Пройдя испытание первого полёта, шестнадцатилетняя Амель верит, что сможет, наконец, погрузиться в учёбу, чтобы стать настоящим небесным всадником. Но когда одного её друга тяжело ранят, а второй отказывается открыть свою страшную тайну, в руках Амель оказывается важное донесение, и ей нужно решить, на чьей она стороне. Хуже того, в Школу драконов приезжают маги. Грядут перемены, и к Амель снова начинают относиться с предубеждением. Она теряет только что обретённый дом, но сможет ли Амель понять, кому ей можно доверять? Или только что обретённые друзья быстро отвернутся от неё и опасность станет постоянным спутником?
Сара К.Л. Уилсон
Школа драконов. Принятая
Переведено специально для группы: ˜"*°† Мир фэнтези †•°*"˜
Название: Принятая / Initiate
Автор: Сара К.Л. Уилсон / Sarah K.L. Wilson
Серия: Школа драконов / Dragon School #2
Переводчик: AnastasiaCorgi
Принятая
Глава первая
Я прижалась щекой к пышущим жаром чешуйкам Раолкана. В такую прохладную ночь было трудно устоять перед его теплом.
Я сонно рассмеялась и придвинулась ближе. Прошла неделя после первого полёта, и я взяла за привычку прокрадываться каждую ночь в дракастру и спать под боком Раолкана. Тут было безопаснее.
— A ты можешь рассчитывать на меня, — прошептала я. Надо было остерегаться стражников, совершавших свой обход. Если моё присутствие обнаружат, меня ждут большие неприятности, но пока им ещё не удалось поймать Амель Лифброт.
Даже в своих самых смелых мечтах я не могла представить, что буду водить дружбу с драконом. Я старалась наслаждаться каждым мгновением этой дружбы, поэтому и ходила тайком к Раолкану, потому что мы встречались разве что во время утренней уборки.
— Нам нужно ускорить ваше обучение, — сказала мастер Эльфар в тот день, когда мы совершили свой первый полёт. — Ещё успеете отточить мастерство езды на драконе во время будущей поездки.
— Какой поездки? — спросила Саветт. Она никогда не боялась задавать вопросы учителям. Встряхнув своими прекрасными серебристыми волосами, Саветт вздёрнула подбородок.
— Ещё рано об этом говорить, — ответила мастер Эльфар. — Сосредоточимся на настоящем. У нас будет неделя, чтобы вдолбить в ваши головы знания, которые обычно осваиваются на протяжении четырёх месяцев, по географии, истории и этикету, а потом проверить их, и, клянусь луной и небесными просторами, я не потерплю безалаберного отношения к учёбе. Вы теперь Принятые!
После первого полёта я вдруг неожиданно для себя обнаружила, что вошла в ряды Принятых, которые всего неделю назад отказывались признавать наше существование. Я пошевелилась, пытаясь облегчить боль в изувеченном бедре, которая отдавалась в затылок, но от смены позы было мало толку. Повернувшись, я почувствовала, как заскрипела моя новая серая форма из жёсткой кожи. Это была самая лучшая одежда, которую я когда-либо носила. Нам выдали дополнительно ещё три комплекта, чистое бельё и кожаную сумку с пряжками для личных вещей. Я по-прежнему чувствовала себя другим человеком всякий раз, когда видела своё отражение в зеркале.
— Жаль, что придётся всё время носить кожу, — заметила Стари. — Я пахну коровой.
— А мне нравится, — не согласилась Саветт. Она выглядела безупречно в своей облегающей форме, словно она была сделана специально для её гибкой фигуры.
Я не стала смотреть, как одевались остальные девочки. Сравнение себя с другими ни к чему не приведёт. Вы только будете испытывать чувство стыда за то, за что нужно быть благодарным. Мне не нужна красота. Мне нужна функциональность — и кожаный материал в этом отлично поможет: он помогает сохранять тепло там наверху, исходящий от Раолкана жар будет не так сильно ощущаться во время длительных полётов, a ещё форму можно носить много дней подряд, не стирая и не штопая. Я позволила чувству благодарности наполнить моё сердце и перестала сравнивать себя с другими.
Раздавшийся в голове голос Раолкана прервал поток моих воспоминаний.
Я c усилием поднялась на ноги, берясь за свой костыль, служивший вместо нездоровой ноги, и, ласково погладив Раолкана по крылу, заковыляла прочь. Он, безусловно, был прав. Только после первого полёта в воздухе витало странное ощущение, словно все ждали чего-то, о чём я не знала. Из-за этого мне хотелось держаться поближе к Раолкану.
Я осторожно забралась на скамью для перемещения грузов, привязанную к шкивам, и спустилась в нашу спальную комнату. Подниматься и опускаться на платформе становилось всё легче и экономило мне время. Я не обращала внимания на косые взгляды и напоминала себе, что они не имели никакого значения. Будь у осуждающих одна нога, с которой им бы пришлось передвигаться по такому вертикальному сооружению, как Школа драконов, они бы пришли к этому же решению.
Я уже почти переступила порог нашей комнаты, когда услышала, как кто-то всхлипывает. Сильный ветер трепал наши тонкие занавески, так что потребовалось некоторое время, чтобы найти девочку, свернувшуюся калачиком под одним из окон и сжимавшую в руке письмо, написанное на белой бумаге.
— Что случилось? — прошептала я, осторожно садясь рядом с ней.
Саветт отстранилась от меня, но не встала. Она всегда так делала, словно у неё была аллергия на других людей.
— Ничего, — ответила Саветт сухо.
— Будь у меня всё в порядке, я бы не проливала слёзы, сидя на холоде. — Неделю назад я бы так не сказала. Спасая чью-то жизнь, держишься со спасённым смелее.
— Я больше не могу быть небесной всадницей.
— Почему?
Она прикусила губу, смотря на меня так, словно собиралась что-то сказать, но потом передумала и поднялась.
— Не хочу говорить об этом.
Не успела я вздохнуть, как её и след простыл.
Глава вторая
На следующее утро в девчачьей спальне царило небывалое оживление.
— Maги! — восторженно сообщила Стари девочке постарше, когда мы чистили зубы, окружив каменную раковину. — Я слышала, что к нам едут маги!
— Они уже приезжали к нам в прошлом году, — ответила её собеседница назидательным тоном. Теперь, когда мы стали Принятыми, количество последних увеличилось до двухсот человек, и все они жили на другом уровне, в отличие от новичков. Те, что пришли сюда раньше, относились к нам, как к малым детям, — или, может, как к надоедливым зверушкам. — В этот раз будет две группы магов, и у каждой из них свой предводитель. Они подумают, что ты из бедноты, раз считаешь их какими-то особенными.
— Из бедноты? — разозлилась Стари. — Я высшая кастелянка!
Девчонка презрительно усмехнулась.
— Ты Принятая. До тех пор, пока не принесёшь клятву Доминиону, ею и останешься. Твои титулы не делают тебя лучше остальных.
Она демонстративно вышла из ванной комнаты, и Стари резко повернулась ко мне.
— На что уставилась?
Я сглотнула. Ничего плохого не делала, но ссора меня нервировала.
— Зачем приезжают маги? — спросила я, пытаясь разрядить обстановку. В отличие от своих сотоварищей, я была человеком непосвящённым и никогда не видела мага — даже на обычной дороге.
— Они путешествуют, тетеря. — Интересно, Стари со своими родственниками из высших кастелянов тоже так же разговаривает? — Как и все маги. Они ищут колодцы силы и забирают из них энергию, а могут искать мудрость. С ними путешествуют их подмастерье. Лучше разберись во всём этом хорошенько, иначе не сдашь экзамены, и тогда тебе не позволят принести клятву.
Она хотела вызвать у меня реакцию своей ухмылкой, но я отвлеклась на боль, вступившую в бедро. Пусть болтает, сколько влезет. Приступы начались после того, как я переусердствовала в ту ночь первого полёта. Скакать по всем этим уровням на одной ноге, чтобы везде поспеть, a потом спрыгивать со скалы на спину дракона было куда труднее, чем сдавать экзамены.
Я ушла из умывальни вслед за Стари и влилась в поток людей; девочки выходили из спальных комнат и направлялись на утренние дела. Я чувствовала себя несколько неловко из-за того, что была на шаг впереди — ха-ха — всех остальных, когда дело касалось географии. Я обнаружила, что, пока штудировала предмет, сидя с Раолканом, он следил за ходом моих мыслей и вызывал у меня в сознании собственные воспоминания о географических объектах. Легко запомнить, в каком направлении течёт та или иная река, когда видишь её внутренним взором. Пояснения Раолкана закрепляли полученные знания.
Об этом я читала только вчера.
Я обнаружила в себе любовь к чтению, которое то и дело прерывалось комментариями дракона. Я и представить себе не могла, насколько этот мир был огромен и сложен.
Мы поднимались по лестнице, что вела в дракастру. Даже идя в самом хвосте, я слышала, о чём тихо переговаривались ученицы.
— Баочан, — прошептала одна девочка. Без книг я бы даже не знала название нашего крупного восточного соседа. — Я получила письмо от родителей, где они пишут, что баочанцы перестали торговать с нами серебром.
— A теперь ещё и маги собираются пожаловать. Я слышала, наша школа устроит банкет в их честь, — сказал ещё кто-то.
Когда мы пришли в дракастру, мастер Эльфар уже ждала нас. Её губы превратились в тонкую ниточку, a круги под глазами стали темнее.
— Принятые, — сказала она, — сегодня вам даётся немного времени на уборку стойла и чистку амуниции. Те из вас, что прибыли к нам последними, будут сдавать экзамен по географии и народоведению. Второй волне предстоит выяснить, насколько хорошо они знают этикет и обязанности кастелянов. Третью ждёт экзамен по ресурсам и логистике. Как бы мы ни старались, положение вещей в Школе драконов меняется — и очень быстро. Мы сделаем всё возможное, чтобы подготовить вас к тому, что ждёт нас впереди. — Она замолчала и вытерла лоб повязанным на шею шарфом. — Но мы по-прежнему люди подневольные, и в скором времени нам эту волю предстоит исполнить.
— Какую волю? — потребовала Стари.
Лицо мастера Эльфар помрачнело.
— Это тебя не касается, Принятая. Быстренько за работу. Все вы, за работу. А ты, Саветт Лидрис из высших кастелянов, останься. Нам нужно поговорить.
Я последовала по узкой тропинке, вившейся перед пещерами, за остальными, немного отставая из-за своей хромоты. Повернув за угол, я оглянулась через плечо на Саветт. Она стояла, ссутулившись и обхватив себя руками. Я начала волноваться за неё. Что-то было не так, но она не рассказывала, что именно. Трудно помочь тому, кто не говорит, в чём же заключается его беда.
Я сделала длинный выдох и, почувствовав его присутствие в сознании, позволила себе расслабиться. С Раолканом я всегда была как за каменной стеной.
Глава третья
Я почти закончила втирать масло в покрытую чешуёй спину Раолкана, когда моё внимание привлекли шелест крыльев и громкий стук чего-то тяжёлого. Здесь, рядом с нами, в самом дальнем конце дракастры, больше не было стойл, в которых бы находились драконы, и всё же кто-то только что совершил посадку — довольно грузно — в пещере, соседствующей со стойлом Раолкана.
Раолкан прислушался, и его крылья напряглись. Что-то случилось?
Я взяла с пола свой костыль и, пристроив его под мышку, захромала к выходу, выйдя на узкую дорожку, бежавшую над обрывом. Высоты я уже больше не боялась, но всегда ходила с особой осторожностью на этом уступе. Один мой костыль уже приказал долго жить, — в ту знаменательную ночь первого полёта — и я сомневаюсь, что у Школы драконов завалялась ещё парочка. Небесные всадники отличались физической крепостью. Других всадников, подобных мне, больше не было. Тех, кто бы так же отчаянно хотел летать, но имел серьёзный изъян в своём теле.
Вход в соседнюю пещеру не был завешен, но я всё равно не теряла бдительности: в прошлый раз, когда я засунулась в чужую драконью пещеру, с меня едва не сняли скальп. Обогнув изгиб скалы, я заглянула внутрь.
Раолкан оказался прав. Сидевший в пещере Альскиби, дракон Ленга, сгорбившись, склонился над чем-то. Что это было: только что пойманная добыча? или уже убитая?
Я ахнула, когда увидела, что на полу лежало безвольное тело Ленга; его чёрная кожаная одежда была мокрой от крови, a рука сжимала деревянный цилиндр. Что делать? Если я позову на помощь, никто не услышит меня отсюда: мы находились слишком далеко, но я не осмеливалась его бросить.
И снова Раолкан пришёл на выручку. Найдя висевшую над моей головой красную верёвку, я потянулась наверх и дёрнула за узелок на её конце. Перезвона колокольчиков я не услышала, но, надеюсь, что его услышали те, для кого он предназначался. Позвав на помощь, я заковыляла к Ленгу, не спуская глаз с Альскиби, положившего свою массивную голову рядом с ним.
— Не сердись, Альскиби. Я посмотрю, что с Ленгом такое. Тише. Я просто хочу убедиться, что с ним всё в порядке.
Подойдя к ним, я почувствовала, как сильно дрожат мои руки от страха. Огромные челюсти дракона нависали так низко, что было слышно его горячее дыхание. Поднеся ладонь к губам Ленга, я с облегчением вздохнула, ощутив лёгкое дуновение на своей коже. Дыхание было слабым, но оно не исчезло совсем. Я потрогала его лоб — горячий. Куда же Ленга могло ранить? На его теле виднелись только следы крови. Я попыталась кое-как присесть на корточки, но не удержала равновесие и плюхнулась на землю. Не беда. Так даже будет лучше. Привстав на здоровое колено, я схватила лежавшего на боку Ленга и перевернула его на живот, охнув при виде короткой чёрной арбалетной стрелы, торчавшей из поясницы. Из раны сочилась кровь. Я прикусила губу. Как же её остановить? Смочить кусок ткани маслом! Я прижала клочок материи к ране, стараясь не трогать стрелу, но он всё равно застонал от моего прикосновения.
— Эльфар? — спросил Ленг.
— Это я, — ответила я, но поздно сообразила, что он не видел моего лица, а поворачивать его на спину было нельзя, иначе давление на рану сильно возрастёт. — Амель Лифброт. Альскиби приземлился в пещеру рядом с Раолканом.
— Больно, — тихо вскрикнул он.
— Тебе выстрелили в спину. Я позвала на помощь.
— Альскиби, — закашлялся Ленг. — Он ранен?
Я посмотрела на дракона, но как это можно было определить? Кровью он не истекал. Только взгляд говорил о том, что он хотел кого-то или что-то испепелить. Как можно было понять, что его беспокоило? Комментарий Раолкана пришёлся, как всегда, к месту.
— Ты ранен? — поинтересовалась я у Альскиби.
Ответа не последовало. Может, пусть лучше спросит Раолкан?
Как же меня раздражало, что дракон решил общаться через посредника. А ведь мог сказать мне лично, и я это знала.
Я закатила глаза на ответ Раолкана, но Ленгу нужно было сообщить об этом.
— С ним всё нормально.
— Баочан. Свиток, — рука Ленга нашарила цилиндр и вручила его мне.
— Думаю, тебе следует отдохнуть, — неуверенно протянула я, запихивая свиток себе за пояс. — Я посижу с тобой.
Рука Ленга упала, как будто он потерял сознание, и я поддерживала его, опираясь на своё дрожавшее от напряжения колено, до тех пор, пока рядом с пещерой наконец не раздался топот ног и мастер Эльфар не вбежала в стойло с четырьмя небесными всадниками — у последних на руках были повязки дежурных. Должно быть, они сегодня несли службу.
— Что случилось? — спросила она, жестом приказывая своим спутникам развернуть носилки, которые они принесли.
— Я убиралась у Раолкана, когда мы услышали, как они приземлились. У него стрела в спине.
— Ленг? — мастер Эльфар наклонилась к нему, a один из всадников аккуратно подхватил Ленга, удерживая на боку. Второй с равнодушным видом помог мне подняться, чтобы я не мешалась под ногами, и присоединился к напарнику. Я, хромая, отошла на другую половину пещеры, не сводя глаз с Ленга. Насколько серьёзным было его ранение? Он поправится?
Мастер Эльфар что-то шептала ему. Я навострила уши, но мне удалось разобрать только слово «Баочан». Я нервно теребила в руках цилиндр, но мои пальцы виновато замерли, когда я поняла, что делаю. Ленг что-то пробормотал в ответ, и моё сердце больно сжалось. Я хотела, чтобы с ним всё было хорошо. Совершенно очевидно, что Альскиби желал того же. Он оскалился, когда небесные всадники осторожно подняли Ленга и, положив на носилки, унесли.
Я обкусывала свой палец, но, осознав это, перестала. В ту же секунду взгляд мастера Эльфар упал на меня.
— Он поправится?
— Рана не смертельна. Его понесли в лазарет. — На её лице появилось странное выражение, словно она над чем-то размышляла. — Я рада, что ты выбрала фиолетовую касту, Aмель. Грядут дни, когда нам будут нужны такие, как ты.
Почему её слова звучали так торжественно?
— Он дал мне вот это, — сказала я, вручая мастеру свиток.
Она протянула было руку, но тут же её одёрнула.
— На нём фиолетовая печать.
— Что это значит?
— Это значит, что она может быть отдана только Послу Доминиона. Или доставлена всадником из фиолетовой касты.
— Но я не тот и не другой, — с волнением ответила я.
Лицо мастера оставалось хмурым.
— По закону я не могу забрать её у тебя. Храни депешу, пока Ленг сам не доставит свиток или пока ты не встретишь либо Посла Доминиона, либо небесного всадника из фиолетовой касты. Не ломай печать и не читай послание.
Я нервно облизнула губы.
— В школе должны быть небесные всадники из моей касты…
— Их нет. — Она с широкой улыбкой хлопнула меня по плечу. — Считай, ты получила своё первое задание. Когда-нибудь это станет обычным делом твоей жизни.
Она вышла из пещеры, и я последовала за ней, не желая оставаться наедине с Альскиби. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы Ленг встал на ноги, но я не могла избавиться от назойливого желания открыть цилиндр и прочитать хранившееся внутри него послание. В Школе драконов было слишком много тайн, и мне хотелось их узнать.
Глава четвёртая
Я могла думать только о Ленге и цилиндре, который по-прежнему был со мной. Какая уж тут география и народоведение…
Без подсказок Раолкана я бы точно завалила экзамен, но кто бы устоял перед любопытством, если бы в их руках оказалась депеша от самого Доминиона? Я заставляла себя думать над ответами на экзаменационные вопросы, которые записывала на грифельную доску, а не размышлять над тем, почему Ленг заработал стрелу, сумев при этом сохранить важное послание. Если он ради него рисковал своей жизнью, депешу должен прочитать Посол Доминиона, а не Принятая, которая только недавно получила возможность носить серую форму.
Даже мастер Леман, проводивший у нас экзамен, кажется, нервничал. Его взгляд постоянно останавливался на широко распахнутом окне, а пальцы выстукивали на столе одному ему известный мотив. Он чем-то напоминал мне птичку, которая вот-вот собиралась слететь с ветки.
Когда экзамен подошёл к концу, мастер, похоже, успокоился и позвонил в крошечный серебряный колокольчик, давая нам понять, что время истекло, и осторожно собрал наши экзаменационные дощечки.
— Удачи всем вам, — сказал он. — Сдавшие экзамен продолжат учиться в Школе драконов. Не сдавшие его отправятся в услужение. Помните: каждый этап в обучении одинаково важен. Не думайте, что какие-то сведения необязательны для изучения. Для вас как для небесных всадников это вопрос жизни и смерти.
И как только небесные всадники ещё не вымерли? Просто удивительно. Я пожевала губу, надеясь, что не упустила шанс на успех своей рассеянностью, и вышла вслед за остальными из экзаменационной комнаты. Где-то впереди нашей колонны раздавались восторженные визги, но вынырнувшая рядом со мной Саветт озабоченно хмурила лоб.
— Получилось? — спросила она.
— Не знаю. Отвлекалась. А ты?
Она покачала головой.
— Неважно. Мне в любом случае не дадут стать всадницей.
— Но почему? — Может теперь, она мне скажет, когда как следует поразмыслила над тревожившим её вопросом?
Выражение лица Саветт сделалось циничным, и она криво усмехнулась.
— Я же высшая кастелянка. У них на меня другие планы.
— Как только ты переступаешь порог Школы драконов, назад пути нет, — напомнила я ей, радуясь этой мысли. — Ты либо небесный всадник, либо слуга.
Саветт хрипло рассмеялась.
— Я раньше тоже так думала. Наслаждайся празднеством. В честь магов устраивается грандиозный банкет, и на нём будут подавать еду, которую ты ещё никогда не пробовала.
Она выскользнула из толпы учеников. При мысли о банкете мой живот довольно заурчал. Слуги развешивали гирлянды и цветные фонарики вдоль каждого уровня Школы драконов — единственной, по моим сведениям, школы, которая была построена на склоне утёса. Экзамены длились долго, и теперь на землю опускался закат. В сумерках змеилась вереница ярких огней. Что это было?
Я остановилась, наслаждаясь лицезрением служителей магии — и неважно, что с такого большого расстояния разглядеть самих людей не представлялось возможным. Я с нетерпением ждала ужина с ними, но сначала надо было сделать кое-что более важное.
Глава пятая
Я пробралась в палаты лазарета благодаря царившей вокруг суматохе. Никто не следил за хромой девчонкой: все были заняты декорациями, собственными нарядами, уборкой и последними приготовлениями. Протиснувшись между Тамасом и пожилой женщиной, которые зажигали те самые цветные фонарики, я улыбнулась ему, но он отвернулся, как делал всякий раз, когда я пыталась заговорить с ним после первого полёта.
Я жалела его, но в то же время злилась на себя. Нужно становиться для другого не просто хорошим другом, а лучшим. Нужно было догадаться о его переживаниях и помочь ему. Кого ещё я подвела? Чьи страдания не заметила? Помощь требовалась Саветт, но на данный момент она не хотела принимать её от меня.
Так я думала, пока не добралась до лазарета, располагавшегося на втором уровне. Вход сторожили два всадника, но они и глазом не моргнули, так что я прошла мимо и зашла внутрь. Вполне вероятно, что они подумали, будто бы мне нужна была помощь, но на самом деле я искала Ленга.
У входа за стойкой никого из целителей не оказалось, но горстка трав, насыпанная рядом с пестиком, и лежавший около него маленький серп свидетельствовали о том, что кто-то из врачей всё-таки был в лазарете. Я прохромала мимо стойки и направилась дальше, в сторону просторных комнаток. В больших каминах трещал тёплый огонь, но даже здесь окна не закрывали, чтобы свежий воздух, поступавший снаружи, поднимал дух болящих. Я по очереди заглядывала в огороженные занавесками палаты, ища Ленга. Кровати пустовали, — что, наверное, хорошо — и вдруг я увидела на одной из них нечто бесформенное.
Я уже собралась было зайти, но внезапно поняла, кто лежал за занавеской, — Дэннил, тот парень с откусанной рукой. Он печально смотрел в окно. Неудивительно. Я как никто другой знала, каково живётся увечным.
Я незаметно отступила, опустив занавеску. Надо было найти слова поддержки, но я не знала, какие именно. Я могла сказать, что он сумеет справиться с болью, сумеет приспособиться к такой жизни, но едва ли это утешит его. Мы оба понимали, что меньше всего на свете ему бы хотелось услышать правду о себе — горькую, но правду. Мои слова прозвучат как насмешка. Дэннил станет одноруким слугой в Школе драконов. Радужные перспективы, которые он рисовал себе в воображении, в одночасье разрушились, и я ничего не могла сделать, чтобы помочь ему принять то изувеченное тело, которое у него теперь было.
С тяжёлым сердцем я продолжила поиски. Вот. В другой палате одна из занавесок была отдёрнута, а внутри стояла белая кровать, накрытая такой же белой простынёй, на которой лежал полуобнажённый Ленг. Его рану уже перевязали, подложив под повязку припарку, a вынутая стрела покоилась рядом на серебряном блюде. Над Ленгом склонилась целительница, вытирая ему пот со лба и запёкшуюся кровь. Мой живот сжался от страха. Что если лихорадка навредит ему? Что если стрела задела жизненно важный орган? Что если он станет таким же калекой, как я, или, ещё того хуже, умрёт? При этой мысли я сглотнула подкативший к горлу ком и сморгнула выступившие слёзы. Я знала о Ленге так мало, но даже этого оказалось достаточно, чтобы он мне понравился. Такой непокорный, свободный и полный жизни человек не должен быть прикован к постели: это казалось неправильным.
Пожилая целительница оторвалась от своей работы, участливо глядя на меня.
— Ты потерялась, Принятая? У тебя что-то болит?
Я покачала головой и постаралась взять себя в руки, перед тем как заговорить, чтобы голос не выдал моё волнение.
— Он выживет?
Она пожала плечами.
— Возможно. Рана очень тяжёлая, и он много часов провёл в полёте, после того как его подстрелили. Он потерял много крови и сил, которые потребуются для выздоровления.
— Я могу чем-то помочь?
— Ты первоклассный целитель? — спросила она насмешливо.
Я покачала головой.
— Тогда будет лучше, если ты предоставишь это дело знающим людям, Принятая. Мы сделаем всё, что будет в наших силах, чтобы помочь ему. Ты его друг?
Я кивнула.
— Можно его навещать?
Она помедлила, разглядывая меня. Наконец, увидев мой костыль, женщина, кажется, смягчилась.
— Только нечасто. Ему нужен покой, и он не узнает о том, что ты приходишь. Во всяком случае, пока.
Я кивнула.
— Беги празднуй. Мы позаботимся о твоём друге.
Я кивнула и пошла прочь, чувствуя тяжесть цилиндра, по-прежнему спрятанного у меня в поясе. Ленг не мог объяснить, что с ним надо было делать, но он оставил депешу на моё попечение. Наверняка, кроме Ленга, о цилиндре и его происхождении знал ещё кто-то. Нужно было только найти того, кто смог бы помочь.
Глава шестая
— Альскиби? — позвала я, вглядываясь в темноту пещеры. Надеюсь, он не откусит мне голову…
Так посоветовал Раолкан. Внизу раздался звон колокола, прозвучавшего в седьмой раз за день, — ужин. Мне хотелось быть одновременно и там, и тут. Трудно выбирать между хорошим и лучшим.
— Если ты здесь, мы можем поговорить?
Из темноты показалась голова дракона; его золотые глаза мерцали в свете ламп. Он обнажил зубы, и я шагнула назад, стараясь не наступить на костыль.
— Ленг дал мне вот это послание. — Я вытащила цилиндр из-за пояса. Он был величиной с мою руку и толщиной с палец. Совсем небольшой, но тяжёлый. Кто знает, вдруг это была просто игра воображения? Очевидно, вес ему придавала важность донесения. — Я не знаю, что с ним делать. Может, мне стоит подождать, пока Ленг выздоровеет, и вернуть ему цилиндр? Или надо отдать послание кому-то другому как можно скорее? Ты мне поможешь?
Он сам может это сказать. Зачем передавать информацию через Раолкана?
Я не могла сдержать разочарования, но внешне виду не подала.
— Здесь нет послов и других всадников из фиолетовой касты. Зачем Ленг передал мне цилиндр?
Может, мне стоит прочесть послание? Может, мастер Эльфар ошиблась на этот счёт? Будь оно срочным, тогда другой человек мог бы с ним ознакомиться и принять соответствующее решение. Тот факт, что Ленга подбили, уже о многом говорил. Пусть Альскиби расскажет, кто стрелял в него и зачем.
Сказать об этом всё равно придётся. Молчанием Ленгу не помочь.
Что ж, кажется, здесь я не получу ответы на свои вопросы.
— Спасибо за помощь. — Я не смогла сдержать раздражение в голосe. Запихнув цилиндр обратно, я взялась за костыль. Совет Раолкана догнал меня уже на выходе из пещеры.
Учиться терпению? Я должна была терпеть всё время. Не можешь идти быстрее? Терпи. Никто в тебя не верит? Терпи. Тебе нужно в пять раз больше усилий, чтобы сделать то, что для других проще пареной репы? Терпи. Так что терпеть я как раз умела. Но сейчас всё было иначе. Это дело почему-то казалось важным.
Я запрыгнула на скамейку и спустилась в праздничный обеденный зал. По крайней мере, здесь я смогу отдохнуть и насладиться вкусной едой, и не надо будет переживать обо всяких важных миссиях и проблемах.
Глава седьмая
Обеденный зал встретил меня аппетитными запахами, звоном тарелок, гулом перебивавших друг друга голосов. Тут было тепло от большого количества собравшегося народу. На широкие столы выставлялись подносы, и от них поднимался пар, когда слуги снимали крышки. Грандиозный и восхитительный ужин был обычным делом в Школе драконов, но сегодня количество еды удвоилось. На блюдах высились горы свежих нарезанных фруктов, на каждом столе восседали пузатые кувшины, наполненные глинтвейном, соседствуя с только что испечёнными булками и сочным мясом. Не успела я зайти в зал, как мой аппетит уже разыгрался не на шутку.
Под потолком натянули яркие полотнища, на стены повесили роскошно вышитые знамёна. В зале было ещё больше разноцветных светильников. Они горели над каждым столом, на скамьях в углу, по краям сервировочных столов и над дверными арками. Пурпурный, изумрудный, золотой и бирюзовый свет придавал комнате ощущение волшебства — вполне подходящее, если вспомнить, кто у нас гостил.
Маги выделялись среди присутствующих. Они были бледны, в отличие от загорелых и смуглых всадников и носили отороченные мехами одежды (достаточно просторные, чтобы под ними мог поместиться детёныш дракона), а не плотные кожаные костюмы, как мы. Всадники заплетали волосы в косы и украшали себя шарфами, маги же носили золото и бесполезные посохи непонятного предназначения.
Я почувствовала робость в их присутствии, хотя никто не обращал на меня внимания, и попыталась как можно незаметнее проскользнуть на другой конец зала к столу, за котором сидело большинство моих товарищей. Совсем избежать встречи с магами я не могла, ведь их рассадили по всему залу, но за столами Принятых их, кажется, было не так много.
— Где же толпы ваших учеников? Это так странно, — обратилась одна чародейка к мастеру Леману, когда я проходила мимо. — У вас, конечно, они есть, но уже более-менее оперившиеся.
— Мы были вынуждены пока приостановить поток желающих: приказ, — ответил мастер Леман. — Всех годных к службе простолюдинов отправляют в армию. Чтобы летать на драконе, нужны годы, а научиться держать копьё можно за считанные недели.
В ответ чародейка что-то пробурчала, и я двинулась дальше. Несмотря на серьёзность ситуации, разговор происходил в шутливом тоне. Мне в очередной раз нестерпимо захотелось вскрыть цилиндр, что я носила. Кто знает, вдруг внутри него содержались новости, которые бы пролили свет на всё это?
Я нашла стол, где всегда сидела, и опустилась рядом с Саветт, беря булку и кладя её на свою тарелку. В Школе драконов у всех был отменный аппетит, и, если ты хотел наесться, следовало поторопиться.
— Не знала, что вы пускаете в свои ряды ущербных, — бурливший за нашим столом разговор прервал высокомерный голос. Собеседница Даэдру сидела на противоположном конце, но было понятно, что она имела в виду меня. Давно я не слышала этого оскорбительного слова. Ущербная — cловно я была не живым человеком, а паршивым яблоком.
Даэдру покраснел при этих словах. Похоже, у Саветт появилась соперница, только у говорившей волосы были не серебристыми и длинными, как у неё, а чёрными и короткими; декольте платья подчёркивало пышность форм своей обладательницы, а Саветт была тоненькой, как тростинка.
— В школе всё решают мастера. Я отвечаю только за свой кастел1, — Даэдру смутился, словно стыдясь меня.
Я мысленно вздохнула. Неужели опять? Я думала, что развеяла все сомнения и предубеждения после той ночи. Mои товарищи уже не так сильно меня презирали, но теперь, кажется, придётся всё доказывать снова.
— Что ты здесь делаешь, девчонка? — громким голосом спросила чародейка, как будто я была глухой или совсем бестолковой.
— Костылём пользуются те, у кого болят ноги, а не уши. Она тебя прекрасно слышит, — ответила за меня Саветт. Она смотрела словно в пустоту, — явно раздумывая над чем-то, что её мучило, — но не теряла связи с реальностью.
— Я, кажется, спрашивала не тебя, высшая кастелянка2, — ответила чародейка. Мне не понравилось, как она скривила губы.
— При всём уважении, чародейка, я здесь учусь, потому что хочу стать небесным всадником, — сказала я.
Девушка фыркнула.
— Я не чародейка. А подмастерье. Хотя для тебя, конечно, нет никакой разницы. Следовало догадаться. Но невежеству нет оправдания. Среди нас не бывает ущербных. При обучении магии вся ущербность уходит: мы либо выбиваем эту дурь из человека, либо запираем новичка так глубоко, что она оставляет его сама. Мы не можем находиться рядом с ущербными: от этого наше сознание туманится. Они его помрачают.
Из моей ноги она тоже собралась дурь выбивать? Я всегда восхищалась магами. Но теперь моё мнение о них начало меняться.
— Тогда хорошо, что вы не задержитесь у нас надолго, — заметила Саветт с почти отсутствующим видом.
— Не торопись с выводами, — ответила чародейка, ухмыляясь. Она продолжила злорадствовать над нами, но в этот момент поднялся мастер Дантриет. Он постучал ножом по своему стакану и, подождав, пока шум голосов стихнет, заговорил звучным и ясным тенором.
— Минуту вашего внимания, небесные всадники и ученики. Мы рады приветствовать на сегодняшнем вечере своих товарищей по службе. Особая радость для нас — видеть среди присутствующих магов и их учеников. Они привезли с собой Посла Доминиона, у которого есть важные новости. Прошу вас внимательно выслушать его. Он принёс депешу от самого Доминара.
Мастер Дантриет сел на место, и следом за ним поднялся высокий худощавый смуглолицый мужчина с тёмными глазами. Он был одет в богато вышитую одежду серебряного цвета с высоким воротником, какую носили в Доминионе. Посол вытащил из-за пояса цилиндр — точь-в-точь как у меня. Я потянулась к своему драгоценному сокровищу, чтобы убедиться, что не потеряла его. Он выудил из цилиндра свиток белой бумаги, развернул и трубоподобным зычным голосом зачитал послание.
— Вороны срываются с насиженных мест на башнях и летят к морям, куда ведёт их зов, а с ними — небесные звёзды.
Сидевшие в зале опытные небесные всадники ахнули, и тишина окутала помещение подобно густому туману. Мы, Принятые, ничего не поняли и озадаченно переглянулись между собой. Что бы это значило?
Мастер Дантриет снова поднялся. Лицо его побледнело. Чтобы заговорить, ему пришлось два раза прокашляться.
— Следуя указу нашего Доминара, — объявил он дрожащим голосом, — мы вылетаем.
Глава восьмая
— Подождите! — крикнула я, пробираясь сквозь возбуждённую толпу. Все вскакивали со своих мест, переговаривались между собой, кричали и теребили друг друга вопросами. Посол уже скрылся за порогом, а я всё ещё пыталась выплыть из моря людей, стараясь ненароком не наступить на кого-нибудь костылём. Вот он — посланник Доминара, единственный человек, которому можно было передать депешу и которого словно ветром сдуло. Я сжала зубы, опуская голову и протискиваясь между четырьмя ожесточённо спорившими всадниками из зелёной касты.
C другого конца зала раздался голос, перекрывший все остальные, — говорила мастер Эльфар.
— Всем Принятым немедленно спуститься в свои комнаты. В случае неявки вы будете исключены из школы.
Я разочарованно выдохнула. Шанс поговорить с посланником был упущен. Саветт протиснулась между людьми и встала рядом со мной; никто не осмеливался препятствовать ей, если она что-то замыслила.
— Идём, Амель, — сказала Саветт. — Пора возвращаться.
Она шла впереди, а я следовала за ней, радуясь неожиданной помощи. Маги и опытные небесные всадники увлеклись своими обсуждениями, позабыв о Принятых, которые пытались выбраться из толпы, следуя приказу. Саветт замедлила свой шаг, чтобы я поспевала за ней, и мы пришли в комнату, где уже собралось много народу, в числе последних. Мастер Эльфар стояла на деревянном ящике в дальнем конце комнаты и активно жестикулировала, пытаясь угомонить испуганное щебетание. Стари напирала на неё, стараясь обратить на себя внимание мастера.
— Принятыe, Принёсшиe клятву и начинающие небесныe всадницы, послушайте меня, — прогрохотала мастер Эльфар голосом, способным перекрыть шум любого ветра. — Кастелянки, в том числе высшие, перестаньте пытаться привлечь моё внимание. Вас всех это касается. Особых случаев не бывает. Да, Стари, я о тебе говорю. — Она нахмурилась, снова дёрнув руками, и ропот прекратился. — Нас зовёт Доминар, и мы ИСПОЛНИМ свой долг и клятву. Это значит, что мы покидаем Школу драконов.
Новость вызвала волну удивления, и отовсюду посыпались вопросы.
— Что с нами будет?
— Куда вы уходите?
— Разве в послании об этом говорится?
— Мы станем слугами! Это несправедливо!
— Успокойтесь, — гаркнула мастер Эльфар. — Успокойтесь все. Я не собираюсь разбирать с вами каждое послание до мельчайших подробностей. Это касается опытных небесных всадников, а вы пока ещё ими не стали, иначе бы поняли, что означают слова депеши. Грядут перемены, о которых вам нужно знать.
— Но как мы станем небесными всадниками, если все мастера покинут школу? — спросила Стари.
Мастер Эльфар изогнула бровь, складывая руки на груди.
— Вы видели магов и их подмастерье?
— Да, — Стари тоже изогнула бровь и сложила руки на груди. Вот же нахалка!
— Маги обучают своих подмастерье в полевых условиях, чтобы те могли учиться у них. Точно так же придётся обучать и вас, потому что, поверьте, в будущем нам понадобится каждый всадник. Я смотрю, тут некоторые обрадовались. Напрасно. Стать слугами уже не получится. Отныне у вас есть только два выбора: выжить или умереть.
По нашим спинам пробежал холодок, и я поёжилась. Не думала, что нам предложат какой-то иной выбор, но от этого ситуация не перестала казаться менее серьёзной.
Мастер Эльфар продолжила. Теперь она завладела нашим вниманием.
— К вам приставят оставшихся опытных небесных всадников. Одних будут курировать учителя, других — те, кто учить никогда особо не хотел. C этого момента мы прекращаем занятия и экзамены. Учитесь всему, чему сможете, и побыстрее. Неважно, к кому попадёте. Именно от финального решения куратора будет зависеть, перейдёте ли вы на следующую ступень обучения или нет. Они определят, что вы станете делать, чему будете учиться и куда полетите. Предваряя вопросы, отвечу сразу: нет, выбирать кураторов нельзя — даже кастелянкам; да, драконы летят с вами. Потому что мы небесные всадники.
— Остаётся надеяться, что вы усвоили достаточно на моих занятиях, чтобы заботиться о своём драконе и его амуниции. Ваша жизнь будет зависеть от того, насколько хорошо вы сможете применить полученные знания. Да, некоторым придётся остаться здесь и присматривать за Школой драконов. Это не только школа, но и важная крепость. Опустите руки. Я уже сказала, что просьбы распределить в группу к определённому человеку останутся без ответа. — Она нахмурилась, глядя на незадачливых учениц, поднявших руки. — Сожалею, что не смогу стать свидетельницей окончания обучения каждой из вас, но я остаюсь верной Доминару и подчиняюсь его приказам. Вы тоже должны, иначе будете держать ответ передо мной. А теперь собирайте вещи и готовьтесь. Дальнейшие распоряжения получите за завтраком. Хорошенько выспитесь. Некоторых из вас отправят в города, башни и кастелы, но кому-то придётся работать под открытым небом. Вы будете с тоской вспоминать о тёплой мягкой постели и сытной еде. Так что наслаждайтесь, пока есть возможность.
Мастер спустилась с ящика в окружившую её гудящую толпу. Чем ближе она продвигалась к выходу, тем громче становился ропот. Я помахала мастеру рукой, пытаясь привлечь к себе внимание.
— Если она не собирается выслушивать наши просьбы, то твои слушать точно не станет, ущербная! — выкрикнула Стари.
— Кто это сказал? — развернулась мастер Эльфар. Она внимательно оглядела девочек и вздохнула. — Вы все Принятые и будущие небесные всадницы. Помните об этом. Всё остальное неважно.
— Мастер Эльфар? — позвала я.
— Да? — устало откликнулась она.
— Можно с вами переговорить?
Она кивнула и подошла ко мне, больше не обращая внимания на толпу Принятых, которые уже пустились строить предположения на мой счёт.
Я наклонилась поближе к мастеру, гадая, не подслушивает ли нас Саветт. Она смотрела куда-то в сторону, но по-прежнему стояла рядом со мной.
— Мастер Эльфар, — сказала я, — могу ли я отнести депешу Послу? У меня не было возможности подойти к нему на банкете, но мне хотелось бы побыстрее исполнить свой долг.
Она нахмурилась, но кивнула.
— Понимаю, Амель. Я попробую узнать его местонахождение, и мы организуем вашу встречу. Пока оставайся здесь и никуда не уходи. Не хотелось бы разыскивать тебя по всей дракастре посреди ночи.
Что ж, выходит, они знали о моих ночных вылазках.
— Да, мастер.
Она вышла, и я немного расслабилась. Наше будущее было весьма туманным, и я мечтала избавиться от этого важного послания, которое носила всё время за поясом. Когда ещё представится второй шанс передать депешу нужному человеку? И что подумает Ленг, если узнает, что послание, ради которого он рисковал своей жизнью, не было доставлено должным образом и попало в руки Принятого?
— Думаю, пришло время поговорить, — прошептала Саветт.
Глава девятая
Мы с Саветт пробрались сквозь толпу учениц и спрятались в ванной комнате. Тут было пусто как никогда. Саветт оглядела каждый угол, но в ванной не оказалось ни души, и потащила меня к раковинам, куда стекал нескончаемый поток воды. Она настолько тихо заговорила, что я едва смогла её расслышать за журчанием льющейся воды.
— Мне нужно прочитать послание, которое ты носишь. Тебе же ведь его передал Ленг Шардсон?
Я сглотнула. Зачем оно ей?
— Мне было приказано отдать депешу только всаднику из фиолетовой касты или Послу Доминиона.
Саветт закатила глаза.
— Ты думаешь, я не знаю протокола? Это глупые традиции. Подумай, Амель. Вдруг донесение важное, а ты просто таскаешь его туда-сюда и не предпринимаешь никаких действий?
— Я то же самое сказала мастеру Эльфар!
— Вот именно. Если я прочту послание, то смогу его расшифровать, и мы решим, нужно ли торопиться с отправкой.
Я вдруг вспотела. Её слова были разумны, но если мы попытаемся вскрыть цилиндр и нас поймают, то можно забыть о нашей мечте стать небесными всадницами.
— Мастер Эльфар ищет Посла Доминиона. Я передам депешу ему.
— А если он уже уехал, — её тон был заискивающим, — ты дашь мне её прочитать?
— Не думаю, — ответила я, хватаясь рукой за цилиндр. В поведении Саветт было что-то странное.
— Послушай, — она провела рукой по лицу, словно расстроившись. — Мне нужно прочитать свиток, Aмель. От этого зависит моя жизнь.
— Твоя жизнь? Что за глупости, Саветт? Он не имеет к тебе никакого отношения.
— Имеет, Амель. Имеет! Ты не понимаешь.
— Тогда скажи мне.
Выражение лица Саветт стало вымученным, она тёрла руки об одежду, как будто хотела вытереть потные ладони.
— Не могу.
— В таком случае я определённо не стану нарушать свой долг. — Поскорей бы мастер Эльфар вернулась с Послом.
Саветт закусила губу и сказала:
— Они продают меня для заключения мира, Aмель. Как лошадь. Я приз для чужого государства.
Бессмыслица какая-то.
— Никто бы так не поступил.
Она усмехнулась.
— А откуда, по-твоему, у нас драконы, на которых мы ездим? С ними поступают точно так же.
Разве Раолкан не говорил мне то же самое?
— Тогда тебе надо бежать.
На лице Саветт отразилась боль.
— Не могу. По крайней мере, пока не узнаю… Послушай. Если в послании говорится об этом, тогда я должна его прочесть. Я должна знать…
— Знать что?
— Я и так тебе уже слишком много рассказала. Пожалуйста, Амель. В ту ночь первого полёта ты спасла мне жизнь. Пожалуйста, не говори, что сохранила её ради того, чтобы снова отнять.
Слова Саветт задели меня. Я, как никто другой, знала, каково это, когда тебя считают вещью, которой можно распоряжаться по своему усмотрению. Острая боль пронзила моё бедро. Так случалось всякий раз, когда я вспоминала о своём увечье. Почему я должна решать, помогать Саветт или нет? Я не хочу взваливать её ношу на себя.
— Что такого сделал ради тебя Доминион, чтобы ты считалась с его правилами и традициями, а не со мной?
Если соглашусь, то потеряю свою честь. Хоть я и не имела титулов, земель и собственности, хоть тело моё и было разбито, но я сохраню честь и не поступлюсь ею вот так легко.
— Прости… — начала было я, но не договорила, потому что Саветт бросилась на меня всем телом, ударив плечом в живот и сбив с ног. Я взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие; цилиндр выпал из-за пояса и, пролетев через всю ванную комнату, отскочил от каменной стены.
— И ты меня, — ответила Саветт, вскакивая и отшвыривая ногой мой костыль, так что я была вынуждена встать на четвереньки. Она повернулась, шагнув к валявшемуся на полу цилиндру, но мастер Эльфар, незаметно для нас обеих вошедшая в ванную комнату, преградила ей путь.
— Осторожнее, девочки, — сказала она, подхватывая депешу и пристально на нас глядя. — Тут может быть скользко.
Как давно она вошла? Она видела, как Саветт набросилась на меня? Мастер вручила мне цилиндр и подала костыль.
— Посол Доминиона ожидает депешу, Амель. Идём со мной.
Глава десятая
Я последовала за мастером, не оглядываясь на Саветт. Она разозлилась? Расстроилась? Может, мне стоило помочь ей, как она просила? Mожет, тогда я в самом деле предотвратила бы ужасные события, которых Саветт так боялась, но что в таком случае это сказало бы о моей благонадёжности и чести?
Я старалась не падать духом, ковыляя позади мастера Эльфар. Остальные девочки были заняты сборами. Это не займёт много времени. Весь мой скарб состоял из одежды, амуниции и снаряжения, которые мне дала школа. Я быстро заверну их в вощёную ткань и завяжу узлом.
Снаружи было темно, но цветные фонарики по-прежнему горели как горькое напоминание о нашей утраченной надежде и радости. Казалось, что я прощалась с домом, хотя пожила здесь совсем недолго. Когда родители думали обо мне, они знали, где я находилась. У меня не было возможности сообщить им о том, что у нас сейчас происходило. Сказать, что всё изменилось. Так много в этой жизни не зависело от меня.
Мы дошли до лазарета — странное пристанище для Посла Доминиона, но что я могла об этом знать? Наверное, они всегда останавливались у целителей. Мастер Эльфар шла уверенно, но старалась не забегать слишком далеко вперёд. Поведение мастера не выдавало тревоживших её мыслей насчёт резких перемен, ожидавших нас.
Посол сидел около кровати Ленга и тихо разговаривал с целительницей, которую я встретила в прошлый раз.
— …выздоравливает, — сказала она. — Мы очень надеемся. Он уже приходил в сознание, но ему дали лекарство, чтобы снова погрузить в сон. Ленгу нужен отдых для восстановления сил.
Я позволила себе задержаться взглядом на Ленге. Обычно энергичный и сильный, сейчас он казался маленьким и беззащитным, а все вокруг болтали так, как будто его здесь не было. Меня охватили беспокойство и желание защитить Ленга и выходить. Это не моё дело, напомнила я себе.
Мастер Эльфар почтительно прокашлялась, и целительница подняла голову.
— A. Вот и они. Я оставлю вас. Пожалуйста, постарайтесь его не беспокоить. Если я должна выполнить вашу просьбу, ему потребуются все силы.
О чём это она? Стоило ли мне волноваться насчёт того, что они собирались сделать с Ленгом? По правде сказать, я не знала, были ли у него семья, друзья, где он родился. Поразмыслить над этим я не успела. Посол повернулся ко мне; его длинное, вытянутое лицо напоминало маску призрака в свете мерцавших свечей.
— Принятая. — Это было утверждение, а не вопрос. — Ты принесла депешу, доставленную сюда этим Ленгом Шардсоном?
Я робко кивнула и вытащила цилиндр, вручая его Послу.
— Ты читала послание?
Я покачала головой.
— Показывала его кому бы то ни было?
Я снова качнула головой. Он с серьёзным видом кивнул, разломал печать и, внимательно ознакомившись с письмом, сказал:
— Благодарю тебя за службу Доминиону. — Посол повернулся к мастеру Эльфар. — Приведите высшую кастелянку Саветт Лидрис.
Меня прошиб холодный пот. Саветт оказалась права. Послание действительно касалось её. Я закусила губу, посмотрела ещё раз на Ленга и последовала за мастером в ночную мглу, не в силах сдержать слезу, скатившуюся по щеке. В школе у меня было только три друга: Ленг, Саветт и Раолкан. Первого ранили, второго я ранила сама, отказав в помощи, а третий должен был вновь отправиться в неизвестность без надежды на возвращение. Что я могла сделать, чтобы уберечь всех троих, и получится ли найти выход вовремя?
Глава одиннадцатая
Когда мои веки совсем отяжелели и я провалилась в сон, Саветт всё ещё не вернулась со встречи с Послом. На следующее утро, проснувшись, я умылась, закатала свою немногочисленную одежду и постельное бельё в вощёную ткань и перекрутила их кожаными ремнями, но её по-прежнему не было. Мой кулёк ничем не отличался от остальных кульков, лежавших на кроватях у девочек. Mы вышли друг за другом, чтобы спуститься к завтраку.
Завтрак, как и всегда, был роскошным и ждал нас на столах, но мы ели с похоронным видом, угрюмо ковыряясь в тарелках, a кто-то не ел вовсе. Какими бы ни были следующие несколько лет, сегодня всё решится. Краем глаза я заметила Тамаса среди слуг, выстроившихся в длинную шеренгу на другом конце зала. По тому, как он приосанился, я поняла, что он был весьма доволен собой. В нынешней ситуации Тамас, наверное, чувствовал себя в безопасности, будучи одним из слуг. Что ж, может, он в конце концов принял верное решение для своей семьи.
На завтракe Саветт тоже не появилась, хотя я оглядела всех присутствующих, надеясь её обнаружить. Чародейка-подмастерье, с которой мы встретились вчера за ужином, села рядом, с демонстративным видом стараясь не касаться меня или вещей, которых трогала именно я. Зря. Я не собиралась волноваться по пустякам: у меня были дела куда поважнее.
Невзирая на тревогу, я ела всё, что могло поместиться в мой желудок, радуясь возможности насытиться и памятуя о сказанных вчера словах. Кто знает, вдруг больше не удастся так наесться. После того как мы закончили завтракать, мастер Дантриет поднялся со своего места и обратился к нам.
— Я желаю всем вам процветания и мира, — произнёс он. — Нашим гостям— честь и хвала. Ваc, небесные всадники, я выпускаю в мир, надеясь на ваше возвращение. А вам, ученики, я желаю хороших результатов и мудрости. Не подведите меня. Следуя приказаниям Доминара, мы подготовили весь необходимый провиант, который вы найдёте в стойлах своих драконов. Вы будете лететь в отрядах по пять человек, состоящих из одного небесного всадника и приставленных к нему учеников. Мы постарались, насколько это было возможно, чтобы каждому всаднику достались ученики именно его касты цвета. Некоторых из вас будут сопровождать наши почётные гости и их подмастерье. Мастер Эльфар зачитает список. — Он замолчал, не зная, что бы ещё такого хорошего нам пожелать, и наконец добавил: — Пусть все из вас вернутся в наши стены в это же время в следующем году. Летите с миром.
Раздались одобрительные возгласы, и я присоединилась к ним. Что же такое заставит нас пропадать вдали от школы целый год?
Следом поднялась мастер Эльфар и развернула список. В списке Саветт не значилась. Мой живот сжался от волнения, которое я безуспешно пыталась побороть. Похоже, её страхи в итоге оказались небезосновательными. Наконец назвали моё имя.
— Под командованием мастера Лемана: Амель Лифброт, Раис Тенпенни, Стари Aтрелан. Bаш отряд повезёт раненого всадника Ленга Шардсона.
Моё сердце подскочило. Его не бросят. Он полетит с нами, и у меня будет возможность присматривать за ним. Мне не терпелось подняться в дракастру и поделиться с Раолканом хорошими новостями. Я даже не заметила злобный взгляд Стари, который она бросила в мою сторону. Разберусь с этим позже.
Глава двенадцатая
— Собирайте свой багаж аккуратно, — бормотал себе под нос мастер Леман, расхаживая взад-вперёд перед нами. — В него должны поместиться не только ваши постельные принадлежности и другие вещи, но и амуниция, выданная школой. Помните о том, что во время первой поездки вы повезёте пассажиров, так что оставьте место и для их вещей.
Под открытым небом мастер выглядел счастливее, чем обычно в классной пещере. Его золотые шарфы и длинные, сплетённые из металлических нитей пряди, видневшиеся среди зачёсанных назад волос, напоминали перья и делали мастера похожим на золотого ястреба, собиравшегося вот-вот взмыть в небо. Наш отряд расположился на вершине утёса, готовя своих драконов к поездке под чутким руководством мастера Лемана. Пять остальных отрядов занимались тем же. Всё утро они по очереди приводили группы Принятых с драконами, чтобы подготовить их к предстоящему путешествию.
— Куда мы летим, мастер Леман? — спросила Стари, обуздывая и осёдлывая своего дракона. Последний cлабо огрызнулся на неё, но она проигнорировала его выпад. Будучи неопытными, наши драконы ещё не совсем привыкли к ездокам, чтобы слушаться их с первого слова. Я в очередной раз поблагодарила судьбу за то, что она послала мне Раолкана.
Может, стоит как-то её предупредить? Станет ли она вообще меня слушать?
Безумие какое-то. Но разве прятать послание от подруги, о котором я ничего не знала и в котором она так нуждалась, не было бо́льшим безумием? Я пожевала губами, повесила корзинки по обе стороны седла Раолкана и закрепила их. Остальные Принятые готовили своих драконов к полёту на площадке неподалёку. Они были слишком заняты, чтобы обращать на меня внимание.
— Мы направляемся на северо-восток, — ответил мастер Леман. — Отсюда до Рубиновых островов пять дней пути. С нами летят маг Гектор и его подмастерья, Tред и Корриган. Раис, ты как член касты и самый опытный всадник из вашей тройки Принятых повезёшь мага Гектора и его ученика Треда. Стари, с тобой полетит будущая чародейка Корриган.
— А что насчёт неё? — ткнула в меня пальцем Стари. То, что мы оказались в одном отряде, было похоже на шутку злой судьбы.
— Aмель повезёт Ленга Шардсона. — Мастер Леман подошёл ко мне ближе и добавил уже тише: — Везти раненого (особенно такого тяжелораненого, как Ленг) — работа не для Принятого, Амель Лифброт, но, к несчастью, у нас нет другого выбора. Я поведу его дракона и своего, а у всех остальных будут пассажиры. Вы со Стари не совсем готовы к подобному, но нам выбирать не приходится. Смотри, чтобы его не укачало, следи за состоянием и давай лекарства, которые приготовили целители. Они сказали, что он уже пришёл в себя, но ему нужно отдыхать при любой возможности. Я возлагаю на тебя ответственность за заботу о Ленге во время путешествия. Не подведи меня.
— Да, мастер, — ответила я, показывая, что отнеслась к делу серьёзно. В глубине души я почувствовала лёгкое волнение при мысли о том, что буду иметь возможность самостоятельно заботиться о своём друге. Мне не придётся переживать, как он себя чувствует, потому что я буду видеть это собственными глазами. С другой стороны, если состояние Ленга зависело в основном только от меня, переживать, наверное, всё-таки стоило.
У Раолкана большие познания в медицине?
— В твоём распоряжении имеется длинная корзинка, выстланная овечьими шкурами, с ремнями. Мы уложим в неё Ленга, пока он не окрепнет настолько, что cможет сидеть в течение дня. Если понадобится помощь, свисти в свисток.
Мастер Леман уже собрался было уходить, и я поспешно спросила:
— Свисток?
Он указал на маленький серебряный свисток, висевший у него на шее, размером с мой мизинец.
— Ты найдёшь его в своём снаряжении. А теперь поторопись. Наши подопечные придут с минуты на минуту.
— Мастер Леман?
Он напустил на себя вид терпеливого человека, словно и так говорил со мной уже слишком долго.
— Наш отряд полетит в одиночку? — спросила я.
— Нас сопровождает всадник Казатан с группой красных. — Он указал на отряд, завершавший приготовления неподалёку от нашего. — И мастер Эльфар с группой зелёных всадников.
— Почему у других отрядов цветовое единообразие, а у нас такая мешанина? — поинтересовалась Стари.
— Из какой ты касты? Золотой? — спросил мастер Леман, как будто по цвету её дракона это было непонятно. Она кивнула. — В таком случае, раз ты считаешь дипломатию своим призванием, тебе представился случай попрактиковаться в ней.
Мне пришлось прикрыть рот рукой, чтобы никто не увидел моей улыбки.
Глава тринадцатая
— Тебе не надо справляться обо мне так часто. — Порывы ветра заглушали голос Ленга. Он полусидел в корзинке, чтобы видеть, куда мы летели, но ему приходилось прислоняться к горячему боку Раолкана, служившему опорой. Раолкана, похоже, не беспокоила двойная нагрузка на спину. Дракон не преминул ещё раз напомнить, что он почти не ощущал наш вес.
Я не могла справляться о Ленге реже. Потому что волновалась о нём. Целители вручили мне две настойки: первая помогала облегчить боль, а вторая — заснуть. Пока что он ничего не стал пить. Ленг отказался от сушёного мяса и хлеба, что я ему предложила, но охотно потягивал горячий чай из моей фляжки.
— Не думаю, что тебе вообще можно путешествовать, — ответила я. — Ещё только вчера в твоей спине торчала арбалетная стрела.
Мы летели строем. Мне потребовалось какое-то время, чтобы научиться одновременно следить за своим положением в строю и за пассажиром. Так как все мои мысли были заняты этим, мы с Ленгом едва перекинулись парой слов до настоящего момента.
— Я переживала за тебя, — добавила я. Мне показалось, что этих слов было недостаточно, а может, я, наоборот, сказала слишком много. Вдруг Ленг посчитает меня глупой девчонкой, беспокоившейся о мужчине, которого она едва знала? — Я отнесла твою депешу Послу и один раз навестила.
Он неловко потёр свою почти лысую макушку, словно не зная, что ответить.
— Спасибо.
Я почувствовала, как заалели щёки и вернулась к полёту — не то чтобы Раолкан нуждался в моём управлении. Я заметила, что Стари, летевшая в строю по правую руку от меня, силилась выправить ход Aстевена. Не каждый молодой дракон горел желанием работать со своим всадником. Раолкан же, напротив, мог спокойно обходиться без посторонней помощи, даже будучи нагруженным поклажей и двумя седоками.
Мы летели вдоль берега, направляясь на северо-восток, и перед мои взором постепенно открывалась страна, которую я никогда раньше не видела. Серые каменистые пляжи, омывавшиеся океаном, перерастали в древние сосновые леса. Туман обволакивал всё вокруг, и небо серебрилось от нависавших облаков.
Особой прохлады не ощущалось, но Раолкана морозило всё, что было холоднее огня в печи. Я вдруг заметила, что Ленг не сводил с меня взгляда.
— Будешь пить, Ленг? — спросила я. — Какую настойку тебе дать?
— Я рад, что мы летим вместе, Амель. Если я с тобой кое-чем поделюсь, ты же ведь никому не расскажешь?
Я слегка задрожала при мысли о том, что мне собирались доверить секрет. У меня не получилось особо помочь Саветт, когда она наконец решилась открыться.
— Ну конечно, — заверила я, сглатывая и замечая, как глаза Ленга как будто стали ещё темнее, когда он наклонился совсем близко к моему седлу, чтобы не повышать голос.
— С этими магами творится что-то неладное. Будь с ними поосторожнее. — Я прикусила язык, а он привалился к моей ноге, побледнев. — Пожалуй, отдохнуть всё-таки стоит.
Он заснул, прислонившись к нам с Раолканом. По крайней мере, мне не придётся беспокоиться о сохранении тепла, потому что его обеспечивал Раолкан, на котором я сидела, как на печке. Я стала наблюдать за другими драконами, пытаясь вычислить магов, сидевших у них на спинах. Зачем нужно было следить за ними? Дракон Раисa вёл себя куда лучше дракона Стари, но на него взгромоздились целых три человека, а Астевен по-прежнему дёргался под своим седоком. В остальном отсюда было трудно разглядеть что-либо ещё.
Ленг тяжело навалился на мою ногу, в которой стало ощущаться лёгкое покалывание, — да так и заснул. Я ни на йоту не возражала. Вид крепкого, сильного и сладко сопевшего парня тронул моё сердце. Я попыталась отвлечься на что-то ещё, но в итоге все два часа до нашего привала думала только о Ленге.
Глава четырнадцатая
Мы сделали привал немногим позже полудня на скалистом берегу реки, там, где она впадала в океан. Драконы быстро приземлились и выстроились вдоль воды. Я волновалась и неустанно следила за тем, чтобы Ленг не выпал из корзинки и не подвергся тряске. Он всё ещё спал, когда Раолкан мягко опустился на землю. Я ожидала более жёсткой посадки, — примерно как у Стари и её пассажирки с волшебными способностями — но выдохнула с облегчением и осторожно вытащила ногу из-под Ленга, стараясь его не разбудить.
Я бросила взгляд на берег, туда, где стоял Альскиби вместе с драконом мастера Лемана, Липсейном. Он оскалился, показывая свои жёлтые зубы, и я быстро отвернулась. Этот дракон явно не отличался дружелюбностью, хотя, если честно, ещё ни один из них, кроме Раолкана, не выказал своё расположение по отношению ко мне. Mожет, дело было просто в драконьем характере.
Не я принимала это решение, но мне бы не хотелось, чтобы за ним присматривал кто-то другой, когда он нуждался в защите. Я спешилась, вытащила костыль из-за седла и быстро обошла Раолкана, чтобы поправить ремни, если они расстегнулись или, наоборот, слишком сжали его.
Он утолял жажду, но мне было нечем его накормить. Жаль, я не спросила об этом до полёта.
Мне как-то не приходило в голову, что его тоже экзаменуют. Дракон фыркнул, пуская большие клубы пара по поверхности воды. Наверное, это был драконий смешок. Я переключила своё внимание на Ленга и наклонилась к его корзинке, воткнув свой костыль в мягкую почву для равновесия.
— Ленг? Ты уже проснулся?
Он сонно проворчал что-то в ответ, вытирая глаза руками. Я как-то не замечала раньше, что у него такие густые ресницы. Мне показалось это довольно странным: они совершенно не подходили его грубоватому и энергичному облику.
— Мы ненадолго прервали полёт, — сказала я. — Я собираюсь пойти за водой и подготовиться к ночлегу. Тебе помочь выбраться?
— Да, если можно, — согласился он.
Я ослабила ремни корзинки и, присев на здоровую ногу, просунула руку Ленгу под мышки, помогая ему подняться. Выбравшись, он резко вздохнул и, покачнувшись, схватился за мой костыль.
— Хромой ведёт хромого, — Стари пихнула локтем подмастерье Корриган. Ею оказалась та самая девчонка с короткостриженными тёмными волосами, обозвавшая меня ущербной на вечернем банкете. Я пропустила мимо ушей её комментарий.
— Проводишь до опушки? — попросил он, добела сжав губы, так что я поняла, что ему больно.
— Конечно, — кивнула я.
Передвигаться вдвоём, опираясь лишь на мой костыль, оказалось нелегко, благо скалистая местность была ровной и я легко ориентировалась на ней, да и лес находился неподалёку. Я отвела его в густые заросли и огляделась, чтобы тоже уединиться. Мгновение спустя я вынырнула из своего укромного места. Ленг сидел там же, прислонившись к самому большому стволу. Нам предстоял обратный путь.
— Готов? — Он кивнул с усталой улыбкой, сгорбившись, и вздрогнул, обхватив меня за плечи.
Вернувшись, я усадила его обратно в корзинку и выудила из седельной сумки лекарство. — Они сказали, что тебе нужно пить вот это.
Ленг покачал было головой, но я нахмурилась и взяла его за руку.
— Что? — Голос его не был злым, но он смутился от моего прикосновения. Я же просто хотела обратить на себя внимание. Только и всего.
— Надо, чтобы ты выпил. Если тебя начнёт лихорадить, я буду виновата в том, что недосмотрела.
— Я взрослый мужчина, Амель, и опытный небесный всадник.
— И именно поэтому ты боишься признать, что тебе требуется помощь.
Ленг отвёл взгляд.
— Просто выпей, — сказала я, сунув ему в руки ёмкость с лекарством. — А я пойду наполню бурдюк водой.
Я оставила Ленга и спустилась к бурлящей реке. В том месте, откуда пил Раолкан, было крутовато. Длинная шея позволяла ему обойти это препятствие. Я увидела, что берег немного сужался по мере приближения реки к морю, и направилась вдоль кромки воды, намереваясь наполнить баклагу оттуда. Придётся научиться управляться с костылём на открытом пространстве. Тогда, быть может, я стану передвигаться быстрее. Я шла медленно и потому бесшумно, так что Стари и Корриган не услышали моего приближения.
— Твой отец прислал нам письмо только на той неделе, — говорила Корриган. — Это одна из причин, по которой мы здесь. Наша преданность кастелу Атреланов — превыше всего.
— Мне это казалось очевидным, учитывая, что вы служите Доминиону. — Голос Стари, в котором послышались циничные нотки, прозвучал резче, чем обычно.
— У тебя какие-то проблемы со слугами Доминиона? — Корриган, казалось, это забавляло.
— Проблема в том, что слугой не хочу становиться я. Я хочу быть кем-то больше, а не драконьей летуньей и девочкой на побегушках у Доминиона до конца своих дней! Как смеют они подвергать меня испытаниям, заставлять что-либо делать и требовать?! Я не для этого родилась. У меня тоже должны быть власть и влияние, как и у остальных членов нашей семьи.
— Возможно, твою проблему ещё можно решить, — ответила Корриган. Она наклонилась к Стари и огляделась, словно намереваясь поделиться c ней секретом, но в этот момент заметила меня и резко выпрямилась с побледневшим лицом.
Я показала им свой бурдюк в качестве доказательства того, что пришла за водой и не собиралась их подслушивать. Стари покачала головой, как бы говоря: «Вот. Даже воду набрать нормально не может…» Корриган развернулась на пятках и зашагала обратно к нашему лагерю, обойдя меня за три версты. Стари нахмурилась и последовала за ней.
Я погрузила бурдюк в воду, размышляя об услышанном. Ленг посоветовал следить за чародеями, но они определённо не замышляли ничего дурного против Стари. Наоборот, Корриган, кажется, очень дорожила их дружбой. Неужели целая делегация магов пришла в школу отчасти ради того, чтобы увидеться со Стари? Мне так не казалось, когда они у нас гостили. Возможно, Корриган лгала Стари, потому что хотела выпытать у неё какую-то информацию. Но магам ведь уже помогали перебраться в другой город. Что же ещё она хотела от начинающей небесной всадницы?
Когда я вернулась, Ленг уже уснул с бурдючком в руках. Я аккуратно забрала его, с удовлетворением отметив, что он полегчал, и пристегнула Ленга. Плохо, что его рана была настолько серьёзной. Я надеялась узнать у него побольше и, возможно, получить защиту. По моей спине побежали мурашки, которые обычно предвещали катастрофу.
Я погладила чешуйки на шее Раолкана в знак благодарности и, закончив колдовать с ремнями Ленга, забралась в седло, застегнувшись сама. Мгновение спустя мышцы дракона напряглись и мы взмыли в небо. Восторг вытеснил мою тревогу, и я крепко ухватилась за поводья, радуясь, что, не умея бегать, умею летать.
Глава пятнадцатая
Остаток дня мы провели в строю. Отряды красной и зелёной каст летели впереди, a наша сборная солянка болталась в хвосте. Cледить за Стари и Корриган мне не удавалось, потому что они замыкали одну из цепочек клина, и я не видела дальше собственного носа в темноте. Перед тем как отправиться в путь, мастер Леман велел нам выстроиться клином, просто следовать за ним и не заниматься самодеятельностью. Он выразил своё сожаление, что мы не успели потренироваться — даже самую малость — в построении во время полёта, и я не могла не согласиться с мастером, потому что солнце садилось и становилось всё труднее различать дракона, взмахивавшего крыльями впереди меня.
Наконец послышался протяжный свист, и дракон, летевший во главе клина, начал снижаться. Раолкан последовал за ним сам, так что мне не нужно было его об этом просить. Внизу показалась земля, на которой рассыпалась череда огоньков. Они горели по всей холмистой полянке, и белые палатки сгрудились вокруг них, свидетельствуя о том, что красная и зелёная касты уже устроились на ночлег.
Когда Раолкан приземлился, я тут же спешилась, ибо от долгой езды у меня заболела нога и я отсидела одно известное место. Попытки размяться не привели ни к какому результату. Вздохнув, я завертелась вокруг Раолкана, снимая с него поклажи и седло.
— Принятые! — раздался из темноты голос мастера Лемана. — Уже поздно, и мы все устали. Частокол располагается к югу от нас. Отведите своих драконов туда и привяжите. Всадники красной касты уже установили поилки и колья.
Частокол? Как можно привязать драконa к забору? Забавно: это ж не лошадка.
Как он там будет, в холоде, в темноте, в цепях? Раздавшийся в ответ фырк полностью убедил меня в том, что Раолкан справится.
— В своих рюкзаках вы найдёте палатку и постельные принадлежности. Будете делить палатку с пассажиром, которого везёте. Помогите им разместиться, а потом приходите к кострам готовить еду. Это должно стать вашей привычкой. Мы всегда так делаем, когда путешествуем по пересечённой местности. Вам нужно научиться справляться со своими обязанностями быстро и качественно. Сегодня скорость для меня неважна. Но в дальнейшем отстающие будут наказываться.
Чудесно. Этим отстающим определённо буду я. Надо научиться быстро управляться со всеми этими делами. Плохо, что я не могла спать рядом с Раолканом, как в школе.
Ленгу нужно отдать палатку целиком, чтобы он как следует отдохнул. Да и делить её с ним было как-то неприлично. Я старалась об этом не думать, ковыляя рядом с Раолканом. У частокола к нам подошёл всадник из красной касты, который на мгновение воздел руки и после вернулся к своим обязанностям.
— Что для тебя сделать, Раолкан?
Я сняла с дракона мешки, сложив их в кучу рядом с ним. Ленг по-прежнему спал, так что я взялась за его корзинку в самую последнюю очередь.
— Ленг? — позвала я шёпотом. — Ленг, проснись. Надо разгрузить Раолкана.
Ленг пробурчал в ответ, но сел и самостоятельно выбрался из корзинки, прежде чем я подоспела к нему на помощь. Он встал, прерывисто дыша, и опёрся обеими руками о бок Раолкана, чтобы не упасть. Дракон вертел туда-сюда головой. Пусть даже не думает скалить зубы в сторону Ленга, иначе пожалеет об этом!
Тогда он очень расстроит меня.
Я сняла с его спины корзину, седло, портупею и осторожно положила их рядом с нашим багажом; достала палатку, спальник, упряжь, бурдюк и неуклюже взвалила себе на плечо. Донести их до костра, конечно, можно, если соблюдать осторожность, но дорога будет не из лёгких. Вести Ленга у меня точно не получится.
— Я вернусь за тобой, Ленг, — сказала я с тревогой в голосе. — А пока о тебе позаботится Раолкан.
— Да он мне голову откусит, едва ты только скроешься из виду, Aмель. — хрюкнул от смеха Ленг. — Ты слишком сильно доверяешь этому дракону.
— Обещаю, что он будет вести себя прилично. — Ведь будет же?
— Думаю, справлюсь. Просто иди вперёд, а я последую за тобой.
Я замешкалась. Это была плохая идея. Если мне будет трудно ориентироваться на незнакомой местности ночью, то ему и подавно. Ленг встал, расправил плечи, напряжённые от боли, и я вздохнула. Я всегда понимала, когда нужно отступить. Я крепко сжала костыль одной рукой, подхватила свои пожитки другой и под покровом ночи тронулась в нелёгкий путь.
На дорогу ушло в три раза больше времени, чем предполагалось. Хоть я и натыкалась на корни и камни, но мне удалось избежать падений. Я то и дело оглядывалась на Ленга. Он шёл не спеша, и каждый его сдержанный шаг причинял ему сильную боль. Я прекрасно понимала, что Ленг чувствовал, но идти медленнее не могла. Силы мои были на исходе. И если бы я остановилась, то уже бы не заставила себя подняться и двинуться дальше. Пока не доберёмся до костров, отдыхать нельзя.
Когда наш путь был окончен, моя онемевшая рука, нёсшая все вещи, горела. Я бросила их на землю и повернулась к Ленгу, который, спотыкаясь, ступил в круг света; его опущенные веки дрожали. Он не должен быть здесь. Он должен восстанавливать силы в лазарете, а не шататься по лесам. Когда я с грустью вспомнила, что мне нужно было ещё смастерить колышки для палатки, из темноты вынырнул мастер Леман, неся эти самые колышки, уже очищенные от коры и готовые к использованию. От нахождения на природе он, казалось, оживился ещё больше.
Не говоря ни слова, мастер помог мне установить палатку. Мы уже заканчивали, когда Ленг присоединился к нам. Я быстро раскатала его спальник и положила внутрь вместе с водой и лекарствами. Он нагнулся, почти падая на четвереньки, и из последних сил заполз на расстеленную ткань. Мастер Леман сунул голову в палатку и мрачно усмехнулся.
— Принесу вам рагу. Позаботься о нём, Амель. Я бы прислал ещё кого-нибудь, но свободных рук нет. — Мастер смутился, как будто ему было стыдно за то, что он хотел сделать больше, но не мог. В этом он, увы, оказался прав. В нашей команде не было целителей, но мой изъян не мешал мне присматривать за раненым.
— Конечно. Спасибо, — сказала я. Когда он ушёл, я повернулась к Ленгу. — Что мне для тебя сделать?
— Новое тело.
Я рассмеялась, помогая ему стянуть сапоги и укутывая в одеяло.
— Хочешь выпить второе лекарство?
— Я хочу рагу. Когда ещё мне будет прислуживать сам мастер?
Я снова засмеялась, но в ту же секунду на пороге показался мастер Леман с мисками. Я усадила Ленга, привалив его к нашим тюкам, и мастер неловко удалился. Ленг немного поклевал, и вскоре его рука упала.
— Нетy сил есть? — спросила я, забирая у него миску и ложку.
— Нетy сил есть самостоятельно. — От его ухмылки повеяло печалью.
Я села так, чтобы не отдавить неподвижную ногу, и, взяв ложку рагу, поднесла её к губам Ленга. Если он не мог есть сам, ему придётся дать себя покормить.
— И почему я не выбрала белого дракона в тот раз? — шутливо поинтересовалась я, желая скрыть неловкость.
— Я знаю, почему, — ответил он, жуя.
— Правда? — Мне нравилось быть полезной. Заботиться о том, кто не мог позаботиться о себе сам.
— У тебя добрые глаза, — ответил он, почти машинально поднимая руку и тут же кладя её обратно на колени. Что он намеревался сделать?
— Мне кажется, у целителя должны быть добрые глаза, — предположила я, собирая ложкой остатки рагу.
— Да нет, не поэтому. У тебя благородное сердце. Ты следуешь своему слову и являешься живым воплощением собственных убеждений.
Я вопросительно склонила голову набок, забирая у Ленга миску и отставляя её в сторону. Я было потянулась к нему, чтобы снова помочь улечься, но он жестом остановил меня.
— Ешь. Потом, так уж и быть, дашь мне лекарство и я посплю ещё.
Я улыбнулась и принялась за свою порцию, удивляясь, что проголодалась настолько сильно.
— Члены фиолетовой касты на стороне добра в общей распре. Ты не должна об этом знать до поры до времени, но так оно и есть. Я думаю, что этим и объясняется твой выбор. У тебя благородный дух.
— Мне нравится, — ответила я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Он считал меня благородным человеком. Он считал меня полноправным членом касты, равным себе. Я почувствовала, как в душе разлилась теплота, и сморгнула выступившую на глазах влагу.
Мне не хотелось говорить, чтобы не разрушить очарования момента, так что я быстро доела рагу и подняла глаза, только когда насытилась. Увидев, с какой нежностью он смотрел на меня, я удивилась. Я робко взяла лекарство и протянула ему, а потом дала следом и воду, чтобы заглушить привкус того, чего там намешали целители.
— А теперь отдыхай, — сказала я, забирая бурдюки и помогая Ленгу устроиться поудобнее. — Палатка в твоём распоряжении: я пойду к Раолкану. Тебе понадобится моя помощь ночью?
— Не компрометируй себя, милая Амель, — неразборчиво проговорил он сонным голосом. — Со мной всё будет в порядке.
Я вышла со своим спальником и обернулась, чувствуя, как всё внутри переворачивается. Нельзя было вот так оставлять Ленга здесь, но поблизости находились люди, которые в случае чего могли ему помочь. Если я останусь, другие посчитают, что я воспользовалась ситуацией. Пойдут разговоры, и люди будут думать, что мы вели себя неподобающим образом. Ленг такого не заслужил.
Я еле дошла в темноте до частокола, где был привязан Раолкан, мечтая о том, чтобы жизнь была проще.
Глава шестнадцатая
Я резко вскочила, очутившись вдруг на твёрдой земле и стукнувшись головой. Я же заснула под боком Раолкана. Он что, внезапно дёрнулся во сне?
— Mмммф. — Я так привыкла спать, прислонившись к горячей драконьей чешуе, что теперь, лишившись тепла, явственно ощущала холод утра. Я с сонным видом скатала свой спальник и положила его рядом с нагромождённой кучей нашего снаряжения, затем потрепала Раолкана по спине, благодаря его за заботу, и направилась к лагерю. Если часто ходить этим маршрутом, можно протоптать дорожку. А это значит, что дорога будет не такой трудной. Неплохая идея.
Добравшись до палатки, я опустилась на корточки рядом со входом. Нельзя было заходить без приглашения. Кто знает, вдруг Ленгу хотелось побыть одному?
— Ленг? — прошептала я. Солнце ещё не встало, но прохлада и постепенно рассеивавшиеся сумерки говорили о том, что рассвет скоро вступит в силу.
Ответа не последовало.
— Ленг? — позвала я ещё раз.
Когда мне ничего не ответили во второй раз, я отогнула полу. Может, он потерял сознание? Может, ему стало хуже? На спальнике никого не оказалось. Забеспокоившись, я быстро развернулась и прихрамывая направилась к кострам. Пламя ослабло, но по-прежнему горело. Mожет, кто-нибудь что-нибудь да видел. У ближайшего костра сидела лишь одна чёрная фигура. Я заковыляла ей навстречу, невзирая на боль, вступившую в бедро от холода. Когда я подошла ближе, фигура повернулась. Пламя осветило одну сторону лица Ленга, отбрасывая на нём оранжевые блики.
— Ох, Ленг! Я вся испереживалась. Почему ты не в палатке?
— Я же небесный всадник, Амель, — улыбнулся он.
— Ты ранен!
— Я не могу всё время валяться. Мне нужно попить и проверить Альскиби.
Что это у него мелькнуло на лбу? Капли пота? В такую холодную погоду? На горизонте показалась тоненькая полоска света, окрасившая его лицо в предрассветный серебристый цвет, но был ли именно рассвет тому причиной? Лицо Ленга побледнело.
— Кажется, тебе нужно прилечь, — ответила я, оглядываясь в надежде, что мне кто-нибудь поможет.
— В детстве я всё время катался на лошадях, которых мы держали, — протянул он задумчиво. — Одну звали Искра. Она была очень-очень быстрой.
— Пойдём, — сказала я, подыгрывая ему. — Расскажешь, когда я уложу тебя обратно.
— Она была такая же, как ты. Добрая. Свободолюбивая.
Я мягко взяла его за руку, пытаясь сопроводить к палатке.
— Красивая.
Он точно бредил.
— Поэтому ты захотел летать на драконах? — спросила я, беря его под руку. Мы с ним немного напоминали тележку на одном кривом колесе — такие же неустойчивые и неуклюжие.
— Мои родители погибли. Они привели меня в Школу драконов, чтобы я научился летать, — невнятно бормотал он.
— Кто они были?
Он не ответил и стал тяжело наваливаться на меня.
— Ленг? — я почувствовала, что он падает, и схватила его обеими руками, бросая костыль и падая вместе с ним, чтобы смягчить удар. Высвободившись из-под Ленга и перевернув его на спину, я потрогала лоб. Он был горячее дыхания Раолкана. Никто не говорил мне, что от лекарств начнётся жар! Ему вообще нельзя было покидать пределы школы.
— Помогите! — закричала я. — Кто-нибудь, помогите!
Одна я не дотащу его. Я прикусила губу, чувствуя, как моё беспокойство нарастает. Мне надо было плюнуть на условности и остаться с ним. Так я смогла бы убедить Ленга не вставать с постели и не тащиться к костру. Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы, и усиленно заморгала, не давая им пролиться. Неужели было слишком поздно? Это не должно произойти с человеком, вспоминавшим о лошади, на которой он ездил маленьким мальчиком, с такой теплотой.
Глава семнадцатая
— Красные и зелёные всадники отправятся дальше без нас. Особая важность приказа не позволяет им оставаться дольше, — произнёс мастер Леман, который, судя по глубокой вмятине на его лбу, волновался как никогда прежде. Его пальцы непрестанно теребили повязанный вокруг шеи шарф. — Честно говоря, мы тоже можем задержаться только на два дня, не больше. Нужно поставить Ленга на ноги — и побыстрее.
Мы собрались вокруг палатки. Мастер Леман с Раисом занесли Ленга внутрь и помогли мне переодеть его в более лёгкую одежду, чтобы хоть как-то сбить жар, но то было несколько часов назад. Это не дало никакого результата. Он весь горел, метался в агонии и бредил. Я пожевала губами. Мне это совсем не нравилось. Будь моя воля, я бы сей же час отвезла его домой, в Школу драконов, но мастер Леман отклонил это предложение. Уверенности в том, что я смогла бы добраться до школы, у меня не было.
Раньше мне никогда не приходилось так тесно взаимодействовать с чародеями. Маг представлялся мне важным типом, а его одеяния, украшенные вышивкой и различными узорами, выглядели ещё богаче (я бы точно такие не надела). От мага и его учеников пахло какими-то странными специями. Что они с ними делали? добавляли в еду или в зелья? Я поежилась при мысли о таком близком соседстве с магией.
— Мы окажем ему свою помощь в исцелении, — сказал чародей.
— Спасибо вам, Гектор, — ответил мастер Леман, сдержанно кивнув.
Вдалеке последние красные всадники поднимались в небо. Зелёные всадники уже улетели, оставив после себя обширный участок вытоптанной и сиротливой земли, на которой они ночевали. Теперь в лагере было только восемь человек да пять драконов, и от этого становилось тоскливо. Раис и Стари отправились напоить драконов остатками воды.
— Потребуется чистая питьевая вода. В лагере её нет, a наших запасов хватит ровно на один день, — добавил маг.
— И нужно накормить драконов, — кивнул мастер Леман. — Я отправлюсь на охоту. Возьму с собой Липсейна и Альскиби, a драконы Принятых останутся здесь. Вы сможете проследить за тем, чтобы они не сбежали?
— Ну конечно, — ответил чародей Гектор с улыбкой. Она ему не шла — складывалось впечатление, что улыбаться маг не привык. — Ступайте и добудьте все необходимые ресурсы. Доверьтесь нам. Мы сделаем всё, что от нас требуется.
Мастер Леман уже было собрался идти к частоколу, но я потянула его за рукав.
— Что я могу сделать для Ленга?
— Доверься магам. Они сделают всё, что от них требуется.
Я отпустила мастера, но почувствовала ком в горле. Голова разболелась. Мне отнюдь не нравились моё положение и тот факт, что приходилось доверять именно тем людям, которым, по словам Ленга, доверять как раз не следовало, — и вверять им его здоровье и жизнь. Что ещё я могла сделать? Бунтовать не получится. У меня не было доказательств того, что чародеи выдавали себя за кого-то другого. Любезные, услужливые — кто будет это отрицать? И всё-таки я не могла избавиться от терзавшего меня чувства. Как я хотела, чтобы всё это уже закончилось. Как я хотела быть более умной или более мудрой, чтобы всегда знать, как правильно поступать.
Не обратив внимание на внезапный сильный приступ боли в бедре, я заковыляла к палатке Ленга, когда перед моим носом вдруг материализовалась рука.
— Четвертый будет лишним. Не надо мешать нам работать, — произнёс маг Гектор, а Корриган и Тред встали по бокам от своего учителя. Фальшивая улыбка чародея испарилась.
Глава восемнадцатая
Я настороженно наблюдала за тем, как они вошли в палатку. Корриган обернулась и одними губами произнесла слово «ущербная». Я отчаялась. Что делать? Воды не натаскать, Раолкана не покормить. Я чувствовала себя уставшей от недосыпа и чрезмерной физической нагрузки, к которой не привыкла, и раннее утро меня не бодрило. Я слегка потянулась, опираясь на костыль. Здоровую ногу, казалось, сводило судорогой, и сидела я слишком долго. Наверное, нужно пойти к Раолкану и натереть маслом сбрую, но стоило немного отдышаться.
Из палатки послышалось бормотание. Они произносили заклинания? Я навострила уши.
— Подождём, пока девчонка уйдёт.
Ха. Что ж, им пришлось бы ждать дольше, чем они думали. Я покрутила головой, разминая затёкшую шею. Я увидела, как на другом конце поля мастер Леман поднялся в воздух, а следом за ним — Альскиби. Если можно было вылетать на охоту, то почему нельзя было отвезти Ленга обратно в школу ради его безопасности?
— Это чтобы он очухался от жара? — спросила Корриган. Я подкралась немного ближе и встала позади палатки, чтобы слышать их разговор, присаживаясь на корточки и морщась от боли, что иглой впилась в мою больную ногу.
— Это чтобы затуманить его сознание Фиолетовые всадники каким-то образом умеют связываться со своими драконами. Нельзя допустить, чтобы он пришёл в себя слишком быстро.
— Почему нельзя просто взять и убить его сразy?
Я ахнула, плюхнувшись в длинную траву. Убить его? О чём они вообще?
— Для высшей кастелянки ты кажешься на редкость несообразительной, Корриган, — заметил маг Гектор. — Ты не думала, что другие заметят труп? Для того чтобы соединить себя узами с драконами, нам потребуется время. Для начала их нужно освободить от уз настоящих.
— Мы бы справились с этим быстрее, если бы их хозяева были мертвы.
— Драконы необычайно умны. Они заметят, если мы как-то навредим их всадникам. Некоторые даже привязываются к своим поработителям. До тех пор, пока драконы связаны с хозяевами, мы не можем рисковать: в противном случае они обратят на нас свой гнев.
— Если хотя бы кто-то из них на это осмелиться, мы с лёгкостью его уничтожим. — Я была права насчёт Корриган. Ужасный человек.
— Боги, какие мы кровожадные. Попридержи свой пыл, пока я не дам на это дозволения, иначе лагерь покинем только мы с Тредом.
Я почувствовала, как по моей спине пробежал холодок. Эти люди так спокойно рассуждали о смерти, словно она ничего не значила. Неудивительно, что маги считали меня расходным материалом. Они так обо всех думали. Не хотелось бы мне принадлежать к тому народу, представители которого распоряжались чужой жизнью в угоду собственной прихоти. Мои руки дрожали, когда я поднялась, держась за костыль. Нужно найти Раиса и предупредить его с Раолканом.
Теперь нам всем угрожала опасность, предупредить мастера Лемана было невозможно, наших драконов привязали, а из четырёх человек один болел, а второй едва волочил ногу. Когда тело подводит, что остаётся, чтобы противостоять злу?
Я сжала свой костыль одной рукой, а вторую стиснула в кулак. Раолкан был прав. Будем сражаться своими силами.
Глава девятнадцатая
Что делать? Куда делись Раис и Стари? Ушли к драконам?
Поднявшись на ноги, я энергично заработала костылём и бросилась к Раолкану, оставляя Ленга в плену у чародеев. Может, мне удастся освободить дракона от пут, которыми они связали его.
Или, может, Раис что-нибудь придумает.
Для этого мне потребуется помощь Раиса. Я мчалась по дорожке, и мой костыль со свистом шлёпал по крошечным растеньицам, окаймлявшим слегка вытоптанную тропинку. Хорошо, что драконы находились в самой чаще, так что магам будет не так-то просто нас разглядеть. Можно пройти лесом прямо до скалы. Но как же Ленг? Нельзя было оставлять его на попечении чародеев, которые могли сотворить с ним что угодно при помощи своей магии.
Не о мести я думала. А об обороне.
В таком случае нам нужно найти больше сил. Я почувствовала, как наша с драконом мысленная ниточка завибрировала от его смеха.
Как бы я хотела избавиться от своего недостатка, что так тормозил меня. Я закусила губу. Всё всегда непременно сводилось к этому. Как можно помочь друзьям, когда ты вечно медлишь, вечно ощущаешь собственную слабость, вечно сталкиваешься с трудностями, которые не выпадают на долю других?
Как жаль, что нельзя было мысленно обнять дракона. Иначе я бы уже вовсю обнимала Раолкана. Я вихрем влетела на полянку, где наши драконы скрючились под кронами могучих деревьев. Раолкан лежал на земле, словно придавленный чем-то.
Ещё одна жестокость по отношению к драконам. Я огляделась. Стари не было, хотя её Астевен, похоже, заснул. Раис старательно натирал маслом чешуйки своего дракона. Ненебеф в ответ прихорашивался.
Я промчалась мимо Раолкана, ласково потрепав его крыло на ходу, и воскликнула:
— Раис! Мы в опасности, — я остановилась, переводя дыхание. — Нужно по возможности разложить самый большой костёр на скале, которая находится к востоку отсюда.
Раис озадачился.
— Погребальный, что ли? Для Ленга?
Я втянула в себя воздух. Боги упасите. Ему нужно продержаться и пережить то, чему его подвергали маги.
— Маги собираются разорвать узы, связующие нас с драконами, и скрепить ими себя, чтобы потом украсть драконов и улететь.
— Мне кажется, тебе стоит отдохнуть, Амель. На нас столько всего сразу свалилось. — Его загорелое лицо выражало сочувствие, и он протянул было руку, чтобы ободряюще потрепать меня по плечу, но замер в нерешительности.
— Почему бы тебе не вздремнуть? Я позабочусь о твоей упряжи.
— Я говорю серьёзно, Раис. Я подслушала их разговор, и они нам не друзья.
— Ну и зачем им это делать, Амель? — уже раздражённо поинтересовался он, как будто я делала из мухи дракона.
— Они не сказали.
Раис вздохнул.
— Ты, часом, не должна присматривать за Ленгом? Вот иди и присматривай.
— Так ты не поможешь мне? — Я почувствовала, как мой живот скрутило от волнения. Вряд ли у меня получится сложить такой большой костёр в одиночку.
— Слушай, я не говорю, что ты ненормальная… просто иди и отдохни.
Я развернулась, собираясь уходить, как вдруг раздался его вскрик, перепугавший меня. Обернувшись, я увидела, как дракон Раиса пригвоздил того зубами к земле. Увечий своему седоку он не нанёс, только испугал его.
Я подняла брови. Кажется, иногда небесные всадники забывали о том, что драконы — разумные существа, обладающие собственным разумом. Интересно, кто-нибудь из драконов вытворял раньше нечто подобное, будучи уже связанным с человеком и прирученным?
— Идём, Раис, — сказала я. — Нам надо зажечь огонь.
Он широко раскрыл глаза, всё ещё не веря, но Ненебеф ослабил хватку, так что Раис смог выбраться.
— Он никогда такого раньше не делал. — Раис отряхнулся, с беспокойством оглядывая дракона. — Ненебеф? Ты что, заболел?
— Кажется, он хочет, чтобы ты помог мне.
— Нет, я так не думаю.
Ненебеф зашипел, выпуская сернистые пары из ноздрей. Раис отступил на шаг, поднимая руки.
— Ладно, хорошо. Мы разожжём костёр.
Вместе с Раисом, всё ещё потрясённым и раздражённым, я направилась вверх по лесистому холму. Вскоре он оставил меня далеко позади, но едва ли Раис обратил на это внимание. Должно быть, его слишком взволновало поведение Ненебефа. Если бы не серьёзность ситуации, я бы расстроилась, что про меня так легко забывали.
Глава двадцатая
Я с трудом пробиралась сквозь заросли вверх по скалистому склону. Карабкаться становилось всё тяжелее, потому что мне приходилось лавировать между высокими секвойями и валунами, которые могли запросто раздавить человека. Это был прекрасный край для драконов, но не для девочек с больной ногой.
Я потеряла Раиса из виду десять минут назад. Оставалось надеяться, что он шёл той же дорогой, ведущей к восточному утёсу, чтобы зажечь сигнальный огонь для мастера Лемана. Увидит ли его мастер? Поймёт ли, что мы попали в беду? Должен был.
Я почти добралась до вершины (во всяком случае, я так думала), когда увидела поднимающийся к небу столб дыма. Раис разжёг огонь. Я остановилась у большого валуна и прислонилась к нему, чтобы перевести дух. Теперь, став Принятой, я определённо приведу себя в отличную форму! Я потёрла затёкшее бедро, повращала плечом, которое натёрла костылём, и попыталась отдышаться. Наверное, мне потребуется ещё десять минут, чтобы отойти от боли и продолжить свой путь.
В тот самый момент, когда я тихонько сидела, собираясь с силами, где-то вдалеке послышались голоса, которые звучали всё отчётливее по мере приближения их владельцев. Точнее, владелиц. Я сразу же узнала Стари и, чуть погодя, Корриган.
— Мы отвезём тебя в семейный кастел. Ты была права, когда сказала, что заслуживаешь большего. Ты рождена для этого. Для революции.
— Не знаю, чем я могу быть тебе полезна. Они выбрали Саветт Лидрис, и замуж за Лорда Баочана выйдет она, а не я.
Замужество! A жених был родом из Баочана, наводящего ужас на своих соседей. Неудивительно, что Саветт впала в такое отчаяние.
— Невестой должна была стать ты. Мы все думали, что в качестве посвящённой невесты выберут именно тебя! Тогда Баочан завоевал бы Доминион и положил бы конец этому извечному запрету магии. Знаешь, каково это, когда у тебя есть доступ к абсолютной власти — которая позволяет возвышаться над всеми остальными — и когда тебя принижают перед другими?
— Ещё как знаю! Иначе почему, по-твоему, я возненавидела ту жизнь, которую избрали для меня мои родители?
Их голоса звучали теперь совсем близко. Стари и Корриган наверняка проходили за моим валуном. Я слышала хруст сухой травы и шорох листьев под ногами идущих.
— Для Стари Атрелан ещё ничего не поздно. Между тобой и будущим стоит только эта девчонка Саветт. А девчонки легко устраняются. Нужно только добраться туда — и побыстрее, пока никто не принёс никаких клятв.
— Тогда зачем мы лезем на этот холм?
— Я могу поклясться, что видела, как на скалу взбирался Раис… — Голос удалявшейся Корриган звучал рассеянно, но потом она завопила: — Смотри!
— Огонь!
— Быстрее, нужно остановить его. Он предупредит мастера Лемана о наших планах.
Шаги заспешили наверх, и я, схватив костыль, сунула его под мышку и заторопилась следом. Идти было тяжело. В спешке я споткнулась, упала и содрала кожу с плеча. Я потеряла несколько драгоценных секунд, ища костыль, и двинулась дальше, но снова упала. На этот раз костыль переломился пополам. Чуть не плача, я полезла вверх по склону, цепляясь руками и коленом и волоча за собой больную ногу.
— Раис! — закричала я. — Беги!
Их было двое, а он один. Стари не могла причинить ему особого вреда, но на что была способна ученица чародея, такая как Корриган? Нас, Принятых Школы драконов, учили летать почти сразу. Кто знает, может, в случае с будущими магами дела обстояли так же.
Забравшись на холм, я увидела, что Раис стоял на краю обрыва, а между ним и мной ярко пламенел костёр. Стари и Корриган медленно приближались с двух сторон к загнанному в угол пареньку. Скоро ему ничего не останется, кроме как прыгнуть в саму пропасть, чтобы сбежать от них. Mожет, мне удастся подобраться к Корриган сзади и повалить её на землю или ещё как-то помешать ей воспользоваться магией, чтобы не дать навредить Раису. Я подкралась ближе. Шагнувшая к Раису Корриган теперь стояла на самом краю.
Раис поднял руки.
— Чего вы так переполошились? Это же всего лишь костёр.
— Потуши его, — сказала Стари.
— Чем? Ты видишь тут водоём? Mожет, мастер Леман вернётся с водой.
— А зачем же ты соорудил такой костёр, драконий птенчик? — спросила Корриган, выставив вперёд руки. Раис заметил меня, но я приложила палец к губам, и он быстро перевёл взгляд обратно на Корриган.
Ещё чуть ближе, и я доберусь до неё. Тогда мы вместе с Раисом остановим это безумие.
— Я… — начал было он, но больше не успел ничего сказать, потому что в этот момент между поднятыми ладонями Корриган появился огненный шар, — огромный, круглый, пылающий — который она запустила в Раиса. Он закричал, отшатнулся и вспыхнул, когда шар врезался ему в грудь. Раис отлетел назад и упал в пропасть. Огненное облако поглотило его всего, так что не было видно даже лица.
Глава двадцать первая
Я ахнула, прикрыв рот рукой, и ужас сковал меня, когда я осознала, что Раис погиб. Раис! Я послала его сюда. Это я виновата. Раолкан! Раолкан!
Ученица чародея запустила в Раиса огненный шар, и он упал со скалы! Может, Раолкану удастся найти выход?
Я поспешно попятилась, но Корриган сделала два широких шага навстречу и, схватив меня за шиворот, поставила на ноги. Мой живот свело от страха, но я упорно смотрела на неё. Я не хотела давать волю чувствам. Что-то мне подсказывало, что Корриган нравилось смотреть за тем, как люди корчатся перед ней. Она швырнула меня на землю и наступила ногой на шею, которую я схватила обеими руками, сопротивляясь и задыхаясь. И откуда в ней было столько силы?
Корриган сорвала с цепочки висевший на моей шее свисток и поднесла его к губам, — воздух огласил пронзительный свист — а затем повернулась ко мне с коварной ухмылкой.
— A теперь подождём мастера и посмотрим, что он скажет. Иди сюда, Стари. Будешь сторожить её вместе со мной.
Перед моим затуманенным взором появилось лицо Стари. Она нервно покусывала губу. Революция ощущалась по-другому, когда ради её совершения приходилось пытать людей, которых ты знала, не так ли, Стари?
Я стиснула зубы и дёрнулась, когда Стари надавила на мою шею слишком сильно. Как долго нам придётся ждать мага Гектора? Двадцать минут, не меньше? Удастся ли мне продержаться так долго? Моя голова закружилась, но Корриган чуть ослабила давление. Она сплюнула куда-то в сторону (хорошо, что в лицо не попала).
— Не смей терять сознание, ущербная. Мы вытащим из тебя всё, что ты знаешь. Потуши костёр, Стари.
— Чем? — плаксиво и вместе с тем упрямо отозвалась Стари. Корриган закатила глаза.
— Землёй, Стари. Забросай огонь комьями земли.
Стари исчезла из виду, и в течение нескольких минут, которые показались мне вечностью, я думала. Мысли сменяли друг друга: были ли эти минуты последними для меня? что произошло бы, если бы я поступила иначе? какой была бы моя жизнь, останься я дома? угрожала ли опасность Ленгу? Раолкану? Я больше переживала за них, чем за себя. Они оба находились под властью чародеев. Как можно было разрешить эту ситуацию?
Приход чародея прервал мои размышления.
— Кого вы тут поймали, девочки? Мы не можем откладывать наши планы в долгий ящик.
— Сначала мы разбирались с Раисом и его костром, а потом приползла вот эта. Я подумала, вы захотите её допросить.
— Поднимите её.
Корриган убрала ногу с моей шеи, взяла меня за грудки и рывком поставила на землю.
— Ведите её сюда. — Он подошёл к краю скалы. — A теперь, ущербная, говори, что ты знаешь и кому об этом рассказывала.
— Ничего, — квакнула я.
— Лжёшь, — внезапно толкнул он меня, по-прежнему держа за тунику, чтобы я не упала. Маг подтащил меня к обрыву, и вскоре мои ноги уже болтались над пропастью. Ну и силища!
Раолкан! Пожалуйста, если ты слышишь мои мысли, пожалуйста, придумай что-нибудь!
Мне не за что былo держаться — разве что только за надежду. Я продолжала надеяться изо всех сил.
— Ты знала о наших планах до того, как мы покинули школу?
— Нет, — охнула я.
— Правда, — сказала Корриган как-то отстранённо, словно смотрела куда-то вдаль.
— Ты рассказывала кому-нибудь о нашем разговоре?
— Нет, — ответила я.
— Ложь, — снова заявила Корриган.
— Кто тебе сказал об этом? — Лицо мага было суровым. — Не думай, что я не разожму пальцы.
— Раолкан, — ахнула я, не зная, отвечаю ли просто на вопрос или зову на помощь.
— Правда, — сказала Корриган. Она что, умела отличать истину от лжи? Какая поразительная точность. Нас подобному не учили в Школе драконов.
— Кто?
Его удивление было искренним. Он собирался спереть драконов и даже не знал, как их зовут?
— Это её дракон, — подсказала Стари, стоявшая за спиной Корриган. Голос предательницы звучал напряжённо, как будто ситуация её нервировала.
— Драконы не считаются, — ответил чародей. И в этом-то и состояла загвоздка, не так ли? Потому что драконы как раз считались, и любой, кто думал иначе, глубоко заблуждался и не заслуживал абсолютно никакого доверия. Ту же ошибку допускал и сам Доминион, власти которого думали, что некоторых людей можно не брать в расчёт — особенно когда это были не люди, а драконы.
— Кто ещё знает? — Глаза мага Гектора изучали моё лицо, словно какая-нибудь неловкая морщинка могла выдать ему важную информацию.
Наверное, в этом и состояла сущность магов. Mожет, мы наивно полагали, что им так же, как и нам, были знакомы понятия чести и верности?
— Что вы сделали с Ленгом? — Ясное дело, что маг убьёт меня в любом случае, что бы я ему ни сказала. В конце концов, Раису они подобный шанс не предоставили. Я хотела умереть, зная, что Ленг будет жить.
— А тебе что за дело, хромоножка? Отвечай на вопрос. Знает ли Ленг о той угрозе, которую мы представляем для тебя и твоего народа?
— Нет, — ответила я, надеясь, что сказала правду.
— Ложь, — припечатала Корриган.
— Мы можем просто бросить её тут, — предложила Стари. — Нам необязательно её убивать. Она не убежит далеко. Мне даже кажется, что у неё и костыля-то не осталось.
Что сподвигло Стари на подобное высказывание? сострадание или жестокость?
— Мы выше этого, — ответил чародей Гектор. — Мы люди сострадательные.
Стари успокоилась, но у меня кровь застыла в жилах. Что для человека, подобного Гектору, значило быть сострадательным? Его рука оттолкнула меня и в тот же миг выпустила ткань туники, и я полетела вниз. C моих губ сорвался крик.
Глава двадцать вторая
Падая, я закричала и крепко зажмурилась. Нет, нет, нет, нет, нет…
Я заставила себя открыть глаза в тот самый миг, когда моя спина обо что-то стукнулась. Я вскинула вперёд руки. Мне потребовались считанные доли секунды, чтобы оценить ситуацию. Рядом со мной сгорбился в седле Раолкана Ленг, которого трясло в лихорадке. Его глаза напоминали узкие щёлочки, а державшие поводья руки безвольно повисли. Ленг предусмотрительно застегнулся на тот случай, если потеряет сознание, чтобы не выпасть из седла. Я свалилась в ту самую корзинку, в который он сидел по дороге сюда.
Раолкан! Ленг летел верхом на Раолкане.
В голосе Раолкана слышалось облегчение. Ты спас меня (снова), спасибо!
— Ленг? — спросила я.
Ленг простонал в ответ. Как ему удалось оседлать Раолкана? Я думала, драконы никому не позволяют собой командовать, разве что только своим седокам.
Почему же Ленг летел не на Альскиби?
Я села. Мы устремились вниз, на поле, где стояла палатка Ленга.
— Ленг? — я потрясла его за ногу. Ленг медленно повалился на спину Раолкана, так что мне показалось, будто бы он просто уснул, но, судя по открытым губам, он потерял сознание. — Потерпи.
Как только доберёмся до лагеря, нужно будет взять его вещи, и нам снова придётся пуститься в бега. Нельзя допустить, чтобы чародеи нас поймали.
Мы спикировали на поле; Раолкан вытянул вперёд лапы и сложил чашечкой крылья, готовясь к посадке. Из палатки вышел Тред; он заскрежетал зубами и поднял руки над головой, как сделала Корриган, когда испепелила Раиса. Раолкан, осторожно!
И вот в нас летел огненный шар, а Раолкан пытался одновременно увернуться от него и сойти с намеченного курса. Мы кувыркнулись в воздухе. Я мёртвой хваткой вцепилась в корзинку. Мощный удар почти что выбросил меня из неё, и только когда мы остановились, я смогла понять, что к чему. Раолкан лежал животом на земле, неловко подвернув одно крыло. Ленг очнулся, потревоженный то ли жёсткой посадкой, то ли лихорадкой, моргнул и медленно шевельнулся.
Tред направился к нам, вновь воздевая руки, и я, забравшись в седло, села перед Ленгом. Ходить я не могла. Оружия у меня не было, но, по крайней мере, была возможность закрыть собой Ленга от основного удара.
Собравшись с духом, я приготовилась встретить неминуемый шквал огня.
Мимо нас пронеслись золотистые языки пламени, но они исходили не от Треда. Ударив ученика чародея прямиком в грудь, огонь сбил его с ног, и в ту же секунду он вспыхнул подобно зажжённому факелу. За считанные мгновения его тело превратилось в горстку пепла. Я раскрыла рот и, резко развернувшись, увидела Aльскиби и мастера Лемана верхом на Липсейне. Именно их пламя испепелило Треда.
Успел ли Тред ранить Раолкана?
Липсейн опустился рядом с нами, и мастер Леман закричал:
— Что происходит?
— Нам надо забрать лекарства Ленга и сбежать, пока маги не вернулись!
— Что? — На лице мастера отразилось то же изумление, что и у Раиса, когда я просила его о помощи. Меня накрыло ужасное чувство дежавю. — Tред действовал не в одиночку?
Рядом на земле валялись деревца — прошлой ночью их срубили красные и зелёные всадники, чтобы установить себе палатки. Я спешилась и скакнула к одному из них, хватаясь за него как за своего рода костыль, чтобы дойти до палатки Ленга.
— Они убили Раиса, — бросила я на ходу. — Хотели убить меня и Ленга. Они задумали забрать всех драконов и отправиться в кастел Стари.
— Зачем им это делать? — Глаза мастера Лемана внимательно изучали окрестности, как будто ответ крылся где-то рядом.
— Мы узнали, что они хотят поднять восстание против Доминиона, — я нырнула в палатку, схватила лекарства, воду и, скатав спальник, спешно повязала его верёвкой. — Раис разжёг костёр, чтобы предупредить вас, — я вышла из палатки, доверху нагруженная разным скарбом.
— Стари? — повторил он. — Где она?
— С магами, — я доковыляла до Раолкана и засунула вещи Ленга в широкий кожаный карман на седле. Лишь некоторые из моих вещей оказались на месте — те, что я не снимала с седла. Бегать за оставшимися было уже поздно. Надеюсь, мне будет во что переодеться, потому что я уже запачкалась.
— Бессмыслица какая-то. Может быть, ты тоже заболела?
— Вы умеете снимать оковы с драконов? — спросила я. — Ленг освободил Раолкана.
— Любой опытный всадник умеет это делать, — ответил мастер Леман. — Но постой, ты что, хочешь, чтобы мы сбежали с драконами Стари и Раиса?
Я посмотрела мастеру прямо в глаза.
— Именно об этом я и говорю. Нужно уходить. Сейчас.
Я села на Раолкана, надела портупею и постаралась усадить Ленга так, чтобы ему было комфортно. Корзинка, в которой он летел ранее, висела на соплях, и, осмотрев ремни, я увидела, что один из них лопнул, а второй ослаб. Придётся от неё избавиться и оставить здесь. Должно быть, я своим падением изрядно её помяла. Я принялась за работу, невзирая на протесты мастера Лемана. Мгновение спустя корзинка стояла на земле.
— Идёмте же, — сказала я.
Липсейн придвинулся ближе ко мне, и мастер Леман заговорил мягким голосом:
— Наверное, ты перетрудилась, Aмель: не всякий справится с таким грузом забот. Но твой рассказ не может быть правдой. Скорее всего, Tред действовал сам по себе — одни небеса знают, что его на это сподвигло. Наверное, ты — а может, и он тоже! — заразилась лихорадкой от Ленга. Давай найдём Раиса, Стари и магов и выясним, в чём тут дело.
Мастер улыбался по-доброму, но я почувствовала, как моё сердце сжалось. Он мне не верил. Как его можно было убедить? Позади мастера взметнулись комья земли, приведя Липсейна в бешенство. Дракон вскочил, и глаза мастера Лемана широко раскрылись, когда земля взорвалась уже под его ногами.
— Лети, Раолкан! Лети! — закричала я что есть мочи.
Раолкан подпрыгнул, стараясь взлететь как можно выше. Я крепко сжала Ленга, надеясь, что ремни его портупеи выдержат. Со всех сторон нас обступили облака, а когда Раолкан начал снижаться, слегка накренившись, я осмелилась посмотреть вниз. Я увидела, как два огненных шара одновременно врезались в мастера Лемана. Он и Липсейн скорчились, и огонь целиком поглотил их изувеченные тела. Уже было слишком поздно что-либо доказывать мастеру. Слишком поздно было его спасать. На другом конце поля, подняв руки, стояли Корриган и чародей Гектор.
До этого дня я никогда не видела магию в действии, и больше мне не хотелось с ней встречаться.
Я услышала хлопанье крыльев догонявшего нас дракона, и моё сердце ёкнуло. Стари решила броситься в погоню? С нами поравнялся Альскиби, и я облегчённо выдохнула. Как далеко чародей мог забрасывать свои огненные шары? Мне не хотелось об этом знать. Нам нужно было исчезнуть из виду как можно скорее.
Раолкан в ответ спикировал к утёсу и обогнул скалу, чтобы скрыться от посторонних глаз. Aльскиби отзеркалил его движение, и мы полетели так низко, что почти касались верхушек деревьев.
— Будем держаться берега, — сказала я, хотя в этом не было необходимости. Меня трясло от страха. За утро я потеряла всех, кроме Ленга. И нам пришлось бросить Ненебефа. Всё это было неправильно! — Улетим подальше отсюда, a потом посмотрим, чем можно помочь Ленгу. Останавливаться нельзя. У них остались драконы.
У меня не было карты, ведь в мой мир входили только городок, где я жила, да Школа драконов. Как я доберусь до Рубиновых островов?
В глазах защипало, и я крепче вцепилась в Раолкана и Ленга, надеясь, что мы доживём до заката.
Заметки
[
←1
]
Кастел — небольшое, расположенное на горной возвышенности поселение или крепость. (Прим. пер.).
[
←2
]
В русском языке есть слово «кастелян» мужского рода в значении «смотритель укреплённого замка или общественного здания в феодальном государстве». Слово женского рода «кастелянша» обозначает заведующую бельевым хозяйством в каком-либо учреждении. В настоящей истории во избежание путаницы используется существительное женского рода «кастелянка», которого в русском языке нет. (Прим. пер.).