некоторые побольше, некоторые поменьше – и у всех у них отсутствовали головы. У Бекки скрутило живот. Сквозь подводный мрак она увидела гигантскую обглоданную тушу кита, покоившуюся на морском дне.

– Что, чёрт возьми, здесь происходит? – спросил Джо.

– Не уверен, – сказал дядя Перси, – но можно понадеяться на нашу удачливость и предположить, что мы приближаемся к острову Мэри.

И тут – БАМ! – что-то ударило машину времени сзади.

– Что это? – пролепетала Бекки, вертя головой по сторонам.

Никто не ответил. Как только дядя Перси восстановил контроль над Берил, удар повторился.

На этот раз он был сильнее, и Джо ударился головой о Брюса, едва не раздавив мистера Флинта, который захлопал крыльями и в панике закричал. Не успел Джо распрямиться, как последовала новая пара ударов в днище машины.

– Да что происходит? – воскликнула Бекки. Затем она застыла от ужаса. Из ниоткуда прямо на них устремилось очертание большого существа.

В лобовое стекло машины врезалась коническая акулья голова. Челюсти монстра устрашающе щёлкнули, и акула резко подалась влево, обнажив большую рваную рану в нижней части брюха.

– Невозможно! – одними губами проговорил дядя Перси.

И тут Джо вспомнил рассказ Брюса.

– АКУЛЫ-ЗОМБИ! – воскликнул он.

Откуда ни возьмись, из теней вынырнули другие акулы-зомби, оскалив окровавленные зубы. Их чёрные безумные глазки были устремлены на машину с явным намерением её уничтожить. Отовсюду появились большие белые и тигровые акулы, акулы-молоты; некоторые из них уже больше походили на скелеты, чем на живых рыб. Акулы снова и снова врезались в машину времени, охваченные яростью.

Бекки застыла. Всего одна трещина в окне – и они погибли: акулы за считаные секунды обглодают их до костей. Бекки в отчаянии посмотрела на Уилла, но даже он выглядел беспомощным.

– Ты сможешь вытащить нас отсюда? – крикнул Джо дяде Перси, стараясь перекричать град ударов.

– Капициум-инфлектор не работает под водой, Джо, – крикнул в ответ дядя Перси, изо всех сил пытаясь удержать руль.

– Берил оснащена каким-нибудь оружием? – прокричала Бекки.

– Боюсь, что нет. Но в следующий раз, обещаю, я позабочусь о том, чтобы мы были вооружены, как танк.

Джо фыркнул.

– В следующий раз сделай машину времени из танка!

– Дельное предложение, Джо, – пробормотал дядя Перси.

Затем, несмотря на натиск стаи акул-зомби, Бекки заметила нечто, заставившее её сердце подпрыгнуть.

– Вон там, – крикнула она, указывая пальцем. – Земля!

– О, слава богу, – дядя Перси повернул руль влево. – Давай, Берил, милая. Ты сможешь!

Работающая из последних сил и сильно дрожащая, Берил продолжала бороться с весом дюжины акул и медленно приближалась к мелководью. Густые лучи солнечного света прорезали воду и будто бы подсвечивали её изнутри, а после раскинулась суша. Через несколько секунд произошло чудо.

– Акулы, – заметила Бекки. – Они отступают.

И она была права. Одна за другой акулы реагировали на солнечный свет: отворачивались от него и возвращались обратно на глубину. Затем шины Берил мягко коснулись песка, и машина внезапно набрала скорость. Через несколько мгновений они выехали из воды на широкий песчаный пляж и остановились под пальмой.

В такси воцарилась тишина.

С облегчением вздохнув, дядя Перси повернулся к остальным:

– Несмотря на шторм, морского змея и акул-зомби, всё-таки приятно вновь оказаться на суше, что скажете?

Остальные были слишком ошеломлены для ответа. Все, кроме мистера Флинта.

– ФЛИНТИ РОМУ… КРА-А… ФЛИНТИ Р-РОМУ, – прокричал он, подталкивая Джо в ногу.

– Кажется, кто-то хочет пить, – заметил дядя Перси.

– ЧЕР-РЕЗ РОТ! – крикнул мистер Флинт.

Джо достал из-под сиденья бутылку рома и стакан. Наполнив его, он наблюдал, как мистер Флинт её осушил.

– ПРЯМО ВНУТР-РЬ!

Слегка покачиваясь, мистер Флинт уставился в окно, кивая головой.

– ФЛИНТИ ДОМА, ФЛИНТИ ДОМА! – прокричал он.

И тут всех осенило: они на острове Мэри!

По спине Бекки пробежала приятная дрожь. Она открыла дверцу машины и увидела, как мистер Флинт спрыгнул на прохладный песок, радостно защёлкав клювом. Бекки медленно пошла за ним, оглядываясь по сторонам. Остров Мэри казался больше других островов Макако, которые они видели по пути. С трёх сторон его покрывали густые джунгли, а на восточной стороне возвышался горный хребет, вершины которого в лучах заходящего солнца сверкали, точно рубины.

Следующие несколько минут дядя Перси потратил на то, чтобы убедиться, что Берил по-прежнему в рабочем состоянии.

– Может, она и не выглядит такой хорошенькой, как раньше, но в остальном с ней всё в порядке, – сказал он Бекки и Джо, испытавшим явное облегчение от этих слов. Затем он наклонился и поцеловал крышу Берил. – Спасибо, дорогая. Ты спасла нам жизнь…

– Когда закончишь целоваться с машиной, – начал Джо, – можешь сказать, что нам делать?

Дядя Перси посмотрел на Джо.

– Надеюсь, монеты подскажут нам путь.

Джо бросил на него озадаченный взгляд.

– А, точно, я тебе об этом не рассказал, не так ли? Монеты, скажем так, стали более активными в последнее время, – дядя Перси сунул руку в карман пиджака и скорчил гримасу. – О, нет! – воскликнул он и бросился к Берил. Дядя Перси обшарил каждый дюйм её салона, и через несколько минут вылез оттуда совершенно подавленный.

– Ты потерял их, да? – спросила Бекки. – Монеты.

Дядя Перси слабо улыбнулся.

– Боюсь, в какой-то момент я, должно быть, порвал свой пиджак, – он сунул два пальца в дырку в кармане. – Монеты и вправду… эм… исчезли, – он выдавил из себя смешок. – Наверное, они уже добрались до Ящика Пандоры!

– О чём ты? – не понял Джо. – Что с монетами такое?

– Я расскажу тебе позже, – ответила Бекки, прежде чем снова повернуться к дяде Перси. – И как же мы теперь отыщем сокровища Чёрной Бороды?

Дядя Перси замолчал.

– Понятия не имею, – он посмотрел на Уилла с Брюсом. – Есть какие-нибудь соображения, джентльмены?

Но, прежде чем кто-либо из них успел ответить, мистер Флинт издал странный ворчащий звук и укусил Джо за лодыжку.

– Ауч! – воскликнул Джо. – Флинти, зачем ты это сделал?

Мистер Флинт развернулся и заковылял в джунгли, крича:

– КР-РА! ФЛИНТИ ИДЁТ ДОМОЙ… ФЛИНТИ ИДЁТ ДОМОЙ.

Лицо дяди Перси просияло.

– Ну конечно, – сказал он. – Может, монеты нам и не понадобятся, – он посмотрел на Бекки, которая в ответ непонимающе на него уставилась. – Кто единственное живое существо, которое видело, где Чёрная Борода и Израэль Хэндс хранят свои сокровища? – Его улыбка стала ещё шире. – Никогда не думал, что когда-нибудь скажу это, но… пусть нас поведёт попугай!

К счастью, следовать за подвыпившим попугаем оказалось одной из самых лёгких задач в жизни Бекки. Мистер Флинт не только производил много шума, топая по подлеску, но ещё и время от времени врезался в деревья и сварливо на них кричал, прежде чем продолжить свой путь. Через пару минут он снова врезался в дерево… Понимая, что их путь займёт какое-то время, Бекки решила держаться в хвосте группы и изучить остров. Вскоре к ней обратился Брюс:

– Итак, мисси, подобная ситуация в порядке вещей, когда ты приезжаешь навестить своего дядюшку?

Бекки на мгновение задумалась.

– Ну, наш приезд не всегда сопровождается акулами-зомби и морскими чудовищами, но это всегда довольно насыщенное время.

– А я думал, у меня детство вышло сумасшедшим, – фыркнул Брюс.

– И каким оно было?

– А, честно говоря, прекрасным, как улыбка, – ответил Брюс. – Тебе сколько лет, тринадцать? Четырнадцать?

– Тринадцать. Четырнадцать исполнится в марте.

– Значит, мне было столько же, сколько и тебе, когда я начал путешествовать.

– Путешествовать во времени? – удивилась Бекки.

– А как иначе?

По какой-то причине Бекки всегда считала, что они с Джо – самые юные путешественники во времени за всю историю.

– Как так вышло?

– Папаня познакомил меня с этим делом, – задумался Брюс. – Великий человек – мой папаня… прекрасный учёный. Он умер несколько лет назад. Сердечный приступ. Пренеожиданно, препечально.

– Мне очень жаль, – сказала Бекки.

– Неважно, – начал Брюс. – Его больше нет, но он со мной каждый божий день, если ты понимаешь, о чём я. Дело в том, что все мы здесь по милости большого парня сверху, – он указал на небо, – а потому тебе просто нужно оседлать этого дикого мустанга по имени Жизнь и удержаться на нём так долго, как только сможешь. Как те ребята с «Угря». Как и твой папаня. Не сомневаюсь, с ним всё будет в порядке.

– Почему?

– Я неплохо его знал. Мы на пару совершали довольно безумные путешествия в этом его розовом фургончике для мороженого.

– Не знала, что вы были знакомы. – Сердце Бекки дрогнуло.

– О да, – ответил Брюс. – И я знаю, он так просто со своим «мустангом» не расстанется, покуда у него в сердце ты, Джо и ваша мама. Уверен, он вспоминает о вас каждую ночь, как только закрывает глаза, где бы он ни был, что бы Дрейк с ним ни делал. Твой папаня будет держаться благодаря тебе и твоей родне. Я в этом не сомневаюсь, мисси…

Бекки молчала. Её нижняя губа задрожала.

– Ай, ну-ка взгляни на меня, – виновато сказал Брюс. – Выглядишь расстроенной, точно грешник в воскресенье.

– Да нет, – выпалила Бекки. – Всё в порядке. Я ценю твои слова, правда. Надеюсь, ты прав.

– Прав, мисси, – искренне произнёс Брюс. – Конечно, прав.

– Спасибо. Честно говоря, Брюс, ты совсем не похож на учёного.

– На учёного? Я? – он фыркнул. – Пресвятая Мария, нет… Все мозги достались моему папане, а мне только наружность, – он грустно улыбнулся. – Да уж, можно подумать, он был разочарован, заполучив такого сына, как я, но если и так, то он ни разу этого не показал.

– Я думала, во времени путешествуют только учёные.

– Ещё чего. В сороковых и пятидесятых – может быть, но сейчас мы все путешественники во втором или третьем поколении.

– Но ведь ты переделал то однозарядное ружьё в полуавтоматическое.

– Да не, моя только идея, – ответил Брюс. – Воплотить её я попросил другого перца.

– А чем ты вообще занимаешься?

– У меня несколько магазинов в Тусоне. Дональдом Трампом мне не стать, но они отгоняют койотов от моей двери.

– Правда? – Бекки удивилась. – Что за магазины?

– Цветочные.

– Ты флорист? – Бекки чуть было не поперхнулась.

– И ещё какой, – гордо ответил Брюс. – Лучшая работа в мире, – он глубоко и с наслаждением вздохнул, будто почувствовал чудесный аромат. – Люблю запах цветущего сагуаро[23] по утрам.

– Здорово, – искренне сказала Бекки. – Мне бы это и в голову не пришло.

– Знаю, я не похож на флориста, но разве люди, которые тебя удивляют, не самые интересные? Взять твоего дядю… Он, может, и похож на типичного ботаника, но, когда дело касается защиты своих близких, в нём больше мужества, чем в скунсе вони!

Бекки улыбнулась. Она знала, что Брюс прав.

Они продолжали разговаривать по мере продвижения вглубь острова. Звуки леса достигли оглушительного уровня. Над головой пели красочные птицы, внизу жужжали насекомые, а с дерева на дерево грациозно перепрыгивали десятки обезьян, переговариваясь и следя за каждым новым шагом путников.

Однако, чем дольше продолжался их путь, тем больше Бекки начинала сомневаться, что мистер Флинт вообще имеет представление о том, куда он на самом деле направляется. Она уже собиралась обсудить это с дядей Перси, когда попугай закричал:

– ЛАЧУГА ФЛИНТИ! ЛАЧУГА ФЛИНТИ!

Группа вышла на скалистый выступ, откуда открывался вид на широкую долину. Вдалеке Бекки разглядела водопад, который низвергался с отвесной скалы, питая реку внизу. Затем она обернулась и ахнула. Слева от неё был большой сосновый дом с крытой верандой, на которой стояли два гигантских, смахивающих на троны, кресла. Бекки заметила, как мистер Флинт нетерпеливо проскочил через слегка приоткрытую входную дверь и скрылся в доме.

– Так вот где жил Чёрная Борода? – спросил Джо, оглядываясь по сторонам. – Не похоже, чтобы он оставил здесь огромную кучу сокровищ.

– Действительно, – согласился дядя Перси. – Но ничего страшного не произойдёт, если мы туда заглянем, – он зашёл за мистером Флинтом в дом, остальные последовали за ним.

Бекки удивилась, заметив, как уютно оказалось внутри – совсем не похоже на то место, где могли бы обитать пираты, тем более такие свирепые, как сам Эдвард Тич. На стенах висели шелка всех цветов радуги, а пол устилали огромные красно-золотые бархатные подушки. Бекки медленно прошла через гостиную, прежде чем свернуть туда, где, как она предполагала, была кухня. Там она заметила нечто странное: на полу рядом с огромным деревянным столом валялись два длинных толстых кожаных ремня, оборванных с обоих концов, точно порезанных чем-то острым, а лёгкие Бекки наполнил приторно-сладкий запах, показавшийся ей смутно знакомым. По какой-то причине у неё возникло непреодолимое желание как можно быстрее убежать из этой комнаты. Убеждая себя, что ей кажется, Бекки заметила, что обшивка дальней стены была повреждена и восстановить её будет не так-то просто, а пол усеян осколками стекла и глиняной посуды.

– Интересно, что здесь произошло? – с любопытством спросил дядя Перси.

– Не знаю, – ответил Джо. – Может, парочка обезьян вломилась сюда и устроила вечеринку.

Дядя Перси усмехнулся, но заметил выражение лица Бекки и уточнил:

– С тобой всё в порядке, Бекки?

Бекки открыла рот, как будто хотела что-то сказать, но тут же закрыла его.

– Всё нормально, – нерешительно сказала она. – Мне просто нужно подышать свежим воздухом, – с этими словами она вышла из комнаты, почувствовав, как закружилась голова.

К тому времени, как она выбралась на улицу, дыхание у неё сбилось, а рубашка стала мокрой от пота. Сделав глубокий вдох, Бекки попыталась прийти в себя. Рядом появился Джо, а за ним дядя Перси, Уилл и Брюс.

– Бекс, в чём дело? – спросил Джо.

– Ни в чём.

– Ты там внутри будто окаменела.

– Неправда.

– Правда. Скажи, дядя Перси?

– Ты и правда выглядела встревоженной, дорогая.

– Я в порядке, – Бекки махнула рукой. – Просто… очень жарко. И всё же, – Бекки решила сменить тему, – как мы отыщем Ящик Пандоры?

Дядя Перси покачал головой.

– Пока не уверен, но, сдаётся мне, мы что-нибудь придумаем. Сделаем небольшой перерыв – может, перекусим, а потом устроим попугаю допрос…

В течение следующих нескольких минут они почти друг с другом не разговаривали. Мистер Флинт присоединился к ним на улице, и вся компания замерла в тишине, любуясь величественным видом.

– Красивее, чем Мосс-Сайд[24], да? – обратился Джо к Бекки.

– Немного, – ответила Бекки.

Джо указал на гору напротив, и его улыбка стала шире.

– Та скала похожа на мистера Тейлора, нашего препода по естествознанию.

Бекки с удивлением поняла, что он прав. Скала действительно напоминала человеческое лицо, со лбом, глазами, носом и длинной серебристой бородой в виде водопада.

– Это необъяснимо, – засмеялась Бекки. И тут у неё по шее побежали мурашки. – Боже мой, – выдохнула она.

– Что? – не понял Джо.

– Это оно, – сказала Бекки, подняла мистера Флинта и крепко поцеловала его в клюв. – Мистер Флинт, ты лучшая птица на свете!

– Что ты делаешь? – растерянно спросил Джо.

Бекки проигнорировала его, опустила мистера Флинта на землю, повернулась к остальным и громко и решительно объявила:

– Я знаю, где сокровища Чёрной Бороды!

Дядя Перси посмотрел на неё.

– И где же, Бекки?

– Помните стихотворение Израэля Хэндса? – начала Бекки. – Там говорилось: «Мой друг, ведёт к концу пути совет, что лучше не найти». Мы решили, он обращается к своему другу в Англии, этому…

– Мэллори, – подсказал дядя Перси. – Эдварду Мэллори.

– Ну да. В любом случае, мы думали, «мой друг» – это обращение к самому Эдварду Мэллори, а Израэль на самом деле пропустил запятую, но он ничего не пропустил. Он хотел, чтобы Мэллори прислушался к его другому близкому другу – мистеру Флинту! «Мой друг ведёт к концу пути: совет, что лучше на найти».

Джо выглядел сбитым с толку.

Бекки продолжила:

– Подумайте о том, что нам всё время говорит мистер Флинт: «Старая борода»… «Через рот»… «Прямиком внутрь», – она указала на гору. – Скала похожа на лицо старика, а водопад – на его бороду. Нам просто нужно обойти эту скалу и проникнуть через рот внутрь его головы. Разве вы не понимаете, мистер Флинт всё это время говорил нам, где спрятаны сокровища!

Дядя Перси просиял от гордости, глядя на Бекки.

– Умница!

Он тут же достал из Берил бинокль и посмотрел через него на склон.

– Израэль Хэндс, для пирата вы были поистине интеллигентны, – он удовлетворённо кивнул. – Да, кажется, в скале есть узкая тропинка, которая ведёт наверх, за водопад. Просто потрясающе…

Оставив мистера Флинта в доме и пообещав вернуться за ним позже, компания с новыми силами отправилась в путь и в кратчайшие сроки добралась до скалы.

Бекки с благоговейным трепетом смотрела на водопад – прохладные, приветливые брызги падали ей на лицо, – когда краем глаза заметила, что дядя Перси повернулся к ней с Джо.

– Понимаю, вы, скорее всего, будете возражать, – начал он. – Но вас двоих я попрошу остаться здесь…

– Неа, – Бекки ожидала этих слов. – На этот раз мы тоже пойдём.

– Точно, – поддакнул Джо. – Даже не пытайся нас остановить.

– Я ожидал, что вы так ответите, – вздохнул дядя Перси. – Что ж, прекрасно. Мы не знаем, что обнаружим внутри, но, полагаю, разумно готовиться к самому худшему. Брюс, не будешь ли ты так любезен дать Бекки одно из твоих кремнёвых ружей?

Бекки ахнула. Ей дадут ружьё!

– Если вы в этом уверены, босс, – Брюс передал ей кремнёвое ружьё.

Казалось, у дяди Перси разбилось сердце, когда Бекки взяла его в руки.

Джо, напротив, позеленел от зависти.

– Вот везуха, Бекс. А можно и мне тоже?

– Ни в коем случае, – твёрдо произнёс дядя Перси, затем повернулся к Бекки: – Пожалуйста, очень тебя прошу, будь с ним осторожна.

– Конечно, – ответила Бекки. – Просто… Я раньше никогда не стреляла из ружья.

– По сути, нужно просто прицелиться и нажать на курок, мисси, – сказал Брюс. – У тебя десять пуль.

Дядя Перси выглядел несчастным.

– Честно говоря, если мы столкнёмся с какими-нибудь неприятностями, я бы предпочёл, чтобы ты бросила ружьё и как можно скорее убежала оттуда. Тебя это тоже касается, Джо, – с этими словами он вынул шпагу из ножен и направился к тропе.

Осторожно ступая по сырой земле, Бекки последовала за дядей Перси на высоту около семидесяти футов, а потом он исчез из виду. Следуя за ним по пятам, она вскоре оказалась в большой сырой пещере с маслянисто-чёрными стенами. Задрожав от внезапного падения температуры, Бекки увидела перед собой широкую дыру длинного и тёмного тоннеля.

Дядя Перси дождался Джо, Брюса и Уилла и после двинулся прямиком в тоннель. Бекки нерешительно пошла за ним. Она не знала, что звучало громче – рёв водопада или стук её собственного сердца. Тоннель освещался тусклым светом, попадающим внутрь сквозь множество маленьких трещинок в скале. Всмотревшись вперёд, Бекки увидела, что тоннель уходит вниз, а потом сужается и тонет во мраке.

– В последний раз, когда мы были в подобном месте, мы столкнулись с минотавром-вегетарианцем, – сказал дядя Перси Бекки, пытаясь разрядить обстановку.

– Нет, – ответила Бекки. – Последний раз при похожих обстоятельствах ты встретил Гидру с девятью головами!

Плечи дяди Перси опустились.

– А, ну да, – согласился он. – Я и забыл об этом.

Больше они не разговаривали.

Внезапно Бекки заметила вдалеке странный туманный свет, переливающийся всеми цветами радуги.

– Это солнечный свет?

– Сомневаюсь, – прищурившись, ответил дядя Перси.

Группа двинулась дальше, подняв оружие. Их шаги эхом отдавались от глухих стен. Они продолжали шагать, внимательно наблюдая, как необычный свет становится всё ярче. Оказалось, что он исходит не из одной, а из трёх пещер, ставших ответвлениями от основного тоннеля.

С учащённо бьющимся сердцем Бекки приблизилась к первой пещере. Когда она подошла ближе, её глаза раскрылись от удивления. Пещера сверху донизу была завалена золотом: шкатулками, фигурками, сундуками, диадемами, браслетами, масками, статуэтками и другими бесчисленными предметами, которые Бекки не могла разглядеть.

– С ума сойти! – прошептал дядя Перси.

– Обмажьте меня маслом и назовите булочкой, – пробормотал Брюс.

– Мы бога-а-аты-ы! – ахнул Джо.

– Это нам не принадлежит, Джо, – покачал головой дядя Перси.

Затем, один за другим, они перешли к следующей пещере. Она ломилась от серебра: подсвечников, кувшинов, урн, сундуков, чаш, столовых приборов и доспехов. Ошеломлённые, они подошли к последней пещере, которая была битком набита драгоценностями: драгоценные камни всех форм и размеров отбрасывали краски на тёмные стены, как в калейдоскопе.

– Порази всех моих парней, – выдохнул Брюс. – Забудьте о флористике… подамся в пираты.

Казалось, они стояли не шелохнувшись целую вечность, очарованные выставленными напоказ несметными богатствами. Затем они услышали глубокий, отдалённый стон.

Бекки вздрогнула от неожиданности.

– Что это было? – пробормотал Джо.

– Наверное, это просто ветер, Джо, – ответил дядя Перси. Его голос показался Бекки неубедительным.

– Как-то не похоже на ветер, – буркнул Джо.

Бекки вынуждена была согласиться. Она вгляделась в темноту, крепко сжимая в руке ружьё. Основной тоннель слегка изгибался, и из-за этого не было возможности разглядеть, что он в себе таит. Подняв шпагу, дядя Перси двинулся вперёд. Уилл наложил стрелу на тетиву лука и пошёл за ним.

С колотящимся сердцем Бекки завернула за угол, и её глаза чуть не вылезли из орбит. Вся компания оказалась на краю огромной морской пещеры с чёрными, как дёготь, стенами. Широкая полоса серого песка сливалась с морской водой, которая вытекала через гигантскую арку в океан за пределами пещеры. Над водой подобно мерцающему ковру плыл необычный серебристый туман. Но самым удивительным был трёхмачтовый пиратский корабль, стоявший на якоре на мелководье. Бекки сразу его узнала.

– Это тот самый корабль, который отплывал от острова Дьявольское Копьё, не так ли?

– «Люди Винчестера», – растерянно произнёс дядя Перси. – Флагманский корабль Ричарда Янга.

Когда они вышли на середину пещеры, Бекки окинула взглядом палубу корабля. На ней никого не было.

– А где все?

Однако прежде, чем дядя Перси успел ответить, пещера наполнилась самым страшным звуком на свете, будто ядовитым газом: смехом. Низким, неприятным, безрадостным смехом. Смех быстро перешёл в очень невнятные, неразборчивые слова.

– Добро пожаловать в мою обитель…

Бекки охватил ужас. Взглянув в дальний конец пещеры, едва различимый в бархатисто-чёрных тенях, она увидела огромного мужчину, восседавшего на золотом троне. Его изуродованное, бледное, бородатое лицо на мгновение осветилось. Сердце Бекки забилось быстрее. Рядом с ним стоял огромный золотой сундук, опрокинутый набок, а из него в воду тянулся след из золотых монет. Серебристый туман, наполнявший пещеру, вырывался из сундука, точно дым.

– Ящик Пандоры! – громко прошептала Бекки.

– Чёрная Борода! – одновременно с ней произнёс Джо.

Чёрная Борода подался вперёд, и его лица коснулся густой солнечный луч. Бекки прижала руку ко рту. Правая сторона его лица была оторвана, обнажая кости, сухожилия и почерневшие зубы. Также у пирата отсутствовал значительный кусок шеи, а его рот и усы были покрыты коркой засохшей крови.

– Как мило, что вы заглянули… – леденящим душу голосом прохрипел он.

– З-зомби Чёрная Борода, – пискнул Джо.

Бекки почувствовала парализовавший её страх, но потом до неё дошло: Чёрная Борода здесь один. И если он правда зомби, по крайней мере, такой, как в фильмах, убить его не составит большого труда.

Чёрная Борода лениво поднял руку.

– Вам нечего меня бояться… На сегодня я съел достаточно мозгов, мой желудок набит под завязку. Я стал сильнее, быстрее, умнее. А новорождённые… Что ж, уверен, ваша кровь должна пахнуть для них очень соблазнительно… Ваши мозги наверняка изумительны на вкус, – его ввалившиеся глаза метнулись в тень. – Восстань, моя армия проклятых! Пришла пора защитить своего хозяина… и вкусить вашу первую трапезу.

Стены внезапно ожили. Из темноты появились десятки пиратов; скрюченные, изуродованные и бесформенные, они вытягивали перед собой длинные костлявые руки и стонали так громко, что стены пещеры содрогались.

Дядя Перси побледнел.

– О боже! – воскликнул он, оглянувшись и увидев, что зомби-пираты приближаются со всех сторон. – В команде «Людей Винчестера» было по меньшей мере семьдесят пять человек…

– Пресвятая Богородица из Вифезды[25], – пробормотал Брюс.

Бекки быстро повернулась к Джо.

– Ладно, Зомби-ассасин, – дрожащим голосом произнесла она. – Настал твой час. Каков план действий?

Джо сглотнул.

– Стрелять в мозги, – он поднял свой Джо-лук, – чем больше – тем лучше…

Шеренга зомби-пиратов, чьи серые лица были размыты и казались призрачными из-за тумана, образовала плотный, непроницаемый барьер, за которым скрывался Чёрная Борода с раскрытым Ящиком Пандоры. Ещё больше зомби выступило по бокам, оскалив зубы и рыча.

Уилл не колебался ни секунды. Мгновение спустя стрела рассекла воздух, попав одному пирату в глаз. Даже не заметив, как он упал на землю, Уилл перезарядил лук и выпустил очередную стрелу. И снова прямо в цель!

Успех Уилла подстегнул Джо: он тоже прицелился и выстрелил. Ещё один зомби упал. И вот Джо на пару с Уиллом посылали одну стрелу за другой, и ни один из них ни разу не промахнулся.

Брюс развернулся лицом к зомби, приближавшимся с тыла.

– Держи, дружище, – он бросил кремнёвое ружьё дяде Перси, который ловко поймал его. – Сперва стреляй, потом разрубай, – он вытащил два оставшихся кремнёвых ружья.

– Вот здорово, – безрадостно произнёс дядя Перси, прицеливаясь. Мгновение спустя раздался оглушительный залп, поскольку они с Брюсом выстрелили одновременно.

Бекки уставилась на кремнёвое ружьё, которое сжимала в руке. Дрожащими руками она прицелилась в одного из зомби. В любой другой ситуации она никогда бы не убила живое существо, но в этот раз всё иначе. Эти существа не были живыми. Они определённо, абсолютно точно и бесповоротно были мёртвыми. Прицелившись, Бекки нажала на спусковой крючок. БАМ! Зомби рухнул на землю.

Вскоре пираты падали на землю один за другим, когда стрелы и пули попадали в цель, но натиска своего не прекращали.

– Их слишком много! – воскликнул Джо. – А у нас заканчиваются боеприпасы.

Бекки посмотрела вперёд, затем назад. Джо оказался прав. Оставалось ещё несколько десятков зомби. Через пару минут путешественники во времени будут разорваны на части. Нужно было действовать, и действовать быстро.

– Что делать, дядя Перси?

– Нужно закрыть Ящик Пандоры, – крикнул в ответ дядя Перси. – Уверен, это из-за тумана.

Когда стрелы закончились, Уилл отбросил в сторону свой Джо-лук.

– Займусь этим! – он выхватил шпагу и в одиночку бросился на приближающуюся толпу зомби.

– ОН СВИХНУЛСЯ? – закричала Бекки.

Дядя Перси глянул на Уилла, который кромсал и расчленял всё, у чего не билось сердце.

– Похоже на то… – И тут у него щёлкнуло ружьё: закончились патроны.

Он взглянул на Брюса, который тоже только что сделал свой последний выстрел. Вместе они обнажили шпаги.

– Пора обезглавливать зомби, Перс! – крикнул Брюс.

– Ура, – пробормотал дядя Перси. Он осмотрел вход в пещеру. Если не считать толпы зомби, путь к тоннелю был свободен. – Бекки, Джо, вы должны уйти. Бегите, огибая оставшихся зомби. Встретимся в доме! – он махнул Брюсу, и они оба кинулись Уиллу на выручку.

Бекки и Джо переглянулись. Стало понятно, что ни один из них не хотел уходить.

Внезапно сквозь редеющую толпу зомби Бекки заметила Ящик Пандоры – серебристый туман вырывался наружу гуще, быстрее и яростнее, чем прежде. К своему ужасу, она увидела, что трон, на котором восседал Чёрная Борода, был пуст. Она повернулась к Джо.

– Прикрой меня!

Джо выглядел взволнованным.

– Бекс, у меня осталось всего две стрелы.

– Держи, – Бекки сунула ему в руку кремнёвое ружьё. – Здесь шесть патронов. Посмотрим, как ты сыграешь в Зомби-ассасина в реальности, – с этими словами она побежала.

Бекки неслась по песку, чувствуя, как кровь стучит у неё в ушах. Один из зомби развернулся в её сторону: его глазное яблоко свисало из пустой глазницы, точно в кошмаре. Зарычав, он бросился на Бекки, и тут его лоб пронзила пуля.

Джо вздохнул с облегчением, готовясь к следующему выстрелу.

С трудом переводя дыхание, Бекки продолжала бежать вперёд. На неё бросился ещё один зомби. На этот раз Бекки со всех сил толкнула его, и он повалился на землю.

Дядя Перси увидел, как Бекки пронеслась мимо.

– НЕТ, БЕККИ! – закричал он и вдруг почувствовал, что пара сильных рук обхватила его голову. Отвратительный, гнилой смрад наполнил его рот.

Чёрная Борода ухмыльнулся, его обесцвеченные пальцы глубоко вонзились в лицо дяди Перси.

– Твои мозги я сожру самолично, – насмешливо сказал он. Широко раскрыв рот, пират притянул дядю Перси ближе, окровавленные зубы приблизились к его горлу.

Бекки этого не заметила: она бежала во весь опор, проскакивая между пиратами. Подняв глаза, она увидела, что между ней и Ящиком Пандоры остался один-единственный зомби. Отчаянно пытаясь удержаться на ногах на бегу, она сбилась с ритма, споткнулась и чуть не упала. Зомби не собирался упускать этот шанс. Вытянутые руки сомкнулись на горле Бекки, выдавливая из неё жизнь. Она отчаянно пыталась оторвать его руки от себя, но зомби был слишком силён. Затем – БАМ! – мерзкие пальцы обмякли, и пират рухнул на землю с дымящимся пулевым отверстием в черепе.

Бекки глубоко вдохнула и, собрав последние силы, запрыгнула на Ящик Пандоры и захлопнула его, а после тяжело приземлилась на песок. Её лицо было красным, а губы судорожно хватали воздух.

В это мгновение всё изменилось. Туман рассеялся, зомби рассыпались в прах прямо у них на глазах. В пещере стало светлее, будто бесконечная ночь наконец-то сменилась днём.

Последним, что изменилось, был Чёрная Борода, который застыл в дюйме от шеи дяди Перси. На его лице отразилось удивление. Затем, подобно обугленной бумаге, он превратился в пепел и бесследно исчез.

Дядя Перси с явным облегчением огляделся по сторонам. Не в силах вымолвить ни слова, он пытался осознать произошедшее.

Когда Бекки поднялась на ноги, она увидела спешащего к ней Джо.

– Бекки! – он крепко её обнял. – Ты в порядке?

– Ты говорил, что объятия – не наша тема, – с усмешкой ответила Бекки.

– Заткнись, – буркнул Джо.

– Я бы не справилась без настоящего Зомби-ассасина.

– Разве я не сказал вам обоим вернуться в дом? – дядя Перси по-прежнему выглядел шокированным, когда подошёл к ним. Он изо всех сил сжал Бекки и Джо в объятиях.

Уилл тоже подошёл. Он дождался, когда дядя Перси отпустит своих племянников, затем наклонился и поцеловал Бекки в лоб.

– Юная мисс, мы все у вас в вечном долгу.

Бекки мгновенно зарделась.

– Ну, э-э, спасибо, э-э, но я не сделала ничего особенного.

Брюс присоединился к ним, качая головой.

– Это было нечто очень особенное. Твой папаня бы тобой гордился. На самом деле подобный безумный поступок – вполне в его стиле…

Бекки уже собиралась сказать Брюсу, как много эти слова для неё значат, когда услышала низкий, ласковый голос:

– Брюс прав, ты и вправду храбрая девчонка. Твой старик гордился бы тобой.

Бекки оглянулась. К её изумлению, из тоннеля, который находился за троном Чёрной Бороды, появился Редж Макл. В поношенной рубашке и выцветших брюках он выглядел так, словно только что подавал напитки в «Мэгпай Инн». Бекки взглянула на дядю Перси, ожидая увидеть радость от внезапной встречи, но этого не произошло. Скорее, наоборот.

– Что, Перси, язык проглотил? – мрачно спросил Редж. – Такое не каждый день увидишь.

– Я… я не понимаю, Редж.

– Всё ты понимаешь, Перси. Мне очень жаль… Больше, чем я могу выразить словами, но у меня нет выбора, – Редж скорчил гримасу, будто каждое слово причиняло ему боль. – Я приношу свои извинения вам всем. Но такова жизнь… и смерть, если уж на то пошло.

Затем пещеру заполнил второй голос.

– Вы, несомненно, правы, мистер Макл, – рядом с Реджем возник Джордж Чепмен, сопровождаемый Двоекрюком и двенадцатью своими приспешниками, каждый из которых держал в руке винтовку. Они направили их на дядю Перси, Уилла, Джо и Брюса, которые тут же бросили оружие на песок и подняли руки.

Чепмен жестоко улыбнулся.

– У нас тут и правда решаются вопросы жизни и смерти…

Дядя Перси закрыл глаза, будто пытался стереть то, что увидел. Когда он заговорил, его слова были пропитаны болью и печалью.

– Ты хоть знаешь, с кем работаешь, Редж?

Редж пристыженно опустил голову.

– Мне всё равно, Перси. Хоть с самим дьяволом, правда.

– С ним ты и работаешь, – дядя Перси указал на Чепмена. – Знаешь, кто он такой, что он такое?

Редж вздрогнул, но его голос по-прежнему звучал спокойно:

– Знаю. Я не могу позволить себе об этом думать.

Чепмен усмехнулся.

– Думаю, вы найдёте…

– Заткнись, Чепмен! – взревел Редж. – Только из-за отказа от всех моих принципов ради помощи тебе и твоему кукловоду, даже не думай, что не смогу порезать тебя от уха до уха за то, что ты натворил!

Дядя Перси в замешательстве уставился на него.

– Тогда почему ты им помогаешь?

– Это один из тех редких случаев, когда ты не знаешь всех фактов, Перси.

– Так расскажи мне.

Редж впервые заглянул дяде Перси в глаза.

– Сундук Вечности и Золотое руно связаны, да так, как ты и представить себе не можешь.

– Продолжай.

– Если мне не изменяет память, ты слышал историю о том, что Золотое руно было подарком Бога создателям Стоунхенджа, наградой за их преданность и мастерство, но это неправда. Золотое руно намного, намного старше Стоунхенджа. Не пойми меня неправильно – Стоунхендж связан со всем этим, но не таким образом. Видишь ли, Стоунхендж был построен как святилище для всех реликвий Эдема, а не только для Золотого руна. В этом его истинная цель. Это храм.

Дядя Перси выглядел ошарашенным.

– Всех реликвий Эдема?

– Да, всех пяти. Понимаешь ли, Перси, есть другая история, в которой говорится, что на заре времён Бог создал пять реликвий, каждая из которых обладала невообразимой силой, и оставил их в саду Эдема…

– Да ладно тебе, Редж, – перебил дядя Перси. – Райский сад?

– Выслушай меня, – сказал Редж. – Считается, что первой из этих реликвий Эдема было Золотое руно, в которое Бог вложил все знания о мире, о прошлом, настоящем и будущем. Ничего не напоминает?

Дядя Перси побледнел, вспомнив, что он почувствовал, когда он взял Золотое руно в руки в Красных пещерах.

– Второй реликвией стал Сундук Вечности, – продолжил Редж, – в который он поместил силу воскрешения. Об остальных трёх мне ничего не известно, Дрейк мне не рассказал. Но мне известно, что они существуют и просто ждут, пока их найдут.

Дядя Перси не слушал, повторяя про себя одно и то же слово.

– Воскрешение? – шёпотом переспросил он.

– Сундук Вечности может воскрешать людей из мёртвых!

– Ты имеешь в виду… как зомби?

– Я имею в виду по-настоящему, Перси. Он может воскресить мёртвого человека, и тот вернётся к жизни лучшей версией себя – сильнее и здоровее, чем был. Почитай свою Библию… Тогда получишь полную картину.

Редж с несчастным видом повернулся к Чепмену.

– Моя плата за работу с подонком вроде него – это моя жена. Дрейк пообещал, что я верну свою Мэйбл целой и невредимой, без этой проклятой жестокой болезни, укравшей её у меня. Вот почему я это делаю… Вот почему продал душу отбросам общества… и вот почему не могу позволить себе беспокоиться о том, что подумаешь ты или другие люди. – Его глаза наполнились слезами. – Я могу вернуть свою Мэйбл. Неужели ты не понимаешь?

Дядя Перси беспомощно вздохнул.

– Разумеется, понимаю. Но это не делает тебя правым.

– Мне всё равно, кто прав. Важно лишь, чтобы она вернулась.

– Я знаю, – мягко ответил дядя Перси. – Но это не выход.

Редж вытер глаза рукавом.

– Я думал, уж ты-то должен меня понять. Разве ты не сделал бы то же самое, чтобы вернуть Стефани Кэллоуэй?

Дядя Перси выглядел так, словно ему влепили пощёчину. После долгой паузы он мягко и негромко произнёс:

– Она ушла. И ей бы не понравилось, если бы я связался с Эмерсоном Дрейком, Джорджем Чепменом и Отто Крюгером только для того, чтобы вернуть её оттуда, где, уверен, ей гораздо лучше. Нет, я буду любить её до конца своих дней, и именно поэтому никогда бы не поступил так, как поступаешь ты. Время Стефани прошло. Она смирилась с этим, когда была жива. И Мэйбл тоже.

Редж, казалось, на мгновение задумался, а затем его лицо стало пунцовым.

– НО Я НЕ СМИРИЛСЯ! – взревел он.

Дядя Перси подождал, пока эхо его крика стихнет.

– Ты действительно думаешь, Мэйбл хотела бы, чтобы ты помогал Эмерсону Дрейку?

Редж выглядел подавленным.

– Конечно, нет, – тихо сказал он. – Это последнее, чего бы она хотела… Но её здесь нет, чтобы меня остановить.

Дядя Перси сердито посмотрел на Реджа.

– Тогда тебе должно быть стыдно за то, что не считаешься с её желаниями… Да, Бекки, возможно, ты захочешь вернуть Реджу кольцо, которое он так трогательно тебе подарил. Предполагаю, та машина времени в «Мэгпай Инн» принадлежала Эмерсону Дрейку, заскочившему оставить этот хронотрекер, благодаря чему он отслеживал наши передвижения. Я прав, Редж?

Редж не ответил.

Бекки посмотрела на кольцо. Украшение на свету блеснуло красным. Взглянув на виноватое лицо Реджа, она поняла, что дядя Перси был прав. Её обманули, ввели в заблуждение, заставили стать пешкой в игре Эмерсона Дрейка. Бекки медленно сняла кольцо, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева.

Не в силах встретиться с ней взглядом, Редж подошёл к Бекки и протянул руку.

– Мне очень жаль, девочка. Я надеюсь, что ты найдёшь в своём сердце силы простить меня.

Бекки хотела швырнуть в него кольцом, но, взглянув на его измождённое, опустошённое лицо, не смогла заставить себя это сделать.

– Забудь, – сказала она, передавая ему кольцо. – Надеюсь, оно того стоило.

Чепмен шагнул вперёд.

– Теперь, когда у нас у всех была возможность высказать своё мнение, мистер Дрейк хотел бы с вами пообщаться, так что, если вы соблаговолите пройти со мной, снаружи нас ждут экипажи, – он вытащил пистолет и направил его на Брюса. – Боюсь, мистер Уэстбрук, о вас мистер Дрейк никогда не упоминал… – Он с оглушительным грохотом выстрелил.

Брюс рухнул на землю, вокруг него растеклась лужа крови. Крик Бекки эхом отразился от стен пещеры. Дядя Перси подбежал к нему и опустился на колени.

– Брюс?

Корчась в агонии, Брюс сумел выдавить из себя:

– Ах ты су… – а потом потерял сознание.

Дядя Перси действовал быстро. Осторожно убрав руку Брюса, он внимательно осмотрел рану, а потом наклонился и что-то прошептал ему на ухо.

Чепмен равнодушно повернулся к своим приспешникам и сказал:

– Хватайте Сундук! Нам пора… – Он указал на Уилла: – Мистер Двоекрюк, сопроводите мистера Шеклока лично. Он может доставить немало хлопот!

Двоекрюк мрачно кивнул и двинулся к Уиллу, подняв крюки. На его губах появилась тошнотворная улыбка, как будто он только и ждал, чтобы Уилл попробовал учинить какие-нибудь неприятности. В то же время четверо приспешников Крюгера надели толстые кожаные перчатки и бросились к Ящику Пандоры, взвалив его на свои широкие плечи. Оставшиеся приспешники окружили дядю Перси, Бекки и Джо и, угрожая оружием, вывели их из пещеры.

Войдя в тоннель за троном Чёрной Бороды, Бекки беспомощно оглянулась на неподвижно лежащего Брюса, прежде чем повернуться к дяде Перси.

– Он… мёртв? – Её глаза наполнились слезами.

– Нет, – ответил дядя Перси. – И я не позволю ему умереть.

Однако Бекки эти слова не особо убедили.

Тоннель вёл вниз и оказался таким крутым, что пересекал всю гору от вершины до основания. С каждым шагом сердце Бекки сжималось всё сильнее: шансы Брюса на выживание быстро таяли, они были безоружны и в меньшинстве, а Сундук Вечности находился в руках Эмерсона Дрейка.

Группа продвигалась в унылом молчании, всё ниже и ниже, пока тусклый, затенённый тоннель не озарился мерцающим оранжевым дневным светом.

При выходе из тоннеля Бекки почувствовала, как у неё скрутило живот, когда она увидела два больших военных грузовика, зажатых между густыми джунглями и отвесным скалистым утёсом, возвышавшимся над океаном. Затем над деревьями внезапно разнёсся странный пронзительный свист. Бекки вгляделась в лес, но не заметила ничего необычного. Затем, на этот раз гораздо тише, раздался второй свист, состоящий из четырёх коротких.

Дядя Перси на мгновение прищурился.

– Чего Дрейку от нас нужно, Чепмен?

По какой-то причине Бекки знала, что он пытается его отвлечь.

Чепмен ничего не заметил.

– Не сомневаюсь, у мистера Дрейка есть причины, – ответил он, прежде чем подойти к Бекки. – Что касается меня, то, пока получаю вознаграждение, мне всё равно. – Он наклонился к уху Бекки и заговорил достаточно громко, чтобы все слышали: – Я уже говорил, твоё сердце будет принадлежать мне, дитя. Если бы Мэри Келли[26] была жива, она бы подтвердила, я говорю… буквально.

Бекки вздрогнула, увидев скальпель в его руке.

С пылающим от ярости лицом дядя Перси хотел броситься на Чепмена, но Бекки отчаянно замотала головой, заставляя его остановиться.

– Нет, дядя Перси, со мной всё в порядке, – в отчаянии сказала она.

Тут где-то позади группы приспешников Крюгера раздался голос:

– Нет, – тихо произнёс Редж, качая головой и не отрывая взгляда от земли. – Нет, нет, нет… Я не могу этого допустить… это неправильно… прости меня, Мэйбл, но… так нельзя… – Он направился к Чепмену. – Отойди от девочки, ты, выродок, иначе я…

Чепмен усмехнулся.

– И что же вы сделаете, мистер Макл?

– Просто отойди от неё подальше.

– Позвольте напомнить вам, теперь у меня есть Сундук Вечности, и я более не нуждаюсь в вашем участии. На вашем месте я бы помалкивал.

– Но я – не ты, – прорычал Редж. – Чёрт возьми, я и сам долгое время не был собой. Но сейчас вернулся… – Редж с рёвом бросился на Чепмена, который, хотя и был потрясён, грациозно скользнул влево, уклоняясь от атаки. Затем, сверкнув серебром, рука Чепмена метнулась к шее Реджа. С душераздирающим криком тот упал на колени, схватившись за горло. Сквозь его пальцы сочилась кровь.

Бекки закричала.

– РЕДЖ! – воскликнул дядя Перси. Он уже собирался кинуться к нему, как вдруг…

БУУУУМ! Пушечное ядро врезалось в скалу, повсюду посыпались гигантские куски камней и почвы. Земля яростно затряслась.

Чепмен взглянул на океан. К его изумлению, корабль Рыжей Бороды стоял на якоре примерно в ста метрах от берега, и его пушки были нацелены на них.

– Пираты! – закричал он. – Погрузите Сундук в машину.

Приспешники Крюгера, нёсшие Ящик Пандоры, поспешили к грузовикам, когда – БУУУУМ! – второе пушечное ядро врезалось в скалу. На этот раз земля содрогнулась ещё сильнее. Один из приспешников споткнулся и отпустил свою ношу. Ящик Пандоры рухнул на землю, но его крышка осталась плотно закрытой.

В тот же миг Бекки услышала громкий треск у себя под ногами. Встревоженная, она посмотрела вниз и увидела широкую расщелину в земле.

– Бекки!.. Прыгай! – крикнул дядя Перси.

Собрав все силы, которые у неё оставались, Бекки бросилась вперёд, как раз в тот момент, когда земля ушла у неё из-под ног. Она благополучно приземлилась рядом с Джо, затем в ужасе оглянулась: Реджа нигде не было видно. В это мгновение она увидела, как кто-то прыгнул на то место, где только что был Редж. Дядя Перси тяжело опустился на землю, его рука перекинулась через образовавшийся край обрыва, и он отчаянно вцепился в запястье Реджа.

– Перси… отпусти меня, – прохрипел Редж. Из его шеи текла кровь, ноги неестественно дёргались.

– Ни за что, – скривился дядя Перси, чувствуя, как боль пронзает всё его тело.

Уилл возник рядом с ним.

– Возьми меня за руку! – крикнул он Реджу, наклоняясь.

– Нет, – прохрипел Редж, вырываясь. Он извивался так, что дяде Перси стало труднее его удерживать. – Отпусти меня, Перси.

– Нет, Редж, прошу…

Редж безмятежно закрыл глаза, и на его губах заиграла улыбка.

– Я иду, Мэйбл, – он вырвал руку и полетел вниз.

Дядя Перси в отчаянии перевернулся на другой бок.

– О, Редж, – выдохнул он. – Прощай, старый друг…

Замерший было Чепмен быстро взял себя в руки и жестом подозвал своих приспешников.

– Возьмите Сундук. И этих всех. Чуть что – стреляйте…

Прежде чем он успел закончить фразу, из джунглей донёсся грохот мушкетных выстрелов. БА-БАХ! БАХ! БАХ! Бекки напрасно запаниковала – мишенью стали приспешники Крюгера. Она подбежала к охваченному горем дяде Перси и помогла ему подняться на ноги.

Казалось, джунгли ожили. Затрещали и зашевелились ветки, невидимые ноги топтали подлесок. Затем раздались ещё три выстрела. Приспешники Крюгера падали один за другим, их винтовки с грохотом ударялись о землю вместе с ними.

В этом хаосе Уилл встретился взглядом с Двоекрюком, который маниакально улыбнулся ему в ответ. В то же мгновение пират бросился на него, целясь правым крюком Уиллу в голову. Уилл наклонился и подобрал с земли винтовку. Двоекрюк атаковал снова, на этот раз левым крюком. Уилл блокировал удар прикладом винтовки, а затем пнул Двоекрюка коленом в живот, сбив с ног. После чего добил того кулаком в подбородок, и глаза пирата закатились.

В этот момент воздух наполнился мужским криком:

– ЗА «УГРЯ», ПАРНИ! – закричал Однопалый Том, и толпа тёмных фигур с леденящим душу воплем бросилась в атаку, заковыляв из джунглей, высоко подняв сабли. Джим и Слепой Хью шли позади всех.

Бекки с облегчением вздохнула. Команда «Угря» прибыла, чтобы подраться, и с пугающей яростью набросилась на оставшихся приспешников Крюгера.

Глаза Чепмена полыхнули яростью. Через несколько секунд он понял – битва проиграна. Чепмен оглядывался по сторонам, пока его длинные пальцы нащупывали наручные часы.

– Всё кончено, Чепмен, – мрачно сказал дядя Перси, всё ещё думая о Редже. – Ты проиграл.

– Возможно, – Чепмен вытащил из кармана пальто что-то маленькое и тонкое. – Но и вы тоже.

Дядя Перси был потрясён, увидев, как тонкая струйка света обвилась вокруг запястья Чепмена и поползла вверх по его руке. Затем он с ужасом заметил в его руке шприц.

С жестокой усмешкой Чепмен уставился на Бекки. Затем он бросился на неё, и с каждым длинным шагом свет всё больше окутывал его тело.

– НЕ-Е-ЕТ! – закричал дядя Перси, но было слишком поздно.

Чепмен схватил Бекки и вонзил шприц ей в шею. Затем они с Бекки исчезли с пронзительным щелчком в яркой вспышке света.

Когда Бекки пришла в себя, ей не обязательно было открывать глаза, чтобы понять, где она находится. Она почувствовала тот же тошнотворный запах, который заставил её выбежать из кухни в доме Чёрной Бороды всего час назад, но на этот раз она его узнала: одеколон Чепмена. Бекки с ужасом обнаружила себя лежащей на кухонном столе, не в силах пошевелиться, поскольку её ноги и плечи стягивали толстые кожаные ремни. Подняв голову так высоко, как только могла, она увидела, что кухня выглядит совсем иначе. Дальняя стена была неповреждённой, в отличие от того раза, когда она видела её ранее; кружки, бутылки, кувшины и полки целые и невредимые стояли на своих местах. Она сразу поняла: они перенеслись в прошлое, но непонятно насколько.

Подумать об этом Бекки не успела: позади неё раздались тихие шаги, и в комнату вошёл Джордж Чепмен. Он двигался медленно, но элегантно, точно тигр.

– Добро пожаловать обратно в мир живых, мисс Меллор, – промурлыкал он. – Я знал, у нас случится интимный момент, подобный этому, но не предполагал, что так скоро.

Бекки заёрзала, удерживаемая ремнями.

– Прости, что разочаровала.

– Я нисколько не разочарован. Признаться, опечален, что Сундук Вечности сейчас не у меня, но, уверен, мистер Дрейк придумает, как поступить. Учитывая возможности путешествий во времени, он, возможно, уже что-то предпринял, а мы и не знаем. Нет, как по мне – лучше наслажусь происходящим здесь и сейчас.

Бекки пристально на него посмотрела.

– Если ты собираешься меня убить, то не медли.

Чепмен остановился в конце стола, глядя на неё сверху вниз и энергично кивая.

– Что ж, мисс Меллор, вы, безусловно, смелая малышка. Большинство людей на вашем месте кричали, рыдали, молились и умоляли пощадить их. Я рад, что вы не собираетесь унижаться подобным образом, – он облизывал губы, увлажняя их, до тех пор, пока они не заблестели. – Но у меня есть кое-какая проблема. Мистер Дрейк оставил очень строгие инструкции касательно запрета на причинение вам вреда. Очевидно, он хочет использовать вас для переговоров с вашим отцом.

На мгновение Бекки забыла, где она находится и с кем.

– Что ты знаешь о папе?

– Мне доподлинно известно, что он жив, – ответил Чепмен, – и, насколько понимаю, его исследования эдемских реликвий поистине весьма обширны, а следовательно, бесценны. Больше ничего не могу сказать. Я никогда не встречался с ним лично. Очевидно, они довольно часто перемещают его во времени.

Сердце Бекки бешено заколотилось.

– Куда?

– Понятия не имею. Думаю, на сегодня достаточно разговоров, не так ли? – Чепмен поднёс скальпель к свету. Когда он повернул сверкающее лезвие к себе, внимательно изучая оружие, в его спокойном выражении лица мелькнула нечто чудовищное. – Знаете… власти так и не приблизились к моему аресту за то, что они считают моими настоящими преступлениями. Те случаи, из-за которых я получил это нелепое прозвище: Джек-потрошитель, – он посмотрел Бекки в глаза. – Поговаривали, я убивал своих жертв, а потом вдруг остановился, выбросил свои лезвия и растворился во мраке. Как же это наивно. С чего бы мне останавливаться? Это было слишком приятно, слишком увлекательно. – Он подошёл и прошептал ей на ухо: – Моя новая роль путешественника во времени позволит мне потакать своим прихотям снова и снова, на протяжении всей истории. Разве это не восхитительно? И вот вам ещё кое-что, о чём никто так и не узнал. В учебниках истории мне приписывают только пять жертв… Открою вам маленький секрет, а? Двадцать шесть дам легли под мой скальпель… – Чепмен улыбнулся, нежно проведя тупым краем лезвия по щеке Бекки.

Но Бекки этого не почувствовала. Каждая клеточка её тела онемела от страха. Она хотела умереть прямо сейчас и чтобы это случилось быстро. Но затем, внезапно, её охватило странно знакомое чувство, которое она уже однажды испытывала. У неё было такое ощущение, будто макушку головы окунули в воду. Глаза увлажнились, а всё тело охватило непонятное чувство. Затем её глаза широко распахнулись – белые, пустые и бесстрастные. Она перестала выглядеть как Бекки.

Чепмен потрясённо на неё уставился.

– Что за…

– ОТОЙДИ ОТ МЕНЯ! – взревела Бекки.

Затем словно невидимые руки схватили Чепмена за горло, и он был поднят в воздух. Скальпель выпал из его рук. Задыхающегося и отчаянно брыкающегося, его с силой отбросило к дальней стене; дерево, стекло и глиняная посуда разлетелись вдребезги от удара. Тело Чепмена сползло по стене. Он по-прежнему оставался в сознании, но находился в состоянии глубокого шока. Сбитый с толку, Чепмен вскочил на ноги. Затем он заметил скальпель. Подняв его, он испуганно взглянул на Бекки и спросил:

– Ч-что ты такое?

Затем кухню наполнил другой голос:

– Она моя племянница…

Кулак дяди Перси врезался Чепмену в челюсть, и тот снова ударился головой о стену. На этот раз он потерял сознание ещё до того, как опустился на пол. Нахмурившись, дядя Перси потёр костяшки пальцев.

– Бить людей действительно больно, – пробормотал он.

Глаза Бекки сразу же обрели свой обычный цвет. Дядя Перси быстро схватил скальпель и перерезал удерживающие её путы.

Слегка удивлённая, словно только что очнувшаяся от глубокого сна, Бекки бросилась в объятия дяди Перси.

– Слава богу, – сказал дядя Перси дрожащим голосом. – Я… я… – Он не мог закончить фразу.

Бекки била крупная дрожь.

– Дядя Перси, это снова случилось. Помнишь, у Красных пещер, когда Золотое руно пролетело по воздуху и попало ко мне, и мы все подумали, что оно каким-то образом меня выбрало. Ну, я так не думала… Мне кажется, я его призвала… Думаю, у меня получается двигать вещи силой мысли. Как называется такая способность?

Дядя Перси заколебался.

– Телекинез.

– Да, – кивнула Бекки. – Телекинез. Я этим обладаю. Я телекинетик. Перед тем как ты появился, я швырнула Чепмена в стену, не касаясь его.

Дядя Перси вздохнул, но ничего не ответил.

– Ты мне не веришь, да?

– Я верю каждому твоему слову, Бекки, – он на мгновение задумался. – Тем не менее считаю, что надо отложить этот вопрос до дальнейшего обсуждения, а сейчас нам предстоит разобраться с неким Джеком-потрошителем.

Бекки кивнула, но потом ей пришла в голову ещё одна мысль.

– Как ты узнал, где и когда меня искать?

– Я вспомнил о твоём утреннем поведении и о любопытных разрушениях, которые мы наблюдали на этой самой кухне. А ещё Портавелла Чепмена слишком маленькая, чтобы переносить его надолго во времени. Я сложил два и два и, к счастью, оказался прав… это напомнило мне… – он наклонился, снял с руки Чепмена часы и раздавил их ногой. – Твои путешествия во времени окончены, Джордж, – он оттащил обмякшее тело Чепмена от стены. – Ну, осталась только одна поездка.

– Что ты делаешь? – спросила Бекки.

– Вероятно, мистеру Джорджу Чепмену пора заплатить за его ужасные преступления против человечества, не так ли?

– Ты же не собираешься его убивать, правда? – испугалась Бекки.

– Мы не убиваем людей, Бекки. Мы хорошие люди… – Дядя Перси нащупал набор Трекера у себя под рубашкой и что-то нажал. Его грудь побелела, когда электрический разряд пробежал по его Портавелле. – Возьми меня за руку…

Сбитая с толку, Бекки подчинилась и увидела, как дядя Перси ухватил Чепмена за лодыжку. Секундой позже все трое оказались заключены в мерцающий шар шипящего голубого и белого света, а потом исчезли.

Мгновение спустя Бекки обнаружила, что смотрит на знакомый, но совершенно неожиданный пейзаж. У неё отвисла челюсть. Оглядевшись, она увидела прекрасную полосу серебристо-белого песка и густую стену пальм, сливавшихся с безоблачным сапфировым небом. С пронзительным визгом над её головой взмыло огромное крылатое существо. Бекки проследила за ним взглядом. Его колоссальные кожистые крылья хлопали в едином ритме, издавая глубокий свистящий звук.

– А, птеродактиль, – заметил дядя Перси. – Очень распространённый вид в конце Юрского периода. Бекки, ты, полагаю, помнишь это место?

Бекки усмехнулась.

– Лондон. Сто шестьдесят два миллиона лет назад.

– Совершенно верно, – подтвердил дядя Перси, глядя на лежащего без сознания Чепмена. – В отличие от Джорджа, моя Портавелла вмещает значительно больше герафния, чем его, а это значит, что она может перемещаться на такое же расстояние, как и любая хорошо укомплектованная машина времени.

– Но это не то же самое место, что в прошлый раз?

– Эм, нет, – ответил дядя Перси. – В прошлый раз мы припарковались там, где в двадцать первом веке будет улица Пикадилли. А сейчас мы находимся примерно в трёх с половиной милях оттуда. Есть идеи, где?

– Ни одной.

– Посмотрим, узнает ли это место Джордж? – дядя Перси подошёл к Чепмену и сильно пнул его в рёбра. – Просыпайся!

Чепмен застонал.

– Г-где я?

– А ты не знаешь? – холодно спросил дядя Перси. – Признаться, я удивлён. Джордж, это твое старое пристанище – Уайтчепел, место совершения некоторых из твоих самых отвратительных преступлений.

Чепмен выглядел сбитым с толку.

– Я не понимаю, – он потёр глаза.

– Ещё бы ты что-то понял, – сказал дядя Перси. – В любом случае, я оставлю тебя здесь. Красиво вышло, не правда ли? Здесь гораздо спокойнее, чем ты того заслуживаешь. – Он вытащил скальпель Чепмена и бросил его на песок; тот упал с мягким стуком. – Вот, можешь забрать свою маленькую игрушку обратно. Никогда не знаешь, может, она понадобится тебе для добычи пищи, строительства убежища и даже, возможно, самозащиты. Я имею в виду – как знать, что тебя здесь подстерегает?

В глазах Чепмена мелькнул страх.

– В к-каком я периоде?

Дядя Перси с презрением на него посмотрел.

– В том, в котором ты больше никогда не сможешь никого обидеть. – Он что-то ввёл в Портавеллу. – Бекки, думаю, нам пора.

Она кивнула.

– Давно пора.

Дядя Перси взял её за руку, и их окутали извивающиеся ветви света.

– Хочешь сказать что-нибудь мистеру Чепмену на прощание?

Бекки усмехнулась.

– Передай от меня привет Гарольду, ладно?

Бекки и дядя Перси снова перенеслись на остров Мэри, где их встретило множество ошарашенных взглядов и разинутых ртов. Команда «Угря», очевидно, по-прежнему не могла привыкнуть к тому, что люди могут исчезать и появляться, когда захотят. Бекки перевела взгляд вниз на землю и увидела приспешников Крюгера, сложенных на земле кругом: в крови и синяках, побеждённые, они лежали со связанными руками. Хмурый Двоекрюк был приколот к каучуковому дереву собственными крюками, увязшими глубоко в стволе. Затем Бекки увидела, как к ней кто-то приблизился.

– Ты в порядке? – спросил Джо таким голосом, будто разучился говорить.

Бекки заметила его опухшие и покрасневшие глаза.

– Конечно, – сказала Бекки. – Ты тут что – совсем раскис?

– Нет, – солгал Джо, вытирая глаза. – Но пристрели меня, если я за тебя не волновался. Ну, то есть тебя же похитил сам Джек-потрошитель.

– Подумаешь, – ответила Бекки.

– Так что случилось? Где он?

– Прямо сейчас, скорее всего, обедает с Гарольдом в Лондоне Юрского периода. Или, ещё лучше, Гарольд обедает им.

– Ты скормила его мегалозавру? – впечатлился Джо. – Круто.

– Не совсем, – начала Бекки. – Но, надеюсь, пройдёт совсем немного времени, прежде чем…

Внезапно за плечом Джо вспыхнул яркий свет и раздался громкий хлопок. Бекки охватила паника: Ящик Пандоры исчез! К счастью, Уилл тут же её успокоил:

– Не волнуйтесь, мисс, это ваш дядя перенёсся, чтобы помочь Брюсу, похоронить своего старого друга и забрать Ящик Пандоры для…

Прежде чем он закончил фразу, громкий треск возвестил о возвращении дяди Перси. Чисто выбритый и улыбающийся от уха до уха, он был одет в кремовый льняной пиджак, белую рубашку с галстуком, спортивные шорты и кожаные сандалии. В руках он держал три большие чёрные сумки.

– Фух, столько всего успел сделать, – сказал дядя Перси. – Редж наконец-то воссоединился с Мэйбл, а также я рад сообщить, что Брюс жив и здоров. Он потерял немного крови, но прошёл курс лечения и сейчас прекрасно восстанавливается в самой замечательной больнице Бристоля, а ещё… – Его улыбка превратилась в смешок, который вскоре перешёл в смех. – Вы не поверите… Лечение оказалось дорогим, правда дорогим. – Затем он повернулся к пиратам и сделал странную вещь: низко поклонился и произнёс: – Браво, джентльмены. Браво!

Все посмотрели на дядю Перси так, словно он сошёл с ума.

– О чём вы толкуете, Галифакс? – растерянно спросил Однопалый Том.

– Ты уже выпил грога, сынок? – уточнил Уилл Репа.

– Вообще-то, нет, Уилл, – сказал дядя Перси. – Просто у меня такое настроение.

– И где же теперь Ящик Пандоры? – поинтересовался Джо.

Дядя Перси взял себя в руки.

– Скоро я вам покажу, Джо. А пока, вот одежда, которую я вам захватил: возможно, вы захотите переодеться для нашего обратного путешествия в двадцать первый век, – он кинул по сумке Бекки, Джо и, наконец, Уиллу, и те втроём ушли переодеваться, а вернувшись через некоторое время, обнаружили, что дядя Перси вызвал Берил.

Затем он подошёл к Слепому Хью.

– Хью, что я могу сказать? Огромное спасибо за всё вам и вашей команде. Вы подоспели как раз вовремя. Не знаю, как бы мы без вас выкрутились.

– Да уж… – Слепой Хью улыбнулся беззубой улыбкой. – Должен сказать, что хотел бы увидеть это своими глазами, но, сдаётся мне, я и без этого горжусь своими товарищами.

– И небезосновательно, – ответил дядя Перси, прежде чем повернуться к команде. – И, как я и обещал, теперь вы все невероятно богаты, – он указал на вход в тоннель. – Если вы пройдёте здесь в морскую пещеру, то найдёте второй тоннель. Там будут три пещеры, наполненные такими богатствами, которые ни один человек не сможет потратить и за сотню жизней. Там же в пещере пришвартован корабль «Люди Винчестера», которому, безусловно, не помешает новая команда.

Раздались радостные крики, пираты подпрыгивали, танцевали джигу, громко улюлюкали, а затем разразились громким, энергичным исполнением своей пиратской песни. Среди ликующих лиц только двое не улыбались – Слепой Хью и Джим.

Дядя Перси положил руку на плечо Слепого Хью.

– Полагаю, сейчас, когда вы все разбогатели, вы захотите, чтобы Джим остался с вами?

– Вы неверно полагаете, мистер Галифакс, – печально ответил Слепой Хью. – Джим слишком хорош для этой жизни, и чем богаче мы будем, тем больше шансов, что найдутся проходимцы, желающие отхватить кусочек. В роли богатого джентльмена Джим будет в ещё большей опасности, чем в роли чернорабочего на судне. Нет, мистер Галифакс, мы по-прежнему требуем, чтобы вы забрали мальчишку с собой. Заберите его и покажите ему настоящую, достойную жизнь.

Джим отчаянно пытался сдержать слёзы.

– Но мистер Ливси…

Слепой Хью опустился на колени и нежно погладил его по щеке.

– Прости меня, мальчик. Но ты, конечно, всё поймёшь… Я и остальные члены команды скоро отправимся на тот свет. И кто тогда защитит тебя от трюмных крыс, которые готовы перерезать глотку за один дублон, не говоря об остальном богатстве? Мы делаем это, так как любим тебя, дружище… Я люблю тебя… Я люблю тебя каждым ударом своего старого сердца.

Дядя Перси странно улыбнулся.

– Я уважаю твои слова, Хью. Однако не думаю, что будет справедливо по отношению к Джиму, если…

– Погодите-ка, – сердито оборвал его Слепой Хью. – У нас был уговор, мистер Галифакс. Если вы собираетесь сказать мне…

– Если бы вы позволили мне закончить, – сказал дядя Перси, – то узнали бы: я хотел сказать, что, по-моему, несправедливо, если Джим отправится в путешествие один. Хотелось бы и вас взять с собой, Хью. Я уже приготовил для вас обоих жильё в замечательном доме с замечательной леди, где, я знаю, Джим будет расти в любви, получать хорошее образование и жить в комфорте до конца своих дней.

Губы Слепого Хью задрожали.

– Мне тоже можно отправиться с вами? Я смогу попасть в будущее?

– На сто тридцать восемь лет вперёд. Что скажете?

Лицо слепого Хью озарилось радостью.

– Да, сэр… Тысячу раз да!

– Прекрасно, – ответил дядя Перси. Он наклонился к Бекки с Джо и понизил голос, чтобы никто больше не услышал: – Честно говоря, я знал, что он так ответит.

Слепой Хью был слишком взволнован, чтобы услышать его слова. Он повернулся к другим пиратам и проревел:

– Я отправлюсь в путешествие в будущее, парни. Моё последнее путешествие! – Затем он притянул Джима к себе, и они целую вечность друг друга обнимали, сияя, пока остальные пираты вокруг них неистово ликовали.

Бекки, Джо, дядя Перси и Уилл наблюдали, как Слепого Хью и Джима во время прощания засыпают пожеланиями удачи и словами поддержки.

– Так что же с ними будет? – спросила Бекки, глядя на Слепого Хью и Джима.

– Они будут жить в 1857 году в Эдинбурге, на Хериот-роу, 16, с леди по имени Хилари Чемберс, вдовой моего друга, путешественника во времени. Она переехала туда после смерти своего мужа. Дело в том, что они с её покойным мужем Артуром всегда хотели детей, но не могли их завести. Она была в восторге, когда я рассказал ей о нашей ситуации, и настояла, чтобы Хью и Джим переехали жить к ней…

Некоторое время спустя взволнованные Слепой Хью и Джим последовали за Бекки и Джо в машину времени. Уилл сел впереди с дядей Перси. Бекки наблюдала, как пальцы Слепого Хью ощупывали каждый дюйм салона такси, а на его лице сияло детское удивление от новых материалов, текстур и запахов, до которых он мог дотянуться. Ей показалось, что Хью уже выглядит на десять лет моложе.

Дядя Перси опустил стекло в окне Берил.

– О, и последнее, джентльмены, после того как вы заберёте сокровища, не будете ли вы так любезны зайти вон в тот дом? – он указал в направлении дома Чёрной Бороды. – В ней остался маленький попугайчик, любящий ром, который мог бы стать прекрасным талисманом для вашего нового корабля.

Коротышка Джек Коппер усмехнулся.

– Считай, дело сделано, приятель. Я всегда хотел, чтобы у меня на плече сидел попугай.

Дядя Перси улыбнулся и ввёл новые координаты на временной панели Берил. Джим тревожно сжал руку Слепого Хью. Затем машина времени слегка вздрогнула, и с приборной панели полились потоки голубого и белого света.

– Расскажи, что происходит, Джим, – попросил Слепой Хью.

Джим, как заворожённый, наблюдал, как свет закручивается перед его глазами.

– Это похоже на падающие звезды, мистер Ливси, сэр, – выдохнул Джим. – На полёт по ночному небу, полному падающих звёзд.

Бекки и сама бы лучше не описала.

Берил материализовалась на длинной улице, застроенной большими домами из серого камня с террасами. Окна домов выходили на юг, и из них открывался вид на большой парк, границы которого охранялись деревьями и густой изгородью. Плотный, влажный туман окутал всё вокруг, скрыв небо и придав происходящему жутковатый, потусторонний вид.

– Где мы? – спросила Бекки.

– Половина четвёртого утра, первое декабря 1857 года, – ответил дядя Перси. Он вышел из машины, открыл задние дверцы и указал на соседнее здание. – Хью, Джим, добро пожаловать в ваш новый дом.

Джим помог Слепому Хью подняться со своего места и выйти на улицу. Затем он посмотрел на дом, и его глаза округлились от удивления.

– Мы будем здесь жить?

– Всё верно, Джим, – подтвердил дядя Перси.

– Я никогда не видел ничего более величественного, – тихо добавил Джим, когда рука Слепого Хью легла ему на плечо.

Дядя Перси улыбнулся.

– Теперь, Хью, вы будете жить у Хилари, моей старой подруги, столько, сколько захотите. Я открыл счёт в банке на ваше имя на весьма приличную сумму денег на случай, если вы захотите переехать, хотя сомневаюсь в этом. – Он бросил на Бекки очень любопытный взгляд. – В любом случае, нам скоро нужно будет уехать, так что, кажется, самое время вам познакомиться с Хилари, не так ли?

Бекки, Джо и Уилл попрощались и наблюдали, как дядя Перси помог Слепому Хью и Джиму подняться по дюжине ступенек к большой входной двери, в которую он дважды постучал. Внутри зажёгся свет, и в дверном проёме показалась высокая привлекательная женщина лет шестидесяти. Хилари Чемберс широко, доброжелательно улыбнулась и приветственно обняла Джима и Слепого Хью, прежде чем проводить их в холл. Затем она повернулась и что-то прошептала на ухо дяде Перси, указывая на соседний дом. Они вместе рассмеялись. Дядя Перси всё ещё посмеивался, когда вернулся к машине времени.

Бекки выглядела озадаченной.

– Что смешного?

– О, это просто прекрасно. Не ожидал такого.

– Что прекрасно? – нетерпеливо уточнила Бекки.

– Ну, на протяжении всего нашего путешествия я замечал любопытные параллели с одной приключенческой историей о пиратах. Самой, кстати, известной историей о пиратах.

– Ты имеешь в виду «Остров сокровищ»? – спросил Джо.

– Разумеется, – ответил дядя Перси. – Я имею в виду, у нас был Слепой Хью вместо Слепого Пью, Коротышка Джек Коппер вместо Длинного Джона Сильвера, попугай мистер Флинт вместо капитана Флинта. Подобных небольших совпадений предостаточно.

– И что? – заинтригованно поинтересовалась Бекки.

– Хилари сейчас сообщила мне, что Роберт Луис Стивенсон, автор «Острова сокровищ», живёт по соседству, в доме номер 17. Он пока маленький мальчик, но Хилари сказала, её пригласили в дом Стивенсонов завтра на ужин. Какова вероятность, что наш Джим и юный Роберт подружатся?

Бекки с Джо тоже рассмеялись.

– Значит, «Остров сокровищ» появился благодаря нам? – догадался Джо.

– Он появился благодаря тому, что Роберт вырос по-настоящему одарённым писателем с недюжинным воображением, но я думаю, без нас тут всё-таки не обошлось. Так как, хотите посмотреть, где я зарыл Ящик Пандоры? По счастливой случайности мы можем в то же время проведать Брюса. Он находится там уже три недели и чувствует себя намного лучше.

– Да, конечно, – одновременно кивнули Бекки и Джо.

Дядя Перси широко улыбнулся.

– Если связь с «Островом сокровищ» вас удивила, то подождите, пока не увидите ещё кое-что…

Берил снова возникла в узком тёмном переулке, окружённом с обеих сторон высокими стенами. Вся компания быстро выбралась наружу, и дядя Перси щёлкнул инвизиблем. Затем он направился к выходу из переулка в сторону зелёной растительности.

– Где мы? – спросила Бекки, едва поспевая за его широкими шагами.

– В Бристоле, – ответил дядя Перси.

Когда они покинули переулок, глаза Бекки расширились от удивления. На фоне здания, представшего перед её взглядом, Бауэн-холл показался бы садовым сараем. Элегантное строение, выполненное из серебристо-белого портлендского камня, имело медную крышу, череду высоких шпилей и длинный мраморный портик, который обеспечивал крытые подходы к сотням дверей.

– Что это за место? – ахнула Бекки.

Дядя Перси указал на большую вывеску справа от себя.

– Взгляни сама…

Больница Хью Ливси и дом-интернат для раненых моряков, основан в 1721 году

– Я… Я НЕ ПОНИМАЮ, – пробормотала Бекки.

Дядя Перси широко улыбнулся.

– Разве это не здорово? Очевидно, команда «Угря», а также Битти Боевой Топор и Вонючка Мо поделили сокровища Чёрной Бороды поровну, но их оказалось так много, что они не знали, как поступить со всеми богатствами. В конце концов, на себя они почти ничего не потратили и, вернувшись в Англию, основали благотворительный фонд имени своего отсутствующего друга, Слепого Хью Ливси. Они наняли лучших архитекторов того времени и построили несколько великолепных больниц для раненых моряков по всей Великобритании и Европе. В общем, они позаботились о том, чтобы сокровища Чёрной Бороды использовались во благо.

– Потрясающе, – сказала Бекки.

– Круто, – кивнул Джо. – Правда, Уилл?

– Действительно.

Бекки уже готова была рассмеяться, когда услышала знакомый голос.

– Со своей стороны могу заметить, что лечат тут отменно. Очаровательная медсестричка по имени Поппи готова прийти мне на помощь в любое время суток… – Брюс, прихрамывая, вышел из-за угла. Поверх пижамы в бело-голубую клетку на нём была кожаная байкерская куртка, а в руке он сжимал трость.

– БРЮЮЮС! – одновременно закричали Бекки и Джо и помчались его обнимать.

– Так что, Перс, покажешь им, где зарыл Ящик Пандоры? Это лучшая часть.

Дядя Перси улыбнулся.

– Конечно, Брюс. Пойдёшь с нами?

– Нет, – сказал Брюс, а потом наклонился к дяде Перси и прошептал: – Пожалуй, пойду поищу сестру Поппи. Мне бы не помешало ещё раз принять ванну перед сном.

– А, – неловко кивнул дядя Перси. – Что ж, прекрасно. Все, следуйте за мной, – он резко повернул направо и зашагал по пешеходной дорожке. Вскоре все они уже шли по ухоженным лужайкам, минуя десятки пациентов, наслаждающихся утренним солнцем: одни сидели на скамейках, другие в инвалидных колясках.

– Куда мы идем? – спросила Бекки. – И почему ты решил закопать Ящик Пандоры именно здесь, на территории больницы?

– Увидите, – ответил дядя Перси. – Если уж на то пошло, я не закапывал его на территории больницы.

Некоторое время спустя Бекки испытала нечто вроде шока. Они вышли с территории больницы и направились по узкой, обсаженной деревьями дорожке к обширному кладбищу, на которое вошли через ржавые железные ворота; пейзаж усеивали старые и новые надгробия. Останавливаться дядя Перси не собирался. Несколько минут спустя они шагали по кладбищу, пока дядя Перси наконец не замер на вершине холма.

– А вот там я закопал Ящик Пандоры… – сказал он, указывая вперёд.

У Бекки отвисла челюсть.

На дальнем краю кладбища, заслоняя горизонт, возвышалась гигантская мраморная фигура «Угря», раза в три меньше настоящего, но выполненная во всех подробностях.

– Разве она не чудесна? – произнёс дядя Перси в оглушительной тишине.

– Я… я не понимаю, – растерянно произнёс Джо.

– Это мавзолей, Джо. Под ним погребена команда «Угря». Однопалый Том, Волосатый Гарри, Джедидайя Квинт, Ветреный Пит… они все. На самом деле с ними нет только двух членов экипажа.

– Слепого Хью и Джима, – предположила Бекки.

– Совершенно верно. Они похоронены на своем семейном участке в Эдинбурге. Вы не поверите, но Слепой Хью женился на Хилари, и они официально усыновили Джима. Все трое прожили длинную и очень, очень счастливую жизнь – настолько, насколько может быть счастлива дружная семья.

Бекки почувствовала, что её глаза наполняются слезами.

– Это хорошо, – тихо сказала она.

– Рассмотрим поближе? – предложил дядя Перси.

Он подвёл Бекки и Джо к мавзолею. Бекки не знала, плакать ей или смеяться. Это был самый замечательный и долговечный памятник дружбе, который она когда-либо видела. Подойдя к подножию статуи, она увидела серебряную табличку с надписью:

Покинем вместе этот свет:Награды в жизни лучше нет.

Бекки перечитывала эти строки снова и снова. Затем она поняла, что смеётся.

– Это так здорово.

– Не могу не согласиться, – ответил дядя Перси.

– А Ящик Пандоры? – спросил Джо.

– …закопан глубоко-глубоко под кораблём, подальше от когтей Эмерсона Дрейка. Пусть охраняет храбрейшую пиратскую команду, которая когда-либо бороздила моря.

– Крутяк, – просто сказал Джо. – Что скажешь, Уилл?

– Действительно, крутяк.

– А теперь, – произнёс дядя Перси. – Думаю, нам пора возвращаться в Бауэн-холл. Уверен, мы все заслужили отдых, не так ли?

– Может быть, – пожал плечами Джо. – Или, может, начнём поиски других Эдемских реликвий?

– Ага, – согласилась Бекки. – Вообще-то, у меня есть кое-какие мысли на этот счёт.

Дядя Перси не смог сдержать улыбки.

– Я в этом не сомневаюсь, юная леди, – он взглянул на Уилла, и они оба закатили глаза. – Конечно, у тебя есть мысли на этот счёт… – он обнял Джо за плечи, в то время как Бекки и Уилл взялись за руки, и они вчетвером направились обратно к машине времени.

И тут Бекки поняла, почему команда «Угря» осталась вместе и после смерти. Дружба. Семья. Чувство сопричастности. Вот что на самом деле имело значение. Не деньги. Она взглянула на дядю Перси, Уилла и Джо и в глубине души осознала: проводить с ними время, разделять приключения, заботиться о том, чтобы все они были в безопасности, – всё это значило для неё больше, чем все материальные блага мира. Конечно, она знала, что никогда им об этом не скажет, особенно Джо. В конце концов, Рождество не за горами, и ей хотелось получить в подарок новые кроссовки.