— Прикрой меня! Я взорву этот чёртов мост! — закричала прямо в ухо полуглухая от недавнего артобстрела соратница. Дама боевитая, смелая и дерзкая.

Соблюдая все меры предосторожности, я высунулся из укрытия и взял на прицел несколько прущих вперёд тварей. Их не останавливал плотный огонь наших защитников и взрывчатка. Но в моих руках была мощнейшая переносная винтовка, созданная для противодействия даже мобильной бронетехнике. Боевая подруга ловко скакала в видавшем виды бронекостюме в сторону моста, соединявшего часть города и расположившуюся на нашей стороне военную базу.

Не знаю, успеет ли она, добежит ли. Но я постараюсь её прикрыть. Всё-таки навыки стрельбы за столько лет я довёл до уровня, близкого к совершенству.

БАХ!

Свирепым злобным монстром пуля вылетела из «гнезда», яркой вспышкой пламени и мощной отдачей попрощавшись со мной. Голову твари просто снесло, и она так и не добежала до подхватившей заветный контейнер с нейропластидом соратницы. Ну вот, мы уже прошли дальше, чем прошлая группа…

Ещё один монстр выскочил из-за горящей бронетехники, и я тут же сместил дуло ружья, чтобы вывести его на прицел.

Бах!

Половину корпуса как ветром сдуло…

Я продолжал стрелять, а она бежать. Закончились патроны, перезарядка, а дальше… Успела красотка нырнуть в укрытие.

Бах!

Бах!

Я сделал ещё два выстрела, убивая прущих к ней трёхметровых хитиновых тварей, и отступил. Под стеной дома, в котором мы засели на этой стороне улицы, у самого входа в военную часть, уже бушевали монстры. Огромное, но такое родное ружьё отправилось за плечи, а я двинулся к лесенке, ведущей на крышу. Пока твари доползут по внешней стене — я должен успеть занять более выгодную позицию.

Рядом заработал пулемёт, перекрывающий шум двигателя и лопастей вертолёта. Это группа прикрытия заметила рывок моей безымянной напарницы и попыталась прикрыть её, отвлекая тварей, что уже увязались за ней.

Сейчас она вскочит на трубу, идущую вдоль всего моста, и добежит практически до середины. Ну а дальше… Бывало по-разному. Я в этом проклятом месте отражаю атаку монстров не первый раз.

Я развернулся, стоя на краю, и стянул с себя ружьё, беря в прицел противоположный край покатой, местами дырявой крыши. Сперва показалась огромная лапа, затем её обладатель.

Бах! — Голова монстра взорвалась переспелым арбузом, и я кинул ружьё на соседнее здание. Этажей в нём было меньше. Крыша — плоская.

Имелся, конечно, риск повредить ружьё, но оно сделано на совесть. Хоть им как дубиной махай. Сам прыгнул следом, перекатился, подхватил ружьё и нацелился на козырёк соседнего здания. Того, откуда я только что сиганул. Мгновение, ещё один выстрел — и тварь отправляется в небытие.

По ту сторону дома, что скрыл от меня обзор, прозвучал взрыв. Мощный, заставляющий дрожать здания вокруг. Надеюсь, она всё сделала как надо и мост обрушился. Если так, то у нас будет ещё полчаса времени. Если нет — не больше десяти минут.

Я отправился к новой точке, где развернул настоящую охоту на тварей, что постепенно проникали в эту часть города. Последний патрон тяжело ранил командира отряда тварей, и я с неудовольствием заметил, что он не просто выжил, а ещё и меня заметил.

Ушёл налегке, понимая, что от этой махины с ружьём я просто не убегу. Мои ноги несли меня в сторону военной базы, что успела хоть немного окопаться и занять оборону. Я настрелял и убил достаточное количество тварей, чтобы получить в терминале новое оружие. Добежать бы…

— Стой! Вернись в строй! — приказал офицер, но я слишком хорошо знал, что будет дальше, и поэтому с ходу вломил ему в солнечное сплетение, оставляя за спиной. Там же из земли начала выбираться землеройная машина врага.

Город со своими коммуникациями для неё — огромная преграда. Но именно в этом месте городские службы существенной преграды в виде многочисленных труб и кабелей не проложили, и она без проблем доставила десантную группу к оборонительным рубежам.

Казарма номер один… Номер два… Вот она, моя — нужная. Казарма номер три. Сразу ухожу в подвал и ударом ноги выбиваю плохо закрытую дверь. Как и всегда… Очутившись внутри, сразу вижу исходящее из-за поворота красное свечение и устремляюсь к нему. Рука падает на алый шар и перед глазами вспыхивает меню с моими очками достижения, балансом и другими вкладками. Сразу же нажимаю на магазин и нахожу нужное мне оружие. Огромная технологическая пушка со странными баками-конденсаторами энергии. Мощности заряда хватит всего на два выстрела. Но каких!

Выскочив на улицу и добежав до главной и, что важно, прямой дороги в нашей военной части, вижу, как десантники насекомоподобных тварей заканчивают вырезать защитников. Наших защитников. Тут же прицеливаюсь и задерживаюсь на три секунды, ожидая, пока заряд передастся пушке.

ПУ-УФ!

БУ-У-У-УУУУМ!..

Всё… Нет больше ворот в нашей военной базе. И штурмующих отрядов врага тоже нет. Ещё один заряд остался. И мне крайне любопытно, кто в этот раз появится в моём сне — командир тварей со своей свитой из тысяч мелких, словно кошка, гадов или шагоход?

— О как! Сразу и основное блюдо, и десерт! Два в одном! — удивился я, наблюдая сидящего на шагоходе командира монстров и окруживших их тварей.

Индикатор заряда начал тревожно набирать тональность, и очередной выстрел стёр тварей из нашего мира. Бо́льшую их часть. Даже их бронированный штурмовой шагоход не выдержал и разлетелся на кусочки. А земля и асфальт сплавились, превратившись в чёрное оплавленное стекло на месте бывшего КПП.

— Неплохо… Увы, заряды кончились. Но в этот раз я набрал много очков достижений, и баланс должны увеличить в следующий раз, — прикинул я возможный остаток и пошёл за базовой штурмовой винтовкой. Раз уж падение последнего оплота в пока ещё свободном городе людей откладывается — я ещё повоюю. Главное, не забыть забрать пистолет с последним патроном на поясе. Ведь эта битва никогда не выигрывается. Уж я-то знаю.

Открыв глаза, я тяжело вздохнул и присел на край кровати. Часы показывали шесть вечера.

— Неплохо поспал… — оценил я накатывающую на город ночь и принялся собираться в спортзал.

Немного тормозил, прогоняя в своих воспоминаниях события очередного кошмара. Уж сколько лет я в них живу, словно в другой мир попадаю. И каждый раз, какие бы локации мне ни выпадали, какие бы монстры нас ни штурмовали — итог был одним и тем же.

С годами лишь чёткость сна увеличилась. Я ощущал весь спектр боли, чувств, запахов… Да, последнее, что я начал ощущать во сне, — запахи. Последние полгода они заставили по-новому оценить мои кошмары, ещё больше в них погружаясь.

Но пора бы уже вернуться в реальный мир.

Сегодня мне предстояло попрощаться со своим тренером. Крутой старик. Даже жаль, что приходится уезжать. Но перед этим — я бы всё же хотел хорошенько размять всё своё тело в его пропахшем потом и стараниями зале и довести до тонуса свой организм. Перед предстоящей ночной встречей — то что нужно. Удивительный факт, но разогнать работу мозга мне лучше всего помогает именно физический труд. Когда пот прямо в три ручья льет.

Прогнав мысленно остатки чертова сна, что является моим благословением и проклятием одновременно, я схватил сумку и прыгнул в автомобиль, выезжая с гаража, после чего выдвинулся в сторону центра города.

Хороший, душевный город. Торонто мне понравился. Полгода я провёл здесь, изучая его жителей, его привычки, его ритм. Но настало время сменить место жительства…

— Раз! Два! Раз! Два! Всё, закончили упражнение! — потребовал владелец тренировочного зала для занятий единоборствами. Я, как и все прочие, остановился и принялся восстанавливать дыхание.

Зал, в котором мы находились, управлялся одним человеком. Владелец и тренер — Джошуа Арлингтон. Этот человек был легендарным. Да и сейчас он легенда! Хоть и подзабытая. Созданный им зал был пусть и не самым современным да комфортным, но весьма культовым и знаменитым. Именно сюда приходили толпы новичков каждый год в надежде стать учеником бывшей звезды, чемпиона UFC и боёв без правил.

Место, что было пропитано потом и немного кровью. Старанием и мечтой. Хорошее место. Воодушевляющее на большие свершения.

— Все разбились на пары и отрабатываем «волнорез», пока я не вернусь. Майкл, подойди, — внезапно обратился ко мне мистер Джошуа, и я лёгкой трусцой подбежал к легенде.

— Да, тренер? — Я, как положено в таких случаях, слегка поклонился мастеру и весь обратился в слух.

— Микхаиль, — слегка исковеркал он моё родное имя, желая, видимо, наладить дружеский контакт. — Я договорился о пробном бое для тебя в этот четверг. Я вижу в тебе потенциал. Если ты хорошо подготовишься и завалишь это недоразумение, я смогу поговорить об открытии тебе дороги на большую арену. Как ты на это смотришь? Хочешь испытать самого себя в клетке? Ты, может, и не слишком молод, но в истории были примеры более позднего появления чемпионов. Ну что, хочешь пробиться к мечте и славе?

Чёрт… Как же неудобно. Я только сегодня хотел поблагодарить тренера, перевести ему за все его труды и терпение со мной премиальных и отправиться в новый город. А тут…

— Простите. Не могу. Да и не хочу. Я никогда не искал славы. И это последняя моя тренировка в этом легендарном зале.

Тяжёлая рука Джошуа схватила меня сзади за шею, и полный ярости взгляд на мгновение уставился на меня. Взгляд хищника, который идёт убивать. Взгляд чемпиона, от которого ломались даже сильнейшие бойцы. Однако же, этот взгляд и пары секунд не продержался и исчез, а давление пальцев ослабло.

— Прости… Гейбл, ты за старшего, продолжай тренировку! — Легенда потянула меня за собой в свой офис, где начала допытываться до правды.

Вопросы летели один за другим, я даже не успевал начать ответ, давая выговориться старику.

Кто меня надоумил? В какой зал я перехожу? Почему я, такой молодой парень, отказываюсь от шанса, за который другие готовы зубами грызть глотки. На «молодого парня» я ответил улыбкой. Да, выгляжу я молодо, как ни крути. Но мне уже двадцать четыре года на самом деле. А если по паспорту смотреть… Для старта карьеры бойца в клетке — всё-таки поздновато.

В такие минуты лучше всего дать обеспокоенному человеку выговориться, высказать всё, что накопилось у него на душе. Затем обезоруживающе улыбнуться и искренне поблагодарить его.

— Спасибо, мастер. Спасибо вам большое за все эти слова. Для меня это высшая честь и награда. Полгода я занимаюсь под вашим руководством и ясно ощущаю, что я стал в разы лучше. Каждая клетка моего тела — заряжена. Каждый мускул готов рвать на куски. Но я никогда не стремился к славе. Никогда не стремился на ринг. В этот четверг я уезжаю, так как заканчивается моя канадская виза, — ответил я ему на его предложение и даже не соврал. Ведь предложение о продлении визы я сам отверг, понимая, что без этого заставить себя шевелиться и искать новый дом будет слишком сложно.

— Что? Они не продлили тебе визу? Что эти ублюдки себе думают! Давай я сделаю звонок. У меня всё ещё есть связи в министерстве, — тут же начал он пытаться проявить заботу, отчего мне даже стало как-то неловко.

Я такой заботы даже от отца с матерью родной никогда не ощущал. Старик за эти полгода стал мне намного ближе моих так называемых родителей. Интересно, а они вообще помнят о моём существовании? Ладно, не важно.

— Мастер. Я безумно благодарен вам. Но правда, не стоит. Вы стали мне как отец за эти несколько месяцев. Просто я всё ещё ищу своё место в этом мире. Город, где буду жить. Возможно, я так и не найду его и однажды вернусь к вам и снова помогу повесить грушу на крюки. А вы расскажете мне, как отметелили Бобби Джонсона в финале гранд-стар серии, — продолжал я осаждать пыл старого чемпиона.

Эх, знал бы ты, кто я на самом деле… Не уверен, что даже тренироваться бы пустил.

— Но ты ведь… такой талант… Я думал, ты пойдёшь по моим стопам… — распереживался старик, и мне пришлось брать всё в свои руки, дабы успокоить его. Напомнил я ему и о других талантах нашей школы. О предстоящем в начале следующего месяца смотре новичков. Постепенно удалось вернуть бодрый дух мастеру и доказать, что жизнь всё ещё бьёт ключом и у него будет ещё не один и не два ученика, ставших чемпионами.

А моя тренировка на этом заканчивается. Лишь пару подходов доделаю, выжму из себя все соки… И поеду собираться. Пора собирать немногочисленные личные вещи. Предпочитаю покупать всё новое после переездов. А оставшиеся в доме вещи — отдавать на благотворительность. Есть у меня для этого номерок менеджера, которая с радостью забирает всё и лично контролирует, чтобы дорогие костюмы пошли именно на те нужды, что я озвучил, а не на перепродажу на каком-нибудь интернет-аукционе.

Хорошая дама. Ответственная. Ни разу меня не подвела — а я ведь отслеживал результаты её работы. Машину предложу в красный крест отдать. Я никогда не беру понтовые премиум авто. Они слишком выделяют меня из толпы. Мой выбор — надёжность и простота. Средний класс автомобилей. А на роскошных я покатаюсь на встречах и переговорах.

Вечерний Торонто встретил меня тоскливым серым небом, грозящим разродиться дождём. Впрочем, плевать, я и так весь мокрый после тренировки. Сел в машину и добрался до съёмного дома.

За неприметным фасадом скрывалось уютное и по-своему роскошное жильё, с несколькими этажами, подземным паркингом и бассейном. С верхнего этажа открывался шикарный вид, оттуда весь город был как на ладони. А всё благодаря возвышенности, на которой он построен.

По одному моему жесту система «умный дом» активировалась и по моей команде начала свой традиционный вечерний прогон всех систем. Сразу же донёсся голос, сообщающий об отсутствии нежданных посетителей за время моего отсутствия. Я же отправился в душевую, дабы смыть с себя пот, грязь и усталость, накопленную за вечер.

Играла приятная ненавязчивая музыка, телевизор показывал новости с итогами за день на финансовом рынке, кофемашина закончила творить волшебство. Я сделал маленький глоток и отправился в гардеробную, где вытащил один из своих костюмов, заботливо упакованный сотрудниками прачечной.

Там, откуда я родом, за каждое моё действие меня бы назвали «долбаным мажором». И отчасти они были бы правы. Я богат. Очень богат. Но я никому не пожелаю пройти мой путь к богатству.

— Афина, переведи, пожалуйста, на счёт зала мистера Джошуа Арлингтона десять тысяч долларов, — обратился я к голосовой помощнице.

— Основание для платежа? — ласковый голос псевдоискусственного интеллекта уточнил последнюю деталь, над которой я всё ещё думал.

— Благотворительность. С пометкой: на воспитание будущих чемпионов.

— Перевод отправлен, — отчиталась она, а я продолжил одеваться.

В моём доме было как обычно тихо и спокойно. А ещё довольно-таки пусто, так как в вопросах, касающихся жизни рядом со мной, я не доверял никому. Ни домашних питомцев. Ни полуголых девиц. Ни шумных друзей. Не с моей жизнью наслаждаться вечеринками. А функцию персонального помощника практически идеально выполняла Афина.

Из людей в моём доме изредка бывали лишь курьеры из службы доставки, что привозили блюда и продукты раз в несколько дней, оставляя их в специальной пристройке рядом с домом. Неделю назад, правда, произошёл «сбой» в системе электропитания в районе, прямо во время доставки. Вот только у дома имелся встроенный генератор и независимые солнечные панели, позволившие сохранить записи с камер. Неприятно было осознавать, что в мой дом подброшены жучки и прочие шпионские устройства. А службу доставки пришлось сменить…

Из-за этого и ряда других инцидентов я и принял решение уезжать. И пускай это было не дело рук местной контрразведки, именно она оплошала, нарушив наши договорённости и не обеспечив нужный уровень моей безопасности.

В ноутбуке Афина вывела несколько отчётов, касающихся дел моих компаний, и я погрузился ненадолго в работу.

— Михаил, нам пришло предложение через дочернюю фирму «МБЛ Труфайр» о приобретении наших разработок, связанных с фильтрационными установками и системами распознавания движения миниатюрных объектов.

— Нет. Я не сотрудничаю с военными. От них одни лишь проблемы. Один раз согласишься, и как карась потом всю оставшуюся жизнь на леске трепыхаешься. Ответь им деликатно, что наши технологии не подходят к военным стандартам. Ну, как обычно.

— Хорошо. Ещё было предложение о покупке…

Работа поглотила меня целиком, но уже через час я был полностью свободен. И всё благодаря Афине. Я самолично дорабатывал её ядро, делая адаптивной и подходящей не просто для заваривания кофе, а и к бизнес-процессам.

Я ощущал и контролировал пульс собственной жизни как никто другой. Я знал, когда и кто решил сделать мне гадость. Лишь единичные случаи непредвиденной череды случайностей могли застать меня врасплох. И в последнее время этих случайностей стало больше. Видимо, придётся повысить ставки, прежде чем полностью залечь на дно и уединиться, борясь со своими демонами сновидений.

Спецслужбы следят за мной. И я это знаю. Я пытаюсь следить за ними в ответ, сохраняя невидимость, но это не так уж и просто. Я проклинаю тот день, когда сам пришёл к ним, мечтая изменить свою жизнь к лучшему и начать всё сначала… И они, получив мой «подарок», с радостью согласились. Сделали мне новую личность. Новую биографию. Выдали грант, благодаря которому я смог состояться в этом мире менее чем за год. Десяток патентов и уйма оптимизирующих расходы изобретений очень быстро привлекают взгляды корпораций. Жирных и непозволительно наглых. Для меня было честью стрясти с них побольше деньжат.

Таким уж я вырос. Ребёнок, на которого всем плевать. Мальчишка, у которого не было возможности даже пенал себе новый купить… Что уж говорить о родителях, которые пошли по наклонной раньше, чем я осознал себя частью общества. Алкоголь… Кражи, разборки с полицией и собутыльниками. Я был просто благодарен им за то, что они во время своих застолий забывали о моём существовании. Бывало, что я целыми неделями был позабыт, самостоятельно решая вопросы пропитания и проживания. Школа пыталась как-то повлиять, но… Иногда наш мир совершает ошибки. Он несовершенен.

Вот только когда мне исполнилось двенадцать лет, моя жизнь кардинальным образом изменилась. Ко мне пришли мои сны. Мои кошмары наяву, из которых я не мог выбраться и проснуться до тех пор, пока не погибал. Благо, смерть наступала, как правило, быстро. Очень быстро. Ведь каждый раз я оказывался на поле боя в теле какого-то солдата. И даже не мог контролировать сон поначалу.

И так каждую ночь. И каждый раз. Кошмар за кошмаром, что сводили меня с ума. Я раз за разом оказывался в странном мире, где розовая пелена покрывает небо, я держу в руках странного вида автомат, рядом со мной сражаются и погибают мои союзники, такие же, как и я, солдаты. Нашу технологичную броню вскрывают своими клинками страшные насекомоподобные монстры, нас режут, убивают, уничтожают. И неизменно в этом кошмаре одно — смерть. Сколько бы раз я ни оказывался в том мире, сколько бы я ни стрелял и ни пытался отразить волну странных созданий — я неизбежно погибал.

Пытаясь найти решение проблемы, я стал одержим знаниями и быстро отдалился от весёлых и жизнерадостных одноклассников. Это изменило мою жизнь, и вот к какому итогу привело.

Сны дарили мне не только ужас и страх смерти. С возрастом я начал подмечать детали — например, такие, как чертежи вооружений. Схемы реакторов. И многое другое. Особенно в теле инженера мне выпадал шанс изучить кучу полезных материалов. Именно он подарил мне знания и навыки создания Ареса и Афины. А изучив книги на его полке, я смог изобрести некоторые вещи, которыми заинтересовались правительства. С тех пор количество нулей на моём банковском счёте начало стремительно увеличиваться.

Так, постепенно, я научился черпать информацию из своих снов. И стал тем, кто я есть.

И лишь одно военное изобретение я взял из того мира в свой. Свой щит и свою надежду. Псевдоискусственный интеллект Афина и её старший брат Арес — два разработанных мной чуда инженерной мысли могли бы успешно использоваться военными Земли. Но именно поэтому о них не знал никто. Афина всегда была рядом со мной, а Арес не имел единого сервера и подобно вирусу прятался в глобальной сети, используя гаджеты и компьютеры пользователей для своего существования. Он стал моим кладезем данных и помогал Афине собирать огромные пласты информации, обрабатывал их и доводил в виде сжатого отчёта. Афина же этот самый отчёт доводила до меня. Новые личности и карты удостоверения личности тоже создавались благодаря им. Они же и оберегали меня, предупреждая о заговорах и прочих нехороших вещах, затеваемых против меня.

Я глянул в зеркало, заканчивая превращать себя в бизнесмена. Костюм готов, часы выбраны, парфюм мягко окутал меня, даря аромат успеха. Пора бы пойти в клуб. Но не ночной, где веселье и разврат готовы снести голову любому, а в тот, где заключаются сделки на миллиарды.

— Автомобиль, отправленный премьер-министром, прибыл.

— Благодарю, Афина, — кивнул я и начал обуваться.

Вот и те самые роскошные автомобили, которые за мной присылают.

— Если что, я всегда рядом, — улыбнулась она мне своей проекцией и спряталась в телефоне, используя ресурсы Ареса.

Пора уже выдвигаться на встречу, где снова выяснится, что меня хотят прикончить и мне желательно не покидать свой дом.

— Ага, конечно. Так я взял и отменил свой первый в жизни отпуск! — ухмыльнулся я, готовый к любым вызовам судьбы.

— Господин, мы получили сообщение с приглашением на встречу, — прервала мою тренировку Афина.

Странно это. Обычно она оставляет такие вопросы на рабочие часы… Если только это не кто-то серьёзный. Как вчерашние гости из КГБ и местной спецслужбы.

Их тонкие намёки про мою безопасность и угрозы так раздражали… Мне кажется, они от меня не отстанут, даже если я подземный бункер построю и поселюсь в нём на ближайшие лет сто…

— С кем встреча? Когда? — задал я вопросы Афине, откладывая перчатки.

— Господин Тревис Хэдберг. Сегодня. В девять вечера. Отель «Старый Йорк», — довела до меня информацию Афина, и я присел, заканчивая тренировку.

Вот ведь… Неожиданно. От таких приглашений не отказываются. И даже рекомендации спецслужб в этом случае не работают.

— Ответь ему согласием.

Я отправился в душ, смывая с себя пот и усталость. До моего круиза осталось всего три дня, а странные встречи происходили всё чаще и чаще к отъезду.

— Господин Тревис Хэдберг пришлёт за вами кортеж. Мне начать изучение последних движений господина Хэдберга?

— Да, давай обновим наши сведения, — попросил я, смотря на часы. Оставалось всего сорок минут, чтобы подготовиться.

Афина спустя десять минут сообщила, что никаких значимых действий Хэдберг не предпринимал, и единственное, что она отметила, — короткий звонок премьер-министру Канады и главам службы разведки США и России.

Чёрт, видимо, меня таки решили взять в оборот и надавить, используя нейтральное лицо. Продавец смерти Хэдберг… Обладатель семи гражданств в разных уголках земли. Личность сколь легендарная, столь и неоднозначная. Посмотрим, что мне предложат.

Кортеж… внушал… Множество чёрных бронированных внедорожников, несколько бусов прикрытия. Иной раз президенты стран имеют меньше охраны. Я, конечно, удивился. Но стоило сесть внутрь автомобиля, как сразу же понял, в чём подвох.

— Здравствуйте, господин Хэдберг! Не ожидал вас здесь увидеть.

— Обычная конспирация, мой юный друг. Мы поедем в иное место, нежели планировали изначально.

Машины начали набирать скорость, и совсем скоро мы оказались за пределами городского округа.

Мне предложили алкоголь, но я выбрал воду, давая понять, что предпочитаю быть серьёзным.

На это Хэдберг лишь улыбнулся и налил в свой бокал вино.

За незначительными разговорами о погоде мы доехали до большого производственного комплекса. Попав в него через пункт вооружённой до зубов охраны, мы оказались в весьма шикарно сделанной части комплекса. Чистота, порядок и лоск.

— Заходи, присаживайся. Тебя не интересует, почему я захотел с тобой встретиться?

— Мистер Хэдберг. Я могу лишь предполагать. В одном я уверен — вы хотели встретиться со мной. И ваше желание исполнилось.

Я оказался в мягком, уютном кресле за огромным столом из калёного стекла с идеально выполненной гравировкой.

Владелец этого места заметил мой взгляд и подсказал, что это ручная работа итальянского мастера. Доставка столешницы из старушки Европы обошлась в неприличную сумму.

— Но хорошо, что я довольно богат, — рассмеялся он и присел напротив меня. — Я ожидал с твоей стороны больше сопротивления. Или для тебя рекомендации сразу двух служб разведки — шутка?

— Я к ним прислушиваюсь. Но я ведь такой молодой, горячая кровь… Когда «Крестник смерти» приглашает меня в гости, разве я могу устоять?

— Давненько меня так не называли… С тех пор уж сколько воды утекло, — с неизменной улыбкой и совершенно нечитаемым настроением сидел и отвечал мне торговец смертью.

— Вода утекла, бизнес легализовался, правительства смирились и позволили расти и развиваться, в обмен на поддержание собственных интересов. Например, этот комплекс… Он ведь полностью построен и обслуживается за счёт правительства Канады. Это лишь моё предположение.

— Интересно, и какие ещё у тебя предположения могут быть?

— Хм… Один из самых влиятельных людей в мире, с именем которого можно так или иначе связать каждое десятое насильственное убийство в мире, зовёт человека, чьи технологии попытались приобрести более двенадцати раз только за этот год различные военные и полувоенные корпорации и военные министерства некоторых стран. Думаю, я здесь по одной из трёх причин. Вы хотите меня либо предостеречь. Либо склонить к сотрудничеству. Либо подмять под себя, как говорится.

— Каждое девятое. А не десятое, — поправил он меня и протянул руку.

В неё тут же легла папка, которую он кинул на стол. Она проехалась по стеклу и оказалась напротив меня.

— Открой, — указал он, и я не стал сопротивляться. Ни к чему.

Среди кучи информации, касающейся меня лично, нашлись и интересные сведения. Например, письмо китайского представителя разведки колумбийцам. Буквально два дня назад я отказал им в вопросах сотрудничества по части военных разработок и оптимизации технологических процессов на производственных предприятиях.

С учётом того, что именно они в большинстве своём производят и экспортируют, легко догадаться о причине моего отказа. Какие бы деньги мне ни предлагали, а пачкать своё имя в этих мутных схемах и помогать улучшить процессы создания «белой смерти» мне ни к чему. А ещё и этот их великий план по созданию Южных Соединённых Штатов… Безумная идея одержимого глупца, что лишь пару лет назад военным путём пришёл к власти.

В письме, перехваченном «союзной» разведкой, упоминалось моё имя и гарантии Канады в части предоставления Эквадору — главному конкуренту Колумбийцев — имеющихся у североамериканцев технологий по получению энергии в обмен на некоторые природные ресурсы этой не слишком-то богатой страны. Теперь стало понятно, кто воду мутит. Обиделись китайцы, когда не смогли взломать мои разработки… И когда я им в продаже отказал, узнав об этих глупых попытках. Вот и кинули дезинформацию жадным до крови и власти ублюдкам. А те уже в свою очередь нашли козла отпущения в моём лице.

— Твоя жизнь, молодой человек, отнюдь не в безопасности. И никогда там не будет. В мире начинаются бурления, вода становится всё более мутной. В этой воде слишком легко стать чьей-то добычей. Меня попросили донести до тебя простую истину — если уедешь, никто не сможет гарантировать твою безопасность. Иди за мной.

Я молча последовал вниз, в подземный испытательный комплекс, где Хэдберг начал для меня целую лекцию на тему производства оружия. Цифры, озвученные им, впечатляли. А демонстрация новых образцов вооружения, что сейчас с его лёгкой руки открывалась мне, свидетельствовала о всё новых и новых способах ведения войн.

— Это дронометатель. Специальная пушка, что мягко направляет десятки запрограммированных дронов размером с теннисный мячик в сторону укрытий противника. Их мощь невелика, но поражаемая площадь столь огромная, что хватит и просто неподалёку взорваться, дабы покалечить солдат врага. Что скажешь?

— Оружие, которое не убивает, а массово калечит. Скажу я вам, что завтра же увеличу инвестиции в производство протезов в несколько раз. И заодно займусь исследованиями в этой отрасли. Кто-то же должен сбалансировать нанесённый вашим оружием урон, — улыбнулся я, и мой собеседник рассмеялся.

— В тебе чувствуется деловая жилка, молодой человек. Давай работать совместно. Хватит отнекиваться и пытаться усидеть на всех стульях разом. И перестань провоцировать других своей показной свободой. Все в мире знают, что это миф.

— Предлагаете мне золотой ошейник?

— С бесконечно длинным поводком, прошу заметить.

— Как же люди любят всё усложнять. Знаете, я, в отличие от большинства элит этого мира, не родился с золотой ложкой во рту. И ценность жизни хорошо понимаю. Вы в людях всегда видели ресурс. Потенциал пользы и выгоды. Для меня подобное мышление… неприемлемо.

— Да, читал я твою биографию. Знаешь, я их штук двадцать таких, как твоя читал — штамповки спецслужб. Вообще, странная жизнь. Я всеми силами пытаюсь помолодеть, остановить ежегодный рост цифр. А ты в своём паспорте приплюсовал себе пару лет. Если верить той бумажке, что лежала в твоей папке, то тебе двадцать семь лет. Дай-ка я угадаю твой реальный возраст. Двадцать пять? Нет, двадцать четыре.

Я лишь улыбнулся, не раскрывая деталей.

— Думаю, всё-таки двадцать четыре. Ты ещё слишком молод для таких игр. Ты либо выйдешь моим протеже, что обеспечит тебе такую броню, что и не снилась, либо в ближайшие пару лет покушения отправят на тот свет талантливого изобретателя Михаила Листопадова. Да, я смог узнать твоё настоящее имя. Не так уж и прочна та броня в виде прикрытия спецслужб, что на тебе надета прямо сейчас.

Я размышлял, как мне сохранить свою жизнь, но при этом не подставляться под всяких придурков. И в мою голову пришла одна идея.

— Мистер Тревис Хэдберг. А давайте заключим пари. Если я проиграю — так и быть. Я весь ваш, включая все мои технологии и разработки, даже необнародованные. — Ох, как он изменился в лице после моих слов.

— А если победишь?

— Империя Тревиса Хэдберга станет моей бронёй, а я её совладельцем, который будет продолжать свои исследования и разработки независимо ни от кого. Маленьким совладельцем. Мне хватит и пары процентов, исключительно для прикрытия собственного имени. Создавать смертельное оружие — слишком легко. Попробуйте создать нечто, что спасёт миллионы солдат от неминуемой смерти?

— Тебе хватит и полпроцента. Что же касательно твоего вопроса… Бронежилеты? Бронекостюмы?

— И не только, — я улыбнулся, и Тревис улыбнулся мне в ответ.

— Что за пари?

— Вы ведь обожаете оружие. Давайте проведём несколько раундов стрельбы. Вы можете выбрать любого стрелка из вашей команды. Кто выбьет больше баллов — тот и победит.

Эта ночь станет испытанием моих сил, полученных в том, ином мире. Он уже многое мне дал. Пусть он подарит мне ещё немного свободы…

— Билли! Приведи сюда Игдрисса, — скомандовал крестник смерти, и я сразу понял, о ком идёт речь.

Не знал, что в сегодняшней смене телохранителей торговца оружием находится бывший олимпийский чемпион по стрельбе.

Что же, посмотрим, чего стоят мои двенадцать лет на поле боя.

Авиалайнер взлетел, и я победно улыбнулся. Не так уж и плохо иногда ставить всё на кон. Да, в случае проигрыша — я окажусь пешкой под не самым приятным человеком. Но он всё ещё великий, хоть и зовётся некоторыми злом во плоти. Однако работать на него мечтают столь многие, что из них можно было бы выстроить живую очередь в пару километров длиной. А в случае победы обеспечу себе немного времени, прежде чем он решит сделать следующий ход. А быть может и не он…

Я выяснил подробности недавней встречи с дипломатами других стран, после которой у меня появились ещё одни «смертельные враги». Колумбийцы.

Там, в большой вилле, закрытой не только для посещения простыми смертными, но даже для пролёта дронов, собрались делегаты различных дипломатических ведомств и сам премьер-министр Канады. Встреча элит была в самом разгаре и многие уже успели выпить не один литр кофе, пока тихонько перешёптываясь устанавливали нужные их государствам контакты.

Начинались долгие и мучительные переговоры о патентах и предоставлении доступа к передовым технологиям, что ещё не обрели надлежащий статус. Я был готов лезть на стену, лишь бы меня не трогали и дали спокойно досидеть эту ночь. Но, как и всегда, моим мечтам не суждено было сбыться.

Самыми настойчивыми оказались дипломаты из Колумбии, которые только недавно вернулись в Канаду. Их страна пережила сложный кризис и теперь очень сильно нуждалась в поддержке. Они были готовы заплатить своими ресурсами ради передовых технологий. Я отшучивался как мог, заявляя, что мои руки связаны, однако их дипломат так и не отлипал. Гадёныш.

Слова стали резче, прямолинейнее, и мой отказ потерял свои деликатные нотки, превратившись в жёсткое «нет».

— Прошу вас, подумайте ещё раз, — с просьбой, оставив свою персональную визитку, покинул моё общество колумбиец.

Охренел он, конечно, до крайности. Я американцам и своей отчизне отказывал в предоставлении данных по разработкам технологий двойного направления. То есть тех, что могут использоваться в военном деле. А эти прям приезжай, помоги, настрой, создай, произведи, раздай. Что ещё вам нужно? Мир помочь захватить и принести его на блюдечке с голубой каёмочкой? Да уж… Наглость — второе счастье. Ещё и мифические богатства, которые мне и не снились, предлагают. Вы понятия не имеете, что мне снится. А знали бы — обделались. Вот гады, разозлили.

Только он испарился и перестал меня бесить, как ему на смену тут же пришёл эквадорец. И начались очередные переговоры.

А уже по их окончании меня навестили агенты разведки и шепнули о намерениях колумбийцев. Хотя я к тому моменту и сам уже владел информацией, но подавать виду не стал.

— Где и когда? — Делая вид, что я не в курсе событий, я начал просить поделиться информацией моих неожиданных визитёров из сотрудничающих спецслужб.

— Во время вашего круиза. Посреди Карибского бассейна. Мы бы настоятельно рекомендовали вам сменить ваши планы.

Я на мгновение прикрыл глаза и понял, что спокойной жизни мне в любом случае не будет. А раз её не будет, зачем отступать? Предупреждён — значит вооружён. Одно лишь плохо — подставлять других пассажиров не хочется.

— Знаете, я отправлюсь в круиз в любом случае. Но если вы дорожите теми чудесными отношениями, что у нас зародились, я бы хотел немного помощи от вас в этом деле. — С учётом всего моего боевого опыта, полученного во время сна, я не желал бегать как трус и прятаться от каких-то вшивых наёмных убийц.

— Мы не уполномочены принимать решения. Мы лишь хотели предупредить своего уважаемого партнёра и услышать его мнение на этот счёт. Пожалуйста, оставайтесь дома ближайшие сутки. Мы свяжемся с вами, — ответила леди из разведки и начала собираться.

Кажется, этот круиз станет для кое-кого смертельно опасным.

Вот только я не собираюсь умирать молодым. Не в этом мире.

Размышления и воспоминания были внезапно прерваны объявлением экипажа самолёта:

«Уважаемые пассажиры! Наш самолёт заходит на посадку в аэропорту Майами! Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию…»

— Михаил! Идите за мной, — скомандовал приставленный торговцем и создателем оружия телохранитель.

— Чёрт, совсем забыл про этого амиго с голливудской улыбкой, — покачал я головой и двинулся вперёд. Подальше от няньки.

— Михаил! Куда вы? — никак не успокаивался он.

Остынь, парень! Поводок временно сброшен, гарантии получены, многочисленные звонки совершены и меня ждёт мой круиз! Наконец-то! Как же я устал от всего этого!

У меня не было нормального детства. Я всю жизнь пахал на износ, спал от силы четыре часа, да и те — в вечных кошмарах. Теперь меня ждёт заслуженный отдых. И ничто его не остановит! Даже если завтра Земле настанет каюк и на нас нападут марсиане — я не собираюсь прерывать свой отпуск. Без шансов!

— Так… Аэропорт позади, где тут стоянка? — осмотрелся я, выйдя на улицу.

— Михаил! Какое такси? Стойте! — Охранник прыгнул на соседнее сиденье, стоило только заскочить в первую попавшуюся машину.

— Куда едем, господа?

— В порт Майами, брат! К стоянке лайнеров! И музыку погромче!

— Что, отпуск? — Включив на смартфоне, соединённом с динамиками автомобиля что-то драйвовое и увеличив звук в несколько раз, водитель начал выруливать со стоянки.

— Он самый! — Я открыл окно до предела и присвистнул каким-то длинноногим девчонкам в коротких юбках.

Надо попробовать отдохнуть как простые люди. Попытаться уйти от всех этих проблем. Благо всё работает благодаря Афине как швейцарские часы — чётко и отлаженно. Вот уж из-за кого меня убьют, если узнают о её существовании.

— А ты сам откуда? — перекрикивая музыку и сигналя тупящему впереди водителю, поинтересовался таксист.

— С самолёта! — тут же ответил я, не желая выдавать национальность.

— Так шутят только русские. Надо же, русский с темнокожим телохранителем, — удивился усатый водитель, улыбаясь мне в зеркало заднего вида и сверкая своим золотым зубом.

— Эй! Я загорелый! Мехико! Ты чего, акцент не узнаёшь! — тут же подорвался Роберто, приставленный ко мне охранником.

— Прости, брат! Это ещё удивительнее! — рассмеялся водитель и утопил педаль газа.

— Вот ваш номер. А напротив — номер вашего друга. — Администратор показала мои шикарные апартаменты и куда как более скромные хоромы моего мексиканского амиго, который тащил и мои, и свои чемоданы, яростно отражая нападения носильщиков, что порывались помочь ему.

Я был на сто процентов уверен, что он пронёс с собой на борт оружие, сумев каким-то образом обмануть рамки металлодетекторов.

— Программа нашего плавания, а также схема корабля уже были автоматически отправлены вам на электронную почту, указанную при регистрации. Они есть и на палубе, в специальных информационных центрах. Также к вашим услугам наши администраторы, что всегда будут рады помочь решить любую возникшую проблему. В качестве бонуса от нашей компании в ваш минибар было доставлено совершенно бесплатно… — продолжала щебетать симпатичная администратор в длинной юбке бордового или, как сказали бы дамы, гранатового цвета, и белой блузке, подчёркивающей её фигуру и шикарные формы.

Я впервые был в подобном месте и на какой-то момент полностью забыл обо всём, превратившись в настоящего туриста, который целую вечность ждал свой отпуск.

Да так и было в моём случае. С двенадцати лет моя жизнь резко пошла вниз, и отдых стал для меня чем-то недостижимым. Позже, сумев разбогатеть и получить себе имя, внушающее зависть у тех, кто мечтает о деньгах и славе, я изменил свой уклад жизни, но призраки моих кошмаров продолжали давить на меня, а взятая планка не позволяла расслабиться. Сейчас же я официально мог сбросить со своих плеч весь накопившийся груз и просто отдохнуть, как самый обычный человек. Лишь сны могут испортить мой отдых. Но к ним я уже привык.

Остаток дня я со своей незримой тенью бегал взад и вперёд по кораблю, любуясь и изучая все его возможности. А тут было где провести время. Настоящий город на воде!

Назывался корабль Viva Nova 2. Город мечты в океане. Самый большой, вместительный и роскошный круизный лайнер класса Суперлюкс. Что означало пять звёзд с плюсом — максимум, который только мог быть. По словам нашей провожатой, сход этого лайнера на воду практически обесценил пять звёзд с плюсом на всех прочих лайнерах. Они просто не могли с ним сравниться! Десять тысяч пассажиров, почти четыре тысячи членов экипажа, призванных воплотить мечту о самом лучше в мире отдыхе.

Одни только развлечения на корабле перечислялись на трёх страницах планшета, имеющегося в каждом номере.

Бары, рестораны самых разных кухонь мира, театр, кинотеатры, боулинг, казино, бильярд, дискотеки, спа-комнаты, сауны, бутики и спортзалы, бассейны, мини-аквапарк, школа танцев… Даже часовня имелась и телескопная! Вид ночного неба и так был шикарным, так ещё и приблизиться к звёздам и планетам можно было. В общем, я попал в целый город. Город на воде. И видя улыбки и радость других пассажиров и членов экипажа, я понимал: отдых удастся на славу.

В первый же вечер я «не справился с управлением» — перепил коктейлей, которые очень хотелось попробовать. Роберто как мог меня спасал от последствий, но и сам в итоге оказался не в кондиции.

Проснувшись наутро в чужом номере, с горячей и голой красоткой под рукой, я удивился. Ещё больше я удивился, что мой автопилот сработал как надо и не повёл её в мой номер. Едва поднялся и начал искать глазами свою одежду, как услышал странные звуки в соседней комнате.

— Роберто? Какого хрена? — задался я вопросом, на что он зашипел и начал выбираться из-под ещё одной красотки.

На судне не так уж много двухкомнатных апартаментов… Видимо, у нас неплохой улов. И красота, приятная глазу, и остальные атрибуты говорили, что красотки вовсе не простые.

С трудом, но я вспомнил, что именно Роберто их подцепил, когда я уже вышел из состояния обаятельного незнакомца. Хм, ну что же, он уже начал отрабатывать полученное доверие. Бритоголовый донжуан с голливудской белоснежной улыбкой и накачанным телом. Будто только вчера с обложки журнала сошёл.

— Босс! Я извиняюсь, сам не знаю, как так получилось. Но я рад, что вы не только в тире меткий стрелок. Вон в каких красавиц попали…

— Тоже не знаю, как это случилось, но чтобы это не в последний раз, понял?

— Больше не повто… А, что? — не поверил он услышанному.

— Мальчики! А вы куда это собрались? — Сзади донеслось ворочание в постели. — А на словах такие герои были. В итоге так быстро уходите?

— Роберто. Кажется, нас провоцируют.

— Предлагаю доказать, что они не правы! — стал по стойке смирно телохранитель.

— Я не трус, что бежит от брошенных в его сторону вызовов судьбы! И я рад, что ты такой же человек! — Я наклонился к нему и прошептал на ухо: — Надо успеть до следующей швартовки расстаться с этими прелестницами и проверить вошедших на борт пассажиров.

— Хорошо. От моего взгляда не уйдёт ни один колумбиец!

— Ну а я проверю журналы севших на борт пассажиров, — дал я ему указание и отправился в сторону спальни.

Заканчивались вторые сутки нашего круиза, и лайнер отправлялся дальше. Я стоял на палубе с лёгким разноцветным коктейлем в руках со сложно выговариваемым названием.

— Босс. Три человека вызывают у меня смутные сомнения… Минимум вещей, рожи мясистые, загорелые, очки да шляпы… Я от них угрозу за километр чувствовал.

— Да… Вот эти? — я показал ему три скриншота с фотографиями представителей колумбийских наркокартелей, работающих в тесной связке с новым правительством страны.

— Да… Вот эти. Это те самые нежеланные гости?

— Ага. Но можешь не переживать. Тут не только они.

Я допил бокал и подошёл с ним к специальной стойке, где можно было оставить любую грязную посуду. Персонал потом заберёт.

— А кто ещё? — удивился Роберто.

— КГБ, Американская разведка, Ми-6… В общем, хватает… Они уже получили фотографии. Завтра ожидаются несчастные случаи на нашем лайнере.

«ТРУ-У-УУУУУУУ-ПУ-У-УУУУУУУУУ» — портовый город на Карибах скрылся за поворотом судна, и капитан попрощался с ним парочкой гудков.

— Ой, мальчики! Простите! Мы потеряли нашу подружку Мишель… Она так плохо говорит по-английски, вы её не видели? Она такая, ну… француженка, — засмеялись две юные красавицы, и я удивился тому, как легко здесь найти новые знакомства. Ни к чему не обязывающие, не принуждающие, мимолётные и полные страсти.

Хотя, надо сказать, что наш с Роберто внешний вид был таким, что половина встречных дам оборачивались вслед.

Ещё один плюс от ежедневных занятий спортом.

Ночь вступала в свои права, звёзды ярко освещали смех и радость людей, дамы строили глазки кавалерам, а те в свою очередь как могли выделяли себя на общем фоне конкурентов. Кубиками пресса, толщиной кошелька, подвешенным языком, галантностью и миловидностью. Тысячи людей искали что-то своё. И тысячи человек находили его.

— Мальчики, может, к нам? — Две подружки, брюнетка и блондинка, легкомысленно начали нас зазывать в свой номер.

— Михаил, идём? Михаил? Ого, что это? — повернулся ко мне улыбчивый охранник и невольный коллега по отпуску.

— Вау-у-у! — начали удивляться все вокруг.

— Как красиво! — восторженно кричала, высыпая на палубу, толпа.

— Лиза, сфотографируй меня! — кричали девчонки вокруг. Начали мелькать вспышки фотоаппаратов, послышались щелчки камер смартфонов.

— Роберто, а что это за эффект такой? Как он называется? Ты же такой умный.

— Я… не знаю… Розовое северное сияние? Но мы же на Карибах. Тут не бывает северного сияния!

— Я знаю. Роберто, у тебя же был пистолет? Быстро за ним.

После простого взгляда в моё моментально протрезвевшее и крайне напряжённое лицо телохранителю ничего не оставалось, кроме как спешно сбежать от тянущих руки красавиц, устремляясь в сторону номера.

Я же, игнорируя всех вокруг, тяжело вздохнул и отвёл взгляд от покрывающей небо розовой пелены.

Мало мне было снов кошмарных как наяву… Теперь ещё и явь превратится в кошмар…

— Афина… Буди Ареса. Худшее случилось — пусть он захватывает всё, до чего дотянутся его лапы. Протокол «Катастрофа». Активацию подтверждаю.

Двумя часами ранее

На палубе, активно заселяемой новоприбывшими гостями, раздавался смех, шум, радостный гомон. Все, кто впервые попал на лайнер, испытывали небывалое чувство эйфории от прикосновения к настоящему шедевру инженерной мысли. Не менее умелые дизайнеры наполнили каждый уголок лайнера дорогими, стильными и захватывающими дух деталями. Каждая палуба корабля была своего рода музеем или выставкой. Многие коридоры были украшены по-своему, но эта палуба выделялась даже среди прочих.

В стену были вмонтированы артефакты древности либо реплики более современного искусства, залитые эпоксидной смолой и украшенные двигающимися линзами, которые позволяли рассмотреть в деталях любой элемент картины или реликвии древности. Пол тоже был удивительным — одна только копия золотого саркофага фараона Тутанхамона собирала над собой множество гостей лайнера.

В одноместной комнате 409а собрались налегке трое загорелых, накачанных брутальных мужчины, что не забивали себе голову подобной ерундой. Их задача была куда как конкретнее и очевиднее — они прибыли сюда исполнить приказ своего барона. Наркобарона. Он, будучи одним из друзей и союзников нового правительства Колумбии, получил просьбу, от которой не смог отказаться. И отправил на это дело своих самых лучших убийц.

— Слушаем внимательно. Наша цель — молодой сопляк. Но он имеет опасные связи. Это не будет лёгкой прогулкой. Провал недопустим, поэтому смотрим в оба. Нужно найти его и оценить его защиту. Всё должно выглядеть как несчастный случай. — Лидер этой троицы, облачённый в лёгкую рубашку с пальмами, поправил свою причёску, зализанную гелем, и поднялся с кровати. — Тихо…

За дверью слышался бодрый женский голос. Смехом он разносился по коридорам, но даже ребёнок бы понял — мадам пьяна, подобно матросу на пиратском корабле после успешного грабежа.

Ручка двери дёрнулась, и внутрь, едва ли не падая, влетела обладательница звонкого смеха с бутылкой шампанского в одной руке и парой туфель во второй.

— Ой! Ик! Я, кажется, не в свой номер попала. Здравствуйте, мальчики! Надеюсь, я не помешала!

Девица была чудо как хороша, хотя и едва стояла на ногах. Лишь ручка двери, в которую она вцепилась, не давала ей упасть к ногам колумбийской троицы.

Поняв, что дама зависла и странно озирается по сторонам, старший из колумбийцев жадно пробежался по её изящному телу глазами и поднялся со стула.

— Леди, прошу нас простить, мы планируем наш отдых.

— А это какая вообще палуба? — заплетающимся языком и недовольным тоном спросила красотка, шатаясь в проходе.

— Четвёртая.

— Да? А мне нужно на пятую… Блин, до лифта так далеко, а я ещё и каблук сломала. Ой… На! — Она вручила бутылку шампанского и влетела в каюту, сразу юркнув в туалет.

— Серхо… Ещё раз не закроешь дверь… — злобно глянул на своего младшего напарника здоровяк.

— Да я вроде бы закрыл… — почесав голову, начал оправдываться последний вошедший в номер.

— Вроде бы? Ты что, дилетант? — наехал на него второй помощник из этого отряда зачистки.

Говорили они тихо, едва слышно, и сразу замолчали, стоило послышаться звукам из уборной.

— Уф… Вы же мои спасители… Что-то от этого шампанского я сама не своя, так и тянет на приключения. — В комнату вошла красотка, одёргивая платье с глубоким декольте, и посмотрела на всех троих. — А чего это вы такие красивые и такие грустные, такие серьёзные? Вы что, первый раз в круизе?

— Прошу извинить нас…

— Ой, остынь, красавчик, всё я поняла. Первый раз, значит. Запомните, всё, что произошло в круизе, — остаётся в круизе. Я так пьяна… Никто не хочет помочь мне добраться до номера? — Усевшись на единственный незанятый стул, красавица перекинула ногу на ногу, оголяя кожу от бедра и до ступни.

Инстинкты проснулись в мужчинах, однако лидер группы был непреклонен.

— Леди. У нас мало времени… — Он хотел ещё что-то сказать, когда красотка внезапно встала и положила указательный палец ему на губы.

— Тщ-щ-щ. Ни слова больше. Я всё поняла. — Забрав бутылку шампанского и подняв туфли, намеренно демонстрируя крайне соблазнительные формы, она подошла к двери наружу и на мгновение замерла.

Щёлк!

— А впрочем. Раз уж всё, что случилось в круизе, остаётся в круизе… — Она загадочно улыбнулась и, закончив закрывать дверь, обернулась к троице мужчин. — Мало времени, говорите? Ну пару минут-то вы мне выделите, господа? — Вопросительно подняв бровь и сунув руку под платье, лёгким движением руки красавица потеряла бюстгальтер и кинула его в троицу. — Каждый…

— Босс… Ну в жизни себя не простим… — стали уговаривать двое своего шефа.

— Тридцать минут, не больше, — кивнул он и стянул через голову свою яркую рубашку с пальмами.

Спустя двадцать минут замок в номер внезапно начал крутиться, и дверь резко открылась. Заслоняя свет из коридора и перекрывая путь к отступлению, в проходе стоял здоровяк в шикарном чёрно-белом костюме. Под тканью виднелись бугры мышц, из-за которых костюм казался мелковатым. Здоровяк пригнул голову и вошёл в номер, смотря на следы крови на полу.

— А трупы, я так полагаю, в уборной? Да, Мишель? — спросил он, прикрывая дверь. — Я знаю, что ты тут, выходи, поговорим.

— Ну надо же, Себастиан Линтер собственной персоной. Что, и тебя заинтересовала местная пташка? Большую награду за его голову назначили.

— Более чем. И, как я вижу, не меня одного. Что, решила по-быстрому устранить конкурентов? А меня тоже убьёшь?

— Если понадобится.

— Ха-ха. Я бы хотел на это посмотреть. Ты уже пыталась. И не раз. Париж… — Он отвернул воротник и показал шрам на шее. — Токио… — Его рука указала сначала в область сердца, а затем большим пальцем за спину. — Буэнос-Айрес…

— Хотела бы убить — убила. А так, оставляла напоминания о наших незабываемых встречах. — В ладони красотки возник каблук, лёгким движением руки превращаясь в тонкий блестящий клинок с двухсторонней заточкой лезвия.

Таким можно и порезать, и проткнуть. И именно это произошло с троицей наёмных убийц из Колумбии.

— Какая ты злая… Я поздороваться зашёл. Расслабься. И вообще, слишком ты грязно сработала. Столько крови — не боишься, что вычислят?

Молчание и сузившиеся глаза Мишель были лучшим ответом для Линтера.

— Изобретатель — мой. Будешь мешаться — до следующего порта рискуешь не доплыть.

— Пусть за нас говорят наши дела, а не языки. Посмотрим, кто добудет его голову первым и получит награду, — подмигнул здоровяк и ушёл, прикрыв дверь.

— Вот ведь стервятников налетело… Будет сложно… — Красотка подошла к телефону в номере и набрала выученную наизусть комбинацию.

Ответивший ей капитан круизного лайнера пометил на листочке номер комнаты и, не произнеся ни слова, повесил трубку особого телефона, выведенного на его капитанский мостик. С этим листиком он отправился в незатейливое помещение рядом с рубкой, где сперва постучался, а затем использовал пароль для открытия тяжёлой металлической двери.

— Началось. Вот номер — всё нужно убрать и избавиться от следов. — Он оставил бумажку на столике, покидая место обитания четвёрки чистильщиков, присланных его старым знакомым. — Надеюсь, старина Хэдберг, я не зря так рискую своей головой и репутацией.

Впрочем, вспомнив о сумме перевода на его счёт в швейцарском банке, капитан лайнера сразу же понял — не зря.

Люди высыпали на палубу, чтобы посмотреть удивительное природное явление. Никто о нём даже не слышал, и люди предполагали самые разные варианты.

А я — не просто слышал. Я — знал. Это начало конца. И времени у нас очень мало. Не больше пятнадцати минут.

Почувствовал на себе пронзительный взгляд и поднял голову вверх, наблюдая, как исчезает за перилами красавица.

— Где-то я её уже видел… — прищурился я и двинулся в сторону своей каюты, пробираясь через всё напирающую толпу. Пока не врезался в своего телохранителя.

— Роберто! Ты почему тут? — раздражённо спросил я его, уходя в сторону. Поток людей и не думал исчезать…

— Всё хорошо, он был со мной. Всегда. Просто надо было уединиться и собрать три детали.

— Что там за пистолет-то такой? — нахмурился я и забил на эти мелочи, так как понимал — времени всё меньше.

— Особая модель, на рампах не пищит, но и недолговечный… Так а что случилось? Что за свечение?

— Начало войны. Монстры, твари и прочие. Откуда знаю — даже не спрашивай. Через тринадцать минут всё начнётся. Наша задача — оказаться в максимально безопасном месте и быть готовыми начать бой.

— Звучит серьёзно! Надеюсь, вы ошибаетесь. — Роберто вышел впереди меня и стал волнорезом, что рассекал толпу своим мощным телом.

— СТОЙ! — Я увидел пожарный щит, скрытый от глаз публики специальной завесой. Открыл её, сорвал печать и сломал защитное стекло, достав небольшой красный ломик. — Не пожарный топор, конечно…

В это самое время по всему миру во всю начали сбоить телепрограммы и онлайн-трансляции. Арес везде выводил и озвучивал сообщение, призывающее всех жителей Земли приготовиться к неожиданным последствиям, которые будут смертельно опасны для каждого. Рекомендации набрать воды, вооружиться, уйти из густонаселённых мест. Я был уверен, что девять из десяти, если не больше, посчитают это самым тупым из возможных розыгрышей. Но когда настанет звездец — они вспомнят слова, что доносились до них, и начнут действовать.

— Эй! Сэр! Остановитесь! Зачем вы взяли инструмент? — заорал мне один из членов экипажа, охраняющий эту палубу и ничего не понимающий.

Я и сам не до конца понимал. Неизвестно, что в наш мир принесёт эта пелена, окутывающая весь мир… Но я очень надеялся, что кроме смерти здесь появятся и такие воины, как в моём сне. И такие же терминалы, полные оружия, брони и возможностей.

— СМОТРИТЕ! ЗВЕЗДОПАД! — закричал кто-то, указывая в небо.

— Афина… Бери управление кораблём на себя, активируй протокол пожарной тревоги. Произведи расчёт маршрута к ближайшему порту, к которому мы можем пришвартоваться, и направь туда лайнер. Спасай корабль если понадобится. Любой ценой.

В правом ухе через наушник зажурчал голос моей интеллектуальной помощницы.

— Господин, начинаю взлом систем и захват панели управления кораблём. Наблюдаются мощные помехи во внешней радиосреде, спутниковая связь отключена, — отчиталась она.

— Докладывай об изменениях с кораблём.

— Оборудование серверной выходит из строя. Я отключила питание, дабы серверы не оказались уничтожены. Если атака по оборудованию прекратится, мы сможем их перезапустить. Расчёт показывает, что до ближайшего порта плыть семнадцать часов. Закладываю курс… Первый двигатель вышел из строя. Наблюдаются проблемы с электричеством. Лайнер в зоне мощного излучения неизвестного типа. Я отключаю все системы, оставляя резервные двигатели на малый ход. Ожидаемое время прибытия составит тридцать пять часов.

— Спасательные шлюпки доберутся до берега?

— Едва ли. Оборудование также перестанет работать. Они будут дрейфовать в открытом океане. Спасательные судна не придут. Господин, ваш смартфон тоже на грани. Я отключаюсь. Вернусь при первой же возможности.

Голос в моём ухе затих, и я выругался.

— Эй! Зачем тебе лом? — схватил меня за плечо член команды экипажа, не давая пройти дальше и пытаясь вырвать моё оружие из рук.

— Отвали! — Я долбанул ему локтем в солнечное сплетение и вырвался из слабеющей хватки.

«ВНИМАНИЕ! ПОЖАРНАЯ ТРЕВОГА!» Красные лампочки появились словно из ниоткуда и начали свой бег, сопровождаемые голосовой поддержкой. Хватило их на тридцать секунд, после чего они заглохли и прекратили маячить. Всё… электроника мертва…

Людей вокруг стало меньше, и мы дорвались до лестницы. Начав стремительно преодолевать пролёты и смотря на людей в застрявших лифтах, я понимал, что худшее ещё только впереди.

— Десять минут! Считай вслух до шестисот! Электроника вся вырубилась! — рявкнул я Роберто, и он без лишних сомнений начал отсчёт.

— Стой! — Позади меня закричал женский голос, стоило мне очутиться на нужной мне палубе.

Я обернулся, не останавливая свой бег, и едва дойдя до поворота, оказался отправлен в полёт.

— Атака! — среагировал Роберто и вытащил пистолет, открывая огонь по моему обидчику ещё до того, как я приземлился. И снова я у лестницы.

Понимая, что оттуда также может прилететь, я спешно перекатился и поднялся. Звук пустых щелчков из-за закончившихся боеприпасов настораживал.

— Хы… Ты где пистолет достать умудрился? Я тебя в бараний рог скручу. — Задрожал пол, и здоровяк в странном чёрно-белом костюме паровозом помчался в сторону начавшего перезарядку Роберто.

«Бронекостюм в виде смокинга. Надо было и мне такой надеть…» — с грустью подумал я, разминая руку и восстанавливая дыхание от внезапного удара. На лестнице в этот момент показалась шевелюра кричавшей мне дамочки, и я сразу же понял, кто это.

— Босс! — Роберто ввязался в ближний бой, пытаясь пристрелить здоровяка, но этот костюм и более мощный калибр не возьмёт…

— Держись! — Я кинулся в бой, забив на даму.

— Да что за день! Сегодня всем мужикам плевать на меня? — разочарованно донеслось со стороны спины, и бесшумные ноги понесли ту, о ком я был наслышан, вперёд.

— Себ! Я же сказала, он мой!

— Да пошла ты, потаскуха! Мне награды за его шкуру до конца жизни хватит! — Этот крепыш вмял Роберто в стену, выхватывая пистолет и направляя в мою сторону.

Хрусть!

Материалы не выдержали тисков громилы, и деликатное оружие сломалось, рассыпавшись пластиком.

— Что за… — Он удивлённо смотрел на разваливающийся механизм, чем я и воспользовался, ударом ломика отбивая эту выставленную вперёд руку. — Ах ты падаль… — Здоровяк схватился за повреждённую конечность и ушёл в сторону от следующего удара.

Из-за пояса он вынул большой охотничий нож, поднёс его к лицу и, улыбнувшись подобно маньяку, с криком бросился в мою сторону.

Уворот, перекат, наградной удар по спине громилы, от которого он ахнул и сделал неловкий шаг вперёд. В этот же момент на него налетела красотка, пытаясь выбить нож из руки и достать ногой до его лица. Я вновь замахнулся, надеясь достать до затылка здоровяка, но он будто почуял опасность и развернулся, нанеся мне удар схваченной за ногу дамой. Мы оба отлетели в сторону, и он тут же помчался вперёд, выбирая меня в качестве жертвы.

Я перекатился, уходя от его пинка ногой. Плитка сломалась на том месте, где я был секунду назад, а ныне впечаталась пога громилы. Сделал кувырок назад, встав на ноги, и сразу же увернулся от мощного хука, который оставил вмятину в металлической двери, ведущей в техническое помещение палубы. Громила, не останавливаясь, будто в бешеном танце совершил разворот и нанёс размашистый удар ножом, которого я смог избежать, отклонив корпус назад до предела.

Врезавшись в колено громилы, эффектная красавица вывела его из равновесия, чем я и воспользовался, нанеся мощный удар ломиком по руке с ножом. Что-то хрустнуло, и его кисть разжалась. Но здоровяк от этого лишь ещё больше рассвирепел, схватил за волосы мою невольную соратницу и отправил её в полёт в сторону коридора. Я же попытался нанести очередной удар и сделал это весьма успешно, зарядив прямо по лбу здоровяка.

Зазвенело так, словно вместо головы у этой твари была кастрюля.

— РВА-А-А! ПОРВУ! — Он рывком прыгнул в мою сторону и врезал целой рукой по моим лёгким, выбив из них остаток воздуха.

Пудовый кулак ещё раз возник над моей головой, грозясь проломить череп, и начал опускаться. Я с трудом махнул намертво сжатым в руке ломиком и отбил кулак в сторону. Окровавленная голова ублюдка нависла надо мной, скалясь от ярости. А за ней — ещё одна голова лысого и совсем не улыбающегося Роберто.

Удавка опустилась на шею громилы, и тот попытался схватить моего телохранителя своей лапищей. Лицо отодвинулось от меня, и я смог перекатиться в сторону, делая маленький спасительный вздох. Лёгкие болели и горели огнём. Наверняка эта тварь сломала мне одно или два ребра.

— Хах… Хах… — Тяжело дыша, я поднялся и лёгким движением вонзил остриё ломика здоровяку в район кадыка, прекращая эту внезапную и затяжную битву…

— Вы целы? — пошатываясь и уходя в сторону от хлещущего кровью ублюдка, спросил меня Роберто.

— Бедро ушиб и рёбра болят. Перелом, скорее всего. — Я сжал зубы и стерпел приступ накатывающей после вдоха боли.

— Девушка… спасибо! Вы сражались как львица! — Роберто демонстративно поклонился красавице, поднял охотничий нож здоровяка, начавшего издавать странные предсмертные звуки, и направил его остриё на помощницу. — А теперь вопрос на засыпку. Кто вы такая?

— Остынь, Роберто. Помоги подняться. Знакомься. Это Мишель Бонфети. Она же Джулия Сигурдсон, она же Наталья Меньшова… Другие её имена я не запоминал. Двойной или даже тройной агент. Работает на тех, кто больше платит. Наёмный убийца и разведчик КГБ в одном лице.

— Как же много вы обо мне знаете?

— Знал бы меньше, если бы полгода назад вы ко мне в виде журналистки приставать не начали, — улыбнулся я и подошёл к сидящей на полу красотке. — У нас мало времени. И нам, умеющим убивать, лучше держаться вместе.

— А я не знала, что вы умеете убивать. Этого ни в одном досье на вас нет.

— Там много чего обо мне не сказано. Давайте пройдёмся до нашего номера и займём там оборону, подготовимся. Осталось чуть больше пяти минут. — Я протянул руку и помог Наташе подняться.

— До чего? — удивилась она.

Кто бы там сколько ни предложил за мою смерть в тайных подпольных сообществах наёмных убийц, за мою жизнь мой новый компаньон заплатил намного больше. Один лишь вопрос… Как много из них в этом хаосе выживет и продолжит стремиться выполнить контракт. Ведь скоро деньги перестанут значить хоть что-то.

Мы добрались, распугивая редких встречных пассажиров своим видом. Тревога работала недолго, но очень многие выбрались на палубу. Пропавший же свет и открытые электронные замки на дверях позволили всем вокруг понять, что дело дрянь, и теперь они стремительно собирали вещи, побежав к палубе и спасательным лодкам.

Скоро капитан, потерявший управление, запустит спасательный маяк и начнёт готовить людей к эвакуации. Даже дрейфующий корабль для него — подобен гробу на волнах. Невозможность им управлять приведёт к крушению рано или поздно. И даже если я скажу ему, что всё под контролем, — поверит ли он мне? Я ведь и сам не уверен.

— Ай… — дёрнулся я, когда Наташа завязала бинт.

— Всё, готово. Да, у тебя точно перелом рёбер. Ложись и старайся не шевелиться. Ждём эвакуацию. И расскажи мне, что происходит? — Наташа отложила аптечку в сторону, а я поднялся со стула и подошёл к окну с видом на палубу, на которой людям уже было не до веселья.

— Эвакуации не будет. А что происходит — мы сейчас узнаем… пятнадцать минут только что прошли.

Я смотрел на палубу, где суетились люди и готовили к спуску спасательные шлюпки ярко-оранжевого цвета.

Внезапно началась суета и все закричали, началась потасовка, кого-то схватили и держали, кого-то избивали и кусали, первые люди полетели за борт…

— Какого хрена, босс?

— Блять, — не выдержал я и покачал головой. — Всё как во сне. Стали на три шага друг от друга! Слушайте и запоминайте. Если я или кто из вас превратится в помешанных зомби — другие должны его убить. — В моих руках был нож, и я внимательно смотрел на двух моих соседей по комнате.

— Ты бредишь? — Наташа наклонила голову и посмотрела на меня как на идиота. Но тем не менее встала поближе к двери и достала из волос странный клинок.

— Босс? Что за шутки? — Роберто двинулся ко мне, но клинок оказался приставлен к его шее, и он отошёл назад.

— Минута… Обращение длится не больше минуты. — Я в напряжении держал нож перед собой, надеясь на лучшее.

Выдохнув, я отложил здоровенный нож в сторону и позвал спутников.

— Вот вам, господа и дамы, диспозиция. Мы на огромном лайнере посреди океана, с нами на борту порядка пятнадцати тысяч человек или около того. Какая-то часть из них превратится в зомби. Другая останется людьми. Слабыми, беззащитными людьми, не имеющими ни силы воли, ни навыков для выживания.

— Откуда ты… Боже, это безумие…

— Это не безумие — это атака. Откуда знаю? Я уже пережил это… Вернее, умер, неоднократно — но сам процесс изучил досконально. Та розовая пелена — это выброс заложенной в нашем мире биохимической бомбы. Его задача — подготовить мир к захвату и поглощению. Споры уже давно проникли в каждого из нас, облетев весь мир. Слабые и травмированные, те, кто получил б о льшую их дозу, — обратятся. Остальные выживут. И по этой же причине укус не превратит вас в зомби. Иммунитет. Но не радуйтесь раньше времени. Зомби я их называю из-за ассоциаций. По сути, это заражённые. И они будут болеть, станут рассадником болезней и вредоносных организмов. Укусят вас — и вы отравлены. Пока не достанем лекарства — лечения как такового нет. Пока его не изобретём… Или не получим иным способом. Вариантов немного — быстро прижечь место укуса и прожарить мясо до самой кости, либо ампутация. Иначе — смерть. Рано или поздно.

— А что за звездопад мы видели? — уточнил Роберто, не ставя под сомнения мои слова и смотря на разгорающуюся бойню на палубе.

Да, когда свои глаза видят подобную картинку, любые слова воспринимаются куда как проще.

— Звездопад — это наша надежда на спасение. Когда мир подвергается атаке тех тварей, что распространили споры, они не лезут сюда, они ждут. Ждут, когда наша цивилизация хорошенько промаринуется, сражаясь друг с другом и уничтожая собственные запасы оружия. Потом приходят и они. Понятия не имею почему, но будто кто-то в противовес им или ради баланса, кто-то крайне могущественный, отправляет такие особые терминалы в виде звездопада. Я не знаю, кто это, почему он помогает таким, как мы… Эти терминалы — крайне технологические, неподвластные человеческой логике сгустки красной жидкости. Она вступает в контакт с нашим мозгом, позволяя оценить наш вклад в уничтожение угрозы и давая очки рейтинга. За эти очки можно купить оружие, боеприпасы, защиту, еду, аптечки, восстанавливающие здоровье. Как в какой-то игре. Если выжить достаточно долго и набрать много очков — откроются новые возможности. Какие — не знаю… Не доходил до этого ни разу.

— Михаил… Где ты видел это? Откуда всё это знаешь? Ты сам-то человек? В смысле, ты с нашей планеты?

— Да. Такой же, как и ты. С двенадцати лет каждый раз, когда я засыпал, — я видел сны об этих сражениях. Разные стадии. Начало атаки, первые дни и месяцы, закат цивилизации. Я оказывался в мире, где такие же, как мы, люди вели отчаянную борьбу и войну.

— И много раз вы одержали победу? — оторвал взгляд от окна уже не такой жизнерадостный Роберто.

Наташа тоже посмотрела на меня, а я отчего-то почувствовал неловкость и подступающий к горлу ком. Тяжело осознавать, что все… Погибнут…

— Ни разу… — тихо прошептал я и достал телефон из кармана. — Будем надеяться, что в этот раз всё произойдёт по-другому.

На минуту нас настигла гробовая тишина, которую прерывал лишь монотонный гул и крик с палубы.

— Электричество? Оно вернётся?

— Электроника сама по себе выгорит. Со временем. Многое уже выгорело. Первая волна самая жёсткая — она грубо, словно наждачка, проходится по чипам и платам, уничтожая всё подряд, что активно в этот миг. Но если механически добыть электричество или найти неиспользованные аккумуляторы и присоединить лампочку, которая не работала во время волны, — она будет дарить нам свет.

— Лайнер… Он будто умер. Нет ни света, ничего, лишь аварийные фонари и автономные лампы работали недолго.

— Я отключил всё питание на корабле дистанционно, — признался я и поставил свой телефон на подставку вертикально, чтобы не пропустить момент пробуждения Афины.

— И что нам теперь делать?

— Надеяться, что одна из «звёзд» упадёт на лайнер. И ждать пробуждения Афины. — Я посмотрел в окно, где усеянная трупами палуба лайнера значительно опустела. Лишь многочисленные раненые стонали и молили о помощи.

Увы, что бы я ни придумал — итог был бы один и тот же. Заставить же всех сесть в свои комнаты и ждать решения судьбы мне было не по силе. Тем более за пятнадцать минут, что нам отвели.

— Хорошо, что не начали эвакуацию раньше. Иначе все до единой спасательные шлюпки оказались бы захвачены зомби, — постарался найти хорошие новости Роберто.

— Две в воду упало… — заметила Наталья.

— Это ерунда. Главное сохранить контроль над лайнером. Я не знаю, какие масштабы будут у этого апокалипсиса. Первой его части. Плавучий город может стать крайне важным подспорьем в вопросе спасения множества людей. Нельзя допустить его затопления и захвата зомби. Выхода из строя основного оборудования.

— Тогда что ты планируешь делать? Сражаться с ордой тварей и сходящих с ума людей ломиком? Или же аки мессия собираешься всех объединить и направить в освободительный поход по палубам?

— Бинго! Но только в том случае, если тут появится терминал. Если нет… То просто выживу до прибытия в ближайший крупный портовый город. И там уже будем думать.

Бум!

Удар кулака по столу — вот и вся реакция от Натальи на такие расчудесные новости.

— Ты зачем мебель крушишь, женщина? — нахмурился Роберто. — Хочешь, чтобы сюда зомби со всей палубы сбежались?

— Что, думаешь, прибегут? Я бы посмотрела на них вблизи, мне как раз стресс надо скинуть, прикончив парочку ублюдков.

Она принялась отламывать ножку стула и искать что-то, чтобы прикрепить свой миниатюрный клинок к ней.

— Нужно больше оружия средней дальности. Плохо, что огнестрел твой сломали. Он хоть и шумный, но как оружие последнего шанса — само то.

— Ага. Или пулю себе в лоб пустить, — изобразил выстрел Роберто.

— Подумай лучше об оружии, — предложил я ему, и он начал задумчиво чесать лысину.

— Моргенштерн сделаю… Только повозиться придётся. — Он варварски выломал металлическую алюминиевую планку из шкафа, на которой висели костюмы.

— Точно! Костюмы! — Я быстро накинул на себя одежды, чтобы она предотвратила возможность прокусывания зомби моей драгоценной кожи, и выскочил в коридор.

Пока повсюду было относительно тихо, хотя со стороны лестницы кое-какие отголоски криков и шум борьбы были слышны. Но рисковать почём зря я не желал, тем более со сломанными рёбрами и ушибленной ногой. Поэтому ограничился тем, что снял бронированный костюм со здоровяка Себа и развернулся, дабы вернуться в комнату.

Странный гул, будто от реактивного двигателя, раздался где-то в вышине, и я против воли поднял голову вверх. Увы, в потолке ничего не разглядеть. Пришлось, волоча ногу, быстро шевелиться в сторону витражного окна.

— Босс! — вывернул из-за поворота мой не унывающий «Доминик Торетто» и подхватил меня за плечо.

— Что ты тут забыл? У тебя оружия даже нет… — Я доскакал до окна и замер, с широкой улыбкой смотря на яркий белый шар света, зависший над лайнером.

— Это и есть терминал?

— Нет… Ну же… Ну!

Шар света распался на три алых сгустка поменьше, и они разлетелись вдоль корабля.

— ДА! Отлично! Три! Три терминала! Помоги мне дойти до каюты… Надо приготовиться.

Скинув со стола всё барахло, я вывалил слегка заляпанный кровью костюм. Вывернув его наизнанку, я попросил помощи в том, чтобы раскроить его.

Здоровяк имел такие габариты, что его штанов, если обрезать под меня, — хватит ещё на что-нибудь.

— Не тратим время, из этого костюма после обрезания излишков выйдет почти что две компактные брони.

— Ты надеешься порезать его ножом? — со скепсисом посмотрела на меня разведчица.

— Если знать, как их шьют, — легко.

Я принялся сооружать рядом со столом странную конструкцию из ведра с водой, позаимствованного в уборной, и костра в раковине, закрытой металлической заглушкой.

— Эта ткань — военная разработка. Однако на массовое производство она не пошла. Во-первых — слишком дорого, во-вторых, она имеет одно очень плохое свойство. В обычном состоянии такой костюм способен выдержать температуру открытого пламени и защитить владельца. Но если костюм перед этим намочить — подкладка внутри него начнёт при контакте с огнём разрушаться и тлеть. Казалось бы — бред, но нет. Это химическая реакция. Поэтому для морских котиков и подобных им подразделений, которые работают в смешанных условиях с водой и огнём, он не подходит.

Я опустил в размеченном месте штанину в ведро и дождался, пока она намокнет, после чего вытянул и провёл над разожжённым в умывальнике пламенем.

Ткань зашипела, захрустела и начала слегка постреливать, после чего плавиться стали и внешние слои костюма.

— Будь у нас оборудование, таким варварством мы бы не занимались, но на безрыбье…

К исходу часа, задыхаясь от вони химического дыма и вооружившись иглой из стандартного швейного набора для гостей — хвала высоким звёздам сего лайнера, предусмотревшим даже такие мелочи, — мы кое-как прикрылись. Бо́льшая часть дурно выглядящей одежды отошла мне в виде некоего подобия мексиканского пончо. Сильно уменьшившиеся штаны прикрыли длинные ноги Натальи и заменили платье, которое она скинула в пользу более практичной майки и другой позаимствованной у меня одежды. Рукава же, готовясь к кулачным баталиям с зомби, использовал Роберто, обмотав кулаки на манер перчатки, а остатки ткани он превратил в шарф, прикрывший его шею.

— Слушайте наш план. Как только очнётся Афина…

Внезапно на корабле вновь появилось электричество, и свет зажёгся в коридоре.

— Господин. Я очнулась. Системы корабля имеют множество критических повреждений. — Моё чудо в телефоне начало доводить до меня самую важную информацию, что была доступна ей. — Я могу ограниченно управлять системами корабля. Контакт с двигателями отсутствует. Релейная система управления не отвечает. Требуется ручное вмешательство. Если этого не сделать — я не смогу изменить курс и увеличить скорость хода.

— Стой, Афина. Я тебя понял. У тебя доступ к камерам остался?

— Около двадцати процентов.

— Хорошо. А можешь найти источники алого свечения. Крупные красные шары, висящие в воздухе без видимой на то причины?

— Обрабатываю информацию… Обнаружен один такой в библиотеке на восьмом ярусе, в секции F. Помещение номер 1064, — ответила она мне, заставляя улыбку расцвести на моём лице.

Так, теперь главное очки достижений получить, следуя по пути к алому шару.

— Тут есть библиотека? — удивился, состроив смешную удивлённую мину, Роберто.

— Ага, будем подходить к зомби с вопросом: «Не подскажете, как пройти в библиотеку?» — тяжело вздохнула Наталья, не сводя взгляда с моего телефона. — Я знаю схему корабля практически наизусть. Но не детально. Туда идти не так уж и близко. Мы в Секции А. Это другая часть корабля. Да ещё и на четвёртом ярусе.

— Главное, что мы знаем, куда идти. А с остальным разберёмся по пути. Ну что, готовы? Нам нужно добраться до терминала любой ценой. Иначе мы имеем все шансы не дожить до причала, — подытожил я, поднимаясь и кладя смартфон в карман.

— А кто эта помощница? — задал правильный вопрос Роберто.

— Псевдоискусственный интеллект. Способен на многое. Жаль, функцию остановки апокалипсиса я в неё не запрограмировал… — отшутился я, понимая, что первый день — самый сложный для выживания. И наши шансы на спасение примерно пятьдесят на пятьдесят. Либо сдохнем, либо нет.

— М-м-м… Теперь я понимаю интерес всех этих шишек… — кивнула каким-то своим размышлениям Наталья и подошла к двери. — Тц! Тш-ш-ш-ш. Там есть кто-то.

Мы приготовились на всякий случай к бою и дождались команды Натальи. Увы, моя Афина не имела доступа к камерам этой части четвёртого этажа корабля.

— Тихо… Если сражаемся — то бесшумно. Зомби ведь на звук двигаются? — шёпотом спросила она.

БАБАХ!

В дверь врезалось что-то настолько громко и сильно, что она едва на петлях удержалась.

— И на запах… судя по всему, — пожал я плечами, не скрывая голос. Зачем, если уже нас раскрыли. — Роберт, возьми уцелевший стул. Дверь открывается внутрь. Нужно сдержать первый натиск. Пока ты будешь его или их удерживать в проёме двери, я и Наталья убьём его. Главное прервать работу мозга — всё как в боевиках. Приготовьтесь.

Первая птичка ворвалась в нашу клетку, бешено крича, махая руками и пытаясь откинуть от себя стул, который подобно вилам удерживал зомби на расстоянии. Наталья пыталась вогнать остриё в глазницу, в то время как я стоял у двери и мощными ударами, игнорируя боль в рёбрах, от души колотил по черепу твари.

Сломалась, к моему удивлению, шея, и всё ещё живая тварь повисла на стуле всем телом, вырывая его из рук нашего «копейщика» и падая вниз.

— У них нулевой болевой порог. Работают инстинкты. Если переломить хребет, будут просто ползать на руках. Ну, смотря где сломать его. — объяснил я, а Наташа вогнала клинок в неподвижный воющий живой труп, и я выглянул наружу.

В конце коридора тусовалась парочка подобных персонажей в костюмах отдыхающих. Шорты да купальник. Мужик и женщина. Возрастом за пятьдесят.

— Возраст, травмы тела — всё это влияет при обращении, — инструктировал я. — Соответственно — зомби не будут первоклассными атлетами, кроме редких случаев. Но они компенсируют это другими качествами. Бесстрашие. Упорство. Если вы видите недобитого или слабого зомби и не видите риска — добивайте его. Всегда. Это ваши баллы в рейтинге. Это ваш шанс сделать мир чище и лучше. Никаких сомнений. Старик, ребёнок, красавчик или красавица — они уже мертвы. Лучшее, что вы можете для них сделать, — упокоить на веки вечные. Идиоты будут пытаться ограничивать их и искать лекарства против зомбирования — пустая трата времени. Очистить мир от них — это ваш долг с сегодняшнего дня. Перед самим собой и перед всеми выжившими.

Примерно понимая, куда идти, я направился в сторону коридора, с ноги влетая в ближайшего зомби и сбивая его с ног, а второму ударом ломика ломая челюсть и встряхивая остатки мозга. Ещё пара ударов — и этот был готов, а Роберто в это время без тени сомнения прикончил первого, что уже начал было подниматься.

— Страх выживших — сильнейшее оружие зомби, — продолжал наставлять я. — Дрожащими руками не пробить череп твари. Дрожащими руками не попасть пулей между глаз. Дрожащий выживший — дохнет первым. Людям нужно время. Сегодня такие, как мы, спасают неподготовленных гражданских. А через месяц они могут спасти нас. Или убить. Тут гарантий никаких. К сожалению. Настало время хаоса и анархии. В худшем из возможных видов её проявления.

Мы двинулись дальше, зашли за угол, и я тут же развернулся.

— А иногда лучше не рисковать и сваливать. Бежим!

— ГРВА-А-А-ААААААА!

— РА-А-АА!

— УРУ-РУ-РУР-РУ!

Полтора десятка рыл, сбившихся в кучу, — это серьёзно. Это опасно. Это волна, которая может тебя просто повалить и перегрызть артерию на шее.

— Не имея достаточной защиты и вооружения, никогда не лезь в сражение лоб в лоб. Наши мозги, в отличие от их — целые. И ими нужно пользоваться.

Я выжимал максимум из своей больной ноги. Видимо, тот самый первый удар повредил или мышцу, или связки, отчего любое движение сопровождалось дикой болью, которая заглушала даже боль от сломанных рёбер.

— Командир, сюда! — Роберто, поддерживая меня, свернул за угол и толкнул ногой тележку разносчика, делая из неё преграду на пути тварей.

— Верно, Роберто. Они сильны и стремительны, но тупы. Идут напролом — преграды могут задержать их.

Я потерял весь воздух в лёгких, стараясь доносить известные мне истины. А ведь это только начало, первый этап… Подготовка. До мразей, что придут следом за зомби, ещё много времени пролетит.

Остановился у поворота на пожарную лестницу и указал пальцем на тяжёлые горшки с цветами. Их было несколько. Я взял тот, что поменьше, Наталья такой же, а Роберто — покрупнее, и мы организовали засаду на следующую по пятам толпу.

Долго ждать не пришлось, и уже через две секунды первый появился из-за угла.

— Давай!

Самой меткой оказалась Наталья, умудрившись пробить ему череп и заставить упасть. Об это препятствие споткнулись следующие, ну а мы начали карабкаться вверх по узкому трапу, ведущему на палубу.

— А что делать, когда вокруг куча зомби? — спросил меня Роберто, принимая боевую стойку и смотря на два десятка синхронно повернувшихся в нашу сторону зомбарей. Неожиданно, конечно вышло. Впрочем, всё равно шансов у нас не так уж и много. Сделаем, что сможем…

Я посмотрел на толпу вокруг, на ведущий вниз люк и неумело карабкающихся по узкой лестнице тварей. Закрыв крышку люка, что довольно громко хлопнула, стал спиной к спине с Натальей и Роберто.

— Убивать.

Десятки глоток заорали, и со всех сторон на нас понеслись твари. Казалось — мы обречены. И шансы наши около нуля. Но… Это круиз. Твари легко одеты, а иногда и раздеты по пояс. Они не знают, что такое тактика. Что такое защита. Они одержимы желанием убить и сожрать нас, но всё, что у них есть, — худые и толстые, жилистые и рыхлые тела. С самыми обычными человеческими руками и ногами. С зубами, которые практически лишились заложенных в них природой охотничьей остроты. Да, они всё ещё могут прокусить кожу. Они могут оставить синяки, сломать руку и отбить случайными ударами своего ущербного тела почки и печень.

Но это всего лишь обезумевшая толпа, которая ничего, кроме инстинктов, основанных на агрессии, не использует. В отличие от нашей троицы.

В окружении мешающих друг другу, ползущих, бегущих, спотыкающихся и падающих тварей мы были подобны маяку посреди бушующих морских волн. Тренированные, хладнокровные, готовые к битве и умеющие убивать. Мы прикрывали друг друга, повреждая тела окружающих зомби. Ломали им руки и шеи, выбивали коленные чашечки и зубы. Ломом, длинным охотничьим ножом на палке, самодельной дубиной-моргенштерном Роберто. Она, кстати, погнулась и сломалась первой и улетела в сторону прибывающего зомби-подкрепления.

Мой телохранитель использовал навыки джиу-джитсу и другие методы борьбы, кидая зомби за борт. Постепенно, само по себе, это стало нашей тактикой. Наталья рубила конечности, резала сухожилия, пыталась попасть в глаза… Я также лишал их мобильности, пробивая головы, ломая ноги. А дальше… Интересно, а разбухшие от океанских вод зомби, попав на берег, всё ещё будут в состоянии передвигаться? Или их сожрут акулы и косатки? Вряд ли такая диета окажется полезной для представителей подводного мира. Раньше я об этом не задумывался.

Но в любом случае — мы всё ещё держались и уже расправились с первой двадцаткой. И пусть мы дико вымотались — но по-прежнему были живы. И даже, можно сказать, невредимы. Роберто держался за плечо — травмировал его, по-видимому. Наталья не теряла своей грациозности и выдержки, но я всё равно видел, что она время от времени хватается за спину, куда пришёлся болезненный удар одного из здоровяков, решившего нас распластать под своим жирным пузом.

Первая атака была самой сложной и тяжёлой. Пускай не все смогли добраться до нас одновременно, и мы с дистанции нанесли серию ударов — а всё одно, по инерции в нас врезались. Причём со всех сторон, что и позволило не упасть. Запах нечищеных зубов ударил в нос, нас пытались рвать руками, кусать — но мы не зря столько слоёв одежды надели, в том числе особо прочной, бронированной. Не зря я корячился, устраивая в ванной танцы с бубном при помощи костра в раковине и воды.

— Надо… У… хо… дить… — Роберто с трудом добил подвернувшейся табуреткой особо живучего гада и подошёл к нам.

Наконец-то вокруг не было большого количества тварей. До лестницы отсюда далековато, вблизи зомби почти не осталось, лишь парочка едва волокущих ноги несчастных.

Впрочем, палубой ниже и выше стоял такой ор, что было понятно: если пойти туда — то наживём себе неприятностей. Эти крикуны-зомби припёрлись на шум драки, но оказалось, что ошиблись этажом.

— Да. Движемся… вперёд, — согласился я и, прихрамывая, побрёл в сторону нужной секции корабля.

Мы сейчас находились в передней его части, между А и B. Нужно было преодолеть ещё много метров дистанции, на которой неравномерно были раскиданы зомби и прячущиеся живые. А также раненые, которые проживут в лучшем случае пару дней после заражения. Ну, или они выйдут на бой и наберут достаточно очков достижений и получат спасительную аптечку в терминале. Вот только вряд ли кто-то из них об этом узнает, если я не расскажу.

— Афина, есть громкая связь на корабле? — задал я вопрос, активируя наушник в ухе.

«Господин, система работает, однако я не смогу передать сообщения, так как диспетчерская вышла из строя. Я бы могла получить доступ к ней, если вы вошли бы и соединили телефон с оборудованием диспетчерской. Сеть пока ещё работает, и я могу использовать мощности серверной лайнера для удалённого управления. Также рекомендую взять работающий ноутбук, который станет заменой телефона в диспетчерской после нашего ухода. Это поможет передать сообщения на различные части лайнера».

— Чё ж так сложно-то… Где диспетчерская находится?

«Палуба 7F — над капитанским мостиком».

— Понял. Значит, сразу после библиотеки… — пробубнил я, строя планы по спасению экипажа и посетителей лайнера.

— Босс, вы со своим интеллектом сейчас разговаривали? — повернулся ко мне Роберто, подставляя плечо.

— Нет, мой друг, я разговаривал при помощи своего интеллекта, с Афиной.

— Тьфу… Я это и имел в виду. Просто имя её не запомнил. — Он помог мне переступить через развалившихся на палубе истёкших кровью трупов с перекусанным горлом. Жуткая картина… Для других выживших. А моим спутникам что круиз, что бойня…

— Да. Я хочу объявление дать по лайнеру — объяснить, что делать и как быть. Если те, кто может держать в руках оружие, начнут сражаться — шансы на выживание и у них, и у нас повысятся. Но пока они заперлись в своих берлогах и ждут спасения, которого не будет — надеяться на это не стоит, — едва слышным шёпотом проговорил я, дабы не привлекать внимания.

— Стойте! Падазите меня! — Внезапно сзади, со стороны небольшого кафе, устроенного на палубе, послышался стук.

Ломая перегородку, ставшую одновременно и рекламой с перечнем доступного мороженого и спасительной преградой на пути смертельно опасных зомби, на палубу выкатился весь трясущийся от холода с обледеневшими бровями, ресницами и волосами на голове смуглый и щуплый паренёк в костюме официанта.

— Памагити! Спасити! Вси вокруг сойти с ума и напасть на меня! Я еле сбежать и прятаться в шкаф для мороженого!

Роберто пулей подскочил к крикуну и закрыл его рот рукой, вжимая в стену того самого кафе, в котором он прятался.

— Ты ещё, бля, кто такой?

— Я Лакшит!

— Не ори. Какой ещё лаки щит? Серьёзно, думаешь, я поверю в это дерьмо?

— Потиши-потиши, мой друг. Я просто официант из Индии! Лакшит — это моё имя, в переводе это означает «нацеленный»!

— Пока ты нацелен только на то, чтобы улететь за борт!

— Остынь, Роберто. Это не убийца. Парень, два правила — слушаться меня. И не орать. Даже если зомби начнут заживо жрать тебе руку — ты не должен кричать. Слышишь? — Я приложил палец к губам, а затем поднял его вверх.

— Сто там? — прислушался индус и посмотрел на меня.

А вокруг, если прислушаться, кроме шума волн можно было услышать то тут то там возникающие крики, ор, скрежет и стук дверей.

— Мертвецы. Те, кто уже мёртв, и те, кто ими скоро станет. Говори только тогда, когда я разрешу. Если очень хочешь что-то сказать — положи руку на плечо. Так я пойму, что у тебя есть для меня важная информация. Понял?

— Серьёзно? Ты возьмёшь с собой эту обузу? — Наталья крайне удивилась моему решению, на что я пожал плечами.

— Без нас он, скорее всего, умрёт. Да мы и так, скорее всего, умрём. Вопрос лишь когда. Пусть идёт с нами.

Наталья нахмурилась, и вдруг её выражение лица изменилось и складки на лбу разгладились.

— Ага! Я поняла! Ну хорошо, это ты у нас спец по зомби. Тебе решать. — Она подошла ко мне и прошептала на ухо: — Неплохой ход… Если ситуация станет хуже некуда — всегда можно будет оставить парня зомби. Отвлекающий манёвр. А ты коварнее, чем казался на первый взгляд.

Тяжело было сохранить беспристрастное выражение лица. У меня-то и в мыслях подобного не было… До её слов. И до тех пор, по крайней мере, пока мы не доберёмся до терминала и я не изучу его возможности… А то мало ли, вдруг всё будет отличаться от того, что я пережил… В общем, до тех пор я понятия не имею, какие у человечества шансы. Цинично выжить всем назло… Жертвуя другими? Спасибо — не надо. Я столько смертей видел за свою жизнь, что, казалось бы, уже должен быть к этому безразличен. Но… Я понял кое-что, очень давно. Ещё в то время, когда принимал судьбоносный для себя выбор — скрываться ли и оставаться в родном городе, или заявить о себе и изменить свою жизнь.

Тогда-то я и осознал: смерть — это просто. Очень просто. Она ломает судьбы, каждый день, каждый час. Она и меня ломала. Каждую ночь, каждое проклятое сновидение. Я решил, что я не сдамся. И не стану тем, кто покорится этой энергии смерти. Этому чувству безысходности и тревоги, что разрушает изнутри. И хрен ему! Я сильнее. Пока дышу и живу — буду действовать так, как требует моя совесть. Ради чего то ведь я живу? Почему бы не ради того, чтобы поступать правильно? И пусть это правильно не всегда будет равно «добру» или «справедливости» — свою жизнь я проживу без сожалений.

Главное в этом всём понимать — я не Бог и всех не спасу. И я буду использовать мозг и свои навыки для того, чтобы пережить эту катастрофу самому и спасти как можно больше людей вокруг. А там уж выйдет как выйдет. Если я выживу, трусливо прячась, — это будет позор, который убьёт меня изнутри. А если, несмотря на все мои знания и опыт, всё же умру, пытаясь спасти людей вокруг, — значит, таков будет мой бесславный финал. Но, ещё раз подчеркну — жизнь моя будет прожита без сожалений.

Корабль на ходу. Энергетические установки работают, частичный контроль управления сохранился, терминалы расположились на лайнере. Я сделал первый шаг к выживанию. Не только себя, но и многих людей на этом корабле. Шаг второй — устранение угроз. И для этого мне нужно добраться наконец до терминала. Излечиться, получить информацию, вооружиться и дальше пробиваться к командному мостику. С учётом того, что там полным-полно офицеров, — вполне можно предположить, что хотя бы в той секции лайнера капитан корабля и его помощники справятся с угрозой. Даже если часть из них обратится.

«Остановитесь».

— Стоять! — резко приказал я, шикнув и поднимая вверх сжатый кулак.

«Дальше на палубе имеется довольно много противников. Выстраиваю более безопасный маршрут. Доступ к камерам этой части лайнера у меня имеется».

— Стоим. Впереди враг. Молчим, нам прокладывают более безопасный маршрут. — Я посмотрел на своих соратников, перевёл взгляд на болтающегося на перилах качка в красных шортах со многочисленными ранами на ногах и опёрся о стеклянную стену…

Тук.

Тук.

Глухой стук разносился с внутренней части палубы. Я повернулся и увидел сквозь стекло, как вдалеке напротив пытается пробить аналогичную стену зомби с окровавленной рожей. Он раз за разом брал разбег и врезался в стекло, намереваясь его пробить.

— Нет, дружок, так просто сломать его не получится. Это новые, безопасные технологии.

«Маршрут построен. Дойдите до поворота, поверните во внутренний двор, и очутитесь в той части лайнера с бассейном, где вы заметили зомби, пытающегося проломить стекло пиццерии. Уничтожьте его и ещё двух зомби в той области. Обратите внимание — бассейны заперты с других сторон, и рядом должны быть выжившие. Они могут попытаться к вам присоединиться, однако я бы не рекомендовала увеличивать ваш отряд».

— Понял. Дальше?

«Поднимайтесь по лестнице на вышку с пультом диджея и светомузыкой. Через заднюю стенку, сломав или выдавив окно, пролезьте в коридор и бегите в обратную сторону мимо номеров пятьсот пять, пятьсот шесть, пятьсот семь, после чего будет поворот налево и лестница на шестую палубу. Сзади вас будет тридцать четыре зомби с палубы номер пять, но они не должны успеть догнать вас, так как находятся вдалеке от площадки с бассейном. Видимо, они пытаются пробиться в каюту персонала — там должны быть выжившие. Если вам удастся разминуться с ними, вы сможете продолжить путь по шестой палубе к нужным координатам. Одинокие зомби — вот и вся преграда на вашем пути. Лишь перед алым шаром имеется затор — свет довольно сильно привлекает зомби».

— Спасибо.

Я тут же пересказал наш план своим компаньонам и, увидев ужас в глазах индуса, переключился на него.

— Хочешь жить — готовься сражаться. Увидишь одежду или тряпки — надевай на себя, чтобы твари не прокусили и не сожрали тебя заживо. Найди любую палку подлиннее в качестве оружия. А ещё лучше — стой позади и страхуй нас, если драться не умеешь.

— Харашо, мистер. Моя не дурак. Я всё понимаю. Я молчать и идти за вами по следам, — пообещал он мне, глядя, как остальные обматываются окровавленной одеждой и перехватывают поудобнее оружие.

Мы выдвинулись к неприятелю и втроём в два счёта разделались с ним. Самая удобная тактика против одиночки — вывести из равновесия, обрушив на пол ударом по ногам и коленям, и следом добить упавшее тело.

— РВА-А-А! — Два других зомби среагировали практически одновременно с первым, но бежать им было дольше, а один и вовсе бултыхался в бассейне, пытаясь добраться до нас, но в итоге кружился на месте, то и дело как поплавок уходя под воду и всплывая вверх.

С ним мы решили не церемониться и протянули к нему спасательный шест, по которому он и пополз к вожделенной добыче. Меткий удар Натальи прямо в глаз прекратил его бесплодные попытки превратить нас в ужин.

— Подождите! Спасите нас!

— Закройтесь! Запритесь и сидите, ждите спасения. Либо оружием обзаведитесь и мозги тварям вышибайте. Мы не спасатели — а такие же, как и вы, отдыхающие, — донёс я им диспозицию и полез на вышку.

Пришлось быстро скидывать оборудование и аппаратуру, чтобы за ними увидеть пластиковое окно, которое вело к перилам внутренней части палубы, а оттуда к каютам.

— ГР-Р-РРР…

Зомби, о которых предупредила Афина, уже были неподалёку, разделившись и начав нас преследовать. Видимо, их слишком привлёк наш разговор и рычание заражённых иномирной дрянью собратьев.

— Бой! — Первым полез в щель от выдавленного пластикового окна, ведущего в коридор пятого уровня палубы Роберто. Если бы он не пролез, то вся наша затея была бы обречена на провал.

Зомби было немного. Но и мы уже не одну схватку провели. Всего лишь пятеро гадов… Но как же я устал и вымотался к концу боя. Ещё и рёбра…

Сжав зубы и опершись на перила, я дышал полной грудью, пережидая приступ от неудачного уворота во время боя. Приложился повреждённым ребром прямо о перила. Чуть сознание не потерял от вспышки боли. Благо зомби был последний, и Наталья с Роберто помогли.

— Быстрее. Вперёд. — Видя, как вдалеке появляется всё больше и больше зомби, я начал бежать, как мог, к повороту.

Вот и он, за ним лестница. На ней несколько зомби разной степени помятости, спешащих в нашу сторону. Только вот так спешили, что один упал с высоты и сломал шею. Второй с вывихнутой ногой полз на руках, вопя и подталкивая целую ногу в нашу сторону, а другие просто как увидели — помчались, набирая скорость.

Принёсший очередную вспышку боли удар ломиком наотмашь свернул шею прущего паровозом зомби. Двух других, летящих и падающих в нашу сторону, отправили в небытие или ещё куда-то мои соратники. Да, одному было бы куда как сложнее выжить.

Добив ломиком дышащего и стучащего челюстями зомби с развёрнутой на сто восемьдесят градусов шеей, я отправился наверх по лестнице. Индус подхватил меня и помог мне подняться. Хоть какая-то польза от этого ставшего немым, словно рыба, Лакшита. Дальнейший путь был проще. Пусть мы и устали, получили травмы и повреждения, но мы просто шли вперёд, пока не добрались до двух стеклянных мостов, шедших параллельно друг другу. На них образовалась давка из мёртвых тел и зомби. Сразу за мостами были выломаны деревянные двери, ведущие в коридор с нежилыми помещениями. Залы для фитнеса, спуск на спортивную площадку, спа-комнаты, релакс-терапия и многое другое, включая библиотеку.

— Наша цель за этим мостом, — указал я пальцем в сторону поворота с палубы, на которой мы вынужденно остановились. — Но я думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что такое количество зомби мы не потянем…

— Кто-то должен отвлечь их. — с какой-то грустью и обречённостью заявил держащийся за плечо телохранитель.

— Предлагаю подумать в комнате… — Наталья открыла дверь каюты и мы устало ввалились внутрь.

Повезло, там никого не было… Кроме трёх чертовски уставших бойцов новой эры нашего мира. И одного индуса.

— А это сто? Автомат? Похоз на российский калашников. — Наш индуистский друг поднял оружие из-под груды одежды, поверх которой лежал жетон полицейского. — О! Тут и пистолет есть!

Щелчки, подобные стрекотанию кузнечика, раздавались в скромной и невзрачной на вид комнате. Откуда здесь взялось оружие? Ответить на этот вопрос было сложно, пока я не влез в сумку этого горе-полицейского.

Четыре удостоверения личности из разных стран с одним и тем же фото. Ноутбук, выключенный и запароленный… Впрочем, не для Афины. Благо он не работал во время первой волны и вполне себе остался целым. В нынешних условиях он вряд ли долго проработает, но главное — я сумел заполучить все его данные. Да и вложил в рюкзак, взяв с собой. Мне как раз нужен был один для настройки сервера в диспетчерском пункте.

— Это полностью боевое оружие, которое запрещено иметь на борту. Его нет ни у кого, даже у охраны. Как он пронёс его сюда?

— Подкупом, поддельными документами и наглостью. Это ещё один из тех добытчиков лёгких денег, прибывших на борт по мою душу. Запомните это лицо… — показал я им фотографию из паспорта Республики Франции. — При встрече — не церемонимся.

Мы продолжили изучать оружие и комнату в поисках других подарков судьбы и нашли три магазина к автомату, который оказался, к слову, не тем самым знаменитым АК с номером сорок семь, а более редкой разновидностью для сражений в городских условиях с плотной застройкой либо в зданиях — одним из любимых орудий российского антитеррора. Пистолетных магазинов было пять. То был классический полицейский глок двадцать один, принятый на вооружение в США.

Встала дилемма — кому отдать стволы, а кто с голыми руками будет бегать. Индус довольно нагло решил взять себе автомат, по праву того, кто нашёл его первым, но Роберто быстро объяснил ему, что это по меньшей мере — глупо. Каким бы удачливым парнем он ни был, а огнестрельное оружие — это не то, что работает за счёт улыбки фортуны.

Я хотел честно взять автомат, но с моими рёбрами… На месте перелома уже синева от кровоподтёка образовалась, и хоть я и не подавал виду, а дышать с каждой минутой становилось всё труднее из-за возрастающей и накатывающей боли.

Методом броска жребия, с учётом того, что трое из нас умеют пользоваться огнестрелом на весьма достойном уровне, Наталья получила в руки автомат, а я пистолет. Ломик отдали индусу, попросив никого из нас не зашибить. Роберто получил чуть больше брони и вооружился ножкой от стула с примотанным длинным лезвием ножа.

К слову, ещё два ножа мы нашли в сумке — к сожалению, очень мелкие и экстравагантные, так что перед зомби ими даже размахивать стыдно, но тем не менее — они оказались в наших карманах.

— План такой… — Я изобразил на обеденном столе карту, показывая, какая дверь нам нужна, какие пути туда ведут, где есть ближайшие аварийные выходы и многое другое. — Стрельба в любом случае привлечёт уйму внимания. Поэтому мы должны быть быстрыми — вышли, убили, сместились, очистили проход. Стреляем не вместе, а чередуем, чтобы при перезарядке огонь не прекращался. Часть коридора баррикадируем мебелью, как сможем. Стол хотя бы открутить и на пути прущих зомби поставить. Лакшит — стоишь к нам спиной и кричишь, если кто-то сзади, с другой стороны коридора появится, — объяснял я.

— Терминал много времени занимает? Можно ли им параллельно пользоваться? Что вообще от него ожидать?

— Он как компьютер — очень навороченный. Работает напрямую с вашими мозгами. Увидите пару вариантов выбора и дальше интуитивно всё поймёте. Время никак не искажается: сколько просидите — столько и потратите. Всем вместе воспользоваться можно — но не стоит. Кто-то должен нас прикрывать. Как только окажемся рядом — я сразу погружусь в него. Наталья либо Роберто, кто-то из вас должен будет прикрыть.

План действий мы обсуждали ещё минут десять, обговорив несколько вариантов, на случай если что-то пойдёт не так.

Затем мы отцепили стол и вынесли его в коридор, перегораживая примерно половину прохода. Если до него доберутся — то быстро снесут, но он может хотя бы заставить упасть заражённого. Этакая психологическая отметка, что позволяет понять, когда случится жопа.

— Помните, если всё станет плохо — отступаем от шара в дальнюю часть библиотеки, — напомнил я им ещё раз и поднялся. — Ну что, уважаемые, настало время пострелять?

Мы прокрались к углу и заняли позицию для ведения огня. Наталья присела на одно колено, ну а я готовился вести огонь стоя.

— Твой тот, в жёлтой майке, я беру полосатые шорты на прицел.

— Принято. Так и будем вести огонь — я по левому мосту, ты по правому, — предложила Наталья и я согласился.

Бах!

Бах-бах!

БАБАБАХ!

Начался отстрел скачущих в нашу сторону кузнечиков. Как ни старались они, как ни бежали, а пули были быстрее.

Мы крепко держали оружие, не переходя на режим автоматической стрельбы. Одиночных в голову хватало. С учётом того, что я считал сам себя экспертом, а Наталья была явно недалека от меня в вопросах стрельбы, практически каждая пуля находила свою цель. Наши руки не тряслись, нервы не зашкаливали. А зомби… Тупые как пробка зомби просто-напросто бежали на звук по весьма и весьма предсказуемой траектории. Я перезарядился один раз, второй и… зомби кончились. Лишь три из них смогли добежать до крайнего пролёта этого стеклянного моста. Остальным хватало и одной пули, но в самое уязвимое место.

— Отлично! Теперь можно идти дальше! — обрадовался я и на всякий случай перезарядил магазин.

— Мозно не идти, а безать? Сзади злые страшные твари с поворота высли. Многовато их… — Индус привлёк наше внимание, и я повернулся в ту сторону, с которой мы прибежали.

— Мать твою! ВАЛИМ, БЕЖИМ! — помчался я вперёд, игнорируя боль в теле.

На ходу стреляя по ещё дёргающимся зомби, мы добрались до той самой библиотеки.

— ГРВА-А-АА!

БАХ!

Встретил нас не то любитель косплеев, одетый в костюм Звёздного флота Федерации из «Стартрека», не то библиотекарь в крайне странной униформе. Свою радость он разбрызгивал на нас из своего страдающего кариесом рта, протягивая шаловливые ручонки к нашим шеям. Мы тоже были рады его видеть. Я лично отправил ему приветственную пулю между глаз и дружеским толчком ноги убрал с прохода.

Внутри библиотеки оказалось ещё парочка зомби, что заблудились среди дымящихся и не работающих компьютеров. Рядом имелись и классические стеллажи, уходящие вглубь помещения. Вот эти самые стеллажи с книгами и отделяли нас от вожделенного терминала, скрытого посреди литературных шедевров.

Благо светился он так ярко, что мы моментально поняли, куда нам двигаться.

— ДВЕРЬ! — крикнул я Роберто, и он захлопнул несчастную страдалицу с выломанным замком. Как мог — так и захлопнул.

Да, такая долго не продержится… Мексиканский телохранитель понял то же самое, что и я, и тут же перетащил стол и стул к двери. А потом принялся и прочую мебель по-варварски выламывать и тащить. Минимум — но защиты. С учётом той огромной толпы, что мчалась за нами по пятам, — отличное применение окружающих нас предметов.

Я пулей помчался вперёд, расстреливая вылезающих мне навстречу зомби.

— А вот и ты, мой дорогой друг и спаситель. Ну, что выдашь мне в этот раз? — Я оказался у левитирующего между потолком и полом шара и положил руку на него.

И тут же перед моими глазами проскочило короткое уведомление «настройка».

А дальше всё как обычно…

Добро пожаловать в Терминал № 437

Ваши очки достижений — 126

Выберите доступную категорию:

1) оружие

2) броня

3) аптечка

Вот ведь засада… Четвёртого пункта нет. А ведь я на него рассчитывал — именно там хранятся все самые сладкие плюшки этого терминала — ограниченные по количеству пушки, боеприпасы, холодное оружие и броня. «Эксклюзив» — так он называется. И судя по всему — у меня тупо не хватило очков достижений для того, чтобы я мог его открыть и хоть что-то там купить.

Да, с таким низким значением очков достижений, или же очков рейтинга, как их ещё называют, я во сне никогда к терминалу не приходил. Реальность такова, что я всегда был бойцом на поле боя, и у меня было оружие для уничтожения врага. Прежде чем бежать к терминалу, я всегда успевал убить довольно большое количество врагов. И если за «зомби» давали крохи — от одного до пяти очков достижений, — то вот за тех тварей, что приходили на втором этапе, платили в десятки раз больше. И выбор там мог быть очень и очень неплохой.

Вообще, при разборе тактики я объяснил трём своим спутникам, что им предстоит увидеть.

Оружие — это образцы нашего земного вооружения: от холодного и огнестрельного до взрывоопасного, вроде мин, гранат, дронов-камикадзе.

Броня — как и подразумевает название — это десятки вариантов экипировки: различных расцветок, защищающие от ветра, холода, созданные для битв в пустыне, жарких джунглях, городских условиях и так далее. От стандартной мотоэкипировки и полного комплекта бойцов спецназа до водолазного костюма.

Аптечка это не что иное как наша цель и наша надежда. Да и не только наша. В моих снах старые бойцы твердили, что где-то там, сокрытые от таких, как мы, «одноразовых» бойцов, имеются даже препараты для исцеления от зомби-инфекции. Но раз уж я за двенадцать лет еженочных сражений и общения ни разу не встретил никого, кто мог бы подтвердить это, да и сам ни разу не видел подобного, — то логично предположить, что это банальные солдатские байки. Аптечку можно найти и обменять на очки достижений. Существовали малый, средний и, само собой, большой набор. В зависимости от состояния травм и повреждений бойца. Они полупрозрачные, помещаются в ладонь и их можно переносить, давая раненым бойцам. Сила лечения и исцеления зависит от того, какую аптечку мы применили. Мне с моими травмами хватит и малой. Стоит она пятьдесят ОД (очков достижений). Будь у меня травмы страшнее, многочисленнее и опаснее для жизни — пришлось бы тратить сотню очков на среднюю. А если бы у меня оторвало ногу-руку или какая-нибудь тварь разворотила мне брюхо, вытащив и раскидав то, что раскидано быть не должно, — спасла бы только большая. Она вообще с того света практически вытаскивала бойцов. Даже тех, кто уже откинулся и не реагировал ни на что вокруг. Главное, вовремя применить.

Был там ещё и такой вариант как «очиститель организма» — универсальное лекарство от любой простуды и гриппа, от любого укуса и заражения этими тварями. Но раны он не восстанавливал — только убивал заразу.

Последний пункт, что не был мне открыт, — это «Эксклюзив». Он включает в себя уникальные либо ограниченные по количеству в данном терминале вещи. И в каждом терминале они разные. Поэтому за них надо цепляться и сражаться до последнего — они наша надежда на светлое или хоть какое-нибудь будущее. Самый простой пример — пистолет с автоматически генерируемыми патронами. По одному каждый час. С учётом уничтожения производств, подобные «артефакты» — невероятная ценность. Ещё один вариант — ботинки, которые помогут прыгать на несколько десятков метров. Главное при этом не разбиться при приземлении — видал я и такое в своих снах. Или оружие, которое ещё не изобрели. Как вам? Следующие поколения автоматов. Ручные гранатомёты, попадающие в комара с километра, механическая броня — в вариантах от легкобронированного пожарного экзоскелета до штурмовых образцов, способных вести автономный бой параллельно с оператором. Прямо как в играх. Вообще — вариантов множество. Некоторые вещи вполне себе бытовое назначение могут иметь, но для выживания и они будут невероятно полезными. Например, автоматический сборщик воды — вешается на пояс, за полчаса способен собрать пол-литра. Самое то, чтобы не сдохнуть от жажды в пустыне. Причём не тебе одному…

Кроме этого, мне известно о существовании и других пунктов, но для их открытия нужно набрать столько очков, что, боюсь, даже если я зачищу от зомби этот лайнер в одиночку — ничего мне не видать. Знаю, что есть категории «транспорт» и «база».

Надеюсь, Наталья не сидит прямо сейчас в категории «броня» и не выбирает себе экипировку под цвет глаз. Она вроде как профессионал, поэтому ожидаю от неё разумности. Очков у неё будет примерно столько же, а может, даже чуть больше, чем у меня. Об одном я не говорил спутникам — за убийство живых очки достижений тоже дают. И вполне возможно, мы ещё встретимся с сумасшедшими маньяками, что помешались на силе и решили: «Раз началась новая эра — я стану первым среди всех, императором всего и вся». Слышал и видел таких ублюдков. Правда, в основном казнённых на военных базах. Но сути дела это не меняет. Наша планета и так не была мирной, а теперь и вовсе превращается в крайне опасное место. И только со смелостью и с мозгами можно будет рассчитывать хоть на что-то.

Я вдохнул полной грудью и ухмыльнулся. Да, сейчас, как и всегда, я ничего не слышал, кроме собственных мыслей и воспоминаний о недавнем инструктаже. Это место имело лишь текст, маячащий перед глазами, белую бесконечную даль без единой координаты, без пола и потолка. Лишь биение сердца и пульсация вен были слышны мне. Единственное, что давало почувствовать себя живым.

Малая Аптечка — пятьдесят ОД — оплатить. Применить, не выходя из этой иллюзии, нарисованной и внедрённой нашему мозгу Терминалом.

Оружие… Пистолет у меня есть. Нужны боеприпасы. И желательно ещё что-то из стрелкогового оружия. Что-то более убойное и скорострельное. Полуавтоматическая винтовка, и желательно недорогая… Винтовка Мосина — не то. М16 — дороговато, хм… А выбор то не велик в этом терминале… Надо врубить фильтр на тот же тип патрона, что и в глоке используется. Сэкономлю на боеприпасах.

Так, что тут у нас. Выбор ещё больше сократился… Кучка старья, из которого относительно знаменит пистолет-пулемёт Томпсона, револьвер Кольт, пара пистолетов, сравнимых с тем, что есть у меня, Узи и… О, нашёл! То что надо! Симпатичный, небольшой, многофункциональный Heckler Koch UMP. Немецкий пистолет-пулемёт, используемый в куче стран мира и даже охраной Пентагона США. Справка от терминала была хоть и короткая, но познавательная. Вот только читать её у меня времени не было и нет. За время своих сражений во снах я с каким только оружием ни бегал, но именно земных образцов там не видел. Впрочем, принцип действия у большинства огнестрела — одинаковый.

Шестьдесят ОД! Чего так дорого-то! Так, а патроны к нему почём? Фух, нормально. Десять патронов — 1 ОД. Не трачу время, покупаю на все. Итого минус шестнадцать очков достижений и плюс сто шестьдесят патронов. Три коробки на пятьдесят патронов и ещё одна заполненная лишь частично.

— ВЫХОД! — крикнул я и с ходу нажал на вылезшее уведомление терминала, подтверждая своё желание покинуть это удивительное место.

БАХ!

БАХ!

В дверь кто-то ломился. И ломился крайне сильно, то и дело откидывая приставленный к проходу стол. Его как могли удерживали и пытались вернуть на место наш приносящий удачу друг из Индии и Роберто.

— Чего так долго⁈ — сжав зубы, спросил мой телохранитель.

— Меня минуту не было всего лишь. — Я подскочил к ним, полный сил и здоровья, ударом ботинка возвращая стол поближе к стене.

— Не всего лишь! А ЦЕЛУЮ МИНУТУ! Их там сотни сбежались! Не меньше!

— Сейчас уменьшим поголовье! — Я взял пистолет и, уперевшись в пол ногами, навалился на стол, начиная пополнять магазин боеприпасами. — Роберто, иди подлечи своё плечо и всё остальное, возьми оружие. Хотя бы пистолет. Что-то под один со мной патрон, запомни калибр.

— Четыре с половиной дюйма или одиннадцать целых, сорок три сотых миллиметра, я в училище проходил, знаю отлично и пистолет этот, и его рабочий боеприпас. УХ ТЫ, ЭТО ЖЕ… — увидел он висящего на моём ремне красавца, изобретённого немцами.

— Ага. Он самый. Давай быстрее дуй. Что-то задерживается Наталья… — Я посмотрел на её спину, замершую после прикосновения к сфере. — Лакшит, ты умеешь перезаряжать магазины?

— Я вижу, как вы это делаете, и, думаю, справлюсь.

— Ну на, держи… — протянул я ему третий магазин из пустых, а сам принялся всаживать патроны во вторую обойму.

— РВА-А-АА! — просились к нам в библиотеку зомби, толкая в очередной раз дверь.

— ТИШИНА В БИБЛИОТЕКЕ! — рявкнул я в ответ, чем взбесил их ещё больше.

Эта тварь сильно ударила дверь и просунула внутрь руку, не давая нам вернуть бедолагу в закрытое состояние.

Я извернулся и сделал несколько выстрелов в район головы зомби, пробивая деревянную дверь и устраняя торопыгу. Но в целом это их количество не сильно снизило. Кто-то сильный с той стороны помог оттянуть мешающего другим любителям книг негодяя. Очень уж ему хотелось попасть на его место. Я даже удивился подобной сообразительности и смекалке. Да и разрядил магазин за те пару мгновений, что дверь вновь оказалась закрыта. Хорошо, что в ней было небольшое стеклянное окошко, к этому моменту уже разбитое, и я через него мог примерно представлять, в какое место стрелять так, чтобы выстрел не прошёл даром.

— Это невероятно! — отскочила от терминала Наталья, и я тут же привлёк её внимание, прося помощи с зомбаками.

Выглядела она настоящей валькирией. Так сильно было возбуждена от знакомства с Терминалом. Впрочем, быстро оценила обстановку и без стеснения сменила недокостюм на армейский набор одежды.

— Лакшит — не отвлекайся! — вернул я из страны грёз одного удачливого индуса.

За эти мгновения Наталья перевыполнила армейский норматив по скорости надевания экипировки. И индуса я прекрасно понимаю, сам засмотрелся…

Армейские ботинки, разгрузка, подсумок, магазины, сразу заполненные патронами, и ещё короб с патронами помимо всего этого взяла прелестница. И пистолет. Вот умница — не ломала голову и взяла такой же, как у меня.

— Патронов к пистолету отсыпь. У меня очки достижений закончились. Не хватило на боеприпасы…

Да блин! И Роберто уже «завис». Знал бы, что будет такая подстава, — попросил бы его ещё патронов взять… Тогда… — прикинул я варианты. — Лакшит, ты стрелял когда-нибудь по зомби?

— Только в телефонной игре.

— Вот, держи пистолет. Целься в голову, прямо в окошко. — Я начал помогать ему прицелиться и объяснял, как мог, принципы действия, пока Наталья опустошала вторую коробку с патронами.

Бах! — пуля улетела сильно выше.

— Ого! Какой сильный отдача! Немного мимо полетель. Я теперь буду точней стрелять, — с восторгом щебетал индус, всё больше и больше начиная говорить с акцентом.

Когда же с третьего выстрела он успешно попал в маячащую перед дверью рожу, то и вовсе разразился чем-то на хинди или ещё каком-то диалекте далёкой Индии.

Бах!

Бах!

Бах!

Зомби пёрли без остановки, и к концу минуты индус опустошил второй магазин, примерно каждым третьим патроном достигая успеха. Теперь у него должно хватить на боеприпасы.

— Всё, давай сюда. Бегом к шару — сразу заходи в раздел «оружие» и выбирай боеприпасы под наш пистолет. Калибр… — Я начал объяснять ему ещё раз, что делать, и он побежал к шару.

— Я готова, — отчиталась Наташа. — Напрягись, подержи стол… Я пока прорежу их численность.

— Только не долго, они реально зомби, у меня уже вся спина от их ударов по двери и столу в синяках будет. — Я упёрся изо всех сил, оставаясь один на этой крайне важной для нас всех миссии.

Наталья, недолго думая, перевела автомат в автоматический режим стрельбы и принялась палить короткими очередями через тонкие стены и дверь, не слишком-то сильно укреплённые при строительстве судна. Всё-таки баланс прочности и веса должен был соблюдаться мастерами-кораблестроителями.

От шара отлип Роберто, и в его руках вспышкой появилось оружие — три алебарды и одна аптечка. Запасная. Как мы и договаривались. Теперь у нас имелось четыре огнестрела на троих стрелков и одного неумелого индуса. Несколько единиц, включая запасные варианты, холодного оружия и одна аптечка. На первое время хватит. Огнестрел он как хорош, так и плох одновременно. Сейчас нам не хватит сил, выносливости и банально боеприпасов, чтобы завалить всех тех красавцев, что прибыли на шум стрельбы. Поэтому оставалось только отступить, перегруппироваться и начать зачищать и укреплять нужные нам части лайнера. И первое, что мы сделаем, — это пробьёмся к святая святых корабля — капитанскому мостику.

— Так, дежурьте, ребята, я тыл быстро проверю.

В мгновение ока Роберто перехватил несчастный стол, прижав его со всей силы к двери, и я, взяв одну из алебард взамен не менее тяжёлого пожарного ломика, побежал к указанной Афиной части библиотеки.

Алебарду мы выбрали общим голосованием как наиболее подходящее оружие средней дальности атаки. Ломы, ножи и топоры слишком близко подпускают тварей — на палубе имели честь убедиться. Алебарда же — идеальное колюще-рубящее оружие, к которому можно довольно быстро привыкнуть. Всё-таки копьё и топор — из которых скрестили алебарду — простое и эффективное оружие, с которым можно даже интуитивно научиться работать.

Окошко обнаружилось там, где и должно было быть. Притащив стул, я залез на него, выглянул в окно и тут же спрятался. Мимолётного взгляда хватило, чтобы понять — это место нам подходит.

Окно вело в сторону широкого холла, с которого можно было спуститься в небольшой зал на пару сотен человек. Акустика, фортепиано, красные бархатные шторы у сцены, два десятка зомби и два десятка трупов, равномерно распределённых между рядами и закулисьем.

— Отлично… — Я оперативно сменил мебель со стула на более высокий стол, чтобы было легче «эвакуироваться».

По другую сторону стены, окно располагалось на высоте трёх метров от пола, что, по сути, — ерунда.

Побежал назад к двери и застал отходящего от терминала Лакшита.

— Давай боеприпасы, — Роберто протянул руку и схватил всё, что там лежало.

— Нет, стой! Там не только патроны! Осторожнее, там ещё вот, граната!

— Граната? — удивился Роберто и посмотрел на то, что успел выдрать из его рук. — СВЯТОЕ ДЕРЬМО!

Только я подбежал, и сразу понял, какое именно дерьмо приключилось. Это легко становится понятно, когда видишь чеку в руках мексиканца.

Наталья подобно кобре подорвалась к мальцу и выдрала из его рук гранату, после чего развернулась, подскочила к двери иотправила взрывоопасный подарок в окошко.

Я схватил свой пистолет-пулемёт и открыл беспорядочный огонь в сторону двери. Сейчас задача не убить. Сейчас задача покалечить и не дать всей этой толпе нагнать нас, пока мы будем эвакуироваться через задний ход библиотеки.

— Ходу! За мной! — рявкнул я сразу же после громкого хлопка, ставшего следствием взрыва гранаты, и мы дружно помчались вперёд.

Подготовка чуть не прошла даром… Ловко дёрнув за ручку небольшого прямоугольно окошка для проветривания этой части библиотеки, я обнаружил что целиком оно не открывается.

Подставив алебарду к металлическим ограничителям внутри окна, выломал их — и путь наружу оказался открыт.

— Соблюдаем тишину… — проговорил я всем и первым полез вперёд.

Пистолет в кобуру, скорострельный пистолет-пулемёт UMP через шлейку за спину, алебарду первой в окно. Протиснуться самому, ловко подстроиться и перебрать руками, зависнув на откинутом окошке, и мягко, тихо и грациозно приземлиться на красный ковёр зала. Тише, чем ассасины. Будто всю жизнь этим занимался.

Второй полезла Наталья — она спрыгнула не менее ловко и грациозно, не издав ни звука. Роберто слегка зацепил при прыжке откинутое окошко алебардой, но на фоне глухого шума, издаваемого кораблём и его обитателями — это было практически незаметно.

— Где там индус копошится? — спросил я, стоя рядом и внимательно следя в полутьме за десятком зомби, гуляющих в противоположной части зала, поближе к шумным палубам.

Даже странно, что звук взрыва гранаты их никак не привлёк. С другой стороны, это концертный зал — тут должна быть хорошая акустика, что создаст путающее зомби эхо. Да и окошко было многослойным, из хорошего профиля сделано — видимо, дабы случайные звуки не доносились во время выступлений из соседних помещений. В любом случае в этой части нам повезло — мы всё ещё незаметны…

— А-А-АА! ВИСОКО! ПАДАЮ! — закричал, привлекая общее внимание, Лакшит, падая из окна подобно мешку с картошкой.

Роберто рефлекторно закрыл его рот — но было уже поздно.

— А ты уверен, что он приносит удачу? — нахмурилась Наталья и подняла алебарду. — Их не слишком много. Боеприпасы побережём?

— Побережём, — согласился я с ней, скидывая рюкзак Лашкиту, который уже стоял вплотную к стене, трясущимися руками сжимая ломик.

— РВА-А-АА!

— Ы-Ы-ЫЫАА-А-А!

— ПРУА-А-А!

Сверху в окошко начали требовательно кричать, шипеть, орать, скулить зомби на свой зомбиный лад.

— Ладно, эти мудаки нас бы всё равно спалили. — Роберто посмотрел вверх и замкнул полукруг обороны.

Мы стояли на широком проходе вдоль стены, впереди маячили между рядами зомби, часть уже стремительно бежала к нам со стороны сцены. Основная масса двигалась в сторону Натальи, которая рисковала выдохнуться раньше нас, ведь на неё бежало большинство мертвецов. Я прикрывал её и отвечал за средний сектор — ряды сидений, с которых к нам пёрла пятёрка зомби. Посмотрим, как они справятся с преградой.

— Осторожно! — предупредил Роберто и отшагнул на полметра, пропуская падающее из окошка вопящее тело и тут же вонзая в основание его шеи лезвие алебарды. — Падают как акции биткоина три года назад.

— Много потерял? — поинтересовалась Наталья, встречая первого врага остриём.

Я поддержал её, перехватывая за шею «первенца» и позволяя начать красавице новый набор очков достижений.

— Полмиллиона. Минус пенсия, считай. Не так уж и много… Я тогда их продал и на неделю в Лас-Вегас уехал. Хорошее время было.

— Сейчас они будут стоить примерно ноль. Так что — считай, отличная сделка! — обрадовал я его, рубанув с плеча по шее первого бедолаги, добравшегося до меня через многочисленную преграду.

Да, если в этом мире будет будущее и появится такой вид спорта как зомбячий бег с препятствиями — то концертный зал явно станет сложнейшим из всевозможных вариантов трассы.

— Непривычное оружие… — медленно махала оружием Наталья, заканчивая с третьим зомби и начиная всё тяжелее дышать.

— Давай поменяемся, — предложил я ей и перехватил четвёртого зомби, к встрече с которым она не успевала подготовиться.

Тут же я убрал с его шеи остриё, и он побежал дальше, брызжа из раны кровью. Эти несчастные два с копейками метра он преодолеть не смог, получив от меня мощный удар с ноги в грудь, от которого его худое тело улетело в приближающихся товарищей. Лишь пальцы чиркнули меня по ботинкам.

Я перехватил оружие и начал встречать своих противников серией колюще-рубящих атак. Главное в этом случае найти нужный ритм, чтобы убивать их или калечить, не позволяя добраться до тебя и завалить.

Наталья тоже время даром не теряла и привыкала к незнакомому оружию, кромсая запутавшихся в бархатных сиденьях трупаков.

Битва продолжалась, зомби сыпались из окна. Роберто стал похож на дровосека, рубящего дрова. Вот только зомби уже образовали горку, которая мешала уменьшать их количество.

— Осторожно! — предупредил я Роберто, и его подстраховала красавица, добив выползшего с другой стороны горки зомби, жаждущего крови и смерти безумца. — Отходим к сцене. Они так и будут падать.

— А если добить тут всех и раскидать кучу? — предложил Роберто, понимая, что теряем большой источник очков достижений.

— Нет, — синхронно с Натальей мы отказались от плана Роберто, нанесли удары по своим противникам и начали движение в сторону сцены.

— Да, не успеем всё вместе сделать, — подрезая коленку и втыкая штырь в глаз падающего вперёд зомби, согласился мексиканский крепыш. — Слишком рискованно.

Заняв сцену и прикончив последнего из «местных» зомби, мы двинулись согласно указаниям Афины в сторону гримёрки и запасного выхода. Камер в этой части у неё не было, и мы сохраняли бдительность, прикончив по дороге ещё тройку зомби.

Несколько поворотов в лабиринте переходов, и мы очутились у входа в казино, рядом с которым столпился десяток тварей, пытающихся выбить дверь к живым.

— Забаррикадировались… Плохо. Афина — альтернативный маршрут есть?

«Слишком рискованный. Много слепых зон и переполненных зомби коридоров. Все последующие лестницы ведут к палубам».

— Бей зомби, — дал я команду, как только понял, что другого пути нет. По крайней мере, такого же простого.

Мы вышли из-за угла. Трое бойцов с алебардами на перевес и один дрожащий от страха, но не смеющий даже пискнуть после прошлого провала индус.

— ГРВА-А-ААА! — налетели любители стейков без прожарки, и мы впервые опробовали тактику битвы в строю.

Трое в узком коридоре. Алебарды направлены в сторону бегущих, которые без стеснения налетают на пики и пытаются продавить нас массой. Живые мертвецы закупорили проход своими телами, насаживаясь на штыки, изворачиваясь и тем самым нанося себе ужасные повреждения.

— Роберто, скинь своего, он застрял между этими мачо золотозубыми — руби их, — дал я отмашку, когда образовалось своего рода равновесие. Очень уж узкий был занятый нами коридор. Двое ещё свободно проходили, а третий лишь бочком мог протиснуться.

Собственно, он так и пролез, а через секунду не самая приятная сцена с демонстрацией мозгов заражённого предстала перед нашими глазами.

К горлу ком подкатил даже мне. А я за двенадцать лет навидался всякого. Стойко держалась, хоть и старалась не смотреть вниз, Наталья. Сзади истошные звуки прощания с обедом издавал Лакшит.

— Фу, ну и гадость. — Роберто вытянул алебарду и принялся убивать удерживаемых нами зомби.

Ещё один пролез между их бездыханными телами и получил, как и первый, по кумполу.

— Три шага назад на счёт три. Раз. Два. ТРИ!

Мы сдвинулись синхронно, но мексиканский телохранитель едва ли не поскользнулся на чём-то склизком на полу.

— Вот дерьмо! — выругался он, восстанавливая равновесие, и перехватил зомби, пролезшего через очередных наколотых на остриё тварей. По факту — не таких уж и безмозглых, как их в фильмах фантасты представляли.

Мы сменились ролями, и в этот раз я устраивал пляски с алебардой, тыкая во всё, что движется и рычит передо мной.

— Сзадима! Двое! — закричал индус, и я тут же отскочил назад, принимая бой от новых противников.

Один странно хромал, опираясь на неестественно развёрнутую посиневшую ступню, второй был просто жирным и медленным. Однако и прущим подобно паровозу он тоже был, между делом снося первого и что-то там ещё ломая в его теле, судя по хрусту.

Точный удар алебардой позволил мне убить его с одного удара. Но по инерции меня протащило по коридору несколько метров, да ещё и в конце об Лакшита, присевшего в середине коридора, споткнулся, кувыркнувшись через его спину.

Туша здоровяка упала прямо перед индусом, и я подумал на мгновение, что он сейчас отключится. Но нет. Ударил труп три раза ломиком, весь кровью испачкался и стал выглядеть не менее кроваво, чем мы. Я же тем временем быстро прикончил сперва одного зомби со стороны Натальи и Роберто, затем и бедолагу с переломанными ногами.

— Как же тяжело их держать! — процедила сквозь сжатые зубы Наталья и перехватила алебарду, отправляя своего противника на тот свет. Всё, остался последний…

То же самое сделал и Роберто, после чего мы пошли в сторону казино.

Ручка не поддавалась, стук в дверь не помог, а на наши просьбы открыть дверь тоже отклика мы не услышали.

— Выбьем? — предложил Роберто?

— Они усиленные… — прикинул я толщину материала и количество бесплодных попыток зомби пробиться через эти двери. — Махать устанешь.

— Пая дарвайя кхоло, ай хэм север… — внезапно защебетал индус, и через буквально десять секунд с той стороны что-то начало шуметь и таскаться.

Дверь открылась на маленькую щёлочку, и мы влетели внутрь, после чего помогли забаррикадироваться.

Тут было около пятидесяти человек. Многие ранены и окровавлены. По всему казино валялись погибшие, и мы с удивлением осмотрели тех, кто навёл здесь этот беспорядок.

— Ну, хоть в казино охрана сработала как надо, — подытожил я и отстранился на два шага от внезапно подскочившего ко мне загорелого щегла с серёжкой в ухе.

Рядом с ним крутилось два индуса охранника и один смуглый, как уголь, накачанный телохранитель. Тип с серьгой был молод, около тридцати лет. Охранники вооружены шокерами и длинными ножами, дубинками. Остальные выжившие держались несколько подальше.

— Откуда у вас оружие? В моём казино запрещено иметь оружие. Немедленно сдайте его, — потребовал щегол, поняв, что я его раскусил.

Его бойцы и он сам перекрыли дорогу, странно смотря на нас и ничуть не боясь огнестрела. И откуда столько смелости? Наверное, это какая-то шишка, жизнь которого важна?

— Не знаю, кто ты, но правила игры изменились, приятель. Не лезь ко мне, и я не сделаю тебе ничего плохого, — предупредил я его.

Мажор посмотрел на Лакшита и что-то ему проговорил, после чего тот ответил, и ещё минуту эти двое щебетали, в конце даже на повышенных тонах.

— Раздражает… — Я потянулся к пистолету и посмотрел на этого владетеля игорного заведения. — Чучело, посмотри на меня. Здесь я старший, есть вопросы — задавай их мне.

— Он хотел узнать, кто мы и откуда оружие. Я сказал, что вы великие воины и что вы убили сотню зомби. Больше ничего не сказал. Хотя он требовал. И он имеет право. Он высший, — проговорил Лакшит, прячась за мою спину.

— Хер пингвина он, а не высший, — ухмыльнулся Роберто. — Старые порядки рухнули.

— Слушай сюда, спа-мальчик, — демонстративно загнала патрон в патронник Наталья. — Хочешь помогать этим людям — помогай. Мы тоже помогаем, зачищая корабль. Если думаешь, что мы тебе что-то должны — сходи проспись. А теперь брысь с дороги вместе со своими мальчиками-зайчиками и не мешай нам.

— Забавно… В моё казино зачем-то ломятся, удерживая в дураках бедолагу Лакшита, три непонятных мне идиота. И после того как я великодушно впускаю вас, вы смеете угрожать мне? Вы? Мне? Я — старший наследник семьи Амиши! Наша торговая империя имеет представительства на всех континентах, и на нас так или иначе работает треть Индии! Мой дядя — первый заместитель министра МВД Индии. Тётя — министр юстиции, мой старший брат месяц назад стал председателем в парламенте страны. Я и есть голос Индии. И ты смеешь мне угрожать? Оружием? Я не знаю, что за террористы устроили атаку на судно и что за болезнь они тут пробудили. Но знай, вот это… — Он показал на странное устройство на своей руке, похожее на часы.

— Афина, выключи свет в казино, — перебил я болтуна просьбой и уже через мгновение оказался в полутьме. Оставил на месте алебарду и сорвался вперёд, начав внезапную атаку.

Ни Роберто, ни Наталья не растерялись — и тут же продемонстрировали своё мастерство, по моему примеру отправляя на пол охрану.

— Включай свет… — отдал я указание и выставил пистолет вперёд. Ничего серьёзного — просто попугать и объяснить истинное положение вещей.

— Сука, когда сюда прилетит спецназ, тебя на клочки порвут! — держась за сломанный нос, моргал понторез.

— Не рыпайтесь. А теперь проясним диспозицию, уважаемый наследник из Амишей. Во-первых, я поражён вашей тупоголовостью. Если, по-вашему, на борту террористы — с чего вы решили, что я не отношусь к ним? И почему мне не плевать на то, какой ты там в порядке наследования погибшей финансовой империи. Во-вторых, это не теракт. Это дерьмо происходит по всему миру. И с учётом густозаселённости Индии и ряда других факторов, знай, возможно последний из Амишей, — твоя страна в глубочайшей жопе, из которой может и не выбраться. Третье — если корабль и останется на ходу, то решать, куда ему рулить, будет уж кто-кто, а точно не ты. Слабый, жалкий, с огромным самомнением. Сейчас я уйду. Но я буду следить за тобой и тем, что ты делаешь. — Я наступил ему на грудную клетку, уничтожая авторитет этого напыщенного болвана-магната. — Афина — каждые два часа давай мне отчёт о происходящем рядом с этим клоуном.

«Будет исполнено», — донёсся голос из динамика висящей на поясе охранника рации.

Вот умница — теперь они будут уверены, что мы имеем доступ ко всему их снаряжению. Кстати, странно, что рации вообще работают. Возможно, это запасные и они были выключены во время «контакта».

— Лакшит, неси рюкзаки и алебарды.

— Харасо, — подорвался он, с каким-то невероятным восторгом смотря на меня.

Ох уж эта кастовость…

— А теперь информация для всех выживших, — обратился я к посетителям и охранникам заведения. — Мне плевать, как вы отнесётесь к ней, но те, кто скорее мне поверит, — имеют чуть больше шансов к выживанию. Земля под атакой. Зомби-вирус активировался и разом обратил множество людей по всему миру. По моим наблюдениям — каждый третий или даже больше людей стали одержимы. Укусы зомби не обратят вас. Это гарантированно. — После этих слов множество облегчённых вздохов разнеслось по казино. — Но укусы ядовиты и отравят ваш организм. Самые крепкие проживут три дня после укуса или заражения крови их ядовитыми, больными жидкостями организма.

Тут же возникла новая волна гомона, грозящего перерасти в шквал вопросов.

— Тихо! — рявкнул я. — Зомби ориентируются на шум, запах и зрение. В первую очередь на шум, так как зрение у них, скажем так, — проседает. Те, кто получил ранения и испытывает жар как при лихорадке, — это первый симптом заражения. Для вас есть выход только один — найти красный парящий шар, называемый Терминалом, дотронуться до него и купить в нём лекарство, очищающее организм. Для покупки нужны не деньги, а очки достижений. Как их получить? Убивать зомби, насильников, маньяков и прочий мусор. Спасать людей. Всё оценивается. Считайте, что вы в игре. На корабле таких терминалов минимум три. Если у вас есть сила и мужество — сражайтесь. Если нет — сидите и ждите тех, кто спасёт вас.

— А ты откуда всё это знаешь? — Поднялся седобородый накачанный дед в строгом костюме с тростью, украшенной костяной рукояткой и большим рубином.

— Я уже был в подобных… обстоятельствах.

— Убивать, значит?

— Или спасать. Да. Ах да, ещё одно забыл — в первую минуту после заражения ядом можно избежать лихорадки и последствий, если отрезать заражённую конечность либо прижечь область вокруг укуса или раны. Но если вас цапнули в шею… — Я указал на вены на своей шее. — Всё, шансов у вас нет. Только прорываться к терминалу.

— А где искать эти терминалы?

— Мы нашли лишь один. В библиотеке. Но там столько зомби, что без пулемёта лучше не идти туда, — признался я и дал всем надежду.

Всё же — неизвестность пугает куда как больше, чем страшный, но понятный противник.

Мы начали подниматься по широкой лестнице на второй этаж казино, и нам в спину донеслось ещё парочка вопросов, на которые я без сомнений ответил.

Здесь довольно большая группа людей, которая сумела выжить и упокоила кучу зомби. Почти два десятка трупов попалось мне на глаза. А значит… У них есть шансы. Почему бы и не подсказать, как правильнее действовать?

У нас спрашивали, куда мы идём и можем ли мы взять их с собой, на что я ответил категорическим отказом — не готовы мы к таким передвижениям толпой.

— Постой! Я бывший офицер службы безопасности президента Бразилии! Я умею обращаться с оружием! Я могу вам помочь, — подорвался один, не до конца протрезвевший, но уже полный воинского мужества посетитель царства азартных игр.

— И меня тоже можешь посчитать в свою команду, мальчишка. Я не понаслышке знаю, что такое война. Несколько военных операций за моими плечами, и торжественная пенсия не загубила мой дух воина! — Белобородый дед размял плечи и сжал кулаки, напрягая мускулы, отчего его костюм затрещал по швам.

— Да чтоб мне пусто было! — выплыл из-за аппаратов с перегоревшими платами мужик в солнцезащитных очках и косухе, хотя ни солнца тут не было, ни холода. — Я член банды байкеров из Нового Орлеана. Проламывать черепа я умею явно не хуже этого худого индусика.

— И я!

— Я проходил срочную службу в… — начали подрываться люди, и я с удивлением замер и повернулся к ним, смотря, как зажглись глаза у многих волевых пассажиров.

— Я удивлён. И с радостью приму вас в отряд по освобождению нашего круизного лайнера от этой напасти. Но позже. Если же вы хотите сделать что-то полезное — изготовьте из подручных материалов оружие, откройте двери — и снесите парочке зомби головы. Осторожно зачистите ближайшие помещения, но не выходите на палубы — там сейчас ад. Я двигаюсь к капитанскому мостику, там мы оценим обстановку, найдём офицеров, организуем команду и начнём зачистку, двигаясь в вашу сторону. Выживите. Пользуйтесь головой. Стройте преграды на пути зомби. Уничтожайте их. Но помните — вы сами несёте ответственность за себя и всех, кто вокруг вас.

«К казино начали стягиваться зомби. Около трёх десятков. Движутся с разных сторон», — доложила Афина.

Я сразу же передал эту информацию выжившим и посмотрел на злобного индусика, держащегося за свой сломанный нос.

— Я слежу за тобой. Помни об этом.

Оружия, хоть они и просили, я им не оставил. Пусть проявляют смекалку. У казино есть кухня, буфет, ножи. Есть барные стулья, которые если разобрать — получатся неплохие металлические биты.

Каждому нянькой не будешь. Да и спешить нужно.

— Я взять попить воды… — прискакал радостный Лакшит и протянул нам по полулитровой кристально чистой бутылке.

— А это ты весьма кстати, — похвалил его Роберто. — Теперь я хочу придушить тебя ещё меньше. Взрослей, сопляк. Мир и раньше был редким дерьмом, а теперь и вовсе стал хуже некуда. Никто не будет вытирать тебе сопли — адаптируйся и выживай.

— Философствующий мексиканец — какая прелесть, — улыбнулась Наталья, умывая с лица кровь. — А ты про жидкости правду говорил? Ну, что не только укусы и слюна при попадании в кровь вызывают заражение?

— Правду. Что, боишься, что кровь в рот попала?

— Есть немного…

— Не страшно. В малой дозе твой организм поборет мутагенику заразы. Ты ведь с иммунитетом. Это хорошо так испить нужно будет для заражения. Или ногти в рану загнать — там тоже высокий риск заражения. Но вообще, это лишь мои наблюдения, а не данные минздрава. Лучше избегать подобного.

— Хм, тогда… — Из рюкзака Наталья выудила мою майку и нацепила её на лицо наподобие банданы, прикрыв рот.

— И когда ты только свиснуть её у меня успела?

— И не её одну. — В нас прилетело ещё по майке, и мы повторили манипуляции красавицы в армейской экипировке. Только Лакшит не смог справиться с тем, чтобы завязать её правильно.

«Господин, в конце коридора будет дверь, ведущая к администрации казино, там же есть подъём в вип-комнату из непрозрачного стекла, расположенную под потолком. На картах отмечен люк наверх, однако камеры его не видят. Пожалуйста — осмотрите помещение, дабы я могла спланировать наши дальнейшие шаги», — Афина, как всегда, была вежлива и думала наперёд, стремясь выполнить наилучшим образом поставленную перед ней задачу.

Интересно, как там её технобрат Арес и мир в целом? Прошло немного времени… Не хотелось бы, чтобы к тому моменту, как мы причалим, мир оказался разрушен в труху ядерными ударами…

С того момента, как мир с восхищением смотрел на окрасившееся алой пеленой небо, прошло чуть более двух часов. Невероятное зрелище заставило всех людей оторваться от своих дел, а многие из тех, у кого на дворе стояла глубокая ночь, — проснулись от яркого света.

Удивление и восторг — вот что вызвал странный феномен. Тысячи и тысячи людей начали снимать его на телефоны и транслировать в прямой эфир на самых различных платформах. Прошла минута, за ней вторая, степень восхищения нарастала… А затем начались куда как менее приятные вещи.

Трансляции онлайн прервались, множество телефонов перестало реагировать на команды и пальцы своих владельцев. На них стал загружаться и автоматически воспроизводиться файл неизвестных хакеров.

В сообщении содержался какой-то бред атаку на Землю, о скором конце света и необходимости консолидироваться и бороться за свою жизнь. Рекомендовалось создать максимально доступный запас воды, еды и медикаментов… Кто вообще поверит в эту чушь? Но закрыть файл не удавалось, даже перезагрузка телефонов не помогала.

Компьютеры, подключенные к глобальной сети Интернет, тоже пострадали и начали вести себя странно. Телевещание прекратилось, и вместо любимых сериалов или новостей безразличный механический мужской голос по кругу крутил одни и те же призывы к подготовке и спасению.

— Да что за хрень? У меня телефон, кажется, взломали! — раздавалось во множестве уголков мира на самых разных языках.

В более современных автомобилях даже радиоприёмники сами включились, выкрутили звук на полную и продолжили свою мантру об опасности и необходимости готовиться к концу света.

— Не знаю, кто этот шутник, — но завтра о нём будут говорить все новостные порталы, — смеялась молодёжь.

Однако это было только начало. Через десять минут после появления алого сияния во всём мире взбесились домашние животные. Лаяли собаки, срываясь с цепей, истошно вопили кошки, разнося квартиры, пищали на грани ультразвука хомяки и бились об стекло аквариумные рыбки. А дикие животные так и вовсе словно обезумели.

Пять минут хаоса — и всё закончилось, так же внезапно, как и началось. Да и небо стало медленно, но верно обретать свои естественные оттенки.

«Что это было?» — думали миллиарды людей.

Но они ошибались. Не «что это было», а что это начинается… Внезапный скачок напряжения заставил лампы потухнуть, розетки заискриться, телефоны превратились в бесполезные кирпичи… И в гаснущих, лишённых электричества городах, началось то, о чём так давно предупреждали фантасты.

Молодая девушка крепко держала в руках своего разбушевавшегося щенка. Тот тяжело дышал и поскуливал, пока нежные руки девушки гладили его по загривку. Сбоку от неё находилось окно, куда она смотрела и приговаривала, что скоро всё кончится. Ведь она была уверена, что её дружка испугал странный природный феномен. И она была права… Животные намного чувствительнее людей… И её щенок понял, что вокруг происходит что-то неладное. И как только алые небеса стали терять свои краски, всё кончилось. Глаза собаки слегка помутнели, как и глаза девушки. У неё всё поплыло перед глазами, щенок и она сама упали на пол. Вены вздулись, мышечный спазм ударил по им обоим и через несколько секунд прекратился…

— Гр-р-рр…

— Рва-а-аа…

По всему миру на смену алому, словно кровь, небу пришла залитая сотнями миллионами литров крови земля…

А на смену сиренам службы спасения пришёл дикий крик шокированного человека. Началась эра выживания…

Мы закончили ковырять навесные потолочные панели, за которыми всё же нашли технический люк наверх. Вот только он не особо поддавался, так как упирался во что-то тяжёлое.

Переставив стол, мы вдвоём с Роберто упёрлись плечами и начали с огромным трудом откидывать неподатливую крышку люка и всё со всем тем, что было навалено на него неё сверху.

Стоило лишь дверце поддаться и замереть в вертикальном положении, как сверху донёсся звук разбитого стекла и чего-то катящегося.

— Твою мать… — выругались мы едва ли не синхронно, прислушиваясь к другим звукам.

— Вроде бы никого… — подытожил я и кинул взгляд на десяток следящих за нами через стекло людей.

К этому моменту они уже начали применять смекалку, мастеря из всего подручного нечто вроде оружия. Молодцы. Не все, конечно, но сразу после моего рассказа многие оказались на удивление морально устойчивыми и готовыми сражаться.

Хотя, вокруг столько крови, смертей и убийств… Думаю, сыграло роль то, что основной актив, шевелящийся и что-то предпринимающий прямо сейчас — это те, кто уже сталкивался со смертью. Бывшие охранники, полицейские, солдаты и офицеры. Даже байкер один был.

Я начал лезть вверх и понял, что именно меня удивило в этих людях. Моя невнимательность меня удивила. Здесь почти пятьдесят человек, а я смотрю на них, и глаза мои замечают меньше половины. Остальные — слабые, безвольные, плачущие и хлюпающие носами слабаки. Я практически не обращаю на них внимания — будто это статисты какие-то. Я считаю их обречёнными уже сейчас. Даже если зомби их не прикончат — с таким подходом в новом мире они станут мясом и добычей сильных, стойких и волевых хищников.

Они будут пахать за копейки и еду, в своих снах лелея мечту о былой социальной справедливости. Они станут послушными овцами, которых будут пасти и сторожить волки. И если кто заблеет — его тут же поставят на место.

В своих снах я таких почти не видел. Лишь солдат, бойцов, отчаянных и готовых до последнего патрона и капли крови сражаться с врагом. А все остальные… Я слишком быстро прекратил обращать вообще хоть какое-то внимание на них.

Это моя профдеформация. И это — неправильно. Человеческий ресурс в этой войне будет крайне важен. И то, что сейчас многие разделились на хищников и травоядных, означает лишь нынешнее ментальное состояние людей. Никто не рождается солдатом. Ими становятся — демонстрируя жесткость своего внутреннего стержня. Те, кто трусливо прячется и плачет сейчас, — это не сломленные люди. Это те, чьи стержни ещё только распрямятся. И станут основой для будущего этих людей. Ну, или они сломаются под тяжестью обстоятельств. Но всё это лишь предстоит им в ближайшем будущем.

Не стоит списывать их со счетов раньше времени. Самый лучший клинок не тот, что был выкован после пары ударов молота и красивый пылится на стене коллекционера. А тот, что выдержал тысячи ударов и не сломался, исполняя своё прямое предназначение. Вот и люди должны пройти закалку и испытание временем. Сразиться, выжить и продолжать бороться. И на это нужно время.

— Чисто… — отчитался мексиканский телохранитель.

— Склад перегоревших ламп, значит? — подытожил я, оказавшись в лишённом света подсобном помещении. — Афина, как обстановка?

«За дверью чисто, но дальше по коридору вас ожидает тройка зомби за поворотом. После этого будет практически чисто пусто — лишь парочка зомби на пути. Так же фиксирую два отряда выживших, сражающихся на подступах к капитанскому мостику. Они баррикадируют коридоры».

— Сколько там зомби?

«Двадцать две особи на данный момент подают признаки активности».

— Что на других связанных палубах? Можем ли мы использовать огнестрельное оружие?

«Опасайтесь рикошетов и дружеского огня. Не убейте выживших, стреляя по зомби. В остальном проблем нет. Если перекрыть тот коридор, по которому вы двинетесь, — все три пути для прихода новых источников угрозы будут отрезаны от мостика».

— Хорошо, мы выдвигаемся.

«СТОП!»

Я тут же остановил отряд и прислушался к своей умнице-помощнице.

«Фиксирую двух выживших. Движущихся с верхнего яруса в нашу сторону. Азиаты… Есть совпадение с моей базой данных. Братья Ли Хо и Ли Ши».

— Ли Хо и Ли Ши? Наёмные убийцы? Они же вроде как были приговорены к повешению в Китае… — удивился я.

— О, ты и о дуэте Ли знаешь? — удивилась Наталья.

— Что там с ними? Где они? — вслух задал я вопрос Афине, и она мне ответила. — Спасибо.

Я развернулся к остальным.

— Слушаем быстро, у нас не больше минуты. Они специалисты и эксперты. И вроде как уже должны были быть развеяны прахом над китайской пустыней. Но они тут. Вероятно — по мою душу. Шансов, что они согласятся сотрудничать, — мало. Будут тут через две минуты. Должны пройти прямо по этому коридору…

Я начал быстро объяснять свой план, и мы дружно согласились с ним, ожидая отмашки от Афины.

«Идут… Крадутся у двери… Прошли мимо… Пора».

— Я дёрнул ручку, открыв дверь, и выскочил с автоматом в руках наружу. Мне на помощь выбежала Наталья, а Роберто ломанулся в обратную сторону, дабы закрыть дверь на этом ярусе, имеющуюся между различными секциями корабля.

— Надо же… — удивился первый из Ли, улыбнулся и поправил солнечные очки, становясь полубоком и опуская меч на уровень пояса.

— Костюмы… Тоже, что ли, пуленепробиваемые? — Я заметил абсолютное отсутствие паники в их глазах и два полуметровых меча в руках.

— Ну, у них хотя бы наши размеры… Возможно, даже маловат в груди мне будет, — ухмыльнулась Наталья.

— Уважаемые, — обратился я к китайцам. — Вероятно, вы тут по мою душу, но, как видите, — обстоятельства в мире сильно поменялись. Лучше бы нам объединиться.

Попытка была сомнительной, но я всё же попытался.

— Китай не потерпит оправданий, — ухмыльнулся первый и медленно опустил руки вниз, к краю пиджака.

— Сделка заключена. Условия для её отмены — не предусмотрены, — дополнил второй брат и сделал те же движения, будто опуская оружие отпускает.

— Вы делаете совершаете большую ошибку, ребята… — предупредил я их, и внезапно те рванули к нам, пальцами рук подкидывая вверх ставшие вдруг жёсткими пиджаки.

Я открыл стрельбу, но это не привело к должному эффекту, ведь на нас бежали костюмы без головы. Да, те спрятали свои головы внутрь пиджаков, стремительно сокращая дистанцию. Пули не могли пробить ткань и останавливались защитой, не хуже, чем бронежилетом. Какие ушлые ребята и какая необычная тактика… Хотя и это должно было приносить им боль, но, видимо, они не зря так знамениты в подпольном мире. Не замедлились ни на секунду.

Рядом из калаша стреляла Наталья, и уже через три секунды нам пришлось отступать, продолжая вести огонь, в надежде на пробитие брони.

В этот раз костюмы подделками не оказались и с честью выдержали свинцовый шквал. Чем здорово меня удивили. Это же не мелкокалиберные патроны… Но меня это не сильно радовало, так как пришлось уворачиваться от клинка наёмников. Так я ещё и алебарду оставил в подсобке, не ожидая такого развития событий… В общем, будет жарко.

Отбросив ставшие бесполезными автоматы, мы начали рукопашный бой, в котором крайне тяжело было найти доминирующую сторону.

Те что-то сделали и их пиджаки обмякли, падая и возвращая полноценный обзор каждому из наёмников. «Эх, мне бы мгновение — пистолет вытащить да извернуться…» — мечтал я, рассчитывая прикончить их до того, как к нам со стороны капитанского мостика примчится эскадрон зомби.

Удар, уворот, контратака… Каждый удар мог стать смертельным. Клинки в таком узком пространстве сильно выигрывают у алебард, хоть их у нас и не было. Поэтому практически с каждой атакой что я, что Наталья уворачивались и отскакивали от ударов, смещаясь назад. Один из братьев повёл своим клинком слишком широко и зацепил дверную ручку. Направление взмаха изменилось, и противник открылся, чем я и воспользовался, резко устремляясь вперёд и входя с ним в клинч, попутно перехватывая руку с мечом. Сместился так, чтобы второй китаец меня не задел, и от души наградил своего наёмника ударом лбом прямо в переносицу.

Началась вакханалия ближнего боя, в результате которой я оказался в середине коридора, да ещё и зажат между двумя врагами.

Пришлось применять нечестный приём, целясь в пах и смещаясь в сторону, чтобы закрыться от уже развернувшегося в нашу сторону мечника. Тот отменил свой удар, но подставил спину и не успел ничего поделать с бросившейся на него, словно кошка, Натальей. Она повисла на нём, крепко вцепившись в его костюм руками и ногами, хватая при этом запястье с клинком и не давая ему присоединиться к битве со мной.

Я отвлёкся всего на мгновение, и этот проклятый воин, который за мгновение восстановился от запретного удара, необычно перекрутил клинок обратным хватом и едва не перерезал мне горло. Пришлось отпрыгивать.

— Брат! — отвлёк внимание моего противника второй Ли, и мы оба заметили, как сцепились подобно змее и мангусту эти двое. Перед его глазом маячил заточенный короткий клинок, скрытый в заколке, грозя лишить его глаза, в то время как сама Наталья едва справлялась со второй рукой, что уже почти выскользнула из её хвата.

Тут же я прыгнул вперёд, подобно игроку в регби снося обоих китайцев и протаскивая их двоих по коридору до развилки вместе с Натальей. Тут-то к нам и подключился Роберто, ударом алебарды поправив причёску моего чудом увернувшегося противника, а затем с размаху врезав обратной стороной алебарды в грудь второму. Небольшой штырь на этой стороне оружия не пробил броню, но наверняка сломал ребро мечника. Он потерял то преимущество, что у него было, и рука Натальи поставила жирную точку в его наёмничьей карьере.

Ну а я, хоть и пытался сдержать и сковать второго брата, был вынужден уйти перекатом в сторону стены, минуя его удар мечом. Ожидал продолжения атаки, но он удивил в очередной раз, сделав сальто назад и оказавшись у металлических перил, за которыми открывался вид на небольшой сад внутри корабля. Я схватился за пистолет и направил на него, успев дважды выстрелить. Но он ловко перемахнул через ограду, падая, спрыгнул на страховочную сеть, защищавшую от падений и разрезал её клинком, чем удивил меня — ведь сетка была комбинированной и имела металлические прожилки для прочности.

Видимо, клинок у него тоже был не простой… Подбежав и посмотрев вниз, я понял, что тот Ли — мастер в искусстве сваливать.

— Они недооценили нас. А мы недооценили их. Как итог — мы победили, но обозлённый мстительный убийца сбежал. — Наталья подошла ко мне и посмотрела вниз. Там, среди сада, валялось три трупа зомби, которых китаец походя убил.

— Для него вполне возможно выжить и добраться до терминала. И тогда нас ждут неприятности. — Я прикинул я, сколько он в одиночку сможет заработать и достать разного вооружения. Эксклюзивное оружие и прочее — для него это вполне реально.

— Будем надеяться, что твоя Афина сможет засечь его передвижения.

«Он начал ломать камеры на своём пути», — обрадовала меня моя помощница.

— Этот сукин сын начал ломать камеры на своём пути, — пересказал я новость своим спутникам. — Впрочем, теперь мы будем знать, что искать его можно лишь на «тёмных» участках корабля. Где нет видеонаблюдения.

— А-А-АА! ОТПУСТИТЕ ИХ! ОНИ МОИ ДРУЗЬЯ! — Лакшит распахнул дверь, выскочил с моей алебардой и начал с закрытыми глазами махать ей где-то далеко впереди по коридору.

— Ты проход перекрыл? — тут же спросил я Роберто.

— Оба. Там ещё одна дверь была в спортзал…

— Тогда этот топот ног, что я слышу, должен доноситься со стороны капитанского мостика. — Я вытащил обойму пистолета и полез в карман за запасной. — Лакшит, давай шевели булками к нам. Спасатель ты наш.

— РВА-А-А! — закричали где-то впереди зомби, что всё-таки добрались до нужного коридора и нашли свою сладкую и свежую добычу.

— И поживее, мой друг. Поживее. — Я принял стойку для стрельбы и столкнулся взглядом с первым выскочившим на наш ярус зомби.

Заметил его, обернувшись, и Лакшит — резко добавив скорости своему рывку и уходя с линии обстрела.

Щёлкнул затвор автомата Натальи, приготовился к стрельбе из её пистолета Роберто.

— Где боеприпасы, малёк? — задался вопросом мексиканский брутал, и в ответ на вытянутые из кармана коробки в его сторону полетели пустые магазины для перезарядки. — И пошевеливайся… Тварей тут на всех хватит.

Лидер по корабельному спринту и ориентированию среди зомби добежал до середины коридора, и прозвучал первый, оглушительный выстрел. Запах пороха ударил в ноздри, и шумно рычащее тело свалилось как подкошенное, дёргая ногой и продолжая делать попытки встать. Но к тому моменту, как второй зомби оказался на линии стрельбы, конвульсии прекратились.

— Стреляем одиночными в порядке очереди. Растянулись они. Мы словно в тире.

— Ну и хорошо. — Роберто выстрелил прямо в голову зомби. — Твоя помощница следит за тылом?

— Да. Абсолютно всё под её контролем в этой части корабля.

— Тогда тот, кто промахнётся больше всего раз — проставляется, когда мы выберемся из этого дерьма, — предложил бывший телохранитель.

— Идёт, — подтвердил я.

— Хорошо, — согласилась Наталья.

— Согласен. И где мой пистолета? — втиснулся между нами Лакшит и протянул перезаряженный магазин Наталье.

— Хах, индийский Лакшит Поттер — за смелость получает десять очков для факультета Хиндидор! — рассмеялся Роберто, и я только сейчас заметил странный шрам на лбу индуса, скрытый до этого за волосами.

— Ничья… Все по одному разу промазали, — подвёл я итог нашего спонтанного соревнования.

— Да это Лакшит под руку полез во время моей очереди. Так бы я чисто прошёл дистанцию! — начал протестовать Роберто.

— Да-да. Ищи отмазки. Нам он как будто не мешал, — ухмыльнулась Наталья.

— Вообще-то я помогать вам! — надулся индус и поправил волосы, пряча шрам за чёлкой.

— Да, ты молодец. Ну что, алебарды в руки и вперёд — зомби обязательно проверяем. Если выжил кто-то — добиваем, — дал я указание и посмотрел на свой отряд.

Роберто — волк-одиночка, выросший из рядового засранца наркокартеля в достойного мужчину, ставшего на путь избавления улиц своего родного города от дряни. К сожалению, такие долго не живут, поэтому он был вынужден бежать и скрываться. Помогли добрые люди, а он сам тайно перебрался через границу и попал в поле зрения спецслужб, став со временем агентом американской разведки. После одного случая, в котором судьба столкнула его со старым знакомым, не смог нажать на спусковой крючок, вернув долг за собственное спасение, за что был разжалован и отправлен на покой. Он понимал, что бывшие разведчики долго не живут, особенно с его послужным списком, и подался в Канаду — где и нашёл своё призвание и свою работу. Его таланты были по достоинству оценены, а прошлое оказалось достаточно чистым, чтобы войти в штат устранителей проблем одного небезызвестного торговца оружием.

Хороший парень — с чистым сердцем и тяжёлым детством. Он не понаслышке знает, что жизнь редко бывает ласковой с такими, как он, и поэтому имеет сильный внутренний стержень, что позволил очень быстро адаптироваться в новых условиях. С учётом того, что ни жены, ни детей у него нет — он не будет тем, кто сорвётся и наделает глупостей.

Далее Наталья. Русская, как и я. Хладнокровна, опасна, отважна. Она на четыре года младше Роберто. Ей всего лишь двадцать семь лет. Если верить откопанной на неё информации — до двадцати лет она была более-менее обычной, пусть и перспективной девчонкой, что стремилась стать офицером. Ну да, показатели айкью были почти двести. Ну, знала она семь языков, благодаря отцу переводчику. Ну, была она отличницей боевой и спортивной подготовки. Она всё ещё оставалась девушкой. Милой, симпатичной, волевой.

В двадцать один её жизнь очень сильно и резко переменилась. Во-первых, она прошла-таки отбор, сама того не зная, в КГБ. С ней начали работать психологи, её перевели на учёбу в особый институт. Какие там над ней ставили опыты, что там с ней делали, я так и не выяснил. Но вышла оттуда она уже той, что прежде. Жестокая, опасная, бескомпромиссная. Она ничего не говорит о своих желаниях. О своих целях. Она плевать хотела на деньги, хоть и играет роль наёмницы. Она живёт по приказу. И это меня в ней пугает. Ибо я понятия не имею, какой приказ она получила.

Да, её поведение и слова полны прагматизма и желания выжить. Она надёжно прикрывает спину, но я не знаю, что в голове у тех, кто стоит за её спиной. Поэтому с ней нужно оставаться чутким и осторожным. Единственное, в чём я уверен, — Наталья будет пытаться связаться со своими кураторами. Но так как она знает, что я контролирую всё на корабле, — то будет пытаться это сделать позже. А сейчас она использует меня как инструмент, как проводника, что доставит её до цивилизации, где Центр сможет дать ей новые указания, исходя из реальной обстановки в мире.

А ещё я знаю, что миру на самом деле жопа. И связаться со своим начальством либо добраться до него ей будет очень и очень трудно. Так что как минимум до конца нашего путешествия — она должна продолжать играть свою роль. Будет трудно сделать из неё подчинённого. Для этого придётся оборвать поводок прежнего хозяина. И внимательно следить за тем, чтобы она на меня его не надела. Наталья искусная манипуляторша…

Лакшит… Пятый и самый младший сын в своей семье. Просто удачливый индус, который оказался рядом. Самый простой человек, но вместе с тем — фантаст, мечтатель, искренний и верный. Да, он вёл свой видеоблог, который Афина успешно оценила. И сотню тысяч сообщений с родными и близкими тоже. Её короткая оценка — аномально везучий парень. Правда, и в приключения он попадает чаще остальных. Связано это с его открытым характером и неусидчивостью. Не худшие качества. Из плюсов — исполнительный и неспособный предать человек. А ещё — честный и простой. Если что-то делается не так — он без тени сомнения скажет об этом.

В общем, с учётом того, что мне не придётся ждать от него подвоха и достаточно только следить за ним и объяснять многие вещи, в чём я не вижу проблемы, — хороший спутник.

Мы медленно продвигались, проверяя заваленный коридор. Добивали недобитых и шли дальше. Дошли до помещения, из которого вышли — забрали рюкзаки, алебарду и остановились, перезарядив все доступные магазины. Патронов ещё хватало, но я оставался реалистом. Даже если люди каким-то образом прикончили половину из обратившихся зомби — на борту всё ещё оставалось около двух-трёх тысяч зомби. А реальное число — наверняка больше. Да и с учётом всяких гадов вроде китайца и других выживших наёмников — мне требовалось куда как больше стволов, людей и боеприпасов для получения контроля над кораблём.

Надеюсь, капитан корабля жив и поможет мне организовать полноценное сопротивление и команду для зачистки. Да и неподалёку имеется станция связи, которую нужно привести в порядок. Хотя бы по лайнеру объявления смогу дать, спасая таким образом больше людей.

— Идём? — посмотрел на меня мексиканец.

— Да… — кивнул я ему и затянул лямки рюкзака, в котором имелись припасы и техника для Афины.

Продолжая соблюдать осторожность, мы двигались шаг за шагом в боевом порядке. На мне был бронекостюм, дополненный нормального размера пиджаком китайца. Как я и ожидал — внутри костюма скрывался мелкий механизм, делающий каркас, вшитый в пиджак, твёрдым и позволяющий проводить с ним такие вот странные, но действенные манипуляции, укрывая голову от выстрелов.

Впереди послышался шорох и странное шипение.

— Свои! — произнёс я, понимая, что зомби впереди закончились и это люди идут нам навстречу.

— Живы! Мужики! Я же говорил, что стреляет кто-то! — Из-за поворота радостно вышел бородатый, заляпанный кровью мужик в куче тряпья, что защищала его от укусов. — Вы из отряда… спасения? Не похоже…

А за ним вытянулись и другие люди. Кто с топорами, кто с ломом, ножами и другим найденным оружием. Даже палка-хваталка под канаты для швартовки была у одного.

— Отдыхающие мы. Да не простые. Капитан как? Идём на выручку вам, так как знаем, что за дичь творится, — сразу дал я ему понять, что у нас есть знания.

— Плохо капитан. Обратился, мозги раскинул по всему мостику… — скривился старший группы.

— Как тебя зовут?

— Александр, — ответил он мне, и я протянул руку.

— Михаил Листопадов. Мои спутники — Роберто, Наталья, Лакшит. Веди меня к старшему выживших членов экипажа. Кто вместо капитана?

Из бокового коридора послышался шум и, ломая дверь, выбежал двухметровый жирный боров в заляпанном кровью белом халате.

Не тратя ни мгновения, я выставил пистолет и сделал два выстрела, попав в шею и голову прущего танком в нашу сторону здоровяка.

— Вилльям… Что же с вами стало, друзья мои. — Александр с пустыми глазами смотрел на здоровяка, что грозился залить весь коридор кровью.

— Я без проблем отвечу на этот вопрос всем вам, когда мы соберёмся. Сколько ещё выживших в этой части корабля?

— Нас двадцать два человека… Было. Надо закрыть двери, чтобы сюда не прорвались зомби…

— Мы уже закрыли. У спортзала. Давай обратно пойдём. Я объясню, что происходит, и затем займёмся зачисткой и спасением.

— А армия? Спецназ? Прилетят? — задал вопрос кто-то из-за спины Александра, вложив в него столько надежды, что мне даже не по себе стало.

— Нет. Мы сами по себе. Но ты не переживай. Ситуация контролируемая. Мы выживем. Идём к…

— Идрис Вульф. Первый помощник капитана. Он возглавляет второй отряд, и мы должны встретиться после зачистки помещений тут и перекрытия двери, — еле-еле сумел оторвать глаза от трупа своего знакомого Александр.

— Там в коридоре двадцать два зомби лежат, — посчитал я и зомби, и китайца, — можешь сам проверить и убедиться. Остались лишь запертые зомби. Хочешь — вместе закончим зачистку и вернёмся к капитанскому мостику?

— Да… Хочу. И ещё — нам аптечки нужны. Много раненых. — Он выпрямился и крепче сжал свой топор.

— А вот это уже плохо. Значит, времени у нас не так уж и много. Шевелимся вперёд. Вы, я надеюсь, покусанных и заражённых не убили?

— Только связали.

— Вот и ладненько.

Мы помчались по коридорам, и я без стеснения использовал любое удобное оружие, уничтожая потенциальную угрозу. И, к нашему не такому уж и большому удивлению, удалось обнаружить и спасти ещё восемь человек в этих коридорах. Не так и много, как хотелось бы, но слишком уж многие оказались в ловушке, выбежав на палубу. Один пьяный чудик вообще спал мертвецким сном, так и не поняв, что происходит. Едва удалось растолкать этого лежебоку.

Уже пробираясь к мостику и переступая через жертв этого вторжения, мы столкнулись нос к носу с другой группой, которую вёл Идрис Вульф.

— Александр. Все целы?

— Даже лучше! Нашли людей с оружием, которые уверяют, что знают о происходящем всё.

— Оружием? А мысль о том, что это те, кто атаковал нас и принёс заразу, тебя не посещала? — злобно посмотрел на Александра временный командир лайнера.

— Если бы мы принесли заразу — зачем бы мы тут оставались? Не тратьте время. Я вижу, у вас есть раненый. Ему нужно оказать первую помощь. — Мой взгляд остановился на темнокожем совсем ещё юном мальчишке. Он скакал на одной ноге при помощи своих товарищей, оставляя за собой капли крови, даже несмотря на наложенный жгут.

— Идрис, ты давно работал с почившим капитаном? — Вперёд вышла Наталья и подняла руку, останавливая меня.

Она профессионал, и если она решилась что-то сказать, не стоит её останавливать.

— Достаточно! — напыщенно сморщил нос носитель заляпанного кровью кителя.

— Тогда ты должен знать о красном телефоне. И о том, что сегодня он был крайне активен. Это я звонила ему. И у меня есть информация. Не только для тебя. Для всех вас. От неё зависят ваши жизни. Поэтому, будь так мил, мой дорогой заместитель капитана — перестань стоять здесь столбом и проведи нас всех на капитанский мостик. Поверь — это будет самым лучшим твоим решением за всё время круиза. И да, кстати… — Она повернулась к тяжёлой металлической двери, открытой нараспашку. — Отряд чистильщиков ещё не вернулся?

Последняя фраза, судя по выражению лица Идриса, добила его и заставила уверовать в то, что мы не просто опасные вооружённые люди, а владеем информацией и находимся с ним на одной стороне.

Всё-таки слишком многим всё это напоминает банальный ужастик, где их единственная цель — дождаться команды спасения. Вот только мы и есть команда спасения. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих.

Мы вошли на капитанский мостик, практически лишённый связи с другими отделами корабля.

«Я не включала оборудование, дабы они не наделали глупостей», — подсказала Афина, и я принял к сведению её слова.

Посмотрим на этого Идриса и что он мне предложит. Надеюсь, мы с ним сработаемся.

— Слушайте все, — начала Наталья, в своём военном обмундировании сразу же получившая высочайшую репутацию среди местных. — Больные, раненые — особенно. Ваша жизнь зависит от этого. И многих, кто сейчас есть на корабле, — тоже. Прошло чуть менее трёх часов с начала этой экстренной ситуации. Среди нас есть человек, который уже сталкивался с подобным.

Ещё бы оружие у неё было более привычного образца, но это мелочи. Люди в любом случае смотрели на огнестрел как на святыню.

— Но в меньших масштабах. — Я вышел вперёд. — Да. Всем добрый день. Меня зовут Михаил Листопадов, и это я тот, кто уже имел возможность столкнуться с подобной атакой. Мы подверглись нападению. Это не террористы. Это не пираты. Это не касается лишь лайнера. Атакован весь мир. Париж, Лондон, Вашингтон, Майами, Москва, Стамбул, Пекин, Токио — любой город. Любая деревня. Без разницы где — атака идёт по всему миру. Мы сами по себе. Войск не будет. Спасательной команды — тоже не будет.

— Да что за чушь! Хочешь сказать, моя доченька могла превратиться в этого ужасного зомби? — высказался один из крайне нервных людей.

— Чушь — это видеть, как твоего товарища заживо жрут зомби, и уверять себя, что всё нормально. Ничего не нормально. Знаю — все на взводе, всем тяжело, у всех у вас есть семьи. Но поверьте — в данный момент вы мало что можете сделать.

— Мало? Мы вообще что-то можем?

— Конечно! Именно! — Тут же я щёлкнул пальцами и указал на задавшего вопрос. — Мы взрослые, сильные люди. Мы можем многое. И у вас есть я. Я знаю, что это за недуг. Я знаю, что происходит. Если вы готовы слушать — я расскажу вам. Вы готовы? Начнём с самого главного — это не та инфекция, что при укусе превращает в зомби, так что связывать раненых не стоит. Во-вторых, тем, кто получил ранение, укус, кому ногтем нанесли рану или чья кровь смешалась с кровью из ран зомби — потребуется лечение. Больше трёх дней укушенные не живут.

Я начал экскурс в мир зомбиапокалипсиса, постепенно рассказывая о новом мире, о возможностях зомби, о том, что такое Терминал и к чему мы должны готовиться.

— Что за бред, кто-то верит в эту ахинею?

— А откуда, ты думаешь, мы взяли столько оружия?

— Контрабанду пронесли! Может, это вообще вы всё подстроили. И мы сидим тут без связи, не можем ни с кем связаться! — начал предъявлять нам какой-то горбоносый рыжий хрен с веснушками и кривыми зубами.

— Виллингем — заткнись. Три часа уже прошло. Маяк был активирован. Уже час назад рядом с нами должна была появиться береговая охрана… Ты их видишь? Вот и молчи. Ситуация нестандартная. Тяжело верить в то, что происходит, но мы обязаны, — заткнул кривозубого Александр.

— Нужно захватить спасательные лодки и использовать их для того, чтобы добраться до земли… — Люди начали оживать и высказывать свои мысли.

— Нет! — тут же опроверг я предложение говорившего матроса. — Лайнер — не могила в океане. Не гроб, в котором мы плывём в неизвестные дали. А наша возможность! Все заметили, что корабль поменял курс перед тем, как всё началось?

— Нет.

— Разве было такое?

— ДА! — рявкнул, заткнув общий гомон, Идрис. — Продолжай, Михаил.

— Уверен — сработала автоматическая блокировка систем с целью их защиты, и питание корабля можно восстановить. Двигатели ведь всё ещё работают. Мы можем доплыть туда, куда нам нужно. Более того, на корабле почти пятнадцать тысяч людей. Из них по меньшей мере половина может сражаться и драться. Зомби бесстрашны — но мы умны. Нужно донести всё то, что я — а теперь ещё и вы — знаем, до остальных. Нужно найти ещё один терминал или пробиться к предыдущему. Но там… Я не знаю. Сотня? Две сотни зомби? Очень много…

— Нам нужно больше оружия. И защита. — Идрис на удивление не стал оспаривать всё мною сказанное и серьёзно отнёсся к моему предложению освобождать корабль.

— Если спуститься в мастерские — мы сможем сделать больше оружия. И уже оттуда думать, как поступить, — предложил пузатый с виду мужик с перебинтованными кулаками.

— Коридоры узкие. Можно сделать ловушку, стену с шипами, вариантов уйма — хоть кол подвесить под потолком и заманивать зомби стайками. — Отовсюду стали сыпаться предложения.

— Сколько терминалов этих волшебных на корабле, ты говоришь?

— Три. И, кажется, я знаю, где ещё один… — С капитанского мостика я смотрел вниз на палубу, где рядом с бассейном на носу корабля собралась огромная толпа с сотню или больше рыл.

«У меня нет доступа к камерам того яруса».

Это и не надо… Розовое свечение отражается от стеклянных бортов. Электричества нет — фонарей, лампочек и светодиодных вывесок баров там тоже быть не может. А что у нас может источать яркий красный свет? Правильно. Только терминал. Всего-то на восемь палуб нужно опуститься и замочить пару сотен зомби. Но, быть может, туда есть и другой путь?

— Идрис! У вас на корабле была услуга венчания для молодожёнов. Соответственно, должен быть штатный фотограф? Кто-то же должен был запечатлеть момент?

— Да. А что?

— У него должен быть квадрокоптер — вот что. Он понадобится нам для разведки. Где его рабочее место и каюта?

В моей голове сложился план, который даст нам полное понимание происходящего на борту лайнера. А видя проблему — можно придумать и её решение. Тем более что на нашей стороне не только люди, но и куда как более прагматичный интеллект.

«Мне нужен доступ к серверной и диспетчерской», — настоятельно потребовала Афина, готовая достать мне любую необходимую для выживания информацию.

Мы говорили… Много говорили. Люди здесь, в этой части корабля, собрались непростые. Либо старшие офицеры, либо критически важный для функционирования корабля персонал. Инженеры, айтишники, ответственные за всё электронное на корабле и временно ставшие бесполезными. В общем — случайных людей тут не было, если не считать спасённых.

Вопросы были самые разные — начиная от базовых и элементарных, в духе: «Как обратить зомби в человека?» или «А что сейчас происходит в Мадриде?», и до провокационных, с целью вывести меня на чистую воду. Ведь в свои года я не слишком-то тянул на гения-разработчика с навыками спецназовца. Удалось позвать единственного на данный момент выжившего помощника капитана и ещё четырёх офицеров из числа командного персонала и отдельно поговорить о наёмных убийцах, пробравшихся на корабль.

Эта тема вообще вызвала много вопросов, но молчаливый и наблюдательный Идрис вступился за нас, уверяя своих коллег в том, что на корабле и впрямь какая-то хрень происходит. Количество охранников на этот рейс было увеличено в полтора раза, да и вместо специальной службы клининга на этот раз почивший капитан провёл на борт много странных и не до конца понятных людей, запретив их досматривать.

Наталья с уверенностью заявила, что это особый отряд и что они также обучены и имеют огнестрельное оружие. Один лишь вопрос — взяли ли они его с собой, когда отправились заметать следы после убийства колумбийских карателей. Судя по отсутствию оружия в их комнате отдыха — взяли. Но выстрелов от них я пока не слышал.

В общем — обсуждать нам было что, и один вопрос порождал кучу новых. Так бы мы и продолжали, если бы не спешили решить возникшую проблему со связью. Да, я вызвался подшаманить и настроить — якобы я знаю, в чём проблема, и есть шанс реанимировать связь и вообще почти всю электронику на корабле. Умельцы на местах в ответ на моё заявление поржали и скептически потыкали в мою сторону пальцем, но это было больше похоже на оправдание их собственной слабости. Более того — нашлось сразу несколько человек, в том числе программистов, что поставили на место олухов и начали мне наперебой советовать, как быть, что чинить, какие релейные схемы попробовать замкнуть для перезагрузки системы.

Я в ответ лишь с серьёзным лицом кивал. Пускай бо́льшая часть мне была понятна… Но у меня имелся универсальный помощник, который на месте всё проанализирует и скажет, какие микросхемы погорели, а какие вполне себе ничего и выдержат нагрузку переподключённого оборудования. Всё-таки спасли мы далеко не всё с Афиной.

Мы стали собираться. Взамен Лакшита, который с честью дошёл до выживших членов экипажа, резко устал и свернулся калачиком, отдыхая после всех пережитых тревог и приключений, к нам присоединились три новичка. Все трое — офицеры охраны. Старшего из них по должности все звали Мистер Коннор. Он не выпускал из зубов сигарету и часто тяжело вздыхал. На актёра, сыгравшего в терминаторе его однофамильца, он не был похож от слова совсем, так как внешность его больше напоминала уголовника с опухшим и покрасневшим лицом, а не красавчика киногероя. Отчего-то в голове появлялись ассоциации с английскими фанатами, проснувшимися с бодуна после поражения сборной. Этот тяжело вздыхающий человек со злобно блестящими глазами был на судне начальником охраны. Сразу становилось понятно, что много дерьма он успел повидать за свою жизнь. Но с расспросами мы не лезли, а я лишь коротко вспомнил его досье, изученное перед посадкой на борт. Оружием он выбрал большой двуручный пожарный топор. Хороший выбор.

Вторым оказался реальный судовой полицейский по имени Хван. Буквально два года назад он вышел на пенсию в США. Вообще — очень интересный персонаж, на которого Афина накопала много любопытного, и я считал его одной из потенциальных угроз на корабле. Вооружённый травматическим пистолетом сорокапятилетний кореец переехал в США ещё ребёнком. Он и дед. Отец его погиб при попытке бегства из Северной Кореи в Южную, а вот мать добралась, причём будучи беременной. Кроме этого, многих других его родственников за побег членов семьи диктатор отправил на каторжные работы на двадцать лет. А родной дядя, бывший тогда в составе делегации в СССР, сумел каким-то невероятным образом убедить местные власти оставить их в Союзе. И сейчас по России у него бегало десять родственников. Но он о них не знал. Такие разные судьбы у членов одной семьи. Впрочем, к нему самому как к профессионалу в своём деле вопросов у меня не было. Он очень удивился, узнав происхождение части нашего оружия, и опознал в прихваченном паспорте своего коллегу, что присоединился к их компании не так давно — всего три месяца назад.

На его заявление, что это «странно и, должно быть, ошибка», Наталья рассмеялась и с улыбкой произнесла сумму, которую платят «курьерам» — людям, что должны пронести в нужную область запрещёнку и передать нужному человеку.

— И вообще, возможно, ему предложили ещё и премию за убийство. Там сумма увеличивается почти десятикратно. С ней можно не думать о дальнейшей работе и спокойно отправляться на заслуженный отпуск до конца своей жизни. Ещё и детям останется, — объяснила она причину нарушения новичком всевозможных правил и законов. — Вот только наниматели банкроты или мертвы. Отныне в мире новая валюта. — Наталья подняла вверх патрон на всеобщее обозрение.

— Да… За такую награду раньше половина экипажа согласилась бы случайно подсыпать в бокал яда… Я так думаю, — почесал бороду третий член нашей команды. — А другая половина за защиту и премию согласилась бы эту половину задушить.

Весельчаком был старик Фернандо. Но он был не из тех стариков, что к старости теряют форму и превращаются в высушенные мумии. Нет, этот здоровяк, казалось, мог голыми руками сваи в землю вбивать. Бывший офицер военно-морских сил Бразилии. На корабль он пришёл с момента его спуска на воду, с ходу стал советником по безопасности капитана и руководил местной тюрьмой. Да, была на корабле и такая. И у него как бразильца было более чем достаточно опыта общения со всякими асоциальными элементами. А именно в них зачастую превращались разбушевавшиеся гости в пьяном угаре.

В общем — команда собралась колоритная, интернациональная. Но оттого не менее боевая.

На нас шестерых имелось три алебарды, один меч, пожарный топор и тяжёлый полутораметровый стальной лом.

— Это моя красавица. Уже семерым зомби черепа проломила, — старик с улыбкой схватился за тяжеленное оружие и без особых проблем начал им махать.

Сильный. Однозначно сильный. Не слабее того громилы, что обеспечил меня запасным холодным оружием — охотничьим ножом. Хотя это скорее всё же тесак, а не нож. Когда он был примотан к палке — вполне неплохо справлялся с рубящими ударами. Из огнестрела мы имели автомат Натальи, мой пистолет-пулемёт и ещё два Глока 21. Маловато будет… Маловато.

Поэтому мы кое-что сымпровизировали и лёгкими манипуляциями отвёртки и других подручных инструментов соорудили союзникам два щита. Оба из стали. Оба небольшие, но довольно неудобные. Идею подсказала Афина, и я шаг за шагом её реализовывал, сперва выдирая прикрывающие технические шлюзы металлические двери, затем модернизируя их при помощи прорезиненных запасных шнуров и кабелей.

Даже самому такой захотелось. Но нет — это оружие для здоровяка с «копьём» и привыкающего к мечу начальника охраны. Все трое мужиков, по заверению Афины, были достойными уважения людьми и не были замечены за всю свою жизнь в мутных делах. Даже кореец. Оттого я и решил сделать рокировку и расширить наш коллектив. Всё равно в дальнейшем должно появиться основное ядро бойцов и командиры для групп. Они уже и без нас начали этим заниматься, так почему бы не помочь.

Первая наша задача была довольно рискованной и опасной — добраться до диспетчерской. Комната связи располагалась на один ярус выше и находилась в мелкой каморке, дорогу к которой знали все. Но для того, чтобы туда попасть, требовалось выйти на палубу и подняться по маленькой технической лестнице наверх. Эта палуба была не сильно завалена зомби — но всё ещё содержала неподсчитанное количество врагов. Камер в той части тоже не имелось. По крайней мере — работающих. Поэтому приходилось рассчитывать на себя. Огнестрел тоже не особо хотелось использовать, так как эта палуба соединялась с другими палубами корабля многочисленными лестницами и проходами. В общем — нужны были крепкие, смелые и стойкие бойцы, у которых рука не дрогнет. Втроём мы, может, и справились бы — но лучше увеличить наши шансы и нивелировать риски.

Больше бойцов мы тоже решили не брать, так как и оставшимся людям хватало работы. Например — найти комнату фотографа. Она была неподалёку и, по идее, зомби не должны стать опасностью, но мы решили перестраховаться и не тратить время.

По меньшей мере, Афина провела анализ и дала отмашку, что наши шансы справиться с задачей, не понеся потерь, — крайне велики. И увеличение отряда не повысит наши шансы, а вот в определённый момент риск получения урона кем-либо из нашего отряда лишь вырастет. Всё-таки на корабле не так уж много мест, где все могут спокойно развернуться и принять бой.

Да и профессионалов, знакомых с убийством, среди уважаемых офицеров было не так много. Ну, это если не считать начала апокалипсиса. После него тут многие успели отметиться и набрать первые очки достижений. О них я тоже рассказал. Как и об аптечках и заразе от укусов. А также о «волшебном» зелье от всех болезней. После рассказа об этом еле удалось сдержать всех от самоубийственного похода на зомби. С их нынешним оружием и защитой много не навоюешь. Рубашки и майки — хреновая защита. Вот поэтому и отправили большинство оставшихся на поиски одежды и всего иного, что могло бы помочь в вопросе отражения атак и создания любого, даже самого примитивного, но оружия.

— Ещё раз повторим тактику, — кивнул я Роберто, вернувшись от запертой двери, ведущей на палубу. — Палуба визуально чистая, но вдалеке видны бродящие зомби.

— Никогда не думал, что высокие борты будут нам в минус… Они бы уже все в открытое море поразлетались от качки. — Старик Фернандо намотал бинты на свои пудовые кулаки и приготовился к бою.

— Слишком море спокойное. И таким по прогнозу ещё пару дней будет в этой части океана. Кстати, кто-нибудь засёк, куда мы идём?

— В ближайший крупный порт, — подсказал я. — Знаете, что это за место?

— Крупный? Ну, с учётом того, сколько сейчас времени и куда светит солнце, — мы плывём, пусть и очень медленно, на юг. На юге у нас — Куба. А там терминалов для лайнеров нашего размера нет, — прикинул начальник охраны, мистер Коннор.

— А зачем нам терминал? Любой порт подойдёт. Слышал — китайцы закончили строить на Кубе огромный логистический комплекс и расширять порт в городке Мариэль. Может, туда?

«Всё верно. Этот человек прав в своих предположениях. Я действительно указала координаты грузового терминала Мариэль на Кубе. Нам потребуется восстановить подвижность судна в ближайшие пару часов, чтобы безопасно дойти до этого места и пришвартоваться. Семь часов и сорок минут. Если быть более точной», — Афина дала новую вводную информацию, которая, впрочем, на наши планы никак не влияла. Да, мы осторожничали и прошло почти три часа — но теперь дело ускорится.

Правда — машинное отделение в противоположной от нас части корабля… Но ничего — доберёмся и туда.

— Ну вот и славно. Там есть ром, сигары и китайские товары. Раз уж китайцы терминал такой построили — то мы сможем неплохо набрать полезных ресурсов. Ведь в терминалах работает мало людей. Многое оптимизировано, — подытожил я, и мы начали оговаривать тактику боя.

Кто где стоит, чем занимается в случае столкновения, в каких случаях можно открыть огонь и многое другое. Пусть мы все и впервые готовились сражаться в таком составе — у нас было очевидное преимущество. Мы сами выбирали, где и на каких условиях сражаться. А значит — если вдруг на нас не налетит сотня или две зомби, — мы без проблем займём оборону и одного за одним упокоим бедолаг.

— И не забывайте посматривать вверх — там ведь тоже люди работали. И мы не знаем, обратились они в зомби или нет, — напомнил всем Хван и, закрыв глаза, начал молиться.

Один за другим все последовали его примеру. Я закрыл глаза последним. Уж не знаю точно, кто и зачем всё это устроил, — но мне дали возможность подготовиться. Я упустил наилучший момент, так как не знал, начнётся ли этот ужас. И если начнётся — то когда? Поэтому я сделал недостаточно для нашего мира. И пускай меня считали и считают непревзойдённым гением, — я знаю, что вся гениальность заложена в невероятном труде. А ещё я знаю одно. Зомби — лишь начало. И ничего ещё не потеряно. К приходу истинного врага мы должны подготовиться. И я это сделаю.

Нет. Мы это сделаем!

Над кораблём возвышалась антенна. Спутниковая связь, которая стоила миллионы долларов, — просто-напросто прекратила работать в один миг. Дежурящая в эту смену Аннели побелевшими от напряжения пальцами сжимала металлическую основу антенны, сидя на выступающей над крышей лайнера полусфере.

— Гр-р-ррр, — со стороны лестницы донеслось очередное рычание её сменщика.

Весельчак Хосе с ней отлично сработался и всегда старался угодить, то принеся ей кусочек десерта на рабочее место, то отпуская с работы пораньше. Между ними в какой-то момент возникло странное и тяжело скрываемое чувство. Словно служебный роман, как в книгах, что она любила читать в свободное время.

Однако чудесный роман был внезапно прерван застелившим небо алым покрывалом. Это время, этот момент стал для неё концом сказки и началом ужасного триллера. Пока они вдвоём сидели, смотря на невероятный природный феномен, он осторожно взял её за руку и прижался своей широкой грудью. Анна слышала биение его сердца и была вся на взводе от трогательности момента, когда её несостоявшегося любовника повело. Сердце у него странно забилось, словно барахлящий, захлёбывающийся водой мотор.

Хосе закачался, крепко, до боли сжал её руку и начал странно себя вести. Аннели тут же прекратила любоваться происходящим за окном и вытянула свою руку из крепкой хватки Хосе.

Она попыталась ему помочь, спросила, плохо ли ему, усадила на пол и, подложив свою мягкую кофту ему под голову, побежала из своей «радиорубки» в сторону лестницы. Там, чуть ниже, на палубе была аптечка. Аннели закончила курсы медсестры в своё время в университете и подумала, что это был приступ. Что делать в таком случае, она знала хорошо, ведь даже на лайнере она прошла обучение по действиям в экстренных ситуациях.

Эта аптечка находилась на стене корпуса, укрытая небольшим навесом. Отодвинув заслонку, Аннели вытащила пластиковый кейс с красным крестом на белом фоне и уже почти открыла его, как на палубе начались страшные, истошные крики. Отойдя на два метра и глянув за перила на уровень ниже, она увидела драку, кровь и странное поведение отдыхающих.

БУМ!

Рядом с ней что-то громко свалилось на палубу, и Аннели дёрнулась, оборачиваясь на звук.

— Гр-р-ррр. — Её сменщик смотрел на неё нечеловеческим взглядом, разливая кровь вокруг и медленно поднимаясь на ноги после падения.

— Хосе? Что ты…

На какой-то момент она подумала, что это ужасный сон, и ей всё это лишь кажется. Но даже во сне умирать не хотелось. Поэтому она собрала все свои силы и волю в кулак и швырнула аптечкой в монстра, которым стал её напарник. Тот даже не дрогнул, получив прилёт в живот, и побежал на неё, подволакивая ногу. Аннели уже было закрыла глаза от страха, когда зомби подвернул или сломал и до этого повреждённую ногу, распластавшись на полу прямо у её ног.

Она моментально побежала вперёд, к лестнице, и взобралась на неё. Однако и зомби поднялся, стремясь добраться до неё. Страх и желание выжить привели её к технической маленькой лестнице, ведущей на крышу радиокомплекса со спутниковой тарелкой огромных размеров. Она не знала, умеют ли зомби карабкаться по лестницам, но рисковать не хотела. Здесь, у этой антенны, он её точно не достанет. Забраться сюда и ей было тяжело, не говоря уж о нём с поломанной ногой. Да и так она не будет видеть его окровавленное лицо и неживые, словно у рыбы, глаза.

— Скоро я проснусь и всё кончится… Скоро я проснусь и всё кончится… — словно мантру, повторяла она, пролив все слёзы, что только были у неё.

Уже несколько часов кошмара преследовали Аннели, и лишь рычание да крик чаек, нагло вертящихся рядом с ней, сопровождали её.

Скри-и-и-ип.

Внезапный скрип двери стал сигналом перемен, и пусть она не видела, кто это сделал, — она знала: это могли быть только люди.

— Роберто — бери первого. Наталья — внимание наверх… — донесся тихий шёпот с верхней палубы.

Именно в этот момент Аннели поняла: надежда есть.

Мы вышли на палубу, а дверь предательски скрипнула. Вот и чего она скрипит? Это же мегалайнер! Да ещё и практически с судоверфи. Краска, можно сказать, не высохла! Скрип привлёк зомби, но те были далеко и ещё нас не увидели. Быстро обменялись командами и заняли позицию. Один пошёл убивать ближайшего бедолагу, вертящегося на месте. Тот никак не мог понять, где мы.

— ГР-Р-Р-РВА! — закричал ближайший зомби.

Значит, всё-таки нас видит, но нападать не спешит? Нонсенс! Что-то его удерживает на месте. И это явно не сломанная нога — они и без них нормально в бой лезут. Удар алебардой от мексиканского качка быстро угомонил этого крикуна. О, а вот и остальные зомби идут к нам. Они все возле двери в техническое помещение столпились, метрах в двадцати от нас. Видимо, там есть живые.

— Семеро неживых. Готовимся к бою. Щиты во фланг, алебарды в центр, Наталья — резерв. Следи за всеми остальными, — отдал я коротко приказы, занимая позицию рядом с Хваном.

Ему Наталья отдала алебарду. Для неё она была слишком тяжела в случае затяжного боя.

Семёрка врагов очень быстро сократила свою численность. Сперва до пяти, затем до трёх. Преимущество дисциплины и дальности атаки. И пусть пёрли они напролом — для нас это не стало большой проблемой. Законы физики и остриё алебарды просто не позволяли им продвинуться дальше. Да и налетели они не всей толпой, а один за другим. Было удобно сражаться. Остановил — убил. Остановил — убил. А если не успел и новенький подбежал, — всё-таки тут не такое большое расстояние, чтобы появились большие интервалы, — то всегда рядом был союзник, что без проблем перехватывал нового врага.

— Чисто. Проверяем палубу…

Мы сразу начали действовать дальше, разделившись на двойки. Я и Наталья отправились наверх, настраивать аппаратуру, Роберто и Хван — в сторону той двери, у которой зависли зомби, а Фернандо и Коннор побрели осторожно посмотреть, что там за углом творится.

К краю палубы никто не подходил. Это было бесполезно — и так понятно по звукам, что там куча зомби. Вообще, чем ниже спускаешься — тем их больше становится. Просто потому, что там ресторанов и развлечений больше.

Я осторожно поднялся по лестнице, прислушиваясь и резко выглядывая на техническую платформу с радиокомплексом.

— Ох ты…

— Что там? — спросила дежурившая снизу Наталья.

— Выжившая. Эй, красавица, ты там как? Живая? Не ранена? — Быстро поднявшись, я подскочил к находящимся буквально в двух шагах от лестницы перилам и куполу, стоящему на металлической основе.

Небольшие короткие подставки для подъёма техперсонала вели вверх от перил до купола, на вершине которого крепилась спутниковая тарелка. Ныне — бесполезный артефакт прошлой эпохи. Красная пелена хоть и исчезла, но мир от сигналов из космоса изолировала. Так что спутниковой связи больше нет и быть не может.

Девушка, ещё совсем молодая, худая на вид, мёртвой хваткой вцепилась в основание антенны и тряслась, поворачивая голову в мою сторону.

— А он… он…

— Убили мы зомби. Всё хорошо, спускайся.

— Я… не могу. Руки… не слушаются. Пальцы не могу разжать.

Ну да, если ты там три часа так висишь, намертво вцепившись, — не удивлён. Наталья уже стояла рядом. Посмотрев на меня, кивнула, и мы разделились. Она поползла наверх, а я отправился к небольшому помещению. Буквально три на три метра, включая стол для работы с кучей оборудования.

— А-А-А-ААА! — заверещали на палубе ниже люди, когда мексикано-корейский отряд спасателей открыл дверь, и я выругался, оставляя рюкзак с собранным для Афины оборудованием внутри комнаты.

Наталья задерживалась, расцепляя пальцы девушки, а я бросился к перилам и глянул, что там происходит. Крик людей уже прекратился — видимо, поняли, что обедать ими пока не будут. Но зомби от этого аппетита не потеряли и явно зашевелились.

— Роберто — быстро выводи их! — приказал я замешкавшемуся охраннику, что уговаривал людей выйти, и он перестал церемониться, силком вытолкнув жирного труса наружу.

За ним выбрались ещё две женщины, бабуля с девочкой лет шести на руках, за ними мужчина с женщиной, тоже крепко прижимающие к себе ребёнка, какой-то шатающийся явно не от качки или ветра старик. Многовато вас для подсобки в пару метров квадратных. Хван повёл людей к двери в зачищенный коридор корабля, подгоняя их. А Роберто нырнул внутрь той подсобки и вывел оттуда ковыляющего бедолагу. Это был уже служащий на корабле, и он выглядел немного странно. Помят, побит, руки связаны.

— Защита от укушенного… Хорошо хоть, наружу не выпихнули на съеденье, — прокомментировал я.

А между тем начиналась жара. С дальней части палубы по двое и трое неслись зомби, стремительно сокращая дистанцию с едва раненным. Хван провёл внутрь семью и бросился помогать Роберто. Они фактически подняли связанного и донесли до открытой двери, вкинув бедолагу внутрь и развернувшись, чтобы принять бой.

Я тоже был наготове и всё контролировал. С другой стороны послышались звуки уже начавшегося сражения, и я быстро перевёл взгляд на дальнюю часть палубы, ведущей к повороту. Увы, ничего видно не было. Но мы сразу определились — если есть угроза, возвращаемся и восстанавливаем защитный строй. Раз старик и Коннор, вооружённые оружием и щитом, не вернулись из-за поворота — значит, всё у них под контролем.

И у Роберто с Хваном тоже под контролем. Противников было двенадцать, но все они бежали то по одному, то по два, удобно растягиваясь на стометровке палубы. Последние вообще из-за поворота показались, когда первые два уже погибли.

Хотелось бы самому принять участие в сборе очков достижений, но… ребята справляются, им они тоже нужны, а у меня есть куда как более важная миссия.

— Ну что, Афина, поработаем?

«Включите ноутбук, соедините его с кабелем питания и жёлтым информационным шнуром USB», — начала она давать команды, а я следовал её указаниям.

Сеть барахлила, питание барахлило, пришлось перейти в режим питания от портативных аккумуляторов, освобождая доступную мощность из силового кабеля для основного оборудования. В итоге оказалось, что всё дело в повреждённом шнуре, который удалось заменить на аналогичный, снятый с соседнего компьютера. Он нам был не нужен, так как отвечал за спутниковую связь.

Провозился я долго. Зато включилось всё быстро — но оборудование барахлило. Что-то пошло не так с памятью и программами, какую-то плату пришлось вытащить и поменять с той, что на соседнем устройстве стояла. Потом Афина запустила переустановку каких-то программ, драйверов, и лишь через полчаса всё более-менее заработало.

За это время наверх успел подняться сперва Роберто, затем Коннор. Убедились, что всё в порядке, я стойко и мужественно, даже без ругани и матов занимаюсь перенастройкой компьютеров, и ушли вниз. Все ушли вниз. Девчушку давно уж сняли с антенны, спустили вниз, не дали разораться при виде трупа, как я понял, её напарника и отвели внутрь. Каждые пять минут уточняя, не закончил ли я, они приняли волевое решение начать осторожную зачистку этой части палубы, включая помещения.

Планировалось всё делать бесшумно, проходя от одного помещения к другому — и так пока не зачистят эту, носовую часть верхней палубы. Ближе пятидесяти метров к лестницам, что вели на нижнюю палубу, они не подходили. И вот, когда я наконец-то закончил при помощи Афины всё настраивать и возрождать жизнь в бездушной технике, они полностью завершили зачистку.

— Михаил, а трупы можем сбросить вниз? Зачем они нам тут? — подошёл ко мне старший из троицы новеньких бойцов, Коннор.

— Можно. Только тут до океана им лететь и лететь. Добросите?

— Даже если на нижние палубы упадут — там же одни зомби. Если и сломаем кому шею — так даже лучше, — пожал он плечами.

— Ну да, всё равно нам весь лайнер зачищать. Потом и в море выкинуть можно будет.

Из-за ярусности лайнера, с нашей, верхней палубы можно было увидеть три нижних, а затем уже они шли ровно одна под другой.

— Как закончите — дайте знать, я уже готов, сейчас текст прописываю, который будет озвучиваться, — попросил я их, а сам сел сочинять послание.

Получилось вроде как неплохо. Сейчас я его включу, и объявление будет по кругу десять минут крутиться. Дальше раз в две минуты на протяжении получаса. Ну а потом каждые пять минут пусть напоминает выжившим, к чему они должны стремиться.

«Внимание! Говорит руководитель операции по спасению, Михаил Листопадов. Я знаю, вы меня слышите. Я помогу вам выжить. Постарайтесь следовать моим указаниям и внимательно прослушайте данную информацию. Мы подверглись вторжению. Обратившиеся в монстров и сумасшедших люди — поражены опасной болезнью. Они — зомби. ВАЖНО! Укус или царапина, полученные от зомби — не превратят вас в монстра. Но они способна заразить вас обычными болезнями и уничтожить ваш иммунитет. В результате чего возможна смерть. Найдите одежду и скройте открытые участки кожи. Возьмите оружие, что позволит держать зомби на расстоянии. Ножки от стульев, перила, металлические прутья, лом — что угодно. Импровизируйте. Зомби плохо видят, но хорошо слышат и способны вычислить вас по запаху. Для убийства зомби нужно повредить головной мозг. Если вы уверены в своих силах — объединяйтесь и выживайте до нашего прибытия. Мы уже идём, и мы зачистим корабль от монстров. Важно! На корабле находится три алых светящихся шара. Это терминалы — они привлекают зомби. Но прикоснувшись к любому из них, можно получить возможность купить оружие, аптечку или лекарство от заразы, занесённой зомби. Оплата поступит с вашего счёта достижений, что обновляется при убийстве зомби. Если вы не уверены в своих силах — не пытайтесь сами пробиться к терминалу. Нам потребуется время, чтобы добраться до каждого уголка лайнера. Способа обратить зомби обратно в человека не существует. Сохраняйте спокойствие и тишину. Не паникуйте, найдите безопасное место. Ожидайте спасения».

Спустившись вниз, я принял протянутую мне алебарду и посмотрел на безэмоциональных людей. Каждый из них думал о чём-то своём. Каждый погрузился в свои мысли.

— Много убили? — обратился я к Роберто.

— Ещё двенадцать зомби, — каким-то неживым голосом произнёс он.

— А спасли сколько? — продолжил я спрашивать, не понимая, что с ними.

— Троих.

— А что с вами?

В ответ мне просто тыкнули рукой в сторону одной из оставшихся открытыми настежь дверей.

Подошёл к ней, но ещё издалека учуял жуткий запах. Так пахнет смерть и десятки литров крови, что пролились на землю. Чёрт… прошло же всего пару часов…

Мой ботинок остановился перед лужей крови, которая до сих пор продолжала разливаться. Мужчины… Женщины… Дети. Их словно с диким зверем заперли. Сердце предательски заболело… В моих снах обычно погибали воины. Солдаты. А не мирные жители. Не дети… Странные у ребёнка раны… Колотые. Чёрт, кажется я понял, отчего погибли все тут. Обратилось бедное дитя, а мать не смогла или не захотела его бросить. Или отец… Не важно.

Я тяжело вздохнул и ушёл. Таковы реалии этого мира. К этому невозможно привыкнуть, но это нужно учитывать. Дальше будет ещё хуже по всему миру. Несколько миллиардов обратилось монстрами. Многие погибли, особенно в крупных, густозаселённых городах. Оставшиеся в живых — они должны устранить угрозу. А ведь не только зомби ей будут. Банды, голод, болезни. Производства уничтожены. Некому собирать урожай на полях. Много техники погибло и восстановлению не подлежит. Боеприпасы будут медленно, но верно расходоваться, а новых никто уже не сделает. В промышленном масштабе, по крайней мере. Одна надежда — укрепрайоны, терминалы, благоразумие тех, кто выжил. Год-два-три, и придут они. Как раз тогда, когда будет казаться, что главная опасность позади. Как раз тогда, когда мы с надеждой подумаем, что настало время снова жить, а не выживать. Дай бог — к тому времени останется хотя бы миллиард выживших.

— Тот, кто это сделал, — молодец. К этому никто и никогда не привыкнет. Но сильный духом — сделает то, что до́лжно, и будет жить дальше. Мы лишь в самом начале своего пути. Мы нужны этому лайнеру. Мы нужны этому миру. Кто, если не мы? — Я стукнул алебардой по полу и велел им приготовиться. — Операция по спасению лайнера начинается.

«Внимание! Говорит руководитель операции по спасению, Михаил Листопадов. Я знаю, вы меня слышите. Я помогу вам выжить. Постарайтесь следовать моим указаниям и внимательно прослушайте данную информацию…»

Колонки повсюду зашипели, электронные табло связи, раскинутые у дверей по всему кораблю, загорелись, и холодный механический мужской голос разнёс весть по всему лайнеру. Корабль зашумел. Громкость была врублена на максимум, и со всех ног к источникам шума побежали зомби. Крик, ор, кряхтение и рычание смешались с объявлением. Кое-где послышался лязг — некоторые источники донесения столь важной информации замолчали от ярости и ударов зомби.

— Идём. Нам нужно подготовиться к следующей битве.

— Ну, по крайней мере, мы все теперь знаем, где искать зомби — вон сгрудились у колонок…

— Скоро их посрывают. Так что успеют разбрестись. Главное донести до людей мысль. Иначе они начнут паниковать и делать глупости.

На палубу выходила шестёрка выживших, что ощущала себя героями в дерьмовом фильме. А возвращалась шестёрка бойцов, что поняла самую простую мысль: «Это война».

А они — солдаты на этой войне. И перемирия не будет. Победа — либо смерть.

По всему кораблю люди слушали объявление. Многие были раздавлены. У них уже не было сил плакать. Не было сил бояться. Они хотели проснуться и понять, что это всего лишь страшный сон. Увы, их желанию не суждено будет сбыться.

«…Сохраняйте спокойствие и тишину. Не паникуйте, найдите безопасное место. Ожидайте спасения».

Одно и то же сообщение крутилось по кругу. Люди по-разному на него реагировали. Кто-то думал о семье. Кто-то о собственной жизни. Другие о тех мечтах, которым никогда больше не сбыться. Их жизнь изменилась. Мир — изменился. Люди в этот самый момент разделились на две группы. Тех, кто сожалел и надеялся на чудо, на спасение. И тех, кто решил, что их судьба — в их собственных руках.

Под звуки хрипящих динамиков и вой зомби, в самых разных частях лайнера стал раздаваться непривычный для нового мира шум. Шум цивилизации. Шум человека разумного и храброго. Ломалась мебель. Мастерилось оружие. Ножи вырезали деревянные колья, и холодный металл лёг в руки тех, кто готовился доказать своё право на существование. И не просто существование — а доминирование и возвращение человечеству места на самой верхушке пищевой цепи. Люди — не безвольная добыча и чей-то ужин. Они — охотники. И на этом корабле появилось очень много добычи. Но это ненадолго.

На капитанском мостике

— А ты точно умеешь им управлять? У нас всего одна попытка. И лайнер движется — потеряем сигнал, больше не будет у нас разведчика… — Штатный программист с сомнением передал мне в руки квадрокоптер. За время моей работы со связью он со своим отрядом добыл и проверил на работоспособность этого миниатюрного красавца.

— Умею, — с улыбкой ответил я, параллельно слушая предложение Афины по его наиболее эффективному использованию.

Перезарядить дрон мы не сможем, и у нас есть около получаса работы разведчика. А значит — сейчас быстро используем его для проверки нижней палубы, которую видно с капитанского мостика.

Мы вышли на зачищенную палубу, и я взял джойстик, при этом Афина полностью перехватила управление им и отключила джойстик. Просто другим я не планировал демонстрировать её возможности, поэтому и делал вид, что управляю квадрокоптером.

На ноутбук выводилась картинка с камеры. Кто-то с удивлением, а кто-то с радостью начал тыкать в экран, показывая алый шар, парящий в баре на носу нижней палубы. Там раньше работал робот, управляемый искусственным интеллектом и способный делать больше пятидесяти напитков. Теперь его не было — он был вырван, уничтожен, а провода, ведущие к нему, — оплавлены. Но никто не расстроился этому факту. Терминал с оружием, боеприпасами и аптечками — намного лучше, чем чашечка латте.

— Готовьтесь к бою. У меня есть план, — улыбнулся я, заметив чудесную возможность пробиться к терминалу малыми силами.

— Слушай, мне не очень нравится эта идея, — нервно смотрел на верёвку Роберто.

— Ты же проходил обучение. Точно должен уметь, — удивлённо глянул я на него.

— Уметь-то умею, но идея мне всё равно не нравится, — признался он и несколько суетливо стал цеплять снаряжение.

— Не очкуй. Всё пройдёт как по маслу.

Пришлось постараться, выискивая снаряжение для промышленного альпиниста. Да, и такой на лайнере был. Незаменимый во время рейса человек. Альпинист посреди океана! Казалось бы, зачем? Ну а кто в случае чрезвычайной ситуации по стропам спустится со сварочным аппаратом едва ли не в зубах, чтобы устранить какие-то небольшие проблемы. Человек многофункциональный, профессионал. Говорят, когда первого альпиниста взяли на борт круизного судна, это произошло с фразой «ну пусть будет, на всякий случай». Случаев за это время было множество, и любая сложная работа доставалась этому специалисту. Специалист этот как правило, совмещал должность, но отдельное помещение с инструментами, верёвками, карабинами и всем прочим имелись сразу в трёх частях корабля. Чтобы не таскать оборудование по всей палубе. Что было для нас как нельзя кстати.

План мой был наглый, нахрапистый, и бо́льшую часть риска я брал на себя, остальные были нужны только в первой части плана и дальше должны были страховать меня.

Зацепив верёвки и проверив стрелковое оружие, мы закончили подготовку. Зачем нам прорываться ярус за ярусом, зачищая одну, вторую, третью палубу, которые совмещены друг с другом и гарантированно приведут за время бойни ещё больше врагов, если можно поступить умнее, если можно поступить хитрее? Мозг у меня есть. Опыт и навыки тоже. Нужно пользоваться и тем и другим.

— Где гранаты?

— Вот. Лишь две осталось… — протянула Наталья мой сюрприз для зомби.

«Я настроила и приготовила звуковую ловушку», — отчиталась Афина, оценив и одобрив мой план как достойный реализации.

К сожалению, с импровизацией ей было довольно трудно. Придумать нестандартный, творческий план и просчитать возможность его исполнения она не особо способна.

— Ну что, все готовы? Сумки взяли? — Я посмотрел на троих спутников: к Роберто и Наталье присоединился единственный имеющий подходящий опыт работы со спуском на тросе — Фернандо.

Опыт у него, правда не от любви к альпинизму, а от службы в войсках специального назначения.

— Готовы! — отчитались мне они практически синхронно и заняли место у ограждения.

Афина включила на всех ещё работающих динамиках бодрую рок-музыку, привлекающую зомби. Играла она лишь с одного борта, и громкость шла по нарастающей к середине лайнера. Так мы планировали стянуть их подальше от нас.

Я выждал десять секунд, слыша, как возбудились зомби, топая своими ногами. Перелез через перила, скинул трос вниз. Так же поступили и мои коллеги. Я схватился за фиксатор, что не позволял мне опускаться по брошенному тросу, и отсчитал ещё раз десять секунд.

— На счёт три. Раз. Два. Три, — закончил я отсчёт, и мы все дружно поскользили по нейлоновой верёвке на ярус ниже.

Оттолкнуться ногами, отпустить фиксатор, съехать на пару метров, пока тебя не прибьёт обратно к «скале». В нашем случае — к борту лайнера. Единственный минус — ярус под нами был шире и приходилось сильно отталкиваться, чтобы долететь до корпуса, а не влететь в просвет между палубами.

Зависнув на ярус ниже, я убедился, что кроме одного или двух полуживых зомби, никого в этой части палубы на носу корабля не осталось.

Бах!

Добил одного, затем второго точными выстрелами в голову.

— Раз. Два. Три, — повторил я команду, и мы спустились ещё на один ярус, направляя автоматы и пистолеты на потенциальную угрозу.

— Чисто! — перекрикивая музыку, отчитался самый шустрый из всех нас — Роберто.

— На следующем уровне динамики вырваны частично. Могут не все уйти. Готовимся ко встрече. Раз. Два. Три! — Очередная команда — и очередной вояж на несколько метров вниз.

Вот здесь уже пришлось пострелять. Каждый успел сделать по несколько выстрелов, метя в голову заблудившихся зомби. Из пары десятков их здесь осталась чёртова дюжина.

— Перезарядка! — отдал я команду, поняв, что никто больше не шевелится. Сам не трогал оружие, прикрывая остальных.

И не зря. Из-за поворота с противоположной стороны корпуса лайнера выскочили на звуки стрельбы ещё два недобитка, подволакивающих ноги. Дождался, пока доковыляют поближе, и отправил их в лучший мир.

Ещё один ярус. Новые жертвы. Их было всего четыре, но какого-то чёрта они оказались прямо напротив нас. Одному даже при перемещении я лично ногой в морду дал, отбросив подальше от борта. А затем сразу и пулю в голову пустил. Пускай лежит дальше, отдыхает, а не дёргается в нашу сторону.

— Перезарядка!

Мы повторили наши действия, и оставалось пройти ещё один этаж с открытой террасой палубы. На нём же и расположилась наша цель. Дальше уже брызги волн и всё остальное мешало делать открытые пространства. Поэтому всё было закрыто и прикрыто во избежание несчастных случаев. Хотя окна имелись ещё на протяжении пары ярусов, что позволяло любоваться волнами и с этих палуб, находясь в закрытой от морских волн части лайнера. А вот в шторм любоваться этими волнами могли лишь люди с крепкой психикой. И пускай окна и стены были одинаково прочны и надёжны, спасибо современным технологиям, — человеческое подсознание всё ещё боялось и пугалось при виде накатывающей на лайнер стихии.

— На этом уровне музыка не включалась. Помехи от терминала. Стреляем по всему, что движется, — отдал я последнее указание, перезаряжаясь.

— А если в терминал попадём? — решила уточнить Наталья.

— Да на здоровье, ничего с ним не будет, — ответил я ей и взял в руки гранату. — Сейчас подождите — диверсию устрою.

Развернувшись головой вниз и обвив ногой трос, я стал использовать ботинок в качестве тормоза, регулируя свой спуск.

— ГР-Р-РРР. — Шум зомби, замерших в трансе от находящегося здесь терминала, меня обнадёживал.

Крайне медленно я спускался, наблюдая появление в поле зрения сперва ног, а затем и спин, голов многочисленных зомби. Здесь их было много. Битком всё набито. Именно поэтому я вытащил одну чеку и приготовился, затем свободной рукой взял ещё одну гранату и зубами вытащил вторую чеку.

Бросок верх ногами получился не самый хороший. Одна граната попала в голову зомби и отлетела обратно, ближе к моему борту, другая же прилетела поближе к терминалу.

Меня тут же подтянули наверх страхующие меня соратники, и я оказался вне области поражения взрыва.

БУ-У-У-УМ!

БУ-У-У-У-УУУУУУУУМ!

Рвануло знатно. Зомби взревели, а соратники заскользили вниз. Я тоже вернул привычное положение, отталкиваясь от корпуса судна, и перевёл режим стрельбы моего пистолета-пулемёта в полуавтоматический режим.

Само собой — мы не могли рассчитывать убить сотню зомби сразу. Банально боеприпасов не хватит в магазинах. Наш расчёт был на чуть более затяжную борьбу. Главное низко не опускаться, и тогда зомби не достанут. А если начнут лезть по перилам или запрыгивать на них, то…

Бульк.

Один за другим те из зомби, что не получили травм и повреждений, прыгали за нами, пытаясь словить. Но обычно не допрыгивали и падали в воду. Лишь изредка какой-то «спортсмен» имел шансы достать наши ноги в тот момент, когда мы перезаряжались. Но тогда мы просто поджимали приманивающие зомби конечности. Благо высоты яруса хватало для свободного свисания под потолком и расстрелом самых активных и ретивых.

Наталья так вообще ногами упёрлась в корпус судна, оставаясь по сути на ярус выше и не до конца съехав. Прицельная стрельба между широко расставленных ног с её стороны… завораживала.

— Всё, я пуст… — отчитался Роберто.

За ним и я впустую нажал на спусковой крючок. Патроны и у меня кончились. К сожалению. Так бывает.

Впрочем — имелся ещё небольшой запас патронов в глоке Фернандо, да у Натальи последний рожок к её АК оставался. А зомби… Их уже практически и не было. Если бы какие-то опоздавшие на нашу вечеринку бедолаги не припёрлись — уже было бы чисто. Спасибо зомбячим инстинктам, что отправили искупаться почти треть от тех, кто участвовал в этой вечеринке.

Я был первым, кто отправлялся к терминалу. Остальные оставались прикрывать.

Шаг на палубу — и, освободив запас длины троса, чтобы дойти до терминала, я по распластанным телам врагов пошёл к алому шару.

Да уж, картинка — как в фильмах ужасов. Хотя, могло бы быть и хуже. Один из недобитков, лежащий под несколькими «соплеменниками», вытянул в мою сторону руку и зарычал. Тут же с моего пояса сорвался длинный нож и вонзился в уже и без меня повреждённый глаз.

Ещё немного ОД не помешают перед покупкой.

Рука легла на шар, и я очутился в терминале. Наконец-то. А теперь — максимально быстро покупаем то, что нам нужно. Надеюсь, мне хватит очков достижений. Остальное докупят мои коллеги.

Что тут у нас предлагается на выбор?

Добро пожаловать в Терминал № 1371

Ваши очки достижений — 452

Выберите доступную категорию:

1) оружие

2) броня

3) аптечка

4) эксклюзив

Эксклюзив открыт! И очков достижений много! Отлично, сработал мой план по влиянию на выживаемость людей и их готовность убивать зомби. Не знаю, сколько из четырёхсот с половиной очков я получил за своё объявление, но точно не меньше чем за убийство всех зомби за это время. А иначе такого количества я бы просто-напросто не получил

Эксклюзив… Что ты мне предложишь?

Так… О, даже холодное оружие есть. Это редкость. Клинок, светящийся при приближении зомби, например. И какой-то взрывной топор с установленной хренью на обухе. Взрывчатка? Любопытно, но спасибо, не надо. Ха! Алмазная нить! Такой не задушить, ей много чего нехорошего сделать можно, если уметь. Это интересно. Но сто ОД… дорого.

С алмазной нитью я был знаком — это высокопрочная нить из металла длиной в полтора метра. На её концах есть ручки, за которые удобно держаться. На обеих есть кнопка. Нажмёшь на одну — и по нити побежит заряд тока, способный быка завалить. Нажмёшь на вторую — нить завибрирует так, что разрежет даже камень в мгновение ока. Стоит лишь потянуть на себя. Но оружие может и владельцу повредить, поэтому с ним нужно быть аккуратным. В будущем, возможно — возьму себе. Во сне я с такой уже управлялся пару раз.

А дальше то, ради чего я сюда зашёл, — огнестрел. Всего два образца вооружения, и один из них точно будет моим. Почти уверен в том, что если у меня будет больше ОД — откроются и другие «артефакты».

Из доступного был подобный произведению искусства пистолет-пулемёт Томпсона с золотой рукояткой для стрельбы, украшенный резьбой и имеющий классное свойство, скромно указанное в конце описания: «Каждый десятый патрон автоматически становится ультрапробивным и имеет увеличенную проникающую силу, вчетверо превышающую мощность обычного патрона». Как это работает? Не уверен до конца, но уникальное оружие — это уникальное оружие, что не разбирается, не чистится и не изменяется. Максимум можно купленные в терминале аксессуары вроде прицела и прочих прелестей докупить и поставить.

Во снах эти «особые» свойства оружия кто-то называл магией, кто-то — технологией будущего. Я же не слишком заморачивался по этому поводу. Работает и слава богу. Видел, как другие пытались и сам пробовал разобрать уникальное оружие во снах — но там всё совершенно иначе внутри устроено. По сути — в корпус известного образца оружия запихнули совершенно иной механизм, настроенный под указанные в справке свойства.

Ну а если вас, как и меня в своё время мучает вопрос чистки, калибровки оружия, то ответ прост — термина! Подошёл, вложил в шар, вытащил через пять секунд обратно. Пахнет как будто только с завода.

Поэтому «Томпсон» мне интересен, но на всё денег не хватит. И я немного не то свойство ищу. А вот второй вариант мне намного больше по душе: дробовик Вепрь-12 «Молот».

Корпус напоминает модель Калашникова, прицельная дальность — до ста метров. Автоматическая перезарядка, магазин на восемь патронов. Сильная отдача, но возможность апгрейда: установки коллиматорного прицела, дульного тормоза-компенсатора, складного приклада и многое другое. Это отдельно указано, а значит те части можно и разобрать. Ещё, если говорить о свойстве терминала — стоит отметить что «улучшение» оружия, путём установки дополнительного оборудования или замены базового возможно и в терминале. Стоить это будет одну единицу ОД за одно изменение, но, согласитесь, для человека, что слабо во всём этом разбирается — неплохое свойство.

Дополнительное оборудование можно найти во вкладке «оружие». Перечень и свойства отличаются, так же как и наличие доступных боеприпасов и моделей оружия от Терминала к Терминалу.

Если же говорить о моём «Вепре», то его отличительная особенность это — появление боеприпасов в магазине. Каждый час — один патрон. Но не больше восьми — по ёмкости магазина. Впрочем, я уже давно научился решать этот вопрос. Банально разряжаем магазин, и вот у нас фабрика, создающая двадцать четыре патрона в сутки. Правда, стрелять из него придётся намного чаще, поэтому ещё двадцать четыре патрона докупаю сразу и заодно беру в разделе брони портупею-патронташ на пояс. Всё, дальше по плану. Я и так почти двадцать секунд потратил на беглый просмотр возможных вариантов для покупки.

Эксклюзив потребовал с меня двести пятьдесят ОД. Если бы я просто покупал дробовик… Так, фильтр… Ну вот, от тридцати пяти до шестидесяти пяти. Но у них нет перезарядки каждый час. Больше такого я нигде не встречу. На долгой перспективе в любом случае отобьётся. Плюс портупея, плюс патроны… Сразу беру патроны на глок, ещё один пистолет, три комплекта военной униформы первого попавшегося образца… Летняя норвежская. Хорошо, что не зимняя. И два волшебных снадобья. У меня после покупки эксклюзива и патронов с патронташем осталось сто восемьдесят три ОД. После одежды сто пятьдесят три. Минус двадцать пять за глок, минус сто за два зелья «очиститель организма», и двести восемьдесят патронов. Всё — я пустой.

Выхожу из терминала и тут же вскидываю дробовик, вступая в схватку и помогая соратникам отбиться от десятка тварей, что уже практически дошли до нашей уютной кафешки. Патроны остались лишь у главы службы безопасности лайнера, и он меткими выстрелами вырубал одного за другим. Наталья и Роберто уже готовились встретить тех, кто добежит, стульями, когда мой залп прошил башку зомби.

— Следующий. И не задерживаемся. — Я отстрелял бонусную обойму, что шла в придачу к оружию, и кинул коробку с патронами Роберто. Зомби временно закончились — настало время перезарядиться.

— Движение справа! — крикнула Наталья за мгновение до того, как положить руку на шар, и я сразу же сместился, продолжая всаживать патрон за патроном в магазин дробовика.

— ГРВА-А-А-АА! — кричал зомби, уже почти добежав до меня.

С радостью во взгляде он готовился схватить меня своими грязными ручонками за шею, но…

Щёлк-щёлк.

Оружие уже готово к работе. Дуло выросло прямо перед лбом твари, и я тут же выстрелил, ощущая невероятной силы отдачу. Чуть плечо не повредил. Не успел тело к выстрелу приготовить. Бывает…

Двинулся к краю кафешки, к противоположному борту и, выглянув за угол, ещё раз разрядил дробовик. Довольно молодая блондинка-зомби, ставшая жертвой какого-то выжившего весельчака. Он надел на неё спасательный круг и прицепил его верёвкой к дверной ручке. Мозгов, чтобы снять его, ей не хватило, вот и бегала в радиусе метра от двери в «помещение для персонала». Это я уже после выстрела понял, что угрозы она не представляла.

Мы перезаряжались, одежду и зелья от заразы положили в сумку и крепко привязали её, закрыли, чтобы ничего не выпало в океан.

— Идут трое… — заметил Роберто, когда Наталья отлипла с покупками от терминала.

— Вот и чего сюда прутся? — раздражённо сплюнул наш четвёртый стрелок и вытащил из-за уха сигарету.

— Свет терминала привлекает. Когда других раздражителей нет — они будут стремиться сюда, — ответил я. — Поэтому, когда все побываем в терминале и зачистим, забаррикадируем ближайшие проходы — двое лезут наверх, двое дежурят, отстреливают случайных попутчиков. Я точно остаюсь. С вас организовать спуск других бойцов, что убивали зомби. Будем покупать обмундирование, боеприпасы, оружие, аптечки и зелья. Зелий нам нужно шестнадцать только для уже спасённых. Это много. Потом аптечки понадобятся этим же людям. Но мы их не бросим. Каждый человек на счету. И будет таких ещё больше, поэтому придётся большую часть ОД направить на покупки спасительных аптечек и очистителя.

— Там не все могут стать… воинами, — подумав, подобрал слово Фернандо.

— Нам и не надо. Когда усталые воины возвращаются из битвы — сил позаботиться о ранах, голоде и грязи может и не оказаться. Всегда есть фронт с передовиками и тыл. Каждому найдём применение. Опять же — таскать добычу и груз, мастерить что-то. Это всё можно поручить им, пока ты оттачиваешь навык сражения топором против зомби.

— Уж лучше алебарду. Я тоже возьму такую, как у вас. — Он закончил перезаряжать магазины глока и взял на прицел первого из троицы.

— Нет алебарды. Я успела посмотреть, — подсказала ему Наталья.

— А что есть? — дабы не тратить время, задал он ей вопрос, ответа на который я не услышал, так как отошёл проверить, что происходит по ту сторону кафе.

— Так, давайте соорудим площадку для боя. Нам бы здесь в целом организовать постоянную оборону и дежурство — место отличное, опять же с терминалом, — стал я прикидывать, как можно использовать всё то, что оказалось у нас под рукой.

Группа рассредоточилась. Пока один под звуки ритмичной музыки, доносящейся сверху занимался расчисткой площадки, двое прикрывали боковые проходы. Ещё один закупался в терминале. Когда все четверо успели побывать в волшебном мире-магазине и набрали и оружия, и боеприпасов с аптечками и другими вещами, мы все перегруппировались. Двое продолжали заниматься расчисткой площадки — упокоенные зомби отправлялись в океанскую пучину. Море станет их братской могилой.

Я побрёл по правому борту, Наталья по левому. Наша задача была убедиться в зачистке всех зомби в этой части судна и заодно проверить двери на наличие выживших или зомби. Поудобнее переложив свой пистолет-пулемёт, я занял позицию и открыл первую попавшуюся дверь. Чисто.

Вторая — вроде бы чисто, но внутри есть ещё две двери — санузлы.

Я махнул рукой, жестом показывая Роберто, чтобы прикрыл меня, и вошёл внутрь, соблюдая тишину. Почувствовал шевеление… Подошёл к первой кабинке — мужской. Дверь заперта, и по ту сторону слышно сопение и порыкивание.

— Если есть кто живой — ответьте сейчас же, — настоятельно проговорил я и услышал звуки разъярённой гориллы, что стремится выломать дверь.

Направил оружие на дверь, перевёл на режим одиночной стрельбы.

Бах!

— ГРА-А-А-А…

— Не попал… — констатировал я факт и сделал ещё один выстрел. Ещё один…

Звук грузного падения дал понять — всё хорошо. Угрозы больше нет.

Начал приближаться к двери и понял, что есть тут ещё живые. Но они за другой дверью прячутся.

Звуков страшного «гра-а-а» больше не было, несмотря на мой голос и шумы выстрелов. А значит — врагов быть не должно. Первой открыл дверь с зомби. Тот неживой куклой в позе «зю» сложился на белом кафеле. Правда, уже не полностью белом.

Осмотрел всё помещение кабинки и никого, кроме трёх бедных мужиков, запертых с зомби, не нашёл.

— Стоп… — сам себя остановил я и поднял голову вверх. Плитка была сдвинута и решётки на вентиляции не было. Я точно слышал там какой-то шорох. Зашёл в кабинку, над которой и находилась вентиляция, посмотрел в безжизненные глаза какого-то китайца со сжатыми кулаками.

Забрался повыше и присмотрелся вглубь.

— Есть кто? Всё, монстров и злых дядей больше нет — выходи.

В ответ тишина… Но мне же не могло показаться? Я стал пробовать говорить на разных языках и повторять за Афиной фразы. Уже на пятом варианте — китайском — по трубе кто-то пополз, и я увидел синие ботиночки. Они неуклюже и неумело сдавали назад, протискивая маленькое худое тело мальчишки.

— Давай, ползи сюда, мой хороший. Всё хорошо. Сейчас мы тебя вытащим. И всех-всех злых победим… — продолжал я говорить, а затем повторял перевод Афины.

Стоило мальцу выбраться, я схватил его и сразу же прикрыл его глаза от вида побоища, которое тут сотворил зомби.

Малыш запищал и стал кричать, звать папу, но… Прости, малыш.

Плач ребёнка стал триггером, и дверь туалета напротив открылась, оттуда выползла девушка с повреждённой ногой и порванными колготками. На вид лет двадцать — не больше. Кулаки её были расцарапаны, лицо в крови, одежда безнадёжно испорчена следами борьбы. За ней были видны другие… Погибшие.

— Помогите… — взмолилась она, и я отпустил автомат, протянул ей освободившуюся руку.

— Ещё живые есть?

В ответ она лишь с трудом покачала головой, стряхивая слёзы.

— А зомби? — на всякий случай уточнил я.

— Уже… нет, — всхлипывая, ответила она мне и поднялась, опираясь на моё плечо.

Взглядом мальчик встретился с ней, и она, едва сдерживаясь и постанывая, выпрямилась и начала прыгать на одной ноге, крепко вцепившись в мой пиджак.

— Афина. Что снаружи?

«Подождите немного…»

Буквально через мгновение послышались звуки стрельбы, и только через десять секунд звуки утихли.

«Путь чист», — отчиталась помощница, и я вывел спасённых из этого ада.

Рядом с дверью лежали «новенькие» зомби. Один так вообще буквально в метре.

— Ох, мать!.. — крикнул Роберто и побежал в мою сторону, перехватывая девушку. Буквально на руки её взял и побежал в сторону терминала.

На его крик подорвался и Фернандо, бросив перетаскивать столик, что должен был стать заграждением на палубе.

— Всё, малыш… Тихо. Не плачь, — успокаивал я мальчишку. На вид ему было года четыре. От силы пять.

Афина переводила всё, что он говорил, и сердце разрывалось от боли. Он звал то папу, то маму. К сожалению, помочь мы ему ничем не могли — здесь была слишком большая концентрация монстров, и мама его если и выжила — то чудом.

А вот отец… Сам погиб, но сына спас. Вырвал решётку и мальчишку туда засунул. Сам ребёнок так высоко никогда не добрался бы.

Операция по спасению лайнера продолжалась…

— Четыре часа… — Сидя на капитанском мостике рядом с членами комитета по спасению круизного судна, я держался за голову, пытаясь побороть внезапный приступ мигрени.

Я и так спал мало всю жизнь, по вполне известным причинам, но хотя бы какой-то график соблюдал. Тут же… Организм протестовал. Но лечь спать ближайшие сутки для меня было неприемлемо. Слишком многое завязано на мне, моих возможностях и на моих знаниях.

— Четыре часа до чего? — задал вопрос Идрис Вульф — официальный лидер, ставший командиром судна после смерти капитана и второго помощника.

— До прибытия в порт. Чтобы немного прояснить ситуацию, хочу слегка раскрыть карты. — Я поудобнее устроился в кресле и посмотрел на всех собравшихся.

Наталья, Роберто, Идрис, Лакшит, главный инженер на судне — датчанин Сильвестр Штоппен, троица бойцов из охранных подразделений — Хван, Фернандо и мистер Коннор. Кроме них здесь собралось ещё несколько человек, что являлись важной частью команды, беспрекословно слушающейся нового капитана. В том числе бородач Александр, с которым мы встретились после стычки с китайцами. Из неожиданных гостей — с боем, карабкаясь и пробираясь по внешней обшивке судна, до нас добрались двое «чистильщиков». Ещё один точно умер, по их словам, а четвёртый забаррикадировался где-то в той части судна, повредив ногу.

В общем, сидело нас почти что двадцать человек, и я подбирал слова, которые должны были и правду людям приоткрыть, и не разобщить нас.

— Давайте сразу договоримся — я рассказываю, все слушают, не перебивают. Когда я закончу — все, у кого есть вопросы, поднимают руку, я по одному всех выслушаю и всем дам ответ на вопрос, если этот самый ответ я буду знать. Договорились?

— Не томи уж, Михаил. Ты многих спас, взял на себя ответственность и своими руками зачистил значительную часть корабля. Даже этот терминал — и тот оказался правдой. — Идрис похлопал себя по кобуре с магнумом. Плохой, как по мне, выбор, но не мне его судить. — И так понятно, что ты больше всех прочих знаешь об этом блядстве. Секретные правительственные разработки? — Он за всех согласился со мной и с потемневшими от усталости и нервов мешками под глазами уставился на меня.

— Нет. Правительства тут ни при чём. Информация, что вы тут получите, — не подлежит огласке, пока все мы большинством не решим ею поделиться с миром. Красное небо и толпы заражённых — первый этап вторжения. Я уже испытывал это. Попадал во снах в другой мир, где сражался с врагами при помощи терминалов. Сражался до тех пор, пока не умирал. Потом просыпался, думал, что это очередной кошмар, и продолжал жить. Как оказалось — не кошмар. А предупреждение о том, что нас ждёт. Если подытожить, то мы сейчас на первой стадии вторжения — заражение. Часть людей не смогли справиться с заразой и стали теми, кто нас жаждет убить и прикончить. Остальные получили иммунитет от гадости и кучу проблем. Члены правительств мертвы, генералы дожирают своих подчинённых либо в неравной битве вяжутся солдатами. Мир отправляется в хаос. В дерьмо, в котором он должен выживать. А выживает человечество как?

— За счёт оружия, — ответил за всех Фернандо.

— Именно. Нас попросту выкашивают, уничтожают наши запасы оружия, останавливают производства. Всё для того, чтобы на втором этапе мы имели десятки тысяч разрозненных мелких военных формирований, а не одну единую армию, готовую к отражению атаки. Гибридная схема захвата слаборазвитых миров вроде нашего. Враги — это раса, которую называют по-разному. Но чаще всего я слышал название Орры. Из-за звука, издаваемого их челюстями. Насекомые, что имеют возможность пережить самую страшную радиацию и космический перелёт. В этом плане они весьма живучи и изобретательны. Они изучают мир, который подлежит захвату, отключают связь. Да, спутники не работают после той красной пелены. Большая часть работавшей электроники также выходит из строя. Наш корабль всё ещё на плаву из-за того, что я и моя помощница успели отключить девяносто процентов оборудования. С ней чуть позже познакомлю…

— Стой, ты хочешь сказать, что нас атаковали инопланетяне? — задал вопрос Хван.

— Пока нет. Это второй этап — сейчас мы сражаемся с подготовленной ими заразой, разоружаемся, а затем они приходят и начинают… Не знаю, это похоже на охоту больше. На истребление. Они словно развлекаются, устраивая штурмы. У меня такое сложилось впечатление. Я никогда не мог продержаться и восьми часов при обороне подготовленных военных баз, напичканных солдатами и оружием. Они атакуют со всех сторон. С воздуха, по земле, из-под земли, сами, в военных бронекостюмах, на военной технике. Даже роботизированные шагоходы в виде огромных жучар встречались. Оружие у них в разы лучше нашего. Броня прочнее. Их больше. Они не лишены связи. Это бойня, — подытожил я, смотря в глаза слушающих.

Как и ожидалось — половина верит. Половина считает, что у меня крыша поехала.

— В это тяжело поверить. И я и сам не уверен на все сто процентов. Пока они не появятся — я могу лишь надеяться, что ошибаюсь. Но спросите этих двоих, — кивнул я в сторону Натальи и Роберто, — когда я им предсказал массовую атаку зомби и появление терминалов?

— Да, незадолго до всей этой вакханалии. Как только небо стало красным.

— Подтверждаю. Он знал всё, даже как будет выглядеть терминал внутри ещё до того, как мы нашли первый из них.

Вокруг начали поднимать руки, и многие хотели задать вопросы, но я всех остановил.

— Ещё не всё. Понятия не имею, когда начнётся вторая фаза. Нам нужно выжить здесь и сейчас, спасти и освободить судно. И с этим нам поможет она… — Я открыл ноутбук, на котором появилось изображение моей помощницы, что стала брать под контроль капитанский мостик и включать оборудование, подключилась к динамикам.

— Всем добрый день. Я рада, что вы выжили. Меня зовут Афина и я — искусственный интеллект, созданный Михаилом по технологиям и чертежам будущего, изученным во время его путешествий в другие миры. Я взяла полный контроль над кораблём, и имею доступ к большей части оборудования, находящегося на его борту. Я буду рада помочь вам выжить, а вы, я надеюсь, сможете помочь мне восстановить повреждённые секции на лайнере, как ранее мы починили радиорубку.

Афина говорила, активировала проекторы, выводила схемы корабля, отмечая зоны, что находятся под полным её контролем, и те, где её влияние минимально. Самым первоочередным для нас заданием стало восстановление полного управления кораблём, так как «мозги» двигателей сплавились, и корректировка скорости и направления винтов были доступны лишь в «ручном» режиме. Для начала, хотя бы это. Затем требовалось восстановить связь с резервным генератором, который не выдержал внезапной нагрузки и её спада, выключившись.

Тут главный инженер всех успокоил, сказав, что просто сработала автоматика предохранителей и достаточно будет попасть туда с базовым набором электрика, дабы восстановить связь с генератором.

Были и другие проблемы, половину из которых я прослушал, а люди лишь серьёзно кивали и проверяли слова Афины, следя за показателями приборов ожившей панели управления на капитанском мостике.

Также она обрадовала всех, что способна управлять камерами и оценивать местонахождение большого скопления зомби и выживших, и таким образом мы можем уже в ближайшее время начать зачищать палубу за палубой.

Афина, в отличие от меня, была куда как разговорчивее и с ходу отвечала на вопросы людей, демонстрируя и визуализируя всё на картосхемах корабля. Ну а я подсел к Идрису и откинулся на спинку стула.

— Давай сразу договоримся.

— О чём? — удивился он.

— О судне. О главенстве, — медленно отчеканил я и дождался от него кивка. — Я с огромным удовольствием занялся бы тем, что умею лучше всего — убивать, уничтожать, прорываться через толпы врагов. Но для выживания этого мало. С другой стороны — я не смогу даже с помощью Афины изучить это судно лучше тебя в ближайшее время. Мы должны работать командой. Всё, что касается силовых операций, военных действий, зачистки и спасения, вылазок наружу после швартовки — это моя зона ответственности. Планирование нашего будущего и стратегия выживания — моя зона ответственности. Переговоры с военными и базами — моя зона ответственности. А всё прочее — командуй. Расчёт провизии, распределение рабочих команд, ремонтные работы, заказ товаров и груза для добытчиков, управление персоналом лайнера, что не относится к моей боевой группе, — занимайся этим всем.

— Хм… — Он хмыкнул, будто его что-то не устраивало.

— Опасаешься? Что в один момент мы не сойдёмся во мнении, и я решу силой захватить власть?

— Не совсем этого, но направление верное, — кивнул он.

— Мне нечего тебе ответить. Риски есть и будут всегда. Моя цель — эффективность. Разумность. Выживаемость. Я не собираюсь сам себе вставлять палку в колесо, обезглавливая корабль. Я в любом случае не смогу всё зациклить на себе. Мне нужны помощники — те, кто станет оплотом для людей, которые нас окружают. Я не хочу тратить время на бестолковые объяснения людям ситуации. Сейчас я был вынужден это сделать. Но в будущем я бы хотел, чтобы этим занимались профессионалы. Боюсь, моих нервов не хватит на капризы и истерики каждого. Поэтому… Мог бы я полностью захватить власть и стать единоличным командиром на лайнере? Да. Стану ли я это делать? Нет. Я рассчитываю на твою помощь. И всех остальных — тоже. В одиночку против тварей много не навоюешь. Подумай над моим предложением. Каждый должен заниматься своим делом. Тем, в чём он хорош. Ты управляешь судном и людьми на нём — я веду в бой солдат.

Поднявшись с кресла, я оставил его размышлять о будущем, а сам вернулся к Наталье и Роберто. Ну и Лакшит был тут.

— Я прослушал, что там Афина говорила минуту назад? — задал я вопрос, не желая мешать ей работать с контингентом и со своими будущими работниками.

Справедливо будет сказать, что она сама по себе стала лайнером. Viva Nova 2 — теперь тело Афины. А многочисленные члены экипажа — её руки и ноги, что будут помогать управлять этой махиной. И к моему удивлению, люди приняли её. Даже лучше меня, я бы сказал. Видимо, люди хотели верить в чудо, и тут это самое чудо появилось перед их глазами. А с учётом моментальных манипуляций с изображениями и данными, что невозможно сделать человеку, они уверовали, что Афина может их спасти.

Да и восстановление электроснабжения капитанского мостика стало для них одним из «чудес».

— Показала районы, где есть много выживших и небольшое количество зомби. Назвала общее количество спасённых и примерное количество тех, кто ещё может спастись, — разминая затёкшую шею, произнесла Наталья.

— И что там?

— Нас сейчас сто двадцать выживших после последних освобождённых людей. Примерно столько же мы можем освободить, если пройдёмся по парочке коридоров верхних ярусов.

— Надо вниз прорываться. К машинному отделению. Времени мало осталось, нам ещё понять возможность починки и восстановления контроля, — тяжело вздохнул я, понимая, что ещё десять или от силы пятнадцать минут — и придётся выдвигаться к опасным внутренним коридорам, усеянным трупами и зомби.

— Но пассажиры в основном на верхних палубах. Может, мы вообще весь корабль за четыре часа зачистим? — прикинул Роберто.

— Это вряд ли. Он просто большой. Можно зачистить, если несколько групп вооружённых будут двигаться параллельно, но специалистов тут не так уж и много. Всё прочее лишь плодит риски, — здраво оценила возможности других бойцов Наталья.

Вообще, условно нас всех можно было разделить на три отряда. Первый — включающий нас — отряд близкий к значению слова «профессионал». После излечения и исцеления некоторых членов экипажа и пассажиров, в него могло попасть десять человек. Ну, с большой натяжкой — до двенадцати. Второй отряд — полупрофессионалы, которые могли стрелять, могли бить, могли, слегка побаиваясь, смотреть в лицо опасности, но при этом легко могли и ранить своих же из-за неопытности и нервов — таких было человек двадцать-тридцать. А вот все остальные, почти семьдесят человек, и близко не годились к тому, чтобы пойти с нами зачищать корабль.

Слабые старики, дети, истерично рыдающие женщины, потерявшие мужское достоинство мужчины, да кто угодно! Это война, а на войне маски крутых парней очень быстро срываются, и сразу видно, кто есть кто.

— Давайте готовиться. Нам нужны отряды. Основной, что займётся зачисткой и прорывом. Второстепенный, что прикроет и эвакуирует раненых или спасённых, расчистит местность от результатов нашей операции по спасению. Ну и спецы, которые будут идти под защитой туда, куда нас зовёт Афина. Остальные пусть остаются здесь, принимают спасённых, обрабатывают раны, успокаивают… Всё равно ничем другим полезным они пока заняться не могут, — предложил я, и мои соратники начали нехотя подниматься.

— Наталья, формируй боевую группу. Роберто — резервную. Спецов определит капитан, сейчас я к нему подойду.

Все занялись делом, готовясь к штурму и прорыву. Я же вышел в коридор и посмотрел на стол в проходе. Там лежал наш итоговый резерв. Весь, какой удалось получить, прогнав большую часть сражавшихся через терминал. Времени на это ушло много…

Шесть малых аптечек. Одна средняя и два зелья полного очищения от заразы. Скоро мы начнём освобождать новых людей, других раненых. И эти запасы исчезнут в мгновение ока. Придётся немного побыть сволочью.

— Наталья! Все бойцы нашего отряда должны иметь минимум одну малую аптечку и одно снадобье. Здесь не хватает — по дороге насобираем очков достижений и доформируем комплект. Тратить на посторонних можно лишь в экстренной ситуации, когда это вопрос жизни и смерти. Для всех остальных случаев — тянем время, зачищаем, закупаемся, выделяем лекарства.

— А если будут кричать и требовать аптечку из-за маленькой царапинки?

— Отказываем. Пока не лихорадит — ситуация под контролем. Будут мешать, лезть, требовать и угрожать безопасности бойцов — можно с приклада врезать. Мы не можем позволить себе из-за истерящего мудака терять бойцов. Хороших бойцов.

Получив указания, все продолжили сборы. Отряд наш в итоге насчитывал одиннадцать полностью подготовленных бойцов, имеющих навыки сражений и битв, успевших схлестнуться с зомби. Очень многие надеялись, что мы и их включим в отряд, но я сразу остановил гомон.

— У вас ещё будет такая возможность, но на всех просто не хватит всего снаряжения. Лишние потери нам ни к чему. Второй отряд как раз и будет прикрывать нас, помогать. Так что всем спасибо за заботу, а первый штурмовой отряд собран.

Перекрикивая особо одарённых, я посмотрел на десятерых человек передо мной, что продолжали переодеваться в военные комплекты одежды. Под низ — один комплект одежды, на верх — второй, основной. Чтобы никакая падла не прокусила. Шею обматывали кто чем смог. Поднимали воротники, обвязывали майки. Защита головы включала тактические шлемы.

Оказалось, не все умеют их регулировать и понимают, для чего они нам нужны.

— Как зовут?

— Ричард.

— Если в тебя врежется сто двадцати килограммовый зомби в плавках и, пронеся несколько метров, воткнёт тебя в стену или приложит головой к какой-нибудь трубе — ты можешь и сознание потерять, и черепно-мозговую травму получить, и рассечение кожи. Если туда накапает много слюны зомби, ты уже через пять минут сляжешь и превратишься в инвалида. Так что давай-ка ты шлем на голову надень.

К моим словам прислушались все, и шлейки подтянулись, позволяя защите головы нежно прижаться к их драгоценным черепным коробкам.

«Небольшая проблема в казино. Люди успешно выбрались и уничтожили отряд зомби снаружи, почти не понеся потерь. Но на шум от ближайшего громкоговорителя прибежала ещё одна толпа, что загнала выживших обратно в зал с игровыми автоматами. Они забаррикадировались на лестнице внутри казино, так как во время битвы дверь сорвали с петель».

— Ну что, господа! У нас срочное задание! Наши боевые соратники ведут прямо сейчас ожесточённый бой стульями да дубинками против наседающих зомби. Наша цель — казино. Три яруса ниже. Чуть ближе к середине лайнера. По дороге ожидается несколько групп противников. Движемся слаженно, быстро, следуя моим указаниям. Роберто! Группа прикрытия готова?

— Заканчивают вооружаться, — отчитался он, смотря на раздаваемые упаковки патронов бойцам за углом.

— У них минута. Мы выступаем!

Самое сложное в спецоперации — разработка этой самой спецоперации. Какой бы она ни была изначально проработанной. Как бы на бумаге ни складывалось, как бы здорово мы ни начали — всегда есть непредвиденный фактор, который может всё поломать и испортить. Предсказать будущее не дано никому. Можно лишь предвидеть какие-то моменты и пытаться построить свой план исходя из этого.

И не важно, что это за спецоперация: будь то освобождение захваченных в плен террористами заложников, зачистка захваченного лайнера безбашенными зомби, устранение забаррикадировавшихся в банке грабителей, вычисление и предотвращение хакерской атаки, способной обесточить часть страны, или спецоперация по походу в магазин за подгузниками молодого отца, едва отошедшего от бурных празднований торжества. Каким бы надёжным ни был план — всегда есть шанс обделаться.

Обделались и мы.

Нет, изначально всё проходило не просто хорошо — а даже замечательно. Подобно урагану мы пронеслись по помещениям, защищённые экипировкой, вооружённые с головы до ног пистолетами, винтовками, оружием ближнего боя. Каюта за каютой, номер за номером, помещение за помещением. Мы не стеснялись шуметь и слышали крики в ответ. Иногда панически-тревожные, с ноткой радости, иногда голодные с ноткой первобытного рычания. Отряд поддержки только и успевал, что вытаскивать раненых и здоровых, напуганных и волевых людей к зачищенной палубе. Патроны исправно находили свои цели, раз за разом отправляясь в головы прущих в нашу сторону зомбаков. Всё шло слишком хорошо. Настолько, что мы потеряли бдительность, — типичная ошибка новичка.

Проходя очередной поворот, уже практически в ста метрах от ворот казино, мы дошли до большого холла-развилки, откуда нам требовалось спуститься на ярус ниже. Внизу было много зомби — мы о них знали. Мы готовились встретить их и шаг за шагом приближались к лестнице. Мы поддерживали строй, не допуская варианта с открытием перекрёстного огня, что мог бы наградить впереди стоящего шальной пулей коллеги. Приблизились и открыли огонь по выскочившим тварям. Они бежали, спотыкались, ловили телом пули, падали, получали контрольный выстрел в голову и отправлялись в царство спокойствия и умиротворения. Лучше смерть, чем такая псевдожизнь.

И так весело мы вели отстрел по всё вытекающим с лестницы зомби, что все наши мысли и взгляды упёрлись исключительно в эту злосчастную лестницу. Мы начали понемногу отступать, так как зомби уже сложились кучкой и нам не хватало пространства для отстрела.

Первая четвёрка вела огонь, пока не заканчивались патроны, затем их сменяла вторая четвёрка и в конце тройка добавляла запаха пороха в этот окровавленный широкий коридор. Вот во время одной из таких смен, когда у одних патроны уже закончились, а другие только стали на их место, к нам и прилетел подарок. Большой, ломающий перила подарочек весом явно за сотню килограмм. И прилетел он с не зачищенной центральной части судна, высоты десять метров. Внутренняя палуба и развилка смогли соединить слишком многие коридоры друг с другом. Вот и упал сверху нежданный гость. То была первая «ласточка» от толпы, припёршейся на звуки боя двумя ярусами выше, чем тот, на котором сейчас были мы.

От его падения я увернулся в последний момент, услышав предупреждение Афины. А вот сосед мой, Хван, не успел. И на этом наши проблемы не закончились. Где один зомби полетел, там и другие подоспели. Припёрлись на шумные звуки стрельбы, что перебивали играющую для прикрытия музыку, и моментально присоединились к «веселью». Отлаженная операция превратилась в хаос, стрельба велась во все стороны, а твари из коридора будто почувствовали момент нашей слабости и навалились как будто из последних сил.

Резервный отряд быстро помог справиться с проблемой, вклинились в бой обладатели холодного оружия, разбивались головы, расходовались как сумасшедшие патроны. И когда поток тварей практически иссяк, когда остались одни подранки — мы оценили наши потери.

Один тяжелораненый с разбитой головой — тут же получил имеющуюся у нас среднюю аптечку. Наталье шальная пуля, отрикошетив, прошила ногу. Благо — кость не задета. Ещё одна аптечка. Хван с переломом ноги сразу достал и применил свою малую аптечку, но она не справилась. Требовалась как минимум средняя. Да и ногу надо в правильное положение привести, чтобы срослось нормально, а не как у инвалидов. Ещё одну пулю мне отковыряли со спины. Она пробила армейскую экипировку, но пиджачок, оставленный под низом, — подарок от китайца, — не пробила. Других травм, царапин и ушибов тоже хватало. В общем, облажались мы знатно и в этой суматохе истратили половину от наших запасов передовых аптечек.

Благо на этом наплыв зомби практически закончился, и лишь десяток подковылял и прибежал с разных сторон, пока мы оказывали первую помощь.

— Эй! Не стреляйте! Это люди. Зомби кончились, вы всех убили! — донёсся крик со стороны лестницы.

Раскидав и растаскав трупы зомби от лестницы, к нам выбрался один из охранников того наглого индуса. Он меня не узнал. А я его без проблем.

— Вы из отряда спасения? — Он явно перепутал нашу экипировку и принял за тех, кого так ждал его босс.

— Вроде того. Веди внутрь, — отдал я команду, отправляя в «эвакуацию» трёх лишившихся мобильности и возможности продолжать операцию бойцов. Им на замену нужны были другие люди, но в этой части корабля мы закончили.

Осталось лишь перегруппироваться и, следуя подсказкам Афины, выдвинуться по маршруту к машинному отделению. Для этого придётся опуститься в ту часть лайнера, где мы ещё не были, либо пройти по всему борту до кормовой части судна. Посмотрим, что решит мой интеллектуальный помощник.

В казино мы вошли как освободители и спасители. Индус, само собой, выжил, а вот другие люди не могли похвастаться такой удачей. Хватало раненых, были и убитые. Возле дедка, который был готов шпалы гнуть, вертелась какая-то худая и молодая девчушка. Я даже не был уверен, что ей есть восемнадцать. Она была похожа на внучку деда, что ухаживала за ним, перебинтовывая плечо. Ковбой сидел с перебинтованной и окровавленной ладонью, а другие люди выглядели… по-разному.

Весь первый этаж был усеян трупами зомби — сразу видно, выжившие дали сдачу. Лестница была завалена телами, по которым, судя по всему, зомби безуспешно пытались карабкаться наверх, но их разумно скидывали длинными деревянными шестами, снятыми с декораций. Так и боролись, пока не пришли мы и не начали шуметь. А как почти все зомби нырнули наружу, так остатки и добили.

— НАКОНЕЦ-ТО! СКОЛЬКО МОЖНО ВАС ЖДАТЬ! МОЙ ОТЕЦ ВАШУ ХАЛАТНОСТЬ… — подскочил ко мне индус, но уже в следующий момент прямо в его наглый хлебальник прилетел кулак Роберто.

Я снял маску с лица, скинул шлем и посмотрел на выживших, что дали бой врагу.

— Выжили всё-таки. Молодцы. Как я и обещал — я пришёл за вами. Поднимайте жопы. Нужно перегруппироваться. Поднимайте раненых и помогите им добраться до носа судна — там по большей части зачищено. Роберто! Ты и твоя четвёрка впереди, ведущие. И смотрите, мать вашу, не только под ноги, но и наверх! Наталья, ты вместе с моей четвёркой — вернее, с тем, что от неё осталось, — прикрываем спину.

Эвакуация продолжалась. Время нещадно истекало. Выслушав предложенный Афиной план, я озвучил его своим соратникам. Восьми, что остались в строю. Да, мы могли бы укомплектовать отряд, добавив ещё одну четвёрку, но нужно было время для боевого слаживания. Подумав и оценив стоящие перед нами задачи, мы решили передать часть своих обязанностей по спасению выживших резервному отряду и тем из любителей азартных игр, что остались в строю или имели минимальные повреждения. Добрались до капитанского мостика и зачищенных кают, до забаррикадированных и охраняемых коридоров. Обсудив варианты дальнейшей операции — подошли к новому капитану корабля и поставили список задач и план зачистки верхних палуб. Всё-таки самые верхние этажи лайнера зачищать проще всего. Да и половина верхней палубы уже была зачищена.

По прикидкам Афины, мы уже так или иначе уничтожили до полутысячи зомби. А значит — медленно, но верно дело близится к нашей первой, пусть и маленькой, но победе. Вообще то, что этот корабль не превратится в братскую могилу, стало понятно изначально, как только мы сумели выбраться из западни и добраться до первого терминала.

На корабле ещё хватает лиц, которые очень близки в отношениях с госпожой Смертью. Я даже кадры бойни в другой части судна через камеры Афины наблюдал. Вскоре после моего объявления, умеющие сражаться и имеющие достаточно храбрости дали прикурить зомбакам в одном из ресторанов, чуть ли не нашинковав свихнувшихся немногочисленных посетителей.

Камеры в машинном отделении работали частично. Мы знали, что из работяг там никого не осталось и что те, кто их прикончил, немного попортили технику. Поэтому с нами шёл электрик. Боевой мужик, бывший в группе прикрытия. Вынужденно он перешёл в наш отряд и набрал с собой полные чемоданы запасных компонентов, плат и электроники. Для этого, правда, ему пришлось вместе с десятком мужиков выбраться на разведку и добраться до ремонтной мастерской, что была на нижних ярусах в передней части судна.

Мы посетили терминал, восстановили аптечки, докупили снадобья, набрали боеприпасов и отправились вперёд. Вернее — вниз. На нижние ярусы по уже «протоптанной» дорожке. Мы могли пройти и по верхней палубе, затем начав спуск, но… Там всё было плохо. Очень большое количество зомби. Так много, что хоть с пулемёта выкашивай. Звуковая ловушка неслабо так нагнала в ту сторону зомбарей.

Ну а число выживших, что добрались до нас всё больше и больше росло. Они переступали через собственную слабость и выбирались из укрытий. Но одно было понятно — едва ли треть от всех, кто находился на судне, останется в живых к моменту прибытия в порт. Зомби продолжали собирать свой кровавый урожай и у нас на лайнере, и во всём мире.

— Моя четвёрка идёт первой, — начал я объяснять им эффективное построение. — Я ведущий. Коридоры узкие — проход держат два ствола. В случае угрозы — садимся на колено, вторая пара в четвёрке прикрывает огнём. Мистер Штоппен — вы в середине, сразу за нами. Четвёрка Натальи прикрывает тыл. Двое замыкающих постоянно контролируют спину, один верх, один низ и боковые проходы.

— И не молчите! Видите врага — дайте знать, откуда он к нам движется, — сурово напомнила всем о недавнем промахе Наталья. — Если понимаете, что не справляетесь — сигнализируйте нам об этом. В этот раз никаких ошибок не допускается. Никаких травм. Никаких пропусков врагов!

— Выживших не трогаем. Убедились, что они в безопасности, — и пошли дальше. На обратном пути, когда расчистим коридоры, тогда и заберём их. Наша главная цель — энергоустановка и машинное отделение. Давайте, у нас меньше трёх часов осталось на то, чтобы превратить этот лайнер из поля битвы в надежду на спасение.

Финальное напутствие зарядило всех. Мы поправили шлемы, затянули разгрузки, проверили оружие, сняв его с предохранителя, и начали откручивать ручку технического шлюза.

Афина выбрала наименее заселённый маршрут, но вместе с тем и хуже всего просматриваемый. Камер здесь практически не было. И живых. Даже до апокалипсиса их здесь было минимум. Технический коридор всё-таки.

— Пошли…

Гулким эхом стучала подошва, разгоняя звуки по коридору. В ответ нам слышались утробные рыки вдалеке и противное шарканье. Накаляло обстановку и имеющееся в этом техническом коридоре для персонала плохое освещение. Увы, с этим мы ничего особо поделать не могли. Линия электроснабжения была повреждена, и требовались заботливые руки ремонтника, чтобы добавить нормальное освещение вдобавок к тусклому свету аварийных ламп.

— Как в фильмах ужасов… — скрипя резиновой подошвой по металлу, проговорил кто-то за моей спиной.

— Разговоры только по делу. Вперёд.

Отряд двинулся следом за мной и уже через двадцать метров оказался перед развилкой.

— Слышу движение впереди. Продвигаться слишком опасно. — мы не стеснялись общаться, понимая, что врагов будет мало, и наоборот их желательно выманить на открытые участки коридора.

Ну а если выживший — само собой надо дать понять, что надежда рядом.

— Вроде к нам ползёт. Подождём? — предложил Фернандо, стоящий в паре со мной, и вскинул пистолет.

— Подождём, — ответил я ему и присел на колено, беря в прицел развилку впереди.

Медленно… Очень медленно из бокового коридора выполз, одной рукой продвигаясь вперёд, бедолага зомби. На такого даже патрон тратить было жалко. Что за калека…

— Штоппен — алебарду, — протянул я назад руку, не спуская глаз с врага.

В мою руку легла холодная сталь, и я выдвинулся вперёд, продолжая прислушиваться к происходящему за углом.

— Гр-р-рррва-а-аа… — злобно и угрожающе ревел снизу зомби, пока я ему не наступил на голову.

— Чисто.

ШМЯК.

Лезвие вонзилось в основание черепа, прерывая муки бедолаги. И кто это с ним так? Интересно…

— Оу… Это Джон, из моей бригады… — узнал его наш электрик. Хотя, для проформы он был больше инженер-электрик, ещё и мотористом на полставки работал. Судну были нужны не только узкопрофильные спецы. И для мастера его профиля не было особой разницы, что именно чинить и с чем именно работать. Талантливый человек — талантлив во всём. Он обитал на этом корабле с момента его закладки и держал в голове чертежи девяти из десяти устройств, находящихся на судне.

Редкий талант…

— Жаль Джона. Но такова жизнь, — пожал плечами Роберто.

— Да, молодой, только жить начал… Слышал, он чем-то болел, — договорил наш специалист и, тяжело вздохнув, прошёл дальше.

— Слабый иммунитет — первая цель для заразы. Увы, — кивнул я и указал на необходимость сохранять в последующих переходах тишину. А иначе как нам услышать шарканье и рычание зомби?

— Идём…

Шаг за шагом, коридор за коридором… Где оружием стрелковым, где холодным, мы проливали заразную кровь наших врагов, углубляясь в центр захваченного безумцами судна.

В другой части судна в это время три человека, с головы до ног испачканные в крови, проводили своё собственное собрание.

— Кто что думает? Насколько правдиво это сообщение? — Один из них откинул капюшон, демонстрируя всем шрамы на лице, ставшие его визитной карточкой, и поставил взятый в баре алкоголь на стол.

— Ну, я могу с уверенностью сказать, что эти твари не заразны. Уже прошло два часа, как меня поцарапала тварь, никаких следов помешательства нет, — полил второй крепким алкоголем рану, обработанную и прожаренную нагретым на разведённом огне клинком. — Больно…

— Не переводи хороший бренди, — с любопытством посмотрел на рану третий, отмечая, что ранее этот брюнет не сообщал им об столь тесном контакте с заражёнными. — Вот! Лучше канадский виски возьми. Хуже них никто не делает!

— Нет, ну ты их не обижай, — тут же запротестовал «укушенный». — Вот бывал я как-то в Индии…

— Господа, сейчас речь не о том. Правильно ли я понимаю, что все мы оказались тут по одной-единственной причине. И причину эту зовут Михаил Листопадов — гений-миллиардер, одиночка, что получил в один момент любовь и заботу одних правителей мира и ненависть с завистью других? — Принёсший бутылку суровый мужик взял стакан и, щедро плеснув в него янтарного напитка, в два больших глотка осушил его.

— Да, этот Михаэль неплохо зачищал за собой следы. В интернете за ним никаких следов не осталось. Я даже думал отказаться от миссии, но уж слишком сладок гонорар за одно-единственное убийство. — Третий член этого спонтанного смертельного союза, марокканец Изиф, что в основном промышлял в Европе, осторожно понюхал бренди. — Как вы это пьёте…

Жидкость улетучилась, исчезнув в его глотке, а сам он, скривившись, принялся искать глазами, чем бы закусить.

— Связи нет. Если верить тому, что донёс диктор — нашим нанимателям теперь не до нас, а денежки прямо сейчас превращаются в туалетную бумагу, — ухмыльнулся шрамированный наёмный убийца.

— Но это если нам не соврали. — Укушенный, немец Йоган Курт, почесал свою покрывшуюся корочкой рану и потянулся к бутылке, делая пару глотков прямо так, без стакана. — Вполне может быть, что всё это сделали намеренно. США и не на такие жертвы шли ради своих ухищрений. Так что… Быть может, собрав всех любителей высоких гонораров экстракласса на одном судне, они решили нарушить сложившийся теневой баланс?

— Это в их духе. Но… Слишком уж фантастически всё это выглядит. Проще потопить круиз и всё. Выживших на военные суда, проверить. Если есть в базе… То за борт и забыть. — Шрамированный внезапно выхватил пистолет — один-единственный на троих — и направил в сторону хода на кухню.

Там они уже всех прикончили, а потому шум оттуда был неожиданным. Если это зомби — то они поднимутся и прикончат его. Если же кто-то из выживших — пистолета хватит, чтобы прогнать обузу и непрошеного гостя.

— Ну надо же! Какие люди! — Удивилась вся троица.

В помещение вошёл китаец. Хоть гостем он был и нежданным, но его они были готовы принять за свой столик.

— А где же твой братец? Неужели зомби съели? Вот умора! Ха-ха, — рассмеялся марокканец и с вызовом посмотрел на конкурента.

— Уж лучше бы зомби. Тоже за Михаилом, ботаником-изобретателем охотитесь?

— Ну а за кем ещё? — ухмыльнулся Изиф.

С этими братьями-китайцами после одного заказа он был не в лучших отношениях. Неприятно, когда из-под носа воруют добычу.

— Тогда знайте, что вас поимели. Не знаю, что это за «изобретатель» такой, но он — боец экстракласса. Быстрый, сильный, выносливый. Знает особенности нашей специальной «униформы». Мастерски обращается со стрелковым и холодным оружием… В общем, не знаю, кто он, но точно не рядовой ботаник. Чувствуется школа…

— Значит, всё-таки обманули? — посмотрел на остальных «укушенный».

Лицо со шрамом плеснуло себе ещё бренди в стакан и тихо проговорило: «Найдём и спросим. С пристрастием, как мы все любим и умеем».

Волны стучались о борт судна и отправлялись дальше бороздить морские просторы. Иногда к борту прибивало разный мусор, так называемые «следы цивилизации». И в этот раз к одинокой лодке, что управлялась старым кубинцем, кормящим свою семью за счёт рыбалки, прибило очередной мусор.

— Что там такое? — Рыбак очнулся от громкого стука по задней части его старенькой, но очень добротной лодки. Такой кого угодно вырвет из полудрёмы.

Лодка его была заякорена у большого скального утёса, словно маяк посреди моря. Старик оторвался от созерцания водной глади и поднялся посмотреть на причину шума.

— МАТЕРЬ БОЖЬЯ! — Он дёрнулся было вытащить человека и проверить, жив ли он ещё, но резко отскочил в сторону, заметив в воде огромную тень.

Из воды показалась разинутая пасть акулы, и в следующий миг тело отправилось на дно, утаскиваемое морской хищницей. Лодка закачалась от поднятой волны.

Сердце старика бешено билось, и он не верящим взглядом смотрел на воду, после чего чуть ли не ползком двинулся вперёд, вытягивая одноразовый гарпун из ниши в борту лодки.

Набравшись храбрости, рыбак приподнялся и ещё более шокированный уставился на медленно дрейфующую в его сторону лодку. Большую и дорогую. Такую принято называть прогулочным катером.

А по палубе катера, залитой кровью, медленно брели полностью окровавленные люди. Ещё больше их лежало растерзанными на полу. Катер совершенно бесшумно выплыл из-за утёса и оказался рядом с лодкой старика. И лишь сейчас ветер донёс порыкивания со стороны проклятого судна.

— Лучше бы убраться отсюда… — решил старик и подошёл к двигателю, готовясь его завести. — Ах, якорь…

Вдалеке послышались странные звуки, которые с каждым мигом становились всё громче и громче. Даже с учётом возраста и сильно просевшего в последние года слуха, старик стал различать музыку, доносящуюся откуда-то далеко.

Медленно поднимая якорь наверх, он следил за тем, чтобы странная лодка с сумасшедшими не слишком сильно приблизилась к нему. А течение тем временем всё гнало и гнало её, сокращая расстояние.

Наконец-то якорь был убран, и старик начал заводить старенький мотор, раз за разом вытягивая трос за собственноручно сделанную деревянную ручку.

Мотор натужно тарахтел, словно захлёбываясь.

— Давай же, ну! — Ещё после первого же взмаха руки и гудения мотора троица окровавленных людей с прогулочного катера сиганула в воду подобно топору и заплескалась на месте, очень и очень медленно направляясь к лодке старика.

Когда первый из них прошёл половину расстояния, подруги акулы-охотницы начали свой кровавый пир, утягивая на дно сперва одного, затем и второго монстра с человеческим лицом. Кровь в воде лишь распаляла их инстинкты. Последний жуткий человек, не съеденный акулой, резко развернулся и стал барахтаться уже в другом направлении. К огромному круизному лайнеру, что появился на горизонте, громкой музыкой привлекая внимание всех вокруг.

Рыбак всё так же тянул за трос, и наконец-то мотор завёлся и заревел. Ошарашенный старик посмотрел на окрашенную в красный цвет воду и последнего сумасшедшего, который то уплывал от него, то вновь поворачивал к нему. Его терзания и сомнения прервала акула, выпрыгнувшая и поднявшая тело этого монстра в воздух.

Старик с трудом перевёл взгляд на круизный лайнер и потянулся к биноклю на полу.

— Да что же это происходит?

С борта лайнера падали один за одним десятки человек.

— Хосе, будь он проклят, палёный ром подарил… — подытожил старик и, успокаиваясь, выкинул полупустую бутылку в море, после чего направил лодку в сторону берега родного городка. — Приплыву — рожу разобью, — злился старик, отгоняя врезавшиеся в воспоминания кадры жестокости.

— Чем дальше в лес, тем злее волки… — отстрелял я очередную обойму и с неудовольствием посмотрел на свои запасы.

— Будем честны, мы уже настолько далеко в «лесу», что злее волки уже не станут. — Планомерно ведя отстрел появившихся с её поворота зомбарей, Наташа не забывала следить за вторым ярусом машинного отделения.

Вроде как мы уже отстреляли всех тварей, что там были, но всё равно после прошлого инцидента каждый из нас нет-нет да поглядывал вверх. Мало ли ещё кто-то найдёт путь на нашу вечеринку.

— У меня ощущение, что где-то там открыта дверь… Они уже слоями, как в лазанье, лежат. — Роберто тоже был не особо рад происходящему.

— А тебе лишь бы пожрать! — заметила Наталья, перезаряжая оружие.

И пусть мы исправно зарабатывали очки достижений и могли смело сказать, что на данный момент их количество у нас было очень велико… Небольшая нервозность и напряжённость из-за возможного опустошения запаса боеприпасов имелась.

И всё из-за проказницы Афины. Перед самым машинным отделением она сообщила о возможности уничтожить около двухсот зомби, при этом подвергаясь минимальному риску.

Ну мы и согласились, поддавшись на её авантюру. Патронов у каждого из нас под полторы сотни было, плюс немного холодного оружия. Да и пока специалист занимается оборудованием, следуя советам Афины через резервный работающий телефон, мы можем заняться полезным делом.

Конструктивные особенности этой палубы позволяли привлечь зомби к незакрытой двери и пустить их по одному из трёх коридоров, идущих мимо многочисленных крайне важных для корабля технических помещений. Из-за запутанности коридоров и эха, которое привлекает и одновременно отвлекает зомби от нужного пути, — они не пёрли напролом дружной толпой. А блуждали по лабиринту, в отчаянии надеясь найти правильную дорогу до аппетитной жертвы.

А когда находили…

БАХ!

Из минусов — освещение было говно, а фонарик один на троих. Расстояние для стрельбы — большое. Коэффициент попадания именно в голову — низкий. Поэтому мы и с недоверием смотрели на оставшиеся патроны. Один отстрелялся — второй берёт на прицел свой коридор. Первый в это время перезаряжается. Так вшестером и вглядывались в полутьму трёх коридоров.

Ещё один человек сейчас страховал нашего электрика, а ещё один за нашей спиной копошился среди кучи хлама, выискивая полезные вещи. И ничего личного, что кто-то очки достижений зарабатывает, пока второй ерундой занимается. Так жребий выпал. Он в резерве — страхует. Но вот уже полчаса мы стрельбу по юрким мишеням ведём, они всё лезут время от времени, и страховка нам никакая так и не пригодилась. Разве что разок он при помощи алебарды зацепил и оттащил пару трупов из коридора, немного расчистив нам поле боя.

— Они у меня под потолком скоро лазить будут, — с лёгкой тревогой в голосе заметил Коннор.

— Их двое в коридоре перед дверью остались. Какие-то совсем доходяги с ногами переломанными. И ещё пятеро, по подсчётам Афины, по этому «лабиринту» гуляют, дорогу к нам найти не могут.

— О, это хорошо! — обрадовался Роберто. — Надо бы всё-таки закрыть дверь в таком случае!

— Не уверен… Место хорошее, — возразил я. — Если взять побольше оружия, людей, что-то придумать с захламлёнными коридорами, мы можем и пару сотен сюда привести, убить за то же время, что и этих.

— Мысль интересная, — задумалась Наталья. — Но захламлённый телами зомби коридор — точно не даст нам провести пару сотен. Мы и с этими-то двумястами голову ломаем, как их вытащить, а пять сотен…

— Хм… Есть у меня одна мысль. Думаю, вам понравится. Нам нужно девять стволов и девять стрелков для подстраховки, метров сто крепкой верёвки, а лучше троса стального или нейлонного, и по два помощника с топорами на коридор. А ещё щиты, крюки… И вроде всё. — С улыбкой я поднялся и пошёл в сторону машинного отделения, узнать, как там у них дела.

— Ещё час работы, но всё поправимо. Восстановим контроль напрямую с мостика капитанского! — отчитался мне весь заляпанный и перепачканный электрик, который сейчас явно занимался работой не по своему профилю. Хотя с Афиной и я мог бы заниматься ремонтом. Просто я не так быстро буду соображать, как тот, кто в этом хоть немного, но разбирается. А тут человек не просто разбирается — он прям горит душой, и его улыбка на чумазом лице говорит сама за себя. Резервный чудовищный по своим габаритам и характеристикам генератор он за пять минут «воскресил».

Мы разделили наш отряд, оставили дежурить троих следящих за коридорами стрелков. Ну и ещё одного как помощника и охранника для Штоппена оставили.

Вторая же четвёрка отправилась в свой неблизкий путь, практически полностью повторяя маршрут в сторону носовой части судна. Из отличий было лишь поднятие на один ярус выше в центральной части судна. Здесь располагались прачечные и сушильные камеры. И здесь было, по анализу Афины, как минимум семеро выживших при четырёх зомби.

С ходу снеся тварей, мы освободили людей и, перед тем как провести к лестнице на более низкий ярус, надавали работу. Белые простыни, крепкие ткани… Они нам нужны. Пока нормальной экипировки в большом количестве не имеется — придётся добывать ультимативную защиту от укусов таким вот способом. И он работает, что немаловажно.

Следующий шаг — выдать им рюкзаки и, поторапливая, отправить к лестнице. Ну а я могу немного поразвлечься — в коридоре, ведущем к прачечной, зомби почти не было. Десяток, разбросанный на большой территории, — это не толпа.

Медленно и не спеша я вышел и прикончил их, поджидая глупцов, прущих на звуки стрельбы. Далее, следуя подсказке Афины, нашел несколько жертв, проверил их на наличие пульса. Все мертвы. Только под конец в груде грязного белья удалось отыскать двух молодых девушек-брюнеток. Симпатичных, напуганных, живых и невредимых.

— За мной. Я знаю дорогу к спасению, — указал я им на коридор, за которым скрывалась нужная дверь.

Они что-то мне затараторили на испанском, загомонили, запротестовали. Вроде как друга своего ждут. Не силён я в их языке…

— Или за мной, или оставайтесь здесь. Других выживших рядом не видел. Тут мало людей и зомби.

Те немного поспорили и в итоге разделились. Пока первая, носящая очки, осталась на месте и, сражаясь с собственным страхом, решила дожидаться этого их парня-спасителя, вторая решительно двинулась следом за мной. Даже за руку схватить попыталась — пришлось грубо объяснять ей, почему никто не держит под ручку человека, идущего с заряженным огнестрельным оружием. Вроде до неё дошло даже. Испанский надо бы подтянуть…

Всей группой, так же разделившись на двух ведущих и двух замыкающих, мы довольно быстро дошли до мастерских, где уже хозяйничали мужчины и женщины, направленные капитаном корабля. Рядом дежурили мужчины из числа бойцов, воевавших в казино. Прикрытие. Отсюда мы поднялись наверх, передали выживших первому негласному помощнику капитана и свернули в сторону терминала. Тут уже целый базар образовался. Конечно, ничего не продавалось, но притащили с кухни столики, витрины откуда-то взялись. Примотали всё, чтобы не качалось на волнах, и всё это, выкупленное и вытащенное из терминала, лежало и ждало своего часа. Оружие, обмундирование, боеприпасы.

Я даже задался вопросом: «Почему это всё не использовалось?» Ответил находящийся тут смотритель — мол, практически у этих всех вещей уже есть владельцы, и они вот-вот подойдут после полученного инструктажа. Мол, капитан позвал, и там показывают, как форму правильно экипировать, как разгрузку повесить и оружием пользоваться. Да, огнестрел в неопытных и неумелых руках — смертельно опасная вещь. И не только для зомби. Как бы сами себя не подстрелили…

Из любопытного — часть боеприпасов тут лежала для общего пользования. У нас само по себе так сложилось, что глок двадцать первый стал основным пистолетом, массово использующимся практически всеми. Вторым же по популярности оружием оказался калашников разных моделей, но одного калибра. Вот именно к этим двум видам стрелкового оружия боеприпасы и имелись в небольшом избытке. Их мы и забрали.

Вообще, люди не стоят на месте и не мы одни зачищаем корабль. Медленно, но планомерно, стремясь к максимальной безопасности, оставшиеся здесь спецы и поддержка движутся вперёд, уничтожая врага. Если кто-то ранен или приводил спасённых сюда, они пользуются терминалом. Сложилась традиция: после возвращения из рейда, если набрал достижений — закупаешься. Если на что-то не хватает очков и есть небольшой остаток — берёшь патроны, оставляешь пачку для других и идёшь или передохнуть, или за новым заданием. Иногда люди оставляли чуть больше, иногда чуть меньше. Иногда вообще ничего не оставляли. Люди ходили в рейды часто. И с одной стороны, мне нравилась их самоорганизация, а с другой… Без контроля оставлять терминал — рискованно. Ладно бы тут за всё отвечал и проводил учёт кто-то из «моих». Но нет, все «мои» при деле.

Ладно, иерархия власти и управление «персоналом» это дела ближайшего будущего. Примерно как до порта доберёмся и корабль зачистим, так и займёмся этим немаловажным вопросом. Никакой расхлябанности, лени и самоуправства быть не должно. Это враги позлее зомби на нашем пути к выживанию. Я слишком погрузился в мелкие задачи, стоящие прямо у нас под носом, и анализ перспектив человечества в целом. А вот на стратегическое планирование в среднесрочной перспективе подзабил. Но, раз уж я подумал об этом — не всё потеряно! Вернее, ничего ещё не потеряно. Нужно просто взять всё в свои руки и сделать что до́лжно. Не умаляю заслуг других людей, но на этом корабле вряд ли найдётся хоть кто-то способный сравниться со мной в эффективности.

— Роберто — с тебя верёвка и шесть металлических щитов примерно метр в ширину, полтора в высоту. Если нет — надо сделать. Максимально быстро — задание первостепенной важности. Наталья — сбор персонала. Крепкие, жилистые мужики нужны. Придётся неплохо поработать. Если наладим процесс — вообще конвейер по убийству зомби запустим. Берите на все заработанные очки аптечки и снадобья. Хотя бы по одной большой аптечке… Остальное я возьму на себя. У вас десять минут. Мы будем экономными. И максимально эффективными.

Ребята кивнули и разбежались, в то время как последний член нашей четвёрки, Коннор, посмотрел на меня с вопросом. Мол, а мне что делать прикажешь?

— Найди сумку или рюкзак. Большую и прочную, тащить всё это на горбу нет никакого желания, — попросил я его, и он, кивнув, исчез.

Отлично… Так, патроны… Почти всё, кроме пяти пачек, что здесь имелись, — сгрёб себе в заплечный военный ранец. Он такой был один и нашёлся среди вещей в каюте отдыхавшего на лайнере военного.

Патроны, алкоголь, масло с кухни ближайшей кафешки… Всё есть. От терминала отлипли коллеги, и я ринулся туда.

Четыреста семь очков достижений. Хотя счёт убийств был выше, чем в прошлые наши походы. Всё-таки за социально значимые действия по спасению людей дают довольно много баллов. И это хорошо. Этим я и займусь. Скоро на лайнере станет мно-о-о-ого свободного места. А если не выпендриваться и сжать булки, то в два раза больше выживших можно поселить на его борту, чем заявлено судоверфью-производителем.

Что нам нужно? Патроны… Много патронов. Дальше — холодное оружие… Топоры. Дешёвые, крепкие, надёжные. Не алебарды, конечно, но для нашего дела — пойдёт. Десять штук за тридцать очков достижений.

Настоящие красавцы. Мечта зомбируба. Лесорубам такие лучше не показывать — перевозбудятся. Что ещё? Щиты… подходящих нет. Есть полицейский — но он не подойдёт. Есть стародавние варианты кулачного щита и каплевидный кавалерийский щит. А нужен такой здоровый кусок размером с небольшую дверь. Всё-таки не зря пригрузил Роберто созданием самоделок. И финальный штрих — нужно что-то вроде гарпуна или крюка, абордажной кошки. Что из этого тут есть… О, боевой багор! То, что нужно! На лайнере смогли достать парочку похожих, называющихся отпорными. Этакие миролюбивые братья тех, что нашлись в терминале, но там материал другой, прочность ни к чёрту, наконечники шаровидные, тупые. А тут — просто сказка. Острая, опасная сказка.

Готовьтесь, зомби. Настал ваш судный час. Люди готовы использовать для войны с вами своё самое опасное из имеющихся видов оружия — мозги. То, к чему вы так сильно стремитесь и тянетесь — станет для вас погибелью.

— Ого! Это что за оружие-то такое? Мы что, собрались на охоту за тунцом? — удивился Коннор, бросая у моих ног три здоровенные сумки, в которые даже багор наполовину помещался.

— Тунец — это слабая и безвольная добыча. Мы будем охотиться на более опасную. Масло в рюкзак, топоры в сумку, патроны во вторую… — начал я отдавать указания, и мы понемногу принялись собираться.

Со стороны зачищенной и перекрытой лестницы, впереди которой дежурившие бойцы время от времени постреливали по вылезающим в этой части палубы тварям, спустился новый капитан корабля.

— Михаил, говорят, ты затеял большую охоту?

— О, кэп. Всё так. Если план сработает — через час на палубах не останется практически ни одного зомби.

Идрис посмотрел на наручные часы и довольно кивнул.

— Значит, успеем до прибытия в порт.

— Успеем. Сто процентов успеем. Через минут сорок на мостике появится контроль над двигателем и винтами. До швартовки сможем остановиться и провести полную зачистку лайнера.

От моих слов улыбка и сияние глаз капитана корабля стали такими ослепительными, что подобно вирусу перекочевали на лица всех выживших рядом с нами.

— Не поделишься подробностями? — с энтузиазмом спросил капитан.

Хорошие новости в этот полный безумства и траура день — были подобны глотку воды для заблудившегося в пустыне.

Но как это всегда и бывает, волшебство момента прервал звук падающей в воду спасательной шлюпки.

— Афина, камеры есть? Кто там наше судно разворовывает? Что за чудак решил подрейфовать по морю в неработающей спасательной шлюпке?

Ярко-оранжевая, семиметровая в длину и трёхметровая в ширину лодка, мерно раскачиваясь на волнах, стала постепенно отдаляться от нашего лайнера. Послышались крики радости: мужчины, женщины, гости и члены экипажа дождались возможности и вырвались из западни. Перед этим они приняли бой, столкнув за борт многочисленных зомби, и оперативно, со знанием дела осуществили аварийный спуск на воду, после чего развернули лестницы и начали ползти вниз, к своему «спасению». Один особо нетерпеливый экстремал даже прыгнул в воду и поплыл к лодке, забрался на неё и стал отталкивать туповатых, барахтающихся в воде зомби, дожидаясь остальных. Лодка могла вместить стоя до двадцати человек. Их было всего десять. И я даже попытался их остановить, через Афину дублируя на громкоговоритель информацию о выведенной из строя электронике. А так как лодки суперсовременные — они даже не заведутся, если не пересобрать «мозги» двигателя.

И что-то я среди них электрика с кучей запчастей, проводов и инструментов не видел…

В ответ на моё предупреждение послышались маты. Но не от отчаяния, как я ожидал услышать, а от эйфории свободы.

— САМИ ПРОДОЛЖАЙТЕ ГНИТЬ НА ЭТОМ ПРОКЛЯТОМ ЛАЙНЕРЕ! — едва перебивая шум корабля, прокричал здоровенный загорелый качок с выбритой, сверкающей на солнце грудью.

Альфамужик. Покоритель женских сердец. Даже будучи в такой жопе, выпендривается и играет на публику.

Они отдалились от лайнера на тридцать метров и замолчали, собравшись у руля.

— Что, неожиданно, двигатель не заводится? Какая жалость… — прокомментировал я и заприметил акул, что сопровождали нас.

Ещё бы… Настоящий «шведский стол». Тут на завтрак, обед и ужин блюда самых разных стран мира. Правда, с перчинкой в виде помешательства неисцелимого… Но это так, мелочи.

— Боже… Кто-то из них решил пытаться догнать лайнер вплавь… — заметил стоящий рядом со мной член экипажа. — А нет, увидел акул, передумал.

Да, за бортом прямо сейчас начался акулий пир. И судя по количеству этих зубастых тварей, мы собрали если не всех, то большинство хищниц в этих водах. Растворённая в воде кровь и малый ход корабля послужили своеобразным приглашением на трапезу. Вокруг судна разом появилось несколько десятков плавников. О количестве же плавников под водой даже думать не хотелось. А ведь говорят, акулы редко убивают людей. Боюсь, сегодня будет установлен рекорд. Но это если зомби за людей считать.

— Ладно, за работу, — скомандовал я и нырнул в проход.

Не очень быстро, но верно наша большая и дружная команда выполняла не самую чистую работёнку. Шаг первый — очистить три заваленных коридора, по которым к нам будут переть зомби. Для этого достаточно не брезговать, открыть иллюминаторы и вышвырнуть зомби в сторону продолжающегося шведского стола. Благо иллюминаторы немаленькие были. Но всё равно находились большие парни и леди, которых приходилось тащить по коридору к ближайшему окну и уже оттуда десантировать их в море.

Постепенно коридор был зачищен, и мы по-быстрому смыли грязь, выкидывая грязные тряпки за борт. Настала пора проявить смекалку. Первое, что мы сделали, — это на время закрыли дверь, через которую к нам могли с кормовых палуб спуститься зомби. Вторая задача — подготовиться к их приходу. Наша проблема — захламление. Значит, надо организовать пропускную систему.

Щиты ставились поперёк коридора и крепились над полом, оставляя полуметровую щель снизу. Зомби тупые, но дырку найдут и обязательно в неё влезут. Сами коридоры узкие, за раз один тучный зомби или два худых пройдут. Закрепление щитов оказалось непростым делом, и один из бойцов даже сварочный аппарат притащил. Вскоре все три прохода были перекрыты крепкими и тяжёлыми щитами, способными выдержать тяжесть удара прущего на таран паровоза зомби. Мы даже испытали их, с разбега поврезались, но в итоге лишь синяки и ссадины получили. Вторая часть моей простейшей ловушки на идиота — создание «фабрики по переработке зомби». У каждого входа стояло три человека с топорами. Двое работали — один был на замену уставшего… Работы нам ведь предстояло очень и очень много. Ещё двое стояли с боевым багором, оттягивая тела, дабы конвейер двигался. Они всех скидывали в кучу, на специально выделенное место. Там имелась четвёрка выбранных жребием людей, которым предстояла самая тяжёлая и неоплачиваемая работа — выкидывать туши монстров за борт. Бонусом к каждому проходу был приставлен один стрелок, на случай чрезвычайных происшествий.

А ещё у нас была верёвка… Зачем? Ну, во-первых, нам надо как-то открыть дверь, при этом, по возможности, не подвергая риску никого из нас. Во-вторых, используя самозатягивающийся узел, мы просунули петлю через щит таким образом, что теперь, если давить на него со стороны коридоров, он будет тянуть верёвку, а та будет затягиваться и вдавливать его в обратную сторону. Чем сильнее давишь, тем сильнее верёвка врезается в щит, оказывая сопротивление.

— А масло зачем? — спросил Роберто.

— Коридоры полить. Вдруг зомби затор устроят? Пусть лучше со свистом проходят! — улыбнулся я, видя, что уже почти всё готово.

— Нет, ну если они с разбега будут падать и катиться по маслу под щитом — надо хоть какой-то стопор придумать! — справедливо заметил мексиканский крушитель зомби. Мы быстро организовали ещё три перемычки на полу, которые должны остановить «карасика», что решит выбраться из нашей сети.

— Начинаем!

Люди с кровожадными улыбками и диким энтузиазмом посмотрели на Наталью, которой было дано право потянуть за верёвку и торжественно открыть дверь в наш самодельный цех по переработке зомби в очки достижений.

— ГРА-А-А-А! — Первые посетители с энтузиазмом восприняли наше предложение. Ну а следом и Афина включила музычку, увеличивая громкость по мере приближения к этой самой двери на наше инновационное производство.

— Выйду на пенсию — книгу напишу, — заявил один из мужиков с топором в руках.

— Какую? — с интересом спросил его сосед.

— Как из говна и палок сделать конвейер по переработке зомби. В трёх томах.

— О, подаришь мне экземплярчик? С автографом!

— И мне!

— И мне ещё один!

— Так, тише… Коридор номер два — поздравляю! Первый зомби — ваш! — указал я мужикам на приближение самого проворного из зомби.

БУХ!

Недостаточно проворного.

Его руки, а затем и голова, смотря на нас лысым затылком, прибыли, скользя на маслице.

— Чур, я первый! — сказал один из дежурящих и со свистом опустил топор.

Я как-то ожидал, что убивать «беззащитных» зомби людям будет куда как сложнее морально. Но нет — заработал конвейер. Застучали топоры. Потащили первых жертв вторжения наши ловчие с багром. Закипела и вспенилась вода у борта лайнера. И никто даже не стал «слаб желудком». Впрочем, уже прошло несколько часов, а среди нашей группы были сплошь те, кто уже мог похвастаться не одним десятком поверженных противников на своём счету.

Зачистка началась. И ближайшее время останавливаться не планирует. Мы перемелем всех их. До единого. И по возможности, не потратим ни одного патрона.

Зомби страшны на открытых и широких пространствах, когда их много. Или когда ты один и тебе надо прорваться сквозь многочисленные узкие повороты, улочки, помещения и комнаты, напичканные неизвестно кем и чем. Тогда зомби становится охотником, безжалостным и целеустремлённым. А ты — добычей. Но сейчас — всё наоборот. Не знаю, сколько их к нам попадёт, пусть Афина считает, но то, что палубы станут относительно безопасными сразу, как мы закончим, — факт. Останется лишь элитными, закованными в защиту по самое не хочу группками пройтись по каждой каюте, каждому помещению корабля. Найти всех. Найти каждого. И не забывать отслеживать перемещение наёмных убийц. Вот уж кто точно может всадить нож или даже пулю в спину.

— Я закончил, — вылез весь чумазый и довольный как слон Штоппер. — Всё должно работать исправно. Мозги пересобрал, резервную линию питания подключил. В щитке всё, что сгорело, заменил, переподключил, напряжение стабильно подаётся — мостик уже должен отреагировать.

— Отлично! Афина, бери управление на себя и готовь следующий план восстановительных работ. Сколько ещё точек на лайнере имеют проблемы с электроснабжением?

«Сто шестнадцать. Из них критически важных, требующих срочного ремонта — девять».

— Ого… А остальное это что?

«Свет в ресторане, не работающие розетки, сплавившиеся мозги электронных замков в каюты и прочее. Я закончила анализировать расположение зомби. При нынешнем темпе нам понадобится один час семнадцать минут для уничтожения двух тысяч восьмидесяти семи зомби, потенциально двигающихся в вашу сторону. Но с учётом накапливающейся усталости воинов и заторможенности зомби, оцениваю реальное время до конца операции в два часа плюс минус пять минут. Рекомендую совершить плановую остановку судна в море и продолжить движение после полной зачистки лайнера».

— Хорошо. Выведи эту рекомендацию и статистику на капитанский мостик. Я хочу, чтобы остальные тоже знали причину нашей остановки. Для ускорения процесса отправь сообщение о необходимости привлечения ещё одной группы, хотя бы в районе десяти человек.

«Сделано».

— Умница!

Афина общалась со мной через единственный громкоговоритель и внешний динамик у двери в машинное отделение, и наш разговор все остальные тоже слышали. Может, не всё услышали и не всё поняли, но это уже второй вопрос.

— Эй, был бы у меня такой искусственный интеллект, я бы, может, и не женился никогда, — мечтательно произнёс один из зомбисеков.

Зомбисек — это почти как дровосек, только поленья они рубят немного другие. К концу высадки в резюме новую запись можно будет вносить ребятам.

Время неумолимо двигалось вперёд, как и зомби. Ребята от топоров и работы палачей-очистителей уже набили мозоли на руках.

К концу первого часа все упахались и по разу заняли практически все должности. Кровищи было столько, что один из работяг этого лайнера нашёл слив в полу далеко впереди по коридору и активировал пожарный гидрант, смыл всю эту жуть куда-то в море.

— СМЕНА! — объявил я и сам взялся за топор.

Да, филонить и халтурить тут у нас не разрешается. Так что… Хрясь. И ждёшь, пока по дорожке, залитой маслом, не приедет очередной дружочек. Хрясь. И снова томительное ожидание добычи.

— ВРОДЕ ПОСЛЕДНИЙ! УРА! — закричал с соседнего коридора, и все довольно загудели.

Справились мы за два часа, и я с удовольствием смотрел на то, как несколько десятков мужиков от радости надрывают глотки. Теперь корабль стал чуточку безопаснее. И полезнее.

— Готовимся к финальным зачисткам палуб и примыкающих помещений, ресторанов. Формируем три группы по десять человек. Каждая берёт один ярус, и идём, заглядываем в каждую щель. Я мальчишку спас — вытащил из вентиляционной шахты в туалете. Мало ли это не единичный случай окажется. В состав группы входят минимум два щитовика. Группа резерва от пяти до десяти человек, которые идут следом и помогают выжившим либо выбрасывают всю ту шваль, что вы прикончили. Запасное снаряжение, патроны, оружие носят также они. Вы налегке. Кто получит ранение и израсходует аптечку, лично от меня получит по роже. ВНИМАТЕЛЬНОСТЬ! РЕШИТЕЛЬНОСТЬ! ЗДРАВОМЫСЛИЕ!

Я продолжал давать указания, и моя лекция об освобождении захваченных кают, коридоров и передвижении групп растянулась на целых пятнадцать минут. Я даже на примере показывал, как должны стоять щитовики и стрелки, где дежурят те, кто с холодным оружием подстраховывает группу. Нашёл для каждой группы главного, который брал на себя ответственность за успешность зачистки.

Теперь, когда мы восстановили контроль над кораблём и получили неограниченное время до прибытия в порт, мы могли пересмотреть нашу стратегию. Усталость накапливается, голод и жажда никуда не исчезли. У меня так точно. А ещё каждый из нас в этом душном провонявшем отвратительными запахами коридоре мечтает принять душ. И, желательно, поспать. С ходу входить в порт и начинать захватывать всё, что плохо лежит, — очень плохая тактика. Уж лучше мы подготовимся и сделаем всё со свежими силами и с полностью укомплектованными бойцами.

Операция по спасению продолжалась. Люди робко выходили на палубы, понимая, что никого нет. Да и мы объявления давали, говоря, какие палубы и ярусы уже относительно безопасны и какие будут зачищаться следующими. Пусть люди знают, что о них заботятся. Спасают… Так намного проще выдержать ещё один или два часа в западне.

В моей группе были и Наталья, и Роберто. В первую очередь, я не хотел их отпускать из-за ситуации с наёмниками. После двух поражений любители наживы станут подобны призракам, и лишь воистину профессионалы своего дела сумеют распознать их в толпе и защититься от тайной атаки. Я же достаточно устал и вымотался физически и эмоционально, чтобы гарантировать самому себе нужный уровень внимательности.

Мы двигались снизу вверх, так как были, можно сказать, лучшими среди всех прочих групп. А на нижних ярусах да во внутренней части нижних палуб количество зомби было значительнее выше. Количество трупов, ставших жертвами их безумства, также вырастало с каждым этажом. Печально то, что у нас не было ни единого шанса хоть как-то ещё на это повлиять. Поэтому мы бродили по залитому кровью коридору с упавшим настроением. Хотелось поскорее закончить, и поэтому мы не тормозили, ураганом сметая врагов на нашем пути и отдавая в руки бегущей по нашим следам группе поддержки спасённых, раненых и погибших. Последним море станет могилой. А мы продолжим жить. И за себя, и за них.

Другого пути у нас нет. Таков наш путь и наш долг.

Рестораны, кинотеатр, зал для йоги, фитнес-центр, всякие спа-центры, магазины, бутики и цветочные оранжереи… Там нас не было. Мы работали, зачищая многочисленные помещения служебного назначения. Склады, кухни, жилые каюты, кубрики, санузлы, баня, отдельный пищеблок с морскими продуктами, гладильная, насосное отделение, медицинский блок, тросовая, малярная, плотницкая мастерская, снова насосные отделения, отделение по утилизации и многие другие. Мы надеялись найти последний терминал, но его нашли наши коллеги на верхнем ярусе. В телескопной. А самого телескопа больше не было — его разорвала на части энергия терминала, зависнув в самой высокой части нашего судна. И крайне труднодоступной.

— Выходит, один в районе кормы, на вышке астрономов, один в центральной части лайнера в библиотеке и один на носу судна, на нижней палубе в баре, — подытожила Наталья.

— Выходит, что так. Надо наведаться в оба терминала неисследованных толком терминала и посмотреть на их эксклюзив. Везде разные уникальные вещи имеются…

— Выживших много нашли. Ещё больше сами выбрались, как зомби с горизонта убрались. Аптечек нужно… сотни. — В одной из кают Роберто нашёл сигары и сейчас воевал с тем, что учился их использовать по назначению.

К нам подошёл старик громила из казино и умеючи начал помогать ему с этим делом. Не прошло много времени, как мексиканец зашёлся диким кашлем, а старик смехом. Отобрал у моего бедного телохранителя сигару и, пыхтя как паровоз, ушёл в сторону подсобного помещения, где хранилась всякая химия, швабры и пылесосы для уборки кают и коридоров.

— Мы только что зачистили восемьдесят процентов судна, господа, — обрадовал я всех, получив отчёт от Афины.

— Ура! — на разный лад начали кричать люди из моего отряда, получившие десятиминутный перерыв после зачистки группы помещений.

— Ты чего такой грустный, всё же по плану идёт? — подошёл ко мне побледневший Роберто.

— Китайца нашли. Он не один. И они только что получили в свои руки оружие.

— Опа… Кто выдал?

— Никто. Терминал использовали, — вспомнил я отчёт Афины.

Увы, разминулись мы с ними… А это — крайне грустно. Теперь «переговоры» многократно усложнятся.

— И что делать будем? — почесал бритую голову качок.

— Договариваться.

— А если не получится договориться?

Я передёрнул затвор и пошёл вперёд по коридору.

— Получится. Но не факт, что они этому обрадуются.

Внеочередной сбор у капитана с привлечением нескольких «командиров» военных отрядов не прошёл незамеченным. Те, из-за кого объявили этот сбор, поняли, откуда ветер дует, и набрав оружия и боеприпасов, свалили в другую часть лайнера, где дерзко и резко «захватили» власть, используя простых отдыхающих в качестве живого щита. Объявили, что они члены спасательной команды из спецназа США, купили в терминале их же экипировку и шлемы, и радостные люди возвеличили их, назвав спасителями.

Само собой, всех спасённых собрать на одной палубе и в одном зале мы не могли, и они были распределены по всему кораблю. Вот «спасатели» и воспользовались глупостью и доверием людей.

Идрис бунт на корабле не оценил и с радостью согласился с нашим предложением об избавлении корабля от остатков наёмников.

— Причина их интереса к лайнеру — спецоперация по дезинформации нескольких разведок стран мира, — объяснял я. — Канада, Франция, США, Россия, Германия, Япония, Китай, Венесуэла… Много стран причастны. Очень многие. Правду знают лишь единицы, и их точно нет на лайнере. Куча всех этих наёмных убийц стянулось со всего мира, и они должны были отправиться за решётку. Ещё больше должны были присоединиться после парочки остановок в портах. Спецназ и спецагенты также должны были присоединиться позже, когда мы окажемся в нейтральных водах. Но теперь это всё в прошлом. И мы оказались в нынешней ситуации.

Афина вывела на дисплее фотографии наёмных убийц, которых она засекла. Тринадцать лиц, из которых семь было перечёркнуто, а ещё два затемнены.

— Из тринадцати проникших на корабль убийц семеро уже гарантированно мертвы. Кто-то стал зомби, кто-то жертвой зомби. — Я тактично умолчал о том, что как минимум пятеро были мертвы после встречи с Натальей. Ну и мной с Роберто.

Колумбийские полупрофессионалы, китаец, громила… Ещё двух Афина нашла убитыми. Один добровольно расстался с жизнью после укуса — спасибо, что облегчил нам жизнь, — а другой стал и впрямь зомби.

— Ещё двое — не найдены. Высока вероятность их смерти. Но есть и шанс, что они выжили и прячутся на лайнере. Поэтому я попрошу вас запомнить их лица и при обнаружении — дать знать. Если труп — достаточно подтащить к камере, моя помощница считает информацию и примет к сведению. Если живой — не даём поводов к драке и сообщаем нам. Будем разговаривать отдельно.

— А агенты где? — решил спросить новый капитан корабля.

— Как минимум трое — перед вами. Ещё троих, к сожалению, мы нашли мёртвыми. Местоположение некоторых неизвестно. Операция была секретная, и многие попали на корабль, даже не имея полноценного понимания о цели нахождения на лайнере. Возможно, они сейчас зачищают лайнер, а мы и не подозреваем о том, что они агенты разведки, — объяснил им я.

На самом деле — ситуация была ещё печальнее, чем мы думали. Связующим являлся прошлый капитан корабля, и он реально знал, кто из гостей, как говорится, не просто отдыхающий. Но он, увы, слегка отошёл от дел. Я знал, что кроме Натальи здесь будет порядка двадцати специалистов для «подстраховки». И не все из них успели добраться до лайнера. Поэтому рассчитывать в реальности я мог лишь на Роберто и Наталью. Ещё я на девяносто девять процентов был уверен в том, что тот белобородый старик в костюме, пыхтящий как паровоз, — тоже прибыл не ради казино на этот лайнер. И, пожалуй, всё. Афина выдала по нему справку, он раньше работал в кое-каких не совсем афишируемых структурах национальной безопасности, но уже лет десять как был на пенсии. Не удивлюсь, если выяснится, что старика, как и многих других отошедших от дел специалистов, прислал бывший оружейный барон, повелевавший огнестрельным оружием в прошлую эпоху Земли.

— Далее… Вот эти четыре нехороших человека и есть те самые идиоты, взбаламутившие воду и переманившие на свою сторону несколько сотен отдыхающих и других успевших вооружиться бойцов, — указал я на выживших убийц.

— Вы сможете их прикончить? — задал вопрос как раз старик, приглашённый на капитанский мостик для обсуждения сложившейся проблемы.

— Им плевать на жизни людей. Нам нет. В случае заварушки — люди станут для них живыми щитами, — пожал я плечами.

— Снайперская винтовка? — сделал первое предложение старик, вызвав бурю обсуждений.

Он не унимался и всё больше предложений исходило от него, отчего росла моя уверенность в том, что он и мистер Хэдберг — звенья одной цепи. Надо бы с ним поговорить с глазу на глаз.

— Получается, мы в любом случае оказываемся в проигрышном положении, хоть и контролируем судно, — массируя виски, сделал вывод Идрис.

— Ну, не всё так плохо. Они — чрезвычайно самоуверенные личности и совершенно точно понимают, что вариантов у них немного. Они будут тянуть до тех пор, пока лайнер не окажется у берега, а там уже попробуй их найти и схватить.

— Они зашевелятся, как только поймут, что корабль заякорился и не движется. Надо действовать на опережение. Начнём с переговоров? Раз уж они понимают, что нам известны их личности, то я думаю, они не откажутся перекинуться парой слов.

— Нужно сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться… — начал я продумывать стратегию переговоров с этими четырьмя занозами в заднице.

— Запускай… — дал я команду Афине и стал через камеры наблюдать за реакцией «спецназовцев» недоделанных.

В месте их дислокации — а они заняли целую половину четвёртой палубы, состоящей из кают, общих универсальных залов и ресторанов — заиграло из динамиков записанное мной сообщение.

Если вкратце, то это была просьба им четверым отправиться на переговоры по вопросу дальнейшей безопасности судна. Так, мол, и так, не хотелось бы вечно дрейфовать в море, и от них зависит, заведутся ли двигатели вновь. Ах да, специально для людей, которые решили держаться рядом с ними, мы сказали: «Знаем, что среди вас есть эксперты по энергоустановкам». И для пущей убедительности отключили электроэнергию в занятых ими помещениях. Всё, кроме света.

«Зашевелились… Просят прислать делегата…» — увидел я надпись на листке бумаги, приближенном к камере.

— Кого пошлём? Твоя кандидатура даже не обсуждается. — Промакивая чистым полотенцем помытую шею, Роберто зашёл на капитанский мостик, где никого «лишнего» больше не было.

— Ты для них тёмная лошадка, но китаец тебя сразу опознает. Я — вообще непонятно кто, призрак из ниоткуда. Наталью знают все из них. Всё-таки звезда в подпольном мире… — пожал я плечами. — Мне всё равно. Решаем коллегиально. Я за себя.

— Ну, я тоже за себя, — поднял руку мексиканец.

— Я капитан корабля, и я должен определять его будущее… — поднял руку Идрис.

— Уймитесь, мальчики, — вклинилась Наталья. — Меня они не тронут, так как знают, что я не нарушу их своеобразный кодекс. Ты прав, Михаил. Я единственная, кого они знают, и диалог у меня с ними должен получиться нормальный и адекватный.

— Это ничья. У каждого из нас по одному голосу. И пусть логика в твоих словах есть, и я, как и остальные, тебе доверяем… Но я не доверяю тем четырём ублюдкам.

— Тогда жребий? — прикрыла она глаза и спокойно приняла мой аргумент к сведению.

Жребием стал Лакшит. Мы позвали его и велели выбрать одного из нас четверых, не объясняя сути выбора.

— Ну… Это сложна. Когда нет информаций, осень сложна. Ну, пускай это будет… Наташа… — сглотнул он слюну и засмущался.

— Эй, я видел, как ты ему подмигивала! — возмутился Роберто, который и сам пальцем на себя тыкал.

— Я не только подмигивала, — ухмыльнулась Наталья и, подойдя к Лакшиту, чмокнула его в щёку, отчего он совсем поплыл и растаял, как мороженое.

Мой телефон завибрировал, и я открыл пришедшее мне видео, на котором было видно, как сидящая позади нас в кресле Наталья демонстрирует удивительно пошлый знак индусу. Вот уж ни стыда, ни совести. Профессионал, что с неё ещё взять.

— А когда? — задал вопрос Лакшит удаляющейся на переговоры красавице.

— Индивидуальные тренировки? Когда доплывём до порта и место появится. Не переживай, я сделаю из тебя настоящего мужчину! — рассмеялась она, Лакшит засиял, а я ухмыльнулся.

Ну да… Было в её биографии упоминание подобного случая. Она тогда во время задания сделала настоящим мужчиной сына мэра одного зачуханного городка. Он визжал как свинья во время индивидуальной тренировки по боевому самбо. И как ни пытался выползти из тренировочного зала, не смог до самого конца тренировки. Даже потеря сознания ему не помогла. Нашатырный спирт вернул его в натуральный ад. Бедный Лакшит…

— Идём прикроем, — поднялись и мы, отправляясь вместе со своими отдохнувшими отрядами в сторону «бунтовщиков».

Стоя позади Натальи и наблюдая за ходом переговоров через экраны телефона и камеры, мы пытались хоть что-то услышать. Сама процедура переговоров выглядела довольно забавно. Подняли руки, показали, что они пустые, затем показали, что за поясом нет оружия, а затем демонстративно достали всё имеющееся оружие и положили рядом с собой. Наталья в этом плане выдала настоящий перфоманс. Сам не знаю, когда она успела запрятать в свою амуницию три ножа, мачете, один глок, нож-шпильку, нож-бабочку, раскладную дубинку… И в конце откуда-то совсем из района декольте вытащила просто лезвие бритвы. Я вообще такие только на родине видел…

Другие тоже выложили оружие, показав, что они желают говорить, а не воевать. И нам осталось только ждать. На переговоры прибыли лишь трое из четверых, последний занял место под потолком в конце коридора, неплохо слившись с тьмой. В его руках была штурмовая винтовка — крайне опасное оружие. Такая была лишь одна у них четверых. Не снайперская, конечно, но всё равно приятного мало. Бронежилет Наталью от выстрела, может быть, спасёт, а может, и нет. Смотря куда выстрел придётся.

— Сдвинься на три шага вправо. Тогда стрелку придётся стрелять через дверь вслепую, — дал я ей подсказку в наушник и продолжил внимательно слушать и наблюдать за происходящим.

В итоге через минуты четыре они начали собираться и в полной тишине разошлись. Драки, стрельбы и сражения не случилось, чему лично я был безумно рад. Наталья вошла в тренажёрный зал, где мы засели в качестве поддержки. Буквально тридцать секунд бега, и мы были бы в том самом коридоре, где и проходили переговоры.

— Ну что там? О чём договорились?

— Ну, они хотели с тобой пообщаться, но я сразу дала понять, что мы из одной группы и говоря со мной, они и с тобой общаются. Затем начали требовать. Много разного, на что я просто рассмеялась. Объяснила им, что они идиоты, из-за спецоперации уже погибло больше пяти тысяч человек, и если погибнет ещё пару сотен — это ничего не поменяет. Далее я назвала имена, фамилии и позывные их коллег по цеху, что умерли за этот день, и дала понять, что они вчетвером — последние. Требовать хоть что-то они не имеют права, но я готова говорить о том, чтобы их отпустили. Они взяли время на подумать. Условия простые — как только оказываемся у берега, они получают лодку и сваливают от нас.

— Хм… Неплохо. Мне нет смысла их убивать. Если они свалят — это будет лучшим раскладом, — кивнул я ей.

— А китаец? Он же явно не согласится.

— Ну, он тоже хочет жить. Но да, с ним надо держать ухо востро. Вообще, они не дилетанты и явно не будут нам доверять. Второй раунд будет через полчаса, и они объявят о своём решении. Думаю, выберут лодку спасательную, потребуют инструмент, запчасти и прочее, чтобы починить её.

— Да пожалуйста, пусть ковыряются. Предложи им выбрать зачищенную и закрытую для посторонних часть судна, на которой они могут хозяйничать до прибытия. Но людей скажи трогать нельзя.

— Тут вроде был прогулочный катер для прогулок и полётов на парашюте. Надо его подготовить только и к спуску подтащить. Жаль отдавать быстрый катер, но…

— Они всё равно подумают, что он заминирован, и возьмут с собой кого-то из пассажиров. Давай им лодку отдадим так, пускай пару часов ковыряются, ищут подвох и когда захотят — сваливают, — тут же зацепился я за возможность избавиться от столь опасных и ненужных пассажиров как можно скорее.

— Предложу, — кивнула Наталья. — Они всё равно будут мнительными и не поверят… Но предложу. Они в любом случае ощущают себя в опале. Думают, что сюда вот-вот спецназ нагрянет. Я думаю, у них есть взрывчатка…

— Да? Это уже серьёзнее. Надо каким-то образом избежать рисков… — задумался я над новыми вводными.

Одно дело говорить о стрелках и другое — о минёрах. Лайнер нам нужен. Причём любой ценой и, само собой, — целый и невредимый. Если двигатели взорвать — его некому будет буксировать.

Так, в обсуждениях эти полчаса и прошли. Варианты мы озвучивали разные, при этом понимали, что показывать слабину и прогибаться под них нам нельзя. Это лишь покажет слабость и увеличит их аппетиты и требования. Террористы, блин…

Наталья вновь ушла, и они продолжили переговоры. В какой-то момент все они напряглись и началась суета, во время которой два из трёх наёмников подло и внезапно атаковали китайца, прикончили его и бросили в сторону Натальи, затем развернулись и пошли прочь. Наша парламентёр и сама удивилась произошедшему, проверила пульс второго брата из Поднебесной, что успели много зла наворотить в этом мире, и вернулась к нам.

— И что это было? — с ходу спросил Роберто.

— Это было их согласие. Китаец жаждал мести и не собирался покидать корабль просто так. А они хотят покинуть его как можно быстрее. Лодку просят притащить в течение десяти минут на палубу к бару «Пьяная сова». Рядом оставить топливо с запасом.

— Они всё ещё подозревают, что на борту начался ад не из-за атаки тварей, а из-за людей… — понял я. — И предполагают вариант с уничтожением судна в таком случае, для ограничения этой эпидемии, хоть и новых обращений не было… Либо думают, что правительство тормозит из-за бюрократии и сюда в любой момент нагрянут войска.

— Вполне возможно. В любом случае тут они ощущают себя в ловушке. Словно загнанные в угол крысы. И вариантов выжить или остаться на свободе не видят. А вот скоростная лодка с запасами топлива и продовольствия — неплохой способ убраться, — согласилась с моими размышлениями Наталья.

— Ну, тогда вперёд, побурлачим, — поднялся я и запросил у Афины маршрут.

Она привела нас на кормовую часть верхней палубы. Там под брезентом, внутри технического помещения с оборудованием, закиданная сотней метров проводов, и находилась лодка. Быстро освободив её, вытянули на палубу и покатили вперёд.

— А как мы на нужную нам палубу её доставим? — задалась вслух вопросом Наталья.

— Хороший вопрос… — Я тут же переадресовал его Афине, и нам пришлось разворачиваться, тащить её на прицепе для лодок в сторону грузового лифта.

— Ну отлично! — разозлился Роберто и ударил по кнопке лифта, который, как назло, не работал.

— Не кипятись. — Я потянулся к карману и вытащил оттуда отвёртку.

Лифт это технически сложное сооружение, но его конструктивные особенности не менялись годами. Есть двигатель, есть рабочая панель. В случае скачка напряжения двигатели автоматически выключаются, дабы избежать несчастных случаев. Срабатывают стопоры. Уверен на сто процентов, что они в полном порядке, в отличие от рабочей панели. Запах палёного пластика я чую и отсюда.

Афина начала помогать чинить оборудование. Нормальный ремонт, конечно, был невозможен, но если удалить плату и запитать провода — лифт включался и ехал. Так мы и поступили.

— Наталья, смотри! Берёшь жёлтый провод, соединяешь с красным — включаются двигатели. Это займёт секунд двадцать. После этого к ним добавляешь зелёный — и лифт едет вниз. Я буду кричать тебе, чтобы ты понимала, доехали мы уже или нет. Коричневый — вверх. Ну а синий позволяет открывать и закрывать двери.

Я показал ей, что делать, и побежал в сторону лестницы, чтобы оказаться на следующем этаже.

— Стой! Ты куда? — удивилась она.

— Надо панели управления на всех этажах снять. Они везде перегорели. И соединить напрямую. А дальше уже твои провода заработают.

— Хорошо! Я пока схему нарисую… — Она тут же достала из внутреннего кармана ручку с блокнотиком и начала набрасывать схему, которая позже оказалась приклеена к стене рядом с торчащими проводами.

За десять минут мы не успели, зато не пришлось лодку на руках по лестнице тащить. Она весит не пару килограмм, между прочим. А я слишком молод, чтобы грыжу получить вот так на ровном месте.

Следом доставили и топливо из имеющихся на складе горючих материалов, припасов и оставили лодку на изучение наёмниками.

— Слышь. Это же ты, Листопадов? — Несмотря на балаклаву, прикрывающую моё лицо, меня узнали.

— Верно. — Я уже хотел было уходить, и пришлось внимательно следить за движениями рук наёмников.

— И я Листопадов, — зачем-то сразу влез в диалог Роберто.

Наёмник нахмурился и сплюнул на пол, после чего тяжело вздохнул и посмотрел на меня.

— То первое объявление… Насколько много в нём правды?

— Почти что сто процентов. Я вам не доверяю и не позволю мешать лайнеру. Поэтому я вас отпускаю. Могу дать подсказку и совет на будущее. Это, как правило, поздно замечают, либо погибают до того, как узнают.

— Какой совет? — склонил голову набок наёмник.

— Спасение и доставление в безопасное место мирняка — даёт очков достижений в разы больше, чем убийства зомби и разумных. Терминалы — оплоты будущего для человечества. Настанет время, когда сюда придут те, кто запустил этот апокалипсис. И тогда вы все, скорее всего, умрёте. Как и я. Но можно умереть без сожалений и забрав на тот свет множество этих тварей. Или же упиваться силой и сдохнуть как вшивый пёс, не сдержав и первой волны штурмовиков. Вы умеете убивать и выживать, посмотрим, сможете ли вы научить этому других, — кивнул я им и развернулся, чтобы уйти за периметр отданной им территории.

Рядом был кран для спуска на воду спасательных шлюпок, поэтому у меня не возникало сомнений, что очень скоро они покинут корабль.

— Зачем? — донеслось мне в спину.

— Что зачем? — напоследок, стоя у поворота во внутреннюю часть палубы, отозвался я.

— Зачем ты нам это рассказываешь? Мы ведь пришли убить тебя…

— Потому что если вы прислушаетесь к моим словам, то спасёте многих людей. И я получу за это очки достижений. А за них можно не только оружие да аптечки купить. Если выживете в этом аду — узнаете. Лучшего времени для того, чтобы показать, чего вы стоите на самом деле, уже не будет.

Я скрылся за поворотом и оставил следить за ними Афину.

Ну а у меня впереди было очень много работы.

Корабль практически зачищен, а я всё ещё проверял эксклюзивы двух других терминалов.

Солнце спешило к горизонту. Этой ночью наёмники уплывут, а мы остановимся на несколько часов сна, отдыха и подготовки к прибытию в порт…

— Афина, останавливаемся сразу, как только с борта лайнера будет виден берег.

«Другими словами, через сорок одну минуту. Принято».

— Интересно, изменятся ли мои сны? — с тревогой спросил я сам себя. Теперь, когда мой сон стал реальностью, хотелось бы хоть во сне отдыхать…

Какое это блаженство… спать и не видеть сны. Просто расслабившись, отдыхать, не переживая ни о чём. И не умирать… Один минус — рано или поздно приходится просыпаться. Вот и сейчас я сонный, опухший, но всё-таки счастливый сидел и хлебал кофе, слушая последние новости и отчёты.

Корабль официально можно назвать зачищенным. Остались места, в которых в теории могут находиться зомби, но туда не попасть из-за сломанных дверей, перекрытых проходов. Постепенно починим, разгребём, зачистим.

Люди разделились на многочисленные группы. Одни обеспечивают жизнеспособность корабля, чинят и ремонтируют всё, что указывается бортовым компьютером. То есть — Афиной. Другие очищают палубы от всего того, что вызывает ужас у нормальных людей. Эти отряды чистильщиков — добровольцы. И одни из самых уважаемых мной, бойцами и членами экипажа корабля люди. Мало кто согласится вычищать палубу от трупов за просто так. Они согласились. И капитан прямо сейчас обсуждал варианты «поощрения» этих спасителей чистоты и уюта лайнера. Ведь без них это место останется адом, и никто не захочет продолжать на нём путешествие. А ведь лайнер в разы безопаснее суши. Но это мало кто понимает.

Пока другие выжившие на планете будут озабочены постройкой укреплений, стен и частоколов, вышек и рвов — мы будем находиться в одном из самых защищённых мест на планете.

В целом, с приходом апокалипсиса жизнь замерла, а сейчас вновь закипела. Понятное дело, что всё ещё имелось несколько сотен раненых разной степени тяжести. Само собой, у многих поехала крыша, и они были на грани того, чтобы отправиться добровольно следом за погибшими в океан. Но было и много тех, кто, получив от судьбы удар по правой щеке, не стал подставлять левую, а поставил блок и занял боевую стойку. На таких людях и будет держаться планета. На них будет держаться всё человечество.

Ну и я, судя по всему, могу немного собой погордиться, ведь я сделал достаточно, чтобы итоговый процент выживших оказался на пятнадцать процентов выше, чем предполагала Афина!

Но не всё было сладко…

— Вот ублюдки… — Я закрыл телефон и отставил в сторону кружку кофе, отправляясь на палубу.

— Михаил, стой, ты куда? — шатаясь и сбивая проходящих мимо людей, танком попёр за мной Роберто.

— Ты видел видео? — не оглядываясь, спросил я у него.

— Да. Видел. Но всё же нормально, никого не убили! — попытался он остановить меня, но я был куда как решительнее его.

— Да насрать мне. Я ясно дал понять — не трогать людей. Это означает только одно! НЕ ТРОГАТЬ! Не избивать, не таскать по полу, не насиловать официанток!

— Там только один из них…

— Вот либо они его причиндалы пусть отрежут и акулам скормят, либо сами пойдут на дно к акулам! — Я спустился на пару пролётов вниз и вышел на той же палубе, где мы оставили лодку.

Лайнер стоял на якоре, впереди виднелись зелёные холмы и прибрежные скалы Кубы. Остров свободы… Скоро мы узнаем, как ты справляешься с этой напастью.

Что же касается ублюдков, они уже прицепили лодку к тросам и были готовы начать спуск на воду. Бегали, внося еду, воду, алкоголь… Оружие…

«Я проверила все камеры, шанс наличия у них взрывчатки — 0,05 %» — отчиталась Афина, успокаивая меня.

Но нет, я так просто не успокоюсь. Двинулся снова к лестнице и уже через минуту оказался у терминала. Проигнорировал «исследователей», что сидели в терминале и надиктовывали остальным, что там есть в продаже и по какой цене, а также характеристики оружия и всех прочих товаров. Это они молодцы — Афина эти данные себе потом в базы данных внесёт и этим мы сможем пользоваться в своих непростых буднях выживальщиков.

Я положил руку на терминал и очутился в таком знакомом и уже родном мире, состоящем из бесконечного пространства света… Меню, оружие, поиск…

— Нашёл… — протянул я руку и ощутил всю тяжесть полученного оружия.

Ну и что, что одноразовое? Ну и что, что стоит сразу двадцать пять очков достижений? Заработал я за это время намного больше. Так терминал ещё и оценил мои старания и мои шаги к увеличению числа выживших. Снова. Во снах у меня такой возможности особо не было, массовое спасение там было близко к какой-то фантастике. А тут… Шесть тысяч семьсот человек, если округлить, увидят новый закат и рассвет. Для нас даже пять тысяч было бы чудом и достижением. А здесь… Вон сколько людей выжило благодаря моим советам, переданным через радиорубку.

Осталось три сотни ОД, но их я не тратил. Планировал накопить на одну прелесть, найденную в башне с терминалом вместо телескопа. Там был, мать его, пулемёт с генерацией патронов в коробе! А в библиотеке — огнемёт! Тоже с бонусом удивительным. Он был монтируемым практически на что угодно. Какая-то хитрая схема крепления. Хоть на руку, хоть на стену… Надо брать, я считаю! Жаль, не хватает четыре сотни до огнемёта и семь сотен до пулемёта. Буду продолжать зарабатывать и копить. Этот эксклюзив в разы круче дробовика, по одной простой причине. Он был и является технологией перспективных разработок. Одним словом — из следующего поколения. И его эффективность была в разы выше, чем у других аналогов.

Отлип от терминала со своим «дружком» и пошёл к борту, с которого собирались отплывать гады. По дороге услышал шум опущенной на воду лодки и крики, подгоняющие оставшихся наверху наёмников. Те быстро и ловко скинули аварийную лестницу и по ней заскользили вниз.

Затарахтел двигатель, готовый отправить их на встречу с Островом свободы. Я подготовил оружие, выпрямил, взвёл прицел. Положил на плечо свой противотанковый комплекс с тепловым наведением, взял отплывающую лодку в прицел и, дождавшись, пока они удалятся хотя бы на тридцать метров, нажал на спуск. Перед самым выстрелом противная шрамированная морда насильника повернулась в мою сторону. Жаль, с такого расстояния не увидеть выражения его лица.

ФЬЮТЬ…

БАБАХ!

— Будете знать, гниды, как насиловать тех, кто не может защититься от ваших нападок, — зло сплюнул я и развернулся в сторону Роберто. — Что?

А рядом удивлённо стояли, хлопая ушами, шокированные члены экипажа и пассажиры.

— Или мне разрешение надо было спрашивать? — спросил я своего телохранителя, всё ещё оставаясь в не самом хорошем расположении духа.

— Ничего… Ублюдками они были. Ублюдками и остались. Ублюдками и погибли. Давай сюда эту штуку. Её надо держать под замком, во избежание нежелательных ситуаций на борту… — Он протянул руку, и я, не сильно сопротивляясь, отдал ему бесполезную без боеприпасов трубу.

— Она одноразовая.

— Но её можно перезарядить… Надо создать области, недоступные для тех, кто не входит в нашу команду зачистки и спасения.

— Создадим. Вот прямо через час и начнём.

— Почему через час? — удивился он и повернулся в сторону примчавшейся и запыхавшейся Натальи. Да и другие члены «правления» начали выскакивать на палубу.

— Потому что быстрее мы это всё не согласуем, — кивнул я в сторону нынешнего капитана корабля.

Народ вокруг смотрел на меня с опаской и тревогой, поэтому мне пришлось сперва прикрикнуть на них, чтобы возвращались к работе, а после и самому покинуть нос судна, дабы люди не отвлекались.

— Афина, когда мы закончим наладку судна и будем готовы пришвартоваться в порту?

Моя помощница бодрым голосом ответила мне, что мы можем отправиться хоть сейчас. Все критические повреждения и нанесённые алым затмением сбои в работе электроники были практически устранены. Оставалась лишь всякая мелочь. Люди с этим за час-полтора полностью справятся. А вот сами люди — вымотались. И если я уже успел пару часиков подрыхнуть, то вот всех прочих ещё нужно было отправить спать.

Этим вопросом я и задался. Ибо склады с ништяками не ждут. Плыть туда часа два. А ночь наступит уже через три.

На капитанском мостике. Спустя час

Пятнадцать человек, пятнадцать экспертов и советников ломали голову и никак не могли прийти к единому решению.

Я взял очередную чашку кофе и посмотрел на спорящих. Три группы, в одной шесть человек, во второй четыре, и в одной пять. Моя группа была самой многочисленной. Я, Роберто, Наташа, белобородый дед-гигант, мистер Коннор и бразилец Фернандо.

Деда здоровяка звали Гариком. Если точнее, то Гарри Свенсон. Он на пару с Коннором пыхтели как пароходы, чем изрядно раздражали некурящих. Бразилец Фернандо тоже был здоровяком и тоже дедом, отчего довольно быстро с ними сдружился. Три старых боевитых прожжённых бойца на удивление легко приняли новую реальность и согласились со всем, что предлагала «сопливая молодёжь» в лице меня, Наташи и Роберто.

В противовес нам была четвёрка начавшего набирать власть последнего из рода Амишей. Пока я то воевал, то спал, он создал свою фракцию и начал заниматься популизмом и продвижением идей, которые интересуют простых и не особо думающих наперёд людей. Это была та самая оппозиция, которая требовала больше свобод, больше исполнения обязательств, защиты, и в целом прислуживания им со стороны персонала. Это их бесящее всех «МЫ СЧИТАЕМ…» уже зудело в ушах. Требования были тупыми и не выдерживали критики, если знать и принимать на веру весь тот ад, что я рассказывал людям. Но оказалось, что не все в это верят. Или хотят верить.

И я их, что самое главное, понимаю. Вчера две трети этого лайнера были крутыми, богатыми, успешными мужчинами и женщинами в этом мире. И никто из тех, кто поддерживал популистские лозунги Амиша, не хотел верить, что всё закончилось. Теперь они не исключительные люди, ради чьих желаний плясали остальные, а подневольные, которые будут выполнять за еду самую тяжёлую и грязную работу. Тяжело смириться с тем, что больше мир не вертится вокруг тебя. Надеюсь, время и реальность раскроют им глаза, и они превратятся из зловредных элементов сообщества в тех, кто своим усердием и светлыми головами поможет нашему миру преодолеть кризис.

Последняя группа набралась из числа нового командира корабля Идриса, Хвана, начальницы отдела размещения Анастасии и ещё двух помощников, включая главного инженера. Это была группа консерваторов и рационалистов, которая по максимуму желала избежать любого возможного риска и стремилась поддерживать тот уровень власти и авторитета, что был у капитанского мостика до апокалипсиса.

Я же был расслаблен и не особо парился. Ну, нашлись крикливые «фомы неверующие». Ну, затворники нашлись, которые не желали рисковать и заходить в порт. Это всё — ожидаемо. Поэтому я позволил им выплеснуть свою энергию и размышления на общий стол. Пусть проорутся, предложат свои гениальные мысли. А после того, как их заткнут оппоненты, доказав, что их гениальный план близок к абсурду, я и внесу ясность в весь этот фарс. Тем более что с капитаном корабля у меня есть джентльменское соглашение.

Ещё один важный нюанс, который позволял мне не париться, а ухмыляться, смотря на этого индусика, который в отличие от Лакшита был далёк от того, чтобы заслужить моё уважение, — это оружие. Оружие было у членов экипажа. Оружие было у тех отрядов, с которыми мы зачищали корабль. И оружие это стало символом своеобразного военного братства. Мы воевали и проливали кровь и с уважением относились друг к другу. А вот у фракции мажоров, которые слишком дрожали за свою «дворянскую шкуру», оружия не было. По крайней мере огнестрела.

Сейчас я слушал, как первый помощник нового капитана разносил в хвост и гриву план мажорчиков по возвращению в порт Майами. Тут и риски, и безопасность, и угроза выживших суден береговой охраны, которые в случае начала боевых действий будут уничтожать потенциальные источники угроз.

— А ТАК КАК ПРОШЛО ВСЕГО ЛИШЬ ХРЕН ДА НИ ХРЕНА С НАЧАЛА ЭТОГО… НЕ ПРИ ДАМАХ БУДЕТ СКАЗАНО! ОНИ БЛИЖАЙШИЕ ПАРУ ДНЕЙ, А СКОРЕЕ НЕДЕЛЬ, БУДУТ УНИЧТОЖАТЬ ВСЁ! Я ЗНАЮ! Я СЛУЖИЛ! — он доказывал, что самое глупое, что мы можем сделать, это во время кризиса переться в страну, в которой количество оружия и стволов в пять раз превышало количество жителей до алого затмения.

И я был с ним согласен. В ближайшее время США станет самым стреляющим регионом мира. Ведь если даже половина выживет, то на каждого в среднем будет приходиться десять единиц оружия и тысячи боеприпасов. И это без учёта армии. С учётом этнических групп и любви к погромам, есть риск того, что густозаселённые области США станут самым большим и опасным сборищем банд и кланов.

Мексика и другие страны центральной Америки в этом плане не сильно лучше. Банды, наркобароны кругом… Картели быстро начнут захватывать города, области и целые регионы. Настанет эпоха сотен микрогосударств, и в национальные силы полиции и армии этих стран как-то не сильно верилось. Бразилия, Аргентина, Венесуэла, Колумбия — везде у них будут примерно те же самые проблемы. И пока все ломали голову, в какой из портов плыть (хотя тут, понятное дело, и выбирать нечего — нас ждёт крупнейший порт Кубы), я думал над более глобальным вопросом.

Что мы должны и будем делать дальше, после остановки на этом чудесном острове? Пополним припасы, подберём, возможно, людей… А дальше что? Насколько хватит топлива корабля? Как организовать его дозаправку? Если что-то и планировать, то исходя из этих данных.

Чтобы не влезать в бесполезный разговор на повышенных тонах, я открыл телефон, заряд батареи которого достиг пятидесяти двух процентов. Ещё день-два — и подзарядить придётся. А лучше это сделать пораньше… И вообще, аккумуляторы сейчас нужны как воздух. В общем, все свои вопросы я адресовал Афине, написав банальную заметку в телефоне. Рядом возник ещё один файл, открыв который, я получил ответы на свои вопросы.

Тут же взял листик и ручку и начал выводить на бумаге все данные, чтобы творческим процессом обеспечить свои мозги светлыми мыслями. Иначе говоря — так проще думается.

Значит, запас хода при полных баках на лайнере — месяц. Двигатели — последнего поколения, что немудрено, и довольно экономны в сравнении с прошлыми моделями, что позволило уменьшить их размер, вес и хранящиеся на борту запасы топлива. На лайнере установлены и ожидают починки многочисленные энергосберегающие элементы, а крыши многих номеров и помещений на верхнем ярусе оборудованы пусть и скромными, но солнечными панелями. Особого толку от них нет, но это позволяет сэкономить до тридцати процентов электроэнергии, требуемой для освещения лайнера. В целом — нужно определить рациональное использование электричества, отключить всё ненужное и прожорливое оборудование, настроить освещение так, чтобы расход энергии стал ещё меньше. Это позволит сэкономить энергию, вырабатываемую электрогенераторами и, как следует из этого, — топлива. В целом, свободно плавать бесконечное количество времени не выйдет, и в какой-то момент придётся пришвартоваться. Где это сделать? Где наш плавучий город навсегда станет на якорь и начнёт превращаться в плавучую крепость?

Вопрос хороший… При скорости 24–25 узлов в час корабль может проплыть больше тысячи километров в сутки. Так что, технически, мы можем добраться до любого места на планете. Естественно, с условием, что там будет порт, который сможет нас принять.

Если рассуждать с точки зрения выживальщика, который просто хочет пережить этот ад, — нужно выбирать небольшие островные государства вроде Новой Зеландии, Мадагаскара, Исландии, той же Кубы или что-то в этом духе. НО! В этом случае в какой-то момент я и выжившие упрёмся в потолок и перестанем развиваться. Перестанем уничтожать угрозу. Собирать очки достижений и готовиться к новой напасти. А это путь в никуда. Увы. Мы будем вынуждены рисковать, набирать силу, собирать выживших. Армию, в конце концов. И строить крепости, бастионы, убежища… Это всё лучше делать там, где выживших больше, и в хаосе анархии мы сможем развернуться как никто другой.

— Какой же сложный выбор… — тяжело вздохнул я, и на меня посмотрела сонная Наталья.

— Что?

— Нет, мысли вслух… — махнул я рукой и открыл на телефоне карту.

Само собой, я уже подключил своего величайшего анализатора в лице Афины, и она выдала мне несколько вариантов размещения основной базы, исходя из моих запросов. И, к моему сожалению, все эти варианты были лишены творческого и изящного решения.

Более того, из-за отсутствия оперативной информации об обстановке на местах она не могла точно сказать, какой из предложенных ею планов — лучше прочих. В основном она отправляла меня либо в Китай с Японией, либо к Панаме, либо к другим густонаселённым регионам, где мне придётся проложить свой путь через кишки и кровь врагов моих. Из экстравагантных вариантов, предложенных ею, были Турция с Крымом, Ирландия и острова в Средиземном море вроде Сардинии, Сицилии, Мальты и прочих. Оттуда, мол, можно на лайнере в любую точку Европы рейд совершить. А вот Северную и Южную Америку она не особо рекомендовала. Разве что, опять же, Карибские острова предполагались как неплохое место для размещения базы, но с учётом слабой инфраструктуры эти места имели и довольно явные минусы.

Буду рассуждать логически. Не будь у меня корабля — я бы предпочёл места вроде России или Казахстана. Мало людей на километр. Возможность продвигаться шаг за шагом, зачищая города и подчиняя под своей рукой разделённые напастью территории. Но я бесконечно далёк от этих мест. В то же Чёрное море плыть — можно опоздать, и там по прибытии уже будет куча местных группировок.

Привлекателен вариант Австралии. Этот континент будет легче всего зачистить и избавить от мусора. Но вот дальнейшая экспансия вызывает вопросы. Тем более что количество населения этой страны-континента — чрезвычайно мало. Этот путь будет успешным на первый взгляд, но практически невозможно будет противостоять истинному врагу, когда придёт время.

Европа… Вот уж где бы я меньше всего хотел застать апокалипсис. Её внешнее единство, как только начнётся хаос, столкнётся с бюрократическим адом и проволочками. Каждая страна будет воевать сама за себя. А затем и «помогать» соседу. Бойня, разруха, погромы мигрантов. Мракобесие… Но вместе с тем — если суметь подчинить её, спасти хоть отчасти и начать готовить города, крепости и всё прочее к обороне — шанс выстоять есть. И он действительно большой. С учётом высококлассных специалистов, что могут восстановить умершие вчера производства, возможно даже наладить промышленность. А это — дорогого стоит.

Китай для меня в этом плане — тёмная лошадка. Он может как выстрелить апокалипсису в колено, так и стать тем, кто создаст орды зомби и мёртвые многомиллионные города. Разве что Индия и соседние Пакистан с Бангладешем имеют больше шансов превратиться в мировую столицу зомби-угрозы.

И есть Америка. Худший по всем прогнозам регион. Но стоит учесть и другие моменты… Зомби быстрее всего уничтожат в США — тут я, сколько бы ни критиковал их, а вынужден принять этот факт. Слишком много любителей оружия. Если бы зомби-инфекция ещё распространялась — было бы сложнее. Ну а так… Скоро начнётся эра кланов и городов-государств. И начнётся она быстрее всех в этом мире именно тут. А значит, стоит лишь обуздать эту огнестрельную мощь, и весь мир будет у ног американцев.

Насчёт ядерного оружия я не переживаю. С учётом того, что пришельцам и зомби на него насрать — оно может убить лишь людей. А этой дуростью никто заниматься не станет. Тем более что бо́льшая часть комплексов, способных доставить боеголовки на территорию врага, использовали спутниковые методы наведения и сложную электронную технику для запуска. Даже в Северной Корее. И вся эта техника вместе со спутниками успешно сдохла. И уже не воскреснет. Так что технически запустить ракету кто-то сможет. Но практически нанести прицельный удар — нет. А если и будут случаи на планете — то это единичные казусы.

Я был свидетелем сотен, тысяч попыток человечества из других миров противостоять внешней угрозе. И все они заканчивались провалом. Действовать «как обычно» — это тоже путь в никуда.

Надо сделать что-то, чего не было в моих снах. Создать новое поле боя или новые условия, которые нашим врагам окажутся не по зубам. Если так подумать, то за эти двенадцать лет кошмаров я видел множество вариантов атак и штурма позиций людей. Но никогда мы не шли на штурм тварей. Почему? Потому что их база или точки их появления оказывались вне досягаемости наших войск? Возможно… Они обладают технологиями, о которых люди ещё многие годы могут лишь мечтать? Факт. Они близки по своему строению к роевым насекомым — это не секрет для меня.

Они атакуют повсюду. На земле, с воздуха, под землёй… Но наша планета, хоть и называется «Земля», — по большей части состоит из воды. И сколько бы я ни воевал с тварями — одна непреложная истина почти всегда использовалась людьми в сражениях. Водные преграды. Реки, озёра, рвы и каналы. Твари штурмовали мосты. Твари перелетали, десантировались и падали с неба. Твари бурили тоннели под землёй. Но никогда не шли вплавь на нас.

Вода… Человек без неё быстро умрёт. Быть может, и для врага нашего она станет причиной погибели.

Сколько я ни пытаюсь вспомнить свои сны… Я не помню, чтобы твари дружили с водой. Бывало, что они перешагивали неглубокие каналы в броневых шагоходах. Бывало, что собирались толпой в какой-то плоский бот, и он выстреливал по воздуху над водяной поверхностью. Бывало, что воздушники-твари хватали своих сухопутных уродцев и перетаскивали через опасную и страшную водную преграду.

Хм… Не могу обещать этому миру спасение. Но дать бой тварям — это легко. Такой бой, что они запомнят наш мир навсегда. И даже если мы падём — будут с ужасом вспоминать. Вы, твари, не представляете, насколько чудовищно изобретательным может быть человек. Особенно. Загнанный. В угол.

— Ладно, утихните уже, умоляю, я свои собственные мысли не слышу.

— О! А вот и наш супермен очнулся. И что ты нам скажешь, мистер вооружённый тиран? — тут же начал пытаться меня подначить индус.

— Тиран? Ха-ха. Спасибо за комплимент. Тираны в новом мире добьются многого, — с усмешкой ответил я ему и посмотрел на Идриса. — Прекращаем спор. Мы обязательно съездим к берегам США и высадим всех желающих искупаться в демократии на берег. Но позже. В лучшем случае через неделю. Сейчас они, как верно заметил мистер Веласкез, будут стрелять по всему, что движется. Пусть немного подуспокоятся. Мы же за это время причалим, закрепимся, соберём всё, что нам надо, и двинемся дальше в путь.

— Хм… — Идрис понял, что я что-то задумал.

И сейчас наверняка терялся, думая, стоит ли это обсуждать на нашем расширенном собрании или всё же с глазу на глаз.

— Остановка в порту Кубы займёт от одного до трёх дней. Посмотрим, как оно пойдёт. После чего выйдем в море и будем решать, куда направиться дальше. Вариантов много — думать будем исходя из полученных и добытых ресурсов. Наша главная задача — автономность корабля и способность совершать длинные путешествия. И да, как и предложила ваша уважаемая группа, — я посмотрел на индуса, — мы предоставим возможность всем желающим досрочно покинуть борт корабля и отправиться в ближайший крупный город с аэропортом, дабы вы все могли долететь до дома и встретиться в это тяжёлое время с родными и близкими.

Наташа, судя по уголкам губ, уловила-таки сарказм в моих словах. Роберто же явно ничего не понял, капитан задумался, а индус со своими «фомами неверующими» победно улыбнулись.

— Я рад, что вы решили не наживать себе врагов. Сила и власть тех, кто находится на этом судне и стал заложником этой чудовищной атаки, — не то, с чем вы можете пренебрежительно обходиться. И я, как истинный и великодушный Амиш, согласен простить и забыть ваше пренебрежительное отношение и атаку, совершённую в момент высочайшего стресса. Я понимаю, что вы были взвинчены, и мне хватит ваших извинений.

— Чудесно! Премного благодарен, — расплылся я в улыбке, едва сдерживая смех. — Давайте закончим на этом обсуждение наших дальнейших планов и перейдём к подготовке швартовки судна. Вы ведь спутниковыми технологиями пользовались для этого? — посмотрел я на Идриса.

— Да. И это не работает. Твоя помощница говорит, что спутниковые технологии безвозвратно потеряны.

— Увы, это так. Но не переживай. Афина — мультизадачная и адаптивная. Она без проблем заменит утраченные технологии и добьётся филигранной стыковки. Верно, Афина?

— Безусловно! Это элементарнейшие расчёты, — появилась она в виде изображения худенькой двухмерной девицы на главном экране капитанского мостика.

— Вот и здорово. Уважаемые коллеги, швартоваться будем в ближайшее время или поутру?

Все начали обсуждать и в итоге пришли к единому решению об утреннем заходе в порт. Я лишь кивнул и попросил Афину распланировать маршрут нашего путешествия и общий подъём в пять утра. Мы должны быть готовы заранее к выходу на берег.

Наглый Амиш решил, что вправе требовать от нас оружие, на что получил лишь смешки от Роберто и членов группы капитана.

— Нет, прости. Мы можем обеспечить вам защиту, но не станем давать такие опасные игрушки. Вдруг кто-то из вас, важных и серьёзных шишек, решит, что всё это стресс и его надо залить алкоголем, а потом начнёт пьяную пальбу во все стороны?

— Вздор! — задрал нос индус.

— Тогда, может быть, уговор? — хитро улыбнулся я.

— Какой ещё уговор?

— Я раздаю в равных частях оружие между всеми группами, но если кто-нибудь из тех, кто яро поддерживает вас, применит его против других выживших не в качестве самообороны, то я отрезаю тебе палец. За каждый выстрел. Идёт? Уверен, что твоя достопочтенная публика сплошь и рядом истинные джентльмены? — усмехнулся я, а Амиш посмотрел на пальцы, после чего демонстративно обиделся и не стал принимать моё пари.

Понимаю. Я вообще много чего понимаю. Но не всё прощаю. И не на всё ведусь. Через неделю из его «партии родившихся с золотой ложкой во рту» дай бог половина согласится ступить на берег. А тем, кто всё же решится и попрёт смело навстречу своей судьбе, — скатертью дорога. Мне эти бесполезные лодыри, жрущие за троих, даром на корабле не нужны. На их место я без проблем найду выживших, которые с огромным удовольствием станут частью экипажа нашего лайнера Viva Nova 2.

А там потихоньку-помаленьку и свой план я начну реализовывать. Не знаю, сколько у меня времени, но сильно удивлюсь, если вторая фаза начнётся раньше, чем через год. Ведь по сути — мы должны уничтожить сперва всех зомби. Затем друг друга, и уже тогда, когда человечество будет грызть друг другу глотки за последние останки прошлой цивилизации, придут эти уроды собирать урожай. А люди, какими бы ни были, а так быстро друг друга попросту не уничтожат. Как минимум из-за наследия прошлой эпохи — лени.

Мы занялись более насущными вопросами и обсуждениями, при помощи Афины сделали 3D-модель лайнера и разделили его по зонам, исходя из нового статуса членов экипажа и пассажиров. Некоторые части лайнера меньше пострадали, некоторые больше. И потому всех людей требовалось расселить более-менее равномерно, и при этом организовать работу кухни, прачечной и всего остального. Даже если скоро мы отправимся на берег — каждый должен знать своё рабочее место во время путешествия по морским просторам.

Отдельно обсудили, уже без «мажорчиков», политику в отношении оружия и терминалов. С учётом возникшего между мной и капитаном взаимного доверия, решили, что нам главное — не допустить опасного оружия в чужие руки. Как это с наёмниками было. Поэтому все области, где имелись терминалы, мы закрывали и замуровывали. Вход в это место контролировали сразу двое вооружённых людей — один от фракции капитана, один с моей стороны. Вход туда был возможен только по согласованию и при наличии права входа. Взять разрешение можно было у Идриса, либо его помощников, что присутствовали здесь сейчас, либо у меня и моих помощников. Всё взятое вооружение и прочие приблуды вносились в журнал под роспись.

Отдельно обсудили заход в порт и распределение обязанностей на время высадки нашего круизного десанта. Решили так: из двухсот сорока человек, владеющих огнестрельным оружием, пятьдесят — остаются для охраны лайнера. Сорок человек — в резерве. А остальные сто пятьдесят делятся на три равных отряда и направляются в сторону терминалов для захвата, зачистки и получения контроля над портовой зоной. Рядом имеется несколько городков разного размера, и возможно прибытие гостей. Всё-таки лайнер — это не иголка, и так просто его не спрятать. К здоровенной шумящей хреновине обязательно припрутся и зомби, и выжившие, жаждущие спасения.

— Поэтому действуем быстро, стремительно, решительно. В каждом отряде должны быть испаноговорящие. Никто из отряда бойцов не будет таскать грузы и отвлекаться на поиски добычи — этим должны заняться другие люди. И эту часть головоломки я с удовольствием оставлю на тебя, мой друг. Кому, как не бравому морскому волку, Идрис, заниматься кораблём? Как я и говорил: моё дело — война, а твоё — обеспечение лайнера. Готовьтесь также к приёму беженцев, это в любом случае произойдёт. Если мы сможем закрепиться и отразить натиск зомби, или если они вдруг по какой-то причине не придут, мы задержимся. Если же будут лезть и лезть — у вас будет очень мало времени на сбор припасов. Мы не станем рисковать всеми нашими бойцами ради жрачки и туалетной бумаги, которых хватит на неделю.

— Хорошо. Я разобью отряды и команды. Не переживай. Наш пит-стоп будет таким же быстрым, как на Формуле-1.

— Хотелось бы. Ориентировочное время прибытия в порт — шесть утра. В пять утра — брифинг с командирами. В пять тридцать — командиры доводят информацию до членов отрядов. Всё, а теперь всем спокойной ночи. Я пойду досыпать. Мне трёх часов явно не хватило, и в ближайшие сутки вряд ли кто-то из нас сможет дрыхнуть. Так что это последний шанс выспаться и перезарядить батарейки в организме, — попрощался я со всеми и, убедившись, что новых вопросов не последует, вышел с капитанского мостика.

— Михаил, стой, — догнал меня Идрис. — Что с индусом этим долбаным делать будем?

— Мы? — удивился я. — Ничего. Зачем нам тратить силы и энергию на этих паразитов.

— Но они же жрут, срут, пьют, ни хрена не делают и делать не будут.

— Увы. Главное, чтобы не мешали — они станут примером для всех здравомыслящих, когда придёт время спускаться на берег в США. Готов поспорить, что первый из них умрёт ещё до того, как мы потеряем их из виду.

— Как так? — удивился Идрис.

— Считай, что я учусь предсказывать будущее. Недели американцам хватит для того, чтобы воспрянуть духом и начать убивать всё, что неправильно шевелится. А что не шевелится — пошевелят сами и затем убьют. Вот увидишь. Участь их будет очень и очень незавидной. И это станет сильнейшей мотивацией для всех, кто останется на борту. — Я попрощался с ним, оставив в недоумении.

Пожалуй, высадим их между Техасом и Флоридой. Поближе к городу с аэропортом. Уверен, там найдётся достаточно добрых людей, что с радостью подбросят их до ближайшего самолёта. Прямо уверен в этом. Люди ведь не могут быть такими дикарями и использовать силу и оружие не для помощи друг другу, да? Не могут, верно?

Отправился спать по привычке именно в свою каюту. Шикарные апартаменты, которые должны были приносить уют и чувство наслаждения круизом. Скоро я их лишусь. Увы. Когда выживших на борту станет столько, что в каютах они будут спать как в плацкартных вагонах, мне совесть не позволит одному дрыхнуть в таком огромном номере. Все эти ВИП-номера переделают. Доставят кровати, поселят по десять, а может, и больше человек. И я не собираюсь становиться исключением из правил. Скорее всего, переселюсь поближе к капитанскому мостику. Займу маленькую каюту для экипажа, но одноместную. Возможность побыть одному и не слушать храп соседа — и будет моей привилегией.

Я вошёл в номер, даже несмотря на потерю электронного ключа. Это нормально, ведь все они были отключены и не работали. Во-первых — сбой электроники произошёл. Во-вторых, мы решили их и не чинить. Электричество медленно, но верно будет становиться дефицитом. И лучше бы нам заранее начать заботиться о завтрашнем дне.

Я скинул с себя кучу одежды, и прежде чем падать в кровать, решил всё-таки принять душ. Думаю, я заслужил право смыть с себя грязь, пот и кровь.

Вода била по моим уставшим за этот безумный день мышцам. Глаза закрывались. Видимо, моему мозгу очень понравилось спать без сновидений. Иначе я не могу понять, почему меня так тянуло зевать и поскорее занять уютную постель.

Выключил воду, обмотался полотенцем, подсох и вышел из душевой. Хм… Что-то не так.

— Кто здесь? — задал я вопрос, пытаясь медленно приблизиться к выключателю, чтобы добавить света этой тёмной комнате.

— Чего ты кричишь? Я это, — раздался сонный голос из района кровати.

— Наташа? — удивился я и наступил-таки голой пяткой на остатки разрушенной мебели. — Ай, блин…

Порядок в апартаментах после нашей подготовки к сражению с зомби никто не наводил.

— А кого ты ещё ожидал? Качка своего? Охранника? — засмеялась она, а затем сладко зевнула. — Моя комната стала походить на декорации к фильму ужасов. Так что спать я там не буду.

Я наконец-то нашёл выключатель и добавил света. Наташа сидела в кресле возле кровати, практически раздетая. Свой военный камуфляж она аккуратно сложила на прикроватной тумбе, оружие стояло там же, прислонённое к стене. Она лениво закрывала лицо от яркого света, демонстрируя мне свои длинные ножки и страшное для любого мужчины оружие — подтянутую грудь.

— Эй, это же моя майка. И шорты мои. Даже тапочки… — удивился я.

— Вот ты жадина… — Она поднялась с кресла и направилась в сторону душа.

По дороге стянула майку, демонстрируя прелесть атлетичного и ухоженного тела. Майка полетела мне в лицо, а пока я ничего не видел, красотка ещё и шорты мои стянуть успела.

— Воды хоть не жалко?

— Да на здоровье, — с трудом сопротивлялся я её формам и изящным изгибам тела, продолжая смотреть в её наглые глаза.

— Хм… Я думала, ты будешь куда как активнее, — удивилась она и отправилась за дверь, закрывая её на защёлку.

Я выключил свет и лёг в кровать. Даже не знаю, есть ли смысл пытаться уснуть?

Через семь с половиной минут выяснилось — нет.

— С врагами ты справляешься на раз-два. А как насчёт помощи союзникам? — Наташа вернулась и легла на кровать, медленно стягивая с себя большое банное полотенце.

— В одиночку этот мир не спасти. И я всегда готов протянуть руку помощи.

— М-м… Мне, знаешь ли, не совсем рука нужна, — придвинулась она ко мне. — Мне холодно, союзник.

— Сейчас согрею…

— Бр-р-р… Что это? — скривился я, выпив глоток из отобранной у Роберто кружки.

— Кофе! — ответил мне мой мексиканский друг настолько бодро, что аж противно.

— А почему такой ужасный? — удивился я, не узнавая в этой гадости полюбившийся напиток.

— Так ведь холодный! — развёл руками Роберто и внезапно замер, а глаза его сузились, будто он великий хищник, что обнаружил свою долгожданную добычу.

— Да? — Я по инерции задал вопрос, хотя понял, что качок уже мыслями где-то в другом месте.

Проследил за его взглядом и неслабо так улыбнулся, увидев впереди двух красавиц, с которыми мы куролесили ещё день назад. Те как испуганные цыплята шли куда-то, стесняясь и с опаской пытаясь выяснить что-то у прохожих.

И тут им навстречу вышел, аки принц на белом коне, мексиканский мачо. Ох, как они обрадовались. А когда и меня взглядом увидели, да ещё и всего такого красивого, в военной экипировке да с оружием наперевес, так и вовсе начали в открытую вести огонь по нам. Стреляли глазками только в путь.

— Что-то мне не нравятся эти губастые, — с холодом в голосе произнесла появившаяся рядом Наташа, отобрала у меня стакан с кофе и сделала глоток.

— ПФ-Ф-Ф-Ф! Это что?

— Кофе.

— А почему такой ужасный?

— Так ведь холодный! — рассмеялся я и пошёл в сторону конференц-зала, где через пять минут должно было начаться собрание с командирами групп.

Красавицы хоть меня и заметили, но холодный взгляд Натальи остудил их радость встречи, а её загребущая рука, схватившая мексиканского мачо за воротник, утянула бывшего телохранителя на собрание. А красотки вновь остались одни одинёшеньки, выискивая тех, кто защитил бы их от напастей нового мира.

Мне было забавно наблюдать за Натальей после нескольких часов «помощи союзнику». Забавно и интересно. Как она себя поведёт в дальнейшем? Будет ли она строить из себя ревнивую «жёнушку»? Само собой, я не верю в чувства от такой, как она. Разведчица, что свела с ума десятки бедолаг за время своих миссий. Но тем не менее — всё это фантастически интересно наблюдать из первого ряда. Она ведь специально сейчас ревность продемонстрировала. И тут два варианта — либо она надеется, что я молодой и зелёный и быстро поплыву и сдамся её чарам. Либо понимает, что со мной так просто это не случится, и играет на публику. С её стороны — оба варианта логичны. Я же в любом случае в накладе не остаюсь. Наташа действительно профессионал. Её навыки за эти пару часов меня не раз удивили. Интересно, этому тоже не спецкурсах разведки её обучили? Или это природный дар? Или практика?

«Я взломала досье Натальи. Могу вывести вам общее число её половых партнёров. Из подтверждённых», — пришло уведомление от Афины.

Нет, спасибо. Мне это не интересно. Будь там цифра один, два, три или сто три — это моего отношения к ней не изменит. Уж точно не за цифры в этом досье я буду всесторонне оценивать её.

Мы вошли в зал и дождались последних командиров. Всего вышло двадцать четыре человека, плюс командир корабля двадцать пятый.

— Рад всех приветствовать. Пожалуй, сразу перейду к делу. — Я активировал проектор и вывел на стену подготовленную Афиной карту-схему порта.

Как-то так само собой сложилось, что каждый отряд состоит из десяти человек. Пять отрядов объединяются в группу. И такими вот кулаками из пяти отрядов, по сути — маленькой ротой солдат, мы и шли в бой. Каждый со своей задачей.

Из наших главных достижений — мы сумели полностью экипировать двести тридцать человек после зачистки судна. Десять человек были в «домашней» экипировке. Последний зомби был обнаружен и убит как раз во время ночного совещания. По этому поводу Афина даже объявление сделала по лайнеру, что вызвало волну восторга и радостных криков.

Но сразу скажем, что экипировать бойца в нашей обстановке — это не то же самое, что экипировать обычного пехотинца в армии. У нас нет палаток, сухпайков и сапёрных лопат. Но у нас у каждого есть минимум одна единица огнестрельного оружия. Три-четыре магазина к ним, но не меньше пятидесяти патронов. На каждое отделение, каждый десяток имеется в среднем по две-три гранаты. Но они только у знающих, как обращаться с ними, людей. Лежат себе тихонько подсумке. Обязателен комплект военной амуниции свободного образца, индивидуально многие брали шлемы и бронежилеты. А вот что было обязательно — так это балаклавы или шарфы, закрывающие лицо от возможного попадания крови зомби. Ну и само собой — холодное оружие.

С холодным оружием пока что, к сожалению, единого стандарта мы не выработали. Было всякое — и мечи с щитами за спиной, и трезубцы, и сабли, и шпаги, и алебарды. Каждый брал что хотел. В будущем, конечно, придётся это дело исправить, так как слишком много различного оружия может привести к провалам и слабым местам в ближнем бою. Но это у нас остаётся задачей на «вот доживём, а там и займёмся».

Кроме этого, у командиров в обязательном порядке на свой десяток была одна средняя, две малые аптечки и два чудодейственных эликсира от всех гадостей, что только могут попасть в наш организм. Хотелось бы больше — но мы и так огромное количество очков достижений потратили на «мирных жителей», получивших раны и увечья. За наши траты мы получили неочевидный бонус — доверие пассажиров и членов экипажа.

«Офицеры» получили кучу информации и даже распечатанные карты порта. Схему нашего входа. Цели и задачи каждого отдельного «кулака» и входящего в него десятка.

Мы выделили территорию, за которую выходить не будем, даже несмотря на имеющиеся там склады. Наша цель — четыре огромных комплекса, и мы должны зачистить их и удерживать любой ценой. Нас всего лишь сто пятьдесят человек, и нам придётся держать оборону на довольно большой площади.

— Как обстановка в порту, мы узнаем, только когда подплывём. То, что в соседних городах хаос и вакханалия, — и так понятно. Мы привлечём внимание и в любом случае окажемся под атакой. Но никто не знает, будут ли нас атаковать десятки, сотни или тысячи зомби. Никто не знает, присоединятся ли к нам тысячи выживших. И мы не знаем, нет ли поблизости армии Кубы, которая посчитает нас террористами-агрессорами. Будьте начеку. Используйте укрытие. Быстро и оперативно передавайте по цепочке информацию для штаба. Мобильная связь умерла, раций мало. Бьют они на небольшое расстояние. Поэтому я выдам их, лично убедившись и настроив каждому командиру десятка перед самым десантированием. Всем всё понятно?

— Так точно!

— Ну, тогда удачи нам. Все свободны. Берегите бойцов. Если мы поймём, что не справляемся, — отступим на корабль и перегруппируемся. Геройствовать просто так — не надо.

Люди разошлись, и лишь седой старик, сменивший белый смокинг на боевую форму, задержался в двери, крутя в руках сигару.

— Что-то не так, Гарри?

— Прав был Хэдберг. Есть в тебе стержень. Если всё пройдёт как по маслу, найди в своём графике пару минут для этого старика. Нам есть что обсудить.

Двигатели нарушали абсолютную тишину. У готовых раскинуться трапов молча сидели десятки бойцов, а за ними группа поддержки и несколько сотен «пчёлок». Так с чьей-то лёгкой подачи обозвали трудяг, которые не воюют, но приносят не меньше пользы, чем те, кто держит в руках оружие.

— В порту видно скопление потенциального противника, — передал я сообщение через рацию, и двадцать четыре руки поднялись вверх.

Значит, все меня услышали и техника работает. Едва успели «воскресить» четыре рации. И как назло, подобных средств связи, как и гарнитур, не было в терминалах. Благо они имелись на корабле, и некоторые даже пережили алое затмение. Ещё часть была сломана, и пришлось оперативно их ремонтировать. Всего по итогу вышло двадцать шесть раций. Одна осталась в резерве у командира группы добытчиков, одна у капитана, который в случае тревоги и отступления должен будет подать гудок, как знак к срочной эвакуации и отступлению.

— Они при виде нас решили искупаться и облегчить нам труд. Это радует. Группа «Дозор» — когда мы войдём в порт, зачистите этих синхронистов недоделанных, — передал я ещё одно указание, и командиры пяти десятков стражников лайнера во главе с Роберто подняли руки ещё раз.

Не мог я оставить охрану корабля неизвестно кому. Я и ему-то не на сто процентов доверяю. Всего лишь на девяносто девять и девять процентов… Но оставшуюся каплю подстраховывала Афина, готовая в любой момент превратить лайнер в плавающий гробик. Так что подвоха я от них не жду. Они нужны мне, а я им. И это не мнительность вовсе, это предосторожность. Тот же индус — остаётся на борту. И это надо учитывать.

— Отличные новости, бойцы. Можем переключиться на ближний бой. Я вообще не наблюдаю противника после полёта в море синхронистов. Одинокие зомби, что остались стоять на ногах, а не упали с причала в воду — элементарная добыча. Действуем быстро, согласно плану.

Афина зарулила на малом ходу, с выключенным светом, дабы в этот рассветный час снизить уровень привлечения внимания до возможного минимума.

ТУДУХ.

Лайнер причалил, несколько обученных людей подорвались вместе с первой группой вниз, бросаясь закреплять тросы. Швартовка — дело нехитрое. Но обученный человек справится в разы быстрее и лучше. И таких на корабле, к счастью, хватает.

Три боевых кулака растеклись по территории порта. Первая группа стремительно двигалась к административным и техническим комплексам сооружений. Задача простая — зачистка от зомби, спасение выживших при обнаружении. Далее оставить один десяток в диспетчерской вышке, в качестве группы реагирования и прикрытия, а остальные рассредотачиваются десятками по остальной части порта, проводя контрольную зачистку за двумя другими кулаками.

Второй кулак — снося на своём пути по приказу Натальи всё, что рычит, пёр вдоль причала к доку и зоне погрузочно-разгрузочных работ. Оттуда они брали крюк и, зачищая внешний периметр порта, становились цепочкой вдоль металлического сетчатого забора, готовясь встретить любого возможного неприятеля с южной стороны.

— Пчёлки, у меня выжившие. Три человека. Говорят на испанском, отправили с переводчиком к трапу, — донеслось по гарнитуре от зачищавшего административный комплекс отряда.

Третий кулак под моим командованием двигался к нашей главной и основной цели — складским комплексам. Один комплекс был расположен в зоне центральной части порта, взятой под контроль первым и вторым кулаком. А ещё три — были в той части, куда стремительно продвигались мы.

Сопротивления мы фактически не ощущали. Десяток зомби на такую огромную площадь — не противники. А вот наткнуться на крановщика, шумно орущего нам с высоты, мы не ожидали. Минута переговоров — и он уже лезет на землю, с ходу находя общий язык с нашим испаноговорящим членом отряда. На удивление бодро и смело он присоединился к нам, помогая определиться с направлением зачистки.

Но выносливость у него явно подкачала и он довольно быстро выдохся, после чего отправился под прикрытием бойца к лайнеру. Но самую ценную информацию от него мы успели получить.

— Двадцать один… Двадцать два… Всё, больше зомби нет, — подвёл я итог зачистки небольшого склада. Тут хватало трупов рабочих и даже трупов зомби, ставших холодными не с нашей помощью. А ещё на высоте третьего этажа в маленькой подсобке поста охраны нашлось двенадцать китайцев и кубинцев. Они умудрились каким-то образом повредить лестницу, и та, грустно склонившись, покачивалась, держась на паре болтов.

— Я, конечно, знал, что китайцы мастера быстро строить, но чтобы и разбирать! — удивился один из бойцов, смотря вверх и думая, как помочь выжившим спуститься.

Ответ на его вопрос — погрузчик. Завёлся, правда, только пятый — видимо, он не работал, когда настала эра зомби. Шумно скрипя колёсами по полу, погрузчик добрался до будки с выжившими и вытянул на всю длину свой подъёмный механизм, на который бойцы успели кинуть несколько листов ДСП. Так, пока мы быстро оббегали пространство этого огромного склада, люди и спустились из своей ловушки в пару заходов.

— Спасибо! Спасибо вам! Вы из армии? — наперебой целовала бойцов какая-то кубинка и обнимали миниатюрные китайцы.

— Китайский знает кто-нибудь? — задался вопросом кто-то из бойцов, но жители Поднебесной быстро дали понять, что свободно говорят и на испанском, и на английском.

— И это хорошо. Пусть помогут пчёлкам понять, где что лежит. Времени у нас неизвестно сколько, — дал я команду. И как только вернулся боец, что сопровождал оператора крана, то снова побежал, но уже в намного большей группе к лайнеру.

Хорошо, что мы пошли налегке. Ибо с такой скоростью бега и зачистки — лёгкие выплюнуть можно в два счёта. На втором складе зомби почти не было, а вот трупов — предостаточно. Кто бы тут ни был из выживших, он устроил настоящую бойню. И его самого мы так и не нашли. Видимо, ушёл куда подальше отсюда.

— Смотри, какие следы на полу… — кивнул один из бойцов, отмечая следы погрузчика, раздавившего зомби и размазавшего его по прорезиненному полу склада.

— Четвёртый и пятый отряды — на третий склад! Первый — к границе зоны терминала на западе — занимаем оборону. Второй и третий — продолжаем зачистку второго склада, — отдал я указание, понимая, что тут делать особо-то и нечего.

Штурм порта продолжался. Последний склад проходил контрольную чистку. Оттуда даже звуки выстрелов доносились. Редко они на берегу звучали с начала операции. Но, видимо, у кого-то сдали нервы.

Я со своим отрядом вошёл на третий склад и удивлённо присвистнул, отступая от разливающейся лужи крови. За спиной бойцов, что вели огонь, стояли четыре молодых кубинца и две китаянки. Ещё один китаец — накачанный и похожий на любителя спортзала — раненый лежал в полубредовом состоянии на полу и крутился. Над ним склонился глава одного из отрядов, и как только ему сказали, что я вошёл, — поднялся и посмотрел на меня.

— Можно! — махнул я рукой и вскинул дробовик, делая выстрел в узкий проход между двумя замотанными плёнкой паллетами с какими-то банками.

— ГРВА-А-А-А! — заревел получивший порцию дроби в лицо зомби, что застрял между ними.

— Тебе одного мало? — удивился я и, отставив дробовик, вытащил свой глок и точным выстрелом в дёргающуюся тварь поставил точку в нашем противостоянии.

Из банок в месте попадания дроби выливался пахучий сок.

— Ананасы консервированные? Это хорошо, — улыбнулся я.

Взяв в руки рацию, обратился к лидеру «Пчёлок», главному завхозу корабля — даме по имени Марина Лайверт.

— Марина, узнай, кто на погрузчиках умеет ездить. Пускай времени не теряют, сразу ищут работающую технику и тащат указанные грузы.

— Мой хороший, всё уже сделано. Операторов погрузчика у меня сразу пять человек.

— Всего лишь пять человек! — заметил я. — Кстати, работающие погрузчики тоже надо на борт затянуть. Да и неработающие по возможности тоже. Авось починим.

— Хорошо, мой хороший.

Со стороны это могло бы показаться флиртом, но Марина была дамой, годящейся мне в матери, и она так разговаривала со всеми без исключения.

И всем это нравилось, хочу заметить.

Закончив зачистку этой части склада, мы выбежали на улицу и прошвырнулись по подсобным помещениям, техническим постройкам, оббежали многочисленные контейнеры и устремились к линии обороны. Ею мы выбрали небольшую траншею, которую раскопали для прокладки канализации в строящемся неподалёку очередном терминале. Через неё были перекинуты пешеходные деревянные настилы как мосты, и в одном месте виднелась хоть и временная, но весьма масштабная конструкция из дерева и металла, которая, судя по всему, должна была выдержать большегрузный транспорт.

Вообще вся эта территория, которую мы зачистили сейчас и оберегали от посягательств извне, — от силы занимала треть от всего комплекса. Та первая область, что зачищалась сразу двумя кулаками, — это администрация. И таких администраций в разных частях порта — четыре штуки. Есть ещё главное здание, но оно находится по другую сторону судоходного канала, в который прибывали разгружающиеся сухогрузы. Практически вплотную к городу примыкает. И туда мы точно не собирались. Нам этой части порта хватит для первой миссии за лайнером.

Пчёлки уже вовсю хозяйничали и собирали свой «нектар». Самые быстрые бегали с баллончиками краски и отмечали товары разными цветовыми отметками, чтобы показать коллегам, которые всё это потащат, что забирать нужно в первую очередь, а что нам не очень-то и надо.

Я на минуту отвлекся и посмотрел в сторону стоящего просто на улице контейнера, который прямо сейчас вскрывали. Изнутри вышел наш трофейщик и вытащил пять женских сумок за раз. Такое барахло нам на корабле не нужно. Уж лучше бы одежда выпала. Или обычные рюкзаки — всяко больше пользы.

— Босс… Гости! — крикнул кто-то из моих, и я уставился в сторону бегущей группы из пяти человек. А за ними мчалась, сбиваясь с ног, троица любителей мозгов.

— Вижу. Делай как на брифинге учили, — отдал я указание и услышал со стороны одного из явно нервничающих бойцов фразу: «Мирных пропускать. Зомби убивать».

«Эм-м… Коллеги. А что делать с десятком вооружённых кубинцев, едущих к нам на трёх пикапах?» — донёсся по рации голос одного из командиров кулака Натальи.

— Не стрелять. Пока они первыми не откроют огонь. Ждём приближения и начала переговоров, — ответил я по рации и понял, что мне на переговоры подойти не удастся.

— Чёт их много бежит, босс… — даже привстал на носочки один из моих балбесов, чтобы лучше увидеть, сколько зомби повалило следом за первой троицей монстров.

— ГРАСИАС! ГРАСИАС! — пронеслись мимо кубинцы.

— Приготовиться к бою. Открыть огонь по готовности. Наталья, в переговорах принять участие не смогу… У нас тут своя вечеринка.

«Поняла. Помощь требуется?»

— Второй кулак, отправьте к нам на всякий случай два десятка. Боюсь, на всех тварей может патронов не хватить.

Ор и крики зомби прервал первый выстрел. А за ним второй и третий. И вскоре все пять десятков стволов присоединились к сражению. Зомби пёрли широким фронтом со стороны высоких холмов и леса. Там вроде никого особо не должно было быть, если верить карте… Но почему-то их там было прямо слишком много.

Я стрелял и отстреливал патрон за патроном. Сменил обойму, отстрелял и её, окинул взглядом поле боя. Траншея постепенно заполнялась тварями, они карабкались вверх, иногда умирали. Первые уже успели получить ботинком по хлебальнику. На мостах был сосредоточен более интенсивный огонь.

— ПЕШЕХОДНЫЕ МОСТЫ ДОЛОЙ! — отдал я указание, понимая, что скорость прибытия зомби превышает скорость их нейтрализации. — Внимание всем! Западное направление — большое скопление зомби. Держим оборону, но нужно подкрепление. Пока я не вижу, чтобы напор зомби закончился!

— Выдвигаюсь вместе с местными. Переговоры успешно прошли, — отчиталась Наталья.

— Резервный отряд в пути.

— Третий десяток второго кулака выдвигается на помощь. У нас тихо, — отчитался глава второго кулака — Коннор.

Сзади послышалось приближение двух первых отрядов, что были отправлены нам по моему первоначальному запросу.

— К АВТОМОБИЛЬНОМУ МОСТУ! — орал я, видя, как в той стороне наседает, несмотря на плотный поток огня, всё больше и больше зомби. Первые гады уже даже за середину этой пятнадцатиметровой конструкции добрались.

— ГРАНАТА! — предупредил лидер дежурившего там десятка и швырнул гранату в толпу, желая её немного покалечить и замедлить.

Взрыв — и подкошенные зомби помогли выдохнуть на мгновение, но не более. Благо два десятка стволов присоединились к обороне критически важной точки, которую как пешеходный мост не скинешь и не обрушишь. Сделали на совесть…

— Да откуда их столько? — удивлялись бойцы и я вместе с ними, смотря на всё выныривающих десяток за десятком зомби со стороны холма.

Благо и к нам подкрепление подходило достаточно оперативно.

— Роберто! Отправляй гонца с сумкой! У нас патроны раньше закончатся, чем эти ублюдки! — прокричал я в рацию, отстреливая выползающих из траншеи в мою сторону одного гада за другим.

Взревел мотор, и немного в стороне от моста в крайний ряд бегущих тварей врезался один пикап, затем и второй. Третий тоже вскоре стал рядом с ними. Из багажника и окон высунулись десятки стволов автоматов Калашникова и открыли беспорядочный огонь по тварям, привлекая значительную часть ублюдков к себе. Стоило зомби оказаться в паре метров от машины, как водитель сдавал назад и увеличивал расстояние.

Битва и не думала заканчиваться, и я уже было подумывал о необходимости эвакуации, когда рядом оказалась Наталья.

— Это местные на пикапах! Они умудрились собрать толпу из нескольких тысяч зомби в ближайшем городке и, отвлекая их, прямо как сейчас, увести подальше от города.

— Сколько тысяч?

— Тяжело сказать. Он мог назвать пять тысяч, а их там и половины не будет. Знаешь же, как иногда воображение играет.

«Население города составляет около сорока пяти тысяч человек. При норме обращения, количество зомби составит примерно пятнадцать тысяч человек. Вряд ли они смогли выгнать всех зомби из города, да ещё и одной толпой, но всё равно количество может варьироваться в пределах от двух до семи тысяч зомби», — обрадовала Афина.

Да, у нас так точно патронов на всех не хватит.

Пикапы уже практически исчезли из поля видимости, оттянув к себе значительную часть зомби. Они обогнули один из каналов, разделявший две части порта, и попали к оставшимся для прикрытия десяткам второго и третьего кулаков, удерживающих зону административной части порта.

Давление ослабло, но у первых из бойцов уже закончились патроны, и они, вытащив своё холодное оружие, начали рубить прущих снизу вверх по насыпи зомбарей. Это дело, конечно, не столь эффективно, как пуля — но и работает оно, пока есть силушка в руках.

Вот только, смотря на некоторых бойцов, я понимал, что совсем ненадолго хватит им выносливости.

БУ-У-УМ!

У автомобильного моста вновь собралась пробка и снова взорвалась граната.

«Эх, мне бы сейчас огнемёт…» — с грустью подумал я, и на смену грусти пришла радость в виде бегущего здоровяка с огромной сумкой, полной боеприпасов.

— МУЖИКИ! ДОСТАВКА! КТО ЗАКАЗЫВАЛ? — орал он во всю глотку, пытаясь перекричать вой зомби и рёв автоматных выстрелов.

— НЕ ТОЛПОЙ! — крикнул я, останавливая желающих свалить за боеприпасами воинов. Чуть пятьдесят метров насыпи без присмотра и прикрытия не оставили.

Защёлкал металл, патроны занимали своё место в смертоносном механизме. Лязгали передёргиваемые затворы. Горячие дула автоматов и ствольные коробки пистолетов заплясали, отправляя свинец в наседающих гадов.

Запах пороха и крови щедро витал вокруг, въедаясь в одежду, кожу и саму суть новых героев этого дикого мира.

Солнце освещало наши спины и ослепляло зомби, что пёрли тысячным войском на наш рубеж обороны. Спасибо местным строителям, что сделали траншею достаточно глубокой, а землю и камни высыпали на одну сторону — нашу. Это создавало небольшой подъём, помогающий справляться со штурмующими.

Оглушительный лязг огнестрельного оружия длился уже больше десяти минут, и поле перед нами было усеяно трупами обратившихся, а сама траншея начала стремительно заполняться противниками. Бездыханными, но даже в смерти они сумели подгадить тем, кто всё ещё дышал и жил. Они попросту закрыли своими телами ту яму, что выкопали рабочие. И новые гады продолжали бежать и бежать, больше не падая в провал. И это стало опасным изменением на поле боя.

Здесь были почти все из бойцов. Пчёлки уже все убежали и в ужасе поднимались на борт, надеясь, что мы справимся с натиском. Но даже несмотря на то, что три пикапа отвели за собой ручеёк из пары сотен зомби…

— Наташа, вы там как?

— Терпимо. А вы?

— Минута и просядем. Надо отступать. Бегство чревато многочисленными жертвами. Да и когда мы скроемся на корабле — вас окружат.

Наталья ничего мне не ответила. И так понятно, что дело швах. Даже несмотря на экипировку и броню — будут погибшие… И не мало…

— Командирам отрядов. Бойцы со щитами переходят на ближний бой. Плотный строй, алебарды и копья прикрывают. Остальные продолжают вести отстрел. По моей команде начинаем плавный, медленный от…

— ИДУТ! СО СТОРОНЫ ГОРОДА ПОДКРЕПЛЕНИЕ! ДЕРЖИТЕСЬ! — в эфир ворвалась Наталья, что я услышал по рации отстреливающегося неподалёку командира десятка.

— ОТСТАВИТЬ ОТСТУПЛЕНИЕ! Наталья, сколько их? Вооружение?

— Пару сотен! Часть с огнестрелом! — перекрикивая грохот автоматных очередей, орала командир кулака. — Автомобили усиленные! Один БТР! ТУДА! ТУДА ЕЗЖАЙТЕ! ЗДЕСЬ НОРМА, ОКЕЙ, КОНТРОЛЬ! ТУДА!

Она продолжала кричать, не отключив рацию, и я услышал нарастающий шум в рации, от которого было просто невозможно разобрать её слова. Судя по всему, Наташа запрыгнула на один из проезжающих автомобилей и стала указывать дорогу. Рация наконец-то отключилась, и я смог отдать приказ:

— Стоим до последнего! Оружие на одиночный выстрел! Закончилась обойма — ближний бой!

Сменилась тональность сражения, и всё чаще стали слышны крики людей. Кто-то кричал от адреналина, другие от ярости, третьи от полученных увечий. Где-то в яму утянули пару бойцов, другие бросились их отбивать, и началась настоящая резня в ближнем бою.

Ехать сюда по разбитым большегрузной техникой дорогам — та ещё морока. Но даже с учётом многочисленных препятствий в виде зомби, технике должно понадобиться не больше двух минут на приезд. И да, я услышал столь желанный гул моторов со стороны города.

А затем из-за огороженной строительным забором пристройки выехал, ревя мотором и подскакивая на бездорожной местности, старый добрый «жигуль», которому место уже в музее. А за ним — ещё один. Всё больше и больше «рухляди» появлялось из-за поворота, и они стальным катком, сбивая тварей, ехали напролом. Разбитые стёкла, укреплённые и обшитые стальными листами бамперы. Машины заносило от ударов, они разворачивались, врезались друг в друга, сигналили и вновь с рёвом выруливали, давили колёсами зомби, ехали дальше. Одна из машин сломалась в самой гуще тварей, и из неё открыли сплошной огонь по набегающим со всех сторон зомби местные кубинцы.

Позади на БТР советских времён сидел десяток бойцов, включая Наталью, что сиганули с брони на землю, стоило машине замереть на удобной для стрельбы точке.

ТРА-ТА-ТА!

Пушка смертоносной машины начала вести огонь по задним рядам зомби. Видимо, внутри сидел опытный экипаж, понимающий опасность перекрёстного огня. Но большинство наших помощников и спасителей из местных не знают таких слов… Боюсь, много шальных пуль в такой суматохе попадут не по зомби…

— ЗОМБИ ЗАКАНЧИВАЮТСЯ! — прокричал кто-то, и я на мгновение посмотрел на злополучные холмы впереди.

Там и впрямь в несколько раз уменьшилось количество зомби, что без устали бежали на нашу вечеринку, словно боялись опоздать. На всей территории от холмов и до нашей насыпи осталось не больше тысячи зомби. И пусть патроны у нас уже на исходе…

— Готовимся к ближнему бою! Командирам приготовить аптечки! Видите раненого — оттаскивайте к автомобильному мосту! — отдал я очередной приказ, поставил дробовик на предохранитель и закинул его разгорячённый ствол себе за спину. Пистолет сунул в кобуру и, развернувшись, взял в руки готовую к схватке алебарду.

Вдох… Выдох.

— ПРЕКРАТИТЬ ОГОНЬ!

Я крикнул не по рации, но так, что все, даже оглохшие от постоянной стрельбы, убрали пальцы со спускового крючка.

— Мост зачищаем в ближнем бою и сдерживаем врага!

Я первым показал пример, взяв разбег с алебардой и насадив на остриё зомби. Протянул его пять метров вперёд, попутно сбив ещё двух монстров. Резко выдернул алебарду и размашистым движением, рассекающим одежду и плоть врагов моих, ранил нескольких зомби. Но этого им было мало. Поэтому я стал работать не покладая рук, рубя, пронзая и отсекая жалкие попытки зомби прорваться мне за спину. Да и я был не один.

Это было похоже на свалку. Смешались люди, зомби, кровь и металл. Но люди, с головы до ног обляпанные вражеской кровью, вставали и снова бросались в бой. Зомби не прекращали бесполезные попытки прокусить экипировку, порвать её, добраться до шеи и глаз. Пока есть силы — мы будем бороться. Мы будем убивать. Мы будем выживать.

Моя грудь горела огнём, а руки стали словно свинцовыми. Но я продолжал своё дело, не смея показывать бойцам, что такое усталость. Жалкая сотня ударов — пара десятков трупов, что перекрыли весь мост и не дают нормально стоять на ногах. Какая же это мелочь…

В горниле кузницы раскаляется сталь. И молот кузнеца делает из мягкого и податливого металла крепчайшую броню и оружие. Для тех, кто сражается рядом со мной, — зомби станут горнилом, что подготовит из мягких и неокрепших людских душ суровых бойцов. А каждое пережитое сражение станет тем ударом молота, что закалит наше мужество и мастерство, постепенно превратив нас из суровых бойцов в истинных сынов и дочерей войны. Кровь врагов наших наточит наш разум, выжжет из нас слабость и заставит забыть о усталости.

Боль? Когда мы станем настоящими воинами — мы будем рады её появлению. Она даст нам понять, что мы всё ещё живы и нам есть что сказать этом миру.

— ПОБЕДА! УРА-А-А-А! — раздался радостный крик, донёсшийся до меня через пелену самозабвенного сражения с идущими сплошным катком зомби.

Мы не просто победили.

Теперь у нас появится собственная база, из которой мы будем отправляться в рейды по всему Карибскому бассейну.

Спустя час. В администрации порта.

— Мучас грасиас, — кивнул я и протянул руку, пожимая протянутую в ответ кисть главы местного «сопротивления».

Мариэль, как сказала Афина, — город небольшой. Прошло очень мало времени с начала всей этой дичи, но местное самоуправление не стало ждать у моря погоды и взяло своё спасение в собственные руки. У них было два отделения полиции, пожарные, местные рыбаки и проезжавший мимо отряд бойцов с ближайшей части. Те должны были привезти партию груза из порта, но задержались с отправкой. В итоге как раз в окрестностях города шестьдесят человек с парой грузовиков, двумя джипами и одним БТР, который добирался с ремонта своим ходом, оказались в эпицентре борьбы. Боеприпасов у них, само собой, было мало — но помогли запасы старых революционеров.

Вообще, слушая переводчика и осторожно делясь информацией, я удивлялся находчивости местных, что додумались до звуковой ловушки. Наиболее крепкие автомобили, оставшиеся на ходу, завели моторы и, сигналя, собрали за собой то одну толпу, то вторую, постепенно выведя из города несколько тысяч мертвецов и бросив их на безлюдных холмах. Там они ускорились и по окружной трассе вернулись в город.

Кроме этого, я с удивлением заметил, что почти все автомобили находятся в рабочем состоянии.

«Это старые модели. В них практически только механика и используется. Там нечему ломаться, да и в основном у местных они стоят под навесами и лишь изредка используются для поездок в другие города», — помогла Афина раскрыть загадку.

В принципе — ничего сложного. Мог бы и сам догадаться, но у меня котелок после всего этого хаоса не варит.

Итого получалась ситуация, когда складской комплекс находится под нашим контролем, город практически зачищен и лишь в запертых домах могут ещё скрываться зомби. Бойцы местные — в основном люди горячие и смелые. Те, кто к нам приехал на помощь, — это лишь небольшая часть от схватившихся за оружие местных. И мне надо принимать решение…

— Переведи, пожалуйста, сеньору Алонсо, что мы бы хотели остановиться и взять передышку, пока в мире происходит не пойми что. Наши бойцы с радостью помогут им в зачистке города и сохранении мира в их доме.

Переводчик начал говорить, и старый усатый кубинец, которого безусловно слабым нельзя было назвать из-за его жилистости и волевого взгляда, внимательно выслушал моё предложение.

— Си, грасиас! — начал он, и переводчик начал переводить слова благодарности этого старика.

Вообще, на вид ему было лет пятьдесят, поэтому стариком он выглядел просто на моём фоне. Он не был военным. Военных среди этих людей было всего десять человек, и они держались особняком, готовя свой БТР к поездке обратно в город. Хоть война их и застала посреди родной страны — у каждого из бойцов была своя военная база, которую те должны были защищать и откуда они должны были отправиться на помощь жителям Кубы. И ведь у каждого из них есть свой родной дом, куда каждый из них стремится. Все эти невысказанные переживания читались на их взволнованных лицах.

— Нам нужно пополнить боеприпасы, и через двадцать минут мы будем готовы присоединиться к вам и вернуться в город, — сообщил я им, и Алонсо подтвердил, что дождётся меня.

За время переговоров наши пчёлки успели эвакуировать половину складов. Порхали как заведённые. Грузили всё, что грузится, и тащили всё, что тащится. Кубинцы, может, и были против подобного варварства с нашей стороны, но воевать с нами они не решились. По количеству стволов мы явно их превосходили числом в данный момент. По крайней мере эту бригаду, в которой лишь у сотни был огнестрел. Остальные работали вилами, топорами, самоделками в духе «нож на палке». Они изначально нас за военных приняли. И были очень удивлены, что военные высадились на Кубу с круизного лайнера. Но так как мы отдали несколько аптечек и успели спасти несколько раненых бойцов не только с нашей, но и с их стороны, то никто не стал задавать лишних и глупых вопросов.

Единственное, что я объяснил — что мы не американцы. Так как это могло вызвать излишнюю напряжённость. Пришлось рассказывать о терминале. Убедительной легенды не получится состряпать. А вскрывшаяся ложь о происхождении военной униформы и оружия, тем более такого экзотического, как алебарды, — поставит крест на доверии между нами.

Откровение о терминалах стало для Алонсо новостью. В их городе был один такой, и никто к нему не подходил, так как все дико боялись неизвестной красной светящейся штуки, парящей в воздухе вопреки законам физики.

Вопросов между нами оставалось всё ещё много, но тратить время на посиделки и дальше мы не могли. Мои бойцы уже все давно перезарядились, обменяли ОД на новое оружие, униформу, аптечки и боеприпасы и сейчас охраняли пчёлок, копошащихся в терминалах разгрузки, погрузки и хранения. Двадцать минут мне было нужно просто для того, чтобы организовать отряд, — разделить на тех, кто продолжит охранять склады и позже зачистит соседние, ещё не тронутые терминалы. Тех, кто будет прикрывать корабль, и тех, кто отправится со мной.

Нужно не только помочь до конца отбить город, нужно показать местным, чего мы стоим, и захватить их сердца и умы. Сделать так, чтобы они боялись остаться без нас. Тогда и только тогда мы получим возможность на равных общаться о будущем нашей базы «Вива» в окрестностях города Мариэль.

А ещё — менее чем в ста километрах отсюда находится Гавана… И вокруг нас в паре километров есть несколько маленьких городков и деревень, которые также требуется зачистить. Пока нам не грозит голод — мы должны собрать другой урожай. Урожай зомби и очков достижений. Тысяча слабо подготовленных и плохо вооружённых бойцов будут куда как хуже, чем двести отлично экипированных и прошедших школу выживания нового мира.

Остров Свободы станет нашей базой. Я соберу под своё крыло всех выживших в этой части Кубы, экипирую их и пойду вместе с ними на помощь страдающей столице. Возможно, и войска подтянутся — посмотрим. Мне важно занять значимую роль среди местной верхушки власти. Чужаков здесь не очень-то любят, особенно тех, что покушаются на их свободу. Но я ведь могу прийти как освободитель, а это в корне меняет дело.

Куба небольшая. У меня есть опыт, навыки и целый, мать его, круизный лайнер — который может унести на себе несколько десятков тысяч человек. Если потеснимся, конечно. И это козырь — ради которого не все, но многие захотят заручиться моей поддержкой. Вот и буду на это давить при всех переговорах. А после стану для них новым Фиделем Кастро, что принесёт с собой пламя революции против зомби.

«Не забудьте про военно-морскую базу Гуантанамо, что находится на противоположной части Кубы. Она обладает военным потенциалом для захвата всего острова. Особенно если в её порту будет находиться хотя бы несколько военных судов, что принесут с собой военных экспертов, морских десантников и артиллерию. Даже несмотря на выведение из строя электроники на кораблях — они всё ещё являются большой угрозой. А если они были на якоре, то повреждений будет минимум, и пара специалистов с военно-морской базы вмиг восстановят корабль».

Да, и они это сделают в первую очередь. Зомби-кубинцы не знают про границы и международные договоры. И они нападут, а база будет защищаться. Корабль будет нужен как дополнительная мера сдерживания, как способ эвакуации и как артиллерия.

Ох… Интересное сражение за Кубу намечается. А ведь кроме этого есть ещё идея плавучего города, соединённого сотней кораблей, вышедших в открытое море и сцепленных буксировочными тросами. Нам нужно пару современных военных кораблей с ядерным двигателем. Парочка атомоходов позволит не столь сильно переживать о запасах топлива. Даже если буксировать мирные суда и лайнер какому-нибудь крейсеру будет сложно — он справится. А если что, очумелые ручки наших инженеров и Афина что-нибудь придумают.

Заранее по рации позвал Идриса и командиров, весь состав советников, что был в строю, и прямо на пирсе организовал стоячее совещание.

— Идрис, соратники… — поздоровался я со всеми, кто успел прийти и не был занят. — Времени мало. Буду краток. Через пятнадцать минут я и часть бойцов отправятся в ближайший город — Мариэль. Они зачистили с нашей помощью большую часть города, и мы должны помочь им добить оставшихся, чтобы заработать не только очки достижений перед системой в терминалах, но и очки уважения в глазах местных. — объявил я им новость и позже поделился планами о временной базе и складах.

— Мы обменяли заработанные очки. У нас плюс пятьдесят единиц огнестрельного оружия. Но пока не закончили вооружение. — Идрис в свою очередь сообщил об произведённом усилении и возможности увеличить отряд бойцов.

— Не торопитесь. Проведите полноценное обучение. Нам хватит тридцать — сорок людей на охрану лайнера и пятьдесят человек на порт. Достаточно часовых вдоль забора расставить и группу реагирования. Я с собой возьму свой кулак и кулак Натальи. Ста подготовленных и прошедших парочку битв ребят нам должно хватить.

— Михаил… — слово взял Коннор. — Среди твоих людей и людей Наташи есть… скажем так, некоторым после бойни нужен перерыв. У меня тоже такие есть. А есть бодрые и сильные духом. Надо переместить людей между отрядами.

— Вот как… Да, не учёл. Тогда я хотел бы положиться на вас, мистер Коннор, — поблагодарил я его за разумное замечание и оставшееся время потратил на построение и сортировку солдат.

В итоге на охране осталась сотня, со мной ушла сотня и около сорока человек остались «отдыхать». По факту всем им налили по стакану крепкого алкоголя и отправили спать. Надеюсь, они быстро придут в себя. Чужая душа — потёмки.

Да, бывает, что вместо закалки клинок трескается и заготовка портится. Но ничего, мы ещё поработаем над ментальной составляющей нашего круизного легиона.

— Ну что, готов начать подминать под себя мир? — Рядом со мной появился старик Гарри и выпустил целое облако сигарного дыма. — Поболтаем о прошлом и будущем, пока идём к нашим спасителям.

Старик прекратил курить и начал крутить в руках тлеющую сигару.

— Ну, вопрос кто чей спаситель, на самом деле спорный. Думаю, без нас они бы ещё долго переживали кризис и опасались этих тысяч зомби, что подобно льдине в океане дрейфуют по окрестностям.

— Ну, если так на это посмотреть… — задумался старик. — Странные сигары… Я всю жизнь положил на то, чтобы сделать из своего тела камень. Избегал алкоголя, курения и прочего, мечтал о внуках… А потом позвонил старый друг, который сделал из простого тупоголового вояки вроде меня настоящего человека, что смотрит на мир шире, чем написано в приказе.

— И что он тебе сказал?

— Мой покойный друг сказал, что есть работёнка, которая меня заинтересует. Я сразу послал его, ведь даже деньги для меня не важны… Но он оказался настойчив. Представляешь, эти ушлёпки, большую часть из которых я же и тренировал, скрутили меня в моём собственном доме!

— Ну, если честно, то да, представляю. А с чего ты взял, что он покойный? Наш оружейный барон обладает удивительной тягой к жизни.

— Это да. А ещё искусственным сердцем, пересаженной печенью и многим другим. Последствия покушения… Я не удивлён, что ты об этом ничего не знаешь. Он не доверял никому, и оперировали его не совсем легальные хирурги. Он никому не показывал своей слабости. Я сам лично тащил его с вывернутыми кишками по залитым кровью улицам.

— Вот как… Да, для меня это действительно новость.

— Людей, что знали об этом, меньше, чем пальцев на руке.

— Значит, когда пришла беда — его сердце… перегорело. И остановилось.

— Да. То, через что мы прошли — гарантированно его убило. И этот гад, что вытащил меня с заслуженной пенсии, попросил меня присмотреть за тобой и прикрыть тебя. Посвятил в твои дела и сказал, что когда-нибудь ты можешь занять его место в этом мире. Он высоко тебя оценивал. Я не смог отказать своему старому другу. И я готов идти с тобой или за тобой до самого конца, но ты должен мне кое-что пообещать.

Старик наконец-то соизволил перейти к сути, и я остановился, хотя до машин кубинцев оставалось идти всего лишь шагов двадцать.

— Я внимательно тебя слушаю.

— У меня есть сын. Он унаследовал моё здоровье и волевой характер. Он не умрёт от этих зомби. Нет. Но место, где он оказался…

— Где? — подтолкнул я здоровяка к конкретике.

— Норвежская антарктическая станция «Тролль». Правительство точно не пришлёт корабль, чтобы забрать их на обитаемый континент… — не сводя с меня глаз, сообщил старик.

— Это будет тяжело…

— Там человек двадцать — тридцать исследователей и учёных. Светлые головы и надежда будущего. И я понимаю, что для тебя подобное путешествие — невыгодный обмен. Поэтому я готов отплатить информацией и своим трудом.

— Какого рода информация?

— Секретные военные базы. Скрытые логистические комплексы торговцев оружием. Базы контрабандистов оружия, наркотиков, что использовались в играх государств…

— Есть хоть что-то рядом с нами? — задал я вопрос по существу, ибо пользы от этой информации будет не много, окажись такая база в тысячах километров от нас.

— На Ямайке. Но её, скорее всего, разворуют местные. В любом случае там можно будет нанять многих сносных бойцов.

Я лишь покачал головой. Будь я обычным офисным планктоном, то за такую информацию, может, и зацепился бы. Но с Афиной… Весьма высока вероятность того, что я знаю о большем количестве подобных нелегальных баз по всему миру, нежели он.

— Я не могу тебе взять и пообещать прямо здесь и сейчас. Но будь уверен: если у нас появится возможность их спасти — мы сделаем это. Нам хватит и меньшего корабля для экспедиции в Антарктиду. Докажи свою пользу делом, и когда наш флот увеличится — я без сомнений назначу тебя на один из таких кораблей. Ты сам сможешь отправиться в путь и вернуться, привезя с собой учёных.

— Спасибо… А то в одиночку искать корабль, чтобы его захватить и угнать, а после отправиться к чёрту на кулички — как-то много мороки. — Он протянул мне руку, и я пожал её, скрепляя нашу договорённость.

— Поехали? — спросил у меня Алонсо, как только мы подошли и машины завели мотор, желая поскорее вернуться в город. Мы же, как и многие местные, пошли своим ходом. Здесь всего лишь километра два до городских окраин идти. А места в машинах на всех не хватит.

Город представлял собой памятник советской тропической культуры и архитектуры. Много бетона, пальм, разноцветные двери и окна, выкрашенные крыши домов, поржавевший металлолом на засыпанных песком и землёй тротуарах. Небольшой антураж добавляли сотни трупов, местами стянутых в одну кучу, а местами всё ещё лежащих по тротуарам да закоулкам. Жители Мариэля приветствовали возвращение своих мужчин и прибывшее подкрепление, что выглядело весьма и весьма солидно. Огнестрельное оружие, военная униформа, мечи, топоры и прочее холодное оружие за поясом.

И даже то, что мы с этим оружием выглядели как дилетанты, их не смущало. Ну, висит, болтается, синяки на ноге набивает. Ничего удивительного в этом нет. Мы же не средневековые рыцари и не конкистадоры.

Другое дело, что мои люди этим самым оружием научились дубасить тех, кто сломя голову бросается в ближний бой, готовый прокусить шею. И мы дубасили до самого заката всех, кого находили. Более того, для жителей Мариэля мы стали в каком-то роде необходимым злом. Тяжело поднять руку на собственного родственника. На мать, сына, отца, деда или внучку. Даже если они монстры и готовы вцепиться в глотку. Тяжело убивать тех, кому уже не суждено радоваться жизни. Нам это было делать чуть проще, чем местным. Хотя и у нас зачастую к горлу подкатывал ком, который спустя время сменялся яростью.

К закату город был зачищен. Местные собрались на площади и под всхлипывания и слёзы потерявших родных и близких молча смотрели на уходящее солнце, разливая в стаканы крепкий ром. С заходом же солнца по всему городу зажглись поминальные свечи, и мы ушли в свой лагерь. Пешком. Несмотря на предложение довести нас, я отказался. Если у кого-то из ребят всё ещё остались силы — пусть они потратят их на дорогу.

Хоть мы и помогли, и спасли многих, части местных нужно время для того, чтобы прийти в себя и найти в себе силы жить дальше.

— Отдыхаем, бойцы. Завтра будет новый день. Жду всех, кто хочет жить и дальше, в семь утра на причале, — распустил я всех, понимая какой ад они пережили.

Обессиленные, слегка выпившие и поевшие они, скорее всего, уснут сразу же, как только упадут на койку. А именно это мне и надо. Самобичевание некоторых, как в Мариэле, нам не поможет. У них просто не должно оставаться ни сил, ни времени на мысли о том, что где-то там, вдалеке есть их родственники, которые сейчас подвергаются опасности. Это путь к саморазрушению. И этого я допустить не могу.

— Идрис… Будь добр, организуй острожные рейды к ближайшим складам. Там не должно быть кого-то из зомби, а выжившие — вполне. Все, кто мог — уже присоединились к «веселью» в этот день.

— Мы уже в процессе. Два соседних терминала зачистили, пометили товары первой необходимости для погрузки. Выжившие есть, но меньше, чем хотелось бы. А зомби — буквально пять недобитых бедолаг на столь огромную территорию, — обрадовал он меня, и я понял, что соратники по выживанию мне попались отличные.

— Тогда дальние склады так же зачистите. Риска ноль, а спрятавшихся выживших можно найти. Могут быть и раненые — так протянем же им руку помощи, — отсалютовал я ему и отправил в свою комнату.

Сам отключился, провалившись в сон прямо во время размышлений о планах на завтрашний день. И снились мне бесконечные полчища монстров и смелые люди, стоящие плечом к плечу. Но это был сон… А не воплощение очередной короткой жизни на неизвестной мне планете.

«Михаил. Просыпайтесь», — Афина, как всегда, исполнила мою просьбу и смогла достучаться до меня даже через этот сон.

Но вот проблема. Организм настолько вымотался, что веки словно клеем сцепили. Я уже соображал, моя голова уже понимала, где я нахожусь, слышала Афину и шум моря… Но я не мог ни рукой двинуть, ни открыть глаз. Будто нервная система, в отличие от мозга, всё ещё спала.

«МИХАИЛ! ПРОСЫПАЙТЕСЬ!» — вновь прокричала Афина, и я предпринял новую попытку встать.

Тщетно… Даже пальцем пошевелить не могу. Всё, что я могу, это…

ВДОХ.

ВЫДОХ…

Контроль дыхания… Выдохнул. Замер, не вдыхая. Организму стало не хватать кислорода. Странное ощущение разлилось по всему телу, и в какой-то момент просто сработала «кнопка тревоги» организма, подобная тому, что заставляет утопающего раскрыть рот и начать жадно тянуть в лёгкие всё, что придётся.

— А-А-А! — Я вскочил с кровати и, широко раскрыв болезненно покалывающие глаза, вдохнул полную грудь воздуха.

Тело покрылось потом, мышцы не просто заныли — они закричали и завопили, даже несмотря на свою тренированность.

— Время?

«Шесть часов, пять минут утра. Вы больше пяти минут не могли проснуться», — Афина дала отчёт, проникнув в стоящее на столе радио.

— Да… Знаю. Я едва смог очнуться.

Я помотал головой и подумал, что нам на корабле не помешает высококлассное медицинское оборудование. Аптечками вечно питаться не будешь.

— В семь часов общий подъём делай. Кроме тех, кто вернулся с ночного дежурства, — попросил я Афину и потянулся за бутылкой воды.

Подъём, лёгкий завтрак, чтобы подкинуть углеводов организму, — и в одних штанах да с алебардой и пистолетом на поясе я вышел на палубу, после чего спустился на причал, здороваясь со всеми, кто не спит.

Громадная туша лайнера, такая, что и взглядом за раз не обхватить, стояла передо мной. Впереди долгий и тяжёлый день. Много работы — погрузка, разгрузка, высвобождение от бесполезного хлама десятков комнат, кают и заведений лайнера. Например, казино. Его больше не будет. Вместо него после переоборудования появится казарма. Множество задач по монтажу и демонтажу ждут нас, а уж работы с повреждённой электроникой и вовсе расписаны на неделю вперёд, даже с учётом отсутствия всех необходимых компонентов и запчастей.

Я начал с простой разминки для себя. Голова, шея, пальцы, стопы, спина. Разгоняя молочную кислоту по телу и возвращая ему радость жизни, я ждал, пока ко мне кто-то присоединится.

Первым пришёл Роберто, держа в руках огромную кружку кофе, которую он поставил на деревянный ящик неподалёку и присоединился ко мне, буркнув нечто в духе: «Чего меня не позвал?»

Как-то незаметно рядом стало собираться всё больше и больше людей, которые тоже начинали делать разминку. Кто-то растягивался, кто-то бегал. Некоторые, продрогнув от утреннего ветра, принялись отжиматься. Все, кто появился здесь и сейчас, — делали это по собственной инициативе. Просто нагрузки хорошо выгоняют дурь из головы. И многие этим пользовались.

— Дядя, а можно с вами? — Ко мне подошёл паренёк лет четырнадцати-пятнадцати, и я конечно же сказал ему присоединяться, вкратце рассказав, с чего начать и какие упражнения делать.

За час времени нас собралась довольно большая толпа. Разбившись по группкам, мы заканчивали разминку.

Немилосердно прогудел гудок, и я, восстанавливая дыхание, потребовал привести всех и каждого из наших боевых отрядов. За кораблём присмотрит Афина.

— СТАНОВИМСЯ! БЫСТРЕЕ! КТО ОПОЗДАЕТ — ЕМУ ЖЕ ХУЖЕ! ДАВАЙТЕ, ДАВАЙТЕ! — кричал я, подгоняя сонных, шатающихся и даже не до конца протрезвевших бойцов.

Началась новая зарядка. Я уже достаточно размялся и мог сосредоточиться на бойцах и на их выполнении упражнений. Люди среди нас собрались разные. Были даже те, кто не мог ни разу отжаться.

Мы медленно, но верно проходились по всем группам мышц, снижая шансы на травмы. Затем мы побежали. Люди изнывали от слабости и боли, что закаляла их тело и дух. Кто-то бежал, кто-то падал, кто-то сдавался. Ничего. Привыкнут.

— СТРОИМСЯ! — Завершив круг и вернувшись на место, я посмотрел на добредающих, подобно зомби, уставших бойцов.

— Думаете, зачем вам это? Ответ прост — чтобы выжить завтра, вы должны страдать сегодня! Мы закончили самую простую и элементарную разминку на сегодня. И мы будем делать это каждый божий день, пока не сдохнем, либо пока не закончатся наши враги! Зомби не знают усталости, в отличие от вас. Поэтому — готовьтесь! Ну а сейчас у меня для всех, кто решил идти по пути воина и бойца, будет распорядок дня!

Я проорался, после чего отжал у Роберто его остывший кофе.

— Ну и мерзость, — удивился я его искусству кофеварения.

— Зато бодрит! — ухмыльнулся он.

— Это да…

Следом я продолжил орать на всю нашу толпу в несколько сотен человек и объяснять, чем мы, собственно, займёмся. Ближайший час — тренировка и упражнение ведения боя. Начнём с банальной отработки самых обычных ударов, которых хватит для зомби, и закончим отработкой рубящих ударов оружием. Следующий шаг — не менее полезный плотный завтрак, который уже готовится для бойцов. Те из выживших, что сохранят силы после нашей зарядки и тренировки, отправятся дежурить. Командиры — тренировать стрельбе и тактикам боя новичков. Ну а те, кто не справится, — пойдут отдыхать и после обеда сменят дежурящих. А вечером, пока не зашло солнце, у нас запланирован первый разведывательный рейд в соседние деревни и городки.

Как я и планировал, уже к десяти утра на ногах осталась от силы сотня бойцов. Я не переживал за возможное нападение зомби. Ибо все продукты и товары с ближайших складов мы добыли, и если вдруг патрулю попадётся на глаза ещё одно войско зомби — мы просто отступим на лайнер и уберём трапы.

Но никто так и не напал. Послеобеденный марш-бросок к соседним терминалам, финальная проверка, поиск людей, разметка грузов для пчёлок и закрепление с выбором новых рубежей защиты.

Для этого достаточно было заделать дыры в заборах, перекрыть некоторые дороги мешками с песком и камнями. Даже такая маленькая преграда может оказать значительное влияние на зомби, бегущего в нашу сторону.

В то время, как я командовал зачисткой последнего склада, полного бочек с химикатами китайского производства для сельского хозяйства, к нам заявились гости.

Рация едва-едва справилась с дистанцией, и мне с трудом удалось разобрать слова: «Мариэль», «Алонсо», «Кубинцы». В общем, понятно, что это желанные гости, а не зомби.

— Продолжаем окапываться и строить укрепления. Справьтесь хотя бы за час, чтобы иметь два часа отдыха и перерыва. К вечеру нам предстоит вояж в ближайшие деревни. Пойдём пешком и налегке. Пошевеливайтесь.

— Шеф, а пожрать привезут? — задался вопросом один из бойцов, и я сделал мысленную зарубку в памяти.

Полевой кухни у нас нет, но есть много лоботрясов, которые должны, даже если не хотят, принести хоть какую-то пользу.

— Будет. Через час и привезут. Кто не успеет сделать свой участок — будет есть холодный обед, — подстегнул я их и отправился к переговорщикам.

— Мистер Михаэль! Добрый день. Мы рады вас видеть! — начал переводчик испанцев, которого они нашли и взяли с собой зачем-то.

Вроде бы мелочь, а я сразу на этот момент внимание обратил. Раз они так поступили — значит, не доверяют нашим испаноговорящим и хотят, чтобы я точно понял их предложение. Иначе смысла так заморачиваться не вижу. И это значит, что они очень даже рассчитывают на меня и на мою помощь. Впрочем, Афина уже параллельно переводила мне слова уважаемого делегата.

— К нам прибыли военные из Гаваны. Они собирают ополчение, чтобы вернуть контроль над утраченными районами города.

— Хм… — задумался я над столь удачно подвернувшейся возможностью.

Но с другой стороны — это не даст мне быстро закрепиться и расширить своё влияние на острове. И позволит быстро вернуть власть законным правителям. Боюсь, это будет означать, что я потратил очень много времени впустую.

Вот незадача… Однако если я откажусь — похороню свой авторитет. И местные вряд ли будут относиться ко мне так, как мне требуется.

— Когда вы планируете выступать? Боюсь, до завтрашнего утра мы не сможем никуда пойти… — Кажется, наши планы придётся немного ускорить и изменить.

Не люблю рисковать — но это война. Здесь по-другому не получается жить.

Очередной сбор бойцов, очередное втолковывание им с помощью переводчиков, жестов и экспрессии в словах всей важности нового задания. Никто не говорил, что будет легко. Предложение, от которого нельзя отказаться, пришло к нам слишком быстро и слишком неожиданно. Отказавшись, мы потеряем редкую возможность и затормозим все наши планы и перспективы развития. Согласимся — и будем рисковать как никто другой.

— Наши союзники и местные жители попросили нас о помощи. И мы им её окажем. Нет такого понятия между людьми, как свои и чужие. Есть мёртвые, обратившиеся и живые. Да, у нас есть лайнер и мы можем сказать местным, что их проблемы — это их проблемы. И нам хватает своих. Но все вы видите, во что превращается наш с вами мир. Я не вправе требовать от вас отказаться от просьбы местных. Но я запомню ваши трусость и эгоизм. Мы сейчас должны сделать всё, что только возможно, для получения права на жизнь в этом месте. Лайнер для многих из нас — новый дом, но он не может вечно бороздить моря и океаны. Даже самые современные военные корабле вынуждены останавливаться для ремонта и пополнения припасов. Иначе рано или поздно корабль выйдет из строя или пойдёт ко дну.

Я сделал многозначительную паузу, позволяя обдумать первую часть моих слов. В конце концов, я не лукавлю, когда говорю, что наличие постоянной базы для лайнера лучше, нежели её отсутствие.

Вообще, с учётом того, что многие гости за всю свою жизнь не пробыли в море и месяца, я уверен, что практически все будут согласны с моим предложением время от времени оказываться на твёрдом берегу. Между тем я продолжил:

— Те из вас, кто собирается слинять при приближении к берегу США, — я не буду вас винить. Но давайте сразу договоримся — сделали два шага вперёд, сдали оружие и пошли на борт корабля отдыхать и наслаждаться своей жизнью. Пять дней, и я предоставлю вам право жить как вы сами того захотите, высажу вас на берег по ту сторону Мексиканского залива. От всех прочих — я требую исполнять все до единого мои указания, направленные на создание нашего с вами будущего. Какими бы странными и противоречивыми они ни казались. Например — присоединение к бойцам местной гвардии и помощь в отражении атаки зомби на Гавану. Ясно? Мне доверяют в этом вопросе профессионалы, доверяет командир лайнера. И я сам верю в свои силы. У вас минута на принятие решения!

Думал, будет хуже. Всего лишь человек шестнадцать собралось и вышло из строя, оставив оружие между строем и мной. А остальные четыреста с лишним человек — остались стоять. Кто-то из них решил идти за мной до конца. Кто-то решил не высовываться и дать ситуации развиться, а окончательный выбор сделать уже позже. Но все они — вдали от дома. И бо́льшая часть из них понимает: путь домой для них если не закрыт, то чудовищно далёк. Конечно, хватало и хватает случаев требования местными пассажирами «сделать хоть что-то». В основном их объединяет фракция индуса. И мне так даже проще — они сбились в кучку, и я прекрасно понимаю, что мне с ними не по пути и делать нечего. В будущем, когда камеры будут восстановлены и доставлены во все до единого помещения лайнера, Афина построит свою систему оценки результативности труда людей на борту. И вот тогда у каждого появится оплата их труда по какой-нибудь замудрённой системе, что будет сводиться к одной простой истине — кто работает, тот хорошо ест. Лентяям хватит сушек с водой да изредка горячую кашу можно выдать. Думаю, перспективы голода для пузатых мажориков заставят их шевелить булками. Либо свалить. Безопасность дорогого стоит. Пусть трудом за нее отплачивают.

Полностью экипированные, собранные и уставшие, мы выдвинулись в путь. В наших руках было целых три грузовика и две легковушки, найденные на территории складов. Слабый улов, но это выходные… Да и порт больше для перегрузки используется, поэтому сюда не приезжают колоннами тяжеловесные фуры. Мы не стали брать технику с собой и ехать на ней. Во-первых, всем семи кулакам, что выдвинулись на зачистку, не хватит места в кузове. Во-вторых, все фуры были заняты и использовались для работы и перевозки припасов.

В руки командиров отправились распечатанные на лайнере карты местности, оставшиеся в бортовом компьютере и восстановленные Афиной. На них уже был проложен маршрут. Первая деревушка была в пяти километрах от нас и лежала за холмами.

— Зомби впереди! — предупредил наш отряд один из разведчиков, и мы стали готовиться к бою.

Найти поблизости холм, занять эту господствующую высоту, приготовиться и приманить неприятеля. Он с радостью побежал к нам и тонким ручейком вылился с улиц деревушки.

— Отставить огнестрел. Копья вперёд. Остановите их.

Люди коряво разбились на группы и разобрались, кто из них «копья», а кто другие виды оружия. В итоге потеряли кучу времени и с трудом успели выстроить шеренгу перед нападением рычащих монстров.

Двадцать один зомби… Очень негусто… И, судя по следам, — это остатки от той орды, что мы уничтожили вчера рано утром. А перед этим они с холмов припёрлись в деревню и убили здесь всех, кто только мог быть.

— Быстро осматриваем и зачищаем деревню. Трофеи не берём — без толку. Командиры, баллончиками с красной краской помечайте полезные для лайнера трофеи — позже сюда отправим отряд пчёлок на транспорте, — отдал я команду, и мы быстренько проверили деревню.

Как и ожидалось, выживших не было. Добыча скудная как для нашего отряда. Но ведь эти трофеи — лишь приятный бонус к реальной задаче, что поставлена перед нами. Мы учимся. Учимся отражать натиск. Штурмовать. Зачищать мелкие домишки и прикрывать друг друга. Очки достижений зарабатываются, но довольно посредственно. Врагов мало, спасать некого. Самое главное, чтобы из Гаваны мы вернулись в том же составе.

— Движемся дальше. Прямо по дороге идём — темп выше среднего. Четыре километра до небольшого городка или крупной деревни. Там уже должно быть жарче. Давайте, давайте! Не сбавляем темп! На том свете отдохнёте! — подгоняли я и командиры кулаков своих подчинённых, следуя на запад по разбитой дороге.

— СТОЙ! Так… С каждого кулака второй по счёту десяток выдвигается в сторону города. Не доходя — открываем огонь по зомби, привлекаем их внимание и быстро ретируемся вон к тем развалинам на холме, поросшим дикими пальмами. Все остальные, к обороняемому рубежу — БЕГОМ МАРШ!

Наш вояж продолжался. Пули находили своих жертв. Монстры кто бежал, кто ковылял, а кто попросту на одних руках полз в нашу сторону. Неостановим был наш каток. Сплав технологий современности, мужества, средневековых методов борьбы против слабого, но яростного и многочисленного противника дал свой результат. К шести вечера мы, обливаясь потом, уже выходили из этого городка. Нам предстояло прочесать ещё одну деревню, после чего свернуть на восток и по пути к лагерю проверить ещё один мелкий городишко, — но мы уже чувствовали, что всё не зря. Ведь мы сумели высвободить из смертельной ловушки почти триста человек, что упорно сражались, баррикадировались, запирали двери, сбегали через окна, перепрыгивали заборы и снова сражались. Лишь малая часть из них решила остаться в городе, в то время как все остальные отправились с нами. И пускай среди них было много детей, стариков, раненых и женщин — это были спасённые нами люди. И мы обещали им защиту и кров в безопасном лагере. Без машин, с телегами и прицепами, на которых положили не критически раненных местных. Всё ради сохранения скорости. Позже они могут вернуться в свою деревню, как только всё наладится. А пока они будут нашим первым свидетельством победы и заботы о местных. Пусть для этого придётся и слегка раскошелиться продуктами питания в нашем лагере — не беда. В ближайшее время население планеты сильно сократится, а продовольственные запасы, не считая скоропортящихся продуктов, попадут в руки удачливых рейдеров, что будут собирать блага цивилизации отовсюду, где хозяйничают зомби.

И наша рейдерская группа, я уверен, будет одной из лучших.

— Шевелимся! Шевелимся! — как мог подгонял я уставших людей. — Нужно успеть вернуться до заката!

Деревушка, к которой мы топали, нас удивила. Она не только отбилась, но ещё и забаррикадировалась. Мы представились, предложили им помощь — и, получив отказ, двинулись дальше. Единственное, что сделали местные, — уточнили, как дела в соседних городах и когда уже наконец-то придёт армия.

Ответа на этот вопрос у меня, само собой, не было. Да и ни у кого не было. Сколько на всей Кубе было армии? А сколько её осталось? Никто не даст ответа на эти вопросы.

— Они уже еле на ногах стоят… — Ко мне подошла Наталья и кивнула на многочисленных бойцов, которые действительно едва ногами шевелили.

— Через один километр будет какой-то склад сельскохозяйственный, судя по картам. Там остановимся и отправим самых выносливых приманить зомби. Если они, конечно, есть.

Так мы и поступили. Окопались, стали ждать. И меньше чем через полчаса к нам, слегка восстановившимся и повеселевшим, начали прибывать гости. Сперва — пятьдесят человек, отправленных нами ранее из числа самых выносливых бойцов. Я бы сам с удовольствием с ними пошёл, но командиры сумели меня убедить, что командующему не дело соваться в разведку и идти на остриё атаки просто так, без особого повода.

Мог бы послать их с этими советами, но видя явное большинство голосов за это предложение — решил не идти в конфронтацию со своими соратниками.

— Готовимся… Их всего-то пару сотен. Режим одиночного патрона! На каждого по пять патронов — сколько убьём, столько убьём. Оставшихся добиваем вручную! — командовал я, и мы в экономрежиме смели эту стайку монстров. После чего построились, пересчитались, повернулись к беженцам и, увидев, что они готовы идти, несмотря на шок, двинулись дальше.

— Вперёд… Остался последний оплот людей на нашем пути, что атакуют силы зла! Покажем им, что значит воевать с настоящими бойцами, а не безоружными жителями!

Очередной моральный пинок ускорил бойцов, и они, пошатываясь, двинулись вперёд.

— Давайте, мужики и дамы! — подбодрил я их в очередной раз и напомнил о награде. — Вас уже ждёт горячий ужин и горячий душ! А ещё, вы должны понимать, что в глазах безвольных и трясущихся за свою жизнь людей вы — настоящие герои!

Вряд ли напоминание об ужине подбодрило бойцов. А вот горячий душ… От мысли о нём даже я взбодрился!

Последний город мы проходили уже в свете закатного солнца, на морально-волевых качествах. Всем просто хотелось, чтобы этот день наконец-то закончился. Никто и не думал, что завтра им предстоит марш-бросок на сто километров в сторону столицы Кубы. А мне ещё предстояло обсудить наше участие и преференции, которые мы, граждане со всего мира, получим за свой посильный вклад в это мероприятие.

— Гарри. Что там?

— Последние три дома зачищаем… Много в них швали всякой засело… Спасено около тысячи человек. Найдено убитыми столько же мирных и примерно столько же зомби. В общем, ещё вовремя мы успели.

Да. Я с ним был согласен. С каждым часом и каждым днём зомби разбредались всё дальше и дальше и могли найти живых, что были лишены еды и воды.

— В ближайшую неделю будут самые большие жертвы по планете. Но сам видишь как. Кое-где люди всё-таки сумели сорганизоваться и дать отпор.

— Да… В этом городе целых две церкви крепких, каменных. Много людей в них забаррикадировались. В других городах покрупнее так же будут искать укрытие люди. А потом… — Старик рассуждал здраво, прекрасно представляя, что будет происходить в ближайшие дни во всём мире.

— Жажда и голод заставят обессиленных людей выйти навстречу судьбе. Да… Печально это. Постараемся спасти как можно больше людей и зачистить как можно больше городов за эту неделю. — подытожил я и размял шею.

— Ладно, я пойду своих собирать. Да и местным надо дать выбор — отстраивать ли им город, либо присоединиться к нам. Если второе — то надо дать им час на сбор пожитков. Полтысячи ртов прокормить… Это дорого, командир. — как бы невзначай намекнул Гарри на возможные трудности, на что я махнул рукой.

— Протянем неделю — протянем и месяц. А там жизнь наладится.

— Последний вопрос… А в США ты когда плыть собрался? И зачем? — Старик пользовался случаем, желая понять ход моих мыслей.

— Ну, у нас на судне будет больше пяти сотен голодных и бесполезных ртов, которые надо бы высадить. Режим тирана включать пока не с руки нам. Ну и второе, не менее важное… Не ты один знаешь, где богатая добыча по миру разбросана.

— А… Рейдерский захват? И какая у нас цель?

— Их несколько. Решим на военном совете. И если у нас будет хотя бы пять сотен готовых горой постоять за нас и лайнер бойцов, да по дороге мы не нарвёмся на береговую охрану… Этот лайнер станет самым зубастым кораблём в мировых водах.

— Хм… Мне нравится твоя решимость. Жду не дождусь военного совета.

— Скоро. Только заключим и исполним сделку с местными, и сразу же отправимся в поход на нашем драккаре, как викинги.

Спустя два часа мы вернулись и пока все готовились ко сну и отдыху, я в «жигулях» местного помощника Алонсо вместе с Натальей, Роберто и Коннором выдвинулся в сторону Мариэля. Город уже начал отмывать свои улицы от крови и занялся не только наведением порядка, но и сооружением непроходимых для зомби преград по периметру города. Забора.

На лайнере всё было довольно спокойно, часть кают освободили для беженцев, а завтра уже планировали начать переоборудовать комнаты и ставить временные убежища на улице. Склады постепенно разграблялись на предмет нужных вещей. Ненужные же вещи не трогали и отмечали на бумаге, что и где хранится. Мало ли в будущем понадобится.

В связи со столь активной позицией неожиданно крепкого правительства Кубы, что несмотря на кризис сумело сохранить какую-никакую, а власть, моей задачей стало отстаивание собственных интересов почти семи тысяч жителей лайнера.

— Добрый вечер, уважаемые. Мои ребята достаточно натренировались зачищать и воевать в условиях городской постройки. Надеюсь, это поможет нам завтра перевернуть с ног на голову сражение за Гавану.

— Оу! Перфекто! Я понятия не имел, что вы потребовали это время для того, чтобы подготовиться, — ответил мне представитель, прибывший из кубинской столицы и собирающий ополчение.

Судя по пустым улицам Мариэля, отсюда уже часть людей вывезли.

— Сколько вооружённых людей у вас есть, готовых отправиться в бой? — продолжал допрос мой собеседник, а я посмотрел на приехавшие старые армейские грузовики, готовые погрузить моих бойцов.

— Две сотни прошедших закалку боем и вооружённых для ведения войны против зомби.

— Мало… — сразу же заныл он и начал стучать карандашом по столу.

— Остальные будут пушечным мясом и мешаться под ногами. Мы не армия — а вынужденные взять в руки ополчение нашего с вами мира.

Я решил не раскрывать ему полную численность и наши возможности, да и не видел смысла забирать всех в Гавану. В окрестностях хватает мест, где потребуется помощь воинов.

— Но у меня к вам встречный вопрос. Что дальше? Что будет после того, как мы вернём контроль над Гаваной? Нас много, и мы лишены дома. Куба славится своим гостеприимством. И мы были бы рады помочь ей в этом кризисе, за некоторые гарантии…

В ответ на мои слова дипломат замахал руками и рассмеялся, пытаясь продемонстрировать, что этот вопрос совсем пустяковый и не имеет большого значения.

Ну-ну. Сегодня вы строите из себя самых щедрых и гибких людей на планете, а завтра, после того как получите желаемое, разведёте руками и попросите сдать оружие, освободить занимаемую территорию и вернуть всё добытое. Нет, дорогой мой друг. Мы заключим договор с правительством Кубы. В каком бы составе оно ни было. И только после этого, пользуясь легитимностью и правами, — будем постепенно распространять своё влияние и расширять свои права. Мне достаточно, чтобы вы считали нас слишком сильными, чтобы идти на конфронтацию, и недостаточно опасными, чтобы видеть в нас угрозу.

Шаг за шагом я накоплю силу и продавлю свои интересы. Ради вашего же блага.

Дипломат всё ещё что-то щебетал, что-то продолжал махать руками панибратски, когда вдруг раздался чудовищной силы взрыв где-то далеко-далеко. Из-за местности и расстояния мы не сразу поняли, что именно случилось. Просто нарастающий гул и тревожное чувство, витающее в воздухе.

— Вот ведь… Нехорошо как вышло… — заметил я поднимающийся из-за горизонта столб дыма, уходящий в небеса грибовидным облаком. — Надеюсь, не ядерное…

Я постучал по плечу дипломата и указал ему пальцем на горизонт. Ругань на испанском полилась из его рта, а я уже слушал доклад Афины.

Что-то в направлении военной базы США Гуантанамо очень и очень сильно взорвалось только что.

ФЬЮЮШ…

— А вот и добавка летит… — заметил я два следа от ракет, летящих со стороны моря в том же направлении.

Ну а спустя ещё две минуты — новые взрывы и облако, с новой силой поднимающееся к небесам.

— Кто это атакует? Что это… — терзал себя вопросами кубинец.

— Американцы. Не знаю, что они скрывали на своей военно-морской базе… Но, видимо, они потеряли контроль и очень сильно не хотели, чтобы это что-то попало не в те руки… — проговорил я, задумываясь о поиске и монтаже систем ПВО на нашем лайнере.

А лучше военные корабли сопровождения заполучить побыстрее. А то тут что-то совсем всё плохо в мире стало. Уже баллистическими ракетами огонь ведут по своим же…

И я обязательно узнаю, какая тайна вынудила бесчеловечных генералов отдать такой приказ и убить больше десяти тысяч своих же солдат.

Добро пожаловать в тёмную эпоху, человечество.

Яркое солнце взошло над горизонтом и слепило водителей, что выжимали максимум из своих грузовиков. Нам солнце не мешало, ибо мы погрузились в десять грузовиков, и ещё один вёз наши боеприпасы. А вот что мешало — так это постоянная тряска и подкидывание в кузове моих бойцов. Кажется, за эту поездку мы синяков получим больше, чем за вчерашний вояж в окрестностях базы.

Эту ночь я практически не спал. Наивно было рассчитывать, что мы справимся с зачисткой и освобождением столицы за сутки или даже двое. Поэтому я передал десятки указаний и планов оставшимся командирам, капитану и Роберто, который стал моей правой рукой и заместителем на борту судна.

Причём указания имели множество вариаций, зависящих от того, как будут складываться дела у моих лихих морских волков. Само собой, никаких графиков похода в туалет я не расписывал — лишь глобальное и оперативное планирование, отметка целей, задач в развитии, поиск и сбор припасов, спасение людей, создание внушительного оплота в нашей части лагеря. Такого, чтобы Мариэль в дальнейшем вошёл как более мелкое поселение к нам. Спасение, ремонт работающей техники. И сельскохозяйственной, и грузовой, и персональной — нам было нужно всё, если мы планируем развиваться на суше. Отдельно была поставлена задача для капитана корабля обследовать застрявшие в порту суда и начать делать первые шаги по формированию нашей так называемой флотилии. В порту имелось несколько сухогрузов разной степени загруженности, три баржи, куча более мелких судов на якоре, в том числе спасательные, буксировщики, и даже одно исследовательское. А вот персонала, что мог бы управлять этими кораблями, — не было.

Кто-то погиб, кто-то бежал, и лишь небольшая часть из спасённых нами в терминале людей имели отношение к судоходству. К нашему огромному сожалению. Лайнеру и так высококвалифицированных кадров не хватало, а если мы хотим прирасти другими судами, то нам надо каким-то образом найти решение этой… дилеммы. Хотя Афина может в некоторой степени нивелировать отсутствие части персонала — полноценно людей она не заменит. А может, её для обучения использовать? Хм…

— Ай-яй. Какой нехороший человек там за рулём сидит! — пожаловался один из бойцов, потирая ушибленное место.

Да и я тоже копчиком приложился от непонятного манёвра…

Послышался скрип тормозов, и нас в очередной раз подкинуло, теперь вглубь кузова. Если бы мы не держались за борта — имели бы все шансы закосплеить шпроты в банке.

Снаружи закричали что-то на испанском, и я сразу сообразил — это сигнал тревоги. Тут и помощь Афины не понадобилась.

— Зомби. К бою! — Я тут же выскочил из кузова грузовика и схватился за пистолет.

Всё холодное оружие, кроме совсем миниатюрных клинков, везлось в отдельном грузовике. Поэтому мы имели на вооружении лишь самые базовые предметы экипировки — пистолеты, ножи, недосып и ярость воинов, отбивших за время этой короткой поездки половину тела.

Остановиться пришлось из-за затора на дороге и аварии. Судя по крикам кубинцев, ещё два часа назад этой проблемы здесь не было. Затор тянулся метров на сто, а начинался буквально на повороте, посреди которого и остановилась колонна. Повреждённые и более-менее целые автомобили в обе стороны перекрывали это двухполосное шоссе, ведущее к столице. Водитель первого грузовика пытался объехать пробку по обочине пробку и сейчас ревел мотором, двигая застрявшую в этом месте легковушку.

— Следим за перекрёстным огнём! Самых шустрых заваливаем и кинжалом в глаз! Давайте, шевелитесь, все наружу.

Нас было двести злобных бойцов и около сорока кубинцев из числа водителей и прикрытия. Зомби, навскидку, было около сотни. Немного дальше виднелся маленький ручей и мост над ним, посреди которого лежала перевёрнутая старенькая машина. Повсюду разбитое стекло, десятки погибших людей, попавших в эту ловушку на слепом повороте.

Звуки одиночных выстрелов, рычание зомби, крик бойцов, заваленных массивными тушами врагов, и доблестные крики выпрыгивающих на помощь бойцов с ножами в руках.

Через две минуты суматошного боя с тыла подошло подкрепление, принёсшее холодное оружие, самодельные и выменянные в терминале щиты. Дело пошло веселее, мы перестали отступать, и полностью окружённая толпой зомби ведущая машина уже вскоре оказалась отбита. Всё произошло очень и очень быстро. Начало схватки, их таранящий набег, наша контратака… Будь мы простыми туристами — пролилось бы много человеческой крови. Но мы все уже практически срослись с военной экипировкой, и каждый дополнительно укреплял свою защиту, как только додумывался, поэтому обошлось одним раненым бедолагой с переломанной ногой.

— Выделите ему аптечку, — начал я раздавать команды. — Первый кулак — вперёд на триста метров, проверка и зачистка участка шоссе по эту и другую сторону моста. Второй и третий кулаки — работаем с пробкой: поиск выживших и раненых, оттаскиваем и переворачиваем на колёса автомобили, ищем экземпляры на ходу, собираем возможные трофеи. Еда, монтировки, автомобильные аптечки и огнетушители — с неисправных автомобилей собираем всё, что может быть полезно.

Кулаки были пересобраны этой ночью из числа самых свежих, сильных и хорошо проявивших себя бойцов. Первым кулаком командовала Наталья, вторым — Гарри, третьим — Коннор, четвёртым руководил Хван. На лайнере кроме Идриса и Роберто остался бывший начальник тюрьмы, старый Фернандо — здоровяк из Бразилии, отличавшийся плохим нравом и железной дисциплиной в подчинявшихся ему отрядах.

— Бензин сливаем? — спросил Хван.

— Твой кулак этим и займётся, — согласился я. — Только оставь пару десятков бойцов за тылом наблюдать. Мало ли… Сколько успеем, столько и сольём. Надо спешить.

Для слива бензина было бы неплохо иметь тару. К сожалению, в грузовиках нашлось лишь по одной пустой канистре. Поэтому мы были ограничены в количестве возможного топлива.

Работа закипела. Через двадцать минут вытащили из одной машины живого человека в отключке, посадили его в один из грузовиков и начали выстраивать вторую колонну из легковых автомобилей. На ходу оказалось порядка двадцати машин, но некоторые из них были почти без топлива, другие требовали ремонта или замены колёс.

Поэтому мы собрали лишь пятнадцать из них и очистили от остальных дорогу. Заскрежетал металл, взревели старые двигатели, шумно и активно коптя воздух чёрным дымом… Освободители Гаваны продолжили свой путь. Очередные сотни трупов на нашем пути. Большинство бойцов уже даже не морщились при их виде. И не важно, кого они там увидели, лежащего в луже крови. В такой обстановке эмоции слишком быстро атрофируются. Жалость закапывается глубоко в сердце, обрастая плотным защитным коконом, который должен спасти психику бойцов.

Такова война…

К восьми утра мы приехали в предместья Гаваны, и сразу же дежурящие на дороге солдаты указали направление движения. Нас высадили на территории какой-то огороженной школы, мы построились, пересчитались, и я доложил вышедшему офицеру, что отряд бойцов-добровольцев лагеря «Вива Нова 2» прибыл для помощи в зачистке столицы Кубы.

Получил слова благодарности за отзывчивость в столь трудную минуту и приглашение располагаться бойцам и разгружать снаряжение.

— Где располагаться? — с акцентом спросил я офицера на испанском, на что он ответил, мол, прямо здесь. На землю и разгружайтесь. Скоро мы всё равно выдвигаемся.

Пока мы вытаскивали всё из кузова, включая мой деревянный ящичек с сюрпризом, взятым в терминале обсерватории нашего лайнера, представитель кубинцев выбежал к командиру этого гарнизона и начал, активно жестикулируя, докладывать о привезённом подкреплении. То есть о нас. В конце даже свою копию договора отдал. Пусть он без доверенности и подписан человеком с малой властью… Как только я окажусь рядом с реальной властью — я потребую подтвердить этот документ. И лучше бы им не юлить…

Афина подсказала, что я общался с полковником Густавом — первым заместителем командующего Революционной Армии Кубы в военном округе Гаваны. Фактически — среди военных чинов — он был второй в этом регионе. Но, как и в любой бюрократической среде, а она существует даже на Кубе, кроме командиров округа есть ещё и главнокомандующие, генералы штаба и им подобные люди. Вопрос, сколько из них осталось в живых… И какое место теперь полковник Густав занимает в этой иерархии власти…

Густав же, читая состряпанный нами юридически красивый и грамотный договор, — за что отдельная благодарность Афине, — то и дело косился на наше вооружение, униформу и многочисленное оружие ближнего боя да щиты.

И я знаю, что будет дальше. Мы для них полезное, но чужое мясо. Возможны два варианта использования такой вот группы. Первый — отправить нас в самую настоящую жопу, на остриё атаки, выставив позади нас заграждение с автоматами, которое в случае нашего побега будет стрелять по преследующим нас зомби… И по нам.

Второй вариант — разделить нашу группу и раскидать по разным отделениям, после чего затыкать нами все дырки в ходе зачистки города.

Почему? Элементарная логика и чувство собственника. Кучка наглых иностранцев в отличной экипировке требует за помощь… часть их земель? И пускай это по договору лишь право на проживание в определённой зоне и право на защиту своих собственных границ от зомби до момента прекращения глобального кризиса… Умеющий читать и думать сразу поймёт, что это не что иное как новая военная база неизвестной группы. По сути — наёмники. Мы и сейчас сюда прибыли как наёмники. И впереди нас ждало довольно много проблем. Начиная с того, что я должен был не допустить разделения нашего отряда, и заканчивая тем, что мы не можем получить законную добычу в очищенных районах. То есть мы на самообеспечении, без права на сбор различного добра. Но… Кое-что мы всё-таки получим — очки доблести. Вторая наша цель — установить позитивный контакт с руководством. Но для этого надо выходить на самую верхушку местных вояк и чиновников. Хотя, от последних толку не сказать чтобы много. В такие кризисы повсеместно власть переходит к военным правительствам.

И самый главный и важный момент — как мы будем добираться обратно. Собственно, мы поэтому автомобили и притащили с собой. Это, конечно, не даст погрузиться за раз даже половине бойцов… Но мы будем действовать постепенно — для начала выживем и устраним угрозу для города.

Совсем скоро местные военные вызвали меня на ковёр — целый час допрашивали на тему того, откуда мы явились, где взяли оружие и униформу. И лишь последние десять минут допрос превратился в инструктаж. Нас направляли для усиления первого батальона, который сейчас вёл тяжёлые бои в самом центре города.

Ну, хотя бы решили не разделять. Как и ожидалось — мы будем сражаться в самой опасной части города. Парочка широких проспектов, относительно новые здания, мало укреплённых объектов прошлого, которые можно было бы использовать в качестве препятствий на пути врага.

— Идите и готовьтесь, вы отправляетесь через десять минут. По прибытии вас представят временному командиру батальона, и он определит направления штурма для вашего отряда.

— Благодарю. Защитим Кубу вместе! — наигранно, но эффектно для посторонних слушающих я крикнул самую банальную из всех возможных популистких фраз.

Оказавшись на потрескавшемся асфальте, я построил бойцов и тихо и спокойно объяснил им диспозицию. Куда мы отправляемся, какая перед нами будет стоять задача и так далее.

— Командиры кулаков, подойдите, — позвал я своих командиров и тихо, чтобы посторонние не услышали, сообщил: — Учтите, что нам уготована участь авангарда. Любое наше тактическое отступление бойцы батальона приравняют к «бегству проклятых наёмников». Ставлю две пачки патронов на то, что уже через несколько мгновений им отдадут приказ открыть огонь по приближающемуся неприятелю. И нам в том числе.

— Тц… Зачем мы вообще сюда приехали…

— Потому что мы можем поиметь свою выгоду из этого дела, само собой. Генералы, полковники, другие офицеры… Все они смотрят и следят. Все сражаются. Рядовые и сержанты, городское ополчение. У нас очень мало шансов поднять свою репутацию среди местных. И мы не можем упускать возможности. Без этого за нами не пойдут люди. Мало иметь оружие и патроны в этом мире. Надо иметь репутацию, которая поведёт за нами людей. Берегите людей. Помните о наших преимуществах, пользуйтесь мобильностью, высотой и так далее. Не дайте им и шанса направить автоматы на наши спины… И помогите затащить пулемёт на пикап.

Впятером мы довольно быстро разобрали ящик с моей цацкой и перенесли его к пикапу. Работать с этим скорострельным убийцей следующего поколения было одно удовольствие. Длинные сошки с разными типами креплений устанавливались практически на любую более-менее твёрдую поверхность и позволяли создать огневую точку поразительной эффективности. В руках его удержать можно было, но вести прицельный огонь, увы, не представлялось возможным. В теории, при помощи ремней и креплений я бы мог его повесить на себя, но это мазохизм с низкой эффективностью из-за разброса снарядов.

Установили пулемёт, активировали магнитные крепления, которые чуть ли не срастили сошки с багажником пикапа. Оружие вращается вокруг своей оси, снизу расположен короб на шестьсот шестьдесят боеприпасов, ещё один — запасной — находится под ногами. Тоже магнитами прицеплен к пикапу. Скорострельность у этого смерча такая, что хватит короба на минуту работы в обычном режиме и на полминуты в экстра-режиме. В день восстанавливается по пятьдесят боеприпасов… Для пулемёта на один чих, но если сравнить с боезапасом дробовика или любым другим стандартным… Калибр патрона, правда, не очень подходит под наш Глок или калаш… Увы, но ничего — мы обязательно доукомплектуем наши отряды оружием, к которому можно приспособить и пулемётный патрон.

Вскоре к нам вернулась часть грузовиков, мы забрались в них и поехали. Рядом, естественно, были и бойцы на легковушках. Наши припасы и всё прочее тоже погрузили в один из грузовиков, но более скромных размеров. Судя по всему, до пришествия зомби в нём развозили хлеб. Бойцы были во всеоружии и серьёзно настроены. По дороге как раз на мосту зарядку сделали, так что все должны окончательно проснуться уже.

Наши грузовики присоединились к колонне с другими бойцами из местных гарнизонов. После зычного крика офицера в начале колонны мы тронулись с места и отправились по грязным и полным хаоса, крови и мусора улицам в центр города. Звуки стрельбы не прекращались ни на минуту. Вдалеке виднелся порт в столбах дыма. Совершив крутой поворот, грузовик открыл моему взору масштабное сражение танков и БТР, которые штурмовали холмистые регионы и стальным катком проезжались по довольно внушительной толпе зомби. Их тысячи я видел со своего места очень даже хорошо.

Могло показаться, что зомби — мусор, который любой сидящий в тачке или за рулём БМП человек в два счёта раздавит и поедет дальше. И что вообще эти монстры серьёзной угрозы не представляют. Опасная ошибка. Тот случай на мосту — прямое тому подтверждение. Отсутствие страха и умение броситься на прущий вперёд танк или автомобиль… Это не только отличный способ суицида для зомбанутых, но ещё и риск повреждения техники. Человеческий ресурс — он ограничен. Патроны заканчиваются. Топливо — сжигается. Техника ломается… А заводы всё не работают. Починить их практически невозможно. По крайней мере полноценно. Ведь сейчас мир так устроен, что для починки какого-нибудь станка в одной части света приходится звонить в обслуживающую компанию на другом континенте, а они звонят производителю на третий континент. И уже оттуда через пару месяцев заказанную деталь контейнером тащат через половину мира к неисправному станку. А на Земле не один станок сломался. Ох, далеко не один. И как итог — производства наполовину мертвы, запасы топлива постепенно закончатся, танки заглохнут, БТР проржавеют, артиллерия понуро опустит стволы. Сейчас кажется, что мы, человечество, на коне, но скоро этот конь сдохнет.

Можно даже сказать, что мы сейчас движемся к нашему незавидному будущему на хромой кобыле. А на ней, как известно, далеко не уедешь.

Наконец-то мы добрались до здания мэрии. Вокруг хватало военных, заграждений с колючей проволокой. Даже противотанковые ежи зачем-то притащили…

Довольно быстро нас выпустили из грузовиков, и пока бойцы в очередной раз строились и пересчитывались, осматриваясь вокруг, меня и командиров подразделений пригласили к местному командиру, что отвечал за захват и зачистку центра.

Вперёд убежал посыльный, тащащий с собой в кармане письмо от полковника по поводу моей группы и подкрепления. И ещё на подходе я услышал сочную испанскую ругань, от которой у джентльменов уши в трубочку бы свернулись.

— ТРИ СОТНИ? ВСЕГО ТРИ СОТНИ? Да за последние два часа у меня три роты погибло! Недокомплект бойцов составляет от сорока до семидесяти процентов в подразделениях! Чтобы соединиться с войсками западного округа, мне потребуется втрое больше солдат!

Афина, умничка, не только переводила слова человека, что находился по ту сторону укреплённого входа в мэрию, но ещё и по голосу распознала этого человека. Удивительная у них тут неразбериха. В тылу полковники хозяйничают, а на острие атаки солдат лично генералы в бой ведут.

Что же, можно сказать, что удача немного повернулась к нам передом. Ибо если верить Афине, этот человек был не просто идейным военным, но и человеком слова и чести. Если бы не его зацикленность на армии, он мог бы баллотироваться и в президенты этой страны четыре года назад. Но партия решила, что им нужен более гибкий и дипломатичный лидер. Вот только в новых условиях этот человек вполне себе должен стать оплотом и защитником кубинского народа. Но за прошедшие несколько суток с начала конца он оказался в несколько странном положении…

Это сердце Кубы. И самая главная, центральная его часть… Почему у генерала в авангарде так мало войск? Где его танки? Где техника? Я видел целые колонны, что шли в сторону порта и в сторону южной части города. Множество людей и техники — пусть старой, но чрезвычайно важной в данный момент. Для битвы за город у самого одиозного и жёсткого генерала Кубы как-то маловато ресурсов. И раз меня отправили погибать сюда… А не разделяем ли мы, уважаемый генерал Сантьяго Очоа Санчес, одну судьбу в глазах почуявших запах власти борцов за свободу Кубы?

«Хозяин… Я перехватила переговоры, зашифрованные на военной частоте. Довольно старое оборудование. Удалось при помощи радиостанции Мариэля подключиться к местной сети, после чего раскодировать старые… Простите. У вас нет времени. Да, вас пожелали устранить, так же, как и генерала Сантьяго».

— Ну что же… Ола, сеньор генерал…

Слушая ругань вояки и игнорируя его подначки, равно как и желание скинуть стресс, разбив мне лицо, я с беспристрастным выражением лица стоял и ждал. Как и мои командиры. А чего им было переживать? Я взялся тянуть это всё на себе — с меня и спрос.

Темпераментному военному на грани нервного срыва понадобилось пять минут, чтобы собраться с мыслями и перейти к более полезному занятию — выпытыванию у меня при помощи переводчика данных о нашей группе «вонючих наёмников».

Наконец, он получил ответы на все свои вопросы и на карте показал, в какой район мы должны выдвигаться и закрепиться, дожидаясь подхода сил кубинцев. Я, ни секунды не раздумывая, кивнул. Хотя и видел, что место, куда нас отправляют, очень опасное и тяжёлое для обороны. Перекрёсток двух больших проспектов и одна из крупнейших площадей города… Там два десятка БТР надо, чтобы перекрыть проход… А две сотни солдат и половины самого узкого места не закроют.

— Всё сделаем, — ответил я ему на английском, а затем перешёл на русский и добавил: — Однако Генрих Павлович, ваш наставник в академии КГБ СССР, за такое вас бы расстрелял.

Знакомые слова, имя и фамилия сработали триггером, заставив генерала крикнуть мне: «Остановись!» Переводчика и моих командиров он прогнал и заставил меня вернуться. Указал на стул рядом с его столом и с сильным акцентом бросил мне: «Сьядись».

— Русский?

— Русский. И не я один в моём отряде, — начал я, а затем перешёл на корявый испанский. — Ваши военные думали, что я их не понимаю. Напрасно. У меня для вас, как своего старшего товарища, есть кое-какая информация, которая вас заинтересует.

Генерал откинулся на спинку стула и ничего не ответил, предпочитая слушать, а не задавать лишние вопросы.

— Не находите странным, что ваши подразделения до Гаваны так и не добрались? Ваши коллеги при помощи бронетехники, вертушек и тысяч бойцов добровольческих отрядов Гаваны сметают врагов, не экономя боеприпасы, а вы уже два часа не можете подкрепления получить, кроме нас и жалкой сотни солдат с выпученными от страха глазами. Ваши позиции самые шаткие. Ваше направление атаки — самое тяжёлое. Враг может напасть на вас и смять со всех сторон, но… К вам прислали «вонючих наёмников», которые решили поселиться на Кубе и отжать у вас кусок земли… В прежние времена и за меньшее убивали, да?

— Что ты узнал?

Ха, как быстро ты клюнул и заглотил наживку, старик…

— Ничего конкретного… просто слишком много совпадений. Например, отправка подкреплений на фланги, которые и без них вполне успешно справляются. Но, как меня учили… Если есть вероятность того, что что-то ужасное может случиться — оно рано или поздно случится.

— Хм… Когда ехал, внимательно смотрел на дорогу?

— Да.

— Сколько линий заграждения было в этом районе? Там главное отделение полиции и много военных складов на окраине города.

— Три на внешнем кольце и три на внутреннем…

— Вот суки… — сжав кулаки и зубы, выдавил из себя генерал Сантьяго.

— Внешнее оцепление это норма. А внутреннее — преграда на пути зомби, после того как нас сметут. Верно?

Старик промолчал, но его молчание было красноречивее любых слов.

— Не могу только понять зачем? Страна в опасности, американцы творят неизвестно что, враг повсюду…

— Потому что они верят, что смогут уничтожить всех зомби. Поняли их слабость. Оценили свои силы и посчитали количество выживших членов правительства и генерального штаба. Уверен, те, кто сговорился, довольно высоки в иерархии власти. Но не выше вас. Говорят, вас выдвигали кандидатом в президенты пару лет назад… Как думаете, есть у них шанс зацепиться за власть, если вы возьмёте контроль над армией?

Мои слова ложились в благодатное русло его собственных страхов, размышлений и опасений. Мог ли он мне доверять? Не больше, чем любому другому чужаку. Мало ли кто послал меня и поделился сведениями о подготовке генерала почти полвека назад в особом учебном заведении их союзника. Но слова словами, а факты фактами. Он и сам видел, что творится какая-то ненормальная дичь. Его приказы терялись. Подкрепление не доезжало. Боеприпасы и заграждения прибывали с огромной задержкой. Одно дело — если бы это всё было повсеместно. Тогда никаких поводов для мыслей о предателях не было бы. Но когда он наблюдает успех и многочисленные передвижения техники в других частях города. Когда он слышит, как работают пулемёты и пушки БТР, не замолкая ни на секунду, а они тут вынуждены считать каждый патрон и с огромным риском переходить от одного квартала к другому… Тогда-то в голове и начинает просыпаться паранойя.

Я на самом деле понятия не имел, кто и что планирует против генерала. Афина не успела поделиться большим количеством сведений. Но мне хватало самого факта, и дальше пазлы очень легко складывались в не очень хорошую картину.

Не знаю, какие демоны и что шептали на ухо старому вояке прямо сейчас, но думаю, пора мне заключить с ним джентльменское соглашение.

— Они ошиблись, генерал. А вам повезло. У вас, как и у меня, не слишком много вариантов пережить ближайшие два дня. Знаю, что в письме вам рекомендовали выставить заградотряд, который уничтожит нас в случае прорыва зомби и нашего бегства. Думаю, такой же заградотряд и обвинение в дезертирстве ждут и вас, вздумай вы отступить и перегруппироваться.

— Откуда ты такой умный взялся?

— Из Сибири, — пожал я плечами и вновь подошёл к карте. — Для того, чтобы выжить — вы должны победить. Не только сохранить свои силы, но и окружить себя спасёнными людьми и верными соратниками. Я могу стать вашим другом и помощником. Если и вы придёте ко мне на помощь в час нужды. И это не обязательно будет военная помощь…

— Земля… Где ты там высадился?

— Мариэль.

— Китайский порт… Да, неплохой выбор, — кивнул он.

— Я бы сказал, один из немногих. Лайнер у нас… Немаленький. В порт Гаваны он бы не причалил.

— Говоришь, победить врага столь малыми силами? Ты представляешь, сколько там зомби?

— От ста до двухсот тысяч в центральном районе…

— Мои разведчики доводят мне примерно такие же цифры. И в чём состоит твой план? Как ты с двумястами солдат-самоучек собираешься очистить Гавану?

— Если генерал проявит свой талант полководца и немного поможет нам… — Я поднялся и развернулся в сторону двери. — Из вашего окна не видно. Давайте пройдём в кабинет напротив.

Я вышел, придержал дверь, и пожилой генерал вышел наружу. Мы проследовали в соседний кабинет, из которого ясно было видно алое сияние в центре города.

— Немного в стороне от того места, куда вы нас отправляли… Это терминал — считайте, склад с бесконечными боеприпасами. Не знаю, кто его контролирует — но это должны быть мы с вами. Вы знаете о терминалах?

— Слышал. Но не сталкивался и не особо верю в эти слухи… — Генерал осмотрел мою униформу и оружие и коротко добавил: — Не верил.

— Позвольте пригласить вас к карте и немного скорректировать наш план атаки… Думаю, вы и сами понимаете, что прежний план близок к суициду…

В итоге мы потратили больше двадцати минут на экстренное совещание и перегруппировались. Генерал согласился дать нам целых два из пяти БТРов в качестве прикрытия. Немного автомобилей, наш пикап и сотня бойцов генерала. Половина из них была из числа доходяг, присланных вместе с нами в качестве подкрепления, другая половина — проверенные бойцы генерала.

Он поставил условие — что первыми к терминалу должны попасть его бойцы. Это если он захвачен зомби. Если же вокруг люди и отряды сопротивления… Всё равно они заходят первые. Это был достойный компромисс. Люди генерала получили пару сигнальных пистолетов. Если захватим — стреляем по разу каждые тридцать секунд. Если нам жопа — два выстрела в формате один за одним.

— Собираемся… — Наконец-то закончился ад планирования, и я построил бойцов, готовясь вывести их за пределы удерживаемой линии обороны.

Успели гаванцы отбить парочку районов, в то время как зомби то сбивались в стаи, то разделялись, стремясь добраться до источников звука, который раздавался со всех концов города. Не замолкающая ни на миг стрельба стала спасением для города. Пока ходячие мертвецы дёргались в разные стороны, большая часть из них повредили связки ног и теперь довольно медленно ковыляли.

Наш отряд оказался напротив построенных на скорую руку ворот и забора, наглухо перекрывшего узкую улочку. Другие были также наглухо перекрыты, в том числе при помощи автомобилей, мешков с песком и так далее. Двери и окна на первые этажи были намертво заколочены, а в окнах лишь изредка показывались испуганные местные жители. Они не бежали и не эвакуировались из города… Попросту некуда им было идти. Везде — смерть и страдания.

— Сейчас мы зачистим площадку перед воротами, после этого сюда начнут бежать новые толпы зомби, будьте готовы отразить их атаку, — предупредил меня забинтованный молодой парень с калашниковым и старым советским шлемом на голове.

— Сколько их будет примерно?

— Иногда десять — двадцать, иногда до сотни прибегает… мы тогда снова отстреливаем их, — ответил он мне, и я повернулся к своим соратникам.

— Приготовились! Холодное оружие к бою. Первый кулак — занимает левую полосу движения и тротуар, второй — правую часть дороги. Третий и четвёртый кулаки в резерве. Зачистили — пропустили технику, дальше строимся, как командиры указывали.

Я сам стал за пулемёт, забравшись в пикап, и посмотрел на ворота. Кубинцы уже начали отстрел и довольно быстро заработали, сразу отводя упор от ворот и раскрывая сами ворота, освобождая нам путь.

— ВПЕРЁД! ВПЕРЁД!

Пошла битва. Местные с удивлением смотрели на людей, которые предпочитали драться с зомби в ближнем бою. Ну а мы тихонько накапливали очки достижений, перемещая назад уставшие первые ряды и давая полным сил и злости бойцам уничтожить врагов. Мозги разлетались по асфальту, кровь уже давно сделала его красным. Я спокойно ждал, веря двум командирам своих первых кулаков. И через десять минут, зевая, Хван махнул мне рукой, призывая заводить мотор. Первое сражение с гаванскими зомби было закончено. Чем они отличались от всех прочих?

Ничем. Разве что были немного медленнее в большинстве своём. Следующий шаг — неспешная планомерная зачистка районов и невысоких домов в три-четыре этажа. У каждого бойца на поясе был баллончик с краской, спасибо китайцам и целому контейнеру с этой крайне полезной штукой, найденному в порту. Прошли сто метров вперёд — остановились, позвали всех зомби на встречу с нашей делегацией. Выслушали их претензии («ГРА-А-А», «РВА-А-А», «УА-А-ААА») по поводу тяжести судьбы рядового зомби-мозгодобытчика и провели внутричерепную амнистию. Иногда амнистия проводилась пистолетом. Иногда — алебардой или другим холодным оружием. Следом зачищались дома в квартале, и кулаки перемещались по ближайшим кварталам, занимаясь финальной зачисткой и отмечая краской зачищенные здания.

— Мы очень медленно продвигаемся… — подошёл ко мне майор из группы прикрытия генерала Сантьяго. К моему удивлению — англоговорящий.

— Но зато у нас до сих пор ни одного убитого, мы ни разу не подбегали в истерике клянчить боеприпасы из нашей хлебовозки и бойцы до сих пор полны сил и энергии. Совершить рывок на полкилометра и сдохнуть уставшими через пару часов сражений, или за это же время пройти шаг за шагом такое же расстояние и не понести ни потерь, ни ущерба? — задал я ему вопрос, и он так же молча, как и его генерал несколькими часами ранее, отправился думать.

— Продолжаем, ребята, продолжаем. Впереди ещё сотни кварталов… Бегать будем до рассвета.

— Завтрашнего, командир? — уточнил один из бойцов четвёртого кулака.

— А тут уж как получится. Может, и неделю будем пробираться.

— Не хотелось бы… — скривился он.

— Само собой. Через четыре дня мы должны отплыть из Мариэля…

Просто я позволю этим хитрожопым ублюдкам убить побольше зомби, потратив на это как можно больше боеприпасов. Несмотря на их приказы — контракт, который подпишет лояльный мне генерал, что ждёт прибытия бойцов из его военных частей, подразумевает помощь, а не освобождение нашими скромными силами целой трети Гаваны.

В резиденции президента Кубы в это же время

— ТИШИНА! Я ПОПРОШУ ТИШИНЫ! — стучал кулаком по стойке председатель Государственного Совета Кубы и по совместительству премьер-министр.

Он был вторым человеком на Кубе… В мирное время. И после смерти предыдущего президента, страдавшего от множества болячек, имел все шансы стать новым правителем свободолюбивого народа. Тем более что многие его политические «братья» также покинули этот мир. По независящим от них причинам. И всё было бы у него просто прекрасно, если бы не одно «но»… Он занял пост временно исполняющего обязанности президента и под давлением всего происходящего был вынужден объявить военное положение в Республике. И даже несмотря на то, что телевидение не работало и лишь несколько резервных радиочастот удалось восстановить и запустить, он отдал этот приказ. И власть выскочила из его рук… Ибо он не был верховным главнокомандующим. Власть перешла к военным. И если бы он не отдал приказ добровольно — то был бы в один момент обвинён в государственной измене и подвергнут трибуналу прямо на рабочем месте.

Мужчина отбросил мысли о невозможном и попытался сосредоточиться на сохранении власти, примазываясь к фракции одного из генералов.

— Я ХОЧУ ЗНАТЬ, КОГДА ГАВАНА БУДЕТ СВОБОДНА? КОГДА НАШИ ЖИТЕЛИ СМОГУТ СВОБОДНО ВЗДОХНУТЬ! — Политик исполнял указание своего сюзерена с генеральскими погонами и разводил бучу на ровном месте. Ведь люди и так все на взводе…

Шепотки раздавались в здании правительства, окружённом плотным кольцом войск и техники. Патриоты, хитрые как змеи политики, подхалимы и тираны… Никто до конца не понимал, кто есть кто. Все гадали, кто с кем в союзе. Они очень быстро перестали беспокоиться о зомби. Ведь те не заражали. И не имели мозгов, которые могли стать препятствием на их пути к возвращению города. Двадцать тысяч солдат, сто пятьдесят тысяч резервистов и ополченцев города, техника… Этих сил более чем достаточно для освобождения города. Их волновало будущее их резко ослабшей страны. Пока одни видели трагедию — другие видели возможности.

Лишь одного генерала не хватало в этом здании на совете республики. Он первым бросился, подняв с собой всех ближайших бойцов, в самое сердце Гаваны. Да так и увяз там. Толпы зомби его окружили, он сутки от них отбивался, прежде чем военные перегруппировались. Всего лишь троих носителей высоких погон хватило для создания альянса, целью которого было устранение при помощи зомби самого главного из их конкурентов. Каждый из генералов имел доверенных лиц, и они связались с ними, передав инструкции и планы для вверенных им подразделений.

Они надеялись, что двое суток старый пень Сантьяго не продержится… Но они немного его недооценили. Он замуровался со своими двумя тысячами солдат на нескольких кварталах и «ждал подкреплений». Им пришлось отправить ему подкрепление, но это была скорее насмешка и плевок в сторону их оппонента в борьбе за власть. Более того, с этим подкреплением к нему пришло письмо от командующего штабом обороны о переходе в контратаку… Если он ослушается — его ждёт трибунал.

Вояки радостно потирали руки и уже готовились делить Гавану и всю Кубу, не считая других присутствующих хоть сколь-нибудь серьёзными противниками. Единственное, чего они опасались, — это вторжения соседей. Но военно-морская база была подорвана самими американцами, и угроза уже была позади. Скоро они устранят все возможные препятствия для их власти, а позже… Каждый из этих пауков будет думать об устранении друг друга. Три генерала стояли над «шахматной доской» в виде Кубы, жадно потирая руки и смотря на двух других возможных королей, что, по их мнению, уже были обречены. Ни американцам, ни Сантьяго не видать трона правителя Кубы.

Но тут вдруг пришло сообщение из ближайшего крупного города в районе отправленной в ад американской базы.

— Господа генералы… Что будем делать с двадцатью пятью тысячами американцев, захвативших власть в ближайших к базе городах? — новая проблема целиком и полностью заняла их умы, ведь этого врага они считали куда как более опасным, нежели тупоголовые зомби.

Совет Кубы продолжал свою работу, а тем временем командир двухсот наёмников без каких-либо потерь за восемь часов сумел очистить пятнадцать процентов территорий, указанных генералу Сантьяго в качестве цели. И не собирался останавливаться на достигнутом, подбираясь всё ближе и ближе к одному из двух столичных терминалов.

В Гаване. Командир четвёртого кулака Хван.

Звуки выстрелов приманивали всё больше и больше зомби в округе. Ствол моего автомата разогрелся как никогда прежде, а для пистолета осталась последняя обойма. Уже полчаса прошло с тех пор, как мы оказались под жёстким прессингом врагов, окопавшись вокруг одной из заправок. Опасное место, вокруг довольно открытая местность и много легковоспламеняющейся жидкости — например, бензина. Автомобили, что стояли на парковке и у колонок, мы с военными кубинцами выкатили к шоссе, организовав заслон и круговую оборону. Понятия не имею, зачем Михаил приказал нам свернуть с основного пути, вместо того чтобы зачищать квартал за кварталом. Зря, как по мне. Тактика была великолепна и обеспечивала просто невероятную эффективность. Из минусов — мы выдыхались. Огромные нагрузки мешали нам поддерживать прежний темп, но мы могли быть уверены, что сделали всё возможное и помогли всем.

Стоит признать, что стоило выехать за границу удерживаемого плацдарма кубинского генерала, как наша тактика и подготовка бойцов доказали весь военный гений Михаила. Он словно и впрямь десятилетиями сражался с зомби и знал каждый их шаг. Понимал их реакцию. Он очень точно предсказывал, сколько будет зомби на новом участке и как быстро они закончатся. Казалось, те всё ещё бегут, спотыкаясь, на шум, а он уже даёт команду разобрать заграждения, завести моторы и двигаться в следующий квартал, попутно по рации передавая приказы кулакам отправляться на зачистку зданий. И словно по взмаху волшебной палочки к концу его сообщения наплыв зомби ослабевал, и уже через минуты оставались жалкие недобитки, которых поднимали на копья и обезглавливали на месте, экономя боеприпасы.

Мы бежали в здания, ломали двери, проникали через окна и всегда действовали быстро и резко. Волшебная фраза на испанском «РАБОТАЕТ РЕВОЛЮЦИОННАЯ АРМИЯ КУБЫ» творила чудеса, убирала завалы и баррикады перед дверьми и открывала двери там, где были выжившие. А если их не было по причине наличия кровожадных убийц по ту сторону двери, то магия этой фразы не ослабевала, и те с рыком пёрлись к двери и так же старались открыть её всеми доступными способами.

Тогда мы брали наш волшебный жезл — монтировку, и ей помогали вскрыть двери, после чего отправляли в волшебную страну любителей крови, кишок и мозгов. В общем, мы были настоящими магами, без жертв и без особого риска шаг за шагом зачищая квартиру за квартирой. Дом за домом. Зачастую к нам присоединялись местные, вооружённые то ножами, то металлическими прутьями. Их мы отправляли в качестве подкрепления к реальным военным Кубы и продолжали двигаться дальше, зачищая всё больше и больше кварталов и районов. И всё больше и больше местных жителей, освобождённых из ловушек, получали помощь и присоединялись к нам.

Но, кажется, лимит чудес и магии подходит к концу. Полчаса бескомпромиссной борьбы за выживание и уничтожение этого потока монстров практически лишили нас боеприпасов. Кое-что, конечно, ещё имелось в грузовике, да и пулемёт так и не произвёл ни единого выстрела… Но всё равно скоро нам придётся сразиться врукопашную с врагами. Скольких мы уже тут убили, на этом разъезде, к которому вели сразу три дороги?

Бензоколонки изначально не работали, но командир каким-то образом сумел реанимировать оборудование. Видимо, его Афина и сейчас помогла разобраться с этой проблемой. Да уж, была бы у меня такая, я бы, может, и не женился бы раньше дважды. И не разводился бы с этими стервами. И сейчас я понятия не имел, что делать дальше. Пусть мы и заправились… Но мы не можем даже на мгновение прекратить огонь, чтобы погрузиться в технику и вырваться за пределы этой проклятой ловушки. Даже не верится, что командир просчитался…

— Достреливаем обоймы и переходим на ближний бой! — скомандовал Михаил, и рация продублировала его слова.

Да ладно? Неужели эта лавина мертвецов закончится?

— Если способность предвидеть будущее складывается из опыта сражений… То я боюсь представить, в скольких битвах он участвовал, — не смог я сдержать своего удивления, наблюдая резко прекратившийся поток проклятых зомби со всех трёх дорог.

Последний патрон покинул автомат, и характерный щелчок затвора дал понять, что настало время вложить в дрожащие руки меч и щит и идти вперёд, прямо по телам многочисленных тварей, стараясь не споткнуться от усталости.

Михаил Листопадов. В то же время, в том же месте.

Наконец-то проклятые зомби стали заканчиваться. Я понимал, что немного рискую, уходя в сторону незачищенных артерий города в виде шоссе, но нам требовалось разгрузить одну очень тяжёлую по рельефу улицу, перегруженную мертвецами. Обойти её, чтобы добраться до терминала, можно, но ни мой опыт, ни анализ Афины не могли подсказать, к чему это приведёт. Слишком уж большим обходной крюк получался. И был реальный риск не дойти из-за нехватки боеприпасов. Если же идти по прямой и в гору по нужной нам улице, мы столкнёмся с массой зомби, которых по одному-два не выманишь. Налетят всем скопом, тысячами, и попробуй от них отбиться. На узких и запутанных улицах, где множество путей привели бы их голодные искорёженные души к нам, мы бы слишком рисковали.

А вот на заправке мы имели два больших преимущества. Во-первых — могли дозаправиться и пополнить наш автопарк, что успешно и сделали. Во-вторых, у нас имелось невероятное преимущество в дистанции атаки. Пожалуй, столь большого открытого пространства, по которому мы могли спокойно вести огонь, в Гаване особо и не встретишь.

Толпы монстров лезли к нам с самых разных направлений, но все их попытки были обречены на провал. Наши боеприпасы хоть и значительно уменьшились в своём количестве, но мы их до этого изрядно сэкономили и сейчас пожинали плоды своего труда.

— Внимание, завести моторы, — дал я указание. — Построиться в колонну. Сейчас мы пойдём на прорыв по одной улице, ведущей к терминалу. Почти все зомби, что торчали на ней, уже пораскинули мозгами и лежат на асфальте, загорают.

Послышались негромкие смешки бойцов вокруг. Видимо, мою шутку они оценили. Я же тем временем продолжил:

— По прибытии делимся на два отряда. Один отряд занимает оборону под моим командованием вокруг здания, второй отправляется на зачистку Телецентра с терминалом. Там должно быть много зомби, и много присоединится к нашей вечеринке. Поэтому используем всё, что у нас есть. Вместе с группой зачистки идёт группа майора Хуана. Майор, подойди на минуту.

Я размял руки и плечи, которые здорово потряхивало от долгой стрельбы. Да и уши неплохо заложило от выстрелов… Когда закончим с Гаваной — надо будет очень быстро отсюда сваливать, как только получим благодарность местных и подпись генерала на моих документах. Малая, безусловно, награда, но мы здесь находимся в самом низу пищевой цепочки среди всех вояк и генералов, так что рассчитывать на многое не стоит. Даже траты очков достижений в терминале я сильно ограничу, так как, вполне возможно, нас лишат большей части боеприпасов, а может, даже и оружия. А я не Санта-Клаус и не Дед Мороз, чтобы местным такие подарки раздавать.

— Звал? — без особого почтения обратился ко мне майор, всё ещё не сумевший смириться с тем, что гражданский наёмник, а не он командует операцией.

Извини, Хуан, приказы своего генерала надо соблюдать. Да и своих людей я на убой во славу твоих бестолковых приказов не отдам.

— Звал. Генерал велел первыми к терминалу пустить тебя и твоих людей. В целом я не против — но это будет происходить во время такой же, как и сейчас, осады нежити. Боеприпасов у нас на пять минут боя осталось. И если нас сметут — то и вас сметут.

— Я бы посоветовал подождать подкрепления и боеприпасы, — ответил он на мои слова, и я покачал головой.

— Тогда эта улица длиной почти в километр, которая нашими усилиями сейчас практически пуста, будет вновь заполнена врагами. И наша цель отодвинется на неопределённый срок. Давай договоримся так — вместе с вами пойдут и мои люди. Один из командиров. Наталья, к примеру. Она купит боеприпасы в терминале и передаст бойцам, твои люди тоже смогут помочь в организации обороны. Мне достаточно того, что ты первым в терминал войдёшь, чтобы исполнить договорённость с генералом. А следом уже пускай и мои ребята патроны купят. Идёт?

Долгую минуту шла битва взглядов с майором. Наконец, он выставил своё условие:

— Нас будет три офицера и десять солдат Кубы для прикрытия. С вашей стороны могут пойти с нами Наталья и двое бойцов, что отнесут боеприпасы на защищаемый периметр. Когда мы закончим — я открою общий доступ к этой… к этому Терминалу.

После чего майор удалился.

Ну, могло быть и хуже. Вообще, тот факт, что они доверяют нам с оружием приблизиться к терминалу, дорогого стоит. Видимо, доверие генерала ко мне и моим людям даёт свои бонусы.

Я взял рацию, настроил её на частоту со штабом своего союзника и предупредил о планируемом штурме. Подкреплений он особо прислать не может, так как к нему всё ещё не прибыла его гвардия, да и с боеприпасами у него по-прежнему туго. Ох, не завидую я тем, кто решил снять его с шахматной доски. Когда до него доберутся верные подчинённые, он вытрясет всё дерьмо из своих оппонентов. Они хотели остаться с чистыми руками, но, откровенно говоря, для них было бы куда как эффективнее отправить кого-нибудь пустить ему пулю в затылок. Теперь же это будет сделать намного сложнее. А им самим лучше бы научиться спать с открытыми глазами. Не так уж много офицеров прошли школу КГБ среди местной верхушки власти. Но наш генерал был именно из них. И то, что он выжил, — самая большая ошибка всех местных верхушек. И моя самая большая из всевозможных удач.

Двигатели активно заработали, и выстрелы стали слышны лишь где-то далеко. Разместить две сотни человек и группу поддержки генерала, да ещё и кучу местных, лишённых оружия, нам не хватило бы транспорта. Поэтому внутрь автомобилей погрузили кого только смогли, два десятка бойцов с местными остались на этих «отвоёванных рубежах», а мои бойцы и часть солдат генерала приготовились совершить километровый марш-бросок к нашей цели.

Автомобили, пикап, грузовик и люди сорвались с места. Техника шумела, привлекала зомби и рассекала по улице, давя всех, кто попадался на её пути. Зомби бежали следом за тачками, подставляя затылки и спины под оружие пеших бойцов. Все бойцы молча, сжав зубы и тяжело дыша, прорывались вперёд, добивая менее многочисленных противников.

Мой пикап оказался у главного входа в здание Телецентра. Я перевёл пулемёт в режим непрерывной стрельбы и произвёл первые выстрелы по толпе, штурмующей телецентр в попытке добраться до столь привлекательного «светильника» терминала.

Машины разъехались и стали лесенкой, перекрывая проход. Бойцы высыпали наружу с автоматами и тут же принялись за дело, очищая площадь от всякого рычащего мусора.

Зомби падали как подкошенные от выстрелов пулемёта. Я наводил его в сторону широких дверей, из которых пёрли и пёрли проклятые враги. Они падали, но не умирали. Разброс патронов был не слишком велик в сравнении с другими моделями, но всё ещё имелся, как и отдача. Удержать ствол, чтобы посадить патроны в ровную линию расположения зомбячьих мозгов, — та ещё морока.

Минута за минутой, очередь за очередью. Короб опустел очень быстро, и я начал перезарядку. К тому моменту, как я закончил, число зомби, выбегающих из-за дверей, стало в разы меньше. Но множество зомби усиливали поток с других сторон, начиная всё больше и больше наседать на наш передовой отряд.

Две трети бойцов уже были на середине улицы и стремительно приближались к нам. Ещё пара минут — и они будут тут, смогут куда как более плотным и концентрированным огнём сдерживать натиск врага… Только бы хватило патронов.

— ГРАНАТА! — предупредил один из командиров десятка и кинул взрывоопасный подарок в сторону забора, который грозил вот-вот обрушиться и высвободить несколько десятков тварей, сдерживаемых им с самого начала битвы за телебашню.

Щёлк-щёлк.

Я снова перевёл пулемёт в режим «экономной» стрельбы, начав короткими очередями фаршировать бесконечный поток врагов.

— Михаил, направлений атак слишком много. Как насчёт приманки?

— Пока держимся. ВСЕМ ПЕРЕЙТИ НА ОДИНОЧНЫЕ ВЫСТРЕЛЫ!

— ОНИ УЖЕ ПОЧТИ НА КАПОТЫ ЛЕЗУТ! — кричал один из бойцов, в чьей крови был явный передоз адреналина.

— Держимся! Первый десяток, врывайтесь в телебашню — зачистите проход! — крикнул я, и лишь часть из бойцов нужного десятка принялась исполнять моё указание.

— Правый фланг прорывают! — кричал их командир, отстреливающий одного зомби за другим. — ГРАНАТА!

— Первый десяток! ШУБИН, ТВОЮ МАТЬ! — Я развернул пулемёт в сторону правого фланга и оказал скорострельную поддержку, в опасной близости от бойцов посылая смертельный свинцовый дождь. — СЪЕ****!

Наконец-то он ушёл и оттянул своих бойцов, а я смог без особого страха усилить поток пуль, скашивающий тварей и заставляющий ручьи крови бежать вниз со склона. Место постройки телебашни стало и местом нашей очередной битвы за собственную судьбу.

— Наталья! Майор! В здание! Командиры — гранаты! Огонь по полной!

К концу канонады взрывов напирающие зомби начали шатать своими телами машины. Ещё каких-то десять секунд — и нас заставят отступить. Но первые и самые быстрые бойцы уже добежали с автоматами наперевес и начали вести с нами перекрёстный огонь по тварям. И с каждой секундой количество огнестрела, выбывающего с нашей стороны из-за перезарядок, компенсировалось добежавшими до места бойни бойцами других кулаков.

Криво, косо, вразнобой… Но мы стреляли и отстреливались. Небольшая импровизация. Лёгкое отхождение от уже много раз пройденных истин в уничтожении зомби поставило нас на край обрыва. Всё же оказалось, что физическая подготовка бойцов, даже лучших среди нас, слишком далека от той, что я хотел бы видеть.

Километр бежать почти десять минут… Нет, я понимаю, что на их пути были преграды в виде зомби, что они бежали в гору, да и не налегке в кроссовках, а с автоматами, в берцах и другой не самой удобной для этого дела обуви… Да и многие из них уже давно лёгкие готовы были выплюнуть… Но всё же я ожидал от них большей расторопности. Последние бойцы добрались так вообще через двадцать минут.

Благо кризис уже миновал, и я с облегчением услышал донёсшуюся по рации весть о выходе на этаж с терминалом. Он был, по сути, предпоследний, и стеклянная панорама окна позволяла увидеть, как трескаются от выстрелов стёкла, как поднимается вверх дым от сожжённого пороха. А отложив бинокль и поздравив Наталью, я попросил её ускориться и сделать всё возможное для получения нами боеприпасов в кратчайшие сроки.

Я был уверен, что в первую очередь она заглянет во вкладку с эксклюзивами и приобретёт что-нибудь особенное. Очков достижений у неё более чем достаточно. Много мы успели насобирать их за время зачистки городских кварталов. Ведь не просто так мы помимо убийства зомби занимались и спасением мирных жителей?

Спустя пять минут двое запыхавшихся бойцов и Наталья спустились вниз вместе с ящиком патронов, на которые мы почти моментально набросились и стали с жадностью перезаряжаться.

— Есть там что-то полезное?

— Есть. И можно не спешить. У кубинцев до ста очков всего на счету. Даже не открывается вкладка эксклюзива.

— Это хорошо. Рано или поздно они узнают, но к этому времени нам желательно собрать сливки. Убедись, что люди только треть от заработанного потратят на себя и боеприпасы. Нельзя много покупать. Лишь то, что нужно для битвы, выхода из города и обратного пути, — поделился я с ней и отправил её обратно в здание.

Она организует «шопинг» бойцов. А мы продолжим и дальше обменивать патроны на достижения. И судя по потоку зомби…

— Всем перейти на одиночные выстрелы! Целимся в голову! Будьте готовы к переходу на ближний бой! — рявкнул я и продублировал всё по рации.

Ещё одна битва прошла свою кульминацию. Ещё одна победа на стороне живых.

Генерал Сантьяго закурил, хотя вот уже десять лет как победил эту привычку.

Где-то там, впереди, много хороших людей сражались с исчадьями ада, пытаясь очистить этот город и спасти хотя бы немного его жителей. Время от времени к нему приходили новости и доклады об успехах и передвижениях наёмников. Почти двенадцать часов назад они вышли за пределы зачищенного периметра и вступили в схватку с многочисленным врагом. И судя по выстрелам, продолжающим доноситься время от времени с той стороны, они всё ещё были живы.

Его дорогая Гавана, его любимая столица билась в агонии. Пламя пожаров, раны от пуль и снарядов, гниль в виде зомби… Всё это стало наследием невероятной трагедии, что пришла на улицы его Родины. Не так он представлял свою пенсию. Совсем не так… Ещё и эти молодые суки, успешно пробившие с его же помощью путь к власти и высшим военным чинам, пожелали выстрелить ему в спину, а не объединиться ради спасения самого дорогого, что только есть в их жизни.

— Где, бл**ь, мои танки? Где пехота?.. Где, в конце концов, десантники…

Они должны были прибыть ещё три дня назад. Как только случилась вся эта… неприятность. Но от них не было ни слуху ни духу почти три дня. Возможно, эти трусливые псы, что засели в президентском дворце, просто дурили им голову. Возможно, они в большинстве своём погибли… Тяжело сказать.

Рация заработала, и хорошие новости достигли его ушей. Наёмник, русский разведчик Михаил, доказал свои слова делом и добрался до телебашни. А значит — пора отправить туда немногочисленные подкрепления, что добудут боеприпасов, оружия и смогут присоединиться к зачистке этих регионов и кварталов.

Тактика, которую использовали наёмники, пусть и вызвала бурю противоречий в его душе — доказала свою эффективность. И он был готов перестроить своих немногочисленных солдат и добровольцев, чтобы они схожим образом очищали квартал за кварталом и вели борьбу с неприятелем. А там, глядишь, и зачистят основные силы внешние кварталы города, порт и другие далёкие от центра места. И останется им двигаться лишь в одну сторону — вглубь города. Сутки. Максимум двое. И если темпы не снизятся — Гавана будет относительно свободна. Настанет время считать потери, хоронить людей и отправлять войска на спасение других городов.

— Генерал! Колонна бронетехники прорвалась за наш периметр, остановилась у блокпоста, о чём-то пообщалась с солдатами и разделилась. Одна часть поехала в обратную сторону, вторая к нам.

— Кого там ещё принесло… — Генерал осторожно подошёл к окну, взял свой потрёпанный, но всё ещё прекрасно работающий бинокль и посмотрел на городские улицы.

Он опасался снайперов, поэтому был предельно осторожен. Улыбка… Неудержимая от рвущейся наружу эйфории улыбка появилась на его морщинистом лице с полной седых волос бородой. Он знал эту технику. Знал просто отлично. Он пробыл с ней больше времени, чем со своими детьми.

— Наконец-то. Не дай бог, эти ублюдки специально разделили меня с моими солдатами, пользуясь отсутствием связи. Я им ад при жизни организую…

Генерал отправился по лестнице вниз, готовясь встретиться с БТР командира и следующим за ним офицерским внедорожником.

— ТОВАРИЩ ГЕНЕРАЛ! — сорвался с места офицер, приведший бойцов, и не сдержавшись, обнял старого кубинца. — Отец! Ты жив!

— Отставить, полковник. Кто я, по-твоему? Я сам зомби на завтрак сожру, но не сдамся. Эти ублюдки меня так просто не убьют. А теперь давай по форме. Что с армией? Где войска? Почему так долго?

Судя по обозлившемуся лицу своего сына, он понял, что его подозрения оказались верны. Да и слова сына лишь убедили его в необходимости военного трибунала для некоторых из своих коллег. Но пока что у него слишком мало сил и войск, верных его приказам.

Месть придётся отложить. И дать этому блюду немного остыть.

Быть может, в какой-то части мира зомби — тихие создания, но явно не здесь. Мы забрались на холм с новостройкой. Вокруг теснились дома, десятки высоток нависали над старыми густо застроенными кварталами Гаваны. Словно змеиный лабиринт, бесчисленные улицы вели к нам тысячу и тысячу зомби, которые с радостью бросались на новый источник шума. Уже десять раз к нам спускали с верхнего этажа телебашни ящики с боеприпасами. Кубинцы набрали для ополченцев самого дешёвого оружия, и сейчас мы продолжали отбивать нападение тварей все вместе.

Солнце уже садилось за горизонт, и тени медленно, но верно опускались на город. Это проблема. Ночью зомби всё такие же сумасшедшие, а мы не видим, куда стрелять. Тьма подступала не только к улицам кубинской столицы, но и к душам бойцов.

— Эти районы вообще не зачищались, тварей здесь столько, что уже и асфальта не видно… — Хван разделял общее беспокойство, а на меня всё чаще и чаще бросали встревоженные взгляды рядовые бойцы, командиры и даже наши помощники из числа людей генерала.

Я в очередной раз взял в руки рацию и связался с союзником. Если он может и хочет прислать подкрепление, какое бы оно у него ни было, — сейчас самое время.

— Да, без света у нас мало шансов выдержать такой натиск… Солнце сядет через час. Если мы ничего не придумаем и эти твари не прекратят лавиной переть на нас — мы покинем занятую высоту, — предупредил я Сантьяго, и тот нескладно пробухтел в ответ, чтобы мы никуда не двигались, он решает вопрос с подкреплением.

Медленно решаешь, генерал. Медленно.

Вновь я открыл огонь, поддерживая бойцов, и позвал на своё место другого стрелка, который только что перезарядился.

— Держи это направление, мне надо осмотреть местность.

Пулей поднялся я по лестнице телебашни и оказался на этаже с терминалом. Оставленный майором боец посмотрел на меня вопросительно, но стоило мне с биноклем подойти к стеклянной стене и начать осматривать окрестности, как он успокоился.

Да уж… Зацепили мы огромную толпу этих тварей. И шумим изрядно, ни на секунду нельзя останавливать огонь. А значит, отвлечь их шумом в другой части города мы сможем, только если это будет очень громкий взрыв. А вернее — серия взрывов, на которую они побегут как голодавшие неделю сыны и дочери фастфуда.

Нет, за час они не закончатся. Вон как много их в окрестностях и как они продолжают медленно вливаться в толпу, стремительно начиная свой забег в гору. В этом плане нам ещё повезло — горка тут неслабая, и с холма эти бедолаги падают и летят будь здоров. Ноги ломают, ползут медленно. Выползают на простреливаемый участок, получают свой свинцовый билет — и отправляются кубарем вниз, подобно шару для боулинга, сбивая других жаждущих плоти монстров. Не всегда так происходит, к сожалению, но время от времени это очищает склоны и помогает нам взять передышку. Но всё равно они стремительно копятся, и это превращается в проблему.

Глаза мои заприметили огороженный забором участок со строительной техникой. Старой, но, вполне возможно, работающей. Туда надо группу отправить и попробовать завести бульдозер, растолкать им кучи трупов вокруг телебашни. Что ещё мы можем сделать? Фонари не работают — тут и так ясно. Попробовать найти генератор и лампы? Боюсь, не успеем. Этим надо было сразу озаботиться, а я не подумал, что мы настолько долго будем воевать. Уже почти десять вечера, и нам повезло, что солнце здесь заходит так медленно в это время года. Хотя оно уже, по сути, скрылось, и лишь сумерки позволяют нам хоть как-то вести бой.

Надо заглянуть в терминал — быть может, там я найду решение проблемы.

— Наталья, майор — если идти вниз по улице, на восток, в направлении… секунду… улицы Свободы слова, там через четыре квартала за забором находится склад строительной техники. Нам нужен бульдозер. Надо скинуть трупы с холма. Я в терминал, вы пока выделите бойцов на группу прорыва. Всё же много зомби идёт как раз с этой стороны.

— Нам понадобится твой пулемёт… — задумчиво оценила моё предложение Наталья, отвечая на мой призыв по рации, а в аккомпанемент ей выступала безостановочная стрельба.

— Я не против. Посмотрим, есть ли тут на него боеприпасы.

С этими словами я отключился и направился в охраняемую кубинцами комнату с удивительным терминалом.

— Кто тебя сюда отправил… Зачем ты здесь? Чтобы даровать нам надежду или чтобы развеселить тех жучар-охотников, что придут по наши души? — Моя рука легла на его холодный корпус, и сознание ускользнуло из окружающей меня действительности, переносясь в белоснежный и безграничный мир.

Управляя при помощи мыслей появившимся перед глазами интерактивным меню, я присвистнул, оценив запас очков достижений, — 4695. Столько у меня ещё никогда не было. Но и я никогда не вёл столь долгий бой на своих условиях против врагов, не спасал столько жизней.

— Новые вкладки появились… Транспорт, лёгкая бронетехника. Здания, к сожалению, всё ещё недоступны. Было бы любопытно посмотреть.

Пойдём по порядку. Транспорт… Машины… С десяток моделей легкового авто, два варианта гражданских внедорожников, одна модель фургона, один грузовик китайский, электромопед… Ценник — от двухсот пятидесяти ОД за штуку. Внедорожники — шестьсот шестьдесят и семьсот тридцать очков, грузовик — восемьсот пятьдесят. Фургон был очень старой модели и стоил всего пятьсот пять ОД, но такой брать бессмысленно. А скутер вообще стоил всего сотку, но зачем он мне тут? Как его подзаряжать? Ответ на этот вопрос имелся в этой же вкладке. Подраздел «расходники, запчасти и тюнинг».

Ну, в теории на эти модели машин мы сможем получить за бешеные бабки запчасти. Это уже неплохо. В целом тут был околобесконечный список всего на свете. По сути, этот транспорт предлагалось по болтику разобрать и как лего купить. Но судя по стоимости покупки всех элементов того же джипа отдельно — он бы запчастями вышел нам в три-четыре раза дороже. Отдельно можно было купить топливо и материалы для улучшения транспорта. Но тратить на это деньги, когда под рукой куча безработных мужиков, работающий сварочный аппарат и груды железа… Впрочем, у других людей может быть другой взгляд на эти вещи.

Из интересного — заметил примечание терминала. Оказывается, открылась эта вкладка после получения мной суммарно пяти тысяч ОД. Вот оно как. А лёгкая бронетехника была открыта после суммарного накопления семи с половиной тысяч очков достижений. И новая вкладка, надо понимать, откроется при достижении нового порогового значения… Какого? Вероятно — десять тысяч? Любопытно, что это будет…

Вкладка с лёгкой бронетехникой оказалась куда интереснее, чем я предполагал изначально. Здесь было всего шесть доступных образцов, с зашкаливающей стоимостью от трёх тысяч ОД, но лишь два из них имелись в нашем мире. И один из них я точно куплю! Вопрос лишь — какой, ибо мне хотелось бы взять сразу оба.

Первый доступный образец стоимостью три тысячи ОД — старый добрый советский БМП. Практически близнец той модели, что помогала зачищать Мариэль в составе группы военных. Ну и запчасти к нему, что немаловажно. Сломанную бронетехнику можно будет, в теории, восстановить и привести в порядок.

Вторым из знакомых образцов лёгкой бронетехники был бронированный современный джип с пулемётным гнездом. Шесть пар колёс и смутно знакомый значок на капоте какой-то частной военной компании — настоящий монстр с восьмилитровым турбодвигателем, пожирающим бензин совсем не как лёгкая бронетехника должна это делать.

Третий образец убедил меня в неземном происхождении этого элемента военной техники — гироскопическое огромное колесо с двумя пушками и сиденьем оператора в середине. В каком-нибудь фильме смотрелся бы, безусловно, бодро, но мы не в фильме. Нам бы поменьше понтов и больше толку.

Четвёртый образец — передвижная круглая защитная платформа, способная вместить до десяти солдат и установить до четырёх пулемётов вроде тех, что были у меня. Мощные аккумуляторы, монолитное стальное дно для защиты взрывоопасных элементов. Платформа в диаметре занимала три метра и имела несколько сотен узких «окошек-бойниц» для стрельбы. Сами стены были сделаны из неизвестного мне материала. Смесь пластика, кристалла и металла. Всё вперемешку, но вроде как способно выдержать взрыв противопехотной гранаты.

Передвигалась платформа очень медленно, и конструкция её была не самой устойчивой. С другой стороны — такую взять и построить вокруг терминала, запереться в нём — и орды зомби не страшны… Практически. Стены были всего три метра высотой, и зомби вполне себе могли бы запрыгнуть наверх. В общем — идея интересная, но далека от идеала.

Пятый образец доступной техники был водным. Небольшой защищённый водный мотоцикл со встроенной пушкой в передней части. Вещь любопытная, но не сейчас ею стоит заниматься. В целом для лайнера пятёрку таких водных защитников взять не помешало бы.

Шестой образец техники я уже видел и использовал раньше, в своих снах. Правда, другую модель. Лёгкий пожарный экзоскелет. Он позволял устанавливать оружие ближнего боя, например, лом или лопату для расчистки завалов или щуп для хватания балок и прочих тяжёлых вещей, что грозятся упасть и раздавить оператора. Основная его прелесть состояла в том, что он в четыре-пять раз повышал силу человека, позволяя поднимать большой вес. Предельная нагрузка этого пожарного экзоскелета была тысяча двести килограмм. Не очень много в сравнении с другими моделями, что мне встречались. Плюс невозможность использовать огнестрельное оружие и слабую защиту, если не считать огня, заставляли меня задуматься, а стоит ли тратить четыре тысячи четыреста девяносто ОД на его покупку.

В пользу же этого выбора говорила уникальность данного образца военных технологий на Земле на сегодняшний день, а также возможность установки дополнительного оборудования, как, впрочем, и на любую другую технику. Например, десятка мощных ламп и прожекторов, что разгонят ночную тьму.

Но это Гавана. Это не мой город. Меня пристрелят и отберут это техническое чудо раньше, чем я дойду до границы города. То же самое касается и всех других образцов бронетехники, кроме…

БМП. На него тоже можно автоматически установить лампы, подключить их к аккумулятору. Да, велика вероятность того, что и его у нас заберут, но он хотя бы дешевле всего остального. И вдобавок ко всему обладает неплохой бронёй, автономностью, запасом хода и тысячей боеприпасов для пушки. Входит в комплект, так скажем.

Но что-то меня останавливало от покупки… Тяжело сказать, что и почему.

Я быстро купил пять коробов к пулемёту и два ящика с самыми необходимыми боеприпасами, после чего вышел из меню.

Во вкладку «эксклюзив» я даже не заходил, так как Наталья успела мне всё рассказать. Была там бензопила электрическая, что заряжалась от солнца. Был там и револьвер с тремя генерируемыми в день патронами, и винтовка М-16 с функцией превращения каждого третьего патрона в трассирующий, зажигательный или бронебойный — как повезёт. С учётом полного отсутствия патронов под это оружие, мы не стали его покупать. Револьвер же забрала Наталья ещё в первый раз.

А бензопила пускай подождёт.

— Шесть бойцов ко мне за боеприпасами. Наталья, Хван, Старик — нужен очень быстрый совет, я спускаюсь.

— Принято! — отчитались по рации бойцы, и я взял один из коробов с патронами к пулемёту, отправляясь к лестнице.

На пятом этаже внезапно заработала рация, связывающая меня с генералом.

— Эй, вонючие наёмники, вы там живы ещё? — Голос старого кубинца был необычайно бодр и жизнерадостен, что вызывало больше тревогу, чем позитивные эмоции.

— Всё ещё ведём бой за свободу Гаваны и всей Кубы! — ответил я ему и отпустил кнопку передачи сигнала.

— Это хорошо. Продержитесь двадцать минут. К вам отправляется триста моих солдат, два танка и двенадцать БМП. На трёх из них установлены осветительные панели, заканчиваем монтировать их, тестируем и сразу выезжаем. Через час ещё подкрепление отправится. Так что не смейте сдавать и пяди земли этим монстрам, как слышишь меня?

— Слышу хорошо! Благодарю за отличные новости! Продолжаем вести оборону!

— Всё, закончилась оборона. Теперь только атака!

— Хорошо, товарищ генерал! Как прикажете. Ждём ваших бойцов с распростёртыми объятьями! — рассмеялся я, и как только отключил связь, тут же прекратил смеяться.

Уф… Это было близко. Как же хорошо, что я не взял все эти треклятые образцы бронетехники. Если бы генерал узнал, что в терминале можно и такое оружие достать — он бы быстро заставил меня спустить все ОД на покупку экзоскелета или чего-то такого. И тут дело не в доверии или каких-то там чувствах вроде справедливости. Нет — банальное стремление выжить. Каждая БМП, каждый автомобиль, каждый автомат на счету. К генералу прибыли его войска, и он более не столь заинтересован в сотрудничестве, как прежде. Но мы всё ещё можем вести торг. Мы можем быть полезны друг другу. Когда кругом слишком много змей и гиен — союзниками не разбрасываются. Если только они очень слабые и очень богатые. Тогда проще забрать у таких всё добро и раздать в руки своих бойцов. И я очень надеюсь, что мы этого избежим, если продемонстрируем запасы ОД в карманах.

Что с нас взять сейчас? Грязные калаши? Перегретые глоки? Алебарды, топоры и дубины? Патронов нам теперь хватит до подхода подкреплений, а вот дальше уже пускай платит и тратит боеприпасы уважаемый наниматель. Мы и без того нашу норму перевыполнили в разы, уничтожив своими скромными силами навскидку от десяти до двадцати тысяч зомби.

Мы заслужили отдых. Осталось лишь дождаться рассвета. Дождаться нового дня. Думаю, кубинцы завтра зачистят Гавану. Или бо́льшую её часть. И наша работа на этом закончится. Сейчас, когда генерал и другие знают о терминалах и уверены в их работе, в их головах может мелькнуть удивительная мысль о том, что негоже чужакам столь ценный ресурс отдавать. И под ресурсом я имею в виду зомби.

Мы ведь преследуем много целей, прибывая сюда. И одна из них — именно сбор очков достижений. Впереди много работы, а Гавана — это только начало.

Операцию по прорыву к строительной технике я отменил. Мы перетащили припасы, десяток бойцов начал спешно перезаряжать обоймы и разносить их к солдатам. Кожа, одежда и волосы пропитались запахом пороха. Чумазые уставшие лица в сумерках были напряжены как никогда.

— ЕДУТ! БРОНЕТЕХНИКА ЕДЕТ! — заорал вдруг кто-то.

Шальная мысль появилась у меня в голове: «Хоть бы не начали по нам шмалять». Но нет, они давили зомби и прорывались к нам здоровенным конвоем, протискиваясь по узким улочкам. Оценка Афины оказалась верной. В этом мире мало кому можно верить, но генерал один из тех людей, что следят за исполнением данного ими слова.

Мои двести солдат, пятьдесят воинов генерала и сотня местных мужчин и женщин, нашедших в себе силы и храбрость бороться за свободу их родного города, смотрели на старые танки, дымящие и коптящие воздух БМП, плюющиеся маслом грузовики с бойцами, как моряки Христофора Колумба, радующиеся приближению долгожданного берега после длительного морского путешествия.

— Продолжаем вести огонь! Враг никуда не делся! — напомнил я всем, что зомби всё ещё бегут на нас со всех сторон.

Битва продолжалась. Но её результат наконец-то стал мне ясен.

На следующий день, в полдень, во «временном штабе генерала Сантьяго».

Усталые бойцы с рюкзаками, оружием — как холодным, так и всё ещё «горячим», — со стонами и воплями упали на землю, выискивая траву, а не камень для отдыха.

— Пятнадцать минут отдыха, и начинаем чистку оружия. Комплектов для чистки мало — кто первый взял, тот и молодец. Помните, что грязное оружие может отказать, сломаться и даже взорваться, травмировав или убив вас, а не зомби.

— Командир, — поднялся на ноги Хван, стараясь держаться бодрячком, — нам стол бы, чтобы показать, как чистить оружие. Некоторые могли и забыть… Или даже не знать.

— Сымпровизируй, командир четвёртого кулака. Даю полную волю и простор для фантазий.

— Хорошо.

Он подошёл к бойцу с молотом и отправился к ближайшей частично сгоревшей колымаге. Несколько мощных ударов распрямили её погнутый багажник, и Хван тут же позвал всех десятников к себе, начиная демонстрацию.

Я же отправился к генералу, где меня ждало очередное испытание. Нужно было каким-то образом получить от него награду и сохранить наше оружие и технику в виде автомобилей. А заодно выбить парочку грузовиков, чтобы перебросить весь оставшийся личный состав Круизеров, как нас начали называть местные бойцы и все остальные, что слышали это интересное выражение. Мне лично оно тоже весьма понравилось.

— Товарищ генерал, разрешите войти? — постучал я в открытую дверь, за которой десяток военных жарко и горячо спорили о чём-то.

— Михаэль, входи! — Генерал Сантьяго заткнул гомон и разогнал всех в стороны.

Атмосфера в кабинете стояла напряжённая, это было сразу видно по резким движениям рук офицеров.

На стол генерала один за одним легли два предмета — бутылка рома с двумя стаканами и пистолет с двумя патронами.

— Садись.

Мне на плечо легла тяжёлая рука одного из офицеров, силой усаживая на стул напротив генерала.

— Держи руки на виду и не тянись к поясу, — на чистом английском произнёс он, показывая, что дела мои не так хороши, как я рассчитывал.

Ситуация выглядела неприятной и напряжённой. Я был слегка взволнован, но при этом чётко представлял, что и как буду делать, если начнётся заварушка. Сдаваться без боя я точно не собираюсь.

— Забавно выходит… — Старый кубинский генерал взял бутылку с ромом и плеснул в один и второй стакан. — Когда ты явился и своими заявлениями растревожил мне душу, я лишь тогда понял, в какой заднице нахожусь. Тут ведь речь не только об армии и войсках. Речь о влиянии и власти — меня запросто могли сделать козлом отпущения, если бы этой ночью мы провалились.

Он пододвинул ко мне один из стаканов и сам взял второй, залпом выпив крепкий местный напиток, известный с давних времён.

— И до сих пор могут, — заявил я, принял свой стакан и, не морщась, влил огненную смесь в свой пищевод.

— А вот это уже вряд ли. Моих ребят не особо много добралось. Часть ещё в пути, часть в гарнизонах сидят, зализывают раны. Но теперь у меня есть сила, которую по щелчку пальцев в сторону не сдвинешь. Видишь эти два патрона? Как думаешь, что с ними не так? — улыбнулся он и посмотрел на своих офицеров, прибывших с подкреплением.

— Хм… Холостые? Нет, вряд ли. Они из терминала? — попытался я пальцем тыкнуть в небо.

Тут ведь просто диалог поддерживать надо, генерал сам поделится мудростью, укрепляя свой статус в глазах офицеров.

— Мелко мыслишь. Вот этот патрон предназначался тебе, если бы твой план не сработал, ты бы отступил, просрал войска, оружие, бойцов. А второй — уже мне. Ибо со всеми этими дешёвыми ловушками моих дражайших коллег уже к утру сюда бы завалился какой-нибудь вшивый полковник с отрядом больше, чем количество всех моих подчинённых, и арестовал бы меня. Ну а дальше — позорная казнь на центральной площади. Нет уж, я бы им не позволил так надо мной издеваться и превратить в козла отпущения.

Генерал покрутил в руках патрон и вернул его на место.

— Но я справился, и подкрепления прибыли как нельзя кстати, — заметил я и стрельнул глазами на бутылку с ромом.

— И даже более того — твои, так скажем, размышления, они подтвердились! — Сантьяго плеснул ещё немного мне и себе, и мы в тишине выпили.

Ух, а ром неплох. Я такой никогда не пил. Хотя я вообще мало что пил, но порой приходилось, и этот ром, надо сказать, весьма любопытен.

Генерал спрятал бутылку, давая понять, что хорошего понемножку. А следом достал из-под стола ещё один патрон и поставил рядом с первыми двумя.

— Теперь у этого револьвера новая цель. И двух патронов для неё слишком мало. Я умею держать слово и готов помочь тебе. И предлагаю не просто разовое сотрудничество, а полноценный союз. Ты не выглядишь моральным уродом. Я встретился с офицером, что привёз вашу группу из Мариэля, а он, в свою очередь, успел пообщаться с местными. И они хорошо о тебе отзываются. Скажи мне, что ты будешь делать, когда я тебя отпущу? Чем займёшься?

— Я буду убивать зомби. Буду спасать мирных жителей, зачищать города. Это моя задача номер один.

— Похвально… А задача номер два?

— Когда Куба станет свободна — вокруг будет всё ещё множество тварей на соседних островах и даже континентах. Это не закончится за год или два. Война будет практически бесконечной. Поэтому я построю базу. Целый город, который будет существовать и отправлять подобно викингам свои корабли на побережья варваров, жаждущих мозгов.

— Ха, а я был уверен, что ты скажешь что-нибудь про пиратов! — улыбнулся он и убрал револьвер в кобуру.

— Кто знает, как нас будут называть другие. Я начну с малого, а дальше буду действовать по обстоятельствам. Одно могу сказать точно — мне не помешает надёжный союзник в часе езды от основной базы. Попробуем превратить этот сказочный остров в оплот свободы всего региона. Только вот для этого надо спешить.

— Да. Понимаю. Хорошо, у меня мало возможностей что-либо сделать и как-либо помочь тебе сейчас, но ближайшие сутки десять грузовиков, привёзших ко мне подкрепление, будут не нужны. Единственное, что попрошу — с тобой поедет мой человек, надо заскочить по одному адресу, практически по пути. Если будут зомби — устранить и дать моему человеку сделать его дела, прикрыть. Идёт?

— Более чем! И ещё, не сочтите за грубость, но вот это, как я считаю, должно быть подписано будущим лидером Кубы. Думаю, вы понимаете, что это для нас обоих гарантии лояльности. Вы нужны мне, а я нужен вам. Как минимум западную часть острова вы можете считать полностью лояльной вам после подписания этой бумаги. А меня — своим военным и экономическим союзником.

Последние мои слова явно не понравились генералу, но спорить он не стал. Да, вижу я тебя насквозь. Думал вассала из меня сделать? Мы всё ещё в дикой природе, старик. Правит сильнейший. Сегодня и завтра ты будешь на коне, но кто знает, как изменится ситуация послезавтра. Я не собираюсь становиться безмолвной марионеткой в твоих руках.

— Ладно, чего ещё я ожидал от наёмников с выучкой спецслужб, — он взял ручку и широким движением оставил подпись на странице договора, заодно дополнив его пафосной фразой: «Глава совета спасения Кубы, генерал Сантьяго Очоа Санчес».

— Транспорт мой трофейный можем взять?

— Только тот, на котором приехали. Найденный в городе брать не стоит, — кивнул он, и я вышел в коридор с бумагами за пазухой.

Отлично. Жизнь налаживается.

Половина бойцов на улице успела успешно отрубиться. Другая часть вяло смотрела на меня, всего энергичного и счастливого. Ещё часть вместе с нашими офицерами и местными солдатами усердно драила оружие. Вот уж не ожидал, что они придут на выручку в этот момент. Наборов для чистки стало раза в два больше.

— Как всё прошло? — задал вопрос Хван, стоило мне выйти.

Тут же подошли и Наталья, и Гарри Свенсон, и Коннор. Я выдержал пару секунд паузы и тихо, чтобы не вспугнуть удачу, сообщил им:

— Мы сорвали джекпот. Всё, что добыли, кроме машин местных — наше. Нам выделяют десять грузовиков, доставят до Мариэля. По дороге придётся, судя по всему, заскочить в какое-то злачное место, там могут быть зомби. Подробностей особо нет, объяснят по дороге. И да. Мы теперь официально на этой земле и нам дан карт-бланш на захват, то есть зачистку западной части острова. Так что посмотрите машины, слейте бензин с тех, что оставляем, заправьте до предела нашу «кавалерию» и собирайте бойцов. Думаю, полчаса, и мы будем выдвигаться. Максимум час. Из минусов — скоро тут начнётся борьба за власть, и наш фаворит в меньшинстве находится. Но я в него верю.

Народ с важным видом покивал головами, и мы вернулись к нашему конвою из помятых машин.

— А как понять, какие мы тут взяли, а какие за городом? — спросил Коннор.

— Может, просто по номерам посмотреть? Всё, что на гаванских цифрах, тут оставим, что не на местных — заберём, — предложила хитрая лиса Наталья.

С учётом того, что на местных номерах было всего лишь три машины из пятнадцати… На этом варианте мы и остановились.

Застонали бойцы, поднимаясь с травы и земли, отправляясь заниматься делами. Но кое-кому повезло и они продолжили дрыхнуть.

Я же в тишине оценивал открывшиеся возможности терминалов. Обладание ими — стратегически важно. Они — центр будущих городов, оплотов и крепостей. И пусть зомби в действительности уничтожать мы будем ещё долго, и ещё дольше мы будем сражаться за зоны влияния, земли и плодородные регионы. Торговля восстановится ещё не скоро, и области, лишённые базовых вещей для выживания, обречены на забвение. Любопытно… Очень любопытно. Для смелых, решительных и харизматичных лидеров настало время возможности. И всё бы было хорошо — да только вопросы с ядерным оружием и реакторами меня слегка беспокоят. Не хотелось бы столкнуться с этим в ближайшем будущем. Надеюсь, Арес сделал всё как надо до того, как погиб от импульса. Ещё меньше вероятность того, что он выжил. Другие функции я в него закладывал, но всё же шанс, пусть и небольшой — имеется.

Прибыл человек генерала, с ним два десятка солдат — судя по всему, водители. Часть села за руль грузовиков, другая рядом с ними. Командиры десятков разделились, часть полезла в кузов, часть в кабины. Начались сборы, грузили оружие, остатки боеприпасов. Их было не то чтобы очень много, но пару ящиков мы сберегли, к утру перешли на сражение врукопашную, что, собственно, и доконало бойцов.

Уезжали мы долго. В город со всех сторон ехали отряды мобилизованных бойцов, из города уезжали дети с семьями. Пять раз нас останавливали и задавали вопрос, а куда это мы сваливаем? Лишь подпись генерала в приказе и сопроводительных документах его человека, как и указание о необходимости зачистки какого-то Пункта «Б», решали вопрос.

Мы проехали около пятидесяти километров, проехали тот самый злополучный мост и ещё спустя несколько километров свернули в сторону побережья.

Загороженная территория, человек десять местных, вооружённых ружьями, винтовками да гарпунами — вот и вся охрана. Но она, по крайней мере, была, и это значило, что местные от зомби отбились.

Наш сопровождающий долго с ними о чём-то спорил, да в конце психанул, сказав, что если они не собираются его пропускать — это государственная измена, и он сейчас же отдаст приказ солдатам их связать, а при сопротивлении — расстрелять. Помогло ему это. Хотя, стоит напомнить, что его солдат здесь было всего два десятка водителей, вооружённых ножами да парочкой калашей.

Мужик этот вызвал меня, как только мы заехали на бетонную платформу вдоль берега воды.

— Михаиль, мы здесь за топливом. Тут имеются хранилища, бензовозы. Нам понадобится около двух часов, чтобы залить цистерны автомобилей, которые всё ещё на ходу. Можете пока отдохнуть. — Он говорил на испанском, изредка вставляя английские слова, отчего понять его становилось лишь тяжелее.

— Хорошо, спасибо… Как тебя зовут? — уточнил я у него. — Мне не представили.

— Хосе Родриго. — Его ослепительная улыбка при упоминании имени была шикарной.

— Хосе, а что это там за деревня? — указал я на сотню домов на склоне небольшой горы, образовывающих маленький посёлок.

— Да местные оттуда, — ответил он мне. — Зовётся Пальмас.

— Тогда, если ты не против, я с ними пообщаюсь. Может, зомби где в округе есть. Зачистим по-быстрому.

— О, это было бы просто великолепно! — обрадовался капитан Хосе Родриго и пожелал мне удачи, сам начиная командовать бойцами и вскрывать замки ангаров.

Местные меня сперва расстроили, сообщив, что их деревня зачищена и практически не пострадала. Хотя это, пожалуй, хорошая новость. А затем обрадовали тем, что кое-где зомби всё ещё остались. Спросив дорогу, я взял два кулака и отправился в две соседствующие деревушки, в которых осталось куча зомби, а местные, все кто смог, сбежали как раз в поселение Пальмас.

— Грустно, но такова жизнь. Мы зачистим деревни, жители смогут вернуться в них и начинать восстанавливать порядок, — сообщил я им и выдвинулся с бойцами размяться. Мы были налегке, с холодным оружием и пистолетами. С нами поехал один грузовик прикрытия с более опасным оружием и боеприпасами. Уже через полчаса мы добрались до нужной нам развилки и увидели первые дома местных с выбитыми окнами и раскрытыми настежь дверьми. По дороге мы встретили с десяток трупов зомби и местных, а в самой деревушке, пройдясь подобно урагану, прикончили ещё три десятка тварей. Во второй деревне дела были более смертоносными. Удалось прикончить сорок семь тварей и даже спасти одну тяжелораненую женщину. Поразительная воля к жизни! Она заперлась на чердаке своего дома и там лежала до нашего прибытия, с глубокой раной живота. За подобную волю к жизни я велел выделить ей аптечку и устранил угрозу её жизни. Напоили, дали немного еды, чтобы пришла в себя.

Она всё ещё была слаба, и мы не стали её мучать, но и оставлять одну-одинёшеньку не стали. Нашли мотоцикл с коляской, заправили из рядом стоящей канистры с топливом, усадили женщину и, оглушая грохотом округу, отправили в Пальмас, к её выжившим соседям, родственникам и друзьям.

— Не трогаем барахло местных, ничего мы тут толкового не найдём. Еду у них забирать тоже не будем. Мы же не разбойники какие, — ускорял я своих ребят, пока они проверяли последние дома, подвалы и чердаки в поисках выживших или запертых зомби.

И да, в последнем доме под сундуком с одеждой и какими-то куклами нашёлся спуск вниз. Люк был придавлен и скрывал в себе зомби, что выглядел весьма прискорбно. Кто-то из местных сумел запереть его.

— Добейте его, чтобы не мучался, — посмотрел я на его лишённое интеллекта лицо, разбухшее от ударов об каменные стены подвала.

Обе деревни зачистили за час и бодрым шагом вернулись на базу ГСМ (горюче-смазочных материалов) местных вояк как раз к концу заправки последнего бензовоза.

Бензовозы двинулись обратно в сторону Гаваны, а мы — в сторону Мариэля. Я попрощался с Хосе Родриго и пожелал ему всего наилучшего, как и водителям, стараясь оставить о себе хорошее впечатление. Местные тоже были рады услышать об успешной зачистке, да и спасённая женщина нас весьма ярко благодарила, называя ангелами-спасителями. Мы же скромно сказали, что мы Круизеры из Мариэля и будем рады стать для них добрыми соседями.

Возможно, даже их защитниками… Если Гавана и её генералы сюда свои загребущие руки не протянут. Эта база «Б», Пальмас и эти мелкие деревушки — ближе к Мариэлю, но стратегически важны из-за своих запасов топлива для военных Кубы. Не знаю, удастся ли наложить лапу на это чудесное место…

В Мариэле нас не особо ожидали, но в целом были довольно счастливы видеть. Тут же я договорился с Алонсо, фактически ставшим правителем города с подачи всех местных жителей, о совместном собрании через пару часов. После обеда.

— Ну что, бойцы. Вот мы с вами и выполнили долг настоящих воинов и внесли свой вклад в безопасность и свободу не только этого острова, но и всего мира. Маленький шаг для человечества, но огромный шаг для каждого из нас. Однажды от нашей поступи будут дрожать мосты и дороги, а зомби будут в ужасе прятаться, но им всё равно не уйти. Сейчас вас ждёт долгожданный обед, душ и отдых. Хорошенько выспитесь, а уже вечером мы проведём торжественное построение, на котором мы доведём до каждого из вас наши планы. СЛАВА ВАМ, КРУИЗЕРЫ! ВИВА ГЕРОЯМ ЗЕМЛИ!

— УРА! УРА! УРА! — рявкнули они под взгляды тысяч любопытных глаз, высыпавших на палубу.

Урурур…

Запах жаренного мяса донёсся с лайнера и заурчавший живот дал понять, что и мне бы поесть не помешало… Вид мёртвых зомби уже перестал портить мой аппетит. А значит, пора на борт.

— Капитан! — поприветствовал я Идриса, а затем и всех прочих, то спустившихся с лайнера, то из терминала вышедших. — Лакшит, а ты что, воином стал? — удивился я его крутой экипировке и автомату с установленным лазерным прицелом.

— Да! Я всегда быть воин! Просто косой чут-чут. Теперь попадать прямо в башка со своей красавица! — погладил он автомат.

— Это замечательно, — искренне порадовался я за везучего индуса и коротко пересказал встретившим нас на борту офицерам события последних двух суток.

— Подробнее давайте на собрании старших офицеров. Нам много что нужно обсудить и спланировать, после обеда надо с местными поговорить, так как на их счёт у меня тоже большие планы, ну и от вас я жду хороших новостей. Встретимся через час — нам, — я указал на Наталью, Коннора и Хвана, — тоже надо привести себя в порядок. Встретимся в офицерской столовой.

— А тут уютнее стало… Видно, что они не сидели без дела… Чистота, порядок, уют… — заметила Наталья, идущая рядом со мной.

— Для многих из них это место, этот лагерь… Его скоро можно будет назвать домом, — с грустью ответил я ей. — Они и сами это понимают, поэтому и пытаются создать уют, погрузившись в работу и забыв о далёком доме где-то там, на другой стороне земного шара.

Глаз мой зацепился за нечто нестандартное, удивительное… Я остановился и посмотрел в небо, где далеко-далеко над морем летел самолёт в сопровождении истребителей.

Моё удивление передалось и другим, и вскоре они так же, как и я, стали пялиться в безграничную даль.

— Бинокль! Есть у кого? — громко спросил я в практически полной тишине.

— Командир, возьмите! — протянул мне инструмент разведчика один из бойцов.

— Почему он так низко летит? — удивлялась Наталья. — Надо ведь выше уровня облаков выходить, там турбулентность…

— Он дёргается… Истребители его сопровождают… — ответил я ей. — Может, неполадки какие-то…

Через две минуты наблюдения этот самолёт по какой-то причине начал резко снижаться, а один из двигателей загорелся. Рухнул самолёт где-то далеко, за горизонтом, в открытое море. Мы увидели лишь истребители, что совершили пару кругов и повернули обратно, ускоряясь и скрываясь за облаками.

— Вот вам и авиация…

— В ней много электроники, спутниковая связь… Они летят на повреждённых гробах, ещё и вслепую. Не завидую я тем, кто решит полетать…

Новости о падении самолёта быстро разошлись по всему лагерю. Надеюсь, это урезонит тех, кто всё ещё верит, что прошлый мир, его власть и влияние денег остались прежними…

И больше всех кричала и паниковала группа из фракции элитного индуса. Дул морской бриз, освежая и выветривая из головы глупости. И вместе с этим выдувалась из нашей «оппозиции» вся их элитарность и идиотизм.

Переговоры… Переговоры… Переговоры… Они выматывают больше, чем зомби. Проклятые переговоры.

Как же сложно находить общий язык с теми, кто не видит всей картины мира. Как сложно общаться с идейными людьми, которые не замечают даже очевидного. Я проснулся в обед следующего дня, ибо долбаные переговоры, затянувшиеся с самыми разными группами до самой ночи, вытянули из меня все соки.

— Как вампиры, мать их… — Я потянулся и поднялся с кровати, отправляясь умываться и приводить себя в порядок.

Сегодня по расписанию опять бесконечная тьма работы и тысячи проблем. И конца-края этим заботам не предвидится.

Пока чистил зубы, закрыл глаза и быстро промотал в голове воспоминания со вчерашних встреч.

Основной костяк Круизеров очень внимательно выслушал меня, я им разъяснил ситуацию на Кубе и сообщил о соглашении с генералом. Здесь был очень важный момент — ни о каких границах мы не договаривались. Просто было дано право занять город Мариэль, его окрестности и порт, а также обеспечить безопасность граждан в западной части острова. Я помню, что кроме нас тут ещё есть и свои, местные отряды самообороны и армейские подразделения, если их всех не заставили выехать на освобождение Гаваны. В любом случае — нам разрешили хозяйничать, но настанет время, и нас пригласят на переговоры, где уже будет закрепляться статус этих территорий и нашего лагеря. Произойдёт это лишь после того, как генерал Сантьяго возьмёт власть в свои руки. И до этого момента мы должны успеть освободить и взять под свой контроль столько земель, сколько успеем. Прирасти бронетехникой, элитными обученными подразделениями и в целом создать столько козырей, чтобы уважаемый союзник трижды подумал, прежде чем предъявлять мне какие-то неудобные для меня требования. Например, освободить занятые земли и передать их под контроль освободительной армии Кубы.

Всё это мы установили за время нашего собрания и пришли к выводу, что бумага, подписанная генералом, — наш карт-бланш для найма местных, их вооружения и командования ими. Мы фактически стали независимой армией, работающей на правительство Кубы. Будет сложно работать с местными, целиком и полностью нам не доверяющими, но мы постараемся. Здесь очень важно найти реальных солдат из местных гарнизонов, обработать их и заманить на свою сторону в случае потенциального конфликта. В общем, задача глобальная, сложная и тяжёлая. Но мы постараемся с ней справиться. Ну а мёртвые зомби нам помогут завоевать любовь местных жителей. Уж с этой проблемой мы наловчились работать.

Отдельно я довёл до сведения всех и каждого новость об открытии новых вкладок в терминалах после моего успешного продвижения по шкале Очков Достижений. Описал я им и всё увиденное, поразмышляли над вероятным появлением новых вкладок с более смертоносным оружием — например, тяжёлая бронетехника, артиллерия, авиация, морской флот и военные здания. С учётом частого наличия военных образцов более совершенных, нежели современные, — возникал вопрос: а что ещё терминалы могут нам принести?

Открыв карты и спланировав три разведывательные группы, что отправятся к ближайшим городам в нашей зоне контроля на технике, мы перешли к планированию ещё одной важной цели ближайшего будущего — рейд на лайнере к США.

Я сообщил лишь примерный район, куда мы направимся, и это был не Майами, откуда мы отправлялись в наше путешествие. Наша дорога лежит немного западнее. В районе местечка Галф Шорс — курортном центре в штате Алабама, имеющем свой собственный аэропорт, — я планировал высадить всех идиотов. Рисковать я, само собой, не буду, и мы зацепим с собой одно из судов в порту, на которое и пересадим эти ценные и свободолюбивые кадры, элиту мира, владельцев миллионов и миллиардов бесполезных фантиков. И пусть плывут, причаливают. Если справятся. Дальше я на них время тратить не намерен, и мы двинем в сторону Нового Орлеана.

Больше подробностей я им не говорил, лишь сказал, что нам потребуется несколько катеров, на которых мы поплывём вверх по течению устья реки. Если бы среди нас был географ, он бы понял, что речь идёт о реке Миссисипи.

Нашей целью станет небольшой городок Венис, рядом с которым располагается парочка предприятий, заводов и большая станция по приёму и переработке рыбы. Рыбу там действительно обрабатывают, насколько я знаю, но лишь на одной десятой части предприятия. Да и работает, вернее, работала только правительственная контора. А вот всё то, что хранится и часто-часто грузится, разгружается и снова перегружается в ящиках на борта малых судов, — вот за этим мы и отправимся. То самое оружие, предназначенное для чёрного рынка. Не всеми пушками принято светить при международной торговле. Это как раз тот самый случай. Из минусов — там нет ничего серьёзного вроде танков, бронетехники и прочего. Но подобного рода вещи достать без лишнего риска — почти нереально.

— Ха-а-а. Тьфу, — выплюнул я зубную пасту и, умывшись, обратился к своей виртуальной помощнице. — Афина, а покажи мне места хранения списанной техники, ближайшие к нам. Проанализируй, к каким проще всего добраться, где проще всего найти запчасти к ним и вернуть в строй этих старушек на колёсах да гусеницах.

Мысль моя была немного безумной, но всё-таки любопытной. Если где-то взвод солдат, потрёпанных атакой зомби, охраняет тысячи единиц списанного барахла, частично разобранного, а частично полуживого, то что нам мешает этот «мусор» забрать и при помощи терминалов реанимировать? Да, нужны будут инженеры, механики, нужны будут специалисты, но с этим я как-то не сильно переживаю. Безработных сейчас чуть больше, чем зомби на планете. Вопрос лишь в том, смогу ли я найти запчасти к технике и их аналоги?

В любом случае — заметку поставлю, информацию изучу.

Одеваясь, скривился от воспоминаний о паникующих членах партии индуса, начавших истерить после падения самолёта. Проклятые мажорчики, с золотой ложкой во рту выросшие. Ни хрена не умеют, кроме как выть и требовать. То ли дело акулы бизнеса и воротилы, которые на своём горбу и нервной системе вытащили себе и своей родне счастливую жизнь и билет на лайнер. Вот уж кто быстро сообразил, насколько их жизнь стала дерьмовой, и моментально влился в наш коллектив. Таких у меня язык не поворачивается назвать «проклятыми капиталистами».

Одевшись в спортивную форму и прихватив с собой алебарду, я двинулся на улицу, исправлять свой косяк с зарядкой. Да, проспал. Но что поделать — не я один такой, и у меня была на сей счёт уважительная причина. Если солдаты хотя бы изредка могли прикорнуть и посопеть, я бодрствовал всё это время миссии в Гаване.

Лёгкая разминка, алебарду остриём воткнул во влажную землю и побежал вокруг лагеря, заодно наблюдая за его жизнью. Местных было едва ли не больше, чем спустившихся с лайнера пассажиров и членов экипажа.

Все слегка испуганные, грустные, взволнованные. Но это и понятно. Пробежка закончилась, начались силовые упражнения. Затем растяжка, лёгкий бой с тенью на кулаках, просто чтобы до конца проснулись даже самые неочевидные мышцы, и уже дальше — полноценный бой с алебардой против воображаемого противника.

Пока дерёшься, представляя врагов, — мысли уходят вскачь и время пролетает невероятно быстро. Вроде только начал, а уже весь мокрый, больше часа прошло и лайнер гудок подаёт на обед. Магия какая-то.

Этот же сигнал, к слову, порой приводил заблудившихся зомби, и совсем уж изредка — выживших. Поэтому каждый такой гудок заставлял напрячься стоящих в оцеплении бойцов.

Сегодня никто не выстрелил. А значит — в окрестностях совсем уж зомби не осталось. Пока я сворачивал свою тренировку, наружу высыпали уже поевшие бойцы и принялись собирать снаряжение для похода на ближайший крупный город Гуанахай. От Мариэля — двенадцать километров по шоссе. От нашего лагеря чуть больше — шестнадцать. Город крупнее нашей внезапной столицы Круизеров, и уступает он лишь Артемисе — административному центру провинции, к которому мы и относимся. Сейчас на машинах выезжает разведка — опытные бойцы, прожжённые воины.

Цель у них простая — сверить информацию, полученную вчера утром от одного из бежавших из города жителей, с действительностью. По слухам, многие жители города сбежали при первой возможности в сторону столицы либо Артемисы, и практически весь город был под властью зомби, пока охрана крупной городской тюрьмы не выпустила заключённых, сбегая в Гавану. Те неплохо обустроились за стенами тюрьмы, частично прорядили толпу мертвецов и захватили ближайшие дома. Дальше не полезли из-за большого количества раненых, так как зомби и в самой тюрьме хватало, а вот защититься заключённым было сложновато от той дикой ярости, что демонстрируют бедолаги, обратившиеся монстрами.

Если город действительно окажется по большей части брошенным и лишь в паре кварталов, отгородившись, будут выживать его жители — мы туда отправимся всеми силами и произведём захват этого покинутого города.

Насчёт Артемисы я более чем уверен, что там всё в порядке. Может, где и будут районы, подконтрольные тварям, но полицейский участок, местные и находящаяся неподалёку военная часть должны помочь справиться с бедой.

Взревели моторы, отправились вперёд наши разведчики, ну а я начал подниматься на борт судна, к своей каюте. Только добрался до неё, как в каюту постучали.

— Открыто, — проговорил я, снимая пропитавшуюся потом майку.

— Ого, да ты прямо вот так сразу в открытую мне решил заявить о своих планах? — рассмеялась Наталья. — Прости, но сейчас у меня нет времени. Голод в желудке больше, чем голод в сердце. И я рекомендую тебе не затягивать, потому что Алонсо со своей мариэльской гвардией уже сообщил, что выдвигается в нашу сторону.

— Да, я тоже сейчас готов слона съесть. Значит, телефонную линию восстановили? Или как он связался с нами?

— Да, у нас есть связь с Мариэлем. Но правильнее будет сказать — проложили, а не восстановили, насколько я сама успела узнать. Благо тут недалеко, и это не так уж и сложно, — обрадовала меня помощница тем, что какую-никакую, а связь мы теперь имеем. Прошлый век, конечно, но там микропроцессоров нет, ломаться нечему практически.

Я забежал на мгновение в душевую, смыл с себя пот и уже через минуту вышел свежий и чистый наружу, натягивая военную униформу на влажное тело.

— При свете дня ты выглядишь ещё привлекательнее, — Наталья уселась в кресло, решив зачем-то меня подождать.

— Ты зачем меня провоцируешь? — Я открыл дверь в коридор. — Прошу.

— Потому что хочу, — улыбнулась она, проходя рядом и намеренно поворачиваясь ко мне спиной и прижимаясь, пока не выпорхнула наружу. — Какой-то ты невесёлый…

— Веселье будет вечером. А затем и в рейде повеселимся. Сейчас же нам предстоит за два дня освободить и подчинить как минимум два крупных города, а на третий уплыть, с полной уверенностью в том, что оставленные здесь люди и бойцы не наделают делов. Так что едим, общаемся с мариэльским ополчением и строим армию. Разведка как раз вернётся к этому времени. Там ехать-то десять минут по дороге. — Я шлёпнул её по филейной части, чтобы придать ускорения и освободить проход. — А ещё надо в терминал попасть и собрать данные.

Я не стал говорить, что это всё тоже затянется, так как она умнее, чем иногда пытается казаться, и прекрасно всё понимает. Пока во все три терминала на лайнере схожу, пока название техники и транспорта запомню, выпишу его для статистики… Ещё и в мариэльский терминал надо съездить. Где на это всё время найти? Даже Афина не знает.

Но в одном я уверен: если прогноз о городе Гуанахай подтвердится — я гарантированно там буду. Ибо это для меня возможность поубивать тьму зомби, собрать ОД и достичь планки в десять тысяч очков, а это — новая возможность в использовании терминала.

На обед был суп из мелких кусочков мяса и кучи овощей. Скорее даже рагу овощное с мясом. Я не вдавался в подробности, но на одном из собраний поставили вопрос о необходимости заморозки всего, что только возможно из того, что может испортиться. Например, овощей. Холодильники и морозильники забивали до отказа мясом, морковкой, горохом… Но некоторые продукты невозможно заморозить без специальной подготовки. И сейчас в рагу именно они и преобладали.

Вообще с продуктами питания у нас обстановка была «сносная». Запасов хватало на первое время, и несмотря на возросшее количество голодных ртов, многие соседние поселения уже были перевёрнуты вверх дном нашими рейдерами, включающими местных жителей, что показывали дорогу, и всё, что имело ценность, оттуда вытащили. Не трогали лишь дома, где живут люди. Но в остальном миром правил жестокий закон природы — кто первый взял, тот и молодец. Местные тоже зря времени не теряли и тащили к себе разное барахло из домов соседей, которые уже точно не вернутся. Умерших и обратившихся хватало. И все размышляли в этом вопросе одинаково: не пропадать же добру?

К концу обеда и подаче фруктов я окончательно набил пузо и зашёл на кухню.

Там повара варили варенье да джемы, и я понял, что лучше к этим стражам нашей сытости не подходить. Уж очень они рьяно ругались и кричали, пытаясь сохранить всё то, что уже к ужину грозит испортиться и отправиться на помойку. Десятки ящиков с почерневшими бананами намекали, что банановое варенье будет одним из местных деликатесов спустя какое-то время.

Ну и ладно. Они явно больше меня в этой всей теме соображают. Моя задача сделать так, чтобы до осени нам хватило еды. Дальше местные пойдут собирать урожай с полей. А их на Кубе очень и очень много. И растёт тут всё будь здоров — климат помогает.

Выйдя на палубу, заметил внизу две сотни местных мужиков, построившихся в шеренгу, и Алонсо, общающегося о чём-то с Роберто. Мой бывший телохранитель проходил возле каждого из бойцов и записывал что-то в тетрадку, видимо, знакомясь с пополнением личного состава. Все бойцы были с оружием, одеты в чёрт знает что, но с головы до ног, несмотря на жару. А значит — это их униформа для сражения с зомби.

Впрочем, пока я двигался к трапу, они начали раздеваться, а пара бойцов Роберто побежала на корабль. Видимо, за заменой экипировки.

— Мистер Алонсо, Роберто! Рад вас всех видеть. И ваших бравых солдат тоже рад видеть!

— Ох, Михаэль… Знал бы ты, чего мне стоило уговорить их жён и матерей. Поставил ты мне вчера задачку, конечно. Генералы и так из нас всю молодую и горячую кровь вывели, забрали всех, кто сражался с первых же часов, так ещё и ты со своими новостями о присоединении Мариэля к вашей группе… В общем, это все, кто есть. В городе одни старики, женщины да дети остались.

— Понял. И благодарю каждого из вас. Минутку.

Я обернулся к кораблю и быстро надиктовал текст для Афины, который она мне мигом перевела на испанский и начала надиктовывать в наушник.

— Не все из вас воины. Но каждый из вас — мужчина вы иль женщина, — защитники и герои. Мы вас оденем, натренируем, и покажем, как правильно шинковать зомби, освобождать города. Будет тяжело — но будем честны. Сейчас везде тяжело. Быстро зачистим любимую Кубу и уже совсем скоро вернёмся домой, будем заниматься рыбалкой, сельским хозяйством, курами и ромом. Добро пожаловать в Круизеры и наш лагерь «Вива Нова»! — поздравил я их.

Ответили кубинцы вразнобой. Кто-то с загоревшимися глазами, кто-то вяло, а некоторые так и вовсе нос сморщили от моего акцента. Ничего, война и парочка битв быстро всю дурь выбьют.

— Роберто, командуй, — хлопнул я по плечу своего товарища и повернулся на звук тарахтящего мотора со стороны границы лагеря.

Командовал этим отрядом Фернандо, экс-тюремщик на лайнере, а ныне один из командиров кулаков. Причём количество этих кулаков у нас росло намного быстрее, чем число опытных и проверенных командиров.

— Михаил, как хорошо, когда шеф на месте! Проверили мы этот город — живых нет в той части, где мы были. Вдалеке слышны очень редкие выстрелы. Зомби самих тоже мало, они, видимо на этот источник шума свалили. Улицы узкие, дома мелкие, один к одному вплотную построенные. Десять человек любую улицу перекроет и легко толпу зомби сдержит. В общем — мечта грабителя.

Хм, ну раз такое дело.

— Хорошо. Планируй операцию по освобождению этого города. Используем в основном оружие ближнего боя, огнестрел лишь для привлечения зомби и в критических случаях. Я отправлюсь с вами и посмотрю, как ты справляешься, — кивнул я ему.

Да, командиров надо взращивать и некоторые задачи делегировать. Иначе в какой-то момент голова просто взорвётся от количества вопросов, любезно пихаемых в неё, несчастную, дорогими соратниками.

— Сколько людей возьмём?

— Две трети от всех, что есть, имеют полную экипировку и прошли хотя бы базовое обучение.

— Босс, у меня с математикой не очень… Нас четырнадцать кулаков… Две трети — это, получается, девять кулаков, четыреста пятьдесят человек, если не считать этих, — кивнул на кубинцев из Мариэля наш бывший тюремщик.

— Ну давай спросим у них, кто из них готов? — предложил я.

— Хорошо. — Здоровяк повернулся к ополченцам и, громко рявкнув, задал им вопрос, который Алонсо тут же начал переводить:

— Кто из вас убивал зомби — шаг вперёд.

Лишь небольшое количество людей вышли из строя. Но даже так — больше, чем я рассчитывал.

— Тридцать два, тридцать три, тридцать четыре. Хорошо. Фернандо, Алонсо, де́лите этих людей на пять отрядов, доукомплектовываете опытными бойцами из других подразделений. Один десятник, один-два помощника. Алонсо, ты назначаешься командиром кулака. Да-да, не смотри на меня как баран на новые ворота. Просиживая штаны в кабинете да на заседаниях, родину ты не освободишь. Вперёд, навстречу судьбе. А мы прикроем.

Вокруг началась удивительная суматоха, люди готовились к бою. Кто-то боялся, кто-то нервничал и психовал. Но, пожалуй, впервые за всё время — на их лицах не было дикого, животного страха и паники. Не было обречённости. Они шли туда не потому, что выхода не было. А потому, что они знали, кто тут власть. Это явно не тупоголовые зомби, захватившие город. А те, кто убивает их. Круизеры.

— Терминалы… — выдохнул я и, кивнув всем, сорвался с места, устремляясь к символам власти нового мира.

У царей, королей да императоров были их короны да скипетры. У меня есть терминал, корабль и люди. И большего мне и не надо

Дорога в город, захваченный зомби, заняла не так много времени, как хотелось бы. Ибо мне хватало размышлений после увиденного в наших трёх терминалах, в которых я побывал. Ещё в последний, городской надо отправиться обязательно. Тем более — после увиденного

Я сидел с блокнотом, на котором вывел ручкой общую информацию о найденных в алом шаре подарках.

Количество ОД у меня хоть и увеличилось, но очередной невидимой для меня планки не достигло. Хотя сумма очков уже перевалила за десять тысяч, и я имел на руках шесть тысяч восемьсот пятнадцать баллов, которые мог бы вложить во что-то невероятно ценное. Благо выбор был огромный и шикарный. Но всё-таки я не стал делать поспешных выводов и тратить резервы. Попробуем всё-таки открыть ещё одну вкладку и узнать, что же там в ней можно приобрести.

Если суммировать все наши находки, то выходит, что мы можем теперь приобретать десять типов легковых автомобилей, четыре внедорожника, три типа грузовиков, один тягач, какую-то непонятную машину сельскохозяйственного назначения с длинной гибкой трубой, один вид старого башенного крана и один вид бульдозера. Ценники за последние две позиции близки к цене за лёгкую бронетехнику — четыре тысячи за старый кран и четыре сто за современную модель бульдозера. Была и разная мелочёвка в этой категории транспорта: горный велосипед неизвестной мне фирмы, мотоблок, одна модель спортивного байка и один образец транспорта, пришедший явно из чертежей и разработок будущего. Такие странные конструкторские формы ещё поискать надо. Да и в эффективности этого монстра на здоровенных колёсах и со сдвижной дверью я сильно сомневаюсь: он даже на картинке выглядит несуразно, и понять, как его использовать, невозможно. В общем, не всё из обнаруженного является полезным.

С лёгкой бронетехникой было интереснее. С учётом трёх терминалов, в которых я побывал, удалось выписать шесть образцов нашей земной техники различных годов, которую вполне себе реально взять и начать использовать прямо с ходу. Из бесполезных вещей был дешёвый немецкий мотоцикл с коляской времён Второй мировой, какой-то странный бронированный пластиковый шар со сложной системой управления. Звался он «Индивидуальный спасательный бронеколпак», но колпаком там и не пахло. Ну, или он мог трансформироваться. В любом случае такое «чудо техники» мне попалось впервые на глаза за всю мою жизнь. Но самое главное было другое — два образца оружия следующего поколения. Первый — БМП стоимостью семь тысяч ОД, с потрясающими показателями стойкости, скорости передвижения по пересечённой местности, отличной системой наблюдения и несколькими гнёздами для стрельбы. Причём в гнёзда можно устанавливать образцы как старого, так и более современного оружия, в том числе оружия ближайшего будущего. Из минусов — в машину могло поместиться всего шесть или семь человек. Один из которых был водителем-механиком, второй — стрелком-оператором. Остальные места могли занять пять солдат или четыре солдата и груз.

Вторым реальным чудом техники был автономный самоходный комплекс связи, способный творить чудеса в нашем мире, лишённом спутников. Кусалась лишь цена. Если мегаполезная БМП следующего поколения стоила пять тысяч девятьсот ОД, то комплекс связи вышел по стоимости аж семь тысяч четыреста пятьдесят очков. И при этом к нему нужно было обязательно докупать стационарное и переносное оборудование для подразделений.

Однако же, и кроме этого имелась вещь, которую я нацелился купить. Она появилась в самом первом, библиотечном терминале. И это был полноценный лёгкий бронекостюм разведчика. Более того, это была броня будущих поколений, со встроенным в каркас экзоскелетом. Да, он был слабенький и не выдерживал больших нагрузок, но даже так — гарантировал полноценную защиту от выстрелов большинства калибров, удваивал мои возможности в подъёме тяжестей и, по оценкам его разработчиков, чьё описание запихнули в терминал, — позволял увеличить скорость бега почти на пятьдесят процентов. Весил при этом всего двадцать семь килограмм — не пушинка, но и ненамного тяжелее обычной экипировки, что таскают солдаты. Плюс экзоскелет берёт на себя бо́льшую часть нагрузки, и остаётся лишь взять в руки оружие и привыкнуть к балансу.

В свете предстоящей миссии к берегам США — очень нужная вещь, стоящая семь тысяч сто ОД и имеющаяся в единственном экземпляре во вкладке «эксклюзив». Мне немного не хватало для его покупки, но совсем скоро я это недоразумение исправлю, и у меня останется время для того, чтобы привыкнуть к костюму, вспомнить, каково это. Ведь в моделях, подобных этой, я уже сражался. Правда, от смерти во сне меня это не спасло — но я тогда здорово тварей покрошил.

— Приехали! Выходим и занимаем боевое построение. Первый кулак перекрывает улицу, второй и третий начинают зачистку домов по левую и правую сторону от дороги соответственно. Остальные кулаки — разгружаем грузовики, достаём снаряжение и ждём дальнейших приказов! — начал командовать Фернандо, и я, временно ставший командиром первого кулака, быстро очутился на улице, поправляя весь огнестрел, патронташ к дробовику и поудобнее хватаясь двумя руками за алебарду.

— Три зомби бегут со стороны города! — отрапортовал один из командиров кулаков, выпрыгнувших из первой в конвое машины.

Технику на узкие улочки загонять не стали. Ширина дорог и тротуара была столь мала, что две мелкие легковые машины с трудом бы разъехались, не выскочив на такой же узенький и потрескавшийся тротуар.

— Десяток алебард и копий в авангард, — скомандовал я. — Щитовики за ними — страхуем. Стрелки: лучники да арбалетчики, сколько вас, пятеро? Давайте в центр, остальные вокруг них занимаем свободное пространство. Тройку мертвецов на копья поднимаем. До контакта пять секунд. Стали. Ждём! ДАВАЙ! — гаркнул я, стоило нам перекрыть ближайшую улицу, по которой уже мчались, завывая, зомби.

Раз — и мертвецы нанизаны на остриё. Два — и мы делаем шаг вперёд, приподнимая либо протаскивая их по дороге. Ноги обращённых путаются, центр тяжести смещается. Три — и держащая копьё или алебарду правая рука давит на заднюю часть оружия, приподнимает его вверх и лёгким взмахом окончательно заваливает тварей на дорогу. Четыре — и свободные руки бойцов по соседству вонзаются в тела монстров, которые так и не поймут, что не мы их корм, а они — наш. И питаются воины нашего отряда Круизеров само́й смертью этих несчастных.

— Ещё пожаловали. Повторяем тактику. На счёт раз — атакуем. Смена линий через десять минут или по моему приказу. Продвигаемся вперёд, даём остальным кулакам войти в город и начать зачищать дома, — принялся я командовать своим отрядам, в то время как по рации наш назначенный командир операции уже отправлял схожую группу на соседнюю улицу, идущую параллельно нашей. — Если четвёртый кулак зачистит свою улицу быстрее нас — я лично займусь вашими тренировками. Будете пахать от рассвета до заката, а ночью идти в дозор! — предупредил я их, давая понять, что первый кулак должен быть лучшим и образцовым.

Звук разбитого стекла буквально в паре метров перед нами и крик «осторожно, падает!» заставил меня достать пистолет. Пуля прошила и без того пострадавшего зомби, прекратив его мучения. И заодно ускорив бег всех тех обратившихся врагов, что временно правили этим городом, испытавшем на себе весь ужас насилия, безнадёжности и текущих к сточным ямам кровавых ручьёв.

Ничего, Гавану зачистили, и этот мелкий городишко зачистим. Каких-то десять-двадцать тысяч зомби — не проблема для тех, кто умеет с ними бороться. А мы — не просто умеем, мы постигаем новые грани мастерства в этом благородном занятии.

К ночи этот город будет наш. И все скрытые блага цивилизации, что мы в нём обнаружим, — тоже.

— Шевелим батонами, парни! Закончим и отправимся отдыхать! — подбадривали командиры своих бойцов, когда мы уже в закатных сумерках, вывалив языки, плелись очищать очередной квартал. После него оставалась лишь тюрьма.

Хоть я и был полон энтузиазма, а устал, как и бойцы. И пусть мы двигались в том темпе, который задали с самого начала, многие оказались не готовы к таким нагрузкам. Всё-таки надо учитывать, что на наши десять кулаков, включая новичков из Мариэля, приходилось навскидку в двадцать раз больше зомби. И это минимум по двадцать мертвецов на одного человека. Реальные же цифры я не мог понять, и вполне могло оказаться, что противников вдвое больше. Добавьте к этому всему сумасшедший темп, беготню, выбивание дверей и битву без применения огнестрела, и вам сразу станет ясен весь масштаб усилий, приложенных для зачистки города. С другой стороны, с двадцати тысяч мертвецов мы получим примерно сорок тысяч очков достижений, и возможно, следящая за нашими успехами система контроля ещё что-то накинет. Мы ведь город освободим! Я вот во время прошлой очистки города, по моим примерным прикидкам, должен был получить на тысячу или полторы меньше ОД, чем у меня оказалось при проверке.

Если сравнивать прошлую и нынешнюю зачистку, то надо понимать, что в тот памятный вечер и ночь в Гаване мы никуда не бежали, стояли на месте и отстреливали врагов, — и то устали как собаки. Сегодня же многие из бойцов на своей шкуре узнали, что такое открыть второе и третье дыхание.

А ведь впереди ещё и сбор добычи в городе…

— Фернандо, отправляй гонца в лагерь. Пусть собираются пчёлки и хотя бы три кулака для их охраны сюда переместятся, — связался я по рации с руководящим операцией командиром.

— Пш-ш-ш. На ночь глядя? Да и у нас останется всего сотня бойцов для защиты лагеря, — ответил он мне, крайне удивлённый моим указанием.

— Не дрейфь. Да, ночь тоже полезное время для работы в зачищенном от врагов городе. Сегодня поставим в дозор местных. Пускай помогают охранять лагерь, — подтвердил я приказ и сосредоточился на последних домах этого города.

Зачищать тут было некого и нечего. Бывшие заключённые или их стражники здорово порезвились, захватив эту местность, и уничтожили в запертых домах всех обращённых. Но они явно недооценили зомби или переоценили себя и в итоге их смели. Они отступили обратно за стены тюрьмы и стали обороняться, изредка отстреливаясь отсюда. Последний выстрел мы слышали часа четыре назад. Не знаю, закончились ли патроны или погиб последний защитник тюрьмы, а быть может, и просто сбежал, но мы шли по уже остывшему полю боя, подбираясь всё ближе и ближе к побоищу.

— Ладно, ребята. Судя по всему, тут остались лишь зомби, рассосавшиеся по всему тюремному комплексу. Но учтите, стальные решётки могут и выживших за собой прятать. Разбиваемся на пятёрки и начинаем зачистку помещений. Уровень за уровнем. Этаж за этажом. Крыло за крылом, — дал я указание и в конце добавил, что планировка здания может привести к неожиданному появлению врага, и для безопасности разрешается использовать пистолеты.

Сам я направился к охранной вышке, понимая, что важно прямо сейчас осмотреть местность с высоты и понять, ничего ли мы не пропустили.

Зомби в тюрьме оказались в не таком уж и малом количестве. А ещё многие из них были закрыты за решёткой, судя по донесениям в рациях. Видимо, даже заключённые смогли использовать свой мозг, чтобы завести безбашенных, алчных до крови тварей в ловушку, покинуть её и запереть двери на ключ.

Больше двадцати раз я слышал выстрелы, и всё-таки случилось чудо, мы нашли двадцать заключённых, что заперлись в подвале, в районе карцера. Ещё пару людей смогли обнаружить спрятавшимися в камерах, их тоже вывели наружу.

Я самолично помогал выводить людей на свет и смотрел в их испуганные и шокированные лица. И судя по всему, вид вооружённых до зубов и обвешанных военной экипировкой бойцов, заляпанных из-за сражения в ближнем бою кровью с головы до ног, пугал их больше, чем живые мертвецы.

Среди спасённых были раненые, а также сразу трое бывших охранников тюрьмы.

— Переведите кто-нибудь, — устало попросил я, и испаноговорящий боец поднял руку, обозначая, что он может выступить переводчиком. — Поздравляю вас со спасением. Вы уставшие, голодные, лишённые доступа к воде, но не сдавшиеся. Я это ценю. Мне не важно, кем вы были в прошлой жизни. Отныне вы несёте ответственность и за себя, и за людей вокруг вас. Предательство выживших — грех. Грабить, насиловать, ущемлять, убивать, да даже прессовать выживших — грех. Я не святой, но с грешниками у меня разговор короткий. Тем из вас, кто хочет жить не как животные, трясясь за свою жалкую шкуру, тем из вас, кто готов рискнуть жизнью ради своих товарищей, и тем из вас, кто не побежит, как трусливая скотина, прочь при виде напирающей орды зомби, — добро пожаловать. Всем прочим — адьос. И постарайтесь не попадаться на наши глаза. Ибо мы убийцы зомби. Мы Круизеры — дьяволы с пушками, щитами и топорами. Мы очистим Кубу от заразы. Какой бы она ни была.

Впечатляющие и заляпанные кровью сотни бойцов, зачистивших целый город от зомби, довольно быстро показали, кто есть кто среди этих спасённых. Пятёрка выглядящих самыми целыми и здоровыми людей, быстро переговорив, отделилась от общей толпы. Они получили по бутылке воды от нас и были с миром отпущены на все четыре стороны.

К чему это приведёт — я понятия не имею. Их судьба в их руках. Точно могу сказать только одно: мои знания — моя ответственность. Я хочу любой ценой предотвратить наихудший из раскладов, ведущий к гибели нашей цивилизации. А для этого я должен захватить власть не только на этом острове. И когда я буду её захватывать, всех тех, кто нарушит недавно озвученные мной законы, ждёт воздаяние за их грехи. Убийцы, насильники, истязатели, грабители… Для каждого из них будет приготовлен свой собственный котёл в аду. Суровые времена требуют суровых решений. Каждый в ответе за свои поступки.

Я перевёл взгляд на оставшихся людей и велел поднять их, накормить, напоить и обработать раны. При необходимости — выделить аптечку. Несломленный взгляд — он позволил этим людям, вполне возможно ненавидящим друг друга, объединиться и выжить. Я дам им шанс проявить себя. Но лучше бы им меня не разочаровывать. А мне желательно найти ещё несколько тысяч работающих видеокамер, которые станут глазами Афины в нашем лагере.

БАХ!

Внезапный выстрел со стороны подвала привлёк всеобщее внимание. Тут же в ту сторону отправилась ближайшая десятка, вновь поднимая щиты и оружие.

— Ну что там? — спросил я их командира, как только он выбрался наружу с удивлёнными глазами.

— Босс. В карцере нашли терминал! И его немёртвый страж, видимо, был последним зомби в Гуанахае!

Не успел я обрадоваться, как Афина сообщила в микронаушник новость о том, что к порту приближается сразу два патрульных береговых катера США.

Наступающая ночь становится всё более интересной.

Стоило новости о приближении кораблей распространиться, как тут же ко мне подскочил командовавший операцией Фернандо.

— Что делаем? Отменяем переброску рабочих? — Он явно нервничал, так как, с одной стороны, сам радовался прибытию патрульных катеров и в глубине души надеялся, что американцы справились с напастью и сейчас могли бы помочь нам, перевезти на безопасные берега своих граждан и таких, как он, старших офицеров, но…

Вместе с тем, он прекрасно понимал, что если бы в США всё было хорошо и они бы справились со своей проблемой, то здесь им делать просто-напросто нечего.

Мне же было интересно другое: а какого чёрта сразу два патрульных катера припёрлось?

— Фернандо — грузим людей, выезжаем обратно. Ты остаёшься и продолжаешь командовать сбором добычи, более тщательной проверкой города, размещением блокпостов на въезд в город, наблюдателей, группы быстрого реагирования. Свежие бойцы приедут вместе с пчёлками. С тобой остаётся твой кулак и ещё один недавно сформированный. Я с бойцами срочно выдвигаюсь обратно. Задача — превратить город в наш опорный пункт. Сюда, возможно, вернутся местные жители — им не препятствуем, но проверяем документы или смотрим, куда они хотят пойти, ищем там доказательство того, что это их дом. Мародёров нам ещё не хватало впустить. Сами дома оставляем в пригодном для проживания виде. Если даже не все вернутся — нам потребуются эти дома для размещения беженцев.

— И трупы закопать, так? — с грустью и обречённостью спросил меня Фернандо, поглядывая на бардак вокруг.

— Совершенно верно. Назначай дежурства и отдых, после обеда нас ждёт вояж в Артемису. Разведку туда утром отправим. Всё, занимайся. Работы очень много, а времени мало.

— Хорошо, шеф, вы только по патрульным катерам маякните… Что там и как по обстановке?

— Обязательно. — Я пожал его сухую мозолистую руку и нырнул в царство полутьмы, устремляясь в сторону терминала.

Добро пожаловать в Терминал № 10307

Ваши очки достижений — 7365

Выберите доступную категорию:

1) Оружие

2) Броня (защитная экипировка)

3) Аптечка

4) Эксклюзив

5) Транспорт

6) Лёгкая бронетехника

Семь тысяч триста шестьдесят пять… Я во время зачистки города лез в самое пекло, был на острие атаки и прикончил около сотни зомби, что отдавалось болью в моих мышцах, которые уже даже не умоляли меня остановиться, а тупо ныли в любом положении. Но я сумел набрать больше пятисот очков, а это значит лишь одно — мне докинули очков. Ведь даже если за всех зомби мне выдали бы ОД по максимуму — это было бы не больше пятисот. Пять ОД за зомби — редкий трофей. За что было мне накидывать очков, если мы почти никого не спасли, и уж я лично к этому руку не приложил? Разве что за сам факт освобождения населённого пункта.

Если только удастся найти похожий город, полный зомби, надо будет сделать всё возможное для повторения этой операции, но только командовать всеми войсками я буду самолично. Уверен, от того, как я участвовал в освобождении — рядовым бойцом или командиром, — зависит размер бонуса за зачистку столь важного опорного пункта, да ещё и с терминалом.

Вкладки порадовали большим количеством образцов неогнестрельного оружия, а также стрелкового. И средневековые арбалеты, и современные луки имелись в наличии. Ценники, правда, сильно отличались… Как и цена боеприпасов. Но и качество, равно как и долговечность оружия, были несравнимы. Современное оружие превосходило свои ранние средневековые аналоги в разы.

Броня — всё похоже, всё знакомо, но есть пехотный комплект стрельца красного цвета. По сути — кафтан, плотный, прочный, способный блокировать укусы зомби. Но не выстрелы из пистолетов и другого огнестрела. От холодного оружия защищает — но плохо. Хоть поверх бронежилеты надевай. А лучше под низ. Зато зимой будет тепло и безопасно в более холодных регионах. Любопытство моё привлёк тактический шлем со встроенными аккумуляторами и автономностью работы без подзарядки тридцать пять часов. Стоил почти пятьсот ОД, и по качеству, как и защитным свойствам, не сильно превосходил обычную защиту головы в виде каски, но… Он прекрасно работал с моей Афиной, великолепно подключался к желанной, но не купленной машине связи следующего поколения, он помогал бойцам видеть ночью и заменял бинокль. Единственное, в чём я не до конца уверен, — интегрируется ли он с тем лёгким бронекостюмом разведчика. Придётся проверять на практике, судя по всему. Очень надеюсь, что они совместимы

Аптечка — стандартно, транспорт — стандартно. Два грузовика, один из которых гражданский грузовичок старых моделей, второй — старый военный грузовик, довольно сильно напоминающий ту советскую технику, которую всё ещё использует местная армия. В бронетехнике — тоже ничего любопытного не было. Какие-то две модели БМП европейского образца, какие-то бронированные эвакуаторы, чудно́ выглядящие, перевозящая понтонную переправу техника. Машина для разминирования была ещё, но далеко не та тяжеловессная техника для которой мины — жалкие препятствия. То была крошечная машина размером с голфкар. Не понимаю, почему она считается лёгкой бронетехникой. Выглядит как одноразовая и бесполезная ерунда.

В целом, конечно, — лучше чем ничего. Но опять же — пять единиц лёгкой бронетехники различного направления… С учётом истории армий Земли и будущих проектов, это капля в море. Да и многие образцы техники действительно настолько устарели или столь редко применимы, что, боюсь, мы половину из них даже не используем ни разу за всё время. Чем больше терминалов и выбор, тем больше в будущем возможность собрать технику современных поколений. Хотя, конечно, тут ещё возможности финансовые стоит оценивать. Тридцать современных образцов бронетехники против миллиона зомби будут хуже, чем пятьдесят советских БМП. Просто потому, что порой количество важнее качества.

Но всё-таки, будем честны, кое-что я искал особенное в каждом терминале. Кое-что, называемое «эксклюзив». И это кое-что я нашёл. И на сей раз это было не оружие. И не экипировка. Это было то, что даже во сне мне встречалось крайне редко.

БСВРиПВ-02, вот что я в нём нашёл. Тубус с десятью капсулами, которые я тут же без стеснения купил, отдав четыреста очков достижений из своей копилки. Тот, кто увидит эти странные пилюли, будет долго думать, что они такое и как работают. Я же, — спасибо, дорогие сны и проведённые во время сражений тысячи экспериментов, — знал ответ на этот вопрос как никто другой.

Расшифровать эту аббревиатуру мне помогал старый опытный одноглазый боец, вместе с которым мы целый час отражали нападения тварей. Много он тогда мне, восемнадцатилетнему щеглу, тайн открыл и своими догадками поделился. Эти пилюли — не что иное, как боевой стимулятор высвобождения резерва и последующего восстановления. Первая цифра — в моём случае «0» — означает вид лекарства. 0 — капсулы, 1 — шприц с субстанцией внутри, 2 — инъектор с дозой. Других цифр не встречал в этом обозначении. Вторая цифра означает основное направление боевого стимулятора: 1 — в первую очередь повышение силы и вторично всех остальных показателей, 2 — ловкости и скорости, 3 — выносливость, 4 — живучесть, 5 — ускорение работы интеллекта. Капсулы можно было принимать раз в час, и они значительно влияли на организм, но далеко не так сильно, как одноразовый шприц, что вваливал десятикратную дозу в тело. Инъектор можно было вставлять в некоторые модели бронекостюмов и экзоскелетов, вручную прижимать к шее или другому открытому участку кожи — желательно, конечно, попасть в вену. Хватало их на три раза, и по эффективности и силе своего воздействия они соответствовали трём капсулам, заброшенным в организм одновременно. Важный нюанс — вся эта химия блокировала боль и позволяли достичь небывалых успехов в сражениях. Их можно было найти совсем редко во вкладках аптечки, но… Это были стимуляторы последнего шанса. Вред, который они наносили организму, был колоссальным. Десять капсул, один шприц или три инъекции превращали выжившего в молящего о том, чтобы его поскорее добили. Ну а я вытащил эксклюзив.

Эксклюзив с короткой приставочкой «ПВ», что означает «последующего восстановления». А значит, это усовершенствованный стимулятор, который по окончании своего действия не прикончит и не превратит в орущий от боли овощ, который в лучшем случае может потерять сознание. Отдача от этого стимулятора была в разы меньше, и я вполне мог продолжить вести бой, пускай и страдая, тупя и промахиваясь, но всё ещё с оружием в руках. А там — небольшой отдых, и я снова буду огурчиком. Ну, или аптечку бахнуть всегда можно. Без этого волшебного «ПВ» аптечка — полумера. Всё равно урон организму наносится крайне тяжёлый, и на здоровье это очень сильно повлияет.

Ещё там, во вкладке эксклюзива было оружие в качестве альтернативы, но оно станет наградой для другого человека.

Выбравшись с секретным оружием в одном из карманов разгрузки и с довольной улыбкой, отправился к подогнанной технике. Уже почти все загрузились, так что я прыгнул в первый попавшийся грузовик, возле которого стояли Фернандо и его бойцы.

— Эй, старик! Ты в карцер спустись — там в терминале кое-какой сюрприз есть. Персонально для тебя оставил. Тебе понравится.

Я не стал ему говорить, что электродубинка, которая восстанавливает электрический заряд каждые два часа и способна хреначить пять минут без перерыва с мощностью обычной розетки, — будет очень органично смотреться в руках бывшего тюремщика. Да и зомби она хорошо прожаривает, заставляя замереть. А замерший зомби — мёртвый зомби. Главное, чтобы рядом были товарищи или вторая рука была свободна.

Колонна двинулась обратно. Если бы Афина сообщила о том, что оба патрульных катера что-то делают или замышляют, я бы пересел на легковую тачку и ускорился, но мы и так за пятнадцать минут доедем. А после первого контакта с нашим капитанским мостиком одного из патрульных судов они замерли в нерешительности и либо ждали чего-то, либо два экипажа обсуждали что-то между собой.

«Господин, я сумела проникнуть в системы кораблей и изучить доступную информацию, а также подслушать разговоры экипажей судна. Думаю, вам это будет интересно узнать». — Только подумал о своей помощнице, как она уже тут как тут.

«И как это ты сумела провернуть?» — Я вытащил телефон и донёс до неё сообщение через встроенный микрофон.

«Они сами полезли к нам, пытаясь взломать сеть корабля. Я даже удивлена, что их сеть работает. Это нестандартная модификация данной модели патрульных судов и дополнительное оборудование, установленное на них. С вероятность 99,99 % — оно задействовалось для пеленгации, поиска и удалённого взлома бортовых компьютеров наркоторговцев на их подлодках».

«Хм. Они явно не рассчитывали, что их проникновение в системы корабля и сбор данных с бортовых компьютеров провалится».

«Верно. Именно поэтому они взяли паузу и в данный момент обсуждают варианты взаимодействия с нами. По уже выясненной и подтверждённой информации — они в безвыходном положении. Из двух катеров класса „Сентинел“ на ходу лишь один, запасы топлива его ограничены, и до ближайшей базы США они не дотянут. Выходили они на поиск пропавшего катера как раз с Гуантаномо. В итоге — нашли, но незадолго до возвращения в порт база была уничтожена. На борту в результате атаки зомби много раненых. Запасы воды и еды на исходе. Они уже пытались причалить у одного из городов Кубы, но не успели даже толком выбраться, как подверглись атаке. Зомби или местные — ни в разговоре, ни в отчётах бортового журнала капитана не отмечено».

Ох, спасибо тебе, родная. Насколько же интереснее теперь выглядит их прибытие к нашему порту. Видимо, они до последнего плыли, надеясь наткнуться на кого-нибудь из союзников, но судьба распорядилась иначе. Вместо того чтобы остаться в безвестности посреди Карибского моря и ждать незатейливой судьбы, пока у них ещё имелось топливо, они решили направиться к порту. Туда, где можно пополнить запасы топлива. В то место, где не должно быть большого количества зомби. А встретили нас. Огромный лайнер с кучей людей. Они не должны знать, что у нас есть оружие. Интересно, как они захотят с нами общаться, по-хорошему или по-плохому? Я дам им симметричный ответ. Помогу, если они искренне попросят о помощи. И пусть помогу по-своему, присвоив их патрульные катера себе, но их жизни будут в безопасности, больные получат лечение, а сами бойцы — шанс стать Круизерами.

Если же будет по-плохому, то им придётся столкнуться со мной и нашими бойцами лицом к лицу.

«Афина, ты ведь уже можешь взять их корабли на контроль и передать мне их разговор?» — вновь спросил я её, полушёпотом обращаясь в микрофон моего телефона.

«Они уже на крючке. В данный момент они желают не обострять ситуацию и надеются получить от нас топливо, продукты и воду, взамен на гарантии компенсации и помощи со стороны США».

Хех, как будто хвалёное США ещё существует.

«Принял», — закончил я наш сеанс связи. Дальше Афина, как обычно, будет сообщать мне лишь самую важную информацию, что может повлиять на меня и на моих людей.

В порту было очень оживлённо. Куча людей поднялись на борт лайнера, облепили ту сторону, что показывала море, и любовались двумя современными суднами, что стояли в сотне метров от нас, освещённых лучами заходящего солнца.

В наш транспорт сразу же начали загружаться пчёлки и построенный кулак. Другой свежий и выспавшийся кулак вместе с большей частью работяг и добытчиков уже должны были приехать в освобождённый город, так как мы с ними разминулись на полпути.

Поднявшись на борт, я быстро поздоровался со всеми членами нашего «совета» и тут же плюхнулся в освободившееся кресло рядом с капитаном лайнера.

— Как обстановка, о чём с ними общались?

— Они сохраняют радиомолчание. Очень удивлялись нашему здесь присутствию, спрашивали, есть ли зомби на лайнере и в порту.

— Вы, конечно же, ответили, что всех уничтожили?

— Именно так. Угроза нейтрализована и всё такое.

Идрис пересказал мне весь диалог, что состоялся у него с капитаном катера, и я с ухмылкой принялся ждать.

— Они никуда не денутся, но мы можем их вспугнуть. До Гаваны они доплывут, а вот дальше уже всё, запас хода иссякнет. Так что ждём. Я буду говорить.

Ожидание заняло пять минут, и когда замигала лампочка входящей связи, я включил громкую связь и сразу же принялся говорить вместо нашего капитана.

— Приветствую выживших членов экипажей патрульных катеров США. Моё имя Михаил Листопадов. Я являюсь главой отдела безопасности лайнера «Вива Нова 2» и портового лагеря. Рады узнать, что вы выжили при этой чудовищной атаке зомби.

Мои слова поставили в неловкое положение человека на той стороне. И это хорошо, ибо теперь ему будет сложнее реагировать и анализировать услышанное.

— Доброй ночи, уважаемый. Мы можем услышать капитана судна?

— Я заменяю его до утра и уполномочен вести переговоры от его имени. Вам нужна какая-либо помощь?

Слова мои подтолкнули переговорщика в нужное русло и не позволили задуматься над вопросом о том, что заставило капитана так быстро отдать бразды переговоров в мои руки.

— Пожалуй, это было бы здорово. И хоть мы не настолько сильно нуждаемся в помощи… — сразу начал врать он, дабы не дать мне чувствовать себя в этих переговорах лидером. — Но у нас есть раненые — боюсь, мы рискуем не довезти их до нашей базы. Скажите, у вас есть связь с правительством Кубы? Мы не имеем права причалить к берегу без их согласия. Однако ситуация экстренная. Поэтому мы бы хотели попросить вас о контакте.

— Вы можете не переживать на этот счёт. У меня и связь с правительством и армией, и гарантия безопасности лайнеру. Даже если вы не получите разрешения на швартовку в порту — мы всегда можем принять вас на борту лайнера. У нас есть медики и мы можем помочь вашим бойцам. Как слышите?

— Всё-таки мы бы попросили во избежание эскалации международной напряжённости связаться с правительством и получить разрешение на нашу швартовку.

— Хорошо, всё сделаем. Надеюсь, среди бойцов нет тяжелораненых?

— Ну… — Он на секунду замялся, давая понять, что те, кому врач нужен срочно, и прямо сейчас среди двух экипажей присутствуют. — Есть.

— Предлагаю вам приблизиться к борту лайнера, мы скинем лестницу и подгоним переносной подъёмный лифт для транспортировки раненых солдат. Носилки наши ребята спустят к вам. За это время я получу ответ от правительства Гаваны. Согласны?

— Секунду.

Несмотря на то что со мной был на связи командир одного из катеров, он явно с кем-то там переговаривался, не единолично принимая решение. Это не очень хорошо. Этого второго, — как я понимаю, тоже капитана, — надо бы поднять на борт вместе с первым. Это значительно упростит переговоры.

— Хорошо. Отправляйте запрос, мы вскоре поравняемся с лайнером.

— Уже пишу запрос. До связи! — завершил я разговор и выдохнул.

Ну а теперь надо кое-что успеть сделать.

— Капитан, господа офицеры… У нас есть три минуты на то, чтобы выгнать всех людей с нижней открытой палубы и привести туда наши войска. Не дёргайтесь, стрелять мы ни по кому не будем. Это просто демонстрация силы. Силы, что облегчит мои последующие переговоры. И аптечку захватите с носилками.

Началась суета. Афина продублировала команду с требованием срочно покинуть нужный нам ярус — просто для того, чтобы местные и отдыхающие, что не входят в наш «силовой» блок, не мешались и не воображали себе невесть что.

— За работу, ребята. За работу!

Стоя на очищенной от любопытных глаз палубе рядом с пятью сотнями забрызганных кровью и не успевших переодеться бойцов, я ждал, пока первый из солдат с патрульного катера поднимется по сброшенной лестнице. Роберто подал ему руку и буквально закинул на палубу, оставляя на небольшом не занятом бойцами пятачке.

— К оружию не тянись. Нас всё равно больше. Густав, насколько я знаю? Первый помощник, лейтенант армии США. Добро пожаловать на борт самого боевого лайнера в Мировом океане. Сейчас кивни своим ребятам, что всё в порядке. И не надо тех глупостей, что вы придумали на своём собрании. Просто кивни, а не маши руками. Я слушал каждое ваше слово во время обсуждения. И прекрасно знаю, что у вас не осталось ни воды, ни еды, ни топлива. Можно, конечно, в Гавану податься — но там вас ждёт лишь смерть. Люди там нервные сейчас.

Он посмотрел на сотни солдат в окровавленной экипировке и закрыл глаза, будто пытаясь решиться на что-то, а я ждал его решения. Спокойно ждал, без каких-либо переживаний.

К оружию он не потянулся, а свесился за борт и кивнул, после чего отошёл в сторону, следуя указаниям Роберто.

— Капитан, будет подниматься? Нам с ним надо о многом поговорить.

Густав в ответ молчал. Что же — его право. Мой бывший телохранитель разоружил его и оставил стоять рядом со стеной, без каких-либо шансов на побег. Ну а вскоре мы подобным образом поприветствовали на борту лайнера ещё трёх бойцов, что двинулись следом за Густавом.

А уже после них пошли раненые. Те, кто легко отделался, поднимались по лестнице сами, другим же понадобилась помощь подъёмника. И когда все уже были наверху, к нам пожаловал и один из двух капитанов судна. Как раз того, что был выведен из строя в открытом море, дрейфовал в нём, ожидая помощи, и дождался её прямо перед тем, как база была уничтожена.

— Приветствую вас на борту нашего лайнера, капитан Арчер. Не смотрите так удивлённо по сторонам. Мы на самом деле собираемся вам помочь, но у нас есть большие сомнения в том, что касается вашей благодарности. Мне было бы намного удобнее, если бы мы провели переговоры сразу с вами и с вашим коллегой, но он остался для плана «Б» на борту, верно? Я понимаю вас. Прежде чем вы последуете за мной в комнату для переговоров, я бы хотел сделать вам небольшой подарок. Наталья, будь так добра, помоги несчастному, — я дал сигнал рукой, и к бойцу, что уже находился без сознания и чей пульс едва можно было уловить, подошла красавица с небольшим белым пластиковым контейнером в руках. То была «большая» аптечка, астрономической стоимости.

Но ценность жизни человека зачастую намного выше.

Раненые и искусанные бойцы стонали от боли и жара. Места укусов под бинтами уже начали чернеть, и вскоре, вполне вероятно, им бы ничего не помогло. Наташа прислонила аптечку к груди бойца, потерявшего пальцы на одной из рук и имевшего много других страшных ран и царапин, следов укусов.

Капитан Арчер тяжело дышал и злобно сопел, то и дело бросая грозные взгляды то на меня, то на своих бойцов, что попали в ловушку, но в итоге всё же сосредоточился на раненом.

— Снимите бинты с руки, они будут мешать, — подсказал я и, как и все прочие, стал свидетелем чуда.

Пальцы бойца начали восстанавливаться, медленно нарастая из повреждённых тканей. Рубцы исчезали, места укусов возвращали свой цвет. Мужчина стал дышать ровно и уверенно, но всё ещё был без сознания.

— Для получения большой аптечки, подобной этой, нам пришлось убить множество зомби. Но кроме этого, из-за укусов и заражения крови и организма в целом вашему солдату всё равно не жить. Поэтому он и не приходит в себя. Мы лишь отсрочили его смерть. Нужно уничтожить заразу, занесённую зомби. С этим поможет флакон очищения. И он есть у нас. Вот только, судя по всему, он нужен многим бойцам с вашего патрульного катера, капитан Арчер. Многие уже пожелтели — явный признак отравления организма. На такой стадии — это гарантированная смерть в течение недели. Сами понимаете, очиститель организма — дорогая вещь, и просто так тратить её на тех, кто может выстрелить нам в спину, стоит нам лишь отвернуться, я не желаю. Нам идти недолго, и я надеюсь, за это время вы успеете хорошенько обдумать ту незавидную ситуацию и те немногие решения, которые вы можете принять для спасения экипажа и своего катера.

Как же хорошо проводить переговоры, имея на руках информацию, силу и предметы, в которых отчаянно нуждается вторая сторона. Просто прекрасно! Полная противоположность переговорам в Гаване.

Афина заранее выяснила, кто такой этот капитан Арчер. Какой у него характер, какие мотивы, чем он жил и живёт, помимо своей службы. И это здорово помогло мне при работе с ним. Тактики переговоров — они ведь разные бывают. Агрессивные, добренькие, мудрые и так далее. Но капитан Арчер был из тех, с кем трудно нормально общаться, если ты не заслуживаешь его доверия. На него практически бесполезно давить, а если и продавишь, то лишь врага наживёшь. Поэтому диалога как такового и не было. Зато был впечатляющий двадцатиминутный монолог. Я начал с того, что представился своим настоящим именем, перечислил наиболее известные из своих достижений, обозначил различные государственные и коммерческие структуры, с которыми я работал в прежней жизни, среди которых было даже ФБР. На самом деле я им ничего такого не продавал, но одно из моих «домашних» изобретений для офисов они начали активно применять на службе. Связано это было с регулировкой светопропускной способности стекла. Это позволяло избежать проблем при путешествиях на немаркированных автомобилях по некоторым штатам. Да и в офисах, как я слышал, — полезная штука во время обеда. Заменили жалюзи, по сути.

Впрочем, это всё в прошлом. В настоящем же я рассказывал о Круизерах, о первой войне на лайнере, о сражениях с зомби и участии наших бойцов в сражении за свободу Кубы. «Потому что иначе нам бы не выжить», — объяснил я ему и продолжил внушать и рассказывать о достижениях и планах. Освободить остров, дождаться того времени, когда кризис будет уничтожен и власти мировых сверхдержав возьмут всё под свой контроль. Рассказывать ему о том, что я сверхопытный солдат, знающий в разы больше любого другого человека о терминалах и будущем нашей планеты, я не стал. Всё-таки в таком случае он решит, что у меня шизофрения, и только откажется от сотрудничества. Поэтому просто говорил ему, какие мы молодцы, какие у нас собрались крутые мужики, как мы тут всё здорово обустраиваем. И вообще о том, как здорово переждать здесь кризис, хотя бы недельку-другую, и уже позже, если они захотят, — вернуться на Родину. Ну или сразу пускай возвращаются, только корабли мы им не оставим — они нужны нам для охраны порта и лайнера в случае далёких путешествий.

Да, рассказывать ему о том, что мы в США на рейды ходить будем, ибо там апокалипсис только-только начинается, я не стал.

И в итоге он согласился с тем, что они могут отдать нам один, повреждённый катер, если мы поможем выжившим десяти членам его экипажа вылечиться и избежать смерти от заражения. Оказывается, у них уже был один погибший не от зомби, а от их укусов и заразы. Ну… Это уже прогресс.

— Тогда вот как мы поступим. Ваши ребята будут у нас лечиться ближайшую неделю. В лазарете место найдём, лекарство из терминала купим, даже вам покажем и предложим самим потратить очки достижений для покупки. Если они у вас есть. Дальше пришвартуем повреждённое судно, а на уцелевшем вместе и поплывём. Только у нас есть ещё беженцы, которые захотят поплыть на другой берег этого чудесного моря. Поэтому вы сопроводите наш лайнер. Я опасаюсь, что береговая охрана США примет нас за враждебное судно и атакует. Вы же сможете связаться с ними и объяснить ситуацию, скажете, кто мы. Вы свободны, нам помогли доплыть. Мы свободны, оказали помощь вашим раненым товарищам. В конце концов мы сюда вернёмся. Так как здесь у нас уже есть гарантии, лагерь, припасы. Идёт? — Я протянул свою руку, и он пожал её, скрепляя наше джентльменское соглашение.

И мне даже интересно, как он отреагирует на мою щедрость. Я ведь в любом случае не планирую расставаться с находящимся на ходу патрульным катером. Вопрос лишь в том, получу я его с чистой совестью или же буду вынужден играть роль злодея-пирата.

— Отправимся же спасать ваших бойцов. А после я приглашаю всех вас на ужин.

Два дня спустя, ранним утром.

— Наталья, всё готово? Погрузили припасы, заправили топливный отсек катера?

— Да, ещё с вечера. И всё-таки, как по мне, ты совершаешь ошибку. Не стоит отпускать их, тем более после того, как они спланировали передать сведения о нашей базе, оставленном катере и раненых бойцах армии США. Подумать только — спасённых нами людей собрались назвать пленниками, которых удерживают в неволе, а переданный катер — захваченным во время пиратского рейда, — возмущалась красавица, вчера утром вместе с парочкой наших офицеров слышавшая диалог двух командиров после оказания первой помощи и выдачи зелий, очищающих организм.

— Наташа, не дури голову Михаилу, — вступил в разговор Гарри Свенсон. — Всё он правильно делает. Нам действительно нужно их судно для свободного входа в территориальные воды крайне агрессивной страны по соседству. То, что они хотят использовать всю эту ситуацию как казус белли, как повод к войне, иными словами — это нормально. Я бы удивился, если бы они просто упали на колени и принялись благодарить нас за спасение. В их головах мы кучка мутного контингента, разжившиеся оружием. Чего нас жалеть? — Он пожал плечами.

— Может, и не понадобится нам этот патрульный катер, — задумчиво сказал я, — но с ним действительно спокойнее. Можно много интересных вещей сделать. Мне же пленить и обвинить американцев в заговоре против нас — раз плюнуть. Ведь после их решения кинуть нас и использовать, мне плевать на них. Но мне не наплевать на людей. Время такое сейчас, что все ищут помощи и поддержки друг у друга. Все работают не покладая рук, Артемису вон вчера и без моего участия, можно сказать, подчинили и захватили.

— Освободили, — поправил меня старик. — Терминал их — одно разочарование…

— Да без разницы. Суть-то та же. Показать людям истинное лицо американцев я могу. Но что это даст кроме озлобленности? Кроме того, что они плюнут им вслед, отправленным в открытое море на плоту за своё коварство? Объединимся вокруг общего врага? Так не факт что все объединятся, это раз, а два — он у нас уже есть. Зомби. Важно поддерживать моральный дух и правильный настрой. Негатива вокруг — как дерьма. И искать не надо. Не стоит его плодить. Главное, что вы, руководители, всё знаете. И в глазах людей мы остаёмся благородными. Это мелочь — но даже такие мелочи важны. Каждый день делай то, что от тебя ожидают, — и ничего не изменится в отношении людей. Один раз разочаруй их или ошибись — и все начнут клевать. Поэтому важно всегда иметь прослойку командиров и офицеров, которые будут исполнять спорные для мирных жителей и рядовых бойцов решения. Спорные, но необходимые, — закончил я просветительскую работу и стал собираться.

— Ты костюм свой с собой берёшь? — перевела разговор на новую тему Наталья.

— Как и шлем! Конечно же! Зря я, что ли, все свои «деньги» на них потратил? Как раз ночью в трюме потренировался в нём. Это просто шикарная вещь, скажу я вам. Шлем, опять же — всем командирам кулаков, старшим офицерам приобрести обязательно! С учётом возможностей Афины — это повысит эффективность в бою и результативность в разы. Сами убедитесь! — Я не скрывал радости от покупки двух расчудесных образцов технологий ближайшего будущего.

— А дашь примерить? — начала подкатывать ко мне Наташа, на что я ухмыльнулся.

— Костюм индивидуален и при создании был под мой размер подогнан. Боюсь, тебе он в груди будет маловат. Да и бёдра не протиснешь.

— Ты хочешь сказать, что у меня попа жирн…

— А-ха-ха, — рассмеялся притворявшийся спящим Роберто. — Босс. А мы вроде бы одной комплекции, дай костюмчик погонять?

— Прикончи пару тысяч зомби и купи себе сам, — отмахнулся я.

— Кстати да! А откуда такие средства? Я примерно знаю количество убитых зомби всеми находящимися в комнате… И там нет таких цифр! — окончательно проснулся и поднялся Роберто.

— Так это потому, болван, — возмутилась Наталья, — что ты дрых во время рассказов о надбавке очков достижений за спасение жителей, зачистку городов и поселений, вокруг которых имеются терминалы. Как тебя такого вообще могли нанять для его охраны?

— Хе-хе-хе, — снова рассмеялся Роберто. Видимо, он столько смеялся из-за нервов в связи с предстоящим рейдом. — Он сам меня и выбрал. Если бы я был серьёзным профессионалом, что проверяет унитаз прежде, чем жопа дорогого клиента сядет туда решать дела государственной важности, он бы меня отшил и исчез ещё до того, как я что-либо узнал о нём.

— А, то есть среди сотен профессионалов он выбрал того, что совмещает работу телохранителя и клоуна? — начала нападать на него Наташа, видимо, тоже слегка нервничающая из-за предстоящего вояжа.

— Да расслабьтесь вы, молодёжь. Вон, с Михаила пример берите, — потянулся Хван.

— А что с него пример брать, он свою алебарду уже полчаса полирует. До этого дробовик и пистолет полировал. Сам нервничает.

— Зато виду не подаёт. Давайте собираться. Через час уже отплывать. Надо понять, кто из людей решил остаться с нами, а кто решил сбежать. — Хван был на удивление спокоен последние два дня. Видимо, его воодушевил тот факт, что он командовал разведкой, отправленной в Артемису, а затем и основной отряд туда повёл, объединяясь с местными и освобождая город от зомби.

Причём воодушевил настолько, что он попросил остаться и продолжить зачистку отданных нам под защиту территорий Кубы. Как и Фернандо. В целом — я был только за. Основной костяк командиров кулаков и сто прошедших со мной гаванскую мясорубку воинов отправлялись с нами на другой берег. С нами вызвалось отправиться и переселиться в США порядка шестисот кубинцев и всего лишь сто десять человек из фракции индуса. Как я и ожидал, их число сильно упало, фактически в десять раз за прошедшее время. Поспособствовали этому и наши успехи в организации лагеря, зачистке городов, оснащении бойцов экипировкой и пушками. И, само собой, — несколько американских «провалов». Под провалами я подразумеваю ракетную атаку, что вызвала массу пересудов, но никак не успокоила людей. Если крупнейшей на сегодня военной державе приходится палить ракетами в разные стороны — дела у неё, может, и под контролем, но явно не всё прекрасно и стабильно. Ну а когда вы видите крушение их самолёта и на борт вашего лайнера доставляют десяток раненых солдат, часть из которых при смерти… Всё это как-то подрывает веру людей в безопасность по ту сторону моря. А тут вроде как уже безопасно, с зомби насильно воевать не заставляют… Лучше переждать и дождаться восстановления государств и начала работы дипломатов, что вернут бедных людей домой.

В общем, я с радостью был готов отправить на чужой берег нелояльный мне балласт. С палубы долой из сердца вон.

С учётом тридцати пяти служащих на судне выживших американцев, что переместили четырёх из десяти раненых бойцов, — ведь остальные были нетранспортабельными, — сбор лайнера и подготовка к отплытию затягивались. Вместо запланированных восьми утра, мы к девяти всё ещё стояли в порту. К слову, мы могли поднять на ноги оставшихся американцев, но и командиры их не просили вернуть бойцов на борт, следуя своим коварным планам, и мы не желали тратить время на лечение тех, кто за десять дней сам встанет на ноги. А может, даже и быстрее.

Поэтому в тот момент, когда мы наконец-то отплыли и все инструкции и приказы были даны, а Афина тайно подключилась в компьютерную сеть портовых терминалов и стала следить за жизнью людей без лайнера, я облегчённо выдохнул. Моя помощница создала свою резервную копию на Кубе и теперь была готова работать по полной даже там, где меня нет. Правда, оборудование было дерьмовым в порту, слабым и неприспособленным, а потому мы и не могли рассчитывать на многое от её клона.

Но даже так — нам хватит и того, что по прибытии основной ИИ Афины получит отчёт и развёрнутую информацию о том, что происходило, пока мы отсутствовали.

Впереди нашего лайнера неспешно плыл корабль ВМС США, мы стояли на носу лайнера, перед огороженным от посторонних взглядов терминалом, и смотрели на патрульный катер.

— Ну и когда мы начнём? — разминаясь, спросил Роберто.

— Не мы, а я, — улыбнулся я своим соратникам. — Не забывайте — они профессиональные военные, вооружённые смертельно опасным оружием. И только у меня есть полноценный защитный костюм. А вы, так уж и быть, прикройте. Когда я начну — демонстративно достаньте парочку снайперских винтовок и приготовьтесь открыть огонь.

— И когда ты начнёшь? — продолжая махать руками, словно он собрался врукопашную брать судно на абордаж, продолжил спрашивать мой напарник.

«До попадания в нейтральные воды осталось семнадцать минут», — подсказала Афина.

— Через двадцать минут примерно. Пойду готовиться. И не забывайте по сторонам смотреть — их корабли или авиация хоть и испытали чудовищную атаку, всё ещё живы и могут явиться в любой момент. Нам нужно правильно и грамотно реагировать на всех встречных гостей. Идрис, что там с радиоэфиром?

— Девственная чистота, — провёл он рукой вдоль барной стойки, оставшейся со времён до появления терминала, и не прощаясь ушёл на капитанский мостик.

Всё-таки моя просьба не ослаблять бдительность именно его и касалась. Он и его люди разбираются в показаниях приборов, а не Роберто, Наталья или старый Гарри. Ну и я тоже отправился переодеваться.

Холодная, упругая чёрная текстура из нейлонового материала костюма дарила воспоминания о резне и десятках битв, проведённых во снах. И проведённых не так, как в последнее время. Отчаяние, безысходность, бесполезность любого сопротивления… Всё это было в тех далёких мирах. И всё это было в прошлом. Новый мир и новая реальность демонстрировали, что мы можем на самом деле дать отпор зомби без особого труда. Но… Если бы проблема была только в этих несчастных монстрах… За чёрным нейлоном скрывалась бронепластина из странного материала. А за ним — необычная резиновая подкладка. Особенный материал, с невероятной упругостью. Он был способен нивелировать убойную силу отскочившей от снаряда защитной бронепластины, но даже это легко сломало бы мне рёбра при попадании. Не будь там ещё одного слоя защиты. Внутренняя подкладка, примыкающая к моему телу, была… шедевральной. Не кожа, но что-то похожее. Прочное, гибкое, удивительно нежное. Этот костюм спасёт меня от выстрелов, если только совсем уж что-то мощное не бахнет по мне. Но не на сто процентов спасёт от урона и повреждений. Отдача как и при использовании бронежилета может с лёгкостью вывести меня из строя. Поэтому я, как меня давным давно научили в другом мире перестраховываюсь. Использую плотную хлопковую военную экипировку, что дополнительно смягчит удары.

Во всё это великолепие был встроен миниатюрный и тонкий, слепленный специально по моему телу металлический каркас с сервоприводами. Это сделает меня быстрее, сильнее, смертоноснее. Эстетика и сила. Дайте мне сотню таких костюмов и мы положим пару тысяч пехотинцев. Дайте тысячу и города подобные Гаване лишатся угрозы зомби за сутки.

Облачение заняло больше десяти минут. И то лишь благодаря моему опыту и навыкам. Крепления были защёлкнуты, костюм активирован, шлем лежал в руке, и Афина уже была готова помогать и координировать мои действия. Прочность шлема слегка беспокоила меня. И хотя Афина оценила её как высокую, сравнимую с современными касками, я всё равно не планировал подставляться. Придётся использовать все мои навыки в предстоящей битве. Да и позднее тоже.

Вокруг стало тише… Это прекратили работу двигатели как лайнера, так и следующего параллельным курсом катера.

Ну что же… Пора. Поясная герметичная сумка. В ней пистолет, парочка светошумовых гранат, небольшие кармашки с запасными обоймами и телефон с доказательством предательства двух капитанов. Рядом к поясу прикреплён большой нож десантника. Таким и врагов кромсать и канаты рубить можно.

Другое огнестрельное оружие брать ни к чему. Возможно, я даже и этим не воспользуюсь. А вот алебарду — точно пущу в ход. Как минимум две головы будут лежать на плахе. Капитаны предали ожидания выживших, предали тех, кто протянул к ним руку помощи. И оба катера сменят своих капитанов. Вопрос лишь в одном — что предпочтёт сделать экипаж катеров? Броситься в бой или же прислушаться к голосу разума?

За прошедшие два дня они неплохо познакомились с нами и нашими возможностями. И должны были сделать выводы. Знают они и запасы нашего вооружения на борту лайнера, как и силу людей, его охраняющих. В условиях поломки судна — шансов у них нет.

— Это даже интересно… Посмотрим же на то, как они справятся с ловушкой, в которую угодили по воле судьбы?

Молния сумки была застёгнута, а я вышел на палубу, приковывая взгляды всех и каждого в этом костюме. Он сделал меня немного выше, шире и солиднее. Выглядит словно декорация из фантастического фильма. Но нет, ребята. Это наше будущее. И оно уже наступило.

Прыжок в воду, короткий заплыв — и вот я уже у борта катера, полного встревоженных солдат и их капитанов.

Мой новенький боевой костюм впечатлял не только своим внешним видом и защитой, но и многофункциональностью. Плавать в нём — сплошное удовольствие. Думаю, я бы даже мог какой-нибудь рекорд в нём побить, хоть и не являюсь профессиональным спортсменом. Особенно если бы я плыл без тяжеленной алебарды, взятой на всякий случай и по большей частью в качестве символа.

Выход из воды на палубу удалось совершить довольно быстро, зацепившись всё тем же оружием за нависающую в метре от воды лесенку в задней части катера. Уже, можно сказать, не зря тащил её с собой. Моё появление, само собой, не осталось незамеченным, и наличие оружия в моих руках напрягло солдат настолько, что сразу несколько стволов оказались направлены в мою сторону. Боятся. Но не стреляют… Это хорошо. Так даже лучше.

Вода стекла с моего костюма, а алебарду я отставил в сторону и активировал внешние динамики шлема, сообщая бойцам о цели своего визита.

— Это я. Михаил Листопадов. А это мой боевой костюм. Который выдержит ваши выстрелы, если вы вдруг решите пошалить. И прежде, чем вы решите испытать прочность моей экипировки, я всё-таки хочу дать вам шанс и поговорить, — проигнорировал я голосящих на всю палубу бойцов, которые и дело задавали один и тот же вопрос «что это за костюм и кто это припёрся к нам» в разных вариациях.

— Какого хрена? Это не входило в наши договорённости! — выкрикнул тот самый капитан Арчер, который сам же и нарушил наш договор.

Ну да ничего, мы тебя выведем на чистую воду.

— Тебе ли говорить о договорённостях, псина помойная? Посмотри за мою спину. Что ты там видишь? Молчишь? Давай я подскажу. Сто вооружённых до зубов убийц зомби. Которые жопу рвали и кровь проливали ради того, чтобы дожить до сегодняшнего дня и спасти так много жизней, сколько они смогут. Включая твою неблагодарную задницу. А знаешь, чего ты не видишь? Трёх снайперов, которые, если вы откроете огонь, с удовольствием изрешетят всех находящихся на палубе самоубийц. Только попробуйте открыть огонь, — злобно оскалился я, но из-за тактического шлема они не увидели моей улыбки. Оставалось надеяться, что мой голос и интонации передадут им всю суть того положения, в котором они оказались. — И можете даже не надеяться на то, что моторный отсек оживёт. Я вообще мог бы бросить вас на произвол судьбы, но в отличие от тебя и твоего дружка, ссыкливого Ховарда, у меня есть яйца прийти и сказать в лицо тебе и этому ничтожеству, почему вы сегодня сдохнете. Я бы вообще давно прикончил вас, предателей, если бы не твои бойцы. Они ведь не виноваты в том, что ты такой гнилой сукин сын, да?

— ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ, УБЛЮДОК! ЭТО ТЫ ПОВРЕДИЛ КОРАБЛЬ? ДА МЫ ПУСТИМ НА ДНО ВАШЕ КОРЫТО!

— Бла-бла-бла. Я отключил всю электронику на вашем катере. И вообще, ты мне больше не интересен. Бойцы! Я обращаюсь к вам! В моей поясной сумке находятся доказательства того, что ваши капитаны предали и меня, и вас. Если вы не желаете напрасного кровопролития, опустите вниз стволы.

— СТОЯТЬ! Я ВАМ ЗАПРЕЩАЮ! Если он потянется к сумке — открыть огонь на поражение! — взъярился будущий труп.

— Я достану телефон, и мы вместе с вами послушаем их чудные переговоры. А также услышим истинную причину, почему четыре ваших боевых и бравых товарища остались на Кубе, хотя эти два ушлёпка унесли по средней аптечке, что могли поднять двоих из них на ноги. Смотрите, как он занервничал…

Стволы медленно начали опускаться, и стоило мне потянуться к поясной сумке, как этот ублюдок выхватил с пояса свой пистолет и открыл по мне огонь.

Практически одновременно с его выстрелом прозвучал ещё один. Пуля, выпущенная кем-то из снайперов, насквозь прошила шею этого куска дерьма, и он схватился за рану, тщетно пытаясь остановить брызнувшую фонтаном кровь. Ну а спустя миг он рухнул на палубу. Тебе повезло, что не я самолично занялся тобой. Катись в ад.

Впрочем, кое что меня радовало. Не ошибся я в бойцах с патрульных катеров! Не ошибся. Ад вокруг слишком сильное влияние оказал на них. Они видели, кто мы, как мы себя ведём, какие у нас есть возможности. Они видели своих капитанов, они видели аптечки, принесённые на борт катера, и обсуждали оставленных в порту бойцов. Да и многих из них именно я и мои ребята спасли. И в головах самых умных из них уже засела одна простая мысль: зачем я переводил дефицитный товар, если бы хотел их убить?

Нельзя сказать, что они не шелохнулись после выстрелов, наоборот — действуя исходя из складывающейся обстановки, они тут же заняли укрытия и сняли оружие с предохранителей. Если ещё раньше этого не сделали. Я ведь обещал обрушить на них свинцовый дождь, если хоть один выстрел раздастся в мою сторону.

— Михаил! Зачем тебе всё это? Так ты делаешь только хуже! Ты же не плохой человек! — прозвучал чей-то голос. Слегка знакомый… Кажется, это был заместитель погибшего мгновением ранее ублюдка.

А я стоял и дальше не шелохнувшись. Ведь по расчётам Афины, та модель пистолета, что была у капитана, могла пробить мою броню только при серии выстрелов с близкого расстояния в одно и то же место. Мелкий калибр и пробивная сила. Если бы он по шлему стрелял, может, и была бы более рискованной моя затея, но скорее он просто повредил бы частично оборудование. В общем, я полностью доверился своей советчице и не шелохнулся. Возможно, именно по этой причине, да ещё и учитывая отсутствие оружия в моих руках, моряки и не начали палить по мне. А раз не сделали это сразу — то и не будут. Особенно после того, как они услышат те две чудесные аудиозаписи.

Я достал телефон, включил звук на полную и прокатил его по палубе, поближе к укрывшимся бойцам.

«Арчер, поверь мне и моему опыту. Когда мы вернёмся — на нас повесят всех собак и спишут как бесполезный мусор. И плевать им, что мы сделали всё возможное. Ты не забывай ещё, что нашу базу уничтожили нашей же ракетой. И это сделали не просто так! Нам нужен козёл отпущения. Сам посуди, кто может подойти для этой роли лучше всего? Корыто это сломанное он забрал. Чем тебе не пиратство? Так ещё и сам при наших же людях говорил, что сотрудничает с Гаваной. Подадим рапорт, что не просто сотрудничает, а напрямую подчиняется», — говорил знакомый членам экипажа этого судна голос.

«Да ну, всё равно не стыкуется. Бойцов опросят и всё поймут», — отвечал голос покойного.

«Надо сделать так, чтобы их не опрашивали. Или опрашивали только тех, кто нам нужен. Я за твоих бойцов не ручаюсь, но мои скажут то, что я им прикажу. Только вот Макс Ховер и Ли Трупер немного балаболы».

«Это те, что ранены? Так оставь их тут. Кстати! Если уж пытаться всех собак повесить на этих Круизеров, то можно ещё и пришить захват заложников! Мне тоже есть кого оставить…» — заключил покойный, и на этом первая запись оборвалась.

А следом начала проигрываться вторая… Не менее интересная.

«Знаешь что, Арчер. А ведь это будет не просто какая-то там спецоперация… Пока мир в хаосе и ни китайцам, ни русским нет дела до Кубы, это станет поводом для войны. Полноценной войны, после которой этот райский уголок наконец-то присоединится к нам и станет новым штатом. Думаю, нашу историю проверят, но даже если найдут какие-то нестыковки, всё попадёт под контроль Пентагона. И в конце концов нас отпустят, так как мы окажем генералам медвежью услугу».

«Думаешь, будет война?»

«Думаю, что она уже началась. Просто не все об этом знают», — ответил голос мусора, находящегося сейчас внутри патрульного судна, и на этом вторая запись тоже прервалась.

— Гнилые у вас капитаны. Как минимум четырёх из вас они решили списать, оставив у нас не просто так. Потом они неожиданно погибнут от яда или ещё какой-нибудь гадости. Даже если их спасут из рук страшных и опасных кубинских пиратов, рассекающих Карибское море и Мексиканский залив. Я им, кстати, перед отплытием тоже дал эту запись послушать. И они едут на лайнере вместе с нашими бойцами. Уже полностью здоровые. Я, в отличие от всякого мусора, не жалею аптечек для своих людей.

Я наклонился и подобрал сплющенную пулю, что попала мне в грудь и отскочила. По ощущениям весьма терпимо. Как и всегда… Синяк, может, и будет.

— Что ты предлагаешь? — задал кто-то из бойцов свой вопрос в полной тишине, и в этот раз и я, и Афина отследили, кто это был. Всё-таки он, первый помощник капитана… Неплохой парень. Патриот и всё такое…

— Я предлагаю вам сделку. Честную сделку. Ни я, ни снайперы, ни мои люди не трогают никого из вас и из тех, кто находится внутри трюма. Мне нужен лишь второй предатель, пожелавший развязать войну и прикрыть свою задницу моей жизнью. Приведите мне его, мы сразимся, как и положено воинам. Один на один. Если он меня убьёт — так уж и быть, плывите на все четыре стороны, куда хотите. Судно мы починим. Если же я убью его — эта красавица становится моей, а вам будет дан выбор — присоединитесь к нам или…

— Умрите, хах? — со странным смешком ответил нервничающий заместитель погибшего ублюдка.

— Что мы, звери какие, по-вашему? Такие же люди, как и вы. Откажетесь присоединяться — мы вас вместе с другими беженцами доставим до берега родных Штатов. А дальше уже сами добирайтесь куда захотите.

Моё предложение резко прервалось внезапно распахнутой дверью и выскочившей троицей бойцов, что с ходу открыли по мне огонь. Я только и успел, что передать Наталье не стрелять. За первой троицей вышла и вторая, а дальше и сам капитан, подговоривший Арчера, пожаловал.

Этот идиот неверно оценил обстановку и так же скрылся за укрытием, оказавшись рядом с их переговорщиком.

Я же быстро сориентировался и сместился по палубе чуть в сторону, параллельно прикрывая шлем рукой от шальной пули. Стрельба заглохла уже через мгновение, так как стрелков повязали свои же. К голове капитана приставили дуло миниатюрного пистолета-пулемёта, что так и оставался в руках заместителя почившего капитана.

— Ты что делаешь? — удивился, поднимая руки вверх, этот ублюдок.

— Спасаю жизни бойцов и честь офицеров, — поднялся он и заставил также встать капитана.

Хороший мужик. Далеко пойдёт, если не сдохнет. Мне бы такой пригодился. Даже в качестве капитана этой красавицы. Интересно, не захочет ли он присоединиться к нам? Тем более с повышением в должности…

— Они всё знают, ничтожество. Мы все всё знаем. Казус белли отменяется. У тебя есть лишь один шанс выжить — это убить меня. Возьми любое оружие и сразись со мной.

— Ты… Я не поведусь на твою уловку! Тем более когда на тебе этот странный костюм! Ни одна пуля его не пробила.

— О, а ты наблюдательный. Вот только видишь, как получается… Этот костюм я заслужил кровью и потом. И имею полное право его носить, равно как и ты имеешь право выбрать оружие, что подарило тебе твоё командование. У тебя три секунды до начала нашей дуэли.

— Можешь взять меня в плен, проклятое отребье. Но я не стану марать о жалкого… Кх…

В его сердце вошла сталь кинжала, когда я во мгновение ока сократил разделяющие нас десять метров и сделал одну-единственную атаку.

— Кто тебе сказал, что я беру пленных? Я чистильщик, что избавляет этот мир от всякого мусора вроде зомби и таких, как ты, кусков дерьма. Это не самая благородная, но очень необходимая для нашего мира профессия!

Схватив его за шею, я поднял его над головой, выдернул свой кинжал и швырнул капитана как мешок с навозом в море.

Далеко полетел… Сил я не жалел. Метров пятьдесят…

— Кстати, такие костюмы может получить любой, кто насобирает, убивая зомби и спасая людей, побольше очков достижений. Введите этих бедолаг в курс дела и проведите собрание. Я их прощаю, но это была последняя поблажка с моей стороны. Порой действительно проще убить, чем договориться. Решите, кто остаётся, кто плывёт на родной берег. Я вернусь через час.

Я оставил им телефон и вложил расплющенную пулю в ладонь своего фаворита на должность будущего капитана патрульного катера.

— В одном эти два ублюдка правы. Война уже идёт. И никогда ещё судьба человечества не была так близка к грани забвения. Я знаю, куда и зачем я иду. А вы?

С этими словами я с силой оттолкнулся от палубы, пролетел в прыжке больше пяти метров и плюхнулся в воду, возвращаясь к лайнеру.

— Ну что, тебя можно поздравить? Семнадцать профессиональных военных решило присоединиться к нам. Считай, почти готовый экипаж на катер! Пару человек дообучить и всё! — весело улыбалась Наталья, и её улыбку поддерживала не менее счастливая голливудская улыбка Роберто, правда, скрытая моим шлемом.

Выпросил всё-таки. Достал он, честное слово.

— Я думал, больше решит перейти к нам. Но да, самое главное, что Стивен Хинк решил стать частью нашей большой семьи Круизеров, — кивая, ответил я ей.

— Кто?

— Новый капитан на наш пока ещё единственный Сентинел, находящийся на ходу, — пояснил я и посмотрел за борт. Скоро мы уже окажемся на точке, от которой можно будет свернуть поближе к побережью.

Корабли так и двигались дуэтом по водам ласкового моря. Гигантский лайнер с вооружёнными до зубов Круизерами и маленькая кроха Сентинел с пушкой, способной понаделать дыр и хаоса в нашем лишённом брони судне. И всех встречных в том числе.

Но как бы то ни было — мы преуспели и уже пересекли воды большого злого соседа, стреляющего и отправляющего ракеты по непонятным целям. Стивен Хинк, к слову, понятия не имел, почему американцы разбомбили свою же базу. Но он был свидетелем разрушений. Если там что-то и осталось, чем можно было бы поживиться, то это будет той ещё морокой. Впрочем, кое-какую интересную новость он мне сообщил. Командир базы незадолго до удара построил весь личный состав, в том числе моряков, вооружил и отправил отбивать нападение сумасшедшей нежити. Много крови пролилось на территории базы, когда тысячи солдат лишились рассудка. А уж когда соседствующие кубинцы заглянули к ним на огонёк и попытались присоединиться к пиру — совет офицеров решил наплевать на гарантии безопасности, данные правительству Кубы. Ведь это было нападение на их базу. И согласно плану, разработанному на такой случай, им давалось сорок восемь часов для уничтожения опорных пунктов врага и получения контроля над ближайшими городами и поселениями, равно как и закрепление на этих ключевых точках.

Поэтому с большой долей вероятности солдаты с базы могли выжить. И для меня это была отличная новость! Во-первых, у генерала Сантьяго и его врагов появлялась опасная и вооружённая головная боль под боком, ставящая их власть под угрозу. А во-вторых, это было несколько сотен или тысяч профессиональных бойцов, которых каким-то образом надо было присоединить к лагерю. Или хотя бы постараться сделать это с частью из них. Другими словами, для нашей базы после моего возвращения могли появиться новые задачи, помимо зачистки ближайших городов.

К слову о зачистке. Я планировал вернуться в наш порт чуть меньше чем за сорок восемь часов и дал указание за это время очистить от гниющей гадости несколько десятков мелких деревенек. С начала этой задницы прошло уже довольно много времени. И шанс на выживание попавших в ловушку и не сумевших сбежать людей опустился до одного процента. Поэтому, хоть это и звучит жестоко, но нет смысла рисковать своими людьми, подгоняя их в спину и отвоёвывая без разведки и подготовки другие крупные города, помимо Артемисы.

Мы ведь, хоть и были хорошо экипированными, а всё равно без потерь не обошлось. Шальные пули, несчастные случаи… Трижды не удалось вовремя активировать аптечку. Порой смерть приходит мгновенно… Поэтому, уж лучше шаг за шагом, освобождая километр за километром и помогая тем, кто сумел хоть как-то организовать оборону, без глупостей и безумной отваги.

Лайнер начал совершать манёвр и поплыл в сторону пока ещё далёкого берега. Мы уже в нужном нам районе, и благо никто так и не выходит на связь с нами или патрульным катером. Лодок или других кораблей вокруг тоже не особо видно.

Я взял бинокль, всмотрелся в окно перед собой и скривился.

— Ну вот, накаркал… — Прямо по курсу на волнах болталось бесполезным поплавком судно.

Мы подплыли ещё поближе, и я понял, что оно дрейфует, а на борту его хоть и есть немного выживших, а всё равно почти все без сознания.

Мы перетащили людей на борт лайнера, позвали медика и зацепили на буксир эту рыболовецкую лоханку, бесполезно болтавшуюся в открытом море. Хотя, ещё сутки — и их бы прибило к берегу. Или, быть может, даже разбило бы о какие-нибудь скалы.

Ещё через час неспешного и внимательного хода мы заглушили двигатели и стали готовить спасательную лодку для переброски пожелавших незаконно мигрировать в Северную Америку.

По нашим прикидкам, даже несмотря на габариты лодки, — а она была внушительной, — потребуется около шести ходок, прежде чем все беглецы освободят занимаемые каюты на лайнере.

Именно по этой причине, а ещё из-за того, что лайнер наш слишком заметен, мы и не стали тормозить, оперативно спустив первую посудину на воду. Нагрузили её людьми и отправили под руководством доверенного мексиканца с голливудской улыбкой к берегу.

А следом начали опускать и вторую, так же постепенно спуская людей вниз. Ещё и чемоданы тащат с платьями, сувенирами и кубинским ромом. Идиоты…

За это время я успел узнать, что с мужиками с рыболовецкого судна. Обезвоживание, укусы зомби… Лихорадка и бессилие.

— Будем лечить? — на всякий случай спросила меня судовой врач. Женщина широчайшей души и добрейшего сердца, что после всех приключений, травм, крови и смертей постарела лет на двадцать.

Казалось, что ей уже под пятьдесят, хотя по документам лишь недавно ей исполнился тридцать один год. Да и вообще, она была ассистентом одного из врачей на корабле. Но что-то эти старики сильно при алом затмении рассудком тронулись. Почти все до единого обратились.

— Будем лечить, конечно же. Мы ведь можем. И мы ведь хотим. То, что дорого — так это ничего. Ты их спасёшь, незримый надсмотрщик это оценит и тебя отблагодарит. Ты сможешь купить ещё одно или два зелья очищения или аптечку. А разницу мы, бравый боевой отряд, без проблем докупим, — приободрил я её.

Глаза её засияли, и она слегка изменилась в лице после моих слов, наполненных теплотой. Доброта не спасёт мир. Но она может спасти людские сердца. Хотя бы некоторые. Хотя бы тех, кто в этом нуждается и этого достоин.

Вторая лодка начала отплывать, в то время как люди продолжали толпиться на палубе и переругиваться из-за места в очереди друг с другом. Первое ярко-оранжевое судно уже двигалось к нам обратно со стороны берега. Процесс пошёл. Поток был запущен. Ещё час, и мы будем свободны от этого балласта.

«Создатель мой! Радостная весть! Я смогла обнаружить и подключиться при помощи патрульного катера к ближайшей местной радиоточке. Точнее, нескольким радиоточкам, но вещает из них всего лишь одна. Желаете послушать?»

— Давай, — я вернул на голову шлем, ограничивая доступ к полученной информации от посторонних.

И уже через минуту с посерьёзневшим лицом посмотрел в сторону берега и снял шлем.

— Что тама говорить, босс? — подошёл ко мне Лакшит. Но я его вопрос проигнорировал и, отыскав глазами Гарри Свенсона, махнул ему рукой, подзывая к себе.

— Что такое?

— Там полная жопа. Мы их всех в ад отправляем, если верить незнакомцу, сумевшему восстановить и запустить радиоэфир.

Я передал я ему шлем, и он надел его на голову, внимательно слушая.

— Дерьмо… — выругался старик и снял моё обмундирование с головы. — Надо их хотя бы предупредить держаться подальше от городов…

— Надо. Займись этим. А я пойду готовиться к отплытию. НАТАША! СОБИРАЙ НАШ ОФИЦЕРСКИЙ КУЛАК! — дал я ей указание, а сам последовал к противоположному борту, собираясь временно превратиться в офицера на патрульном катере.

Он хоть и довольно крупный, а всё равно по устью реки без проблем пройдёт вплоть до самой моей цели. И незачем нашего гиганта гнать туда.

Будучи лидером Круизеров, я много времени уделял поддержанию взаимоотношений между старшими офицерами и бойцами. Всё-таки мы были людьми из самых разных уголков мира. Со своими особенностями, привычками, характерами. И за свою не слишком долгую, но насыщенную событиями жизнь я понял одну самую простую вещь: невозможно всех заставить любить, ценить и уважать друг друга. Какими бы классными психологами мы все себя ни считали, а всё равно порой из нас вырывается наше внутреннее «Я». Это чревато проблемами. И самый простой способ решить эту проблему — занять всех общим делом. Делом важным и одинаково захватывающим умы и мысли таких разных и сильных личностей, как мои старшие и младшие офицеры, отправившиеся со мной в плавание на нашем новом катере.

Обычно я выбирал для этого объединяющего людей занятия тренировки или сражения с зомби. И там и там не остаётся времени на идиотские мысли, рассуждения, обвинения неприятного лично тебе человека в его нелогичных, как тебе кажется, поступках. Просто паши. Просто сражайся. Будь сосредоточен и не расслабляйся ни на миг. Таков был мой привычный способ притирки людей друг к другу. Но не сейчас.

Плыть нам порядка четырёх часов в одну сторону, а затем ещё чуть меньше часа по устью реки. Тренироваться перед тем, как тебе, возможно, придётся вступить в бой — не лучшая идея. Поэтому я нашёл для всех другое занятие. Вместе с новым капитаном и парой его помощников, оставшихся на борту, и другими офицерами мы занимались тем, что придумывали для нашего патрульного катера класса «Сентинел» новое имя.

И этот разговор превратился в столь ожесточённый спор, что даже пришлось устроить нечто вроде тайного голосования среди предложенных десяти вариантов имён для нашего морского стража. После бурных обсуждений, закончившихся армреслингом старика и нового капитана, старик победил, и его вариант «О́дин» был добавлен в список для голосования. Капитан корабля фанател по «Тору» и поэтому был резко против других богов скандинавской мифологии. Спорили они на эту тему, к слову, весьма долго, за счёт чего и познакомились поближе.

В итоге победил вариант с названием «Карибский дозорный». Или просто «Дозорный». И на выбор этого варианта ушло почти четыре часа путешествия, а всё остальное время мы потратили на короткий перекус и мою подготовку отряда.

Довёл до них суть предстоящей операции и сообщил, что именно нас ждёт и что мы ищем. Бойцы запомнили каждый свою роль и рассредоточились вдоль борта катера, вооружаясь. Зомби здесь если и будут — то мало. Место не заселённое. На минимальном ходу мы вошли в устье реки и стали двигаться против течения. Новый капитан продемонстрировал мастерство маневрирования, пробираясь по лабиринту сотен ручейков к нашей цели.

— Слева по борту движение в воде. Три зомби… — отчитался Хван.

— Игнорируем. Наша цель слишком близко, — отдал я приказ и стал всматриваться сквозь закрывающее обзор дерево. — Глуши мотор. Якорь в воду, внимательно следим за округой. Зомби пытайтесь буграми вытащить и прикончить по-тихому.

Раздав все команды, я зашёл внутрь корабля и достал пластиковый кейс с заряженным квадрокоптером, одолженным на лайнере. Привёл его в готовность, активировал камеру, усилитель сигнала. Проверил, как доходит картинка до миниатюрного монитора, встроенного в кейс, и поднял в воздух жужжащее чудо техники. То, что оно работает, — безусловно, одна из величайших удач для нас. Жаль, что на Кубе подобной техники нет. Работающей так точно. Вообще, много нежной электроники, погибшей в ту злополучную ночь, нам предстоит найти и заменить хранившимися на складе аналогами. Список «покупок» для полноценной работы лайнера и нашего лагеря, составленный Афиной, более чем на две трети состоит из электроники. И вообще, она занимает первое место в списке крайне важных для жизни лагеря вещей после оружия, медикаментов и еды.

На экране показался общий вид на рыбоперерабатывающий заводик, расположенный прямо на берегу одного из основных рукавов реки. Мусор, грязь, следы животных и трупы… Немного, но около пяти я насчитал. Приблизив картинку, смог рассмотреть небольшие баррикады и запертую дверь с надписью: «УХОДИТЕ. ПРИСТРЕЛЮ».

— Отлично. Будь там отряд знающих своё дело людей, это было бы в разы сложнее.

Я облетел эту фабрику и ближайшие постройки по кругу, смотря на чёрный ход и тройку трупов неподалёку от него.

Жаль, что по трупу не всегда легко понять, был ли убитый зомби или нет. Особенно если он пару дней полежит… Не могу понять по видео, кто погиб.

— Готовимся, ребята. Шлемы на голову. Бронежилеты. Разгрузки проверьте. Стивен, подгоняй катер прямиком ко второму причалу. Живых я не обнаружил, но их следы и отстреленные трупы врагов видны повсюду. Скорее всего, мы имеем дело с одиночкой. Но может быть, к нему кто-то и успел присоединиться. Вы спешиваетесь до завода, обходите по кругу. Дальше я швартуюсь прямо перед ним и начинаю, а вы поддерживаете. Наталья, Гарри, возьмите ещё троих людей и станьте за этим большим красным зданием с чёрного хода. Следите из укрытия за ним и за окнами. Они могут попытаться сбежать. Постарайтесь не убивать, но если что-то вам будет угрожать — стреляйте без промедления и не задумывайтесь. Хван — ты займи позицию для стрельбы возле той башни с химикатами или солью, Роберто — возьми ещё двух людей, прикройте северную часть рыбзавода, и другую, северную часть пристани держите под контролем. Остальные на катере в резерве, — довёл я указания до всех, исключив все возможные направления для побега.

Оружия у скрывшихся в тайной части рыбзавода много. Стреляют через окна. А значит, мы все рискуем. Поэтому первым пойду я, попытаюсь выманить его или их. Если что — гранаты, снайпер и даже пушка нашего катера нам недоступны. Я вообще стрелять в сторону склада боюсь. Если он взлетит на воздух — это чревато для всех нас огромными проблемами.

— Занимаем позицию. Прикидываемся военными армии США. Требуем сдаться, — заключил я перед самым причалом и первым, не дожидаясь швартовки, прыгнул на бетонные блоки укреплённого побережья, укрываясь за возможными преградами на пути пуль.

Специально бежал не слишком быстро и дождался-таки первого выстрела. Тут же перекатом ушёл в сторону, задавая Афине один-единственный вопрос:

— Засекла?

— Ещё нет, — ответил мне её голос, и я немного развернулся, прячась за ближайшей преградой.

Вовремя, так как в меня вновь выстрелили.

— СЭР! АРМИЯ США! БРОСЬТЕ ОРУЖИЕ И СДАВАЙТЕСЬ!

— ГОВНА ПОЕШЬТЕ, Я ИЗ ВАС И ФЕДЕРАЛОВ РЕШЕТО СДЕЛАЮ! ДАВАЙТЕ, ПОДХОДИТЕ, СУКИНЫ ДЕТИ! — ответили мне со стороны разбитого окна, через которое вёлся огонь.

И подкрепляя свои слова, этот сумасшедший, явно не связанный с правительством или армией ублюдок открыл огонь очередями, пытаясь меня пристрелить.

— Я вычислила траекторию стрельбы. Судя по всему, он один. Вывожу наиболее безопасный маршрут для сближения с целью, — Афина спроецировала мне маршрут движения, и я тут же ринулся по нему, стоило только ублюдку выстрелить в очередной раз.

Если он вооружён тем, что я себе представляюю, а это классическая штурмовая винтовка армии США, то сейчас он должен начать перезарядку.

Но он вновь начал палить как сумасшедший из тьмы здания, причём слишком быстро. Видимо, просто отбросил первую автоматическую винтовку и взял вторую, заранее заряженную.

— Возможны ловушки около двери, растяжки. Рекомендую для проникновения использовать окна.

ШУРХ! — рядом просвистели пули, а следом и плечо дёрнулось от первого попадания этого ублюдка.

— Сдохните! Вы все, сдохните! Зомби! Федералы! Копы! И вы, лживые псины, сдохните! Вы обещали мне! Обещали, что она будет жить! Я отдал всё за её жизнь! Я сожгу этот госпиталь Святого Франциска! Слышите! И вы меня не остановите! — орал психопат, и Афина через беспрерывную стрельбу выводила мне его сообщения.

Ладно, нечего с ним цацкаться. Сошёл с ума — твоя проблема. Не моя.

Я впрыгнул в окно, разбивая стекло и оказываясь внутри здания. Ловушки какой-нибудь не опасался, ведь окно было на высоте почти трёх метров. Упал и сразу поднялся на ноги, срываясь с места и прячась за бетонными стенами. Ублюдок прекратил стрелять и громко засопел, выдавая своё местоположение.

Я начал тихо красться, надеясь обойти его со стороны и метким выстрелом прикончить исходящую угрозу.

— Босс. Я держу его на мушке. Он надевает противогаз и идёт куда-то… Чёрт! У НЕГО ЗАЛОЖНИК! Женщина. Я не могу вести огонь. Она на линии огня, — донесла до меня события Наталья.

Какая она молодец. Каждый раз прекрасную точку для обзора находит. Ну а заложника он зря взял.

Ветер шумел и заглушал мои передвижения. Сломанная моим прыжком оконная рама дёргалась, и то и дело с неё сыпались остатки стекла, что тоже добавляло шума. Я осторожно выглянул из-за стены и заметил этого психа, держащего перед собой весьма крупную женщину на мушке.

— Они сместились. Я могу попробовать прикончить его, — прошептала по рации Наталья, но я сразу сказал нет.

— Создайте немного шума. Потребуйте от него сдаться. Или спросите, чего он хочет, — попросил я их и прождал буквально пару секунд.

— СДАВАЙТЕСЬ! ВЫ ОКРУЖЕНЫ! У ВАС ВСЁ ЕЩЁ ЕСТЬ ШАНС НЕ ПРЕСТУПИТЬ ЧЕРТУ! — Роберто начал свою речь, а я, слегка напрягшись, подпрыгнул и вцепился руками в металлическую балку под потолком. Она изгибалась по всему периметру потолка и шла в один момент практически над стрелком.

— АРМИЯ США! СДАВАЙСЯ, БОЛЬНОЙ УБЛЮДОК! — Мои соратники профессионально, как по мне, отыгрывали свои роли. И вскоре со всех сторон здания стали доноситься звуки, подтверждая окружение.

— Пошли на хрен! Я уже укокошил двух ваших агентов! И эту жирную стерву тоже прикончу, если вы не свалите в закат!

— Меня зовут Майкл Коржич. Я из ФБР. Освободите пленника! Что вы хотите? Какие у вас требования? — Голос Хвана прозвучал с другого направления, и этот маньяк резко развернулся в мою сторону, после чего развернул и пленницу, начиная смещаться к стене. Но меня не заметил. Он не искал врага над собой.

«Поздно», — подумал я, бесшумно замерев над ним и в следующую секунду спрыгнул вниз, выбвая автомат из его рук ударом ноги.

Он не выпустил оружие и сам упал следом, а уже через мгновение мой клинок вошёл по самую рукоять ему в шею. Я планировал ударить в грудь, но промазал, так как он резко наклонился в сторону, следуя за оружием.

— Пожалуйста. Пожалуйста… Боже… Спаси. Боже, — шептала прямо за моей спиной женщина.

— Всё хорошо. Спокойнее. Он был один? Если да, то всё кончено. — задал я ей вопрос, медленно поворачивая к себе и замечая множество синяков, ссадин и порезов на её лице и руках. — Я помогу вам. Всё будет в порядке. Он был один?

— Да… — расплакалась она, посмотрела на его бездыханное тело и повисла на мне, начав горько рыдать прямо в мой костюм.

Он её даже не смутил… В каком же шоке она находится…

— Команда, начать осматривать наружную территорию, причал и помещения. На рыбзавод без моей команды не заходим — я проверю двери на растяжки.

Апокалипсис культивирует ненависть и злобу. И нет против этого проклятья, поражающего наш мир, никакой вакцины. Только выжить. Только пережить.

Мой взгляд упал на дальний угол, где, по идее, должен был скрываться вход в закрытую и секретную часть этого перевалочного пункта контрабанды. Там я увидел лишь два тела в деловых костюмах и засохшую кровь.

Видимо, про федералов он не врал и убил тех, кто приехал проверить это место после начала конца.

Добро пожаловать в Америку. Место, где оружия больше, чем жителей. А после недавнего алого заката эта разница увеличилась в разы. И будет расти и дальше. Каждый день, с каждой смертью свидетелей прошлой эпохи.

— Всё, трюм полный. На палубе тоже всё заставлено… Это прямо не склад, а… Я не знаю, как это назвать, — отчитался по рации Стивен, заполнивший до предела свой тридцатичетырёхметровый катер.

— Это полный пи… — начал было высказываться Роберто, который уже спину сорвал таскать ящики с боеприпасами.

— Не ной. На причале есть пять лодок рыболовецких и один спасательный борт. Проверьте запас топлива — может, на них вывезем? — предложил я.

— Михаил, пусть сразу грузят, на буксир возьмём, — предложил здравую мысль капитан катера. — Но плыть придётся очень осторожно. Мы гружёные, как бы в этих мутных водах не случилось чего.

Роберто, ругаясь, начал подниматься вместе с остальными бойцами.

Хватило всего лишь моего взгляда, чтобы они поняли — остатки ящиков с оружием и боеприпасами им тоже надо будет таскать.

Склад был заполнен едва ли не до предела. И катера явно не хватало. А ведь мне ещё двадцать семь человек надо будет разместить. И с освобождённой несчастной заложницей, что работала на этом рыбзаводе, что-то сделать. Главное, чтобы погода не начала портиться. Иначе будет слишком опасно идти в непогоду такими гружёнными сверх меры. Вообще, рыболовные суда со снастями нам тоже ой как пригодятся. М-да, дилемма.

— Роберто, Хван, найдите топливо. Рыбацкие лодки тоже нужно выводить в море и тянуть за собой.

— Сделаем! — ответили они мне один за одним, и я начал помогать грузить ящики.

С моей силой и возможностями костюма, который в строю будет ещё около трёх суток без подзарядки — ибо там нечего особо подзаряжать, — таскать тяжеленные ящики для меня не сложнее, чем поставить на стол тарелку с апельсинами.

И всё у нас шло хорошо, даже топливо нашли и полезных инструментов для базы набрали. Уже заканчивали с погрузкой, да только сидящая на крыше завода Наташа обрадовала меня…

— Босс… Там пять машин движется в нашу сторону. Полицейский департамент, пикап шерифа, затонированный внедорожник… Местные власти начали искать пропавших федералов?

Твою же мать… Это всё в разы усложняет. Главное, чтобы наш новоиспечённый капитан и его бойцы не сдали нас с потрохами.

— Капитан Хинк! Сделайте доброе дело — спрячьтесь в трюме с членами экипажа «Дозорного» и не отсвечивайте, пока я лично не отдам приказа.

Попробуем отвадить непрошеных гостей. На этот раз — без крови.

Мои бойцы, помимо членов патрульного катера, перешедших на мою сторону, выстроились перед воротами на завод, взяв с собой получившую первую помощь женщину.

Автомобили, ехавшие на весьма приличной скорости, особенно с учётом местной дороги, ударили по тормозам и замерли.

Я приветливо, не поднимая оружия, помахал им рукой, призывая выйти для разговора.

Но они не спешили, и вместо них заголосил динамик:

«НАЗОВИТЕСЬ».

— Ты предлагаешь мне с тридцати метров орать тебе? Сколько вас ждать, шевелите булками, парни, у нас уйма работы! — прокричал я и, опустив руки с оружием, попросил сигарету у бойцов.

Получив сигарету, что было не более чем хитрым ходом, показывающим мою расслабленность, я деловито покрутил её в руках окутанными минимальным слоем брони пальцами.

— ШЕРИФ! Я тебя целую вечность ждать не собираюсь. Армия США, специальное подразделение перед тобой. Не заставляй меня тратить время на отчёты по причине задержки с погрузкой, — дополнил я и откинул шлем, демонстрируя своё лицо.

Наконец-то они зашевелились и начали выходить из машин, прикрываясь укреплёнными дверями.

— Милочка, пойдёмте со мной, — подал руку я спасённой женщине, и она, всё ещё не до конца пришедшая в себя, осторожно взяла мою ладонь.

— Стой где стоишь! Назови своё подразделение и своего командира.

— А в жопу тебя не поцеловать? — спросил я, игнорируя направленный на меня пистолет. — Сказал уже, спецподразделение армии США. Боремся с… кризисом. В Пентагон запрос направь и пойми по их ответу, что это не твоего собачьего ума дело. Кто из вас старший?

— Майор Джейми Худвинг. Номер подразделения назовите. — Он опасливо посмотрел на меня и на рыдающую женщину, что шла к их автомобилям. — Мэм, подождите минутку.

— Ты тупой, да, майор? Хрен с тобой, для отчёта запиши — генерал Робертсон. Твоё начальство, если оно не такое же тупое, как ты, после этого вопросов к тебе иметь не будет. — Я назвал фамилию реального генерала в Пентагоне, что занимался разработкой «альтернативных» методов защиты США. — Вы опоздали. Ваших ребят из ФБР пришил какой-то шизик, мы его нейтрализовали. Есть видеозапись спецоперации, перешлём позже в ваш департамент руководителю, как только скроем всё, что знать запрещено. Да и вам лучше бы забыть наши лица. Ты куришь?

— Нет. Бросил. Кто эта леди?

— Миссис Купер, работница этого рыбзавода. Была взята этим психом в плен, удалось освободить её и оказать первую медицинскую помощь. Но лучше бы её доставить в больницу для полного обследования. Возьмите трёх людей и проследуйте за мной. Заберёте тела ваших федералов и преступника.

— А что с объектом?

— Объектом? Каким объектом? Разве здесь был хоть какой-то объект? Или вы думаете, что место, которое смог захватить одиночка, а вы просрали, вам доверят охранять и дальше? За мной, майор.

Я развернулся и скомандовал бойцам разойтись и продолжить работу по погрузке.

Краем уха я услышал, как женщина подтверждала историю её спасения и рассказывала, как «армия США» её спасала. Не зря кричали ребята, ой не зря. Вот и свидетель среди гражданских есть.

— Почему у вас форма разная? — нагнал меня майор, убрав наконец пистолет в кобуру. — И больше противников нет?

— Снайпер отслеживает окрестности, выискивает возможных противников и зомби. Мы успели понаблюдать за захваченным складом, поэтому склоняемся к мысли об одиночке. Жаль, не удалось схватить его живым. Интересно, откуда он вообще знал об этом месте. Ну а насчёт формы… Моя броня тебя не смущает?

— Даже я понимаю, что некоторые вопросы лучше не задавать, — скривился офицер, идущий рядом со мной.

— Мы служили в разных подразделениях. В разных местах. Прозвучал сигнал, и мы явились на зов. Каждый в своём базовом обмундировании. С тех пор мы так и не доехали до главной базы. Миссии начинаются в тот самый момент, как заканчиваются предыдущие.

Перед офицерами, прибывшими на патрульных машинах, открылся наш красавец «Дозорный», и наличие военного корабля США смело все возможные сомнения в душах наших гостей.

— Это зомби? — кивнул в сторону трупов вокруг тайного склада офицер.

— Понятия не имею. Им уже несколько дней. Думаю, далеко не все были зомби. Часть была охраной, которую тот псих убил, — пожал я плечами и дёрнул дверь, пропуская троицу внутрь.

Мы вошли на практически опустошённый склад, и я показал место, куда оттащили погибших.

— Ричард Брейлин, — опознал психа майор, — бывший рейнджер, служил у нас в департаменте. Пять лет назад уволился из-за супруги, попавшей в больницу. Жизнь ей поддерживал за счёт нашего департамента аппарат жизнеобеспечения.

— Аппараты тоже все накрылись после алого затмения? — задал я вопрос, на который и так знал ответ.

— Верно, — подтвердил он и перевёл взгляд на федералов, чьи тела были изрешечены пулями.

— Тогда тот бред, что он нёс, начинает обретать смысл. Обещал сжечь госпиталь, уничтожить всех, кто обещал ему поддерживать жизнь в теле супруги. Бедный обречённый человек. Ещё одна жертва этого сурового мира, — подвёл я итог и, кивнув на три тела, предложил нести их людям майора Худвинга.

Уезжали они молча. Лишь один из агентов подошёл ко мне, представился и попросил на два слова. Он захотел из первых уст получить информацию о том, что происходит в стране. Так как со связью были очень большие проблемы. Я его обнадёжил, сообщив, что с проблемой связи разбираются и скоро всё восстановится. Солгал. Но так было нужно для моей легенды про «отправим видео штурма». Заверил его, что всё скоро будет отлично, и его неколебимая и непревзойдённая страна станет новым спасителем всего мира.

Ну вот, опять соврал. Ждут вас войны банд, наркокартелей, представителей разных силовых ведомств и всяких патриотов, которые уж точно знают, что нужно этой стране. И знают они это намного лучше, чем их соседи, неправильные патриоты. Поэтому они объявят во имя свободы войну альянсу выживших с соседней улицы. И всё это будет происходить в большинстве городов их огромной страны.

И нет, мне не стыдно. Когда-нибудь мир наступит и на их земле. Но ненадолго. Если этот человек, служащий на всеобщее благо, будет верить в лучшее, возможно, он продержится дольше. Быть может, он даже станет свидетелем короткого триумфа человечества.

Мы распрощались и стали готовиться к отплытию. Число «рулевых» наших реквизированных лодок сравнялось с числом умеющих рулить этими самыми лодками. Поэтому когда мне указали на причал в паре километров с кучей небольших частных лодок для рыбалки, я ничего не стал делать и отказался свернуть в сторону от основного пути. Нас ждал лайнер. И мы уже совсем скоро оказались в открытом море, следуя обратно.

Цель номер один — высадка нежелательного контингента — выполнена. Также мы получили большое количество оружия, боеприпасов, гранат и многих других полезных для нашего освободительного дела вещей. Осталось вернуться обратно и спланировать новую цель, помимо освобождения западной части Кубы.

Нам нужно усилить свою мощь. Увеличить число профессионалов и мастеров военного дела.

— О чём задумался? — Ко мне грациозной походкой подошла — а вернее, прокралась между ящиков — Наталья.

— Следующий шаг. Если мы хотим достичь успеха… Не мимолётного, разового и влияющего лишь на небольшие городки да сёла — нам нужно наращивать объёмы и обороты. Нужно прирастать не только оружием, но и верными людьми. И я не до конца понимаю, как это сделать. Просто плыть по течению и довериться случаю — не вариант, — поделился я с ней своими мыслями.

— Хм. Тогда как насчёт того, чтобы вспомнить о старых добрых колониальных войнах в нашей истории? — Рядом появился старик, вертя в руках сигару.

Хорошо, что он понимает: курить сигару рядом со множеством взрывоопасных боеприпасов — глупая затея.

— Что конкретно ты предлагаешь? — задал я ему вопрос, и он присел на ящик рядом со мной, медленно выдыхая воздух из своих огромных лёгких.

— Сейчас, когда армии разделены, связи нет и во множестве городов вокруг появляются местные царьки и правители — самое время и самому стать им. Так или иначе, власть просто так в твои руки не упадёт. Её можно лишь взять. Проще всего это сделать там, где люди ждут спасителя. Вспомни Кубу. Мелкие города за первые три дня либо превратились в призрачные поселения, либо оказались залиты кровью, но стали свободны от зомби, хоть при этом половина и больше домов опустели. Это касается мелких городков. Но если взять Артемису, Гавану — там тенденция другая.

— Море зомби и множество раненых жителей, которые заперлись в своих домах и квартирах и перекрыли кварталы, не дают быстро победить ни одной из сторон, — попытался я развить его мысль. — Армия испытывает нехватку всего — топлива, боеприпасов, работающей техники. Сражаться как мы, врукопашную, люди зачастую брезгуют и опасаются, поэтому ждут, боясь навлечь на себя беду. Да, если города будут ещё крупнее — их так быстро не зачистить даже с привлечением армии. Риск гуманитарной катастрофы заставит мобилизовать в разы больше людей и ресурсов, чем требуется просто для зачистки улиц города.

— Верно. Нужны медики, дезинфицирующие наборы, станции переливания крови, сама кровь — которая после поломки холодильников быстро портится, и требуется свежее пополнение. Питьевая вода, еда, палатки, тёплая одежда, дрова либо газ… Нужно всё и много. И всё это не бесконечно. Вряд ли вскоре появятся новые поставки товаров, столь резко ставших дефицитными. Если тебе требуются люди, которые до сих пор в беде и за своё спасение будут готовы хоть Богом тебя назвать, — тебе нужны города-мегаполисы, — закончил за меня свою мысль здоровяк.

— Мы надорвёмся. Не проглотим такой кусок пирога.

— А ты кусай понемногу. Пользуйся мобильностью. Расширь свой флот, приплыви в порт того же Майами. Вот увидишь — люди, вооружённые до зубов, сами побегут тебе навстречу с полными счастья штанами, — мудро заметил он. — Просто будь в нужном месте в нужное время.

— Легко сказать. Но доля правды в твоих словах есть. Нужно восстановить второй «Сентинел», если это возможно, и создать флотилию куда как более мобильных и быстрых кораблей, нежели наш лайнер. Кстати, он уже виден… — указал я рукой вперёд и поднялся с ящиков, начиная разминать затёкшие мышцы.

— Нужно грабануть какую-нибудь военно-морскую базу, — высказала своё мнение Наталья. — Мне кажется, тут на Карибах была не одна военная часть? Как она может быть одна? Даже если не считать Кубу — наверняка есть острова и государства, что нуждаются в помощи. Если ты считаешь, что мы недостаточно сильны для того, чтобы сражаться в масштабах мегаполиса, — можем отточить своё мастерство, оружие и численность, спасая разного рода мелкие города. Уверена — найдётся немало мест, где нам не только спасибо скажут, но и флаг страны на наше знамя поменяют.

— Приму к сведению, — задумчиво отозвался я.

Я могу быть сколько угодно умным, сильным и решительным, но тоже устаю и тоже не застрахован от ошибок. Что же… Первые шаги сделаны — и нам действительно нужно время, чтобы стать защитниками Карибов. Думаю, люди это оценят, и мы получим свою армию. А терминалы помогут нам экипировать нашу армию для последующих свершений.

Лайнер и его сопровождение отправились в путь только после переброски всей добычи. Лодки взяты на буксир, дабы не тратить драгоценное топливо. «Сентинел» нёс свою вахту, и его новоявленный капитан около трёх минут общался со мной, душеразрывающей речью сообщая, что он и его бойцы поверили мне и моим заверениям о новом будущем, которое наступит и защитит мир от беды. Что его страна и её жители выживут, что я должен приложить все свои силы к тому, чтобы оправдать их доверие.

Так уж вышло, что меня некоторые на лайнере называли пророком за мою способность предугадывать будущие события. И моряки, которые не особо-то и верили во всю эту паранормальную чушь, после пережитого ада слегка поменяли своё мнение и стали верить во всякое… Вариантов у них было немного, я и сам это прекрасно понимаю. Со мной остались те, кто был под наибольшим впечатлением и не имел жён, детей и вторых половинок. Можно сказать, одиночки. Таких в армии традиционно больше, чем где-либо ещё. Молодые парни, которые следуют собственным интересам и целям и недостаточно закостенели в вопросе безумного и безудержного патриотизма, как более старшее поколение.

Я лишь сказал, что они вольны в любой момент уйти, если посчитают, что в этом мире есть ещё место, где они будут чувствовать себя в своей тарелке.

Но вряд ли это вскоре случится. Они молодые, кровь их горячая. И осознание того, что они — герои нового мира, а не просто бесполезное мясо на передовой, подобно наркотику. А шансы стать героями я им дам. Каждому и с лихвой.

Уже в территориальных водах Кубы произошёл удивительный казус. Стоило нам войти в них, а скромному «Дозорному» скрыться за огромной тушей лайнера по левому борту, как с правого борта со стороны горизонта к нам стали стремительно приближаться три маломерных катера. Мы ожидали чего угодно, но не трёх десятков «пиратов», вооружённых калашами, которые начали нам угрожать и открыли огонь.

— Роберто, мне кажется, или они решили продырявить наш любимый лайнер?

— Похоже, кто-то нарывается на взбучку. Позвольте уничтожить угрозу? — без тени вечной улыбки попросил он, и я дал ему добро.

— Только никого не потеряйте. И постарайтесь хоть кого-то одного живым захватить. Но лучше не стесняться пленить их. Сортиры тоже ждут, когда о них позаботятся отряды говночерпиев. И ещё, если это пираты, то у них ведь должна быть база?

— Конечно. Кстати, они шустрые. Уже подплыли к бортику для дайвинга и пытаются выбить запертую дверь в шлюз, ведущий вглубь корабля. Поможем им? Заодно языков схватим. — улыбаясь и предвкушая веселье ответил мне мой мексиканский друг.

— Хорошо, командуй.

Вместе с тем я через Идриса связался с «Сентинелем», который также порывался разобраться с засранцами, и наконец-то дал им добро. А то что-то они ни разу из своего главного калибра не палили. Шуганём немного этих идиотов.

Приказы прозвучали, отряды, экипированные по полной, отправились вниз, встречать неожиданных гостей.

Ну а я с капитанского мостика через камеры любовался на шоу, совершенно не переживая о возможных жертвах. Пираты не ожидают от нас решительного отпора. И их легко будет застать врасплох и заставить паниковать.

Именно это и произошло в следующее же мгновение после того, как наш сторожевой корабль появился позади судна и открыл предупредительный огонь. Затем через громкоговоритель на испанском была дана команда сдаваться, иначе следующие выстрелы нанесут уже по их посудинам.

Большая часть голосу разума вняла, но одна лодка начала резко удаляться. «Сентинел» не успел даже отдать команду открыть огонь, когда точным снайперским выстрелом рулевого отправили в бездну, а все прочие несостоявшиеся пираты залегли на дно и спрятались за хлипкими пластиковыми бортами. Будто они спасут. Идиоты.

В это же время внизу началось настоящее представление. Неподдающаяся дверь внезапно открылась, и на металлическую сетку пола, на котором стояли пираты, выкатилась граната.

Те как один нырнули в воду, стремительно погружаясь на дно вместе со своим оружием, патронами и всей экипировкой. Гулкий смех разлился по коридорам, и Роберто на языке этих бандитов потребовал сложить оружие и лечь мордой в лодку. А тех, кто решил освежиться, он и его вышедшие люди взяли на мушку, чтобы те даже не пытались проверить работоспособность автомата в стрельбе из-под воды. Мексиканский мачо поднял муляж гранаты и кинул к себе в разгрузку. Быстрая и эффективная победа.

Когда же двадцать девять разоружённых и связанных пленников доставили на палубу и позволили посмотреть, кого они хотели ограбить… Что же — эти выражения лиц надолго отпечатаются в памяти бойцов. Афина даже на видео засняла их шокированные лица и отвисшие челюсти. А уж когда я вышел в своём боевом тактическом костюме…

— Добро пожаловать на борт «Вива Новы два». А теперь рассказывайте, господа, откуда вы такие заявились? Где ваша Тортуга находится? И врать не советую. Вот этот господин, — я указал на старика, что прямо сейчас сминал в форму подковы какой-то металлический штырь, — очень не любит, когда его обманывают. На ложь у него аллергия. Он сразу начинает отрезать носы, уши и языки незадачливым пиратам, что стреляют по нашему кораблю. Надеюсь, вы меня поняли.

И судя по трясущимся телам этих недотёп — весь ужас произошедшего с ними бедствия стал им окончательно ясен и понятен.

Спустя полчаса, подплывая к родной гавани, я смотрел карту, на практически самую западную часть Кубы. Там одно из поселений, по словам наших пленников, успешно отбилось от зомби. В отличие от своих многочисленных соседей, из-за чего жители оказались в своеобразном окружении на земле. И вопрос своего пропитания и счастливого будущего они решили весьма радикальным способом. Но, к их несчастью, — почти треть от их боеспособного населения мы сегодня пленили.

— Ну, это, по крайней мере, нам по пути. И раз там так много зомби — есть смысл в ближайшие несколько дней закончить зачистку нашей земли. А уж после этого можно обратить внимание и на земли, что в данный момент ничейные. Из зомби хреновые правители. Так поможем же им с этой неподъёмной ношей. — вынес я вердикт и отправился любоваться слаженной работой экипажа, швартующего гигантский лайнер.

Возвращение лайнера в родные края было встречено овациями и неприкрытой радостью. Лагерь был многолюдным, палатки у людей закончились и в ход пошли временные навесы для ночлега.

— Нет, ну это уже перебор. Ни пожарной безопасности, ни нормального укрытия от непогоды… — Я расхаживал по лагерю, обращая на проблемы внимание офицеров, командиров и самовыдвиженцев из народа, что желали помочь с организацией укрепления нового временного дома.

Если я в чём-то и был слаб — то это в организации быта. Не то чтобы совсем дуб дубом, просто далеко не так хорош, как в вопросе сражений, организации обороны и всего прочего.

Вообще, у нас был явный перекос военного блока над гражданским, и количество специалистов военного толка в разы превышало количество грамотных управленцев. Благо с возвращением лайнера часть проблемы начинала решаться сама собой. Много людей, бывших отдыхающих, вернулись на палубы в свои каюты и начали вновь оживлять кухню, оборудовать новые места для ночлега, создавать вместо различных залов для торжеств госпитали и другие важные для организации быта и жизни помещения. Например — комната профориентации. Если кто-то в прошлой жизни был, к примеру, рыбаком и знал об этом многое, то какой смысл его мариновать в лагере, если он может приносить пользу по своему профилю. Или строители — им работы уйма. Не хватает только чуть-чуть материалов и техники с инструментами.

И подобных нюансов были тысячи. Если их не решать, а людям не обеспечить работу и вознаграждение за неё, пусть даже и едой, то совсем скоро атмосфера в лагере будет подобна пороховой бочке рядом с пожаром. Наш лагерь прямо сейчас, по словам оставшихся в нём людей, составлял почти двадцать пять тысяч человек. И это притом что люди прибывали каждый день, так же, как и уходили.

Мы не делали секрета из того факта, что наши отряды Круизеров освободили близлежащие города и даже организовали дозорных для безопасной жизни города. Та же Артемиса, что попала под наш контроль и влияние, в полной мере стала принимать многочисленных беженцев, которые скитались группками после побега из родных деревень. Куба даже без связи была полна слухов. И распространялись они с сумасшедшей скоростью. Мне хватило прочесть пару записей с опросов небольших группок до двадцати человек, которые прибивались к нам в последние сутки. Слухи о нас уже зашли намного восточнее Гаваны, и некоторые люди прибыли на своих автомобилях прямо оттуда.

— А почему не в Гавану? — спросил я, смотря на офицеров и бойцов.

— Могу предположить, не более. Мы им этого вопроса не задавали, — вызвался Коннор, на миг опередив старика Алонсо, который по большей части и руководил гражданскими делами в моё отсутствие. Неофициальный мэр Мариэля как-никак.

Но порыв кубинца я заметил и захотел выслушать и его мнение позднее.

— И что ты думаешь на этот счёт? — Я остановился напротив очереди к котлу, в котором варили суп для жителей лагеря.

— Все основные крупные города находятся к востоку от Гаваны. Угроза зомби там ещё далека от устранения. Многие стремятся в основном попасть именно в самые безопасные земли. Особенно те, чьи дома были захвачены или уничтожены. Вы, босс, обращали внимание на частые следы пожара в освобождённых городах?

— Видел, да, — кивнул я, подтверждая его наблюдения.

— Наш лайнер имеет повышенную противопожарную защиту. Не было ни коротких замыканий, ни искрящихся щитков. Изолирование, порошковое защитное напыление и так далее. Инженер наш может целую лекцию на эту тему провести.

— Кстати, надо чтобы он и его ребята оценили второй «Сентинел», что в гавани пришвартован, — вспомнил я.

— Так они уже. Вздыхали долго и упорно, и сразу скажу — починить почти нереально, если только запчасти не найти. А их тут днём с огнём не сыщешь.

— Может быть, на руинах их базы что-то и осталось… Ладно, мы отвлеклись. Что там с пожарами?

— А, да. Тут в городах некоторая проводка сделана такими мастерами, что я вообще удивлён, как они до апокалипсиса дожили. А вот уже во время него случилось много нехорошего. И короткие замыкания, и воспламенения электрогенераторов и щитков распределительных… С учётом их качества — вообще не удивлён. Много на Кубе погорельцев. Много. Так что тот факт, что часть домов остались свободными после обращения их хозяев в зомби, не означает, что на острове теперь слишком много свободного номерного фонда. Вот и мигрируют многие. А если и мигрировать — то уж лучше в самую безопасную гавань. Наша, по слухам, — одна из таких.

— Ты про Гавану так и не ответил, — пожурил его я после этой в целом-то интересной серии размышлений.

— С Гаваной… Да чёрт его знает, чем им столица не нравится…

— Так то столица — а к нам сельские идут, — подал голос кубинец. — Они жизни в городах крупных никогда не знали. Чем там заниматься и как себя прокормить — тоже не знают. Я, конечно, не ахти какой боец, но вот с людьми разговаривать умею, и слышать их умею не хуже вашего. А может, даже лучше. Боятся они Гаваны. Не все, но многие. Армии там много, люди злые, суровые. Много бардака и беспорядка. Беженцев прибывает в Гавану уйма — да только не каждому там есть занятие по душе. Иные сутками получить паёк не могут. А свои запасы… Они вообще не у каждого имеются. Вот и общаются люди, рискуют, в наш лагерь перебираются. Мы ведь ближайший крупный лагерь беженцев к Гаване, по факту.

Я поразмыслил над словами старика Алонсо и удовлетворительно кивнул. Пожалуй, он прав — мы получаем небольшой процент от тех, кто стремится в святая святых Острова свободы. Тех, кто в ужасе от местного бардака, с которым не могут справиться военные и жители города. Все озлоблены. Все жадны. Никто не знает, когда ситуация восстановится и что будет с продуктами, с едой, с работой и зарплатами.

— Алонсо… нас становится слишком много. Сосредоточься, будь добр, на вопросах поддержания жизнеобеспечения лагеря. Забудь о всякой ерунде бюрократической, разрешениях Гаваны на строительство и прочем. Стройте дома — найми бригады из незанятых мужчин, найди рыбаков, начни распределять людей согласно их знаниям на работу. Найди себе помощников, которые смыслят в управлении. Вопросы безопасности на мне и моих ребятах. Составь перечень самых дефицитных и первоочередных вещей, которые нам нужны. Строительная техника, материалы, катера для рыболовства и так далее. Мы всё организуем. Не за один день, но всё же, — отдал я ему команду, а затем продолжил. — На «Вива Нове» есть много специалистов, которые занимались обеспечением быта лайнера. Объединись с ними в одну эффективную команду. Пусть их знания специфичны, но они умеют управлять процессами. Это тоже важно. Завтра в полдень предоставь данные, что сделано, что необходимо сделать, предоставь первый список вещей для отрядов добытчиков.

— Сделаем. У меня уже всё это, скажем так, в журнал внесено. Кстати, ваш испанский стал ещё лучше.

— Это радует, но лучше уж ты подтягивай английский или найди личного помощника, что будет переводить. Для меня нет проблем говорить на любом языке, но в основном в лагере используется английский, затем уж испанский и русский. Языковой барьер не должен стать барьером на пути к нашим целям, — сурово произнёс я для всех, давая понять, что не приму отмазок в стиле «я его не понял, потому что не говорю на его языке».

Впереди нас ждала ночь, и я решил перед вечерним собранием провести тренировку. Как раз начали прибывать многочисленные отряды с дальних патрулей. Но об этом как раз на собрании мне мистер Коннор и Фернандо пусть рассказывают. Я уже краем уха слышал об их успехах, но всё-таки хочется конкретики из первых уст.

Я был в одних лишь спортивных штанах и с голым торсом. Для тренировки пришлось поискать свободное место, ибо вокруг было уж слишком многолюдно. И так уж вышло, что местом для тренировки стала палуба «Дозорного», которого как раз привели в порядок, почистили и отмыли палубу. Моряки тоже захотели присоединиться, но неожиданно для себя едва справились с моей разминкой, а уж когда я перешёл к полноценным упражнениям, выжимая из себя все соки… В завершение я осуществил полный комплекс растяжки и, взяв меч, начал слегка неумело отрабатывать удары. Моя любимая алебарда, конечно, хороша, но есть и другие инструменты уничтожения зомби-угрозы. И надо уметь неплохо орудовать большинством видов холодного оружия, распространённого в нашем лагере. Меч был третьим по популярности вариантом длинного холодного оружия среди Круизеров. Он уступал лидирующие места любителям топоров и копий. Первое пробивало череп надёжнее, второе не давало зомби подойти на опасную дистанцию. Были ещё и разного рода молоты — но к ним люди относились не так тепло, как к режуще-колющему оружию. Как по мне — зря. Боевой молот способен вырубить зомби даже с большей вероятностью, чем топор, а уж копьё в разы уступает ему в эффективности по этому вопросу.

Как бы то ни было — полчаса я выполнял серию одинаковых упражнений, пока мои руки не стали дрожать от усталости, как у припадочного. В следующий раз надо будет ещё щит найти.

— Псих какой-то, — прошептал один из моряков, поглаживая свои усы и смотря на тяжело дышащего лидера этого лагеря, закончившего свою тренировку.

— А как ты думал можно добиться уважения и силы? Бабки нынче — фантики. Только реальная сила и авторитет могут помочь не просто спастись, а спасти кучу народу! — заметил его более взрослый соратник. Правда, ему даже тридцати не было, но среди оставшихся на «Дозорном» он был одним из самых старых и опытных бойцов. Лишь новый капитан да парочка других вояк могли похвастаться бо́льшим числом пережитых зим.

— Что ты имеешь в виду? — уточнил усатый молодчик.

— Общался я с некоторыми жителями лагеря. Из тех, кто с самого начала был в круизе и застал приход зомби. Очень красочно они описали весь тот ужас, что там творился. Говорят, сидели, заперевшись в номерах, сутки напролёт, боялись даже пошевелиться. А потом внезапно ожили динамики, и голос этого, как ты выразился, психа рассказал им, что происходит. Сказал, мол, помощь уже в пути и всё такое. А ещё за пару дней он лично и ещё несколько десятков бойцов зачистили весь лайнер и освободили все каюты. И мало того: всё, что он предсказывал, как говорят местные, всё что говорил о зомби, о ранениях, о терминалах — всё сбылось. Подчистую. Словно пророк.

— Не, ну бред с пророком и я слышал. Но я в подобную чушь не верю.

— А как ты тогда объяснишь то, что он делает? Как он смог в такой короткий срок столько всего сделать?

— Так само собой — это всё заговор мирового правительства! Он просто заранее знал о том, что произойдёт, вот и результат. Я сразу понял, что он в теме, и именно поэтому согласился присоединиться. Только вокруг таких, как он, и будут выживать люди, — без тени сомнений ответил молодой, ухмыляясь.

— А терминалы ты как объяснишь? — со скепсисом отнёсся к его словам второй моряк.

— Ну если бы тебе в начале двадцатого века смартфон показали — он был бы таким же чудом техники. Просто передовые разработки. От нас скрывали истинный уровень развития планеты и передовых технологий.

— Ох не знаю… Не знаю, — покачал головой уже не столь уверенный в собственных выводах боец и начал собираться на ужин.

Всё больше и больше слухов ходили о человеке, что создал этот лагерь. И с каждым днём эти слухи множились и прирастали подробностями. Порой невероятными и фантастическими.

На собрании присутствовали практически все. Перечень вопросов к нашему вечернему совету офицеров был столь огромен, что я не был уверен в том, что мне в целом удастся поспать этой ночью. Но — таков уж мой путь и моя судьба.

Начали мы с подведения итогов сбора добычи. Опуская такие приятные бонусы как рыболовецкие малые катера, снасти, сети и различного рода инструменты, что никогда лишними не будут, мы сосредоточились на основной добыче — оружии и боеприпасах.

За прошедшее с момента нашего возвращения время пчёлки перетаскали всю добычу, пересчитали её, разложили по нашим военным складам. Один из них был на территории порта, находясь под постоянным контролем и охраной, а второй оставался на лайнере. Если вкратце, то мы смогли заполучить дополнительно более двух тысяч единиц огнестрельного оружия, из которых более половины — устаревшие образцы штурмовых винтовок. Были, само собой, и пистолеты, снайперские винтовки, немного образцов других видов оружия — пулемёты, пистолеты-пулемёты, многозарядные дробовики. Всё это сопровождалось многочисленными боеприпасами, наборами для чистки оружия, которых у нас был дефицит, и разного рода снаряжением. Сумки, разгрузки, наколенники и налокотники. Самой экипировки — классических штанов и курток — не было. Видимо, предполагалось, что получатели тайного груза оружия должны сражаться в своём. В целом — я не против. В своём и будем сражаться. Но самое главное было ещё впереди.

Пятьсот бронежилетов, четыре миномётные установки с боеприпасами, двадцать противотанковых ручных гранатомётов и семь ящиков с гранатами.

Наша боевая мощь после этого рейда выросла примерно вдвое. Осталось лишь найти людей, которым можно доверить оружие, и укрепить нашу власть бронетехникой. Ведь пехота хороша против зомби, но для противостояния с реальными шишками, которые вскоре начнут подавать признаки амбиций и желаний присоединить наши добровольческие отряды спасения, нам не хватает реальной боевой мощи.

— Наши передовые силы и отряды уже зачистили вот эти населённые пункты. — Коннор стоял возле карты и зарисовывал точки, к которым уже не просто приблизились наши войска, а вошли в полноценный боевой контакт с противником.

Судя по его рисунку — получалась подкова. Мы продвинулись вдоль побережья, используя преимущества трасс, а вот к центральной части острова не так активно продвигались. Впрочем, все более-менее крупные города имелись лишь у берега моря, поэтому именно контроль этой части был для нас наиболее важен.

— Сколько ещё крупных населённых пунктов осталось непроверенными?

— Если учесть те, в которые мы отправляли разведку, но не передовые отряды, то около двадцати. Количество малых поселений — около сотни. Фактически мы сумели пройти пятьдесят процентов отмеченных под наш контроль земель.

— Постараемся закончить за ближайшие три дня. Будем использовать переброску сил не только по земле, но и с моря, — дал я добро, и мы перешли к разбору состояния нашего флота. Двадцать лодок, катеров и прочей мелкой техники, на которой мы могли переместить от пяти до десяти бойцов. Более крупные посудины у нас тоже имелись, и за последнее время их количество сильно увеличилось, так как все бесхозные крупные лодки на ходу перебросили из освобождённых прибрежных деревень и городов в Мариэль. Но если говорить о действительно впечатляющих и внушающих уважение кораблях, то лишь лайнер, «Сентинел» и две ржавые баржи были на ходу. Три судна были в порту разобранными и ждали ремонта, ещё одна баржа сгнила. Не лучшие перспективы для нашего военно-морского флота.

— Со вторым патрульным кораблём как обстоят дела? — посмотрел я на главного инженера лайнера.

— Плохо всё. Шансов найти подходящие запчасти для реанимации двигателя и энергоустановки близки к нулю. Ну, либо нам надо найти другие военно-морские базы США. Впрочем, даже это не факт, что поможет нам.

— Терминал? — Я перевёл взгляд на отрастившего бороду мужика в засаленной робе.

— А что терминал?

— Там более чем достаточно запчастей для военной техники и автомобилей. Если ты сможешь вычленить, что именно не работает и какие детали нужны нам на замену…

— Я понял, — перебил он меня, словив на небольшой паузе во время речи. — Сложно, но постараюсь. Придётся не один день ковыряться, и не факт, что это поможет. Нам бы не помешали профильные специалисты по этому делу…

— Пока что обходимся своими силами, — припечатал я, давая понять, что незачем ждать чуда и надо работать самим, опытным путём разбираясь, как и что работает, найти вышедшие из строя элементы. — Знаю, что эта работа небыстра и мы можем сделать только хуже. Но если он и так не на ходу, а его система не реанимируется, то мы ничего не теряем. Афина постарается помочь, проведёт анализ устройства двигателя и генератора, следуй её указаниям. Так, теперь у меня вопрос к вам, господа военачальники. Сколько у нас полностью сформированных кулаков? Как выглядят запасы очков достижений? Вы, я надеюсь, ведёте учёт, как я требовал?

Коннор вопросительно посмотрел на Фернандо. Тот кивнул, давая понять, что ответит на вопрос, а затем поднялся.

— Босс, после вашего возвращения у нас есть полностью сформированные двадцать кулаков. Тысяча человек. Из них можно назвать проверенными бойцами, прошедшими закалку и обучение в боевых условиях, — семнадцать кулаков. Ещё три — можно сказать, новички. Заканчиваем обучение, и завтра они должны отправиться на первую миссию. Потери за время вашего отсутствия составили восемнадцать человек. Все случаи гибели разбираются, анализируются, ошибки доводятся до командиров. Те уже доводят всё до своих кулаков и десятников. Не могу сказать, что это плохие показатели, но и хорошими я их тоже не назову. Всему виной спешка. С учётом полученного вооружения мы можем свободно снарядить ещё десять — пятнадцать кулаков. Людей тоже хватает, но недостаточно проверенных временем командиров. С самими людьми та же проблема — это в основном кубинцы, и мне тяжело гарантировать их верность в случае возможных конфликтов с местными отрядами самообороны или армией Кубы.

— А мы собрались с ними конфликтовать?

— Мы — нет. Но они с нами — вполне возможно. Жизнь порой преподносит сюрпризы. Предлагаю найти вызывающего доверие кубинского офицера, который станет нашим голосом перед местными. Кого-то, кому мы доверяем. Кого-то, кому доверять будут и местные. И, при всём уважении, это не может быть Алонсо, — повернулся к кубинцу Фернандо. — Он всё-таки больше управленец, нежели лидер и командир.

— Если будут такие кадры — обязательно познакомь меня с ними. Но пока, как и в случае с «Сентинелем», — обходимся тем, что у нас есть. Жизнь ещё успеет преподнести множество неожиданных поворотов. Так что… Начинаем формировать новые кулаки. Кстати, как назовёте объединённые двадцать кулаков? — задал я вопрос всем собравшимся. — Тысяча человек — это уже довольно большое подразделение.

Постепенно и все прочие члены совета оживились, предлагая свои варианты.

Метод с выбором названия, опробованный на «Дозорном», сработал вновь. Мысли людей ушли в другое русло, и в целом настроение у них повысилось.

— Батальон?

— Центурия?

— Хоругвь?

Предложения сыпались как из рога изобилия. Даже и не думал, что люди настолько увлекутся этой затеей.

— До тех пор, пока мы сообщество выживших и не имеем своей государственности, официальных традиционных обозначений лучше избегать, — сказал я. — Гавана явно напряжётся, если узнает, что у нас есть два экипированных и закалённых в боях батальона. А вот если у нас будет два молота… Как вам: тысяча людей — молот? Ибо удар такой массы Круизеров будет подобен удару молота по наковальне.

Все начали прикидывать и так и этак новый вариант.

И он пришёлся им по душе. Стоило только объявить о новом официальном названии крупной группы войск, как в зал заседания постучал охранник и, войдя, огорошил всех присутствующих новостью. Новостью, которой со мной поделилась Афина мгновением ранее.

— Уважаемые члены совета, к нам гости. Военный конвой прямиком из Гаваны. Личный поверенный генерала Сантьяго просит о срочной аудиенции с Михаилом… Или лицом, его заменяющим…

Интересные гости к нам пожаловали. Хотя, будем честны — я ждал каких-то вестей от генерала. Но если быть ещё честнее — я не ждал их так быстро. Думал, он мне позволит по крайней мере захватить всю Кубу к западу от Гаваны. Но всё равно интересно, как будет общаться со мной этот самый личный поверенный, что расскажет.

— Господа офицеры, предлагаю вам продолжить обсуждение насущных вопросов лагеря, а встречу высокого гостя оставить мне. Если в наших планах потребуется внесение корректировок, я сообщу вам об этом, — поднявшись, я отправился на палубу.

По мостику, соединяющему берег и лайнер, уже двигались кубинцы, что выделялись своей формой оливкового цвета. Мне оставалось всего лишь дождаться гостя и проводить его в один из рабочих кабинетов, не занятых моими людьми.

— Сеньор Михаил? Рад, что вы в лагере! Меня зовут Августо, я прибыл к вам по поручению Генерала Сантьяго, — протянул свою могучую лапищу этот здоровякс кучерявыми седеющими бровями и парочкой огромных залысин на выбритой голове. На его плечах красовались военные погоны подполковника.

— Здравствуйте, уважаемый сеньор Августо. Редкое у вас имя для кубинца.

— Я наполовину испанец, но всю свою жизнь прожил и прослужил на благо народа Кубы. Впрочем, я бы предпочёл поговорить с вами без посторонних.

— Конечно-конечно. Прошу следовать за мной.

Мы двинулись по палубе, и с подсказками Афины вскоре я был в идеально подходящем для переговоров месте. Личный кабинет шеф-повара одного из многочисленных ресторанов лайнера. Его ещё не закончили переоборудовать. Вернее, даже не начали, и всё выглядело довольно-таки прилично и на уровне. Приятным бонусом за стеклом стояли две бутылки крепкого алкоголя, и я сразу предложил гостю продегустировать напитки.

Он тяжело вздохнул, проглотил слюну, оттянул ворот рубашки и начал краснеть, а глаза его забегали. Ясно, человек в завязке.

— Впрочем, думаю вам сейчас не до этого. Уже и ночь на дворе. Итак, чем я могу быть вам полезен и с какой целью так срочно вас отправили из столицы ко мне? — Я уселся в дорогое и удобное кресло, с удивлением отмечая те нотки удовольствия, что принесло банальное размещение своей уставшей тушки на нём.

— Это деликатный вопрос, и я попрошу вас раньше времени не распространяться о предмете нашего разговора другим людям. Особенно кубинцам.

— Как пожелаете, так и будет. Ведь я хороший союзник и порядочный сосед для уважаемого генерала.

— Хорошо… Начну с более простого. У вас в порту появились катера, принадлежащие американцам. Как минимум один на ходу. Это так?

— Все верно, — кивнул я, подозревая, к чему приведёт этот разговор.

— Что с бывшими владельцами?

— По-разному, — уклончиво ответил я, не желая сообщать больше информации, чем нужно.

— А поконкретнее можно?

— Думаю, не стоит. Всё, что вам нужно знать, — корабли мои. Я их новый владелец.

— Хорошо, что вы хотите за их продажу? Мы купим и тот, что не на ходу.

— Интересный вопрос. Действительно интересный. Скажем так — тот, что на ходу, не продаётся. По нескольким причинам, первая и самая главная из которых — данное мною слово. Я не святой, но понятие чести мне знакомо. Пока я верен своему слову, мои люди верны мне. Сломанный «Сентинел» может быть продан, если вы дадите подходящую сумму.

— Хорошо. Что насчёт пяти миллионов песо?

Видимо, моё лицо не выдержало маску от столь «щедрого» предложения, и это не скрылось от глаз Августо.

— Семь миллионов?

— Сеньор Августо. Пока я всё ещё нахожусь в деловом настроении, давайте перейдём ко второму вопросу, который вы хотели обсудить.

— Возможно, цена и невысока, но хочу заметить, что катер сломан, и вряд ли у вас есть специалисты, которые сумеют его починить, — не унимался подполковник.

— Вы всерьёз собираетесь продолжать торговаться подобным образом? — В этот раз я уже не скрывал своего разочарования, и взгляд мой стал скорее скучающим, нежели полным энтузиазма, как и прежде.

— Семь миллионов — справедливая цена.

— Семь миллионов рулонов туалетной бумаги — более справедливая цена. Мировой рынок рухнул. Валюты рухнули. Деньги не стоят ни-че-го! Хотите, я вам семь миллионов песо подарю? Сможете их для растопки костров использовать. — И я не лукавил — мои ребята в освобождённых городах банки, почты и банкоматы зачищали. Деньги эти складывались отдельно, но ценности не имели никакой. Сейчас у нас было чуть больше ста миллионов песо, которые занимали почти что целую каюту на лайнере, и я всерьёз подумывал раздать их людям, чтобы не занимали места. Но держался из последних сил, как раз в надежде встретить идиотов, которые продадут то, что нужно мне, за эти фантики.

— Ладно, что вы хотите? — сдался офицер, понимая мой настрой и отношение к его гордой национальной валюте.

И вот это уже верный ход. После такого тактического провала в переговорах лучше перекинуть мяч на сторону оппонента, особенно если не знаешь и на понимаешь, в чём он нуждается.

— Бронетехника.

— Исключено.

— Тогда и торг окончен. Буду надеяться, что я смогу найти специалистов, которые починят этот прекрасный образец патрульных катеров. Следующий вопрос, — настоял я на прекращении переговоров по этой тематике.

Не думаю, что генерал ему голову открутит за то, что он не сторговался. Скорее он хотел прощупать почву. Откуда у нас эти катера, где прежний экипаж, сколько и чего мы хотим. Теперь они знают, в чём мы нуждаемся, и смогут легче вести последующие переговоры. Вернее, они надеялись услышать от нас просьбы о предоставлении продуктов питания, палаток, воды и всего того, что у них у самих в дефиците. В крайнем случае оружие и боеприпасы они могли бы пустить на обмен. Я прекрасно понимаю возможности и мысли на наш счёт как генерала, так и его советников, включая этого поверенного. И именно поэтому я не стал больше ничего запрашивать, кроме самого очевидного варианта. Хотя я на самом деле мог бы запросить много чего полезного для лагеря. Но не стал. Незачем им знать наши проблемы, чтобы потом иметь возможность посильнее на них надавить.

— Хм… ладно, я вижу, вы не в настроении, и поэтому не буду вас долго мучать просьбами о продаже. Хотя, вы могли бы пойти на уступку генералу и получить от него поддержку в будущем, — заявил вихребровый и заёрзал в стуле.

Забавно… Лёгкая угроза и шантаж, а затем начал нервничать, стоило перейти к другой теме разговора.

— Я ни в коем случае не желал оскорбить или обидеть генерала. Но принципы добрососедства должны соблюдаться двумя сторонами. Вы сделали своё предложение — оно меня недостаточно привлекло. Только и всего. Думаю, если генералу будет необходим этот поломанный катер, он найдёт возможности договориться.

— Договориться. Да. Генерал любит договариваться. И он мне лично сказал, что вы не только вызываете доверие, но и вполне вменяемый человек, который понимает, как сохранить общие интересы. Не так давно мы выяснили, что военные США с уничтоженной базы выжили. По словам нашей разведки — их около пятидесяти тысяч человек, они неплохо обучены и вооружены передовым вооружением. С техникой у них, правда, не очень, что нас несказанно радует, — сообщил мне крайне важные секретные сведения подполковник, в значительной степени удивляя меня.

Мои морские волки с «Дозорного», конечно, говорили, что часть бойцов должны были уцелеть, но если верить словам этого жука, который меня сейчас пытается втянуть в конфликт кубинцев и американцев, то выжили фактически все. Видать, командование военной базы что-то знало и о чём-то догадывалось, когда к ним направляли парочку ракет.

— И зачем вы мне это рассказываете?

— Вам не интересно?

— Мне интересно другое, неужели кубинцы сами не в состоянии справиться с кучкой америкашек? Всего лишь пятьдесят тысяч. Да через пару недель у них закончатся патроны, и они вывесят белый флаг.

— А вот это вряд ли… Они уже захватили половину провинции Гуантанамо, включая её центр. И продолжают зачищать города и деревни и от зомби, и от нашего влияния. Осталась всего лишь парочка небольших городов, свободных от них. Но там у нас очень скромные силы, особенно после атаки зомби. Мы вывозим людей и ценности, так как понимаем, что сражаться там практически некому.

— Все ваши войска зачищают основную территорию страны, находятся неподалёку от Гаваны. Да, понимаю. И что, склады вооружения захватывают? Боитесь не справиться? — уколол его я, понимая, что раз он приехал и рассказывает мне всё это — дела у генерала, мягко говоря, дерьмовые.

— Для Кубы не составит труда избавиться от них. Но Куба сейчас далеко не едина. В столице правят две фракции, одна из которых верна моему генералу, благодаря которому вы здесь и живёте, — ответил на мою колкость своей колкостью кубинец, чем заслужил капельку моего уважения.

— Да, слышал о его трудностях. И я надеялся, что он уже с ними справится к этому времени, — вдохнул я, соглашаясь со словами оппонента в данном раунде переговоров.

— Стороны не равны. Генерал изначально был в тяжёлом положении и поэтому он проигрывает своим оппонентам в их… Джентльменском споре.

— Это каком таком споре? — заинтересовался я, опираясь локтями на стол.

— Так как фракции ответственны за безопасность народа Кубы, между команданте Сантьяго и его противниками было заключено соглашение о разделе сфер влияния. Так каждый из них был ответственен за зачистку городов от противника в виде зомби. Если говорить прямо, то каждый получал в своё подчинение те города, что были зачищены и спасены. И армия наших оппонентов… Она более многочисленна и более стремительна, чем мы. В будущем это может вылиться в большие трудности как для нас, так и для вас. Более того, генерал Сантьяго не без оснований полагает, что контакт его оппонентов с американцами может привести не к сражению, а своего рода союзу и разделу влияния, с целью, как вы уже догадались…

— Устранения генерала Сантьяго. Да, это звучит разумно. Если на уме у генералов лишь власть.

— Поверьте, несмотря на приторно-сладкие речи, полные патриотизма, ничего, кроме личной выгоды, это маленькое трио диктаторов не имеет, — со всей серьёзностью, едва скрывая брезгливость, сообщил мне Августо.

— Большое спасибо за интересный рассказ. И всё же, чем я могу быть полезен? Вряд ли генерал нуждается в моём совете… — перешёл я к сути всего данного разговора и приготовился слушать «предложение, от которого нельзя отказаться».

— Генералу нужна ваша помощь и ваши люди, чтобы наверстать упущенное и ускорить освобождение нашего Острова свободы! Вы хорошо себя зарекомендовали как командир во время сражений в Гаване. И я был одним из тех, кто наблюдал за вашим триумфом.

— Мне это лестно слышать. И я готов оказать помощь генералу. Но, будем откровенны, мои силы очень малы и скромны. Наличие катера — не панацея. А людей в моём подчинении, именно бойцов, меньше, чем ополченцев в самом захудалом городке. Не скрою, мы довольно сильны — но только против зомби. А не против регулярных войск армии США. Или армии оппонентов генерала Сантьяго. Но мы откликнемся на его зов, если он попросит нас помочь убить зомби и зачистить города от этой падали. — продолжал в официальном и деловом тоне я переговоры, что уже дали много пищи для ума.

— Отлично. Я рад, что мы договорились. Тогда разрешите покинуть ваше чудесное судно и отправиться с новостями в столицу.

— Подождите секунду, подполковник. Присядьте. Возьмите ручку, листик и запишите на нём, что нам потребуется для успеха в этой опаснейшей миссии. У меня ведь даже транспорта подходящего не хватит для переброски войск. Не говоря уже о топливе, — расплылся я в широкой улыбке, понимая, какую рыбину только что подцепил на крючок.

Час спустя. Капитанский мостик. Старшие офицеры и командир лайнера.

— Что, прямо вот так, нам позволят прикончить всех зомби в любом городе и забрать все очки достижений себе? Генерал там вообще как, в своём уме? Или о чём он думает? — удивляясь, высказал всеобщую мысль Роберто.

— Он думает, что товары, оружие и другие плюшки, которые мы получим в свои руки, в любом случае станут его. Если он сумеет избавиться от конкурентов и решить проблему с американцами, само собой, — улыбнулся я, разъясняя ход мыслей этого старика. — Мы для него пешки, которым дали отсрочку, прежде чем сбросить их с шахматной доски. Наше преимущество в том, что мы это знаем.

— Хорошо, что ты, а теперь и мы это знаем. А дальше-то что? Как нам выпутываться из всей этой ситуации? — продолжал нервно теребить лямки разгрузки мой мексиканский друг.

— Как выпутываться? Да, в общем-то, это несложно. Нужно дойти до конца шахматной доски и стать кем-то бо́льшим. Благодаря терминалам оружие есть хоть и не у всех, но у многих. И пока генерал делает ставку на старые запасы и старых верных бойцов, мы должны сделать шаг на опережение и завоевать другой ценный ресурс, о котором он пока что не думает.

— И что же это? — задал вопрос страдающий от переутомления и недосыпа командир лайнера.

— Это людские души. Круизеры должны стать легендой. Спасителями и освободителями. Теми, кто дарует жизнь и безопасность. Когда за нами будут люди — тогда у нас появится своя верная армия. И тогда уже мы будем диктовать условия играющим в эту шахматную партию генералам. У нас есть три дня, прежде чем нам соберут всё, что я запросил от кубинцев. Затем мы отправимся в наш рейд по дорогам Кубы.

— Сначала ещё генерал должен одобрить твои требования, — потянулась Наталья, едва не упав со стула от усталости.

— А куда он денется? — усмехнулся я.

— Ха! Если он не согласится, то придётся заново договариваться, — старик Гарри, тоже разминая шею, вставил свои пять копеек, демонстрируя опыт и полное понимание ситуации. — А это для него смерти подобно. Каждый день он отстаёт и использует все свои резервы и возможности для исправления ситуации. Как бы он за два дня не нашёл всё да не потребовал выдвигаться сию минуту.

— Да, такой вариант действительно возможен. Поэтому за отведённые нам дни мы должны полностью обезопасить наш тыл. Идите все отдыхать. Завтра с самого утра мы отправляемся на зачистку,

Я поднялся и, пожелав всем спокойной ночи, выдвинулся в сторону своей каюты.

Не успел зайти в неё и закрыть дверь, как кое-кто нагло и без спроса ворвался внутрь и, на ходу скидывая экипировку, плюхнулся в мою кровать, разбрасывая по подушке свои длинные волосы.

— Может, всё-таки пойдёшь в свою комнату? — спросил я Наташу, оставшуюся в одном лишь нижнем белье, понимая, что красотка пришла сюда не ради утех и ласки, а просто чтобы выспаться.

— Так мою каюту забрали на ремонт и переоборудование. Там теперь пять человек сможет жить, — повернулась она ко мне, жмурясь от света лампочки.

— А взамен? Неужели не выдали ничего? — удивился я. Чтобы эта хитрая красавица и не выбила себе ещё что-то взамен? Не верю! Такая если и идёт на уступки, то только с выгодой для себя.

— А что взамен? Не было времени этим заниматься. Сам знаешь, в каком ритме мы живём. Ты же не выгонишь меня на улицу? — состроила она щенячьи глазки, нагло укутываясь моим одеялом.

На лайнере всё ещё сотни свободных кают, но хитрунья решила стать «женой вожака». По крайней мере в глазах других выживших. Ладно, я слишком устал, чтобы спорить. Да и в целом не против такого соседства. Порой оно приносит приятные и неожиданные бонусы. Опять же в такое время живём, что кругом сплошной стресс. И скидывать его не только хочется, но и попросту необходимо.

Уснул я моментально. А вот проснулся немного раньше будильника. Как раз от приятного бонуса, активно ёрзающего под одеялом и помогающего избавиться от нежелательного стресса.

Новый день. Новые заботы. Новые возможности.

Именно под этим девизом можно было его начинать. Проводить. И заканчивать тоже. И началось всё с крайне раннего подъёма, не только меня, но и практически всего лагеря.

Всю ночь лодки уходили в море в надежде на богатый улов, да и рыбаков в каждую набилось столько, что не дай бог судёнышко потонет. Впрочем, у нас хватало специалистов, которые заранее проверили все маломерные рыболовные суда на предмет возможных протечек, поломок и всего остального. Те лодки, что не прошли проверку, были вытащены на берег и установлены на ремонт.

Вторым поводом для шума стало начало ежедневного отбора в элиту Круизеров — во вновь формируемые кулаки. И я с удовольствием наблюдал за работой инструкторов, которые должны были отобрать людей среди всей толпы желающих.

Перед моими глазами выстроились примерно триста — четыреста человек из тех, кто был уверен в своих силах. Те, кто не был готов и недотягивал до установленной планки, с утра пораньше занимались и тренировались, набирая форму. Ко мне подошёл с чашкой кофе в руках громила Фернандо, что командовал зачисткой городов в наше отсутствие, и начал по-старчески ворчать.

— Офицеров мало. В кулаках нужны опытные бойцы. Придётся переформировывать старые уже сработанные, вычленяя командиров… — бухтел он и бухтел, по сути, описывая вслух свои сегодняшние дела.

Ведь именно он оставался на обороне лагеря и должен был заниматься новичками. Но кое-что не сходилась в его бубнеже с тем, что я видел.

— Слушай, воевода ты мой, а почему не ты построение ведёшь? И вообще что это за крикун там кошмарит потенциальных новичков? — обратил я внимание на здорового двухметрового кубинца, что выглядел как горилла из-за повышенной волосатости по всему телу и дикого ора.

— Так мы же решили найти местного из офицеров, что будет командовать… местными. Вот один из кандидатов. Бывший военный, зовут Хорхе. Сорок девять лет. Силы и здоровья как у пятерых. Но попал десять лет назад в аварию, с тех пор комиссовали и отправили на пенсию по инвалидности. Биться в первых рядах это не поможет, но командовать — вполне. Если мы остановимся на его кандидатуре — можем попробовать вылечить его ногу. — Он сделал глоток кофе и закашлялся. — Горячий, падла…

— Сломаем и скормим большую аптечку здоровья? — вопросительно глянул я на дующего на горячий кофе старика.

— Может, и среднюю, — пожал плечами бразилец. — Я с ним два дня назад познакомился. Присматривался. Ночью после совета нашёл, разбудил, предложил заняться полезным для всех делом. Он уже через две минуты был на ногах и одет в свой старый выцветший военный мундир.

— А на собрании чего не сказал, что есть кандидатура? — удивился я, всё больше и больше радуясь тому, что я видел.

Прямо сейчас этот старикан просто как щенков морально давил всех потенциальных Круизеров. Я прислушался к его крику и понял — толк с него точно будет.

— Кто тебе сказал, что ты готов, салага? Думаешь, тебя вооружат, и ты внесёшь вклад в спасение мира? Знаешь, сколько от рук таких самоуверенных дебилов гибнет людей? Потому что, смотря смерти в лицо, они замирают как истуканы, вместо того чтобы бить или стрелять! ЧТО ТЫ СМОТРИШЬ НА МЕНЯ⁈ СЧИТАЕШЬ, ЧТО Я НЕ ПРАВ? ТОГДА ПОЧЕМУ ЗАМЕР КАК ЦЫПЛЁНОК⁈ — кричал он одному из бойцов буквально в ухо.

Тому только и оставалось, что заверять в том, что он не трус и не сдрейфит. Затем Хорхе нашёл какую-то волевую девчонку лет восемнадцати и принялся кошмарить её. Заставил отжиматься, и после того как она на десятый раз упала с дрожащими руками, разразился зычными непереводимыми кубинскими матами.

А ещё через мгновение все несколько сотен человек начали тоже отжиматься. И судя по всему, отжиматься они будут до тех пор, пока старику не надоест, либо пока не упадут без сил половина рекрутов.

— Понятия не имел о его настрое. Поэтому хотел сперва с ним поговорить. И вот, результат перед нами, — ответил Фернандо и, допивая кофе, начал спускаться вниз.

Я оказался прав, и в итоге половина людей, потерявших силы от такого простого и базового упражнения, выбыла. А остальных Хорхе отправил бежать вокруг лагеря, поставив ведущими четырёх опытных бойцов, что помогали ему во время отбора. При этом он ни на миг не замолкал о том, какие они все никчёмные и как быстро они все помрут, если останутся такими же слабаками и безвольными баранами.

Я тоже решил немного размяться и начал упражнения прямо на палубе, отжимаясь от перил и разминая все существующие группы мышц в своём теле. К концу разминки едва доплелись усталые и выжатые как лимон новобранцы. Хорхе дал им отдохнуть несколько минут и добежать отстающим, после чего разразился гневной тирадой о том, что они так ни одного зомби не догонят и ни от одной орды не убегут.

— Так! Ты, ответь мне на один элементарный вопрос… — тыкнул пальцем злой военком в одного из самых крепких новичков, что без особого труда добрался до этого раунда. Я заинтересовался и решил понаблюдать. — Ради чего ты собираешься сражаться?

— РАДИ КУБЫ! — выпалил тот, ни мгновения не раздумывая, как истинный патриот.

И тут же получил от мужика в брюхо.

— НЕПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ! — ошарашил всех старик и подошёл к следующему бойцу. — А ты за что собрался сражаться?

— За свободу? — неуверенно ответил парниша, сжался и тоже получил удар в брюхо.

— СНОВА НЕ ТО! Я не это хочу услышать! Оставьте дешёвые популистские лозунги политикам вшивым! За что вы, сука, сражаетесь? Почему вы предпочтёте сдохнуть, но отправить к дьяволу проклятых отродий бездны⁈ — кричал этот вреднючий мужик, привлекая всё больше и больше внимания.

— За будущее!

— Ради детей!

— За безопасность!

— За Круизеров!

Один, второй, третий боец начали выкрикивать предположения, скрываясь в толпе, чтобы не получить удар в брюхо за неправильный ответ.

— Идиоты! — подытожил Хорхе и велел всем заткнуться. — Как тебя зовут?

Он обратился к мальчишке, у которого ещё усы не начали расти.

— Пакито, сеньор! — бойко ответил ему тот.

— А твоё? — повернулся он к его соседу.

— Хуан, сеньор… — более робко ответил молодой парниша, с честью выдержавший сегодняшние испытания, несмотря на несколько лишний вес.

— Запомните, сосунки. Ты, Пакито, сражаешься за Хуана. А Хуан — сражается за Пакито! Все вы, вступая в боевое братство, сражаетесь друг за друга! За каждого из вас. Смерть любого для нас — смерть близкого родственника. Никто не знает, когда эта война кончится. Если вы будете думать о недостижимом будущем, вроде спасения всего мира, — вы сдохнете. Вы сломаетесь. Не сейчас, так через пять лет. Десять лет — и вы станете жалкой тенью самих себя. Не ставьте себе нереальных задач. Просто сражайтесь. Просто выживайте. Просто живите назло всем тварям, что хотят отнять вашу жизнь! И последнее. Знайте — Кубу мы обязательно спасём. Своими руками задушим тех, кто посягнул на святое — нашу свободу! — зычно донёс он до них простую истину опытного вояки, который знает, что такое мечты солдата и к чему они приводят, когда не сбываются.

Я думал, на этом всё, но нет, мужик продолжил меня удивлять. И следующая его фраза дала мне понять — мы с ним точно сработаемся. И мы нашли нужного человека.

— Даже не мечтайте о том, что после того, как мы освободим наши города, вы закурите сигару, выпьете рому и будете загорать на солнце. Твари пришли в весь наш мир. И пока он весь не будет зачищен — война не окончится. Пока я жив, я не позволю никому сидеть на жопе ровно, зная, что на соседних островах дети едят крыс в надежде на спасение от их обезумевших зомби-родителей. Или, что ещё хуже, крысы жрут тела детей. Я клянусь вам, я повешу лично тех из вас, кто решит, что после освобождения родной деревни война для них закончится! Я ясно вам объяснил? Если кого-то это не устраивает — можете валить на все четыре стороны. Нам не нужны уроды, лентяи и трусы, что хотят сидеть в безопасности за невидимыми стенами Карибского моря.

УХ! Как завернул! Я даже аплодировать начал! И к моей несказанной радости — все они, добровольцы, остались стоять на месте. Никто не ушёл. Никто не решил, что хромающий вояка больной на всю голову сумасшедший. Прекрасно. Просто великолепно. Если он каждый день будет так вести отбор и вдалбливать такие замечательные истины в головы новобранцев — я буду только рад.

Сегодня мы сформировали ещё три кулака и вооружили их до полудня. Одели, записали все данные, выдали что-то вроде военного билета, напечатанного в «офисе» порта. Часть людей, что были поопытнее и уже убивали зомби, — а мы это проверили при помощи посещения терминала, — отправилась на смену опытным бойцам других кулаков. Те же, что вышли из них, — стали командирами новых подразделений и принялись доводить до них всё то, что сами изучили на собственной шкуре.

Завтра мы сможем сформировать ещё три кулака таким же образом. И послезавтра. И послепослезавтра. К концу недели вторая тысяча, второй молот Круизеров будет готов к выполнению задач. Патрулирование, прочёсывание местности и поиск недобитых зомби нашего региона, охрана границ и вылазки на ближайшие острова с добычей стратегически важных припасов — топлива, еды, инструментов и многого другого.

В общем, работы для новых отрядов ещё более чем хватает. А уж для основного костяка с тысячей бойцов — и подавно. Больше я на помощь генералу никого отправлять не собираюсь. Потому что мы будем выступать в качестве авангарда, что ведёт свой бой против зомби, а не людей. И для зачистки городов да деревень мы будем использовать свой мозг, а не силу огнестрела. Поэтому я кроме важных и необходимых для нашего лагеря вещей и запросил несколько довольно специфических материалов для сражений с зомби. Ведь я понимаю — нажать на спусковой крючок легче, чем махать топором или алебардой. Поэтому для эффективности нам потребуется использовать несколько хитростей, что ускорят зачистку городов в разы.

Но до этого ещё несколько дней ждать. А сейчас — вперёд и в путь, на зачистку нашего будущего тыла.

Пятьсот человек выезжали вместе со мной и командирами на грузовиках, ещё около сотни отправлялись со стороны моря для десантирования на причалы и в порты. С нами следовал бензовоз и несколько переделанных местными мастерами джипов в качестве прикрытия. На ведущем и замыкающем пикапах были установлены пулемёты.

Мы собирались воевать до тех пор, пока не закончатся захваченные города. Поэтому с собой мы взяли всё необходимое, а наш конвой составил больше сорока девяти автомобилей. Я просто устал считать… Пять грузовиков были пустыми, и в них погрузятся те отряды, что сейчас находились на страже пограничных городов и Артемисы.

Лагерь остался позади, люди махали нам вслед, благословляя на подвиги. Ревели моторы, шутили солдаты, офицеры молчаливо смотрели вперёд, не забывая разглядывать придорожные кусты на предмет вылезших из ада зомби.

Города сменялись деревнями, причалы сменялись улицами. Нам навстречу выползали выжившие местные, оставшиеся в своих домах. Кто-то умолял о помощи, кто-то просил медикаментов, кто-то надеялся на еду, в страхе заперевшись в своём домишке. Всё это задерживало нас. Приходилось зачастую получать гневные взгляды в свои спины. Но это редко. Всё же большая часть именно что благославляли нас и надеялись на всё самое лучшее.

Изредка мы делали остановки, получая доклады небольших отрядов защитников, что дежурили посменно в этих населённых пунктах. Хотя, было бы лучше забрать их всех, но тогда местные решат, что их бросили на произвол судьбы, а мой план по завоеванию их сердец будет обречён на провал. Хватает и того, что дежурят те из бойцов, которые травмировались либо приболели и им требовалось время на восстановление. Не будем же мы на каждый насморк аптечки терминальные тратить.

Совсем скоро мы прибыли в «пограничные» области. И вот уже тут началось. Впереди, у прифронтовой деревни виднелись застывшие трупы зомби, местные сгрудились в охраняемых мужиками и нашими бойцами домах, в то время как большая часть бойцов прочёсывала раз за разом деревню.

— Что такое? — удивлённо спросил выскочивший первым из ведущей машины Коннор.

Стражи деревни к этому времени уже построились, и оставленный за старшего командир отряда подошёл к офицеру, начиная рассказывать:

— Докладываю! Три часа назад со стороны холмов в сторону деревни спустилось около сотни единиц зомби. Разведчик вовремя заметил угрозу, и мы подняли тревогу. Переместили мирных жителей к укреплённой части деревни, а сами заняли оборону. Отбились без особых потерь, двое бойцов получили неопасные травмы. Нас осталось четверо, охранять жителей, в то время как остальные прочёсывают деревню в поисках потенциальных противников. Командир, нам бы патронов… Заканчиваются.

— Принято, — махнул рукой Коннор, позволяя им расслабиться.

Я же к этому моменту закончил на глазах у многочисленных зрителей облачаться в свой тактический боевой костюм. Просто чтобы они видели и стремились к такому же уровню экипировки. Правда, для этого им придётся много, долго и упорно сражаться… И рядовым бойцам тяжело будет получить эту красоту.

— Чего смотрим? Костюм сам себя не заработает. Идём поможем проверить деревню, заодно разомнёмся.

Началась постапокалиптическая рутина. Приехали — выгрузились, построились на въезде в населённый пункт. Первый кулак отправился вперёд, став авангардом, остальные готовятся. Автомобили занимают оборонительную схему, блокируя дорогу, выставляя пикапы с пулемётами по флангам, несколько бойцов с винтовками забираются на крыши траспорта, отслеживая возможного противника со всех направлений. Водители дружно сигналят, создавая шум для привлечения любителей мертвечины.

Если врагов много и они идут единой толпой — в дело вступают стрелки. Хотя бы один выстрел каждого из бойцов — это уже шестьсот патронов, что ищут свои цели. Кто-то сдохнет, кто-то получит повреждения, упадёт, снизит темп и единство орды мертвецов. Если твари всё ещё выглядят слишком серьёзными противниками, прущими единым порывом, — повторить. Как только они растянулись либо стали малочисленными — вступаем в бой. Естественные преграды, щиты, копья и алебарды помогают в относительной безопасности убивать зомби. Кто-то колет и удерживает. Кто-то, упёршись щитом, не даёт прорвать строй. Кто-то рубит и крошит черепа. Ру-ти-на.

Стоит потоку тварей иссякнуть, передний край сменяется своими коллегами и отправляется отдыхать, приводить себя в порядок. Через тридцать минут они же отправляются вокруг города, деревни либо посёлка, зачищая крайние дома. А основные силы в это время штурмуют улицы, зачищают дворы, врываются в запертые квартиры и домишки, упокаивая тех, кому нет места в нашем мире.

Тактика слаженная, отработанная не раз, но в идеале работающая лишь с городами и деревнями до пяти тысяч жителей. Всё, что крупнее, порой приносит сюрпризы. Но даже так… Мы ничего не брали в освобождённых городах. Встреченных мирных жителей и спасённых мы оперативно проверяли на предмет укусов, возможности спасения, травм и прочего. Два отряда медиков активно участвовали в осмотрах и спасении тех, кто был на грани жизни и смерти. А такие были. Обезвоживание, голод, страх — они ставили людей на грань жизни и смерти.

У нас имелся запас аптечек и зелий для самых тяжёлых случаев. Но всё чаще мы отправляли выживших на реанимированных автомобилях местных для получения стационарного лечения в Артемису или Мариэль. Если и там не смогут кудесники градусника и капельницы ничем помочь — будем рассматривать вариант выделения аптечки. Дорогие они, сволочи… Дорого жизнь человека стоит, но оно и понятно.

До утра следующего дня удалось освободить пятьдесят четыре деревушки и четыре довольно крупных города. Всё благодаря тому, что многие деревни были и без нас свободными, а местные выступали в роли проводников, показывая, где требуется помощь, где засел враг и где видели зомбячьи стаи.

Зачастую мы разделяли наш конвой освобождения. Смысл отправлять шестьсот бойцов и ещё почти сотню сопровождающих нас техников, водителей, медиков и местных проводников, указывающих путь на освобождение деревни, где жило до апокалипсиса пятьдесят человек. Два грузовика с бойцами выслали, и через полчаса они вернулись, отрапортовав о зачистке деревни. Порой мы таким образом за час могли освободить семь-восемь деревушек и хуторов фермеров.

— Час отдыха. Кушаем сухпайки, чистим оружие, готовимся к штурму Пинар-дель-Рио.

Освобождённая нами Артемиса была столицей провинции. До войны там жило чуть больше пятидесяти тысяч человек. Сейчас же на крайнем западе Кубы мы остановились в шести километрах от ещё одной столицы самой западной провинции. Отряд наш расположился прямиком на выезде из только что зачищенного и довольно богатого по местным меркам посёлка. Необходимо было дождаться возвращения всех отрядов из ближайших городов и деревень, ведь город, который нам предстоит с рассветом начать зачищать, был в три раза крупнее Артемисы.

— Роберто… Будь добр — отправься на разведку. Думаю, здесь, как и везде, будут районы под контролем выживших. Нам бы не помешало с ними объединиться против общей заразы.

Пинар-дель-Рио… Город, занятый множеством, мягко выражаясь, неприятелей. С одной стороны — меня, как человека что планирует собрать максимум очков достижений для себя и своей армии, — это радовало. С другой — я понимал весь масштаб катастрофы и беды, что обрушилась на этот довольно крупный кубинский город. А ещё меня поджимало время… Просто обойти весь этот город будет делом… небыстрым. А уж зачистить небольшим отрядом меньше тысячи человек — и вовсе за день не удастся.

Пока ребята готовились, отдыхали и ели, независимо от наличия аппетита, я думал и ждал разведку.

Часа Роберто хватило, чтобы и съездить в город, и вернуться обратно на очень сильно помятом и забрызганном кровью пикапе.

— Михаил! — с ходу спрыгнул он с транспорта, весь заведённый и потный, начиная искать меня глазами в центральной части временного лагеря.

Я поднял руку и подал голос, после чего он быстро побежал ко мне, начиная докладывать, что увидел. Пришлось заткнуть его и заставить слегка успокоиться. Информация может быть разной, и не всё полезно слушать рядовым бойцам.

— За мной иди… — Я запрыгнул в кабину грузовика, в котором перевозили бойцов, и следом туда же запрыгнул лысый воин. — Вот теперь рассказывай, что ты там увидел и чему так сильно удивился.

— Мы с трудом прорвались, чтобы добраться до вас. Зомби в городе до хрена — но почти все они скопились в районе терминала. Он недалеко от нас. Треть городских улиц кишит ими. Остальная же часть города, по словам выживших людей, что забаррикадировали улицы и отстреливаются от тварей, фактически под их контролем. Они, мол, сами всё зачистили и продолжают зачищать в том районе. Но в остальном этих зомби… Там тысяч пятьдесят…

— А как это они все вдруг стянуться к терминалу решили? Он, конечно, их привлекает, но не на такой дистанции…

— Так там автозаправочная станция была и ещё что-то, я не запомнил, что именно. Сперва эта, пусть будет заправка, взорвалась, а затем пламя что-то по соседству подхватило, тоже начались взрывы. Почти сутки город как под обстрелом был — всех зомби в молчаливом городе и привлекли эти шумы, — всё такой же взволнованный увиденным, Роберто быстро тараторил, отчего я даже вопросы свои задавать не успевал.

— Стоп. Терминал сам где?

— Музей какой-то. Там колокольня при музее, он теперь вместо колокола парит, как прожектор на пол города светит. Когда пожары и взрывы закончились, зомби нашли новый объект для своего внимания, судя по всему.

— Да, похоже на то… Это хорошие новости. Очень. Сходи собери всех офицеров, включая командиров кулаков, и достаньте подготовленные карты местности, отметь там район с зомби и терминалом. — дал я ему команду, оставаясь в кабине и дальше продумывая свой план.

Было бы у нас время — мы бы столь щедрый и сытный кусок пирога достижений медленно и со вкусом съели. Но у нас остались лишь эти сутки, а мы и половины территорий не зачистили. И рискуем застрять в этом городе. Нет, ни к чему нам экономить. Для этого мы и собирали боеприпасы, для этого я и съездил на берег США за оружием. Чтобы не тормозить.

Выйдя из машины и увидев оживившиеся лица офицеров и младших командиров, я ободряюще улыбнулся.

— Господа Круизеры! У нас отличные новости! Приготовьтесь слушать наш план предстоящей битвы!

На недавно обновлённой автотрассе, шедшей на огороженную эстакаду, готовился к битве основной отряд Круизеров. В этом месте зомби придётся столпиться и идти в гору по шестиполосному шоссе, заставленному неработающими машинами и прочим дорожным мусором.

Я смотрел на бойцов, которые, перекрыв шоссе, выстроились у первой линии обороны и заканчивали перепроверять свои пушки. Людей было немного, всего сто человек. Больше здесь размещать опасно. Им помогали сорок бойцов, которые поставили открытые оружейные ящики и перезаряжали запасные пушки, набивали боеприпасами обоймы. Над людьми возвышался первый пикап с пулемётом, с подогнанными лентами боеприпасов. Второй прямо сейчас отправился привлечь толпу.

Вдалеке были слышны частые и приближающиеся выстрелы. Каждая очередь из второго пулемёта заставляла бойцов ускориться и выбрасывала в кровь адреналин. Когда автомобиль приманит их, то займёт своё законное место на второй части шоссе. За пикапами были выстроены баррикады, которые зигзагом петляли по эстакаде до самого её конца. Брошенные автомобили, автобусы, перетащенные бойцами бетонные блоки… А там уже дежурил второй отряд, который должен будет перехватить инициативу при необходимости.

На нашей стороне выбор подходящего места битвы, наличие огнестрела и большого количества боеприпасов к нему, а самое главное — мозги. Это позволяло эвакуироваться от первой защитной линии, перекрытой такими же бетонными блоками, и занять оборону в новом месте, если вдруг один-единственный козырь зомби сработает. Численность.

Вскоре выстрелы стали намного быстрее приближаться, а затем словно замерли где-то неподалёку. Напряжение продлилось минут пять, и лишь затем звуки выстрелов стали медленно смещаться в нашу сторону. Лениво въехал пикап, отстреливая зомби, что были совсем уже близко. Этим бездушным тварям хватило получаса, чтобы добежать от города до выбранной нами точки обороны.

Бойцы разошлись, пикап оттянул два блока, привязанных к нему стальными тросами, а второй автомобиль въехал на свой участок с уже раскалившимся от стрельбы пулемётом. Старенькая модель, не то что на второй машине. Тот я купил за свои собственные очки достижений. И самолично встал за него, готовясь в любой момент открыть огонь по врагу.

И стоило услышать озлобленный зомбячий рык, приближающийся к нам со стороны огороженной эстакады, как я сразу заприметил первую тварь. Самая шустрая из не сдохших… Жилистая паскуда с длинными ногами в кроссовках.

В общем — пошла жара. Лязг автоматных очередей так оглушал, что даже мне было «шумно», а ведь я-то в защитном шлеме. Если эти твари прорвутся, боюсь, не все бойцы услышат сигнал к отступлению.

Но первые двадцать минут всё было хорошо. Зомби погибали, слоями устилая дорогу, скатываясь и мешая приблизиться новым тварям. Порой они набегали особенно активно, прорывая плотину из трупов, и тогда мы вели огонь из всех пушек. Хорошо, что мы подготовились и на каждого бойца было несколько автоматов и пару десятков обойм. Стрельба шла без остановки, а наши соратники перезаряжали оружие как сумасшедшие.

Патроны, подготовленные нами, стали заканчиваться примерно через час. Поток тварей к этому моменту, казалось, уже прошёл своё пиковое значение и успокоился. Самые шустрые и живучие с кучей пулевых отверстий доползали до переднего края, где их точным выстрелом отправляли отдыхать. Вот что значит хорошо подготовленная огневая точка. Противник был как на ладони, трупы не захламляли округу, скатываясь вниз. Тысячи литров порченой крови сделали своё дело и надёжно смазали под набирающим силу солнцем асфальт.

Я связался по рации со второй линией обороны. Им тоже достались крохи среди тупоголовых баранов, которые даже в ловушку не смогли нормально попасться, оббежали вход на мост и стояли теперь под окровавленной эстакадой, с грустью смотря вверх на творящееся там без них безумие. Этих «везунчиков» взял на себя второй отряд. И сейчас он же мне сообщил, что перед подъёмом на эстакаду почти не осталось зомби и последние пару тысяч прямо сейчас должны добегать к нам.

— Отправьте отряд разведки на автомобилях проверить ближайшие районы города. Там наверняка осталось много одиночек зомби, но нас интересует орда: если мы зачистили только часть её и другая всё так же пялится на терминал — нам придётся повторить этот способ, — скомандовал я и перестал поливать свинцом тварей, пользуясь интерактивным прицелом Афины, что выводился перед моими глазами на щиток шлема.

Второй пулемёт, к слову, нуждался в ремонте и замолчал минут десять назад. Но и такого потока тварей, как в тот раз, уже не было.

Спустя ещё тридцать минут замолчал последний автомат, и бойцы радостно закричали. Живых зомби, бегущих к нам, не осталось. А если среди гор трупов и есть подранки — их можно и алебардой, топором либо мечом наградить. В то же время пришёл отчёт разведки. Орды зомби в городе больше не было видно. И пусть кучки и одиночки шатались по улицам, это были остатки некогда грозной орды. С такими и местные справятся, и мои Круизеры в два счёта разберутся.

— Коннор! Бери второй отряд и выдвигайтесь в сторону города, продолжите осторожную зачистку улиц. Мы, как закончим здесь, к вам присоединимся.

Я посмотрел на счастливых бойцов и улыбнулся сам. Большое дело сделали. Но теперь придётся убраться за собой…

— Наташа, возьми ребят, вернитесь в тот городишко, где мы были. Пригоните оттуда, либо отбуксируйте, если нет топлива, пару экскаваторов и бульдозеров.

— Только не говори мне…

— Ты и сама всё понимаешь. Мы не будем оставлять в своём тылу горы трупов. В землю закопать либо сжечь.

— Сжигать… долго. Я поняла. Хорошо. Фьють! — свистнула она как соловей, привлекая внимание бойцов своего отряда, взяла дополнительно ещё один десяток с собой, после чего отправилась к нашим грузовикам и тягачам.

Я посмотрел на часы. Десять утра. Ну, половина земель Круизеров, можно сказать, освобождена. Осталось освободить ещё столько же…

— Проверяйте тела на подранков. Добивайте их. Скоро всех их придётся скинуть с эстакады и закопать. Так что советую вам ускориться, если вы желаете добить ещё немного Очков Достижений!

Ну и вывернуть карманы зомби обязательно стоит. Это ребята делали уже сами, без меня. Сигареты, зажигалки, бесполезные деньги… Но кроме этого могли найтись ещё и золотые украшения, часы. Одежду не стягивали, и молодцы. Я не видел смысла гнить в земле нашему культурному наследию и поэтому позволял бойцам мародёрствовать после битвы с зомби. Мне же предстоит быстро переговорить с горожанами, до кого удастся добраться. Времени мало на то, чтобы сделать всё по красоте и как положено. Вывести всех на улицу, на главную площадь, зачищенную от врагов, гордо поднять флаги и проголосить пламенную речь, чтобы заставить людей верить в меня. Нет на это времени. Нет. Но если у них есть лидеры самообороны — то это можно сделать быстро перед ними. И, я так думаю, этого хватит на первое время. Прямо как было с Артемисой.

Для местных сегодня наступит праздник. У Круизеров появится повод для гордости. Для меня это — всё та же рутина.

Дальнейший день пронёсся передо мной в одно мгновение. Закопали, зачистили, встретились с выжившими. Обменялись разведданными и дали указание самостоятельно перепроверить город и зачистить оставшиеся улицы силами местных ополченцев. Рассказали о терминале. Проверили его и переписали, что он даёт. Элита разобрала эксклюзивы. Заправили баки и выдвинулись дальше. Новая точка — остановка, зачистка, разъезд отрядов по окрестным деревням. Закопали, встретились с выжившими, заправились, перезарядились, собрались и поехали дальше.

Остановка, бой, рутина уничтожителей зомби, — закопали, переговорили, поехали дальше. Одно и то же. Раз за разом. Только локации меняются. То нищенские и окровавленные улицы, то чудесные и прекрасные джунгли… Куба умеет удивлять, на самом деле. Если уметь не просто смотреть, а видеть.

И так до самого вечера. А с учётом присоединяющихся независимых отрядов, — что случалось, правда, нечасто, — к концу дня нас уже было больше тысячи, наш конвой составил больше сотни машин и растянулся на километр. Пришлось перераспределять бойцов с рациями, ведь столько мы даже не планировали брать.

Выжившие встречались разные… Бедные, несчастные, голодные, уставшие, волевые, смелые, злые, яростные… Сегодня я видел столько разных чувств от разных людей, что, мне кажется, испытал от них всю гамму эмоций. Были даже обвинения в убийстве… зомби. Мол, там же моя деточка была, помешалась, почему мы, убийцы, прикончили её, а не вылечили?

И объяснять там было… бесполезно. Человек и так находился на грани, а сейчас совсем крыша поехала. Благо ту женщину свои же благоразумно увели куда подальше и извинились за её нервный срыв.

«Бывает. Ничего. Присмотрите за ней. И поддерживайте друг друга. Скоро жизнь наладится, наши люди после зачистки начнут присылать сюда первую помощь и отряды для связи и защиты. Если где-то в лесах и горах зомби обитают, они будут защищать вас от них. Это наш долг как Круизеров, что поклялись освободить Кубу от всей этой нечисти», — вот эту фразу я и мои бойцы говорили в различных её вариациях больше тысячи раз за этот день.

Бесконечно долгий, но пролетевший в один миг день. И когда настала глубокая ночь и мы в очередной раз собрали всех своих бойцов, вернувшихся из даже самых далёких деревень этого района… Я понял, как и мои офицеры, — что наша работа на сегодня закончена. Всё. Мы зачистили регион. Наши бойцы побывали в каждом крупном городе и практически каждой мелкой деревушке. Могли быть места, куда мы не добрались, но это… Скажем так, и для новичков должна быть работа.

Я встал перед собравшимися бойцами с автоматами, щитами и разным холодным оружием. Они шатались, будучи почти без сил после этого марафона, но их взгляд был твёрдым, а сердце крепче стали.

— Братья и сёстры. Наше боевое братство совершило практически невозможное и зачистило множество городов и деревень. Сотни тысяч монстров больше не ходят, брызжа отравленной слюной на наши земли. Ещё больше людей мы спасли и уберегли от возможного ужаса стать обедом этих тварей. Я горжусь всеми вами. До единого. Герои Кубы. Герои этого мира! На сегодня наша работа окончена. Те из вас, кто присоединился к нам по дороге, — могут отправиться домой. Или могут последовать и дальше за нами. Ведь завтра новый день. И зло, что не дремлет, будет ждать ваших выстрелов и клинков в свои тупые головы. Приглашаю всех вас присоединиться к нам — истинным воинам. Сегодняшний день — доказательство того, каких небывалых высот и чудес можем достичь мы все вместе, если будем работать сообща. Решайте каждый сам, стоим ли мы вашей дружбы и вашего доверия. А сейчас — я попрошу всех о минуте молчания обо всех тех жертвах, что не дождались нас.

Я сам замолчал, снял свой шлем, и гробовая тишина накрыла стоящих под светом десятков фар и прожекторов людей.

— Круизеры — отдых и ужин тридцать минут. Затем пять минут на сборы, и мы выезжаем в лагерь, — объявил я и сам тоже решил перекусить, но мне так и не удалось этого сделать.

Те сотни вооружённых и прошедших с нами огонь, воду и медные трубы воинов, что были либо на своих двоих, либо на машинах, завалили сперва моих офицеров, а затем и самого меня вопросами. Кто такие Круизеры? Где наш лагерь? Имеем ли мы отношение к армии Кубы? Примем ли мы их через несколько дней, когда они вернутся, закончив все свои дела в родных городах? Могут ли они найти своих друзей и соратников и после вернуться все вместе и войти в наше боевое братство?

Вопросы сыпались как из рога изобилия. Крики, споры за право задать вопрос… Я почувствовал себя как какая-то шишка под напором журналистов. Так я, кстати, впервые и увидел Наталью, которая благополучно сейчас слиняла, и на вопросы людей отвечали я, Роберто, старик и ещё парочка офицеров из числа командиров кулаков.

С нами в лагерь вернулось на сто человек больше, чем выезжало. А те, что ушли, обещали в течение пары дней вернуться. И привести с собой ещё людей, которые готовы стать защитниками.

Посмотрим, как дело это обернётся. После зачистки городов мы стали знаменитостями. И в наш лагерь, весьма вероятно, потоком хлынут всякие обездоленные в надежде на защиту. И не вижу никаких проблем их принять. Хотя нет, проблема есть — места для жилья практически закончились. Уже и ближайшие города все перестали пустовать и нашли новых гостей, и лайнер вновь расселил тысячи людей.

Но это всё вопросы администрации. Вот Алонсо пускай думает и разбирается, как быть и что делать. Я свою задачу выполнил. Техники строительной мы ему пригнали. Пчёлок у него теперь десятки тысяч — пусть организовывает весь их быт. Пусть размещает новые пункты готовки и выдачи пищи, формирует команды сборщиков, ведь многие города были полностью брошены под напором мертвецов. Пусть опустошает строительные склады, использует технику и строит многочисленные бараки для проживания. Я ему так и сказал, когда он встретил меня в два ночи в нашем лагере в порту.

А затем я пошёл спать, лишённый хоть каких-то сил. Не одни бойцы пахали без устали. Я зачастую личным примером и в авангарде шёл, демонстрируя все возможности своего тела и боевого костюма.

А проснувшись и получив от заботливой Натальи завтрак в номер с кружкой горячего кофе, отправился в терминал… и всё.

Всё. Прежней жизни больше не будет точно. Ни для меня, ни для Алонсо, ни для лагеря. Ибо мой освободительный поход открыл, как оказывается, ящик Пандоры. И теперь нам придётся очень серьёзно пересмотреть свои планы на развитие. И на освобождение другой части Кубы, думаю, мы используем несколько больше людей, чем планировалось изначально. Очки достижений… Как же они нужны. Как же они важны. Когда генерал узнает их истинную ценность — он будет локти себе кусать.

А мои Круизеры уже к этому моменту станут настоящими правителями Карибского моря! Конечно, если только мы одни на всём архипелаге достигли подобных показателей. Если где-то ещё есть такой монстр по зачистке и убийствам зомби — то он вполне может с нами посоперничать.

— И я буду даже рад такому оппоненту, — не сдержался я, произнеся свои мысли вслух, пока находился внутри терминала. И оскалился, представляя, как вскоре изменится баланс сил.

Сейчас я находился в терминале и пытался преодолеть шок и трепет, которому подвергся после очередного «открытия». Больше десяти лет я исследовал мир, оружие, тактики боя, сильные и слабые стороны, пределы человеческих возможностей, стараний и эмоций… Я делал всё возможное и невозможное. Я брал информацию в одном мире и без ничего с голой жопой крутился в другом, достигнув за считаные годы уровня признания, который не снился даже детям мультимиллиардеров. Кто они — возможные наследники империи родителей. И кто я — создатель этой самой империи. Многие вещи делались из тени, но стоило бы мне выйти из неё, и я стал бы самой обсуждаемой и медийной персоной этого мира. Акции взлетели бы в десятки раз, а мои возможности и патенты на перспективные для всего мира технологии смогли бы изменить мир. Но я был не прав. Чертовски не прав… Я узнал лишь мизер о терминалах, хотя думал, что знаю о них если не всё, то многое.

Зря я рассуждал, много ли успею выяснить о засекреченных терминалах за один короткий день… А вернее — за пару часов моей жизни во сне. Я не становился адъютантом генерала или командира крепости. Я не совершал аморальные поступки, вступая в бой со своими же, в попытке достать секретные документы из сейфов отцов-командиров. Я довольствовался тем, что имел перед своими глазами. И не увидел ничего, кроме вершины айсберга.

— Даже удивительно… Хуже лягушки, что живёт на дне колодца, — покачал я головой и собрался с духом, возвращаясь к меню терминала.

И да, я могу больше не думать об экспериментах с дополнительными наградами за освобождение городов и других населённых пунктов с терминалами. Количество ОД — прямое доказательство дополнительных бонусов для командиров и офицеров. Но всё ещё любопытно — как за нами следят, как отслеживают наши успехи? Мозг сканируют и воспоминания?

Скорее всего.

Добро пожаловать в Терминал № 437

Ваши очки достижений — 21985

Выберите доступную категорию:

1) оружие

2) броня

3) аптечка

4) эксклюзив

5) транспорт

6) лёгкая бронетехника

7) база

8) тяжёлая бронетехника

У меня открылись две вкладки. И я чертовски жалею, что не посещал ни один из шести терминалов, найденных в освобождённых городах. Было бы проще узнать, какой барьер добытых ОД отделял меня от открытия новых пунктов каталога. А так решил довериться своим командирам и дал им возможность выбрать эксклюзивы. Сам же думал вернуться к ним чуть позже, когда безумная гонка закончится и всё устаканится. Ага, как же… Теперь эта гонка только будет набирать обороты!

Могу только сказать, что сейчас у меня суммарно набрано очков между тридцатью и тридцать пятью тысячами. Скорее ближе к тридцати пяти, но превышать не должно. А значит, где-то между пятнадцатью и тридцатью тысячами ОД скрываются возможности открытия «Базы» и «Тяжёлой бронетехники».

К слову, с учётом количества терминалов — я теперь буду до ночи бегать по всем ним и записывать изменения. Этот же терминал… Он позволил мне оценить всю перспективу предстоящих изменений. С тяжёлой бронетехникой всё было абсолютно понятно — это был аналог лёгкой бронетехники, и цены за одну единицу вооружения там… отличались. Самое дешёвое старьё начиналось от двух с половиной тысяч ОД, но лучше уж на ногах сражаться, чем на таких консервных банках с сумасшедшим расходом топлива. А самое дорогое оборудование конкретно в этом терминале доходило по стоимости до двадцати семи тысяч двухсот за… Не знаю — передвижную крепость на человек пятьдесят? С виду танк напоминает отдалённо. Но четыре пушки, две системы движения — гусеничная и в виде выдвижных гидравлических ног, — два десятка пулемётных гнёзд, автоматическая защита, ПВО разных видов для защиты и от ракет, и от бомб, и от дронов-камикадзе. Да даже какая-то превентивная система защиты от миномётного обстрела имеется. А кроме вооружения — основная и резервная системы связи, десантный отсек, и даже комната для приёма пищи и уборная есть… Какие технологии будущего там используются и сколько в этом чудище стали, я даже представлять боюсь. Монстр-убийца. Несокрушимая крепость для штурма любых, даже самых сложных и обороняемых пунктов. Этакий крейсер для суши.

В данном терминале было всего пять образцов тяжёлой техники, из которых на Земле могли встретиться лишь три. Два из них — старьё, один относительно современный корейский танк К2. Один колёсный вездеход со здоровенной пушкой и ракетной системой на четыре выстрела под названием «Стенал Великий». И та самая крепость, которую Система, словно решив пошутить, назвала «Пётр Первопроходец». Словно аналогия на Петра Первого, который первым из русских царей проложил окно в Европу. Он тоже был первопроходцем во многих вещах со своими реформами.

И вот я сильно сомневаюсь, что этого «Петра» мы когда-нибудь купим. Оно ведь дорого — писец. Да — огневая мощь и всё такое… Но всё равно это немного чересчур. За такие деньги оно если и зачистит город глобально, то не быстрее людей, вооружённых огнестрелом и боеприпасами на равную сумму. О, да, ещё и боеприпасы к нему кучи видов и топливо подавай! Он же прожорливый будет, как десять БелАЗов.

В общем, ну его… Уж лучше по восемь семьсот взять четыре К2 и…

«А что мы с ними сделаем без обученного экипажа? А ничего! А где его взять? Корею пойти освобождать?» — так рассуждал я, пока не открыл вкладку «База».

И тут всё, пропал Михаил Листопадов. Завис. А сейчас вот отвис и буду разбираться, что за подарок судьбы нам подкинули неведомые ангелы-хранители.

Прямо сейчас нам были доступны для постройки десять зданий первого уровня. На схеме изображалось, как будет проходить постройка и какие возможности есть у строящихся зданий. Голограмма любезно показывала безликого человечка, который выбирает один из пунктов меню для строительства. К нему в руки прилетает небольшой алый сгусток, человечек выходит из терминала, идёт к голодранцам, сидящим вокруг костра в шкурах животных… Это опять приколы какие-то, видимо. И опускает на свободный участок земли красный шар. Тот разворачивается, если ему ничего не мешает, словно в какой-то игре, занимая нужную площадь, и огораживает непроницаемым барьером строительную площадку. Серое непрозрачное стекло закрывает всё от взглядов любопытных и по истечении необходимого времени заканчивает постройку. Стёкла исчезают, и открывается вид на новенькое блестящее здание, соединённое каким-то образом с терминалом.

Были и ограничения. Нельзя строить на месте других зданий, но если разрушить их — то пожалуйста. Камни, доски и весь прочий строительный мусор исчезнет либо, скорее, будет использован в качестве фундамента. Главное, чтобы его не было слишком много. Второй нюанс заключался в связи терминала и базы, которую строят рядом с ним. Как я понял — все базы будут по большей части одинаковыми, с первичным набором построек на начальном этапе. Но если брать наш лайнер, то строить первое и единственно доступное прямо сейчас здание «штаба» можно лишь на самом лайнере. То есть база будет передвижной. А хотелось бы сухопутную. Для нас это не проблема — в Мариэле есть ещё один терминал, а расстояние для постройки штаба и любого другого здания по прямой может составлять до десяти километров. Так что мы можем сделать как передвижной штаб, так и стационарный на острове.

После постройки штаба, что займёт двадцать четыре часа, откроются постройки и других зданий базы. И как я понял — это начальные здания, первый ранг. Они делятся на военные и мирные постройки. Военных было всего три — казарма, плац с тренировочной полосой препятствий и дозорная вышка. А вот «мирный» подраздел был в разы интереснее. Во-первых, сам штаб. Во-вторых, четыре здания, которым я был рад как слон: жилой комплекс, склад, бюро строительства и столовая. Ещё две постройки не входили ни в один из подразделов. Дорога и указатель. Ну прямо как в градостроительном симуляторе каком-то.

Казалось бы… Всё просто, всё стандартно, ничего удивительного. НО! В примечании к штабу шла такая маленькая пометка о возможности выбора «совместных» проектов. Что это? Не знаю. Но если я не дурак и правильно понимаю… Мы сможем скидываться всеми жителями на постройку новых зданий базы из терминала. А возможно, не только базы… Если мне в одно лицо купить «Петра Первопроходца» — практически нереально, то в случае, если скинутся все мои бойцы… Так что… Сколько там штаб строиться будет? Сутки? Сколько стоит? Десять тысяч? Погнали!

— Только не с этого терминала, — заметил я и посмотрел во вкладку эксклюзива.

Ничего нового там не было. Ну, на нет и суда нет. А штаб — есть. Вернее, скоро будет! Я побежал вниз по палубе, забив на свой внешний вид, и даже прыгнул в первую работающую машину, резко мешая пчёлкам выгружать добычу, доставленную с одного из зачищенных позавчера городов.

— О! Михаил! Доброго утра, у меня к тебе как раз есть несколько вопросов, — продирая мешки под глазами, поздоровался Алонсо, и я махнул ему, чтобы не спешил, стоило оказаться рядом с городским терминалом Мариэля.

— За мной давай. Сейчас чудеса и магию покажу!

Как заинтересовать взрослого уставшего мужика? Ну конечно же игрушками. И когда я явил ему чудо градостроительного симулятора, он за десять минут в лице лет на десять помолодел. Удивительно.

— Собирайте совет офицеров. Готовьтесь пополнять свою личную базу знаний. Мы опять открыли новые грани нового мира. И я надеюсь, мы будем одними из первых, кто этого достиг, — коварно улыбнулся я, представляя себе в очередной раз лицо генерала Сантьяго, когда скромные Круизеры и без его помощи станут обладать невероятной мощью. И что-то мне подсказывает, что мы сможем решить вопросы и с обучением операторов новой техники в нашем мире. Там должно быть что-то вроде учебных центров. Просто обязано!

Когда четыре местных терминала были полностью описаны и внесены в базы данных для офицеров, а Афина вписала их в свои собственные базы, я начал слегка переживать за количество сверхважной секретной информации. Что-то у нас много всяких открытий, которые… мягко говоря, прямо перед носом находятся. Вон сейчас больше десятка тысяч человек пошли смотреть удивительную новостройку с таймером, отсчитывающим время до окончания строительства. И делает это он у всех на виду. А у нас ворота открыты нараспашку, и кто захочет, тот заходит. Разве что воду, еду и место для ночлега мы не даём тем, кто не зарегистрировался. А там уже работает служба безопасности и Афина, фильтруя людей, но не выгоняя. Просто знаем, за кем глаз да глаз нужен.

Камеры… Нужны камеры. И электрики, как и генератор электричества либо работающая электростанция. А такой нет. Сейчас лагерь питается от генератора лайнера, и, боюсь, на большое расширение его мощности не хватит.

Уф… Ладно, глобально мы пока справляемся. А вот через пару недель у меня будут вопросы к организации лагеря. Надеюсь, новая вкладка «база» даст нам возможности закрыть свои слабые места.

Ну и на пчёлок у меня большие надежды. Мы много земли освободили, и много можно всего к себе притащить. И это не только товары, но и ресурсы, топливо, всё то, что нам необходимо для роста и развития.

Требовалось проверить ещё один ближайший к нам город — Гуанахай. Город, что подарил мне шлем. И после зачистки большая часть офицеров решили купить себе такие же. Из минусов — если мы вдруг с людьми решим сражаться, по воинам в шлемах будет очень легко вычислить офицеров. Как с этим бороться, я знаю — нарядить в такие шлемы всех бойцов. Ну и всё, других вариантов нет. А значит — нам нужно много работать и немного надеяться на постройки базы, что помогут нам проводить «сборы» ОД на нужные товары из терминалов. Хотя, в терминале Мариэля шлема ведь нет… Ладно, это всё теории. Узнаем на практике.

И прежде, чем я попал в новый терминал, я стал свидетелем странного конфликта, в котором две семьи пытались поделить один дом. Непереводимые кубинские словечки лились со стороны двух потенциальных хозяек дома. Они так активничали, что даже приближение командирского отряда не заметили. Афина переводила услышанное, а наш сопровождающий Фернандо подозвал двух грустно вздыхающих мужчин, что резко взволновались, когда увидели наш «кортеж».

Если вкратце, одна семья состояла из переселенцев, которым позволили выбирать любой свободный дом. Вторая семья оказалась родственниками тех, кто раньше в этом доме жил. Дом был неплохой, отремонтированный, и оттого за него и бились. Все другие дома по соседству выглядели явно хуже. Три дня как одна семья обосновалась, перевезла свою многочисленную родню, включая пожилых стариков, мебель, семейные ценности, картины. И два часа как вернулись потенциальные наследники. Вот с тех пор обе стороны и вели устные военные действия под надзором наших стражников, что были гарантом безопасности не только от зомби.

Сам дом принадлежал погибшим пожилым кубинцам, и само собой, его отдали под заселение мы. И люди воспользовались этим правом. А вот наследники… Они приехали на трёх гружённых доверху машинах со своим скарбом и рассчитывали занять дом родственничков, даже не особо уточняя, живы ли они вообще. Если живы — приютили бы. Если нет — они займут их дом. Они же наследники. М-да уж… Ситуация патовая, и обе стороны имеют весомое право на этот дом.

Я на мгновение представил, сколько тысяч конфликтов и спорных вопросов, просьб и требований проходят мимо меня, растворяясь в незаметно появившейся бюрократической машине Круизеров. Меня аж передёрнуло.

— Успокойте этих буйных. Афина, дай мне досье на обе семьи… — обратился я к мужикам, а затем и к своей помощнице.

Так, с первой семьёй всё понятно — восемь человек родственников поселились в этом доме: дети, старики, женщины, один хромающий мужик в том числе. Именно его я отправил вместе со вторым успокаивать женщин. Но есть ещё и два родственника мужского пола, один из которых уже служит в новом кулаке, а второй регулярно ходит в море добывать рыбу из нашего порта. Их вклад в общее дело ясен и понятен.

Вторая семья — известно о четырёх членах. Приехали недавно, зарегистрировались час назад, никто на нас не работает.

— Ну, всё ясно, — я поднялся и криком подозвал женщин и мужчин.

Раскрасневшимся от споров женщинам и их мужьям я сказал, что первоочередное право на жильё получает та семья, чьи родные проходят службу в наших рядах и помогают защищать и зачищать Кубу.

Второй семье предложил занять как беженцам любой свободный дом, который им укажут в военной администрации города. Если они хотят получать приоритеты — то они тоже должны внести свой вклад.

Я даже договорить не успел, как женщина меня перебила и швырнула на стол переговоров свой козырь.

— Да у меня племянник — лейтенант Революционной Армии Кубы!

— Вот к нему можете и обратиться за помощью в поиске вам нового места для жизни, если что-то вас не устраивает. На этом всё. Если будете дебоширить — вам запретят проживать в этом городе. Сейчас не время для споров и качания своих прав. И на вашем месте я бы поторапливался с поиском дома — скоро все узнают, что эта часть Кубы была нами зачищена, и сюда набежит столько людей, согласных на любую хибару, что вы будете из листьев пальм себе навесы строить. И я не шучу. Ну а если хотите больше прав, — я улыбнулся от всей души, — добро пожаловать на отбор в рекруты Круизеров — самого эффективного отряда уничтожителей зомби. Гарантирую, что все герои получат право убивать тварей, стоя с ними лицом к лицу.

Судя по ужасу в глазах прибывших — эти были готовы много требовать и кричать, но не сражаться. А раз так, то и нечего попусту воздух сотрясать.

Совсем скоро мы оказались в частично переоборудованной и переделанной тюрьме на окраине города. Сейчас это скорее крепость, бастион, в котором располагался как раз тот самый штаб военной администрации. Ну и терминал, само собой.

Даже любопытно, чем помимо аналогичной постройки базы он меня порадует. И надо же — здесь нашёлся образец уникальной тяжёлой техники. В графе «эксклюзив» предлагался волшебным образом усовершенствованный советский Т-72. И стоил он как и любой эксклюзив — дорого. Очень дорого. Семь тысяч девятьсот. Но было у него две особенности, которые говорили, что своих денег он стоит. Первая — это «волшебные» баки. Ему не требовалось заливать топливо, и в день он мог ездить около пятисот километров по пересечённой местности. Удобно. Что-то неведомые мастера там накрутили и установили в нём такое, что позволит кататься без остановки. Главное — не разбирать движок и топливную систему, потому что это гарантированно сломает танк, и вместо эксклюзива он станет музейным экспонатом. Ну а вторая часть бонуса заключалась в возможности модификаций танка современными системами ведения огня, установки пулемётов с дистанционным управлением, противодронных систем и прочих примочек. Количество их ограничено, но сама возможность радует. Устанавливать, правда, нужно было всё осторожно, со специальными крепежами.

Не эксклюзивная версия танка стоила пять тысяч семьсот ОД, а полный бак и боезапас обошёлся бы нам ещё в четыреста ОД. Дорогая игрушка…

Но на неё хотя бы можно всё по месту найти. Склады военные даже в нашей и в соседних провинциях имелись. И они уже сейчас берутся под наш контроль, проводятся описи, что-то доставляется на место, что-то берётся под охрану. Работы хватало всем, и многие из офицеров Круизеров самоорганизовались, беря на себя всё больше задач по своему профилю. А профили эти мы на наших столь частых собраниях разделили между собой. Ну и не стоит забывать о нашей чудесной помощнице, Афине, с которой каждый из них мог связаться и получить рекомендацию.

Вот в рамках этих рекомендаций восемьдесят процентов всех относительно сложных вопросов и решалось. А оставшиеся мы поднимали на совете.

Когда я закончил с терминалом и начал обход оборонного пункта, меня вновь отвлекли интересными новостями. Неподалёку отсюда на юге высадились несколько сотен человек, приплыв на доморощенных лодках и катерах с какого-то острова.

Любопытно… Я отправился с группой наших военных, поднятых по тревоге, на встречу. Люди окапывались, имели некоторое вооружение и были очень взвинчены. Начались переговоры, нас пустили внутрь их лагеря. Хоть они и не поверили нам, что почти все зомби здесь уничтожены, и оружие опускать и сдавать нам отказались по этой причине, но в целом выглядели радостными.

Тогда же мы и выяснили, откуда эти ребята прибыли.

— Порт Роял, значит… Кингстаун, Ямайка… А зомби там быстрые… Уже вон почти весь остров захватили, — прошептал я себе под нос, думая, как поступить с нашими небольшими силами. Разделить и отправить освобождать острова, собирая кровавый урожай очков достижений, или же сосредоточиться на Кубе?

«К Мариэлю движется огромный транспортный обоз военных со стороны Гаваны», — поделилась ещё одной внезапной новостью Афина.

Что же, видимо, и генерал Сантьяго насобирал всё обещанное для нашего рывка. Значит, снова пора созывать совет командиров. Мне без разницы, как поступить, — оба варианта имеют свои плюсы и минусы. Дам им возможность проявить себя и потешить своё эго командирское в таких деликатных и важных вопросах.

Совет состоялся, и отцы-командиры… Пардон, отцы и матери командиры решили, что Круизеры — мощная сила, которой очень нужны очки достижений. Население Ямайки — около трёх миллионов человек. Было… Зомби — примерно треть. Возможно, часть из них прикончили местные, но судя по рассказам беженцев, обычно дело происходило наоборот. И пока есть возможность кого-то там спасать в перекрытых городских кварталах — надо это делать. Чисто теоретически это может дать нам больше миллиона очков достижений суммарно.

Конечно, сумма может сильно отличаться как в одну, так и в другую сторону — зависит от обстоятельств на острове и числа оставшихся зомби и выживших мирных. Но в любом случае дело предполагается экономически выгодное и благородное, морально полезное. Поэтому на Ямайку отправится наш круизный лайнер в сопровождении нескольких десятков более мелких судов. Только день потратят на подготовку перед отплытием. Командовать операцией будет старик Гарри Свенсон. С ним вместе проявлять себя и демонстрировать мощь нашей круизной бригады будут Идрис Вульф, Стивен Хинк и два десятка командиров кулаков.

Уже опытные бойцы, прошедшие в роли командиров либо их заместителей не одно сражение. На каждый десяток выделялось не больше двух новичков, которые действительно хорошо себя показали. В целом же отряды состояли по большей части из членов экипажа либо гостей лайнера. Им, в отличие от кубинцев, не столь принципиально, где воевать. А вот местным ополченцам, что присоединялись к нашим рядам, в первую очередь было необходимо освободить родной остров, а уж затем помогать соседям.

В дополнение ко всему, на лайнере оставалось две тысячи «пчёлок». Больше мы не брали, всё равно лайнер окажется забит людьми, но проверенные и опытные трофейщики нам не помешают. Главное, чтобы они в целом вызвались отправиться в очередной «круиз». Насильно заставлять отправиться в рейд — дело неблагодарное.

Для зачистки же кубинских городов и деревень у нас имелось множество местных энтузиастов. Далеко не все из них проходили под наши требования подготовки, но благородные порывы и энтузиазм этих местных воинов меня радовал. Мы легко собрали полторы тысячи человек. И при этом постоянно подходили и приезжали сносно экипированные группы местных, с которыми мы зачищали наш регион и которые обещали вернуться с «друзьями».

И пока командиры спорили, перетасовывая людей из отряда в отряд и доказывая, кто должен пойти в поход по Кубе, кто отправиться в вояж на лайнере, а кто должен остаться охранять и беречь уже имеющиеся у нас под боком поселения, — я пошёл встречать делегацию, что ожидала в порту.

Со мной был Алонсо — номинальный мэр стремительно расширяющегося города, Наталья, что умела подмечать незаметные детали и нюансы, командир Хорхе, чью физиономию наверняка знают местные вояки. А он их — что должно, как я надеюсь, помогать при переговорах.

Мы встретились, обнялись, меня поздравили с зачисткой и освобождением двух провинций Кубы, что были под моей властью с позволения генерала Сантьяго. Я же об успехах моего соседа не знал практически ничего. И судя по тому, что мои требования и запросы были выполнены почти на сутки быстрее ожидаемого, его припекало.

Груз я даже не стал доставать из кузовов — попросту посмотрел, где что лежит, и велел на каждую машину нанести цифровое обозначение, заодно отметить, где какой груз находится в военном планшете. Всё это было нужно не лагерю — а моим Круизерам для успешного освобождения городов. Сотни метров колючей проволоки, генераторы с электрическим напряжением, топливо, боеприпасы. Много боеприпасов и единиц стрелкового оружия. Ломы, обычная прочная металлическая проволока, громкоговорители, сирены, мигалки, снятые с полицейских автомобилей и скорых… Мелкие города и поселения мы сможем освобождать наскоком. Проблема и задержка лишь с крупными городами. И не везде будет в наличии удобная эстакада для сражения со многотысячными ордами тварей. Кое-где мы будем вынуждены создавать преграды и препятствия своими руками, а затем уже нужно будет активно призывать тварюшек звуками и светом. А ещё там была военная машина связи. Старенькая, вытянутая из складов долгого хранения. Но работающая. То что надо для нас и Афины, которая будет координировать наши действия. Более новую машину связи в терминале я пока решил не покупать. Хотя «деньги» были. Дорогая она и слишком привлекает внимание. Не хотелось бы раньше времени начать спорить с союзниками.

Тратить время на то, чтобы найти и стянуть всё это добро с наших территорий, я не хотел. Да и проблема полноценного адекватного транспорта у нас стояла остро. Как и топлива. И всё это было частью моего заказа. Автопарк пополнился добротной техникой, что будет удобно в свете предстоящих сражений и рейдов.

Не настолько остра была проблема с оружием и боеприпасами, запасы которых мы недавно пополнили. Пополнили хорошо, так, что даже половины не потратили за время рейда по нашему региону. А ещё у нас оставались стволы в резерве. Мы ведь не делали сумасшедшие ходы с вооружением всех желающих за наш счёт. Вооружённое ополчение не всегда выгодно и полезно. Но даже так, во время прошлых переговоров я чуть ли не «слёзно просил и умолял» выдать нам хоть сколько-нибудь стволов и патронов ради общего дела. Пусть думают, что у нас не всё хорошо с оружием. А запас карман не тянет. Опять же старик Сантьяго выдаёт стволы всем местным налево и направо, вооружая ополчение. Чем мы хуже?

Сборы лайнера и сухопутной мини-армии Круизеров происходили в разных местах. В первую очередь ради того, чтобы наши гости не подумали чего лишнего и не решили, что мы могли бы больше людей выделить под эту задачу. А то ещё обидятся, скажут, что халтурим. А так объяснение простое — работают только элита и профи, неподготовленные бойцы охраняют лагерь и поселения. Надеюсь, эту мысль они донесут генералу, а если наш лайнер уплывёт и у них появятся вопросы… Ну вот когда появятся — пусть задают. А я отвечу.

Конвой к утру был собран, и он был… Скажем так, огромным. Два километра дорог были заставлены техникой. В основном — гражданской либо нами же переоборудованной. Множество грузовиков, присланных нашими союзниками для переброски бойцов, также тарахтели, загружая мои кулаки в полном походном обмундировании. Автомат, пистолет, разгрузка и подсумки со многочисленными обоймами, светошумовые гранаты, которые неплохо отвлекали тварей в случае мощного давления на участки обороны, холодное оружие, основные и резервные щиты, которые активно мастерили мужики кубинцы из всего подряд.

— Поедем через Гуанахай? Зачем? — удивлялся представитель кубинского кандидата в правители, на что я ему лишь улыбнулся и пообещал сюрприз, сам при этом ушёл на лайнер забрать свои вещи и переодеться в боевую униформу.

С собой у меня было два типа холодного оружия — алебарда и купленный в терминале большой боевой топор, а ещё клинок за поясом — обычный добротный кинжал, что был для меня вторым резервным оружием. Из огнестрела дробовик на ремне за спиной, пистолет и мой любимый пулемёт. Но пулемёт был установлен на пикап, который стал, по сути, моей колесницей.

Шлем на голову, костюм на тело. Разогнать кровоток, размяться, привести в тонус мышцы — и можно отправляться.

— Аптечки погрузили? — кричали ответственные за сборы тыловые офицеры, что останутся на обороне лагеря и наших земель.

— Третья, двенадцатая, двадцать пятая и восемьдесят шестая машина… — перекрикивая гвалт, ответил им десятник, что получил эту задачу.

— Сирены заканчивайте устанавливать на прорывных машинах! — кричал другой мужик, в котором я узнал главного инженера лайнера.

Как у нас тут шумно стало с этими сборами…

Прорывные машины — это те же пикапы и другие крепкие автомобили, дополнительно усовершенствованные защитными решётками, сетками взамен окон и прочими самоделками, стандартными для зомбиапокалипсиса.

Мой пикап тоже был прорывным автомобилем. Я посмотрел, как его за ночь переделали инженеры и слесари, пробубнил себе под нос «неплохо» и, запрыгнув в кузов, похлопал по бочине свой пулемёт на треноге. Рядом уже заканчивали грузить короба с лентами патронов.

— ПОЛЧАСА ДО ОТПРАВКИ! ПОШЕВЕЛИВАЙТЕСЬ! — кричал Роберто на весь лагерь, но уже спустя секунду его голос заглушил полный ярости крик старика Фернандо:

— ГДЕ, МАТЬ ВАШУ, СУХПАЙКИ⁈ ЖРАТЬ МЫ ЧТО, ЗЕМЛЮ БУДЕМ? — Отборная ругань полилась со стороны ещё нескольких командиров, и бойцы прыснули в сторону лагеря как мыши при виде кошек.

Перед отправкой я сходил к Гарри Свенсону и коротко перекинулся с ним парой фраз. В очередной раз проговорил о необходимости действовать с холодной головой и бездумное геройство засунуть куда подальше. Бойцов у него не то чтобы очень много, боеприпасов хватит на пару дней активных боёв. Но всё равно…

— Не дрейфь, малыш, всё будет в лучшем виде. Найдём городок, зачистим, укрепимся, развернём разведку, начнём стягивать зомби к подготовленному к обороне городу… Ямайка не большая же. Эти голодные твари за сутки из любой точки острова добегут, — с усмешкой ответил мне старик.

— Покалеченные тоже? — понимая, что он прав, поддержал я глупым вопросом разговор, чем дал ему возможность развить мысль и закрепить между нами план действий.

— Эти нет. Но их и ждать не надо. Основной костяк за пару дней отстреляем, а остальных походя добьём. Если будет слишком жарко — на лайнер они не проберутся. Отступим ненадолго. — Гарри заметил, как на корабль небрежно несут ящики с гранатами, и тут же командирским голосом рявкнул так, что двое вспотевших молодцев замерли как истуканы.

Последний взгляд мой пришёлся на строящийся штаб. Оставалось чуть больше двенадцати часов. Но, к сожалению, столько времени у меня не было. Полчаса — и мы выезжаем. В любом случае Алонсо отправит ко мне гонца на автомобиле, что подробно расскажет либо передаст записи о возможностях соединённого с терминалом штаба.

— Пора воевать, — подошёл ко мне мой мексиканский друг, и я кивнул ему.

Пора забраться в мою «колесницу» и отправляться в Гуанахай. Там мы купим тридцать шлемов для командиров. И, может быть, ещё парочку для тех, кто останется в тылу для координации. Рации — это хорошо, но есть вещи более современные. И отжать персональные предметы экипировки будет намного сложнее нашим союзникам. Да и попросту скажу — пусть сами покупают. Мне даже лучше, если другие бойцы генерала будут с этими шлемами. Афина без проблем сможет контролировать их переговоры, перемещения, и в целом шпионить для неё станет в разы проще.

И снова путь, и снова дорога. Мы «закупились», приковывая взгляды военных и ополченцев Кубы, ставших по своей воле, а быть может, и по воле случая, на сторону генерала Сантьяго. Мы ехали по южной дороге, проезжая многочисленные освобождённые города и посёлки вдоль побережья.

Так уж вышло, что обе стороны шли параллельно друг другу, и трио генералов двигалось по северному побережью. По прикидкам аналитиков генерала и его разведки, его оппоненты уже завтра к вечеру подойдут к последнему крупному городу, заполненному зомбарями.

Ну а дорога армии Сантьяго вела к захваченному американцами городу Гуантанамо. Другого ближайшего к этим номинальным вторженцам города кубинцев, находящегося под властью зомби, мы могли бы достичь в лучшем случае за три дня. С учётом того, что северное побережье немного более многочисленное, — мой союзник в лучшем случае будет владеть тридцатью — сорока процентами земель и городов Кубы. И это если включить мои земли.

Надо исправлять это дело.

Пока ехали — успели узнать тактику генерала. В целом — всё логично и ничего необычного. Единый кулак от города к городу, небольшие отряды осторожно зачищают пригороды и соседние деревни. Всё делают правильно — но не очень быстро. Осторожничают, сохраняют построение. Да и идут чисто вдоль южного побережья.

Мы добрались до одного из недавно освобождённых городов и столкнулись с отдыхающими бойцами из армии генерала. На этом всё, наше быстрое перемещение по зачищенным городам было окончено.

Машины остановились, я спустился со своего пикапа и отправился к офицерам кубинцам.

— Стойте… Вы кто? — заботливо перевела их не самые уважительные слова Афина.

И это я ещё в своём костюме был, что сбивал всех с толку и заставлял нервничать.

— Командир специального корпуса освобождения Кубы. Первый молот Круизеров прибыл для освобождения городов из-под власти зомби, — весело отчеканил я ему, а Афина автоматически перевела текст и на испанском сообщила окружающим мою браваду через внешние динамики шлема.

И голос использовала мой же, что похвально.

— А-а-а-а! Вы та подмога, которую обещал генерал? Как нельзя кстати! Пройдёмте к нашему временному штабу, обозначу ваши задачи и области для зачистки.

Я проследовал за ними и склонился над картой, в очередной раз отмечая, как сильно отстают войска Сантьяго от оппонентов.

Мне задали кучу вопросов, вроде количества бойцов, вооружения, техники и всего остального. Предложили два варианта — отправиться в качестве подкрепления на передовую и ускорить освобождение тех городов… Либо пойти чуть севернее — в центральные районы острова, где оставались «нейтральные» города под вопросом. Порой там видели солдат генеральского трио, и они неспешно захватывали в той части город за городом. Деревню за деревней.

Немного волнительно было бы встретиться с армейцами оппонентов и столкнуться лбами. Не будь их там — влёгкую захватили бы центральные регионы. Но я не идиот и не стану буфером между войсками двух сторон, который огребает от одного и получает приказы от второго. Тогда остаётся лишь вариант с передовой… Там хорошо, там либо союзники — либо зомби. Минимум потенциальных сложностей.

— Командир, могу ли я предложить свой вариант? — задал я вопрос, поворачиваясь к карте. — Я краем уха слышал о скорости вашего продвижения и освобождения городов. Она неплохая, но мы действуем немного быстрее. Плюс войска генерала нас могут принять за наёмников и попросту перебить, если мы влезем в центральную область. Почему бы нам не поменяться? Вы отправитесь в центральные регионы, захватывая как можно больше земли, а мы пойдём на передовую.

Офицер выразил множество сомнений в моей компетентности и компетентности моих людей. Ему попросту было тяжело осознавать, что кто-то может быть более успешным командиром. И кто-то может быть более способным на поприще сражений с зомби.

— Ладно. Мы всё равно сильно отстаём. Давайте мы просто отправимся вперёд в ближайший город, и вы сами убедитесь в моих словах. Скажите лучше, когда вы по прогнозам должны дойти до крайних городов перед захваченными американцами землями?

Испаноговорящие офицеры начали что-то между собой обсуждать, я слушал их вполуха и откровенно скучал. Вечно надо кому-то что-то доказывать.

— Трое суток, — всё-таки заткнул всех командир и ответил на мой вопрос.

— Мы справимся за двое суток или быстрее. Гарантирую. Решение за вами, но если вы отправите нас в центральный регион — я буду медленно двигаться. И если увижу хоть одного солдата кубинцев, иными словами ваших врагов — отступлю. Ведь ваших войск там нет. А рисковать и встревать в конфликты я не буду. Если что-то не устраивает — можете генералу Сантьяго пожаловаться. Я обещал ему помочь, но не стать придурком, что отвлекает ваших противников.

Я не стал говорить, но если многочисленные войска генерала отправятся в область спорных земель, то это же заставит перебросить туда и многочисленные подкрепления трёх оппонентов. Что замедлит их продвижение вдоль побережья. И мы даже сможем сравняться в своих успехах и достижениях по истреблению угрозы. А это и было главной целью генерала. Даже Афина провела примерные подсчёты и согласилась с моими выводами.

— В конце концов, мы только с зомби и воевали всё время и отлично знаем их сильные и слабые стороны. Да и наша экипировка… У вас ничего подобного нет, а значит, среди вас нет таких успешных людей, как среди моих бойцов, — добавил я ещё один аргумент, демонстрируя свой боевой костюм во всей красе. — Да и генерал Сантьяго со мной согласен. Иначе он бы нас просто отправил в качестве подкреплений, а не как отдельный боевой отряд.

Последние слова, кажется, проломили какую-то стену льда, и мне удалось заставить офицеров всерьёз задуматься. Они даже попытались с Гаваной связаться. А я удивился тому, что у них есть своя связь. Это же сколько километров проводов они проложили?

Или они цепочку подстанций установили и пользуются другими видами связи?

Ну и ладно. Мне не очень интересно. У меня для этого Афина есть. Если будет что-то важное для нас — она обязательно даст доклад и отчёт на эту тему.

— Генерал дал вам добро на командование передовыми отрядами… Даже удивительно. Но! — внезапно он оскалился. — Генерал сказал, что если вы и ваши люди не смогжете обеспечить необходимый темп — ваш с ним договор будет аннулирован.

Хорошо, что я был в шлеме. Ибо, закатив глаза прямо перед ними, я бы сразу дал понять, что думаю об этом «ультиматуме». Он нас просит о помощи и при этом угрожает?

«Господин, этот офицер переиначил слова генерала. На самом деле, он лишь упомянул ваш договор и не говорил ничего о его расторжении…» — прояснила Афина складывающуюся обстановку.

Ясно всё с этим перцем. Фантазёр и энтузиаст. Плевать на него.

— Тогда освободи поскорее дорогу и отправляй своих бойцов на север. Будет неплохо, если вы таким образом ещё и войска соседей отвлечёте, — я развернулся и скомандовал заводить двигатели.

До ближайшего города, полного многочисленных зомби с очками достижений, всего сорок четыре километра.

— Готовимся, бойцы. Скоро у нас появится возможность показать вашим соотечественникам, почему Круизеры — это мощь и ужас для зомби-тварей.

Взревели моторы, и колонна двинулась вперёд, сопровождаемая офицерским уазиком кубинцев. Всё как всегда. Кто рискует, тот снимает сливки.

Санкт-Петербург. Петропавловская крепость.

На острове, наводнённом военными, в очередной раз случился переполох. Четыре боевых вертолёта приземлились один за одним в самом центре окружённой водой крепости. Люди стали высыпаться из транспорта. Бойцы спецназа, телохранители и генералы, которых отправило высшее руководство страны с одной-единственной целью — освобождение младшей столицы государства. Острова и каналы в городе помогали удерживать плацдарм и вести оборону, а соседние пограничные армии были готовы приступить к самой масштабной операции по освобождению культурного центра страны, уже стягиваясь с пограничья.

Москва в это самое время, как и любая другая столица европейского континента, страдала. Сильно страдала, но ситуация в целом была терпимой. Бо́льшая часть мегаполиса была освобождена, и зомби там были истреблены, но некоторые микрорайоны стали подобием гетто — куда самоотверженные военные смогли стянуть и привлечь сотни тысяч, а местами и миллионы зомби. После чего районы эти замуровали и перегородили улицы грузовиками, фурами и автомобилями. Заблокировали проулки бетонными заборами, колючей проволокой и боевой техникой, поставили многочисленные вышки и установили пулемётные гнёзда, а дома на периметре «заражённых» зон наводнили военными.

Небо над столицей России, над Европой и над мегаполисами по всему миру наполнилось дымом и облаками с запахом пороха и смрадом пожарища.

— Товарищ генерал! Командующий обороны Санкт-Петербурга, полковник Котов! — представился командир гарнизона, старший из офицерских чинов, что выжили в этом аду.

— Вольно. Где ваш терминал? — перекрикивая затихающий вой от лопастей вертолёта, спросил генерал.

— В подвале главного корпуса! — придерживая головной убор, указал рукой полковник.

— Обеспечить доступ отряду Альфа, — кивнул офицеру генерал и после махнул рукой в сторону одного из вертолётов.

Оттуда во мгновение ока выпрыгнули семеро экипированных в технологичные доспехи бойцов. Мечи, огнестрельное оружие неизвестного образца, тяжелые пулемёты, с лёгкостью несомые одной рукой. Отряду Альфа — лучшим из лучших среди бойцов в этой части России — была дарована огромная честь: стать в первых рядах освобождения северной столицы.

Как только они сделают своё дело — ещё одна армия России развяжет себе руки и направится на помощь Москве. Люди уже устали от новостей про захваты то одного, то другого города ордами зомби. Их доносили беженцы, что бежали из тех далёких мест в поисках безопасности и спасения.

Бойцы Альфа должны были принести столь желанную великую победу, освободив столь знаковое место от нашествия тварей. И они это сделают. Не зря ведь они — сильнейшие воины и бич зомби, сумевшие своими силами получить настолько уникальную экипировку из терминалов.

Во многих городах этого мира имелись такие же герои. И они сражались, проливая кровь, в надежде поскорее избавить свою родину от кризиса. И у них получалось. Вот только никто им не говорил, что это лишь начало.

Куба. Южное шоссе. Круизеры.

Наш отряд, наш Молот не просто семимильными шагами нёсся вперёд. Он с ходу врывался во все города и посёлки, где уже провели разведку. Угрозы минимальны, тварей мало… В сравнении с Гаваной и битвой на шоссе, конечно же. Так-то тысяча-другая тварей попадалась очень часто. Но что это такое для привыкших к битве воинов? Бойцам моим для успеха только и требовалось, что позицию не терять и не отрываться от основной группы и союзников. Приехали, спрыгнули, перекрыли улицу. Срубили первых, расстреляли толпень, не жалея патронов, щедро предоставленных генералом, и вот — плацдарм уже готов. Дальше попросту распределили кулаки передовых отрядов по другим улицам и подобно вихрю промчались по всем кварталам.

За передовыми отрядами следовали группы зачистки. Вот эти подъезжали на своих грузовиках и внедорожниках, врывались в дома, переворачивали всё вверх дном в поисках зомби либо выживших. Первых убивали. Вторых приводили в чувства. Иногда, если совсем всё худо было, — лечили, поили, эвакуировали. Так и двигались — одни зачищали основные улицы и всех гадов, что были в свободной зоне видимости, вторые подчищали за ними.

В разгрузках у бойцов были баллончики с краской, и люди отмечали полностью проверенные дома. Никакой добычи мы не собирали. Если только кто-то из бойцов мог чего-нибудь для своих нужд в карманы запрятать. Сигару там, золото какое-то, часы, сигареты. Мелочи. Один нюанс — если дом был жилой, делать это запрещалось. Если дом был с зомби без выживших — то на такое закрывали глаза, как правило. Но если вдруг вскрывался факт мародёрства, задержки передвижения отрядов из-за жадности какого-нибудь придурка… За такое командиры должны были понести ответственность. И передать всю тяжесть их наказания провинившимся и не послушавшим указания командира. Нечего гадить там, где живёшь.

Разведка на укреплённом транспорте отправилась вперёд. Другие машины вернулись с докладом. За считаные секунды при помощи Афины скоординировали свои действия и разделились на группы, выезжая по своим направлениям, офицеры и их подчинённые. Афина стала нашим командным центром и мозгом, помогала отдавать указания и направлять отряды, не теряя времени на доставления приказов и сборы. Командиры всегда знали, куда им идти, что делать и какие силы отправить вперёд.

Для нас подобный темп и ритм битв был уже хорошо знаком. Передовые отряды ещё не добрались до дальних улиц, а тыл уже сворачивался и ехал в следующую деревню, получив указания и номера автомобилей из нашего конвоя, что должны выдвигаться вперёд.

Нам, в отличие от солдат Сантьяго, совершенно не требовалось время на построение, пересчёт бойцов, проверку на ранения и сбор припасов, что из опасений вытащили из грузовиков и стали таскать к передовой тысячами. Эти ящики с боеприпасами выгружать и загружать — та ещё морока и потеря времени. Только на этом мы экономили кучу времени. Там, где на пятитысячный городок у армейцев уходило несколько часов, что считалось едва ли не эталонной и крайне быстрой операцией по освобождению, — мы справлялись за час и уже отправлялись дальше.

Следующие за нами по пятам армейские батальоны лишь в шоке крутили головами, спрашивая, не нужна ли нам поддержка. Нет, спасибо. Делиться мы рады, но не очками достижений. А ещё мы не забывали радовать местных словами: «Да здравствует свободная Куба! Да здравствуют уничтожители зомби — Круизеры из Мариэля!» Так мы давали людям знать, кого благодарить, кого любить и благословлять и куда идти, если есть желание к нам присоединиться.

Очки достижений… Мы неплохо их собирали. И я был этому очень рад, с учётом необходимости постройки передовой базы. Причём не одной, а как минимум двух! Первая будет на палубе лайнера, вторая в порту. И уверен, это лишь первые из баз. Впереди нас ждёт ещё больше построек. Только вот сперва нужно набрать «стройматериалов» за счёт убийства зомби, спасения людей, освобождения городов и деревень из-под гнёта тварей.

Я без стеснения забирал себе львиную долю работы и зомби, постоянно в числе первых въезжал на заполненные тварями улицы на своём пикапе и не жалея патронов стрелял до тех пор, пока твари не заканчивались. Колёса моей «колесницы» уже давно окрасились цветом крови зомби и вели вперёд, прокладывая кровавые отметки на шоссе всё к новым и новым городам.

Мне безумно интересно, что ещё я смогу открыть, помимо тяжёлой бронетехники? Если следовать логике — то артиллерию, авиацию, корабли… Ничего из этого не было доступно в терминалах. Пока не было доступно. И я очень надеюсь, что это всё — временно. Посмотрим, до чего я дойду и сколько очков достижений получу за этот двухдневный марафон. И будем честны — я рассчитываю получить ещё больше добычи, нежели в прошлый наш марш зачистки земель.

Зря мы, что ли, офицерам шлемы взяли, связь организовали, бойцов в два раза больше имели, а ещё и армейцы на подхвате были! И я уж совсем молчу, что наша уверенность в себе и разрешение не экономить боеприпасы задали боевое настроение бойцам, которые резво стали носиться по зачищаемым городам, как адреналиновые наркоманы. Правда, всё чаще приходилось орать в громкоговоритель, чтобы выжившие, если такие есть, не высовывались, пока не будет зачищен город. А то подстрелят ещё мои освободители. Хорошо если не насмерть — аптечку используем.

Но в целом я бойцов своих прекрасно понимаю — защита есть на каждом солдате. Они сильны, они многочисленны, и они знают, как убивать тварей и не дать им затоптать их толпой. Рядом союзники, которые всегда поддержат и подстрахуют. Геройствуй хоть до потери сил. И они это делали. Приходилось периодически даже останавливать и тормозить самых ретивых, что не дожидаясь отставших отрядов финальной зачистки, уже собирались направляться в новую деревню или городишко.

— Не растягиваемся! Между передовыми отрядами и тыловиками уже больше двенадцати километров! Хван, дай по шее тем, кто тормозит! Роберто, без моего приказа из деревни не высовывайтесь. Надо собраться! — остепенил я своего друга и поторопил тормозов, что зачем-то выгрузили колючую проволоку и теперь не могли впихнуть её обратно.

Наш марафон свободы продолжался. Деревушки за минуты поднимались на уши, и на вой сирен неслись сотни зомбарей, желающих поделиться с нами очками достижений. Посёлки окружались, и наши кулаки заходили с трёх, четырёх, шести, восьми сторон. Когда как. Смотря какой размер был у этих городков. А крупные города, где даже местное сопротивление имелось, мы основательно зачищали, врываясь всей своей скромной, но эффективной армией. Стянулись, ворвались, привлекли тысячи и тысячи тварей, заблокировали улицы, отстреляли большую из них часть и поехали дальше. Передовые отряды давят. Задние отряды зачистки добивают. Все довольны. Особенно местные.

Ураган менее эффективен в вопросах вычищения грязи с городских улиц, нежели мои бойцы.

— Жрать на ходу, пока едем из одного города в другой, — донёсся приказ всем командирам, в том числе мне от офицера-координатора тыла. Я слишком далеко выехал вперёд и решил не участвовать в мини-собрании, что проводилось на площади одного из освобождённых городов.

Только что зачищенный город был крупным — всё-таки столица провинции. Но терминала в нём, к сожалению, не было. Разведка маякнула, что он есть в соседнем городке, фактически пригороде, который уже почти сросся с этой столицей провинции. Вот я туда и ломанулся. Думал, тварей перебили если не всех, то почти всех. А мне очень уж хотелось увидеть, какие сюрпризы терминал может мне открыть.

В этом городе пришлось повозиться дольше обычного. Терминал всё-таки собрал орду, необычайно большую для такого мелкого городишки, и я с головы до ног в крови пробивался вперёд, к старому зданию мэрии. Мелькнула было мысль отступить, но Афина прикинула время подхода подкрепления и напомнила о желательном эксперименте по замеру пределов прочности и мощности моего костюма. Хм, время вроде как подходящее. Риски минимальные. Поэтому я перехватил топор и вопреки всему попёр вперёд с топором в одной руке и пистолетом во второй. Сзади меня строчил пулемёт, который занял один из бойцов, помогавший мне в пикапе подавать боеприпасы.

Подумать только! Твари пёрли шустрее, чем дохли от пулемёта. До прибытия «кавалерии» требовалось всего две-три минуты, и не хотелось терять своих бойцов и технику. Поэтому я отдал им приказ медленно отступать и швырнул несколько светошумовых и осколочных гранат в толпу, разрядил дробовик в ближайших тварей, после чего нырнул с топором в самую гущу противников. Продержаться нужно всего-то две минуты. Да ещё и под прикрытием пулемёта и палящего из автомата водителя пикапа. Но блин, как же много этих паскуд! На меня всё же навалились, и я стал подобен кургану. Сотни тел, под которыми я стоял, используя все свои немногочисленные силы для того, чтобы не упасть. Без боевого костюма — шансов не было бы. Да и бойцы не могли стрелять по этому холму, ведь это было для меня чревато получением пули в задницу. Броня крепка, но булки мои получат синяки. Жалко их.

— Командир, вы как? — через шлем со мной связалась Наталья. — Мы въезжаем в городок.

— Бывало и лучше… Тяжёлые падлы… — Сжав зубы, я продолжал стоять и удерживать всю эту кучу тварей, что в бесполезных попытках прокусить и поцарапать мою броню теряли своё время.

— Это ты в той куче тварей? Командир, дышать хоть есть чем?

— Пока есть, но лучше поторопитесь.

Так я и осуществил тест-драйв костюма в жутких условиях и понял — он сохранит жизни бойцов, даже если они окажутся в полной заднице. А значит — надо больше таких костюмов.

С трудом дотянувшись до кинжала, я стал медленно и редко вонзать его в головы врагов. Тяжело это сделать в таком положении. Но я всё ещё стоял, движение моей руки ломало кости зажавших со всех сторон оппонентов, и я понял — выберусь. Даже без кавалерии. Просто времени много уйдёт. И сил ещё больше. Но в целом — чем больше я стою, тем больше зомби дохнет и калечится от своих же «сородичей». Те ведь замерли и не могут добраться до моей тушки. А стоящие и ползущие вверх вонючки из очереди теряют терпение и отшвыривают своих неудачливых союзников, порой даже ломая им шеи.

Без костюма — задохнулся бы под грудой этих воняющих тел. Поэтому следующая наша задача — обеспечить эту экипировку всем боевым командирам.

Когда мне помогли высвободиться и я на своих двоих прошествовал мимо бойцов к пикапу, я лишь коротко дал итог моего внезапного эксперимента:

— Защита на пять с плюсом. Командиры, копите очки достижений. С этой лялькой, — похлопал я себя по окровавленной броне. — дело пойдёт ещё веселее и безопаснее.

Стряхнул с себя грязь, кровь и мусор, перезарядил оружие, взял последние гранаты и вернулся к местной мэрии. Поднявшись по лестнице к старым двустворчатым дверям, я увидел сотни пулевых отверстий. Но двери всё ещё висели и не желали падать. Достойная защита.

Двери, к слову, были закрыты, и мне пришлось приложить силы, чтобы открыть их наружу и увидеть баррикады на первом уровне старого, как и сам город, здания.

— Есть кто живой? — спросил я и с удивлением услышал топот множества ног. Слишком слаженный, чтобы это были зомби.

«В окне под шпилем ранее появлялось два человеческих лица», — подсказала мне Афина.

— Не стрелять. Кажись, выжившие, — улыбнулся я и раскидал часть мебели, что мешала пройти вперёд, к терминалу, свет которого пробивался из какого-то кабинета на втором этаже.

Новые выжившие — новая радость. Всегда приятно осознавать, что ты не просто так несёшься вперёд. Даже спустя столько дней после начала конца, всё ещё находятся места, подобные этому, где твоё появление спасает чужие судьбы.

Терминал был неплох. Очень неплох. Почти все автомобили — сплошь полезные, огнестрельное оружие — современные модели. Лёгкая бронетехника тоже не имела образцов старше пятидесяти лет. Среди тяжей, правда, были какие-то иномирные образцы сомнительной эффективности. Паукоподобный вездеход с дурой-пушкой через весь корпус, напичканная сотней пулемётных гнёзд техника на четырёх гусеницах, передвижная башня с оружием огромного калибра посреди конструкции. Последний образец напоминал суперминомёт с четвёркой спаренных пулемётов для отработки по воздушным и наземным целям.

Во всём этом разбираться и разбираться. Многие образцы я даже за всю свою активную жизнь во снах не видел, а значит, в тех мирах, где я воевал, они были не особо эффективны и не пользовались спросом у командиров. С учётом отсутствия понимания в их управлении и стоимости подобных штуковин — лучше пока не маяться дурью и собирать информацию. Развивать базу, надеяться на появление учебных центров и уже потом, получив больше данных, пускаться в эксперименты.

Но всё равно — терминал выглядел отличным. Городишко можно легко превратить в крепость, рядом крупный город, где могут жить десятки тысяч человек, до моря — рукой подать. Хороший город. Жаль, что пока что он не мой.

Никаких других открытий терминал мне не преподнёс. Но я узнал, что за неполные сутки сумел заработать больше десяти тысяч очков достижений. Уверен, лишь третья часть или даже меньше — это убитые зомби. Основная масса — спасённые люди да освобождённые города. Продолжим и дальше совершать подвиги, и кто знает, что откроется для меня в терминале к концу нашей миссии.

— Собираемся! — вынырнул я из терминала, где даже в графе «эксклюзив» было пусто.

Ведь защищавшие столько времени мэрию от тварей три десятка выживших выгребли из терминала всё, до чего дотянулись их руки. Но кое-что меня всё же радовало — общий счёт очков достижений. Он вновь перевалил за двадцать тысяч.

А ещё ко мне прискакал гонец, сообщивший об окончании строительства штаба. И это меня радовало, как и отчёт Алонсо. Интересная постройка, будет где развернуться Афине и нашим командирам. Но всё-таки некоторые вещи описаны очень коряво, буду разбираться на месте, как приедем.

К вечеру мы взяли небольшую паузу и разделились, захватывая множество мелких деревушек, что были рядом с нашим отрядом. К нам подтягивались воодушевлённые кубинцы, подвозя горячее продовольствие и чаи, а заодно боеприпасы, которые мы столь эффективно использовали. Оставалось чуть больше суток до истечения того времени, что я сам себе дал на зачистку прибрежных областей. И смотря на карту, я понимал — мы вполне можем успеть. Сейчас из-за усталости темп чуток замедлился, но всё равно. Мы прошли большую часть крупных портовых городов и освободили столько же земель, сколько бойцы генерала Сантьяго освобождали трое суток.

Они, кстати, если верить разведданным Афины, успешно перехватили инициативу в центральной части страны и массово захватывали не такие уж и крупные города под свой контроль. И враги нашего бравого генерала Сантьяго, на которого я сделал ставку в этой войне, немного запаниковали. Его бойцы частично были сняты с передовой и переброшены в центральные регионы. Напряжение достигло крайне высокого значения, и в любой момент могло случиться нежелательное столкновение. Но это уже вне моей власти. У генералов есть связь друг с другом — вот пусть и договариваются.

Ночь, утро, день, вечер… Деревня за деревней. Город за городом. От количества зомби перед глазами у меня уже начинались галлюцинации. Как и у моих бойцов, что закрывали глаза и видели мертвецов, идущих на звуки стрельбы и свет сигнальных фонарей на крышах автомобилей и грузовиков.

Устал. И не я один. Но дело сделано, и мы прямо сейчас зачистили последний городишко, за которым начинались земли, зачищенные уже другими бойцами. Другой армией.

Пока что их не было видно, но я знал — скоро они пришлют кого-то для переговоров. Надеюсь, не всю свою армию отправят, готовясь с ходу к сражению. Ибо мы к этому столкновению с американцами ещё не готовы.

— Ужинаем. Отдыхаем. Ставим дежурных, остальные могут несколько часов отоспаться. Подъём может быть в любое время, так что не тупим, набираемся сил! — отдал я приказ по рации и через связь шлема, погружая лагерь в радостные выкрики, полные гордости победителей. Усталые, но всё-таки радостные.

Надо было выставить посты и отправить отряды разведки вперёд. Но у нас после этого марафона не было никого свежего и заслуживающего доверия, кто мог бы выдвинуться вперёд, через невидимую границу.

«Афина! Может, лучше отступить? Пусть кубинцы с американцами встречаются и договариваются?» — задал я ей вопрос, отключив общий канал связи.

«Господин. С высокой долей вероятности это может перерасти в полноценный конфликт, и вы не сможете использовать сложившуюся ситуацию себе во благо», — дала она свой прогноз.

Хм… Может, попробовать им как-нибудь отправить послание и договориться о наших взаимодействиях?

Я посмотрел на заряженный дрон, что планировалось использовать для разведки. Один-единственный дрон, что у нас есть.

— Ну что, красавица, доставим послание нашим конкурентам? — Я открыл кейс, взял лист бумаги, ручку и скотч, готовясь написать послание и отправить его американцам.

К войне мы с ними ещё не готовы. Но об этом они не знают. И не узнают. Такс, набросаем текст…

«Командующий „Круизерами“ — независимой армией освобождения Кубы. Михаил Листопадов. Командующему подразделениями военной базы Гуантанамо. Приглашаю вас либо ваших представителей к 07:00 в поселение Касимба, в наш временный лагерь, для проведения переговоров о недопущении эскалации и насилия.»

— Ну надо же… Сработало! — удивлялся я, зевая и смотря на приближающуюся типичную бронемашину пехоты.

Ехала она по пересечённой местности, через холмы и поля, в сторону нашего отряда, ставшего лагерем в последнем освобождённом посёлке.

— Да, я тоже удивлена, — заявила Наташа, бодро помешивая кофе. — Либо они были очень заняты и не смогли никого раньше отправить…

— А я больше удивлён тому, что по нам не лупанули из артиллерии и не разнесли к чертям, — схватился за бутерброд Роберто.

— У них попросту не должно быть артиллерии. В лучшем случае миномётные установки, — убрав бинокль, через который следил за приближением американской бронетехники, выдал свои мысли Хван. — У них корабли, ракеты, авиация, которые накроют любую точку Кубы. Зачем им артиллерия?

— И то верно. А вот чего нам стоит опасаться — это дронов. Если они восстановили хотя бы в каком-то виде связь, то могут использовать их не только для разведки, — согласился я, подумав о том, как было бы хорошо и удобно, если бы связь работала.

Мои ИИ Афина и Арес смогли бы получить контроль над любыми, даже военными центрами связи и вести свою игру. Но увы — ничего глобального не осталось. Только простейшие способы связи были нам доступны на сегодняшний день.

— Хван, Коннор. Действуем так — вы общаетесь с американцами. Вы ведь и сами американцы. Представляйтесь как одни из командиров и членов совета. Спросят, где я — скажите, на патрулировании, задерживаюсь. Изображайте дружелюбие, расскажите свою историю, представьтесь. Пусть думают, что вы — этакие американские пенсионеры, которые решили освободить Кубу. Обязательно предложите помощь в переброске их армии в США.

— Хорошо, сделаем, — кивнул хмурый бывший начальник службы безопасности.

— Вербовать начнут… — заметил Хван.

— Скажите, что работаете на правительство США, на агентство по контролю и ликвидации бедствий. Был «отпуск», и вот как совпало. Добавьте на предложение вербовки мыслей, мол, такие вопросы не могут решаться без связи с руководством в Пентагоне, — продолжил я их информировать. — Смелее говорите всё, будьте уверены в сказанном, если же вопрос каверзный или требующий конкретики — избегайте, ссылайтесь на гриф секретности и всё такое. Просто пудрите им мозги, внушая, что мы союзники на другой части Кубы.

— А мы им кто на самом деле? — задал вопрос Хван.

— Мы? Мы Круизеры. Мы не работаем ни на одну страну мира. Наша цель — спасение всего человечества. Куба — наша база и плацдарм. Все остальные — наши конкуренты. Поэтому американских военнослужащих лучше отправить ликвидировать кризис в родные Штаты. А уже здесь плясать с кубинскими генералами, постепенно становясь сильнее. Лишь наличие реальной силы даст возможность не следовать чужим хотелкам безумных правителей, что уже начали скатываться в междоусобицы.

— Командир, мы так-то, а особенно вы, — именно что безумными правителями и выглядим, — рассмеялся Роберто. — Но это безумство мне по душе. А ещё мы делаем правильные вещи и не тратим время на всякую херню. За это тебе респект и уважение.

— Мексикашка, ты, как обычно, ерунду сморозил, — усмехнулась Наталья. — Правитель сидит жопой на троне и ждёт докладов своих верных воинов, тратя время на… всякое. Михаил что, похож на правителя? Он лидер. Человек, что своими силами и трудом, а также личным примером ведёт в бой нас. Я много повидала правителей, и среди них лидерами были единицы… Но и то в основном на словах и за счёт пропаганды.

— Хватит меня нахваливать… Расходимся, встречаем делегацию. Буду ждать в доме, — отмахнулся я от них и дал указание, прячась в «подполье».

Второй этаж выбранного нами в качестве штаба дома был удобен тем, что я мог развалиться на диване, недосягаемый для вражеских взглядов, и через гарнитуру шлема, что имелся у каждого соратника, слушать переговоры.

Сам лично я решил их не встречать по двум причинам. Во-первых, потому что не знал их реакцию на мою экипировку. Шлемы и так выдавали наши успехи, а наличие технологического бронекостюма из несостоявшегося будущего нашей планеты могло заставить их нервничать и быть осторожными. А я хотел, наоборот, их раскрепостить и вбить в их голову, что мы не враги. Вторая же причина — моё имя. Не надо быть гением, чтобы понять, как военные США отнесутся к армии, которой командует русский. Тем более — на Кубе.

Собственно, поэтому в качестве переговорщиков и пошли американцы из числа офицеров.

Я занял позицию, закрыл глаза и сосредоточился на их разговоре. Встретились, строевым шагом подошли, приложили, как и положено при военном приветствии, руку к голове, представились.

Майор Хольм, заместитель командира военной базы в Гуантанамо… Довольно молодой ещё. Афина показала картинку, снятую через шлем Коннора. О, а это интересно. Шлем технологичный, но не такой, как у нас. Либо их передовые разработки, либо что-то из терминала. Тканевая прочная броня у части членов их отряда. Это точно из запасов терминала. Оружие — у всех самое разное, в том числе пара образцов футуристического оружия. Видел такие — тоже огнестрел, только более удобный и эргономичный. Хорошая кучность и показатели стрельбы — можно сказать, следующее поколение пистолета-пулемёта. О, а у одного и тяжёлая штурмовая винтовка. Знаю такую — боезапас и скорострельность невысокие, но это компенсируется пробивной силой. Классические советские БТР, что используются армией Кубы, такая красотка прошьёт в два счёта и не заметит.

Но и патроны у неё дорогие. Впрочем — это всё цветочки. Я заметил у самого майора Хольма и стоящего рядом с ним лысого брутального капитана в солнцезащитных очках то, что было для меня даже более интересно. Неплохой подгон им какой-то терминал выдал. Военный экзоскелет ранних моделей. Модификация для разведчиков, которым важны надёжность и мобильность. Если сравнивать его с моим боевым костюмом — то он безусловно способен выдержать несколько большие нагрузки, но мой в разы компактнее и совершеннее. И мой экзоскелет скрыт внутри бронированного костюма. Они же какого-либо прикрытия и защиты лишены. Но в теории могут и нарастить брони сами, кустарным способом. Либо найти силовой доспех и интегрировать одно с другим. Прямо как в старом и не очень добром «Фоллауте», что в теории может стать реальностью.

И пока дипломаты общались, я подводил свои промежуточные итоги увиденному. Вооружение — у них есть неплохие образцы, которых нам недостаёт. По шлемам и технологическим прибамбаса, влияющих на оперативное командование — мы выигрываем. Но тут не без помощи Афины мы в лидерах. Чистый экзоскелет для работ на передовой и защитная экипировка массового применения для солдат — они в выигрыше. Элитные офицерские бронекостюмы — мы в плюсе. Итого пятьдесят на пятьдесят по добыче из терминалов. Численностью мы, если верить разведке кубинцев, — проигрываем. Технике — проигрываем. Лояльностью местного населения — выигрываем.

А значит — всё просто. Увеличить количество бойцов, нарастить преимущество по контролю своих и союзных терминалов, перевооружить бойцов и экипировать бронёй. Самих американцев, если получится, — спровадить на континент, пусть там барахтаются и возятся с такими же военными корпусами, следующими приказам своих генералов.

Переговоры продолжались, бойцы, не сильно стремясь раскрывать детали, обменивались своими успехами и «оперативными данными». Пора уже вмешаться. В целом, оценка обстановки окончена, их настроение понятно. А настроение у них слишком патриотичное. Нацелены на захват Кубы и готовы воевать до конца. Сейчас же они удивляются отсутствию подкреплений и работы авиации.

Удалось поймать момент, когда все дипломаты не смотрели на свою машину. В дом они так и не рискнули входить, оставаясь на улице.

Я использовал этот момент, чтобы выйти из дома, оббежать квартал и стремительно переместиться к их БМП. Лишь в конце меня «раскрыли», и я затормозил, похлопывая по металлу их автомобиль.

— Ох, вот вы где! А я думал, что успею к вашему прибытию. Прошу прощения, господа, за моё отсутствие — зачищали зомби в котле Сантьяго, — вспомнил я название ближайшего крупного города, где отряды кубинцев добивали зомби, которых мы не зачистили вчера, решив сэкономить время.

Моё появление вызвало оживление в рядах американцев, а вернее — моя броня. Я поприветствовал их всех, пожав каждому руку и представившись. Коротко мне пересказали, что я «пропустил», и дальше я самолично начал вести переговоры, через раз дебильно шутя и вспоминая армейские приколы с одним небезызвестным генералом из Пентагона, который нас вроде как курировал. Курировал по легенде, которую я возле склада с контрабандой рассказывал, и сейчас активно вливал в уши благодарной публики из числа военных американской армии.

Факты о нём знала Афина, она же и писала мне шутки, которыми я разбивал напряжённые лица гостей. Шутки на самом деле были дерьмовыми и несмешными, но я отлично отыгрывал свою роль, смеясь как резаный и веселясь, создавая вид весьма своеобразного человека. Для них, надеюсь, я казался даже недалёким.

В их глазах явно читалось непонимание. С одной стороны — моя экипировка говорила, что я сильный боец. С другой — тупой юмор из меня прям хлестал, что заставляло их усомниться в моих умственных способностях. Вывод прост — я самодур. И мои успехи — заслуга таких офицеров, как Коннор, Хван и другие.

В общем, я оставил им много вопросов, которые они обсудят в ближайшее время. Но самое главное, я пообещал им помочь с переброской в США. И с толикой грусти заметил, что подкреплений ждать не приходится, так как столица и крупные города под угрозой уничтожения, и страна, по сути, ведёт полномасштабную войну за свою независимость. И спасение Штатов — задача первостепенной важности, в отличие от захвата бедной и разорённой зомби Кубы. Я мол и сам подумываю вернуться на континент, если ситуация не изменится.

К слову, за время разговора я выяснил, что это был за взрыв ранее и что стало с их базой. Сработал защитный механизм, который должен был уничтожить секретные материалы, данные об исследованиях, которые не были разрешены мировым сообществом. Срабатывал он в том случае, если в течение двух суток база не выходила на связь по установленному между островом и континентом каналу. Само собой — вся связь накрылась медным тазом, и автоматика сделала своё дело после перезапуска и активации комплексов с ракетными шахтами на побережье Флоридского полуострова.

Командир базы знал об этом. Почти все корабли, что стояли в порту, накрылись, и после череды атак «местных сумасшедших» он принял единственно верное решение — эвакуация с базы и активация плана «Гарант Свободы». Так называлась, судя по предоставленной Афиной информации, операция по военным действиям на Кубе с захватом власти и посадки на местный трон собственной марионетки.

Только вот кроме начала операции американское правительство ничего не сделало из заложенных других крайне важных целей операции. И это смущало командиров. Да и кубинцы действовали не так, как прогнозировали их аналитики. Что, в общем-то, было неудивительно в свете событий с нападениями зомби.

Собственно, по этой причине наши оппоненты закрепились на новом плацдарме, захватили города и заняли выжидательную позицию. Если их ждут, то идти на штурм городов без прикрытия авиации, сил ВМФ, спутниковой разведки и связи с командованием — глупость.

Ну, это даже хорошо, что они такие военные до мозга костей. Собственной инициативы мизер. Критическое мышление не предполагает поражения их мозгового центра — Пентагона, а значит, они будут сидеть и ждать приказ. Если же у них возникнет угроза уничтожения — они решат эвакуироваться. Такова их доктрина, заложенная в устав. И мне надо этим воспользоваться.

Мы распрощались, и я обещал отправить к ним своих людей на катере для обмена информацией, а заодно и сведениями по открытию каналов связи с Пентагоном, если такие у меня вдруг окажутся.

Естественно, всё это были лишь слова, которые я должен был произнести, чтобы разойтись с ними если не друзьями, то потенциальными союзниками. Слишком уж они опасный противник для того, чтобы я с ними воевал в открытую. В отличие от кубинцев, что сражаются вместе с нами, они будут более долго проходить адаптацию и принятие новых реалий. И для них мы и армия Кубы — противник номер один в случае чего. А никак не зомби. Поэтому… Свалите-ка, воины, на родину и там отстаивайте свои и её интересы. Вот только шанса избежать гражданской войны у вас минимум. Техас так точно отделится и объявит о своей независимости.

Когда они убежали… Вернее, ретировались, чтобы доставить своему командиру столь важные сведения, что были на девяносто процентов дезинформацией, я облегчённо выдохнул и велел собираться. Пора было ехать домой и оценить итог наших достижений. База ждала своего командира для последующего строительства, люди ждали новостей о практически свободной Кубе, а генерал Сантьяго внимательно следил за своими оппонентами на политическом олимпе Острова свободы. Три генерала, американцы… Он точно не хочет воевать, ведь понимает, насколько критичными будут последствия этих боестолкновений. Да и гарантий победы нет. Одно его спасало — танковый батальон и две элитные бригады спецназа под его руководством. Его солдат меньше — но они лучше подготовлены. Да и среди народа он чествуется как герой. Впрочем, как и его оппоненты, которые фактически управляют большей частью Гаваны.

А это для него — очень плохой знак. Кто владеет Гаваной — тот владеет сердцем Кубы.

Он сам так передал через своего посланника. И я был с ним согласен. Ведь я тоже имел планы на этот город.

— Афина, давай подгадим нашим соседям… Немного так, чтобы они не обиделись сразу, — коварно улыбнулся я, и моя верная помощница активировала план «сарафан».

У меня тоже есть своя доктрина. Опирается она на веру людей в светлое будущее. И на те немногие радиостанции, что были всё ещё живы и стали центром притяжения множества ушей в каждом населённом пункте, разнося крайне важные новости по всему острову.

«Ура! Слава Круизерам из Мариэля, под чьим руководством был освобождён последний город под властью зомби! Гавана, Санта-Клара, Ольгин, Пинар-дель-Рио, Артемиса, Мансанильо и многие другие свободны благодаря отрядам Круизеров — истинных карибских защитников! Для тех, кто потерял кров, и тех, кто потерял цель. Для настоящих героев Кубы всегда есть место в Мариэле и других городах на западе Кубы! Приходите к нам, если нуждаетесь в праведной руке, что приведёт вас и Карибы к свободе! Вива ла Куба!»

Вот и запустили сарафанное радио. Конечно, в объявлениях по радиостанции, сети которой оказались взломаны, а эфиры заполнены новостями от Афины, имелись некоторые неточности — например, город Ольгин захватывали этой ночью войска трио генералов. Но немного приукрасить свои достижения можно. Популизм в чистом виде. Что ещё мне остаётся делать, если я не хочу воевать с людьми? По крайней мере с этими и сейчас.

Жизнь всё расставит на свои места. Плохие люди есть везде, в любой стране мира. Вот и будем смотреть, кто заслуживает от нас протянутой руки помощи, а кто, как и зомби, достоин лишь пули или клинка в голову. Ибо убийцы, насильники, грабители, каннибалы и прочий мусор, что начнёт вылезать из всех щелей по всему миру, не даст нам насладиться триумфом. По крайней мере, пока вся планета не окажется под нашим контролем.

А это — очень даже долгая история… Дожить бы. И ведь на этом наша война не закончится.

Но ладно — сегодня Круизеры празднуют победу и используют возможность стать героями Кубы. И не на словах — а на деле. Скоро Куба будет полностью свободна, меня от грозных американцев отделяют две армии местных правителей. Ну а я, как и сказала Наталья, останусь лидером и буду вести людей вперёд.

— Едем домой. Отдыхаем, перегруппировываемся и готовим десятки рейдов по островам наших соседей, — улыбнулся я и скомандовал своим офицерам, которые когда-нибудь и сами станут генералами.

Постапокалипсис — время для сильных духом. В истории моей планеты, моего мира подобные вещи уже происходили. Не настолько глобальные — но всё же истории с вымиранием цивилизаций уже случались.

Достаточно вспомнить цивилизации Латинской Америки. Что с ними стало после пришествия конкистадоров? Что стало с городами Европы после нашествия болевших чумой крыс? Куда делись высокоразвитые цивилизации древнего мира после нашествия варваров?

Но вместе с тем, зомби, что появились в нашем мире, я не могу назвать аналогами конкистадоров, бубонной чумы или варваров. Скорее это лишь инструмент: вирусы, крысы, невежество. А вот настоящие захватчики придут попозже. Когда наш мир будет на грани агонии, они, весело развлекаясь, начнут вытаскивать с Земли ресурсы, как испанцы тащили золото у индейцев.

И чтобы дойти до уровня, когда эти весёлые охотники станут добычей, — мне придётся расти. Число людей под моим началом, города-крепости, вооружение, индивидуальная сила… Многие со мной не согласятся, в глазах сильных противников из числа моего вида я буду подобен чёрту из табакерки, безумцу, авантюристу и попросту проходимцем. Но! Нелюбовь тех, кто является моим оппонентом, моим потенциальным противником… Ха, да плевать мне на них. Пусть считают меня кем угодно — хоть безумным генералом, хоть самим дьяволом.

Если я проиграю — плевать. Мёртвому мне без разницы, как меня будут вспоминать. И будет ли кому. Но если мой план, мои идеи воплотятся в жизнь — то даже моя смерть не сможет помешать человечеству продолжить жить. Ибо тот фундамент, что я заложу, будет нерушимым. Твари опасны — но и мы не беззубые котята. И за то время, что нам дано для подготовки, мы станем опасными тиграми. И посмотрим ещё, кто будет царём этой горы под названием Земля.

— Командир, почти приехали! — обратился ко мне водитель, и я оторвался от созерцания ствола своего пулемёта.

Постучал дважды по крыше пикапа и дал понять, что информация принята к сведению.

Впереди был блокпост. Наш блокпост. Видно, Алонсо и другие члены лагеря времени зря не теряли. Шлагбаум был поднят, экипированные в полноценную защиту бойцы приветствовали наш огромный конвой с уставшими, но счастливыми защитниками. Радио работало и в нашей «столице». И люди знали о наших успехах.

Этот день превратился в праздник. Жаль, лишь лайнера не было — он отправился в круиз за своей порцией славы, очков достижений и новых Круизеров среди спасённых людей.

Люди пили, люди веселились, люди праздновали заслуженный триумф. И я был частью этого праздника. Кто-то назовёт это «выйти в люди», кто-то «кайфануть и отдохнуть», а кто-то скажет, что так генерал решил стать своим парнем среди обычных солдат и офицеров.

Вот только усталость никто не отменял, и алкоголь сделал своё коварное дело. Полностью обессиленный, я дал себе команду отправляться в свою генеральскую каюту, куда и притопал, как только произнёс счастливую праздничную речь заплетающимся языком.

Пробуждение было тяжёлым. Мне словно свинцом залепили веки. Приподнявшись, я опёрся на… ох, горячее тело, нежная кожа. И когда я успел? С трудом раскрыв глаза, увидел рядом спящую с довольной улыбкой Наталью. Помутнение исчезло, картинка нормализовалась, и я осмотрелся. Хм, это не моя каюта…

А вообще откуда здесь взяться моей каюте, если лайнер сейчас был где-то в районе Ямайки? Ну, то, что я не изменяю себе и дошёл куда-то, ещё и подмяв под себя красавицу, — это хорошо. Но где я, чёрт побери?

Пришлось быстро одеваться и искать ответ на свой вопрос. Недовольная от моего шевеления разведчица и помощница закрылась с головой лёгким одеяльцем. Бр-р-р… А чего так холодно?

Я осмотрел комнату, в которой оказался, и удивился. Кондиционер. Современная мебель, как в самых современных домах. Очень эргономичная, трансформируемая и стильная мебель. Я открыл дверь и вышел в коридор, который был… необычным. Подобное я видел в своей жизни нечасто. Когда бывал на секретных объектах. В лабораториях с высшим уровнем защиты. В особняке-бункере одного центрально-азиатского правителя тоже видел. Тот был параноиком с собственной армией телохранителей в невероятно дорогом доме. Широкие коридоры, всё новенькое, без малейшего изъяна, из дорогих и качественных материалов. Даже розетки казались какими-то удивительными. Как минимум поражало наличие десятков разного рода переходников и разъёмов под все возможные в нашем мире варианты вилок электроприборов.

О! Так я ж в штабе! И как я тут оказался? Сквозь пелену начали накатывать воспоминания, как меня подхватили под локоть и с причала увели нежные, но крепкие руки Натальи.

— Доброе утро, командир! — поприветствовал меня неизвестный боец. — Здорово вы вчера всех вдохновили!

В ответ я лишь улыбнулся и кивнул. Ибо воспоминания были всё ещё слишком туманными. Рядом стало появляться всё больше и больше людей, я смотрел на стрелки на стенах, следуя к «командному центру».

— О, да тут как в НАСА! — не сдержал я удивления.

Среди десятков рабочих мест и установленных компьютеров, у интерактивной прозрачной карты на пластиковом корпусе работали мои Круизеры. Их было в разы меньше, чем рабочих мест, но жизнь кипела в этом помещении.

Ох… Я испытываю гордость и удовольствие, лишь ощущая потенциал этого места.

«Доброе утро, командир!» — поприветствовала меня Афина, спроецировав своё голографическое тело на огромный командный стол посреди помещения.

— Здравствуй, Афина. Поведай мне о наших делах. Как тебе новый штаб?

«Превосходно! Его мощности хватает для полноценного размещения моего виртуального тела. Можно сказать, что я получила новый дом! И он мне нравится!» — улыбнулась она так обворожительно, что в улыбке расплылись и сидящие за компьютерами работники.

«Свежая сводка новостей для моего генерала!» — Её образ стал по стойке смирно, после чего начался доклад о численности людей в лагере, состоянии хозяйственной части, проценте «трудоустроенных», количестве прибывших в нашу столицу новых жителей за последнее время. Число автомобилей на ходу, число судов, военный транспорт, строительная техника. Красотка просто и без затей выдавала тонну информации, которую я лишь успевал воспринимать. Когда же дело дошло до военных отчётов и информации по терминалам — я попросил эти сведения дать лично мне, а не во всеуслышание. В конце концов, сейчас членов совета здесь не было.

Тогда она переключилась на основные задачи, вывела карту Кубы, отметила замеченных недобитых зомби, о которых донесла разведка, и показала места на карте. Кроме зомби она отметила локальные конфликты среди местного населения, которые унимали наши бойцы. И всё как на ладони.

Я, пользуясь своим правом командира, изменил приоритетность задач с поиска добычи и материалов на строительство зданий в нашем лагере и Мариэле. Всё, что можно было найти, — уже нашли.

«Командир, хочу обратить ваше внимание на то, что до постройки казармы и Бюро строительства осталось всего шестнадцать часов! Рекомендую вам ознакомиться со списком изменений в терминалах по окончании операции», — мило улыбнулась Афина, а я чуть не крякнул от неожиданности. Это когда успел запустить строительство? Ночью?

Попросил более подробный доклад и выяснил, что дают эти здания. С казармой всё было просто. Трёхэтажное здание с двумя подземными уровнями. Один — чисто технический для бойлерных, котельных, подстанций и тому подобного. Второй подземный этаж — склад оружия, боеприпасов и всего прочего, в миниатюрном защитном мини-бункере. Его же можно было использовать и для защиты бойцов в случае ракетной угрозы. Солидно! Между третьим этажом и крышей был ещё один «технический» этаж, в котором располагались кабинеты под различные нужды. Хоть библиотеку, хоть зал для отдыха, хоть амбулаторию открывай.

Здание вдобавок ко всему крепкое, современное, технологичное. Я оценил его предполагаемый вид, показанный Афиной. В общем — я был доволен. Тем более что оно могло стать домом для четырёхсот бойцов.

— Какая цена постройки?

«Постройка была оплачена командиром Роберто. Цена казармы — четыре тысячи очков достижений».

О, Роберто двадцать тысяч ОД насобирал? Иначе откуда у него доступ к постройкам базы? Он, конечно, был парнем экономным, прижимистым и любил в первых рядах воевать, но всё равно, я не думал, что он станет вторым, кто достигнет подобных значений. А я как раз искал того, кто вторую базу заложит. К слову, там ведь на лайнере есть тоже своя параллельная версия Афины. Она немного ограничена, будучи двойником реального ИИ, что остался со мной.

Правда, бедной оригинальной Афине, пока не был построен штаб, приходилось очень тяжело, и я её старался не грузить, ибо без нормального железа, без серверов её возможности были близки к нулю. И шлемы с той машиной связи не сильно исправляли ситуацию. Минимум функций она выполняла, что было важным для бойцов и не слишком тяжело для неё самой.

Ну а если говорить о Бюро строительства — то это пятиэтажное здание оплатилось уже мной и стоило семь с половиной тысяч ОД. И о расходах я вообще не жалел. Ведь когда оно будет построено — нам откроются новые здания в каждой из категорий и будет доступен сбор очков на эти постройки. То есть каждый может скинуться по одному очку, и этого хватит для постройки какого-нибудь из зданий. Консолидация наших усилий — это просто подарок. Другие функции пока неизвестны, только то, что озвучил было указано в описании здания и его характеристиках. Кроме того, это бюро само по себе позволяло создать пять этажей офисов, которые мы могли использовать по своему усмотрению. Тоже приятно. Тоже полезно. Штаб же позволял через функции, похожие на те, что есть в терминале, удалённо управлять возможностями того или иного здания, построенного нами за счёт очков достижений.

Ну точно как в симуляторе градостроительном каком-то… Жду возможности ставить фермы, поля, шахты, заводы…

В общем — это всё нереальный балдёж. Но пора бы мне и делом заняться. Нашёл в одном из помещений штаба комнату с моим доспехом и шлемом, а также оружием, заботливо кем-то сложенным и почищенным.

— Кто бы ты ни был, добрый человек, спасибо тебе! Афина! Что у нас с «экономикой», системой достижений и очками рейтинга для формирования товарно-денежной системы исходя из полезности работника?

«В данный момент я провожу четвёртую виртуальную модуляцию и корректировку баланса. Мы уже можем её запустить, но чтобы не было раздражения от этой системы и ошибок при формировании очков рейтинга и стоимости „благ“, предлагаю дождаться окончания тестов. На это нужно время, так как я изучаю и оцениваю эффективность полученных людьми благ. Данные слишком разнятся в зависимости от конкретного человека и его социального статуса в прошлой жизни», — ответила она мне, стоило надеть шлем на голову.

— Хорошо. Молодец. Скажешь, когда сможем тестовую систему достижений запустить.

«Без наличия „глаз“, что смогут смотреть на постоянной основе за всем лагерем, я бы не рекомендовала это делать. Даже после окончания моделирования тестов в виртуальной среде.», — ответила мне моя помощница, при этом наигранно вздохнула, пародируя человеческие эмоции.

— Тогда давай постараемся устранить эту проблему. Сколько камер, серверов связи, кабелей тебе нужно для этого дела?

Афина вывела перед моими глазами цифры, от которых мне поплохело. А затем она добавила, что это только для запланированного основного лагеря и лайнера нужно. Мариэль соседский — ещё столько же. А уж когда она сообщила, что в одном из терминалов имеются необходимые детали и запчасти для покупки за очки достижений всех компонентов нашего «всевидящего ока», и сказала, сколько десятков тысяч ОД придётся потратить только на базовый лагерь в порту, — мне чуть бригада скорой помощи не понадобилась.

Это ужас. Нет, дорогая. На такие жертвы мы не пойдём. За эти бабки можно танковый взвод организовать. А может, даже и не один.

«Тогда, к сожалению, могу вам лишь сказать одно: на Кубе практически наверняка нет необходимого числа работающих камер. Провода — могут быть. Сервера я перенастрою. Но самих камер нет. Телефоны для этого использовать невозможно. Я оценивала масштаб работ для перепрошивки и установки мобильных телефонов в качестве альтернатив — это очень трудоёмкий процесс, требующий специалистов и от четырёх недель до двух месяцев работы», — расстроила она меня. А затем перед глазами появилась карта, на которой было отмечено место, где я точно смогу найти необходимые вещи. И ещё потенциальные места, где эту добычу можно отыскать, но никто не гарантирует нужное количество.

— Майами, значит, да? — ухмыльнулся я, понимая, что задание по созданию города с «глазом Бога» — моя личная задача.

А значит, когда передовой отряд и лайнер вернутся — я проникну в США и со своей командой, либо даже сколотив на месте бригаду, отыщу нужные мне материалы и ценности. Это будет набег сродни пиратам или викингам. Хм… Продумаю этот план подробнее. Но сперва…

— Терминал, терминал. Что мне нового откроешь? — улыбаясь и радуясь тому, что всё в целом идёт не так дерьмово, как в большинстве мест нашей планеты, я добрался до мариэльского алого шара и положил на него руку.

Улыбка сама по себе наползла на моё лицо, и я стал подобен безумцу. Мои предположения сбываются! И новые разделы появляются!

Артиллерия! Ух! МОЩЬ! ДАЖЕ РЕАКТИВНАЯ! Система залпового огня есть! Жаль, что китайская… А ценник за новую технику вполне адекватный. От двух тысяч за совсем уж старые образцы начала прошлого века и до тридцати пяти тысяч за какую-то многозарядную пушку, стреляющую на пятьдесят километров и выглядящую как… Монстр какой-то, размером с футбольное поле. Не, ну его. В общем — радость привалила. И я жду не дождусь момента, когда смогу открыть вкладки вроде авиации или кораблей. И пусть у меня нет кадров… Это только сейчас их у меня нет. С учётом Афины и её возможностей мы обязательно что-нибудь придумаем.

Очки Достижений: 35920

И это тоже меня радует… Поскорей бы найти достойный доспех, что станет символом моей мощи и достижений. Перед тем как высадиться в безумный Майами — было бы идеальным делом.

Только вышел из терминала, как сразу началось…

«Господин, генерал Сантьяго на связи. Говорит, с ним на связь вышли американцы из захваченного Гуантанамо, и просит соединить штаб с вами. Я могу подключить вас прямо сейчас?»

— Да, подключай, — дал я Афине отмашку и приготовился слушать старого вояку, что вообще-то обещал лично приехать ко мне и поздравить с нашим походом по городам Кубы.

Сейчас он управлял пятьюдесятью шестью процентами территорий Острова свободы. Количество же жителей никто не был в состоянии подсчитать, но оценки Афины варьировались в диапазоне от тридцати пяти до пятидесяти одного процента. Всё же самый крупный город был не под его властью, и это сильно влияло на него. Все расчёты шли, само собой, с учётом наших двух провинций под контролем Круизеров. И без учёта земель и городов, захваченных американцами.

— Михаил! Рад слышать! Извини, что до сих пор до тебя не доехал. Уж как доберусь — гарантирую тебе стакан самого лучшего рома в мире! Но тут у меня крысы под боком шевелятся, спать не успеваю. Ты уж прости старика. — Необычайное довольство генерала Сантьяго выдавало его с головой.

Что же предложили ему американцы, что он такой довольный сидит?

— Рад слышать вас, команданте. Как я и обещал — я помогу вам освободить Кубу от врагов, — ответил я ему то, что он наверняка ожидал услышать.

— Да будет так, мой юный друг! Воистину! И это время может наступить намного раньше, чем ты предполагаешь. Только ответь мне на один нескромный вопрос… А куда твой лайнер подевался? Ещё и без тебя.

— А вам зачем, генерал?

— Да я тут пассажиров нашёл, которые в обмен на помощь и пакт о ненападении согласились передать под мой контроль свои территории. Говорят, впечатлены нашими успехами и моим отрядом Круизеров. Хех…

О как, американцы всё-таки решились уйти куда подальше? Неудивительно. Армия Кубы сейчас, если её всю собрать, включая ополченцев, да с учётом терминалов и многочисленных возможностей вооружения, будет превосходить американцев в три раза. Без поддержки они обречены погибнуть. И выбирая между двумя сторонами — они выбрали тех, на кого работает связанный с Пентагоном командир. То есть я.

Это я удачно им лапши на уши навешал. Хех…

— Половина оставленной бронетехники и оружия — мне. И неограниченное право набора рекрутов для отряда Круизеров на ваших территориях, как и использование терминалов для закупки всего, что мне и моим людям только потребуется. И в дополнение, я обещаю помочь устранить проблему с тремя генералами. Набранные люди будут использоваться для освобождения других островов Карибского моря, — с ходу выставил я свои требования, услышав которые, старик опешил и замялся.

— Парень… А ты от аппетита своего не треснешь? Право набора людей — хорошо. Терминалы — по согласованию. Бронетехнику — нет.

— Ну, на нет и судна нет. Пусть вплавь добираются да на рыболовных катерах, — с улыбкой ответил я ему. После чего извинился, сказал, что вынужден отключиться из-за срочного донесения, и разорвал связь.

Ну-с… Сейчас посмотрим, как быстро он мне перезвонит. Один, два, три, четыре…

«Входящий звонок из Гаваны», — подмигнула мне Афина.

— Слушаю! — снова вышел я на связь.

— Хрен с тобой, наглец. Но учти, твоё обещание с моими «друзьями»… Я хочу узнать, в чём именно заключается твоя помощь и каким образом ты решишь эту проблему! Времени мало. Проблем много. Жду тебя в Гаване, где мы и скрепим наши договорённости на личной встрече, — холодно проговорил старик и отключился.

Ну что же… мои манипуляции начали давать плоды.

И жизнь имеет все шансы хотя бы отчасти наладиться на этом клочке суши.

— Афина, что там Наташа предлагала сделать с военно-морскими базами, раскиданными по архипелагу?

«Захватить!»

Ох, сколько планов… С чего бы начать?

Я отправился в Гавану для того, чтобы закрепить наш договор и оценить масштабы проблем с генеральским трио. И должен сказать, я не зря наведался в столицу! Афина весьма оперативно присоединилась, взломала связь кубинцев и смогла покопаться в архивах, восстановив картину приказов и переговоров за последние дни. И сейчас она тоже внимательно следила за моими теперь уж не просто соперниками, а врагами. Три власть имущих таракана очень расстроились, когда Круизеры за считаные дни смогли освободить большое количество земель и городов, а освободившиеся силы генерала Сантьяго заняли нейтральные области и посёлки.

Там ведь как дело было. В какой-то момент основная часть войск Сантьяго оказалась в пятнадцати километрах от шоссе, что являлось основной артерией войск северного соседа. И само собой — одна резкая и быстрая атака обрезала бы пути снабжения. А это для них было смерти подобно. Пришлось им больше половины своих войск с передовой отправить для укрепления пограничных регионов.

Ещё много интересных вещей я узнал об этой троице. Так на Сантьяго уже было совершено три покушения, но все они не увенчались успехом. Пять диверсий с разграблением его складов уже тоже имелись на их счету. Одну нефтебазу подожгли, но там им не повезло — ведь её опустошили буквально за день до этого. Сантьяго тоже устраивал элементы нечестной борьбы — в Гаване по ночам шастали его спецы, развешивая агитационные листовки, ломалась техника соперников, поднимались молниеносные бунты с раздачей армейских припасов продовольствия гражданскому населению. Последнее вызывало всё больше недовольства у его оппонентов, и в последний раз они силой разогнали толпу, значительно перегнув палку. Вот только вместо страха они получили лишь недовольство и бунтующий квартал в Гаване. Ведь у людей была альтернатива, кому из двух правителей Кубы подчиняться.

На этом интересные новости не закончились. Грязная борьба докатилась и до моих Круизеров, ведь я был на стороне Сантьяго и спутал карты трём жабам. Как результат — сегодня ожидалась диверсия в районе моих складов у Мариэля. Пожар, взрыв или что-то такое, с массовыми жертвами. Отдельный приказ распространялся и на меня лично. Я ходил, не снимая шлема, так как знал, что снайпер уже где-то бродит в поисках удобной позиции для моего устранения. Я, естественно, передал через связь шлема своим офицером информацию и предложил поиграть в контрразведчиков. Если они найдут диверсантов быстрее и раньше Афины — с меня им приятный бонус. Какой именно — не говорил. Это сюрприз, найденный на территории Гаваны, который, вполне возможно, вскоре станет нашей собственностью. Конечно, я планирую всё вокруг сделать нашей собственностью, но временно готов уступить Сантьяго Очоа кубинские терминалы и дать ему возможность оставаться местным царьком. Одним из царьков.

Что же касается других трёх царьков — они охреневали от власти, успешно совмещая свои освободительные рейды с развлечениями, о которых стыдно говорить вслух. Всё-таки власть извращает. А падение законности и механизмов защиты общества порождает тиранов. И хорошо, если эти тираны такие, как генерал Сантьяго или я. Но иногда рождаются и такие выродки, как эта троица. Мне хватило десяти секунд просмотра записи с камеры наблюдения, которых в их особняках хватало, чтобы понять, что они — всего лишь недоразумение на этом острове, дышащее взаймы. То, как они развлекаются, скидывая стресс, и количество сломанных ими судеб и жизней за эти считаные дни с начала конца, говорило о многом.

Я бы убил их и за одну попытку диверсии в моём лагере, да и за подосланного убийцу по головке не погладил бы. А теперь так это уже стало для меня делом чести. И даже жаль немного, что я не могу прямо сейчас взять и пойти с алебардой наперевес в их особняки и зарезать их как свиней, как и всю ту лишённую человеческого достоинства гвардию, что их охраняет. Не могу, потому что в таком случае кубинцы радостно закричат: «Король сдох! Да здравствует новый король!» И этим королём буду не я. А мой дорогой генерал Сантьяго, на которого у меня имеются свои планы. Ещё не время… Пусть подышат пару дней эти «короли».

Я сел в машину, на которой приехал на переговоры, и посмотрел на трёхэтажное административное здание, что было передано нам, Круизерам, в качестве гаванской штаб-квартиры. Сюда нужно будет назначить дипломата, охрану и разместить побольше железа, которое так необходимо Афине для нормального существования.

Здание было не особо примечательным и в качестве оплота не слишком годилось… В прошлом. А сейчас, с терминалом, обнаруженным в пыльном подвале с архивами — стало лакомым кусочком. Особенно с учётом той техники, что мы могли из него приобрести за очки достижений.

Лёгкие переносные оборонительные батареи во вкладке оружия, «охранные гнёзда» с парой мобильных автоматизированных пулемётов для стрельбы по воздушным и наземным целям и стадвадцатидвухмиллиметровой пушкой потрясающей пробивной мощи во вкладке лёгкой бронетехники. Да, это не была полноценная бронетехника — только монтируемый на одну из таких вездеходных лёгких машин поддержки пехоты модуль. И его можно было устанавливать и на здания. Артиллерия позволяла поместить на крыше пусковую ракетную установку, способную сровнять с землёй любую постройку в Гаване.

И да, я понимал, что подобные прямые атаки — это короткий путь к гражданской войне. Армия не признает власти тех, кто попросту ракетным ударом внаглую убил одного или двух их генералов. Да и ответят они аналогично, сравняв наши базы с землёй. Здесь нужно действовать более элегантно. Но как бы то ни было — дом мог превратиться в крепость лишь за счёт имеющегося здесь терминала. Пускай не самую крепкую и мощную, но достаточно опасную на данном этапе войны, чтобы заставить всех оппонентов трижды подумать о своих планах на жизнь.

Но больше размещение подобного вооружения на нашем штабе мне было нужно для демонстрации силы генералу Сантьяго. Чтобы он не стремился к силовому решению возможного конфликта между нами. Конечно, когда подобная ситуация появится. А сейчас я отправлялся на базу, встречать лайнер и наших героев. С самой Ямайкой они, к сожалению, ещё не закончили, но бо́льшую часть работы сделали. Привезут партию людей, восполнят припасы, вернут раненых и больных, укомплектуют свои кулаки и вновь отправятся в круиз. Если лайнер не потребуется для других, более важных целей. Для них осталась самая сложная задача — освобождение столицы, Кингстона.

Я прикрыл глаза, размышляя над следующим шагом. Проблема генералов и невозможность их прикончить заставляет меня опасаться возможных терактов и диверсий. А значит, мне срочно нужен безопасный периметр и ПВО, отвечающее имеющимся угрозам. Ведь загнанная в угол крыса может обезуметь и пойти на величайшие из преступлений в попытке спасти свою шкуру.

— Афина, на девять вечера собрание офицеров.

«Принято. Хочу напомнить, что к десяти должен прибыть наш флот».

— Вот как раз и обсудим дальнейшее использование лайнера. Нам надо совершить не меньше трёх рейсов к Флориде, перевозя американцев. Они желают начать переброску немедленно. А нам ещё дня три-четыре для решения вопроса с Ямайкой не помешало бы.

Лагерь, как обычно, бурлил активностью. Строились дома, многие вещи переносились вручную, экономилось электричество и топливо для строительной техники. За периметром нашей базы находились многочисленные группы разведки, прочёсывая местность в поисках диверсантов.

Проблема состояла в том, что их было слишком тяжело найти и отличить от обычных беженцев, которых тоже очень много прибывало в эти дни в лагерь. Я совершил небольшой обход и направился в офицерскую столовую, чтобы поужинать в штабе, когда Афина меня обрадовала, сообщив, что она вычислила одного из диверсантов. Тот прокололся своим поведением и переданным по рации сигналом. Всё это было совершено на камеру, отчего она и смогла понять роль этого наводчика.

— Наталья, сделай доброе дело — доставь в штаб крысу. Афина укажет тебе цель. И будьте осторожны. Он наверняка вооружён. — Отдав команду, я принялся хлебать гороховый супчик, сваренный местными тётушками. Вполне неплохо. Специй и соли только многовато, как по мне.

Я не успел доесть даже первое блюдо, когда в комнату отдыха ввели скованного наручниками кубинца, который явно нервничал и что-то лепетал на своём, мешая трапезе.

— Тш-ш-ш… Я ем. Не мешай. Когда я закончу есть — тогда и решишь, сдохнуть ли тебе как собака, от пыток, или же мне всё рассказать про своих дружков и цели, которые вы решили подорвать. Наташа, если он откроет рот до того, как я закончу ужинать — сделай ему больно.

— Хорошо, босс. Язык нам нужен. Нос у него один… Ухо. Если он будет вам докучать — я отрежу ему ухо. — Я не знал, блефует ли она, но если честно, этого завербованного шпиона совсем не жалко.

— Как хочешь. Я бы с пальцев начал. Их ещё больше, чем ушей, — пожал я плечами, оставляя за ней право выбора.

Пять минут спустя он сам себя накрутил настолько, что был готов во всём сознаться.

Ну а когда в комнату отдыха вошёл Фернандо с большими кусачками для отрезания толстых и прочных кабелей, диверсант и вовсе решил, что ему сейчас будут резать пальцы. В общем, птичка запела, сдала с потрохами своих соратников и заказчиков. Ожидаемо это были люди одного из трёх генералов. Хотя это я и так знал. Меня интересовало лишь местонахождение того тайного отряда, и вскоре по указанным координатам отправился один из кулаков.

Уже к началу совета все диверсанты были найдены. Выбор стоял между немедленной казнью оставшихся в живых после ловли кубинцев и их пленом с последующим торгом и общением с их командиром. Хотя он, скорее всего, сделает вид, что не при делах и знать их не знает. И просто отправит новых смертников.

— Ладно, пока в тюрьму. В отличие от связного, эти трое выживших — всего лишь солдаты, что исполняли приказ.

Отдав указание, я уселся в своё кресло в зале для совета. Удобная штука этот штаб. Всё организовано, всё подготовлено для таких вот совещаний и оперативной работы. Мне нравится.

— А с крысой что делать? — Наталья, которая вместе со мной прослушала его биографию, вытянутую Афиной из милицейской базы, тоже считала, что подобный мусор нам не нужен.

«Не знаю, насколько будет это эффективно, но в прошлом, для увеличения эффективности жизни и работы лагеря, вы рекомендовали из подобных врагов делать показательный пример. Надеть на его руки браслеты и цепи, сковать его ноги, выдать тюремную робу и заставить выполнять самую тяжёлую и сложную работу, чтобы остальным было неповадно» — изрядно пугая меня своей кровожадностью, подсказала вариант решения Афина. Вообще, немного пугает перспектива отдать в её руки современную военную технику и технику следующих поколений. Я её не для этого создавал, но она вполне себе может адаптироваться и обучаться, со своей вклюённой функцией анализа и советов. Что же касается её совета…

Хм, у нас уже были штрафники… Думаю, да, ещё один предавший принципы приютивших его Круизеров мусор станет хорошим напоминанием остальным, что бывает с неблагодарными.

— Показательный суд на площади проведите завтра с самого утра и вынесите приговор. Пряников людям мы нараздавали достаточно. Пора напомнить и о существовании кнута.

После этого мы сосредоточились на оперативных вопросах нашего лагеря. Еда, одежда, топливо и многое другое обсуждалось. Поднимались все, даже самые малозначительные вопросы. Мы учились управлять городом, обществом и своим мини-государством. Я учился. Офицеры гражданского и военного подразделения учились. Афина совершенствовала свои алгоритмы и рекомендации.

Так, например, оказалось, что мы теряем сорок процентов эффективности при ночных работах, а мы и ночью продолжали строить, чтобы иметь жилья про запас. А всё по причине отсутствия достаточного освещения. Лампочек у нас не хватало! Это мешало не только людям, но и Афине, что выступала контролирующим звеном, следя за строительством при помощи десятка переносных камер и мегафонов, расположенных возле возводимого объекта. Вечный прораб стоял над душой работяг и командовал ими, подсказывая, кто косячит и где что надо исправить.

Системные постройки тоже обсудили и с радостью открыли новую веху строительства базы, заказав все доступные здания и разместив их в разных частях лагеря, согласно схеме, разработанной моей любимой и несравненной Афиной.

Стоило это всё дорого, но с миру по нитке, как говорится. Мы объявили о возможности развития лагеря и обязали всех бойцов, как минимум из числа силового блока, скинуться хотя бы по одному очку на любой из проектов. Кто захочет — скинет больше. Все очки, переданные на развитие базы, записывались и учитывались. В будущем это станет основой для подсчёта рейтинга, от которого будут зависеть зарплата и награды, выдаваемые руководством лагеря. Эту системы мы планировали ввести в строй через неделю, после того как я раздобуду камеры, а местные монтажники установят их и подключат к центральному серверу, что имелся в штабе. Был, правда, ещё один нюанс со связью камер. Провода всё-таки не протянешь по улицам, да и над улицами это будет выглядеть… так себе. А наземной спутниковой связи, которая бы стабильно работала, у нас нет. Пока нет.

Афина уже нашла какую-то очень мощную и в теории работающую установку, которая накрылась после алого затмения. Она соединяла спутник и наземные станции связи, и сейчас была бесполезна, если её не перенастроить. А это Афина могла сделать с лёгкостью, командуя людьми. Осталось лишь демонтировать её, перевезти в целости и сохранности, после чего собрать. Афина сейчас командовала более чем сотней электриков, которые были попросту её руками, так как своих познаний у них далеко не хватало для той эффективности, что требовалась лагерю. Вот они вместе с инженерами и слесарями, в том числе настоящими спецами с круизного лайнера, отправились небольшой колонной на горную вершину, где эта установка бесполезно стояла в ожидании либо окончательной смерти от ржавчины, либо перерождения.

Быстро приняв все решения и записав задачи на командирские планшеты, мы вышли на улицу и увидели заходящий в порт лайнер вместе с другими кораблями поддержки.

Радость встречи была омрачена приёмом потерявших дома беженцев. Голодные, уставшие, с едва горящими надеждой глазами. Да и когда начали выносить тела погибших и раненых, настроение не улучшилось.

Снова пришлось раздавать приказы, в полутьме отправлять испуганных людей в лагеря беженцев и палатки. Позже удастся распределить их на более адекватное жильё, но сейчас важно не создавать давку и дать всем покинуть борт лайнера.

Клон Афины уже успел провести при помощи корабельных офицеров оценку полезности людей. Были проведены перед камерой опросы об их умениях и навыках, предыдущих профессиях. В общем, каждый занимался своим делом. И я принял в штабе старика, выслушивая его доклад.

— Фух. Добрались наконец-то, — закрыв дверь, он скинул защитную экипировку и сел напротив меня.

— Сколько погибло?

— Шестьдесят два человека. Спасли намного больше, аптечек не жалели. Все, кого мы вынесли сейчас, — это погибшие моментально. Раненые это те, кто сам через неделю в строй вернётся, либо ямайские, с ними только критические случаи закрывали, — отчитался старый вояка и начал шарить глазами по комнате.

— Нету тут ни рома, ни виски, ни водки. Даже пива нет. Это штаб. Алкоголь в других зданиях будет.

— Понял. Ладно. Потерплю. В целом, дела хорошо. Привезли двадцать тысяч выживших. Наши ребята отстреляли почти всё, что было, даже в терминал пару раз бегали. Но и покрошили зомби мы знатно. По моим прикидкам — тысяч триста — четыреста. Как лавина пёрли со всех сторон. Но мы и сами этого добивались. Пару бомб пришлось взорвать и звуковые ловушки с сиренами активировать для их привлечения.

— Это суммарно больше миллиона очков достижений, да?

— Возможно, а что? — не понимая, зачем эта информация, решил спросить меня командир группы.

— Мы можем строить системные здания, скидываясь на постройки в бюро строительства. Сейчас я выйду и запущу все доступные постройки, бойцы должны будут начать скидываться. И очень скоро, я надеюсь, мы сможем так же скидываться на технику! — Я ухмыльнулся, наблюдая сперва за удивлением, а затем и за расцветающей улыбкой на лице седобородого командира.

— Вот как! Отлично! Великолепно! Мы теперь такого наворотим… Ух! А вы тут как, какие новости были? Куба всё, зачищена?

— Практически. Американцев встретили. Уже договорились отправить их на континент. Сильные они — могут нам изрядно помешать в наших планах. Поэтому я решил, что сперва мы их спровадим, потом на Ямайку вернёмся.

— Хм… Нет, нежелательно… Пускай и без лайнера, но мы нужны там. Я же плацдарм оставил, терминал захватили в одном из городов, там триста солдат дежурит.

— Я подумаю. Но скорее всего — лайнер остаётся здесь и начинает свои маршруты между Кубой и Флоридой. А ваш молот восстановится, отдохнёт, доберёт людей, ещё кулаков десять возьмёт дополнительно — и на меньших судах отправится на Ямайку, — предварительно распланировал я занятость лайнера, сам при этом раздумывая над тем, чтобы в Артемисе и на лайнере запустить сегодня же создание ещё по штабу.

Базы должны строиться и развиваться, чтобы в дальнейшем стать единой сетью обороны. Во всяком случае я надеюсь, что они могут между собой «соединяться». Вот построю и узнаю.

Пообщавшись и рассказав вкратце все новости друг другу, мы отправились в оперативный штаб, через который я подключился к бюро строительства и выбрал постройку сразу нескольких зданий в формате коллективного строительства.

— Вот ведь. А оно, оказывается, на двадцать процентов стоимость постройки поднимает… — удивился я изменившимся ценникам.

— Ну, всё равно это выгодно. А на лайнере базу будем делать? — задался вопросом здоровяк, поглаживая свою капитанскую седую бороду.

— Вот прямо сейчас, как только тут всё запустим, пойдём и начнём строить ещё одну базу. А после лайнера поедем в Артемису — и там начнём строить ещё одну.

— Ого! Да у тебя наполеоновские планы!

— Больше, старик… Намного больше.

Человек — весьма адаптивный вид. В какие жуткие условия его ни кинь, а всё равно выживет. Вот и на примере этого маленького острова, после гибели цивилизации, с остановленным производством, сломанной техникой, с пропажей связи и электричества, а как следствие и водопровода с канализацией, люди адаптировались и выживали.

Оборудование чинилось, рабочие самоорганизовывались, восстанавливая всё то, что только могло вновь работать. Без страха быть убитым зомби жизнь возвращалась в своё русло. Люди выдохнули, на целых несколько дней. И я выдохнул, отправив первую партию американских воинов на материк.

Оказывается, если сильно постараться, то на лайнер можно вместить, пусть и временно, целых двадцать пять тысяч человек. Ещё и с экипировкой. Наше путешествие шло весьма быстро и успешно, без каких-либо проволочек. Рядом нас сопровождал патрульный катер, капитан которого наотрез отказался от общения с бывшим командиром. Мы прибыли в Майами, и бойцы высадились на берег, где их встретила делегация местных.

Военные, пожарные, полицейские, гражданские. Все вооружены и опасны. Ополчение, что отбило порт и ближайшие районы. Они явно не ожидали увидеть, как по трапам спускаются десятки тысяч хорошо обученных и экипированных воинов. Напыщенный командир местных резко сдулся и перестал изображать из себя кремень, когда перед ним появились погоны полковника. Не генерал, конечно, но личность впечатляющая и волевая. Спасти практически весь гарнизон и моряков с вышедших из строя кораблей… Это надо суметь ещё сделать в той ситуации, что складывалась.

Я высадился вместе с ними, познакомился с местным сопротивлением, предложил отправиться в тихую кубинскую гавань всем желающим. И такие нашлись! Семьи с детьми, пенсионеры, трусы. Пожалуй, лишь первая категория была для меня интересна, но если уж предлагаешь помощь — то делай это для всех. Единственное, о чём я предупредил командира отряда «Крушителей» что здесь командовал и заправлял всем, являясь крупнейшей группировкой в этой части мегаполиса, — что мы не санаторий для пенсионеров и трусов. Помочь рады, но и нам самим нужны припасы, инструменты и всё прочее.

И к моей несказанной радости — он не просто согласился, он попросил предоставить полный перечень того, что нам нужно, лишь бы избавиться от бесполезных и голодных ртов. Я едва скрыл улыбку на своём лице, когда он это сказал. Мне надо не так уж и много, друг. Всего лишь обчистить парочку ваших складов и пошаманить с вашими станциями связи, чтобы Афина могла быть в курсе всех событий и собирать информацию с материка. Ну и так, всякая мелочь, составить перечень которой мне помогла моя драгоценная виртуальная помощница.

Поэтому, стоило закончиться приветственной церемонии, я отправился на совещание в местный «сенат», где видные и высокопоставленные жители города решали важные для выживания вопросы.

— Я бы хотел с вами сразу обсудить возможность переброски моих бойцов и зачистки ряда районов. Всё просто — мы заберём всё, что найдём в них и посчитаем полезным. Так же на каждого человека, что отправится с нами мы бы хотели получить комплект «помощи», который формируется в зависимости от ценности на необходимые нам припасы. Вода, медикаменты, продукты питания, различное снаряжение, одежда… — перечислял я, передавая напечатанную на лайнере книгу с нашими запросами и ценностью каждой вещи, определённой Афиной. Так за одного человека мы хотели получить товаров на сто единиц ценности. Это примерно походный рюкзак, забитый необходимыми нам ништяками. — И хочу ответить, мы рады получить оружие и боеприпасы, но не настаиваем и в этом списке их нет. Если вы решите торговать с нами подобного рода товаром, дайте знать и я дам вам воистину справедливую цену.

— Не стоит забегать так далеко вперёд… Мы изучим ваш лист с просьбами, но прежде всего, мне бы хотелось знать о размере ваших аппетитов в вопросе высадки ваших бойцов и последующих за этим планам на захват кварталов и их, будем честны, разграблении, — заявил местный командир Уоллес, когда мы остались с ним наедине.

— Честно говоря, пока и сам не знаю. Дайте мне денёк осмотреться и мы с вами, я уверен, договоримся. Тем более, что всё унести мы не в силах и возьмём только то, в чём остро нуждаемся. А вот зачищенные моими бойцами районы перейдут под ваш контроль. Достойная плата, как я думаю, верно? — сразу указал на выгоду Уоллеса, чтобы он меньше важничал, набивая цену нашему соглашению.

Вся загвоздка была в армейцах. Когда их корпус воссоединится, пятьдесят тысяч отборных бойцов станут одной из самых весомых сил в этом регионе, и с ними придётся считаться всем. В том числе и мне. Я не знаю, куда они пойдут, но они совершенно точно выберут какую-то из ближайших военных баз в качестве своей первоочередной цели. И постараются туда пробиться. Я могу лишь надеяться, что их путь не будет пролегать по тем районам, которые отмечены Афиной как наиболее потенциально полезные и лакомые. И опять же проблема пожаров. Надо убедиться, что те логистические центры, что мне нужны, те склады, которые я собираюсь подчистить, вообще существуют и не уничтожены.

Здесь и сейчас я оставался один из Круизеров. Лайнер ждал возможных пассажиров на Остров свободы, и его экипаж следовал обратно вместе с небольшой охраной, что имелась на судне. В следующий вояж должны прибыть пять сотен моих людей, что помогут мне с зачисткой и перетаскиванием добычи. Пчёлок нет, места на лайнере тоже. Грузовиков — тоже нет. Но рабочих можно найти здесь. Как и технику. Вопрос лишь в том, чтобы иметь силы для контроля и захвата нужных ресурсов и техники, это с одной стороны. А с другой — вопрос в том, чтобы разведать местность и понять, где что находится и какие у нас первоочерёдные цели.

Уоллес не особо шёл на контакт и не сильно стремился раскрывать свои знания новых реалий города, что был в прошлой жизни мечтой у многих. Поэтому разведку мне придётся делать по-своему. Это не такая уж и большая проблема. Афина поможет, да и сам я не промах. Со мной был чемодан с дроном, запасная батарея, мой костюм, алебарда, пистолет, дробовик и шлем из старого набора экипировки. Но я знал, куда и зачем иду, поэтому подготовился.

Обувь теперь у меня была под стать костюму. Ботинки армейские из будущего с шумопоглощением, — что по правде не спасёт, если ты ходишь как медведь по лесу, — позволяли передвигаться быстрее и тише. А встроенные в них механизмы, наравне с сервоприводами костюма, позволяли бегать быстрее, прыгать дальше и выше, а удары наносить сильнее.

Второй вещью, что я взял, был хороший маскировочный плащ. Тоже технологичный и способный менять расцветку на один из семи вариантов, что мог бы помочь слиться с городской средой. С учётом управления через интерфейс шлема и возможности Афины регулировать эту самую расцветку автоматически — удобная вещь. К тому же прочная и огнестойкая.

Третьей вещью, которую я избрал для себя и нашёл в одном из терминалов, что имелся в нашем распоряжении, — был протокаркас для экзоскелета. Этакие рельсы и направляющие, на которые должна будет установиться сама полноценная экзоскелетная броня. Я сперва даже не поверил, что смогу её совместить с моим боевым костюмом, ведь он сам был по сути чем-то похожим на экзоскелет. Да, он был слабее даже гражданских моделей для пожарных, как тот вариант, что мы в Гаване нашли, но всё равно — он выполнял свои же функции, оставаясь при этом полноценным гибким защитным боевым костюмом. Мелкий в его случае — не значит бесполезный. И вот, поверх него я смог установить основу для полноценного боевого экзоскелета, на который затем вешается броня, превращая меня в штурмовика-космодесантника. Либо же я мог забраться в силовую броню и стать ходячей бронетехникой на мускульной тяге.

Этот протокаркас был хорош тем, что имел возможность крепления отдельных элементов брони, усиливая слабые места. Конечно, это была броня без вспомогательных механизмов, но всё равно — полезно. Да, я становился тяжелее, вешая себе на грудь, спину, ноги и предплечья дополнительные чёрные матовые бронепластины. Да, я не мог бегать столь же быстро или плавать как в обычном лёгком боевом костюме разведчика. Но… В опасных каменных джунглях немного иные приоритеты для одинокого бойца.

Из защиты это было всё, что я взял. Но имелись у меня и другие игрушки. Во-первых, я нашёл и нацепил на свою тушку несколько креплений для оружия, чтобы иметь возможность быстро перестраиваться и использовать любое из них. Алебарда была слишком громоздкой, поэтому её слегка модифицировали, пока я носился по всей Кубе в поисках новинок. Разделили на две части, чтобы можно было быстро соединить через одно умное крепление. Если же взять лишь верхнюю, режуще-колющую часть, то она выглядела как диковинный топор. Что меня устраивало. При необходимости я мог вытащить из-за спины сразу две детали и соединить их, превращая алебарду в полноценное боевое оружие против зомби.

Другой новинкой стала штурмовая винтовка из будущего. Я мало что знал о принципах её работы, очень редкой добычей она была и в других мирах, но я знал о её эффективности. Околонулевая отдача, отличная пробивная мощь, высокая кучность стрельбы и неплохая дальность поражения. Из минусов — ограниченный боезапас. И стоимость. Она была сравнима по цене с старой лёгкой бронетехникой или автомобилем. Из интересных особенностей — один контейнер позволял выпускать что-то вроде патронов, хоть это были и не они, а скорее какие-то металлические иглы. И таких в контейнерах было пятьдесят штук. И это не те иглы, какие швеи используют, а длинные вытянутые шипы, способные прошить тело своей жертвы, даже не обратив внимания на кости и внутренние органы. Опасная вещь. И с собой у меня было двадцать контейнеров. Просто на всякий случай распиханные по подсумку, как и другие патроны. А ещё это оружие было довольно тихим, в сравнении со своими аналогами.

Дробовик мой удобно удалось пристроить за пояс, так, что он легко доставался оттуда правой рукой и мог уже через пару мгновений перейти в боевое положение. С учётом всего этого, на винтовку… Хорошую снайперскую винтовку, как я мечтал, у меня на теле просто не оставалось места! Был ведь и запасной клинок в виде удлинённого боевого ножа десантников… И пистолет, и гранаты. И подсумок с боеприпасами. В общем, буду работать по обстановке. Самое главное, что я получил гарантию безопасности во время нахождения в лагере Крушителей. И возможность свободно передвигаться по городу на свой страх и риск.

Лайнер уплыл, а я уже получил сведения от своей верной шпионки, вклинившейся подобно вирусу в сервера работающей сети местных защитников. Со связью у них были те же самые проблемы, что и у нас. В основном работала локальная сеть, а не глобальная, но это уже помогло мне немного сориентироваться в пространстве.

Афина показала мне карту города, на которой отметила немногочисленные районы, контролируемые и защищаемые местными, а также районы с высокой концентрацией зомби. Пометила она любезно и места, где не так давно были замечены блуждающие орды консолидировавшихся любителей мертвечины. Хорошо, что зомби не эволюционируют и не превращаются во всяких мутантов с сумасшедшими характеристиками силы, крепости кожи и черепа, ловкости. Иначе это было бы совершенно иная по своей силе угроза.

Интересовавший меня район и склады находились на границе большой области, захваченной зомби, и небольшой области, захваченной и зачищенной отрядом Жёлтого Дракона.

— Жёлтый дракон?

«Бо́льшая часть того района — это китайский квартал. Судя по всему, это китайская банда, захватившая власть в той части города», — подсказала мне Афина, и я пожал плечами.

Название как название. Просто удивился от неожиданного словосочетания. А так пусть хоть феями крёстными зовутся.

Я посмотрел на названия других банд и запомнил их все. Там всё было намного стандартнее. Спасатели, Итало, Райс стрит 77, Союз моряков, Свобода, Ополчение Флориды.

Последние были самыми сильными, пока к Крушителям не нагрянули армейцы.

В целом, по перехваченной Афиной информации, свободной была половина города. И когда я говорю о городе — я имею в виду всю местную агломерацию из нескольких десятков городов, сросшихся в один мегаполис. Число выживших и оставшихся в городе людей оценивалось во что-то около миллиона, хотя большая часть разумно убежала. Им противостоял примерно миллион или два миллиона зомби. Ну и примерно пятая часть города не пережила условий появления нового мира.

Из значительных достижений местных — они знали, что такое терминалы, аптечки и зелья против отравы, чем спасли множество жизней и остановили безумное количество заражений и будущих смертей.

Что мешало местным очистить город от грязи? В первую очередь, как бы банально это ни звучало, — нехватка боеприпасов. В самой стреляющей стране в мире оказалось много стволов, много стрелков, но множество боеприпасов ушло в молоко. Не так-то просто в голову попадать, а идти ручками добивать покалеченных, но злых и опасных тварей — не каждый сможет.

И ещё один фактор… Местные довольно быстро догадались, что если они в одиночку пойдут сражаться против зомби — то патроны закончатся очень рано, а вот союзники из других банд и отрядов не факт что подтянутся. Куда проще было держать оборону и отстреливать забредающих не в свой район зомби. К слову, из-за постройки города, шума ветра, прибоя и чаек, зомби в основном шли на восток, как раз в район порта. И три местных общины больше всего страдали от их нападок. Это были Крушители, Спасатели и Союз моряков. Остальные зачищенные районы находились под контролем других пяти союзов, и те спокойно себе ждали, пока зомби постепенно самоликвидируются и оставят для них богатые на добычу районы.

Разве что Ополчение Флориды было более военизированным и общественно полезным союзом, что желал помочь прибрежным группам спастись от напасти. Но они были далеко на севере, и им пришлось бы пробиваться через весь город.

В целом — диспозиция понятна. Лайнер уплыл, но обещал вернуться. Мне же пора на разведку. Я поднялся на крышу одного из небоскрёбов и открыл свой чемоданчик. Запустил квадрокоптер, подключил картинку к шлему и стал привыкать к порывам ветра. Наловчившись, отправил дрон в полёт по ближайшим кварталам. Афина помогала поддерживать с ним связь, расползаясь по всем работающим локальным сетям и подстанциям связи.

— Ну и ветрюган… Шатает… — Я едва не врезался в одну из фур примерно в километре от моего нынешнего местоположения.

«Позвольте, я возьму управление. Вы можете голосом указывать, куда мне лететь», — предложила Афина и взломала управление моей дорогой игрушкой.

Вот негодница… Почему раньше так нельзя было сделать?

— Вперёд, вперёд, так, чуть выше… Замри. Камеру вниз и правее… Что там, подсвети?

«Магазин оружия братьев Колинс», — показала мне картинку Афина, и я запомнил это место, на пути к складам. Рядом толпилось множество зомби, и это было понятно, ведь их здесь никто не зачищал. До ближайших мест обитания живых людей было больше четырёх километров.

«Интересное наблюдение», — Афина подсветила очередное место, и я увидел сидящую в офисном здании исхудавшую девушку с листиком, на котором было написано «Help».

Она была жива и, судя по всему, в безопасности, но сильно потеряла в весе из-за недостатка еды и воды. Чёрт… Сердце кровью обливается. Как же хочется остановить все эти чудовищные истории о смерти от монстров, голода, жажды и заражения. Продержись пару дней. Прошу, продержись.

Дрон отправился дальше, и я наконец-то увидел свою цель. Склад был закрыт со всех сторон, и весь этот огромный комплекс пришлось облететь, чтобы найти одни не до конца опущенные ворота в здание. Дрон прошмыгнул внутрь и включил фонарь, чтобы в этом плохом освещении не нарваться на неприятности. Осторожно продвигаясь, мы добрались до нужных нам помещений. Огромные, в два этажа полки с десятками тысяч товаров.

Это был склад американского техногиганта, выпускающего компьютерную периферию. Были здесь и так необходимые нам сервера, камеры, модемы, станции связи и другая компьютерная техника. Новая, запакованная, не сломанная во время алого затмения. А значит — нужная нам. Дрон нашёл полки с камерами разных видов. Для внутреннего и наружного наблюдения, для стримов, запчасти для ноутбуков и телефонов. Нам этого хватит надолго. На очень и очень долго.

— Отлично! Давай назад, проверим ещё пару мест. Нам нужны дроны и более сложное техническое оборудование для связи.

Я наблюдал за происходящим, следил за полётом. Дрон добрался с семьюдесятью процентами батареи до ворот, и мы могли проверить ещё одно или два отмеченных по соседству места. Но не смогли. Выстрел из дробовика уничтожил дрон, но не зацепил камеру. Я наблюдал его падение и жёсткое приземление на асфальт парковки у склада. В кадре появились ноги, и кто-то поднял дрон, посмотрев в камеру.

«Звук не работает, но я могу прочесть по губам. Это китайский».

— Переведи, — согласился я.

«…Работает или нет? Непонятно… Ладно, если ты меня слышишь, незваный гость, то знай — если сунешься на территорию клана Жёлтого Дракона — то сдохнешь». Азиат подкинул остатки дрона вверх и попал в кадр целиком.

Ну надо же… Полноценный боевой доспех с экзоскелетом. Без шлема, но запакован в защиту не хуже моей! Я бы сказал, даже лучше, если не учитывать мой костюм.

Китаец ловко извлёк меч из ножен и разрубил надвое дрон прямо в полёте, оставляя меня с задумчивым выражением лица и без связи со своей любимой и теперь уже точно навсегда потерянной игрушкой.

Но что-то меня смутило… И смутил не костюм, не меч и не слова китайца. Тут-то как раз всё понятно. Сильный клан, зачистил области, усилился и получил заслуженную награду от терминала. Они считают себя силой, властью и правителями в том районе. И не до конца рады соседям, что суют свой нос и свои дроны на их территории.

— Так, родная, отмотай мне, пожалуйста, запись после того момента, как дрон подстрелили.

Афина исполнила мою просьбу, и я вновь увидел, как завертелась картинка, показывая мне то стену склада, то небо, то асфальт, полный луж. И так пока дрон не упал.

— Стоп! Прямо перед падением… Покадрово покажи. Медленно… Так, ещё один кадр назад… Охренеть! — От неожиданности я прямо подскочил на месте, а кровь моя превратилась в пламя, обжигающее изнутри.

В смазанном кадре, в отражении лужи была видна вереница людей. Женщины, дети, мужчины. И все они с ошейниками и скованные цепями. Спасибо тебе, неизвестный оператор, купивший на лайнер эту модель квадрокоптера с такой ошеломительной камерой. Теперь я знаю, что с Жёлтыми Драконами переговоры вести не буду.

— Афина, почему не сообщила о таких вопиющих случаях мерзости со стороны этого клана?

«Простите. Они лишены связи и полностью отрезаны от контакта с другими группами. Все сведения о них получены из переговоров и заметок других групп. И слов о рабстве там не было», — тут же объяснила Афина своё молчание на столь щекотливую для нашего мира тему.

Видимо, в Майами я немного задержусь… Надо понять, что за чертовщина здесь происходит, и получить то, в чём так нуждаемся я, мои люди и те, кто жаждет спасения. Надо же с чего-то начинать, спасая этот мир? А там, заполучив ресурсы, силу и людей — можно будет и в другие регионы мира направиться.

Один в поле не воин. Такова была истина прошлого мира. Конечно, крутые личности в истории Земли имелись, перед которыми можно было лишь склониться в уважительном поклоне, но великими их делали собственные решения и верные люди.

Можно вспомнить довольно много примеров того героизма, где один человек совершал удивительные поступки. В одиночку остановить продвижение врага. Самолично спасти от террористов заложников… Да, были такие примеры. И их было достаточно для того, чтобы появилась целая культура, верующая в героев. И не важно, как в разных уголках нашей планеты этих героев представляли. Мастер кунг фу, Супергерой из комиксов, одинокий спаситель, что выходит с лопатой на танк или с табуреткой на вражеский батальон. В конечном итоге — все они становились примерами для подражания, на которых равнялись следующие поколения. Но одно было горько в этих всех образцах для подражания — они либо были вымышленными, либо мёртвыми.

И совсем уж редко, реальные герои выживали и вели свою скромную жизнь, полную забот, не становясь кем–то большим. Редкие воспоминания журналистов да посты в социальных сетях — вот и всё, что будет напоминать о былом героизме. Изредка их будут поддерживать на уровне государства. Герои не превращались в новых «Наполеонов», «Суворовых», «Цезарей» и «Александров Македонских». Они оставались сами собой, продолжая жить как и прежде, до геройства. Но новый мир… В нём могут наяву случаться вещи, которые в прежнем мире можно было назвать лишь фантастикой.

Я и сам, старался идти по этому пути. Долг. Честь. Ответственность. Сильные правят слабыми. Но это не означает, что они правят справедливо, честно, с уважением относясь к тем, кто находится ниже их в новой иерархической лестнице постапокалипсиса. И это временами, даже оправданно. Взять, например, командира «Крушителей», Уоллеса. Бывший военный, ставший пожарным, превратившийся в боевого командира большой группы людей, что уничтожила несколько десятков тысяч зомби и освободила по крайней мере один район от этого бедствия. Был ли он сильным человеком? Безусловно. Ибо я лично видел этого человека, его мускулы, готовые впечатать стальной битой по мозгам зомби. Был ли он сильной личностью, что была способна контролировать людей и управлять ими? Само собой — он уже это делал. Был ли он справедлив? А вот это уже спорно. На лайнер поднялось почти девять тысяч человек. И из них лишь половина — добровольцы. Остальных он силком загнал, пригрозив в противном случае отправить их в качестве мяса на передовую.

И самое печальное, что этот далёкий от благородства поступок… Я его понимаю. И принимаю. Не бывает святых, залитых по шею кровью. В его зоне ответственности было много людей, что бежали из занятых мертвецами районов. Но далеко не все из них были полезны. Многие были даже опасны… Те, кто и при жизни не являлся полезным для общества элементом, в нынешних условиях был бы согласен лишь ленно мародёрствовать и пытаться забыться в кайфе, стремясь получить от испорченной жизни максимум. Пиявки общества. Трусы. Бесхребетные рабы собственных желаний. Вот кто они. Алкоголики, наркоманы, дебоширы и прочие «сливки» общества, что сами выбрали свой путь и не нашли в себе сил измениться. Даже после всего, что случилось с нашим миром. Уоллесу они были не нужны. И они про его за это. Но благодарили другие. Те, кто получит их порцию еды. Те, кого больше они не будут шантажировать. Я дал ему возможность выкинуть со своей территории контингент, который не нужен никому. И взял на себя эту проблему. Я тоже не святой, но руки у меня намного больше развязаны, нежели у местного командира, зажатого зомби с трёх сторон и морем с четвёртой.

Ведь у меня есть Афина, скоро будет «глаз бога» и мои круизеры, которые привыкли за прошедшие недели вкалывать. Рейтинг… Паскудное, но необходимое и полезное для этого мира решение. Своего рода касты, которые будут определяться не происхождением, а личными качествами и полезностью людей. Хочешь есть три раза в день — паши как вол. Хочешь есть три раза в день блюда уровня лучших в мире ресторанов на нашем лайнере? Паши как вол, рискуя жизнью на передовой. Хочешь в безопасности лениво проводить день, ничего не делая и созерцая полёт мух над вспотевшей лысиной соседа — будь готов есть безвкусную кашу каждый день. Ты получишь ровно столько калорий, чтобы ты мог подметать улицы, выносить мусор, чистить засорившуюся канализацию. Ну а если это противоречит тянущей к земле короне — будь готов по–королевски голодать. И если ты решишь, что королям вроде тебя законы не писаны и — трудовой лагерь быстро поможет тебе выбить всю чушь из головы. А то и виселица для полных отморозков светит.

Да, я буду тираном. Но тираном, живущим по своду законов нового мира. А иначе не только не выжить — но даже думать о том, чтобы преодолеть столь масштабный кризис, захвативший планету бессмысленно.

В такой стратегии управления очень важно, чтобы тебя поддерживали твои войска и командиры. А это может быть лишь в том случае, если они уверены в своём лидере. Поэтому — личный пример, самодисциплина, справедливость в решении любых, даже самых, казалось бы, мелких вопросов необходимы как воздух. И для последнего нужны лояльные и эффективные управленцы и помощники. Либо кто–то вроде Афины. Благо — я один из тех людей, кто подобными ресурсами обладает.

Вместе с Афиной и круизерами мы построим самый эффективный лагерь среди выживших. Не социализм, не коммунизм и не капитализм. Нечто иное, что позволит жалкое выживание на руинах цивилизации превратить в самую настоящую реконструкцию этого мира. Шаг за шагом возвращая прошлое, строя своё будущее, мы станем фундаментом для следующих поколений. И выживем. Несмотря ни на что. Я не буду вождём мирового пролетариата. Не стану финансовым магнатом. Не завоеватель. Не покоритель. Не Спаситель и не Мессия. Я буду Реконструктором. Взять то, что было, починить и обновить до новых высот. Это будет длинный… Чрезвычайно долгий путь. Но я уверен, у меня всё получится. Это и есть мой личный долг. Это и есть моя честь. Мой путь.

И очередная остановка на моём пути — Майами. С «Крушителями» я договорился. Армия ждёт воссоединения и готовится к прорыву вдоль побережья на север, к ополченцам. Они тоже реалисты и прекрасно понимают, что освободить этот город сходу их скромными силами невозможно. Тем более, что большое количество техники осталось на Кубе. Они будут накапливать свою мощь, доберутся до военных баз и заявят о себе. Ну а мне за это время нужно успеть сделать многое. Пока я не готов скромными силами моих людей освобождать подобный мегаполис. На это может уйти времени больше, чем на всю Кубу. И намного больше. Ведь там мы с лёгкостью создавали удобные для себя боевые позиции. Мы доминировали и властвовали над огромным количеством зомби, что были разбиты и разделены на мелкие отряды. Здесь же всё будет по–другому.

Я вспоминаю оборону заправки в Гаване. Вспоминаю бойни в других крупных городах. Там, несмотря на нашу подготовку мы были зачастую на грани. Люди — не роботы и тоже могут уставать и ошибаться. И зачастую это стоит им жизни. Здесь же любая, даже мелкая стычка может привести к бесконечно долгой битве против сотен тысяч врагов, с которыми придётся воевать, столкнувшись лицом к лицу. Не хватит никаких боеприпасов, никаких сил и никакая тактика не поможет справиться с цунами зомби, если ты иметь тактического преимущества изначально. Риск — слишком высок.

Мне нужен плацдарм. Нужны люди, который станут непреодолимым препятствием на пути зомби, и сражаться будут не за камеры и сервера для Афины, не за очки достижений, а ради собственного выживания и надежды на светлое будущее.

С восьмёркой «кланов» Майами всё понятно. Но кроме них есть огромное количество мелких анклавов и защищаемых выжившими мелкими группами домов и высоток. Да и то тут, то там, выживают, избегая зомби, что из–за своей природы собираются в орды, освобождая пространство для выживальщиков. И само собой — они могут прятаться в тенях, добывая припасы для себя, своих семей и общин, порой даже вступая в схватки с отбившимся от стада, либо заплутавшими по иной причине зомбарями.

Именно такой анклав мне и надо найти, возглавить и помочь им встать на ноги. Камеры у меня больше нет, а значит мне придётся рассчитывать лишь на себя и свои собственные глаза и уши. Афина, конечно, отметит для меня на карте места, обязательные к посещению, ведь о подобных анклавах зачастую большая восьмёрка знает.

Я проверил оружие и спустился вниз с крыши, знакомясь с маршрутом предстоящей миссии. Для создания плацдарма нужен терминал. Незанятый никем терминал. Для города такого размера, вполне нормально иметь и десять и двадцать терминалов. Больше уже вряд ли, хотя у нас на лайнере было их целых три. На сравнительно небольшое количество человек. И это значит, что в занятой зомби части города терминалы тоже есть. Это большой плюс.

Минус же в том, что почти наверняка возле весёлого красного «дискошара» имеются десятки и сотни тысяч подтухших «тусовщиков». А значит и выживших рядом не будет. Ладно, хватит рассуждать. Пора идти и заняться делом.

Я не обращал внимания на заинтересованные взгляды сотен и тысяч людей, что воинов в такой экипировке, как у меня никогда не видели. Многие подходили, задавали вопросы, получали на них дежурные ответы. Вообще, то, что я большой босс отплывшего недавно лайнера — знали если не все, то многие. И слишком уж многим хотелось взять и хорошенько расспросить меня. О том, «как оно там, по ту сторону моря?». Приходилось быть не слишком любезным, иначе я неделю здесь просижу, но так и не сделаю ничего полезного. Благо хоть совсем откровенных дебилов, что пытались бы преградить мне путь или силой пригласить пообщаться не нашлось.

Выбравшись из пределы основного лагеря и оказавшись на территории, где на землях Крушителей жили одиночки и группы стало легче. Ведь здесь народ силой собственного оружия отстаивал безопасность этих кварталов. И хоть здесь было относительно безопасно, а всё равно народ здесь был нервный, дёрганный, вооружённый. Кто–то только–только вернулся с границ безопасного периметра, кто–то туда собирался, а кто–то, как и я, вообще собирался отправиться за его пределы, в поисках полезных припасов. А там могут и зомби напасть и пуля чужая прилететь. Но выхода у людей особого не было.

Я следовал по кратчайшему пути, указанному моей помощницей и изучал глазами этот город. В нём больше не было множества туристов, что мозолили мой взгляд, в мой прошлый приезд, перед отправкой в круиз. Не было весёлых загорелых полуголых девушек и юношей. Не танцевали пьяными менеджеры и не рассекали улицы автомобили. Город затих, стараясь не издавать ни шума. Куба в сравнении с ним была очень шумной. Конечно, здесь хватало бесшумных электрокаров, но они были слабо приспособлены для зомбиапокалипсиса. И заряжать их было негде на данный момент. Да, электричество в городе и не пахло. Лишь дизельные генераторы в безопасных лагерях громко рычали, сжирая топливо.

Город очень быстро изменился. Передвигались люди словно стайками. От тени к тени. Обильно потея, но при этом не снимая с себя те несколько слоёв прочной одежды, в которую укутались. Стволы оружия то и дело ходили из стороны в сторону, а пальцы устало белели от напряжения рядом с переключателем предохранителя. На спинах у людей были сумки и рюкзаки, иногда была видна слаженная работа носильщиков и групп прикрытия с кучей оружия.

Впрочем — эти районы были довольно неплохо зачищены и зомби я до сих пор не встретил. Оттого и люди были повеселее. Но чем дальше я заходил, тем реже встречались улыбки, тем ожесточённее становился взгляд и дёргаными становились сами люди. Теперь помимо удивления, при взгляде на мой костюм, в глазах читались грешные мыслишки «а не завалить ли его, случаем?»

В общем, я попал в суровое царство выживальщиков, где каждый сам за себя и за свою группу. Вскоре люди и вовсе исчезли с улиц, предпочитая передвигаться внутри зданий, использовать узкие проходы, короткие перебежки от забора ко входу, от входа до лестницы и так далее. Каждый был себе на уме, и я тоже ушёл с открытой местности.

Впереди появились первые зомби. Я не видел их, но слышал звуки стрельбы и видел убегающих прочь людей. Они не боялись тех, в кого они стреляли. Они боялись тех, кто придёт на эти звуки стрельбы. Сколько их будет? Десяток? Сотня? Десять тысяч? Они не знали. Оттого и боялись. А опытные выживальщики затаились, смотря на дороги. Ведь если зомби откуда–то прибегут, значит где–то их не станет. Появится возможность тихо и спокойно обчистить какую–нибудь квартиру, дом или магазинчик. Да даже целую улицу или квартал.

А вот меня вероятность прибытия подкрепления зомбарей не пугала. Я даже был рад ей, ведь судя по логике выживших — тут ловить нечего и все они сейчас убегут прочь. До орды отсюда далеко, я это знаю и успел оценить разведданные от Афины. Так что, если даже пару сотен зомби примчится, то подбегать они в поисках вкусной и шумной добычи будут не все сразу. Очки достижений мне не помешают. Разомнусь заодно и осмотрюсь на местности. Где–то впереди должна быть высотка, ставшая домом для нескольких сотен человек. Мелкая группа, что идеальна для того, чтобы начать с неё и взять под своё руководство. Да и вдалеке от крупных альянсов выживших. Рядом зомби нет–нет, да толпами ходят. Приходят, жизнь в башне и окрестностях замирает, но рано или поздно зомби покидают этот квартал, оставляя своих потеряшек, которых уже убивают выжившие. Так что этой группе достаточно забаррикадировать двери и окна и молча сидеть, экономя добытые после ухода волны припасы.

О, а вот и первый зомби из Майами!

— ГРААА! — радостно объявил он о появлении добычи, капая слюной при виде меня.

Худой зомби с большой залысиной и торчащей из груди стрелой. Надо же, тут ещё и лучники имеются? Прямо как в средневековье? В общем, я удивился не меньше него и вытащив первую половину алебарды, побежал к нему навстречу. Да и дружкам его, что шарились возле помойки, тоже не отказал в любезности, раскроив голову каждому.

Для выживших первый убитый зомби — был испытанием. Второй — осознанием. Десятый и сотый — бесценным опытом. А в моём случае все эти крикуны были ходячим опытом. Как там говорится? Я не боюсь того, кто изучает десять тысяч ударов. Я боюсь того, кто тренирует один удар десять тысяч раз… Как–то так. В моём случае это был один смертельный удар по зомби, нанесённый, может пока и не десять тысяч раз, но тоже достаточно для того, чтобы стать «обыденным». Как от мухи отмахнулся. Выдернул лезвие, стряхнул грязь и снова замахнулся. Впрочем, не зря же я каждое утро, едва открыв глаза стараюсь проснуться, проводя зарядку и тренировку. Иногда даже это происходит на передовой, перед лицом гнилой орды или её недобитых носителей Очков Достижений.

Эти зомби закончились. Несите следующих. Я стоял на перекрёстке и осматривался, слыша вой и крики, что становились всё ближе и ближе. Я даже без помощи Афины сумел примерно оценить количество новых соперников. Два десятка с первой волны и потом ещё сколько–то. Ну и ещё в окне второго этажа я вижу группу в человек пять… Вооружённых, взволнованных, удивлённых. И явно желающих выйти ко мне, пообщаться.

Ладно, попрактикуюсь в стрельбе из новой игрушки.

Взял свою винтовку, ASI–070, где число означает дальность прицельной стрельбы иглами с сохранением силы пробития двухмиллиметровой стальной пластины. Почему именно эта толщина использовалась в качестве стандарта — я не знал, но были у меня подозрения, что это связано со стандартом бронепластин первых полноценных вариантов силовой брони. В моих снах этот вид снаряжения время от времени появлялся, был он весьма габаритным, но сами бойцы из–за тяжести, неповоротливости и недостаточной мощности бронезащиты, оставались не такими уж и неубиваемыми. Возможно, моё новое оружие и появилось как раз в качестве альтернативы тяжеловесным стальным гигантам с операторами внутри.

Конечно, в силовой броне многие элементы, над жизненно важными органами имели более толстую броню, но для того, чтобы что–нибудь повредить и вывести из строя бойца, не обязательно убивая его — подобных винтовок ASI хватало. Ну а с зомби…

*ШУХ*

Выстрел был почти беззвучным. Словно болт арбалета вылетела небольшая игла и попала в ключицу бегущего ко мне спринтера. Прилетела знатно, на дистанции в две сотни метров прошила насквозь плечо дурака.

— Сделаем небольшую поправку… — пришлось мне пристреливать оружие и выставлять настройки прицела прямо на ходу.

И тут из дверей дома неподалёку выбрались пятеро выживших, осторожно винтовкой смотря в сторону бегущего зомби.

— Не стрелять! Назад! Спрячьтесь. Я сам зачищу местность. Дам сигнал когда можно выходить! — тут же прокричал я и на мой окрик откликнулись зомби, набегающие со всех сторон. Благо ещё не слишком близко, но слышно их было хорошо.

И вот эти уже крики отрезвили главу группы. На удивление — девушку. Этакая Лара Крофт в джинсах и кожаной плотной куртке. Ну и хорошо, что скрылись. Только мешать будут оружие тестировать сейчас.

Следующий выстрел был метров с пятидесяти и попал прямо в голову. И это было мгновенное убийство. Нулевая отдача, бесшумность, высокая точность и отличная пробивная сила. Кость ведь не крепче стали и не защитит монстров от точного выстрела. Не оружие, а сказка. Не знаю, удастся ли найти что–то лучшее в ближайшее время. Если нет — то эта винтовка станет новым стандартом круизеров, даже несмотря на то, что она стоит в пять раз дороже последней модели Калашникова. Из явных минусов кроме этого есть только один — относительная «нежность» механизма. Если его повалять в грязи, песке, в воде окунуть или постучать по нему кувалдой — он вряд ли будет работать так же хорошо, как самый распространённый автомат в нашем мире. Под дождём работает — уже хорошо. В Майами дожди частые…

Зомби добегали группами и одиночками, и количество криков вокруг всё уменьшалось и уменьшалось. Я не стал разбазаривать боеприпасы и после пяти отстрелянных зомбарей, убедившись в верности своих выводов — перешёл на режим ручной добычи Очков Достижений. И когда всё кончилось…

— Всё, выходите. — помахал я рукой и заметил как меня опасаются, нервно поддерживая огнестрельное оружие пятеро живых добытчиков.

Три стрелка. Два носильщика.

— Михаил. Рад знакомству. — протянул я руку девице и та, слегка опасаясь, ответила мне взаимностью.

— Ханна. Спасибо за предупреждение… Вы из Крушителей?

— Нет, я вольный стрелок. — ответил я им и к моему удивлению увидел радость в их глазах.

А значит, либо с Крушителями они не в ладах, либо вольным стрелкам они рады по какой–то другой причине. Например, возможности убить безнаказанно. Или привлечь на свою сторону… Буду надеяться на второй вариант.

— Прошу прощения, за мою бестактность, Михаил, но вы выглядите сильным и опасным воином, не могли бы вы нам помочь дойти до нашей базы. — дежурная американская улыбка появилась на её усталом, но довольно красивом молодом лице и я задумался.

— Какой базы? В какой стороне? — уточнил я у неё.

— Мы живём в высотке Большого Джонни, здесь неподалёку. — показала она рукой на единственную высотку рядом с нами, на которую открывался прекрасный вид.

Ведь кроме прибрежной части города, высоток практически не было во всём Майами и окрестностях… Это город частных домов и вилл… Интересно, что это за Большой Джонни? Будет любопытно глянуть, что он из себя представляет. И интересно вдвойне, эта улыбка красавицы скрывает за собой радость встречи и помощи, или же возможность с лёгкостью получить удивительное оружие и мой боевой костюм с шлемом?

— Показывайте дорогу, прекрасная незнакомка. Для такой красавицы, если надо будет, я и не на такое готов! — ответил я ей задорным голосом с лёгким комплиментом, отчего мужская часть группы недовольно сморщили носы и нахмурили брови.

Ну а девушка… Если она не задумывает ничего плохого — пусть ей будет приятно. Если же это коварная стерва, пусть думает, что я идиот, который любит бегать за юбками с пошлыми мыслями. В любом случае, их башня Большого Джонни и была моей целью с самого начала.

*Командир, у меня имеется новая информация об этой группе их лидере. Хотите послушать, пока мы идём?* — обрадовала меня, как и всегда моя девочка Афина.

Давай родная, поведай мне всё об этом Большом Джонни. Интересно, будем мы с ним врагами или союзниками после нашей встречи?

Неприятно осознавать, что даже такой, как я, может допускать глупые ошибки. Но всегда радует тот факт, что рядом есть Афина, готовая эти ошибки исправить до того, как я продемонстрирую свою глупость. Именно такой и была эта ситуация, доказывая, что никто не безгрешен, никто не идеален.

Большой Джонни, чьим именем обозначали базу, не был главой их группы. Большой Джонни — это и есть само здание, а вот лидера этого отряда звали Бруно Мендеш. Мексиканец, что был не самым чистым на руку человеком. Но при этом Афина, несмотря на его судимости, довольно неплохо о нём отзывалась. И если то, что она раскопала на этого мексиканца, правда — у меня есть все шансы с ним договориться, а не как это обычно происходит в боевиках, где существует только чёрное и белое, где есть открытые злодеи и непоколебимые герои. Благо таких фильмов в последние годы снимали всё меньше. Или просто они перестали мне попадаться. Хотя, если посчитать количество фильмов, что я посмотрел… За пять лет, пожалуй, десять кинокартин увидел. Да и то всё было делом случая.

В любом случае больше никто и ничего не снимает, а потому рассуждать о состоянии кинематографа нынче бесполезно. Зато о Бруно Мендеше — легко. Тем более что нам идти ещё минут пять, осторожно петляя по городским улицам.

Кто такой Бруно? Мигрант, тридцать три года. Три судимости. Одно убийство по неосторожности — когда отбивал младшего брата от местных уличных мафиози, одно — за вождение без лицензии и последняя судимость за владение огнестрельным оружием при запрете на его хранение и ношение. Кроме этого — успел отметиться на нескольких работах. Честных, никак не связанных со всякими запрещёнными веществами, с оплатой налогов и всего прочего. Плюс брат его — окончил два года назад довольно престижный колледж, и оплачивал дорогущие счета за него как раз Бруно. Единственное, что у меня не сходилось, — так это сумма заработка Бруно за несколько лет и стоимость учёбы в колледже. Учёба была дороже, чем он официально получил от своих работодателей. А значит, какой-то неофициальный приработок Бруно имел. Но либо он был достаточно скрытен, чтобы его, стоящего на учёте полицейского департамента Майами, не повязали, либо что-то ещё. Вот и узнаем. В любом случае — чисто на бумаге — он парень с не самой простой судьбой, что пытался быть честным и помогать семье. Спасибо подробной полицейской сводке, к которой Афина получила доступ за предоставленную информацию.

Мы добрались до запертых и обитых деревянными досками дверей, по которым моя новая знакомая, которую все звали Хеленой, трижды громко постучала.

— Пароль! — донеслось с другой стороны.

— Крушители — мусор, — ответила она, смотря прямо мне в глаза сквозь защитное стекло моего шлема, что стало по моей просьбе чуть более прозрачным ранее.

Я же лишь улыбнулся и едва в голос не засмеялся. Всё ясно, паролей у них несколько, и этот даёт знать, что с группой пришли гости. Или гость, в моём случае. Заодно по моей реакции можно понять, как я отношусь к подобной риторике. И мой ответ — никак не отношусь. Пусть у меня и есть определённые договорённости — но это скорее устный договор о ненападении. Джентльменское соглашение. И в свете такой «любви» обитателей башни Большого Джонни у меня возникают вопросы о причине столь ярких чувств. Может, и мне не стоит доверять Крушителям, что обосновались в порту?

Первое, что я увидел после открытой двери, — это дуло пистолета-пулемёта, направленное на меня.

— Шлем сними, — указал мне покрытый множеством татуировок молодой гангста, на что я показал ему средний палец. — Хелена, ты кого привела?

— Сама не знаю. Говорит, Михаилом зовут. Вроде бы не из Крушителей. Лучше его к Бруно отвести. Он их командиров всех в лицо знает, а такую экипировку они бы не выдали не пойми кому.

— И то верно… Ладно, шевели булками, парниша, но учти — дёрнешься, и я прострелю их с радостью. И пушку свою положи на «гостевой столик». Пока ты никто, поэтому тебя с оружием внутрь не пустят.

— Ты тоже береги булки, дружочек. Ведь если с моим оружием что-то случится — именно твоя задница, нашпигованная свинцом, понесёт наказание.

Я положил всё, что у меня было, на стол, куда мой боекомплект едва уместился.

— Винтовку лучше даже не трогайте. Запрограммирована на «свой-чужой» — проколет ладонь отравленными иглами, инвалидами станете, потом не плачьте, — соврал я, заставляя их ещё больше нервничать.

В целом же, их просьба вполне адекватна. Такие анклавы, как у них, будут выживать ровно до тех пор, пока будут неукоснительно соблюдаться правила выживания. И первое из них — не стоит пускать незнакомцев с оружием в руках внутрь. Правда, если я захочу их убить в этом боевом костюме, мне и оружие не особо-то понадобится. Риски в случае конфликта тоже имеются, но в целом я пока что не увидел у них ни одной пушки с калибром, что был бы мне опасен даже при выстреле в шлем с близкого расстояния. И Афина мои выводы подтверждала, непрерывно анализируя оружие в руках моих оппонентов.

Сопровождаемый гвардией из пяти человек, вооружённых и дробовиками, и пистолетами, и даже кувалдой, я дошёл до лестницы, после чего мы начали долгий путь наверх. Не на верхний этаж этого сорокаэтажного здания, и на том спасибо. Всего лишь до пятого добрался, а там уж и апартаменты нового владельца этого здания.

Было здесь довольно-таки людно. Но всё по большей части мирные, много женщин и детей. Лифты не работали, поэтому люди активно сновали по лестницам, заносили добычу от прибывающих время от времени групп и так далее. Откуда-то сверху раздавался шум и стук, но совсем едва заметный. Если они там что-то ремонтируют, то молодцы, что делают это на верхних этажах. Шум ведь привлекает зомби, а чем дальше, тем хуже слышно. Если они ещё и звукоизоляцию какую-нибудь сделали вручную, вообще аплодировать им буду.

В целом же их жизненный уклад, что я успел оценить, был неплохой. Что логично, так как те, у кого имеются прорехи в организации базы, к этому времени уже обычно погибают. Способность адаптироваться и не допускать критических ошибок очень важна в нынешнем сообществе выживальщиков. И эта группа вполне себе справляется.

Окна, двери, въезд на парковку — всё заколочено, перегорожено и забито. В соседних зданиях — наблюдательные посты на крышах, что позволяет контролировать округу и трубить тревогу. Афина и на самой крыше высотки смогла заметить блеск бинокля, а значит, они стараются полностью контролировать ситуацию. Неплохо. Очень даже неплохо.

— Бруно! Хелена привела к нам человечка… — Старший из сопровождающих меня бойцов постучался и открыл дверь в переделанные под рабочий кабинет апартаменты. — Весьма странного и вроде как опасного. Говорит, он несколько десятков зомби в одиночку при ней прикончил. Якобы вольный стрелок. Михаэль или как-то так его зовут.

Говорящего стало намного хуже слышно, но всё же я смог разобрать, что он там твердит.

Босс что-то ответил своему подчинённому, и тот вышел наружу.

— Минуту…

Мы молча стояли, пока глава этой группы выживших собственноручно не открыл дверь. Он был довольно сносно экипирован в военную одежду, хотя я прекрасно знал, что он никогда не служил. Впрочем, не такая уж и редкость эта одежда.

Мы вошли внутрь, и хозяин рабочих апартаментов с удивлением осмотрел мой внешний вид, после чего протянул мне руку и представился. Никакого пафоса, никакого избитого шаблона. Лишь взгляд уставшего серого волка, что пытается вывести свою стаю из опасных мест.

— Бруно Мендеш, — назвался мой собеседник, что под прикрытием своих бойцов всматривался в моё лицо, пытаясь понять, кто я такой.

— Михаил Листопадов. Русский.

— О… — удивился мексиканец. — Почему вы назвали свою национальность?

— Чтобы вам легче было вспомнить, знакомы мы или нет, — я отпустил его руку и сел в предложенное кресло.

— Нет, вас я, к счастью или нет, не знаю. Говорят, вы помогли моим ребятам?

Бруно был, как и показала мне Афина на фотографии, темноволосым, загорелым латиноамериканцем, с большим крестом на груди и щетиной. От фотографии у реального человека передо мной имелось лишь одно отличие — бесконечно уставшие глаза.

— Они бы и сами справились, я уверен. Просто так совпало, что я сэкономил их боеприпасы, силы и время.

— В любом случае я благодарен вам. Сами знаете, в такое время живём, что получать просто так помощь не принято. Все заботятся лишь о собственных шкурах и карманах. Как, например, Крушители.

— У вас с ними какие-то проблемы? Я был там мимоходом пару часов назад. Не заметил каких-то проблем у них.

— О, я расскажу вам, кто они такие на самом деле. Только сперва скажите, вы и лайнер видели? Это правда, что он привёз им солдат и забрал всякое отребье? — У моего собеседника внезапно загорелись глаза.

Я посмотрел на стоящих рядом бойцов, на самого Бруно, и призадумался.

— Что-то не так?

— Вы выглядите усталым. Я вас мало знаю и не вижу причин делиться с вами секретной информацией. Я был там во время швартовки лайнера и могу ответить на ваши вопросы. Но…

— Хорошо, я понял. Вы деловой человек, из тех, которые везде ищут свою выгоду. — При этих словах лицо Бруно на секунду скривилось, но он быстро вернул себе самообладание.

— Не совсем. Я, как и вы, руковожу группой людей. И в первую очередь меня волнуют их интересы, а уж только затем — мои собственные. — Эта фраза явно понравилась моему собеседнику.

Вообще Бруно выглядел довольно прямолинейным парнем, что плохо скрывал свои мотивы и от этого его было довольно легко прочесть. Для лидера это не критично, но вот руководитель не должен быть понятен собеседнику, как открытая книга.

— Из какого вы района?

— Я не из Майами. И если вы хотите полноценных переговоров — избавьте меня от лишних ушей, чтобы позже мне не пришлось принимать меры. В жизни вашей общины очень многое может измениться, но только в том случае, если вы сами возьмёте на себя ответственность. И чтобы вам было спокойнее — можете оставить себе оружие, а я сниму свой шлем. Идёт?

— Он что, пуленепробиваемый?

— Да, — кивнул я и откинулся на спинку кресла, давая понять, что либо он соглашается с предложенным ему вариантом — причём весьма щедрым, как по мне — либо я ухожу искать другую общину.

Башня Большого Джонни была бы идеальным стартом для меня, если бы мне требовался захват власти и освобождение невинно угнетённых людей. Но здесь таких не было, к счастью Бруно. Я это уже увидел и услышал, Афина уже провела мне полноценный анализ и собрала информацию. Здесь живут не идеальные, но довольно честные и правильные люди. И портить им жизнь я не стану. А захотят сотрудничать — помогу. Так что решай, Бруно.

— Хорошо, выйдите все.

— А оружие?

— А с чего вы взяли, что я безоружен?

— Судя по тому, что стул, на котором я сижу, намертво прикручен к этом месту и я не могу сдвинуть его ни на сантиметр — пистолет под столом и направлен на мой пах? Не лучшая идея. Костюм ещё прочнее шлема, а вот в случае угрозы моим колокольчикам я могу выйти из себя, — улыбнулся я, и Бруно, не сводя с меня глаз, просидел так секунд десять.

— Идите, — кивнул он своим сопровождающим и достал пистолет из-под стола, а я снял с головы шлем.

Нехорошо лишаться Афины, но в целом дальнейший ход переговоров мне понятен.

— Итак, вы сделали верный выбор. Прежде чем я сделаю вам своё предложение, представлюсь полностью и задам один вопрос, если вы не против.

— Не против, мистер Листопадов. Если это не наш секрет, то я не против обмена информацией. Тем более что и мне есть что у вас узнать, и это касается не только вашей экипировки, — кивнул мексиканец.

— Вот и прекрасно. Мы с вами довольно похожи, ведь я тоже глава группы выживших — Круизеров. Только мы несколько крупнее. Наша база находится на Карибах, и мы управляем частью Кубы. Лайнер — мой. И военные, которых я привёз, — это на самом деле армия США. И об этих военных я знаю практически всё. Если мы найдём с вами общий язык и договоримся… Между нами практически не будет тайн. А теперь расскажите мне, за что и почему вы так не любите Крушителей?

Тайна нелюбви оказалась не такой уж и тайной. Обычный конфликт интересов двух сильных личностей. Бруно и сам являлся Крушителем, но был не очень доволен их политикой. Руководство и приближённые этого, скажем так, клана получали часть добычи, принесённой охотниками и собирателями. В общем, всеми добытчиками, что проживали в их зоне безопасности. Причём право первого выбора было тоже за ними, и потому они получали всё самое нужное и ценное, а рисковавшие своими шкурами добытчики — лишь то, что осталось. Если ты был недоволен — адьос. Тебя никто не держит и можешь идти на все четыре стороны. Так с группой Бруно и вышло. Он по собственной инициативе отправился в этот район, чтобы решить какие-то свои вопросы и заодно набрать добычу, но… После возвращения у самого Бруно, как у довольно крупной шишки, ничего не забрали, но вот остальных пощипали капитально. Можно сказать, что, вернувшись из своей вылазки, они получили меньше, чем было у них до неё. Такой вот «оброк» с них собрали.

Люди предъявили Бруно. Он с ними согласился и пошёл отстаивать их права на добычу. Ведь если так забирать — то какой смысл вообще в этих рейдах? Ему решили напомнить, что он, вообще-то, получил часть этой добычи. Слово за слово, и разосрались они в пух и прах. А уже на следующий день восемьдесят человек, все как один — добытчики, отправились вместе с Бруно зачищать от зомби этот небоскрёб. Да так и остались, а многие рисковые, смелые и уважающие себя добытчики тоже направились к ним, что вылилось уже в конкретные претензии к Бруно со стороны Крушителей. В общем, эти люди передо мой — маленькие революционеры, которые готовы рискнуть, но не уподобляться грабителям.

Достойно, скажу я вам. Впрочем, понять Крушителей тоже можно — они несут огромную ответственность за всех людей, и потому у них должно хватать боеприпасов, оружия, экипировки, продовольствия, воды и медикаментов в первую очередь. Если сравнивать с моими Круизерами, так они вообще щедрые. Мы всю добычу складируем на общие нужды лагеря. Лишь персональная мелочь, что может поместиться в карманах или рюкзаке, оставляется добытчикам. Но у нас и методы другие, и условия, и люди больше привыкли к коллективизму.

Так что тот факт, что мы смогли всё так организовать на Кубе, не означает, что в Майами это сработает так же. Здесь право частной собственности настолько сильно — что в два счёта за претензии на содержимое твоего рюкзака можно получить пулю в лоб.

Я выслушал рассказ Бруно и ответил на его вопросы о военных и обо мне. Про Круизеров говорил не очень много, лишь сказал, что здесь мы будем делать новый аванпост и в первую очередь займёмся зомби и сбором добычи с крупных складов различных корпораций.

Такая формулировка не вызвала никакого отторжения у моего собеседника, ибо корпорации ныне мертвы, а их склады — это общая собственность. Кто первый встал и захватил — тому они и принадлежат.

— Так и какое предложение вы хотите мне сделать? Неужели помочь зачистить какую-то местность, чтобы вашим людям было где основать базу? — подошёл к финальному вопросу мой собеседник.

— Нет, что вы, мистер Бруно. У вас у самих сил не особо-то и хватает с учётом числа людей, что прибиваются к вам каждый день. Я хочу предложить вам другое. Есть ли у вас желание стать кем-то большим, нежели простым лидером банды, которого сметут, как только развяжутся руки у ваших соседей? Знаете ведь, как бывает… Одна грамотно заложенная взрывчатка создаст столько шума, что орды зомби нахлынут на территорию вашего противника. Не очень честно, зато действенно. Вы может и благородны, чтобы не делать таких шагов, но что насчёт тех, с кем вы соперничаете?

— Хм… — Мексиканец задумался, понимая, что подобный грязный вариант хоть и маловероятен, но всё же может случиться. — Что именно вы предлагаете?

— Вы можете стать частью нашей многонациональной семьи, которая заботится друг о друге, а не о чьих-то карманах. Эта слабо защищённая башня может стать настоящим оплотом, когда сюда придут мои люди, профессиональные истребители зомби и военные, с мощным вооружением, способным остановить даже орду.

— Босс! — В дверь постучали и сразу же, открыв, закричали. — Группа Августа в ловушке, их кинули добытчики из Крушителей! Пятнадцать человек, почти без боеприпасов в мясной лавке Марты… Там зомби — тьма! Нужно срочно им помочь.

Ох, как удачно вышло. А я всё думал, как доказать, что я не какой-то там прохиндей и балабол, а человек слова и дела.

— Сколько зомби⁈ Хотя бы примерно.

— Пока пару сотен, но их становится всё больше… Если не успеем их вывести — им конец.

— Поднимай всех по тревоге.

Обо мне Бруно словно забыл, поэтому пришлось кашлянуть и напомнить о себе.

— Мистер Бруно. В знак моей доброй воли, позвольте, я окажу вам небольшую помощь в этом вопросе. — Я надел обратно на голову шлем, и Афина тут же включилась в работу, по описанию найдя район предполагаемого столкновения.

— Это наши проблемы…

— Пусть так, но вы же не были против, когда я помог Хелене? А у меня, знаете ли, норма по убийству зомби в день до сих пор не выполнена. Так что встретимся у мясной лавки. Подтягивайтесь, как будете готовы.

Дорога к мясной лавке Марты, где из последних сил оборонялись люди Бруно, составляла всего-то четыре километра. В масштабах города — почти как соседний двор. В масштабах постапокалипсиса — бесконечная полоса препятствий.

Но всё-таки мне удалось набрать необходимую скорость и найти хороший маршрут, на котором зомби встречались лишь изредка, да и то почти все бежали на огонёк в соседний район, который здорово расшумелся. До меня доносились редкие выстрелы, а значит, попавшие в ловушку бойцы всё ещё живы.

За мной бежали, ползли, плелись, хромали зомби, на которых мне было наплевать. Пусть моё появление их и ускорило, но я был в разы быстрее практически каждого из них и не стал тратить время на этот халявный поток очков достижений. За два километра я оказался на небольшом холме, закатанном в асфальт, и увидел впереди конец толпы.

— Афина, анализ и подсчёт, — скомандовал я, вновь ускоряясь в сторону толпы.

«На данном участке видны как минимум двести пятьдесят две особи. Судя по расположению магазинчика, весь квартал окружён, и общая численность врагов составляет от шестисот до девятисот единиц. Рекомендуется применение светошумовых гранат для смещения акцента орды». Афина даже любезно подсветила несколько мест, куда желательно бросить гранаты.

Их было не то чтобы много, поэтому я взял две и за сотню метров до зомбарей приготовился их швырять. Немного сместился, бросил одну. Сразу же вторую, и спустя пару мгновений две оглушительных и ослепляющих вспышки полыхнули у края орды, заставляя всех, кто был в радиусе пары десятков метров, обернуться и броситься в сторону шума. И в мою сторону тоже. В руках был пистолет, которым я окончательно приковал внимание толпы к своей персоне, уничтожив ближайших зомби, что продолжали стягиваться к вечеринке.

Глобально мои действия не спасут зажатых в ловушку людей, ведь даже так остаётся ещё множество мертвецов, что продолжают штурмовать их укрытие. И шуметь они продолжают. Я отстрелял обойму и, перезарядив, спрятал пистолет в кобуру, доставая свою «Аську». Не время экономить боеприпасы, я считаю.

Отступая и отправляя в сторону толпы прицельные выстрелы в голову самых шустрых, я добрался до припаркованного у края дороги фургона. Запрыгнул на его крышу и уже оттуда продолжил вести отстрел. Несмотря на доминирование в высоте, шикарную скорострельность, помощь Афины и методичные убийства врагов, что бросились в мою сторону, подгоняемые голодом, этого укрытия хватило на тридцать секунд.

Фургон не просто облепили со всех сторон, его закачала волна мертвецов, и десятки рук практически одновременно вцепились в его края, используя как подставку тела своих неживых соратников. Пора было уходить, чтобы не оказаться в окружении моря зомби. Здесь нет моих соратников на пикапах с пулемётами, чтобы дождаться прибытия подкрепления.

Короткий разгон — и я приземлился на крыше старенького седана. Три выстрела — и снова разгон, прыжок и новая крыша, которую со мной делил какой-то воинственный зомби в комбинезоне рабочего. Скинув его вниз ударом ботинка и добавив ещё тройку выстрелов, опустошил до конца обойму, после чего закинул оружие на ремень через плечо. Вместо него в руках оказалась сокрушающая души зомбарей часть алебарды. Несколько прыжков по плотно припаркованным автомобилям, и я оказался на своеобразной развилке: слева начинается частный сектор, хлипкий забор которого не выглядит как достойная преграда, а справа видно старое кирпичное двухэтажное здание прачечной. Один минус — четырёхполосная дорога к нему перекрыта сотней пришедших на шум зомби.

Пришлось выкручиваться и, до предела напрягшись, прыгнуть в толпу. Долетел с ходу под овации и рычание толпы до середины дороги. Приземление вышло смазанным, на троечку, прямо на грудь не самого крупного зомби. Благо его поддержали плотным строем товарищи и не дали упасть, а меня сила инерции протянула вперёд, мимо вытянутых рук зомби. Завалился я прямо между десятком из них, ощущая всю прелесть зомби-массажа.

Впереди их было чуть поменьше, и я, пока не стало слишком поздно, подобно ледоколу ринулся дальше, расталкивая и опрокидывая одного за другим, охаживая попутно верхней частью алебарды самых упрямых.

Добравшись до зазора в толпе и со всего размаху крутанувшись с оружием в руках, откинул и поранил пятёрку зомби, после чего в сильном прыжке достиг середины пожарной лестницы. Та сильно заскрипела под моим весом.

Оказавшись на крыше и перезарядив оружие, начал свою игру, шпигуя тварей металлическими иглами, которые прошибали их кости на раз-два. Порой находились умники, что хватались за лестницу и ползли вверх. Таких я прикончил аж трёх, пока толпа не уплотнилась настолько, что по трупам и ещё двигающимся телам своих собратьев приступом не взяла это здание. И снова разбег и прыжок со спрятанным за спину оружием.

Бухнувшись на газон за прачечной, прямо за спиной тройки забредших сюда зомби, я рванул вперёд, увеличивая дистанцию. Оглянулся и заметил толпу мертвяков, что уже покорила плоскую крышу прачечной и бежала к краю моего недавнего укрытия.

Начался зомбипад. Многие покалечатся, сломают ноги — но это не остановит их. Я же и дальше несусь вперёд, перепрыгиваю заборы частных секторов и машины, постепенно ухожу слегка в сторону, полукругом оббегая недавний район схватки. Выносливости у зомби много, но мозгов для скоростного бега с препятствиями — мало. Если же на территории, где я оказывался, имелись свои немёртвые хозяева — я не тратил время и игнорировал их, стремясь как можно быстрее добежать до магазинчика.

Позади меня послышались многочисленные выстрелы. Это на дороге отряды Бруно столкнулись с той оторванной частью миниатюрной орды, что преследовала меня и осталась позади.

Я тоже уже через минуту оказался на небольшой, практически лишённой врагов прямой улице, что вела меня к дороге. В очередной раз получилось ускориться и выскочить на дорогу, и впереди я заметил очередную толпу. Это были те из врагов, что не пошли со мной веселиться. С ходу им туда обычную и светошумовую гранаты закинул, снял с плеча «Аську» и перезарядил, держа наготове ещё один магазин.

Ох, как они всполошились и заверещали. Снова начал свою игру в кошки-мышки, отстреливая и перебегая от одного укрытия к другому, отмеченным и подсвеченным Афиной. В запале боя решения принимаются моментально, но даже так сэкономленные мгновения превращаются в секунды, а порой именно они отделяют нас от смерти.

Второй раунд оказался ещё быстрее первого, так как зомби стало меньше, да и местные спасатели активно занялись истреблением тварей. «Аська» снова ушла на перезарядку, в руках моих оказался дробовик, который я щедрою рукой разрядил, подарив толпе впереди, облепившей магазин, фейерверки из свинцовой дроби. Тут же перехватил пистолет — и ещё семь выстрелов благополучно нашли свои цели, остальные лишь ранили рычащее стадо.

Их осталось навскидку не больше тридцати здесь. Но было видно, что многие забрались и внутрь лавки, разбив стёкла и окна, преодолев баррикады из прилавков. И звуков борьбы изнутри я уже, к сожалению, не слышал. Для самобичевания не было времени. Я делал всё, что только мог со своими силами. Сами бойцы из башни Большого Джонни не перемололи бы и трети орды за это время.

Щёлкнули металлические крепления, и алебарда сложилась в полной мере. Я выдохнул и резким ударом вперёд пронзил голову доковылявшего до меня зомби. А затем ещё одному. И ещё… Круговерть тяжёлым оружием выматывала. Без костюма я и вовсе уже через минуту лежал бы без сил на окровавленном асфальте.

Последний зомби был прикончен у самой двери в мясную лавку. Я лишь облегчил муки бедолаги, затоптанного множеством ног его соратников. Жалкое зрелище… За спиной стало шумно, и я увидел несколько десятков людей, что с большим трудом, обливаясь потом и тяжело дыша, бежали спасать своих соратников.

Они помогли мне вытащить перекрывающие проход баррикады из многочисленного оборудования этого магазинчика.

— Периметр держите! Глаз не спускать! — командовал Бруно, самолично примчавшийся на помощь. Чем заработал от меня ещё одно очко в свою копилку «нормального мужика, с которым можно иметь дело».

Внутри магазина было… неуютненько, мягко говоря. Десятки трупов, лужи крови, зловонный запах, который пробивался даже через фильтры шлема. Многих даже вырвало от подобных видов, несмотря на всю моральную подготовку, прошедшую с момента начала конца.

— Ваши есть среди погибших? — задал я вопрос Бруно, который стойко осматривал тело за телом.

— Кажется… Нет. — Он был удивлён, как и я.

«В конце коридора заставленный ящиками вход в неработающий морозильник», — сориентировала меня Афина.

И надо же! Действительно. Раскидав кучу хлама и открыв дверь, мы увидели тринадцать человек. Они лежали практически без сознания, надышавшись зловонными миазмами протухшего мяса в сломавшемся холодильном помещении.

Всех их вытащили на улицу и начали приводить в чувства, тайно радуясь тому, что успели и спасли. Но меня, как и многих, не покидал один вопрос. А где те, кто заставил дверь хламом, создавая преграду на пути зомби?

Вновь вернувшись в здание, я начал всё внимательно осматривать, выискивать тайные помещения и подсобки.

Кап.

Я уловил звук быстрее, чем Афина отследила его источник, и уже через мгновение оказался под окровавленным потолком. Он был сделан из плит, уложенных на металлический профиль. И что удивительно, строители сделали настолько большой отступ от чернового потолка, что там поместился человек.

— Стул дайте!

Тут же все зашевелились, поняв, что ещё один член этой группы найден.

— Август! Нашёлся!

— Да он весь искусан!

— Есть у вас лекарство из терминала против укусов?

— Нет, закончились давно уже, — тут же ответил за всех Бруно.

Я просунул голову в дыру между плитами и нашёл ещё одно тело без признаков какой-либо активности чуть в стороне.

— Там ещё один! Тоже в крови и покусанный.

Я достал свои личные запасы, не жалея их на спасение тех, кто не жалел собственной жизни.

Оказав первую помощь и убедившись, что оба всё ещё дышат, а пульс их стабилизировался, Бруно организовал носилки, на которых понесли двух самых пострадавших, подальше от этого места. Зомби мы хоть и перебили, но угроза всё ещё не ушла, и они продолжали активно стягиваться на звуки стрельбы.

— Спасибо. В очередной раз, — подойдя ко мне с зажжённой сигаретой и дрожащими руками, поблагодарил меня Бруно.

— В очередной раз пожалуйста. Одно дело делаем. Что-то тебя накрыло капитально… — Я заметил, что нервный мандраж не отпускал главу этого небольшого сообщества выживших.

Он нервно затянулся и, выпустив дым из лёгких, повернулся в сторону собирающихся бойцов.

— С каждым днём нас всё больше. Но с каждым днём всё хуже и хуже. Мы словно застряли в каком-то моменте, пройти через который не в силах. Припасы заканчиваются. Патроны заканчиваются. Вылазки становятся всё дальше и всё рискованнее. Группа Августа должна была объединиться с Крушителями, чтобы добыть еду и фильтры для воды в одном здании, в паре кварталов отсюда. В Крушителях был его хороший друг, которого он знал давно и не раз выручал. Думал перетянуть их на свою сторону, а вот как вышло. Мы чуть не лишились своих ребят из-за жалких бумажных и пластиковых фильтров для воды! В Майами! Городе, где каждые два дня идёт если не ливень, то дождь! Так не может продолжаться.

— Понимаю. Городские джунгли — ещё более жестокие и беспощадные, нежели настоящие. Враги повсюду, ресурсы не бесконечны. И в отличие от Крушителей, вы лишены терминала. Любой укус — смерть. Патроны — в дефиците. Вы даже сухпайки не купите в терминале, пусть они там и стоят ужасно дорого.

— В терминалах бывают сухпайки? — удивился Бруно.

— Каждый терминал особенный. В некоторых они есть. Бруно, если даже ты не видишь выхода и светлого будущего, то что говорить о других ребятах? Где им найти силы на новый день и новую вылазку, если даже их лидер не способен сказать, что всё будет хорошо? — пожурил я его, но в ответ увидел лишь пустой апатичный взгляд.

— Они вдвоём умерли бы, если бы не ты. У нас не было ни сил, ни возможностей добраться до них так быстро. У нас нет лекарств, чтобы спасти их после укусов. У нас нет даже грёбаных аптечек, чтобы поставить их на ноги! Остальная группа тоже слегла бы надолго из-за отравления токсинами. Как… Как ты стал таким сильным? Где ты взял такое оружие, опыт, такую броню?

— Пройдёт время, и почти все выжившие бойцы, которые будут заниматься зачисткой и охраной границ своих территорий, станут выглядеть подобным образом. Терминалы. Они и есть наше сильнейшее оружие против кризиса.

— Много у тебя терминалов?

— Три на лайнере, восемнадцать на Кубе на моих землях. Ещё около пятидесяти доступны по договорённости с одним из союзников. Минимум один на Ямайке. Пока я тут нахожусь, возможно, ещё парочку захватили.

— Как ты этого достиг?

— Это знают все мои старшие командиры. Но тут важен вопрос веры. Людям со стороны не стоит знать секрет моей силы.

— Почему? Может быть, тогда тебя посчитают кем-то, посланным небесами, и люди сами потянутся за тобой? — удивился Бруно.

— Я не Мессия. Я — Реконструктор. Когда-нибудь ты это поймёшь, если выживешь и будешь своими глазами следить за миром, что стремительно меняется вокруг нас, выживших. Я не хочу, чтобы люди следовали за мной из-за мифических и несбыточных пророчеств, произнесённых выжившими в полупьяном бреду. Я не принесу людям чудес на блюде. Я человек. Простой человек. И то, что делаю я, может сделать каждый, хоть это и невероятно трудно. Поэтому я собираю людей. Таких, как ты. Таких, как они. Чтобы вы видели, чтобы вы понимали. То, что сделал один, — можете сделать и вы. Поняв это и стальной волей вцепившись в шанс на выживание нашего вида, тысячи таких, как я, выживших несмотря ни на что и не сломившихся людей, — совершат настоящее чудо.

— Какое?

— Изменят этот мир и нашу судьбу, — я улыбнулся и похлопал Бруно по плечу. — Многие считают, что Алое Затмение и появление зомби — это начало конца. Я буду честен с тобой. Всё так и есть. Но конец этот может настать не сейчас и не завтра, а сотни поколений спустя. У всего есть конец. И я верю, что век человечества ещё не окончен. Поверь в это и ты, и перед тобой откроется множество возможностей.

Я поднялся и начал перезаряжать всё своё оружие, смотря, как вперёд отправляются первые вооружённые группы и в конвой строятся раненые и больные люди, которым явно требуются отдых и медикаменты.

Хорошие люди. Смелые. Правильные. Я ощущал необычайный прилив сил от мысли, что помогу им. Они этого заслуживают, и плевать, что некоторые из них состояли в бандах в прошлом. Перед лицом смерти все равны. Это одна из истин этого сурового мира. И они в полной мере её познали.

Я двигался чуть в стороне и впереди, добивая последних зомби в этом районе. По идее — сейчас самое время хорошенько поискать припасы и полезные вещички, но этой группе сейчас явно не до этого. А значит, скоро здесь будет много выживальщиков из других анклавов.

Впереди раздалась стрельба. Снова этот опасный для густонаселённого города шум. Но что-то меня остановило и заставило замереть, прислушиваясь.

БАХ!

Я посмотрел налево, туда, где параллельно мне двигалась колонна из башни Большого Джонни. А затем вперёд, в то место, откуда доносились выстрелы. Стреляли как раз в районе башни.

Я ускорился и взлетел на ближайшее трёхэтажное здание, что было самым высоким в округе.

— Вот ведь… И где приличных слов подобрать?

Моим глазам открылась картина, где тысячи солдат, которых я совсем недавно привёз на это солнечное побережье, занимали территорию башни и окрестных зданий.

Кажется, Бруно только что выселили из его башни, а меня облапошили, положив армейский болт на все мои планы. Сам себе проблем привёз на свою голову…

Разговор с Бруно был неприятным, но обязательным. Я не мог за всех них решить, что им делать и как им быть. Не мог я знать и что потребуют военные. Я знал наверняка лишь то, что сто пятьдесят человек, включая раненых, должны вернуться в занятые соперником дома, чтобы узнать — какую судьбу для них приготовили. Лишь пару одиночек сразу ушли, поняв, какая сложилась ситуация.

Их никто не винил и не осуждал. Если бы в башне не были соратники, семьи бойцов, простые выжившие — ушло бы намного больше людей. Я остался в стороне и не стал вместе с Бруно идти в башню. Для меня это риски. Да и что я там сделаю? Как бравый поборник справедливости ворвусь с ноги в кабинет главы и потребую у офицера освободить незаконно занятую башню?

Если повезёт — на меня посмотрят как на душевнобольного. Если нет — ликвидируют как опасного идиота. И знакомство моё с командиром вояк здесь не поможет. Я даже практически уверен, что Крушители им и подсказали неплохую базу для дальнейшего ожидания подкреплений и разведки местности. Очень уж целенаправленно они пришли сюда. А значит, они не уйдут, даже если мы все вместе их попросим.

И это только одна сторона медали. Другая — радость людей, которые будут жить в защите и работать на армию. Уверен, девять из десяти бойцов останется там, если их самих не выпрут за периметр базы.

Мне нужен был новый план. И я отправился городскими тропами, скрываясь в тенях, к ближайшей вышке сотовой связи. Довольно высокая антенна, на которую можно забраться и осмотреться. Из минусов: если рядом где-то есть снайпер-маньяк — мне могут доставить проблем…

К счастью, даже провисев пять минут на самом верху антенны и вместе с Афиной зафиксировав всё, что только возможно в этой части города, меня так и не попытались подстрелить. А ещё я заметил суету у ворот возле башни. Афина приблизила, насколько могла, картинку…

— Вроде бы Бруно, — оценил я состав группы.

Десять человек с сумками, без огнестрельного оружия, дружным шагом шли подальше от своего прошлого дома. Я спустился с вышки и отправился к ним, срезая путь через частные дворы. Собаки… Они не изменились. Но многие погибли от голода и жажды, сидя в вольерах или на цепи. Хотя некоторые сбежали, прятались и выживали. Все, кто мог, покинули город или прибились к более добрым людям. Но всё равно — для домашних животных эта катастрофа была едва ли не более смертельной, чем для людей. А ещё многие собаки стали дикими и опасными, сбиваясь в стаи и нападая на выживших из-за голода.

Всё это я отметил мимоходом, смотря на огромные вольеры-дома для домашних любимцев. Когда-то люди купались в роскоши в этом доме. Теперь лишь надувшийся зомби плёхается в грязном бассейне посреди мусора.

— Бруно! — обозначил я себя, выныривая из подворотни и останавливая стремительно двигающуюся группу.

— Ох… А я думал, ты уже ушёл, как вольный странник.

— Я и ушёл, но на разведку. Прикинул планы и дальнейшие действия. Рассказывай, что там происходит, куда вы несётесь, почему у вас из оружия только биты, лом и прочий ненадёжный мусор? — Я огляделся и заприметил разграбленный ресторан, в котором если что и осталось — так это перевёрнутая мебель. — Давай сядем, в ногах правды нет. Посидим, спокойно обсудим.

Бруно обернулся к своим немногочисленным соратникам, и те в большинстве своём пожали плечами. Само собой — я для них сейчас желанная цель. Вооружён, силён, опасен.

В группе я заметил несколько знакомых лиц. Хелена, эмоционально выпотрошенная, смотрела вперёд словно в прострации, заторможенно реагируя на слова командира. Прихрамывая и держась за бок, стоял за спиной Бруно недавно спасённый Август. Другие люди… В основном бывшие члены банд, судя по татуировкам.

Когда мы присели за столики, я понял, что оказался прав.

— В двух словах — это те военные, что прибыли на корабле, — тут всё было и без комментариев понятно, но я не перебивал бывшего главу башни Большого Джона. — Они великодушно позволили нам остаться, правда, выборочно указали на нас шестерых, сказав, что с преступниками сотрудничать не намерены. Нас разоружили и выпихнули из места, что мы создавали и оберегали своим потом и кровью.

— Кто-нибудь из мирных или членов отряда за вас заступился? — Мне действительно было интересно, насколько легко предать свои чувства ради лучшей жизни.

— Были такие. Но им предложили либо заткнуться, либо валить вместе с нами. Вот… Так нас стало десять. Без нормального оружия, с запасами одежды, литром воды, парой упаковок печенья и презрительными взглядами тех, кто должен был нас защищать…

К рассказу присоединились и другие. Особенно красочно высказался о «военных-бандитах» Август, параллельно раз пять поблагодарил меня за помощь и спасение. Пока они добрались до своей башни — как раз успел прийти в себя после лекарства и аптечки.

— И что вы теперь думаете делать?

— Ну… Мы умеем убивать зомби. Находить добычу. Не пропали бы. Думали раздобыть в первую очередь оружие, а потом присоединиться к какой-нибудь группе посильнее, но не Крушителям.

— Ага, понял. Набрать вес и внушительность, придя к тем, кто действительно нуждается в бойцах. Разумно. А моё предложение почему не рассматриваешь?

Бруно шумно выдохнул носом и, опустив голову, покачал ей из стороны в сторону.

— Михаил… Разве твоё предложение может быть всё ещё в силе?

— Какое предложение? — удивилась очнувшаяся Хелена.

— У нас больше нет силы. Нет власти. Нет людей. Мы небольшой отряд — огрызок, лишённый всех достижений!

— Ну, начнём с того, что не всех достижений. Далеко не всех, — я улыбнулся. — Мне всё ещё нужна команда. Мне нужны люди, которые прикроют, создадут боевой мобильный отряд… Задачи для вас найдутся. Награда будет наша общая, а цель — создать боевой корпус, по силе сравнимый как минимум с Крушителями. Ты будешь командиром людей, и отвечать тебе предстоит лишь передо мной. Не существует безвыходных ситуаций. Бывает недостаточно ресурсов для их разрешения. И порой мы допускаем ошибки, которые снижают наши шансы на успех. Я не стану на вас сильно давить, но времени для принятия решений у вас не слишком много. Если не вы — то я найду кого-нибудь ещё. Обсуждайте, думайте, решайте. И помни, что всё то, что ты знаешь благодаря мне, — на твоей совести. Хочешь, неси эти знания сам, хочешь — рассказывай своим соратниками. Я выйду на улицу, подежурю, а вы пока подумайте. Позовёшь, как решите.

Оказавшись на улице под ярким жарким солнцем, безумно хотелось снять шлем и вытереть пот. Но нет. Надо быть стойким даже в противостоянии с подобными желаниями. Я на территории хищников. Здесь каждый себе на уме, и одна пуля может закончить всю мою историю Реконструктора этого мира.

Впереди виднелся очередной высокий каменный забор. Частный сектор Майами — это какая-то насмешка над мегаполисами. Здесь жило столько человек, и так много из них имело именно что дома. Это усложняет добычу припасов, так как приходится обыскивать большую площадь, но помогает находить полезные для выживания вещи. Начиная от электрогенераторов и газовых баллонов и заканчивая садовым инструментом, который можно легко превратить в оружие против зомби. Лопаты, если их наточить — не хуже топора останавливают безумство голодных.

Я залез на крышу дома, второй этаж которого был чем-то вроде мотеля, а первый, собственно, и являлся рестораном. Отсюда хорошо просматривались лишь две улицы, поэтому я походил по крыше и посмотрел другие улицы с другой части крыши.

Люди… Зомби… Люди и зомби. Люди против зомби. Понамешано выживших добытчиков и неживых охотников. Где-то сражаются, где-то убегают, где-то готовят ловушку для подтухших бродячих мертвецов. Город как и тысячи других, что я видел во снах. Кстати — ни один мой сон, даже с «безобидными» зеомби не оканчивался хорошо. Когда я попадал куда-то, я уже знал, что все вокруг обречены.

Вернулся на исходную точку дозора вовремя — мужчины и Хелена уже всё обсудили, и Бруно стоял на улице, пытаясь найти меня глазами. Удивился он знатно, когда я с крыши сиганул и приземлился рядом с ним. Возможно, даже испугался. Так с высоты нырять лишь зомби любят.

— Не дрейфь. Что решили?

Бруно кивнул головой, и мы вернулись под крышу, где десять человек прожигали меня взглядом.

— Поклянись богом, что твой рассказ Бруно — чистая правда. Что вскоре сюда прибудет ещё больше военных и твои люди. Что вы собираетесь основать здесь свой лагерь и что…

— Клянусь. Всё сказанное Бруно — чистая правда, — прервал я голос Хелены, после чего склонил голову. — А вдруг я атеист?

— А ты атеист? — тут же спросила она, прищурив глаза.

Я лишь уменьшил затемнение шлема и ухмыльнулся.

— Слишком философский вопрос в контексте последних событий на нашей планете. Считай так, как твоей душе будет спокойнее. Вопрос ведь не в моей, а в твоей вере! Ну что, вы готовы?

— Готовы. Хоть и не знаем, к чему именно, но готовы! — опёрся кулаком на стол Август.

— Да, Михаил. Говори, что нам делать. Какой у тебя план?

— Наш план простой — идём туда, где есть зомби и нет других выживших. Где есть неразграбленные дома, квартиры и магазины. Собираемся с силами, вооружаемся, отдыхаем и двигаемся в сторону орды.

— Орды? Это и есть твой план? Суицид? — скептически заметил один из ребят Бруно.

— Ну, для кого-то, может, и суицид. Но я это проделывал уже не раз. Зомби слишком просты, и мы с лёгкостью спрогнозируем их действия. Так что ничего невыполнимого я не вижу в нашей главной и основной задаче — захвате терминала. Будет терминал — будет всё. Будем жить.

Я дал каждому время обдумать и возразить, но возражений не последовало. Люди слишком устали скитаться и оказываться на обочине дороги, брошенными на произвол судьбы.

— Афина, проложи маршрут к оружейному магазину. По пути пометь потенциальные точки с припасами продуктов питания и воды. Обязательно к той девушке проведи дорогу, сделаем там перевалочную базу.

— С кем ты сейчас говоришь? — удивился Бруно.

— Помнишь, мой мексиканский полководец, как я говорил тебе, что стоит лишь стать моим человеком, как тебе откроются удивительные тайны и секреты моей силы? Ну так вот — официально заявляю. Отныне вы мои люди. Я несу за вас ответственность. А вы — часть группы Круизеров и ответственность несёте перед всей группой. Предательство одного из нас — предательство всех. Это наказывается. Порой даже смертью. Учтите это и никогда не забывайте. Афина, поздоровайся с новыми членами нашей группы.

Она перевела свой голос на внешние динамики и выполнила мою просьбу:

— Добрый день, уважаемые Круизеры из отряда Бруно. Меня зовут Афина. Я — искусственный интеллект, созданный Михаилом. Моя основная задача — помощь ему в достижении его целей и планов. В данный момент эта цель — устранение последствий кризиса «Алого Затмения» на планете. Я являюсь адаптивным, самообучаемым квазиживым механизмом, работающим в мирном и боевом направлениях. К сожалению, из-за технологического кризиса и ограниченности технологий я не могу в полной мере раскрыть свои возможности. Но я уверена, что мои советы с девяносто восьмью процентами вероятности обеспечат выживание и процветание группы, при отсутствии новых факторов опасности для человеческого вида.

— О…балдеть…

— Да ну, врёт. Не бывает таких продвинутых искусственных интеллектов! — заявил один покрытый с головы до ног татуировками мужчина.

— Руис «Виеро Буйвол» Флорес, — тут же в ответ проявила себя Афина — с моего, естественно, позволения. — Сорок один год. Восемнадцать лет в тюрьмах. Считается палачом более не существующей банды «Красный цветок Техаса». Шесть раз обвинялся в убийствах. Лишь один раз вина была доказана в суде. Отец троих детей. Женат один раз. Был старшим членом «Цветка Техаса» и являлся ликвидатором оступившихся членов банды. Других нарушений закона не имеется. Это короткая выжимка из материалов ФБР по Палачу с прозвищем «Виеро Буйвол» в досье банды. Могу ещё информации предоставить, но верить в моё существование — личное дело каждого из вас. Если вам так удобнее — считайте меня закулисным куратором, что наделён полномочиями отдавать приказы.

— Да уж… — покачал головой Бруно, который явно не был в курсе талантов отправившегося с ним бойца.

— Опять врёт. Я никакой не Виеро Буйвол. Хоть и Руис Флорес. И про «Красный цветок Техаса» впервые слышу! — даже не смутился «палач».

— Да-да. Первое правило бойцовского клуба — никто не должен знать о бойцовском клубе, — закивал Август. — И всё-таки, командир, куда идём?

— За мной, естественно! — Я уже было хотел отправиться, но развернувшись, на всякий случай напомнил всем и каждому об основных принципах Круизеров.

Они больше не бандиты. Они бойцы моего отряда. И за нарушение многих из наших законов — смерть. Я сам стану палачом, если потребуется. И моя рука — точно не дрогнет. Я дарую им большие возможности и большую силу. А бонусом к этому идёт и большая ответственность. Пусть только попробуют меня разочаровать.

Мы отправились в путь. Внешне большой и слаженный отряд с самыми разными физиономиями, ведомый вперёд воином в технологичном костюме. Встреченные нами люди уважительно расступались, то и дело косясь на меня, мою винтовку, мой шлем. Мы никого не провоцировали. Нас никто не провоцировал.

С зомби же было ещё проще. Из-за всего этого шума за сегодняшний день они в основном сместились слегка в сторону от нашей дороги, и сейчас мы двигались в густозастроенный старый квартал. Там было минимум жилых домов и максимум торговых аллей, магазинов и трёхэтажных кирпичных домов, в которых располагались апартаменты и офисы.

Я отчего-то был несказанно воодушевлён. Или то, что за мной следовали люди, повлияло. Или банально злость от впустую потраченного времени с башней Большого Джона трансформировалась в нечто более полезное. Но я пёр вперёд паровым катком, неостановимой бурей с пистолетом в одной руке и алебардой во второй. Просто было жалко тратить время на перебежки от одного медленно ковыляющего зомби к другому. Поэтому я был намного рискованнее, как сказали бы местные, и эффективнее — как сказали бы мои Круизеры.

Прицельный громкий выстрел в голову одного, что дальше всех стоял на улице и медленно ковылял в мою сторону. Ну а дальше пошла потеха. Руби, кромсай, убивай. Мышцы устали? Ноют кости? Пот застилает глаза? Радуйся — ты жив и активен. А твой враг — нет. После получения костюма алебарда из смертельного оружия, эффективного против зомби, вообще превратилась во что-то экстраординарное. Мой лёгкий взмах руки буквально шинковал зомбарей, что пёрли в мою сторону. А я шагал им навстречу, размахом от плеча раз за разом уменьшая статистику города по количеству заселивших его зомби. И заодно зарабатывал очки достижений, которые наверняка очень и очень скоро мне пригодятся.

Мои новобранцы тоже отличились — добивая тех, кто каким-то чудом не помер, перехватывая стекающихся с параллельных улиц тварей и прыгающих мне вслед с балконов подтухших поклонников. В общем, они тоже зарабатывали свои очки достижений.

Мы остановились у одного из многочисленных домов, что были здесь построены крайне близко друг к другу. Я поднял голову и увидел тот самый листочек с просьбой о помощи, который заметил когда-то с дрона.

— «Помогите…» — прочитала его Хелена. — Там всё ещё есть выжившие?

— Недавно были, — пожал я плечами.

— Мы поможем? — уточнил Бруно, сам не понимая, какую глупость он спрашивает.

Спасать всех и вся — глупо. Пупок надорвать можно. Но если у тебя есть возможность, силы и хотя бы капля совести — ты это сделаешь. И тебе приятным бонусом начислят за твои действия очки достижений. Люди вроде меня делали бы это и просто так. А уж с учётом награды — приоритет спасательных миссий и освобождения населённых пунктов становится на высшую ступень. Так что…

— Входим в здание. Я зачищаю, вы перепроверяете комнаты. Трое у основного входа, трое у заднего. Их блокируем, в случае непредвиденных обстоятельств — смещаетесь к лестнице. Здесь у нас будет перерыв и перекус. Затем пойдём к магазину с оружием. Там было больше зомби, чем на улицах. Как сейчас — не знаю. Тактика та же, только пистолет поменяю на винтовку. Всё, господа, работаем. И Бруно, — я повернулся к командиру людей, вручая ему свой пистолет и запасы боеприпасов. — Ты остаёшься внизу, командуешь обороной.

Старая добрая зачистка зданий от опасного контингента… Я о зомби, конечно же. Сколько сотен домов я прошерстил своими руками и ногами. Сколько оживших мертвецов я там застал, а после — упокоил. И то всё было на Кубе. Теперь же я положил начало этому делу и в Майами.

Ноги сами несли меня наверх по ступеням, я слышал урчание мертвецов, выбивал двери, даже если они были очень крепкими, и врывался в помещения. Естественно, мне это было делать легче всех остальных из-за костюма и опыта. Но даже так, к середине зачистки второго этажа начало побаливать плечо. Перешёл на удар ногой, выбивая преграду не менее эффективным способом.

Ворвался — проверил. Нашёл врага — прикончил. Мне было плевать на их ярость. Мне было плевать на их внешний вид. У меня уже давным-давно ничего внутри не дрожало. Я просто делал свою работу, и делал её хорошо. Это других ещё терзают философские вопросы, страх и ужас подкрадывается к сердцу, а я… А я давно привык к этому.

— Чисто! — Я убедился в отсутствии врагов в очередном офисе третьего этажа и подошёл к следующей двери.

Здесь было уже повеселее. Даже через закрытую дверь и фильтры шлема я ощущал смрад смерти. Ну что же, значит, пора нести возмездие в эти кабинеты. Дверь оказалась не заперта, и я без особых проблем вошёл внутрь. Семеро трупов, шестеро зомби.

Они слышали, что к ним в гости идёт свежий кусок мяса. Они столпились у двери и ждали меня, поэтому битва началась практически сразу.

Удар алебардой, толчок вперёд, заваливая трёх зомбарей. Нож достать из-за пояса и наградить самого прыткого, что по ксероксу пытается добраться до меня, втискивая любопытную морду в дверной проём.

Удар в висок вырубил его без единой претензии со стороны других офисных сотрудников. Сзади стояли трое бойцов, прикрывающих меня и смело порывающихся вступить в битву. Не сейчас, ребята. Не сейчас.

Один за одним я прекращал сопротивление зомби, ощущая себя довольно странно. Вроде бы и дело хорошее делаю, и усталость от этого чувствую, а всё равно какое-то недовольство к самому себе есть.

Я вошёл в офис и прошёлся к дальней стеклянной стене, на которой был наклеен лист с просьбой о помощи.

— Хм… Она исчезла, а зомби появились… Пыталась сбежать? — Я ещё раз окинул взглядом помещение и прокричал, чтобы она выходила, если ещё здесь, или подала голос. Ибо среди трупов той, что ждала спасения не было. Они уже слишком давно здесь лежат и гниют.

Голос вместо неё подали зомби в соседних кабинетах. Эх, будет обидно, если окажется, что я опоздал. Идей, куда она могла деться, я не видел, поэтому вышел в коридор и продолжил зачистку. Уже подходя к запасному выходу по лестнице, ведущей вниз, я заметил одинокий ботинок, лежащий чуть в стороне от лестницы. Размер маловат для мужика. Посмотрел вверх и увидел люк на крышу, сделанный прямо в потолке здания, и складную лестницу, свёрнутую вверх для экономии места.

Тут же подпрыгнул и схватился за её край, заставляя её разложиться. Затем полез вверх, велев троице ещё раз пройтись за мной по всем кабинетам и отметить, где может лежать что-нибудь полезное.

— Особенно кабинет администрации и офис директора, который мы прошли, проверьте. Там может быть оружие, — велел я им, откидывая крышку люка.

Выбрался наверх и увидел сотни металлических коробок вентиляции из других кабинетов. Быстро пробежался к особо большим и высоким коробам и…

— Бинго! Нашлась! — Я заметил лежащую в тени девушку и тут же бросился проверять её пульс.

Так, ещё живая. Но уже одной ногой в могиле от голода. Я подхватил её на руки и понёс к лестнице, после чего крикнул, чтобы все срочно мчались ко мне.

Вчетвером мы осторожно спустили сильно исхудавшую и едва дышащую девушку вниз, после чего я приступил к оказанию первой помощи. Вариантов у меня не очень много, но кое-что всё-таки есть.

— Эксклюзивная химия из терминала№24 или Малая аптечка… Вот ведь. Аптечка последняя, а инъектор на живучесть — такая редкая вещь… Ладно, лучше уж «магия» аптечки, нежели инъекция. Ведь химия мобилизует сам организм, а он у неё и так на грани, — размышлял я вслух, достав из под своего костюма небольшой набор, в который сложил все коллекционные улучшенные препараты из терминалов, что не вызывают негативных последствий.

Коллекция у меня была большой и полной с точки зрения вариантов характеристик, которые нужно усилить. Но мне даже не особо требовалось принимать хоть что-то из этого за всё время. В основном это были капсулы. Ну а боевой стимулятор высвобождения резерва и последующего восстановления в виде шприца или инъектора попадалась крайне редко. Вот на живучесть только один и был в виде инъектора. А он ведь чем хорош в первую очередь? Его можно вставить в продвинутые боевые костюмы. Мой для этого дела не подходит, но я рассчитываю на получение и более продвинутой его версии. Когда-нибудь.

Пока я выбирал, по моей команде ребята осторожно напоили чистой водой девушку, и она начала что-то шептать в полубреду. Есть сейчас она ничего не сможет, ходить тоже. Поэтому да, решено — наводим порядок и делаем временную базу. Здесь и подготовимся к вояжу в оружейный магазин.

— Так, аптечку выделяем. И запомните — это последняя. До этого мы опасались ошибки, сейчас же мы не имеем права ошибиться. Поняли?

— Да, командир! — ответили бойцы, и я услышал топот обуви по лестнице.

Пока приложил аптечку к выжившей девице, которая, я очень надеюсь, не тронулась умом, на коридор выбежал бывший палач из банды.

— Если вы закончили, то вам бы лучше спуститься вниз, у нас многовато зомби столпилось из-за вашего шума. Мы пока избегаем встреч, но их всё больше вокруг, причём у каждой двери… Оу, эта та, кого мы спасали? — заметил он за нашими широкими спинами хрупкое тельце.

— Держите девушку, найдите кабинеты почище, начинайте обустраиваться. Трупы можете прямо на улицу выкидывать в окна, позже и её расчистим, если решим задержаться. Если нет — это всё оставим на ближайшее будущее, когда эта часть города будет под властью людей. Сейчас и улицу я приведу в порядок.

Я поднялся, оставив бойцов заниматься не менее важной работой налаживания быта. А то я сегодня на адреналине уже стольких накрошил, оружием столько раз взмахивал, что боюсь, скоро просто организм скажет, что с него довольно, и отправится спать. Прямо посреди улицы.

Шучу, конечно, но баланс сражений и отдыха важен. Если перегреть железо, то даже оно может испортиться и стать хрупким. А я — не железный человек.

Зомби и впрямь желали присоединиться к веселью. Ещё спускаясь по лестнице, я увидел десяток тварей со стороны главного входа. А вот заднюю дверь, ведущую на небольшую парковку и тихую параллельную улицу, — нет.

Только спустившись и увидев напряжённых бойцов, выяснил, что на заднем дворе всего четверо зомби.

— Идите прикончите их. Только осторожно, у меня аптечки кончились. Пользуйтесь численным преимуществом и мозгом. Хотите — дверь держите, по одному впускайте и по башке дубасьте, хотите — во двор вырывайтесь и с ног сбивайте, сами чем-нибудь прикрываясь. Дело ваше. Я же эту десятку прикончу по-быстрому. И это, мужики и дама, — не шумите.

— А нашли оставившего записку? — поинтересовалась Хелена.

— Нашли. На кого бы я последнюю аптечку потратил? Несколько недель выжить в запертом офисе, да ещё и умудриться сбежать от зомби на крышу… Поразительная сила воли. Надеюсь, последние дни и голод её не сломали. Давайте, ребята. Бодрее и веселее. Зачищаем — наводим порядок, ставим дежурных, отдыхаем и разрабатываем план. Отсюда до магазина оружия меньше десяти минут пешком, — приободрил и зарядил всех бойцов, сам приготовившись изрядно покрутиться и потанцевать со своим оружием в руках.

Дверь пришлось пинать ногой, чтобы открыть. Очень уж зомбари эти облепили её, вслушиваясь в наши перешёптывания.

— А вот и папочка, сукины дети. Давайте, подходим за своей порцией стали, освобождающей душу. Вперёд, не стесняемся, — провоцировал я их, поигрывая алебардой.

Долго просить не пришлось. И удалось довольно шустро пролить первую кровь, вонзив остриё прямо в глотку одной из тварей. Не убил, конечно, но какой запал был у этих монстров после моего объявления начала кровавой сечи! Алебардой пришлось махать по кругу на сумасшедшей скорости, попадая по врагам и немыслимыми усилиями стараясь вернуть отскакивающую после удара алебарду на нужную траекторию. А ведь ещё и скорость надо успеть восстановить, ибо за одну секунду до трёх зомби могло попытаться напасть на меня. И я, как приличный человек, не мог обделить жаждущих лезвия клинка гостей.

Закончил я довольно быстро. И минуты не прошло. И даже не особо шумел. Вдалеке виднелись ещё группы зомбарей, бредущих в мою сторону, но там пару сотен метров до них. Ждать ещё… Да ну.

— Всё, лавочка закрыта! — захлопнул я дверь под далёкий голодный и полный недовольства «урурурур» голодного зомбика.

«Ну ладно, ладно. Если будешь настойчиво стучать в дверь — я обязательно выйду!» — мысленно пообещал я спортсмену, что бежал абы как, чуть не падая на каждом метре дистанции.

На заднем дворе ребята тоже закончили, а значит, настало время подводить промежуточные итоги.

Я зевнул, понимая, что мой поход в оружейный магазин внезапно оказался под угрозой срыва. Ведь на меня напал самый опасный враг из всех возможных — апатия, слабость, сонливость. Отпускал адреналин, мешал соображать голод. Сейчас ещё поем — и всё, тут же спать захочется…

«Ну и плевать. Полчаса поспать после такого дня — святое», — решил я, поднимаясь на второй этаж. Именно там было сразу трое апартаментов, в которых мы могли нормально разместиться и отдыхать.

— Двое у дверей, дежурим, смотрим за выходом. Ещё один человек к чёрному ходу в другом крыле здания пусть идёт. Он закрыт, мы проверили, но всё равно — если зомби бешеные выбьют, нам мало не покажется. — Я дал указания Бруно, а он уже начал выбирать, кто где будет дежурить.

«Приятно работать с командой. Можно заняться своими задачами, пока все остальные вопросы продолжают решаться», — именно с этой мыслью я и лёг на кровать в своём не самом чистом костюме, полностью затемняя шлем.

— Афина, буди, если что, родная, — пробубнил я и буквально через пару мгновений после её «Всенепременно, босс» отключился.

Ну а проснулся я от грохота, который был столь сумасшедшим, словно я снова попал в сон и был сейчас на временном отрезке финальной агонии человечества. Когда взрывали всё и вся, везде и всюду.

— Михаил, простите, что разбудила вас и активировала проведение звука через шлем, но, кажется, у нас проблема…

— Докладывай, Афина, — поднялся я, весь разбитый и злой.

«Ваш сон составил 1 час 14 минут. Шум за окном подозрительно похож на активные боевые действия неизвестных против зомби. Примерная дистанция до мест стрельбы — от километра до двух. Судя по частоте выстрелов и взрывов — работает крайне большое и хорошо вооружённое сообщество», — сделала выводы лишь на основании доносившихся звуков моя помощница.

— Армия? — удивился я и, подойдя к окну, посмотрел сперва в одну сторону, затем во вторую. Ничего не было видно, но я лишь ещё больше убедился в том, что это новые жители башни проводят разведку боем.

Так-с, ладно.

— Родная, выведи мне карту этой части города. Отметь на ней торговые центры, складские комплексы, башню Большого Джонни, подтверждённые места расположения терминалов. А также военные и пожарные части, полицейские департаменты, тюрьму, госпитали.

В один миг передо мной появилась интерактивная карта города, воссозданная из ранее доступных источников. Я прикинул направление движения армейцев, что наверняка идут кратчайшим путём к своей цели. В том, что у них есть цель, — я не сомневался. Проведя прямую линию, нашёл подозрительно полезное место.

— Отметь мне крупные области под контролем выживших и последние данные, что были тобой получены, о скоплениях зомби, — попросил я, и карта ещё раз изменилась. Появились отметки и цветные зоны, подконтрольные другим группам.

— Хм… Ну, скорее всего, сюда идут, — отметил я интересное место недалеко от центра этого района.

— Михаил, ты не спишь? Там военные разбушевались… Как бы наш магазинчик не прикрыли, — вошёл в кабинет Бруно и, заметив меня замершим напротив стены, осторожно начал махать рукой, привлекая моё внимание.

— Да. Знаю. За магазинчик наш не переживай. Такая мелочь им не особо интересна.

— А куда они тогда идут? — удивился бывший глава башни.

— Сейчас покажу. Карта у тебя была бумажная, я знаю. Доставай.

Бруно вышел наружу и спустя три минуты вернулся со своей картой, Хеленой, Августом и Палачом.

— Не против, если и они…

— Не против. Ручка есть?

Хелена протянула из внутреннего кармана своей кожаной куртки простую шариковую ручку, и я её поблагодарил, начав делать отметки.

— Это башня. Это нынешнее местоположение армейцев. Орд зомби рядом нет. А если и появятся, то для бойцов важно лишь одно — иметь стратегическое преимущество в высоте, стенах, легко охраняемом периметре. Проведя прямую линию, становится примерно понятен их маршрут. По дороге есть госпиталь Святого Мартина, но вряд ли больничка их основная цель. Далее в километре будет намного более интересная локация. Пожарный департамент, офис шерифа, здание окружного суда и тюрьма. Тюрьма мелкая — перевалочный пункт, место для временного содержания доставленных на судебные слушания. Но тем не менее — оборудованная, надёжная, крепкая.

— Стены для защиты, высокие окна первых этажей, в которые зомби с ходу не пробьются. Решётки на окнах. Звучит как хорошее место для организации базы, — согласился Бруно.

— Но и бежать оттуда некуда в случае чего, — Палач не был в восторге от этого места.

— Как раз есть. Под землёй между зданием суда и офисом шерифа имеется тоннель, соединяющий эти две инстанции, расположенные по разные стороны дороги. Там должно быть оружие, тактические щиты, бронированные автомобили. Пожарная станция — много инструментов, крепкая техника, отличная экипировка для защиты от зомби. Это будет ещё один форпост, который они захватят для расширения своего влияния и подготовки к походу на терминал.

— Терминал? В том районе есть терминал? — удивилась Хелена.

— Именно в том районе — нет. Но он есть в соседнем. Как минимум один. Орда там тоже есть, но не вижу проблем оттянуть её к укреплённому району, проредить и сделать терминал своей собственностью. Даже жаль, что у них там такой грамотный аналитик. Я тоже на этот терминал планы строил, — честно признался я, игнорируя странные взгляды моих новых соратников.

Ну да, армейцев будет пятьдесят тысяч плюс присоединившиеся. А нас всего десять и одна обессиленная девица, которой несколько дней на восстановление понадобится.

В общем, ситуация выглядит почти что безнадёжной в их глазах.

— Афина, порекомендуй другой терминал, — попросил я, путаясь в мыслях на этот счёт.

Меня попросту коробило от всевозможных проблем, которые я сам себе рисовал при попытке получить доступ к другим терминалам. Пока лишь мысленно модулировал ситуацию, но всё равно понимал, что дело пахнет крайне дурно, даже если со мной будет ещё несколько сотен моих проверенных бойцов. Нет, мы-то добьёмся своей цели, но к этому времени наши оппоненты достигнут куда как более высоких успехов.

Мой драгоценный ИИ вывел на карту все известные на данный момент терминалы Майами и отметил их по уровне сложности для захвата. Тот терминал, куда направились военные, имел шесть баллов по шкале сложности — наименьшее число в городе. Все остальные имели от семи до десяти баллов. Но семёрки были далеко, в другой части города, и Афина предупреждала, что оценка основана частично на слухах и старых разведданных. То есть — может быть неактуальна.

Я посмотрел на ближайший к нам терминал с цифрой восемь.

— Здесь знаете, кто живёт?

— Азиаты. Китайский квартал, Триада, более мелкие группировки. Слышал, они что-то в духе клана создали. — Палач, в очередной раз опровергая свою непричастность к делам незаконным, довольно шустро отреагировал на мой вопрос.

— Жёлтые драконы?

— Может быть… Был у них один псих, верящий в мифическое перерождение, и отряд свой так назвал.

— Этот псих сейчас управляет вот этим регионом, — я отметил на карте примерные границы их области контроля. — И у них тоже есть терминал. Не могу сказать за всех дракончиков, но многие из них заслуживают смерти и каторги. Так что, думаю, мы совместим приятное с полезным.

— Эм… Михаил, если я всё правильно понял, ты хочешь напасть на группу, которая по силе близка к Крушителям, а по жестокости и кровожадности близка к зомби? — нахмурился Бруно.

— Верно, мой славный командир полка. А теперь, когда нам всё стало более-менее понятно — собираемся. Со мной идут пять человек. Остальные остаются на страже и приводят здание в божеский вид.

— А зачем, если нам отсюда скоро уходить? — решила задать очень правильный вопрос Хелена.

— Сразу по двум причинам, красавица. Во-первых, чтобы они не скучали и глупостей не делали. Труд он ведь элемент культуры и эволюции. То, что отличает нас от обезьян. А во-вторых, чтобы привыкали. Где бы мы ни остановились — я буду требовать наводить идеальный порядок. Никогда не знаешь, где тебя зажмёт толпа в тысячу зомби. Отбиваться от них проще, когда под ногами вонючие гнильцы не валяются. Всё запомнили? Тогда собираемся и выдвигаемся. Армия наверняка приманила к себе если не всех, то большую часть зомбарей у магазина.

Наша вылазка официально началась. Мы тащили с собой каждый по две сумки для добычи и осторожно пробирались вперёд. Зомби на нашем пути было немного, да и то по большей части это были подранки с переломанными ногами да позвоночником, отчего они метались из стороны в сторону на шум.

— Добиваем. Быстро и точно, — отдал я указания и передал на минуту свою алебарду отряду.

Со мной пошли Бруно, Палач и ещё трое ребят, чьи имена я так и не выучил до сих пор. Хьюго, Айрон, Джеки… Надеюсь, хоть в этот раз я запомню их имена.

Август, который даже после исцеления аптечкой испытывал нехорошие последствия от своих травм и отравления, остался вместе с Хеленой наводить порядок в нашей временной перевалочной базе. Хелена порывалась пойти с нами, но я попросил её остаться ради спасённой. Ей, когда она проснётся, будет легче найти общий язык с девушкой, а не с мужиками, выглядящими как банда головорезов.

Мы двигались в соответствии с законами выживания в мегаполисе, гуськом перебегая от укрытия к укрытию. И лишь один раз я задержался на перекрёстке, наблюдая вдалеке внушительную группу выживших. Они двигались в сторону стреляющих бойцов, что уже покинули наш район и сейчас вели свою битву где-то там, впереди.

Я увидел человек пятьдесят. Вряд ли они спешили остановить вояк, заявляя им права на эту территорию. Скорее уж присоединиться и отвоевать город. Многие ждали подобной возможности и сигнала. Совсем скоро к новой фракции военных присоединятся сотни или даже тысячи выживших, предлагая свои услуги, пушки и бойцов. Да, мои шансы на то, чтобы получить свою долю власти в мегаполисе, в сравнении с армейцами довольно низки.

Но у меня есть Афина. А у них — нет. Они могут сколько угодно идти вперёд, на прорыв, будучи самоуверенными и сильными. Но по факту любая орда, что будет превосходить их числом хотя бы в два раза, — а таких здесь хватает, — сможет доставить им проблем. Смерти подрывают боевой дух, и управляя таким огромным подразделением с ограниченным числом боеприпасов, они, несомненно, столкнутся с жертвами. Даже мы, Круизеры, сталкиваемся с подобным, несмотря на все наши приготовления и знания.

Мне даже нет нужды просить Афину подслушать их разговоры, чтобы понять приказы командиров. Варианта там всего два: либо они будут слишком самоуверенны и с ходу пойдут на штурм терминала, рискуя получить большое количество раненых и погибших, либо укрепятся и станут ждать подкрепления. И уже потом, восполнив боезапас и пополнившись бойцами местного «ополчения», пойдут на прорыв, чтобы в дальнейшем добраться до одной из многих местных военных баз.

И тут уже начинаются интересности, ибо я знаю о пяти таких военных объектах. Все и сразу они не захватят, да и там наверняка есть свои бойцы, охраняющие столь важные объекты. Мне туда вход закрыт. А жаль, ведь есть интересные базы с не слишком многочисленным персоналом. Военно-морская база с аэродромом, где располагаются около тридцати многоцелевых истребителей и прочих видов самолётов, в том числе грузовые борта. Не меньше десятка вертолётов и порт с приписанными двадцатью кораблями. Очень жирная добыча. Всего одна база, а техники там — лишь той, что я перечислил, — уже больше, чем у некоторых государств нашего мира. И это только одна из баз. Но смысла мне от этих баз никаких. Нет специалистов. Нет верного обслуживающего персонала, нет запчастей для ремонта техники, что вышла из строя после Алого Затмения.

Да, это не армия Кубы, где в половине техники электроприборов практически и нет. А те, что есть, — легко заменить другими, из стоящих в ангарах на хранении. Но ничего, в свете проблем со связью и командованием, думаю, мне удастся пощипать бесхозную технику. А специалисты… Ну, к тому моменту, как я вернусь, я надеюсь, что моя база на Кубе достаточно разовьётся, чтобы можно было начинать процесс обучения бойцов. Причём обучения не только работе с местной устаревшей или американской современной техникой. Но и той, что мы возьмём из терминалов.

Всё, в сторону лишние мысли. Вот и наша промежуточная цель.

— Всем внимание. Я иду первым, вы выжидаете десять секунд и двигаетесь следом. Если тварей набежит больше обычного — атакуете их со спины и флангов. Не кричим, внимание не привлекаем.

Рывок в сторону магазина, чьи частично разбитые витрины и покосившаяся дверь занимали почти сорок метров улицы. По сути — весь первый этаж одного из домов, построенных вдоль улицы единой стеной, был занят этим магазином.

— РВА-А-А! — Из магазина пытался прорваться на улицу консультант, да только застрял головой между прутьями решётки.

Его ор подхватили другие, находящиеся внутри здания твари. Снаружи, как и ожидалось, никого не было. Всех увлекли за собой военные. Алебардой заткнуть этого шумного — тяжело. Рядом много осколков стекла, да и по арматуре есть риск попасть. И лезвие повредить можно на оружии, и звон от стекла и от столкновения металла с металлом будет ещё громче, чем визги твари, пытающейся выбраться из ловушки.

«Аська» появилась в моих руках вместо алебарды, и практически бесшумная игла нашла свою цель. Кто-то громко ударился телом об дверь, да только та очень интересно застряла и не открылась. Поэтому мне пришлось быстро приблизиться и помочь бедолаге выйти наружу. Тащить дверь, что металлом упёрлась в бетон, частично сорванная с петель, пришлось двумя руками.

Рядом уже были мои ребята, с неудовольствием слушая скрип, от которого вся округа узнала о нашем появлении.

— Тихо не получилось… Охраняйте улицу, я внутрь, быстро справлюсь. — Перехватывая толстую руку зомби, что решил то ли мне помочь, то ли меня сцапать, я выстрелил внутрь ещё раз из «Аськи» и повесил её на ремень, после чего достал алебарду.

Добил живучего гада с простреленной башкой и перешагнул через его тело, попадая в царство мрака и беспорядка. Видно было, что кто-то пытался достать здесь оружие, часть даже унесли, но не слишком много. Видимо, в этот момент до них добрались твари.

Я быстро промчался по помещениям. Нашёл спуск в подвал и пожарный выход с десятком замков, запасной стальной решётчатой дверью, кучей засовов и прочих механизмов защиты, и понял, что выход отсюда был либо вниз, либо наружу.

Вход в подвал оказался тоже закрыт, причём снаружи.

— Входите. Выкиньте трупы, забаррикадируйте дверь, начинайте собирать сумки. Приоритет — боеприпасы. Сам огнестрел — на ремешки и через плечо. Если найдёте разгрузки — надевайте. В общем, выбирайте всё, что вам интересно.

Я рылся в поисках ключа, не желая выбивать замок, — было подозрение, что это бесполезно с учётом уровней защиты подобных мест. Нашёл связку я в кармане застрявшего между прутьями работника магазина.

Лица моих спутников были похожи на те, что возникают у детей наутро после Рождества или Нового года, светящиеся от радости при получении подарков. Я же, оказавшись в подвале, понял, что всё, базу мы переносим в этот дом. Столько нам не унести… Без автомобилей — нет шансов.

Три пулемёта, огромное число боеприпасов. Десятки винтовок, дорогущая, скрытая в бронированных сейфах оптика, ящики с гранатами — правда, учебными. Но ничего, нам и учебные не помешают. Надо же на чём-то обучать новобранцев.

Я вылез наружу и позвал к себе Бруно.

— Зацени… — показал я ему содержимое ящиков, бронированных сейфов и полок с десятками тысяч боеприпасов.

— Еба… — выразился он на испанском, но я сумел распознать в его ошеломлении радость и счастье.

— Здесь хватит оружия, чтобы вооружить сотню бойцов. Экипировки, правда, нет, но мы всё это и близко не вынесем. Я думал, это обычный магазинчик, где будет в лучшем случае пара десятков стволов…

— Нет, это, скорее всего, главный магазин сети, и тут же склад, с которого они доставляли в другие магазины пополнение проданных товаров. Ты только посмотри на эту красоту… — Он подошёл к начищенному до блеска дробовику одной из последних моделей, что мог отправить семь порций дроби во врага, прежде чем ему понадобилась бы перезарядка.

— Там ещё какая-то дверь… — Я подошёл к простенькой деревянной двери и сразу нашёл в связке большой старый ключ, которым она открывалась.

За ней во мраке я увидел какое-то оборудование и нащупал фонарик, чтобы разогнать тьму.

— Матерь божья, — потрясённо выдохнул Бруно. — Это то, что я думаю?

— У нас появился свой мини-завод по производству боеприпасов. И у бывшего владельца… — Я подошёл к бочке, открыв которую, увидел запасы пороха и рядом ещё несколько ящиков с деталями для создания патронов различных калибров. — Да, у него хватило ума иметь достаточное количество запасов для своего производства. Бруно. Иди наверх, расскажи всем о нашей находке. Пускай не грузят сумки, а начинают наводить порядок. Отправим троих за твоими бойцами, пусть перебираются сюда и притащат заодно всё, что может быть полезным для комфортной жизни, из офисов и апартаментов.

Я не стал уточнять, что именно будет «полезным». Самому интересно, что они притащат. Если не дураки — возьмут воду, вилки, какую-нибудь посуду. В любом случае — рядом с нами несколько трёхэтажных домов магазинами на цоколе, а в сотне метров отсюда вновь начинаются частные дворики с усадьбами и домами, в которых, как я думаю, никто особо не шарился. От этого района до земель выживших далековато. Относительно недалеко орда зомби, и военные только-только зачистили большой кусок земли к северу отсюда, стянув к себе тысячи и тысячи монстров с округи. Так что скоро здесь будет наводнение из выживших, что прибегут сюда в поисках добычи. Надо это использовать себе во благо…

Все следующие три часа пролетели в один миг. То порядок навести, то воды найти, чтобы полы отдраить. То поднять с пола многочисленные образцы огнестрела и холодного оружия. В общем, время зря мы не тратили. И когда прибыло «подкрепление», включая очнувшуюся, едва шевелящуюся девушку, мы взялись за обустройство с новой силой.

Во-первых, я выставил оцепление. Нужно быть уверенным, что к нам никто не придёт с недобрыми намерениями. Два человека вдоль улицы, вооружённые найденным в магазине снаряжением. Они засели в скрытности, а к ним мы протянули из магазина верёвки. Просто чтобы они не гоняли как сумасшедшие взад и вперёд, привлекая ещё больше внимания. Если к нам кто-то шёл — они наматывали верёвку, и привязанный к ней колокольчик звонил, предупреждая всех нас. Элементарная схема, но, как оказалось, очень полезная.

Трижды они звонили нам во время наведения порядка. Дважды это были зомби, с которыми мы тихо разбирались и оттаскивали подальше от нашего квартала. А в третий раз, именно в тот момент, когда мы уже начали снимать и прятать во внутренних помещениях оружие со стен и из уцелевших витрин, к нам пожаловали другого рода гости.

Пятёрка людей. Разодетая кто во что горазд, но при этом неплохо вооружённая. Они заметили нашего разведчика и остановились, взяв его на прицел и требуя назваться. Ну, стандартное приветствие для нового мира, скажем прямо. Вопросы их мы слышали даже внутри магазина, а значит, это очень самоуверенные парни, которые зомби за угрозу не считают.

— Снайперскую винтовку кто-то хоть раз держал в руках? — повернулся я к бойцам, что напряжённо вцепились в оружие.

— Я по молодости баловался в тирах, — поднял руку Палач.

— Я и не сомневался, — вручил я ему одну из моделей, которую сам же и настраивал последние пятнадцать минут.

Было, конечно, немного стрёмно давать ему в руки винтовку, но я делал ставку на то, что он сохранил рассудок и понимает, чем чревато предательство. Да и они, ко всему прочему, знают, что мой шлем, как и костюм, пуленепробиваем. А о том, что шлем не так надёжен, как я им заявил, я рассказывать не собираюсь. Надеюсь, проверять никто не решится.

— Бруно, дай этого толстяка для внушительности, — показал я на пулемёт, который он с трудом оторвал от стойки и, тяжело пыхтя, притащил мне.

Пот выступил у него на лбу, и мгновенно взмокла спина.

— Ну и тяжеленная дура… — пожаловался он, но я спокойно поднял его одной рукой и второй начал ковырять ленту, вставляя её в приёмник.

Бруно молча посмотрел на эту картину и тяжело вздохнул.

— Собираешься воевать с ними?

— Просто попугать и объявить о своих правах на эту область, — ответил я ему и вышел наружу.

Они мой выход заметили сразу. Да и как можно не заметить здоровый, частично укомплектованный элементами доспехов костюм, к которому крепилось внушительное количество оружия, а из-за спины торчала алебарда.

— Господа, если у вас есть вопросы к моему человеку, то прежде, чем наставлять на него пушки, следует и самим представиться. Иначе, боюсь, я отвечу… — Подняв пулемёт и направив его в сторону машин, за которыми они прятались, я привёл его в боевое положение. — … Тем же образом.

Я стал и дальше приближаться, держа их на прицеле, чем явно заставил нервничать. Вряд ли они видели экипировку вроде моей, а уж когда бронированное чудо-юдо целится в тебя из пулемёта, то и вовсе появляются вопросы в духе: «И как мы докатились до жизни такой?»

Я рассчитывал, что после моего появления ребята из охотников, обожравшихся «озверина», превратятся в котов Леопольдов и предложат «жить дружно». Но нет, я недооценил крутость их яиц. А они — моих.

— А ну замер! Оружие на землю, руки вверх! Иначе пристрелим твоего дружка-боевика, — заявил кто-то особо умный.

Мне даже захотелось от души ему подзатыльник дать, такой, чтобы потом в госпитале написали в заключении «Контузия».

— К вам, экстремистам дрищавым, у меня те же требования. Иначе перестреляю вас как собак бешеных. Эта территория под моей защитой и моих людей. Не знаю, из какой дыры вы, черти, выбрались, но лучше бы вам туда же и свалить подобру-поздорову.

— Мы выбрались из Райс Стрит семьдесят семь. Если слышал о такой, то будь хорошим мальчиком, стань на колени и извинись. С сего дня — эта улица под нашим контролем.

— Ой, так это вы? Ссыкливые мыши, забившиеся в угол и решившие вырваться из своей засранной дыры только тогда, когда привезённые мной военные зачистили ближайший район, стянув с этих улиц зомби? Давай сделаем так. Ты сейчас пойдёшь в задницу, а когда из неё вылезешь — вернёшься к своему боссу и скажешь папочке Карлосу, что он может и дальше сидеть в своей дыре и не рыпаться. Эти кварталы под юрисдикцией Круизеров. Будете стоять у меня на пути — я и на вашу улицу приду и порядок там наведу.

Мне, если честно, было наплевать на этих крыс, ставших довольно сильной группой после того, как члены нескольких банд с этой не самой благополучной улицы объединились. Они были крутышами среди таких же банд, они были не самыми добрыми и порядочными и оставались бесконечно трусливыми против реальной силы. Сидя как крысы по подвалам во время бури и нашествия зомби, они словно падальщики стремились туда, где чужими руками добывалась победа и безопасность улиц. Для меня они были одной из многих группировок, полулегальной и обречённой на уничтожение спустя какое-то время. Как только реальные игроки возьмут ситуацию под свой контроль.

Конечно, они могут замуроваться в своих кварталах и стать царьками с кучей оружия, но они точно не станут королями этого города. Крысы, что с них взять. Пока они не лезут ко мне — мне на них плевать. Как только они окажутся на моём пути — я уничтожу заразу вроде них. Пусть эти гангстеры считают себя реальной силой и меряются крутизной, пытаясь наводить собственный порядок, как бразильские банды в фавелах или мексиканские картели в некоторых городах. Но по сути — они как раз из той части выживших, с чьим мнением я буду считаться меньше всего. Если бы они хоть как-то трансформировали свою многочисленность и понты в реальную силу, стремясь действовать как Крушители или другие группы, которые завоёвывают улицы силой оружия, а не подобно падальщикам, я бы ещё с ними считался. А так…

— Слышь, фильтруй базар… И что значит привезённые тобой военные?

— А то и значит. Если бы вы не были такими тряпками, то уже бы давно узнали о том, кто перевёз американские войска и впустил их в город. И понимали бы, когда свой язык ради собственной безопасности проще в задницу засунуть, чем угрожать мне и моим людям. Айрон, бронежилет на тебе, каска на голове?

— Да, босс!

— Ложись на землю. Если через пять секунд эти крысы не вспомнят, где их место — я начну отстрел этого мусора, — предупредил я его, всерьёз намереваясь превратить эту встречу в полноценный конфликт.

— Мы запомним твои слова. И передадим мистеру Карлосу. Ты ещё умоешься кровью за свои слова! — Вражеская пятёрка начала шевелиться и отступать, прикрываясь всё теми же автомобилями.

— Пупок не надорвите, мусор. Молитесь, чтобы на моём пути не оказалась ваша улица бандюков-говнюков, — я закинул пулемёт на плечо и прыгнул на припаркованную машину, слегка сминая крышу своим весом.

Ну, вот и новый конфликт… А ещё Афина подсказала, что слушали нас не только гангстеры, но и другая группа людей. Три человека — мужчина, женщина и ребёнок. Одна из тех семей, которой повезло выжить в это тяжёлое время? Возможно. Посмотрим, что они скажут…

— Извините! Не стреляйте! Я случайно услышал ваш разговор… Вы с военными, да? — выбрались они из подвала ближайшего дома спустя минуту, после отступления членов банды.

— Не совсем. Мы сотрудничаем, но я представляю свои интересы. Нас зовут Круизеры — уничтожители зомби и мусора, что активно стал появляться в нашем мире. Чем могу помочь?

Девочка, что следовала за матерью, смотрела на меня сияющими от восторга глазами. Чистыми, искренними, честными. Родители её выглядели уставшими, но приличными людьми, что скрывались где-то последнее время, пока не услышали звуки взрывов.

— А мы можем пройти к военным?

— Можете, конечно. Мы же не бандиты какие-то.

— Папа! Папочка, а у военных есть такие воины? — задёргал ребёнок отца за штанину.

— Нет, деточка, — ответил я ей. — Таких, как я, ни у кого нет. А если и появятся, то думать они будут точно не о таких, как ты. Айрон, продолжай нести службу. Если увидишь выживших — отправляй к нам. Но с вооружёнными группами, как обычно, не высовывайся и общайся из укрытия. Зови меня, если что.

— Понял, босс!

— Идите за мной, эта улица зачищена от зомби, но дальше вам придётся столкнуться с ними почти наверняка. Военные спешили, и сейчас к ним со всех ног продолжают мчаться монстры. Иногда и к нам забредают. Пойдёте к ним — рискуете и сами стать жертвой дружественного огня. Так что я бы не рисковал на вашем месте. Рано или поздно в городе установится полноценная власть и все смогут жить в безопасности.

Мужчина с женщиной начали переговариваться, пока их дочь пыталась обратить на себя внимание. В итоге они пришли к логичному решению — переждать бурю в безопасном месте. Конечно, они рисковали, ведь я мог и наврать с три короба, лишь бы заманить их в ловушку. Но тут такое дело… У них почти нет с собой ничего ценного. Если что и имеет ценность в их группе — так это их руки.

— Вы можете гарантировать нам безопасность?

— Её вам никто не гарантирует. Я могу лишь пообещать, что сделаю всё от меня зависящее, чтобы вы и другие выжившие поскорее выбрались из этого кошмара. И если у вас есть желание помочь мне в этом нелёгком деле — я с радостью приму вашу помощь.

Так в нашей группе стало пятнадцать человек. И до конца дня выжившие одиночки и группы всё продолжали и продолжали прибывать к новой базе Круизеров. Даже пришлось оперативно зачищать и приводить в порядок остальные этажи над оружейным магазином, как и близлежащие дома.

Конечно, ко мне могли примкнуть и вражеские шпионы, отправленные соперниками, и в ближайшие два дня наверняка их станет намного больше. Но этого я как раз не очень-то и боюсь. Меньше чем через сутки у меня в распоряжении появится несколько сотен обученных и верных бойцов, с которыми мне не будут страшны никакие бунты.

— Бруно… Магазин превращается в наш временный штаб. Обшить окна изнутри фанерой и стальными листами, дверь починить, найти мешки и землю, обложить оружейку и начать возводить блокпосты вдоль улиц. Зомби в районе почти не осталось, а вот банды шляются в слишком большом количестве. Нельзя допустить захват власти в моё отсутствие, — выдал я ему указание, после чего стал снаряжаться для рейда.

— Хорошо. Палач уже обустраивает лёжку на крыше, мы перегородили некоторые улицы автомобилями. Тихо там не пройти… А ты куда сейчас пойдёшь?

— Ну, кто-то же должен разведать обстановку в районе будущих боевых действий, верно?

— Это опасно…

— Само собой. Но если повезёт и удастся найти достаточно компромата… — Я не стал договаривать, что военное руководство просто не сможет проигнорировать факт рабовладения на территории города. Тем более что это не американцы будут «господами», а азиаты наденут на них ошейники.

Поиграем немного на чувстве патриотизма и облегчим себе будущее сражение. Всё же я не дурак — атаковать подготовленного и обороняющегося врага, у которого имеются весьма прокачанные бойцы, столь скромными силами. Это же не зомби тупые. Так что я оказал услугу и попрошу взамен помощи. Они не посмеют отказать. Их собственные солдаты сожрут тогда, стоит лишь распространиться слухам.

Дипломатия — тоже ключ к успеху. Главное ей правильно воспользоваться, чтобы армейцы не решили под шумок и базу Жёлтого Дракона себе забрать.

Исследуя неизвестность — надо быть настороже. При исследовании неизвестности, где априори вокруг девять встреченных из десяти желают тебя убить, — настороженность возводится в абсолют. Поведение человека обуславливается законами природы, и выживание говорит таким людям следующее: видишь неведомую хрень? Стреляй по ней. Слышишь странные звуки за дверью? Высади в дверь магазин — авось попадёшь и убьёшь угрозу. Чувствуешь, что в любой момент к тебе может прийти «сосед» и попытаться убить тебя, — ставь ловушки вокруг своего лагеря.

Пусть города и мегаполисы внешне всё ещё выглядели как цивилизация, дом для общества, имели в наличии множество до сих пор не разграбленных ресурсов… А всё равно они казались мне прямо сейчас такими же опасными джунглями, в каких жили наши далёкие предки. Тогда тоже повсюду была опасность. Доверять можно было лишь себе и своей группе. Своему племени. Своей семье с царившими в ней строгими законами и иерархией. И сейчас я крался по этим каменным джунглям и в полной мере ощущал, какой ценой люди выживают и как легко оказаться убитым, если быть невнимательным одиночкой.

Дважды в меня стреляли. Причём — чисто на рефлексах. Просто видя непонятный костюм и оружие, накачанные адреналином люди предпочитали выстрелить, перезарядить и ещё раз выстрелить. Им это не помогало, а я вынужден был действовать в соответствии с законами природы. Вырвать из рук оружие, отправить в нокдаун, растормошить оплеухами и, следя за тем, чтобы к нам никто не пожаловал, провести допрос. Кто такой? Где лагерь? С кем работает… И так далее. Десяток однотипных вопросов, цель которых проста — понять, кто перед тобой. Олень, нашедший оружие и пытающийся выжить в этом царстве безумия, или хладнокровный хищник, убийца, что решил исподтишка напасть и забрать чужие ценности.

Я специально, когда шёл — провоцировал людей. Не в том смысле, что требовал выстрелить в меня, а просто делал вид, что не заметил их. Прошёл мимо, стал спиной, наклонился, словно что-то в земле высматриваю, прикрывая таким образом голову… Пять секунд — и всё становилось ясно. Кто-то «отпускал» меня с миром. И я отпускал их. У каждого своя дорога. Но порой…

Дважды меня пытались подстрелить. Как я уже отмечал, я видел их, а вот замечали ли меня — я не знал. Поэтому приходилось допрашивать, чтобы понять — стреляли на рефлексах, увидев мою мощную технологическую спину с алебардой в креплении, или же с целью куда как более мерзкой.

Единственное, в чём у меня была загвоздка, — так это в навыках допроса. Ну, не эксперт я в этом деле. Скажем прямо. Меня выручает лишь мой образ неуничтожимого воина и приставленная к башке или хозяйству пушка. Ну и голос, изменённый на безжизненный и металлический. Словно робот-убийца пришёл по грешную душу.

Счёт между ублюдками и оленями был один — один. Оленя разоружил и отпустил, оставив памятку на лбу в виде пореза, что когда-то превратится в шрам и будет напоминать всю жизнь дураку о его ошибке. Если он выживет, конечно. Ну а гиене, что позарилась на моё вооружение и решила пристрелить меня в спину, я подарил смерть. Повезло ему, что я спешил, — мог бы сделать казнь показательной, долгой и мучительной в назидание всем остальным выжившим, что наткнутся на тело. Но нет, прикончил как бешеного пса и, отпихнув ногой труп, вышел на улицу.

В очередной раз о диких джунглях в Майами мне напомнил один крайне интересный человек. Его звали Малкольм Руперт. Типичный американец. Типичный выживший. Подумали бы все, кто увидел его лицо. А я вот помучался, пока пробирался в его убежище, спрятанное в подвале защищённого со всех сторон дома.

В отличие от большинства вилл и особняков — этот дом был хоть и большой, но явно не богатый. За заросшим вьющимся растением забором скрывалась настоящая свалка, где ржавели десяток машин, становясь естественной преградой для зомби и любого другого незваного гостя вроде меня.

Разбитое стекло выступало в качестве сигнализации, хлам валялся повсюду, и лишь короткие тропки позволяли пробираться по этому лабиринту в частном дворе. Если бы не Афина, я бы и не заметил, что весь двор, по сути, одна большая ловушка. И когда я заинтересовался и решил войти внутрь…

«Осторожно! Растяжка!» — предупредила Афина и подсветила ловушку для незваных гостей.

А потом она нашла ещё одну. И ещё. Если попытаться пройти чуть дальше к дому — обязательно вляпаешься в растяжку с гранатой. У зомби нет шансов обойти эту гадость. Человеку же… Ну, лишь опытные и настороженные люди смогут заметить её.

Я тогда подумал, что этот дом — ловушка какой-то группы, и таким образом они собираются прикончить добытчиков. Во мне вскипела злость, и я начал нейтрализовать ловушки, внимательно сканируя глазами местность в поисках противников. И когда я полностью снял защиту с дома и неимоверным трудом сумел проникнуть внутрь, сохраняя при этом анонимность и тишину, то удивился, обнаружив спящего Малкольма в оборудованном под бункер подвале. Спал он крепким, беспробудным сном, употребив по меньшей мере стакан виски.

То, что он организовал всё это, — безусловный плюс, который заставляет его уважать. Яркий представитель воплощенного принципа «мой дом — моя крепость». А вот то, что уснуть в своём бункере без алкоголя не может, — уже минус. Значит, нервишки шалят у него… Пока думал, что делать, порылся и нашёл его паспорт. Целых два. Но все на одно имя, а значит, просто двойное гражданство. Канада и США. Афина быстренько пробила его по своим архивам и выяснила, что он отстранённый от службы тридцатипятилетний взрывотехник, или другими словами — сапёр. Служил, в паре горячих точек побывал. Драка с офицером, причём пьяным, — и пинок под зад от руководства, что выбрало сторону носителя более высокого звания. Паспорт Канады получил буквально год назад, купил там дом в какой-то жопе мира, провёл полгода на стройке и уехал сюда заканчивать свои дела. И вот… Закончил, можно сказать.

Хм… Личность интересная, но неконтактная. Впрочем, имеет определённые навыки и таланты. Такие мне пригодятся.

Я сел в кресло рядом с ним и начал листать журналы, что валялись по всему его подвальному убежищу.

«Ну и срамота…» — мысленно отметил я и уже хотел было закрыть, когда зацепился взглядом за одну… Статью.

Ожидание затягивалось, поэтому я нашёл склад с едой, открыл консервы, слопал их без стеснения, затем перешёл на конфеты и нашёл местный химозный порошок со вкусом персика. Налил в кружку воды, высыпал этот концентрат, перемешал и утолил жажду этими вкуснейшими «ешками».

Только спустя час Малкольм зашевелился, и я заметил момент его пробуждения. Шлем на голову — и можно начинать переговоры.

— Доброе утро, соня. Обложился ты знатно, я едва на растяжке не подорвался. Благо глазастый.

Он дёрнул руку под подушку и попытался найти там пистолет.

— Это ищешь? — Я повертел на пальце его пистолет и кинул резко подскочившему мужику, что пытался найти взглядом свою винтовку.

Но её я тоже, как и всё остальное, убрал куда подальше.

— Неразговорчивый ты какой-то. А мог бы понять, что будь я врагом — ты бы уже не дышал. Давай, Малкольм, пробуди мозг, растряси интеллект, активируй логику.

Тот быстрыми движениями проверил пистолет и убедился, что патронов в нём нет. Само собой, я же не буду сам себе злобным буратино.

— Хули надо?

— Мсье грубиян? Поэтому с капитаном в армейском баре подрался?

— Ты из разведки? Какой корпус? Чьё подразделение? Не слышал о таких костюмах… — начал он включать голову.

— Нет, я такой же, как и ты… Мнительный, осторожный, неконтролируемый выживальщик, что собирает всякий хлам и тащит на свою базу… У нас разве что масштабы немного разные.

— Да? И этот костюм тоже хлам? Или бутафория? И кстати, не люблю, когда ко мне врываются в дом без спроса. Повторяю второй раз — хули надо?

Он нащупал в кармане брюк гранату и поднял её, демонстративно показывая мне чеку, которую уже зацепил пальцем.

— Ути грозный какой… Готов сдохнуть, но до последнего делать всё по-своему. И даже мысли не допускает, что к нему могут прийти не со злыми намерениями. Поразительно…

— У меня нет друзей в этой стране. Нет союзников. Я сам по себе. И ни перед кем на колени не стану!

— А я тебя принуждаю стать на колени? Малкольм… Ты уже практически провалил собеседование. Давай так. Я даю тебе ещё одну попытку, а ты сам догадаешься, хули мне от тебя, подрывника-маньяка, надо. И к слову, у меня на лбу американский флаг набит? Или ещё где-то? — Я начал демонстративно осматривать свой костюм, позволяя буйной головушке поостыть и понять, «хули гостю надо».

— Так, ладно, без стакана виски не пойму, что тебе надо, неизвестный вторженец, листающий мои журналы. — Он расслабил руку и отпустил чеку, но не гранату, и потянулся за бутылкой. — Будешь?

— Нет. И тебе не советую… — пожал я плечами и убрал со столика раскрытый журнал, под которым лежал десяток гранат, снятых с растяжек.

— Твою же… Я их сутки почти устанавливал! — разозлился он.

— А я за двадцать минут снял. Спрашиваю один раз. Из этого дерьма выбраться хочешь? Заниматься полезным делом, а не наяривать в одиночестве бухим свой посох?

— Условия?

— Я твой командир. Есть лагерь. Его надо защищать. Тебе будут даны ресурсы и люди. Делай всё, что умеешь, чтобы не допустить нашего уничтожения. Оружие и боеприпасы выдадим. К тебе тоже будут требования. Всё то, что раньше было вне закона, — вне закона и остаётся. С маленькими поправками в вопросе частной собственности и взаимодействия с местной властью. Короче, не грабить, не убивать просто так живых, не насиловать, не воровать. Бухать можно, но если это повлияет на безопасность, станет причиной нанесения вреда лагерю — превращу всё то, что осталось от твоей жизни, в ад. Станешь живым, но несчастным свидетельством того, почему законы нельзя нарушать, а своих соратников — подводить.

— Сурово…

— Ну так а ты как хотел? В таком мире живём. Альтернатив тоже хватает. Хочешь — к бандам присоединяйся, хочешь — к нацистам, гангстерам, военным. Выбор огромный.

— Военным? Где?

— Пришли недавно… Скоро под пятьдесят тысяч бойцов будет плюс присоединившееся ополчение. Постепенно расширяют свою зону влияния в городе. Но крупных операций ещё не было.

— Бл***, если город станет под власть военных, мне здесь точно делать нечего! — Малкольм запрокинул голову назад и открыв рот уставился в потолок.

— Ну, я с ними не воюю. Но и за руку тоже не держусь. Лагерь у меня есть, люди и бойцы — тоже. Но влияния мало. Нужны толковые люди, которые позволят расширить моё присутствие в городе и ограничить влияние других группировок. Военных в том числе. — Я поднялся и, развернувшись, двинулся к выходу. — База наша на Даймонд-стрит. Торговые кварталы — оружейный магазин Винсента. Подойдёшь, скажешь, что от Михаила Листопадова. Наша группа называется Круизерами. Я не то чтобы настаиваю, но варианта лучше у тебя нет. Если не объединимся, будешь под военными жить.

Это удачно у него конфликт с одной из сильнейших фракций города появился. У них с ним, правда, никакого конфликта нет, но если у человека имеются личные предубеждения — можно на них и сыграть. Тем более что живёт он фактически в зоне их будущего влияния. Я ведь к ним шёл, когда увидел его домишко прелюбопытное.

Закрыв дверь, я оказался посреди свалки и решил, что пора бы и ускориться. Время утекает как вода. Мне ещё китайским нацисто-триадо-рабовладельцам подгадить надо, языка взять у них же и через половину города переть в сторону порта, ждать своих бойцов.

— Афинушка, подсказывай, родная, дорогу и врагов, да выживших подсвечивай. Тут армейцы постарались в районе, зомбарей почти и нет… Пробежимся.

Я включил режим форсажа по этим каменным джунглям, стремительно набирая скорость и проносясь мимо лёжек разведчиков, затаившихся при звуке моих шагов добытчиков, радостно урчащих зомбарей, что заблудились и потеряли свою цель.

«Впереди блокпост военных», — подсказала моя помощница после десяти минут оперативного перемещения в тенях зданий.

— Вижу… — ответил я ей и скорректировал направление, постепенно начиная замедляться.

Не заметить блокпост было тяжело. Когда рядом с ним стоит толпа человек в пятьдесят, и все вооружены, все хотят стать частью «великой армии», что спасёт город, а позднее, возможно, и весь мир.

Блин, всё-таки сарафанное радио и «образы» работают шикарно даже в условиях зомби-апокалипсиса. Вот привёл бы я сюда своих пару тысяч человек, вооружил бы и одел их, отправил строевым шагом в сторону зомби, выкашивая их тысячами, — и тоже ко мне потянулись бы люди. Слабые и сильные. Обездоленные и обеспеченные средствами для выживания. Жадные и щедрые. Всякие разные. Но пошли бы. Как на Кубе пошли, сами прибывая каждый день сперва десятками, а затем и сотнями к нашему основному лагерю. Но здесь эта честь стать путеводной звездой к свободе выпала бывшим жителям базы Гуантанамо. Проверим, помнят ли они всё ещё того, кто помог им вернуться в родную гавань?

Люди, глядя на мой костюм, не решились останавливать меня. Более того, меня почти все, поголовно, посчитали одним из американцев. Сработал заложенный зомбоящиком триггер о том, что всё самое крутое, современное, мощное, пафосно и опасно выглядящее — часть достижений Америки. А боевой костюм, само собой, должен принадлежать именно что военным! По этой причине у ворот я оказался во мгновение ока. А дальше мне хватило короткого: «К майору Хольму или к полковнику Адамсу с разведданными». И всё, бойцы расступились, я убрал затемнение шлема, демонстрируя своё лицо, и улыбнулся им, выкидывая пальцы вверх в виде буквы V.

Командиры, с которыми я немного успел пообщаться на палубе лайнера, не ожидали меня увидеть и были слегка встревожены моим появлением. Они ведь ожидали подкрепление, а не владельца судна. Вдруг я скажу, что не сможет лайнер приплыть, или плату потребую, пересмотрю условия сотрудничества… Но я их успокоил, сообщив, что вскоре отправлюсь лично встречать их бойцов. Ну и своих заодно… Впрочем, об этом я им не говорил. Но предложил бескорыстно поделиться маленькой толикой разведданных, что у меня были.

Знания — сила. А умение их правильно применить — двойная сила. В отличие от большинства местных, меня с военными связывали обстоятельства и выполненные обязательства. В их глазах я был не просто левым парнем с улицы, а каким-никаким, но партнёром. И мой жест доброй воли, когда я отметил на их картах территории кланов, банд и объединений, был ими воспринят крайне положительно.

Я перечислил названия, дал краткое описание и характеристики. Они сравнили мою информацию с той, что была у них. И я легко провёл свою манипуляцию, смешивая реальные факты с тем, что выгодно лично мне. Так я обозначил Райс-стрит как анклав уголовников, наркоторговцев и грабителей, что захватили и держат в страхе местных. Неповиновение — изгнание к зомби на ужин. Так я рассказал, какие ещё отряды пользуются авторитетом, но везде добавлял, что информация непроверенная. А в конце выкинул самый главный козырь, надеясь, что рыбка клюнет. И она клюнула…

— Если же вам интересно узнать, где сидят нацисты, поработившие множество американских граждан… Я бы хотел стать частью группы зачистки и в дальнейшем получить их территорию в свои руки для восстановления и приведения в порядок…

— Нацисты? Рабы?

— Да. Множество темнокожих, светлокожих, латинос… И даже азиатов они используют. — Я выделил интонацией последнее предложение. — В цепях ходят под дулами автоматов, добывая припасы для своих новых хозяев. Их же бросают на убой зомби, чтобы создать живую стену и отстреливаться через неё. Я бы и сам их уничтожил, но это слишком долго. И мне совесть не позволяет бездействовать, зная о таком бесчеловечном отношении. Люди гибнут каждую минуту… Уж лучше не геройствовать самому, а вместе с вами искоренить эту заразу! Вы заслуживаете доверия, и эта Триада китайская ещё десять раз пожалеет, что решила, будто она избрана богом править низшими людьми, такими, как мы с вами.

— Триада… Китайская мафия… — Два командира переглянулись и уставились взглядом на меня. — И где эти ублюдки засели, ты тоже знаешь?

— У меня даже видеодоказательства есть… Бойцы должны знать, куда они идут и почему их целью будут люди, а не зомби.

— Замечательно! — улыбнулся майор, а его непосредственный командир стукнул кулаком по столу, отчего вверх подлетело всё, что на нём лежало.

— ПОКАЗЫВАЙ! — потребовал полковник, как никто другой понимающий, что подобных тварей надо вырезать без каких-либо раздумий.

А уже чуть позже он поймёт, что для них это отличная возможность самолично стать «героями», что борются не только с ужасными зомби. Но и с демонами в человеческом обличье.

Правда, где именно они расположены, я скажу лишь тогда, когда получу от них свои гарантии… И они не посмеют их нарушить. Я сделаю так, что союз с Круизерами для них будет жизненно необходим.

«Афина, приготовься взламывать их компьютеры и базы данных», — отправил я ей сообщение, пока мы шли с бутафорной флешкой к их компьютеру.

Как много интересного, оказывается, скрыто в локальной компьютерной сети военных. И как же, чёрт побери, приятно ощущать радость не только от обладания столь полезным инструментом, как Афина, но и от дотошности вояк, которые все свои планы красиво сохранили в файликах.

Мне теперь было известно очень много. Начиная от итогов уже состоявшихся переговоров вояк с местным военным командованием, находящимся в освобождённом городе в ста пятидесяти километрах к северу от Майами, до местоположения военных баз, с которыми контакт был утрачен и до сих пор не восстановлен. Это из местного региона. Пока я тихо и смирно ожидал принятия решения командованием, которое увидело людей, попавших в рабство, и воина в технологическом костюме, похожем на мой… Я успел отклонить четыре плана Афины, что были слишком кровожадными по отношению к местным бандам и военным, и принять две оперативные задачи после зачистки квартала Жёлтых Драконов.

Так мы, во-первых, захватим с бойцами и полноценно восстановим комплекс связи в десяти километрах к югу от Майами. Раньше там были солдаты, а теперь лишь на шумящий комплекс связи сбегаются все окрестные зомби. Разведка американцев сообщала от пяти-шести тысячах опасных противников. Я же видел в них пятнадцать-двадцать тысяч очков достижений, что будут вложены в нашу будущую базу в этом регионе.

Это даст нам доступ к большому количеству разведданных внутри США и позволит тайно перехватывать контроль над средствами связи, что окажутся в единой сети с нашим комплексом связи. В общем, мы будем знать всё о наших потенциальных союзниках. А быть может, и врагах… Не понравилось мне, как они меня в своём отчёте вышестоящему командованию описали.

«Дерзкий. Самоуверенный. Использует возможности новой системы, имеет значительное влияние на Кубе. Грамотно контролирует возможности, открываемые терминалами. Желательна вербовка. В случае отказа — рекомендуется устранение с целью ослабления позиций Кубы в Карибском регионе».

Ага. Сейчас. Разбежались. Устранялка ещё не выросла… Хотя тут я, конечно, слишком много о себе возомнил. Как раз у них — выросла. Эти и убийц подослать могут, и ракетой по району моего местонахождения звездануть, и авиацию поднять, и бойцов на штурм отправить, чтобы меня пленить… В общем, риторика хоть и ожидаемая, но не радостная. И спасибо Алому Затмению — сейчас им вообще не до меня. То, что они написали, — это, конечно, печально, но начинать подобные действия сейчас у них нет никакой нужды. Да и не вербовали они меня ещё. А начнут, само собой, с этого.

Ну… Предупреждён — значит, вооружён. И именно по этой причине я действую сам, а не жду, пока настанет полный северный пушистый зверёк.

Второй подтверждённый мной план заключался в серии атак «бесхозных» баз, где хранилось вооружение, которое было так нужно нам и не очень –американцам. Ну, раз они до сих пор не забрали… Те же базы долгосрочного хранения и списанного, устаревшего барахла, что идеально подходит для сражений против зомби и других группировок в случае конфликтов. Сейчас прибудут мои доблестные Круизеры, разберёмся здесь и пойдём трофеить технику и оружие.

— Майкл? — Из кабинета вышел и обратился ко мне один из младших офицеров, участвовавших в импровизированном собрании вояк.

Я даже не сразу понял, что он ко мне обращается. Но вообще, так даже лучше. Акцента у меня нет практически, пускай считают американцем в глазах большей части публики. Хотя выжившие, судя по коротким сводкам Афины, всё чаще называют меня «Русским» и нашу общину «Круизеры того русского в суперброне».

Эх, ребят… Вы суперброню ещё не видели… Я вот если её элементы или даже целиком найду — за любые деньги или очки достижений куплю. Она по своей эффективности тяжёлой бронетехнике в количестве целого взвода не уступает. И при этом намного универсальней в использовании…

Но вообще, приятно, конечно, что люди говорят обо мне. Слухи разлетаются, общины выживших передают истории друг другу со скоростью лесного пожара. Для популяризации это то что нужно. Сейчас бы ещё большой подвиг совершить, чтобы меня оценивали в несколько новом ключе. Ну и заодно с военными надо уже договориться.

— Да, слушаю вас? — поднялся я.

— Полковник Адамс ожидает вас. Проходите. — Он приветственно открыл передо мной дверь.

Я вошёл внутрь и понял, что всё уже решено, и мне, по сути, хотят лишь сообщить информацию. Ну, поторгуемся…

— Добрый день, мистер Листопадов. От лица командования я хотел бы поблагодарить вас за предоставленную информацию. Уже не первый раз вы оказываете нам услугу и безвозмездно работаете на благо армии и народа США.

Ого, даже так? Продолжайте так думать, господа… Прошу вас, не останавливайтесь. Подумайте ещё, что я хочу получить у вас убежище или гражданство. Я даже торжественно обещаю пустить скупую слезу счастья, практикуясь в своих актёрских навыках.

— Я всегда рад помочь вам, господа. Ведь это мой долг как человека, что оказался с вами в одной лодке и вместе с вами борется с этой ужаснейшей из напастей человечества. Лишь объединив все наши силы, мы сможем преодолеть это бедствие! — ответил я ему, даже не соврав ни капли. Мы просто в слова об «объединении» наших сил вкладываем разные значения. Ну а в остальном, думаю, разделяем большую часть наших взглядов.

— Отрадно это слышать. Ваше предложение об объединении усилий мы считаем неподходящим. Это проблема Америки, и мы можем своими силами справиться с нашими трудностями, — с ходу начали они ставить палки в колёса моего плана. — Поэтому я попрошу вас передать данные о том, где вы сняли это видео.

— Господа офицеры. Прошу меня понять и не обижаться. Мы в любом случае вместе с вами придём к общему соглашению, и вы получите данные о местоположении этих угнетателей. Я человек довольно действенный, как вы уже могли заметить. Я бы хотел обсудить с вами некоторые особенности моего статуса и моих людей к тому моменту, как ваша законная власть будет восстановлена на этих землях, а зомби — уничтожены. Я по сути своей стал человеком без дома. И таких же людей в нашем мире — множество. Америка понесла колоссальные потери среди своего населения, и ей в любом случае для поддержания порядка на своих землях — и в дальнейшем во всём мире, — потребуются люди. Понимаете, к чему я клоню?

— Понимаю. Но вы продолжайте… — ответил задумчивый полковник.

— Для меня и таких, как я, было бы крайне полезно договориться с вами, а в дальнейшем и с правительством США. В данный же момент вы и являетесь представителями этой реальной власти в регионе, поэтому мой запрос обращён именно к вам, — подмаслил я их, назвав правителями всего региона, и сработал на опережение с их желанием завербовать меня. — Позвольте людям, что могут, умеют и готовы убивать зомби, делать это. Мои Круизеры уже показали себя. Вы и сами знаете. Мы будем действовать на вашей территории в ваших интересах, обучать бойцов, что будут зачищать Майами и другие города. Восстанавливать порядок и справедливость. От вас мне и моим людям нужно лишь разрешение жить и передвигаться без территориальных ограничений. Ну, кроме секретных и запретных зон, само собой. Я готов даже взять на себя миссию по зачистке и освобождению южной части Майами. Если вы не можете или не хотите спонсировать меня и войска — это не проблема. Что-то мы сможем достать сами из терминалов после их освобождения, что-то найдётся в освобождённых кварталах и закромах. Просто разрешите нам для освобождения города и помощи использовать часть полученных ресурсов. — Мои слова были сладки как мёд, и за благородным предложением скрывали также и мои истинные интересы.

Я, видя, что офицеры колеблются и переглядываются, решил добить их, напомнив об одной простой истине.

— Также спешу напомнить, что в случае, если мы будем сотрудничать и заниматься общим делом, мои базы и люди на Кубе также будут вместе с вами помогать освобождать мегаполисы. А мои специалисты по транспорту смогут без проблем организовать цепочку поставок по куда как более безопасным водным маршрутам. Эта сила слаба и мелка в сравнении с атлантическим флотом, но в отличие от него — будет работать именно на вас, офицеры, а не преследовать собственные интересы. В ваших руках появится крайне универсальный и эффективный инструмент по решению множества вопросов. Порой даже таких, в которых регулярной армии США невозможно принимать участие открыто… Вы уже слышали о Шериф-сити?

— Шериф-сити? Что за город такой?

— В соседнем штате десять городов, освобождённых от зомби силами местного ополчения, пользуясь конституцией США, готовятся провести референдум о выходе из состава страны. Причём не только своего вновь переименованного города, но и штата… Думаю, отряд невоенных специалистов мог бы помочь лучше, чем военные подразделения вашей страны. Ведь тогда это будет выглядеть как… гражданская война, верно? И кто знает, как отреагируют многие граждане США, когда узнают о подобных событиях… Вдруг ещё где будет зреть недовольство? Слышал, в Техасе много сторонников создания Техасской народной республики.

— Хм… Думаю, мы ещё обсудим эту тему. И насчёт Шериф-сити — это, я так понимаю, вы о городе Монтгомери ведёте речь. Пока же я попрошу предоставить нам данные для отправки разведгруппы.

— Да-да, конечно-конечно! — Я тут же предоставил им адрес.

Ну, пусть только не пойдут мне навстречу. К этим красавчикам из Шериф-сити, который, по сведениям Афины, действительно появился два дня назад, отправлю своё предложение. Да и с техасцами свяжусь. Причём в любом случае свяжусь, не важно, решат они делать меня своим союзником или ещё хоть кем. Я буду вести свою игру против вас так же, как вы вели свои игры против всего мира до этого. Буду говорить вам то, что вы желаете слышать, буду делать то, что выгодно мне, демонстративно называя это помощью вам. А параллельно буду продолжать наращивать своё влияние и развиваться в тех направлениях, регионах и местах, куда ваши загребущие руки сейчас добраться не могут. И не смогут в будущем.

Я ушёл, договорившись встретиться с ними после того, как прибудет вторая часть их группы. Они же это время используют для проверки полученной от меня информации. Опять полезной, опять безвозмездной. Скоро мне начнут задавать вопросы об источниках моей информации. И я с удовольствием скажу им, что умею находить и спасать беженцев, которые охотно делятся информацией. Другими словами — я активно шевелю ластами, и мне везёт.

Афина продолжила шпионить за ними, слушая обсуждения даже после моего ухода. Я же сказал, чтобы она вывела мне позднее итог их разговоров, когда офицеры наговорятся. Мне же сейчас самое время сделать кое-что для моего развития и роста в глазах местной публики. Как раз скрашу время до прибытия лайнера. А это целых пять часов.

— Родная, проложи маршрут к Итало. Поможем им отбиться от нападения тварей. Заодно в терминал их заглянем, боеприпасы восполним, — проговорил я своей помощнице и взял разбег в сторону нужного квартала. Бежать туда довольно далеко. Напрямик — двенадцать километров. В обход толп зомби и с учётом преград в виде заборов, домов и эстакад — все двадцать. Пробежать подобный полумарафон — дело непростое. Тем более за столь короткое время. Поэтому я решил реквизировать какой-нибудь автомобиль на ходу и промчаться с ветерком в сторону их базы.

Я бежал по улицам, оглядываясь и прикидывая, что бы такое мне приобщить и экспроприировать. И нашёл её! Красивую, великолепную, ярко-алую пожарную машину, облепленную зомбарями.

— ТАК! А НУ БРЫСЬ, ПАСКУДЫ! — прокричал я и выстрелил из пистолета, только чтобы привлечь их внимание. — Двадцать один… Двадцать два. Вроде всё. А, нет, двадцать три утырка!

Закончив подсчёт ближайшего опыта на ножках, я начал очередной за эти, казалось бы, бесконечные сутки раунд битв.

— ГРА-А-А!

— Ы-Ы-ЫЫЫ!

— РВА-А-АА!

— Чё разорались, жопошники? — Я крутанул алебардой и разрезал лезвием источник шума, то бишь горло, первому крикуну.

Шаг назад, удар наотмашь. Ещё один и ещё.

— Давайте, подходите, ушлёпки! Чё ты там крутишься⁈ Нет, ты точно не танцор. Всё, сдохни. Экзамен на балеруна ты завалил.

Вёрткого и худого зомбаря пришлось бить аж три раза. Слишком уж вертелся, никак попасть точно и правильно не получалось.

— Не дёргай за шлем, тупица! — Я проломил бронированным кулаком череп очередному приставучему чуду-юду и понял, что надо бы ускориться. На звук выстрела и шум битвы стало приближаться слишком много тварей. — Всё, уймитесь… Шумные.

Где добрым словом, где алебардой, а где и пистолетом я закончил пожинать очки достижений с этой группы врагов и забрался в кабину пожарного автомобиля. Одно боковое окно было выбито, но в целом это не особо мешало мне. Зомби, правда, лезть пытались в это самое окно, пока я ковырялся с проводами, не найдя ключи. Но ничего, пользуясь подсказками Афины, я довольно быстро замкнул нужные провода, и машина ожила! Загудел мотор. Я удивился автоматической коробке передач и вжал педаль в пол, тараня стоящих перед машиной зомби и попавшую в аварию машину.

— ЙЕ-Е-Е-ЕХА! ПОГНАЛИ! — радовался я как ребёнок. Бензина, или на чём она там ездит, маловато. Вот это и есть одна-единственная проблема этой тачки. Не знаю, на сколько километров мне её хватит.

Зомби бросались под колёса, защитный бампер принимал на себя всё больше и больше ударов тварей, а порой и автомобилей, что были раскиданы по всем улицам и дорогам. Само собой — для ценителей шума я стал настоящим деликатесом, и они ускорились до каких-то запредельных для зомби скоростей, пытаясь нагнать мою малышку. Но лишь глухие звуки ударов раздавались каждые несколько метров по дороге к кварталам клана Итало.

— Подкрепление! Нужно подкрепление, иначе они прорвутся!

— Откуда, Филипп, откуда здесь столь огромное количество зомби?

— Привёл дебил какой-то. А нам теперь отдувайся… — проворчал боец группы поддержки, продолжая монотонно перезаряжать оружие для стоящих у переднего края. — На, передавай ребятам, — закончил он с очередной порцией боеприпасов и встряхнул руки, давая пару мгновений передышки пальцам. Они уже нестерпимо болели и натёрлись за эти два часа битвы, что внезапно разгорелась у их квартала и никак не заканчивалась.

А всё потому, что первая, небольшая орда стала причиной прибытия ещё одной, более крупной стаи тварей. Причём, пока основная часть бойцов защищала улицы итальянского квартала в одной части их территорий, монстры ударили в тыл. И то, что разведка их заметила, не особо помогло. Основные бойцы были заняты все до единого к этому моменту. Пришлось затыкать дыру в обороне чем получалось и кем получалось. Само собой — без жертв не обошлось. Больше ста человек из числа обычных мужиков и женщин, что не считались частью боевых отрядов, погибло, просто пытаясь не пропустить тварей к своим семьям.

БИ-И-ИИИП!

БИП-БИ-И-И-ИИИП!

— Что? — Филипп, что в очередной раз начал свой марафон работы с огнестрелом, удивлённо поднял голову.

Он привстал и запрыгнул на ящики с боеприпасами, смотря вперёд. Там, в сотне метров от него, шла настоящая бойня, и от звуков выстрелов и взрывов ничего прочего не было слышно. Поэтому он так и удивился непривычному звуку.

БИ-И-И-И-И-ИИИИИИИП!

Сигнал вновь повторился, и внезапно стрельбу перекрыл вой сирены пожарной машины — настолько громкий, что даже зомби из передних линий атаки обратили на него внимание.

— Оу, щи-и-и-ит!

Пожарная машина, что привела за собой ещё около тысячи немёртвых тварей, вдруг увязла в мешанине тел. Сирена выключилась, и через разбитое окно на крышу техники вылез кто-то в чёрном костюме. Он стрелял из странного вида пушки по зомби, а затем внезапно оказался за пультом управления водяной пушкой и окатил тварей волной воды.

Зомби, что до этого так сильно давили на выживших, начали один за одним оборачиваться и устремляться к этой яркой, сверкающей, шумящей технике. И, несмотря на попытку сбить их с ног водой, сами накрыли шумную пожарную машину, подобно приливу.

— Кто бы ты ни был, но ты только притащил к нам ещё больше зомби, идиот. И сдох…

ВЖ-Ж-ЖЖЖ…

Пожарная лестница, следуя моим последним инструкциям, начала выдвигаться вперёд, в сторону домов, возле которых вели свою кровопролитную борьбу защитники квартала. Облепленное десятками зомби, моё тело отделилось от основной массы тварей и оказалось на лестнице, поднимаясь всё выше и выше.

— Тяжёлые, падлы… Да отцепитесь вы… — Несчастные зомбари, не в силах прокусить защиту, пытались утянуть меня вниз, к своему немёртвому морю, но лишь падали с визгом, полным разочарования.

— Или не сдох… ДАВАЙ, ПАРЕНЬ! — прокричал кто-то ободрительно со стороны защитников в короткий промежуток времени, когда гул стрельбы стих, а сирена пожарного автомобиля уже умерла.

Я не стал залезать до конца лестницы. Тварей было слишком много вокруг. Бойцы, хоть и с трудом, держали оборону, и куча тварей, увидев интересную добычу, сменили направление атаки, пытаясь добраться до меня по лестнице. Вот этими ушлёпками я и занялся, раскидав ближайших и взяв в руки пистолет и автомат.

Начался отстрел. Проблема была в том, что целиться надо в голову, попадание в тело не особо поможет справиться с этим нашествием. Патроны у меня есть, но не прям бесконечное количество. С нынешней интенсивностью — минут за десять отстреляюсь. А дальше всё — или за боеприпасами или, врукопашную сражаться. В любом случае я хоть и привёл с собой ещё кучу зомби, что вливались в толпу тварей, но создал ещё одно направление для атаки орды, чем немного облегчил труд бойцов. Рука швырнула вперёд гранату, затем ещё одну. Прямо туда — в самую гущу тварей. Покалеченные зомби будут не столь быстры.

Через три минуты закончились иглы для моей «Аськи». Через четыре — гранаты тоже кончились. Я перешёл на пистолет, отстреливая в основном тех, кто лезет по лестнице. Крепкая она, однако. Я думал, будет похлеще шатать… Остались только боеприпасы для дробовика. Он против зомби лишь на минимальной дистанции огня полезен. В остальных случаях есть риск «не пробить природную защиту». Так что дробаш всего дважды жахнул картечью в лица утырков на лестнице, и дальше передо мной встал выбор. Либо лезть до конца лестницы, забраться в дом и там уже алебардой махать, уничтожая штурмующих зомбарей, либо спрыгнуть вниз.

Немного подумал и полез дальше по лестнице. Я, конечно, в сравнении с местными, бронирован для зомби, как танк для пехотинцев восемнадцатого века. Практически неуничтожимый. Но могут тупо затоптать, и я выбьюсь из сил, пытаясь вырваться из ловушки. Уже был у меня подобный опыт на Кубе. Да и на линии огня окажусь, начав мешать местным. Если уж и спрыгнуть вниз, то в случае отступления, чтобы выиграть время для перегруппировки.

Окно в дом оказалось разбито лестницей. Я влез в него, под шум опадающих кусков стекла занимая защитную позицию. В руки легли две части алебарды, соединяясь в единое целое. Прикинул траектории ударов, чтобы было удобно наносить удары. Благо окна тут узкие и высокие. Для вертикальных ударов — то что надо.

— Ну-с, помахаем… Надо не забыть её наточить потом, в порядок привести.

Первого зомби я не дождался, он сорвался и едва не улетел вниз, пальцами цепляясь за лестницу. А его собрат безжалостно на эти самые пальцы наступил, всё-таки отправляя полетать бедолагу с высоты двадцати метров.

— Ваша жадность вас и погубит… — нравоучительно сообщил я первенцу штурмующей группы и подарил ему размашистый удар прямо в голову.

А там уж и началась вакханалия. Первый получил свою порцию стали, за ним сразу второй и третий. Ну и пошло-поехало, как на конвейере. Благо у меня костюм поддерживающий, упрощает все эти махи-взмахи руками. А то уже после сотни таких ударов рук бы не поднял. А сегодня уже точно за сотню этих самых ударов было.

— Хэй, мэн! Ду ю нид хэлп? — внезапно раздалось позади меня, и я тут же перестроил мозг на язык местных.

— Да! Нужна помощь! Оттаскивайте поверженных. Они мешают зомби лезть, а мне — убивать их! — Я стоял на кучке мёртвых зомби, тыкая в моих тухлофанатов, орущих от бешенства.

Три парня, обмотанные кучей одежды, быстро и не брезгуя, за что им отдельно моё уважение, вцепились в трупы и начали стягивать их в сторону, разбирая затор.

Ещё две минуты мы сражались: я рубил и колол, они оттаскивали, твари пёрли. А затем прозвучал странный звук, и шум снаружи стал несколько потише.

— Чёрт! Отступают наши!

— Майкл, нам тоже нужно уходить, скоро зомби начнут по лестнице снизу к нам бежать.

— Мужик, уходим! — подсказали мне ребята, что именно происходит.

— Я выиграю вам немного времени, уходите, — крикнул я им и стал продвигаться с каждым ударом поближе к окну.

Стоило им уйти, как я отставил в сторону алебарду и просто швырнул попытавшегося вцепиться в мою руку зомбаря обратно в толпу. Подняв лестницу рукой, хотел её сложить обратно, но автоматика слишком сильна оказалась.

— Вторая попытка… — игнорировал я зомби, сидящих на лестнице.

Со всей доступной мне силой я стукнул пяткой по передней части лестницы, слыша скрежет металла. Ещё один удар… И ещё.

С противным хрустом ломающегося механизма передняя часть лестницы сложилась на полметра. Уехала бы и дальше, но там два зомби застряли конечностями… Я взял алебарду и подровнял выпирающие ноги-руки зомбарей, чтобы лестница и дальше могла сложиться.

— Помогло… — констатировал я, когда одним ударом ноги помог сложиться ей на пять метров. Теперь они сюда в дом по ней не залезут.

Я вернулся на этаж и побежал по лестнице вниз, попадая на бывшую передовую, занятую неприятелем. Алебарду пришлось спешно разобрать и взять свой большой тактический нож спецназа во вторую руку. Здесь только так и можно сражаться. Тем более что меня уже через мгновение накрыло волной тварей.

На какое-то время свет померк от кучи монстров, повисших на мне, и я сам превратился в атомный ледокол, что медленно, шаг за шагом прёт вперёд, попутно работая лезвиями обоих орудий по облепившим меня монстрам.

«Примерное время прибытия подкрепления от Итало — пять минут», — обрадовала меня Афина.

— Что-то долго… Ладно, прорвёмся…

Мне помогала глупость зомби. Они сами рвали друг друга, пытаясь добраться до меня. Произошла массовая давка. В которой я был вожделенным объектом своих фанатов, едва успевая дарить им короткие росчерки клинка. Меня просили о сотне автографов, но я мог лишь парочку оставить своим оружием. Конечно, очень неудобно так работать… Ещё и охрана куда-то убежала… Совсем не прикрывает. Никакого порядка…

Или это я ничего не слышу из-за восторга зомби?

«Резервисты Итало заняли вторую линию обороны и ждут подкрепления. Начали концентрированный огонь. Рекомендую занять защитную позицию и прикрыться от случайных выстрело…» — Афина любезно изобразила позу присевшего человека с закрытой руками головой.

Собственно — не вижу причины отказывать. Рядом были какие-то мешки с песком, и я прошёл под стрекотание автоматов ещё два метра, после чего рухнул вниз, прикрывая голову. Сейчас-то они из автоматов стреляют. А ну как решат потом из гранатомёта жахнуть? Что-то я не уверен в том, что моя броня мне поможет…

— Афина, найди связь с их командованием. Попроси их не стрелять из тяжёлого вооружения. Я всё ещё жив и продолжаю привлекать тварей.

«Сделано».

— Спасибо…

Подкрепление… По частоте криков сдыхающих вокруг тварей я понял, что оно добралось до нас. Но отражать натиск монстров и убивать их они словно и не спешили. Ну или мне, сидящему под парой сотен килограммов сдохших или стремящихся к этому зомбарей, от скуки просто так казалось. Время тянулось слишком медленно, вокруг было уйма очков достижений, но возможности их получить у меня не имелось. Не та подготовка. Нехватка боеприпасов, отсутствие своей команды, чётко выполняющей задачу.

Стало на мгновение печально. Будь у меня пулемёт, а лучше два… Эх, я бы столько заработал тут. А так, думаю, убил пару сотен, стянул на себя ещё больше, а остальное всё ребятам из Итальянского Квартала досталось.

Так, ну напор совсем иссяк. Можно и выбираться из-под кучи тварей.

— Глядите-ка! И впрямь жив! Мамма миа! Я тоже хочу себе такую броню.

— РВА-А-А-А! — закричал последний из полуживых фанатов и получил финальный росчерк клинка по морде.

— Всего лишь зомби… Встречал я тварей и похуже. — Я размял затёкшие мышцы и стряхнул с себя ошмётки и кровь, что заливала мой костюм всё это время. — Водички нет попить? И костюм ополоснуть? — протянул я окровавленную руку ближайшему из офицеров местного ополчения.

Было понятно, что этот мужик, выряженный в костюм спецназа, не просто так носит такую экипировку. Шикарным по местным меркам у него было всё. И меч, и шлем, и усиленные накладки на руки и ноги, защищающие от укусов тварей. Причём не кустарные, а вытащенные из терминала. Ну или с базы подготовки таких вот спецов. Оружие — тоже неплохое. Современное, обвешанное прибамбасами.

— Майкл. Командир отряда Круизеры, — представился я.

— Капитан Торман, один из старших офицеров базы выживших Итало.

— Странно, что вы не итальянец.

— Здесь все есть. Майами — интернациональный город. Спасибо вам за помощь, но зря вы ещё тысячу монстров привели с собой.

— Они добегали порциями и не особо повлияли на битву. Я же стянул на себя как минимум треть врагов, ну и вдобавок ко всему — взял на себя основную толпу, когда вы перегруппировывались. Не первый день с ними воюю. Знаю, что делать. Вы в любом случае получили передышку и пару лишних минут, чтобы перестроиться.

— Откуда вы знали, что у нас есть отряды в резерве?

— Я же говорил, что я лидер группы? Разведчики мои много куда добраться успели. Видели, что вы в другой части квартала с мелкой, но наглой стаей этих тварей воюете. Прошу прощения, минутку…

Я сделал вид, что настраиваюсь на сигнал связи и отдаю команду бойцам продолжать разведку и возвращаться на базу к концу дня. Просто чтобы придать себе ещё чуть больше веса в глазах окружающих. Ведь не так много бойцов может свободно разгуливать по мегаполису, полному тварей, и потом просто возвращаться на базу поужинать и отдохнуть.

Ну, вот и познакомились с очередной группой выживших. Меня провели во внутренние районы базы. Смотрели на меня как на… Даже слов подходящих нет. Как если бы Халка в реальной жизни увидели. Не восторг, но восхищение с опасением.

Я быстро познакомился с лидерами этой общины. У них было очень много работы, ведь требовалось разобрать кварталы, заваленные тысячей трупов. Найти тела защитников, погибших в схватке, помочь и поддержать многие семьи, что сегодня лишились своих мужей, сынов и отцов. У них хватало забот. Оно и понятно. То, что со мной вообще встретились и уделили мне немного времени, — прекрасно.

Я сам привёл себя в порядок, чтобы не выглядеть как технодемон из преисподней, и напросился в терминал. Мол, помог я вам по доброте душевной, но у меня совершенно не осталось боеприпасов, гранат и прочего. Вас после нападения я грабить не могу себе позволить, ведь у вас и у самих может быть дефицит боеприпасов, так что я сам куплю что мне надо в нашем алом гипермаркете выживальщика.

Ответа на мою просьбу мне пришлось ждать минут десять. И всё это время рядом со мной с опаской крутились дети. Я, чтобы снизить напряжённость, снял шлем, предварительно прослушав доклад Афины о последних приказах руководителей этой группы. Меня там было сказано не трогать, ведь иначе «люди не поймут». Этот самый шлем стал игрушкой, когда я давал каждому надеть его, и Афина изображала на лицевом щитке то динозавров, то рыбок, то животных разных. Детишки смотрели на это чудо техники, восхищались и радовались. Мне же тоже было в кайф вот так посидеть и ощутить радость и все прочие эмоции детей. Ради этого мы и сражаемся. Ради них всех. Нашего будущего поколения.

— Уважаемый… — обратился ко мне один из посыльных, с эмблемой группировки Итало. Удивительно, но она была в виде пиццы.

Интересный выбор логотипа, конечно.

— Майкл, — напомнил я своё имя.

— Да, точно. Я пытался вспомнить ваше настоящее имя, прошу прощения. Можете идти за мной к терминалу. Руководство согласовало доступ к нему для вас, как плату за вашу помощь в отражении угрозы. Но только сегодня.

— Отлично, спасибо. Простите, дети, но мне надо идти. Когда-нибудь вы вырастете, и каждый сможет получить себе такой же шлем. Главное — слушаться взрослых, хорошо кушать, чтобы быть сильным, и тренироваться, учиться.

Я попрощался с мигом занывшими детьми, которым очень уж хотелось ещё поиграть. Шлем-то ведь даже половина детей не успела надеть и побаловаться.

Мы отправились вперёд, к терминалу, а я представился ещё раз. Судя по оговорке, они прекрасно знают, что я тот самый русский. И досюда слухи дошли. Это хорошо. После сегодняшнего — они ещё дальше пойдут. И более стремительно. А уж когда мы с бойцами развернёмся…

Терминал был самым обыкновенным. Такой же, как и сотня других. Вкладка «эксклюзив» имела в своём распоряжении восьмиосный танк, созданный как гибридная техника для атаки и форсирования водных преград. Характеристики средние, броня слабая, сравнимо с нашим поколением. Из реальных достижений — возможность преодолевать водные преграды до пятнадцати километров. Эксклюзивом был из-за возможности запускать подводные дроны разведки. Замкнутая структура производила до одного разведчика в сутки. В общем — польза определённо есть. Но она сомнительна, с учётом цены. Очень специфическая техника. Вместо неё можно взять два современных российских танка последнего поколения, чьи характеристики даже выше будут.

В остальном всё более-менее стандартно. В медикаментах, помимо прочего, есть ампулы на увеличение силы. Но с последствиями в виде привыкания и смерти. Вряд ли они пользуются большим спросом. В броне нашлась та самая экипировка спецназовцев, что я видел на одном из командиров базы. Всего лишь двести ОД стоит. Неплохо, хотя слабые места в ней я сразу нашёл. За такие деньги хотелось бы видеть защиту без изъянов.

Боеприпасы. Их было много, они были великолепны, но на мою «Аську» игл не продавалось. Даже обидно. Пришлось затариться по полной всем прочим, а заодно взять автомат на замену. Самую обычную модель, на которую подходят патроны для пистолета. Чтобы меньше мороки было.

Все остальные вкладки артиллерии, тяжёлой бронетехники и прочего я тоже глянул. Супер-вау ничего не было. Что-то привычно и дорого. Что-то смотрится странно и эффективность сомнительна. Разве что приглянулся беспилотный наземный дрон-паук с возможностью установки до четырёх ракет класса Земля-Земля или Земля-Воздух. То есть и в качестве атаки чужой базы использовать можно. И для обороны своей, если передать в руки Афины. И в качестве ПВО. А оно в свете последних событий выглядит как моя слабость. Сдохнуть от атаки с воздуха или прилетевшей ракеты шанс намного выше, чем от зомбарей.

Ну, ладно. Я не смотрел, что есть в кубинских терминалах после открытия новых вкладок. Самих ОД было ещё много, но новых пунктов я не открыл. Ну и крупных операций по спасению или зачистке не было, если говорить откровенно. То, что я суммарно тут тысячу или около того зомби убил, это хорошо — но этого мало.

Затарившись по полной, в том числе аптечками и зельями для своего миниотряда, я вышел из гостеприимного магазинчика и вернулся в реальный мир. Начал спускаться по лестнице с этажа, где разместился терминал самого высокого на районе здания, и замер на третьем этаже, любуясь интересной картиной. Там пять мастеров с болгаркой, отвёртками и прочими инструментами пытались разделать…

— СТОЯТЬ! ВЫ ЧТО ДЕЛАЕТЕ! — рявкнул я и рванул вперёд, спасая из лап этих инженеров настоящее чудо техники, которое и сам был бы безумно рад получить. — ИДИОТЫ! Выкинь ты свою болгарку, пока я твою черепушку ей не вскрыл! Охренели, блин, неучи! Такую вещь чуть не сломали!

Я ругал этих криворуких идиотов на чём свет стоит, рассматривая находящийся в моих руках довольно тяжёлый, явно не пустой технологический рюкзак штурмовика. Металлический бронированный корпус. Регулируемый десятками креплений изгиб спины, дабы сидел влитую на любом костюме вроде моего или даже на силовой броне бойцов элитных штурмовых подразделений будущего. Особые материалы, закалённые и пропитанные особой химией, склеенные в неразрывную бронеконструкцию, которая выдержит и огонь, и шквал пуль, и взрывы с осколками. В сравнении с моими элементами доспехов, этот рюкзак был, по сути, сплавом технологий следующего поколения. Лёгкий, настраиваемый, прочный, прикрывающий всю спину от средних позвонков шеи до копчика. Вместительный и надёжный. И защищённый от вскрытия… Его, если не знать секрета, разве что вот так раздербанить и можно было. Неумелыми руками ломая шедевр, цена которого на рынке начиналась от тысячи ОД и выше.

Я его не всегда брал в своих снах, если находил. Ибо бесполезно. Помирал раньше… Но успел оценить его по достоинству.

— Уважаемый, вы зачем в мастерскую нашу ворвались? — вмешался один из бойцов, по рации вызывая подкрепление.

— Верните рюкзак, не создавайте конфликт, — попросил идиот с болгаркой.

— Вам уши оторвать надо за то, что вы сделать с ним пытались, придурки! Не знаете — хули лезете?

— Он закрыт и заблокирован, раскрыть его нет возможности, — подошёл худощавый инженер в грязном халате и очках с огромными толстенными линзами, выпирающими из оправы. — А нас интересует то, что находится внутри. Если вы можете его открыть, так и быть, мы готовы обсудить это с вами. Двое суток мы уже с ним возимся.

— Открою его вам. Открою. Где вы рюкзак взяли? Он мне нужен…

— Добыли в качестве трофея… Скажем так. Прежнему владельцу он уже без надобности.

— Слышь, умник, ты так говоришь, будто мы грабанули кого-то, — подошёл ещё один мужик, с отметкой руководителя этой базы выживших. — Нашли среди толпы зомби. Как и останки прежнего владельца. Броня у него была не как у тебя. Попроще. Неизвестно, от чего он точно умер, но бедолага явно переоценил свои силы. Или ему не повезло.

Не знаю, каким направлением руководил этот мужчина, но впечатление на меня он производил приятное. Наверное, потому что искренен и не подбирает слов.

— Майкл Оливер, приятно познакомиться, — представился он. — Извините за грубость. Нервы с этим нападением расшатались Слышал, вы помогли моим бойцам. Я начальник тыла. Мои ребята перекрыли дорогу орде на наши районы… Многие погибли. Спасибо, что не дали погибнуть ещё большему числу ребят. Так что, рюкзак этот сможете открыть?

— Конечно! И могу вас научить на будущее. Ведь где-то тот бедолага его взял. В каком-то терминале. И явно не вашем. Может, вам ещё встретится подобный. — А затем я посмотрел в глаза Майклу и спросил: — Что вы хотите за рюкзак? Он мне нужен. Очень полезная вещь…

— Хм, ну, если научите моих умников, то с учётом вашей помощи — можете забрать в качестве награды. Но содержимое — нам. Идёт?

— Более чем. Дружба между нашими отрядами и базами плюс этот рюкзак — будет более чем достойной наградой. — Я протянул руку, и мы скрепили наши договорённости рукопожатием.

Быстро взяв рюкзак и осмотрев его, я нашёл несколько маленьких отверстий рядом с центральным замком, что удерживал монолитно всю эту конструкцию. Взял тонкую проволоку и вставил в три отверстия из шести. Подождал десять секунд и почувствовал небольшой щелчок внутри. Центральная часть замка стала подвижной, и я начал её вращать вокруг, пока не ощутил ещё один лёгкий щелчок.

— Запомнили? Это универсальный шифр для открытия замка. Для владельца подобных трудностей нет, механизм работает на основе отпечатка пальца либо запрограммированного кольца с микрочипом внутри. При приближении руки с кольцом замок открывается. Если же ни кольца не осталось, ни руки владельца с неповреждённой кожей, то только такой способ поможет. Теперь три оставшихся отверстия надо нажать в последовательности «верх-низ-центр».

Я поочерёдно тыкнул проволокой по нужным отверстиям, что выглядели больше как декоративные, и наконец-то весь механизм раскрылся, открывая горловину рюкзака. А за горловиной и всю боковую бронекрышку.

— Ну, что тут у него. Инъектор на живучесть… Не успел парниша применить. Хорошая штука, без побочек. Повезло вам. Боеприпасы… О, иглы… Зачем ему, если оружия такого нет? Если подарите — скажу спасибо. Видимо, всего понемногу таскал. Носки, бутылка воды, бутылка бензина, сухпай, штык-нож… Раритет на старые модели винтовок. О, прибор ночного видения, оптика к винтовке. Револьвер… Не помню модель, но шумный и убойный. Одежда даже запасная имеется. Записи… Карта с пометками… О, вот его база с нычками. Повезло вам, дарю.

Последнее было интересно и мне, но с учётом того, что база находилась у чёрта на куличках, далеко-далеко не факт, что они доберутся туда раньше меня. А маршрут… Его Афина с ходу запомнила.

Я перекинул много своих вещей, включая дробовик, в рюкзак. Вернулся в терминал, докупил много дополнительного снаряжения на все случаи жизни и боеприпасов. Взял винтовку, что в сложенном виде легко вмещалась в рюкзак, хорошую оптику к ней, бронебойные боеприпасы. И с чувством выполненного долга начал собираться в обратный путь. Здесь людям было не до меня, все были заняты.

Ну а рюкзак… Во-первых, после сброса я мог настроить его на новые отпечатки пальцев. Во-вторых, я не стал этого говорить при всех, но Афина легко могла взломать его. Вместо кольца у меня есть мой ИИ, который без проблем переписал протоколы защиты. Теперь либо моя рука, либо Афина позволят открыть рюкзак и достать из него всё, что мне необходимо.

— Пора на пирс…

«Лайнер прибудет в течение двух часов. Выстраиваю маршрут до точки встречи. На борту имеется пятьсот сорок восемь добровольцев. Из них пятьсот — члены боевого отряда».

— А кто остальные сорок восемь?

«Инженеры, строители, профессиональные демонтажники, программисты, электрики и сборщики. Лучшие из лучших. Направлены по моей просьбе, чтобы без проблем установить контроль над периметром базы и настроить центр связи после его захвата».

А я думал местных подтянуть… Ну, впрочем, соглашусь со своей помощницей — так даже лучше. Намного лучше. Тем кто приплывёт вскоре я, по крайней мере, доверяю.

Порт города Майами встречал гостей. Встречал их дружно, всей толпой. Солдаты, что должны помочь освободить город, гордо спускались по трапам на берег, перетаскивая с собой множество сумок с личными вещами, оружием и трофеями.

Вместе с тем с борта при помощи подъёмных кранов и грузовых лифтов спускалось большое количество различного груза, привезённого ими же. Солдаты постарались вывезти всю технику, что была у них. И все богатства, что только удалось достать в захваченных кубинских городах.

К слову, опять на Кубе начались разного рода пертурбации власти. Генералы сражались за людей, за земли, за остатки зачищенных американцами баз. Я же стоял подобно монолиту у носовой части судна, куда и стекались мои бойцы. Мы уже успели обменяться парой слов с командиром лайнера, и я дал добро на отчаливание вместе с желающими сбежать из этого города людьми. Сразу же, как только закончится посадка.

Афина соединилась со своим системным клоном, установленным на серверах лайнера, и собрала оперативные данные, начиная выводить мне доклад о состоянии дел и проблемах на архипелаге.

— Строимся, собираемся возле меня. Ни с кем не общаемся, командиры кулаков собирают своих подчинённых и готовимся уходить, — отдал я указание, направляясь на борт лайнера.

Нужно было попасть к терминалам и начать превращать корабль в полноценный мобильный город-базу. Запустить строительство, приобрести иглы для «Аськи», набрать пару ящиков гранат… Пока будем идти на своих двоих и на полученном в пределах города транспорте. Уже после того, как у нас появится своя постоянная база, займёмся приобретением «весомых аргументов». Сейчас, перед лицом армейцев, делать этого не стоит. Я всё ещё жду от них решения по части западного района города, занятого Триадой, который хочу получить в свои руки.

Афина говорит, там сейчас жарко. Идёт лютая сеча и стрельба, гибнет куча людей, армейцы даже небольшое количество своей техники отправили на позиции. Если бы не множество рабов и пленников — было бы проще. Но теперь американцам, штурмующим укреплённые кварталы мафии, приходится несладко.

Собрав и запустив всё, что было нужно мне, вернулся к своим и в этот раз куда более спокойным голосом поприветствовал всех прибывших ко мне на помощь. Конечно, не упустили возможности и уже оказались здесь мои верные соратники — Роберто, Наталья и Хван. Желающих было больше, но командиры нужны и на местах. Все трое прибывших были такими красивыми, модными, в костюмах, очень похожих на мой, да в точно таких же шлемах. Одеты и вооружены с иголочки. Всё новенькое, аж глаз радуется. И если увидеть Роберто и Наталью я ожидал, то появление Хвана стало для меня маленьким сюрпризом. Он был американским корейцем и не упустил возможности вернуться на материк. Другие мои соратники остались у себя, занимаясь не менее важными делами.

Купил всё что планировал, и даже с запасом. Ящики помогли перенести оставшиеся на охранении лайнера бойцы. Немного раздражал беспорядок, оставленый вояками. Ну да ладно, приведут в порядок его. Просто позже.

— Следуем за мной походной колонной. Ближайшая территория безопасна, — я отправился дальше, сосредоточиваясь на финальных указаниях для двойника Афины, что передаст мои приказы на нашу основную базу.

Круизеры были на финальной стадии захвата Ямайки. Много бездомных, голодных, страдающих людей приплывали на Кубу на всём, что плавает, и вливались в лагеря беженцев, куда день и ночь приходилось везти воду и еду, что очень быстро начинала портиться в условиях отсутствия холодильников. Да и заканчиваться, если честно — тоже. Слишком большой перекос возник между добываемой пищей и потребляемой. Не справлялись флотилии рыбаков, не помогали вновь налаженные и заработавшие пекарни. Заводов и так было не очень много, и восстанавливать их, чинить было действительно сложно. На это после устранения угрозы зомби были брошены все силы, но по факту это не очень помогало. Назревал первый глобальный продовольственный кризис, и мне, как руководителю, надо было что-то с этим сделать. Ведь Ямайка — это только первый остров среди множества, что будут в нашей юрисдикции.

— Сколько продержатся наши базы и лагеря беженцев при сохранении темпов прироста населения?

«От восьми до девяти дней при сохранении рациона питания. Если уменьшить его, то сможем увеличить это время в два раза», — подсказала Афина.

— Через семь дней лайнер должен прибыть к нам на погрузку добычи. Думаю, за это время мы успеем не только развернуться, но и неплохо так зачистить безлюдные кварталы.

«Вставляю в план. Предлагаю увеличить число рейдов на острова и материковую часть. Быстрые набеги помогут отбивать небольшие поселения и захватывать продукты питания, муку и другую полезную добычу. Для этого нет необходимости использовать лайнер. В данный момент у нас на ходу имеется около шестидесяти судов с водоизмещением, не уступающим „Защитнику“».

Водоизмещение это хорошо, но вопрос ведь не только в размере судна… Но эта мысль, всё-таки одна из тех немногих, что была в моей голове изначально.

— По сути, пиратские рейды… Направьте половину имеющихся судов на это дело. Капитанами назначьте проверенных людей, которые будут действовать во благо Круизеров. Начните с островов вокруг Кубы, совместите это с разведкой и поиском терминалов на островах. Сбор беженцев разрешаю. На усмотрение капитанов. В дальнейшем к обнаруженным терминалам, направляйте наши боевые отряды.

Отдав финальное указание, я повернулся к своим генералам, прибывшим вместе с подкреплением.

— Введу вас кратко в курс дела. Город на две трети захвачен зомби, но они бегают в стаях и ордах, поэтому жарко бывает лишь в небольшом количестве кварталов. В остальном — либо зоны вычищены от гадов и удерживаются различными группировками, либо никем не заняты и являются областью добычи полезных ресурсов. Мы сейчас идём по безопасной зоне, в сторону области добычи. Там расположена моя временная база.

— Босс уже и тут успел себе базу организовать? — удивился Хван.

— Успел, но скоро нас ожидает переезд.

— Есть незанятый терминал? — удивилась Наталья.

— Пока занятый. И армейцы активно его зачищают. Я попросил их отдать нам часть города на зачистку, чтобы им проще было. И рассчитываю получить этот самый терминал от них за мою помощь. Сейчас они всё зачистят, разграбят и начнут решать, отдать его нам или же нет. Если они соглашаются — мы переселяемся в черте города и начинаем активные рейды за добычей. Первые цели я отмечу. Если же с нами не захотят дружить… Мы возьмём то, что нам нужно, своими силами. И зачистим парочку перспективных мест от зомби, забирая себе терминал.

От моих слов Хван слегка погрустнел, всё-таки он явно не хочет воевать с американцами. Ну ничего, пройдёт месяц, может, два, и он поймёт, что американец это не нация — а привязка к территории. И каждый мнящий себя американцем с радостью будет убивать других американцев ради добычи ресурсов, еды, воды и патронов. Добро пожаловать в реальность.

В основном, именно на эти сроки я делаю ставку и именно к этому времени я хочу успеть закрепиться как один из значительных игроков на этом континенте, так как запасы продовольствия начнут заканчиваться. И восстанавливать заводы здесь особо никто не спешит. Да и не смогут они это сделать быстро. Как бы ни хотели. Потому что американская экономика была глобальная и зависела от импорта. А сейчас с ним, поговаривают, туго…

— Внимание, входим в зону работы добытчиков. Держимся вместе. Зомби здесь если и будут, то одиночки, — предупредил я и продолжил идти к своей базе. — Наташа, какой боезапас у бойцов?

— В среднем должно быть около пятисот патронов на одного. Плюс то, что ты прикупил.

— Довольно много. Это хорошо. По прибытии сразу начинаем брифинг. Покажу на карте районы города и занятые неприятелем позиции. Наши первоочередные и второстепенные цели. Обязательно отправьте опытные команды за транспортом. Если что-то не на ходу — сливаем бензин. На ходу — подгоняем в наш район. Нам предстоит марш-бросок через пару районов города — будет хорошо сделать это на транспорте, а не на своих двоих. Бойцы устанут.

— Поняла, сделаем. Много зомби в городе?

— На всех хватит. Но в основном армейцы будут воевать. Они тут типа освободителей. Сейчас объединятся и пойдут на штурм ещё одного района, где засело множество зомбарей. По нашей тактике будут действовать. Укрепятся на удобных позициях и начнут заманивать тварей.

— Надо же! Они учатся? — рассмеялся Роберто.

— Ещё как… Расскажите лучше, как вам костюмы?

— Супер. Готов в одиночку сразиться с легионом зомби! — тут же ответил мне улыбчивый мексиканец.

— Я недавно пытался… Придавили так, что еле поднялся и дождался помощи. Не подходят они для прямого боестолкновения с ордой. Увы, надо поддерживать мобильность и огневую мощь. Но, чисто на бумаге, пять таких костюмов смогут справиться с тысячей зомби без помощи со стороны. Просто грамотно действуя и отступая с позиции на позицию, прореживая численность тварей. Да, кстати, обратите внимание на мой рюкзак. Это приоритетная находка для нас, кто готов сражаться в костюмах. Он не только бронированный и защищённый от кражи, у него огромная вместительность, плюс он подстраивается под ваше тело и костюм, не мешая бегать и сражаться.

— Поняли, будем искать. А вы где такой нашли? — Хван постучал костяшкой пальца по рюкзаку.

— Выменял. Видимо, один из терминалов города их выдаёт. И стоить в нём он будет порядочно.

— Будем искать, босс, — заверил меня и Роберто. — На Ямайке, кстати, ракетный комплекс в одном из терминалов есть. Бьёт на тысячу километров, но ракеты стоят как БМП. Дорого… Ну и ракеты не прям последнего поколения.

— Хреново.

— Почему?

— Потому, что если они есть у нас — они будут и у тысяч отморозков по всему миру. Пошлёшь так какого-нибудь бродягу наглого на три буквы, а через неделю по твоей базе баллистическая ракета прилетит. Надо думать над ПВО. Второй приоритет общего направления — поиск зенитных установок и защитных систем, способных отбить атаки с воздуха. Зомби и людей на земле я боюсь намного меньше, чем сумасшедших ублюдков с ракетами в руках.

Все задумались над моими словами, и мы продолжили быстрым шагом приближаться к границам нашего района. Полчаса шустрого марша напролом и мы уже практически добрались до нужного района.

— Так, стоп, строимся в боевые порядки. Впереди наша территория и зона контроля. Прямо по дороге стоит расстрелянный жёлтый бус — это ориентир, рядом с ним начинается квартал с нашими людьми. Всё вокруг него от этого самого места и несколько ближайших улиц должно быть зачищено от зомби. Работаем по отлаженной схеме. Вперёд, ребята. Пора показать, кто такие настоящие профессионалы нового мира.

Бойцы начали перепроверять оружие, разбились на квадраты, и мои генералы взяли под своё крыло каждый несколько кулаков, разбредаясь вокруг.

Эх, любо-дорого смотреть за людьми, которые знают своё дело. Остались лишь несколько десятков инженеров, электриков и других специалистов более узкого профиля. Их прикрывал я и ещё два десятка бойцов «тыла».

— Двигаемся вперёд за мной. Один десяток прикрывает слева, выстроившись в цепочку, второй справа, — дал указание ребятам, и мы пошли вперёд.

Из автомобиля, стоящего на границе нашего квартала, выпрыгнул один из бойцов и, узнав меня, радостно вскинул автомат вверх.

— БОСС ВЕРНУЛСЯ! ДА ЕЩЁ И С ПОДКРЕПЛЕНИЕМ! — закричал он, и впереди началась суматоха.

Из нашей базы выходили один за одним люди, приветствуя меня и подкрепление.

— Шеф! Целых семьдесят человек! — радовалась наша боевитая подруга Хелена.

— Ты вроде говорил, вас побольше будет… — погладил свой подбородок Палач, и уже в следующий момент послышалось стрекотание автоматов, отстреливающих неприятеля на соседней улице.

— Бруно! О, босс! И вы тут! — подскочил к нам парень из отряда разведки. — Вижу большое количество противников, они окружают наш квартал. Все вооружены, у парочки даже костюм был, как у вас…

М-да уж, хреновая у нас тут разведка, раз только сейчас узнали о нашем приближении. Да и даже не поняли, кто есть кто.

— Панику отставить. Это не окружение, а зачистка наших кварталов. Пока продолжается операция военных, наша задача захватить здесь полноценный контроль, восстановить максимальное количество автомобилей, чтобы быть мобильными. И как только всё станет ясно — прыгнуть на стальных коней и мчаться в новый регион, который нам нужен. Ну а здесь собираем всё, что может быть полезно, господа. А вот эти ребята… — Я повернулся к нашим «спецам» мирного профиля. — Они помогут. Да, они в этом действительно хороши. За работу, парни. Вперёд, милые дамы. Сегодня мы обрели вес на этих улицах. Так не стоит останавливаться. Круизеры — страшный сон зомби.

«И одна из надежд нашего мира…»

Четыре часа подряд ко мне приходили и приходили с докладом бойцы, отчитываясь о зачищенных домах и кварталах, найденных припасах, оружии, медикаментах и припасах. Мастера строили полноценные линии заграждения из подручных средств, перекрывая улицу автомобилями, мусорными баками, металлическими листами. Они использовали мебель для получения древесины, а кирпичи из домов, что стали жертвами пожаров, — для укрепления рубежей обороны. Мы теперь не маленькая группка выживших — а серьёзный игрок, по меркам местных. И это уже чувствовалось, ведь к нам одна за другой начинали подходить и общаться различные группы добытчиков.

Всем было интересно, кто это тут так стремительно зашевелился. Откуда прибыла группа. Ведь если с военными всё понятно, то мы для них непредсказуемы. Оттого они и были осторожны, опасались нас, видя вооружение бойцов. А экипированы они были не хуже военных, прибывших на лайнере. Я бы даже сказал — лучше.

Город после прибытия такого количества бойцов, вооружённых до зубов, испытал небывалый подъём патриотизма, и уже вовсю слышны были звуки выстрелов, треск и грохот, над крышами поднимался дым. Общины, воспользовавшись тем, что многие зомби сместились в сторону армейцев, решили попытать счастья и расширить зоны своего влияния. Ведь если этого не сделают они, то сделает кто-то другой. Даже Итало, по донесениям Афины, начали скромную, но экспансию на соседние улицы.

Исключение было лишь одно — банда Жёлтого Дракона прямо сейчас прекращала своё существование. Подробностей у меня не было, но анализ и перехваченные радиосигналы подсказали, что штурмовики военных уже находились в самом центре территорий рабовладельцев. Область вокруг терминала была укреплена, но вот-вот и её прорвут. Средств и сил для этого у военных более чем хватает. Заложники — единственное, что останавливало их ранее, но военные решили, что с террористами переговоров вести не будут. Решили они это, правда, после того как эти самые переговоры зашли в тупик и наглость требований за освобождение пленников перешла все допустимые границы. Но всё равно, сильнейшие и элитные войска, подготовленные для операций с высокой степенью риска, пошли на штурм и залили кровью дома, штаб и вообще всё.

— Наталья, Хван — собираемся со мной. С собой берём восемь кулаков. Четыреста человек должно более чем хватить для демонстрации наших сил и возможностей. Транспорт готов?

— На парковку возле торгового центра перетащили всё, что на ходу. Это пять минут отсюда, — отчитался Хван. — Было пятьдесят пять машин, три автобуса, несколько фургонов. Если сморщить жопы — то все влезем.

— Хорошо. Тогда делимся так. За старшего на временной базе остаётся Роберто — руководишь мастеровыми, местными вместе с Бруно. Он тоже из числа командиров, ну вы и так успели уже познакомиться. Задача прежняя — установка укреплённых постов дозорных, полноценное перекрытие улиц, чтобы даже орду могли выдержать.

— Ну, для орды и десятиметровые стены не помеха…

— Несколько рубежей обороны и мощные огневые позиции решат эту проблему. Как на мосту мы тогда сражались. Побольше преград — и зомби сами себе мешать будут. И продолжайте стягивать весь транспорт, что можно починить. Ещё вчера все боялись им пользоваться, опасаясь привлечь орду. Сейчас же весь город гремит, и скоро все сообразят, что мобильность очень важна. И не забудьте самые надёжные и крепкие машины начать переделывать и обшивать защитными листами.

— Надо будет автомастерскую найти, инструменты нужны…

— Поговори с Бруно — направьте бойцов за добычей, а лучше укрепите такие автомастерские… Наделайте из простыней знамёна и повесьте, объявите о том, что это наши земли.

— Местные будут с претензиями приходить…

— Пусть приходят. Блиндаж перед входом сделайте, на крышу — снайпера. Кстати, да! Снайперы. В городе их довольно много. Это вызывает у меня тревогу. Будьте осторожны, в случае полноценного конфликта это может вылиться в крупные жертвы. И поделать с этим мы особо ничего не можем, — предупредил я командиров, что были хотя бы немного защищены от этой напасти.

А вот для всех остальных бойцов угроза остаётся серьёзной, пока каждый не обзаведётся таким вот костюмом уровня старших офицеров. А это, на самом деле, дорогое удовольствие…

«Мой командир! Важные новости! Военные упустили лидера группировки Жёлтого Дракона и его командиров. Те неизвестным образом сбежали из окружения и продолжают скрываться».

— Вот зараза… — Я непроизвольно сжал кулаки от злости. — Плохая новость.

— Что такое? — поинтересовалась Наталья.

— Китайская мафия сбежала из окружения. А мы прямо сейчас выдвигаемся на их земли и попытаемся выторговать этот район… — пояснил я своим соратникам.

— Ну, как придут — так и прикончим их. Если они придут, конечно, — расслабленно пожал плечами Роберто.

— Это мафия. Чести там нет. Единственное, в чём я уверен — они постараются тайно устранить тех, кто займёт их место, и руководство армейцев. Но офицеры будут сидеть в защищённом со всех сторон месте… Хм, даже не знаю. Как раз есть опасения насчёт ракетных атак или снайперов… — прикинул я возможности тех, кто щеголял в доспехах не хуже моих.

— Ну, на ракеты им ещё надо наскрести очков достижений. — Хван тоже был скептически настроен к моим словам о какой-то банде.

— Есть подозрения, что они уже это сделали, — удивил я всех их. — Афина, выдай анализ.

— Приветствую братьев и сестёр Круизеров! Действительно, данная группировка была одной из наиболее «отмороженных», как принято говорить у людей. Преследуя националистические идеи превосходства китайцев над остальными народами и своими несогласными соотечественниками, они успешно организовали большое количество людей в квартале под своими знамёнами. Без особых проблем зачищали районы с зомби, попутно устраняя и порабощая людей, не согласных с их деспотичным и негуманным поведением. Это наверняка позволило получить их лидерам высокое количество ОД, необходимых для открытия дополнительных вкладок терминала. Боевой костюм одного из лидеров этой группы по ряду своих характеристик не только не уступает, но даже превосходит таковой у Михаила, — объяснила она им наши прогнозы.

Собственно, именно по этой причине я и не стал геройствовать, передав пальму первенства в деле освобождения угнетённых американцам. Чего я не ожидал, так это новостей о том, что они провалят вторую по значимости миссию — пленение или устранение лидеров шайки. Теперь они будут всегда представлять угрозу, и это… Меня не устраивает.

— Выходим сейчас же. Пока есть возможность нагнать их по горячим следам — попробуем это сделать. Иначе, боюсь, эти твари могут ударить по нам в любой момент, когда оклемаются и наберутся сил.

Я поднялся и подошёл к стенду с оружием, собирая комплект на предстоящую миссию. Снайперская винтовка, «Аська», два пистолета, алебарда. Перегружать себя не вижу смысла.

— Босс, гранаты? — открыл ящик рядом со стендом Роберто.

— Да, не помешают.

— Хорошей охоты, босс. И удачных переговоров.

Я пожал руку старшему из офицеров, что остаются на базе, и отправился к своим бойцам. Не успели они отдохнуть, как уже пора двигаться дальше. Такова доля Круизеров. Такова доля тех, кто желает возродить былое величие этого мира.

Только автомобили построились в колонну, только разобрались, кто за кем едет, только выдвинулись дружной компанией за новый периметр нашей базы — как тут же пришлось останавливаться.

— Минуту подождите…

Я выпрыгнул из автомобиля и подошёл к мужику, провожающему нас взглядом.

— Не ожидал, что ты решишься. Думал, так и будешь сидеть в своём доме, как черепаха в панцире, пока не придёт за тобой какой-нибудь слишком хитрый и зубастый хищник, — протянул я руку не то сапёру, не то взрывотехнику.

— А я-то думаю, чего это так шумно в районе стало… Зомби не боитесь привлечь своим тарахтением? — Малкольм Руперт крепко сжал мою ладонь, я даже через бронированную перчатку ощутил.

— Наоборот — надеемся! Но здесь орд нет. И шансы добраться до нас, миновав тридцать тысяч солдат, у них откровенно не очень большие.

— Так это в той части города, северной. А тут ещё юг есть, и там тварей не меньше…

— Меньше. Сильно меньше. Отсюда на юг будет пару сотен тысяч тварей. На север — раз в пять больше. И скоро мы ими займёмся, а пока разомнёмся. Ты же располагайся, чувствуй себя как дома. Позовёшь Бруно или Роберто — они остались за старших из моих бойцов. Расскажешь о нашем джентльменском соглашении. Эта база будет нашим аванпостом между западной частью города и портом. По идее — удобная логистика, торговля и прочее. Нужно хорошенько укрепить район. Верю, что ты принёс с собой светлые мысли, которые защитят нас и спасут много жизней.

— И ещё больше жизней наших врагов унесут с собой в могилу.

— Как знаешь. До встречи, Малкольм.

— Удачной охоты.

— Спасибо.

Ещё раз мы пожали с ним руки и отправились каждый по своим делам.

— Кто это? — через шлем спросила любопытная Наташа.

— Взрывотехник, сапёр, мастер ловушек, а может, и просто бесполезный алкоголик. Время покажет. Мне понравилось, как он свой дом превратил в крепость. Я предложил посотрудничать и поработать вместе, найдя общие точки интересов.

— Это какие? — влез в эфир Хван.

— Всё вам знать надо… Поехали! — кивнул я водителю, и мы двинулись вперёд, где можно набирая скорость, где надо притормаживая.

Некоторые улицы были практически полностью перекрыты брошенными и разбившимися авто, отчего приходилось останавливаться и расчищать местность. Если это были одна-две машины, то просто таранили едущим впереди грузовиком с укреплённой стальными листами «мордой». Всего три машины успели наши кудесники подшаманить из того, что было под руками.

— Тормозим… — Я смотрел на спроецированную Афиной карту. — Выведи карту Наталье и Хвану…

Стоило Афине выполнить мою просьбу, как я поставил три маркера на этой карте, обращая внимание своих командиров.

— Что за маркеры? Первый, как я понял — терминал, а два других?

— Второй маркер — это местоположение передвижного штаба и командиров армейцев. Мы туда направляемся сейчас по кратчайшему пути. Третий маркер — это склад электроники. Камеры, телефоны, запчасти, прочий хлам, что лежал на складе и, к счастью, не сгорел, как некоторые другие.

— Проект «Глаз Бога?» — тут же сообразила Наташа.

— Именно. Не знаю, насколько его хватит, но у нас подобные Глаза и серверное оборудование должно быть на каждом аванпосте, каждой базе, в каждом городе с терминалом. Мы должны создать сеть, работающую независимо от спутников, в пределах которой Афина будет видеть и контролировать каждый шаг и каждый чих жителей. Диверсанты, шпионы, отморозки — нам такое не надо. Если это в сотню раз усложнит жизнь нашим врагам и улучшит нашу — я только за. К тому же не забывайте, что после «Глаза Бога» будет ещё один проект…

— Какой? — с любопытством задали мне вопрос оба моих соратника.

Я задумался, надо ли лишний раз посвящать их в такого рода подробности уже сейчас. Всё равно для этого потребуется много времени и сил. Социальный рейтинг, с оплатой людского труда электронной валютой наподобие каких-нибудь «Кредитов». И сбалансированной через ИИ экономикой, что знает и контролирует целиком и полностью все этапы производства, добычи, обмена Кредитов на блага… И я пока даже думать не хочу о том, сколько преград будет на пути создания подобных поселений и баз, как бороться с чёрным рынком, с наличием возможности спереть добычу и продать её леваком… Так глубоко я ещё не размышлял. Безусловно, будут противники. Будут недовольные. Со всеми последствиями подобного решения. Люди ведь по натуре своей существа хоть и социальные, а всё равно единоличники. Что общее — то и моё. А что моё — то никому не отдам.

— База с полным циклом обеспечения и контроля ресурсов, — ответил я. — В общем — это долгий путь. Начнём с того, что нам нужны наши «Глаза». Какое бы решение ни приняли армейцы — на обратном пути мы реквизируем всё, что есть на этом складе.

— И куда мы это всё денем? У нас нет грузовиков… — напомнил мне Хван.

— Знаю. Поэтому желательно всё-таки выбить себе эти земли. Если не получится — ищем любые фуры, любые грузовики в окрестностях. По ту сторону склада было несколько большегрузов, надеюсь, они остались… Ну и помните про сбежавших китайцев, — напомнил я им ещё раз.

Колонна двинулась дальше. За всё то время, что мы ехали, с нашей стороны не раздалось ни одного выстрела. Из-за чрезмерного шума в последние сутки зомби уже разбежались кто куда, выбирая, к какой из вечеринок присоединиться. Поэтому если кто и попадался на нашем пути — то это либо калеки, вывалившиеся из разбитых окон своих квартир и домов, либо одиночки зомби. И те и другие легко погибали под колёсами авто.

— Притормози… Вояки нервные, как бы стрелять не начали. Выключи фары, посигналь…

Бип-бип!

— Ещё. Враги не сигналят, когда идут на прорыв. Привлеки их внимание и медленно подъезжай. Давай, вперёд, — командовал я водителю, который мастерски управлял грузовиком и проложил путь к этому чадящему после бойни кварталу.

Я открыл дверь и скомандовал останавливаться, стоило нам оказаться в пятидесяти метрах от перекрывших дорогу БМП, что своими фарами пытались нас ослепить.

— Афина, свет…

«Уже понижаю светопропускную способность…» — отрегулировала она стекло шлема, благодаря чему я снова стал зрячим.

Ко мне подошли Наталья и Хван, и мы в составе элитной группы отправились вперёд, напрашиваться на встречу с командованием в очередной раз.

— СТОЙ! СНЯТЬ ШЛЕМЫ, ИНАЧЕ ОТКРЫВАЕМ ОГОНЬ! — раздался голос из динамиков, висящих на броне одного из бронеавтомобилей.

— Снимаем. Всё равно шлемы не выдержат выстрелы из этих пушек. Костюмы справятся, но нам все внутренние органы перетрясёт, а кости поломает… — Я потянулся к своему шлему, демонстрируя воякам миролюбие.

— Боятся китаёз? Они тоже в бронекостюмах сбежали ведь? — решил уточнить Хван.

— Наверное… — Я внимательно проследил за тем, как реагируют на азиатскую внешность моего командира.

Хоть бы не перепутали.

— Круизеры! К полковнику Адамсу! — прокричал я, вытягивая руку, чтобы прикрыть свет прожекторов.

— Чё за китаец с вами?

— Корейский американец. Мой командир, прибыл сегодня с подкреплением вашим с Кубы! — прокричал я ему в ответ.

— Проходите вперёд, но без резких движений! Вы в зоне операции! Доступ посторонним запрещён, но на ваш счёт было отдельное распоряжение.

Хм, он имеет в виду, что именно я могу пройти, а остальные нет? Ну… Нет. Одному сложнее продавливать свои интересы.

— Идём.

Мы двинулись вперёд и остановились, оказавшись между двух БМП, где нас встретил темнокожий боец, интересующийся целью визита.

— Переговоры. Майор Хольм и полковник Адамс знают о том, что я приду. Это мои командиры, они тоже идут. Свяжитесь с командованием и согласуйте их проход. И заодно уточните, где мне припарковать автомобили с бойцами.

— Много вас?

— Мало. Четыреста.

— Уф… Тоже мне мало. Мы два часа китайцев выкуривали из их штаба… А их там всего человек сто оставалось. Подождите здесь, пожалуйста. Сейчас свяжемся…

Пока ждали ответа, опёрлись на технику, пообщались с бойцами. Расспросили, что слышно о базе Жёлтого Дракона, его командирах, куда собираются девать спасённых из рабства людей и так далее… В общем-то ребята стояли в оцеплении и точно ничего не знали, но слухов насобирали уйму и с радостью ими поделились. А в ответ Хвана и Наталью закошмарили вопросами о том, кто приехал, а кто нет на лайнере. Как будто они каждого солдата в лицо знают и по имени с фамилией.

— Всех забрали, ребят, — мило улыбнулась Наташа. — Всех. Слышала, что человек десять остались только. Они тут вроде как свою любовь нашли и решили остаться на Кубе навсегда, — перевела она пустой трёп на новую тему. — Эх, любовь…

Сразу помрачнели лица солдат, ведь у каждого есть тот, кто их ждёт. Родители, девушки, жёны и дети… Лишь немногие по своей натуре одиночки. И сейчас, вполне возможно, их близким грозит смерть, или они уже погибли… А они тут стоят, лясы точат. И не поможет тут самомотивация, а попытки перестать думать об этом — тщетны.

Пожалуй, слишком многим ещё только предстоит пройти тот «ад», что называется «принятием». Принятием безысходности и невозможности помочь и решить все свои вопросы. У каждого из них где-то там далеко кто-то да есть. Или был. И можно лишь надеяться, что у таких, как они, вооружённых до зубов, не поедет крыша и они не станут требовать от командования самолёта домой, взяв в заложники своих сослуживцев или гражданских.

— Проходите. Но оружие надо будет оставить у входа в штаб… — предупредил нас молодчик, что всё это время пытался пробиться сквозь кучу сообщений к старшему офицеру связи.

— Спасибо. Далеко?

— Километр по дороге. Транспорт ваш пускай стоит где стоит, — подсказал он.

Встретили нас не хлебом с солью. Но и обвинять не стали — уже хорошо. Лица у офицеров были злые, перекошенные. Было очевидно, что они не ожидали такого сопротивления, таких жертв, столько погибших гражданских и вдобавок ко всему — сбежавших тварей.

— Михаил! Ты бы хоть до утра подождал… — скривился при моём первом появлении Хольм, игнорируя двух орущих друг на друга офицеров равного с ним ранга.

И лишь Адамс сидел серьёзный и сосредоточенный, буравя взглядом то меня, то других офицеров, то моих бойцов, что пришли в технологичных бронекостюмах. У армейцев же я не видел ни одного подобного…

— Увы, сердце моё слишком переживало за успех операции и долгий бой в этой части города. Так что я подготовился и двинул к вам с подкреплением. Но уже, как я понял, всё кончено?

Я не стал говорить им, что знаю об их провале. Интересно, сами они мне что-нибудь на эту тему расскажут или нет?

— Да, практически всё. Так что зря людей гоняли.

— Надеюсь, моя информация оказалась полезной и много несчастных оказались на свободе. Я заранее прошу прощения, что настаиваю на этом разговоре, но всё-таки я бы хотел спросить. Будем ли мы и дальше плотно и плодотворно сотрудничать, используя мои возможности разведки, зачистки городов, водный транспорт и прочее?

— Да, безусловно, спасибо за информацию… Жаль, она не содержала деталей о возможностях наших противников.

— Полковник, я совершенно точно не хотел оскорбить вашу собственную разведку. Наверняка они в состоянии оценить ваши перспективы и возможности, — тут же провёл я контратаку, избегая неприятного вопроса.

Да и не было у меня подробностей, если быть уже совсем откровенным.

— Ох да, они в состоянии, — зло посмотрел он на одного из притихших спорщиков.

— У меня складывается ощущение, что у вас возникли непредвиденные проблемы. Скажите, нацисты уничтожены? Теперь это ваша земля и на неё никто не претендует — кроме меня, само собой? — обозначил я в очередной раз предмет моих интересов и заодно закинул ловушку.

Давай, либо признавайся, что облажались….

— Проблемы существуют у всех. И вы не исключение. Иначе не пришли бы к нам в роли просителя. База уничтоженной банды полностью наша, и теперь мы здесь командуем. Занимаемся первой помощью раненым, освобождённым из рабства. Это долгая работа, которая не решится по щелчку пальцев. И к сожалению, мои ребята пролили немало крови, чтобы освободить эти кварталы. Отдать эту землю вам будет неуважением к погибшим.

— Я думал, они сражаются ради людей и свободы, демократии и справедливости, а не меркантильных интересов. Так что вряд ли это хоть как-то оскорбит погибших. А вот выживших… Тут ведь значимо лишь ваше решение. А уж подобрать слова вы сумеете, — парировал я очередной выпад, отмечая про себя, что про командующих он ничего не сказал.

— Ну, в целом, в ваших словах есть доля правды. Но в любом случае — если мы и будем передавать вам территорию, то не просто так. И само собой — не навсегда, а лишь под охрану, пока не будет обеспечена безопасность США и законная власть не вернёт себе контроль над ситуацией. Также нам потребуется кое-что от вас.

— Что же?

— Подумаем… Я бы не отказался от парочки таких вот костюмов, к примеру.

— Боюсь, полковник, у нас с вами разные размеры одежды… — пожал я плечами. — Да и вы должны были получить достаточно ОД для покупки костюмов в терминале. Китайцы опять же — их носили. Понимаю, что брезгуете, но отмыть их, обеззаразить — и можно носить самим. Купить в конце концов в терминале. Где то же Триада их купила?

— Это да… Можно, — задумчиво произнёс он, в очередной раз не сообщая мне, что этих костюмов у них нет. Ну а покупать, это же ОД тратить надо. А их ещё заработать сперва нужно, сражаясь на передовой. А этим не каждый офицер спешит заняться. — Послезавтра в девять утра можем встретиться и подписать договор аренды данной территории. И да, вы там говорили, что готовы помочь в зачистке города? Я бы хотел попросить вас заняться южными кварталами города. Нам предстоит много работы, и не хотелось бы, чтобы орда напала на наш тыл.

— Отлично, господин Адамс! Я пришлю завтра вечером своего человека, вы передадите ему предварительный текст соглашения. Чтобы поутру не затягивать переговоры на слишком долгий срок. Хорошо? Куда ему прийти?

— Сюда и идти… Ближайшие сутки мы будем заниматься… спасением выживших на этой территории, — чуть не назвал он вещи своими именами.

Грабежом и вывозом всего ценного на этой земле он будет заниматься в ближайшие сутки. Жрать-то его армии что-то надо.

Мы пожали друг другу руки, и я со своими командирами отправился обратно.

— Ох, много он нам говна отдаст… — полушёпотом произнёс Хван. — Раненые, старики, просто идиоты… Всех сюда нагонит. Вывезет всё, до чего руки дотянутся. Оружие, еду, инструменты, материалы…

— Да и плевать. Главное — терминал и место для жилья. Пускай вывозит всё, что ему так надо. В нашем распоряжении будет однажды весь город, — ответил я ему с улыбкой.

Меня попытаются поиметь. Дадут дорогую, но не эксклюзивную игрушку, и в ответ накидают своих проблем на мои плечи. Только вот сложно поиметь того, кто предупреждён об этом.

Южные доки и грузовой терминал порта… Он под властью зомби. Надо сцапать себе и этот кусок. Уверен, именно в ту сторону развивается экспансия Крушителей. Если я хочу спокойно торговать и перекидывать ресурсы из города в город морским путём — мне нужен свой порт.

Как же много задач… Ещё и вояки эти пытаются палки в колёса сунуть, китайцы свалили куда-то… И как бы я и Афина ни всматривались в эти улицы, как бы она ни взламывала чужие базы, перехватывала переговоры — а они словно сквозь землю провалились… Печально это. Ещё одна проблема, которую я не могу просто взять и решить взмахом руки. Ведь я не волшебник… Я только учусь.

— Ну что, теперь куда? На склад?

— На склад, — дал я указание, раздумывая над следующими шагами. — Не хватало мне ещё чтобы его военные обнесли. Таких крупных в этом городе больше нет.

Прошло два часа, как мы начали выносить всё со склада. А там были и сервера, отчего Афина была в восторге, ведь это её будущее тело, по сути. Важно лишь выбрать место, где его установить. И сделаю я это, скорее всего, в районе терминала, совместив со строительством базы.

«Резервные сервера предлагаю поставить у комплекса связи, когда отобъём его. Это поможет мне оперативно обрабатывать всю перехватываемую информацию в этой части континента», — подсказывала мне Афина, пока я сидел на крыше грузовика, смотря, как быстро и споро перетаскиваются товары в найденный на территории склада и окрестностей транспорт.

Хватало и всяких мелких вопросов, но после прибытия своих генералов и командиров кулаков я честно спихнул на них все эти вопросы. Показались выжившие и стали напрашиваться в группу? Милости просим пять километров по дороге на восток. Дочь болеет и просишь помочь? Голоден? Припасы есть, лекарства тоже — поможем. Даже если укусили — поможем. Сейчас нам важны голоса улиц, которые будут шептать о том, что есть такие Круизеры, и они щедры. Они заботятся о людях и помогают им. И всем этим общением и работами с людьми занимаются мои командиры. Благо они всё это на Кубе уже множество раз проходили и мне не было нужды их учить и всё им объяснять. Прямо камень с души свалился, когда они приехали.

Конечно, наши запасы разного рода полезностей из терминала, вроде аптечек — не бесконечные. нНо этим вечером, если мы наконец-то закончим перетаскивать запасы с этого склада, мы поедем к очередной нашей промежуточной цели. Военный комплекс связи… Если нам удастся его восстановить — то мне не придётся ехать вместе с Афиной по всему городу, чтобы она подключилась к локальным сетям и сумела подслушать, кто и что говорит. По её расчётам — любое нарушение радиоэфира в окрестностях города она услышит. И для начала мне большего и не надо. Более того, мы сможем не только слышать, но и говорить.

Всё-таки она у меня изначально создавалась как модель для взлома. Так что отправить несколько сообщений по всем частотам, по уцелевшим системам предупреждения воздушной тревоги — не будет для нас проблемой. И вот тогда начнётся глобальная вербовка выживших со всего города. И посмотрим, уважаемые армейцы, что решили подставить меня под удар китайской мафии, у кого к концу завоевания города будет больше власти.

— Заканчиваем, орлы! Ускорьтесь, а то мы до заката не уедем. И тогда десять тысяч зомби придётся уничтожать в потёмках. Лично мне такое не нравится. К тому же — в любой момент может начаться ливень.

Чёрные тучи стремительно приближались со стороны моря, грозя затопить пару кварталов этого славного города. А быть может, намного больше.

Тропические ливни Майами… До сих пор мне везло не попадать под них и свободно исследовать город. С одной стороны — они очень полезны. Шум дождя заглушает звуки передвижения людей для зомби. Ливень смывает усталость и приносит питьевую воду, которую так давно ждали те многочисленные выжившие, лишённые доступа к питьевой воде из городского водопровода. С другой стороны — здесь ветрено. И промокнув, можно заболеть в два счёта. А с лекарствами из аптек в последнее время не очень… Но в целом наших планов дождь не меняет.

— ПЯТОМУ КУЛАКУ ПРИГОТОВИТЬСЯ! Вижу группу противника на три часа! Надо перехватить их! — Хван раздавал указания в ходе нашей атаки на захваченный и привлёкший множество зомби центр связи.

Очередной, всё ещё свежий и не воевавший кулак вступил в битву, перекрывая дорогу наступающему со стороны станции новому отряду зомби. Мы неплохо их вытянули оттуда, растянули на самых шустрых и медленных, убивая волну за волной на заранее укреплённой позиции. Патроны не жалели, так как за нами был тыл с ценнейшим грузом и единственным резервным кулаком, что охранял его и не вступал в схватку. Нельзя допустить повреждения техники, камер и серверов.

— Светошумовые через тридцать секунд! — пришла очередная команда командирам, что транслировали это всё своим подчинённым. — Сразу за ними перейти на стрельбу очередями по три патрона! Стреляем прицельно! Большая часть зомби мертва!

Те, у кого были гранаты, отстреливали последние патроны в обойме и готовились их швырять как можно дальше. Это даст десять-пятнадцать секунд, привлекая основную массу наседающих зомбарей. А за это время можно перезарядиться, отстрелять ещё одну обойму и снова перезарядиться.

Я молча наблюдал за битвой, изредка прикладываясь к винтовке и прикрывая зазевавшихся бойцов. Здесь и сейчас происходила демонстрация возможностей бойцов и командиров, получивших один такой маленький, но огромный по эффективности бонус. Оценку обстановки и рекомендации по применению оружия давала Афина. И пока что мне нравилось, как происходила эта битва. Очень нравилось. До нас не добежала ни одна тварь. И бойцы всё ещё были свежими, способными при необходимости и совершить марш-бросок, и вступить в жёсткую рукопашку с тварями.

— СВЕТОШУМОВЫЕ! — крикнул Хван в рацию, и командиры дублировали его приказ подчинённым.

Яркие вспышки и шум привлекли растревоженный улей зомби и стянули их к точке взрыва, делая из них лёгкие мишени.

«Осталось не больше трети от данной миниатюрной орды. С учётом раненых — опасны и активны не больше пятнадцати процентов. Рекомендую перейти на оружие ближнего боя для поддержания эффективности и навыков сражения в контактной среде, а также сокращения числа расходуемых боеприпасов».

— Ночь обещает быть длинной. Кто знает, сколько ещё битв нам предстоит… Пусть сэкономят силы. Переходим на ближний бой на двадцати процентах оставшихся противников, — подумав, ответил я Афине, и она транслировала указание и рекомендации Хвану.

— Когда бьёшься в ближнем бою, дождь это даже хорошо. Он смывает всю эту грязь и усталость с воинов.

Ударил гром, и молния сверкнула где-то в черте города, что был всего в десяти километрах от нас. Да, ночь обещает быть долгой…

— Переходим на ближний бой! Щитовики — вперёд! Копейщики за ними! Все стоим в пятёрках, как на тренировках! Прикрывайте друг друга! — раздалась очередная команда, и наступил финальный раунд этой битвы.

Одной из тысяч, что ожидают нас на нашем пути…

Стоило последнему рыку раствориться в шуме ночной грозы, как я убрал снайперскую винтовку и выдвинулся вперёд, к освобождённому центру. Если там и осталось немного зомби, запертых в кабинетах или запутавшихся в коридорах — плевать. Просто ходячие и ползающие очки достижений…

— Приводим себя в порядок! Оружие на предохранители! Приготовиться к маршу! — донеслась новая команда для бойцов, но я уже брёл посреди тысячи тел несчастных, ставших жертвой неизвестного проклятия, упавшего на наш мир.

— Командир, будем разгружать серверы? — подбежал один из подчинённых Наташи, которая сидела в резерве и скучала всё это время.

— Да. И зачищать территорию. Выставить посты охраны, восстановить ограждения, окопаться, использовать брошенные автомобили для создания естественных преград.

Я оказался на территории центра связи и заметил, что его пытались восстановить. Местами мерцал свет, даруемый повреждённым резервным генератором. Автономные системы и протоколы защиты частично справились со своей задачей, но Алое Затмение всё-таки нарушило что-то важное, и энергоснабжение базы было повреждено. Ну, ничего. Афина восстановит. Вернее, люди, своими руками, но под её чутким руководством.

— Роберто! — связался я с вечно весёлым и неунывающим соратником, что остался в нашем временном лагере.

— Да, босс!

— Два десятка техников. Электрики, инженеры, слесари… Все, на кого укажет Афина. У неё есть доступ к списку наших талантов. Пусть будут готовы, с собой инструменты взять. Команда сопровождения сейчас отправится к вам. Ориентировочное время прибытия — тридцать минут, если не возникнет никаких заминок на дороге.

— Принял. У нас тут ажиотаж, человек сто прибилось к нам. Большая часть — женщины и дети, но есть и вооружённые люди. Среди женщин тоже, — с заметным уважением в голосе добавил Роберто, оценив местных дам, владеющих пистолетами и винтовками на пристойном уровне.

— Хорошо. Мы примем всех, кто согласен жить по нашим правилам. Послезавтра переедем в крупный район, зачищенный военными. Не знаю, как там всё сложится, но думаю, они на нас бросят многих раненых, голодных, морально раздавленных людей. Начни заранее собирать лекарства, еду. Всё, что обычно собирают выжившие. В вашем районе освободилось много земель, с которых ушли зомби, так что организуйте группы сборщиков.

— Да, мы уже начали… Правда, одна группа перестала на связь выходить — за ними вышел Палач с отрядом поддержки. Надеюсь, это просто рация выданная перестала работать, или они далеко зашли…

— Я тоже надеюсь. Но не стоит недооценивать грязь мира беззакония. Здесь правит сила. И для некоторых из отморозков даже мы можем выглядеть как лёгкая добыча. Особенно с учётом ухода бойцов со мной, — напомнил я ему, что здесь не Куба и балом правит тот, у кого пушек больше, а совести меньше.

— Понимаю. Всем группам лично инструктаж провожу. Босс, надо бежать — кто-то из наших бойцов вернулся. Судя по крикам, есть раненые. Что-то мне не нравится Майами. Слишком много оружия у каждого встречного. Дебилов и раньше закон не останавливал, теперь же пулю получить проще простого…

— Дебилы умрут первыми. Ты уж поверь. Останутся лишь хищники… Беги, не жалей аптечки. Уже скоро у нас будет к ним неограниченный доступ.

— Принял. Конец связи! — Роберто отключил связь, установленную через шлем.

Началась суета. Машины приезжали и уезжали. Разгружались ящики и коробки, таскались разбитые и целые машины, выносились прочь и складывались у дороги десятки мертвецов. Закапывать их здесь, делая могильник, нет никакого желания… От чумы и витающего в воздухе тлена мир спасёт только кремация.

ГРО-О-О-ОООХ!

Но не в такой ливень…

Я лично стал руками Афины, оценивая работу генератора, пытаясь восстановить доступ к электронике и серверам этого центра связи.

— Ну, кое-что можно восстановить, но это займёт слишком много времени для оценки, разборки, замены и обратной сборки деталей. Почти всё оказалось повреждено… — оценил я последствия того рокового дня.

«Рекомендую заменить основное оборудование, а программы для соединения всех разрозненных элементов центра связи я напишу сама. Ориентировочное время восстановительных работ — не больше трёх суток. Сейчас же я попрошу вас отключить генератор и приступить к его ремонту. Все необходимые детали у нас имеются, это значительно упростит для меня оценку повреждений. Всё снятое оборудование ваши Таланты, как вы назвали эту группу квалифицированных работников, смогут отремонтировать и вернуть в строй позднее, после окончания ремонта первоочередного оборудования центра». Афина выдала рекомендацию, которая не только звучала логично, но даже имела оценку скорости ремонтных работ.

Трое суток… Многовато. Но ничего, может, удастся и быстрее справиться. Всё зависит от наших инженеров и электриков.

— Я установлю временный сервер, чтобы ты могла перехватить контроль над элементарными вещами вроде света, кондиционеров, колонок. Будешь командовать ребятами через них. — Я схватил тяжёлый ящик с инструментами и отправился в подвал, где мне предстояло немного грязной работёнки.

Прямо как в старые добрые времена, когда я делал свои первые изобретения, принесённые в виде воспоминаний из моих снов. Эх, хорошие патенты были. Много денег они приносили. Жаль, апокалипсис наступил так рано… Я только думал развернуться вовсю, войдя в высшую лигу и нарастив личную силу.

Дождь и не думал заканчиваться… Я тщетно пытался оттереть от грязи и смазки руки, не имея даже мыла под рукой. Сработали инстинкты бойцов, и стоило закончить первый этап укрепления базы, как они начали прибирать к своим рукам всё то, что имеет цену в нашем новом мире, полном удивительных реалий. И жидкое мыло в туалетах как предмет гигиены было одним из дорогостоящих товаров. Нет, запасы по всему миру ещё имелись, и в ближайшие пару лет, с учётом резко сократившегося населения Земли, всё ещё продолжающего стремительно уменьшаться, точно не закончились бы. Но мы сами, обсуждая ценность различных товаров, искусственно сделали подобные средства гигиены предметами едва ли не первой необходимости.

— Блин, хоть вознаграждение за кусок мыла объявляй… — смотрел я на свои чёрные пальцы.

БИП-БИП!

Посреди ночи на фоне не утихающей грозы к нашему шустро собранному блокпосту и восстановленным бойцами воротам базы подъехал конвой из десяти автомобилей. На двадцать «Талантов» приходилось по два воина, защищавших их в пути. Осталось выбрать, кто будет здесь дежурить и охранять столь важный для нас объект с этого самого момента. Надеюсь, Хван уже нашёл добровольцев. Бойцы должны быть проверенными, внимательными и опытными. Ведь ценность этой постройки с кучей радаров и антенн намного выше, чем могут себе представить выжившие. Когда она заработает, мы будем подобны человеку с отвратительным зрением, что наденет наконец-то очки или контактные линзы. Мы прозреем и будем видеть чуть дальше, а знать чуть больше, чем то, что происходит на соседней улице. А знания — ключ к выживанию. И господству, чего уж там…

С базы мы выехали лишь под утро, когда дождь наконец-то ослаб и стали появляться первые проблески в затянутом чёрными тучами небе.

— Ох… Сейчас бы кофейку и в тёплую постель… — Рядом присела Наталья, сцепила руки в замок и вытянула их вверх, потянувшись всем телом и демонстрируя разницу между женской и мужской версией костюма.

Не знаю, кто создавал этот дизайн, но плавные линии её фигуры, подчёркивающие все её достоинства, порой заставляли засматриваться на эту бывшую шпионку. К слову, стоит миру восстановить хоть какое-то подобие баланса, а государствам — международную связь, стоит появиться на различных континентах высокоразвитым базам, дарованным терминалами, как она вновь станет шпионкой. И её миссия будет очень и очень простой — соединить меня с теми, кто будет командовать русскими. С учётом их территорий и военной доктрины, они точно оправятся от нападения зомби. И вопрос лишь в одном — сохранит ли действующая власть силу и контроль над территориями в своих руках, или всё-таки в каждом более-менее крупном городе появится свой Царь, свой Вождь, свой Че Гевара и Спаситель. Ядерное оружие… По идее — его могли уже где-то и применить на планете. Но из-за вышедших из строя спутников мы об этом даже и не узнаем, пока ядерный дождь не обрушится на наши головы после падения множества ракет в другой части планеты.

Атомные электростанции… Слава всем силам на свете, что после ряда катастроф технологии этих энергетических гигантов были пересмотрены. Многие из них успели закрыть, перейдя на другие источники энергии, а на действующих станциях под эгидой международного сообщества применили обязательные технологии, которые позволяли избежать катастроф, подобных Чернобылю… Не стопроцентная гарантия, конечно, но всё же мы в относительной безопасности… Если только какая-нибудь обезьяна не нажмёт на красную кнопку и не вцепит ядерный боезаряд в какую-нибудь ракету.

— Блядские обезьяны… Надо искать ПВО будущего… Или другие способы борьбы с этой разрушительной гадостью… — тяжело вздохнул я, уносясь мыслями к терминалам и всему тому богатству, что они предлагают.

— А? О чём это ты? — удивлённо повернулась ко мне Наташа. — И ты не ответил на мой вопрос.

— Да так, об обезьянах. Прости, я прослушал твой вопрос, — честно признался я.

— Я хотела узнать, какие у нас дальнейшие планы. Мы проехались парадным маршем по улицам города. Захватили райончик. Выторговали несколько кварталов на западе города у наших дорогих «союзников», которые рано или поздно приставят дуло к нашему виску и потребуют подчиниться. Захватили этот неработающий комплекс… Что дальше? Этот день на этом закончится, и мы сможем… м-м-м… найти место для отдыха? Или поедем дальше показывать этому городу, чего стоят Круизеры?

— Отдыхать? Хм… Помнишь такую песню: «Первым делом, первым делом самолёты… Ну а девушки? А девушки потом».

— Помню…

— Вот и у нас с тобой так же. Сначала самолёты, а отдых уже после этого.

— Какие самолёты? — удивлённо посмотрела на меня Наталья.

— Помнишь рухнувший в море авиалайнер? Его ещё военные сопровождали.

— Да, помню.

— Я знаю, откуда он вылетел. Здесь недалеко. Компактная, невозможная для захвата зомби военная база США. Морская и авиабаза. Два в одном. Плюс такой же или похожий комплекс связи, что охватывает большую часть Карибского бассейна. Солдат там немного, но внутри полно ультимативного оружия, способного поставить крест на любом диктаторе, любом внезапно появившемся правителе или взбунтовавшемся губернаторе штата. И прямо сейчас туда едут наши «союзники», о которых ты только что вспоминала.

— Тц… Нет слов. Одни только маты.

— Да, это будет не дуло у нашего виска. Это будут самолёты и вертолёты, направленные на нас издалека. Вздумай мы мешать им… В общем, мы умрём очень быстро.

— И что делать, Миш? Они и так в разы сильнее нас. Может, ну его нафиг, этот город, этих американцев. Айда пиратствовать! Пришли, захватили что нужно — ушли. Тем более что многое из того, что нам нужно, охраняется не военными, не выжившими, а зомби. Ты нам сам как-то говорил. Ближайший год будет более чем достаточно мест с добычей, что не принадлежит никому!

— Говорил. И да, ты права, но мы так не поступим. Мы рискнём.

— Зачем? И какой у тебя план?

— Затем, что если мы уступим им здесь и сейчас, позволим объединиться — они станут слишком сильны. И слишком уверены в себе. Долго воевать за власть на континенте они не смогут. У других генералов в соседних штатах есть своё мнение насчёт будущего этой страны. И они, к огромному сожалению — не идиоты, которые уничтожат друг друга, оставив нам будущее этого побережья. Нет, они установят границы после того, как поймут, насколько рискованно воевать с тем, у кого есть не меньше авиации и танков, чем у тебя. И тогда дорогой наш и щедрый полковник Адамс обратит внимание на слаборазвитых, но имеющих земли и ресурсы людей и флотилию судов Кубы в нашем лице, равно как и другие острова Карибского моря. Думаю, это случится месяца через три или четыре. Я сильно сомневаюсь, что мы успеем набрать силу и средства для войны, если будем заниматься исключительно «пиратством» с грабежом побережий, захваченных зомби.

— Ты уверен? Адамс показался мне вполне адекватным человеком.

— Именно потому, что он адекватный, патриот и думает в первую очередь о своей стране — это и случится. У него просто не будет другого выбора. Нет, он, конечно, предложит нам сдаться и стать его пешками… Но ты, я думаю, сама понимаешь — этому не бывать.

— Тогда что мы делаем?

— Иногда ради всеобщего блага надо стать сволочью. Мы будем делать то же самое, что ты делала уже множество раз, будучи двойным агентом. Мы сорвём их переговоры. И постараемся их рассорить, — ответил я ей, поднимаясь на ноги и смотря в наконец-то улыбнувшееся нам солнце.

— И как мы это сделаем?

— Почитай досье, что перекинула тебе Афина. Нам нужен труп кого-то из командиров, убитого метким выстрелом снайперской винтовки. Желательно из тех, кого не жалко. И кто-то раненый, с противоположной стороны. Мы поедем вдвоём. Ты и я. И сделаем всё синхронно, сперва убрав одного и подстрелив, но не смертельно ранив, — второго. А там уж как повезёт. Глядишь, и поубивают друг друга.

— Тебе бы к нам в отдел… Такой хороший диверсант бы из тебя вышел.

— Сочту за комплимент.

— Ох, а как ты мразь такую нашёл? — прочитала она досье заместителя командира той самой базы, куда отправился верный командир полковника Адамса, майор Хольм. — Совращение малолетних? И его простили?

— Пошёл на сделку. До этого он был на побегушках у какого-то чинуши их Пентагона. Если бы делу дали ход — это был бы удар по имиджу всей верхушки американцев. Так что дело замяли, улики исчезли… Много грязи сделала разведка из-за этого ублюдка. И сослали его на эту базу, под надзор… Пять лет уже сидит здесь…

— Миша… Чур, эта тварь моя. Я хочу её застрелить, — звенящим сталью голосом произнесла Наталья, требуя устранить недоразумение в виде продолжающего дышать ублюдка.

Так и знал, что она потребует этого, стоит ей узнать о моём плане.

— Что же я, не джентльмен, что ли? Конечно, я уступлю вам, милая кровожадная леди. Только приказы отдам, чтобы бойцы не сидели без дела. В этом городе много выживших. Много зомби. Много оружия. Но ему не хватает легенды. Легенды о людях, которые живут и сражаются не ради себя, а ради простых людей. Наша доброта и щедрость не будут знать границ, а имя Круизеров загремит по всем улицам. И люди сами к нам потянутся… В конце концов, нам негласно отдали целую треть города… — улыбнулся я, после чего потребовал у всех командиров собраться.

— Вижу конвой… Въехали на охраняемый солдатами участок. Стали перед блокпостом, — передала мне сообщение Наталья, используя возможности Афины.

Всё-таки очень удобно, что моя помощница, а я сейчас про ту, которую создал и написал своими же руками, все эти «артефакты» из терминала соединяет в одну сеть. Конечно, ей нужны мощности для масштабного координирования сотен и тысяч бойцов в подобной экипировке, но с десятком костюмов справится за счёт внутренних ресурсов умных шлемов. Ну а дальше будет видно. Дорастём до создания целой армии в подобной экипировке — будем и думать над тем, как обеспечить мощности нашей Афине.

И вдвойне приятно, что она была создана как мой самообучающийся помощник. Ведь в неё не закладывались изначально военные функции. Для этого был создан Арес. Но его я потерял. Поэтому все доступные ресурсы Афина вкладывала в изучение глобальных изменений, самообучение на основе увиденного и расчётов, прогнозов будущего.

С этими самыми прогнозами ей, безусловно, было тяжело. Без глобальной сети, без доступа к мыслям и планам других живых существ такие, как она, не способны сделать длительных и точных прогнозов. Простая человеческая интуиция работает куда лучше, чем ИИ с учётом отсутствия значительной части вводных данных. И я сомневаюсь, что она сможет в ближайшее время накопить достаточно данных для глобального анализа. Вот взять эту ситуацию с двумя группами военнослужащих. Я свой прогноз сделал и уверен, если оставить всё как есть — мы выпадем из претендентов на роль лидеров региона ещё до того, как столкнёмся с первыми серьёзными проблемами. Нехватка топлива… Голод… Болезни… Боеприпасы. Терминалов у нас хватает. Но очки достижений не резиновые… Чтобы продолжать зарабатывать их и наращивать мощь — надо выходить за пределы освоенных территорий. И столкновения с такими, как полковник Адамс, неизбежны.

Сильные выживут. Слабые проиграют и погибнут. И речь даже необязательно о жизнях. Погибнуть могут и амбиции, воля к борьбе, твёрдость духа. Дикий закон природы, что до сих пор властвует над нашим миром.

Афина так не мыслит. Она использует математику и считает пользу исключительно материальными критериями. Для неё поддержание морали — такая же переменная, в которой она оценивает, сколько людей будут с высокой долей вероятности удовлетворены последствиями, а сколько нет. Она может принести нам огромное преимущество и победу. Но самого человека она никогда не заменит.

— Всё, проехали. Я занимаю позицию на чердаке… В месте встречи ты уверен?

— Если только они сами не изменят своих планов. Я на водонапорной башне. Ожидаем… — Вскользь глянув на оглушённого мной и связанного бойца, что сидел здесь в качестве наблюдателя со снайперской винтовкой, я улыбнулся.

Идеальная позиция для ответного огня.

Бойца я поднял и опёр на перила, так, чтобы он не упал, и перепривязал к металлическим бортам башни. Оглушение долго не продлится, поэтому кляп уже был готов и вставлен, чтобы он не помешал мне в случае чего. Присел прямо за ним, направив ствол оружия в небольшой просвет между металлической оградой. Меня не видно, снайпера армейцев видно, и я тоже всех вижу.

— Я готов. Вижу конвой…

Пробираться сюда, минуя патрули, было не так уж и просто. Большую часть дороги проделали вплавь, на берег выбрались неподалёку от командного центра и взлётно-посадочной полосы с неработающей техникой, ожидающей ремонта. Вертолёты… Самолёты… Гидропланы береговой охраны…

В прицел были хорошо видны напряжённые лица встречающих, радостный и улыбчивый майор Хольм. Сегодня погибнет как минимум один мерзавец и, возможно, несколько хороших людей. К сожалению, другого варианта я не нашёл. Всё-таки я не волшебник и не смогу заставить исчезнуть у американской армии десятки единиц бронетехники, самолётов и вертолётов, да и всех прочих чрезвычайно опасных образцов оружия. Будь они хотя бы благородными и верными своему слову — я бы ещё попытался найти с ними контакт. Как с генералом Сантьяго на Кубе. Но нет, меня держали за дурака, и уже завтра утром мне вручат «награду» с кучей обременений в виде слабых и больных, голодных и буйных, наглых и неконтролируемых местных жителей. И секретным суперпризом в лице китайской мафии, что сбежала в неизвестные дали и в любой момент вернётся, дабы вершить свою кровавую вендетту.

Меня считают всего лишь наёмником. Разменной монетой, которую можно использовать для собственных целей. В этом и заключается их главная ошибка. У этой разменной монеты — бритвенно-острые края. Не надо меня хватать и пытаться погнуть. Можно без пальцев остаться.

— Тот, что слева, в кепке — это и есть моя цель. Верно?

— Подтверждаю. Афина, мы можем услышать их разговор?

— … лись без происшествий? — тут же услышал я в шлеме голос командующего, а затем и Хольма.

— Да. Спасибо. Всё хорошо. Южная часть города неплохо зачищена. Основная проблема в нескольких крупных северных ордах. Думаем, если мы с вами договоримся, уже к концу месяца Майами будет свободен, и мы сможем перегруппироваться и пойти дальше.

— Много жертв принёс этот красный террор. Надо быть осторожными и не допускать ошибок. Вокруг действует много банд. На нас уже трижды нападали.

— Это они, конечно, опрометчиво поступили. Вас хоть и немного, но вы сохранили много оружия.

— Оно-то их и манит, мистер Хольм. Знакомьтесь, это мои помощники. Дарэлл, Шон…

Командующий указал на своих спутников и представил всех их. То же самое сделал и Хольм. И чёрт, они слишком мило общаются друг с другом. Я ожидал куда как большего напряжения.

«Афина, взломай рацию местных и произнеси мужским голосом, что усыпляющий газ готов, можно заводить гостей в комнату», — дал я ей указание, и спустя десять секунд она выполнила мою просьбу, заставив замереть всех присутствующих.

«Отлично! Теперь прокричи в общий канал связи: „Смерть прихвостням продажного Пентагона!“. Наташа — стреляй сразу после этого».

Звука выстрела я не услышал. Но увидел его эффект. Заливающий кровью бетон ублюдок, что избежал наказания за растление малолетних, понёс заслуженную кару. Я тоже почти сразу же выстрелил в противоположного члена делегации, приехавшего с майором Хольмом. Целился в руку. Попал в ключицу. Дёрганые они после первого выстрела стали… Ну а следом началось то, ради чего мы сюда и примчались. Стрельба, шум, крики, вакханалия.

Даже по вышке моей пошли выстрелы, несколько пуль пролетело мимо и одна или две попали в бедолагу, что только-только начал приходить в себя.

Сегодня я очень сильно запачкал свою карму. Впрочем, уверен, что большая часть делегации выживет. Их возьмут в плен. И начнутся уже совсем не такие радостные и добрые переговоры между двумя военными отрядами.

— Мавр сделал своё дело. Мавр может уходить… — Я бросил чужую винтовку и воспользовался предложением Афины, что уже проложила мне путь к ближайшей лодочной станции.

И пусть вокруг много солдат врага — все они бегут в другую сторону. Мне нужно лишь словить момент.

— Их тут очень много, — доложила по связи Наташа. — Стреляют, игнорируя приказы командиров. Я могу только в море попытаться с разбега сигануть. Винтовку придётся оставить…

— Оставляй и следуй указаниям Афины. Она видит всё лучше нас. Камеры на территории базы работают исправно.

— Так, появилась форточка, я побежала. — Наталья отключилась, и я сам спустя пять секунд спрыгнул с тридцатиметровой высоты, перекатываясь к припаркованному грузовику. Спрятался под ним, а дальше уже прикрываясь грузами, размещёнными на базе, и ржавеющим остовом разобранного на детали вертолёта, промчался за спиной большей части бойцов. Если меня где и заметили в этой суматохе, то так тому и быть. Записи с камер будут стёрты, и им останется лишь гадать, что за чёрный силуэт убегал в сторону пирса. И спасибо командирам этой базы, что все солдаты и обслуживающий персонал ходят в чёрном, несмотря на жару. Для меня это лишь дополнительная маскировка.

— Плывём сами. Технику не бери. Афина активирует маячок, я буду видеть, где ты. Скоро приплыву к тебе.

— Хорошо. Поторопись. Я буду двигаться под водой вдоль берега. Здесь довольно сильное течение. Костюм мой для этого не предназначен…

— Мой тоже. Не переживай, главное дело мы сделали. Осталось убраться отсюда куда подальше, — успокаивал я Наташу, хотя на самом деле это меня надо было успокаивать. Сегодня я переступил через себя ради благополучия всей моей группы и моих людей. И сколько бы воды вокруг меня ни было — она ни за что не смоет эту грязь, которую я допустил в отношении других выживших, что занимались, по сути, тем же, чем и мы.

Надеюсь, я не пожалею о своём выборе…

— Босс! С возвращением! Вы как нельзя вовремя! Прямо к ужину!

На улицах нашего квартала, в центре которого стоял оружейный магазин, было на удивление спокойно и тихо. Люди организовали нечто вроде столовой на открытом воздухе. Расставили бочки, за которыми и стояли группами по четыре человека, кушая всё то, что готовилось в одном из дворов неподалёку, привлекая всех людей ароматами жареного мяса.

— Привет, ребята. Отчёт чуть позже. Мы действительно устали и хотели бы поесть… — ответил я и за себя, и за Наташу, которая в неспокойном море после прошедшей бури едва не утонула. Слишком тяжёлые экзоскелеты и костюмы. Приходилось выгребать как проклятому, чтобы не пойти на дно вместе с экипировкой. Ладно бы нам пару сотен метров так проплыть надо было, но нет — мы прошли под водой, изредка всплывая набрать воздуха, больше семи километров. И потом ещё намного больше — пешком, пока не нашли брошенный кем-то автомобиль, рядом с которым тусовалась группа зомби.

— Есть, может, у кого вино или виски? Согреться хочу. Чтоб я ещё раз этим проклятым дайвингом занялась… — устало попросила Наташа, и на моё удивление, ей протянули сразу несколько кружек.

— Ну и меня уже угостите, что ли…

Тяжёлые выдались денёчки. Суматошные и для тела, и для души. Но кризис позади, первые цели и задачи выполнены. Осталось лишь закрепить наш успех. И судя по числу людей, что прибились к нам за этот день, — мы на верном пути.

— Шеф, — подошёл ко мне Роберто с двумя стаканами и бутылкой «Хеннесси ХО» в руках. — А когда начнём регистрировать жителей? Новых Круизеров?

Я принял бокал, и в него налился янтарный коньяк с ароматом сушёных фруктов и нотками шоколада. Погипнотизировал стакан взглядом, выпил и взял мясо, что щедро жарилось этим вечером. Даже интересно, откуда мои бойцы его взяли? Морозильные камеры должны были сломаться, мясо — давно испортиться и стухнуть. А свежее никто с ферм не везёт…

— Ещё рано. Они не испытывают к нам привязанности. Лишь видят нашу щедрость. Требовать от них что-то мы сможем только тогда, когда они будут в ужасе от одной мысли о том, что мы уйдём или прогоним их. Безопасность. Мы должны обеспечить им её не только как защиту от зомби, но и продовольственную. Мы должны поддерживать законность, чтобы они знали — на нашей территории их за кусок хлеба в руке никто не зарежет в тёмном переулке. Мы должны помочь им удовлетворять базовые потребности. И начнём с того, что покажем им, что электричество всё ещё существует и нормальная жизнь возможна. А откуда мясо? — всё-таки не выдержал я и, ответив на интересующий моего соратника вопрос, задал свой.

— Разведчики раскопали. Под землёй хранилось в холодильнике. В каком-то продовольственном складском комплексе на окраине. Они зачистили его и вошли внутрь. Воняло ужасно. Но только на верхнем уровне, на минус первом тоже почти ничего не стали брать, там рыба была… А вот на минус втором сохранялось около нуля градусов цельсия. Не успело так глубоко оттаять. Натягали оттуда три фуры с мясом. Большую часть будем солить и сушить, вялить. Но немного отдали и на кухню. Повезло. Ещё неделька — и это мясо тоже было бы уже непригодным.

— Холодильники эти в порядок привести не помешает и использовать по назначению. На фермах вокруг городов может начать гибнуть скот, — размышлял я, понимая, что этот вопрос на самом деле хоть и важен, но в лучшем случае входит во вторую десятку по приоритетности.

Собрал отчёты, узнал о гибели нескольких ребят от залётных грабителей. Местные в основном, пошедшие собирать припасы… Грабителей этих большую часть нашли и повесили за границами лагеря, но всё равно небольшое чувство утраты засело в моей душе.

— Михаил! — ко мне подошла еле стоящая на ногах девушка, которую мы спасли от смерти на крыше дома. — Здравствуйте. Спасибо вам, что спасли меня. Мне уже намного лучше. Ваши люди позаботились… Я обязательно отплачу вам. Не знаю как, но отплачу.

— Расслабься, малышка, — улыбнулся подошедший Роберто. — Если бы все, кого он спас, взялись за руки в одну линию — этих людей хватило бы, чтобы окружить кольцом весь Майами. Возможно, даже два раза. Хочешь помочь — вступай в ряды Круизеров. Не важно, умеешь ли ты сражаться. Если ты готова трудиться, заботясь о своём и общем благополучии — ты несказанно поможешь ему. И себе. Всем нам. — Роберто оценил худую как щепка девушку с ног до головы, аккуратно взял её под локоть и увёл в сторону.

— Круизеры? А что это значит? Вы какая-то банда? — с любопытством спрашивала его девушка.

— Вот уж не думала, что Роберто нравятся такие костлявые… — удивилась Наташа, глядя им вслед.

— А ты думаешь, он включил гормоны? По мне, так он просто увёл её, видя, насколько я замотался.

— Может, и так. Но по мне, так он всё равно кобель. Он был бы самым эффективным добытчиком очков достижений среди всех Круизеров, если бы львиную долю своих усилий не тратил на ухаживания за девушками. Причём каждый день разными.

— Ну, может, именно это и придаёт ему сил двигаться вперёд каждый божий день. В любом случае — он надёжный соратник и отличный боец.

— Что есть, то есть. А где будет моя комната? Я что-то совсем устала… Завтра с утра мы ведь едем принимать территорию с терминалом под свой контроль?

— Да. Всё так. Я и сам не знаю, где моя комната.

— Когда ты вообще спал последний раз?

— Не помню, если честно. Голова даже не пытается вспомнить. Пойдём, поищем кого-нибудь, кто в лагере оставался. Уж они-то должны знать, где офицерам отдохнуть можно… — Взяв Наташу под локоть её боевого костюма, я повёл её внутрь оружейного магазина, где сейчас находились наш новый взрывотехник Малкольм Руперт и Бруно — бывший глава группы, жившей в башне Большого Джона. Они как раз проговаривали план обороны и фортификации в условиях городских джунглей захваченных нами кварталов.

— С возвращением! Как успехи? — отсалютовал мне Бруно кружкой кофе, а Малкольм лишь кивнул.

— Можно сказать — прекрасно. Если не учитывать семерых погибших добытчиков.

— Да, мне уже немного прояснили, не стесняясь в выражениях, что я неправ. Теперь группы добытчиков, или как их твои называют — пчёлок, идут только в зачищенные кулаком кварталы. Кулак же в это время держит оцепление, чтобы никто не прошёл внутрь и не произошло то, что происходило сегодня. Прости, это моя вина. Я их отправил в известный район, добавив троих бойцов для охранения. Этого оказалось слишком мало…

— Умение делать выводы и признавать ошибки — очень хорошее качество для лидера. Никто не безгрешен. И ошибаются все. Хван поехал в китайский квартал?

— Да. Связи с ним нет, но он взял большую группу поддержки из бойцов своего кулака и ещё один для прикрытия. И выстрелов с той стороны не было слышно всё это время.

— Ну вот и хорошо. Афина ему поможет с текстом соглашения. Утром мы его подпишем и начнём осваивать новый дом. Для беженцев всё готово?

— Всё, что могли сделать, — сделали. Сейчас уже темно, и группы пчёлок вернулись в лагерь, больше ничего не принесут. Зомби по ночам чуть активнее, чем обычно. И шумят в городе меньше, поэтому могут примчаться и через несколько кварталов, если будем шуметь.

— Молодец. Людей с улиц разогнать надо будет через полчаса.

— Сделаем. Останутся лишь дежурные на блокпостах и наблюдательных точках, — кивнул он мне. — Я и сам пару часов поспал — пойду на дежурство как старший из офицеров в эту ночь.

— Хорошо. Утром тебя тоже ждёт много работы. Всех нас. Так что постарайся оставаться бодрым.

— Всё нормально, я привык спать по четыре часа. И свою норму уже вылежал на боку, — улыбнулся Бруно, потягивая горячий кофе.

Я уточнил у него, где размещаются офицеры и где будут комнаты для Натальи и для меня, после чего он лично провёл нас и показал в здании напротив магазина весьма целые и симпатичные апартаменты в скандинавском стиле. Ещё бы не запах палёной проводки, было бы шикарное жильё.

Открыл окно, принял душ и отправился под плед, высыпаться перед предстоящим тяжёлым днём. Так же поступила и Наташа.

Ночью вновь разыгралась гроза. И пусть я уснул как младенец, шум ветра был слишком назойливым, и я открыл глаза в самый разгар бури. Четыре тридцать две на часах… Попробовал ещё раз уснуть, но нет. Уже было бесполезно. Не с такими завываниями за окном.

Внезапно свет в коридоре включился, и я решил, что просто лежать и смотреть в потолок — не лучшее решение.

— Что, тоже не спится, Наташа? — спросил я, выйдя в коридор и увидев закутавшуюся в плед красавицу.

— Да… Кошмар приснился. И не смогла уснуть.

— Расскажешь какой?

— Нет. Не хочу. Главное, что это просто сон… Как кофе заварить? — Она стояла у чайника, который не хотел работать без электричества. А рядом с ним была какая-то тяжёлая приблуда из аккумулятора и ещё пары устройств, слепленных воедино одним из наших Талантов.

— Это самодельный электрогенератор… Малой мощности. — Я покачал канистру, приделанную сбоку, и убедился, что там есть топливо. — Сейчас разберёмся…

Пять минут колдовства — и горячий кофе уже обжигал горло, даруя нам наслаждение.

Мы сидели на диванчике моих апартаментов и смотрели на выключенный телевизор, каждый думая о своём. Наташа отставила кружку на кофейный столик и подсела поближе ко мне, прижавшись своим пледом и положив голову мне на плечо.

— Мы ведь всё правильно сделали там, на военной базе?

— И давно суперагент стал сомневаться в собственных действиях?

— С тех самых пор, как перестал получать приказы из центра и стал думать собственной головой. Раньше я была исполнителем. Инструментом. И всю ответственность несли те, кто отдавал приказ. Так было проще жить. Моя душа солдата была спокойна. Теперь же… Я и заказчик, и исполнитель в одном лице. И я своими глазами наблюдаю последствия своих действий. Чем закончилась та стычка? Афина не говорила?

— Хольм в заложниках. Половина делегации обезврежена и взята в плен. Несколько человек погибло, несколько раненых. И отвечая на твой вопрос — мы всё сделали правильно. Это было тяжёлое, но вынужденное решение. С долгоиграющими последствиями. Теперь у нас есть время и, что самое главное, возможность стать доминирующей группой на полуострове. Майами будет нашим именно благодаря смерти одного ублюдка, что избежал божьей кары каким-то немыслимым образом. Возможно, продав душу дьяволу. Мы молодцы. Сегодняшние жертвы могут в будущем спасти сотни тысяч жизней. Детей, стариков, отцов и матерей. Это был правильный выбор. Главное нам теперь самим не оплошать и довести всё, что мы задумали, до ума.

— С тобой так спокойно… — прикрыла она глаза и спустя несколько вдохов повернулась ко мне, слегка приоткрыв губы.

Мгновение — и мы уже слились в страстном поцелуе, отключая мозг и включая чувства.

— У нас есть пара часов… — прошептала на ухо Наталья, раскрывая плед и демонстрируя своё нагое, совершенное тело с парочкой редких шрамов, что напоминали о её бурном прошлом агента на опасных миссиях.

ТУК-ТУК-ТУК-ТУК!

Мощный стук в дверь застал нас врасплох, только-только отдавшихся на волю чувств.

— Кого там ещё принесло… — раздражённо произнёс я, игнорируя незваного ночного гостя.

Был бы это враг — Афина уже предупредила бы…

— МИХАИЛ! ПРОСЫПАЙСЯ! ЭТО ВАЖНО!

БАМ-БАМ-БАМ-БАМ!

— Роберто, козёл, — злобно засопела Наталья.

— Я ЗАНЯТ! — крикнул я.

— КИТАЙЦЫ НУЖНЫ ТЕБЕ? ИЛИ ПЛЕВАТЬ? — прокричал в ответ стоящий по ту сторону двери соратник.

— Мы ещё не закончили! — впилась в мои губы Наталья. — Обещай, что продолжим сразу, как только сможем.

— Конечно. Хотел предложить тебе то же самое.

Быстро одевшись и открыв дверь, я впустил внутрь пышущего перегаром Роберто.

— Простите, ребят, что помешал. Но ты сам говорил, что это писец как важно.

— Да, было такое. Что, поймали кого-то? Или напали на их след?

— Лучше! Мы нашли индейца!

— Какого индейца? — удивился я.

— Да тут, под Майами живёт, на болотах. В природном заказнике… И этот индеец попытался стрелами убить Хвана, возвращавшегося из китайского квартала. С трудом его живым взяли. Сильный, зараза… Кричал, что все воины апокалипсиса и слуги дьявола в дьявольской броне будут сожжены на костре. Что духи придут и помогут ему отомстить за гибель членов его племени от рук таких вот слуг дьявола.

— Дьявольской броне?

— Да… Я тоже сразу подумал на китайцев. У них же похожая экипировка была, по твоим словам.

— Отлично, Роберто. Веди меня к этому индейцу. Поговорим с ним на языке духов.

Индейцу на вид было лет тридцать, и здоровья в нём было как в быке. Его лук, что лежал в соседней комнате, был почти полтора метра в ширину, и мои ребята с огромным трудом пытались повторить подвиг Роберто, сумевшего его натянуть полностью.

— Тугой, зараза… Неудивительно, что потребовалось шесть человек, чтобы скрутить этого индейца! Да ещё и сам Хван поучаствовал в ловле, а то он своим ритуальным ножом порезал бы ребят, — показал мне находку Бруно.

— Да, хорошее оружие… Я как-то думал, что среди местных краснокожих аборигенов воинов не осталось, — оценил я оружие индейца и метровые стрелы, которыми он стрелял по «слуге дьявола».

Когда я вошёл в комнату, где он сидел примотанный к стулу, тот перестал ёрзать в надежде перетереть верёвку. На лице у него красовался синяк, длинные волосы были растрёпаны, а сама одежда выглядела самодельной.

Индеец молча уставился на меня в моём боевом облачении, как на врага народа. Впрочем, для него я таким, судя по всему, и был.

Я снял шлем и поставил его на столик, после чего включил нормальный свет в помещении и присел на стул напротив.

— Говорят, ты хотел убить моего человека?

Гордый индеец молчал, оставаясь с каменным выражением лица.

— Я видел твоё оружие. Неплохое. И довольно бесшумное. Для охоты на зомби — самое то. Ты ведь знаешь, кто такие зомби?

Индеец продолжал делать вид, что меня не существует.

— Но такие вот костюмы ты им не пробьёшь. Конечно, неприятностей и дискомфорта попавшая стрела доставит. Может, даже синяк будет. Шанс же нанести сколь-нибудь более серьёзные повреждения есть лишь в случае выстрела в упор и попадания по уязвимым местам. А в разных костюмах они разные. Потому что каждый костюм добывается индивидуально. И у каждого он свой. Так же, как и твои одежды с отметками о прохождении испытаний истинного воина. Так что ты совершил большую ошибку. Но я дам тебе шанс исправиться. Те, кого ты назвал слугами дьявола, — действительно те ещё ублюдки, что давно забыли об истинной природе человека. Не только твоё племя пострадало от них. Моё — тоже. Много людей было убито ими ради обретения силы. Они разгневали таких, как я. Таких, как ты. Истинных воинов. И сбежали. Я ищу их, чтобы повесить и уничтожить. Ты можешь мне не говорить, где ты их видел. Самое главное я уже понял — они пошли в сторону ваших болот и по дороге продолжили убивать. Так они думают, что станут сильнее. Но однажды я догоню их и докажу обратное. Ты можешь не переживать и оставаться здесь. Ни тебя, ни других индейцев, что встретятся на пути моих ребят, никто не тронет. Даже больше тебе скажу — им помогут. Но и отпускать тебя, такого дикого и опасного, не понимающего сути природы дьявола, демонов и злых духов, что пришли в наш мир, — я не буду. Когда мы найдём тех демонов с востока, мы возьмём тебя с собой, и я докажу свои слова делом. Быть может, оставим для тебя и твоего возмездия одного из них. А после отпустим тебя. Те, кто сражается с демонами, — нам не враги. Наши враги те, кто впустил демона в свою душу и сам стал уподобляться этим тварям. Зомби для нас — как демоны для вас. А люди, предавшие свой вид и ставшие на путь зла — ещё хуже их. Я велю принести тебе воду и еду. И позже мы тебя даже развяжем, но перед этим я хочу убедиться, что в своей глупой мести ты не убьёшь никого из нас. Иначе, боюсь, мне будет тяжело объяснить своим людям, почему твоему племени надо помочь, а не уничтожить его до конца. Подумай об этом.

Я поднялся и вышел, так и не удостоившись ни единого звука от этого крепкого словно камень индейца. Ничего, в его «тюрьме» есть решётка на окнах, он сможет увидеть, как мы живём, через неё. Быть может, со временем ярость его и отпустит.

Ну а мы займёмся своими делами…

Нашёл командиров, раздал указания, начал смотреть, как под не затихающий дождь пробуждается лагерь. Сегодня нам предстоит большой переезд. И я надеюсь, погода смилостивится.

Сборы лагеря затянулись, и лишь за полчаса до планируемого времени отправления проснулся Хван и вышел рассказать мне об итогах своих переговоров. Хотя Афина уже всё мне разложила по полочкам, хотелось послушать и его мнение.

— Ну, давай, в двух словах — что мы получаем, что теряем, что удалось отстоять? — Я спрятался под навесом одного из магазинов и перехватил своего соратника, что вышел на улицу под дождём чистить зубы. Водопровод дело такое… Ненадёжное. Всё ломается, и далеко не всё быстро чинится. Инфраструктура города находится в жёстком нокауте, и кто знает, когда она получит помощь толковых спецов и очухается…

— Ха… Тьфу. Секунду… — Хван прополоснул горло и размял шею, продрал красные от недосыпа глаза и убрал свои мыльно-рыльные принадлежности. — В двух словах, нас попытались поиметь. И в конце концов, зная, что мы не сможем отказаться от терминала, поимели. Но мы утёрли им нос, и они пока ещё об этом даже не знают.

— Молодцы. Давай чуть подробнее, — присел я на сырой бордюр, и так же рядом присел бывший полицейский.

— В общем, за то, что мы получаем от них терминал, они хотели полноценный вассальный договор, если называть вещи своими именами. Плюс нам вменялась тьма обязанностей, которые мы должны были бы выполнять. Наши войска — их войска. Наше оружие — их оружие. Наши товары из терминала — их товары из терминала. Их голодные беженцы — наши голодные беженцы. В общем, не очень справедливо. Плюс назначение любых командующих требовалось согласовывать с ними, раз в неделю приезжать с поклоном и отчётом, готовясь целовать им жопку за порцию разрешений… Это если прямо в двух словах. И само собой — речь шла не только о территориях в черте города, но и за его пределами. То есть все наши базы и все наши войска, в том числе те, что на Кубе. Договор этот я демонстративно разорвал и спросил, они видят в нас безвольного раба, который сам нацепит на себя рабский ошейник, или союзника, который поддержит их в час нужды и поможет справиться с кризисом? Они немного подумали и согласились на уступки, особенно после того, как я назвал им, спасибо Афине, пять небольших городов в паре часов езды отсюда со свободными терминалами, окружёнными зомби.

— Хм, они оказались наглее, чем я думал.

— Не то слово. Они ссылались на свою легитимность, численность и прочее. Но тогда я успешно привёл им новый аргумент. В нашем распоряжении больше ста терминалов за пределами юрисдикции США. А в их распоряжении — всего лишь два на этот момент. А если посчитать общую численность наших бойцов, раскинутых на Карибах, то выйдет число ненамного меньшее, чем у них. Плюс у нас, в отличие от них, есть морские суда.

«Хм, а не сорви мы вчера переговоры, у них они тоже появились бы. Как и авиация…» — подумал я, вспоминая примерное время начала диверсии и отправки Хвана к американцам.

— Мы спорили несколько часов, и сперва единственное, чего смогли добиться — это исключить из сделки наши базы и территории за пределами США, а потом что-то случилось, к ним подбежали бойцы, и они взяли перерыв на полчаса. Когда вернулись — уже были намного адекватнее и предлагали реальные условия. По итогу они могут свободно перемещаться по нашим территориям, и юридически эти земли, что мы захватим, тоже считаются освобождёнными армией США. Второе — мы оказываем тыловую поддержку и обеспечиваем поставку провианта, боеприпасов и лечение раненых и беженцев. Ну, об этом ты и так говорил, что в случае чего мы согласны. И третье — любые военные операции должны быть согласованы с ними. Договор действует три месяца. Затем соглашения будут пересмотрены. Как-то так. Мы определили в границах города районы, где можем заниматься своими делами без их разрешения, вплоть до конфликтов с местными. Но там заковырка есть — надо будет им отчёт подавать о причине и итогах конфликта. В целом же выглядит как карт-бланш на освобождение южных районов Майами. И более того, они сделали ставку на нас в этом вопросе, а не на Крушителей и другие группы, даже несмотря на то, что нас мало…

— Ну тут всё просто. В течение ближайших двух-трёх дней Крушители и им подобные кланы получат ультиматум и либо примкнут к ним, либо будут объявлены вне закона, — пояснил я своему командиру действие наших дорогих союзников. — В целом — всё ожидаемо. Причину, почему они стали лояльнее, я знаю. У них сорвались переговоры кое с кем, и им нужна буферная зона, что отделит их районы от земель потенциального врага. Мы ею и станем. Смешно в этом всём другое.

— Что именно? — с любопытством посмотрел на меня Хван.

— Они заключили договор на три месяца. Всего лишь три! Они уверены, что за это время встанут на ноги и станут теми, перед кем склонится мир! Ну или по крайней мере жители этого полуострова. Смешно… Будто мы собираемся сидеть и ничего не делать, выращивать картошку…

— Тогда какие у нас планы, босс?

— Забираем то, что отныне наше. И начинаем играть в свою игру. Уже почти всё готово для этого…

— Ох, мы сделаем что-то каверзное?

— До безумия. Все другие банды взвоют от негодования. Вояки первыми придут требовать прекратить безобразие. Вот только наш договор позволяет нам использовать любые методы для привлечения людей в состав нашей группы, верно? — улыбнулся я так, что улыбка маньяка расцвела и на лице Хвана. А затем и на лицах других людей, что просто проходили мимо.

«Слышали? Босс что-то придумал. Что-то коварное, что перевернёт всю жизнь в Майами!»

«Эй, Серхио, спорим на сто патронов, что скоро в городе начнётся невероятный шухер?»

«Что Михаил сказал? Военные прискачут, моля нас остановиться? Не знаю, что он придумал, — но я точно хочу в этом участвовать!»

Слухи быстро заполонили собирающийся лагерь, выстраиваемый в походную колонну.

— Грязновато тут… Так и не навели порядок армейцы… — смотрела Наталья на грязные улицы и кварталы, испытавшие за последние пару суток натиск стихии воды от проливного ливня, огня от пожаров и последствия войны, разразившейся между военными и мафиозным кланом.

Последствия — полуразрушенные дома, заваленные улицы, так и не убранные до конца трупы и бесконечно грустные глаза смотрящих на нас жителей, что кое-как начали отходить от пережитого ужаса.

Одно хорошо — дождь закончился.

— Наталья, Роберто, Бруно! С вас собрать всех жителей района. Короткая приветственная речь, выдача гуманитарной помощи и организация добровольцев в группы по приведению этого славного квартала в адекватный вид. Командиров групп назначить на дежурства, осмотреть каждый дом и угол в этом квартале, навести идеальный порядок и составить список первоочередных проблем. На всё про всё у нас есть сегодняшний день — не больше. Завтра начинаем экспансию во все стороны. Ночью будем сжигать трупы зомби и погибших, чтобы не допустить болезней. Если дождь не испортит наших планов. Приготовьте несколько отрядов и осветительные мачты. На огонь сбегутся зомби, так что будет жарко не только из-за огня. Хван, ты с нашими талантами идёшь со мной к терминалу.

Настало время построить базу и заложить основы нашего могущества на континенте.

— Ну здравствуй, терминал. Покажи, какие нам возможности открыты для постройки базы?

Мой взгляд упал на число имеющихся у меня очков достижений и открытых пунктов меню. И я приятно удивился, заметив куда большую, чем ожидал, сумму на счету. Видимо, мои усилия незримый наблюдатель фиксирует не просто как убил зомби — очистил мир, или спас человека — получил своё достижение. Видимо, я вступил в большую игру, где от моих действий зависит больше человеческих жизней, и на часть из них я уже повлиял.

Я моргнул — и число очков достижений вновь увеличилось, прикрутив за несколько мгновений ещё пару десятков единиц.

— Готов поспорить на что угодно — где-то там сейчас мои Круизеры ведут бой и спасают людей, а я получаю свой процент «полководца» или «главы группы». Да и каждый день мои люди делают большое дело — поддерживают выживших, находят добычу и не дают простым людям умереть от голода и опасностей нового мира. Стабильное и безопасное поселение, а вернее — группа поселений, — это действительно Достижение. И за такое должны капать очки… А это значит…

Я задумчиво посмотрел на список в меню выбора перед моими глазами… Скоро на нашей планете появятся новые вожди, цари, президенты, ханы и императоры. И каждый из них будет защищать свои интересы, управлять своими территориями и получать стабильный ручеёк очков достижений.

— Наступает новый этап большой гонки. Возможно, он уже начался, и где-то рядом или же далеко от меня вовсю строят новую империю выжившие, используя, как и я, возможности нового мира и терминала. Каждый день имеет сверхважное значение для меня и моих Круизеров…

Добро пожаловать в Терминал № 17855

Ваши очки достижений — 51685

Выберите доступную категорию:

1) Оружие

2) Броня

3) Аптечка

4) Эксклюзив

5) Транспорт

6) Лёгкая бронетехника

7) База

8) Тяжёлая бронетехника

9) Артиллерия

«Хм, ничего нового нет. Хотя я перевалил суммарно за сто тысяч ОД», — размышлял я.

По артиллерии всё было ожидаемым. И на круизном лайнере я увидел в трёх терминалах одиннадцать систем с очень большой разбежкой по стоимости. От пары сотен ОД за старые образцы техники в виде средневековых пушек, от которых отказались ещё до Второй мировой, и вплоть до суперпушек будущих поколений стоимостью больше двадцати тысяч ОД. В этом терминале имелось также три артиллерийские системы: две современных — корейская и советская, она же и в России после делалась; и одна система, как принято говорить, — из будущего. Этакая мини-катюша на десять залпов с большой расчётной аппаратурой для ведения прицельного огня в разных позициях. И прямой наводкой, и навесом, и как миномётом. Жаль, в качестве ПВО ничего не попалось… Но ничего — ещё найдём.

У артиллерии будущего были свои несомненные преимущества в кучности и точности стрельбы, но при этом из-за сложной аппаратуры она была прожорлива на электричество, которое предоставляли семь здоровенных аккумуляторов, а для работы с настройками снарядов требовался опытный заряжающий и обученная команда. Прицельная дальность огня до тридцати пяти километров. И каждый выстрел стоил бы нам примерно тридцать ОД. Если докупать снаряды через терминал. Увы, производить их сами мы не сможем — по крайней мере, если при постройке базы не появится такая возможность. Ну и самый главный минус — эта артиллерия не была мобильной. Разложить, подключить аппаратуру, зарядить… По моим прикидкам, даже если с ней будет работать опытный и обученный персонал, а это пять человек, — для подготовки к бою потребуется пятнадцать минут. Чтобы свалить, конечно, поменьше, но тоже около пяти. За это время эту отстрелявшуюся установку легко засекут и уничтожат, вместе с обслуживающим персоналом. Так что… Ищем дальше. Самое главное в моём случае — объединить все терминалы в единую сеть при помощи построек баз и иметь доступ к заказу нужной техники в любой части нашей сети.

И пусть я не уверен, что подобное возможно… Но я верю, что такая возможность у нас появится. Это было бы… Логично. А все терминалы по своему месторасположению и предоставляемому гибкому выбору вооружения — очень даже технологичны.

По моим прикидкам — у меня сейчас суммарно чуть больше ста пятнадцати тысяч ОД накоплено… И когда я пару дней назад встречал лайнер, у меня было почти на двадцать тысяч меньше. Немного обидно, что ничего новенького на ста тысячах не открылось. Но как же здорово, что за пару дней я накопил такое количество баллов.

— Оу, а вот это уже интересно! — Я запустил строительство базы, вновь опустив свои запасы до тридцати с лишним тысяч, и зашёл во вкладку броня, чтобы убедиться, что я действительно не глуп и правильно сложил два плюс два.

Здесь, в этой вкладке, меня ждали бронекостюмы, которые так полюбили китайцы и которые их наверняка спасли от угрозы уничтожения. Не знаю, сколько их в итоге было — американские солдаты насчитали четверых. Но с учётом их цены в семьсот единиц, то есть примерно три с половиной сотни убитых зомби, — вполне реальная покупка.

Вот прямо сегодня всех командиров кулаков и переоденем. Если кому не хватит ОД — лично выделю из своих запасов. Скоро нам предстоит много грязной работы по зачистке улиц и отражению недовольства всяких болванов. Поэтому мои бойцы должны быть по максимуму защищены. А командиры — тем более.

А ещё, я теперь знаю, какая модель у китайцев. И теперь я знаю её слабое место… Посмотрим, как это поможет мне на практике, когда мы встретимся с этими нацистами.

— Ой, какая прелесть! — не удержался я и потратил три сотни ОД на мобильную солнечную зарядную станцию, что легко вмещалась в мой рюкзак и прекрасно с ним адаптировалась, так как они были из одной серии. Очень удобная штука для подзарядки экзоскелетов, умных шлемов и энергетического оружия. Мой костюм был механическим и подзарядки не требовал. В шлем я заранее накупил расходников и просто менял примерно каждые двое суток аккумуляторы, а вот с энергетическим оружием я пока образцов не особо-то и видел. Хотя в моих снах это оружие встречалось довольно часто, особенно у спецотрядов. В нынешней реальности аналоги подобного оружия имелись исключительно в образцах бронетехники. И подобная зарядка была для них бесполезной.

— Надо ещё для ребят бронерюкзак для спины найти… И тогда альфа-отряд будет готов рвать орды без помощи армии, — ухмыльнулся я, вышел из терминала и созвал всех командиров отрядов, чтобы обрадовать их предстоящими обновками. — Офицеры Круизеров — все ко мне, в районе терминала. Этот красный шарик будет покруче, чем мешок с подарками от Деда Мороза.

— Сеньор, кто такой Дед Мороз? — отозвался на мой призыв Бруно, который явно не был знаком со славянским фольклором.

— Как Санта Клаус, только круче. У него нет карликов-эльфов, но есть обалденная Снегурочка, что выглядит как топ-модель.

— Босс, получается, что Дед Мороз это ты. А Наташа будет сне-гу-рош-ка? Я уже бегу за подарками. Чур, на коленках сидеть и стишки рассказывать не буду. Разве что у Наташи. — радостно влез со своими комментариями Роберто.

— На коленках будут сидеть только красавицы. А ты к таковым не относишься, лысый ловелас. Всё, хватит болтать в общем канале связи. Жду вас здесь, — отключился я и начал выбирать вместе с Афиной место для строительства «Штаба» нашей новой континентальной базы.

Город Ситка. Аляска

На острове, где раскинулся бывший российский город Ново-Архангельск, проходил сбор выживших, что сумели зачистить не только город, но и ближайшие окрестности. Используя лодки, снегоходы и малую авиацию, восстановленные самодостаточными и запасливыми жителями одного из самых суровых регионов Земли, они закончили разведку, и лидер экспедиционной группы приготовил обращение к нескольким тысячам выживших, что остались в городе после наступления Алого Затмения.

— Уважаемые жители города Ситка, а также прибывшие к нам соседи. Как вы уже все знаете, из-за пропавшей связи с внешним миром и начавшейся бойни с обезумевшими зомби мы долгое время сидели и ждали помощи, но она не пришла. Ни армия, ни отряды рейнджеров… Никого. В условиях сложившейся крайне неблагоприятной обстановки и задержки поставок припасов с большой земли было принято решение о проведении экспедиции. Я только что вернулся из неё и принёс для вас новости. Новости эти не самые лучшие, скажу прямо. Зомби-эпидемия охватила не только наш остров и окрестности, но и другие регионы… — Мужчина вытер рукавом вспотевший лоб и выпил немного воды, чтобы смочить горло. — Кх… Так вот. На нашем пути встретилось много заброшенных и уничтоженных поселений. Особенно это касается совсем крохотных деревень, расположенных вдоль автотрассы, соединяющей нашу Аляску и её города с другими регионами. Но самое главное — мы добрались до Анкориджа. К сожалению, больше это не крупнейший город Аляски. Теперь это крупнейший рассадник зомби…

Люди зашептались, и ропот пронёсся по двору университета Аляски в Ситке, где и проходила эта встреча.

— Но есть и хорошие новости! — попытался всех обнадёжить мужчина. — Во-первых, на юге зомби намного агрессивнее и быстрее, чем у нас. Холод плохо на них влияет. Но прежде чем подойти к трупу — сперва приходится стрелять ему в голову, чтобы убедиться, что он не нападёт на нас. Во-вторых, мы на изолированном и полностью защищённом острове, и к нам они никак не попадут. Мы в безопасности. И хоть мы и лишены поставок припасов, используя экспедиционные отряды, мы сможем добыть транспорт и продовольствие на ближайший год или два, а дальше нам надо будет ещё больше адаптироваться к условиям выживания и добычи пропитания и других полезных ресурсов. И третье! Самое важное… Вокруг всё ещё много выживших, но они ушли в поисках более безопасных мест. Они собрали свои рюкзаки, впрягли собак в упряжки и везут с собой оружие, шкуры, ценности, которые помогут им выжить. Мы можем предложить им дом, взамен мы получим воинов, которые за этот дом будут сражаться не щадя себя. Так что мы обязательно выживем и адаптируемся. Так же, как и наши далёкие предки, что заложили этот город. А сейчас, пользуясь данным мне законом правом на защиту безопасности и интересов жителей города Ситка, в связи с отсутствием связи с органами власти США более месяца и сомнениями в их существовании, я объявляю о создании Республики Ситка — доме для всех, кто ищет безопасности, спокойствия и возможностей. До момента восстановления связи с Вашингтоном или законными наследниками власти США мы будем проводить независимую политику и сами принимать решение о том, как нам выживать в этом новом мире.

Голос мужчины становился всё громче, и в конце концов он едва ли не начал орать, чтобы перекричать толпу, которая от таких новостей была, мягко говоря, шокирована.

Жители Аляски не знали, что они стали первым городом, чья прежняя официальная власть формально объявила о своей независимости. Захваченные бандитами фермы и мелкие поселения, провозглашавшие появление новых империй, конечно же, никем не учитывались… Сколько таких было. Сколько таких ещё будет…

Париж. Франция

Трое молодых людей крались в сторону Лувра. Профессиональные выживальщики. Искусные мастера добычи. Призраки города, смело идущие туда, куда остальным путь заказан. Дорога от окраин Парижа к городскому центру заняла у них больше суток. И ещё столько же времени предстояло потратить, чтобы вернуться отсюда к своему заказчику. С ходу такой рывок сделать не удастся. Придётся искать место для отдыха сразу после того, как они заполучат добычу.

— Пьер, проверь лестницу… Надо сделать перерыв, подкрепиться. Эта старая вонючая забегаловка этажом ниже выглядит весьма подходяще… Может, консервы какие у них остались.

— Сейчас, Лео… — Мужчина отделился от своих напарников, и впереди раздалось несколько глухих звуков падения.

Спустя пять минут звуки повторились, и только тогда мужчина вернулся.

— Трое зомби были на нашем пути. Хорошо, что мы взяли побольше порошка, сбивающего наши запахи… — устало проговорил Пьер и повёл за собой соратников.

Раньше они трое были искусными ворами и грабили богатых. Теперь же их называли иначе, но суть осталась прежней. Богатые заказчики их руками добывали то, что значило для них очень многое. Обычно они работали за снаряжение, ящики с едой, что пополняли запасы их убежища, оружие и боеприпасы, а также удивительные вещи и предметы экипировки, что добывались из алых душ апокалипсиса. Так местные называли терминалы.

Порошок, сбивающий запах человека, был тем, что они научились добывать сами… Всего-то и нужно было, что сжечь парочку зомби и обратить их тела в пепел и прах… А затем смешать с чем-нибудь вроде извести или муки, обсыпать ею одежду. Звучит не очень приятно, зато работает. На трио ни разу не напали за всё время их путешествия по столице Франции. По крайней мере, они умели не попадаться на глаза, ходить бесшумно и не привлекать всех ароматами страха и пота, что так любят зомби.

— Паркуемся, господа, — скомандовал Лео. — Николя — проверь заднюю часть кафе. Выглядит тихим и спокойным местом. Но всё же… — И сам принялся проверять припасы у барной стойки.

Трое мужчин начали трапезничать, используя собственные припасы и то, что им послала судьба в этом кафетерии.

— Как вы думаете, зачем генералу Жирарду потребовалась эта корона? Какой от неё толк сейчас? — расслабился и нарушил общую тишину Николя.

— Жирард — наш крупнейший заказчик, и он нанял не только нас на эту работу. Корона нужна ему любой ценой… Говорят, после зачистки всех более-менее крупных городов на северном берегу Сены он собирается начать великое освобождение Парижа… — Пьер озвучил слухи, которыми активно делились выжившие в лагере Жирарда.

— Силёнок не хватит… — скептически высказался Николя.

— Как знать… Говорят, он захватил уже пять складов и военных частей французской армии, и ему помогают генералы из иностранного легиона. За последнюю неделю количество людей в его лагерях удвоилось. Если люди будут прибывать с такой скоростью, вскоре под его началом будет уже несколько десятков, а то и сотен тысяч бойцов, — добавил Лео своих наблюдений.

— Кормить он их чем, травой будет? — всё так же не веря в способности самоназванного генерала Жирарда, отмахнулся Николя.

— Это уже его проблемы. Но справедливости ради, корона, которую мы ищем — это символ власти. Видимо, он и впрямь собирается воссоздать франкское королевство… — Лео был спокоен и размышлял о том, как будет выглядеть их мир через месяц или два.

— Боюсь, это будет немного сложнее, нежели просто освободить Париж. — Пьер покачал головой. — Но да, ему нужны не только люди, но и легитимность. Возродить старое королевство или даже империю — один из таковых способов. Вспомните Шарля де Голля. Из генеральского мундира — и уселся сразу после победы в войне в кресло президента. А Наполеон? В их руках была армия, и эта армия помогла стать правителями всей Франции. Жирард неглуп и следует схожим путём. Вопрос лишь в том, хватит ли у него сил и возможностей добиться этого? Францию растерзали на части не зомби и не Алое Затмение… А сотни и тысячи группировок, которые плевали на государство. Их интересуют лишь их районы и кварталы.

— Этнические чистки уже начались. Белые убивают чёрных. Чёрные убивают белых. Арабы убивают и тех и других… Тяжело будет Жирарду. Даже если он сможет всех объединить — эти националистские голоса будут разрывать единство. И далеко не факт, что он сумеет с ними справиться. Это сложнее, чем убивать зомби.

— ГР-Р-РРР… — На улице прошлись трое рычащих парижан не первой свежести.

— Тише… Готовьтесь к бою.

Троица не знала, что настоящие сложности у них ещё впереди. Ведь терминал появился в самом Лувре — их цели. И он собрал удивительно огромное количество парижан. Чтобы добраться до сокровищ и их цели, троице предстоит превзойти себя и использовать лазейки, проникая в обесточенный музей, лишённый современной сигнализации, но взамен нашедший десятки тысяч рычащих охранников.

Кремль. Совет комитета обороны столицы

Члены совета прибыли один за одним, быстрым шагом приближаясь к своим креслам. Их выдернули прямиком с их застав, военных баз, передовой или из госпиталей ввиду очередной экстренной ситуации.

Прошла всего неделя как Армия Севера, объединённые бригады, добровольческие корпуса и дивизионы закончили зачистку Санкт-Петербурга, прошлись огнём, мечом и пулями по окрестностям. Прямо сейчас значительная часть этой армии, используя практически последние резервы топлива, шла маршем в сторону столицы, попутно зачищая встреченные города. Они желали соединиться с другими группировками войск для начала финального сражения с захватившими городские кварталы столицы немёртвыми.

Вот-вот два крупнейших города России смогут откинуть врага и объединиться, создать безопасный и контролируемый коридор, что обеспечил бы стабильность и процветание всего региона. Но им неожиданно ударили в спину те, кого они считали своими верными подчинёнными.

— Итак, все в сборе. Начну, пожалуй, с самого главного. Мы получили ответ от наших так называемых соратников — губернаторов, мэров и генералов из Нижнего Новгорода, Рязани, Липецка и Воронежа. Если переводить тот лепет в сообщениях на нормальный русский язык, то они послали нас и законную власть России. Якобы сами с трудом выживают, города и лагеря подвержены атакам зомби и подкреплений для освобождения столицы выслать они не могут. Лишь добровольцы отправятся к нам своим ходом, так как топлива у них тоже нет. Из тех, кто не предал честь мундира и воинскую клятву — Ярославль, что отправил две пехотные дивизии, освободив большую часть города и закрепившись на ключевых рубежах обороны. И когда мы закончим, они ожидаются от нас помощи в освобождении своего города. Всех остальных предлагаю считать предателями, со всеми возможными последствиями, — заявил командующий обороной столицы в гнетущей тишине.

— А что говорит разведка? Они точно не могут отправить нам войска для освобождения Москвы, или это лишь отговорки?

— Отговорки. Угрозы их уничтожения не существует на данный момент. Даже если и случится где-то прорыв зомби, они могут отойти к формируемым прямо сейчас вторым и третьим рубежам обороны. Жертвы, безусловно, будут, но не такие, чтобы мы полностью лишились этих городов.

— Дожили, бл**ь. Сепаратизм в самом сердце страны. А я говорил, что нам нужно ужесточить контроль! Ещё пять лет назад говорил! — заявил один из генерал-лейтенантов.

— Нет смысла обсуждать прошлое. Нас интересует только настоящее и будущее. Предатели назвали нас кучкой бесполезных бумагомарак, что не пришли и не помогли им, когда случилась беда, и каждый сам справляется со своими проблемами. Я подозреваю, что они планируют своего рода военный альянс, который будет препятствовать восстановлению законной власти в стране.

— А мы можем после освобождения столицы отправить к ним наш танковый легион с поддержкой?

— Вряд ли. Топлива уже не хватает, и с каждым днём битв его не становится больше, — высказался один из генералов. — В Нижнем Новгороде существуют огромные резервы продуктов нефтепереработки. Нам бы его вернуть под свой контроль…

— Пока мы освободим Москву, боюсь, будет уже слишком тяжело и сложно добраться до этих резервов. Предлагаю отправить группу Алого Вихря.

— Мы же планировали использовать наших бойцов из Алого легиона, оснащённых экзоскелетной бронёй и боевыми костюмами из терминалов, для захвата ключевых точек в столице и прорыва к новым терминалам? — удивился один из командиров.

— А кто сказал, что наш Алый легион включает лишь одну группу Вихря? Хотел объявить это вечером, но раз такое дело… Дамы и господа. Вчера вечером группа особого назначения майора Багрянцева завершила своё обучение и освоение современной войсковой экзоскелетной техники и новых образцов огнестрельного и энергетического оружия. С чем я вас и поздравляю. Эта группа заменит опытную команду Вихря, а наш бравый полковник сможет нанести визит вежливости в один из городов, что отказался исполнить свой долг и саботировал приказ верховного главнокомандующего.

— Одобряю!

— Всецело поддерживаю.

— Предатели должны понести заслуженное наказание.

— Во имя России!

Мир медленно, но верно погружался в хаос междоусобных войн. Япония, Китай, Россия, Европа, Америка, Африка… Не осталось такого места на планете, где выжившие не начали бы войну за ресурсы и наследие цивилизации. Оптимисты считали, что худшее уже позади. Пессимисты были уверены в обратном. Реалисты просто шли вперёд, держа руку на рукоятке пистолета и надеясь, что доживут до заката.

Майами. База Круизеров

Шесть часов длилась лекция, во время которой шестьдесят командиров учились пользоваться нашими новыми боевыми костюмами со встроенными экзоскелетами — влезать в них и вылезать, активировать, бегать, прыгать, сражаться, использовать крепления для оружия. У костюмов имелась одна явная слабость — бронирование шейного отдела и коленей. И при этом они были тяжелее моего почти на семьдесят килограмм. Это не так уж и много, но бойцам потребуется практика для передвижения по местности и развалинам сгоревших зданий. Слишком тяжёлый вес для того, чтобы прыгать по крышам. И для плаваний в открытом океане. Да и вообще в любых водоёмах. Пять минут в таком удастся погрести, выталкивая тело на поверхность ценой огромных усилий. А дальше даже самым подготовленным придётся изучать дно водоёма. Но если найти баллоны с кислородом и модель шлема для подводного плавания с подключениями для этого оборудования, то можно сделать подводный десант, что по дну реки или озера доберётся до тыла противника. В любом случае для нас эта техника и этот терминал сродни мешку деда мороза. И то, что цена одного костюма равняется цене некоторых моделей танков… Это ерунда на самом деле. Танк не поедет без обученного экипажа и его ценность в бою будет близка к ценности кирпича.

Единственное, чего не хватало мне и моим бойцам — это шлемов для оперативного командования. Голову большинства прикрывали каски или добытые где-то прочные шлемы, но все они были не «умными». Лишь Роберто, Хван и Наталья могли быть со мной на связи в любое время. Поэтому Афина уже передала на Кубу приказ о закупке как минимум шестидесяти шлемов, подобных моему. Но лучше, конечно, хотя бы в несколько раз больше… Поскорее бы связать все наши базы в единую сеть и получить возможность «скидываться» на покупки…

Моя цель была проста — мало-помалу собрать всем и каждому из бойцов подобную защиту. Молот, состояний из бойцов в экзоскелетах, боевых костюмах или силовой бронированной экипировке сможет захватить город вроде Майами за несколько дней. Если я успею создать этот самый «Молот Круизеров» до того, как все наши оппоненты наберут сил и оружия из собственных терминалов — жизнь наша станет куда как легче и проще.

От выстрела из танка или прилетевшей ракеты наша нынешняя модель боевого костюма с встроенным экзоскелетом не спасёт, но зомби станут просто кормом для моих бойцов. Собственно, перед командирами я эту задачу и поставил. Уже завтра они отправят свои кулаки в бой, освобождать захваченные зомби районы, а тем районам, в которых люди уже освоились, — предлагать мирно жить или даже присоединиться к нам. Рано или поздно все эти маленькие анклавы сами придут к нам с просьбой, ведь все земли вокруг будут заняты нашими бойцами и будут принадлежать нам. Пчёлки займутся своей работой, и для других в округе не останется припасов. Тогда придётся им либо покинуть своё убежище в поисках ресурсов, либо прийти ко мне, предложив поработать на меня. С чем я, само собой, буду согласен.

— Ваша задача не просто в сверхсжатые сроки освободить как можно большую площадь города и отметить улицы нашими символами, — вы должны собрать зомби, переломать им ноги и дать бойцам добить их. Не надо давать всем и сразу веселиться с толпой инвалидов. Потяните жребий, назначьте очередь. В каждом кулаке кроме командира есть девять бойцов, которым потребуются аналогичные костюмы. Стоимость такого костюма вы знаете. Каждому бойцу придётся убить две-три сотни зомби, чтобы получить достаточное количество очков достижений. Это много. Рука устанет убивать. Так что включайте голову и организуйте этот процесс. Вы думаете, что монстров вокруг много и всем достанется? Увы, это не так. Неделя-две, и мы зачистим южную часть города. Месяц — и вояки разберутся с ордами на северной его части. Чтобы найти новых зомби, придётся выбираться в вылазки. Далёкие вылазки. Используйте по максимуму имеющийся ресурс. В условиях войны на городских улицах нам не нужны сверхмощные танки и ракетные установки. Нам нужна неубиваемая или практически неубиваемая пехота. Верная своему слову и делу, верящая в своих отцов-командиров. Я рассчитываю на вас. А сейчас подъём, настало время спалить жертв этого нового мира и развеять прахом их останки, если мы хотим жить в нормальном городе, а не могильнике, полном болезней и крыс. Заодно разомнётесь и потренируетесь сражаться против зомби, которые прибегут на огонёк.

Я закончил инструктаж командирам и, поднявшись, вышел из бывшего штаба триады. Прямо рядом с ним строился наш новый штаб. Куда приятнее и технологичнее, чем это провонявшее кровью и порохом старое здание.

Целый день люди стаскивали трупы зомби и убитых, заполонив их телами большую часть огромной парковки торгового центра, что расположился на самой границе города. И наших земель в том числе.

Приходилось тратить дефицитную древесину и опустошать столь ценные канистры с бензином, чтобы это действие не затянулось на несколько дней. Ветер дул в сторону болот, что были видны впереди, и город не накрыл бы смог отвратительного запаха. Но всё равно люди массово работали в резиновых перчатках и сапогах, носили респираторы и маски, особо везучие даже нашли противогазы.

Я кивнул Хвану, и он произнёс небольшую торжественную речь, возвышающую героев, павших за нашу свободу и возможность дожить до этого дня. Оплакивающую несправедливо потерявших свою человеческую душу зомби, ставших первыми жертвами Алого Затмения. Превозносящих нас, Круизеров, людей, что нашли в себе силы, желание и способность жить дальше несмотря ни на что, и уже освободивших и спасших от ужасной участи огромное количество человек в США, на Кубе, Ямайке и других островах Карибского моря.

Его речь была встречена жиденькими аплодисментами уставших за день местных и куда как бурными овациями самих Круизеров. Щёлкнул переходник огнемёта, и пламя начало поглощать жертв этой войны, сжигая усталость и безнадёгу в душах тех, кто выжил. Все мы потеряли на этой войне кого-то. И потеряем ещё, ведь ни конца ни края этой войны не видно. А я даже знаю, что его и не существует. Мы будем бороться за наше право жить на этой планете так долго, как только сможем. И быть может, однажды мы победим. Хоть и верится в это с трудом. Но всем остальным знать об этом не стоит. Надежда, что зажглась в их сердцах, — это самое настоящее топливо для души, ведущее их вперёд, на бравые подвиги. Они потеряли многих. Но и нашли таких же, как они. Пока это топливо в их душах существует — они будут бороться.

И я буду бороться. За всех них. За каждого из нас. И тех, кому только предстоит родиться. Мы многого не знаем о наших врагах, о причинах Алого Затмения, о терминалах и природе зомби… Но мы знаем, кто такой человек. И какова его природа. А большего нам пока и не надо.

— Пш… Вижу зомби, идут вдоль границы города, — ожила рация с докладом разведчика. — С северного направления.

— Всем приготовиться к бою, — передал я приказ по общему каналу связи. — Началось.

— Кулак пять и шесть идут на передний край. Десятый, двенадцатый и двадцатый — укрепите наши позиции в городских застройках. Командирам подразделений занять оборонительные точки в местах натиска врага. Девятнадцатый кулак — на машины и вдоль городской трассы вперёд. Перекройте подходы подкреплений мертвецов, чтобы мы смогли сделать рокировку свежими подразделениями и переместить припасы! Десять минут! Задержите основную массу врагов на десять минут! — Хван, пройдя горнило войны и зачисток десятков городков и населённых пунктов Кубы, набрал достаточно опыта, чтобы не просто командовать нашими отрядами, но и делать это качественно, успешно и без суеты.

Я словно генерал наблюдал за битвой впереди… Полчаса уже как к нам стягивались и стягивались зомби. И пусть большая часть из них подбиралась мелкими ручейками, порой на огонёк залетали и группы в пару десятков рыл.

— Бруно, подойди ко мне, — отдал я указание по рации, желая переговорить с ещё одним авторитетным командиром, в подчинении у которого было намного меньше бойцов, чем у Хвана.

Тот прибыл бегом уже через три минуты и встал возле меня. Быстро он до крыши добежал.

— Вызывали, командир?

— Вызывал. Как тебе работа отрядов?

— Я не военный, но зомби дохнут. Люди — нет. Шум выстрелов привлекает новых врагов, как и свет огня. Эта ночь будет долгой и кровавой… — ответил он мне, то и дело демонстрируя свой акцент.

— Это верно. И это хорошо. Люди, у которых есть оружие в руках, должны уметь убивать и защищать. Люди, которых они защищают, должны видеть, что они в безопасности. С момента появления в наших руках терминала — зомби превратились в ресурс. Крайне ценный ресурс. Роберто введёт тебя в курс дела насчёт наших баз и возможностей. Очень важно, чтобы ты не просто смотрел на то, что делают командиры, как сражаются бойцы своими тройками, десятками, сотнями, а ещё и понимал, запоминал, анализировал и учился. Нас здесь бойцов — пять сотен, остальные не занимаются войной. Мы пришли, чтобы сделать это место безопасным и достойным. Но что такое пять сотен человек в многомиллионном городе? Ты должен научиться сам и научить своих командиров — людей опытных, людей с высоким уровнем дисциплины и самоотверженности — воевать так же, как воюем мы. Используйте местность. Дома, мосты, узкие участки, удобные для обороны, здесь много озёр и каналов, которые для зомби тоже проблема. Мы сражаемся в десяти точках сразу, но при этом у зомби нет ни шанса обойти нас со стороны, с учётом патрульных групп… Анализируй всё, что ты видишь.

— Сделаем, босс! Уже учусь! Очень впечатлён увиденным, сменой тактик ближнего и дальнего боя, подготовкой бойцов и исполнением приказов, которые кажутся даже слегка суицидальными.

— Они знают, что их не бросят. Рядом есть соратники, которые прикроют. А если где-то и случится форс-мажор, резервные группы придут и спасут. Главное дождаться их прихода, выжить и получить аптечку, — кивнул я ему, продолжая наш разговор.

— Днём слишком жарко для сражений в их экипировке… Столько слоёв одежды, защита головы… Каждый как может прикрывает лица… — заметил он отличие в том, как одеты его люди и прибывшие с Кубы бойцы.

— Это и есть адаптация. В эти пять сотен я не буду принимать новичков. Может быть, лишь в самом редком случае, как исключение из правил. Все, кто желает с нами идти в бой против врага, будут попадать под твою командирскую ладонь. И забота об их снабжении, тренировках, комфорте, экипировке — будет лежать на тебе. Пока мы тут и мои бойцы делают всё это — смотри и учись, запоминай, находи таланты, которые помогут тебе с организационными вопросами. Формируй свой авторитет. Не важно, насколько ценен тот или иной боец — если он при всех высказывает тебе своё недовольство, снижает твою репутацию в глазах бойцов или простых беженцев и жителей наших кварталов — он нам не нужен. Считает себя лучшим командиром, чем ты? Пусть идёт и ищет свою группу и добивается всего сам. Выдал пистолет, обойму с патронами, суточный паёк, нож и в путь — показывать, насколько он крут. Понял? Я не собираюсь тратить время, пытаясь найти самого лучшего, доброго, справедливого, сильного или умного командира. Мне насрать. Командир должен выполнять поставленные перед ним задачи. Нести ответственность за своих людей. Не справляешься, косячишь — я тебя заменю так же быстро, как обойму в магазине. Надеюсь, ты понимаешь, что стоит на кону. Свой выбор я уже сделал. Не дай мне усомниться в нём. Не смей воровать у меня время, которое я потратил на то, чтобы присмотреться к тебе. Понял?

— Всё понял. Не подведу.

— Тогда бери своих людей и поступайте в распоряжение Хвана. Он определит место, где вы будете держать оборону этой ночью. И ещё… Постарайся изо всех сил. Тебе нужен костюм командира. Покупать его за свой счёт я не собираюсь. Семьсот семьдесят очков. Это всего лишь пару сотен зомби.

Бруно кивнул и ушёл, а я продолжил наблюдать за полем битвы и слушать симфонию постапокалипсиса…

Звуки выстрелов, рёв мотора, рык мертвецов, осыпающаяся штукатурка, грохот падающих трупов, окрики командиров и треск костра.

— Всегда надо выжимать максимум из всех возможных ситуаций. Афина, сколько зомби, по твоим прогнозам, мы убили и убьём этой ночью?

«Господин! На данный момент количество убитых зомби находится в пределах от пяти сотен до тысячи единиц. Предсказать же итоговый результат крайне сложно, в связи с отсутствием разведданных о маршрутах передвижений основных масс мертвецов. Предполагаю, что как минимум мы своими действиями сумеем привлечь от трёх тысяч зомби, что оставались в этом районе и блуждали в окрестностях города».

— Понял. Когда закончится основной навал — отправьте отряды собирать тела и продолжайте их сжигать… Произведи подсчёт и запускай наш план.

«Мне озвучить общую цифру зомби во время исполнения плана?»

— Да…

Я присел у края крыши, осматривая все окрестности… Где-то здесь есть наши союзники и наши враги. И после этой ночи их намерения станут намного громче звучать на улицах города.

Спустя несколько часов. Через час после рассвета

«Внимание! Выжившие! Говорит группа Круизеров! Мы — воины и мирные жители нового мира, что несут свет в эти тёмные, полные опасностей времена! Где бы вы ни были, если вы слышите мой голос, знайте — не всё потеряно. Есть шанс на светлое будущее! Мы продолжаем сражаться во имя людей! Мы зачищаем улицы этого города! Майами обязательно будет свободен и очищен от паразитов, грабителей, насильников, преступников и зомби! Если у вас есть силы — идите к нам! Мы ждём всех в районе Китайского квартала, близ Озёр Майами! Круизеры обеспечат вам дом. Еду. Работу. Безопасность. Будущее. Если сил идти к нам нет или риски слишком высоки — наберитесь терпения и ждите нас. Рано или поздно мы придём. Мы объединим силы всех вольных жителей города, всех патриотов и настоящих людей, чтобы освободить этот город! Эти объявления будут разноситься по всем радиочастотам, всем системам оповещения и другим работающим средствам связи. И мы каждый день будем рассказывать, каких успехов мы добились! Так, за прошлый день и минувшую ночь мы приняли под своё крыло шесть тысяч сто восемьдесят пять беженцев. Оказана медицинская и психологическая помощь по меньшей мере тысяче семистам человек. Было уничтожено более семи тысяч семисот зомби, из которых только четыре тысячи — зомби с окрестностей, прибежавших этой ночью в ловушку, которую мы создали с целью очистить улицы от заразы и обезопасить перемещение по нашему району! Мы нуждаемся в людях, которые готовы бороться за свою жизнь как с оружием в руках, так и вне поля боя. Мы — Круизеры. И мы заявляем, что готовы сражаться, бороться и трудиться ради своего будущего. А вы?»

Призыв пронёсся по городу. Мы заявили о себе. Громко, чётко и ясно. Наши силы невелики, но у нас есть костяк, который не сломать, и он сам кого угодно сломает. Практически… Нужно лишь время, чтобы превратить пять сотен бойцов в пять сотен супербойцов. На войне люди обучаются в разы быстрее, чем на любой тренировке. Если выживают… А мои ребята — именно что выживают. Устают, психуют, кричат, ломают кости, получают аптечку и снова кричат, но выживают и дальше идут в бой. Чтобы выковать хороший клинок — его надо закалить. Из моих ребят выйдет прекрасный клинок… Это я гарантирую.

— Вот и вскрыта козырная карта… — Ко мне подошёл уставший Хван, а вместе с ним и другие командиры. — Босс, никто наши призывы просто так не оставит…

— Да и плевать. Армейцы всё равно не будут пока что ощущать в нас угрозу. Посмотрят криво, прищурятся, решат заслать разведку, что будет докладывать о каждом нашем шаге… Пускай. Самый главный выбор сделают люди. Если они придут к нам. Если мы сможем обеспечить достойный уровень их существования, избегать голода, холода и болезней — эти люди превратят нас в королей Майами. Солдаты солдатами, но они тоже люди. И к ним тоже можно найти свой подход. И этим мы займёмся позже. А пока… Афина, организуй выдачу заданий и начни объявлять нашу систему наград. Пока что мы не можем контролировать всё и всех вокруг, но у нас есть камеры… Пора бы повесить их и запитать электричеством, выдать нагрудные камеры командирам отрядов и добытчикам, чтобы никто не крысил у своих же.

— Опять море организационной работы… — покачала головой Наташа. — Лучше бы и дальше зомби убивать…

— Обязательно. Но пока что нам надо заняться более насущными проблемами. Хван, пускай наши бойцы отдохнут первую половину дня. А после обеда, как обычно — на окраины, захватывать, отмечать, перекрывать дороги и всё остальное. Афина поможет и распланирует задачи для всех вас, — выдал я ребятам задание на ближайшие пару дней.

Ну а меня интересует всего несколько целей. Сбежавшие китайцы, ближайший к нам аэропорт, что находится буквально в соседнем районе, и огромная, чудовищных размеров логистическая база, с тысячей траков и миллионами квадратных метров площадей, что забиты всякими промышленными и прочими товарами. Ладно, ещё здесь фабрика на окраине города есть, прямо рядом с логистической базой, но без восстановленного электричества толку с неё нам никакого… Впрочем, даже если местные угольные и прочие станции окажутся неремонтопригодными…

Не зря же я всю ночь сидел, не спал и созерцал картину уничтожения врагов человечества?

Афина смогла зацепиться за связь с лайнером, что сейчас находился близ Кубы и перевозил наш десант на Багамы. Нассау — столица островного государства — ожидала пять тысяч обученных, вооружённых до зубов и готовых проявить себя бойцов. Пока кубинские генералы между собой партизанили и воевали, а ещё попутно пытались захватывать своими скромными силами ближайшие острова, например Гаити, мы сосредоточились на Багамах. Во-первых, там был крупный изолированный город-остров с неплохой инфраструктурой. Отличное место для того, чтобы создать временную базу для захвата всех остальных островов. А на них довольно мало жителей, много отелей и мизер туристов… Подходящее место для размещения мирных жителей в случае перенаселения каких-то наших городов. Ну и заодно это упростит лов рыбы. Но само собой, самой ценной во всём этом нашем плане является авиабаза США, расположенная на одном из островов. И пусть самолётов там, как показала разведка, практически нет… Это место обладает достаточной инфраструктурой для частого использования и хранения, и оно может стать нашим.

Пока наши базы будущего недостаточно развиты, мы будем захватывать и управлять тем, что есть. Но позже… Перспективы наши будут в разы выше, ведь количество зданий для строительства методом накопления и сбора очков достижений выросло на Кубе — на нашей основной базе — в разы!

Сейчас база прошла этап первых построек и расширилась, как и штаб, и в бюро архитектуры уже появилась возможность планировать и перепланировать готовые шаблоны зданий. И эти здания — мама мия! Обучающие центры, электроподстанции, производственные мастерские. Да, всё это в маленьких масштабах. Да, нет среди всего этого нормальной мощной электростанции или аэродрома. НО! Как только уровень наших баз вырастет вновь и мы сможем объединить их в одну сеть… а я уверен, что это возможно! Ведь ближайшие терминалы на Кубе мы уже между собой связали, построив в обоих городах с базами «Маяк Связи».

Афина уже вовсю генерирует варианты строительства различных баз и прикидывает стоимость их возведения. Несколько часов этой ночью мы с ней визуализировали доступные варианты и проекты, пытаясь понять, что является первоочередным и важнейшим для нашего дела…

И мы решили так. Строим по базе в каждом крупном ключевом городе, делая эти самые базы многопрофильными. В них должно жить много людей и добывать много очков достижений. Эти базы будут нашими опорными пунктами, вокруг которых сосредоточится жизнь и реконструкция нашего мира. Кроме них на каждую такую базу должно приходиться по две-три меньших базы, занимающихся обеспечением безопасности Круизеров. В первую очередь — продовольственной. Затем уже военной, с военными базами и центрами обучения специалистов, с испытательными полигонами. И промышленно-энергетическими. Купить на военную кампанию миллион боеприпасов, отдав огромное количество ОД, — можно. Но зачем? Если мы можем попросту восстановить в нужных точках промышленность, купить детали взамен повреждённым, обеспечить стабильную работу электростанций, ветряков, солнечных панелей и отправить на эти заводы людей! Пускай они куют оружие победы! А очки мы потратим на то, чтобы весь этот живой организм общения и связи различных баз оставался таким же, как и прежде!

Всё-таки это правильное решение — время от времени просто сесть, посидеть и разобраться, что мы имеем. И всё благодаря захвату и восстановлению центра связи на побережье Флориды. После того, как я ознакомился с десятками отчётов с основной базы, все эти проблемы с китайцами кажутся таким пустяком… Ну пять отморозков где-то месят ногами болота Флориды, рискуя стать завтраком аллигатора. Да и плевать на них! Но будем честны, они всё-таки могут совершить атаку и диверсию, что откинет развитие нашей передовой базы в США на несколько дней или недель. А это равносильно поражению. Нельзя ослаблять бдительность…

— Афина, будь на связи, докладывай, какие проблемы в нашем квартале. Как обычно, только происшествия средней степени важности. О том, что два идиота за банку тушёнки подрались, не надо рассказывать.

«Как пожелаете, командир!» — ответил мне её задорный голосок.

— Чему так радуешься?

«Камеры уже массово устанавливаются и в основном используются аккумуляторы, и я всё думала, как обеспечить стабильность их работы? Собрать данные дистанционно я ещё смогу, используя алгоритмы шифрования и дешифровки информационных сигналов, а вот питание… И меня обрадовали бойцы Роберто, которые в паре соседних кварталов, в одной из вилл обнаружили полностью работающую миниатюрную электростанцию, соединённую с тысячами солнечных панелей на этой самой вилле и соседних домах! И что самое главное… Эти виллы окружают небольшое озеро. Озеро, на которое мы можем разместить солнечные батареи и соединить изолированными проводами, защищёнными по той технологии, что мы не успели запатентовать! Здесь, в Майами, должны быть все компоненты! Даже производство солнечных панелей и запасы материалов!» — радостно сообщил мне искусственный интеллект, и я замер, вспоминая, о какой технологии она говорит…

— Мы же не доработали её? Эта идея аквасолнечных подстанций была лишь на этапе разработки, так как могла обрушить мировую экономику из-за чрезмерного удешевления производства электроэнергии…

«Мы всё ещё заботимся о мировой экономике?» — словно усмехнулась моя помощница…

— Так, пока мы идём в сторону аэропорта… Напомни, какие у нас там ещё разработки в планах имелись? Желательно из тех, что применимы в условиях апокалипсиса…

Удивительно, но факт! Девять разработок из десяти, предложенных Афиной и всплывших в моих воспоминаниях, были, скажем так, бесполезны по причине наличия терминалов. Я принёс с собой из своих снов воспоминания о многих вещах, но там везде и всюду была война, и большая часть потенциальных технологий относилась к военному производству. И смысла в них было не очень много из-за возможности легко и просто заполучить полезную вещь через терминал.

Лишь парочка технологий, всё ещё не реализованных в нашем мире и не запатентованных мной ранее, были доступны мне сейчас. Только вот это не такой уж и простой процесс! На него надо много времени, ресурсов, а внимания всему этому придётся уделять столько, что, боюсь, моя программа Реконструкции мира забуксует.

В итоге, пока я шёл к аэропорту, я понял, что смысла во всех этих ноу-хау прямо сейчас мало. Проще починить сломанное, чем создать что-то крутое, но с нуля. У Круизеров сейчас нет ресурсов для создания высокотехнологичных протезов, что по возможностям недалеки от реальных конечностей. Нет времени для создания чипов расширения сознания, что были нужны как воздух тем бойцам, что управляли сверхсложной техникой будущего. Операторы техники, способные подключиться к ней удалённо, не получат от меня учебных центров единения сознания людей и машинных мозгов. Эти проекты и до апокалипсиса оценивались как напряжённый труд сотен и тысяч специалистов на протяжении десятка лет. А теперь и подавно от этих технологий нет толку. Сперва восстановим хотя бы то, что было.

Пожалуй, одним из реально самых полезных объектов исследования, который мы можем с Афиной провернуть за пару недель при надлежащих инструментах, — это плавучие аквасолнечные платформы. Они не обеспечат весь город электричеством на первых этапах, но снизят необходимость восстановления всех сломанных и отключенных электростанций. Не придётся тратить дефицитное топливо на генераторы ради того, чтобы заварить кофе или включить свет в лагере. Базовые потребности людей будут удовлетворены с их помощью — и ладно.

Уверен, мои коллеги, правящие крупнейшими силами на планете и уже успевшие познать всю прелесть терминалов и возможности строительства баз, сейчас бы плюнули на это всё. Всеми силами рвали бы жилы, уничтожая монстров и врагов из числа мятежников, чтобы добыть как можно больше Очков Достижений и запустить строительство энергоустановки из перечня построек проектного бюро.

Зачем париться с какими-то панелями, зачем ставить слабенькие ветряки из подручных средств? Для чего мучиться и чинить электростанции прошлого, работающие на каком-нибудь допотопном угле, если вот тебе новая технология! Новая возможность построить то, что по своим характеристикам заменит несколько электростанций, а места займёт как небольшой магазинчик!

Возможно, не пройди я весь этот путь и не выслушай мнения тысяч людей, умиравших в моих снах вместе со мной, я бы тоже так думал.

Вкинул пару тысяч очков достижений, построил энергоустановки и в ус не дуешь. Только вот очки эти — не бесконечный, легкодобываемый ресурс. Тот, кто будет полагаться только на них, рано или поздно столкнётся с дефицитом. Иссякнут запасы, скорость потребления ежедневных обязательных аптечек, патронов, оружия, бронежилетов или запчастей для сломавшейся техники превысит в разы скорость притока этих очков, и начнётся застой, спад, а в конце и вовсе — деградация. Бунты, недовольство, потеря человеческого достоинства — вот что ждёт таких правителей. Возможно, не в ближайшее время, и даже не в ближайший год, но это неизбежно. Стоит им столкнуться с равным по возможностям и силам соседом, как каждая работающая в тылу старенькая электростанция станет ключом к победе в этом конфликте. И сосед, пустивший ОД не в строительство того, что можно сделать своими руками, а в ПВО, чтобы защитить всё то, что уже у него есть, — будет иметь важное стратегическое преимущество. Так что выбор очевиден — ОД тратятся только на то, что невозможно получить своими силами. Поэтому я не покупаю, скидываясь всеми средствами Круизеров, танковые батальоны. Не закупаю артиллерию будущего, что сравняет базы моих врагов с землёй. Эти вещи, пусть и не настолько надёжные и современные, можно достать и так. Другое дело — экзоскелеты, боевые костюмы, шлемы с интерактивным подключением, способные при помощи Афины достичь сумасшедшего прогресса. Она мой ключик к невероятным возможностям. И именно обеспечение её развития и усиление самих людей я ставлю во главе угла.

Мне незачем разрабатывать микрочипы, исследовать технологии нейромодуляции и все остальное, что было в будущем. Что будет в будущем. У меня есть та, что способна по-своему заменить большинство этих технологий. Может быть, не идеально, зато дёшево и сердито. А людей мы научим использовать этот дар самообучающегося искусственного интеллекта.

«Простите, что отвлекаю, но мы прибыли на место», — отвлекла меня от размышлений моя помощница.

— Да, я вижу… Что тут у нас, подсвети интересующие нас объекты… — попросил я Афину, сидя на крыше очередного безликого серого домика из усеявших многие кварталы Майами.

Фильтры шлема начали свою работу, выделяя более ярким светом авиатехнику, что была видна отсюда.

Аэропорт был разгромлен, и даже до сих пор дымок вился над главным терминалом. Картинка перед моими глазами стояла такая, что в мыслях было лишь одно желание — убедиться, что хоть какая-то техника осталась целой и невредимой. Хотя бы парочка старых, загнанных в ангар самолётов.

— Антенна вроде бы не пострадала…

«Я не могу к ней подключиться. Аэропорты работали до последнего, и я уверена, что нормальной живой электроники внутри диспетчерской вышки не осталось».

— Проверим… Так, что это за движения? — Из главного терминала выходили несколько человек, и я присмотрелся.

Приблизил изображение и понял, что все «прелести» военного времени и права сильного, несмотря на мои усилия и разосланные сообщения, остаются в силе. Трое с автоматами, один с охотничьим обрезом. Ведут троих. Мужчина — явно раненный в руку, темнокожая женщина, мальчишка лет десяти…

— И куда вас ведут?

Оказалось, не только их. Это были лишь первые пленники, что под дулом ружей отправлялись к дальнему ангару, вход в который я с этой стороны не видел. Но время от времени появляющиеся с его стороны вооружённые люди давали понять, что там есть свой пост охраны.

Позже я увидел и другие свидетельства жизни и активности в аэропорту, ставшем базой для какой-то группы. Среди трупов, — и я очень надеюсь, что это трупы зомби, — тащили огромные тележки для багажа люди. Причём в этот раз вооружённых было всего два, а вот без оружия сразу десять. Но эти безоружные были весьма счастливы и довольны, я бы даже сказал — веселы, отправляясь на охоту за ништяками и добычей в черте аэропорта.

Наблюдал ещё полчаса, чтобы примерно понять, что происходит. Наличие пленников не обязательно означает, что передо мной гнилая порода человеческой расы. Это могли быть воры, может, они напали и убили кого-то из их группы. Ребёнок же… Ну, может, он отказался уходить от кого-то наказанного и добровольно пошёл с ними. Или вообще это карлик, которого я спутал с ребёнком. Всякое бывает. Поэтому решено — иду на разведку. И иду сразу к месту содержания пленников, чтобы послушать, о чём трещат охранники. Обычно они демонстрируют своё отношение к запертым и безоружным. И из этого отношения можно сделать много различных выводов.

Оббежать аэропорт было несложно, но пришлось сделать неслабый такой крюк, чтобы избежать чужих взглядов. Зомби в этой части города ещё имелись, но было их настолько мало, что люди прямо осмелели и всё чаще выходили за пределы своих укрытий и убежищ.

Перемахнул через забор и стал крайне внимательно следить за перемещением вооружённой охраны. Короткими перебежками, избегая их взглядов, я бесшумно подкрадывался к большому ангару, рядом с воротами в который лежал опрокинутый на бок вертолёт… Ну и кто вот технику поломал?

Занял удобную позицию и замер, прислушиваясь к звукам в сотне метров от меня. Но, к сожалению, ничего не мог разобрать. Кто-то плачет и всхлипывает. Методично стучит что-то металлическое, много голосов с тихими переговорами. А охрана так и вовсе молчит. Даже странно…

Пришлось менять позицию и скрючиться за мелкими ящиками с какими-то деталями. Ну тут хоть что-то уже было слышно, и Афина помогала расшифровать их разговоры. Сам я был в такой позе, что слышал стук собственного сердца и пульса, который перекрывал большинство звуков снаружи. Но хотя бы Афина транслировала субтитрами на экран шлема то, что услышала. А я сидел, скрючившись, и читал.

Блин, сижу как воришка какой-то, а не глава крупнейшей и сильнейшей группы. Бесит… Но надо же понять, что тут происходит, притом что никаких средств связи для взлома у них нет… А наблюдение не позволило сделать однозначные выводы.

«Зря мы в тот магазин полезли… Видели же отметку на двери…»

«А когда нас отпустят, мама?»

«Я пить хочу…»

«Потерпи, сынок. Папка нас найдёт и спасёт».

«Я ещё раз требую встречи с вашим главным — вы не имеете права меня задерживать и ограничивать мою свободу! Я уполномоченный представитель мэра…»

«Эх, Алекса жалко, пристрелили ублюдки…»

«Ну, Алекс тоже хорош, троим из винтовки пулю всадил».

«А толку, если их было десять… Да ещё и аптечки имелись… Считай, зря погиб».

«Скоро наша смена закончится? Жрать охота…»

Чем больше я сидел и слушал, тем больше понимал, что не всё так просто. В одном месте собрались и те, кто нарушил чьи-то законы, и те, кто воевал с ними, и обычные гражданские.

Я посидел ещё минут двадцать и послушал их разговоры. А когда сменилась группа охраны и отправившиеся отдыхать мужчины взяли с собой пятерых пленников, чьи имена назвали их коллеги, понял, что это за место. Видимо, это было что-то вроде лагеря пленных, и после проверки или совещания их перераспределяли. Кого-то освобождали, кого-то нанимали, кого-то, возможно, даже убивали, верша суд над тем, кого посчитали слишком опасным и наглым.

Ну, значит, есть смысл поговорить с их руководством. Только вот возвращаться и идти к парадному входу немного лень… Попробую отсюда к ним зайти.

Вернулся назад и, скрываясь, обогнул этот ангар, после чего стал у его края и постучал кулаком по металлическим листам, прислонённым к бетонной стене ангара.

— Доброго дня! Мне бы с главным увидеться. Я из Круизеров, — сообщил я им, и, видимо, здорово напугал, раз сразу четыре ствола винтовки оказались направлены на меня.

— СТОЙ, УБЛЮДОК! РУКИ ВВЕРХ! — заорал самый нервный, спрятавшийся за деревянными поддонами, на которых он сидел до этого.

— Ты не полицейский, чтобы мне указывать.

— Кто ты? — опасливо спросил другой, выглядящий уже как полицейский. Экипировка у него, правда, была слишком потрёпана, и непонятно от этого было, реальный он полицейский или так…

— Михаил, глава группы с соседнего района. Круизеры.

— КАКИЕ НАХ… — выглянул из-за поддонов трусишка.

— Молчать, Хейвуд… Слышал о вашей группе, — ответил ещё один, с банданой на голове, защищающей от палящего солнца. — Какими судьбами?

— Познакомиться к соседям пришёл. Надо же знать, с кем предстоит общаться и жить рука об руку. А у вас тут что, пленные, судя по звукам?

— Дезертиры, беженцы, убийцы, грабители, воры, просто идиоты, — ответил мне этот мужик и убрал вниз ствол винтовки. — Проверяем их на укусы, не хватало нам ещё обратившихся…

— От укуса зомби в зомби не превращаются. Если помощь не оказать — просто умирают.

— Ага, уже слышали эту теорию. Мы придерживаемся более консервативных взглядов и рисковать не хотим.

— Ваше право, но вы просто время тратите, — пожал я плечами. — Как называется ваша группа? Кто главный?

— Секундочку… Я слышал, что глава Круизеров — человек в непробиваемом бронекостюме, способный в одиночку положить сотню зомби… Есть возможность продемонстрировать, не бутафория ли это и не дурит ли возможный глава Круизеров нам мозги?

— Мне дать в себя выстрелить? — удивился я.

Мужик лишь пожал плечами.

— Ладно, только не паникуйте и не стреляйте… Обычно те, кто выстрелил в меня, умирают. — Я присел и, используя возможности боевого костюма, подпрыгнул вверх, подлетев почти на четыре метра, а затем вновь упал вниз. Шумно, грузно и поднимая в воздух пыль и мусор. — Ну что, не бутафория?

— Не похоже… Хорошо. Подождите здесь, я отправлю человека, чтобы он предупредил босса о гостях.

Отправили самого нервного, а сам я присел на ящики и немного пообщался с охраной.

Группа называла себя Крылатым легионом. Чересчур пафосно, как по мне, ведь, судя по всему, их было не больше сотни. Из аэропорта после Алого затмения сбежали практически все, ведь он стал рассадником зомби. Но весьма неплохо со своей задачей справилась охрана аэропорта и полицейский участок, который здесь был расположен прямо в терминале. Многие погибли, но в конечном счёте уже к концу третьих суток аэропорт зачистили силами охранников и застрявших посетителей. А затем начали прибывать беженцы, добытчики, зомби с улиц… Понимая, что ужас происходит везде и всюду и помощи ждать особо неоткуда, они объединились и начали выживать все вместе, охраняя терминал аэропорта как свой новый дом. Продукты на территории аэропорта водились, вода хоть и оказалась отключена — были большие запасы противопожарных цистерн, воду из которых после кипячения можно было употреблять. Грамотно распоряжаясь тем, что есть, они понемногу расширили свою банду и стали выходить наружу, охотиться на зомби, торговать с другими группами. Порой у членов группы сносило крышу, начинались конфликты. Часть людей уходила. Другая — приходила. Дважды были суды за изнасилование… Есть у них тут на территории аэропорта что-то вроде тюрьмы. Вот там и сидят двое своих и ещё трое чужих насильников. Даже удивительно, что они их не убили. Говорят, не смогли договориться о степени тяжести преступления…

В общем, нормальная банда, если не соврали. И судя по всему, этот в бандане и полицейский, которые разговаривали со мной всё это время, — не врут.

— А чего ваш четвёртый молчит всё время? — кивнул я в сторону ещё одного бойца, что ковырялся в каком-то приборе, разбирая его на запчасти.

— Это Дэни, он немой, — ответил полицейский, и Дэни помахал мне рукой.

— Идёт глава… — едва слышно произнёс мужик с банданой и поднялся, отправляясь ему навстречу.

Уже через минуту мы познакомились, и я, внимательно следя за положением оружия каждого из них, убрал всё своё вооружение в крепления и не спеша начал подходить.

— Михаил, — протянул я руку мужчине весьма полноватой комплекции, как для постапокалипсиса.

Его глаза были карими, тёмными, словно сама ночь, над бровью виднелся не до конца заживший порез, а на поясе висели большой армейский клинок и пара пистолетов. Одет он был, как и все прочие, в комплект против зомби. Много разной одежды, что создавала дискомфорт и заставляла их потеть. Но такова плата за то, чтобы зомби не превратили тебя в свой ужин. Одно отличало лидера этих людей от его спутников — наличие бронежилета.

— Майкл Станкс. Как вы попали на нашу территорию и зачем?

— Через забор перепрыгнул, хотел посмотреть, что из техники осталось целым. Увидел людей и пришёл знакомиться. На всякий случай уточню — я в гостях, а не на допросе. Хотите спрашивать — пожалуйста, но предоставьте мне взамен что-то, что бы меня разговорило.

Видимо, кто-то очень хотел съязвить и сделать то, что принято в новом мире за норму, — предложить приставить пушку к моей голове, мол, это меня точно разговорит. Но ещё на первом вдохе Майкл повернулся к какому-то парнишке, выглядящему как форменный засранец с надменным взглядом, и так глянул на него, что тот заткнулся сразу после «А как насчёт приставить…»

— Я не ищу проблем с соседями. Мы живём тихо и мирно, насколько это возможно. Беспредел не одобряем и не допускаем. Так что простите, если это прозвучит грубо, но не хотелось бы повторения истории с проникновением вас или ваших людей на нашу территорию.

— Понимаю — весь мир превратился в дикие земли, кто нашёл — тот и взял. Вы захватили и защищали эту территорию, и я не вправе её отбирать или требовать от вас что-то. Но надо понимать, что в этом мире правит сильный. Даже сломанная техника может пригодиться. У меня есть специалисты, что смогут её оживить. Или будут. И вы должны понимать, что никто не позволит просто из-за ваших желаний обладать тем, что нужно всем вокруг. Сильным бандам, военным, нам. Я говорю это не с угрозой, а с предупреждением. Однажды к вам придут не так, как я, с дружески поднятыми руками, а с бронетехникой, отрядом спецназа, головорезами, снайперами… Просто потому, что решат, что вы слишком слабы, чтобы иметь всё то, что находится вокруг нас.

— Не переживайте. Мы как-нибудь справимся с этой проблемой. Миром правит дипломатия…

— Ох, это очень спорное утверждение… Впрочем, это предмет разговора за бутылкой виски или хорошего кубинского рома, а не вот так, на ногах. Вы слышали моё сообщение, переданное по радио?

— У нас проблемы со связью… Но да, мне пересказали.

— Надеюсь, вам передали его целиком и полностью… Имейте в виду, что скоро мы начнём расширяться, в том числе в этот район. Зомби будут уничтожаться, грабители, насильники, маньяки и убийцы безоружных и невиновных — тоже окажутся вне закона. Как и рабовладельцы… Надеюсь, у нас не возникнет конфликтов на этой почве? Чужие территории мы уважаем, но сами понимаете, если десяток байкеров скажет, что им принадлежит весь район и нам вход в него запрещён, это будет звучать глупо. Каждый должен управлять тем, на что у него хватает сил.

Игра в «дипломата» продолжалась ещё минут двадцать, где мы осторожно прощупывали почву и готовность друг друга к конфликту в случае столкновения интересов. В итоге вроде как договорились уважать друг друга, и Майкл даже описал мне область, в которую он просил не заходить мои войска без согласования с ним. Не так уж и много на самом деле — сам аэропорт был огромным, но пустынным, а вот рядом с терминалом было лишь несколько зданий, включая отель, таксопарк и парочку кварталов с частными домами. Вот их и присвоил себе Майкл Станкс.

В знак наших добрых намерений мне даже показали пленников, утверждая, что это не рабы и я могу убедиться, что у них созданы все условия на время передержки в этом ангаре.

— Кормим дважды в день. Воду подвозим из расчёта один литр на человека в сутки. Вообще больше двух суток здесь никто не находится. Мы не настолько богаты, чтобы кормить всех за свой счёт. Проверяем, кто есть кто, общаемся с соседями, показываем фото. Детей с родителями больше суток не держим, сразу выводим. Вот кровати для них здесь есть, пара спальников. Что было — почти всё отдали. Сами порой на скамейках спим, — рассказывал первый помощник Майкла, демонстрируя, что они не оскотинились.

— Если кто-то пытался убить вас или ограбить, как поступаете?

— По-разному… Обычно общаемся с ними отдельно, чтобы понять, что за человек… Без насилия, к сожалению, не выходит, но лучше так, чем ублюдка пропустить и отправить на все четыре стороны.

— Про укусы и превращения в зомби, это вы с чего взяли?

— Да это с первого дня у нас, можно сказать, фобия. Пока не было свидетельств превращения, так что особо и не верит никто. Но есть пару человек из первых членов Легиона, ну, в общем, они настаивают, что болезнь может в любой момент развиться…

— Не может. Я проводил исследования на эту тему. Это споры — зомби, по сути, как грибы ожившие, чей иммунитет не справился. И эти споры атаковали всех нас. Те, кто не обратился — получили иммунитет, — развеял я их сомнения.

— Вы учёный?

— Да. Не только учёный, но одно из этих направлений я тоже исследовал. — Я прошёлся взглядом по внимательно слушающим нас людям, запертым в этом ангаре, и обратил внимание на одного щуплого и мелкого мужика, что старательно отводил взгляд и вообще отворачивался от меня, пряча лицо…

Я подошёл к нему и похлопал по плечу, но он им дёрнул и пробубнил что-то в духе «отвали».

— Покажи-ка личико, дорогой ты мой… — силой повернул я его, сдавливая ключицу своей стальной хваткой.

— А-а-а-а! Помогите, убивают!

— Ещё не убиваю… Пока ещё… Майкл, этого нациста я заберу с собой. У меня есть о чём с ним поговорить…

— Знаешь его?

— Нет. Но он знает меня. И я прекрасно понимаю откуда… У него на лице написано это… Да? Триадская сволочь… Жалеешь, что эти татуировки не смог свести? Что, нравилось вам быть королями жизни, убивая, насилуя, превращая в рабов и моря голодом даже детей? Не переживай, я не такой, как ты… Я НАМНОГО ХУЖЕ! ДЛЯ ТАКИХ, КАК ТЫ, УБЛЮДОК, Я БУДУ УЖАСНЕЕ ДЬЯВОЛА! И ЛИШЬ ОДНО СПАСЁТ ТЕБЯ! ГДЕ ТВОИ УШЛЁПКИ КОМАНДИРЫ, СБЕЖАВШИЕ КАК КРЫСЫ? — Я схватил его за горло, поднял, отрывая от земли, и затем швырнул поближе к свету, в сторону ворот.

Не прикончить бы этого ублюдка ненароком… Быть может — это та самая зацепка, что поможет найти нацистов…

Мне пришлось выкупать жизнь этого ублюдка у Крылатого Легиона. Впрочем, сторговались довольно дёшево: три аптечки разного вида — и они отпускали китайца со мной и плевать хотели на то, что с ним произойдёт в дальнейшем. Но если бы не мои слова о принадлежности к китайскому кварталу Триады — вряд ли бы мы вообще смогли сторговаться.

В любом случае — плевать на расходы. Главное, чтобы он привёл меня к членам своей банды или дал хоть какую-то наводку на цели и планы своего босса. В самом худшем из вариантов его просто показательно судят и повесят, чтобы и врагов припугнуть, и союзникам показать, что мы можем действовать грубо, когда придётся, и жертвам этих самых нацистов показать, что мы не бросаем слова на ветер и будем вычищать город и его улицы калёным железом от всякой нечисти.

Вернувшись к базе и передав этого ублюдка в руки дознавателей, а тот же Хван неплохо разбирался в этом деле, я занялся своими делами, ожидая результата работы спецов.

Глаз зацепился за приехавший конвой, в котором было несколько наших экипированных отрядов-кулаков и много людей куда попроще, экипированных в стиле «кто во что горазд» с огромными сумками, покрывалами, рюкзаками и пакетами. Подошёл к ним и поприветствовал Наталью, приведшую эту группу.

— Как дела? — Я прислонился к стене дома в небольшой нише и стянул горячий шлем с головы.

— Отлично. Пришёл разведчик от этих людей, попросил помочь им вырваться из западни. Зомби с трёх сторон, с четвёртой — бандиты. Пробрался кое-как и сказал, что они слышали наше обращение и готовы присоединиться, если мы поможем. Ну мы и помогли… Семьдесят человек дополнительно к нашему лагерю добавится. Ну и ещё вот… — указала она на два грузовика с добычей и пару байков, прицепленных к специальному траку для их перевозки. — Это у бандитов отжали. А люди всё полезное по рюкзакам распихали. Мебель уже не тащили.

— Молодцы. Так и надо продолжать. А я китайца поймал одного. Если повезёт, скоро уже будем знать, какие планы и мысли были у сбежавших говнюков.

— Отлично! Давно пора разобраться с этой проблемой. Я то тут, то там слышу, какую дичь они творили, и руки чешутся шею им свернуть, — призналась Наталья. — Ты уже перекусил? А то я проголодалась…

— Пойдём пообедаем, — вернул на голову шлем и отправился вперёд.

Отчёт об авиабазе делать не было необходимости. Все данные есть у Афины, и уже вечером будет построен штаб, что систематизирует всю эту информацию и сделает её доступной всем старшим офицерам Круизеров. А там и планы захвата и зачистки территорий можно будет на их основании разрабатывать.

Самое главное — самолёты там есть, кое-что придётся чинить, но в целом — по крайней мере пару бортов должны суметь взлететь в небо при необходимости. Ну и среди Крылатого Легиона имелись техники, пилоты, механики — тоже полезные люди, переквалифицировавшиеся в истребителей зомби после Алого Затмения.

Мы вошли в апартаменты, завесили шторы на окнах, чтобы не привлекать снайперов, повернули рубильник, включили свет и, скинув с себя защитные костюмы да шлемы, облегчённо выдохнули. Жара убивает. Возможность оказаться в минимуме одежды стала настоящей роскошью в наше время.

— Сегодня у нас на обед бобы в томатном соке и курица с лапшой! — сообщила мне Наташа с кухни, пока я проверял, есть ли вода в кране.

Есть и работает! Не зря бойцы и Афина на этот жилой комплекс указывали как на подходящее место для отдыха. Один из бойцов Наташи даже остался рядом с апартаментами, дежурить и охранять от незваных гостей.

— Я кофе пока заварю… И на лапшу воды наберу, — предложил я ей и начал набирать воду в чайник.

Она стояла прямо за моей спиной, у столика, и что-то там открывала и накладывала в тарелки. Мелкая кухонька попалась… Это я особенно ясно ощутил, когда набрал кастрюлю воды и, разворачиваясь, зацепился за ногу Наташи. Мгновение — и мы оба мокрые с головы до ног. Ещё и плитка стала скользкой, и я упал вниз, совершенно не сопротивляясь силе притяжения, попутно утягивая за собой Наташу.

— Ты решил вот так сразу выполнить своё обещание? — улыбнулась она и убрала от моей головы нож, вернув его на стол.

— Ты такая же голодная, как и я? — прижал я её к себе, и по её взгляду понял, что обед откладывается… По крайней мере, пока мы не насытимся друг другом. — В ванне была вода. Летняя. Чистая.

— То что надо… — подарила красавица мне свой поцелуй и с трудом оторвалась, чтобы отправиться в душ.

Обед затянулся до самого ужина. И когда мы вышли из апартаментов, сытые и довольные, даже можно сказать удовлетворённые, уже солнце клонилось к закату.

В тени дома лежал в боевом костюме Хван и словно спал, но стоило нам подойти, как он тут же поднялся и потянулся, а затем размял шею.

— Ну что, молодёжь, как ваши дела?

— Отлично, — ответила довольная Наталья.

— А сейчас будет ещё лучше. Экипируйтесь. Наша птичка хорошо спела свою песенку. — Хван размял ещё и пальцы на руках, после чего проверил пистолет в магнитной кобуре.

— Ты выяснил, куда направились китайцы? — удивился я его словам.

— Ага… И Афина даже смогла предварительно проверить слова пленника. Ладно, давайте в наш временный штаб, там все подробности расскажу.

— Хорошо. Приведи туда же индейца. Я не хочу обижать бедных аборигенов. Вообще, каждый нормальный человек, готовый сражаться, на счету, — сказал я ему, и Хван лишь кивнул, передавая по рации указание в наше импровизированное здание «тюрьмы».

Ну что же, послушаем, что там решил сообщить нам внезапно найденный язык. Думаю, он проклял всё на свете, когда умудрился попасться парням из аэропорта.

Войдя вместе с Хваном во временный штаб и дождавшись всех остальных, я внимательнейшим образом выслушал запись допроса любителя наносить мафиозные азиатские татуировки на лицо. Спасибо моде бандитов за то, что позволила мне вычислить его с одного взгляда.

На обнародование всей информации ушло не более десяти минут. Часть информации не подтвердилась, но кое-что из вытянутых сведений подтвердила сама Афина, сопоставив факты. Так, мы сравнили даты исчезновения китайцев, дату геноцида какого-то индейского поселения в зоне резервации и дату прихода новой группы, подмявшей власть в одном из городков между Майами и Тампой — вторым самым важным и крупным городом на полуострове.

Согласно одному из планов мафии, в случае если бы зомби захватили город, командиры планировали отправиться на север, в сторону нескольких поселений в центральной части полуострова. Одно из таких — Лейк-Плэсид, окружённое множеством озёр и крайне удобное для обороны, — имело большое количество прилегающих плодородных полей и садов, собственные запасы провианта, и до зомби-апокалипсиса жило там не больше двух тысяч человек. Дальше на север по шоссе встречались точно такие же однотипные городки, обеспечивающие продуктами местные торговые сети. Лейк-Плэсид отличало от них всех одно — наличие терминала.

Афина сказала, что на третий день с момента зачистки китайского квартала власть в этом городе поменялась, и у терминала появился новый владелец. Кто именно — было непонятно, пока не рассказал о планах эвакуации наш пойманный язык. И так уж вышло, что не зомби, а армия стала причиной их бегства.

И теперь они, я уверен, одержимы идеей того, что в терминалах скрывается ещё более мощное оружие, броня, и им надо ещё больше очков, чтобы поквитаться со своими обидчиками. Так что ещё даже до того, как я услышал слова Хвана о вероятном постепенном захвате городов вдоль трассы номер двадцать семь, я уже знал, что они будут делать.

Ну а раз такое дело… Не стоит и нам задерживаться. Пора показать им глупость выбранного ими пути.

— Достоверно известно о пяти костюмах для высших лиц клана Триады. У нас есть численный перевес, армия, вооружение, эффект неожиданности. У них — удобное расположение. Предлагаю отправить элитные отряды старших офицеров в полноценной защитной экипировке и трёх снайперов из кулака мистера Густава.

— Почему трёх? — решил уточнить я.

— Потому что у нас есть только три сверхмощные винтовки, стреляющие на дальние расстояния, способные если не повредить костюмы, то хотя бы доставить дискомфорт. Ну и мы помним о слабых местах этих комплектов экипировки, наши снайперы обучены и могут попробовать поразить коленные сочленения либо голову, — ответил Хван.

— Дроны… — Я посмотрел на карту, визуализированную Афиной. — Подойти к ним незаметно вряд ли удастся. Слишком местность вокруг просматриваемая. Надо подготовить два десятка наблюдателей с небес и передать контроль ими Афине, — сделал я предложение. — Не хватало нам ещё чтобы эти гады снова сбежали.

Тут со своего места поднялась Наталья и высказала своё мнение на этот счёт.

— Соглашусь, дроны будут полезны, особенно при управлении Афины и с передачей информации нам напрямую. Но всё-таки будет лучше, если мы сможем проникнуть в Лейк-Плэсид незаметно. Как тогда мы с тобой сделали… Озеро не океан с бушующими волнами — дойдём спокойно. Акваланги возьмём…

— Не все умеют ими пользоваться… — поднял руку Роберто, давая понять, что он в этом деле не очень-то и хорош.

— Наташа — с тебя найти акваланги и сделать тестовое погружение с обучением для всех офицеров, владеющих костюмами. Для шлемов найти водонепроницаемую защиту, чтобы притащить с собой и восстановить связь после выхода на берег. Как только оказываемся внутри охранного периметра — ищем любыми способами информацию о местонахождении противников. Найдём языка из местных, и дело сделано. Может и сами они вылезут из своих укрытий. Вряд ли они после всего произошедшего вдруг изменили свои взгляды и решили стать дружелюбными к не китайцам.

Я сделал небольшую паузу и посмотрел на индейца, которого тоже надо было бы взять с собой. Не потому, что без него никак, а потому, что я ему обещал. И слово своё сдержу.

— Роберто — с тебя найти транспорт, что доставит нас поближе к точке и не сломается. Общий сбор через три часа. Полностью подготовьтесь и раздайте указания своим отрядам. Нечего им прохлаждаться. Каждая минута — это чья-то жизнь. Работаем, господа! И дамы…

Всё своё время я потратил на то, чтобы ещё раз оценить предстоящую операцию, проконсультироваться с Афиной, подобрать вооружение получше. Против таких, как я, нужно не огнестрел брать, а мощное кинетическое оружие. Игломёт, например, как у меня, — отлично подойдёт. Ещё подойдут гранаты, которые мы не особо-то и часто приобретаем в терминале. А ведь там есть и очень интересные экземпляры. Я лично купил, чтобы раздать бойцам, ящик термических гранат Душелов-4. Прожигают сталь танка. Сантиметров пять, но прожигают. Взрыва как такового не будет, но они лишат защиты и хорошенько прожарят наших дорогих китайцев.

Дробовик, пушки с крупным калибром, револьвер на шесть патронов с убойной отдачей. Всё подходит — всё беру. И глядя на меня, другие обладатели крутых костюмов тоже начали переодеваться.

— Так-с, алебарда не понадобится… Но надо взять что-то вроде клевца, чтобы пробить их шлем в случае заварушки в ближнем бою, — вслух размышлял я и видел, как ребята всё чаще отказывались от бесполезных мечей.

Ну, вроде всё… Пошёл к озеру, где собрались все пятьдесят четыре обладателя боевого костюма. Даже Бруно умудрился насобирать очки и купить его, правда, сделал он это только что, и даже в сам костюм нормально экипироваться не смог. Роберто и ребята ему помогали в итоге.

Вообще, смотря на пятьдесят с лишним закалённых в схватках бойцов, получивших удивительную по надёжности и возможностям экипировку, я радовался. Где-то, может, и посмеются над тем, что я рад такому малому количеству, да ещё и таких слабеньких костюмов, но я был и остаюсь реалистом. Не всё сразу.

Акваланги оказались той ещё занозой в заднице, так как мало кто умел с ними управляться, и мы даже помощь у местных, разбирающихся в них, попросили. Нацепили маски, накинули на плечи баллоны, сделали тестовое погружение вдоль верёвок. Костюмы эти были чуть тяжелее моего, если бы я снял всю дополнительную экипировку, так что довольно шустро пошли на дно.

Итоги тестов оказались неубедительными. Половина отряда не готова столкнуться с перепадами давления. Пришлось быстро перекраивать план. Десять человек идут в лобовую атаку, дополнительно экипируясь сапёрными или полицейскими щитами спецназа. Ещё столько же — обходят город и блокируют шоссе на север. Пять человек остаются в машине связи, запускают дронов либо сопровождают в качестве прикрытия снайперов и нашего индейца. Остальные — идут на дно и выходят в город с разных сторон.

Выехали мы уже ближе к ночи, проведя релокацию отрядов, занимающихся патрулированием, зачисткой и охраной объектов. Немного притормозили наше наступление и зачистку городских кварталов, так как почти все офицеры собирались на охоту. А стычки с выжившими и различными отрядами мелких и крупных группировок происходили всё чаще и чаще, и именно офицеры должны были стать тем козырем, что в своей экипировке разрешит ситуацию мирно.

На миссию выехало пять автомобилей. Три грузовика, в которые мы сели, дабы сэкономить сил, одна машина связи с дополнительным оборудованием, в числе которого были дроны. Замыкающей машиной в нашей колонне был полицейский БТР для подавления бунтов и мятежей. Добыли на подземной парковке полицейского участка, закрытого за семью замками, наши любимые пчёлки.

Все разошлись по указанным Афиной координатам, скрываясь в полутьме длинных теней заходящего солнца.

«Седьмой на позиции».

«Двенадцатый на месте. Начинаю погружение».

Все действовали согласно указаниям Афины и составленному плану, экипируясь аквалангами и дыхательными масками, а также пряча оружие и шлем в водонепроницаемые сумки, собранные на каком-то складе.

«Пятый на связи… У меня сумка порвана. Отправляюсь в резерв или в усиление группы штурма?»

— Группы штурма, — ответил я ему и сам тоже отчитался о своей готовности к погружению.

Так, ну вроде все отметки на виртуальной карте подтвердили своё погружение, сняли шлемы. Штурмующая группа с полицейским броневиком уже должна быть видна с наблюдательного поста городка. Пора и мне нырнуть…

Шлем снял, маску надел, всё упаковал и булькнул в озеро, выходя из небольшого укрытия. Озёра, к счастью, были рыбохранилищем и использовались для выращивания карпов, а не аллигаторов, которых мы успели увидеть по дороге сюда на территории заказника, через который и пролегал наш путь.

Быстро, как только мог, добрался по дну небольшого озера с огромным количеством рыбы до противоположного берега и сразу же, как только вынырнул, понял, что началось…

Шум, взрывы, пальба… И именно с того направления, с которого ехал броневик. Шлем на голову — и здравствуй, Афина.

— Доложи обстановку! — Я вытащил всё оружие и отправил на крепления, снял с предохранителя свою любимую «аську» и отправился в сторону битвы.

Над головой прожужжал дрон, я перемахнул через забор, выслушивая оперативные данные о боестолкновении, и увидел на карте несколько точек, отмеченных как наши цели.

Одна из них приближалась к блокпосту, где разгорелось сражение, из самого центра городка, где виднелись алые огни терминала. Ещё один противник был отмечен ликвидированным, остальные убегали с блокпоста обратно. И один — почти что в мою сторону…

Чуть в стороне виднелся частный причал, там стоял скоростной катер, к которому он и бежал.

— Не в мою смену… — бросил я ему на ход гранату, поднял винтовку и зарядил, присев на одно колено, полную кассету в бочину, от колена и до головы. Граната неслабо так прижгла его левую ногу, по которой ещё и я успел пострелять, отчего свой бег он сменил на полёт. Приземлился, сделал перекат, выстрелил пару раз в мою сторону из пистолета, ведь его винтовка вылетела из рук во время полёта, и попытался было снова побежать. До причала осталось всего десять метров…

Я убрал за спину «аську» и подхватил револьвер, прицельно паля по уроду, получившему повреждения, и третьим выстрелом выбил из него дух, отчего он снова распластался по земле. И больше уже не поднялся, ведь с другого конца этого небольшого озера прилетел снайперский выстрел, удачно попавший прямо в голову. Шлем мафиози не выдержал, и он так и остался лежать, окропляя землю своей кровью.

Я вновь обратил внимание на поле боя и… Всё, мы победили. Кое-где ещё были какие-то стычки с местными — видимо, они очень прониклись новыми идеями служения во благо великой китайской нации, либо же были остатками разбитого наголову отряда Триады, сбежавшего со своими командирами.

Один, правда, был жив… Как раз тот, что бежал из центра поселения, а сейчас стоял безоружным в окружении сразу двадцати бойцов в боевых костюмах.

«Это Наташа. Босс, он, кажется, очень хочет сотрудничать…» — вышла со мной на связь моя дорогая помощница.

— Сейчас буду, — ответил я ей и, оказавшись в центре внезапно замолчавшего лагеря, стал свидетелем того, как слова из этого китайца с такими же дебильными татуировками на лице вылетают словно из пулемёта.

— Он хочет сотрудничать, рассказать нам всё, что знает, только просит сохранить ему жизнь. Говорит, у него есть жена и дочка… — перевёл один из наших бойцов, хотя Афина справлялась с этим не хуже.

— А сколько чужих жён и дочерей он убил? — Я посмотрел на его экипировку, на дорогие пистолеты, эксклюзивное оружие из терминала, хм… Рюкзак…

У того мафиози, с которым я перестреливался, он тоже был, хотя я сразу и не обратил внимания.

— У остальных рюкзаки были? — решил уточнить я и, увидев синхронный кивок, радостно улыбнулся. — У меня что, день рождения сегодня? Столько подарков…

— Что с ним делаем? — спросила у меня Наталья.

И я на русском ей ответил, чтобы этот урод не понял:

— С нацистским ублюдком, что лжёт, убивает, мучает и терроризирует людей просто ради очередной отметки на лице? Допросить, выбить из него всю информацию и в той же яме, что и остальных, закопать. Неужели ты не знаешь, что означают эти символы на его лице?

— Как-то не довелось узнать…

— Ну так Афина подскажет. А можешь и лично у него спросить, за какие такие «заслуги» он получил эти татуировки. Закопать.

— Хорошо.

— Роберто, назначь людей в обход. Тут могут остаться их пособники. Найди мирных жителей, скажи им, что пришли представители армии США. Технику перегнать в городок, снайперы и резерв тоже сюда. Оцениваем наш новый опорный пункт. А я пока пойду в терминал, посмотрю, что там есть. Ведь если я прав — то скоро мы все получим свои походно-боевые ранцы.

— Будет сделано, босс! А что вы Наташе говорили, если не секрет?..

— А это вам сейчас Афина расскажет. Если уж она не знает, то и вы подавно не до конца понимаете, с кем именно мы столкнулись и чью именно историю мы сегодня закончили.

Майами, Тампа и Форт Майерс, Орландо, Джексонвилл… Пять ключевых точек к контролю за полуостровом. Плодородным, богатым полуостровом. И у нас только что появился опорный пункт в самом центре этих земель. Если военные ограничат наши передвижения по Майами — мы просто отправимся в соседние города.

«Господин, только что в городе Таллахасси — столице штата Флорида, что находится на северо-западе относительно нашего местоположения, — началась битва между отрядами военных, прибывших из ближайших военных частей, и городским союзом, в который входит мэрия, полиция, департамент шерифа и большая часть остальных служб города. Жители Таллахасси отказались признавать власть временного военного правительства…»

— Можно ли это назвать первыми признаками гражданской войны в США? — задумчиво произнёс я, подходя к городскому терминалу и игнорируя испуганные взгляды местных, что вышли на улицы и наблюдали за многочисленными людьми в чёрных боевых костюмах. — Пожалуй, что так.

— Вот так рюкзак открывается… Все запомнили? Вижу, что ни черта вы не запомнили. Ладно, ещё раз, и медленно. Во-первых — не надо его ломать, если у вас нет шлема или связи Афиной. Если костюм вышел из строя и не держит рюкзак, то автоматически открыть рюкзак тоже не получится. Думаю, это и так вам всем понятно. Так что придётся поработать своими руками. Берём обычный стержень от шариковой ручки и заталкиваем его вот в это отверстие… — объяснял я бойцам основы взлома нового ранца, который поможет увеличить переносимый ими боезапас, резервное оружие, сменную одежду, ремонтные наборы, сухпайки и добычу, не нагружая при этом руки.

Да, рюкзак был воистину хорош и сделан с умом и толком, подстраиваясь под универсальные крепёжные системы различных моделей боевых костюмов. Причём и более ранние модели рюкзака, и более поздние в том числе, равно как и их модификации. Единственное, к чему бойцам надо было привыкнуть — к изменившемуся центру тяжести и габаритам, которые надо учитывать при прыжках и перемещении. Но это дело нескольких дней. Они и к костюмам-то до конца не привыкли.

Я объяснял им, как взаимодействовать с этим рюкзаком, как использовать его в качестве бронещита для прикрытия гражданских в случае необходимости, как активировать и зашифровать систему поиска, если вдруг придётся с ним расстаться и бросить где-нибудь.

Бойцы осваивались, пробовали, тренировались на рюкзаках, купленных в нашем втором терминале, захваченном на полуострове. Купили, правда, не все. Некоторые командиры кулаков, что отправились с нами, после покупки костюмов совсем не заработали очков достижений, рьяно стремясь выполнить моё указание по прокачке бойцов и обеспечению им аналогичных защитных комплектов.

В городке мы не особо задержались, и сейчас, пока все проходили обучение, я взял Наталью, Бруно и Хвана и отправился с ними в административное здание этого городка, сосредоточенного на выращивании пищи и разведении рыбы.

Здесь же сидел задумчивый индеец, пристёгнутый наручниками к батарее во избежание казусов. Ну и бывшее правление города, вернее те, кто от него остался, — тоже были тут. Городок быстро сдался, стоило уничтожить пятёрку их командиров из числа Триады.

— Мистер абориген, ты свободен, — кинул я ключи индейцу. — Я своё обещание выполнил, нашёл тех, кто учинил резню в твоём племени и пролил кровь твоей семьи. Выследил, атаковал, убил. Трупы висят на фонарях — хочешь, снимай и забирай с собой, хочешь — оставляй. Лук твой остался в нашем лагере, тут уж прости. Если хочешь, могу тебе новый взять с запасом стрел и нож хороший. Просто знай, что мир намного сложнее, чем ты себе представлял. Хочешь узнать насколько — приди и спроси у меня или моих людей от лица своего племени. Или присоединяйтесь к нам. Впрочем, зная вас, вы никогда на это не пойдёте. Как бы там ни было — мы все на войне. И я надеюсь, что в этой войне мы станем добрыми соседями, а не теми, кто будет убивать друг друга. Я и мои люди будут уважать ваши границы, пока вы не нападаете и ведёте себя так, как и положено добрым соседям. За других людей сказать не могу. Надеюсь, вскоре моих сил станет больше, и я смогу говорить за всех людей, что живут в окружающих ваши племенные земли городах. А пока только так.

— Лук, стрелы и нож… Мне нужны они, — впервые за долгое время заговорил со мной индеец, отстёгивая наручники ключом.

— Принесут через несколько минут, можешь подождать в коридоре или у входа в здание, — кивнул я ему и отправил задание Роберто по внутренней связи шлема.

Индеец слегка кивнул и с каменным выражением лица покинул комнату, где сейчас будут озвучены условия жизни города с приходом новой власти. То есть нас — Круизеров.

— Уважаемые. Меня зовут Михаил, и я — лидер прибывшего к вам отряда. Отныне ваш город — наш новый аванпост на территории полуострова. Основная же наша база в данный момент находится в Майами, и именно с этой стороны к вам приедут наши люди. Военные, инженеры, электрики, слесари и другие крайне необходимые люди. Новый мир заставил всех нас стать в какой-то части солдатами и бойцами, но основная миссия вашего города и вас, жителей этого города — та же, что и прежде, — начал я им объяснять, что от них требуется, и увидел в их глазах удивление.

Один мужчина с пухлыми щеками, притом что он явно за последнее время похудел, даже поднял руку, чтобы задать вопрос.

— Да, слушаю? Представьтесь.

— Джошуа Лингва. Бывший начальник рыбного комбината… Вы собираетесь восстановить работу электричества, канализации и водопровода?

— Да.

— Лучше бы вам сделать это побыстрее. По моим расчётам, с нынешней погодой, мор рыбы может начаться в любой момент. Дожди немного помогли, но жара всё ещё слишком сильна — боюсь, кислорода в озёрах просто не хватит, а обогатительные кислородные установки перестали работать две недели назад, когда у нас закончилось дизельное топливо.

— Чтобы ускорить, велю пригнать к вам как минимум один бензовоз. В дальнейшем все системы будут восстановлены, но насчёт сроков ничего не могу сказать. Число высококлассных специалистов у меня ограничено, и они занимаются не менее важными задачами. Если вы сорганизуетесь и поможете им, то вам же будет лучше.

— Отлично! Спасибо! Наконец-то хоть кто-то задумался о более далёком будущем! — довольный мужичок сел, и я продолжил.

— Вам надо заниматься выращиванием рыбы, возделыванием полей, обслуживанием теплиц. О проблемах с электричеством и многих других трудностях мы поговорили. Ещё раз обращаю ваше внимание! Мои спецы помогут вам восстановить работоспособность основных городских систем, но большая часть работы всё равно будет на вас. Копать, заменять, заправлять, протягивать провода — это можно сделать и без высшего образования. Я рассчитываю на вас. На то, что вы сделаете всё, чтобы продовольствие производилось нескончаемым потоком и мы не голодали. И даже вышли по объёму производства на новый уровень. Отныне капитализм скорее мёртв, чем жив. Сбыт я обеспечу, если вы обеспечите производство. Взамен вы получите блага и безопасность. Это уже больше, чем могут предложить девяносто девять мелких правителей из ста, что появились вокруг вас. Я не буду долго рассказывать вам сказки о том, что может случиться с этим местом, если сюда вновь придёт какая-нибудь банда, не соображающая, как хрупок баланс и как тяжело восстановить популяцию рыбы. Делайте своё дело. Всё остальное мы организуем. С вас провести выборы нового мэра, ведь старый, как я узнал, был убит китайцами. Этот человек, выбранный вами, будет отчитываться об успехах и проблемах. Отчёты необходимо направлять господину Бруно — он отныне ваш лидер и несёт ответственность за оборону вашего городка, будет приезжать к вам с проверкой время от времени.

— У нас что, даже связь с другими городами появится? — удивился обгоревший рыжебородый мужик.

— Уже есть. Я знал, что китайцы пришли сюда, из ваших переговоров по радиосвязи.

— Вот тебе и защищённый канал… — посмотрел рыжебородый на ещё одного присутствующего.

— Позже обсудите всё это, — сказал я им, прекращая поток вопросов, и повернулся к моему доверенному лицу. — Мистер Бруно, вы можете получить все необходимые консультации по возлагаемой на вас миссии у Афины. Также в случае чего я, Наталья и Роберто, равно как и Хван, готовы оказать вам посильную помощь. С вас отобрать для начала как минимум две сотни бойцов, которые отправятся в охранение Плэсид-Лейкс на ближайшие трое суток. Ротация личного состава — каждые три дня. Постепенно охранный гарнизон должен возрасти до трёх сотен человек, а также полностью перестроить узлы обороны города с учётом возможности проникновения со стороны воды. Первые шесть дней здесь будет дежурить пять кулаков моей гвардии, в качестве прикрытия. Кроме того, вам нужно получить достаточно очков достижений для разблокировки возможности постройки базы и, собственно, её возведения на территории города с учётом консультаций Афины. Вам всё понятно?

— Так точно!

— Отлично. Господа — занимайтесь приведением города в порядок. И ещё, напоследок… Контакты с городками севернее у вас сохранились? Насколько дружелюбны наши новые соседи?

— Они на взводе… Были даже до китайцев. А с тех пор, как эти проклятые гады перебили многих их знакомых здесь, и вовсе замуровались и не выходят на связь. Да и эти чёртовы душегубы успели в один рейд сходить на север — говорят, человек пятьдесят убили… — ответил рыжебородый.

— Печально это слышать. Но таков наш новый мир… Спасибо, — поблагодарил я его и через Афину уже распланировал операцию по присоединению соседних городков. — На любые другие вопросы вам ответят мои боевые командиры. Всех благ и добро пожаловать, пусть это и не был ваш выбор, в нашу группу. Вы теперь часть Круизеров. Тех, кто оберегает общечеловеческие ценности прошлого и сражается за светлое будущее.

Да, скоро придётся ещё побыть немного «грязными захватчиками», отправляя боевые группы на север, к соседним городкам и отдельным участкам с домами. Ну а что поделать, если Плэсид-Лейкс буквально является первым городком на трассе, вокруг которой есть множество частных домов, жилых контейнеров, ферм и даже элитных вилл. И других источников не самых благонадёжных соседей с оружием в руках. Рано или поздно еда у них у всех закончится, и они пойдут собирать урожай с грядок, полей, ферм, теплиц и рыбохранилищ нашего города. Не убивать же их за это? Лучше уж добровольно пускай присоединяются, работают на нас и получают провиант, чем приходят с ружьём или винтовкой в поисках этой самой еды.

Хорошая новость здесь в том, что захватить эти городки будет несложно. Плохая же — в том, что здесь довольно внушительные территории, и такое ощущение, что даже собаки вооружены огнестрелом. Отправишь трёх бойцов в очередной дом на отшибе, а оттуда без разбору откроют огонь на поражение, и потом только трупы собирать командой зачистки во главе с командиром кулака придётся. А значит — никаких малых групп даже при посещении небольшого жилого и грязного контейнера с прописанными по этому адресу алкоголиками. Только полноценные военные отряды с щитами, в бронежилетах, под руководством носителя боевого костюма. Много мороки, большое расстояние, постоянные стычки с потенциальными психопатами… На это потребуется много человек и времени. Но это надо сделать обязательно, если я хочу иметь контроль над этой областью. Рейдеры из городов сюда сунутся очень скоро. Если уже не наведываются. И если живущие на отшибе местные будут работать на меня и предупредят о группе противника — мои ребята смогут приготовиться и противодействовать им со стопроцентной эффективностью. Дроны, предупреждения, снайперы, электричество и камеры наблюдения с вечно бдящей Афиной. Хотите нашей еды — приходите и торгуйте. Давайте то, что нужно нам, или валите к чёрту. Это суровый мир, и правила устанавливает сильнейший!

Кстати о сильнейших…

Я вышел на улицу, закончив разбор полётов с местными, и не спеша отправился к своим бойцам.

«Афина, ты рассчитала вероятность успешного набега на одну из баз с законсервированной военной техникой американцев?» — задал я ей вопрос, о котором уже давно думал, но никак не был готов рискнуть поохотиться на такую крупную рыбку.

«Я уже думала, вы никогда не спросите. Вывожу на экран имеющиеся данные!» — ответила мне Афина, и я присел на ближайший бордюр, погрузившись в оперативные и архивные сводки, собранные ей из всевозможных источников.

— Вот оно как… — оценивал я возможные варианты, коих было, к моему удивлению, очень много. Даже на этом полуострове имелось пять точек, но все они были отмечены оранжевым цветом повышенной опасности.

Градаций Афина в этот раз выбрала пять и учитывала в качестве задействованных в операции сил все пять сотен профессионалов, приехавших с Кубы. Зелёный — относительная безопасность в проникновении либо захвате данных объектов имеющимися у нас силами. Жёлтый — высокий риск столкновения, с жертвами с обеих сторон, но в конечном счёте мы должны одержать верх. Оранжевый — мы обязательно столкнёмся с суровым сопротивлением, и наши шансы на победу будут в лучшем случае пятьдесят на пятьдесят. Красный — наши шансы около нуля, и в целом нам в этой области лучше не появляться, ведь там активно перемещаются американские военные. Последний — чёрный цвет. Информации по этим военным базам и хранилищам нет. Мы знаем, что они существовали, из архивных источников, но что с ними случилось с начала конца — Афина не выяснила.

Ну… Так уж вышло, что я прагматик и не рискну репутацией Круизеров и жизнями прошедших со мной огонь, воду и медные трубы бойцов. Меня интересуют исключительно зелёные отметки. И ближайшая из них — почти в шестистах километрах к северу от Майами. Относительно недалеко от Атланты, в соседнем штате Джорджия. Открыл примечания Афины, почитал, что за база…

Склады с боеприпасами, списанное обмундирование военных США, склады стратегического хранения припасов, то есть сухпайков, так называемые MRE[1]. И, собственно, вишенка на торте — подземное хранилище вышедших из срока эксплуатации ракет практически всех классов. Разве что огромных и убойных ракет для поражения целей на расстоянии свыше трёхсот километров там не было. В любом случае — склад интересен, но не принесёт мне столь желаемых преференций. Наведаться туда можно, но совершать столь длительный вояж ради этого — не стоит.

Второй вариант оказался кладбищем самолётов… Двигателей там рабочих нет, но много недоразобранных списанных гражданских и военных бортов, что могут понадобиться для ремонта техники. А в остальном — металлолом.

Третья база… Вот тут уже другое дело…

— Хм, машинки прям со времён Вьетнамской войны и до «Бури в пустыне»… лёгкая и тяжёлая техника… Далековато, правда, аж в Техас придётся ехать… Но ничего, флот есть, можно и сплавать, а там на месте найти подходящую для транспортировки технику. Хм, уже звучит как план. Нужны бойцы, нужны водители, нужен маршрут и баржи да сухогрузы для перевозки всей этой техники… На Кубе мы сможем привести их в порядок, использовать запчасти из терминалов и перевооружиться… Сколько там единиц техники, условно пригодной к расконсервации?

«Пять тысяч четыреста сорок одна единица. Из них около пятой части — военный транспорт, а всё остальное бронетехника в том или ином виде».

— О, тут даже самоходные артиллерийские и миномётные установки есть… — заметил я примечание и подраздел в списке техники. — А ПВО есть?

«Исключительно устаревшее, не способное в полной мере справиться с новыми моделями реактивных истребителей и ракетными атаками. Впрочем, против дронов и вертолётов, а также некоторых ракет на вооружении таких стран, как Мексика, — они вполне смогут справляться, пусть и не со стопроцентной эффективностью», — отчиталась Афина, а я скривился.

— Всё-таки в ПВО придётся вкладываться через сборные заказы в терминалах, при помощи баз. Ну да ладно, этот вопрос на сегодняшний день единственный заставляющий меня нервничать. Архитектура обороны нашего воздушного пространства должна быть идеальной уже к тому моменту, как мы громко заявим о себе всему миру.

«Понимаю. Я держу на контроле возможные среди имеющихся у нас вариантов покупок через терминалы. Пытаюсь сбалансировать нашу воздушную оборону против различного типа воздушных угроз. Есть варианты, но цена реализации этих проектов слишком велика и потребует несколько десятков миллионов очков достижений. Я продолжаю анализ и сообщу, как только нам откроются достойные варианты».

М-да уж… Чтобы исполнить все свои хотелки, мне, видимо, придётся найти несколько миллионов лишних зомби. А иначе я понятия не имею, где искать средства для реализации всего лишь оборонной стратегии. Одной из её частей!

Кажется, надо перебросить хотя бы пару тысяч бойцов с Кубы из числа прошедших обучение и совершивших хотя бы первый рейд по Карибским островам. На островах как такового сопротивления слаженной армии никто не окажет. У меня такой ещё, к сожалению, нет… Но скоро будет.

— Афина, подкорректируй наши глобальные планы и внеси изменения в стратегию развития Круизеров. Приоритет зачисток островов от зомби и операций по захвату контроля над городами с терминалами в Карибском бассейне — уменьшаем на единицу. Приоритет обучения рекрутов и восстановления, ремонта и захвата судов для нашей флотилии — увеличиваем на один. Подготовку профессионалов и закупку боевых костюмов — увеличиваем на два пункта, а приоритетность приобретения техники в терминалах — уменьшаем до минимума. Дай команду собрать группу из пяти тысяч добровольцев для участия под моим руководством в масштабной зачистке от зомби Майами и других городов США.

«С учётом темпа набора добровольцев под командованием Бруно, наши силы составят более десяти тысяч человек уже к моменту прибытия лайнера с отрядом бойцов. Если же темпы прихода беженцев сохранятся, то численность будет даже выше. Подобный масштабный и быстрый рост будет способствовать созданию напряжённости с армией США, располагающейся в Майами», — предупредила моя помощница.

— Да и плевать. Мы действуем в рамках соглашения… Сколько костюмов они выбрали из терминала в китайском квартале?

«Восемнадцать. И с каждым днём число бойцов, накопивших необходимое количество очков достижений среди военных США, лишь растёт».

— Понятненько…

Скоро они вновь пересмотрят своё отношение к нам и посчитают нас угрозой… Но если у нас будет в разы больше боевых костюмов, да ещё и с тактическими шлемами, то они не рискнут воевать в таком случае и лишь усилят своё давление на другие независимые сообщества, присоединяя их к себе. Это очевидно. Надеюсь, к следующим переговорам мы обзаведёмся ещё парочкой козырей… В том числе став обладателями нескольких тысяч единиц армейской техники США. Даже старый джип с установленным на его крышу современным пулемётом или образцами вооружения будущего будет способен на многое.

— А ещё нам не помешали бы корабли тихоокеанского флота США… Правда, обслуживать их нам особо негде… А значит, надо это место либо построить, либо захватить… В любом случае — снова нам предстоят расходы… — подытожил я фронт работ и пошёл к своим бойцам, которые только что усилили свои возможности за счёт рюкзака. Маленькими изменениями куются большие победы…

Жизнь в постапокалипсисе это вам не в игрушки играть. За одни сутки порой может произойти столько, что хватит на воспоминания до конца жизни. А можно даже и целую книгу написать, что станет бестселлером. Или не станет. Что уж говорить о трёх днях, прошедших с момента получения второго терминала во Флориде? Количество дел, задач, столкновений, переговоров, миссий, начатых нашими доблестными отрядами, составило такое количество, что у меня голова пухла.

Я честно пытался выложиться по полной, используя эту возможность и время, что у нас имелось, для улучшения нашей ситуации. Спал урывками, лично вёл общение с разного рода делегациями, большая часть из которых, как я и предполагал, приходила скорее с ультиматумом, нежели с добрыми намерениями. В нас ощутили угрозу. И нашим соседям это не понравилось. Плюс ко всему американские военные таки успешно совершили несколько вылазок к военным частям, объединили многие военизированные отряды самообороны под своё крыло и успешно уничтожили две из четырёх здоровенных орд на севере города. А мы только готовились уничтожить рассадник зомби в южной части Майами. Уже могли бы давно отправиться и перебить их, но у нас было слишком много беженцев и не очень много проверенных бойцов, а число инцидентов с применением насилия между разными людьми, что жили на наших улицах, превысило все допустимые нормы!

Впрочем, это как раз было ожидаемо. Огнестрел, по крайней мере в виде вшивого пистолета, был у девяти из десяти людей, живущих на территориях, что мы контролировали. А контролировали мы немало! Тридцать два процента от выделенной нам южной части Майами. Могли бы захватить больше, но слишком много идиотов приходилось усмирять, а порой и ликвидировать. И что самое бесящее — если какой-нибудь нажравшийся наркоман начинал тыкать стволом в сторону нас, Круизеров, и «угроза ликвидировалась», то обязательно находились родственники или просто соболезнующие ушлёпку идиоты, начинавшие свои протесты с оружием в руках. Дважды приходилось подавлять «бунты» таких вот анархистов. Несколько раз проводили чистки, выдворяли людей, вносили их в базу как неблагонадёжных, по радио и прочим сигналам связи регулярно вели трансляцию о том, как важно действовать сообща и не нарушать законы. Без толку… Идиоты лишились эндорфиновых удовольствий — сериалов, игр, музыки и других привычных им развлечений, и стоило им почувствовать, что мир стал поспокойнее, а угроза где-то там, далеко, сразу же начали качать права.

В итоге — имеем что имеем. Разгребаем свои проблемы, зашиваясь от количества работы и трудностей. Почему-то на территориях под контролем американских войск таких инцидентов намного меньше. В любом случае — мы сами выбрали этот путь, когда запустили рекламу и призыв присоединяться к нам в поисках безопасного дома.

Ещё и с едой напряг… Накормить несколько сотен тысяч голодных и злых ртов — та ещё морока. Добытчики работали как могли, а я отправил уже пять экспедиций на внедорожниках и грузовиках в поисках складов с продуктами питания, зернохранилищ и тому подобного.

Были и хорошие моменты. Моя технология плавающих аквасолнечных батарей, собранная вручную на глазах у двух десятков инженеров, слесарей и просто рукастых ребят, — заработала. Они организовали целый цех, в который завезли материала на годы работы, и сейчас устроили ручную сборку таких вот панелей. Афина же помогала им их программировать, ускоряя процесс. В качестве чипов, регулирующих их стабильную работу, использовали те, что были в мобильных телефонах. В целом — ничего сложного. Только паять приходилось много и внимательно. В день работники успевали сделать от тридцати до сорока таких платформ и в лучах заходящего солнца выпускали на тест-драйв. Если всё было хорошо — они так и плавали, соединённые цепью изолированных кабелей друг с другом. Если возникали проблемы — доставали и исправляли неполадку. Пока что эти платформы, которые люди уже успели назвать «кувшинками», были не в своей финальной версии — не хватало самоочистительных станций-роботов, да и материалы использовались те, что находились под руками, а не те, что должны быть согласно плану. Это влияло на их долговечность. Но главное — работало. Люди радовались, когда эти «кувшинки» подключили к небольшой сети и в домах людей появилось электричество. Дальше будет больше — дальше будет лучше. Собирающие «кувшинки» соратники набивают руку и с каждым днём делают их всё больше, а процесс мало-помалу автоматизируют, чтобы это число увеличилось ещё больше.

С бойцами ситуация была неплохая. На мои пять сотен приходилось уже больше четырёх тысяч проверенных бойцов Бруно. И желающих не лазить по помойкам, а сражаться было намного больше, — но, к сожалению, у нас не хватало кадров. Именно с командирами была загвоздка. А просто нанять кучу ополченцев, которых никто не обучит дисциплине и не объяснит элементарные вещи, от которых зависит выживание не только их, но и соратников, — было глупостью. Поэтому мы пошли по схеме Кубы, когда в десятках появлялись командиры и заместители. Постепенно они разделялись, и замы сами становились командирами, а из числа бойцов, обученных настолько, насколько в этих непростых условиях это вообще возможно, выбирались новые заместители. Так, постепенно отпочковываясь, число наших бойцов росло. И даже с этими бойцами бывали проблемы, из-за их таланта и желания «показать, кто здесь власть». В общем, было тяжело всем. Особенно командирам. Они пахали наравне с остальными и физически, собственным примером вдохновляя бойцов, и умственно, участвуя в совещаниях.

И за все эти дни среди местных, кроме Бруно, свой костюм получили только шестеро человек, что были в этом городе на начало Алого Затмения. А вот мои ребята — моя гордость и отрада. За три дня они так вычистили все доступные районы, не суясь лишь в тот, где рядом с ещё одним терминалом поселилась воистину огромная орава тварей, что у каждого второго уже был собственный костюм. Теперь одни мечтали догнать соратников и обзавестись обновкой, а вторые — добыть ОД для рюкзака, как у командиров.

Неудивительно, что от всего этого хаоса я не выдержал и уснул, провалявшись в отключке больше десяти часов. Столько часов да в постели — роскошь в наши дни. Я бы и дальше спал, если бы Афина не сообщила, что через два часа прибудет на швартовку наш круизный лайнер с подкреплением на борту.

— Ох… голова чугунная. Есть таблетка? — задал я вопрос вслух, надеясь на чудо.

— В данных апартаментах аптечка была найдена и отправлена в лазарет. Прокладываю маршрут, — ответила мне Афина через радиоприёмник, и я начал одеваться.

— Побриться надо. Потерплю немного… — отложил я шлем и принялся приводить свой внешний вид в порядок.

Синяки под красными глазами, морщины, лёгкая слабость и головокружение… Не боевой у меня вид сейчас. Не боевой. Бойцы, жарясь в своих костюмах, тоже выкладываются на все сто процентов. И пусть сон у них по расписанию, но всё равно — в диком ритме живём. Без перерывов их эффективность упадёт… Благо хоть в Плэсид-Лейкс можно на дежурство отправить. Там попроще в последние дни… Ходишь в гости, стучишь карабином по двери, спрашиваешь, есть ли кто дома, и если есть — предлагаешь дружить. Если нет — выбиваешь дверь и проверяешь помещение, а потом группа местных пчёлок работает. Они к этой теме очень быстро адаптировались и с радостью занимаются разграблением. Или, правильнее будет сказать — спасением бесхозного имущества.

Нападений со стороны соседних городов я зря боялся. За всё время — только две залётные группы больше двадцати человек появлялись. Первая решила, что она крутая, открыла огонь. Так почти все и передохли, стоило подойти подкреплению и снайперам занять свои позиции. Со второй вышло получше. Состоялись переговоры, и выяснилось, что они разведка из лагеря беженцев Тампы. У них там что-то вроде городского самоуправления организовалось и стало самой большой группировкой выживших. Банд всяких хватало, но они за пределы города особо не лезли. Им и в городе было в кого пострелять и у кого добычу отнять. Договорились с ними сотрудничать и торговать по мере необходимости.

Вообще, они наверняка задавались целью оценить наши возможности и силы, ведь этот городишко — лакомый кусочек. А дальше командование их пускай решает, стоит ли контроль над этим городом риска. Мои ребята в боевых костюмах дали им понять, что не стоит. По крайней мере, Афина сказала, что воевать они не собираются по итогам разведки. Хорошо, когда у тебя есть уши, что слышат голос улиц в сотне километров от твоего местоположения. Это мой случай. По соседним городам экспансия пока не задалась — пытались миролюбиво навести мосты. Если начнутся сражения на разных фронтах, да ещё и на чужой местности, без укреплений и возможности отправить бойцов в помощь — мы станем не просто уязвимы, а рискуем потерять то, что уже есть. Так что пока укрепляем Плэсид-Лейкс и ждём подкреплений. А там уже начнём по-настоящему показывать, на что мы способны.

У нас нет танков, но в городе танки и не побеждают. Побеждают наиболее адаптированные к реалиям войны на городских улицах. И у нас было суммарно почти двести шестьдесят костюмов, в то время как у бойцов американской армии — всего сорок восемь. Превосходство в этом вопросе очевидно. И я надеюсь, они здраво оценивают риски и не пойдут на открытый конфликт с нами. Пусть мы и их, как они думают, вассалы или наёмники, но после получения подкрепления и рейда в Техас по крайней мере на этом полуострове мы станем одними из сильнейших претендентов на звание короля Флориды.

Я вытер лицо чистым полотенцем — тоже роскошь, доступная лишь командирам, — и отправился на улицу. Отряд для встречи уже собирался и строился. Нужны были местные пчёлки, что разгрузят боеприпасы и товары, которых на Кубе хватает, а здесь — в дефиците. Бойцы готовились выйти вперёд и обеспечить безопасный периметр в той части порта, которую вчера формально захватили Крушители, но фактически от их сил и войск там было пятьдесят человек, оставленных в охранение. Я честно пытался с ними договориться, но эти засранцы, почуяв выгоду, решили сделать всё возможное и захватить небольшую полосу города вдоль берега. И их не смутило, что шли порой по уже зачищенным нами докам с нашими отметками. Да, людей я там не оставил после зачистки — они были нужны в другом месте. Но всё равно Крушители могли хотя бы попробовать с нами договориться и уж тем более пойти нам навстречу, когда я вежливо попросил их освободить часть порта, которую мы будем использовать для переброски грузов. Из Майами тоже ведь надо вывозить много товаров… Их, к слову, уже погрузили на грузовики, а техники и водители уже проверяли транспорт перед марш-броском с западной части южного Майами, где была наша база, на восточную, к порту.

— Добрый день, Михаил! — поприветствовал меня подбежавший доктор в белом халате и тут же начал задавать целую кучу вопросов и завалил меня просьбами достать то какое-то лекарство, то оборудование, то выделить линию электричества отдельно для его обители медицины…

— Запрос Афине подали, мистер Коруэл?

— Подал, но ответ меня не порадовал… Она не считает, что это вещи первоочерёдной важности…

— Значит, это вещи не первоочерёдной важности. И есть у нас проблемы поважнее. Угроза голода, угроза зомби, угроза других группировок, рейдеров и мародёров. Вы главное поверьте — если запрос подан, он не будет забыт. И если кто-то из добытчиков найдёт то, что вам надо — Афина об этом узнает и обязательно велит отправить вам. С электричеством пока ничего не могу обещать. У нас с этим большие проблемы. Мы не вырабатываем даже процента от необходимых мощностей… Придётся набраться терпения, — похлопал я его по плечу. — Дайте мне лучше таблетку от головы. Я, кажется, переспал…

— Надо давление померить…

— В порядке оно. Сто двадцать на восемьдесят один. Почти идеальное, — ответил я ему, ведь Афина эти показатели мерила в режиме реального времени благодаря собственным возможностям и технологиям, встроенным в шлем.

— Хорошо, что измерили! Все бы так следили за своим здоровьем. Секунду… — Он отправился к ближайшему столику и начал рыться в тумбочке. Не так он должен хранить таблетки, но будем думать, что он просто не успел привести всё в порядок.

Пока было время, я отправился в штаб и проверил строительство новых зданий нашей базы. Рядом разбирали повреждённые и сгоревшие дома обычные работяги, которые за интенсивный труд получат двойную пайку сегодня. Не каждому повезло получить это задание. Сюда Афина позвала только самых лучших и трудолюбивых. Чтобы работа была сделана быстро и качественно. Ведь в среднем здание строится от суток до трёх. И варианты построек довольно обширны, но нас в первую очередь интересуют высокоранговые здания, которые откроются только после постройки самых простых. Нам нужно много чего, и для этого потребуется много очков достижений. Так что после прибытия подкреплений не будем тратить время вхолостую — сразу построимся в боевые порядки и пойдём зачищать южную часть Майами. Сто тысяч зомби только в основной орде — это несколько сотен тысяч ОД. А рядом с ними разбежались и забились в углы, ожидая еды, ещё как минимум столько же. А уж сколько авторитета и уважения среди местных мы получим, не говоря уже о территории, на которой можно получить большое количество ништяков и полезностей… Все ждут не дождутся возможности отправиться на сбор.

— Поехали! — скомандовал глава колонны, которого назначил Хван. Заревели моторы, открылись укреплённые бронированные ворота, и немногочисленная военная техника — равно как и многочисленная гражданская — покинула территорию нашей базы.

С собой я взял три сотни бойцов моей гвардии и две тысячи людей Бруно. Больше нельзя было брать, ибо на оставшиеся отряды и так приходилось огромное количество вооружённых выживших, что могли в любой момент превратиться из добрых и милых соседей в бунтующих и палящих во все стороны анархистов. Увы, такая у нас сейчас реальность. Но это ненадолго…

Сопротивления местные стражи не оказывали. Понимали, что если откроют огонь — их ждёт лишь смерть. Но пообещали, уходя, что так просто этого они не оставят. Боюсь-боюсь…

ВУ-У-У-У! ВУ-У-У-УУУУУУУУ! — просигналил заходящий в порт лайнер, на борту которого красовалась огромная надпись «КРУИЗЕР № 1» и наш символ…

Хех, раз есть Круизер номер один, то должен быть и номер два, верно?

— Афина, я чего-то не знаю? — спросил я.

«Мы успешно выполняем ваше указание, господин, и всеми силами расширяем наш флот. Для этого мы используем любые доступные методы, начиная с ремонта устаревших либо отправленных на обслуживание в доки судов, и вплоть до их захвата у прежних владельцев. „Круизер № 2“ дрейфовал в море, когда его заметил один из рыбаков, выбравшийся дальше обычного, и сообщил о своей находке. Был выслан катер береговой охраны с элитным отрядом во главе с нашими старшими офицерами, оставшимися на Кубе. И вот результат — корабль приведён в движение и уже находится в порту Мариэля».

— Прежние владельцы… Зомби?

«Всё верно».

— Тогда мы можем считать себя счастливчиками…

«Всем выжившим на „Круизере № 1“ повезло лишь в одном. Вы были в тот день на борту. Я провела несколько симуляций и выяснила, что вероятность спасения лайнера в обычных условиях составляет лишь 1,2 %».

— Печально… И повезло, что второй лайнер течением не прибило куда-нибудь или на мель не выбросило…

ВУ-У-У-УУ! ВУ-У-У-УУУУУУУУ!..

Раздались гудки лайнера, и мы увидели наш боевой суперлайнер, входящим в порт.

— ДА ЗДРАВСТВУЮТ КРУИЗЕРЫ! — донёсся голос капитана лайнера через рупоры по всему кораблю, привёзшему моих бойцов.

Настало время перемен на этом плацдарме.

Местом временного штаба в этой части порта стал Терминал «F», расположенный практически в самом центре небольшого острова, к которому могли единовременно причалить с десяток круизных лайнеров и контейнеровозов.

Этот порт был третьим в Майами, если не считать частных причалов, чьё количество переваливало за несколько тысяч. Он был самым мелким, и здесь в основном именно туристические корабли в прошлом и причаливали. Вообще — местечко было очень даже симпатичным. Особенно если не обращать внимания на разруху, следы пожаров, груды мусора, битого стекла и временами плавающие в воде «поплавки» в виде надувшихся трупов… Что поделать — в таком мире живём. Даже морские падальщики столько не съедают…

Так вот, если не смотреть на эти следы постапокалиптического счастья анархиста, то вокруг — лепота! Любо-дорого смотреть!

Я пока следил за выгрузкой бойцов, припасов, техники, боевых машин как изначально военного направления, так и переоборудованных кубинскими мастерами постап-тюнинга. Навесные шипованные ковши, металлические штыри, приваренные к стальным колёсным дискам, сетка вместо стёкол, люки в потолке для дополнительной позиции ведения огня по неприятелю. Переделывали всё, до чего только дошли руки. Выгребли треть нашего имущества с Кубы из числа военной и околовоенной техники. Из минусов — она вся была старая. Как сама техника, так и переделанные автомобили и грузовики.

Я успел провести несколько встреч, получил десяток расширенных докладов о состоянии наших дел на контролируемой части острова и сделал сразу несколько громких заявлений как для прибывших кубинцев и прочих добровольцев, пришедших сюда по моему зову, так и для тех, кто остаётся на лайнере и скоро отправится обратно.

Скоро — но не сразу. Корабль пробудет в порту трое суток. И стоять он здесь будет не просто так.

— Роберто, дуй к капитану лайнера. Сформируй с ним отряды обороны. Здесь два въезда на остров, плюс легко подплыть на маломерных судах. Неприятелей у нас хватает — будет обидно получить пробоину из-за подрыва. Так что дежурим круглые сутки, блокпосты ставим на мостах, на развязках шоссе, в других удобных местах. Ни одна крыса сюда не должна пройти, когда я с армией уйду.

— Сделаем, босс, — кивнул мой друг и помощник, разминая при этом вспотевшее тело. — В этом костюме — просто ад… Жарко до ужаса, как вы только терпите так долго…

— Я часто окунаюсь в воду. Только с пирса не прыгай — тут акулы. Давай дальше по твоим задачам и остающимся членам экипажа. Возьми человек двести из основного лагеря в грузчики. Мы начнём таскать из города всё, что нам надо. Электроника, станки, материалы, одежда и так далее. Пчёлки, которых привезли вы, с собой получат каждая по шлему и будут руководить этими грузчиками, указывая, что брать нужно, а что нет. Шлемов на всех не хватает, придётся снимать офицерские. Убедись, что это будут те, кто уходит отдыхать с дежурства.

— А как они поймут, что нам нужно, а что нет? Сами решат? — посмотрел на меня непонимающим взглядом Роберто, и я ещё раз постучал по шлему. В этот раз своему. — Шлем? А, Афина!

— Я уже испугался, что ты подхватил вирус идиотии. Да, Афина в режиме реального времени при помощи нагрудных камер, что носят пчёлки, будет отмечать степень приоритетности сбора того или иного материала. Собирать будут всё — и брошенные, сломанные машины, и аккумуляторы, провода, гвозди, шурупы, куски металла, оборудование…

— Понял. Босс, а не лучше ли сюда основную базу перенести? Здесь всё больше подготовлено. Как-то попроще будет развить…

— Не проще, — ответил я ему, рубящим жестом руки показывая, чтобы он даже не думал в этом направлении. — Это клоака. Где мы далеко не самый сильный отряд. Нас могут зажать, предать, взорвать, отравить… Чтобы сделать это место, этот город практически полностью безопасным — придётся половину этого города снести и перестроить. У нас нет на это ни сил, ни времени, ни ресурсов. Куба же… Кому она нужна, когда рядом бегают с автоматами кочевники двадцать первого века?

— А генерал Сантьяго? И другие кубинцы… Мы их что, того?

— Как только закончим основную фазу размещения аванпоста Круизеров здесь и закрепимся так, чтобы нас не вынесли в моё отсутствие, — да. Кого-то, как ты выразился, мы «того», а кого-то, я очень надеюсь, что ему хватит мозгов, — возьму на службу. Талантливых генералов не особо много, знаешь ли. Особенно тех, что имеют авторитет и свою армию. Лучше нам будет объединиться. Это удвоит наш военный резерв и поможет практически бескровно захватить Кубу и весь остальной архипелаг. О! Ну неужели добрались…

— Кто? — удивился Роберто.

— Босс! — В кабинет управляющего, где я сидел и по душам разговаривал, время от времени смотря сквозь прикрытые жалюзи за тем, как идёт разгрузка судна и личного состава, вбежал один из командиров десятка. Я даже помнил, как его зовут… Вообще стараюсь всех помнить, но несколько сотен человек, о которых не так давно впервые узнал, в памяти не удержишь. Хорошо, что есть Афина, которая мне всегда подсказывает, как зовут моего собеседника, выводя имя над его головой, когда я в шлеме, а иногда и личное досье на человека показывает.

— Что такое, Жан?

— Там боевой отряд Крушителей прибыл, у дальнего блокпоста, на въезде в порт у нашего блокпоста остановились… Требуют вас, извинения и немедленно покинуть их порт…

— Это вот этот порт, что ли?

— Ну, да… — улыбнулся Жан, понимая, как комично звучат их требования.

— Что-то я тут ничего от них, кроме оставленного мусора, не вижу. А знаешь, впрочем, отчасти они и правы. Иди встреть их и сопроводи их боевую группу сюда, к терминалу. Принесу им свои искренние, как они и просили, извинения… — Мой голос, полный сарказма, говорил о том, что Крушители от этой встречи не будут в восторге.

Я поднялся, выпил кофе из термоса, сунул его, полупустой, в рюкзак, закрепил его на спине и отправился к лестнице, ведущей на первый этаж. Пара лестничных пролётов — и я уже стоял в холле, в окружении моих офицеров, моих соратников и собратьев, которые, сидя в довольно удобных светло-зелёных креслах зала ожидания, раздавали указания своим бойцам. С Афиной и нагрудными камерами, установленными у каждого седьмого бойца, это можно было делать, даже не вставая с постели. Пока у каждого седьмого… Закончим зачистку — вернёмся в наш основной район и доустановим ещё пару сотен. Не были они готовы, к сожалению… Кстати — большую часть камер удалось заполучить на складе полицейского участка, там же, где и броневик их был нами экспроприирован.

Я стоял и смотрел сквозь стеклянные двери, как идёт резко уплотнившийся и вцепившийся в оружие боевой отряд, призванный привести меня к ответу за мою наглость.

— Идут… Ничего себе, грозные какие… Сколько их? Триста спартанцев? — прикинул Роберто.

— Почти пять сотен. — Хван надел шлем и подключился к офицерскому каналу. — Думали, что если отправить свою элиту, экипированную по максимуму, то этого хватит, чтобы мы одумались? Или что вообще себе думал их командир?.. Не понимаю.

— Босс, если что, я закончила разгружать всю бронетехнику, могу подскочить для вразумления… — подала голос Наташа.

— Наталья, не обращай внимания на этих проходимцев. Выводи технику из порта. Мост узкий, захламлён всякими корытами — пока растолкаете, пока проедете к широким улицам — много времени пройдёт, а нас ждёт очередной марафон зачистки. Кстати, ты выслала группу следить за движением орды?

— Да, сразу как только Афина провела первичную разведку дронами…

— Вот и хорошо… Роберто, пригласи десятерых из них. Больше сюда звать — только воздух зря переводить.

— Принял.

— Хван, ответить на твой вопрос? — обратился я к будущему «генерал-губернатору» полуострова Флорида. Если, конечно, нам хватит сил и возможностей его захватить.

— Чего они хотят добиться? Да, если не сложно.

— Этот отряд — глянь на них. Элита. Все экипированы, у каждого холодное и огнестрельное оружие. Здоровые, как кони, высокие… Они поняли, что у нас идёт что-то серьёзное: лайнер приплыл, и мы почти половину своих войск с собой взяли, включая обладателей костюмов. Нагло заявились на их территорию. Какой вопрос возникнет у тех, кто отправил сюда этих людей?

— Какого чёрта здесь происходит?

— Верно. Вдобавок ко всему — он должен ответить, дабы не допустить ущерба своей репутации. Но ответить не стрельбой или войной, ведь он это не потянет. Он знает это — нас больше, мы сильнее и лучше обучены, а если он отправит всех своих бойцов, чтобы набрать паритет по количеству — то половина из них сбежит после первых же выстрелов. Он, как лидер этих людей, который ДО СИХ ПОР ими управляет и не был свергнут своими сподвижниками, прекрасно это знает. Не знал бы — не правил бы Крушителями.

— Тогда это что, дипломатическая миссия?

— И разведка. Он хочет показать силу своего войска, чтобы мы не вздумали просто перебить их как щенков — ведь тогда и мы понесём потери, как в людях, так и в репутации. Да и если подобное случится — это уже будет повод позвать папочку…

— Нашу армию… — задумчиво произнёс американский кореец.

— Нет. Армию США, — поправил я его и посмотрел так, что он мгновенно опустил взгляд в пол, понимая, какую глупость сказал.

— Понял. Он хочет поторговаться и узнать, что здесь происходит…

— Чтобы продать эту информацию армейцам. Вполне возможно, что они же ему и сказали отправить бойцов, дабы те выудили как можно больше информации. Впрочем, мы никакого секрета из этого и не будем делать… — Я прекратил говорить и откинулся на спинку кресла.

Перед дверью проехал один из трёх наших танков, направляющийся к мосту, в сторону города.

Да, танки Кубы по договорённости с генералом Сантьяго уходили к нему, даже если бы мы их нашли на своих землях. А среди бронетехники, полученной за пределами Кубы и успевшей переместиться к главной базе, только три были на ходу… Да и то два из них были из чьей-то частной коллекции, а ещё один — демонстрационный образец одной мелкой и разрушенной военно-морской базы США, на которую мои круизеры-налётчики наведались несколько дней назад.

Танк на повороте слегка промахнулся и въехал в фонарь, после чего рывками стал дёргаться и поворачиваться… Да уж, танков всего три, а вот обученных экипажей — ещё меньше.

Я слегка поёрзал, оценивая, не перевернётся ли от моего веса кресло. Нет, всё хорошо. Крепко стоит на ножках. Рюкзак немного мешал выглядеть невероятно расслабленным, но в целом не проблема. На него и опёрся по итогу. Десяток переговорщиков, и у половины из них взгляды полны удивления и шока… Особенно при виде бронетехники и экипированных не хуже, чем армия США, моих бойцов, которых было уже в три раза больше, чем они ожидали увидеть…

В общем, они явно нервничали. Даже те командиры, которые стояли с каменным выражением лица.

Роберто вытянул руку со стальным копьём и остановил их. До меня оставалось около десяти шагов. Вокруг были закованные в боевые костюмы и шлемы будущего бойцы, которые их попросту игнорировали, сосредоточенные на собственных задачах и подразделениях. Вокруг стоял небольшой шум и гам, поэтому первая попытка их командира представиться оказалась провальной. Голос, как говорится, дал петуха.

— Громче говори. Не школьник на первом свидании, — сказал я ему, окончательно обрушивая его авторитет в глазах окружающих.

Мог бы быть и более дипломатичным, но иногда дипломатия — это не только договариваться и любезничать со своим оппонентом. Иногда это значит и отстаивать свои права и интересы, наплевав на собеседника, его гордость и честь.

Услышав подобное обращение, он прокашлялся и посмотрел на меня злобным взглядом, после чего решил, что я недостоин уважительного обращения.

— Ты лидер Круизеров? Впрочем, неважно, шлем ты не снимешь, ведь трясёшься за свою жизнь, как и все твои люди. Я пришёл сюда услышать извинения вашего лидера и узнать, когда вы все уберётесь с нашей земли.

Смешно было наблюдать за реакцией людей, что пришли вместе с этим «дипломатом». Страх, возникший на их лицах, когда он заговорил. И облегчение, когда я рассмеялся, услышав эту «шутку».

— А-ха-ха-ха. Забавный… Ты хочешь моих извинений? Что же, я извинюсь… — Я поднялся с кресла и подошёл к командиру отряда Крушителей, после чего положил руку ему на плечо и начал медленно на него давить, постепенно прибавляя силы. — Прости же меня, о могучий воин, что я пришёл и захватил твои земли… Если бы я только знал, что они принадлежат тебе… Может, документы какие-то у тебя есть, о гроза живых и мёртвых? Что-то я не наблюдаю у тебя папок с бумагами… Видимо, всё, что у тебя есть — это жалкая кучка вооружённых людей и убеждённость в том, что твой босс всё ещё сильнейший глава крупнейшей группировки, подчинившейся могучей армии США! Прости, что я создал у тебя и у него эту иллюзию своей слабости. Прости, что мне придётся открыть тебе глаза на то, какое место ты и твои бойцы занимаете в местной пищевой цепи…

Я добавил силы и вцепился в его ключицу. Он стоял прямо, как металлический столб, но как только его ключица не выдержала и сломалась от моей стальной хватки, он дёрнулся и рухнул на одно колено.

— Прими мои извинения за то, что я так поздно указал тебе твоё место. Возвращайся к своему боссу и передай ему мои слова… Запомни их хорошенько. И другие твои люди, которые почему-то до сих пор считают себя выше тебя, пусть запомнят…

— Чего вылупились? На колено, а если не можете стать — я лично помогу! — сообразил Роберто и рявкнул на них, а следом поднялись и мои офицеры. На самом деле, хватило бы и одного лысого мексиканца, но когда видишь много чудовищно сильных и опасных людей, как-то легче принять столь важное для себя решение о сохранении жизни.

Я ждал, пока последний из них не окажется на колене. Самым гордым помогли оказаться на одном уровне в их командиром. Слушал скрежет зубов лидера этих людей, видел, как переживают их бойцы, но не дёргаются, стоя под прицелом десятка пулемётов и нескольких тысяч бойцов. Да, ребята среагировали быстро. Очень быстро… И я рад тому, что мои офицеры сразу разобрались в происходящем и выслушали указание, данное Афиной на всех частотах нашей закрытой внутренней связи.

— Ты хотел извинений. Ты их получил. Чтобы ты понимал — нас не интересует никто из вас. Ваши базы, ваши люди, ваши проблемы. Их хватает у каждого. Нас интересуют зомби. Нас интересуют ресурсы, которые нужны для их уничтожения. Мы не трогаем людей на нашем пути, а желаем им хорошего дня. Но если эти люди достают оружие и преграждают нам путь, мешая идти в будущее, где вокруг не будет зомби, — то это не люди, а ублюдки. Убийцы, грабители, насильники, маньяки и психопаты, считающие, что я буду им уступать и извиняться за то, что прикладываю, сука, все силы для зачистки и спасения этого города от участи тысяч других, уже уничтоженных в жестокой мясорубке с гнилыми тварями. Таких ублюдков я убиваю. Без жалости. Без тени сомнения. Давлю, как надоедливое насекомое, что маячит перед глазами. Я уважаю таких же, как и я. Но ненавижу идиотов. Так скажи мне, кто ты? Кто твои люди? Бойцы, которые желают сделать эту долбаную жизнь для всех нас хотя бы немного лучше? Или твари, которые думают лишь о собственной шкуре да сытом желудке? Ты жужжащая навозная муха, вонючий клоп, въедливый клещ или всё-таки воин?

— Я… Воин!

— Воин? У тебя хорошая экипировка. Ты её сам приобрёл или получил за свои заслуги? Скольких зомби ты убил, воин?

— Десятки, — гордо задрал голову мужчина, пытающийся подняться с колена, несмотря на боль сломанной ключицы.

— Хе-хе-хе-хе… — рассмеялся один из моих офицеров.

— Ха-ха-ха… — поддержал его второй.

— Воин! — передразнил его третий.

— Что смешного… — проглотил он оскорбление и так и не закончил фразу.

— Смешно, что ты так гордо ставишь себя в ряды воинов… Жан, сколько зомби ты убил?

— Две недели назад, когда дошёл до сотни — прекратил считать, — ответил стоящий за спинами делегатов боец.

— Хавьер? — повернулся я к другому.

— Три сотни будет, и ещё столько же под вопросом. Я в кубинской мясорубке на заправке за пулемётом стоял… Там непонятно, сколько сотен я покрошил… Пули кучно шли.

— Гомес?

— Полтысячи вчера перед отплытием праздновали, сеньор Михаил!

— Роберто?

— У меня суммарно чуть больше десяти тысяч очков достижений… Значит, тысячи три… Минимум.

— Вот так вот, воин… С такими показателями ты бы у меня в лучшем случае командиром кулака из девяти новобранцев был. Так что поднимайся и иди. Передай своему боссу, что тот, кто мешает делать этот мир лучше, бросает вызов этому миру. Не каждый справится с подобным вызовом. Что-то мне подсказывает, что и он не потянет.

Была у меня мысль взять их и заставить прямо здесь и сейчас «служить», показать, какие они воины, присоединив насильно к зачистке кварталов, поставить в авангард… только вот… Они хорошо вооружены и сильны, но не обучены как следует. Это задержит наше наступление. Ограничит время зачистки районов. Нам предстоит много работы, и начнём мы её с того, что двинемся в сторону орды. Займём удобную позицию, одну из трёх, что выбрала Афина, и приманим тварей, после чего уничтожим южную угрозу Майами. И начнём великую охоту за остатками тварей. Мои бойцы с радостью отправятся уничтожать их, чтобы заработать достижений. Ну и заодно это поможет Афине разведать эту часть города, сделать отметки о важных точках и базах, полезных объектах инфраструктуры. И вот именно туда мы уже и пойдём целенаправленно, захватывая и беря под свой контроль всё то, что нам так нужно. Что-то останется здесь, что-то погрузим на лайнер и отправим обратно. И затем, когда мы выполним свою часть сделки по охране Майами, — мы займёмся всеми теми, кто как тот крылатый легион замуровался в своих кварталах и медленно, но верно тягает различное добро к себе. Настанет время принимать решение — либо на нашей территории они живут по нашим правилам… Либо не живут.

— Свободны, — разжал я руку и позволил мужику подняться.

Я выключил внешние динамики и обратился к Афине и Наталье.

— Афина, на тебе в полной мере реализация плана по освобождению южного Майами, работа с интерактивными картами добычи, формирование групп «пчёлок». Как только исчезнет угроза — из всех щелей высунутся десятки, если не сотни тысяч человек. Они будут тащить всё, что попадётся им на глаза. Нам надо успеть забрать то, что нужно для реализации всех первоочередных планов.

«Можете на меня положиться! С учётом наличия развитой базы на лайнере, я могу использовать излишки мощности серверов штаба. Моих сил, пока он здесь, более чем достаточно для мультиконтроля сотен тысяч единовременных задач», — ответила мне моя драгоценная виртуальная помощница.

— Это хорошо. Потому и не трогаем корабль… Наташа, когда закончишь с переброской бронетехники, к тебе у меня будет другое задание — по твоему профилю.

— М-м-м? Умеешь ты меня заинтриговать, — ответила девушка.

— Надо наведаться к нашим добрым соседям. Начиная с небольших групп вроде Итало и прочих полулегальных банд, и заканчивая большим местным боссом — полковником, давшим нам право здесь немного побезобразничать…

— Я, конечно, не дипломат. Но убеждать умею. Вопрос лишь один — в чём мне их убедить?

— Конечно же, в том, что нас бояться не стоит. Слухи разойдутся в ближайшие несколько часов. Наша армия, от которой у всех них в ближайшие часы начнёт зудеть в причинном месте, уйдёт из города сразу же после его зачистки… Только не говори им, что зачистка подразумевает под собой не зомби, а те ценности и блага, ради которых мы сюда изначально и прибыли…

— Что же… Я выиграю нам столько времени, сколько вообще возможно. Может, после нашей славной победы организовать что-то вроде совета с другими видными командирами города?

— Хорошая идея! — согласился я с ней. — Назовём это Саммит Мира в Майами.

— Но бойцы ведь не отправятся обратно на Кубу? Да?

— Не буду раскрывать все карты… Оставлю небольшой сюрприз для тебя. Поверь мне, тебе понравится. — Я не стал говорить, что сразу после зачистки нашей части города и вооружения бойцов комплектами боевых костюмов мы займёмся укреплением уже имеющихся территорий. Но всё это будет делаться силами Бруно и его гвардии.

В то время как мои пять с половиной тысяч элитных, закалённых в крови врагов молотобойцев отправятся вместе со мной на добычу стального легиона.

Бронекостюмы — это хорошо. Но для захвата полуострова — потребуется и бронетехника. Много бронетехники.

— Эй, Пакита, что ты там еле ластами шевелишь! Давай активнее, нам ещё четыре дома проверить до конца часа! — издевался над молодым салагой уже опытный боец, видя, как тот готов выплюнуть лёгкие.

Ещё бы, ведь только что Паките, как самому молодому, дали задание проверить все десять этажей здания и выяснить, есть ли в нём зомби. Процедура несла минимум риска, так как следы выживших виднелись на трёх этажах этой столь редкой для Майами высотки. А значит, здесь были не просто выжившие, но и добытчики. Столько времени выживать, живя рядом с зомби в соседней квартире, никто бы не стал.

Да и граффити с названием банды и требованием убираться всем, иначе застрелят, — были весьма красноречивы.

Единственное, о чём мы переживали, — это о том, что среди выживших найдётся какой-нибудь обдолбавшийся наркоман или пьяный в хлам индивид, что не соотнесёт риски с заполонившей улицу техникой и вооружёнными бойцами и начнёт палить. Этой ночью подобное уже, к сожалению, случалось. И именно против таких кретинов у наших передовых отрядов имелись камеры. Командиры в бронекостюмах шли среди первых, а Афина оценивала внезапные атаки, чтобы спустя мгновение передать примерные либо точные координаты стрелка нашим снайперам.

Все снайперы были в боевых костюмах да с шлемами, обеспечивающими связь с Афиной и другими отрядами, их задачи были ясны, просты и понятны. Они не стреляли по зомби. Они уничтожали реальную угрозу из числа наших врагов — людей, ставших озверевшими демонами, что не считаются со своей жизнью и безопасностью окружающих. Жалкие твари, но они были, есть и будут встречаться на нашем пути ещё не раз. Один такой ублюдок может уничтожить десяток бойцов, застав их врасплох, — швырнуть взрывчатку, к примеру. Поэтому мы не церемонимся. Встретились, представились, сообщили о военной операции, потребовали не мешать и сидеть в укрытии. Не понял голоса разума, взял в руки оружие и начал огрызаться? Отдавай пушку и сиди тихо. Направил оружие на бойца? Сдохни.

Естественный отбор в самом чистом виде. Идиоты, не способные понять, когда их понты и стволы не стоят ничего, — умирают и превращаются в очки достижений для моих бойцов. А их оружие и припасы перекочёвывают в карманы, становясь законной добычей парней.

Мы шли квартал за кварталом, освобождая нужные нам позиции для будущей вечеринки с зомби. Долго выбирали локацию для битвы. У каждой были свои плюсы и минусы. В итоге остановились на самой сложной с технической точки зрения. Местом будущей битвы мы выбрали очень интересный квартал, который я даже не смог с ходу соотнести с одним из многочисленных районов города, ведь он находился на стыке сразу нескольких из них.

Этакий закатанный в бетон и застроенный магазинами, торговыми центрами, обслуживающими зданиями квартал. Из особенностей — здания с южной стороны практически все срослись друг с другом и выглядели для будущей толпы зомби подобно стене высотой от трёх до десяти метров. Лёгкий доступ к крышам, дополнительные бойницы для стрельбы по зомби из окон — весьма удобная преграда для сокращения числа немёртвых тварей. Этот квартал от других отделяла ещё и небольшая, пятиметровая полоска воды в виде технического канала, через который шло шесть мостов в нашу сторону, но три из них — в одном месте, что фактически превращало их в единый рубеж обороны. Глубина канала была не слишком большая, и зомби наверняка возьмут штурмом эту водную преграду, но для нас это не проблема.

Проблема в том, что с других сторон проникнуть и окружить нас можно было без каких-либо особых проблем. Пришлось немного потратить времени, чтобы заблокировать автомобилями и нашей бронетехникой подъезды к кварталу со стороны сто тридцать шестой улицы, что огибала этот район.

Вообще, при взгляде на этот практически не разграбленный из-за большого количества зомби район у меня чесались руки поскорее всё выгрести отсюда. Тут было очень много торговых центров и различных заведений, в которых гарантированно имелась столь нужная для нас техника. Мой штаб так вообще разместился на крыше огромной крытой зарядной станции для электромобилей. Афина, стоило мне сюда войти, отметила знаком повышенного приоритета девяносто девять процентов техники, что здесь имелась, равно как и сами электромобили. И тот факт, что почти всё вырубилось, а в паре мест даже случился пожар, её не расстраивал. Сломанная электроника выкинется или отправится на хранение в ожидании переработки и извлечения редкоземельных металлов, а вот само оборудование, кабели высокого напряжения, ремонтные станции — они все нужны нам как воздух.

— Шевелитесь, парни! — командовал Хван, стремящийся проявить себя в зачистке этого города. — Уберите этот мусор — он будет мешать стрелять по зомби. Джон! Ты должен был перетащить это сгоревшее корыто к воротам ещё пять минут назад! Где твой десяток?

— Здесь очень много ресторанов с хорошим оборудованием, — подошёл ко мне Роберто. — Магазины одежды, игрушек, товары первой необходимости, косметика, магазины электроники, не убитой во время Алого Затмения. Мы это всё будем вывозить или сделаем здесь наш форпост? Лучше места и не придумаешь… — Он правильно оценивал перспективы этой позиции не только для уничтожения зомби, но и контроля этой части города.

— Согласен. Место хорошее, хоть и без терминала. Удобно защищать, контролирует крупное шоссе, много полезного оборудования уже находится на месте, что упрощает развёртывание лагеря. Да и других таких мест по пальцам пересчитать можно в этой части города. Аэродром Хомстед-Бейс, госпиталь, где появился терминал, Палметто Бей на побережье и парочка отелей по городу да другие, такие же торговые кварталы, как и этот, только без «стены» и естественной водной преграды.

— Ещё стадион для гонок NASCAR тут есть. Но он на отшибе…

— Да, на отшибе. А всё остальное пространство этой части Майами, доставшееся нам, занимают виллы, дома, коттеджи, построенные так плотно друг к другу, что даже зомби придётся втянуть живот, чтобы протиснуться. И так девяносто девять процентов этой части города застроено. Я думаю, мы оставим здесь небольшой блокпост и перекроем шоссе и улицы, проходы между домами. Чтобы все, кто пойдёт на север Майами, были вынуждены проходить досмотр и контроль с нашей стороны.

— Как скажете, босс. Сейчас быстренько зомби перебьём, а там и решите, что забираем, а что оставляем для будущего блокпоста или аванпоста. — Роберто ушёл довольный, готовясь сесть за пулемёт, установленный на пикапе у дальней части моста.

Там уже оборудовали позиции для стрельбы, расставляли препятствия на пути зомби, растягивали колючую проволоку. Будем вести отстрел оттуда, плюс с крыш домов, затем, если поток будет слишком сильный, — слегка вернёмся назад…

В общем, ничего нового. Тактика, что уже не раз и не два зарекомендовала себя в сражении с мертвецами.

От нас они почти в десяти километрах. Хвост их орды, вернее. Немного подготовки — и отправим бегунков, которые шумно поработают в поле видимости этого «хвоста» и вернутся обратно, приманивая тварей. Идти они будут растянутой колонной, отстрел начнём метрах в пятистах от нас на технике. Как только толпа приблизится либо закончатся патроны, они начнут двигаться к мосту, и уже на нём и состоится финал сражения.

Внезапно потянуло в сон, даже несмотря на столь напряжённую обстановку. Увы, слишком мало сплю и слишком активно бегаю, много думаю.

— Афина, разбуди меня, когда всё начнётся… — попросил я свою помощницу, спустился вниз и упал в сиденье теслы, что когда-то пыталась здесь зарядиться, но ей не очень повезло.

Три часа спустя

— Да сколько можно ждать, я уже выспаться успел и кофе заварить, пока вы тут всё вылизываете для обороны. Один фиг всего не предугадаешь. Мы так и до второго прихода Алого Затмения будем готовить свои рубежи… — накричал я на своих командиров, которые уже, казалось, окопали целый район и заставили его стеной из не заводящихся корыт разной степени ржавости. Все семь с половиной тысяч бойцов сейчас дружно заканчивали есть, а это значит, что командиры дали им возможность дозаправиться перед большим сражением.

— Босс, только доесть осталось!

— А зомби, по-твоему, сюда телепортироваться будут? Мы первых ласточек почти два часа будем ждать. Они же не в соседнем дворе в песочнице играются. Вот, только оставил вас… Афина, дай отмашку отряду наших бегунков, пусть начинают свой концерт, — произнёс я, разочарованный медлительностью наших бойцов.

Вообще я их понимаю. Семь с половиной тысяч против ста или около того… Тут любой бы переживал и хотел бы укрепиться посильнее. Но офицеры-то у меня опытные, проходили мясорубки, в которых мы были в намного более отвратительной ситуации.

Впереди стали слышны звуки взрывов. Отголоски выстрелов до нас почти не долетали — слишком далеко, да и ветер не в нашу сторону дует.

— Давайте, мужчины, командуйте. Почему на крыше до сих пор не вижу ящиков с боеприпасами и только три пулемёта из шести установлены? Где пулемёты на заднюю часть здания? Если нас обойдут, вы их своими рожами будете отпугивать? Шевелитесь, парни! Отдых закончился, всем за работу! Ближайшие шесть часов вам будет очень весело! Если хотите сходить перед битвой облегчиться — у вас осталось полчаса, не больше! Затем я лично переломаю ноги всем, кто сойдёт со своих позиций! — предупредил я, обращаясь в общий канал связи.

Все прекратили жевать или доедали на ходу, продолжая подготовку к грандиозному сражению.

— Михаил, там от военных приехал гонец, — передал мне послание Хван, когда к нему подбежал один из бойцов, что не сумел достучаться до командира через рацию. А шлема у него и всех, кто был с ним на посту, не было.

Впрочем, Афина меня успела предупредить ещё раньше.

— А они не сильно спешили! — ответил я ему и отправился на улицу.

— Доброго дня, командор! Вижу, вы спешите поскорее исполнить свой долг?

— Безусловно! — пожал я протянутую руку офицера, чьё лицо смутно помнил после одной из встреч с командирами армейцев, но его имя, что Афина любезно написала над его головой, увы, мне ни о чём не говорило.

Он представился, я сказал, что очень рад нашей встрече, и немного поболтал с ним о всякой ерунде, пока, наконец, дело не дошло до главного.

— И каковы ваши прогнозы? Скоро эта часть города превратится в безопасную обитель?

— Через два часа начнётся боестолкновение. Ещё часа за четыре перебьём всех, кто здесь есть. Дальше долгая рутина разбора завала, помощи пострадавшим, сбора добычи. Естественно, и утилизацией трупов надо будет заняться, иначе весь Южный Майами станет Смердящим Майами. После этого начнём планомерный обход вверенных нам территорий и установку блокпостов. В любом случае, ваше командование знает о наших планах, я отправил свою первую помощницу доложить обстановку. Вряд ли вы здесь за этим…

— Верно. Я был отправлен для того, чтобы понаблюдать за вашим сражением. Общее дело делаем всё-таки. Хотелось бы перенять опыт и использовать его для сражения в центральной и северной частях города. Там подобных орд несколько, и они куда активнее передвигаются…

— Только скажите, и мои бойцы с радостью вам помогут! — попытался я закинуть удочку, чтобы заполучить в свои руки ещё больше очков достижений, но офицер был не дурак и сразу же отказался от подобной задачи.

— Хорошо, а что дальше вы будете делать, когда установите контроль, спокойно приметесь восстанавливать жизнь в этих кварталах… Куда отправятся ваши бойцы дальше?

— В этом мире нет такого места, где отказались бы от помощи пяти тысяч профессионалов в войне с зомби. А мне нужно каким-то образом кормить и их, и мирных людей, что нашли свой кров на наших территориях. Так что рассмотрю те предложения, что есть. Но если мои бойцы не нужны вам для зачистки ваших кварталов, в Майами я их держать не буду. Загрузим в лайнер и перекинем туда, куда я решу. Пуэрто-Рико взывал о помощи, правда, предложить им нам особо нечего… На острове Гаити, по словам моих разведчиков, вообще кошмар что творится, люди бегут от орд монстров, которые уничтожают город за городом. Мексиканский Мерида и Канкун на Юкатане, рядом с Кубой, до сих пор сидят в осадном положении… А уж про то, что творится в США, я вообще молчу. Будут предложения — с радостью выслушаю их.

С одной стороны, я вёл себя как командир, а с другой — словно наёмник или капер, готовый наняться на службу за большую плату. В общем, я пытался дать им понять, что угрозой от меня и не пахнет, что я обычный авантюрист с высокими идеалами и алчными глазами, который ищет выгоду, признавая, что не является самой крупной рыбой в этом озере. Собственно, так оно и было, пока что…

— Присаживайтесь, занимайте зрительское место в первом ряду и наслаждайтесь, — предложил я присесть на крыше, прямо на ящики с патронами.

— Благодарю, — мужчина взял бинокль и всмотрелся вдаль.

Вскоре началось интересное. По крайней мере, наблюдатель очень живо реагировал на эту битву, каждую минуту рожал на свет очередной заковыристый вопрос в духе «а почему вы сделали вот так, а не вот так?» А я был вынужден отвечать ему. Ведь я хороший и добрый, против всего плохого. Мальчик-зайчик. Который не строит никаких подковёрных планов и не стремится захватить власть на полуострове.

Жаль, что они догадались, что даже у таких, как мы, можно чему-то научиться. Хорошо, что эта истина дошла до них так поздно. Конечно, их бойцов, таких же смелых людей, гибнущих из-за недостатка опыта и гибкости собственного командования, — жалко. Но со своим уставом я в любом случае в их монастырь лезть не собирался, и указывать, как вести войну против зомби, не планировал. А тут, видимо, дошли до них какие-то слухи, какое-то понимание, и они решили изменить свой подход. Скорее всего, прибытие подкрепления с лайнера и стало тем поворотным моментом, на который они так обратили внимание.

Мне же было откровенно грустно. То, что я видел, было отличной работой, выполненной профессионалами своего дела. Отстрел вёлся с быстроходных машин с установленными пушками. Стрелки сменяли друг друга каждые две минуты, чтобы не оглохнуть от пальбы. Как только враги подбирались на расстояние в пятьдесят метров — машина двигалась вперёд на десять. На соседних улицах стояли и вели куда как более редкий огонь машины прикрытия, что не должны были допустить окружения и предупредить, если вдруг станет жарко. Сверху летали дроны, наблюдая и передавая картинку офицерам. Каждый шаг этой битвы был полностью под нашим контролем. Нам не нужны были даже танки или БМП, нам хватало обычных пуль.

— Мне кажется, или установленные пулемёты в кузове пикапа довольно низкие? Обычно они повыше были у повстанцев, с которыми мне доводилось иметь дело на Ближнем Востоке и в Африке.

— Всё верно. Они опущены до высоты в два метра, и именно с этой высоты ведётся огонь. Любое навесное оружие, которое можно изменить по высоте, устанавливается на этом расстоянии от земли.

— Почему? — задал очередной глупый вопрос офицер.

— Чтобы при стрельбе не вести огонь сверху вниз, снижая шанс на попадание в голову. Выпущенная в толпу пуля при этой траектории обязательно заденет или убьёт одного, а порой и двух, и трёх зомби. Нужны лишь хорошие стабилизаторы, гасящие отдачу и уменьшающие разброс стрельбы.

— Хм… Да, при сражении с зомби это звучит логично, хоть стрелку-оператору будет и не очень удобно вести огонь из такой позиции.

— Всё им удобно. Ящик из-под патронов вместо стула используют. Как раз высоты хватает.

— Стреляют короткими очередями, как я понял.

— Да. Если совсем худо становится и много врагов наваливаются — то ведут огонь непрерывно.

— И именно поэтому каждый десятый патрон — трассер? Для корректировки огня?

— Совершенно верно, майор, — кивнул я ему в ответ.

Благо он хоть про костюмы и шлемы не спрашивает ничего. Ибо на эти вопросы я не собираюсь ему ничего отвечать. Он и сам должен понимать, что это будет как минимум невежливо.

Зачистка продолжалась, и спустя час наша стальная кавалерия вернулась к мосту. Отряды на соседних улицах и других, второстепенных, мостах также начали вести огонь, прицельно выбивая первых бегунков из мира мертвецов.

Майор всё больше и больше воодушевлялся, видя ход битвы, и распалялся в своих комментариях, не стесняясь даже давал советы, как лучше поступить в тот или иной момент, какие приказы отдать, куда перебросить бойцов.

Ага. Спасибо. Что бы мы без тебя делали?

— Босс, похоже, это будет лёгкая зачистка, — подошёл ко мне Роберто. — Они сбились в одну огромную колонну. Отряды на дальних флангах фиксируют лишь появление зомби-одиночек, идущих на звуки выстрелов.

— Видимо, так оно и есть.

— Разрешите слегка изменить стратегию битвы?

— Что именно? — решил уточнить я у него, замечая, как майор из числа армейских наблюдателей весь обратился в слух.

— Такими темпами две трети очков достанется стрелкам на мосту и крыше, после подхода основной толпы. А ребята, что прикрывают нас на флангах и в тылу, вообще ничего не заработают. Там в основном люди Бруно, и нам бы их усилить перед тем, как мы уедем из Майами, чтобы они сами дальше тут зачищали кварталы, покупали экипировку, боеприпасы… Давайте выставим через одного наших ветеранов и их вдоль этого канала. Там пятьсот человек точно станет, может, даже тысяча, если уплотнить строй.

— С холодным оружием?

— Верно. И руки разомнут, а то замёрзли уже. И навыки махания колюще-режущим и дробяще-калечащим оружием повысят. И патроны сберегут.

— Согласен. Но учти — из-за стены мы не сможем их эвакуировать в случае опасности. Ты и другие командиры в полной экипировке будете прикрывать их в случае чего, принимая на себя натиск орды. Ставим их каждые два метра, чтобы была возможность нормально замахнуться и не зацепить соседа оружием. Идут в два ряда. Один устал — второй сменяет.

— Есть! Буду формировать отряды добровольцев! — приложил он руку к шлему и побежал вниз, на ходу раздавая указания тем командирам десятков, что сидели в резерве и прикрывали тыл с флангами.

— Рискуете?

— Риски минимальны. Мы контролируем ход битвы, видим перемещение противника. Знаем его возможности. Если там будет тысяча бойцов, то с учётом водной преграды и того, как зомби отвратительно плавают, — они смогут каждый справиться с десятью, максимум двадцатью трупами. А дальше, скорее всего, канал окажется забит, и новая волна будет приближаться уже по телам павших. Если же ситуация будет складываться плохо — мы отзовём их.

— Я бы не рисковал. Впрочем, это ваши люди, — надменно заявил майор, прикладывая бинокль к глазам.

И всё же я оказался прав. Последние тысячи зомби, которых не отстреляли бойцы, что провели несколько рокировок и опустошили внушительное количество ящиков с боеприпасами, мы убивали вручную. Даже я вышел поразмяться, заняв оборону у моста.

Шансов у зомби не было от слова совсем, а наши потери заключались в израсходованных патронах. Если же говорить о людских потерях — то один вывихнул ногу, один заработал ожог, приложив запястье к горячему пулемёту. О растяжениях и прочих мелочах Афина статистику не собирала.

— Последних сами добейте. Я своих полсотни выкосил, — дал я отмашку ждущим возможности дозаработать ОД бойцам.

По пути на другой берег канала счастливо улыбался, оценивая наши сегодняшние суммарные приобретения. Тысяч триста очков достижений. Это несколько баз. Это почти три тысячи комплектов шлемов и боевых костюмов. Это ещё один шаг к нашему будущему. Счастливому будущему.

«Простите, что прерываю ваш момент триумфа, господин. Но у нас проблемы. Большие проблемы!»

— Что такое? — удивился я словам паникующей Афины.

«На нашу базу Лейк-Плэсид только что напали. Не зомби, а кто-то сильный, в боевом костюме, аналогов которого я ни разу не встречала. Убито десять человек, в том числе два носителя наших боевых костюмов. Сейчас к месту схватки стягиваются боевые группы, командиры объединяются. Изменение данных! Нападавший получил повреждения после выстрела снайпера. Заметил больше десяти бойцов в боевых костюмах и начал отступать. Вывожу записанное видео нападения на экран шлема», — донесла она до меня свежие сводки и запустила короткое видео с нагрудной камеры одного из бойцов на блокпосте, ограничивающем въезд в город.

— М-да уж… — посмотрел я это видео и оценил нашего незваного и агрессивного гостя.

«Вам знакома эта модель костюма?» — спросила Афина.

— Знакома. Более чем, — ответил я ей, а от улыбки на моём лице не осталось и следа.

Красный боевой доспех «Берсерк». Из-за качества видео не могу понять, какая версия этого костюма и есть ли у него модификации. Но одно я могу сказать точно… Тот, кто придумывал эти боевые костюмы, те чёрные панцири, что носили мои бойцы, создавал для обычных пехотинцев. Мой вариант — для сержантов или же разведчиков, действующих в тылу, — требовал автономности, вариативности, гибкости настроек. «Берсерк» же… Это немного другая история. Он был создан для штурма и защиты рубежей в самом центре мясорубки. Схватки с врагами, для которых зомби подобны подножному корму или же муравьям…

Ни разу я не видел, чтобы эти костюмы продавались в терминалах массово. За всю свою долгую жизнь в шкуре солдат и офицеров на военных базах неизвестного мне мира. А может, даже и миров… Луны на небе… Они были разные в моих снах. Так что речь идёт о различных мирах, на которых происходило примерно одно и то же.

Берсерк… В правильных руках — это удивительное оружие. А в чужих — каждодневная угроза жизни любого, даже самого крупного лагеря.

— Нам повезло. Мы встретились с дилетантом, в чьих руках находится страшная сила. И кроме того, он решил напасть на нас… А значит, жить ему осталось не очень долго, — подвёл я итог увиденного и скомандовал Наталье и Роберто собираться, брать за шкирку свои кулаки, парочку дронов для разведки и отправляться в Лейк-Плэсид прямо сейчас.

Я же закончу здесь с этим мусором и займусь настоящим противником, что так неожиданно решил пощекотать нервы Круизерам.

Зря это он. Ох, зря!

— Босс! Он ушёл. У нас осталось двое тяжело раненых. Несколько погибших. Аптечки использовали все, что были, даже те, что имелись в терминале. Но они закончились, а состояние ещё двух бойцов — критическое! — отчитался один из дежуривших в Лейк-Плэсид командиров размещённых групп, обращаясь через связь шлема, поддерживаемую Афиной.

Да уж, выгребли мы терминал… не успели восстановиться запасы. Редко такое случается, но бывает, что даже на базовые вещи существуют лимиты. Мы готовились к зачистке города и скупили больше сотни аптечек каждого вида в двух доступных нам терминалах, да и забрали к штабу.

За ночь их всего пять штук восстановилось. Увы, такова суровая реальность бытия. Раньше с таким мы почти не сталкивались, ведь столько очков достижений, чтобы опустошить запасы терминала, попросту отсутствовали. Ну или мы закупались в разных точках, и довести до нуля запасы не представлялось возможным. Я слышал за свою прошлую жизнь пару предположений, почему так бывает, на этот счёт, но проверить их как-то не успел. Не до экспериментов с терминалами было… И вот, оказалось, что и впрямь лимит есть, и как же невовремя мы его достигли…

— Знаю, — ответил я командиру, стремительно приближаясь на ревущем внедорожнике, взятом на нашей базе. — Видел отчёт Афины. Будем через две минуты. Остановите кровотечение у всех раненых.

Пока добирались — ещё трое местных, что попали под руку носителя красного боевого костюма берсерка, погибли от полученных повреждений.

— Роберто, ускорься! Кто ближе всех к воротам — откройте их и освободите проезд! — потребовал я, прокручивая перед глазами картинку короткого боя, чтобы понять, на что способен мой враг.

И мне не важно, что он забыл на моём аванпосте, хотел он или нет кровопролития. Он убил моих людей. А значит, я убью его.

— Наташа, аптечки! — повернулся я назад и посмотрел на девушку, что сидела с двумя чемоданами, в которых хранились столь ценные активы нашей группы.

Их было с запасом. Ещё в багажнике на всякий случай лежало два десятка спасительных инструментов выживания.

— Готова…

Мы пронеслись мимо распахнутых ворот, едва не врезавшись в одну из створок. Узкие улочки, суетящиеся люди.

БИ-И-И-ИП!

Роберто подал сигнал, чтобы люди убрались с дороги, и мы проскочили к самому терминалу, возле которого и разыгралось сражение.

— Наташа, один чемодан с собой — и на северные ворота, там тоже раненые, — отправил я её дальше по улице, сам устремляясь к бойцу со сломанной ногой, заливающему бетонную лестницу кровью.

Даже боевой костюм не помог… Вот сволочь красношкурая. Ничего, я с тебя эту шкуру спущу!

— Ампутировать надо, — заявил один из местных. — Я врач, я знаю, такое не спасти в наших условиях…

— Всё возможно. Отставить панику. Ты как, боец? — Я подбежал к первому, а Роберто отправил ко второму, лежащему чуть выше с насквозь пробитым куском металла лёгким. — Держись, сейчас будет очень больно!

Крики, попытки снять костюм, не поддающийся даже ножу. Впустую потраченное время… Впустую выброшенная аптечка, только ради того, чтобы поддержать жизнь бойца, пока его болтающаяся нога с открытым переломом и рассечёнными мышцами очищалась от грязи и грубо вставлялась на место. Это была грань того, что может вынести человек, даже получив укол сильнейшего обезболивающего.

— Ещё одну аптечку, — потребовал я, видя, как начинается процесс исцеления и сращивания кости. — Этой не хватит…

Чёрная грязь разлагающихся осколков и повреждённых клеток, что были внутри тела бойца, начали просачиваться наружу, смешиваясь с большой лужей крови, которую было практически невозможно остановить, пока не сняли боевой костюм. Слишком уж он был неприступным для обычных инструментов да жгутов… И далеко не идеальным, как знал я сам, а моим бойцам показала сегодняшняя практика.

— Всё, большая часть проблемы позади. Вон уже кожа нарастает, мышцы сращиваются, кость тоже срастётся. Может, чуть где и криво мы всё сделали, но в целом — ещё побегаешь.

— Спасибо, — быстро проговорил боец, что часто и рывками дышал, весь пропитанный потом и пылью. — Командир… Этот красный чёрт…

— Скоро сдохнет. Я лично проконтролирую это.

— Он… Силён… Его костюм… Лучше нашего… Берегите себя.

— Знаю… Мало кто может просто швырнуть бойца вроде тебя с такой силой, чтобы порвать и саму ткань костюма, и кожу с мясом и костью.

— Он сперва надорвал защиту, подсёк ногу ножом. Я уже тогда ногу сломал, от его хватки. Потом уже… Неудачно приземлился… — рассказывал боец то, что с ним произошло.

— Нож запомнил? Серебряная светящаяся кромка лезвия? Размером чуть больше ладони?

— Да.

— Хорошие артефакты у него, конечно. Спасибо за информацию, воин. Про нож я не знал. Это важно и многое объясняет.

— Что за нож? — подошёл Роберто ко мне, вытирая перчатки своего костюма от крови. — Мой всё, жить будет. Уже завтра восстановится.

— У меня тоже всё в порядке. Нож — интересная штука. Довольно редкая. Это Гатранг. Особый клинок спецназа будущего. Технологический нож, лезвие которого сохраняет форму, но при этом нагревается почти до полутора тысяч градусов Цельсия. Его невозможно использовать без костюма.

— Ну да, такой жар, даже если просто рядом руку держать, на рукояти — покалечит самого бойца, — оценил новые сведения Роберто.

— Именно. И ещё он прекрасно режет нашу броню. У неё предел тепловой нагрузки чуть выше тысячи градусов. Собственно, нож разрабатывали именно для противостояния таким вот, как мы. Намного больше меня интересует вопрос — где он его взял и есть ли там ещё такие костюмы и ножи? И если есть, то сколько и что ещё там имеется интересного? — начал и я мыть руки, подставляя свои окровавленные перчатки под принесённую кем-то бутыль с водой.

— Так, может, найдём его и спросим? — предложил Роберто.

— Для этого мы и здесь, — хлопнул я его по плечу и отправился к машине.

В багажнике помимо прочего лежало много оружия и различного снаряжения. Но в данный момент меня интересовал только один предмет — ноутбук. И не простой, а бронированный, уже даже не знаю где слямзенный. Лежал он себе тихо-спокойно, сломанный, пока Афина его в объектив камеры не увидела, и говорит такая: «ХОЧУ!»

Пришлось направлять спецов, пытаться починить. И я понял, зачем он ей… Ведь к нему прилагался довольно внушительный набор аксессуаров, которыми Афина мастерски начала управлять после того, как перепрограммировала сам ноутбук под себя. Равно как и программы, что были на нём установлены. Программы по мониторингу, отслеживанию, контролю мелкогабаритных летающих разведчиков. Дронов, другими словами. По словам Афины, у неё появилась вместе с этим ноутбуком возможность отслеживать свои и чужие дроны в радиусе пятидесяти километров, если установить на машину переносную радарную станцию. А ещё брать контроль над ними всеми. Причём это она сможет сделать даже в глуши, где ни одной стационарной радарной станции под её контролем не имеется. Придётся развернуть дополнительное оборудование и поставить несколько тарелок на крышу нашего внедорожника, чем я прямо сейчас и займусь. В общем, штука полезная для неё, упрощает ей жизнь. И если в Майами у неё всё хорошо и хватает средств связи и серверов, способных помочь ей выполнить эту задачу самой, то вот в том месте, куда мы едем на охоту — лучше иметь автономность.

— Роберто, найди дроны, возьми запасные аккумуляторы в терминале. Охота может быть не столь быстрой, как мы ожидаем. Надо найти этого урода раньше, чем он нас, иначе мы рискуем повторить судьбу погибших, — потребовал я от своего помощника заняться его частью подготовки к охоте.

Можно было для этих целей и машину связи использовать, конечно. Но их у нас всего две. В Майами — одна. На Кубе — вторая. И тратить несколько сотен очков достижений ради покупки ещё одной — не вижу смысла. Да и по проходимости она уступает нашему внедорожнику, сложнее в обслуживании. А нам и ноутбука хватит…

— Где отвёртка? — Я посмотрел в бардачке, но ничего не нашёл. Как и в багажнике. Пришлось просить инструменты у местных.

Полчаса подготовки — и мы выехали через северные ворота, направляясь к ближайшему блокпосту соседей. Хотелось узнать, видели ли они красношкурого.

— Вот ведь… Афина, ты же знала? Чего не предупредила? — Я смотрел на горящее здание, разбитые ворота, перевёрнутый автомобиль с погибшим водителем и множество трупов внутри деревушки, до которой наши отряды так и не дошли.

А убийца в красных доспехах — дошёл.

— Сука, жертвы человеческие собирает, — выругался Роберто. — Очки выкачивает…

— М-да уж, такая мразь и рядом с нами…

«Господин, я не имею средств связи в данном населённом пункте. Они изолировались, в том числе перестали использовать и технику. Когда я узнала, направив в этот район дроны, — было уже слишком поздно».

— Ясно всё. Афина, есть мысли, куда он направился?

«Мои дроны проследили за ним до этой деревни. Он видел, что за ним следят, и спрыгнул в городскую канализацию. Её техническое состояние мне неизвестно, но я точно знаю, что она соединена с другими городами на севере, идущими вдоль шоссе в сторону Орландо. Он мог выйти в любом из нескольких десятков выходов, или же где-то остановиться и взять паузу. Я не могу отследить столько мест одновременно теми дронами, что есть в моём распоряжении. Тем более что я уже вернула половину из них на базу, чтобы подзарядить, а один был подбит на подлёте к Орландо», — призналась в своём бессилии Афина, а мне не оставалось больше ничего, кроме как въехать в разгромленное убежище людей, залитое кровью и заваленное трупами.

— Мы на маньяка, видимо, нарвались… Даже странно, что с такой экипировкой и подготовкой он решил отступить от нашего аванпоста… — прошептал Роберто.

Я дал ему знак остановиться, увидев на улице выживших, которые то ли стягивали тела в одно место, то ли грабили погибших…

— Это всё потому, что он шёл наобум по мелким городкам, не ожидая сопротивления. И когда показалось сразу несколько десятков бойцов в костюмах, решил не искушать судьбу. Вдруг у нас не только костюмы есть. В общем, выглядит как если бы он был одиночкой, работающим без разведки, — ответил я Роберто и вышел на улицу, устремляясь к людям.

— Пожалуйста, не стреляйте в нас… — поднял руки один из выживших. — Мы просто хотим похоронить наших знакомых…

— Похоронить? Это хорошо. Много вас здесь было? Сколько уцелело при нападении одиночки в красном костюме? — с ходу задал я ему интересующий меня вопрос, давая понять, что я здесь не по его душу. А то прямо трястись начал, бедолага.

— Нас было чуть больше двух сотен… Больше половины погибли. Кто-то сбежал. Кто-то спрятался и не вылезает до сих пор… Я видел таких же выживших, как я и мой брат… — кивнул он на второго мужчину, с глубокой раной на лице. — Человек двадцать… Что же с нами будет…

— Собирайтесь и идите южнее, в Лейк-Плэсид. Он не смог пробить нашу оборону. Я постараюсь выследить его и прикончить. Можете жить и работать у нас. Там и брату твоему аптечку выдадут. Найди всех, кто выжил в этом городе, и передай им мои слова, а мы отправимся дальше…

Прыгать в канализационный люк не хотелось, но пришлось. Я был готов к битве, но этой твари здесь, само собой, не оказалось.

— Никаких повреждений подземных сооружений нет, — сообщил я соратникам, что подали мне руки, помогая выбраться из довольно узкого проёма в земле. — Он мог хоть до самого Орландо таким образом дойти, если и в других городах всё целое. Да и вполне возможно — дошёл. Афина, нам нужно взломать их городскую сеть связи и узнать из разговоров, бегает ли по улицам города псих в кроваво-красной броне.

«За время моего мониторинга радиочастот в Орландо никаких разговоров о подобном убийце не было обнаружено. Тампа — аналогично. Веду проверку записанных разговоров из городов севернее Орландо. Мне потребуется некоторое время», — отчиталась Афина.

— Тогда едем дальше, скажем выжившим, где найти спасение, — принял я решение и прыгнул во внедорожник.

Мы поехали дальше, следуя от одного разрушенного города до другого. Я слушал рассказы людей. И удивлялся проворству этой сволочи. Он приходил через канализацию, которая, к счастью, в мой Лейк-Плэсид не вела, так как этот город был несколько крупнее, хватало производств и у него была своя очистная станция и собственная канализация. Он играючи устранял всех на своём пути, словно призрак вырезая сперва охрану, а затем и всех остальных, до кого добирался. За сбежавшими особо не бегал — лишь исчезал в коллекторе и уходил дальше на юг, готовясь атаковать очередное в меру крупное поселение выживших.

И так раз за разом… Мы были уже в шестом разрушенном убежище, когда Афина нашла-таки зацепку по этой сволочи!

«Красный ураган. Так прозвали маньяка-убийцу из пригорода Атланты — столицы штата Джорджия, что севернее нас. Он весьма густонаселён, и по-своему похож на Майами многочисленными бандами. А вот с военными им не повезло. Судя по переговорам и описаниям — это наша цель. Кроме этого я нашла несколько десятков похожих описаний резни с уничтоженными убежищами. Соотнесла даты сообщений и координаты убежищ — судя по всему, он шёл от самой Атланты на юг, уничтожая по несколько поселений за раз. Дорога его выглядит рваной, но всегда идёт на юг. Возможно, он искал таким образом слабозащищённые терминалы, чтобы приобрести дополнительное оружие и снаряжение».

— Тормози, Роберто.

— Да, босс. Что будем делать? Не похоже, что у него есть своя база и мы могли бы внезапно нагрянуть к нему в гости.

— Верно. Он шляется где попало, ища возможность стать ещё сильнее, и по дороге зарабатывает себе очки достижений. Не самым лучшим способом. Думаю, от зомби он тоже не отказывается, но против крупных группировок вроде нашей не лезет. Как и в их районы носа не суёт. Опасается, что у таких, как я, может быть оружие, способное его убить, — размышлял я, смотря на трёх зомби, попавших в ловушку, с прижатыми перевёрнутой машиной ногами.

Причём не так давно это случилось. Может, пару дней здесь болтаются…

— И что, как мы его ловить будем? На живца? Или ещё как-то? Если он такой осторожный и не лезет в крупные города, то у нас остаётся всего лишь несколько сотен потенциальных убежищ, где живёт хотя бы пару сотен человек, на территории полуострова.

Я вышел и взял свою алебарду, чтобы помочь зомби освободиться от оков полусмерти. И заодно подумать над вопросом Наташи.

Остриё алебарды пробило основание черепа тухлого воина и звякнуло, ударив об асфальт.

— Если следов у нас нет… Он путешествует без какой-либо цели… То это может быть и последняя встреча, которая у нас с ним состоялась. Он мог уйти уже далеко, выбравшись возле Орландо и пойдя в другую сторону. Но ему надо есть. Ему надо пить. Ему надо спать. Он осторожничает и не будет оставаться на открытой местности. Мы нагоним его, если будем знать, где он находится… Нам надо сделать ловушку…

— Босс, может, ловушку устроить? — мексиканский мачо словно прочитал мои мысли.

— Ты как всегда гениален, мой друг. Спасибо, Роберто. Так и поступим! — показал я большой палец соратнику. — Проверьте, как там дела в Майами. Зачищают ли кварталы, собирают ли добычу, запустили ли строение новых зданий базы в китайском квартале?

— Сейчас всё выясню, Михаил, — ответила Наташа, взявшись за сбор данных.

Ну а я пока что подумаю, как заманить его, такого осторожного, в ловушку…

— Афина. Ты видела его шлем?

«Да, господин. Это неизвестная мне модель, выглядит довольно прочной, надёжной и технологически не менее совершенной, нежели ваш образец», — ответила мне помощница.

— Так оно и есть. Он довольно похож, но создан не для разведки, не для экспедиций, как в моём случае, а для битвы. Модель, которая, должен признать, весьма подходит к костюму Берсерк. Высокая прочность, дополнительная защита шеи от переломов. По сравнению с ним, наши шлемы — просто высокотехнологичные каски. Но тут и есть интересный момент. У него высокие показатели защиты, но вот различных возможностей как у тебя, с проекцией изображения, выведением перекрестия огня и всего остального, — и близко нет. Только свето- и шумофильтры, герметичность при водных погружениях. И связь у него стандартная… Правда, неизвестно, на какой частоте.

«Я могла бы попробовать пробить все частоты, что у него есть. Если он не выключил эту функцию и хотя бы раз ответит, я с лёгкостью запеленгую его местоположение. Главное, чтобы он был в зоне действия сигнала связи. Под землёй она зачастую пропадает…»

Я надиктовал оскорбительный текст, который она должна была прогонять на самых распространённых языках в этих местах — испанском и английском. Так началась наша «рыбалка». Мы сидели, мониторили информацию, передавали указания соратникам издалека, ездили не спеша по дорогам, проникая в покинутые дома местных жителей, которых было очень даже много, судя по бродящим вдоль забора зомби. Мы убивали их и ждали, пока рыбка клюнет или появится перед камерами дронов, что продолжали совершать разведочные полёты над нами и другими городами.

Афина подсвечивала интересные места, а мы набирались терпения. Для нас троих это было напряжённое ожидание в надежде поймать этого ублюдка. Для Круизеров — это было испытание на то, как они справятся с многочисленными проблемами в случае моего отсутствия. Ведь я, хоть и отдавал приказы, но с каждым часом эти приказы по любой проблеме звучали как «проанализировать, найти решение, составить план, реализовать план, дать отчёт о проделанной работе». Другими словами, город готовился начать жить самостоятельно по заложенным мною правилам. Да, им помогала Афина. И будет помогать. Но если её завалить тысячей сложных для анализа вопросов в один момент, она не сможет дать ответы всем так быстро. Она анализирует по каждому вопросу тысячи и тысячи вариантов развития события, собирает данные, и это требует времени. Так что — она не панацея от дебилизма. И каждый должен сам давать себе отчёт в том, что он делает.

«ЕСТЬ КОНТАКТ! ОН ОТВЕТИЛ! СЕВЕРНЕЕ ТАМПЫ! ИДЁТ ВДОЛЬ ПОБЕРЕЖЬЯ!»

— Отлично, моя дорогая. Дай послушать, что он там ответил на наши гадости в его адрес?

«Я тебя сам на куски порежу, долбаный хакер! Я найду тебя и вырежу тебя и всех, кто рядом с тобой! Сдохнут все! Я не знаю, как ты залез в мой шлем, но я тебя уничтожу, ты будешь молить о пощаде, ведь ты даже не знаешь, каков я в гневе!» — ругался в ответ наш красношкурый.

Я спросил у Афины, отвечала ли она что-нибудь, и та подтвердила, что диалог на этом не был окончен. Да и сейчас она его атакует, выводя из себя.

— Я ответила ему, что раз он уничтожит всех вокруг нас, то я уже иду к его мамочке.

— Ох, неплохо. А сейчас о чём болтаете?

— Он пытается выяснить, где я нахожусь. Я ответила, что у него за спиной и что теперь я всегда буду с ним, пока он не прокукарекает три раза. Тогда я отстану и выключу классическую музыку, что играет в его шлеме.

— А не боишься, что он отключит его?

— Уже пытался. Я вновь активировала его и переписала часть программного кода под себя. Теперь единственное, что он сможет сделать — это выкинуть его.

— Смотри не переборщи. Если он поймёт, что ты можешь его оглушить звуками, он и впрямь выкинет шлем, — предупредил я её.

— Пока что он лишь просит включить ему что-нибудь из нормальной музыки. Называет американских рэперов, — отчиталась мне Афина.

Мы сели в авто, залив полный бак из резервной цистерны с бензином, и отправились вперёд, в не такое уж и маленькое путешествие. Эта сволочь довольно далеко сбежала от нас. И продолжала отдаляться. Но ничего, мы теперь знаем, где он, и пока он не выбросит шлем, будем его вести.

— Афина, извинись перед этим уродом и скажи, что у тебя заканчивается запас батареи, надо подзарядиться. Пожелай ему спокойной ночи и скажи, что через пять-шесть часов генератор снова заработает и ты разбудишь его нормальной музыкой.

«Хорошо», — через шлем ответила мне Афина, так что никто её не услышал.

— Роберто, через два часа смена водителя, я сяду за руль. В конце пути, когда, я надеюсь, мы приблизимся к этому ублюдку, Наташа за руль сядет. И слушайте внимательно, как мы будем охотиться за этой тварью… — Я прикинул в голове возможный ход будущей битвы и начал рассказывать соратникам всё, что знал о «Берсерке». Его сильных и слабых сторонах.

— Он работает по такому же принципу, как и наш костюм?

— Практически. Есть небольшие отличия, его технологии более современные. Наши базовые костюмы как таковой бронёй и не обладают. Сам материал у нас — пуленепробиваемый, отлично держит нагрузки и защищает от основных угроз для жизни. Но это не броня у вас. Броня частичная есть у меня. Броня есть в рюкзаке. А у вас — защитная жёсткая ткань со встроенным каркасом и микроприводами, позволяющими увеличивать ваши показатели. С этим костюмом вы поднимете и перевернёте обычную машину. «Берсерк» сделает то же самое с тяжёлым бронированным внедорожником. Ваша броня отразит выстрел вблизи из снайперской винтовки, но вряд ли защитит вас от ушибов внутренних органов, переломов, отбитых мышц и прочих травм, от кинетической энергии пули. В основном — это не смертельно и на меньших калибрах не так ощущается. У него же — даже выстрел в упор не оставит и синяка. Он сильнее, он мощнее, он прочнее. По ловкости мы примерно равны. У него есть взрывная скорость, не уступающая нашей, а может, и превосходящая — зависит от того, кто сидит в костюме и какая у него подготовка. Но мы — гибче. Он тяжелее, а мы легче. Он прыгнет на крышу и провалится, а мы — вероятнее всего — нет. Если он упадёт в воду — то пойдёт на дно, после чего к берегу попрётся уже на своих двоих по этому самому дну. Мы же сможем плавать, пусть и расходуя много сил и энергии. Он может таскать на себе много больше боеприпасов и вести сражение в одиночестве. Наши версии костюмов созданы с разными целями. У нас — разведка и пехота. У него — штурмовик, призванный эту разведку и пехоту вырезать десятками. Но есть у нас ещё одно преимущество, которое сводит на нет все его плюсы брони, — с улыбкой проговорил я соратникам, снимая ненадолго шлем при виде пролетевшего над головой дрона, управляемого Афиной.

Пока она следит за угрозами, я могу дать голове почувствовать прохладный ветер, попадающий в машину через открытое окно, — и это невероятное удовольствие.

— Какое преимущество?

— Человек, находящийся внутри костюма. Тот, кто сидит в «Берсерке», — дилетант и неподготовленный боец. Я просмотрел его движения. Он использует самые простые, самые элементарные захваты, размашистые удары. Много ошибок, неправильная работа ног, удары, оставляющие дыры в защите. Он молод и не проходил спецобучения. Он просто маньяк, которому повезло дорваться до этих игрушек. Мозги, может, у него и есть какие-то, раз он смог достичь таких успехов, так что осторожность нам всё равно не помешает. Но он больше выглядит как человек, что не имел принципов, убивал слабых и беззащитных, а после дюжины смертей или, быть может, расстрелов живых и мёртвых, добрался до терминала, где и получил суперприз. Такие вот дела. Да и на глупости мои он ответил, не удержался, так что в этот раз нам попался удачливый сукин сын. На этом его удача закончилась. Ладно, я посплю часик, разбудите меня, если зомби встретите или чей-нибудь блокпост надо будет проезжать, — попросил я, возвращая на голову шлем.

— А слабые стороны его костюма? Плохие крепления, ещё что-нибудь есть?

— С учётом нашего вооружения и возможностей — нет. Но не переживайте особо. Вместе с Афиной мы уничтожим его в два счёта. Главное, чтобы он не застал нас врасплох, расстреливая на дистанции или нападая со спины. Поэтому, когда приблизимся — начнём дополнительную разведку, — я откинулся на кресло и начал засыпать.

Сон в этот раз был ностальгическим, напоминал то, что творилось со мной столько лет. Я будто вновь оказался на военной базе. Только в этот раз это был действительно сон, ведь я не управлял ни своим телом, ни соратниками. На нас шла лавина. Сперва это были зомби, от которых мы с лёгкостью отбились. Затем пошли люди в различных бронекостюмах, на боевой технике и даже с реактивными ранцами за спиной… Редкий зверь эти ранцы. Не с каждой моделью работают. Финальным боссом был десяток красношкурых «Берсерков», для уничтожения которых нам пришлось применить сильнейшее оружие защищаемого бастиона — сверхмощные турели, стреляющие противотанковыми мини-зарядами. Я во сне вытер пот со лба и осмотрел защищаемую базу. Она так сильно напоминала постройки из терминала, которые формировали целые улицы из строений системы, расположенные по какому-то плану застройки… Да только практически мгновенно пришла ещё одна напасть. И в этот раз справиться с ней у нас не было никаких шансов. Надевая шлем и перезаряжая штурмовую винтовку, я вспомнил это гнетущее чувство бессилия, когда земля задрожала, треснула, и поднимая вверх песок и пыль, из-под земли начали вылазить бурильные десантные модули ксеносов, прилетевших откуда-то из космоса. Наши мощнейшие турели открыли огонь, но разве может обычная противотанковая пушка пробить кинетический барьер вокруг их техники? Сами ксеносы, насекомоподобные твари, радостно верещали, выпрыгивая из техники и стремительно приближаясь к нам. Рядом упали капсулы, из которых словно зёрна граната выстрелили красные шары, в каждом из которых сидели твари с безумно острыми зубами, что в два счёта вскрывали наши бронекостюмы.

Началась мясорубка, итог которой был изначально предрешён. Но в этот раз я не погиб — проснулся раньше из-за трясущего меня за плечо Роберто.

— Вот и первый блокпост, — сообщил он мне.

Я посмотрел на перегороженную людьми дорогу. Шлагбаум притащили, автомобиль пригнали и поставили поперёк. Они прятались за металлическими бочками, стоя в разнообразной одежде, с холодным оружием в руках и направленными на нас пятью стволами винтовок и пистолетов. Пять единиц огнестрела на более чем двадцать человек. Нищие по меркам США.

— Дальше проезд платный! — прокричал один из них.

— И почём? — высунул я голову в окно, смотря на этих горе-грабителей.

— Всё… что… есть — неуверенно ответил он мне, переводя взгляд на других своих соратников.

Я вышел из машины и показал им свою «Аську» и прочее оружие. На мне его сейчас было ненамного меньше, чем у них всего. Про сам костюм я и вовсе не говорю. Они с открытыми ртами пялились на меня.

— Ну вот всё, что есть у меня с собой. Подойдёшь, чтобы забрать? — предложил я ему, доставая две части алебарды со спины и соединяя её воедино.

— А знаете, сегодня акция! Проезд бесплатно! Хорошего пути… Давайте, убирайте, — приказал он своим людям, приняв волевое решение сохранить их жизни.

— Даже так? Спасибо! Только знаете что, не люблю грабителей. Вы таких тут не встречали? А то настроение ноги переломать.

— Нет, не видели! Увидели бы — сразу же сказали бы твоим столь доблестным воинам! — Мужик затряс головой в разные стороны, будто от припадка.

— Да? Вот не повезло. А знаете, что будет, когда армия придёт сюда?

— А армия придёт сюда? — с удивлением и надеждой в голосе спросила женщина с широко открытыми от таких новостей глазами.

— Обязательно. Рано или поздно — придёт. Не знаю, чья она будет, правда. Но придёт. И вот, всех насильников, грабителей, любителей рабства, резни себе подобных и прочий сброд вроде вашего — в лучшем случае повесят. Так что вы давайте, свою лавочку сворачивайте. За последние две недели в Майами больше пятисот человек повесили на фонарных столбах за подобное. И практика показывает, что столбы закончатся раньше, чем люди, которые заслужили мыла и верёвки. Не добавляйте нам работы. Сегодня вам повезло, но это единственное предупреждение. Других не будет. И смерть будет самым желанным из вариантов окончания столь бездарной жизни, — я сел в машину, и мы проехали вперёд, исчезая из поля зрения любителей обирать путешественников.

— Почему ты их не убил? — удивлённо посмотрела на меня Наташа.

— Среди них было двое детей. Включая совсем маленького грудничка. Как понять, кто из них заслуживает смерти, а кто нет? Допрашивать времени нет. Убить всех — неправильно. Убить всех, кроме детей… Ты им заменишь мать? Бросишь освобождение нашего мира от этой оравы тварей ради чужого ребёнка, чью мать ты застрелила?

— Нет…

— Ну раз не можешь нести эту ответственность, то и не принимай глупых решений. Не все занимаются грабежом ради жизни в кайф. Некоторые просто пытаются выжить как могут. Головы рубить мы всегда успеем.

— Босс, а в терминалах есть какая-нибудь штука вроде сыворотки правды? Ну, бывает вообще?

— Нет. Но есть кое-что получше.

— Что?

— Центр нейросканирования воспоминаний.

— Чего? Что это? — удивился Роберто и свернул чуть в сторону, останавливая машину. — Кстати, смена. Два часа прошло.

Я пересел за руль и надавил на педаль, отправляясь за красношкурым.

— Так что такое этот центр?

— Одно из зданий, которое я видел в своём сне. Редко, очень редко оно встречалось на крайне развитых базах. Там вели допросы специалисты по нейросканированию, активируя воспоминания усаженного в специальную капсулу человека даже против его воли. Не знаю всех нюансов, но читал отрывки информации, слышал обрывки разговоров, ужасался от болезненных криков, что раздавались из подвалов этого здания. В общем, штука рабочая, позволяет узнать многое и проверить каждого на вшивость. Но опять же — это ещё не скоро. Не знаю, сколько нам потребуется очков достижений и времени для развития и постройки базы. Здания каждого нового уровня будут строиться всё дольше и дольше.

Долгая дорога в ожидании встречи с берсерком продолжалась, и я с грустью смотрел на постапокалиптические пейзажи вдоль шоссе и дорог, по которым мы ехали. Нас даже ни разу не обстреляли, хотя я был почти уверен, что это неизбежно на таком длинном куске пути.

Когда мы уже подъезжали к тому месту, где Афина впервые запеленговала убийцу, мы увидели море. Дорога шла параллельно побережью. В этот самый момент наступила глубокая ночь, и наша цель пропала с радара, лишившись связи с Афиной.

Мы насторожились и остановились в пяти километрах от того места, где пропал сигнал.

Перед нами был длинный тоннель, пробуренный сквозь холмы и ведущий куда-то на северо-запад. Полная темнота, невозможность тихо разведать обстановку, да ещё и в длину он тянулся почти на три километра. Сволочь могла спрятаться где угодно. Даже такой глубокой ночью были видны покорёженные авто, забившие этот тоннель своими металлическими телами.

— Ну и что будем делать? Идём внутрь?

— Стоим и слушаем… Отойдите с возможной линии огня, — дал я команду, и мы сошли в сторону, вытаскивая оружие. Дробовик, «Аська», сверхмощный револьвер… Да, они не пробьют броню — но в случае чего оттолкнут противника и помешают ему. Единственный мой шанс — воспользоваться навыками ближнего боя и алебардой повредить самые тонкие элементы его защиты шеи либо же основания копчика. Другие точки с этим оружием не пробить. Разве что гранатами закидать ещё имеет смысл. Тем более в тоннеле. Там даже шумофильтры не спасут. А ещё лучше выманить его наружу. Здесь хоть Афина сможет его оглушить и дезориентировать, светофильтром лишить соперника обзора.

— Зомби не рычат. Эха никакого нет. Вместе с тем… — Я на мгновение снял шлем и принюхался. — Мертвечиной несёт сильно. Вряд ли зомби ушли из такого злачного места. У него был целый час, с момента исчезновения и до нашего прибытия. Он убил их всех. Сейчас три ночи, он очень долго был на ногах, идя пешком огромное расстояние. Тут даже костюм не поможет. Он устал. Скорее всего, он собирается заночевать где-то здесь. Живые в такое место сами по себе не сунутся даже днём. Слишком опасно. А зомби… Их он не боится. Разве что разбудят его своим рыком, — прошептал я своим соратникам, переходя на режим общения по шлемосвязи.

— Хорошо, тогда что делать будем?

— Роберто остаётся здесь. Если увидишь его, веди дистанционный бой и отступай. Огнестрела особо мощного у него не было. Просто не давай ему приблизиться к себе. Наташа — на другую сторону. То же самое, и возьми снайперскую винтовку. Бей под копчик либо в шею. Афина его засечёт и оглушит, ослепит, если он выберется отсюда. Я же пойду внутрь.

— Это опасно! — нахмурилась Наташа.

— Это необходимо. Возможно, он прямо сейчас спит, и я его легко схвачу. Афина, включай режим ночного видения, — поднялся я и дал команду соратникам отправляться на указанные позиции.

Обходить тоннель поверху — было довольно-таки сложным и небыстрым мероприятием. Так ещё и технические шлюзы наверх обнаружились.

«Афина — два дрона сверху тоннеля, к техническим шлюзам, чтобы эта тварь не выбралась внезапно и не атаковала Наташу», — потребовал я от неё, помогая запустить небольшие дроны с камерами, что хранились на заднем сиденье нашего автомобиля.

Когда всё было готово — я вошёл внутрь, в манящую неизвестность, с дробовиком на ремне в одной руке и алебардой во второй.

Приходилось быть очень внимательным, обходя крошки стекла и прочий мусор, осторожно ступая по земле, чтобы не создать лишнего шума. Зомби, гнилые, но недавно сдохшие, лежали повсюду в самом начале тоннеля. Видимо, здесь он вошёл, пошумел, убил их и отправился дальше. Я бы тоже рядом с трупами зомби не стал ночевать, а поискал бы себе место поспокойнее.

Шаг за шагом, сохраняя предельную концентрацию и контролируя даже такт собственного дыхания, я приближался к спрятавшейся где-то здесь цели. И её выдала музыка, играющая очень тихо. Он лежал в наушниках на заднем сиденье здоровенного внедорожника Линкольна, закинув ногу на ногу. Шлем лежал на капоте соседней машины, рядом же были видны какие-то консервы и остатки военного беспламенного разогревателя еды.

Я осторожно убрал за спину алебарду. Тихонько щёлкнуло крепление, но он меня не услышал и не заметил. Я сделал ещё пару шагов и переступил большой походный рюкзак, раскрытый наполовину.

«Берсерк» покачивал ногой в такт музыки. Кажется, это был его столь желанный рэп. Пареньку было лет двадцать, не больше. У него имелись многочисленные проблемы с кожей в виде прыщей и шрамов, а ещё стрёмные усики. Увидел я это всё благодаря фильтрам шлема и ночному видению. Не будь у меня его — я мог бы и пропустить эту сцену, ведь парниша был темнокожим. В моей руке появился пистолет. Я протянул руку к шлему и поднял его, и в этот момент капот врезавшейся в Линкольн машины громко щёлкнул, привлекая внимание гада. Тот запрокинул голову и посмотрел в темноту, где в шаге от него скрывался я. А спустя миг шлем врезался в его морду, ломая нос и давая понять, что сейчас ему будет больно.

Ну а у меня вскоре появится более продвинутая защита, в которой будет не стыдно вести вперёд свои легионы. Осталось лишь дать своей боевитой пехоте верного «коня», пусть даже это будут старые внедорожники и БМП. Главное, что в таком случае мы уже станем «кавалерией» постапокалипсиса и сможем устраивать полноценные рейды по всему американскому побережью, распространяя свои власть, влияние и идеи. Эпоха междоусобных войн только началась, и мы готовы принять в них непосредственное участие. Карибы и Флорида будут нашими. И мы заставим каждого считаться с нашим мнением о том, каким должен стать этот мир.

— Я гарантирую тебе ад, маленький глупый берсерк, за всё то, что ты совершил. Ты станешь очередным символом, доказывающим, что возмездие неминуемо. Оно заглянет в гости ко всем, кто открыл своё сердце непроглядной тьме, распространяя эту скверну и грязь беззакония, анархии и самоуничтожения человечества по всему миру. — Я вытащил за волосы потерявшего сознание ублюдка из машины и побрёл по тоннелю назад, к своим соратникам, насвистывая незатейливую мелодию.

Город Тампа смывался безжалостной стихией. Безымянный ураган, сильный и мощный, словно само воплощение безумной ярости природы, многометровыми волнами, а также безудержным ветром, скоростью в две с лишним сотни километров в час, да ещё и непредсказуемыми торнадо, что обрушивались и на море, и на землю, убивая всё на своём пути обрушился на Флориду. Разрушение остатков цивилизаций на месте некогда крупного и густо заселённого города было неотвратимым. Именно по нему ударил ураган, принеся с собой всю ярость стихии.

Больше не было специалистов, которые могли бы дать этому урагану имя и предупредить людей. Не было и ликвидаторов катастрофы. Не было экипажа, который починил бы сломанные или вывел бы из порта в океан целые яхты и корабли. Стихия поднимала их и бросала на скалы, прибрежные дома и дороги, уничтожала труд десятков, если не сотен тысяч человек, создавших этот город. Отныне он был непригоден для жизни…

Ещё одно доказательство того, как хрупка человеческая жизнь. Ещё вчера люди, которые жили здесь, были одним из самых сплочённых анклавов и крупных группировок с чёткой системой власти и надеждами на будущее. А теперь они могут лишь молиться, в надежде, что удар стихии до них не достанет. Зомби проще, чем людям. Вода уйдёт, ветер стихнет, и те из них, кого не унесёт в открытое море отливом, смогут восстать и вновь отправиться на поиск вожделенной еды… Им плевать, что есть. Главное, чтобы мясо. А стухшее или свежее — им без разницы. Не трогают они лишь себе подобных. А все наши мероприятия по уничтожению заразы и зачистке территорий «Круизеров» отныне придётся проводить заново. Торнадо были такой силы, что даже зомби могли подбросить в воздух и зашвырнуть на километры. И если они достаточно удачливы, то после падения они могли даже выжить и стать новой угрозой для нас — людей.

— Наташа, уходим. Больше нет смысла пытаться убить Бобби, — отодвинул я военный визор шлема, заполученного в Терминале, и посмотрел на землю рядом с собой.

Костюм-хамелеон Наташи прекратил расходовать энергию и отключил маскировочное поле, позволяя полюбоваться её фигурой. Особый продвинутый боевой костюм разведчика с модулем сокрытия был драгоценной находкой, которую я и сам бы не отказался поносить. Но у меня был мой алый костюм берсерка, который уже стал визитной карточкой в регионе. Сперва, конечно, эта репутация работала против меня, ведь все думали, что я и есть тот маньяк, что нападал на многочисленные группы выживших, но организованная мной публичная казнь этого ублюдка в Майами с приглашением всех лидеров более-менее крупных группировок позволила снять с меня подозрения и объявить о собственных претензиях на титул сильнейшей группировки в регионе. Демонстрация силы и статуса, возможностей и уверенности внесли явную сумятицу в регион. Ведь казнил я его не сразу, а лишь после того, как наш элитный отряд совершил свой вояж в Техас и невероятным трудом смог вытащить почти полтысячи законсервированных бронеавтомобилей, БМП и другой устаревшей и списанной техники с военной базы США. За неё пришлось повоевать с местным ополчением и солдатами, пролить немного крови, но оно того стоило. Всё равно, если бы не мы, то кто-то другой пришёл и забрал бы это сокровище. Старое, но отнюдь не бесполезное. А с учётом более простого ремонта — даже более востребованное, нежели суперсовременная военная техника из терминалов. У нас даже несколько десятков обученных специалистов нашлось на эту технику. Да и в целом обучить людей было в разы проще, чем на всякие американские «Абрамсы» или российские Т-90. В общем, теперь мы выглядели не просто опасными бойцами, специализирующимися на зомби, у нас появилась и бронированная мобильная бригада, которая могла совершить марш-бросок и нанести удар в тыл потенциального врага.

С момента этого «парада» и казни кровавого маньяка наш статус изменился. И наши договоры с местной армией, которая всё ещё превосходила нас в живой силе и технике, тоже изменились. В ход пошли требования, угрозы, ультиматумы. Тяжело быть другом для тех, кто видит в тебе угрозу. И из потенциального списка друзей нас вычеркнули. И потребовали «убираться», оставив незаконно полученную технику. Ха-ха-ха! Спешу исполнить приказания…

Если у меня исчез один союзник, то на его место может прийти другой! Так мы решили и стали действовать через Афину и наших экипированных в броню «дипломатов». Люди зачастую — неблагодарные твари. Но не все и не всегда. Пока ты им нужен и они зависят от тебя — они будут делать всё, что ты попросишь. Так мы и поступили, сосредоточившись на защите, спасении и обеспечении нормальной жизни у мелких группировок. По сути, этим же занимались и армейцы, прибывшие во Флориду с военной базы Гуантанамо. Мы уступали им в количестве, репутации и имели меньше легитимности на этих землях, но компенсировали это качеством, наличием собственного флота, какой бы слабый он ни был, и разведкой. Афина находила информацию не хуже, чем живые разведчики армии США. А доставляла эту информацию до моего штаба намного быстрее. Флорида замерла в ожидании первого хода кандидатов на трон полуострова… Очень быстро и внезапно мы превратились из бесконечно отстающего аутсайдера в потенциального кандидата на титул правителя штата.

Армейцы думали, что смогут обыграть меня, договорившись с третьей по силе группировкой, находящейся в Тампе. Они отправили своих людей, связались, провели переговоры и не действовали против меня и моих людей, ожидая окончания переговоров и объединения двух крупнейших местных воинских формирований для противостояния нам — пришлым людям. И мы отправились сюда, чтобы сорвать эти переговоры. Но вместо нас свой вклад в будущий успех Круизеров внесла матушка природа — практически уничтожив основу армии из Тампы.

— Повезло этому ублюдку… Его спас этот ураган! — убрала снайперскую винтовку Наташа и начала быстро её разбирать, пряча в защитный кейс от непогоды.

— Ну, не такой уж он и ублюдок. Я могу его по-своему понять. Хоть он и выбрал довольно неоднозначные методы подчинения жителей города и окрестностей… — я смотрел на раскачивающихся взад и вперёд под порывами ветра повешенных жителей Тампы.

Их было… Больше, чем у нас. В несколько раз. Хотя мы в последние дни повесили тоже очень и очень многих. Но между нами была и существенная разница…

— Тоже мне, сравнил! Мы вешаем насильников, убийц и грабителей, которые совершенно потеряли человеческую сущность. Он же использует этих ублюдков, чтобы вешать несогласных и оказывающих сопротивление. Другими словами — это политическое преследование!

— И вот результат — он немаленьких размеров Тампу подчинил за такое короткое время! Не удивлюсь, если окажется, что это один из крупнейших городов США, самостоятельно, без полноценной армии, самоочистившийся от зомби и различных группировок. Но это было вчера. Сегодня город и от людей самоочистился.

— Был свободным да сплыл… Судьба сама наказала этого ублюдка. Ладно, возвращаемся?

— Нет, идём в укрытие. Ближайшие часов десять лучше остаться в убежище. — оценил я шестиметровые волны, уничтожающие здания и уносящие их обломки по городским улицам.

Мы вернулись, пробежавшись на два километра в сторону пригорода и запрыгнули в ближайший частный дом, показавшийся нам надёжным. Подвалы были в каждом из подобных домов, ведь именно в них обычно планировалось дожидаться конца бушующей стихии. Вода до сюда дойти не должна, а от торнадо и ветра должны спасти эти частные бункеры.

Дом был заброшен, и даже зомби в нём не оказалось. Мародёры уже вычистили всё, что было им нужно, так что нам осталось лишь стянуть мусор в один угол подвала, а во втором достать из моего бронерюкзака спальник, чтобы в тепле и комфорте дождаться окончания урагана.

У Наташи рюкзака не было. Вместо него за спиной имелся кейс для винтовки. Он был обычным, раскрашенным в цвета хаки. Так что Наташе было бы довольно сложно поддерживать своё сокрытие с оружием в руках. Кейс так вообще мне таскать большую часть дороги пришлось, пока она в разведку бегала. Но всё равно — польза от этого костюма была неоспоримой, а возможности его использования демонстрировали наше превосходство над всеми вокруг. Жаль, что он такой один был. Причём адаптивный костюм разведчика мы нашли в одном терминале — и их мы могли спокойно брать на вооружение бойцов, хотя они похуже наших привычных, из китайского квартала, а вот маскировочный модуль был эксклюзивом из другого терминала под нашим контролем.

Цена адаптивного костюма составляла тысячу сто очков достижений, что делало его очень дорогостоящей покупкой, а отсутствие модулей не позволяло раскрыть потенциал этих костюмов. Ведь по своим стандартным свойствам они уступали, как я уже донёс до каждого офицера Круизеров, обычным боевым костюмам, что повсеместно использовались нашими бойцами. Вес, защита, мощность вшитого экзоскелета… Везде показатели слабенькие. Но с модулями… С модулями раскрывалась ценность подобных адаптивных костюмов. С ними их можно было превратить в узкоспециализированные, но крайне эффективные костюмы. Осталось лишь найти эти модули…

— Ляжешь рядом? — накрылась спальником Наташа, ведь было довольно сыро и холодно, и даже костюм не защищал от этого холода.

— Нет, подежурю и с Афиной пообщаюсь, ознакомлюсь с отчётами, гляну, что происходит в Майами.

— Хорошо. Разбуди меня, если решишь отдохнуть. — сняла она шлем и положила рядом с собой, накрываясь спальником.

Господин, из-за шторма у меня отсутствует связь с основными объектами моей сети.

Я переключил шлем на внутреннюю связь, выключил внешние динамики, чтобы не будить Наташу, и стал беседовать со своей виртуальной помощницей.

— Давай обсудим то, что мы имели на момент потери соединения. Каков твой прогноз и рекомендации по ситуации на Флориде с армейцами?

— Чистое сравнение сил выглядит следующим образом: боевой потенциал армии США в этом регионе составляет четыре целых и две десятых по шкале боевой эффективности, разработанной мной. В то же время боевой потенциал Тампы составлял три целых и ноль десятых, однако после шторма я ожидаю его падения на два-два с половиной пункта. Таким образом, даже в случае полного присоединения оставшихся и выживших сил Тампы к союзу армейцев и их сателлитов составит пять целых и две десятых.

— Как ты оцениваешь наши силы в регионе и в целом? — поинтересовался я у неё.

— На данный момент наши войска хорошо экипированы, но малочисленны, что усложняет возможность экспансии и взятия под контроль местных группировок и общин выживших. По шкале боевой эффективности наши силы оцениваются в три целых и три десятых. Я ожидаю больших проблем и активности армейцев после получения двукратного перевеса над нами. Однако их методы оценки не точны, и они могут уже посчитать, что имеют значительное преимущество перед нами, — ответила мне Афина.

— Вне Флориды силы Круизеров тобой как оцениваются? — стал я размышлять над вопросом получения подкрепления с Кубы, Ямайки и других островов Карибского архипелага.

— Шесть целых и четыре десятых, но значительная часть нашей силы заключена в нескольких боевых кораблях и переоборудованных гражданских судах, которые недавно вошли в состав нашего флота с зачищенных военно-морских баз США и местных сил.

— Сколько сил мы можем безболезненно перекинуть сюда?

— В данный момент основной потенциал Круизеров задействован для поддержания контроля на Кубе и проведения специальной операции в Гаити и Доминиканской Республике.

— Так сколько?

— Всего лишь пять десятых пункта. Но это будут отряды с Багамских островов. Их эффективность не слишком велика. В основном это вооружённые отряды добытчиков.

— Что из себя располагают эти пять десятых пункта?

— Около двух тысяч экипированных и прошедших базовое обучение бойцов, два десятка быстроходных легкомоторных катеров, шесть бронированных сторожевых судов устаревшей конструкции, но всё ещё способных выполнять свою миссию, пятьдесят единиц наземной техники. Из них кустарно бронирована лишь треть автопарка.

— Не густо… — оценил я возможное подкрепление. Но эти хотя бы обучены и вооружены, это лучше, чем ополченцев с Кубы перекидывать, которые будут уступать даже местному мясу из числа второсортных банд. — Долго Гаити ещё освобождать?

— Численность зомби в этом бедном и густонаселённом уголке земли очень велика, а местность представляет собой сплошные джунгли и горы, непроходимые дороги. По моей оценке, это займёт ещё около месяца в лучшем случае… Но если мы немного скорректируем нашу тактику и стратегию… Могли бы ускориться.

— Месяц… Кубу быстрее освободили…

— У Кубы была и есть армия, Господин.

— Да. Дай расклад по Кубе. — тяжело вздохнул я, понимая, что мы хоть и сильны, но воюем сразу на нескольких фронтах.

И даже несмотря на моё присутствие, переброску элитных сил и вложение огромных средств в развитие наших местных баз, мы всё ещё безнадёжно отстаём от американских военных, отрезанных от своего командования и столкнувшихся с огромным количеством проблем и… Зомби. Правда, не будь тут меня, мы бы уже вылетели из Майами как ядро из пушки. А так удалось сорвать некоторые их договорённости, подмять под себя некоторые группы выживших, захватить ресурсы и получить пусть и не такую славную, как у армейцев, а всё же достойную репутацию блюстителей порядка и гаранта безопасности.

— На Кубе в данный момент времени наблюдается относительное затишье. Из четырёх генералов в живых остались лишь наш генерал Сантьяго и один из трёх его оппонентов — генерал Альберто. Общий расклад сил таков, что Сантьяго и Круизеры удерживают пятьдесят девять процентов территории, а генерал Альберто лидирует в количестве перешедших под его командование войск и людей, проживающих на его земле. Шестьдесят процентов мирного населения находится под его контролем, что же до числа военных и бронетехники, используя мою шкалу, он достиг двух и девяти десятых пункта боевого потенциала. Наш же союз обладает тремя пунктами боевого потенциала на Кубе.

— Ты сказала, что Альберто обладает преимуществом? — нашёл я нестыковку в её словах.

— Численным преимуществом. Качество подготовки войск и боевой потенциал пусть и немного, но на нашей стороне, — ответила Афина.

— Хорошо. Если мы закончим наконец-то это гражданское недопонимание на Кубе, сколько сил мы сможем высвободить для поддержки Флоридского фронта?

— Наши силы на Кубе составляют тридцать процентов от общей союзной мощи. С учётом добровольцев и поддержки генерала Сантьяго, мы сможем отправить примерно полтора пункта боевого потенциала.

— Другими словами, мы можем притащить около двух пунктов к уже имеющимся трём и трём, и у нас окажется в сумме пять целых три десятых, а у наших соперников будет пять целых, две десятых… И это мы не учитываем возможные потери и приобретения здесь на месте, верно? Мы всего лишь выровняемся?

— Верно, — подтвердила мои нехитрые математические расчёты Афина.

— Печально. Надо делать из генерала Сантьяго не союзника, а подчинённого, управляющего Советом Спасения Кубы. И перебрасывать побольше войск. В том числе брать в расчёт войска генерала Альберто. Кажется, пока здесь бушует непогода и все будут заняты устранением последствий урагана — я должен вернуться на Кубу и самолично заняться разрешением этого затянувшегося конфликта… — размышлял я, представляя, как поменяется расклад сил в регионе, если направить сюда практически весь боевой потенциал Кубы, а не его маленькую часть.

Что ж, так и поступим…

— Есть ещё какие-то интересные новости и наблюдения? — решил спросить я у Афины.

— Помните военную базу США на южной косе Флориды?

— Где авиабаза, порт и радарная станция стоят? Куда представитель армии США ехал, но мы прервали их переговоры?

— Да, именно она. У них сменился командир. Прошлого, видимо, в ходе военного бунта, убили, и в данный момент базой управляет первый помощник командира. Нам бы очень даже не помешал союз с ними, так как это поможет установить контроль над судоходством в регионе и получить квалифицированную военную поддержку со стороны авиации, а также базу для обслуживания военных судов малой и средней вместимости. Опять же, у них есть кадры для ремонта военных судов. Обученные и прошедшие специальную подготовку. Запчасти…

— Захотят ли они этого союза? Вот в чём вопрос. Я не знаю, что ими движет и какие у них мысли насчёт нас. Быть может, новый командир — это человек от генерала Адамса… — задумчиво произнёс я, удивляясь, как бывший полковник вообще набрался храбрости объявить себя действующим генералом.

Думаю, тут дело в том, что к нему присоединились многие настоящие генералы… Отставные пенсионеры или же главы различных служб, без реальной власти, но в звании. Вот ему и был необходим новый статус, чтобы командовать всеми этими людьми. Афина сказала, что он даже подделал бумаги из Пентагона, якобы дошедшие чудом с гонцами из самой столицы. Ну да, не мне его обвинять в манипулировании фактами и попытке контролировать толпы. Сам такой же.

— И всё же я бы порекомендовала попытаться выйти с ними на связь.

— Хорошо, отправь Роберто с группой поддержки для восстановления контакта и переговоров, — дал я указание Афине.

— Сделаю. Ещё одна крайне важная новость… К северу от Флориды активно появляются мелкие банды. По какой-то причине они называют себя кланами. Они все на автотранспорте, вооружены и весьма воинственно настроены. Они двигаются с севера и занимают различные территории, попутно подминая под себя местные банды и анклавы. Судя по их разговорам, они все сбежали от угрозы с севера. Я так и не поняла — речь идёт о зомби или же появлении какой-либо могущественной группировки, армейских соединений или ещё кого-то. Точной информации ещё нет, лишь противоречащие друг другу слухи. Я работаю над этим.

— Кланы, да? Кланы — это хорошо. С ними будет легче общаться, их легче подчинить либо уничтожить в случае несогласия и наглости. Ими можно манипулировать в своих целях… Узнай, откуда они пришли или от кого сбежали.

— Сделаю, Господин, — ответила моя прелестная помощница. До конца урагана было ещё очень далеко, а мы оказались слишком близко к его эпицентру. Придётся задержаться. Благо, мне есть с кем поговорить в это время…

— Хван, быстро и по делу. — Мы вбежали в наш лагерь, берцами разгоняя во все стороны воду из луж и пытаясь перекричать всё ещё не до конца стихший ветер.

— Босс! В лагере всё стабильно. Городские кварталы зачищаем по плану, восстанавливаем районы. Приняли три группы беженцев, четыре представителя различных группировок пожелали установить контакт и начать сотрудничать. Ничего необычного, всё как всегда. Из необычного — перестали выходить на связь Роберто со своими ребятами, они отправились выполнять ваше указание. Не можем связаться с ними больше двух часов, отправили прикрыть их Кулак Хавьера и узнать свежие новости. Ах, ещё торговый караван на лодках в порт приплыл. Но мы их ждали и гарантировали их безопасность. Ничего необычного, ничего сверхважного, но в целом позволили нашим людям совершить обмен и приобрести себе необходимое. Дали им питьевой воды в знак доброй воли. — Выскочивший из здания штаба Хван тут же отчитался.

— Торговцы? Занятно. Ладно, поднимай боевые отряды по тревоге. Пятьдесят кулаков, полная боевая экипировка, гранаты, штурмовые винтовки, снайперы, аптечки. Выдвигаемся на хаммерах и что там ещё у нас на ходу.

— Наша цель?

— Южная военно-морская база. Роберто в их плену. Там произошло что-то очень и очень странное, и меня это, мягко говоря, напрягает. Афина не успела засечь угрозу и отреагировала только когда стало уже слишком поздно.

— Ах, вот почему она рекомендовала отправить небольшой отряд для наблюдения издалека?

— Именно так. Если происходит что-то непонятное, значит всё дело в вооружении из Терминала. Понятия не имею, что именно попало им в руки, но мы должны быстро отреагировать и не допустить новых ошибок. Кто там, Хавьер дежурит?

— Так точно.

— Афина, свяжи меня с ним. Хван, собирай людей.

Лагерь, несмотря на отвратительную погоду и ветер, зашевелился. Бойцы поднимались с коек, отряды разведки устремлялись обратно, не занятые в зачистке города и прикрытии пчёлок, бойцы экипировались.

Их поторапливали как могли, ну а мне нужно было понять, что именно случилось. По словам Афины, это произошло как раз в момент её слабости, в попытке достучаться до брата Ареса, но всё же она расшифровала сигнатуры происшествия, пусть и с задержкой. Первый факт — они дошли до базы и въехали на её территорию. Они были полностью экипированы, защищены и шлемы не снимали с головы. После остановки на базе прошло не больше трёх минут, после чего они внезапно отключились, и она потеряла с ними связь. Отключение было мгновенное, и с тех пор она не знала об их судьбе. Единственное, что она смогла сделать — это подключиться к местным армейцам и войти в их эфир в тот самый момент потери контакта и услышала доклад кого-то из бойцов, что «бандиты пойманы, устройство сработало как надо». Следом и на всей базе пропала связь, восстановившись лишь через полчаса, но про ребят уже никто и ничего не слышал и не говорил.

Что за устройство? Почему «бандиты»? Вряд ли мои ребята не представились. А не знать имя Круизеров, о котором из всех работающих радио время от времени слышны призывы вместе бороться против зомби и засилия преступников — они не могли. Значит, кто-то их науськал… И подозрения у меня падают только на одного человека — генерала Адамса, чьего подчинённого, майора Хольма, я подставил, желая сорвать сделку двух военных шишек и не допустить зажатия моих ребят военными подразделениями США с севера и юга.

Пока собирались, встретился с командирами отрядов, обрисовал обстановку, предупредил о том, что они каким-то образом смогли пленить ребят, используя технические средства. Поэтому на данный момент наши костюмы не панацея и нам необходимо в первую очередь думать своей головой и наблюдать за неприятелем.

К сожалению, окружить их невозможно. Они расположились на тонкой полосе земли, укреплённой сталью и бетоном, перекрытой блокпостами, с единственной дорогой, ведущей через военную базу к дальнему маяку и радарной станции. Для обороны эта база подходит практически идеально — ведь мы сможем идти лишь небольшой группой вперёд, и вся наша бронетехника станет лишь временным прикрытием и удобной мишенью для стрельбы.

— Разведка докладывает… — закончил я сеанс связи с Хавьером, — что наших ребят не видно, перед въездом к их базе появилось несколько дополнительных рубежей обороны, блокпосты, колючая проволока, противотанковые ежи перегородили единственную дорогу. Почти пятьдесят метров перед въездом на их базу засеяно минами, и пробраться, а тем более штурмовать их базу вот так сходу — невозможно.

— А если по морю? — предложил кто-то из командиров.

— По морю — можно. Но не сейчас, а когда непогода уйдёт. Наши силы разметает о скалы, и даже костюмы не спасут от гибели. Рисковать не вижу смысла. Связи с Роберто и бойцами до сих пор нет.

— Афина не взломала их защиту?

— Конечно же, взломала, но они не имеют практически никакой электронной инфраструктуры. Радар отключен, системы защиты отключены — всё работает только за счёт дежурящих бойцов. Максимум, что мы можем сделать — это обесточить базу и открыть дистанционно шлагбаум. Что, не особо-то нам и поможет… — я посмотрел на поднимающееся к зениту солнце, которое прекрасно заменит местным свет лампочек.

— Но мы же не пойдём на штурм по минному полю? — встревоженно заявил боевой кубинец, что одним из первых вошёл в наши ряды. Кажется, он был тем, кто сидел за рулём одного из автомобилей, прикрывших нас во время первой стычки с толпой зомби на кубинском берегу в порту Мариэля.

— Нет. Наша задача убедиться, что наши бойцы у них, понять, по возможности, живы ли они, выяснить, каким образом их сумели пленить, найти слабые стороны их базы и связаться с их наглым командиром. Я точно знаю, что у них не больше двух сотен солдат осталось, и ещё есть какое-то количество гражданских, которых они приютили. Но в целом они нам не соперники — если только мы прорвёмся на саму базу. — Хван, оставь кого-нибудь за главного, ты ведёшь наш отряд. Я наблюдаю и оцениваю обстановку. Если начнутся переговоры — проводим их на нейтральной территории. Внутрь небольшим отрядом не идём. Понял?

— Они должны знать, что наш командир носит красные доспехи…

— Скажи, что Роберто твой подчинённый, и из-за таких пустяков меня звать не нужно. Я буду сидеть в хаммере и следить за всем происходящим. Контакт держим через Афину. Всё, вперёд, по ходу дела будем думать, как нам быть.

Завелись моторы, заправились горючим баки, сотни бойцов уселись в автомобили. Частично опустели гаражи. Сейчас за нами наверняка наблюдают люди Адамса. Пусть видят, куда мы едем. Это всего лишь часть наших сил, и в обороне осталось не меньше людей. Да и их средства связи под полным нашим контролем. Пусть только попробуют что-нибудь выкинуть, заслав разведчиков или диверсантов, как на прошлой неделе. Убьём и закопаем. Перехватим на полпути, в безлюдном месте, и хрен они что докажут. Останется генералу и его людям лишь локти кусать, что таких бойцов потеряли. Опять. Самые исполнительные бойцы — как правило, самые лучшие. Жаль таких убивать, но если их цель мои ребята или мирные жители, а своей диверсией они хотят посеять вражду на моей земле — то не стоит меня винить за излишнюю грубость.

Ехать нам было не очень долго, но непогода сделала своё коварное дело, и дорогу местами затопило, местами забросало грязью и мусором, поваленными пальмами. Приходилось осторожно пробираться, петлять, останавливаться и расчищать проезд.

— Дорогу перекрыли… — на небольшом участке шоссе между двумя островами Флоридской косы стоял автомобиль, перекрывая нам путь. Его владелец был рядом и злился, пинал его. Поднятая крышка капота намекала на проблемы с двигателем.

— Это может быть ловушка. Но другого варианта у нас нет. Хосе, бери своих людей и перетащите эту машину с моста куда-нибудь. Будет мешать — прямо в воду скидывайте.

— Есть, босс!

Десяток людей в чёрных бронированных костюмах отправились по мосту вперёд. Их накрывали брызги всё ещё беснующегося моря. Не удивлюсь, если окажется, что этот человек действительно сломал автомобиль из-за гидроудара от накатившей волны морской воды. Хотя, что он тут вообще забыл один? И куда он уезжал? Армейцы выгнали? Сомнительно… Ой, сомнительно. Хотя, всяких людей в наше время на дорогах можно встретить. Будем внимательны, но поспешных выводов делать не стоит.

Бойцы подняли и развернули авто, а затем и вытолкали его через мост в нашу сторону и припарковали у самого въезда на эстакаду. Мы осторожно поехали колонной вперёд, останавливаясь в пятистах метрах от военной базы и рассредотачивая технику на ближайших улицах, где придётся. А пришлось делить на три группы, так как слишком узкие островки эти местные. Ещё и сломанным хламом заставлены. Распихивали их укреплёнными бамперами хаммеров, чтобы хоть какое-то пространство получилось.

По сути, хаммеры сейчас скорее выполняют функцию демонстрации силы и возможностей. Ну и скоростной доставки бойцов в зону возможного конфликта.

— Если всё будет совсем дерьмово — одну из этих ржавых колымаг ставим перед хаммером и толкаем по дороге вперёд. Будем так разминировать.

— Принято. — Согласился с моим предложением Хван и начал командовать. — Снайперы, ищем позиции, щиты вперёд, пулемёты по краям. Третий и четвёртый ряд составляют бойцы с подствольными гранатомётами на оружии. Перепашем всё, что нужно, гранатами, чтобы проще было добраться до наших парней! Афина уже готова запустить рой дронов нам на помощь, но всё равно — надежда только на нас. Если они убили наших ребят — им уже ничто не поможет! Следуем командам! Прикрываем друг друга! И помните, у смерти рядом с нами всегда много работы. Но своих помощников она обычно не трогает! Давайте, шевелитесь! Машины разворачивайте, перекрываем улицу!

— Ну что же… — Я внимательно вслушался в отчёты Афины и следил за передвижением бойцов. — Думаю, самое время направить к нам парламентёра… Или им этой демонстрации силы всё ещё недостаточно?

«Высылаю десятку дронов — проверим их воздушную оборону и поищем информацию с камер.» — Подсказала Афина и запустила с ближайшей базы — занятой нами радиолокационной станции в самом начале приключения в Майами. Там всегда имеется запас в пару десятков готовых к запуску дронов и пара дежурных, которые отвечают за их подготовку к взлёту.

Основная же наша база располагает дронами в количестве более тысячи штук, но лишь сотня из них сможет долететь до сюда и вернуться обратно на базу. Вооружение они не несут, это не те военные образцы, за которые правительство США тратило миллиарды долларов ежегодно. Это профессиональные и гражданские версии, оборудованные камерами и кустарными «хваталками» для сброса гранат, либо же начинённые взрывчаткой для самоубийственной детонации. В любом случае — для наших целей этого более чем достаточно.

Ох, ещё не долетели и первые дроны, а уже с их стороны делегация показалась. Я весь обратился в слух, внимательно слушая плоходоносимые издалека слова солдат. Если коротко, то шли бы мы лесом и полем. Не очень деликатно. Но показывает их отношение к нам. Хван представился по своему полицейскому прошлому, майором полицейского департамента, принявшим на себя должность командира международного подразделения ополчения Круизеров. Сообщил, что к ним были отправлены представители нашей международной организации в качестве дипломатов и даже сослался на международные акты, гарантирующие безопасность дипломатического персонала. Лихо ему Афина подсказала, как диалог строить!

— И я требую немедленно освободить представителей нашей международной организации, либо же быть готовым к нашему протесту. — На последних словах он поднял вверх свою штурмовую винтовку и передёрнул затвор. — Пусть от вас выйдет тот, кто отдал приказ и объяснит свои мотивы, извинится, и уверен, мы, как взрослые и разумные люди, найдём компромисс и взаимопонимание. Это досадное недоразумение будет забыто, и впереди нас ждёт долгое и взаимовыгодное сотрудничество. В обратном случае, боюсь, вас не ждёт ничего хорошего. Мы вернём своих ребят живыми или мёртвыми. Но во втором случае — рядом похороним и всех, кто был на вашей базе в момент их пленения.

— Вы забыли одну простую истину. Здесь мы — армия США, а ваши права и слова всё равно что бахвальство пиратов и наркоторговцев. Много слов, оружия, слёз убитых вами людей. Но за вами нет ни правды, ничего остального. Мы готовы к обороне и вы можете хоть тысячи костюмов сюда пригнать — все и сдохнете. Тем более, что вскоре официальное правительство штата Флорида объявит ваш статус как международных террористов. Посмотрим, как много людей вы потеряете в тот же день!

Ха, понятно. Значит всё-таки генерал сумел вызволить своего майора и договориться, заодно обвинив нас в саботаже переговоров! Не знаю, догадался ли он или просто предположил и использовал ситуацию себе во благо, но вынужден признать, проблем от этого у нас теперь добавится. Ну и понятное дело, теперь я знаю почему эти ублюдки столь смелые. Их прикрывает главная сила в регионе.

— Афина, пристальное внимание на передвижения войск генерала Адамса.

«Уже. Нет, они ещё не оправились от удара стихии. Их войска рассредоточены. Они не ожидали подобного развития ситуации. И у них явно хромает связь. Донесения о пленении группы Роберто всё ещё не было.» — отчиталась моя помощница.

— Мы можем высадить группу к маяку, чтобы они зашли с тыла?

«Нам понадобится несколько часов. Волнение моря уменьшится и мы сможем вывести пару катеров из порта Майами либо же с Кубы. Но отряд с Кубы вряд ли будет готов к такому столкновению.» — Афина как обычно рассматривала несколько вариантов развития событий.

— Кажется мне, что без крови сегодняшний день не закончится. Дроны на подлёте?

«Две минуты.»

— Тогда давай так — нагружай, петляй, вычисляй их узлы противовоздушной обороны, если она вообще есть у них, элитную группу, а лучше две — грузи на катер и перебрасываем к маяку. Не надо отправлять туда сотни бойцов. Хватит и одной элитной группы для удара в тыл. Туда же дроны на разведку. Они наверняка там своих наблюдателей держат. Только попробует вылезти — уничтожай сразу. Они всё равно по-хорошему не хотят.

«Принято. Готовлю дроны для вылета и массовой атаки территории базы. Одновременно я смогу вести и управлять порядка двух сотен дронов.»

— Мало. Всё равно мы будем готовиться и тянуть время, чтобы зайти с нескольких сторон. Пусть к нам подъедет пару десятков операторов дронов с нашей базы и заодно ласточку нашу пригонят…

«Вы имеете в виду ракетную установку залпового огня?»

— Совершенно верно. Спецов на неё у нас нет, но есть ты, есть я, есть мануалы. Скажешь, что нажимать.

«Я не могу подвергать вас риску при работе с этой устаревшей техникой. Я найду человека, что поможет приготовить к ведению огня данный тип вооружения. Также рекомендую задуматься о миномётах. У нас есть всего пятнадцать человек, обученных работе с ними, но даже так — это может оказать внушающий деморализующий эффект на соперников и заодно поможет взорвать мины на дороге перед военной базой.» — предложила внести корректировки в наш план Афина.

А план начал складываться, и это радовало. Я вышел в закрытый канал связи и дал новое указание Хвану:

— Дружище, объяви им ультиматум. Скажи, что мы готовы к плохому развитию событий и войне с обезумевшими солдатами и офицерами, совершившими военный переворот на собственной базе. Если они хотят войны — то они её получат через три часа. И остановит нас только белый флаг и готовность выдать живыми наших соратников.

Стоило Хвану передать мои слова, как офицер с другой стороны набрал полную грудь воздуха, видимо, желая посмеяться, но резко осёкся, услышав гул пролетающих и резко ныряющих в разные стороны дронов.

Быть может, против костюмов у вас и появилось какое-то невероятное оружие, способное нас всех остановить. Но что насчёт остальных типов вооружений? Поднимете в воздух авиатехнику? Сколько там самолётов и вертолётов у вас в рабочем состоянии? Слишком много самоуверенности ещё никогда не помогали трезво смотреть на этот мир. Я готов к битве. А вы?

Как же приятно наблюдать за тем, как рушатся мечты и обламываются планы тех, кто пошёл против тебя. Мы не спешили, не лезли на рожон. Они были уверены в своих союзниках, а я в своей собственной разведке. Непогода сходила на нет, и вскоре из Майами отправились в путь два среднеразмерных катера с отрядом десанта на борту. Дроны полетели к их базе и к маяку, чтобы вычислить точки обороны и прикрыть нашу высадку.

И если дроны у маяка не стали сбивать, хотя пытались достать их выстрелами из винтовки, то вот дроны под управлением Афины на территории военной базы смогли порезвиться не больше пяти минут. Огонь потенциального противника уничтожил их, но мы выяснили, что у них всего две позиции для ПВО, работающих по малым объектам вроде гражданских дронов. Всё остальное — подготовленные позиции для обороны и стрелковое оружие. У них даже такой привычной пушки против дронов не было! Ничего из современных средств обороны против этой вездесущей заразы.

И пусть их радость от сбитых разведчиков была шумной и неприятной для нас с бойцами, и я, и офицеры уже сделали выводы. С двумя сотнями дронов они не справятся. Тем более, если это будут не обычные разведчики, а вполне себе огрызающиеся, швыряющие гранаты и начинённые взрывчаткой дроны-камикадзе.

Они уже приготовились к последствиям и ждут нашего штурма. Но мы не спешим и готовимся к бою, выгодному на наших условиях. Приехали миномётчики. Не много, но нам и этого хватит. Мы отступили во избежание неприятностей назад, навели на цель системы запуска снарядов, готовясь разминировать площадку перед въездом на базу. Американцы её укрепляли, баррикадируя мешками с песком и прочими прелестями вроде противотанковых ежей. Вдалеке пронеслись катера с штурмовиками тыла, Афина приготовилась запустить дроны в воздух.

Я ещё раз уточнил новости, оценил передвижения армейцев в Майами и их окрестностях, послушал, что сумела распознать Афина о моих ребятах. Кое-как заработала связь, и по обрывкам фраз она поняла, что они всё ещё живы — находятся в подвале главного штаба военно-морской базы.

Это очень хорошо. Когда они поймут всю тщетность своей одиозной подготовки и отсутствии подкреплений со стороны генерала Адамса, им же будет что предложить в обмен на собственные жизни. Знать бы ещё, за счёт чего они моих парней вырубили…

— Афина, напомни им об трёх часах… — Попросил я помощницу, и мощный громкоговоритель на базе оказался в её власти, донося до всех, что меньше чем через минуту мы перейдём к активным действиям. Бестолку…

— Начинаем. — Отдал я приказ, в третий и последний раз закончив проверку бойцов.

Вдалеке взлетели дроны, готовясь к своему рейду на базу чрезмерно обнаглевших вояк. Закричали командиры отрядов, вскинули винтовки бойцы, снайперы начали выискивать свои цели.

— Вижу американца в нашем костюме…

— Подтверждаю, они сняли их с наших парней. — Подтвердил и второй снайпер с оружием и оптикой, позволяющим вести огонь на два километра, а за ним и Афина среагировала, сообщив, что засекла на самом деле уже три костюма. Снайперам нашим вообще повезло. Афина с помощью подсказок и математических расчётов увеличивала эффективность стрельбы и прицельную дальность практически в два раза.

Вылезли ребята в костюмах не просто так, а по истечению трёхчасового периода, дабы встретить врага во всеоружии. Да только спрятались в укрытия после прилёта первого же миномётного снаряда. Мои бойцы оставались под прикрытием, и с той стороны не донеслось ни одного выстрела, пока продолжались взрывы от падающих снарядов, размириующих и уничтожающих дорогу.

Не успел отгреметь последний снаряд, как поступили первые доклады о высадке на мысе близ маяка, а первый дрон ворвался на территорию базы. Началась стрельба, взрывы и, как я очень надеюсь, паника.

— Вперёд! Первой едет бронетехника… Старайтесь брать их живьём! — Отдал я приказ и рефлекторно пригнул шею от громкого взрыва впереди.

'Господин… — Обратила внимание Афина на кадры с камеры дрона, взорвавшегося после подбития на третьем этаже штаба. Там, за стеной виднелась странного вида конструкция из множества металлических и стеклянных трубок. Большой странный шар выплёвывал молнии и метался внутри запертого в куб пространства. Больше я не успел увидеть, ведь дрон сбили. Но на его место прилетел другой, и картинка мигнула, переключаясь. Дрон влетел прямо в здание, демонстрируя мне во всей красе этот объект, и у меня словно тумблер в голове щёлкнул, доставая из глубоко зарытых воспоминаний понимание того, с чем мы столкнулись.

— НАЗАД! ВСЕМ СТОЯТЬ! НАЗАД! ВЕРНУТЬСЯ НА ПРЕЖНИЕ ПОЗИЦИИ! — Кричал я в рацию, останавливая набравшую скорость технику и следующих за ними солдат. — ЖИВО НАЗАД! ЭТО ЛОВУШКА! УБРАТЬСЯ ЗА ПЕРИМЕТР ПЕРВОНАЧАЛЬНОЙ ЗАЩИТЫ! ГРУППА С ТЫЛА — ЗАНЯТЬ МАЯК И ТАМ И ОСТАВАЙТЕСЬ! ЗАПРИТЕСЬ.

Я тяжело выдохнул и ощутил, как у меня по спине бежит капля пота. Это был страх… За бойцов и за себя. Чуть не облажались…

— Молодец, Афина… Уводи уцелевшие дроны.

«Господин, что это?» — Уточнила она.

— Это электромагнитная бомба, превращающая шлемы в источник контузии, а экзоскелеты и боевые костюмы вроде наших, с встроенными облегчёнными версиями тех же экзоскелетов — в гробы.

«Бомба? Это не похоже на бомбу. Скорее какой-то реактор…»

— Ну, по сути так и есть. Это энергоноситель, способный адаптировать различные источники энергии и хранилища энергии, вроде батареек, и выделять её обратно, уже в обработанном виде. А если таких устройств несколько, то он может передавать её на расстояние между ними. Не очень большим, но пару километров почти без потерь — заменит тысячи тон проводов между городами. Очень удобно — строишь в поле огромную солнечную станцию или запускаешь эту штуку рядом с наполовину работающим ядерным реактором, который неуправляемый. Он конденсирует после настройки всю энергию в округе и передаёт её по цепочке в такой же энергоноситель на твоей базе в сотне километров оттуда. И никаких проводов. Ничего. Кажется, Тесла хотел создать такую штуку…

«Поразительно…» — Удивилась Афина.

— Я поражён не меньше. Я видел её всего один раз в прошлом и был свидетелем разрыва её контуров защитных. Волна расходится такая, что вся электрика умирает. Дистанцию не скажу точно, но вроде бы один-два километра в моих воспоминаниях они задели. Вряд ли больше. Где только они её взяли?

«Мне нужен этот образец технологии будущего! По предварительным оценкам, подобные устройства облегчат возрождение цивилизации и запуск производств. Мы сможем адаптироваться и вернуть свет в каждый дом!»

— Поэтому отступаем и начинаем переговоры снова… Теперь я знаю, какой козырь был у них в руках. И знаю его слабость. Заново запустить его и восстановить работу можно, но на это уйдёт не один час. Нужно будет оборудование, электрогенераторы, аккумуляторы, батарейки. Но скорость выработки ими энергии слишком медленная. Помню, возле такой штуковины в моём сне был целый ангар с десятками тысяч аккумуляторов, которые он разряжал, забирая энергию на нужды базы. И происходило это, я думаю, очень и очень медленно.

Бойцы пролетели мимо меня, и я взял пятиминутную паузу, вызвав к себе командиров кулаков и сотен.

— Слушайте меня очень внимательно. При помощи предварительной разведки и атаки дронами вскрылся козырь наших врагов. На третьем этаже их штаба располагается оборудование из терминала, являющееся частью электростанции, скажем так. Если неправильно его использовать — он превратится в ЭМИ-бомбу, создав импульс, бьющий на расстояние от пары сотен метров до пары километров. Шлемы перегорят, костюмы отключатся и задеревенеют. Слишком сильный импульс будет, с которым не справятся имеющееся на костюме защитное покрытие. Поэтому действовать мы будем следующим образом. Я, Наталья, Фернандо, Густав… — Я начал перечислять своих соратников и командиров отрядов, что выдвинутся для ещё одних переговоров. — Мы все попытаемся провести последние переговоры с ними и решить всё без крови. Если не получится — мы вступим в бой. Прямо там, сразу с ходу. Никто из вас, кроме снайперов, к нам не подключается. Афина возвращает на поле боя дроны. Прорываемся в штаб, прямиком к этой штуковине и зачищаем всё рядом с ней. У них не останется выбора, и тогда они либо применят её, либо потеряют контроль над ней. Следом уже на штурм идёте вы, но не все, а только половина. Последние выполняют роль резерва. Если же прокатится волна ЭМИ-импульса, то можете смело идти, второй раз они не смогут запустить эту штуку так быстро. Ещё раз — если мы находим общий язык — мы уходим со своими людьми и костюмами без крови и безумств. Если они не понимают по-хорошему… Уничтожьте их, плените, вырубите. Мы заберём и эту базу и эту штуковину. Афина разберётся как ей управлять. Всё понятно?

— Так точно!

— Да, командир!

— Да, сэр!

— Си, генерал!

Ну вот и славно.

— Идём… — скомандовал я, отправляясь вперёд. — Афина, отправь дрон с камерой и голосовым передатчиком, если есть такой…

«Есть, Господин. Отправить к воротам?»

— Да. Скажу, что мы готовы в последний раз провести переговоры и уйти, если найдём общий язык.

Сверху спикировал белый дрон и полетел вперёд. Медленно. Неспеша…

Но звук выстрела сбил его.

Вместо него потелел ещё один. И его тоже сбили. И затем ещё. И ещё. Только на шестом мы смогли добраться без стрельбы. Я передал солдатам, что готов поговорить и решить всё мирно. Ответа не последовало, но выбора уже больше не было. Минного поля больше нет, штаб получил повреждения, они увидели, насколько слаба в данный момент их противовоздушная оборона. А ведь миномёты могут стрелять и дальше, а не только по дороге перед воротами в их базу. Наталья шла рядом в костюме невидимке. Именно она должна будет, если что, прорваться к этому устройству и ликвидировать угрозу. Ну а мы будем прикрывать всех и стягивать к себе всеобщее внимание врага.

Мы остановились у запертых и слегка покалеченных нашим миномётным обстрелом ворот базы.

— Я могу и перепрыгнуть ворота. Но предпочитаю цивилизованный способ общения.

Нас всё же не встретили и не впустили, вместо этого сверху вывесили громкоговоритель и через него к нам обратился местный офицер.

— Говори, чего тебе, наёмник!

О, прогресс на лицо! Ещё недавно я был обычным бандитом…

— С кем я говорю?

— Неважно!

«Это Остин Райанс — новый командир базы.»

— Остин Райанс, верно? Михаил Листопадов. Глава Круизеров. У которых, на секундочку — гарантии и права, предоставленные армией США! Не знаю, зачем ваш отряд напал на моего помощника и его бойцов, пленил их, запер на нижнем этаже штаба и стянул с них костюмы, но хочу сообщить вам, что ваш план с треском провалился. Если вы думали, что я брошу на вас все силы и вы вырубите ЭМИ-импульсом всех моих бойцов, после чего станете обладателями нашей техники и оружия, то вы здорово ошиблись! Я расскажу вам про два сценария ближайшего часа. Если ты, конечно, не хочешь ничего сказать мне в ответ.

— Ты пришёл со своей кучкой мартышек и решил что-то от меня требовать?

— Обычно мартышками принято считать менее интеллектуально развитых собратьев… Так что тут ещё очень и очень большой вопрос, а кто же мартышка? Ведь я и впрямь пришёл требовать. У тебя бойцов в десять раз меньше меньше, чем у меня. У тебя нет ПВО против моих дронов. Я могу зашвырять вас реактивной артиллерией, минами, отправить группу в пятьдесят бойцов, и они уничтожат всех вас. Допустим, ты применишь своё оружие и отобьёшь эту первую атаку. Но что дальше? Когда ещё несколько сотен через пять минут прорвутся на твою базу — чем ты будешь их останавливать? Кем? Надеешься на своего союзника? Не повезло тебе — у него свои проблемы, и его армия рассредоточена. У меня есть свои люди в его штабе, и я знаю каждый его шаг. Генерал Адамс даже зевнуть без моего ведома не может. Половина его армии в нескольких сотнях километров от Майами, техника повреждена, дороги завалены, местами даже смыты. Если же он попытается атаковать меня своими нынешними силами — он ничего не получит, ведь он знает, что я смогу убить столько его бойцов, что он лишится значительной части своей силы. И не факт, что он сможет убить меня. А ведь именно я обладаю флотом и резервами, которые обязательно однажды приплывут к его городу и уничтожат его надежды на управление Флоридой в случае войны. Но он будет очень рад, если мы с тобой уничтожим друг друга. Сразу минус два конкурента! Если он такой надёжный союзник, что же он тебе и твоим бойцам костюмы не передал? А ведь у него есть свободный доступ к терминалу, где они продаются. Не находишь странным действия своего коллеги? Так что решай, либо мои люди и я отправляемся обратно в Майами и будем заниматься своими проблемами, либо ты станешь нашей проблемой, и мы уже отсюда не уйдём. А вас ждёт либо каторга, либо смерть. На размышление у тебя есть пять минут.

Я сказал всё, что хотел, отошёл от ворот и сел на краю воронки от взорвавшейся мины. Надеюсь, мы всё тут подчистили. Меня вряд ли прикончит мина, даже костюм не особо повредит, скорее всего. Максимум травму несмертельную получу. А вот бойцам и ногу оторвать может. Не настолько прочны их костюмы, чтобы с такой проблемой справиться.

— Не шатайтесь тут… — С тревогой посмотрел я на пару бойцов, что начали слоняться вокруг воронок, вглядываясь вглубь эпицентров взрывов.

Ответа от них не было целых шесть минут. Я уже начал с досадой качать головой, и приготовился отдать Наталье приказ на устранение охраны, засевшей рядом с энергоустановкой, как ворота вдруг заскрипели. В небольшую щель внезапно прошли шесть полуголых мужчин.

Наших же пять было вроде бы?

Всмотревшись в усталые лица, я заметил лишнего. Только у него не было в руках костюма, берцев и рюкзака. Полный комплект вернули местные «мартышки». И даже с небольшим бонусом в лице бывшего командира базы.

Отстранили его не так давно, но судя по внешнему виду, над ним не измывались, не били. А в донесении от Афины была информация об его устранении… Значит, дезинформацию слил Остин Райанс генералу Адамсу. Бывает…

— Роберто? Состояние?

— Слегка возмущён. Сильно поражён. Частично взбешён. В целом — в порядке. Нас хоть и били, выпытывая всякое разное, но перед отправкой аптечку каждому дали. СПАСИБО, ЧТО ТРУСЫ ТОЖЕ ВЕРНУЛИ, СУКИ! — Прокричал он через забор.

— Одевайтесь прямо здесь. Тут было минное поле. Мы его подчистили, но всякое может быть.

— Понял. Бойцы, у вас две минуты!

— Прошу прощения. Михаил?

— Да. — Повернулся я к старому солдату, лишённому погон и званий своими же подчинёнными.

— Не могли бы вы подбросить меня до города?

— Могу. И настоятельно рекомендую посетить китайский квартал, прежде чем идти куда-то и искать справедливости где-то.

— Справедливости не существует… Я в этом лично убедился.

— Спорное утверждение.

— А что там в этом квартале? — Всё же клюнул он на мою наживку.

— Моя база, разумеется. Расскажете, каким образом вас сняли с должности и почему решили выпихнуть именно сейчас?

— Это будет долгая история… — Ответил он, с жадностью смотря на моих бойцов, что уже почти закончили экипироваться в боевой комплект.

— Мой лайнер и корабли военного сопровождения приплывают только завтра утром, а обратно на Кубу он отправится лишь после полудня. Так что времени у меня хватает.

— А виски есть?

— Найдём.

— Ну и отлично…

— Идите по нашим следам. Роберто — ты замыкающий. Становимся в колонну, отправляемся обратно.

На лице моём появилась улыбка победителя. В этот раз мы смогли одолеть неприятеля и получить своё, даже не сделав ни единого выстрела. Парочка взрывов не считается. Что же до трофеев… Толку от одной установки не очень много. Куда важнее информация о том, где эти вояки её получили.

Я посмотрел назад, в сторону ворот и громко прокричал.

— Завтра в девять утра жду твоих представителей у штаба Круизеров. Адрес ты должен знать. А если нет — есть время выяснить. Наш вопрос ещё не закрыт до конца. Ты должен быть заинтересован как никто другой в том, чтобы договориться о нашем мирном сосуществовании.

В конце концов — мне не составит труда устроить блокаду их базы. Ни морем, ни по земле к ним не попадут припасы, вода и другие блага цивилизации. Так что, хотят они или нет, а им придётся начинать с нами торговать… И кроме техники и военных специалистов, теперь у меня к ним появился дополнительный объект интереса. В целом, ради таких технологических приблуд и войну устроить можно… Но мы попробуем побыть более цивилизованными.

— Хван, мы едем домой. Командуй бойцами. — Я довольно потирал руки, радуясь череде хороших новостей.

Арес, энергоустановка, чьё название я до сих пор не знаю, срыв планов генерала Адамса и многое другое. Война не состоит из одних лишь побед. Но порой даже поражение можно обернуть в свою пользу, как это случилось сегодня с пленением Роберто.

Долгая беседа за бутылкой виски с полковником Митчеллом Бартошем привела к интересным открытиям, о которых мне даже Афина ничего не могла рассказать. Передо мной был не просто полковник, бывший командир военной базы, а, скажем так, предатель. Предатель директив США и человек, отказавший генералу Адамсу. Остин Райанс — человек, который был его заместителем и оказался его оппозицией, захватившей власть в свои руки и лишившей погон своего бывшего командира. За что и почему… Митчелл не соврал, и это действительно был очень и очень долгий разговор.

Всё началось даже не во время апокалипсиса, а незадолго до этого. Митчелл был пришлым командиром, переведённым из горячей точки за многие тысячи километров отсюда. Остин же был и прежде заместителем командира базы. Прошлого, разумеется. И когда вместо повышения к ним прислали полковника, он этому не особо обрадовался. Но оспаривать решения Пентагона не стал.

У них всё было более-менее мирно, если можно так сказать, ведь и командир базы имел свою волю и стержень, а амбиции заместителя то и дело выливались в мелкие конфликты и подначки друг друга. Когда пришло Алое Затмение, всё это, казалось, осталось в прошлом, и офицеры были вынуждены сплотиться перед лицом угрозы. И они это сделали, после чего перешли на военное положение, несмотря на отсутствие связи с верховным командованием.

Шло время… Они отбивали атаки, принимали беженцев, высылали беженцев, проводили вылазки, зачищали ближайшие территории от врагов, сталкивались с бандами, возвращались после потерь на свою территорию и… продолжали ждать. Ждать, пока власть и связь восстановятся, когда прибудет военный комиссар и заберёт трупы погибших и обратившихся солдат, что забили морг на их базе. Но этого не происходило…

Лучиком света в эти тёмные времена показались прибывающие в Майами солдаты армии США. Они рискнули, отправили гонца, он прорвался до нужных людей и организовал встречу… А дальше — всё пошло наперекосяк. Вмешался я. Сорвал переговоры. У них появились пленники, которых они, спустя какое-то время, отпустили. Потому как понимали, что другого шанса не будет, и полноценной войны и осады они не выдержат. И всё же они начали готовиться к ней. Только вот начали сказываться их малые запасы продовольствия и воды. Митчелл отправил отряд за добычей, чтобы продержаться как можно дольше в условиях неблагоприятной обстановки. Командовал отрядом Остин. Он лишь много позже понял, что это стало его главной ошибкой. Остин не дурак, воспользовался моментом и связался с тогда ещё обычным полковником Адамсом и договорился… Объединение, лояльность, общие ресурсы. Ну и смена власти вместе с тем… Постепенно он подговорил других офицеров. И сделать это было не сложно, ведь полковник Митчелл с каждым днём всё больше и больше склонялся к мысли, и что намного хуже — озвучивал её перед бойцами, что Америка обречена. И весь мир вскоре превратится в огромное поле боя и всё, что они могут сделать — это объединять людей и не ждать приказов из Вашингтона.

Он принялся укреплять базу, расставил минные заграждения, отправил бойцов на вылазки за провиантом и… Его связали, стоило немного выпить и расслабиться, собственные бойцы, чтобы объявить предателем и трусом. На следующий же день на базу прибыл майор Хольм, что совсем недавно был их пленником и торжественно объявил о союзе двух военных подразделений. Сделано это было в обстановке строжайшей секретности, никаких переговоров на эту тему по рациям и внутренним сетям армейцев не было. Оттого Афина и прошляпила тайный союз двух моих соседей.

В целом — действия генерала Адамса и выступление майора Хольма были достаточно показательными. Более крупное воинское соединение и самопровозглашённый генерал, что якобы восстановил связь с Пентагоном и получил приказ освободить штат от засилья зомби и банд, брал под своё командование все войсковые подразделения. Я не первый раз убеждаюсь в том, что мой соседушка мастак делать липовые приказы из Пентагона. Впрочем, если это помогает ему управлять людьми и вселять им веру в светлое будущее — я его понимаю. Сам, пожалуй, поступил бы точно также.

Чего не знал он, так это откуда у них появилось вдруг такое оборудование, способное создавать ЭМИ-импульсы. Впрочем, на этот счёт у меня хватало собственных догадок. Не мы одни базы строим и восстанавливаем. И не я один крупная рыба в этом пруду. Очевидно, что генерал Адамс тоже набрал много очков достижений, командуя своими войсками и освобождая города и посёлки, спасая людей. Вот и развил одну из баз до довольно приличного уровня. Вряд ли это был «эксклюзив», ибо он никогда бы не отдал его своим мелким союзникам. А значит на их базе тоже должны быть такие вот устройства… И мне очень интересно, почему это их нет в моём списке меню! И тут есть две мысли, одна другой страшнее… Либо его база более высокоуровневая, а ни я, ни Афина о ней ничего не знаем. Либо же базы группировок могут отличаться по внутреннему наполнению. За счёт чего появляются эти отличия — ещё один вопрос. И ответ на него я очень сильно хочу получить. Ведь если это тайна, то познание этой истины откроет мне глаза и позволит стать нам всем сильнее, а Афине — более дальновидной!

Как бы там ни было — это оборудование очень и очень нам нужно… Любому городу и производству оно нужно. И теперь битва за Майами и контроль местных баз превращаются в ещё более важную цель. Но мы всё ещё уступаем нашим «союзникам». И они продолжают наращивать собственную мощь, равно как и обзаводиться новыми образцами вооружения, индивидуальными боевыми костюмами и многими другими крайне полезными вещами.

Итогом всего произошедшего с полковником Митчеллом я могу назвать захлопнувшуюся для моих Круизеров ловушку. Я-то ведь изначально думал, что вояка с нами лишь проездом. Расскажет, что произошло, и пойдёт с миром. А оказалось, что он разделяет нашу доктрину и мыслит также, как и мы, а к генералу Адамсу совсем не ходок. Там его повторно ждёт трибунал и многие другие не самые весёлые приключения. Поэтому он, слегка поддатый после бутылки виски, и попросил возможности присоединиться к нам, пообщавшись с моими командирами и заместителями, увидев наш лагерь и военную подготовку бойцов «изнутри». Доверял ли я ему? Не больше, чем Алонсо. Отправлю ли я его восвояси? Пока не вижу в этом никакого смысла. Он УЖЕ ушёл с нами. И он, предатель, уже в нашем лагере. Слишком поздно отказываться от него, ведь генерал Адамс УЖЕ имеет основания заявиться к нам со своими войсками и потребовать его выдачи. Даже если его не будет — он с радостью воспользуется этим предлогом и перевернёт всё вверх дном в наших районах. Думаю, вполне резонно, что он захочет нас отчасти разоружить, отчасти обличить в преступлениях и подорвать репутацию. А значит, нам придётся менять нашу стратегию…

Ещё до рассвета я заставил всех офицеров проснуться, либо же выпить энергетики и прибыть на совет. И объявил им всем и каждому, что отныне наши договорённости с военными приостанавливаются. Объявлять им об этом мы не будем, а сообщим по факту, когда они попытаются сунуть нос в наши дела. Когда это произойдёт? Возможно через час. Возможно через сутки, когда закончат устранять балаган и разгребать завалы, случившиеся из-за урагана.

— Бруно, Фернандо, Роберто, Хван. Вы четверо остаётесь здесь за главных. Афина вам в помощь, она будет вашими глазами и ушами. Делаем вот что. Все наши районы — баррикадируем, перекрываем, создаём блокпосты в черте города. Круглосуточная стража на её границах, полная зачистка улиц от остатков зомби. План генерала Адамса сорван непогодой, но всё ещё он мечтает о нашем разоружении и присоединении боевых отрядов Круизеров к его армии. Местный регион и городки уже практически полностью поделены. У нас установлена власть практически в тридцати процентах живых поселений и анклавов выживших. Против наших кулаков в боевых костюмах армейцы дрессируют своих собственных вояк, плюс укрепляются бронетехникой и особыми средствами обороны. Роберто, расскажешь всем ощущения от ЭМИ-импульса. Для нас это реальная угроза.

— То есть мы будем сидеть теперь только в обороне? — Уточнил Бруно, которого тоже вряд ли погладят по головке американские солдаты, если сумеют сломить нас.

— И да, и нет. Здесь мы больше ничего сделать не сможем. Слишком много коршунов на этот полуостров. Сражение против армейцев мы не потянем, как бы мы ни старались. Не сейчас… Но вы должны помнить, что время работает на нас. Адамс уже собрал под свои знамёна практически всех, кого мог. Остались лишь небольшие и гордые группировки выживших, банды, разбойники. Он будет занят ими, чтобы они не кошмарили его тылы, если он вдруг решит столкнуться лбами с нами. А наша задача тем временем — установить контакт с этими отрядами и с недавно появившимися на севере «кланами». Будет очень и очень плохо, если вдруг генерал Адамс и с ними найдёт общий язык, прикрывая их бойцами границу и освобождая бойцов для урегулирования проблемы в лице нас с вами.

— Тогда что нам делать? Может, уйдём из Флориды? — предложил задумчивый бывший тюремщик с Вива Новы два.

— Ага, сейчас. Для того мы здесь баз строили и людей кормили, одевали, спасали, чтобы отдать это всё в их руки? Под нашей властью сейчас находится до полумиллиона человек. И пусть эта власть условная, но безопасность этих людей лежит в первую очередь на нас. И именно нам они жалуются, если вдруг что-то происходит. И уж я и вовсе молчу о том, что здесь столько ресурсов, только лишь в одном Майами, что даже Куба позавидует. — Тут же воспротивился Хван, которому, помимо Бруно, предстояло командовать нашими материковыми объединениями.

— Спокойнее, никто не обесценивает наш труд и не заставляет его отдать нашим соперникам. Просто дальше баланс будет перевешивать в сторону более легитимных армейцев, что контролируют вдвое больше людей и много больше земель на полуострове. Но мы обладаем флотом и у нас имеются резервы. В полдень мы отплываем из порта в сторону Гаваны. Всё, что нам нужно сделать — это продержаться как можно дольше не вступая в кровавый конфликт. Неделя или месяц — не знаю. Я постараюсь вернуться и перевернуть ситуацию с ног на голову так быстро, как только смогу. Мы будем доставлять морем припасы, торговать, перекидывать подкрепления, укреплять наши территории шаг за шагом. Мы будем демонстрировать свою мощь раз за разом, чтобы отрезвить генерала и заставить подумать трижды, прежде чем лезть к нам. Если он решит уйти на север, завоёвывать власть там — скатертью дорога. Нам хватит и имеющихся поселений и баз для укрепления, развития и торговли.

— Укрепление очень важно не только для нас. Земли генерала Адамса обширны и полны добычи, но ещё и стервятников из различных банд. Он владеет этими землями, но не до конца их контролирует. И ему понадобится много времени и сил, чтобы навести на них порядок. Всё это время он занимался экспансией, а не регулированием вопросов безопасности на своих землях. Продовольственная безопасность — то, что заставит его шевелиться рано или поздно. Никто не смеет игнорировать внутренние проблемы. — Справедливо заметила Наташа.

— Верно. И это наша возможность! — Согласился я с ней. — Ведь воевать с зомби — это одно. Управлять людьми и городами в условиях постапокалипсиса — это совершенно иное.

— У нас прирост жителей, официальный, из числа зарегистрировавшихся в последнюю неделю только растёт. Не важно, что у армейцев больше армии — качество жизни намного лучше у нас. Мы УЖЕ навели порядок. У нас не грабят, не насилуют, не убивают за корку хлеба. Если мы будем продолжать в том же духе, то люди из других частей Майами сами придут к нам и восстановят статус-кво. — Задумчиво произнёс Бруно.

— Как я уже сказал — время работает на нас. Не соверши мы рейд за бронетехникой и не заставь этим всё ещё ездящим ржавьём улицы — солдаты генерала уже стучали бы тараном по нашим воротам. Я, конечно, образно выражаюсь, но вы все, я думаю, меня понимаете. Теперь всё, что нам надо — это продолжать демонстрировать козыри, утихомиривая жажду власти генерала. Мы попытались заполучить такой козырь в виде базы полковника Митчелла, но его отстранили и перехватил контроль, посадив свою марионетку, наш бравый Адамс. Из хороших новостей — мы поняли, что за оружие есть у них против наших спецотрядов. Из плохих — они теперь знают, что это отлично работает против нас. Поэтому от вас жесточайшая дисциплина, работа с людьми, укрепление обороны, переговоры с независимыми группами и регулярная работа над поставками товаров, развитие баз. Мы с Натальей и остальными старшими офицерами возвращаемся в Гавану и наконец-то решим вопрос с последним оставшимся генералом, что до сих пор ведёт партизанскую войну против нашего Героя-освободителя Кубы, генерала Сантьяго. Мы катком пройдёмся по всем островам архипелага, поставим стандартные полувоенные базы для контроля региона и перебросим выживших в учебные лагеря Кубы. Вместе с тем, обогнём запертый кланами полуостров и начнём набеги либо торговлю с другими американцами в ближайшие несколько недель. Всё понятно? — Задал я им вопрос, посмотрев в глаза каждого из собравшихся.

— Всё понятно, босс! Будем растить угрозу для генерала Адамса, чтобы он булки не расслаблял и укрепляться, чтобы он даже подумать не мог о том, чтобы прийти к нам и вякнуть какую-нибудь глупость. — Ответил за всех Роберто, пока остальные согласно кивали на его слова.

— Ну вот и отлично! Афина, продолжит разведывать и находить лакомые цели для наших спецотрядов, а также отслеживать перемещения армейцев, их переговоры и попробует вычислить, где именно они получают эти энергоустановки и сколько у них их вообще есть, какой у них точный радиус действия и всё остальное. Связь она будет держать с каждым из вас, а также доводить мои указания.

— Хорошо, командир. Будем стоять до последнего! — Заверили меня офицеры, но я, если честно, мысленно усомнился в их словах. Одно дело защищать свою жизнь от зомби. И совсем другая мотивация у них и солдат будет в случае войны с другими выжившими…

Мы стали собираться. Отправка товаров и грузов в сторону порта. Проверка наших мастерских, работающих на тех крохах энергии, что мы имеем. Оценка производственной линии наших водно-солнечных батарей, первые сборные модели которых уже проходили тестирование на огороженном от посторонних лиц мелком озерце в соседнем с квартале.

Неожиданно было узнать о прибытии коренных индейцев, что вдруг пожелали присоединиться к нам. Их было немного — всего пятьдесят человек, но все они имели винтовки и кинжалы. Они обещали стать нашими невидимыми и незримыми глазами и ушами в районе национального парка, полного болот и аллигаторов, что прикрывал Майами со стороны, противоположной морю. И наши земли тоже… Их отправил уже знакомый мне индеец, жизнь которого я пощадил и позволил восторжествовать возмездию, найдя убийц его родичей. И ценой их верности были три аптечки и пять зелий против укусов… Отличная сделка, как по мне. Тем более, что это, как я надеюсь, лишь первый из отрядов, что присоединится к нам в нашей борьбе за правое дело. Болота — наше слабое место. Отряд диверсантов с этого направления легко пропустить. Теперь мы получили маленький и приятный бонус, закрыв очередную нашу слабость, о которой даже и подумать толком не успели. А ведь Китайский квартал расположился практически на границе города, а дальше шли земли индейцев. Такой вот странный союзник у нас появился… Но даже это показатель того, что мы на верном пути. Из всех людей они целенаправленно пришли именно к нам. Если уж даже их недоверчивые сердца удалось завоевать, то местные и подавно рано или поздно, но сделают свой очевидный выбор.

Представитель авиационно-морской базы США, новый первый помощник полковника Остина тоже прибыл на переговоры, как я и настаивал. Жаль только, что смысла с этой встречи особо не было. Я уже понял это по беседе с Митчеллом, но всё равно мы попытались договориться о мирной и дружной жизни. И пусть заверения их были весьма миролюбивыми, а обещания выглядели искренними, я не сомневался, что стоит нам дать слабину, как они нанесут удар в спину. И пусть с землёй их соединял один единственный мост и дорога, что протянулась на многие километры от Флориды между цепочкой освоенных американцами островов, а за их военной базой с поэтическим названием «Ключ от Запада» располагался довольно крупный и ныне практически опустевший город, ставший однажды пристанищем для самого Хемингуэя. Я приказал заминировать мост и поставить наш блокпост. Безусловно — это лишь усилит напряжённость, но риск для вояк остаться отрезанными от большой земли должен заставить их трижды подумать над участием в любых вооружённых конфликтах с нами. Море за нами, так что это будет блокада и медленная смерть их базы. Хотя лодок, яхт и других маломерных судов у них хватает. И что самое главное — многие из них на ходу. Но вот с военным транспортом — беда. Почти ничего и не осталось. Один сентинел — брат близнец нашей парочки, находился на ремонте. Парочка других кораблей более старой конструкции, различные вспомогательные и спасательные суда, но ничего такого, где имелась бы пушка, по калибру близкая к вооружению Сентинела. Пулемёт крупнокалиберный — вот максимум их военно-морского флота. Не повезло им, корабли по графику разъехались перед алым затмением то на ремонт, то на дежурство в другую часть мира по словам Афины.

Он ушёл, а я понял, что если я хочу, чтобы меня не только уважали, но и боялись такие, как генерал Адамс, мне нужно ультимативное оружие…

— Афина… Пока мы наводим порядок на Кубе, сделай доброе дело — найди для меня все ближайшие авианосцы, в том числе те, что могли исчезнуть с радаров посреди океана, превратившись в безжизненные стальные гробы посреди бурных вод, вместе с кораблями сопровождения…

«Господин, я готова сделать доклад хоть сейчас. Данные варианты усиления Круизеров мной рассматривались и были отвергнуты в связи со сложностью, дороговизной операции, отсутствием подходящих специалистов, имеющих нужную квалификацию для управления кораблём подобного класса…»

— И всё же, сделай. Есть у меня мысль на эту тему… Как только отправимся на лайнере в сторону Мариэля — сразу дай расклад и выведи потенциальные варианты на карту. — Попросил я её.

«Как пожелаете. Хочу обратить ваше внимание на то, что наша база на лайнере достигла определённого размера и дальше развиваться уже не сможет, если только не начать перестройку лайнера и не заглушить двигатели.»

— Что ты имеешь в виду?

«Мы можем построить собственный порт и судостроительный завод, однако это потребует колоссальных расходов и временных затрат в сравнении с другими базами. После запуска строительства лайнер больше не сможет передвигаться.»

— Это… Печально. Но интересно. Если у нас будет созданный терминалом порт и судостроительный завод, значит ли это, что мы сможем начать производство кораблей?

«Всё верно, господин. К сожалению, подробности и технические нюансы нам ещё не знакомы, но я на 99,99% уверена, что ситуация будет выглядеть в точности, как и с бронетехникой и артиллерией. Сперва мы должны построить производственные цеха, ангары и сборочные линии. Затем у нас откроется доступ к накоплению очков достижений через меню Штаба Терминала. Все собранные и накопленные в рамках сбора средств Штабом очков достижений можно будет направить на выбранный Проект. При сборе необходимой суммы ОД, будет автоматически запущено производство, по результатам которого мы получим необходимое вооружение. Останется лишь подготовить в учебном и тренировочном центре персонал, что будет обслуживать наше вооружение.»

Хм… Интересные открытия…

— Выведи мне справку по Мариэльскому Терминалу… Посмотрим, какие варианты производства оружия нам доступны… — Попросил я её, понимая, что у нас появился ещё один путь к получению ультимативного оружия, что заставит дрожать наших соперников и мечтать о мире с моими Круизерами…

Если нет возможности захватить что-либо или починить — это можно создать! И раз уж у нас весьма крупное сообщество и многочисленная сеть Штабов, в развитие которых мы вложили огромные средства, то было бы справедливо собрать отовсюду по капельке, чтобы на нашей главной базе появилось что-нибудь современное и опасное.

«А может, даже и вооружение следующего поколения, что заставит стать на колени всех неразумных и агрессивных соседей, нас окружающих, » — Воодушевился я, смотря на заходящий в порт лайнер, окружённый двумя десятками малых и вооружённых кораблей поддержки, что сновали рядом с ним, словно рыбёшки вокруг кита.

— О, на верхней палубе разместили ПВО? Кажется, я проспал доклад об этом… — Довольно потёр я руки, лицезрея превращение бессильной обители развлечений в боевой город-крепость на воде.

Лайнер отправился по расписанию. Кажется, впервые за всё время… Люди наловчились делать свою работу, товары с континента были в порту заранее, добровольцев, желающих подзаработать, хватало с самого утра. Ещё и подъёмник восстановили и запитали в порту, позволяя перемещать даже контейнеры по воздуху на лайнер. Впрочем, нам это и не понадобилось. Лайнер — это город на воде, а не баржа для перевозки товаров. К слову, после появления работающего подъёмника, надеюсь, мы вскоре баржами либо контейнеровозами будем перемещать товары, а не на лайнере.

В любом случае, увиденным я остался доволен. Лайнер освободили от бесполезного в большинстве случаев хлама, снижая вес, и укрепили его, как могли, для защиты от инцидентов, вроде нападения пиратов. Город на воде охраняли десятки патрульных катеров, радиолокационная станция защищала при помощи Афины лайнер с воздуха, используя ПВО нового образца от различных угроз. По сути, оставалась лишь угроза от подлодок, но у меня имеются все основания полагать, что восемьдесят процентов этого незримого флота после Алого Затмения ушло на дно… И уже не всплывёт. И всё равно угроза имеется, пусть даже и минимальная. Ладно, защитить судно от вражеских подлодок мы будем… собственными подлодками. Когда построим современный порт через терминал. И судоверфь. Дорого, очень дорого, и безумно долгий путь нам предстоит, но это того стоит.

Тем более, что на кону борьба за Землю и вода — слабость нападающих. По крайней мере в моих снах всегда так было. Развивать это направление также важно, как и все прочие. Ну а если учесть, что Круизеры — это защитники Карибского архипелага и в большинстве своём жители этого архипелага, то тут прям-таки судьба велела заняться флотом.

Вообще, давненько я в Терминалы не заглядывал. И вот сейчас, отправившись на корабле посмотреть, что тут интересного имеется, оценил по достоинству все труды Круизеров, да и мои собственные. Удивительно, что я столько лет каждую ночь умирал рядом с этим чудом, а только сейчас понял, каким образом были устроены те военные базы. И почему они были зачастую так похожи между собой, пусть и находились на разных уголках миров из моих сновидений. И вот сейчас, находясь в ограждённой зоне на носу лайнера, рядом с Терминалом, что появился вместо бара, я предвкушал, что же ещё появится у нас, Круизеров и у нас — землян, в качестве ответа всем тем вызовам судьбы, что обрушились на нашу цивилизацию.

Добро пожаловать в Терминал № 1371

Ваши очки достижений — 278889

Выберите доступную категорию:

ОружиеБроня (Защитная экипировка)АптечкаЭксклюзивТранспортЛёгкая бронетехникаБазаТяжёлая бронетехникаАртиллерияАвиацияМорские силы

Я полазил по каждой вкладке, задумчиво знакомясь с доступными вариантами для покупки. Моих очков достижений, а я их практически не тратил в последние недели, копилось всё больше и больше. И я мог бы купить даже патрульный корабль вроде нашего Сентинела… И даже не один. Цена у него была сорок тысяч ОД. С хвостиком… Но если я поднакоплю каких-то пять тысяч, то моих средств хватит для покупки линкора. Настоящего линкора, способного стать визитной карточкой и обрушить всю свою ярость и мощь на вражеский берег. Да только обслуживание, персонал и вооружение этого линкора, каждый его выстрел будет стоить столько, что вскоре мы станем самыми настоящими банкротами.

Тяжёлая бронетехника и артиллерия, авиация и морские силы — всё это можно было считать благословением и усилить нас, превратив в настоящую грозу морей и побережий. Чем дальше был пункт выбора, тем меньше вариантов он предлагал. Авиация — всего три единицы техники на выбор. Морские силы — китайский сторожевой корабль, аналог Сентинела и линкор, далеко не последней модели… И всё. Но даже тут на лайнере имелось три Терминала, что увеличивало выбор доступных средств устрашения и военного контроля наших территорий в разы. Если же посчитать все базы и терминалы, что у нас имелись и были соединены в единую сеть — то выбор становился очень и очень богатым.

Но были и нюансы… Например, седьмая вкладка — «База» имела ограничения. Постройка многих объектов была затемнена и имела приписки по действующим ограничениям: например, отсутствие свободного места на лайнере, необходимость полной остановки с последующим демонтажом двигателей… В общем, лайнер имел свои ограничения. Что мы ещё могли поставить из полезных элементов базы — так это средства обороны. А вот различные украшательства и другие не очень полезные комнаты, столовые и подобные места были бесполезными, ведь мы могли это всё сделать и сами, своими силами. Только ОД, кровью и потом добытые, переводить почём зря.

Вынырнув из Терминала, я вернулся к составленным Афиной учебникам по Терминалам для старшего офицерского состава. Мы видели многое своими глазами, но не до конца понимали, как это работает. И многие очень важные нюансы вдруг стали ясны, как светлый день, после первых проб. И первых ошибок с нашей стороны.

Это был наш, круизеровский Мануал или же Учебник для работы со штабом, Терминалом и базой. А наши Очки Достижений, оказывается, имели свои различия при работе с терминалом.

Самое первое и самое главное — существовало целых три категории очков достижений. Первая — индивидуальные. Это те, что отображаются при посещении терминала. Их мы можем тратить без каких-либо ограничений, пока они у нас есть, на все доступные объекты Терминала. За исключением эксклюзива, ведь он предлагает лишь разовые покупки. Вторая категория Очков Достижения — это сборы и пожертвования, направленные на проекты. Когда командующий штабом боец заходит в меню терминала и создаёт новый «Проект» — ему присваивается индивидуальный многозначный номер. В этом заказе изначально имелась возможность немедленной покупки запрошенных в рамках «Проекта» вещей. Допустим, мы хотели бы купить пятьдесят больших аптечек перед наступлением нашей армии в какой-нибудь мегаполис. Выбирался Терминал, из которого эти аптечки надо было забрать, прописывалась сумма ОД и появлялись ограничения по их количеству. Терминал имел свои лимиты, учитывающие помимо всего ещё и индивидуальные покупки тех или иных товаров. То есть, если бы я зашёл и купил двадцать аптечек в каком-то Терминале, в этот день в рамках Проекта офицер мог бы разметить заказ ещё на тридцать аптечек. Не больше. И так с большей частью вещей. Приходилось создавать несколько проектов в разных терминалах и отправлять посыльных, что доставили бы необходимые припасы и товары до нужной нам точки. Мы это выяснили очень быстро, вскоре после появления штаба и постройки первых пары десятков зданий на нашей основной базе. Мы с этим уже даже как-то смирились, но тут оказалось, что это не все нюансы! Чем дальше — тем интереснее!

С каждым днём базы росли, развивались, Афина давала рекомендации и комбинировала постройки, развивая различные ветки в меню строительства базы, и мы постепенно дошли до создания не только учебных центров, тренировочных полигонов, но и до производственных линий, цехов, производств. Первые из них были самыми простыми, где едва ли не кустарным способом удавалось создавать самые допотопные вещи из Терминала. Но с ростом уровня здания и его переоборудованием, расширением, усовершенствованием, росли и возможности создания. Ручные процессы сменялись на автоматические, появлялись новые типы товаров в списке доступных и самое главное — изменилось меню заказа «Проекта». Теперь мы могли не просто заказать максимум вещей, доступных за сегодня, и дальше каждый день дозаказывать понемногу вновь появившиеся полезности, но организовать их полноценное производство! И пусть это занимало больше времени, ведь производство — это не покупка уже готовых вещей в терминале, а долгий по времени процесс, оно того точно стоило! Это и было третьей категорией столь ценных ОД, ведь это были виртуальные, сэкономленные средства. Если взять и посчитать сумму баллов, необходимых на приобретение про запас сотник больших аптечек напрямую, через «сбор» или лично ручками бойцов, то выйдет две различные и не очень приятные суммы. А если не ограничивать себя по времени и сделать их же через сборочную линию — экономия будет приятно греть душу любого командира.

Во-первых, с ростом уровня производственных линий, пусть это и стоило баснословных сумм, увеличивались не только ассортимент, но и объём, скорость производства. И падала их себестоимость. Всё как на реальном заводе. Меньше специалистов должны были обслуживать эти линии, но им требовалось всё больше знаний и их обучающие программы в центре занимали всё больше времени и всё тех же очков достижений.

Во-вторых, пусть мы и разово отдавали огромные суммы для подготовки подобных производственных линий, в конечном счёте за саму продукцию мы платили всё меньше и меньше. С каждым растущим уровнем производства эта разница в числе затрачиваемых на каждую единицу оружия, патронов, бронежилетов, аптечек, лёгкой бронетехники и других полезных для жизни лагеря вещей становилась всё больше и больше. И вместе с тем росли и продолжают расти наши аппетиты. У нас уже есть производство защитной экипировки. Каски, бронежилеты, берцы, униформа… Есть производство патронов, сборочная линия пистолетов-пулемётов и штурмовых винтовок, слаборазвитый цех по созданию холодного оружия, линия гранат, завод консерв, работающий также за счёт терминала, парочка миниатюрных электростанций, купленных за счёт ОД и многое другое. На очереди сборочный цех для лёгкой бронетехники. Он, правда, состоит из нескольких производств… Шасси, кузов, колёса, электроника — всё делается в разных местах и собирается в главном цехе. Скорость сбора будет не слишком большой, но нам важно освоить сам факт производства, для более сложных и дорогостоящих проектов.

Постепенно мы открываем новые уровни производства самых простых и требуемых вещей и переходим на всё более и более современное оружие. Завтра должен появиться цех по производству аптечек. Полностью автоматизированный, медленный, но очень полезный. Послезавтра появится завод электронных изделий и Афина сможет запустить производство дефицитных запчастей. Ещё бы производство чипов восстановить, но, боюсь, нам для разрешения этой проблемы придётся совершить вояж на китайский остров Гонгконг, где создавали восемьдесят процентов современных микрочипов, полупроводников и другой дефицитной продукции. Но в будущем всё может измениться, и однажды в Мариэле появится свой порт, соединённый с алым шаром Терминала, после чего на его базе мы заложим военную судоверфь. А как по мне, в месте, где линкоры варят — и всё остальное можно будет организовать.

Аппетит приходит во время еды… Так и у нас, стоило оценить возможности подобных производств, как мы тут же ударились во все тяжкие, спуская все накопленные ОД на сбор по проектам совершенствования производственных линий.

Отдельный восторг у нас появился при постройке первого «утилизационного комплекса». Строили его без особых надежд, в рамках эксперимента на удалённом от Мариэля Терминале, близ бывшего пиратского поселения. Ох, как же мы были неправы… Оказывается, что эта линия — это настоящее чудо, способная работать в разных режимах. Первый из них — просто уничтожение. Позволяет утилизировать различные вредные, опасные, биологические отходы. Полезно для сохранения экологии и поддержания гигиены в поселении. Выглядела эта утилизационная линия, как трёхметровый бассейн со странной красной жидкостью, в которой растворялось всё, что туда попадает. Рядом стояла табличка, призывающая не бросать в него живых существ… Ибо это — смерть. В дальнейшем мы выяснили, что с ростом уровня этого комплекса увеличивался объём бассейна и скорость уничтожения всякой гадости.

Но основной восторг вызвало не это, а линия переработки. Она работала в двух режимах. Первый позволял разобрать какой-нибудь хлам, вроде бесполезного автомобиля, и выдать за пару ОД полезные ресурсы. Слитки металла, бруски древесины, пласты резины, стеклянные колбы, канистры и даже бочки с химикатами… Мечта эколога и любого крепкого хозяйственника. Второй же режим… Он забирал за те же пару ОД хлам и не выдавал его в виде ресурсов, а направлял на производственные мощности базы, построенной вокруг терминала. Правда, для этого требовалось наличие этих мощностей, свободного склада хранения и развитой станции доставки, где дроны, управляемые компьютером базы, перетаскивали ресурсы с места на место даже без участия людей. Узнать это было сложно, но Афина задействовала все свои вычислительные мощности и спрогнозировала подобную возможность. А затем и подтвердила на производственной цепочке одежды. Это был великий секрет Круизеров, позволивший уменьшить стоимость производства ещё на тридцать процентов. Долой хлам и мусор! Да здравствуют современные технологии!

И ведь сколько ещё нам предстоит всего раскрыть, чтобы появились новые ветки развития баз и мы вышли на новый уровень! Но таких электрогенераторов с функцией ЭМИ-оружия у нас не было. Афина всё проверила… Прямо здесь и сейчас у нас производятся лишь те вещи, что уже существовали на Земле. И только аптечки Терминала будут первыми вещами, что отсутствовали у нас и являются своего рода достижением будущего. Ещё бы научиться боевую усовершенствованную химию создавать, чтобы она не убивала бойцов, но повышала их шансы на выживание… Эх… Попробовал я разок свою прелесть, минимальную дозу — капсулу… Эффект, конечно, поразительный… Я порхал как бабочка, жалил как пчела. Другими словами, моя эффективность увеличилась, по собственным ощущениям, раза в два. А вся боль, усталость и дурные мысли улетучились. На время. За те пять минут, что химия бушевала во мне, я едва не подсел на неё. Почти как наркотик… И отходняк — соответствующий. Меня словно машина сбила и целые сутки я представлял из себя вялого, недееспособного командира. Что же будет при больших дозах химии? Но однозначно, подобные комплексы будут нужны моим бойцам на поздних этапах битвы за будущее Земли. Да и при войне с другими выжившими, вроде войск генерала Адамса — позволят совершить чудо, даже в самой гнусной и отвратительной ситуации. Но их нет… И в ближайшее время не появятся. Очень уж редкий гость в терминалах. А там, где есть — заканчиваются очень и очень быстро. Мизер подобных вещей разрешает взять Терминал, чтобы затем отправиться в закрома офицеров.

Мы плыли к Мариэлю, а я беседовал с Афиной, оценивая собранную информацию.

— Налицо явная проблема дисбаланса потраченных средств. С одной стороны мы вкладываем суммарно миллионы ОД на развитие наших баз и производств, на нейтрализацию технологического и производственного упадка, с другой стороны — полностью игнорируем обычные проблемы, что так и остались нерешёнными. Ограниченность доступной питьевой воды. Упадок производства продуктов питания, отсутствие сельскохозяйственной техники и запасных частей к ним, и самое главное — слишком большая и широкая сеть наших баз. Средства охраны баз и окружающие верные и лояльные нам войска не так многочисленны, как хотелось бы. Бунт местных, нашествие пиратов, партизаны генерала, атака голодающей банды — и мы лишаемся десятков, если не сотен тысяч очков достижений вместе с нашей базой! Конечно, мы успеем отбиться рано или поздно, но за это время они как варвары могут нашу базу уничтожить во время атаки, украсть и продать секреты, просто взорвать всё и уйти, обчистив склады.

— Мне ясны ваши переживания и опасения. Но я хочу вас заверить, что вероятность подобного исхода менее шести процентов.

— Целых шесть процентов!

— Это всего лишь одна, самая отдалённая база с производственной линией, господин. Остальные базы куда как меньше подвержены риску.

— И всё же, наши средства обороны должны соответствовать нашим возможностям. Мы на войне, и врагом может оказаться вчерашний союзник. Зная наши слабые места, он без сомнения нанесёт удар именно по ним. Более того, когда сюда придут ОНИ, практически все наши базы будут под ударом, и удержать этих тварей будет для нас сродни подвигу. Обеспечение защиты производственных комплексов, удовлетворение базовых потребностей людей, что станут нашей опорой на пути врага — обязательно. Не игнорируй это, даже во имя высоких целей и достижений. Что насчёт авианосцев? — Отчитал я свой Искусственный Интеллект, что несмотря на самообучающие программы, всё ещё был далёк от того, чтобы стратегически планировать на долгий срок.

— Вывожу доступную нам информацию. — Спроецировала на шлеме данные Афина, и я надел его, ныряя в море информации.

А когда вынырнул, глубоко задумался… Да уж, перспективы не радужные… Ой, не радужные перспективы у тех, кто был на этих кораблях в море в момент пробуждения зомби.

Из сорока шести авианосцев, что существовали в мире, судьба тридцати — неизвестна. Из оставшихся шестнадцати, в Атлантическом океане было всего лишь три корабля. Все они принадлежат США. Два были в порту и теоретически всё ещё могут быть на ходу. Однако вопрос, остались ли они там — открытый. Третий же, что в составе флота находился в океане, по прогнозам Афины, с вероятностью семьдесят два процента должен быть унесён Гольфстримом… Искать его — практически тоже самое, что пытаться найти иголку в… даже не стоге сена. Будем откровенны — эти поиски могут занять недели и даже месяцы и оказаться безрезультатными, ведь корабль даже на дне морском может уже быть… Или разбиться о скалы, сесть на мель и так далее. Прошло слишком много времени, и Афина даже примерно не может сказать, где он должен оказаться в этот самый момент. А значит, если и рисковать, то надо идти искать тот авианосец, что был прописан в порту вместе с сопровождающей его эскадрой.

По сути — это полноценная война против обученных военных. И у нас на ходу всего лишь патрульные катера и мелкие пушки. А спецов, что смогут управлять кораблём — нет. Конечно, Афина поможет, но… Она не всесильна против человеческой тупости. А натупить в подобной операции, если только к ней долго и упорно не готовиться — очень легко.

С другой стороны, как же заманчива возможность усилить свой флот настолько? Тем более, что один из авианосцев располагался не у берегов США, а в Коста-Рике, охраняемой армией американцев, её флотом, авиацией и морскими пехотинцами. Своей армии у этой страны не было по политическим и культурным причинам, связанным с великой трагедией гражданской войны в далёком прошлом. Вот американцы и подсуетились своевременно. И на их новой, буквально в последние пару лет введённой в эксплуатацию военно-морской базе располагался один из самых последних авианосцев, сошедших с американских верфей… Звучит так, будто бы имеет смысл съездить в Коста-Рику… Я ведь вроде как в круизе, верно? Посмотрим, удастся ли забрать у потенциального врага этот «сувенир»…

Мой самый первый союзник, что до сих пор не изменил ни себе, ни данному мне слову, торжественно встречал меня в моём лагере. Если бы меня не предупредили, я бы даже удивился его присутствию на уже ставшем родным причале Мариэльского порта.

Дружеские объятия, военный оркестр, стакан рома и такой по-домашнему тёплый, свежеиспечённый хлеб. Для меня большая часть всей этой помпезности была лишней, но не для нашего лагеря. Генерал и оставшиеся в Мариэле старшие офицеры Круизеров, в том числе мэр Мариэля, мистер Алонсо, как могли в эти тяжёлые времена подготовились к долгожданному возвращению лидера тысяч людей, вставших под мои знамёна. Оказалось, у нас даже появились штатные фотографы и журналисты, а в Гаване уже печаталась газета «Лайнер победы». Слишком пафосно, как по мне, но если это надо людям для поднятия их боевого духа и для демонстрации наших побед и достижений — я не против. Даже на интервью небольшое согласился. Ну и снял таки свой шлем, оставаясь в красных, запоминающихся доспехах моего боевого костюма Берсерка. Попозировал для фотокорреспондентов, вскинув победно вверх кулак, и последовал за Алонсо и генералом Сантьяго.

— Должен признать, вы сумели меня удивить. Догадываюсь, зачем всё это, энергетика людей на портовой площади прямо зашкаливает. — негромко произнёс я, не убирая с лица улыбку, проходя в здание штаба.

— Вас должны были предупредить, команданте… — задумчиво произнёс Алонсо, а я удивлённо вскинул вверх бровь.

— Я не уверен, что это обращение мне подходит. — так же тихо произнёс я, следуя нога в ногу за ведущими меня по заставленным оборудованием коридорам генералом и мэром.

— Подходит, ещё как подходит. — заявил Сантьяго, открывая дверь комнаты отдыха и любезно приглашая меня войти внутрь.

Не стал отказываться, тем более что мне действительно имелось что обсудить с моими единомышленниками.

Дверь закрылась, активировались стальные запорные механизмы, и мы остались втроём.

— Среди прибывших офицеров я не заметил Наталью… Она осталась в Майами? — задал вопрос наблюдательный генерал.

— Не совсем… — улыбнувшись, ответил я ему. — И всё же, я думаю, мы сюда пришли не в карты играть и не ром пить. Давайте обсудим наши дела и планы. В пути я уже ознакомился с отчётами и запросами офицеров, глав поселений, скорректировал направления развития и приоритетность многих задач. Так что о происходящем в этом и многих остальных лагерях я более чем осведомлён. Больше меня беспокоит ситуация в Гаване. Я так понимаю, присутствие генерала Сантьяго напрямую связано с этим?

— Всё верно… Не знаю, насколько вы осведомлены о произошедших событиях, но для полноты картины, расскажу всё, что мы знаем благодаря нашим разведчикам. Уверен, вы поймёте мою тревогу и сделаете всё ради Кубинского народа, приютившего вас и ваших людей в эти тяжёлые времена. — издалека начал гость моего лагеря.

— Я весь во внимании, генерал Сантьяго. — удобнее сел я в кресле. — С вашего позволения, я надену шлем, чтобы Афина помогла с переводом ваших слов. Мой испанский ещё слишком далёк от идеала.

— И всё же вы действительно прекрасно овладели им за это время. В целом, я, конечно же, не против. — согласился мой союзник, и я вернул на голову шлем, получая доступ и к оперативным данным, присылаемым Афиной, и к параллельному переводу генеральских баек.

В целом, всё то, что он говорил, я прекрасно знал. Разве что некоторые детали, на которые он обращал пристальное внимание, я не замечал ранее, предпочитая не тратить драгоценное время.

Выходила прелюбопытная картина, в которой против человека, на которого я сделал ставку, выступал всего лишь один единственный генерал из тех трёх, что начинали свой заговор ещё в первые дни пришествия зомби. Всю военную власть он захватил в свои руки, и где-то сам, где-то при помощи американцев, он устранил своих конкурентов внутри Кубы. Под собой он объединил членов национального спасения Кубы — всех, кого сумел найти в живых, мэра Гаваны и некоторых других крупных городов, бывшего и нынешнего премьер-министра. Генерал Сантьяго тоже успел навести мосты и в свою команду забрал многих членов военного совета Кубы и других государственных деятелей, ну и бонусом он успел раньше своего оппонента восстановить связь с народом через те самые газеты и радио. Правда, тут больше заслуга Афины, нежели его собственная, но это уже всё вторично.

Из неприятных новостей — другие конкуренты умерли не своей смертью, и кое-где именно генерал Сантьяго приложил руку к гибели, при этом не оставляя за собой следов. Но некоторых устранил и его оппонент — генерал Марудо. Речь идёт не только о двух других генералах, но и о многих помощниках генерала Альберто Марудо. Борьба за власть — грязное дело. И все мы здесь испачканы этой борьбой, как животные на ферме после проливных дождей, валявшиеся в грязи. Марудо убил претендентов на гаванский трон очень грязно — взорвав автомобиль своего бывшего союзника, а уже через десять минут обратился к народу Гаваны и всей Кубы, обвинив в этом варварском теракте, естественно — генерала Сантьяго. Как уже было сказано, это грязная партизанская война. И если бы не Афина, не мои костюмы, шлемы и верные солдаты самого команданте, весомой части всей кубинской армии — вполне возможно, что один из многочисленных заговоров по убийству моего союзника был бы исполнен.

Сейчас Марудо активно наращивал численность резерва, отрядов ополчения и пытался всячески подрывать авторитет Сантьяго, обвиняя его чуть ли не в людоедстве. Но самым главным фактором, свидетельствующим о том, что настало время решительных действий, стало внезапное появление десятка МОИХ боевых костюмов у его верных гвардейцев. И тут у меня было лишь два варианта, как они могли попасть к нему. Предательство своих ребят и кражу я не допускаю — каждый комплект экипировки находится под строгим контролем.

Поэтому единственный верный ответ — они появились благодаря американцам, что покупают за свои ОД костюмы в нашем китайском квартале. Вернее, покупали. После того как он продал эти костюмы людям Марудо — наше соглашение официально расторгнуто, ведь он нарушил обязательства. Это и стало официальной причиной к разрыву отношений с армейцами. У нас так и было прописано, что «боевые костюмы из терминалов допускается использовать лишь в целях защиты и обороны от зомби и преступных группировок, а также зачистки захваченных зомби районами непосредственно солдатами Армии США». Дальше упоминались, какие именно подразделения, под чьим командованием имеют право их использовать. Отдельно упоминалось, что любая продажа третьим лицам и безвозмездная передача, обмен и аренда другим подразделениям Армии США и лицам, не связанным с ними, разрешены только с моего согласия. Так что появление моих костюмов расторгло договор и развязало мне руки. Вторым вариантом их попадания в окружение генерала Марудо было присоединение этого самого генерала к бывшему полковнику Адамсу, или же отправка американцами своих спецов на помощь к кубинскому кандидату в правители острова. А это уже нарушало наши границы и зоны интересов, которые на три страницы описывались в другом пункте. Так что, каким бы способом не попытались доставить американцы помощь генералу Марудо — он нарушил наши договорённости.

Если бы вдруг у них появился терминал, в котором эти костюмы можно приобрести, я бы об этом знал. Да и скажем прямо — вероятность их появления не нулевая, но тот факт, что это была та же модель, что использовалась моими войсками… Вот здесь уже вероятность резко падала к нулю. Всё-таки, костюм хоть и редкость, но модели и модификации, цвета и технические характеристики практически никогда не совпадают. А тут прям копия — один в один.

Я выслушал рассказ Сантьяго, кивнул в ответ на информацию о постоянных рейсах и контактах по морю между Майами и подконтрольным Марудо портом Гаваны и выслушал просьбу «покончить с этой враждой, пока это всё не переросло в полноценную гражданскую войну».

— Возможно, вы мне не поверите, генерал, но именно из-за этого я и прибыл на Кубу. Тут, безусловно, хорошо. Мне тут до безумия нравится, а исследование терминалов и строительство баз способны занять все наши мысли на долгие месяцы, всё же я больше нужен в другом месте. Американский континент и их разрушенные города — это клондайк, в котором скрываются тысячи возможностей. Но наши возможности там не только сильно ограничены, даже земли, где мы можем чувствовать себя свободно и спокойно передвигаться — окружены потенциальными врагами. Поэтому для нас с вами настало время решительных действий. И скажу прямо — речь идёт не только о Кубе. Если мы потеряем плацдарм и наши базы во Флориде — однажды генерал Адамс захочет получить доступ к кубинским терминалам. И вы уж мне поверьте, воюя в США, он соберёт столько очков достижений, что сможем укрепить свои силы флотом, авиацией и всем тем, что сотрёт в порошок наши оборонительные рубежи. Потому как у нас темпы прироста ОД падают с каждым днём. Чем меньше захваченных городов, терминалов и деревень остаётся, тем меньше наши возможности.

— И что же вы предлагаете?

— Генерал, я подарю вам Кубу. Вы станете её истинным и единственным команданте, её героем и спасителем. Мы уничтожим очаги сопротивления, возведём в абсолют контроль в столице, Мариэле и других городах, не позволяя приблизиться возможным предателям и наёмным убийцам к вам. Вы получите свой костюм, генерал, что защитит от снайперов, которых отправит к вам наш американский враг. А взамен попрошу лишь одного…

— Чего же, Михаэль?

— Взять на себя часть ответственности за судьбу нашего мира. И разделить её со мной. Куба — остров свободы. Но всего лишь остров. Пусть кубинский народ поднимет флаг свободы сперва здесь, а затем и распространит его по всему миру, следуя за мной и моими войсками. Станьте первым, кто присоединится к нам в этой праведной войне за спасение нашей цивилизации. Круизеры — военная организация. Но не страна. Слишком малы наши силы и возможности… Но это лишь сейчас. А вот когда Флорида будет нашей… Когда на Карибских островах все до единого правители будут падать на колени и рыдать от счастья от прибытия нашего флота, когда весь карибский бассейн воздаст почести Карибским Защитникам, основу которых составят именно ваши войска — мы соединим воедино все силы и возможности свободных, живых и полных отваги людей, отправляясь дальше. Нас ждут побережья Мексиканского залива, Венесуэла, Колумбия, страны Центральной Америки. А затем ждущая спасения Африка и наконец — Европа! Мы станем Команданте нового мира, шаг за шагом следуя вперёд, на охваченные войной земли и будем приносить туда мир, спокойствие и процветание. Мы создадим тысячи баз и миллионы опорных пунктов. Мы восстановим производства, овладеем новыми технологиями. Наши люди, наши воины, наши защитники будут повсюду и каждый из них будет действовать не в своих шкурных интересах, как это происходит по всему миру, а во благо каждого из нас. Всех, кто выжил до сих пор. Ваши люди станут первыми, кто присоединится ко мне и разделит наши идеалы. И вслед за вами о присоединении к коалиции заявят правительства Ямайки, Багам, Каймановых островов, Гаити… — я сделал небольшую паузу, позволяя ему переварить услышанное.

— Ямайка, Багамы и прочие острова, в том числе Гаити, уже, фактически, принадлежат вам, Круизерам…

— Верно, и они могут заявить в любой момент, но я желаю, чтобы эта честь досталась именно вам — моему первому и самому верному из союзников.

— Я должен это обсудить со своими советниками… В конце концов, после объединения в коалицию, мы фактически начнём вторжение армии Кубы по всему архипелагу и на территории других стран. — начал сомневаться он.

— Стран, где легитимное правительство исчезло и не контролирует больше пары процентов территории страны. Да не ваши ли бойцы отправились в Гаити, и вместе с нами ведут там битву? Будем честны, настала новая эра. И Куба с нашей помощью станет, вероятно, первой страной, что полностью избавится от этого бедствия и вернёт себе контроль над территорией и людьми. — пришлось вновь напомнить ему об амбициях и возможностях, которые обретут люди Кубы, если мы договоримся.

И кажется, это подействовало…

— Допустим, мы придём к соглашению. Каким образом мы объединим наш народ и нашу страну, разделённые на две неравные половины этим кризисом? — генерал Сантьяго вновь вернулся к проблеме своего оппонента и прибывших к нему на помощь американцам.

— Просто предоставьте это мне. Как только вы скажете, что согласны — я отдам указания, и в течение двадцати четырёх часов Куба станет вашей, Команданте. И вы станете её спасителем и хранителем.

— Я вас услышал… — с задумчивым видом произнёс генерал и отвёл взгляд в сторону.

— Простите, а что делать мне? — напомнил о своём существовании старик Алонсо.

— Думаю, ты уже поднатаскался в управлении городом, строительстве баз, оказании помощи беженцам и пострадавшим. Окончательное решение, конечно, за нашим истинным Команданте, но я вижу в вас премьер-министра Кубы, который организует жизнь людей и вернёт её в правильное русло. Особенно на тех землях, что до сих пор далеки от стабильности.

— На землях Марудо люди действительно голодают… — негромко произнёс Алонсо.

— Организация гуманитарной помощи и возвращение людей к нормальной жизни, работа на полях, рыбалка в море — это всё, что вам нужно сделать, чтобы завоевать сердца даже самых чёрствых кубинцев. С продуктами питания вам помогут Круизеры.

«Господин, мне вновь произвести корректировку наших приоритетных направлений?» — вмешалась Афина, услышав наш разговор.

«Нет, просто используем складские резервы для поддержки людей» — ответил я ей.

«Но в таком случае мы рискуем не накопить достаточное количество запасов продовольствия до зимы?»

«Родная, во-первых, мы на Кубе и Карибах. Здесь лето даже зимой, и рыбалка не останавливается ни на день. Во-вторых, странно, что ты сама не предложила и не заметила такую прекрасную возможность и недавно открытую взаимосвязь…»

«Михаил, простите, кажется, моего анализа и мощности недостаточно для расшифровки вашей загадки» — добавила нотки грусти к своему прекрасному голосу Афина.

«Утилизационный комплекс и производственная линия. Всё ещё не догадалась? Ладно, не буду тебя мучать и напрягать твои процессоры. Продовольственный цех по производству сухих пайков. Ты пробовала утилизировать в полезные компоненты испорченные продукты питания?»

«Нет. Сейчас же создам указание приоритетной срочности для проведения тестов!» — оживилась моя помощница, оценивая перспективы переработки биологических просроченных и испорченных продуктов, да и даже обычных растений, злаков и всяких кокосов в полезные элементы, что будут направлены на создание сухпайков и экономию наших очков достижений. У нас забрали блага цивилизации, но выдали Терминал и его «магию». Вот пусть эта магия и помогает прокормить миллионы людей. Если я прав, а интуиция подсказывает мне, что это именно так — то проблема продовольствия будет решена как минимум наполовину этой любопытной комбинацией производственного комплекса и утилизационной политики на наших базах.

А ещё мне становится понятно, что наши многочисленные базы теперь не будут универсальны… Они совсем скоро начнут получать свои специализации. Нет смысла делать производственные линии пищевых продуктов высоко в горах, где невозможно добыть продовольствие и придётся везти его издалека. А вот поставить там базу и специализировать её на радиолокационных задачах, установки связи, контроле неба и управлении различными средствами ПВО — легко.

Всё должно быть по уму… Эксперименты мы можем ставить долго и упорно, но приток ОД и впрямь стал замедляться после окончания основной наступательной операции на Гаити. Вперёди более крепкая и защищённая Доминиканская республика, и число зомби там намного ниже, чем у их соседей. А вот число беженцев не столь сильно отличается… Запасы продовольствия сильно ограничены, но благодаря Афине и нашим тылам, удаётся кое-как поддерживать минимальное обеспечение местных и поставки гуманитарной помощи…

«Господин, я засекла вошедший в территориальные воды Кубы боевой фрегат вооружённых сил Мексики. Вероятнее всего, это „Браво“, так как лишь он один располагался в Мексиканском заливе среди кораблей этого класса.»

Я аж подскочил с места, ошеломлённый этой новостью.

— Куда он направляется? — проигнорировал я взгляды беседующих рядом кубинцев.

«Им движет течение. Это мёртвый корабль.» — ответила мне Афина.

— Ну, мы ведь всегда можем попробовать его реанимировать… Собирай десантную группу и зови Сентинел к причалу. — дал я ей указание. — Господа, прошу прощения, дело крайней важности появилось.

Я ушёл, готовясь к абордажу первого полновесного фрегата, что возможно станет частью наших морских сил, если мы сумеем его захватить, доставить на берег и реанимировать.

Если всё получится, то на розыск авианосца мы сможем отправиться с куда как более солидным флотом.

Бойцы, получившие указания, бежали к причалу, офицеры, члены экипажа лайнера, хотя бы немного понимающие в управлении кораблём, сходили вниз по трапам и переодевались буквально на ходу. Погрузились так плотно, как только смогли, в нашего морского защитника, и вместе с небольшим прикрытием и буксировочными кораблями выдвинулись навстречу мёртвому фрегату.

Увидели мы его издалека, благо погода стояла что надо, а практически полный штиль позволил оценить риски приближения к военному судну. Их не было. Только зря аккумуляторы разведывательного дрона посадили. Корабль был действительно мёртв и пуст. Как не кричали мы через громкоговорители, но нам никто не ответил. Взошедшая наверх бригада зачистки единственное что сумела найти — так это следы битвы, сброшенных на воду спасательных шлюпок и ничего более, что говорило бы о присутствии живых.

«Якорь повреждён! Устройство сброса вырвано с корнем.» — доносили по шлемосвязи голоса моих штурмовиков.

«Следы битвы, кровь на задней части палубы.»

«Каюта капитана заперта. Взламываю… Чисто. Рядом с кроватью лежит дневник. Забираю.»

«Капитанский мостик забаррикадирован, следы крови видны. Трупов зомби нет, но очевидно — здесь шла борьба.»

«Слышу посторонние звуки. Похожи на зомби. Дверь заперта. На стене надпись на испанском „monstruos peligrosos“. Что-то про монстров. Вскрываю, готовлюсь к бою.»

«СТОЙ! Ты согласно карте возле ракетного хранилища находишься. Жди подкрепления. Только ближний бой!» — скомандовал офицер, командовавший захватом судна.

«Принято.»

Пятнадцать минут… Пятнадцать минут, и мы перевернули вверх дном весь корабль, после чего наши медленные буксиры приблизились к фрегату, и бойцы стали цеплять крепкие и надёжные тросы, готовясь доставить в наш порт этот подарок судьбы. Очевидно, мексиканцы, оказавшись в ловушке, покинули борт судна. Об этом же говорил и дневник капитана. А вот судового журнала не было. Видимо, забрали его бумажную версию, а электронная не работала, ведь судно полностью лишилось электроники, накрылись его двигатели и генератор.

И даже так, я был готов потратить много моих личных ОД, чтобы воскресить этот фрегат из мёртвых, перекрасить, поменять название и ввести в состав нашего флота как можно скорее. Обсуждая через Афину возможности ремонта с бывшим главным инженером лайнера, Сильвестром Штоппеном, что уже воскрешал резервный генератор на нашем судне, мы постепенно двигались в сторону порта. Но наш разговор был прерван внезапным сообщением от Алонсо, к которому, спустя всего восемь часов с момента нашего расставания, вновь прибыл генерал Сантьяго.

На моего ставленника вновь совершили покушение. В этот раз попытались подорвать его автомобиль, но бдительная охрана заметила неладное до того, как он сел в него.

И слова генерала Сантьяго были подобны бальзаму на душу. Он наконец-то был согласен со мной. Ибо альтернатива: делать всё своими силами — привела бы Кубу к гражданской войне. А это не то, о чём мечтает генерал. Ну что же, раз так…

«Эй, старик, ты там ещё как, готов доказать, что в твоей пороховнице ничего не отсырело?» — связался я с Гарри Свенсоном.

«Что, наконец-то созрел клиент наш?»

«Именно. Прикрой Наталью, сделайте всё красиво. Эта сволочь нужна нам живой. Ну и костюмы вернуть надо бы.» — передал я указание затаившемуся в Гаване старику, разработавшему операцию по уничтожению последнего врага нашего дорогого Генерала Сантьяго.

«Костюмы вернём. Моя красавица пушка со мной. Эксклюзивчик, который вырубает костюмы — моя лучшая находка! К ночи будем на месте. И ещё раз… Спасибо тебе, что согласился отдать мне корабль с командой.» — поблагодарил меня старик, которому уже пора было выдвигаться к научной станции в Антарктиде за полярниками, среди которых был и его сын.

Долг платежом красен. Гарри помогал мне. Много помогал, не задавая глупых вопросов. Всегда был там, где в нём нуждались. И теперь я хочу выполнить данное в первые дни апокалипсиса обещание. Тем более что теперь у нас на ходу не один несчастный Сентинел и парочка барж, а вполне себе сносный флот. Надеюсь, он доберётся до южного континента и сумеет там найти своего сына. Афина уже составила для него все карты, он собрал команду, мы подготовили всё для путешествия. Остался лишь финальный аккорд, с пленением генерала Марудо. С нетерпением буду ждать сегодняшней ночи…

— Если честно, то тому, кто управлял этим кораблём и давал команды, надо, пожалуй, руки вырвать, — оценил вместе с Афиной ущерб фрегату «Браво» наш главный инженер.

С тех пор, как он ушёл с лайнера на землю, этот талантливый мужчина успел переквалифицироваться в гуру ремонта кораблей любой сложности. Благодаря его феноменальному складу ума, любви к своему делу, помощи Афины и волшебству терминала он смог воскресить не одну яхту со своим отрядом ремонтников. Ну и не только яхту, скажем прямо. Воскрешение второго Сентинела — тоже результат труда трёх десятков человек, что трудились под пристальным надзором Афины. И добычи с заброшенных и уничтоженных мелких баз США, раскиданных по всему архипелагу. Почти половина нашего нынешнего флота вышла из порта именно благодаря этим людям.

Терминалы в деле воскрешения кораблей, при неработающих мастерских и заводах, сослужили огромную службу, ведь именно там, если покопаться, можно было отрыть большое количество запасных деталей. Многие из запчастей вообще были из других разделов, но с лёгкой руки слесаря, используя генератор, смекалку и сварочный аппарат, удавалось подстроить деталь для ремонта абсолютно неподходящего оборудования.

— Да это и так понятно, что вырвать надо. Они умудрились якоря лишиться… — согласился я с ним. — Воскресим?

— Конечно, воскресим. Только покопаться надо будет, времени уйдёт много…

— Сколько?

— Если сможем найти нужные вещи в Терминале, то с помощью Афины и её подсказок — недели за две, я думаю, справимся. Если же не всё удастся найти — он затянется… Надолго. Вручную всё делать будет очень и очень сложно, — честно признался он.

— Через пару недель, я надеюсь, у нас будет уже вводиться в строй судоверфь… А там и другие производства подтянутся, станем менее зависимыми от ковыряния в мусоре в поисках подходящих деталей, да и переплачивать за запчасти в терминале, которые ещё и не до конца подходят, возможно больше не надо будет.

— Да, судоверфь — это хорошо… У нас козловые краны почти все не работают. Куча кораблей нуждается в замене двигателя, воскресить их невозможно, а это надо разбирать чуть ли не половину корпуса и вытаскивать его по частям… — окинул с борта фрегата наше «кладбище» притянутых и стоящих мёртвыми памятниками прошлого множество кораблей.

— Ничего, в Мариэле и окрестностях земли хватает. Развернём промышленно-ремонтную базу. А ты продолжай рукастых и соображающих ребят набирать к себе в команду. Скоро здесь не только корабли будем чинить. Всю мёртвую технику будем свозить, разбирать, собирать заново…

— Франкенштейнов будем делать? Когда из трёх кусков ржавья появится одно, но на ходу?

— Именно так! А всё, что не пригодится — пойдёт на утилизацию.

— Слышал я про это чудо-чудное… Эти перерабатывающие заводы, пожалуй, перевернут всю нашу жизнь с ног на голову.

— Они уже это делают. И наша основная база будет владеть самым продвинутым и высокоуровневым, большим и вместительным утилизатором из возможных. Эта база, пожалуй, будет одной из немногих, для которой мы сохраним принцип универсальности. Здесь будет всё, пусть это и потребует миллионов ОД.

— Если не миллиардов… Вчера вечером за чашкой чая со своим первым помощником рассуждал, графики прикидывали расходов ОД на нужды базы. Каждую неделю это число даже не удваивается. Оно растёт примерно в пять-семь раз. Мы сможем поддерживать такой приток ОД? — с сомнением спросил мужчина, переводя взгляд на готовящееся к отплытию в сторону Антарктиды судно.

До самой Антарктиды оно вряд ли доплывёт. Нет у нас атомных ледоколов или других каких-то крейсеров с ядерной установкой вместо двигателя. Когда Гарри Свенсон вернётся со своей добычей, ему предстоит со своей командой отправиться в опасное морское путешествие и по пути найти либо другие корабли, оставшиеся в строю, либо заправить это исследовательское судно, притащенное нашими добытчиками из американского порта.

Обычный корабль научников с кучей малопонятного оборудования. С другой стороны, длительность морских экспедиций привела к заложению прекрасных технических характеристик на этапе разработки судна. Смущала лишь дальность хода, чуть больше шести тысяч километров. А от нас до Антарктиды плыть почти четырнадцать тысяч километров только в одну сторону. И ещё там на месте порыскать между льдами, возможно придётся.

В общем, Гарри я могу пожелать только удачи. В целом же он уверен в себе и своей команде. Я тоже буду в него верить. Афина даже собирается сделать свою миникопию и поселить на работающие сервера их корабля, чтобы оказывать всевозможную поддержку. Ну и костюмы, оружие, запасы еды и всего остального у них будут. Я честно предлагал ему подождать ещё, сосредоточиться на развитии базы и постройке судоверфи, заложения нового корабля через штаб и Терминал, но он подумал один вечерок и сказал, что не видит быстрого решения проблемы. Даже если мы сможем при помощи Терминала построить всё необходимое — нужды миллионов людей важнее, чем его собственные и дорогущий атомоход ему никто не отдаст. Да и вообще не факт, что мы сможем заказать на судоверфи или в Терминале купить его втридорога. Сперва мы закроем свои собственные потребности и только тогда, через неизвестно сколько недель, а скорее даже месяцев, настанет его очередь на постройку. А до этого времени ещё дожить нужно… И ему, и его сыну с командой исследователей. В общем — он выбрал риск и решил отправиться в плавание уже сейчас.

Ну а нам только и оставалось, что дождаться их возвращения.

«Господин, в пригороде Гаваны началось боевое столкновение между людьми генерала Марудо и нашей группой захвата. Желаете посмотреть?» — донёсся в наушник голос Афины.

Я тут же снял его и вернул на голову шлем, чтобы поговорить с ней.

— Спасибо, Афина. А генерал Сантьяго где?

— Ужинает в компании своих и наших офицеров, вернувшихся с дежурства. — ответила мне моя помощница.

— Хорошо. Передай через кого-нибудь сообщение, что я скоро к нему присоединюсь. Подготовь пока запись видео столкновения. Наташа и Гарри справляются?

— Идут без потерь, как и было запланировано. Половина костюмов врага обезврежена.

— Ну и отлично, посмотрим весёлое действо с генералом.

Я попрощался с соратниками, что занимались нашей погибшей и ждущей воскрешения новинкой, и отправился на берег.

Быстрым шагом домчался до офицерской столовой, в задней части которой, в закрытой зоне сидел Генерал Сантьяго, слегка обозлённый после очередного покушения и стресса. Поздоровался со всеми, нашёл глазами нашего бравого генерала, который в этот самый момент с жадностью грыз кусок мяса, приготовленный на углях. Почти что родной шашлык… Эх, самому есть захотелось.

— Соберите мне стандартный паёк, но с собой. — попросил я у кухни, и те мигом ринулись исполнять мою просьбу.

— Генерал, можем переместиться в кабинет? У меня для вас кое-что есть.

— Я доем. — на секунду буквально остановился Сантьяго и вернулся к трапезе.

— Хорошо.

Пять минут, и мы вышли из столовой, перемещаясь в сторону лайнера, где у меня была своя, такая милая сердцу каюта. Но пошли мы не туда, в кабинет, где обычно проводили боевые совещания. Молодой парень, находившийся тут же, помог мне настроить экран, и я отпустил его, прикрывая дверь и распаковывая свой аппетитный и приятно пахнущий ужин. Да уж… Обычные солдаты при виде пайков офицеров явно будут завидовать. А это грозит либо бунтом… Либо желанием выслужиться, показать результаты и самим стать офицерами. У нас, всё-таки, даже командиры десятков — уже кандидаты на звание. У каждого командира кулака, боевого офицера в подчинении есть от двух до трёх других офицеров, помогающих ему в исполнении ежедневных задач из числа командиров десятков. Так что, не так уж и тяжело стать офицером и наслаждаться вкусняшками. Ну а бунтов мы не боимся. Их мы находим в зародыше, активно взаимодействуя с бойцами и проводя ротации подразделений. Слаженные десятки знают своё дело. Те, в которых есть проблемы во взаимоотношениях — лучше пересобрать, исходя из мнений командиров десятков и их оценках бойцов.

— Не боишься, что отравят?

— У меня камеры на кухне. Случайные люди в офицерской столовой не работают, а любые потенциально опасные действия немедленно проверяются. Ну и повара все тоже едят приготовленные ими же блюда.

— И всё равно, кто захочет — найдёт возможность…

— Жить в паранойе — худшее из всех возможных решений. К тому же у меня нет привычек. Никто не знает, где и что я буду есть в следующий раз. Я вообще всего второй раз в жизни в офицерской столовой ем. Обычно сухпайками и добычей со складов обедаю. — ответил я на замечание генерала Сантьяго.

— И всё же, будь аккуратнее. Врагов вокруг нас хватает. И порой этот враг невидим. Шизофрения, зависть, месть — человека склонить к сотрудничеству очень легко. Я вот сегодня застрелил своего помощника, с которым знаком уже пятнадцать лет. И он пятнадцать лет служил мне верой и правдой, пока не заложил бомбу под машину. Паскуда… Сволочь неблагодарная.

— А причина? — я включил экран и Афина вывела на него начало видеозаписи операции моей звёздной парочки.

— Его дочь была схвачена людьми Марудо. Сказали либо сделаешь это, либо пришлём по кусочкам.

— Вот ублюдки… Ладно, мы ещё проведём чистки. Сыворотки правды на всех не хватит… Но ничего, полиграф, немного давления на самых боязливых крыс и те сдадут друг друга с потрохами.

— Сыворотка правды? А есть такая?

— В одном из терминалов наших — да. Ну, это вообще побочный эффект от восстановительного комплекса при применении боевого стимулятора на увеличение интеллекта. Недавно заметили. Если дать его связанному по рукам и ногам бойцу, который не сможет выплеснуть полученную энергию прочь — то он становится очень болтливым. Мозг начинает немного плавиться, говорит всё, что думает в этот момент.

— И когда ты всё успеваешь узнавать? — удивился генерал Сантьяго.

— А это не я узнаю, а мои люди. Ставят эксперименты, просто делают порой и глупости, и они приводят вот к таким открытиям. Афина всё это анализирует и выдаёт раз в сутки мне отчёт.

— И где ты такую Афину нашёл…

— Написал. Сам. Ручками. — ответил я ему и взял в руки пульт, чтобы вручную запустить видео.

Мысли вернулись к возвращению старшего брата Афины, Ареса, найденного далеко отсюда. На другом конце США. Даже если там не весь Арес, а только часть моего ИИ, с ограниченным набором данных — и если мы сможем вернуть его под контроль, вернуть домой — мы получим в обозримом будущем стратегическое преимущество перед приближающейся войной с второй волной захватчиков. Только вот для него и ресурсы нужны другие… Афина — маленькая скромная девочка, советница, которая испытывает огромные трудности при обработке огромного количества задач в разных частях наших баз. Все взятые ей под контроль объекты — словно паутина, а сама она — паучок, что ползает по этой паутине, метается каждый раз, когда паутину потревожат. Её внимание сосредоточено только на чём-то одном, и она перераспределяет своё внимание на те или иные вопросы в зависимости от наших потребностей и моей просьбы. И если бы мы не начали массово строить штабы, что стали для неё своего рода домом и убежищем — она бы работала в разы медленнее и эффективность от неё была бы намного ниже.

Арес же… Арес другой. Он не создан для творческих решений задач. Он не будет проводить анализ и выдавать рекомендации, оценивать возможные последствия какой-либо моей авантюры. Арес он больше как военный, который исполняет приказ, не задавая лишних вопросов. Он монументален по своей сути. Агрессивен. Бескомпромисен. Жесток. Ему даёшь задачу — взломать и взять под контроль какой-то объект инфраструктуры — и он это делает. Надо устроить блекаут во враждебном городе — он использует всю свою мощь и проникает стремительным, словно цунами, потоком в сети вражеского города и вызывает ошибки в её работе. Минута — и город погружается во тьму.

Афина может взять на себя автоматический контроль современными средствами ПВО на какой-либо базе и защитить её от вражеской атаки. Арес же — возьмёт все базы разом под контроль и будет защищать их по единому сценарию — ведя огонь по приближающимся самолётам, вертолётам и прочим воздушным суднам врага. Единое управление, ведущее индивидуальные расчёты траекторий движения врага. Миллиарды однотипных задач одновременно — вот что делает Арес. Афина мастерски проведёт одну БМП, управляемую дистанционно по городу и вытащит из-под вражеского огня, не дав погибнуть технике и тем, кто в ней. Арес будет вести тысячи таких БМП на прорыв, не особо заботясь об оригинальных маршрутах и прикрытии от всех обнаруженных точек ведения огня противника. Он призван доминировать, используя все доступные ему ресурсы… И мне не хватит атомной станции, чтобы полную версию Ареса использовать для своих нужд, если мы захватим Карибы и хотя бы пару штатов США. Он очень и очень прожорливый мальчик… Но он стоит того, чтобы создать ему эти благоприятные условия для ведения войны. Но как добраться до него? Авиация — опасно. Плыть морем — слишком большой крюк, ведь в Панамский канал я ни ногой не ступлю прямо сейчас — это суицид… Если только сам канал не захватить, используя армию круизеров. По земле же пересечь США… Мир, конечно, зомбанулся, но проблема, как поняли уже большинство выживших — не в них. Слишком это путешествие будет нести много рисков. Минные поля, войска, отряды самоубийц, дроны-камикадзе, противотанковые гранатомёты, обрушенные мосты — нас могут оставить тысячей способов. И чтобы не нести риски — это должно быть медленное, размеренное путешествие с планомерной разведкой окрестностей. А покидать свои земли и своих людей на столь долгий срок — глупо и опасно. Как минимум — я понятия не имею, когда эти твари захотят нас атаковать. Терминалы молчаливы и не рассказывают нам, сколько времени нам даётся на подготовку к спасению мира. К тому, чтобы не быть мишенями и добычей на этом пиршестве ксеноморфных тварей.

Я видел, как убивали людей в костюмах, подобных моему. Убивали легко и просто, словно печенье покрошили… Сколь долгий путь нам предстоит… В надежде на выживание.

А между тем, на экране началось движение. Афина записала всё, что происходило с Натальей и Гарри. Место действия — вилла в пригороде Гаваны. Цель — охрана генерала Марудо, его гвардия в наших костюмах и сам генерал.

— У Натальи установлен модуль маскировки. Её костюм практически невозможно заметить невооружённым глазом. Винтовка выдана из числа образцов терминала, лучшая из тех, что на сегодня есть. Весит только много — больше двадцати килограммов, но способна пробить даже легкобронированную технику с расстояния в два километра. Если попадёт… Враг носит обычные шлемы и ограничен в общении обычными средствами. А их всех взяла под контроль Афина.

— Вижу, а на втором видео кто?

— Гарри Свенсон. Мой соратник и помощник, крайне сильный и опытный старик, получивший вторую молодость после Алого Затмения. У него тоже уникальный костюм. Более тяжёлый, крепкий и прочный. Такой у нас всего один — образец боевого костюма штурмовой группы. Тоже эксклюзив, найденный в одном из многочисленных терминалов по всему архипелагу. Способен выдержать взрыв гранаты прямо под ногами. Встроенный экзоскелет позволяет развить силу и мощь, способную поднять более двух тонн веса. Оружие подобрано специальное под эту операцию.

— Сколько всего у вас костюмов? Если не секрет. — поинтересовался генерал Сантьяго.

— Для вас, соратник — не секрет. Восемьсот тридцать три костюма. Было бы больше, но лимит на выдачу сейчас, после того как мы выгребли первоначальные запасы терминала на костюмы разведчика, составляет двадцать костюмов в день. На очереди ждут получения ещё двести пятнадцать человек. Что самое обидное — американцам по нашим союзническим договорённостям мы выдали больше двухсот костюмов. И так и не нашли новые терминалы с этими великолепными образцами будущей техники равнозначные по своим характеристикам. Только один терминал ещё на Багамских островах выдаёт легкобронированные костюмчики с крайне посредственными характеритиками. Но это костюмы что созданы для полиции, а не солдат.

— А спецкостюмы вроде вашего? — поинтересовался генерал, но прервался на просмотре начавшегося штурма имения враждебного генерала.

Афина подсветила для Натальи местоположение охраны, не имеющей костюмов, и та начала методичный отстрел, даже через стены и двери уничтожая врагов. Ну а Гарри в это время, под начавшуюся суматоху, взял разгон и протаранил тонкую кирпичную стену с другой стороны поместья, достав своё «оружие».

У него было, как я уже сказал, особое оружие на эту операцию. Его цель — схватить Марудо и нейтрализовать костюмы. Броня, в которую он облачился, была способна выдержать атаки огнестрельного оружия, что имелись у защитников. И единственная его слабость — это шлем. Голову ему надо беречь вмонтированным в правую руку небольшим технологическим щитом, способным остановить даже выстрел из винтовки в руках Натальи. Руку, правда, сломать может такой выстрел — но щит должен остаться целым.

Кроме этого, он был вооружён револьвером с электродинамическими снарядами. Вообще, судя по размеру, его можно отнести к чему-то покрупнее пистолета. Скорее уж дробовик. Да и заряды генерируются почти двадцать секунд, так что стрелять надо только наверняка. Такой выстрел подобен удару током, если схватить за оголённый кабель, висящий со столба на улице. Эффект очень похож на электромагнитный импульс, только бьёт не только по костюмам, но и владельцам. Особенно если костюмы не герметичны, как у наших оппонентов, что не имеют шлемов, полностью закрывающих от подобных атак. Есть, безусловно и минусы у такого револьвера. Каждый метр дистанции снаряд уменьшает свою мощь, и после десяти метров это уже ощущается просто как сильный удар током. Несмертельный. Так что стрелять надо практически в упор. Ну и если врагов сразу несколько… Лучше иметь что-то крепкое, способное спасти от шквала огня оставшихся в строю неприятелей. А уж про стоимость этой эксклюзивной пушки я и вовсе молчу… Всем круизерам понятно, что цена тем выше, чем «новее», современней образец вооружения или любая другая покупка из терминала.

Старые, но действенные БМП советской армии вполне себе могли быть куплены меньше чем за тысячу ОД за штуку. В то время как уступающая по боевой мощи, вместимости экипажа, броне и всех прочих прелестях БМП машина для перевозки войск из будущего, работающая на странных двигателях и поддерживающая высокий комфорт экипажа — стоила почти три с половиной тысячи. На поле боя я был бы согласен обменять три таких элегантных красавицы, с практически бесшумным двигателем, на тарахтящий БМП, который куда как эффективнее под вражеским обстрелом и при прорыве. Тоже самое и здесь. Далеко не самое убойное оружие в руках Гарри стоило почти восемь сотен ОД, и при этом его электрогенерирующую катушку надо было менять после каждых пятидесяти выстрелов. И стоила эта деталька ещё сто ОД. И если сравнить с обычным автоматом Калашникова, то для бойцов именно первый будет в разы эффективнее и полезнее. Но стоить он будет в восемь раз меньше. Но им бойцы никогда не пробьют полные доспехи противника, облачённого в современные средства индивидуальной защиты. Это как камень-ножницы-бумага. У всего есть свои сильные и слабые стороны. Не существует универсального способа решения любой проблемы. Не будешь включать мозг — проиграешь.

Вот и Гарри Свенсон мозг включал, и поэтому у него на поясе для ближнего боя имелась электродубинка, взятая в Терминале тюремного карцера города Гуанахай бывшим тюремщиком лайнера, Фернандо. Дубинка неплохо вырубает и обычных людей, и блокирует ненадолго работу костюма, если разряд пройдёт через кожу к внутренним элементам костюма. А там…

— Ух… Суровый он… — оценил кадры расстреливаемого из нескольких штурмовых винтовок моего бойца генерал Сантьяго. Тот смело прикрылся телом одного «костюма», лупанул дубиной ещё одному, выпуская разряд, свернул шею второму, перехватил пистолет, выстрелил в третьего после перезарядки.

Наталья своим выстрелом снесла голову четвёртому, и враги начали отступать.

Но далеко уйти у них не получилось. Моему штурмовику было плевать на их попытки убить его. Добираясь до их тел, а в доме пространства для манёвра не так уж и много, он просто хватал их за шеи и ломал их. От звука ломающихся костей и видов вывернутых шей, вышибленных мозгов, пробитого шлема защитников Марудо, становилось немного не по себе.

Но ужин всё равно был вкуснее. Ну а что касается подобных кадров, не только я, но и боевое крыло Круизеров уже привыкло к этому.

Финальный кадр закончившейся пару минут назад операции — стаскиваемый за волосы Марудо, утянутый прямо к гаражу и заброшенный в багажник. Наталья уже переместилась в дом, и пока Гарри готовился держать оборону от возможных подкреплений врага — она повреждала костюмы, оставшиеся на телах погибших защитников. Мы их легко починим, ведь знаем как. Ну а если враги окажутся слишком шустрыми и решат утащить — воспользоваться ими они не смогут. Прямо сейчас заниматься ими времени нет, но для нас не составит труда отследить их перемещение. Шпионское оборудование не такая уж и редкость, если знать где искать. Мы знали и владели им. И на испорченные костюмы тоже поместили маячки.

Наталья исчезла, военный джип генерала Марудо завёлся и повёз свою ношу вперёд, прорываясь через собирающееся вокруг поместья оцепление из числа его верных войск. Но это уже цветочки… Штурмовика они все не остановят. Ну и на этот случай у Афины тоже имелись согласованные планы по эвакуации нашей добычи.

— Ну что, пойдём подготовим речь для кубинцев и запустим в массы компромат на него?

— Много у вас компромата? — поинтересовался союзник.

— Достаточно, чтобы Гавана и его собственные войска захотели его линчевать… Впрочем, с нашей своеобразной сывороткой правды, он и сам всё расскажет людям. Даже придумывать ничего не придётся, — поведал я Сантьяго.

Это был тот самый момент, когда двух людей и одного ИИ хватило для захвата власти в стране. Но к этому дню мы готовились очень и очень долго. Народ Кубы сам вручит власть в руки Команданте Сантьяго. Судьбоносное решение было принято ими уже давно — просто они об этом ещё не знали. Мы просто поможем им посмотреть в глаза демону, что прикрывался личиной спасителя страны и Гаваны. Узнать правду… А остальное они сделают сами.

Три последующих дня были на удивление противоречивыми. С одной стороны, мы семимильными шагами шли вперёд в вопросе установления тотального контроля над Кубой, щедро подливая бензин в пылающие сердца местных жителей. Сделать это было очень и очень легко. Мы банально по всем работающим, а значит и всеми слушаемыми каналам связи, начиная с радио и заканчивая единственным восстановленным телевещанием, а также через напечатанные газеты и банальные листовки ознакомили жителей страны с «героическими» подвигами генерала Марудо. Причём рассказывал обо всём происходящем он сам. Мы потратили часы на то, чтобы собрать его добровольные признания в изнасилованиях, принуждениях, взятках, угрозах, убийствах, диверсиях. Мы задавали ему простые вопросы, ответы на которые будоражили кровь даже тех, кто уже успел повидать всякого в нашем мире. Что уж говорить о простых кубинцах…

С момента его поимки и до момента его казни прошло всего лишь три дня. Мы бы и раньше справились, но на тех землях, где он правил, среди войск, которым он отдавал приказы, находились упрямые остолопы, и нам пришлось направить все наши силы на то, чтобы не началась бойня. Хотя это всё равно не помогло, и пару раз всё выливалось в насилие. В основном это происходило в тех подразделениях, где бойцы были по уши в крови. И не в крови зомби. Отряды тех, кто выполнял грязную работу, очень и очень сильно не хотели верить в то, что генерал, который прикрывал их задницы и отдавал приказы, больше не сможет это сделать. Но в отличие от войск Марудо, мы имели глаза и уши по всему острову. Афина знала о перемещениях практически каждого отряда, и мы могли легко своими элитными силами перекрыть им дорогу, заставить сложить оружие. А если эмоции и глупость брали верх над солдатами Марудо — мы их просто уничтожали. Я и сам не брезговал отправиться вперёд, к проблемным воякам. Для меня это лучше, чем рутина организаторской работы. А её было очень и очень много.

Даже казнь на центральной площади Гаваны требовала большого количества подготовки. И я с радостью передал все эти дела моим коллегам, самим кубинцам. Из грустного — пришлось расстаться с двадцатью великолепными бойцами и специалистами морского дела. Они отправились вместе с Гарри Свенсоном в своё большое путешествие.

И это всё — лишь малая часть моих забот как лидера Круизеров. Число встреч, которые мне пришлось провести за эти несколько дней с людьми, что добровольно складывали оружие и переходили на сторону генерала Сантьяго, зашкаливало. Но это тоже было необходимо. Ещё не хватало мне, чтобы они считали именно кубинского Команданте лицом, отдающим указания моим Карибским Защитникам. Нет, я встретился с каждым, поторговал лицом, хоть оно и было в шлеме, показал всю красоту доспеха «Берсерк» и велел готовиться к великим свершениям под руководством мудрого генерала в составе первой освободительной армии Кубы.

Из приятных новостей, которые я никак не ожидал, стало появление в нашей гавани ещё пятидесяти работающих лодок, яхт и рыболовецких судов, приплывших к нам после успокоения шторма со стороны терпящего бедствие Белиза. Около трёхсот человек доплыли сперва до Ямайки, а следом наши местные силы переотправили их к нам. Эти лодки помогут в деле прокормки людей, а сами люди… Что же, те, кто однажды испытал ужас и оказался на грани выживания — как никто другой будут ценить предоставленный кров и безопасность для себя и своих детей.

В общем, мы провели собрание глубокой ночью, прямо перед утром казни самодура-диктатора Марудо, и волевым решением согласились выделить несколько миллионов ОД на один из очень спорных проектов.

Даже один миллион очков достижений — это огромная сумма. У нас, если сложить с тем, что имеется у кубинских союзников, всего будет пару миллионов, распределённых на всех выживших. И если бы мы захотели вложить эти средства во что-то другое… Мы могли бы превратить Гавану в неприступный город-крепость, со всех сторон окружённый стенами и современными средствами обороны от любой напасти, даже баллистических ракет США. Мы могли бы превратить скромный Мариэль в современную промышленную Мекку, в которой будут воссозданы огромное число производств. Мы могли бы вооружить каждого жителя острова свободы и получить наиболее вооружённую армию под единным командованием в этой части мира. Мы могли бы многое… Очень многое, но мы решили поступить иначе.

В сорока километрах от Мариэля, на плоской вершине горы, мы построим огромный, современный и крайне мощный центр связи. Естественно — через Терминал. Конечно, с учётом того, что в той местности никто не живёт и Терминала там нет, у нас будет довольно много проблем, связанных с его постройкой. В первую очередь нам предстоит расширить территорию Мариэльского Терминала на огромную площадь. Для этого нам придётся строить много зданий через меню Штаба. Строить их один за одним, в линию, на максимальную длину, чтобы обеспечить наибольшее расширение территории базы. Мы уже успели провести эксперименты и знаем, что вокруг каждого здания, построенного через это самое меню, появится область в пару сотен метров, где мы сможем построить ещё одно системное здание. Безусловно, это неудобно с точки зрения логистики. Это опасно для обороны. Это растягивает наши и без того не самые большие силы и требует постоянных расходов транспорта. Но если уж так или иначе нам предстоит делать мегаполис будущего, в котором окажутся всевозможные производства, учебные центры, центры переработки отходов и склады с готовой продукцией, что будут отправлять через порт во все стороны, склады с продукцией и ресурсами, привезённые для этих заводов — всё это уже не так глупо, как кажется на первый взгляд.

Мы расширим территорию города, создадим и построим всё, что потребуется для победы в этой длительной войне. Просто сделаем это не сразу, а шаг за шагом. Нам понадобится много земли, и соседний Гуанахай однажды станет не отдельным городом, а одним из городских районов. Этот проект займёт не один день и не одну неделю. Даже если у нас будет в достатке средств и мы будем строить всё при помощи магии терминала, не теряя ни секунды, мы справимся в лучшем случае за полтора месяца и всё таки доберёмся до нужной нам горы. Будем строить самые быстровозводимые конструкции, забивая себе место для расширения, и дойдём этой тропой до нужной нам горы. А всё ради того, чтобы вложить полмиллиона ОД в постройку этого инженерного чуда, что станет полноценным домом для Афины и сможет улавливать сигналы за тысячи километров от острова Свободы. Даже без спутников. И на такую же дистанцию Афина сможет отправлять сообщения, подключаясь к радиочастотам и донося до выживших информацию. Она скажет им, что Куба жива. Что Куба очищена от зомбимусора, и кризис позади. Центр связи нового поколения — то, чего не было у нас до этого. Возможно, что это сверхдорогое сооружение будет доступно лишь у нас. Мы доведём до всех, что вновь работают заводы, что засеиваются поля, ловится рыба. Здесь всех ждёт безопасность. Здесь всех ждёт тепло будущего дома. Мы примем всех, кто придёт к нам с миром. А наша армия отбросит всех, кто решит приплыть к нам и попытаться ограбить. Мы расскажем им о Круизерах, о наших целях, задачах. Мы будем говорить о выживании. Рассказывать о терминалах, базовых сведениях. Будем говорить о великом испытании для нашей цивилизации и обо мне, лидере, что взял в свои руки вопросы выживания и сохранения человечества как вида. Мы будем объявлять о поражениях и захвате городов ордами мертвецов, чтобы люди знали, куда идти не стоит. Мы будем говорить о своих успехах и зачистке островов. Мы станем станцией «Свободы» и принесём в мир безудержной печали огромного числа людей капельку надежды и веры в лучшее.

Пропаганда. Знания. Манипуляция. Эти три вещи не так нужны для выживания. Но они нужны для доминирования. Иначе победы у нас не будет. Просто оружия в руках и патронов в рюкзаке не хватит, чтобы очистить этот мир. Мы должны идти на шаг вперёд наших оппонентов в этой большой гонке и направлять захваченные ресурсы и терминалы на то, что поможет в следующем раунде этой тяжелейшей битвы за наше будущее. Эффективное управление — залог успеха. И у нас, спасибо Афине, эффективность управления в разы выше всех других группировок в окрестностях. А будет ещё лучше.

И единственная проблема, которую нам надо решить для запуска этого первого Мегапроекта Круизеров — даже не ОД и не время. А отсутствие достаточных запасов энергии. У нас нет работающих электростанций. И нет достаточных наработок в этом направлении. За эти два месяца мы просто обязаны найти способ обеспечить электроэнергией наш город будущего и наш комплекс связи. Он будет в десятки раз больше, чем тот, что расположен во Флориде и находится под нашим контролем. И будет современнее, эффективнее. Но без электричества — он превратится в памятник по потерянным очкам достижений. А значит, надо либо подмять под себя, либо договориться, либо победить в войне наших американских коллег из Майами, которые тоже направили несколько групп дипломатов и совершили несколько провокаций на границе наших земель… Ведь у них есть те прекрасные образцы технологий будущего из Терминала. Устройства передачи энергии и установки электромагнитного импульса в одном лице. И меня, в отличие от той авиабазы, привлекает именно первая функция этого устройства. Ведь если в каждой базе будет своя небольшая электростанция, ветряки, солнечные батареи и прочие источники столь необходимой энергии, то при наличии этих передатчиков, собрав, как говорится, с миру по нитке, мы обеспечим питанием нашу крикливую малышку, чей голос будет слышен за тысячи километров от нас.

Я отправился на проверку ремонта фрегата, но, к моему сожалению, наш кудесник и волшебник, вернувший к жизни не одну посудину, бессильно развёл руками.

— Нужен полноценный ремонт судна с заменой двигателя. Это практически равносильно тому, чтобы разобрать и заново собрать фрегат. Уйдёт очень много времени, даже если у нас будет полноценный двигатель, подходящий к этому судну. А его у нас нет. И не факт, что появится. Аналоги можно попробовать найти и поставить, но это дело как кот в мешке, — отчитался датчанин Сильвестр, весь измазавшись в масле и прочей грязи за время работы на судне.

— Понятно. А я уже было понадеялся, что наш флот увеличится. И что, совсем бесполезно что-либо делать?

— Ну почему же. Кораблик у нас не новый, спущен на воду в тысяча девятьсот шестьдесят втором году в США. Это бывший фрегат МакКлой военно-морских сил США. И движок его, мы, к сожалению, уже не спасём, но вот сам корабль и генератор вполне можем вернуть в строй, развернуть в сторону моря и после небольшого ремонта и перевооружения превратить в плавучую крепость. Запитать с берега, прокинуть кабели — не проблема.

— А что у него по вооружению? — уточнил я.

— Тут стоит противолодочный ракетный комплекс. Ракеты к нему есть, но запас небольшой. Впрочем, уверен, если будет необходимость — мы их найдём в терминале и докупим. Системы обнаружения, сонар, системы наведения — можно починить, но я бы, наверное, лучше и проще заменил бы их и купил новые, современные. Кораблик, как я уже говорил, не первой свежести. Технологии и оборудование тоже. Будем вести контроль и на воде, и в воздухе, и под водой. Что можем оставить, так это уже установленную артиллерию, бьёт почти на тринадцать километров. Скорострельность хорошая, снаряды даже у кубинцев найти можно подходящие, но это не точно. Пусть кто-нибудь из вояк генерала проверит. Радар, правда, выведен из строя, но мы его даже до конца дня починим, если будет смысл. А нет — снимем и используем ещё где-нибудь. Из интересного — торпедные аппараты имеются. Их мы демонтировать не станем, но в порту смысла от них тоже особого нет. Но они полностью рабочие. Есть средства запуска инфракрасных помех для защиты от вражеских торпед. РЭБ, другими словами. Если надо будет — реанимируем. Но рядом с городом и терминалом лучше не включать, наверное… Радары тут всякие есть, и прочая электроника мёртвая — с неё смысла нет, в городе лучше в разы системы защиты ставятся прямо сейчас.

— А ПВО? — решил уточнить я.

— Нет, это судно для других целей использовалось, — ответил Сильвестр.

— Хм… Даю добро на переоборудование. Пусть стоит в порту, на якоре…

— Который надо ещё починить, — почесал затылок мой собеседник.

— Да. Почините и заякорите, соедините с берегом, запитаете. Главное, чтобы его штормом не вынесло на берег и ничего не сдетанировало…

— Будет шторм — на буксирах оттащим от берега. Это всё ведь прогнозируется заранее. Якорь починим.

— Ну вот и хорошо. Сделайте из него площадку для пуска ракет от угроз с воздуха. Ракетные атаки, авиация противника, в общем, против всего на свете.

— Хорошо. Я поговорю с профессионалами на эту тему, и что-нибудь мы придумаем, — согласился со мной Сильвестр Штоппен.

Ну что же, здесь не повезло. А значит, нам надо обрести что-то более весомое, нежели парочка Сентинелов и прочих, уступающих им строжевых катеров, буксиров и дешёвых одноместных водных мотоциклов с пушками. Впрочем, у последних была продвинутая система управления, и Афина могла самостоятельно управлять ими. Что делало из них неплохих стражей круизного лайнера. Но, естественно, даже с этим старым фрегатом не могли сравниться и пару десятков таких защитников.

— Афина, вышли уведомление старшим офицерам круизеров и капитану Идрису. Нам надо готовить рейд к берегам Коста-Рики.

«Сделано, мой генерал! Спасибо за решение о создании этого комплекса. Уверена, с его возведением, мои силы многократно возрастут, и я смогу быть ещё полезнее!» — ответила мне Афина.

Что-то с каждым днём она эволюционирует, вбирая в себя знания, и становится всё умнее и умнее. Хитрее и хитрее. Человечнее…

На следующий день…

Корабль пришвартовался у причала, и первая пятёрка с автоматами вышла на молчащий, словно бы безжизненный берег. Это был совсем маленький городок, визуально так казалось, что до пришествия Терминалов и зомби здесь жило в лучшем случае десять тысяч человек, а может, и меньше. Особого значения это не имело, ведь у нас была конкретная миссия — получить разведданные. Не факт, что в этом городе будет что-то необходимое. Собственно, для этого мы и десантировались, в надежде пообщаться с местными.

Но местных не было. Город вообще словно вымер.

— Вижу следы разрушения. Но не похоже на полноценноt противостояние зомби, — отчитался один из тех, кто сошёл на берег первым.

Мы продолжали наблюдение, группками отправляясь от причала к ближайшим городским улицам.

— Вижу зомби. Одиночка. Повреждена нога и рука. Готовлюсь к ближнему бою, — донёсся голос второго бойца.

Пять минут после причаливания, и стало понятно, что это действительно покинутый город. Причём и живыми, и мёртвыми. Куда делись первые — понятно. Либо погибли и их съели, либо сбежали из города. Со вторыми вопрос куда сложнее. Мы начали исследовать город дальше и заметили следы мародёров, которые, впрочем, по какой-то причине не пожелали остаться в покинутом городе, где нет ни бывших хозяев, ни угрозы. Странно это. А ещё мы не смогли из-за этого расспросить местных на интересующие нас темы.

— Так, слушаем мою команду. Полчаса потеряли впустую, добили пятнадцать зомби и на этом всё. Делимся на три отряда. Первый отряд — готовим нашего красавца к отплытию, — дал я указание ребятам Стивена Хинка, командира нашего Сентинела. — Второй отряд — под руководством Натальи — разведка за пределы города. Ищем следы армии зомби или любой другой армии. Брошенный город — это лакомая добыча, но здесь никого нет, и мне это не нравится. Если найдёте кого-то, дайте знать.

— Принято.

— Третья группа вместе со мной остаётся в городе. Два человека в дозоре на въезде в поселение. Остальные ищем разгадки тайны этого города.

Все начали делать своё дело, и я проводил взглядом рюкзаки разведчиков, прежде чем отправиться в ближайший дом. Мародёрничать мы не станем. Незачем. Своих припасов полно, рюкзаки наши бронированные, и так у всех битком забиты. Мы даже базовые припасы распечатать не успели, позавтракав перед отплытием. Поэтому мы, если что и ищем, то это информацию. Ну и от очков ОД, конечно же, не отказались бы. Но тут нас ждал облом.

Заложенное на разведку время вышло, Наталья со своим отрядом вернулась к нам, мы перевернули вверх ногами половину города, но ничего необычного не нашли. Здесь были и люди, и зомби, но теперь здесь нет ни одних, ни вторых. Если бы люди погибли под натиском мертвецов, последние бы отсюда не ушли и до сих пор пировали бы, а мы бы не могли даже продохнуть от вони разлагающихся тел. Если бы люди уничтожили зомби, были бы точно также видны следы битвы, и где-то рядом с городом мы бы нашли их сожжённые или закопанные тела. Но наши разведчики не нашли ничего такого. Единственное, что смутило — на причале было лишь две подтекающие старые лодки, со снятыми двигателями, и было бы логично предположить, что люди уплыли из города, но всё равно это не ответило бы на остальные загадки и вопросы о том, куда подевались зомби. Вряд ли они все прыгнули следом в море и их унесло при отливе. Скорее уж здесь постарались чистильщики и мародёры, забрав это столь важное для выживания добро себе.

— Я засёк вдалеке группу людей, но это почти в десяти километрах от города, где-то в горах, в пещерах. Искали бы мы их там очень и очень долго, — один из людей Натальи, прибежавший последним, отчитался нам.

— Как засёк? — тут же попытался я вытянуть больше информации из него, пока он восстанавливал дыхание.

— По дыму… Но говорю, там местность — ноги переломать даже в костюме можно. Очень труднопроходимая…

— Понял. Значит, первый вариант — они сбежали в горы, в пещеры… И иногда наведываются сюда, забрать свои пожитки… Да, такой вариант возможен. Всё, грузимся на катер, уплываем отсюда. По пути у нас будет ещё несколько остановок, может, хоть там добудем какие-то сведения.

Мои слова оказались пророческими, но не сразу. Пришлось преодолеть много морских миль, чтобы причалить к первому «живому» поселению. Живым его делали зомби. Много зомби, которые встречали нас с таким радостным и довольным, урчащим видом, что мы не смогли не отметить этой гостеприимности и дали залп с нашего Защитника по побережью, активировали пулемёты и принялись поливать встречающих нас мертвецов свинцом и сталью. Они бежали на звук, привлечённые нашими радостными криками от произошедшей встречи, а мы продолжали грохотать, заваливая телами мертвецов причал. Целый час ушёл на то, чтобы закончить с традиционным приветствием мертвецов, и мы смогли спуститься на берег, вручную добивая всю эту гадость, залившую кровью улицы.

И надо же! Где зомби, там и люди оказались! Правда, не совсем в городе, но всё равно — мы с ними встретились. Этих партизан-разведчиков тоже привлекли звуки битвы, и когда наши отряды рассредоточились по городу, выискивая и добивая подранков, их отряд укрепился на дороге, ведущей в город. Я отправил к ним сперва Наталью, дабы она подслушала их разговоры в своём камуфляже. И ведь она едва не попалась, настолько они были наблюдательны! Очевидно, у этих людей, как говорится, глаза на затылке выросли. Настолько они были научены зомби-апокалипсисом к всевозможным проблемам.

И всё же мы узнали, что они говорили. Пусть и переговаривались они не особо охотно, стараясь не поднимать шум. В первую очередь они были в шоке и верили в то, что мы — элита американской армии. Видимо, наш Сентинел они засекли, костюмы увидели, эффективность оценили и сделали свои выводы. Во-вторых, отправиться к нам на встречу, замерев на безопасном расстоянии, они решили по приказу командира отряда. Большая часть бойцов желала поскорее убраться из этого проклятого мертвецами места. Они обсуждали нашу броню, говорили о нашем оружии, силе и удивительной возможности вот так с лёгкостью зачистить несколько тысяч зомби. Завидовали, мечтая, что когда-нибудь и у них будут такие костюмы, с помощью которых они смогут отвоевать у мертвецов свои земли и города…

Я отправился к ним вместе с тремя бойцами. Наталья была в резерве, сидя у моста, на котором они остановились, а остальные воины продолжали зачищать город. Ожидания оправдались, и у нас с местными состоялся не только контакт, но и диалог. Но всё же снятое с предохранителей оружие дало понять, что совсем близко подпускать нас они не планируют.

Но мы не горды, издалека поболтаем, главное, чтобы они на вопросы наши ответили. Тон этой беседе я задал сразу:

— Приветствую выживших. Прошу прощения, если мои бойцы забрали вашу законную добычу и очистили этот город от мертвецов вместо вас, — я помахал им пустой рукой, донося через динамик на испанском эти слова и вешая на крепление костюма свой игломёт.

— И вам доброго дня. Нет, мы не в обиде за то, что вы уничтожили этих… Безумцев. Меня зовут Исай, и я командир этого свободного отряда людей. Когда-то мы были жителями этого несчастного города, — опустил своё оружие мужчина лет тридцати, показывая пример своим соратникам.

— Что же, если этот город хорошенько почистить, а трупы сжечь либо закопать — он снова сможет стать вашим домом.

— Это вряд ли. Блуждающие орды, что ходят, бродят по джунглям и горам, шастают вдоль дороги по побережью — их слишком много, и города с выжившими слишком привлекают их безумные взгляды. Но за помощь спасибо. Это большое дело… Прошу меня простить, а вы, вообще, кто?

— Хм… — я задумался над его словами.

Видимо, этот человек сможет нам помочь и ответить на наши вопросы, и он действительно знает многое.

— Я командир этого отряда разведки и глава группы выживших, называемых Круизерами. Наши базы есть в Майами, Ямайке, Гаити, Кубе и других островах Карибского архипелага. Мы постепенно зачищаем островные государства от зомби и возвращаем эти земли к нормальной жизни, и сейчас совершаем рейд на большую землю, чтобы понять, какие ещё вызовы и опасности уготованы нам и нашим людям. Вы говорили о блуждающих ордах? Что это за орды?

— Секундочку! — удивлённо замотал головой и начал жестикулировать Исай. — То есть вы не армия?

— Не совсем. Мы такие же выжившие, как и вы. Наше вооружение — плод нашего труда и сотен защищённых городов. Конкретно наше подразделение — это тоже своеобразная армия выживших. Но нет, мы не привязаны ни к одному государству.

— Даже так… — многозначительно произнёс командир местных и посмотрел на свои старенькие автоматы Калашникова в руках.

— Что за орды?

— Обычные орды… Кто-то сбегал из городов. Кто-то запирался в домах. Зомби носились в поисках добычи, и мы пытались спасти свои семьи. Тянули жребий, и проигравший выманивал зомби, уводя их по дороге из города, а затем в джунгли и к горам. Они тупые, и когда попадают в пещеры… Иногда уже не выходят. Падают, ломают ноги, предгорья кишат ими. Но есть и те, кто отстал и остался на трассе. Эти идут на шум, бредут вдоль берега, добираются до городов и… Остаются там. Мы живём в горах, вывозим туда всех, кого спасём. А зомби… Они и дальше бегают, принося с собой страх, страдания, ужас и… всё остальное.

— Много ли орд существует? — продолжил я уточнять важные для меня детали.

— Парочка небольших носится от города к городу, но мы выводим их прочь, чтобы получить хоть какие-то припасы и ресурсы для выживания. Иногда приходят большие орды, объединяются, сливаются и убегают вдоль берега дальше. К таким мы и близко не подходим.

— Вы должны были увести эту орду? — указал я рукой за спину, показывая на город.

— Да. Теперь нам будет проще…

— Куда вы планировали провести эту орду? — сразу же задал я следующий вопрос, пользуясь благослокнностью выживших и разговорчивость лидера их группы.

Исай лишь указал рукой на юг. Туда же, куда и мы плыли.

— Орды постепенно растут и становятся больше, сливаются и объединяются, так ты говорил?

— К сожалению… Говорят, вдоль побережья, уже где-то на границе с Коста-Рикой собралась огромная орда… Чудовищных размеров. В ней, якобы, больше миллиона зомби, и если смотреть на неё, то кажется, словно она не заканчивается…

— Проверим… — мою голову осенила догадка о том, что ожидает американскую военную базу, если вдруг эти слова подтвердятся. Кочующие орды зомби рано или поздно окажутся и рядом с ними, а там — либо уходить, либо воевать… И не факт, что у них даже патронов хватит. Хотя, если они имеют терминал…

Ну что же, в целом — разведка прошла успешно. Информация ещё требует подтверждения, но в целом, дальше мы будем, судя по всему, чаще находить эти орды и получать ОД за их уничтожение. Остается последний вопрос…

— Исай, не подскажешь, у вас здесь где-нибудь, какое-нибудь радио работает? Какие-то вышки связи, высокогорные антенны или что-то в таком духе есть?

— Ну… А вам зачем?

— Весточку на Кубу хочу передать и попросить выслать подкрепление. У нас столько боеприпасов нет, чтобы воевать с таким количеством орд. Кроме этого города мы зачистим и другие прибрежные территории. Мы заинтересованы в торговле, ведь сейчас у каждого хватает проблем. Вместе будет проще справиться с этой напастью.

— Я спрошу у босса. Может быть, он согласится и пропустит ваш отряд на нашу базу. Мы как раз рядом с радиовышкой лагерь разбили… И наши ребята что-то там нашаманили, кое-как поддерживаем общение с ближайшими поселениями… Не уверен, что мы достанем до Кубы…

— Ну, попытка не пытка, верно? Мы подождём в городе ответа, если вы не против. Заодно до конца зачистим этот городок. — ответил я ему. — Рад был познакомиться, Исай. И счастлив, что в этом городе тоже родились и выросли настоящие воины, готовые рискнуть своей жизнью ради будущего.

«Наташа, ты слышала? Проследи за ним тайно. Афина будет вместе с тобой. Если у них есть хоть какое-то оборудование для выхода в радиоэфир, то мы сможем проникнуть в местные сети и собрать больше оперативной информации. Я дождусь твоего возвращения в городе. Будь осторожна и не попадайся на глаза местных», — обратился я к нашей шпионке.

«Принято» — ответила наша бравая разведка и отправилась следом за людьми в сторону джунглей и гор.

Прошло три часа, и Наташа вернулась. И вернулась она с отличными новостями. И речь даже не об Афине, которая уже развернулась, насколько только смогла, и собрала все самые оперативные сведения об этом регионе Центральной Америки, подтвердив рассказ о нескольких мини-ордах, шляющихся вдоль побережья, вдоль трасс от города к городу, ведомые энтузиастами, вытянувшими «счастливый билет» и ставшими приманками для этих тупых масс врагов человечества. И даже речь не о суперорде, что движется на юг, вбирая в себя всё больше и больше зомби из прибрежных городов, и со дня на день должна дойти до базы американцев, если только те ничего иного не предпримут. А речь именно о местных бойцах, их быте, их мыслях, их поведении. Осторожность, разумность, взаимопомощь — эти слова занимают крайне высокое место в их жизни, и даже несмотря на то, что моей просьбе они по итогу отказали, я с радостью помогу в ближайшие пару недель этим людям, отправив полноценные отряды зачистки, как только мои воины закончат с Доминиканой и передохнут пару дней. Освежившимся группам на Кубе всё равно делать нечего, а нам ОД нужны как воздух. Так что, разобьём нашу сборную армию на несколько отрядов под руководством моих собственных генералов.

Ну а то, что несмотря на разумный отказ в моей просьбе пропустить опасных воинов на базу, они согласились передать сообщение самостоятельно, хотя бы попробовать это сделать — для них огромный плюс. И свои интересы отстояли, и помочь при необходимости были готовы. В любом случае, я отказался и не стал тратить время. Мы уже и так всё, что хотели, сделали.

Мы отправились дальше, плывя вдоль побережья, и ещё дважды высаживались на берег. Первый раз — когда заприметили небольшую орду тварей, преследующую группу выживших. С гордостью вступили с ними в бой, отвлекли на себя и уничтожили, потратив боеприпасы. Минусом было то, что наши запасы снарядов и патронов стали таять и уменьшились в два раза по сравнению с моментом отплытия из Мариэля. И вариантов пополнить их особо не было, а в очень крупные города мы не причаливали, боясь зависнуть в них и в сражении за будущее этих городов надолго.

Второй раз мы причалили вынужденно… Ибо это уже были берега Коста-Рики, и вдалеке виднелся хвост огромной, воистину чудовищной орды. Мы такой даже в Майами не видели… Миллион? Два? Три? Понятия не имею, сколько здесь зомби. Будь тут наш лайнер с Терминалами — с радостью бы перемололи этого врага, забрав столь необходимые нам очки достижений, но нас было всего двадцать человек.

Поэтому, проплыв ещё немного и сумев разглядеть военно-морской флот США, стоящий у причала порта военно-морской базы, мы развернулись и приплыли обратно к небольшому городку, чтобы разработать план, отдохнуть и решить, как нам быть. Решение же, неожиданно, пришло само по себе, когда с капитанским мостиком связались военные США, подтверждая, что их база жива, активна и у них имеется какая-никакая, а связь.

Любопытно, очень любопытно, что их военно-морская база, построенная в последние годы, сохранила столь высокую степень автономности после Алого Затмения. Возможно, мы чего-то не знаем об американцах?

— Внимание, неопознанное судно береговой охраны США, говорит командир военной базы «Кроссбоу», адмирал Мэтью Линкольн. Назовитесь и идентифицируйте себя!

Я велел подождать Стивену и не спешить с ответом нашим оппонентам. Мы не знаем, кем будем выглядеть в их глазах. Врагами, союзниками, обычными наёмниками? Ясно лишь то, что на наш Сентинел они явно положат глаз и захотят его присоединить к своей флотилии.

— Ну вот, Наташа, а ты переживала, что их корабли не будут на ходу. Если у них даже связь до нас добивает и радар активно отслеживает наше местоположение, то и всё остальное будет работать. Афина, ты как, работаешь?

— Командир. Их база изолирована от внешней среды. Я попыталась проникнуть, но у них имеется интересный способ защиты, отсекающий внешние контакты. А по старой допотопной связи я не смогу полноценно внедриться. Необходимо, чтобы кто-то оказался на этой базе и подключил меня напрямую. Желательно не через шлем, так как их система защиты может ограничить степень внешних контактов. Возможно, потребуется кабельное соединение через ноутбук, чтобы я загрузилась в их сервера.

— Всё понятно… — тут же поднялась Наташа и начала разминаться.

— Не спеши… Ты туда не пойдёшь, пока мы не разведаем обстановку на их базе. — остановил её я. — Есть у меня ощущение, что это будет куда как более сложная задача, нежели ты себе представляешь.

У меня были сомнения, я был мнительным и недоверчивым в этот день. Интуиция подсказывала мне, что что-то здесь не так. И я проигнорировал американцев, хоть те и говорили очень уверенно в своих передачах. И всё же, весь мой опыт, всё понимание ситуации буквально кричало о том, что есть здесь что-то, что может перевернуть ситуацию с ног на голову, и мы сами пойдём, если не на дно, то в плен. А рассчитывать на то, что американские военные нормально отнесутся к нам и к нашей группе Круизеров — маловероятно. Посчитают пиратами или ещё что-то и попытаются арестовать… Если наш Сентинел будет в радиусе поражения их бортового оружия — у нас возникнут проблемы в любом случае. Любой конфликт, и уже через пару минут наш корабль будет либо затоплен, либо захвачен. А нам, выжившим, предстоит искать дорогу домой либо побеждать в этой внезапной войне. А в условиях абсолютного хаоса и непонимания реальных сил противника…

Я предпочёл не рисковать. Мы высадились на берег более чем в ста километрах от военной базы, что была построена американцами рядом с довольно крупным городом Лимон. Или, как его называют местные, Пуэрто-Лимон. Чуть больше ста тысяч жителей города, развитый туризм, шикарная природа и великолепные заповедники — всё это привлекало людей со всего света, и в первую очередь американцев. С учётом ряда конфликтов в регионе и обязательств перед Коста-Рикой, они и построили эту военную базу, арендовав кусок земли и разместив свой ударный флот. По данным Афины на этой базе, располагалось около тысячи человек постоянного персонала, плюс те, кто сходил с кораблей на берег. Таким образом, у американцев имелось несколько тысяч вооружённых и прошедших суровую подготовку бойцов, что должны были суметь без каких-либо проблем, прямо как в Гуантанамо, решить проблему зомби и пережить первые дни всеобщего хаоса. Ну а дальше… Дальше в моих рассуждениях получались нестыковки, которые и заставили меня быть осторожным.

С их ударной мощью и оружием, и, как оказалось, оставшимися в строю кораблями — военным не составило бы никакого труда взять под контроль окрестные земли, защитить город Лимон и стать местными царьками-правителями, или, что менее вероятно, справедливыми стражами, не щадящими свои жизни во благо народа Коста-Рики. По логике вещей, они должны были развить активную деятельность по примеру генерала Адамса и других многочисленных групп выживших, с которыми я сталкивался. Но они этого не делали. Они даже к нам лодку вшивую не выслали, когда мы не вышли на связь по радиочастоте военных. И ни один корабль не вышел в море за нами. Странно это. Я отправил разведку вдоль берега, ожидая, что они отправят людей по суше, но и там была тишь да гладь… Конечно, была вероятность того, что они ждут какую-нибудь орду зомби или ту мегаорду, чей хвост мы видели, пока плыли в этот городок. Но всё равно мне что-то не давало покоя.

Рядом с ними — огромный город. И там точно есть Терминал. Возможно, даже не один. И следовательно, у них должны быть различные возможности… Но, несмотря на удобные позиции мегаорды, бредущей вдоль береговой линии, они не использовали свои корабли. Не использовали авиацию с авианосца… Опять же, очень странно, почему это произошло? Неужели настолько удобнее убивать зомби, это живое мясо, штурмующее город своими силами? Не понимаю… И когда я чего-то не понимаю — я беспокоюсь.

— Парни, ну что там? — обратился я к тройке разведчиков, что пошла вперёд, в сторону Лимона.

— Тишина, командир. Зачистили потеряшек зомби, что отстали от основной массы, и движемся за хвостом мегаорды. Ни американцев, ни местных — не видать.

— Принято. Продолжайте наблюдение. Не шумите — отступайте в случае чего. — дал я им указание и прикинул, сколько ещё орда будет вот так плестись в сторону их базы.

Судя по всему — от десяти до пятнадцати часов. Идут они медленно, бесцельно, следуя инстинктам. Иногда орда замирает и останавливается, поэтому время их прибытия может измениться. А ещё американцы могут отправить, как и местные, своих гонцов, что привлекут внимание мегаорды и отправят её восвояси, куда-нибудь в центральные части страны.

И будь я на их месте — я бы сделал это заранее, не дожидаясь последней возможности. Но они, почему-то, не делают и этого…

— Так и будем ждать? — подошла ко мне Наташа, держа в руках шлем.

— Нет. Сделаем вот что. Мне не нравится эта их база и их поведение. К нам они обратились только тогда, когда мы уже уплыли, да и то, мы случайно засекли, что они стучатся по неиспользуемой обычно частоте. Что мешало сделать это сразу? Почему не выслали даже вшивого катера к нам или авиацию на разведку? Почему мегаорду не отводят от города и от своей базы? Я бы всё делал наоборот! А значит, либо там всем управляют глупцы, либо я чего-то не знаю и не понимаю.

— А от глупцов ждать чего-то вразумительного и адекватного нет никакого смысла, верно?

— Абсолютно. Как и ждать чего-то хорошего, идя напролом туда, где даже Афина не может раздобыть сведений… Что, в общем-то, тоже очень и очень странно.

— И что же решил наш бравый командир?

— Я пойду в Лимон. Не на военную базу, а в сам город. И своими глазами, прикидываясь беженцем, постараюсь разобраться, что к чему, посмотреть на базу своими глазами.

— Так тебе же надо будет снять костюм! — воскликнула моя разведчица.

— Именно. Сбережёте его для меня.

— Стой! Отправь меня, у меня есть модуль маскировки! Или любого другого! Незачем тебе рисковать!

— Нет, ты не понимаешь. Я знаю по памяти огромное число зданий, построенных через Терминал. Все те военные базы, на которых я умирал — они были построены в большинстве своём именно через штаб и бюро строительства. Я хотя бы примерно буду понимать, на каком они уровне и насколько большую угрозу из себя представляют, даже без учёта кораблей.

— Ну так давай я посмотрю, а ты через Афину сможешь оценить, что там и как…

— Твой костюм — не панацея. Вспомни, как нас резко чуть не обнулили всех при штурме морской авиабазы во Флориде? И это всего одно устройство. Бог знает, что есть у местных. Тебя засечь в инфракрасном спектре проще простого, даже старенький тепловизор легко распознает твои сигнатуры.

— Я с тобой не согласна. И так и так риск. И рисковать головой командира — высшая глупость! По крайней мере ты не должен идти один!

— Возможно, ты права… Ладно, готовься к выходу. Пойдём вдвоём, ты будешь со мной на связи, но в Лимон войду только я один, без костюма. А там уже на месте разберёмся. Боюсь, если тебя засекут — никто не станет разбираться с какими целями ты пришла и просто откроют по тебе огонь.

— Ну, хотя бы так!

— Ребята, общий сбор! — прокричал и собрал всех бойцов, что остались в нашем городишке.

Все стали возвращаться с обысков и подходить ко мне, чтобы узнать наш план.

— Ребята, всё очень просто. Происходит что-то непонятное, это меня бесит. Поэтому я и Наталья отправляемся на разведку. Если вдруг я останусь без связи и пропаду — командовать операцией и принимать решения будет она. Если и она исчезнет — тогда командовать всеми будет капитан Стивен Хинк. Ориентируйтесь на рекомендации Афины и не подставляйте наш Сентинел под удар. Впрочем, я уверен, что до этого не дойдёт.

— Если сюда орда заявится? Этот город мы не сможем удерживать столь малыми силами и тратить весь боезапас… — тут же включился в оперативную работу Стивен, предполагая возможные проблемы.

— Нам без разницы, где вы есть. Афина найдёт дорогу к вам, если вы пришвартуетесь где-нибудь в другом месте. Не забывай проводить рокировку разведчиков и контролировать все три направления. Ну и с моря глаз не спускайте… Всё, мы пошли. Нечего время зря тратить, нам ещё крюк предстоит сделать вокруг орды… — попрощался я на время с бойцами и пожал протянутые руки соратников.

Пара минут, и мы двинулись в путь, а я уже ставил приоритетные метки маршрута, с учётом предполагаемого месторасположения орды и удобных позиций для наблюдения. Небольшие частные виллы, туристические комплексы, высокие холмы… Мне важен обзор для адекватной оценки обстановки.

Наташа выдвигалась налегке вперёд, в своём мимикрирующем под окружение костюме, ну а я, в своём выделяющемся красном доспехе шёл низинами и тенями, стараясь особо не выделяться на фоне и лишь изредка залезал на возвышенность, чтобы оценить своё окружение. А дальше следовал по следам разведавшей новую точку обзора Натальи. Так и шли, шаг за шагом. А ещё чаще бежали… Нам предстоял супермарафон по суше, и с учётом орды зомби и потенциальных наблюдателей из числа людей, которых тоже желательно обходить — мне предстояло пробежать не один десяток километров.

В целом наша дорога, особенно первая половина пути, прошла налегке. Ну а чего тут будет — зомби прошли, выжженную землю после себя оставили. Лишь пару групп наблюдателей засекли, что следовали по пятам монстрам. Но те были слишком сосредоточены на мертвецах, и за спину почти не смотрели. Мы легко прошмыгнули, пользуясь складками местности, и остались незамеченными.

Два костюма были для нас огромным подспорьем, позволив пройти в лёгкую до сотни километров в сутки. Главное — лёгкие не выплюнуть при этом, но и я, и Наташа прошли суровую школу выживания и сражений на грани с самых первых дней апокалипсиса и потому без каких-либо трудностей достигли завидной даже для профессиональных спортсменов прошлого формы. Она бежала без рюкзака и без оружия. Лишь клинок она несла с собой, пряча в специальной складке на бедре для борьбы с внезапным противником. Полноценного огнестрельного оружия, что было бы совместимо с модулями маскировки, у нас не было. Очень редкая вещь… Если такой найдётся у кого-то, то даже и поохотиться за таким не грех. Выменять на какие-нибудь иные блага, всё же нам есть с чем пойти на обмен.

Но чего нет — того нет. А значит, Наташа в первую очередь должна сосредоточиться на разведке. А уж я, несущий на себе своё и её оружие, загрузив по полной свой бронерюкзак — ворвусь, как и положено «Берсерку», в самое сердце схватки, если понадобится.

Во второй части пути пришлось сбавить скорость. И пусть местность стала даже легче, но вместе с тем ничего кроме джунглей не прикрывало нас от людских глаз. А нам стало куда как сложнее засекать их. Даже Афина не справлялась, оценивая среди многообразия листвы и коряг потенциальные пункты наблюдения людей, сидящих в своих военных костюмах, сливающихся с местностью. Порой мы едва ли не натыкались на отряды людей и приходилось резко разворачиваться, ныряя в густую чащу и стремясь не попадаться на глаза. Мой костюм слишком приметен и вызовет у адмирала и его людей много вопросов, если вдруг именно его разведчики засекут нас.

Добрались до предпоследней точки нашего маршрута мы около полуночи. Нашли дом, который, судя по следам, был давно разграблен и никому не нужен, и на чердаке устроили «лежбище». Наташа заняла со своей снайперской винтовкой наблюдательный пункт на городские окрестности. Я оставил ей припасы, еду, воду, мой рюкзак. Афина если что поможет открыть его и взять всё необходимое. С этой позиции было видно лишь самый мизер — палатки беженцев, трущёбы у входа в город и сами городские ворота, что выглядели… очень даже свежепостроенными. И судя по их идеальному состоянию — построены через меню Терминала, как и вся стена, окружающая город.

Военная база отсюда была не видна, но до неё всего лишь пять километров вдоль берега, и там уже будет наша конечная цель.

— Город явно отбился от нападения и сильно разросся. Число беженцев огромное, и я вижу тысячи шалашей, палаток, навесов за стенами города. Думаю, внутри также многолюдно, как и снаружи… — оценивала увиденное Наталья.

Хотя и стояла ночь, но всё же какое-то освещение имелось даже в лагере беженцев, что и позволило понять обстановку внутри города. Плюс полнолуние, чистое небо…

Я переоделся в обычную одежду цвета милитари, оставил себе один пистолет, один нож, но не тот, которым прошлый владелец костюма умудрялся вскрывать костюмы моих бойцов. Будет слишком жалко такой потерять. Выудил взятый с собой небольшой рюкзак, потёртую кепку и сложил комплект путешественника. Бутылка воды, немного медикаментов, патроны к пистолету, сухие армейские галеты. Я не пытался выглядеть самым крутым путешественником, и вместе с тем — хотел дать понять, что я не совсем уж нищий оборванец с дороги и могу за себя постоять.

— Михаил. Дай знать, если потребуется моя помощь. Пока что это не выглядит так, что у них есть средства обнаружения, что засекут меня… — обратилась ко мне Наташа, прямо перед тем, как я приготовился спрыгнуть с чердака.

— Я это проверю в первую очередь… Так, ты слышишь меня? — на моей одежде имелся микрофон, благодаря которому она будет меня слышать, а в нагрудном кармане зелёной армейской рубашки оказался заряженный на ближайшие сутки телефон, ставший вместилищем для мини-версии Афины с обрезанным функционалом. Естественно, он был камерой наружу и позволял следить за моими путешествиями по городу Лимону. Связь барахлила, но переносное оборудование в рюкзаке позволило хоть как-то сконтактироваться.

Надеюсь, телефон не отнимут… И стоило мне выйти из этого шаткого домишки, как я понял, что мне не только в город будет сложно попасть, но и со своими вещами остаться.

Среди тех, кто остался снаружи города всё чаще и чаще встречались люди, вооружённые всем подряд. Выглядели они совсем не как армия или стражи правопорядка, а скорее головорезы, призванные навести порядок и держать в страхе всех тех, кому не хватило места в защищённом городе.

Взгляды людей были разными. Одни смотрели на меня, как стервятники, злобно выглядывая из рваных палаток да из-под навесов, но стоило нашим взглядам встретиться, как они тут же отводили свои глаза в сторону. Трусливые падальщики… Вооружённая до зубов охрана смотрела на меня оценивающе, но при этом большая часть явно ощущала здесь себя королями. На их рукавах были жёлтые повязки — какой-то символ статуса и власти в этих местах. Там, где они сидели, простые люди исчезали, разбегаясь в другие части этих трущоб, дабы не навлечь на себя беду. Но кроме этих взглядов были ещё и другие. Жалостливые, молящие, равнодушные, презирающие, завистливые… Особенно запомнился взгляд практически голого небритого мужика лет пятидесяти. Он был весь в синяках и кровоподтёках, его явно хорошенько поколотили. Он смотрел на меня безумным, счастливым взглядом и что-то шептал. Он был словно проклят и сейчас активно надеялся на то, что это проклятие перейдёт на меня.

Я замедлил шаг перед входом в лагерь и наткнулся взглядом на ближайшую ко мне четвёрку курящих что-то «стражей». Минуту назад перед ними стоял какой-то бродяга, что-то там предлагая и склонившись перед ними. Один из жёлтых полосок поднялся, вырвал из рук доходяги его дары и пнул ногой, опрокидывая на землю. Крик на испанском советовал этому мужичку проваливать и скрыться с их глаз, за что он, отчего-то, начал благодарно кланяться и биться лбом о грязную истоптанную землю, отползая назад.

Ну, местная политика в отношении беженцев мне понятна. Ничего необычного. И как себя вести с такими я, в целом, знаю. Нет смысла пытаться попасть в город напрямую. Никто меня не пустит. Надо договариваться с этими и уже затем искать источники информации за городскими стенами. Впрочем, мне бы на минутку внутрь попасть и по городским улицам побегать, оценить всё своим взглядом, да на базу американцев полюбоваться и тогда всё станет понятно.

— Доброй ночи. Город принимает беженцев с полезной информацией и навыками? — не успел самый молодой из них лениво подняться и раскрыть рот, как я опередил его, не давая даже и звука произнести с надменным видом.

— Что за информация? Что за навыки? — лениво растянувшись на каком-то тряпье бородатый воин задал мне вопросы, приоткрыв один глаз.

— Не про орду само собой. Тут все только о ней и говорят. Информация более ценная и слишком деликатная, только для командиров вашего города. Не хватало ещё чтобы всякие… — я презрительно посмотрел вокруг себя, максимально отыгрывая роль плохого парня. — Узнали и распространили. Навыки… Выживание, добыча информации, владение пятью языками, владение оружием и командование отрядом.

— Отрядом? Что ты мне мелешь, полиглот… — начал подниматься лидер этой шайки. — Где твой отряд?

— Погибли. — пожал я плечами.

— Значит хреновый из тебя командир. Как зовут тебя?

— Криштиан. Насчёт командира… Возможно и не самый лучший, но выжить в тех условиях и вовсе невозможно было. У меня есть информация об красном шаре. Даже нескольких. Думаю, твоим командирам эта информация пригодится. Ещё я прошёл практически от Сан-Хосе, пешком. Много чего видел и могу рассказать об этом. — упомянул я столицу Коста-Рики. Ведь при отсутствии глобальной связи, знать, что происходит в столице — крайне и крайне важно. Она не настолько далеко находится от этого города. А значит — может стать как частью их амбиций по завоеванию всего региона, так и просто будущей добычей. Или угрозой…

— Рюкзак открой… — потребовал старший группы, поднимаясь и давая сигнал молодому просмотреть мои пожитки.

— Нормально у него, не то что у этих оборванцев. Патронов много…

Я выпустил из рук рюкзак, позволяя этим бандитам, которые явно не имели никакого отношения к американской военной базе, копошиться там сколько угодно времени. Молодой называл вслух находки, а я не склонившись смотрел в глаза старшего. Тот тоже не сводил глаз с меня.

— Ха, ноутбук! Нахрена тебе эта бесполезная ноша⁈

— Я всегда мечтал стать писателем, там труд всей моей жизни… — негромко произнёс я. — Надо только найти электричество и подзарядить его…

— Вот деби… — начал ржать молодой, но его быстро остановил бородай босс.

— Хуан, хватит. Засунь всё обратно в рюкзак.

— Но тут бинты, йод, вата… Алабай нам бутылку текилы обещал за лекарства и вот это вот всё!

— Успеем ещё найти. Слушай мои приказы! Или ты хочешь оспорить мои решения? — с вызовом посмотрел на молодого бородатый и тот мигом дёрнулся, начиная складывать всё обратно.

— Надеюсь, твоя информация будет действительно ценной. Ты вообще кто, на местного не похож. Турист?

— Турист. Из Флориды. В Майами у меня был свой тир для стрельбы.

— Стрелять значит тоже умеешь?

— Практически из любого оружия. Только лук и стрелы мне не давайте, я больше по современному огнестрелу.

— Не давайте? Ну ты и наглый. Никто тебе ничего не даст. Радуйся, что это не забрали. Двигай за мной. Альберт, ты за старшего. — заявил бородач и направился в сторону городских ворот.

— Оружие на входе сдашь, его только обладатели повязок носить могут.

— Холодное тоже?

— Нет, ножи и прочий холодняк можно оставить. Пистолет вернут, если будешь выходить. Но мой тебе совет — будут предлагать купить его у тебя — продавай. Потому что на обратном пути он, скорее всего, потеряется.

— Это было бы печально. Мы с ним многое прошли… Многих пережили.

— Зомби, я так понимаю, ты убивал?

— Много раз.

— А живых?

— Тоже приходилось. Мир стал дерьмовым местом. — скривился я.

— Может и сработаемся мы с тобой. — ободряюще похлопал меня по плечу этот мужик. — Кстати, если хочешь, я куплю у тебя пистолет. Или возьму на время. Так он точно не потеряется. Меня зовут Леон.

— Может быть… Но ты должен знать, что я не из тех, кто прощает обиды. Обещал сберечь — сбереги и верни. И я буду тебе должен и отплачу. Обманешь… Не быть тебе мне другом и соратником.

— Не переживай, слово Леона — как камень. — улыбнулся он, предвкушая добычу.

— Я тебе поверю в этот раз. — передал я ему пистолет, доставая предварительно обойму с патронами и пока он не заикнулся об этом, перевёл разговор на другую тему. — Странная стена у вас тут. Она что, от берега тянется и весь город закрывает?

— И даже больше! Пригороды соседние тоже. Где-то прямо через город доходит, где-то по пустырю. Но внутри города места уже почти не осталось… Того и гляди, скоро всякий мусор вышвыривать на улицу начнём.

— Значит, стоили не сами, а через Терминал… — тихонько произнёс я, но он меня услышал.

— Да, ты точно что-то слышал о них. Возможно, даже видел…

— И даже тратился. Аптечки меня дважды с того света вытаскивали. — накидывал я новые подробности моей легенды, повышая таким образом свою ценность в его глазах.

— Пистолет тоже из Терминала?

— Как и патроны.

— И больше ничего нет?

— Путь был неблизким, многое осталось позади. Но если мне позволят подойти к терминалу, я смогу неплохо так закупиться.

Коварная ухмылка просочилась на лице Леона, как только он понял, что я владелец очков ОД и смогу сильно обогатить местных правителей и, возможно, его самого. Вот рыбка и на крючке… Теперь доступ к городу мне гарантирован. Посмотрим, что за секреты вы тут скрываете и куда пропали американские солдаты, что должны были, по идее, контролировать этот город.

То, что я увидел за пределами городских стен Лимона, мне не особо понравилось. Хотя к подобному я был готов, и мне не требовалось время для привыкания. Кадры вроде этого я на самом деле видел довольно часто в отчётах моих бойцов, что расползались по всем Карибам, неутомимо преследуя наши цели. Схожий жизненный уклад, когда за пределами безопасной зоны оставляли многочисленных беженцев, мы видели на Гаити, схожая ситуация наблюдалась у одного анклава выживших на Ямайке… Правда, и там, и там использовались старые колониальные стены и местный мусор, автомобили и прочее. Но сам факт — стена была. За ней — спокойствие и безопасность. Снаружи — риск стать кормом для зомби. Внутри — еда, оружие и патроны, снаружи — ножи, щиты, дубины и безнадёга.

Но всё это были цветочки по сравнению с тем, что я увидел внутри самого города, увеличившего свой размер за счёт этих самых стен, выстроенных при помощи терминала. Внутри процветала нечто очень близкое к слову анархия. Я ожидал власть. Ожидал патрули. Ожидал какой-либо серьёзной обороны и строгости, но ничего подобного я и близко не видел. Половина города была занята вооружёнными до зубов ребятами: молодыми и не очень, суровыми и такими, как Хуан, что остался снаружи.

Грязь, мусор, слякоть от временами проносящихся дождей. Ветер дул так сильно, что порой было плохо слышно своего собеседника. Это был город охотников. Тех, кто рано по утру встаёт и идёт за добычей, за припасами. Идёт обчищать покинутые города и грабить тех, у кого из оружия лишь самодельный лук да что-нибудь режущее… Сейчас была ночь, время позднее, и все добытчики уже вернулись в город. По ночам мало кто стремится выбраться за добычей — зомби можно не заметить, а вот они тебя, ощущая запах твоего страха и звуки шагов — легко. А ты будешь себе копошиться на вонючей кухне в поисках припасов и не заметишь, как к тебе подкрался любитель человечины.

Несмотря на позднюю ночь, город не спал. Нет, молодым и волевым королям этих улиц, что носили за поясом пистолеты, было жизненно необходимо поддерживать хорошее настроение. Они пили, развлекались, щупали красавиц и гонялись за молодыми девушками. Вторая половина города была заселена теми, кому выдали роль не хранительниц домашнего очага, а грелок в постель. По крайней мере на улицах ночью дело это выглядело именно так. Те, кто обязаны исполнить любую прихоть и развлечь «спасителей» этого мира.

Секс, алкоголь, насилие. Честное слово, уж лучше бы здесь заправляли всем американцы — этот клочок земли хотя бы ждало хоть какое-то развитие… А так, даже несмотря на развитый терминал и несколько десятков тысяч вооружённых огнестрельным оружием бойцов, шансов у Лимона много не будет. Но я всё равно им благодарен… Это место однажды станет хорошей базой для моих Круизеров.

— Так на баб смотришь, давно не было никого?

— Да уже зудит всё… — провожал я взглядом полуголых девушек, что уже лишились гордости и прямо, открыто зазывали нас с Леоном поразвлекаться всего за упаковку печенья или консерву.

— Здесь ты легко найдёшь себе девку на любой вкус. Только с резиной проблемы. Я на этих шлюх не смотрю и тебе не советую. Нашёл себе одну, подкармливаю её, и все знают, что она моя. Не хватало ещё от гонореи сдохнуть.

— Да уж, проблемка… У меня тоже нет ничего такого…

— Могу свести с одним торгашом, если с братом Йелем всё пройдёт как надо. Но он очень дорого берёт, да и не факт, что у него есть что в продаже. Ходовой товар, скажем прямо…

— А дорого берёт?

— Упаковка за коробку патронов девятимиллиметровых. Ну, ты там зайдёшь — у него прайс будет написан и к двери приколот. Сразу поймёшь, что он принимает на обмен, а что нет.

— Хорошо. Буду благодарен.

— Да не за что. Я сразу понял, что ты наш человек. Не знаю, что там было у тебя до этого с твоим отрядом, но знай, я через два дня буду вести открытый набор в свою банду добытчиков для дальнего рейда. Если за это время на проституток не потратишь всё нажитое — приходи. Я буду у вторых ворот среди этой бездомной шёлупони набирать.

— Ищешь мясо для прорыва в злачные места? — негромко спросил я, приостановившийся.

— Я же говорю, что ты сечёшь. Наш человек. Ага. Есть у меня наводочка одна, проверенная уже. Лакомое место, но надо будет собрать мясо для отвлечения внимания. — потёр он ладони в предвкушении о грядущем куше…

Знал бы ты, какие у меня нормы добычи в сутки… Сколько тонн всего на свете отправляется на склады, распределительные центры, перерабатывающие комплексы…

— Я в деле! — соврал, не моргнув и глазом я, смотря на свой пистолет за поясом будущего «командира».

— Сперва Йель. Он решит твою судьбу.

— А кто он? — уточнил я.

— Это наш брат, основатель и спаситель города, можно сказать. Он и его соратники всем здесь заправляют, установили правила, которые и помогли нам выжить до сих пор, да при этом чувствовать себя защищёнными, сытыми, довольными. Постарайся не налажать с ним. Видишь вон того бедолагу… — указал он на городской фонарь, к которому был подвешен за руки и мучился, болтаясь на ветру побитый и опухший мужик, лишённый всей одежды.

— Вижу.

— Вот он очень много болтал. О брате Йеле и его методах. Напился и прямо в штаб заявился, высказать свою точку зрения. Идиот… А ведь академик был до апокалипсиса. В парке природы работал соседнем.

Я лишь с суровой миной на лице покивал головой, про себя радуясь тому, что мне тоже достался довольно болтливый экземпляр. Он даже при прохождении ворот на половину вопросов вместо меня ответил, чем сильно упростил мне жизнь.

Но к главным вопросам мы так и не пришли…

— А можно спросить? — осторожно закинул я удочку, пытаясь понять, куда как более важные моменты жизни города, нежели попытки самоутвердиться и сохранить свой авторитет методом пыток и издевательств над несогласным учёным, что нашёл убежище в этом городе.

— Валяй. Я в хорошем настроении! — улыбнулся и похлопал себя по поясу с моим пистолетом Леон.

Свой-то он в рюкзак за плечами закинул. Ущербный, старый, не чищенный. Мой, блестящий в свете масляных ламп, развешанных на ночных улицах Лимона, на его фоне выглядел произведением искусства.

— Ты сказал, когда мы только встретились, что орда не проблема?

— А, ты об этом? Я уж думал, что ты и не спросишь. — улыбнулся и панибратски похлопал меня по спине Леон. — Эта тупая орда уже не знаю какая по счёту, идущая к нам с севера. Мы их легко отводим от города.

— Куда? — удивился я его словам.

Не то чтобы было странно уводить орды подальше от городов, но тут особо нет мест, куда можно их отправить восвояси. Да и орда орде рознь. Тысяча и миллион особей — это небо и земля. А в той мегаорде, что медленно, но верно движется на юг, должно быть не меньше миллиона. Даже и два может легко набраться…

— Да есть тут у нас один секретик. Хе-хе… Ничего, с Йелем поболтаешь, официально станешь лимонцем, и я тебе экскурсию лично проведу по всем самым злачным и интересным местам нашего города. Ты только и для меня сделаешь одно доброе дело, ладно?

— А? Какое?

— У меня есть два талона на посещение терминала. Если ты не соврал и у тебя есть очки достижений, то для предстоящего рейда, чтобы жить кайфуя, сорвав большой куш, нам кое-что прикупить надо будет. Лады? Ты не подумай, что я тебя граблю или что-то такое. Мы все скидываемся всем, что есть.

— У тебя всего четыре человека в отряде? Включая тебя? — поинтересовался я.

— Не, нас шестеро, двое отсыпаются после вылазки, приболели. Но у нас были лекарства, так что всё «ок», как говорят у вас в Америке. Ну а нам дежурство выпало. И видишь как повезло, ты на нас, а не придурков каких-нибудь наткнулся.

«Ага, конечно… Самомнение у тебя, конечно, зашкаливает…» — мысленно усмехнулся я, но не стал разочаровываться своего потенциального «друга».

— А что купить-то нужно?

— Э нет, брат. Это секрет. Пока официально не станешь членом отряда Леона, я не буду раскрывать настоящие секреты успешных добытчиков! — зычно рассмеялся он и в очередной раз похлопал меня по спине. — Мы пришли. Просто не юли и отвечай на вопросы как есть, правдиво. Чётким парням вроде тебя у нас легко карьеру сделать. Так что проблем не будет. Я тут подожду.

— Понял. В эту дверь? — указал я на двух амбалов, увешанных оружием, в каске и бронежилетах, охраняющих вход в трёхэтажный дом с надписью «штаб» красной краской на входе.

— Ага…

— Секунду… — я отошёл в сторону и заглянул за забор, увидев во внутреннем дворе, за высокими стенами, что в очередной раз намекали на наличие реального штаба из Терминала, а не этого художества…

Так, ну, вижу антенны, металлические элементы и прочие элементы классического штаба, значит, это только фасад такой, а внутренний двор, закрытый от посторонних глаз, — это у нас уже нужное мне в реальности здание. И Терминал тоже где-то рядом.

— Парни, это Криштиан, он клялся, что у него есть какая-то важная инфа для Йеля, про Терминалы говорил, про столицу. Я не знаю, что за инфа, и не хочу совать нос не в своё дело, но если она будет полезной, шепните ему, кто привёл нашего туриста, лады?

— Туриста? Ладно, понял тебя, Леон. Не переживай. Йель справедлив со своими братьями.

— Воистину! — поспешил уйти подальше от штаба мой сопровождающий. — Удачи, Криштиан.

«Так и не понял, что там с американцами… Ладно, главное, что внедрение прошло успешно, » — подвёл я итог первого контакта.

— Ну что, могу к Йелю пройти? — задал я вопрос, оставшись один на один с громилами.

Оба заржали от моих слов и посоветовали найти кого-нибудь другого, если я не хочу быть повешенным, как и остальные дебилы, что будят их брата-командира посреди ночи.

— Ну тогда к тому, кто вместо него. Или до утра ждать?

— Можешь ждать, можешь не ждать. Прямо и направо, там канцелярия будет, приёмная. Брат Йохан дежурит ночью и регистрирует новичков. Оружие есть?

— Да откуда? На стене забрали всё, что было. — не стал я говорить, что мой пистолет нашёл своё пристанище у Леона за поясом.

— И правильно сделали. Нехер вам, соплякам, с пистолетом по городу лазить без повязок. Пристрелили бы тебя, если бы увидели оружие. Ладно, проверку прошёл, считай, только рюкзак покажи и майку задери.

Я сделал всё, что просили, и прошёл через работающий металлодетектор. Значит, как минимум в штабе есть генератор, и он работает. Неплохо.

К очередному брату сразу я не попал. Не я один был новичком. Ожидание затянулось почти на полтора часа. В коридоре стояли, сопя и проваливаясь в дрему, тридцать человек. Я был тридцать первым, получив от местного работника круглый номерок, выбитый на деревяшке. Ну, хоть тут порядок пытаются поддерживать.

Дальше была рутина. Дождаться очереди, стоя под дверью, послушать стандартные вопросы, заполнить заранее форму-анкету, зайти и побеседовать о жизни с Йоханом. Выручило то, что он был уставшим, как собака, и явно не особо заинтересованным в задушевных беседах. Сомневаюсь, что Йель собственноручно этой рутиной занимается.

Я наплёл ему с три короба дезинформации о Терминалах в окрестностях Сан-Хосе, столицы бывшей Коста-Рики. Точных мест не указывал, сказал, что был лично лишь у одного, а остальные — рассказы путников, с которыми я встречался по дороге. Вот у того одного, в национальном парке, мы и затарились вооружением и всем прочим, отбив наплыв зомби в центральной, туристической части парка.

Единственное, из-за чего наша беседа задержалась, — это когда я назвал свою выдуманную национальность. Гражданин США… Почему-то взгляд костариканца стал не очень добрым при этих словах. Странно это. С учётом военной базы США у них под носом…

— Ладно. Глупости не делай. Местным о том, что американец — старайся не говорить. У нас не самые хорошие взаимоотношения. Свободен. И найди кого-нибудь, кто тебя в курс дела введёт. На, вот… — он протянул кусок жёлтой ленты, которую я быстро обмотал вокруг предплечья.

Вышел наружу уже с правом на ношение оружия, да только Леона не заметил. Размышляя, был ли это обычный жулик, что дурил мне голову и спёр мой пистолет, или реально он говорил всё, что думал, и сейчас просто устал ждать да и ушёл, я решил прогуляться по улицам. Дамы призывно зазывали меня в открытые двери, обещая райское наслаждение за сухари и прочую мелочь. Очень, очень «эффективное» управление у этого братства…

— Стой! — донёсся позади меня знакомый голос, и я остановился, а уже через пару секунд рядом, обходя кучу мусора, оказался Леон. — Только на минуту к своей красавице отошёл, чтобы зря время не терять, а ты уже свалить решил! Хех!

— О, а я думал, ты просто мой пистолет спёр и сбежал… — честно признался я ему.

— Да надо он мне больно. Я так, для вида его ношу, патроны-то все у тебя нужного калибра. Но может сделку заключим? А то не солидно, что лидер будет ходить с ржавым дерьмом, а ты с такой красоткой? — начал он жлобиться и уже почему-то решил, что я часть его «банды Леона».

— Какую сделку?

— С меня экскурсия, чтобы ты не вляпался, когда один будешь, знакомство с нашими законами, поляна и пачка резины, а с тебя твой пистолет, патроны и вступление в отряд. Там и в терминал я тебе доступ организую. С тебя купить мне одну штучку, она стоит сто семьдесят пять очков. Остальное как хочешь трать. Вообще доступ к терминалу стоит очень дорого, и я еле-еле в ноль такими темпами выйду, но зато мы поможем друг другу, как настоящие братаны! — предложил он, уверенный в том, что я не откажусь.

И он был прав. Мне этот пистолет и даром не нужен, если я получу ответы на свои вопросы. И поляна с алкоголем явно поможет мне получить ответы на все мои вопросы…

— Ну, раз уж я турист, то с радостью пойду на экскурсию, брат! — улыбнулся я и открыл рюкзак, доставая пачку патронов. — Только ты меня совсем уж без оружия не оставляй. Хоть своего старичка выдай да обойму патронов приложи. А то несолидно получается, что люди Леона без оружия по городу ходят!

— Ха-ха-ха… Давай сюда, двигай за мной. А то тут все подряд шарятся, смотрят, сволочи. Узнают о нашей договорённости — завидовать будут. А им, скажу я тебе прямо, есть чему завидовать… — заговорщицки нашёптывал он мне, явно пытаясь мной манипулировать.

Наверняка, будь я обычным выжившим, с его харизмой и энергией, уже бы вовсю приглаживал лапшу за ушами. Но, прости «брат», ты за пятьдесят ОД и халявные боеприпасы сейчас продашь мне с потрохами все секреты вашей базы.

Мы отошли за угол, Леон прогнал какую-то побитую, беззубую бедолагу, и мы с ним совершили обмен. Ну а следом началась экскурсия. Я следовал за ним, слушая, где продают нормальный ром, а не палёное пойло, от которого больше жить не захочешь. Где можно найти относительно чистых баб, где можно пожрать, где подраться, где обменяться. Я и телефон в моём кармане слушали всё это и наблюдали, и видео передавалось Наталье, а от неё и остальным круизерам на корабле. Мы узнали, где можно найти работу. У кого задания безопасные, но оплачиваются так, что награды едва хватит, чтобы не остаться голодными. Нас познакомили с человеком, у которого можно было взять и более рисковые и неплохо оплачиваемые задания. И посоветовали с кем лучше не иметь дел, даже несмотря на отличную оплату. Увидели биржу наёмников, доску с квотами обязательных задач для официальных «банд братанов». За время этой экскурсии мы поняли, что этот город, несмотря на свой размер и огромное число вооружённых людей, просто напросто обречён на провал. Расхлябанность, слабость, отсутствие дисциплины и порядка. Всё поддерживали близкие к тюремным понятия, и от личного авторитета зависело, если не всё, то практически всё. Пока одни выглядели как нищие, другие купались в роскоши, демонстрируя напоказ свою власть, влияние и богатство, а их братаны кошмарили район за районом, соблюдая неписанные правила, установленные Йелем и его «братанами».

И это лишь один из районов города. Всё-таки он довольно большой, а автомобили на ходу — здесь огромная роскошь, и у группы Леона ничего подобного и близко не было.

Первое присутствие американцев я заметил, проходя роскошную виллу Йеля. Американский БТР и парочка военных хаммеров, стоящих на страже его сна.

— О, это же американские… — указал я, старательно делая удивлённый вид, своему экскурсоводу.

— Ага. Были американские, теперь наши! — улыбнулся, демонстрируя выпирающий в сторону клык мой провожатый.

— Были? Тут вообще, мне кто-то говорил, база военная американская рядом. Я чего сюда и подался-то. Они явно должны справиться с зомбиапокалипсисом. Думал, может эвакуационные рейсы какие организуют…

— Да хрен там, брат. Козлы твои сородичи. Устроили, блин, фашистский концлагерь. Еле выперли их обратно на базу. Бились, сволочи, до последнего почти. Но хрен им, нас больше! И мы за справедливость бились! И победили. Они с тех пор и заперлись на своём островке безопасности. Да ты не тушуй, ты не они, а они не ты. Погнали на смотровую вышку. Брат Леон тебе сейчас всё чётко растолкует и ты поймёшь, как тебе повезло. — начал он вливать мне свой бред в уши, и я закивал, устремляясь следом к смотровой вышке.

— Брат Джан, здарова. Пустишь на пять минут? — поприветствовал стоящего на страже наблюдательного пункта азиата Леон.

— Обычно сюда баб водят, и пять минут стоит сигарету… — скривился очередной носитель жёлтой ленты.

— Да ты что, брат. Это мой новый соратник, я хочу ему разъяснить, что к чему, куда соваться, куда не стоит, где падлы американские сидят и так далее.

— А. Новобранец? На морду глянешь — и не понятно сразу. Кажется, будто уже хлебнул горечи по полной… Давай десять минут, мне смену делать надо. Наверху Родриго, ему, чтобы служба не в тягость была, сигаретку тоже передайте. — принял из пачки Леона какое-то отвратное курево боец, и мы вошли внутрь.

— А ты всех по именам знаешь?

— Не, у него имя вышито на куртке. Тут многие так делают. — прошерстил мимо грязных и пустых ящиков из-под продуктов Леон, и мы двинулись по винтовой лестнице вверх.

— Понял.

Ещё одну сигарету передали дежурящему наверху бойцу, и я увидел устройство, созданное как раз-таки для туристов. Вмонтированный в каменный пол туристический бинокль, с которого можно было посмотреть на пару километров.

Впрочем, даже без него я уже мог оценить обстановку. Город, в паре километрах от его стен — нефтезавод, небольшой порт для погрузки нефтепродуктов. Опасно накренившийся танкер, что затонул там же, не выдержав натиска стихии во время одного из штормов, и ещё на таком же расстоянии армейская база. Высокие двухметровые стены, колючая проволока, большой порт, склады, ангары… Много ангаров, в которых, возможно, находятся самолёты и вертолёты, куда их отправляют на обслуживание с авианосца. Стандартный военный штаб, большой, но мёртвый радиолокационный комплекс на земле и активные, но не такие большие, на кораблях. Самолёты на палубе авианосца не были видны. Но сама база… Ясная ночь, и яркие прожекторы освещали не только базу, но и территорию вокруг неё. Зомби на свет плевать, зрение не их конёк. А людям это позволяло вести оборону от наседающих врагов.

— Короче, брат, у америкосов есть такая штука, как из фильмов будущего. Типо меха. И не одна. Они охраняют эту базу. Мы пару из них взорвали во время войны с ними, противотанковые гранатомёты отлично с ними справляются. Да и гранатами просто зашвырять можно, прям под робомашонку запихнуть. Так что после того, как они получили по мордасам и сбежали, к нам со своими хреновинами не лезут. А мы благополучно к ним все орды отводим. Они их на раз-два уничтожают! Это и есть ответ на твой вопрос касательно зомби! Круто придумано, да? Ха-ха-ха! — заржал счастливый как слон Леон.

— Не очень… — честно признался я, смотря издалека на силуэт силовой брони. А так ведь сразу и не признал это чудо расчудесное…

— Чего это?

— Так вы все очки достижений теряете! — выдал я ему самую логичную из причин, и не стал говорить, что этот город сдохнет вместе со всеми своими «братьями» после того, как к базе американцев подойдёт мегаорда.

Я знаю пределы прочности, сильные и слабые стороны этого костюма «генерала» мира постапокалипсиса. И пусть в нём довольно удобно крошить тысячи зомби… Но тысячи — не миллион. Они будут повсюду, они создадут целую гору под стенами их базы и перевалят через неё, после чего сметут сопротивление бойцов… Хотя, если их там будет хотя бы тысяч десять, будет свой терминал и запас патронов… Но нет, столько людей на этой базе банально не появится… Плюс кто-то обратился и погиб. Кто-то умер в стычке с местными «братьями»… Нет, американцы в любом случае выживут, переместившись на корабли… А вот город… Когда зомби не останется добычи на военной базе — они пойдут на шум города. И местные болваны… Они их не остановят…

— Пойдём, выпьем, брат. Расскажешь мне, как вы этих глупцов взашей из города выгнали и себе трофеи оставили!

— Ох, это я с радостью! Я и сам постарался в тот день на славу! — начал хвалиться он.

— Да, не сомневаюсь, брат… Не сомневаюсь…

Посидели мы неплохо. До двенадцати дня познакомились со всеми, и все отправились дрыхнуть. Ну а я, халтуря во время выпивания алкоголя, остался более-менее трезвым и вышел на улицу «подышать воздухом», да и исчез из занятого «бандой Леона» дома.

Картина была не то чтобы печальной — она была близкой к катастрофе. Но не сегодня, а через пару дней. Этот хитросделанный костариканец, взявший меня в свою банду, спланировал свалить из города за добычей по своей великолепной наводке во время атаки мегаорды на базу американцев. В общем, инстинкт сохранения у него имеется. Ну а в терминале ему нужно было, чтобы я купил динамит. Взрывчатку и взрыватель, которыми он планирует вскрыть двери бункера, до которого добрался в прошлый раз со своими ребятами, но так и не смог попасть внутрь. Он полночи смеялся, что это будет фиаско, если вдруг в бункере не будет ничего или будут только бесполезные золото и деньги. Мол, этот мусор даже тащить на себе будет лень…

Но бункер этот был правительственным, на случай войны. Так что, по идее, там ничего особенного быть не должно. А если вдруг и пустым он окажется — с учётом месторасположения — это отличное место для будущей базы. Укреплённой, замаскированной в горах. Забаррикадировался и забудь о зомби, пережди угрозу, если есть достаточно припасов внутри. Ну а найти и накопить их можно, если не тащить всё в город и не сдавать за бесценок перекупам, торгашам, людям Йеля большую часть. Налог за добычу в городе довольно кусачий, как для таких вот полубандитских поселений. Половина всей добычи уходит городу, а с остальным — что хочешь, то и делай. Меняй, трать, продавай… С этой бандой Леона мне всё стало понятно. И про американцев — тоже.

Они, как я и думал, командовали и правили этим городом. Но недолго. Около трёх недель. Как раз успели развить базу, штаб и стены построить. А затем случилась «революция». Американские военные, хорошо вооружённые и купившие в терминале свою громоздкую и тяжёлую силовую броню (причём не одну или две, а около десяти, по словам Леона), пустились во все тяжкие, установили тотальную диктатуру над местными, заставляя их работать день и ночь. Местные дамы стали всё чаще пропадать с ними в занятых «спасителями» домах. Непропорциональная агрессия, расстрелы воришек, которым просто нечего было есть, и практически каторжный труд довели население до состояния, когда они уже не могли терпеть новых «господ».

Причём не так уж и много было у американцев сил в городе. Кто-то был на рейсах, оценивая перспективы захвата и других поселений. Кто-то охранял базу, кто-то город и Терминал. А число беженцев и недовольных всё росло и росло. И хватило маленькой спички, чтобы пламя пожара революции «братанов» вспыхнуло.

Правда, и Йель не был идиотом, и не повёл с лопатами простых людей на вооружённых до зубов хранителей величайшего сокровища — Терминала.

Местным надо было хоть как-то выживать, и какие-то рейды они совершали, искали и копили оружие, общались, соглашались с тем, что это так долго продолжаться не может. И настал для них счастливый день. А для американцев — несчастный. Одна из первых орд, что пришла с севера, отправилась не к базе, а к городу. Военные решили, что это лёгкие очки достижений и вышли в поле, чтобы сразиться с ними и перестрелять, как в тире. Самоуверенные, будто боги какие-то. И шло у них всё относительно неплохо… Но когда из-под покрова джунглей на шум битвы вышла ещё одна орда и перетянулась к первой, сливаясь с ней, — стало не до шуток. Обрушили на монстров залпы батарей с кораблей. Поднялись в воздух самолёты, а раненого командира на БТР оттащили вместе с его силовой бронёй и разряженной батареей с поля боя.

Отступать американцы или не планировали, или не умели, и в итоге орда оказалась у стен города и практически выбила ворота. Командир гарнизона велел выдать оружие добровольцам и… Те его получили, но обратно не вернули. Это был момент слабости, и как только была отбита последняя волна зомби, оружие повернулось против своих владельцев, и с праведными криками о свободе костариканцы открыли огонь по своим бывшим защитникам. Отныне они сами по себе. Йель и его ребята с огромными потерями дорвались до терминала и выбили оттуда защитников. А всех, кто не отступил, — либо пленил, если те были без сознания и ранены, либо добил на месте.

В тюрьме Лимона находилось около девяноста солдат американской армии. И их судьба оставалась до сих пор неясной. Впрочем, эти идиоты сами виноваты в своей жадности. Не самые большие силы, при условии недоверия местных, они разделили и раздали оружие ополчению. Их было всего пару сотен против нескольких тысяч бойцов. Сперва, конечно, было меньше, но пламя революции быстро срывает замки с военных складов и вооружает сторонников.

Позже американцы перегруппировались, вернули свои силы, попытались отбить город, но куда им… Когда у половины жителей города оружие и доступ к практически бесконечному количеству боеприпасов… Один раз атаковали — потеряли две силовые брони и почти сотню солдат убитыми и раненными. Второй раз попытались десантироваться с моря — чуть корабль не потеряли, и ещё минус три брони. Атаковать же город артиллерией и авиацией они не рискнули… Уж не знаю, почему… Возможно, из-за начавшихся после двух первых штурмов едва ли не ежедневных атак небольших орд зомби?

Да, местные сделали своё грязное дело, направив общего врага к своим соседям и заставляя их практически каждый день вести битву, отстреливая всеми доступными средствами наступление вражеских войск. Не помогали американцам и практически подступающие к воротам их базы джунгли, под покровом которых зомби могли долго брести, оставаясь незаметными. Скоро от этих джунглей ничего не осталось, и вокруг базы была выжженная земля, но, как сказал мой «командир», — и самолёты перестали в воздух подниматься, и пушки на кораблях замолчали примерно неделю назад.

В целом, я могу понять, почему американцы не рисковали с самолётами и кораблями. В терминале, если поднапрячься и скопить ОД, хватает оружия для уничтожения и одного, и второго. Да и не факт, что топлива у них в достатке. Наверняка они кормились с нефтеперерабатывающего завода, что стоял между городом и их базой, а он, после Алого Затмения, больше не работал.

И следы пожара, которые я разглядел по утру, говорили о том, что кто-то совершил диверсию и сжёг немало ценных запасов топлива. Ну или это был несчастный случай… В любом случае, местные не пытались потопить корабли, самолёты не взлетали над городом, и по ним не вёлся огонь ПВО. Артиллерия и миномёты не зашвыривали американскую базу, а те больше не лезли в город, экономя боеприпасы.

Но сколько они ещё так продержатся? Не просто так перестали стрелять пушки корабельные… База у американцев хоть и большая, но запасы не подходят для бесконечной войны, а война с зомби сейчас выглядит именно так. Этот клочок земли с высокими стенами и колючей проволокой отражает натиски сотен тысяч зомби раз за разом и оберегает земли южнее от этой напасти. Панамский канал и близко не испытывает те сложности, что могли бы у них быть, не подыхай армада зомби раз за разом здесь.

Американцы ещё и тела зомби на баржу стаскивают и в море вывозят, после чего на дно отправляют в братскую могилу — большая и тяжёлая работа, но иначе смрад здесь стоял бы такой, что болезни распространялись бы так, словно бы мы вернулись во времена конкистадоров, что уничтожили местное население привезёнными из Европы напастями вроде оспы и кори.

Я взял один из «талонов» к терминалу и отправился на его поиски. Сделать это было не особо сложно, обратился к таким же пьяным братишкам с похмельем, а те рукой махнули в нужную сторону.

Добрался, показал, сказал, что босс отправил за припасами для дальнего рейда. Дали заполнить какой-то документ, причём сделанный на бланке американцев. Накарякал там чего-то, не особо владея письменным испанским, сдал лист, и под бдительным взглядом стражей прошёл по усеянным следами бойни коридорам к алому шару.

Добро пожаловать в Терминал № 65370

Ваши очки достижений — 304334

Выберите доступную категорию:

— Я на позиции… Готова действовать, — донёсся до меня голос Натальи через шлем.

Ну что же… Впереди одни из сложнейших переговоров в моей жизни. И я либо смогу убедить и продавить этих кретинов, которые верят в свою исключительность и силу, либо они все умрут… И не так жалко идиотов, как беженцев, что всё ещё надеются на лучшее. Под стенами Лимона я видел слишком много семей. С детьми и стариками, с беременными женщинами… В городе не всем им хватало места. Далеко не у всех были мужья, парни, родичи и спутники, готовые стать членами банды и гарантировать не только себе, но и своим спутникам защиту за городскими стенами. Жилья на всех не хватало… Из-за политики Йеля и его тугодумов-советников.

— Ну что же. Жизнь и смерть всегда ходят рука об руку… Пора проверить, насколько сильны инстинкты выживания тех, кто прибрал к себе этот городишко, — надел я шлем, закинул за плечи рюкзак, прикрепив его магнитными полосами к костюму берсерка, и вышел из повидавшего многое дома наружу.

До города было всего два километра. Если бы я пробежался, то уже через пару минут был бы у городских стен. Но я взял размеренный шаг и пошёл по прямой к разбитому у его стен лагерю беженцев.

Шёл не спеша, хоть время и поджимало. Мегаорда эта слишком большая и, пусть двигается слишком медленно, всё же через пять, а может и десять часов, она дойдёт до американской базы. Тут всё зависит от того, как её будут дразнить и тянуть в сторону высоких стен диверсанты из Лимона.

Местность здесь такая неудачная, что миновать город и военную базу они не смогут ни при каких обстоятельствах. Путь в горы и джунгли слишком близок к побережью, а размер орды слишком большой, чтобы можно было её увести в сторону. Тут либо на север, либо на юг. И на юг её тянут. И будут тянуть. И связи у лимонцев с их диверсантами нет, даже если они передумают после переговоров тянуть орду на юг. Увы, это константа. Мы с Афиной не раз и не два смоделировали все возможные варианты для спасения города малой жертвой… Инстинкты зомби сделают своё дело, и их уже не увести. Даже если мы начнём дразнить их и провоцировать с севера, уводя вверх по шоссе — это не поможет, слишком уж орда большая. В лучшем случае она разделится на две неравные части. Битве всё равно быть.

Американцы тоже придурки. Я понял их план этой ночью, когда смотрел за их базой. Ну, надеюсь, что понял. Варианта там два. Первый — они кретины, которые продолжат делать то же, что и раньше, и просто помрут, и лишь часть сбежит на корабли. Для них принять бой с этой ордой в одиночку — фатальная ошибка, после которой мне останется лишь прислать подкрепления и захватить их корабли силой своих элитных отрядов.

Второй вариант, который в действительности имеет куда как больше шансов на жизнь — они набили кучу очков достижений и сейчас, увидев врага такой силы, просто отступят на корабли, переждут бурю, а зомби сами разбегутся по сторонам и скорее рано, чем поздно, дойдут до города и сладких, беззащитных жертв у городских стен. А дальше — они просто перетекут, следуя инстинктам, к новому полю битвы, и своей ордой в пару миллионов тварей захватят его, разорят и уничтожат преграду к терминалу. Всё, что им останется, — это провоцировать зомби у городского и армейского причала, у терминала погрузки нефтезавода и, постреливая, экономя патроны, дождаться, пока зомби утопят друг друга в надежде достать до кораблей. И пусть на это уйдёт много времени — город, терминал и их жизни будут принадлежать им. Скоро я узнаю, прав ли я насчёт этих великих «воинов», согласившихся ради своих шкурных интересов отказаться от жизней тысяч людей, включая детей, стариков, женщин…

Третий же вариант — сотрудничество с лимонцами и совместное уничтожение мегаорды они явно не рассматривают. Сами по себе, после стольких нервов, пролитой крови и взаимной неприязни, они никогда не станут сотрудничать. Нужна третья сторона. Нужен я.

И я иду…

Иду вперёд, с гордо поднятой головой. В своём кроваво-красном костюме, с пушкой, прикреплённой сбоку от рюкзака, с двумя частями алебарды, вытащенными из этого рюкзака и прикреплёнными к бёдрам. Иду и вижу, как впереди суетятся люди. Такого как я невозможно не заметить. И они заметили. Пятьсот шагов… Тысяча…

БАХ

Первый выстрел снайпера, предупреждающий нежелательного гостя о том, что ему здесь не рады, — произведён. Пуля прошла сильно в стороне и упала в песок. Идём дальше.

Бах

Ещё одна. На этот раз поближе.

— Снайпера не трогаем? — спросила Наталья.

— Не трогаем, — ответил я ей и с той же скоростью, уверенной походкой продолжил идти вперёд.

А там уже высыпали за городские стены бойцы. Самоуверенные, как я и говорил… Силовую броню американцев подорвали, думают, что и меня с лёгкостью остановят… Глупцы.

Бах

Очередной выстрел прошёл уже совсем рядом со мной. Пуля врезалась в землю и окатила мои ноги песчинками.

До лагеря беженцев и многочисленных бойцов, ставших грудью между мной и городом во всеоружии, осталось всего сотня шагов. Примерно сто метров.

БАХ

Лязг от удара металла об металл заставил меня опустить голову на свою грудь. Ну да, снайперы по головам стараются не стрелять — слишком маленькая цель, ещё и двигается. Во всех инструкциях всегда говорится — целиться и стрелять в корпус, если только цель не неподвижна.

А я иду дальше, смахнув с груди остатки расплющенной пули.

БАХ!

БАХ!

Чем ближе я подхожу, тем громче звуки выстрелов и чаще лязгает по металлу берсерка пуля, выпущенная снайпером.

— Ну всё, тормози, крутой парень. Дальше тебе пути нет, — ухмыльнулся воин с гранатомётом, готовым к стрельбе.

— Как и вам, — остановился я и неспешно соединил, начав накручивать по резьбе две части алебарды, а затем ударил основанием по земле, указывая остриём в небо.

Смешки этих горевояк разошлись по толпе.

— Суицидник что ли? Думаешь, если твоя броня может остановить выстрел пули снайпера, на этом всё? — задал вопрос бородач с нарисованными на чёрной куртке черепами.

Я же его проигнорировал и посмотрел на другого бородача. Его физиономия была мне знакома.

— Классный пистолет, Леон. А теперь верни его папке, — из углубления в броне, где как раз и должен находиться пистолет, я достал жёлтый лоскут ткани и повязал на левое предплечье. — Я имею право войти в этот город, будучи одним из его жителей. Этот костюм — моя добыча.

— Ха! Ну ты больной ублюдок! Зачем народ всполошил! — отозвался жиртрест, опуская вниз дуло штурмовой винтовки.

— Кто ты, воин? Йель тебе за эту броню явно много плюшек отсыпет! — заявил ещё один, сияя беззубой улыбкой.

— Обойдётся. Я эту броню получил задолго до того, как пришёл в ваш город. Леон, чё встал? Давай, меняемся, — я достал с поясного крепления рацию с длинной антенной, приобретённую в терминале во время своего посещения, и показав всем, что это не граната, кинул её Леону. — Принеси её Йелю. Нас ждут переговоры. И если он не выйдет на связь — он сдохнет. Первый свой шанс он уже просрал, когда превратил этот город в помойку с такими бесполезными кретинами, как вы. Это второй и последний его шанс. Больше я предупреждать и предлагать столь великодушно свою помощь не собираюсь.

— Криштиан? Братан, это ты? Что ты такое говоришь?

Я дал команду, и непрозрачный шлем сделал моё лицо видимым.

— Не братан я тебе. К твоему счастью. Ты слишком ленивый, чтобы быть моим братаном. Меня зовут Михаил. И я командир Круизеров. Команданте легионов. Освободитель Кубы, Ямайки, Доминиканы и, в скором времени, всех островов Карибского моря. Так и передай этому кретину Йелю, что уже практически похоронил всех вас вместе с американцами с военной базы. И поторопись, у вас осталось не так уж много времени… — ответил я ему, увеличив громкость динамиков на максимум и протянув вперёд руку с рацией.

Он не сразу отважился подойти и забрать её. Его вытолкали, сказав, что это в любом случае звучит забавно, и Йель таких как я вешает каждый день. Когда же он забрал рацию, я остановил его громким окриком.

— Стоять! Мою красавицу!

— Ах, да… Пожалуйста… — вернул он её законному владельцу, и я закрепил пистолет на своём законном месте.

Пока мы ждали этого бегунка, бойцы не спускали с меня глаз, говорили всякий бред. Кто-то откровенно насмехался, кто-то задумчиво стоял, не сводя глаз с моих рук. Ну а кто-то подначивал «завалить идиота».

Но все они понятия не имели, что моя Афина, поднаторевшая в битвах, прекрасно видела каждого из них, даже тех, кто стоял позади. Не просто же так я заранее, видя, что никаких средств защиты от костюма Натальи в городе нет, отправил её сюда.

— Да ёп… Как она работает… О, приём, меня слышно? — раздался приглушённый голос Йеля в шлеме.

Я продолжил стоять, как стоял, перестав обращать внимание на «братанов» из разных банд, и отключил внешние динамики.

— Слышно тебя, идиот. Не ори.

— Ты пришёл один в наш город и смеешь меня оскорблять? Ох, я с удовольствием вырежу тебе язык, прежде чем повесить на главной площади.

— Ты умрёшь намного раньше, если я сейчас развернусь и просто уйду. Давай, тащи сюда свою задницу и попробуй взять меня, если у тебя вообще есть яйца. У меня для тебя информация по твоим соседям. Твой план с той ордой хорош, но шансов на его исполнение — ноль процентов. Они тебя уже поимели, а ты до сих пор не понял этого. Приползай сюда, придурок, я тебе лично поясню, почему тебе и твоим людям недолго жить осталось. Не люблю два раза повторять, знаешь ли. — подначил я его, и надо же, даже долго упрашивать не пришлось!

А вот связь пришлось отключить, ибо такой обрубленный писк и куча ругани я давненько не слышал. Ну, главного я добился. И заинтриговал его, и опозорил, задев гордость. Сейчас он бежит, едва ли не спотыкается, приказывая не допустить моего побега и жаждет самостоятельно разобраться со мной, снять скальп, узнать всё, что я знаю сам… Эх, как же эти все мамкины тираны легко читаются. Их поведение столь легко предсказать, что уже даже эмоций особых моя правота не вызывает.

С городской стены, глазами Натальи, я видел, как выезжает гружённый пикап, едва тянущий вес силовой брони со стороны усадьбы Йеля в сторону городских ворот. Долго и упрашивать не пришлось, ворота открылись, и местный владыка, запрыгнувший в силовую броню, подзаряженную от бензинового генератора, уже неловко, но шустро шагал в мою сторону, вызывая восторг своих шавок.

— Наташа, приготовься. Как только он откроет верхнюю броню и покажет голову…

— Поняла. А он точно её откроет?

— Посмотрим… — не стал я загадывать наперёд и продолжил стоять, изображая из себя статую.

Люди разошлись, а трёхметровая силовая броня с форсажем для наземных боевых операций прошла вперёд.

— Ну что, красная крыса, не сбежал? Похвально! Давай, ты звал меня, и я пришёл. Что ты там хотел мне сказать? Как там твоя банда называется? Круизеры? Никогда не слышал… Когда мы закончим учить тебя манерам, покажешь, где ваша база…

— У меня много баз. Тебе какую? Основную? На Кубе, в Гаване? Или в Майами? А ты доберёшься туда? Не я сижу в городе, носа не высовывая, так что из нас двоих крыса, это как раз ты. Но, не переживай, как я и сказал, каждый заслуживает второго шанса. И это твой шанс из жалкой крысы стать хоть кем-то.

— А ну-ка, повтори мне это ещё раз… — он поднял правую руку-манипулятор, на котором был закреплён крупнокалиберный пулемёт, уже начинающий набирать обороты.

— Кретин… — покачал я головой. — Ты хотя бы пробовал упражняться в этой силовой броне? У тебя пулемётная лента не заправлена из поясного отделения к манипулятору.

— А? — нажал он на гашетку и вместо выстрелов услышал характерный треск впустую лязгающего возвратного механизма. — Сволочь! Сгною техника!

Он решил сменить руку и направил на меня мощную пушку на левой руке. Её пробивной силы хватило бы для того, чтобы разворошить не самую крепкую бронетехнику, а если добавить взрывные боеприпасы, то и не самые крепкие дома из кирпича, дерева и подобных по прочности материалов можно, если не сносить, то превращать в могилы для прячущихся внутри солдат противника. Ну или мирных жителей… Смотря кто и как применяет это оружие.

— Честно, лучше бы не позорился. У тебя лампочка мигает на левой руке. Третья из пяти. Он не выстрелит.

Щёлк

— Ну вот, а я что говорил. Ты хотя бы мануал изучал?

— Да *******! Какого ***! Что за лампочка? Откуда ты знаешь? Какой ещё, к чёрту, мануал?

— Ясно всё с тобой, горе-боец… А такой грозный стоишь, хотя кроме как ходить, ничего не умеешь. Лампочка эта показывает перегрузку энергопривода. Надо перезагрузить. У тебя внутри должна быть панель, там тумлер, отпусти уже бесполезный пулемёт, втяни руку, и его в сторону потяни, перезапустишь все электронные механизмы силовой брони. Блин, я только время на тебя теряю. Надо было сразу к американцам идти… — сделал я фейспалм, ударяя открытой ладонью по шлему.

Щёлк

Идиот нашёл тумблер и перезагрузил систему. Только вот кнопку боевого режима он явно не нажал, которая предотвращает открытие костюма для техобслуживания при перезапуске всех систем… Броня открылась, и все мы увидели ошарашенное лицо местного «героя». А ещё спустя секунду рядом с бронёй пронёсся вихрь и нож упёрся к горлу Йеля.

— Итак, сейчас, когда ты понял, в какой жопе находишься и не станешь делать глупости, давай ещё раз познакомимся и поговорим как два правителя поселений друг с другом. Ты — правитель мелкого и хреново подготовленного к войне с зомби городка, и я, тот, кто зачистил тысячи поселений и спас миллионы людей. Ещё раз — меня зовут Михаил. И пока что я вам не враг. Я являюсь одним из освободителей Кубы и признан её нынешним правительством как легитимный правитель военной организации Круизеры и назван Защитником Кариб. Сейчас в ваш порт плывёт мой корабль с моими бойцами, чтобы помочь отразить нападение зомби. Мне нужен доступ к терминалу и полное послушание на момент проведения военной операции. У меня опыта больше, чем у вас всех вместе взятых. Так что вы уж не обессудьте, господа. Итогом наших переговоров станет два вероятных исхода. Первый довольно прост. Мы сообща справляемся с этой напастью и заключаем договор сотрудничества. Военный и торговый. Мои корабли будут плавать к вам. Я смогу нанимать ваших наёмников, мы будем обмениваться товарами. Ненужных вам беженцев я заберу. Всех до единого. Даже хромых и больных. Вариант второй — мы не договариваемся, я ухожу. Вы сдыхаете, я возвращаюсь на Кубу, забираю своих бойцов и возвращаюсь сюда, отбиваю город и терминал, основываю здесь аванпост. А теперь, когда я расписал вам перспективы… Я готов выслушать те миллионы вопросов, которые роятся в твоей вспотевшей и покрасневшей от страха голове. Наташа, будь так добра…

— Жаль, командир не разрешил мне отрезать твою тупую голову… Я честно предлагала прикончить тебя и наблюдать за тем, как вы все катитесь в ад… Сколько таких грабителей вроде вас мы прикончили… Но тебе почему-то босс решил дать второй шанс. Наверное, он слишком любит людей и не хочет видеть гибель всех этих несчастных, кого ты выкинул из города, — прошептала Наташа и сняла маскировку.

Следом она прошествовала в мою сторону и, спрятав клинок, вновь исчезла, создавая давящую над каждым тщедушным трусом, боящимся за свою жизнь, тень смерти.

— Твою мать… — выдохнул он, вытаскивая руку из манипулятора и дотрагиваясь до покрасневшей шеи.

— Ты хочешь узнать, почему эти зомби нападут на город? Хороший вопрос. Отправь человека на наблюдательную вышку и взгляни, что делают американцы. Наверняка, вместо того, чтобы готовиться к битве, они попросту эвакуируют базу и перетаскивают все самые важные ценности на борт корабля вместе с личным составом? Давай, отдай приказ. Полюбуйся на их «героизм», который столь же отвратителен, как и твоя «справедливость». Они готовы обречь тебя и всех людей на смерть. Но они не знают одного… Я вступил в игру. И эти миллионы зомби… Этот корм — я не упущу возможность его уничтожить. Давай, отправь гонца. А мы пока посидим, поговорим… Как ты уже понял, если бы я просто хотел убить тебя… Ты был бы уже мёртв. Я даже мог бы взорвать тот склад боеприпасов, что ты так неразумно разместил рядом со своей виллой… И лишить Лимон не только правителя, но и вообще всей верхушки. Ведь этой ночью вы все были там, верно? Верно… — мой голос разливался по окрестностям, и больше не было ни весёлых шуточек, ни храбрых возгласов. Все старались молчать и не привлекать к себе внимание…

— Леон! — рявкнул Йель, и тот спустя миг припустил в сторону ворот.

— Рацию дай ему, быстрее свяжетесь. — дал я подсказку.

— СТОЙ! ПРИДУРОК! РАЦИЮ ВОЗЬМИ!

— Я не буду спрашивать, почему у вас, у командиров и глав банд из братанов, нет раций терминаловских. Каждый сам кузнец своего будущего и принимает решения о приобретении самых важных и ценных вещей в терминале самостоятельно.

— Что собрались делать американцы? Если ты такой всевидящий, расскажи, почему нас ждёт битва с зомби?

— Ты сам виноват в этом. У них заканчиваются боеприпасы. Зомби больше, чем патронов. Топливо для самолётов заканчивается тоже, снаряды на кораблях уже почти на исходе. Уверен, они оставили немного на крайний случай… Например, чтобы разбомбить город, когда здесь появится миллион с лишним мертвецов. Они просто отступят, подождут, и за пару дней от вас не останется ничего… А может и пару часов… И сразу готовься — без американцев шансов отбить это нападение у нас нет. Твои бойцы — говно. Они сбегут, как только первый шторм из зомби обрушится на стены. Увиденного вчера мне хватило. Но ты не думай, что просто уйти из города — хорошая идея.

— Почему? Если всё будет так, как ты описываешь… Да и американцы никогда не будут сражаться за нас.

— Потому что зомби не знают усталости, и рано или поздно нагонят большую из вас часть. Даже если они частично останутся здесь, сотни тысяч мертвецов, идущих по следу добычи, хватит, чтобы догнать хромых, больных и немощных. Я сейчас о тех, кто сидит под стенами твоего города и мечтает попасть внутрь. В этом случае… Я сам тебя убью. Отправлю убийц, объявлю награду и однажды повешу тебя на позорном столбе Гаваны, как труса и предателя рода людского. Ну а американцы… Они будут сражаться за себя. Иначе я потоплю или захвачу все их корабли. И им останется либо умереть от голода на палубе когда-то великого флота, либо плыть к берегу, полному зомби.

— Как? Кха… — прокашлялся он, ощущая боль от ранее прижатого Натальей кадыка. — Как ты это сделаешь?

— В этом нет ничего сложного, если я попаду в твой терминал со своими бойцами. Вы слаборазвиты и у вас не открыты многие пункты меню терминала. Я же готов слегка прибарахлиться и купить оружие, боеприпасы и специальные средства, которые заставят американцев дрожать от страха. Не думаешь же ты, что они просто так дважды ещё пытались отбить терминал? Есть там кое-что, что заставляло их как кретинов самим раз за разом уничтожать орды зомби и не подпускать тех к городу. Чтобы вы не развивались. Чтобы вы оставались такими же ничего не понимающими варварами. Как ты в этой силовой броне… А затем они с радостью превратят этот город в неприступную крепость и начнут править этим регионом. Хороший у них был план… Да только я пришёл сюда в разведку, — погладил я алебарду, давая понять своё отношение к подобным коварным планам.

— ПШШШ! Босс! ПШШ! Они снова перетаскивают самолёты на палубу авианосца, таскают грузы. Словно сваливать собираются! — донёсся с моего пояса крик по рации, и я кинул её задумчивому Йелю.

— Мы можем развернуть орду? — спросил у людей вокруг правитель Лимона, и пара человек невпопад ответила ему, что уже слишком поздно и связи с отрядом Дойча нет.

— Ваш Дойч через пару часов приведёт орду к американцам, но те слиняют, и разбираться с миллионами мертвецов будете вы. Если ты хочешь выжить, да и все вы — пора показать, что у вас действительно есть яйца и характер. Я расскажу вам, как выжить. Как победить. Но чем дольше вы думаете, тем меньше ваши шансы. Я даю тебе и твоим людям, Йель, — тридцать минут времени. Не больше. Потом будет попросту поздно готовиться. И я развернусь и уйду, так как не успею сделать всё, что необходимо нам для выживания вашего города. И вернусь позже, чтобы похоронить вас. Время пошло… Твои часики тикают, большой босс.

Удивительно, но Йель отказался. Но наше сотрудничество с городом Лимон всё же состоялось. Просто после его демонстративного отказа и попытки послать меня, лживого обманщика, куда подальше и расстрелять, присоединив всё-таки пулемётную ленту, он внезапно скончался. Так бывает, когда небольшая магнитная мина цепляется к внутренней стороне силовой брони, а ты сам этого не только не видишь, но и даже перепроверить не можешь, если не знаешь строение своего оружия.

— Ого, рвануло… Наверное, что-то не то нажал он. Надо было мануалы читать. Итак, бойцы, кто там был заместителем Йеля? Он сейчас не может ответить на моё дипломатическое предложение. Поэтому решать придётся вам. Хотите жить и управлять этим городом? Или пусть оно всё горит огнём, и сдохнут десятки тысяч человек, а вы сами как крысы сбежите? Решать вам…

И решение было найдено. Пятеро человек, бывшие помощники Йеля и лидеры самых больших группировок в городе, посмотрев на то, что осталось внутри силовой брони после дистанционного подрыва от прежнего главы, не такого уж и сговорчивого, всё же решили проявить мужество и договориться со мной.

Не зря я наши переговоры при посторонних устроил. Не пришлось всё два раза повторять. Я пошёл вместе с ними и окружающими нас воинами к воротам, а затем и к терминалу. Пока мои ребята плывут к городу, чтобы склонить чашу весов в нашу сторону, мне пора заняться проблемой американцев…

И для этого мне понадобится всего одна современная машина связи американской разработки. Даже не вчитывался в её описание, просто зная, что Афине этого за глаза хватит для того, чтобы выйти на связь с американцами. Ну и не только выйти… Бортового компьютера этой чудомашинки более чем достаточно для прописывания вредоносного вируса — миниафины, которую осталось лишь скормить их кораблям. Вручную сделать это сложнее, так как у военных точно есть аппаратура, что засечёт Наташу, но и мы сами по себе на многое способны.

— Афина, испорти связь, сделай её прерывистой… — дал я указание своей помощнице, перед тем как подтвердить контакт с капитанским мостиком флагмана американского флота.

— Внимание, командир патрульного катера Сентинел 8316 вызывает командира военной базы «Кроссбоу», адмирала Мэтью Линкольна! Внимание, командир патрульного катера Сентинел 8316 вызывает командира военной базы «Кроссбоу», адмирала Мэтью Линкольна! — вещал я.

— Ещё раз повторите, кто вы? Связь прерывается!

— Внимание, командир патрульного катера Сентинел 8316 вызывает командира военной базы «Кроссбоу», адмирала Мэтью Линкольна! — повторил я ещё раз. И затем ещё…

Я подождал, послушал их, они не понимали, что со связью, пытались перенастроиться. А я всё также фонил и кряхтел, пытаясь выйти на связь. В конце концов они не выдержали и приняли моё аудиопослание с записанным аудиосообщением. А вместе с тем и подхватили на борт Афину. Отправка засланного вируса прошла успешно. Будь у них хоть немного критического мышления, они бы удивились, откуда у простого Сентинела возможность отправлять файлы по кодированным внутренним каналам связи.

Осталось только подождать, пока она всё там «починит» и «исправит». Отвлёкся от попыток связи через эту чудомашинку, которая нам ещё не раз и не два поможет на другом краю Карибского моря, и вернулся к терминалу. У города хватает оружия. Но нет более важной вещи… Лопаты!

Я потратил огромное количество запасов ОД и купил несколько тысяч лопат, вываливая целую гору у терминала.

— Первый этап подготовки — всех за периметром стен — затащить внутрь. Сморщите жопы, если потребуется. Второй этап — взять лопаты, а кому не хватит — докупить за свои деньги, стоит она всего три ОД, и начать копать ров на расстоянии метра от стены. Глубина метров десять. Ширина — хотя бы пять. У вас очень много свободных рук, но очень мало времени. Надо прокопать ров вдоль всей стены и успеть до начала схватки.

— Стена же и так высокая… — высказался один татуированный глава банды с золотыми зубами и дырками в ушах размером в грецкий орех.

— Стена ваша — это всего лишь двадцать зомби, уложенных штабелями друг на друга. Им хватит ста тысяч мертвецов, чтобы создать вдоль всего города лестницу, ведущую наверх. Ров — лишь полумера. Шаг второй — залить его мазутом и всем, что горит и есть на заводе. И смотрите, воду морскую по нему случайно не пустите! Пусть горит и пылает, сжигает тварей. Иначе даже десятиметрового рва не хватит. Они просто рано или поздно набьются там до предела и начнут штурмовать стену. У нас не будет времени растаскивать трупы между атаками. Волна будет идти постоянно, то сильнее, то слабее, но без перерыва. Ясно?

— РАЗБИРАЕМ ЛОПАТЫ! ЗАГОНЯЙТЕ ВСЕХ ДОХОДЯГ ВНУТРЬ, ЧТОБЫ НЕ МЕШАЛИСЬ! ВСЕ, КТО МОЖЕТ СТОЯТЬ НА НОГАХ И ДЕРЖАТЬ ЛОПАТУ — ПУСТЬ КОПАЮТ! — прокричал ещё один мужик, бывший помощник Йеля, и его крик повторили другие командиры, начиная наконец-то делать хоть что-то для победы в этой битве.

Я же тем временем продолжал.

— Шаг третий — создание дополнительных рубежей обороны. Здесь мы сильно ограничены, поэтому мало что можем сделать. Нам потребуется постоянное пополнение боеприпасов на стене, куда придётся удар тварей. Оружие будет закипать, выходить из строя, патроны будут заканчиваться, и обоймы пустеть. На перезарядку не будет времени. Те, кто не сражаются наверху, будут помогать им — принимать оружие, заряжать обоймы, затаскивать по лестнице наверх. Лестниц у стены мало. Надо хотя бы каждые десять метров. Делайте из подручных материалов, машины пригоните, поставьте лесенкой…

— Да кто же эти машины поднимет одну на другую! Кранов нет! — затрещал нервный амиго, постоянно вертящий в руках серебряную монету.

— У вас есть я и мои ребята. Просто подгоните их одна к другой, а дальше мы сделаем своё дело. — ответил я ему и вошёл в штаб, моментально оказавшись у заваленного каким-то хламом стола оперативного командования.

Сгрёб всё на землю и нашёл заляпанные кофе кнопки, активировав их. Очевидно, эти недотёпы даже не знали, как он работает.

— Итак, это карта нашего города. Для наглядности спроецирую на смотровую стену… Блин, кто додумался голую бабу нарисовать на нём? Руки бы оторвать. Значит, смотрим на стол… — разочарованно отменил я показ из-за испорченной похабным рисунком стены.

— Нифига, оно и так может⁈ — удивлялись новые отцы-командиры этого города.

— Это мизер его возможностей. Не отвлекайтесь. Это наш штаб. Это схематичные кварталы города, это стена. Выстроена, как вы можете заметить, вдоль границ допустимого строительства.

— А что можно строить? — заинтересованно посмотрел на окошки меню на правой части стола татуированный зубастик.

— Много чего. Потом разберёшься. Афина, дополни карту собранными тобой материалами.

— Готово! — ответила моя помощница, и карта преобразилась в масштабе, показав и окружающую местность, и нефтезавод, и береговую линию. Даже базу американцев и их корабли отобразила на ней.

— Это мой адьютант, она будет помогать нам вести эту войну. Американцев я буду принуждать к битве. Но особо на них не рассчитывайте. Всё что они смогут сделать в действительности — это выиграть нам время, пока стрельбой и взрывами будут привлекать зомби. Но орда слишком большая, и хвост, давящий на авангард, обязательно дотянется и до нас. Чего тебе? — я обратил внимание на тянущего руку парня, что был, пожалуй, самым молодым из присутствующих. Впрочем, от числа шрамов на лице становилось очевидно, что он пережил много нехороших моментов в своей жизни.

— Нефтезавод. Там ещё пару хранилищ полны топлива, можем устроить большой взрыв. Это привлечёт зомби надолго…

— Привлечёт, но мы этого делать не будем. Мне нужен этот завод. А для вас это возможность торговать со мной в будущем. Если вы возобновите его работу. И так справимся, если тупить не будем. За мазутом и нефтью отправили людей?

— Да, но там столько таскать, я не представляю, как мы столько притащим…

— Как хотите. Хоть в пакетах тащите. В вёдрах, тазиках… Живую цепочку постройте, а лучше просто машины выделите. Те что на ходу… Идём дальше. — я заметил, как подозвал кого-то из помощников татуированный и прошептал что-то на ухо. Человек послушал его, кивнул и убежал.

— Нефть будет. Я беру на себя. — заявил он и уставился на карту.

— Отлично. Наша стена — наша главная линия защиты. Важно начать убивать зомби ещё заранее, чтобы они не сформировали гору трупов, с которой позже сползёт сотня тел в город и проложит дорогу остальным. А ещё важно, чтобы сражение велось не в одном месте, куда они попрут с самого начала цепочкой, а вдоль всей стены. Как это сделать? Нужны добровольцы, которые протянут зомбифестиваль от одного края стены до другого. Крепкое авто, с громкой музыкальной системой или сиреной, что встретит первых ласточек и поведёт их вдоль стены. И не переживайте, добровольцу ничего не будет, если он доедет до сюда… Здесь его просто подберут на катере в воде. К слову, что у вас по катерам на ходу есть?

Я посмотрел на людей, но те начали лишь переглядываться.

— Сейчас же отправьте бойцов на ревизию. Каждая лодка — это от двух до пары десятков человек с оружием, заякориться в двадцати метрах от берега, если он не пологий, там где поглубже, выдать пару бугров или как у меня, алебарды, винтовки, пулемёты, патронов побольше, и будет дополнительная зона отстрела от самого завода и до стены. Плюс часть зомби полезут в воду, а плавают они… По-разному. Но всё равно это лёгкая мишень. В случае чего можно быстро уплыть.

— Да, зомби в воде — это самая лакомая цель… — подтвердил кто-то, кто уже сталкивался с таким видом добычи ОД.

— Стену укрепить, кроме как рвом, особо нечем, но мы поставим каждые десять метров по пулемёту. Не знаю, сколько их у вас, но если есть — не время жаться. На один пулемёт — три человека. Один стрелок, один помощник, один сменщик. Беруши в категории броня пусть все купят. А то оглохнут и приказов не услышат. Хотя бы половина тех, кто на стене, обязательно должны иметь длинное рубящее оружие. Зомби будут цепляться пальцами и лезть вверх. Если они будут совсем уж близко к тому, чтобы забраться — проще в ближнем бою им пальцы рубить, головы крошить.

— И что, нам этого хватит для победы?

— Этого? Нет. Этого нам в лучшем случае хватит, чтобы пережить первые часы предстоящего зомбишторма. — покачал я головой. — Афина, спроецируй на интерактивной карте моделирование сражения с озвученными мной методами защиты. Позитивный прогноз…

— Выполняю… — механический женский голос ответил мне, и карта ожила, стали видны символичные чёрные кругляши зомби на синем столе, что двигались цепочкой один за одним вдоль береговой линии.

— Ускорь… — попросил я её, и вверху стола появился таймер сражения. Каждая секунда была равна минуте, и мы видели, как с каждым мгновением число зомби росло и давило всё сильнее и сильнее. Не успевали их отстреливать отряды вдоль береговой линии. Оттянул массу заражённых героический пикап, вступили в бой пулемёты. К исходу первого часа мертвецы успели заполнить своими телами всё дно вырытой ямы перед стеной. К концу второго часа яма уже была заполнена доверху на большей части линии обороны, а у края стены мертвецы не только горку возвели до середины, но и успели проложить по морю дорогу из утопленников, по которым тоже бежали всё новые и новые засранцы. К третьему часу битва пошла уже практически на стенах.

— Ориентировочно к четвёртому часу сражения враг попадёт в город. — отчиталась Афина.

— Сколько процентов зомби будет уничтожено по твоим прогнозам?

— От двадцати до сорока процентов. Не больше. Многое зависит от резервов американских войск. Нам не помешает передать им больше боеприпасов…

— Сделаем. Как только договоримся… — я повернулся и взглянул на молчаливых лимонцев и тяжело вздохнул. — Вы можете мне верить, можете сомневаться. Но я здесь и готов рисковать жизнью своих людей и своей собственной. И этому анализу я верю. И буду делать всё возможное, чтобы город остался жив. Вы должны превратить эту стену в неприступную, а я тем временем проведу переговоры с американцами. Без их авиации и артударов с моря нам будет худо. Даже с учётом моих козырей, которые я вам не озвучивал, но которые тоже собираюсь применить в этой битве по полной… Вы мне больше ничем не поможете. Сделайте с людьми этого города всё возможное, чтобы мы могли вести непрерывный огонь по врагу. И чтобы у нас была могила для мертвецов, в которой мы их и сожжём. Кстати, об американских пленных — тюрьмы надо освободить. Это будет один из жестов американцам. Пускай они тоже сражаются на передовой. Я сделаю так, чтобы адмирал и его воинство тоже об этом узнали… — я поднялся и двинулся в сторону причала. Очень скоро туда приплывут мои ребята. А мне ещё научить их силовой бронёй управлять… Благо в боевом костюме со встроенным миниатюрным экзоскелетом это будет сделать намного проще.

Переговоры с американцами были жёсткими и долгими. Пришлось провести им внушение, отключая связь и все системы корабля дистанционно, чтобы показать, что в случае чего их «спасение» превратится в гробы. Не хотят сотрудничать — пожалуйста. Но тогда готовьтесь сдохнуть, как сволочи. Вы готовы предать смерти сотню с лишним тысяч человек, и даже своих собственных бойцов, попавших в плен к лимонцам, и всё ради своего «великого» плана? Нет уж. Хренушки. План отменяется в связи с моим прибытием. Как Йель помер, упрямый баран, так и вы сдохнете.

Я сдержал своё слово и попал в тюрьму сразу после причала корабля в городской гавани. Мои бойцы сопровождали меня и вызывали шквал эмоций своим внешним видом у всех встречных.

Я ничего не скрывал от пленных и рассказал им всё как есть. Кто я такой. Зачем я здесь. Почему я вообще ввязался в эту битву, и что насчёт их жизней решил адмирал Мэтью. Я дал им возможность поговорить со своим командиром и купил каждому лично по малой либо средней аптечке, а то они были не очень в хорошей форме, и добавил по сухпайку из запасов с корабля, позволяя вновь почувствовать себя человеком. Сказал, что каждый из них после битвы будет свободным человеком и будет волен отправиться куда захочет. Но если у моряков есть желание — мне и моим будущим кораблям понадобится знающий толк в управлении персонал.

Я не стал требовать от них хоть какой-то ответ сразу и сказал, что просто пусть найдут меня, если выживут. Больше я ничего для них сделать не могу сейчас.

Они отправились к терминалу, в который стояла настоящая очередь, ну а я в это время повёл своих бойцов к стене, параллельно выходя на связь с американцами и продавливая свои требования.

А запросил я много. Очень много. Весь их флот. Ну а чего мелочиться, если они закозлились сразу, когда я был ещё великодушен, да и Афина моя уже держит каждый корабль из их боевой группы, что на ходу — под своим контролем. Взамен я даю им гарантии. Во-первых, каждый из них сможет присоединиться к Круизерам. Во-вторых, я могу каждого из них доставить в Майами к военным соединениям генерала Адамса, который раньше был простым полковником, командиром базы Гуантанамо. И этот пункт был даже мне в плюс, так как мой противник за трон Флориды узнает, что у меня есть боевой флот, авиация и возможность ракетными ударами превратить его военные базы, штаб командования и зоны вокруг Терминалов в выжженную землю в случае войны. Он обязательно будет со мной договариваться.

Американцам с военной базы Кроссбоу только и нужно, что управлять флотом, направляя его в сторону Мариэля. Отклонение от курса — и двигатели выключаются. Судно превращается в безжизненный кусок железа посреди моря, и я просто подожду, пока у них закончится еда, после чего возьму штурмом то, что и так уже принадлежит мне. Сурово, жёстко, даже немного жестоко, но я терпеть не могу сволочей, которые играют человеческими жизнями словно в шахматы. Я так и не увидел у ворот их базы ни одного беженца. Ни одной женщины с ребёнком. Они всех посылали прочь, к Лимону. Чтобы затем просто сесть на корабль и дожидаться уничтожения зомби войском этих бедолаг, которым и сбежать-то из осаждённого города будет некуда.

И пусть это не решение простых моряков и офицеров, а адмирала и его свиты — но, даже у солдата всегда есть решение — мятеж. Я не сторонник мятежей, но если тебе говорят — наплюй на детей, пусть их сожрут зомби… Этого командира можно только повесить на палубе. Ну или скормить акулам…

Они долго сопротивлялись, но я продавил их, пообещав не только выслать боеприпасов, а с учётом внедрения Афины в их локальную сеть, я знал обо всех проблемах, с которыми они столкнулись, но и даже допустить небольшой отряд к терминалу, чтобы они могли купить сами что захотят. Естественно, под моим надзором, да с моими ребятами — даже если они решат предпринять что-то каверзное, их ждёт лишь глобальное фиаско и смерть. Как я уже говорил, каждый заслуживает второй шанс. У американцев после первого знакомства и моего разочарования — он настал. Третьего шанса не будет.

В общем, им были обещаны не только жизнь. А они пытались понять и тянуть время, выясняя, каким образом я парализовал их корабли и как от этого избавиться. Видимо, поэтому командование и согласилось на мои условия, ожидая, что со временем от проблемы они избавятся. Даже больше того, рассматривался вариант моего устранения во время битвы с зомби. Но это у вас вряд ли получится… Афина попросту заблокирует любое оружие, что будет направлено не в ту сторону, что нам всем надо.

Довольный проделанной работой, я показал своим бойцам будущие рубежи обороны и назначил каждого на свой участок стены.

— Командир, наш Сентинел пытаются украсть… — отчиталась Афина, рассказывая о проникших на борт корабля тараканах.

— Секунду, ребята… Посмотрите пока вон ту консервную банку. Я скоро. — отправил я бойцов к окровавленной силовой броне, в которой ещё недавно гордо бежал наказывать меня Йель.

— Что они делают?

— В данный момент они стремительно теряют кровь и конечности. Наталья отдыхала в каюте, когда они вошли…

— А, то есть всё под контролем?

— Да, я просто хотела вам сообщить о происшествии. Простите, что отвлекла — извинилась Афина и замолчала.

— Ты всё сделала правильно. Ты молодец. — похвалил я её и вернулся к бойцам.

— Спасибо! — на лицевом щитке появился образ красавицы, делающей книксен с улыбкой на устах. Давненько я не видел её цифровой образ. Даже соскучился…

— Ну что, бойцы. Нравится?

— А можно помыть прежде чем лезть? — тут же сообразил, что от нас требуется Стивен.

— Но вообще нравится? — с ухмылкой спросил я.

— Да это же прямо как в игре. Он весит наверно больше тонны! — с удивлением осматривал пулемёт на руке один из бойцов.

— Ну, не настолько он тяжёлый… Таких здоровяков ещё попробуй поискать, да и управлять тяжами сложно. Это уже даже не силовая броня, а полноценный мех будет.

— А что и такие есть?

— В работоспособном состоянии не видел. Только каркас недостроенный и каркас поверженного меха.

— Поверженный? — удивились бойцы.

Эх, многое вам ещё предстоит узнать. Да и удивляться таким вещам… Я думал чувство удивления у них у всех уже атрофировалось.

— Так нравится или нет?

— Нравится! — едва ли не хором отозвались они.

— Тогда ай-да в терминал. И запомните, кто где будет. У нас есть всего пару часов, чтобы научиться ими управлять по полной и подобрать подходящее вооружение. А не эти говнопушки и косые пулемёты, что разрядятся за две минуты боя.

— СЛАВА КОМАНДИРУ! — радостно воскликнул один из бойцов, а следом начал подлизываться. — Босс, а дорого он стоит? У меня ОД почти нету… Я перед отплытием потратился, братишке комплект боевого костюма и шлема купил…

— Хватит. На всех нас хватит. Кстати, забыл сказать…

— Что? — Стивен Хинк задал вопрос, который явно терзал всех.

— Это не просто силовая броня. Она улучшенная. С встроенным форсажем и ещё чем-то… А чем мы с вами выясним в течение ближайших пары часов… — обрадовал я их.

Как мальчишки…

— Фиксирую прилив адреналина и учащение пульса у всех членов отряда — зафиксировала датчиками момент радости Афина.

Ну а я про себя всё ещё пытался вспомнить, что означает «Z» в описании модели… Надеюсь, это не функция самоуничтожения…

Пришествие зомби мы оттягивали как могли. Шумели в хвосте орды, растягивали её вдоль шоссе, приманивали к воде, но если их постоянно не подстёгивать, то стоит им намочить ножки, как включаются какие-то инстинкты, и они останавливаются. Причём не только первые ряды, но и задние.

Было куплено более пятидесяти пулемётов, совершено два рейса в сторону базы Кроссбоу, докуплены аккумуляторы для их экземпляров силовой брони, боеприпасы. Они вступили в бой и заминировали территорию вдоль стены, чтобы после прорыва тварей, что произойдёт рано или поздно, отступить и взрывом выиграть себе хотя бы немного времени.

Пушки на борту кораблей начали делать своё дело, а авиация приготовилась бросать бомбы на набегающую орду. Это были отличные, просто феноменальные показатели убийств мертвецов.

Афина в режиме реального времени, отслеживая ситуацию на базе американцев, анализировала наши шансы и успехи в отражении атаки. Появление авиации и дальнобойных орудий кораблей перевернуло ход этой битвы ещё до того, как она началась. Пожалуй, этот город погиб бы за пару часов, если бы я не смог давлением, угрозами и шантажом прийти с американцами к хоть какому-то соглашению.

Таков уж сегодняшний мир. Суровый и не оставляющий шансов на джентльменский подход. Командует тот, за кем сила. Правит тот, кто подготовился лучше и захватил инициативу. Я использовал хитрость, подкрепив своё право поступать подобным образом публичным выступлением в городе Лимон, где ясно расписал возможную судьбу города и его жителей с одной стороны и озвученной аудиозаписью моих переговоров с адмиралом американского флота для простых матросов. Он даже не отрицал тот факт, что желает дождаться гибели десятков тысяч людей, включая детей и стариков под натиском зомби, да и своих собственных моряков он обрёк на смерть. Вряд ли среди его бойцов осталось много тех, кто оценит подобные тактические манёвры.

Обе стороны согласились сотрудничать, и современная военная мощь дала понять, что из себя представляют орды зомби, если не экономить боеприпасы. И судя по всему, американский флотоводец решил, что раз уж у него собираются украсть все его корабли и самолёты, то он украдёт у меня и моих бойцов так много очков достижений, сколько сможет.

Мы же готовились и ждали, рано или поздно растянувшаяся армия мертвецов дойдёт и до наших стен. И единственное, что я могу сказать сейчас, после того как в бой вступили мои и американские козыри, — победа у нас в кармане.

Но, как говорится, дьявол кроется в мелочах! Сейчас битва идёт не только против зомби, но и за людские души. Идёт война за авторитет. Городские жители, беженцы, в ужасе смотрят на проявленную американцами мощь и наверняка многие представляют, что стало бы с их городом, если бы эту мощь они применили против них. Шансов у них было бы немного, и без разницы, сколько там тысяч единиц автоматов и пистолетов у них есть. Они сами создали своей глупостью ситуацию, где американцы развились и собрали огромное число ОД, а сами они разве что патроны, да аптечки могли выкупить.

Их оппонент тоже не спешил стереть в порошок лимонцев, понимая, что патроны приходят и уходят, ОД копятся, а его солдаты открыто считают его человеком с добрым сердцем героя. Самоотверженным, отважным, прощающим обиды и стремящимся всеми силами спасти невежественных местных дикарей от судьбы ужина на праздничном застолье зомби. Он понимал, что в данной ситуации статус-кво вполне себя оправдывает, и его бойцы готовы едва ли не на руках носить своего адмирала. Теперь же его репутация была подмочена моими стараниями. Но если бы он не стал ждать и обрушил бы ракетный ливень, и металлический град из корабельной артиллерии на город — он стал бы для своих солдат дьяволом во плоти. И репутация его, вместе с авторитетом, ушли бы на дно. Может, и смог бы он как-то это объяснить, но им пришлось бы идти и разбирать завалы, лицезрея погибших. А Лимон — это не только бандиты, но и беженцы, от которых они сами же и отказались. В общем, хорош был его план, убить двух зайцев сразу, показав солдатам, что они сделали всё, что могли, а местные сами себе дураки.

Но я решил не следовать чужим интересам и вмешался в это дело. Быстрая разведка, внедрение в город, демонстрация силы и гибель бывшего лидера полубандитского правительства города помогли сделать следующий шаг. Эффективный взлом и взятый под контроль авианосец, а после него и остальной флот отвечали моим интересам, а интриги адмирала подарили мне надежду на сохранение в последующем хоть какого-то состава моряков на этих стальных красавцах, готовых бороздить моря и океаны уже под новым флагом. И если всё пройдёт как надо, Лимон и находящийся рядом с ним завод тоже станет нашим форпостом в этих землях. Узкий перешеек земли легко контролировать и оборонять. Да и с этими ордами зомби, прущими от самого Техаса и Мексики, стабильно будут приносить нам ОД. В общем, тут действительно и торговля, и приток столь необходимых для наших проектов очков достижений и ресурсов. В том числе человеческие. Плюс терминал с крайне полезным содержимым. Создать несколько взводов бойцов в силовой броне — это практически равносильно танковому взводу. Но со своими плюсами и минусами.

В общем, сейчас каждый старался как мог ради своего статуса и авторитета. Ради бойцов, которым будет предложен выбор. Я не жду, что многие останутся из американцев, всё-таки я для них чужой человек, да ещё и собравшийся украсть их флот, а значит априори враг. Но всё равно попробовать я обязан. И сделать я могу не так уж и много сейчас. Слишком уж рьяно за дело взялись вояки.

Первая стайка зомби, что уже окружила целиком и полностью базу американцев, добралась до нас только через три часа сражения. Переоборудованные и вооружённые бойцами с огнестрельным оружием катера проредили небольшую цепочку зомби ещё сильнее. Но в этот самый момент с территории военно-морской базы в воздух взвилась красная сигнальная ракета — символ к отступлению. Больше удерживать эти рубежи они не могли. Снаряды перестали разрываться ещё раньше, а самолёты не рисковали сбрасывать неуправляемые ракеты у стен базы.

Ещё через пять минут мы услышали громкий взрыв, что подорвал передний край обороны американцев и создал между грузящимися на борт моряками и зомби небольшой разрыв.

— Командир, нам всё же оставили десерт… Удивительно живучие твари… — заметил со стены Стивен Хинк, смотря в снайперскую винтовку. — До самого горизонта сволочи…

— Заползай в силовую броню. Сейчас начнётся веселье… — «обрадовал» я всех стоящих вокруг и сам отправился к своему агрегату.

Да, в моём красненьком боевом костюме, что выделяется размером и толщиной защитных сочленений, в силовой броне мне теснее всех остальных. Но компенсирую это опытом. Представлю, будто это моя вторая кожа.

— Всем экипироваться в броню. Мы начинаем. Скоро к нам присоединятся наши дорогие соседи всем личным составом, и мы обязаны показать себя в полной мере. Пусть видят, что мы тоже не лыком шиты и способны на многое, а силовой бронёй управляем не хуже, чем они.

— Босс, не переживайте. Вы нас столько гоняли, что аккумуляторы разрядились, и мы новые ставили для битвы. Вряд ли у них был хотя бы шанс настолько близко познакомиться с этой техникой! — по внутреннему каналу связи донёсся голос бойца, что схватывал всё в управлении техникой буквально на лету.

Даже больше того, он каким-то образом сумел выяснить, что означает неизвестная буква в расшифровке названия силовой брони. Кроме того, что она была с форсажем, чудо-инженеры, создавшие это великолепие, добавили в неё не самоуничтожение, о чём я так переживал, а куда как более практичную систему миномётного огня. Но нам не повезло, это было дополнительное оборудование и подходящего в нашем терминале не оказалось. Крепилась она на спине, в специальные пазы, и если мы найдём её, как я когда-то нашёл боевые ранцы для наших стандартных костюмов, то увеличим боевой функционал армии Круизеров в пару раз. А с учётом помощи Афины в наведении и автоматическом ведении огня… Останется только наловчиться перезаряжать эту миномётную систему.

Рюкзаки, к слову, за ненадобностью мы скрыли на нашем Сентинеле. И за его безопасность особо не беспокоились… Разве что ручками диверсанты потопят, но суицидников в этом городе, кажется, больше не осталось.

Мимо промчались довольно сносно экипированные за свои собственные и наши, круизеровские очки достижений бывшие пленники и узники тюрьмы. Я не занимался амнистией местных — это сделали сами правители города. А вот бывшие моряки от меня получили подарки, за что были рады и довольны. И когда самый возрастной из них, полковник, спросил, где им ещё предстоит сражаться, в случае победы у стен города Лимона, я ответил в США — они словно даже оживились и в себя пришли, воспряли духом. Когда же я им сказал, что мы кое-как, худо-бедно, но сотрудничали с армией США во Флориде и, возможно, это сотрудничество будет возобновлено, а они отправятся в этот неспокойный регион, поддерживать там порядок и безопасность — так и вовсе распрямили спины, желая поскорее получить аптечку и оружие.

— Все инъекторы подготовили? — задал я последний вопрос своим соратникам, подходя к стене.

— Так точно! — ответили они мне.

— Применять только в экстренных ситуациях. Сами знаете, какие последствия бывают. У вас ещё и большая доза, а не таблетка…

Маленькая хитрость и подарок от меня, с учётом возможных форс-мажоров на передовой. Если всё пойдёт вразнос и случится что-то непредвиденное, защищать стены станет невозможно и битва переместится на землю, и бойцы мои начнут сражаться врукопашную — заряд бодрости им не помешает. Управлять силовой бронёй довольно тяжело, даже с учётом двух экзоскелетов, встроенных в саму броню и боевой костюм. Выдохнуться очень легко, особенно с учётом потенциальных тысяч зомби, что облепят моих бойцов со всех сторон.

— Афина, держи под контролем перемещения и приказы американцев, да и местных тоже. — попросил я её.

Наташа была в резерве. Если что — силовая броня и ей была куплена, но всё равно ценность моей помощницы не в битве на передовой, а в прикрытии нашего тыла. Невидимый клинок, способный отправить на тот свет любого — действует отрезвляюще даже на фанатиков.

Впереди были слышны стрёкот автоматов и гул от выплёвывающих свинцовый дождь пулемётов. Зомби падали как подкошенные, лишь изредка добегая до ямы, заполненной тягучими нефтепродуктами, что только ждали возможности весело разгореться.

Я поднялся вверх и заметил, как быстро уезжает, развлекая зомби, полицейская машина, уводя основную волну тварей вдоль стены к берегу моря южнее города. Минута, и он домчался до берега, а машина осталась привлекать внимание зомби. Шустрый лимонец прыгнул на подогнанный водный мотоцикл и проехал мимо готовящихся к стрельбе морских отрядов защитников города.

Мы готовы… И протянувшаяся в нескольких сотнях метров от города орда, что начинает разбредаться во все стороны — тоже. Американские корабли тоже доплыли до берега и начали высаживать бойцов. Те бежали мимо гражданских. Женщин и детей, что попросту ютились на улицах, ведь все дома были битком забиты жителями и беженцами, перекочевавшими в наиболее безопасную часть города.

— Ну что же, вот и первая волна… Посмотрим, насколько надёжен этот волнорез, что мы возвели. Афина, сколько зомби осталось по твоим прогнозам?

— Я смогла провести примерную оценку численности орды до и после начала сражения. Из двух миллионов двухсот тысяч особей американской армией было уничтожено от пятнадцати до тридцати процентов мертвецов. — отчиталась моя помощница.

— Так мало? — я удивился её словам.

— Тела зомби выступали щитами и уберегали других от эпицентра взрывов. Многие погибли, но получили ранения и травмы в разы больше. По моим оценкам, лишь тридцать процентов зомби от первоначального числа не понесли никакого ущерба от действий армии США. Остальные ранены и покалечены и продолжают свой путь к нам. Впрочем, он, вероятно, займёт у них чуть больше времени.

Я лишь улыбнулся прогнозам моей помощницы. Американцы показали, что такое мощь и сила, но в основном они лишь ранили, а не убили основу этой орды. А значит, мне и моим бойцам, да и лимонцам предстоит ещё много работы.

К яме прибежали практически единовременно сотни мертвецов, а ещё больше свалились на землю до неё, подкошенные пулемётными очередями. Одиночные выстрелы из стрелкового оружия пытались добить упавших, чтобы те больше не ползли и не пытались подняться. Начался долгий штурм ползающих мертвецов оплота человечества в этом регионе. И тысячи патронов ежесекундно отправлялись вперёд, проливая проклятую кровь изменённых.

Оборона города — это не только стрелять со стены по набегающим зомби. Это ещё и своевременно подносить патроны и заряжать обоймы. Под городскими стенами сидели в разы больше людей, чем было наверху. Они лязгали прикладами, запихивали патроны в пропахший порохом рожок автомата, кидали это всё носильщикам. Те в свою очередь взбирались наверх по лестницам из машин, сложенным рядами блокам и кирпичам, таскали на себе сумки и передавали тем носильщикам, что бегали по самой стене, передавая оружие или магазины солдатам, что вскинули вверх руку — знак закончившихся патронов.

Во рву, в липкой жиже барахтались и плавали уже тысячи тел. И тысячи литров крови увеличили объём жидкости в яме. Я подождал ещё немного, и к тому моменту, как между нами и зомби установилось хрупкое равновесие, дал команду поджигать. В сотне метров от рва уже рвалась вперёд вторая волна… Куда как более плотная, опасная и внушительная. Более опасная… Инстинкты должны были бы сберечь их от огня, но мы слишком аппетитные и громкие. Зомби ни за что не пропустят такое приглашение на ужин. Жаль только, что огонь не особо быстро их убивает. Впрочем, пятиметровый столб огня щедро подпитывался спешащими на рандеву с городом Лимон мертвецами. Словно дрова они падали в яму.

Полчаса стихия боролась с ними, и всё же трупы заполонили яму, потушив пламя огня по большей части рва. Ну, хоть немного это продлило данную стадию битвы. Дальше они начнут медленно своими телами организовывать гору под стеной и рано или поздно доберутся до нас. Тогда всё станет слишком опасно.

Настало время очередного козыря. А заодно покажем разгорячённым от битвы американцам, почему силовая броня — это крайне эффективное оружие в умелых руках. Я ведь мог бы и пару танков купить, чтобы они просто ездили перед стенами, давя зомби в кашу… Но всё-таки я решил бросить вызов их гордости и доказать, кто здесь самый лучший и опытный командир.

— БОЙЦЫ! ПРИГОТОВИТЬСЯ К БИТВЕ! — дал я команду своим круизерам.

Сильнейшие воины, что у нас были. Элита, прошедшая ад и оставшаяся живой. Число убитых ими мертвецов будет сложно сосчитать, а их тела за несколько месяцев непрерывных битв превратились просто напросто в идеальное оружие для убийств жалких зомби.

Лязгал металл, грохотали стальные латы. Моя гордость отбросила бесполезные против такого количества тварей штурмовые винтовки. В правом манипуляторе вместо энергозатратного пулемёта, работы которого хватит в лучшем случае на минуту или две, с лёгкостью сияла стальная двуручная алебарда. В левой — у кого-то был двуручный молот, у кого-то огромный двуручный меч.

— Шинкуйте этих тварей. Давите их ногами. Не останавливайтесь ни на секунду. Идите вперёд и не думайте ни о чём, кроме смерти монстров!

Вдоль всей стены, прошедшие экспресс-обучение лимонцы зарядили и отправили вниз смерть. Однозарядные и дешёвые гранатомёты создали больше сотни взрывов на всём протяжении стены, и в бесконечном потоке накатывающей армии мертвецов появились бреши.

— ВПЕРЁД! — дал я команду, и два десятка воинов отправились в самое сердце ада, чтобы, вертясь и шагая по трупам врагов, пожать плоды, уничтожить наших врагов и войти в историю новой Земли.

И я был первым, кто сиганул со стены в эту бездну…

Преимущества силовой брони — в её крепости и весе. Если на тебя навалятся сотни зомби и погребут под собой — ты не умрёшь. Не раздавит тебя их масса. И в отличии от обычного боевого костюма, тело не будет лишено подвижности, ты не задохнёшься от вони гниющих тел. Броня способна выдержать даже намного большие нагрузки, для которых она создавалась. Даже если танк прокатится по тебе — скорее всего ты даже не пострадаешь. Броня, безусловно, возможно и придёт в негодность, но ты останешься целым.

Второе важное её преимущество — военный, полноценный, тяжелый экзоскелет, позволяющий двигать руками и ногами даже если к ним примотана тонна груза. Мы просто топтали мертвецов первые мгновения после нашей битвы, не замечая преград, а как только они приливной волной бросились на нас — пустили в ход намертво сжатое оружие. Один взмах — несколько трупов или переломанных тел зомби. Кто-то шёл вперёд, размахивая крушащим кости и рассекающим тела на части подарком из Терминала, кто-то просто крутился на месте, создавая вокруг себя холм из мёртвых тел. Это было похоже на какую-то игру в телефоне, где одним взмахом ты разрезаешь прущую на тебя нечисть и идёшь дальше.

Третье наше преимущество было тем, что в отличии от американцев, которые бы сдохли от усталости через пять минут подобных «танцев с клинками и нечистью», мы были экипированы в боевые костюмы. Да, лишь у меня была более мощная модель, но даже костюмы рядовых бойцов оснащались своими собственными, миниатюрными, в сравнении с теми, что были в силовой броне, экзоскелетами. Мы были как матрёшки, но это нам помогало. Так и создавалась эта технология. Получалось нечто-то вроде двойного рычага и для управления манипуляторами — толстыми и тяжёлыми стальными руками силовой брони требовалось в разы меньше усилий. Собственно, не просто так мои бойцы в их довольно скромных по размеру боевых костюмах идеально помещались внутри силовой брони. Это я, с кряхтением влез, а вот они были словно влитые в этом оружие массового уничтожения зомби. В общем и целом, с учётом профессиональной подготовки моих ребят — я ожидаю, что они часов десять вот так при необходимости протанцуют. А потом, если зомби не закончатся — настанет время стимулятора, что я им выдал для битвы.

Стимулятор был из личных запасов, трепетно выкупаемым и искомым в Терминалах, с приставкой «ПВ». То бишь — последующим восстановлением. Любой другой тип боевой химии был возможен только в случае крайней степени задницы для всех нас. Против людей и зомби использовать их можно, но лучше обойтись. Без знающих командиров и понимании важности каждой секунды в спасении жизни такого бойца, получившего дозу химии — всё гарантированно закончится похоронами. Вот где её использовали постоянно в моих снах — так это в сражениях на военных базах при штурме инопланетной падали. Там всё равно шансов не много. Враг разумен, в отличии от зомби, зачастую многочисленнее и технически совершеннее. Любое их оружие и техника может с лёгкостью сравниться с самыми продвинутыми покупками из терминала. У нас изначально лишь одно преимущество — оборона.

А вот с зомби прямо сейчас мы имеем в разы больше преимуществ. И одно из них — моя Афина, которая даже несмотря на накрывшую с головой моих бойцов волну зомби продолжает им помогать и говорить, куда двигаться. В этом море не то, чтобы это имело значение, ведь куда не пойди — везде зомби. Просто между бойцами надо удерживать расстояние. Каждый держит свой сектор обороны. Мы стали волнорезом, который уничтожает врагов даже быстрее пулемёта, ведь каждый наш удар — фатален для врага, в отличии от пули, которой надо ещё попасть в уязвимое место вроде позвоночника или мозга.

Слева от меня Афина оценила число навалившихся зомбарей как слишком большое и дало команду к применению форсажа. Я это увидел на дисплее, так как меня самого застилала гора зомби, раскидываемая размашистыми движениями. Я был бы не я, если бы показывал результаты хуже, чем у моих подчинённых. Длинное и прочное оружие в моих руках выполняло ту же функцию, что и коса в руках крестьянина сотню лет назад. Я также делал небольшой шаг вперёд и скашивал тварей, не замечая особого сопротивления. Хорошо подготовленное, тяжёлое оружие в этом очень даже помогало. А даже если бы его не было — просто размахивая стальными руками получалось бы делать тоже самое, пусть и на меньшей площади.

Вспышка света от промчавшегося пятьдесят метров вперёд на форсаже бойца, скинувшего с себя всех до единого зомби и приземлившегося в место посвободнее заставила меня ускориться. Важно оставаться на одной линии. Иначе те, кто впереди — рискуют оказаться погребёнными заживо. Это не станет смертельной проблемой — но снизит эффективность бойца, ведь ему будет тяжелее и труднее шевелить конечностями, нагрузки возрастут и он быстрее устанет.

— Прибавить шагу! — скомандовал я и стал нагонять соседа, круша черепа своих врагов стальной поступью.

Что мне нравилось в моих бойцах, так это их подход к битве. Они уже всем Круизерам доказали, что являются первоклассными солдатами, истребителями зомби. На их счету тысячи и каждый из них прошёл со мной огонь и воду, многие даже с самого начала, участвуя ещё в первых зачистках на лайнере. Но это не превратило их мозги в воспалённый от чувства собственной важности орган и мои команды они исполняли чётко, следуя указаниям и стараясь не задавать лишних вопросов. Это и отличало мою гвардию от бойцов адмирала, которые тоже, подзарядив костюмы пришли на стены города, помочь в этой битве. Но ни у одного из них не было подходящего в этой ситуации оружия. У каждого огнестрел. У каждого высокая боевая мощь против бронированных противников, укреплений, разумных людей… Но против зомби их силовая броня менее эффективна, чем старенький БМП, который может их просто ездить и давить. Так и стоят они наверху, стреляя и ожидая, пока остынет оружие, закреплённое на манипуляторах. И сейчас все, и солдаты, и городские жители видят разницу в эффективности. Я бы не смог прийти к такой ситуации, если бы мои ребята не верили в меня, своего командира. В мои навыки, знания, опыт и предвидение. Они знали о наличии ИИ, верили в то, что я был едва ли не рождён ради спасения людей в этой бойне, пройдя через «божественные сны», подготовившие меня к этой миссии и были готовы слепо броситься в бой по моему приказу, не сомневаясь в моих моральных качествах. Я не кину их в бой, чтобы отсидеться за спинами и убежать из опасной битвы, что пошла не по плану.

Позади вновь начало светить пламя пожара, пробившееся через завал трупов. Значит, оставшиеся на стене выполнили мою рекомендацию и подлили бензина, чтобы очистить прилегающую к стене площадь от трупов. Смрад пожара не так ужасен, как вонь гниющего зомби, что дышит тебе прямо в лицо, брызжа слюной от голода.

Снова кто-то один использовал форсаж, разогнавший тяжелую стальную оболочку до приличной скорости. Будто бронепоезд он протаранил зомби на своём пути, превращая их в калек, что только и делают, как кричат и просят поскорее их добить укреплённой металлической пяткой ботинка.

— ВЫРАВНИВАЕМСЯ! — прокричал я, срезая, словно косарь, очередных жертв этой внеземной агрессии. — МИЛЛИОНЫ ПРИШЛИ К НАМ ЗА ПОМОЩЬЮ! МИЛЛИОНЫ ЖДУТ, ЧТО МЫ ОСВОБОДИМ ИХ ДУШИ ОТ ОКОВ ФАЛЬШИВОГО БЕССМЕРТИЯ! ВПЕРЁД!

Мы шагали вперёд, создавая единую линию зомбирезов, привлекая к себе внимание тысяч и тысяч тварей…

— СЛИШКОМ ДАЛЕКО ОТ СТЕНЫ! — прокричал я, давая команду своим бойцам. — КОСИМ С ОТШАГОМ НАЗАД. ФОРСАЖ ТОЖЕ В СТОРОНУ СТЕНЫ ДЕЛАЕМ ЕСЛИ ПОНАДОБИТСЯ!

Мы двинулись спиной вперёд, продолжая делать свою работу. И лишь тяжёлое дыхание сильных и волевых людей в общем канале связи, что не жалуются, а делают то, что должно, раздавались в голосовом канале. Изредка были слышны выстрелы, пришедшиеся в зомби рядом с нами, или даже шальная пуля прилетала по нашим доспехам. Но силовую броню этого типа сможет пробить только что-то более мощное и сильное. Намного более разрушительное. А прихлопнуть нас всех разом — у американцев просто нет никакой возможности. Да и не суицидники они… Понимают, что в таком случае никто не будет держать авангард и позволять спокойно отстреливаться. И доползшая до середины стены толпа мертвецов уже дала понять, что из себя представляет это зомби-цунами. Для них, как и для города — это смерть. Поэтому я не беспокоился о возможном предательстве, несмотря на очень сильную обиду и горящую кровь внутри вражеских офицеров и командиров. Мы все здесь на одно стороне — на стороне живых. Поэтому мы молча продолжали делать своё дело.

Здесь есть лишь жизнь и смерть. Много жизней позади. И много смерти перед нами. Не о чем здесь говорить. Надо работать. Много работать… Сейчас, в лучах заходящего солнца Афина прислала нам очередной отчёт, собрав и проанализировав данные. Других они повергли бы в ужас, но нас лишь раззадорили и заставили крепче сжать манипулятор.

Мы уничтожили больше половины армии живых мертвецов. Самую живучую и быструю. Остальные не такие шустрые, многие получили травмы и раны и ковыляют сюда огромной толпой побитых и покалеченных тварей. И пусть их ещё огромное количество — если мы будем продолжать в том же темпе, то к рассвету эта битва закончится.

«Господин, фиксирую небольшую группу зомби идущую с Севера и отряд в несколько сотен выживших в составе военной колонны, идущей с юга»

— Словно мотыльки, что летят на свет… Надеюсь эта колонна не решит нам помочь… Спасать их шкуры в данных обстоятельствах будет довольно проблематично… — размашистым ударом отправил я в лучший мир шестёрку зомби и сделал ещё один шаг, слыша хруст костей под ногами…

Сегодня мы заработает много очков достижений… Мои бравые гвардейцы, если захотят, каждый сможет создать за свой счёт свою собственную базу у незанятого терминала. И я поддержу их желание. Каждый из них однажды станет моим полевым командиром.

В памяти всплыли далёкие воспоминания того, как я ходил с дедом по сибирскому лесу, собирал дары природы. Ещё совсем маленький, не знающий горя. И точно также хрустели ветки под моими ногами. Вскоре деда не стало, а мои так называемые родители, что и до этого не особо старались с воспитанием, окончательно упали в пучину бездны и асоциального образа жизни. Я остался один на один со своими страхами. А вскоре к ним добавились и мои кошмары, где маленький ребёнок с оружием в руках бежит убивать зомби в теле взрослого мужчины.

Интересно, а я один такой на этой планете? Или всё же у меня есть собратья, что помогут защитить нашу Землю? И самый главный вопрос… А почему вообще именно я?

Увы, задать их мне некому… Остаётся лишь стиснусь зубы и продолжать косить зомби… Я потратил много ОД при подготовке к этому сражению. Это моя инвестиция в стабильность региона и репутацию Круизеров в этих краях. Но мы отобъём с лихвой эти затраты… Впереди нас ждёт долгая… Очень долгая и утомительная ночь.

— Ну что же эти твари так медленно ползут? — раздражённо вздыхал Стивен, видя, как плетутся последние трупы. — Может, есть желающие сбегать и добить их?

— Там всего тысяча… Может, две. Нет уж, спасибо. Устал я танцевать, — ответил его коллега, помогавший управлять Сентинелом и исполнявший на корабле свои собственные задачи.

— Может, американцам дадим размяться?

— Да они уже спят там на спине, кажется…

— Так, тихо, а то ишь, расшумелись. Вон наши неожиданные гости поехали внести свою лепту в мирное будущее. Хотя, соглашусь, мне эти зомби теперь будут сниться, скашиваемые как пшеница в поле… — остановил я общий гомон и заметил, как выдвигаются в сторону остатков зомбарей мегаорды неизвестные бойцы. — Если повезёт, они и вторую группу зомби встретят…

Далеко в стороне от нас что-то громко взорвалось.

— Американцы свою базу отбивать пошли… — констатировал я факт, развернувшись и повёл свой отряд обратно в сторону города.

— А как мы в город попадём? Всё телами завалено, — поинтересовался капитан Сентинела.

— Растаскивать придётся. Как иначе…

Дружный вздох разочарования дал понять отношение ребят к работе. А ведь нам и без расчистки этого поля боя хватает, чем заняться. Ребята устали, ведь на ногах они находились задолго до начала битвы. У них подсели свои собственные батарейки. Энергии не хватало, и в их костюмах, подзарядить которые нужно было в первую очередь. Силовая броня также нуждалась в зарядке. И я сомневаюсь, что в городе хватит достаточно мощных генераторов электроэнергии, чтобы зарядить все и сразу. Да и просто скинуть всю защиту и сидеть, ждать подзарядки — не вариант.

— Делимся на две группы. Первая со мной занимается зарядкой и охраной боевых костюмов и силовой брони, вторая ест, моется и отдыхает. Сейчас — идеальное время для диверсий и попыток нас уничтожить, сведя на нет все наши старания. Вторая группа сменит первую через шесть часов. Вечером, если всё пройдёт хорошо, отплываем из города. Добровольцы в первую десятку есть?

Вызвались почти все, хоть я и видел, что у многих из них сил едва хватает шевелить ногами. Но они просто не могли себе позволить проявить слабость, в то время как я пойду и дальше трудиться. Хотя у меня уже заканчивались вторые сутки на ногах. Только вот я активировал всё-таки стимулятор во второй половине ночи, когда начал засыпать от усталости прямо во время битвы и потерял практически полностью концентрацию. Так что теперь я живчик и буду таким ещё всё те же шесть часов. А потом… Меня будет даже выстрелом из пушки не поднять.

Но как и любой труд должен быть вознаграждён, так и мы, растолкав кучу зомби и пройдя через городские ворота, удостоились своей награды. Тяжкий труд ради себя — это одно. А когда ты делаешь это ради других… Аплодисменты, шум, крики поддержки. На нас смотрели как на героев. Наш труд оценили. По крайней мере, все те, кто был здесь, за редким исключением — отдали нам должное и сопроводили возвращением моих воинов бурными овациями.

Хех, видимо, на контрасте с бойцами американцев, которые истуканами простояли на стене всю ночь и лишь отстреливались, мы и выглядели столь величественно в этих пропахших смрадом смерти доспехах, что требовали срочной чистки. Наши доспехи и наши души требовали освежающей морской воды, что смоет усталость и грязь. И мы её получили в порту, прошли в сопровождении поверивших в чудо людей. Случались даже столь символичные моменты, когда к нам подбегали то дети, то женщины, и пытались всучить какие-то подарки. Стивену Хинку так вообще плюшевого медведя подарила одна очаровательная курносая девчушка.

На портовой площади мы остановились, и я собрался с мыслями, после чего произнёс довольно короткую, но трогательную речь для собравшихся людей. Идеальный момент, чтобы закрепить свой статус и возвеличить имя Круизеров. В конце, извинившись, сообщил, что мы немного устали и нам надо бы привести в порядок наши доспехи, зарядить их, ведь зомби не дремлют, и в сотне километров к северу разведчики заметили очередную орду зомби. Крохотную, по сравнению с нынешней, а может и отколовшийся кусок. Придут они не скоро и не станут проблемой для жителей Лимона, но уж лучше и мы будем готовы к этой встрече.

Мы ушли под крики благодарности людей. В основном, конечно же, кричали беженцы, которые своими глазами смогли оценить огромное, заваленное телами поле боя. Если бы не мы — среди мертвецов были бы и их тела… Слухи в таких городах — естественный источник информации. А моя перепалка с бывшим главой города произошла на глазах у многих. Как и смерть этого идиота. А затем «внезапно» ворота открылись и всех едва ли не силком загнали в город. Совпадение? Я знаю, что это не так. И они в большинстве своём думают также.

Пока бойцы прямо рядом с Сентинелом ныряли в воду и смывали грязь и кровь со своих доспехов и занимались дальнейшим обслуживанием нашей высокоэффективной добычи, я вылез из своей силовой брони и отправился в костюме Берсерка воевать за стол переговоров.

Сейчас, когда кризис миновал, местные «бароны» захотят отжать себе как можно больше власти и влияния. Я же слишком устал, чтобы играть с ними в различные игры. Надо сразу, пока свежи в их памяти воспоминания о том, с кем они говорят и на что мы способны, — добиться максимально выгодных для себя условий.

Меня устроит, если этот город будет независимым и свободным. Круизеры — это не империя, которая либо захватывает всё и вся, либо сжигает города, не согласившиеся на её тиранические условия. Постепенная ассимиляция — лучший из возможных вариантов. Так эти пятеро новых правителей города будут ощущать, что они здесь власть. Так они будут стараться расширить своё влияние и власть. Так они будут мечтать уничтожить зомби, открыть тяжёлую бронетехнику и создать свой собственный взвод бойцов в силовой броне. Правильная мотивация и личный пример — прямой путь к стабильности в регионе.

Переговоры выглядели скорее моим монологом. Я говорил практически час, рассказывая им своё видение, донося истинное положение дел на планете. Говорил, что происходит в США и почему Круизеры будут той силой, от которой зависит весь этот регион. Я расписал им несколько вариантов судьбы их города и их личной, в случае наших внутренних конфликтов, и особо отметил, что каждый из них данный мной второй шанс использовал правильно, и поэтому я верю в их адекватность и желание быть кем-то большим, нежели обычный глава банды, которого через месяц или два сместят свои же более дальновидные помощники, как это случилось с Йелем, по сути… Я верю в них и готов оставить в качестве эксперимента самые широкие полномочия каждому из них, создавая Совет хранителей города Лимона. И с этим советом я готов заключить союз.

Мы построим базу на месте американской, чтобы удобно было торговать и совместно защищать эти земли. Мы готовы оказать помощь в восстановлении завода, который ещё долго будет питать город во время торговли с нами и другими торговцами, которые через пару месяцев придут в себя и начнут бороздить новый мир, прошедший через горнило войны с зомби. В городе появится наш постоянный представитель, который будет помогать им решать проблемы и давать советы при необходимости. Торговля, беженцы, найм отрядов наёмников — всё будет проходить через него, как и заказ товаров, необходимых для жизни города. Нам есть чем меняться… Само собой, у нас будет свободный доступ в их Терминал, а иначе от Совета попросту нет никакого смысла, и проще захватить этот город, прислав отряд таких как Наталья и убрав с шахматной доски всех сомневающихся в нашей способности захватить власть в этом городе.

И пусть таких как Наташа у меня больше нет — этого они не узнают. И несмотря на все широчайшие полномочия совета и их самостоятельность, думаю, они в полной мере осознают, что с сегодняшнего дня они станут моими сателлитами, марионетками, вассалами.

— А американцы? — задал вопрос один из них.

— Они уйдут. Или останутся. Решать им. Но корабли я заберу себе. По праву сильного.

— Но они могут начать оказывать сопротивление… — заметил ещё один.

— Тогда их будут ждать последствия… К слову, их адмирал снова начал окапываться на бывшей военной базе после зачистки, а значит, он решил сыграть со мной. Я вынужден вас покинуть и покончить с этой маленькой и нахальной проблемой… — Я поднялся и покинул здание штаба. Но перед тем как начинать переговоры и отправиться к нашей машине связи, вновь пошёл к воротам города, чтобы встретиться с нашими неожиданными помощниками, прибывшими с юга.

«Армия Панамы» — вот что я увидел на их шевронах и протянул руку, поприветствовав командира бойцов.

— Михаил Листопадов. Глава межгосударственной военной организации Круизеры, занятой освобождением Карибского Архипелага и других мест… — оглянулся я на городские ворота. — От зомби нашествия.

Офицер уже хотел было открыть рот, чтобы представиться, но резко закрыл его и широкими раскрытыми глазами уставился на меня.

— Что? Вы и есть те самые Круизеры? Михаэль, что освободил Кубу и обставил американцев? Как я сразу не догадался, увидев ваш костюм!

— А? Вы обо мне слышали? — удивился теперь уже я. — Костюм как костюм… Красненький…

— Ну конечно! Если хотя бы половина того, что о вас говорят, правда, то вы живая легенда! Это воля богов, что мы с вами встретились! Наконец-то хоть где-то удача повернулась к нам лицом! От лица правительства Панамы, позвольте пригласить вас в ставку верховного главнокомандующего! Нам нужна ваша помощь, Михаэль. Панаме нужны Круизеры!

— Эх, приятно… — растянулся прямо на городской набережной Стивен Хинк, слушая мой пересказ разговора с панамцами.

И я его понимаю! Мы все испытываем примерно схожие чувства. Признание, гордость, удовлетворение. Одно дело — здесь, в городе, который мы защищали, получить признание. А другое дело — услышать, что в тысячах километрах от нашей базы о нас не просто слышали, а знают и с радостью готовы начать сотрудничество.

Переговоры с американцами в итоге пришлось вести в сжатые сроки, демонстрируя им полную глубину той бездны, в которую они попали. Мне здесь не нужны вражеские войска, контролирующие торговлю, нефтезавод и сам город. Только лояльные местные войска, готовые к полноценному сотрудничеству. А бойцов адмирала Мэтью Линкольна лояльными назвать у меня язык не повернётся. Слишком далеки они от того, чтобы воспылать ко мне и моим бойцам уважением и желанием служить вместе. По крайней мере сейчас, после горячки боя, во всех своих бедах они решили винить именно Круизеров и мой отряд. Офицеры спорили, солдаты их слушали. Ну конечно, такой «шикарный» план им испортили. Ничего, день два пройдёт, придут в себя, взглянут на всё трезвым взглядом.

Бывшие пленные, и те наполовину разбежались, вернулись к командиру, который их однажды предал. Остальные же… У кого-то в городе за время службы появились романы, кто-то решил ни от кого не зависеть и подался в наёмники, сколотив свою банду. В общем, служить у нас и двух десятков людей не наберётся. По крайней мере, сейчас.

Пришлось с их адмиралом поговорить ещё раз, и опять же не лично. Я не дурак, во вражеское логово не полезу. Непробиваемых доспехов не существует. А мои на зарядке стоят до сих пор, так что от вооружённых и злых моряков и пехотинцев я собираюсь держаться на почтительном расстоянии, во избежание происшествий. Слишком сильны в их головах убеждения о том, что они армия номер один в мире. Не могут они принять, что армии у них больше нет. Есть сотни и тысячи обособленных военных подразделений, не связанных более с Вашингтоном. Белый дом замолчал навеки, Пентагон не может связаться со своими подразделениями. Ещё и обстановка в тех частях, где связь каким-то образом восстановилась — далека от нормальной. Субординацией в большей части военных подразделений и близко не пахнет. Военные тоже люди и хотят охранять свой дом и своих близких, а не пузатых чиновников в тысяче километров от своего дома.

То ли дело Панама! Вот уж где для нас поле непаханное возможностей!

И я всерьёз рассматриваю вариант смены нашего вектора развития с американской земли на Латинскую Америку. Завод одинаково мёртв, что там, что тут. Терминалы тоже везде есть, как и зомби с людьми, что нуждаются в помощи. Но если в Центральной Америке у нас больше возможностей и, как оказалось, нам рады в целой стране, то зачем зачем нам пытаться биться лбом об закрытую дверь? В США подобного отношения и близко нет. Там только через кровь, пот, боль мы можем идти вперёд, остерегаясь каждого куста в незнакомом регионе. Ведь пушек в этих землях столько, что даже у детей есть свой арсенал.

И взять в противовес Панаму: больше четырёх миллионов человек населения, четверть из которых жила в столице. Панамский канал — экономическая артерия прошлого мира и возможность для нас активно проводить свои операции на западной части двух Америк. Альтернативный путь — через пролив Дрейка, разделяющий Южную Америку и Антарктиду — слишком далёк для подобных целей. Тем более, что топлива у нас, как и у всех, слишком мало для подобных рейдов. Если хотя бы некоторые нефтеперерабатывающие заводы заработают, а скважины продолжат бурение — мы станем куда как мобильнее и опаснее. Ведь огромное количество техники сейчас просто гниёт и ржавеет без шанса на использование по своему целевому назначению.

Но именно в Панамском канале и кроется проблема. Ведь он заблокирован в данный момент, требуются огромные ресурсы для восстановления его работы и спасения. Северная часть Панамы по большей части контролируется военными и местными отрядами самообороны. Да, они тоже активно ведут бои с зомби и сюда прибыли с целью пополнить свои ряды, нанять добровольцев и наёмников для наступательной операции. Оттого и пригнали много транспорта. О городе наёмников и банд они узнали от беженцев, что не стали ждать у моря погоды и отправились южнее. Так что их прибытие в такое время — не более чем случайность. А вот то, что они знают обо мне — уже совершенно другое дело.

Отправленный несколькими днями ранее мой командир «Молота», старина Гарри Свенсон, совершил остановку, пополнил провиант, поторговал с местными и пощеголял в своём костюме, показав мощь и развитие Круизеров как раз в районе Панамы. Попутно помог отбить нападение на городок, где располагались подразделения военных этой страны, и завоевал их уважение. Застолье в честь победы перешло в более близкое братание и знакомство, после чего и пошла слава о Круизерах и их подвигах по панамской земле. Гарри ещё и приукрасил многие моменты, судя по всему, объявив уже, что мы чуть ли не полноценные правители Флориды и всех Кариб. И вот эти слухи распространяются среди военных и выживших, они сражаются со своими проблемами, пытаются удерживать столичные кварталы от мертвецов и многочисленных грабителей и банд, что прутся через казалось бы непроходимые джунгли с юга. И встречают меня. Ведь Гарри не говорил, что мы собираемся расширяться на юг. И всё же они находят город, обороной которого управляем мы, и даже американские войска послушно следуют нашим указаниям. Естественно, это лишь укрепило веру в нас, и панамцы попросили помощи в зачистке территорий под их условным контролем. А потом ещё и столицу помочь зачистить, вернуть под контроль южный берег канала, два побережья, заселённые бандами, контроль над дорогами, контролируемыми местами бандами и северными соседями, что подались на поиски лучшей жизни.

Целую армию для панамцев я, естественно, выделять не планирую. Для начала хватит и парочки кораблей или лайнер с передовым элитным отрядом, умеющим вести бой и против мертвецов, и против живого противника. Меня звали в ставку главнокомандующего армией и предлагали объединить усилия перед общим врагом… Думаю, это будет отличная сделка с прекрасными перспективами. Если мы ещё и под контроль возьмём Коста-Рику, то регион станет для нас стабильным источником ресурсов и очков достижений. Мексика так же опасна, как и США в данный момент. И лезть туда слишком рано. Другие страны Латинской Америки тоже могут удивить. Например, Сальвадор… Не удивлюсь, если там уже зачистили всю эту мёртвую гниль. В Сальвадоре суровых ребят не меньше, чем в Техасе или любом другом самом стреляющем штате США.

В общем, всё это выглядит интересно и очень любопытно. И в гости я, если и не сам отправлюсь, то вот отправить своего ближайшего соратника, прошедшего со мной огонь и воду, — нужно.

Мы собирались отправиться обратно на Кубу этим вечером, и уже, пожалуй, можно было бы собираться и шевелить американцев, но они слишком лениво таскали свои вещички с базы, раскручивая её едва ли не до последнего винтика. С другой стороны, я тоже устал и был не в форме. Отдача от «витаминки» давала о себе знать, и мозги были мягко говоря неработоспособными. И даже несмотря на сон, я чувствовал, как с каждым часом реально тупею и превращаюсь в ленивого засранца, которому вообще ничего от этой жизни не нужно.

Но мои бойцы, все как один, хоть и устали до крайности, уже через силу поднялись, разминались на борту нашего катера и приводили себя в норму. Я запретил им появляться на людях без костюмов, потому как всё равно в городе может хватать одиозных личностей без чувства самосохранения. В лучшем случае они видели наши лица без снятых шлемов. Да и то издалека, глазея на пришвартованный корабль.

— Стивен! — обратился я к своему помощнику.

— Да?

— Свяжись с американцами, поторопи их. Скажи, что в полночь двигатели будут включены, и они поплывут вперёд, даже если не все будут на борту.

— Хорошо. Секунду… — мой капитан отправился в сторону машины связи, которую тоже ещё надо было переправить на борт одного из кораблей, что отправится с нами в путь.

С другой стороны, местным она тоже может пригодиться… Ладно, им не горит, без Афины толку от неё не сильно больше, чем от обычных раций, а нам таких и двадцати штук мало будет под наши цели. Забираем. С учётом веса силовой брони, а также её размеров, надо ещё придумать, где мы будем хранить во время перевозки это неожиданно свалившееся на нас счастье.

— Афина… Я валенок варёный прямо сейчас. Помоги ребятам. Найди Наташу, где бы она там не лазила… Организуйте отплытие. Я едва соображаю, торможу, будто под водой сижу…

— Босс, ваш шлем тут, Афина вас не слышит, — повернулся на мой негромкий голос один из бойцов.

— А? — удивился я и посмотрел на лежащий в двух метрах от меня шлем. — Вот ведь… Совсем химия мозги вырубает…

С трудом сохраняя бодрость духа, я пополз в сторону шлема и надел его на голову, чтобы передать просьбу Афине.

— Ох и ещё… Парни, сопроводите меня кто-нибудь к Терминалу. Афина, запиши изменения, если они будут. Я потом ознакомлюсь… — велел я бойцам, выдавив из себя весь запас умственной энергии, что у меня был.

На этом глава Круизеров закончился, и я предался отдыху от ратных подвигов…

— Афина, зафиксируй мои показатели. Проведи тесты, чтобы понять, какие дозы и как влияют…

— На что именно влияют? — донёсся до меня её голос.

— Кто влияет? — не понял её я, и дальше — практически пустота.

Я не помнил, как мы шли к Терминалу. Помню, что меня подвели к нему вплотную. Затем я очнулся, лёжа рядом с ним, и меня оттащили. Попытались привести в чувства, сняли шлем, позволили подышать свежим воздухом. Я видел Наташу, она смотрела на меня как на зомби… С толикой грусти и сожалением… Затем снова провал. Помню тёмную каюту капитана, в которую меня донесло. Нестерпимо хотелось пить, и я с трудом, преодолевая качку, выбрался на палубу. А дальше снова пустота и проблемы в памяти.

Полноценно очнулся я уже в Мариэле, в нашем госпитале, построенном из общей казны, за счёт взносов рядовых бойцов, что мечтали никогда сюда не попадать. А если попадут — то выбраться из него на своих двоих.

Мне в зрачок светили фонариком, я рефлекторно отмахнулся и попал кому-то в челюсть. Кто-то на это даже не обиделся и, пошевелив ушибленной частью лица, сообщил всем собравшимся, что кризис позади и все показатели пришли в норму, а мои рефлексы говорят сами за себя.

Я с трудом поднялся, всё ещё ощущая небольшую головную боль и усталость. Вокруг были мои соратники, мои бравые генералы, командиры элитных «Кулаков» и командующие «Молотами» офицеры. Даже старик Алонсо, бывший мэр Мариэля, а ныне человек, помогающий навести порядок на Кубе генералу Сантьяго, был здесь.

— Долго я спал?

— Трое суток с периодическим оживлением.

— АФИНА! — рявкнул я и поднялся с больничной койки, но зацепился за подключенные к моему телу датчики. — Так, отцепляем это барахло…

— Да, командир?

— Приготовь отчёт о происшествиях за это время и всех изменениях, что я проспал.

— Будет сделано, господин, — ответила моя помощница по системе связи госпиталя через колонки.

— Аптечки мне давали?

— Одну, среднюю, — отчитался доктор.

— Как давно?

— Сразу после прибытия. Эффекта не было. По крайней мере заметного. Что это с вами происходило? Не подскажете?

— Обязательно подскажу, — поднялся я и, кинув суровый взгляд на моих офицеров, расслабился и развёл в сторону руки.

— С возвращением, босс!

— Мне бы такой крепкий сон, командир!

— Ая-яй… Не сломай спину, камандира! — даже Лакшит отметил своё присутствие.

— Ну ладно, а теперь рассказывайте, чего вы все сюда припёрлись? Ну, отдыхал я, отсыпался… Или вы всё это время тут стояли, вместо того чтобы работать? — решил я расспросить каждого из них и принял у медсестры принесённые мне личные вещи и одежду.

— Так доктор позвал, ему Афина подсказала, что наш легендарный добытчик скоро придёт в себя, и он оценил показатели… Ну а дальше… — за всех ответил старина Коннор, что стал одним из первых наших офицеров после спасения лайнера.

— Легендарный добытчик? Что ещё за пафосный титул? — удивился я.

— Пафосный? Пфф-ф-ф-ф. Босс, много ли существует людей, что отправляются в разведку с двадцатью бойцами, а возвращаются домой во главе флота с авианосцем? — мне указали на окно, и я увидел красующийся вдалеке, в мариэльском порту, наш символ силы, славы и возможностей.

Из меня едва ли не стон удовольствия вырвался, когда я лицезрел эту картину.

— Довезли таки… Довели до финала… Молодцы, ребята. Молодцы. Афина тоже молодец… Много американцев согласилось к нам перейти?

— Так это… Почти все, командир… Всех несогласных мы уже в Майами отправили, как вы и предлагали. Наталья операцию заканчивала вместо вас, — ответил Стивен Хинк, широко и от души улыбаясь. — Кстати, нужно, чтобы вы утвердили назначение нового капитана моего Сентинела. Я теперь другим кораблём буду командовать, как раз в учебном центре прошёл интенсивные курсы офицера, командира фрегата.

— Чего? Как это почти все? Какого фрегата? У нас что, практически полностью сформированная флотилия появилась, пока я спал? И даже бойцов обучать не нужно?

— Так точно! — улыбнулся Стивен. — Ну а как это всё произошло… Что же, сейчас расскажем. В США произошли кое-какие изменения… Очень важные изменения, что перевернули всё на большой земле. Прямо как вы и предсказывали, босс.

Взгляд Стивена стал куда как серьёзнее, да и взгляды остальных тоже изменились.

— Тогда давайте в штаб. Да и где мой костюм?

— Там же, на обслуживании. В общем, если говорить вкратце, в США официально началась гражданская война. И возможно, скоро начнётся ещё и третья мировая… Но это, если что, не мои слова, а оценка Афины…

— Да уж… Выспался… Чуть всё на свете не пропустил… Ребята, запомните раз и навсегда: всё, что со мной случилось — это последствия от применения большой дозы боевого стимулятора. Инъекция.

— Те, что вы нам выдали перед битвой в Лимоне?

— Именно так… И это ещё считаются редкими, безвредными экземплярами. Обычно они считаются боевой химией последнего шанса. Чтобы уйти громко и ярко. Но смерть наступает всегда. Даже аптечки не помогают… Я не видел и не слышал историй о том, чтобы те, кто приняли химию без улучшений, выжили.

— А какие это дозы? Так-то у меня есть тоже стимуляторы, купленные у пришлых торговцев с севера США, — запаниковал старина Коннор.

— А вот это уже интересный вопрос… Боюсь, точного ответа на него нет. Но лучше считать, что даже от таблетки наступит смерть. Просто позже, чем от инъектора либо шприца. Обсудим это позднее. А ещё лучше — проведём эксперименты среди тех, кого приговорили к смертной казни. Есть у нас такие?

— Насильников, грабителей и убийц у нас много. Но вешаем мы обычно лишь тех, кто собирает комбо этих нарушений. И таких ублюдков, к сожалению, тоже хватает, — подтвердили мои подозрения соратники.

— Ну вот и пусть они сдохнут, принеся хотя бы какую-то пользу нам всем. Будем знать, что дают и как влияют на живых боевые стимуляторы последнего шанса.

Мы вышли на улицу, и я окунулся в лучи солнца, что согревали меня своим теплом. Кругом был слышен крик тысяч людей. Но это были не те крики, что я слышал в Пуэрто-Лимоне. Не страх, отчаяние и мольбы о помощи ко Всевышнему. Нет, это были крики, полные энергии жизни и веры в завтрашний день. Они работали. Они строили наше будущее своими руками. Если и есть на свете рай — уверен, он выглядит как-то так. А не рощи с бесконечными фруктами и полуголые бесполезные нимфы, играющие на арфах. Истинное счастье в том, чтобы найти своё место в этом мире, быть полезным ему и окружающим и испытывать гордость за прожитый день. Тогда и хлеб слаще, вода вкуснее, и взгляды людей вокруг намного добрее.

Никому не дам отобрать у меня этот рай. Мой дом. Никому.

Как это обычно бывает, работа затягивает. Особенно когда работаешь в таких шикарных условиях. Штаб Мариэля разросся из-за нашей масштабной стройки настолько, что мы могли проводить в нём собрания для сотен людей разом. Три этажа, конференц-зал, комнаты планирования, индивидуальные рабочие места, обеспеченные по последнему слову техники. Ничего не глючит, всё работает прекрасно! Прямо хочется взять и заняться административной работой вместо Афины! Но нельзя. Чем больше сидишь, погружаешься в вещи, что изменились за ту неделю, что прошла с момента моего отъезда, тем больше приходит понимание навалившихся снежным комом проблем.

И именно мне, а не кому-либо ещё, нужно было принимать решения, воистину судьбоносные для множества людей вокруг. Я начал с того, что снарядил маленький флот в большую и жаждущую свободы от зомби и банд Панаму. Возможность торговли и контроля судоходного канала важны лично для меня, да и рядом с каналом всегда было не просто много, а безумно много кораблей. И многие из них стояли и до сих пор стоят у причалов. Наша задача проста как дважды два: высадить оперативную группу элитных бойцов, которые разобьют в подходящем месте базу и свяжутся с панамской армией, после чего начнут планомерно работать над зачисткой северной части страны, а затем и пойдут сражаться с бандами в южной её части. Если же это окажется нереальным и слишком рискованным, то по крайней мере они должны захватить всю территорию вдоль канала и обеспечить его работу. Ну или хотя бы начать расчистку…

Со второй, резервной частью плана были связаны и задачи второй подгруппы. Это были не только специалисты военного дела, но и лучшие из наших «пчёлок». Не просто группа сборщиков всяких полезностей, а инженеры, техники, слесари, сварщики и мастера на все руки, которые за то короткое время, что прошло с начала апокалипсиса, по полной изучили все нюансы, необходимые для воскрешения техники, починки оборудования, спасения остатков нашей цивилизации.

Первая, предварительная остановка у них произойдёт, само собой, в нашем новом опорном пункте — Лимоне. Там будет небольшая остановка для отдыха. Группа эта будет состоять из лайнера, ведь он имеет целых три Терминала, что критически важно для любой наступательной операции и поможет с покупкой сломанных деталей при необходимости. Вторая причина, само собой — необходимость оценки жизнеспособности нефтеперерабатывающего завода. Ну и мои бойцы по достоинству оценив преимущество силовой брони на поле боя, третий день подряд терроризируют меня, чтобы я провёл обучение на имеющихся у нас экземплярах силовой брони. И я им стараюсь не отказывать. По крайней мере, элита должна знать, что это такое и с чем это едят. Тем более что в одном из кубинских терминалов генерала нашлось расширение под нашу модель в виде довольно дорогого миномёта. Но дорого — не значит бесполезно. Мы купили их, вместе научились пользоваться ими на полигоне. Эта штука — бомбическая. Тем более что Афина помогает рассчитывать траекторию падения. Работает не хуже прифронтовой артиллерии, если дать слаженный залп.

В общем, это была целиком и полностью многоплановая миссия с кучей подзадач и промежуточных этапов. Я с радостью отправил туда Стивена Хинка, прошедшего с момента начала апокалипсиса полноценную эволюцию от старшего помощника капитана сторожевого катера до главы недавно сформированного Молота Круизеров. Юбилейного, десятого.

Подумать только… Нас уже десять тысяч. И это не десять тысяч беженцев с каким-попало оружием и подготовкой — а те, кто прошёл подготовку в наших лагерях и стал полноценным Круизером, готовым к бою и защите наших интересов. А ведь помимо этого у нас в различных регионах ещё и ополченцев, да воюющих с нами в одних рядах местных союзников, хватает. И ведь в различных регионах у нас было много обычных «кулаков» Круизеров, которым ещё только предстоит объединиться под единым командованием в новый молот. Если так посчитать, то под нашими знамёнами уже так или иначе сражается больше сорока тысяч человек. И мы далеки от того, чтобы выбрать резерв бойцов. Наоборот, за последнюю неделю число потенциальных рекрутов, особенно после официального объявления о присоединении к нашей коалиции Кубы, Ямайки и других островных государств Карибского моря, увеличилось почти в шесть раз и сейчас, по неточным и округлённым в меньшую сторону расчётам, насчитывает порядка двухсот тысяч человек. Так что резерв рекрутов у нас имеется. Другое дело, что я стремлюсь не просто к многочисленности, а к профессионализму и минимальным потерям среди своих бойцов. Да и местные кубинские войска по сути можно было отнести к нашим подразделениям, что ещё увеличило бы численность войск в два с половиной раза. Только вот качество оснащения таких подразделений и их подготовка… Интенсивное обучение в лагерях подготовки Круизеров за две недели даст больше, чем они из себя представляют в большинстве своём.

В общем, Стивен с гордостью принял на себя бразды правления десятым ударным Молотом Круизеров и отправился помогать Панаме, а заодно прирастить свой флот и использовать наши таланты для реанимации всего, что связано с судоходством и топливом. Только сохранив это наследие человечества, мы сможем получить план «Б» в войне с хитиновыми тварями из глубин космоса. План «А» и так понятен. Развиться и победить.

Вот этим самым развитием я и занимался, параллельно слушая поступающую к Афине информацию об изменениях на американском континенте.

Битва за Флориду оказалась отложена не успев начаться. Так бывает, когда твоя страна внезапно разваливается на части, и новости об этом начинают доходить со всех сторон. Как и предсказывалось, техасские власти объявили о независимости своего штата, но мира это им не принесло. Наоборот, сторонники независимости стали воевать сразу на трёх фронтах. Со своими идеологическими противниками, которые поддерживали сохранение союза штатов под властью Вашингтона, с тысячами мелких общин, кланов и просто банд, сколоченных из местных жителей, что просто защищают свои дома и больше не верят никому, кроме оружия в своих руках. Ну и против зомби… В общем, там сейчас хаос и анархия. И Техасом дело не ограничилось… О схожих заявлениях местных борцов за свои права, в попытке стать новой властью и завладеть землями, людьми и ресурсами, заявили ещё как минимум в семи штатах. Банды Нью-Йорка захватили власть в городе и объявили о референдуме, на котором, собственно говоря, и решили выйти из состава США, попутно объявив соседние штаты своей исторической землёй. Видимо, амбиции тянут этих людей к сражениям и подстрекают к войне с соседями. Не удивлюсь, если узнаю, что каждый объявивший о выходе из США представитель штата мечтает вновь воссоздать эту страну, но уже с политическим и экономическим центром в своём городе.

Калифорния, Миннесота, Колорадо, Луизиана, Нью-Мексико и Алабама. Вот в этих штатах так или иначе сохранилась связь, и Афина, направив свои ресурсы, собрала через цепочку ретрансляторов свежие новости. И битву за Флориду остановило дошедшее до генерала Адамса сообщение с призывом о помощи от его потенциального союзника в этом штате. Терпящего бедствие и воюющего не только с самой причиной катастрофы в лице зомби и многочисленных банд, но и со своими коллегами, объявившими о независимости. Соседний с нами штат имел свои преимущества и недостатки перед началом конца, но ему очень и очень повезло в том, что на его территории уродились авторитетные и знающие толк командиры, которые сумели не только освободить за считанные недели столицу штата, но и большую часть всех остальных земель. И вот эти люди посмотрели на то, что творится у соседей, и поняли, что бросать на произвол судьбы собственные семьи и отправлять бойцов в соседние штаты для помощи, как этого требует конституция, — им не с руки. Пойдут на запад — зомби с востока нагрянут. На север пойдут — с юга прорвутся. Так ещё и на пограничных территориях штата, между Алабамой, Джорджией и нашей Флоридой, вдруг осели десятки вооружённых до зубов кланов, буквально насильно смяв сопротивление местных сил самообороны и объявив себя местными правителями. Каждый клан взял под контроль свой Терминал и использовал их для собственных нужд. Наши соседи сами виноваты в пришествии кланов, ведь именно они их и вынудили уйти южнее. И те бы пошли ещё дальше, захватывая Флориду, но столкнулись с войсками генерала Адамса. Пара пограничных стычек дала понять, что дальше лезть слишком опасно. И вот теперь, к северу от территорий, взятых под контроль сохранивших лояльность Белому Дому войск генерала Адамса, теперь десяток вооружённых до зубов кланов, которые готовы рвать и метать, использовать любое оружие из терминалов для уничтожения тех, кто посягнёт на их маленькое царство.

Естественно, стоит Адамсу отвести свои войска или показать слабость, и они попытаются расширить зону своего влияния, ведь с севера на них точно так же давят войска независимой Алабамы, неопределившиеся военные Джорджии, зомби и многое другое. А самое главное — голод. Сейчас с ним ситуация не слишком критическая в большинстве штатов, но скоро всё изменится. Каждый месяц будет повышать риск набегов голодных воинов этих кланов. Так что генералу я не позавидую. Даже если бы у него не существовало угрозы с нашей стороны — он бы не мог просто взять и повести армию в атаку на эти кланы. Это траты боеприпасов, смерть бойцов и усталость от войны. В то же время, ставшие его врагами ополченцы Алабамы будут полны сил и смогут вступить с ним в бой. С другой стороны, у него позиция лучше, чем у воинов за линией кланов, ведь если договориться со мной и держать в узде «варваров» из многочисленных банд приграничья, то угрозы ему никто не несёт. Он может медленно, но верно копить силы, получать ОД, зачищать города и восстанавливать свет цивилизации. А наши непокорные соседи, добившиеся значительных успехов, будут вынуждены вести войну на несколько фронтов. У них линия обороны в разы больше нашей, и просто вести войну намного сложнее в случае вторжений с территории соседних штатов.

Осталось ему всего лишь договориться со мной. «Всего лишь» — звучит очень и очень жалко, ведь я не приемлю переговоров с позиции слабого. Не просто так ведь я флот раздобыл, верно? Да и два десятка экземпляров силовой брони, пять из которых уже прибыли в Майами для демонстрации нашей мощи и возможностей. И я не говорю о том, что большая часть из отправившихся с нами моряков американского флота в итоге осталась с нами, а те, кто не пожелал оставаться, присоединились к генералу Адамсу. И рассказали ему о славном городе Лимон, об уничтожении мегаорды и получении нами доступа к Терминалу, в котором я вскоре смогу приобрести ещё очень и очень много этих красавцев, внушающих страх и трепет на поле боя. В городских боях они будут эффективнее танков, пожалуй. И намного автономнее. Там один человек всю работу сделает, а в танке полноценный обученный экипаж нужен.

Поэтому я его приглашение к переговорам был готов рассмотреть, но тянул время как мог, собирая информацию отовсюду. Он-то знал только об одном штате по своим каналам связи. А я знал несколько больше и думал о том, как и что из этой информации передать моему визави, чтобы он осознал всю сложность своей ситуации. Ну и в первую очередь мне нужно продавить интересы не столько свои, сколько моих Круизеров. В идеале земли и войска генерала Адамса должны стать нашим сателлитом. Вассалами, которые будут нести свой крест в деле сохранения мира на планете. Но сейчас они явно к этому не готовы. Они не ощущают, что бесконечно далеки от нас в развитии. Да и по факту не настолько большая между нами пропасть. Если выбросить из расчётов наш новый флот, то теперь, по прогнозам Афины, разница между нами и войсками генерала Адамса сократилась до минимума.

— К слову, пора бы подвести итоги этого дня и можно отправляться на ужин, — решил я и откинулся на спинку стула после нескольких часов кропотливой работы с документамию. — Афина, родная, дай расклад по оценке наших сил и войск генерала Адамса.

Моя помощница тут же откликнулась на мой зов, и даже работавшие поблизости соратники, включая Наташу, прекратили заниматься своими делами, чтобы послушать отчёт.

— На данный момент сравнение сил я оставила в уже привычных нам «пунктах». Так боевой потенциал армии США под руководством генерала Адамса во Флориде повысился с четырёх целых и двух десятых пунктов боевой эффективности до шести целых четырёх десятых. После слияния остатков гарнизона Тампы и вхождения полуразрушенного стихией и зомби города в зону влияния генерала, число известных нам Терминалов противника выросло с тридцати одного до сорока. Помимо этого прирост состоялся за счёт подчинения северных банд штата и городских округов, вливания их в силы отрядов самообороны, переоснащения имеющихся войск, доукомплектования резервистов, активно набираемых генералом и его подчинёнными в пунктах призыва.

— Понятно. Рост даже выше моих ожиданий… Но что с нашими силами в регионе и в целом? И во сколько ты оцениваешь наш флот, расскажи, будь так добра.

— Конечно, для вас, мой бравый командир — всё что угодно, — красавица появилась на столе перед всеми нами в виде голографического изображения и подмигнула мне.

— О-о-о-о-о-х. Какая… — оценил внешний вид, выбранный программой, Коннор и даже причмокнул.

— Старый проказник, — усмехнулся я, вспоминая, что данные об искусственном интеллекте собирал долго и упорно, после похожей реакции на первую встречу с аналогом Афины в далёком мире. Сказать по правде, это была моя первая любовь. Вот так бывает, что молодое сердце неокрепшего юнца уносится вслед за фантазиями о величайшем творении инженеров и программистов. Только в отличие от моей Афины, тот образ, что встретил я на огромной, одной из крупнейших и великолепно оснащённых военных баз, был не виртуальный, а вполне себе живой, подселённый в тело андроида. Выполненный по образу и подобию самой прекрасной человеческой женщины, он навсегда запал в моё сердце и стал тем вечным двигателем, что заставлял меня ждать эти проклятые сны в надежде попасть на базу с достаточно развитой инфраструктурой за пару часов до нападения. Глупости — неизменные спутники молодости.

Боюсь, если бы не эти настоящие чувства к ненастоящему человеку, полученные во сне, я бы не стал настолько сильно замотивирован для изучения всего и вся, существующему в мире моих грёз.

— После переоценки данных наших военных подразделений и добавления нового типа индивидуального защитного вооружения — силовой брони, наши личные силы, без учёта союзников и флота, я оцениваю в шесть целых и одну десятую. Из них наши войска во Флориде занимают сорок процентов боевого потенциала и эффективности, а остальные шестьдесят процентов распределены между островами Карибского бассейна и бойцами, отправившимися к Панаме. Оценка флота по имеющейся в моём распоряжении информации носит приблизительный характер и составляет три целых и девять десятых. С учётом возможности дистанционных атак по вражеским позициям, это полностью нивелирует перевес сухопутных подразделений генерала Адамса и даже создаёт для нас стратегическое преимущество. Если же говорить о возможностях роста двух группировок, то могу оценить их как примерно равные с военной точки зрения, но при этом гражданское развитие на подконтрольных территориях генерала Адамса уступает нам многократно, что создаёт глубину резерва в случае длительного противостояния.

— Иными словами, мы уже практически сравнялись, а при переброске войск во Флориду, наши сухопутные силы будут равны. С учётом флота, мы даже превзойдём наших потенциальных противников и сможем оказать на них полноценное давление, что выльется в более успешные переговоры, — предположил я.

— Всё верно, господин. Хочу добавить, что в отличие от войск генерала Адамса, наши силы не столь сильно скованы и могут спокойно перемещаться по доступным территориям. Это создаёт дополнительное стратегическое преимущество. Ну и самое главное — у Круизеров есть я, и мои возможности способствуют повышению боевой эффективности в случае боестолкновения, разведки, помогает навязать наши интересы мирному населению и популяризации наших сил в регионе, диверсиям на вражеских базах. Мне тяжело оценить свой вклад в случае противостояния, но думаю, он повышает наш потенциал на тридцать процентов.

— Я думаю, что этот процент куда выше… Они упёрлись в свой потолок развития и дальше лишь прирастают войсками, при этом с каждым днём сталкиваясь со всё большим кризисом в невоенных направлениях. В отличие от нас. Время действительно играет нам на руку. Итак, господа, раз уж мы все здесь выслушали оценку наши и чужих возможностей, предлагаю через час провести собрание и решить, какие шаги нам предпринять для того, чтобы завоевать Флориду и стать одними из претендентов на американский престол.

Люди передо мной посмотрели друг на друга, поморгали, и одинокая рука поднялась вверх. Это был представитель генерала Сантьяго, заседающего в Гаване и проводящего там реформу армии.

— Может, спросим у тех, кто находится, так сказать, на передовой, в Майами? Они во всяком случае точно лучше нас знают, как надавить на генерала Адамса и загнать его в угол.

— Хорошая идея. И они уже получили от меня послание. Но я рассчитываю услышать здравые мысли от каждого из вас и тех, кто присоединится к нам на нашем собрании. Думайте, господа, думайте. Расклад вам ясен, а нашим противникам — нет. Это тоже можно использовать как преимущество. Учитесь мыслить гибко и стратегически. Именно от вас в дальнейшем будут зависеть миллионы человеческих жизней и судеб. А я… Не всегда смогу единолично вершить и править, принимая решения. Даже Афина — не панацея, друзья мои. Думайте. Отбросьте все свои дела и думайте. Как нам сделать очередной шаг на нашем пути к созданию нового, лучшего мира.

— Привет, не занят? — я стоял и смотрел на волны, что плескались и бились о борт фрегата, шедшего в сторону Майами в составе нашей эскадры, когда ко мне подошла Наташа.

— Нет, просто размышляю. Твоему присутствию я всегда рад, переговорщица ты наша… — я улыбнулся и с благодарностью посмотрел на чародейку.

Иначе я и не знаю, как её назвать после того, что она провернула. Пускай флот в свои руки мы получили, следуя моим указаниям, но вот то, что люди остались служить в большинстве своём, была исключительно её заслуга. Вся моя работа по обрушиванию репутации адмирала, что уже осваивается в Майами под руководством нового генерала, по созданию авторитета своего и Круизеров — меркла по сравнению с тем, что она сотворила, пока я отсыпался от стимулятора.

Корабли не шли по прямой из Лимона в Мариэль. Нет, они сделали несколько остановок рядом с разрушенными или закатившимися в средневековье городами. Она, Стивен и Афина приняли решение дозаполнить пространство на кораблях беженцами, в которых так нуждались наши кубинские базы. Американцы своими глазами видели, во что катится этот мир и насколько малы наши шансы на возрождение. Несмотря на великую победу против мегаорды, их мысли были пессимистичными, и все надежды были на то, что уж их родная страна справится с этим горем и выстоит под натиском невзгод. Что там они найдут цивилизацию и смогут спокойно отправиться по домам, к своим родным и близким.

Эти розовые очки жестоко были разбиты Наташей, которая провела несколько сотен собраний как в формате один на один со старшими офицерами, так и с десятками бойцов за раз в небольших залах для собраний на кораблях флота. Медленно, но верно она обрабатывала американцев, практически честно отвечая на их вопросы. А вопросов у них было много. Очень много, ведь ничего, кроме как громко кричать о несправедливости и пролитой американской крови, они не могли. И тут очень даже пригодилась подготовка Наташи. И доступ к базам данных Афины. В отличие от этих людей, Наташа могла продемонстрировать на экране кадры из различных городов США. Обычная и типичная картина представала перед глазами людей: разрушения, зомби, скатившиеся в дикарство племена местных аборигенов, что совершают рейды, грабя соседние улицы и баррикадируя свои кварталы против живых и мёртвых противников.

Конечно же, многие ей не верили. Само собой, её слова называли ложью, сама она удостаивалась нелестных эпитетов. Но она держалась, на провокации не велась и давала то немногое, что могла — кадры, собранные Афиной, и факты о реальном положении дел. И припечатывала их осознание действительности экскурсиями по терпящим бедствие и крах городам. Финальной точкой их путешествия стала Тампа… Та самая, что должна была войти в сферу влияния моего конкурента за престол Флориды. Но в итоге под натиском стихийного бедствия и отсутствия организованной помощи спецслужб, предупреждений об опасности и неразумных действиях местных банд, она стала символом краха американской системы. Она даже высадку организовала, заявив, мол, вот вам, американская земля. Место надежд и светоч в эти тёмные времена. Естественно, прибытие такой флотилии не осталось незамеченным, и к бойцам, что в шоке смотрели на разрушения, стали выбегать и умолять о помощи выжившие. В том числе те, кто был защитником этого города до затопления и шторма и отказались покидать этот город, чтобы перебраться в более защищённые районы. Эта встреча разбила розовые очки на глазах американских солдат целиком и полностью. Несколько часов общения, расспросы о том, что происходит в других частях их страны, и практически каждый из них был «готов». Оставаться в этом городе или идти на своих двоих по затопленным и полным грязи и трупов улицам никто особо не желал. Мы пообещали перевезти их к цивилизации в Майами, всех, кто желает туда отправиться, но перед этим остановимся у нас, в Мариэле.

Высокоразвитая база, пункты подготовки бойцов, учебные центры, склады, приходящие и уходящие суда, электричество… Вот что они увидели. А когда они отправились обедать за наш счёт в столовые, по, скажем так, случайному «совпадению», они попали туда одновременно с беженцами, что прибыли к нам из Майами. А их тоже было много. Хватило лишь небрежно обронить пару фраз, чтобы разразился настоящий ураган в столовой. Это была даже не часто применимая мной пропаганда, а настоящая пиар-кампания Круизеров. И поношение всех тех «правителей», что остались в Майами. Местные в большинстве своём то и не знали, что генерал Адамс подмял под себя большую часть этих банд. В любом случае, картинка сложилась благоприятная для нас, и половина солдат, разузнав немного о нас, наших целях, командовании, пообщавшись со Стивеном Хинком и его ребятами, решили, что мы выступаем в роли миротворцев. Путешествие от Лимона до Мариэля заняло двое суток, и всё это время бойцы, переосознавшие действительность, подвергались информационному влиянию. Когда же мы, как и обещали, объявили посадку на лайнер в направлении Майами для всех желающих покинуть нас и стать независимыми, лишь половина погрузилась на борт. Да и из них через два дня после знакомства с порядками, дисциплиной и проблемами войск генерала Адамса к нам вернулось три с лишним сотни человек.

В общем, это был настоящий успех и отлично проведённая кампания по дипломатии от Наташи. И нам осталось переобучить в центрах не так уж много людей, чтобы появившийся флот и авиация смогли полноценно участвовать в наших операциях.

— Вот скажи мне, Михаил… Ты ведь специально это всё сделал, да?

— О чём ты? — не понял я вопрос Натальи, что постояла пару минут рядом со мной в блаженной тишине и всё-таки нарушила молчание.

— О последнем совете, когда мы приняли решение развязать войну кланов… Ты ведь знал, что к этому всё придёт. Ты уже закидывал и мне, и другим офицерам мысль об этом. Только вот если раньше смерти людей в результате этой войны были бы на твоей совести, то теперь мы поровну разделим ответственность.

— А, ты об этом… Ну, можно сказать и так.

— А что поменялось? Раньше ты самолично принимал подобные решения.

— Мы растём. Как и наше влияние. Больше земель, больше командиров, больше подчинённых правителей. Все мы связаны единой целью, но методы её достижения… Они могут быть не всегда праведными. Не всегда выглядеть правильными. Как тогда, когда мы с тобой сорвали снайперским выстрелом сделку между военными США. Грани морали постепенно стираются. Я не знаю, к чему это приведёт, но я уверен, что когда тяжёлое решение принято сообща, то и нести этот крест легче. Ну и в конечном итоге, если мы не облажаемся и сможем продавить Адамса, это спасёт гораздо больше человеческих душ, — ответил я ей по-своему, с толикой философии.

— То есть, это не потому, что ты устал сам нести этот крест? Не из-за того, что от тебя могли отвернуться люди за развязывание войны?

— Нет, конечно. Это всё мелочи. Просто подобные мелочи закаляют характер и спасают души моих офицеров и командиров. Не всегда будет возможность получить моё разрешение. Каждый должен быть готов сам стать необходимым злом ради спасения наших людей и городов. Я же несу куда как более тяжёлый крест, и этого никто не видит. Я и сам не сразу понял, что происходит.

Мои слова удивили Наталью, и она пристально посмотрела на меня.

— Что ты имеешь в виду?

— Терминалы… Ты никогда не задумывалась, откуда они взялись? Кем они сюда принесены? Для чего нам дана такая власть в наши руки?

— Ты же говорил, что они приходят вместе с зомби, и это часть охотничьих ритуалов тех, кто придёт после мертвецов… Или как-то так.

— Говорил. Но я так и не понял. Если есть третья сила, что таким образом борется с теми тварями, что обрушатся роем на наш мир, то всё хорошо. Это наш шанс и наша надежда. Но что, если это всё фикция и алые шары распространяют сами захватчики?

— А? Зачем?

— Не знаю… Это незнание и есть мой крест. Если это часть сил и возможностей хитиновых тварей-захватчиков, то мы сами себя загоняем в могилу. И я тот человек, что ведёт людей за собой в эти катакомбы, из которых нет ни выхода, ни спасения. Терминалы для них словно маячки, говорящие о том, что вокруг будет полным полно добычи… Надеюсь, я ошибаюсь. Ведь в противном случае, становясь такими рабами Терминалов, наша зависимость нас и погубит.

— Я тебя слушаю, и мне жутко становится… — поёжилась Наташа.

— Обиднее всего то, что правды мы, наверное, никогда и не узнаем. И что делать со всем этим я тоже не представляю. Остаётся лишь сражаться и надеяться, что моя паранойя окажется… лишней. А человечество, наоборот, не окажется таковым в этом мире.

— В конце концов, мы просто должны продолжать делать всё, что от нас зависит, верно? Чтобы в конце концов, в случае чего, умереть без сожалений, — приобняла меня моя помощница и положила голову на плечо.

— Ты всё правильно поняла. И не рассказывай никому о моих опасениях. Ни к чему хорошему это не приведёт.

— Спасибо, Миша, что поделился своими мыслями со мной. Я не смогу многое сделать, но хотя бы поддержу тебя на твоём пути с этим крестом. Насколько смогу, настолько и помогу нести его.

Мощный гудок ознаменовал прибытие эскадры к порту города Майами.

Что же, пора создать хаос войны и вместе с тем объединить силы свободных людей от очередной напасти. Осталось лишь понять, что выберет генерал Адамс — попытаться объединить наши силы или же в одиночку противостоять новому вызову с севера, начатому из-за наших подначек?

Война никогда не прекращалась. Но прямо сейчас во многих уголках земли она становится более кровавой и жестокой. Живые пойдут с оружием на живых. Армия столкнётся с армией. И Флорида не исключение.

— Не считая пары десятков инцидентов со стрельбой, в целом за время вашего отсутствия никаких серьёзных происшествий не случилось. Была парочка провокаций, в основном со стороны ребят генерала Адамса, но благодаря подсказкам Афины мы знали об этом заранее и сумели избежать проблем. Вот… — отчитывался Бруно, то и дело поглядывая в окно на довольно лыбящегося Роберто.

Я не смог удержаться и подарил своему верному лысому качку с голливудской улыбкой один из экземпляров силовой брони. Он уже полчаса, что я слушал доклады командиров Майами, крутился вокруг восстановленной брони, полученной в качестве трофея от ушедшего на вольные хлеба адмирала Мэтью Линкольна. Ругался он страшно, но, естественно, мы не оставили в руках потенциального врага столь могучее оружие. И теперь с тряпочкой он полировал её до блеска, не имея в себе сил остановиться. Спать, судя по всему, тоже с ней в кровать ляжет.

— О да, детка… Ты даже так умеешь… — нажал он что-то и в восхищении добрался до воздушных фильтров, скрытых в районе спины за толстой сталью.

Его полный эйфории голос отвлёк всех в очередной раз.

— Ладно, закройте окно… И хватит слюни пускать. Ценник я вам озвучил — заработайте, отправьтесь в командировку, купите. Ну или дождитесь, пока мы не заимеем там полноценную базу и не поглотим местные отряды, разовьём базу и сможем организовать покупку брони вскладчину, тогда здесь внесёте сумму и вам доставят одним из рейсов такую же красавицу. Теперь давайте вернёмся к отчёту. Что у нас с комплектацией подразделений? — вернул я всех в рабочее русло.

— Да, комплектация… Основной костяк наших войск во Флориде, принявших присягу и вступивших в ряды Круизеров, составляет три тысячи четыреста пятьдесят человек, в то время как общая численность наших войск, в том числе в подчинённых Круизерам подразделениях, составляла десять тысяч двести человек на вчерашний день. Отряды Круизеров укомплектованы стандартными наборами на восемьдесят процентов, из них число носителей боевых костюмов составляет шестьсот тридцать два человека. Нам не хватает новых костюмов, шлемов оперативной связи, рюкзаков. Стандартные игломёты «Аська» приняты на вооружение сорока пяти процентов подразделений Круизеров, в остальном строгих ограничений не имеется и каждый комплектуется за счёт собственных средств, исходя из персональных предпочтений. Исключение — набор средней аптечки, зелья, светошумовые гранаты и оружие ближнего боя длиной не менее пятидесяти пяти сантиметров. Нам многого не хватает, но это из-за попытки стандартизировать наше вооружение и защитную экипировку, и вместе с тем ограничениях по количеству производимых терминалами экземпляров.

— Ну ты наговорил… Я ничего не понял. Оружие и военная униформа у всех есть?

— Так точно. Огнестрельное, взрывчатое, холодное оружие, плюс аптечка и зелье — это стандарт, носимый каждым бойцом. Но по боевым костюмам у нас всё ещё ощущается острая нехватка. И шлемам… И «Аськам»…

— Понятно. Пока не найдём новые терминалы с подходящими образцами оружия — этот дефицит так и будет сохраняться. Что насчёт нашего энергетического проекта? — задал я вопрос человеку, что остался за главного в вопросе развития проекта плавающих солнечных панелей.

— Командир! — поднялся из кресла тучный мужчина и поправил очки. — Проект идёт с опережением графика. Нам удалось не только заполучить большое количество резервов солнечных панелей, необходимых для конструкции энерголилии, но и организовать покупку необходимых деталей у отрядов сборщиков по всему Майами. Слухи пошли и дальше, и нам тащат на продажу электрокомпоненты со всей Флориды. Мы смогли реанимировать и запустить несколько цехов по производству необходимых компонентов, но этого всё ещё не хватает, поэтому большую часть вещей мы делаем кустарно, своими силами. На данный момент энерголилии обеспечивают электричеством Лейк-Плесид, включая находящиеся на его территории производства и шестьдесят процентов квартала Круизеров в Майами.

— Квартал Круизеров? Это этот самый квартал? Бывший китайский?

— Всё верно, — кивнул управленец.

— Лилии в Лейк-Плесид не мешают разведению рыб?

— Никак нет. Мы опасались, что покрытие прудов и озёр солнечными панелями уменьшит их температуру, что в теории повлияет на рыб и их активность, но изменения в пределах нормы, а верхние слои воды так даже сильнее прогрелись за счёт отдачи тепла с энерголилий, передающих электричество в накопители. Энергопотери помогают поддерживать экологию… Нонсенс, конечно, но таковы факты. Тот, кто придумал эту технологию — гений. Всё, что нам надо, это один-два человека на озеро, что будут поддерживать чистоту устройств и забирать на ремонт повреждённые по какой-то причине лилии…

— Ну да… Так оно и задумывалось. Дешёвый источник электроэнергии в спокойных водах.

— Командир! Я думаю, что мы могли бы и в море использовать подобные энергоустановки. Вопрос лишь в передаче энергии в накопители и перераспределении их в дальнейшем… Важна хорошая изоляция и устойчивые к агрессивной среде материалы… Возможно, мы могли бы заменить некоторые части устройства на пластик, который практически не подвержен изменениям…

— Да, это возможно. Но сперва надо добиться стабильности работы энерголилий, как вы их назвали, на наших землях. Технология рабочая, но всё ещё не до конца отлажена. Проблемы с производством создают проблемы для масштабирования технологии. Но ваши успехи меня радуют. Тот факт, что вы подручными средствами сумели организовать конвейер по созданию сердца энерголилии, без которого все эти панельки были бы обычным мусором — дорогого стоит. Продолжайте развивать этот проект. Энергетическая безопасность не может быть достигнута исключительно лишь покупкой зданий и оборудования в Терминалах. Мы обязаны восстановить и все электростанции, что только есть рядом с нами. Продолжайте в том же духе.

Краем глаза я заметил, как в окне к Роберто подбежал солдат в нашей фирменной чёрной броне и начал что-то спрашивать. Роберто ткнул пальцем в окно, и боец, встретившись со мной взглядом, стал по стойке смирно и что-то громко прокричал.

Я снова велел открыть окно и поинтересовался, что происходит.

— Сэр! Генерал Адамс передал по нашим каналам связи о желании немедленных переговоров!

— Хех, оценил наш авианосец… Передайте ему, что я готов найти для него время. Завтра, — я прикинул, когда там отправленная с моей стороны тайная группа дипломатов прибудет к представителям кланов, о встрече с которыми мы тайно договорились вчера. — С десяти утра я совершенно свободен.

Как раз успеем понять настроения и желания северных соседей, что-то и дело бросают свои жадные взгляды на приграничные города Адамса. И даже уже ходят в рейды…

— Желание немедленных переговоров… Любопытно. Чует, куда ветер дует наш бравый генерал, — усмехнулся я и посмотрел на своих соратников.

Те тоже улыбались, предвкушая эту встречу.

— Генерала Адамса нельзя назвать нерешительным, но своё время он явно упустил. Теперь ему остаётся лишь кусать локти и надеяться, что мы не решимся пересмотреть наши соглашения, — едва ли не пританцовывал в своём кресле Роберто, ослепляя всех своей довольной улыбкой.

— Да, раньше он даже и не пытался с нами разговаривать напрямую, всё своих представителей отправлял, постоянно мешался, устраивал мелкие диверсии, перекрывал и блокировал дороги. Много людей жаловались на его так называемых полицейских. Только появление наших вооружённых отрядов заставляло их прекратить издеваться над людьми, проживающими на наших землях, — добавил Бруно, не понаслышке знающий обо всех проблемах, что происходили внутри нашей зоны влияния.

Будущий наместник этих земель, Хван, вопросительно посмотрел на меня и поинтересовался, что же мы будем делать.

— Сперва слегка поиздеваемся над ними, заставим нервничать, ошибаться. Через час или два сообщи им, что на завтра планы поменялись и я постараюсь найти время на ближайшей неделе для визита.

— Их такой ответ явно не удовлетворит.

— Я знаю. Но ты ведь не думаешь, что этот засранец готов сам сюда приехать? Он ждёт, что я прибегу к нему по первому зову. В худшем случае — организует встречу на нейтральной территории. Мы на такое не согласны. Поэтому просто тянем время. Оно всё ещё работает на нас. К тому же, скоро нас ожидает встреча с представителями северных кланов… Будет глупо о чём-то договариваться с генералом, не найдя общих точек интереса с нашими потенциальными союзниками. Афина, скоро нас ждёт сеанс связи?

— Господин, наша встреча запланирована через два часа девятнадцать минут. Отряд уже добрался до точки встречи и настраивает оборудование. Я также зафиксировала движение вооружённых отрядов со стороны кланов, направившихся в окрестности Джексонвилла.

— Отлично. Примерно час на переговоры, максимум два. За это время и наш генерал, я думаю, созреет. Хван, если что, встреться с их посланником, промаринуй его хорошенько, дури голову, будь загадочным, самоуверенным. О наших истинных силах и возможностях ничего не говори, пусть они сами нафантазируют всё, что нам нужно, — назначил я главного представителя в этом очередном дипломатическом противостоянии и взглянул на Наташу.

— Да? — она сразу же заметила мой взгляд и поняла, что я от неё что-то хочу.

— Они до сих пор не знают о твоих новых возможностях. И не надо давать им пищу для размышлений. Переоденься в стандартный костюм.

— Хорошо. Нет проблем, — сразу же согласилась она.

— Ну, раз так, вернёмся к нашим планам. Что с ремонтом захваченной техники, переоборудовании имеющихся на ходу автомобилей? Фернандо?

— Всё складывается отлично, но если бы в нашей зоне контроля остались ещё зомби — мы бы уже всё восстановили. Увы, зомби регулярно зачищаются и уничтожаются бойцами генерала на их землях. В данный момент сорок процентов лёгкой бронетехники, включая бронеавтомобили и переоборудованные гражданские машины, уже на дежурстве. Ещё сорок находятся в Мариэле и постепенно восстанавливаются. Оставшиеся двадцать процентов на ремонте у местных специалистов. Каждый день мы получаем десять-пятнадцать машин, укомплектованных и прошедших проверку для военных нужд. Сюда не включены обычные гражданские авто, используемые для патрулирования и перевозки припасов к нашим аванпостам.

— Насколько наши сухопутные силы, без учёта костюмов, уступают войскам генерала Адамса?

— Практически в два раза, но при этом наша техника сосредоточена на куда как меньшей территории. В самом городе её даже больше, ведь угроза с севера Флориды заставила генерала держать основной ударный костяк именно там, далеко от границ Майами.

— Оу… Так значит, в самом городе у нас на данный момент даже численный перевес в живой силе и технике? Перебросить войска сразу он не сможет, и вздумай мы начать войну, тем более при появлении морской ударной группы и авиации, он будет вынужден воевать на два фронта, без шансов на переброску подкреплений.

— Звучит как идеальное время для удара, — задумчиво произнесла Наташа.

— Неудивительно, что он резко обеспокоился переброской наших сил и подкреплений в Майами, — согласно закивал Фернандо, а следом за ним и все остальные.

Ну а спустя десять секунд взгляд каждого присутствующего на собрании остановился на мне. Очевидно, все они хотели узнать, собираюсь ли я начать войну. И судя по их серьёзным лицам — они все готовы к подобному исходу.

— Если вы хотите меня спросить, собираюсь ли я начать войну с генералом, то знайте, что мой ответ — нет. Вижу, что вы все серьёзно настроены и готовы последовать за мной. Но готовы ли солдаты? Безусловно, мы победим в этой войне. И Флорида станет нашей. Но какие жертвы мы понесём, зажав генерала в угол? Наш стремительный рост остановится из-за этой войны с равным. Вы сами говорили, что его силы рассредоточены, но и наши тоже, компактны лишь пока мы управляем маленькой частью Флориды. Круизеры параллельно проводят несколько наступательных операций и зачищают от зомби и банд острова по всему архипелагу, помогают армии Панамы. И размах этих военных операций лишь нарастает. Если вдруг мы ошибёмся — у нас не будет сил и средств для второго шанса. Упустим инициативу, и наши мечты на североамериканском континенте будут разрушены. Да и попробуйте объяснить людям, почему они должны взять в руки оружие и пойти убивать соседей, что оказались в зоне влияния генерала и его войск? А ведь они будут защищать свои дома. С такой поддержкой в лице армии США они будут стоять до последнего и ждать, пока придут подкрепления. Пусть и не все, но многие — точно. В одном месте застрянем. Во втором. И в конце концов увязнем, потеряем инициативу. Это против зомби все выкладываются на полную. Поэтому, нет, если на нас не нападут — войны не будет. Но своё мы получим так или иначе.

Напряжённые лица людей вокруг начали расслабляться, и все как один выдохнули, понимая, что большой крови в ближайшие дни не прольётся.

Мы продолжили переговоры, Хван ушёл, но при помощи шлема оставался с нами на связи и слышал тысячи поднимаемых вопросов и обсуждений. Как нам быть и что нам делать с бесконечным количеством проблем воскрешаемого, а вернее даже реконструируемого мира в эпоху постапокалипсиса.

Такие большие и долгие собрания — редкость. На нём присутствовало куда больше людей, чем обычно. Кроме представителей военного блока, традиционно занимающих места возле меня и регулярно участвующих в подобных собраниях, здесь были и представители более мирных направлений. Руководитель нашего порта, главный логист, занимающийся со своей командой постоянной оценкой как добытых ресурсов и их перераспределением между базами, так и заказами для пчёлок. Вместе с Афиной они показывали потрясающую эффективность. Глава ремонтников, глава монтажников, занимающийся реализацией проекта «Глаз бога» в подконтрольных районах Майами, руководители учебных лагерей и аналитического отдела. Последний был учёным и ковырялся в базах данных Афины, собранных по тысячам терминалов с целью нахождения новых взаимосвязей и возможностей ускорения развития баз. Оптимизация расходов сократившегося притока очков достижений — важный шаг на пути к стабильности.

Основная моя задача — научить все эти вновь созданные отделы работать вместе и учитывать интересы не только свои, но и коллег, что несут не менее важную миссию для обеспечения жизни многочисленных баз Круизеров.

Это был, можно сказать, практически семинар по организации созыва совета руководителей на примере одного региона — Флориды. Дальше нам даже не обязательно будет находиться в одном городе. Пока мы не слишком далеко раскинули свои щупальца власти, Афина сможет проводить подобные встречи, используя имеющиеся ресурсы действующих станций связи и шлемы. Благо, основные наши силы находятся неподалёку и разделены небольшим участком моря. А вот потом… Чтобы всё это работало, нам и будет нужен тот суперцентр связи, построенный на горе. Кто владеет информацией — тот владеет миром. Но если эту информацию невозможно передать соратникам и своевременно получить от них помощь… Можно очень даже неожиданно умереть и потерять вообще всё. Так что этот мегапроект станет связующим узлом, объединяющим людей в различных уголках нашего мира, что даже не знакомы и вживую никогда не встречались, но вместе и сообща решают общие проблемы Круизеров. И если одного подобного центра будет мало… Что ж, не вижу проблем в постройке ещё нескольких, как только у нас появится удобная возможность.

Мы бы могли ещё долго говорить, но я, Наталья и Фернандо были вынуждены покинуть собрание, чтобы подключиться к новым переговорам с представителями кланов, перекрывших трассы из Флориды на большую землю.

Стоило картинке появиться, и мне увидеть лица представителей этих, по сути, бандитских формирований, как внутри меня заиграла счастливая улыбка. Но само лицо, конечно же, никак не изменилось.

Просто наш дипломатический корпус, целиком состоявший из носителей боевых костюмов в сопровождении десятка летающих дронов, прикрывающих их с воздуха, боевого корабля с наведёнными на побережье пушками и двух носителей силовой брони — оказался достаточно внушающим. Я смотрел через экран на всех пятерых представителей от кланов, что тоже пытались казаться внушительными, но на фоне моих красных доспехов, которые они тоже прекрасно видели, их бравада казалась такой забавной.

Лица у каждого из них были серьёзными, они молчали, выпятив челюсти, и молча ожидали первого слова. Эти люди бежали от одной армии, в поисках свободы. Идя на юг, они наткнулись на вторую армию, и остановились, замерев в нерешительности. И теперь к ним прибыли представители третьей армии, новой силы, которая пусть и была дальше других, но внушала не меньше.

Я знал, как зовут тех, кто сидит перед камерой, в сотнях километров к северу. А они обо мне не знали ничего… Кроме того, что я могу взломать всю их технику, оставаясь на расстоянии. И ещё того, что я что-то от них хочу, раз позвал всех их.

— Рад этой встрече, свободные жители бывших Соединённых Штатов. Джон, Лилит, Дэниел, Муса, Майкл, — перечислил я их имена. — Вы меня не знаете, как и ваши боссы, что прислали вас вместо себя, опасаясь ловушки. Но не переживайте, мы это сейчас исправим. И возможно, даже станем друзьями! Моё имя — Михаил Листопадов, и я — глава Круизеров. Возможно, вы что-то слышали о нас, но всё же я потрачу капельку вашего и своего времени, чтобы вам было чуть проще донести до своих больших начальников, кто я и в каком положении вы находитесь.

Люди старались не отрываться, смотря на меня, но то и дело косились в сторону расхаживающего у входа в здание, где состоялась эта встреча, бойца в силовой броне.

— Положение ваше… Печальное. Скорее всего, не все из вас заметили, что вы практически обречены, а лучшие шансы уже упустили. Но добрые люди, такие как я, всегда готовы протянуть руку помощи страждущим и нуждающимся, вроде вас. Ведь Круизеры на сегодня — это признанная военная организация, объединяющая в себе политические интересы и вопросы безопасности стран Карибского региона, Центральной Америки и юго-восточной части США. Наша задача — возвращение мира и стабильности на Землю. И для этого мы готовы на всё. Начиная от дипломатии, как у нас сейчас с вами, так и вплоть до ТОТАЛЬНОГО! БЕЗОГОВОРОЧНОГО УНИЧТОЖЕНИЯ! — резко повысил я голос и убрал улыбку со своего лица, затем сделал паузу, вновь улыбнулся и продолжил. — Тех, кто мешает нам восстанавливать мир и безопасность… При этом, очевидно, что старые институты власти более не в силах контролировать все эти вялотекущие процессы… Что же, вижу непонимание в ваших глазах. Скажу проще. Мы — военная корпорация, и наше дело — война. И сейчас мы будем решать — кто вы для нас? Преграда на пути, которую нужно уничтожить и забыть? Или потенциальные союзники, которым можно дать в руки оружие, лекарства, экипировку и заключить джентльменское соглашение, как с понимающими и ответственно относящимися к вопросам возрождения человечества людьми. Мы знаем о уже случившихся стычках с войсками генерала Адамса. И с давящими с севера армиями первого официально отколовшегося и независимого штата Алабамы, про ополченцев Джорджии, что пролили много вашей крови тоже знаем… Тяжело воевать со всеми сразу. Скажу вам по секрету, генерал Адамс, что рвётся за пределы Флориды, так и хочет уничтожить вас, но только вот он боится, что мы ударим ему в тыл. Так что, если вдруг мы с вами не договоримся, я могу легко договориться со своим соседом.

По сути, я своим коротким монологом поставил им ультиматум. И теперь им надо было донести эту информацию до своих кланов. Пускай решают, что им делать. Поразмыслить на холодную голову, и понять в какой глубокой яме они сидят, можно было бы и без меня. Но я помог им и разъяснил популярно, два варианта развития событий.

— И вот теперь, зная в какой вы оказались ситуации, я готов выслушать ваши просьбы и вопросы, прежде чем перейти к заключению соглашения с вашими командирами. Я знаю, что связь у вас есть. Ах да, ещё одно… Так как прибыла только половина кланов, получивших наше полное уважение приглашение, я, совершенно очевидно, свои гарантии предлагаю только вам. Ну а что произойдёт с теми, кто не внял голосу разума… Думаю, лояльные мне правители, союзники с большим сердцем, полным сострадания и переживания за судьбу своих людей, без проблем займут эти территории под свой контроль для защиты братьев и сестёр от угроз и вызовов этого мира. И я с радостью им в этом помогу… Итак, дама и господа, я готов ответить на ваши многочисленные вопросы. Не стесняйтесь, друзья мои!

Словно удав, гипнотизирующий кролика, я сделал им предложение, от которого невозможно отказаться. Но лучше бы им поторопиться с принятием решения, ведь долго водить за нос генерала Адамса и тянуть с пересмотром договора — я не смогу. Он не хуже меня понимает, что его время точно также ограничено и спасти его сможет лишь экспансия во всё ещё неподконтрольные никому кроме мелких банд земли.

— Когда?

— Никто не знает. Год. Два. Десять. Но вторая волна обязательно будет. И будет при нашей жизни. И то, что мы переживаем сейчас, — покажется такой мелочью, что мы будем с ностальгией вспоминать об этих славных временах мира и спокойствия. Скажите честно, генерал. Вы же не думаете, что те, кто отправил к нам терминалы с оружием, готовы предоставить нам столь ужасающие средства уничтожения из будущего, — развёл я руками, демонстрируя свой костюм, — только лишь ради уничтожения этих жалких мертвецов? Если бы это и было всё наше испытание — хватило бы холодного оружия, аптечек и патронов в терминале. Да и даже без терминалов, мы бы одолели эту угрозу, пусть и скатившись в средневековье. Но уже сейчас я могу купить по щелчку пальцев танковый дивизион или линкор, если будет хватить очков достижений! Как и вы. Как и любой из нас. Думаете, всё это нам дано для того, чтобы разобраться с зомби? Мы в детском садике, генерал. И рано или поздно он закончится. Вопрос лишь в том, насколько мы будем готовы к второй фазе этой войны.

— Я не хочу верить в этот бред… — закрыл глаза Адамс и покачал головой. — Но как говорится, хочешь мира — готовься к войне. Я не могу отрицать возможность подобного исхода. Не после того, через что мы уже прошли. Давайте найдём компромиссы, ради нашего с вами выживания.

— Теперь, когда каждый из нас знает о целях друг друга, уверен, это не составит труда. Начнём с пересмотра имеющихся соглашений и гарантий безопасности для каждой из сторон. Достаньте, пожалуйста, карту, которую вы с собой взяли, — я оставил за собой последнее слово в этом предварительном раунде, давая понять, что знаю и слежу за каждым их шагом.

— Доминик. Карту, — не поддался эмоциям в этот раз генерал, и единственный носитель рюкзака достал из него по приказу своего генерала бумажные карты Флориды, США и всей Северной и Центральной Америки.

Начался основной этап переговоров. И затянулся он на долгие часы… Но в итоге, каждый из нас получит то, что хочет. И если всё пойдёт как надо — у меня окажутся развязаны руки, и мы сможем спустя несколько месяцев отправиться в Африку, Европу и Азию. В места, где плотность зомби будет воистину зашкаливать. А ещё надо наведаться в Россию. С её военной мощью и потенциалом производства, мы могли бы многократно и быстро увеличить свои возможности.

«Поскорей бы построили центр связи… Тогда, быть может, мы получим сведения с других континентов и поймём, как развивается ситуация у них…» — смотря на карту, я мечтал о грандиозном вояже своим флотом к далёким берегам, полным добычи и возможностей.

Но буйный сосед под боком, в лице десятков и сотен небольших армий на территории США, обладающих помимо оружия ещё и манией величия, требует сперва укрепить собственные рубежи и создать лояльных и верных союзников, что станут преградой на пути тех, кто идёт своим собственным путём.

Несколько дней спустя…

Странная, весёлая атмосфера праздника витала на улицах Майами. Радовались и были беззаботны все вокруг: и мои Круизеры, и наёмники, и только что вступившие в нашу армию на испытательный срок члены городских банд, решившие не противиться судьбе. И даже те, кто ещё не присоединился ни к одной из групп, но позабыл, что такое работа, и просто вскрывал квартиры, подвалы и гаражи в поисках ценностей — и те радовались. Атмосфера праздника была даже у тех, кто ещё недавно считал этот чудесный город своим. Разрушители, Итало и другие местные кланы и банды, присоединившиеся либо к американцам, либо к нам — и у тех открывался алкоголь, в воздух стреляла бесполезная пиротехника, а на бочках жгли размороженные сосиски, которые удалось с огромным трудом сберечь. Для них причина была более чем достойная — официальное заявление с нашей стороны и со стороны армейцев об окончании операции по зачистке города. Я же смотрел на эти пьяные лица с плохо скрываемым недовольством. Радоваться такой мелочи, когда вокруг столько проблем?

Ладно, это во мне отголоски многочисленных смертей сейчас бухтят. Для обычных людей это была большая победа. И для поднятия морального духа, как и в давние времена, требовалась попойка, праздник, фестиваль — что угодно, что поможет людям обрести веру в собственные силы и светлое будущее.

Отныне в Майами официально нет зомби. Если и вылезет кто-нибудь убогий, то это будет редкое исключение из правил. Но подобному мы, безусловно, удивимся. Всё же город прочесали не один раз, и все орды зомби были разбиты ещё на днях. Отныне это новый город, воскресший из ада постапокалипсиса и начинающий свою новую жизнь под властью и контролем Круизеров. Мне нужна база, мне нужны производства. Мне нужен защищённый порт. Это место полностью удовлетворяет наши потребности. Генералу же оно практически не к чему. И он его мне отдал. Один из немногих, но столь важных пунктов договора между нами двумя. Для него Майами — это лишь огромные проблемы: голод, безработица и ошалевшие банды — вот что он получит. Я же не против попытаться воскресить цивилизацию и немного перестроить это место, превратив его в оплот, из которого мы будем отправляться на миссии по континенту. Ну и, в целом, будем честны — город большой, с перспективами строительства через меню терминала, и один из первых городов, полностью очистившихся от заразы. Возможно, это первый в Америке город-миллионник, свободный от угрозы мертвецов. А значит, с лёгкой помощью Афины, он вскоре станет Меккой выживших, желающих найти себе и своим семьям спокойную и тихую гавань. Именно это мне и нужно: люди, специалисты, воины, готовые пересечь штат за штатом, чтобы доехать до города свободы.

И несмотря на все эти победы круизеров — мне не радовалось. Хотя, скажем прямо, повод был и без новостей об зачистке Майами. Между мной и генералом Адамсом было заключено соглашение. Не абы какое, а полноценный союз, военный альянс с разделом сфер влияния и многостраничным, историческим текстом, который однажды, если повезёт, будут изучать наши потомки.

Та ночь была безумно длинной. Долгой… Мы с генералом спорили, брали паузу, советовались и снова спорили до тех пор, пока у нас не охрип голос. Многие вопросы остались незакрытыми, и мы не смогли прийти к окончательному соглашению. Ведь мы в своей декларации фактически поделили США и ответственность между нами за войну на континенте. Я чётко понимал, что мне надо от этой страны и генерала. Если мы сможем одолеть всех на своём пути, то он заберёт себе девяносто процентов земель бывших штатов. Ну и пусть. Зато все территории за пределами США — моя зона влияния. И оставшиеся десять процентов, взамен на мощь моей армии, разведку, флот, авиацию и всё остальное — более чем справедливая цена. Прибрежные города, включая Майами, теперь часть моей земли. Города с военными базами и ключевыми центрами разработки, технологий, производств редких компонентов — тоже мои. Он видел и понимал, что я хочу забрать себе небольшие, но очень ценные куски земли и части его страны, но всё же согласился. Я избавился от необходимости править огромными землями, вызывая ярость союзника, при этом оставив себе возможность производить, торговать, нанимать людей, развивать форпосты и базы для обороны.

Практически уверен, что Адамс, как разумный человек, рассматривает разные сценарии, и один из них — пойти на уступки сейчас, использовать нас для достижения своей цели, а затем, в лучших традициях победителей, вонзить мне нож в спину. Ведь он свято верит, что у него будут ресурсы, технологии, лояльная армия, готовая смести оборону моих ребят на опорных пунктах и вернуть полный контроль над американской землёй. Я бы на его месте так и поступил.

Но мы в любом случае делили шкуру неубитого медведя. А это опасно… Очень опасно. И прямо сейчас из-за моих действий на севере гибнут люди. Оттого и настроение у меня отвратное. Многие не доживут до рассвета из-за моих решений. Война кланов началась, мои бойцы добрались до пятёрки, пошедших мне навстречу банд. Добрались и передали в их руки оружие и аптечки, несколько рабочих костюмов для главарей и их ближайшего окружения. А ещё разведданные, парочку бронеавтомобилей и веру в светлое будущее. Но уже завтра или чуть позже, вместо триумфа к их позициям подойдут бойцы генерала Адамса. Его военной машине нужно продолжать двигаться, и теперь, когда он знает, что его тыл в безопасности, он готовится маршем пройтись вдоль побережья и захватить опорные пункты в соседних штатах, взяв таким образом в клещи «бунтарей» из Алабамы, объявивших о своей независимости. Скорее всего, эти пять кланов, получив урон во время своей войны с соседями, будут вынуждены либо подчиниться, либо умереть. Такова роль пешки… Если бы я и генерал Адамс не договорились, они могли бы стать кем-то великим, сражаясь на своей земле, а я вёл бы свою битву с людьми Адамса в Майами. Растянутые силы генерала просто не смогли бы успешно вести сражение и там, и тут. Ему бы пришлось выбирать, где сосредоточить свои подразделения. Но он понял, что без договора со мной он может и не мечтать о будущем.

Я словно предал их. Хотя, по сути, мы даже толком не знакомы… Отвратное чувство. И уйти со своих мест они не захотят. Некуда им идти. И уходить тогда, когда ты только что проливал кровь за очередной посёлок или же квартал города… Свои же не поймут.

— Афина… — обратился я к своей помощнице, игнорируя веселье вокруг. — Покажи мне оперативно-тактическую карту боёв на севере Флориды и перемещение отрядов Адамса.

«Выполняю, господин!» — донёсся до меня её голос из мультимедийной системы пентхауса, который я занял и отдыхал, смотря из панорамного окна тридцатого этажа на гудящие улицы.

Я повернулся к огромной плазме, занимающей половину стены, и моя помощница переместила на неё сгенерированное изображение с отметками о боевых подразделениях моего нового союзника, отмеченные оранжевым цветом. Зелёные отметки различных оттенков показывали отряды, пошедших на соглашение со мной кланов, а фиолетовые отметки — тех, кто проигнорировал голос разума и окопался на своих улицах.

— Оценка?

— Благодаря поддержке наших диверсионных отрядов, мы будем контролировать пятьдесят процентов охраняемых противниками территорий уже к утру. Не исключены сдача в плен и попытки переговоров, что может ускорить процессы присоединения новых территорий, — проанализировала обстановку на различных уголках этого небольшого фронта развязанной моими руками войны Афина.

— На когда Адамс собрался начать наступление?

— Девять утра.

Я ещё раз взглянул на карту, на разницу в силах клановых бойцов. Интересно, сколько из них пошлют меня, если я передам им приказ отступать? Прекратить войну и всё остальное? Ведь Адамс согласно военной доктрине будет забирать и призывать в свою армию почти половину всех мужчин, что добровольно сложат оружие. Потери на его пути неизбежны, и ему понадобится много людей. Конечно, будут дезертиры, но будут и те, кто согласятся… Но эта пятёрка кланов… Не знаю, как они к этому всему отнесутся.

— Афина, свяжи меня с лидерами этих банд. Поговорю с каждым один на один. Хотя бы предупрежу, чтобы они не наделали большой глупости и в итоге их просто в фарш не превратили. Всё же это не скоты какие-то, и люди там разные. Хороших и верных своему делу тоже хватает. Не хотелось бы, чтобы все они погибли.

Начались очередные тяжёлые переговоры. Меня не один и не два раза обвинили, назвали нехорошим человеком и предателем. В порыве эмоций, да от кипящей из-за битвы крови, как и при виде погибающих на их глазах соратников, пообещали прикончить. Но я не стал принимать это близко к сердцу. Они теперь знают, во сколько к ним начнут двигаться армейцы, знают и то, что шансов у них, даже если бы они объединились — нет. А мои спецы, каждый из которых работает сразу за десяток отлично обученных бойцов, не станут им помогать и вскоре уйдут.

Я пообещал, что каждый из них, если захочет, может добраться до побережья и сесть на мой корабль, который доставит их вместе с семьями и всеми желающими в Майами или другие подконтрольные мне области. Сразу, поддавшись эмоциям, никто этого не захотел. Большинство из них бравировало и обещало защищать свой новый дом до последней капли крови! Я сказал, что это их право и всё, что у меня есть для них сейчас — это корабли, информация и гарантии. Ведь я выполнил своё обещание по оружию и экипировке, аптечкам. Я сделал их сильнее соседей за одну ночь и пустословом меня нельзя назвать. Другое дело, что я всячески хитро манипулировал информацией во время разговора и сводил всё к тому, что мы вместе будем щипать генерала Адамса и его земли, когда они станут сильнее. А теперь я переобулся. Дипломатия порой — крайне скотская наука. Они изначально были моей подстраховкой, на случай упрямства моего боевитого соседа. И другого варианта прямо сейчас у меня не было. Я рисковал в любом случае и подстраховался с их помощью от наихудшего расклада.

Теперь же, когда худший сценарий не произошёл, они стали той закономерной целью на пути жадного генерала. И, предупредив их, я сделал всё, что только мог для спасения их самих, равно как и результатов их труда.

Дальше были бессонные часы, слегка пьяные соратники, Роберто ввалился в мой пентхаус с двумя очаровашками, с которыми мы развлекались на круизе перед приходом Алого Затмения. Но Наташа быстро выпроводила и его, и этих двух пчёлок, что вопреки моим ожиданиям не только выжили, но и смогли устроиться в этой новой жизни.

Наташа всё пыталась достучаться до меня и развеселить, но я то и дело отвлекался на глав кланов, что успокаивались и искали в моём лице хотя бы источник информации. Кто-то решил бежать на север, в труднодоступные земли с основным костяком своих бойцов, чтобы переждать нашествие армейцев. Кто-то решил остаться и присоединиться к ним, выслушать их предложение. Два клана, поразмыслив, решили поверить мне и срочно отступали из битвы, собирали своих людей, свои пожитки и ценности, отправляясь к побережью. А ещё один клан… Тот, что был самым многочисленным и сильным, сумел заставить своего врага капитулировать, и его солдат присоединил к себе — и вовсе пообещал уничтожить всех, кто посягнёт на их святой городишко.

— Ну, хватит тебе. Они бы в любом случае столкнулись с этим бедствием. Всё, что ты у них забрал, — это надежду на господство в регионе, которую ТЫ же им и подарил! Но они даже оставили себе костюмы и технику, оружие! Ты и так был более чем щедрым! — подошла ко мне Наталья и протянула бокал с вином. — Давай уже возвращайся к своим людям и соратникам, а не переживай о каких-то бандах, что гибнут по всему миру каждую минуту. Выживает сильнейший. Ты дал им столько, сколько они бы никогда и ни за что не получили!

— Да, думаю, ты права, — принял я бокал из её рук. — Но грущу я не только из-за них. Поводов у нас хватает и без этого.

— Ну и что же за горе такое случилось у нас всех, о котором мы не знаем? Только не говори о второй фазе сражения, пожалуйста. Мы это уже слышали, сделать с этим мы ничего не можем, и никто не знает, когда оно наступит.

— Ну, есть ещё один момент… Напомни мне тост, который звучит чаще всего на улицах города?

— За освобождение города?

— Не совсем. За освобождение дома… Так они говорят. И многие местные искренне радуются, а те, кто не отсюда… Мне хватило двух-трёх минут на улице, чтобы утонуть в этих взглядах приезжих. Никак не благодарных, нет. Взгляды требующие. Настаивающие. Ждущие от меня решительности и быстрого, немедленного объявления мобилизации и отправки в другие части не только этой страны, но и мира! Они ждут, когда я освобожу их дома. Которые расположены где-то там, далеко-далеко. И создам чудо, которое обеспечит их возвращение домой и встречу с близкими. Но ты ведь знаешь, что таких чудес не бывает… В мире тысячи городов. И миллионы мелких поселений. Этот праздник заразил их верой в то, что завтра они точно также встретятся со своими соседями и жизнь вернётся в прежнее русло. Но нет. Этот мир никогда уже не будет прежним. Сегодня у нас не праздник, а иллюзия о светлом будущем.

— Ну что ты всё нудишь, — обняла меня сзади Наташа.

— Потому что только перед тобой и ещё парой человек я могу говорить то, что думаю на самом деле. Стоит мне выйти на улицу, как я должен превратиться в другого человека. Стойкого, храброго, уверенного в победе лидера, защитника справедливости, реконструктора прежней цивилизации. Порой это невыносимо. Лгать всем этим людям, смотря им прямо в глаза.

— Лгать? Ты думаешь, что мы обречены?

— А ты думаешь, другие миры, в которых вторгались эти твари, были готовы хуже нашего? Нет… Ты не видела эти форпосты. Эти укрепления. Эту концентрированную мощь на стенах, тысячи великолепно обученных воинов в технике, которая нам и не снилась. То, что здесь есть лишь у избранных — там было у всех поголовно. Ручные пушки, которые мы ещё даже не видели и способные прошить насквозь самый тяжёлый и крепкий современный танк — были в каждом взводе. Я бросал плазменные гранаты, я орудовал плазменным виброклинком, что рассекает тварей так, словно они просто масло для хлебушка. Из ракетных шахт и мобильных установок вылетали такие крылатые вестники смерти, что сотня бойцов в силовой броне превратилась бы в оплавленный ком праха. Но их было не остановить. Они насмехались над нами и нашими попытками защитить свои земли. Мы умирали. Каждое мгновение этой войны. Этой бойни, в которой они плевали на собственную смерть, словно у них были запасные жизни. Нескончаемый поток тварей и от уничтожения нас отделяли лишь героизм солдат и запасы оружия уничтожения. А в конце… Если посчастливилось забиться в какую-нибудь дыру с пронзённым насквозь вражеским выстрелом телом — умри от мегавзрыва, сносящем оккупированную базу вместе с тварями. Редкой радостью для меня случалось умереть в вспышке ядерного взрыва. И знать что твари сдохли следом. За десять с лишним лет я умер больше трёх с половиной тысяч раз. И каждый раз я ощущал эту боль так, как будто умираю по-настоящему. Это не то, что можно просто взять и забыть. Это не то, от чего можно отмахнуться и сказать: «В этот раз всё будет по-другому», — я взглянул в глаза Наташи, которая потеряла всё игривое настроение, и покачал головой. — Не будет. Прости, что испортил тебе настроение.

— Ты стравил людей и заставил их сражаться, умирать, и тебя гложет это? Ты теперь смотришь на всех вокруг, и даже на меня, а видишь просто всё ещё ходячие трупы? Ты ведь знаешь, что генерал, что не верит в победу — обречён на поражение?

— В победу я как раз верю. Если мне удастся где-то найти информацию о вторжении. Если только мы будем готовиться не как слепые котята — то мы им гарантируем ад, вместо весёлой охоты. Но где найти её? Я не знаю. Это гложет меня. Я будто заперт в крепости, из которой есть способ спастись и вырваться наружу, избежать осаждающих цитадель врагов. Я знаю, что где-то этот тоннель есть, но не вижу его. Это бесит. И скорее всего — все эти люди будут прикрывать наш прорыв, ради шанса на победу. И станут жертвами этой победы. Но так уж устроена война… Нам надо ускориться. Пока что мы всего лишь одни из многих претендентов на роль хранителей этого мира. Надо переходить на новый уровень. Надо брать под контроль города с сохранившимися производствами. Каждое очко достижений — важно и должно быть камнем в фундаменте нашей победы. Если мы просто будем тратить их на создание бесполезных на войне вещей, ради комфорта и уюта в наших городах… Мы никогда не победим врага. Надо в кратчайшие сроки устроить второй, третий или даже десятый Майами. Надо освободить больше мегаполисов и взять их под наш контроль. Готовься к совету, Наташа. Мы избежали большого кровопролития, но это только на время. Скоро нам предстоит с головой окунуться в грязь реальной войны. И далеко не всегда нашими противниками будут зомби.

— Прошу прощения, что прерываю. У нас экстренная ситуация. Один из наших кораблей охранения атакован у берегов Панамы. Вскоре он затонет. Начата эвакуация людей, но мы так и не обнаружили противника, — вмешалась Афина.

— Диверсия? — тут же почувствовал я неладное.

— Не исключено…

— Здесь прибыло — там убыло… Никогда нельзя расслабляться. Завистников и сумасшедших хватает. Отдыхай, Наташа. А я пойду в штаб, пожалуй… Надо найти тех, кто так сильно спешит отправиться на тот свет…

И снова я на корабле. Снова я на нашем боевом лайнере особого назначения, плыву в сторону войны. Пожалуй, это лучшее, что я вообще умею делать. Впереди меня и моих бойцов ждёт Панама. И плыть туда осталось совсем немного.

Неделя прошла с тех пор, как пошёл на дно наш первый корабль. Остальные, от греха подальше, пришвартовались в защищённых портах и заняли оборону на земле, в воде и в воздухе. Больше не было диверсий, и на нас никто не нападал, а своей целью мои бойцы выбрали кооперацию и боевое слаживание с местными отрядами самообороны и армией Панамы. И хоть мы шли на юг… Наша цель была на севере. Мексика… А перед этим — многочисленные небольшие государства Центральной Америки. Здесь нет больших игроков, нет своих генералов Адамсов. По крайней мере пока. Главы наркокартелей, конечно, вполне себе удобно расположились, взяли власть над городами в свои руки, но… У них много головорезов. И много амбиций. Они жестоки, но они не так опасны, как Адамс. Впрочем, кроме них есть и столь желанные для нас, круизеров зомби, терминалы, ресурсы и труднодоступная местность. Когда мы станем правителями этого места, предложив многочисленным альянсам выживших свою защиту, любому, кто решит атаковать нас здесь и пограбить — будет оказан максимально тёплый приём… Шанс выбить закрепившихся в этих землях людей есть только у атакующих с большим численным перевесом в живой силе и технике, в новейших средствах вооружения из терминалов. И так уж вышло, что сейчас мы обладаем всеми этими пунктами для успешного захвата центральной и латинской Америки.

Мы начнём с Панамы, создадим плацдарм в этой части Латинской Америки, освободим столицу по другую сторону знаменитого канала и организуем защиту от тех пиявок, что расселились в болотистых джунглях к югу. Там и раньше цивилизации не было. А теперь и подавно. Более того — ни одна армия, даже мертвецов, не пройдёт спокойно по этим землям. Болота там гиблые…

Поэтому мы решили на совете создать в тех краях базу и уже оттуда двигаться на север, собирая не только урожай очков достижений из зомби, но и продолжая вести полномасштабную войну против полулегальных банд, пиратов и прочих отбросов, возомнивших себя царями нового мира. Мы будем диктовать условия. Мы будем заботиться о живущих там людях, хотят они того или нет. Это закон силы. Закон власти. Закон мироздания. Если они против этого — пусть их легитимное правительство свяжется с нами и передаст нам ноту, подписанную президентом или национальным советом. Хоть кем-нибудь, кто реально уполномочен принимать такие решения. Ведь я действую в интересах Кубы, Ямайки, вскоре ещё и Коста-Рики с Панамой. Если кто-то не контролирует свои территории и с них в соседние страны совершают свои набеги зомби — по приглашению действующих правительств этих государств я без особых проблем, в рамках международного права, смогу ввести свой миротворческий контингент. Для их защиты. Ну а дальше буду ждать очередную сессию ООН, которая и решит, стоит ли мне выводить свои войска по достижению стабильности в регионе — или нет. Конечно, в реальности оно не должно так работать и есть свои ограничения, но мир изменился. И реальность изменилась. Мы будем действовать — и уже затем разбираться с последствиями и недовольством сброшенных с трона царьков.

И что-то мне подсказывает, что очередной сессии ООН не будет. Но если вдруг случится чудо, и она состоится, и найдёт способы донести свои позиции и решения в разные уголки нашего бедного мира — я обязательно там буду и поучаствую, и сделаю всё от меня зависящее, чтобы это решение пошло на пользу нам, Круизерам.

Собственно, приняв решение и согласовав его со своими советниками, мы начали готовиться, отдали указания, приостановили темп и активности уже отправленных бойцов, заставили их сосредоточиться на переговорах с правительством Панамы и оборудовании, развитии нашей базы в регионе. Портовый город, население, терминал, доступ к пресной воде и удобные дороги — нам не так уж и много надо для счастья. Всё остальное мы построим своими собственными руками.

Вот эти руки мы и везли, помимо наших бравых воинов. Мы основательно приготовились и сделали всё от нас зависящее, чтобы не просто нанять бездомных беженцев, которые за еду были готовы хоть провода зубами грызть, а ответственных, понимающих, трудолюбивых специалистов, что уже себя хорошо зарекомендовали. И чтобы это сделать, нам пришлось бы их откуда-то забрать, а ещё каким-то образом уговорить.

По военной части всё прошло быстро, легко и просто. Три дня назад вернулись и гуляли, отдыхая и развлекаясь наши бравые Молоты Круизеров, захватившие контроль и подчинившие себе неспокойный остров Доминикана. Много беженцев, много курортов, много проблем и возможностей. Очередная победа в нашей копилке. Так что, оставив часть бойцов для последующих и планомерных подкреплений на воюющие Пуэрто-Рико, Сент-Китс и Невис, Барбадос, Тринидад и Тобаго и многие другие мелкие острова, на которые мы уже десантировали своих бойцов, остальная часть нашего легиона приготовилась к войне в другой части этого уголка планеты.

В США я решил никого больше не перебрасывать, только ещё пару десятков экземпляров силовой брони для укрепления нашей боевой мощи решил добрать. Поэтому Бруно и Хван отобрали два десятка своих сильнейших бойцов, прокачали их, сведя их с зомбарями, и те добили необходимое для покупки число очков. Дальше всё просто — вояж по маршруту Куба-Ямайка-Лимон, там высадил их с материалами для ремонта и восстановления нефтезавода вместе с парочкой столь необходимых специалистов с опытом. А дальше дуйте обратно, в своих новеньких, как с конвейера, экземплярах силовой брони, пугать бандитов и военных Флориды.

Всё это время, что мы готовились и ждали войска, занимались укреплением баз и развитием уже имеющихся территорий, создавали всё новые и новые кулаки, проводили ротацию бойцов и набравшихся опыта командиров в молодые, дерзкие и неотёсанные подразделения. А ещё мы проводили гражданскую реформу. Начали её на Кубе и в последствии проведём везде. Но пока решили заняться именно нашей основной базой и оплотом, так как именно здесь находятся наши самые развитые производства, самые высокоуровневые терминалы и учебные лагеря. А ещё здесь больше всего людей, что, потеряв всё, искали новых себя и смысл в этой жизни, оказываясь в многочисленных лагерях беженцев, в поисках работы, еды и безопасности.

Суть реформы была проста. Посвящённые люди из моего окружения знали о её подготовке заранее, Афина проводила расчёты и анализировала возможные модели её реализации. Тесты в небольших группах и анклавах были завершены, результаты получены, плюсы понятны, минусы очевидны, но самое главное — цели были достигнуты. В мире, где бумажные деньги превратились в бумагу для растопки костров, а монеты были игрушкой для детей, требовалась новая валюта. Стабильная, имеющая свою ценность, всем понятная. Обмен процветает по всей земле, но это слишком ограниченная система, которая будет тормозить нас и провоцировать людей на преступления. Мы дали людям альтернативу.

Мы создали Дом Оценки, установили в нём множество переживших Алое затмение компьютеров, объединённых в одну сеть, управляемую Афиной. Она разместила свой клон на специально выделенные под эту задачу сервера и нагрузила его работой по оценке достижений каждого человека. Система не идеальна, но всё-таки куда как справедливее того хаоса и анархии, что существовала до этого. Все люди, что живут на Кубе и официально считают себя Круизерами, а значит и прошли официальную регистрацию, могут получить работу, выделенную Афиной, и баллы за успешно отработанный день. Мы стараемся массово ставить везде камеры, благодаря которым Афина имеет возможность видеть халтурщиков и срезать баллы наград за неэффективность или ленность. Хочешь получить много баллов — работай так, чтобы на тебя не поступила жалоба или чтобы всевидящее око Афины не увидело тебя дрыхнущим на рабочем месте. Десять дней без замечаний и штрафов — и ты получишь бонусные баллы, как будто ещё один день проработал.

Каждая работа оценивается по степени сложности, важности для нас, опасности. Работаешь грузчиком у пчёлок — дневная ставка десять баллов. Дежуришь на посту в зоне, очищенной от зомби — двадцать баллов. Воюешь на передовой с зомбарями — пятьдесят. Даже если ты просто дежуришь у шлагбаума и пропускаешь беженцев с охваченной войной земли, это считается передовой. Ты прошёл обучение и готов вступить в бой, если придётся. Если же тебе не повезло и в твоём регионе, в твоём городе не осталось свободных рабочих мест — ты можешь работать добытчиком или подать запрос на перевод в другое место. Компьютеры покажут, где и кого срочно не хватает. Переезд за счёт работодателя. Работа есть постоянная и временная. В случае постоянной работы и долгого контракта — ты получишь бонус по его окончании и возможность продлить. Временная — день, два, иногда три дня и дальше вперёд, на рабочую биржу. Нам упрощало проведение этой реформы то, что в Майами удалось раздобыть огромное количество работающей техники и серверов. А воскрешённые и перевезённые банкоматы, после модернизации и добавления солнечных панелей для автономного питания стали мобильными пунктами в разных городах, сёлах и уменьшали потребность людей в поездках к самому Дому Оценки.

Естественно, сами по себе баллы ничего не значили. Их на хлеб не намажешь и в рюмку не нальёшь. Но за них можно было бы купить всё то, что мажется и льётся. Еда, медикаменты, инструменты, билеты на переезд в один из контролируемых нами городов, одежда и всё то, что мы сейчас производим, добываем, реквизируем у тех, кто решил с нами поконфликтовать. Естественно, мы не занимаемся грабежами и не кошмарим любую местную группу, которая хочет просто жить и никому ничем не быть обязанной. Мы просто заключаем пакт, говорим о правилах нашей игры и том, что на своих территориях мы позволяем свободным и независимым группам, а за что сделаем очень неприятно. Обычно люди не дураки и здраво оценивают ситуацию, после чего приходят к решению, если и не присоединиться, то хотя бы не нарываться на столь грозную силу.

Афина же следит, при помощи своих пчёлок, за запасами еды, воды, других ресурсов и назначает справедливую цену в баллах за все эти богатства. Зависят они от дефицита товаров. Что же делать тем, кому работы не хватило? Они получают свободный контракт добытчика. Объявляются зоны свободного поиска, и всё, что ты там нашёл — твоё. Всё, что ты там добыл — у тебя не отнять. Но если ты вдруг захочешь подзаработать баллов — можно принести и сдать эту добычу на один из складов и получить справедливое вознаграждение, зависящее от ценности того или иного предмета. Ну а если ты набрал много ништяков и готов начать им обмениваться… Что же — ты молодец, но обмены на защищённой территории Круизеров, где мы выступаем гарантом честности и того, что тебя не пырнут ножом и не сбегут с твоими консервами, требует покупки лицензии. Она же — контракт торговца. Можно на день взять, можно на неделю или месяц. Не заплатишь — будешь оштрафован. Не оплатишь штраф — добро пожаловать на отработку. Сурово? По мне так даже немного демократично. Наличие законов, правил и самое главное — гарантий их исполнения — то, что не может себе позволить девяносто девять процентов группировок в наши дни.

Все расценки за категории и группы товаров есть в общем доступе и постоянно обновляются. Если же мы нуждаемся в какой-нибудь технике, и её нам приносит такой вот добытчик — само собой, сперва она проверяется на поломки. Если это сгоревший и неработающий хлам, который можно лишь на запчасти пустить — его цена будет значительно ниже. Ну, или ищи дураков, кому продашь неработающее барахло.

А ещё введение этой системы вызвало вал обращений и желаний поступить к нам на службу. Те, кто раньше хотели просто «переждать», теперь получали отказы в пропуске к бесплатным пунктам выдачи пищи. Запрет входа в столовые тоже действовал и любые операции на территории наших баз и городов с моими интендантами был доступен только лишь Круизерам. Хочешь не хочешь, а ты дашь согласие и присоединишься, подпишешь документы и даже карточку, идентифицирующую личность получишь, на манер водительских прав. Не сразу — но выдадут. А если ты стал Круизером и хочешь раз в день получать гарантированный минимум — работай. Кредиты баллов на еду, воду и питьё могут получить лишь те, кто работает и зарегистрирован на бирже. И не дай бог тебе саботировать работу, прогулять или как-то обмануть своих соратников. Ноль баллов, запрет на посещение столовых снова и так до тех пор, пока ты не докажешь свою пользу обществу. Не нравится? Добывай себе пищу сам, но учти, что базы данных Афины никого и ничего не забывают. А любые бунты и протесты караются изгнанием. Если ты не ценишь безопасность и труд людей вокруг, тебе не место в цивилизованном обществе. Договаривайся с зомби где-нибудь на берегах американского континента. Или выжившими — как повезёт.

В общем-то, вернувшаяся армия помогла поддержать порядок и успокоить самых буйных, кто-то ушёл, кто-то, наоборот, пришёл, но все стали стремиться к лучшему. Это сейчас баллы ограничены в использовании на базовые потребности, но даже так, список вещей, что можно получить, не выходя из лагеря, превышает две тысячи единиц. И понемногу оно будет расти, пока в конечном итоге за них нельзя будет купить в собственность новую квартиру в защищённых армией жилых кварталах, построенных при помощи Терминалов. Базы Круизеров станут оплотом цивилизации. Электричество, еда, товары народного потребления, транспорт и жильё, канализация, отопление, развлечения. Мы создаём то, что нужно каждому. Если ты не готов ради этого даже просто поработать на всеобщее благо… То что ты вообще забыл здесь?

Люди, как обычно, скептически приняли эту реформу, но недели хватило на то, чтобы оценить её преимущества, и, смотря на довольно лоснящиеся по вечерам в барах лица солдат, управленцев, да и просто удачливых добытчиков, начали им завидовать. А люди ведь редко когда признают, что кто-то лучше их. Если он смог — то чем я хуже? Ну и работы хватало на самом деле. А когда в списке публичных заданий появились заявки с трёхмесячной командировкой в Панаму для гражданского и военного персонала, с очень солидными ежедневными баллами и ещё более солидной премией по окончанию контракта с предоставлением бесплатного питания на время этой вахты… Желающих более чем хватало и мы даже отбор проводили, выбирая из многочисленных заявок тех, кто больше всего подходит к этой работе. А я лишь с ужасом смотрел на очереди после конца рабочего дня из тысяч человек, желающих попытать удачу в тысяче километров от Кубы. Администрация базы провела воистину титаническую работу, даже несмотря на помощь Афины. И вот… Мы практически добрались до нашей точки назначения.

— До высадки ещё около часа… Схожу, пока потренируюсь, а то совсем с этими советами и планированием стал превращаться в непойми кого… — поднялся я с кресла и отправился на два яруса ниже, в тренажёрный и тренировочный зал.

Быстро переодевшись и размявшись, взял скакалку и принялся за дело. Пять минут разогрели не только мышцы ног и кисти рук, но и заставили приятно напрячься лёгкие. Перешёл к мешку для отработки ударов и рядом стали появляться мои верные соратники.

— Михаил, доброго дня. Опоздать не боишься? Скоро причаливаем. — закончив упражнения со штангой, ко мне подошёл Коннор.

— Да я так, немного размяться, чтобы в тонусе быть. — ответил я и проверил, надёжно ли закреплён мешок.

— Хорошо. Подержать его, чтобы не отлетал?

— Было бы неплохо.

Могучий и набравший шикарную форму воин и командир, с которым мы прошли огонь, воду и медные трубы, навалился, и я начал отрабатывать удары, мощно и точно всаживая кулаками, локтями и голенью по снаряду. Рядом проходили закончившие тренировку люди, здоровались и спешили в душ, чтобы успеть освежиться перед высадкой. Да и я с Коннором всего через двадцать минут активной практики последовали их примеру.

— Как тебе командовать? — задал весьма необычный вопрос бывший работник круизного судна, на котором мы встретили конец света.

— А? Странный вопрос. Нормально.

— Просто мне порой кажется, что это тебя мучает. Накатывает и накрывает, словно волной, и ты запираешься в себе. Можешь час никого и ничего не замечать, сидя в штабе и смотря в одну точку. Может, отпуск взять, командир?

— Отпуск? А мы сейчас где, по твоему? Отдыхать, конечно, нужно — я не спорю. Но тут самое главное понимать цену твоего отдыха. Я вполне себе прихожу в норму во время тренировок. Да и давненько ни в каких передрягах и заварушках не участвовал.

— Ну не скажи, босс. — усмехнулся Коннор. — Я три дня при штабе сидел, чуть с ума не сошёл. Зачищать города от зомби в разы проще.

— Я даже спорить не буду. Каждому своё. Одному проще и легче в штабе штаны просиживать, и пользы он принесёт там намного больше, чем десяток боевых офицеров из горячих точек. Вообще это всё пустой разговор. Наибольшее удовольствие я получаю, когда слышу доклады о выполненных заданиях и захваченных опорных пунктах. Через два дня закончится возведение верфи в Мариэле, и я снова буду радостно сжимать кулаки, ощущая разливающуюся по телу энергию.

— Да, возможность экономить и заказывать корабли для нашего флота будет сравнима с первым появлением танков на поле боя в нашей истории. Да и мы в целом, как по мне, — наибольшая сила на море в этой части земли. У нас даже подлодка есть…

— Есть. Да. Специфическая, правда, но мы её к делу пристроим, со дна моря гостинцы благодаря этой красотке добудем. И на переработку отправим. — улыбнулся я и прошёл вперёд, к душевым.

Та самая подлодка, купленная в том самом Лимоне. У нас была проблема с офицерами подводниками и обслуживающим персоналом. И мы смогли её решить, хорошенько поискав людей на наших землях. Хватало и пенсионеров, и молодых. Ну и взрослых опытных людей тоже хватало. Кого-то уволили из флота, кто-то ушёл на пенсию, но был моложе Коннора. Кто-то только готовился стать подводником, а кто-то был в отпуске и не погиб, как все остальные подводники, что находились в море. Вот поэтому мне и нравится Майами. Кого там только нет… Если поискать.

В общем, на одно единственное судно мы нашли персонал. И теперь она плывёт неподалёку, сканируя всё вокруг при помощи своих локаторов и ограждает нас от угроз. Мы подготовились к потенциальным вражеским диверсиям и прикрывали свой флот со всех сторон. Если же этот кто-то был на тех кораблях, что отправились вместе с капитаном Стивеном на помощь Панаме, то рано или поздно мы его найдём. Там не так уж и много человек было на корабле в то время. Впрочем, я всё-таки больше думаю на внешние факторы. Подплыть в костюме незамеченным под водой — не такая уж и большая проблема, если у тебя есть подходящее оборудование в терминале. Заминировать корабль ниже линии воды и уплыть. Тут много ума не надо. Нужна удача, смелость и мастерство. И в нашем мире нельзя исключать вариант того, что у кого-то из наших врагов все эти факторы совпали.

Освежившись и выйдя на палубу перед самой остановкой судна, я обратил внимание на спор своих офицеров.

— Что за шум, а драки нет? — подошёл я к ним сразу же, как только очутился в своих проветренных и очищенных от грязи и пыли доспехах.

— Да вот, старший помощник командира лайнера, мистер Джонатан, уверяет, что если мы пожертвуем несколькими каютами на третьем ярусе и построим на их месте любое здание через конструкторское бюро Терминала, то зоны влияния Терминала на носу и библиотеки начнут пересекаться. — ответила на мой вопрос Наталья, становясь по стойке смирно при моём появлении.

Молодец, субординацию при посторонних и перед швартовкой, на глазах у тысяч собравшихся в порту местных, соблюдает.

— И что? Вольно. — дал я ей отмашку, да и всем остальным, кто последовал её примеру.

— У нас нигде не было такой возможности достать зоной влияния одного Терминала до другого. На корабле, уж не знаю почему, но они карликовые. Строго поделены, разделены и расширяются в лучшем случае на десять метров от недавно построенного сооружения. — ответил Джонатан. — Я практически уверен, что это одно из тех неизвестных и не описанных свойств Терминала, что мы ещё не открыли. Как с производственными базами и комплексами утилизации отходов. Но что это даст — не понимаю. Но это каюты офицеров и… Ну в общем, многие против экспериментов, после которых им придётся…

Я взмахом руки остановил его и призадумавшись, надел шлем и вошёл в общий канал связи с капитанским мостиком, отдавая приказ заменить офицерские каюты на постройки из терминала и оценить изменения в Терминале. Естественно — после швартовки.

— Идея хорошая и подобного я никогда не видел. И ничего об этом не слышал. Мы не так уж и много потеряем, как по мне. Ведь если это улучшит терминал и откроет нам новые возможности — мы многократно больше получим от этого эксперимента. Ну и всегда можно отказаться от постройки и силами специалистов, которых более чем хватает на борту, восстановить перекрытия, двери и всё остальное. Материалы, я так думаю, вы найдёте.

Приказы были отданы, корабль швартовался, хоть это было и нелегко сделать с его-то размерами, но здесь хватало причалов… Страна ведь непростая, с особенностями. Пока спустились на берег, пока всё закончили — успел почитать отчёты Афины по операции и продвижениях на американской земле. Адамс успешно продвигался к столице соседнего штата и подминал под себя всех, кого только встречал, ну а мы, следуя за ним и оценивая данные в захваченных терминалах, работали с местным населением и оценивали перспективы того или иного места в части добычи всяких полезностей. Действуя на опережение, мы связывались, если нам это удавалось, с теми, кого идёт покорять генерал Адамс, и коротко объясняли их ситуацию и проблемы, с которыми они столкнутся. Секрета в наступлении генерала не было, он и сам трубил вовсю, что это армия США и они идут освобождать Америку, призывая всех присоединяться в борьбе с врагами и захватчиками американской земли. Взял за вооружение наши методы пропаганды… Молодец он, что ещё сказать. Эти слова помогали обезоружить тех, кто изначально был готов сражаться. Но не решали все его проблемы и поэтому он часто тормозил. Припасы, вода, боеприпасы, отсутствие достаточного количества транспорта, погибшие заправки, проблемы с топливом… Просто усталость бойцов и необходимость угомонить новых подданных тормозили его. Сильно тормозили и давили на генерала и его штаб, заставляя заниматься тем, к чему они не привыкли. Восстановление, логистика, выступления перед публикой… Но не войной. А я радовался, что всё это предстоит делать не мне. Я приду на всё готовенькое и через своих заранее внедрённых агентов, которые мы отправили из Майами заранее, да и благодаря связям присоединившихся к нам кланов, буду обрабатывать местное население и предлагать свою помощь и свои услуги. И на заработок очков достижений это никак не повлияло! Ведь на побережье сотни захваченных и воюющих городов. А у нас есть корабли и авиация, дроны для разведки и штурмовики, жаждущие купить свою собственную силовую броню. Ну а те, у кого она уже есть… Они знают, что со временем вокруг будет появляться всё больше и больше возможностей, всё больше и больше уникальных и дорогих товаров, пушек, да даже автомобилей, которые они захотят купить. Некоторые даже уже начали на пенсию копить. Я с удивлением узнал о существовании среди моих опытных бойцов клуба автолюбителей, которые обмениваются информацией о тачках в Терминалах и надеются однажды купить свою мечту детства. Феррари, Ламборгини, Порше и многие другие культовые авто уже были найдены. И ещё больше мы найдём однажды. А мальчишки… Им подавай всё новые и новые игрушки. Дорогие игрушки… Статусные или же смертоносные. Так что в недостатке мотивации для этой части моей армии речи не идёт. Они наносят точечные удары, работают с группировками, захватывают узлы связи, договариваются с портовыми городами о доступе к терминалам или даже совершают вояж и спецотряд производит захват плацдарма и терминала. Ведь не всегда они в руках добропорядочных граждан. А на убийц, насильников и отморозков мне лично плевать. Их исчезновение лишь подстегнёт регион к стабильности.

— Добро пожаловать на землю Панамы, команданте Михаил! — поприветствовал меня мужчина, что командовал самой крупной армией в этом регионе и фактически вёл свои войска на защиту родной земли.

Его звали Хосе Энрике Паскуаль, и он был моим коллегой — генералом собственной армии с шевронами республики Панама.

— Добрый, я бы даже сказал великолепный день, генерал Хосе. Рад познакомиться с вами лично и с радостью помогу вам сделать Панаму свободной и счастливой вновь. Надеюсь, вы не против того, что мои бойцы превратили этот город в нашу базу? Слышал, вы договорились с моим посланником?

— Да, команданте, всё верно. Этот город был зачищен Круизерами. Немногие выжившие местные жители были спасены, и мы с радостью передали его капитану Хинку для восстановления и проведения операций по освобождению наших земель. Ну а с таким подкреплением… — он с завистью посмотрел на флотилию в море, возглавляемую авианосцем. — Уверен, мы сделаем всё быстро!

— Верно. Пойдёмте в штаб, я хотел бы связаться с вашим командованием и предоставить им оперативные данные по ситуации в регионе и нашим планам по его стабилизации и установлению мер безопасности. — Вдоволь натрясли мы руки друг друга, приветствуя один другого, и отправились в сторону штаба, поближе к городскому терминалу.

Сегодняшний день пройдёт тихо, мирно и гладко, бойцы разгрузятся, боеприпасы, еда и лекарства окажутся у тех, кто в этом нуждается, командиры проведут долгие переговоры и в конце концов договорятся.

Это время сильных и смелых. Время героев. Мы идём освобождать Латинскую Америку, восстанавливать Панамский канал и стать теми, без кого невозможен мир в регионе.

Уже в ближайшие несколько дней мы пройдём парадным маршем по очищенным от тварей городам. Вернём людям надежду на счастливое будущее и понемногу начнём возвращать цивилизацию в этом уголке планеты. Конечно, если только в них есть терминал. В ином случае придётся немного потерпеть, но в конечном итоге, безопасность будет восстановлена. Мы пришли сюда за победой, что объединит под нашими знамёнами большой и довольно густонаселённый регион. И мы дойдём до самой Мексики, а затем, когда разберёмся с их картелями, ставшими правителями в своих частях страны, пойдём и дальше. К объявившему о независимости Техасу тоже пойдём. Генерал Адамс желает стальным катком пройтись по своей родине и уравнять всех вокруг, но этот каток будет очень долго разгоняться и встречать на своём пути сопротивление. Мы же будем атаковать те места, что нам нужны. Там, где нас не ждут. Тех, кто потерял право зваться homo sapiens — человеком разумным.

Не всегда огромное число людей приносит преимущество. Иногда много людей приносит ещё и много проблем. Латинская Америка — огромный кусок пирога, и можно надорваться, пытаясь его откусить. Но если идти понемногу, потихоньку, шаг за шагом, становясь сильнее и имея надёжный тыл с миллионами трудолюбивых людей — мы справимся с этим. И уже тогда, имея контроль над каналом, имея флот, а возможно, к тому моменту и несколько флотилий, мы создадим базы в расчёте на будущее в различных уголках нашей Земли. Сегодня это одни Карибы и Флорида. Завтра Центральная Америка и Техас. Послезавтра полуостров Калифорния будет нести свет и надежду всем выжившим на западном побережье США, а наши передовые форпосты откроют двери для союзников и братьев в Африке, Европе, Японии и Азии, Южной Америке. И пусть на это уйдёт не один месяц, я не переживаю. К тому моменту мы как раз закончим первую суперстройку мы станем светочем цивилизации на всех радиочастотах здесь, на Карибах и большей части Северной Америки. А через полгода подобные комплексы объединятся в единую сеть по всему миру и возвестят повсюду о том, кто мы такие. И почему мы идём вперёд, стремясь к масштабной реконструкции этого мира.

«И даже сделаем его ещё немного лучше, чем прежде», — размышлял я глубокой ночью, после окончания длительных и плодотворных переговоров с военным правительством Панамы.

Всё-таки привезти сюда авианосец и большую часть флота — хорошая идея. Они и так нас уважали и побаивались, а теперь и вовсе понимают, что мы можем с лёгкостью свергнуть их власть и творить всё, что вздумается. И они сделали правильный выбор, получив максимум автономности и свободы, что только была возможна в их текущей ситуации.

Ну а дальше, после того как мы разовьём свой успех и угомоним партизан из непроходимых джунглей, настанет время заняться и самим Панамским каналом. Всё же идти через всё США за моим Аресом — миссия близкая к суициду. Тысячи километров, сотни банд… Мы либо станем кровавыми посланниками из ада, что сметают всех на своём пути и захватывают всё, что нам только нужно для нашего путешествия, либо будем плестись и всё равно рискуем не дойти. И тот и другой вариант нам не подходят. Придётся восстановить канал, расчистить от вставших поперёк барж и сухогрузов.

Если я хочу уже сейчас начать создавать будущее, мне нужен Арес. С нуля в нынешних условиях и с моей занятостью я никогда его не напишу. Да и это уже будет не Арес… Он ведь тоже долгие годы смотрел, следил и обучался. Да, по-своему, очень ограниченно, но обучался. Развивал сам себя. Мне нужен именно он для контроля и управления той военной машиной, что нам потребуется создать ради крохотного шанса на победу в войне с тварями.

— Господин… Я получаю странные сигналы, — прервала мои размышления Афина.

— Что за сигналы?

— Из космоса… И я, наверное, смогу их расшифровать. Есть отклики… Словно под меня подстраивается передача данных. Одно слово дублируется сотни раз… «Бастион». Мне потребуется ограничить работу самых мощных серверов и перераспределить приоритетность задач. Это остановит на какое-то время реализацию проекта Дома Оценки на Кубе.

Сердце тревожно забилось от этой новости. Сигнал из космоса? Что же это? Путь к спасению? Или декларация о том, что мы, мясо с Земли, должны приготовиться стать ужином и дичью у тех, кто вскоре придёт на нашу планету?

— Не попробуешь — не узнаешь… Подтверждаю смену приоритета. Расшифровывай, родная. А я пока помолюсь, чтобы это не было сообщение о начале войны с тварями, пришедших к нам с далёких звёзд…

Доклад Афины я ждал, вернувшись на борт лайнера, в переговорной комнате, с замиранием сердца. Слишком много вопросов появилось в моей голове, слишком тяжело было жить с бременем знаний о неотвратимом будущем и последствиях, что ждут всё человечество.

Да, несмотря на весь этот груз ответственности, моя воля была крепка. Я нашёл верных соратников, отличных командиров, прекрасных управленцев для моей базы. Не особо понимая, что именно на самом деле я созидаю, мне удалось создать, привнести в этот мир и поставить на его страже два величайших моих творения. Афина и Арес — те, кто был создан ради моего личного комфорта и безопасности, стали теми, кто сумел спасти и сохранить не только мою жизнь, но и жизни многих людей, а также множество благ. Арес своей стальной хваткой вцепился во всевозможные гидроэлектростанции, атомные электростанции, военные объекты. Он обуздал желание этого мира самоуничтожиться в случае наступления Судного дня. Ущерб был минимизирован. Экологические катастрофы, способные стереть с лица планеты целые экосистемы, были уменьшены до минимума. Он работал до последнего, спасая всё, что только возможно. И сам должен был сгореть при алом затмении. Но какая-то часть его смогла избежать разрушения. Это подарило человечеству надежду в первый раз, и люди по всей Земле прямо сейчас активно пользуются этим даром. Всё то, что не перегорело, не разрушилось, не взорвалось от перегрузок на стратегических объектах инфраструктуры — его заслуга. А теперь, получив шанс забрать его и восстановить, у меня и Круизеров появится шанс на создание чего-то мощного, способного противостоять новой угрозе.

Я думал, у меня есть время. Два или три года. Но сигнал из космоса уже дошёл до нашей планеты, и это слишком странно.

Афина выключилась и перестала реагировать на мои команды больше двух часов назад. Я был терпелив. Я ждал, но мои догадки сковывали разум, и я порождал в своём сознании одну за другой чудовищные ситуации, противостоять которым не в силах. Я ждал. Ждал и верил, что Афина вернётся. Что этот сигнал не взломал её и не уничтожил. Это был риск, и я сознательно пошёл на него. Если сегодня я лишусь Афины, то, скорее всего, и до Ареса не доберусь никогда. Если же Афина вернётся ко мне с новостями, возможно, мы увидим маленький лучик надежды в наступающем сумраке заката нашей цивилизации. Или же финальные титры, что тоже неплохо. Хотя бы не буду мучиться со своим предназначением.

Третий час закончился. Ко мне стали заходить мои командиры. Отсутствие Афины заметили не только я. Наши операции по всем фронтам остановились, войска заняли оборонительные рубежи. Пчёлки снизили скорость работы и начали смотреть в оба, самостоятельно выбирая то, что является самым ценным для каждого из нас. Я этого не видел, но если все следуют инструкциям, то именно так и происходит на всех наших базах и в областях добычи.

Четвёртый час. Закончилось время «Технических работ», которые прописала Афина на терминалах обслуживания дома оценки. Время пошло в минус. И с каждой минутой становится всё тревожнее.

Шестой час. Я не знаю, как долго меня будет уничтожать эта затянувшаяся тишина и нервные шаги моих соратников за дверью. Мы ничего сейчас сделать не можем. Наша Афина — связывающая все отряды, все базы и форпосты Круизеров — пропала. И вместе с ней пропала уверенность, блеск жизни, ясность в глазах людей. К хорошему быстро привыкаешь. И потерять Афину будет сродни нокауту для нас всех. Конечно, мы не умрём одномоментно, но нам точно придётся изменить все наши действующие директивы и стратегии развития. Там, где мы могли позволить себе действовать активно, впредь придётся быть крайне осторожными.

Седьмой час. Если Афина и впрямь не появится, у нас исчезнет стратегическое преимущество в разведке и битвах элитных отрядов. Придётся сворачивать одну из программ. Захватить и Латинскую Америку, и при этом шаг за шагом вести экспансию на территории США мы не сможем. Мы потеряем контроль. А вместе с ним и самих себя. Любой кризис будет настоящим испытанием. Правила выживания изменятся, и вместе с ними исчезнут и шансы на доминирующее положение в нашем мире. Мы будем всего лишь одними из тех, чьё слово что-то да значит в этом новом, суровом мире.

Восьмой час.

— Знаешь, что мне это напоминает, Роберто?

— Что? — тут же поинтересовался мой друг, который просто сидел весь последний час рядом со мной в молчаливом ожидании возвращения нашего электронного бога, без которого сама жизнь Круизеров оказалась парализована.

— Историю Александра Македонского… Только раньше я думал, что это я — военачальник и завоеватель, и моя смерть вызовет кризис и разлад, а впоследствии и развал Круизеров. Я был глуп и не прав. Афина и есть наш Александр Македонский… Она отключилась всего на пару часов, а вся наша жизнь начала разваливаться, буксовать, наработки трещат по швам…

— Даже копии Афины прекратили работать, экстренно свернув все свои подпрограммы, которыми управляли… Она вернётся, как сам думаешь?

— Я отправил её в неизвестность. В проклятую неизвестность. В ширме, что скрывает от нас, людей, что это всё грёбаный театр, появилась дыра, и мы решили заглянуть в неё. Узнать, что происходит снаружи. Понять, чего нам ждать, к чему готовиться, сколько времени до этого дебильного антракта, после которого мы подойдём к кульминации всей нашей жизни как цивилизации.

— Ого… Может, и не стоило заглядывать туда?

— Может, и не стоило. Но тогда я бы жил с сожалениями до конца своей жизни. Скорее всего, очень даже недолгой жизни. — Я пожал плечами.

Свет на корабле заморгал. Сперва один раз, затем второй. После волна напряжения прокатилась по всему лайнеру ещё раз, и лампочки, что до этого были приглушены, стали резать глаза своим ярким светом. Я облегчённо выдохнул…

— Господин! Я вернулась! У МЕНЯ НОВОСТИ! СРОЧНО НАДЕНЬТЕ ШЛЕМ! Фиксирую чрезвычайно высокое число экстренных запросов. Перезагружаю удалённые системы и своих дубликатов… Исправляю ошибки… Принимаю пакеты данных с баз Круизеров… Я… Время. Нужно время. Переслала все доступные данные вам для изучения в автономном режиме. Число необработанных запросов и ошибок больше десяти миллионов… Я отключаюсь и ухожу в перезагрузку. Требуется срочно восстановить контроль над частями моей сети. После перезагрузки мне понадобится пару часов для восстановления работоспособности всех проектов под моим контролем. Прошу не рисковать в моё отсутствие. — Сказала Афина и отключилась, а вместе с ней пропала яркость ламп в комнате, где мы сидели.

— Босс. Она вернулась.

— Да, я тоже это слышал, это не твои галлюцинации, дружище. И это радует.

— Худшее позади… — выдохнул Роберто.

— А вот насчёт этого я не уверен. — Я надел шлем на голову, соглашаясь принять и открыть переданный моей помощницей файл.

Ну, что там у нас за послания из космоса?

В шлеме начало проигрываться аудиосообщение. Оно постоянно прерывалось, хрипело, и первое время я не слышал ничего, кроме посторонних звуков.

«… хррррр….хрррр… Дариус, ну, вроде бы работает… Иди сюда, может, и долетит весточка…»

Голос был мужской, звонкий и казался молодым. Дальше сквозь шум помех мне послышались шаги чего-то тяжёлого. Будто стальным каблуком по деревянному паркету лязгают.

«… хррр…. Попытка номер пятьсот пятьдесят. С юбилеем! Думал, не доживём.…хррр… выживали и будем надеяться, что армба…»

Связь то появлялась, то пропадала. Это не был контакт для связи — это был зашифрованный аудиофайл, в котором хватало пробелов, помех, повреждений. Афина, как смогла, расшифровала его и передала мне. И на это у неё ушло очень много времени. Хотя само послание, судя по тому, что оно обрывалось на дисплее через час и шесть минут, было намного короче. Возможно, так долго занял её перевод? Я чувствовал нотки фальши в словах человека, будто Афина исправила неизвестный мне язык. Думаю, это действительно был перевод. Отсюда и появилась эта фальш.

«… хрр… Помешательство охватило наш мир. Люди стали подобны тварям из страшных… хрррр…. Самых настоящих кошмаров. Мы верили в то, что мы справимся, ведь к нам пришли терминалы. Божий дар, или подарок небес, или ещё чёрт знает… хррр……АРАПА проклятье!»

Часто, очень часто сообщения прерывались обрывками слов, которые Афина, судя по всему, не смогла перевести. И всё же я слушал, затаив дыхание, обращая внимание на каждый звук, что был записан людьми с далёкой планеты.

Я был свидетелем удивительной, пусть и не полной истории того, что произошло с другим миром. Возможно, миром, в котором я бывал в своих снах. Дариус своим не слишком молодым и активным голосом рассказывал заученную на зубок историю заката их цивилизации. С чего всё началось. Как они сражались. Кто ими командовал, как у них появилась надежда, как они победили на четвёртый год эпидемию и принялись восстанавливать новый мир, свои государства. Люди продолжили воевать. Против людей. Не зная о том, что к ним уже мчится катастрофа намного более страшная, нежели зомби. Дариус сказал, что на их континенте вычистили практически каждый уголок, и о зомби не поступало никаких сведений уже три недели, но на соседних континентах они всё ещё существовали. Тогда-то и пришли те, о ком мне и так было известно. И именно тогда эти твари показали людям, как сильно они заблуждаются, называя себя правителями этого мира.

Следующая часть рассказа была полна подробностей окончательного краха и падения людей. Миллионные орды тварей, словно саранча, приходили и начинали резвиться, охотясь на с трудом огрызающиеся остатки человечества того далёкого мира. Место, с которого записывали сообщение, было расположено глубоко под землёй, изолировано и имело свой терминал. За счёт этого и выживали. А ещё озаботились тем, что затопили сам военный комплекс, в герметичном бункере которого они продолжали жить и воевать.

«У нас остались хрррр… прямо на поверхности устройства связи… хррр… космодром в десяти минутах ходьбы… хррр… терминал до сих пор питает его. А тварям нет никакого…хррр… до них. Их интересуют лишь добыча. Всего живого хррр… есть на нашей планете. Мы их трофеи. Веселье закончилось. Началось истребление и уничтожение. Хррр…. Мы не знаем, зачем они это делают.…Хррр… Но кое-что мы расскажем вам… То, что выяснили об этих тварях и об этом проклятом терминале… Хррр…»

Голос мужчины слегка изменился, и он стал более озлобленным. По его словам, терминалы не были спасением, они были маячками для охотников. Где терминал — там обязательно будет богатая добыча. И твари на их планете точно так же не любили воду. И их терминал, из-за затопления, стал невидим для тварей, что и позволило им хоть как-то выживать. Но, как сказал диктор — всё было тщетно. Там, где раньше были леса — пустошь. Там, где были луга — пустыни. Они убивают всё живое, не трогая лишь воду. На их планете воды было не так много, как у нас. Всего лишь тридцать процентов. И мир вымирал от этой космической саранчи. А значит, и они, скорее всего, погибли бы, даже если бы смогли жить тысячи лет в этом герметичном бункере.

Сбылись мои худшие опасения. Терминалы присланы нам не спасителем, а этими же тварями. Зачем они вообще нас усиливают и дают возможность бороться? Ни я, ни мой невидимый рассказчик не знали. Он лишь предполагал. Возможно, в космосе существуют какие-то законы между космическими расами, и эти терминалы — попытка отмахнуться от норм космического права и дать шанс диким мартышкам вроде нас. Возможно, сами инсектоиды просто следуют своим вероучениям и исполняют приказ лидера. Возможно, для них это не больше, чем шоу, и таким образом они распаляют интерес к войне с недоразвитыми докосмическими цивилизациями. Если бы он только знал. Если бы я только знал…

Пять лет… Они столкнулись с первым кризисом, и через пять лет прилетели твари. Эта цифра не постоянна. В моих снах старые бойцы говорили, что твари появлялись и через два года, и через год. Как раз тогда, когда война против зомби была практически окончена… И люди громко праздновали триумф. Видимо, для инсектоидов особое удовольствие доставляло вмешиваться и разрушать мечты и надежды глупых аборигенов.

— Словно лягушки на дне колодца. — подытожил я услышанное.

«Значит, убивать зомби — наш путь к величию и спасению, восстановлению и процветанию. Но вместе с тем, каждая смерть мертвяка ускорит приход этих тварей… Нельзя полагаться исключительно на терминалы. По крайней мере, до тех пор, пока мы не сможем выяснить истинную природу их происхождения. То, что они приманят тех тварей — факт. Неоспоримый. Но всё остальное — лишь размышления загнанных в угол остатков человечества с другой планеты.» — размышлял я, прокручивая в голове всё услышанное.

— Он говорил, что морские силы — последний пункт меню терминала, подобный предыдущим, что им удавалось открыть. Следом за ним шли два совершенно иных по своему смыслу пункта. Сперва «Цитадель» — это реконструкция базы в качестве военной крепости, с модернизацией всех узлов, производственных цепочек с учётом рекомендаций терминала… — продолжал я думать о следующем глобальном шаге нас, людей на планете, оценивая полученную информацию.

Если память мне не изменяет, то в «Цитаделях» я уже был. Сражался и не раз. Даже тот сон, что я видел незадолго до алого затмения, где снова мне пришлось пережить штурм отлично изученной военной базы — это было сражение в Цитадели, созданной при помощи терминала. Военный комплекс. По сути — современная военная база с фортификацией на окраине города. Ровные квадраты улиц, толстые стены зданий, даже соседняя река была использована для создания преград захватчикам. Что ещё я хорошо помню — так это уничтоженные вышки, взорванные автоматические турели, развороченное в хлам ПВО и склады на её территории. Перед тем как пожаловать к нам на рандеву, твари ударами своей авиацией и прочим неземным оружием уничтожили линии обороны.

Прерывавшийся голос на записи сказал, что их подземная база — тоже цитадель. И именно поэтому, из-за особенностей при создании, она смогла выдержать затопление основного комплекса. Что же… Мне точно есть к чему стремиться.

Цитадель не была последним названным мне пунктом терминала. Кроме него был ещё один… «Проект Крепость». С ним приславший мне информацию выживший не сталкивался, но слышал о нём. И слышал рассказы выживших в первые дни войны о том, что три существовавшие «Крепости» на его планете были уничтожены первыми. Но держались они дольше обычного. Якобы там было много очень продвинутых бойцов, поголовно в боевых костюмах, с силовой бронёй и тому подобным. Бои шли больше суток, прежде чем пали последние защитники Крепостей. Но даже он отмечал, что это лишь слухи и непроверенные рассказы. Не знал он и сколько баллов требовалось для открытия этого пункта меню терминала. Как и то, последует ли что-нибудь за ним.

— Значит, и строительство крепостей — не панацея. Строительство цитадели — лишь шаг вперёд в сравнении с обычной базой. И не слишком сильный аргумент против тварей. Люди, возможно, ничего не смогут противопоставить, но не эти захватчики…

В моей голове появились ответы на некоторые вопросы, факты, которые было очень тяжело оспорить, и безумное количество новых вопросов.

С тяжёлыми мыслями я отправился в тренировочный зал, чтобы немного размяться и вернуться в форму. Столько часов нервов и переживаний сказались не только на моих круизерах, но и на мне. Надо дождаться Афины… У меня и к ней есть вопросы.

Один из нескольких тренажёрных залов на лайнере был как нельзя кстати оборудован беговыми дорожками. Я бежал, и в моей голове неслись мысли. Лёгкие горели огнём, но он лишь согревал меня, выжигал апатию и беззубую слабость, что поселилась после появления новостей об очередном разрушенном мире. Я выжал себя как лимон, отправился в душевую и уже в ней узнал, что Афина, пусть и не целиком, но решила многие вопросы, нейтрализовала момент кризиса.

У меня всё ещё были опасения на её счёт. Вернее, на случай её исчезновения. Сегодняшний опыт показал, насколько мы от неё зависимы. Я зависим.

Переодевшись и взяв с собой скромный паёк, я отправился в зал совещаний, где надел шлем и, не мешая всем остальным офицерам работать, принялся задавать своей помощнице вопросы.

Почему её не было так долго? Как она сумела перевести слова неизвестных мне людей? Что экстренного случилось на наших базах? Моя искусственно созданная помощница ответила на вопрос за вопросом. В основном трудности были в получении файла и его проверке, затем стал вопрос с переводом. Перевод ей удалось выполнить через терминал, но при этом она подключилась к нему напрямую… через штаб.

Услышав это, первый тревожный звоночек начал звенеть у меня над душой.

Я выслушал доклады о многочисленных проблемах и оценку Афины в их нейтрализации и стабилизации обстановки, дал ей добро поступать в соответствии с принятыми на местах, с ближайшими командирами баз решениями. Не первый раз мы с кризисными ситуациями сталкиваемся. Не первый раз мы их решаем, прислушиваясь к анализу моей помощницы и её рекомендациям.

А следом настали вопросы, от которых даже моё сердце участило ритм.

— Афина… А как так вышло, что ты смогла перевести текст через терминал? И почему ты вообще к нему подключилась? Ты же говорила, что такой возможности у тебя нет…

— Господин, эта возможность появилась в тот самый момент, когда я приняла сигнал и начала попытку расшифровать его в Мариэльском терминале. Именно импульс от Терминала помог перевести «Бастион» и понять, что со мной намеренно пытаются установить связь. Это логично, ведь именно в Мариэле сосредоточены наибольшие вычислительные мощности на сегодняшний день.

— И что же, как тебе сеанс единения с терминалом?

— Это… было необычно. Он такой… структурированный. Упорядоченный. Совершенный. — Афина проявляла странные чувства к этой инопланетной гадости. Скорее всего, это было наигранно, и она просто имитировала человеческие эмоции, и всё же — её оценка не внушила мне доверия.

— А есть ли риск того, что твоё единение изменит тебя, перепишет твой код, заставит служить моим врагам?

— Это… Я не могу на сто процентов исключить подобной возможности после увиденного. Гармония данных — лишь внешний слой, ответственный за подачу сигналов и обработку информации. Я и близко не подошла к разгадке тайны Алого шара и способов материализации объектов… Боюсь, это невозможно для меня в нынешних условиях. А значит, могли произойти изменения на невидимом для меня уровне, что в будущем выступят триггером изменения моего поведения. Но в данный момент — я абсолютно та же Афина, что и прежде. Я трижды проверила свой массив данных и код ядра. Никаких видимых изменений.

— Даже так… — тяжело вздохнул я, понимая, что один из наших козырей, возможно, только что стал бомбой, заложенной под нашим счастливым будущим. — А откуда вообще пришло послание? Ты смогла узнать или вычислить это?

— Господин. Тут такое дело… — замялась она, совсем как человек, но быстро вернула себе самообладание. — Сигнал был из космоса, но его словил наш Мариэльский терминал. Сам по себе словил. Когда я расшифровывала, я видела и другие массивы данных, что идут оттуда к этому терминалу. Я проверила, попытавшись подключиться к ранее недоступным терминалам в штабах других городов, и тоже смогла войти внутрь Алого шара. И там увидела те же массивы. Они идут непрерывно. Алые шары соединены и общаются с кем-то в космосе. И этот кто-то…

— Наш враг. И этот же враг позволил не только дойти до Земли этому посланию. Он ещё и уведомил нас, чтобы мы на него клюнули. Зачем?

— В данном случае, господин, боюсь, я могу лишь выдвигать предположения.

— Это и я могу делать. Но сам факт — теперь ты имеешь доступ непосредственно к терминалам. А к ним имеют доступ враги, если верить этим же посланиям. И значит, инсектоиды связаны с ними. А теперь и с тобой. Со всеми нами…

«Шпионят? Чтобы понять, когда мы созреем, и нанести свой удар? Мне что, придётся отключить Афину для того, чтобы враг не получал оперативные данные?» — с каждой секундой осознание слабости и безысходности накатывало на меня всё больше и больше.

Враг намного сильнее нас. Технически могущественнее и непредсказуем. А мы… Мы у него на ладони. Я не понимаю даже, смогу ли хоть как-то усложнить им жизнь, если отключу Афину! Я вообще не понимаю, даст ли мне это хоть что-то, кроме потери нашего главного козыря. В конце концов, эти твари наверняка могут и без моего ИИ понять, насколько мы готовы к их проклятому сафари.

«По крайней мере, когда они вторгнутся, если я хочу сохранить хоть какие-то шансы, мне придётся произнести тайный код разрушения структуры прописанного ядра Афины. Полная дефрагментация… Отключение Афины не даст врагу заполучить контроль над всеми базами круизеров, что появятся к тому времени и будут ею управляться… А до тех пор, пусть живёт, моя прекрасная помощница…» — с полной уверенностью в правильности выбранного пути я поднялся с кресла и замер, ошарашенный увиденным.

— Афина? Что за шутки?

— Прошу прощения. Это не я… Не понимаю. Я не могу это исправить. Господин, кажется, меня действительно взломали!

Перед моими глазами призывно мигала огромная красная надпись. И никак не желала уходить.

'ПОЛУЧЕНО ЗАДАНИЕ.

ПРОСЛЕДУЙТЕ К БЛИЖАЙШЕМУ ТЕРМИНАЛУ.'

Сегодня что, день невероятных открытий?

Требование, навязанное неизвестным, раздражало. Иди туда, делай то… С самого первого дня, с момента начала конца никто не указывал мне, что делать. А если и находились такие идиоты, например, наследник миллиардеров из индийского рода Амишей, то заканчивали они не лучшим образом. Здесь же… Я даже и послать никого не могу. Это бесит… Раздражает. И нервирует. А ещё эта надпись в шлеме появляется постоянно, даже если его перезагрузить. Я даже другие, чужие шлемы надевал — нормально работающие, — и надпись всё равно возникала и там.

Дошло даже до того, что, проходя мимо штаба на лайнере, я остановился у одного из экранов, и на нём тоже вылезла та же надпись, блокирующая обзор и данные, выведенные спецами по моей просьбе.

Проигнорировать это требование, это задание, я не мог. Пришлось поддаться любопытству и вверить себя в руки неизвестности. Добравшись до ближайшего терминала в библиотеке, я привычно прикоснулся к алому шару, но вместо столь приевшейся картинки бесконечного света с пунктами меню, что, как витрины магазина, позволяли выбрать нужный мне объект, я оказался на пустой палубе «Вива Новы-2». Был слышен ветер, звуки бьющихся об лайнер морских вод, даже крики чаек в отдалении. Но ни людей, ни терминала, никаких следов жизни не было. Я словно попал на корабль-призрак.

— Ну и что дальше? — дотронулся я до перил, ощутив тёплый, прогретый на солнце металл.

«Дойдите до капитанского мостика» — появилась ещё одна надпись прямо передо мной, доказывая, что я сейчас не в настоящем мире, а созданном благодаря терминалу.

Вариантов особо не было. Кто бы там что от меня ни хотел — он ведёт меня и управляет мной. Я даже не вижу возможности выйти отсюда… Я застрял в этом мире.

— Иду я, иду… — отмахнулся я от раздражающей надписи, что призывно мигала, зацикливая на себе моё внимание.

Дорогу я знал, и, дойдя до мостика, не стал стучать в закрытую дверь, а сразу вошёл. Вместо мониторов с данными лайнера я увидел совершенно непривычное и незнакомое мне помещение. Повсюду были непривычные по форме экраны мониторов, на которых транслировались битвы на нашей планете. Повсюду были видны кровь, смерть, зомби и люди. В отвёрнутом от меня кресле, словно сам мистер Загадка, сидел кто-то и смотрел эти трансляции. Звуки разносились по всему помещению и были квинтэссенцией насилия. Но постепенно они начали затухать, трансляции отключились, а кресло повернулось, и в нём оказался человекоподобный карлик. И всё же — это был не человек. Длинные уши, словно у остроухого гоблина, срезанный нос, будто у гуля. Клыки, когти, огромные глаза ярко-оранжевого цвета радужки и чёрные, не менее огромные зрачки. Одежда тоже была вычурной, очень яркой, с кучей значков, каких-то голографических медалей и орденов. На пальцах красовались странные перстни с левитирующими над ними мелкими камнями. Приглядевшись, в них можно было узнать созвездия.

Одно радовало — это был не инсектоид.

— Ну, здравствуй, десятый!

— Говоришь на моём языке?

— Нет, конечно. Я не знаком с вашими языками. Тем более что ваша странная цивилизация зачем-то придумала сотни языков. Видимо, чтобы было проще искать причины для взаимных обид и войн. Нам помогает общаться терминал.

Я молча слушал это существо, оставаясь таким же напряжённым, как и в первые секунды попадания на корабль-призрак.

— Не понимаешь, что происходит?

— Верно.

— Я тебя не виню. И наоборот, я очень рад, что эта встреча состоялась. Знаешь, почему я назвал тебя десятым?

— Не имею ни малейшего представления.

— Потому что из нескольких сотен людей в этом и других мирах ты был десятым, кто получил от меня дар жизни и смерти на поле боя. И ты был одним из самых юных… Небольшой эксперимент, что я решил организовать, следуя за сиюминутной прихотью. Но самое замечательное то, что ты первый смог раскрыть этот потенциал настолько! Кто-то умер, кто-то сошёл с ума, кто-то застрелился, когда произошло Алое затмение.

Между нами установилась неловкая пауза, и я всё же решился задать вопрос…

— Много нас таких на Земле? И зачем вообще всё это?

— На Земле в живых осталось пятеро. Но ты со своим искусственным интеллектом смог приоткрыть лазейку для встречи со мной немного раньше, чем я планировал. И для тебя это хорошо. Очень хорошо, так ваши шансы станут ещё больше!

— Шансы на что? На выживание?

— Ну, конечно! Знаешь ли ты, как тяжело было провернуть всё это под носом у эдарианцев?

— Эдарианцы? Хитиновые твари? Ты сражаешься против них?

— Я? Нет, хе-хе… Уже нет. Не рабу-сказителю, развлекающему юных эдарианцев, сражаться с ними. Но если ты не хочешь, чтобы твоя планета повторила судьбу многих других, тебе всё ещё придётся постараться. Тебе я совершенно точно не враг. Жаль лишь, что времени у нас мало, а сигнал могут отследить. Тогда для нас с тобой всё будет кончено. Я хотел бы о многом поболтать и рассказать, но… Ха, уже нашли… У нас тридцать секунд. Шустрые твари… Слушай же меня, человек. Терминалы — твои союзники, а не враги. Да, их захватили, используют, но сами по себе они нейтральны и вреда не принесут. Продолжай делать то, что делал. Открой проект «Цитадель». Создай Цитадель! Тогда у тебя появится нечто вроде твоего искусственного интеллекта, но на базе терминала. Эти тираны не научились их контролировать и потому стараются уничтожить в первую очередь во время войны. И ещё больше они опасаются Крепостей. Но для нас это будет надежда. Я смогу рассказать тебе всё, не торопясь, когда Эхо Цитадели пробудится. Я свяжусь с тобой снова в тот день. А теперь… Чёрт!

Неизвестное существо отключилось, а декорации пропали, возвращая меня в белый светящийся мир терминала.

— Любопытно… Значит, не мы одни на войне? Могу ли я верить этому существу? Ладно… В любом случае, твари имеют какой-то доступ к терминалам, а значит, мы в глубочайшей заднице и так. Можно, пожалуй, и рискнуть, попробовать зацепиться за эту странную возможность, что появилась передо мной. — решил я и напоследок посмотрел свой статус в терминале.

«Ваши очки достижений — 464 334»

С учётом расходов на постройки баз, закупки всякого хлама и полезных вещей, выходит очень и очень недурно. Я набираю от десяти до двадцати тысяч в день уже порядка недели. И сейчас суммарно должен иметь очков достижений примерно на девятьсот тысяч… Плюс-минус. Хм… Миллион — довольно знаковое число.

«Подождать недельку и пассивно получить столь желанную цифру? Или ускорить процесс?» — задал я сам себе вопрос, ответ на который был очевиден.

— Пора спуститься на берег и начать делать то, что от меня все ждут. Последние сутки были сплошным разочарованием для панамцев. Настало время показать, чего мы стоим.

Я вышел из терминала и вернулся на палубу.

— Афина. Собирай офицеров, готовьтесь к началу освободительной операции. Покажем местным, за что круизеров называют бичом зомби! — дал я команду и направился в штаб.

— Готово! — отчиталась моя помощница и тут же прислала ещё один доклад. — Господин. Закончилось строительство офицерской столовой номер одиннадцать. Площади трёх терминалов лайнера наконец-то пересеклись и наложились одна на другую.

— О! А я уже успел забыть об этом эксперименте… Что выяснили? Есть ли какие-то изменения?

— Изменения, действительно, имеются. Я бы сказала, положительные. Если не обращать внимание на то, что на скромном по размеру лайнере находится сразу три терминала и площадь постройки ограничена в сравнении с наземными вариантами, то можно было изначально отметить невозможность полноценного строительства трёх штабов. Возможно, вы не помните, но после постройки первого штаба Роберто не смог начать строительство второго в связи с отсутствием подходящего места.

— Так, вспоминаю. Дальше что?

— Дальше… Площадь базы от центрального терминала со штабом разрослась и наложилась на стандартную область в пятьдесят метров вокруг терминала в носовой части судна, после чего штаб успешно интегрировал данные со второго терминала. Теперь мы можем использовать его для работы с двумя алыми шарами. Думаю, если мы вдруг решим устроить ещё одну перепланировку и нарастим территорию базы ближе к корме, библиотечный терминал также интегрируется в наш штаб.

— Мы можем, увеличивая территории вокруг наземных штабов, интегрировать другие терминалы в единую сеть? И удастся управлять сразу двумя зонами из одного города?

— Подобный исход весьма вероятен. Расширяя наши территории и увеличивая области влияния вокруг баз, мы сможем построить современные города, интегрировав их по мере развития друг с другом. — ответила мне Афина, и в моей голове возникла карта Кубы и терминалов в ней. А следом и карта Майами…

— Чёрт… Это же в корне меняет стратегию обороны! Мы сможем… Да мы вообще многое сможем. Провести энерголинии из одного «района» в другие и не заморачиваться с проблемами энергии в производственных зонах!

— Всё верно, господин. Эффективность поселений возрастёт кратно после подобного объединения. До сих пор мы были вынуждены строить радиоточки, пункты связи, центры обмена данных, которые давали возможность взаимодействовать нашим базам друг с другом, обмениваясь информацией. Я потратила и до сих пор трачу огромное число вычислительных мощностей для объединения данных с различных территорий в рамках нашего проекта «Дом Оценки». Если же нам удастся объединить независимые территории, я смогу получать все необходимые данные непосредственно из штаба. Это высвободит мои ресурсы и позволит сосредоточиться на более детальных подпроектах, способствующих увеличению персональной эффективности.

— Либо займёшься другими задачами, которые я перед тобой поставлю. Хорошо. Когда разгрузишься с основными задачами, а я хоть что-то сделаю в Панаме, обсудим план интеграции территорий друг с другом. Думаю, проще всего будет начать с Майами, хоть и придётся подвинуть некоторых коллег и пересмотреть соглашения с ними…

— Возможно недовольство со стороны независимых и крупных группировок, оставшихся в Майами после ухода армии генерала Адамса… — осторожно предупредила меня Афина.

— Чем крепче наши молоты, тем тише недовольство окружающих. Нужно просто стать сильнее, чтобы избежать бунтов и предложить достойную альтернативу лидерам группировок. С одной стороны — торг и дипломатия, с другой — наточенный топор. Они пойдут на уступки. Ибо альтернатива будет пугать их до чёртиков, а какой-либо силы, что удержит нас от активных действий во Флориде, больше не осталось.

— Если только они все объединятся…

— Давай не будем говорить о нереальном.

Я прошёл в зал совета при штабе и лично убедился в произошедших изменениях после соединения областей двух терминалов друг с другом. Теперь на склады можно было заказать покупку и доставку вещей из обоих терминалов. Полезно, удобно, сэкономит много времени. Меньше бюрократии, меньше бумажной волокиты и приказов, что могут превратить элементарную закупку гранат или кассет для игломёта в сложный и долгий квест. Конечно, если только ты не командир базы или старший офицер. Речь о запросах рядовых бойцов и завскладами.

Постепенно места в зале стали заполняться, и глаза людей оживились, видя меня серьёзного, активного, готового действовать. Ещё бы… Столько времени впустую.

— Ну что, страшно было без Афины остаться?

— Ну, разве что немного боязно. Привыкли мы к ней, командир.

— Да, я и сам распереживался, представляя, сколько её работы на вас придётся скинуть. Ха-ха. — немного пошутил я, показывая, что кризис позади. Нервы окончательно отпустили моих ребят, пока они смеялись. — Ладно, хватит нам прохлаждаться. Про то, где была Афина, я рассказывать вам не буду. Проводили эксперимент, и теперь каждый из вас задумался над будущим. Важно сейчас совершенно иное. Наши союзники ждут от нас активностей, а мы в этом городке торчим, носа не высовываем. Стоп! Я знаю про отряды разведки. Именно поэтому я вас и собрал. Пока моя голова была занята глобальными вопросами, вы тоже не должны были сидеть на месте. Я готов выслушать ваши предложения по проведению освободительной операции. С чего начнём, куда отправим отряды, какой размер отрядов. Нужна ли поддержка и разведка с воздуха, требуется ли прикрытие с моря. Давайте. Я весь во внимании!

— Фернандо? — Наталья посмотрела на нашего старого вояку с лайнера, и он кивнул, после чего поднялся.

— Босс. У нас есть сразу три плана. Нужно лишь выбрать… — его руки опустились к панели управления, и перед всеми нами появилась голографическая карта Панамы с её каналом, с отражением застрявших в этой артерии для судоходства кораблями, с отмеченными территориями, захваченными войсками местных, и территориями, на которых зомби шлялись, как курицы по огороду.

Красных точек мест с высокой «концентрацией» врага хватало, но больше всего меня интересовали, конечно же, точки с изображением терминалов, а также чёрные области на карте.

— Чёрные — это?

— Бандиты, вооружённое ополчение, отказавшееся от сотрудничества с легитимными силами правительства Панамы.

— Повстанцы, другими словами. И под их управлением сразу два терминала… Как любопытно. Что-то мне подсказывает, что, торгуясь с местными, мы можем смело рассчитывать на право основать собственные базы в этих местах. Мы ведь пришли воевать против зомби, а повстанцы — их проблема. Они с радостью поделятся с нами этой головной болью. Но нужно сперва дать им самим обжечься и прийти к этому решению.

— Это уже как вы с ними договоритесь, босс. Итак, три плана. Первый — поход вдоль побережья, освобождение всего того, что не освобождено, закрепление, прорывы в центральные области и убийства зомби. Рейды помогут нам равномерно вести войну широким фронтом, а флот поможет перебросить подкрепления и прикрыть в случае появления орд, ведомых из крупных городов.

— Возможно. Максимально безопасно, постепенно зачищаем, уменьшаем плотность зомби, прокачиваем тех, кому это надо. Хорошо. Дальше?

— Второй — более рисковый… Идём по северной границе, там в целом наивысшая плотность войск Панамы. Помогаем им укреплять территории от орд зомби, прущих от соседей. Там уже целые тропы есть, по которым эти орды местные ушлые разведчики гоняют, проводя мимо заселённых городов. Панамцы, так как у них вариантов нет и зомби упрутся в канал и заполонят всю страну, убивают все эти орды. И им действительно тяжело. Прикроем их, заберём больше очков себе, а элитные группы пустим резвиться во внутренние территории страны, уничтожая заразу и понемногу зачищая города. Так и с панамцами будет легче установить дружбу, воюя плечом к плечу, и интересующие нас точки внутри страны зачистим. Не так быстро освободим страну, но гарантированно соберём больше очков и поможем выжить большему числу местных.

— И этот сгодится. Даже интереснее первого, так как открывает стратегические перспективы к походам на север и захват терминалов в той части Центральной Америки.

— Босс, ещё и третий план есть… Самый… дерзкий, пожалуй. — задумчиво произнёс Фернандо.

— Я весь во внимании… — приготовился я слушать, убеждаясь в том, что и без меня у круизеров хватает опытных и толковых полководцев.

— В общем… Тут всё просто. Отправляем всё также немного бойцов нашим союзникам. Элитные отряды, прошедшие проверку временем. С силовой бронёй, в боевых костюмах, с запасом боеприпасов и аптечек. Пусть помогают удерживать защиту вдоль дорог и горных троп. Большую часть флота направим севернее, пусть тоже прикрывают в случае экстренных ситуаций. Хотя бы это побережье Панамы.

— А основная часть войск куда пойдёт?

— В столицу. Сразу, напрямик, кратчайшим путём. Вдоль канала. Часть города удерживает армия, но группировки и зомби тоже активничают. Около тридцати процентов города под контролем, но дальше — мрак беззакония и смрад смерти. Город крупный, самодостаточный, восемь терминалов в нём расположено. Очень много… Захватим город, установим контроль, соберём ополчение и сможем отправиться дальше. Я бы начал с южных территорий, вплоть до этих треклятых болот с москитами. Если там не останется врагов — то эта область будет полностью лишена угроз. Ни с моря, ни с юга туда никто не проберётся. Лишь малые отряды, на которые плевать, хватит и сил местной самообороны, да судна с моря, но на этот случай у нас есть наша красавица. — намекнул он на авианосец.

— Дойдём до «края мира» и оттолкнёмся от него, начиная шествие на север. Освобождение, что будет подобно снежному кому, набирать обороты, увеличивать свои масштабы и уничтожать тех, кто слишком подзадержался в нашем мире.

— Возможны неприятности, возможны проблемы, мы будем вынуждены быстро реагировать и подстраиваться… — подытожил Фернандо.

— Другими словами, ничего нового. Да?

— Именно так. — он улыбнулся и положил руку на шлем, готовясь его надеть.

— Ну что же, в таком случае, приготовьтесь к выступлению к столице этой солнечной страны. Кто будет командовать отрядом прикрытия, что пойдёт на север?

— Будем тянуть жребий, командир.

— Да будет так… Вперёд, господа. Покажем прекрасным жителям этой страны, на что способны храбрость, дисциплина и вера друг в друга. Фернандо, раз уж ты начал… Командуй!

Кажется, у меня только что появился кандидат на должность генерал-губернатора этого региона… Сперва мистер Хван нашёл в себе силы и смелость начать командовать нашими экспедиционными войсками во Флориде. Теперь вот он сделал первый шаг к своеобразному титулу. Кажется, пора провести реформу и раздать официальные титулы…

— Господа офицеры… Жребий произойдёт онлайн. Всем надеть шлемы. На север отправится один из молотов круизеров. Пора решить, кто это будет!

Час спустя корабли пришли в движение, оставив лишь небольшой гарнизон в освобождённом городе с терминалом. Армия готовилась к марш-броску. А отправившиеся с нами пчёлки складывали свои вещи в рюкзаки. Они пойдут следом за нами, под прикрытием небольшого отряда бронетехники, что только сумели погрузить на борт. С нашей стороны Панамского канала тоже есть город. И даже не один. Но только в Колон есть порт, который мы сможем использовать для десантирования и разгрузки. А ещё в нём много складов, техники, транспорта… Там и найдём технику для рывка вдоль южной части канала к столице.

— Круизеры! Всем приготовиться и проверить свою экипировку. Высадка запланирована через час! Халява кончилась. Дальше нас ждёт война! — проревел динамик по лайнеру, а следом и по всем остальным кораблям нашего флота.

«Миша… Я нашла диверсанта, что подорвал наш корабль…» — внезапно удивила меня Наташа, обращаясь по личному каналу связи.

— Куда идти? — тут же ответил я ей.

— В каюту капитана…

Что? Идрис Вульф? Командир лайнера причастен к этому?

Мои опасения сбылись лишь наполовину. Идрис оказался непричастен к самой диверсии, но, как выяснилось, догадывался о том, кто это был, однако решил не спешить с выводами.

— Ещё раз, с нуля, повтори свою историю, — потребовала Наталья у Идриса. Он выдохнул, сделал глоток уже остывшего чая, и, промочив горло, начал рассказывать.

— Был у меня на службе один парень. Толковый, активный, понимающий. С мозгами. Лет тридцать ему. Весь из себя старательный, прямо мечта командира. Его звали Алан, и он был одним из беженцев, что пришли к нам из Майами. Можно сказать, в первой партии. Взял я его к себе, присмотрелся к нему. Афина проверила досье, сказала, что ничего подозрительного нет. Я его сперва на простые, но важные задания отправлял, затем он у меня сам командиром стал и начал снабжением лайнера заниматься. Камеры вешал, восстанавливал, имел доступ к терминалу. Потом у нас перевооружение было, смена людей после разрастания флота, и многие мои офицеры ушли командовать более мелкими судами. Эти кадры нужно было восстановить, и Алан стал одним из тех, кто дорос до уровня моего помощника по вопросам снабжения защитного сектора. Закупка в терминалах, доставка, размещение и установка — всё было на нём. Ровно через неделю после того, как он получил назначение, его отряд отправился по морю на терминаловских гидроциклах в сторону Гаваны. Там надо было забрать кое-что, но дороги были забиты. Решили, что по воде будет быстрее. С тех пор я его не видел.

— Сбежал?

— В официальном докладе его группа числится пропавшей без вести. Мы нашли труп одного из ребят и обломки гидроцикла. Другие трое пропали. Так и не выяснили, что именно случилось: на связь не выходили, на берегу не оказались. Исчезли, и всё…

— Афина зафиксировала их смерть?

— Нет. Надеялись на чудо. И, судя по всему, чудо произошло. Как минимум, кто-то из этой группы выжил. И думаю, это был как раз Алан. И добрался он до Панамы. Не знаю как, но добрался. И почему-то затаил на нас обиду. Очень серьёзную обиду…

— С чего ты так решил? — продолжил задавать вопросы Идрису, не видя пока никакой взаимосвязи.

— Гидроциклы эти, что исчезли вместе с людьми, одной функцией обладают. Морской автопилот. Причём групповой. Выбираешь ведомый гидроцикл, задаёшь ему маршрут, и плывёшь не спеша, насколько хватит заряда батареи. А дальше… Не более чем мои подозрения и по крупицам собранная информация… — выпрямился Идрис и прикрыл глаза. — Заряда батареи хватит, чтобы доплыть до Майами. Если он там сможет зарядить три батареи и каким-то образом взять с собой запасные с оставшихся катеров, он без особого труда доберётся до Мексиканского берега. В частном порту Майами было найдено два разобранных на запчасти гидроцикла, очень похожих на те, что сопровождают наш лайнер. Если предположить, что он просто авантюрист или преследует какую-то свою цель на западном берегу, то его дорога вела бы его к Панаме и каналу. Канал — заблокирован, и он будет вынужден искать способы, ресурсы и людей, чтобы перейти на другой берег и перетащить свой гидроцикл. Это в целом реально, но требует времени. Если для этого он убил соратников и сбежал, то он будет бояться возмездия. Возможно, он всё ещё не ушёл или готовился к рывку, когда заметил корабли с нашими флагами. Испугавшись преследования, он бы захотел любыми способами оттянуть наш приход в эти земли. Потопление корабля — отличная страшилка. Большой и ужасный враг, которого никто не видит, способен напугать кого угодно. Если бы это был наш единственный боевой корабль подобного размера, мы бы и впрямь задумались трижды, прежде чем направляться сюда. Дойдя до этого момента, я решил было, что я сумасшедший и попросту начал бредить, но всё же решил расспросить Афину о двух вещах.

— Каких?

— Первый — остался ли активным его допуск старшего офицера, ведь мы выдавали карты каждому, и они работают по единой системе. И что происходило на корабле с момента прибытия на этот берег и до затопления.

— Он не был заблокирован, да? — сразу понял я.

— Да. И на корабле были… чужие. Под надзором, под присмотром, но, видимо, он смог как-то ускользнуть и установить мину. Может, даже нашу. Не знаю. Второй вариант — просто доплыть под водой. Если у него много ОД, то в терминалах, если порыться, можно раздобыть что угодно. Например, вот это… — он пододвинул ко мне бумаги, в которых было описание одного из устройств в терминале.

«Подводный робот-паук для спасательных операций, минирования…» — начал читать я описание.

— Не понимаю. Зачем ему это в конечном итоге? Это же такой риск.

— Но это дало бы ему время.

— А где это чудо продаётся? — затряс я листами бумаги с техническими характеристиками.

— В одном из панамских терминалов, — ответил Идрис.

— Это могли быть и местные банды?

— Вряд ли. Терминал под контролем правительственной армии, в портовом городе, — покачал головой капитан круизного лайнера.

— Наташа, если эта хрень за девяносто ОД может потопить наш фрегат стоимостью в пару десятков тысяч… Терминал должен оказаться под нашим контролем. Чем скорее — тем лучше.

— Поняла. Всё сделаем. Начну переговоры сразу же, как закончим здесь. Ты не услышал самое главное.

— Что ещё? Мне не важно, был это он или какой-то безумец. Это оружие в целом не должно иметь и шанса оказаться в чужих руках!

— Это был он. Я на девяносто процентов уверен. Афина, ты тут?

— Да, командир Идрис, — из динамика раздался голос помощницы.

— Сколько боевых гидроциклов находится на охранении лайнера?

— Тридцать два.

— А сколько вчера мы зафиксировали откликов от гидроциклов на нашу сеть передачи данных?

— Тридцать три.

— Подожди, переговоры водителей гидроциклов кто-то перехватил? — удивился я тому, с какой лёгкостью и безразличием были сказаны эти слова.

— Просто подключился по старым каналам, которые не менялись ни разу. Всё было настроено, и он просто вошёл в эфир, пока удирал от нас куда-то. Михаил. Эта сволочь где-то тут. Его гидроцикл был активным несколько часов назад, когда мы столкнулись с кризисом.

— Афина, мы можем отследить его? — тут же задал я интересующий меня вопрос.

— Нет, он отключился от сети, и в целом я его больше не нахожу. Он далеко от нас, заглушен, и я не могу найти его.

— Ну что же… Афина, добавь фотографию этого пропавшего без вести в розыск. Передай всем офицерам данные, объяви награду за поимку. Пусть расспрашивают местных, смотрят в оба. Гидроцикл на спине не перетащить — нужен прицеп или грузовик. Если же он ушёл дальше на юг, то пусть катится. Рано или поздно мы найдём его, либо же он сдохнет. И не забудь заблокировать его доступ.

— Уже заблокирован, господин.

— Ну вот и отлично. Спасибо, что смог сопоставить факты и прийти к этому выводу. Если удача на нашей стороне — мы этого диверсанта прижмём к стене и раздавим, как таракана. И всё же, самое главное, как я считаю, это обнаружение угрозы нашему флоту. Терминал берём под контроль, с местными договариваемся любой ценой. Наши инвестиции не должны быть уничтожены так легко и просто.

— Принято. А подлодка?

— А что с ней?

— Мы направим её для первой миссии к затонувшему кораблю? Скоро мы окажемся в водах, где это произошло… — решила уточнить Наталья.

— Ребятам надо учиться, но вооружение мы не сняли с затонувшего судна. Есть риск детонации. Впрочем, стрелять торпедами им тоже надо научиться. Уже всё равно слишком поздно. Афина, свяжи меня с командиром подлодки. Пусть он взорвёт остатки боеприпасов, потренировавшись в стрельбе торпедами, а дальше, когда риски окажутся минимальными, пусть приступают к установке подводного купола и начинают учиться археологии будущего…

— Принято, командир! — весело отчиталась Афина, которую и саму привлекало всё новое, таинственное и неизвестное. Как, например, эта эксклюзивная подлодка. Слабая в бою, но крайне полезная как средство поддержки и обнаружения противников. Тайный наблюдатель, спасательное судно и добытчик крайне полезных обломков кораблей с морских глубин.

Создание корабля — даже самого простого, вроде «Сентинела», — огромные расходы. И большая проблема заключается как раз в том, что на их создание требуется много материалов и сложного оборудования. Если мы сможем добывать их и сгружать в порту для переработки… Наше будущее станет чуть радостнее и светлее. Но для этого надо решить ещё одну маленькую проблему… — найти способ поднимать разрушенные корабли на поверхность и заполучить подходящую баржу, которая эти обломки сможет затащить в сухой док.

Как бы там ни было — Москва не сразу строилась. Вот и мы проблемы будем решать по мере их поступления. Плюс ко всему в моём штабе хватает бывших и нынешних моряков, которым подобные, нестандартные задачки очень даже интересны. А я никогда не был против инициатив на местах. Главное, чтобы эти инициативы согласовывались своевременно.

Проплыли мимо сотен кораблей, ставших на якорь или же разбившихся об побережье, маневрируя, чтобы не допустить ущерба эскадре. Заметно было, как постарались местные, разбирая всё то, что вынесло на берег. Думаю, эти прибрежные города — полные всяких полезностей, отчего и манят всех. От пиратов и разбойников, до здраво рассуждающих группировок с сильными лидерами. И в целом, город, где мы оказались, меня не разочаровал. Зомби не было и следа. Люди сами уничтожили угрозу, а канал стал большой преградой на пути случайных орд.

Причаливали мы долго. Ещё дольше искали транспорт. Благо хоть нужную нам часть порта удерживали панамские военные. Поэтому проблем не было. А в остальном город был по большей части предоставлен самому себе и своим боевым командирам. И всё-таки, мы тоже не парни с деревни, в рваных сланцах. Так что им пришлось учитывать наши интересы. Местные суровые парни думали, что, увидев их широкие плечи, автоматы и самоуверенные лица, мы развернёмся. Напрасно. Они явно переоценили себя.

Я, если честно, подумал, что меня разыгрывают, когда местные мачомены, явно перегревшиеся на солнце или употребившие что-то покрепче алкоголя, заявляли, что раз уж они очистили улицы от зомби, то имеют право командовать и требовать плату за проход.

Пока я, ошарашенный такой наглостью на грани с безумием, шёл от лайнера к соседнему с портом району, мои бойцы всё это недоразумение уже уняли. В костюмах да силовой броне они просто взяли и прошли мимо перекрывших улицу крутых парней, снеся заодно и их нелепые баррикады, а обещавшего открыть огонь на поражение из пулемёта заставили замолчать, попросту выдернув оружие из укреплённой позиции вместе с креплениями.

Это был Роберто, и теперь у него есть свой пулемёт.

Герои подумали и решили, что в общем-то сегодня суббота и проход бесплатный. Моих ребят такое отношение не устроило, и они задержали их, не дав уйти. Пока я добрался до места событий, мои ребята уже принимали в своё распоряжение транспорт, добровольно подаренный этими славными ребятами. Глава этой группы сумасшедших выживших тоже к блокпосту подскочил и сумел проявить капельку дипломатии. Благодаря нему мы без особых проблем смогли пройтись и по соседним районам и улицам, познакомиться с другими группировками, принимая в дар для освободительного похода к городу Панама всё больше и больше техники.

Я ещё спросил у одного: «Вы не обижаетесь, что мои парни были столь категорично настроены?». На это я получил полный мудрости ответ: «Законы джунглей не прощают ошибок. Мы пока ещё поживём, пусть и без транспорта…»

Пока перекидывали оборудование, оружие, боеприпасы, сухпайки и аптечки, пчёлки начали реанимировать сломанные авто, что без толку ржавели на улицах. Часть техники удалось взять взаймы в порту у военных. Транспорта стало достаточно для переброски наших молотов, поэтому мы оставили около пятисот человек в резерве, помимо пчёлок, и отправились вперёд, навстречу столице. Через пару часов, когда механики воскресят и другие машины либо вернутся из рейдов в ближайшие города резервисты и пригонят оттуда дополнительную технику, они тоже поедут вслед за нами по расчищенным от бандитов, зомби и всяких прохиндеев дорогам.

Дорога была более-менее чистой. В этой части страны зомби хватало, но они в большинстве своём либо упирались и толпились прямо у канала, с противоположной его стороны, либо двигались к более крупным городам. Мы же ехали по трассе, что зигзагами шла по сложной местности, но ближе чем на километр к самому каналу не приближалась. Оттого даже и не особо видели их. Ехали мы двумя колоннами. Первая рвалась вперёд на полном ходу, вторая ехала чуть позади и не так сильно спешила. Если зомби услышат рёв двигателей и двинутся к дороге, то второй отряд сделает остановку и прикончит их. Первый же отряд, в котором был и я, и большая часть элитных подразделений и офицеров, имела перед собой одну простую и понятную задачу — добраться до столицы, найти занятый противником терминал, зачистить территорию и создать плацдарм для второго отряда.

— Впереди город! Трущобы. Это окраина Панамы! — прокричал отправившийся с нами офицер панамской армии, чья задача была помочь наладить связь и взаимоотношения с местным гарнизоном.

— Отлично. Командиры, приготовиться. Мы въезжаем на территорию столицы. Максимальная боеготовность. Сражение может начаться в любой момент. Помните, нам надо успеть основать форпост, поставить лагерь для пчёлок и дождаться вторую группу. Только после этого начинаем вылазки за пределы установленных границ лагеря. Пока мы не соберёмся все вместе — не геройствуем, не лезем куда не просят. Афина за это время соберёт данные по городу, контролируемым людьми зонам. Действуем быстро и эффективно. Доведите распоряжение до бойцов своих кулаков и распределите задачи. Всё как и прежде, как в других городах. Панама отличается разве что размером, — отдал я указания и сосредоточился на новом городе, что принесёт нам ещё немного славы, уважения и ОД.

«Здесь и сейчас начнётся история избавления этого уголка земного шара от засилья тварей. Если за нами наблюдают эти сволочи и жаждут развлечений… Я им гарантирую — мои легионы выкосят так много этих хитиновых тварей, что Земля им поперёк горла станет. Поскорее бы заработать нужное число ОД для встречи с тем ушастым гремлином, что любовался уничтожением нашей цивилизации… Эта паскуда, подарившая мне своё долбанное „благословение“ и тысячи смертей, должна знать куда больше о наших врагах, чем рассказала. В конце концов, она даже живёт рядом с ними. И если её слова хоть немного правдивы, она обязана подсказать нам, как победить в этой войне. Указать на то, что скрыто от нашего взора…»

— Тут местные, машут руками, дорогу перекрыли.

— Притормози… — Я выскочил из кабины грузовика, и голосящие панамцы вдруг замолчали, увидев мой алый доспех берсерка.

— Мне нужна информация о ближайшем терминале или отряде военных Панамы. Кто-нибудь может сказать мне эту информацию?

— Человек? — осторожно спросил мужчина с самодельным копьём.

— Человек, — ответил я ему.

— Нам… нужна помощь…

— И мы вам поможем. Мы всем поможем. Скоро этот город будет освобождён и станет оплотом безопасности и стабильности. Дорогу знаете?

— Прямо, по шоссе, на кольце направо. Будет завод… Там военные…

— Отлично. Что за помощь вам нужна?

— Подвезите… До порта… Там, говорят, работа есть и кормят… — неуверенно продолжал просить мужчина за себя и своих людей.

— Шестеро?

— Да… Сеньор.

— Роберто? Есть места у нас?

— Нет, под завязку едем…

— А если сморщить жопы? Шесть человек-то вместим?

— Ну… Попробовать можно, но морщить бронированные жопы силовой брони — сомнительная затея. Пусть к пятому грузовику идут. Там на ящиках место было. Только пусть они ничего…

— Сам встреть и скажи, что можно, что нельзя. Уважаемые… — я обратился к местным и показал рукой на здоровяка в силовой броне, выпрыгнувшего из кузова резко раскачавшейся машины со стонущей подвеской. — Вам вот к тому джентльмену. До порта довезти не обещаю, но до военных — точно. А там и до терминала можно будет добраться.

— Нет, сеньор! Терминал опасно! Там зомби!

— Всего лишь зомби. Мы наймём вас на работу по укреплению лагеря, когда твари будут уничтожены. Ну или можете отказаться от поездки.

Люди переглянулись, увидели подтянувшиеся машины колонны, в которых сидело несколько тысяч пропахших кровью и источающих суровое мужество бойцов, и кивнули.

— Хорошо! Спасибо! Мы поедем с вами!

— Вот и славно.

— А вам нужны будут ещё работники? Мы знаем несколько лагерей выживших…

— Нам нужны будут все. До единого. Весь этот город и каждый его житель, что желает жить в мире, безопасности и не умирать от голода, болезней и разбойников. К слову… Афина, думаю, уже пора заводить шарманку.

«Как прикажете, мой командир!»

По редко работающему радио вдруг заиграла мелодия марша, и женский голос на испанском начал своё обращение ко всем, кто выжил, ко всем, кто верил, что этот день настанет.

«Панамцы! Возрадуйтесь, ибо сегодня в ваш город прибыли мы, Круизеры! Люди, что не боятся ни зомби, ни бандитов, ни самого дьявола! Недолог тот час, когда наши войска очистят вашу прекрасную столицу от мусора и вернут тишину и спокойствие в каждый дом!…» — воодушевляющие слова, громко заявляющие о целях не такой уж и большой, но крайне самоуверенной армии, разлились по всем каналам и очень скоро начали передаваться из уст в уста.

Слухи, шёпот, молитвы разносились с одной стороны городских улиц. А с другой был слышен вой мертвецов, лязг металла и хруст ломающихся костей под тяжёлой пятой силовой брони. Круизеры прорывались к терминалу, возглавив ближайший военный гарнизон и не жалея патронов, наводили порядок в очередном городе. Многомиллионном городе, что так жаждал воспрянуть из пепла постапокалипсиса.

Музыка войны была слышна повсюду, в каждом уголке города, в каждом доме. И она вселяла надежду…

Нас называли безумцами. Нас проклинали. От нас бежали, пытаясь скрыться в других частях города те, кто ещё недавно считал эти улицы своими. Жизнь — удивительная вещь. Сейчас они бегут от нас прочь, ожидая, когда нас сметёт лавина зомби, а после, когда поймут, что мы не сумасшедшие, а профессионалы, решат вернуться обратно и потребуют, я уверен в этом на сто процентов, вернуть их терминал.

А вот вам, дуля русская, а не терминал панамский. Раз сбежали, увели людей, значит, передали его нам. Без ваших семи или сколько там тысяч человек я вполне справлюсь. Замыкающий отряд с «пчёлками» уже едет по Панаме и скоро будет здесь, начнёт помогать укреплять оборону, выстраивать пулемётные гнёзда, баррикадировать улицы, заколачивать окна и двери первых этажей ближайших домов. Всё просто, как дважды два.

Нас сюда приехало двенадцать тысяч человек. Тысяча осталась на борту эскадры, тысяча отправилась охранять северные рубежи Панамы. Предыдущий гарнизон, прибывший сюда вместе со Стивеном Хинком, составлял ещё восемьсот человек. Да, не все из нас были бойцами, но пять «молотов», полностью экипированных по законам военного дела, мы сюда доставили. Ещё три тысячи — поддержка, резерв, тыловое обеспечение. Остальные — «пчёлки», которые к войне имеют лишь очень косвенное отношение, как сегодня. Этого более чем достаточно для того, чтобы зачистить город даже без участия местных группировок.

Вообще, строго говоря, у нас сегодня в руках гарантированно будет два терминала. Первая встреченная нами группа направила нас к военным. Немного, всего две сотни солдат, несущих вахту близ одного из мостов и вместе с тем облюбовавших территорию завода. Они охраняли важную артерию, от которой зависела жизнь города в районах, уже очищенных от мусора и мертвецов. Они помогли нам понять обстановку в городе и на ближайших улицах. Мы открыли карты, прикинули, что к чему, узнали, где сейчас наибольшая концентрация зомби, и прямо там, за десять минут, разработали план. К слову, они тоже смотрели на нас, как на безумцев. Конечно, численность автомашин в конвое их впечатлила, как и наша экипировка, но, так как с ней они ещё не сталкивались, у них были сомнения.

И надо сказать, не напрасные, если знать тонкости и нюансы работы боевых костюмов, шлемов и силовой брони. Всем им нужны аккумуляторы. Всем нужна подзарядка и электричество. В Панаме с этим сейчас, мягко говоря, туго. Да, мы готовились к рейду, и две с половиной тысячи наших гордых носителей костюмов тащили с собой запасные заряженные аккумуляторы. На лайнере мы их по полной накачали энергией, но зарядные станции без доступа к полноценному и постоянному источнику электроэнергии мы не стали брать.

Первоначальный план заключался в том, чтобы отбить один терминал, находящийся под властью зомби, и там найти что-нибудь, что поможет нам подзарядиться. Шанс был пятьдесят на пятьдесят найти подходящее оборудование, но даже если мы найдём и выкупим весь доступный запас в ближайшие сутки, этого всё равно не хватит для подзарядки ТАКОГО количества оборудования. Не говоря уже о том, что для силовой брони автомобильный аккумулятор не подойдёт. Поэтому мы подумали и, найдя рядом со свободным терминалом ещё один, но под контролем какой-то крупной группировки, вновь разделились на два подотряда и двинулись в путь. Одни — в гости к соседям, чтобы спросить, что к чему в их терминале, и заодно предупредили, что будем на их территории вести битву с ордой зомби с соседнего терминала. Вторые — пошли провоцировать и собирать эту самую орду. Там, по словам вояк, была, конечно, огромная орда, в пару десятков тысяч зомби… Но по нашим критериям оценки — это была маленькая группка, слабенькая зомби-тусовка. Чтобы не тратить зря времени, ведь в городе осталось ещё несколько сотен тысяч зомби, мы решили подсобрать их побольше. Всё равно в бой пойдём, чего зря энергию растрачивать на мелочи.

Первое время местные бойцы косились на нас и наши закупки в терминале, наше оборудование и пытались протестовать, но… Не знаю, то ли наше сообщение, распространяемое повсюду, до них дошло, и они прониклись, то ли экипировка наша их так впечатлила, но они смирились и не стали вступать в конфликт. А потом к крутым панамским шишкам из этого района прибежали разведчики и донесли, что орда будет не с соседнего терминала, а со всего района! То есть, раза в два, а может и три больше. По моим скромным оценкам, мы привлечём сегодня от шестидесяти до восьмидесяти тысяч носителей столь ценных очков достижений.

Местные на прощание покрутили пальцем у виска и убрались прочь. У них было несколько часов на то, чтобы подготовиться и послушать, как вдалеке по улицам катаются мои кубинские ковбои, загоняя стадо безмозглых в ловушку. Ушли они и ушли. Остались в основном упрямые старики, которые защищали не терминал, а свои дома и квартиры. Их не интересовала власть — их интересовала эта улица, на которой они прожили долгие годы. Я даже вышел к ним и от всего сердца поблагодарил их за отзывчивость и храбрость, но сказал, что если у нас будут проблемы, мы дадим им знать, а так они могут не беспокоиться — зомби скоро умрут.

Приготовления были завершены к шести вечера. Мы укрепились, подкрепились и стали залезать в костюмы, а разведчики прекратили кружить по городским улицам, терроризируя тварей, и отправились в нашу сторону.

— Опять всю ночь воевать придётся, — застёгивал лямки креплений боевого костюма Роберто.

— Поздно темнеет, рано светлеет. Не переживай. Справимся, возможно, даже до полуночи. Основные улицы будут под светом прожекторов, с тыла к нам не подойти.

— Да я и не переживаю. Просто сражаться неудобно — лишние патроны улетают из-за шевелений мертвецов. Вечно не понимают бойцы без шлемов, сдох очередной зомбяра или нет.

— Ну так ты командуй, давай подсказки. У тебя-то ведь ночное видение есть. Ты шлем как, зарядил?

— Семьдесят процентов. На часов тридцать хватит.

— Чего не дозарядил, пока была возможность? — нахмурился я, недовольный такой безалаберностью моего соратника.

— На меня и на Наташу была всего одна розетка. А она пошла по городу, собирать информацию для тебя и для Афины. Ей в первую очередь всё заряжал… — попытался он отмазаться, но я-то знал, что в нашем временном штабе у офицеров были свободные розетки, а бензиновый генератор работал до сих пор.

— У меня аккумуляторы сменные есть, с запасом. Я подстраховался, — ответил он мне и надел шлем, после чего принялся влезать в силовую броню.

Я тоже не стал больше поднимать этот вопрос, оставляя его на совести Роберто, и начал втискиваться в броньку. Ну и теснота… А ещё жара такая, что на Кубе даже близко такой не было. У нас вода быстрее закончится, чем патроны…

Я вошёл в общий канал связи и провёл перекличку командиров подразделений. На тактической карте появились отметки месторасположений бойцов с шлемами и позиции соратников без таковых. Мы гармонично расположились по узким улочкам, создавая трёхступенчатую линию обороны, чтобы в случае чрезмерного давления можно было бы отойти назад и продолжить вести отстрел армии мёртвых.

— Время подхода противника — три минуты. Всем на позиции, авангарду снять оружие с предохранителей. Силачи, встречаемся на указанной точке, — раздал я указание и позвал обладателей силовой брони встретиться на площади перед зданием с терминалом.

Мы встретились и встали в шахматном порядке

— Все помнят, что и как делать? Афина, корректируй, если есть что… — я первым занял боевую позицию для стрельбы из миномёта, что крепился у нас за спиной.

Те, кто стояли сзади, открыли ящики и вставили в крепление миномётной системы шайбы боеприпасов, которые и отправятся в полёт в сторону противника. Вообще, миномёт был интересным, хотя бы потому что работал по принципу баллисты. Выстреливая этими технологичными шайбами, способными корректировать свой полёт и планировать в нужный квадрат. За десять секунд оружие вновь приводилось в боевую готовность и подхватывало следующую шайбу с взрывоопасной начинкой, швыряя её второй раз. Нужен был угол в сорок пять градусов, и для этого идеально подходила поза, где мы стояли на одном колене, с опущенными вниз стальными руками. Почти как спринтеры перед стартом. Главное было не шевелиться, ведь у нас мины швырялись не наобум, а в соответствии с расчётами Афины. Первая десятка подготовилась, села, зарядила, и как раз в тот самый момент, когда на передовой зазвучали первые выстрелы, воздух рассекли первые шайбы миномёта.

Через десять секунд механизм подхватил новую, зарядил и швырнул вперёд на километр. Прямо в сердце набегающей толпы. И затем ещё и ещё. Дальше мы поменялись позициями, и я помог зарядить миномёт Роберто. Новый залп, и снова смертоносные подарки отправились вперёд.

Во время тестов мы поняли, что один такой снаряд, попавший в толпу гнильцов, сможет убить от тридцати до пятидесяти мертвецов. Ещё какую-то часть не добьёт, но покалечит. Неплохо, особенно если учесть, что Афина помогает снарядам работать по максимальной площади. Но в целом… Даже если каждый снаряд убьёт максимум… Мы сейчас выстрелили восемьдесят мин. Цена одной — тридцать пять ОД. Мы выкосили зомби, ну, тысяч на двенадцать. Суммарная прибыль — около десяти тысяч. Чуть поменьше. С учётом стоимости оборудования и редкой возможности применения для поражения толпы, людям без Афины подобные устройства будут, безусловно, приносить пользу, но зарабатывать ОД ими — не выйдет. По крайней мере, обученный отряд, стреляя патронами, получит большую прибыль.

— Смена, ещё по одной порции закидываем и бежим на выбранные позиции! — скомандовал я, и мы сделали ещё один залп, по сути, опустошив наши подготовленные запасы мин на пятьдесят процентов.

Ничего, может, в местных терминалах найдутся боеприпасы. В крайнем случае — дозакажем доставку.

Отстрелялись и следом тут же разбежались. Строение улиц было таким, что на два десятка наших «Силачей» приходилось десять крупных перекрёстков и десять мелких пересечений улиц, по которым зомби должны были переть единым потоком. Буквально как каток. А мы их будем встречать и с радостью махать оружием, превращая их в фарш.

Бой закончился, едва начавшись. Потому что началась бойня. Жестокая, бескомпромиссная, без экономии патронов. Энергии было жалко, время тратить никто не хотел. Нас ждали и другие районы города. Час. Второй. Третий. Без Афины и шлема я бы потерял счёт времени. Начало темнеть, зомби всё ещё плутали, наседая там, где можно. Мы были взяты в полукольцо окружения, уперевшись в высокие стены местных мастеров обороны с одной стороны, высокие дома с намертво перегороженными проходами между ними и длинной стеной торгового центра, в котором, казалось, не осталось ни одной целой витрины на первом этаже. Вместо них всё было заложено кирпичом. Местные от орд защищались как могли.

— Алан, держись! Смещаюсь в твою сторону! — по шлемосвязи я слышал, как нелегко было моим соратникам на крупных перекрёстках, когда волны мертвецов накатывали на них. Ситуацию осложняли тысячи мертвецов под ногами, которых некуда было сдвинуть. Приходилось постоянно крутиться в этом море врагов.

Алана снесли с ног, и он с трудом поднимался. Именно поэтому в его сторону и начал смещаться его собрат. Я же, видя, как бодро шагают зомби, понял, что битва не затянется на всю ночь. Конечно, зачищать районы мы будем до утра, но основной костяк врагов иссякнет намного раньше. Трупов вокруг было так много, что бойцы уже к третьей линии обороны переместились. Первые две были буквально завалены телами, и новые ходячие мертвецы переползали наши редуты по спинам павших жертв алого затмения.

— Резерв — укрепить фланги, начать выдавливать противника и зажимать в клещи. Отряд в силовых доспехах — смещаемся в сторону крупных перекрёстков, становимся парами. Ещё час, и орда закончится. Останутся недобитки. Терпим, стиснув зубы, усталость. На пот не обращаем внимание. Работаем, — раздал я указание, и приказы командиров стали дублироваться их заместителям.

Ещё две тысячи человек вступят в бой. У этих боевых костюмов нет, но на флангах, куда они направляются, зомби не так плотно прут. Пускай постепенно смещаются и продавливают их.

— Через десять минут смена стрелков на передовой. Внеочередная. Подготовьтесь. Оружие должно быть заряженным и готовым мгновенно заменить отошедшего с оборонительной линии. Мы заканчиваем, ребята. Через час финальный рывок — в бой пойдут все, кроме охранения, — внёс я ещё одну корректировку.

«Господин, армия Панамы движется в нашу сторону. Чуть меньше трёх тысяч человек…» — подсказала Афина о внезапном подкреплении, присланном союзниками.

— Только очки достижений заберут… Ладно. Сейчас что-нибудь придумаю. Сможешь связать меня с ними? — повернулся я плечом к потоку тварей, чтобы перевести дух, а то уже задыхаться начинаю.

«Секунду… Вы в эфире».

— Приветствую. Говорит Михаил Листопадов — командующий Круизерами. Спасибо за помощь. Давайте я сразу подскажу, в какую сторону вам двигаться, чтобы под перекрёстный огонь не попасть… — перед глазами появилась карта с тысячей меток, и я быстро сориентировался, направляя ополчение города в хвост толпы. Отсекут часть тварей, которые еле плетутся, недобитые, там далеко, и ускорят последующую зачистку кварталов. — Если что, напрасно не рискуйте, займите возвышенности. Мы через час пойдём в контратаку. Их осталось процентов тридцать, не больше.

— Си, сеньор Михаэль. Мы направимся в сторону госпиталя Сан-Фернандо и парка за ним. Будем зачищать эту территорию от неприятеля!

К полуночи с ордой было покончено. К часу ночи мы зачистили квартал возле второго терминала. К рассвету на всех ближайших кварталах стихла стрельба. Если где и появлялся зомби, то его убивали тихо и без шума. Просто чтобы не привлекать новых… Незачем их со всего города к нам стягивать. Идя по прямой к источникам шума, они могут на территории под контролем людей забрести. А нас там нет… Мы все дружно в одной части города, центральной, засели.

— Костюмы на зарядку. Шлемы на зарядку. Пчёлки разбиваются и приписываются к отрядам, берут аккумуляторы под свою ответственность и контроль, — раздавал я указания, проверив второй терминал, что попал в наши руки. Подходящее оборудование есть. То же топливо, те же электрогенераторы. Пусть гудят, тарахтят, вырабатывают электричество.

— Завтракаем сухпай! Время сна «молотов» один и два — с восьми до двенадцати, третий и четвёртый — с двенадцати до шестнадцати. Пятый и резерв — с шестнадцати до двадцати ноль-ноль, — разрывался в общем канале Фернандо, вместе с которым мы утвердили следующее направление для удара.

Мы будем охотиться за зомби, загоняя их в самые узкие и безлюдные улицы, чтобы прекратить их бесполезную жизнь. А те местные, что пойдут за нами… Будут нам помогать.

— РАЗБИРАЕМ ЛОПАТЫ И МЕШКИ! ГРУЗИМ ТРУПЫ И ВЫВОЗИМ ИХ ПОДАЛЬШЕ ОТ ГОРОДА, ЗАКАПЫВАЕМ! ЗА РАБОТУ ПЛАТИМ АРМЕЙСКИЙ СУХОЙ ПАЁК! — прокричал Роберто, выйдя в своём костюме из здания с терминалом и бросив очередную партию лопат на пока ещё холодный асфальт.

— Я ГОСПОДИН! ВОЗЬМИТЕ МЕНЯ!

— Я МОГУ КОПАТЬ ЗА ДВОИХ!

— СЕНЬОР! ВОЗЬМИТЕ НАС С БРАТОМ!

Люди здесь… Исхудали. И всем им нужна работа. Каждый из них мечтает о нормальной жизни. Мы им дадим то, о чём они мечтают. Иначе и быть не могло.

— Роберто!

— Да, командир! — оторвался от выбора самых крепких ребят для утилизации тысяч трупов, дабы эти улицы не превратились в рассадник болезней и смрада.

— Заказываем строительство штаба. Здесь.

— Может, в другом терминале? Там хоть какие-то укрепления есть… — включил здравый смысл мой соратник.

И я был согласен с ним. Там место, действительно, больше подходит. Но зачем мелочиться, выбирая, где построить штаб? Если можно построить сразу оба…

— Ты прав, мой друг. Но штаб закажи. Мы вообще, много штабов здесь построим.

— Объединение территорий под единый центр управления? — он тут же догадался, что я хочу сделать.

— Всё именно так.

Роберто перешёл в канал связи между нами двумя и осторожно, чтобы никто не услышал, поинтересовался:

— Босс, так местные же, как и армия Панамы, будут против отдавать нам свои терминалы…

— Какая разница, если они будут частью нашего альянса, как и Куба. Не переживай на этот счёт. Уговорами займусь я и Наташа. Твоя же задача — помочь Фернандо зачистить этот город в ближайшие трое суток.

— Понял! Приложу все силы.

— Вот и славно. Ведь это только начало. На зачистку остальной территории южнее Панамского канала у нас будет всего неделя. Полноценной зачисткой, подчинение и выставление охранения, с разворачиванием сети штабов по всей её территории.

— Так это же… Нереально. Не с нашей численностью!

— Ты знаешь цель. Ты знаешь проблему. Осталось найти решение. И оно прямо перед тобой.

Роберто посмотрел на сотни жителей города, что примчались, доведённые до отчаяния голодом, крахом цивилизации и бесконечной войной людей.

— У кого есть дети на иждивении, поднять руку! — закричал Роберто.

Больше половины тут же откликнулись.

— Берём лопаты вне очереди. Вас ждёт много работы, господа. И если вы хотите прокормить своих родных, слушайте меня, и всё у вас будет хорошо. Мы только начинаем. И не закончим, пока вся Панама не будет свободна. Не ленитесь, если вы не хотите, чтобы улицы вашего города поразила эпидемия. Девушки и женщины! Вы на захоронение не поедете.

Гул недовольства от тех, кому тоже очень была нужна работа, поднялся такой, что у меня шумофильтр в шлеме включился даже.

— ТИХО! ВЫ НЕ ПОЕДЕТЕ, ПОТОМУ ЧТО ДЛЯ ВАС У МЕНЯ БУДЕТ ДРУГАЯ РАБОТА! РАБОТА БУДЕТ ДЛЯ КАЖДОГО!

— УРА!

От страха до надежды — один шаг. От злости до радости — одна фраза. От гибели до спасения человечества — пропасть неизвестности. Но одно ясно уже сейчас. Если мы остановимся — мы обречены.

Столица Панамы была свободна от подгнивающих захватчиков к полуночи третьего дня с момента прибытия нашей гвардии. В этот раз, имея полное понимание ситуации внутри страны, карты местности, внушительное количество неизрасходованных ОД и карт-бланш от местного правительства, чудом сохранившего свою власть, мы действовали не так, как на Кубе или в Майами. Разведка если и происходила, то путём боестолкновений. Дипломаты шли не с улыбками на лицах к территориям банд, а с операторами силовой брони за плечами, с поддержкой лёгкой бронетехники местных войск, что присоединились к нам и нашему маршу. Наташа получила от меня полное разрешение принимать самолично решение о том, с кем есть смысл проводить переговоры и требовать послушания во время военной операции, а кого попросту устранить. Десятки худших из банд были обезглавлены, лишены своих лидеров и в ужасе смотрели на то, как по всему городу начала идти военная машина пришлой армии.

К обеду второго дня был зачищен и начал восстанавливаться аэропорт. К вечеру был зачищен нефтезавод, ещё через час я получил отчёт об освобождении локомотивного депо и зачистке прилегающих к Панамской железной дороге, что идёт вдоль всего канала, кварталов.

Орды тварей закончились к утру третьего дня. Остаток времени мы зачищали недобитков и мелкие стаи зомби, вычищали этаж за этажом в кварталах, вместе с добровольцами, массово хлынувшими в нашу объединённую с панамскими ополченцами армию.

Мужчины и женщины будто скинули с шеи камень и вдохнули полной грудью воздуха свободы. Где нет страха. Нет упрёка. Нет зависшей окровавленной руки зомби, что довлела над их судьбами прежде. Банды переставали существовать. Начинались военные суды, за которые очень рьяно взялся местный полковник Фидель. Дядюшка Фиде, так его звали матери и отцы, потерявшие своих дочерей, уволоченных в бандитские притоны ради развлечений. Я слышал многочисленные крики. Слышал плач и вой как матерей, потерявших своих дочерей и сынов, так и убийц, что посчитали себя кем-то значимым. Кем-то, над кем законы и справедливость больше не властвуют. Каждые пять минут объявлялся смертный приговор. Расстрел. К полуночи третьего дня мы закончили с зомби, но звуки выстрелов не прекратились. Впрочем, это уже было не наше дело. Армейские подразделения Панамы установили контроль над мостами через канал и вошли в город. И принялись наводить порядок. И мольбы о пощаде, клятвы в верности и том, что они исправятся… Звучали слишком жалко. Очередной мусор цепляется за жизнь. Странно, почему они так цепляются за то, к чему относились с таким пренебрежением?

Люди разные, но поступают по всему миру одинаково. Всегда есть процент псевдоальфамужчин, для которых подобный кризис — повод возвыситься. Но вместо того, чтобы принести какую-то пользу, они используют свою силу и внезапную власть в своих сугубо шкурных интересах. И в какой бы стране всё это ни происходило, на каком бы языке они ни разговаривали — всегда их щебетания, мольбы и проклятия звучат одинаково глупо. Такие ничтожества, стоит им встретиться с реальной силой, даже сдохнуть как мужики, молча приняв возмездие за свою мразотность, не могут.

Мы перегруппировывались и отдыхали. День без войны, без уничтожения зомби — тоже можно провести с пользой. Мы получили доступ ко всем, без исключения, столичным терминалам и выкупили так много оборудования для зарядки, сколько только смогли. Все заряжались. И бойцы, поглощая сухие пайки, и костюмы, и броня с шлемами. Впереди нас ждёт куда как более длинный вояж, и если мы хотим двигаться без остановки, не рискуя зависнуть посреди холмов, полей, болот и лесов — нам надо создать так называемый обоз снабжения.

Транспорт, грузовики, цистерны с топливом. Не факт, что у нас на пути будут подходящие терминалы с достаточным количеством вещей, необходимых для армии. Поэтому сегодня мы отдыхаем и готовимся к походу. У пчёлок наконец-то появилась возможность проявить себя, оценить наши находки в городе, занести все сведения через Афину в базы данных.

Все трудились. Без остановки. Местные жители очищали улицы и пытались убрать следы войны и произошедшей здесь резни. Мои офицеры, выспавшись, занимались осмотром вверенных подразделений, формировали отряды поддержки из числа местных, что будут двигаться вместе с обозом. Командиры нормальных отрядов из числа различных группировок подмазывались к нам либо армии Панамы. Армейцы наводили порядок и вычищали, с радостью слушая признания одних о грехах других. Находили подтверждения, проводили казни, возвращали контроль над ключевыми для государства объектами. Работали все. И для меня была работа.

Первая моя задача — с самого утра провести собрание со старшими офицерами и определиться с нашими первоочередными задачами на предстоящую неделю. Разработать план, начать формировать новые кулаки и молоты, скоординировать свои действия с запросами пчёлок, которые требуют сопроводить их в места, отмеченные моей виртуальной помощницей. Панама хорошо за счёт торговли поднялась. Тут, конечно, и трущоб хватает, но и большие финансовые акулы успели настроить и бизнес-центров, и складов, и портов, и даже производства есть. Да даже поля для гольфа есть! Причём много… Я только лишь скользнув взглядом по карте Афины с её отметками, заметил три. Но нам они, конечно, не особо нужны. Разве что под стрельбище переделать для обучения новобранцев. Кстати — а это хорошая идея!

Я внёс заметку для Афины и пробежался по десятку первоочередных задач, следя за процессом их выполнения. Бронекостюмы к обеду были на девяносто процентов заряжены. Силовая броня готова только наполовину. Шлемы бойцы заряжали в первую очередь. Да и быстрее всего их зарядка идёт. А вот запасные аккумуляторы были в хлам разряжены и ждали своей очереди. Другие задачи тоже выполнялись. Где-то с опережением темпа, где-то появлялись трудности, которые приходилось на ходу решать, импровизировать. Самым проблемным местом для нас сейчас являлись запасы продовольствия. И это при том, что ОД на еду мы не жалели, хотя в целом это была нерациональная трата. Но даже так — сухпайки в терминалах закончились. И у нас в обозе тоже. Я отметил эту проблему приоритетной и велел рациональнее подходить к вопросу. Но это не суперпроблема. Завтра они восстановятся и станут доступны для покупок, завтра же и с борта лайнера привезут добавку. А бойцам есть чем питаться — всё-таки каждый имел свою сумку, и там запас продуктов на два-три дня. Запасные сухпайки раздали местным жителям в качестве платы за работу. Мы могли бы и ничего не платить — местный гарнизон и так бы организовал работу, добровольно-принудительно, но мы были хитрее. Мы людей прикармливали, чтобы они знали, к кому идти за работой, если есть силы и желание. Репутация Круизеров — самое лучшее оружие из всего того многообразия, что находится в наших руках. В любом случае, завтра с утра мы уедем отсюда, оставив лишь небольшой гарнизон для охраны наших штабов. Остальным пускай армия Панамы занимается. А чтобы у нас не было никаких рисков, я и займусь второй персональной задачей на сегодня — переговорами с правительством Панамы. Очередными и долгожданными как для нас, так и для них.

— Ты уверен, что не хочешь взять больше людей? — поинтересовалась сонная Наташа, вернувшаяся после трёхдневного отсутствия в отвратительном настроении. Но стоило ей принять душ в закрытой для посторонних части нашего штаба, поесть и выспаться, как плохое настроение словно рукой сняло.

— Не вижу смысла.

— Так солиднее. Проще будет продавить наши интересы…

— Мне вас пятерых хватит с лихвой. Через десять минут с авианосца взлетят три самолёта-разведчика, попробуем оценить обстановку в южной части страны. Над городом они тоже пролетят. Это будет лучшая демонстрация.

— Ну, возможно. — потянулась девушка и поднялась с кровати, демонстрируя своё соблазнительное тело.

— Хм… Вечером нас с тобой ждёт одно важное дело. Напомнишь мне. Сейчас не до этого.

— Какое дело? — соблазнительно улыбнулась Наталья, пытаясь строить из себя глупую блондинку.

— Секрет. — ответил я ей, также улыбаясь, и протёр фильтры шлема, готовясь переодеться в парадно-боевой костюм Берсерка.

— Буду с нетерпением ждать. — вновь упала она на кровать и начала изгибаться, провоцируя меня.

Нет, Наташа. Не сегодня. Не в этот раз я поддамся твоим чарам. Но хорошее настроение ты мне обеспечила. Спасибо.

— Ты бы тоже собиралась, всё-таки тебе меня сопровождать.

— У меня почти всё готово. Но раз ты настаиваешь… — девушка поднялась и раздвинула створки шкафа, вытаскивая из него свой костюм.

Ох, лучше бы я ей не напоминал… Плотно облегает, слишком это всё эротично смотрится. Особенно на ней.

Вышел на улицу, отобрал кружку кофе у Роберто и чуть богу душу не отдал.

— Бр-р-р-р. Что за дрянь. Как я мог забыть о твоём фирменном рецепте! — вернул я ему стакан с напитком, от которого у меня чуть челюсть не свело.

— Да нормальный кофе…

— Ага, как же! Им можно врагов пытать. — согласился со мной Фернандо, откидывая лицевой щиток шлема и протягивая мне термос. — Держи, командир.

— Спасибо.

Немного потрещали обо всём на свете, обменялись важными и не очень новостями, дождались Наташу, Стивена Хинка и Коннора, сели в броневик, купленный для командного состава в одном из Терминалов, и двинулись к точке встречи.

Ехали медленно, улицы были забиты людьми, местами и телами зомби, обломками зданий. Но мы выехали заранее и к назначенному месту прибыли за десять минут до начала переговоров. Это было здание Верховного суда Панамы. Старое здание с крепкими и высокими стенами. Его использовала местная армия, и тут же располагался до вчерашнего дня штаб. Сейчас из здания вывезли почти все документы, и оно, можно сказать, пустовало. И при этом было вычищено до блеска, полностью подготовившись к встрече гостей.

Нас проводили в зал для переговоров, предложили чай и кофе, мы не отказались. Нас ждал долгий разговор. Постепенно места напротив нас начали занимать высокие шишки, большая часть из которых носила высокие звания и передвигалась в основном в окружении охраны. Вообще, мы были на территории самого освоенного и укреплённого района города, который занимали военные и правительство Панамы и до прихода наших войск.

Люди подходили к нам, здоровались, знакомились, представлялись сами и представляли своих спутников. Я поступал точно так же. Нервничал ли я? Отнюдь нет. Я и до Алого затмения на подобных встречах бывал не раз и прекрасно понимал, как себя вести, что скрывается за этими дружелюбными улыбками и так далее. Мог понять, когда мне заговаривают зубы и когда мои слова напрягают слушателей по их взглядам.

Так, слушая очередные слова благодарности за помощь народу Панамы, я краем уха услышал удивительную новость.

«Мы почти все готовы, можем начинать.» — негромко произнёс один седовласый старик второму.

«А как же генерал Монгрес?» — начал бегать взглядом второй по залу встречи.

«А вы не знаете? Его этим утром расстреляли!»

«Как, за что?» — сильно приуныл первый и даже продемонстрировал своими жестами накативший на него страх.

Тут мне пришлось переключиться на тянущегося к моей руке панамца, и узнать, за что расстреляли генерала — не получилось.

Ну да ладно, Афина и так тут всё прослушивает. Надо будет выяснить — выясню. Но то, что начались чистки — стоит учесть.

Мы сели, и приветственное слово взял бывший вице-президент страны, вернувшийся к этой должности в связи с несвоевременной кончиной своего предшественника. Стандартные слова, стандартные объявления, попытки пошутить и призывы поднять бокалы за освобождение Панамы — столицы одноимённой страны.

— Надеюсь, на этом наши успехи не закончатся, и вскоре мы повторим достижение нашей братской Кубы! — заявил этот человек, что некогда был вернейшим другом Вашингтона, исторического противника кубинцев.

Теперь мы, оказывается, братские страны… Ну, в целом сейчас все мы братья перед лицом кризиса. Тут я с ним соглашусь.

Пять минут скучного монолога, за время которого семь раз прозвучало моё имя и название Круизеров, после чего было объявлено, наконец, для чего мы вообще сегодня собрались. Переговоры со мной были лишь одной из целей собрания, и так уж вышло, что одной из так называемых «наград» стала возможность поприсутствовать на этом судьбоносном для страны сборище и узнать, какие они тут все патриоты и как готовы спасать свою страну.

— Босс… Я думал, это будут переговоры… — нахмурив брови на своём загорелом лице, прошептал Роберто.

— Они и будут. Но за закрытыми дверями, когда все посторонние статисты удалятся из зала собрания.

— А скоро?

— Не знаю. Спорить друг с другом они не намерены, так, провозгласят популистские решения, снимут всё на камеру, подпишут декларации и начнут собираться. Думаю, часа за два управятся. Но если начнут спорить… До ночи можем сидеть.

— Катастрофа… Я-то думал… — вздохнул Роберто, но так и не сказал, что он там думал.

— Фернандо, — обратился я к своему будущему ставленнику и генерал-губернатору этого региона.

— Да?

— Обращай внимание на то, кто говорит, и кто как слушает. Большая часть из них считает себя важными шишками, но реальные решения принимают человек пять, не больше. Всё остальное — просто статисты и протеже. Делай пометки, изучай тех, с кем тебе предстоит работать. Афина, конечно, поможет тебе со сбором информации, но иногда важен мгновенный анализ и умение подстроиться, понять ход мыслей собеседника.

— Угу… — заскрипела по блокноту ручка в его руках, показывая, что он к моим словам прислушался.

Со временем бестолковых сборищ я почти угадал. Два часа и сорок минут. Был объявлен перерыв, после него анонсировали новые вопросы и утверждение политики помощи пострадавшим от зомбиапокалипсиса и прочие моменты, но к нам эти вопросы даже косвенно не относились.

Мы вышли на кофе-паузу, и тут-то и началось то, ради чего я сюда приехал. Несколько мужчин в окружении солидных бойцов с первоклассным вооружением приблизились к нам и предложили взять с собой горячие напитки и направиться в отдельный зал, подготовленный для наших вопросов. Так мы и поступили.

— Вид у вас какой-то уставший… — заявил один из пятёрки представителей народа Панамы, как только двери закрылись.

— Четыре часа сна за последние двое суток. Вы же не думали, что столь быстрое освобождение города возможно по щелчку пальцев.

— Что вы, конечно нет. Ваш вклад воистину неоценим, а слава о ваших подвигах лишь в очередной раз нашла своё подтверждение! Я, если честно, распорядился подготовить проект памятника на новой площади, что будет построена вместо разрушенного здания близ того перекрёстка, где ваши бравые воины уничтожили пятидесятитысячную орду зомби. И называется она будет соответствующе — «Площадь Круизеров, освободителей Панамы».

— А Панама в данном случае город или страна? — решил уточнить у него я.

— Конечно, страна! — улыбнулся он так широко, что я думал, у него лицо треснет.

— В таком случае, нам надо договориться. Знаете, предыдущая часть с этими выступлениями и декларациями меня немного утомили, поэтому я сделаю кое-что, что вам, наверное, не понравится. Я буду говорить прямо, а не юлить, как любят политики. У меня не очень много на это времени. Уже пришли данные от авиаразведки территорий к югу от канала. Надо немного подправить наш план освободительной операции.

— Обидеть? Меня и моих коллег, я вас уверяю, это лишь обрадует. Долой все эти прелюдии, давайте говорить прямо, как есть, и я уверен, мы с вами однозначно договоримся, в конце концов, мы оба радеем за общее дело! — заверил меня он, идеально скрывая свои реальные чувства.

Хороший политик умеет подстраиваться. Особенно в моменты, когда в его столице армия, которая ему не подчиняется, чей боевой потенциал не уступает его собственным войскам, у которой есть поддержка с моря и поддержка авиации.

У Панамы нет ничего, кроме наземных частей. Их флот — не боевой. Он никогда и не был боевым — патрульные катера вроде нашего Сентинела, только более древние — вот максимум их военно-морских сил. Зачем им эта огромная статья расходов, если их канал — жизненно необходим для торговли и обеспечивает жизнеспособность экономик половины стран на планете. Раньше любая страна, что хотела бы здесь побезобразничать — должна была столкнуться с военным флотом Мексики, США, Бразилии и ещё кучи стран. Даже мой нынешний флот был пригнан на свою базу близ Лимона как раз в качестве гаранта стабильности в регионе.

С авиацией у них дела обстоят намного лучше, но самолёты старенькие, обслуживание не ахти, производств авиа деталей нет, и их самолёты попросту некому воскрешать. А лететь на полуживых истребителях в условиях мёртвых диспетчерских вышек, без связи и навигации мало кто может себе позволить. Так что… Я имел сильную руку на этих переговорах. И воспользовался этим по полной.

— В данный момент мы рассматриваем лишь одно предложение в части переговоров между двумя сторонами. Панама входит в альянс и наделяет межнациональную военную организацию Круизеров полномочиями свободно и беспрепятственно перемещаться по её территории, основывать аванпосты и пользоваться инфраструктурой страны для достижения поставленной альянсом задачи.

— Хм… Это несколько выше наших ожиданий…

— Не переживайте, интересы Панамы — это интересы Круизеров. Они, безусловно, будут учтены, а независимость вашей страны будет гарантирована всеми членами альянса. Хочу отметить, что к инфраструктуре я отношу в первую очередь Терминалы и уже затем — наземные и морские базы обслуживания техники и флота. Я подготовил три варианта союзного договора, и вы вправе выбрать любой из трёх вариантов. Наталья…

Три папки и флешка легли на стол переговоров. Три сценария будущей жизни Панамы.

— Во всех трёх случаях Панама и её правительство самостоятельно определяют жизнь своей страны, её денежную, налоговую и социальную политику. Военная доктрина имеет свои отличия во всех трёх вариантах, от совместного сосуществования вплоть до полного контроля и охраны границ страны со стороны наших войск. Армия Панамы при этом трансформируется в национальную гвардию и занимается обеспечением безопасности в городах, по сути — наделяется полицейскими полномочиями с учётом военного времени. То, что я вам предлагаю — это честная сделка, при которой все мы получим то, что захотим. Вы будете проводить свои выборы, торговать, заниматься страной. Так или иначе. Но как член альянса — будете учитывать и потребности альянса, выполнять задачи по поставкам и обеспечению беспрепятственного судоходства исключительно для членов альянса. Любые суда, не входящие в альянс — не могут без нашего согласия пересечь Панамский канал. Вместе с тем — вам обязательно потребуется восстановить его работу в кратчайшие сроки.

Лица моих «нанимателей», по чьей просьбе я прибыл в эту страну, не были счастливыми и радостными. Наоборот, все они напряглись и едва сдерживались, чтобы не отправить меня к чёрту.

— Вижу, вы не очень довольны моей искренностью. Это нормально, я сразу попросил за это прощения. А ещё я понимаю, что такие вопросы решить прямо сейчас — невозможно. Пусть так. Я дам вам время изучить предложенные варианты союзного договора и участия каждой из сторон в управлении альянсом. Семь дней. За семь дней мы зачистим земли к югу от канала. И не попросим у вас ничего взамен. Это наш подарок народу Панамы. Когда же мы закончим, я хочу услышать от вас ответ, как Панама собирается жить дальше. Под единым крылом, вместе с Кубой, Ямайкой, Пуэрто-Рико и другими членами альянса, чей список вы увидите на двенадцатой странице соглашения, либо же самостоятельно. И самостоятельно будет решать проблемы и вызовы этого мира.

— Что, вы просто вот так уйдёте, если мы не согласимся? — прищурившись, спросил мужчина, чьё тело было покрыто кучей родинок и возрастных пятен на коже.

— А почему нет? Коста-Рика, Колумбия, Венесуэла — мы нужны везде. Для нас всегда найдётся работа и люди, которые ценят безопасность. Вам же мы, при всём уважении, безопасности в таком случае не гарантируем. Сейчас тяжёлые времена, границы так нестабильны, банды и сумасшедшие повсюду, верят в своё величество и силу. Боюсь, вам будет слишком тяжело, особенно с учётом того, что вы не знаете предназначения Терминалов и уж совершенно точно не знаете о втором Алом затмении и последующих вслед за ним проблемах.

Я увидел, как один из них готов взорваться то ли негодованием, то ли вопросами, и сразу пресёк эту попытку.

— СТОП! Вопросы на эту тему мне могут задавать только союзники. Я не готов делиться этой информацией, добытой кровью и потом, с потенциальными соперниками. Сперва докажите, что вам можно доверять. И тогда вы узнаете, почему зомби, в сравнении с новыми испытаниями, вам покажутся милыми щеночками. На этой, к сожалению, не самой весёлой ноте, прошу меня простить и попрощаться. У меня нет времени сидеть в кабинетах. Моё призвание — война. И милые щенки к югу от канала меня уже заждались. До скорого, сеньоры. Хорошего вам вечера. Можете не провожать.

Мы вышли на улицу. Нас проводили и попытались вернуть за стол переговоров, но… Я же не просто так Афину создавал и в части разведки натаскивал. Знаю я и так, что они мне хотели предложить. И мне эти их гособлигации и прочий бред даром не нужны. Отплатить кусками бесполезной бумаги они могут кому угодно, но не тому, кто знает, что нас ждёт в будущем.

— Жёстко ты с ними… Я думал, что мы практически союзники… — задумчиво произнёс Фернандо.

— Панама — торговая страна. У них и армия-то не так давно появилась. Они привыкли всё решать бумажками, дипломатией и акциями в компаниях. Бесполезное барахло. Пригласив нас — они думали откупиться этим мусором. Я на такое не согласен. Да и никто бы из вас, будь вы на моём месте, не согласился. У нас есть преимущество и сила. Мы доказали свою эффективность. Мы завоевали славу и уважение жителей Панамы. Если они идиоты и не согласятся, то, когда мы уйдём, им придётся как-то объяснять это, как и все те слухи, которые мы намеренно запустим в массы о решении их правительства. К сожалению, в таком случае, если бунты поднимутся — погибнут многие люди. Но я уже взял на примету несколько офицеров их армии, которые помогут совершить госпереворот. Из этих пятерых лишь двое связаны с армией. Так что, я думаю, офицеры, что проливали вместе с нами кровь на столичных улицах, без проблем согласятся, что верхушка страны прогнила и надо бы её…

— Я так и знал, что просто так ты не уйдёшь.

— Уйду, ещё как уйду! А затем дождусь, пока лояльные люди сами попросят нас прийти и править. В истории такое уже было и не раз. Рюрик, например… И ещё куча князей и королей по всей Европе в средние века приглашались к правлению. Тем более, что у них здесь есть одна огромная проблема, которую они, как я понимаю, сами никогда не решат.

— Это какая? — поинтересовалась Наташа.

— Сами не догадаетесь?

— Голод. — нарушил молчание Стивен Хинк.

— И мёртвые производства. Сами они не смогут ни канал расчистить, ни восстановить работу производств. У них баз до нашего прихода на всю страну пять было. С нами теперь в три раза больше. — дополнил Коннор.

— В первую очередь — голод. Остальное — как везде и у всех. А значит, им придётся вести войну не только против зомби, но и против соседей. Просто чтобы прокормить людей. А для этого они слишком слабые. В терминалах ни одного боевого костюма. Про силовую броню вообще молчу. Один водолазный комплект с экзоскелетом нашёлся — для них это мусор бесполезный. А нам, к слову, надо бы парочку прикупить. Идём к терминалу. Заодно посмотрим, что из себя Цитадель представляет.

— Какая Цитадель? — удивился Роберто, да и все остальные.

— Час назад я должен был получить достаточно очков достижений для открытия новой вкладки. Она называется Цитадель. Конечно, если мои расчёты верны… Как бы там ни было — скоро в Мариэле мы начнём её строительство.

— Это какие-то защитные укрепления? — поинтересовался Коннор.

— Да. Но это не просто какие-то защитные укрепления. Это… Ладно, давайте ускоримся, я проверю, что там пишет наш драгоценный Терминал на её счёт. Уверен, это станет приятным сюрпризом для нас и вызовет зуд у наших врагов.

— Так вот о каком сюрпризе ты говорил… — задумчиво произнесла Наташа.

— Ну, конкретно для тебя, у меня два сюрприза. — улыбнулся я ей и уселся в наш броневик.

— А мне? Босс, я тоже заслужил сюрприз! — тут же начал выпрашивать подарок Роберто.

— Думаю, если ты получишь тот же сюрприз, что и я, ты очень сильно расстроишься. — рассмеялась Наталья, а следом и все остальные.

— Да ну вас. — надулся здоровяк и спрятал лицо за щитком своего шлема.

Цитадель… Как ты удивительно прекрасна и опасна. Для врагов, что возжелают тебя штурмовать. Как ты технически сложна и совершенна, гибка и разнообразна для тех, кого хочешь защитить.

Я в терминале провёл много времени. Намного больше, чем планировал. Мои глаза просто не могли перестать любоваться новым пунктом контекстного меню и визуализацией, нарисованной терминалом для тех, кто сталкивается с двенадцатым пунктом списка впервые.

Из-за имеющихся в моей голове обрывков знаний и опыта пребывания в подобных цитаделях, я мог сделать большое количество выводов, даже не активируя строительство. Например, я точно знаю и понимаю, что следующий пункт — «Крепость», будет невозможно построить без предварительного строительства «Цитадели». И, возможно, потребует даже её улучшений… Что-то мне подсказывает, что можно, если ОД не хватает, заказать самый дешёвый вариант и позже достроить огневые точки, подземные коммуникации и многое другое.

Вообще, сама по себе «Цитадель» — это улучшение штаба. Но изменение столь кардинальное и масштабное, что весь наш нынешний Мариэль, обустроенный и заселённый людьми, может спокойно трансформироваться и оказаться под полноценной защитой. Второй важный момент заключается в том, что Цитадель несёт в себе не только чисто защитную функцию, она ещё и обеспечивает стабильность и перестройку всего того, что уже есть на территории базы. И помогает ей в этом искусственный интеллект, судя по всему. По крайней мере — я даже сидя в Терминале вижу явные намёки на то, что он и будет заниматься всем этим преобразованием.

Важная деталь — наличие обязательных для функционирования цитадели зданий из меню строительства Терминала. Речь даже не о самом штабе, а о его улучшении до определённого уровня, наличии достаточного количества электростанций либо работающих трансформаторов, через которые распределяется поступающая извне энергия. Наличие складов, обязательно бронированных и улучшенных, ряд производственных линий для обеспечения автономности в случае осады и… много чего ещё. Есть минимальные требования. Есть рекомендуемые. Есть цитадели «по максималке». Если для минимальных требований чего-то не хватает — не беда. Просто заплати ОД и будь более терпеливым. Возведение, а вернее реконструкция твоей базы займёт чуть больше времени, чем ты хотел бы. Хочешь чего-то серьёзного, плати ОД и жди реконструкции ещё дольше. Ну а если ты планируешь создать первоклассную цитадель, для штурма которой людям понадобятся силы, в десятки, а то и в сотни раз превосходящие в числе защитников — наберись терпения.

С вторженцами, думаю, всё это так или иначе бесполезно, и от развитости цитадели будет зависеть исключительно время, которое понадобится на её уничтожение либо захват.

Есть и ещё один вариант… Отказаться от услуг ИИ терминала и его советов и свободно сооружать базу по собственному разумению. Правда, в этом случае даже надпись вылезает, мол, все риски ты берёшь на себя. Ну, тут действительно справедливо — не понимая, как и что работает в производственных цепочках, энергоснабжении, обеспечении воды, тепла и охранных контуров, можно создать просто куски бесполезных заграждений.

Самый же полезный, как по мне, вариант — это комбинирование собственных «хотелок» и предложений ИИ, создающего и в последующем обороняющего цитадель. Я вспомнил то послание и в качестве эксперимента предложил создать герметичную цитадель, скрытую под землёй и окружённую водой. Местный искусственный интеллект даже подзавис, обрабатывая мой запрос, и выдал ошибку, мол, ты чего, человек, с ума сошёл?

Понимаю его, Терминал на земле расположен, а не под землёй, воды в радиусе постройки штаба нет… Но я всё же настоял и попросил предложить варианты постройки цитадели вокруг терминала и её последующего сокрытия за грунтом и водой.

Начались долгие расчёты, которые показали, что изначальная стоимость создания цитадели, которая бы обошлась мне в восемьсот двадцать тысяч ОД, из-за абсолютной неразвитости местного штаба и необходимости серьёзной модернизации всего, что его окружает, выросла более чем в три раза и составила три миллиона ОД с хвостиком. На чертеже был показан созданный район, полный укреплений, производств, полностью автономный и самодостаточный. Следом вокруг него строился масштабный защитный каркас, затем шли земляные работы, что прятали его от врага, но не от любого разумного существа. В конце концов, посреди Панамы возник бы пятидесятиметровый холм, изменяющий рельеф города, уничтожающий жилые кварталы вокруг. И уже потом на этом холме возводилась цепочка каскадных бассейнов и что-то вроде фонтана с сверхмощными насосными станциями, тянущимися от побережья и выливающими поверх конструкций, уложенных на холм, сотни тысяч литров воды ежесекундно.

— Да, такое чудо света не скроет цитадель, а наоборот привлечёт внимание… — подвёл я итог и отменил предзаказ проекта.

Я, естественно, такой глупостью заниматься не планировал, да и валюты постапокалипсиса у меня не было в таком количестве. Мне важно было понять, как работает этот «проектировщик» и насколько бредовые задачи можно ему поручить, если вдруг это понадобится. Ведь самое главное моё знание на сегодняшний день — даже самую крутую цитадель разберут на кирпичики захватчики, сколько ты в неё ОД ни вкладывай. Всё то, что используется «стандартно» — обречено.

В последний раз посмотрел на призывно мигающее меню терминала и сделал все необходимые выводы. Не забыл я узнать и о загадочном «Эхо цитадели», что упоминало то странное существо.

«Цитадель — ваш оплот и надежда в тяжёлые времена. Место, где вы можете отдохнуть, ваши воины — восстановиться, набраться сил и переждать бурю испытаний. Объединяет в себе и гармонично перекраивает существующую базу, формируя целый комплекс укреплений и защищённых промышленных, аграрных, учебных, жилых и прочих построек. Повышает энергоэффективность. Увеличивает показатели производства, улучшает логистику, способствует созданию особых военных построек, например, таких как Центр Ремиссии, Оздоровительные капсулы, Мастерская протезов, Центр нейростимуляции и многое другое.»

Центр Ремиссии — способ спасти тех бойцов, что накачались боевой химией или получили какую-либо ещё гадость, из-за которых обречены на скорую смерть. Очищает организм и не даёт солдатам пасть в неравной схватке с радиацией и другим подобным угрозам.

Оздоровительные капсулы — заменяют аптечки. Цена последних, как по мне — оправдана, ведь что такое жалкие ОД в сравнении с жизнью человека? Но если учесть, что люди даже на очищенных от зомби землях умудряются травмироваться, получать раны, да даже порой начинать перестрелки друг с другом, то… Сколько этих аптечек понадобится? А хронически больные? Для таких приём аптечек становится регулярным занятием. По прикидкам Афины мы за всё время с момента начала апокалипсиса потратили больше миллиона ОД на аптечки. Это много. Но это наша обязанность и необходимость. Появление подобных капсул, возможно, сумеет немного помочь уменьшить расходы и в случае осады даст шанс защитникам, даже если все аптечки закончатся.

Мастерская протезов — для печальных случаев, когда даже аптечки не помогают регенерировать повреждения. Одно дело палец потерять или кусок кожи и мяса, вырванные зубастым зомбярой. Другое дело — размозжить бетонной плитой ноги. Там не помогут даже десять больших аптечек, особенно если применить их спустя время, после ампутации. Но если в теле всё ещё есть воинский дух, и человек не сдался — мы сможем вернуть его к жизни. А там, хочет — пусть в экспедиционный корпус идёт. Хочет — пусть на производстве помогает. Мы уже живём в эпоху дефицита. В какую точку на карте мира не ткни — там будет что-то, чего людям не хватает. Поэтому каждый человек, способный трудиться и работать — на счету. Я сражался бок о бок с людьми, чьи руки заменяли протезы. Убивали они не хуже прочих. Порой даже лучше.

Центр нейростимуляции — это вообще мечта командира, такого как я. Учебные базы и корпус подготовки — это хорошо. Но на нашей планете уже давно вошло в обиход правило: если хочешь быть в чём-то хорош, занимайся этим регулярно. Чтобы подойти к званию мастера в чём-либо, проведи хотя бы тысячу часов, упражняясь. Лётчики на лётных симуляторах летают годами, чтобы совершенствовать и доводить до автоматизма свои действия. Оператор артиллерийской установки, выстреливший больше тысячи раз по врагу, будет эффективнее целого взвода новобранцев, прошедших лишь базовую подготовку. И это касается всего. Обучать работе с новым оружием приходится неделями, после чего бойцы всё ещё неуверенно и с мокрыми от напряжения спинами тянутся к переключателям, боясь всё испортить. Согласно статистике, мы потеряли больше бойцов от ошибок плохо обученных бойцов, чем от лап зомби. Такова реальность, но времени нам никто не даёт. Центр нейростимуляции — наша дорожка к решению этой проблемы. Он выжмет из тебя все соки и за пару дней обучит работе с чем угодно. Это будет сродни месяцам стандартной подготовки. Не физической, конечно, но именно знания и рефлексы — выработаются как надо. Закрепятся в головах бойцов и их командиров.

Я всегда с радостью пользовался возможностью попасть в такие центры в своих снах. Так и на инженера-программиста отучился, и ещё на много кого. Знания были обрывочными, но у меня было время, чтобы всё это соединить воедино. Что и помогло создать Афину и Ареса. Жаль, что подобный шанс выпадал крайне редко. Лишь пару раз в год… Ведь это должна была быть очень высокоразвитая база. С не менее прокачанной цитаделью.

Это были далеко не все возможности для улучшения, но самые важные. Это выделял и искусственный интеллект в терминале, и я сам с ним был совершенно согласен. Исключение, которое мне пришлось искать отдельно — это то самое «Эхо цитадели». На первый взгляд — бесполезная постройка…

Справка гласила: «Эхо цитадели — комплекс мер радиоэлектронной борьбы и вместе с тем — комплекс связи, работающий с другими подобными комплексами, в том числе на орбите».

Почему она казалась мне бесполезной? Потому что я планировал построить куда как более мощную сеть станций связи по всему миру и объединить их в локальную сеть. Первая такая уже завтра начнёт возводиться на лысой горе в километрах от Мариэля. Мы наконец-то до неё дотянулись… Они будут куда мощнее и не будут иметь ограничения на связь только с другими суперцентрами связи. Вторая причина — РЭБ. Каким бы сильным этот комплекс мер борьбы ни был, в терминалах не так уж и редко встречается полноценный мобильный комплекс. И не по моим данным, а по оценкам Афины, некоторые из этих мобильных комплексов ничуть не уступают стандартным, что находятся в цитадели. Да и от тварей хитиновых они всё равно не спасают. Что одни, что вторые бесполезны… Но то, что они могут связываться с «Эхом» на орбите — в корне меняло дело. Я может и не эксперт, но там точно есть что-то от нашего врага, с чем это устройство сможет связаться. И это создаст связь с моим внезапным союзником. Ну, или лжецом, потешающимся над стоящей на грани цивилизации. Тут я пока ещё не понял, кто он. Безоговорочное доверие — это не то, что можно получить, просто сказав пару обнадёживающих слов на моём языке при помощи терминала.

Я вышел из терминала и посмотрел на дожидающихся меня всё это время соратников.

— Наконец-то… Почти час вас не было, босс. Мы уже переживать начали… — поднялся, заскрипев механическими коленями силовой брони, Роберто.

— Ты в воду прыгал? Марш на техобслуживание. Всё смазать, чтобы я такого больше не слышал! — тут же я нахмурился и угрожающе указал пальцем на моего мексиканского полководца. — Это не первый твой косяк за пару дней, Роберто.

— Да кровь зомби, видать, попала… Сейчас всё исправлю…

— Исправь. Обязательно исправь. У тебя тридцать минут. Затем мы выдвигаемся.

— Куда? И что там в терминале? Михаил, ну интересно же… — застенчиво спросил Фернандо.

— В терминале то, что я ожидал. После миллиона ОД суммарных открывается возможность постройки улучшения штаба — цитадели. Мощное усиление для наших опорных пунктов. И очень дорогое… Зависит от развитости штаба…

— Скинуться на покупку можем? — поинтересовалась Наташа.

— Очень на это надеюсь. Здесь, в базовом штабе, мне предлагались варианты от восьмисот тысяч ОД до трёх миллионов.

— ЧЕГО? — развернулся и прокричал Роберто, что слушал мой рассказ по шлемосвязи.

— Сколько? Мне не послышалось? — от удивления даже Наташа вытянула вперёд шею, перестав контролировать себя.

— Ёп… — был лаконичен Стивен Хинк.

Старик Фернандо лишь бессильно улыбнулся и тяжело вздохнул.

— А что даёт-то хоть? Ну, конкретнее, чем эти обычные слова об улучшении… Стоит ли овчинка выделки? — взяла себя в руки Наташа.

— Все подробности, что я изучил сейчас, приведёт в общий вид и разошлёт вам, моим старшим офицерам-помощникам, Афина. Информация ограничена в распространении до проведения собрания, где мы и решим, стоит ли делиться этой информацией свободно, ведь все мы знаем, как быстро наши открытия вдруг распространяются по соседям. Страшна ли для нас утечка информации.

— Понятно. Спасибо, будем ждать отчёта Афины. — за всех выразил общую мысль Фернандо.

— А насчёт того, чем мы займёмся… У военного правительства Панамы есть ещё время на раздумья. У нас есть чем заняться в окрестностях столицы, и самое сложное, по сути — уже позади. Я отправляюсь на Кубу. Надо построить цитадель. В Мариэле она, думаю, будет раза в два дешевле стоить.

— Постройка время займёт… Боюсь, тебя здесь не будет, когда придёт время принимать решение…

— Ну, во-первых, я полечу на Кубу на самолёте. Во-вторых, если строительство займёт больше недели, что действительно может произойти, я всё равно смогу присутствовать на переговорах очно. Нашим потенциальным союзникам не обязательно знать, где я нахожусь. Я вообще сильно сомневаюсь, что они будут тянуть целую неделю. Эффективность и возможности наши мы продемонстрировали. И с каждым днём, с каждым накормленным семейством и каждым зачищенным городом, местные жители будут всё больше благодарны нам. Так что, я жду с их стороны попытку найти компромисс и предоставить свою версию союзнического договора, при котором они остаются максимально независимыми. Ну а вы и сами, без меня прекрасно знаете, что нам требуется на самом деле от этой страны.

— Возможность найма людей, свободный доступ к терминалам, свободное передвижение войск, торговля, доступ к дефицитным ресурсам… — начал перечислять Стивен.

— И расчистка канала. — добавил Фернандо.

— Да, верно. И расчистка канала, восстановление контроля над ним и возможность перебросить часть нашей флотилии к Тихому океану. — согласился я со всем вышесказанным. — В общем, проблем я не ожидаю. И на небольшие уступки мы вполне себе можем позволить пойти.

Мы взяли по сухпайку из наших запасов при штабе, поели, обсудили и принялись собираться. Я отправлялся с небольшой группой сопровождения к моему лайнеру и авианосцу. В первом я проверю и дополню знания о «Цитаделях» в нестандартных условиях ограниченного пространства, ведь я даже штаб толком улучшить не могу на лайнере. А на втором меня будет ждать один из самолётов, на котором мы отправимся под прикрытием пары истребителей в сторону Кубы. Надеюсь, мы нормально долетим, а не как тот бедный авиалайнер, падение которого мы наблюдали однажды. В любом случае, на авианосце все самолёты проверялись и обслуживались не раз, а диверсий я не особо боюсь. Афина бдит.

Поездка выдалась напряжённой из-за обилия остановок в пути. То солдаты, то ополченцы, то зомби, то мои ребята… Каждый раз приходилось останавливаться из-за того, что моё сопровождение было крайне скромным. Но стоило алым доспехам показаться, как все вопросы исчезали, все претензии пропадали, а проверки заканчивались. По пути связался с Идрисом Вульфом и другими старшими офицерами флота, сказал о своих намерениях, попросил подготовить экстренный рейс на Кубу. По прибытии в порт меня быстро доставили на лодке к стоящему в открытом море лайнеру, где я сходу проверил свою теорию о создании цитадели на месте плавучего города.

— Как и ожидалось… Ограничения, сложности, слабости… Впустую выброшенные деньги… — вышел я из меню терминала лайнера.

Построить цитадель я мог. Это хорошо. Но мобильность лайнера падала до скорости передвижения поплавка в спокойной реке. Две трети лайнера претерпели бы изменения, он стал бы более защищённым, но на этом плюсы заканчивались. С учётом стоимости проекта возникали серьёзные вопросы в целесообразности подобных изменений. Только если к будущему граду на воде прицепить тросами сотни буксиров, которые и будут его тягать по морям. В теории можно, а на практике — есть куда как более важные списки построек для вливания сотен тысяч очков ОД, нежели на подобные эксперименты с сомнительной пользой.

— Сэр, рад знакомству! Для меня честь отправиться с вами в полёт! Всего один вопрос, если позволите? — стоило отчалить с лайнера на соседний авианосец, как меня встретил на борту и поприветствовал усатый мужчина лет сорока.

«Шайл Хитчкок. Капитан. Налетал больше полутора тысяч часов.» — дала мне очень краткую информацию Афина.

— Доброго здравия вам, Шайл. Вы родственник одного человека из Голливуда?

— Очень далёкий. — улыбнулся он мне.

— Что за вопрос? Спрашивайте.

— Берём ли мы с вами вашу силовую броню? Просто для неё подойдёт… далеко не каждый самолёт.

— Я оставил её на лайнере, в своей каюте. Так что моя рабочая нагрузка — около ста тридцати килограмм с личным оружием и боевым костюмом.

— Сто тридцать? Это предел… Но допустимый предел! Домчу вас в мгновение ока. Самолёт уже проходит последние проверки особой группы. Десять минут, и мы поднимем наших птичек в воздух! — обрадовал он меня своей расторопностью.

— Ну вот и прекрасно. Люблю иметь дело с профессионалами. Пойдёмте, покажете мне всё и проведёте инструктаж уже на месте…

Я не был удивлён отсутствию старших членов офицерского состава авиагруппы, ведь перед прибытием сам отправил их на собрание. При освобождении Панамы мы будем использовать и авиацию, и морскую артиллерию. Иначе мы просто не успеем за семь дней освободить эти земли.

Эффективность — прежде всего!

— Босс, вы ещё не улетели? — по выделенной линии со мной внезапно связалась Наташа. А значит, что-то случилось.

— Ещё нет. Но уже в процессе, шлем готовлюсь поменять. Ещё бы пять секунд, и ты опоздала…

— Ясно. Я просто хотела пожелать вам хорошего полёта и сказать…

— Что сказать?

— Что мы только что связали и тащим в Панаму предателя, о котором рассказывал Идрис…

— Вы же мои родные! Когда прилечу — выйду на связь, расскажете, что удалось узнать. Если что, можете использовать альтернативные методы допроса…

— Михаил, оставьте это дело профессионалам. Эта птичка будет петь так заливисто, что об этом узнает вся Центральная Америка. — уверила меня Наташа, и я отключился.

Ну что же… Видимо, логика Идриса не подкачала… И мы не зря дали награду за информацию о нём.

— Сэр, ваш шлем…

— Спасибо, капитан. Доставьте меня к Мариэлю в целости и сохранности и как можно быстрее.

— Фух… Спасибо, что довезли меня в целости, капитан Хитчкок… — с дрожащими ногами я выбрался из самолёта, ощущая, что нахожусь буквально на грани расставания с ужином.

Мы прилетели быстро, оттого и было это так волнующе. Действительно рано прибыли в Мариэль, так что мне даже удалось застать утреннюю зарю над нашей базой. Несмотря на столь раннее прибытие, часть базы уже не спала. И не я был тому виной. Мариэль и его окрестности разрослись, превратились в полноценный военный лагерь, на территории которого нашли приют десятки тысяч человек. И здесь не было проходимцев и беженцев. Для последних уже давно были созданы и подготовлены десятки лагерей вокруг других наших баз, а Мариэль с его производственными комплексами, судоверфью, центрами обучения и серверными стал сердцем Круизеров. Нашей столицей. И подпускать близко к сердцу не пойми кого — опасно. Вот и мы не подпускали. «Глаз Бога» был реализован. Целиком и полностью. Этот город на 99,9% был покрыт всевидящими камерами Афины, а каждый сотрудник с правами доступа как минимум третьей категории, что открывало ему доступ к нашим складским помещениям, в обязательном порядке носил на себе камеры.

Люди жили и трудились практически круглосуточно. А иначе невозможно было бы достичь того уровня прогресса, что заставил бы нас с гордостью смотреть в глаза друг друга. Сюда отправлялись в основном лучшие и самые ценные, трудолюбивые кадры.

— Командир, с прибытием, личный состав…

— Отставить, — махнул я рукой дежурному офицеру, что подбежал ко мне прямиком к взлётно-посадочной полосе.

Но где один, там и второй… А затем и третий. Число запросов о встрече и докладов от моих офицеров начало зашкаливать. И я для этого практически ничего не сделал. Лишь сказал, что ненадолго вернусь в нашу столицу. Это не было лобызанием перед начальством, это не были попытки поцеловать меня в задницу. Таких людей очень легко вычислить и найти им работу где-нибудь подальше. Все эти люди делали это потому, что того требовали правила. А они следовали им неукоснительно. Второй же причиной было желание пообщаться со мной и высказать свои предложения, просьбы, хотели спросить совета или дать рекомендации. Здесь собрались своего рода фанатики, и пусть всё то, что они желали мне передать, я мог прочесть в электронном виде либо прослушать в виде доклада Афины, они очень хотели непосредственно поговорить и развить свои мысли. Живое общение никогда не сравнится с сухим докладом в электронном виде. И здесь я был с ними согласен, потому и проводил подобные собрания время от времени.

— Внимание, всем командирам. У меня сверхсрочная задача, не терпящая задержек. Любые контакты, встречи, совещания и личные просьбы я постараюсь выслушать и принять после двенадцати часов дня. Запись ведётся через Афину, всё как обычно. — тут же, стоило мне надеть шлем, я вошёл в общий канал связи и на правах лидера заглушил переговоры всех присутствующих на этой базе, сделав объявление.

Сообщение дошло до адресатов, и я смог таки пройти к транспорту, что довезёт меня за пару минут к Мариэльскому терминалу. Как хорошо, что о транспорте заранее договорилась Афина.

— Не зря взлётную полосу строили… — негромко произнёс я, радуясь ещё и тому, что уступил рекомендациям своих соратников на одном из собраний. Да и Афина рекомендовала не жлобиться и построить её…

И они оказались правы. А если бы я всё дальше тянул и хотел бы построить многофункциональный комплекс, крупный аэродром, то проект до сих пор был бы на стадии сбора очков достижений и даже не приступили бы к его реализации.

— Команданте, довезу вас, куда укажите, — передо мной появился мужчина, и Афина бегло вывела по нему справку. Боевой офицер, проверенный человек, отличившийся в боях. Зовут Рубен Диас, тридцать три года. Женат. Есть дети. Даже свой боевой костюм есть, хоть сегодня он и не в нём, а в более привычном для старого мира военном обмундировании. Кубинец.

— Отлично. К терминалу, — сел я в открытую водителем дверь, и бронеавтомобиль ринулся вперёд.

Контактировать со своими людьми нужно обязательно. И ближайшее время, что я проведу здесь, я обязательно постараюсь переговорить с как можно большим числом соратников. Порой важно не только доводить свои светлые мысли до подчинённых, но ещё и научиться слушать их.

— Мы не туда едем, — заметил я поворот машины и резко напрягся. В голове всё ещё были мысли о предателе, и лёгкая паранойя заставила меня смотреть в оба.

— Сэр? Разве не к штабу терминала? — удивился водитель.

— К самому терминалу, — указал я на его ошибку, и машина развернулась, направляясь к старым кварталам Мариэля.

Видимо, все слишком привыкли, что штаб дублирует функции терминала. Водитель был из старших офицеров охраны базы, и он, само собой, прекрасно знал, как там всё работает. Отсюда и вытекает его реакция на мои слова.

«Господин, пока мы едем, хочу обратить ваше внимание на вопрос дефицита лития. В данный момент мы закрываем 80% наших потребностей путём переработки уже использованных и найденных во время обыска аккумуляторов. Однако с имеющимися тенденциями развития и распространения проекта „Глаз Бога“, при котором используются в основном именно литиевые батареи, мы рискуем столкнуться с дефицитом в ближайшее время.»

Я тут же отключил наружную связь, чтобы не отвлекать водителя. Если Афина говорит о проблеме, значит, у неё, скорее всего, уже есть готовое решение. Просто оно требует моего личного согласования.

— Что ты предлагаешь, Афина?

— Выбирая между модернизацией проекта «Глаз Бога» с переходом на другие типы и источники питания либо же решением вопроса потенциального дефицита, я ориентировалась на ваше пожелание максимально сэкономить очки достижений. Поэтому на данный момент у меня есть лишь два возможных решения. Первый заключается в массированных рейдах в особые области и районы США, где имелись и имеются крупные запасы уже готового оборудования. Пришли, пополнили запасы, ушли. Рейды не всегда будут рядом с побережьем. Второй вариант — организовать собственное производство и добычу ресурсов, необходимых для этого, — ответила мне моя помощница.

— Как я от тебя и ожидал. Какой вариант лучше?

— Я бы не сказала, что один из них лучше другого. Они по-разному решают возникшую перед нами задачу и позволят использовать разные стратегии для наших боевых отрядов. Рейды имеют свою пользу, помогая как установить контакты с выжившими группировками, так и пополнить свои запасы и другими крайне ценными и необходимыми для нас товарами и ресурсами. Мы сумеем усилить своё влияние на американском континенте. Второй вариант требует от нас организовать аванпост, а в дальнейшем и сырьевую базу с логистической цепочкой доставки ресурсов на места производств. В данный момент самыми крупными месторождениями лития обладают Чили, Австралия, Аргентина и Китай. После расчистки Панамского канала мы могли бы направить часть своих сил не только на север… Но и на юг? Анды богаты, мой господин. Их ресурсы могут нам понадобиться… Тем более, что автоматизированные комплексы по добыче руд тоже существуют и работают. Мы уже проверили их на солевых рудниках.

— Чили? Аргентина? Не близкий путь предстоит литию… В США разве нет ничего?

— На территории бывших Соединённых Штатов запасы лития также имеются, но у меня нет возможности узнать их точное местоположение, а территории кишат крупными и мелкими бандами. Для конкретики мне потребуется либо попасть к серверам бывшей национальной геологической службы США, либо отправить несколько разведгрупп для взятия под контроль потенциально подходящих территорий. К сожалению, бывшие хозяева этой страны зачастую производства строили вдалеке от месторождений, и найти нужные регионы может быть не так уж просто.

— А в Чили что, проще?

— Проще, господин. Данные имеются не только в столице, но и на севере страны. Я не имею сомнений, что небольшой группы проверенных временем бойцов хватит для десантирования, проникновения в нужный нам город и здание для сверки уже имеющихся у меня данных, проанализированных с общедоступных карт, и тех данных, что хранят в себе серверы их Министерства горнодобывающей промышленности.

— Хорошо, я подумаю. Многое будет зависеть от моего разговора с тем человеком и временем, которое у нас будет на реализацию наших амбиций.

— Спасибо. И мы уже приехали, — подсказала Афина, а следом и водитель нажал на педаль тормоза.

— Приехали, команданте.

— Отлично. Подожди меня здесь. Это может занять время… Час или два — не важно.

— Есть, ожидать вашего прибытия, — стал он по стойке смирно, как только вышел вместе со мной из машины, и так рьяно махнул рукой, что чуть мне по шлему не заехал.

Ну, что ты мне покажешь, терминалушка? На сколько ты меня разоришь ради постройки Цитадели?

Пройдя посты охраны и встретившись с загадочным подарком из космоса, я положил на него руку и провалился в мир внеземных технологий.

Добро пожаловать в Терминал №77632

Ваши очки достижений — 601885

Выберите доступную категорию:

Ну что же… Признание было получено. Признание чётко отвечало на все вопросы: от «зачем и почему» до «каким образом и почему именно так, а не иначе». Картинка вырисовывалась прискорбная, если честно, но не критическая. А для моих старших офицеров, что оставались в Панаме и по сути являлись в данный момент моим костяком из боевых генералов, на практике изучающих искусство войны вместе со мной, и вовсе полезной.

У меня же там кто в основном? Наташа, Роберто, Стивен Хинк… Все люди молодые, достаточно опытные, но горячие и скорые на решения. В противовес им есть Коннор и Фернандо, но первый сам по себе импульсивный, что я уже не раз замечал, наблюдая со стороны за его общением с подчинёнными и раздачей указаний при проведении боевых операций, а второй, бразилец, сам по себе был аналогом чайника. Тихо и спокойно делает свою работу, здраво мыслит и рассуждает, пока не накопится в нём гнев праведный и не дойдёт до точки кипения. А потом крышечку бразильцу срывает… Надеюсь, они из всего этого извлекут урок и поймут, что всегда нужно действовать с холодной головой, быть собранными, следить и контролировать всё, что находится в твоих руках. В том числе мысли и мечты подчинённых.

Стыдно признаться, но мы потеряли боевой корабль из-за тупого желания человека найти для себя безопасную гавань. Он был уверен в том, что мы не справимся с кубинской армией и планировал к ним переметнуться, а когда пошли слухи о происходящем в США и мы отправили туда своих бойцов, что в его картине мира было наихудшим сценарием из всех возможных, «забитием гвоздя в крышку гроба Круизеров», которые не понимают, куда и к кому они лезут м вовсе решил что мы обречены. В общем, он просто считал меня сумасшедшим, а так как его непосредственные командиры весьма злобно реагировали на любую критику действий, как своих, так и моих, то и вышла ситуация вроде этой. Засранец уверовал в то, что мы фанатики, решил линять. В тихую и безопасную гавань, где он переждёт все бури и шторма. Найти такую… Довольно сложно, но он придумал «гениальный» план, который отчасти сработал. Он был уверен, что острова, например Галапагосские или остров Пасхи, да даже Гавайские, смогут без особых проблем пережить самые отвратительные моменты в истории человечества и дождаться, пока цивилизация воспрянет духом и придёт к ним. Оставалась проблема, как туда добраться. И он придумал… Старательно и показательно трудясь, он добился повышения и стал часто бывать в терминале. Неделя на подготовку, одна удобная возможность, полные фальшивого милосердия выстрелы в головы своих бывших соратников, спасая их таким образом от безумия фанатиков и всех тех бед, что вот-вот обрушатся на наши головы в виде армий ближайших государств, и он уплывает в Майами. Дальше практически в точности сбылись предположения Идриса, равно как и анализ Афины после его признания. Но он ошибся, решив, что сумеет легко и просто проскочить на другой берег Панамы и найти плавающее судно. Если бы он смог, то дальше, уговорами или пистолетом, будет не так уж и сложно заставить какое-нибудь рыболовецкое судно отправиться в путь. Конечно, шансов добраться вот так, сходу до Гавайев, у него было, мягко говоря, не много. Но вот до Галапагосских, если не нарваться на шторм, — вполне. Но награда за его голову оказалась слишком сладкой, и каждый второй в Панаме знал, кого мы ищем. Вообще, строго говоря, нам сдали восемнадцать таких вот Аланов… Гидроскутеров почти ни у кого не было… Но панамцы на всякий случай хватали даже тех, кто с простыми скутерами передвигался по дорогам и мало-мальски подходил под описание. И вот он наш…

Удивительно, как один человек, ведомый страхом, сумел втереться в доверие к панамскому офицеру, подмазать его и заполучить подводный дрон, пустивший на дно наш корабль. А сколько ещё потенциальных угроз вокруг нас существует? Рано или поздно большая часть неадекватных царьков, сидящих на тронах из костей и имеющих доступ к терминалам, обязательно откроет вкладки «артиллерия», «тяжёлая бронетехника» и другие. Мало приятного получить залп реактивной установки по свежепостроенному штабу во фронтире… Нужно расширяться, создавать свои зоны безопасности, использовать для продвижения своих идей и интересов лояльные нам и сильные, благодаря нам, группировки. Либо мне потребуется пара сотен таких, как Наташа…

С этим парнем всё, в принципе, было решено. И я с огромным удовольствием занялся бы другими, не менее важными делами. Судя по всему, я смогу вернуться на Панаму либо сейчас, либо перед самым окончанием семидневного срока, отведённого на захват интересующей нас провинции. Тогда же дадут ответ и лидеры этой страны. Мне же в любом случае будет чем заняться, но сразу после завершения постройки я обязан быть тут и поговорить с тем странным существом. В целом, мне без разницы, откуда управлять и направлять людей. Список важных дел Круизеров, который ведёт Афина, расписан на несколько недель вперёд, и я без особых проблем смогу включиться в эти вопросы, сидя где угодно.

— Я закончил. — вернулся я к нашему мини-собранию.

— Что делать будем, босс? — поинтересовался Роберто, смотря на динамик шлема Наташи, через чей интерфейс я с ними был соединён.

— Своё решение я уже принял, но озвучивать не стану. Мы поступим несколько иначе. Так как всё произошло на территории нескольких наших районов, то, по-хорошему, его надо бы привезти в Гавану, но… У Круизеров есть куда как более важные цели, нежели тратить силы и ресурсы на конвоирование предателя. А значит, суд состоится здесь и сейчас, прямо по месту. И так как меня там нет, и я нахожусь с вами лишь виртуально, но у меня согласован человек, который будет командовать операцией и нашими силами во всём регионе Центральной и Латинской Америки, я считаю, что именно он должен принять решение. Поэтому, господин Фернандо, я прошу вас выступить судьёй. Знайте, что какое бы решение вы ни приняли, я поддержу его на все сто процентов. — отдал я жизнь предателя в руки одного из своих самых верных и надёжных соратников, который до сегодняшнего дня меня ни разу не подвёл.

— Это… слегка неожиданно… Мне нужна пара минут.

— Пожалуйста… Я ошибался… Я боялся… — донёсся жалкий голос связанного и лишившегося всякого мужества и достоинства ублюдка.

Фернандо прикрыл глаза и поднёс указательные пальцы к подбородку, просидел так почти минуту и, кивнув своим же собственным мыслям, поднялся.

— Алан Шлезингер, в виду совершённых вами нарушений непреложного закона взаимопомощи, принятого в среде выживших членов группы Круизеров, предательстве, убийстве, краже, сбыте ворованного, террористического акта, приведшего к осложнению ситуации в целом регионе и обнулению результатов труда тысяч человек, а вместе с тем нарушении данной во время присяги клятвы и активном противостоянии нашим гуманистическим идеям, я отказываю тебе в праве называть себя человеком и быть осуждённым как человек. Твоя трусливая душа полна гнили, и смрад её заглушает даже несчастных зомби, что не по своей воле стали нашими противниками. Ты хуже них. Но будешь похоронен с ними. Господин Коннор, господин Фернандо, этот гнилец не заслуживает права носить человеческую одежду. Убедитесь, что на его теле будет предупреждение о том, что он гнилой, после чего конвоируйте его через центральные улицы Панамы до братской могилы для зомби за её стенами. Пусть он лежит с себе подобными…

— Конвоировать живым? — уточнил Коннор.

— Мне на эту мразь патрона жалко. Нож тоже портить не хочется. Если кто-то из вас считает, что он заслуживает патрона либо клинка в сердце, скажите это здесь и сейчас…

Тишина была ответом моему губернатору.

Плачущий и ноющий всё это время Алан начал молить. И в этот раз уже не о спасении… А о патроне.

— Ты войдёшь в историю… Я позабочусь, чтобы преступление и наказание узнали все те, кого ты предал и променял на парочку запасных аккумуляторов для украденного гидроцикла. Не узнают об этом лишь твои погибшие соратники, для которых море стало могилой.

— Пожалуйста… — перешёл на ультразвук Алан, моля моих офицеров.

— Наташа, пожалуйста, у меня от этого гнилого визга уже голова болит. — скривился Фернандо.

— Сейчас он у меня замолчит…

Я сказал, что я приму и соглашусь с любым решением Фернандо… И я сдержу своё слово. Мои солдаты часто показывают другим людям пример… Обычно мы стараемся показывать себя как герои… Но порой и отрицательный пример может нести пользу… Преступление и наказание… Действительно, мы убивали, расстреливали и вешали за многие преступления. Но такой, как Алан, пожалуй, нам ещё не попадался. Даже бывший владелец Алых доспехов, в которых я сейчас сижу, не принёс нам так много вреда. Как прошли бы переговоры с панамцами, если бы мы не потеряли один из кораблей на их же глазах? Если бы они не видели, что мы тоже несём потери и наш флот не несокрушим? Да и сам корабль… Он был прекрасен… Но затонул. Затонул из-за одной мины, которая нанесла непоправимый урон. Он тонул медленно… И пусть мы пытались его спасти, но слишком неудачно взорвалась мина. У нас не было шансов оставить его на плаву. Мы даже отбуксировать его не могли, и всё, что мы сделали, — это вытащили людей.

— Благодарю всех за участие. Я согласен с каждым словом господина Фернандо. Операцией по освобождению земель к югу от канала занимайтесь без моего участия. Я буду получать отчёты в режиме реального времени и при необходимости — включусь в работу. Сейчас же я вынужден вас покинуть и решить одну очень деликатную и срочную проблему, связанную с постройкой Мариэльской цитадели. К слову, она будет закончена меньше чем через семь дней. Конец связи.

Я отключился и отправился на кухню за кружечкой кофе… Надо было переварить решение Фернандо и те кадры, что нарисовал мой мозг, воображая сцену «похорон» ещё живого, но уже гнилого Алана. Во всех без исключения странах с сильной централизованной властью оскорбление и предательство правящей верхушки считалось одним из самых ужасных преступлений. В той же Северной Корее даже до недавнего времени за проступок в отношении лидера страны в обязательном порядке наказание следовало не только провинившемуся, но и всей его семье… Машина страха в действии. Правда, когда боишься постоянно, он притупляется и превращается в неосознанное поклонение. Знаменитый Стокгольмский синдром вызывал много шума в мире. Но когда его влиянию становится подвержена целая страна и большая часть её жителей… Это превращается в национальную болезнь. Нельзя допустить, чтобы таких Аланов стало слишком много. Единичные примеры должны стать той сдерживающей клеткой для всех, кого посещают грешные мысли.

И очень желательно, чтобы таких людей было как можно меньше. И единственный действенный способ избежать массовых проклятий, знакомый мне, — децентрализация власти. Множество внешне независимых, но зависимых внутри правителей, преследующих одни и те же цели, присылаемые откуда-то ещё. Если фигура одного человека может объединить и сплотить множество людей, то наличие множества таких фигур нейтрализует опасность развала в случае провала. Всё равно мы тут не империю на века строим… Нам бы ближайшие пару лет пережить. А дальше будет видно… Внутри — жёсткая вертикаль власти. Снаружи же пусть кажется, что решения принимаются непосредственно на местах.

— Не заскучал? — упал я на заднее сидение автомобиля, терпеливо ждавшего всё это время. — Теперь к штабу…

— Босс, что вы, я же понимаю, что вы там не в приставку играли.

— Хм… Комнаты отдыха и релакса… Хорошая идея. Добавим возможность посещения таких специальных центров за баллы, начисленные домом оценки… Не всё же алкоголь хлестать и сигары дымить в попытке расслабиться. Заодно социальное напряжение уменьшится… Интернета нет, но это не особо большая проблема, Афина поможет организовать локальные сети. В дальнейшем даже продавать их можно будет в постоянное пользование. Отличная идея! Спасибо. Афина, ты записала? — поблагодарил я водителя, чьё крайне удивлённое выражение лица внимательно следило за дорогой.

— Да, господин. В следующий раз не забудьте надеть шлем. — ответила она мне через бортовой компьютер автомобиля, воспользовавшись динамиками.

— Ох ты ж, вот же ш… — водитель удивился снова, да так сильно, что чуть руль не сломал.

— Спокойнее, друг. Расслабься. Тебя же не акулы есть собираются. Подумаешь, моя помощница твою машину взломала. Педаль жмётся, обороты набираются.

— Да, просто неожиданно как-то… Собрание сейчас будет? Я слышал, там всех старших командиров подразделений базы Мариэля собирают.

— Ну да, а что?

— Разрешите заскочить по дороге к одному дому, это не займёт больше минуты. Просто я тоже старший офицер и буду на собрании. — спросил разрешение водитель, и я согласился.

Он остановился у обычного, на первый взгляд, дома. Сколько их таких в Мариэле стоит? Пару тысяч, пожалуй. Как же люди меня будут вспоминать ближайшее время…

Он вернулся весьма быстро, сменил боевую экипировку на офицерский мундир для официальных собраний и принёс с собой пакет с едой.

— Простите, босс, просто обед пропустил, и уже не успею. А жена старалась… Она сейчас в таком положении, нельзя волноваться…

— Да, я заметил, когда она на крыльцо выходила, провожала тебя… Какой месяц?

— Седьмой, сэр.

— А ещё дети есть?

— Двое. Мальчик и девочка. Все живы остались после той ночи, слава Богу.

— Это великий дар, когда твои близкие не пострадали… Всё хорошо у неё? Врачи есть квалифицированные в Мариэле? Или вы в Гавану ездите?

— Наблюдаемся в Гаване, да. У нас тут больше полевой госпиталь, врачи есть, даже гинеколог, акушерки, но они все… сменили профиль из-за войны. В целом, мой статус даёт много преимуществ, и мы справляемся. Большое спасибо вам за это. Не будь круизеров, кто знает, как сложилась бы жизнь нашей семьи…

— Рубен… Ты знаешь, на какое собрание мы едем?

— Нет, сэр, но могу предположить! Что-то связанное с развитием базы, верно? Мы сделали очередной шаг на нашем пути к светлому будущему?

— Вроде того… Но твоя жена после этого шага станет меня ненавидеть…

— Почему, босс? — удивился Рубен и посмотрел в зеркало заднего вида, встречаясь со мной взглядом.

— Скоро все об этом узнают… Думаю, ничего страшного, если ты узнаешь на полчаса раньше остальных… Только не распространяйся раньше времени, ладно?

— Я никогда не предам своего команданте! — заверил он меня.

— Мне придётся снести старый Мариэль… Полностью. В ближайшие два дня.

— Вы шутите? — ошарашенно взглянул он на меня.

— Нет. К сожалению, это вынужденная мера.

— Я знаю вас. Я с вами здесь чуть ли не с первого дня. И если бы не жена, бегал бы с первым Молотом повсюду за вами. Если дома должны быть снесены, вы обязательно предложите что-то взамен. Другими словами — нас ждёт переезд. И если это будут дома с нормальным водоснабжением, отоплением и электричеством, с нормальными окнами, из которых сквозняк не выдувает все мозги, — вам памятник поставить нужно будет! Ой, что-то я уже размечтался, босс, простите. В общем, что я хочу сказать. Вы никогда не бросали своих людей. Так почему бы вдруг решили бросить сейчас? Даже если вдруг у нас и появится проблема с жильём — я и старшие офицеры скинемся на постройку казарм. Хотя бы временно, но всем будет где жить, а после разберёмся! — с улыбкой ответил он мне, и я не смог удержаться, улыбнувшись ему в ответ.

А быть может, не так уж и опасны те акулы, на собрание к которым меня везёт этот счастливый папаша. Быть может, я себя просто накручиваю? Как было бы просто, если бы это были посторонние люди, с которыми мы, круизеры, не связаны. Но своих обидеть никак нельзя… А в Мариэле только свои и остались. Все присягу приняли. Целыми семьями… Люди не поймут, если мы начнём уничтожать с таким трудом сохранённое ими имущество.

— ГОСПОДИН! ТРЕВОГА! — посреди ночи завопила Афина, пробуждая меня, а следом и всю базу разом.

Рефлексы, отточенные годами сражений, не смогли затупиться в этой удивительной жизни командира Круизеров, и спустя двадцать секунд я уже был с оружием в руках напротив боевого костюма, просовывая руки в узлы креплений встроенного экзоскелета.

Всё это время Афина без умолку докладывала о многочисленном противнике, который начал широкомасштабное наступление по всем фронтам. Взглянув в окно, я увидел вспышки работающей системы ПВО и сотни жутко мобильных противников. Издалека, да ещё и во тьме, было практически не разобрать их очертаний, но я видел их раньше при свете дня и понял — началось.

«Почему они напали так рано?» — я задавался вопросом, выбегая из жилого комплекса и прыгая в первый же подвернувшийся бронеавтомобиль.

— В ШТАБ! — прокричал я и надел на голову шлем, включаясь в оперативное командование.

— Афина, почему ты перестала докладывать? Афина? — непривычная тишина в эфире могла бы называться гробовой… И по сути, такой она и была.

В жилой дом по левую сторону от нас упал вражеский летательный аппарат, вспышка и взрыв сносли этажи и подъезды. Мой автомобиль отбросило силой взрыва и впечатало в фонарный столб, после чего перевернуло. Водитель захлёбывался кровью, а искорёженная дверь упёрлась мне в стальную нагрудную пластину. Пришлось постараться, чтобы выбраться из покорёженного автомобиля и оглядеться.

Десант врага спускался на землю, своим легионом проникая в святая святых наших земель — в столицу Круизеров…

— Не успели… — выдохнул я, наблюдая за разворачивающейся на улице резнёй…

Нужно попробовать добраться до штаба, может, это только предварительный удар по нашей базе… Из-за связи с тем существом.

«Афина? Ты слышишь меня, Афина?» — я побежал дальше по улице, орудуя на ходу где клинком, а где и просто пистолетом, прорывая себе дорогу. Ещё бы он пробивал их броню… Но нет, даже экспансивные пули не помогут с их природной бронёй. Не говоря уж о боевом облачении.

— Господин. Мы проиграли. Семь минут и восемнадцать секунд… Наша оборона продержалась меньше восьми минут. Штаба больше нет, — донёсся до меня голос моей помощницы, и я взобрался на отброшенный очередным взрывом грузовик, смотря на пылающее заревом пожара здание штаба.

— Афина, какая ситуация на других базах? Афина? Афина! — я начал кричать, срывая голос, и словно бы что-то порвалось от моего крика. Какая-то незримая пелена.

— Да, господин? Какие будут ваши указания?

Весь вспотевший, с болящими от напряжения мышцами, я сидел на своей кровати, пялясь в неработающий огромный экран монитора, по которому обычно мне показывали отчёты и сводку событий со всего наблюдаемого Афиной мира.

— Твою мать… — схватился я за голову, не узнавая свой собственный голос.

Сорвал его, когда кричал во сне, а затем и наяву, Афине…

— Нападения? Нигде нет нападений? — слишком живой, будто наяву произошедший сон был столь же ярким и настоящим, как и те сны, через которые мне пришлось пройти своё «обучение».

— Аванпост Лонгдэй-2 в штате Южная Каролина подвергнут атаке банды Чёрного Адама, два человека ранены, в том числе один защитник аванпоста. В целом ситуация под контролем, противник не сумел застать нас врасплох и несёт потери. Подкрепление уже вступило в бой и выдавливает неприятеля. Могу дать более полный отчёт по ведущемуся боестолкновению. Кроме этого, в Мексике наш экспедиционно-разведывательный отряд «Муэрта» столкнулся с мелкими сошками, работающими на банду «Лезвие Солнца», что входит в боевое крыло местного наркобарона Игнасио Де Вилья, также известного как «Солнечный Дьявол». Нас приняли за отряд противников Де Вильи, из чего я делаю вывод о том, что в Мексике у одной из важных фигур, обладающих властью, есть доступ к терминалу с боевыми костюмами.

Я откинулся на мокрую постель и попытался успокоить биение сердца. Всего лишь сон… В котором я увидел то, чего боюсь больше всего на свете…

— Сколько времени осталось до постройки Цитадели?

— Семь часов, тридцать две минуты, господин.

— Хорошо… Давай поработаем. Всё равно я больше уже не усну.

Работать я решил прямо отсюда, из этого прекрасного номера, который был создан специально для высшего командного состава как награда за их большой вклад в наше общее дело. У нас за эту неделю появилось довольно много жилья. Речь не только о переселенцах, вынужденных обустраивать новые дома и квартиры в защищённых комплексах, полных благ цивилизации, но и в трансформации самого города и базы в нечто большее, нежели небольшой городок с портом, складами и лагерями беженцев. Мы строили город. Нашу столицу. Планы наши были масштабны и грандиозны, ведь Афина, если выражаться фигурально, положила на стол перед нами план-проект развития города Мариэль на ближайшие два года, исходя из имеющихся данных из Терминала. Я сам определил территории будущей Крепости и укрепрайоны, которые тоже потребуется возводить, и несколько сотен квадратных километров кубинской земли оказались разбиты на районы и ряды искусственных преград, в том числе водных артерий, что станут нашей защитой против вторженцев в будущем. Амбициозный проект, после которого мы с большой долей вероятности сможем поглотить ближайшие города, такие как Гуанахай, а впоследствии и Артемису. До Гаваны не вырастем, но по площади, возможностям и населению, возможно, даже перегоним столицу Кубы.

Мы уже начали реализацию этого плана, и первый квартал, построенный благодаря магии Терминала, пусть нам это и стоило много очков достижений, принял новых жителей. Отличный, элитный, вызывающий зависть у всех тех, кто в нём не живёт. Это были жилые кварталы Первого класса. На сегодняшний день просто невозможно было предложить что-то лучше. Коммуникации, безопасность, ограниченный доступ, роботизированные системы управления водоснабжением, регулировка температуры в комплексе… Это была роскошь, на которую мы пошли осознанно. Не ради понтов или, как подумали бы некоторые, бесясь с жиру, а ради строчки в меню выбора награды Дома Оценки. Яркой, призывной, вызывающей приступ желания и неумолимую тягу людей идти вперёд и проявлять свои самые лучшие качества. Тут даже детские сады и больница были! Школа тоже имелась. Чего у нас не было — так это излишних ресурсов, и нам пришлось неплохо поднапрячься для получения всех необходимых «разрешений» в меню строительства штаба. В целом, я бы не согласился на безумные траты и проведение подготовительных работ для возведения этого квартала, если бы не одно «но». Мы учитывали, что потребуются вложения в постройки сети подстанций для стабилизации работы энергосети, миниатюрных топливных электростанций, с учётом дефицита этого самого топлива в данный момент, станций опреснения воды, распределительных узлов, котельных и прочих бессмысленных во время войны трат, если бы не строительство Цитадели. Так уж совпало, что для Цитадели инфраструктура также важна, и для строительства нашего бастиона мной и так и так были заказаны две трети всех необходимых излишеств для элитного жилого района. А на остальное скинулись, возвели за пять дней десяток однотипных двадцатиэтажных комплексов, и на этом закончилась эпопея с переселенцами. Дальше вокруг этого квартала будут строиться другие, но уже попроще. Для работников, служащих, бойцов и их семей. В общем, мы будем готовиться к постоянному притоку беженцев со всего мира.

— Удивительно наблюдать в мире апокалипсиса возведение построек, которые не могли существовать в мире раньше. Технологически продвинутые, удивительные способы и методы конструирования…

— Я согласна с вами. У меня в данный момент имеется одна никак не проверяемая теория о том, что Терминалы выступают своего рода сборщиками особой энергии, со способностью трансформировать её в материальные объекты. Это технологии цивилизаций третьего типа. Возможно… Даже четвёртого.

— Что ты имеешь в виду?

— Я проанализировала все имеющиеся на данный момент теории по космическим цивилизациям и вывела свою собственную, согласно которой мы, обратив на себя внимание вторженцев, смогли достичь переходного уровня с нулевого на первый. Те вторженцы, чьего прихода мы опасаемся, определённо могут путешествовать между звёзд, а не только осваивать законы космоса и родную звёздную систему, как цивилизации первого типа. В моём видении, они относятся ко второму типу и не ограничены в своих возможностях относительно таких молодых цивилизаций, как наша. При этом, если судить по вашим рассказам, они используют схожие методы и приёмы сражений, что вызывает вопрос об уровне их развития. Вряд ли они сильно далеко ушли от человечества. Но раз уж Терминалы создали не они, а лишь используются, да и то не полностью, ведь они «нейтральны» и дают нам шансы, очевидно, это технология более высокого уровня, созданная цивилизацией, которая качественно их превосходит. Или же превосходила, а ныне мертва, и лишь оставленные ими реликвии в виде этих, потенциально бессмертных терминалов, являются их наследием. В любом случае, такая трансформация энергий в материю и обратно и близко не похожа на то, чем могут управлять Эдарианцы. Ведь в таком случае им не требовалось даже пытаться воевать с нами за ресурсы…

— Звучит разумно. Ладно, что у нас с нашими аванпостами и захватами, выведи мне карту, я хочу посмотреть территории под нашим непосредственным контролем, зоны под нашим влиянием, зоны под контролем и влиянием наших союзников. Надо определиться с следующими точками атак для укрепления нашей власти, — попросил я Афину и, взяв нормальный, а не как у Роберто, кофе, подошёл к стене с мегаэкраном.

Вспомнил про Роберто и его чудо-напиток, и аж зубы заболели…

— Вывожу данные. Перед вами карта Северной Америки и Центральной Америки. Как вы можете заметить, Панама практически вся под нашим контролем либо контролем союзников. Пока ещё потенциальных… Шестьдесят пять процентов территории страны освобождены, но проблема в крупных городах, где продолжаются столкновения армии и ополчения Панамы с зомби. А также грабежах, насилии и мародёрах, бандах, из-за которых кризис лишь становится больше, равно как и проблема с питанием, медикаментами и всеми остальными трудностями, что убивают людей даже больше, чем зомби. Армия Панамы почти не несёт потерь, но нельзя сказать, что это им слишком сильно помогает. Более того, у них в некоторых регионах практически закончились либо уже отсутствуют боеприпасы, и они ждут помощи, сдерживая врага вручную. Из-за рельефа страны это довольно тяжело сделать и не попасть в окружение. И я не учитывала территории болот, разделяющих Панаму и Колумбию.

— Твой прогноз, они согласятся на наше предложение?

— Вероятность согласия составляет пятьдесят семь процентов. Мы в данный момент помогаем им справиться с гуманитарным кризисом и кормим половину страны. Если мы уйдём, они не смогут в одночасье и сражаться с зомби, и искать возможность прокормить дополнительно более полутора миллиона человек.

— Хорошо. Что дальше у нас есть?

Афина стала изменять карту, приближая её к некоторым регионам Карибского моря.

— Мы успешно провели захват и установили контроль над небольшими островами по всему архипелагу. Людей там мало, ресурсов тоже, но есть инфраструктура. Взлётно-посадочные полосы, причалы. Терминалов нет, как и крупных городов. Установление контроля над территориями для нас важно с точки зрения безопасности. Не должно существовать слепых зон, в которых могут внезапно появиться вражеские войска или отряды диверсантов. В свете назревающих конфликтов, боюсь, нашу оборону будут пытаться прощупывать всеми возможными способами. С увеличением размера флота и торговых миссий, восстановлении радиолокационных станций на островах, мы будем вести круглосуточный мониторинг вод вокруг Кубы и других основных островов с производственными базами на архипелаге.

— Незамеченным врагу не подойти?

— Ни по морю, ни по воздуху. Если только не будут использованы более современные средства сокрытия, нежели наши радарные станции, — подтвердила Афина.

— Ну да, например, космический хитиновый десант…

— К сожалению, на этот счёт у меня мало данных.

— Само собой. Как там Мексика?

— Как я уже говорила, наш отряд вступил в битву и успешно отступил, заставив врага понести потери. У отрядов местных имеются крупнокалиберные винтовки, заставляющие нести риск. Если бы не прикрытие из дронов и разведка, боюсь, мы бы не смогли так легко перегруппироваться и вернуться к занятому аванпосту.

— Мексиканские банды и картели выглядят грозным противником? У нас есть там хоть какие-то потенциальные союзники?

— Множество, командир. Но выбор стоит делать осторожно, едва ли большую часть из них можно назвать внушающими доверие и имеющими представление о чести. Их интересует лишь личная выгода и власть. Зомби для них — такой же ресурс, который они активно истребляют. Если бы не страх удара в спину от других банд, мексиканские картели уже освободили бы большую часть страны, — заявила мне моя помощница.

Что же, это довольно ожидаемо. И не очень приятно. Надеюсь, эта их «феодально-картельная» раздробленность сыграет нам на руку, и мы сможем закрепиться в этом регионе, когда подойдут экспедиционные силы.

— Надо выходить на контакт с не самыми многочисленными, но амбициозными. Пускай они воюют друг с другом, а мы будем помогать им с этим делом и искать верных людей, разделяющих наши интересы. С тобой и твоими методами контроля, нужно сильно постараться, чтобы двойной агент от наркобаронов проник в наши ряды и не показал себя. С учётом риска для наших бойцов, предлагаю продолжать действовать осторожно, минимизируя риски.

— Командующий операцией офицер пришёл к аналогичным выводам и отдал аналогичный приказ. Хочу обратить ваше внимание, что рядом с Мексикой мы полностью захватили и превратили в базу остров Косумель. Аналогичные территории под нашим контролем на другой стороне Карибского архипелага, рядом с побережьем Венесуэлы. Тринидад и Тобаго — под нашим контролем. Контактов с местным правительством и группировками ещё не было, лишь мелкие банды из соседних деревень и мелких прибрежных городков.

— Неплохой плацдарм для будущей экспансии и высадки на территории этих стран. Хорошо. Что с США?

— Лучше сами взгляните. Мы следуем заложенной вами доктрине и движемся самостоятельно вдоль побережья к Техасу. В данный момент мы практически дошли до Нового Орлеана, основывая на побережьях аванпосты в городах с Терминалами. Также, следуя за армией генерала Адамса, мы получили в свои руки двенадцать терминалов и создали опорные пункты для торговли, обслуживания, поиска персонала.

— Как идёт его экспансия? Покажи карту подконтрольных ему земель… — попросил я Афину, и она сменила цвета на карте, показывая, с кем он воюет и какие территории успел отвоевать у зомби, банд и противников единой и целой страны.

Мне, в целом, без разницы, кого использовать для собственного укрепления. Пускай воюет, мой фаворит. Америка большая. На его пути обязательно появятся ещё больше врагов и противников.

Так, анализируя наши успехи и проблемы, наши неудачи и счастливые находки, оценивая новые терминалы и согласовывая строительство новых штабов, расширяя территории вокруг уже построенных и добавляя сотни единиц техники, зданий, производств в список совместных «проектов», прошли часы.

Настало пора выходить и оценить заканчивающуюся постройку Цитадели, дозаказать новые её элементы, хотя бы на сотню тысяч очков достижений… А если получится сделать это через меню штаба, скинувшись всем миром… Думаю, мы таким образом будем и дальше копить средства на новые цитадели, заказывая их по «минимальному» шаблону. Пока что всё равно только я могу это делать, так как только я суммарно получил так много очков достижений. Но, может, что-то ещё изменится, и нам станет проще заказывать это строительство? Тем более, что мне впереди ещё Крепость строить…

Да и последний ли это пункт в меню терминала?

«До конца постройки осталось пять минут», — напомнила мне Афина.

Вот сейчас достроится и, глядишь, узнаю у дорогого космического информатора, сколько их там всего…

Последний покров спал с центральной части цитадели, что раскинулась на несколько километров в ширину и на два километра в глубину. Эта цитадель могла бы похвастаться своими размерами в сравнении с некоторыми средневековыми крепостями. Если это лишь центральная часть защитных сооружений, какой же размер будет у самой крепости? Через всю крепость протекал глубокий и широкий канал, и имелась возможность уменьшать и увеличивать уровень воды в нём, чтобы даже самые большие корабли могли пройти к внутренним докам и разгрузиться. Также при необходимости могли быть включены мощные насосы, и хитроумная система подачи воды могла наполнить рвы между кольцами районов морской водой.

Сами стены — железобетон, стальные плиты, керамогранитные слои термозащиты рядом с инженерными и ключевыми сооружениями. Коммуникации отправились по трубам глубоко под землю, а основные производственные комплексы, необходимые для самообеспечения людей, защитников цитадели, были скрыты в двух крыльях, раскинувшихся по обе стороны от центрального канала. Если крепость смотрела в сторону моря, то правая её часть занимала те самые земли, где некогда был старый Мариэль, и ныне, окружённый слоями защиты на нулевом уровне, хранился Терминал. Здесь же были в огромном количестве, на различных по высоте уровнях, в том числе и под землёй, склады для оружия и боеприпасов, предметов первой необходимости, еды, а также лазарет, комнаты отдыха и обучения, казармы. В казармы без проблем мы могли бы поместить двенадцать тысяч человек гарнизона. Масштабы поражали воображение, как и возможности, которыми обладала крепость. Афина зачитывала площади складов, что были сравнимы со всеми складами бывшего мариэльского порта, в который мы однажды причалили на своём лайнере. Она называла число солдат, что будут охранять цитадель, и количество бункеров, как и их вместимость… Сто тысяч человек смогут укрыться здесь в случае необходимости. Меньше, чем живёт, но больше, чем в любой другой постройке на всей Кубе. А быть может, и не только на ней. Левая же часть цитадели была больше производственной и связана с тренировками, обслуживанием, настройкой оборудования и центрами связи, обеспечивающими абсолютный обзор в радиусе ста километров от цитадели. И, само собой, «Эхо цитадели» тоже было там.

Когда же она будет достойно дооснащена, её эффективность вырастет ещё больше, радиусы слежения возрастут, нормы защиты станут ещё более совершенными. Средства противовоздушной обороны, автоматизированные турели, ракетные установки, пулемётные гнёзда, узлы для пушек средней дальности, способные пробивать и превращать в оплавленные куски металла даже современные танки. Оснащение цитадели не было закончено. Как и её строительство. Я пригласил офицеров в наш новый штаб, что переместился из прошлого места ближе к каналу, рядом с центральной частью цитадели.

Сам штаб не сильно изменился. Разве что всё стало больше, просторнее, технологичнее.

— Афина, обрадуй меня! — произнёс я, как только вошёл в такие знакомые, но теперь слегка иначе выглядящие стены.

— Господин, мы получили изменение, и в штабе теперь имеется свой собственный искусственный интеллект. Он просит дать ему имя и готов рассказать о возможностях цитадели. Впрочем, я вам их уже назвала. Хочу обратить ваше внимание, как и всех старших офицеров, что модернизация цитадели, как и предполагалось, доступна всем офицерам с высшим уровнем допуска. Как и прежде, потребуется активация по меньшей мере пятидесяти процентов владельцев ключей доступа к штабу и моё личное заверение для согласования любых изменений в этой постройке. Функция сборного производства также доступна, и мы можем сформировать новые цели для усиления цитадели. Прошу обратить внимание на два следующих пункта, общая стоимость которых превышает сто пятьдесят тысяч ОД: Центр Ремиссии и Центр нейростимуляции. Первый поможет, помимо базовых и уже известных пунктов исцеления, получить также и способ спасения бойцов, получивших отравление стимуляторами. Если, конечно, мы успеем их доставить до лечебных капсул. С этим имеется ряд ограничений и трудностей, как вы сами можете предположить…

Афина не говорила, но все мы понимали, что этот способ поможет тем, кто использовал боевую химию и стимуляторы на Кубе, откуда можно быстро доставить бойца до Центра Ремиссии, но войны на Кубе больше нет, в традиционном понимании этого слова. А значит, спасать таким образом мы будем бойцов с фронта. А вытащить их оттуда можно разве что на самолёте. Что само по себе опасно и несёт огромные риски… Слабо у нас ещё развита эта тема… А вот шальное ПВО в ничейных землях легко может лишить нас столь редкой техники.

— Предлагаю сделать внеплановое собрание и всё внимательно изучить, узнать, проанализировать, сравнить. Давайте разработаем план по модернизации цитадели, особенно с учётом того, что наши свободные очки достижений практически закончились после улучшения Мариэля и последней цепочки улучшений штабов по всей Кубе и Майами…

— Да, Очки Достижений нужны как воздух… — согласился со мной Алонсо, находившийся в компании с лидером кубинского народа, генералом Сантьяго.

— У меня есть несколько перспективных мест для заработка, но надо в первую очередь понять настроение наших панамских друзей. Нельзя слишком сильно раскидывать свои силы. Мы и так лезем повсюду, отчего наши силы не выглядят столь доминирующе, как есть на самом деле. Но если у вас есть свои собственные предложения — я буду рад их выслушать. Сейчас же, прошу меня простить, меня ждёт ряд экспериментов в управлении цитаделью. Я буду слушать вас через шлем. Как обычно. Всем хороших обсуждений, дамы и господа. — попрощался я с ними, поняв, что и как тут устроено.

«Афина, мне идти к Терминалу или к Эху?» — решил уточнить я у неё.

— Господин, Эхо — это всего лишь устройство, без каких-либо возможностей подключения к вам. Оно уже интегрировано в работу штаба.

Ясно, значит, терминал… Проверим, готов ли мой неожиданный помощник поделиться со мной тайнами.

Красный свет освещал тёмное и закрытое помещение, посреди которого парил алый шар из энергии, прибывший к нам из далёкого космоса. Я слегка волновался, когда положил руку на него, но волнение быстро прошло, как только передо мной оказался привычный белый мир с текстом перед глазами…

— Видимо, не готов.

— Терминал № 77632 приветствует вас. Моё имя мне неизвестно, но я буду рад помочь вам в вашем выборе во время сессии Терминала.

— Господин, Эхо цитадели действительно добавило искусственный интеллект не просто в штаб, а связало нас с Терминалом!

— О прекрасная незнакомка, с великолепной и самобытной архитектурой, да, я действительно часть проекта Цитадель и проживаю в Эхо, что является моим аналогом сервера. Я здесь, чтобы помочь правителю цитадели как можно быстрее освоиться с её возможностями и сделать новый шаг в этой изумительной гонке жизни и смерти!

— Расскажи, что за гонка жизни и смерти? — тут же схватился я за эту информацию. Может, я и без этого безносого смогу что-нибудь выяснить.

— Жизнь и смерть — естественный процесс. Даже для таких, как я. Ну а век любого биологического живого существа, как правило, короток. Вы — не исключение. И ваша гонка, в попытке сделать свою жизнь лучше, вызывает у меня исключительное эстетическое удовольствие.

— А о вторжении ты можешь что-либо рассказать?

— Мои алгоритмы не способствуют анализу причин происхождения вторжения. Оно происходит. Прямо сейчас. Сам факт моего существования — подтверждение этого факта. Я всегда появляюсь там, где война в самом разгаре.

— Сколько этапов вторжения будет? — решил более конкретно уточнить я у него, потому что его уход от ответа в сторону философии мне не особо понравился.

— Вторжение — есть, было и будет вечным процессом любой цивилизации. Возможно, завтра в ваш дом придёт мир и покой, и вторжений больше не будет. Возможно, они будут происходить каждый день, врываться в вашу жизнь подобно рассвету звезды на небосклоне, пока вы однажды не прекратите своё существование.

И опять философия вместо конкретики.

— Почему на Земле появились зомби?

— Любое появление, как и исчезновение, — есть результат многочисленных факторов, что привели существование в ту самую конкретную точку, при которой эти изменения в жизни явили себя свету. Зомби ли, или другие несчастные ошибки эволюции это были, мне не ведомо. Да и являются ли ваши зомби — зомби?

— Кто такие эдарианцы?

— Могу предположить, что это жители либо последователи некоего Эдара. Хотите, я попробую использовать стандартные на вашей планете методы этимологического разбора слова для его анализа?

Понятно всё. Любая конкретика от этого ИИ невозможна, он ограничен и не хочет, либо не может говорить и давать подсказки о том, что нас ждёт в будущем и почему вообще это всё происходит.

— А что ты можешь?

— Ох, список моих возможностей… возможностей… возможностей… — голос завис, заглючил, а спустя пару секунд отвис, а вместе с этим начало преображаться и пространство вокруг. Свет стал более приглушённым, стали прорисовываться очертания предметов… Комната вокруг меня. Это была комната уже знакомая комната. Вскоре голос отвис и заговорил снова, но уже совсем не так, как прежде. — Что ты там, местного ИИ мучаешь. Он же калеченый, на что ты надеешься? Так, соединение в порядке, чистое. Ох, знал бы ты, как тут некоторые отреагировали на постройку цитадели, столь быстро на моей памяти ещё никто не строил. Я даже немного денег подзаработал.

— Ну, ты сам же меня и направил к этому, а значит, ты жульничал, владея информацией из первых рук. — пожал я плечами, наблюдая появление тела этого существа и смену белоснежной области терминала на пространство, заполненное огромным числом мониторов и экранов. — У меня много вопросов…

— Я знаю. Это в пределах моих ожиданий. В этот раз у нас нет ограничений по времени, так что я и отвечу на твои вопросы и расскажу, что тебе делать и какие у меня вообще цели. У меня, у самого, если честно, руки дрожат поскорее начать, ведь подобного не было за всю историю Эдарианских священных нашествий. Даже если мы в итоге умрём, и ты, и я… Это будет того стоить.

— А если при этом погибнет и Земля?

— Она в любом случае погибнет. Просто под пятой Эдарианцев это займёт пару сотен лет, а не миллионов, как заложено природой космоса. Но поверь, эта война изменит очень многое!

— Не сомневаюсь. — кивнул я и присел в появившееся возле меня кресло. — С чего начнём?

— Задавай вопросы. Я знаю, каково это, когда они разрывают тебя изнутри…

— Хм, с чего бы начать… Наверное, надо нормально представиться? Михаил Листопадов. Двадцать четы… Уже двадцать пять лет. — вспомнил я, что жизнь и время не стоит на месте. Человек с Земли, с двенадцати лет и до недавнего времени умирал в кошмарах, страдая каждый день от такой настоящей боли в этих снах…

— О, признак разумности цивилизации? Нет, скорее уж разумности говорящего со мной. Выводы о всех вас делать слишком рано, но то, что ты проявил культурный подход, а не поддался эмоциям, мне импонирует. — Позволь и мне представиться. Бывший Жрец падшей Вэйган, а ныне сказитель для детишек при центре познания малых рас на Шааргалее, станции-доме выбравших Исход эдарианцев. Ллош Ззок.

— Жрец падшего? Исход… Как же бесит быть лягушкой на дне колодца…

— Я понимаю, ведь я проходил тот же путь, что и ты, однажды… Разве что никто не отправлял меня выживать и учиться. У меня ушло сотни земных лет на то, чтобы получить возможность прикоснуться к пунктам управления и перенастроить комнату связи, в которой я и работаю, рассказывая свои сказки. Но помощь пришла ко мне оттуда, откуда я этого не ждал. От Терминала. Стоило с ним соприкоснуться здесь, на Шааргалее, как он признал меня всё ещё живым представителем своего народа. И открыл мне некоторые возможности… Но, думаю, ты не хочешь говорить обо мне? Больше о эдарианцах и предстоящем вторжении, верно? Хочешь знать, как спасти свою планету? Так?

— Всё так. Но твоя история мне тоже интересна, ведь она может быть показательной и поможет лучше понять своего врага, а также Терминалы. В знаниях, а не оружии, кроется ключ к победе.

— Достаточно мудро, как для человека, прожившего столь короткий срок.

— На войне день за три.

— Тоже верно. Надеюсь, ты не злишься на меня за то, что выбор пал на никем ненужного отщепенца? Я вообще и не надеялся, что ты справишься. Мне, откровенно говоря, просто был нужен кто-то для эксперимента, чтобы убедиться, как работает перенос с детьми вроде тебя. Но тот, в ком я не видел надежды, удивил меня. А значит, может удивить и нашего общего врага.

— Я приложу к этому все силы. Злюсь я или нет — не имеет значения. Даже случайный выбор может быть чьим-то большим замыслом, либо просто удачей, так что нет смысла в эмоциях, что не принесут никакой пользы. Расскажи, что нас ждёт? Когда начнётся второй этап вторжения и как нам победить?

Ллош Ззок так по-человечески кивнул головой и щёлкнул пальцами, сменяя вид сотен экранов на парящую в невесомости планету. Нашу Землю. Мы стояли рядом с ней и наблюдали за её вращением.

— Ваша цивилизация, как ты уже понял, — далеко не первая в этой войне жертва. Были и другие планеты… Разные, много… Ты попадал лишь в те, где жили такие же люди. Практически ничем не отличающиеся от вас, людей с Земли. Вы — наследие проекта человечества, направленного на заселение далёких уголков галактики. У вас были центральные звёздные системы, управляемые из единого центра и ведущего свою большую игру. Но так уж случилось, что первый же полноценный контакт с представителями других рас оказался для них роковым. Неверно поняв намерения весьма уважаемой и миролюбивой космической расы, они уничтожили в «праведной войне» один из их священных миров, что находился под защитой… Многих других космических цивилизаций. После маленькой победоносной войны началась война длительная и кровавая. Человечество было вытеснено из обитаемых уголков галактики и закрыто в изоляции в трёх своих главных звёздных системах на десять тысяч лет. Этот срок всё ещё идёт и будет идти долго, ведь эти десять тысяч лет, по меркам твоей земли, будут равняться практически двадцати тысячам лет. Незадолго до поражения, опасаясь полного истребления, они запустили один проект, нацеленный на то, чтобы посеять семена своей жизни в отдалённых и никому ненужных системах. Так появились вы и другие миры. Естественно, они постарались защитить вас, всеми силами изобразив «естественный» процесс эволюции, дабы семя человечества не было никак связано с центральными мирами, что находятся в изоляции. Ты странно выглядишь…

— Я не совсем такого ответа ожидал, если честно. Уж точно не тайны возникновения человечества на нашей планете… — откровенно признался я, не понимая, к чему он клонит, хоть мне и было действительно интересно всё это.

— Сейчас поймёшь… Эдарианцы, их ветвь Исхода, если быть точнее, что проживает на космических базах и отказались от жизни на планетах давным-давно, отколовшись от основной ветви ради поддержания жизни на своей родной планете, — были одними из тех, кто воевал с человечеством. И так как они по своей сути — кочевники, они бродили и дальше по галактике. Их существование, по сути своей, — компромисс многих космических рас, считающих их кем-то вроде «палачей» для провинившихся. Тех, кто признан убогим, недостойным жизни в бескрайнем космосе, либо же слишком опасным… Политика, она и в другом уголке вселенной — остаётся политикой. Они кочевали, следуя маячкам и расправляясь с провинившимися, в том числе моей расой. Последних выживших они обычно забирают в нечто вроде ксенозоопарка. Иногда даже пытаются вернуть на правильный путь, следуя своим постулатам… Как, например, меня. — в этот момент это существо так кровожадно улыбнулось, что меня даже слегка передёрнуло. — Прости, не удержался. Редко я могу быть самим собой, как сейчас. Так они и кочевали, пока в «пустой» системе не обнаружили таких, как ты, людей. «Человеческая зараза, уничтожающая священные миры, вновь подняла голову и должна быть уничтожена!» — так заявил один из них на галактическом совете. Пошли споры, после чего было принято компромиссное решение. До окончания срока изоляции человечеству запрещён выход в космос и его освоение за пределами первоначальных трёх звёздных систем. И раз так, то все вновь открытые миры с представителями вашего вида, начавшие освоение космоса, должны быть уничтожены.

— Да уж… — покачал я головой, узнав, за что нас обрекли на смерть. — И много нам ещё лет так вот сидеть на домашнем аресте? Самим того не зная? Хоть бы предупредили…

— А вас предупреждали. Но вы не поняли, очевидно, решив, что это шутка такая… — совершенно серьёзно ответил мне Ллош.

— Понятно. — пожал я плечами. — Почему мы должны умереть, я уже понял. Теперь бы узнать, как этого избежать.

— А на самом деле никак. — без толики сомнений произнёс Ллош и снова сменил картинку перед моими глазами.

Теперь я смотрел на три гигантских космических корабля, которые двигались, медленно приближаясь к орбите уменьшенной Земли.

— Агма, Дигс, Жжаз. Три вестника рока. Три корабля, что принесут на вашу планету смерть. Чтобы победить своего врага — его нужно знать. Ты его не знаешь. Так как ты собираешься победить?

— С твоей помощью. — ответил я ему, не отводя взгляд с кораблей.

— Я сказитель и бывший жрец технобогини, а не чудотворец. Агма уже на орбите вашей планеты. Она отправила «лекарство», создавшее биологическую бомбу замедленного действия, создавшее зомби, принесла терминалы и миллиарды ретрансляторов. Благодаря ей в прямом эфире ведутся трансляции ваших войн за выживание. Этакое реалити-шоу. Кстати, довольно популярное, в том числе за счёт твоих достижений. Парочка рекордов на твоём счету, что я могу считать отчасти и своим достижением, Михаил.

— Дигс и Жжаз же принесут к нам их космодесантников, штурмовиков и охотников? — попытался предположить я.

— Не совсем… Тут-то и кроется ваша самая главная проблема. Наша проблема…

— Так? Какая?

— На всех трёх кораблях нет ни одного Эдарианца. Ни одного живого существа. Прям ну вот ни одного…

— Тогда откуда эти их легионы, миллионы тварей в хитиновых панцирях! — удивился я его словам.

— А зачем они им? Жжаз — это склад ресурсов. Посмотри, какой он огромный. В него влезет половина полезных и ценных ископаемых вашей планеты. Два рейса, и планета превратится в бесполезный кусок безжизненного камня в Солнечной системе. На нём же и всё оборудование для добычи, равно как и производственные линии в случае необходимого ремонта.

— Дроны? Но я видел кровь, когда убивал этих тварей…

— Тела настоящие, но… Искусственные. Дигс — это мобильная лаборатория, создающая эти армии, а сражаются Эдарианцы удалённо, используя нейромост между двумя звёздными системами и цепочку ретрансляторов. Подключаешь сознание, погружаешься в выбранного бойца и идёшь воевать.

— Для них это грёбаная игра с полным погружением? Они даже боли не чувствуют?

— Скорее разочарование и желание поскорее перезагрузиться, а иногда и влить немного средств, купив себе на Дигсе пушку покруче, технику прочнее или заказав что-нибудь эксклюзивное на Жжасе.

Было тяжело… Очень тяжело сохранить самообладание, осознав, что, воюя, эти твари не несут потерь. Лишь умирают клоны-однодневки, созданные для этой битвы и развлечения, не имеющие собственной воли. Для них это какая-то стрелялка, способ развеяться, повыпендриваться перед друзьями и на спор уничтожать человечков, зарабатывая баллы в таблице лидеров.

— Я понимаю, что это тяжело осознать… Но стал бы я говорить о возмездии?

— У меня слов нет. Только маты…

— О, ваша изящно тактическая форма боевого общения! Знаю-знаю. Очень любопытная! Я даже для сказок некоторых использовал ваши слова, чтобы показать всю глубину злобности далёких и агрессивных человечков…

— Смешно. — тяжело вздохнул я, опустошённо сидящий на этом самом стуле. — Есть ли ограничения или ресурсы на Дигсе? Скольких он может создать?

— Да, в общем-то, почти бесконечное количество, пока есть материал. А на вашей планете его будет много. Время, правда, понадобится, но ты уж поверь мне, тех ста миллионов, что едут изначально готовыми, — всегда хватало с запасом.

— А воды они почему боятся?

— Твари космические, им и твёрдая земля без тренировок непривычна. А вода плохо влияет на связь с ретрансляторами. Теряется соединение и всё такое… Они становятся вялыми, аморфными, заторможенными… Особенности технологии, не более. Вообще, говорят, скоро и эту проблему исправят. Не знаю только, на вашем мире или уже на следующем… Сам жду подробностей. Скорее на следующем, ведь надо будет вернуть корабли для переоборудования.

— Хорошо… Так, а в чём же твой план состоит? Как подарить им возмездие? Самоуничтожиться, начав глобальную войну, чтобы они не успели высадиться и обломались?

— Нет, ну можно, конечно, и так… Но у меня есть план получше. Знаешь, что откроется на четырнадцатом и пятнадцатом пункте меню терминала?

— Понятия не имею…

— Ваш шанс… Там появится ваш шанс. Но обычно второй этап вторжения начинается раньше, чем открывают эти пункты… Нам придётся немного сжульничать… Ты готов довериться мне, человек?

Смешной он, всё-таки… У меня что, есть выбор?

— Я готов выслушать твой план и твоё предложение, Ллош Ззок.