— Общая терминология:

❖ Шлюз

Не путать с Вратами, Шлюз — это специальный портал, который служит как якорем для Пробуждённых, входящих в Царство Снов, так и точкой выхода для тех, кто хочет его покинуть.

❖ Цитадель

Человеческая крепость в Царстве Снов, построенная вокруг завоёванного Шлюза.

❖ Воспоминание

Магический предмет, связанный с сущностью обитателя Царства Снов. Воспоминание создаётся из Сущности Души, но при вызове может принимать физическую форму.

❖ Зачарование

Магическое свойство Воспоминания.

❖ Эхо

Магическая копия убитого Кошмарного Существа. Эхо способно к ограниченной автономии, но не обладает душой, а значит, не является живым. Как и Воспоминание, Эхо создаётся из Сущности Души и принимает физическую форму только при призыве.

❖ Ядро Души

Мистическое духовное ядро, способное накапливать и хранить огромное количество Сущности Души.

❖ Осколок Души

Физическое проявление разрушенного Ядра Души, содержащее остатки Сущности Души.

❖ Сущность Души

Мистическая духовная энергия.

❖ Ранг Души

Мера силы, основанная на качестве Ядра Души. Существует семь Рангов Души:

● Спящий

● Пробуждённый

● Вознесённый

● Трансцендентный

● Верховный

● Священный

● Божественный

Как люди восходят к божественности, так Кошмарные Существа нисходят к богохульству. Их испорченные Ядра Души также имеют семь Рангов силы:

● Спящий

● Пробуждённый

● Падший

● Испорченный

● Великий

● Проклятый

● Нечестивый

❖ Класс

Мера силы, основанная на количестве Ядер Души. В отличие от людей, обладающих только одним Ядром Души, Кошмарные Существа могут обладать несколькими. Это ещё одна мера их силы, называемая Классом. Существует семь Классов Кошмарных Существ, начиная от одного Ядра Души и заканчивая семью:

● Зверь

● Монстр

● Демон

● Дьявол

● Тиран

● Ужас

● Титан

Так образом, Кошмарное Существо с пятью Ядрами Души Пробуждённого Ранга будет называться Пробуждённым Тираном, а существо с четырьмя Ядрами Души Падшего Ранга — Падшим Дьяволом.

❖ Уровень

Приблизительная оценка силы Воспоминания в зависимости от его происхождения. Хотя Воспоминания следуют той же иерархии Рангов Души, они также делятся на Уровни, основанные на Классах Кошмарных Существ, от которых они были получены. К примеру, Воспоминание, полученное от Пробуждённого Тирана (обладающего пятью Ядрами Души) будет считаться Пробуждённым Воспоминанием пятого Уровня, а Воспоминание, полученное от Падшего Дьявола (обладающего четырьмя Ядрами Души) — Вознесённым Воспоминанием четвёртого Уровня.

Санни приснилась гора.

Зазубренная и одинокая, она превосходила другие вершины горной цепи, рассекая своими острыми краями ночное небо. Лучистая луна освещала ее склоны призрачным, бледным светом.

На одном из склонов остатки старой дороги упрямо цеплялись за скалы. То тут, то там сквозь снег виднелись выветрившиеся камни мостовой. Справа от дороги неприступной стеной возвышалась отвесная скала. Слева безмолвное черное море небытия указывало на бесконечное падение. Сильные ветры снова и снова врезались в гору, крича в бессильной ярости.

Вдруг луна опустилась за горизонт. Солнце поднялось с запада, пронеслось по небу и исчезло на востоке. Снежинки спрыгивали с земли и возвращались в объятия облаков. Санни понял, что видит обратное течение времени.

В одно мгновение пролетели сотни лет. Снег отступил, обнажив старую дорогу. По спине Санни пробежали холодные мурашки, когда он заметил на земле человеческие кости. Мгновение спустя кости исчезли, а на их месте появился караван рабов, который, звеня цепями, двигался назад с горы.

Время замедлилось, остановилось, а затем возобновило свой обычный темп.

[Претендент! Добро пожаловать в Заклинание Кошмара. Приготовьтесь к первому испытанию…]

«Что… что это, черт возьми, такое?»

Шаг. Шаг. Еще шаг.

Тупая боль отдавалась в кровоточащих ногах Санни, он дрожал от холода. Его нитяная туника была почти бесполезна против пронизывающего ветра. Его запястья были главным источником мучений: сильно пострадавшие от железных кандалов, они отдавались резкой болью каждый раз, когда ледяной металл касался его изрезанной кожи.

«Что это за ситуация?!»

Санни посмотрел вверх и вниз, заметив длинную цепь, извивающуюся по дороге, к которой через небольшие промежутки были прикованы десятки и десятки пустоглазых людей — таких же рабов, как и он. Впереди него размеренной походкой шел человек с широкими плечами и окровавленной спиной. Позади него косоглазый парень с быстрыми, отчаянными глазами тихо ругался себе под нос на языке, которого Санни не знал, но каким-то образом все же понимал. Время от времени мимо проезжали вооруженные всадники в доспехах старинного образца, бросая на рабов грозные взгляды.

Как ни оценивай, дела обстояли очень плохо.

Санни был скорее в недоумении, чем в панике. Правда, эти обстоятельства не были похожи на то, какими должны были быть Первые Кошмары. Обычно свежеизбранные претенденты попадали в сценарий, который предоставлял им достаточно широкие возможности: они становились членами привилегированных каст или каст воинов, с большим доступом к необходимому оружию, чтобы хотя бы попытаться справиться с любым конфликтом.

Начало жизни в качестве бесправного раба, закованного в кандалы и уже полумертвого, было настолько далеким от идеала, насколько можно себе представить.

Однако Заклинание было в равной степени и вызовом, и балансом. Как говорил старый полицейский, оно создавало испытания, а не казни. Поэтому Санни был уверен, что в противовес этому ужасному началу, оно наградит его чем-то хорошим. По крайней мере, мощным Аспектом.

«Посмотрим… как мне это сделать?»

Вспомнив популярные комиксы, которые он читал в детстве, Санни сосредоточился и подумал о таких словах, как «Статус», «Я» и «Информация». И действительно, как только он сосредоточился, в воздухе перед ним появились мерцающие руны. И снова, хотя он не знал этого древнего алфавита, смысл его был каким-то образом понятен.

Он быстро нашел руну, описывающую его Аспект… и, наконец, потерял самообладание.

«Что?! Какого хрена?!»

***

Имя: Санлес.

Истинное Имя: —

Ранг: Претендент.

Ядро Души: Дремлет.

Воспоминания: —

Эхо: —

Атрибуты: [Судьбоносный], [Знак Божественности], [Дитя Теней].

Аспекты: [Раб Храма].

Описание Аспекта: [Раб — бесполезный бедолага, не обладающий ни навыками, ни способностями, достойными упоминания. Раб Храма — то же самое, только вcтречается реже.]

Потеряв дар речи, Санни уставился на руны, пытаясь убедить себя, что, возможно, ему просто мерещится. Конечно, он не мог быть настолько невезучим… верно?

«Никаких бесполезных Аспектов!»

Как только эта мысль появилась в его голове, он потерял ритм шагов и споткнулся, потянув цепь вниз своим весом. Сразу же парень, стоявший позади него, закричал:

— Ублюдок шлюхи! Смотри, куда идешь!

Санни поспешно отозвал руны, которые были видны только ему, и попытался восстановить равновесие. Мгновение спустя он снова шел уверенно, однако не раньше, чем нечаянно потянул за цепь еще раз.

— Ах ты, маленькая дрянь! Я убью тебя!

Широкоплечий мужчина перед Санни усмехнулся, не поворачивая головы.

— Зачем беспокоиться? Этот слабак все равно умрет к рассвету. Гора убьет его.

Через несколько секунд он добавил:

— Она убьет и тебя, и меня. Чуть позже. Я действительно не знаю, о чем думают имперцы, заставляя нас идти в такой холод.

Ловкий парень вздохнул.

— Говори за себя, дурак! Я планирую выжить!

Санни молча покачал головой и сосредоточился на том, чтобы не упасть снова.

«Какая очаровательная пара.»

Вдруг откуда-то издалека к разговору присоединился третий голос. Этот голос звучал мягко и интеллигентно.

— Обычно в это время года на этом перевале гораздо теплее. Нам просто очень не повезло. Кроме того, я бы посоветовал вам не причинять вреда этому мальчику.

— Почему это?

Санни слегка повернул голову, прислушиваясь.

— Разве ты не видел отметины на его коже? Он не такой, как мы, которые попали в рабство из-за долгов, преступлений или несчастья. Он родился рабом. Точнее, храмовым рабом. Не так давно имперцы разрушили последний храм Бога Теней. Я подозреваю, что именно так мальчик оказался здесь.

Широкоплечий мужчина оглянулся.

— Ну и что? Почему мы должны бояться полузабытого, слабоумного бога? Он даже не смог спасти свои собственные храмы.

— Империя находится под защитой могущественного Бога Войны. Конечно, они не боятся сжечь несколько храмов. Но мы здесь не защищены ничем и никем. Неужели ты хочешь рисковать, чтобы разгневать бога?

Широкоплечий мужчина хмыкнул, не желая отвечать.

Их разговор прервал молодой солдат, сидевший на прекрасном белом коне. Одетый в простую кожаную кирасу, вооруженный копьем и коротким мечом, он выглядел достойно и благородно. К раздражению Санни, он тоже был очень красив. Если бы это была историческая драма, солдат определенно был бы исполнителем главной мужской роли.

— Что здесь происходит?

В его голосе не было особой угрозы, даже что-то похожее на беспокойство.

Когда все замешкались, раб с мягким голосом ответил:

— Ничего страшного, господин. Мы просто все устали и замерзли. Особенно наш юный друг. Это путешествие действительно слишком тяжело для такого молодого человека.

Солдат посмотрел на Санни с жалостью.

«На что ты смотришь? Ты не намного старше меня!» — подумал Санни.

Конечно, он ничего не сказал вслух.

Солдат вздохнул и снял с пояса флягу, протягивая ее Санни.

— Потерпи еще немного, дитя. Скоро мы остановимся на ночлег. А пока, вот, выпей воды.

«Дитя? Дитя?!»

Из-за его худого тела и маленького роста, вызванного недоеданием, Санни часто принимали за кого-то младше. Обычно он без колебаний использовал это в своих интересах, но сейчас, по какой-то причине, то, что его называли ребенком, очень раздражало его.

Тем не менее, ему очень хотелось пить.

Он как раз собирался взять флягу, когда в воздухе раздался треск кнута, и внезапно Санни почувствовал боль. Он споткнулся, снова потянулся за цепью, заставив раба, стоявшего позади него, выругаться.

Другой солдат, постарше и злее, остановил свою лошадь в нескольких шагах позади. Кнут, рассёкший тунику Санни и пропитанный кровью, принадлежал ему. Даже не взглянув на рабов, старший солдат пронзил своего младшего коллегу презрительным взглядом.

— Что, по-твоему, ты делаешь?

Лицо молодого солдата потемнело.

— Я просто дал этому мальчику воды.

— Он получит воду вместе с остальными, когда мы разобьем лагерь!

— Но…

— Закрой свою пасть! Эти рабы тебе не друзья. Понимаешь? Они даже не люди. Обращайся с ними как с людьми, и они начнут фантазировать.

Молодой солдат посмотрел на Санни, затем опустил голову и повесил флягу обратно на пояс.

— Не позволяй мне снова поймать тебя на том, что ты заводишь дружбу с рабами, новичок. Или в следующий раз ты будешь пробовать мою плеть на вкус!

Как бы иллюстрируя свое намерение, старший солдат взмахнул кнутом в воздухе и проскакал мимо них, излучая угрозу и гнев. Санни смотрел ему вслед с хорошо скрываемой злобой.

«Не знаю как, но я буду смотреть, как ты умрешь первым.»

Затем он повернул голову и посмотрел в сторону младшего солдата, который отставал от них с опущенной головой.

«А ты — вторым.»

Несколько минут после этого Санни пребывал в мрачном настроении. Но потом он вынырнул из него и глубоко вдохнул, пытаясь насладиться свежим воздухом. Действительно, такой воздух было трудно найти в реальном мире: микропыль и другие загрязняющие вещества делали его грубым и неприятным, не говоря уже об общей вони окраин. В лучших частях города старательно работали сложные системы фильтрации, однако фильтрованный воздух на вкус был стерильным и застойным. Только очень богатые люди могли дышать по-настоящему приятно.

А он, как чеболь второго поколения, мог наслаждаться неограниченным количеством чистого, вкусного воздуха.

«Воистину, быть избранным Заклинанием имеет свои преимущества.»

Только бы не было ужасного холода, ноги не болели, а запястья и спина не мучились!

Караван рабов медленно тащился в гору, все больше рабов спотыкалось и периодически падало на землю. Пару раз тех, кто уже не мог идти, снимали с цепи и бесцеремонно сбрасывали с дороги вниз, в пропасть, которая вырисовывалась слева от нее. Санни наблюдал за их падением с некоторым состраданием.

«Бедняги. Покойтесь с миром, жалкие душонки.»

В целом, он был в хорошем настроении.

Было немного странно чувствовать себя хорошо среди этого бедствия Кошмара, но, к счастью, у Санни было время подготовиться к такому развитию событий. Когда симптомы Заклинания проявились впервые, он не очень хорошо с этим справился. Умереть, не дожив до семнадцати лет, это не то, с чем можно легко справиться.

Но, в конце концов, Санни понадобилось всего несколько дней, чтобы смириться с этим. После посещения импровизированного места упокоения родителей, ну, на самом деле поскольку он был слишком беден, чтобы позволить себе даже самый дешевый слот в центре памяти, это были всего лишь две строки, вырезанные на старом дереве, и добавление третьей строки для себя, Санни вдруг стал расслабленным и беззаботным.

В конце концов, ему больше не нужно было беспокоиться о том, как заработать деньги, найти еду, защитить себя и строить планы на будущее. Раз худшее, что могло случиться, уже произошло, чего еще бояться?

Так что стать рабом и медленно замерзнуть до смерти было не таким уж большим потрясением.

Кроме того, он знал, что холод его не убьет, просто потому, что уже видел, какая судьба ждала караван дальше в горах. Картина нагромождения костей, усеявших землю, все еще была свежа в его памяти. Скорее всего, это была стая чудовищ, которая собиралась расправиться с караваном… и, судя по всему, нападение должно было произойти в считанные часы, а не дни.

Так что у него еще был шанс.

Воспользовавшись случаем, Санни решил еще раз взглянуть на свое состояние и снова вызвал руны. В прошлый раз он был слишком возмущен Аспектом и плохо изучил Атрибуты. Атрибуты, хотя и не были столь важны, как Аспекты, часто становились решающим фактором между жизнью и смертью. Они представляли собой природные черты и склонности человека, иногда даже давали пассивные способности и эффекты.

Описание Атрибута [Судьбоносный]: Нити судьбы крепко обвиваются вокруг вас. Маловероятные события, как хорошие, так и плохие, притягиваются вашим присутствием. Есть те, кто благословлен, и те, кто проклят… но редко и те, и другие.

Описание Атрибута [Знак Божественности]: От вас исходит слабый аромат божественности, как будто кто-то ненадолго прикоснулся к ней однажды, давным-давно.

Описание Атрибута [Дитя Теней]: Тени признают вас одним из своих.

«Хммм… Интересно.»

Санни быстро распознал первый Атрибут, [Судьбоносный], как главного виновника его затруднительного положения. На первый взгляд казалось, что он был обречен на определенную судьбу. Например, на жалкую смерть и бесследное исчезновение. Но, прочитав описание, он понял, что судьба означает, что невероятные вещи имеют больше шансов произойти, когда он рядом.

«Наверное, именно так мне удалось получить один из редких бесполезных Аспектов, и к тому же его странный вариант!»

Если [Судьбоносный] был его врожденным Атрибутом, то два других пришли из Аспекта [Раб Храма]. Аспект [Знак Божественности] был более-менее простым, он должен был позволить пройти в определенные священные места в Царстве Снов и усилить несколько видов колдовства. Поскольку священных мест не было, а Аспект Санни не имел никакого отношения к колдовству, он тоже был бесполезен.

[Дитя Теней] был незнакомым. Он никогда не слышал о нем и понятия не имел, что оно должно делать, по крайней мере, до тех пор, пока солнце не скрылось за горой и небо не начало темнеть. К своему удивлению, Санни обнаружил, что может прекрасно видеть в темноте, как будто там по-прежнему светло, как днем. Этой способностью не стоило пренебрегать, и вполне возможно, что тени наградят его еще какими-то, пока неизвестными дарами.

«Наконец-то что-то хорошее. Интересно…»

— Остановите караван! Приготовиться к лагерю!

Следуя приказу главного солдата, рабы остановились и упали на землю, дрожащие и измученные. Небольшая поляна, где дорога расширялась, была немного защищена от ветра выступающей массой камня, но все равно было слишком холодно, чтобы спокойно отдохнуть.

Солдаты занялись тем, что согнали рабов в тесный круг, заставив их разделить тепло, и разожгли большой костер в центре лагеря, но не раньше, чем занялись лошадьми. Тяжелую повозку с едой, водой и другими грузами, к которой была крепко привязана главная цепь, толкнули вперед, чтобы перекрыть ветер. Оглядываясь по сторонам, Санни заметил молодого солдата, наблюдавшего за горой со сложным выражением лица.

«Ну и чудак.»

Вскоре костер запылал. Более сильные рабы старались пробраться поближе к огню, а слабые, такие как Санни, были вынуждены сидеть на внешнем конце круга, с замерзшими от холода спинами. Конечно, любое движение было затруднено тем, что они все еще были прикованы к цепи. Поэтому знакомый широкоплечий раб оказался там же, где и начал, несмотря на все свои попытки приблизиться к пламени.

— Проклятые имперцы! — шипел он, явно раздраженный.

Солдаты ходили среди рабов, раздавая им воду и еду. Санни, как и все остальные, получил несколько глотков ледяной воды и небольшой кусок твердого, заплесневелого хлеба. Несмотря на его неаппетитный вид, он заставил себя съесть его целиком, только чтобы остаться таким же голодным, как и раньше.

Судя по всему, он был не один такой.

Раб, шедший позади него, в страхе оглянулся.

— Клянусь всеми богами, даже в подземельях меня кормили лучше!

Он в отчаянии сплюнул на землю.

— И большинство из нас, невинных людей, в подземелье тоже ждало виселицы!

В нескольких шагах от них, там, где заканчивалась асфальтированная дорога и начинались острые камни, из-под снега росла россыпь ярко-красных ягод. Санни и раньше замечал их, громоздящихся тут и там вдоль дороги, и даже отметил, как красиво эти упругие штучки контрастируют с белым цветом. Глаза раба блестели, когда он на четвереньках пытался подползти к ягодам.

— Я бы не советовал их есть, друг.

Это снова был мягкий голос раба. Санни обернулся и, наконец, впервые увидел его во плоти. Это был высокий мужчина лет сорока, худощавый и странно красивый, с достойным видом ученого. Как такой человек, как он, оказался рабом, было загадкой. И все же он был здесь.

— Опять ты со своими советами! Что?! Почему?!

Ученый извиняющеся улыбнулся.

— Эти ягоды называются «Кровавая баба». Они растут в тех местах, где проливалась человеческая кровь. Вот почему их всегда много вдоль маршрутов работорговли.

— И что?

Старший мужчина вздохнул.

— Кровавая баба ядовита. Нескольких ягод может быть достаточно, чтобы убить взрослого мужчину.

— Проклятие!

Раб вздрогнул и посмотрел на ученого.

Санни не обратил на них особого внимания.

Потому что, оглядываясь по сторонам, он наконец узнал место лагеря, где в его видении в начале Кошмара под снегом были погребены кости рабов. И он готов был поспорить, что то, что убило их всех, произойдет в ближайшее время.

Словно в ответ на его мысли, сверху раздался громовой раскат.

А в следующую секунду с неба обрушилось что-то огромное…

Повернувшись в сторону громового шума, многие рабы подняли головы, и увидели, что сверху на них сыплются камни и тяжелые осколки льда. Они мгновенно запаниковали, отшатнувшись в какофонии криков. Тени радостно плясали на черных камнях, когда, опутанные толстой цепью, рабы падали на землю и тянули за собой других.

Санни был одним из немногих, кто остался на ногах, в основном потому, что был готов к тому, что подобное может произойти. Спокойный и собранный, он взглянул на ночное небо. Его глаза, усиленные Атрибутом, пронзили темноту, и он сделал один размеренный шаг назад. В следующую секунду кусок льда размером с туловище человека упал на землю прямо перед ним и взорвался, осыпав все вокруг острыми осколками.

Другие были не так быстры. Поскольку лед и камни продолжали сыпаться, многие были ранены, а некоторые даже погибли. Агонизирующие вопли наполнили воздух.

— На ноги, глупцы! Идите к стене! — сердито кричал солдат-ветеран, тот самый, который несколько часов назад бичевал Санни, пытаясь заставить рабов двигаться к относительной безопасности горного склона. Однако, прежде чем кто-то успел прислушаться к его приказу, что-то массивное рухнуло вниз, вызвав сотрясение камней под ногами. Оно упало прямо между караваном и горной стеной, на несколько секунд погрузив все в тишину.

Сначала оно выглядело как комок грязного снега, почти круглой формы и ростом с конного всадника. Однако когда существо расправило свои длинные конечности и поднялось, оно возвысилось над каменной платформой, словно кошмарное предзнаменование смерти.

«Это существо должно быть не менее четырех метров в высоту.» — подумал Санни, слегка ошеломленный.

У существа было две короткие ноги, истощенное, сгорбленное туловище и непропорционально длинные, многосуставчатые две руки, каждая из которых заканчивалась ужасающими костяными когтями, и еще две, более короткие, с почти человекоподобными пальцами. То, что на первый взгляд выглядело как грязный снег, оказалось его мехом, желтовато-серым и лохматым, достаточно густым, чтобы остановить стрелы и мечи.

На голове пять молочно-белых глаз смотрели на рабов с насекомоподобным безразличием. Под ними полуоткрытая, словно в предвкушении, страшная пасть, усеянная острыми зубами. Вязкая слюна стекала по подбородку существа и капала на снег.

Но больше всего Санни нервировали странные формы, бесконечно шевелящиеся, похожие на червей, под кожей существа. Он мог видеть их отчетливо, потому что, к сожалению, он был одной из тех невезучих душ, которые находились ближе всего к чудовищу и имели тошнотворный вид из первого ряда.

«Ну, это просто… слишком.» — ошеломленно подумал он.

Как только Санни закончил эту мысль, начался настоящий ад. Существо двинулось, рассекая когтями в его направлении. Но Санни был на шаг впереди: не теряя ни секунды, он прыгнул в сторону насколько позволяла цепь, удобно поставив широкоплечего раба между собой и монстром.

Быстрая реакция спасла ему жизнь: острые когти, каждый из которых был длиннее меча, в долю секунды пронзили широкоплечего мужчину насквозь, и в воздух взметнулись потоки крови. Обливаясь горячей жидкостью, Санни упал на землю, а его товарищ по рабству теперь уже просто труп, упал на него сверху.

«Черт! Почему ты такой тяжелый!»

Временно ослепнув, Санни услышал леденящий душу вой и почувствовал, как над ним пронеслась огромная тень. Сразу же после этого ночь наполнилась оглушительным хором криков. Не обращая на это внимания, он попытался перевернуть труп на бок, но был остановлен сильным рывком цепи, которая скрутила его запястья и наполнила сознание раскаленной болью. Дезориентированный, он почувствовал, что его протащили несколько шагов, но затем цепь внезапно ослабла, и он снова смог контролировать свои руки.

«Ну, могло быть и хуже…»

Прижав ладони к груди мертвеца, он со всей силы надавил на него. Тяжелый труп упрямо сопротивлялся всем его попыткам, но затем наконец упал набок, освободив Санни. Однако он не успел отпраздновать вновь обретенную свободу, как его кровь вдруг превратилась в лед.

Потому что в этот момент, когда его ладони все еще были прижаты к кровоточащему телу широкоплечего раба, он явственно ощутил, как что-то извивается под кожей мертвеца.

«Ты просто обязан был подумать о том, что все может стать еще хуже, верно, идиот?» — подумал он, а затем вздрогнул.

Толкая труп ногами, Санни отполз от него так далеко, как только мог, а это было около полутора метров, благодаря постоянно присутствующей цепи. Он быстро огляделся, заметил массу пляшущих теней и силуэт монстра, беснующегося среди кричащих рабов на противоположном конце каменной платформы. Затем он сосредоточился на мертвом теле, которое начало биться в конвульсиях с нарастающей силой.

С противоположной стороны трупа на него смотрел раб с отвисшей челюстью и выражением ужаса на лице. Санни помахал рукой, чтобы привлечь его внимание.

— На что ты уставился?! Отойди от него!

Робкий раб попытался, но тут же упал. Цепь закрутилась между ними тремя, придавленная весом широкоплечего мужчины.

Санни стиснул зубы.

Прямо у него на глазах с трупом происходили кошмарные метаморфозы. Странные костяные наросты пронзали кожу, удлиняясь, как шипы. Мышцы вздувались и извивались, словно пытаясь изменить форму. Ногти превратились в острые когти, лицо треснуло и раскололось, открыв перекошенную пасть со слишком большим количеством рядов окровавленных, похожих на иглы клыков.

«Это неправильно.»

Санни дернулся, чувствуя сильное желание опорожнить желудок.

— Цепь!

Ученый раб был всего в нескольких шагах позади, указывая на свои кандалы с бледным, как у призрака, лицом. Это замечание было далеко не полезным, но, учитывая обстоятельства, его шок был понятен. Быть закованным в кандалы было достаточно плохо, но быть закованным в такие ужасные кандалы было действительно несправедливо.

Но вывод Санни о том, что все не так, как надо, не был вызван жалостью к себе. Он просто имел в виду, что вся эта ситуация была в буквальном смысле неправильной: Заклинание, каким бы загадочным оно ни было, имело свой собственный набор правил. Были правила и для того, какие существа могут появиться в том или ином Кошмаре.

Существа Кошмара имели свою собственную иерархию: от безмозглых Зверей до Монстров, затем Демонов, Дьяволов, Тиранов, Ужасов и, наконец, мифических Титанов, также известных как Бедствия. Первый Кошмар почти всегда был населен Зверьми и Монстрами, редко появлялись и Демоны. Однако, Санни никогда не слышал, чтобы в нем появлялось что-то сильнее Дьявола.

Тем не менее, это существо явно только что создало уменьшенную версию самого себя cпособностью, которая принадлежала исключительно Тиранам, властителям Заклинания Кошмара и тем, кто стоял выше их.

Что этот Тиран вообще делал в Первом Кошмаре?

Насколько сильным был этот проклятый атрибут [Судьбоносный]?!

Но размышлять было некогда.

Несправедливо это или нет, но сейчас только один человек мог спасти Санни — он сам.

Широкоплечий мужчина — то, что от него осталось, медленно поднялся, его рот издавал странные щелкающие звуки. Не дав ему времени полностью прийти в себя, Санни выругался и прыгнул вперед, ухватившись за длинную ослабленную цепь.

Одна рука монстра, теперь уже полностью оснащенная пятью зазубренными когтями, метнулась вперед, чтобы встретить его, но Санни одним расчетливым движением уклонился от нее.

На этот раз его спасла не быстрота реакции, а простое присутствие духа. Возможно, Санни и не научился каким-то причудливым боевым приемам, ведь его детство прошло не в школе, а на улице. Но улицы тоже были своего рода учителем. Всю свою жизнь он боролся за выживание, часто в буквальном смысле. Этот опыт позволил ему сохранять холодную голову на плечах в разгар любого конфликта.

Поэтому вместо того, чтобы замереть или быть поглощенным страхом и сомнениями, Санни просто действовал.

Подойдя вплотную, он накинул цепь на плечи чудовища и потянул, прижав его руки к телу. Прежде чем существо, все еще медленное и оцепеневшее после трансформации, успело отреагировать должным образом, Санни обернул цепь вокруг него несколько раз, едва спасая свое лицо от откусывания страшной пастью существа.

Хорошо, что теперь монстр не мог пошевелить руками.

Плохо было то, что длина цепи, которую он использовал для обездвиживания, исчезла, и между ними почти не осталось расстояния.

— Вы двое! — закричал Санни, обращаясь к двум своим товарищам-рабам, — Тяните за эту цепь так, как будто от этого зависит ваша жизнь!

Так оно и было.

Мелкий раб и ученый уставились на него, а затем, поняв, о чем он думает, начали двигаться. Схватившись за цепь с разных сторон, они потянули изо всех сил, крепко сжимая монстра и не давая ему вырваться.

«Отлично!» — подумал Санни.

Монстр напряг мускулы, пытаясь вырваться. Цепь скрипела, зацепившись за костяные шипы, как будто медленно разрываясь на части.

«Не так уж и хорошо!»

Не теряя времени, он вскинул руки и зацепил шею существа короткой, более тонкой цепью, соединявшей его кандалы. Затем он быстрым шагом обогнул монстра и потянул, оказавшись спиной к спине с ним как можно дальше от его пасти.

Санни знал, что он не настолько силен, чтобы задушить человека голыми руками, не говоря уже о таком странном, ужасающем мутанте, как тот, что пытался его съесть. Но теперь, используя собственную спину как рычаг и вес всего тела, чтобы стянуть кандалы, он, по крайней мере, имел шанс.

Он изо всех сил потянул вниз, чувствуя, как тело монстра прижимается к нему, как костяные шипы въедаются в его кожу. Монстр продолжал бороться, громко щелкая и пытаясь разорвать связывающую его цепь.

Теперь оставалось лишь решить, что порвется первым — цепь или сам монстр.

«Умри! Умри, ублюдок!»

Пот и кровь катились по лицу Санни, а он тянул, тянул и тянул вниз с такой силой, на какую только был способен.

Каждая секунда казалась вечностью. Его силы и выносливость, то немногое, что у него было, быстро заканчивались. Его израненная спина, запястья и мышцы, пронзенные костяными шипами, бились в агонии.

И вот, наконец, Санни почувствовал, как тело монстра обмякло.

Мгновение спустя, в воздухе зазвенел слабо знакомый голос.

Это был самый прекрасный звук, который он когда-либо слышал.

[Вы убили Спящего Зверя, Личинку Горного Короля.]

[Вы убили Спящего Зверя, Личинку Горного Короля.]

Санни упал на колени, тяжело дыша. Все его тело словно только что прошло через мясорубку: даже большое количество адреналина не могло смыть всю боль и усталость. И все же он был на седьмом небе от счастья. Удовольствие от убийства личинки было настолько велико, что он даже забыл расстроиться из-за того, что не получил «Воспоминание» — особый предмет, связанный с сущностью обитателя Царства Снов, который иногда выдавался Заклинанием победоносным Пробужденным.

Волшебный меч или доспехи пришлись бы сейчас как нельзя кстати. Проклятье, он бы даже согласился на теплый плащ.

«Три секунды. Можно отдохнуть еще три секунды.» — подумал Санни.

В конце концов, Кошмар был еще далек от завершения.

Через несколько мгновений он заставил себя прийти в себя и осмотрелся, пытаясь разобраться в ситуации.

Личинка была мертва, что было замечательно. Однако он все еще был привязан к ней проклятой цепью, раб и ученый, оба бледные как смерть, были заняты ее распутыванием, чтобы дать им троим хоть какую-то свободу передвижения.

Дальше на земле валялись разорванные тела и куски плоти. Многие рабы были убиты. Нескольким удалось как-то спастись, и теперь они убегали.

«Глупцы. Они сами себя обрекают.»

Цепь, как выяснилось, в какой-то момент разорвалась надвое, вот почему она вдруг ослабла, когда Санни тащил за собой толпу паникующих рабов. Если бы их кандалы имели менее сложный запорный механизм, он мог бы попытаться освободиться сейчас. Однако каждая пара была прикреплена к определенному звену: не расцепив их, никто никуда не уйдет.

Тиран — предположительно Горный Король, был скрыт от глаз ярким сиянием костра. Однако Санни мог ощущать его движения по едва заметным толчкам, распространявшимся по камням, а также по отчаянным крикам тех рабов, которым еще предстояло погибнуть. Можно было услышать и пару гневных возгласов, свидетельствующих о том, что некоторые из солдат еще живы и отчаянно пытаются отбиться от чудовища.

Но больше всего его внимание привлек тот факт, что несколько искалеченных тел начали шевелиться.

«Еще личинки?»

Его глаза расширились.

Один за другим еще четыре трупа медленно поднимались на ноги. Каждая тварь выглядела так же отвратительно, как и первая, и ничуть не менее смертоносно. Ближайший из них находился в нескольких метрах от Санни.

«Будь оно все проклято!» — подумал он.

И затем слабо: «Я хочу проснуться.»

Когда воздух наполнился странными щелчками, один из зверей повернул голову в сторону трех рабов и оскалил клыки. Шифти упал на задницу, шепча молитву, а Шолар просто застыл на месте. Глаза Санни метались по земле, пытаясь найти что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Но не было ни одной вещи, которую он мог бы использовать: полный ярости, он просто намотал цепь на костяшки пальцев и поднял кулаки.

«Иди на меня, ублюдок!»

Личинка бросилась вперед с невероятной скоростью в шквале когтей, клыков и ужаса. У Санни было меньше секунды на реакцию, но прежде чем он успел что-то предпринять, мимо него пронеслась проворная фигура, и в воздухе мелькнул острый меч. Монстр, обезглавленный одним ударом, без сил упал на землю.

Санни моргнул.

«Что это было?»

Ошеломленный, он медленно повернул голову и посмотрел налево. Там стоял с мужественным выражением лица красивый молодой солдат, который когда-то предложил ему воды. Он выглядел спокойным и собранным, хотя и немного мрачным. На его кожаных доспехах не было ни пятнышка грязи или крови.

«Он такой… Потрясающий.» — подумал Санни, прежде чем поймать себя на мысли.

«Позер! Я имею в виду, что он позер!»

Коротко кивнув, солдат двинулся вперед, чтобы встретить оставшихся трех личинок. Но, сделав несколько шагов, он вдруг обернулся и окинул Санни долгим взглядом. Затем, одним быстрым движением, молодой воин снял что-то со своего пояса и бросил это в Санни.

— Спасайся!

С этим он ушел сражаться с монстрами.

Санни рефлекторно поймал предмет и посмотрел вслед уходящему воину. Затем он опустил взгляд и изучил предмет, крепко зажатый в руке.

Это был короткий и узкий железный стержень с прямым изгибом на конце.

«Ключ. Это ключ!»

Его сердце начало биться быстрее.

«Это ключ от оков!»

Бросив последний взгляд на ожесточенную битву между молодым солдатом и личинками, Санни опустился на одно колено и начал разматывать кандалы, пытаясь разместить руку в подходящее положение, чтобы вставить ключ. Ему потребовалось несколько попыток, чтобы понять, как работает незнакомый замок, но потом, наконец, раздался удовлетворительный щелчок, и он оказался на свободе.

Холодный ветер ласкал его окровавленные запястья. Санни потер их и улыбнулся с темным блеском в глазах.

— Просто подожди.

На мгновение его голову заполнили видения насилия и мести.

— Парень! Сюда!

Шифти размахивал руками в воздухе, пытаясь привлечь его внимание. Санни ненадолго задумался о том, чтобы просто оставить его умирать, но потом решил отказаться. Сила в количестве.

К тому же, несмотря на предыдущие угрозы Шифти убить его и общую неприязнь, Санни не хотел оставлять раба в цепях, тем более что освобождение ему ничего не стоило.

Он поспешил к двум другим рабам и быстро расстегнул их кандалы. Как только Шифти оказался на свободе, он оттолкнул Санни и исполнил небольшой танец, смеясь как маньяк.

— Ах! Наконец-то мы свободны! Должно быть, боги улыбаются нам!

Шолар был более сдержан. Он сжал плечо Санни в знак благодарности и слабо улыбнулся, бросив напряженный взгляд в сторону завязавшейся драки.

Две из трех личинок были уже мертвы; у третьей не хватало руки, но она все еще пыталась разорвать своего противника на части. Молодой солдат танцевал вокруг нее, двигаясь с грациозной плавностью прирожденного воина.

— Чего вы ждете?! Бежим!

Шифти сделал движение, чтобы убежать, но был остановлен Шоларом.

— Друг мой, я бы…

— Если ты еще раз скажешь «совет», клянусь богами, я проломлю тебе голову!

Два раба смотрели друг на друга с открытой враждебностью. Через мгновение Шолар опустил глаза и вздохнул.

— Если мы сейчас убежим, то наверняка умрем.

— Почему?!

Старший раб просто указал на высокий костер.

— Потому что без этого огня мы замерзнем до смерти еще до конца ночи. Пока не взойдет солнце, убегать — самоубийство.

Санни ничего не ответил, зная, что Ученый прав. На самом деле, он понял это сразу после того, как задушил личинку. Каким бы ужасным ни был Горный Король, костер все равно оставался их единственным спасением в этом ледяном аду.

Так говорил широкоплечий раб, да упокоится он с миром. Никому не нужно было убивать их, потому что гора сама сделала бы это, если бы ей дали шанс.

— Ну и что?! Я все равно предпочитаю замерзнуть до смерти, чем быть съеденным этим монстром! Не говоря уже о… ух… превращении в одну из этих тварей.

Шифти притворялся храбрым, но в его голосе не было убежденности. Он взглянул на темноту, окружавшую каменную платформу, и задрожал, прежде чем сделать маленький шаг назад.

К этому моменту третья личинка была уже давно мертва, а молодого солдата нигде не было видно. Вероятно, он отправился к бою на другой стороне костра, оставив трех рабов одних на горной части каменной платформы.

Ученый прочистил горло.

— Чудовище может насытиться теми, кого оно уже убило. Оно может быть побеждено или прогнано имперцами. В любом случае, если мы останемся здесь, у нас есть шанс выжить, пусть и небольшой. Но если мы убежим, наша гибель будет верной.

— Так что же нам делать?

В отличие от Ученого, Санни был уверен, что Горный Король не удовлетворится убийством большей части рабов. Он также не верил, что кучка смертных действительно сможет его победить.

Даже если бы они были не обычными людьми, а Пробужденными, схватка с Тираном — это не то, что можно легко пережить, не говоря уже о победе.

Но если он хотел жить, то должен был как-то избавиться от этой твари.

— Нужно подойти ближе и посмотреть.

Шифти посмотрел на него так, словно увидел сумасшедшего.

— Ты с ума сошел? Ты хочешь подобраться к этому чудовищу?!

Санни тупо уставился на него, затем пожал плечами и направился в сторону разбушевавшегося монстра.

Санни предстояло сразиться с кошмарным существом. И не с любым существом, а с существом пятой категории — ужасным, внушающим страх Тираном. Шансы на выживание были настолько малы, что любой бы рассмеялся ему в лицо, если бы он предложил попытаться сразиться с ним. Если, конечно, они не были Пробужденными на два или три ранга выше этого существа.

А Санни, конечно, таковым не являлся.

И все же он должен был как-то справиться с этим Горным Королем, чтобы избежать еще более жалкой смерти. Нелепая степень, в которой шансы были сложены против него с самого начала этой отложенной казни, уже давно надоела, так что у него не было больше сил думать об этом. В конце концов, чего было бояться? Он уже был как мертвый. Не похоже, чтобы он мог стать еще мертвее.

Так зачем волноваться?

По другую сторону костра дела шли все хуже и хуже. Большинство рабов были уже мертвы. Несколько солдат все еще отчаянно пытались бороться с монстром, но было ясно, что долго они не продержатся. Прямо на глазах у Санни, Тиран подхватил мертвого раба, волоча за собой цепь, и широко раскрыл свою страшную пасть. Одним сокрушительным укусом тело раба было разорвано пополам, оставив внутри кандалов лишь окровавленные обрубки.

Пять равнодушных молочных глаз Горного Короля смотрели вдаль, пока он жевал, по его подбородку стекали струйки крови.

Увидев, что верхние руки существа заняты, один из солдат закричал и бросился вперед, выставив длинное копье. Не поворачивая головы, Тиран вытянул одну из своих коротких нижних рук, поймал голову солдата в железную хватку и сжал, раздавив череп бедняги, как мыльный пузырь. Мгновение спустя безголовое тело было сброшено с обрыва и исчезло в бездне внизу.

Шифти упал на землю, его вырвало наружу. Затем он, шатаясь, поднялся на ноги и уставился на Санни.

— Ну что? Мы посмотрели, и что теперь?

Санни не ответил, задумчиво наблюдая за Тираном, слегка наклонив голову на одну сторону. Шифти еще немного посмотрел на него, затем повернулся к Шолару.

— Говорю тебе, старик, этот парень болен на голову. Как, черт возьми, он может быть таким спокойным?!

— Ш-ш-ш! Понижай голос, дурак!

Кровь отхлынула от лица Шифти, когда он дал себе пощечину, закрыв рот обеими руками. Затем он бросил испуганный взгляд в сторону Тирана.

К счастью, мерзость была слишком занята пиршеством на рабах — удачливых, которые уже умерли, и неудачливых, которые были еще живы, чтобы обращать на них внимание. Шифти медленно выдохнул.

Санни был занят размышлениями, оценивая свои шансы на выживание.

«Как мне избавиться от этой штуки?»

У него не было ни особых способностей, ни армии, готовой похоронить Тирана под горой трупов. У него не было даже оружия, чтобы хотя бы поцарапать проклятого ублюдка.

Санни перевел взгляд и посмотрел мимо твари, в бесконечную тьму безлунного неба. Пока он смотрел в ночь, яркая вспышка пронеслась в воздухе и столкнулась с одной из рук Тирана, рассыпавшись дождем искр. Молодой солдат — героический освободитель Санни, только что швырнул в монстра горящий кусок дерева и теперь вызывающе поднял меч.

— Посмотри мне в лицо, дьявол!

«Отвлекающий маневр! Как раз то, что мне нужно!»

Поскольку у Санни не было возможности убить Горного Короля своими руками, он решил заручиться помощью. Человек не справился бы с этой задачей, поэтому вместо него он планировал использовать силу природы.

«Раз уж я сам не могу справиться с этим ублюдком, давайте заставим гравитацию сделать это за меня.»

Он как раз обдумывал детали плана, когда глупая бравада молодого героя предоставила возможность. Теперь все зависело от того, как долго этому напыщенному идиоту удастся оставаться в живых.

— Пойдемте со мной! — сказал Санни, подбегая к дальнему концу каменной платформы, где тяжелая повозка стояла в опасной близости от края обрыва.

Шифти и Ученый обменялись сомнительными взглядами, но затем последовали за ним, возможно, спутав его спокойствие с уверенностью, а может быть, с божественным вдохновением. В конце концов, общеизвестно, что сумасшедшие люди часто пользуются благосклонностью богов.

Позади них Герой проворно увернулся от когтей Тирана и ударил его мечом. Острое лезвие безрезультатно скользнуло по грязному меху, не оставив даже царапины на морде существа. В следующую секунду Тиран двинулся с пугающей быстротой, выбросив все четыре руки в направлении своего нового, раздражающего врага.

Но Санни ничего не мог понять. Он бежал со всей скоростью, все ближе и ближе к повозке. Оказавшись там, он торопливо огляделся, проверяя, нет ли поблизости личинок, и перебрался на задние колеса.

Повозка была оставлена на верхнем конце каменной платформы, где она сужалась и поворачивала обратно на дорогу. Для защиты от ветра ее повернули боком, передней частью к горной стене, а задней к обрыву. Под задние колеса были подложены два больших деревянных клина, чтобы повозка не скатывалась назад. Санни повернулся к своим спутникам и указал на клинья.

— Когда я скажу вам, уберите оба. Потом толкайте. Понятно?

— Что? Почему?

Шифти уставился на него с ошарашенным выражением лица. Шолар просто посмотрел на клинья, а затем на Тирана.

Герой, чудом, был еще жив. Он пробирался между конечностями существа, всегда находясь в полусекунде от того, чтобы быть полностью уничтоженным. Время от времени его меч мелькал в воздухе, но безрезультатно: Мех Горного Короля был слишком густым, а кожа слишком прочной, чтобы обычное оружие могло причинить ему вред. На лице молодого воина появилось выражение опасения.

Все остальные солдаты, насколько мог видеть Санни, были уже мертвы. Так что ему очень нужно было, чтобы этот прожил еще немного.

«Не умирай пока!» — подумал он.

Шолар просто сказал: — Увидишь.

В следующее мгновение Санни снова бежал, пытаясь проследить за цепью от скобы, которой она была прикреплена к повозке. То, что он искал, было трудно заметить из-за всех тел, крови и внутренностей, усеявших каменную платформу, но на этот раз удача была на его стороне. Через некоторое время он нашел то, что ему было нужно, оборванный конец цепи.

Найдя ближайшие кандалы с ужасно изуродованным телом запертого в них раба, Санни опустился на колени и начал возиться с ключом.

Раздался приглушенный крик, и, бросив взгляд в сторону, он заметил, что Герой летит по воздуху, пойманный одним из ударов Тирана. Невероятно, но молодому солдату удалось приземлиться на ноги, проскользив несколько метров по камням. Все его конечности были на месте, на теле не было ни одной страшной раны. Не теряя ни секунды, Герой перекатился вперед, подобрав свой меч с того места, где он упал на землю, а затем перекатился еще раз, на этот раз в сторону, едва избежав сильного удара ноги существа.

— Перекат?! Кто, черт возьми, перекатывается в такой ситуации?!

Не теряя больше времени, Санни наконец-то удалось разжать кандалы. Вытряхнув из них мертвого раба, он тут же запер их снова, на этот раз вокруг самой цепи, в итоге получился импровизированный узел и петля.

Теперь все зависело от его решимости, координации рук и глаз… и удачи.

Повернувшись к Шифти и Ученому, которые все еще ждали у повозки, он крикнул:

— Сейчас!

Затем, подобрав цепь значительной длины, Санни встал лицом к лицу с Тираном.

Герой бросил на него быстрый взгляд. Его глаза на мгновение задержались на цепи, а затем быстро проследили за ней до повозки. Затем, не выказывая ни малейших эмоций, молодой воин удвоил усилия, отвлекая внимание существа от Санни.

«Так он еще и умный? Что за мошенничество!»

Очистив голову от лишних мыслей, Санни сосредоточился на весе цепи в своих руках, расстоянии между ним и Тираном и на своей цели.

Время, казалось, немного замедлилось.

«Пожалуйста, не промахнись!»

Собрав все свои силы, Санни крутанулся и подбросил цепь в воздух, словно рыбак, закидывающий сеть. Петля раскрылась в полете, приближаясь к месту схватки между Героем и Тираном.

По замыслу Санни, петля должна была лечь на землю достаточно близко к ним, чтобы, как только одна из ног Тирана окажется в ловушке, он мог потянуть за цепь и затянуть ее вокруг лодыжки монстра.

Но его план… грандиозно провалился.

Что и говорить, это было буквально зрелище.

В последний момент Горный Король вдруг отшатнулся назад, и вместо того, чтобы упасть на землю, цепная петля идеально приземлилась на его шее. Секунду спустя она затянулась, став железным арканом.

Санни на мгновение застыл, не веря своим глазам. А затем сжал кулаки, сдерживая себя от того, чтобы триумфально потрясти ими в воздухе.

«ДА!» — внутренне закричал он.

Мгновением позже повозка должна была скатиться с обрыва, увлекая за собой Тирана. Санни оглянулся, чтобы убедиться в этом, и мгновенно стал еще бледнее, чем обычно.

Шифти и Ученый все-таки сумели вытащить клинья из-под колес повозки и теперь отчаянно толкали ее к краю дороги. Однако повозка катилась медленно… очень медленно. Гораздо медленнее, чем предполагал Санни.

В панике он повернулся к Тирану. Существо, удивленное внезапным весом, давящим ему на шею, уже поднимало руки, чтобы разорвать цепь.

Глаза Санни расширились.

В следующую секунду Герой врезался в одну из ног Тирана, выбив его из равновесия, и выиграв им немного времени. Санни уже бежал к повозке, мысленно громко ругаясь. Достигнув ее, он бросился на сырое дерево рядом с Шифти и Ученым, толкая изо всех сил, оставшихся в его маленьком, но ужасно избитом и крайне измученном теле.

«Катись! Катись, скрипучий кусок дерьма!»

Повозка немного ускорилась, но все еще довольно медленно добиралась до края обрыва.

В то же время Тиран, наконец, сумел ухватиться за цепь, привязанную к его шее, готовый освободиться.

Теперь вопрос о том, выживут они или нет, зависел только от того, что произойдет первым.

«Катись, скрипучий кусок дерьма!»

Санни прижался к повозке, давя изо всех сил. Четыре мощных вола, которые раньше тянули ее, теперь были мертвы, и вместо них эту работу пытались выполнить три усталых раба. Даже с учетом уклона дороги скорость повозки была мучительно низкой. Тиран, по сравнению с ними, двигался гораздо быстрее.

Оттолкнув Героя смертоносным взмахом нижних рук, он поднял две другие к его шее и попытался схватить цепь, которая обвилась вокруг него, как петля. Однако на этот раз грозное телосложение Горного Короля обернулось недостатком: его длинные, ужасающие костяные когти идеально подходили для разрывания плоти, но не были лучшим инструментом для точных манипуляций. Тирану потребовалось некоторое время, чтобы ухватиться за цепь, не перерезав себе шею.

К тому времени повозка была уже почти у края обрыва.

«Давай! Еще чуть-чуть!»

То, что последовало за этим, произошло очень быстро. Задние колеса повозки наконец соскользнули с дороги и повисли над темной, казавшейся бездонной ямой внизу. Существо повернулось и уставилось на трех рабов пятью молочными, мертвыми глазами. Повозка покатилась, сбив с ног Шифти и Шолара, а затем замерла, шатко балансируя на средней оси.

На ногах остался стоять только Санни. Он бросил последний взгляд на возвышающееся чудовище, а затем врезался плечом в переднюю часть повозки, навалившись на нее всем своим весом.

Повозка окончательно потеряла равновесие и покатилась через край, глухо скребя днищем о неровные камни. Санни упал вперед и приземлился на колени, едва спасшись от падения с обрыва. Повернув голову к Тирану, он одарил его злобной улыбкой.

Горный Король сделал движение, чтобы броситься на тощего раба, но было уже слишком поздно. Мгновение спустя цепь на его шее натянулась, и он с огромной силой дернулся назад, перелетев через край обрыва, как тряпичная кукла. Существо молча упало в темноту, словно отказываясь верить, что его победил крошечный человек.

«Иди и сдохни, ублюдок» — подумал Санни.

Затем он сделал один глубокий, рваный вдох и опустился на землю, совершенно обессиленный.

«Это все? Прошел ли я испытание?»

Он лежал на холодных камнях, глядя в ночное небо, и ждал, что этот слабо знакомый, но неуловимый голос возвестит о его победе. Но вместо этого волна за волной боль, которую он раньше предпочитал игнорировать, наконец, начала настигать его измученное тело.

Санни застонал, чувствуя боль во всем теле. Особенно мучительно болела кожа на спине, рассеченная кнутом раба и пронзенная костяными шипами новорожденной личинки. Он также начал дрожать, снова охваченный жутким холодом.

«Наверное, нет.»

Его мысли были медленными и мутными.

Что еще я должен делать?

Над ним появилась темная фигура. Это был Герой, спокойный и красивый, как всегда. На его броне были грязь и царапины, но в остальном молодой солдат был в полном порядке. Он протянул одну руку к Санни.

— Вставай. Ты замерзнешь до смерти.

Санни вздохнул, смирившись с тем, что его Первый кошмар еще не закончился. Затем он стиснул зубы и медленно поднялся на ноги, не обращая внимания на руку Героя.

Вокруг них была сцена полной резни. Кроме трех рабов и Героя, все члены каравана были мертвы. Их тела валялись на земле, ужасно искалеченные или разорванные на куски. То тут, то там виднелась отвратительная туша личинки. Тени, отбрасываемые костром, весело плясали по каменной платформе, казалось, ничуть не беспокоясь об этом нездоровом виде.

Санни слишком устал, чтобы беспокоиться на этот счёт.

Шифти и Ученый уже встали и смотрели на Героя с усталой опаской. В кандалах или без, они все равно оставались рабами, а он — рабовладельцем. Заметив их напряженные взгляды, солдат вздохнул.

— Подойдите ближе к огню, все вы. Нам нужно согреться и обсудить, что делать дальше.

Не дожидаясь их ответа, Герой повернулся и пошел прочь. Поколебавшись несколько мгновений, рабы последовали за ним.

Через некоторое время все четверо сидели вокруг костра, наслаждаясь приятным теплом. Шифти и Шолар находились рядом друг с другом, держась на безопасном расстоянии от Героя. Санни сидел отдельно от всех, не потому, что у него была какая-то особая причина не доверять кому-то одному больше, чем другим, а просто потому, что он не любил людей вообще.

Когда Санни рос, он всегда был изгоем. Не то чтобы он никогда не пытался с кем-то сблизиться, просто ему казалось, что у него нет такой способности. Как будто между ним и другими людьми была невидимая стена. Если бы ему нужно было выразить это словами, Санни сказал бы, что он родился без маленького, но важного механизма в мозгу, которым, казалось, обладают все остальные.

В результате его часто озадачивало и ставило в тупик поведение людей, и его попытки имитировать его, какими бы старательными они ни были, неизбежно проваливались. Эта странность заставляла окружающих чувствовать себя неловко. Короче говоря, он был немного другим, а если люди что-то и ненавидят, так это тех, кто отличается от них.

Со временем Санни просто научился не сближаться ни с кем и удобно устроился в своей роли изгоя. Эта привычка сослужила ему хорошую службу, поскольку не только сделала его уверенным в себе, но и уберегла от ударов в спину со стороны сомнительных личностей.

Вот почему он не был в восторге от того, что разделил остаток этого Кошмара с тремя незнакомцами. Вместо того чтобы попытаться завязать разговор, Санни тихо сидел в одиночестве, погрузившись в свои мысли.

Через несколько минут голос Героя наконец нарушил тишину:

— Как только взойдет солнце, мы соберем всю еду и воду, которую сможем найти, и спустимся обратно с горы.

Шифти бросил на него вызывающий взгляд.

— Зачем нам возвращаться? Чтобы нас снова заковали в цепи?

Молодой солдат вздохнул.

— Мы можем пойти каждый своей дорогой, когда покинем горы. Но до тех пор я все еще отвечаю за ваши жизни. Мы не можем продолжать путь, поскольку путь через горный перевал долог и труден. Без припасов, которые хранились в повозке, ваши шансы добраться до него невелики. Поэтому возвращение назад — наша лучшая надежда.

Ученый открыл рот, собираясь что-то сказать, но потом передумал и промолчал. Шифти выругался, похоже, убежденный рациональными словами Героя.

— Мы не можем спуститься.

Все трое повернулись к Санни, с удивлением услышав его голос.

Шифти рассмеялся и посмотрел на солдата.

— Не слушайте его, ваша светлость. Этот мальчик, э-эм, тронут богами. Он сумасшедший, вот что я хочу сказать.

Герой нахмурился, глядя на рабов.

— Вы двое живы только благодаря храбрости этого ребенка. Как тебе не стыдно так о нем отзываться?

Шифти пожал плечами, показывая, что ему совсем не стыдно.

Молодой солдат покачал головой.

— Я, например, хотел бы услышать его доводы. Скажи мне, почему мы не можем спуститься?

Санни сдвинулся с места, чувствуя себя неуютно в центре всеобщего внимания.

— Потому что монстр не умер.

— Потому что монстр не умер.

Эти зловещие слова повисли в тишине. Три пары глаз расширились, уставившись прямо на Санни.

— Почему ты так говоришь?

Поразмыслив, Санни пришел к выводу, что Тиран действительно еще жив. Его рассуждения были довольно просты: он не слышал, как Заклинание поздравляло его с убийством существа после того, как оно упало со скалы. Это означало, что оно не было убито.

Но он не мог объяснить это своим спутникам.

Он указал вверх.

— Монстр прыгнул с невероятной высоты, чтобы приземлиться на эту платформу. И при этом он ничуть не пострадал. Почему он должен был погибнуть, упав с горы?

Ни Герой, ни рабы не смогли найти изъяна в его доводах.

Санни продолжил.

— Это значит, что он все еще жив, где-то внизу горы. Поэтому, вернувшись назад, мы сами попадем в его пасть.

Шифти громко выругался и подполз ближе к костру, вглядываясь в темноту с ужасом в глазах. Ученый потер виски, бормоча:

— Конечно. Почему я сам не догадался?

Герой был самым стойким из троих. Поразмыслив, он кивнул.

— Тогда мы поднимемся и перейдем через горный перевал. Но это еще не все…

Он посмотрел в ту сторону, где упал Тиран.

— Если монстр еще жив, велика вероятность, что он вернется сюда, а затем будет преследовать нас. А это значит, что время играет решающую роль. Нам нужно двигаться, как только взойдет солнце.

Он жестом указал на разорванные тела, усеявшие платформу.

— Мы больше не можем позволить себе отдыхать всю ночь. Нам нужно собирать припасы сейчас. Если бы была возможность, я бы хотел устроить этим людям хотя бы скромное погребение после того, как мы соберем все, что сможем, но, увы, судьба распорядилась иначе.

Герой поднялся на ноги и взмахнул острым ножом. Шифти напрягся и внимательно посмотрел на лезвие, но затем расслабился, видя, что молодой солдат не проявляет признаков агрессии.

— Еда, вода, теплая одежда, дрова. Вот что нам нужно найти. Давайте разделимся и выполним по одному заданию.

Затем он указал на себя кончиком ножа.

— Я буду разделывать туши волов, чтобы добыть нам немного мяса.

Шолар оглядел каменную площадку, большая ее часть утопала в глубоких тенях, и помрачнел.

— Я поищу дрова.

Шифти тоже посмотрел налево и направо, со странным блеском в глазах.

— Тогда я пойду поищу нам что-нибудь теплое.

Последним остался Санни. Герой посмотрел на него долгим взглядом.

— Большая часть нашей воды хранилась в повозке. Но у каждого из моих павших братьев было по фляге. Собери столько, сколько сможешь найти.

***

Некоторое время спустя, достаточно далеко от костра, чтобы быть скрытым в тени, Санни искал мертвых солдат с полудюжиной фляг, уже отягощавших его. Дрожа от холода, он наконец наткнулся на последнее изломанное тело, облаченное в кожаные доспехи.

Старый ветеран — тот самый, который выпорол его за попытку принять флягу Героя, был тяжело ранен и умирал, но, чудом, все еще цеплялся за жизнь. Ужасные раны покрывали его грудь и живот, и он явно испытывал сильную боль.

Его время истекало.

Санни опустился на колени рядом с умирающим солдатом и осмотрел его, ища его флягу.

«Какая ирония.» — подумал он.

Пожилой мужчина попытался сфокусировать взгляд на Санни и слабо шевельнул рукой, потянувшись за чем-то. Санни посмотрел вниз и заметил обломок меча, лежащий на земле недалеко от них. Любопытствуя, он поднял его.

— Ты ищешь это? Зачем? Вы что, как викинги, жаждете умереть с оружием в руках?

Умирающий солдат не ответил, наблюдая за молодым рабом с какой-то непонятной, сильной эмоцией в глазах.

Санни вздохнул.

— Что ж, может и так. В конце концов, я обещал посмотреть, как ты умрешь.

С этими словами он наклонился вперед и перерезал горло старика острием сломанного клинка, а затем отбросил его в сторону. Солдат дернулся, захлебываясь собственной кровью. Выражение его глаз изменилось, это была благодарность? Или ненависть? Санни не знал.

Иллюзия это или нет, но он впервые убивал человека. Санни ожидал, что почувствует вину или страх, но на самом деле ничего не было. Похоже, к лучшему или худшему, жестокое воспитание в реальном мире хорошо подготовило его к этому моменту.

Он тихо сидел рядом со стариком, составляя ему компанию в этом последнем путешествии.

Через некоторое время голос заклинателя прошептал ему на ухо:

[Вы убили Спящего человека, имя неизвестно.]

Санни вздрогнул.

«О, точно. Убийство людей — это тоже достижение, если верить Заклинанию. Обычно это не показывают в веб-мультиках и драмах.»

Он осознал этот факт и и выбросил из головы. Но, как оказалось, Заклинание еще не закончило говорить.

[Вы получили Воспоминание…]

Санни замер, широко раскрыв глаза.

«Да! Ну же, дай мне что-нибудь хорошее!»

Воспоминание могло быть чем угодно, от оружия до зачарованных предметов. Воспоминание, полученное от врага Спящего ранга, не было слишком мощным, но все же это было благом: невесомое и необнаружимое, способное вызываться из небытия простой мыслью, Воспоминание было невероятно полезным. Более того, в отличие от материальных вещей, он мог вернуть ее с собой в реальный мир.

Преимущество обладания чем-то подобным на окраине было трудно переоценить.

«Оружие! Дай мне меч!»

[… получили Воспоминание: Серебряный Колокольчик.]

Санни вздохнул, разочарованный.

«Ну, с моей удачей, чего я ожидал?»

Тем не менее, эту вещь стоило исследовать. Может быть, она обладала мощными чарами, например, могла посылать разрушительные звуковые волны или отражать входящие снаряды.

Санни вызвал руны и сосредоточился на словах «Серебряный Колокольчик». Тут же перед его глазами появилось изображение маленького колокольчика, а под ним короткая строка текста.

[Серебряный Колокольчик: маленькое воспоминание о давно потерянном доме, который когда-то приносил своему владельцу утешение и радость. Его чистый звон слышен за много миль.]

«Что за дерьмо.» — удрученно подумал Санни.

Его первое Воспоминание оказалось практически бесполезным… как и все остальное, чем он владел. Он уже почти начал понимать, как Заклинание обращалось с ним.

«Неважно.»

Санни отозвал руны и занялся снятием с мертвеца мехового плаща и теплых, крепких кожаных сапог. Как для офицера, качество этой одежды было на порядок выше, чем у простых солдат. Надев их, молодой раб впервые с начала Кошмара почувствовал тепло, не считая того короткого времени, что он провел у костра.

«Идеально.»

Плащ был немного окровавлен, но, впрочем, как и Санни.

Он огляделся вокруг, легко пронзая пелену тьмы своими темными глазами. Герой и Ученый все еще были заняты своими делами. Шифти должен был искать зимнюю одежду, но вместо этого жадно срывал кольца с пальцев мертвецов. Незаметно для них Санни замешкался, раздумывая, хорошо ли он все обдумал.

Его спутники были ненадежны. Будущее было слишком неопределенным. Даже требования к прохождению Кошмара оставались загадкой. Любое решение, которое он мог принять, было в лучшем случае авантюрой.

Тем не менее, он должен был принять какое-то, если хотел выжить.

Не тратя больше времени на размышления, Санни поднял фляги и вздохнул.

***

Остаток ночи они провели, сидя спиной к костру и с ужасом вглядываясь в ночь. Несмотря на усталость, никто не мог заснуть. Возможность того, что Тиран вернется и прикончит четверых оставшихся в живых, была слишком пугающей.

Только Герой, казалось, был в порядке, спокойно точа свой меч в ярком свете пляшущего пламени.

Звук скрежета точильного камня о лезвие как-то успокаивал.

На рассвете, когда солнце лениво начало согревать воздух, они погрузили все припасы, которые им удалось собрать, и вышли на холод.

Санни оглянулся, в последний раз взглянув на каменную платформу. Ему удалось пройти мимо того места, где должен был погибнуть караван рабов. Что будет дальше? Никто не мог сказать.

Возникла проблема.

Они планировали идти по дороге до горного перевала, а затем через него, чтобы до наступления ночи оказаться как можно дальше от места резни. Однако дороги больше не было.

В какой-то момент в течение последних месяцев, а может быть, и только вчера, произошел страшный камнепад, уничтоживший целые участки узкой дороги и сделавший другие ее части непроходимыми. Санни стоял на краю огромной пропасти и смотрел вниз без особого выражения на лице.

— Что нам теперь делать?

Голос Ученого был приглушен воротником его наброшенного мехового плаща. Его последователь, Шифти, сердито огляделся по сторонам. Его взгляд остановился на Санни — подходящей жертве, чтобы выплеснуть свое разочарование.

— Я скажу тебе, что нам нужно сделать! Избавиться от лишнего веса!

Он окинул взглядом изящные сапожки Санни и повернулся к Герою:

— Послушайте, ваша светлость. Мальчик слишком слаб. Он замедляет нас! К тому же, он странный. Разве от него не мурашки по коже?

Молодой солдат ответил осуждающим хмурым взглядом, но Шифти не унимался.

— Смотрите! Смотрите, как он на меня смотрит! Клянусь богами, с тех пор как он присоединился к каравану, ничего не шло на лад. Может, старик был прав: мальчик проклят Богом Теней!

Санни изо всех сил старался не закатить глаза. Это была правда, что ему не повезло: однако вся правда была противоположна тому, на что пытался намекнуть Шифти. Дело не в том, что он привлек несчастье в караван рабов; напротив, именно потому, что караван был обречен с самого начала, он и оказался здесь.

Ученый прочистил горло:

— Но я никогда не говорил, что…

— Неважно! Разве мы не должны избавиться от него на всякий случай?! Он все равно долго не протянет!

Ученый бросил на Санни странный взгляд. Возможно, у Санни начиналась паранойя, но в глазах старшего раба была какая-то расчетливая холодность. Наконец, Шолар покачал головой.

— Не будь слишком поспешным, мой друг. Мальчик может оказаться полезным в будущем.

— Но…

Наконец заговорил Герой, положив конец их ссоре.

— Мы не собираемся никого оставлять позади. Что касается того, сколько он еще сможет выдержать, просто побеспокойся о себе.

Шифти стиснул зубы, но потом просто махнул рукой.

— Отлично. И что же нам тогда делать?

Все четверо посмотрели на разбитую дорогу, затем вниз по склону горы и, наконец, вверх, где отвесная стена утеса была разбита падающими камнями. После некоторого молчания Шолар наконец заговорил:

— Вообще-то, в старые времена здесь была тропа, ведущая к вершине горы. По ней иногда ходили паломники. Позже Империя расширила часть тропы и построила на ее вершине нормальную дорогу. Теперь, конечно, ведущую не к вершине, а к горному перевалу.

Он посмотрел вверх.

— Остатки первоначального пути должны быть где-то над нами. Если мы доберемся до него, то сможем найти путь обратно к неповрежденному участку дороги.

Все проследили за его взглядом, испытывая дискомфорт от перспективы подняться по коварному склону. Кроме Героя, конечно, который оставался спокойным, как святой.

Из-за камнепада склон уже не представлял собой почти вертикальную стену, но все равно уклон был довольно крутым.

Первым заговорил Шифти:

— Забраться на это? Ты с ума сошел?

Ученый беспомощно пожал плечами.

— У вас есть идея получше?

Ни у кого не было. После небольшой подготовки они начали подъем. Шифти и Шолар упрямо несли оружие, которое они подобрали с тел мертвых солдат, но Санни с некоторым сожалением решил оставить свой новообретенный короткий меч. Он знал, что это восхождение будет испытанием на выносливость.

Сейчас меч мог показаться не таким уж тяжелым, но очень скоро каждый лишний грамм веса будет ощущаться как тонна. Как самый слабый член группы, он и так с трудом держался на ногах, так что выбор был невелик. Сбросить несколько килограммов железа было правильным решением.

Идти по горной дороге с грузом припасов на плечах было уже достаточно тяжело, но подъем в гору сам по себе оказался чистой пыткой. Уже через полчаса он почувствовал, что его мышцы вот-вот расплавятся, а легкие находятся на грани разрыва.

Стиснув зубы, Санни продолжал двигаться вперед и вверх. Ему приходилось постоянно напоминать себе о необходимости следить за тем, как он держится на ногах. На этом неустойчивом, ледяном склоне одного неверного шага было достаточно, чтобы человек рухнул вниз и разбился насмерть.

«Просто подумай о чем-нибудь приятном.»

Но какие приятные мысли он мог вызвать?

Не сумев придумать ничего другого, Санни стал представлять, какую награду он получит в конце этого испытания. Благо Первого Кошмара было самым важным, что давало Пробужденному Заклинание.

Конечно, последующие испытания могли дать им больше способностей и значительно улучшить их силу. Но именно первое испытание определяло, какую роль сможет играть Пробужденный, насколько велик будет его потенциал и какую цену ему придется заплатить… не говоря уже о том, что оно давало необходимые инструменты для выживания и развития в Царстве Снов.

Главное преимущество Первого блага Кошмара было простым, но, возможно, самым важным: после завершения испытания Претенденты получали способность воспринимать Ядра Души и взаимодействовать с ними. Ядра Души были основой ранга и силы человека. Чем сильнее было ваше Ядро, тем больше росло ваше могущество.

То же самое касалось и кошмарных существ, но со смертельной оговоркой: в отличие от людей, они могли обладать несколькими ядрами. У ничтожного зверя было всего одно, а у Тирана вроде Горного Короля — пять. По совпадению, единственным способом улучшить ядро души было потребление осколков души, собранных с трупов других обитателей Царства Снов.

Вот почему Пробужденные, несмотря на смертельный риск, выходили на бой с могущественными существами Кошмара.

Второе преимущество было менее очевидным, но, тем не менее, жизненно важным. После прохождения Первого Кошмара Претенденты возвышались до ранга Мечтателей, в просторечии называемых Спящими, и получали доступ в само Царство Снов. Они входили в него в первое зимнее солнцестояние после прохождения испытания и оставались там до тех пор, пока не находили выход, становясь, таким образом, полностью Пробужденными. Время между завершением Первого Кошмара и входом в Царство Снов было очень важным, так как это был последний шанс для тренировки и подготовки.

В случае с Санни это время составляло всего около месяца, что было как нельзя хуже.

И затем было последнее преимущество, уникальное для каждого Претендента, прошедшего испытание… первая Аспектная Способность.

Это была «магическая сила», которая возвышала Пробужденного над обычными людьми. Способности Аспектов были разнообразны, уникальны и могущественны. Некоторые из них можно было разделить на типы: боевые, колдовские и утилитарные, но некоторые просто не поддавались воображению. Вооруженные силой своих способностей, Пробужденные смогли спасти мир от наводнения Кошмарных Существ.

Однако в этой силе была своя загвоздка. Вместе с первой способностью каждый Пробужденный получал и Недостаток, иногда называемый «Противопоставлением». Эти Недостатки были столь же разнообразны, как и Способности: от сравнительно безобидных до калечащих, а в некоторых случаях даже смертельных.

«Интересно, какую Cпособность получит Раб Храма.» — подумал Санни, не слишком оптимистично оценивая свои перспективы. С другой стороны, выбор Недостатков кажется почти безграничным. Будем надеяться, что в конце этого испытания мой Аспект разовьется. Или, что еще лучше, полностью изменится.

Если Претендент проявлял себя особенно хорошо, существовал шанс, что его Аспект пройдет раннюю эволюцию. Аспекты, как и Ядра Души, имели ранги, основанные на потенциальной силе и редкости. Самый низкий ранг назывался Спящий, за ним следовали Пробужденный, Вознесенный, Трансцендентный, Верховный, Священный и Божественный, хотя последнего никто никогда не видел.

«С тем количеством дерьма, через которое оно меня протащило, Заклинание, если у него есть хоть капля совести, то должно дать мне хотя бы Пробужденный Аспект. Верно? А может быть, даже Вознесенного!»

Наконец, оставалась крошечная возможность получить Истинное Имя, что-то вроде почетного титула, которым Заклинание награждает своих любимых Пробужденных. Само по себе имя не несло никакой пользы, но каждый знаменитый Пробужденный, казалось, имел его. Оно считалось высшим знаком мастерства. Однако число людей, которым удалось получить Истинное Имя во время своего Первого Кошмара, было так мало, что Санни даже не задумывался об этом.

«Кому нужно совершенство? Дайте мне силу!»

Он выругался, чувствуя, что эта попытка выдать желаемое за действительное только усилила его депрессию и злость.

«Может, у меня аллергия на мечты?»

Подобная аллергия была бы поистине ироничной, учитывая, что ему суждено провести половину своей оставшейся жизни в Царстве Снов, если он вообще выживет достаточно долго, чтобы попасть туда.

Однако мысленная эскапада Санни была не совсем бесполезной. Подняв глаза от скользких камней под ногами, он заметил, что солнце уже значительно опустилось. Если подумать, то и воздух казался намного холоднее.

«По крайней мере, это помогло мне скоротать время.» — подумал Санни.

Приближалась ночь.

К тому времени, когда они решили остановиться, Санни был на грани обморока. После долгих часов пути по неровному горному склону его тело было почти на пределе. Однако, к всеобщему удивлению, Шифти, похоже, было еще хуже, чем ему.

Глаза плутоватого раба были мутными и расфокусированными, бесцельно блуждали по сторонам. Его дыхание было неровным и поверхностным, как будто что-то давило на его легкие. Он выглядел лихорадочным и нездоровым.

Как только Герой нашел подходящее место для лагеря, Шифти просто рухнул на землю. Самым пугающим во всем этом было отсутствие гневных проклятий, к которым они уже успели привыкнуть. Раб лежал тихо и неподвижно, и только движения его груди выдавали, что он еще жив. Несколько мгновений спустя он дрожащей рукой откупорил свою флягу и с жадностью выпил несколько больших глотков.

— Берегите воду, — сказал Герой, в его обычно стоическом голосе каким-то образом появился намек на беспокойство.

Не обращая внимания на эти слова, Шифти выпил еще, полностью опустошив флягу.

Ученый выглядел не намного лучше его. Тяжелый подъем изрядно потрепал старшего раба. Несмотря на невыносимый холод, он был весь в поту, с налитыми кровью глазами и мрачным выражением лица.

Будучи самым слабым из троих, Санни каким-то образом сумел выстоять лучше всех.

— Разве мы не можем просто растопить снег, когда воды больше не будет?

Герой бросил на Шолара сложный взгляд.

— Может наступить момент, когда мы не сможем развести костер, чтобы не привлекать нежелательного внимания.

Никто не стал комментировать, прекрасно понимая, чьего внимания им нужно избежать. Ужас перед Горным Королем был всё ещё свеж в их памяти.

К счастью, сегодня Герою удалось найти естественную нишу в горной стене, приютившуюся за узким выступом. Костер был хорошо скрыт скалами, что позволяло им наслаждаться его теплом, не боясь быть замеченными. Ни у кого не было настроения разговаривать, поэтому они просто жарили над огнем куски воловьего мяса и ели в тишине.

К тому времени, когда небо стало совсем черным, Шифти и Ученый уже спали, погрузившись в плен собственных кошмаров. Герой достал свой меч и подошел к краю скалы.

— Постарайся тоже отдохнуть. Я возьму на себя вахту.

Санни кивнул ему и прилег у костра, смертельно уставший. Засыпание во сне было для него новым опытом, но, неожиданно, все оказалось вполне обыденным. Как только его голова коснулась земли, сознание погрузилось в темноту.

Через секунду кто-то осторожно встряхнул его и разбудил. Оцепеневший и дезориентированный, Санни несколько раз моргнул и наконец заметил Героя, парящего над ним.

— Эти двое выглядели не слишком хорошо, так что лучше дать им немного времени на восстановление. Не дай пламени погаснуть и разбудить нас, когда солнце начнет подниматься. Или если… если появится зверь.

Санни молча поднялся и поменялся местами с Героем, который подбросил в огонь пару поленьев и вскоре крепко уснул.

На несколько часов он остался один.

Небо было черным, с тусклыми звездами и острым полумесяцем новорожденной луны. Однако ее света было недостаточно, чтобы пробить тьму, окутавшую гору. Только глаза Санни, казалось, были способны сделать это.

Он сидел тихо, глядя в ту сторону, откуда они пришли. Несмотря на то, что за прошедший день им удалось подняться довольно высоко, он все еще мог видеть далекую ленту дороги. Он даже мог проследить ее до каменной платформы, где произошла схватка с Тираном.

Крошечные точки, усеивающие камни, были трупами рабов.

Пока он наблюдал за ними, из-под скалы на платформу медленно выползла темная фигура. Некоторое время она оставалась неподвижной, а затем двинулась вперед, скребя когтями по земле. Каждый раз, когда коготь задевал одно из тел, Тиран хватал его и подносил к своей пасти.

Ветер доносил до ушей Санни приглушенные звуки хруста костей. Он вздрогнул, случайно столкнув с уступа небольшой камень. Он упал, ударился о склон, а затем покатился вниз, увлекая за собой еще несколько камней.

Шум падающих камней прозвучал в тихой ночи как гром.

Далеко внизу Тиран вдруг повернул голову и посмотрел прямо на Санни.

Санни замер, окаменев. Он боялся издать даже малейший звук. На какое-то время он даже забыл, что нужно дышать. Тиран смотрел прямо на него, ничего не делая.

Прошло несколько мучительных секунд, каждая из которых показалась вечностью. Затем Тиран спокойно отвернулся и продолжил пожирать мертвых рабов, словно и не замечая Санни.

«Он слеп.» — внезапно понял Санни.

Он вдохнул, глядя на Горного Короля расширенными глазами. Это была правда. Существо не могло видеть.

Вспоминая все, что произошло ранее, он все больше и больше убеждался в своей догадке. Эти молочные, ничего не выражающие глаза. Если подумать, он вообще не видел, чтобы Тиран ими двигал. И когда Санни толкал повозку с обрыва, Тиран отреагировал только после того, как повозка начала падать, громко скребясь о камни.

Конечно! Теперь все имело смысл.

***

На рассвете Санни разбудил остальных. Герой надеялся, что полноценный ночной отдых пойдет на пользу Шифти и Шолару, но его надежды рухнули. Оба раба выглядели еще хуже, чем прежде. Казалось, что вчерашний подъем слишком перегрузил Шолара.

Однако состояние Шифти нельзя было объяснить простым перенапряжением. Он был смертельно бледен и трясся, с полубессознательными глазами и потерянным выражением лица.

— Что с ним?

Шолар, которому самому было не очень хорошо, беспомощно покачал головой.

— Возможно, это горная болезнь. Она влияет на разных людей по-разному.

Его голос звучал хрипло и слабо.

— Я в порядке, придурки. Убирайтесь с глаз моих долой.

Шифти с трудом формировал полные предложения, но все равно настаивал, что с ним все в порядке.

Герой нахмурился, а затем взял большую часть припасов, которые должен был нести непокорный раб, и добавил их к своему собственному грузу. Поколебавшись немного, он дал немного и Санни.

— Что-нибудь случилось, пока мы спали?

Санни несколько секунд смотрел на него.

— Монстр съел мертвых.

Молодой солдат нахмурился еще больше.

— Откуда ты знаешь?

— Я слышал это.

Герой подошел к краю и посмотрел вниз, пытаясь разглядеть далекую каменную платформу. Через минуту или около того он сжал челюсть, впервые проявив признаки неуверенности.

— Тогда нам придется двигаться быстрее. Если существо покончит со всеми телами, оно придет за нами следом. Нам нужно найти эту старую тропу до наступления ночи.

Испуганные и удрученные, они снова отправились в путь и продолжили восхождение. Санни медленно умирал под тяжестью прибавившегося груза. К счастью, Шифти и Шолар уже выпили большую часть воды, что немного облегчило его состояние.

«Это ад.» — подумал он.

Они взбирались все выше, выше и выше. Солнце поднималось вместе с ними, медленно приближаясь к зениту. Не было ни разговоров, ни смеха, только напряженное дыхание. Каждый из четверых выживших был сосредоточен на своих шагах и ногах.

Однако Шифти отставал все больше и больше. Его силы покидали его.

И вот в какой-то момент Санни услышал отчаянный крик. Обернувшись, он успел увидеть только охваченное паникой лицо. Затем Шифти упал назад, его нога поскользнулась на покрытом льдом камне. Он сильно ударился о землю и покатился вниз, все еще пытаясь ухватиться за что-нибудь.

Но было уже слишком поздно.

Застыв на месте в бессилии, они могли только смотреть, как его тело кувыркается вниз по склону, оставляя кровавые следы на камнях. С каждой секундой Шифти все меньше походил на человека и все больше на тряпочную куклу.

И вот спустя несколько мгновений он наконец остановился, ударившись о вершину большого выступающего камня, и превратился в груду разорванной плоти.

Шифти умер.

Все трое стояли неподвижно, глядя вниз в тревожном молчании. То, что случилось с Шифти, не стало для них шоком, но переварить это было все равно трудно. Зловещее чувство поселилось в их сердцах — видя изломанное тело своего товарища, было слишком легко представить, что кого-то из них постигнет та же участь.

Никто не знал, что сказать.

Спустя минуту или около того, Шолар наконец вздохнул.

— Хорошо, что ты забрал большую часть припасов, которые он нес.

«Немного бессердечно, но не плохо.» — подумал Санни, окинув старшего раба внимательным взглядом.

Шолар нахмурился, поняв, что его маска добросердечного джентльмена на секунду сползла, и поспешно добавил мрачным тоном:

— Да упокоишься ты с миром, друг мой.

«Ничего себе представление.»

На самом деле, Санни ни на секунду не поверил в его доброжелательный поступок. Каждый ребенок с окраины знал, что людей, которые ведут себя по-доброму без причины, следует опасаться больше всего. Они были либо дураками, либо чудовищами. Ученый не был похож на дурака, поэтому Санни стал относиться к нему с опаской с момента их встречи.

Он зашел так далеко, будучи недоверчивым циником, и теперь не было причин меняться.

— Мы должны идти — сказал Герой, бросив последний взгляд вниз.

Его голос был ровным, но Санни чувствовал, что за ним скрываются эмоции. Он просто не мог сказать, что это были за эмоции.

Шолар вздохнул и тоже отвернулся. Санни еще несколько секунд смотрел на окровавленные камни.

«Почему я чувствую себя таким виноватым?» — подумал он, озадаченный этой неожиданной реакцией. «Он получил то, что заслужил.»

Немного расстроенный, Санни повернулся и пошел вслед за двумя оставшимися спутниками.

Вот так они оставили Шифти позади и продолжили подъем.

На такой высоте преодолевать гору становилось все труднее и труднее. Ветер налетал на них с силой, способной вывести человека из равновесия, если он не будет осторожен, и каждый шаг казался рискованным. Воздух становился слишком разреженным для дыхания. Из-за недостатка кислорода Санни начал чувствовать головокружение и тошноту.

Казалось, что все они медленно задыхаются.

Высотная болезнь — это не то, что можно преодолеть с усилием. Она была тонкой и одновременно властной, поражала сильных и слабых, не обращая внимания на их физическую форму и выносливость. Если не повезет, то элитный спортсмен может заболеть быстрее, чем случайный прохожий.

Это был лишь вопрос врожденной способности организма к адаптации. Счастливчики могли справиться с болезнью, почувствовав легкие симптомы. Остальные иногда оставались калеками на несколько дней или недель, страдая от всевозможных мучительных побочных эффектов. Некоторые даже умирали.

Как будто всего этого было недостаточно плохо, к тому же становилось все холоднее. Теплой одежды и меха уже не хватало, чтобы сдержать холод. Санни одновременно лихорадило и морозило, он проклинал каждое решение, которое принял в своей жизни, чтобы оказаться здесь, на бесконечном ледяном склоне.

Эта гора была не местом для людей.

И все же они должны были идти дальше.

Прошло несколько часов. Несмотря ни на что, трое выживших продолжали идти вперед, постепенно поднимаясь все выше и выше. Где бы ни находилась та старая тропа, о которой говорил Ученый, она уже не могла быть далеко. По крайней мере, на это надеялся Санни.

Но в какой-то момент он начал сомневаться, что этот путь вообще существует. Может быть, старший раб солгал. Может быть, тропа давно разрушена временем. Может быть, они уже проскочили его, даже не заметив.

В тот самый момент, когда он уже готов был впасть в отчаяние, они наконец нашли ее.

Она была обветренной и узкой, едва достаточной для того, чтобы два человека могли идти бок о бок. Тропинка не была вымощена, а скорее вырублена в черной скале каким-то неизвестным инструментом или магией, извиваясь по горе, словно хвост спящего дракона. То тут, то там она скрывалась под снегом. Но самое главное — она была ровной. Никогда в жизни Санни не был так счастлив увидеть что-то плоское.

Не говоря ни слова, Шолар сбросил рюкзак и сел. Он был смертельно бледен, задыхался, как рыба, вынырнувшая из воды. Несмотря на это, на его лице была легкая ухмылка.

— Я же говорил вам.

Герой кивнул ему и огляделся. Через несколько секунд он снова повернулся к торжествующему рабу:

— Вставай. Еще не время отдыхать.

Ученый несколько раз моргнул, затем посмотрел на него умоляющими глазами.

— Просто… просто дай мне несколько минут.

Молодой солдат собирался ответить, но Санни вдруг положил руку ему на плечо. Герой повернулся к нему лицом.

— Что такое?

— Он исчез.

— Кто исчез?

Санни жестом указал вниз, в ту сторону, откуда они пришли.

— Тело Шифти. Оно исчезло.

Герой несколько мгновений смотрел на него, явно не понимая, что Санни пытается сказать.

«О, точно. Они не знают, что его зовут Шифти. Гм. Неловко.»

Он хотел объяснить, но и Ученый, и Герой, казалось, поняли его смысл. Одновременно они подошли к краю каменной дорожки и посмотрели вниз, пытаясь обнаружить место, где Шифти встретил свой конец.

Действительно, брызги крови еще виднелись на зазубренных камнях, но самого трупа нигде не было.

Шолар вздрогнул и отполз как можно дальше от края. Молодой солдат тоже отступил, инстинктивно схватившись за рукоять своего меча. Все трое обменялись напряженными взглядами, явно понимая подтекст исчезновения Шифти.

— Это чудовище, — сказал Шолар, еще более бледный, чем прежде. — Оно преследует нас.

Герой стиснул зубы.

— Ты прав. И если оно так близко, то скоро нам неизбежно придется сразиться с ним.

Идея сражаться с Тираном была настолько же пугающей, насколько и абсурдной. С таким же успехом он мог сказать, что все они скоро умрут. Правда об этом была до боли ясна и Санни, и Ученому.

Но старший раб, на удивление, не выглядел запаниковавшим. Вместо этого он опустил взгляд и тихо сказал:

— Не обязательно.

Герой и Санни повернулись к нему, прислушиваясь. Молодой солдат поднял бровь.

— Объяснишь?

«Ну вот, началось.»

Ученый вздохнул.

— Чудовище проследило нас так далеко всего за день. Это означает, что есть две наиболее вероятные возможности. Либо оно достаточно умно, чтобы понять, куда мы идем, либо оно идет по запаху крови.

Немного подумав, Герой кивнул, соглашаясь с такой логикой. Старший раб слегка улыбнулся и продолжил.

— Будь то одно или другое, мы можем сбить его со следа и выиграть немного времени.

— Как мы это сделаем?

Несмотря на настоятельную необходимость, прозвучавшую в голосе Героя, Ученый колебался и молчал.

— Почему ты не отвечаешь? Говори!

Старший раб снова вздохнул и медленно, словно против воли, ответил. Санни давно ждал этого момента.

— Мы просто должны… заставить мальчика истечь кровью. Потащим его вниз по тропинке, оставим его там в качестве приманки, а сами, наоборот, поднимемся наверх. Его жертва спасет нам жизнь.

«Как раз вовремя.»

Если бы Санни не был безумен — и, конечно, напуган до смерти, — он бы улыбнулся. Его суждения, похоже, были очень точными. Подтверждение всегда приятно… но не в ситуации, когда правота означает потенциальное использование в качестве приманки для монстров.

Он вспомнил слова, сказанные Шоларом, когда Шифти добивался убийства Санни: — Не спеши, друг мой. Мальчик может оказаться полезным в будущем. Эти слова, звучавшие тогда благожелательно, теперь, как оказалось, скрывали гораздо более зловещий смысл.

«Вот ублюдок!»

Теперь все зависело от того, решит ли Герой следовать плану Шолара или нет.

Молодой солдат удивленно моргнул.

— Что ты имеешь в виду, заставляя его истекать кровью?

Шолар покачал головой.

— Все очень просто. Если монстр знает, куда мы идем, у нас не будет другого выбора, кроме как отказаться от планов добраться до горного перевала и перебраться через вершину горы. Если монстр идет по запаху крови, мы должны использовать одного из нас в качестве приманки, чтобы ввести его в заблуждение.

Он сделал паузу.

— Только оставив истекающего кровью человека дальше по тропе, мы сможем надежно уйти от преследования, независимо от того, как оно нас выслеживает.

Герой стоял неподвижно, его взгляд перескакивал с Ученого на Санни. Через несколько секунд он спросил:

— Как ты можешь заставить себя предложить что-то настолько мерзкое?

Старший раб мастерски притворился, что выглядит огорченным и мрачным.

— Конечно, мне больно! Но если мы ничего не сделаем, все трое умрем. А так, по крайней мере, смерть мальчика спасет две жизни. Боги вознаградят его за жертву!

«Боже, какой серебряный язык. Я почти сам в этом убедился.»

Молодой солдат открыл рот, затем снова закрыл его, колеблясь.

Санни молча наблюдал за двумя другими выжившими, оценивая свои шансы на победу в схватке. Шолар был уже на полпути к тому, чтобы стать трупом, поэтому одолеть его не составит труда… А вот Герой… Герой представлял собой препятствие.

Сейчас это препятствие смотрело вниз, избегая взгляда Санни. Его рука лежала на рукоятке меча. Как всегда, молодой раб не имел ни малейшего представления о том, что происходит в идеально сформированной голове Героя. Неопределенность заставляла его нервничать.

Наконец, по прошествии некоторого времени, солдат заговорил:

— У меня только один вопрос.

И Санни, и Шолар уставились на него, затаив дыхание.

— Да?

— Ты сказал, что один из нас должен быть принесен в жертву, чтобы спасти двух других. Почему именно он? Насколько я вижу, ты гораздо ближе к могиле.

— Отличный вопрос! Я как раз собирался задать его ему.

Санни повернулся к старшему рабу, изо всех сил стараясь подавить насмешливую ухмылку. Но, к его ужасу, у Шолара уже был готов ответ.

— Перед первым нападением он уже истекал кровью из-за кнута твоего старшего. Во время нападения он обливался кровью своего товарища-раба. Его плащ тоже пропитался кровью, когда умер предыдущий хозяин. От мальчика уже воняет кровью. Оставив его в живых, мы подвергнем себя опасности. Вот почему он — лучший выбор.

Ухмылка померкла, не дойдя до лица Санни.

Будь проклят ты и твой большой мозг!

Рассуждения Ученого были ужасающе основательны. Герой слушал, выражение его лица становилось все мрачнее с каждым словом. Наконец, он посмотрел на Санни, в его глазах блеснул опасный огонек.

— Это правда.

Санни почувствовал, что у него пересохло во рту. Холодный пот струился по его позвоночнику. Он напрягся, готовый действовать…

Но в этот момент Герой улыбнулся.

— Твоя логика почти неопровержима, — сказал он, вынимая меч. — Однако ты не учел одну вещь.

Ученый поднял бровь, пытаясь скрыть свою нервозность.

— Что это может быть?

Молодой солдат повернулся к нему лицом, улыбка исчезла с его лица. Теперь он излучал густое, практически осязаемое намерение убить.

— Это то, что я знаю, кто вы, Ваша Светлость. Я также знаю, что вы сделали, и как вы стали рабом. Только одного из отвратительных преступлений, которые вы совершили, было бы достаточно, чтобы я захотел вас убить. Так что, если и есть среди нас кто-то, кто заслуживает быть принесенным в жертву… так это ты.

Глаза Ученого расширились.

— Но… но запах крови!

— Не беспокойся об этом. Я заставлю тебя истечь кровью настолько, чтобы перебить остаточный запах, который несет мальчик.

Все произошло так быстро, что Санни едва успел среагировать. Герой бросился вперед со скоростью, которая казалась почти нечеловеческой. Мгновение спустя Шолар с воплем упал на землю, его нога была сломана одним ударом плоской стороны меча молодого солдата. Не давая ему возможности оправиться, Герой топнул по другой ноге, и раздался тошнотворный звук раздробленных костей. Вскрик перешел в рыдающий вой.

Вот так просто с Ученым было покончено.

Жестокость действий Героя так резко контрастировала с его обычно грациозным поведением, что Санни почувствовал, как кровь превращается в лед в его жилах. Это было… страшно.

Солдат спокойно посмотрел на него и сказал спокойным тоном:

— Подожди меня здесь.

Затем он схватил старшего раба и потащил его по тропинке, вскоре исчезнув за выступом скалы. Через несколько минут послышались жуткие крики, доносящиеся сквозь ветер.

Санни остался один, дрожа.

«Черт! Это… это слишком!»

Он все еще не мог поверить, насколько внезапной была гибель Ученого. И насколько безжалостной она была.

Через некоторое время Герой вернулся, ведя себя так, словно ничего не произошло. Но именно эта нормальность больше всего нервировала Санни.

Разобравшись с содержимым рюкзака Шолара и выбросив большую часть дров, молодой солдат перекинул его через плечо и бесстрастно обратился к молодому рабу:

— Пойдем. Нам нужно спешить.

Не зная, что ответить, Санни кивнул ему и направился вперед.

Теперь их оставалось только двое.

Это было как-то глупо, но Санни вдруг почувствовал себя одиноким.

Идти по каменной тропинке было гораздо легче, чем взбираться на горную стену. У него даже появилось время на ненужные мысли. Странное чувство меланхолии опустилось на Санни… почему-то ему стало казаться, что конец этого кошмара, каким бы он ни был, уже не за горами.

Некоторое время они шли в тишине, прежде чем Герой заговорил.

— Не чувствуй себя виноватым за то, что случилось. Это не твоя вина. Решение было моим, и только моим.

Молодой солдат шел на несколько шагов впереди, поэтому Санни не мог видеть его лица.

— Кроме того, если бы ты знал о грехах этого человека… вообще-то, лучше бы тебе этого не знать. Просто поверь мне, когда я говорю, что его убийство было актом справедливости.

«Интересно, кто из нас чувствует себя виноватым?»

Эти люди… всегда пытаются рационализировать свои действия, всегда отчаянно пытаются сохранить иллюзию праведности, даже совершая самые грязные поступки. Санни ненавидел это лицемерие.

Не получив ответа, Герой усмехнулся.

— Ты не любишь говорить, да? Что ж, справедливо. Молчание — золото.

После этого они больше не разговаривали, каждый был занят своими мыслями.

Солнце садилось, окрашивая мир в миллион оттенков малинового. На такой высоте воздух был чистым и хрустящим, пронизанным потоками алого света. Внизу за горой медленно проплывало море бордовых облаков. Звезды и луна начали проявляться в пурпурном небе.

Это было очень красиво.

Однако Санни мог думать только о том, как холодно будет, когда солнце полностью скроется.

Пока этого не произошло, Герой нашел для них убежище. Недалеко от тропинки, скрытая за высокими скалами, была узкая расщелина, уходящая в склон горы. Довольные тем, что оказались в безопасности от пронизывающего холода, они исследовали расщелину и оказались в небольшой, хорошо замаскированной пещере.

Санни сделал движение, чтобы развязать хворост, но Герой остановил его, покачав головой.

— Сегодня мы разобьем лагерь, не разводя костра. Зверь слишком близко.

Разбивать лагерь без теплого пламени, которое могло бы составить им компанию, было не очень приятно, но, по крайней мере, они не собирались замерзнуть до смерти внутри пещеры. В любом случае, альтернатива была слишком пугающей.

Санни сел, прислонившись спиной к стене пещеры. Герой устроился напротив него, выглядя угрюмым и задумчивым.

У него явно было странное настроение. Это было видно по тому, что сегодня молодой воин впервые не позаботился о своем мече после того, как разбил лагерь.

Вскоре солнце скрылось, и в их маленькой пещере стало совсем темно. Санни, конечно, по-прежнему прекрасно видел; Герой же, напротив, был полностью слеп.

В темноте его красивое лицо выглядело благородным и почему-то печальным. Санни изучал его, не желая засыпать.

Через некоторое время Герой вдруг заговорил тихим голосом:

— Знаешь, это странно. Обычно я чувствую чье-то присутствие даже в абсолютной темноте. Но тебя нет. Как будто ты просто одна из теней.

В ответ на молчание он улыбнулся.

— Ты спишь?

Вопрос прозвучал эхом в темноте. Санни, который никогда не разговаривал с Героем без крайней необходимости, да и то в лучшем случае лишь несколькими словами, почувствовал, что сейчас между ними возникла странная близость. Вот почему он решил поговорить. Возможно, темнота придала ему смелости. Кроме того, был повод.

— Почему? Ты ждешь, пока я усну, прежде чем убьешь меня? Или сделаешь это утром?

Улыбка застыла на лице Героя. Он опустил голову, как бы стыдясь. После того, как прошла минута или около того, окутанная тяжелым молчанием, он наконец ответил.

— Да. Я подумал, что если я сделаю это, когда ты будешь спать, тебе не придется страдать.

Незаметно для него на лице Санни появилась горькая усмешка.

С губ молодого солдата сорвался долгий вздох. Он прислонился спиной к стене пещеры, по-прежнему не поднимая глаз.

— Я не жду, что ты простишь меня. Этот грех тоже придется нести мне. Но, пожалуйста, если можешь… найди в своем сердце силы понять. Если бы все было иначе, я бы с радостью встретился с этим чудовищем, чтобы дать тебе спастись. Но моя жизнь… принадлежит не только мне. Есть необъятный долг, который я поклялся выполнить. Пока он не будет выполнен, я не могу позволить себе умереть.

Санни рассмеялся.

— Вы, люди… Посмотрите на себя! Планируете убить меня и все еще настаиваете на том, что у вас есть хорошее оправдание. Как удобно! Я действительно больше всего ненавижу лицемеров вроде вас. Почему бы вам хоть раз не быть честными? Не говори мне эту чушь… просто скажи это! Я собираюсь убить тебя, потому что это легко. Я убью тебя, потому что хочу выжить.

Герой закрыл глаза, его лицо было полно печали.

— Мне жаль. Я знал, что ты не сможешь понять.

— А что тут понимать?

Санни наклонился вперед, гнев бурлил в его жилах.

— Скажи мне. Почему я должен умереть?

Молодой солдат наконец-то поднял голову. Хотя он не мог видеть в темноте, он повернул лицо в направлении голоса Санни.

— Тот человек был злодеем… но он также был прав. Запах крови слишком тяжел для тебя. Он привлечет зверя.

— Ты можешь просто отпустить меня. Мы разойдемся. После этого, найдет меня чудовище или нет, не будет твоей проблемой.

Герой покачал головой.

— Умереть в пасти этого существа… слишком жестокая участь. Будет лучше, если я сделаю это сам. В конце концов, ты — моя ответственность.

— Как благородно с твоей стороны.

Санни откинулся назад, удрученный. Через некоторое время он тихо сказал:

— Знаешь… когда я только пришел сюда, я был готов умереть. В конце концов, во всем этом мире — точнее, в двух мирах — нет ни одной души, которой было бы небезразлично, живу я или умер. Когда меня не станет, никто не будет грустить. Никто даже не вспомнит, что я существовал.

На его лице появилось тоскливое выражение. Однако через мгновение оно исчезло, сменившись весельем.

— Но потом я передумал. Где-то по пути я решил выжить. Я должен выжить, несмотря ни на что.

Герой задумчиво посмотрел на него.

— Чтобы прожить жизнь, которую стоит запомнить?

Санни усмехнулся. В его глазах появился темный блеск.

— Нет. Чтобы насолить вам всем.

Молодой солдат молчал несколько мгновений, затем кивнул, принимая этот ответ. Он поднялся на ноги.

— Не волнуйся. Я сделаю это быстро.

— Не слишком ли ты самоуверен? Почему ты думаешь, что сможешь убить меня? Может быть, я убью тебя вместо этого.

Герой покачал головой.

— Я сомневаюсь в этом.

… Но в следующую секунду он зашатался и упал на одно колено. Лицо молодого человека смертельно побледнело, и с болезненным стоном его внезапно вырвало кровью.

На лице Санни появилась довольная улыбка.

«Наконец-то.»

Герой стоял на коленях, нижняя часть его лица была залита кровью. Удивленный, он смотрел на свои руки, пытаясь понять, что с ним произошло.

— Что… что это за магия?

С расширенными глазами и бледным лицом он повернулся к Санни.

— Был ли… был ли тот вор прав? Ты наложил на нас проклятие Бога Теней?

Санни вздохнул.

— Я бы хотел, чтобы у меня была способность разбрасываться Божественными проклятиями, но нет. По правде говоря, у меня вообще нет никаких способностей.

— Тогда… как?

Молодой раб пожал плечами.

— Вот почему я отравил вас всех.

Герой вздрогнул, пытаясь осмыслить его слова.

— Что?

— После первого нападения Тирана ты послал меня на поиски воды. Собирая флаконы с мертвых солдат, я выжал сок Кровавой бабы в каждый из них — кроме своего собственного. Не слишком много, чтобы распробовать его на вкус, но достаточно, чтобы медленно убить любого, кто стал бы пить из них.

Солдат стиснул зубы, борясь с болью. Внезапное понимание появилось на его лице.

— Так вот почему… двое других были в такой плохой форме.

Санни кивнул.

— Шифти пил больше всех, поэтому его состояние ухудшалось быстрее всех. Шолар тоже был недолговечен, но ты прикончил его раньше, чем яд. А вот ты сам… как будто Кровавая баба на тебя вообще не подействовала. Я уже начал беспокоиться.

Лицо Героя потемнело.

— Я вижу… Я понимаю.

Он о чем-то задумался, затем удивленно посмотрел на Санни.

— Но… но тогда ты не знал… что мы обернемся против тебя.

Санни только рассмеялся.

— Да ладно. Это было очевидно. Шифти был из тех людей, которые готовы убить за пару сапог. Шолар был как волк в овечьей шкуре. Люди эгоистичны и жестоки в самых лучших ситуациях — неужели я должен был поверить, что эти двое не сделают со мной что-то ужасное, когда я окажусь перед лицом верной смерти?

Герой сплюнул еще крови.

— Тогда… что насчет меня?

— Ты? На лице Санни появилось презрительное выражение. — Ты — худший из них.

— Почему?

Санни посмотрел на него и наклонился вперед.

— Может, я и не научился многому за свою короткую жизнь, но я знаю одну вещь, — сказал он, и все следы юмора исчезли из его голоса.

Теперь в нем было только холодное, бессердечное презрение. Лицо Санни ожесточилось, когда он выплюнул:

— Нет ничего более жалкого, чем раб, который начинает доверять своему рабовладельцу.

Услышав эти слова, Герой опустил голову.

— Понятно.

Затем, внезапно, он рассмеялся.

— Ты… ты злобный маленький засранец, не так ли?

Санни закатил глаза.

— Не нужно быть грубым.

Но Герой его не слушал.

— Хорошо. Это хорошо. Моя совесть будет чище.

Молодой раб раздраженно вздохнул.

— Что ты там бормочешь? Просто умри уже.

Герой усмехнулся и вдруг пронзил его взглядом. Почему-то он уже не выглядел таким больным.

— Видишь ли, этот план сработал бы, если бы я был обычным человеком. Но, увы, мое Ядро Души уже давно пробудилось. Я убил бесчисленное количество врагов и впитал их силу. Яд Кровавой бабы, каким бы неприятным он ни был, никогда не сможет убить меня.

«Проклятье!»

Санни развернулся и попытался убежать, но было уже слишком поздно. Что-то ударило его в спину, отчего его тело врезалось в каменную стену. С криком он почувствовал острую боль, пронзившую его левый бок. Выкатившись из пещеры, Санни схватился за грудь, поднялся на ноги и побежал, пытаясь выбраться из узкой расщелины.

Ему удалось добраться до старой тропы, и он наконец-то смог увидеть звезды и бледную луну, ярко сияющую в ночном небе. Но это было все, до чего он смог добраться.

— Стой.

Когда позади него раздался холодный голос, Санни замер. Если у Героя действительно было Пробужденное Ядро Души, у него не было шансов убежать от него. В драке у него вообще не было шансов.

— Повернись.

Молодой раб послушно повернулся, подняв руки вверх. Он посмотрел на Героя, который вытирал кровь с лица с недовольным выражением в глазах. Они смотрели друг на друга, дрожа от убийственного холода.

— Стоило ли оно того? Неважно. Несмотря ни на что, я буду верен своему обещанию. Я сделаю это быстро.

Солдат обнажил меч.

— Есть ли у тебя последние слова?

Санни не ответил.

Однако в его руке внезапно появился маленький серебряный колокольчик.

Герой нахмурился.

— Где ты прятал эту штуку?

Санни потряс колокольчик. Красивый, чистый звон разнесся над горой, наполняя ночь чарующей мелодией.

— Что ты делаешь?! Остановись!

Молодой раб послушно остановился.

— Что…

Прямо под недоуменным взглядом Героя серебряный колокольчик растворился в воздухе. Он посмотрел на Санни, растерянно и недоверчиво.

— Скажи мне! Что ты только что сделал?

Но Санни не ответил. На самом деле, он не произнес ни слова с тех пор, как выбрался из пещеры. Сейчас он даже не дышал.

Герой, напротив, продолжал говорить.

— Скажи мне прямо сейчас, или ты пожалеешь об этом.

Он нахмурился.

— Почему ты ничего не говоришь?

Дрожащий мальчик просто уставился на него, совершенно безмолвно.

Нет… он смотрел в темноту позади его.

Глаза Героя расширились.

— Что…

У Санни не было другого выбора, кроме как прибегнуть к последней, отчаянной авантюре.

В прямом столкновении у него не было шансов против врага, по крайней мере, без преимущества. Яд Кровавой бабы должен был стать его скрытой картой, но оказался почти бесполезным. Способность видеть в темноте тоже не слишком помогла: каким-то образом Герой мог воспринимать окружающую обстановку даже без света.

Пользовался ли он слухом или какими-то магическими способностями, Санни не знал — да это и не имело значения, когда они покинули пещеру и стояли под лунным небом.

Теперь у него оставалось только одно преимущество. Он знал, что Тиран слеп, а Герой — нет. Однако действовать в соответствии с этим знанием было легче сказать, чем сделать.

Но что еще он мог сделать?

Поэтому он старался держаться как можно тише и звонил в серебряный колокольчик. Если описание не лгало, его звон можно было услышать за много миль. Несомненно, Тиран тоже должен был его услышать.

Теперь Санни оставалось только молчать, тянуть время и надеяться, что чудовище придет. По мере того как он это делал, недоумение Героя медленно переходило в гнев.

— Скажи мне прямо сейчас, или ты пожалеешь об этом.

Его голос был довольно грозным, но молодой раб все равно не ответил. Он просто дрожал от холода и старался не стонать, несмотря на пульсирующую боль в груди.

— Почему ты не отвечаешь?

Но Санни не осмелился ответить. Он затаил дыхание и с ужасом смотрел, как позади Героя появляется знакомая колоссальная фигура. Его легкие горели, а сердце билось как сумасшедшее. Оно билось так громко, что он даже испугался, что слепой Тиран услышит его.

Но, конечно, оно не могло быть громче голоса Героя, который все еще говорил, превратив себя в единственный источник шума на этой горе.

В последнюю секунду в глазах молодого солдата появился намек на понимание. Он начал разворачиваться, его меч молниеносно поднялся.

Но было слишком поздно.

Из темноты появилась массивная рука и схватила его в железную хватку. Костяные когти заскрежетали по доспехам, разрывая их на части. Горный Король тащил Героя назад, не обращая внимания на меч, вгрызающийся в его запястье. Из его раскрытой пасти текла вязкая слюна.

Оцепенев от страха, Санни медленно повернулся к ним спиной и сделал пару шагов по старой, извилистой тропинке. Затем он бросился прочь, побежав так быстро, как только мог.

Позади него отчаянный крик разорвал тихую ночь. Затем последовал голодный рев. Казалось, Герой не собирался сдаваться без боя, хотя его судьба уже была предрешена.

Но Санни было все равно. Он убегал, забираясь все выше и выше.

«Прости меня, Герой.» — думал он. «Я действительно сказал, что буду смотреть, как ты умираешь… но, как ты знаешь, я лжец. Так что иди и умри сам…»

***

Одинокая темная гора возвышалась над бушующими ветрами.

Зазубренная и гордая, она превосходила другие вершины горной цепи, рассекая своими острыми краями ночное небо. Лучистая луна освещала ее склоны призрачным светом.

Под этим светом на вершину горы поднялся молодой человек с бледной кожей и черными волосами. Однако его внешний вид не соответствовал великолепию сцены: израненный и пошатывающийся, он выглядел жалким и слабым.

Молодой человек был похож на ходячий труп.

Его грубая туника и плащ были разорваны и измазаны кровью. Его впалые глаза были мутными и безжизненными. Его тело было в синяках, побоях и порезах. На его губах были пятна кровавой пены.

Он сгорбился, обхватив левую сторону груди. Каждый шаг заставлял его стонать, рваное дыхание с трудом вырывалось сквозь стиснутые зубы.

Санни было больно во всем теле. Но больше всего ему было холодно.

Так, так холодно.

Ему хотелось просто лечь на снег и заснуть.

Но вместо этого он продолжал идти. Потому что он верил, что Кошмар закончится, когда он достигнет вершины.

Шаг. Шаг. Еще один шаг.

Наконец, он добрался.

На самой высокой точке горы раскинулось огромное пространство плоской скалы, покрытое снегом. В ее центре, освещенный лунным светом, возвышался великолепный храм. Его колоссальные колонны и стены были высечены из черного мрамора, изысканные рельефы украшали стигийский фронтон и широкий фриз. Прекрасный и величественный, он выглядел как дворец темного бога.

По крайней мере, так было когда-то. Теперь храм лежал в руинах: черные камни покрывали трещины и разломы, часть крыши обрушилась, пропуская лед и снег. Высокие ворота были сломаны, словно разбитые на куски рукой великана.

Тем не менее, Санни был доволен.

— Нашел тебя, — сказал он хриплым голосом.

Собрав последние силы, молодой раб медленно захромал в сторону разрушенного храма. Его мысли были беспорядочны и спутаны.

«Видишь это, Герой?» — подумал он, на секунду забыв, что Герой уже мертв. «Я сделал это. Ты был сильным и безжалостным, а я — слабым и робким. Но теперь ты труп, а я все еще жив. Разве это не смешно?»

Он споткнулся и застонал, чувствуя, как края сломанных ребер все глубже врезаются в легкие. Кровь капала у него изо рта. Мертв он или нет, но Герой здорово достал его одним ударом.

«Вообще-то, это не так. Что вы вообще знаете о безжалостности? Бедные глупцы. В мире, откуда я родом, у людей были тысячи лет, чтобы превратить жестокость в искусство. И как тот, кто принимал всю эту жестокость… не думаете ли вы, что я знаю о порочности больше, чем вы?»

Он приближался к храму.

По правде говоря, у тебя никогда не было шансов… подожди. О чем я думал?

Мгновение спустя он уже забыл об этом. Была только боль, темный храм и непреодолимое желание спать.

«Не падай духом. Это просто переохлаждение. Если ты заснешь, то умрешь.»

Наконец, Санни добрался до ступеней черного храма. Он начал подниматься по ним, не замечая тысячи костей, которые были разбросаны вокруг. Эти кости когда-то принадлежали и людям, и монстрам. Все они были убиты невидимыми стражами, все еще остававшимися вокруг храма.

Когда Санни поднимался по ступеням, один из бесформенных стражей приблизился к нему. Он уже готов был погасить искру жизни, слабо горевшую в груди осквернителя, но остановился, почувствовав слабый, странно знакомый запах, исходящий от его души. Запах божественности. Опечаленный и тоскливый, стражник отошел в сторону, пропуская Санни.

Не обращая внимания, он вошел в храм.

Санни оказался в грандиозном зале. Сквозь дыры в частично обрушившейся крыше падали каскады лунного света. Глубокие тени окружали эти круги серебристого света, не смея коснуться их. Пол был покрыт снегом и льдом.

В дальнем конце зала стоял большой алтарь, вырезанный из цельного куска черного мрамора. Это была единственная вещь в храме, не тронутая снегом. Забыв, зачем он сюда пришел, Санни направился к алтарю.

Он просто хотел спать.

Алтарь был сухой, чистый и широкий, как кровать. Санни забрался на него и лег.

Казалось, что он умрет.

Но он был не против.

Санни попытался закрыть глаза, но его остановил внезапный шум, доносившийся со стороны входа в храм. Он повернул голову, чтобы посмотреть, не испытывая ни малейшего любопытства. От увиденного у него по позвоночнику побежали бы мурашки, если бы он не был таким холодным, усталым и равнодушным.

Горный Король стоял там, глядя на него своими пятью слепыми глазами. Он все еще был массивным, ужасающим и отвратительным. Червеобразные формы все еще бешено двигались под его кожей. Оно нюхало воздух, пуская слюну.

Затем оно открыло пасть и двинулось вперед, медленно приближаясь к алтарю.

«Какая мерзкая скотина.» — подумал Санни и вдруг схватился за грудь, забившись в приступе мучительного кашля.

Кровавая пена вылетела из его рта и упала на алтарь. Однако черный мрамор вскоре поглотил ее.

Через секунду он стал таким же первозданным, как и прежде.

Тиран как раз собирался добраться до Санни. Он уже протягивал руки, чтобы схватить его.

«Наверное, это конец.» — подумал он, смирившись со своей участью.

Но в последнюю секунду в темном храме вдруг раздался голос Заклинателя.

[Вы принесли себя в жертву богам.]

[Боги мертвы и не слышат вас.]

[Ваша душа носит знак божественности.]

[Вы — раб храма.]

[Бог Теней пробуждается из своей вечной дрёмы.]

[Он посылает благословение из могилы.]

[Дитя Теней, получи свое благословение!]

Под изумленным взглядом Санни тени, заполнившие большой зал, внезапно зашевелились, словно ожили. Щупальца тьмы рванулись вперед, опутывая руки и ноги Горного Короля. Могучий Тиран боролся, пытаясь освободиться.

Но как он мог противостоять силе бога?

Тени потянули Горного Короля назад, расталкивая в разные стороны. Тиран открыл пасть, и из нее вырвался яростный вой.

В следующую секунду его тело разорвалось, разлетевшись на куски.

Кровь, внутренности и отрубленные конечности багровым потоком посыпались на пол. Вот так просто ужасное существо было мертво.

Санни моргнул.

Он снова был один в разрушенном храме. В большом зале было темно и тихо.

И тут Заклинание прошептало:

[Вы убили Пробуждённого Тирана, Горного Короля.]

[Проснитесь, Санлес! Ваш кошмар закончился.]

[Приготовьтесь к оценке…]

[Приготовьтесь к оценке…]

Санни оказался в пространстве между сном и явью. Это была бесконечная черная пустота, освещенная мириадами звезд. Между этими звездами бесчисленные нити серебристого света сплетались в красивую и невообразимо сложную сеть, образуя различные узлы и созвездия. Это было поистине захватывающее зрелище.

Санни понял, что видит внутреннюю работу Заклинания Кошмара. Он также не мог не подумать, что оно очень похоже на небесный эквивалент нейронной сети. Если это так… было ли Заклинание живым?

Этот вопрос задавали себе бесчисленные люди на протяжении последних десятилетий. Лучший ответ, который они получили, заключался в том, что узнать это невозможно. Заклинание не было ни живым, ни мертвым, ни разумным, ни бездумным.

Оно было скорее функцией, чем существом.

Но у Санни не было настроения размышлять над философскими вопросами. Он с нетерпением ждал своего благодеяния.

Заклинание все еще оценивало его работу. Однако первая награда не имела к этому никакого отношения.

[Вы получили Воспоминание: Саван Кукловода.]

«Да!»

Санни почувствовал невероятную радость. Он был почти готов станцевать счастливый танец. Это Воспоминание принадлежало Горному Королю, который был Пробужденным Тираном, а это означало, что само Воспоминание имело Пробужденный ранг. Получить его было невероятной удачей!

Всего в Заклинании было семь рангов. Эти ранги были следующими, в порядке возрастания силы: Спящий, Пробужденный, Вознесенный, Трансцендентный, Верховный, Священный и Божественный. За исключением Кошмарных Существ, которые были ранжированы как Спящие, Пробужденные, Падшие, Испорченные, Великие, Проклятые и Нечестивые.

С точки зрения Заклинания, Санни был Спящим человеком. Наличие Воспоминания более высокого ранга, чем его собственное Ядро Души, очень поможет ему, когда он войдет в Царство Снов. Разрыв в силе между разными рангами просто невозможно описать.

Он хотел взглянуть на Саван Кукловода, но времени больше не было. Заклинание закончило свою оценку.

Здесь, в пустоте, его голос больше не звучал тонко и знакомо. Скорее, казалось, что говорит сама Вселенная. Санни затаил дыхание, прислушиваясь.

[Претендент! Ваше испытание окончено.]

[Безымянный раб взошел на Черную гору. И герои, и монстры пали от его руки. Несломленный, он вошел в разрушенный храм давно забытого бога и пролил свою кровь на священный алтарь. Боги были мертвы, но все же слушали.]

[Вы победили Спящего зверя: Личинку Горного Короля.]

[Вы победили трех Спящих людей, имена неизвестны.]

[Вы победили Пробужденного человека: Ауро из Девяти.]

[Вы победили Пробужденного Тирана: Горный Король.]

[Вы получили благословение Бога Теней.]

[Вы достигли невозможного!]

[Окончательная оценка: Великолепно. Ваше вероломство поистине не знает границ.]

Последняя часть была не так уж необходима, как казалось Санни, но он все равно был доволен похвалой заклинания. Он чувствовал, что его шансы развить свой Аспект до Пробужденного или даже Вознесенного были довольно высоки.

Его общая сила все еще зависела от ранга его ядра души, которое будет оставаться в спящем состоянии до гораздо более позднего времени, но ранг самого Аспекта мог бы сделать чудеса для его общего потенциала.

[Мечтатель Санлес, получи свое благословение!]

Он больше не был Претендентом. Санни усмехнулся.

[Вам даровано Истинное Имя: Лишенный Света.]

У него отвисла челюсть. Истинное Имя! Он получил Истинное Имя! Никогда в своих самых смелых мечтах Санни не мечтал стать одним из немногих избранных, кому выпало такое счастье — да еще и в самом первом Кошмаре! Даже не все Святые могли похвастаться тем, что у них есть такое имя. Теперь он был элитой, настоящими сливками урожая! Он собирался стать богатым!

Но награды продолжали поступать.

[Ваш Аспект готов к эволюции. Эволюционировать Аспект?]

«Что это за вопрос?!»

Санни скрестил пальцы и ответил «да».

[Спящий Аспект Раб Храма эволюционирует…]

[Получен новый Аспект.]

[Ранг Аспекта: Божественный.]

Санни упал.

[Имя Аспекта: Теневой Раб.]

***

«Божественный… это Божественный.»

Санни стоял на коленях, одурманенный. Шок был настолько сильным, что на секунду он потерял контроль над своими конечностями и упал.

«Там было написано «Божественный»… так ведь?»

Он поднял дрожащую руку и протер глаза, убеждаясь, что не спит. Вернее, в сознании, поскольку технически он все еще спал в подземном хранилище полицейского участка.

Сбитый с толку всей этой терминологией, Санни молча вызвал руны и нашел строки, описывающие его аспект.

Аспект: [Теневой Раб.]

Ранг Аспекта: [Божественный.]

Описание Аспекта: [Вы — чудесная тень, оставленная мертвым богом. Как божественная тень, вы обладаете множеством странных и удивительных способностей. Однако ваше существование пусто и тоскливо; вы оплакиваете уход своего бывшего хозяина и жаждете найти нового.]

Врожденная Способность: [Теневые Узы.]

Описание Способности: [Найдите достойного мастера и сообщите ему свое Истинное Имя. Как только он произнесёт его вслух, вы будете связаны его волей, не в силах ослушаться ни одного приказа. Не подобает тени, тем более божественной, разгуливать без хозяина.]

Это было… многое, что нужно было переварить.

Прежде всего, Санни почувствовал, что его сердце забилось быстрее. Он все правильно услышал! Все страдания и ужасы, пережитые им в Первом Кошмаре, в конце концов окупились. Божественный Аспект, он получил Божественный Аспект! Все, что выше Пробужденного, было редкостью и огромной ценностью!

Люди с Вознесенными Аспектами были настолько редки, что за них сражались различные фракции. Сами фракции строились вокруг отдельных сильных мира сего с Трансцендентными или Верховными Аспектами. И он никогда, никогда не слышал, чтобы кто-то приобрел Божественный. Никогда!

Все, что имело приставку «Божественный», было настолько трудно найти, что оно в основном жило в царстве мифов и легенд. В конце концов, человеческая раса еще не достигла таких высот; прошло всего чуть больше десяти лет с тех пор, как людям удалось окончательно покорить Третий Кошмар и получить способность развивать свои ядра до ранга Трансцендента.

Как Трансценденты — или Святые, как их называли в реальном мире — могущественные Пробужденные правили Царством Снов, но даже они не осмеливались противостоять существам Кошмара более высокого ранга. Следовательно, Воспоминаний и Эхо Верховного ранга было не так уж много, не говоря уже о Священных… или Божественных. То же самое касалось и Аспектов.

И все же Санни только что получил один!

Он ухмылялся, полубезумный от радости и самонадеянности. Однако его ликование было немного омрачено. Ведь оставалась еще эта странная врожденная способность. Конечно, он не собирался становиться чьим-то магическим рабом, не имеющим собственной воли. Ну и черт с ним!

Но все было не так уж плохо. Чтобы избежать этой участи, ему нужно было лишь скрыть свое Истинное Имя. Никто, кроме него, не мог узнать его статус. Это означало, что Санни просто нужно держать язык за зубами, и никто не узнает, что оно вообще у него есть.

Это означало отказ от всех преимуществ, на которые имел право тот, кто получил Истинное Имя после Первого Кошмара, но все это меркло по сравнению с Божественным Аспектом.

«Не проблема» — с ухмылкой подумал Санни.

Если бы Заклинание могло смеяться, оно бы непременно рассмеялось, услышав его мысли. Однако оно не рассмеялось. Вместо этого оно снова заговорило:

[Первая печать снята.]

[Пробуждение спящих сил…]

Санни почувствовал, что внутри него что-то просыпается. С изумленным возгласом он схватился за грудь и уставился в темноту, пытаясь понять, что происходит. Ощущение не было болезненным или неприятным, но оно не было похоже ни на что, что он когда-либо испытывал. Как будто его душу встряхнули, вливая в нее новую странную энергию.

Однако эта энергия не исходила из какого-то внешнего источника. Скорее, она исходила изнутри, как будто всегда была там и спала.

Энергия заполнила все его существо. Санни почувствовал, что его эмоции становятся все яснее и острее. Затем его тело тоже начало меняться. Ему показалось, что в центре его груди горит миниатюрная звезда: от нее исходили волны тепла, которые медленно распространялись на живот и плечи, затем на руки и ноги, потом на кисти и стопы.

Под этим теплом его кости, мышцы, органы и кровеносные сосуды восстанавливались и оживали. Санни чувствовал себя так, словно заново родился. Он становился сильнее, быстрее, здоровее.

Это была эйфория.

С каждой секундой его трансформация становилась все более глубокой. В сердце Санни поселилась новая уверенность. Он больше не был слабым, хрупким уличным мальчишкой. Он не был так уязвим перед любым, кто захотел бы поиздеваться над ним, как в прошлом.

С его пробудившимися силами и волей, закаленной ужасами Первого кошмара, он стал тем, с кем не хотелось пересекаться.

По прошествии некоторого времени звезда, пылающая в его груди, наконец-то остыла. На смену жару пришел успокаивающий холод. Этот холод разлился по телу Санни, снимая все боли и неприятные ощущения, накопившиеся там за долгие годы. Затем он двинулся вверх, добрался до мозга и, наконец, до глаз.

Его зрение странным образом удвоилось.

Он по-прежнему видел пустоту, усеянную бесконечным узором звезд. Но он мог видеть и нечто другое.

Тихое, спокойное темное море, освещенное одиноким черным солнцем.

Из своих предыдущих знаний Санни знал, что это так называемое Море Души. Но он также знал, что оно должно было выглядеть совсем иначе.

Для начала, оно должно было быть гораздо более оживленным. Висящая над ним звезда — визуальное отображение ядра его души — должна была гореть ярким светом, наполняя Море Души теплым, ослепительным сиянием.

Однако душа Санни была темной и беспросветной.

«Странно.»

Он взглянул на черное солнце. При ближайшем рассмотрении оно оказалось прозрачным. Просто в отсутствие других источников света звезда казалась такой же темной, как и ее окружение.

Кроме него, здесь не должно было быть никого. Это была его душа, в конце концов! Но у Санни было неприятное чувство, что где-то за периферией его зрения, скрытые в темноте, аморфные формы постоянно двигались. Как бы он ни поворачивал голову, он не мог разглядеть их. И все же ощущение не проходило.

Не желая больше тратить на это время, Санни снова повернулся к черному солнцу и наконец заметил две сферы света, вращающиеся вокруг него, словно попавшие в гравитационный колодец ядра души. На его лице появилась едва заметная улыбка.

Это были его Воспоминания: Серебряный Колокольчик и Саван Кукловода. Позже здесь появятся десятки таких сфер. Если ему повезет, он даже обретет Эхо или два!

Голос Заклинания внезапно выдернул его из Моря Душ.

[Пробуждение Способности Аспекта…]

«Вот оно. Момент истины.» — подумал Санни.

Божественный Аспект или нет, но его ближайшее будущее все еще зависело от первой способности Аспекта, которую он получит. Его роль в Царстве Снов будет зависеть от ее характеристик. Если бы это была боевая способность, то он был бы наиболее полезен на передовой в кровавых битвах против Кошмарных Существ. Если бы она была связана с колдовством, он, скорее всего, стал бы сильным, но хрупким бойцом дальнего боя.

Если это было что-то связанное с полезностью, то он мог стать жизненно важной частью закулисной работы Царства Снов. Утилитарные способности также очень ценились в реальном мире, где Пробужденные выполняли множество задач, которые поддерживали его существование.

Если ему повезет, он даже может стать целителем. Целители были очень редкими, а потому востребованными специалистами.

[Способность Аспекта приобретена.]

[Название Способности Аспекта: Контроль Теней]

Санни поспешно вызвал руны. Он хотел сразу перейти к описанию своей новой способности, но потом решил сначала посмотреть общую информацию.

Имя: Санлес.

Истинное Имя: Лишенный Света.

Ранг: Мечтатель.

Ядро Теней: Дремлет.

Фрагменты Теней: [12/1000].

«Что? Что это?»

Там, где должен был быть написан Ранг его Ядра Души, вместо этого появилось загадочное «Ядро Теней». Санни посмотрел на него, моргая. Он никогда раньше не слышал, чтобы у кого-то было ядро другого типа. Неужели он настолько уникален?

Это загадочное Ядро Теней объясняло, почему его Море Души выглядело так странно. И еще… Он опустил глаза вниз, заметив счетчик «Фрагменты Теней». Обычно здесь должен был быть индикатор количества потребленных осколков души. Однако его нигде не было видно.

«Неужели… неужели у меня совершенно иной путь развития, чем у всех Пробужденных?»

Эта мысль была настолько же захватывающей, насколько и пугающей. Отсутствие необходимости бороться за ресурсы с кем-либо еще было невероятным преимуществом. Большая часть человеческого общества в Царстве Снов была построена на добыче осколков души. Если бы ему не нужно было собирать их для развития… он не только смог бы стать более могущественным с невероятной скоростью, но и полностью самодостаточным.

С другой стороны, он понятия не имел, как добыть эти осколки теней. Однако он уже каким-то образом раздобыл двенадцать из них: так что, что бы ему ни нужно было сделать, он уже сделал это в Первом Кошмаре.

«Я должен тщательно все изучить.»

Удовлетворенный этим решением, Санни продолжил изучать руны.

Воспоминания: [Серебряный Колокольчик], [Саван Кукловода].

Эхо: —

Атрибуты: [Судьбоносный], [Знак Божественности], [Дитя Теней].

Аспекты: [Теневой Раб].

Ранг Аспекта: Божественный.

Способности Аспекта: [Контроль Теней].

Описание способности Аспекта: [Ваша тень более независима, чем большинство других. Это неоценимый помощник.]

«Что это значит?»

Санни затаил дыхание и снова начал читать описание, но в этот момент прямо под ним появился новый набор рун. Одновременно с этим в черной пустоте раздался голос Заклинателя.

[Всякая сила имеет свою цену.]

[Вы получили Недостаток.]

[Ваш Недостаток:…]

Санни прочитал руны, и его глаза расширились от ужаса.

«О, нет. Нет, нет, нет…»

Он закрыл глаза, затем снова открыл их, надеясь, что руны исчезнут.

«Пожалуйста, исчезни! Пожалуйста!»

Но руны все еще были там, слегка поблескивая, словно насмехаясь над ним.

Недостаток: [Чистая Совесть.]

Описание Недостатка: [Вы не можете лгать.]

Санни уставился на эти четыре простых слова, чувствуя, что прямо под его ногами разверзлась бездонная пропасть. Заклинание, которое обычно было легкомысленным в своих описаниях, на этот раз решило быть прямым и точным. В нем было всего четыре слова. Они не оставили ему никакого пространства для маневра.

«Не могу лгать. Я не могу лгать? Я? Как я могу жить, если я не могу лгать?!»

Само выживание Санни зависело от его способности обманывать и перехитрять других людей. Даже само Заклинание поздравило его с вероломством! Без умения лгать он не смог бы ничего достичь.

Не говоря уже о том…

Его сердце вдруг почувствовало, что вот-вот остановится.

Если бы он мог говорить только правду, как бы он мог скрыть свое Истинное Имя? Неужели никто не смог бы превратить его в послушного раба, если бы просто задал пару невинных вопросов?

— Д…

Санни собирался закричать и проклясть, но в этот момент Заклинание заговорило снова.

[Проснитесь, Санлес!]

Черная пустота закружилась и исчезла.

***

Санни открыл глаза.

Над ним нависал бронированный потолок хранилища полицейского участка. Никто не назвал бы его эстетику красивой, но для него это было самое величественное зрелище. Только сейчас он понял, как сильно скучал по реальному миру.

Он был безопасным и знакомым. Здесь не было монстров и работорговцев… ну, по крайней мере, официально. Не было постоянного страха мучительной смерти.

Это был дом.

Кроме того, Санни чувствовал себя невероятно хорошо. Холод, пробравшийся глубоко в его кости во время Кошмара, исчез, забрав с собой всю боль, которую изо дня в день терпело его израненное тело. Ноги и запястья не мучились, спина забыла укус кнута, и он даже мог дышать, не чувствуя, как острые края сломанных ребер все глубже и глубже врезаются в легкие.

«Какое счастье!»

Внезапное исчезновение боли в сочетании с новой жизненной силой, пропитавшей его тело, чуть не заставило Санни расплакаться.

«Я действительно выжил.»

Он медленно посмотрел вниз, а затем замер, затаив дыхание.

На дешевом пластиковом стуле, установленном рядом с его армированной медицинской кроватью, сидела самая красивая женщина, из тех которых он когда-либо видел.

У нее были короткие волосы цвета воронова крыла и льдисто-голубые глаза. Ее безупречная кожа была гладкой, эластичной и белой как снег. Вообще-то, Санни впервые встретил кого-то такого же бледного, как и он сам. Однако если бледность Санни выглядела странной и нездоровой, то прекрасная незнакомка была просто поразительна.

На вид женщине было около двадцати лет. На ней была темно-синяя форма с серебряными погонами и черные кожаные сапоги. Куртка ее мундира была небрежно расстегнута, обнажая черную майку.

В данный момент она вытянула руки над головой, явно скучая и желая спать. От этого жеста тонкая ткань натянулась, вызывающе подчеркивая ее полную грудь.

Завороженный, Санни чуть не пропустил тот факт, что на левом рукаве женщины был знак отличия. На нем было три звезды.

«Три звезды, ага.» — подумал он, отвлекаясь. «Три звезды означают Вознесенного… хм… да. Подождите. Вознесенный?!»

Но прежде чем Санни смог полностью осознать значение этого слова, он понял, что девушка тоже смотрит на него.

— На что ты смотришь? — сказала она, в ее голосе не было ни грамма юмора.

Санни пару раз моргнул, смутившись, и быстро придумал оправдание. Затем он открыл рот и ответил:

— На вашу грудь.

Секундой позже его глаза расширились от абсолютного ужаса.

Ведь он вовсе не собирался произносить эти слова! Его рот двигался сам по себе!

Волна ужаса внезапно захлестнула его разум.

Женщина медленно улыбнулась с опасным блеском в глазах. Затем, без всякого предупреждения, она двинула рукой и ударила Санни по лицу.

Все тело Санни перевернулось. Если бы не ограничители, удерживающие его на месте, он бы, наверное, слетел с кровати. На мгновение он даже увидел звезды.

Но это все еще можно было считать легким избавлением. Вознесенная, эта женщина была Вознесенной! Она могла оторвать ему голову одним движением пальца. Зачем ему понадобилось оскорблять кого-то столь могущественного?!

Тем временем она прочистила горло и скрестила руки.

— Ты уже очнулся?

Санни подержался за онемевшую щеку и осторожно кивнул.

— Хорошо. Позволь дать тебе совет: не говори просто так все, что приходит тебе в голову. Особенно девушкам. Ты же не видел девушек раньше, верно?

«Скажи: «Спасибо! Этого не повторится!»» — подумал Санни.

Но вместо этого его рот зашевелился сам по себе, и он сказал:

— Я видел многих… но никого настолько красивого, как вы.

Затем он отшатнулся назад, его лицо стало красным, как у омара.

Женщина смотрела на него несколько секунд, а затем разразилась смехом.

— Я вижу, ты не часто встречался с Пробужденными. По стандартам Пробужденных, я ниже среднего.

Санни посмотрел на нее с сомнением.

Девушка покачала головой.

— По мере развития твоего ядра тело избавляется от всех недостатков. Поэтому трудно найти непривлекательного Пробужденного, особенно среди сильных. Проживи достаточно долго, и ты сам можешь стать цветочным мальчиком.

Затем она внимательно посмотрела на него и добавила:

— Ну… может быть. В любом случае, раз уж ты пробудился — добро пожаловать обратно в страну живых. Поздравляю с тем, что ты пережил свой первый кошмар, Спящий Санлес.

***

Спящий Санлес.

Именно так теперь обращались к нему, по крайней мере, в течение нескольких дней до зимнего солнцестояния — после него он либо вернется из Царства Снов в качестве Пробужденного, либо не вернется вовсе.

Странно было ощущать, что перед его именем стоит титул. В прошлом к Санни редко обращались по имени. Люди в основном называли его «мальчишкой», «коротышкой», «сопляком» или «эй, ты!» Но теперь у него даже был титул.

Спящий Санлес…

Вообще-то, правильнее было бы сказать «Мечтатель». Но у людей был свой собственный набор слов для тех, кто был заражен Заклинанием Кошмара. Носителей, только что закончивших свой Первый Кошмар, называли Спящими из-за того, как они взаимодействовали с Заклинанием.

По сути, как только его дух входил в Заклинание, его тело погружалось в сон. Эта сонливость будет продолжаться несколько дней, недель или даже месяцев — сколько бы времени ему ни понадобилось, чтобы выйти из Царства Снов. Отсюда и термин «Спящий».

Когда он вырвется и станет Пробужденным, он будет жить обычной жизнью в течение дня и возвращаться в Царство Сна каждый раз, когда засыпает. Пробужденных называли одинаково и Заклинание, и люди. Это слово также иногда использовалось как общий термин для всех носителей.

Затем, если он решал войти во Второй Кошмар и ему удавалось выжить, он становился Вознесенным — люди называли их Мастерами. Мастера могли входить и выходить из Царства Снов по своему усмотрению. Некоторые даже решали вообще никогда туда не возвращаться. Более того, они путешествовали между мирами физически, а не только духом.

А над Мастерами стояли Святые — те, кто покорил Третий Кошмар и заслужил право называть себя Трансцендентом. Они были столь же могущественны, как полубоги, и даже более редки. Они могли не только путешествовать между реальным миром и Царством Снов, но и брать с собой других.

Но вернемся к Мастерам…

Красивая женщина встала и подошла к армированной медицинской кровати. Отработанными движениями она начала расстегивать ограничители, удерживающие Санни на месте.

— Я — Вознесенная Джет. Ты можешь называть меня Мастер Джет. Последние три дня я была на вахте из-за твоего Кошмара.

«Точно… перед тем, как я заснул, полицейский сказал мне, что через несколько часов прибудет Пробужденный, чтобы следить за моим состоянием. Чтобы убить Кошмарное Существо, если… если я умру и пропущу его.»

Санни не хотел открывать рот, боясь, что вся правда выльется наружу. Но были вещи, которые он просто обязан был знать.

— Мастер Джет? У меня есть вопрос.

— Продолжай.

— Почему Мастера ставят на вахту? Разве это не… ниже вашего уровня?

Джет бросила на него мрачный взгляд.

— Ты умнее, чем кажешься. Недавно в этом секторе открылось много Врат. Большинство местных Пробужденных либо ранены, либо заняты зачисткой. Или мертвы. Так всегда бывает ближе к зимнему солнцестоянию.

Она открыла последний ограничитель и сделала шаг назад.

— К тому же, не так уж много Пробужденных, которые, как я, напрямую работают на правительство. Это, безусловно, наименее прибыльный и славный путь, который может выбрать каждый из нас. Ты бы отказался от богатства и славы, чтобы работать ужасные часы и рисковать своей жизнью, руководствуясь только альтруизмом и чувством долга?

Санни хотел сказать что-то лестное. Вместо этого он посмотрел Мастеру Джет прямо в глаза и ухмыльнулся.

— Конечно, нет. Я не идиот!

«Будь проклят этот проклятый Недостаток! Проклятье!»

Она уставилась на него с бесстрастным выражением лица. Санни подумал, что сейчас он снова получит пощечину.

Но вместо этого Джет улыбнулась.

— Видишь, я была права… Ты действительно умен.

Санни наслаждался горячим душем. После их короткого разговора Мастер Джет отправила его помыться, сказав, что от него «воняет Кошмаром». Неестественная сонливость Заклинания замедляла обмен веществ в организме, и медицинский аппарат, к которому его пристегнули, по идеи, должен был позаботиться об остальном, но он все равно спал целых три дня.

Даже если только психологический, вокруг него витал запах кровопролития и отчаяния.

«Ах, я в раю.» — подумал Санни, заставляя себя на время забыть о надвигающейся катастрофе Недостатка.

Он был один в душевой полицейского участка, расслабляясь под струями горячей воды. Когда прошло немного времени, Санни неохотно выключил кран и подошел к вешалке для полотенец. Совершенно случайно он увидел свое отражение в зеркале.

Изменения в его фигуре были едва заметными, но ощутимыми. Его бледная кожа казалась немного здоровее, мышцы — немного более выраженными. Он выглядел стройным и худым, а не истощенным и хрупким, как раньше. В его темных волосах появился легкий блеск, а в глазах — сияние.

Однако он все еще был довольно миниатюрным. По меньшей мере, он не являл собой образ мужественного красавца.

«Цветочный мальчик, да?» — с горечью подумал Санни.

Затем он вдруг замер, заметив нечто странное. Когда он смотрел на себя в зеркало, отражение его тени, казалось, двигалось. Как будто тень опустила голову и тихонько оскалилась.

Санни быстро обернулся, пронзив свою тень нервным взглядом. Однако все выглядело нормально. Тень делала именно то, что должна была делать, повторяя каждое его движение.

— Я ясно видел, как ты двигался, — сказал он, чувствуя себя немного странно. — Ты только что переместился сам, верно?!

Санни посмотрел на тень, которая послушно оскалилась в ответ.

— Так ты двигался или нет?

Тень с энтузиазмом покачала головой.

«Что за?!»

— Что значит «нет»?! Ты только что пошевелил головой! Ты думаешь, я дурак?

Тень, казалось, немного подумала, а затем пожала плечами.

Санни остался с открытым ртом.

— Ваша тень более независима, чем большинство других. Это бесценный помощник, — пробормотал он наконец.

Верно. Именно так Заклинание описало его Аспектную Способность.

Но что именно может делать его тень?

Он решил немного поэкспериментировать.

— Эй, ты. Расскажи мне, что ты можешь.

Тень была молчалива и неподвижна.

«Точно. У нее нет голосовых связок.»

Как будто это имело какой-то смысл! У теней не должно было быть мышц, и все же она умела двигаться.

— Эм… покажешь?

Никакой реакции. Похоже, тень довольствовалась тем, что притворялась обычным, безжизненным сгустком тьмы.

Санни вздохнул.

«Я делаю это неправильно.»

Независимая или нет, тень все еще была его частью. Это было проявление его Способности Аспекта. Так что вместо того, чтобы спрашивать тень, он должен был спросить себя.

— Не собираешься говорить, да?

Санни закрыл глаза и направил свое восприятие внутрь, исследуя себя впервые после возвращения в реальный мир. Он чувствовал биение своего сердца, равномерное вздымание груди, легкую прохладу душевой комнаты. Он слышал, как капли воды падают на кафельный пол. Ощутил движение фильтрованного воздуха на своей коже.

И тут, на грани его сознания, появилось нечто новое.

Совершенно новое чувство.

Санни сосредоточился на нем, и вдруг перед ним открылся совершенно другой мир. Это было трудно описать словами, так же как трудно объяснить ощущения слуха или осязания.

Как будто он мог общаться с огромными формами, которые толпились вокруг него, и получать понимание как своей собственной формы, так и окружающего пространства, ориентируясь на различные степени давления, которое они оказывали на его разум и друг на друга.

Это понимание приходило естественно и мгновенно, как инстинкт.

Эти формы были тенями. И среди них одна — не самая большая, но самая глубокая — не ощущалась как внешняя сущность. Она была как часть его души.

Как только Санни понял это ощущение, он смог почувствовать тень так же, как свои конечности. Единственное, его конечности были сделаны из плоти, а тень — из отсутствия света.

Санни открыл глаза и посмотрел на тень. Затем, подумав, он приказал ей поднять руку.

Тень подняла руку.

Он приказал ей сидеть, стоять, поворачиваться, пинаться. Затем по его воле она изменила форму, превратившись в круг, затем в линию, затем в монстра. И наконец, снова в свой собственный силуэт. Тень была изменчивой и текучей, как вода. Единственной константой был ее размер.

— Ха! Как насчет этого?

Тень надулась, затем неохотно подняла большие пальцы.

— Но чем ты полезен?

Он приказал тени ударить по вешалке для полотенец. Тень послушно двинулась и нанесла мощный удар. Конечно, поскольку это была всего лишь тень, нога прошла над полотенцами без вреда, даже не заставив их слегка покачнуться.

— И это… все, на что ты способен?

В его сознании образ теневых щупалец, разрывающих могущественного тирана на мелкие кусочки, безжалостно трещал и рассыпался. Похоже, в ближайшее время ему не суждено состязаться с Богом Теней.

«Как жаль.»

Тень посмотрела на него с презрением. Затем она пожала плечами и совсем перестала двигаться, явно обидевшись.

Санни вздохнул и взял полотенце с вешалки.

— Хорошо. Я исследую это позже.

***

Через несколько минут после этого он в чистом спортивном костюме, выданном полицией, направлялся в кафетерий. Мастер Джет ждала его за одним из столов, перед ней стояли два подноса, полные дымящейся синтетической пищи.

— Угощайся.

Санни взглянул на дешевую кашу, которая мало чем отличалась от той, что он обычно потреблял на окраинах, и вздохнул. Почему-то он ожидал, что его первая трапеза после превращения в Спящего будет более пышной.

Тем не менее, это была еда.

Он сел и принялся с жадностью поглощать кашу. Он был очень, очень голоден.

При этом его мысли начали блуждать. Санни бросил взгляд на Джет и задумался. Заклинание велело ему найти мастера, и в следующее мгновение он понял, что прямо перед ним стоит женщина, называющая себя мастером. Он попытался представить себя послушным рабом такой женщины.

В его голове начали появляться странные мысли…

«Знаешь что, Санни.» — подумал он с мрачной иронией. «Зная твою удачу, это был бы идеальный момент, чтобы она спросила…»

— О чем ты думаешь?

Санни поперхнулся кашей. Он почувствовал, что его рот начинает открываться, и приложил всю свою волю, чтобы промолчать. Прошла секунда, пока он ничего не сказал. Затем в его сознании возникло странное давление, которое вскоре превратилось в ослепляющую боль. Он терпел ее еще несколько секунд, прежде чем сдаться.

— Я подумал, что сейчас самый подходящий момент, чтобы вы спросили меня о том, о чем я думаю, — наконец сказал он.

Джет бросила на него странный взгляд.

— Ладно. Ты почти закончил с едой?

Санни кивнул.

— Тогда я начну. Согласно протоколу, я обязана проинформировать тебя о некоторых вещах. В основном это формальность. Во-первых, что касается твоего Кошмара…

Она посмотрела на него и вздохнула.

— Ты имеешь право на бесплатную психологическую консультацию. Независимо от того, с каким травмирующим опытом ты столкнулся, нет ничего постыдного в том, чтобы попросить о помощи. Твой разум также важен, как и твое тело — правильно поддерживать его в здоровом состоянии. Тебе интересно?

Санни покачал головой. Джет пожала плечами и продолжила:

— Как хочешь. Ты также можешь поговорить со мной. Это было очень трудно?

Как он мог ответить?

— Это было одновременно намного хуже, чем я ожидал, и ровно настолько хуже, насколько я ожидал.

Она кивнула, удовлетворенная таким объяснением.

— Это хорошее отношение. Я не буду больше лезть в чужие дела. Мы, окраинные крысы, гораздо выносливее, чем люди думают.

Санни удивленно посмотрел на нее.

— Мастер Джет… вы выросли на окраине?

Она усмехнулась.

— Что? Ты не можешь сказать об этом из-за моих изысканных манер и полированной внешности?

Он пару раз удивленно моргнул.

— Я вообще не могу сказать.

Подумав немного, он добавил:

— А среди Пробужденных много таких, как мы?

Улыбка Джет исчезла.

— Нет. Не много. На самом деле, их можно пересчитать по пальцам одной руки.

Как и ожидалось. Шансы действительно были сложены против таких, как они. Это делало три звезды на знаке отличия Джет еще более исключительными.

«Однажды я тоже стану Мастером.»

Если она смогла это сделать, то почему я не могу?

— Итак… что теперь будет? Что еще вы обязаны мне рассказать?

Санни понятия не имел, что он должен был делать после выхода из полицейского участка. До зимнего солнцестояния оставалось всего несколько недель.

Джет откинулась назад и ответила:

— В принципе, это все. Есть несколько дополнительных вопросов, через которые придется пройти, в основном связанных с твоей семьей, но… в общем. Я читала твое досье, так что знаю, что это не относится к делу. Осталось только решить, как ты будешь готовиться к своему первому путешествию в Царство Снов.

Она посмотрела на свой коммуникатор и помрачнела.

— Я должна признаться, тебе исключительно не повезло. Времени совсем мало. Прежде всего: ты волен делать то, что хочешь. Никто не заставляет тебя принимать определенное решение. Иными словами, ты можешь выбрать, готовиться ли тебе самостоятельно или не готовиться вообще.

— Однако я бы не советовала этого делать. Как Спящий, ты также имеешь право поступить в Академию Пробужденных. Тебя обеспечат едой, жильем и широким выбором подготовительных занятий. К концу года ты не сможешь многому научиться, но это лучше, чем ничего.

Она помолчала несколько секунд, затем добавила:

— Что еще более важно, ты познакомишься с большинством людей, которые войдут в Царство Снов вместе с тобой. Некоторые из них могут стать твоими спутниками на всю жизнь.

— А некоторые могут попытаться покончить с этой жизнью, когда мы окажемся внутри Заклинания, — добавил Санни, читая между строк то, что сказала Мастер Джет.

— Ну, что скажешь? Хочешь, я отведу тебя в Академию?

Санни задумался. Странно, но его Недостаток молчал, не заставляя его отвечать так или иначе.

«Может быть, это потому, что я еще не принял решение?»

Наконец, он посмотрел вниз, на свой пустой поднос, и принял решение.

«Бесплатный ночлег и еда, говорите?»

— Да… Я хочу поступить в Академию.

Санни стоял перед массивными, казавшимися несокрушимыми красными воротами Академии Пробужденных. Академия была, по сути, городом в городе. Она была построена как крепость, с высокой стеной из твердого сплава, глубоким рвом и многочисленными крупнокалиберными турелями, которые были установлены в определенных местах, чтобы создать смертоносный купол для подавления воздуха. Ни одно Кошмарное Существо, даже колоссальные Титаны, не должны были быть в состоянии прорвать его оборону.

Это было легендарное место. На самом деле, многие из самых популярных веб-мультфильмов, молодежных драм и романов происходили именно за этой стеной. Приключения, соперничество и романтические связи молодых героев Пробуждения были главной темой современных развлечений. Никогда в своих самых смелых мечтах Санни не представлял, что станет одним из этих героев.

Спящая часть комплекса была относительно небольшой и располагалась в южной части Академии, окруженной со всех сторон тренировочными полями и парками.

Это было низкое современное здание, построенное из армированных материалов. Как и большинство зданий в Академии, большая его часть была скрыта под землей, оставляя над ней лишь пару этажей. С его белыми, из чистого сплава стенами и широкими окнами, оно, должно быть, прекрасно смотрелось летом, контрастируя со всей окружающей зеленью.

Внутри здание было просторным и хорошо освещенным. Санни и сереброволосую девушку провели в большой зал, где около сотни юношей и девушек — Спящих того же злополучного времени, что и они двое, — уже ждали начала церемонии посвящения. Большинство из них нервничали, были напряжены и взволнованы.

Логистика Академии была постоянной головной болью для администраторов, поскольку скорость, с которой Заклинание заражало людей, всегда была хаотичной. Не было никакой возможности упорядочить партии Спящих для прохождения какого-либо стандартизированного обучения по общему расписанию: у некоторых из них был целый год на подготовку к переходу в Царство Снов, у других — всего несколько месяцев, у третьих — всего несколько дней.

Вот почему церемонии посвящения проводились каждый месяц в начале года, а затем каждую неделю, как только приближалось зимнее солнцестояние. Некоторым Спящим в этом зале пришлось ждать несколько дней, а Санни повезло, и его доставили в Академию всего за несколько часов до назначенного события.

Оказавшись в зале, он понял две вещи.

Во-первых, все были хорошо одеты и имели чемодан, вещевой мешок или, по крайней мере, рюкзак с личными вещами. Они явно пришли подготовленными, скорее всего, из дома, отправленные своими семьями. Так что Санни и сереброволосая девушка, пришедшие с пустыми руками и в простой одежде, выданной полицией, были не нормой, как он предполагал, а привлекающей внимание аномалией.

«Точно. В этом есть смысл.»

Во-вторых, Мастер Джет не была слишком скромной, когда назвала себя ниже среднего по стандартам Пробужденных. Несмотря на то, что эти молодые люди только начинали свой путь Пробужденного, их внешность была ослепительной. Все были статными, красивыми и излучали здоровье.

Он сглотнул.

«И все же, я чувствую, что никто из них не сравнится с ней. Может быть, она не такой идеальной формы, но… я не знаю… у нее есть присутствие. Как будто тени становятся глубже, а температура падает на пару градусов, когда она находится в комнате.»

Была ли в этом разница между Спящим и Мастером?

Но все эти мысли были лишь попыткой отсрочить неизбежное. Санни уже знал, что его ждет дикая поездка.

Потому что он не мог лгать, а все эти возбужденные молодые люди, независимо от их одежды, пола и внешности, хотели одного.

Поговорить.

Каждый из них хотел поговорить с другими Спящими. Они хотели обсудить свои Кошмары, свое будущее путешествие в Царство Снов и все, что между ними. Они хотели задавать вопросы. Они хотели, чтобы им задавали вопросы. Они хотели обсудить что-то важное или просто поболтать о всяких глупостях.

Каждый хотел поделиться.

«Это кошмар!» — стонал Санни, встревоженный и испуганный. «Я обречен!»

Затем, с мрачной решимостью, он стиснул зубы и медленно выдохнул.

«Просто думай об этом как о продолжении своего испытания. Ты пережил черную гору, значит, сможешь пережить и это.»

Он сталкивался с героями, злодеями, монстрами и даже богами. Неужели он будет бояться кучки подростков?

…Возможно, он недооценил, насколько страшными могут быть подростки.

За полчаса почти все в комнате возненавидели его до глубины души.

После короткой серии разговоров Санни приобрел репутацию несносного, нецензурно выражающегося извращенца. Эта репутация быстро укрепилась. Он получил несколько пощечин и даже один раз удар кулаком. Он также узнал пару новых вещей о своей истинной сущности — а именно, что в глубине души он был груб, высокомерен и более чем немного похотлив.

Разговоры проходили примерно следующим образом:

— Посмотри на всех этих молодых людей. Как ты думаешь, сколько из них вернется из Царства Снов? А сколько погибнет? Как ты думаешь, каковы наши собственные шансы на выживание?

— Я не знаю, но я уверен, что такой напыщенный дурак, как ты, умрет первым!

Или:

— В своем Кошмаре я даже получила Воспоминание типа «Броня». Это заколдованная мантия. Хочешь посмотреть?

— Вообще-то, я бы предпочел увидеть тебя без мантии…

Или:

— Потом эти ничтожества начали грабить тела. Это было отвратительно! Они даже забрали их обувь! Какой дегенерат будет брать обувь мертвеца?

— Однажды я убил человека и забрал его ботинки. Это были хорошие сапоги.

— … Что? Ты убил кого-то только ради пары сапог?

— Конечно, нет! Были и другие причины. Я также забрал его плащ.

Снова став изгоем, Санни в конце концов остался один. Люди, казалось, избегали его. Невозмутимый, он нашел тихий уголок и стоял там, радуясь, что никто больше не хочет с ним разговаривать. Его лицо болело, а из носа капала кровь. В изгнании из группы не было ничего нового, но все равно было неприятно.

Однако он улыбался.

Потому что, настраивая против себя всю партию Спящих, Санни открыл для себя нечто жизненно важное.

Он научился контролировать свой недостаток.

Когда ему задавали вопрос, он не мог молчать. Он также не мог лгать. Однако после долгих экспериментов Санни обнаружил, что, немного потренировавшись, он может влиять на то, как именно будет выходить правда.

Это выглядело так: получив вопрос, его разум автоматически выдавал правдивый ответ. Затем Недостаток заставлял его произнести этот ответ вслух. Отказ говорить приводил к нарастанию давления, а затем к пронзительной боли. Чем дольше он молчал, тем сильнее становилась боль. В конце концов, он должен был сдаться и открыть правду.

Однако в моменты между получением вопроса и сдачей боли формулировка ответа могла быть изменена. Чем больше он отклонялся от первоначальной мысли, тем большее сопротивление он встречал — снова в виде давления, а затем боли. Ответ по-прежнему должен быть правдивым, но не таким резким.

Например, если бы Мастер Джет снова поймала его за пристальным взглядом и спросила, на что он смотрит, вместо того, чтобы смущаться, Санни смог бы вытерпеть немного боли и просто сказать: — На тебя.

Это все равно было бы правдой, но результат был бы совершенно другим.

Спрятавшись в углу, Санни усмехнулся, наблюдая за Спящими.

«Это хорошо. Это здорово. Это то, с чем я могу работать!»

В конце концов, не обязательно лгать, чтобы обмануть человека. Иногда правда была лучшим материалом для создания обмана.

***

Если использовать правду с определенным коварным умом, она может быть такой же вводящей в заблуждение, как и ложь. Например, в одном из предыдущих разговоров Санни признался, что однажды украл сапоги у мертвого человека. Другой парень был в ужасе и спросил, действительно ли он убил человека только ради пары сапог. Недостаток заставил его ответить, что были и другие причины, и что он также забрал плащ этого человека.

Истинной причиной убийства раба-ветерана было то, что за несколько часов до этого он выпорол Санни. Кроме того, он уже умирал. Плащ не имел никакого отношения к самому убийству. Однако формулировка ответа создавала впечатление, что это так.

Таким образом, два правдивых утверждения, собранные вместе, создавали эффект, схожий с ложью.

Это был всего лишь простой пример. Приложив немало усилий и напряженно подумав, Санни мог бы создать и другие виды манипулятивных истин. Это было чрезвычайно сложно и рискованно, но это можно было сделать.

Ему просто нужно было немного удачи.

Пришло время применить теорию на практике.

Санни не забывал о своей главной цели — сделать так, чтобы никто и никогда не узнал его Истинное Имя. Для этого ему нужно было создать впечатление, что он самый жалкий, слабый человек во всем этом здании. Тот, кто никогда не получит положительной оценки, не говоря уже о Божественном Аспекте и Истинном Имени.

Однако, поскольку это была бы ложь, он не мог просто взять и сказать это.

Так как же ему убедить всех в том, что у него точно нет мощного Аспекта и впечатляющего послужного списка в Заклинаниях?

Его взгляд упал на определенную группу Спящих. Их было пять или шесть человек, собравшихся вокруг высокого, уверенного в себе молодого человека.

У юноши были каштановые волосы и нежное, красивое лицо. Его глаза были зелеными, с оттенком дружеского юмора. Его осанка, фигура и внимательный взгляд выдавали человека, прошедшего длительную подготовку. Все в молодом человеке говорило о благородстве и силе.

Как раз в этот момент один из его спутников с изумлением произнес:

— Вознесенный? Ты получил Вознесенный Аспект? Что… какова была твоя Оценка?!

Молодой человек скромно улыбнулся.

— О. Это было «Превосходно».

Санни остановился перед группой, как бы случайно. Услышав ответ юноши, он нахмурился и посмотрел на него с презрением.

Затем голосом, полным крайнего недоумения, Санни произнес:

— Вознесенный, превосходно? И это все? Что в этом такого?

Его слова повисли в тишине. Спящие смотрели на Санни с уморительной гаммой эмоций, от недоумения до шока. Молодой человек с веселыми глазами лишь вежливо улыбнулся.

Честно говоря, получение Вознесенного Аспекта во время Первого Кошмара было крайне редко. Он, безусловно, был кем-то особенным, возможно, даже выдающимся. На самом деле, несмотря на их очевидные различия, молодой человек чем-то напомнил Санни Героя… Ауро из Девяти.

В их глазах был особый тип расчетливой холодности, спрятанной глубоко внутри. Он и раньше встречал таких людей, в основном среди ветеранов различных уличных банд на окраинах.

Они называли этот тип холодности «математикой убийства». По сути, это была привычка опытных бойцов — где бы они ни находились и в каком бы настроении ни были, в трезвом уме всегда оставалась часть, постоянно просчитывающая наиболее эффективный способ убийства человека, находящегося перед ними, на случай, если возникнет такая необходимость.

«Уф. Почему из всех людей я должен враждовать с кем-то подобным?»

Но у Санни не было оснований жаловаться. В конце концов, он сам виноват.

Через несколько секунд один из спутников молодого человека, наконец, моргнул и сказал:

— Э-э-э… друг, ты, должно быть, не очень много знаешь о Заклинаниях. Результаты Кастера действительно поразительны.

Затем, бросив быстрый взгляд на замечательного Кастера, он добавил:

— В конце концов, он — Наследник.

Настоящий, живой и дышащий потомок клана Пробужденных? Санни пересмотрел свое мнение о юмористе. Известно, что Наследников готовили к возможному вступлению в Заклинание с того момента, как они научились ходить. Для них заражение было не вероятностью, а уверенностью.

Они были чрезвычайно грозными людьми.

«Просто замечательно!» — с горечью подумал он и нахмурился еще сильнее.

— Ты пытаешься разыграть меня? Ты называешь это замечательным?!

Недоумение в глазах этих Спящих медленно сменялось враждебностью.

— Послушай, друг. Если ты не считаешь, что Вознесенный Аспект — это замечательно, тогда, пожалуйста, поделись с нами своими собственными удивительными результатами! Какова, скажи на милость, была твоя Оценка?

Сам Кастер по-прежнему молчал и улыбался. Однако его защитники становились все более беспокойными.

Это было именно то, чего хотел Санни. Он улыбнулся с полным презрением.

— Я хотел бы сообщить вам… моя Оценка была… э-э-э… она была «славной»! Да, славной. И Аспект, который я приобрел, был Божественного ранга.

После этого он получил несколько странных взглядов. Никто никогда раньше не получал Божественный Аспект, поэтому, конечно, они начали думать, что он сумасшедший. Но все же оставалась какая-то доля сомнения… может быть, этот странный парень был потомком могущественного клана? Несравненным вундеркиндом? Может быть, его Оценка действительно была славной…

Санни должен был развеять эту крошечную каплю сомнения.

— Учти, я не какой-то там возвышенный Наследник. Пф-ф! Я с окраины. Я даже никогда не проходил боевую подготовку. Все эти тренировки, а он получил только «отлично»? Что он делал во время Кошмара, все время ковырялся в носу?

Выражения всех Спящих, слушавших его хвастовство, мгновенно изменились. Окраинная крыса без подготовки… да, конечно. Кого он пытался обмануть?

Наконец, с той же вежливой улыбкой Кастер произнес:

— Славный? Это интересно. Не мог бы ты рассказать нам, каковы твои достижения в Кошмаре?

Санни ухмыльнулся.

— Конечно, без проблем! Во-первых, я убил… э-э… Пробудившегося Тирана.

Каждое «э-э» стоило ему пары мгновений сильной боли, но он не показал этого на своем лице. Его выражение было только самодовольным и конфронтационным.

Одно только упоминание о тиране, не говоря уже о пробужденном, заставило пару Спящих насмешливо улыбнуться.

— Неужели? Как ты его убил?

На лице Санни появилось высокомерное выражение.

— Как? Позволь мне сказать тебе, мне даже пальцем не пришлось пошевелить. Я просто плюнул, и его разорвало на куски!

И это было правдой. Санни сплюнул полный рот крови на алтарь, и в результате Горный Король был безжалостно расчленен Богом Теней.

Кто-то открыто рассмеялся.

— Этот парень либо сумасшедший, либо специально нас разыгрывает. Слушай сюда, коротышка. Имей немного приличия, ладно? Кто поверит в такую ложь?

Санни был искренне зол. Он хотел возразить, сказав, что он не коротышка. Но он не мог.

Потому что это была бы ложь, черт возьми!

Поэтому вместо этого он просто стиснул зубы и сказал голосом, полным возмущения:

— Я не могу ответить на этот вопрос, потому что это не ложь!

— Ты действительно настаиваешь на том, что убил пробудившегося тирана — тирана! — и не менее того, с помощью слюны?

Санни нахмурил брови.

— Это правда!

Последовал еще больший смех.

— Сумасшедший ублюдок!

— Он действительно верит в свое собственное дерьмо!

— Безумец, он безумец…

Неожиданно Кастер остановил своих спутников.

— Ребята.

После того, как смех затих, он дружелюбно спросил:

— Чего еще ты достиг?

Что? Этого было недостаточно? Санни поднял подбородок.

— Дай подумать… О! Я также убил пробужденного мечника.

— Правда? И как же ты это сделал?

Делая вид, что ему немного неловко, Санни опустил глаза.

— Это… вообще-то, в тот раз мне пришлось пошевелить пальцем. Мне даже пришлось пару раз встряхнуть его. Но этого было достаточно, чтобы убить его.

Он держал Серебряный Колокольчик между пальцами, что привело к тому, что Герой был атакован и в конце концов убит тираном. Так что, технически, все его утверждения были правдой.

— Что за сумасброд!

— Ха! Вы можете поверить этому идиоту?!

— Бедный ублюдок. Мало того, что он слаб, он еще и сошел с ума…

Кастер окинул своих спутников долгим взглядом, а затем повернулся к Санни.

— Что-нибудь еще?

Санни моргнул. Время для последнего штриха…

— Что-то еще? Ну… Ну. О, точно! Я общался с кучей богов, хотя все они были мертвы. Я заставил одного из них проснуться. Он дал мне благословение! Меня благословил бог, вы все поняли?!

Спящие молча качали головами или смотрели на него с жалостью. Кастер вздохнул.

— Понятно. Что ж, по сравнению с твоими достижениями мои выглядят довольно средненько. Спасибо, что поделился с нами. Надеюсь, ты будешь столь же успешен, когда мы войдем в Царство Снов.

Санни улыбнулся с выражением самодовольного превосходства на лице.

— Тебе лучше поверить в это!

С этими словами он развернулся и пошел прочь.

«Ах. Это хорошо выполненная работа.»

Он был уверен, что после этого выступления никто никогда не поверит, что у него действительно есть какой-то мощный Аспект или он сделал что-то достойное внимания во время Кошмара. Он сказал им только правду, и все же сумел заставить всех поверить в обратное.

Такое невероятное чувство.

Что они думали о нем теперь? Они считали его слабым, выросшим без всякого образования на окраине и не прошедшим никакой подготовки. Более того, он был либо безумен, либо невероятно глуп. Его характер был ужасен.

Воистину жалкий и ничтожный человек.

Теперь, когда его спрашивали о его Аспектах, он мог просто честно сказать, что они Божественного ранга, и над ним смеялись. Люди скорее поверят, что Заклинание перестало существовать, чем в то, что он был кем-то примечательным. Он мог бы даже кричать о своих достижениях с крыши, и никто бы ему не поверил.

Впоследствии никто и не заподозрил бы, что у него есть Истинное Имя.

«Подождите, глупцы. Однажды я сам буду смеяться.»

Когда Санни уходил, он услышал, как один из Спящих разговаривает с Кастером:

— Почему ты не поставил этого безумца на место? Он принизил тебя!

После небольшой паузы Кастер ответил. Его голос звучал низко и мягко.

— Бедняга, должно быть, сошел с ума в Кошмаре. Такое часто случается. Скорее всего, он скоро умрет, так что быть добрым — это меньшее, что я могу сделать…

Уголок рта Санни дернулся.

«Какой хороший парень.»

Он знал, что слова Кастера были основаны на ложных предположениях, но почему-то все равно почувствовал холодок, пробежавший по позвоночнику.

Удовлетворенный своим выступлением, Санни вернулся в пустынный угол зала. Он чувствовал, что люди смотрят на него с насмешкой, презрением и жалостью. Никто, казалось, не хотел оставаться рядом с ним. Но это было и хорошо: он все равно не хотел, чтобы его беспокоили.

И все же, не была ли их реакция несколько преувеличенной? Он же не был носителем инфекционной болезни. Ну, разве что Заклинание. Но это была не совсем болезнь, о чем все здесь уже должны были догадаться.

Наконец, он выбрался из толпы и дошел до угла. По какой-то причине Спящие не желали подходить к нему: в данный момент на скамейке тихо сидела только одна девушка. Санни посмотрел на неё.

Тихая девушка была хрупкой, скромной и очень красивой. Ее одежда была опрятной и аккуратной. Она не была очень дорогой, но все же была подобрана со вкусом. Со своими светло-русыми волосами, большими голубыми глазами и утонченным лицом она была похожа на прекрасную фарфоровую куклу.

От нее просто захватывало дух.

Однако с ней было что-то не так. Санни нахмурился, пытаясь понять, что именно в этой девушке вызывает у него дискомфорт. Через некоторое время он понял, что ее пустой, ничего не выражающий взгляд напомнил ему Горного Короля.

Пораженный, Санни понял, что девушка слепа. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы успокоиться.

«Какая жалость.»

Немного разочарованный, он осторожно сел на противоположный конец скамейки.

Девушка не пережила бы Первый Кошмар, если бы была слепой до того, как попала в Заклинание. Это означало, что она потеряла зрение в результате Оценки.

Это был ее недостаток.

Внезапно Санни почувствовал сильное беспокойство. Холодное чувство разлилось по его груди.

«А я-то думал, что мой недостаток плох.»

Независимо от того, какую способность Аспекта получила слепая девушка в обмен на зрение, это был фактически смертный приговор. У слепого человека не было шансов выжить в Царстве Снов, по крайней мере, со спящим ядром. В каком-то смысле девушка уже была мертва.

Она была фактически ходячим трупом.

Чувствуя себя крайне обеспокоенным, Санни отвернулся и стал изучать толпу Спящих. Теперь он понял, почему люди старались избегать этого угла: девушку окружала невидимая, но почти осязаемая аура смерти.

Спящие обычно не были очень суеверны, но в ее обществе любой почувствовал бы себя неуютно.

Вооружившись этим знанием, Санни вдруг увидел закономерность в том, как группировались молодые люди в зале. Инстинктивно все они старались держаться поближе к тем, кто был в их положении.

В дальнем конце зала, ближе всего к сцене, находились одна или две небольшие группы. Люди в этих группах отличались от остальных Спящих. Все они были уверены в себе, спокойны, и от них веяло готовностью. Это были Наследники: их готовили к Заклинанию с самого рождения, и у них были самые высокие шансы выжить. Кастер особенно выделялся среди остальных.

Рядом с ними находилось большее число дорого одетых молодых людей. Они были оживлены, возбуждены и лишь немного нервничали. Это были отпрыски богатых и высокопоставленных граждан. Их обучение было довольно хорошим, поскольку такие семьи имели достаточно средств, чтобы нанимать частных наставников — даже Пробужденных. Их шансы на выживание были неплохими.

Самую большую часть толпы составляли дети из семей среднего класса. Возможно, у них не было привилегии обучаться у Пробужденных, но их образование было неплохим. Правительство потратило много усилий, чтобы включить все необходимые знания и навыки в школьную программу, заранее готовя потенциальных Спящих.

Некоторые из них могли получить дополнительное обучение в частном порядке. Чтобы выжить, этим Спящим нужно было приложить немало усилий, а также немного удачи. Но это не было маловероятным. Следовательно, они были напряжены и нервничали.

И, наконец, были Санни и слепая девушка. Трупы. С точки зрения других Спящих в зале, их шансы на выживание были близки к нулю.

«Как очаровательно.»

Именно так подсознательно делили себя молодые Спящие.

Единственным исключением из этого правила была сереброволосая девушка, которая стояла одна и отдельно от всех, казалось, безразличная к напряжению и нервозности, пронизывавшим воздух. Она прислонилась к стене с закрытыми глазами, продолжая слушать музыку.

Но независимо от группы и уровня подготовки, все уже устали ждать.

«Когда же начнется эта чертова церемония вступления?» — раздраженно подумал Санни.

Словно отвечая на его мысли, на сцене появился высокий мужчина в темно-синей форме. Он был не просто высоким, он был почти гигантом. Санни даже подумал, не согрешила ли мать этого человека с медведем…

Конечно, это было невозможно — медведи вымерли задолго до появления Заклинания. Но однажды он видел картинки в книге, и они были похожи.

«Значит, кошмарное существо, похожее на медведя.»

У этого гигантского мужчины были широкие плечи, атлетическое телосложение и роскошная коричневая борода. Его глаза были спокойными и серьезными. Дойдя до центра сцены, он окинул Спящих долгим взглядом. Когда его взгляд достиг пустынного угла, Санни вдруг почувствовал нервозность.

«Ух… Я очень надеюсь, что у него нет телепатических способностей. Иначе он может отделить мне пару конечностей по поручению своей матери.»

Мужчина не обратил на Санни особого внимания и перевел взгляд на первые ряды толпы. Наконец, он сказал глубоким, гулким голосом:

— Я — Пробужденный Рок. Спящие, добро пожаловать в Академию.

Все слушали, не издавая ни звука.

— Менее чем через месяц вы будете призваны в Царство Снов. Некоторые из вас могут подумать, что вы хорошо подготовились. Вы ошибаетесь. Заклинание безжалостно и коварно. Как только Пробужденный начинает думать о себе слишком много, он умирает. Я видел бесчисленное множество Спящих, подобных вам, которые потеряли свои жизни. Я также видел, как опытные Мастера теряли свои жизни. Даже Святые, не уверен, что выживут.

«Спасибо за поддержку.» — саркастически подумал Санни.

— В течение следующих четырех недель мы сделаем все возможное, чтобы увеличить ваши шансы на выживание. Вы пройдете обучение у лучших инструкторов в мире. Однако пусть вас не вводит в заблуждение их слава: в конечном итоге, вернетесь ли вы живыми из Царства Снов, зависит только от одного человека — от вас. Ответственность за выживание лежит на вас, и только на вас.

Кроме Наследников, Спящие смотрели друг на друга с нарастающим страхом в глазах. Пробужденный Рок продолжил:

— Вы больше не дети. Это прискорбно, потому что вы должны были бы ими быть. Но Заклинание решило иначе. Вы побывали в Первом Кошмаре, поэтому вы уже знаете, на что это похоже. Ваши родители, ваши учителя и ваши друзья больше не могут вам помочь…

«У меня уже давно нет ни одного из них.»

Слушая речь Рока, Санни не мог не чувствовать себя немного отстраненным. Все это было для него старой новостью. Однако он понимал цель инструктора: он должен был заставить молодых Спящих бояться, потому что страх — единственное, что поможет им выжить.

Наконец, речь перешла к самой важной части. Пробужденный Рок сделал паузу, давая детям, слушающим его, несколько мгновений, чтобы переварить его слова. Затем, коротко кивнув, он продолжил:

— Теперь мы поговорим о разнице между Кошмарами и Царством Снов…

Это было то, чем Санни очень интересовался.

Конечно, он имел общее представление о том, как все устроено внутри Заклинания. Но Первый кошмар уже показал ему, что реальность отличается от того, как она изображается в популярной культуре, множеством мелких, но бесконечно важных способов.

Ему нужно было отделить правду от мифов. И, конечно, было очень полезно услышать это из уст того, кто действительно побывал в Царстве Снов. Так что Санни был весь внимание.

Пробужденный Рок начал говорить:

— Большинство людей знают, что такое кошмары — потому что они влияют на реальный мир и их жизнь. Всех вас предупредили перед входом в Первый Кошмар, что если вы там погибнете, то Кошмарному Существу будет позволено пересечь порог и войти в реальность.

Да, это была причина, по которой Мастер Джет должна была терпеливо ждать рядом с ним, готовая справиться с монстром, если он появится.

— Первые Кошмары уникальны, потому что каждый из них индивидуален. Вот почему может появиться только одно существо. Однако, начиная со второго Кошмара, все становится гораздо опаснее. Эти Кошмары не привязаны к инфицированному человеку. Вместо этого они рождаются в Царстве Снов. Пока Семя Кошмара растет, любое количество Пробужденных может попытаться завоевать его.

Охота на Кошмаров была главной обязанностью Пробужденных. Санни знал это.

— Если все они погибнут или не смогут найти Семя до того, как оно созреет, в реальном мире откроются Врата, которые пропустят бесчисленных монстров. Вы все знаете о последствиях. Другие Пробужденные будут вынуждены противостоять натиску с этой стороны, но тогда возможны массовые разрушения или потери среди гражданского населения.

Открывающиеся Врата были тем, чего боялся каждый человек на планете. Это была вторая катастрофа, вызванная Заклинанием, после первоначального появления Кошмарных Существ. Главное отличие заключалось в том, что в той первой волне были только спящие чудовища. Однако у Врат были свои ранги, и любой вид существ мог потенциально пройти через них.

Незадолго до рождения Санни открывшиеся Врата пятого ранга сделали целый континент непригодным для жизни. К счастью, врата высокого ранга встречались очень редко.

Голос Пробужденного Рока стал торжественным.

— Поэтому не будет ошибкой сказать, что цель Пробужденного — входить в Царство Снов, искать созревающие кошмары и закрывать их до того, как реальному миру будет нанесен какой-либо вред. Отсюда видно, что Царство Снов и кошмары связаны между собой, но не являются одним и тем же. Если кошмары — это место назначения, то Царство Снов — это дорога. Но это еще и гораздо больше.

«Очень романтично. Неужели у Пробужденного Рока есть поэтические наклонности?»

— Проще говоря, Царство Снов — это целый мир. Он огромный, таинственный и в основном неизведанный. Он также мертв. Там нет жизни, кроме Кошмарных Существ, испорченных экосистем… и теперь нас. Но он не всегда был мертвым. Мы можем сказать, что когда-то, давным-давно, в Царстве Снов жили несколько примитивных цивилизаций. В его почве погребено множество руин.

Из того, что знал Санни, те потерянные цивилизации не были действительно примитивными, просто их развитие было сосредоточено на ядрах души и мистицизме, а не на технологиях. То есть, по сути, чудеса и магия. Как они назывались? Как они пали? Никто не знал.

Возможно, они были уничтожены Заклинанием.

— Мы не знаем, существует ли Царство Снов внутри Заклинания как одна из его иллюзий, только в невообразимо большем масштабе, или же оно реально, а Заклинание служит лишь проходом между двумя реальностями. Однако мы подозреваем, что иллюзии, созданные внутри Кошмаров, основаны на его истории. Это реплики прошлых событий, каким-то образом воссозданные из глубин времени.

Итак, на этой черной горе когда-то, давным-давно, мог быть настоящий караван рабов. Санни вспомнил, как в начале его кошмара время, казалось, двигалось вспять. Он подумал, чем бы все закончилось без его участия. Погиб ли безымянный раб из храма в пасти Горного Короля вместе с остальным караваном?

Почему-то ему казалось, что безымянный раб не так прост. Иначе с чего бы Заклинанию помнить о нем? А что насчет Героя? Смог ли он сбежать?

«Интересно.»

— Есть четыре основных отличия между Царством Снов и Кошмаров. Во-первых, у него нет «сюжета». Здесь нет предопределенного конфликта, который вы должны разрешить. Вы можете свободно перемещаться и исследовать, при условии, что у вас хватит сил остаться в живых в дикой местности. Большинство людей обычно держатся поближе к одной из человеческих Цитаделей.

Приятно слышать, — неуверенно подумал Санни.

Конечно, в Царстве Снов не было предопределенных конфликтов. Но с его атрибутом [Судьбоносный] он наверняка попадет в какую-нибудь неприятность. Так что свобода, о которой говорил Пробужденный Рок, в его случае была относительной.

Тем временем инструктор продолжал:

— Во-вторых, как я уже говорил, в Царстве Снов нет людей, кроме тех, кто пришел из реального мира. Есть только монстры. Некоторые из них могут имитировать человеческую внешность, так что имейте это в виду.

Санни почувствовал, как холодный пот струится по его спине. Кошмарные существа, подражающие людям? Так жутко! С каких это пор? Почему он никогда не слышал об этом?

Он бросил взгляд на Наследников, стоявших в первом ряду, и заметил, что они не выказали ни малейшего удивления. Значит, они знали.

— В-третьих, в отличие от Первого Кошмара, в реальном мире не появятся кошмарные существа, если вы умрете в Царстве Снов. Это может показаться жестоким, но это хорошо. Силы Пробудившихся и так распылены. Если бы нам пришлось следить за каждым Спящим, у нас бы не хватило ресурсов для решения более важных вопросов.

Учитывая, что каждый Спящий мог проводить в Царстве Снов недели, а иногда и месяцы, в этом утверждении была безжалостная логика.

— И последнее, самое важное. В отличие от Кошмаров, которые связаны правилами справедливости, в Царстве Снов нет ограничений на то, какое существо вы можете встретить. Во время же испытаний Заклинание не будет сталкивать спящего человека с противником, стоящим на много рангов выше него…

«Неужели?» — усмехнулся Санни.

Однако он был вынужден согласиться с Пробужденным Роком. Даже если Герой и Горный Король были далеко за пределами его лиги, они все равно были всего на один ранг выше него.

— … Но в Царстве Снов нет таких ограничений. Теоретически, вы можете наткнуться на Нечестивого Титана и умереть, даже не поняв, что произошло. Так что будьте осторожны и придерживайтесь регионов с врагами одного с вами ранга. Это не железная гарантия, но, по крайней мере, будет меньше шансов, что вы откусите больше, чем сможете прожевать.

Придерживаться региона, населенного кошмарными существами ниже его ранга, было еще лучше. Именно так и собирался поступить Санни.

Пробужденный Рок сделал паузу на несколько мгновений, изучая лица Спящих перед ним. Затем он добавил:

— Когда наступит солнцестояние, вас затянет в Царство Снов. Точное место, где вы появитесь, невозможно предсказать заранее, но есть большая вероятность, что многие из вас окажутся в непосредственной близости друг от друга. Объединитесь и отправляйтесь в ближайшую человеческую Цитадель. Каждая цитадель построена вокруг Врат. Как только вы достигнете их, вы сможете вернуться.

Врата — это специальные порталы, которые служили точками выхода из Царства Снов. Когда Спящие достигали такого портала, они могли вернуться в реальность и стать Пробужденными. Их сущность развивалась, и они также получали вторую способность Аспекта. После этого они возвращались в Царство Снов каждый раз, когда засыпали.

— Если вы не можете найти или не в состоянии добраться до ближайшей человеческой Цитадели, ищите невостребованные Врата. Обычно они находятся внутри или рядом с самой заметной достопримечательностью региона. Работайте вместе, чтобы победить его хранителей и вернуться живыми.

Он окинул их тяжелым взглядом.

— На сегодня это все. Далее следуйте инструкциям, отправленным на ваши коммуникаторы, чтобы найти назначенное вам общежитие. После заселения вы можете отправиться в столовую на поздний ужин. После этого будет проведен раунд собеседований для подготовки предложенных вам учебных планов. Хорошо выспитесь. Ваше обучение начнется завтра.

С этими словами он коротко кивнул им и ушел.

Санни вздохнул.

«Невозможно предсказать заранее, да?»

Если ему повезет, то он либо упадет прямо посреди процветающей человеческой Цитадели и тут же свернет во Врата, либо появится в каком-нибудь регионе Царства Снов, настолько отдаленном и смертельно опасном, что никто никогда не слышал о нем и не возвращался оттуда живым.

Будем надеяться на первое.

Поскольку он ничего не мог с этим поделать, Санни не очень беспокоился. У него на уме было нечто гораздо более важное — что именно подают здесь на ужин…

Все, что имело отношение к Спящим, находилось в одном здании. Санни последовал инструкциям, отправленным на его коммуникатор, и быстро нашел общежития, которые располагались на одном из самых нижних уровней. К его удивлению, он получил целую комнату в свое распоряжение.

В ней была кровать с мягким матрасом, стол, комод и даже отдельная ванная комната! Материалы были новыми и эстетически приятными, воздух — чистым и стерильным. Внутри было тепло, а внешняя стена была оснащена скрытым экраном, который плавно имитировал широкое окно, открывающее живописный вид на заснеженный парк.

Здесь было даже несколько комплектов одежды с эмблемой Академии, предоставленных ему бесплатно.

«Как экстравагантно.» — подумал Санни, немного ошеломленный.

Рассуждая здраво, он понимал, что такое предложение не было действительно роскошным. Однако для него, выросшего на окраине, эта комната была похожа на дворец. Он почесал голову.

«Похоже… у меня получилось?»

Санни огляделся вокруг, затем подмигнул своей тени и улыбнулся.

— Похоже, мы продвигаемся в этом мире, да?

Тень ничего не ответила, видимо, не очень впечатлившись. Возможно, ее не волновали такие вещи.

«Правильно, что может знать глупая тень?»

Санни переоделся в новую одежду и изучил себя в зеркале. Затем, вспомнив кое-что, он вызвал руны.

Наконец-то у него появилось время изучить Саван Кукловода.

Воспоминание: [Саван Кукловода].

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Тип Воспоминания: Броня.

Описание Воспоминания: [Однажды в сердце праведного короля завелся червь сомнения. Со временем он стал пожирать короля изнутри и превратил его в марионетку. Спустя целую жизнь червь-кукловод выбрался из мертвого тела короля, оставив после себя кокон из черного шелка. Никто не знает, куда он делся; однако, когда люди осмелились подойти к безмолвному замку, они нашли шелк среди гор обглоданных костей и сделали из него доспехи.]

Санни сделал кислое лицо.

«Это не так уж и страшно. Да. Мне совсем не страшно.»

Если подумать, то первое существо, которое он убил, называлось личинкой. Если предположить, что Горный Король был зрелым червем-кукловодом — и уже тираном… то во что, черт возьми, он мог превратиться, став мотыльком?

Нет, лучше не думать об этом.

Вздохнув, он вызвал Саван Кукловода. Тонкие черные нити тут же появились вокруг его тела и обернули его в доспехи. Он был сделан из темно-серой мягкой ткани, а некоторые элементы, такие как скобы и наплечники, были сделаны из черной кожи без блеска.

Доспехи были легкими, сдержанными и совершенно не сковывали движений. Они также не издавали никаких звуков, когда он двигался. Идеальное снаряжение для того, кто любит скрываться в тени!

Санни улыбнулся. Он знал, что эти доспехи будет трудно пробить любому существу ниже ранга Пробужденного, что давало ему большое преимущество в борьбе со всеми спящими монстрами. Он также чувствовал какое-то странное, слабое спокойствие, пока носил ее.

«Червь сомнения… есть ли у него усиленная защита от ментальных атак?»

Почему-то он был уверен в этом.

Отличный трофей! Он не ожидал ничего меньшего от Воспоминания могущественного Тирана.

Единственная проблема заключалась в том, что Саван Кукловода явно не предназначался для ношения поверх полного комплекта одежды. Вполне удовлетворенный, Санни отозвал её и вышел из комнаты, направившись в кафетерий.

«Неплохо, неплохо.» — подумал он, вспоминая все награды, полученные им во время и после Первого Кошмара.

Ужин оказался таким же пышным, как и в общежитии. Желание Санни отведать настоящего мяса наконец-то исполнилось: мало того, что оно было в свободном доступе для Спящих, так еще и не было ограничения на количество, которое каждый из них мог съесть! Кроме того, здесь были рис, хлеб, различные гарниры, соусы, свежие овощи, фрукты и всевозможные вкусные напитки.

«Экстравагантно!» — подумал Санни, не отрываясь от кофе.

Набрав небольшую гору еды на своей тарелке, он нашел свободное место и на некоторое время забыл о существовании мира. Когда сочное, текстурное, идеально приправленное мясо заполнило его рот, в глазах Санни вдруг появились звезды. Ему пришлось сдержать восторженный стон.

И подумать только, он мог бы прожить так целый год!

«Проклятое Заклинание… почему ты не заразило меня несколько месяцев назад?»

Он сосредоточился на еде, в мгновение ока опустошив всю тарелку. Сытый и более чем чуть-чуть объевшийся, Санни с тоской огляделся и подумал о том, чтобы взять еще порцию. Но уже наступило время его встречи с персоналом Академии.

Полный сожаления, он встал и вышел из столовой.

Вскоре он оказался в небольшом кабинете, сидящим напротив административного работника. Работник был очень дружелюбен и сразу же приступил к собеседованию.

Как и предупреждала его мастер Джет, Санни снова предложили пройти психологическую консультацию. Помня ее совет, он отказался, и собеседование плавно перешло к вопросам о его Аспектах.

Он не хотел выдавать информацию о своих способностях, но в то же время понимал, что должен что-то рассказать работнику. К счастью, вопросы были сформулированы таким образом, чтобы Спящий чувствовал себя спокойно. Так, большинство из них начинались с приятных и вежливых преамбул вроде «не хотели бы вы рассказать мне» или «если вы готовы поделиться», что давало Санни возможность давать нейтральные ответы.

— Не могли бы вы рассказать мне о типе полученных вами способностей Аспекта, например, боевых, колдовских, утилитарных?

Он был не против, но ему пришлось быть осторожным.

— Э-э, я не уверен. У меня не было времени, чтобы хорошо понять их.

— Ничего страшного. Можете ли вы напрямую наносить урон с помощью своей способности?

— Наверное, нет? Раньше я даже не мог повредить полотенце.

Все продолжалось в том же духе. В конце концов, Санни рассказал достаточно информации, чтобы создать впечатление, что его Аспект был слабым, безобидным и, скорее всего, имел отношение к полезности.

После этого он вернулся в свою комнату, разделся и лег спать.

Санни думал, что засыпать в первый раз после Кошмара будет странно, но на самом деле это оказалось на удивление легко. Лежа на мягком матрасе, прижавшись кожей к чистому постельному белью и подложив под голову пушистую подушку, он спал как младенец.

***

Рано утром Санни умылся в своей личной ванной комнате и, полный энергии, в радостном настроении поспешил на завтрак.

В столовой было немноголюдно. Наполнив свою тарелку всякими вкусностями, он быстро понял, что единственное место, куда он может сесть, находится рядом со вчерашней слепой девочкой. Ее столик был пуст, так как никто не хотел быть рядом с ней.

Санни помрачнел. Казалось, что эти двое обречены быть изгоями вместе в течение оставшихся четырех недель. Он также чувствовал себя неуютно в компании человека, который был практически мертвецом, но выбора особого не было.

Потеряв хорошее настроение, он сел за стол слепой девушки и бросил прощальный кивок социальному работнику, который помогал ей передвигаться. После этого он постарался сделать вид, что их не существует, и сосредоточился на еде.

Однако, прежде чем он успел закончить, его внимание привлек внезапный шум.

«Что происходит?»

Он поднял голову и увидел, что множество Спящих собрались вокруг большого экрана, висевшего на стене кафетерия, их лица были наполнены волнением и благоговением. На экране отображался список имен, в котором новая партия Спящих была ранжирована от слабейших к сильнейшим, скорее всего, по результатам собеседований.

Не особенно заинтересовавшись, он быстро нашел свое имя в самом низу списка. Единственным Спящим, который, по мнению Академии, имел меньше шансов на успех, чем он, была слепая девушка. Оказалось, что ее звали Кассия.

Но суматоха была слишком громкой, чтобы быть просто результатом ранжирования. Любопытствуя, он перевел взгляд вверх. Спящие были беспокойны.

— Как… как это может быть?!

— Мне не мерещится, верно?

— Что она за чудовище?!

Кастер был помещен на второе место. Прямо над ним был хорошо виден портрет сереброволосой девушки.

Справа от него отображались две простые строки текста:

Имя: Нефис

Истинное Имя: Меняющаяся Звезда.

Так, сереброволосая девушка Нефис тоже получила Истинное Имя в своем Первом Кошмаре. Чтобы получить свое собственное, Санни пришлось иметь дело с Героем и Горным Королем, обладая при этом совершенно бесполезным Аспектом — невозможный подвиг, который, похоже, очень понравился Заклинанию.

«Интересно, как она получила свой?»

Спящие в кафетерии были ошеломлены открытием этого достижения. Они смотрели на экран с изумлением, страхом и восхищением. Слушая их возбужденный шепот, Санни почувствовал детское желание закричать: «У меня тоже! У меня тоже есть!».

Но, конечно, он промолчал.

Оглядевшись по сторонам, он заметил, что взгляд Кастера прикован к экрану. На лице веселого молодого человека появилось странное, мрачное выражение. Но самое странное было то, что, насколько мог судить Санни, Кастер смотрел не на строку текста, содержащую Истинное Имя.

Вместо этого он смотрел на строку с надписью «Нефис», как будто настоящее имя девушки имело для него большее значение, чем то, которое дало заклинание.

«Интересно. Они знакомы?»

Зачем высокозначимому Наследнику знать кого-то, кто пришел в Академию в спортивном костюме, выданном полицией? И, кстати, о Нефис… где она была?

Санни оглядел кафетерий и быстро заметил сереброволосую девушку, которая тихо сидела в углу с чашкой кофе в руках. Она не обращала внимания на суматоху, казалось, погрузившись в свои мысли. Ее серые глаза были серьезными и отстраненными.

— Спящий с Истинным Именем? Это невозможно!

— Технически это возможно. Улыбка Небес получила свое Истинное Имя в Первом Кошмаре, я думаю. Но да, я сомневаюсь…

— Может, она солгала на собеседовании?

— Ты что, дурак? Если бы было так легко обмануть администраторов, то вчерашний сумасшедший извращенец был бы на первом месте!

Лицо Санни дернулось. Сумасшедший извращенец, ага…

— Ну, почему бы нам просто не спросить ее?

Внезапно в столовой воцарилась оглушительная тишина. После этого предложения Спящие замолчали и повернулись, уставившись на Нефис. Однако ни у кого, похоже, не хватало смелости подойти к ней первым.

Наконец почувствовав что-то, она подняла глаза и с удивлением посмотрела на них.

— Ммм. Что?

Даже слепая девушка, Кассия, повернулась в направлении ее голоса.

Через пару мгновений Кастер внезапно подошел и сделал небольшой поклон.

— Леди Нефис. Я Кастер из клана Хань Ли. Я вижу, что ваше испытание прошло хорошо?

Леди? Почему он так к ней обращается? И ему пришлось представиться… значит, они не знакомы? Интересно.

Нефис, казалось, была немного озадачена вопросом. Подумав немного, она улыбнулась и пожала плечами.

— Все так, как есть

Кастер неловко улыбнулся в ответ.

— Понятно. Я очень рад, что вы вернулись невредимой. Не то чтобы я сомневался в ваших способностях.

Нефис кивнула.

— Спасибо.

После этого она вернулась к своему кофе, показывая, что разговор окончен или просто не обращая внимания на всеобщее внимание.

Санни вздохнул.

«Как загадочно.»

В его голове было много мыслей. Однако ни одна из них не могла отвлечь его от самого важного — завтрака. Через несколько секунд он уже забыл о неловкой динамике между Кастером и Нефис и с удовольствием поглощал еду.

***

Класс выживания в дикой природе был просторным, со вкусом оформленным… и совершенно пустым. Санни даже подумал, что ошибся, но потом заметил мрачного инструктора, сидящего за широкой деревянной партой. Заметив его, инструктор оживился.

— Входите, молодой человек!

Это был оживленный старик с растрёпанными седыми волосами, рассеянными глазами и кустистыми бровями, которые, казалось, прыгали сами по себе.

— Я — Пробужденный Юлий. Вы можете называть меня учитель Юлий. Садитесь, садитесь! Как вас зовут?

Санни послушно сел.

— Санлес.

Юлий поднял брови.

— Ах! Какое зловещее имя. Но это хорошо, очень хорошо. В конце концов, нам придется иметь дело со многими зловещими вещами!

Санни внимательно огляделся вокруг.

— Э-э… Простите, учитель. Я пришел слишком рано?

— Нет, нет… вы как раз вовремя.

— А другие студенты опаздывают?

Преподаватель хмыкнул с невероятным презрением.

— Никто больше не придет. Этим грубиянам интересно только махать кулаками и мечами. Лишь немногие из них умны, как вы, и знают истинную цену знаниям…

Ох. Значит, он был настолько непопулярен. Санни внутренне вздохнул, надеясь, что не пожалеет о решении отказаться от боевой подготовки в пользу этого курса.

— Скажите, молодой человек… почему вы выбрали именно выживание в дикой природе?

Не было смысла скрывать истинную причину. Да и не факт, что Санни смог бы это сделать…

— Пробужденный, который наблюдал за мной во время Первого Кошмара, Мастер Джет, посоветовала мне изучать это прежде всего.

— Очень мудрый совет! Этот Мастер действительно знает, что важно… подождите. Вы сказали Джет?

Его глаза расширились.

— Жнец Души Джет? Эта убийственная дикарка?! Хм. Кто бы мог подумать, что такая варварка, как она, знает цену замысловатым знаниям.

Жнец Души? Любопытство Санни взяло вверх.

— Учитель, вы знаете Мастера Джет?

Юлий внимательно посмотрел себе за спину, прежде чем ответить:

— Кто не знает Жнеца Душ? Может, она и не самый могущественный Пробужденный, но уж точно не одна из самых боязливых. Это потому, что ее Способности Аспекта не обращают внимания на плоть и нацелены непосредственно на ядра души. А это значит, что никакие доспехи, сопротивление урону и физическая защита не смогут их остановить.

Он наклонился вперед.

— Единственное, что хорошо, так это то, что она молода и вряд ли станет Святой в ближайшее время или вообще когда-либо. Да, к счастью, вероятность того, что она когда-нибудь продвинется, очень мала.

Санни моргнул.

— Почему?

Юлий посмотрел на него, словно пытаясь понять, как кто-то может быть настолько невежественным.

— Из-за ее проблемной личности, конечно! Кто захочет помогать убийце-психопатке стать Святой? Чтобы попытаться покорить Третий Кошмар, нужна команда выдающихся компаньонов и большая поддержка. Джет Жнец Души не… подождите!

Внезапно Юлий нахмурился и откинулся назад.

— Почему я сплетничаю с вами? Вы слишком молоды, чтобы знать такие вещи! Более того, не в моем характере злословить о других за их спиной!

«Не могу не согласиться.» — с сарказмом подумал Санни, но вслух ничего не сказал.

Он уже получил много сочной информации от учителя Юлия.

«Возможно, выбор «Выживания в Дикой Природе» был правильным выбором.»

— Давайте вернемся к вашему учебному плану. Какие еще предметы вы изучаете?

Санни вздохнул.

— Никаких. В течение следующих четырех недель я буду полностью сосредоточен на выживании в дикой природе.

Юлий смотрел на него целую минуту, на его лице было написано выражение крайнего изумления. Затем, медленно, в его глазах появился возбужденный блеск. Наконец, он усмехнулся.

— Замечательно! Это замечательно! Вы такой проницательный молодой человек! Не волнуйтесь. Через четыре недели я сделаю вас бессмертным…

***

Уроки Санни с учителем Юлием начались приятно и без особого напряжения, но уже через час он почувствовал, что его голова готова взорваться. Было так много новой информации, и вся она была такой странной и нелогичной для того, кто никогда не покидал замкнутых, защищенных стен города.

Время от времени Юлий удивлялся отсутствию у Санни знаний и соответствующего опыта. Однако у него было хорошее отношение и бесконечный энтузиазм к обучению. Когда Санни спотыкался, он терпеливо замедлял темп и позволял ученику наверстать упущенное.

Учебный план, который составил Юлий, был практически безумным. Нужно было изучить бесконечное количество теоретических знаний, практических занятий как в виртуальной реальности, так и в реальном мире, изучить множество предметов и странных вещей. Было даже несколько уроков, посвященных исключительно изучению основ нескольких мертвых языков Царства Снов!

«Зачем мне учить новые языки?» — с жалостью к себе подумал Санни. Заклинание автоматически переводит все!

Но Юлий был бескомпромиссен.

— Заклинание — не переводчик! Неужели ты думаешь, что у него есть время, чтобы передать все тонкости человеческой речи? Допустим, ты ищешь убежище в руинах и находишь надпись «впереди верная смерть». В языке рун есть тридцать слов, обозначающих смерть! Лишь зная руны, вы сможете определить, какая опасность вас ожидает!

В первый день они занимались до тех пор, пока солнце не начало садиться. Только тогда Юлий решил отпустить Санни. Уставший и сожалеющий о том, что ему придется пропустить обед и ужин, Санни решил мягко напомнить учителю о важности еды для поддержания высокого уровня концентрации завтра.

Вернувшись в свою комнату, он упал на стул и некоторое время безучастно смотрел вдаль. Затем, словно что-то вспомнив, Санни повернулся к своей тени.

Точно. Ему нужно было многое успеть до ужина.

Несколько секунд он наблюдал за тенью, а затем усмехнулся.

— Посмотрим, на что ты действительно способен…

Санни был уверен, что его тень способна на гораздо большее, чем просто быть молчаливым последователем. В конце концов, заклинание описывало ее как неоценимого помощника. Теперь ему предстояло выяснить, чем именно может быть полезен Контроль Теней.

Как и во многих других вопросах, связанных с Аспектами, глубоко в его подсознании был запрятан определенный уровень инстинктивного понимания. Это понимание было либо дано ему заклинанием, либо было чем-то врожденным для каждого Пробужденного. Санни просто нужно было почувствовать это подсознательное знание и научиться применять его на практике.

Он снова сосредоточился на ощущении своего тела и духа, затем приказал тени выполнить серию простых движений. С каждым из них он все больше и больше узнавал, как управлять тенью.

Очень скоро это стало для него таким же естественным, как дыхание и ходьба. Тень ощущалась как часть его тела.

Удовлетворенный этим первым результатом, Санни осторожно отдал ей новую команду. Без паузы тень отделилась от подошв его ботинок, прошла в другой конец комнаты и повернулась, глядя на него в слегка насмешливом молчании.

Санни остался без тени.

«Это совсем не научно.» — подумал он с забавной улыбкой.

В конце концов, наука никогда не применялась ни к чему, имеющему отношение к Заклинанию.

Когда тень ушла, он почувствовал, что в его сознании произошло очень странное разделение. Как будто его восприятие разделилось на два разных источника. Одним было его тело, другим — его тень.

Немного постаравшись, он смог сфокусироваться на втором источнике. Мгновенно его зрение затуманилось.

— Вау! — удивленно воскликнул Санни.

— Вау! — услышала тень с другого конца комнаты.

Санни моргнул. В его сознании теперь существовали две картинки. На одной была дверь его комнаты, перед которой стояла равнодушная тень. На другой — бледный молодой человек, сидящий на стуле, с широко раскрытыми глазами и недоумением.

«Это я.»

Он поднял руку и помахал ею в воздухе. Одновременно бледный молодой человек поднял и помахал своей.

«Я могу воспринимать мир через свою тень?»

Он сидел некоторое время, размышляя. Подобная способность открывала множество возможностей. С Атрибутом [Дитя Теней], позволяющим ему видеть и скрытно передвигаться в темноте, и [Контроль Теней], позволяющим ему посылать крадущуюся тень в качестве разведчика, он был практически идеальным шпионом.

Шпион — это тот, кто собирает информацию, не подвергая себя большому риску. Такая роль была Санни по вкусу.

Конечно, шпионы также могли наносить смертельно точные удары из тени. Вооруженные информацией, они были искусными создателями засад. Зная заранее слабые места противника, их атаки были хирургическими и смертоносными.

Но любое прямое столкновение означало бы подвергнуть себя опасности, поэтому Санни не очень хотел становиться убийцей. В конце концов, в его Аспекте все еще не было средств прямого усиления боевых качеств.

«Может, проверим?»

Он посмотрел на тень и отдал ей команду. С преувеличенным вздохом тень пригнулась и проворно проскользнула под дверью.

Мгновенно он смог увидеть и комнату, и коридор снаружи. Санни закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на картине, проецируемой тенью.

Незаметно переходя от одной тени к другой, он скользил по коридору. Немного времени и внимательности — и его разведчик стал практически невидимым. Санни прошел мимо пары Спящих и прислушался к их разговору. Не найдя его очень интересным, он продолжил путь.

Наконец, тень остановилась на углу. Слева от него находились лифты, справа — путь к общежитию для девочек.

В голове Санни тут же возникли всевозможные провокационные образы.

«О Боже!» — подумал он, краснея.

Да, с такой способностью было очень легко впасть в полный разврат! Но нет, нет. Он не мог этого сделать. Не из-за каких-то высоких моральных принципов…

Просто, с его репутацией извращенца, вероятность того, что его спросят, не совершил ли он чего-нибудь неподобающего, была довольно высока. Поэтому ему нужна была способность честно ответить «нет».

«Так что… наверное, не стоит. Верно?»

Верно?

«Конечно, ты прав! Даже не думай об этом!»

Вернувшись в свою комнату, Санни вздохнул с большим сожалением. Затем он приказал своему разведчику спрятаться в тени проходящего мимо Спящего и последовал за ним к лифтам.

***

Некоторое время спустя тень Санни пряталась в углу большого додзё. Он наблюдал за своими товарищами Спящими, которые под руководством инструктора Рока проходили вводный курс боевой подготовки.

Сегодняшний день был посвящен в основном проверке их общей компетентности и способностей. После этого Спящих собирались разделить на группы в зависимости от их уровня: новичок, продвинутый или эксперт, а также от выбранного ими оружия. Некоторым будет назначен личный наставник или они будут работать в паре.

В настоящее время Спящие по очереди наносили свои сильнейшие удары по широкой пластине, прикрепленной к специальной измерительной машине. После каждого удара машина показывала число, соответствующее физической силе Спящего.

Теоретически, создать такую машину было несложно. Однако, учитывая, что многие Спящие обладали боевыми Аспектами, усиливающими их мощь различными способами, это было настоящим чудом инженерной мысли и прочности.

Их техника и тренировки также влияли на конечный результат.

Большинство людей получали цифры от десяти до четырнадцати. Это считалось хорошим результатом, которого могли достичь только самые спортивные люди. Однако многие Спящие, особенно те, у кого были усиленные Аспекты, могли получить результат в пятнадцать или даже шестнадцать баллов.

«Я бы, наверное, получил десять или одиннадцать.» — подумал Санни, чувствуя некоторую скуку.

Затем он вдруг оживился, заметив, что настала очередь Нефис, Спящей с самым высоким рейтингом в их группе, ударить по пластине.

Стройная девушка подошла к машине и, без особой подготовки, нанесла внезапный, сокрушительный удар. Санни не очень хорошо разбирался в боевых искусствах, но даже он был впечатлен безупречной экономичностью и скоростью ее исполнения.

«Она много тренировалась.»

Нефис становилась все более и более интригующей. Каково ее настоящее прошлое?

После небольшой паузы машина выдала результат: шестнадцать. Санни почувствовал легкое разочарование.

«Не очень впечатляет. Я ожидал большего.»

В конце концов, она была гордой носительницей Истинного Имени!

После этого остался только Кастер. На этот раз Санни даже не смог увидеть летящий кулак — он был слишком быстрым. Машина задрожала и стала вычислять еще дольше. Наконец, появились два числа.

Двадцать одно.

Все ошеломленно смотрели на дисплей. Несколько восхищенных взглядов было брошено на Кастера, который просто поклонился и сделал шаг назад. Инструктор Рок улыбнулся.

— Неплохо. Теперь мы перейдем к спаррингу и оценим ваш общий уровень подготовки. Для начала мне нужны два добровольца.

Нефис первой сделала шаг вперед и прошла к центру ринга. Пару секунд спустя высокий и чрезвычайно мускулистый Спящий последовал за ней и встал лицом к лицу.

— Правила просты. Сделайте так, чтобы спина вашего противника коснулась пола или выбросьте его за пределы ринга. Используйте любые способности и приемы, которые сочтёте нужными.

«О, шоу начинается!»

Наблюдать за тем, как Спящие сражаются друг с другом, было не только интересно, но и могло дать Санни знания об их способностях. Вернувшись в комнату, он наклонился вперед и положил подбородок на ладони.

«Давай, Нефис!»

Высокий парень атаковал, не теряя времени. Его мышцы вздулись, угрожая разорвать мягкую ткань его белого добока. Он наступал, как неудержимая гора, посылая в полет злобный удар ногой.

… Через секунду он лежал на полу с ошарашенным выражением лица. Нефис даже не изменила своей позиции.

Инструктор Рок бросил на нее веселый взгляд и усмехнулся.

— Следующий.

То, что последовало за этим, можно было описать только как резню. Одного за другим, Нефис удалось победить почти всех Спящих, присутствующих в додзе. Она не казалась быстрее или сильнее их, но каждый раз, когда кто-то выходил на ринг, чтобы сразиться с ней, он неизбежно оказывался избит и брошен на землю.

Санни наблюдал за этим процессом с растущим чувством веселья. Однако в какой-то момент даже он почувствовал легкое беспокойство.

Нефис двигалась со спокойной точностью боевой машины. Ее техника была чистой, изящной и безжалостной. Независимо от того, какой тип атаки был брошен на нее, она могла либо предсказать, либо мгновенно среагировать на нее, а затем отклонить и обратить ее против нападающего с минимальными усилиями.

Не имело значения, был ли ее противник бедным, богатым или наследником. Со всеми она расправлялась в считанные секунды.

Более того, во время всего этого процесса выражение ее лица ни разу не изменилось. Словно Нефис была сделана из металла.

«Она… она вообще человек?» — подумал Санни, внезапно забеспокоившись.

Что он собирался делать, если эта Меняющаяся Звезда окажется его врагом?

Лучше всего было бы убежать. А еще лучше — постараться не злить ее. В конце концов, солнце тоже было звездой, а тени плохо сочетаются с солнечным светом.

Наконец, Кастер остался последним — в который раз. Однако его, казалось, не беспокоил жалкий провал всех остальных Спящих. С мягкой улыбкой на губах юноша вышел на ринг.

Кастер и Нефис столкнулись лицом к лицу. На несколько секунд их взгляды встретились, а затем Кастер слегка поклонился.

— Леди Нефис. Прошу заранее извинить меня.

«Что он собирается…»

… Мгновение спустя Санни в шоке открыл глаза.

Казалось, что Кастер внезапно перестал существовать.

Однако это была лишь иллюзия. На самом деле он просто двигался так быстро, что человеческий глаз не успевал за его движениями. Если бы не особые свойства Теневого Зрения, Санни тоже не смог бы ничего воспринять.

Но даже тогда он заметил лишь туманное пятно, проносящееся по воздуху.

За долю секунды Кастер преодолел расстояние между ним и Нефис и нанес сокрушительный удар. Однако, несмотря на его поразительную скорость, она как-то успела вовремя среагировать, слегка повернув свое тело, чтобы отклонить удар.

Но этого все равно было недостаточно. Хотя Нефис удалось избежать удара в центр тяжести, кулак Кастера попал ей в плечо, отправив девушку во вращение.

Не теряя времени, Кастер снова исчез. Его план был очень прост: пока Нефис все еще находилась под впечатлением, что противник находится перед ней, он собирался использовать свою неестественную быстроту, чтобы обойти ее и атаковать со спины.

Юноша появился позади дезориентированной девушки, готовый завершить бой одним решительным ударом. Как он и планировал, она, похоже, готовилась атаковать в том направлении, в котором он был замечен всего долю секунды назад. Обрадованный, Кастер переместил свой вес, вложив все силы в кулак.

Однако в последний момент Нефис внезапно изменила позицию и с пугающей силой отбросила локоть назад.

Глаза Кастера расширились. Это была всего лишь уловка!

И теперь, когда он нанес удар, остановиться было невозможно. Каким бы быстрым он ни был, он все равно подчинялся законам инерции. Локоть приближался к его лицу с глубоким ощущением неизбежности.

И все же Кастеру удалось избежать удара, пусть даже на волосок. Его преимущество в скорости было слишком велико.

Затем он поставил подножку и толкнул Нефис, отправив ее в полет на землю. Однако перед самым ее падением на маты юноша осторожно взял ее за воротник добока и слегка потянул, замедляя падение и позволяя Нефис приземлиться на пол без всякого удара.

Лежа на спине, девушка пару раз моргнула и подняла на него глаза. Вся стычка длилась не более двух секунд.

Вернувшись в свою комнату, Санни в шоке открыл глаза.

«Так это Вознесенный Аспект? Это… это жульничество!»

Спящему не пристало быть таким быстрым. Силы, дарованные им Заклинанием, должны были находиться в зачаточном состоянии. Но… Кастер был Наследником, в конце концов.

Кто знал, сколько осколков души было скормлено ему перед поступлением в Академию?

В додзе же, инструктор Рок хмыкнул и кивнул Кастеру. Нефис медленно поднялась на ноги.

Остальные Спящие с благоговением смотрели на юношу, перешептываясь между собой на тихих тонах. Казалось, его выступление произвело на них глубокое впечатление.

Однако сам Кастер не испытывал особого восторга. Он смотрел на Нефис с нечитаемым выражением лица.

Это было потому, что, в отличие от остальных, он пришел к определенному пониманию. Правда об этом была известна только ему, Нефис, инструктору Року… и Санни, который был очень наблюдательным и быстро улавливал такие вещи.

Спящие не заметили, что Нефис не использовала свою способность Аспекта, когда столкнулась с Кастером. На самом деле, она вообще не использовала ее во время сегодняшнего тестирования. Никто даже не знал, какая у нее способность.

И все же, несмотря на мощный Аспект, Кастеру едва удалось вырвать у нее победу.

«Ну и чудовище.» — подумал Санни, полный тревоги.

Тень, прятавшаяся в углу додзё, похоже, была с ним полностью согласна.

***

После этого вводный урок боя закончился. Спящие, уставшие от полученных побоев, направились в душевую. Санни немного подождал, а затем направил свою тень, чтобы пробраться в раздевалку для мальчиков.

Ему было не очень интересно наблюдать за тем, как кучка подростков переодевается, но была небольшая вероятность, что Кастер прокомментирует свою дуэль с Нефис или ответит на вопросы о своей невероятной способности Аспекта.

Как он и ожидал, молодого человека окружила группа новообращенных фанатов. Они поздравляли его с победой, полные обожания и восторга. Однако сам Кастер, похоже, был не в духе. Выражение его лица было хмурым, а в глазах читалась мрачная тяжесть.

С каждой похвалой его лицо становилось все мрачнее.

— Кастер, это было невероятно!

— Твой Аспект одержал верх, я прав?

— У той девушки Нефис не было ни единого шанса!

— Истинное Имя? Кому оно нужно? Она просто подражательница!

Наконец, Кастер поднял голову и пронзил холодным взглядом последнего говорившего мальчика. Этот мальчик, как и он, был одним из немногих Наследников в их группе Спящих. Он нахмурился, удивленный реакцией Кастера.

— В чем дело?

Кастер стиснул зубы.

— Я мог бы ожидать от них такого поведения, но тебе лучше знать.

Другой Наследник поднял бровь.

— Почему? Есть ли что-то особенное в этой крестьянской девушке?

Глаза Кастера расширились.

— Крестьянка… крестьянка? Ты действительно не знаешь, кто она?

«Нет!» — нетерпеливо подумал Санни. «Так что просто переходи к делу и скажи это вслух!»

К счастью, высокомерный Спящий был настроен так же.

Кастер несколько раз открывал рот, словно не зная, что сказать. Наконец, он покачал головой и ответил:

— Она — Нефис из клана Бессмертного Пламени.

Как только он это сказал, высокомерный Наследник смертельно побледнел. Не обращая на него внимания, Кастер продолжил.

— Полагаю, мне не нужно рассказывать тебе о ее дедушке. Ее родителями были Улыбка Небес и Сломанный Меч.

В своей комнате Санни чуть не упал со стула.

Даже он знал, кто такие Бессмертное Пламя и Сломанный Меч. Первый был первым человеком, покорившим Второй Кошмар и ставшим Мастером. Второй — первым покорил Третий Кошмар и стал Святым.

Они, как и их спутники, были одними из самых известных героев человеческой расы, теми, кто своими руками сумел изменить историю. Если то, что сказал Кастер, было правдой, то Нефис была не просто аристократкой… она была королевской особой!

Неудивительно, что он обратился к ней «леди». Почему он просто не назвал ее «принцессой»?

Но это не имело никакого смысла!

Повторяя его мысли, бледнолицый Спящий спросил дрожащим голосом:

— Тогда почему… почему она так…

Кастер вздохнул.

— Потому что они все мертвы. Клан Бессмертного Пламени давно исчез.

На несколько мгновений в раздевалке воцарилась полная тишина. Кастер посмотрел вниз.

— Она единственная, кто остался.

***

Поздно ночью, когда все уже спали, Санни осторожно вошел в додзе. Оглядевшись, он убедился, что там никого нет, а затем с любопытством подошел к рингу, на котором Нефис и другие проходили испытания. Он остановился в центре кольца и некоторое время стоял, вспоминая, как она расправилась с десятками Спящих их группы, прежде чем была побеждена Кастером.

— Монстры… оба они — монстры! — пробормотал он с горечью и разочарованием.

Покачав головой, Санни покинул ринг, а затем посмотрел на свою тень.

— Ты согласен?

Тень колебалась несколько секунд, затем выпятила грудь и скрестила руки, пытаясь выглядеть дерзкой, презрительной и невозмутимой. Однако её игра была не очень убедительной.

— Да, ты прав. Вот именно! Что тут такого?

И Бессмертное Пламя, и Сломанный Меч, отец и дед Нефис, были настолько чудовищны по силе, насколько это вообще возможно. Но они все равно не смогли защитить свою семью от уничтожения. Так что в конечном счете сила была не так уж важна.

Даже королевские особы не были защищены от жестокости мира.

Санни вздохнул и подошел к измерительной машине. Сжав кулак, он размахнулся и нанес свой лучший удар. Машина гудела несколько секунд, а затем показала одно число.

Девять.

— Да ладно! Я заслуживаю хотя бы десятку!

Чувствуя себя очень возмущенным, он снова ударил по пластине, едва не поранив пальцы. Однако результат был тот же.

— Черт побери!

Санни немного пошагал, пытаясь сдержать свой гнев. Похоже, ему суждено было стать слабаком. В конце концов, сила удара зависела от массы и ускорения. Ускорение можно было улучшить с помощью техники и упражнений, но масса была тем, что он почти не мог контролировать.

Он уже закончил расти, и его рост не собирался резко увеличиваться в будущем. Сколько бы Санни ни тренировался, он всегда будет легковесом.

«Разве это справедливо?»

Внезапно наполнившись негодованием, он снова ударил по пластине, вложив все свое разочарование в этот единственный удар.

В этот момент в сознании Санни внезапно проснулся странный инстинкт.

Следуя велению этого инстинкта, его тень потекла вверх и обернулась вокруг его руки, прилипнув к ней, как черная перчатка. В следующее мгновение удар был нанесен.

Машина содрогнулась от силы удара. Санни вскрикнул от боли и сделал шаг назад, зажимая ушибленный кулак. Через некоторое время на экране появился результат. Однако это была уже не девятка.

Это было даже не десять.

Это было восемнадцать.

Он долго смотрел на высветившееся число без выражения.

Затем на лице Санни медленно появилась широкая ухмылка.

— Понятно. Так вот почему. Конечно!

Он снова сжал кулак, глядя на черную теневую перчатку.

Ах, какой бесценный помощник.

— Вот это разговор!

Дни летели незаметно.

У Санни было всего четыре недели, чтобы подготовиться к путешествию в Царство Снов, так что не было ни минуты лишней. Он был неутомим, доводя свое тело и разум до предела в попытке усвоить как можно больше знаний и навыков за это короткое время.

Днем он занимался с учителем Юлием, постепенно изучая, как выжить и позаботиться о себе в отсутствие цивилизации. Их уроки варьировались от сравнительно простых, таких как различные способы добывания огня, до гораздо более непонятных и эзотерических, таких как небесная навигация.

Что же такого сложного в небесной навигации?

Оказалось, что в Царстве Снов нет единообразия в звездной географии. В разных регионах были разные звезды и созвездия, а также разное количество лун. Хотя солнце казалось одним и тем же, его поведение было крайне непредсказуемым.

Тем не менее, обладая достаточными знаниями, можно было найти способы изучения неба и последующей навигации.

Большинство из этих уроков, по идее, уже были включены в различные школьные программы и известны большинству Спящих. Однако, выучить что-то по учебнику и узнать то же самое от настоящего Пробужденного — это два совершенно разных дела.

Учитель Юлий имел привычку объяснять свой предмет более подробно. Благодаря этой его привычке, отнимающей много времени, Санни не только узнавал «что», но и часто получал представление о «почему». Это зарождающееся понимание основополагающих принципов среды Царства Снов давало ему возможность встречать любую ситуацию хотя бы с некоторой степенью готовности.

Даже уроки мертвых языков, которые Санни поначалу считал бесполезными, оказались гораздо интереснее, чем он мог себе представить. В значительной степени это было связано с самим заклинанием — ведь заклинание общалось с людьми на одном из этих мертвых языков.

Зная этот язык, он мог лучше понимать его различные замечания и описания. Самым простым примером этого была Нефис и ее Истинное Имя — «Меняющаяся Звезда». Хотя технически перевод был правильным, он не передавал точного смысла.

Понимая грамматическую структуру языка рун, можно было легко экстраполировать и увидеть, что более правильным переводом было бы «Звезда Перемен». Более того, существовали различные руны для «перемен», каждая со своим собственным значением. В зависимости от того, какая именно руна использовалась для передачи значения имени, оно также могло означать «Звезда Разрушения» или «Звезда Несчастья».

Небольшое изменение в формулировке и коннотации могло означать огромную разницу в реальной жизни.

Санни, который никогда раньше серьезно не учился, находил процесс приобретения огромного количества теоретических знаний странным, скучным и утомительным.

Однако в каком-то смысле он был и захватывающим. В конце концов, знания были тем, к чему имели доступ только привилегированные. И именно эта власть над знаниями удерживала их у власти, создавая порочный круг неравенства.

У бедных не было возможности учиться, а без преимущества хорошего образования у них не было способа перестать быть бедными.

Самым странным во всем этом было то, что Санни теперь был одним из этих привилегированных людей. Более того, он находился на вершине социальной иерархии. Он не только получил доступ к неограниченному количеству знаний, но даже о его основных потребностях, таких как еда и кров, заботилось правительство, позволяя ему полностью сосредоточиться на единственной цели — развитии себя как Пробужденного.

Эта внезапная трансформация отправила бы его в омут философских размышлений, будь у него хоть немного свободного времени.

Но его не было, потому что учитель Юлий также настаивал на проведении практических занятий каждый второй день. Даже если некоторые из них приходилось проводить в симуляторах виртуальной реальности, он настаивал на использовании станций полного погружения с улучшенной физической обратной связью. В результате Санни устал до костей и был совершенно измотан.

Хорошо было то, что при таком количестве физических упражнений, в сочетании с его недавно восстановленным телом, Санни никогда не был в лучшей форме. Даже без боевых тренировок он чувствовал, как его сила, выносливость и ловкость улучшаются семимильными шагами.

По сути, необычное перерождение, которое он пережил после завершения Первого Кошмара, усилило врожденный потенциал его тела, доведя его до пика человеческого состояния. Однако ему предстояло реализовать этот потенциал, приложив пот, усилия и много тяжелой работы. Практическое применение методов выживания в дикой природе дало ему такую возможность.

И как будто этого было недостаточно, Санни тайно собирал информацию о других Спящих и каждую ночь практиковался в управлении тенью.

Его тень была достаточно независимой, чтобы отправлять ее на разведку без его непосредственного контроля. Она пробиралась то туда, то сюда, подслушивая разговоры и наблюдая за различными занятиями, где Спящие должны были продемонстрировать свои способности Аспектов.

Затем, после того как Спящий заканчивал ужин и возвращался в свою комнату, она возвращалась и делилась всем, что услышала и увидела за день.

Единственная проблема с этим соглашением заключалась в том, что тень, несмотря на свою внешнюю язвительность, оказалась довольно наивной. Она не совсем понимала, как устроен мир людей, и поэтому часто не могла отличить полезную информацию от бессмысленной болтовни.

Поэтому чаще всего вместо важных секретов Санни не получал ничего ценного или получал сочные сплетни.

Так он узнал, что в Центре Спящих романтика витает в воздухе. В конце концов, сотня красивых молодых людей была заперта под землей в непосредственной близости друг от друга, а над их головами висела смертельная угроза. Многие чувствовали, что жизнь коротка и настало их время воспользоваться этим днем. Страсть расцветала в тени приближающейся опасности.

Санни, разумеется, был исключен из этого ряда. Во-первых, он уже успел зарекомендовать себя как нелюдимый сумасшедший. Во-вторых, у него просто не было времени ни на что, кроме уроков и тренировок. И, наконец, он опасался сближаться с кем-либо слишком близко, боясь, что возникнет ситуация, когда ему не останется ничего другого, как раскрыть свое Истинное Имя.

Помимо сбора информации и медленного изучения масштабов и деталей различных Способностей Аспектов, и, в меньшей степени, Недостатков, он также экспериментировал с Контролем Теней.

Результаты были весьма многообещающими. Он быстро обнаружил, что его тень способна усиливать различные объекты, а не только его тело. Если она обволакивала оружие, то оно било сильнее и наносило больше урона. Если она наносилась на броню, то броня становилась прочнее и ее было трудно сломать.

Усиление было довольно значительным. Оно было примерно в два раза больше, чем первоначальное значение.

В общем, эта способность при правильном использовании могла сделать его сильным среди Спящих. Многие боевые Аспекты могли обеспечить большую скорость или урон, многие могли обеспечить большую защиту и оборону, но ни один из них не был настолько всеобъемлющим и универсальным, как Теневой Раб.

А если добавить к этому еще и Теневое Зрение, Теневой Шаг и Теневого Разведчика, то это было просто невероятно.

Так проходил день за днем, медленно превращаясь в недели.

Не успел Санни оглянуться, как наступило зимнее солнцестояние.

В день зимнего солнцестояния Санни проснулся с чувством усталости и сонливости. Сколько бы он ни пытался стряхнуть с себя эту вялость, она не проходила. В конце концов, он просто остался лежать в кровати, завернувшись в одеяло.

Ему уже было знакомо это чувство бесконечной, нагоняющей сонливости. Так было и в дни перед его Первым Кошмаром. Оно также было очень похоже на то, что он испытывал, медленно умирая от переохлаждения на склонах Черной горы.

Вспоминая холодные объятия приближающейся смерти, Санни не мог не дрожать.

Это был его последний день на Земле… по крайней мере, на некоторое время. К вечеру Заклинание собиралось снова унести его вдаль, на этот раз для того, чтобы бросить вызов бескрайним просторам Царства Снов. С чем он столкнется в этом разрушенном волшебном мире? Будет ли удача на его стороне на этот раз, или его ждет еще одна катастрофа?

«Уф.»

Гадать было бессмысленно. Он уже сделал все возможное, чтобы подготовиться к неизбежному. Он усердно учился, тренировался и хранил свой секрет. Его Аспект был лучше, чем у других, а его воля к выживанию была давно закалена суровой реальностью окраин и еще более суровым испытанием Первого Кошмара.

В общем, он был готов.

Вздохнув, Санни встал с кровати и занялся своими утренними делами. Если это будет его последний горячий душ за долгое время, он собирался по-настоящему насладиться им. Если это будет его последний вкусный завтрак на это время…

На самом деле, у него не было аппетита.

Кафетерий был полон Спящих, но никто не разговаривал. Все были не в духе и казались нехарактерно задумчивыми. Не было ни обычного смеха, ни шумных разговоров — только Наследники оставались спокойными и собранными. Однако даже они держались в стороне.

Санни подумал о том, как в последний раз готовился к вступлению в Заклинание, и с некоторым трепетом подошел к кофеварке. За время своего пребывания в Академии он давно обнаружил, что многие люди имеют привычку добавлять в кофе сахар и сливки. Поэтому в этот знаменательный день он решил попробовать еще раз.

В конце концов, приятно иметь традицию.

Через несколько минут он занял свое обычное место рядом с Кассией, слепой девушкой. Несмотря на обязательную близость, они ни разу не заговорили друг с другом, как два незнакомца, вынужденные делить одно пространство по независящим от них обстоятельствам. Санни не видел причин для того, чтобы сегодня что-то изменилось.

Однако, как только он сделал первый глоток кофе, Кассия вдруг повернула голову и уставилась на него своими прекрасными, невидящими голубыми глазами.

Растерявшись, Санни оглянулся, проверяя, не привлек ли кто-то еще ее внимание, и, убедившись, что за его спиной никто не стоит, спросил:

— Ч-что?

Кассия молчала, как бы раздумывая, стоит ли ей отвечать, а потом вдруг сказала:

— С днем рождения.

«Что?»

Санни нахмурился, пытаясь понять смысл ее слов. Затем на его лице появилась вспышка удивления.

«О, точно. Сегодня мой день рождения.»

Он совсем забыл об этом. Сегодня ему исполнялось семнадцать лет.

«Подожди… как она узнала об этом?»

Санни странно посмотрел на слепую девушку, открыл рот, но потом решил оставить этот вопрос. Она была просто слишком жуткой.

— Эм… спасибо.

Кивнув, Кассия отвернулась и, похоже, снова потеряла интерес к разговору.

Что было к лучшему.

Санни вернулся к своему кофе, найдя его на этот раз не слишком плохим. Конечно, большую часть работы делали сахар и сливки. Однако, выпив его, он почувствовал себя немного бодрее.

«Семнадцать, да?»

Санни никогда не был уверен, что доживет до этого возраста живым. И все же, несмотря ни на что, он дожил. Жизнь иногда бывает непредсказуемой.

Если бы год назад кто-нибудь сказал ему, что он будет праздновать свой семнадцатый день рождения, попивая настоящий кофе с настоящими сливками и сахаром, он бы рассмеялся им в лицо. Но теперь это было реальностью.

Невольно Санни вспомнил всех людей, которые когда-то давно праздновали с ним дни рождения. Прежде чем его настроение испортилось, он решительно отогнал эти мысли и заставил себя улыбнуться.

«Это неплохо. Давай повторим это в следующем году, когда я уже стану Пробужденным.»

Подбодрив себя таким образом, он допил кофе и вышел из столовой.

Сегодня занятий не было, но он все равно посетил класс выживания в дикой природе и попрощался с учителем Юлием. Старик был очень эмоционален, когда отправлял его. Он дал Санни «последний совет» дюжину или около того раз подряд и даже пообещал подать заявление на должность научного ассистента, которая будет открыта после того, как молодой человек станет полным Пробужденным.

Санни ушел, поблагодарив его за потраченное время и терпение.

После этого делать было особо нечего.

Когда солнце было уже близко к закату, инструктор Рок собрал их в фойе Центра Спящих и вывел на улицу.

В заснеженных парках, окружавших белое здание, другие Пробужденные вели свои группы Спящих к той же цели. Это был медицинский центр Академии.

Центр больше походил на святилище, чем на больницу. Внутри него находились как самые современные технологии, так и одни из лучших целителей среди Пробужденных. На время первого путешествия в Царство Снов тела спящих должны были находиться в специально разработанных капсулах и поддерживаться магическими силами этих целителей, если по ту сторону заклинания случится что-то несчастливое.

Конечно, проснутся ли они в конце концов, зависело только от самих Спящих.

К удивлению Санни, войдя в медицинский центр, инструктор Рок не повел их прямо в крыло, где находились капсулы со Спящими. Вместо этого он провел их на сравнительно пустынный этаж, а затем открыл двери в просторную галерею, ярко освещенную прекрасными багровыми лучами заходящего солнца.

Там они увидели ряды и ряды инвалидных кресел. В каждом кресле сидел человек с пустым, странно спокойным выражением лица. Все эти люди были абсолютно безмолвны и неподвижны. Они никак не отреагировали на появление гостей.

Все они казались… пустыми.

В этой жуткой тишине Санни почувствовал, что его волосы встают дыбом, а в сердце закрадывается ужас.

Инструктор Рок посмотрел на пустых людей серьёзными глазами.

— Есть причина, по которой я привел вас всех сюда. Смотрите внимательно и запоминайте. Некоторые из вас могут знать, кто эти люди… для тех, кто не знает, они называются Пустыми.

Он скрипнул зубами.

— Каждый из них когда-то был либо Спящим, либо Пробужденным. Некоторые из них были слабыми, некоторые — сильными. Некоторые были даже невероятно могущественны. Все они погибли в Царстве Снов.

«Их… их души исчезли.» — с ужасом понял Санни.

«Если тебе повезет, когда твоя душа будет уничтожена, твое тело умрет вместе с ним. Но если нет, ты станешь такой же, как они. Пустым.»

Инструктор Рок посмотрел в ту сторону, где стояли Кастер и Нефис, а затем добавил:

— Так что не умирайте там.

***

Полчаса спустя Cпящих провели в их личные комнаты, и они готовились войти в капсулы.

В одной из комнат слепая девушка Кассия беспомощно пыталась сориентироваться в незнакомом пространстве, ощупывая руками стены и странные механизмы. По ее красивому, похожему на кукольное, лицу текли слезы.

В другой комнате гордый Наследник Кастер безучастно смотрел в пол. Его губы шевелились, повторяя одну странную фразу снова и снова. Он дрожал.

В другом месте Нефис, последняя дочь клана Бессмертного Пламени, смотрела на свои руки. Под ее кожей мягкое белое сияние медленно становилось все ярче и ярче. Ее лицо исказилось в гримасе мучительной агонии.

И, наконец, была комната, где Теневой Раб Санлес, Лишенный Света, отвернулся от спальной капсулы и посмотрел вниз на свою тень.

— Ну что? Ты готов?

Тень пожала плечами и ничего не ответила.

Санни вздохнул.

— Да, я тоже.

С этими словами он шагнул вперед и забрался в капсулу.

***

Огромным эхом, отдающимся в темноте, он услышал:

[Добро пожаловать в Царство Снов, Санлес!]

Санни рассчитывал впервые взглянуть на место своего прибытия в Царство Снов сверху, как это случилось в начале Первого Кошмара. Тогда время волшебным образом двигалось вспять, давая ему возможность увидеть намеки на то, с чем ему предстоит столкнуться.

Вместо этого, сразу же услышав приветствие Заклинателя, Санни обнаружил, что ослеп и тонет. Когда он инстинктивно попытался открыть рот, чтобы закричать, соленая вода хлынула внутрь, заставив его захлебнуться и дернуться.

Более того, он ничего не мог видеть. Нет, не то чтобы он не мог видеть — просто вокруг не было никакого источника света. Обычно темнота не была проблемой для Санни, но по какой-то причине его зрение больше не работало. Возможно, морская вода, в которую он погрузился, блокировала его.

Если бы не особое восприятие пространства, которое давало ему сродство с тенями, он был бы полностью дезориентирован. Однако с его помощью он едва смог понять, какая сторона внизу, а какая вверху.

К счастью, уроки учителя Юлия включали плавание. Поклявшись поблагодарить и старика, и Мастера Джет, как только он вернется, Санни заставил себя сохранять спокойствие и начал плыть вверх.

Через несколько долгих и напряженных секунд его голова пробила поверхность воды. Санни наконец смог сделать глубокий, хриплый вдох.

Дыши, дыши. Ты еще жив!

Втянув достаточно воздуха, чтобы успокоить горящие легкие и хоть немного прийти в себя, Санни осторожно покрутился в воде, пытаясь рассмотреть окружающую обстановку.

Его взору предстало бесконечное, черное пространство колышущихся волн. Над ним было пустое черное небо. Не было ни луны, ни звезд, только темный простор подавляющего небытия. Санни несколько раз моргнул, холодный ужас охватил его сердце.

«Это… море? Океан? Неужели меня уронили посреди океана?»

Нет, этого не может быть. Где-то поблизости должна быть твердая земля!

Когда его охватила мгновенная паника, его внимание внезапно привлек отдаленный звук. Санни обернулся и увидел треугольный спинной плавник, движущийся в его сторону. К счастью, до него оставались сотни и сотни метров.

«Подождите… если он так далеко… тогда почему я вижу его так ясно?»

Несмотря на погружение в воду, Санни все еще чувствовал, что все его тело внезапно покрылось холодным потом. По его оценке, этот спинной плавник был высотой не менее пяти метров. Он быстро приближался, с каждой секундой становясь все больше и больше.

«Будь ты проклято, Заклинание!»

С глазами, полными ужаса, Санни снова закружился, отчаянно пытаясь найти что-нибудь — хоть что-нибудь! — чтобы спастись. И тут, на небольшом расстоянии, он наконец заметил черную массу, слегка выступающую над водой.

Не тратя ни секунды на раздумья, он начал размахивать руками и ногами, плывя в направлении черной массы со значительной скоростью. Однако, как бы быстро он ни плыл, гигантская тень неизвестного существа сокращала расстояние между ними гораздо быстрее.

Небольшая часть разума Санни сумела сохранить рассудок, даже столкнувшись с этим безграничным, первобытным страхом. Не позволяя себе полностью погрузиться в панику, Санни попытался подумать, а затем беззвучно приказал собственной тени обернуться вокруг его тела. Мгновенно его скорость увеличилась вдвое.

За несколько секунд до того, как неизвестный колосс настиг его, Санни достиг черной массы, протянул руки и вытащил себя из воды. Он откатился от края, царапая кожу о неровные камни, и испуганно подпрыгнул, когда вся поверхность под ним содрогнулась, как будто что-то массивное столкнулось с ней.

Когда Санни отступил назад, из воды показались ужасающие челюсти с рядами и рядами гигантских зубов, каждый из которых был длиной с него самого. Он широко раскрыл глаза, понимая, что скала, на которую он забрался, недостаточно высока, чтобы спасти его от чудовища.

Почему оно вообще пытается меня съесть?! Я слишком мал для того, чтобы стать закуской для такого огромного существа!

… Однако прежде чем монстр успел напасть, колоссальное щупальце внезапно прорвалось сквозь воду и поднялось в воздух, как какая-то странная черная башня. Не медля ни секунды, оно упало вниз, опутав владельца гигантской пасти и утянув его под воду.

Санни потерял чувствительность ног и плюхнулся на землю с открытым ртом. Все его тело дрожало.

Через несколько секунд темное море снова стало спокойным, как будто ничего не произошло. Безразличные волны продолжали беззвучно двигаться под беспросветным небом.

«Значит, оно не пыталось меня съесть.» — понял он, застыв на месте.

«Оно пыталось убежать.»

***

Через несколько минут Санни был совершенно уверен, что ничто не собирается его съесть, по крайней мере, не сразу. С этой уверенностью он наконец-то смог перестать дрожать и немного изучить окружающее пространство.

Черная масса, на которую он взобрался, оказалась единственной каменной платформой диаметром около двенадцати метров. Ее поверхность была в основном плоской, покрытой бороздами и немного сухой. Из-за правильной формы краев она больше походила на рукотворное, чем на природное образование. Но, опять же, здесь, в Царстве Снов, трудно было быть уверенным, что что-то «рукотворное» действительно сделано людьми, а не…

Лучше не думать об этом.

Платформа не была ни с чем связана, существуя как крошечный островок в море тьмы. Насколько Санни мог видеть, над водой больше ничего не было. Обнаружив этот факт, он понял и кое-что еще.

Он был мокрым, холодным и совершенно голым.

«Хух.»

В его защиту можно сказать, что одежда — это последнее, о чем можно подумать, пытаясь спастись от бездонных монстров. Кроме того, не похоже, что кто-то был здесь, чтобы наблюдать за его бледностью и интимными местами.

Тем не менее, было холодновато.

Санни вызвал Саван Кукловода и наблюдал, как темно-серая одежда покрывает его тело. К ней прилагалась даже пара высоких кожаных сапог на мягкой подошве. Облаченный в серую ткань и блестящую кожу, он внезапно почувствовал себя гораздо безопаснее.

Не говоря уже о том, что ему было тепло.

После этого Санни сел на середину платформы, как можно дальше от воды, и попытался вспомнить уникальную характеристику каждого исследованного региона Царства Снов.

К сожалению, ни одна из них не подходила к этой беззвездной, темной пустоте.

«Конечно, нет.» — подумал он с легкой обидой. Даже если какие-то невезучие люди и попадали сюда, вряд ли они смогли вернуться в реальный мир живыми.

Только не с этими тварями, прячущимися под водой.

Еще не настолько отчаявшись, чтобы покинуть платформу и попытаться уплыть в поисках суши, Санни решил подождать и посмотреть. Возможно, со временем что-то изменится.

С тихим вздохом он привычно стал искать свою тень. Однако из-за полной темноты, окружавшей его, ее не было видно. Он лишь едва ощущал ее присутствие.

— Это, должно быть, рай для тебя, да? Весь этот мрак и ни одной звезды в поле зрения!

Тень, конечно же, не ответила.

— В любом случае… хорошо поработал раньше.

Кивнув, Санни лег, используя руки в качестве подушки. Не думая ни о чем, он уставился в черное небо и стал ждать. Шум волнистых волн, на самом деле, был довольно расслабляющим.

Через некоторое время он закрыл глаза и прислушался. Минуты сливались воедино, перерастая в часы.

… Вдруг Санни уловил небольшое изменение в шуме моря. Как будто что-то сдвинулось. Он открыл глаза и заметил, что один уголок неба медленно сереет. Вскоре над горизонтом показался проблеск бледного солнца.

В беззвездной пустоте наступил новый день.

А вместе с ним внезапно всколыхнулось темное море.

Черная, непрозрачная вода внезапно всплеснулась и забурлила, словно живое существо, отчаянно пытающееся избежать бледного света наступающего рассвета. Санни медленно поднялся и, немного подумав, осторожно подошел к краю каменной платформы.

Посмотрев вниз, он моргнул, а затем опустился на колени, чтобы убедиться, что то, что он видит, не иллюзия.

Казалось, море отступает.

Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее, уровень воды падал. Круглое каменное образование, на котором он укрылся, раньше едва выступало из волн, а теперь между ним и неспокойной поверхностью моря были метры и метры мокрой скалы.

По мере того как солнце поднималось вверх, чудовищный отлив продолжался. Вскоре Санни оказался на краю высокого утеса, отделявшего его от бурлящих вод стометровым обрывом. Под ним скалы расширялись и меняли форму. Однако с его точки зрения трудно было определить, что именно это за форма.

В это время темную поверхность воды начали то тут, то там пробивать острые багровые лезвия. Когда вода опустилась еще ниже, из черных глубин как будто медленно поднялся багровый лес. Деревья были сделаны из чего-то похожего на кораллы, они хаотично росли друг в друга и тянулись к небу.

Они были колоссальных размеров, с неправильными выступами, переплетающимися и сливающимися друг с другом, и выглядели монументально и жутко в черно-красной реальности освещенной солнцем пустоты. Лабиринт, образованный этим странным рифом, простирался до самого Санни, нарушаемый то тут, то там выступающими скалами, внезапными пропастями и далекими природными объектами.

Полчаса спустя, совершенно потрясенный, Санни посмотрел вниз и понял, что море полностью исчезло. Если бы не черные водоросли, оставшиеся висеть на мокрых камнях, и алые столбы кораллов, он бы даже усомнился в том, что оно вообще здесь было.

Его маленький круглый островок превратился в вершину странной, возвышающейся скалы неправильной формы. Глядя вниз, он почувствовал, что у него кружится голова.

К тому времени ночь уже полностью отступила, позволяя утру окончательно занять свое место.

«Мне не мерещится, да?» — подумал Санни, ущипнув себя.

Что это было за заклинание?

***

Несмотря на внезапное исчезновение темного моря и скрытых в нем чудовищ, Санни не спешил спускаться со своей круглой каменной платформы. Во-первых, ему казалось, что если море смогло исчезнуть, то оно наверняка сможет и вернуться, возможно, в любой момент.

Во-вторых, он не знал, какие опасности скрывает коралловый лабиринт. Возможно, там было что-то еще страшнее, чем хозяин гигантского щупальца.

Но это не означало, что он не собирался исследовать.

Вернувшись на свое место в центре платформы, Санни сел и приказал своей тени отделиться от его тела. Затем, взяв ее под контроль, он подошел к краю платформы и проворно соскользнул вниз.

Привычно переходя от одной тени к другой, он начал спуск. В этот момент Санни порадовался, что тени не имеют веса и на них не действует гравитация.

Пока тень была занята спуском, Санни зевнул.

— Скажи, тебе не кажется, что тебе нужно имя?

Хотя его тень была уже слишком далеко, чтобы услышать его, они все еще могли общаться через общую связь. Конечно, тот факт, что это возможно, не означал, что так и будет. Тень была немного неразговорчивой, в основном потому, что у нее не было голосовых связок, и она не могла говорить.

К тому же, характер у нее был не самый лучший.

— Как насчет… Бесстыдник? Нет? Как насчет… Тенюшечка? Тоже нет? Хм, как насчет чего-нибудь попроще, например… Что? Ну, тогда у тебя есть предложения? Хорошо, хорошо! Отложим этот разговор на потом.

К тому времени, как он закончил этот короткий монолог, тень уже достигла подножия скалы. Диапазон действия [Контроля Теней] не был безграничным, но его едва хватало, чтобы исследовать ближайшие окрестности.

Войдя в лабиринт, Санни обнаружил, что он чрезвычайно дезориентирован и запутан. Проходы между коралловыми столбами были то широкими, то узкими. Они извивались и поворачивали без всякой логики, часто приводя в тупики или даже обратно к тому месту, откуда он начал. Более того, некоторые тропинки уходили внутрь «коралловых» насыпей, превращаясь в темные туннели.

Лабиринт был огромным и многоуровневым, отчего у Санни разболелась голова после многочисленных бесплодных попыток запомнить расположение ближайших тропинок. В конце концов он послал тень вверх, заставив ее взобраться на вершину багрового леса и начать прыгать с одного острого кораллового лезвия на другое — прекрасно понимая, что сам он не сможет сделать то же самое.

Вскоре он обогнул странный утес и замер, испуганно глядя на то, что творилось в его тени.

Там на земле лежал труп гигантского акулоподобного существа, которое недолго преследовало его предыдущей ночью, столбы кораллов вокруг него были разбиты и сломаны.

Точнее, половина его была на месте, гротескные внутренности вываливались из страшной раны и тянулись вдаль. Другая половина исчезла, как будто ее никогда и не было.

Вокруг трупа метались сотни более мелких чудовищ, разрывая и пожирая его плоть кусочек за кусочком. Каждое из них было ростом около двух с половиной метров и выглядело как странная смесь демонического краба, кентавра и кошмара.

У них было четыре пары длинных сегментированных ног, заканчивающихся косоподобными выступами. Спереди из панциря выступало человекоподобное туловище, также облаченное в толстую хитиновую броню. Голова, если это вообще подходящее слово, располагалась прямо на туловище, без шеи между ними. У нее были две узкие глазные щели и слюнявый рот с несколькими мандибулами в слизи. Вместо рук у монстров были две огромные клешни.

В настоящее время все они отрывали куски мяса от высохшего трупа и засовывали их себе в рот. Время от времени вспыхивала драка за особенно сочный кусок мяса, в результате чего несколько монстров разрывались на части и быстро пожирались победителями.

Санни сглотнул.

И потому, что вид тяжеловооруженных, сильных монстров заставлял его нервничать, и потому, что, глядя на их пиршество, он вдруг почувствовал себя очень голодным.

«Каждый из них кажется проблемным. И их сотни.»

Его удача, как всегда, была ужасной.

«По крайней мере, мне не нужно думать, почему лабиринт кажется таким пустым. У всех обитателей вечеринка!»

Чувствуя себя немного неловко из-за того, что его тень повернулась спиной к монстрам, Санни приказал ей оглянуться и изучить скалу, на вершине которой он укрылся. Что-то в ней вызывало у него тревогу.

Тень повернулась и посмотрела вверх, разглядывая скалу странной формы. Санни потребовалось несколько минут, чтобы перевести взгляд и понять, что это такое.

«Это… палец. Это рука. Это… меч?»

Он моргнул.

— Это статуя.

Действительно, скала была рукотворной. Это была древняя, колоссальная статуя высотой не менее двухсот метров. Она была настолько массивной, что поражала воображение. Насколько мог видеть Санни, она изображала рыцаря, облачённого в сложные пластинчатые доспехи с семью сияющими звездами, вырезанными на его нагруднике. В руках он держал огромный меч, направив его на землю.

Однако самым поразительным было то, что у гигантского каменного рыцаря отсутствовала голова. На самом деле, грубоватая круглая платформа, на которой стоял Санни, оказалась верхней частью его шеи. И, судя по всему, голова отсутствовала не специально — как будто что-то, или кто-то, с силой оторвал ее в какой-то момент в далеком прошлом.

Санни обошел платформу, оглядывая ее со всех сторон, но не заметил лежащей рядом головы.

«Что это за место?»

Не найдя ответа, он провел свою тень обратно к шее великана и устроился на западном краю, изучая пирующих монстров.

Он не двигался, пока солнце не начало садиться.

Как и ожидал Санни, как только солнце коснулось горизонта, откуда-то снизу послышался оглушительный грохот. Чудовища мгновенно прекратили свое пиршество и разбежались, некоторые спрятались внутри коралловых столбов, некоторые просто зарылись в мягкую почву.

Через несколько минут в лабиринте появились первые потоки черной воды. Их объем быстро увеличивался, и вскоре апокалиптический потоп поглотил все вокруг. Море возвращалось с наступлением ночи.

Санни пристально смотрел на этот невообразимый процесс, мысли роились в его голове.

Через час круглая платформа снова была единственной вещью над темными водами.

С пустым желудком и головой, полной мыслей, Санни вернулся в центр платформы и сел. Через некоторое время он позвал свою тень и сказал:

— Разбуди меня, если что-нибудь случится.

Затем он закрыл глаза и попытался заснуть. Его сознание быстро погрузилось в сладкие объятия сна, подарив Санни столь необходимый ему отдых.

Однако посреди ночи внезапный импульс разбудил его. Санни вскочил на ноги, его сонный разум был полон напряженной тревоги. Он боялся, что хозяин гигантского щупальца вернулся, чтобы закончить работу.

А может быть, какой-нибудь другой ужас из глубин почувствовал его и решил полакомиться человеческим мясом.

Однако море было тихим и спокойным. Он не услышал никаких аномалий вокруг статуи рыцаря.

— Что это? — прошептал Санни, обращаясь к тени.

Тень молча указала ему в определенном направлении.

Повернув голову, Санни прищурился. Он быстро понял, почему было хорошей идеей проснуться. Иначе он не смог бы увидеть…

Вдалеке, в нескольких километрах от него, в темноте мерцал маленький оранжевый огонек. Его отблески поднимались и опускались вместе с движением волн.

Он был слишком далеко, чтобы разглядеть какие-то детали, поэтому Санни просто смотрел на него некоторое время. Очень скоро свет исчез.

— Другие Спящие? Природное явление? Или какое-то чудовище готовит ловушку?

Воспоминания о кошмарных глубоководных существах сразу же пришли ему на ум.

Тряхнув головой, Санни лег обратно и попытался вернуться в дрему. Однако на этот раз сон ускользал от него. Чувство голода все еще не было невыносимым, но постепенно становилось все более сильным. Жажда, однако, была еще сильнее.

В конце концов, он не сомкнул глаз до тех пор, пока солнце снова не взошло, отправив темное море в отступление.

***

Как только наступило утро, хелицеровые монстры выползли из своих укрытий и бросились к гигантской туше, чтобы продолжить свой пир.

Санни некоторое время наблюдал за ними, а затем перешел на противоположную сторону платформы, чтобы взглянуть в ту сторону, где предыдущей ночью он видел таинственный свет.

На значительном расстоянии от безголовой статуи, в пяти или шести километрах, земля поднималась естественным образом и образовывала нечто похожее на холм. На вершине холма возвышался особенно массивный коралловый столб.

Судя по всему, его верхние ветви были достаточно высоки, чтобы ночью оставаться над водой.

В голове Санни роились различные идеи, но в конце концов только два вопроса оказались действительно важными.

Во-первых, сможет ли он найти путь через лабиринт и преодолеть это расстояние за день? И, что еще важнее, стоит ли ему вообще пытаться это сделать? Ведь не было никаких признаков того, что источник таинственного света был чем-то полезным, а не страшным и смертоносным.

Не имея достаточной информации, чтобы сделать выбор, Санни снова погрузился в изучение монстров. Однако он послал тень исследовать лабиринт настолько далеко, насколько позволял диапазон контроля теней, надеясь наметить хотя бы начало пути, который мог бы привести его к холму.

Логически рассуждая, на вершине безголовой статуи он был в такой же безопасности, как и в этом странном месте. Единственная проблема заключалась в том, что он скоро умрет от жажды или голода.

Обе проблемы можно было решить, если спуститься вниз. Он мог опреснить морскую воду несколькими способами, которым его научил учитель Юлий, используя материалы, которые были практически везде в Царстве Снов. Он также мог готовить ловушки и охотиться на клешне-монстров, чтобы полакомиться ими. При их огромных размерах, одного из них было бы достаточно, чтобы прокормить его в течение нескольких недель.

Он мог легко представить себе такой распорядок дня: днем охотиться, а с наступлением ночи возвращаться к статуе. Возможно, это был самый безопасный вариант.

Однако в этом способе действий не хватало одного жизненно важного элемента: возможности совершенствования. Он был вполне пригоден для поддержания жизни Санни, но не давал ему надежды. Если ему суждено провести остаток жизни в небольшом районе вокруг безголовой статуи, пожирая чудовищ и дрожа по ночам от страха, что его в свою очередь пожрет что-то большее…

Что ж, он предпочел бы просто спрыгнуть вниз и покончить с этим прямо сейчас.

Это означало, что у него оставался единственный выход — попытаться добраться до источника оранжевого света. И если Санни действительно хотел попытаться это сделать, он должен был сделать это до того, как клешне-монстры закончат поглощать гигантскую тушу.

Тогда, по крайней мере, окружающий участок лабиринта будет свободен от них.

Убедившись в правильности своего выбора, Санни решил покинуть безголовую статую на следующее утро. Остаток сегодняшнего дня он проведет, исследуя пути через лабиринт и мысленно подготавливая себя.

С этими словами он закрыл глаза и сконцентрировал свое восприятие на движущейся тени.

***

Ночью на темное море обрушился внезапный шторм. Тень разбудила Санни, и он успел приготовиться к сокрушительному ветру и проливному дождю.

Обычно дождь всегда портил ему настроение. Но в этот раз он слишком хотел пить, чтобы думать о чем-либо, кроме пресной воды. Не высовываясь, чтобы его не сдуло за край платформы, Санни сложил ладони в чашечку и подождал, пока они наполнятся дождевой водой. Затем он поднес их ко рту и жадно выпил.

Разряды молний освещали все над бурлящим морем. Если бы кто-нибудь увидел сейчас Санни, то заметил бы на его лице широкую ухмылку.

Гроза продолжала бушевать в течение нескольких часов. Санни присел посреди платформы, чтобы выдержать её ярость. Не раз высокая волна обрушивалась на шею безголового рыцаря, грозя смыть его. Но Санни крепко держался за глубокие выемки в каменной поверхности платформы, прилипнув к ней как клей.

К утру, когда шторм наконец рассеялся, все его мышцы болели.

Но времени терять было нельзя.

Как только чудовища вернулись к туше, а за ними быстро последовали несколько отставших, он перемахнул через край платформы и начал проворно спускаться вниз.

Санни должен был еще раз поблагодарить уроки выживания в дикой природе, поскольку его научили основам скалолазания. Учитель Юлий был непреклонен в том, чтобы дать своему ученику полный курс по всем возможным формам передвижения. Кроме того, Санни уже разведал оптимальный путь вниз и запомнил лучшие места, за которые можно ухватиться с помощью своей тени.

Вскоре его ноги наконец коснулись земли.

Несмотря на то, что, покидая безопасное место безголовой статуи, он подвергался значительной опасности, Санни сразу же почувствовал, как его настроение улучшается. Пассивное поведение в течение последних нескольких дней не очень-то соответствовало его характеру. Теперь, даже если его план закончится провалом, он, по крайней мере, сделает то, что решил.

Попытаться и потерпеть неудачу было лучше, чем не попытаться вообще.

Черная грязь была достаточно глубокой, чтобы замедлить его, но не до такой степени, как он боялся. Потренировавшись, Санни вскоре смог идти с приемлемой скоростью. Более того, пока он держался в тени, его шаги были легкими и бесшумными, не издавая хлюпающих звуков из-за грязи.

Он направился к одной из тропинок, которая должна была привести его к дальнему холму, и вошел в прохладную тень багрового лабиринта.

И тут же странное чувство охватило его разум. Казалось, что мир за пределами лабиринта больше не существует, а остались лишь его извилистые темные тропинки.

«Эта штука кажется почти бесконечной.»

Покачав головой, Санни послал тень разведать обстановку, надеясь быть заранее предупреждённым о любой скрытой опасности, и начал двигаться вперед. Его жизнь теперь зависела от того, успеет ли он добраться до дальнего холма до захода солнца.

Он даже не хотел думать о том, что произойдет, если он все еще будет находиться внутри лабиринта, когда темное море вернется неудержимым потоком.

«Черт!»

Это была единственная мысль в голове Санни, когда он неловко попятился назад, позволяя клешням с громким «клац» сомкнуться прямо перед его лицом. Зазубренные хитиновые лезвия были так близко, что он мог отчетливо видеть кусочки грязи, прилипшие к их поверхности.

Санни упал на спину, едва избежав неожиданного удара. Хорошо, что ему удалось избежать ранения или даже смерти. Плохо было то, что он растянулся на земле, не имея возможности быстро создать расстояние между собой и нападавшим. Массивная клешня все еще висела над ним.

В тот момент, когда до Санни дошло это осознание, он отчаянно перекатился в сторону. В следующее мгновение клешня опустилась вниз, вызвав мелкую дрожь в грязи. Если бы не его быстрая реакция, грудь Санни была бы раздроблена этим ударом.

Он только начал вставать, когда клешня метнулась в сторону. К счастью, Санни был готов: вместо того чтобы попытаться увернуться или блокировать атаку, он пошел на нее, позволив клешне столкнуться с его вытянутыми руками и смягчить удар.

Когда его руки закричали от боли, Санни использовал силу удара и позволил своему телу взлететь в воздух. Так он, по крайней мере, вышел бы из зоны поражения клешней.

Может, его и не учили драться, но одно он знал очень хорошо — как падать!

Вместо того чтобы сломать себе шею или выбить из себя дыхание при падении, он сгруппировал свое тело и ловко перекатился, остановившись на некотором расстоянии от затаившегося в засаде монстра.

— Я беру свои слова обратно! — сказал Санни, вспомнив свою язвительную критику боевых бросков Героя. Перекаты — неотъемлемая часть любой уважаемой техники борьбы с монстрами!

(П.П: Дарк Соулс привет.)

Затем он поднял голову, пытаясь разобраться в ситуации.

Перед ним наконец показался нападающий. Он вынырнул из-под грязи, отбрасывая огромную тень на стоящего на коленях Санни. Его маленькие глазки были полны ярости, голода и злобы.

Это был один из клешне-монстров, за которыми он так долго наблюдал. Возвышаясь над ним почти на три метра в высоту, громоздкое существо шевелило своими мандибулами и издавало пронзительный визг.

«Почему ты не пожираешь гигантскую тушу вместе с остальными своими дружками, крабовый ублюдок?!»

Однако ответ на возмущенную просьбу Санни был довольно очевиден. Монстр, похоже, был в довольно плохом состоянии: половина из восьми его косоподобных ног была сломана, а в толстом панцире появились трещины, из каждой сочилась вязкая лазурная кровь. Кроме того, у него отсутствовала одна из двух рук-клешней, которая, казалось, была полностью оторвана у плеча.

Если бы не это жалкое состояние, существу не нужно было бы прятаться в грязи, надеясь поймать легкую добычу. Оно могло бы просто последовать за другими монстрами и присоединиться к пиршеству. Санни просто не повезло, что он наткнулся прямо на его засаду.

Он слишком положился на разведывательные способности своей тени, забыв, что она не намного наблюдательнее пробудившегося человека. Кроме того, она была невесомой и неслышной — вот почему монстр не отреагировал, когда минутой раньше тень прошла над его ловушкой.

С другой стороны, Санни мог считать себя счастливчиком — по той же логике, он не смог бы увернуться от внезапной атаки существа, если бы не его искалеченное, заторможенное состояние.

Но размышления о везении можно было отложить на потом — сейчас у Санни были куда более насущные дела. А именно — попытаться выжить.

«Назад!» — приказал он тени и прыгнул в сторону.

В следующую секунду пространство, которое он занимал мгновение назад, было разорвано атакующим монстром. Его тяжелая клешня врезалась в бок кораллового столба, разбрасывая во все стороны багровые осколки.

Санни поймал равновесие и продолжил движение. Он надеялся, что громоздкое, тяжело бронированное, раненое существо не сможет сравниться с ним в скорости, но, к сожалению, оно оказалось на удивление проворным. Его косоподобные ноги пробили грязь позади него, а клешня уже снова летела по воздуху, угрожая обезглавить юношу в любую секунду.

Санни пригнулся, уклоняясь от клешни, и наконец получил секундную передышку. Его глаза метались вокруг, отчаянно ища что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Почти мгновенно он заметил длинную, гладкую, острую кость, оставленную каким-то неизвестным существом, торчащую из грязи. Не замедляя шага, он нагнулся и схватил кость, вытащив ее одним сильным рывком.

Кость была почти полтора метра длиной и заканчивалась узким острым наконечником. Она была почти как копье. Проблема заключалась в том, что даже с учетом длины этого импровизированного копья, дальность атаки Санни все равно была меньше, чем у монстра. Он также сомневался, что сможет пробить твердый панцирь.

Короче говоря, ему нужно было подобраться поближе и попасть в одну из трещин в броне существа. Однако он не решился на это. На таком коротком расстоянии монстр мог легко раздавить его в фарш, используя только свой вес и громадное тело.

В голову Санни пришла безумная идея.

Немного шокированный, он с минуту не мог решить, была ли она результатом дерзости или глупости. В любом случае, он не был настолько безумен, чтобы додуматься до этого.

В этот момент клешня снова ударила. На этот раз Санни немного опоздал уклониться, и в результате острая боль пронзила его левую ногу. Она была задета острием клешни. Саван кукловода выдержал, не позволив монстру пустить кровь, но силы удара хватило, чтобы повалить Санни на землю.

Времени на восстановление не было.

Широко раскрыв глаза, Санни понял, что пришло время действовать безумно. Поэтому, вместо того чтобы попытаться увернуться, он перестал двигаться и позволил монстру схватить его клешней за туловище.

Тут же на его ребра обрушилось страшное давление. Санни казалось, что он сейчас расколется на части, но его броня, полученная после победы над пробудившимся тираном, выдержала сокрушительный укус клешни монстра. Каждый мускул его тела напрягся, оттягивая момент, когда его внутренности превратятся в кашу.

В следующую секунду тень Санни упала сверху, обернувшись вокруг Савана Кукловода. Усилив защитные свойства доспехов, он смог лучше сопротивляться разрушающим объятиям клешней.

Санни и монстр, казалось, зашли в тупик. Юноша не мог освободиться от хватки монстра, а монстр не мог убить добычу, разрезав ее пополам своей клешней.

Они уставились друг на друга. Затем в глазах существа зажегся безумный огонь. Оно щелкнуло своими мандибулами и подняло Санни в воздух, приблизив его к своей пасти, явно намереваясь откусить ему голову.

«Почему все пытаются меня съесть?! Неужели я такой вкусный?!»

Санни не сопротивлялся, пока монстр подносил его близко к своим мандибулам. Он знал, что у него есть только один шанс выжить.

В последний момент Санни позволил тени из Савана Кукловода перетечь на острую кость, которую он все еще сжимал в руке. Затем он собрал все свои силы, наклонился вперед и изо всех сил толкнул кость вперед.

Направляемое его рукой, темное костяное копье выстрелило вперед и пронзило крошечный глаз существа, глубоко вонзившись в него. Другой глаз монстра сузился.

Стиснув зубы от невыносимой боли в ребрах, Санни крутанул кость, стараясь нанести как можно больше повреждений мозгу существа.

В течение нескольких секунд ничего не происходило. Затем он почувствовал, что давление на его тело ослабевает.

Клешня раскрылась, позволяя Санни упасть вниз. Как только он упал, громадный монстр тоже рухнул на землю. Костяное копье все еще торчало из его головы, омываемое потоками лазурной жидкости.

Санни застонал и издал хриплый, болезненный вздох.

[Вы убили Пробуждённого Зверя, Падальщика Карапакса.]

[Вы получили Воспоминание: Лазурный Клинок.]

[…Ваша тень становится сильнее.]

Санни растянулся в грязи, пытаясь отдышаться. Тонкий голос Заклинания эхом отдавался в его ушах.

[Ваша тень становится сильнее.]

Сразу же он почувствовал небольшие изменения. Его тело стало немного сильнее, зрение — острее, кожа — глаже. Изменения были минимальными, но очевидными.

«Что это было?»

Он догадался, и это было легко подтвердить. Санни вызвал руну.

[Фрагменты Теней: 14/1000].

Раньше у него было только двенадцать таинственных фрагментов теней, и он не знал, как получить больше. Теперь, казалось, процесс шел автоматически: ему нужно было только убить врага, чтобы поглотить часть его тени и усилить собственное ядро.

Более того, количество фрагментов, которые он мог получить, не зависело напрямую от количества убитых врагов. Немного подумав, Санни пришел к предварительному выводу: спящие ядра душ давали ему один фрагмент, а пробужденные — два. Однако учитывались только враги, которых он победил напрямую — более или менее.

Убийство личинки горного короля, спящего зверя, дало ему один фрагмент теней. Убийство раба-ветерана, спящего человека, дало еще один фрагмент теней. Сам Горный Король был пробужденным тираном, что означало, что у него было пять пробужденных ядер. Каждое из них давало Санни по два фрагмента теней, в итоге у него было двенадцать. А теперь, после убийства Падальщика Карапакса, у него было четырнадцать.

Интересно, что он не получил ни одного фрагмента после смерти Шифти, Ученого и Героя, хотя они погибли в результате его махинаций. Похоже, чтобы поглотить часть их тени, ему нужно было прикончить врага собственными руками.

Ну, или хотя бы вызвав древнего мертвого бога.

Процесс был очень похож на то, как обычные Пробужденные увеличивали свою силу, с той лишь разницей, что шаги по извлечению и потреблению соответствующего материала, осколков души, были пропущены в пользу мгновенного поглощения. Это означало, что фрагменты теней нельзя было хранить, а значит, нельзя было покупать или обменивать.

У него не будет возможности получить их в награду за выполнение заданий, оказание услуг или продажу различных трофеев. Если Санни хотел стать сильнее, его единственным выходом было сражаться и убивать.

«Никакой мирной жизни для меня, я полагаю.»

Раньше Санни думал, что у него, по крайней мере, есть возможность выбрать относительно безопасный путь. Многие Пробужденные никогда не покидали пределов человеческих Цитаделей и не сталкивались с кошмарными существами, предпочитая выполнять различные работы в Царстве Снов так же, как и в реальном мире.

Они получали плату в виде осколков души, которые одновременно являлись топливом для развития человека и универсальной валютой в Цитаделях. Санни никогда не стремился к такой жизни, но отсутствие выбора раздражало.

К счастью, была и светлая сторона. Без необходимости использовать осколки души для укрепления своего ядра, он мог свободно и без забот тратить все, что зарабатывал. В конце концов, после того как он убьет врага и поглотит фрагменты теней, осколок души все еще будет там, готовый к сбору и обмену на то, что может понадобиться Санни в будущем.

Это делало его вдвое эффективнее в плане заработка и трат, что было немалым преимуществом.

Кроме того, оставался вопрос о Ядре Тени…

Поскольку и Санни, и его тень были связаны с ним, укрепление ядра не только увеличит силу Санни, но и усилит тень. Таким образом, если бы он использовал его для усиления своей силы, эффект был бы суммирован, что дало бы двукратное усиление. Таким образом, за каждый собранный фрагмент теней Санни мог получить в два раза больше пользы, чем Пробужденный от осколка души.

«Неплохо. Совсем неплохо!»

Будущее было светлым. Конечно, при условии, что он выживет и получит возможность иметь будущее.

Сев, Санни перевел взгляд и нашел скопление рун, описывающих его Воспоминание. Лазурный Клинок… неужели у меня наконец-то появилось оружие?

Воспоминание: [Лазурный Клинок].

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Тип Воспоминания: Оружие.

Описание Воспоминания: [На этом забытом берегу помнит лишь сталь.]

«Хм. Интересно.»

Не очень информативно, но интересно.

Санни призвал свое новое оружие, и в его руке тут же появился острый сверкающий меч. Его длина была около метра, включая рукоятку. Лезвие было прямым и одноострым, заканчивалось угловатым наконечником. Он был выкован из лазурной стали с красивым многослойным узором. В глубине стали виднелись белые искры. Крестовина была минималистичной и простой, почти не защищая руки владельца.

Если бы Санни разбирался в холодном оружии, он бы назвал его танг-дао. Однако он не разбирался в таких вещах: все, что он мог понять, это то, что клинок был одноострым, что означало, что он, вероятно, предназначался для рубящих и режущих ударов, а не для колющих, и что рукоять была достаточно длинной, чтобы вместить две руки.

Кроме того, меч был красивым.

Он вызвал тень и заставил ее обернуться вокруг Лазурного Клинка. Тут же сталь стала синевато-черной, с россыпью белых искр. Это было похоже на ночное небо, усыпанное звездами.

Санни встал и несколько раз взмахнул мечом, привыкая к его весу. Острие со свистом рассекало воздух.

«Ну, теперь я наконец-то выгляжу как настоящий Пробужденный.»

После этого он бросил взгляд на труп падальщика и скривился. Эх, эта часть не будет приятной.

Через некоторое время ему удалось вскрыть треснувший панцирь и отрезать несколько полосок нежного, розового мяса. Не забыл он также извлечь из груди зверя сияющий кристалл — осколок души.

Без особой надежды он попытался поглотить осколок, помня, как это нужно делать — как он и ожидал, ничего не произошло.

«От них нет прямой пользы.»

Пожав плечами, Санни положил осколок и мясо в импровизированный рюкзак, который он сплел из черных водорослей, и посмотрел на солнце.

День еще только начинался. У него все еще оставался хороший шанс добраться до дальнего холма до того, как море вернется. Однако его левая нога была повреждена в схватке со зверем-падальщиком, поэтому идти было не так легко, как раньше. Он стиснул зубы и начал хромать.

Прошло несколько часов. Из-за синяков и повышенной бдительности прогресс Санни значительно замедлился. Он потел и скрежетал зубами, чувствуя боль при каждом шаге. Хуже того, чем дальше он забирался в лабиринт, тем более сбивающими с толку и запутанными становились пути. Даже с помощью тени ему постоянно приходилось отступать назад и с трудом двигаться в нужном направлении.

«Дерьмо, дерьмо, дерьмо…»

Серое небо над головой, черная грязь внизу, бесконечное багровое море между ними. На этом сказочном фоне по лабиринту шли две прекрасные девушки.

Одна из них была нежной и хрупкой, со светлыми волосами и лазурными, пустыми глазами. Она была одета в простую тунику, на ногах у нее были кожаные сандалии, а на плечи был накинут плащ цвета морской волны.

Другая была высокой и стройной. У нее были шелковистые серебристые волосы и ясные серые глаза. Ее откровенная одежда была грубо сделана из черных водорослей, обнажая светлую кожу и атлетическое телосложение. Она была уравновешенной, внимательной и босой.

Золотая веревка соединяла двух девушек вместе.

«Ничего себе зрелище…» — подумал Санни.

Он вдруг пожалел, что не художник. Картина так и просилась на полотно.

«Подожди… почему я об этом думаю? Люди! Я нашел людей!»

Сердце его слегка подпрыгнуло. Если Нефис и Кассия были здесь, то оранжевый свет, скорее всего, был как-то связан с ними. А это означало, что они знали, как добраться до высокого холма.

А это означало, что Санни не должен быть раздавлен насмерть приливом!

«Э… и что же мне теперь делать?»

Он не был лучшим в том, чтобы заискивать перед другими людьми. На самом деле, он был полной противоположностью — люди обычно инстинктивно избегали его. И это при нормальных обстоятельствах. Однако в этот раз он потратил целых четыре недели на то, чтобы все в Академии возненавидели его до глубины души…

«Хорошая работа, Санни!»

Тем не менее, он был хотя бы полезен. В данной ситуации дополнительное тело уже было большим подспорьем при встрече с голодными монстрами. И он был не просто кем-то: одна его способность разведывать обстановку стоила многого. Конечно, они поймут это… верно?

Тяжело вздохнув, Санни шагнул в тень и поспешил к поляне. Он достиг ее примерно через минуту, притаившись и наблюдая за двумя девушками, прежде чем принять окончательное решение.

Опираясь на деревянный посох, слепая Кассия медленно подошла к середине поляны и протянула руку, найдя Нефис и коснувшись ее плеча.

— Почему ты остановилась?

Нефис поддержала слепую девушку и посмотрела на небо.

— Уже поздно.

Между двумя девушками повисла неловкая пауза. Через некоторое время Кассия спросила:

— Так ты думаешь, нам стоит повернуть назад?

Нефис моргнула и прочистила горло.

— Да.

Санни немного позабавил их обмен мнениями.

«Она что, сильный молчаливый типаж?»

Затем он вернулся к своей дилемме и помрачнел.

«Как мне подойти к ним? Черт, почему это так сложно! Я же не пытаюсь пригласить их на свидание. Я имею в виду, одну из них… обеих? О чем я думаю?! Просто подойди и поздоровайся!»

Но тогда, если бы он внезапно появился из тени… совсем не похожий на гада… насколько высока была вероятность того, что они испугаются и нападут на него, прежде чем заметят, что он не монстр?

«Стоп, с чего бы им… а, к черту все это!»

Решив выбрать наиболее безопасный подход, Санни приказал своей тени покинуть укрытие и переместиться туда, где Нефис могла ее хорошо видеть. Он ясно почувствовал, как тень закатила глаза, повинуясь приказу.

Как только тень начала двигаться, Нефис вдруг резко вскинула руку в сторону. Тут же появился длинный меч, рассекающий воздух, когда тень заняла оборонительную позицию. Не успела тень сделать и двух шагов из своего укрытия, как ее уже пронзили серые глаза Меняющейся Звезды.

Тень замерла. Казалось, она была немного напугана.

Кассия сделала шаг назад.

— Неф? Что такое?

Нефис ответила не сразу, внимательно наблюдая за тенью. Затем она просто сказала:

— Это тень.

Кукольное личико Кассии побледнело.

— Тень? Падальщики?

Высокая девушка слегка наклонила голову.

— Нет. Это человеческая тень.

Это было явно не то, что Кассия ожидала услышать. С выражением удивления она спросила:

— Человеческая тень? Что… что она делает?

Нефис колебалась. Через некоторое время она ответила ровным тоном:

— …Она машет нам рукой.

***

После целой минуты молчания Кассия, наконец, нашла слова для реакции.

— Что?

— Я сказала: оно машет…

— Да, я знаю! Я имею в виду… почему она это делает?

Нефис открыла рот, потом снова закрыла.

— Я не знаю. Может быть, это отвлекающий маневр, чтобы заманить нас в ловушку.

В этот момент Санни решил, что пришло время поговорить. Он глубоко вдохнул, а затем дружелюбным тоном сказал:

— Вообще-то, я просто послал её вперед, чтобы убедиться, что ты не проткнешь меня мечом, прежде чем поймешь, что я человек.

Нефис тут же повернула голову, точно определив место, где в пятне тени прятался Санни. Ее меч слегка переместился, нацелившись на новую угрозу.

— Если ты человек, то почему прячешься в тени, как гад?

«Черт возьми! Я не гад!» — воскликнул Санни. Но его Недостаток был беспощаден: он должен был дать ответ, причем правдивый.

— Я имею в виду, что ты Меняющаяся Звезда Нефис. Честно говоря, я немного боюсь.

Нефис не ответила. По ее трудночитаемому лицу было почти невозможно определить, верит она ему или нет. Однако он не просто так включил в свой ответ ее Истинное Имя: если бы он был каким-нибудь монстром, притворяющимся человеком, он бы этого не знал.

К счастью, Кассия была более выразительна.

— Ты тот мальчик, который сидел со мной в кафетерии? — улыбнулась Кассия. Тем временем Нефис взглянула на слепую девушку.

— Ты его знаешь?

Кассия кивнула.

— Я узнаю его голос. Его зовут Санлес. Он был на предпоследнем месте в рейтинге, прямо надо мной.

Высокая девушка нахмурилась, как бы пытаясь вспомнить. Затем она спросила:

— Извращенец?

Улыбка исчезла с лица Санни, сменившись отчаянием.

«О, да ладно!»

Кассия заколебалась и не ответила.

— Эй! Я на самом деле не извращенец, ты знаешь! Я просто… эм… сказал несколько вещей. Нескольким девушкам. Это все было недоразумением.

Нефис молчала несколько секунд, а затем, наконец, убрала свой меч.

— Хорошо. Можешь выходить.

Санни вышел из тени, призывая тень вернуться обратно. Она добежала до ног и прикрепилась, заметно дрожа. Этот ублюдок смеялся над ним…

Остановившись в нескольких метрах от Нефис, он поднял руки, показывая, что не желает девушкам зла. Меняющаяся Звезда бросила на него пытливый взгляд.

— Что с тобой случилось?

Она имела в виду его хромоту, синяки и общий помятый вид. Санни вздохнул.

— Падальщик Карапакса.

Нефис подняла бровь:

— Тебе удалось уйти живым?

«Еще бы!»

Санни подсознательно выпрямил спину.

— Я не ушел. Я убил его.

Чтобы доказать свою точку зрения, он жестом показал на свой рюкзак, полный вкусного мяса монстра. Нефис еще раз оглядела его, переоценивая свое мнение о нем. Теперь в ее глазах появились нотки одобрения.

Падальщики Карапакса были всего лишь зверями, но они все еще были пробужденными. С учетом их могучего телосложения и природной брони, победить одного из них было нелегко для любого Спящего, у всех было спящее ядро. Не говоря уже о ком-то из самого низа рейтингового списка.

Если подумать, это было даже слишком выдающимся.

Санни опустил глаза.

— Эм… он уже был ранен.

Нефис пожала плечами.

— Убийство есть убийство. Ты хорошо справился.

После этого она замолчала, как будто не собираясь больше ничего говорить. Санни тоже не знал, что сказать. К счастью, на помощь пришла Кассия.

— Ты серьезно ранен?

Он покачал головой.

— Нет, только ребра и нога ушиблены. Через день-два я буду в порядке. Моя броня довольно прочная.

Он не беспокоился о том, что у них может возникнуть искушение убить его, чтобы заполучить Саван Кукловода. Это было потому, что Воспоминания уничтожались в момент смерти их владельца. Поэтому они могли быть добровольно переданы только живым человеком.

Что ж, всегда оставались пытки и шантаж. Но он сомневался, что одна из двух прекрасных девушек опустится до такого.

Санни прочистил горло.

— До того, как наткнуться на Падальщика, я направлялся к высокому холму с массивным коралловым столбом на вершине. Но после боя моя скорость снизилась. Теперь я беспокоюсь, что не успею вовремя. Может быть, вы знаете дорогу?

Кассия улыбнулась.

— Вообще-то, последние дни мы проводим на этом холме. Мы как раз собирались возвращаться.

Нефис ничего не сказала, глядя на небо.

Санни облизал губы.

— Ну… можно я пойду с вами?

«Они ведь не скажут «нет»… верно?»

Слепая девушка повернула голову к своему спутнику, на ее лице был написан явный вопрос.

— Неф?

Нефис опустила глаза, уставившись на Санни. Через некоторое время она сказала:

— Не…

«Что?!»

— …Проблема.

Без проблем.

«Что с тобой, принцесса?! Ты не можешь говорить быстрее?!»

Чувствуя, как дико бьется сердце в груди, Санни улыбнулся.

— Ну. Хорошо…

Остаток пути до высокого холма не занял много времени. Поскольку Нефис вела его, сворачивая в нужных местах, не было необходимости исследовать лабиринт и возвращаться назад, наткнувшись на тупик. Кроме того, поблизости не было никаких падальщиков.

На самом деле, они могли бы двигаться еще быстрее, если бы не Кассия, которая шла медленно даже с помощью своего посоха. Направляемая золотой веревкой, она тщательно изучала местность перед каждым шагом. Неровные тропинки багрового леса были не идеальной поверхностью для слепого человека.

Санни ничего не говорил, периодически бросая недоверчивые взгляды на странную пару. С какой стороны ни посмотри, Кассия казалась мертвым грузом. Возможно, это было жестоко, но в безжалостной реальности Царства Снов ошибочная доброта — верный путь к смерти.

До встречи и наблюдения за девушками он все еще надеялся, что за ужасным недостатком Кассии скрывается неожиданный и мощный Аспект. Но, судя по тому, что он увидел, это было не так. Если она даже не могла нормально ходить, то какую же силу можно было скрыть? Ничто не могло перевесить того безжалостного факта, что слепая девушка не могла защитить себя, а значит, только потянет за собой своих товарищей.

Нужно быть дураком или не любить жизнь, чтобы допустить такое. Итак… какое из этих описаний подходит Нефис? Почему-то ему казалось, что ни одно из них.

Когда они добрались до холма, закат был уже не за горами. Взобравшись на него и подойдя к огромному коралловому наросту, Нефис отозвала золотую веревку и тут же вызвала ее снова. Таким образом, она развязалась и оказалась у нее в руках в виде аккуратного свертка.

«Ах. Значит, это Воспоминание.»

Санни стало интересно, какими свойствами обладает волшебная веревка. Вскоре его любопытство было удовлетворено: прямо на его удивленных глазах длина веревки вдруг начала увеличиваться. Вскоре она стала в три раза длиннее, чем была раньше.

Нефис спокойно связала оба конца веревки в петли, а затем подбросила одну из них в воздух, аккуратно намотав ее вокруг выступа на вершине кораллового столба. Затем она проверила, выдержит ли веревка, быстро взобралась наверх и помахала сверху рукой, давая Санни сигнал следовать за ней.

Поколебавшись секунду, Санни подошел к веревке и схватился за нее.

Он не мог отделаться от мысли, что это идеальная возможность отрезать ему голову. Когда он будет беспомощным во время подъема, а Нефис будет стоять на вершине столба… да. Яркая картина возникла в его сознании.

«Хватит быть параноиком!» — подумал Санни, пытаясь успокоить себя.

Не то чтобы он был уверен в безупречных моральных качествах Меняющейся Звезды. Вместо этого он был уверен в одном: если бы Нефис действительно хотела его убить, ей не нужно было бы ждать удобного случая. Она могла бы просто разрезать его на ленточки в любой момент.

Одновременно испугавшись и успокоившись, Санни проворно вскарабкался наверх и присоединился к Нефис на вершине кораллового столба. Затем он обернулся и с любопытством стал наблюдать, гадая, как Кассия собирается добраться до них.

Слепая девушка отозвала деревянный посох и подошла к веревке. Затем она взяла ее в руку, проследила путь до петли на конце и просунула в нее ногу. Как только она это сделала, Нефис схватилась за веревку и начала тянуть, поднимая Кассию понемногу, пока она не добралась до вершины. Ей оставалось только взять Нефис за руку и сделать шаг, чтобы присоединиться к ним.

«Хах. Эффективно.»

Коралловый столб был намного больше, чем круглая каменная платформа на шее гигантского рыцаря. На самом деле, он был почти как маленький остров. На самой высокой точке острова, спрятавшись за коралловыми зарослями, девушки разбили небольшой лагерь. Там были кучи водорослей, на которых можно было спать, полоски мяса падальщиков, сушившиеся на солнце, и кострище.

Санни указал на импровизированный костер.

— Это вы были две ночи назад? Я видел оранжевый свет вдалеке.

Лицо Кассии потемнело.

— Да, это был первый раз, когда мы разводили костер. Но это оказалось очень серьезной ошибкой.

Нефис вздохнула.

Санни удивленно поднял бровь.

— Почему?

Слепая девочка коснулась своих волос и повернула голову к Нефис.

— Ночью любой свет привлекает монстров. Сначала на нас напали падальщики. А потом… потом…

Она побледнела и не закончила. Но ей и не нужно было: воспоминание о колоссальном щупальце было еще свежо в памяти Санни.

Похоже, ему повезло, что он встретил этих двоих именно тогда, когда встретил. В противном случае он непременно собирался развести сегодня костер, чтобы поджарить мясо падальщика.

— Понятно.

Нефис посмотрела на небо и прочистила горло.

— Теперь все должно быть в порядке. У нас еще есть время до захода солнца.

После этого она занялась костром. Кассия просто сидела на куче водорослей и ждала. Не зная, что делать, Санни опустился на землю и дал отдохнуть своему уставшему, покрытому синяками телу.

Через некоторое время он сказал:

— У меня в рюкзаке есть свежее мясо. У вас есть вода?

Кассия улыбнулась.

— Да!

После этого она протянула к нему руку. Через секунду в её руке появилась красивая бутылка из узорчатого синего стекла.

— Это моё Воспоминание. Оно всегда наполнено.

Санни взял стеклянную бутылку и с завистью посмотрел на нее.

«Бесконечный запас воды, да? Это лучше, чем мой супергромкий колокольчик!»

— Спасибо.

Он поднес бутылку к губам и с жадностью выпил прохладную, вкусную воду. Действительно, сколько бы он ни пил, количество воды внутри, казалось, не уменьшалось.

— Она действительно бесконечна?

Кассия снова коснулась своих волос.

— Ну… не совсем. Если перевернуть его вверх дном и дать воде течь, она остановится через полчаса или около того. Но очень скоро она снова станет полной.

В это время Нефис уже закончила разводить костер. Не поднимая глаз, она взяла рюкзак Санни и открыла его. Сразу же оттуда выкатился осколок души. Высокая девушка посмотрела на него, потом на Санни. Затем она положила осколок обратно и достала мясо.

Санни напрягся, готовясь к обманчивому ответу. Но Нефис не спрашивала. Он сделал вид, что ничего не произошло, и продолжил разговор с Кассией.

— Это все еще сильное Воспоминание. Добыть питьевую воду — задача не из легких!

Кассия кивнула и улыбнулась, обрадованная его словами.

Вскоре воздух пропитался насыщенным запахом жарящегося мяса. В то же время солнце начало приближаться к горизонту; откуда-то снизу донесся громкий гул, и между багровыми стенами лабиринта стали появляться первые следы черной воды.

Санни посмотрел на восток, где небо уже темнело. Затем он неловко заёрзал.

— Неужели падальщики проделывают весь этот путь?

Нефис развернула мясо и кивнула.

— Да. Но… только ночью. Днем большинство из них исчезает.

Санни усмехнулся, догадываясь, почему днем в лабиринте не так много чудовищ.

— Это потому, что все они собираются возле того места, где я недавно проводил время. Ты должна была его видеть — высокий утес к западу отсюда. Ну, на самом деле это статуя.

Кассия широко раскрыла глаза.

— Статуя? Но чтобы ты выжил, она должна быть…

— Да, это гигантская статуя рыцаря, высотой не менее двухсот метров. У него нет головы, поэтому я спрятался на шее. В любом случае… в тот день, когда нас отправили сюда, два морских существа сражались друг с другом возле этой статуи. Когда вода отступила, я увидел, что там лежит огромная туша, а сотни падальщиков медленно разрывают ее на части.

Нефис кивнула.

— Это объясняет отсутствие Кошмарного Существа в течение дня. Как долго?

Санни моргнул.

— Как долго что?

Меняющаяся Звезда смотрела на него несколько секунд, заставляя всех чувствовать себя неловко.

— Как долго… пока они не закончат пожирать тушу?

— О. Еще один день, максимум два.

Нефис отвернулась, убрав мясо с огня, а затем быстро погасила его.

«С этой девушкой определенно что-то не так!»

Они ели втроем при тусклом свете сумерек. Мясо было сочным, нежным и неописуемо вкусным. Оно превосходило все, что Санни когда-либо пробовал, даже в столовой Академии. Конечно, свою роль в этом сыграл и мучительный голод.

Время от времени они передавали друг другу стеклянную бутылку.

Когда они закончили трапезу, темное море вернулось, и наступила ночь. Все поглотила абсолютная тьма.

Конечно, Санни мог легко видеть и Нефис, и Кассию. Под покровом ночи Меняющаяся Звезда оставалась практически без изменений. Слепая девушка, однако, позволила проявиться своим истинным эмоциям, думая, что никто не увидит. Она выглядела гораздо более потерянной, одинокой и испуганной, чем днем.

Словно пытаясь противостоять этим чувствам, Кассия сказала светлым голосом:

— Как насчет того, чтобы официально представиться? Я — Касси.

Нефис посмотрела в ее сторону и пожала плечами.

— Неф.

Затем настала очередь Санни. Он выдохнул, радуясь, что они не спросили его имя напрямую. Скорее всего, он все равно смог бы назвать свое человеческое имя — впрочем, это могло зависеть и от формулировки вопроса.

Облегченно вздохнув, он улыбнулся и ответил:

— Я — Санлес. Но вы можете звать меня Санни.

Санни постепенно начинало нравиться вести беседы в темноте. Без бремени света люди были более расслабленными и откровенными. Это напоминало ему о частых отключениях света, которые часто происходили в городе, когда он был маленьким ребенком. У его семьи не было другого выбора, кроме как собраться вместе и провести несколько часов, не делая ничего, кроме разговоров друг с другом.

Теперь эти темные часы стали для него одними из самых дорогих воспоминаний.

Он помолчал несколько мгновений, а затем сказал:

— Раз уж мы будем зависеть друг от друга, может, поделимся Способностями и Воспоминаниями, которые есть в нашем распоряжении?

Это было логичное предложение. Если они собирались сражаться бок о бок, знать сильные стороны друг друга было более или менее жизненно необходимо. Тем не менее, он заметил, что Нефис смотрит в его сторону с настороженным выражением лица.

К счастью, он был скрыт темнотой.

— Я начну, — сказал Санни, чтобы показать свою искренность и в то же время сдержанно рассказать о себе.

Если инициатива разговора исходила от него, он все равно должен был сказать правду, но сколько и в каком объеме — решать ему. Однако если бы они спросили, и ему пришлось бы отвечать… ситуация стала бы непредсказуемой.

— Мои способности дают мне сродство с тенями. Я также немного связан с божеством. И наконец, я склонен попадать в маловероятные ситуации.

Касси внимательно слушала, а затем опустила голову, как бы смущаясь.

— Э-э… он говорит правду. Не то чтобы мы сомневались в твоей честности!

«Почему бы и нет? Я потратил столько времени, чтобы заработать репутацию патологического лжеца!»

Санни прочистил горло и улыбнулся, скрывая свою нервозность:

— Правда? Приятно слышать. Но… почему ты так уверена, что я честен?

Слепая девочка немного сдвинулась с места.

— О! Это моя способность. Я могу «видеть» Атрибуты людей. Иногда я также получаю «видения». Они могут быть о будущем или прошлом. То есть, это то, что я думаю… это случалось всего пару раз.

Санни сглотнул, но затем расслабился.

«Итак, она своего рода оракул. К счастью, ее проницательность ограничена Атрибутами… иначе у меня были бы большие проблемы. Тем не менее, я должен быть осторожен рядом с ней.»

Он наконец понял, откуда слепая девушка узнала о его дне рождения. Вопрос был в том, увидела ли она его в видении будущего или в видении прошлого. Если это было первое, то можно ли предположить, что он обязательно сможет отпраздновать еще хотя бы один день рождения?

Или же знание будущего действительно повлияло на него и изменило его? Например, узнав, что он точно выживет, Санни мог естественно расслабиться и ослабить бдительность. А потом он бы умер в результате этого. Это, конечно, казалось возможным, верно? Это при условии, что будущее можно изменить. Но, может быть, это не так? Тогда…

Почувствовав, что у него болит голова, Санни решил пока не думать об этом. Вместо этого он скрыл свое внутреннее смятение и сказал дружелюбным тоном:

— Это хорошая способность. Кстати, о способностях: мою ты уже видела. Моя тень может самостоятельно передвигаться и исследовать. Она не может влиять на материальный мир, но у нас есть общее зрение и слух. Таким образом, я могу заметить опасность до того, как столкнусь с ней. Тень быстра и скрытна: она может пойти куда угодно, и ее почти невозможно заметить. О, я также могу видеть в темноте.

Он улыбнулся, ожидая, что девушки поймут и оценят полезность его теневой разведки. Однако их реакция была немного странной: Нефис медленно повернула голову в его сторону, а Касси немного побледнела и подняла руки, чтобы прикрыть грудь.

— Э… что?

Нефис нахмурилась и ровным тоном сказала:

— Ты когда-нибудь использовал свои способности в Академии?

Санни моргнул.

«Какой странный вопрос!»

— В Академии? Конечно, использовал. А что?

«Ах, да… они думают, что я извращенец…»

«Черт!»

Прежде чем девушки успели что-то сказать, он поспешно поднял руку и пробурчал:

— Но я никогда не использовал его для чего-то неподобающего! Вы должны мне поверить!

К счастью, это была чистая правда. Однако и Нефис, и Касси смотрели скептически. Санни скрипнул зубами.

— У меня были более важные дела, чем… чем то, о чем вы думаете! Я почти каждый божий час учился выживать!

Нефис подняла бровь.

— Я не видела тебя в классе… ни разу.

Санни хихикнул.

— Конечно, не видела. Пока ты была занята вытиранием пола другими Спящими, я изучал выживание в дикой природе.

Настала очередь моргнуть Меняющейся Звезде.

— Выживание в дикой природе… что? Есть такой курс?

Касси выглядела не менее озадаченной.

— Да, есть. Для большинства людей это может показаться чем-то второстепенным, но для такого ребенка с окраины, как я, который не ходил в шикарную школу и не пользовался услугами частных репетиторов, научиться выживать в дикой местности — это разница между жизнью и смертью. Без этого я бы утонул в тот момент, когда нас отправили в Царство Снов.

В редких случаях Нефис выглядела совершенно растерянной. Она потерла запястья и задумчиво посмотрела в его сторону.

— Понятно. Я не знала.

Санни скорчил гримасу и изо всех сил старался не дать яду просочиться в свой голос. Когда он наконец заговорил, его тон был легким и дружелюбным.

— Это нормально. Это естественно для человека твоего статуса не знать…

Когда он упомянул ее статус, на лице Меняющейся Звезды появилась странная улыбка. Но в конце концов она ничего не ответила.

Санни продолжил:

— В любом случае, это моя Способность. Что касается Воспоминаний, то у меня их три. Первое — доспехи, второе — меч, и последнее — очень громкий колокольчик

Теперь настала их очередь поделиться. После небольшой паузы Нефис произнесла:

— Мои Атрибуты дают мне сродство со светом и огнем, а также сильную связь с божественностью. У меня есть два Воспоминания: веревка…

Пока она говорила, Санни смотрел на Касси, пытаясь прочитать выражение ее лица. Судя по тому, что он видел, Нефис говорила правду — но не всю правду. И судя по тому, как упорно слепая девушка пыталась скрыть свои истинные чувства, секрет, скрывающийся среди Атрибутов Меняющейся Звезды, был совсем не тривиальным.

«Интересно.»

— …И меч. Веревка очень прочная и может менять свою длину. Меч очень острый и может защитить своего владельца от атак души, до определенной степени. Моя способность… может быть использована для исцеления.

Санни не упустил формулировку последней части. «Может быть использована для исцеления»… значит ли это, что ее основная цель была в чем-то другом? Он был уверен, что Нефис не раскроет все свои карты, как и он. Однако способности к исцелению были крайне редки. Иметь такую, которая могла бы исцелять, но не ограничивалась только исцелением — это было бы просто неслыханно.

Но опять же, она была Меняющейся Звездой — одной из немногих людей в истории, получивших Истинное Имя в Первом Кошмаре. Если Санни рассмотрит свои собственные Аспектные Способности, то, казалось, нет ничего невозможного.

«Интересно, какой у нее ранг Аспекта?»

Внешне он притворился взволнованным.

— Ты Целительница? Это замечательно! Иметь среди нас Целителя — невероятная удача!

Касси кивнула и улыбнулась.

— Неф также потрясающий боец! Ты бы видел, как она расправилась с теми падальщиками. Ну… я тоже не видела. Но звучало это очень страшно.

Санни не нужно было, чтобы кто-то рассказывал ему, каким грозным воином была Нефис. Он видел это собственными глазами. Вроде того. На самом деле, это были глаза его тени. Ну… что там у нее было вместо глаз.

Тем временем Касси вздохнула.

— Теперь моя очередь? Э-э… в моих Атрибутах нет ничего особенного. Наверное, у меня есть склонность к откровениям и судьбе. Мои Способность такая, как я уже говорила. Она не очень полезная. Что касается Воспоминаний, у меня их три: бутылка, деревянный посох и эти доспехи. Про бутылку ты уже знаешь. Посох может создавать ветер. Доспехи на самом деле Пробужденного ранга… Неф дала мне их, когда мы встретились. У нее очень мощные защитные чары.

«Значит… она не только несет Касси на спине, но даже отдала свою единственную броню? Да еще и доспехи ранга Пробужденного? О чем… о чем думает Нефис?»

Слепая девушка отвернулась и через некоторое время добавила:

— Раньше я была неплохой фехтовальщицей… раньше. Теперь я не могу сражаться.

Последние два предложения были явно связаны с ее недостатком. Однако и Санни, и Нефис предпочли сохранить свои недостатки в тайне. Несмотря на то, что знание недостатков собеседника также было важно для сотрудничества и прикрытия друг друга, для того, чтобы поделиться чем-то подобным, требовался очень высокий уровень доверия.

Сейчас между ними не было никакого доверия. А даже если бы и было, Санни не собирался ни с кем делиться своим недостатком. У Нефис, похоже, тоже было много секретов.

Через некоторое время он сказал:

— Хорошо. Это хорошо. Думаю, у нас достаточно инструментов, чтобы выжить, если мы будем правильно их использовать. Думаю, пора спать?

В темноте Нефис наклонила голову, слушая его слова с отстраненным взглядом.

— Ладно. Я… сначала подежурю.

Санни решил быть полезным и сказал:

— Вообще-то, моя тень не спит. Она может разбудить нас, если что-то случится.

Меняющаяся Звезда медленно улыбнулась.

— Я буду дежурить первой.

Почувствовав холодок в голосе, Санни вздохнул и пожал плечами.

«Как хочешь. Что ты собираешься наблюдать, а? Ты даже ничего не видишь! Неважно. Только не вини меня, если посреди ночи нас проглотит что-то гигантское…»

Затем он внезапно вздрогнул.

«Подожди… это ведь не был флаг смерти? Конечно, нет. Не может быть…»

Сон избегал Санни. Некоторое время он молча сидел в темноте, прислушиваясь к успокаивающему рокоту волн. В этот редкий момент передышки воспоминания о последних нескольких днях нахлынули на него. Однако он слишком устал, чтобы всерьез о чем-то думать. Ему было тепло, сыто и относительно безопасно. На данный момент этого было более чем достаточно.

Вскоре ритм дыхания Кассии изменился, что свидетельствовало о том, что она заснула. Нефис охраняла лагерь, неподвижная и, как всегда, немного отстраненная. Со своими серебристыми волосами и светлой кожей она была похожа на алебастровую статую.

Санни вздохнул. Он немного поколебался, а затем тихо сказал:

— Могу я задать тебе вопрос?

Нефис взглянула на него и пожала плечами. Отсутствие внятного ответа ясно указывало на то, что она помнит о его способности видеть в темноте.

— Конечно.

«Не будет ли это слишком личным?»

Санни колебался.

— Я думал, что вы, Наследники, приходите в Заклинание с целым унаследованным арсеналом Воспоминаний. Я имею в виду, что это должно быть вашим главным преимуществом. Почему же у тебя было только три?

Нефис замолчала на несколько мгновений.

— Вообще-то, у меня было только два. Веревка досталась от Касси.

Он поднял бровь.

— Понятно.

Поняв, что ее ответ на самом деле не был ответом, Нефис немного подумала и добавила:

— Мы потеряли большую часть наших Воспоминаний, когда умер мой отец. Те, что остались, были проданы одно за другим в течение многих лет, чтобы поддержать семью на плаву. Этот меч и доспехи достались мне от моего Первого Кошмара.

Вот так все и было. Санни понял, что падение клана Бессмертного Пламени могло быть более основательным, чем он думал. Но все же что-то в этом было нелогичным.

— Конечно, с репутацией и положением вашего клана были и другие способы заработать деньги.

Нефис без какой-либо сильной реакции просто сказала:

— Были и другие причины.

Затем она неожиданно повернула голову в его сторону.

— Могу ли я задать тебе вопрос в ответ?

Санни сглотнул.

— Да, давай.

Нефис наклонила голову.

В наступившей тишине улыбка медленно исчезла с лица Касси, сменившись замешательством. Почувствовав внезапное напряжение, она спросила:

— А… что случилось?

Санни вздохнул.

— Нет, ничего не случилось. Просто это направление — то, которого мы хотели избежать.

Подумав немного, он добавил:

— Именно оттуда я пришел вчера. Там внизу много падальщиков.

Лицо слепой девушки опустилось.

— Ох…

Нефис, которая молча слушала их, бросила на него неоднозначный взгляд и наконец заговорила:

— Расскажи нам больше о замке.

В глаза Касси вернулась тень прежнего возбуждения. Серьезно кивнув, она начала описывать свое видение.

— Мне снился огромный разрушенный город, построенный из обветренного камня. Он был окружен высокими неприступными стенами. По его узким улицам бродили различные чудовища. В центре города возвышался холм, а на нем стоял великолепный замок.

Она улыбнулась.

— Но в замке не было чудовищ! Вместо этого он был полон людей. Я думаю… нет, я уверена, что это были Пробужденные. Некоторые охраняли стены, некоторые шли по своим делам, не заботясь ни о чем на свете. Там была еда, безопасность и смех!

«Ну, звучит здорово.»

Если бы этот замок действительно существовал, то все их проблемы были бы решены. Санни прочистил горло.

— Ты видела что-нибудь еще?

Касси нахмурилась, пытаясь вспомнить. Затем ее лицо прояснилось.

— Да! Я видела, как Санни вел меня через ворота замка! Это значит, что у нас все получится!

На ее кукольном личике появилась сияющая улыбка, светившаяся такой радостью, что Санни не мог не скривить губы.

Однако внутренне он зациклился на одной детали видения Касси. Дело в том, что, говоря о том, как добраться до замка, слепая девушка упомянула только их двоих. Был ли в этом какой-то смысл?

Санни слегка повернул голову и тайком взглянул на Нефис, пытаясь понять, уловила ли она тоже это маленькое несоответствие.

Однако Меняющаяся Звезда была загадочна, как всегда. Не проявляя особых эмоций, она некоторое время размышляла, а затем медленно кивнула.

— Хорошо. Тогда мы пойдем на запад.

***

Пока море еще отступало, они позавтракали, а затем провели некоторое время, планируя путешествие и готовясь покинуть временный лагерь. В процессе у Санни появилась возможность узнать девушек получше.

Именно тогда к нему пришло внезапное осознание, от которого его голова чуть не взорвалась от недоумения. Это умопомрачительное осознание было связано с Нефис.

Когда они впервые встретились перед воротами Академии, у Санни сложилось определенное впечатление об этой уверенной, отстраненной девушке. Позднее ее поведение и различные откровения о прошлом Меняющейся Звезды только укрепили это впечатление.

Нефис, казалось, существовала немного отдельно от всего мира. Она была загадочной, отстраненной и довольно холодной. Ее неразговорчивый характер и странные манеры речи заставляли людей, общавшихся с ней, чувствовать себя неловко и нервно, и зачастую они раскрывали больше, чем планировали. Чем меньше она говорила, тем больше, казалось, понимала. Эта молчаливая, безразличная уверенность была притягательной, а иногда даже угнетающей.

Однако это впечатление оказалось совершенно неверным!

На самом деле холодность и отстраненность не имели ничего общего с истиной. Поговорив с ней еще немного и понаблюдав за их общением с Касси, Санни чуть не упал в обморок, когда понял, что Нефис просто невероятно, нелепо… болезненно неловкий человек.

Казалось, она понятия не имела, как разговаривать с людьми. Каждый раз, когда она пыталась что-то сказать, она либо использовала неправильные слова, либо спотыкалась на середине предложения и замолкала. Ее тон никогда не соответствовал тому, что она пыталась сказать. Часто она забывала вставлять в свою речь правильные интонации, в результате чего вопросы звучали как утверждения или наоборот.

К этому добавлялся тот факт, что, как и многие интроверты, Нефис не имела привычки открыто показывать свои эмоции. Не то чтобы у нее не было чувств: просто она очень плохо умела их выражать! В результате ее лицо всегда выглядело холодным и нейтральным.

Поэтому чаще всего она просто предпочитала говорить как можно меньше или не говорить вообще.

Все это вместе взятое, а затем умноженное на ее общую странность, в конечном итоге создавало ложный образ загадочной, неприступной ледяной принцессы.

На самом деле она была просто застенчивой и совершенно неумелой в общении с людьми!

Придя к такому выводу, Санни изо всех сил старался, но так и не смог удержаться от того, чтобы не уставиться на Нефис широко раскрытыми глазами. Ему едва удалось удержаться от того, чтобы не отвисла челюсть.

«Что за черт? Это не соответствует тому, каким должен быть главный герой!»

По его мнению, Нефис определенно была из тех людей, которые должны быть главными героями любого события. В центре событий всегда были уверенные, сильные люди, такие как она и Кастер. Такие люди, как он и Касси, напротив, были оттеснены на второй план. Однако сейчас…

Нет, эта мысль тоже была ошибочной. Тот факт, что у Меняющейся Звезды были проблемы с самовыражением и отсутствовали социальные навыки, не означал, что она не была сильной. На самом деле, это могло означать обратное. Она по-прежнему достигала всего, чего достигла, но с дополнительным слоем трудностей.

Она все еще была опасна.

В этот момент Нефис наконец заметила, что Санни смотрит на нее. Она посмотрела на него и, после долгой паузы, спросила безэмоциональным тоном:

— …Что?

Он моргнул, освобождаясь от этого внезапного потока мыслей, и прочистил горло.

— Э-э, ничего. Я просто хотел спросить, когда мы отправляемся.

Нефис, казалось, задумалась. Через некоторое время она отвернулась и сказала:

— Стоять! — прошептал Санни, наблюдая за группой падальщиков сквозь свою тень.

Как только это слово покинуло его губы, Нефис тут же призвала свой меч. Секунду изучая окрестности, она повернула голову и посмотрела на него с вопросом в глазах.

Кассия тем временем застыла на месте и нерешительно подняла посох.

Санни считал монстров: один, два, три… пять…

«Проклятие!»

Эти громоздкие чудовища были похожи на неудачников из стаи, как и тот, которого он убил. Однако их раны были не такими страшными и ужасными. Каждый из них представлял гораздо большую угрозу, чем тот, искалеченный, а их было не меньше полудюжины.

— На тропе впереди падальщики, их шестеро. Они медленно движутся в нашу сторону.

Нефис бросила взгляд вперед. На ее лице было расчетливое выражение.

— Они покончили с тушей?

Санни задумался на мгновение, а затем покачал головой.

— Нет, я так не думаю. Но, возможно, мяса на всех уже не хватает, поэтому некоторым отставшим не оставалось ничего другого, как уйти с пустым желудком.

Нефис кивнула и жестом указала на близлежащую разветвленную тропу.

— Мы обойдем их кругом.

Трое Спящих поспешно двинулись вперед и сменили путь, обходя группу монстров. Напряженные и мрачные, они продолжали идти, стараясь не сбиться с курса и не заблудиться в лабиринте.

Однако в течение следующего часа им приходилось снова и снова поворачивать в случайном направлении, избегая других падальщиков. Расстояние между ними и гигантской статуей ничуть не сокращалось.

В какой-то момент они перевели дух возле одного из многочисленных тупиков багрового лабиринта. Им ничего не оставалось делать, как ждать, поскольку мимо их укрытия двигалось множество существ, отделенных от них длинным извилистым коралловым проходом.

Санни вздохнул и покачал головой.

— Мы не можем продолжать в том же духе. Такими темпами мы никогда не доберемся до безопасного места до захода солнца.

Первой отреагировала Касси.

— Может… может, нам стоит повернуть назад?

Это было разумное предложение. Однако Санни не хотел соглашаться.

Нефис разделила его мысли. С пустым выражением лица она сказала:

— Завтра будет только труднее.

Она была права. Завтра в лабиринте будет еще больше падальщиков.

— Тогда что же нам делать?

Меняющаяся Звезда наклонила голову, размышляя. Через некоторое время она повернулась к Санни.

Санни растянулся в грязи, глядя на небо. Ему даже не пришлось переводить дыхание, поскольку вся схватка заняла менее десяти секунд от начала до конца. Никто не погиб, не был ранен или даже ушиблен… ну, за исключением падальщика. Это полностью превзошло все его ожидания.

Он взглянул на труп монстра, чтобы убедиться, что тот действительно мертв, затем вызвал руны и посмотрел на количество Фрагментов Теней в своем распоряжении.

[Фрагменты Теней: 16/1000].

Это действительно было правдой. Могучий пробудившийся зверь погиб именно так. И хотя Нефис сделала большую часть работы, именно он нанес смертельный удар.

«Почему не может быть всегда так легко?»

Санни поднялся на ноги и отозвал Лазурный Клинок. Затем он вспомнил слова, которые когда-то сказала ему Мастер Джет: — Никто не может выжить в Царстве Снов в одиночку.

Тогда он принял ее совет к сведению, но не очень-то в него поверил. В конце концов, он всегда стремился быть самодостаточным, не позволяя себе ни от кого зависеть. По мнению Санни, в этом и заключался истинный смысл силы.

Однако теперь он начал подозревать, что эта логика была ошибочной. Действительно, наличие кого-то, кто мог бы разделить с тобой тяготы, означало разницу между раем и адом в Царстве Снов. Если бы он был один, то борьба с одним падальщиком могла бы стать для него концом.

Точно так же, несмотря на то, что Нефис была намного опытнее Санни, ей было бы крайне сложно победить бронированного монстра в одиночку, так как его самое слабое место находилось вне ее досягаемости.

Но вместе они справились с ним с относительной легкостью. Целое было больше, чем сумма частей. Другими словами, сила в количестве превосходила индивидуальную мощь. В этом смысле способность полагаться на группу не была признаком слабости, а, наоборот, являлась важной гранью личной силы.

Одинокие волки всегда будут в невыгодном положении. Это был еще один урок, который нужно было усвоить.

«Не то чтобы у меня был большой выбор.»

Он подошел к Нефис и проверил, все ли с ней в порядке. Если не считать небольшого повреждения ее импровизированной одежды из морских водорослей, все было в порядке. Она взглянула на Санни.

— Воспоминание?

Он покачал головой.

Нефис вздохнула. Похоже, ей не терпелось обзавестись собственным доспехом. Если бы Санни был джентльменом, он бы предложил одолжить ей на время Саван Кукловода… но, увы, это не так. Эта броня была очень ценной и стоила ему очень дорого.

К тому же, в отличие от Меняющейся Звезды, картина Санни в одной лишь набедренной повязке из морских водорослей была бы скорее тревожной, чем эстетически приятной. Поэтому он ничего не сказал.

Тем временем Нефис направилась к мертвому падальщику и, не поворачивая головы, сказала:

— Приведи Касси.

Вздохнув, Санни развернулся и покинул поляну.

Вскоре он подошел к тому месту, где слепая девушка терпеливо ждала их возвращения. Услышав его шаги, она вздрогнула и подняла голову:

— С-Санни?

«Как она узнала меня? Ах… должно быть, это из-за того, как я хожу.»

— Да, это я. Все закончилось. Пойдем, я приведу тебя к Нефис.

Используя деревянный посох, Касси встала и повернулась к нему.

— Вы… вы в порядке?

Санни улыбнулся.

— Конечно! Мы разгромили эту тварь в мгновение ока. Даже царапины не получили.

Касси улыбнулась с видимым облегчением.

— Хорошо, это хорошо. Ах да, веревка…

Санни взял веревку и повел слепую девушку обратно на поляну. По дороге он чувствовал себя немного странно. Когда хрупкая девушка шла позади него, он не мог не думать о своей младшей сестре. Когда он был маленьким, она тоже ходила за ним по пятам, как будто они были склеены вместе.

Когда знакомая боль вонзилась ему в сердце, Санни стиснул зубы и попытался думать о чем-нибудь другом. Все равно все это было в прошлом.

Вернувшись на поляну, Нефис закончила разрывать панцирь падальщика. Мерцающий осколок души уже был у нее в руке. Ничего не говоря, она бросила его Санни.

Он поймал кристалл и удивленно посмотрел на нее.

— Почему ты даешь его мне?

Нефис моргнула и несколько секунд молчала. Затем она сказала как бы между прочим:

— У меня нет карманов.

— О.

Все еще немного озадаченный, Санни положил осколок души в свой рюкзак.

«Но почему бы ей просто не поглотить его?»

Он открыл рот, чтобы задать этот вопрос, но она, казалось, что-то поняла и добавила:

— Мы разделим добычу позже.

— А. Хорошо.

Нефис, тем временем, повернулась к Касси и после некоторого раздумья сказала:

— Я была осторожна.

Затем она улыбнулась.

***

[Ваша тень становится сильнее.]

[Ваша тень становится сильнее.]

[Ваша тень становится сильнее.]

Санни чувствовал себя где-то посередине между восторгом и раздражением. В течение дня им удалось убить еще трех падальщиков, каждый раз без особого риска для всех, кроме Нефис. Процесс был практически одинаковым: обнаружив монстра, он прятался в тени, а Нефис выступала в роли приманки. Затем, когда подходило время, Санни незаметно подбирался и завершал бой точным ударом Лазурного Клинка.

Ему было интересно, каково это — быть в партии главного героя. Для любого другого, за исключением, может быть, Кастера, танцевать вокруг смертельно опасного пробудившегося зверя было бы непосильной задачей, которая, скорее всего, закончилась бы смертью танцора. Нефис же умудрялась делать это снова и снова, казалось, без особого напряжения.

Более того, ее выступление было основано исключительно на мастерстве, без каких-либо способностей Аспекта. В этом отношении даже Кастер не смог бы сделать лучше.

Она была быстрой, спокойной и точной. Каждое ее движение было рассчитано и идеально выверено. Казалось, она врожденно понимала ход и логику боя, что давало ей возможность примерно предсказывать, какие действия предпримут безмозглые звери в следующие секунды. Затем оставалось лишь уклониться от них и даже в какой-то степени манипулировать ими.

Санни всегда знал, что мастерство и опыт важнее сырой силы, но, наблюдая за Нефис, он отчетливо понял, насколько велика разница между ними. Хотя его божественный Аспект позволял Санни проявлять больше силы и скорости, чем Меняющейся Звезде, в реальном бою у него не было шансов.

Конечно, он также был важной частью каждой встречи. Его роль финишера не была тривиальной, и не всякий смог бы выполнить четыре убийства четырьмя ударами. Несмотря на то, что Санни не обучали каким-либо сложным приемам, он все же был довольно опытным бойцом. У него была хорошая физическая координация, боевая интуиция и — самое главное — холодная голова.

Не говоря уже о том, что они смогли так эффективно устроить засаду на падальщиков только благодаря тому, что его тень заранее их разведала.

В общем, это было почти равное сотрудничество. Тем не менее, наблюдение за боем Нефис было не иначе как отрезвляющим.

Стараясь не унывать, Санни вызвал руну.

[Фрагменты Теней: 22/1000].

«Восемь фрагментов сегодня. Довольно неплохо.»

В данный момент они ждали на краю лабиринта, ведущего прямо к гигантской статуе безголового рыцаря. Между ними и статуей находилась группа падальщиков, которые не спеша проходили мимо.

Закат был близок, но у них еще было время.

Медленно текли минуты. В какой-то момент Нефис дала команду двигаться.

Помогая Касси, Санни последовал за Меняющейся Звездой и они быстро преодолели открытое пространство между лабиринтом и статуей. Теперь им оставалось только забраться на вершину.

Однако это оказалось не так-то просто. Забраться на двухсотметровый монумент было бы трудно и в обычных условиях, но теперь им нужно было еще и как-то подтянуть Касси. Оставлять ее позади, пока они не окажутся на вершине, было бы небезопасно.

В итоге Нефис и Санни по очереди натягивали веревку через каждые двадцать метров или около того. Касси держалась за камни и ждала, пока они поднимутся выше, а потом процесс повторялся. Это было медленно и мучительно, и к концу у Санни мышцы болели и почти горели.

Но им удалось добраться до безопасного места, прежде чем темные воды смыли бы их.

Когда спустилась ночь, трое Спящих уселись в центре круглой каменной платформы и стали отдыхать. Поскольку они не взяли с собой никаких материалов для разведения костра, а было уже слишком поздно, не было никакой возможности приготовить еду. В итоге они жевали полоски сушеного мяса, передавая по кругу бутылку с безграничной водой.

Через некоторое время Нефис подала Санни знак, чтобы тот достал трофеи сегодняшнего путешествия. Он достал четыре мерцающих осколка души и положил их на землю.

Без всяких разговоров Меняющаяся Звезда подвинула в его сторону два кристалла и взяла два себе. Затем она отдала один из них Кассии.

Санни молча наблюдал за этим. К тому времени, когда Нефис и Касси поглотили свои осколки души, он все еще не сделал ни шагу, чтобы поглотить свои. Через некоторое время он достал из рюкзака еще один кристалл и передал все три Нефис.

Сереброволосая девушка удивленно посмотрела на него.

— Разве ты не хочешь… стать сильнее?

Санни усмехнулся.

— Конечно, хочу. Но сейчас они мне не очень-то помогут. Не секрет, что ты — главная боевая сила нашей группы.

Он вздохнул.

— Чем сильнее ты будешь, тем выше будут наши шансы на выживание. К тому же, это не подарок. Это обмен.

Нефис подняла бровь.

— Торговля? Чего ты хочешь?

Санни размышлял несколько секунд, прежде чем ответить.

— Все довольно просто. Я отдам тебе эти осколки души и все остальные осколки души, которые заработаю по пути к этому замку…

Затем он посмотрел ей в глаза и сказал:

— Взамен ты научишь меня сражаться.

Нефис смотрела на него и размышляла. На этот раз она молчала дольше обычного.

Санни немного нервничал под ее взглядом, понимая, что его оценивают. С мастерством и проницательностью Меняющейся Звезды нетрудно было представить, как много она поняла из его боевых выступлений. И его нынешний уровень, и будущий потенциал, должно быть, лежали перед ней во всей красе. Достаточно ли их, чтобы обучение его стоило того?

Через некоторое время она взяла осколки души и кивнула.

— Хорошо.

Санни улыбнулся, поздравляя себя с удачной сделкой. Он не только многое получил, но и сумел создать о себе благоприятное впечатление в глазах Нефис и Касси. Что касается представлений, то это было отличное представление.

— Так когда мы начнем?

Нефис пожала плечами.

— Сейчас.

Сейчас?

Санни посмотрел на солнце, которое уже почти зашло. Они собирались тренироваться в полной темноте? Для него это не было препятствием. Меняющейся Звезде, однако…

— Мы начнем с нескольких слов. На сегодня этого будет достаточно.

Немного поколебавшись, она добавила:

— Касси, ты тоже слушай.

Санни и Кассия повернулись к Нефис, слушая ее, как два послушных ученика. Несмотря на то, что их возраст был более или менее одинаковым, оба знали, что в плане боевого мастерства их спутница обладает авторитетом, превосходящим их настолько, насколько сила дракона превосходит силу червя.

Нефис ненадолго задумалась, а затем сказала:

— Мастерство боя можно разделить на две категории. Первая — это тело, а другая — разум. Тренировать тело нелегко, но довольно просто. Все, что тебе нужно, — это повторение и опыт. В бою все происходит слишком быстро, чтобы учесть каждую деталь в данный момент. Поэтому ваша техника должна существовать в ваших мышцах и костях, настолько, что она становится почти инстинктом.

Она сделала паузу.

— Вы можете достичь первых результатов путем повторения. Затем, он должен быть закреплен через опыт. Чем больше у тебя боевого опыта, тем глубже техника будет усвоена твоим телом. Другого пути нет. Тысяча часов тренировок не дадут такого эффекта, как один реальный бой. Только тот, кто пережил бесчисленные сражения, может по-настоящему владеть своим телом.

Это одновременно имело большой смысл и не имело никакого смысла. С одной стороны, принцип совершенствования через практику был вполне логичен. С другой стороны, заявление Меняющейся Звезды заставляло думать, что все эти возвышенные Наследники с их многолетними тренировками были всего лишь безобидными детьми. В конце концов, какими бы хорошими ни были их наставники, у них не было настоящего боевого опыта.

Но, с другой стороны, она вытерла пол каждым из них — за исключением Кастера — без видимого труда. Так что, возможно, ее утверждение было правдой. Это, однако, ставило вопрос о том, какой образ жизни вела Нефис, чтобы иметь богатый боевой опыт в возрасте восемнадцати лет?

Может, мне перестать называть ее «принцессой»?

Тем временем Нефис продолжала:

— Тренировка разума, однако, совсем не проста. Потому что, как только вы достигаете определенного уровня мастерства, разум становится тем местом, где происходит настоящая битва. Исход боя зачастую решается еще до того, как тело начинает двигаться. И чтобы овладеть разумом, первым шагом должно стать понимание сути боя. Однако очень немногие действительно понимают.

Она посмотрела на них и спросила:

— Как вы думаете, в чем заключается эта суть?

Санни замешкался. Суть боя? Что это может быть?

Если бы это был какой-то другой Наследник, он бы поддался искушению сказать что-нибудь глупое, вроде «честь», «доблесть» или «долг». Но он уже знал, что Нефис не вписывается в тот образ благородной аристократки, который был у него в голове. Она не была той, кто следует пустым словам.

Спустя минуту или около того, Касси наконец ответила:

— Победа.

И почти в то же время Санни сказал:

— Выживание.

Меняющаяся Звезда покачала головой.

— Нет.

Затем она потерла шею и пронзила их холодным, свирепым взглядом.

— Суть боя — это убийство.

Касси вздрогнула и широко раскрыла глаза. Санни слегка нахмурился. Нефис, однако, казалось, это не волновало. Тем же спокойным тоном она продолжила:

— В основе всего этого есть только одно: ты пытаешься убить своего противника, а он пытается убить тебя. В конце концов, один из вас будет убит, а другой станет убийцей. Все остальное — просто шум.

Ее слова вонзились глубоко в сердце Санни и отозвались там, заставив что-то внутри него резонировать и пробуждаться.

— Стиль не имеет значения. Оружие не имеет значения. Разум и намерения не имеют значения. Единственное, что имеет значение, — это остаться последним. Таким образом, все, что ты делаешь в бою, должно рассматриваться только как служение одной из двух целей: либо убить своего врага, либо не дать врагу убить себя.

Нефис опустила глаза.

— Если ты сможешь понять это, у тебя будет достаточно ясности, чтобы овладеть разумом.

***

После этого Санни долго не мог заснуть. Он лежал на холодном камне, смотрел в темноту и думал о том, чему их учила Нефис.

«Повторение, опыт, ясность.»

Это были три ключа к тому, чтобы стать грозным воином. Все три были важны, но последний был самым сложным.

Так ли все было на самом деле, как говорила Меняющаяся Звезда? Неужели в основе воина нет ничего, кроме холодной воли к убийству? Интуитивно он чувствовал, что это действительно так. Эта безжалостная истина была, в некотором смысле, слиянием всего его жизненного опыта.

В конце концов, для таких, как он, жизнь была ничем иным, как постоянной борьбой за выживание. Кто-то всегда побеждал, а кто-то всегда проигрывал. Первые получали возможность прожить еще несколько дней, вторые… никому не было дела до того, что с ними случилось.

Конечно, жизнь была жизнью, а бой был боем. Для большинства людей они не были одним и тем же. Но как насчет Пробужденных? Единственной целью их существования была борьба с Кошмарными Существами. Очень немногие могли избежать этой участи.

Придя в Академию, Санни позволил себе думать, что избежал участи постоянно бороться на грани выживания. Но теперь казалось, что он просто поменял одну битву на другую.

Это была неприятная мысль.

Однако если посмотреть на это с другой стороны… значит ли это, что у него всегда было решающее преимущество? Большинство избранных Заклинанием были вынуждены как-то приспосабливаться к этому безжалостному образу жизни. Но он всегда жил так.

Неужели он был одним из немногих, кто идеально подходил для того, чтобы стать Пробужденным?

С этой мыслью Санни заснул.

… Ранним утром его разбудил пронзительный крик.

Санни был на ногах еще до того, как полностью проснулся. Каким-то образом Лазурный Клинок уже был в его руке. Его тень витала рядом с ним, готовая либо обернуться вокруг меча, если ему понадобится атаковать, либо вокруг его тела, если для этого будет уже слишком поздно.

Он пытался понять, что происходит. Нефис была неподалеку, ее длинный меч был поднят в защитной позиции. Касси…

«Где Касси?»

Опасаясь того, что он может увидеть — гигантские щупальца, тянущиеся к ним из темноты, — он огляделся. На восточном горизонте только-только забрезжили первые признаки рассвета, добавив к черноте мира крошечный оттенок серого. В этой черноте не было никаких признаков опасности.

Наконец, он увидел Касси.

Слепая девушка топталась на краю платформы с выражением ужаса на лице. Со светлыми волосами в беспорядке, она раскинула руки в стороны, явно потерявшись в пространстве. Конечно, здесь не было стен, которые она могла бы найти. Платформа была открыта для стихии, и единственное, что ждало Касси, — это погружение в темные, бурные воды…

Прежде чем Санни понял, что он делает, он уже бежал. Это был не очень умный поступок — в конце концов, он не знал, что заставило Кассию закричать и нет ли поблизости какой-то скрытой опасности. К тому же, было еще слишком темно, чтобы Нефис могла видеть. Его внезапный выпад мог заставить ее отбить меч, прежде чем задавать вопросы…

Все это были веские причины, чтобы сначала подождать и понаблюдать, но в нехарактерной и совершенно иррациональной манере Санни действовал прежде, чем думать.

Он поймал Касси за мгновение до того, как она сделала шаг с платформы, и, крепко обняв ее, потащил слепую девушку обратно.

— Я поймал ее! — крикнул Санни, давая понять Меняющейся Звезде, что нет нужды колоть его мечом.

А затем, тихим голосом, он сказал Касси:

— Я держу тебя. Все в порядке. Все в порядке. Успокойся…

Он почувствовал, как тело девушки задрожало, и снова огляделся по сторонам, пытаясь понять, что ее так напугало. Но ничего не было.

Нефис прислушивалась к морю по той же причине. Через несколько секунд она спросила:

— Ты что-нибудь видишь?

Санни беспомощно покачал головой.

— Нет.

Он помог Касси сесть в центре платформы. Пока Нефис стояла на страже над ними, он осмотрел слепую девушку, чтобы убедиться, что на ее теле нет ран. Казалось, все было в порядке.

— Она нигде не ранена.

Меняющаяся Звезда посмотрела вниз. Хотя ее лицо оставалось безучастным, он мог сказать, что она немного взволнована. Через секунду или две она спросила что-то, что могло быть ее версией успокаивающего тона. Но прозвучало это почти так же, как обычно:

— Касси? Что случилось?

Как по волшебству, это немного успокоило слепую девочку. По крайней мере, настолько, что она смогла говорить дрожащим голосом.

Касси вытянула одну руку и указала вниз.

— Г-голова… Я видела… о боги!

Санни нахмурился и посмотрел на Нефис.

— Она видела видение? Прошлое?

Высокая девушка на мгновение замолчала.

— Я не знаю. Раньше такого не было.

Они оба повернулись к Касси, не зная, что делать.

Поскольку вокруг не было никакой видимой опасности, они по очереди пытались успокоить испуганную девушку. Однако после этой фразы она замолчала и больше не разговаривала. Казалось, ничто не помогает.

Через некоторое время Нефис вздохнула.

— Давай… пока оставим ее в покое. Может быть, ей нужно время.

Санни собирался возразить, но, по правде говоря, у него тоже не было никаких идей. В конце концов, он просто кивнул.

— Хорошо. Я присмотрю за ней.

У Меняющейся Звезды, однако, были другие идеи.

***

Когда солнце взошло, а набегающее море отступило, Нефис решила дать Касси немного пространства и повела Санни к краю платформы. Однако она следила за тем, чтобы слепая девочка всегда была на периферии ее зрения.

Кассия сидела, обняв колени. Ее глаза были закрыты, но мелкая дрожь, периодически пробегавшая по ее телу, выдавала, что она не спит.

Глаз Санни дернулся.

— Ты уверена, что можно оставить ее в таком состоянии?

Нефис бросила на него сложный взгляд.

— Да.

Затем, немного подумав, она добавила:

— Касси сильная.

Санни не знал, что ответить. Если Меняющаяся Звезда считала кого-то сильным, то, скорее всего, так оно и было. Однако «сильная» было последним словом, которое пришло ему на ум, когда он подумал о хрупкой, красивой, слепой девушке. Разве она не была тем, кто постоянно нуждался в их помощи?

Но, опять же, сила бывает разная. Кассия все еще была жива и в здравом уме, несмотря на свой изнурительный недостаток. Сколько людей могли бы сделать то же самое?

— Как скажешь.

Затем Нефис заставила его призвать Лазурный Клинок. Изучив его некоторое время, она кивнула и взяла из воздуха свой длинный меч.

Несмотря на свои размеры, это было изящное оружие. Узкое обоюдоострое лезвие было намного длиннее, чем у Лазурного Клинка, с невероятно острым симметричным наконечником. Все лезвие, а также простая крестообразная гарда и острие, казалось, были сделаны из серебра и отражали бледный утренний свет. Рукоятка была плотно обтянута черной кожей.

Положив оба меча рядом, Нефис произнесла:

— Твоим мечом можно пользоваться одной рукой, но его истинный потенциал раскрывается только тогда, когда его держат обе. Он создан в первую очередь для рубки и рассечения, отсюда и более высокий центр тяжести. Однако он также может наносить удары.

Затем она жестом указала на свой:

— Мой меч немного более универсален. Он создан как для рубки, так и для колющих ударов, и у него двойная кромка. Однако принцип эффективного владения этими двумя мечами одинаков.

Она взяла меч в обе руки, положив одну возле гарды, а другую — возле рукояти. Затем она сделала нисходящий выпад.

— Они оба являются оружием, основанным на рычаге. Если держать меч двумя руками, то одна рука толкает, — она толкнула меч вниз рукой возле гарды. — А другая рука тянет.

Рука возле навершия[2] одновременно тянула рукоять вверх, придавая клинку огромную скорость.

— Так ты генерируешь силу и наносишь мощные удары. Теперь твоя очередь.

Санни посмотрел на свой меч и обхватил его обеими руками, подражая позе Нефис. Затем он поднял его и ударил вниз, стараясь увеличить силу удара нижней рукой.

Меняющаяся Звезда наблюдала за ним.

— Ты должен понять, что удар наносится не руками. Он исходит от всего твоего тела. Сила идет от ног, бедер, тела, плеч и только потом передается рукам. Вот так.

Она снова продемонстрировала нисходящий удар. На этот раз Санни обратил внимание на общую стойку и движения каждой части тела Меняющейся Звезды, а не только на меч.

Он не был новичком в драках: инстинктивно он уже знал, как правильно наносить удары… даже если раньше в его теле не было много силы. Принципы нанесения ударов мечом были в основном такими же, поэтому Санни быстро понял общую концепцию.

Он еще несколько раз выполнил простой нисходящий удар. После каждого раза Нефис подсказывала ему и исправляла его ошибки. Через некоторое время она наконец осталась довольна его формой.

— Хорошо.

Санни улыбнулся, гордясь своими достижениями.

Нефис задумчиво посмотрела на него и кивнула.

— Теперь сделай это еще тысячу раз.

Улыбка застыла на лице Санни.

«Тысячу? Она сказала тысячу?!»

Он моргнул.

— Э-э-э… прости. Сколько раз?

Меняющаяся Звезда наклонила голову и задумалась на некоторое время.

— Ну… у нас сегодня не так много времени. Так что, да. Всего тысячу.

«Ха. Ха-ха. «Всего» тысяча, да?»

Санни заставил себя говорить вежливо.

— Понятно. Хорошо.

Когда Нефис вернулась, чтобы сесть с Касси, он повернулся к морю и поднял свой меч.

«Один.»

Лазурное лезвие со свистом рассекло воздух. Он поднял его снова.

«Два.»

Толкай и тяни. Вот как ты генерируешь силу.

«Три.»

Наноси удары всем телом, а не только руками.

«Четыре.»

Когда Санни поднимал свой меч и наносил удары, снова и снова, в его голове оставалась только одна мысль:

«Повторение, опыт, ясность. Повторение…»

К тому времени, когда он закончил наносить тысячу ударов, Касси наконец-то была готова говорить.

С почти каждой больной мышцей в теле, Санни подошел к девушкам и упал на землю. Переведя дух, он посмотрел на Кассию.

— Касси? Ты чувствуешь себя лучше?

Через несколько секунд слепая девушка медленно кивнула.

«Это облегчает.»

Он сдвинулся с места и немного колебался. Кассия выглядела не слишком хорошо. Ее лицо все еще было очень бледным, с отстраненным, ошеломленным выражением. По крайней мере, ее тело больше не дрожало. Санни не очень хорошо умел разговаривать с людьми, а тем более успокаивать их. Он не знал, что сказать.

Он бросил взгляд на Нефис и внутренне вздохнул. Кто бы мог подумать, что однажды он окажется самым общительным человеком на свете? Что за шутка…

— Можно мне воды?

Касси повернулась к нему и нахмурилась, как бы смущенная вопросом. Затем она вдруг задыхается и широко раскрывает глаза.

— О! О, прости. Да, конечно…

Она призвала безграничную бутылку с водой и протянула ее Санни. Он взял ее с благодарной улыбкой и жадно выпил несколько глотков, после чего отдал бутылку Нефис. В конце концов, она вернулась к Касси.

— Ты тоже выпей немного.

После того как она это сделала, он неловко похлопал слепую девушку по плечу.

— Кажется, теперь все в порядке. А… тебе снилось другое видение? Ты можешь рассказать нам. Если хочешь.

Касси немного колебалась, прежде чем сказать:

— Я… не знаю. Может быть, это был просто кошмар.

Санни и Нефис обменялись взглядами. Они оба сомневались, что то, что видела Касси, было простым кошмаром. В конце концов, в Царстве Снов люди обычно не видят снов. Слепая девушка тем временем продолжала:

— Я ничего не помню. Все в отрывках.

Санни тщательно обдумал свои слова, не желая слишком давить на Касси.

— Ты можешь просто рассказать нам то, что помнишь. Может быть, мы сможем разобраться в этом вместе.

Кассия вздохнула и неуверенно кивнула. После долгой паузы она наконец нашла в себе мужество заговорить:

— Сначала я увидела… безграничную тьму, запертую за семью печатями. Во тьме колыхалось что-то огромное. Мне казалось, что если я прямо увижу это, то потеряю рассудок. Пока я в ужасе смотрела, печати ломались одна за другой, пока не осталась только одна. И тогда эта печать тоже сломалась.

Она слегка вздрогнула.

— После этого… Я не знаю. Как будто мой разум разлетелся на тысячу осколков, каждый из которых отражал свой собственный образ. Большинство из них были темными и страшными. Некоторые я уже забыла. Другие…

Касси замолчала, вспоминая.

— Я снова увидела человеческий замок. Только на этот раз это было ночью. В черном небе горела одинокая звезда, и под ее светом замок внезапно охватило пламя, и по его залам потекли реки крови. Я видела труп в золотых доспехах, сидящий на троне; женщину с бронзовым копьем, тонущую в потоке чудовищ; лучника, пытающегося пронзить своими стрелами падающее небо.

Наконец, она подняла голову, ее лицо было полно ужаса.

— В конце концов, я увидела колоссальный, ужасающий багровый шпиль. У его основания семь отрубленных голов охраняли семь замков. А на вершине… умирающего ангела пожирали голодные тени. Когда я увидела, как ангел истекает кровью, я вдруг почувствовала, как будто… как будто у меня отняли что-то настолько ценное, что это невозможно описать словами.

Ее голос стал тише.

— Затем я почувствовала столько горя, боли и ярости, что то немногое, что осталось от моего рассудка, казалось, исчезло. Тогда я проснулась… кажется.

Нефис и Санни некоторое время молчали, пытаясь осмыслить то, что рассказала им Касси. Даже если у Нефис и была какая-то идея, она ею не поделилась. Санни, однако, был совершенно растерян. Он не мог даже начать расшифровывать скрытый смысл видения… если он вообще был.

Раньше видение Кассии о замке было довольно простым. Оно показало ей человеческую крепость и даже направление, в котором она находилась. Однако на этот раз ее сон был разрозненным, полным странной символики и смутных, неопределенных образов, больше похожим на пророчество шарлатана, чем на видение, полученное через способность Аспекта.

Наконец, он вздохнул.

— Может быть, это действительно был просто кошмар. Твои предыдущие видения были не такими, верно?

Касси молча покачала головой.

Санни почесал затылок.

— Ну… обычно люди не видят сны в Царстве Снов, но ты видишь. Возможно, случайные кошмары время от времени — это побочный эффект твоей способности.

Слепая девушка повернулась к нему, на ее лице было написано слабое облегчение.

— Ты действительно так думаешь?

Он замешкался, пытаясь подобрать нужные слова.

— Почему бы и нет? Это вполне возможно.

Внутри, однако, он чувствовал беспокойство.

«Умирающий ангел, поглощенный тенями… почему это звучит так зловеще? В будущем я должен стараться держаться подальше от ангелов. Боже, что стало с моей жизнью. Такое предложение уже даже не звучит безумно…»

С этим они, наконец, были готовы встретить новый день.

***

Некоторое время спустя они сидели на западном краю каменной платформы и смотрели на падальщиков внизу. Тень Санни была занята разведкой пути к следующему высокому ориентиру.

— Их всегда было так много?

Санни взглянул на Нефис и покачал головой.

— Нет, их было гораздо больше. Похоже, они уже почти покончили с тушей. Сомневаюсь, что это продлится до ночи.

Это означало, что к завтрашнему дню все эти звери будут бродить по лабиринту, затрудняя продвижение трех Спящих. Лучше всего было бы уйти сегодня и сократить расстояние между собой и ордой до того, как падальщики закончат свой пир.

Однако, не разведав заранее путь, можно было не успеть добраться до безопасного места. Оба варианта были рискованными.

Нефис нахмурилась, похоже, думая о том же.

Через некоторое время она сказала:

— Я не хочу, чтобы Касси провела еще одну ночь рядом с этой статуей. Давай уйдем сейчас.

Санни немного подумал, а затем открыл рот, чтобы высказать свое мнение. Однако внезапная суматоха внизу помешала ему заговорить.

Внизу, на дне исчезающего моря, среди куч разбитых кораллов, лежала туша гигантского акулоподобного чудовища — точнее, оставшаяся ее половина — почти лишенная мяса. А между его белыми костями что-то мерцало в грязи.

Два чрезвычайно больших люминесцентных кристалла.

Глаза Санни расширились.

— Это…

— Да. Осколки двух трансцендентных ядер души.

Трансцендентные… два…

Внезапно его одновременно охватили жадность и страх. Жадность из-за того, насколько редкими и ценными были осколки трансцендентных душ; страх из-за того, что гигантская акула оказалась, по меньшей мере, испорченным дьяволом.

Один испорченный дьявол, если его не остановит Святой или большое количество Пробужденных, мог потенциально уничтожить целый город. Санни запоздало понял, что в ту первую ночь он был гораздо ближе к смерти, чем думал раньше.

— Должны ли мы…

— Подожди и прислушайся.

Он уставился на Нефис, а затем покорно прислушался к отдаленному, едва слышному шороху падальщиков.

Через некоторое время он заметил в нем какую-то дисгармонию.

Нефис внезапно напряглась.

— Там.

Она указала в направлении лабиринта. Сосредоточившись, Санни наконец смог заметить две массивные тени, вышедшие из особенно широкого прохода.

Секундой позже в поле зрения появились существа, отбрасывающие эти тени. Санни вздохнул.

«Проклятье.»

Монстры выглядели как падальщики, но не совсем. Во-первых, они были гораздо крупнее, возвышаясь над окрестностями более чем на три метра в высоту. Их панцирь казался толще. Он был окрашен в глубокие черные и алые цвета, как древние доспехи, залитые кровью. То тут, то там из панциря вырастали злобного вида шипы, делая каждое их движение гораздо опаснее.

Кроме того, вместо тяжелых клешней их верхние руки заканчивались длинными, изогнутыми, страшными костяными косами.

Санни почувствовал, как холодный пот струится по его позвоночнику.

— Что это за штуки?

Нефис наклонила голову.

— Монстры, наверное.

Кошмарные Cущества с одним ядром души назывались «Зверьми». Они были опасны и сильны, но бездумны. Если они могли развиться или были созданы со вторым ядром, они становились «Монстрами». Монстры были намного разрушительнее и обладали рудиментарной, искаженной формой интеллекта. Они были следующим шагом в эволюции Кошмарного Зверя.

А эти двое, похоже, были более крупными и смертоносными версиями падальщиков в панцире.

Санни и Нефис наблюдали, как два чудовища приближаются к туше. Падальщики заметно испугались их и поспешили убраться с дороги. Тех, кто медлил, безжалостно отбрасывали в сторону или разрубали костяными косами. Реки лазурной крови текли в грязь.

«Что они делают? Они пришли, чтобы поглотить осколки души?»

Наконец, монстры подошли к туше. Каждый из них взял по одному осколку. Однако вместо того, чтобы поглотить их, они просто развернулись и унесли драгоценные кристаллы. Падальщики ушли, следя за осколками своими маленькими голодными глазками.

Санни моргнул и посмотрел на Нефис.

— Мы все еще уходим?

Меняющаяся Звезда нахмурилась и заколебалась. Через несколько мгновений она покачала головой.

— Нет. Мы отправимся завтра.

Затем она повернулась на запад и стала наблюдать за удаляющимися монстрами.

— …. Пусть твоя тень проследит за этими двумя.

Благодаря фрагментам теней, которые Санни поглотил за последние несколько дней, диапазон контроля теней немного увеличился. Однако этого все еще было недостаточно, чтобы исследовать глубины лабиринта. Он лишь уловил общее направление, в котором двигались два больших монстра.

Они двигались на запад.

После того, как он рассказал об этом Нефис, той практически ничего не оставалось делать. В конце концов, Санни решил просто отдохнуть — следующий день обещал быть полным трудностей и опасностей, поэтому в его интересах было дать организму восстановиться как можно лучше.

Через некоторое время Санни лежал на спине и смотрел на серое небо. Касси сидела рядом с ним, погруженная в свои мысли. Нефис медитировала. По крайней мере, так это выглядело: она вполне могла спать, насколько знал Санни.

Через некоторое время Касси повернулась к нему.

— Санни?

Он наклонил голову, чтобы посмотреть на нее.

— Да?

Слепая девочка колебалась.

— Как ты… как ты думаешь, мы сможем вернуться домой?

Санни посмотрел на нее и нахмурил брови. Через несколько секунд он отвернулся и снова посмотрел на небо.

— Конечно.

Касси улыбнулась:

— Ты действительно так думаешь? Почему?

«К чему все эти вопросы?»

Он вздохнул и попытался найти нужные слова.

— Из-за нее.

Он указал на Нефис, зная, что Касси этого не увидит. Однако на каменной платформе больше никого не было, так что было совершенно очевидно, кого он имеет в виду.

— Я тоже не из тех, кто легко умирает. На самом деле, я готов поспорить, что лучшего дуэта Спящих для сопровождения тебя через Царство Снов тебе не найти. Если кто и сможет пережить это, так это мы. Так что, да. Я думаю, что наши шансы вернуться довольно высоки.

Касси вдруг хихикнула.

— Не слишком ли ты самодоволен? Ты был на предпоследнем месте!

Санни пожал плечами.

— Это только потому, что кое-кто умный сказал мне не высовываться. Иначе я бы занял более высокое место.

Затем, усмехнувшись, он добавил:

— Намного выше! С третьего по последнее, по крайней мере!

Слепая девушка не могла не рассмеяться. Мелодичный звук ее смеха заставил Санни почувствовать себя намного лучше — он не слышал ничего подобного с тех пор, как попал в Царство Снов. Приятно было видеть, что даже в этом адском месте люди все еще способны сохранять немного веселья.

Если подумать, он впервые услышал, как Касси вообще смеется. В Академии она всегда была унылой и мрачной.

После этого внезапного всплеска эмоций выражение лица Кассии медленно стало тоскливым. Через несколько секунд она спросила:

— По чему ты больше всего скучаешь дома?

Санни попытался что-нибудь придумать, но не смог. Он не был уверен, что у него вообще есть дом в реальном мире — крошечная комната, которую он снимал раньше, была лишь временным убежищем от дождя. Что касается реального мира в целом, то его жизнь там тоже была не слишком приятной.

Наконец, он сказал:

— Я ни по чему особенно не скучаю.

Касси была очень удивлена.

— Правда? Разве ты не скучаешь по своей семье?

Санни улыбнулся.

— У меня нет семьи. Ну… наверное, у меня где-то есть сестра. Но мы не виделись уже много лет.

— Ох.

Слепая девушка замолчала. Несколько секунд спустя она тихо сказала:

— Больше всего я скучаю по своей семье.

В ее голосе звучали тоска и грусть. Санни не знал, что сказать, и промолчал.

— Мама и папа, наверное, сейчас очень волнуются за меня. Нет… нет, на самом деле, они бы не волновались. Они были бы убиты горем. Они, наверное, думают, что я уже мертва.

Санни посмотрел на нее и вздохнул.

— Похоже, ты очень о них заботишься.

Касси повернулась к нему в замешательстве.

— Конечно. Разве это не нормально?

Санни уставился на серое небо. Ветер пах дождем.

Через некоторое время он сказал:

— Я не знаю.

***

Вечером Нефис заставила Санни снова выполнить тысячу ударов. После этого они съели последние кусочки сушеного мяса падальщика и спали по очереди, чтобы один из них всегда мог присматривать за Касси.

К счастью, за ночь ничего не случилось.

Когда наступило утро и темное море отступило, они приготовились покинуть гигантскую статую. Нефис первой спустилась вниз. Перед этим она хотела сказать несколько слов:

— Сегодняшний день будет не таким, как прежде. В лабиринте будет бродить гораздо больше падальщиков. Возможно, нам не удастся устроить засаду или избежать сражения сразу с несколькими из них.

Она посмотрела на Санни:

— Если что-то случится, твоя задача — увести Касси. Мы можем отступить, используя проходы, которые слишком узки для падальщиков. Если мы разделимся, идите на возвышенность сами. Не ждите меня. Вы поняли?

С мрачным выражением лица он кивнул ей. Нефис ответила ему.

— Хорошо. Время не терпит, так что пойдем.

С этими словами она начала спуск. Когда Нефис достигла точки, расположенной на двадцать или около того метров ниже их, она нашла место и стала ждать. Используя золотую веревку, Санни спустил Касси вниз. Как и при подъеме, они по очереди помогали слепой девушке. К счастью, спускаться по статуе было гораздо легче.

Вскоре они достигли земли.

Войдя в лабиринт, троица поспешно двинулась вперед. Тень шла впереди них, высматривая монстров и оптимальные пути. Несмотря на это, их продвижение было медленным и хаотичным. Им приходилось постоянно менять направление, чтобы избежать групп падальщиков, и они часто попадали в тупики или уходили все дальше от цели.

Санни, игравший роль разведчика и штурмана, чувствовал, как его мозги начинают медленно закипать.

Однако в какой-то момент они оказались в ситуации, когда драка была неизбежна.

Им на пятки наступала большая группа падальщиков, а пара из них преграждала путь впереди. Ни одна из этих двух групп пока не заметила Спящих; однако, поскольку других проходов, куда можно было бы свернуть, не было, это был лишь вопрос времени.

Нефис несколько секунд обдумывала их варианты. На ее лице появилось угрюмое выражение. Наконец, она сказала:

— Если их только двое, мы можем взять их.

Санни посмотрел на нее с неуверенностью в глазах.

— Но нет времени устраивать засаду.

Он не совсем понимал, как они смогут сражаться сразу с двумя падальщиками. Несмотря на то, что Нефис была хорошим учителем, он практиковался с мечом всего один день. Выступать против падальщика в одиночку было рискованно.

Меняющаяся Звезда пожала плечами.

— Это почти одно и то же. Я нападу первой. Ты проследуешь сзади в тени и прикончишь одного, когда он повернется. Потом мы вместе убьем второго.

Весь план был основан на предположении, что Нефис сможет выжить под натиском двух падальщиков, атакующих ее одновременно. Санни был очень впечатлен ее мастерством, но он не был уверен, что это возможно. Существовала большая вероятность того, что Нефис умрет.

Он все еще помнил, что ее не было в первом видении Касси.

Но что еще они могли сделать?

Немного успокоившись, Санни стиснул зубы.

— Хорошо.

После небольшой паузы Нефис призвала свой меч.

Затем она шагнула вперед.

Найдя хорошее укрытие для Касси, Санни и Нефис двинулись вперед, чтобы встретить падальщиков. Вскоре они увидели вдалеке два громадных силуэта.

Сжав губы, Нефис бросила через плечо:

— Не отставай.

Затем, как бегун, готовящийся к забегу, она встала на одно колено, глубоко вдохнула… и бросилась вперед.

«Черт!»

Санни нырнул в глубокую тень, отбрасываемую стеной лабиринта, и последовал за ней, побежав так быстро, как только мог. Однако расстояние между ними все увеличивалось.

Вдруг он вспомнил, как шел позади Нефис, когда они переходили мост в Академию. Неужели это его судьба — всегда следовать за ней?

Скорость бега Меняющейся Звезды была невероятно высокой. Она практически летела по воздуху, как стрела, выпущенная из лука. Одна ее рука была вытянута назад, держа меч острием к земле. Другая рассекала воздух при каждом шаге.

Двум падальщикам потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что происходит, когда они заметили ее. К тому времени она уже почти настигла их.

С безумием, горящим в глазах, и вязкой слюной, капающей с мандибул, монстры закричали и бросились вперед. Нефис не сбавляла скорости, словно собираясь протаранить их своим телом. Сердце Санни слегка екнуло.

Четыре ужасающих клешни пронзили воздух.

В последний момент Нефис попятилась назад, упав на бок. Инерция понесла ее вперед, когда она скользила по грязи, проходя между падальщиками. Затем она повернула свое тело и остановилась, вонзив меч в землю.

Еще немного медлительности, и она была бы пронзена ногами одного из падальщиков.

«Сумасшедшая! Она сумасшедшая!»

К тому времени, как Меняющаяся Звезда поднялась на ноги, один из падальщиков уже развернулся. Однако Санни не мог видеть, что происходит, так как его зрение было закрыто громоздкими панцирными существами. Он слышал только звук удара хитина о сталь.

Впрочем, беспокоиться об этом было некогда, ведь у него были свои проблемы, которые нужно было решать.

Из-за безумного маневра, который совершила Нефис, второй падальщик немного отстал от первого. Он уже собирался развернуться, когда Санни наконец подобрался достаточно близко, чтобы начать атаку.

Тихо ругаясь, он взбежал по узкому выступу коралловой стены и прыгнул, стремясь сверху пробить слабое место на спине падальщика. Его тень уже обвилась вокруг Лазурного Клинка.

Но в последний момент падальщик вдруг дернулся, слегка повернув туловище вправо. Клинок промахнулся мимо вогнутого места, где соединялись пластины брони, и вместо этого ударил по центру одной из них, беспомощно скользя по адамантиновому хитину.

«Черт!»

Вместо того чтобы убить зверя одним решительным ударом, Санни не нанес ему никакого урона. Хуже того, он приземлился прямо на падальщика, практически обняв его сзади. В следующее мгновение падальщик встряхнул свой панцирь, сбросив с себя раздражающего человека.

Санни отлетел в сторону и врезался в стену лабиринта, чувствуя, как дыхание выбивается из него. Задыхающийся и дезориентированный, он без сил упал в грязь.

«Нехорошо.»

По какому-то инстинкту Санни перекатился в сторону. Что-то пронеслось мимо него и ударилось о стену, посылая в воздух куски багрового коралла. Затем его подняло в воздух и бросило назад.

Однако к этому времени он уже пришел в себя.

Скрутив свое тело, Санни сумел приземлиться на ноги и сделать несколько шагов назад, не упав. В следующую секунду его меч оказался перед ним, держа его в обеих руках, как учила его Нефис.

Падальщик уже бросился на него с угрожающим огнем в глазах.

«Повторение. Опыт…»

Тень перетекла с Лазурного Клинка на его руку, затем распространилась на руку, плечо и, наконец, покрыла все его тело. Санни мгновенно почувствовал себя сильнее, быстрее, выносливее.

Но было ли этого достаточно? Нет. Чтобы выжить, ему, безусловно, нужна удача.

Одна клешня летела на него справа, другая — слева. Времени на отступление или уклонение в сторону не было. Вместо этого Санни сделал то, что заставило каждый инстинкт в его теле закричать в знак протеста.

Он прыгнул вперед, сокращая расстояние до нападающего монстра. Клешни с громким треском сомкнулись за его спиной.

Инстинкт или нет, но это был единственный логичный шаг. В конце концов, дальность атаки его меча была гораздо меньше, чем у падальщика. Он мог дать отпор, только подойдя вплотную.

Прежде чем зверь успел среагировать, Санни сделал то, что делал уже тысячи раз. Его мышцы пришли в движение еще до того, как разум отдал команду.

Одним плавным движением он поднял меч над головой и ударил вниз, надавливая одной рукой, а другой оттягивая. Все его тело двигалось согласованно, чтобы нанести мощный удар.

Лазурное лезвие со свистом рассекло воздух. Затем он ударил по суставу одной из передних ног падальщика и пробил ее насквозь, полностью отрубив конечность. Повсюду брызнула голубая кровь.

У Санни было меньше секунды, чтобы удивиться.

«Я действительно это сделал?»

Но отвлекаться было некогда. Из-за потери передней ноги падальщик на мгновение потерял равновесие и попятился вперед и вниз. Однако у него было семь других ног. Долго это продолжаться не могло.

По случайному совпадению, именно в этот момент его вторая передняя нога заскользила по грязи, увлекая монстра еще дальше вниз.

Санни не стал упускать этот шанс.

Сделав шаг вперед, он поднял Лазурный Клинок вверх и вонзил его в пасть падальщика. Отрубленная нижняя челюсть упала на землю, когда монстр навалился на меч своим весом.

Массивное тело кошмарного существа забилось в конвульсиях, а затем упало неподвижно.

Оно было мертво.

Санни медленно выдохнул, только сейчас почувствовав боль в груди и затылке. Он осторожно прикоснулся к ней и скривился. Его рука снова была мокрой от крови.

«По крайней мере, я жив.»

[Вы убили Пробуждённого Зверя, Падальщика Карапакса.]

[Ваша тень становится сильнее.]

[Вы…]

Не имея времени слушать заклинание, Санни потянул за меч, чтобы вытащить его из головы чудовища, и поспешил на помощь Нефис.

Однако было уже слишком поздно.

Второй падальщик лежал в грязи, явно мертвый. Его конечности еще подергивались, что указывало на то, что смертельный удар был нанесен всего несколько мгновений назад. Похоже, Нефис успела перерубить ему позвоночник, пронзив своим длинным мечом слабое место у основания туловища зверя.

Сереброволосой девушки за громоздкой тушей он не увидел. Когда Санни приблизился к ней, он услышал звук тяжелого, напряженного дыхания. Затем из-за спины падальщика послышался дрожащий голос:

— Не надо… не подходи ближе.

В смертельной тишине, наступившей после битвы, голос Меняющейся Звезды звучал странно и приглушенно. Санни вдруг почувствовал себя так, словно кто-то сжал его сердце в кулак. Собравшись с силами, он сделал еще один шаг вперед.

Нефис стояла перед мертвым падальщиком, пытаясь отдышаться после напряженной схватки. На ее плече зияла кровавая рана. Однако она не выглядела опасной для жизни.

Однако внимание Санни мгновенно привлекло кое-что еще.

Казалось, что в какой-то момент во время драки импровизированная водорослевая одежда высокой девушки разорвалась, оставив ее обнаженной до пояса. Одной рукой она прикрывала грудь. За этой рукой виднелась упругая полнота ее…

Санни вздрогнул, словно его кто-то ужалил, и поспешно обернулся. Его лицо горело. Не думая об этом, он даже заставил свою тень отвести взгляд.

Последовало неловкое молчание. Через некоторое время Санни заставил себя заговорить:

— Ты… ты в порядке?

Нефис медлила с ответом.

— Да.

— Хорошо. Э… понятно. Я… э… тогда пойду за Касси.

— … Хорошо.

Чувствуя себя так, будто за ним гонится армия монстров, он шел вперед на нетвердых ногах, а затем ускорил шаг, едва удерживаясь от бега.

«Она виновата! Это она виновата! Она должна была объяснить все яснее!»

Пытаясь выкинуть яркий образ из головы, Санни поспешил туда, где их ждала Касси.

К тому времени, когда они вернулись, Нефис уже поправила свой топ и надела его как ни в чем не бывало. Однако Санни не мог отделаться от ощущения, что взгляд, которым она на него посмотрела, был каким-то странным.

«Забудь об этом!»

Осмотрев рану на голове, Меняющаяся Звезда сказала:

— Это просто кровотечение, ничего серьезного. Скажи мне, если почувствуешь головокружение, тошноту или сильную головную боль.

Поскольку у Санни не было ни одного из этих симптомов, он промолчал.

Нефис посмотрела вниз на свою одежду и вздохнула.

— Воспоминание?

Он открыл рот, чтобы сказать «нет», но потом замолчал.

Если подумать, когда он убил падальщика, Заклинание действительно сказало что-то еще после того, как сообщило ему о поглощенных фрагментах теней. В то время он был слишком занят, чтобы обратить на это внимание.

— Дай-ка я проверю.

Он вызвал руны и быстро нашел кластер, представляющий его Воспоминания.

Воспоминания: [Серебряный Колокольчик], [Саван Кукловодов], [Лазурный Клинок].

«Хм. Ничего нового.»

Тогда о чем же говорило Заклинание?

Вдруг он заметил новый набор рун в соседнем кластере. Его глаза расширились.

Эхо: [Падальщик Карапакса].

«Эхо… это Эхо…»

Санни не мог поверить своим глазам.

Эхо было крайне редким видом награды, которую Пробужденный мог получить после убийства кошмарных существ. Шансы получить его были очень малы. В реальном мире Эхо можно было продать за немыслимую сумму денег. Это потому, что они были намного ценнее Воспоминания.

Не откладывая дело в долгий ящик, он погрузился в Море Души. Там мало что изменилось: одинокое черное солнце по-прежнему висело над спокойными, тихими водами. На его орбите вращались сферы света, которые представляли собой его Воспоминания. На этот раз их было три.

Как и раньше, Санни не мог избавиться от ощущения, что что-то незаметно движется прямо за периферией его зрения. Однако на этот раз он не обратил на это никакого внимания. Он хотел увидеть свое Эхо.

Оно тоже было представлено сферой света. Однако эта сфера была гораздо больше и висела дальше от Ядра Тени. Подумав, он приказал ей опуститься.

Сфера медленно поплыла вниз и коснулась темной воды. Когда Санни приблизился, ступая по поверхности моря, его сияние медленно угасло, обнажив заключенное в нем чудовище.

Перед ним спокойно стоял громадный, угрожающий падальщик в панцире. В его глазах не было безумия… да и вообще никаких чувств, если уж на то пошло. В конце концов, он не был живым. Это было всего лишь эхо.

В воздухе вокруг падальщика появились сияющие руны.

Эхо: [Падальщик Карапакса].

Тип Эхо: Зверь.

Ядро Эхо: Пробужденный.

Атрибуты Эхо: [Сильный], [Бронированный].

Описание Эхо: [Проклятый солдат павшего легиона].

Не успел Санни опомниться, как на его лице появилась широкая ухмылка. Этот падальщик теперь принадлежал ему: его можно было вызывать и использовать для борьбы с врагами, переноски тяжелых грузов или выполнения других задач. Более того, он был на целый ранг выше своего хозяина, а это означало, что он был намного сильнее, выносливее и грознее, чем обычно должен быть Спящий с дремлющим ядром.

С этим Эхо рядом с ними многое стало бы проще.

Повинуясь импульсу, Санни поднял руку и провел ею по холодному, черному хитину. Он просто хотел прикоснуться к своей новой вещи…

Однако в тот момент, когда его ладонь коснулась падальщика, произошла странная вещь. Море Души внезапно слегка всколыхнулась, и появился новый набор рун:

[Превратить Эхо в Тень?]

Санни вздрогнул и отдернул руку.

«Что это, черт возьми, такое?»

Он никогда не слышал ничего о превращении Эхо во что-то другое, не говоря уже о «Тенях». Но он также никогда не слышал о Ядрах и Фрагментах Теней.

«Похоже, мой Аспект хранит больше секретов, чем я думал.»

Санни облизал губы и заколебался. Затем он осторожно произнес:

— Да.

Однако ничего не произошло. Мгновение спустя руны изменились:

[Недостаточно Фрагментов Теней для трансформации].

[Требуется 24/100 Фрагментов Теней].

Он нахмурился, разочарованный.

«Понятно. Значит, у фрагментов есть и другое применение. Они могут либо усилить мое собственное ядро, либо сделать что-то странное с Эхо. Как я узнаю, какое использование более полезно, не зная, что на самом деле делает трансформация?»

Эхо было достаточно полезно само по себе. Санни считал, что лучше сконцентрироваться на усилении себя, по крайней мере, сейчас.

«Я поэкспериментирую с этим позже.»

С этими словами он покинул Море Души.

Нефис смотрела на него с немым вопросом в глазах.

Санни усмехнулся:

— У меня есть Эхо.

Ее зрачки слегка расширились.

Касси, напротив, была более выразительна:

— Эхо? У тебя действительно есть Эхо?!

— Да.

Поскольку большая группа монстров была в нескольких минутах от того, чтобы догнать их, Санни не стал терять времени и вызвал Падальщика.

Огромный зверь тут же появился перед ним, казалось, сшитый из крошечных искр света. Вскоре его черный хитин стал полностью материальным. По команде Санни оно немного сдвинулось с места и подняло свои могучие клешни.

Нефис наблюдала за Эхо с нечитаемым выражением лица. Затем уголок ее губ слегка скривился.

— Хорошо.

Санни посмотрел на нее с улыбкой.

— Я думаю, мы можем поручить ему нести Касси. Вне боя она поможет нам больше всего.

У слепой девочки открылся рот.

— Нести меня? Как… как лошадь?

Он усмехнулся и шлепнул падальщика по панцирю.

— Этот плохой мальчик может без проблем уместить такую миниатюрную девушку, как ты. Поверь мне! Я много лазил по этим штукам последние несколько дней. На самом деле на них довольно просторно. Особенно если они не пытаются тебя убить.

Касси колебалась.

— Ну… ладно. Если ты думаешь, что это к лучшему.

Санни и Нефис помогли слепой девочке забраться на вершину Эхо. Затем они использовали золотую веревку, чтобы сделать импровизированные поводья для Касси.

Быстро забрав осколки душ у мертвых падальщиков, Спящие поспешно покинули проход, едва избежав новой битвы.

***

Когда Касси удобно расположилась на вершине падальщика, их общая скорость резко возросла. Санни и Нефис бежали впереди, надеясь наверстать время, потерянное в первой половине дня, и достичь вершины с запасом в час или два.

Время от времени им приходилось сворачивать, чтобы избежать столкновений с группами панцирных монстров. Однако, когда рядом с ними был собственный монстр, настроение и психическое состояние трех Спящих было намного лучше.

Впервые с момента прибытия в это место Санни почувствовал некоторое спокойствие.

Конечно, это спокойствие длилось недолго.

В какой-то момент он заметил, что ветер немного усилился. Почти одновременно Касси попросила их остановиться.

Нефис и Санни посмотрели на нее, глубоко нахмурившись. Казалось, у них обоих было плохое предчувствие.

— Что такое?

Слепая девушка отпустила поводья.

— Вы что-нибудь слышите?

Они посмотрели друг на друга, затем покачали головами.

— Нет. А что?

Касси нахмурилась.

— Помогите мне слезть с этой штуки.

После того как они помогли ей, она некоторое время стояла неподвижно, прислушиваясь. Ее хмурый взгляд стал еще глубже. Затем слепая девушка осторожно опустилась на колени и приложила ухо к земле.

— Что ты слышишь?

Касси облизала губы.

— Это журчание.

Внезапно на лицо Санни упала капля воды. Он поднял голову и посмотрел на небо.

Там темные грозовые тучи собирались с неестественной быстротой. Очень скоро они должны были полностью закрыть его.

В том числе и солнце.

И когда это произойдет…

Его глаза расширились.

— Нам нужно двигаться, сейчас же.

Когда Нефис повернулась к нему, Санни схватил Касси и помог ей встать. Его лицо было еще бледнее, чем обычно, а в глазах была паника.

— Сейчас же! Помоги мне вернуть ее на падальщика!

Сереброволосая девушка подняла голову и посмотрела на небо. Вскоре выражение ее лица потемнело. Ничего не сказав, она сделала то, что он просил.

Касси казалась немного дезориентированной. Она схватила поводья и беспомощно повернулась к подруге:

— Неф? Что происходит?

Меняющаяся Звезда посмотрела на нее. Когда она заговорила, ее голос звучал тяжело.

— Надвигается буря.

Тем временем Санни послал свою тень взобраться на вершину высокого кораллового столба и посмотрел вперед, пытаясь понять, как далеко находятся скалы, к которым они стремились. Судя по всему, до них оставалось еще значительное расстояние. Однако гигантская статуя была уже гораздо дальше.

Возвращаться назад сейчас было бы самоубийством.

Он повернулся к Нефис:

— Мы находимся примерно в трех или четырех километрах от скал. Как ты думаешь, мы успеем?

Она нахмурилась.

— Если мы пойдем самым прямым путем. Может быть.

Санни колебался, затем спросил:

— А как же монстры?

Меняющаяся Звезда посмотрела вперед и стиснула зубы.

— Нам придется прорываться.

«И это все? Таков план?»

Пока он бесплодно пытался придумать какую-нибудь хитроумную уловку, чтобы спасти их, Нефис повернула голову и озадаченно посмотрела на него.

— Чего ты ждешь? Беги!

***

Когда они бросились вперед, на землю начали падать тяжелые капли дождя. Сильный ветер завывал между коралловыми лопастями, разбрасывая куски грязи и водорослей. На небе сгущались грозовые тучи, солнечный свет померк, и на лабиринт опустились холодные сумерки.

Санни бежал изо всех сил, как будто от этого зависела его жизнь — ведь так оно и было на самом деле. Он вел их маленькую группу, выбирая с помощью своей тени самый прямой путь к скалам. Нефис бежала на шаг позади него. Падальщик, несший Касси, топал по грязи на своих восьми ногах.

Без необходимости избегать монстров и смерти, дышащей им в затылок, они двигались с удивительной скоростью. Боковые проходы и багровые стены проносились мимо них как в тумане. Не было необходимости сдерживаться и беречь силы для долгого бега — если они опоздают к скалам хоть на минуту, их жизнь будет кончена. Они должны были выложиться по полной.

Санни был готов к серии кровавых стычек на всем пути, но, к его удивлению, обитатели лабиринта не доставили им особых хлопот. Падальщики, похоже, были в такой же панике, как и они сами. Громоздкие звери были заняты тем, что пытались спрятаться внутри коралловых насыпей или зарыться под землю.

В редких случаях, когда кто-то из них проявлял агрессию, быстрого удара мечом или угрожающего щелчка клешней было достаточно, чтобы чудовище передумало.

Однако, как бы быстро они ни двигались, буря была быстрее. Дождь быстро превратился в проливной ливень, каждая капля превратилась в поток. Ветер набирал силу, ударяя по их телам с такой силой, что они спотыкались. Свет померк еще больше, снизив видимость почти до нуля.

Наконец, ослепительная молния пронзила темноту, и почти сразу за ней последовал оглушительный раскат грома.

В следующее мгновение земля под ногами Санни задрожала, в результате чего он потерял равновесие и упал. Он покатился по грязи и попытался встать, но поскользнулся и снова упал. Чья-то рука схватила его за плечо и помогла подняться.

В темноте бури Санни увидел лицо Меняющейся Звезды. Она открыла рот и крикнула:

— Не останавливайся! Беги!

Он почти не слышал ее за ревом ветра и дождя.

Когда Санни начал двигаться, темная соленая вода уже достигла уровня его голеней. Он стиснул зубы.

Море возвращалось.

Он не мог определить, откуда идет вода, но с каждой минутой она поднималась все выше. Вскоре она поднялась до колен, затем до пояса, сделав бег почти невозможным. Скорость группы значительно замедлилась.

И тут, как внезапная вспышка молнии, они увидели впереди темную массу камня.

Они добрались до скалы.

Почти в то же время из глубины лабиринта донесся страшный грохот. Обернувшись назад, Санни увидел колоссальный, сокрушительный поток черной воды, несущийся через багровый лес. На некотором расстоянии от него он подхватил запоздалого падальщика и швырнул его на коралловые стены. Непробиваемый панцирь могучего существа треснул и лопнул, как тухлое яйцо.

«Проклятие!»

Он повернулся к Нефис:

— Время вышло! Начинай карабкаться!

Она схватила его за руку.

— Отзови своё Эхо!

Санни не знал, сможет ли падальщик взобраться на утес. В любом случае, Касси не смогла бы удержаться, если бы это случилось. Он помог слепой девушке спуститься, а затем отправил чудовище обратно в Море Души.

Нефис опустилась, чтобы Касси могла забраться ей на спину, а затем связала их золотой веревкой. Не теряя времени, она стиснула зубы и шагнула вперед, чтобы ухватиться за мокрые камни стены утеса.

Они начали подъем, торопясь забраться как можно выше, пока не хлынул черный поток. Через некоторое время Санни закричал:

— Держитесь!

В следующее мгновение стена темной воды обрушилась на скалы в нескольких метрах под их ногами. Пока Санни держался за жизнь, вся скала содрогнулась. Откуда-то сверху упало несколько валунов, лишь по счастливой случайности не задев его голову.

Каким-то образом все трое остались живы.

Однако все было далеко не кончено. Черная вода все еще поднималась, теперь уже с пугающей скоростью, угрожая поглотить их в любую секунду. Им нужно было продолжать карабкаться, и они должны были быть быстрее набегающего моря.

Санни выругался, ища, за что бы ухватиться. Чтобы выжить, он должен был с бешеной скоростью взбираться по склону скалы. Однако поспешное карабканье по мокрым скалам было залогом катастрофы: одно неверное движение руки — и он сорвется вниз, разобьется о скалы, утонет или будет съеден каким-нибудь гигантским чудовищем.

Проливной дождь и ураганный ветер усугубляли ситуацию. И все же выбора не было.

Он неистово продолжал карабкаться, раздирая кожу об острые камни. Каждый мускул его тела бился в агонии. Если бы не тень, плотно обхватившая его тело, Санни был бы давно мертв. Но даже с его помощью нахлынувшая темная вода была все ближе и ближе.

— Проклятье! Будь оно все проклято!

Как бы Санни ни старался, он не мог отыграть обратно даже незначительное расстояние. Вскоре вода была у его ног. Море медленно поглотило его ноги, затем туловище. Он продолжал подниматься, теперь уже борясь с тяжестью воды и силой прилива, который пытался оторвать его от скалы.

Но в конце концов это было бесполезно.

Когда вода покрыла его плечи, он почувствовал, что его палец соскальзывает с мокрых камней. Санни попытался удержаться, но течение было слишком сильным. Его отталкивало, как невесомую игрушку, потерявшую всякую опору…

«Нет!»

…В последнюю секунду рядом с ним в воду упал золотой канат. Потрясенный, Санни ухватился за него и держался изо всех сил. Веревка натянулась и подняла его из воды. Его ноги снова коснулись стены утеса.

Не теряя времени, он продолжил подъем с помощью веревки. Наконец сильная рука схватила его сверху и перетащила его тело через край обрыва.

Санни упал на землю, с трудом переводя дыхание. Через некоторое время он посмотрел на Нефис, которая лежала в такой же позе справа от него, такая же обессиленная. Она все еще сжимала в руке золотую веревку. Касси сидела в нескольких шагах от них.

Он хотел рассмеяться, но сил на это не было.

Они выжили.

В течение нескольких минут Санни просто лежал на земле, подставляя лицо дождю. Время от времени в небе сверкала молния, заливая все ослепительным светом. В остальном же было почти совсем темно. Если бы не его Атрибут, он бы с трудом различил фигуры Нефис и Касси, которые отдыхали неподалеку.

Однако через некоторое время в его сознании появилось чувство тревоги. Что-то было не так. Санни нахмурился, пытаясь понять, откуда исходит это чувство. Наконец, он понял, что это его тень. Она пыталась привлечь его внимание к чему-то.

— Пожалуйста, дай мне отдохнуть. Я просто хочу отдохнуть.

Он слишком устал, чтобы что-то делать. Его тело и разум были истощены. Однако тень была очень настойчива. Она оставалась непреклонной.

В конце концов, Санни застонал и перевернулся на живот, затем медленно встал. Нефис повернула голову и посмотрела на него.

— Что такое?

Он поморщился.

— Я пока не знаю. Что-то кажется неправильным.

Касси вздрогнула и подошла ближе к Нефис. Следуя предупреждению своей тени, Санни огляделся, пытаясь найти в окружающей обстановке хоть какой-нибудь признак опасности.

Даже со своим зрением он не мог заметить ничего необычного. Верхняя часть скал возвышалась над бурным морем, образуя небольшой остров. Его поверхность была изрезанной и неровной, несколько выступающих хребтов нарушали линию видимости. Между их группой и ближайшим хребтом было большое пространство. Это пространство было усеяно, казалось, беспорядочными кучами грязи и высокими валунами.

Нефис встала и призвала свой меч.

— Ты что-нибудь видишь?

Санни нахмурился.

— Не совсем…

В этот момент сверкнула еще одна молния, ненадолго осветив маленький остров. Его глаза расширились.

Высокие валуны, окружавшие их, были массивными и неправильной формы. Они были черного цвета и неподвижны… поэтому Санни с первого взгляда не узнал их.

Вокруг них на земле безмолвно лежали падальщики.

Санни замер, внезапно охваченный ужасом. Волоски на его затылке зашевелились и встали дыбом. Раз, два, три… от паники он потерял счет и стиснул зубы. Их было семь… нет, восемь.

Похоже, трое людей были не единственными, кто решил укрыться от темного моря на этих скалах. Он содрогнулся.

Эти скалы были смертельной ловушкой…

Заметив что-то на его лице, Нефис напряглась:

— Санни?

Он медленно повернул к ней голову и прошептал:

— Не говори. Не двигайся. Просто… оставайся там, где ты есть.

Она последовала его указаниям, не спрашивая о причине. Однако на ее лице появился немой вопрос.

Касси сделала то же самое.

Санни закрыл глаза и вдохнул, пытаясь успокоить свой паникующий разум. Безвыходных ситуаций не бывает. У каждой проблемы есть решение. Он просто должен был придумать его…

Падальщики пока не нападали. Возможно, они спали или терпеливо пережидали бурю, стараясь не шевелиться в страхе привлечь еще более страшных монстров. А может быть, они просто не заметили людей. В конце концов, было неизвестно, насколько хорошо видят эти существа. Могли ли они видеть в темноте? Скорее всего, нет, или, по крайней мере, не так хорошо, как он.

Но надежда еще оставалась.

Санни открыл глаза и снова посмотрел на маленький остров. Но на этот раз его взгляд был другим. Он видел глубокую темноту, шум бури, заглушавший большинство звуков, большое расстояние между падальщиками.

Это была его территория. Она идеально подходила для убийственной тени. Разве он не мечтал стать бесшумным убийцей? Что ж, здесь был его шанс. Он просто должен был идеально выполнить каждый шаг… проползти сквозь темноту, напасть, не привлекая внимания врага, убить каждого из них одним точным ударом.

Повторять и повторять. Он уже знал их сильные и слабые стороны — оставалось только применить эти знания на практике. И даже если он допустит ошибку, оставались другие средства, на которые можно было опереться. Эхо и Нефис могли внести свою лепту, если он окажется в опасности.

Да, это могло сработать. Это должно было сработать.

Санни посмотрел на Меняющуюся Звезду и Касси.

— Я позабочусь об этом.

Прежде чем они успели отреагировать, он словно растворился в тени.

Под покровом темноты Санни прокрался вперед. Его шаги были мягкими и размеренными, дыхание контролируемым. Он быстро определил оптимальный порядок атаки, чтобы свести к минимуму вероятность быть обнаруженным, и направился к первой цели — громоздкий падальщик, который находился дальше всех от стаи.

Спрятавшись в тени, Санни вдруг почувствовал себя спокойным и сосредоточенным. Ему показалось, что он наконец-то оказался в своей естественной стихии.

Когда надвигающийся силуэт падальщика приблизился, он замедлил шаг и обошел вокруг своей цели. Монстр не двигался, не обращая внимания на таящуюся угрозу, которая приближалась с каждой секундой. Санни затаил дыхание и приготовился к атаке.

У него был только один шанс.

«Сделай это правильно!»

С этой мыслью он беззвучно бросился вперед.

Один шаг, второй. Санни подпрыгнул и легко приземлился на панцирь монстра. Лазурный Клинок уже был в его руке, его сталь потемнела. Мгновение спустя он вонзился в слабое место на спине падальщика, пробив хитин и разрушив его мозг. Тихий треск ломающегося панциря был быстро смыт дождем.

Дело было сделано.

Санни почувствовал, как в его сердце зарождается чувство триумфа, но быстро подавил его. Сейчас было не время праздновать — семь целей все еще ждали его в темноте.

Он достал свой меч и спрыгнул вниз с трупа падальщика.

Затем Санни нахмурился.

Почему заклинание молчало?

Оно не сообщало ни о его убийстве, ни о поглощении фрагментов теней.

Чувствуя, как по коже ползут мурашки, Санни повернулся и посмотрел на падальщика. Сначала он испугался, что зверь еще жив… но это было не так.

Он был мертв, как и должно быть.

Однако при ближайшем рассмотрении Санни заметил то, чего раньше не замечал.

И когда он это сделал, его лицо побледнело.

Падальщик был мертв. Однако его убил не клинок Санни.

Обходя цель, он сосредоточился на том, чтобы остаться незамеченным и не насторожить противника своим присутствием, прежде чем занять оптимальную позицию для атаки. После этого он видел только спину монстра.

Поэтому он не заметил страшную рану, которая шла от верхней части туловища существа до его сегментированных ног, скрытых дождем.

Непробиваемый панцирь был разрезан, как консервная банка. Сквозь огромную щель виднелась плоть и искореженные органы падальщика, из которых сочилась лазурная кровь. Она стекала вниз и смывалась бурей.

Санни сглотнул.

Возможно, ему было бы неловко устраивать идеальную засаду на давно умершего монстра, если бы не страх перед тем, кто его убил.

Оглядевшись вокруг, он нерешительно призвал обратно Лазурный Клинок, а затем укрылся в тени.

На маленьком острове царила тишина, если не считать завывания ветра. Дождь все еще падал, образуя постоянную пелену, которая скрывала все детали и далекие предметы. Редкие вспышки молний иногда заливали этот мрачный мир суровой белизной. Затем раздавался раскат грома, заставляя небо содрогаться.

С холодным страхом, поселившимся глубоко в его костях, Санни осторожно двинулся к следующему падальщику. С некоторого расстояния он мог сказать, что он тоже мертв, но нужно было подойти ближе и убедиться. И действительно, он оказался прав: существо было почти разорвано пополам неизвестным нападавшим. Его мокрые внутренности лежали на земле беспорядочной кучей.

Темнота уже давно перестала успокаивать, став страшной и гнетущей. Санни задрожал.

…К тому времени, когда он проверил всех восьмерых монстров и убедился, что все они мертвы, его уже тошнило и он был до смерти напуган. Когда Санни впервые понял, что черные фигуры на самом деле были падальщиками, он подумал, что ситуация настолько плоха, насколько это вообще возможно. Теперь он уже не был в этом уверен.

На самом деле, он был уверен, что дела идут от плохого к худшему.

Стоя возле последнего падальщика, Санни наблюдал за окружающей обстановкой и думал о возвращении к Неф и Касси. Возможно, страшный убийца уже покинул остров. Они могли бы просто спрятаться и надеяться на лучшее. По крайней мере, он был бы не один.

Однако незнание того, какая опасность скрывается в темноте, свело бы его с ума задолго до наступления утра. К тому же, с его Атрибутом [Судьбаносный], надеяться на лучшее было глупо.

Поэтому, хотя его тело покрылось холодным потом, Санни стиснул зубы и медленно пошел к хребту, скрывавшему от него остальную часть острова. Подойдя вплотную, он начал подниматься, стараясь ступать как можно тише.

Хребет был не очень высоким, поэтому он смог подняться на него без особых усилий. Прижавшись к скалам, он поднял голову и посмотрел вниз.

И тут же ему захотелось отпустить руки и упасть на землю.

Прямо под ним, всего в нескольких метрах, на фоне скал вырисовывался темный силуэт. Он был гораздо крупнее падальщиков, из его толстого панциря росли зазубренные шипы. Его хитин был черно-багровым, как древние доспехи, забрызганные свежей кровью. Вместо клешней из суставов его рук торчали две ужасающие костяные косы.

Каждая из них была достаточно длинной и острой, чтобы разделить падальщика на две части.

Санни застыл, боясь пошевелиться. Он даже перестал дышать.

«Так вот кто убийца.»

Это был один из тех монстров, которых они видели извлекающими осколки трансцендентной души из туши гигантской акулы, или другой представитель их вида. Он вспомнил, как эти два существа прорубались сквозь орду падальщиков, убивая или отбрасывая любого зверя, оказавшегося на их пути. Убить семерых из них не составило бы проблемы для чего-то настолько смертоносного.

Не говоря уже о том, чтобы избавиться от трех Спящих.

Осторожно, стараясь не издать ни звука, Санни медленно опустился на землю. Все его тело дрожало. Двигая руками и ногами с предельной точностью, он начал спускаться с хребта, молясь, чтобы его не услышали, не почувствовали или не заметили каким-то другим способом.

К счастью, монстр не обратил внимания на его присутствие.

Достигнув земли, Санни сделал несколько шагов назад, все еще стоя лицом к хребту. Ему пришлось заставить себя повернуться. Чувствуя, как спину пронзают невидимые иглы, юноша незаметно двинулся в том направлении, где оставил своих спутников.

Через несколько минут он вернулся к Нефис и Касси. Девушки были напряжены и нервничали, ожидая его возвращения в темноте. Прежде чем выйти из тени, Санни дал им знать о своем приближении.

— Это я.

Нефис пошевелилась, немного опустив меч. Ее лицо было немного мрачным.

— Какова ситуация? — спросила она, стараясь говорить тихо.

Санни медленно выдохнул, наконец-то почувствовав себя немного спокойнее. Впервые он был искренне рад, что не остался один в этом проклятом месте.

— Вокруг нас восемь падальщиков. Но все они мертвы. Убийца — один из тех больших монстров, которых мы видели, тварь с багровым узором на панцире и косами вместо клешней. Он прячется от бури под каменной грядой недалеко отсюда.

Сверкнула молния, осветив все вокруг. Вслед за этим в глазах Меняющейся Звезды словно зажглись две белые искры. Вскоре отражение исчезло, оставив их снова серыми и непостижимыми.

Она наклонила голову и прошептала, словно разговаривая сама с собой.

— Пробудившийся монстр.

Санни облизал губы.

— Да. Так что же нам делать?

Нефис задумалась на некоторое время, опираясь на свой меч. Затем, она посмотрела на него и сказала:

— Убьем его.

***

Санни уставился на нее, теряясь в словах. Наконец, он собрался с мыслями и сказал первое, что пришло ему в голову

— Ты спятила?

Идея сражаться с этим существом была довольно нелепой, если не полностью безумной. Понимая, что его слова могли прозвучать немного грубо, он прочистил горло и добавил:

— Я имею в виду… ты все продумала? Как мы собираемся убить это чудовище?

Нефис медленно вдохнула.

— Речь не идет о том, чтобы все обдумать. У нас просто нет выбора.

Она взглянула на Касси, которая слушала их с бледным лицом, и пояснила:

— Мы не можем покинуть скалы до утра, и монстр тоже. Однако, как только взойдет солнце, оно легко увидит нас и нападет. Тогда наше единственное преимущество — элемент неожиданности — исчезнет. Если нам все равно придется сражаться с ним, то лучше быть инициаторами.

Меняющаяся Звезда огляделась вокруг и добавила:

— Еще не совсем стемнело. Хотя и с трудом, но я все еще могу видеть. Когда наступит ночь, этого уже не будет. Так что нам придется напасть на него первыми, и сделать это поскорее.

Санни покачал головой.

— Это все еще не объясняет, как мы собираемся его убить. Эта тварь только что расправилась с восемью падальщиками, как ни в чем не бывало. Мы ему не противники. Мы даже не знаем его слабых мест!

Нефис нахмурилась. После небольшой паузы она сказала:

— Это просто пробудившийся монстр.

Санни не мог не посмотреть на нее в недоумении.

— Что значит «просто» пробудившийся монстр? Ты забыла, что все трое из нас только Спящие?! Спящие люди не должны быть в состоянии справиться с пробудившимися зверями, не говоря уже о монстрах. То, что мы можем надежно убивать падальщиков, уже ненормально!

Она оглянулась на него, ничем не обеспокоенная, и просто ответила:

— Но мы и есть ненормальные.

Санни стоял с открытым ртом, не зная, что сказать.

Нефис вздохнула.

— Мы с тобой оба не совсем обычные Спящие. Не так ли? Не пытайся отрицать это. Кто-то обычный просто не выжил бы в этом месте.

Он нахмурился, недовольный ходом ее мыслей. Тем временем Меняющаяся Звезда продолжала:

— Ты, я, плюс пробужденный зверь, который у тебя есть в качестве Эхо, плюс преимущество внезапной атаки. Я не говорю, что это будет легко. Мы можем погибнуть. Но есть хороший шанс, что не погибнем.

Она посмотрела вниз, на серебристое лезвие своего меча, и через пару секунд добавила:

— В любом случае. Как я уже сказала, у нас нет выбора.

Санни стиснул зубы, пытаясь найти логичный ответ. Однако ее доводы казались неопровержимыми. Просто у него было очень плохое предчувствие по поводу борьбы с этим монстром.

В наступившей тишине Касси, которая все это время молчала, вдруг заговорила:

— Вы забываете о главном преимуществе, которое мы имеем перед этой тварью.

Оба удивленно посмотрели на нее.

Слепая девушка повернулась к ним лицом и слегка подняла голову.

— Мы разумны, а монстр — нет.

Ее слова эхом отдавались в темноте. Санни вздохнул.

Похоже, схватка с монстром была неизбежна.

***

Некоторое время спустя он стоял в темноте, глядя на ужасающее существо перед собой. Выражение его лица было мрачным и угрюмым. Крепко сжимая Лазурный Клинок, Санни медленно вдохнул.

Зловещее чувство, которое он испытывал раньше, все еще оставалось, теперь оно было сильнее, чем когда-либо.

«Мне это не нравится.»

С этой мыслью он выдохнул и поднял руку.

Монстры обладали некоторым рудиментарным интеллектом, однако они не могли сравниться с людьми. В своей основе они все еще оставались хищниками, действовавшими в основном на инстинктах. Их хитрость была звериной по своей природе, и преодолеть ее было не так уж сложно. Это дало трем Спящим шанс использовать свое преимущество.

После завершения разработки плана они занялись приготовлениями.

Пока Меняющаяся Звезда готовилась, Санни достал осколки душ из восьми мертвых падальщиков. Достав их сереброволосой девушке, он наблюдал, как она поднесла их к груди и раздавила в кулаке один за другим, впитывая сущность каждого осколка в свое ядро души. Через несколько минут, когда изменения, вызванные поглощением, закончились, Нефис открыла глаза и медленно вдохнула.

Для Спящего поглощение осколков восьми пробудившихся зверей было равносильно уничтожению шестнадцати спящих существ. Хотя это и не было огромным, но все же давало значительный прирост физических способностей. Ее тело стало сильнее, быстрее, усовершенствовалось во всех отношениях.

Им понадобится каждая частичка этой силы, чтобы выжить.

Из-за того, что Нефис была настроена на ее физическую форму, привыкание к ее новым возможностям не заняло много времени. Очень скоро она посмотрела на него и спросила:

— Ты готов?

Санни со вздохом взглянул на свою тень, надеясь получить моральную поддержку.

Тень сделала вид, что не заметила и проигнорировала его.

«Нелояльный ублюдок!»

— Готов как никогда.

Нефис кивнула и повернулась к Касси.

Говорить было особо не о чем. Они уже обсудили все, что можно было обсудить, и пустые слова не могли заставить слепую девушку волноваться меньше. Если подумать, Санни не захотел бы поменяться с ней местами, хотя из них троих она была единственной, кому не приходилось рисковать жизнью в бою.

Столкновение с врагом, каким бы страшным он ни был, было лучше, чем бессильное ожидание исхода, зная, что ты ничего не можешь сделать, чтобы изменить его. С этой точки зрения, он был счастливчиком.

Касси попыталась сделать храброе лицо. Она повернулась к Нефис и принужденно улыбнулась:

— Иди и убей эту тварь. Может быть, ты наконец-то получишь что-нибудь приличное и перестанешь заставлять меня чувствовать себя виноватой.

Уголок губ Меняющейся Звезды скривился.

— Хорошо.

После этого она повернулась к Санни и вернулась к своей обычной серьезности.

— Пойдем.

… Через несколько минут он стоял на вершине скалистого хребта, глядя вниз на смертоносного монстра. Тень окутывала его тело, усиливая физические способности Санни. Их план был довольно надежным и имел большие шансы сработать.

Однако он все еще не мог избавиться от зловещего чувства, что ничем хорошим это не закончится.

«Мне это не нравится.»

Вздохнув, Санни поднял руку и вызвал серебряный колокольчик.

Затем он легонько потряс его, отчего среди бури раздался чистый мелодичный звон.

***

Сразу же монстр внизу зашевелился, поворачивая свое массивное туловище и ища источник внезапного шума. Когда он увидел Санни, в его глазах зажглось безумное багровое пламя.

Однако Санни ничего этого не видел, потому что уже стоял лицом в другую сторону. Как только прозвенел звонок, он развернулся и, ни секунды не раздумывая, спрыгнул с хребта.

Хребет был не очень высоким, но до земли оставалось значительное расстояние. Санни сильно ударился о камни и покатился, пытаясь рассеять силу удара. Как только он встал на ноги, он побежал, стараясь оказаться как можно дальше.

Мгновение спустя хребет взорвался за его спиной. Монстр просто врезался в нее своим огромным телом, пробив слои камней, словно они были бумажными. Одновременно сверкнула молния и раздался раскат грома, заглушивший громкий грохот падающих обломков.

Существо настигло отступающего Санни и бросилось вперед, пытаясь пронзить его тело одной из своих кос. Осколки камня потоком сыпались с его шипастого панциря.

К счастью, Санни был уже достаточно далеко. Не сбавляя скорости, он опустил свое тело, пробежал еще несколько метров, а затем обернулся.

Вид монстра ростом более трех метров, мчащегося на него, как скоростной поезд, заставил бы любого человека попятиться. Однако Санни стоял на своем, подняв Лазурный Клинок над головой.

В конце концов, он был приманкой.

В полудюжине метров от него монстр, наконец, достиг своей ловушки.

Почти незаметная в темноте и под проливным дождем золотая веревка была натянута между двумя массивными валунами на уровне суставов ног существа. Ранее Санни опустил свое тело, чтобы пробежать под ним.

Охваченный жаждой крови, монстр не заметил натянутого каната и на полной скорости врезался в него. Если бы это была обычная веревка, она, без сомнения, тут же порвалась бы. Однако золотая веревка была Воспоминанием, и невероятная прочность была одним из ее достоинств.

Камни, к которым он был привязан, к сожалению, были совершенно обычными. Они разлетелись почти сразу.

Но ущерб уже был нанесен.

От неожиданного рывка передних ног назад падальщик с косами потерял равновесие и врезался в землю лицом вперед, скользя по мокрому камню и оставляя за собой неглубокую траншею. Санни отпрыгнул в сторону.

Монстр был невозмутим. Почти мгновенно две костяные косы пронзили землю, рывком остановив его массивное тело. В следующее мгновение, неожиданно быстро и проворно для своих размеров, оно уже начало подниматься.

Если бы ему позволили встать, их судьбы были бы предрешены.

К счастью, Эхо Санни оказалось быстрее.

Как только чудовище упало, оно перестало притворяться одним из мертвых падальщиков, встало и бросилось вперед. Как раз в тот момент, когда их враг собирался подняться, оно прыгнуло на его панцирь сзади, прижав тварь своим весом, и сомкнуло свои клешни на руках твари прямо под тем местом, где начинались костяные косы.

Несмотря на то, что Эхо было ранено шипами, растущими из панциря монстра, ему удалось обездвижить его, по крайней мере, на секунду.

Секунды оказалось достаточно.

Словно из ниоткуда, перед монстром появилась Нефис, сидевшая в засаде. Проскочив между страшными косами, она наклонилась вперед и нанесла сокрушительный удар своим длинным мечом, навалившись на него всем своим весом.

Они не знали, есть ли у пробудившегося чудовища такое же слабое место на спине, как у его меньших родственников — падальщиков. Однако не было причин предполагать, что между панцирем и броней туловища нет зазора. Это была механическая проблема.

Все, что должно быть гибким, не может быть слишком жестким.

Кончик меча Меняющейся Звезды погрузился в узкую щель. Затем меч исчез в теле монстра, проникнув так глубоко, что его рукоять зацепилась за хитин.

«Да, черт возьми!» — подумал Санни, торжествуя.

Однако в следующую секунду выражение его лица померкло.

Потому что существо, казалось, даже не заметило рану, которая должна была быть если не смертельной, то, по крайней мере, сильно изнуряющей. Немного напрягая тело, оно внезапно повернулось, сбросив Эхо со своего панциря, и поднялось на ноги. Костяные косы заскрежетали по камню, когда он вытащил их из земли.

Беззащитная Нефис оказалась прямо перед ним, ее меч все еще торчал в плоти чудовища.

«О нет!»

Санни был слишком далеко, чтобы что-то сделать, он кружил вокруг огромного существа, чтобы напасть на него сзади. Эхо лежало на земле, все еще не приходя в себя после того, как его сбросили со спины врага. Не похоже, чтобы оно могло помочь.

В данный момент Меняющаяся Звезда была предоставлена сама себе.

Косы пронзали воздух, нацеливаясь на ее плоть. Однако в последний момент пара клещей зажала одну из них в железный захват. Это дало Нефис еще долю секунды на реакцию.

Отпустив меч, она нырнула под тело существа, спрятавшись в слепой зоне дальности атаки оставшейся косы. Что касается укрытий, то это место не было оптимальным, так как монстру, чтобы раздавить ее в кровавую массу, достаточно было просто лечь. Однако в этот момент у Нефис не было другого выбора.

«Это плохо, очень плохо…»

К тому времени Санни уже был позади существа. Надеясь выиграть для Нефис немного времени, он выхватил Лазурный Клинок и нанес удар. Меч соприкоснулся с суставом одной из задних ног монстра, пустив лазурную кровь. Однако, в отличие от битвы с падальшиком, ему не удалось полностью отрубить конечность. Она была слишком крепкой и толстой.

В следующее мгновение нога исчезла из поля зрения Санни.

«Черт.»

Как только эта мысль появилась в его голове, Санни поднял голову и посмотрел на монстра. Каким-то образом оно уже развернулось и теперь стояло перед ним, в его глазах горели два багровых пламени с жаждой крови.

Не успел Санни как следует отреагировать, как острый кончик костяной косы ударил его в грудь с силой осадного тарана. Единственное, что он успел сделать, это перенести тень со своего тела на Саван Кукловода.

Благодаря этому молниеносному решению броня выдержала. Его не пронзили в сердце и не насадили на косу.

Однако это было небольшим утешением.

Силы удара все равно хватило, чтобы его грудная клетка провалилась внутрь, а тело полетело по воздуху, как тряпичная кукла.

… Каким-то образом Санни оказался лежащим на земле. Его тело ощущалось странно, и он не мог дышать. Что-то горькое текло у него изо рта, заставляя его задыхаться.

Это была кровь. Он захлёбывался в собственной крови.

Слабый, Санни попытался пошевелиться, но конечности не слушались его. Только тень слушалась, обволакивая его тело и немного оттягивая неизбежное.

«Мне больно…»

Мысли двигались все медленнее и медленнее, словно погруженные в густой туман, он посмотрел вверх, надеясь увидеть звезды.

Вместо этого он увидел два горящих багровых глаза, приближающихся к нему из темноты.

В этот момент, застыв на краю небытия, Санни понял, что скоро умрет.

Ему пришлось бороться с туманом, который пронизывал его разум, замедляя мысли и гася все эмоции.

Все, кроме страха.

Несмотря на то, что его тело было сломано, а разум парализован, какая-то упрямая часть Санни все еще отказывалась сдаваться. Он не был готов умереть. По крайней мере, не отдавая всего себя, чтобы выжить.

Его возмущала мысль о том, чтобы подарить миру удовлетворение от победы.

Это было бы так раздражающе. Разве он не сказал Герою, что собирается выжить, несмотря ни на что, назло им всем?

Вот именно. Он мог быть бессовестным лжецом, но обещание оставалось обещанием.

Но… как он вообще должен был выжить? Как бы он ни смотрел на это, ситуация казалась безнадежной.

Когда падальщик приблизился, ее глаза угрожающе сверкали кровожадным багровым светом, Санни попытался пробиться сквозь туман, окутавший его разум. Однако его попытки были бесцельными и слабыми. Трудно было найти опору в тумане.

Ему нужен был якорь.

Внезапно его внимание привлекла простая мысль. Это было то, что он повторял тысячу раз, вбивая это в свой разум.

«Повторение, опыт, ясность.»

Ясность…

Он вспомнил, чему учила его Нефис. Суть боя заключалась в убийстве. Любое действие во время боя преследовало только одну из двух целей: либо убить врага, либо не дать ему убить тебя.

Если бы он смог научиться этому, у него было бы достаточно ясности, чтобы овладеть разумом.

Тогда он не понимал глубокого смысла простого слова «ясность», которое использовала Нефис. Но теперь, когда его разум был разрушен, он наконец-то смог понять его.

Две истины, лежащие в основе сути и цели боя, были простыми и твердыми, почти осязаемыми. Даже в полубессознательном состоянии он смог использовать их как прочную основу в тумане. Затем он перестроил свой разум вокруг этой основы, выстроив его в соответствии с суровыми линиями этой истины.

Внезапно он снова смог думать.

Более того, его мысли были ясными и невероятно быстрыми, свободными от всех ненужных отвлечений.

Это была ясность.

***

Санни смотрел на надвигающегося монстра, спокойно взвешивая свои возможности.

Его тело было практически бесполезно. Он вообще не мог пошевелить конечностями. Тень по-прежнему следовала его командам, но она была занята важным делом — не давала ему умереть.

Даже с ее помощью он не смог бы долго продержаться.

Но это была бесполезная мысль. Он ничего не мог с этим поделать, поэтому не было смысла тратить время на дальнейшие размышления.

Поскольку его тело было обездвижено, Воспоминания не могли быть использованы.

Оставалось только Эхо.

Падальщик должен был стать его единственным инструментом, чтобы либо убить врага, либо не дать врагу убить его.

Монстр быстро приближался к Санни. Его мандибулы двигались, вязкая слюна стекала с них потоком прозрачной слизи. В мгновение ока он смог увидеть и мгновенно запомнить каждый шип, каждую царапину, каждую ссадину на панцире существа.

Рукоятка меча Меняющейся Звезды все еще торчала из его тела, омытая лазурной кровью.

«Какой уродливый ублюдок.»

Санни лицемерил. По правде говоря, с черным панцирем, разрисованным багровыми узорами, и могучим телом, специально созданным для хаоса и резни, падальщик с косами выглядел поразительно и невероятно грозно.

Он был почти величественным… в ужасающем, убийственном смысле.

Не в силах пошевелиться, он беспомощно смотрел, как чудовище сокращает расстояние между ними и нависает над изломанным, истекающим кровью телом Санни.

Его косы поднялись в воздух, готовые нанести удар.

Глядя прямо в горящие глаза монстра, Санни подумал:

— Иди к черту, жук-переросток!

Косы устремились к его телу.

…В последний момент что-то массивное и яростное врезалось в монстра сбоку, отбросив его в сторону. Это был падальщик Санни.

Не заботясь больше о собственной безопасности, Эхо переплелось с врагом в хаотичном беспорядке конечностей, пока они катались по земле. Несмотря на то, что он был меньше и слабее, его безумной атаки и полного пренебрежения к собственной жизни было достаточно, чтобы заставить более крупное чудовище задуматься.

Эхо размахивало клешнями, ударяя ими по панцирю существа в безумном вихре ударов. На мгновение вой ветра был заглушен грохотом ударов хитина о хитин. Панцирь падальщика с косами в основном выдержал, но на его черной поверхности появилась пара трещин.

Однако он все еще превосходил падальщика во всех отношениях. Даже с одной косой, неудобно засунутой под тело, монстр был более чем способен отразить внезапную атаку. С гневным визгом он ударил другой косой, отрубив одну из клешней падальщика. Затем он напряг ноги и отбросил более мелкое существо.

При этом задняя нога, уже раненая Санни, отломилась, но монстр не обратил на это никакого внимания.

Пылая безумием и яростью, он распутал свои конечности и медленно встал. Еще один оглушительный визг раздался в воющей темноте бури, больно ударив по ушам Санни.

«Что теперь?» — подумал он, на мгновение потеряв голову.

Но тут произошло нечто очень неожиданное.

Когда падальщик с косами двинулся, чтобы добить Эхо, ему пришлось слегка приподнять и откинуть туловище назад, чтобы учесть потерю задней ноги и сохранить равновесие. В этот момент молния упала прямо на середину маленького острова.

Учитывая рост монстра, молния сразу же притянулась к рукоятке меча, который все еще торчал из его тела, направленный в небо под небольшим углом. В этот момент длинный меч Меняющейся Звезды внезапно превратился в молниеотвод.

Мгновенно сотни миллионов вольт электричества пронеслись по телу падальщика.

В ослепительной вспышке света он был брошен на землю. Из трещин в его панцире поднялись клубы дыма.

Странным образом дуги остаточного электричества заплясали на хитине монстра, медленно накапливаясь в багровых узорах на нем. Под этим воздействием багровый узор изменил свой цвет, став белым и раскаленным.

Санни в недоумении смотрел на все это.

«Он… светится?»

На секунду он понадеялся, что монстр мертв. Но нет, одного удара молнии было недостаточно, чтобы убить такое существо. Через несколько мгновений после удара током существо зашевелилось, слегка содрогаясь всем телом.

Хотя он был в довольно плохом состоянии, падальщик все еще был жив и полон убийственных намерений.

Выглядя несколько ошеломленным, монстр собрал свои конечности и попытался встать. Медленно, но верно он приходил в себя. Костяные косы скребли по камням, помогая ему подняться.

Однако прежде чем он это сделал, Нефис внезапно оказалась прямо перед ним.

Схватившись за рукоять длинного меча, она оскалилась: жар обжег ей руки. Затем она повернула клинок, заставив тело падальщика с косами дернуться, и вытащила его, разрушив большую часть брони на нижней части туловища.

Монстр попытался ударить ее косой, но Меняющаяся Звезда была быстрее. Отскочив в сторону, она одновременно ударила мечом. Раскаленное до бела лезвие зацепило руку твари прямо под суставом и рассекло ее, отправив страшную костяную косу в полет по воздуху под дождем лазурной крови.

Падальщик закричал и отмахнулся от нее одной из своих лап. Нефис отбросило назад, и она покатилась по камням, потеряв хватку меча. Ее глаза на мгновение потеряли фокус.

Монстр же, напротив, вновь обрел рассудок. Казалось, внезапная боль от потери конечности заставила его очнуться. Поднявшись во весь рост, он открыл свою уродливую пасть и издал оглушительный, яростный вопль.

Затем он бросился на Неф со всепоглощающей ненавистью в глазах.

Но далеко уйти ему не удалось.

В тот момент, когда разъяренное чудовище начало атаку, на его пути появилось избитое Эхо. Его оставшаяся клешня метнулась вперед, вонзившись в широкую брешь в броне, образованную мечом Меняющейся Звезды. Скрутив руку, падальщик протолкнул ее внутрь тела врага, разрушая его внутренности.

В конце концов, он даже немного приподнял монстра в воздух, его клешня вошла почти до самого плеча.

Падальщик взмахнул косой, пронзив грудь Эхо насквозь.

Затем оно дернулось пару раз и упало неподвижно.

Падальщик злобно закричал и рывком вырвал свою клешню, оторвав туловище более крупного монстра от панциря. Гордо бросив последний взгляд на изрезанного врага, он зашатался и рухнул на землю.

Санни устало отмахнулся от Эхо, надеясь, что оно сможет выжить.

Он чувствовал себя не слишком хорошо.

На самом деле, он был почти готов к смерти.

[Вы убили Пробуждённого Монстра, Центуриона Карапакса.]

Голос Заклинателя бесполезно упал на его глухие уши. Он звучал искаженно и отдаленно.

[Вы получили Воспоминание: Доспехи Звездного Легиона.]

[Ваша тень становится сильнее.]

«Я победил.»

Санни закрыл глаза, наконец-то позволив боли и изнеможению затопить его разум.

Туман вернулся, и все происходящее казалось ему чужим.

Он устал.

И он не мог дышать.

Захлебываться кровью было не очень приятно.

Когда сознание начало ускользать, он услышал звук чьих-то торопливых шагов.

А потом две мягкие руки осторожно коснулись его лица…

Несколько удивленный, Санни с трудом открыл глаза. Когда его зрение медленно сфокусировалось, он увидел бледное лицо Неф, нависшее над ним. Ее короткие серебристые волосы были мокрыми и прилипли к коже.

Она стояла на коленях рядом с его изломанным телом и ласкала руками его лицо. В ее глазах было странное выражение.

Казалось, она была напугана, но смирилась с чем-то.

Ее зрачки были широкими и темными.

«Ч-что?»

Оскалив зубы, Нефис переместила руки к его впалой груди и слегка прижала их к ней, отчего по телу Санни пронесся импульс боли.

Затем под кожей ее ладоней вдруг зажегся мягкий, лучистый блеск, отразившийся в ее серых глазах, как две танцующие белые искры.

Почти сразу же лицо Меняющейся Звезды исказилось в гримасе мучительной агонии, и она испустила ужасный, приглушенный крик.

Ее кожа стала белой, как лист бумаги, а когда она прикусила нижнюю губу, капли крови вскоре скатились на подбородок.

Когда сияние усилилось, Нефис плотно закрыла глаза, и слезы потекли по ее измученному, бескровному лицу.

Санни же, напротив, чувствовал себя как на небесах. Вся боль исчезла из его тела, сменившись мягким, всеобъемлющим теплом. Ему казалось, что его очищает нечто чистое и священное.

Белым, первозданным, очищающим пламенем.

Под воздействием пламени его умирающее тело начало восстанавливаться. Его разбитые кости были собраны из осколков. Его разорванная плоть регенерировала и снова стала целой. Его разрушенные легкие и поврежденное сердце ожили и омолодились, мгновенно став сильными и здоровыми.

Внезапно он снова смог дышать.

Когда его грудь пришла в движение, делая новый вдох, Нефис отшатнулась от него с мучительным стоном. Белое сияние под ее кожей померкло и исчезло, позволяя тьме вернуться на свое законное место.

Отползя на несколько шагов, Меняющаяся Звезда остановилась, стоя на коленях и руках, и ее жестоко вырвало. Все ее тело неконтролируемо дрожало, словно на грани припадка.

Когда дрожь утихла, она медленно опустилась на землю и лежала там неподвижно, ловя ртом капли дождя.

Санни тем временем поднял руки и осторожно исследовал свое тело.

К его удивлению, ничего не болело. Как будто он вообще не был ранен, не говоря уже о том, что чуть не умер.

С помощью Нефис и ее таинственной способности Аспекта он полностью исцелился.

Это было чудо.

***

Когда буря закончилась, была уже глубокая ночь. Санни, Нефис и Касси прижались друг к другу, чтобы согреться, и спали как убитые, слишком уставшие, чтобы заставлять кого-то сторожить.

Если бы что-то случилось, тень, скорее всего, встревожила бы их заранее.

А если нет, так тому и быть. Они были слишком измучены, чтобы беспокоиться.

К счастью, остаток ночи прошел без происшествий.

Утром никто не спешил строить какие-либо планы или предлагать покинуть скалы. Они просто собрали немного мяса с мертвого центуриона Карапакса и падальщиков, собрали два осколка души и перебрались на противоположную сторону маленького острова, боясь, что останки привлекут внимание какого-нибудь существа.

Как оказалось, они были правы. Вскоре после того, как группа покинула место битвы, в небе появилось темное пятно. Вскоре оно стало больше и, приблизившись к скалам, вихрем приземлилось рядом с трупом центуриона.

Санни никогда не видел ничего подобного. Существо было огромных размеров и весило в два раза больше, чем панцирный монстр. Его тело было белым, как труп, и мускулистым, как у льва. У него было две могучие лапы сзади и шесть спереди, беспорядочно торчащие из широкой груди. Каждая заканчивалась длинными острыми когтями.

Шея летающего чудовища была покрыта длинными черными перьями, как и его огромные крылья. Голова напоминала голову ворона с большими круглыми глазами и страшным черным клювом.

Пока они прятались за камнями, существо пировало на мертвом центурионе, легко разрывая его панцирь когтями и клювом. Затем, удовлетворенное, оно схватило лапами несколько туш падальщиков и снова поднялось в воздух, создавая небольшой ураган каждым взмахом своих черных крыльев.

Существо покинуло скалы и полетело в обратном направлении.

Оно двигалось на запад.

Проследив за черной точкой, исчезающей вдали, Санни вздохнул.

— Неф. Как ты думаешь, что это за существо?

Нефис тоже смотрела на небо. Через несколько секунд она опустила взгляд.

— Я понятия не имею.

Санни просто кивнул и занялся своими делами. Ему еще предстояло выполнить тысячу ударов.

Разведя костер, они зажарили мясо центуриона и съели вкусный, обильный завтрак. Затем, наевшись, все трое легли и лениво отдыхали.

После того как они сражались сразу с двумя падальщиками, бежали и едва выжили после внезапного наводнения, карабкались по высоким скалам в разгар бури и сражались с Пробудившимся чудовищем — и все это за один день — они заслужили отдых.

Кроме того, Санни нужно было разобраться в себе. По правде говоря, он чувствовал себя немного странно.

Причина была не в травмирующем опыте близкой смерти, хотя и он имел к этому самое непосредственное отношение. Дело в том, что после неожиданного прозрения, которое он испытал, пытаясь бороться со смертельным туманом разума, Санни почувствовал себя так, словно его изменили.

Потому что ясность, которую он обрел, никуда не делась.

Она все еще была здесь, в центре его существа. Ему казалось, что сам способ мышления и восприятия мира стал совершенно иным. Он был строгим, упорядоченным и бесстрашным.

Санни почувствовал, что стал спокойнее. Теперь он мог думать гораздо быстрее и действовать без колебаний. Многие вещи, которые раньше казались непонятными и пугающими, вдруг стали предсказуемыми, а значит, преодолимыми.

Как будто он обнаружил в мире некий порядок, которого раньше не было. Это внутреннее понимание давало ему преимущество, которое трудно было объяснить словами.

В каком-то смысле это изменение было даже более глубоким, чем трансформация его тела в конце Первого Кошмара. Он чувствовал, что совершил большой скачок в своих боевых способностях и общей силе, хотя это и не было связано с количеством поглощенных фрагментов теней или разблокированных Способностей Аспекта.

Глядя на небо, Санни задумался, всегда ли так чувствовала себя Нефис.

«Возможно. Мастерство тела, мастерство разума. Верно?»

До мастера ему было еще далеко. Но чувствовалось, что он на правильном пути.

***

Через некоторое время Санни подошел к западному краю скалы.

Нефис сидела там, свесив ноги через край. Она смотрела на запад, погруженная в свои мысли.

Он сел рядом с сереброволосой девушкой и проследил за ее взглядом, пытаясь угадать, о чем она думает.

Как и всегда, он потерпел неудачу. Меняющуюся Звезду было трудно понять.

Санни сдвинулся с места, чувствуя себя невероятно неловко. Наконец, он собрал все свое мужество и сказал:

— Вчера ты дважды спасла мне жизнь.

Нефис взглянула на него и снова отвернулась.

— Да.

Он замешкался, пытаясь подобрать правильные слова. В конце концов, он не смог ничего придумать и просто сказал:

— Спасибо.

На этот раз она смотрела на него немного дольше. Ее лицо было спокойным и безразличным.

— Нет необходимости благодарить меня. Без тебя и твоей тени мы бы утонули, не дойдя до скал, или были бы растерзаны большой группой падальщиков, наткнувшись на них в лабиринте.

После этого нехарактерно длинного предложения она замолчала и через некоторое время добавила:

— Мы — союзники.

Санни кивнул, понимая, что она права. Тем не менее, Нефис сделала все возможное, чтобы сохранить ему жизнь. Даже если бы он тоже внес свою лепту, не каждый бы пошел на такое, чтобы отплатить за услугу.

Однако он ничего не сказал об этом. В основном потому, что он уже мог представить себе ее ответ.

Она смотрела прямо на него, молчала некоторое время, а потом ровным тоном говорила что-то вроде: — Я просто хотела или — Это то, что должна. А потом наступала неловкая тишина.

Едва заметно улыбнувшись, Санни отвернулся.

Через минуту или две он сказал:

— Это твой Недостаток, не так ли? Боль, которую ты чувствуешь каждый раз, когда используешь свою Способность?

Нефис некоторое время молчала, прежде чем ответить. Затем она просто сказала:

— Да.

Санни посмотрел на нее. Лицо Меняющейся Звезды было спокойное и отстраненное. Ветер играл с ее короткими серебристыми волосами.

— На что это похоже?

Она смотрела вдаль.

— Как будто горю заживо.

Он вздохнул, пытаясь представить, какие страдания пришлось бы пережить тому, кого сжигают заживо. Как всегда, Заклинание было мерзким и жестоким.

— Мне жаль — тихо сказал он через некоторое время.

Нефис пожала плечами, не поворачивая головы.

— Это просто боль.

Санни отвернулся, пытаясь скрыть свое выражение лица.

«Просто боль.»

Возможно, это были самые печальные слова, которые он когда-либо слышал.

Долгое время они просто молча сидели вместе. Нефис смотрела на горизонт, думая о чем-то, о чем знала только она. Мысли Санни были странно пусты.

Время от времени он бросал взгляд внутрь своего Моря Душ, наблюдая за выздоравливающим Эхо. Падальщику удалось выжить в схватке с центурионом Карапакса, пусть и с трудом. Теперь, окутанное коконом света, оно текло в успокаивающей темноте души Санни и медленно восстанавливалось.

Если Эхо удаётся уйти в Море Души живым, оно со временем оправляется от любых ран. Дыры на панцире падальщика уже начали закрываться. Однако потерянная клешнеобразная рука не скоро отрастет.

Санни вздохнул и вызвал руны. Он решил перебрать трофеи, добытые в этой тяжелой битве.

Фрагменты Теней: [28/1000].

Поскольку именно его Эхо нанесло последний удар, убийство считалось его. Таким образом, он получил четыре теневых фрагмента, по два за каждое из пробужденных ядер центуриона. Осколки самих ядер достались Нефис, как они и договаривались. Один она решила съесть сама, а другой отдать Касси.

Вознаграждение было значительным, но казалось несоразмерным тому, через какие трудности им пришлось пройти, чтобы избавиться от страшного монстра. В конце концов, такие спящие люди, как они, не должны были сражаться с пробудившимися Кошмарными Существами.

— Не может быть, правда? — с сарказмом подумал он про себя.

Им просто не повезло, что во всем этом проклятом регионе Царства Снов не было ни одного существа Спящего ранга.

Санни вспомнил свои возвышенные планы охоты на слабых монстров, надежно защищенным от всех их атак доспехами Пробужденного пятого уровня, и не смог удержаться от горькой улыбки. Кто бы мог подумать, что Саван Кукловода окажется лишь минимальным условием для выживания, а не огромным преимуществом, снижающим шансы.

Тем не менее, эти доспехи уже дважды спасли ему жизнь, так что свою задачу они выполняли.

Кстати, о доспехах…

Он опустил взгляд.

Воспоминание: [Доспехи Звездного Легиона].

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Тип Воспоминания: Броня.

Описание Воспоминания: [Рожденные во всепоглощающей тьме, семь доблестных героев дали клятву вернуть свет на проклятую землю. Время стерло их имена и лица, но память о непокорной клятве осталась.]

«Учитель Юлий был бы в восторге, если бы читал это.»

Старик был заядлым исследователем и изучал историю Царства Снов, прежде чем стал профессором в Академии Пробужденных и поселился в одной из самых процветающих человеческих Цитаделей. Он и сейчас был одним из ведущих исследователей в этой области, часто раздражая охотничьи экспедиции просьбами исследовать те или иные руины.

К сожалению, Санни не знал, когда они снова встретятся.

Он прочистил горло и посмотрел на Нефис.

— В любом случае. У меня есть для тебя подарок.

Она повернула голову и посмотрела на него с некоторым замешательством.

— Подарок?

Санни улыбнулся.

— Да. Я забыл сказать тебе, что я получил Воспоминание после того, как мы прикончили центуриона. Угадай, что это за тип?

Он ожидаемо посмотрел на нее. Однако Меняющаяся Звезда не угадала. На самом деле, в ее выражении лица не было даже намека на любопытство. После неловкой паузы Санни пришлось отвести взгляд.

— Это доспехи. Так что дай мне свою руку.

Для передачи Воспоминания требовался физический контакт. В противном случае, он предпочел бы избегать его как можно дольше. Между ними и так было слишком много контактов для его душевного равновесия.

Оглядываясь назад, можно сказать, что вторжение целительного пламени было странным интимным переживанием. Не говоря уже о воспоминаниях о ее нежных прикосновениях…

Не то чтобы он тогда был в состоянии думать о таких вещах.

Глядя прямо на него, Нефис медленно протянула руку. Санни поспешно взял ее в свою, желая поскорее покончить с этой частью процесса.

Ее кожа была прохладной и мягкой.

Стараясь не отвлекаться, он усилием воли изгнал доспехи Звездного Легиона из своего Моря Души. Одна из сфер света исчезла с орбиты Теневого Ядра. Тут же он почувствовал, как нечто похожее на искру электричества пронеслось по его телу и попало в тело Меняющейся Звезды.

Она моргнула и убрала руку.

Затем Нефис встала, отошла на несколько шагов от края обрыва и вызвала Воспоминание.

Вокруг нее появились кружащиеся искры света. Мгновение спустя они покрыли ее фарфоровое тело и превратились в черный облегающий комбинезон из неизвестного прочного материала. Он был очень похож на прорезиненные морские водоросли, которыми была пропитана местность.

Затем поверх черного костюма материализовались замысловатые части первозданных белых пластинчатых доспехов. Сначала появились поножи и набедренники, затем сочлененные латы и ребра, затем кюисы и сабатоны. Наконец, для защиты торса Неф появился нагрудник, украшенный семью сияющими звездами, достаточно короткий, чтобы не мешать ее подвижности. За ним следовал шлем с белым плюмажем.

Гравировка семи звезд была идентична той, что была вырезана на кирасе гигантской статуи рыцаря.

Доспехи выглядели легкими и элегантными. Они были одновременно функциональными и приятными, обеспечивая высокий уровень защиты и подчеркивая изящные линии тела Меняющейся Звезды. Разительный контраст черного и белого создавал поразительное зрелище.

Нефис отозвала шлем, позволив своим серебристым волосам развеваться на ветру. Затем она призвала свой меч и сделала несколько неуверенных пируэтов, проверяя вес и гибкость доспехов. Казалось, она осталась довольна и позволила мечу исчезнуть в воздухе.

Санни молча наблюдал за всем этим. Когда Неф, наконец, закончила, он спросил:

— Ну? Как оно?

Она повернулась к нему. Вскоре на ее лице появилась широкая улыбка. Сияя от восторга, Нефис колебалась и наконец сказала с некоторым смущением:

— Намного лучше.

Санни вздохнул с облегчением.

По крайней мере, теперь все трое были хорошо одеты. Это было хорошо.

Действительно хорошо!

Не только потому, что боевая эффективность Меняющейся Звезды резко возрастет благодаря приобретению надежного доспеха, но и потому, что теперь ему не придется отвлекаться каждый раз, когда он увидит ее…

Когда они вернулись в импровизированный лагерь, Нефис первым делом подошла к Касси.

— Эй, Кас. Угадай, что.

Слепая девушка повернулась к ней и улыбнулась:

— Ты наконец-то получила Воспоминание типа «Броня»?

Одновременно Нефис сказала:

— Я нашла что-то приличное, чтобы носить…

Затем она замолчала и уставилась на улыбающуюся подругу. Касси рассмеялась:

— Звук твоих шагов изменился.

Меняющаяся Звезда моргнула.

— А. Понятно. Ну… это от Центуриона Карапаса.

Пока она описывала Кассии доспехи и давала ей потрогать загадочный белый металл, из которого они были выкованы, Санни расслабился и отдыхал у костра.

Некоторое время спустя Нефис была занята приготовлением ужина. Санни снова лениво лежал на камнях и смотрел в небо.

Небо, как всегда, было серым и неприветливым.

Когда все трое обзавелись приличной броней, они наконец-то стали походить на настоящую когорту Пробужденных. На самом деле, подумал Санни, их группа была довольно привлекательной даже по стандартам Пробужденных.

В своей легкой тунике и плаще цвета морской волны красивая и нежная Касси выглядела как принцесса. Нефис была похожа на благородного рыцаря, которому поручено защищать ее. А вот Санни…

Если бы он был великодушен к себе, то сказал бы, что похож на молодого оруженосца.

Но на самом деле он гораздо больше походил на пажа — в лучшем случае. Если бы случайный незнакомец увидел их троих, он, скорее всего, решил бы, что Санни — либо низкий слуга, либо слабый плут, которого схватила стража благородной леди.

«Ну, это только добавит им удивления, когда я воткну им нож в спину.»

Подождите… зачем ему закалывать случайного незнакомца?

«А, какая разница. Я уверен, что причина найдется.»

В этот момент Касси присела рядом с ним. Санни повернул голову и с удивлением посмотрел на слепую девушку.

Она прикусила губу.

— Нефис сказала мне, что ты вчера чуть не умер.

«О, так вот в чем дело.»

Он пожал плечами.

— Да.

Затем, с тихим вздохом, Санни добавил:

— Но не волнуйся об этом слишком сильно. Это не первая моя встреча со смертью.

Хотя, насколько он знал, это был самый близкий случай. От этого воспоминания по его позвоночнику все еще пробегали мурашки.

Касси некоторое время молчала. Затем она тихо сказала:

— Мне жаль.

Санни поднял брови.

— Прости? За что ты сожалеешь?

Слепая девочка опустила глаза.

— За то, что я такая бесполезная.

Санни нахмурился и отвел взгляд. Через секунду или две он сказал своим обычным небрежным тоном:

— Ты не бесполезная.

Касси тихонько хихикнула.

— Разве нет? Если я хочу гулять, меня нужно привязать к тебе или Неф. Если я хочу есть, я должна ждать, пока один из вас меня накормит. Такова теперь моя жизнь. Я не могу делать даже простейшие вещи без вашей помощи… не говоря уже о том, чтобы быть полезной кому-то из вас взамен.

Медленно, ее голос становился грубым от эмоций. Впервые Санни увидел, как ее маска решимости немного сползла, открыв отчаянное, злобное, испуганное лицо. Он долго молчал. Затем он сказал:

— Эй, я когда-нибудь рассказывал тебе о своем Первом Кошмаре?

Слепая девушка покачала головой. Санни полузакрыл глаза.

— Мой первый кошмар был настолько плох, насколько это вообще возможно. По правде говоря, ситуация была довольно безнадежной. Я был рабом, которому суждено было умереть от холода или жестокого обращения. Закованный в цепи, истекающий кровью, беззащитный. Хуже того, мой Аспект оказался совершенно бесполезным. Я имею в виду, в буквальном смысле. Если я правильно помню, заклинание выбрало для его описания фразу «бесполезный негодяй, не обладающий ни навыками, ни способностями, достойными упоминания».

Касси слегка повернула голову, заметно привлеченная его словами.

— Тогда… как ты выжил? Изменилось ли все к лучшему?

Санни улыбнулся.

— Богов нет. На самом деле, они быстро стали хуже. Намного, намного хуже. Но, что бы ты знала, по странному стечению обстоятельств, мой бесполезный Аспект оказался единственной вещью, которая смогла провести меня через эту неразбериху живым. В этом отношении мне невероятно повезло.

Он слегка сдвинулся и посмотрел на хрупкую девушку, заметив на ее лице задумчивую хмурость.

— Но вот что касается удачи. Люди обычно говорят об этом так, как будто удача — это что-то, что просто случается с тобой. Это не так. Удача на пятьдесят процентов состоит из обстоятельств и на пятьдесят процентов из вашей собственной способности их уловить. Удача — это то, что вы должны сделать сами. Я боролся изо всех сил, чтобы выжить. Это одна из двух причин, почему я все еще здесь.

Говоря это, Санни вспомнил холодную, темную гору и задрожал. Затем, отогнав леденящие душу воспоминания, он продолжил:

— Вторая причина — это само Заклинание. Я не стану называть его разумным, но оно справедливо… по-своему, извращенно. Заклинание берет одной рукой, а другой отдает. Так было с моим Первым Кошмаром, и так же было с тобой.

Касси нахмурилась еще больше. Санни очень тщательно подбирал слова. В конце концов, он сказал:

— Твой Недостаток — самый изнурительный из тех, что я когда-либо видел или слышал. Ты права, без помощи такого человека, как Неф, это был бы верный смертный приговор. А такие, как она… ну, я даже не уверен, что кто-то подобный существует. Но…

Слепая девушка стиснула зубы.

— Но что?

Санни посмотрел на нее с серьезным выражением лица.

— Но это также означает, что другая сторона Недостатка, твоя сила, столь же необычна. Ты просто еще не нашла способ постичь ее. Когда ты поймешь… поверь мне, ты вспомнишь этот разговор и тебе будет очень стыдно за то, какой наивной и глупой ты была.

Выражение лица Касси изменилось на выражение сомнения и замешательства.

— Ты действительно так думаешь? — прошептала она.

В ее голосе прозвучал намек на отчаянное желание. Однако сам вопрос почти рассмешил его по очевидной причине.

— Поверь мне. Я самый честный человек в мире. В двух мирах, на самом деле.

…На самом деле Санни хотел бы быть менее честным, но, к сожалению, он физически не мог этого сделать. Конечно, ей не обязательно было это знать.

Касси надолго замолчала, погрузившись в размышления. Казалось, что она переживает какую-то внутреннюю борьбу. Санни уже почти решил, что их разговор окончен, но тут она вдруг сказала низким, хрипловатым голосом:

— У меня было больше видений, чем я вам рассказывала.

Он моргнул, глядя на слепую девушку с удивлением и некоторой опаской. Ее внезапное заявление действительно выбило его из колеи. Зачем ей держать что-то подобное в секрете? И почему она сказала ему об этом сейчас?

Сбитый с толку, он осторожно спросил:

— Еще… видения? Почему ты нам не рассказывала?

На лице Касси появилась мимолетная, усталая улыбка. Она опустила голову и некоторое время молчала. Затем, закрыв глаза, она сказала:

— Ты, наверное, не знаешь. Как ты можешь знать? Но знание… знание может быть очень тяжелым. Оно может быть таким же тяжелым, как самая тяжелая вещь в мире.

Затем на ее лице появилась грустная улыбка.

— Я боюсь, что, рассказав тебе, я действительно вызову то, что я видела, чтобы это сбылось.

Санни напрягся, встревоженный подтекстом ее слов. Если она боялась, что видения сбудутся, значит, их содержание было очень плохим. А если оно было действительно плохим…

Если их постигнет что-то ужасное, Санни должен знать об этом заранее. Тогда он сможет подготовиться и справиться со всем, что случится. Пока он был готов, многие вещи становились гораздо менее страшными. Однако… что, если его приготовления станут причиной того, что произойдет ужасная вещь, и видение Касси станет самоисполняющимся пророчеством?

В этом и заключалась опасность знания будущего.

«Черт, голова болит. Ненавижу это дерьмо!»

Санни долго мучился, пытаясь решить, стоит ли ему давить на Касси, чтобы она открыла свои видения. В любом случае, ему будет не по себе, поэтому он не знал, что делать. В конце концов, не в силах принять решение, Санни просто промолчал. Касси тоже ничего не сказала.

По прошествии некоторого времени она наконец заговорила:

— Ты можешь… ты можешь пообещать мне одну вещь?

Казалось, это была ее попытка найти компромисс между раскрытием всего и ничегонеделанием. Санни нахмурился.

— Это зависит от того, что это такое.

Слепая девушка колебалась, прежде чем заговорить.

— Ты можешь пообещать, что позаботишься о Неф? Несмотря ни на что?

Он медлил с ответом столько, сколько позволяла ему нарастающая боль. Когда она стала почти невыносимой, Санни неохотно сказал:

— Я не могу. Я едва могу позаботиться о себе.

Он также не доверял Нефис настолько, чтобы дать такое обещание. Он ничего не имел против Меняющейся Звезды, она ему даже очень нравится, но они не знали друг друга по-настоящему. Их союз был вызван необходимостью, а не выбором. Кто знал, что произойдет, когда их потребность друг в друге исчезнет? «Несмотря ни на что» было слишком жестким требованием.

Конечно, он мог ввести Касси в заблуждение, ответив «да». В конце концов, вопрос был в том, может ли он дать обещание, а не в том, выполнит ли он его. Но в тот момент Санни очень не хотелось обманывать слепую девушку.

Может быть, вся эта честность понемногу стала ему нравиться.

Касси вздохнула и отвернулась. Вдруг ей показалось, что в ней что-то незаметно изменилось.

— Понятно. Да. Это справедливо.

С этими словами она призвала свой посох и ушла, оставив Санни в мрачном и тревожном настроении — как он и ожидал.

***

Сколько бы он ни пытался расслабиться после этого, его мысли продолжали блуждать. В конце концов, Санни обнаружил, что пытается найти связь между различными фрагментами информации о Беззвездной Пустоте — или Забытом Береге, как он назывался в описании Лазурного Клинка.

Это могло отвлечь его от размышлений о последней части их разговора с Касси.

Кроме того, по какой-то причине необходимость разобраться в окружающей обстановке вдруг показалась ему гораздо более важной.

Его меч, доспехи Звездного Легиона, панцирные монстры и гигантская статуя без головы, казалось, были как-то связаны между собой, но он не мог понять как. Была ли эта статуя памятником одному из семи основателей Звездного Легиона?

Линия рун, описывающая доспехи, гласила, что их имена и лица были утеряны со временем. Отсутствующая голова статуи, безусловно, подходила под это описание.

Согласно Эхо падальщика, чудовища в панцирях были «проклятыми солдатами павшего Легиона». Был ли этот павший легион Легионом Звездного Света? Тот факт, что он получил доспехи Звездного Света после убийства сотника, почти полностью подтверждает эту теорию. Если так, то почему они были прокляты?

Беззвездная Пустота, Легион Звездного Света… что все это значит? Семь героев были описаны как рожденные во «всепоглощающей тьме». Их клятвой было вернуть свет на проклятую землю. Какой свет они искали? Звездный Свет? И какова была природа всепоглощающей тьмы?

Было ли это проявлением проклятия, постигшего их землю? И если так, то было ли это то же самое проклятие, которое в конце концов превратило солдат Легиона Звездного Света в панцирных монстров?

Если проклятие все еще существовало… собирался ли Санни однажды проснуться с пятнами хитина, растущими на его коже?

«Какая жуткая мысль.»

Семь героев были забыты, но память об их клятве, очевидно, все еще оставалась. «На этом забытом берегу помнит лишь сталь»… так описывал Лазурный Клинок. Был ли за этими словами скрытый смысл? Скрывали ли Воспоминания, полученные на Забытом Берегу, какую-то тайну?

Санни внутренне застонал.

«Столько вопросов, и ни одного ответа!»

И еще оставалась главная загадка — видение Касси… то, которое она решила открыть им. Ей приснилась безграничная тьма, запертая за семью печатями. Как только печати были сломаны, тьма вырвалась наружу. Она также видела багровый шпиль с семью отрубленными головами, охраняющими семь замков. Были ли эти замки связаны с печатями?

И была ли отсутствующая голова рыцаря-великана одной из семи, охранявших их?

Или он во всем ошибается, делает поспешные выводы и устанавливает связи там, где их нет?

Санни вздохнул, понимая, что в ближайшее время его любопытство не будет утолено. У него было слишком мало информации, чтобы составить правильную теорию. А раз так, то не было смысла мучить себя сейчас…

Может быть, в будущем все прояснится.

Слово «будущее» заставило его нахмуриться.

Вечером Санни продолжал упражняться с мечом под присмотром Неф. С его новым пониманием каждое движение ощущалось иначе, чем раньше. Закончив тысячу ударов, он присел отдохнуть и стал изучать Лазурный Клинок, испытывая искушение продолжить одержимость изобилием тайн Забытого Берега.

Через некоторое время Санни спросил:

— Как ты думаешь, хорошо ли я владею мечом? Стоит ли мне в будущем сменить оружие?

Нефис пожала плечами.

— Это зависит от твоих целей. Однако меч не зря считается королем оружия.

Санни улыбнулся.

— И почему же?

Она наклонила голову и размышляла несколько секунд. Затем она спросила:

— Ты знаешь, как работает естественный отбор?

Он поднял бровь.

— Выживает сильнейший? Выживает сильнейший вид?

Меняющаяся Звезда посмотрела на него.

— Отчасти верно. Но на самом деле выживает не самый сильный вид, а самый приспособленный. Иначе вместо людей миром правили бы львы, тигры и медведи.

Санни знал о львах и медведях по архивным кадрам, но он понятия не имел, что такое тигр.

Возможно, это еще один вымерший хищник?

Тем временем Неф продолжала, совсем не похожая на свою обычную неразговорчивость. Она казалась гораздо более красноречивой, когда говорила на темы, в которых была уверена.

— Ту же логику можно применить и к бою. Меч — не самый эффективный инструмент в любой ситуации. Копье полезнее против врагов с длинными руками. Боевой молот гораздо лучше справляется с доспехами. Булаву легче обслуживать. Однако мечи наиболее универсальны.

Она бросила взгляд на Лазурный Клинок.

— Меч может пронзить, может разрезать, может ударить. Его можно эффективно использовать на разных дистанциях. Он быстр и маневренен. Каждая часть меча, от кончика до рукояти, может быть использована для атаки. Владея мечом, ты не сможешь быть лучшим во всем. Но ты будешь самым приспособленным.

Нефис повернулась к нему.

— Ты понял?

Санни немного подумал, прежде чем ответить.

— Думаю, да.

Она кивнула ему и отвернулась.

— Но в конце концов, ты должен помнить одну вещь. Не так уж важно, что у тебя в руках. Меч, копье, дубина… это всего лишь инструменты. Оружие — это ты.

Он вздохнул и отпустил Лазурный Клинок. Как всегда, урок Меняющейся Звезды дал ему много пищи для размышлений.

«Оружие — это ты.»

Он повторял это мысленно, чувствуя, как еще один кусочек головоломки встает на место.

Вместе они наблюдали за заходом солнца в уютной тишине. С наступлением ночи море возвращалось, затопляя багровый лабиринт, словно нахлынувшая тьма. Далеко внизу падальщики пытались найти укрытие. Несколько из них карабкались на скалы, надеясь провести ночь на маленьком острове.

Тень Санни не сводила с них глаз.

— Скоро у нас будут гости, — сказал он, удрученный мыслью о том, что их короткая передышка вот-вот закончится.

Нефис вздохнула.

— Ничего страшного. С преимуществом в высоте справиться с ними будет несложно.

Санни кивнул и посмотрел на исчезающее солнце. Внезапно его настроение стало торжественным. Сомнение подняло свою уродливую голову, погружая его разум в мрачные объятия тревоги. Уставившись вдаль, Санни заколебался и спросил:

— Как ты думаешь, мы сможем добраться до этого замка?

Она посмотрела на него без особого выражения на лице.

— Да.

Он повернулся к ней и принужденно улыбнулся.

— Почему ты так уверена?

В кроваво-красных лучах заката спокойные глаза Меняющейся Звезды, казалось, горели небесным огнем. Посмотрев на запад, она призвала свой меч и ответила:

— Если такова наша воля, кто посмеет остановить нас?

***

Справиться с лазающими падальщиками, действительно, оказалось сравнительно легко. Санни и Нефис просто устроили засаду и столкнули громоздких тварей с обрыва, прежде чем те смогли найти себе устойчивую опору. Он получил четыре осколка тени практически бесплатно, увеличив общее число до тридцати двух. К сожалению, осколки души извлечь не удалось.

Еще один день они провели на скале, отдыхая и тренируясь. Санни упражнялся с мечом, а его тень исследовала близлежащие тропинки лабиринта. Поскольку Эхо все еще восстанавливалось, их группа была не в оптимальном состоянии. Поэтому не было смысла спешно покидать свой лагерь.

Однако очень скоро они собирались возобновить путешествие на запад, переходя с одной высоты на другую в надежде добраться до загадочной человеческой цитадели.

На этот раз они не собирались отправляться в путь без достаточной подготовки. Зная, что внезапная буря может налететь в любой момент, окутав мир тьмой и вызвав море еще до захода солнца, трое Спящих решили тщательно разведать маршрут, прежде чем переносить свой лагерь к следующему ориентиру.

Нефис провела день в медитации. Ее глаза были закрыты. Время от времени казалось, что из-за ее век исходит мягкое белое свечение. Однако, когда Санни присматривался, оно всегда исчезало, что заставляло его думать, что ему все только кажется.

Он подозревал, что Меняющаяся Звезда тренируется, чтобы выдержать боль от своего недостатка.

Если это так, то он пожелал ей удачи.

Касси вела себя как обычно, была весела и дружелюбна. Казалось, будто их странного разговора и не было. Однако Санни чувствовал, что что-то в ней изменилось. Он не мог точно сказать, что именно изменилось в слепой девушке, но она казалась более решительной. Это было неплохо.

Они провели некоторое время, болтая и вспоминая свое время в Академии. Санни рассказал ей о своих занятиях с учителем Юлием и о разных странных вещах, которые он узнал от старика. Ее реакция на идею изучать мертвые языки Царства Снов была точно такой же, как и первоначальный протест и недоумение Санни.

Вскоре снова наступила ночь. На этот раз никто из падальщиков не пытался забраться на скалы, поэтому Санни и Нефис могли спокойно отдыхать. Однако они все равно спали по очереди, присматривая за лагерем на случай, если случится что-то непредвиденное.

Утром они съели последнее мясо центуриона и приготовились спускаться в лабиринт.

Пора было продолжать путь.

Спустя несколько дней Санни сидел на мертвом падальщике, спокойно стирая лазурную кровь с его лица.

[Ваша тень становится сильнее.]

Его меч все еще торчал между пластинами хитиновой брони, слегка подрагивая, пока тело зверя билось в конвульсиях, прежде чем упасть неподвижно.

Где-то позади него раздался звук ломающихся панцирей — Нефис уже выковыривала осколки души из трупов убитых ими существ. После десятков подобных сражений они вдвоем были просто не в состоянии работать эффективно.

Оглянувшись назад, он оценил картину резни.

Проход между двумя багровыми стенами был усеян трупами. Изначально они планировали просто заманить центуриона Карапакса, который следил за ними последние несколько дней, в этот узкий проход, чтобы обратить их численность против монстра. Однако события быстро приняли другой оборот.

Привлеченные шумом битвы, и падальщики, и странные многоножки, которые вели войну против легиона Карапакса в этой части лабиринта, присоединились к сражению. В начавшемся хаосе Санни и Нефис использовали вражду между двумя племенами монстров в своих интересах и в итоге оказались единственными победителями.

Неподалеку от него Эхо расчленяло труп центуриона. Его потерянная рука давно отросла. Теперь падальщик отрывал своей новой клешней куски мяса монстров и мстительно пожирал их.

Формально Эхо не должно было испытывать голод. Однако после встречи с массивным падальщиком с косами в ту роковую бурную ночь оно, похоже, прониклось ненавистью к центурионам Карапакса.

Прошло уже две недели с тех пор, как они покинули скалы. За это время многое изменилось, а многое осталось прежним.

Перебираясь с одной возвышенности на другую, они неуклонно двигались на запад. С Касси на Эхо скорость группы значительно возросла. Тем не менее, прежде чем отправиться в путь на целый день, они тщательно изучили пути к следующей остановке.

Таким образом, риск попасть в очередную бурю сводился к минимуму, ведь они всегда могли либо вовремя добраться до следующего ориентира, либо вернуться к предыдущему.

Их подход к путешествию по лабиринту также изменился. Раньше Нефис и Санни старались избегать падальщиков, вступая с ними в схватку только в том случае, если не было другого выхода. Однако битва с центурионом открыла им глаза на то, что им отчаянно необходимо стать сильнее, причем сделать это быстро.

Поэтому они начали активную охоту на панцирных зверей, уничтожая всех существ, которые были либо полностью изолированы, либо передвигались группами не более трех. Идея двух Спящих, сознательно ищущих кошмарных существ ранга «Пробужденный», была довольно нелепой, но каким-то образом у них все получилось.

Как и говорила Нефис, оба они были ненормальными.

Облаченная в доспехи Звездного Легиона, Меняющаяся Звезда, которая всегда была чрезвычайно грозным бойцом, теперь смогла продемонстрировать всю полноту своих боевых способностей. Проще говоря, она была грозной. Казалось, что ее серебряный меч обладает собственным разумом. При появлении высокой фигуры в белых доспехах непременно текли реки лазурной крови.

Более того, сила Неф росла с каждым поглощенным ею осколком души. Каждый прирост был едва заметен, но когда их становилось несколько десятков, разница становилась очевидной. Она медленно приближалась к границе между пиком человеческой физической формы и порогом сверхчеловеческого мастерства.

То же самое можно сказать и о Санни, хотя в его случае все зависело от своевременного использования тени. Его собственное тело стало значительно сильнее благодаря суровым условиям Царства Снов, но до пика его потенциала было еще далеко.

Пока Нефис становилась все сильнее за счет потребления осколков души, он быстро собирал фрагменты теней. Конечно, он не мог получить каждое убийство, поэтому их количество было меньше, чем осколков. Но ему также не нужно было делиться ими с Касси, что постоянно делала Меняющаяся Звезда.

В результате скорость их прогресса была примерно одинаковой.

Однако медленное накопление силы было не единственным фактором, влиявшим на быстрый рост их боевой эффективности.

Уровень мастерства и боевое чутье Санни также росли семимильными шагами. Под руководством самой богини меча Нефис он быстро освоил все тонкости владения клинком.

Затем его заставили применить эти уроки на практике, каждый день участвуя в кровавых сражениях, где на кону стояла его жизнь. Эта жестокая, безжалостная реальность, к лучшему или худшему, была лучшей тренировочной площадкой для настоящего бойца. Здесь не было места ошибкам, только прогресс — ведь одна ошибка, скорее всего, станет последней.

Один настоящий бой стоил тысячи часов тренировок. С опытом Санни приобретал знания. С ясностью он смог превратить эти знания в семя понимания.

Но даже это не было главным фактором резкого увеличения общей мощи группы.

Главным виновником, к его бесконечному удивлению, стала командная работа.

Так долго сражаясь бок о бок, Санни и Нефис достигли молчаливого, интуитивного взаимопонимания. Без слов и сигналов они могли действовать в унисон друг с другом, идеально координируя свои атаки и действия, чтобы лучше контролировать поле боя и уничтожать противников.

Важность этого единства трудно переоценить. При правильном взаимодействии их численность как будто удваивалась. Эффект был мгновенным и ошеломляющим — по крайней мере, до тех пор, пока они тщательно выбирали сражения. Это было не что иное, как веселье.

Совокупность всего этого превратила их группу из троицы потерявшихся детей в группу хорошо оснащенных, опытных и закаленных в боях выживших.

Даже Касси стала сильнее. Помимо подпитки, полученной ею от поглощения осколков души, слепая девочка постепенно училась жить и функционировать со своей инвалидностью.

В конце концов, прошло менее двух месяцев с тех пор, как она потеряла зрение. Касси все еще приспосабливалась к своему состоянию, и, учитывая обстоятельства, она проделывала невероятную работу.

Она по-прежнему не могла помочь им в борьбе с монстрами, но бремя заботы о ней становилось все менее тяжелым. Санни тоже привык к этому и даже находил время, проведенное со слепой девочкой, несколько успокаивающим.

Цель — добраться до замка людей — уже не казалась такой невыполнимой, как раньше.

И теперь он чувствовал, что они становятся все ближе и ближе.

Спрыгнув с мертвого падальщика, Санни достал свой меч и свистнул, давая Касси понять, что можно выходить. Вскоре она выползла из небольшого отверстия в коралловой стене и осторожно поставила ноги на землю. Опираясь на свой посох, слепая девушка встала и слегка повернула голову, прислушиваясь к легкому звуку его шагов.

Санни подошел к Касси и взял ее руку, осторожно положив ее себе на плечо. Затем, осторожно обходя лужи крови, он повел слепую девушку к Эхо. По дороге они разговаривали.

— Появились ли эти сороконожки?

Во время путешествия по лабиринту они обнаружили, что падальщики — не единственные существа, населяющие его. В багровом лесу жили разные виды монстров, которые прятались в рифах ночью и выходили на охоту с восходом солнца.

Здесь были и разумные колонии плотоядных червей, нападавших из-под черного ила, и плотоядные цветы, душившие свою жертву кровососущими лианами, и странные прозрачные щупальца, которые, как они однажды видели, затягивали отчаянно сопротивлявшегося падальщика в темную расщелину.

Они до сих пор не знали, что за существо скрывалось в этой расщелине. Санни надеялся, что они никогда этого не узнают.

Короче говоря, в лабиринте обитали всевозможные ужасы, каждый из которых был по меньшей мере рангом Пробужденного. Все они были пожирателями трупов, живя за счет останков, оставленных чудовищами темного моря. При удобном случае они охотно пожирали друг друга, не говоря уже о трех сочных людях.

К счастью, легион панцирных оказался чрезвычайно территориальным и, похоже, имел преимущество в этом районе багрового рифа. Хотя их броня, размер и физическая сила делали падальщиков грозными противниками, иметь дело в основном с одним видом существ было бесконечно лучше, чем постоянно сталкиваться с неизвестной опасностью.

Многоногие монстры были последним врагом легиона падальщиков, с которым им довелось встретиться. Некоторые из этих тварей были более трех метров в длину, со сверкающим красным хитином и сотнями крошечных лапок. Они были отвратительно быстры и проворны, могли передвигаться по грязи, карабкаться по коралловым стенам и даже с невероятной скоростью падать на ничего не подозревающих жертв сверху.

Хуже того, их тела были способны выделять едкую черную жижу, которая за секунды проплавляла самую прочную броню. Единственным достоинством многоножек было то, что их хитиновый панцирь не отличался особой прочностью и мог быть легко пробит мечом.

Санни ответил, не оборачиваясь.

— Да, их шестеро. И еще несколько падальщиков. Мы позволили им сражаться друг с другом, а потом прикончили выживших.

Касси вздохнула.

— Вы были ранены?

— Ничего такого, с чем бы не справились наши доспехи.

— А что насчет Центуриона?

Он взглянул на полуразложившуюся тушу и улыбнулся.

— Больше он нас не побеспокоит.

Это был второй пробужденный монстр, которого они убили после входа в Царство Снов. По сравнению с первой встречей, эта битва прошла гораздо спокойнее. Никто не погиб, никто не был серьезно ранен.

Эхо даже сохранило обе свои клешни.

— Сколько осколков души мы получили?

Подсчитав, Санни ответил.

— Должно быть одиннадцать.

Теперь настала очередь Касси улыбаться.

— Это наша самая большая добыча на сегодняшний день! С большим отрывом!

Он кивнул.

— Да.

Однако им снова не удалось получить Воспоминание. Санни не был уверен, виновато ли в этом его невезение, но за последние две недели ни он, ни Нефис не смогли получить ни одного Воспоминания. Было похоже, что Заклинание решило, что они уже получили достаточно.

«Никогда не может быть достаточно!» — вздохнул он.

Одной из игр, в которую они с Касси любили играть в лагере, было обсуждение того, что они купят, когда вернутся в реальный мир и станут богатыми. Однако сначала ему нужно было собрать несколько Воспоминаний, чтобы выставить их на аукцион. Иначе откуда возьмутся деньги?

Охваченный жадностью и алчностью, Санни подошел к Эхо и с неодобрением посмотрел на него.

— Эй, ты! Прекрати жевать!

Падальщик послушно замер, кусок мяса все еще висел у него во рту.

— Выплюнь!

Покачав головой, Санни помог Касси взобраться на свое место и передал ей вожжи.

— Этот чудак действительно проглотил почти половину Центуриона. Да что с ним такое? Из всех Эхо в мире, почему мне достался бракованный?

Его тень торжественно кивнула, выражая, что полностью понимает его настроение. Санни прищурился. Какое редкое проявление солидарности. У тени не было Эхо, но…

С каким дефектным индивидуумом он застрял?

«Наглый ублюдок…»

Касси рассмеялась.

— Не ругай моего коня. Он отличный Эхо! Он мне очень нравится.

«Теперь это «он», да?»

Санни снова покачал головой и принялся обдирать оставшееся мясо с туши центуриона. Затем он положил мясо в седельные сумки из морских водорослей, прикрепленные к «падальщику Эхо». Эти сумки он сделал сам, чтобы увеличить грузоподъемность группы. В конце концов, падальщик должен был быть очень сильным — не использовать его в своих целях было бы упущением.

После этого Санни вздохнул и приступил к наименее приятному занятию — сбору мешков с маслом с трупов многоногих монстров. У каждого из них их было по два, соединенных специальной железой. Весь процесс был скорее отвратителен, чем опасен, поскольку коррозийный эффект достигался только после смешивания жидкостей из двух мешков.

Они еще не придумали, как использовать масло многоножек, но Нефис настаивала на том, чтобы собрать его как можно больше. Она была уверена, что когда-нибудь оно пригодится.

По крайней мере, масло было легковоспламеняющимся.

Кстати, о Нефис: к тому времени, как Санни закончил собирать мешки, она уже собрала все осколки души и стояла перед Эхо. Он показал ей свои трофеи и аккуратно положил их в отдельную седельную сумку.

— Все готово?

Она кивнула.

Санни посмотрел на небо, пытаясь определить время. Солнце было прямо над ними, высоко в сером небе. Времени оставалось еще много.

— Как ты думаешь? Мы находимся прямо между Плоским холмом и Костяным хребтом. Стоит ли нам возвращаться или попытаться добраться до хребта сегодня?

Уровень земли в лабиринте был неоднороден. Некоторые его части располагались выше, чем другие. Сейчас они находились в одной из таких зон. Темное море здесь было более мелким, а значит, здесь было больше природных объектов, которые ночью оставались над водой. Это сокращало расстояние между ними.

Нефис немного подумала, а затем сказала:

— Давайте продвигаться к Костяному Хребту.

Вчера они уже разведали большую часть пути к нему, так что не было большой опасности заблудиться в лабиринте и не успеть вовремя. Центурион Карапакса уже мертв, непредсказуемый элемент, который усложнял им жизнь последние несколько дней, тоже исчез. Учитывая это, решение Меняющейся Звезды казалось правильным.

Санни кивнул.

— Хорошо.

С этими словами он послал свою тень вперед.

***

Через некоторое время они приближались к Костяному хребту. Солнце готовилось к закату, но у них было еще достаточно времени, чтобы добраться до безопасного места. Однако Санни чувствовал тревогу и дискомфорт.

Это чувство начало преследовать его вскоре после того, как они покинули скалы. Оно всегда появлялось ближе к вечеру и сохранялось до последних минут заката, а затем исчезало, оставляя его в недоумении и тревоге. Чем дальше на запад они продвигались, тем сильнее становилось это чувство.

Казалось, что с миром в это время что-то не в порядке. Но как ни старался Санни понять, в чем же дело, он не мог.

В конце концов, он решил поделиться своим беспокойством с группой. Выслушав его, девочки были удивлены. Казалось, что они не заметили ничего странного. Даже Касси, чья склонность к откровениям обеспечила ей невероятную интуицию, не испытала странного чувства.

Однако она предложила свою теорию. Поскольку только Санни был восприимчив к этому чувству, логично было предположить, что в нем есть что-то уникальное, что делает это возможным. И единственное, чем он отличался от девушек в плане восприятия, было его теневое чувство.

А это означало, что источник неправильности, скорее всего, как-то связан с поведением теней.

Руководствуясь ее советами, Санни наконец-то смог понять причину своего дискомфорта. Как оказалось, Касси была права — в часы, ближайшие к закату, когда солнце низко висело в западном небе, огромная тень двигалась по лабиринту, воздействуя на его чувства и тело.

Тень была слишком далекой и огромной, чтобы ее можно было увидеть, но он все равно чувствовал ее присутствие.

Когда он рассказал Касси об огромной тени, она кивнула, как будто это все объясняло.

Затем она сказала:

— Это тень Багрового Шпиля.

Тогда ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, о чем она говорит.

— Шпиль из твоего видения? Тот, с семью печатями?

Касси кивнула.

— Да. В моем сне он казался высоким, как гора. Я видела его даже со стен человеческого замка, он вырисовывался вдали, словно багровое копье, пронзающее небо. Когда солнце садится, огромная тень шпиля падает на замок и простирается на восток, насколько хватает глаз.

Она замолчала на мгновение, а затем добавила:

— Чувство, которое я испытала, глядя на Багровый Шпиль, было очень похоже на то, что ты описал, только гораздо более сильное.

Санни нахмурился, пытаясь вспомнить точные слова, которыми Касси описала свое видение. Семь отрубленных голов, охраняющих семь печатей… умирающий ангел, пожираемый голодными тенями… чувство крайнего ужаса и потери…

Что же произошло с этим Шпилем?

— Может, он багровый, потому что сделан из того же материала, что и лабиринт?

Багровый «коралл», окружавший их, на самом деле не был кораллом. Просто так его назвали, исходя из некоторого сходства, для простоты. Действительная природа странного материала оставалась загадкой.

Касси колебалась.

— Может быть, все наоборот. Может, лабиринт сделан из того же материала, что и Шпиль.

Другими словами, Багровый Шпиль мог быть источником всего этого безумия. Но это была всего лишь теория — слишком мало информации, чтобы подтвердить ее.

Однако Санни чувствовал, что Шпиль, так или иначе, находится в центре всего, с чем они столкнулись. Он просто надеялся, что это не будет их конечным пунктом назначения.

Зная причину своего беспокойства, Санни смог переносить его гораздо лучше. Он даже нашел в этой ситуации скрытое преимущество — пока он чувствовал тень Багрового шпиля, он мог точно определить направление к человеческому замку, поскольку тот находился где-то между их местом и источником тени.

В каком-то смысле Багровый Шпиль стал его внутренним компасом.

— Приготовьтесь.

Голос Неф вывел Санни из задумчивости. Отмахнувшись от отвлекающих мыслей, он сосредоточился на поставленной задаче.

Они приближались к Костяному Хребту.

Это название пришло им на ум, как только они впервые увидели эту возвышающуюся достопримечательность. Он был виден издалека, резко выделяясь на фоне багровых кораллов и серого неба во всем его великолепии.

Костяной Хребет действительно был сделан из костей. На огромной насыпи хаотично растущих кораллов лежали скелетные останки колоссального морского чудовища, причем его дугообразный позвоночник особенно высоко выступал над землей. Невозможно было сказать, как выглядело это ужасное существо, пока было живым, но одно можно было сказать наверняка — оно было огромным даже по меркам темного моря.

Это был не первый гигантский скелет, который они увидели во время своего путешествия. На самом деле лабиринт был усеян останками мертвых левиафанов, их массивные кости образовывали естественные арки и дворцы. Их было легко заметить, потому что коралловые образования вблизи них были особенно высокими и плотными, словно пытаясь похоронить любой признак белизны в багровом море.

Однако у Санни было ощущение, что ситуация на самом деле обратная. Ему казалось, что коралл вырастает из старых костей и распространяется во все стороны, медленно поглощая мир. Когда он смотрел на багровые курганы вокруг колоссальных останков, он не мог не видеть в них реки древней застывшей крови.

Он был почти уверен, что если они будут копать достаточно глубоко в черной грязи, чтобы найти корни багрового леса, то не найдут ничего, кроме бесконечных слоев костей.

Какая страшная картина.

Независимо от того, что Санни думал о природе лабиринта, зверь, чьи останки образовали Костяной Хребет, был особенно велик. Благодаря этому часть его длинного позвоночника была достаточно высокой, чтобы ночью оставаться над водой. Именно поэтому они выбрали это место в качестве следующей остановки на своем пути.

Близился вечер, и следующая задача была крайне важной. Нужно было вскрыть мертвого левиафана и убедиться, что никакое другое существо не решило укрыться в его останках.

Если таковое появится, то у них не останется другого выбора, кроме как попытаться убить его, поскольку времени на отступление в прежнее убежище уже не было.

Последний шаг часто был самым рискованным.

Подойдя к основанию кораллового кургана, группа двинулась вокруг него, ища удобный путь наверх. В конце концов, они оказались перед расколотым, неправильно сформированным черепом существа. Нижняя челюсть отсутствовала или была погребена под грязью, а верхняя образовывала огромную пещеру.

Чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки, Санни прошел под страшным частоколом зубов и вошел в пещеру. С его тенью, ведущей за собой, они пробрались к задней части черепа существа и вскоре вошли в полость позвоночника.

Внутри позвоночника костная поверхность под их ногами была широкой, как дорога. На самом деле, она очень напоминала шоссе, проходящее через длинный туннель, с яркими лучами света, падающими сквозь щели между массивными позвонками. Туннель был наклонен вверх, большая часть его длины скрывалась за изгибом потолка.

Когда Эхо вошло в позвоночник, его хитиновые ноги издали громкий, гулкий стук.

Нефис скорчила гримасу.

— Есть движение?

Санни сверился с тенью и покачал головой.

Меняющаяся Звезда посмотрела вперед и слегка опустила подбородок.

— Продолжаем.

Несмотря на то, что тень не заметила никакой опасности, они все равно призвали свои мечи, прежде чем двинуться вперед. Это был не первый раз, когда они попадали в засаду на краю безопасности.

К счастью, их меры предосторожности оказались излишними. Внутри гигантских останков ничего не скрывалось, поэтому они смогли добраться до самой высокой точки позвоночника, не прорубая себе путь через неизвестное количество монстров.

К тому времени, когда они добрались до безопасного места, солнце уже садилось. Темное море возвращалось, наполняя внутреннюю часть позвоночника морского чудовища эхом шума стремительной воды. Санни снял с Эхо седельные сумки и отстегнул их, отчего их лагерь сразу же стал казаться намного просторнее.

Все трое отчаянно нуждались в ванне. Оставив девушек одних, чтобы дать им возможность помыться, Санни отошел на некоторое расстояние и сел, давая отдых своему уставшему телу.

Его тень вернулась к нижней части позвоночника, наблюдая, как черная, тусклая вода медленно поднимается и поглощает белизну слоновой кости. Он должен был убедиться, что ничто не выползет из воды в последний момент.

Когда половина его сознания была занята наблюдением за приливом, другая половина была свободна для блужданий. Санни вызвал руны и проверил количество фрагментов теней в своем распоряжении.

Фрагменты Теней: [96/1000].

Неплохо… В начале всего этого у него было всего двенадцать. Меньше чем за месяц их количество значительно увеличилось. Теперь он был сильнее и быстрее. Он также был более опытным.

Однако по физической силе он все еще уступал даже самым слабым кошмарным существам Забытого Берега, даже с помощью тени.

«Как скоро я смогу побороть падальщика голыми руками?»

Ответ был вполне очевиден, не говоря уже о том, что он был крайне неутешителен: не раньше, чем пробудится его собственное Ядро Души, что может произойти только после возвращения в реальный мир.

Санни вздохнул.

Скоро настала его очередь мыться. Взяв у посвежевшей, розовощекой Касси бутылку с бесконечной водой, он вернулся в свое укромное местечко и отозвал Саван Кукловода.

Холодный ветерок коснулся его бледной кожи, заставив Санни вздрогнуть. Он посмотрел вниз, качая головой от количества грязи, пота и засохшей крови, покрывавших его тело.

Быть Пробужденным — не самая чистая профессия.

Пока он мылся, Нефис использовала оставшееся до наступления ночи время, чтобы развести костер и приготовить немного мяса. В эти дни у них даже была соль, чтобы приправить его. Поначалу идея использовать морскую соль, оставленную темным морем, казалась не очень привлекательной, но через некоторое время они привыкли к ней.

Соль делала каждую их еду намного вкуснее.

Они ели молча, слишком голодные и уставшие, чтобы разговаривать. Скоро пришло время спать.

Санни заступил на первую вахту, планируя успеть немного попрактиковаться с мечом, прежде чем наступит его очередь отдыхать. Выполняя движения базового ката, он разделил свой разум на две части. Одной частью он сосредоточился на движениях своего тела, а другой, меньшей частью, наблюдал за поверхностью черной воды через свою тень.

В отсутствие ветра темный круг, охватывающий нижнюю часть позвоночника, был странно спокоен. Он впервые видел черную воду без постоянного волнообразного движения волн, с ее странно ровной и абсолютно неподвижной поверхностью.

Она была похожа на гигантское зеркало, сделанное из чистой тьмы.

Это было неестественно завораживающе. Внезапно он почувствовал сильное желание подойти ближе и взглянуть на свое отражение.

Однако Санни не двигался.

Его пугало то, что может показаться в ответ.

Утром Санни проснулся, чувствуя себя мрачно и беспокойно. Воспоминание о пугающем темном зеркале было еще свежо в его памяти, и каждая тень казалась зловещей и предчувствующей. Он угрюмо нахмурился.

«Какого черта. Я — Дитя Теней. Почему я должен бояться своих собственных владений?»

Но, опять же, тьма и тень — это не одно и то же, хотя многие люди склонны принимать одно за другое. Тени рождались из-за отсутствия света. В некотором смысле, они были проявлениями пустоты. Истинная тьма, с другой стороны… истинная тьма была собственной сущностью.

В каком-то смысле у теней было больше общего со светом, чем с тьмой.

«Наверное… как-то так. Так ведь?»

Философские дебаты с его внутренним монологом были не лучшим способом начать день, по крайней мере, что касается Санни. Его и без того кислое настроение только ухудшилось. С коротким вздохом он сел и потянулся, зевая.

— Доброе утро.

Звук его голоса был почти заглушен эхом шума несущейся воды. С восходом солнца темное море спешило отступить. Наконец-то Санни смог немного расслабиться.

— Доброе утро.

Нефис охраняла лагерь всю ночь, поэтому она уже проснулась. Как обычно, она медитировала с закрытыми глазами — в абсолютной темноте ночи «присматривать» за чем-то означало прислушиваться к подозрительным звукам, так что держать глаза открытыми было не слишком полезно.

Для всех, кроме Санни, у которого благодаря его Атрибутам было идеальное ночное зрение.

Услышав, как он встал, Меняющаяся Звезда медленно открыла глаза. В их глубине еще виднелось мягкое послесвечение, оставленное пляшущим белым пламенем, которое быстро исчезало, когда зрение привыкало к предрассветным сумеркам. Она посмотрела на Санни и вежливо улыбнулась ему.

В последние две недели Нефис тоже тренировалась, возможно, даже более усердно, чем он. Однако она не пыталась улучшить свое мастерство владения мечом.

Она пыталась научиться вести себя как обычный человек. В результате их общение стало чуть менее неловким… по большей части.

Санни смог распознать усилия Меняющейся Звезды, потому что они были очень похожи на тот этап, через который он сам прошел много лет назад. Несколько раз он замечал, как она внимательно наблюдает за тем, как Касси разговаривает и ведет себя рядом с ними. Через некоторое время Неф наугад пыталась подражать мелким деталям поведения своей подруги. Результаты были… мягко говоря, неоднозначными.

В первый раз, когда она попыталась поприветствовать его улыбкой утром, Санни запаниковал и чуть не вызвал Лазурный Клинок. Однако Нефис была очень умна и настойчива. Сегодня ее вежливая улыбка выглядела почти естественно.

Он понятия не имел, почему во время их опасного путешествия по кишащему монстрами адскому пространству Забытых Берегов, Меняющаяся Звезда решила поработать над своими социальными навыками. Но он не возражал.

Наблюдать за этим было довольно забавно!

…Смотреть, как она каждый день мучается, терпит ужасную боль в надежде научиться лучше контролировать свою способность Аспекта, было, напротив, совсем не весело. Они никогда не говорили об этом, но Санни знал, что каждый раз, когда Нефис притворялась, что медитирует, на самом деле она подвергала себя мучительной агонии своего недостатка.

Когда он думал об этом, у него болело сердце. Санни не привык испытывать подобные чувства, но он подозревал, что это то, что другие люди называют «состраданием». По крайней мере, это было похоже на то, как это описывалось в книгах и драмах.

Не то чтобы он много знал о таких вещах.

После того как они позавтракали, Нефис встала и посмотрела на луч света, падающий через ближайшую щель между гигантскими позвонками. Повернувшись к Санни, она сказала:

— Давай изучим окрестности.

Им нужно было изучить местность и решить, что делать дальше. Обычно это означало поиск ближайших природных объектов, достаточно высоких, чтобы оставаться над поверхностью моря, и принятие решения о том, до какого из них они попытаются добраться в следующий раз.

Затем следовал день или два разведки и охоты, после чего они переносили лагерь к этому месту.

Санни кивнул ей.

— Хорошо.

Он вызвал Эхо, чтобы он охранял Касси, пока их не будет, а тень оставил присматривать за ней, на случай, если что-то случится. Затем Санни последовал за Нефис к разрыву.

Поддерживая её, он наблюдал, как Меняющаяся Звезда летит по воздуху, а затем, казалось, бежит по стене, оттолкнувшись в последний момент и подняв свое тело еще выше, чтобы ухватиться за костяной выступ. Опираясь только на силу верхней части тела, она взобралась наверх и исчезла в каскаде света. Вскоре золотая веревка упала вниз, позволяя ему последовать за ней.

Нефис помогла ему взобраться на вершину гигантского позвоночника, а затем выпрямилась и посмотрела на запад. Санни отряхнул свои руки и последовал её примеру, ожидая увидеть обычную картину — бесконечное пространство багрового лабиринта, усеянное тут и там редкими возвышенностями.

Однако то, что они увидели, заставило их обоих потерять дар речи.

На некотором расстоянии от них лабиринт, казалось, потерял цвет. Багровые лезвия кораллов были серыми и бесформенными, словно пораженные какой-то неизвестной болезнью и лишенные всякой жизни. Похожий на камень материал выглядел хрупким и ломким, готовым в любой момент рассыпаться в пыль.

Пятно мертвого коралла простиралось насколько хватало глаз. Еще дальше стены лабиринта, казалось, рухнули в море пепельно-серого песка. Эта пепельная пустошь выглядела настолько чужой и странной после нескольких недель знакомства с бесконечными багровыми дорожками, что Санни почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь.

Тот факт, что они не заметили ни одного монстра, передвигающегося по грязи внизу, еще больше встревожил его.

К западу от них виднелась только одна возвышенность. Далеко вдали земля поднималась, образуя высокий холм. Этот холм был, вероятно, самым большим из всех, что они видели, и вполне мог превратиться в настоящий остров, когда ночью поднимется вода. По форме он напомнил Санни колоссальный курган.

Покрытый серым песком, оставшимся после отмерших кораллов, холм напоминал гору пепла. Эту гору венчало гигантское дерево.

Дерево поднималось в небо, как башня, его ветви были достаточно широки, чтобы укрыть своей тенью весь остров. Кора гигантского дерева была черной, как вода темного моря, а листья — красными, как кровь.

На фоне серого неба багровая крона величественного дерева выглядела невероятно яркой и великолепной.

Санни вздохнул.

— Что… черт возьми… это такое?

Нефис то ли задумалась, то ли ей нечего было сказать. Она просто смотрела вдаль, слегка нахмурившись.

В этот момент что-то ярко блеснуло из-под дерева. Блеск был четким и хорошо заметным даже с их места, словно луч солнечного света, отраженный от большого зеркала. Мгновение спустя он исчез, но через несколько секунд появился снова.

«Зеркало…»

Санни вздрогнул, вспомнив предыдущую ночь. По какой-то причине яркое мерцание вдруг показалось ему угрожающим.

По прошествии некоторого времени он снова обратился к Неф:

— Что ты думаешь?

Она немного помедлила, прежде чем повернуться к нему. Пока Меняющаяся Звезда раздумывала, что сказать, он снова взглянул на пепельную пустошь. Наконец, она сказала:

— Это единственный путь на запад.

Санни помрачнел и отвернулся.

Ему ни капельки не нравился такой поворот событий.

— Итак, мы идем?

Нефис повернулась лицом к гигантскому дереву и, словно пораженная его величием, нерешительно пожала плечами.

— А у нас есть выбор?

***

Некоторое время спустя они покинули останки гигантского морского чудовища и двинулись на запад, планируя проверить ситуацию в пустоши, которая лежала между ними и Пепельным курганом.

Изначально они не собирались приближаться к странному острову. Однако, как только они вошли в пустошь, все оказалось довольно необычным.

С серым песком под ногами и мертвыми коралловыми стенами вокруг, группа была полностью готова к встрече с неизвестной опасностью. Несмотря на то, что с вершины хребта левиафана они не видели ни одного чудовища, передвигающегося по этой местности, ни Санни, ни Нефис по-настоящему не верили, что никто не собирается нападать на них в этой странной области лабиринта.

У кошмарных существ было слишком много способов спрятаться, и если Спящие чему-то и научились за время пребывания на Забытых Берегах, так это тому, что все здесь либо смертельно опасно, либо скрывает что-то, способное их убить. В связи с этим их первая встреча с плотоядными червями была особенно травмирующей.

Однако на этот раз их здравый смысл оказался ошибочным. Пустошь была тихой и пустой, без каких-либо признаков жизни. Отсутствие монстров, по идее, должно было улучшить настроение Санни, но вместо этого он чувствовал себя еще более нервным, чем обычно.

От всей этой ситуации веяло опасностью. Это было странно и неестественно.

Если даже монстры боялись приближаться к этому месту, то что же они делали, уходя все глубже и глубже в пустошь по собственной воле?

Разве они были дураками, если не развернулись и не убежали сразу же?

Вскоре они достигли того места, где стены лабиринта рассыпались в пыль. Теперь между ними и холмом, увенчанным гигантским деревом, не было ничего, кроме бескрайнего пространства серого песка.

Ничто не могло скрыться на этой пепельной равнине.

Однако и они не могли укрыться от чьего-либо взгляда.

Санни взглянул на Нефис.

— Ты уверена, что хочешь это сделать?

Меняющаяся Звезда нахмурилась и опустила подбородок. Затем, посмотрев вперед, она нахмурилась и сказала:

— Идём.

Как только они покинули привычные пределы лабиринта и вышли на просторы пепельной пустоши, Санни почувствовал странный дискомфорт. Как будто во время путешествия по запутанному безумию багрового лабиринта у него неосознанно развилась легкая агорафобия[3].

Он привык к тому, что его окружают высокие стены из кораллов, а бесконечные запутанные тропинки тянутся во все стороны, насколько хватало глаз. Несмотря на то, что лабиринт таил в себе множество опасностей, он также предлагал странное подобие безопасности.

По крайней мере, в случае с Санни, у которого было преимущество — он мог видеть за его поворотами и изгибами благодаря своей скрытности Теневого разведчика.

Теперь, когда под ним был серый песок и ничто не мешало видеть, он потерял это преимущество. Мысль о том, что он не сможет спрятаться от врага, заставила его почувствовать себя голым.

«Сохраняй спокойствие. Здесь никого нет.»

Эта мысль, которая должна была успокоить его, привела к обратному эффекту. Действительно, в пустынной пустоши не было ни одного кошмарного существа… но почему?

Почему они так стремились избегать этого места?

Нефис шла впереди группы, а Санни — прямо за ней. Эхо шел сзади, двигаясь медленным шагом. Он огляделся и, немного поколебавшись, сказал низким голосом:

— Мне это не нравится.

Нефис посмотрела на него со своим обычным безразличным выражением лица. Отвернувшись, она просто сказала:

— Будь начеку.

Они продолжали идти вперед в молчании, песок скрипел под ногами. Через дюжину или около того минут Меняющаяся Звезда подняла руку, жестом показывая, чтобы они остановились. Повернувшись к Санни, она спросила:

— Твоя тень, ничего не заметила?

Он покачал головой.

— Нет. Тут и там есть какие-то неровности, вроде небольших бугорков или неглубоких ям, но ничего не движется. В основном, все кажется плоским и безжизненным.

Он повернулся к Касси и нерешительно спросил:

— Ты что-нибудь слышишь?

В некоторых случаях ее острый слух был более эффективен, чем его теневое чувство. Когда их настиг шторм, Касси смогла почувствовать, что что-то не так, задолго до того, как ее зрячие спутники заметили что-либо.

Однако в этот раз это было бесполезно. Она просто покачала головой, показывая, что вокруг нет никаких необычных звуков.

Нефис вздохнула и опустила голову, задумавшись. Затем она бросила взгляд на далекий Пепельный курган.

— Давайте продолжим.

Однако она немного изменила направление движения группы, намереваясь подойти к одному из холмов, которые заметил Санни.

Когда они подошли к нему, был уже полдень. Солнце было прямо над их головами, делая их тени маленькими и бесформенными. Тень самого Санни вернулась и теперь пряталась под его ногами, выглядя как бесформенный сгусток тьмы.

Это время суток было его самым нелюбимым.

Нефис призвала свой меч и медленно подошла к холму, пытаясь определить его природу. В нем не было ничего примечательного, кроме того, что все вокруг было плоским, а он таковым не являлся. Холм был примерно такой же высоты, как и Санни, немного продолговатый и покрыт таким же серым песком, как и вся остальная пустошь.

Он не казался опасным, но проверить не мешало… ну, скорее всего. Возможно, это могло бы дать им какую-то полезную информацию.

Как раз, когда Меняющаяся Звезда собиралась протянуть руку и коснуться поверхности холма, тень Санни вдруг заметила, что вдалеке, на краю лабиринта, откуда они пришли, что-то движется.

Пробираясь через пепельный песок и кучи опавших листьев, с холма спускалось гигантское чудовище.

Санни вздохнул, выражение его лица стало мрачным.

Существо было размером с дом, а его восьмисегментные ноги напоминали высокие столбы. По форме оно напоминало падальщиков и центурионов: панцирь, похожий на краба, и выступающее, немного человекоподобное туловище. Однако на этом сходство между ними заканчивалось.

Вместо хитина панцирь чудовища был сделан из полированного, блестящего металла. Казалось, будто все его тело когда-то погрузили в горнило с расплавленной сталью, а затем выпустили из него, облачив в непробиваемую блестящую броню.

Лучи солнечного света отражались от хромированной поверхности панциря, создавая яркое мерцание, которое заметил Санни. Массивный, но странно элегантный, стальной монстр напоминал гигантского рыцаря. Санни готов был поклясться, что заметил вырезанные на его груди очертания семи звезд.

Однако этот рыцарь был испорченным и злым. Он излучал зловещую ауру, словно демон, вызванный из ада, чтобы сеять смерть и резню. Полированные доспехи существа были покрыты длинными зазубренными шипами. Его человекоподобное туловище имело четыре могучие руки, две из которых заканчивались мощными клещами, а две другие — острыми, как бритва, страшными косами.

Голова демона была более выражена, чем у падальщика, и увенчана несколькими высокими острыми рогами. Его металлическое лицо было почти человекоподобным, но одновременно отталкивающе чудовищным и звериным. От одного взгляда на него у Санни по коже поползли мурашки.

«Эта штука… страшная.»

Чем бы ни было это существо, его ранг в легионе Карапаксов был явно выше, чем у центуриона, не говоря уже о ничтожном падальщике. Это был следующий шаг в их эволюции. Возможно, генерал или командир. Как их называли… наследники? Преторианцы?

Затаив дыхание, Санни наблюдал, как Демон в панцире спускается с Пепельного кургана. Остановившись перед трансцендентным осколком души, он бросил короткий взгляд на коленопреклоненного центуриона.

Смертоносное пробужденное чудовище сжалось под его взглядом, словно испугавшись более крупного кошмарного существа. Санни знал, что он чувствует, ведь он сделал то же самое, когда взгляд чудовища мимолетно скользнул по его тени.

Не обращая внимания на центуриона, Демон в панцире поднял сверкающий кристалл и повернулся. Затем он неторопливо вернулся в тень ветвей гигантского дерева.

Санни медленно выдохнул.

— Санни? Что происходит?

Он посмотрел на Касси, лицо которой было полно беспокойства и любопытства. Поколебавшись немного, он сказал:

— Посиди еще немного в тишине. Я объясню позже.

Вернувшись к подножию высокого холма, центурион Карапакса наконец-то был готов снова встать. Перед Санни стояла дилемма. Он должен был следовать за монстром, чтобы убедиться, что тот не наткнется на их убежище на обратном пути в лабиринт.

Однако ему также было крайне любопытно узнать, что задумал Демон в панцире в своем логове на вершине Пепельного кургана.

Времени на то, чтобы как следует все обдумать, не было.

Приняв поспешное решение, Санни послал свою тень, скользящую по серому песку. Он ловко избежал взгляда центуриона и через несколько секунд уже взбирался на высокий холм.

«Я только взгляну»

Прячась в глубокой тени, отбрасываемой алой кроной величественного дерева, тень скользнула вверх по склону и приблизилась к тому месту, где скрылся из виду панцирный демон.

На вершине холма земля была усыпана опавшими листьями. Пепельный курган был действительно больше всех тех высоких природных объектов, с которыми они сталкивались раньше, огромный и просторный, как настоящий остров. Однако следы, оставленные столбообразными ногами массивного существа, были легко различимы.

Он привел тень к центру острова, где из земли поднимался огромный ствол обсидианового дерева, от которого во все стороны тянулись широкие корни.

Демон в панцире стоял под деревом и смотрел на его нижние ветви. Трансцендентный осколок все еще был зажат в его клешнях.

«На что он смотрит?»

Санни заставил тень проследить за взглядом существа и заметил несколько круглых аппетитных плодов, висящих между алыми листьями. Один из них выглядел особенно спелым.

Вдруг демон уронил осколок души в песок и, совершенно забыв о нем, поднял свое тело. Вытянув вверх клешню, он осторожно ухватил плод и потянул за него.

Без всякого сопротивления плод сорвался с ветки. Держа его как нечто хрупкое и очень ценное, массивное существо медленно опустилось на землю. Затем оно осторожно поднесло плод ко рту и откусило небольшой кусочек.

«Он… ест фрукты? Эта мерзость — вегетарианец?!»

Ошеломленному и не совсем уверенному в том, что он только что увидел, Санни ничего не оставалось, как приказать своей тени уйти и поспешить к основанию холма. Время поджимало, и если он хотел догнать центуриона, то должен был действовать поспешно.

Скользя по опавшей листве, тень спустилась с Пепельного кургана и полетела обратно в направлении лабиринта, вскоре догнав удаляющегося монстра.

«Фух.»

Почувствовав огромное облегчение, Санни убедился, что маршрут центуриона не приведет его к столкновению с холмом, за которым они прятались, и наконец позволил себе расслабиться… слегка.

Он подождал, пока монстр с косой полностью исчезнет, и медленно поднялся на ноги.

— Теперь можно выходить.

Нефис и Касси встали, потягиваясь и массируя конечности. Внезапно вспомнив, как тесно они были прижаты друг к другу, когда прятались за холмом, Санни едва удержался от того, чтобы не покраснеть от смущения.

«Это… ух… была необходимая мера!»

Он был почти рад, что Демон Карапакса появился в самый подходящий момент, чтобы отвлечь его мысли от этой ситуации.

— Что случилось?

Нефис посмотрела на него и подняла бровь. В кои-то веки ее выражение безразличия выглядело не очень убедительно.

Санни взглянул на недалекий Пепельный курган и вздрогнул.

— Нам нужно вернуться на Костяной Хребет. Я все объясню, когда мы будем в безопасности и целости, вернемся в лагерь.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но потом одумалась и промолчала, просто кивнув ему. Доверия, которое они установили, было достаточно, по крайней мере, для этого.

Санни вызвал Эхо, обвязал золотую веревку вокруг его туловища, положил импровизированное седло Касси обратно на его панцирь и помог слепой девушке взобраться на свое место.

Подхватив сумки, он закрепил их на падальщике и сделал шаг в сторону. Они были готовы к путешествию.

Однако перед этим Санни нужно было сделать еще кое-что. Подойдя к холму, он смахнул песок с его поверхности.

Вскоре под ним открылась черная поверхность корня. Она была точно такого же цвета, как кора колоссального дерева, растущего в центре Пепельного кургана.

На самом деле холм был лишь небольшой частью одного из гигантских корней дерева, слегка приподнятых над землей в этой части пустоши.

Санни огляделся, пытаясь оценить размеры этого моря пепла. Наконец-то он начал понимать, что вытравило всю жизнь из гигантского участка багрового лабиринта.

***

Вернувшись на Костяной Хребет, они сидели вокруг костра. Вкусный запах жарящегося мяса наполнял воздух, заставляя желудок Санни издавать неловкие звуки. Однако время для еды еще не пришло. Он как раз рассказывал девушкам о том, что видел.

— …После того как центурион опустился на колени, с вершины Пепельного кургана появилось еще одно панцирное существо. Только это было не одно из тех, что мы видели раньше. Оно было в два раза больше центуриона, шесть или семь метров в высоту. Я даже не могу представить, сколько он весит. Он был похож на движущийся дом.

Нефис нахмурилась, явно не обрадованная тем, что на их пути стоит такое чудовище.

— Более того, его панцирь сделан не из хитина. Вместо этого он похож на какой-то странный металлический сплав. Не думаю, что нам удастся его пробить. Я также не заметил никаких зазоров в броне этого чудовища, даже вокруг суставов.

Касси вздохнула и повернула голову к подруге. Меняющаяся Звезда, однако, молчала.

Санни вздохнул.

— Кроме того, у этой твари четыре руки вместо обычных двух, пара с клешнями и пара с косами. Они даже больше, чем у центуриона. Его панцирь усеян шипами, а на голове у него длинные рога. Он также выглядит… э-э… более человекоподобным. У него почти есть лицо, хотя и крайне уродливое. А его глаза… ну, я думаю, что оно более разумно, чем все, с чем мы сталкивались раньше.

Нефис была задумчива. Через некоторое время она сказала:

— Возможно, это Пробудившийся Демон.

Кошмарные Существа с одним ядром души назывались «зверями», с двумя ядрами — «монстрами». Три ядра принадлежали к классу существ, известных как «демоны», а «дьявол» с четырьмя ядрами находился прямо над ними.

Санни кивнул ей, показывая, что он согласен с ее выводом.

— Или, может быть, дьявол. В любом случае, я думаю, мы должны избегать этого страшного ублюдка любой ценой.

Меняющаяся Звезда уставилась на него, слегка наклонив голову. На минуту или около того воцарилась тишина.

Санни стиснул зубы, потом вздохнул, затем пару раз моргнул. Наконец, он одарил ее обреченной, кривой улыбкой.

— Дай угадаю. Ты хочешь убить его….

— Дай угадаю. Ты хочешь убить его…

Нефис продолжала смотреть на него со своим обычным нечитаемым выражением лица. Через некоторое время Санни захихикал и покачал головой в недоумении.

— Ты действительно сумасшедшая. Это… это пробужденный демон, о котором мы говорим, помнишь? Неужели ты забыла, что мы всего лишь Спящие?

Затем он нахмурился и почесал голову.

— Погоди-ка. Мне кажется, что мы уже говорили об этом раньше. Разве это не кажется знакомым?

Касси посмотрела на них обоих и вежливо прочистила горло.

— Вообще-то, ты сказал почти то же самое прямо перед тем, как мы решили напасть на того первого Центуриона Карапакса.

Санни засиял.

— Да! Именно! И чем это закончилось? Меня чуть не убили!

Нефис равнодушно пожала плечами.

— Ты выжил, не так ли?

Он застыл с открытым ртом, слишком ошеломленный смелостью ее замечания, чтобы ответить сразу. Через несколько секунд Санни, наконец, смог снова заговорить.

— Дело не в этом!

Касси осторожно тронула подругу за плечо и прошептала.

— Неф! Это не очень хорошие слова.

Лицо Меняющейся Звезды слегка покраснело. Посмотрев в сторону, она заколебалась и сказала:

Санни мгновенно проснулся. Сев, он поспешно протер глаза, а затем взглянул на слепую девушку, готовый слушать.

Нефис подошла к ним и села, ее лицо было едва различимо в тусклом свете раннего рассвета.

— Прошлое или будущее?

Санни моргнул.

«Точно. Я должен был спросить себя.»

Касси немного подумала, а затем нерешительно ответила:

— Прошлое… я думаю.

После небольшой паузы выражение ее лица изменилось на уверенное.

— Нет, я уверена в этом.

Меняющаяся Звезда слегка наклонила голову.

— Это хорошо. Итак… что ты видела?

Касси глубоко вдохнула и замолчала на несколько секунд, вспоминая. Ее лицо немного побледнело, но на этот раз она была готова встретиться со своим страхом лицом к лицу.

— Я видела Пепельный курган глубокой ночью, охваченный бушующей бурей. Ветра гнули ветви великого дерева, словно отчаянно пытаясь сломать их. Остров освещался постоянным шквалом громовых молний, а с неба, словно потоп, падал дождь.

Она сделала паузу, переводя дыхание, и продолжила:

— Демон Карапакса был там, он стоял посреди бури, как непоколебимая крепость из полированной стали. Дуги электричества плясали между шипами на его броне, но демон не обращал на это никакого внимания. Он был таким, каким его описал Санни… гордым, зловещим и ужасающим.

Касси закрыла глаза.

— Когда я смотрела в его глаза, я чувствовала… ощущение пустоты и разложения. Он наблюдал за бурей, пока она не начала рассеиваться. Ветер ослабел, дождь прекратился. Великое дерево стояло непоколебимо, такое же величественное, как и прежде. Но вот с неба упала последняя молния и ударила в землю рядом с ним.

Санни слушал ее рассказ с большим вниманием, надеясь услышать хоть какую-то полезную информацию.

«Значит, это чудовище не боится молнии. Жаль. С его металлическим панцирем я почти поддался искушению попытаться выманить его из-под дерева во время грозы.»

Очевидно, это не сработает.

Тем временем Касси была готова продолжать:

— Эта молния не смогла повредить ни Демона в панцире, ни тем более чудесное дерево. Однако, ударившись о землю, она воспламенила опавшие листья, покрывающие поверхность Пепельного кургана. Вскоре большая часть острова была охвачена огнем. В абсолютной темноте ночи он сиял, как маяк.

Санни вздрогнул, вспомнив кое-что. Когда они впервые встретились в начале своего смертельного приключения в Царстве Снов, девушки упомянули, что свет, который он видел со статуи гигантского рыцаря несколько ночей назад, действительно был сделан ими.

Однако разведение огня оказалось большой ошибкой. Ночью любой источник света был приманкой для чудовищ Забытых Берегов… в том числе и для ужасных существ, скрывающихся в глубинах темного моря. Поэтому с тех пор они старались никогда не зажигать огонь после захода солнца, предпочитая терпеть темноту, а не привлекать неведомые ужасы из-под волн.

Догадавшись, что произошло дальше в видении Касси, он ждал, когда слепая девушка продолжит. Ее голос слегка дрожал.

— Не успело утихнуть пламя, как темное море вздыбилось, и из него выползло… какое-то существо, покрыв своим телом почти весь склон Пепельного кургана. Оно выглядело как… как масса костей и гнилой плоти, соединенных черными водорослями, с тысячами ужасных глаз, жадно смотрящих на меня из-под земли, и свернувшимися щупальцами, кипящими, когда оно проталкивалось к великому дереву.

Ее лицо слегка позеленело. При одном воспоминании об этой мерзости Касси затошнило, но она стиснула зубы и не перестала говорить.

— Это было самое отвратительное существо, которое я когда-либо видела. Однако оно казалось медлительным и неуклюжим, словно пребывание на берегу, вне черной воды, ослабило его. Демон в панцире без колебаний бросился на существо, совершенно не обращая внимания на то, что оно было по крайней мере в десять раз больше его. Это было похоже… как будто он полностью потерял рассудок, разъяренный вторжением на остров.

Нефис внезапно заговорила:

— Как Демон выжил?

Слепая девушка заколебалась.

— Я… я не знаю. Я не видела самой битвы, только ее начало и конец. На рассвете демон Карапакса отполз в тень большого древа. Он был тяжело ранен, у него отсутствовали несколько ног, а его косы покрылись паутиной трещин. Огонь погас, а морского существа нигде не было видно.

Она сделала паузу на мгновение, а затем сказала тихим голосом:

— Самая страшная рана была на его груди. Стальная броня демона была проломлена и расколота, обнажив бьющееся внутри сердце. Из раны текли реки лазурной крови, смешиваясь с пепельным песком. Демон дополз до основания дерева и положил свое разбитое тело между его корнями.

Касси вздохнула.

— Последнее, что я видела, это течение времени. Я не знаю, сколько времени это заняло, но в конце концов демон Карапакса смог оправиться от ран. Его косы восстановились, ноги отросли. Перелом на его груди заживал последним. Однако он не был исцелен полностью. Скрытое от глаз, в его броне все еще есть слабое место.

И Санни, и Нефис долго молчали, размышляя.

Первой нарушила молчание Меняющаяся Звезда.

Ближе к вечеру, когда солнце устало спускалось к горизонту, из бесцветных останков лабиринта вышло странное существо. Если слово «вышло» вообще было правильным.

Волоча ноги по песку, существо каким-то образом плыло вперед, не двигая ими. Оно было похоже на центуриона в панцире или, по крайней мере, на его близкое подобие.

Все необходимые части были на месте. У существа был черный панцирь с угрожающим багровым узором на нем, человекоподобное туловище, восемь сегментированных ног и две руки, заканчивающиеся грозными костяными косами. Однако все эти части выглядели несочетаемыми и странными, как будто их собрал вместе какой-то неуклюжий скульптор.

Кроме того, центурион двигался так, словно был сильно пьян.

Панцирь раскачивался из стороны в сторону, иногда скребясь о песок. Туловище раскачивалось вперед-назад без видимой причины. Косы неловко торчали за спиной существа, скрещенные друг с другом под странным углом.

В какой-то момент одна из них просто упала на землю. Центурион остановился и несколько секунд колебался, словно не зная, что делать. Затем он оставил свою косу позади и продолжил свой путь, как будто ничего не случилось.

Проницательный наблюдатель заметил бы, что существо, казалось, обладало двумя тенями. Первая тень была, как и следовало ожидать, по форме идентична самому существу. Вторая напоминала человека. Она ненадолго показалась из-под более крупной тени, когда центурион бросил конечность.

Затем человеческая тень с презрением покачала головой.

Вся ситуация была не иначе как совершенно странной. Но, к счастью или к худшему, вокруг не было никого, кто мог бы заметить странное существо.

Беспрепятственно пройдя через пустошь, оно двинулось в направлении Пепельного кургана. Вскоре оно было уже почти у подножия высокого холма.

Приближался закат.

***

Странный центурион опустился на землю у подножия Пепельного кургана и полностью прекратил движение. Неуклюжий и однобокий, он выглядел как пародия на другого монстра своего вида, который несколько дней назад изящно преклонил колени на том же месте.

Кроме того, оно прибыло без дани. Не было видно ни одного трансцендентного осколка души. Вдобавок к неуважительной позе, этого проступка было более чем достаточно, чтобы центуриона убили.

Возможно… это было самоубийство.

На вершине кургана из пепельного песка поднялся Демон Карапакса. Его сверкающие доспехи блестели, отражая свет заходящего солнца. Закованный в яркий металл, с короной из рогов, украшавшей его голову, Демон выглядел грозно и зловеще. Устремив взгляд вниз, он задержался на несколько мгновений.

В глубине глаз демона зажглись два темно-алых уголька. Сдвинув свои страшные косы, гигантский монстр пошел вперед, медленно спускаясь с холма, чтобы встретить странного посетителя.

При его приближении земля задрожала. Однако причудливый центурион даже не вздрогнул. Более того, он остался совершенно неподвижным.

Демон в панцире остановился на некотором расстоянии от подозрительного существа. Он наблюдал за ним, отчетливо понимая, что его жалкий вид может быть ловушкой. Лабиринт был полон невообразимых опасностей. Пробужденный Демон, обладающий собственной формой разума, не станет опрометчиво приближаться к неизвестному врагу.

По крайней мере, так полагали трое Спящих.

Однако они ошиблись.

Всего через секунду Демон Карапакса сделал выпад вперед. Его коса промелькнула в воздухе, разрубив торс центуриона пополам. Адамантиновый хитин был разрезан на части, как будто он был сделан из масла. Верхняя половина туловища монстра отлетела, открыв… лишь пустоту внутри.

…На другой стороне Пепельного кургана Санни, который изо всех сил бежал вверх по склону, ругался себе под нос.

Это было слишком быстро!

Он думал, что у них будет больше времени. Кто бы мог подумать, что Демон окажется таким смельчаком? Он даже не колебался перед тем, как пуститься во все тяжкие!

С Касси на спине, Санни скрипел зубами и старался бежать еще быстрее.

Пора было переходить к плану Б…

Мгновение спустя панцирь странного центуриона разорвался, освободив прятавшегося под ним Эхо. Отталкивая куски хитина своими мощными клешнями, падальщик бросился к возвышающемуся демону. Он намеревался проскочить под ним, надеясь запутать ноги гиганта.

Первая часть плана Санни была довольно проста. Они собирались использовать останки мертвого центуриона, чтобы замаскировать Эхо, который был гораздо меньше одного из офицеров Легиона Карапакса.

Затем они направили его к основанию Пепельного кургана, чтобы выманить демона. Втроем они собирались обогнуть холм и заранее спрятаться под серым песком, а затем побежать вверх по склону к центру острова, как только демон уйдет.

Эхо должно было дать им достаточно времени, чтобы забраться на большое дерево и спрятаться в его ветвях. Затем Санни отпустил бы Эхо, завершив тем самым первый этап плана. Он не предполагал, что падальщику придется сражаться со страшным демоном!

Однако необычайно быстрая агрессия Демона все испортила. Приманка уже была уничтожена, а они не прошли и половины пути до дерева.

В этой ситуации не оставалось ничего другого, как приказать Эхо атаковать, надеясь, что оно сможет задержать гигантского монстра. Таким образом, конечно, Санни подвергал риску своего падальщика…

Но другого выбора не было.

Едва он достиг вершины холма, как Эхо попыталось спрятаться под массивным телом Демона в панцире. Оно делало то же самое, что и Нефис во время сражения с первым центурионом, намереваясь использовать размеры противника против него самого.

Разница была в том, что на этот раз меньший участник схватки был облачен в прочный панцирь, в отличие от хлюпающей человеческой девушки, у которой не было никакой защиты. Даже если бы демон попытался бы раздавить падальщика своим весом, он не смог бы его убить.

Однако демон тоже это понимал.

Двигаясь с невероятной скоростью, он переместил свое туловище и нанес удар клешнями. Падальщик был отброшен, как надоедливое насекомое, пролетел по воздуху и тяжело рухнул на землю. Его панцирь почти раскололся.

Подбежав к большому дереву, Санни помрачнел. Он хотел было отмахнуться от Эхо, но понял, что еще слишком рано. Им нужно больше времени…

Нефис уже приближалась к огромному черному стволу. Не теряя времени, она сняла со спины рюкзак из морских водорослей, аккуратно положила его на землю и начала карабкаться, цепляясь за трещины ониксовой коры.

Тем временем Эхо неуверенно поднялось на ноги. В его глазах горел упрямый огонек. Издав громкий визг, оно захлопало в воздухе клешнями и снова бросилось к демону.

«Иди к нему, приятель!» — крикнул Санни, внутренне желая своему падальщику удачи от всего сердца.

Меньшее существо смело побежало к стальному чудовищу, подняв клешни для атаки. За ним последовали две тени — одна звериная, другая человеческая.

Санни быстро сокращал расстояние до огромного дерева…

Под холмом демон в панцире спокойно шагнул навстречу наступающему врагу. Его четыре руки двигались в унисон.

Внезапно руки падальщика были отрублены. Его тело было схвачено двумя огромными клешнями и поднято в воздух.

Санни даже не успел среагировать.

Через долю секунды демон слегка напряг руки и разорвал Эхо надвое, отделив его туловище от панциря и раздавив обе половины в кровавую массу.

На вершине холма Санни споткнулся.

Знакомый голос звучал в его ушах, как колокольный звон.

[Ваше Эхо было уничтожено…]

[Ваше Эхо было уничтожено.]

Санни споткнулся и чуть не упал. Касси крепко обхватила его за плечи и слегка откинулась назад, пытаясь помочь ему сохранить равновесие. Из-под его ног полетели опавшие листья, но Санни каким-то образом удалось вовремя поймать себя.

«Нет!»

Гнев и сожаление затуманили его разум, но было слишком поздно что-либо предпринимать. Его верный падальщик был мертв, изрезанный и разорванный на части гигантским существом. Легкость и жестокость, с которой Демон Карапакса расправился с бедным храбрым зверем, была оскорбительной… если не была такой ужасающей.

Ему потребовалась лишь доля секунды.

Эхо исчезло. Санни не только видел его трагический конец глазами своей тени, он также почувствовал, как исчезает тонкая связь между ними. В его Море Души одна из сфер света замерцала и исчезла, оставив безмолвную поверхность воды немного темнее. Он потерял самое ценное, что у него было.

Но горечь, которую испытывал Санни, была вызвана не только тем, насколько полезным было Эхо или сколько денег оно могло бы принести ему в реальном мире. На самом деле ему очень нравился этот бездумный падальщик. Он был большим, верным и надежным.

Казалось, он даже обладал странным упрямством, вызывающим раздражение.

А теперь он был мертв.

Стиснув зубы, Санни бежал как сумасшедший. Будет время оплакать потерю верного Эхо позже.

Сейчас у них были проблемы поважнее.

— Санни? Что случилось?

Шепот Касси звучал обеспокоенно и напряженно. Должно быть, она почувствовала изменения в его настроении по его позе и языку тела.

Если быть до конца честным, Санни был не в том состоянии, чтобы говорить. Бежать вверх по холму на максимальной скорости со слепой девочкой на спине — какой бы хрупкой и легкой она ни была — было для него непосильной задачей без поддержки тени. Ему было трудно дышать, а до большого дерева оставалось еще значительное расстояние. Однако Санни пришлось ответить, его голос был хриплым и грубым:

— Он убил Эхо.

Тогда на слова уже не оставалось времени.

Потому что все становилось все хуже и хуже.

Внизу, у подножия холма, над изуродованными останками падальщика стоял Демон в панцире и с презрением смотрел на них. С каждой из его четырех верхних конечностей падали тяжелые капли лазурной крови.

Внезапно труп Эхо начал светиться мягким светом. Затем он замерцал и растворился в реке крошечных искр, которые упали на землю и исчезли, не оставив и следа от громадного падальщика. Даже его кровь на косах и клешнях Демона исчезла.

В конце концов, Эхо было лишь проявлением убитого Кошмарного Существа, а не настоящим существом. Оно возникло из ничего и теперь было возвращено в состояние небытия.

Однако Демон Карапакса не смотрел на неожиданное световое шоу. Вместо этого он уставился на одно конкретное место на земле.

Там одинокая человеческая тень застыла в замешательстве, не зная, что делать. Когда тело Эхо — и, соответственно, его просторная тень — исчезла, оно было мгновенно обнаружено, и спрятаться ему было негде.

«Проклятье!»

Демон наклонил голову, затем с быстротой молнии двинулся вперед и пронзил тень косой.

Санни вздрогнул, готовый испытать ослепительную боль…

Но ничего не произошло. Тень, испуганно поднявшая руки, посмотрела на массивное лезвие, торчащее из груди, и почесала голову.

Все было в полном порядке.

Ну, конечно… в конце концов, это была всего лишь тень. У человека должно быть тело, чтобы быть восприимчивым к таким атакам.

«Точно. А что еще я думал произойдет?»

Тем временем демон смотрел на бесстрастную тень. Угрожающий алый свет в его глазах разгорался все ярче.

Санни приближался к стволу дерева, подгоняемый адреналином. Иначе он мог бы уже потерять сознание от напряжения.

«Чуть-чуть… еще немного… еще!»

У них были все шансы успеть. Тень должна была лишь ненадолго отвлечь гигантского монстра…

Но, похоже, сегодня удача была не на его стороне. Внизу Демон Карапакса достал свою косу. Однако вместо того, чтобы снова напасть на человеческую тень, он вдруг обернулся и бросил мрачный взгляд на вершину Пепельного кургана, где стояло гигантское дерево во всей своей величественной красе.

Все-таки этот ублюдок был умен.

«Будь оно все проклято!»

Забыв о тени, чудовище бросилось вперед и помчалось обратно по склону высокого холма. Оно двигалось с пугающей скоростью, преодолевая десятки метров с каждой секундой.

«Назад!» — крикнул Санни своей тени, приближаясь к стволу дерева.

Помогая Касси слезть с его спины, Санни поднял рюкзак, оставленный Нефис, и передал его слепой девочке.

— Будь с ним поаккуратнее.

Санни, Нефис и Касси сидели на ветке большого дерева, ожидая захода солнца. Ветка была достаточно широкой, чтобы вместить вдвое больше людей, поэтому они не беспокоились о том, что их заметят с земли. Но все же они оставались молчаливыми и неподвижными, опасаясь гигантского чудовища, которое иногда появлялось под их укрытием.

От звука его шагов по напряженным телам трех Спящих пробежала дрожь.

Ни разу с тех пор, как они пришли на Забытый Берег, Санни не надеялся, чтобы ночь наступила быстрее. Но всему свое время.

Приступить к следующему шагу плана можно было только с наступлением темноты, так что теперь оставалось только ждать. Сидя спиной к Неф и Касси, Санни смотрел вдаль и старался ни о чем не думать.

Размышления о прошлых ошибках и будущих рисках только подточат его решимость. А она и так была в дефиците.

Неудача, постигшая Санни в самом начале его плана, выбила его из колеи. Он все еще не мог оправиться от внезапной потери драгоценного Эхо. Конечно, он заранее знал, что многое может пойти не так… более того, он даже предупредил девушек, что в этом деле слишком много непредсказуемых элементов, и поэтому невозможно достоверно предсказать их шансы на успех.

Тем не менее, он не ожидал, что в самом начале потеряет самого сильного члена их группы. Первый этап плана должен был быть самым безопасным. Дальнейшие действия были гораздо опаснее.

Санни смотрел на темнеющее небо, едва различимое сквозь густой полог кроны большого дерева, и прислушивался к шуму поднимающегося моря. В тусклых сумерках Касси немного сдвинулась с места, а затем легонько сжала его руку.

Ее теплое прикосновение заставило Санни напрячься, но затем, поняв, что слепая девушка просто пытается утешить его, он позволил себе расслабиться.

«Дурак. Я что, ребенок? Держась за руки, ничего не решить.»

Но, несмотря на эти ворчливые мысли, Санни неохотно понял, что действительно чувствует себя немного успокоенным, причем без всякой логической причины.

Может быть, им все-таки удастся это сделать?

Если на то была их воля… кто посмеет остановить их?

Вскоре наступила ночь, погрузив мир в абсолютную тьму.

***

Пепельный курган стал островом в волнистой пустоте темного моря. Ветви великого дерева мягко покачивались в темноте, их яркие алые листья теперь были неотличимы от обсидиановой поверхности дерева. Листья шептались и шуршали, создавая успокаивающую мелодию на фоне угрожающего рокота набегающих волн.

Санни вздохнул, понимая, что момент истины приближается. Он был уверен в своем плане… насколько вообще можно быть уверенным в чем-либо в этом проклятом месте. Но он также знал обо всех рисках и обо всем, что может пойти не так.

В конце концов, они все еще бросали монетку, надеясь, что ее падение не предвещает им гибели.

Он почувствовал, что положение Неф изменилось. Она повернула голову и посмотрела в его сторону, на ее лице появилось спокойное выражение. Сегодня ее необъяснимая способность сохранять спокойствие в любой ситуации, какой бы ужасной она ни была, особенно расстраивала его.

Хотя Меняющаяся Звезда ничего не могла разглядеть в кромешной тьме Беззвездной Пустоты, она знала, что он заметит ее вопросительный взгляд.

Санни закрыл глаза, затем снова открыл их и медленно выдохнул.

— Начнем.

Они трое двинулись, выполняя отрепетированный набор движений. Касси осторожно сдвинулась в сторону, давая Санни и Нефис возможность сделать то, что нужно. Санни осторожно положил рюкзак из морских водорослей между собой и Неф, затем открыл его.

Его движения были медленными и осторожными.

Внутри рюкзака лежали два больших глиняных сосуда, окруженные несколькими слоями мягкого водорослевого волокна. Эти кувшины были сделаны самим Санни, и поэтому не отличались особой прочностью. В конце концов, он не был мастером — все свои знания о гончарном деле он получил за один день, слушая разглагольствования учителя Юлия о важности глины в развитии человеческой цивилизации.

Тем не менее, он хотя бы помнил основы.

Внутри кувшинов плескалось масло, которое они собрали со многоногих чудовищ, отчего сердце Санни учащенно билось. В теле многоножки было два мешочка, каждый из которых содержал разные маслянистые вещества. При смешивании эти вещества образовывали невероятно едкое, смертоносное масло, способное в считанные секунды проесть панцирь падальщика.

Оно также было легко воспламеняющимся.

В банках содержались два компонента масла многоножки. Если бы они разбились во время бега к большому дереву и компоненты смешались… что ж, не зря рюкзак был доверен Неф, а Санни нес Касси, несмотря на свою меньшую физическую выносливость.

Масло многоножки было центральным элементом его плана.

Поставив глиняные кувшины на ветку, Санни достал из рюкзака последнюю вещь. Это был самодельный факел, сделанный из кости и… да, еще водорослей. Традиционно факелы полагалось делать из дерева, но на Запретном Берегу кости было гораздо легче найти, чем палки.

В темноте он нашел прохладную руку Неф, взял ее в свою, а затем положил факел на ее раскрытую ладонь.

В этот момент Санни не мог не вспомнить, как руки Меняющейся Звезды касались его тела. Первый раз — когда он умирал, его грудь была раздавлена костяной косой центуриона. Второй раз — в тот день, когда он вручил ей доспехи Звездного Легиона и узнал о ее жестоком изъяне.

Оба дня были очень памятными, хотя и по разным причинам.

У него было чувство, что этот день тоже навсегда останется в его памяти… если, конечно, они доживут до утра.

Санни глубоко вдохнул.

— Я готов.

Нефис кивнула и поднялась на ноги. Стоя во весь рост, она взяла факел и закрыла глаза, словно молясь. Облаченная в белые доспехи, с серебряными волосами, развевающимися на ветру, она была похожа на прекрасного, торжественного ангела.

Затем под ее веками зажглось белое сияние. В следующее мгновение из-под ее рук вырвался яркий огонь, воспламенивший верхушку факела. Меняющаяся Звезда открыла глаза, погасив свет, сияющий в них, и подняла факел высоко над головой.

В беспросветном мире это единственное маленькое пламя выглядело одинокой звездой, тонущей в море тьмы.

Одновременно Санни шагнул к краю ветки, глубоко вдохнул… и закричал во всю мощь своих легких.

— ЭЙ, ПРИДУРОК! ПОЙМАЙ МЕНЯ, ЕСЛИ ПОСМЕЕШЬ!

И тут начался настоящий ад.

***

Привлеченный внезапной вспышкой света и воинственными криками Санни, Демон Карапакса появился из ниоткуда в ярости. Его огромные лапы разрывали пепельный песок, подбрасывая в воздух. Два алых глаза сразу же сфокусировались на кричащем человеке, отчего по ногам Санни пробежала нервная дрожь.

— Да, прямо здесь, ты, куча отбросов! Иди и возьми меня, жирный омар! Теперь это мой остров! — крикнул он, делая вид, что не напуган до смерти.

Демон бросился к нему. Это чудовище было высоким, как дом, но все же недостаточно высоким, чтобы достать своими косами до ветвей огромного дерева. Так что на данный момент Санни был в безопасности.

Он был уверен, что так будет недолго, но этого времени было достаточно, чтобы привести план в исполнение.

Если он не промахнется…

В тот самый момент, когда Демон в панцире должен был появиться прямо под веткой, на которой стоял Санни, он сделал глубокий вдох, прицелился и бросил оба кувшина вниз.

Существо отреагировало молниеносно, разрубив обе банки на куски своими ужасными косами. Однако это было бесполезно: маслянистая жидкость, содержащаяся внутри, по-прежнему лилась на его панцирь потоком, за которым последовала россыпь глиняных осколков.

Если что и произошло, то только увеличение площади от удара, покрыв большую часть металлического панциря демона слоем жидкости.

Два компонента смешались, образовав смертоносное едкое масло, которое затем вгрызлось в блестящую броню. Санни затаил дыхание.

…Однако масло многоножки, способное разрушить несокрушимый хитин падальщиков и центурионов, оказалось совершенно неэффективным против странного сплава, покрывавшего тело демона в панцире. На нем не осталось даже царапины.

Лицо Санни потемнело.

«Это…»

Нефис бесшумно появилась рядом с ним, подняв руку.

«… как я и ожидал.»

К счастью, Санни не придавал большого значения коррозийным свойствам масла.

Ему нужно было другое качество масла.

Его горючесть.

Ориентируясь на громкие звуки, издаваемые массивным монстром, Нефис двинулась и мощным взмахом руки бросила факел вниз. Вращаясь, факел пронесся по воздуху, как метеор, и упал прямо в центр панциря демона.

… В следующую секунду гигантское существо было охвачено пламенем.

Санни не ожидал, что огонь сможет повредить демону. Он был уверен, что чудовище способно выдержать гораздо больше, чем простое тепло.

Но теперь, покрытый горящим маслом, Демон Карапакса ярко сиял в кромешной тьме Забытого Берега.

Он превратился в огненный маяк, призывающий всех чудовищ проклятого темного моря приползти из его черных глубин.

Гигантский демон был охвачен пламенем, сияя как яркий маяк в голодной темноте ночи. Его полированные доспехи пылали отраженным светом, посылая во все стороны лучистые отблески. Капли горящего масла падали на землю, вспыхивая, когда попадали на пепельный песок.

На секунду показалось, что время остановилось. Санни смотрел на раскаленное сияние огня, его глаза расширились, он почти не мог поверить, что им действительно удалось совершить это безумие. Нефис застыла рядом с ним, ее рука все еще была вытянута после броска.

Но они действительно сделали это, они справились. Санни никогда всерьез не рассматривал возможность встретиться с Демоном Карапакса в честной битве… если битву между гигантской машиной смерти и тремя бессильными людьми вообще можно назвать честной. Однако недостаток сил не означал, что они не смогут убить злобное существо.

Просто нужно было хорошо подумать, как это сделать. Например, они могли бы найти что-то более сильное, чтобы сделать грязную работу за них…

Вот почему он придумал план: пробраться в Пепельный курган, дождаться ночи, поджечь чудовище и смотреть, как его разрывают на части ужасные чудовища темного моря.

И теперь они были на полпути к тому, чтобы воплотить этот план в жизнь.

Конечно, самое опасное было еще впереди — им предстояло пережить нападение самих тварей темной воды. А до этого…

Демон в панцире яростно заревел, отчего Санни показалось, что у него сейчас пойдет кровь из ушей. Рев был похож на оглушительную какофонию ржавого металла, раздираемого гигантскими когтями. Два алых глаза сверкнули сквозь пламя, пронзив юношу сконцентрированным лучом убийственной ненависти.

…До этого им нужно было продержаться до прихода морских чудовищ.

Разъяренный демон жаждал их крови, и никто не знал, сколько времени пройдет, прежде чем темные морские твари появятся на Пепельном кургане. Санни боялся, что демон способен совершать дальние атаки. Если нет, то он мог бы забраться на дерево, чтобы добраться до них, или попытаться убить их таким способом, о котором они даже не подумали. В худшем случае им пришлось бы долго терпеть его ярость.

Глядя в полные ненависти глаза великана, он почувствовал, что существо думает в том же направлении. Когда демон взглянул в сторону обсидианового ствола великого дерева, сердце Санни вдруг заколотилось.

Однако в конце концов холодная рациональность взяла верх над кипящей яростью в голове демона в панцире. Вместо того чтобы тратить время на то, чтобы добраться до трех крошечных человечков, он вдруг покатился по земле, надеясь с помощью песка погасить пламя, пляшущее на его панцире.

Весь остров задрожал, едва не сбросив Санни с ветки.

«Черт.»

Почему этот ублюдок оказался таким умным?

На мгновение Санни посетила мысль, что демону действительно удалось погасить огонь прежде, чем его заметили обитатели глубин.

Но ему не пришлось беспокоиться.

Внезапно Нефис повернулась лицом к темной поверхности моря. Ее лицо слегка побледнело. Санни на секунду запоздал с реакцией, но почти мгновенно он тоже почувствовал странную перемену в окружающем их мире.

Это было трудно описать словами. Шелест алых листьев вдруг стал тише, а шум волн, разбивающихся о берег Пепельного острова, громче. Словно какое-то невидимое давление опустилось на мир, заставляя все ощущать немного иначе.

Затем воздух стал холоднее, а над темными водами появилась стена густого тумана.

Демон в панцире тоже заметил это изменение. Он перестал пытаться погасить пламя и поднялся с песка, а масло все еще горело на его панцире. Не обращая больше на него внимания, демон повернулся к морю, от его позы исходило чувство мрачной покорности.

Затем оно сменилось мрачной решимостью и неистовой жаждой крови.

Туман медленно двигался, наползая на остров. Санни почувствовал, как по позвоночнику побежали мурашки, осознав, что он течет против ветра. Шум волн стал глуше и изменился, почти незаметно.

И там, в тумане, что-то двигалось. Он почти смог различить фигуру.

Это было… это было…

Внезапно маленькая ладонь Касси закрыла ему глаза. Дрожащим от напряжения голосом она прошептала:

Санни посмотрел на раненого демона с мрачным выражением решимости на лице.

В данный момент не было смысла спорить. У них не было другого выбора, кроме как самим встретиться с хранителем острова. Мешок с уловками Санни все равно был пуст — в конце концов, их судьбы все равно решат острые клинки.

Кто-то будет убит, а кто-то станет убийцей.

— Как мы справимся с его доспехами?

Нефис взвесила меч в руке и посмотрела вниз.

— Я пробью броню. Ты можешь создать отверстие?

Санни кивнул, не тратя время на ненужные вопросы. Если Меняющаяся Звезда была уверена в своей способности пробить панцирь демона, у него не было причин сомневаться в этом.

Создать отверстие… это будет нелегко. Несмотря на то, что монстр получил ужасные ранения, он все еще был силой, с которой нужно было считаться. Один только его размер создавал трудности. Им пришлось бы поставить чудовище на колени, прежде чем даже думать о какой-либо эффективной атаке.

И он тоже не собирался просто стоять на месте под их натиском.

Но что еще оставалось делать?

Пока Нефис привязывала золотую веревку к ветке, Санни подошел к Касси и легонько сжал ее плечо.

Она попыталась изобразить улыбку.

— Я так понимаю, что Демон Карапакса все еще жив?

Несмотря на тяжелое, холодное, мрачное чувство, охватившее его сердце, Санни постарался, чтобы его голос звучал расслабленно и беззаботно.

— Да, но едва. Не волнуйся слишком сильно. Все это быстро закончится.

«Так или иначе.» — добавил он про себя.

Улыбка Касси ослабла. Ее явно не убедила его неуклюжая попытка успокоить ее.

Санни колебался.

— Эй. Ты когда-нибудь ела мясо демона?

Слепая девушка была явно удивлена его вопросом.

— Что? Нет.

Санни усмехнулся.

— Как насчет стейка из демона? Я отлично готовлю, должен заметить. Эм… я думаю. Неф вроде как монополизировала приготовление еды, так что у меня не было возможности применить на практике все знания из курса выживания в дикой природе.

Учитель Юлий действительно потратил много времени, обучая его готовить всевозможные, казалось бы, несъедобные вещи, а также мясо всевозможных кошмарных существ, готовясь к путешествию в Царство Снов. Здесь голод был таким же врагом, как и самые свирепые чудовища.

Поскольку Демон Карапакса использовал свою смертоносную косу, чтобы поддерживать вес своего тела, Санни был временно защищен от его острого лезвия. Конечно, у монстра были и другие средства нападения. Каждая из его возвышающихся ног была подобна осадному тарану, опасному и способному на разрушительные действия.

Но в данный момент его положение было слишком шатким, чтобы атаковать ими. У Санни была по крайней мере секунда, чтобы сделать все, что он пожелает, без всякого риска.

Как только панцирный демон замер, отвлеченный притворной угрозой огромному дереву, Нефис бросилась вперед. Не было ни колебаний, ни сомнений, ни малейшей паузы между моментом, когда ее враг ослабил защиту, и ее безрассудной атакой.

Так же, как до этого Санни был полностью сосредоточен на наблюдении за движениями монстра, она с самого начала битвы следила и ждала именно этого момента. Меняющаяся Звезда знала, что, когда представится возможность, она продлится всего секунду.

Даже эта секунда едва не стоила Санни жизни. Нефис не собиралась тратить ее впустую.

Ее грациозная фигура пронеслась по воздуху, словно стрела, выпущенная из мощного лука, почти не оставив после себя следов. Серебряное лезвие ее длинного меча сверкало, отражая свет зари. Черно-белые доспехи, казалось, превратились в сплошное пятно.

Она шла напролом, бросаясь на врага, не оставляя себе ни малейшего шанса на отступление.

«Ч…»

Все происходило слишком быстро, чтобы Санни успел сформировать связную мысль. Он мог только наблюдать, время замедлилось, а в голове бушевала буря эмоций.

Демон отреагировал почти сразу, распознав угрозу. Но «почти» не считалось на поле боя. Достаточно было на мгновение отвлечься, чтобы потерять все. Одной ошибки, пусть даже небольшой, было достаточно, чтобы решить его судьбу.

…Если Нефис действительно была способна пробить несокрушимый панцирь существа. Иначе все было бы напрасно, и вместо них погибли бы они сами.

Страшный гигант двинул своей косой, пытаясь разрубить ее на части. Клешни мелькнули с другой стороны, угрожая раздробить ее тело в мякоть. Но он опоздал на долю секунды.

Меняющаяся Звезда была лишь на крошечную долю секунды быстрее.

Когда она бежала, что-то изменилось в ритме ее шагов. Санни не мог видеть ее лица за козырьком шлема, но если бы мог, то увидел бы гримасу агонии, исказившую бледное лицо Неф.

В следующее мгновение под кожей ее рук зажглось мягкое белое сияние. Однако на этот раз оно не осталось на месте. Вместо этого белое пламя перетекло наружу, на рукоять серебряного меча, а затем на его лезвие.

Меч вдруг превратился в острое сияющее острие, пылающее ярким белым светом. Он сиял так ярко, что Санни захотелось закрыть глаза.

Однако сияние больше не было мягким и теплым. Напротив, казалось, что оно способно превратить в пепел все, к чему прикасается, и достаточно острое, чтобы разрезать ткань самого мира.

Возможно, оно было даже достаточно острым, чтобы перерезать нити судьбы.

Санни вспомнил, как Нефис описывала свою Способность Аспекта… «ее можно использовать для исцеления». Тогда он подозревал, что эта ее фраза подразумевает нечто большее. Он даже удивился, насколько ценной и редкой может быть такая Способность.

Похоже, он был прав. Чудесное пламя Меняющейся Звезды было способно как исцелять, так и разрушать. Оно обладало усиливающим эффектом, схожим с его собственным Теневым контролем, по крайней мере, когда применялось к оружию. Кто знает, на что еще оно способно?

Действительно, невероятная Способность.

Оглядываясь назад, он понимал, что Нефис не напрасно мучилась. Все те времена, когда она притворялась, что медитирует, втайне терпя мучительную агонию своего недостатка, были предназначены для того, чтобы сделать этот момент возможным. Чтобы дать ей достаточно силы, чтобы использовать эту Способность в бою, не теряя сознания от боли.

Ей это удалось. Вопрос был в том… будет ли этого достаточно?

Достаточно ли силен ее меч, чтобы разбить могучий панцирь Пробужденного Демона? В конце концов, какой бы невероятной ни была Способность, она все еще питалась слабым ядром спящей души ничтожного Спящего.

…Им предстояло это узнать.

В нескольких шагах от возвышающегося туловища Демона Карапакса Нефис согнула ноги и прыгнула, взмыв высоко в воздух. Ее меч метнулся вперед в жестоком выпаде, настолько быстром, что на мгновение он стал похож на луч чистого белого солнечного света.

Затем он столкнулся со странным сплавом блестящих доспехов великана… прямо в том месте, где должно было находиться его сердце.

«Конечно!»

Когда они прятались в пустом позвоночнике мертвого левиафана, Касси рассказала им о своем видении. В том видении она увидела, как на Демона Карапакса напало ужасное существо из глубокого темного моря. После битвы демон был тяжело ранен и находился на грани смерти.

Самая страшная рана была на его груди, где броня была разорвана и разбита вдребезги, обнажив бьющееся сердце монстра. Со временем все его раны затянулись.

Кроме этой.

Хотя казалось, что панцирь демона восстановился, на самом деле он так и не был полностью восстановлен. В этом единственном месте броня была тайно ослаблена. И именно в это место Нефис нанесла свой удар.

Не имело значения, действительно ли ее сияющий меч способен пробить неприступную броню Пробужденного существа, ведь она атаковала единственное слабое место на его теле, место, где его броня уже была пробита.

…Со вспышкой белого света раскаленный меч пронзил металл панциря демона и погрузился в его тело, высвободив ярость огня внутри адамантинового панциря.

Казалось, что гигант внезапно осветился изнутри, лучи света пробивались сквозь трещины в его доспехах. На мгновение это сюрреалистическое зрелище запечатлелось в памяти Санни.

Затем меч Меняющейся Звезды достиг сердца Демона и рассек его на части, испепеляя все вокруг и заставляя лазурную кровь страшного существа кипеть и испаряться.

Ноги Санни подкосились, и он грациозно упал на задницу.

«Ч-что… Мы сделали это?»

Демон зашатался. Его руки медленно поднялись, словно пытаясь заключить Нефис в последние объятия. Но затем, когда его тело дернулось, они упали на землю.

Нефис приземлилась на песок и отпрыгнула назад, готовая защищаться.

Но в этом не было нужды.

Гордый хранитель Пепельного кургана умирал. Алый свет в его единственном оставшемся глазу тускнел, всякое подобие разума быстро исчезало из его взгляда.

Демон тяжело опустился, все остатки сил покинули его могучее тело. С невероятным усилием повернув голову, он бросил последний взгляд на огромное дерево. Затем его взгляд остановился на Санни.

В этом взгляде больше не было ни ярости, ни безумия. Только какая-то странная, спокойная, необъяснимая эмоция. Это было похоже на… облегчение.

Прежде чем Санни успел понять значение этой эмоции, последний проблеск света исчез из глаз Демона Карапакса. Его голова откинулась назад и упала.

Они победили.

Перед гигантским телом Нефис отбросила шлем. За ним ее лицо было бледным и усталым, волосы прилипли к нему в потном беспорядке. Послесвечение белого сияния уже погасло, оставив ее глаза снова серыми.

Меняющаяся Звезда встала на колени, затем легла на спину, слишком измученная, чтобы двигаться.

Вся схватка длилась меньше минуты, но она выжала из них обоих все силы.

Санни последовал примеру Неф и лег на землю, пытаясь отдышаться.

Они действительно победили. Он не мог поверить в это.

«Я хочу спать целую неделю.»

Вспомнив, что Касси все еще ждет в ветвях большого дерева, не зная, кто жив, а кто умер, Санни вздохнул. Через несколько мгновений он глубоко вдохнул.

Затем, напрягая голосовые связки, он закричал во всю мощь своих легких.

В тишине утра, в центре высокого холма, покрытого пепельным песком, под ветвями прекрасного, гигантского дерева, послышался странный крик:

— Один демонский стейк приближается!

Через несколько минут Санни услышал шум, доносящийся откуда-то сверху. Посмотрев в ту сторону, он заметил, что Касси стоит на краю широкой ветки, сжимая в руках золотую веревку.

Прежде чем он успел отреагировать, слепая девочка уже карабкалась вниз. Она была очень осторожной, но в то же время довольно ловкой для человека без зрения.

Он моргнул.

«Она сумасшедшая? Это опасно!»

Но он зря волновался. Касси быстро добралась до земли и отпустила веревку, оставшись цела и невредима. Затем она призвала свой посох и сделала нерешительный шаг, пытаясь вспомнить, откуда донесся его крик.

Санни дал знать о своем присутствии и направил ее, сказав:

— Я здесь!

Слепая девушка повернула голову в его сторону и пошла вперед, осторожно ощупывая посохом землю перед собой. Из-за того, что поверхность острова стала неровной, ей потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы дойти до него.

Как раз когда она собиралась пройти мимо, Санни снова заговорил:

— Привет.

Касси остановилась и опустила голову с удивленным выражением лица. Затем она спросила:

— Почему ты лежишь на земле?

Он слабо улыбнулся.

— Ах, это очень удобно.

Внезапно слепая девушка нахмурилась и обеспокоенным тоном спросила:

— Ты ранен?

Санни со вздохом покачал головой. Его чувство юмора не всегда ценилось. На самом деле, в прошлом оно часто приводило его в горячую воду.

— Просто ушибся. Ничего серьезного. Я очень устал… этот удар был очень сильным.

Поскольку Касси все еще хмурилась, он задумался на мгновение и добавил:

— Неф тоже в порядке. Она отдыхает чуть дальше.

Наконец, хрупкая девушка расслабилась. Ее лицо прояснилось, и она нерешительно улыбнулась ему.

— Вы действительно убили того демона?

Санни бросил взгляд на огромный труп и закрыл глаза.

— Да. Он уже мертв.

Некоторое время оба молчали. Санни был на грани того, чтобы заснуть, когда Касси осторожно спросила:

— Так… ты собираешься просто продолжать лежать здесь?

Он открыл глаза и моргнул, пытаясь вспомнить, что происходит.

«О, точно. Сейчас утро. Есть дела, которые мы должны сделать…»

Последний день был мучительно долгим и изнурительным. Им пришлось готовиться к выполнению плана, мчаться к вершине холма, взбираться на огромное дерево, прятаться в его ветвях, рисковать жизнью, чтобы поджечь демона, не говоря уже о… всем том, что случилось потом. Кульминацией всего этого стала короткая, но ужасающая битва с самим существом.

И все же время отдыхать еще не пришло. Они должны были принять хотя бы основные меры предосторожности.

Напрягая свое измученное тело, Санни встал и предложил Касси свое плечо. После того как она положила на него руку, он подошел к трупу Демона Карапакса и остановился на том месте, где на песке лежала Нефис.

Она поприветствовала их усталым взглядом.

— Доброе утро.

По привычке Меняющаяся Звезда попыталась изобразить вежливую улыбку. Однако сегодня она выглядела не очень убедительно.

«Хах, я даю ей 3,6 из 10. Не отлично, но и не ужасно.»

Вскоре все трое сидели в кругу, передавая друг другу стеклянную бутылку, наполненную холодной освежающей водой. Санни как раз в середине описывал их бой с Демоном в панцире:

— … Поэтому он отвлекся на несколько мгновений. И тогда Неф напала. Она использовала свою Способность Аспекта, чтобы зажечь меч, и ударила по ослабленной броне на груди демона, той самой, о которой ты нам рассказывала. Она действительно оказалась не такой прочной, как остальной панцирь, поэтому меч прошел насквозь и пронзил сердце ублюдка.

Санни заметил, что Касси не удивилась упоминанию о новом трюке Меняющейся Звезды. Либо она все это время знала, потому что Нефис рассказывала ей, либо она что-то видела в одном из своих видений. В любом случае, он решил не поднимать эту тему.

— Демон был уже сильно ранен после схватки с… тварью из моря, так что этого оказалось достаточно, чтобы прикончить его. Через несколько секунд он был мертв.

Касси изумленно покачала головой.

— Это… невероятно. Двое Спящих убивают Пробудившегося Демона! Я думала, что такие вещи случаются только в веб-мультиках.

Нефис поправила ее:

— Трое Спящих. Без твоего видения и совета мы бы ничего не смогли сделать.

Слепая девушка опустила лицо, немного смутившись.

— Все равно. Два или три, это ведь мало что меняет, правда?

Санни переводил взгляд с одной девочки на другую, затем, наконец, повернулся к Касси.

— Ты права, это не то, чего можно ожидать. Но, в любом случае… Я обещал приготовить для тебя мясо демона после того, как все закончится, не так ли? Готова ли ты стать свидетелем моего невероятного кулинарного таланта?

Он улыбнулся, уже ощущая во рту вкус сочного, нежного мяса. Однако Касси вдруг нахмурилась, на ее лице появилось нерешительное выражение.

— Я… я не знаю.

Он поднял брови.

— Что? Почему?

Она задержалась, прежде чем ответить.

— Ну, это просто кажется странным — есть мясо разумного существа. Даже если оно было злым. Я не думала об этом раньше, но теперь… эээ… Это просто кажется неправильным, я так думаю.

Санни моргнул. Вообще-то, он тоже об этом не думал. В ретроспективе[4] идея делать стейк из существа, чей интеллект был сравним с их интеллектом, казалась немного неправильной. Даже если это существо было кровожадным демоном, который без раздумий проглотил бы их целиком.

В Царстве Снов все было именно так. Монстры пожирали людей, а люди пожирали монстров. Это был круг жизни… смерти? Круговорот смерти.

Но Демон Карапакса был не только умным. У него были свои мысли и характер. Несмотря на то, что Кошмарные Существа были повсеместно безумны и одержимы убийством и разрушением, как и он сам, у этого железного гиганта были и другие качества.

Он был гордым и бесстрашным, даже доблестным. Сражаясь с ужасными монстрами темного моря, он без колебаний стоял на своем, отказываясь сдаваться. Приготовление мяса такого существа действительно можно считать… странным.

«Почему учитель Юлий не рассказал мне об этике поедания врагов? Какое упущение!»

Не понимая молчания Санни, Касси покраснела и сказала:

— Прости. Я знаю, что это кажется смешным, но это просто то, что я чувствую. Вы с Неф не обязаны делать то же самое.

Санни покачал головой.

— Нет, возможно, ты права. Я понимаю… отчасти. Просто мы не взяли с собой никаких припасов, так что мы не сможем ничего съесть, если не пойдем на охоту.

Слепая девушка вздохнула. Затем ее лицо просветлело, и она сказала:

— А как насчет плодов великого дерева? Наверняка они очень вкусные!

Санни посмотрел на нее в изумлении.

— Ты серьезно?

Касси была заметно смущена его вопросом.

— Эм… да? А что?

Он несколько раз моргнул, прежде чем ответить.

— Это дерево великолепное и красивое, но оно также очень странное и подозрительное. Почему оно может расти здесь, когда ничто другое не может? Я почти уверен, что именно из-за него погибли все кораллы вокруг Пепельного кургана. Видела ли ты что-нибудь еще, способное повредить сам лабиринт?

Санни посмотрел на Касси, затем на Нефис, пытаясь показать, насколько серьезно он к этому относится.

— В любом случае, это слишком жутко. Я не думаю, что нам стоит есть эти фрукты. Кто знает, что они с нами сделают?

Слепая девушка улыбнулась.

— Ты немного параноик, тебе не кажется? Дерево есть дерево. На самом деле, я думаю, что это прекрасный пример того, как жизнь может победить вопреки всему, даже в этом ужасном месте. Я готова поспорить, что его плоды в полном порядке.

Он уставился на нее, не зная, что сказать. Как Касси могла так пренебрежительно отнестись к его вполне обоснованному беспокойству? Это было на нее совсем не похоже. Неприятно удивленный, Санни повернулся к Неф, надеясь, что она его поддержит.

Меняющаяся Звезда все обдумала, прежде чем говорить. Затем она сказала размеренным голосом:

— Санни прав. В этом дереве слишком много странностей. Есть его плоды было бы слишком рискованно.

«Наконец-то, голос разума!»

Он выдохнул, почувствовав облегчение.

Однако его сердце все еще было охвачено необъяснимой тревогой.

Пока Касси вздыхала от разочарования, Меняющаяся Звезда повернулась к нему и спросила:

— Эхо было уничтожено?

Лицо Санни потемнело. Он все еще переживал потерю своего верного падальщика.

— Да. Демон действовал быстрее, чем я ожидал. Он убил его прежде, чем я успел что-то сделать.

Нефис нахмурилась.

— Очень плохо. Наша скорость сильно снизится.

«У тебя нет сердца, женщина?! Хотя бы притворись грустной! Мое бедное Эхо побигло!»

Его тень покачала головой, удивляясь ребячливости своего хозяина. Санни тоже был удивлен его реакцией, учитывая, что его собственная первая мысль после смерти Эхо была о том, сколько денег он не сможет заработать, продав его.

— Да. Это… эм… печально.

Меняющаяся Звезда кивнула ему, а затем спросила:

— Ты так же потерял свой меч?

Санни вздохнул и стиснул зубы.

— Да. Он сломался, когда я блокировал косу демона.

Это было еще больнее, чем смерть его падальщика. Лазурный Клинок был его первым мечом. Он долгое время сражался и тренировался с ним. Он уже был как часть его самого.

А теперь его не было.

Нефис подняла руку.

— Что ж, тебе повезло… Я получила Воспоминание после убийства Демона Карапакса. Это оружие…

Сердце Санни слегка дрогнуло.

Мгновенно он забыл о Лазурном клинке. Да, этот меч имел определенную сентиментальную ценность… но кого, черт возьми, волнует сентиментальность?! Он достался ему от падальщика Карапакса, что было совсем не плохо для его нынешнего ранга. Немногим Спящим удавалось владеть оружием Пробужденных.

Но это новое Воспоминание исходило от настоящего Пробужденного Демона! Демона!

Это делало его Пробужденным Воспоминанием третьего уровня, на целых два уровня выше Лазурного Клинка. Всего было семь уровней, соответствующих семи классам Кошмарных Существ, от зверей до титанов. Строго говоря, более высокий уровень не всегда означал, что Воспоминание будет более мощным, но, как правило, чем более развитым было существо, тем более уникальные и грозные Воспоминания оно оставляло после себя.

Вот почему Саван Кукловода, который происходил от Пробужденного Тирана и считался доспехом пятого уровня, был так ценен.

«Пожалуйста, будь великолепным!»

Санни изо всех сил старался, чтобы его волнение не проявилось на лице. Притворяясь бесстрастным, он сохранил ровный голос и сказал:

— Правда? Это хорошо.

Нефис взяла его за руку, разрушив все попытки Санни казаться спокойным, и закрыла глаза. Скрывая изумленное выражение на своем лице, Санни почувствовал, как искра энергии перешла из ее тела в его. Это было точно так же, как в тот раз, когда он передал ей броню Звездного Легиона, только в обратном порядке.

[Вы получили Воспоминание: Осколок Полуночи].

«Хах. Прикольное название.»

Он вызвал руны и нетерпеливо искал описание своего нового оружия.

Воспоминание: Осколок Полуночи

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Тип Воспоминания: Оружие.

Описание Воспоминания: Выкованный из осколка упавшей звезды, этот непоколебимый клинок тверд и непреклонен. Он благоволит тем, кто готов сражаться до последней капли крови, и не знает сдачи.

«Интересно.»

Не теряя времени, Санни вызвал Осколок Полуночи. Тут же в его руке появился изящный меч.

Меч был немного похож на Лазурный Клинок, но только в том смысле, что он был одноострым и имел длинную рукоять, подходящую для двух рук. Однако на этом сходство заканчивалось. Начнем с того, что клинок был гораздо длиннее, где-то между семьюдесятью и восемьюдесятью сантиметрами, и слегка изогнут. Он был выкован из того же блестящего металла, что и доспехи Демона Карапакса.

Он был невероятно острым.

Эфес был сделан из полированного черного дерева, по внешнему виду очень похожего на ониксовые ветви великого дерева. Крестовина имела круглую форму и была более выражена, чем у Лазурного клинка, обеспечивая лучшую поддержку и защиту руки владельца.

На мече не было ни украшений, ни орнаментов, ни прикрас. Он был прост и строг, как настоящее оружие, предназначенное для битвы и только для битвы. Казалось, он излучал холодную, грозную ауру.

Как только его рука коснулась Осколка Полуночи, Санни почувствовал, что этот меч обладает несокрушимой волей. Его лезвие было достаточно прочным, чтобы выдерживать сокрушительные удары, не получая при этом никаких повреждений. С этим мечом в руке ничто не могло оставить Санни безоружным.

Более того, где-то в глубине его сердца появилось странное ощущение. Когда Санни держал Осколок Полуночи, он чувствовал некое неуловимое присутствие, словно внутри него скрывался глубокий колодец силы, до которого было просто не дотянуться. Он еще не мог понять, как получить доступ к этой силе, но она, несомненно, была реальной.

«Наверное, сначала мне придется завоевать ее «благосклонность». Но как мне это сделать? Хм… Придется поэкспериментировать позже.»

Любуясь своим новым оружием, Санни посмотрел на Нефис и сказал:

— Даже я знаю, что это за меч. Это… катана, верно?

Она изучила Осколок Полуночи, а затем ответила:

— Технически, это тачи. Он длиннее традиционной катаны и имеет немного другую форму лезвия. Но они очень похожи.

«Тачи… что ж, звучит неплохо. И большинство принципов, которые он освоил с Лазурным клинком, можно было применить и к мечу этого типа, поскольку у них была одна и та же основа.»

Новое приобретение не заставило Санни забыть о потере Эхо, но настроение значительно улучшилось. Осколок Полуночи ему понравился… очень. В его простом, решительном дизайне была своя красота.

Он был сдержанным и смертоносным. Как и сам Санни.

Это была значительная модернизация.

Внезапно в голове Санни появилась мрачная мысль. Взглянув на Нефис, он прочистил горло и после некоторого колебания произнес:

— Э… это очень хорошее оружие. Третьего уровня, не меньше. Ты уверена, что не хочешь оставить его себе?

В конце концов, именно Меняющаяся Звезда нанесла последний удар по Демону Карапакса. По праву Воспоминание принадлежало ей. Но Санни очень, очень надеялся, что она откажется.

Нефис покачала головой.

— У меня уже есть меч. Он мне подходит.

Внутренне Санни вздохнул с облегчением.

«Хорошо.» — подумал он. Однако, если она не хочет менять свой длинный меч на оружие третьего уровня… тогда какого уровня этот ее серебряный меч?

Он ни на секунду не поверил в то, что тот просто больше подходит Меняющейся Звезде. Она сама сказала ему, что принцип использования этих типов мечей в принципе один и тот же. Переход на Осколок Полуночи и передача старого оружия Санни не вызвали бы у нее никаких проблем. Единственная причина, по которой она отказалась бы от него, заключалась в том, что это было бы ухудшением.

Ему снова стало любопытно, как именно Неф получила свое Истинное Имя. Чтобы получить свое собственное, Санни пришлось убить пробудившегося Тирана. Возможно ли, что она сделала то же самое? Или даже… что-то более невероятное?

Но он слишком устал, чтобы пытаться искать информацию.

Они все устали.

Боясь, что странное крылатое существо, которое они видели пожирающим мертвого центуриона, появится снова, на этот раз, чтобы забрать останки Демона Карапакса, трое Спящих переместились на дальнюю часть острова и спрятались за стволом большого дерева.

Только убедившись, что сверху их никто не заметит, они наконец позволили усталости взять верх и заснули. Санни почти сразу же провалился в беспробудную тьму, радуясь тому, что наконец-то смог отдохнуть.

Однако на этот раз произошло нечто странное.

Он действительно видел сон.

«Странно.» — подумал Санни. «В Царстве Снов такое не должно происходить… верно?»

Времени на раздумья больше не было…

Санни проснулся от настойчивого чувства тревоги, исходящего от его тени. Оцепеневший и дезориентированный, он открыл глаза и сел.

«Ч-что случилось?»

Он посмотрел вниз на тень и увидел, что она постоянно указывает вверх с напряженным выражением на… ну, у нее не было лица. Он мог только сказать, что оно нервничает.

«Неприятности?»

Санни посмотрел вверх и не увидел ничего, кроме алых листьев большого дерева. Небо было скрыто, но он мог с легкостью сказать, что солнце еще не взошло. Казалось, что он проспал всего несколько часов.

Нигде в поле зрения не было никакой угрозы. Он нахмурился.

«Что тебя так напугало?»

Тень снова указала вверх, похоже, раздраженная его глупостью. Санни моргнул пару раз и снова обратился к ней:

«Высоко на дереве? Выше? В небе?»

Окончательно удовлетворившись, тень скрестила руки.

«Что-то опасное находится над островом… опять этот жуткий ворон?»

Он должен был проверить… но почему ему казалось, что он что-то забыл?

Санни нахмурился, пытаясь понять, откуда взялось это ощущение, что он упустил что-то важное. А что можно было упустить? Он спал, потом проснулся и разговаривал с тенью.

Спал…

Внезапно он вспомнил обрывки странного сна. По крайней мере, это было похоже на сон… так ли это? Люди не должны были видеть сны в Царстве Снов. Просто так все устроено… Из всего, что он знал, только Касси, похоже, была исключением из этого правила.

Он мало что помнил о своем предполагаемом сне, даже оставшиеся фрагменты уже исчезли из его памяти. Там была… женщина, схватившая его за плечи, с выражением ужаса и паники на лице. Она что-то говорила, но он не мог расслышать что.

Нет, не женщина. Это была… Касси? Да, это была она. И то, что она говорила…

Санни напряг память, пытаясь уловить обрывки сна, пока они полностью не исчезли.

«Да, я думаю, она говорила… эм…»

Внезапно он отчетливо услышал испуганный, напряженный голос Касси, которая торопливо уговаривала его что-то вспомнить, повторяя одно и то же предложение снова и снова умоляющим тоном:

— …ты должен запомнить, Санни! Пять! Пять! Запомни! Ты должен запомнить! Сейчас пять!

«Какой странный сон.»

Санни бросил взгляд на Касси, которая мирно спала рядом с Неф, и в недоумении покачал головой. Он не был уверен, было ли это его воспоминание действительно сном или какой-то странной сценой, которую он представил себе перед тем, как заснуть. Учитывая то, как работает Царство Снов, он склонялся к последнему варианту.

И все же. Я лучше скажу девочкам, когда…

От этих мыслей его отвлекла тень, нетерпеливо размахивающая руками.

«О, точно. В небе угроза…»

Мгновенно Санни забыл о своем намерении поделиться содержанием этого странного воспоминания с Нефис и Касси. На самом деле, он забыл, что это странное и, возможно, важное воспоминание.

Этот провал в его рассуждениях был внезапным и неестественным, но поскольку Санни не мог вспомнить то, что забыл, он не заметил ничего страшного и продолжал заниматься своими делами, как ни в чем не бывало.

…Если бы он вспомнил, то мог бы понять, что это был не первый раз, когда он забыл что-то важное с тех пор, как они прибыли на Пепельный курган.

Встав, Санни призвал Осколок Полуночи и мрачно посмотрел на кроваво-красные листья великого дерева. Почувствовав в руке прохладу черной полированной рукояти, он немного успокоился.

Разбуженная его тихими движениями, Нефис открыла глаза и посмотрела на него, ее тело напряглось. В ее глазах читался немой вопрос.

Санни покачал головой.

— Я пока не знаю. Оставайся с Касси, пока я все проверю.

Оставив девушек позади, Санни пошел вперед. Он планировал дойти до края острова, где ветви колоссального дерева были не такими густыми и сквозь отверстия в его кроне можно было увидеть небо.

Технически он мог послать для этого свою тень, а не идти самому. Но в подобных ситуациях, когда опасность была неизвестна, Санни обычно предпочитал держать тень поблизости на случай, если понадобится ее использовать.

Достигнув восточного склона Пепельного кургана, он осторожно посмотрел вверх, все еще скрытый в тени большого дерева.

Вверху, в бескрайнем сером небе, вокруг острова кружила маленькая черная точка.

В груди у Санни заныло от тревоги. Когда страшный крылатый зверь только появился, вдали он выглядел именно так.

Оставив тень следить за черной точкой, он вернулся и коротко рассказал Нефис и Касси о своем открытии.

— Сейчас оно просто летает над островом. Я не знаю, одно и то же это существо или нет, и когда оно собирается приземлиться.

Меняющаяся Звезда нахмурилась.

— В прошлый раз оно не проявляло особого интереса к поиску живой добычи. Возможно, оно питается в основном падалью, и поэтому его интересует только туша Демона.

Касси высказала собственное мнение:

— Может быть, мы слишком слабы и малы, чтобы насытить его? Ведь оно никогда не приходило за трупами падальщиков, которых мы убивали. Как будто есть простых зверей — это ниже его достоинства.

Санни покачал головой.

— В те времена оно приходило за мясом центуриона Карапакса. Но перед уходом оно забрало с собой и нескольких падальщиков. Так что было бы слишком оптимистично думать, что эта мерзость не попытается сожрать и нас, если ей представится шанс.

Нефис задумалась на некоторое время, затем кивнула.

— Ты прав. Лучше всего пока держаться подальше от Демона Карапакса и спрятаться, когда он решит приземлиться.

Затем, посмотрев вверх, она добавила:

— Но сначала мы должны понаблюдать за ним, чтобы убедиться, что это одно и то же существо, и подтвердить его намерения.

Не имея аргументов против такой логики, Санни повел девочек к тому месту, где оставил свою тень. Там они сели на землю и стали наблюдать за черной точкой, которая кружила вокруг Пепельного кургана.

Наблюдая за летающим существом, они были обеспокоены и не знали, что делать.

Черная точка несколько раз приближалась, что позволило им понять, что это действительно то самое ужасное чудовище, с которым они столкнулись несколько недель назад, или, по крайней мере, существо того же типа. Однако оно так и не приблизилось к кроне огромного дерева, словно не решаясь приземлиться в его тени.

Хуже того, по прошествии нескольких часов к нему присоединились еще две мерзости того же вида, каждая из которых была столь же ужасна и отвратительна, как и первая. Теперь в небе над их головами кружили три черные точки, наполняя сердце Санни ужасом.

Одного из этих существ, с белым телом, похожим на труп, и вороньими перьями, с неестественным нагромождением мощных конечностей, торчащих из широкой груди, каждая из которых заканчивалась ужасающими когтями, было достаточно, чтобы уничтожить всю их группу.

Воспоминание о том, как легко это существо пробило своим массивным клювом адамантиновый панцирь центуриона, была еще свежа в его памяти. Он подозревал, что эти мерзости были по меньшей мере столь же могущественны, как и Демон, а может быть, и более.

А теперь их было трое.

«Надо бы хорошенько спрятаться.» — подумал он, и холодный пот побежал по его спине.

Однако летающие монстры почему-то не хотели приближаться к Пепельному кургану. Они просто кружили вокруг него, иногда нерешительно приближаясь, но затем снова набирая высоту. Их поведение было странным и тревожным.

Через некоторое время Касси тихо сказала:

— Может быть, они не голодны?

Санни моргнул, пытаясь представить себе мир, в котором Кошмарное Существо может быть не голодным. Возможно ли это вообще?

Он, с другой стороны…

— Не знаю, как эти цыплята-альбиносы, но я голоден как черт.

Это было правдой. Они втроем ничего не ели со вчерашнего дня. Санни боялся, что если мерзопакостники все-таки решат высадиться на остров, то громкое рычание его желудка выдаст его местоположение.

Нефис взглянула на него и спросила:

— Хочешь съесть курицу-гриль?

Санни широко раскрыл глаза и зашипел:

— Даже не думай об этом!

Она уставилась на него, затем отвернулась с улыбкой.

«Это была… шутка? Она умеет шутить?»

Ну… хоть у кого-то чувство юмора было хуже, чем у него.

…В конце концов, их худшие опасения не оправдались. Когда солнце стало клониться к горизонту, три летающие мерзости наконец приняли решение и покинули небо над Пепельным Курганом, полетев на запад в свободном клинообразном строю. Они не опустились достаточно низко, чтобы заметить трех Спящих, не говоря уже о том, чтобы приземлиться на поверхность большого острова.

Санни был весь в поту, устал от предчувствия катастрофы и почти разочарован тем, что все эти переживания оказались напрасными. Посмотрев на Касси, которая не могла видеть, что опасность миновала, он сказал:

— Они улетели.

Слепая девушка выдохнула с облегчением и расслабилась, хмурое выражение исчезло с ее лица.

— Слава небесам. Сидеть здесь и ждать было в пять раз хуже, чем прятаться от одного из них у тех скал.

По какой-то причине Санни слегка вздрогнул.

— Что… что ты сказала?

— Я сказала, что ждать, пока они приземлятся, очень утомительно.

Он моргнул, не понимая, почему так странно отреагировал на это безобидное предложение. Видел ли он сон, связанный с Касси и номером пять? Точно, видел. Не то чтобы об этом стоило думать дважды.

— О, да. Ты права.

Затем он повернулся к Нефис и спросил:

— Что ты хочешь делать теперь?

Меняющаяся Звезда посмотрела на запад, где черные точки исчезли из виду, и после небольшой паузы сказала:

— Давайте проверим западный край острова и решим, до какой следующей высокой точки нужно добраться.

Санни пожал плечами, не имея никаких возражений.

Касси улыбнулась:

— Хорошая идея! Кто знает, может быть, мы наконец увидим стены замка!

***

Вскоре они пересекли остров и подошли к его западному склону. Здесь земля была приподнята, а затем обрывалась вниз, образуя естественный вал, скрывавший от глаз пейзаж.

Нефис первой взобралась на вершину.

Санни был чуть позади нее, когда почувствовал, что что-то не так. Поза Звезды была какой-то странной, жесткой и неподвижной, словно она вдруг превратилась в камень.

Ступив на пепельную поверхность естественного вала, он с беспокойством посмотрел на Нефис и заметил на ее лице мрачное, обиженное выражение. Он никогда раньше не видел ее в таком состоянии.

Повернув голову, Санни посмотрел на запад, а затем сузил глаза. Его лицо мгновенно потемнело.

Почувствовав желание выругаться, Санни стиснул зубы и сжал кулаки. В его голове снова и снова повторялось только одно слово.

«Проклятье! Проклятье! Проклятье!»

За западным краем Пепельного кургана ландшафт Забытого берега был совсем не похож на то, что ожидал — и надеялся — увидеть Санни.

На этой стороне острова склон был гораздо круче. В том месте, где он должен был закончиться, привычной плоской пустоши уже не было видно. Вместо этого земля продолжала уклоняться вниз под менее резким, но все же значительно острым углом.

Он продолжался далеко вдаль. На самом деле, казалось, что весь остров стоит на краю колоссальной впадины в земле, простирающейся до самого горизонта. Края ее были слегка изогнуты, и она напоминала гигантский кратер, оставшийся после невообразимого удара.

Судя по тому, что мог наблюдать Санни, диаметр кратера исчислялся сотнями километров. Корни гигантского дерева, торчавшие из земли далеко внизу, казались крошечными травинками по сравнению с огромными размерами стены бездны.

Казалось, что весь мир перевернулся на бок, отчего у Санни закружилась голова.

Короче говоря, к западу от них больше не было никаких высоких природных объектов. Единственным путем вперед был спуск вниз, без надежды найти укрытие от сокрушительных потоков темного моря.

А это означало, что пути вперед не было вообще. Их путешествие на запад подошло к концу.

А вместе с ним была потеряна и всякая надежда найти врата в реальный мир.

Санни уставился на пустынный пейзаж, чувствуя, как ярость и неверие когтями впиваются в его сердце. Он просто не мог поверить, что вся их борьба была напрасной. Но доказательство было прямо перед ним, реальное и неоспоримое.

«Проклятье! Будь оно все проклято!»

Он пытался придумать какой-нибудь хитрый способ разрешить ситуацию, но воображение не могло придумать ничего. Темное море со всеми его ужасами топило мир каждую ночь, и единственным способом спастись от него было забраться достаточно высоко до захода солнца. Но высоты нигде не было видно, что же ему делать?

Санни взглянул на Нефис, которая, казалось, была расстроена еще больше, чем он. Ее лицо превратилось в ледяную маску, в глазах застыл темный взгляд, полный горечи и обиды. Он открыл рот, пытаясь придумать, что сказать, но слова не приходили ему на ум.

В итоге они оба молчали, пока отдаленный грохот не возвестил о возвращении темной видимости.

Глубоко в колоссальном кратере из-за горизонта появились темные потоки, спешащие заполнить его до краев. Немного ошеломленный, Санни наблюдал, как уровень воды стремительно поднимается, превращая бесконечную пропасть в бескрайнее черное море. Затем она начала переполняться, посылая в пустошь неудержимый поток воды. Протекая мимо Пепельного кургана, она устремилась вглубь земли, разбиваясь о кораллы багрового лабиринта.

Вскоре весь мир был покрыт бурлящей черной водой.

Санни облизал пересохшие губы и повернулся к Нефис. После короткой паузы он сказал хриплым голосом:

— Кажется, мы нашли источник темного моря.

Она задержалась, наблюдая, как последние лучи солнца медленно исчезают с неба, затем повернулась к нему с мрачным выражением лица.

— …Давайте отправимся обратно.

***

Все трое чувствовали себя потерянными и убитыми горем из-за ужасного открытия. Особенно Касси, казалось, была потрясена.

— Это не имеет смысла, просто не имеет… — бормотала она по дороге в лагерь. — Как это может быть?

Взяв Санни за плечо, она ускорила шаг и спросила:

— Ты уверен, что там нет ничего выше уровня моря? Ты абсолютно уверен?

Он вздохнул, чувствуя, что его настроение стало еще мрачнее, чем прежде.

— Да. Мы все тщательно осмотрели. Вся земля просто уходит вниз, вниз и вниз. Она простирается до горизонта, насколько мы могли видеть, во всех направлениях, кроме востока. Пепельный курган находится прямо на краю.

Слепая девушка покачала головой:

— Но как это может быть? Я же видела, что мы дошли до замка! Должен же быть какой-то путь!

Санни молчал, не зная, как ответить. Если и вправду существовал какой-то путь, он не имел о нем ни малейшего представления.

Через несколько секунд вместо него ответила Нефис:

— Мы постараемся придумать что-нибудь завтра. В худшем… в худшем случае, нам придется все обойти.

Санни содрогнулся при этой мысли. Такое путешествие заняло бы месяцы. Чтобы обогнуть колоссальный кратер, им пришлось бы преодолеть во много раз большее расстояние, чем за предыдущие недели, и каждый день был сопряжен с риском наткнуться на что-то, чему они не могли противостоять.

А каждая ночь — риск того, что что-то наткнется на них…

Шансы прожить несколько месяцев в этом адском месте были ничтожными, если не сказать бездонными.

«Ха, ха. Абиссальные[5]…»

С гримасой он попытался не думать о худшем сценарии. Темнота опускающейся ночи была не лучшей средой для страшных мыслей.

«Завтра. Мы отдохнем, восстановим энергию, а завтра что-нибудь придумаем. Как и сказала Касси… раз она видела, как мы входили в замок, значит, должен быть какой-то выход.»

Они добрались до своего временного лагеря незадолго до того, как солнце полностью скрылось. Лежа на импровизированной постели из опавших листьев, Санни устало закрыл глаза и задумался:

— Надеюсь, сегодня я не увижу никаких снов.

Затем он слегка нахмурился.

«Сны? С каких это пор я могу видеть сны в этом месте? Ах, да… был один сон… или это было воспоминание? О чем он был… хм, не могу вспомнить…»

С этой мыслью он заснул.

***

Утром настроение у всех троих было довольно мрачным. Никто, казалось, не хотел ни говорить, ни делать что-либо, бесцельно глядя на землю и шелестящие листья большого дерева.

Помимо того, что вчерашнее откровение нанесло им удар, они были еще и голодны. Труп Демона Карапакса начинал казаться все более привлекательным, по крайней мере, для Санни. Однако он все еще не был готов нарушить обещание, данное Касси.

Наконец Нефис нарушила молчание. Встав, она с мрачной решимостью посмотрела вверх и сказала:

— Я собираюсь забраться на вершину дерева и осмотреться. Может быть, я замечу что-то, что мы пропустили с высоты кургана.

Санни уставился на гигантское дерево, внезапно почувствовав себя невероятно маленьким. Оно было поистине огромным. Сам Пепельный курган и так был намного выше статуи рыцаря и всех других убежищ, которые они видели, а это дерево почти уступало ему в размерах. Чтобы взобраться на него, потребовалось бы много времени и сил.

Но, возможно, с такой невероятной высоты ей действительно удастся что-то заметить.

Он почесал затылок и сказал:

— Хорошо. Но будь осторожна. Следи за небом. Если снова заметишь эти крылатые мерзости, возвращайся вниз.

Меняющаяся Звезда кивнула ему и направилась к дереву. Не поворачивая головы, она спокойно сказала на прощание:

— Позаботься о Касси, пока меня не будет. Это займет не больше нескольких часов.

Санни махнул рукой и посмотрел, как она уходит. Затем он попытался придумать, чем заняться.

В обычный день он бы уже начал утреннюю тренировку. Но сегодня он был слишком голоден.

«Ну же. Голод — это не оправдание. Думаешь, у тебя всегда будет полный желудок перед битвой? Нет! Так что вставай и тренируйся. Разве ты не хочешь попробовать, как чувствует себя Осколок Полуночи в твоей руке?»

Вздохнув, Санни встал.

Он тренировался в течение часа, наслаждаясь быстротой и надежностью своего нового меча. Длинный тачи был поистине невероятен. Он был легким, маневренным и неумолимым. Его острие пело, рассекая воздух. Санни уже чувствовал, что меч стал частью его самого.

Его движения были плавными и размеренными, почти элегантными.

После окончания тренировки он решил заняться чем-нибудь полезным.

Подойдя к трупу Демона Карапакса, Санни потратил некоторое время на то, чтобы выковырять из него осколок души. В конце концов он с некоторым усилием собрал все три кристалла и спрятал их в рюкзак из морских водорослей.

Что делать дальше?

После некоторого раздумья ему вдруг пришла идея, и он попытался найти в памяти то место, где Демон Карапакса уронил в песок трансцендентный осколок души. Этот осколок был принесен в Пепельный курган покорным центурионом и стал бы настоящим лакомством для Неф или Касси.

Он быстро нашел нужное место. Однако, как ни старался Санни, он так и не смог найти манящий кристалл. Так прошло еще несколько часов.

Странно. Он был довольно большим. Где же он может быть?

Он был полон решимости продолжить поиски. Но в этот момент тень, которую он оставил с Касси, заметила движение в ветвях большого дерева.

Нефис вернулась.

Санни шел обратно к лагерю, размышляя о том, что она нашла. Была ли для них надежда в конце концов? Или это были еще более плохие новости?

Когда он вернулся, Нефис и Касси сидели на земле с расслабленными выражениями на лицах.

«Она что-то видела?» — подумал Санни, внезапно обрадовавшись.

Но в следующую секунду его глаза расширились.

Обе девушки держали что-то в руках, их губы были накрашены красным. Они… ели.

Они ели плоды великого дерева.

Санни споткнулся и в полном шоке посмотрел на своих спутниц.

Нефис и Касси держали по большому, круглому, блестящему плоду. Кожура этих фруктов была гладкой и черной, как оникс, а сочные внутренности — красными, как рубин. Их руки, подбородки и губы были измазаны красным соком, что создавало впечатление, будто они пируют кровью.

В воздухе витал манящий, сладкий аромат.

Санни отпрянул…

Но его желудок непроизвольно заурчал, напоминая ему, как он голоден.

Нефис посмотрела на Санни и непринужденно улыбнулась ему.

— Привет.

Он уставился на нее, теряясь в догадках. Наконец, по прошествии нескольких секунд, Санни собрался с силами и закричал:

— Что значит «привет»?! Какого черта вы делаете?!

Его голос был громким, полным неверия и гнева.

И Неф, и Касси повернулись к нему лицом. Они были в замешательстве.

— Почему ты кричишь?

Санни уставился на них, чувствуя, что потерял рассудок. Почему они были так беспечны? Что здесь происходит?!

Пытаясь найти хоть какой-то смысл в ситуации, он сделал осторожный шаг вперед и посмотрел на Нефис. Она… подождите… о чем он думал?

Он был так голоден. Трудно было сосредоточиться на чем-либо, кроме еды…

Стряхнув неожиданный провал в памяти, Санни вспомнил, что собирался сказать, и спросил:

— Почему ты передумала?

Меняющаяся Звезда нахмурилась.

— Передумала? О чем?

Он стиснул зубы, решив, что она пытается его обмануть.

— Насчет фруктов! Я думал, мы договорились не есть их!

Нефис моргнула, на ее лице появилось растерянное выражение.

— Разве?…Почему?

Санни открыл рот, чтобы ответить, но потом замер.

На самом деле, почему они заключили это соглашение?

Утром Санни разбудил легкий шелест листьев. Открыв глаза, он увидел солнечные лучи, падающие сквозь алую крону Дерева Души и окрашивающие мир в нежные оттенки розового. Зрелище было прекрасным и безмятежным. Казалось, что никакие опасности и ужасы Царства Снов не могут его здесь настигнуть.

Мягкий ветерок коснулся его кожи, принеся с собой прохладу и запах опавших листьев.

Впервые за долгое время Санни почувствовал покой.

«Неужели это и есть отпуск?»

Если так, то их решение провести отпуск было самым лучшим решением.

Он сел, зевнул и лениво огляделся. Касси и Нефис уже проснулись. Увидев их, Санни улыбнулся.

«Какого черта я улыбаюсь?»

Тряхнув головой, Санни сделал серьезное выражение лица и сказал:

— Доброе утро.

Девочки поприветствовали его. Затем Нефис слегка наклонила голову и спросила:

— Эй. Ты помнишь, почему мы не оставили никого сторожить прошлой ночью?

Санни моргнул. Действительно, почему никто не охранял лагерь?

— Нет. Наверное, мы слишком устали? К тому же, здесь так безопасно. Зачем лишать себя сна?

Она нахмурилась. Санни ожидал, что Меняющаяся Звезда будет ругать их, но, неожиданно, она просто пожала плечами.

— …Наверное.

«Ха. Это на нее не похоже. Разве не только у меня отличное настроение?»

Чтобы Неф почувствовала себя лучше, он указал вниз и сказал:

— Не волнуйся. Моя тень предупредила бы нас, если бы что-нибудь случилось.

Казалось, она уже забыла о своем вопросе, вернувшись к тому.

чем бы она ни занималась до этого. В эти дни все трое легко отвлекались. Санни вздохнул.

— Итак… что вы, ребята, собираетесь делать сегодня?

Касси повернулась к нему с улыбкой и ответила дразнящим тоном:

— Ничем! Мы на каникулах, помнишь? Так что мы просто собираемся отдохнуть и расслабиться.

«Звучит как план. Кстати, о планах…»

В этот момент Касси нахмурилась и с комически строгим выражением лица сказала:

— И ты тоже, Санни! Тебе не позволено планировать, замышлять и строить планы. Просто сиди и наслаждайся этим днем. Хорошо?

Санни почесал затылок.

— Хорошо.

Ему казалось, что он что-то забыл.

Но что?

Посмотрев на Нефис, Санни заколебался и спросил:

— Напомни мне, зачем ты вчера залезла на Дерево Души?

Она посмотрела на него в замешательстве.

— Э-э-э… Я точно не помню. Чтобы получить плоды?

Санни улыбнулся при упоминании о чудодейственных плодах и кивнул.

— Да. В этом есть смысл…

***

Прошло несколько дней. Санни, Нефис и Касси провели их в праздности, не заботясь ни о чем на свете.

Их уставшие тела и умы нуждались в отдыхе.

Они спали до полудня, ели восхитительные фрукты и сидели вокруг костра, разговаривая или просто впитывая тепло. Иногда они играли в игры или занимались другими видами развлечений.

Иногда они оставались наедине с собой, наслаждаясь почти забытым чувством уединения. Большую часть своей жизни Санни был одиночкой, поэтому последние несколько недель, которые он провел бок о бок с другими людьми, не имея ни минуты для себя, стали для него тяжелым испытанием. Он радовался возможности снова остаться наедине со своими мыслями.

К счастью, остров был достаточно велик, чтобы они могли остаться втроем, если не хотели, чтобы их беспокоили.

Не то чтобы это случалось часто.

Поначалу он ожидал, что безделье быстро наскучит, но, к удивлению, этого не произошло. Он чувствовал себя прекрасно, просто лежа на земле и глядя на плавно покачивающиеся ветви Дерева Души, погруженный в блаженную задумчивость. В такие моменты он терял счет времени и часто осознавал, что прошло уже несколько часов, только когда солнце уже садилось.

Понятие времени вообще стало странно сложным для восприятия. Санни не был до конца уверен, сколько дней они провели на тихом острове. Он был уверен, что меньше недели, но не мог вспомнить точное количество.

Невозможность вспомнить что-либо стала обычным явлением. Все трое становились все более рассеянными и забывчивыми. Иногда Санни ловил себя на том, что напрягается, пытаясь вспомнить подробности своей прежней жизни или заметить странность их поведения. Но уже через минуту он забывал об этом, отвлекаясь на какую-нибудь безобидную мысль или происшествие.

Его память становилась все более туманной. Ясно было только то, как вкусны и освежающи волшебные фрукты, как приятно жить под сенью Дерева Души и как оно великолепно.

Дерево было прекрасным, благосклонным и щедрым. Оно защищало их от проклятой тьмы багрового лабиринта, не подпускало к ним чудовищ и давало пищу как для их тел, так и для их душевных ядер. Санни все больше убеждался, что найти величественное Древо Души было настоящим благословением.

Мысль о том, чтобы оставить свои дары и вернуться в ужас внешнего мира, казалась все менее привлекательной.

Зачем уходить, если они были совершенно счастливы здесь?

Ну… по крайней мере, двое из них.

Хотя вначале Нефис была такой же беззаботной и спокойной, как Санни и Касси, со временем она стала странно унылой и мрачной. Казалось, что она вернулась к своей прежней, отстраненной и необщительной сущности.

Вместо того чтобы поболтать или отдохнуть с ними, Меняющаяся Звезда проводила большую часть времени, сидя на западной окраине острова в одиночестве и глядя вдаль мрачными глазами. Санни не знал, что случилось.

Он беспокоился о ней. Даже частые, настойчивые провалы в памяти не смогли преодолеть его беспокойство о Неф.

В один из вечеров Санни подошел к западному склону острова, чувствуя, что его голова вот-вот расколется от боли. По какой-то причине он постоянно забывал о причине этого визита по дороге сюда. Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы удержать свои намерения.

Он хотел проведать Нефис.

Как и всегда, она сидела на гребне западного края, вглядываясь вдаль. Санни забрался на гребень и сел, с сомнением глядя на нее.

— Привет, Неф.

Меняющаяся Звезда взглянула на него. Ее безразличное выражение вернулось, делая тщетными любые попытки понять ее истинные эмоции.

Однако было ясно, что она не в порядке.

— Привет.

Санни почесал затылок.

Ему показалось, или ее волосы стали немного длиннее, чем раньше?

— Почему ты не наслаждаешься каникулами?

Меняющаяся Звезда нахмурилась. Через некоторое время она сказала:

— Разве нам… не нужно продолжать двигаться на запад?

Он удивленно поднял брови.

— На запад? Что находится на западе?

Неф нахмурилась еще больше, превратившись в хмурую гримасу.

— Я… я не помню. Но я чувствую… Я чувствую…

Она замолчала, а затем тихо сказала:

— Я чувствую, что должна сделать что-то очень важное.

«Бросить Древо Души… какая странная идея.»

Санни размышлял некоторое время, пытаясь понять, откуда у нее взялась идея, что они должны куда-то идти. Наконец, он спросил:

— Почему именно на запад?

Нефис повернулась к нему. На ее лице появилось странное, страдальческое выражение. Стиснув зубы, она прошептала:

— Я не знаю.

Санни вздохнул.

Если она не знала, то он, конечно, тоже не знал. Все, что он знал, это то, что он хотел, чтобы ей стало лучше.

Но как?

Санни нахмурился, пытаясь придумать способ. Ему казалось, что он забыл что-то очень очевидное. Что-то, что могло бы мгновенно стереть страдания Неф…

Когда его осенило, он замер.

«Конечно! Как я мог забыть…»

Ответ был настолько ясен. Он просто должен был взобраться на Дерево Души и найти особенно сочный плод, который она могла бы съесть…

Уже стемнело, когда Санни вернулся к большому дереву. Касси спала, уютно устроившись под плащом. На ее лице играла умиротворенная улыбка.

— Сладких снов.

Ее давно не беспокоили страшные видения. Все стало лучше с тех пор, как они решили остаться на спокойном острове.

Все, кроме настроения Неф. Она даже не потрудилась вернуться в лагерь сегодня, оставшись на западном краю кургана. Санни не нравилось, что она была так близко к черной воде.

Он вздохнул.

«Надо как можно скорее раздобыть для нее вкусных фруктов. Она определенно не сможет оставаться грустной после того, как съест волшебные фрукты. Они были такими сладкими и вкусными!» От одной мысли о них у Санни началось слюноотделение.

«…Может быть, я найду один и для себя.»

Вначале они лазили по нижним ветвям Дерева Души, чтобы собрать плоды. Однако в последнее время Нефис, казалось, отвлеклась на свою странную меланхолию. В результате группа полагалась на него, чтобы он спускал плоды для всех.

Он уже сорвал самые нижние ветки, выбирая самые спелые плоды. Более поздние плоды были меньше и не такие райские, но все равно вкус у них был потрясающий. Поскольку каждый плод был достаточно велик, чтобы насытить человека на долгое время, они редко съедали больше одного за день. Самые спелые фрукты давали Санни один или два фрагмента теней, а более мелкие — один, а то и вовсе не давали.

«Интересно, сколько фрагментов теней я накопил? Должно быть больше сотни, верно? Может, даже сто десять… нет, не может быть. Мы здесь всего несколько дней, максимум неделя.»

Он мог бы просто вызвать руны и проверить, но почему-то эта мысль даже не пришла ему в голову.

…Если бы она пришла, он бы ужаснулся.

Забыв о фрагментах теней, Санни поднял голову и почесал затылок. Изначально он планировал утром забраться на дерево и забраться выше, чем забирался до этого, в поисках самого лучшего, самого вкусного фрукта, чтобы отдать его Неф. Но, поразмыслив, он решил не дожидаться окончания ночи.

В конце концов, он прекрасно видел в темноте. И таким образом, он смог бы преподнести Меняющейся Звезде восхитительный подарок гораздо раньше.

Подойдя вплотную к стволу чудесного дерева, Санни начал карабкаться. Первый участок был самым трудным, так как ему не за что было ухватиться, кроме маленьких трещинок и бугорков на гладкой обсидиановой коре. Чтобы добраться до ветвей, пришлось приложить немало усилий.

Однако он уже привык к этому. Двигая руками и ногами почти инстинктивно, Санни забирался все выше и выше. Вскоре он уже подтягивался на вершину огромной, широкой ветки.

Эти первые ветки были широкими, как дороги. Он сел и некоторое время отдыхал, наслаждаясь прохладой ночного воздуха.

Санни еще никогда не взбирался на Дерево Души в темноте. Без ярких солнечных лучей, падающих сквозь листву, оно выглядело как-то странно. Яркое великолепие исчезло, сменившись жуткой тишиной.

Шелест алых листьев больше не казался умиротворяющим и спокойным. Более того, он заставлял Санни вздрагивать. Это звучало как… тысячи и тысячи запертых душ, кричащих в агонии.

«Что со мной сегодня? Как я могу даже думать о таких вещах? Вот дурак! Хорошо, что великое дерево меня не слышит — иначе мне было бы очень стыдно. Пожалуйста, прости меня, Дерево Души…» Покачав головой, Санни встал и продолжил восхождение. Он был очень разочарован в себе. После всего хорошего, что дало им дерево, он по глупости усомнился в его благосклонности… в его величии… в его желании пожирать… всегда хищное, всегда растущее… жаждущее, голодное… вечно.

Как неблагодарно.

Почему он вообще начал думать о… хм… о чем именно он думал?

Санни нахмурился, не в силах вспомнить ход своих мыслей.

«Уф, неважно. Я здесь, чтобы найти вкусный фрукт для Неф, а не упражняться в рассуждениях.»

Поднимаясь все выше и выше, он вскоре покинул местность, которую они исследовали раньше. Крона великого дерева была достаточно обширной, чтобы образовать своеобразный лабиринт. Большие ветви хаотично росли во всех направлениях, извиваясь и пересекаясь друг с другом, а густая листва закрывала обзор и делала любую попытку поиска плодов трудной и долгой.

Тем не менее, Санни был полон решимости продолжить путь. Он полагал, что если он поднимется очень высоко, где солнечный свет более плотный, то плоды будут намного спелее.

Они никогда не пробовали плоды с более высоких ветвей. Если ему удастся найти действительно удивительный фрукт, Нефис придется передумать и оставить свои странные мысли о том, чтобы покинуть остров. В конце концов, эти фрукты были волшебными. Может быть, она даже улыбнется!

Воодушевленный, Санни продолжил восхождение.

Время медленно шло. Спустя долгое время Санни наконец решил, что забрался достаточно высоко. Он не знал, сколько часов назад начал подъем, но, судя по болезненности мышц и заметно уменьшившейся ширине ветвей, он находился где-то в верхней части дерева.

Ступив на одну из веток, он медленно пошел вперед и стал смотреть по сторонам. Искать плоды было нелегко. Для этого требовалось хорошее восприятие и терпение.

…И, конечно же, чувство равновесия! Падение с такой высоты было бы не самым приятным опытом. Более того, оно станет для него последним.

Внимательно наблюдая за окружающей обстановкой, Санни все дальше и дальше отходил от ствола большого дерева. Ветви мягко покачивались под его ногами. Несколько раз он перепрыгивал с одной на другую, вызывая изменения в мелодии шелеста листьев.

По пути он заметил несколько висящих плодов. Они выглядели спелыми и вкусными, но ни один из них не был по-настоящему особенным. А ему хотелось найти самый замечательный фрукт из всех возможных.

Наконец, Санни забрался так далеко, что ветки стали совсем узкими и тонкими. Теперь они были почти такого же размера, как у обычного дерева, и едва выдерживали его вес.

Но он все еще не нашел подходящего подарка для Нефис.

Санни беспомощно огляделся по сторонам. Он действительно думал, что ему это удастся.

И тут он заметил нечто странное.

На некотором расстоянии от него ветки, расположенные прямо над той, на которой он стоял, были наклонены вниз, как будто их что-то тяготило. Однако он не мог разглядеть, что это было за почти непроницаемой стеной листьев.

На самом деле, он заметил аномалию только потому, что было темно. При свете дня яркий цвет листвы Дерева Души сделал бы форму ветвей неразличимой. Но в ночном зрении Санни все цвета были приглушены, почти превратившись в различные оттенки серого.

«Интересно.»

Подпрыгнув, он ухватился за более высокую ветку и подтянулся. Затем, осторожно, чтобы не упасть, Санни подошел к барьеру из листьев и пробился сквозь него. В процессе ему пришлось укрепить свою силу и ловкость с помощью тени — иначе ему пришлось бы либо повернуть назад, либо упасть навзничь.

Наконец, он освободился от последнего слоя листьев и сделал шаг вперед.

И тут Санни замер, широко раскрыв глаза от удивления.

Прямо перед ним, скрытое от посторонних глаз в тайном кармане из скрученных ветвей, между алыми листьями покоилось гигантское, искусно сделанное птичье гнездо…

Гнездо было сферической формы, с круглым отверстием в центре. Обычно такое гнездо делают из травы и веток, но это гнездо было построено из ветвей большого дерева, каждая из которых была толщиной не меньше человеческой руки.

Эти ветви были скручены и переплетены между собой в хаотичном порядке, создавая без единого зазора черные, как оникс, стены.

Санни никогда не видел ничего подобного. Птицы были редким явлением в реальном мире, не говоря уже о гигантских птицах. Вход в гнездо был достаточно большим, чтобы через него мог проехать небольшой грузовик. Само гнездо было в несколько раз больше.

— Вот это да!

На секунду он почувствовал страх, боясь, что гигантская птица где-то рядом. Но затем его страх исчез.

Гнездо выглядело… заброшенным. Оно было древним и пустым, некоторые его части уже были на грани разрушения. Казалось, что прошли тысячи лет с тех пор, как кто-то побывал в этом скрытом, секретном месте. В воздухе витало ощущение одиночества и заброшенности.

«Логично. Если мне едва удалось пройти сквозь листья, то как бы это сделал огромный монстр, не оставив в барьере огромной дыры?»

Санни колебался, осторожность и любопытство боролись друг с другом в его сердце. С одной стороны, исследовать древние гнезда было не самой лучшей идеей, тем более в Царстве Снов. Это было сопряжено с большим риском.

С другой стороны, это могло привести к большой награде. К тому же… разве это не чертовски интересно?

В конце концов, Санни решил забраться внутрь гнезда, чтобы удовлетворить свое любопытство. Он убедил себя в том, что это безопасно, следуя неожиданной мысли. В своем искаженном состоянии сознания Санни был убежден, что Дерево Души было великим и доброжелательным существом, которое защищало их от ужасных угроз, скрывающихся во внешнем мире.

А раз так, то как может быть небезопасным все, что связано с великим деревом?

Подойдя ближе ко входу в гнездо, он балансировал на краю ветки и пытался заглянуть внутрь. Однако его роста не хватало, чтобы разглядеть что-либо. кроме внутренней стороны крыши гнезда. Поскольку его положение было довольно шатким, Санни решил не откладывать неизбежное и прыгнул, подбросив и перемахнув через край входа.

Мгновение спустя он приземлился на мягкую поверхность. Нижняя часть гнезда была покрыта толстой подушкой из белых, шелковистых паутинок. Время сделало их хрупкими и податливыми, как песок. Вокруг было так много паутины, что на мгновение Санни показалось, что он попал в гигантский белый кокон.

Но нет, это было всего лишь гнездо.

И там, в центре его, было…

Санни моргнул.

В центре гнезда лежало яйцо. Гигантское, древнее яйцо, высотой с него самого, серое и, казалось, безжизненное, словно превращенное в камень течением времени.

Забыв дышать, Санни огляделся вокруг, чтобы убедиться, что вокруг нет ничего… и никого… больше. Но нет, гигантское гнездо было пустым и безмолвным, даже бродячая тень не пряталась нигде в поле зрения.

«Как… увлекательно.»

Санни почувствовал странное возбуждение. Чувство открытия чего-то невероятного, того, что никто, кроме него, никогда не видел, наполнило его глубоким чувством удовлетворения. Он никогда не знал, что в нем есть такая сторона, полная страсти исследователя.

«Давай проверим эту штуку.»

Ступая по мягкому шелку, Санни медленно обошел вокруг массивного яйца и изучил его. На первый взгляд, оно казалось сделанным из камня. Поверхность яйца была окрашена в различные оттенки серого, которые накладывались друг на друга, как движущиеся облака. Этот узор был необычайно красив, но в целом оно было просто большим и гладким.

Санни почесал затылок, затем подошел ближе и положил руку на поверхность яйца. Сразу же он почувствовал сильное изумление.

Яйцо было теплым на ощупь.

«Оно… еще живое?»

В следующую секунду Санни почувствовал странное притяжение, затронувшее его сердцевину. Это было похоже на то, как будто яйцо… пыталось украсть его жизненную силу!

Он отдернул руку и посмотрел на яйцо с мрачной опаской. Проклятое существо было не только живым, но и способным высасывать жизнь из всего, что к нему прикасалось. Оно не смогло сожрать его душу только по одной причине.

Насколько знал Санни, он был единственным существом в двух мирах, не имеющим настоящего ядра души. Вместо него у него было загадочное Ядро Тени. Вот почему его жизненная сила не была затронута.

«Фух. Это было близко.»

Глядя на гигантское яйцо, Санни думал о том, как отомстить ему.

Гнездо, без сомнения, когда-то принадлежало чрезвычайно сильному Кошмарному Существу. Следовательно, его отпрыск тоже был существом значительной силы. Однако по какой-то неизвестной причине это существо не смогло вылупиться и было оставлено своим родителем, обреченным на вечное заточение в яйце.

…Или, по крайней мере, до тех пор, пока какой-нибудь несчастный дурак не подойдет достаточно близко, чтобы напитать его сущностью души и дать ему достаточно силы, чтобы вырваться на свободу.

— К счастью, я не дурак. Подождите… эм… может быть, я и дурак.

В последнее время его решения были очень странными. Он не мог объяснить некоторые из них, включая последнее. Как будто его мыслительные способности были снижены…

— Неважно. Я все равно умнее чертова яйца!

Как настоящий исследователь, он отправился туда, куда еще никто не ходил, и сделал невероятное открытие. Он нашел невероятно загадочное, редкое существо, о котором не слышал ни один человек.

Естественно, он должен был его убить.

Ведь в этом и заключался дух исследования, не так ли?

Вызвав Осколок Полуночи, Санни вонзил его в каменную поверхность яйца, отчего на паутину посыпался дождь искр. Острое лезвие безвредно скользнуло по камню, оставив на нем лишь неглубокую царапину.

— Крепкий ублюдок.

Яйцо было достаточно прочным, чтобы выдержать удар оружия Пробужденного. Если оно было настолько прочным, то Санни было страшно представить, насколько сильным окажется взрослый монстр. Это определенно не было обычным кошмарным существом.

Но и он не был обычным Спящим.

Его тень перетекла с рук на Осколок Полуночи, сделав полированный металл клинка черным и без блеска. Тут же от меча начала исходить холодная аура, отчего он казался достаточно острым, чтобы рассечь мир на части.

Шагнув вперед, Санни поднял Осколок над головой и обрушил его вниз, нанося сокрушительный удар. Усиленное тенью, темное лезвие вонзилось в каменную поверхность яйца и раскололо его на части.

По гигантскому каменному яйцу побежали трещины, когда меч Санни вонзился в него. Сквозь трещины блеснула вспышка зловещего багрового света, затем исчезла, оставив после себя лишь тьму. На белые паутинки хлынул поток вязкой черной жидкости.

В наступившей тишине Санни услышал завораживающий голос заклинателя:

[Вы убили Великого Дьявола, Отродье Мерзкой Птицы Воровки.]

[Ваша тень становится сильнее.]

[Вы получили Воспоминание…]

Санни моргнул.

[Вы получили Воспоминание: Капля Ихора.]

«Подождите… подождите…»

Великий Дьявол? Он сглотнул.

Кошмарное Существо с четырьмя ядрами души называлось дьяволом, всего на один класс ниже ужасного тирана. Судя по одному этому факту, древнее яйцо было потенциально более могущественным, чем Демон в панцире.

Однако больше всего его потряс ранг, а не класс.

Качество большинства вещей, связанных с Заклинанием Кошмара, соответствовало аналогичной иерархии: от Спящего к Пробужденному, Вознесенному, Трансцендентному, Верховному, Священному и Божественному.

Людям удавалось достичь только «Трансцендентного ранга». Эти герои были известны как Святые, каждый из которых обладал невообразимой силой и и возглавлял человечество в его войне против Кошмарных Существ.

Кошмарные Существа тоже отличались друг от друга подобным образом, семь рангов силы. В порядке возрастания силы они были следующими: Дремлющий, Пробудившийся, Падший, Испорченный, Великий, Проклятый и Нечестивый.

Великий Дьявол, таким образом, был кошмарным существом с четырьмя ядрами души, каждое из которых имело ранг Великого. По силе они были равны Верховному ядру души, если бы человеку удалось пройти Четвертый Кошмар и подняться на ступень выше Святых.

…Санни только что убил одно из самых могущественных Кошмарных Существ, когда-либо павших от руки человека. По крайней мере, насколько он знал. Победы над Великими Дьяволами были достаточно редки, чтобы иметь историческое значение.

«Ух…»

Какая удача, найти абсолютно беззащитного, еще не родившегося и ослабленного тысячелетиями пренебрежения. Не говоря уже о том, что он, вероятно, был единственным живым существом, частично невосприимчивым к ужасающей силе яйца, высасывающей жизнь.

«Подожди… сколько фрагментов теней я получил?»

Санни чувствовал себя сильнее… намного сильнее…

Он привык получать по два фрагмента за каждого убитого пробужденного зверя.

Таким образом, можно было предположить, что падший зверь даст ему четыре, испорченный — восемь, а великий — шестнадцать, забыв о нелепости предположения, что Спящий когда-либо сможет убить великого зверя.

Однако Отродье Мерзкой Птицы Воровки не было зверем, это был дьявол. У него было четыре ядра, так что… шестьдесят четыре фрагмента?!

Ошеломленный, Санни вызвал руны. В своем возбужденном состоянии он даже не обратил внимания на настойчивую забывчивость, которая мешала ему сделать это раньше.

Фрагменты Теней: [196/1000].

Увидев число, он сначала обрадовался. Но затем Санни нахмурился.

«Подожди, это не имеет никакого смысла. До прихода в Пепельный Курган у меня было девяносто шесть фрагментов. Сейчас я получил шестьдесят четыре, то есть сто шестьдесят. Откуда взялись еще тридцать шесть фрагментов? Из плодов? Не может быть… мы ели их меньше недели, по одному фрукту в день. Чтобы получить столько… должен пройти целый месяц…»

Но как могло пройти столько времени, чтобы он не заметил? Да, в последнее время его память была странной… но…

Санни попытался сосредоточиться на несоответствии, но это почему-то оказалось очень трудно. Чем больше он думал об этом, тем меньше понимал, о чем именно он думает.

«А… что я пытался вспомнить? Что-то о фрагментах теней? Да…»

Через несколько минут он помассировал виски и вздохнул в разочаровании.

«Наверное, я пытался подсчитать, сколько фрагментов Я получил, убив то мерзкое яйцо. Получилось шестьдесят четыре. О чем тут думать? Это здорово!»

Он бы потратил больше времени на празднование безумного количества полученных им фрагментов теней, но его внимания ждала еще одна удивительная вещь.

Воспоминание. Он действительно получил Воспоминание от Великого Дьявола! Настоящее, реальное Верховное Воспоминание четвертого уровня. Это было… это было…

«Фантастически!»

Санни снова вызвал руны и посмотрел на свои Воспоминания.

Воспоминания: [Серебряный Колокольчик], [Саван Кукловода], [Осколок Полуночи], [Капля Ихора].

Поспешно он сосредоточился на новой.

Воспоминание: [Капля Ихора].

Ранг Воспоминания: Неизвестно

Тип Воспоминания: Неизвестно

Описание Воспоминания: [Мерзкую Птицу Воровку ненавидели и боги и — Неизвестный-. Однако ее интересовали только блестящие вещи. Очарованная прекрасными глазами Ткача, она украла один из них темной беззвездной ночью.

В нетерпении мерзкое создание рассматривало свою добычу еще в полете. Но когда оно увидело в глубине зрачка Ткача отражение — Неизвестного-, оно обезумело и закричало, уронив глаз в смертное царство. В его жадном клюве осталась лишь капля чистого золотистого ихора.]

Санни нахмурился.

«Что это, черт возьми, было?»

Он никогда не слышал о Воспоминании с неизвестным рангом и типом. Как такое вообще возможно? Заклинание действительно не знало или просто отказывалось сообщить ему об этом? С чего бы это?

И само описание… что это были за слова, которые оно не смогло перевести? Он попытался отказаться от автоматического перевода и посмотреть на сами руны, но они оказались за пределами его возможностей. На самом деле, он никогда раньше не видел рун такого типа. Странно, но их изучение вызвало у него головокружение и тошноту.

«Это… очень, очень странно.»

Также, к своему стыду, Санни вынужден был признать, что понятия не имеет, что означает слово «ихор». Его просто не было в его словарном запасе. Может быть, если бы он пошел в школу и получил образование, как другие Спящие, он бы знал.

Санни колебался минуту или две, затем осторожно вызвал странное Воспоминание. Мгновенно в воздухе перед ним появились золотистые искры света, которые слились в сферическую каплю сияющей золотистой жидкости.

«Что же мне делать с этой…»

Не успел он закончить свою мысль, как заклинание заговорило снова. Его голос звучал немного странно. Он был почти… взволнованным?

[Вы получили Каплю Ихора. Хотите ли вы ее употребить?]

Санни моргнул.

«Употребить… Воспоминание?»

Все становилось все страннее и страннее.

Он заколебался.

Что произойдет, если он его примет? Воспоминания были наградой, которую Заклинание давало Пробужденным. Как таковые, они обычно были полезны, очень редко бесполезны и никогда не приносили вреда. По крайней мере, это было общеизвестно. Однако… это воспоминание было необычным. И речь шла именно о заклинании. Проклятая штука была непредсказуема… обычно с катастрофическими последствиями.

Самым безопасным решением было бы поместить золотую жидкость обратно в Море Души и больше никогда не прикасаться к ней.

Но это было Воспоминание, полученное от Великого Дьявола! Вероятность того, что он никогда в жизни, даже в своих снах, не сможет держать в руках другое такое же.

Санни просто не хотел упускать такую возможность.

Пытаясь успокоить свое быстро бьющееся сердце, он облизал губы и сказал:

— Да. Я хочу ее поглотить.

[Как пожелаете.]

Золотая сфера разделилась на два потока прекрасной, сияющей жидкости. Потоки струились по воздуху, приближаясь к лицу Санни. Он почувствовал нежное прикосновение к своим щекам.

Затем золотая жидкость достигла его глаз и потекла по ним, проникая в его душу через зрачки.

Вскоре она исчезла.

Санни замер, не зная, чего ожидать.

Прошла секунда, затем другая.

Он поднял дрожащие руки к лицу, наконец-то что-то почувствовав.

В следующее мгновение Санни открыл рот и издал ужасный, истошный вопль, когда невообразимая, ослепляющая боль пронзила все его существо…

Санни упал в мягкие объятия паутины и закричал, все его тело билось в конвульсиях от ужасной боли. Невыносимая агония пронизывала его нервную систему, его разум тонул в бесконечном потоке мучительных, томительных страданий.

Казалось, что каждый мускул, каждое волокно, каждая молекула его тела разрывается на части и собирается вновь, только для того, чтобы снова быть разорванной на части. Его глаза, особенно, ощущались так, словно в них были вставлены два раскаленных металлических стержня, отчего вся остальная боль меркла по сравнению с ними. А может быть, они сами превратились в раскаленные сферы расплавленного металла.

Он царапал ногтями лицо, оставляя на нем кровавые следы, но через несколько секунд они уже исчезли, стертые какой-то неведомой силой. Вскоре пропал и голос, оставив Санни без возможности выразить свои ужасные мучения.

Этот процесс был противоположен тому мягкому возрождению, которое он пережил после прохождения Первого Кошмара. Он был жестоким, безжалостным и неестественным, насильно переделывая тело Санни в то, чем оно не должно было быть.

То, чем ничто и никогда не должно было быть.

Беспомощный остановить это, Санни не имел выбора, кроме как терпеть агонию. Все, что он мог делать, это стараться не сойти с ума от боли. Слезы текли по его лицу, оставляя за собой кровавые следы. Пыткам не было конца.

…Затем, спустя, казалось, целую вечность, она остановилась. Боль утихла, уменьшилась и, наконец, исчезла. Санни остался лежать на толстом ковре из паутины, совершенно обессиленный и истощенный.

В тишине, которую нарушал лишь хриплый звук его неровного

дыхания, голос заклинателя прошептал:

[Вы приобрели новый Атрибут.]

[Один из ваших Атрибутов готов к развитию.]

***

Санни долгое время оставался неподвижным, медленно приходя в себя. Воспоминания об ужасном испытании все еще звучали в его голове, заставляя его время от времени вздрагивать. Он боялся открыть глаза и посмотреть на свое тело, боясь увидеть, что он изменился каким-то ужасным, отталкивающим образом.

Неужели я стал чудовищем?

Почувствовав ужас, Санни плотнее закрыл глаза.

Однако он не чувствовал себя чудовищем. На самом деле, он вообще не чувствовал себя другим. Насколько он мог судить, у него по-прежнему были две руки, две ноги и мягкая человеческая кожа. Не было никаких изменений в его силе и стойкости.

Как будто ничего не произошло.

«Давай. Просто сделай это.»

С нервным вздохом Санни открыл глаза и осмотрел себя.

Все было по-прежнему. Он переключил свое восприятие и снова изучил себя сквозь тень.

Он все еще был человеком.

Ну… что-то изменилось, но он не мог это описать. Как будто его зрение было несколько иным, чем раньше. Мир казался… глубже, как-то иначе. Санни заметил разницу только из-за контраста между его собственным восприятием и восприятием тени.

До этого они были более или менее похожи.

«Капля ихора… которая появилась из глаза Ткача…»

Осторожно подняв руку, он коснулся своих глаз. На ощупь они были одинаковыми.

Но они также отличались. Он только не мог понять, в чем именно.

Опустив руку, Санни заметил каплю крови на одном из пальцев. Она появилась из небольшой царапины на его щеке, которая не зажила, как другие.

В глубине крови Санни заметил едва заметный намек на золотой блеск. Как будто сияющая капля золотой жидкости, которую он поглотил, все еще была там, теперь часть его самого, сильно разбавленная и влитая в его собственную кровь. Сияние было настолько слабым, что он почти не заметил его.

Санни подозревал, что на свету его вообще не будет видно.

«Что… черт… я с собой сделал?»

В этот момент он случайно взглянул на Саван Кукловода, одновременно думая о золотом блеске. Что-то переключилось в голове Санни, и он вдруг увидел Воспоминание по-другому.

Его глаза расширились.

Под поверхностью серой ткани неземным светом сияли пять светящихся углей. Каждый из них представлял собой узел и якорь бесчисленных алмазных нитей, которые тянулись к разным частям доспеха, сплетая сложный, замысловатый, непредсказуемый узор.

Это очень напоминало внутреннюю пустоту Заклинания, только в бесконечно меньшем масштабе.

Однако… Санни с удивлением обнаружил, что в какой-то степени понимает этот узор. Вновь обретенное врожденное знание помогло ему уловить следы логики в хаотичном, на первый взгляд, расположении струн, определить цель каждого поворота. Они были предназначены для достижения определенных эффектов… прочности, устойчивости… и другого, более сложного типа защиты.

Понимание пришло к нему само собой, как будто это была его врожденная способность.

«Мне нужно… изучить это подробнее.»

Заинтригованный и встревоженный, он вошел в Море Души. Перед его мысленным взором предстало знакомое темное пространство неподвижной воды. Там было нависающее Ядро Теней, сияющие спутники его Воспоминаний и странное ощущение, что что-то движется прямо за периферией его зрения.

По привычке Санни повернул голову, чтобы попытаться увидеть это нечто, зная, что ничего не увидит.

Однако на этот раз он увидел.

Испуганно вскрикнув, Санни отшатнулся в сторону и потерял равновесие.

«Какого черта! Какого черта!»

Там, в темноте, на границе тусклого света, отбрасываемого сияющими Воспоминаниями, стояли неподвижные черные фигуры. Это были тени… тени существ, которых он убил.

Одна тень напоминала раба с широкими плечами и окровавленной спиной, имя которого Санни так и не удосужился узнать. Его фигура была деформирована и ужасала, поскольку он превратился в зверя-убийцу после того, как стал носителем личинки Горного Короля. Затем личинка была задушена Санни.

Над ним возвышалась тень самого Горного короля, такая же страшная и отвратительная, каким тиран был при жизни. Санни содрогнулся, вспомнив, как ему удалось вырваться из когтей этого ужасного существа.

Тень жестокого рабовладельца, ударившего его кнутом, тоже была там, стоя рядом с тираном. Это был первый и пока единственный человек, чью жизнь Санни оборвал собственными руками. Он даже украл сапоги и плащ с тела убитого.

По обе стороны от них были другие тени. Огромные панцирные падальщики молча стояли, опустив к земле свои клешни. Среди них виднелся грозный силуэт центуриона, окруженный гигантскими многоножками, луковицами плотоядных червей и несколькими странными людоедскими цветами.

Каждое существо, павшее от руки Санни, было здесь в виде тени. Точнее, каждое существо, фрагменты теней которого были поглощены им.

Несмотря на то, что у теней нет глаз, он не мог не чувствовать, что все они смотрят на него.

Молча, неподвижно. Смотрят.

Почувствовав, как по позвоночнику пробежали холодные мурашки, Санни сглотнул и встал, его ноги слегка дрожали. Обнаружить, что внутри твоего Моря Души появилась небольшая армия мертвых теней, было не самым приятным сюрпризом. Тем более если эти тени когда-то принадлежали существам, которых ты лично убил.

Он стиснул зубы.

«Могу я повторить… какого черта?!»

Тени смотрели на Санни, а Санни смотрел на тени.

Через некоторое время ситуация стала немного неловкой.

Санни немного сдвинулся, затем нерешительно спросил:

— Э-э… вы, ребята, ничего не собираетесь делать?

Тени не отреагировали, оставаясь такими же неподвижными и тихими, какими были с самого начала.

На самом деле, он не видел, чтобы они двигались или вообще подавали какие-либо признаки жизни. В этом отношении они были еще более безжизненными, чем его Эхо здесь, в Море Души. Санни почесал голову.

Его первоначальный страх постепенно исчезал. Сначала он был напуган до смерти, но скорее от испуга, чем от ощущения реальной угрозы. В конце концов, это было его Море Души. Здесь мало что могло причинить ему вред.

Санни был уверен, что тени не способны ни на что, тем более напасть на него. Они казались скорее проявлениями какой-то странной грани его Аспекта, чем реальными существами. Как таковые, они не были опасны.

Вопрос был в том, почему тени вдруг появились?

Недолго думая, Санни пришел к выводу, что на самом деле они не появляются. Наоборот, они всегда были здесь, просто он не мог их видеть.

Но теперь, когда его глаза изменились в результате странной трансформации, через которую он прошел, он смог их увидеть, так же как и алмазные струны внутри Савана Кукловода.

Кстати, о Саване Кукловода…

В последний раз взглянув на безмолвные тени, чтобы убедиться, что они не бросятся на него, Санни недоверчиво нахмурился и отвернулся. Его спина мгновенно начала покалывать.

«Просто думай о них как о модных предметах мебели. Кто сказал, что Морям Душ не нужен дизайн интерьера?»

Немного утешившись, он подошел поближе к сияющим сферам, представлявшим собой Воспоминания, и вызвал Саван Кукловода. Одна из сфер опустилась вниз и медленно потускнела, открывая взору доспехи.

Как и раньше, Санни мог видеть пять светящихся узлов и бесчисленные нити, пронизывающие серую ткань. Они напоминали миниатюрные звезды, собранные в созвездие.

«Саван произошел от Тирана, который относится к классу Кошмарных Существ с пятью ядрами души. Пять ядер души, Воспоминание пятого уровня, пять узлов… Логично.»

По какой-то причине число пять что-то сдвинуло в его сознании. Санни нахмурился, не понимая чувства тревоги, внезапно возникшего из ниоткуда и нарушившего ход его мыслей.

Пытаясь сосредоточиться на поставленной задаче, он вызвал руны, описывающие Саван Кукловода. В воздухе вокруг доспеха появилось знакомое описание:

Воспоминание: [Саван Кукловода].

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Уровень Воспоминания: V.

Тип Воспоминания: Броня.

Описание Воспоминания: [Червь сомнения…]

Идентификация уровня была новой. Похоже, Заклинание решило быть полезным и включило новое понимание Санни внутренней работы Воспоминаний в свой… э-э… интерфейс?

Уровни не были чем-то, чему люди научились от Заклинания. Вместо этого, это был просто импровизированный способ различать Воспоминания разного уровня силы в пределах одного ранга. Он часто был ненадежным и откровенно неправильным, но это было лучше, чем ничего.

Но в случае с Санни, информация была на сто процентов правдивой. Он мог подтвердить это своими глазами, просто подсчитав количество остатков ядра внутри Воспоминания. Он даже мог понять их назначение.

«Это может быть очень полезно!»

Однако его внимание привлекло кое-что еще. В самом низу описания появилось новое скопление рун.

Зачарования Воспоминания: [Повышенная Прочность], [Сомнение].

Санни улыбнулся. Это было то, на что он надеялся. Раньше он мог только интуитивно чувствовать особые качества своих Воспоминаний, не имея возможности узнать их истинную природу и пределы, кроме как методом проб и ошибок. А использование этого метода во время битвы не способствовало выживанию.

Однако сейчас…

Он сосредоточился на одном из заклинаний.

Зачарование: [Сомнение].

Описание Зачарования: [Обеспечивает владельцу небольшую защиту от атак разума].

«Приятно знать.»

Количество было «небольшим», потому что это было всего лишь Пробужденное Воспоминание. Поскольку «повышенная прочность» не требует пояснений, Санни отбросил Саван Кукловода и вызвал Серебряный Колокольчик.

Маленький колокольчик имел всего одну искру света, которая была гораздо менее яркой, чем те, что были внутри Савана Кукловода. Изучение рун не показало ничего интересного. Это было Спящее Воспоминание первого уровня с одним зачарованием, которое увеличивало радиус слышимости звона до нескольких километров.

Наконец, пришло время взглянуть на Осколок Полуночи. Изящный клинок предстал перед Санни во всей своей строгой красоте.

Воспоминание: [Осколок Полуночи].

Ранг Воспоминания: Пробужденный.

Уровень Воспоминания: III.

Описание Воспоминания: [Выкованный из осколка упавшей звезды, этот непоколебимый клинок тверд и непреклонен. Он благоволит тем, кто готов сражаться до последней капли крови, и не знает сдачи].

Зачарования Воспоминания: [Непоколебимый].

Описание Зачарования: [Этот клинок отказывается быть сломанным, и поэтому его прочность превосходит все разумные пределы. Он значительно увеличит силу своего владельца, когда тот будет близок к смерти, но только если владелец не желает сдаваться.]

Санни вздохнул, одновременно довольный и разочарованный. Теперь он знал, как получить доступ к колодцу силы, который скрывался в глубине его сердца, когда в его руке был Осколок Полуночи. Однако сделать это можно было только тогда, когда он находится на пороге смерти, раненый и в нескольких минутах от гибели. Это могло либо спасти его из тяжелой ситуации, либо создать возможность для героической последней битвы.

Санни не любил героизм, поэтому второй вариант не казался ему привлекательным. Первый вариант был гораздо полезнее, но только в том случае, если он ужасно облажался и попал в смертельно опасную ситуацию.

Другими словами, его можно было использовать только в случае неудачи. В обычных сражениях особые свойства Осколока Полуночи были совершенно бесполезны.

«Жаль. Но… туз в рукаве на случай, если дела пойдут совсем плохо, тоже неплохо.»

Закончив с Воспоминаниями, Санни был готов узнать о новом атрибуте, который он получил. Учитывая, через сколько боли ему пришлось пройти, чтобы получить эту чертову штуку, он возлагал на нее большие надежды.

Найдя скопление рун, представляющих его Атрибуты, Санни сосредоточил свое внимание и внимательно прочитал их названия.

Атрибутов было пять: [Судьбоносный], [Знак Божественности], [Дитя Теней] и новый, [Плетение Крови].

Санни уже собирался вызвать описание [Плетение Крови], но потом остановился.

Что-то было не так.

Что-то не сходилось.

Прежнее чувство тревоги вернулось, теперь гораздо сильнее.

Когда он впервые почувствовал его?

По какой-то причине его мысли были медленными и мутными. Он почувствовал сильное желание забыть о странном ощущении и сосредоточиться на чем-то другом.

Но на этот раз он этого не сделал.

«Это было… когда я изучал Саван Кукловода. И это было… связано… с числом пять.»

«Пять? Какое значение имело число пять?»

Когда его внимание начало ослабевать, Санни прикусил губу, отчего капли крови покатились вниз. Вспышка боли на мгновение прояснила его разум.

Было пять Атрибутов… [Судьбоносный], [Знак Божественности], [Дитя Теней] и [Плетение Крови].

«Что?»

«Было… пять… пять атрибутов!»

Но он насчитал только четыре.

В недоумении Санни уставился на руны.

Он был уверен, что существует пятый Атрибут. Но как бы он ни старался, он не мог прочитать его название и описание. Каждый раз, когда его взгляд падал на руны, соответствующие пятому Атрибуту, он отвлекался, и память стирала все упоминания о нем.

Просто вспомнить, что Атрибутов пять, было невероятно трудно. Стиснув зубы, Санни старался сохранить концентрацию, не позволяя себе отвлекаться.

Он не собирался забывать!

— Пять! Пять! Их пять, черт возьми!

Сразу же после того, как он произнес эти слова вслух, что-то изменилось. Словно невидимая пелена упала с его глаз. Или, скорее, с его разума.

Санни застыл, шок и страх пронизывали его сердце. Он вспоминал…

«Разве я… разве я не видел сон?»

Да, конечно… Он увидел Касси, стоящую над ним с паникой в глазах. Умоляя его вспомнить цифру пять.

Нет, подождите…

Это был сон? В то время он верил в это.

Но потом он забыл.

Так же, как он забыл, что на самом деле произошло в тот день.

В тот день, когда Касси разбудила его, чтобы сказать ему что-то важное…

Это случилось в тот день, когда они убили Демона Карапакса. Тогда все трое были совершенно измотаны. Отойдя от трупа гигантского существа и найдя хорошее место для укрытия, они упали на землю и тут же уснули.

Но спали они недолго.

Час или два спустя Санни разбудила Касси, которая обнимала его за плечи. На ее лице было написано выражение ужаса.

— Санни! Санни! Проснись!

Мгновенно придя в себя, он вскочил на ноги и вызвал Осколок Полуночи, испугавшись, что на них напали.

Однако вокруг никого не было, кроме запаниковавшей Касси и настороженной Нефис, которая стояла в такой же позе, подняв меч и приготовившись к удару.

Сбитый с толку, Санни посмотрел на слепую девушку.

— Касси? В чем дело?

Снова схватив его за плечи, она приблизила свое лицо и умоляющим тоном прошептала:

— Санни, ты должен это прекратить! Пожалуйста! Ты единственный, кто может!

Он нахмурился, не понимая, что именно он должен остановить.

«Неужели она увидела другое видение?»

Пытаясь успокоить ее, он сказал размеренным тоном:

— Все в порядке, Касси. Успокойся, дыши. Расскажи нам, что произошло. Начни с самого начала…

Она отчаянно замотала головой.

— Нет времени! Я скоро забуду! Мы все забудем! Но ты, ты должен помнить!

«Мы все скоро забудем? Что она имеет в виду?»

Не видя ошеломленного выражения лица Санни, Касси закричала:

— Ты должен помнить, Санни! Пять! Пять! Запомни! Ты должен запомнить! Это пять!

Запомнить… пять?

Слепая девочка ничего не понимала. Санни осторожно обнял ее, чувствуя, как она напугана, по ее дрожащему телу.

— Хорошо, Касс. Я обещаю, что запомню. Пять, да? Видишь, это довольно трудно забыть.

Нефис хмуро смотрела на них, не забывая время от времени осматривать окрестности на предмет признаков опасности. По какой-то причине Касси разговаривала только с Санни, не обращая на нее никакого внимания.

Что, по ее мнению, мог сделать Санни, но не могла сделать Меняющаяся Звезда?

Услышав его ответ, слепая девочка немного успокоилась. Однако она все еще была напугана.

— Хорошо. Хорошо. Помни, это пять. Ты обещал…

Ее голос звучал все тише и тише, как будто она не была уверена в том, что говорит. Санни едва мог различить ее бормотание.

— …чем сложнее мысль, тем труднее ее удержать. Поэтому я могу сказать тебе только одно слово, самое простое, которое можно передать… когда придет время, оно может все изменить…

Тщательно подбирая слова, Санни нерешительно спросил:

— Касси? Ты можешь рассказать нам, что именно произошло?

Услышав его голос, слепая девушка вздрогнула и подняла голову, чтобы посмотреть ему в лицо.

В ее глазах еще были следы страха, но в основном он сменился растерянностью.

— А? Что-то случилось?

Санни моргнул.

Разве это не она разбудила их в панике?

«Подождите… почему она нас разбудила?»

По какой-то причине ему было трудно вспомнить детали последних нескольких минут. Разговор, который они только что вели, уже затуманился в его памяти.

«Наверное, я все еще не проснулся после такого резкого пробуждения. Недостаток сна влияет на концентрацию…»

— Ты хотела нам что-то сказать. Это было связано с… эм… числом пять?

Касси подняла брови.

— Пять? Почему пять?

Санни не знал, что сказать. Он собирался задать тот же вопрос.

— Я понятия не имею.

В недоумении он посмотрел на Нефис, надеясь, что она сможет прояснить ситуацию.

Меняющаяся Звезда стояла в нескольких шагах от него с растерянным выражением лица. Почувствовав его взгляд, она уставилась на него и спросила:

— Почему ты вытащил свой меч?

Санни взглянул на Осколок Полуночи и попытался вспомнить, что заставило его вызвать Воспоминание.

— Э-эм… Я не уверен. А ты почему вызвала свой?

Нефис посмотрела вниз, словно впервые заметив меч в своих руках. На ее лице появилось выражение сомнения.

«Что у нас сегодня с головой?»

Поняв, что ждать помощи от Нефис бессмысленно, Санни вздохнул и снова повернулся к Касси:

— Ты видела еще одно видение?

Слепая девушка вздрогнула. Ее глаза широко раскрылись, вновь наполнившись страхом.

— Видение… да, я видела видение. Ужасное, ужасное видение…

— Что ты видела?

Она замолчала на несколько мгновений, пытаясь вспомнить. На ее лице появилась глубокая хмурость. Наконец, Касси тихо сказала:

— Я видела… гору… гору трупов. Бесчисленные тела громоздились друг на друга, пока не образовали залитый кровью холм. А на его вершине, в луже крови плавало крошечное черное семечко…

Она замолчала, затем продолжила:

— Это было прошлое, я думаю. Но потом я увидела будущее… будущее. Это были мы. О, боги! Мы были… мы были…

Ее голос дрожал. Словно не решаясь сказать что-то вслух, Касси остановилась.

Санни подождал некоторое время, затем осторожно спросил:

— Мы были что?

Слепая девушка повернулась к нему в замешательстве.

— Что?

Он почесал затылок. О чем они только что говорили?

— Ты… э-э… рассказывала нам о своем видении. Кажется?

Касси нахмурилась.

— …О каком видении?

К своему смущению, Санни тоже не был уверен. Он только вспомнил что-то о цифре пять и… семени?

По какой-то причине ему казалось, что это число очень важно. Но почему? Он понятия не имел.

— Я забыл.

Внезапно Нефис, стоявшая неподалеку, опустила руки и отбросила меч, который почему-то держала в руке. Посмотрев на них с некоторым замешательством, она нерешительно спросила:

— Ребята, почему вы не спите? Нам нужно отдохнуть. Труп демона может что-то привлечь, поэтому нам лучше как можно скорее вернуться в пиковое состояние.

Отвлекшись и уже забыв о разговоре с Касси, Санни пару раз моргнул, пожал плечами и решил снова заснуть. Все равно все это не имело смысла. Скорее всего, они были поражены изнеможением…

Он чувствовал себя таким уставшим.

…Через несколько часов, когда тень заметила крылатое существо, кружившее вокруг острова, он снова проснулся. К тому времени воспоминания о предупреждении Касси были настолько обрывочными и туманными, что казались странным сном.

Но семя уже было посажено глубоко в его подсознании.

И теперь, когда оно расцвело, Санни наконец смог пробиться сквозь дымку забвения и вспомнить все…

Сидя в гнезде Мерзкой Птицы Воровки, Санни нахмурился и сжал кулаки.

С тех пор как они пришли в Пепельный курган, с ними происходило что-то неестественное. Теперь, когда он вспомнил предупреждение Касси, стало ясно, что на их разум было оказано воздействие, из-за чего они стали забывчивыми и легко отвлекались.

Даже теперь, когда он знал об этом, мыслить здраво было странно трудно. Ему потребовалась вся его воля, чтобы удержать в памяти знание об аномалии.

События последних нескольких дней все еще были туманны. Вспомнив что-то еще, Санни в досаде закрыл глаза.

Неужели они действительно провели на этом острове всего несколько дней? Количество фрагментов теней, полученных им при поедании плодов Дерева Души, говорило об обратном. Вполне возможно, что с того момента, как они впервые съели плоды, прошел целый месяц.

И с каждым днем их разум разъедало все сильнее. Очень скоро от них вообще ничего не осталось бы. Только пустые оболочки, ходящие по улицам в своих лицах.

Лицо Санни побледнело.

С нарастающим чувством ужаса он осознал, что в его памяти образовались большие пробелы. Он не мог вспомнить, как они попали на Пепельный курган и куда направлялись. Другие вещи тоже были неясными и размытыми.

«Сохраняй спокойствие.»

Несмотря на то, что его память была подпорчена, все же существовали способы понять, что происходит, а затем, возможно, и исправить ситуацию. В конце концов, он смог вспомнить предупреждение Касси. Это означало, что их воспоминания не исчезли, просто были затуманены.

«Первый шаг: сопротивляться импульсу забыть все снова.»

Не поддаваться постоянному воздействию на разум было нелегко, но он справлялся, по крайней мере пока.

«Второй шаг: постараться понять причину, по которой ты смог вспомнить эти вещи.»

Когда Касси умоляла его запомнить число пять, она, должно быть, уже знала, что он получит новый Атрибут. В результате он заметил существование таинственного пятого Атрибута, что и вызвало пугающее откровение.

Однако почему он смог не забыть о существовании пятого Атрибута?

Что сделало его таким особенным? Касси даже сказала, что он единственный, кто может это сделать. Почему он, а не Меняющаяся Звезда?

Санни помассировал виски. Затем к нему пришло внезапное осознание.

«Несомненно!»

Одно из заклинаний Савана Кукловода давало ему небольшую устойчивость к атакам разума. Именно поэтому он был чуть менее восприимчив к пугающему забытью, которым они заразились на Пепельном кургане.

Именно поэтому он последним согласился есть «чудодейственные» плоды. Поэтому он часто чувствовал, что все не так. Он также был единственным, кто сумел запомнить предупреждение Касси, хотя это и заняло у него много времени.

Касси знала о Саване Кукловода, и именно поэтому она выбрала его, а не Нефис.

«Умная девочка.»

Итак… их искаженное состояние было результатом атаки разума. Но кто мог напасть на них на этом пустынном острове?

Ответ был довольно очевиден.

«Это проклятое дерево!»

Посмотрев вниз, Санни почувствовал, как по его спине струится холодный пот.

Дерево Души на самом деле было колоссальным, древним и совершенно ужасающим кошмарным существом. Если он был прав, то его сила должна была быть просто невообразимой. Он боялся даже подумать о его ранге и классе.

«Неудивительно, что оно смогло лишить жизни целую область багрового лабиринта.»

Неудивительно, что оно смогло выжить и процветать в этом адском месте. Из всех ужасов этого ада оно, возможно, было самым страшным.

Наконец-то Санни узнал причину, по которой ни одно кошмарное существо не осмелилось приблизиться к Пепельному кургану. Даже монстры боялись Древа Души.

…За исключением не менее жутких тварей, обитавших под волнами глубокого, темного моря.

Им никак не удавалось уничтожить его. Дерево Души было слишком большим, старым и могущественным. На мгновение Санни задумался о том, чтобы поджечь его, но быстро отказался от этой идеи. Ему понадобилось бы извержение вулкана или какое-то божественное вмешательство, чтобы сжечь этот колосс.

«Итак… что же делать?»

Поразмыслив некоторое время, Санни решил не спешить и двигаться вперед шаг за шагом.

Сначала он должен был узнать точную ситуацию со своими Атрибутами.

Вызвав руны, он еще раз попытался прочитать описание скрытого пятого Атрибута.

Результат был тот же. Он знал, что он там есть, но не мог вспомнить, что это такое, как ни старался.

Убедившись, что самостоятельно разгадать эту загадку все еще невозможно, Санни перевел внимание на [Знак Божественности]. Под его описанием появились новые руны:

Описание Атрибута [Знак Божественности]: — От вас исходит слабый аромат божественности, как будто кто-то однажды, давным-давно, ненадолго прикоснулся к вам.

[Знак Божественности] готов к эволюции. Приступить?

Не теряя времени, Санни ответил «да».

Сразу же изменилось название и описание Атрибута. Новые руны гласили:

Атрибут: [Искра Божественности]

Описание Атрибута [Искра Божественности]: — Каждый огонь начинается с искры. Где-то глубоко в вашей душе сияет божественным светом искра.

Он не чувствовал никаких изменений внутри себя. Казалось, что вопрос о том, хочет ли он продолжать, был просто формальностью, а атрибут уже развился, когда он съел каплю ихора.

«Моя принадлежность к божественности возросла. Отлично. Хотя я не уверен, как это может быть полезно…»

Была ли эта искра божественности причиной того, что он теперь мог видеть внутреннюю работу Воспоминаний, а также некоторые другие вещи, такие как тени в его Море Души? Если да, то это универсальная черта всех Пробужденных с высокой божественной принадлежностью, или только его?

По какой-то причине Санни чувствовал, что это последний вариант. Он получил каплю ихора от существа по имени Ткач, а затем смог увидеть нити, которые были вплетены в Воспоминания, придавая им уникальные качества. Нетрудно было заметить связь.

Если это правда, значит ли это, что существуют различные виды божественности? И он унаследовал небольшое количество особого вида божественности?

Был ли Ткач вообще божеством? Все боги, о которых он слышал, назывались одинаково. Был Бог Теней, Бог Войны… ну, и все. Он никогда не слышал имен других богов.

Однако имя Ткача было другим.

Может быть, Ткач вовсе не был божеством…

Может быть, он, она или оно на самом деле был одним из Неизвестных?

Санни покачал головой, чувствуя, что почти позволил себе отвлечься и ослабить власть над своей памятью. Теперь он не мог позволить себе сбиться с пути…

Сконцентрировавшись, он посмотрел на свой новый Атрибут, [Плетение Крови].

Описание Атрибута [Плетение Крови]: — Вы унаследовали часть запретного рода Ткачей. Ваша кровь была изменена и наделена необычной вязкостью.

Значит… в будущем у него будет меньше шансов истечь кровью? Это было очень хорошее улучшение.

Однако оно не помогло Санни в его нынешней ситуации.

Настало время для следующего шага…

***

Было раннее утро, когда Санни спустился с Дерева Души. Однако он не взял с собой никаких фруктов.

Подойдя к спящей Касси, он взял ее за плечи и осторожно потряс, чтобы она проснулась. Ирония в том, что эта ситуация повторяла ту, в которой Касси просила Санни запомнить число пять.

Слепая девочка медленно пришла в себя и повернулась к нему лицом с сонным, растерянным выражением лица.

— Санни? Почему ты так рано встал?

Он заколебался, затем сказал с дружелюбной улыбкой, изо всех сил стараясь сделать вид, что все в порядке.

— Вообще-то, я совсем не спал этой ночью.

Касси нахмурилась. К счастью, она не могла видеть ни его плачевного состояния, ни засохшей крови на его лице.

— Правда? Почему?

Он пожал плечами.

— Я решил забраться на Дерево Души и поискать немного фруктов. Но это не очень важно. Эй… твоя способность Аспекта позволяет тебе видеть Атрибуты других людей, верно?

Она кивнула, все еще смущенная.

— Да. Ты это знаешь. А что?

Санни задержался, затем сказал беззаботным тоном:

— Можешь взглянуть на мои?

Мыслительный процесс Санни был очень прост. Честно говоря, в том состоянии, в котором он находился, сложные идеи, идущие вразрез с внушениями Древа Души, было почти невозможно удержать. Он уже был на пределе сил, пытаясь вспомнить, что произошло в гигантском гнезде.

По пути вниз Санни пришлось несколько раз укусить себя, оставив кровавые следы на руках. Острая боль на несколько мгновений прояснила его сознание и дала временное облегчение от постоянной тяги к забытью.

По совпадению, он уже заметил, как на него действует [Плетение Крови]. Укусы кровоточили совсем недолго, быстро превращаясь в струпья. Скорость свертывания его крови явно увеличилась. Он также чувствовал себя более энергичным, его выносливость была значительно выше, чем раньше.

Что было вполне логично. Человеческое тело — это система, в которой каждая часть влияет на другую. Всестороннее улучшение одной из этих частей, особенно такой важной, как кровь, должно было привести к цепной реакции меньших улучшений во всей системе.

Похоже, он сильно недооценил важность своего нового атрибута.

«Сосредоточься, идиот! Не отвлекайся!»

Стиснув зубы, Санни сосредоточился на задаче.

Он хотел использовать способность Апсекта Касси, чтобы узнать правду о скрытом Атрибуте. Ее зрение отличалось от его. Санни мог видеть только информацию, предоставленную рунами, потому что это была стандартная функция заклинания. Он просто получал доступ к этой информации с помощью своего разума.

Зрение Касси, однако, исходило от ее Аспекта. Таким образом, даже если их умы были скомпрометированы, это не должно было повлиять на ее способность видеть чужие Атрибуты. У нее также была высокая привязанность к откровениям и судьбе.

Таким образом, существовала большая вероятность того, что Касси сможет преуспеть там, где он потерпел неудачу.

Наконец достигнув земли, Санни разбудил слепую девушку и, после короткого разговора, упомянул об Атрибутах. Затем он осторожно спросил:

— Не могла бы ты взглянуть на мои?

Касси была заметно смущена этим вопросом.

— Разве ты не можешь сделать это сам?

Санни улыбнулся.

— Могу, но, думаю, ты удивишься, когда увидишь их.

Слепая девушка колебалась, затем пожала плечами.

— Хорошо. Но если окажется, что ты зря меня разбудил, я буду очень расстроена. Это было не очень мило с твоей стороны…

Она повернулась к нему лицом и на мгновение замерла, как бы глядя ему в глаза.

— Судьбоносный, Дитя Теней, Искра Божественности… погоди, разве это не «Знак» Божественности? Хм, должно быть, я неправильно запомнила.

Остановившись на секунду, Касси застенчиво прикрыла рот маленькой ладошкой и зевнула.

— В последнее время моя память не слишком хороша. Слишком много отдыха, наверное. На чем я остановилась? Ах, да. Плетение Крови… а? Откуда это взялось?

Санни заставил себя усмехнуться.

— Эта штука? Из яйца. В любом случае, есть что-то еще?

Касси моргнула пару раз.

— Из… яйца? Ну, если ты так говоришь…

Обычно, появление нового Атрибута не было чем-то, на что можно было бы обратить внимание. Но в том состоянии, в котором она находилась, внимательность Касси была сильно снижена, а умственные способности затуманены. Она лишь нахмурилась на секунду, а затем забыла о несоответствии.

Сердце Санни тем временем билось так, будто вот-вот разорвется. С фальшивой улыбкой, застывшей на его лице, он ждал следующих слов слепой девушки. От них зависело, сможет ли он докопаться до сути дела.

И, следовательно, найти способ подняться с этого дна.

Рассеянно улыбнувшись, Касси сказала:

— Моя мама готовит лучшие яйца… э-э… о чем мы говорили? Точно, о твоих Атрибутах. Последний — «Очарованный». Подожди… откуда это…

Зная, что времени очень мало, Санни поспешно спросил:

— Описание! Что говорится в описании?

В его голосе чувствовалось напряжение. Пораженная таким напряжением, Касси не стала задавать тот же вопрос снова и просто сказала:

— Вы были зачарованы древним чудовищем, Древом Пожирания Душ, и сейчас находитесь в его власти. Когда процесс завершится, вам не удастся выбраться.

Как только Санни услышал эти слова, с его разума словно упали тяжелые цепи. Внезапно воспоминания вернулись лавиной, заставив его пошатнуться. Его глаза широко раскрылись.

Только теперь, когда он полностью восстановил свою память, Санни осознал, насколько сильно было искажено его психическое состояние, как много его истинного «я» исчезло, как близко он был к тому, чтобы быть полностью уничтоженным, даже не зная, что ужасный монстр медленно пожирает его разум.

Чувство ужаса наполнило его сердце. На несколько мгновений Санни потерял способность говорить, покрывшись холодным потом и дрожа.

«Успокойся. Успокойся. Этого не было, ты остановил это. Ты вернулся, оно тебя не съело.»

Постепенно ему удалось взять себя в руки и обрести некое подобие самообладания. Он подошел очень близко к краю, но не сделал последнего шага. Он все еще оставался самим собой.

Все еще не было кончено. У них еще был шанс.

Посмотрев на Касси, Санни медленно выдохнул и сказал.

— Спасибо.

Слепая девушка улыбнулась и подняла брови.

— За что?

Она уже забыла об их разговоре.

Санни был свободен от гипноза Пожирателя Душ, а Касси — нет. Ее память, разум и мышление все еще были под угрозой. По мере того, как они разговаривали, становилось все хуже.

На лице Санни появилась болезненная улыбка. Стараясь сохранить легкий и веселый тон, он сказал:

— За то, что помогла мне сейчас. Извини, что разбудил тебя так рано… спи. Я займусь этим дальше сам.

Касси колебалась несколько мгновений, потом отвлеклась и забыла о его присутствии. Зевнув, слепая девушка легла и накрылась плащом. Вскоре она снова заснула, счастливая и не ведающая, что дни ее сочтены.

Санни наблюдал за ней некоторое время с мрачным выражением на лице. Наконец, он повернулся и пошел прочь, размышляя:

«Только через мой труп…»

Нефис все еще стояла на западном краю острова, глядя на отступающие черные воды. Казалось, она почти не двигалась с тех пор, как Санни видел ее в последний раз.

Глядя на нее ясными глазами, свободными от изнуряющих последствий Очарования, он смог заметить то, чего не замечал раньше.

Волосы Неф действительно стали длиннее. Еще в Академии они были короткими и обычно уложены набок. Теперь же серебристые пряди были уже достаточно длинными, чтобы закрыть уши, и свисали беспорядочно без обычного блеска.

Лицо Меняющейся Звезды казалось гораздо более худым, с темными кругами под глазами и мрачным, тусклым выражением. Ее обычная уверенность и энергия исчезли, сменившись измученной неподвижностью.

Она выглядела так, словно какая-то неизвестная болезнь поглощала ее изнутри, медленно превращая некогда сияющую девушку в бледную тень себя прежней.

Санни подозревал, что это за болезнь.

Он уже давно знал, что у Нефис есть загадочная цель, и что ее решимость достичь этой цели была не иначе как пугающей. Ее жгучее желание, казалось, было достаточно сильным, чтобы противостоять даже покорности Пожирателя Душ.

Однако, хотя чувства остались, воспоминания исчезли. Таким образом, Нефис осталась в отчаянном стремлении к чему-то неведомому, не имея возможности ни понять природу своих эмоций, ни насытить их. Этот внутренний конфликт и был причиной ее ужасного состояния.

Подойдя ближе, Санни сел и посмотрел на Неф, желая увидеть, как ее поразительные серые глаза снова засияют непоколебимой решимостью.

— Привет, Неф.

Она повернула к нему голову, ничего не говоря. Санни стиснул зубы, чувствуя, как в его сердце расцветает темный гнев.

«Это отвратительное дерево!»

— Я должен тебе кое-что сказать.

Стараясь сохранять спокойствие и ничего не упустить, он рассказал Нефис все, что узнал. Он рассказал ей о своем путешествии в верхние части Дерева Душ, о гигантском гнезде, которое он обнаружил, о Порождении Мерзкой Воровской Птице и о том, как он убил его, о странной Памяти без ранга и типа, о новом Атрибуте, который он получил, и о скрытом, который он случайно обнаружил.

Наконец, Санни рассказал ей о природе этого Атрибута, истинной природе Пожирателя Душ, о том, как долго они пробыли на острове, и о том, что они забыли.

Когда он закончил, выражение лица Меняющейся Звезды ничуть не изменилось. Посмотрев в сторону, она просто сказала:

— Понятно.

Санни моргнул.

— Понятно? Понятно?! И это все, что ты можешь сказать?!

Она посмотрела на него и мрачно улыбнулась.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала?

Он уставился на нее и сжал кулаки.

— Ух ты! Какой ужас! Молодец, Санни! Скажи хоть что-нибудь! Неужели так трудно вести себя по-человечески?!

Она отвернулась, не отвечая. Санни смотрел на нее несколько секунд, затем сказал усталым, побежденным голосом:

— Я не знаю, что делать. Скажи мне, что делать, Неф. Как мне вытащить нас из этого?

Некоторое время она молчала. Санни почти решил, что Меняющаяся Звезда уже забыла все, что он ей сказал, но тут он заметил искры белого сияния, пляшущие в глубине ее глаз.

Нефис активировала свою способность Аспекта, используя боль, чтобы как можно дольше оставаться в сознании.

Наконец, она посмотрела на удаляющееся темное море и сказала:

— Нам нужно построить лодку.

Санни моргнул.

— Что?

Меняющаяся Звезда вздохнула и повернула лицо, чтобы посмотреть на него.

— Мы находимся здесь, на этом острове, уже много недель. Древо Души медленно стирает наш разум, превращая нас в своих рабов. Навсегда. Однако процесс не завершен.

Он кивнул, прислушиваясь.

— Какие мысли Древо Души вложило в наши головы? Что оно доброжелательное и великое. Что его плоды желанны. И что мы не должны покидать остров, оставаясь как можно ближе к нему. Первые две заповеди вполне логичны. А вот третье не так просто.

Нефис жестом указала на бескрайние просторы черной воды.

— Из третьей заповеди мы можем сделать вывод, что эффект очарования Древа Души ослабевает с расстоянием. И если мы отдалимся от дерева на достаточное расстояние, он будет разрушен.

Лицо Санни просветлело, когда он понял логику Неф. Значит, выход был! Им просто нужно было покинуть Пепельный курган и бежать, не оглядываясь, пока клеймо Пожирателя Душ не исчезнет из их душ. Однако…

— Но почему на лодке? Почему бы просто не убежать пешком?

Меняющаяся Звезда опустила голову и тихо сказала:

— Мы никогда не доберемся до замка пешком. Мы просто умрем. Раньше я была слишком самонадеянна, чтобы думать… ну, теперь это не имеет значения. Чтобы обойти кратер по лабиринту, потребуется много месяцев, особенно теперь, когда у нас нет Эхо. И каждый день, проведенный там, это еще один день, когда мы рискуем столкнуться с чем-то, что убьет нас, не дав даже вспотеть.

Она вздохнула.

— Нам и так повезло, что мы выжили так долго, как выжили. Но в конце концов, сколько бы мы ни боролись и ни упорствовали, мы все равно встретили Древо Души. Это должен был быть наш конец. Ты понимаешь, насколько невероятно, что у нас вообще есть шанс поговорить?

Санни нерешительно покачал головой.

— Во-первых, в нашей группе должен был быть оракул, чтобы видеть будущее. Затем Касси должна была сформулировать и осуществить гениальный план за то короткое время, пока ее память оставалась нетронутой. Этот план основывался на том, что в нашей группе был кто-то с пробужденной броней пятого уровня, зачарованной крайне редкой чертой защиты разума, не меньше…

Пробужденные со сродством к откровениям были немногочисленны. Спящие с Воспоминанием, равным Савану Кукловода, были еще более редкими.

— …Затем этот человек должен был найти и убить Великого Дьявола. Что еще более невероятно, он должен был получить от него настоящее Воспоминание Родословной. Нужно ли мне объяснять, насколько неправдоподобно такое сочетание событий?

Санни медленно покачал головой.

Нефис закрыла глаза.

— Я к тому, что… Если мы пойдем в лабиринт, то неизбежно встретим следующее Дерево Души, и даже если нам чудом удастся пережить эту встречу, будет следующее, а потом следующее. Рано или поздно мы умрем.

Она посмотрела на запад, где за горизонтом исчезали последние остатки темного моря.

— Но если мы построим лодку и с помощью посоха Касси наполним парус ветром… может, нас съедят обитатели глубин, а может, они вообще не обратят на нас внимания. В любом случае это авантюра. Либо мы умрем, что равносильно возвращению в лабиринт, либо нет. Если мы выживем, то за одну ночь сможем пройти сто, а может, и двести километров. Это больше, чем мы прошли до сих пор.

Санни замер, ошеломленный этой цифрой.

За все недели, предшествовавшие битве с Демоном Карапакса, они прошли не более ста, может быть, ста пятидесяти километров от статуи гигантского рыцаря. Это было очень много, особенно если учесть, как тяжело давался каждый шаг по багровому лабиринту.

Пройти столько же, а может, и больше за один день… это было бы невероятно. Но…

Плыть… по темному морю?

Внезапно он почувствовал, что пробежались мурашки по коже.

Пытаясь собраться с мужеством, Санни посмотрел вдаль и сказал хриплым голосом:

— Ты видела существ, которые обитают под этими волнами. Неужели ты хочешь переплыть их?

Меняющаяся Звезда несколько секунд молчала, затем вздохнула.

— Мы будем прокляты в любом случае, Санни. Что мы теряем?

Она замолчала на мгновение и скорчила гримасу, в ее глазах заплясали бледные огоньки. Затем, тихим голосом, она добавила:

— Мы не будем зажигать костер, будем полагаться на твои глаза, которые укажут нам путь на запад. Мы будем надеяться, что доспехи Касси защитят нас. Может быть, этого будет достаточно.

Санни посмотрел на Неф и спросил:

— Что такого особенного в доспехах Касси?

Она замешкалась на мгновение, а затем ответила, не глядя на него:

— Это Пробужденное Воспоминание шестого уровня. Одна из его особенностей — делать так, чтобы владелец меньше привлекал внимание врага.

Пока Санни переваривал эту информацию, Нефис вдруг задрожала. Закрыв глаза, она сказала сквозь стиснутые зубы:

— Я на пределе. Мой разум… угасает. Если у тебя остались вопросы… лучше… задавай их быстро.

Он моргнул, пораженный. Затем, зная, что времени осталось мало, Санни спросил первое, что пришло ему в голову:

— Ты хоть знаешь, как построить лодку?

Меняющаяся Звезда просто кивнула, давая ему понять, что знает. Выражение её лица медленно становилось потерянным и тусклым.

Гонясь за временем, Санни судорожно придумывал другой вопрос.

— Как мне убедить тебя покинуть остров, когда твоя память исчезнет?

Нефис смотрела на него, изо всех сил пытаясь удержать последние крупицы ясности. На мгновение ее глаза снова стали ясными. В их глубине зажглось белое пламя, осветив ее бледное, прекрасное лицо.

— Астер… Сонг… Вейл. Скажи мне эти слова, и я буду слушать.

Начиная терять контроль над своими мыслями, она отвернулась и добавила после короткой паузы, ее голос был ровным и спокойным:

— Если что-то случится, бери Касси и беги. Не надо… не надо…

Затем свет в ее глазах медленно померк, и вскоре Меняющаяся Звезда снова смотрела на запад, и все воспоминания об их разговоре исчезли из ее сознания.

Санни некоторое время сидел рядом с ней и ждал. Через некоторое время он немного сдвинулся с места и сказал:

— Привет, Неф.

Она повернулась к нему, ее лицо было мрачным и полным замешательства.

— Санни? О… когда ты пришел сюда?

— Некоторое время назад.

Затем он улыбнулся и сказал беззаботным тоном:

— Эй, могу я спросить тебя кое о чем? Ты знаешь, как построить лодку?

***

Нефис была очень удивлена его вопросом, но в конце концов согласилась помочь ему. Санни не сказал ей, почему именно он хочет построить лодку, уклоняясь от вопросов с отработанной ловкостью. Его недостатком было то, что он не умел упрощать ситуацию, но в том состоянии, в котором находилась Неф, убедить ее было не очень сложно.

Манипулировать ею было немного странно, но объяснять все еще раз было бы слишком долго. Не говоря уже о том, что он не был уверен, что это снова сработает.

А времени оставалось не так уж много. С каждым часом их состояние ухудшалось.

Даже Санни с трудом сохранял ясность ума. Каждый раз, когда он чувствовал, что его сознание начинает ускользать, ему приходилось причинять себе боль, чтобы получить несколько мгновений передышки. Но даже в этом случае его мысли были медленными и хрупкими. Удерживать их вместе было для него тяжелым бременем.

Они должны были бежать с острова как можно скорее. Санни твердо решил быть готовым к тому времени, когда вернется темное море.

Отвернувшись от Нефис, чтобы она не увидела страдальческого выражения его лица, Санни снова укусил себя за руку. Почувствовав горький вкус крови на языке, он позволил волне боли очистить свой разум и моргнул, забавляясь иронией ситуации.

Он грыз себя, чтобы не быть съеденным. Какое забавное противоречие.

Спрятав кровоточащую руку за спину, Санни повернулся к Неф и спросил:

— Итак, как мы собираемся сделать лодку?

Она задумалась на некоторое время, затем равнодушно сказала:

— Нам придется использовать материалы, которые есть под рукой. Для корпуса нам придется использовать панцирь мертвого демона. Мы можем снять несколько броневых пластин подходящей формы и связать их вместе золотой веревкой…

Санни поднял брови:

— Броня… панцирь демона? Она сделана из какой-то странной стали. Может ли сталь вообще плавать?

Нефис посмотрела на него с упреком.

— Плавать может все, что угодно, Санни. Тебе просто нужно убедиться, что ты вытесняешь больше воды, чем вес плавающего объекта. Так работают лодки.

Он моргнул.

— А… хорошо. Насчет паруса, я думаю, мы можем попросить Касси одолжить нам ее плащ. Что скажешь?

Меняющаяся Звезда странно посмотрела на него.

— То есть… да? Я все еще не понимаю, что тебя так взволновало в строительстве лодок, но я уверена, что она будет готова помочь тебе с этим… э-э-эм… проектом.

Санни улыбнулся.

— Отлично! Тогда пойдем, разделаем демона!

Странное предложение для того, чтобы произнести его с улыбкой, но не самое странное, которое ему пришлось сказать, чтобы убедить Неф помочь ему.

Через несколько минут они достигли гигантской туши Демона Карапакса. Она возвышалась над ними, словно небольшой холм из полированного металла. После того первого дня, когда странная крылатая мерзость несколько часов кружила вокруг острова, не решаясь приблизиться, больше никто не появлялся, чтобы претендовать на мясо страшного существа.

В результате туша осталась практически нетронутой.

Странно, но труп демона не начал гнить. Только металл его панциря медленно портился, теряя блеск и сияние, а затем становясь все менее прочным. К этому времени на его поверхности появились большие пятна ржавчины.

Нефис взобралась на тушу и стала ходить из стороны в сторону, глядя себе под ноги. Затем она жестом указала на несколько мест:

— Эти изогнутые пластины будут идеальны, если мы сможем соединить их достаточно плотно. Каждая из них достаточно длинная, чтобы сформировать весь корпус, оставляя достаточно места, чтобы мы втроем могли сидеть бок о бок.

Санни не разбирался в кораблестроении, поэтому он решил довериться ее мнению. Подняв глаза от земли, он спросил:

— А как насчет мачты?

Меняющаяся Звезда нахмурилась.

— Об этом… мне придется подумать.

Санни улыбнулся.

— Хорошо. Пока ты думаешь, я схожу за Касси, чтобы она составила тебе компанию…

Санни предстояло многое сделать до захода солнца.

Части плана крутились в его голове, заставляя ее болеть. Ему приходилось постоянно сосредотачиваться, напрягая волю до предела, чтобы не забыть обо всем. Когда этого было недостаточно, ему приходилось использовать боль, чтобы усилить концентрацию.

Его руки и кисти были покрыты жуткими следами укусов. Если бы не Плетение Крови, Санни мог бы уже потерять сознание от потери крови. Тем не менее, с его бледным лицом, ставшим еще белее от истощения, и лихорадочным светом, горящим в глазах, он, должно быть, выглядел как зомби.

К счастью, Касси ничего этого не видела.

Не потребовалось много усилий, чтобы убедить ее присоединиться к их странному начинанию. Состояние слепой девушки было гораздо хуже, чем у него или Неф. Казалось, она едва держалась на ногах, ее мысли были медленными и кроткими. Сердце Санни сжалось от беспокойства.

Почему она пострадала гораздо больше нас? Это потому, что у нас есть Истинные Имена, а у нее нет?

В конце концов, имена — это якорь самоощущения. Может быть, Истинные Имена выполняли ту же роль, только в вопросах, связанных с Заклинанием?

Он не знал.

Санни подвел Касси к туше Демона Карапакса. Нефис уже была занята тем, что снимала пластины брони с его спины. Ее серебряный меч, казалось, мог рассечь испорченный металл, и задача оказалась не такой уж трудной, как он боялся.

Осторожно усадив слепую девушку так, чтобы Неф могла ее видеть, он взобрался на мертвого демона и оценил ход работы Меняющейся Звезды.

Она посмотрела на него, нахмурившись:

— Разве ты не собираешься помочь? В конце концов, это была твоя идея.

Санни пожал плечами.

— Может быть, позже. В любом случае, ты, кажется, получаешь удовольствие. Некоторые люди могли бы сказать, что это забавный маленький проект, чтобы прогнать скуку, верно?

Она пару раз моргнула, затем сказала:

— Наверное.

Санни кивнул пару раз, глядя вниз на места, где, лишенная пластин броня, обнажила плоть демона. Лазурная кровь свернулась, сделав ее темной и твердой, как камень. Однако кое-где белые прослойки жира оставались в первозданном виде.

— Вообще-то, у меня на уме другой проект.

Нефис поднял бровь.

— Правда?

Санни призвал свой меч и подошел ближе к щели в доспехах существа.

— Да. Я хочу сделать свечу.

Произнеся эти слова, он начал резать, отделяя жир от затвердевшей мышечной ткани.

Неф несколько раз моргнула, а затем посмотрела на Касси:

— Эй, Касс. Санни сошел с ума?

Слепая девушка вздрогнула при звуке своего имени.

— А? Э-э… Я не уверена. Думаю, ему просто скучно.

Санни сосредоточился на своей задаче, не обращая на них никакого внимания. На мгновение его посетила мысль порезать себя острым, как бритва, лезвием Осколка Полуночи, но потом он отбросил ее. Прорезать Саван Кукловода было бы очень сложно, а снять доспехи на глазах у девушек он не мог.

Точнее, он и не хотел.

С изрядным куском жира демона в руках, Санни спрыгнул с туши и приземлился на кучу опавших листьев.

Сделать свечу из жира было не очень сложно. Нужны были только огонь, вода и время. Фитиль можно было сделать из волокон морских водорослей. Получится не очень красиво, но эстетика его не волновала.

Оставив Нефис и Касси, Санни поспешил обратно в свой лагерь.

Солнце было уже высоко в небе.

Остаток дня он провел за двумя занятиями: следил за процессом изготовления свечи и бегал по острову, собирая как можно больше опавших листьев.

Время от времени он мельком видел, как Нефис работает на лодке, иногда поручая Касси помогать ей по хозяйству. Судя по тому, что он видел, лодка получалась неплохо. Меняющаяся Звезда знала, что делает.

Конечно, это было возможно только потому, что он убедил ее, что это просто что-то, что он хочет сделать для развлечения. Если бы девочки знали, что Санни планирует использовать лодку, чтобы сбежать из Пепельного кургана, эффект заговора стер бы их воспоминания о задании, сделав его невыполнимым.

Как бы то ни было, Санни был единственным, кто знал истинное предназначение лодки. Поэтому он был вынужден в одиночку нести всю тяжесть разложения сознания Древа Души.

Ему казалось, что он вот-вот упадет замертво от истощения. Его голова была словно наполнена расплавленным железом. Его зрение начало расплываться.

Но Санни упрямо отказывался сдаваться. Как бы он ни устал, как бы ни хотел отпустить и облегчить эти страдания, вернуться к блаженству незнания, он все время думал об одной цели, и только об одной.

Вырваться из лап Пожирателя Душ.

Наконец, с наступлением вечера лодка была готова.

Похожий на ходячий труп, Санни медленно подошел к туше демона, которая теперь была вскрыта и разрезана на части. Как будто безумный вивисектор[6] посетил остров, чтобы произвести вскрытие гиганта, и забыл зашить бедное существо.

Нефис с беспокойством посмотрела на него.

— Санни… ты в порядке?

Одарив ее кривой улыбкой, он пожал плечами.

— Я в порядке. Относительно.

Он не уточнил, с чем именно он сравнивает свое нынешнее состояние.

Повернув голову, Санни с мрачным удовлетворением посмотрел на лодку.

Она была… не такой, какой он ее себе представлял.

Корпус был сделан из изогнутых пластин полированного металла, из которых во все стороны торчали острые шипы. Пластины держались вместе благодаря золотому канату, который был крепко обвязан вокруг них. Меняющаяся Звезда сумела сделать зазоры между различными частями корпуса настолько тонкими, что вода не могла просочиться сквозь них.

Мачта была сделана из позвоночника и ребер демона, на них висел зачарованный плащ Касси, служивший парусом. Было даже рулевое весло, сделанное из кончика косы великана.

Он ожидал увидеть импровизированный плот, но то, что предстало перед ним, было настоящим судном. Да, оно выглядело грубым… но в то же время крепким, жутко мрачным и странно впечатляющим.

«Плавать по проклятому морю на лодке, сделанной из костей демона… похоже на начало легенды.» — подумал он, на время завороженный жутким видом судна в панцире.

Нефис посмотрела на него с оттенком удовлетворения.

— Доволен? И что теперь?

Санни собрался с мыслями.

«Теперь…»

Как только он попытался подумать о том, что они должны делать дальше, в его сознании возник невидимый барьер, блокирующий любую попытку продолжить эту мысль.

«Теперь мы… мы…»

Как бы он ни старался, Санни не мог вспомнить, что он хотел сделать.

Нахмурившись, он поднял руку и прикусил искалеченную ладонь, чувствуя, как капли крови стекают в рот.

Но даже эта боль не помогла ему разрушить барьер.

Санни мрачно улыбнулся и опустился на колени, положив руку на землю. Вызвав Осколок Полуночи, он поднял другую руку и без колебаний опустил рукоять меча вниз.

Когда хрупкие кости безымянного пальца разлетелись от мощного удара, волна агонии захлестнула его разум, уничтожив адамантиновый барьер.

«Теперь мы убираемся отсюда!»

Нефис уставилась на Санни, потрясенная его внезапным актом членовредительства. Скрипнув зубами, он отбросил Осколок Полуночи и медленно поднялся на ноги.

— Ах! Черт! Как больно!

Его бедный палец покраснел и распух, пульсируя от резкой боли. Он был явно сломан. Санни был так полон жалости к себе, что ему хотелось плакать.

«Почему мне так не везет? Сначала этот кошмар в гнезде, теперь вот это. Почему никто больше не страдает, только я…»

Он решил забыть, что Меняющаяся Звезда буквально изводила себя неделями, а Касси из-за своей слепоты всегда была вся в синяках.

Услышав его страдальческий голос, слепая девочка повернула голову и спросила:

— …Санни? Что случилось?

Он скорчил гримасу и попытался улыбнуться.

— А, это… ничего серьезного, правда. Я просто, вроде как… слегка повредил руку.

Нефис открыла рот, чтобы что-то сказать, но он поспешно прервал то, что она хотела сказать.

— В любом случае, Неф. Можешь помочь мне дотащить этот твой жуткий шедевр до края острова?

В этот момент один неверный вопрос мог все сильно усложнить. Он не хотел раскрывать истинную цель своих действий до последнего момента. Так у него будет больше свободы действий в решении проблем… если таковые возникнут.

Меняющаяся Звезда колебалась. Через несколько секунд она пожала плечами и озабоченно нахмурилась.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке, Санни?

Он принужденно улыбнулся.

— Я буду в порядке, если ты мне поможешь.

Сдавшись, она покачала головой и подошла к передней части лодки. Санни повернулся к Касси.

— Мы отплываем, Касс. Подожди здесь немного, хорошо? Я скоро приду за тобой.

Она задержалась, как бы не совсем понимая его слова, затем ответила с неуверенным выражением лица.

— Э… хорошо.

Санни поднял свою здоровую руку, чтобы схватить ее за плечо, затем заколебался и отвернулся с темным взглядом в глазах. Терпя боль, он пошел к лодке.

«Потерпи еще немного, Касси. Скоро все закончится, я обещаю…»

Ночь уже приближалась.

Санни и Нефис перетащили лодку через остров, таща ее, как волы, привязанные к повозке. Пепельный песок был не самой сложной местностью, но шипы на корпусе странного судна усложняли задачу. К счастью, лодка оказалась легче, чем выглядела.

Санни знал, что сплав, из которого сделан панцирь демона, чрезвычайно легок, по своему опыту с Осколком Полуночи, который был выкован из того же блестящего металла. Если верить описанию меча, этот чудесный сплав был получен из осколка упавшей звезды.

Хорошее это предзнаменование или плохое, он не знал.

Вскоре они услышали вдалеке громовой раскат. Он доносился со стороны колоссального кратера.

Темное море пробуждалось.

Стиснув зубы, Санни ухватился за золотую веревку, намотанную вокруг его груди, и потянул сильнее.

«Давай! Быстрее!»

Солнце уже почти коснулось горизонта, когда они наконец достигли края острова. Упав на колени, Санни отпустил веревку и задыхался, его грудь бешено поднималась и опускалась. Волна непреодолимого изнеможения захлестнула его чувства, и ему было трудно оставаться в сознании.

«Еще нет… ты еще не можешь отпустить…»

Нефис молчала, хмуро глядя на него. В кои-то веки Санни порадовался, что она была странно неразговорчива по натуре.

Собравшись с силами, он встал и посмотрел на темнеющее небо. Время поджимало.

Повернувшись к Неф, он напряг пересохшее горло и сказал хриплым голосом:

— Я все объясню, как только Касси будет здесь. Никуда не уходи, пока я не приведу ее, хорошо? Пожалуйста.

Меняющаяся Звезда несколько секунд смотрела на него, потом равнодушно пожала плечами и ничего не сказала.

«Я приму это как «да».»

Что еще он мог сделать?

Ругаясь себе под нос, Санни развернулся и поспешил прочь. Ему нужно было выполнить последнее задание, прежде чем вернуться за Касси.

***

Через некоторое время он вернулся на то место, где оставил Касси. Слепая девушка все еще была там, сидела на некотором расстоянии от туши Демона Карапакса и безучастно смотрела в землю.

Услышав звук его приближающихся шагов, она слабо улыбнулась.

— Санни?

Он подошел, усталый до костей, и сказал, стараясь сохранить непринужденный тон:

— Да. Это я.

Касси на мгновение отвлеклась, затем спросила:

— У тебя есть фрукты? Я голодна.

Он вздрогнул, затем покачал головой.

— Нет. Послушай, нам нужно…

— …я голодна. У тебя есть фрукты?

Санни остановился, глядя на слепую девушку с тоскливым выражением лица. Она говорила, как сломанная кукла, повторяя одну и ту же фразу снова и снова. Ее состояние было не очень хорошим.

Он облизнул губы.

— Пойдем со мной, и твой голод исчезнет.

Это была лучшая уловка, которую он смог придумать в рамках своего недостатка. Однако на этот раз ему не удалось добиться желаемого эффекта.

Касси улыбнулась и сказала:

— Правда? Ты отвезешь меня к фруктам?

Из-за своего истощения и изнуряющего эффекта очарования Санни на мгновение отвлекся и не смог контролировать недостаток. Не осознавая этого, он открыл рот и сказал:

— Нет.

Касси надулась и опустила голову:

— Это нехорошо, Санни. Почему ты солгал мне?

Все еще оглядываясь на свою ошибку, Санни упустил момент и сделал все еще хуже, превратив небольшую оплошность в настоящую проблему:

— …Потому что я хочу увезти тебя с этого проклятого острова.

Как только слова покинули его рот, Санни застыл и широко раскрыл глаза, не желая верить, что он только что так сильно облажался.

Однако ущерб уже был нанесен.

Касси повернулась к нему с глубоким укором.

— Забрать меня… прочь? Но я не хочу уходить. Зачем мне покидать Дерево Души?

Санни беззвучно выругался и закричал, оставив всякие попытки контролировать себя:

— Потому что эта штука — зло! Это проклятый кошмар! Давай, пойдем…

Схватив ее за руку, он попытался оттащить хрупкую девушку, но она сопротивлялась с удивительной силой.

— Отпусти меня, придурок!

Касси удалось вырвать свою руку из его хватки и отшатнуться назад, гневно глядя на Санни.

— Я сказала, что не хочу уходить! Ты ведешь себя странно, Санни! Перестань, пожалуйста!

Санни замер, не зная, что делать.

— Я просто…

— Этот остров — наш дом! Здесь так хорошо, когда мы втроем вместе! Почему ты хочешь уехать?!

Он замялся, пытаясь сделать то, что, как он знал, должно было быть сделано. Наконец, Санни стиснул зубы и сказал:

— Потому что уже пять! Помнишь?!

«Мне жаль, Касси…»

Затем он сделал выпад вперед и с силой схватил слепую девочку, легко подавив ее сопротивление.

— Что ты делаешь?! Стой! Помоги! Помоги! Неф!

Перекинув ее через плечо, Санни развернулся и побежал к краю острова. Касси отчаянно сопротивлялась, осыпая его спину дождем ударов своими маленькими кулачками.

Несмотря на то, что она никогда не участвовала в сражениях с кошмарными существами Забытого берега, она все равно была намного сильнее обычного человека. Все те осколки души, которыми поделилась с ней Меняющаяся Звезда, дали Касси достаточно сил, чтобы заставить Санни почувствовать каждый удар.

Этого было недостаточно, чтобы серьезно ранить его, но более чем достаточно, чтобы причинить адскую боль.

«Мне жаль, мне очень жаль, Касси…»

Глубоко взволнованный, Санни попытался перекрыть отчаянные крики Касси и бросился к лодке. Его лоб был покрыт холодным потом.

Когда последние проблески света исчезали с неба, он наконец вернулся на край острова. Ужасная лодка безмолвно стояла на песке, всего в нескольких метрах от беспокойной черной воды. Меняющаяся Звезда отдыхала прямо перед ней, подняв голову, чтобы посмотреть на источник переполоха.

— Неф! Помоги! Санни сошел с ума!

Нефис медленно поднялась на ноги, ее равнодушное выражение лица излучало холод. Она слегка вытянула одну руку.

«Черт.»

— Подожди! Это не…

Не успел он закончить фразу, как из воздуха появился серебряный меч, направленный в землю… пока что.

— Объяснись.

Голос Меняющейся Звезды был ровным и спокойным, но Санни чувствовал в нем скрытую угрозу. Внезапно он увидел ее в новом свете… или, скорее, в старом.

Как потенциального врага.

От одной мысли о том, что ему придется столкнуться с Нефис, по его позвоночнику пробежали мурашки. Он почти забыл то чувство, которое испытал еще в Академии, наблюдая, как она вытирает пол большинством Спящих из их группы.

Он забыл, что она тоже была чудовищем.

Облизнув губы, Санни осторожно произнес:

— Это не… не то, что ты думаешь, Неф. Мы попали в ловушку Древа Души. Оно не доброжелательно… оно не защищает нас. На самом деле, оно делает все наоборот. Если мы не покинем этот остров, мы станем его рабами, навсегда. Или пока оно не найдет кого-нибудь посильнее и не поглотит нас!

Она наклонила голову и посмотрела на него с нечитаемым выражением.

— Давай, Нефис! Вспомни! Мы уже говорили об этом! Все это было твоей идеей с самого начала!

На мгновение ему показалось, что его слова пробудили в ее сознании украденные воспоминания. Но ее ответ разбил эти надежды вдребезги.

— Покинуть… великое дерево? Ты действительно сошел с ума.

«Проклятие!»

Меняющаяся Звезда подняла меч и сказала тоном, от которого Санни задрожал.

— Отпусти Касси. Сейчас же.

Он колебался, обдумывая наилучший вариант действий. Затем он осторожно поставил слепую девушку на землю.

— Хорошо. Я отпустил. Видишь? Теперь послушай меня. Я должен сказать тебе что-то очень важное…

Не успел он договорить, как Нефис исчезла из его поля зрения. Поняв, что на него собираются напасть, Санни приготовился защищаться…

Однако через мгновение он уже лежал на земле, а кончик серебряного меча был прижат к его горлу. Над ним стояла Меняющаяся Звезда, в ее глазах горели бледные огоньки.

«Ну, это было… неловко.»

Все его тренировки, весь опыт, полученный в бесчисленных кровавых битвах, вся сила, которую он приобрел… Санни действительно думал, что у него есть все шансы выстоять в схватке с Нефис, может быть, даже добиться ничьей. Но в итоге он продержался всего секунду.

Эту позорную демонстрацию можно было бы назвать преждевременной капитуляцией.

«Молодец, идиот! Теперь перестань валять дурака и сосредоточься!»

Чувствуя, как холодная сталь касается его кожи, Санни старался двигаться как можно меньше. Он был уверен, что Меняющаяся Звезда не станет хладнокровно убивать его, но все же лучше не давать ей повода для резких действий.

В конце концов, у Неф не все было в порядке с рассудком.

Глядя на ее холодное, равнодушное лицо, Санни напряг голосовые связки и в отчаянии крикнул:

— Астер, Сонг, Вейл!

Рука Нефис дрогнула, заставив каплю крови скатиться по шее. Ее глаза широко раскрылись, полные удивления и шока. Затем на ее лице появилось мрачное выражение.

Слегка надавив на меч, она сделала шаг вперед и пронзила его горящим взглядом. Когда она заговорила, ее голос дрожал от подавляемых эмоций:

— Откуда… откуда ты знаешь эти имена? Кто ты?

Санни моргнул, не менее удивленный ее реакцией. Он думал, что эти странные слова были просто частью какого-то кода, чтобы подстегнуть ее память. Но, как оказалось, это было не так…

«Астер, Сонг, Вейл… что, черт возьми, это значит? Что может заставить Нефис потерять самообладание? Это должно быть что-то важное…»

Стараясь оставаться как можно более неподвижным, он осторожно взглянул на лезвие меча и честно ответил:

— Я даже не знал, что это имена. Это просто то, что ты просила меня сказать тебе на случай, если ты забудешь, что нужно сделать. Ты сказала, что если я скажу тебе это, ты послушаешь меня.

Нефис уставилась на него, на ее лице на долю секунды появилась тень сомнения. Она исчезла почти мгновенно, сменившись мрачной решимостью. Стиснув зубы, она прорычала:

— К какому домену ты принадлежишь?!

Санни не знал, что она хочет от него услышать. Поэтому он просто спросил:

— Что такое домен?

Она усмехнулась, в ее глазах появился маньячный блеск. Это было совсем не похоже на спокойную, уравновешенную Нефис. Если бы Санни не знал лучше, он бы подумал, что перед ним стоит совершенно другой человек.

Человек, который был гораздо более непредсказуем и опасен.

Тем временем, Нефис сказала:

— Не притворяйся, что… что…

Внезапно она запнулась, а затем нахмурилась. Казалось, что вопрос Санни затронул что-то в сознании Меняющейся Звезды, вызвав цепную реакцию. Прошло несколько секунд, каждая из которых заставляла ее хмуриться еще сильнее.

Постепенно в ее глаза вернулось знакомое спокойствие. Не похоже было, что она вспомнила все, но, как и обещала Нефис, этого оказалось достаточно, чтобы заставить ее прислушаться к словам Санни.

Он понял это по тому, что она наконец убрала острие меча от его горла. Она даже помогла ему встать.

Посмотрев на Санни со странным выражением лица, она сказала:

— Я действительно сказала тебе эти слова?

Потирая слегка порезанную шею, он просто кивнул. Плетение Крови уже было занято восстановлением повреждений на его коже.

Нефис посмотрела вниз, затем на несколько мгновений закрыла глаза. Когда она снова открыла их, они были полны решимости.

— Что мне нужно делать?

Санни очень хотелось спросить ее о значении трех таинственных имен, но он решил не делать этого. Им нужно было спешить.

— Попроси Касси вызвать ее посох. Затем посади ее в лодку.

Убрав меч, Меняющаяся Звезда в последний раз взглянула на него и пошла к своей подруге.

***

Каким-то образом Нефис удалось уговорить Касси последовать за ней и сесть на это жуткое судно. Вероятно, ей пришлось о многом солгать, но Санни не хотел спрашивать, боясь, что его Изъян все испортит.

Как только девушки оказались внутри лодки, он завернул свое усталое тело в тень и положил руки на металлический корпус. Каждая часть его тела, казалось, болела по-своему.

Его разум был совершенно измучен.

«Давай, Санни. Последний рывок.»

С кривой улыбкой он напряг мышцы и толкнул лодку к черной воде.

Когда последний свет сумерек исчез, погрузив мир в абсолютную тьму, лодка, построенная из костей демона, соскользнула с пепельного песка в холодные объятия темного моря.

Следуя указаниям Санни, Касси направила свой посох и активировала его чары, заставив сильный шторм наполнить их скромный парус.

Сначала лодка двигалась медленно, мачта поскрипывала под давлением. Но мастерство «Меняющейся Звезды» было тщательным и надежным. Хребет демона выдержал, и мало-помалу маленькое суденышко начало набирать скорость.

Санни сидел на корме, управляя рулевым веслом. Перед ними до самого горизонта простиралось бесконечное пространство черной воды, скрывавшее в своих глубинах неописуемые ужасы.

Позади них медленно уменьшалось страшное Дерево Пожирания Душ.

Санни смотрел на него, чувствуя глубокое сожаление в сердце. Он жалел, что не обладает достаточной силой, чтобы уничтожить его. Уйти вот так просто, не отомстив древнему монстру, его переполнял гнев.

Что ж… по крайней мере, он оставил ему подарок.

В Пепельном кургане в небольшой нише из камней, защищавшей пламя от ветра, горела свеча. Рядом со свечой над альковом возвышалась высокая куча сухих опавших листьев.

Санни понадобилось много времени, чтобы собрать эту кучу. Он обшарил почти весь остров, надеясь сделать ее как можно выше. В листья он добавил сухие водоросли и оставшийся жир демона Карапакса.

Через некоторое время жизнь маленькой свечи подошла к концу. Большая часть воска уже растаяла, и она стала еще меньше. В тот момент, когда пламя уже готово было погаснуть, оно воспламенило листья. Через несколько секунд в центре острова запылал огромный костер, осветив алые листья злого дерева. Почти мгновенно черные воды вокруг острова пришли в движение.

Санни был уже слишком далеко, чтобы разглядеть что-либо из этого.

Он не знал, смогут ли существа темного моря уничтожить Пожирателя Душ. Он сильно сомневался, что древнего монстра так легко уничтожить. Однако, поскольку Демон Карапакса мертв, а трое людей, призванных заменить его, исчезли, на острове не было никого, кто мог бы защитить прожорливое дерево. Возможно, ему будет причинен серьезный вред.

Пока же это было лучшее, что он мог сделать.

Оглянувшись назад, в сторону Пепельного кургана, Санни стиснул зубы и задумался:

«Однажды я стану достаточно могущественным, чтобы уничтожить это дерево, этих монстров и всех остальных, кто посмеет встать на моем пути. Однажды я стану достаточно могущественным, чтобы никогда больше не бояться никого и ничего. Вместо этого все они будут бояться меня!»

Он не заметил, что в тот момент, когда он думал эти слова, Касси вдруг подняла голову и повернулась в его сторону.

На ее лице появилось мрачное выражение, которое вскоре сменилось неуверенностью и сомнением.

В абсолютной темноте небольшое судно скользило по черной глади неспокойного моря. Его мачта, сделанная из позвоночника демона, напрягалась под напором ветра. В жуткой тишине этой огромной и беспросветной пустоты стремительное судно рассекало волны, словно лезвие.

Не было слышно никаких звуков, кроме скрипа костей и ударов воды о полированный металлический корпус.

Санни сидел за веслом, управляя судном из панциря. Он вел их на запад. Без луны и звезд, которые указывали бы им путь, было трудно держать лодку на курсе. Но в его памяти остался след от холодной и грозной тени Багрового Шпиля — используя его как компас, он мог ориентироваться в коварных водах, не сбиваясь с пути.

Черные небеса над головой, темное море внизу. Лишь тонкий слой стали отделял их от мрачной бездны, и они плыли сквозь ночь.

Под ними в проклятых глубинах скрывались бесчисленные ужасы. Несколько раз Санни чувствовал, как гигантские тени приближаются к маленькой лодке, привлеченные звуком ее проплыва. Не в силах что-либо предпринять, ему оставалось только молча дрожать, молясь, чтобы ужасные существа отвернулись.

Пока что удача была на их стороне. Возможно, они были слишком малы и слабы, чтобы насытить голод этих древних левиафанов…

Через несколько часов после начала путешествия Санни почувствовал, что постоянная тяга к его разуму начала ослабевать. Его мысли постепенно прояснялись, дымка забытья слабела с каждой минутой. Вскоре в его голове раздался призрачный звук бьющегося стекла. Мгновенно исчезли последние остатки тумана, затуманивавшего его сознание.

Он был свободен от порабощения Пожирателя Душ.

Облегченный, Санни не мог не улыбнуться. Однако его улыбка была слабой и нерешительной.

После того, как действие заклятия разума прошло, к нему вернулась обычная острота ума. Казалось, будто с него сняли невидимый груз, позволяя его мыслям снова течь беспрепятственно. Все стало яснее, как будто весь мир вдруг оказался в фокусе.

Это было прекрасное чувство. Но вместе с ним пришло и понимание того, насколько страшной и опасной была их нынешняя ситуация.

Они буквально балансировали на краю голодной бездны, их жизнь зависела только от капризной фортуны. Решение отправиться в темные просторы проклятого моря на самодельной лодке было чистым безумием.

Но с другой стороны, в Забытых берегах вообще не было ничего разумного. В этом пустынном аду самый безумный выбор иногда оказывался самым лучшим.

Стиснув зубы, Санни взял в руки весло и уставился в темноту.

Через несколько минут Касси внезапно сдвинулась с места, заставив лодку слегка покачиваться. Она передала магический посох Нефис и осторожно приблизилась к Санни, ощупывая руками темноту.

Прежде чем Санни успел догадаться, чего она от него хочет, его внезапно заключили в крепкие объятия. Слепая девушка спрятала лицо у него на груди, по ее лицу текли горячие слезы.

Санни застыл, ошеломленный и не зная, что делать. Он чувствовал, как тело Касси прижимается к нему и дрожит от рыданий, ее руки крепко обвились вокруг его шеи. Пока он пытался осмыслить ситуацию, она тихо прошептала:

— Спасибо… спасибо тебе…

Чувствуя себя крайне неловко, Санни сделал вид, что прочищает горло.

— Кхм… не нужно меня благодарить. Если бы не твое предупреждение, мы бы так и застряли на этом острове. Так что мы в расчете.

Затем он поднял руку и неловко похлопал ее по спине.

Оба они старались говорить как можно тише, боясь, что привлекут что-то из черных глубин.

Несколько минут Касси беззвучно плакала, затем наконец отпустила его. Вытерев лицо, она отстранилась и прошептала:

— Прости меня.

Ее голос звучал немного странно. Смутившись, Санни поднял брови.

«За что она извиняется?»

— Эм, мне тоже жаль. За то, что, знаешь… схватил тебя тогда.

Она улыбнулась и, вытерев последнюю слезу с лица, отвернулась, чтобы отойти на середину лодки.

Санни снова остался один.

Ничего не делая, кроме как держась за рулевое весло, он позволил своим мыслям блуждать. Когда его разум снова стал ясным, многие вещи стоило пересмотреть. В любом случае, ему нужно было как-то отвлечься от жуткого давления бесконечной темной пустоты.

Несмотря на то, что их встреча с Пожирателем Душ была не иначе как ужасной, Санни каким-то образом удалось выйти из нее значительно лучше.

На этот раз его добыча была поистине невероятной. Он получил удивительное новое оружие, не менее сотни фрагментов теней и два новых атрибута.

Искра Божественности была настоящим улучшением по сравнению с предыдущей версией. Одна только способность воспринимать внутреннюю структуру Воспоминание открывала совершенно новые горизонты возможностей. Однако его больше интересовало таинственное Плетение Крови. Почему-то Санни казалось, что он сильно недооценил уникальность и важность этого Атрибута.

Его происхождение тоже было покрыто завесой тайн. Кем был этот Ткач, чей ихор он поглотил? Кем были те Неизвестные, о которых даже Заклинание не хотело упоминать? Как они связаны с богами? Почему тип и ранг Воспоминания Родословной, которое он получил от Отродья Мерзкой Птицы Воровки, оказались пустыми?

Как вообще возможно, чтобы Воспоминание давало Пробужденному новые Атрибуты?

Последний вопрос заставил его задуматься о чем-то другом.

Подняв взгляд, он уставился на Нефис и попытался вспомнить их разговор.

Оглядываясь назад, он понял, что она открыла ему много такого, чего он не заметил в тот момент.

Прежде всего, Санни теперь знал, что зачарованные доспехи Касси, которые ей дала Меняющаяся Звезда, были Пробужденным Воспоминанием шестого уровня. Это означало, что они произошли от Пробужденного Ужаса, Кошмарного Существа классом выше Горного Короля, которого он сам убил в своем Первом Кошмаре.

Тайна того, как Меняющаяся Звезда сумела получить свое Истинное Имя, теперь была еще на шаг ближе к раскрытию.

Очевидно, в том, что касается совершения невозможного, Нефис превзошла даже Санни. Победа Претендента над пробудившимся тираном уже была достаточно невероятной. Но убийство Пробужденного Ужаса придавало слову «невероятный» совершенно новое значение.

«Неудивительно, что ее способность Аспекта настолько многогранна.»

Теперь он был почти уверен, что Аспект Меняющейся Звезды был Божественного Ранга, как и его. Это объясняло, почему она могла и исцелять, и разрушать с помощью своих странных и грозных способностей — сочетание столь же редкое, как и его собственный Контроль Теней.

«Какова вероятность того, что два Спящих с Божественными Аспектами окажутся так близко друг к другу в Царстве Снов?»

Близка к нулю. Казалось, непредсказуемый Атрибут [Судьбоносный] снова закрутил нити судьбы.

Санни почувствовал, как по его позвоночнику пробежали мурашки.

Его врожденный Атрибут был способен принести как ужасные проклятия, так и невероятные благословения. На первый взгляд, их встреча с Нефис была похожа на последнее. Но если это действительно был результат манипуляций судьбы, то в конечном итоге это могло обернуться худшим из бедствий.

В конце концов, одно из возможных значений ее Истинного Имени — Звезда Разрушения.

Страх, который он испытал в тот короткий миг перед тем, как скрестить мечи с Нефис, все еще был свеж в памяти Санни.

Но были и другие вещи, которые она раскрыла…

Очевидно, она что-то знала о [Капле Ихора], раз, не моргнув глазом, назвала ее «Воспоминанием Родословной». Это говорило о том, что Нефис знала о Заклинании гораздо больше, чем Санни и остальные. Казалось, что в высших эшелонах Пробужденных есть секреты, о которых они не хотят, чтобы знали другие.

Три загадочных имени, которые она ему назвала, могли быть еще одним из таких секретов. И последнее слово, которое она произнесла, спрашивая, к какому «домену» он принадлежит. Что это были за домены?

Так много вопросов…

Санни провел много часов, размышляя над ними, а также перебирая всю собранную им информацию о Забытом береге.

Лодка летела над темной водой, все ближе и ближе приближаясь к западному горизонту.

Вскоре он почувствовал, что ночь уже испускает последние вздохи. В сердце Санни зажегся огонек надежды.

Однако на этом их удача окончательно иссякла.

***

Катастрофа пришла неожиданно, с силой повергнув их в смятение. На этот раз Санни не почувствовал, что к лодке что-то приближается. Опасность просто появилась из ниоткуда, не оставив ему времени на реакцию.

В одну секунду черные воды стали спокойными и ясными. В следующую секунду они закипели от движения, из них поднялись гротескные щупальца и обвились вокруг корпуса лодки.

Санни попытался вскочить на ноги, но в этот момент все судно резко дернулось в сторону. Падая, он услышал звуки сгибаемого и разрываемого на части металла. Затем соленая вода заполнила его рот.

Поднявшись, он увидел, что Нефис стоит на носу лодки, а ее серебряный меч разит приближающееся щупальце. Однако, ослепленная темнотой, она не заметила другой угрозы. Другое щупальце извивалось и обвивалось вокруг ее тела…

Затем, не издав ни единого крика, она исчезла, унесенная в темные глубины без надежды на возвращение. Осталось только длинное лезвие, беспомощно застрявшее в плоти массивного щупальца.

Глаза Санни расширились в недоумении.

«Нет, нет, нет… этого не может быть…»

Затем корпус судна был смят и разорван на куски, бросив его в холодную, черную воду.

На мгновение Санни был ошеломлен холодом. Затем, обернув тень вокруг своего тела, он поплыл вверх, пытаясь достичь поверхности. Вскоре ему это удалось, и он закружился, пытаясь увидеть что-нибудь… хоть что-нибудь… что дало бы ему надежду.

Но вокруг не было ничего, только волнистые волны и извивающиеся щупальца.

Кроме…

Вдалеке Санни заметил неясную форму, поднимающуюся над водой. Он напряг глаза, пытаясь разглядеть ее природу. Затем его сердце учащенно забилось.

В нескольких сотнях метров от него над поверхностью моря возвышалась огромная каменная рука, ладонь которой была раскрыта, словно пытаясь обхватить небо. Она была тонкой и изящной, вырезанной неизвестным скульптором с почти нечеловеческим мастерством. Если бы Санни не знал лучше, он бы подумал, что рука принадлежит живому, дышащему существу.

Но сейчас все это не имело значения. Важно было лишь то, что у него есть шанс выжить.

Напрягая каждый мускул своего тела, Санни увернулся от извивающегося щупальца и поплыл к руке, двигаясь так быстро, как только мог.

Но вдруг он остановился. И оглянулся назад.

На поверхности темного моря плавали бесформенные куски металла и костей — все, что осталось от их лодки. Он видел, как Неф утаскивали под воду щупальца неизвестного существа, но у Касси, облаченной в зачарованную тунику, отвлекающую внимание, был шанс спастись.

Он не мог просто уйти, не попытавшись хотя бы найти ее.

«…Или я могу?»

Мрачная мысль появилась в голове Санни. В конце концов, его собственное выживание было единственным, что действительно имело значение. Все остальное было лишь отвлекающим маневром…

«Почему бы тебе не подумать о себе хоть секунду? Неужели ты собираешься рисковать своей драгоценной жизнью ради того, чтобы эта беспомощная девочка осталась жива?»

Он колебался.

«Признайся, она всего лишь обуза. Ты всегда знал, что однажды она потянет тебя вниз…»

Да, знал. Но…

«Но что? Ты умрешь, дурак! Разворачивайся и беги, сейчас же!»

Почему он колебался? Это был его шанс спастись! Его единственный шанс, возможно! Он должен был выжить!

Чувствуя, как почти невыносимое чувство сожаления наполняет его грудь, Санни медленно вдохнул.

Затем он стиснул зубы и нырнул вниз, направляясь обратно к месту, где была уничтожена их лодка.

«Что ты делаешь?! Ты сошел с ума?!»

Он не мог видеть в черной воде, но его теневое чувство все еще было в некоторой степени эффективным. У него был шанс почувствовать присутствие Касси, по крайней мере, если она еще не мертва и не утащена на дно этой проклятой бездны.

«Ты дурак! Как она может стоить этого?! Зачем ты это делаешь?!»

Оскалившись, он заставил свой раздражающий внутренний голос заткнуться. В его сознании ответ был ясен:

«Потому что я этого хочу!»

Потому что он хотел этого.

В этот раз сердце Санни не было переполнено страхом и отчаянием. Вместо этого оно было наполнено вызывающим негодованием. Он устал сгибаться под давлением мира, цепляться за малейшие проблески надежды, всегда бояться, всегда быть готовым на все, отказаться от всего, лишь бы прожить еще один день. Этого было уже недостаточно.

Вместо этого он хотел заставить мир прогибаться под его желания.

Он хотел жить как человек, а не как животное.

За последние месяцы Санни изменился, сам того не замечая. Каким-то образом он стал недоволен своим прежним образом жизни, в котором единственная цель — выжить любой ценой, затмевала все остальное. Жизнь или смерть всегда были единственным, что имело значение. Но теперь большее значение имело то, как он живет.

Какой смысл в отсутствии хозяина, если он живет как раб?

Стиснув зубы, Санни нырнул в темную бездну.

Холодная вода обняла его, как погребальный саван. Он не мог видеть в этой проклятой черноте, полагаясь только на свое теневое чувство. Соль попала в следы укусов на его руках и порезы на шее, заставляя их гореть. Не обращая внимания на агонию, Санни использовал всю свою силу, чтобы продвигаться все глубже и глубже в темноту.

Он чувствовал, как гигантские щупальца шевелятся в воде вокруг него, втягивая куски лодки в огромную пасть, которая скрывалась где-то далеко внизу. Раз или два ему пришлось отчаянно извиваться, чтобы избежать прикосновения одного из них.

Но Касси по-прежнему не было видно. Его легкие начали гореть.

Санни нырнул глубже.

На этой глубине давление воды стало сказываться на его движениях, и каждый взмах казался тяжелее. Даже с его телом, усиленным тенью, существовал предел того, сколько оно могло выдержать. Санни подозревал, что без Плетения Крови он бы уже давно захлебнулся.

Хуже того, ему казалось, что он все ближе и ближе подходит к телу неизвестного ужаса, уничтожившего их корабль. Он все еще не мог почувствовать его массивную форму, но, судя по обхвату щупалец, окружавших его, монстр не мог быть далеко.

И тут Санни, наконец, что-то заметил.

На небольшом расстоянии от него маленькая тень боролась с гораздо более крупной и свирепой тенью.

Касси!

Собрав все свои силы, Санни поплыл к слепой девочке со всей возможной скоростью. Приблизившись, он смог разглядеть подробности происходящего.

Касси тянули вниз, меньшее щупальце обвилось вокруг ее тела. Она все еще боролась, пытаясь освободиться, но с каждой секундой ее движения становились все слабее. Она задыхалась.

Преисполнившись ярости, Санни рванулся вперед и ухватился за щупальце, чувствуя, как скользкая плоть пульсирует в его захвате.

Если бы у него был выбор, он бы любой ценой избежал прикосновения к этой штуке. Но сражаться под водой было непросто… Если он хотел нанести хоть сколько-нибудь сильный удар, ему нужно было сначала найти какую-нибудь опору.

Вызвав Осколок Полуночи, Санни напряг все мышцы своего тела и ударил по щупальцу, прямо под тем местом, где оно обвилось вокруг нижней части туловища Касси. Он знал, что не сможет причинить серьезного вреда этим ударом, который замедлился из-за тягостного сопротивления черной воды.

Однако его удивительный меч все еще был достаточно острым, чтобы рассечь мясистое щупальце, в результате чего из раны хлынуло облако темной крови.

Щупальце яростно дернулось и метнулось в сторону, словно пытаясь стряхнуть нападавшего. Пролетая сквозь тьму, Санни держался за жизнь и двигал лезвием вверх, рассекая губчатую плоть.

Он не надеялся отрубить щупальце одним ударом. Никакая сила не позволила бы этого сделать. К счастью, мечи были способны пронзать, резать… и рубить.

Нажав на лезвие, Санни глубоко врезался в щупальце. Когда цуба уже собирался коснуться раны, он изменил хватку и потянул тачи вниз. Плоть монстра раздвинулась под острым лезвием, почти не оказывая сопротивления.

Поток крови хлынул наружу, и с последним толчком щупальце было полностью отрезано.

Санни наконец-то смог переключить свое внимание на Касси, чтобы узнать, как она себя чувствует.

То, что он почувствовал, заставило его нахмуриться. Слепая девушка была едва в сознании.

Ему нужно было как можно быстрее доставить ее на поверхность.

Оттолкнув дергающиеся остатки щупальца, Санни убрал меч и схватил Касси за туловище, чувствуя, как холодеет ее кожа сквозь тонкую ткань туники.

Слабенькая девушка пыталась сопротивляться, не понимая, что это он, а не монстр. Прижав слепую девушку к груди, Санни задрал голову и почувствовал, как волна отчаяния разбивается о стены его сознания.

Его легкие бились в агонии, в них не осталось воздуха. Его тело медленно теряло силы, полное ужасной боли и жаждущее глотка свежего воздуха с безумной силой. Даже если бы он мог что-то видеть, в этот момент его зрение начало бы темнеть.

А они были так, так далеко от поверхности.

Хуже того, ужас глубин теперь был оповещен о его местонахождении. Бесчисленные щупальца уже шевелились, окружая их непроницаемым барьером из плоти. Через секунду-другую они были бы раздавлены насмерть в разрушительных объятиях морского чудовища.

Санни не знал, как их спасти.

Но он не собирался сдаваться, несмотря ни на что.

Сделав трудный гребок свободной рукой, он крепко ухватился за Касси и поплыл вверх. Щупальца приближались, перекрывая все пути к спасению. Санни стиснул зубы и…

В следующее мгновение вода вокруг них вдруг стала чисто белой.

Накаленное сияние заполнило огромное пространство проклятого моря, уничтожив все признаки темноты. Взрыв света был настолько сильным, что пронзил веки Санни и больно ударил по глазам.

Словно где-то далеко под ними зажглось миниатюрное солнце, превратив бескрайнюю черную бездну в девственно белую пустоту. Приливные потоки сияющей воды неистово бурлили, повергая мир в смятение.

Гигантские щупальца бешено бились и извивались, словно в муках невыносимой боли. Непробиваемый барьер из плоти распался.

Санни не собирался упускать этот шанс.

Напрягая свое задыхающееся тело, он поплыл к поверхности, уворачиваясь от извивающихся щупалец. В лучах яростного белого солнца, палящего в глубине, он отчетливо видел их очертания. Двигаясь все быстрее и быстрее, он подталкивал себя вверх всем, что у него оставалось.

Санни знал, что всплывать так быстро опасно, но другого выбора не было. И у Касси, и у него самого оставалось не так много времени.

Им нужен был воздух.

Хотя казалось, что прошла целая вечность, белое сияние начало тускнеть всего через несколько мгновений. Но это не имело значения. Санни уже миновал барьер из щупалец, плывя вверх с отчаянной скоростью.

Он боялся, что они не успеют. Его сознание уже начало ослабевать, медленно погружаясь в холодные лапы пустого небытия. Даже зная, что вокруг нет ничего, кроме воды, он все равно был охвачен самоубийственным желанием открыть рот и вдохнуть как можно глубже. Его мышцы спазмировались, слишком долго лишенные кислорода.

…И вот, наконец, голова Санни вынырнула на поверхность. Ослепленный болью, он сделал вдох и неконтролируемо закашлял.

Крепко сжатая в его объятиях, Касси делала то же самое. Ее грудь неровно двигалась вверх-вниз, всасывая сладкую амброзию воздуха. Санни никогда раньше не знал, насколько он ценен, даже когда медленно отравлялся вредным, загрязненным воздухом окраин.

Они сделали это.

Пытаясь взять себя в руки, Санни огляделся. Последние остатки белого сияния давно исчезли, стерлись, словно их никогда и не было. Мир снова поглотила абсолютная тьма.

Однако далеко на востоке из-за горизонта вот-вот забрезжит первый рассветный свет.

Поймав взгляд на гигантскую каменную руку, Санни схватил Касси за плечи и поплыл в том направлении.

Санни чувствовал, что он на пределе своих возможностей. За последние несколько дней он слишком много издевался над собой. Теперь даже трудно было вспомнить, когда он спал в последний раз.

Возможно, за день до того, как залез на Дерево Пожирания Душ в поисках особого плода.

С тех пор он пережил мучительную пытку трансформации Плетения Крови, провел бесчисленные часы на грани психического коллапса, чтобы противостоять эффектам очарования, искалечил руки, чтобы не потерять сознание, провел лодку через ужасы темного моря в абсолютной темноте, увидел, как ее уничтожает ужасный обитатель глубин, и сразился с этим монстром в холодных черных глубинах, едва не утонув в результате.

Его тело и разум были на грани отключения.

Несмотря на это, Санни упрямо продолжал плыть, приближая себя и Касси все ближе и ближе к гигантской каменной руке, которая поднималась из воды, словно пытаясь обхватить небо.

Вокруг него бушевало темное море, все еще не оправившееся от последствий светового взрыва, потрясшего его некоторое время назад. Высокие волны грозили утопить двух Спящих, швыряя их, как игрушки. Борьба с ними была нелегкой задачей.

И все же он упорствовал.

Рассвет приближался, но пока вокруг них были только холод, тьма и опасность. В любую секунду что-то могло подняться из глубин бездны и положить конец их отчаянным попыткам спастись.

По крайней мере, щупальца исчезли, возможно, их отпугнула боль от обжигающего света.

Каким-то чудом Санни в конце концов удалось добраться до каменной руки.

Подняв Касси, он помог ей взобраться на темные камни и последовал за ней. Вскоре они добрались до раскрытой ладони и доползли до ее центра, а затем упали, совершенно обессиленные и измученные.

Долгое время никто из них не мог говорить. Все, что мог делать Санни, — это лежать неподвижно, делать хриплые вдохи и пытаться не заснуть.

В его голове не было никаких мыслей. Это было прекрасно, потому что он не хотел думать. Если бы он захотел, то был бы вынужден вспомнить… вспомнить, что случилось с…

«Заткнись!»

Какой смысл вспоминать? Он не мог ничего изменить.

Звук черной воды, разбивающейся об основание гигантской руки, напомнил ему, что ночь еще не закончилась.

Открыв глаза, Санни попытался понять их нынешние обстоятельства.

Их убежище слегка возвышалось над волнами, основание гигантского большого пальца почти касалось поверхности темного моря. Ладонь была не очень просторной, примерно в два раза меньше круглой платформы, которая спасла ему жизнь в первый день на Забытом берегу. Она была направлена вверх, образуя небольшой наклон.

Пальцы были выше волн и достаточно широкими, чтобы вместить человека, но они были загнуты вверх, к небу, что делало их менее пригодными для использования в качестве убежища.

«Нам нужно отойти подальше от воды.»

С этой мыслью Санни устало встал и наклонился, чтобы коснуться плеча Касси.

— Касси. Встань. Мы должны двигаться выше.

Его голос звучал пусто и ломко.

Слепая девушка вздрогнула и подняла голову, ее кожа была смертельно бледной.

— …Санни?

Он кивнул.

— Да. Это я.

Она все еще была в шоке. Санни видел, что Касси еще не пришла в себя, поэтому он осторожно поднял ее на ноги.

— Давай, пойдем. Это всего лишь несколько метров.

Она задергалась.

— Что случилось? Я услышала… звук… а потом что-то потянуло меня вниз…

Он стиснул зубы и постарался сохранить ровный тон.

— На нас напало морское чудовище. Лодка была уничтожена. Я нырнул и сумел найти тебя, а потом поплыл к этой груде камней. Она не очень высоко над водой, так что…

Касси вздрогнула.

— Где… где…

Санни поспешил прервать ее, не желая отвечать на следующий вопрос.

— Идем, идем за мной. Мы сможем отдохнуть, когда окажемся выше.

Осторожно ведя слепую девочку, Санни поднялся к основанию указательного пальца гигантской руки — это была самая высокая точка, до которой они могли добраться, не взбираясь на сами пальцы. Сев на холодный камень, он прислонился спиной к гигантскому пальцу и уставился на беспокойную поверхность темного моря.

Его глаза были холодными и пустыми.

Касси молча стояла рядом с ним. Ее бледное лицо было искажено, как будто она одновременно хотела задать вопрос и боялась ответа.

Наконец, собрав все свое мужество, слепая девушка прошептала, ее дрожащий голос был едва слышен:

— Санни. Где Неф?

Он молчал, не желая произносить эти слова вслух.

Глупо, но ему казалось, что если он произнесет их, то они станут правдой. Но если он этого не сделает, оставалась вероятность, что это ложь.

«Я не отвечу.»

Через несколько мгновений в его сознании появилось знакомое давление. Давление росло и росло, заставляя его голову кружиться.

«Я не… я!»

Затем появилась пронзительная боль. Санни упрямо терпел ее. Он продержался гораздо дольше, чем когда-либо прежде, держа рот закрытым, пока из глаз не покатились горячие слезы, а все тело сотрясалось от ужасных страданий.

Но в конце концов он все же был вынужден произнести эти горькие слова.

— Она… она ж…

Прежде чем он успел закончить, его внимание привлек тонкий звук. Он исходил снизу, от края беспокойных темных волн.

Сердце Санни учащенно забилось.

Там, у основания гигантского пальца, где проклятое море почти касалось его каменной поверхности, из черной воды появилась бледно-белая рука и ухватилась за камни.

Затем высокая фигура медленно подтянулась к раскрытой ладони каменного великана.

Его глаза расширились.

Почувствовав, что что-то не так, Касси повернула голову и спросила:

— Санни? Что случилось?

Он вздрогнул и прошептал, охваченный горем.

— Это Нефис.

На лице слепой девушки появилась неуверенная улыбка.

— Нефис?! С ней все в порядке?!

Санни оказался не в состоянии ответить.

Нет, Нефис не была в порядке.

На самом деле, он не знал, как она вообще осталась жива.

Доспехи Звездного Легиона были разбиты и разорваны, обнажая изуродованную плоть под ними. На торсе Меняющейся Звезды зияла ужасающая рана, казалось, что почти половина ее правой стороны отсутствует. Санни видел острые осколки сломанных ребер, реки крови, стекающие по ногам, и искореженное месиво внутренностей, вытекающее через края раны.

Ему хотелось закрыть глаза.

Еще один большой кусок плоти отсутствовал на ее бедре, обнажая разорванные остатки мышц и белую поверхность бедренной кости, треснувшей и едва держащейся вместе. Ее правая рука тоже была сильно повреждена. Фактически, она была почти оторвана и висела лишь на узкой полоске кожи и нескольких сухожилиях, как у сломанной марионетки, с которой плохо обращались.

Даже ее лицо не было пощажено. Один из глаз Неф отсутствовал, ее глазница была раздавлена и разбита, кожа на щеке была содрана, словно наждачной бумагой, оставив после себя искореженное месиво из кровоточащей плоти и выбитых зубов.

Вид ее был ужасен и душераздирающ.

Было очевидно, что Меняющаяся Звезда вот-вот умрет.

— Санни? Почему ты не отвечаешь?

Он взглянул на Касси и прикусил губу, пытаясь снова подавить ответ, который рвался наружу. Что-то острое и горячее вонзилось в его сердце, отчего его зрение помутилось.

Тем временем Нефис, пошатываясь, слепо шагнула вперед. Ее ноги подкосились, и она тяжело упала на колени, забрызгав кровью холодную поверхность камня. Ужасный стон вырвался из ее губ, когда ее треснувшая бедренная кость окончательно разлетелась, пронзив мышцы и кожу.

Санни почувствовал себя так, словно его бросили в самый страшный кошмар. Он хотел закричать, но голос пропал. Глубокая, почти физическая боль разрывала его изнутри.

Он не хотел быть здесь. Он не хотел видеть это.

И все же, он не мог отвести взгляд.

…Вот почему он мгновенно заметил, как в глазах Неф зажглись два белых огня. Сияние становилось все ярче и ярче, выплескиваясь из ее глаз, рта, зияющих ран на теле. Казалось, что там, где должно было быть ее сердце, горит пламенная звезда, словно она была лишь белым пламенем, скрытым за тонким слоем человеческой кожи.

Раскаленное сияние наполнило кровь Меняющейся Звезды, превратив ее в потоки жидкого белого огня.

Пока Санни наблюдал, застыв на месте с широко раскрытыми глазами, этот огонь начал плавить и перестраивать ее плоть. Медленно ее мышцы восстанавливались, органы возвращались на свои места, кости вновь собирались из осколков.

Там, где нечем было заменить отсутствующую часть, огонь принимал ее форму и застывал.

С ужасным криком Нефис схватила свою почти отрубленную руку и оторвала ее, затем прижала к обрубку, истекающему белым пламенем. Вскоре искореженные половинки сплавились вместе, снова став одним целым.

Потрясенный, он увидел, как все ужасные раны на ее теле затягиваются, омытые очищающим огнем.

Вскоре сквозь широкие прорехи в разбитых доспехах виднелась лишь девственно белая кожа.

Нефис подняла голову и посмотрела на них, но ничего не увидела. В ее взгляде не было узнавания, все понимание было уничтожено жестоким горнилом священного огня.

Затем последняя дочь клана Бессмертного Пламени закрыла глаза и упала на землю, потеряв сознание.

…Наконец из-за восточного горизонта показались первые лучи солнца.

Наступал рассвет.

***

В итоге Нефис пролежала без сознания целых два дня.

На третий день она наконец открыла глаза и медленно поднялась, с едва заметным замешательством оглядываясь по сторонам.

Ее лицо, как обычно, было спокойным и безразличным.

Однако она слегка вздрогнула, когда ее взгляд упал на Санни, который сидел на вершине указательного пальца гигантской руки и ухмылялся ей от уха до уха.

Нахмурившись, Меняющаяся Звезда оглядела себя, заметив неловкие прорехи в доспехах, и сказала:

— Почему ты улыбаешься?

Санни озорно подмигнул ей и пожал плечами.

— Посмотри назад.

Замерев на несколько секунд, Неф вздохнула и обернулась, гадая, что именно он хочет, чтобы она увидела.

Позади нее над склоном колоссального кратера возвышалось темное пространство земли.

Над гигантской пропастью возвышалась высокая городская стена, сложенная из серого полированного камня. Она выглядела древней, но все еще непроницаемой, способной выдержать сокрушительное давление темного моря еще тысячу лет,

Они добрались.

Они нашли замок людей.

[Конец первого тома: «Дитя Теней».]