О, Боже! Я грешна!

А ведь всегда думала, что я хороший человек. Хотя вам доводилось встречать кого-нибудь, кто считал бы себя плохим? Чтобы люди не делали всё самое ужасное, всё самое жестокое. Они всё равно это оправдывают. А преследующего их зверя под названием «совесть» запирают в тёмном подвале, чтобы никогда туда не ходить.

Стоя перед витриной книжного магазина, я испытывала целую гамму чувств: досаду, раздражение и отчасти злость. Из-за несправедливости мира болезненно ныло ущемлённое самолюбие. Всеми силами я пыталась подавить один из самых постыдных грехов, стараясь, как и большинство, запихать это чувство в потаённый уголок своей души. Не хочу себе врать. Я отчаянно желала того, что имел другой человек, и даже более, жаждала его превзойти. Я мечтала затмить Яну Алмазную.

Впервые я пересеклась с ней в чате издательства три года назад. Несмотря на то, что писательством мы занялись приблизительно в одно время, у Алмазной вышло более десяти книг, а я с трудом договорилась о выпуске третьей. Вторая книга тиражом в две тысячи экземпляров продавалась с трудом, и издательство долго думало, заключать ли со мной контракт на третью. Не помогало ни продвижение в социальных сетях, ни вложение в рекламу. Даже подключение книжных блогеров не давало результата.

Словно вторя моему настроению, с пасмурных небес сегодняшнего дня заморосил холодный и неприятный дождь. Я поёжилась. Порог книжного магазина я переступила в подавленном настроении, отчего весело звякнувший колокольчик на двери вызвал лёгкое раздражение. А ведь когда сообщили, что моя книга поступила в продажу, я была безмерно счастлива. Поэтому решила заскочить и полюбоваться своим творением на полке. Кто бы мог знать, что выход новой книги Алмазной запланирован на эту же дату? А кто знал, не собирался сообщать об это мне.

— Вам что-нибудь подсказать? — обратился ко мне продавец, ухоженная интеллигентная женщина средних лет.

Я внезапно осознала, что, задумавшись, замерла едва войдя в магазин. Почувствовав себя глупо, произнесла первое, что пришло в голову:

— Я ищу книгу Жанны Орловой.

Женщина опустила взгляд вбивая запрос в компьютер. Нелепо было предполагать, что моя фамилия окажется ей известной. Интересно, а как бы она отреагировала узнав, что я и есть автор?

— «Непокорная незабудка»? Ромфан?

— Мгм, — я согласно кивнула.

Женщина с лёгкой улыбкой на губах энергично встала, выходя из-за стойки:

— Книга только вчера поступила в магазин. Идёмте, я вам покажу нужный стеллаж. Кстати, у нас ещё одна новинка в подобном жанре, — произнесла она, чуть приостановившись и указав в сторону: — Вы только посмотрите какое потрясающее представление.

Я глянула в том направлении, куда указала женщина, и обомлела, чувствуя, как заворочался уж, сжимающий моё сердце. Мало было выделить Яне Алмазной витрину, так ещё внутри организовали целый уголок, откуда на меня смотрели ростовые фигуры главных героев её книги. Невозможно было отрицать великолепие проделанной работы. Создатель инсталляции явно вдохновлялся «Поцелуем» Густава Климта. Жёлтые оттенки королевского штандарта с ненавязчивым рисунком несли в себе отголосок первоисточника. Но больше всего привлекал внимание взгляд мужчины в лёгких доспехах, что одной рукой обнимал девушку с белоснежными волосами и неясной внешностью, а другой опирался на меч и смотрел на меня потрясающе выразительным взглядом пурпурных глаз. Кто бы ни был художник, он превосходно прорисовал идеальные черты лица главного героя. Узкое лицо с чёрными тонкими бровями, небольшой узкий нос, высокие скулы и с заметным волевым подбородком. Вот он — мужчина моей мечты, воплощённый на обложке книги под незамысловатым названием «Герой не моего романа». Его глаза завораживали.

— Умопомрачительный красавец, — рядом раздался голос продавца. Я вздрогнула, осознав, что стою, пораженно уставившись на нарисованного героя книги Яны Алмазной. — Таким и должен быть главный герой романтической истории.

С досады я едва не скрипнула зубами:

— Романтической истории? Никакой радости от чтения её книг.

— Отнюдь! — горячо возразила женщина. — Когда читаю, у меня сердце разрывается от переживаний за главную героиню.

Я едва сдержала вздох. Это же надо! Натолкнулась на одну из её фанаток. Резко развернувшись, я последовала по маршруту, указанному женщиной ранее, и была рада, что она за мной не последовала. Мне потребовалось некоторое время, чтобы отыскать свою книгу среди множества подобных. Я с грустью посмотрела на обложку, не особо выделявшуюся среди остальных. Перед глазами возникло лицо пурпурноглазого принца.

Вновь поднимало голову чувство, превращающее меня в жертву и палача одновременно. Все хотят, чтобы им завидовали, но никто не желает признаваться в зависти: это всё равно, что признаться в собственной несостоятельности. Внутри себя я вела соперничество за призрачное счастье с человеком, который об этом даже не подозревал. Наблюдая за успехом Яны Алмазной, я ещё сильнее желала стать столь же популярной.

Зависть — отвратительное, постыдное чувство и я не хотела быть порабощённой им. Странное дело, но несмотря на неприятные ощущения, оно же придавало мне сил.

«Я тоже так могу!» — с вызовом миру подумала я.

Мне следовало лучше изучить книги Яны Алмазной, чтобы понять причины её триумфа. Я должна разгадать используемые сюжетные ходы, выловить крючки, вычленить художественные приёмы, отыскать скрытые тропы. Возможно, даже повторить стиль… Я чуть поморщилась. А затем поспешно сунув свою книгу на полку, решительно направилась к инсталляции конкурентки. Ухватив довольно увесистый томик, я двинула к кассе, где меня ждало очередное потрясение. Книга Яны Алмазной стоила в три раза дороже моей.

Расплачиваясь, я старалась игнорировать восхваление и одобрение моего выбора со стороны продавца, но, как назло, в пустой магазин заскочила стайка молодых девушек.

— Уиии… — Завизжала одна из них: — Вы только гляньте!

— Какова красота, — пропела другая.

— Я бы такому дала, — дополнила третья и они расхохотались.

Не стоило оборачиваться, чтобы понять, кто именно привел их в восторг.

«И неудивительно, я бы сама такому дала» — мысленно согласилась я.

Но меня ждал ещё один удар, когда девушки принялись щебетать, обсуждая сюжеты предыдущих книг и строя догадки на новую. Едва только пикнул платёжный терминал, принимая оплату, я тут же поспешила к выходу.

— Ого! Ты посмотри какое королевство на срезе страниц, — раздался очередной возглас за спиной. — Потрясающая книга!

Я выскочила из магазина и удручённо потащила за собой упавшее на мокрый тротуар настроение. Книжный находился с обратной стороны моего дома, так что возвращаться в место, где лечат даже стены было недолго.

Моя крепость находилась на пятнадцатом этаже и имела довольно странную планировку, что вызывало удивление у гостей, переступающих мой порог. Сначала они попадали в небольшой коридор, а продвигаясь дальше по проходу вдоль стены, за которой скрывалась уборная комната, на пол пути слева их ожидало углубление в девять квадратных метров, где притаилась двухспальная кровать и раздвижной шкаф у дальней стены. А кухня, совмещенная с гостиной, находилась за стеной, куда можно попасть, пройдя мимо окна. Я жила одна. Поэтому, организовывая свой быт, всё делала под себя. И это единственный разумный вариант при таком расположении комнат, потому что соседнее помещение при ширине в три метра имело длину восемь, спальня без окна меня не устраивала.

Я прошлёпала до кухонной стойки, что зонировала комнату, взобралась на барный стул и щёлкнула чайником. Затем сняла кружку, подвешенную над столом, кинула в неё ложку кофе, две сахара и уставилась на обложку книги Яны Алмазной. Чего уж кривить душой, обложка, как и изображённый на ней герой, были потрясающими. Я задумчиво провела пальцем по лицу пурпурноглазого.

«Да. Таких в реальной жизни не встретишь» — мысленно вздохнула я.

В свои двадцать семь лет моё сердце так и не похитил ни один принц. Можно было сказать, что я любила, меня любили, но это часто не совпадало по времени. Но не скажу. Симпатичная, общительная, энергичная, я вызывала интерес. Беда в том, что меня мало кто интересовал. В своё оправдание перед подругами придумала отличную шутку, что звучала приблизительно так: чтобы привлечь меня при первом знакомстве, необходимо сделать сальто. Иначе меня быстро одолевала скука. Меня привлекали немного недоступные, чуть холодноватые мужчины, на которых я обрушивалась смелым напором. Но стоило им ответить взаимностью, и интерес угасал. Мягко говоря, я была странноватой и не умела выстраивать близкие отношения. Всегда можно придумать сотни оправданий, что во всём виноват он, но я не любила заниматься самообманом.

Я была одинока, но одиночество никогда не мучило меня. В этом и была одна из проблем. Стоит только посмотреть на стеллаж, что растянулся вдоль стены кухни-гостиной. Помимо книг на нём теснилось всё для кондитерского, парикмахерского и маникюрного дела, а также для изготовления украшений, шитья, формы для эпоксидной смолы, бутыли с эпоксидной смолой, керамика для шарнирных кукол, скрапбукинга, рисования. Я занималась изготовлением бумаги из хлопка, самодельными книгами, делала свечи, мыло, шампунь. Рядом скучали синтезатор, гитара, мольберт и гончарный круг. А ведь о каком-то хобби я могла и позабыть!

Как и с отношениями, во всех моих увлечениях я не добилась успеха. Лишь писательство и спорт сопровождали меня на протяжении всей моей жизни. Но если в спорте я всё-таки заслужила КМС, то в писательстве, видимо, ожидал провал?

Чайник щелкнул. Крики пузырьков воды стали затихать. Я спрыгнула со стула, залила кофе, и прихватив книгу, направилась в спальню. Примостив чашку с напитком на прикроватную тумбу, грохнулась на кровать, головой в сторону окна. Было радостно наблюдать, как летнее солнышко всё же пробивается сквозь серые тучи и разгоняет их прочь.

Я упустила самое важное. Примечательным в моей квартире было огромное панорамное окно, растянувшееся сразу на две комнаты и открывающее прекрасный вид на город. Ничего не перекрывало обзор. Мой дом был единственной многоэтажкой в этом районе. Эту квартиру в новостройке мне подарил отец на восемнадцатилетие, будто расплачиваясь за те годы невыплаченных алиментов после развода с моей матерью. Сверкнувший лучик солнца где-то далеко на куполе церкви заставил меня улыбнуться, и я погрузилась в чтение.

Но, не осилив и пары страниц, я вспомнила, что меня раздражало в каждой книге Яны Алмазной. Признаю, у меня их было уже две, и ни одну я не дочитала до конца. У неё словно был талант подбирать ужаснейшие имена героям. Откуда она только их брала?

По сути, вся серия представляла собой истории одной девушки, конечно, принцессы. Каждая книга начиналась с одного и того же и вела читателя по линии новых событий. В книгах частенько повторялись персонажи из других книг, но уже на иных ролях. Я понимаю, автором было задумано показать читателю, как изменяется всё в зависимости от выбора героини. Но как читатели осиливали практически идентичное начало в каждой?

Так вот! Главную героиню звали Клодель. Мне кажется, в параде редких имён именно оно займёт первое место! Лично меня всегда мучил вопрос: Кло́дель или Клоде́ль? А главный герой Сервиан? Уж больно созвучен был серверу.

Я перелистнула с десяток страниц, не читая. Учитывая популярность этой серии, о том, с чего всё начинается, можно знать, даже не читая, кругом и всюду это обсуждалось. И так Кло́дель или Клоде́ль выдают замуж.

Я прочитала еще немного, и у меня, как говорится, загорелась *опа! Автор словно испытывала особую любовь к предложениям, где нужно было что-то перечислять. Вот главная героиня пошла в сад и увидела там деревцо, кустик, палочку, веточку, цветочек, ягодку. Она пришла в беседку, постояла рядом, посидела на лавке, обошла вокруг беседки, снова посидела. Я три страницы вместе с ней брожу по саду! Что дальше? Лично мне хотелось утопиться в озере, на берегу которого и стояла беседка.

Но самым большим минусом были бесконечные повторы информации на протяжении всей книги. Возможно, Яна Алмазная считала, что у её читателей старческая деменция или склероз? Это раздражало. А само повествование приводило в дикий ужас:

«Она поспешно кивнула, опасаясь, что эта древесина в его руках, ударит её ещё раз. Герцог губы которого подёргивались так, будто желали вылить ещё яду, замер, услышав стук в дверь»

Ошибки, опечатки, пропущенные запятые были меньшим из зол. Надо понимать, что основной упор делался на красавца героя:

«Самоуничтожающие мысли смешались в её голове. Несмотря на свой низкий статус Сервиан Госсет был мужчиной потрясающей красоты. Даже Роздель, насмехающаяся над его происхождением, покраснела при его виде»

Но и тут автор, предвосхищая мои ожидания, превратила его в злодея-садиста. Никчемность и глупость героини приводили меня в бешенство.

Ко времени, когда солнце стало клониться к закату, отбрасывая вечерние сумерки, две трети книги были осилены. И это было пыткой. Чтобы продолжить чтение нужно встать и включить свет. Я до сих пор не понимала, почему людям нравится читать такое? Я уронила голову на кровать, а книгу бросила разворотом рядом. Продолжая одним глазом любоваться мужчиной на обложке, я размышляла.

Трагедия Кло́дель или Клоде́ль заключалась в следующем: в вымышленном мире Яны Алмазной была магия, но передавалась она довольно странным образом, как и престол. Магия не переходила от отца к сыну, переносчиком магии были дочери. Дочь рожала сына, обладающего полным потенциалом, и именно он становился наследником Тианского королевства. Получается, наследником будет внук короля, рождённый от старшей дочери, то есть Клодель.

Но вроде бы магия не везде работала так, но именно в Тианском королевстве всё обстояло таким образом. Женщины там не имели никаких прав и свобод. Отцы словно бы торговали своими дочерями, заключая браки. Беда Клодель была в том, что она родила сына, не обладающего даже зачатком к магии. Сервиан Госсет, посчитав это умышленным обманом, отобрал у последней ребёнка и выгнал принцессу на улицу, где с ней случились ужаснейшие вещи, описанные во всех подробностях автором. Затем, всё-таки сжалившись он вернул её, после чего она родила ещё одного ребёнка, не наследующего магию. И всё повторилось вновь.

Хотя я не уверена, было ли это жалостью, когда Сервиан Госсет разрешил Клодель вернуться к нему. Алмазная совершенно не раскрывала мотивы его поступков. Он так и оставался загадочным, скрытным и равнодушным. Просто красивая картинка на фоне всего происходящего. Вот что-что, а на описание его красоты она не скупилась. Очень жаль, что такого чаровника обратили истинным злом.

«И в чём тут романтика?» — подумала я, вспомнив слова продавца из книжного магазина.

Читать дальше не хотелось. На душе скребли кошки. Я тяжело вздохнула и закрыла глаза.

— Ваше Высочество, пора вставать, — донеслось до моего слуха.

Сонный мозг не воспринял информацию, сохранив её отголоском звука. Слегка зевнув, я перевернулась на другой бок, плотнее укутываясь в одеяло и удобнее пристраивая голову на подушке. А в следующее мгновение в мои глаза ударил солнечный свет, причиняя почти физическую боль. Я накрылась с головой, погружаясь в благодатную темноту. Следовало позавидовать меткости солнечных лучей, начинающих свой разбег на расстоянии сто пятидесяти миллионов километров от Земли, но бьющих точно в цель. Стоп! Солнце?

«У меня же затемнённые зеркальные стекла на окнах» — промелькнула мысль где-то на краю сознания.

Я осторожно высунулась из-под одеяла, отчаянно морщась от того, что просто тонула в солнечных ваннах. Наконец, включившийся мозг догадался отвернуть моё тело от потока света. Я потёрла страдающие глаза, окончательно просыпаясь. И, опираясь на локоть, оглянулась. Увиденное заставило меня резко сесть. Сердце ускорило свой ритм настолько, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Я находилась в абсолютно незнакомой мне комнате, обставленной мебелью в смешении стилей барокко и рококо. Я озадаченно хлопала глазами, стараясь восстановить картину событий предыдущего дня. И ничего в моей памяти не подсказывало, как такое произошло. Читая книгу, я, видимо, уснула? Но это ничего не объясняло.

— Ваше Высочество? — до меня донеслось вопросительное.

От неожиданности я подпрыгнула в кровати прямо на пятой точке. В изножье стояла девушка в коричневом платье, в белом фартучке и чепце, словно сошедшая с картин прошлого века. Она смотрела на меня чуть встревоженным взглядом голубых глаз.

— А ты кто? — настороженно спросила я.

Будто перенимая от меня эстафету, незнакомка удивленно захлопала глазами и лишь через некоторое время растерянно выдавила из себя:

— Адель, Ваше Высочество, ваша служанка.

«Вот оно как» — неопределенно подумала я, пока мы озадаченно смотрели друг на друга.

Адель, как назвала себя девушка, кашлянула, скрывая недавнее удивление за лёгкой улыбкой:

— Ваше Высочество, вам видимо приснился какой-то сон?

— Ты можешь выйти? — резко сказала я, игнорируя вопрос.

Девушка открыла рот, собираясь что-то сказать, но передумала. И, послушно склонив голову, произнесла:

— Как скажете, Ваше Высочество.

Как только за ней закрылась дверь, я соскочила с кровати, охваченная радостной догадкой. Помимо книг, я писала сюжеты для павильонных игр и время от времени занималась их организацией. Они отличались полным погружением и пользовались популярностью у любителей. И хоть это приносило мне неплохой заработок, я частенько озвучивала, что мечтаю хотя бы разочек побыть игроком, а не мастером.

«Неужели это оно?» — восторженно думала я, разглядывая и ощупывая бутафорию комнаты.

— Потрясающая реалистичность!

Организатор этой игры в разы превзошёл меня, чем привёл в неописуемое воодушевление. Иногда для игр приходилось арендовать или снимать помещения, но столь великолепных никогда! Я оглядела сорочку с бесчисленным количеством рюшей и длиною до пят, в которую была одета.

— Полное погружение!

Оставался открытым вопрос о том, как они умудрились перенести меня сюда, да ещё и переодеть. Неужели чем-то опоили? Но когда и как? Кофе! Я заядлый кофеман, это не секрет. Растворимый или из кофемашины, или сваренный в турке — было неважно! И кто из моих друзей-приятелей смог такое устроить?

Для многих это показалось бы диким, но только не для меня. В прошлом году самолично устроила похищение подруги, которая отказывалась праздновать тридцатилетие и придавалась унынию. Дело провернули быстро. Накинули мешок на голову и сунули в багажник. А затем отвезли на вечеринку в её честь.

Размышляя об этом, я направилась к стеклянным двухстворчатым дверям, через которые в комнату проникали яркие лучи восходящего солнца. Стоило только их распахнуть, как в лицо ударил солоноватый ветерок, который не спутаешь ни с чем иным, как с запахом моря. Но то, что открылось моему взору, заставляло челюсть неосознанно приоткрываться шире и шире. Мало того, что двери вели на полукруглый большой балкон с балюстрадой, так вид с него поражал воображение своей красотой и мощью, открывая взгляду средневековый город, расположившийся на берегу то ли океана, то ли моря, на водах которого в отдалении покачивались парусные фрегаты.

«Это невозможно!»

Я даже не могла предположить в какой точке мира нахожусь, но это точно была не Россия.

— Ваше Высочество, — ко мне подбежала Адель и схватив за руки мягко, но в тоже время настойчиво потянула обратно в спальню: — Вы простудитесь.

«Вот это последнее, что меня волнует» — подумала я, вглядываясь в лицо девушки.

Она была крайне взволнованной, а её мимика устраивала свистопляску:

— Ваше Высочество, идёмте. Мне нужно собрать вас к завтраку, — приговаривала та, затягивая меня в комнату: — Вы же знаете, отец не любит, когда опаздывают.

Стоп! Какой отец? Чёрт возьми, если эта игра, то мне забыли выдать роль! Я выдернула руки и уставилась на Адель. Встретив её испуганный взгляд, немного смутилась от такой искренности. Казалось, её пугала именно я. Не желая усиливать эффект, постаралась выдавить улыбку:

— Мне нужно в уборную, — сказала я, сама поражаясь своей вычурности.

«Мне нужно побыть одной и подумать» — но судя по взволнованности девушки, она вряд ли покинет комнату ещё раз.

Адель засуетилась, подхватила юбки и направилась к узкой двери:

— Да-да. Я всё подготовила, Ваше Высочество. Всё как обычно.

«Обычно — это как?» — едва не вздохнула я.

Я последовала за девушкой в небольшую комнату. Справа была невысокая каменная скамья, слева располагалась тумба со встроенным в неё золотого цвета тазом, который Адель сейчас наполняла, наливая воду поочередно из двух кувшинов. Когда она закончила, я попросила:

— Оставь меня одну, пожалуйста.

Глянув на меня с лёгким недоверием, девушка снова поклонилась:

— Да, Ваше Высочество, — и вышла, прикрыв дверь.

Я шумно выдохнула. Ничего не понимаю! Я огляделась ещё раз. Взгляд натолкнулся на фонарь с живым огнём внутри, что освещал комнату. Понятия не имею, был ли он масляным, керосиновым или газовым. Ничего подобного в жизни не видела!

На нетвердых ногах я подошла к тумбе с тазом и потрогала воду. Она была тёплая. Я всё-таки ополоснула лицо. Раз, другой. В голове была сумбурная каша из мыслей, приправленная растерянностью. На глаза попала щётка, похожая на зубную. Я покрутила её в руках разглядывая. Как и многое здесь, конечно, золочёная. Вдобавок украшенная гравировкой и буковкой «К»

«Возможно, и золотая?» — подумала я, но пробы так и не отыскала. — «С настоящей щетиной» — как художник я вполне могла отличить животный ворс от искусственного.

Мне не хотелось спрашивать Адель моя ли она или нет. Исходя из того, что я нахожусь в своей комнате и в своей уборной, а щётка одна, логично предположить, что она принадлежит мне. Я оглядела тумбу в поисках зубной пасты, но обнаружила лишь коробочку с белым порошком. Я понюхала. Пахло мятой. Ну хорошо, зубной порошок тоже сойдёт. Немного странно чистить зубы, не пялясь на своё отражение в зеркале по одной простой причине: его просто тут не было.

«А довольно неплохо» — подумала я, проводя языком по гладким зубам.

Честно скажу, найти унитаз я уже не надеялась, но хотя бы ведро. Не знаю, как мне пришло в голову приподнять деревянную крышку лавки, но едва это сделав я вскрикнула и с грохотом отпустила последнюю.

— Ваше Высочество, всё в порядке? — из-за двери тут же раздалось, озабоченное.

— Всё в порядке, Адель! — довольно громко уверила я, а для себя решила, что нужно держать звуковые спецэффекты под контролем.

Опять подняла крышку, но в этот раз не бросала. Господи! Меня напугал туалет. Точнее не он сам, а то, что я такого явно не ожидала. Насколько старинным был этот клозет? В дыре каменного постамента довольно радостно журчал ручеек…

Когда вышла из уборной, лицо Адель осветилось радостной улыбкой:

— Всё хорошо, Ваше Высочество? — снова спросила она.

— Просто прекрасно, — я улыбнулась, для себя приняв решение: покуда не разобралась, где нахожусь и что происходит, буду следовать туда, куда меня ведут. Вряд ли мне угрожала опасность, если со мной обращались столь церемонно и услужливо. Поменьше говорить и побольше слушать: — Кажется, нам нужно успеть к завтраку?

Я не учла лишь одного.

Адель проводила меня к туалетному столику, усадила на пуфик и принялась расплетать косу. Я не сразу сообразила… Это такое странное ощущение, когда ты смотришь в зеркало и видишь не своё отражение. Мозг словно игнорирует, не воспринимая информацию. Я замерла. Моргнула. Отражение тоже удивлённо моргнуло. Подняла руку и провела по волосам. Девушка в зеркале повторила всё в точности за мной. Я соскочила с пуфа и, оперевшись на стол, просто вперилась в отражение и похлопала себя по щекам.

В пронзительной синеве глаз, которыми на меня смотрела довольно молодая девушка из зеркала, плескалось безмерное удивление. Её белоснежные, немного отдающие холодным металлом, как серебро, волосы струились по плечам. Лицо по форме напоминало сердечко с пухлыми губками и курносым, чуть вздёрнутым носом. Чтобы я не делала, девушка в зеркале от меня не отставала.

«Это какой-то развод! Кто-то разыгрывает меня?» — подумала я.

И самым логичным для меня действием заглянула за зеркало и постучала по обратной его стороне. Ничего! Дерево. И только тогда поняла, что за мной всё это время с ужасом в глазах наблюдала Адель. Я опустилась на пуф.

— Адель, — начала я, но голос дрогнул. Я прочистила горло и повторила: — Адель, скажи, как зовут твою госпожу?

Служанка замерла, прижимая к груди расчёску и глядя на меня широко раскрытыми глазами:

— В-ваше Высочество, — чуть заикаясь выдавила она: — В-вы ведёте себя немного странно.

«Немного странно? Да я в ужасе!» — мне хотелось вскричать, но я старалась держать себя в руках:

— Всё-таки, Адель, скажи имя.

— Я служу вам, Ваше Высочество, — пробормотала она. Я приподняла бровь, настаивая на продолжении, и она утвердительно добавила: — Я служу Тианскому королевскому дому. Принцессе Кло́дель Тианской. Вам.

Горячая волна пробежала по моему телу, накрыв с головой. Такого просто не может быть! Как такое возможно?! Я попала в книгу? Снова повернулась к зеркалу и уставилась на своё отражение. Я пыталась вспомнить то, о чем читала буквально вчера, но от волнения мысли путались. Что же делать?

Кажется, книга начинается с того, что королевская семья завтракает. Одновременно с этим в голове всплыло, что отец Кло́дель, король Туллий, худший отец в мире. А также и то, что в одном варианте книги Кло́дель таки опоздала на завтрак, и отец года её избил. Я вздрогнула.

— Адель, мы опаздываем?

— Нет, Ваше Высочество, но надо поторопиться, — отозвалась та, отмерев.

— Тогда поспеши! — велела я.

Ведь я понятия не имела, как надо одеться. Ни где эта самая одежда находится в комнате.

— Да, Ваше Высочество! — воскликнула девушка и кинулась расчёсывать мои волосы.

Её руки были нежными и заботливыми. Адель старательно выполняла свою работу, но от меня не укрылось, как она нервно покусывает нижнюю губу.

— Адель, не волнуйся. Я тебе потом всё объясню, — сама не знала, что же я собиралась ей объяснить. Сказала просто, чтобы успокоить, но это подействовало. Облегченно улыбнувшись мне в зеркало, она произнесла:

— Хорошо, Ваше Высочество.

«Интересно, когда от этого Высочества у меня начнёт дёргаться глаз? Её саму не напрягает вставлять его к каждому слову?» — подумала я, но промолчала.

Когда с прической было покончено, а Адель объявила, что остальное поправит после того, как оденет меня, я как никогда осознала необходимость служанки. Сама бы я не в жизнь не оделась! Для начала мне вручили самые настоящие панталоны, конечно, в рюшах. Затем сменили ночную рубашку на рубашку покороче. Чулки я натянула сама, но вот с завязками Адель пришлось мне помочь. С непривычки никак не получалось завязать, чтобы они не сползали. Затем корсет со шнуровкой на спине, накладки на бока, какое-то полукольцо на поясницу. Первая нижняя юбка, вторая, третья, какой-то нагрудник, нижнее платье. И наконец, верхнее платье типа халата, которое привязывалось к нижнему платью завязками. А когда это было всё надето, я поняла, что не могу наклониться, чтобы обуться! Затем Адель снова усадила меня на пуф перед зеркалом поправить волосы. Я сидела, выпрямившись по струнке настолько ровно, что заныла спина. Одежда просто не позволяла расслабиться.

Все эти сборы чуть успокоили. Я решила, что хорошенько подумаю о случившемся со мной потом, после того как разберусь с обязательным завтраком.

— Готово! — радостно объявила Адель.

Моё отражение в зеркале, в платье под оттенок голубых глаз выглядело и правда сказочно. За единственным возражением. Я никак не могла принять, что это я.

— Ты проводишь меня? — поинтересовалась я, взглянув на Адель

— Да, Ваше Высочество.

«Надо будет что-то потом сделать с этим Высочеством» — подумала я и едва не упала, наступив на свой же подол:

— Господи Боже! В этом надо ещё идти!

Адель хихикнула, но постаралась сразу скрыть смешок:

— Придерживайте нижние юбки через скрытые карманы в боках верхнего платья, — пояснила и показала девушка, словно смирившись со странностями хозяйки.

«Ну, что ж, пойду познакомлюсь с семьей»

Следуя за Адель по извилистым коридорам, никак не получалось как следует рассмотреть окружающую меня действительность. Всё время приходилось следить за своим шагом и не забывать придерживать юбки, а значит, быть крайне сосредоточенной на совсем других вещах. Я посмотрела на идущую впереди меня служанку, которую такие проблемы вовсе не заботили, и тут же оступилась:

— Блин!

— Простите, Ваше Высочество, не поняла? — встрепенулась Адель, в один момент оказавшись подле меня.

— На завтрак дадут блины и оладушки? — ляпнула первое, что пришло в голову.

Девушка озадаченно моргнула.

«У них что блинчиков нет?» — подумала я, а вслух произнесла:

— Не обращай внимание. Я сегодня сама не своя, болтаю всякое.

— А? Да, Ваше Высочество, — и мы продолжили путь.

Несмотря на ограниченность времени, я всё-таки кое-что поняла: моя обычная ходьба не подходила для пышных платьев. Чтобы не наступать на подол и не спотыкаться, нужно не только придерживать юбки, но и изменить походку. Было немного интересно, обучали ли такому в прошлом? Мне же пришлось экспериментировать на ходу. Сначала я попробовала семенить, как это делали в ансамбле «Лебёдушки». Глупо предполагать, что мне сходу удастся повторить плавность хода. Ряженая в кучу юбок и украшенная множеством рюшей, я лишь затряслась, как голубое желе. Я хохотнула, представив, как выгляжу со стороны. Адель оглянулась на меня. Я широко улыбнулась в ответ.

«Бедняга! Она, наверное, думает её хозяйка повредилась умом» — и едва не расхохоталась в голосину. Пришлось срочно вспоминать таблицу умножения, чтобы отвлечься. — «Это нервное» — заключила я.

Мне всё-таки удалось приспособить свой шаг под наряд. Сделав это открытие, я почувствовала себя гением. Поднимая ногу, вместо носка следовало двигать вперед колено, как бы откидывая им нижние юбки, и опускать стопу ровно вниз. Немного практики — и мне не потребуется столько самоконтроля при передвижении. Результат, как говорится, на лицо: шагая изобретённым мной способом, я ни разу не зацепилась ногой за свои юбки.

— Её Высочество Кло́дель Тианская! — громогласно объявил… не знаю, как его называют… мужик в белоснежной ливрее по ту сторону дверей.

Вот чёрт! Так была увлечена своими нижними юбками, что не заметила, как мы подошли к королевской столовой. Белоснежная комната утопала в солнечном свете. За длинным столом, украшенным плоскими вазами с цветами, спиной ко входу в ряд сидели пять женщин: те, что постарше, по краю, а между ними девочки от шести до двенадцати лет. Все с серебряными волосами. Легко догадаться, что это мачеха с сводными сёстрами. Их имена поглотила чёрная дыра внутри моей головы. В душу вкрались сомнения. В поисках поддержки я взглянула на Адель, замершую в поклоне. Она ободряюще улыбнулась, давая понять, что дальше мне придётся идти одной.

«Ну, хорошо, — мысленно выдохнула я и двинулась вперёд, чуть покосившись на мужчину в ливрее: — Надо будет спросить у Адель, как его называют».

Ни одна из родственниц не обернулась. Гадать, куда приземлиться за столом не пришлось. Свободны были два стула: изящный, справа, и более внушительный на противоположной стороне по центру стола. Слуга, видимо, приставленный ко мне, услужливо помог мне усесться.

— Благодарю! — я улыбнулась ему и натолкнулась на странно не одобряющий взгляд девушки в чертах лица, чем-то схожей с тем отражением, что теперь выдавало мне зеркало.

— Привет, — просто сказала я.

Лицо сестрицы ещё больше скукорщилось, словно я допустила ошибку, но честно не понимала, где именно.

«Не стоило благодарить или говорить „привет“?» — озадачилась я, но подсказывать мне никто не собирался.

— Его Величество Король Туллий Третий! — объявил громогласный.

Рядом послышалось движение и поскрипывание стульев. Женщины семейства поднимались из-за стола.

«Блин! А я ведь только села».

Припоминая, что королям принято кланяться, пришлось встать. Слуги наклонялись более низко, а королевское семейство лишь слегка склонило головы. Мне оставалось повторить это действие за ними. Из интереса я подняла глаза и натолкнулась на взгляд короля, полный отвращения.

«Э? — проскользнуло в моей голове, удивлённое: — Неужели у меня настолько ужасно получилось?»

Точно! Король почему-то не любил свою старшую дочь? Я тут ни при чём!

Вернувшись за стол, я какое-то время рассматривала внешность короля Туллия. Несмотря на то, что белоснежные волосы можно принять за седину, он был довольно молод, немногим больше сорока, и, если не учитывать его козлиную бородку, вполне симпатичной наружности. В моей настоящей жизни наличие отца было номинальным. Но, прокручивая в голове недавно прочитанное о короле, это уже не казалось таким уж плохим.

«Лишь бы нигде не накосячить» — мысленно вздохнула я.

— Вносите первое блюдо! — велел громогласный.

В зал потянулась вереница слуг, несущих клоши. Вскоре на мою сервировочную тарелку поставили ещё одну, поменьше, где на подушке изо льда лежали четыре узких, похожих на лодку раковины с зеленоватым кусочком в центре. Устрицы! Честно скажу, есть мне их не приходилось… Более того, я даже не представляла как…

Как много девочек, девушек, женщин мечтают стать сказочной принцессой. Помню, мы в юности с подругами после просмотра фильмов без конца болтали о том, как же здорово было жить в те галантные времена, носить прекрасные платья и бесконечно кружить на балах. Мы успешно игнорировали тот факт, что власть и деньги всегда принадлежат небольшому проценту людей. Живи мы тогда, быть нам безвестными крестьянскими девками, которые даже мечтать не смели бы о балах. Помимо всего прочего, было множество вещей, о которых мы просто не думали в силу своей ограниченности.

Принцессы не так свободны, как кажется. Будь я вольна, меня бы не было за этим завтраком. А прекрасное платье неудобно и больше напоминает орудие пытки. В нём даже дышать тяжело. Но был ещё и человеческий фактор. Быть принцессой от рождения и внезапно ей стать — это не одно и тоже.

Глядя на стол, сервированный множеством различных ложек, вилок и ножей, я понимала: меня ожидало очередное испытание. Я скосила глаза, наблюдая за тем, каким именно ножом орудует соседка по столу. Она словно почувствовала мой взгляд и посмотрела на меня…

— Кло́дель! — разнёсся грозный вопль, а по столешнице стукнули так, что я едва не подпрыгнула.

Как это ни странно воплощением несдержанности был именно король. Я изумлённо уставилась на него.

— Кло́дель, ты что оглохла? — прошипел он в упор.

— Что? Кто? — удивилась я. — А! Да. Я Кло́дель.

Брови короля угрожающе сошлись на переносице. Неожиданно меня спасла девушка, сидящая рядом, что встряла в разговор:

— Ваше Величество, разве не оскорбительно для нашей семьи получать такое предложения от Императорского двора? Они ведь ничем не лучше каких-то наёмников. Прошу извинить меня за неучтивость, и, возможно, я ошибаюсь, но большинство королевских дворов считает Госсетов выскочками, возомнивших о себе неизвестно что, — надменно произнесла она.

Мне оставалось лишь поражаться цветастости в её речи, пока мои шестерёнки в черепной коробке отчаянно крутились, пытаясь восстановить порядок событий, которые я упустила, разглядывая устриц. Видимо, была поднята какая-то тема, и король обратился ко мне с неким вопросом, но я, не привыкшая к имени, его проигнорировала. А ведь я думала тихо отсидеть завтрак и поскорее вернуться в свою комнату.

— И они совершенно правы, Роздель, — вздохнул король: — Слишком многие королевства пользовались услугами Госсетов. Это позволило им самопровозгласить себя Империей. Они не ровня нам по рождению, но сила, с которой приходится считаться. Принимая Госсетов мы обязаны указать им на их место. Я уже выдал указание вашим швеям, чтобы они во всём великолепии продемонстрировали богатство Тианского королевства, — он улыбнулся второй дочери и вновь нахмурился, посмотрев на меня: — Я надеюсь, тебе всё понятно, Кло́дель? Не дай бог тебе опозорить нашу семью.

Я сглотнула, очень хотелось сказать: а чё сразу я?! Но вслух произнесла совсем другое:

— Да, Ваше Величество.

Удовлетворённый король подхватил устрицу с тарелки и, не замарав усов, отправил её в рот, слегка облизнув губы. Мысленно я облегчённо выдохнула. Было ощущение, что только что унесла свою голову на своих плечах с плахи.

Снова вернулась к тому, от чего меня отвлекли — к устрицам. Аккуратно подхватив одну из них рукой в белой гипюровой перчатке, я отыскала на столе нужный нож. Затем повторила виденные манипуляции с мясом устрицы, сбрызнула соком лимона и споро её проглотила. Думала, что проглотила… Устрица, однако, так не думала. По консистенции похожая на склизкий и частично упругий яичный белок с привкусом йода, она встала комом где-то в горле, а я с ужасом осознала, что не могу её проглотить, ни вздохнуть. Перепугавшись, моментально прочистила горло, придав деликатесу ускорения, и с шумом откашлянула беднягу куда-то за стол.

— Кло́дель! — снова взревел король Туллий.

Наплевав на все условности, я схватила со стола бокал с чем-то похожим на вино, стараясь избавиться от мерзкого вкуса. Но и тут меня ждала неудача. Вино, если это было оно, неожиданно оказалось солёным! Сморщившись, я вернула его изо рта обратно в бокал. И только тогда осознала, что натворила. Я с ужасом подняла глаза на короля.

— Пошла прочь! — угрожающе спокойно произнёс отец Кло́дель.

Не собираясь его злить ещё больше, я быстро отставила бокал и поднялась, не забыв выдать:

— Да, Ваше Величество.

— Прописать принцессе Кло́дель Тианской десять плетей, — велел «отец» одному из слуг.

«За что?!» — едва не вскричала я, замерев.

— Ваше Величество, — вмешалась нынешняя королева. — Прошу, проявите благодушие, сегодня приём Сервиана Госсета.

Внезапно я вспомнила, что самым адекватным и добросердечным персонажем в этой семейке была мачеха Кло́дель, но и её участие не помогло мне.

— Десять плетей назначить на завтра и не кормить без моего разрешения! — выдал новую порцию наказаний король. — Любого, кто даст этой негоднице хоть кусок хлеба, выгнать со дворца!

— Извините! — сказала я, поклонилась, и резво понеслась к выходу.

Едва только в голове промелькнула мысль, как легко ко мне прилипла вся эта учтивость и поклоны, так я тут же запнулась и с грохотом растянулась на полу. Слуги кинулись мне на помощь.

— Клод, добавь ещё десять плетей, — раздалось за спиной.

Но даже слугам не удалось быстро поставить на ноги безнадёжно запутавшуюся в юбках меня. Я готова была покинуть столовую ползком, но боялась, что мне добавят ещё плетей. Наконец, оказавшись по ту сторону дверей, я облегченно выдохнула.

— Ваше Высочество, — ко мне подскочила Адель. — Что случилось? — по её перепуганному виду было понятно, что она прекрасно слышала вопли короля в столовой.

Внезапно я вспомнила ещё кое-что. Адель была единственным человеком, кого беспокоила судьба принцессы, за что её вскоре после заточения Кло́дель и выкинут из замка.

Пока мы возвращались обратно в комнату, я кратко пересказала о произошедшем в столовой и поинтересовалась:

— Меня правда будут бить плетью?

Адель не ответила, но смущенно отвела глаза. Понятно…хотя…

— Я же принцесса.

— Но это указ короля, — понизив голос уточнила служанка.

— А если я не согласна и буду сопротивляться?

Взгляд ужаса, которым она одарила меня был красноречивее слов. Дальше мы шли молча.

«Кажется, я попала, — предполагая, что платье не получится снять слишком быстро, я упала на заправленную кем-то кровать лицом вниз. — Что же делать?»

Желудок протяжно заурчал. Я перевернулась на спину и нашла глазами Адель:

— А покушать мне тоже нельзя?

— Боюсь, Клод уже уведомили кухарок, Ваше Высочество, — неуверенно произнесла девушка.

— Н-да, засада, — вздохнула я. — Адель, а ты ела?

Она отрицательно помотала головой.

— Тогда сходи покушай за нас двоих. Но сначала, — я сползла с кровати: — Расчехли меня. Боюсь, без твоей помощи мне не справиться. Не волнуйся, я буду ждать твоего возвращения на этом месте.

Оставшись одна, я, наконец, могла всё обдумать. Я расхаживала по комнате, до сих не понимая, как такое возможно. Ушибленные колени и урчащий желудок никак не вписывались в вероятность реалистичного сна. Если предположить, что я умерла, то почему попала в книгу, да ещё и стала не особо любимым мной персонажем? Почему им, а не кем-то другим? Почему просто не переродилась? А могу ли я вернуться обратно? Вопросы разбегались, как пузыри на лужах во время дождя, лопались, но не приносили ответов.

Но если хотя бы на секундочку предположить, что я безвозвратно стала Кло́дель Тианской, то осталось совсем мало времени что-то изменить. Сегодня меня представят Сервиану Госсету. Через два дня он согласится на предложение отца Кло́дель. Брак проведут по-быстрому, особо не церемонясь. Сервиан начнёт готовиться к войне с соседней страной Тианского королевства. Война продлиться три года. Всё это время старшая дочь короля Туллия проведёт в темнице этого замка.

Я вышла на балкон в одних панталонах и короткой сорочке. Внизу проходили люди в цветастых одеждах, проезжали всадники, в отдаление виднелся рынок и, конечно же, гавань. А город был интересен.

«Вот бы прогуляться по нему». — с грустью подумала я.

Точно! Я должна покинуть замок! И чем скорее, тем лучше.

Я принялась расхаживать уже по балкону. Но если и получится, то как далеко смогу уйти в королевстве, где женщина без сопровождения не имеет права выходить на улицу? Будут ли разыскивать сбежавшую принцессу? Конечно, будут. Но что же делать?

От размышлений отвлекли входившие в бухту корабли с фиолетовыми парусами. В книге Яна Алмазная каждой стране выделила свой цвет. Серебро — Королевству Тианскому, Фиолетовый — Империи, Красный — для страны с драконами, которую должен захватить Сервиан в соответствии с брачным договором…

— Ваше Высочество! Ваше Высочество! — Адель вылетела на балкон: — Императорские корабли прибыли. О! Вы их уже видели?

— Видела.

— Вы не могли бы перестать делать некоторые поступки, — она чуть замялась: — Такие как выходить в неглиже на балкон, — Адель втягивала меня внутрь, как и недавно утром.

Я улыбнулась.

— Ваше Высочество, у нас куча дел до приёма. Вам необходимо посетить бани, потом прибудут швеи… О! Совсем забыла с вашими-то выходками…

— Адель, то, что ты ела превратило тебя в ворчливую няньку, — рассмеялась я.

Казалось, служанка за время отсутствия тоже многое обдумала и решила остаться на моей стороне, какие бы странные вещи, на её взгляд, я не делала.

— Вот, — она понизила голос и сунула мне в руку два маленьких пирожка: — Я и вам принесла. Ешьте быстрее.

В нерешённом уравнении имелось множество неизвестных. Но мой главный союзник стоял передо мной.

Без сомнений, это худший день в моей жизни. Казалось бы, стала принцессой, живи и радуйся. А радоваться особо нечему. Я бы сама пришла в ужас от моего поведения за завтраком. Опозорилась по полной программе. Хотя бывало и хуже… Как-то, прийдя домой, торопясь, стянула штаны вместе колготками, а потом натянула их, совсем позабыв об этом. Долгое время не могла понять, почему все прохожие, откровенно говоря, на меня пялятся. Гораздо позже заметила капроновый чулок, тянувшийся за мной из-под штанины. Вишенкой на торте, ну или на чулке в моём случае был уже посеревший за всю дорогу некогда белый носок.

«Брр… Стыдобища!» — я помотала головой, отгоняя неприятные воспоминания.

Заурчал желудок напоминая о том, что ему досталось лишь два маленьких пирожка и одна печенька. Где вообще видано, чтобы принцесс морили голодом? А возможно Золушка голодала? И у Белль были завистливые сёстры…

«Стоп! О чём я думаю? Это вообще важно?»

Я стою наряженная, как мерцающая глиттерная зефирка, с ног до головы увешанная белыми и чёрными нитями жемчуга, словно позабыв о многочасовой пытке, устроенной мне швеями. Ведь не нашлось лучшего решения, чем заставить принцессу стоять неподвижно несколько часов, пока они работали над нарядом. По окончанию платье прибавило в весе пару десятков килограмм.

Был, конечно, и приятный момент, но он пролетел так быстро, что казался едва ли не сном. Название тому сну — хамам. Удивлены? Вот и я тоже.

В бани мы с Адель вошли где-то ближе к полудню. Там уже было полно женщин. Построенная из камня, с окнами в куполообразном потолке, дающими достаточно света. Пять куполов соединялись между собой. Под малым куполом входа нас встретила привратница в белой короткой тоге. Она же помогла нам раздеться и распустить волосы. Вначале я испытала лёгкое смущение, по большей части из-за того, что кто-то помогал мне обнажиться, но легко подавила его.

Привратница провела нас мимо диванов, покрытыми подушками и богатыми коврами, на которых сидели дамы без одежды. Среди них было много таких, идеально сложеных, с блестяще-белой кожей, единственное украшение которых — красивые длинные волосы, разделенные на множество локонов, спадающие на их плечи, заплетённые жемчугом или лентами, в зависимости от оттенка волос. У меня самой волосы опускались ниже бёдер, укрывая тело.

Расположившись в укромном уголке, предназначенном для королевской семьи, окружённая горячим паром, наполненным запахами эфирных масел, я с интересном рассматривала других женщин. Кто-то из них разговаривал, кто-то работал, другие пили или ели сладости, но большинство небрежно возлежали на подушках, погружённые в свои фантазии. До моего слуха доносились отрывки городских новостей и дворцовых сплетен, но, не зная действующих лиц этих историй, они не вызывали интереса. А вот что интересно, я была единственной женщиной с серебряными волосами.

— Адель, а мои… э… сёстры не посещают бани?

— Они прийдут чуть позже, — ответила она и быстро предложила: — Ваше Высочество, хотите я позову массажиста?

— О! Спрашиваешь! Конечно, хочу! — тут же оживилась я.

Глядя в спину служанки, я думала о двух вещах. Первое: Адель умышленно привела меня раньше. Иначе мне пришлось бы находиться тут с другими членами семьи, кто конфликтовал с Кло́дель. Вторая же относилась к прелести авторского допущения. Хамамы исторически появились на Востоке, исходя из необходимости омовения мусульман перед молитвой. Но я, как ни старалась, не могла припомнить какую-то религию или культ в этом мире. Королевские семьи считались благословенными богами и каждая своим, но каким именно было не ясно. Имелись и священники, которые, например заключали браки, но носили больше юридическое, чем религиозное значение. Да вот так, с лёгкой руки Яны Алмазной в средневековом королевстве с рыцарями и принцессами существовали восточными бани…

— Сервиан Наследник Империи Госсетов! — объявил громогласный, нарушая поток моих воспоминаний.

«Чёрт! Забыла спросить, как их называют-то?» — а уже в следующую секунду все мысли разом покинули мою голову.

В зал для приёмов в сопровождении свиты и приближённых входил мужчина моей мечты. Тот самый с обложки книги Яны Алмазной «Герой не моего романа» живой и во плоти. Всё внутри меня замерло, порождая загадочную пелену ощущений, сотканную из волнения, растерянности и предвкушения одновременно. Позабыв обо всем на свете, я, не отрывая глаз следила за его приближением к трону короля Туллия, рядом с которым стояла.

Мне всегда нравились мужчины в жилетках, а уж Сервиан Госсет был слишком хорош! Высокий, подтянутый, в узком однобортном кафтане, глубокого фиолетового цвета, со стоячим воротником и вышивкой из золотой нити — по борту, вороту, на обшлагах и карманах. К его поясу на скрытой портупее был прикреплен длинный узкий меч. В высоких ботфортах он уверенно шагал по красной ковровой дорожке к своей цели. Настоящий принц! На его фоне король Туллий в пышных штанишках выглядел просто смешно. Выказав уважение повелителю Тианского королевства лёгким поклоном. Он, видимо, что-то говорил, но я не слышала слов погрузившись в странно беззвучный мир…

Внезапно мужчина моих грёз посмотрел на меня и мы встретились взглядом. Внутри всё всколыхнулось, словно я была воришкой, пойманным на месте. Во рту резко пересохло, я нервно сглотнула. Жаль, что на расстоянии было не разглядеть того чудного проблеска пурпура.

— Кло́дель! — знакомая интонация на повышенных тонах моментально привела в чувства.

«Едрить-колотить! Опять чего-то пропустила». — подумала я, стараясь догадаться, по какой причине все смотрят на меня, словно чего-то ожидая. Неожиданно на помощь мне пришла королева:

— Ох, принцесса немного взволнована вашим появлением. От того и рассеяна, — с лёгкой улыбкой в голосе произнесла она.

Видимо меня представили наследнику Империи, а я как уже случалось за столом благополучно проигнорировала короля. В попытке скорее исправить ситуацию, я изобразила почтительный поклон, как принято, и объявила:

— Я Кло́дель, Ваше Величество, — получилось довольно громко, а я почувствовала себя глупо.

Без сомнений, о том, кто я уже догадались и незнакомые с принцессой люди. Но оказывается глупость может быть ещё большей.

— Вы довольно грубо ошиблись, — сухо поправил меня Сервиан Госсет: — Мой отец ещё жив.

«Чёрт бы побрал эти тонкости обращений!»

Произвела первое впечатление, ничего не скажешь. Похоронить отца парня — просто отлично! Нынешний Император умрёт через три года, так что пока это не Сервиан. Я быстро перебрала в памяти все красивые слова и выражения, когда-либо слышанные мной, и выдала:

— Прошу, простить, Ваше Высочество. Это было крайне неучтиво с моей стороны допустить такую ошибку, — я хотела виновато склонить голову, но почему-то никак не могла отвести взгляд: — Извините.

Вместо того, чтобы ответить мне, Сервиан посмотрел на короля Туллия:

— В вашем королевстве принцессы получают достаточное образование?

«Вот же интриган!» — зло подумала я. Ему нужны были не мои извинения, а короля.

Слава Богу, что взглядом здесь всё-таки нельзя убивать. Иначе лежать бы мне мёртвой. Я практически физически ощутила обжигающий зырк короля в мою сторону:

— Вы совершенно правы, Сервиан. Мы непременно проработает столь досадное упущение.

С одной стороны, мне было интересно, какое же наказание придумает отец Кло́дель, а с другой — абсолютно всё равно. Я не собиралась задерживаться для выяснений. Жаль было только за неудачное впечатление, произведённое на Сервиана Госсета. И, как ни крути, во все времена моя ошибка звучала изрядно бестактно. Единственным моим оправданием являлась неумышленность и то, что я просто к такому не привыкла и в действительности не обучена придворным тонкостям. Но об этом лучше молчать.

— У вас был долгий путь. Насколько мне известно, по прибытии вы сразу отправились во дворец, — заметил король Туллий, проявляя заботу и давая понять, что в королевстве все передвижения под его контролем. — Надеюсь, ужин, подготовленный в вашу честь, немногим сгладит этот неприятный момент, — он встал. — Пройдём в обеденный зал, друг мой.

Вся толпа нарядно ряженных людей, направляемая слугами, двинулась в сторону широких двухстворчатых дверей, но перед этим королева подошла ко мне и шепнула на ухо:

— Дорогая, тебе лучше отправиться к себе, — заметила она: — Я сообщу, что ты чувствуешь себя неважно и приболела. Это немного объяснит твоё поведение.

— Да, Ваше Величество, — согласилась я.

Она улыбнулась. Я дождалась, когда они покинут зал для приёмов, а затем, не обращая внимание на слуг, совершенно неприличным образом подхватила свои юбки, поднимая над полом на добрую десятку сантиметров, чтобы ничего не мешало моему шагу, решительно направилась к выходу. Как я и предполагала, меня ожидала Адель. Вот она-то не смогла скрыть шока при виде меня с задранными юбками.

— Ни слова, — я опередила её вопрос. — Поспешим! У нас мало времени.

В этот раз я была достаточно собрана и прекрасно запомнила дорогу обратно. Адель озабочено семенила за мной:

— Ваше Высочество, что-то случилось?

«Да, случилось! Я чертовски не хочу попасть в темницу». — подумала я, а вслух сказала:

— Поговорим позже.

Ворвавшись в свою комнату, я принялась стягивать платье. Адель кинулась помогать, дрожащие руки с головой выдавали тщательно скрываемое ею волнение. Повторить свой вопрос, озвученный ранее, она, видимо, не решалась.

— Адель, — тихо позвала я: — Нам нужно бежать.

— Ч-что? — она удивилась так, что забыла добавить «Высочество». — Почему?

Я решилась на ложь во благо:

— Адель, ты же заметила моё… м-м-м… странное поведение? — я ожидала хоть какого-то ответа, и ей пришлось вымученно кивнуть, соглашаясь. — Ты же знаешь, отец не любит меня, — очередной кивок. — Недавно я подслушала разговор. Буквально послезавтра будет заключён мой брак с Сервианом Госсетом, после чего он отправится завоевывать соседнюю страну. Эту, с драконами. Ну, ты знаешь?

— Да… — выдавила Адель, а я мысленно чуть озадачилась: «Неужто у них правда существуют драконы?»

— Меня отправят в темницу дожидаться его возвращения, а тебя и твоего брата выгонят из замка. Ни меня, ни вас не ожидает ничего хорошего. Просто поверь мне, — я взяла её руки в свои и заглянула в глаза.

— Я верю вам, Ваше Высочество, — с болью в голосе призналась она. — Но что мы можем сделать?

А вот это я придумала, пока стояла обездвиженная швеями.

— Мы сделаем Сервиану Госсету более выгодное предложение. А для этого надо выяснить в какие комнаты его поселили…

— Но они на мужской половине. Женщинам туда нельзя. Если нас поймают… это будет не хорошо для вашей репутации, — недослушав меня, возразила Адель.

— Досужие суеверия, — улыбнулась я. — К тому же я пойду к нему одна…

— Одна?! Да вы что же… Ваше Высочество, быть наедине с мужчиной в его покоях? Это неразумно! — воскликнула она.

Я неумышленно цыкнула, условности прошлого чуть раздражали. Но я должна держать себя в руках и постараться убедить Адель в правильности своего решения, балансируя на её вполне объяснимых страхах и преданности принцессе.

— Адель, в любом случае я стану его женой, а значит, это сейчас не главное. Сосредоточимся на другом. Если на мужской половине могут находится только мужчины. Мне нужна будет мужская одежда.

Адель смотрела на меня, словно не совсем понимая, к чему я веду. И мне пришлось пояснить:

— Ты должна поговорить с братом и дать ему указания всё выяснить. А также прихватить кое-что из одежд для меня.

— Хорошо, Ваше Высочество, — наконец кивнула она.

В который раз я расхаживала по комнате в рубашке и панталонах. Случайно выхватив своё отражение, я подошла к зеркалу, рассматривая высокую причёску, богато украшенную чёрным жемчугом. Я позабыла сказать Адель захватить парик, что носили слуги-мужчины. Но в любом случае, волосы слишком длинные, чтобы их можно было припрятать. Я вытащила одну шпильку, другую. Кажется, я где-то видела ножницы…

К тому времени, когда за окном наступила ночь и луна развесила на небесах рогалик, а мои волосы потеряли половину своей длины, вернулась Адель.

— Ваше Высочество, вот! — она сходу протянула свёрток, а взглянув на меня воскликнула: — Что с вашими волосами?!

— Ничего, чтобы стоило внимания, — отмахнулась я. — Знаешь, Адель, давай договоримся. Когда мы вдвоём, зови меня по имени… Хотя даже не так. Лучше просто Кло.

Мне порядком надоела приставка «дель» ко всем женским именам, хотелось чего-то своего. Я была в восторге от придумки, а Адель в ужасе:

— Да как же так можно?!

— Легко! Давай попробуй, — Адель никак не решалась и я пригрозила: — Это приказ.

— Кло, — произнесла она, словно квакнула, но для начала было не плохо.

Облачиться в мужской костюм было не так уж и сложно, я вполне справилась сама.

— Я рассказала всё брату, Ва… — я выразительно посмотрела на Адель, и та снова квакнула: — Кло. Брат разузнал, где комнаты Госсетов и проводит вас до них. Мы пойдём коридорами предназначенными для слуг, — сообщила она, помогая мне одеть верхнее платье служанки на мужскую одежду. — Надо как-то прикрыть ваши волосы, — посетовала Адель.

— А что с ними?

— Такой цвет только у королевской семьи. Это вызовет подозрение у охраны.

— Вот оно как, — я стянула наволочку с подушки, планируя сообразить на голове что-то типа тюрбана. — Адель, пока меня не будет ты сможешь пробраться на кухню и раздобыть как можно больше луковой шелухи?

— Зачем? — Адель снова удивилась так, что позабыла о всех званиях.

— Расскажу, когда вернусь, — загадочно улыбнулась я и добавила: — Да разожги огонь в камине.

Ну, что ж, пора начинать игру.

Брат Адель носил на удивление красивое имя Флориан и служил истопником. Он казался совсем мальчишкой, на вид лет пятнадцати. Это навело на мысль, которая не посещала мою голову до этого. Принцесса Кло́дель лет на десять младше меня настоящей и я, по сути, немногим старше Флориана. А вот помощник из Флориана вышел никакой. Он волновался, краснел и смущался. Хорошо хоть не заплутал по дороге.

«Вот же времена и нравы! Подумаешь нарядилась в мужской костюм. Чего так нервничать?» — осерчала я.

Я выглянула из-за поворота. Перед покоями была выставлена охрана в лице двух молодцев в камзолах цветов Империи. Скрывшись за углом, я обернулась к Флориану и шёпотом уточнила:

— Сервиан точно там?

Флориан усиленно закивал.

— Как ты попадаешь в комнаты?

— Я…я, — заикаясь начал он, старательно отводя глаза: — Обычно обслуживаю комнаты, когда они пусты, чтобы не тревожить господ.

Значит, пойдём на пролом! Схватив Флориана за руку, решительно потащила за собой. Охрана без настороженности следила за нашим приближением, под скрипаток небольшой тележки истопников.

— Доброго вечера, господа, — объявила я, и даже учтиво поклонилась: — Мне нужно поговорить с Сервианом Госсетом.

Один из охранников усмехнулся, явно не воспринимая нас всерьёз:

— Парнишка, ты, наверное, что-то попутал? Какое у вас может быть дело к нашему главнокомандующему?

— А это не ваше дело! — обозлилась я за пренебрежение в голосе: — Лучше пойди и сообщи своему господину о нашем визите.

Вспылила. Получилось горазда грубее, чем планировалось. Но это быстро стерло насмешку с лица говорившего, наполнив глаза сердитым блеском:

— А ну пошли прочь от сюда! Пока по шеям не надавали.

— Щас прям! — я упёрла руки в боки.

В глазах стражника легко читались соображения о дальнейших действиях в отношении дерзкого мальчишки. Судя по всему, нахождение в другой стране останавливало его от исполнения угроз. Это придало мне уверенности, что их мечи останутся в ножнах. Я решительно двинулась к дверям с мыслью:

«Пусть попробуют меня остановить!»

Они и попробовали. Подхватили меня под белые рученьки, оторвав от пола. Я не растерялась и со всех сил пнула по двери. Бравые ребята, не ожидая таких выкрутасов, не удержали меня, и я грохнулась на пол, чуть отлетев. Они переглянулись. В моей крови заиграл адреналин. Я споро подскочила. Благо десяток юбок больше не сковывали движения. Но также как и эта парочка охранников, не знала, что делать дальше. Не драться же мне с ними, в самом деле?!

Флориан, оцепенев, стоял возле тележки и с открытым ртом наблюдал за происходящим. Тот, кто говорил, двинулся на меня. Я не стала ожидать, пока он меня схватит, и просто отбежала в сторону:

— Послушайте, мне просто нужно поговорить с Сервианом Госсетом.

Он не ответил и продолжал наступать. Я напряжённо следила за каждым его шагом. По итогу мы несколько раз обошли вокруг Флориана с тележкой.

— Эрлонд, не стой столбом. Лови этого сумасшедшего, — велел он напарнику, с досадой осознав наши круговерти.

Тот ринулся в мою сторону. Я выхватила один из инструментов, что торчали деревянными ручками из тележки, и, не думая, выставила в сторону того, кого назвали Эрлондом. Моим оружием оказалась щётка для сажи. И уж совсем не планируя, угодила прямо в лицо незадачливого стража, оставив на коже чёрный отпечаток и заставив парня закашляться. Затем я каким-то необъяснимым образом умудрилась увернуться от второго, что в это время со злостью кинулся на меня, и рванула к двери. Она была заперта. Я замолотила по ней кулаком:

— Сервиан! — мне удалось сделать всего несколько ударов, когда ко мне подоспела охрана, пытаясь меня скрутить и оторвать от дверной ручки.

Внезапно раздался щелчок и дверь отворилась, затягивая меня внутрь. Я не устояла и грохнулась на паркет, едва не ткнувшись носом в чёрную кожу сапог.

— Что тут происходит? — раздался уже знакомый голос над моей головой.

— Мне нужно с вами поговорить, — быстро сказала я, посмотрев наверх и осознавав, что практически стою на коленях перед Сервианом Госсетом.

«Хотя всё не так уж и плохо» — с лёгкой усмешкой в душе подумала я.

В случае отказа охранникам придётся отдирать меня уже от ног их главнокомандующего. Просто я точно не сдамся. Мне нужно с ним поговорить. И я с ним поговорю, хочет он того или нет!

— Хорошо, — легко согласился мужчина моей мечты, глядя на меня сверху вниз.

— О! Спасибо! — пролепетала я, поднимаясь.

А потом вспомнила о тех, кто был озадачен не меньше меня.

— Всего наилучшего, — я закрыла дверь перед самым носом несговорчивого стража.

Чувствуя себя победителем по жизни, я с широкой улыбкой повернулась к обитателю комнаты. Сервиан Госсет стоял в паре метрах и просто глядел на меня. Его красивое лицо не выражала никаких эмоций.

«Какой же он спокойный» — подумала я, вглядываясь в его глаза в попытке разглядеть тот оттенок пурпура, что так понравился мне. Но освещения было недостаточным, и сейчас они казались тёмными озерами с тихой гладью воды.

Он молчал, и моя улыбка медленно погасла. Я испытала чувство неловкости, порождающее необъяснимую потребность заполнить тишину, повисшую между нами.

— Привет, — зачем-то сказала я. Сервиан никак не отреагировал и я добавила: — Я принцесса Кло́дель.

— Это понятно.

— О! Ты узнал меня? — удивилась я, неосознанно переходя на «ты»

Всему виной была книга, на обложке которой он красовался. Я так много рассматривала его внешность, что теперь, в реальности, он отчего-то не казался чужим незнакомцем. Видя его невозмутимость и уравновешенность, тяжело представить все те ужасы, совершённые им в будущем и с такой тщательностью описанные Яной Алмазной.

— На память не жалуюсь, — заметил он. — А у тебя парик съехал.

Я вскинула руки и ощупала голову. Действительно, эта бесполезная часть гардероба повисла на моей корюльке волос. Сняв его, я улыбнулась Сервиану, испытав облегчение от того, что он не стал выстраивать неосязаемые рамки, между нами, уважительным «вы».

— У меня к тебе предложение, от которого ты просто не с можешь отказаться, — уверенно произнесла я, как заправский впариватель кредитов.

— Неужели?

— Мой отец выставил тебе условие для заключения брака, — я деловито прошагала мимо Сервиана, вынуждая его последовать за мной. Попав в большую гостиную, я с недоумением отметила, что его покои гораздо обширней моих и состоят из нескольких комнат. Это было очередным подтверждением, что Кло́дель не самая любимая дочь короля. — Приняв которое ты обречешь себя и своих людей на затяжную войну, продлившуюся несколько лет.

— Откуда ты знаешь, что война продлиться несколько лет? — перебил меня Сервиан.

«Чёрт! Точно! Нельзя так безапелляционно выдавать предсказания. Я же не Ванга» — опомнилась я и тут же поправилась, изображаю святую наивность и помня, что правдоподобную ложь нужно подавать под соусом фактов:

— Ну, я думаю, что она не закончится быстро. Этот конфликт из-за исторически спорной территории длиться не одно поколение. Мой отец положил добрую половину жизни на попытки отвоевать эти земли. Но у людей Драконьего королевства не принято сдаваться, — я отчаянно выковыривала из памяти когда-то прочитанное мной. — Ты, конечно, победишь, в этом я не сомневаюсь. Империя Госсетов закалила себя в воинских делах. Но всё это приведёт к бессмысленным смертям множества людей. И твоих людей тоже, — я выдохнула и для подтверждения своей притворной искренности заглянула в его глаза.

Я стояла в нескольких шагах от Сервиана, а света от люстры над головой было достаточно, чтобы я, как зачарованная уставилась на него. Это просто потрясающе необычно! Его прямой и внимательный взгляд, не скрывающий нежно-фиолетового оттенка глаз с насыщенной, более тёмной радужкой в обрамлении густых чёрных ресниц, завораживал.

— У тебя такие красивые глаза, — сорвалось с языка быстрее, чем я успела осознать.

На долю секунды я узрела всплеск лёгкого удивления в чудных озёрах спокойствия. Это привело в чувство, развеивая наваждение. Глупость редкая — делать внезапные признания мужчине, которого вижу едва ли не первый раз в жизни. Я постаралась подавить смущение, делая вид, что ничего такого не произошло, продолжила:

— Так вот. О чем я? Тебе не надо соглашаться. Я готова стать твоей женой без всяких условий и благославления отца. Уверяю, он не рискнет ввязаться в конфликт с Империей. На самом деле в Тианском королевстве не всё так хорошо, как кажется. Отец скрывает, но королевство потеряло больше половины магов, на которых всегда полагалось. С казной дела обстоят не лучше, — с лёгкостью протараторила все тайны государства. — Согласен?

Сервиан молчал. По его лицу было трудно определить, о чем же он думает. Неожиданно мой взгляд упал на столик, заставленный закусками, фруктами и сладостями. Стоило только увидать, и желудок тут же призывно заурчал. Если Сервиан и услышал, то не показал виду.

— Можно? — спросила я, указав на столик.

— Угощайся, — махнул рукой будущий Император и, пройдя мимо, уселся в кресло напротив. Удобно устроившись, закинул ногу на ногу, опёрся на руку, вытянув указательный палец вдоль виска, и уставился на меня: — И откуда у тебя такая осведомленность о планах короля?

Под столь пристальным взглядом есть было, мягко говоря, не совсем комфортно, а только закинув в рот горсть орехов, вести разговор проблемно. Я быстро прожевала и выдала заранее подготовленный ответ:

— Я же всё-таки принцесса и его дочь. Подслушала.

— Вот оно как? — почти без вопроса задумчиво протянул он, не сводя взгляда.

Я улыбнулась безэмоциональному красавцу и покосилась на пирожок, который тут же ухватила.

— И ты готова выйти замуж за незнакомого человека?

— Можно подумать, меня кто-то будет спрашивать, — «читали, знаем». — К чему эти вопросы? Разве ты не с этой целью прибыл в Тианское королевство? Считай, я сама выбрала тебя.

А если серьёзно, то в Империи Госсетов совершенно другие законы, нравы и правила, абсолютно отличные от Тианского королевства, особенно в части женских прав и возможностей. А значит, было больше шансов сбежать и жить свободной жизнью.

— Вдруг я окажусь ужасным мужем?

«Непременно окажешься» — мысленно согласилась я.

В книге Алмазной он не только ужасный муж, но и страшный человек, которому суждено после смерти Императора завоевать и разрушить практически все королевства этого мира. И внезапно вспомнила ещё один момент. Нынешний Император умрёт не своей смертью. Его убьёт собственный сын — Сервиан Госсет. Именно этот милый красавчик.

«Это будет через три года, — уточнила я для себя. — У меня ещё есть время. А пока я номинально спасу Сервиана от тех последствий, что на него наложит война, навязанная отцом Кло́дель»

— Тебе не надо воевать, — тяжело выдохнула я под влиянием мыслей, захвативших меня.

— Хорошо, — заключил Сервиан. — Если ты всё решила, то нужно скорее покинуть ваше королевство. Я дам распоряжение готовить корабли к отплытию. Моим людям не пройти на женскую половину дворца, так что они будут ждать у Восточных ворот на рассвете. Сможешь выбраться?

— Смогу! Ну или пусть попробуют меня остановить, — пошутила я.

«Этот образец спокойствия усмехнулся себе под нос или мне показалось?»

— Со мной будет моя служанка и её брат, — вспомнила я.

— Хорошо.

Я откусила пирожок. Сервиан сменил позу, сцепив руки на колене. Мы молча, глядели друг на друга. Вроде всё решили, задерживаться дальше в покоях Сервиана Госсета необходимости не было.

— Ну, я пойду, — с тоской посмотрела на еду: — Разрешишь, я немного возьму с собой.

— Не стесняйся, будущая жена, — произнес он. — Всё моё — твоё.

«Ну и ладненько» — подумала я, повернувшись к нему спиной. Наш разговор был недолгим, и я всё ещё оставалась голодной. К сожалению, в руки много не наберёшь. Но выход найдётся всегда! Я ухватилась за ворот рубахи, заправленной в брюки, и принялась закидывать фрукты, пирожные, пирожки и другую снедь себе за пазуху. Меня ожидала долгая ночь. Когда я решила, что будет достаточно, а брать больше уже неуместно, то счастливо обернулась к Госсету. И натолкнулась на его молчаливый взгляд. Он не осуждал, но приподнятая бровь выражала его недоумение в полной мере. Я решила это проигнорировать. Натянула парик на голову и с широкой улыбкой произнесла:

— Спасибо! — и направилась к выходу.

— Обращайся! — бросил он мне вслед.

— Обязательно! — едва не рассмеялась я, но предательски заныл ушибленный копчик. Я потерла больное место:

«Несмертельно. До свадьбы заживёт»

Выскочив в коридор, я проигнорировала недовольные взгляды стражников, схватила за руку в конец шокированного Флориана и помчалась обратно. До женской половины замка, где нас ожидала Адель, мы практически долетели. Скрывшись в закутке, я снова поверх мужского костюма натянула наряд служанки, попутно давая указания и рассказывая о чём договорилась с Сервианом Госсетом.

Едва только попав в свою комнату я тут же вытряхнула припасы из рубашки на кровать. Радостно ухватила яблоко с тёмно-бордовой блестящей кожицей и надкусила. Сочное, налитое оно аппетитно щёлкнуло и брызнуло медовым соком. Я практически прикрыла глаза от удовольствия, но мой взгляд привлекла Адель, которая так старательно заламывала руки, что становилось страшно за её душевное состояние.

— Что такое, Адель?

Девушка вздрогнула и замерла.

— Я в ужасе, — честно призналась она. — Неужели мы правда отправимся в Империю?

— Не сомневайся! — я подскочила к ней и успокаивающе притронулась к плечу: — Просто сделаем это. Тебе там понравится.

— Почему… почему вы так думаете?

«Чёрт! Опять сболтнула лишнее»

— Мне так кажется, — улыбнулась я и принялась отчаянно врать: — Сервиан очень милый и добрый. Видишь, разрешил взять кучу еды. Всё будет хорошо.

Внезапно я ощутила необычайную духоту в комнате и только сейчас заметила, что Адель всё-таки развела огонь в камине, как я наказала.

— Ты раздобыла шелуху?

— Да. Целый мешок.

— Закидывай в котелок, заливай водой и ставь на огонь, — велела я, распахивая балконные двери и впуская свежий прохладный морской воздух.

— Но зачем, Ваше Высочество?

— Кло, — поправила я.

Адель так было интересно узнать ответ, что она практически сразу повторила:

— Зачем, Кло?

— Мы покрасим мои волосы.

За время сборов мне ещё не раз приходилось успокаивать тревожную натуру Адель. Мы обсудили сборы, определили список необходимых вещей. Учитывая, что мы бежали тайно и не могли позвать носильщиц, наши подъёмные способности были ограничены. Странно, но больше всего Адель противилась моему отказу от корсетов, этих орудий пыток современного человека.

— Это неприлично, — повторяла она. — Девушка вашего положения не может позволить себе такие вольности.

— Говоришь, девушка моего положения? Если моё положение так высоко, то нелогичнее, что я могу себе позволить всё, что захочу? — возражала я. — Запомни, отныне мы будем делать только то, что хотим. И это будет правильно. Мы свободные с тобой люди, в конце концов.

Я уж промолчу о том, сколько пришлось спорить, что нет необходимости тащить с собой большой гардероб. В итоге Адель выиграла два платья, а я выторговала уменьшение количества нижних юбок. Когда над горизонтом появились первые розоватые полосы, мы встретились с Флорианом. Так случилось, что это время совпало со сменой стражи и открытием ворот.

«Интересно, а Сервиан об этом подумал?» — скользнуло в голове. И я почему-то была уверена, что да.

На все вопросы Флориан с небывалой уверенностью заявил, что сопровождает служанок Её Высочества принцессы Кло́дель в какую-то там деревню за подарком для возможного жениха из Империи Госсетов. Я задумалась над его поведением. Во-первых, сопровождать женщин ему было привычно. Во-вторых, думаю, вся его растерянность в прошлом была связана именно со мной. Наверное, я единственная женщина во всём Тианском королевстве кто не только переоделась в неподобающую одежду, но и нарушила негласный закон проникнув на мужскую половину. Стражник лишь поинтересовался, кивнув в мою сторону:

— А это кто?

— Новая служанка, — ни секунды не сомневаясь, пояснил Флориан.

Покрасить волосы — хорошее решение. Золотисто-рыжие, они выглядели необычно, но не вызывали подозрения. Больше вопросов не задавали. Пройдя под арочным сводом, внутри толстой стены, освещённого фонарями с живым огнём мы покинули стены дворца и обнаружили, что снаружи нас никто не ожидает. Мы с Адель озадачено переглянулись. Честно сказать, к такому повороту событий я была не готова. Мы двинули вниз по мощёной, пока ещё безлюдной улице, чтобы не вызвать подозрения у стражи.

Пока я отчаянно соображала о том, что же делать дальше, мой взгляд упал на одинокого парня, что сделал шаг, отходя от стены, у которой стоял, привалившись. Расстояние было не близким, лица не разглядеть, но я по одному движению узнала его. Сердце вздрогнуло. Засомневалось. Но он снова сделал шаг, а я ускорила свой, пока мои губы растягивала улыбка. Это точно был Сервиан Госсет! Конечно, не в своём парадном костюме, а в более простых одеждах серых цветов.

Я сама не понимала, чему так радуюсь и отчего едва ли не бегу на встречу, улыбаясь, как счастливая дурочка. Но, чёрт возьми! Это так чертовски романтично сбегать с мужчиной своей мечты. Да и в, конце концов, пусть в меня кинет камень та, которую бы не взволновал побег с настоящим принцем.

— Привет, — сказала я, подойдя.

Сервиан не ответил, заглянул за мою спину, осмотрел с ног до головы Адель с Флорианом, оглядел улицу. Затем забрал довольно увесистую сумку с моего плеча, закинул на своё и, взяв за руку, наконец, произнес:

— Идём.

Я нахмурилась.

«Нет, ну, мог хотя бы улыбнуться»

Как оказалось, в проулке от основной улицы нас ожидал едва ли не целый отряд мужчин, что держали под узды гнедых лошадей. Большое количество этих крупных животных вызвало у меня легкое опасение, что заставило поближе прижаться к моему принцу. Я впервые видела их так много и так близко! Несмотря на то, что ожидающие нас, были одеты в простую одежду, едва уловимая выправка, необычайно прямая спина и хмурый взгляд выдавали в них служивых людей. Уж не говоря о том, что у каждого на боку висел меч. Хотя чему удивляться, Империя Госсетов была военной диктатурой.

Пока я разглядывала окружающих, Сервиан приторочил мою сумку к седлу и протянул руку предлагая помощь. Я сделала шаг назад:

— На лошадь? — с ужасом догадалась, что и седло на лошадке-то не обычное, а специальное — женское. Я снова шагнула к Сервиану и шепнула: — Я не умею ездить на лошади.

Если он и удивился, то никак этого не выказал. В отличие от Адель, которая уставилась на меня во все глаза едва не открыв рот.

— А ты? — глянул на неё Сервиан.

— Да, Ваше Высочество, — учтиво кивнула Адель.

— Бранд, помоги леди сесть, — велел он ближайшему мужчине, в котором я узнала вчерашнего стража. Он меня, видимо, тоже признал. И как такое произошло — быстро отвёл глаза.

Сервиан потащил меня за собой к крупному гнедому жеребцу. Затем легко вскочил в седло и наклонившись протянул мне руку:

— Ставь ногу на мою.

Сделала, как он велел, и поразилась, с какой лёгкостью он затянул меня в седло перед собой. Я слегка рассмеялась, то ли довольная успехом, то ли из-за нервного напряжения.

— Поехали, — сказал он и лошадь двинулась, отчего я покачнулась и вцепилась в Сервиана двумя руками.

— Держись крепче, — велел он, пуская коня трусцой.

И я держалась, не зная, как приспособиться к тряске и боясь свалиться. Сервиану пришлось перехватить поводья одной рукой, а другой прижать меня к себе:

— Ты никогда не ездила на лошади?

— Неа, — просто ответила я и поинтересовалась: — Тебя не удивляет почему?

— Не особо. Чужое королевство, чужие правила.

— А ты можешь меня научить?

Он внимательно посмотрел на меня с непонятными мне эмоциями в глубине его красивых глаз. Их цвет в лучах восходящего солнца был как никогда ярок:

— Могу.

Я улыбнулась, прижимаясь ближе и устраиваясь удобнее, чувствуя исходивший от него запах. Он пах прибоем, несущим прохладу и шум, и обещанным солнцем в нагрудном кармане. Такое было мне по душе. Случайно взгляд выхватил удаляющийся белокаменный дворец, возвышающийся позади нас.

«Удивительно, — подумала я. — Прошёл всего один день, а я уже столько натворила, — посмотрев на лицо Сервиана, моё сердце наполнилось надеждой: — Возможно, мне не придётся сбегать от него»

Неожиданно я почувствовала нахлынувшую сонливость из-за бессонной ночи и зевнула, уткнувшись в его грудь. А когда подняла глаза, поняла, что он смотрит на меня. Спать вообще было страшно. Вдруг мужчина моей мечты — просто сон, а я ещё не узнала его получше…

Прошло три дня.

В эту ночь, неожиданно для себя, я проснулась в слезах. Мне приснилась мать. Сновидение, напоминающее прощание перед отъездом, наполнило сердце раздирающей душу тоской. Я утёрла мокрые следы печали, лелея в воспоминаниях образ матери. Матушка — единственный человек, связывающий меня с моим настоящим миром. Дожив до двадцати семи лет, я, как говориться, не имела ни ребёнка, ни котёнка. А друзья? Они приходили и уходили. Хотя…

Чаще всего это я оставляла их где-то позади, увлекаясь чем-то новым и вливаясь в другую компанию. Я помнила о человеке лишь до тех пор, пока он маячил перед глазами. А если и вспоминала, то с удивлением обнаруживала, что с последней встречи прошло больше года. Я не страдала и не скучала. Именно поэтому меня ошеломила боль от потери матери. В душе я уверена, что у неё всё хорошо. Моей матушке ещё не было пятидесяти. Лет пять назад она встретила хорошего мужчину и вышла замуж. А в последнее время, наплевав на крутящих у виска знакомых, они стали подумывать о совместном ребёнке, стараясь успеть в последний вагон уходящего…

Любопытно, а что произошло с моим телом? Там, дома. Я умерла? В коме? Сплю?

Шумно выдохнув, я перевернулась на другой бок. Тёплые блики света от мерно покачивающегося кованного фонаря, подвешенного на крюке в центре, желтыми пятнами словно танцевали на тёмном дереве каюты. Сон не развеял наваждение. Я продолжала своё плаванье в неизвестность по водам Великого океана. Сервиан уступил мне спальню в капитанской каюте, а сам ютился на диване в соседней комнате, напоминающей собой штаб-кабинет. Там было полно карт, книг, неизвестных мне измерительных и навигационных приборов, шкатулок, набитых различными безделушками.

Я с пристрастием изучала карты во второй день пути, покуда мне запретили покидать капитанскую каюту без сопровождения. А всё из-за того, что, отоспавшись и пробудившись где-то под ночь, я решила отыскать кухню и едва не выпала за борт, запнувшись в темноте о канаты. Сервиан чаще всего был занят и проводил время где-то снаружи. За то, чем именно занят, он передо мной не отчитался. Чем вообще можно быть занятым на корабле? Лично я изнывала от скуки. Изучив карты, надумала погрузиться в чтение. Но меня ожидал внезапный сюрприз. Я не понимала языка. И вроде буквы похожи, но при чтении складывались в абракадабру. Я пересмотрела все книги, и в каждой было одно и тоже, похожее на: «Прцывзх уврнщ фзщшв ощощок».

Отгадку я пыталась найти весь третий день. Сравнивала, выстраивала логические цепочки, пыталась интуитивно понять надписи к картинкам в книгах. Но расшифровать так и не смогла. Ни в чем я не находила разумной взаимосвязи. Почему я могу говорить, могу понимать людей, но не могу читать? Самым простым было спросить у Сервиана. Возможно, книги написаны на языке Империи? А если нет? Он узнает, что собирается жениться на принцессе, которая не только не умеет ездить на лошадях и плохо обучена манерам, но в добавок ещё и безграмотная! Так низко пасть? Ни за что!

Когда он входил в каюту, мне приходилось изображать полную увлеченность чтением. В один раз он даже поинтересовался:

— Познавательно?

— Очень!

— Хм, — ухмыльнулся он и вышел.

Я повертела книгу в руках и подумала:

«Интересно, о чём она?» — ведь картинок в ней не было.

Я, конечно, спросила бы у Адель и шокировала бы её полностью. А может, принцесса Кло́дель грамоте не обучена? Не, бред какой-то. Да и Адель была не в лучшей форме и отчаянно страдала от качки.

Небо в небольшом оконце стало светлеть.

«Пойду что ли рассветом полюбуюсь» — решила я и вылезла из кровати.

Благо, отказавшись от доброй половины гардероба, я теперь могла одеться самостоятельно. Личную спальню Сервиана я обыскала вдоль и поперёк ещё в первый день, точнее, ночь. И поначалу она мне показалась крайне уютной: резная кровать с парчовым балдахином, на полу пушистый ковер, на стенах картины с незнакомыми мне пейзажами, а по потолку — небольшие резные барочные кариатиды с изображением женских фигур. Так я думала до того момента, как не отыскала скрытую панель за дальней стеной, забитую мечами, ножами, ятаганами, саблями и многими другими колюще-режущими предметами, названия которых мне было неизвестно. Сервиан Госсет просто обожал оружие.

Я вышла из спальни в кабинет. Сервиана не было. И где только пропадает этот негодник по ночам хотелось бы знать? Ведь и днём толком не спит. Я тихонько приоткрыла дверь ведущую в коридор, чтобы обнаружить растянувшегося на пороге Эрлонда. Как-то так получилось, что некогда бдительная охрана Сервиана, теперь сторожила меня.

— Лежи, лежи, — пробормотала я, переступая через мужчину. Где-то в душе шевельнулось беспокойство, выползшее из детства: «А вдруг не вырастет?»

«Да куда ему расти и так вымахал большим дядькой» — усмехнулась про себя, а вслух добавила:

— Я просто постою на палубе. Не буду никуда ходить.

Не дожидаясь какого-то ответа, быстро направилась к лестнице, ведущей наверх. Лёгкий ветерок, наполненный запахом соли и свежестью рассвета, коснулся моего носа и заставил вздрогнуть. Было прохладно. Я поёжилась, обхватив свои плечи. Бледно-серое небо только-только начинало светлеть. В дымке утреннего тумана, расстилающегося над водой, словно по молоку, повсюду плыли парусные корабли. Вся эта армада из нескольких десятков кораблей присоединилась к нам уже после того, как мы покинули Тианское королевство, и наводила на кой-какие мысли. Каждый из них был прекрасным военным фрегатом. По картинкам из книг я теперь знала, что они оснащены пушками не с ядрами, а с жидким огнём.

Можно ходить по морям на теплоходе, эсминце и даже на подводной лодке. Но проникнуться красотой стихии, испытать восхищение от изящества изделия корабелов можно только здесь, под паутиной вант, веревок, тросов, обнимающих мачты, стоя под натянутыми парусами фрегата. Когда тебя трясёт, как осенний листок, а ветер старается сдуть с палубы. Во всей этой какофонии скрипов, всплесков, хлопков слышался некий музыкальный ритм.

Внезапно моих плеч осторожно коснулись и меня укутали в тёмный камзол.

— Ещё холодно. Замёрзнешь, — шепнул на ухо знакомый голос, запуская по телу мурашки.

— Спасибо, — с лёгкой хрипотцой в голосе ответила я, плотнее стягивая полы камзола.

Широко расставив ноги, рядом стоял Сервиан Госсет. О том, что это именно он, я могла догадаться, даже не глядя. Честно сказать, уже начинала привыкать к его присутствию. Он, словно зоркий орёл, следил за каждым моим шагом. И то, что Эрлонд не последовал за мной на палубу, могло означать одно: скорее всего, не заметила присутствие Сервиана в тёмном полумраке коридора, — запоздало осознала я.

— Надеюсь, ты не собиралась снова прыгать за борт?

— Да не прыгала я! — мои щеки обдало жаром при воспоминании о том, как я болталась вниз головой, раскачиваясь из стороны в сторону в темноте, под близкий шум волн. Мне повезло, что верёвка крепко ухватила лодыжку подобно петле. Мои крики отчаянья, словно исправная сирена, переполошила всю команду «Спящего кота». Выбраться самостоятельно с проклятущими юбками на голове было не реально. Так что цвет моих панталон был известен каждому на этом фрегате. — Это получилось случайно.

Лёгкая, едва уловимая улыбка коснулась губ Сервиана. Я расслабилась, привалилась плечом к одной из балок, вполоборота к нему и озвучила возникший у меня вопрос:

— Ты собирался напасть на Тианское королевство?

Сервиан отвёл взгляд. Он так старательно разглядывал свои корабли, словно не собирался отвечать.

— Их слишком много для сватовства, не находишь? — продолжала настаивать я.

Он усмехнулся и снова посмотрел на меня. В глубине его глаз мерцали, возможно, не совсем уместные отблески веселья.

— Я не рассчитывал на согласие короля. Большинство дворов считают Империю наглыми выскочками, но ни одно из них не способно противостоять нашей мощи, — не без гордости объявил он. — Твоё предложение пришлось как нельзя кстати.

— Это правда, что Империя бывшие наёмники? — поинтересовалась я, прежде чем успела подумать о том, что могу оскорбить такой постановкой вопроса.

Сервиан ответил довольно спокойно:

— Мой отец является третьим Императором, который никому не служит. Но многие поколения Госсетов воевали за разные королевства. Мы выступали на стороне тех, кто был способен больше заплатить. Нашими руками свергали королей и сажали новых. До тех пор, пока первый Император не ушёл на ничейные земли и не сделал их своими. Пока благословенные дворы выстраивали замки и дворцы магией, мы всего добивались своим трудом. Несмотря на успехи и процветание, благословенные дворы не признают Империю как достойных. Тебе ли этого не знать, принцесса.

Наверное, мне стоило думать о чём-то другом, но мои мысли были заняты осознанием факта, что дворец, в котором я находилась совсем недавно выстроен при помощи волшебства. И чёрт возьми, почему я сама не видела магов во дворце?! Мне так хотелось самолично лицезреть магию, что была готова вскричать, чтобы разворачивали корабли обратно.

— Только породнившись с одним из Королевств мы добьёмся уважения, — добавил Сервиан. — Наш сын станет наследником Тианского королевства.

Точно! Это я должна родить его! Мне стало немного страшно. В голове пролетали картины произошедшего с Кло́дель после того, как она не оправдала ожидания Империи Госсетов.

«Нет! Я не позволю такому со мной случиться, — я едва не замотала головой, отрицая такую возможность. — Ведь я не та глупая принцесса».

— О чем подумала? Чего ты боишься? — внезапно спросил Сервиан.

«Чёрт! Забыла, что он чертовски наблюдательный»

— Рожать, — брякнула я.

В мире, где болезни лечатся настоями и припарками, этого точно следовало опасаться. Сервиан протянул руку и коснулся пряди моих распущенных волос:

— Их цвет. Что ты с ними сделала? — спросил он, переводя тему.

— Нравится? — игриво, ответила вопросом на вопрос.

Сервиан не стал скрывать:

— Очень, — тихо произнёс он.

Как я могла забыть, насколько его глаза притягательно красивы? Эти колдовские омуты фантастического цвета. От потопления меня спасло огромное красное солнце, высунувшее свой большой округлый край из-за горизонта и ослепившее меня. Я дёрнулась и прикрыла глаза рукой. Рассвет наступал так потрясающе медленно и в то же время резко.

— Я думаю, ты должна кое-что знать, — произнёс Сервиан, вставая на пути солнечных лучей, бьющих мне в лицо. — Я отправил послание отцу с отчётом о твоём успешном похищении. Так что в Империи Госсетов ты будешь считаться заложницей.

Когда смысл сказанного дошёл до меня я весело расхохоталась:

— А-ха-ха! Да ты похититель года! Говоришь, похитил меня?

— Неважно, что я говорю. Куда важнее, что об этом думает Император, — Сервиан оставался серьёзным: — В связи с этим ты можешь столкнуться с пренебрежением по отношению к себе. Если такое случится, дай мне знать, я заставлю их замолчать.

Моё веселье развеялось, как туман при первых лучах небесного светила. Всю свою жизнь я жила, как карта ляжет. Ничего не планируя. Сегодня могла хотеть одно, завтра другое. И не мучилась вопросом, куда меня заведёт жизнь. Двигалась вслед за своими желаниями, а встречающиеся на пути преграды лишь приятно бодрили. Но сейчас прямо передо мной стоял человек, совершенно противоположного склада характера. Человек, у которого карты ложились так, как он их клал.

«Ну, ничего, — шепнул внутренний голос: — Остаётся научить его класть их, как мы скажем».

— Земля! — раздался крик где-то над нашими головами.

— Иди в каюту, — велел Сервиан: — Мы скоро прибудем.

С трудом дождалась момента, когда можно будет спуститься с корабля. Сервиан считал ниже своего достоинства позволить людям лицезреть будущую жену в столь плачевных одеждах, даже если она в статусе пленницы. А я не собиралась признаваться в истинных причинах скудного гардероба и в том, что одна из сумок набита жемчугом с того самого платья. Да и знать ему об этом необязательно. В жизни всякое бывает.

Наряды Империи разительно отличались от тех, что носили в Тианском королевстве, также как и город. Длина платьев была не ниже середины голени. И это не могло не радовать. Мне больше не придётся без конца запинаться. Мне доставили их три. Я выбрала жёлтое. А ещё к наряду полагалась премилая деталь — корсет-портупея. И одевалась она не под, а на платье. Немного жаль, что в капитанской каюте не имелось зеркала полюбоваться собой. С волосами решила сильно не заморачиваться и просто распустила их по плечам, как у виденных мной на пристани женщин, что встречали мужчин.

Спускаясь по трапу, было тяжело не заметить карету размером с микроавтобус, запряжённую четвёркой гнедых лошадей. Я как никогда ощутила себя самой настоящей принцессой. Стоило предположить, что Сервиан подумает о моём комфорте. По пути я без конца глазела в незастеклённое окно кареты, слегка отодвинув штору. Мы катили по мощёным камнем улицам, громыхая огромными колёсами мимо аккуратных домиков с черепичными крышами, сдвоенными шпилями, с украшенными лепниной эркерами в контрастном переплетении фахверков. Они немного напоминали немецкие дома времён средневековья.

— Это Сорст — главный торговый город Империи, — подал голос Сервиан, отвлекая меня от созерцания городских улиц. — Тебе действительно так нравится?

— Что значит «действительно»? Город просто великолепен! Ты проведёшь для меня экскурсию?

— Экс…что?

— О! У вас, наверное, не используют это слово. Ничего такого, просто прогулка по городу. В Тианском королевстве такое редкость поэтому и придумали такое экстравагантное слово.

«Что я несу?! Сказала незнакомое слово. Ну и что?» — взяв себя в руки, быстро перевела тему:

— А люди очень рады вашему возвращению. Мне даже чуть неудобно, что из-за меня тебе приходиться ехать внутри.

— Иначе бы меня закидали розами, — добавил он без улыбки, но я весело рассмеялась.

С чего это вдруг моя душонка задрожала от страха? Мне оставалось только гадать заметил ли Сервиан, как я испугалась. Да разве нормальному человеку придёт в голову подозревать, что я не принцесса Кло́дель? А человеку из книги? Но пурпурноглазый красавчик ни на йоту не кажется ненастоящим. И всё вокруг пышет реальностью.

— У тебя странная привычка, — заметил Сервиан. — Замирать и смотреть в одну точку, а секунду назад ты смеялась.

Я захлопала глазами, осознав, что всё это время откровенно пялилась на него.

— Я задумалась.

— И о чём же можно узнать?

Благо я всегда хорошо соображала. А в экстренных ситуациях особенно:

— Мне кажется, для убедительного подтверждения моего статуса пленницы не стоит селить меня в гостевых комнатах. Я расспрашивала Эрлонда, и он рассказал о старой резиденции за новым дворцом. Как насчёт подарить её мне? Кхм… ну, или предоставить, пока я не твоя жена. Разве в глазах Императора это будет не более уместным?

Эрлонд вовсе не рассказывал мне об этом. Нужно было выкрутиться, и я вспомнила тот момент, когда Сервиан вернул Кло́дель с улиц, на которые и выкинул за рождение негодного сына. Именно тогда он поселил принцессу в той резиденции, запретив покидать и показываться на глаза собственным детям. Он запретил не только общаться, но даже смотреть на них. Неописуемая жестокость. В дальнейшем именно это и свело Кло́дель с ума.

— У тебя, как всегда, имеется дельное предложение. Нет смысла дарить то, что после свадьбы и так станет твоим. Но дом не подготовлен. Он долгое время стоял заброшенным.

— Ничего страшного! — порывисто воскликнула я. Даже слишком порывисто, на мой взгляд. — Это не проблема. Я ведь принцесса, которую ты захватил!

— Тебя это словно забавляет, — вздохнул Сервиан. — Поступай так, как считаешь нужным. Живи, где захочешь. Я дам слугам распоряжение помочь тебе. Я буду занят ближайшие несколько дней. Разберусь с накопившимися делами. Если передумаешь жить там, скажи мне.

Он идеальный. Но… С настоящей принцессой он был столь же любезен и учтив до поры до времени.

«Я не она. Я не она — как мантру повторяла про себя, убеждая. — У меня ещё полно времени»

— Сервиан, — впервые позвала его по имени. — Я ещё кое о чём подумала. Мне очень нравится, что мы перешли на ты. Когда мы одни зови меня, пожалуйста, Кло.

— Когда мы наедине можешь звать меня, как угодно, Кло, — с лёгкостью согласился он. — Но при других лучше не отказываться от Вашего Высочества. Не стоит забывать о статусах.

Было такое ощущение будто меня слегка попрекнули за невоспитанность, напомнив о том, кто я.

— Хорошо, Сервиан, — улыбнулась я.

Странно, когда-то его имя казалось до ужаса смешным, а теперь мне так нравилось произносить его. Я снова уставилась в окно на приветствующих нас граждан империи. Весь оставшийся путь чувствовала на себе пристальный взгляд главнокомандующего этих самых граждан. Я даже взглянула проверить. И это оказалось действительно так. Он смотрел прямо, не таясь. Чертовски жаль, что по его выражению лица ничего не понять. Но я отчего-то смутилась. Меня бросило в жар, а сердце застучало так, что заглушило взволнованный крики снаружи. Я резко отвернулась. Я знала, что со мной. Такое уже случалось. Я окончательно и бесповоротно очарована Сервианом Госсетом. Мне отчаянно хотелось ему нравится.

«Это самообман и самовнушение» — сказала я себе мысленно. Люди не влюбляются столь быстро. Для любви нужна обоснованная причина, а не наличие красивых глаз, так ведь? А я что? Растаяла из-за парочки добрых слов и капли внимания?!

Основной дворец оказался необыкновенно огромным. Он, бесспорно, попадал в мои чарты самых потрясающих. Это не просто дворец! Это целые квартал, отстроенный одним зданием! Архитектура ренессанса поражала воображение. Здесь есть и небольшие приземистые пристройки, и изящные высокие башенки, и широкие, но элегантные флигели. Карета прокатила мимо распахнутых позолоченных ворот к центральному входу с каменной лестницей в виде подковы и остановилась.

— Это просто нечто! — восхищённо выдохнула я.

— Так и было задумано моим отцом. Производить впечатление на королей.

— И у него это прекрасно получилось.

— Ты уверена, что хочешь поселиться в старой резиденции? — уточнил Сервиан.

Я кивнула. Ещё бы! Мне ничего не стоит затеряться в таких просторах. Сервиан открыл дверцу и вышел.

— Баренд, сопроводите Её Высочество принцессу Кло́дель в старую резиденцию. Оставайтесь при ней пока я не дам других указаний.

Он сделал шаг назад и махнул рукой. Карета дёрнулась. Я порывисто кинулась к окну и высунувшись крикнула:

— Сервиан! Приходи, когда освободишься.

Я смотрела на удаляющегося от меня Сервиана с запозданием понимая, что забыла о Вашем Высочестве. Чёрт!

Старая резиденция находилась на задворках дворца, как бы позади и на отдалении от огромного квартала. Сразу за ней начиналось редкое разнолесье, переходящее в густой лес, а подъезд зарос высокими кустарными розами и плющом. Через них с трудом, но можно было разглядеть большой трехэтажный дом, викторианской эпохи.

«Стоило предположить, что размеры окажутся не маленькими» — подумала я.

— Ваше Высочество! — ко мне кинулась Адель. От её измученного и измождённого вида слёзы наворачивались на глаза. — Как вы справились с путешествием без меня?

Будь я настоящей госпожой, то безмерно бы возрадовалась наличию столь верной служанки, ставящей мои интересы превыше своих. Но я была той, кем была:

— Не беспокойся обо мне. Лучше скажи, тебе уже полегчало?

— Я больше никогда не взойду ни на один корабль! Я думала, что умру, — горестно произнесла Адель и снова переключилась на меня: — Из-за моей болезни вам пришлось провести весь путь наедине с Его Высочеством. С вами всё хорошо? — понизив голос поинтересовалась она.

— Не заморачивайся такими мелочами. Он мой будущий муж, — я взяла её под руку и потянула через заросший розами проход, ведущий к дому. — Его Высочество Сервиан Госсет был столь любезен и подарил мне целый дом.

— Но он заброшен! — воскликнула Адель.

«Интересно, как она поняла это с первого взгляда?» — подумала я, одновременно с этим осознавая, насколько ошиблась в размерах «подарка».

Да. Нынешнему дворцу Императора резиденция и в подмётки не годилась, но для «просто дома», какой я нарисовала в своём воображении, была крайне внушительной. Я насчитала десять окон на втором этаже, предполагая, что это не всё, учитывая, что строений с одной стороны имело полукруглую форму. Окна первого были скрыты за буйствовавшими кустами роз, а стены оплетены плющом. Я обернулась. За нами следовали Флориан и некогда личная охрана Сервиана, состоящая из четверых гвардейцев. Выхватив взглядом знакомое лицо, я велела:

— Бранд, разыщи садовника. Розы перед домом необходимо подстричь.

Мужчина немного замялся. На долю секунды я задумалась. О наличие большого штата садовников надоумили виденные мной красиво постриженные фигурные растения в парках на территории дворца Императора… Меня осенило! Бранд сомневался, выполнять ли моё распоряжение.

— Ты же не заставишь меня беспокоить по таким мелочам Его Высочество?

Мой расчёт оказался верным. Мужчина кивнул. Я еле сдержала радостную улыбку. Мне начинало нравится командовать людьми.

— А теперь давайте выберем себе комнаты, — радостно объявила я. — Чур мои вот эти с балконом.

Внутри было темно. В нос ударил запах затхлого застоявшегося воздуха. Дому экстренно требовалась как минимум влажная уборка. Вся мебель была накрыта белыми простынями. На моём затылки зашевелились волоски. Убранство походило на кадры из фильмов ужасов. Именно тех, где люди заезжают в старый дом и вскоре сталкиваются с потусторонними явлениями. Я покосилась на Адель, которая в это время причитала об объёмах предстоящей работы, и её совсем не беспокоили страхи, одолевавшие меня. Наверное, меня поймут только люди XXI века — такие же жертвы современного кинематографа. Эрлонд разыскал несколько кованных ламп со свечами внутри, но они только усугубляли атмосферу ужаса.

По итогу обхода мы обнаружили просторную кухню с печью и открытым очагом, большую, но пустую кладовую, столовую, гостиный зал, кабинет, больше похожий на библиотеку. Для интереса я заглянула в одну из книг и узрела очередную абракадабру. Также на первом этаже находилось не менее десяти спаленок для слуг, как пояснила Адель. На втором этаже было повеселее. Розовые кусты не загораживали окна, и свет здесь беспрепятственно проникал внутрь. Большой балкон, находящийся прямо над входом, что так понравился мне, действительно принадлежал комнате, состоящей из целых трёх: будуара, спальни в уютных жёлто-зеленых цветах и ванной. С самой настоящей ванной на изогнутых ножках! Здесь же была печь. Воду, видимо, просто нагревали, заодно и отапливая довольно просторное помещение. Остальные комнаты на этажах также были спальнями, и в каждой стояла кровать с балдахином — отличительной чертой Империи Госсетов. Третий этаж, когда используемые для гостей ныне напоминал свалку, куда закинули всю ненужную мебель и всё прочее. Имелся ещё и чердак, но его мы решили оставить до лучших времён.

Адель, к моему сожалению, выбрала одну из комнат для слуг на первом этаже. И никакие мои уговоры занять соседнюю с понравившейся мне на втором на неё действовали. А когда я выказала желание поселиться по соседству с ней, она едва ли не с ужасом закричала:

— Ваша Высочество, я ни за что не позволю такому случиться! В конце концов, что скажут люди.

Отчего-то я пристыженно опустила голову. Совсем позабыла, какую роль играю в этом мире. Не признаваться же, что боюсь спать одна…

А вот удержать меня в стороне от уборки Адель было не по силам. Мы развели жар и пар на кухне, и работа закипела. Гвардейцам пришлось скинуть камзолы и отложить мечи, мешающие таскать вёдра с водой от водокачки. Всем им я также предложила выбрать комнаты, раз уж они представлены к моему дому.

— Нам положено жить в казармах, — привычно выказал недовольство Бранд.

— Только на первом этаже, — поспешно добавила Адель.

— Я поговорю с Его Высочеством. Не думаю, что он будет против, — широко улыбнулась я. — Ведь благодаря этому вы ещё лучше будете меня охранять.

Командовать людьми от имени Его Высочества сказочно легко! Вскоре я отправила Бранда за телегой, чтобы отвести вещи на прачечную. Пока мы собирали и сворачивали простыни с мебели, стягивали покрывала с кроватей, снимали тяжёлые шторы, завязывая в объёмные узлы.

Позже, когда я мыла пол в одной из комнат на втором этаже, стоя на четвереньках, мою голову посетила мысль об универсальном средстве из моего мира, известное ещё со времён Египта, которое использовали в кулинарии, отбеливании, применяли в медицине от кашля, ожогов и изжоги, что уничтожало запахи и микробы. Бесконечная пачка соды была в каждом доме. Порой казалось, сами дома строили вокруг этих бело-желто-оранжевых коробок.

«А это неплохая идея для бизнеса, — заключила я. — Надо заняться этим вопросом сразу, как разгребусь здесь».

Я помнила, как и из чего изготавливают соду. Необходимо разузнать, имеются ли в империи залежи известняка, и создать что-то наподобие лаборатории. Возможно, в книгах Яны Алмазной не было медицины, зато вовсю процветала алхимия. И настоящая Кло́дель была знакома с одним из алхимиков, что помогал ей во времена её обездоленной жизни. Беда, что я никак не могла вспомнить его имя.

К полудню выбранные нами комнаты были более-менее подготовлены, а резиденция хорошо проветрена. В это время вернулся Бранд с телегой, гружёной сундуками со свежим бельём и забитой доверху продуктами. Мы радостно разбирали её, словно получили подарки на внезапный день рождение. А затем организовали стихийный обед прямо на кухне. Через распахнутые окна, не затянутые теперь зарослями, беспрепятственно проникал солнечный свет, превращая её в приятное для нахождения место. Этому нельзя было не возрадоваться. Дом лишался своей пугающей атмосферы. Узнав имя садовника, я вывалилась в окно и во всё горло закричала:

— Сэр Гирит! Сэр Гирит! — увидав торопившегося на зов немолодого мужчину я добавила: — Идёмте обедать.

— Ваше Высочество, так не положено, — тут же заволновалась Адель. — Вы же не будете обедать с нами?

Бедная, она так переживала о том, что её госпожа желает работать наравне с остальными. А тут ещё такое! Я едва не захихикала.

— Адель, давай, сегодня будет день, в который на всё будет положено, — весело заметила я. — Мы в другой стране, и наши странности никто не осудит. Так ведь? — я повернулась к гвардейцам, что тут же подтвердили мои слова.

Думаю, другого они ответить и не могли. Хотя в глазах Бранда явно читалась солидарность с моей служанкой в этом вопросе. Но вскоре все об этом позабыли, уплетая за обе щеки. Сама Адель, оголодавшая за время плаванье, ела за троих. К моему удивлению, выяснилось, что готовить кроме меня из сидящих за столом никто толком не умеет.

«Интересно чем они собирались потчевать меня, если бы прогнали из-за стола?» — критически подумала я, но сочла необходимым промолчать, надеясь, что Адель не обратит внимания на очередную странность своей госпожи.

По итогу было принято решение, что к завтра следует нанять кухарку и несколько служанок в помощь по дому потому, что гвардейцы Его Величества не горничные. Бранд всё-таки решился возразить, используя мой же метод. Сэра Гирита тоже было решено оставить при резиденции. Садовник выглядел, как польщённый мальчишка, краснел и смущался за «оказанную ему честь разделить трапезу вместе с Её Высочеством», то есть со мной. Он сам так и сказал.

«Да. Управлять людьми здесь очень легко» — в который раз подумала я.

Мы трудились до самого заката. И раз мне предстояло ночевать одной на втором этаже, я настояла зажечь свечу в каждом фонаре коридора. Чем чёрт не шутит, вдруг мне придётся в ужасе бежать вниз за спасением.

В моей комнате весело полыхал камин, разгоняя остатки сырости. Я глубоко вдохнула. Комната благоухала розовым маслом, подаренным мне сэром Гиритом и которым теперь была натёрта вся мебель. В окончании дня я завалилась в кресле на балконе, закинув уставшие ноги на пуфик и прихватив с собой бутылочку вина и тарелку сыра. Винный погреб, набитый бутылями и бочками с алкоголем, крайне порадовал, и я достойно вознаградила каждого за труды.

Играя в сомелье, я медленно потягивала вино. Оно было сладким с лёгкой освежающей кислинкой, едва улавливаемой кончиком языка.

«Хотя кого я обматываю? — усмехнулась я. — Я ни черта не понимала в винах».

Достаточно и того, что вино походило на вино и было вкусным, а не солёным, как в Тианском королевстве. Балкон открывал вид на огромный дворец Императора, в окнах которого мерцали огни. Даже если я попала в книгу, окружающий мир был не менее реальным, чем мой настоящий. Днём я запнулась о столик и разбила коленку. И боль была реальна, а кровь красна. Те же законы физики, химии…

«А вот у луны не было лица» — отметила я, разглядывая выползающий на небосвод белый круг.

Под защитой Сервиана Госсета можно прожить чудесную жизнь сказочной принцессы. Честно сказать, мне очень нравилось здесь. Мне нравилось абсолютно всё! Наличие слуг, готовых выполнить любое моё поручение. Огромный дом, находившийся в полном моём распоряжении. И мой принц тоже нравился…

— Неужели ты уже освободился? — не оборачиваясь поинтересовалась я.

— Ты удивляешь меня, Кло, — донеслось сзади. — Я как мог скрывал своё присутствие, но это не помогло.

— Я просто предположила, заметив движение тени, — пояснила я. — Все, кто находится в доме обязательно, постучались бы и сообщили о своём присутствии. Посторонних быть тут не может. Я наблюдала патрули стражи. А чуть раньше, вон там, — я указала рукой на тропинку в далеке: — Мне показалось, я видела человека, похожего на тебя. Всё сложилось в моей голове как дважды два, — я улыбнулась, обернувшись к нему: — Присоединишься ко мне? — и покачала слегка бокалом.

— С удовольствием, — ответил он, опускаясь в соседнее кресло за столиком. — Ты неплохо потрудилась. Дом не узнать.

— Это благодаря всем. Одной было бы тяжело. Бранд жаловался тебе, что я превратила его в прислугу?

— Немного, — усмехнулся Сервиан, и я догадалась, что его «немного» немного преуменьшено: — О чём думала до моего появления?

«До чего его интересуют мои мысли» — промелькнула в голове, уже не первый раз спрашивает именно о них.

— О том, что мне очень нравится Империя Госсетов, — призналась я.

— Знаешь, никак не могу понять, почему ты приняла такое решение. Наше государство молодо и не так богато, как может показаться. За руку старшей дочери короля Туллия многие королевства были бы готовы биться не на жизнь, а на смерть.

Я не могла сказать правды, а значит, нужна достоверная ложь.

— В твоём вопросе и есть ответ. Во всех этих битвах нет пункта спросить моё мнение. Просто смирись, что я выбрала тебя. Неужели мне нужно это говорить вслух? Мне понравился ты, — горячо произнесла я и для убедительности взглянула на Сервиана.

Последнее сказанное мной было чистой правдой. И отчего я современная девушка не из этого мира взволновалась, явственно чувствуя, как мои щеки краснеют и ничего не могу с этим поделать. Наверное, всему виной вино.

— Боюсь, ты разочаруешься, — тихо заметил Сервиан. — Вряд ли в нашей стране есть что-то достойное принцессы.

— Какие глупости! Ты сам говорил на корабле, другие королевства не признают Империю Госсетов. Так для начала признай сам, что достоин принцессы! Я видела, как тебя обожает твой народ. Люди здесь добрые. Рыцари — настоящие рыцари, надёжные и терпеливые. Знаешь ли, В Тианском королевстве к женщинам относятся как к вещи. Она должна делать лишь то, что велит мужчина. Ах да! При этом она не должна забыть родить, иначе какая она женщина. Меня такое точно не устраивает. Поэтому я решила взять всё в свои руки. Я предпочитаю сама решать, как мне жить!

Я резко замолчала. Сервиан впервые открыто улыбнулся. И этот взгляд. Боже, этот взгляд! Он словно бы восхищён мной.

— Я никогда не встречал таких, как ты, — произнес Сервиан. — Ты такая открытая. И уж точно ни одна принцесса не будет собственноручно наводить порядок.

— Я…ну… это же мой дом, — пробормотала я.

«Это фиаско! Он верно говорит. Я веду себя совсем никак принцесса. Надо было слушать Адель, — в панике метались мысли в моей голове: — А если он решит, что ему не нужна такая…»

Поток моих мыслей прервал Сервиан, неожиданно прикоснувшись к руке:

— Кло, ты свободна делать всё, что пожелаешь, — произнёс он, глядя прямо в глаза: — Я клянусь быть твоей поддержкой и опорой в любых начинаниях. И я убью любого, кто посмеет тебе мешать.

Сердце. Боже, что с моим сердцем? Мне кажется, оно сейчас выпрыгнет из груди…

— Бал в мою честь?! — я подавилась вином и закашлялась. — Я же… я же пленница.

— Это всего лишь формальность. Мне нужно представить свою невесту обществу. Многим не терпится познакомиться с принцессой Тианской, — заметил Сервиан. — Завтра я пришлю портних. Тебе необходимо расширить гардероб, чтобы наряды не повторялись. Сегодня я также набросал список гостей на свадьбу, что состоится через три месяца. Хотелось бы узнать твоё мнение на этот счёт.

Точно! Свадьба. И как я умудрилась об этом забыть? Внезапно я подумала ещё об одной вещи. Принцесса Кло́дель скорее всего девственница? Я не уверена до конца, но что-то мне подсказывает по-другому и быть не может. В прошлой жизни я лишилась оной совершенно глупым методом. Я так боялась боли, что не придумала ничего лучшего, чем напиться. В воспоминаниях остались лишь разрозненные смутные картинки и со смехом рассказанная история самого парня о том, что, когда всё закончилось, я попросила его выйти и закрыть дверь с той стороны. А ведь того парня помнится я думала любила.

«Значит, нам придется…» — недодумав мысль я посмотрела на Сервиана.

Боже, храни моё воображение! И как только успевает? Горячие сцены столь стремительно замелькали в моей голове, да так, что меня бросило в жар. Дыхание сбилось. Я явственно ощутила, что краснею и вовсе не от смущения. Что тут скажешь, я обладательница здорового тела и это нормально, но…всё же. Пылать страстью вот прям сейчас неуместно.

«Это всё вино ударило в голову». — заключила я, отставив бокал, и хриплым голосом спросила:

— Когда бал? — стараясь смотреть куда угодно лишь бы отвлечься.

— В конце недели.

— Что?! — я снова уставилась на Сервиана, но новость быстро привела в чувство. — А какой сегодня день?

— Понедельник.

— И портнихи успеют сшить платье?

— Конечно.

— А на балу нужно танцевать?

— Танцы являются частью программы… — начал он. — Только не говори, что не умеешь танцевать.

Чёртов догада! Не успела выкрутиться.

— Я позанимаюсь с тобой, — решительно заявил он. — Достаточно станцевать только со мной. Остальным можно и отказать. Понимаю тебя, сам не люблю все эти вальсы. Пустая трата времени.

Я решила промолчать. Раз уж Сервиан всё решил и придумал мне отговорку, то пусть будет так.

Следующим днём спозаранку старую резиденцию посетила главная портниха императорского двора в сопровождении двух помощниц. С безапелляционной уверенностью она заявила, что в самое ближайшее время мне потребуется не менее десяти платьев таких и эдаких фасонов для тех или иных мероприятий. Называла какие-то ткани, нити, пошивы. Проще было согласиться, чем разбираться, о чём она вообще говорит. Единственное, на чём я настояла, что платье для первого бала должно быть цветом в тон парадного камзола Сервиана Госсета.

За ними пожаловал Киллиган Дуат с обещанным списком гостей на свадьбу. Он был правой рукой Сервиана и вторым человеком в городе. Пока я изучала список с ничего не говорящими мне именами, изображая задумчивый вид, сэр Киллиган пристально рассматривал меня.

— Вам настолько не терпелось посмотреть на меня? — не выдержала я.

— Ещё бы! — ничуть не смутился он. Как и у большинства Госсетов у него были тёмные волосы и пронзительно-синие глаза. — Кому бы неинтересно посмотреть на ту, что произвела неизгладимое впечатление на наследника Империи?

— Вы явно преувеличиваете.

— Вам мало известно о Сервиане Госсете.

— Что например?

— Как насчёт того, что до встречи с вами его не особо заботили женщины. В определённом смысле интересовали, конечно, — криво ухмыльнулся Киллиган: — но не так, чтобы считаться с их мнением по каким-либо вопросам. Вы знаете, что гвардейцы представлены к вам не только для охраны, но и обязаны докладывать лично ему о том, чем вы заняты?

— Ну, об этом я догадывалась, — усмехнулась я.

— А что, если принцесса Тианского королевства, славящегося своим ханжеством, не умеет вальсировать? И Его Высочество намерен сохранить сие обстоятельство в тайне. Поэтому сам готов обучить дамочку, а мне придётся аккомпанировать.

— Что?

— Он вам не сказал? Занятия всю неделю в четыре. Я пришлю за вами карету. Сервиан Госсет крайне занятой, но посчитал важным выделить время на вас. Понимаете?

Несмотря на довольно нагловатое поведение, он странным образом не вызывал раздражение.

— А вы человек не военный? — в свою очередь поинтересовалась я.

— Верное замечание. Я ещё в детстве повредил колено и если желаю оставаться человеком ходячим, то мне следует избегать чрезмерных нагрузок, — он отряхнул невидимые пылинки с песочного цвета камзола.

— Значит, вы знакомы с Сервианом с детства?

Я просто предположила, кто может позволить столь вольный разговор с будущей Императрицей, и оказалась права.

— Кажется, я начинаю догадываться, что так пришлось по душе Сервиану в вас, — заметил он.

— И что же это?

— Бесспорно ваша красота! — этот наглец и не думал отвечать, сменив тему: — Что насчет списков? Желаете что-нибудь подправить? Кого-то вычеркнуть, добавить?

Я отрицательно покачала головой. Я, конечно, красавица в любом воплощении, но сэр Киллиган, судя по всему, был ярким представителем двусмысленных интриганов, коими полнились все королевские дворы во всех мирах. Он пришёл, преследуя собственные цели, о которых не собирался докладывать.

— Сэр Киллиган, — я максимально дружелюбно улыбнулась: — Думаю, нам стоит с вами подружиться. Мы оба не будем посторонними людьми Его Высочеству.

— Нам не обязательно дружить. Единственное, что от вас требуется не вредить Сервиану, — вот так просто по имени. — Я пойду. Оставляю вам кухарку и горничных, что прибыли со мной.

К такому меня жизнь не готовила. Я не нравилась Киллигану, потому что понравилась Сервиану? Какое ему вообще дело? И что именно значит фраза «не вредить Сервиану»? Настроение испортилось. Я отправила Адель встретить вновь прибывшую прислугу, а сама удалилась к себе. Но не прошло и десяти минут, как в комнату влетела моя служанка:

— Это просто ужасно! — практически прокричала она.

И честно сказать, перепугала меня насмерть.

— Что случилось?

— Ваше… Кло! Вы просто не представляете.

— Нет, конечно! Я только надеюсь, ты мне скажешь, — в душе я уже начинала беспокоиться, а не умер ли кто часом.

— Новая прислуга набрана с улиц, — на одном дыхании выдала Адель.

— В смысле? — я, не понимая, захлопала глазами.

— Я беседовала с одной из горничных. Она заявила, что будь её семья жива, то очень бы гордилась чего смогла добиться простая девушка из трущоб, — она понизила голос и добавила с придыханием: — Трущобы — это место, где нет законов, культуры и воспитания.

«Кажется, именно там и нашла убежище когда-то Кло́дель… — подумала я. — Возможно, трущобы давали приют тем, кому некуда больше пойти»

С трудом верилось, что такая мелочь могла привести всегда сдержанную Адель в состояние некого праведного гнева.

— А разве в Тианском королевстве не так? Людей не нанимают?

— Вы что? Членам королевской семье имеют права прислуживать только родственники.

Вот тут я поражённо уставилась на Адель:

— Мы с тобой родня?!

Девушка ответила мне равноценным взглядом. Что тут скажешь, мы умели удивлять друг друга.

— Ваше…Кло, наши матери были кузинами.

С ума сойти! Это получается мы с Адель троюродные сёстры. Вот это новость! Я и подумать не могла. А затем она добавила ещё кое-что, объясняющее такую преданность принцессе:

— Моя мать прислуживала вашей матушке. Они погибли вместе в тот злополучный день, когда карета свалилась с утёса. Вам тогда было лет пять, мне — двенадцать.

В остальном все дни до бала прошли от встречи к встрече с Сервианом на уроках танцев. И тут не будет рассказов, о том какая я жуткая танцовщица, которая, вальсируя, отоптала все ноги главнокомандующему Империи. Сервиан был хорошим учителем. Он объяснил мне шаги, а потом велел просто прислушиваться к его движениям и следовать за ним. Мне очень понравилось вальсировать. Когда мужчина ведёт в танце — это сродни волшебству. И то ли я была слишком чувствительной, то ли Сервиан настолько хорош в танцах, но я улавливала малейшие его движения и быстро подстраивалась. Мы кружили по зале, словно одно целое, ни разу не сбиваясь с шага.

От столь близкого соприкосновения тел мою голову вновь посещали совсем неуместные картинки, отчего я чувствовала себя ужасно развратной современной женщиной. Мои щеки начинали гореть, дыхание сбивалось, но и тогда Сервиан объявлял, что необходима передышка, во время которой мы болтали на отвлечённые темы. Иногда к нашему разговору присоединялся и сэр Киллиган. Я очень надеялась, что оба мужчины не догадываются об истиных причинах моей «усталости».

— Чего я не понимаю, — произнесла я во время одной из таких бесед. — Как можно угадать, сколько сейчас время? Я полагалась на Адель. Не знаю, как она это делает, по солнцу, что ли, но и её внутренние часы не точны. Их разбег разнится где-то в пределах часа. Допустим, сегодня я прождала прибытие кареты около того. Как можно жить вообще без часов?

Вместо ответа Сервиан расстегнул камзол и, проделав некую манипуляцию, протянул мне часы на цепочке.

— Пусть будет моим подарком к помолвке, — сделав меня одним из счастливейших людей в мире.

В целом ко дню Х я была готова. Платье из тысячи и одной нижней юбки из тонкого фатина, было сказочно лёгким и пышным. Я с упоением представила, как красиво будет кружиться юбка во время вальса. Фиолетовый оттенок прекрасно контрастировал с моими ныне рыжими волосами, усилиями Адель собранными в замысловатую прическу, а стараниями сэра Гирита — украшенную фиолетовыми розами. Я была яркой, броской и явно привлекала внимание. Я осталась крайне довольной произведённым на Сервиана впечатлением, что ожидал меня перед дверями бального зала, где собрались приглашённые гости.

— Прекрасно выглядишь, — произнес он, хотя, как мне виделось, просто не мог оторвать от меня взгляда. — Не ожидал увидеть тебя в цветах штандарта Империи.

— Так и задумано, мой господин, — игриво улыбнулась я.

Было время поэкспериментировать и создать что-то вроде теней, используя золу и помаду из лепестков роз. Макияж получился неброский, но я смогла сделать более выразительными брови, подчеркнуть цвет глаз, а губы необычайно алыми.

— Не хватает украшений, — заметил Сервиан.

Я провела рукой по шее к оголённым плечам:

— Увы чего нет, того нет.

— Виноват. Моё упущение, исправлюсь, — тут же отреагировал он.

— Думаю, неприятность эту мы переживём, — широко улыбаясь пошутила я.

Сервиан подал мне руку, и я вложила свою ладонь.

— Ты привлечешь ужасно много внимания.

— Это хорошо или плохо? — рассмеялась я, глядя в его сторону.

Он не ответил. Слуги уже распахнули большущие двойные двери, ведущие в бальный зал. Огромная комната с высокими потолками была заполнена людьми и залита светом тысячи свечей. При нашем появлении гомон стих, позволяя спокойной музыке, что играл оркестр, заполнить всё пространство.

— А здесь более оживлённо, чем я представляла себе, — ляпнула я, не выдержав напряжения множества глаз, изучающих меня.

— Всё по традициям королевских дворов, — отозвался Сервиан.

Затем он повернулся к гостям и громко объявил:

— Господа! Разрешите представить вам мою невесту принцессу Кло́дель Тианскую.

Я сделала шаг в сторону, продолжая держать Сервиана за руку, и склонилась в неглубоком реверансе, который оттачивала с Адель все предыдущие дни. Зал разразился аплодисментами. Странно, но, глядя на так горячо приветствующих меня людей, в их лицах не читалось особой радости. И совсем скоро мои опасения нашли подтверждение. К нам подошла группа мужчин, все как один в военных камзолах, которую возглавлял самый старший из них, годившийся Сервиану в отцы:

— Ваше Высочество, хорошо, что вы вернулись из поездки в добром здравии, — произнес он. У говорившего глаза имели схожий пурпурный оттенок с Сервианом. — Поправьте меня если я ошибаюсь, но разве её изначальной целью было заключение брака?

— Герцог Ширли, я тоже рад вас видеть, — ответил Сервиан. Судя по всему, титулы в империи раздают по такому же принципу, как и в королевствах, а это значит, что эти мужчины ближайшие родственники моего красавчика. — Но если бы вы изъявили желание отправиться со мной, то вам было бы известно, что иногда планы меняются. Точнее сказать, некоторые люди их меняют, — при этих словах я вспыхнула, вспомнив, как вломилась в его комнату.

Почему-то казалось, что это произошло безумно давно.

— Всё сложилось, как нельзя удачно, — продолжал Сервиан. — И Император со мной полностью согласен в этом вопросе. Я встретил женщину, которую намерен сделать своей женой и готов защищать любой ценой. Надеюсь, вы позаботитесь о ней, если меня не окажется рядом.

Мужчины склонили головы:

— Разумеется, Ваше Высочество.

— А теперь прошу нас извинить. Вечер только начался, и я должен представить Её Высочеству остальных гостей.

Я с запозданием сообразила, что нас-то он так и не познакомил. И, скорее всего, это было намеренным пренебрежением в их сторону.

— Мне кажется или это было грубовато? — шепнула я Сервиану, слегка нарушая приличия и наклоняясь в его сторону.

Он ответил мне также:

— Они должны понимать, что если рискнут навредить тебе, то им придётся отвечать не только передо мной, но и перед Императором.

— Эти мужчины не поддерживают тебя?

— Нет.

— И почему я думала, что самый опасный человек это ты, — я шокировано замерла, осознав, что произнесла это вслух, основываясь, что главным злодеем в книге Яны Алмазной был Сервиан Госсет.

— Хочешь сказать, что видишь во мне опасность?

Кричать от безысходности на балу неуместно, так ведь? Но именно это мне хотелось сделать прямо сейчас. Надо было выкручиваться и меня осенило:

— А ты не мог бы научить меня сражаться на мечах?

Я хотела изобразить напуганную опасностью леди, но в итоге произошло то, чего я никак не ожидала. Сервиан Госсет, удивлённо глянув на меня, рассмеялся. От души, громко. Я, как и все в зале, уставилась на смеющегося главнокомандующего, что словно бы начал светиться изнутри. У него блестели глаза от набежавших слёз, порозовели щёки, отчего стал ещё красивее.

— Ваше Высочество, ты чего смеёшься? — шёпотом поинтересовалась я, не понимая причин веселья, но лишь подняла вторую волну смеха.

Зато оглянувшись вокруг, поняла, что всё это время мы шептались между собой, находясь в кругу гостей. Неудобненько…

Насмеявшись, Сервиан продолжил представлять меня гостям, так и не ответив на мой вопрос. Ни на один из вопросов. А я, боясь, чтобы гости ненароком не подумали, что их главнокомандующий по моей вине лишился разума, больше не рисковала спрашивать ни об уроках на мечах, ни о причинах смеха. Гостей было так много, что их имена можно и не пытаться запоминать. Когда Сервиан дал отмашку на вальс я с облегчением выдохнула. Привычно кружа в объятиях самого красивого мужчины на этом балу я, наконец, могла расслабиться:

— Надеюсь, когда я стану твоей женой таких мероприятий будет как можно меньше.

— Согласен. Но не заскучаешь ли ты в дальнейшем.

— О! Не беспокойся я найду чем себя занять.

— Не сомневаюсь, — ухмыльнулся Сервиан.

— Послушай, тот герцог сказал, что изначальной целью не было заключение брака. Моё предположение верно: ты собирался напасть на королевство?

— Ну, почему? Я сделал попытку. Попросил твоей руки у короля Туллия, но он, как я и ожидал, отказал?

— Он разве не предлагал тебе завоевать Драконье королевство?

— Нет.

«Это что ж получается? Всё пошло не по книге?» — подумала я и едва не сбилась с шага.

— Прошу, Кло, не замирай, — моя оплошность не осталась не замеченной Сервианом.

«И правда, — решила я. — Подумаю об этом завтра».

Когда вальс окончился и нас наградили овациями, к нам подошёл молодой мужчина. Он был высок, выше Сервиана на полголовы, но слишком худ. Какая-то болезненная худоба. И в остальном они отличались как день и ночь. Тёмный и светлый. Смуглый и бледный.

— Разрешите поздравить вас с помолвкой. Я Берриан король Аркадии, — представился он.

«Если не учитывать измождённый вид, то король Аркадии на диво хорош собой. Ему впору играть какого-нить эльфа в кино», — подумала я.

И в отличие от меня, он просто мерцал драгоценными камнями в своём одеянии. Стоп! Королевство Аркадия. Почему-то мне кажется это знакомым?

— Какой внезапный визит, — ответил Сервиан. — Ваши поздравления приняты. Это предвестник светлого будущего между нашими странами. Позвольте представить вам мою невесту принцессу Кло́дель Тианскую.

Не знаю, уместно или нет, но я склонилась в реверансе:

— Для меня честь познакомиться с вами, Ваше Величество.

Совершенно внезапно король опустился передо мной на одно колено, как делают, предлагая руку и сердце:

— Вы прекрасны! — выдал он. — Взглянув на ваш прекрасный лик я как никогда понимаю, что проделал весь этот путь не зря. Я вами восхищаюсь. Но вы разрешите слушать ваш голос, вы разрешитее видеть вас… словом, вы дозволите восхищаться вами?

«Мамочки» — ахнула я где-то внутри себя.

— Да кто вам запретит, — ответила я, стараясь сдержать неуместный смех по поводу чрезмерной учтивости.

Я вспомнила! В одной из книг, что была у меня, и которую я дочитала до конца, принцесса Кло́дель вышла замуж за короля Аркадии. Королевство Аркадия окружено со всех сторон горами. Это страна шахтеров, учёных и алхимиков. Сам король Берриан оказался очень добрым и умным, но слаб здоровьем. Именно переживая за его судьбу, я не бросила чтение. Принцесса была с ним счастлива. Но через три года он умер от затяжной болезни, и королевство Аркадию подчинил себе Сервиан Госсет. На этом счастье её закончилось, как и жизнь…

«Черт возьми, почему всегда три года?» — подумала я и посмотрела на Сервиана.

Увиденное заставило приоткрыть рот от удивления. Если совсем недавно, когда Сервиан смеялся, он излучал внутренний свет, то сейчас его окутывал плотный мрак. Он смотрел на короля Аркадии так, будто готовился убить последнего на месте. Я снова перевела взгляд на преклонившего передо мной колено мужчину.

— Благодарю вас, — объявил король Берриан и взяв мою руку, слегка коснулся губами, но не отпустил, продолжая смотреть на меня словно любуясь.

— Ваше Величество, мне кажется, вы немного затянули с любезностями, — неуверенно пробормотала я.

Никакой реакции. Я посмотрела на Сервиана в поисках поддержки, но он не глядел в мою сторону, прожигая взглядом дыру в теле короля. Да что происходит?! Разве король Берриан сказал что-то важное? Можно подумать Сервиан Госсет меня ревнует…

Глупость же полная? Да?

Каким-то необъяснимым образом мне удалось выкрутится из сложившейся ситуации, но группа молодых девушек умудрилась меня оттеснить от короля и Сервиана и теперь просто атаковала вопросами о Тианском королевстве, о наследнике Империи, да и о моей персоне, в частности. Такое количество язвительных замечаний, прикрытых учтивой вежливостью, я не слышала никогда. Их добродушно-лживые улыбки не могли скрыть зависти, светившейся в глазах.

— Это, наверное, оскорбительно для принцессы быть пленницей? — задала нескромный вопрос очередная из них.

— Не вижу в этом ничего оскорбительного. Я здесь по своей воле.

— Неужели так бывает?

— По-всякому в жизни бывает, — я не стремилась быть милой. Авось в дальнейшем они поостерегутся лишний раз со мной разговаривать и будут держать своё ненужное мнение при себе.

К моему большому огорчению, я никак не могла высмотреть Сервиана, чтобы сбежать от них. Меня пробирала злость. Обещал защищать, а сам бросил одну. Пришлось прибегнуть к другим методам:

— Прошу меня извинить. Мне нужно в дамскую комнату, — объявила я.

Не знаю, существовала ли такая в действительности, но судя по тому, что мне никто не возразил, думаю, да. Продвигаясь к выходу время от времени натыкаясь на людей, желающих со мной пообщаться, я беспрестанно искала глазами Сервиана. Но ни его, ни короля Берриана видно не было. К счастью, я пересеклась с сэром Киллиганом.

— Ваше Высочество, — учтиво поклонился он, приложив руку к груди. — Чудесно выглядите.

— Да, я красавица, — немного нервно согласилась я, припомнив его слова. — Вы не видели Его Высочество?

— Он удалился с королем Аркадии в кабинет обсудить государственные дела.

— Ясно. А теперь прошу извинить. Мне кое-куда надо, — и не дожидаясь ответа устремилась к выходу.

Всё-таки я не ошиблась в своих предположениях. Поздравления короля Берриана с помолвкой — это только предлог. Он явно прибыл с другими целями. Возможно, ранее прочитанное заставляло меня переживать о судьбе Королевства Аркадия, но я обязана была узнать подробности. Всю неделю мы с Сервианом не только разучивали па, но и прогуливались по коридорам дворца. Так что, о каком именно кабинете идёт речь, я поняла сразу. Два стражника у входа подтверждали мою догадку. Как и следовало ожидать: им было запрещено беспокоить. Повторять прорыв прошлого глупо. Всегда есть что-то ещё…

Я проскользнула в соседнюю дверь от кабинета. Вряд ли стражникам прийдёт в голову то, что задумала я. В комнате похожей то ли на гостевую, то ли на чайную имелось необходимое мне — балкон по соседству с балконом кабинета. Их соединял тридцатисантиметровый архитектурный выступ.

«По нему вполне можно пройти» — подумала я.

Я перевесилась через перила, оценивая высоту и разросшиеся розовые кусты внизу.

«Насмерть не расшибусь» — заключила я и сняв балетки принялась взбираться на перила.

Очки ловкости с успехом снимали юбки, приходились быть максимально осторожной. В итоге всё оказалось не так страшно. Я не рискнула бы провернуть этот трюк на десятом этаже, но второй вполне можно осилить. Дольше собиралась с духом, чтобы переступить с широкого выступа на узкий перила, удерживая равновесие, и тихо спрыгнуть вниз. Успех!

Быстро подползти до половины застеклённой двери снова мешали юбки, но я справилась и прижалась к ней ухом.

— Значит, вы прибыли предупредить меня о готовящемся заговоре со стороны наших любимых соседей, — это был голос Сервиана, но в этот раз он был наполнен незнакомыми мне нотками превосходства: — И вы откажетесь выступать против нас, если я окажу вам поддержку, заключив союз? — спрашивал он, не ожидая ответа: — Боюсь, мне даже интересно посмотреть на такое представление. Да и моим людям не мешало бы отработать стратегию в реальных военных столкновениях. Честное слово, король Берриан, меня удивляет ваша глупость. Зачем вы приехали ко мне, не имея никакого плана? — он немного помолчал: — У вас же нет собственной армии, а то, что имеется не выдержит критики. Армия годная лишь выгнать загулявшего пропойцу из таверны. Многие поколения Госсеты были вашей военной силой именно за эти каменья, которыми вы украсили себя, как девица. Но эти времена прошли и канули в лето. До соседей, наконец, дошло насколько вы слабы? Я думаю, вы многие годы благополучно создавали видимость, что стоит свистнуть, и армия Госсетов прискачет вас защищать.

— Всё вовсе не так! — подал голос король Берриан. — Мы мирное государство.

— Глупец! Хочешь мира, готовься к войне.

— Мы не хотим войны.

— Хорошо быть добрым. Особенно, если за ваш мир умирают другие. Возможно, не так уж и плохо, если ваше смехотворное королевство с вашими уморительными критериями равенства перестанет существовать. В реальном мире ему всё равно нет места. Так уж заложено природой: сильный пожирает слабого.

— Прошу вас, — в голосе короле появились умоляющие интонации. — Я болен. Мне осталось не долго. Я готов на любые условия, чтобы обеспечить безопасность своего народа и наследника.

— Хм, мне кажется, живя в своём идеальном мирке, отгороженным скалами, ты не до конца оценил ситуацию, в которой оказался. Тебе просто нечего предложить мне. Мне проще завоевать вас, что сразу избавит от беспокойства соседние королевства. И Императору такое прийдёт по душе, — на этих словах дверь ведущая в кабинет, отодвинулась, и я завалилась внутрь.

Надо мной стоял Сервиан и его взгляд не обещал ничего хорошего.

— Это не то, что ты думаешь! — быстро оправдалась я. Лёжа спиной на полу.

Чёрт! Как вообще такой немаленький мужчина умудряется ходить тихо?! Я села и встретилась с удивленными голубыми глазами короля Берриана.

— Доброго вечера, господа, скучали? — пошутила я.

— Король Берриан, не могли бы вы оставить меня наедине с моей невестой?

— Да, конечно, — король поднялся и вышел, не споря.

— Отшлёпаешь меня? — поинтересовалась я.

— Звучит заманчиво.

— Смотри осторожнее, вдруг мне понравиться.

Сервиан усмехнулся и протянул руку, предлагая подняться:

— И что я должен подумать?

— Я не знаю, — честно призналась я. — Может, поможешь придумать. Мне просто стало интересно.

— Это бездумно прыгать с балкона на балкон, — заметил он, усаживаясь в кресло. — Я позволил тебе делать всё, что угодно, но только не подвергать себя опасности. В следующий раз попробуй постучать.

Он уставился на мои босые ноги.

— М-м-м…балетки остались там, — я неопределённо махнула рукой.

— Ты забавная.

Почему-то в моих ушах это прозвучало, как комплимент. Я точно странная.

— Почему ты не хочешь заключить союз с королевством Аркадия?

— Тебя волнует судьба короля Берриана?

— Он хороший человек.

— Слабак. Королевству Аркадия суждено быть захваченным. Вопрос только в том, кем.

— А что, если я придумаю, как выгодно использовать слабость короля для Империи?

— Я слышал, что два года назад король Аркадии просил твоей руки, но не предполагал, что вы близко знакомы.

— Он просил моей руки? — удивлённо переспросила я.

«Это что ж получается? У меня остался год?!»

— Я бы спросил тебя, о чем ты иногда так усиленно думаешь, что забываешь обо всём вокруг, но что-то мне подсказывает ты не скажешь, — произнёс он.

«Разве о таком скажешь? И как? Типа: Сервиан, ты просто персонаж из книги, а мир, который ты знаешь вымысел автора. Работа писателя и заключается в том, чтобы создавать правдоподобные миры и живых персонажей» — подумала я.

Мир получился прекрасным, опасным, но крайне интересным местом. В эти дни я с головой погрузилась в его изучение, не вспоминая ни о чем. Я хотела не просто вписаться в новый мир, а стать его частью, влиять на него. Я хотела помочь королю Берриану. Здесь каждое королевство было особенным, уникальным, со своими правилами и обычаями. Короли Аркадии пестовали практически утопические политические взгляды, но разве это делает их плохими, лишая права на существование? И Сервиан Госсет не был ужасным человеком, каким его описывала Яна Алмазная. Он был добр, по крайней мере, со мной. Честен. Он ни словом не солгал королю Берриану о своих планах. У него множество и других достоинств…

— Вот. Ты опять это делаешь, — заметил Сервиан.

— Я ни за что не наврежу тебе! — горячо ответила я.

Не знаю, зачем я это сказала. Почему-то показалось важным. Я стояла перед ним. Он сидел. И мы смотрели друг другу в глаза. Если Сервиан и мучился догадками о моих мыслях, то я не могла даже предположить о его размышлениях. Он держал эмоции под таким контролем, что не позволял дрогнуть ни одной мышце лица, не проскользнуть малейшему отголоску чувств в зеркалах его души…

— Ты уже виделась с мои младшим братом? — неожиданно спросил он.

— Нет.

— Постарайся не сильно привлекать его внимание.

— Почему?

— Он может навредить тебе.

— У вас с ним конфликт?

— Что-то типа того.

Я горела от желания узнать подробности, но Сервиан не спешил мне с этим помочь. Он лишь предложил привести мой потрепанный наряд в более-менее приличный вид, поправил прическу, сходил за балетками, и мы снова вернулись в бальный зал к гостям. Несложно догадаться о чём принялись перешёптываться местные курочки, глядя на моё слегка помятое платье. Глупо мне, современной женщине, чего-то смущаться.

«Завидуйте молча, дурехи» — подумала я.

И после пары бокалов вина была совсем не против воплотить их пересуды в жизнь.

«К сожалению, в этом мире я принцесса-девственница, которой с вином пора завязывать».

В резиденцию я вернулась далеко за полночь. Сервиан сопроводил меня в открытой карете до дома. В душе я гадала: поцелует, как на свиданиях или нет. Не поцеловал. Пожелал спокойной ночи. Я отругала слуг, которые бдели и ожидали меня в полусонном состоянии до самой ночи, попросив больше так не делать, и велела поскорее отправляться в кровати, чего желала и сама.

Едва я вошла в комнату и прикрыла за собой дверь, то тут же поражённо замерла. На диване напротив камина, растянувшись спал молодой мужчина. Из далека я его приняла за Сервиана, что меня и удивило. Но подойдя ближе, стало понятно — это не он. Мужчина был гораздо младше приблизительно возраста Кло́дель. И хоть он был высоким, его телосложение ещё не приобрело той мужской крупности и ширины, которая появляется у мужчины ближе к тридцати годам. А вот одет он был очень похоже на Сервиана. Я потрясла его за плечо и как только на меня уставились сонные, но до боли знакомые глаза пурпурного цвета, хмуро спросила:

— Ты кто такой?

— Прелесть, какая рыженькая! — воскликнул он. — Ты невеста-пленница моего брата?

Я проигнорировала его вопрос и уперев руки в боки, уставилась на него взглядом разъяренной учительницы. Он сел, пятерней взъерошил тёмные волосы:

— Представляться официально немного поздно, но… я Ванс Госсет.

— И что Ванс Госсет делает в моей комнате без разрешения? — строго спросила я, не выходя из роли.

— Я хочу помочь тебе. У меня есть возможность организовать твой побег.

Каким-то чудом моя челюсть не отпала от удивления.

— Принуждать женщин к браку обычная практика для Госсетов. Сервиан может заставить тебя стать его женой, но без доброй воли это не принесёт счастья ни тебе, ни твоим детям. Я могу сделать так, чтобы Сервиан никогда тебя не отыскал, — продолжил он.

— Ванс Госсет, значит, — покачала я головой: — Прежде чем заявляться ко мне с таким предложением, вам следовало получше узнать меня. Выяснить все обстоятельства, так сказать. Боюсь, вам неизвестно, что я тут по собственной воле, потому что добровольно сбежала с ним. И это именно я предложила Сервиану жениться на мне.

Немного жаль, что нас не снимала какая-нибудь скрытая камера. Выражение лица Ванса Госсета дорогого стоило. Ему никогда не сравниться в выдержке со своим братом. Он просто не мог скрыть обуревавшие его эмоции неверия моим словам.

— Ты ничего не знаешь о моем брате. Возможно, ты думаешь он добрый и заботливый, но это всё ложь! Он такой же жестокий, как и наш отец. Он просто использует тебя для расширения нашей территории влияния.

«Мой мальчик, — подумала я. — Если бы ты знал, как его описывала Яна Алмазная».

— Не сомневайтесь, всё самое ужасное я и так знаю, можно сказать, из первых уст.

Какое-то неясное чувство подсказывало мне, что стать жестоким Сервиана заставили жизненные обстоятельства. И если не дать этим обстоятельствам случиться, то Сервиан Госсет станет Императором, которого обожает свой народ и уважают королевства. Я уже избавила его от страданий и душевных травм, что последовали после затяжной войны с Драконьим королевством, в которой он потерял множество близких друзей-военачальников, тех, с кем дружил с детства. Я не помнила их имена. Но разве у плохих людей бывают друзья?

— Сервиан убил нашу мать! И предыдущую милую невесту Мириам. Это вы знаете?! — зло произнес Ванс, упираясь в сидушку дивана руками: — Вопрос времени, когда он избавиться от вас. А он непременно это сделает, если вы совершите что-то недозволительное на его взгляд. Я хочу спасти вас!

Эти подробности были мне неизвестны. Но я знала точно, что не готова сейчас обсуждать вопросы, касаемые Сервиана. Меня раздражали злые слова в сторону моего принца до такой степени, что хотелось стукнуть Ванса чем-то тяжёлым, чтобы он замолчал.

Я громко протопала к дверям и распахнула их:

— Ванс Госсет, попрошу с вещами на выход! — я указала рукой, подтверждая свои слова: — Не думаю, что вам дозволительно находиться наедине со мной. И если вы ещё раз без моего разрешения выкинете нечто подобное, я пожалуюсь Сервиану и потребую вас выпороть. Хотя нет. Лучше я сделаю это сама!

Он, поражённо глядя на меня проследовал мимо и обернулся:

— Не думал, что Сервиану нравятся такие женщины, как вы.

Не ответив, я громко захлопнула дверь прямо перед его носом, не особо беспокоясь, а не задела ли я его часом. Было такое ощущение, что мне трудно дышать, словно я задыхаюсь. Я скинула портупею, расшнуровала платье и без сил упала на диван, где недавно спал Ванс Госсет. Происходило ни что иное, как закручивание сюжета. Если всё предыдущее было вступлением… То теперь что? Завязка? Нет!

Я уставилась на полыхающие языки пламени. Мир слишком реален. Моя ушибленная коленка до сих пор ноет. Если я суну руку в огонь, то она будет болеть столько, сколько положено. Это что-то другое. Возможно, окружающие меня люди — это персонажи из книги, но они реальные. Такие же реальные, как и я. Мой приступ паники был связан с тем, что в книгах, Кло́дель Тианской суждено умереть. Так же, как королевству Аркадия суждено быть захваченным…

Стоп! Сервиан сказал, что король Туллий не предлагал ему захватить Драконье королевство в обмен на заключение брака. Это уже значит, что жизнь пошла не по книге. Что-то изменило сюжет. Велика вероятность его изменила я. А может, и та несъеденная мной устрица? Не знаю. Но сюжет можно изменить.

Я схватилась за голову. Нужно подумать, что мы имеем. Сэр Киллиган, которому я не нравлюсь. Раз. Король Берриан, что скончается из-за болезни через год. Два. Ванс Госсет не любящий брата. Три. Сервиан убил мать…

«А что, если я в новой книге?» — внезапно проскочила мысль.

Я оглянулась так, будто за мной кто-то мог наблюдать.

— Читатель, ты тут? — позвала я.

А в следующие мгновение уже устыдилась своей глупости. Не хватало устроить спиритический сеанс по вызову читателя! Надо быть более конструктивной. Я прошла к конторке, некоему предку всех письменных столов, за которой вполне удобно было писать стоя, взяла листок и перо. Может быть, я не умела читать и писать по-местному, но пользоваться своим родным языком я не разучилась. Мне нужен некий план действий. Я всё-таки надеялась, что у меня в запасе есть три года.

1. Предотвратить захват королевства Аркадия.

Я очень боялась, что, захватив одно королевство, Сервиан не остановится и пойдёт дальше. Бесконечные войны превратят его в бессердечного завоевателя, что убивает всех, включая женщин с младенцами.

2. Вылечить короля Берриана.

С одной стороны, довольно просто. Мне нужно изобрести пенициллин. С другой — для начала нужно хотя бы осмотреть короля. Я не доктор, но всё же разбираюсь в медицине чуть лучше бабки шептуньи.

3. Разыскать алхимика.

Я знаю, как сделать пенициллин, но понятия не имею, как проводить химические процессы.

4. Выяснить семейные отношения Госсетов.

Для начала стоит расспросить того же сэра Киллигина.

5. Узнать о том, как замешан Сервиан в смерти матери.

Не плохо бы организовать душевный разговор, но для этого необходимо доверие. Ещё бы выяснить об его отношении ко мне. Достойных идей в голову не приходило, но я отказывалась верить в то, что он просто использует меня. Я не могла так ошибиться. Я чувствовала…симпатию.

6. Кто такая Мириам?

Нужно ещё раз поговорить с Вансом Госсетом.

Отложив листок. Я довольно спокойно отправилась спать.

Не зря говорят: утро вечера мудренее. А уж полуденное солнце давным-давно развеяло туман вчерашних сомнений. Хорошо выспавшись, я была готова развернуть бурную деятельность по приведению плана в жизнь, но мой список куда-то запропастился. Плюнув на это, я решила заняться тем, что получалось лучше всего — импровизацией! Поэтому, вызвав своих верных помощников и, как недавно выяснилось, по совместительству родню, принялась выдавать указания.

По моему поручению Адель следовало раздобыть на императорской кухне плесневелого хлеба. Она привычно разволновалась, пытаясь возразить, что не только не знакома ни с одним работником с кухни Его Высочества, но даже не знает, где эта кухня находится. Я не сомневалась, что с поставленной задачей моя милая родственница справится на ура. И даже улыбнулась про себя, представив, как, выпустив скрытый снобизм и высокомерие, она с лёгкостью заставит исполнять «безродную» прислугу распоряжения будущей Императрицы. А ведь так сразу и не скажешь, взглянув на скромную Адель…

Флориану велела разузнать под любым удобным предлогом об алхимике из трущоб у новой служанки.

— Кло! Вы собираетесь отправиться в трущобы?! — с ужасом воскликнула Адель.

— Не прям сейчас. Ближе к вечеру, если получится выяснить, где обитает алхимик. Так что Флориан подготовь для меня что-то подходящее из своей одежды, — парень вспыхнул, видимо, припомнив наш прошлый поход, но кивнул.

— Вы хоть представляете насколько это опасно? — не унималась Адель. — Это не просто может навредить репутации. Это опасно для жизни!

— Флориан, постарайся, чтобы мы не выглядели дорого-богато.

Парень кивнул.

— И это всё, что вы скажете? — возмутилась Адель.

«Вот же неугомонная душонка!» — подумала я.

— Нет. Сейчас нам срочно надо нанести визит королю Берриану. Так что приведи меня в достойный вид. Ну, как ты это умеешь, — улыбнулась я.

Менее чем через час я уже наблюдала слабые потуги одного из слуг королевства Аркадии остановить меня. Что тут сказать? Если я решила спасти жизнь человека, я её спасу, хочет он того или нет. Поэтому с огромным пафосом и угрозой в голосе заявила:

— Немедленно отправляйся к Его Величеству королю Берриану и передай, что Её Высочество принцесса Тианская, будущая Императрица, требует немедленной аудиенции! — чем едва ли не довела бедного слугу до нервного срыва.

С каждым днём командовать людьми у меня получалось всё лучше и лучше.

Уже в покоях стало понятно, что слуга не стремился обмануть меня, рассказывая о плохом самочувствии короля. Король Аркадии выглядел ещё более измождённым, чем вчера. Сегодня в его одеждах уже не блестели каменья. На нём был простой камзол светло-голубого цвета и белая рубашка с рюшами. И, скорее всего, для встречи со мной ему пришлось подняться с кровати. Слегка кольнула совесть, но я её отправила в нокдаун мыслью, что всё это на благо самого короля.

— Прекрасная принцесса Кло́дель… — подскочил король Берриан, стоило мне переступить порог его гостиной.

— Стойте! — я решительно вскинула руку, опасаясь вчерашнего коленопадения: — Оставим условности. Мне необходимо поговорить с вами на серьёзную тему.

Король пару раз озадаченно моргнул, словно осмысливая сказанное, и указал на диван, стоящий через столик от того, на котором недавно сидел:

— Прошу, присаживайтесь, Ваше Высочество.

— Благодарю, — отозвалась я.

Озадаченность короля не проходила.

— С вами всё хорошо…после…кхм…вчерашнего?

— О! Просто прекрасно, — уверила я, всё-таки испытывая неудобство из-за того, что на его глазах меня поймали за подслушиванием: — Я к вам с приглашением погостить у нас в Сорсте месяцок.

— Месяцок? — переспросил он. — Зачем?

— Мне нужно время, чтобы убедить Его Высочество Сервиана заключить союз с королевством Аркадии. Ну, и вылечить вас.

— Вылечить? Меня?

— Вчера я слышала, как вы говорили, что серьёзно больны.

— Лекари считают неизлечимо, — подтвердил он.

— Я создам лекарство, которое спасёт вашу жизнь.

— Вы лекарь? — осторожно спросил он.

— Нет, но собираюсь стать ммм… аптекарем. Буду создавать лекарства, используя алхимию, — внезапно осенило меня. — Если вы доверитесь мне, я обещаю обеспечить заключение союза между Империей и вашим королевством.

Кажется, я сломала все мыслительные процессы короля Берриана.

«Наверное, не очень хорошо использовать короля в роли подопытного, — подумала я, но суровые времена требовали суровых методов. — В любом случае ему остался год жизни. Так отчего не попробовать все методы?»

— Почему вы так уверены, что он вас послушает? — мои эксперименты с его здоровьем интересовали меньше, чем согласие Сервиана.

— Всё просто! Ведь я его будущая жена, — и король Берриан побеждает в номинации «Озадаченный король года»

— Но зачем это вам?

— Вы мне нравитесь.

— …

— Согласны рискнуть?

— Думаю, да… — протянул король.

Немного страшно с какой легкостью Берриан согласился на моё вмешательство. Надо понимать, он находится в полном отчаянье.

— Хорошо. А теперь раздевайтесь!

— Что?! — удивленно воскликнули все в комнате, включая сопровождающего меня Бранда и королевскую прислугу.

— Мне необходимо послушать ваше дыхание, — как ни в чем не бывало пояснила я. — Просто снимите камзол и рубашку.

Помня о прочитанных симптомах болезни в книге Яны Алмазной и опросив короля лично, я предположила скрытую пневмонию. Скорее всего, причиной был недолеченный когда-то бронхит, который подлечили травками в своё время. Его лёгкие полны хрипов, хотя повышения температуры тела не наблюдалось. Единственное, что одолевало короля — это слабость, одышка и учащенный пульс. Возможно, я и не была доктором и не имела права столь самовольно лечить короля. Но кто мне запретит в этом мире?

Для себя я сделала ещё одно интересное открытие. В то время, пока я ощупывала в непосредственной близости полуобнажённого короля Берриана, ни разу не испытала того волнения, связанного с естественным возбуждением от близости мужского тела, которое всегда чувствовала рядом с Сервианом. Вот стоило только об этом подумать, так сразу в жар бросило. А ведь они оба были писаными красавцами. Нарисовать бы картину с этими двумя, с руками оторвут.

По возвращению в резиденцию мы дождались Адель, вернувшуюся с целым мешком необходимого нам ингредиента и несколькими весёлыми историями. Её совсем не радовало моё новое поручение и не нравился мой наряд вкупе с решительностью отправиться в трущобы. Но выбора у неё не было. Пока Адель отвлекала внимание Бранда, уверяя, что Её Высочество решило отдыхать. Я беспрепятственно перебралась с балкона на крышу и спустилась вниз по переплетённому плющу, где меня ожидал Флориан.

— Я похожа на мальчишку с улиц Сорсета? — поинтересовалась я у Флориана.

— Если честно, не очень. Вы больше похожи на девчонку, переодевшуюся мальчишкой, — это обескуражило меня.

Я так старательно перетянула грудь и спрятала все волосы под кепку. И в конце концов в прошлом у Бранта даже сомнений не было, что я парень…

— У вас слишком милое лицо, — выдал Флориан, чуть смущаясь. — Лучше не смотрите ни на кого прямо и прячьте взгляд под козырьком.

Флориан удивлял. Только подумать, какой деятельный и сообразительный малый.

— Я попросил одного нового знакомого сопроводить нас. Его семья проживает в том районе, — добавил Флориан. — Надеюсь, вы не против?

— Вовсе нет, — заверила я и поинтересовалась: — Ты завёл друга?

— Случайно. Я немного заплутал, и он подсказал мне дорогу. Его зовут Трант. Он проходит обучение на гвардейца, — пояснил Флориан.

— Ого! Как интересно. Расскажешь подробности?

— Северный дворец снаружи выглядит, как дворец, а внутри это простые казармы. Во дворе большой плац, где проходят обучения. Они тренируются, сражаются на мечах, меряются силой в кулачных боях, — рассказывал Флориан с блестящими от восторга глазами. — О! Вы знаете, я видел на занятиях Его Высочество. Он превосходно владеет мечом, выступил один против трёх лучших бойцов и победил.

«Ох, я бы тоже на это посмотрела» — подумала я, а Флориану предложила:

— Если хочешь, я могу поговорить с Его Высочеством, чтобы тебя зачислили.

— А можно?

— Конечно! — уверила я и поинтересовалась: — Ты не говорил Транту, кто я?

— Неа, но я думаю, он догадается, едва вас увидит, — предположил Флориан и не ошибся.

Друг Флориана заметно разволновался. Им даже пришлось отойти, пошептаться. До моего слуха только долетало приставленное к каждой фразе «Его Высочество». Транта беспокоило, что скажет Его Высочество обо всём этом, если узнает, но в итоге всё-таки согласился: «для моей безопасности».

На улицах города Трант двигался очень уверено и знал, куда шёл. О том, что мы идём прочь от центра города, куда-то на его окраины, можно было догадаться, едва свернув с центральных мощёных улиц на более узкие земляные улочки, утоптанные сотнями ног. На которых был раскидан мелкий мусор и виднелись кучки навоза. Дома всё больше были строены из плохо обтёсанных камней, глины, подгнивших брёвен, а их крыши покрыты тёсом или соломой. Одежды у проходивших мимо людей становились всё менее изысканными. Трущобы напоминали деревенский посёлок внутри города с близко построенными домами. То там, то здесь прогуливались куры и гуси, на перекрёстках лежали свиньи, что вполне объясняло наличие навозных лепёшек на дороге.

Главной достопримечательностью трущоб было большое одноэтажное здание, названное Трантом «Домом презренных». Как он пояснил, в нём обитали старики и калеки, которым не куда было пойти. Существовал он на средства благотворительности и на милостыню, которую, в соответствии с уставом нищих, жители дома могли собирать. Меня, как обитательницу современного мира, не могло не шокировать столь глубокое средневековье. Хотя нельзя не отметить, что по-своему Империя заботилась об обездоленных. Но в достаточной ли мере?

Дом алхимика находился неподалёку, возле него был разбит маленький палисадник, огороженный высоким забором. А вот встретивший алхимик поражал своей эксцентричностью. А именно тем, что дико походил на киношного капитана Воробья, не столько внешностью, а сколько манерой поведения, и неожиданно для Империи оказавшимся светловолосым и голубоглазым. Вместо камзола на нём был одет короткий плащ, тёмная туника едва ли не до колен, длинный шарф в несколько оборотов вокруг шеи и что-то подобное бандане на голове. Распахнув дверь, он пристально оглядел нас, опёрся на дверной косяк и глубоко затянулся через длинный мундштук:

— Вы заблудились? — спросил он, выпуская вверх струйку белого густого дыма.

— Вовсе нет, — я выступила вперед. — Нам нужно с вами поговорить.

— Опачки! Дамочка. Нам? Или вам?

Я видела, как вспыхнул Флориан, оскорбившись вместо меня.

— Мне нужен ваш совет, — я внесла ясность.

— Тогда вы и заходите, — велел он, делая шаг назад. — И прикройте за собой дверь. Дует.

Парни обеспокоенно переглянулись, но, кивнув им, я смело вошла в дом. Внутри он представлял собой каменное помещение, обставленное самыми простыми, но далеко не дешёвыми предметами. Прямо по середине комнаты расположился широкий стол, заставленный бутылями, спиртовками, перегонными аппаратами и прочими склянками. Справа вдоль стены стоял большой книжный шкаф. По левой стороне находились полки с бутылями и лестница наверх в глубине. Повсюду с потолка свисали пучки сухих трав. Затхлого табачного запаха не было. Видимо, алхимик чадил какие-то травы.

— Для начала, думаю, будет разумным представиться. Я Кириан Эрлан.

— Меня звать Кло, — представилась я, надеясь, что он не проведёт соответствующие параллели.

— И какое у вас ко мне дело, Кло? — он не предложил сесть, по простой причине, что сиденья в помещении не было, хотя сам примостился у края стола, вытянув длинные ноги в мою сторону.

— Я хочу, чтобы вы научили меня проводить некоторые алхимические процессы. И помогли изготовить одно лекарство, — он молчал, пыхтя мундштуком. — Я заплачу жемчугом.

— Не думаю, что вам подойдёт жизнь Императрицы, — внезапно произнёс он, одновременно с этим оттолкнулся от стола и сделав шаг навстречу протянул руку, словно чего-то ожидая: — Разве я не прав? Вам нужна свобода пойти куда пожелаешь.

Совладав с растерянностью, я достала заготовленный мешочек с жемчугом и вложила в его ладонь. Кириан повернулся ко мне спиной:

— Ваши волосы, — пояснил он. — Даже до трущоб докатилось, что волосы пленной принцессы рыжие, будто пламя огня.

«Ах вот оно что» — подумала я, неосознанно прикоснувшись к корням, что были видны из-под кепы.

— Не думаю, что это ваш настоящий цвет. Я прав? — он оглянулся на меня, развязывая мешочек.

— Да.

— Вы сведущи в алхимии, — произнес он в то время, когда жемчужины с дребезжанием раскатились по столу: — Великолепны! Достойны Тианского королевства, — заметил он разглядывая жемчужины, перекатывая их все тем же мундштуком. — Иной цвет волос привлекает внимание и сразу выдает вас с головой.

— Вы тоже не человек Империи?

— Нет. Я из королевства Аркадии, — он снова повернулся ко мне и присел на краешек стола: — Лучше быть единственным и неповторимым, чем одним из многих. И если мы собираемся сотрудничать. И уж если судьба распорядилась так, что вы сами явились ко мне, у меня тоже имеется к вам предложение. Я хотел бы встретиться с главнокомандующим Империи. Вы же можете организовать эту встречу?

— Но зачем это вам? — искренне удивилась я.

— У меня есть одно экспериментальное вещество, которое, я думаю, может найти своё применение в воинском деле. Я назвал его порохом.

Как же я могла забыть этот поворотный момент? Ведь также было и в нашем мире. Изобретение пороха и распространение его в Европе имело огромные последствия для дальнейшей истории человечества. Хотя европейцы последними из цивилизованных народов научились делать эту взрывчатую смесь, именно они сумели извлечь из её открытия наибольшую практическую пользу. Бурное развитие огнестрельного оружия и революция в военном деле были первыми следствиями распространения пороха. Это в свою очередь повлекло за собой глубочайшие социальные сдвиги: искусные рыцари и их неприступные замки оказались бессильны перед огнем пушек и аркебуз. Годы тренировок с холодным оружием приравнялись к куску металлической трубы и нескольким часам тренировки. Обществу был нанесен такой удар, от которого оно уже не смогло оправиться. В короткое время многие европейские державы превратились в могущественные централизованные государства.

Если о порохе станет известно Сервиану, то подобная история произойдет и в этом мире. Империя захватит все остальные королевства, полностью уничтожив разнообразие и магию этого мира. А ведь я ещё так и не лицезрела магию в действии…

«Сервиан не должен узнать о порохе, — отчаянно думала я. — Лучше всего уничтожить секрет изготовления пороха. Но что же делать? Убить алхимика?»

— У вас проблемы? — поинтересовался Кириан.

Я вздрогнула от звука его голоса, понимая, что опять замерла, погрузившись в свои мысли:

— Война — это ужасно. Зачем вам это?

— Я хочу, чтобы мое имя стало известным, как первооткрывателя чего-то великого.

— Вы хотите известности? — задумалась я. — Что может принести больше известности, чем спасение других жизней? Я предлагаю вам создать совместно со мной лекарство, которое станет легендой. Вы даже можете назвать его в свою честь порошок Эванса, допустим.

— Вы уверены, что оно сработает?

Я кивнула.

— Хорошо, Кло. Как я понимаю, вы не желаете, чтобы я встречался с главнокомандующим. Ваше предложение видится мне, довольно, соблазнительным. Мне интересно, кто же вы такая на самом деле? Так разволновались, хотя ни разу не спросили, что же такое порох, — с лёгкой усмешкой заметил Кириан.

— …!

Дом алхимика я покидала с тревожным сердцем. Было что-то странное в том, с какой лёгкостью он согласился сотрудничать со мной. Записывая мои объяснения, выскребаемые из сусеков памяти, что и как требуется обработать, обогатить, выпарить, он ни разу не подверг их сомнению. В итоге, сочтя Кириана умным человеком, решила отложить вопросы до лучших времён. Таких, например, как выздоровление короля Берриана.

К тому времени, когда мы вернулись к старой резиденции, на мир уже опускался сумрак, принося с собой прохладу и свежесть ночи. Отправив Флориана вперёд для отвлечения стражи, я не опасаясь, взобралась по переплетению плюща на свой балкон и, вполне довольная собой, вошла в комнату.

— Хорошо хоть не ночью явилась, — донесся до меня знакомый голос.

На диване, где ещё вчера спал Ванс, вытянув ноги с книжкой в руках, полусидел Сервиан. Его взгляд в отблесках огня не обещал ничего хорошего:

— Прошу, Кло, объясни свой маскарад. Разве я тебе что-то запрещал?

Я сглотнула. Насколько было проще, если бы мне удалось всё провернуть тайно. Озвучить истинные причины я не могла, как и придумать правдоподобную историю моего знакомства с алхимиком. Оставалось надеяться, что недовольный моим поведением Сервиан не задастся этим вопросом. Прежде чем я успела произнести хоть что-то вразумительное, он добавил:

— Целый день ко мне бегают слуги с беспокойством за душевное состояние моей невесты, — он закрыл и отбросил книгу на диван, поднялся и направился в мою сторону: — Сначала мне докладывают, что принцесса потребовала весь испорченный хлеб с кухни. Потом, что она же ворвалась в покои короля Берриана, раздела того и ощупала. А затем я встречаю и самого короля Аркадии, который заявляет, что принимает приглашение погостить и интересуется, можно ли ему ещё раз увидеться с моей невестой? — он уже был в непосредственной близости от меня, но продолжал надвигаться, прижимая меня к стене, на которую опёрся рукой и навис надо мной: — А меня ты ощупать не желаешь, дорогая моя?

То ли от нервного напряжения, то ли от того, что ситуация действительно была смешной, я хихикнула.

— Прости, — тут же выдала я.

И снова хихикнула.

— Значит, тебе смешно? — спросил он, мягко стягивая с моей головы мальчишескую кепку.

— Ситуация ужасная, но я всё объясню, — посмеиваясь, я похлопала ладонями по груди моего принца, пока он выпускал мои волосы из плена связанной корюлки, что рассыпались по плечам. Но, встретившись с Сервианом Госсетом, осознала, что он ни на каплю не разделяет моего веселья. Его лицо по обыкновению было спокойным и не выражало особых эмоция, но прекрасные фиалковые глаза потемнели от скрытого гнева. — Прошу, не злись, — пробормотала я с улыбкой.

— Думаешь, я злюсь? Если бы я действительно был зол, твоя служанка лишилась бы головы в ту же секунду, когда я узнал, что история о спящей принцессе с внезапно разыгравшейся мигренью, рассказанная ею, является ложью.

— Я всё объясню, — произнесла я, в душе понятия не имея, как именно буду объяснять. Важно было успокоить Сервиана.

— Я могу предположить, что в Тианском королевстве переодеваться в мужское платье было для тебя некой забавой. Но, став моей невестой, ты прямая угроза остальным дворам. Мне пришлось сдержаться, чтобы не отправить гвардию для твоего розыска и не привлекать внимания к безалаберности моей нареченной. Ты, видимо, не до конца понимаешь, в каком мире живёшь. Брак с тобой настолько возвысит Империю, а наших детей сделает равными с благословленными королями, что простые люди сами склонят головы, и их не придётся вырезать всех до единого в случае захвата. Ты не представляешь, какой опасности подвергаешь себя такими поступками. Ты хоть понимаешь, как много королевств были бы рады, чтобы наш брак не состоялся? — закончил он, накручивая мои волосы на палец.

Играя в свои игры, я даже не помыслила о том, что кто-то может желать мне зла. А ведь в его словах была простая истина. Когда он оговорился о планируемых в будущем войнах с другими королевствами, до меня с ужасом дошло: произнесённая им фраза «их не придётся вырезать всех до единого в случае захвата» основана не на предположениях, а на случившихся когда-то фактах.

— Я совершила глупость, — пробормотала я. — Такого больше не повторится.

Он отпустил мои волосы с пальца:

— А теперь расскажи мне, что ты задумала. Полагаю, у тебя созрел некий план наподобие того, с которым ты заявилась ко мне в похожем наряде.

Сервиан отошёл и полуприсел на подлокотник ближайшего из кресел и уставился на меня в ожидании ответа. Я с облегчением выдохнула. Он больше не злился, а действительно интересовался. И я решилась рассказать ему правду, насколько могла.

— Мне нужен был алхимик. Понимаешь, я знаю, как изготовить некоторые полезные вещи, но не владею познаниями в должной мере. Испорченный хлеб необходим именно для этих целей. Я бы попросила тебя сопровождать меня, но думала, ты до сих пор занят делами. Обещаю, что в следующий раз обязательно поставлю тебя в известность и не буду вести себя столь опрометчиво, — горячо убеждала я.

— Хорошо. Хотя с трудом представляю, что годного может получиться из несъедобного хлеба, — кивнул он. — А что по поводу короля Аркадии? Ты пригласила его погостить от моего имени.

— Да.

— Зачем?

— Ну, одной из полезных вещей станет лекарство. Король болен, и я хочу его вылечить, — Сервиан на глазах превращался в хмурую тучу: — Он дал согласие…быть подопытным…

— Подопытным?

Чёрт! Не смогла быстро подобрать слово попроще.

— Он согласился испытать моё лечение.

— В обмен на заключение союза с Империей! — подскочил Сервиан, снова нависая надо мной.

«Дурацкий король Берриан он всё выложил Сервиану, не оставив мне времени подготовить почву» — раздражённо подумала я.

— Я не понимаю, Кло, откуда такая дерзость и право давать обещания от моего имени? Кажется, я уделил тебе слишком много внимания, — произнёс он недовольно, одновременно делая шаг назад. — А ты решила это использовать по-своему…

Я схватила его за руку. Было такое необъяснимое ощущение, что если я прямо сейчас не остановлю его, то случится нечто ужасное.

— Прошу, подожди, — произнесла я, сама не зная, что же скажу дальше. — Ты прав. Я не должна была этого делать.

— Но сделала, — сухо напомнил он.

— Прости, — мысли метались в моей голове, подобно стае перепуганных птиц, ища нужные слова. — Я хочу, чтобы ты понимал, я это сделала не из-за коварных помыслов. Да, я должна была переговорить с тобой. И у меня нет достойного объяснения почему же я этого не сделала. Возможно, потому, что знакома с тобой всего ничего и не знала, как ты отреагируешь на моё предложение. А ещё, возможно, потому, что моя нынешняя жизнь кажется мне чем-то нереальным. Да разве может быть реальностью, когда твой жених — принц, оказывается мужчиной мечты, живым воплощением грёз и желаний? Иногда я думаю, может, я всё-таки умерла и вижу затянувшийся сон после смерти. Но этот сон столь реален, что я не хочу ничего большего, как стать твоей женой. И не хочу, чтобы ты проживал свою жизнь где-то в сражениях в далеке от меня. Я не хочу, чтобы ты превращался в бессердечного убийцу. Ведь тогда я не смогу любить тебя. Именно поэтому я хочу заключить договор с королевством Аркадии. Я ещё не придумала, в чём будет польза этого союза. Но обязательно придумаю! Если всё это сон, то я хочу прожить его с тобой под лозунгом: они жили долго и счастливо, и даже тараканы в их дворце были счастливы! — Сервиан молчал. А ведь я экспромтом выдала чистую правду. Почему-то глаза защипало: — Глупо, да?

Совершенно неожиданно Сервиан прижал меня к себе и впился в губы поцелуем. Я пораженно замерла в его руках, оказавшись не готовой к столь внезапному порыву страсти. Он целовал меня так, как умирающий от жажды в пустыне путник. Прикрыв глаза, и одной рукой удерживая мою голову, а другой тело, он не позволял отодвинуться. Да я и не хотела. Сервиан словно выпустил на волю бушующие в нём эмоции, обрушив их на меня все разом. Шок прошёл. Смежив веки, я позволила удовольствию от соприкосновения наших тел беспрепятственно разливаться в моей крови и теснее прижалась к Сервиану. За отсутствуем сто и одной юбки, сразу ощутила физическое подтверждение его страсти. По телу пробежала волна жара, вырвав из горла стон, тут же захваченный в плен губами Сервиана. Я словно задыхалась от страсти, зажжённой во мне Сервианом. Мне было необходимо хоть на секунду хлебнуть воздуха полной грудью. Будто ощутив это он прервал поцелуй, но не отодвинулся:

— На этот раз прощаю, — сказал он, также тяжело дыша, как и я: — Но в следующий раз согласовывай все решения со мной.

Я почувствовала, как он отдаляется и неосознанно вцепилась пальцами в полы камзола. Сервиан перехватил мои руки и поднесся к лицу слегка прикоснулся губами, а затем взглянув в глаза произнёс:

— К тому же я перебрался в соседнюю с тобой комнату, — затем резко отвернулся и решительно вышел, не забыв захватить книгу, которую читал.

— Что? — произнесла я, когда за его спиной хлопнула дверь.

«Боже, я сейчас упаду в обморок!» — подумала я, прижимая ладони к раскрасневшимся щекам.

Поцелуй Сервиана был крышесносным.

Я уныло ковыряла вилкой в тарелке, сидя в одиночестве в пустой столовой. Прошло уже больше недели, как Сервиан перебрался жить в старую резиденцию. И что это мне дало? С Сервианом мы практически не виделись. А меня сразу же выперли из кухни в столовую, где накрывали стол на нас двоих, как положено. Я с грустью посмотрела на золотой колокольчик с резной деревянной ручкой, что скучал возле моей тарелки, на случай если понадобиться вызвать прислугу. Почему я сижу одна? Я проспала. Пять дней из семи.

Сервиан завтракал с первыми лучами солнца и уходил по делам. Слугам он приказал меня не будить, чтобы я высыпалась и была в хорошем расположении духа. Именно так и сказал! Адель же ни в какую не соглашалась ослушаться Его Высочество. Она вообще после того дня в его присутствии даже дышать боялась, стараясь слиться со стенами. А я не высыпалась! И всему виной был Сервиан, который вёл себя так, будто нашего поцелуя никогда не случалось. А я не могла перестать думать о двух вещах: о поцелуе и о Сервиане. Особенно ближе к ночи. Воспоминания одолевали меня, ощущения захватывали, и я изнывала от желания до глубокой ночи вертясь с боку на бок.

Масла в огонь подлила картина, открывшаяся моему взору на второй день совместного проживания. Теперь с Сервианом мы делили одну ванную комнату на двоих. Оказывается, если лежать на диване в моей гостиной и случайно оставить приоткрытой дверь в ванную, то в другой раз это можно сделать не случайно. Ещё я узнала, что у Кло́дель отличное зрение. Рельефное и подтянутое тело Сервиана доставляло неимоверное эстетическое наслаждение. Его широкие плечи, упругий живот, узкие бёдра, крепкие ягодицы навсегда выжгло клеймом в моём мозгу.

— Это сумасшествие какое-то, — пробормотала я.

Моё бездействие тому виной. Такое ощущение, что меня загнали в рамки и повесили на стену. Я отложила вилку и позвонила в колокольчик.

— Чего-то желаете? — почти мгновенно появилась Адель, словно ожидала до этого за дверью.

— Позови Бранда, — сухо велела я.

«А что? Имею я право обидеться на неё или нет? — подумала я, глядя на то, как Адель виновато понурила голову, боясь взглянуть на меня: — Трусиха»

Через несколько минут появился Бранд. Я внимательно оглядела его. На вид ему лет сорок, подтянутый, собранный. У них с Адель имелось нечто общее. Они оба высоко ценили себя, но это не мешало им быть отличными слугами, выполняющими любые указания без возражений, даже если им это не нравилось. А Бранду очень не нравилось быть личным гвардейцем будущей Императрицы. Он явно стоял и ждал очередного дурацкого приказания.

— Бранд, как долго ты служишь императорскому двору?

— Несколько поколений моей семьи являются личными гвардейцами Императоров, Ваше Высочество, — не без гордости произнёс он.

«Замечательно!» — заключила я.

— А как давно Сервиану Госсету?

— С семнадцати лет. С тех пор, как Его Высочеству исполнилось пять.

«Великолепно! Это больше двадцати лет. Значит, ему было известно, что произошло с матерью Сервиана. Но как же об этом спросить?» — я мысленно потерла руки и решила зайти из далека:

— А расскажи мне об императорской семье?

— Не моё это дело обсуждать Их Высочеств. Вам лучше поговорить об этом с Его Высочеством, — отрапортовал Бранд.

Я едва не цыкнула. Я ведь не могу спросить у Сервиана: слушай, а ты правда убил свою мать?

— Ладно. Пойду прогуляюсь, — произнесла я, вставая из-за стола.

Пройтись по территории Императорского дворца сейчас казалось великолепной идеей. Насколько я знала, здесь имелось множество парков и роскошных садов с красивыми панорамами, несколько фонтанных галерей, а сами дворцы были настоящими произведениями архитектурного искусства. Да о чём говорить! Сразу за старой резиденцией начинались личные охотничьи угодья. За Императорами чётко просматривалась страсть ко всему глобальному. Территорию облагораживали так, словно не просто хотели произвести впечатление на другие королевские дворы, а стремились переиграть и уничтожить. Мне как раз требовалось хорошо находиться, чтобы вечером уснуть, как говорится, без задних ног. Может, стоит посетить плац в северном дворце? Возможно, мне повезёт, и я увижу там Сервиана.

«Это ужасно! Мы живём в соседних комнатах, а я мечтаю с ним увидеться», — настроение ухудшалось с каждой секундой.

И совсем не улучшал его следующий за моей спиной Бранд в сопровождении двух гвардейцев.

— Вам не обязательно идти со мной, — заметила я недовольно.

— Распоряжение Его Высочества, — уточнил Бранд.

— Да что со мной может случиться?! Тут по всюду стражи и патрули, — почти вскричала я. Бесполезно. Он ни за что не нарушит распоряжение главнокомандующего: — Тогда идите подальше от меня, чтобы ваше присутствие не маячило перед глазами и не тревожило мой слух, как вы за мной топаете. Я хочу побыть одна.

Всё-таки Бранд был очень учтив. Они действительно подождали, когда я отойду достаточно, и лишь потом двинули за мной, находясь на приличном отдалении. Радующая когда-то исполнительная прислуга, могла и надоедать. Учитывая, с какой скоростью они появлялись, стоило лишь позвать, начинало казаться, что они прячутся по углам и тайно наблюдают. От того ещё больше злило, когда они заявляли: ничегошеньки не знаем о личной жизни Его Высочества. Наше дело маленькое — прислуживать.

Так вчетвером мы добрели до главной площади, осмотрели изящные статуи зверей в парке, прошли вдоль пруда с лебедями, где я пожалела, что не взяла с собой хлеба их покормить. А потом меня осенило, что я могу войти в любое дворцовое здание и просто приказать слуге принести хлеба. Я повернула к ближайшему дворцу с синей отделкой, когда в нескольких метрах от меня из-за поворота, скрытого зарослями роз, вывернул мужчина в пурпурном камзоле и двинулся в мою сторону. Сердце вздрогнуло от надежды: Сервиан. И мгновенно выдохнуло: Ванс. Хотя…

«На ловца и зверь бежит!» — мелькнуло в моей голове.

Я подняла руку и помахала ему. К моему удивлению, тот замер, секунду-другую посмотрел на меня, а затем развернулся и побежал прочь. Вот это поворот!

«Не на ту напал! От меня так быстро не уйдешь!» — подумала я, и подхватив юбки, бросилась за ним.

Мы неслись в сторону Синего дворца. Первым бежал Ванс, я за ним, а за мной трое гвардейцев. Взбежав по лестнице входа, Ванс ворвался во дворец и кинулся в правую сторону, преодолевая дверь за дверью, которые слуги едва успевали открывать.

— Дверь! — орал Ванс, забегая в следующее помещение.

— Не закрывать! — кричала я следом, не отставая.

Обращать внимание на убранство времени не было. Мы пробежали несколько залов, когда за следующей дверью внезапно возник слуга с ведром воды, который, стоя на коленях, натирал полы. Ванс запнулся за ведро. Ведро полетело в одну сторону, Ванс в другую и шмякнулся на пол. В душе я обрадовалась, расстояние сокращалось, но поскользнулась и неплохо прокатилась на пятой точке по водной глади, наблюдая, как вскочивший Ванс снова удаляется от меня. Только скольжение замедлилось, наплевав на мокрые юбки, я рванула следом. Переходы закончились. За следующими дверями обнаружилась лишь лестница вверх. На втором этаже было тихо, даже слуг не видать. Быстро заглянув в несколько комнат, я услышала, как меня зовёт Бранд и шмыгнула в ближайший шкаф, скрываясь от преследователей.

«И зачем я это сделала? В смысле, залезла в шкаф», — мелькнуло в моей голове.

Я не хотела, чтобы Бранд меня остановил. Но в любом случае, время потеряно, и если Ванс не прячется от меня где-то в шкафу, то, вероятнее всего, он знал проход, о существовании которого я не догадывалась. Я выбралась из шкафа и вышла на балкон. Внизу по песчаной тропинке от меня удалялся Ванс.

— Ванс, стой! — крикнула я.

Он поднял голову и, широко улыбаясь, помахал мне рукой.

«Вот же негодник!»

Бежать обратно к выходу через все залы — не вариант. Я глянула вниз. Высота не такая уж большая, если повиснуть на руках, то до земли чуть больше метра…

— Врёшь! Не уйдёшь, — пробормотала я и задрав юбки, перекинула ногу через перила.

Даже на расстоянии видать, как глаза Ванса расширились до размера чайных блюдец и полезли на лоб. Благополучно шмякнувшись на землю, я вновь бросилась в погоню за Вансом. На этот раз он бежал к садовому лабиринту.

— Ваше Высочество! — где-то позади, с балкона взывал к разуму Бранд.

Ванс шмыгнул в проход, образованный из растений, я за ним. Пришлось замедлиться, изгородь лабиринта в раза два превышала мой нынешний рост и выглядела плотной зелёной стеной. Неожиданно из-за поворота меня схватил за руку Ванс и потащил за собой.

— Ты сумасшедшая?! — кинул он, обернувшись на секунду.

— Можно подумать ты нормальный, — я не осталась в долгу: — Ты чего от меня убегаешь? Мне нужно поговорить с тобой.

— Сервиан запретил мне к тебе приближаться, не то, что говорить, — пояснил он, не сбавляя шага и продолжая тащить за собой. — Ты же не думала, что он не узнает о моем проникновении в твои комнаты. Учитывая, как ты меня выставила, — с лёгкой обидой в голосе добавил он.

— Нет, а ты мог просто по-человечески со мной поговорить? Не очень приятно, когда к тебе вламываются без разрешения, знаешь ли. Да ещё и говорят гадости, — как-то совсем по-детски заметила я.

— Это не гадости. Я сказал тебе чистую правду, — возразил он и остановился, отпустив мою руку.

Я оглянулась. Мы стояли на выложенной камнем площадке, в центре которой имелся небольшой пруд с рыбками и статуей кота, что с интересом заглядывал в воду. Рядом с прудом находилась изящная лавочка. Ванс явно знал, куда шёл.

— Ты же не собираешься опять бежать? — поинтересовалась я, искоса глянув на Ванса.

— Тут у нас будет время поговорить. Лабиринт построен по-моему проекту. Быстро нас не найдут. И если Сервиан спросит, скажи, что ты меня не нашла.

— Почему?

— Я не хочу, чтобы меня сослали из Сорста. Сорст — мой дом. Я тут вырос.

— Я имела в виду: почему мне нельзя с тобой говорить? — уточнила я.

— Наверное, он не хочет, чтобы я тебе рассказал о нашей семейке. Ты уже заметила, что слугам запрещено обсуждать Госсетов?

Я кивнула и преодолев расстояние в пару шагов, опустилась на лавочку, игнорируя неприятный холод от намокших юбок:

— Ты не любишь брата?

— Да разве это имеет значение? Признаюсь, когда Сервиан прибыл в Сорст шесть лет назад, я был рад брату, но вскоре понял, что он такой же, как и наш отец. Такой же, как все Госсеты.

Я в отличие от него ничего не понимала и вопросительно взглянула на Ванса, вынуждая пояснить.

— Прежде, чем безоговорочно доверять Сервиану тебе следовало хотя бы почитать историю о Госсетах, — произнёс он. Я молча скрипнула зубами. — Прямо там не пишут, но всё-таки догадаться можно. Всегда существует лишь один Госсет, один Император. Я жив только до тех пор, пока у Сервиана не родится второй сын. Только до этого момента мне позволено быть запасным. И твоё положение Императрицы после рождения второго сына сразу покачнётся, за ненадобностью. Так что не обманывай себя любовью, — усмехнулся он. — Так и случилось с нашей матерью.

Из-за его слов ко мне вернулся позабытый страх. Разом нахлынули аоспоминания о страданиях Кло́дель из-за неоправданных надежд.

— Сколько тебе было, когда умерла твоя мама?

— Три года. Но она не умерла. Отец отрубил ей голову.

— До этого ты говорил, что Сервиан её убил, — припомнила я.

— Номинально это сделал именно он. В тот год Сервиан приехал навестить нас в Сорст, а по факту удостовериться в здоровье запасного сына. О чём и уведомил отца.

— Подожди, а сколько лет было Сервиану?

— Двенадцать.

Сервиан сам ещё ребёнок. Какой ребёнок будет желать смерти своей матери? В такое трудно поверить.

— Откуда тебе это известно? Ты был слишком мал, чтобы что-то помнить.

— Я прожил здесь всю свою жизнь, а люди нет-нет да проговорятся.

Его слова не убедили меня. Припомнив замечание Ванса, что он был рад Сервиану, когда тот перебрался в Сорст, меня охватила внезапная жалость к Вансу, к его одиночеству. И одновременно с этим я подула о том, что эти доводы верные или нет, не знаю, но их ему внушили гораздо позже. Но кто?

Если верить словам Ванса, то я, как невеста Сервиана, являюсь прямой угрозой его жизни. Парень не выглядел злонамеренным. Хотя его желание моего исчезновения понятно.

— Я никогда не покину Сервиана.

— Неужели ты правда влюблена в него?

— И я не позволю убить тебя, если ты намекаешь именно на такую судьбу, — добавила я, игнорируя его вопрос ответа на который у меня не было.

— Судьбу? — усмехнулся он. — Да после вашего брака мы с тобой окажемся в одной лодке.

Я, кажется, начала догадываться, что предложенный Вансом побег он готовил и для себя. В будущем, когда у Сервиана родится второй сын, Ванс Госсет должен бесследно исчезнуть.

— Вы ведь с Сервианом никогда не общались? — предположила я.

— Общаться не в чести у Госсетов. Единственное, что должен Госсет — это подчиняться Императору и слушаться Сервиана. Зачем ему общаться с тем, кого рано или поздно придётся убить?

— Это не правильно, — заметила я.

— Мириам тоже считала так. И где она? Вот тебе ещё одно табу. То, о чём не говорят — это Мириам.

— Расскажи мне о ней, — попросила я.

— Ваше Высочество! — совсем рядом раздался голос Бранда.

Мы замерли и оглянулись. Ванс подошёл и присел на корточки передо мной и чуть наклонился в мою сторону, опираясь на мои коленки:

— Он в соседнем проходе. Оттуда сюда не пройти, но он может нас услышать, — шёпотом пояснил он. — Мириам была той, ради кого Сервиан и прибыл в Сорст шесть лет назад, — почему-то при этих словах у меня тоскливо сжалось сердце, но Ванс продолжал: — Мириам была доброй, весёлой, умной и очень дружелюбной. Думаю, у неё была очень дружная семья потому, что она не понимала, как два брата могут не знать друг друга. Она хотела это изменить…

Он замолчал, опустив голову. Весь его вид источал некую надломленность.

«Видимо, он питал к ней тёплые чувства». — подумала я.

— Знаешь новые земли Империи на Юге, что принадлежат герцогу Ширли? — он поднял на меня взгляд своих фиалковых глаз, и теперь я могла разглядеть, что они имеют более светлый оттенок, чем у Сервиана. И смотрел он по-другому нежели брат.

Я отрицательно покачала головой.

— Шесть лет назад это было Королевством Ньюит. После того, как Мириам пропала, Император захватил их и вырезал всё мирное население не желающее признавать новую власть. Так расширяет свою территорию Империя Госсетов. Понимаешь, они убили её, чтобы использовать неисполнение брачного контракта как предлог для нападения. О Мириам не говорят по одной простой причине: все понимают, кто стоит за её исчезновением. Думаю, ты ещё жива только потому, что считаешь себя влюблённой в моего брата. Откажи ему, и твои дни, как и дни твоего королевства, сочтены. Так что не повторяй участь Мириам.

«Нет! Сервиан не такой!» — что-то внутри меня ни за что не хотело соглашаться с доводами Ванса. Пусть я его не знала очень хорошо, но я чувствовала. Я не уверена, так ли сильно влюблена в него, как утверждал Ванс, но я уверена, к пропаже Мириам он не имеет никакого отношения. Я спрошу у него и лишь потом сделаю вывод. Ванс — ранимый и одинокий мальчик. А одиноких людей легко обмануть.

— Ты должен кое-что запомнить Ванс Госсет! — воскликнула я и обхватила лицо Ванса ладонями, заставляя ещё пристальнее смотреть на меня: — Я не Мириам. Уверена, твой брат не плохой человек. Я это тебе докажу!

Я отпустила его. Он встал, отряхнул невидимые пылинки:

— Ну, что ж, желаю удачи, сестра, — он оглянулся: — Я выйду первым. Наш Сервиан столь хорош, что выйти вместе с тобой я не рискну, — добавил он и удалился.

Я посидела ещё какое-то время, придавленная грузом тяжёлых мыслей. Сервиан, скорее всего, участвовал в уничтожении Королевства Ньюит. От этого делалось немного жутко, словно в мою сказку, вышибая дверь с ноги, вламывалась реальность. Я тяжело вздохнула, хотя в душе хотелось заплакать.

Но вскоре я обо всём позабыла. Мой разум заполнили поиски выхода из лабиринта. Ванс, что прошёл к центру легко и быстро, совсем не подумал о том, как я буду выбираться из него. Честно скажу, и представить не могла, что это будет столь чертовски сложно. Я бродила и бродила, сворачивала то вправо, то влево, упиралась в тупики, шла обратно и не находила выход. Я больше не старалась скрыть своё местоположение от Бранда. Наоборот, я его звала. И множество голосов отзывались со всех сторон Вашим Высочеством, но все они оказывались по ту сторону зелёной изгороди. Я даже попробовала перелезть, но слишком большие колючки растения не позволяли этого сделать, превращая эту попытку в акт насилия над собой. Понадеялась подлезть, но там шёл плотный частокол металлического забора, на котором и держались цветущие лозы.

Я сама себе не поверила, когда удалось выбраться. Растрёпанная, уставшая, душевно и физически измотанная, я побрела к старой резиденции, то есть домой…

Стоило только войти в калитку сада, как навстречу выбежали все слуги, включая сэра Гирита и кухарку.

— С вами всё хорошо, Ваше Высочество? — спросила взволновано Адель.

— А что со мной может случиться? — искренне удивилась я: — Подумаешь, заблудилась в лабиринте.

— А где гвардейцы?

Я посмотрела назад, осознав, что Бранд велел всем гвардейцам, находящимся в его распоряжении, искать меня:

— Там, — неопределённо махнула рукой и вошла в дом.

«Интересно, что мне будет за доставленный переполох?» — подумала я.

Да будь что будет! Мне самой жизненно необходимо увидеть Сервиана, чтобы успокоить растревоженную душу. Одолевали сомнения, а не воспользоваться ли предложением Ванса и не исчезнуть ли в неизвестном направлении пока цел жемчуг, а не спасать тех, кто, возможно, не хочет быть спасённым.

Я скинула порядком потрёпанное платье, накинула халат и, преодолев разделяющую нас ванну, вошла в комнаты Сервиана. Его гостиная в оттенках цвета бордо была в идеальном порядке, за исключением нескольких книг, оставленных то тут, то там. Он много читал. И много писал. Я оглядела стол с исписанными листами, размашистой подписью и гербовой печатью.

«Надо всё-таки придумать как научиться читать» — я добавила пункт в свой мысленный список.

В спальне стоял знакомый запах Сервиана. Ничего не изменилось. Он пах океаном и свободой. Внезапно на меня навалилась неимоверная сонливость. Я решила дождаться его и улеглась на кровать. Стоило только прикрыть глаза, как тут же уснула.

Открыв их в следующий раз, я увидела на другой половине кровати полулежащего Сервиана, привычно с книгой в руках. За окном было также светло. Значит, он прибыл вскоре после меня.

"Быстро ему доложили об очередной безалаберности его невесты". — промелькнуло в моей голове.

Он заметил, что я проснулась, и перевёл взгляд на меня. Не придумав ничего лучше, решила поступить как настоящая женщина. Пододвинулась к нему ближе и, прижимаясь всем телом, чмокнула в подбородок:

— Ты только не злись, а то больше не поцелую. Я всё объясню, — как-то вяло пообещала я.

На меня снова навалилась необъяснимая сонливость. Веки словно свинцом налились. Последнее, что выхватил мой взор, было прекрасное, но почему-то встревоженное лицо Сервиана. И прежде, чем я усела подумать: "Ого!", темнота поглотила меня…

Я проснулась в спальне Сервиана. В комнате царил полумрак, за окном просматривался сумрак то ли утренний, то ли вечерний. На соседней подушке спал Сервиан.

«Он такой красивый, когда спит». — подумала я.

Всегда красивый, на самом деле. Я улыбнулась, разглядывая его лицо. Он казался ласковым котёнком, охраняющим мой сон, но обещающим при опасности превратиться в Цербера. Стоило только пошевелиться и он приоткрыл глаза.

— Привет, — сказала первое, что пришло в голову, и тут же почувствовала пересохшую пустыню Сахару во рту. Я облизнула сухие потрескавшиеся губы.

— Пить хочешь?

— Очень.

Сервиан поднялся и босиком протопал к перекатному столику, на котором стоял кувшин с кружками.

— Забавные панталончики, — прохрипела я, не зная, как называется эта часть мужского гардероба.

И вот он, с распахнутой на груди рубашкой, протягивает мне стакан воды, а в глазах такая забота, что у меня перехватывает дыхание.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Ты меня напугала, — заметил он, присаживаясь на край кровати возле меня.

Я уже была готова рассмеяться, но что-то в его взгляде заставило отложить смех. В его глазах напряжение смешивалось с тревогой, придавая фиалковому цвету грозовой оттенок, словно ему было известно то, о чём я не имела понятия.

Оказалось, я пролежала почти три дня с горячкой. В памяти сохранились лишь смутные воспоминания, состоящие из разрозненных картинок происходящего в эти дни, больше похожих на отрывки сна, в которых нянчатся со мной. Забавно, но первым человеком, на котором испытали моё экспериментальное лекарство, стала именно я. Флориан едва душу не вытряс из алхимика, требуя обещанное чудодейственное средство. И буквально вчера Сервиан влил первую дозу в меня и к утру мне полегчало. Вот и скажи после этого, что пенициллин — не самое великое открытие человечества.

Прислушиваясь к организму, я действительно обнаруживала отголоски перенесённой болезни. Но через пару дней исчезли и они. Я не знала, что за хворь напала на меня столь стремительно выкинув на границу жизни и смерти, тем самым поселив в моём сердце страх. Страх перед той темнотой, в которой я находилась эти два дня. Темнота, где меня не существовало.

Изменилось и отношение Сервиана. Он чуть перестроил расписание своего дня и непременно самолично будил меня перед завтраком. Хотя мне казалось, он опасался рецидива болезни. Завтракали мы попеременно то в моей гостиной, то в его, обсуждая Империю, её историю, планы развития и многое, многое другое, за что цеплялся язык. По вечерам я попросила Сервиана читать мне вслух. Прижимаясь с боку и положив голову на его грудь, я преследовала две цели: насладиться его вниманием и хоть немного попытаться понять написанное. А ещё я случайно узнала, что ему сняться кошмары.

В одну из ночей я проснулась, изнывая от жары. Как заметил Сервиан, после моего выздоровления, дни стояли на удивление солнечные для Сорста. Ночь выдалась душной и вкупе с камином превратила мои комнаты в сауну. Обещая себе, что больше не буду разжигать в нём огонь, потакая своим страхам, убеждая себя, что я взрослая самодостаточная женщина и мне нечего бояться, я прошлёпала в гостиную в поисках воды. Решив чуть охладиться на балконе, натолкнулась на Сервиана. Он стоял, облокотившись на перила, ничего не замечая вокруг. Он вздрогнул, когда я прикоснулась к его плечу, ощутив прохладную кожу под рукой и понимая, что он стоит здесь довольно долго.

— Кло? — слегка удивился он.

— Не спится?

— Дурной сон.

— Что снилось?

Он молчал долго. В слабом свете от ламп из моей комнаты лица было не разглядеть. Решив, что он не хочет отвечать, с улыбкой выдала, чтобы разрядить обстановку:

— А я купалась в море. Хочу как-нибудь поплавать и порыбачить. Давай выберемся куда-нибудь?

— Я убивал людей, — сделал шокирующее заявление Сервиан. — Иногда они приходят во сне.

Как я должна отреагировать? Может ли быть какое-то правильное решение, верное действие? Среди моих знакомых в прошлой жизни не было никого с подобными проблемами. А то, что Сервиан страдал от этих воспоминаний, я явственно ощущала всеми фибрами души. Я обняла его и прижалась к нему, уткнувшись в грудь:

— Я уверена, у тебя не было выбора.

— Не было, — признался он и тихо позвал по имени:. — Кло.

Я подняла голову взглянуть на него. Как говорится, что случилось однажды, случится и дважды. Он снова, совершенно неожиданно, прижался губами к моим губам, а я оказалась захваченной в плен тесных, но таких бережных объятий. Его губы, прохладные от ночной свежести, были полны нежности. У меня закружилась голова от этих настойчивых и одновременно с тем мягких поцелуев, от обжигающе-ласковых прикосновений. Казалось, ещё мгновение, и земля уйдёт из-под ног. И она действительно ушла, когда, чуть отстранившись, Сервиан подхватил меня на руки и понёс обратно в мои комнаты. Обхватив его шею руками и вглядываясь в лицо, я мечтала лишь об одном: затеряться в пространстве и времени вместе с ним.

Но на чтобы я не надеялась, этого не произошло. Сервиан уложил меня в кровать, скоро чмокнул и ушёл, на прощание заметив:

— Не выходи раздетой на балкон. Не хочу, чтобы кто-нибудь увидел тебя в таком виде.

Я усмехнулась, уткнувшись в подушку, словно он сказал нечто милое. Лично мне в сорочке до пят и длинными рукавами тяжело было почувствовать себя хоть капельку обнажённой. Я точно влюблена. Готова простить Сервиану всё и даже больше. И он тоже, так ведь?

Когда на утро Сервиан побудил меня, с удивлением осознала, что вчера уснула, едва закрыв глаза. Позже проводив Сервиана и вернувшись в свои комнаты, в спальне на прикроватном столике я обнаружила конверт без адресата и отправителя. Письмо, если это было письмом, было коротким и больше походило на записку. Из написанного я не понимала ни слова, но размашистая подпись внизу очень походила на виденную мной ранее. Сомнений не было её оставил Сервиан. Мне не терпелось узнать, что же там написано. Моя фантазия рисовала горячие признания в любви, облаченные в слова на листе бумаги. Охваченная возбуждённым нетерпением я дёрнула колокольчик, вызывая Адель.

— Звали? — уже через минуту она заглянула в комнату.

— Зачитай мне это! — без промедления велела я, сунув конверт ей в руки.

— Да, конечно, — кивнула Адель.

Я мысленно выдохнула. Все оказалось намного проще, чем я предполагала. Из-за волнения у меня даже не получилось придумать более или менее сносного объяснения моему требованию. К радости, оно и не потребовало…

— Только не говорите мне, что вы собираетесь пойти?!

— Что?

— Снова ослушаться Его Высочество? Кло, вы не понимаете какой человек ваш жених, — она заломила руки: — Прошу, ради нашего блага не делайте этого.

«Чёрт возьми, что там написано?!» — мысленно вскричала я.

— Прочти мне записку.

— Он опасный человек…

— Прочти записку! — я повысила голос. — И прекрати наговаривать на Сервиана. Ты его совершенно не знаешь! — получилось довольно резко. Адель вздрогнула, отшатнулась, и снова развернула листок с дрожью в голосе прочитав:

— Клодель, нам необходимо срочно поговорить. Встретимся в доме алхимика после полудня. Приходи одна. Ванс Госсет, — озвучила Адель и подняла на меня глаза, тихо напомнив: — Его Высочество запретил видеться с братом.

— Я знаю.

Озадаченность граничила с огорчением из-за неполученной любовной записки. С чего вообще решила, что Сервиан будет заниматься подобной ерундой, как написание романтических посланий? Но о чем же со мной хочет поговорить Ванс? Не проще было встретиться на территории дворца? В том же лабиринте. Душу растревожили сомнения, которые я благополучно игнорировала после выздоровления. Что, если Сервиан встретился с Киллианом, и тот рассказал ему о своём открытии?

— Я должна.

— Вы только-только поправились.

— Адель, помоги мне, — я с мольбой взглянула на неё: — Я быстренько. Туда и обратно. Ты уже доверилась мне один раз, помнишь? Поверь и в этот. Мне нужно с ним поговорить.

— Надеюсь, это действительно важно, — вздохнула Адель, и я по голосу поняла, что она сдалась.

Оставался открытым вопрос, как мне покинуть дом без стражи, которой было предписано следовать за мной, когда я выходила за порог. Лозы плюща, что я использовала ранее вместо лестницы, срубили ещё во время моей болезни. Но, к моему счастью, солнечная погода за окном стремительно портилась. Ещё совсем недавно ясные небеса затягивали серые тучи. План родился молниеносно.

Для стражи, по большей части для Бранда, мы разыграли грандиозное театральное представление в холле резиденции. Адель изобразила чистейший ужас из-за рассыпанного ею лекарства Её Высочества. Бесконечно ойкая, она накинула плащ и выскочила из дома, громко объявив, что направляется к алхимику сама, так как Флориан сейчас на занятиях. Через минуту она снова заскочила обратно и поспешила к себе в комнату, объяснив это своей забывчивостью. В следующий раз, прячась под капюшоном, из дома выбежала уже я.

Оказавшись на улицах города, я с досадой осознала, что довольно смутно помню дорогу в трущобы и идти придётся по памяти. Ветер усиливался, заставляя всё больше кутаться в плащ. Начинал моросить дождь. В какой-то момент, оглянувшись в поисках ориентиров, мой взгляд в числе немногочисленных прохожих выхватил знакомое лицо. Эрлонд — один из гвардейцев, следовал за мной. Я тяжело вздохнула и направилась к нему. Раз уж Сервиану всё равно станет известно о моём непослушании, то скрываться смысла нет. А так он хоть покажет дорогу. Если припомнить, то Эрлонд тоже был выходцем из трущоб.

На долю секунды он почему-то показался испуганным, заставив меня испытать лёгкое угрызение совести и подумать: а не злоупотребляю ли я властью, свалившуюся на мою голову? Не хотелось бы прославиться среди слуг самодуркой. Эрлонд чуть смутился, но мою просьбу выполнил. Мы шли по петляющим узким улочкам, ведущим от центра города. Случайных прохожих становилось всё меньше, а те редкие, что ещё встречались, старались скорее пронестись мимо, спасаясь от усиливающегося дождя, что превращал землю под ногами в хлюпающую грязь. Плащ, защищающий какое-то время от проливающейся с небес воды, начал промокать, доставляя неприятные ощущения промозглости. Хотелось скорее дойти. Я как раз думала поинтересоваться у Эрлонда, как далеко до дома презренных и верной ли дорогой мы идём, когда он внезапно напал на меня.

Столь внезапное нападение со спины шокировало. Широкой ладонью Эрлонд зажал мне рот с носом, крепко схватив другою рукой. Такого со мной никогда не случалось. Но в тоже время, благодаря многочисленным фильмам и тренировкам в прошлом, я действовала не раздумывая. С размаху ударила локтем под рёбра, с удовлетворением ощутив лёгкое послабление, и всем весом осела. Расчёт был на неожиданность. А уж удар в пах застал гвардейца врасплох. Он выпустил меня из рук, и я рухнула на землю. Путаясь в плаще и треклятущих юбках, я быстро отползла и встала. Поспешно оглянулась назад, удостовериться, а не ошиблась ли в своих подозрениях насчёт Эрлонда. Пока сердце отплясывало тумбу-юмбу.

Это действительно был Эрлонд, некогда стоявший на страже у дверей Сервиана в первый день моего попадания в этот мир. В голове не укладывалось, зачем ему нападать на меня. Я уже была готова, задрав юбки, кинуться прочь от согнувшегося в болезненной позе гвардейца, когда заметила за его спиною движение. Одновременно с этим мои уши словно заложило. Барабанящие капли дождя притихли, как если бы я зажала уши руками. Я подумала, что всему виной адреналин, выплеснувшийся в мою в кровь во время нападения, но ко всему прочему звуку добавился какой-то приглушённый шепот вперемешку с причмокиванием. Я сделала шаг назад и в миг ощутила себя вдрабадан пьяной, будто я разом опустошила бутылку крепкого алкоголя. Перед глазами всё закружилось пьяными вертолётиками. А в следующее мгновение мой неестественно опьяненный разум выхватил приближающуюся к моему лицу землю. Мыслить связно не получалось. Я так хотела увидеть магию, но вряд ли желала ощутить её действие на себе.

В себя пришла также резко, как и отключилась. Я лежала на полу в полутёмной комнате без окон, рядом с каким-то ящиком. Воздух был влажным, слегка затхлым, словно я находилась в каком-то погребе. Левое плечо онемело, кожу на скуле стянуло до боли. Вспомнилось, что я упала лицом в грязь, которая засохла и доставляла эти неприятные ощущения. Хотела оттереть, но руки оказались связанными за спиной. Я замерла. Эрлонд меня похитил. Стоп! Там был кто-то ещё. Послышались лёгкие шаги в мою сторону. Я напряглась. Из-за ящика, закрывающего обзор, показалась женщина:

— Очнулась? — спросила она.

Свет падал со спины, лица было не разглядеть. В любом случае, я её не знала.

— Кто ты такая? И что от меня нужно? — спросила я, пытаясь принять более-менее сидячую позу, чтобы сохранить хоть какое-то уважение к себе и не выглядеть совсем жалко.

Думаете, мне не было страшно? Ещё как! Не боится только дурак. Вот и я старалась держать хорошую мину при плохой игре. Иногда уверенность в себе — это единственная сила, которая у нас остаётся. По крайней мере я цела, а значит, шансы имеются.

Женщина привалилась бедром к ящику и уперев одну руку в бок произнесла:

— Не думаю, что моё имя тебе чем-то поможет. Ну, ладно, давай познакомимся я Кузнецова Татьяна Николаевна.

— Ты…ты…из нашего мира?

— Как насчет твоего?

— Жанна, — просто ответила я и поражённо выдохнула: — Ты такая же как я.

— Попаданка имеешь в виду? — по голосу было слышно, как она улыбается. — Да, но подругами мы не станем.

— Почему?

— Дело не в тебе, дело во мне, — вздохнула она. — Честно, мне очень жаль тебя.

Она помолчала.

— Жанна, скажи, как тебе тут? Нравится? — меня так давно никто не называл по имени, что сейчас оно казалось каким-то чужим и неуместным.

— Да, — всё-таки ответила я, не понимая куда она клонит.

— Любишь его?

Не стоило долго ломать голову, кого она имеет в виду. Татьяна прекрасно знала, кто я такая. Люблю ли я Сервиана? Мне нравится его внимание. Я радуюсь каждый раз, когда вижу его. Просто не замечаю никого другого. Постоянно ищу что-то общее что связало бы нас, строю планы на совместное будущее. Честно сказать, я уже не представляю своего будущего без него. Я стараюсь ему угодить. Хотя получается это у меня из рук вон плохо. Если бы я его слушалась, то не оказалась здесь сейчас.

— Вижу. Любишь, — заключила Татьяна.

— Тебе нужны деньги? — быстро предположила я. — Сервиан заплатит, я уверена. Да и у меня полно жемчуга. В этом мире я принцесса…

На этих словах Татьяна расхохоталась, громко, от души, весело. Я не понимала причины её веселья.

— Я тебя удивлю, но в этом мире я тоже принцесса. Была, — добавила она. — Принцесса ныне не существующего королевства Ньюит.

— Мириам? — искренне удивилась я.

— Ненавижу это имя! — со злостью прошипела она. — Ненавижу это место.

— Но почему?

— Ты не представляешь насколько этот мир ужасен. Я словно попала в некую временную петлю. Какое-то жалкое подобие дня сурка. Время в нём тянется бесконечно долго, — её голос дрогнул. Она помолчала. — Многие года пытаюсь вернуться обратно. Я должна вернуться.

— Но при чём тут я? — осторожно поинтересовалась я.

— Как долго ты здесь?

Я задумалась:

— Недели три или четыре…

— Боже, ты даже не знаешь точно! Я здесь две тысячи дней, — Татьяна закрыла ладонями лицо, и я физически почувствовала отчаянье, исходившее от её чуть сгорбившейся фигуры.

— Развяжи меня и мы спокойно всё обсудим, — предложила я: — Я тебе не враг.

— Господи, Жанна! — воскликнула она, опустив руки: — Неужели ты ни разу не задумалась почему оказалась здесь? Не задалась вопросом как такое вообще возможно?

— Ты знаешь? — поражённо вздохнула я, подавшись в её сторону.

— Магия, конечно! — легко ответила она. — Я столько времени потратила на её изучение. И лишь позже поняла, что моих сил недостаточно. Люди Тианского королевства не просто так считаются одними из сильнейших в магии. Всё это связано с Кло́дель Тианской. Той, кем ты сейчас являешься. Я случайный побочный попаданец.

Разрази меня гном! Но Татьяна не виделась мне злой. Я была уверена, где-то в глубине души она счастлива поговорить со мной. Множество дней ей приходилось скрываться и лгать. Ей некому было рассказать о том, кто она на самом деле. Но, к сожалению, Татьяна предпочитала ненавидеть меня, как ненавидела этот мир.

— Кому это надо?

— Хороший вопрос, — согласилась Татьяна. — Знаешь, сколько Кло́дель побывало тут? Десятки. И каждый раз мир отматывается обратно. Но ты первая, которая оказалась так близко ко мне. Ты читала книги?

— Да, — я всё ещё не понимала к чему она ведёт.

— Тогда ты должна понимать, что они жили долго и счастливо не устроит его.

— Кого не устроит?! — на глаза навернулись слёзы, нервы начинали сдавать.

— Мага, который за этим стоит.

— Но зачем ему?

— Этого я не знаю. Но знаю, что ему нужна ты.

«Точнее моя смерть» — подумалось мне.

— Я обменяю тебя на своё возвращение домой. У меня есть причина, понимаешь? У меня там остался ребёнок.

Я могла понять Татьяну и даже посочувствовать ей, но простит меня Бог отдать жизнь была не готова.

— Почему ты уверена, что он вернёт тебя домой? В конце концов, если он такой могущественный зачем ему ты? — я старалась посеять сомнения.

— Знаешь, мне ни к чему задавать эти вопросы. Для меня важно только одно: он дал непреложный обет в исполнение своих слов. Ах, да. Ты, наверное, не знаешь, что это такое. Он дал мне слово и если не исполнит, то его ждёт неминуемая смерть.

— Всё равно не понимаю. Почему он сам всё не сделает? Я пробыла здесь всего ничего. Даже не стала женой Сервиана…

— Ты не поняла? Все вы героини книг. И какую книгу пишешь ты, его не устраивает.

— Долго и счастливо? — я озвучила догадку. С одной стороны меня это радовало, но… — Ты веришь какому-то неизвестному магу?

— Я верю в его силу. А теперь достаточно разговоров, — сухо заявила она. — Я и так сказала тебе достаточно.

Она шагнула ко мне и, наклонившись, схватила за подбородок, заставляя смотреть на неё. Пальцем другой руки она провела по моим губам. И снова я почувствовала, как мои уши закладывает. Татьяна шептала. Это длилось совсем ничего. Уже в следующую секунду она отпустила меня и, отступив, произнесла:

— Прошу, не доставляй мне беспокойства, и я не причиню тебе вреда. Мне нужно собраться.

Я было хотела открыть рот, чтобы убедить её в том, что я ей не враг. В конце концов, мы из одного мира. Но внезапно не смогла этого сделать. У меня получилось лишь бессвязно промычать. Мои губы словно заклеили клеем.

— Печать тишины, — пояснила Татьяна и покинула мой закуток.

Я старалась сохранять спокойствие и здраво мыслить, но ничего не могла поделать с разраставшейся в груди тревогой. Из-за невозможности раскрыть рта всё больше охватывало чувство удушья, а вместе с ним накрывало бессилие и отчаянье. Я с силой зажмурила глаза, пока не появились белые искорки в темноте. Это отвлекло меня от окружающей действительности, успокоило и вернуло способность логически думать.

На данный момент мне ничего не угрожало. Как бы там ни было, Татьяне я нужна живой. Мне следовало дождаться удобного момента для побега. Необходимо держать себя в руках. Вслушиваясь в торопливые шаги Татьяны по комнате, я уже хотела привстать и выглянуть из-за ящика, когда она громко произнесла, обращаясь ко мне:

— Веди себя хорошо. Не шали, — раздался хлопок двери и шорох ключа в замочной скважине.

С трудом верилось, но она оставила меня одну. Я быстро перевалилась на бок. Подняться со связанными руками за спиной и путающимися в ногах юбками оказалось не так уж легко. Я огляделась. Квадратная комната пять на пять метров. Под потолком лампа. Множество ящиков различных форм и размеров теснятся вдоль стен в несколько рядов. На свободном пространстве пола был нарисован круг тёмной краской с неясными знаками, явно предназначенный для неких магических действий.

Но больше всего поражала полностью зеркальная дальняя стена, около которой стоял длинный стол, заваленный книгами. Даже в тусклом свете зеркало прекрасно отражало мой ужасный внешний вид. От былой принцессы не осталось и следа. Держали меня в каких-то подвальных помещениях, и я, измазанная грязью, потрепанная и всклоченная, походила на подвальную крысу. Ещё сильнее уверившись в своём намерение бежать, я сосредоточилась на верёвках, удерживающие мои руки.

Видимо, похищение людей у Татьяны не было поставлено на поток. Узлы оказались слабо завязанными. Скорее всего, их то и связали сзади только из-за того, что упав, я лежала, уткнувшись лицом в землю. Как можно ближе сведя запястья, я опустила руки, пытаясь поочередно вытянуть то одну руку, то другую. Зачем им вообще потребовалось меня связывать, если Татьяна наложила заклинание? Понимание пришло практически мгновенно: она сама не знает, как долго продлятся чары. Рука выскользнула из пут, и веревка с глухим стуком упала на пол. С довольной улыбкой я растёрла запястья. А затем принялась исследовать содержимое ящиков. Они были заполнены фолиантами книг, различной посудной утварью, драгоценными или полудрагоценными камнями.

«А я ей деньги предлагала» — усмехнулась про себя я, заглянув в очередной короб средних размеров, доверху наполненный золотыми столовыми приборами.

Единственное полезное, что удалось отыскать, был небольшой ножичек в поясном чехле, располагавшимся горизонтально на ремне. Я принарядилась в находку, запрятав его в складках растрепавшейся одежды. Не уверена, что смогу им воспользоваться, но всё-таки лучше его иметь, чем нет. И не подумаешь, что самое интересное обнаружится на столе в открытой книге. Сначала я не обратила внимания, но потом мой взгляд зацепился за отражение. Все книги, попадавшиеся мне в этом мире, были рукописными, а не печатными. Наверное, поэтому мне и в голову не пришло… я могла прочитать текст в его зеркальном отражении. Не успела как следует изучить написанное в книге и подтвердить только сделанное удивительное открытие, как за дверью, что находилась ровно напротив того места, где я стояла, послышалось бряцанье ключей и шебуршание в замке.

Я отреагировала мгновенно. Подхватив порядком надоевшие юбки, засунула их край за портупеи, уменьшая длину почти вдвое с правой стороны, что давало некую свободу моим ногам, и замерла в напряжённом ожидании. И как только дверь приоткрылась, со всей дури пнула по ней. Как я и рассчитывала, с другой стороны не ожидали ничего подобного — дверь распахнулась. Татьяна не устояла. Я рванула в проход. Мне не удалось пробежать и десяти метров, как уши заложило, а тело неожиданно замерло прямо в движении и перестало подчиняться моей воле. Будь проклят этот шёпот, превративший меня в живую статую!

Перед глазами появилась Татьяна:

— Ну и зачем ты это сделала? — спросила она, не ожидая ответа. Печать тишины продолжала своё воздействие. Я встретилась с её карими глазами: — А теперь спи, — велела она, ткнув меня в лоб.

Я почувствовала, как заваливаюсь назад, погружаясь в темноту…

Когда в следующий раз ко мне вернулись чувства, я долгое время не могла понять, где нахожусь. Вокруг было темно и тесно. Хотя тонкие лучики света проникали сквозь щели деревянного короба, высвечивая пучки соломы. Пахло животными. Чувствовалось движение. Меня куда-то везли, связанную по рукам и ногам. Я пододвинулась ближе к одной из стен и, прилагая усилия, заглянула в щель. Мы проезжали по улицам Сорста, на которых продолжал моросить дождь.

«Меня спрятали в какой-то телеге», — догадалась я.

Не просто спрятали в телеге, а замуровали в её днище. Хотелось кричать, но мешала печать, наложенная Татьяной. Телега остановилась.

— Куда направляетесь? — послышался мужской голос.

— Возвращаюсь домой. Куры проданы мне не зачем задерживаться в городе, — я узнала голос Татьяны.

— Ваше имя?

— Луиза Лакмар. Если это ускорит дело, то я прибыла три дня назад через эти же ворота.

— Хорошо, — ответили ей.

Не знаю, что происходило дальше. Больше я ничего не слышала. Моим жалким попыткам привлечь внимание, состоящих из мычания и стуков коленями по крышке, никто не придавал значения. Вскоре телега снова тронулась.

— Ах, да! Люди говорят западную дорогу размыло. Дождь несколько дней проливался в округе, — напутствовал всё тот же мужской голос. — Езжайте по северной.

— Спасибо.

Сквозь узкую щель в досках я проводила взглядом усатого стража северо-западных ворот и без сил упала на дно. Затем вспомнила о припрятанном ножичке. Не следовало ожидать от себя каких-то киношных геройств. Я успешно достала нож. Всё приходилось делать наощупь, и из-за пут на руках я его не удержала, а неаккуратным телодвижением свалила куда-то под себя. Развернуться возможности не было. Впервые в жизни я не знала, что делать, пока Татьяна увозила меня всё дальше в неизвестном направлении. Полнейшее бессилие погружало меня в бездну отчаянья. Я не выдержала и заплакала. Беззвучные слёзы скатывались по мои вискам, забегая в ушные раковины.

Наплакавшись всласть, я вспомнила, что печаль никогда не была моей подругой, да и слезами горю не поможешь. Я жива, а значит, ещё рано сдаваться.

Но надежды на то, что Сервиан отыщет меня, угасали с каждой секундой. Мне оставалось только гадать, сколько времени прошло с тех пор, как я покинула Императорский дворец, и заметили ли моё исчезновение? Замешан ли в этом Ванс Госсет или Кириан? Теперь я понимала: порох вовсе не являлся изобретением алхимика. Знания ему предоставила Татьяна. Это же объясняло его веру в мои слова. Когда я объявилась на пороге, предлагая великое открытие, способное изменить мир, я уже не была первой. Судя по всему, Кириану осталось неизвестно опасное предназначение пороха. Скорее всего, он о чём-то догадывался, иначе бы не искал встречи с Сервианом. Интересно, Татьяна ему не доверяла или хотела сохранить в тайне? Я почему-то не сомневалась, что она создала оружие, просто воспользовалась разными исполнителями. Если учитывать, что за всем стоял сильный маг, то огнестрельное оружие — единственный способ противостоять ему. Я уже в полной мере испытала воздействие магии на себе и могла сказать точно: как только ты попадаешь под её влияние, шансов сопротивляться нет. Возможно, сюжет той книги, в которой у армии Сервиана появляется огнестрельное оружие одна из ошибок Татьяны? И после гибели очередной Кло́дель, как сказала Татьяна, мир отмотался, и она решила этого не повторять. Если, конечно, я верно понимаю «отмотать мир».

И то ли меня укачало, потому что дорога, по которой ехала Татьяна, была более-менее ровной, то ли из-за измотанности магическим сном, не единожды насланным на меня, ни капли не походящим на тот обычный, после которого чувствуешь себя отдохнувшим и полным сил, но я уснула.

Мне снился родной город, в котором царила весна. Повсюду цвели клумбы и деревья, наполняя воздух улиц ароматом сирени и вишни. Одетая, как и за завтраком этим утром в голубое платье, сшитое лучшими швеями империи, я вызывала восхищение у прохожих. Снова оказавшись в своём мире, я испытывала смешанные чувства: переплетающуюся радость с неясной тоской. Сновидение было странно осознанным. Я почти подумала: а не вернулась ли я обратно, когда из проулка на длинных, словно жерди ногах вышел…лось.

Замерев, я уставилась на животное.

«Определённо мне это снится» — решила я.

Лосей никогда не было в нашем городе. Они даже не водились в регионе. Мне не доводилось видеть их в жизни, разве только по телевизору. И действительно ли они настолько огромные, как минимум в два раза крупнее любой лошади, я знать не могла.

— Кло! — за спиной раздался знакомый голос, заставивший позабыть о лосе.

Я едва снова не разрыдалась, но на этот раз от счастья, и кинулась на шею к Сервиану. Почему-то тот, кого я была рада видеть больше всех на свете, не выглядел особо довольным. Я заглянула в его грозовые глаза, пытаясь понять.

— Ты жива? — спросил он, озадачив меня.

— Да, — растерянно ответила я.

— Тогда, где ты?

«Он злится?» — подумалось мне.

— Меня похитила Та… — начала я и тут же поправилась: — Мириам. Она покинула город через северо-западные ворота и везёт меня куда-то по северной дороге.

Сама не знаю, почему я это ему сказала. Мне снова приходилось оправдываться. Наверное, я так сильно хотела, чтобы он меня спас, и это желание проникло в сон.

Я так и не узнала, что же ответил мне Сервиан. Татьяна вырвала меня из сновидения, ухватившись за платье и грубо дёрнув, не церемонясь вышвырнула на землю. Не самое приятное пробуждение, учитывая, что ты связан по рукам и ногам. Руки онемели, плечи и спина затекли. Всё тело охватила неимоверная боль. Я непроизвольно застонала на разные голоса, выдавая целую арию различной громкости, не сразу сообразив, что печать тишины больше не действует. Через какое-то время мне удалось пересилить себя. Я с трудом села, привалившись к колесу крытой телеги.

Дождь закончился. Тучи разбежались, и было видно солнце, клонившееся к горизонту за рекой. Тени могучих деревьев удлинились. Где-то рядом затрещала цикада. Татьяна съехала с дороги, распрягла лошадей и привязала животных к одному из деревьев поблизости.

«Можно было бы попробовать угнать на одной из них, если бы я умела ездить верхом», — взгрустнулось мне.

— Я надеюсь, ты развяжешь меня, — произнесла я, обращаясь к проходящей мимо Татьяне.

Она никак не отреагировала.

— Боже, Татьяна, мы из одного мира. Мне нужно сходить в кусты! — настойчивее и громче повторила я: — Ты же не заставишь меня так унижаться?! Будь человеком.

И ответом мне было молчание. Но вскоре она вернулась, сунув в руки бутылку:

— На пей. Развяжу я тебя, но только ноги.

— Ты издеваешься? Я рук не чувствую.

— Не ной, — бросила та, пока перерезала веревку на ногах. — Справишься как-нибудь.

Я напилась и заметила:

— Я думала, ты будешь с Эрлондом.

Она посмотрела на меня странно-тяжёлым взглядом:

— Заканчивай болтать, а то снова заставлю замолчать.

В моей душе разгоралась взаимность по отношении к этой молодой женщине. Я начинала её ненавидеть. Вмешалась в мою сказочно-чудесную жизнь, порушила всё, и мой покой в том числе. Везёт к человеку, кто желает лишить меня жизни. И явно каким-то не простым способом, раз я ему нужна живая.

После того, как она освободила мои ноги, встать сразу не получилось. Я прилагала титанические усилия держаться, пока хоть как-то старалась растирать ноги, исколотые тысячами иголок разом. Думать о чём-то другом сил не было. Когда, наконец, встала и на нетвердых ногах направилась в сторону, Татьяна заметила:

— Не отходи далеко, чтобы я тебя видела.

— Ты что будешь смотреть? — зло бросила я.

— Да. И если ты хоть шаг сделаешь не туда, отправлю тебя спать.

Мне очень хотелось выкинуть нечто эдакое, чтобы она, будучи одна помучилась с моим бессознательным телом. Но чуть позже, сначала дела. А Татьяна действительно не сводила с меня глаз.

«Если ей так хочется, пусть смотрит» — подумала я и отвела взгляд на обрывистый невысокий берег, на быстро текущую речку с мириадами бликов от заходящего солнца.

А потом в голову пришла мысль. Возможно ли такое, что магия Татьяны работает лишь когда она видит объект, на который насылает чары? А для некоторых, таких, как Печать Тишины, и я должна смотреть на неё? Стоит ли проверить догадку? Однозначно стоит. Я распрямилась, опустила юбки и замерла. Увиденное заставляло мои глаза открываться шире и шире. Я не верила в то, что видела…

За спиной Татьяны стоял лось! Его огромная голова находилась сразу над её головой. Было в этом нечто пугающее, даже если не учитывать приснившегося мне лося.

— Не пытайся. Я на такое не куплюсь, — сказала Татьяна, но всё-таки не сдержалась и обернулась посмотреть, что же шокировало меня.

Я не раздумывала. Рванула к реке и совершила прыжок. Было не глубоко. Я с легкостью оттолкнулась от дна и вынырнула. На берег выбежала Татьяна. Я откинулась на спину и позволила сильному потоку подхватить меня и относить дальше и дальше, во всю помогая тому ногами. Мне не было страшно. Я плавала хорошо, связанные руки совсем не помеха. А может я просто человек с ещё тем гавнецом, поэтому и не тонула. Не сдержав улыбку, я предоставила себе возможность расслабиться. Надо мной проплывало нежно-розовое небо с редкими облаками, и мне почти удалось совершить побег. Минусом было то, что Татьяна следовала за мной вдоль по береговой линии. Она, конечно, отставала, ей приходилось преодолевать препятствия. Но вода из-за течения слишком холодна. Как ни крути, мне придётся вскоре выйти. А как только я выйду на берег, снова окажусь в её власти.

Подгадав изгиб с возвышением на берегу и пологим склоном, я стала сворачивать. Расчёт был на то, что Татьяна запыхается и устанет, но в великолепии всей ситуации, очутившись на суше я была не лучше, да ещё и в платье облипающим меня со всех сторон и сковывающим движения. Слишком сильное течение измотало меня. Я затаилась около ствола большого дерева, размышляя о дальнейших действиях. Не зная какие ещё заклинания имеются в арсенале Татьяны, была уверена, что усыплять она не станет. Просто не дотащит моё тело до места, где остались лошади и телега. А может, мне повезёт, и она пройдёт мимо.

Не повезло.

«Чёрт её подери, но как она вышла прямо к тому месту, где сидела я?!» — пронеслось в голове, а вслух произнесла:

— Привет. Хорошо прогулялись, — и хихикнула.

Её глаза блеснули гневом:

— Вставай! — бросила она мне, глядя сверху вниз.

«Видимо, цель моего пребывания в этом мире бесить слишком серьёзных людей» — подумала я, и отрицательно помотала головой:

— Не-а, — и уже откровенно захихикала.

Это было что-то истерично-нервное.

«И вот что ты мне сделаешь?» — с вызовом подумала я, но честно старалась держать себя в рамках и пытаясь воззвать к разуму:

— Ну, право, Таня, дай передохнуть. Сил нет. Ты же сама устала.

Но она была упёртым бараном. Уши вновь закладывало. Мне даже отчасти стало интересно, каким образом она заставит меня пойти. Внезапно её взгляд переместился куда-то за дерево, перед которым сидела я, стал серьёзным, потом испуганным. Она отступила на несколько шагов. Я уж подумала, а не вернулся ли тот лось. А потом резкий поток воздуха сбоку ударил в лицо, и я увидела белую вспышку. Голова Татьяны, слегка подлетев, как пробка из бутылки, покатилась по склону в воду, периодически подпрыгивая на бугорках. Кажется, я замерла с открытым ртом, наблюдая эту картину, и лишь позже поняла, что вспышкой света был отблеск лучей заходящего солнца от меча Сервиана.

Он повернулся ко мне. Его глаза светились тёмным фиолетовым светом. Именно светились, и в сгущающемся сумраке это было как никогда видно.

— Ты цела? — спросил он.

— Да, — тихо ответила я и посмотрела на тело Татьяны, лежащее в паре метрах от нас. В лучах заходящего солнца, оно виделось обычным тёмным холмом.

Мне не было её жалко. Беспокоило лишь то, что градус нормальности стремительно падал. Ведь это не совсем нормально, когда на твоих глазах убивают человека, и ты не испытываешь ровным счётом ничего. Разве что сожаления: останься Татьяна жива, то можно было её допросить. Хотя по большей части я просто не верила в то, что видели мои глаза. Как там по Фрейду? Стадия отрицания. Есть же такое?

— Иди ко мне, — сказал Сервиан и сам подошёл, приподнял, а затем подхватил меня на руки.

Я слегка охнула и обхватила его за шею:

— Я вся мокрая.

— Я заметил, — ответил он.

Его глаза полыхнули, и он побежал. Но можно ли это назвать бегом? Мне казалось, Сервиан передвигался какими-то большими прыжками на неимоверной скорости. Деревья пролетали мимо, как если бы он несся по трассе за рулем автомобиля, а я глядела в окно. Сильный ветер в миг охладил мокрое платье, и стало зябко. Понятно, почему магия Татьяны оказалась бессильна против быстроты Сервиана. Не прошло и минуты, а Сервиан уже поставил меня на ноги возле телеги. Рядом дожидался целый отряд императорских гвардейцев. Сервиан чуть отступил и громко свистнул. Почти сразу из леса с разных сторон выходили ещё гвардейцы, глаза каждого светились фиолетовым огоньком. Странно, что в книгах Яны Алмазной не упоминалась нечеловеческая сила Госсетов. Они не владели магией и не обладали способностью к заклинаниям, потому что магия была внутри них самих, превращая их в суперлюдей по желанию.

Я поёжилась. Солнце совсем скрылось за горизонтом, и в мокрой одежде было, мягко говоря, неприятно и холодно. Я посмотрела на крытую телегу и припоминая, как Татьяна собиралась в дорогу. Возможно, у неё найдётся что-то сухое в запасе. Использовать одежду только что убитого человека, конечно, не комильфо, но она умерла, а я пока жива и мне холодно. Так что…к чёрту сантименты. Ей меня не было жаль. Так с чего мне жалеть незнакомого человека, пусть и из одного со мной мира, но от чего-то желающего мне зла? Раздобыв фонарь, я решительно направилась к телеге. Сервиан последовал за мной и даже подсобил в неё залезть.

— Ничего не хочешь мне сказать, — заметил он, забираясь вслед за мной.

Прицепив фонарь к потолку, я глянула на Сервиана прежде, чем приступить к обыску:

— Что ты хочешь услышать? Ты был прав. Надо было слушать тебя, — заглянув в первый ящик, наткнулась на какие-то чёрные булыжники, озадаченно нахмурилась: зачем ей камни? Я снова посмотрела на Сервиана: — Теперь ничего не узнать. Вот зачем ты ей голову отрубил?

— Я был зол, — лаконично ответил он и уселся на борт телеги.

Он словно ожидал от меня каких-то объяснений. А что я могла разъяснить? Во втором ящике обнаружилась одежда.

— Я хочу переодеться, — заметила я, подобрав кое-что подходящее. Сервиан не двинулся с места. — Будешь смотреть?

Он не ответил, продолжая сверлить меня взглядом.

«Да что же такое?! Все так и норовят посмотреть, — раздражённо подумала я и внезапно для самой себя ухмыльнулась безумной идеи: — Ну, ладно»

Глядя на Сервиана, я принялась развязывать тканевый корсет. И пусть сейчас выгляжу не лучшим образом, я знала, что под этим платьем прислуги, когда-то принадлежавшем Адель, скрывается изящное, гибкое и юное тело. Стянула платье с одного плеча, затем с другого, чуть повела плечами, и оно спало куда-то к талии. Я освободила руки и спустив его с бёдер, позволила тому упасть на деревянный пол. На мне остались несколько нижних юбок и сорочка. Юбки я скинула, не церемонясь, и слегка оттолкнула ногой. До сих пор влажная сорочка облепила тело, соски затвердели от холода, но сама я уже не замечала его. Внутри меня растекались волны жара. Я смотрела на Сервиана, а он не отрывал глаз от меня. Я взялась за сорочку и медленно сжимая, стала поднимать подол. Всё выше и выше, обнажая длинные стройные босые ноги. Достигнув края подола, ухватилась и сняла её через голову. Я старательно откинула волосы назад, выгодно развернувшись к свету и демонстрируя Сервиану упругую девичью грудь с заострившимися сосками. На мне остались панталоны. Я плавно их спустила, слегка нагнувшись вперед, и когда они спали с меня, как и вся прочая одежда, переступила, оказавшись прямо под лампой. Провела руками по бёдрам, тонкой талии, грудям и сложила за шеей.

— Нравится? — спросила я.

— Очень, — ответил он.

Я сделала шаг к Сервиану и остановилась прямо перед ним. Моя грудь была как раз на уровне его лица.

— Хочешь потрогать?

— Хочу, — сказал он, и ничего не сделал.

— Притронешься? — продолжала я, подталкивая его к действиям.

— Нет.

Ответ озадачил и разозлил одновременно. Я очень хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. А если быть до конца откровенной: чтобы обняли и успокоили. Я наклонилась, грудью слегка коснувшись его плеча, и произнесла прямо в ухо:

— Я вся мокрая.

Его глаза вспыхнули фиолетовым огнём, но он ничего не ответил.

— Ну, как хочешь, — фыркнула я и, распрямившись, развернулась к нему своим прекрасным обнажённым задом.

— Кло, мне нравится твоё представление, но как бы мне не пришлось казнить моих лучших гвардейцев, — хриплым голосом произнес Сервиан мне в спину.

Я озадачено обернулась. Он не смотрел на меня, а глядел на мою тень на холщевом тенте телеги. Моё лицо вспыхнуло алым. Это было сродни безумию. С ума сойти! Три десятка гвардейцев видели мой театр теней. Я резко осела. Ситуация до жути неуместна. Не знаю, что на меня нашло. Возможно, всё-таки сказался пережитый стресс. Такого смущения я давно не испытывала. Поэтому пока я одевалась, то старалась не смотреть на Сервиана и ни о чем не думать.

— А как ты меня нашёл? — спросила я, справившись со своим позором.

— Твои часы, — заметил он.

— Часы? — озадаченно повторила я.

Отправляясь в трущобы, я сунула часы-кулон под одежду, чтобы мелкие каменья, коими была инкрустирована крышечка, не привлекали внимание. Я совсем позабыла об этом маленьком украшении, подаренном мне королём Беррианом сразу после выздоровления. Я вытянула их за цепочку на свет, и открыв, взглянула на циферблат. Они показывали половину десятого и несмотря на недавнее купание, продолжали свой ход.

Я всё равно не понимала. Поймав мой вопросительный взгляд, Сервиан сунул руку в карман брюк, а затем протянул мне округлый предмет. Я с интересом взяла его и тут же воскликнула:

— Вы за мной следите?

— Видимо, под «вы» ты имеешь в виду меня и короля Аркадии. Это не было моей идеей. Подарив тебе женские часы, он посчитал полезным вручить мне эту штукенцию. Красная стрелка всегда указывает ту сторону, в которой находятся часы, — пояснил он, но этого не требовалось. Принцип работы компаса я знала, а вот святящийся камушек в центре…это магия?

Она самая. Благословленные каждого королевства обладали своей уникальной магией. Каждое скрывало особенности дарования. По крупицам всё же можно было понять: королевство Тьюит — это некая ментальная магия, сила Госсетов схожа с магией крови, королевство Аркадии владело знаниями о техномагии. Интересно, а чем наделены люди королевства Тианского? И, словно отвечая на мой мысленный вопрос, Сервиан добавил:

— Но, если бы ты не сказала более точно, где искать, это заняло бы гораздо больше времени.

— Что я сказала? — не без удивления переспросила я.

— Что тебя везут по северной дороге из города.

Стоп! Это же был сон? Или нет?

— Как это…? — озадаченно пробормотала я

— А мне бы было интересно узнать, почему о твоей пропаже мне сообщает твой алхимик, а не твоя служанка, в одеждах которой ты видимо и покинула дворец, — Сервиан всё-таки выплеснул своё недовольство, усиленно тыкая всем моим, а в конце с нажимом добавил: — Снова.

Господи, мне так не терпелось услышать его ответ на мой вопрос, что я не обратила внимания на его недовольство и кинулась к нему, присела, и заглядывая в глаза произнесла:

— Ну, прости, прости. Обещаю это в последний раз. Зуб даю.

— Зачем мне беззубая невеста? — усмехнулся он.

— Ты прав ни к чему. Но ты сам виноват, — сообразив, что сказала лишнее, быстро добавила: — Отчасти. Ты запретил мне разговаривать со своим братом. И я подумала… точнее… я не думала. Я надеялась, что ты об этом не узнаешь и ты не будешь злиться.

— Я не злюсь, но как ты считаешь почему я запретил общение с ним?

Я отвела взгляд, опустила голову. Не могу же я ему сказать…

Сервиан приподнял мое лицо.

— Кло, я хочу, чтобы ты со мной была честной. Поэтому скажу, как есть: Ванс не в себе. Он давно путает реальность и вымысел. Вот главная причина, по которой я не желал вашего знакомства. Много лет Ванс рассказывает о моей исчезнувшей невесте, принцессе королевства Ньюит Мириам. Принцесса Мириам действительно существовала в королевстве Ньюит, но она никогда не была моей невестой. Убеждённый в своей правоте, Ванс не верит ни мне, никому-то другому. И вот ты говоришь: тебя похищает Мириам. На лицо дурное влияние моего братца.

От удивления я даже открыла рот. Как же так получается? В голову пришла совершенно безумная догадка. У Ванса сохранились воспоминания о прошлом? Я подскочила на ноги:

— Нет, всё не так, — проборматала я: — А где Ванс?

— В темнице. Ведь это он отправил тебе письмо.

— Ты посадил брата в темницу?! — почти вскричала, хотя не понятно, чему так удивляюсь? — Думаю, он ни при чём. Я не сведуща, но, кажется, он попал под влияние магии, — более спокойно добавила я.

— Как насчёт того, что уже много лет мой брат спонсирует Дом Презренных? В поисках тебя я перевернул там всё вверх дном и обнаружил разветвлённую сеть тоннелей с комнатами и ходами. Жители Дома Презренных незаконно практически правят трущобами и улицами Сорста.

Поразительно! Неужели Татьяна создала преступную группировку в этом мире?! Но всё-таки в сопричастность младшего Госсета мне не верилось:

— Ты говорил с Вансом?

— Не было времени.

— Я не верю. Он слишком юн для такого, — задумчиво рассудила я и поднялась: — Подожди, а как всё-таки я тебе сообщила, что меня похитила Мириам?

— Во время обыска я наткнулся на тебя в одном из коридоров. Ты просто стояла там, и твоё тело было прозрачным, как дым или туман. И ты сообщила, где тебя искать. Тогда-то я и вспомнил о штукенции короля.

Значит, это был не сон? Или сон, но совсем необычный. Я проснулась совсем недавно. Вряд ли прошло больше часа…

— Я ушла на встречу вскоре после завтрака. Когда тебе стало известно о моём исчезновении?

— Ближе к полудню. Со мной не так просто найти встречи и твоему алхимику пришлось разыскивать Флориана.

— Получается, вы нас догнали к вечеру?

— Следующего дня.

— Что?

Даже если предположить, что причиной сновидения была я, то как объяснить взаимосвязанность с прошлым? Сон в прошлое? Возможно, магия. Но неужто моя? К такому жизнь меня не готовила…

— Как сложна-а, — простонала я и предложила: — Давай вернёмся в город. Хочу ещё раз взглянуть на то место, где держали меня.

— Неподалеку отсюда есть постоялый двор. Не хочешь остановится там на ночёвку? — поинтересовался Сервиан, приподнимая полог.

— Нет! Сон для слабаков, — почти с ужасом воскликнула я. Вот чего-чего, а сна у меня было предостаточно за это время: — Едем напрямую домой. Нам ещё нужно поговорить с Вансом. Кстати, а что с Эрлондом?

— Эрлондом? — переспросил Сервиан, помогая мне выбраться из телеги.

Я рассказала все подробности моего похищения. И Эрлонд оказался тем, кто вообще остался незамеченным.

Чуть позже, расположившись в заботливых объятиях Сервиана, сидя на его лошади, я ещё раз прокрутила в голове всё произошедшее со мной. У меня народился вопрос, который я тут же озвучила:

— Насчет путаницы реальности и вымысла у Ванса, — начала я: — Значит, твой отец не убивал вашу мать?

Сервиан посмотрел на меня и совершенно спокойно произнес:

— Он отрубил ей голову.

«У них что семейная традиция рубить головы?!» — проскользнула мысль, поражённая его спокойствием.

В город мы вернулись с утренним туманом. Сорст располагался в крайне живописном месте, на границе водных феерий и зелёных холмов, а встречающиеся крутые скалы покрывала радующая глаз спорадическая растительность. Здесь, на побережье, потоки морского, хвойного и горного воздуха смешивались, превращая его аромат в уникальный кислородный коктейль, позволяя дышать свободной грудью. И не смотря на недавние злоключения в этом мире, я была свободна, как никогда в своей жизни. И сейчас точно знала, что не желаю возвращаться обратно, не познав этот край.

А вот темница была классической, средневековой. Именно такой, какой нам показывают в кино: сырой, мрачной и душной. Тюремщик под стать: огромный детина с глазами цвета нежных фиалок. А, если судить по внешности, единственное нежное, на что он был способен — это придушить.

«От этого Госсета точно не убежишь» — подумала я, глядя как он вставляет в замочную скважину ключ, казавшийся в его лапищах совсем крохотным.

Ванс и не собирался бежать. Он спокойно ожидал, когда откроется дверь, сидя у стены, подтянув колени и обхватив их руками. Он выглядел самым настоящим несчастным принцем. Мне даже почудилось, что он недавно плакал, сидя один в темноте.

«Бедный мальчик» — проскользнуло в моей голове. Было в нём что-то ранимое и уязвимое.

Увидев Сервиана, Ванс порывисто поднялся и опасливо замер:

— Брат? — едва слышно прошептали его губы. — Я не виноват, брат, — уже громче сказал он.

Они оба замерли по разные стороны порога. Детина тоже молчал, придерживая дверь внутри камеры. Меня озадачивали отношения в этой семье. Это ненормально, когда младший брат до дрожи в теле боится старшего. Хотя его можно понять, зная скорого на расправу с провинившимися Сервиана. Я не выдержала:

— Мы все порядком устали и голодны, — объявила я. — Сервиан, ты же не будешь против, если мы побеседуем за завтраком?

— Не буду, — довольно быстро ответил он и велел здоровяку: — Дженс, освободи его.

Из-за малой освещённости я даже не заметила, что ноги Ванса закованы в кандалы. Это вполне объяснимо, учитывая невообразимую скорость чистокровных Госсетов. Поняла я и ещё кое-что: Сервиану способности брата не были угрозой. Понимал это и Ванс. Он послушно шёл за нами, печально повесив голову.

Наше внезапное появление в старой резиденции устроило радостный переполох. Все высыпали встречать. На Адель было страшно смотреть. Она выглядела хуже, чем в первый день нашего прибытия. Лицо опухло, под глазами залегли тёмный круги. Вот кто точно проплакал всё это время.

— Ох, моя милая Адель, — я нежно обняла подругу, увидев её состояние.

Трудно представить какие мысли блуждали в её голове за время моего отсутствия.

— Ваше Высочество, больше никогда не просите меня ни о чём подобном, — её глаза снова оказались на мокром месте. — Я больше никогда… никогда не соглашусь.

— Ну, успокойся, Адель, со мной всё хорошо. Я больше не буду.

— Но это не точно, — заметил мимо проходящий Сервиан.

Я метнула на него удивленный взгляд, и на долю секунды мне показалось, на вечно спокойном лице промелькнула ухмылка. Что тут скажешь, он неплохо изучил мой взбалмошный характер. Мне отчего-то стало так тепло на душе. Не зря говорят: дом там, где тебя ждут. Из всех радостных лиц выбивались только гвардейцы Сервиана, что сохраняли хмурое выражение, безмолвно обвиняя меня во всем произошедшем. Эрлонда среди них не было. На это обратил внимание и Сервиан:

— Бранд, а где Эрлонд?

— Он пропал Ваше Высочество. Мы разыскивали его все это время, но ничего.

— Объявите его в розыск и внесите в список врагов Империи.

— Эрлонда? — искренне поразился Бранд.

— Это он похитил Её Высочество, — большего Сервиану пояснять не требовалось.

Только добравшись до столовой, я поняла, насколько сильно голодна. Мыслимое ли дело, я не ела практически два дня. Кусочки вяленного мяса, выданные мне Сервианом по дороге и ужасно застревавшие в зубах, не шли ни в какой сравнение. При виде блюд у меня протяжно заурчал желудок, а от запахов закружилась голова. Я практически добежала до стола, не впервой, позабыв обо всех манерах. Могу поспорить, ни в одном другом мире прислуга не сравнится с услужливостью местных людей. Они словно ждали нашего появления с минуту на минуту: горячее было горячим, свежее — свежим, и, встретив нас, даже успели накрыть стол на троих.

Я посмотрела на Сервиана, который, казалось, на время позабыл обо всех делах и с аппетитом поглощал стейк с кровью, погружая каждый отрезанный кусочек в горчичный соус и закусывая булкой. Быстро расправившись с одним, тут же приступил ко второму. Я впервые видела такую поспешность в еде у него и предположила, что использование сил всё-таки истощает физически. Ванс выглядел чуть растерянным и угрюмым, словно он находился не своей тарелке.

— Кто бы мог подумать, что впервые окажусь за одним столом с братом при таких обстоятельствах, — криво улыбнулся он.

Сервиан не обратил на его слова никакого внимания, а я вся напряглась и отложила вилку. За его словами явно просматривалась старательно скрываемая боль. Прояви Сервиан к брату хоть каплю участия, и он, стал бы его рьяным последователем. Надо поскорее разобраться с этим делом и вернуть душевное спокойствие парня.

— А я надеюсь, что это станет доброй традицией в будущем, — улыбнулась я Вансу.

Он удивился моей поддержке, но ничего не сказал. Я нашла глазами Адель:

— Та записка, где она?

— Она у меня в комнате, — вместо неё ответил Сервиан.

Я поднялась из-за стола:

— Пойду схожу за ней.

— Лучше я сам, — бросил Сервиан, глаза полыхнули. Стул, на котором он сидел едва успел с грохотом упасть, как он уже вернулся: — Быстрее будет.

Адель взвизгнула и прикрыла рот рукой. А глаза Флориана, стоявшего рядом с ней, заблестели от восхищения. Сервиан в это время подошёл к столу и положил записку перед Вансом:

— Это писал ты. Я знаю, твой подчерк.

— Знаешь мой почерк…? — словно не веря его словам, переспросил Ванс и, взяв листок, стал придирчиво изучать.

И чем дольше он смотрел, тем отчетливее проступал страх в чертах его лица. Наконец, он поднял испуганные глаза на Сервиана:

— Очень похоже. Но клянусь тебе, я не помню, чтобы писал это, — голос его дрогнул. — Возможно, кто-то искусно подделал…

— Бумага наивысшего качества, — прервал его Сервиан. — Изготавливается только для членов императорской семьи. В углу каждого водяной знак, кому она предназначается. Скажешь украли?

Надо признаться, о тонкостях я не подумала. Всё-таки было одно «но», которое могла предположить только я…

— Погоди, Сервиан, — не заметив, что опустила положенное обращение, я быстро обошла стол и взяла записку.

Текст всё ещё виделся полной абракадаброй, но сейчас меня интересовал не он, а бумага. Мои догадки были верны.

— А можно мне получить лист чистой бумаги, — начала я.

— Я принесу, если позволите, — проявил инициативу Флориан.

— Неси, — велел Сервиан.

— И захвати чернила, — крикнула я вдогонку.

— О чём ты думаешь? — поинтересовался Сервиан.

Я внимательно посмотрела на него. Мне нравились очередные изменения в наших отношениях. Мы разговаривали и общались на равных. Сервиан считался с моим мнением.

— У меня есть две версии, — начала я, чувствуя себя миссис Марпл. — Первая, эту записку действительно написал Ванс, но не в этой реальности. А в той, где Мириам была твоей невестой. К такому умозаключению меня подводит тот факт, что моя похитительница везла меня к магу, который может изменять историю мира в угоду своим потребностям. Как я поняла, он с помощью магии откручивает события, и всё происходит иначе. Ванс, никто тебя не обманывал. Сервиан не убивал и не похищал Мириам, — я посмотрела на парня, а потом на Сервиана: — По крайней мере, так, как помнишь это ты. Это случилось чуть позже, — не хотя добавила я.

Я потёрла лоб и продолжила:

— Но может быть второй вариант. Мириам, с которой столкнулась я, обладала некой магической способностью влиять на людей. Так что, возможно, Ванс находился под её чарами.

Бранд откашлялся и внезапно добавил:

— Ваше Высочество, при допросе задержанных в Доме Презренных. Люди не могли объяснить своих поступков и ссылались на некую Луизу Лакмар. Мы тоже пришли к заключению о влиянии магии. И приборы короля Берриана это подтвердили.

«Ого! — подумала я. — Они оказывается уже сотрудничают»

— Луиза Лакмар и есть Мириам, — и мысленно дополнила про себя: «Она же Татьяна»

— Но всем известно, что женщины не обладают магией, — возразил Бранд.

— Почему? — вслух удивилась я, хотя что-то подобное говорилось и в книгах Яны Алмазной, но я уже не могла припомнить более точно: — Я уверена, Мириам чем-то обладала.

Я посмотрела на Сервиана, тот пожал плечами. Либо он не знал, либо просто не интересовался этим вопросом.

— А что насчёт самого Дома Презренных? Ничего странного там не обнаружили? — обратилась я к Брану.

Сама не знаю, что имела в виду под «странным», но думаю, об этом лучше известно самому Бранду. Удивительно, но он вполне серьёзно ответил:

— Вам неизвестно, Ваше Высочество, людей мы задерживали уже после того, как произошёл взрыв и здание охватило огнём. Так что ничего определённого не сохранилось.

Вот, значит, как… Я задумчиво прикусила ноготь. Конечно, у Татьяны имелся запас пороха, и она замела следы. Стоп! Это не могла быть она. Поджёг случился уже после её отъезда. Эрлонд… Досадно. Я хотела изучить её записи и попробовать отыскать тот обет…чёрт, забыла, как она его называла.

В это время вернулся Флориан. Я указала на стол, и он поставил на него чернила с пером. Отодвинув мешающую тарелку, взяла чистый лист и совсем неумело вывела пером свое имя: Клодель. Подхватив обе бумаги, я развернулась к Сервиану:

— Видишь? Чернила на записке Ванса выцвели, бумага чуть пожелтела. Она написана не несколько дней назад, а несколько лет.

Он изучил оба листка и взглянул на меня:

— Получается, с нами играется какой-то маг?

— Не только с нами. Со всем миром, — добавила я, а про себя: «С мирами».

Из-за стола вскочил Ванс:

— А я, по-вашему, что сумасшедший?! Ведь именно так обо мне думают люди Его Высочества.

Я решила умолчать о том, что изначально он предлагал мне сбежать, понимая. Желание помочь было продиктовано его чувствительной натурой.

— Нет, ты не сумасшедший. В ближайшее время ты должен подробно записать всё, что сможешь, припомнить, что, по твоему мнению, идёт не так. Ты единственный, кто помнит другие варианты событий, — внезапно велел Сервиан брату, а я поняла, что просто озвучивала его мысли вслух и думаем мы, в принципе, одинаково. Он посмотрел на меня: — И этому магу нужна ты.

Я сглотнула. Сервиан прав. Но в этом деле имелось ещё кое-что о чём я не могла рассказать. Неизвестный маг как-то связан с моим родным миром. И был организатором всего увеселительного путешествия. Вот только в его планах я должна сгинуть в лету…

— Обо всём подумала? — поинтересовался Сервиан.

— Не представляю, как его найти, — честно призналась я.

— К сожалению, я тоже, — произнёс он и внезапно прикоснулся к моей щеке: — Но тебя я ему не отдам.

Сервиан был серьёзен. Я ему верила.

— А сейчас иди отдохни.

Стоило ему об этом сказать, и я почувствовала неимоверную усталость, словно вся тяжесть мира упала на мои плечи. Как и с голодом, просто не замечала своего утомления. Наверное, всё-таки стоит побыть немного Скарлетт О’Харой и отложить всё на потом. Мне необходимо прийти в себя.

— Ты, как всегда, прав. Подумаем об этом завтра, — зевнула и направилась к выходу: — И Ванс ни при чём, — напомнила я и вздохнула: — Ещё бы ванну принять.

Возле меня появилась Адель:

— Всё уже готово, Ваше Высочество, — радостно сообщила она. — Я же знаю, вы обожаете ванну.

— О! Адель, ты просто чудо! Хотя тебе тоже не мешало бы хорошенько выспаться.

— Вот уложу вас и отлично отосплюсь, — заверила она.

Выспалась я на славу. Проспала целые сутки. Проснувшись до рассвета, долго валялась в кровати, время от времени переворачиваясь с боку на бок, тяжело вздыхая и размышляя. Главным образом о том, что моя романтическая история всё больше напоминала не любовный роман, а детективный. Хотя я умудрилась и тут вычудить. Чего только стоит устроенный мной стриптиз. Как вспомню, так вздрогну. И что на меня нашло? Хорошо, что Сервиан в своей обыкновенной манере делал вид, что ничего не произошло. Кого я обманываю? Я мечтала соблазнить Сервиана. И единственным смущающим фактором стало наличие свидетелей и не совсем удобный момент. Если рассматривать ситуацию в целом, то это досужие мелочи.

А вдруг меня всё-таки лишат жизни раньше, чем это случится? И мечта прожить всю жизнь с Сервианом окажется всего лишь мечтой. Самое страшное на краю гибели — понимать, что твоя жизнь прошла, крайне бессмысленно, и ты так и не сделал того, чего когда-то хотел. Лучше о таком не мыслить, но всё же… Можно подумать, у Сервиан целибат по отношению ко мне. Я ведь помню, как вспыхнули его глаза. Ему пришлось применить свою необыкновенную силу, чтобы сдержаться. У нас не было интима, но мы двигались в сторону. Как там сказала Татьяна? Долго и счастливо? А если будет? Может, мы быстрее достигнем той стороны? Я почувствовала себя озабоченной извращенкой и накрылась одеялом с головой. Но почему всё время думаю о таком?

Татьяну мне до сих пор не было жалко. Она могла просто со мной договориться, а не поступать как…плохая, плохая женщина. Обоснуйся я тут давно, да изучи мир получше, повстречав одномирянку, конечно, постаралась бы ей помочь. Разве не так мы поступаем, пересекаясь с соотечественником где-то за границей во время путешествий, воспринимая этих людей гораздо ближе для себя, чем иностранцев? Но, видимо, о таком варианте она и не помышляла. А уж учитывая, с какой лёгкостью Татьяна манипулировала людьми, используя освоенную ей магию. И то, что она организовала преступную сеть, многое говорило о ней, как о человеке. Да, я сочувствовала её ребёнку, оставшемуся без матери. Хотя достоверных подтверждений, что мы бесследно исчезли из родного мира, не было. Возможно, мы до сих пор существуем там… Стоп!

Татьяна говорила, что она случайная. А именно Кло́дель бесконечно замещают новыми и новыми попаданками. Хм, значит, всё дело в Кло́дель. Интересно, существует ли в реальности Яна Алмазная? Почему-то я в этом сомневалась. А вот в том, что маг как-то связан с Тианским королевством — нет. И самое главное, оставшееся за гранью моего понимания: зачем это было нужно? Ведь у всего должна быть причина.

В конце концов, я пришла к выводу: мне нужно лучше узнать этот мир и изучить магию. Если Татьяна смогла освоить свои способности, значит, и я смогу. В решительном настроении я вышла в столовую, где меня встретил сюрприз в виде двух братьев при полном параде, ожидающих моего появления. При виде меня они поднялись и вежливо поклонились.

— Доброе утро! — я склонилась в упрощённом реверансе.

Удивительно, как быстро привыкла к такой манере приветствия. Сделала всё автоматически, даже не задумываясь. А всё благодаря каждодневным внушениям Адель. В голове зазвучали её слова: …Возьмите юбку так, чтобы края по обеим сторонам были зажаты большим пальцем, указательным и средним. Мизинцы при этом необходимо отставить… Ежедневные лекции по этикету стали настолько привычны, что я даже не задумывалась, а не находит ли Адель это странным, что принцесса в один из дней обо всём позабыла. Я никогда не интересовалась, какие оправдания она придумала, чтобы это объяснить.

Между тем я воскликнула:

— Ого! Какие люди и без охраны, — пошутив в сторону Ванса.

— Он надумал перебраться из своего дворца в старую резиденцию и обосновался в зелёной комнате, — сухо заметил Сервиан. — А я подумываю снова отправить его в каземат в расплату за своеволие.

— Всегда мечтала о большой семье, — заметила я, расплавляя тканевую салфетку на коленях.

— Мне нравится зелёный цвет, — вставил не к месту Ванс, улыбаясь.

— У тебя четыре сестры, — напомнил мне Сервиан. — Разве это маленькая семья?

Чёрт бы побрал мой длинный язык. Сболтнула, не подумав. Это мечты из моей другой жизни. Там я была единственным ребёнком в семье и отчаянно завидовала тем, у кого был брат или сестра. Особенно старший брат.

— Теперь вы моя семья, — уверенно заявила я, надеясь, хоть как-то развеять сомнения.

— Обычно люди мечтают о том, чего не имеют, — не унимался Сервиан.

— О чём только люди не мечтают, — делано-беззаботно отмахнулась я и поспешила перевести тему: — В данный момент меня больше всего интересует информация о том, где обучают магии.

— Но женщины не способны к магии, — Ванс повторил то, что талдычил каждый мужчина этого мира.

Я закатила глаза:

— Вся причина в том, что их не учат магии. Девочкам с детства внушают главную цель жизни: выйти замуж и нарожать потомство, — возразила я, протыкая воздух вилкой в его сторону, словно подтверждая свои слова.

— Я всё-таки надеюсь получить потомство, — как бы невзначай заметил Сервиан.

— Возлагаю большие надежды на процесс, — сорвалось с моих губ что-то родом из Пошляндии.

Сервиан приподнял бровь:

— Как совпало. Я тоже.

Ванс подавился. Я сочувствием посмотрела на раскрасневшегося Ванса, с трудом откашливавшегося, и обратилась с вопросом к Сервиану:

— По поводу школ магии. Они существуют?

— Считаешь, у тебя есть к этому способности? — серьёзно спросил Сервиан.

— Я не уверена, — была вынуждена честно признаться. — Необходимо поговорить со знающими людьми. Стоит попробовать.

— Хорошо, — кивнул он и опустил голову в тарелку.

— Что хорошо? — не поняла я.

— А что такое школы? — вставил пять копеек Ванс.

Я не ожидала. Даже не представляла, что их может не существовать.

— Школа — это место, где обучают тому, чего ты не знаешь, — пояснила я. — Вот ты где научился читать и писать?

— У меня был учитель.

— В школе много учителей по разным предметам, — дополнила я.

По глазам было видно, что Ванс не совсем понимает о чём я толкую.

— Таких мест у нас нет, — вмешался Сервиан. — У меня есть на примете монастырь, где я могу заставить обучать тебя. Туда мы и поедем.

Я озадачено уставилась на Сервиана, не понимая, какое отношение ко всему этому имеет монастырь. И почему обучать меня надо непременно кого-то заставлять? Но, как и в случае с чтением, спросить не рискнула. Авось снова само как-нибудь разрешиться. Единственное, что я помнила из ранее прочитанного: разовое упоминание, что в монастыри ссылают неугодных.

— Монастырь? — подал голос Ванс. — На землях матушки? Я тоже хочу поехать.

— Нет. Ты останешься в Сорсте вместо меня и займёшься делами.

— Я…? Вы…? — от удивления, его слова, как и мысли, путались. В попытке совладать с собой, он замер и на одном дыхании выдал: — А если я не справлюсь?

— Тебе поможет Киллиган Дуат. Он в курсе всего.

Пока Сервиан наставлял младшего брата, меня не покидало ощущение, что что-то изменилось: в отношении братьев, в Сервиане или, может, в самом мире? Куда-то делось «Ваше Высочество»? И с чего вдруг такое доверие к брату? Я не сразу заметила иную атмосферу за столом по одной простой причине: она стала нормальной, обычной. Но длилось это недолго.

— Зачем всё-таки ты содержал Дом презренных? — внезапно спросил Сервиан у брата.

— Его построила наша мать. Она хотела помогать людям.

— Я не знал, — сказал Сервиан и тихо добавил: — Я вообще плохо знал мать.

Над столом повисла тишина. Ванс прикусил губу и опустил голову, ковыряя вилкой в тарелке. Ни я и никто другой не решился продолжить эту тему, и братья погрузились в свои размышления. Я могла только догадываться, но вряд ли они думали о чём-то приятном…

В дорогу собираться было велено споро. Добрую половину места в моём сундуке заняли книги. Весь день перед отъездом, вооружившись зеркалом, я пропадала в библиотеке старой резиденции, отбирая книги для познания мира. Искать пришлось так долго, потому что особо полезных было мало. Большинство из них представляли собой некую философию и размышления о жизни монахов и священников. Другие содержали подробные истории строительства дворцов, храмов и зданий Сорста. Допустим, нынешнему ансамблю Дворцов Императора было посвящено сто пять толстенных книг! с едва ли не с ежедневным описанием проделанных работ. Я уже не говорю про описание каждого работника, вплоть до членов его семьи. Они даже сказались бы полезными, реши я посвятить свою жизнь строительству, ведь в них подробно изучались грунты, укрепления, способы стройки.

Стало понятно, что книгоиздательством в этом мире занимались монастыри. Например, в книгах с описанием главного города Империии значился монастырь Сорста, и я припомнила здание, похожее на церквушку в близи центрального рынка и на которое я не обратила особого внимания. Несмотря на все эти названия, словно бы взятые из наших религий, какой-либо веры у Госсетов не было. Мне попалась книга неизвестного королевства Шир, расположенном где-то на востоке и написанная в монастыре Тира. И вот в ней говорилось приблизительно следующее: много-много лет назад среди Богов случился конфликт. Они поспорили о своих силах. И чтобы разрешить этот вопрос, создали мир и назвали его Кругором. Каждый Бог породил своё королевство и наделил царствующих в нём людей частью своей силы. И если следовать некоторым обрядам, то можно усилить свой дар, а если не следовать, то уменьшить, либо совсем потерять. Победит тот Бог, чьё королевство завоюет и подчинит себе весь Кругором.

Это объясняло, почему треть книг в библиотеке и все книги в комнате Сервиана были о стратегии войны, её тактике да об искусстве ведения боя. Ещё больше меня удивило упоминание Госсетов в записях королевства Шир. У Госсетов отсутствовал божественный покровитель. Они созданы как противовес всему магическому. По этой причине их считали проклятым народом, от которых отвернулся их Бог. Победа проклятых Госсетов обещала гибель Богов.

Карету тряхнуло на ухабе, зеркало сбилось, прервав мои чтения. За восточной дорогой не ухаживали, несколько раз приходилось останавливаться и расчищать последствий случившегося оползня, но она тянулась вдоль по побережью, открывая прекрасный вид на океан. Теперь я уже знала это. Великий Единый океан омывал практически все страны Кругорома, кроме тех, что со временем утеряли свои владения. Я оторвала взгляд от пожелтевших страниц и посмотрела на Сервиана.

Он дремал на противоположном диване, закинув ноги на сидушку, скрестив руки на груди и чуть откинув голову назад. И то ли притворялся, что его не разбудил недавний толчок, то ли и вправду не потревожил. Я снова залюбовалась им. Пока я смотрела на его лицо, такое расслабленное и спокойное, моё сердце наполнялось необычайным теплом по отношению к этому мужчине. Меня накрывало ничем неописуемое наслаждение от спокойствия обстановки и некоторой замкнутости этого уютного пространства. Маленький и одновременно такой огромный наш мир на двоих я старательно пыталась запечатлеть в своей памяти. Мне отчаянно захотелось прикоснуться к нему, поцеловать по-настоящему. Очень нежно, очень мягко и ласково, едва касаясь губами, чтобы не разбудить…

— Нравится? — спросил Сервиан не поднимая век.

Я замерла, и потеряв равновесие грохнулась на пол. Сама не заметила, как охваченная чувствами начала тянуться в его сторону. Сервиан приподнял голову и удивленно посмотрел на меня, уже сидящую на полу.

— Очень, — ответила я с усмешкой, мне было не привыкать оказываться в глупых положениях.

— Эта одна из твоих забав падать передо мной на пол. Мне по душе, — улыбнулся он.

— Веду активную половую жизнь, — пошутила я.

Было грустно, что он ничего не ответил и снова откинулся назад. Хотелось поупражняться в намёках. Подтянула колени к груди, и обхватив их руками, снова уставилась на Сервиана:

— Ты веришь в меня?

— М? — он повернул голову в мою сторону: — А почему я не должен верить? Я говорил тебе раньше, чтобы ты не задумала я во всем тебя поддержу.

— Почему ты согласился жениться на мне?

— Это мне стоит спросить, почему ты захотела выйти за меня замуж?

Слова, что я могу сказать ему… Чувства, что желаю разделить с ним… Почему о таком всегда тяжело говорить вслух? Отчасти даже страшно… Разве можно вместить многообразие сердечных порывов, таких неясных и в тоже время безмерно мощных, в какое-то одно короткое предложение? Поэтому я выдала единственное, на что была способна:

— Ты самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела. Я влюбилась в тебя с первого взгляда, — недавно призналась в этом себе, а теперь и ему. — А я тебе нравлюсь? — совсем как-то по-детски спросила и вспыхнула.

Сервиан опустил ноги и, наклонившись в мою сторону, обхватил моё лицо своими большими ладонями, кончиками пальцев касаясь висков. И, глядя прямо в глаза, тихо сказал:

— Больше, чем кто-либо в этом мире, — и прижался своими губами к моим.

Тысячи вопросов взорвались в моей голове и погасли под ураганом переполняющих меня чувств. К сожалению, поцелуй был недолгим и не имел продолжения. Карета резко остановилась.

— Ваше Высочество, мы у барьера, — донеслось снаружи.

Сервиан приподнял меня и усадил на сиденье. Лишь потом открыл дверь, прихватил с собой меч и вышел. Карета слегка покачнулась и еле слышно скрипнула, словно сожалея о потере. Понимаю, я чересчур накручивала себя, но мне точно было жаль, что нас прервали. Поправив волосы, я последовала за ним.

Дорога, по которой мы ехали, чуть свернула от берега и тянулась дальше к серой скале с воротами прямо по центру. Было необычно, но никакого барьера не наблюдалось в округе. Сервиан прошёл чуть вперед, а затем, вынув меч и откинув ножны в сторону, перехватил рукоять двумя руками, взмахнул оружием над головой. Его глаза полыхнули, и он вонзил острие прямо в воздух. От места, куда вонзился меч, разбежались серебряные полосы. Сервиан поднажал, направляя лезвие вниз, и разрезал нечто невидимое, как ткань, которая тут же затрепыхалась на ветру, поблескивая распоротыми краями. Теперь я догадалась, о каком барьере говорили гвардейцы, и, наконец, увидела тонкую полоску пожелтевшей травы, куда он опирался.

Возвращаясь в карету, чтобы продолжить путь, я никак не могла понять, как это сделал Сервиан, не обладая магией. Возможно, как и в нашем мире, книги Кругорома тоже способны обманывать. Об этом и спросила сразу же, как оказались наедине в карете.

— Это не магия.

— Но как? Как такое возможно?! — почти вскричала я.

— С трудом могу объяснить. Зная, где находится барьер, я представляю его как ткань и разрезаю.

— Все Госсеты так могут? — не унималась я.

— Зависит от силы уверенности в своих действиях.

— А что насчет бега? Ты же понимаешь, что обычные люди так не бегают?

— Любой Госсет превосходит в физической силе обычных людей. Но за эту силу приходится платить, чем чаще пользуешься, тем быстрее стареешь. Не надо говорить, что это следует держать в секрете?

Я согласно покивала. То, что я видела, вполне соответствовало моему пониманию слова магия. Но почему все, в том числе и сами Госсеты, считают их не владеющими магическими способностями? Это оставалось загадкой. Всё-таки мои знания слишком скромны, чтобы о чём-то судить. К этому времени карета въехала в ворота, и мы попали во внутренний двор. Моё внимание привлекли какие-то звуки снаружи. Погружённая до этого в свои мысли, я не сразу разобрала источник звука. Он проник сквозь мою отгороженность, и неосознанно встревожил. Я отодвинула штору и выглянула наружу как раз в то время, когда карета снова остановилась.

Меня обдало холодным потом и бросило в жар. Я на какое-то время парализовано замерла, вцепившись в незастеклённую раму дверцы. От созерцания строений монастыря, построенного в скале, без сомнений, с использованием определенных и не совсем обычных знаний, которыми я пока не владела, отвлекла, примерзая картина, происходящего на площади перед широкой лестницей, ведущей внутрь.

По центру был установлен большой столб, к которому был привязан человек с разорванной на спине рубашкой, а другой, в рясе священнослужителя, нещадно хлестал того плетью до крови. Все собравшиеся завороженно наблюдали за наказанием. Поэтому и не заметили нашего прибытия. И не услышали его из-за криков.

Порывисто распахнув дверцу, я закричала так, что не удивилась бы если задрожали скалы:

— А ну, немедленно прекратите! — и тут случилось то, чего давненько не происходило со мной.

Я наступила на подол юбки и со всего размаху шмякнулась на землю. По крайней мере экзекуция прекратилась. Все озадачено смотрели на меня, распластавшуюся на другом конце площади. А затем…

— Ваше Высочество, — все как один склонили головы.

Я как никогда осознала, что попала в самое настоящее Средневековье! Проживая на задворках Императорских Дворцов и захваченная мыслями о совместной жизни с Сервианом, я окончательно ушла в отрыв от реальности нынешнего мира. И сейчас она била тяжёлой кувалдой по голове. Как я могла забыть все те ужасы, описанные во всех подробностях в книгах Яны Алмазной. Человек в рясе священнослужителя и являющийся настоятелем монастыря, не видел ничего ужасающего в своём поступке. Добросердечие не в чести Кругорома. Выживает сильнейший — таков был его девиз. От этого становилось невыносимо жутко.

После инцидента на площади мы перебрались в кабинет настоятеля, где он честно негодовал по поводу моего некорректного вмешательства в свои дела:

— Для такого места, как это, очень важна дисциплина. Здесь содержится более пяти сот узников и колодников. Все должны понимать, что любое непослушание приведёт к неизбежному наказанию.

— Нет, я не понимаю! Вы изуродовали человека. Вы хотели забить его до смерти? Скажите мне, за какую провинность следует столь суровое наказание? Что он совершил? Он кого-то убил? Покалечил? — я требовала ответа.

— Передал колоднику первого ранга палку.

— Палку? Да вы издеваетесь?!

Современному человеку тяжело понять несусветную жестокость по отношению к кому-либо. Это как читать истинные сказки Шарля Перро или братьев Гримм и не верить, что они когда-то считались совершенно обычным чтением для детей.

— Разве колодник с палкой является угрозой? — подал голос Сервиан.

— Нет, конечно. Но караульным строго запрещено вступать в связь с узниками и слушать их речи, — ответил настоятель, переключив всё внимание на Сервиана: — Ваше Высочество, почему мне вообще требуются что-то объяснять? Почему приходится оправдываться перед этой женщиной? Отчего вы позволяете разговаривать со мной в таком тоне, словно я сделал что-то неугодное Императору?

Последнее предложение давало понять, что его терпимость по отношению ко мне обусловлена страхом перед Императором.

— Настоятель Рут, эта женщина — моя невеста и будущая Императрица, а ныне принцесса Тианского Королевства Кло́дель.

— Принцесса? — удивился настоятель, и посмотрел на меня блеклыми голубыми глазами. Затем потёр лоб: — Ей явно не хватает должного воспитания, — выдал он и направился к столу.

Я уже было открыла рот для ответа, но меня опередил Сервиан:

— Дядя, я сам решу, чего ей будет достаточно.

Я с удивлением уставилась на Сервиана.

«Дядя? Да ты шутишь!» — думала я, пока Сервиан продолжал:

— Мы прибыли по одному важному вопросу, суть которого нам необходимо обсудить с вами. Думаю, мы задержимся у вас на какое-то время, в связи с этим, — он посмотрел на меня: — Я понимаю, твою взволнованность, дорогая, — сказал, обращаясь ко мне: — Ты к такому не привыкла. Поэтому, прошу, позволь нам поговорить с настоятелем наедине.

В душе я хотела возразить и продолжить высказываться, но что-то во взгляде Сервиана меня остановило. И это неожиданное «дорогая», словно намекало: он хотел поговорить с ним без моей импульсивности.

— Да Ваше Высочество, — я послушно склонила голову: — Пойду проверю пострадавшего.

Настоятель резко втянул воздух, желая возмутиться, но Сервиан не предоставил такой возможности:

— Хорошо, дорогая. Ты же у нас… аптекарь.

— Аптекарь? — не понимая переспросил Рут.

Сервиан оставил вопрос без ответа, лишь вежливо указал:

— Настоятель Рут, выделите сопровождение для Её Высочества.

— Да, да, — поспешно согласился он, приходя в норму от устроенного недавно ему выговора, уловив настроение Сервиана поскорее избавиться от моего присутствия: — Фив!

Дверь тут же отворилась и в кабинет вошёл ещё один священнослужитель, помоложе:

— Звали, Ваше Преосвященство?

— Сопроводи Её Высочество Принцессу Кло́дель к Киру и распорядись подготовить императорскую келью. Его Высочества погостят в нашей обители.

Фив, как назвал его настоятель, чуть кивнул и приоткрыл дверь:

— Прошу, Ваше Высочество, — это явно относилось ко мне.

Я встретилась со спокойным взглядом Сервиана и вышла. Поговорю с ним позже. Он мне всё расскажет. Так ведь? С такими мыслями я покинула кабинет.

Не следовало мне поддаваться эмоциям. Трудно сказать, что именно взбесило в тот момент, когда я увидела кнутование собственными глазами. Любого непривычного к такому — это, безусловно, шокирует. Настолько, что сейчас, спускаясь вниз по каменной лестнице вслед за Филом, я не помнила, как поднялась сюда. Мои встревоженные чувства улеглись, и я стала замечать окружающее. Невозможно было не обратить внимания на необычайную гладкость каменных стен, что поблёскивали, словно металл. Проведя по его прохладной поверхности рукой, с озадаченностью отметила, что свет тут белый, а не жёлтый, как от фонарей с живым огнём, и чуть помигивал. Он исходил от тонкой трубки, проходящей под потолком. Это заинтересовало меня. Я замерла и протянула руку потрогать.

— Не прикасайтесь, Ваше Высочество! — меня перехватил обеспокоенный Фил: — Будьте аккуратны. Хорошо, что я заметил. Вы могли пострадать.

— А что это такое?

— Боюсь, будет трудно объяснить, — слегка замялся он. — Вы же не владеете водной магией?

— Нет, не владею, — подтвердила я.

Мы продолжили свой ход. Повсюду действительно было много воды. Она стекала ручейком по краю ступеней, сочилась по стенам. Спустившись на два уровня, мы свернули в какой-то проход с множеством комнат, но вместо дверей здесь были завесы из воды. Ванс сказал, что монастырь на землях их матушки. Значит, она владела водной магией. Кло́дель была не единственная принцесса, которая не передала магию своим детям.

Фил остановился у одной из водной двери и взмахнул рукой. Завеса разошлась, как штора на окнах, открывая проход в небольшую аскетичную келью, где на каменном постаменте, заменяющим кровать на тонком матрасе, лицом вниз, лежал недавний пострадавший. Около него, сидя на полу, горько плакала девушка. Она не обернулась, потому что завеса раздвигалась совершенно бесшумно. Фил кашлянул. Я же решительно шагнула внутрь. Спина мужчины выглядела просто ужасно. Смотрелось так, будто ножом вырезали лоскуты кожи.

— Вы позвали лекаря? — спросила я.

— Ле-лекаря? — девушка удивлённо посмотрела на меня, порождая неясное чувство, что я её где-то видела.

— Как тебя звать? — спросила я.

— Ли-лилиан.

Она просто до безумия казалась знакомой, но я никак не могла вспомнить. Девушка же с глазами бирюзового моря, глядя на меня, едва сдерживала дрожь, словно чего-то боялась. После довольно продолжительной заминки я представилась, возвышая свою значимость, но большей частью для того, чтобы напомнить Филу:

— Я — Кло. Будущая Императрица.

Я собиралась выдать ему распоряжения, и было важно, чтобы он беспрекословно их выполнял. Я ещё раз внимательно всмотрелась в заплаканное лицо девушки. Чувство, что я с ней знакома, не отпускало. Она точно не могла быть одной из попаданок. Слишком большое их количество на квадратный метр. Решив, что она мне просто кого-то напоминает, повторила вопрос:

— Лилиан, вы позвали лекаря?

— Нет, — ответила она и снова залилась слезами.

— Ваше Высочество, если Кир достаточно силён и действительно достоин прощения, он выживет, — подал голос Фил. — Лекарь не будет ему помогать. Это запрещено.

— Что за дурацкие правила, — пробормотала я. — Ему повезло, что сердце выдержало болевой шок, но он может умереть от инфекции, — и решительно добавила: — А вам повезло, что у вас есть я. Я аптекарь, — пояснила, прекрасно понимая, что это слово для них загадочно и непонятно: — А теперь Лилиан давай возьми себя в руки, мы должны его подлечить.

Девушка перестала плакать и во все глаза смотрела на меня. В их глубинах блестела надежда.

«Вот так. Правильно» — подумала я и принялась раздавать указания:

— Мне необходима кипячённая вода, уксус или самый крепкий алкоголь, чистая ткань и мёд. А ты, Фил, сопроводи меня до багажа. Мне нужно кое-что взять из своих запасов.

Знаю, знаю. Я ни разу не врач и не доктор, но за неимением альтернативы, пожалуй, сойду. Чуть позже стало понятно, что план был хорош, а вот я не готова. Руки дрожали, когда мне приходилось расправлять слипшиеся от крови лоскуты кожи, возвращая наместо. От невыносимого металлического запаха мутило с такой силой, что самой казалось, не выдержу и не смогу довести дело до конца. Киру повезло, что он всё это время находился без сознания. Подготовив его спину, я смешала мёд с антибиотиком, и пропитав бинты этим составом, наложила на раны.

— Будем надеяться на лучшее, — улыбнулась я девушке.

— Спасибо вам, — она с благодарностью посмотрела на меня: — Когда вы появились вместе с Филом, я подумала самое худшее. Ведь Кира не покланялся Его Преосвященству, когда его сняли со столба.

Мне по-настоящему стало жутко от этого места. Когда я покинула келью послушника, на меня наваливалось крайне подавленное настроение. Впервые за всё время пребывания здесь мне отчаянно захотелось домой. Спокойное существование в нашем мире, состоящее из ежедневной рутины, которая порой доводила до тошноты, и счастливая, беззаботная жизнь в старой резиденции начинала казаться иллюзией. Кругором слишком жесток и несправедлив. Вся жестокость, описанная в книгах Яны Алмазной, до этого дня была скрытой от меня правдой жизни. И я не знала, что с этим делать. Со мной всё было хорошо только благодаря защите и покровительству Сервиана. Стоит ему изменить отношение ко мне, и меня ждёт далеко не радостная и лёгкая жизнь впереди. Слишком наивно думать, что всё окажется легко и просто. Я всё больше погружалась в некое депрессивное состояние с оттенком безысходности. Сердце стучало с такой силой, словно хотело пробить грудную клетку изнутри и выйти наружу. По мне было незаметно, но меня всю трясло. Сдерживаться приходилось из последних сил. Переступив порог императорской кельи и оставшись одна, я не выдержала и расплакалась. Слёзы сами катились по щекам, и у меня никак не получалось их остановить.

Но всему приходит конец. Окончилась и моя внезапная истерика, оставив после себя в голове пустоту. Зато на душе стало полегче. Ко мне вернулась моя былая уверенность. Сдаться всегда проще, чем попытаться что-то изменить. Но что я могла сделать? Для начала хотя бы стоит овладеть магией. Стать сильнейшим магом Империи будет верным решением. А уже потом пытаться что-то менять. Помниться, Татьяна говорила: эта прерогатива принадлежит людям Тианского королевства. Едва я утёрла слёзы, как в дверь постучали. Я села на кровати:

— Войдите!

— Ваше Высочество, я Мариан. Меня послали вам прислуживать, — поклонилась вошедшая девушка. — И я разложила ваши вещи, пока вас не было.

Я посмотрела на неё и меня снова охватило странное чувство, что где-то её уже видела. Хотя.

— Мариан, Лилиан твоя сестра?

— Да, Ваше Высочество, младшая.

— Ясно.

— А Кир?

— Лилиан его любит, — пояснила она, но это я и так поняла. Тут девушка обратила внимание на моё лицо и озабоченно произнесла: — Ваше Высочество, вы…

— Не обращай внимания, — прервала её вопрос я. — Лучше расскажи ты считаешь его наказали по справедливости?

Она чуть помялась и не сдержавшись усмехнулась:

— Справедливость? В Империи? Ваше Высочество, вы же тоже пленница Госсетов?

Это «тоже» меня немного напрягло.

— Что ты имеешь в виду?

— Вы знаете, что монастырь несколько десятилетий назад был дворцом королевства Лир?

Я оглянулась. Императорская келья, в которой меня поселили, выглядела более презентабельно, нежели маленькая келья послушника, но всё-таки с богато обставленными комнатами Империи или роскошными покоями Тианского Королевства не шла ни в какое сравнение.

— Значит, не знаете… — протянула Мариан, а я с интересом посмотрела на неё.

В девушке была некая уверенность, которую не спрячешь за скромной прической и чёрной однотонной одеждой. А самое главное — отсутствовала иногда столь раздражающее подобострастие прислуги.

— Расскажешь? — спросила я и встретила столь же заинтересованный взгляд по отношению ко мне.

— Во всём виноват настоятель Рут, как он себя сейчас называет, — в её голосе чувствовалась старательно скрываемая злость. — Он всегда мечтал о власти, но был вторым сыном короля. Вступив в сговор с императором, он раскрыл все секреты, что позволило тому с лёгкостью захватить королевство. С того времени дворец стал превращаться в тюремный каземат. Вы видели барьер?

Я кивнула.

— Не только монастырь является местом заключения. Все люди находятся под властью настоятеля. Здесь действуют только его законы. Любое ослушание и ты угодишь в подземелье монастыря. Заключённый, которому оказал посильную помощь Кир, это его брат.

— А зачем ему палка? — поинтересовалась я.

— Отгонять крыс. Благодаря умышленному попустительству они расплодились на нижних уровнях, чтобы заставить людей страдать ещё больше. Многие осуждены ни за что. По крайней мере, люди наших земель.

Она замолчала. В моей голове назрел один вопрос:

— Почему ты мне всё это рассказываешь?

— Разве вас тоже не заточили в этих покоях? Последней их обитательницей была бывшая принцесса королевства Лир, которую вынудили стать женой Императора. Вы же тоже принцесса.

Речь явно шла о матери Сервиана, — догадалась я.

— Ты заблуждаешься, Мариан. Я вовсе не заключённая и меня не требуется принуждать к браку с Сервианом. Мы приехали, чтобы я обучилась магии.

Лицо Мириан чуть побледнело.

— Ты не волнуйся, всё сказанное тобой останется, между нами, — поспешила успокоить её я.

— Но вы же женщина, — озадаченно пробормотала Мариан совсем позабыв об уважительном обращении к царственной особе, чем окончательно подтвердила мои подозрения о том, что она совсем не проста. — Если вы растратите магию, то не родите детей, наделённых ею.

Я едва не вскричала. Наконец-то кто-то озвучил более или менее сносную причину, по которой женщин не допускали к магии. Я задумалась. Когда-то Сервиан мне сказал, что брак со мной заставит другие королевства признать Госсетов. Но почему этого не случилось ранее? Ведь они уже заключали браки и завоевали ни одно королевство…

— Понимаешь, какой-то маг желает меня убить. А если точнее, то совершить какой-то обряд. Если я хочу потягаться с ним силами, то должна хотя бы попробовать чему-то обучится. Недавно, когда меня похитили, я никак не могла этому помешать. И если бы не Сервиан, то думаю меня уже отправили на тот свет, — честно сказала я.

— Вы же принцесса Тианская? — задумчиво протянула Мариан, не ожидая ответа: — Вы настолько важны?

— Думаешь, я важна для него?

Мириан сосредоточено посмотрела на меня, словно резко вернулась из своих размышлений:

— Вы влюблены в него?!

«А она догадлива, — подумала я. — Но почему это так удивляет Мариан?»

— А это запрещено? — усмехнулась я.

— Но ведь он… — начала она и замялась.

— Ужасный человек? — угадала я, чувствуя, как во мне поднимается привычное раздражение по отношению к тем, кто плохо отзывается о Сервиане.

Я встала:

— Вы же совсем не знаете Его Высочество?

Она молчала.

— И вот что всех заставляет без конца талдычить об этом. Сервиан добрый, заботливый и справедливый. Иногда, правда, бывает вспыльчив. Но он тоже человек. Человек, которому приходится жить в этом мире. А он, этот самый мир, не всегда радужное место. Согласны?

Мариан опустила голову:

— Да, — тихо подтвердила она. — Простите меня.

После её извинения, я осознала, что мой голос и весь посыл наполнен угрозой. Я выдохнула:

— И ты меня прости. Не хотела тебя пугать. Ничего не могу с собой поделать, когда слышу нечто подобное по отношению к Его Высочеству, — Мариан подняла взгляд и я постаралась улыбнуться: — Давай договоримся так: я поговорю с Сервианом о происходящем в монастыре. А ты пока можешь подсказать, где в водном королевстве можно принять ванну и поужинать?

— Да, Ваше Высочество, — кивнула она, возвращаясь к своей роли: — Купели находятся сразу за этой дверью.

— Вот и отлично! — объявила я и направилась в ту сторону: — Жду тебя через час с ужином.

Я чувствовала взгляд Мариан в спину и не могла понять, что же в ней не так. Но, распахнув дверь, сразу позабывала о ней, да и об остальном тоже. Купальня, по сути, была большим бассейном под открытым небом. Хотя не совсем открытым. Некий барьер, что пропускал свет заходящего солнца, был его куполом. Над водой клубился лёгкий пар, наполняя комнату тёплым влажным воздухом. Наконец-то, хоть какая-то комната в этой беспробудной серости была разукрашена жёлто-зелёной мозаикой. Одежду я принялась скидывать прямо на ходу. Хотелось поскорее окунуться и смыть с себя все ужасы сегодняшнего дня.

Вода встретила меня ласковым теплом, словно заботливый взрослый взял меня маленькую на руки и прижал к себе, успокаивая, как когда-то в детстве. Она смывала остатки тревог и забот, приятно расслабляя. Внезапно я почувствовала чей-то взгляд и оглянулась, тут же встретившись глазами с Сервианом. Пораженная уютом купели, совсем не заметила, что нахожусь здесь не одна. Сервиан сидел на противоположном конце бассейна и, не отрываясь, смотрел на меня.

«Это судьба» — подумала я, понимая, что мы с ним снова разделяем ванную комнату на двоих.

Я встала. Вода здесь была где-то до пояса. Только решила направиться к нему, как он исчез. Я озадачено моргнула, сначала подумав, что мне показалось, а потом поняла, что Сервиан просто сбежал, воспользовавшись силой…

Так или иначе, но моё обучение началось уже на следующий день. Настоятель Рут самолично взвалил на себя эти обязанности. Он не пытался быть милым и не скрывал своё недовольство, показательно поджимая тонкие губы на любое моё высказывание. Я же старалась подавить эмоции, преследуя свои интересы. Он сопроводил меня в библиотеку, усадил за стол и грохнул передо мной толстенную книгу, велев для начала переписать её содержимое:

— Я бы хотел, чтобы вы с помощью этих инструментов аккуратно перерисовали схемы, изображённые здесь. Умея считать и используя пропорции, вы легко можете использовать их в дальнейшем, усиливая те или иные предметы. Если наложить пентаграмму на предмет, то он станет магическим, — сказал он, ничего толком не поясняя.

— Я думала, что нужны будут заклинания… — озадаченно пробормотала я.

— Когда достигнете определённого уровня, можно сделать всё, рисуя схемы в уме и запоминания начальные слова. К любому заклинанию необходима подготовка, — настоятель Рут поджал губы: — Магия — это не искусство создания из ничего. Это создание чего-то из чего-либо. В любом случае, магическая схема не сработает, если у вас нет способностей.

Не знаю, умышленно ли, но мне казалось, что именно так. Он лил поток непонятных слов и понятий. На мои вопросы и уточнения, порождённые желанием внести ясность, прожигал меня недовольным взглядом:

— Если не хотите учиться, то так и скажите, иначе не перебивайте и слушайте внимательно.

Я честно старалась слушать. Но было ощущение, что я студентка на факультете заочного образования, которая прогуляла добрую половину учебного материала. Словом, я не понимала ни-че-го. Окончательно недовольный нерадивой ученицей, настоятель Рут велел заняться перерисовкой. И когда я добьюсь в этом увспехов, доказав свою старательность и прилежность, он будет готов продолжать.

Целую неделю с утра до самого вечера я выводила круги, а затем вписывала крохотные буковки и значки. И вот сейчас, глядя на то, как, чуть задержав перо на одном месте, на желтоватом листе расплывается неаккуратная клякса, стало понятно, что я израсходовала всю стопку бумаги, выделенной мне для тренировки. Писать пером оказалось не так уж легко. Не стоит забывать о непривычных мне буквах, которые стоило писать в зеркальном их отражении. Мне вообще было непонятно, зачем я этим занимаюсь.

Разглядывая кляксу, похожую на ворона со сложенными крыльями, меня всё больше охватывало чувство бессмысленно потраченного времени. Я прикусила кончик пера и задумчиво уставилась в окно, в котором виднелась синь голубого неба. Странным было и то, что всё это время Сервиан, всегда старающийся быть где-то поблизости, избегал меня. Я видела его лишь мимолетом. Мы с ним даже не разговаривали. Сейчас это уже не казалось пустыми домыслами. Меня пронзила догадка: он спрятал меня за барьером. Барьер могли пройти только чистокровные Госсеты.

Верит в меня? Как же! Такая злость пробрала меня, что нестерпимо захотелось ударить Сервиана. Я выскочила из-за стола и, подгоняемая обидой от обмана, понеслась на розыск «возлюбленного».

— Дорогая! — передразнила я и бросила в никуда.

«Да, милый, соскучился? А я по тебе безумно!» — в нетерпении вела мысленный диалог, яростно чеканя шаги, собираясь устроить Сервиану настоящий скандал.

Стражи у дверей в монастыре не было, и никто не помешал мне вломиться в келью, открыв дверь с ноги.

— А ну, давай-ка поговорим, дорогой! — объявила я и натолкнулась на Мариан застывшую около стола.

Она выронила из рук бумаги и с изумлением глядела на меня, замерев, как и я. На долю секунды мне подумалось, что я ошиблась и ворвалась в свою же келью. Чуть неудобный момент успокоил, вернув способность здраво мыслить:

— Что ты тут делаешь?

Вряд ли, ей велели прислуживать и Сервиану.

— Я…? Я… — растерянно пробормотала Мариан, подтверждая мои догадки, что её тут быть не должно.

Я прикрыла дверь за собой:

— Так понимаю, Его Высочества нет?

— Нет.

— Что за бумаги? — поинтересовалась я, подойдя к столу, заставленному стопками листов. Я встретилась с Мариан взглядом и намекнула: — Ты же их читала до того, как я побеспокоила тебя.

— Это карточки заключённых в подземелье, — пояснила она.

«Сервиан зачем-то их изучал?» — подумала я, а вслух спросила:

— Искала кого-то определённого?

— Да. Брата Кира, Луку, — к ней вернулась былая откровенность, которую она не позволяла себе все предыдущие дни. — Он виноват только в том, что попросил у дяди разрешения на мне жениться. Я говорила Луке, что это полная глупость, но он не стал меня слушать. Думал, раз он правая рука настоятеля и первый маг в монастыре, то получит согласие. Ну, его и наградили первым рангом с колодками. Могу я хотя бы узнать, насколько его заточили? — в её глазах блестели невыплаканные слёзы.

Столь честное признание подкупало и одновременно пугало. Мариан внушала доверие. Поэтому вооружившись зеркалом, притороченным к поясу, я улыбнулась:

— Я помогу тебе. Не думаю, что в этом есть что-то противозаконное.

— Почему? — растерялась Мариан.

— Я так хочу. У меня ощущение, будто я тебя и твою сестру откуда-то знаю. Странно, правда? — Мариан кивнула, соглашаясь. — К тому же я очень зла не Сервиана. Случайно не знаешь, где он?

— Вместе с настоятелем поехал на объезд поселений.

Меня не удивляла её осведомлённость. Расстраивало, что Сервиан спокойно оставил меня одну, ничего не сказав.

— Вот же бесстыжий! — воскликнула я не сдержавшись: — Устроил мне фиктивное обучение для отвода глаз! Кого ищем, подруга?

— Лука Агюс, — уточнила она и заметила, указав на моё зеркальце: — Интересное приспособление.

— В Тианском королевстве все так читают.

— Врёшь?

Меня едва не прорвало рассказать мою историю, кто я и откуда. Когда секрет хранится внутри слишком долго, он превращается в бомбу. Появляется необъяснимое желание поделиться тайной. И чем тайна удивительнее, тем больше хочется. Она лежала тяжёлым камнем в душе. Я много раз думала рассказать Сервиану, когда становилось трудно нести его одной, но каждый раз что-то останавливало. Я боялась его реакции, боялась, что он откажется от меня. В итоге подавила столь импульсивное желание и решила пошутить:

— Твоё второе имя не Догада?

Она рассмеялась. Я тоже улыбнулась. Бывают такие люди располагают к себе с первого взгляда. Мариан была одной из них. Перебирая в памяти лица, я никак не могла понять, кого же она мне напоминает. Внезапно Мариан побледнела, а улыбку словно смыло дождём. Зажав в дрожащей руке слегка измятый лист, она заметила:

— Жениться на мне оказывается нелепица.

— Что? — я перехватила найденную запись и пристроила зеркальце, чтобы прочитать: — Содержать вечно? Что это за обвинения такие? Это вообще законно?!

— Законом в Империи является император и только его подпись имеет значение.

— А сын императора имеет вес?

Она с сомнением взглянула на меня, но ничего не сказала.

— Я знаю, я уже обещала с ним поговорить, — сказала я и зло добавила: — И я обязательно поговорю. Когда его поймаю, он точно не уйдёт от разговора со мной. Уж поверь мне. Понимаю, сколь неубедительно это звучит, но он сам обещал выполнять все мои желания. Я потребую освободить твоего жениха.

Мариан забрала у меня лист, бережно свернула и спрятала в кармане фартука.

— Ты говорила, тебе угрожает маг? — окончательно перейдя на ты, спросила Мариан и, не дожидаясь ответа, рассудила: — Возможно, Его Высочество спрятал тебя от него в этом монастыре. Барьер никто не способен преодолеть, кроме Госсетов.

— А если это сильнейший маг Кругорома?

— Он разве существует? Даже боги не определили, кто из них самый сильный. Куда уж нам. Мы хотели сбежать с Лукой. У меня не получилось преодолеть барьер.

— Не получилось? — переспросила я. — Ты владеешь магией?

Попала точно в цель, но Мариан лишь улыбнулась:

— Что ты за принцесса такая, что ничего о благословениях королей не знаешь?

— Что ты за служанка такая, что с королевскими особами на короткой ноге держишься?

— Мы обе с тобой странные, — загадочно улыбнулась Мариан. — Скажи, в Тианском королевстве существует сердце силы? Или тебя не посветили?

— Не посветили, — призналась я. — Иначе меня не ввели в заблуждение этими лживыми рисуночками.

— А что ты скажешь на то, если я возьму на себя наглость просветить тебя?

В глубинах её морских глаз прятались ответы на интересующие меня вопросы.

— Хочу, — невпопад ответила я, но она меня поняла.

— Идём!

Мариан повела меня коридорами, скрытыми за проходами стен, по которым стекала вода.

— Я не бывала в других королевствах, поэтому не могу знать, отличаются ли их сердца силы от нашего и как оно повлияет на тебя. В этом месте ты ближе всего к скрытой в тебе силе. Она пробуждает спящую кровь. Тебе нужно заглянуть в своё сердце и найти её. В твоих жилах течёт благословенная кровь. Дашь ей волю, и она проявит себя. Вот управлять придётся учиться всю дальнейшую жизнь. Ты готова? — спросила Мариан после пояснений, в своей ясности не сильно отличавшихся от рассказов настоятеля Рута.

— К чему именно мне готовиться-то?

Мариан стояла у очередной водной завесы.

— Сама поймёшь, — уверила она. — Ты зайдёшь одна. Там находится постамент. Взойди на него, загляни в себя в поисках силы. Позови её и жди, когда она ответит.

— Знаешь ли, это не совсем понятно, — пробормотала я.

— Иди. Сейчас самое удобное время. Настоятель Рут не сможет нам помешать.

Я кивнула. Мариан раздвинула завесу. Переступив проход, сразу попала в неописуемый красоты грот. После узких коридоров, по которым мы шли, огромный круглый зал в несколько десятков метров шириной и высотой потолка под стать, поражал своим величием. С потолка свисали тонкие трубочки сталактитов, подсвеченные голубоватыми огоньками. В тёмных разломах, защищенных барьером, виднелась толща океанских вод, сквозь которую проникали рассеянные отблески лучей солнца с поверхности. То там, то здесь проносились стайки блестящих рыб. Это походило на подводные океанариум в его естественной среде. Хотя настолько ли он естественен, я не знала.

В центре, в метрах десяти от меня, находилась некая плоская плита, видимо и являющейся постаментом. Единственной проблемой было то, что подход к ней со всех сторон окружала вода. Я вгляделась. Через мерцающую неясным светом кристально-прозрачную воду просматривалось ровное дно. Казалось, не глубоко. Чуть поразмыслив, сделала шаг и тут же с головой погрузилась в ледяную воду. Я вынырнула, отчаянно хватая ртом воздух, и вцепилась в каменную площадку, на которой недавно стояла. Холодная вода пробирала до костей. В моём случае поздно пить боржоми, когда почки отказали. Я оттолкнулась и поплыла к постаменту.

Когда я выбралась на поверхность, теплее не стало. Меня только затрясло. Из всех сил я старалась расслабиться, но это не помогало. Кого вообще так обучают магии? Иди туда, найди то, не знаю что. Как заглянуть-то в своё сердце? Захотелось быстрее вернуться в келью и с головою залезть под одеяло. А потом на ум пришло такое скучное и унылое времяпрепровождение, как медитация. Никогда не практиковала, но это единственное, что я придумала. Подогнув ступни под себя, я опустилась на пятки, выпрямила спину, расправила плечи и прикрыла глаза, стараясь дышать ровно и не обращать внимания на дрожь, сотрясающую тело. Как же чертовски тяжело держать голову пустой. Особенно плохо получалось не думать о том, как отсюда выйти, если у меня ничего не получится, и не фантазировать о собственной силе. Какой она будет? И как это будет?

Медитировать у меня получалось из рук вон плохо. Только моего лица коснулся ветерок, я распахнула глаза. Взгляд уткнулся во что-то коричневое и ворсистое. Я приподняла голову и наткнулась на два темно-коричневых глаза, пристально наблюдающих за мной, и торчком поднятые уши. Взвизгнув, отскочила назад, едва не свалившись с постамента. В ужасе замерев на самом краю, я уставилась на лося из моего недавнего сна и видения. Сердце стучало так, словно я увидела нечто потустороннее.

Учитывая тот факт, что он стоял прямо на водной глади, где ещё совсем недавно мне пришлось плыть. До несуразности странным казалось его нахождение здесь. Пронзила внезапная догадка — лось ненастоящий. Нет, он настоящий…, но лось ли это? Мариан сказала, что я сама пойму. Вот в этом была загвоздка. Я не знала, что делать.

— Привет, — робко произнесла я.

И он ответил. Его ответ был ошеломляющим. Лось вытянул морду по направлению ко мне и, раскрыв пасть, выдал утробное «Оу-оу-оу» чем-то схожее на звук горна с громогласием сирены. Я с трудом выдержала первый вой, но он повторил и уже не останавливался. Уши резануло от боли. Я зажала их ладонями. Не помогало. В глазах всё задрожало. Я зажмурилась. Темнота поглотила меня.

В чувства привела Мариан. Она трясла меня за плечи, приговаривая:

— Ваше Высочество. Клодель. Кло.

Я с трудом разлепила глаза, понимая, что околела настолько, что просто не чувствую рук и ног.

— Ох, идёмте скорее! У вас губы синие, — заметила она, помогая мне подняться.

— С-сколько в-времени прошло?

— Не меньше двух часов. Но у тебя же всё получилось? — она снова прыгала по обращениям, выказывая крайнюю взволнованность: — Я не могла войти.

Мариан потянула меня с постамента к воде, я упёрлась.

— Не волнуйся. Я тебя проведу. Мне надо было об этом подумать заранее. Тогда бы ты не промочила одежду. Ты ведь не водный маг.

Я доверилась ей и на этот раз не погрузилась в воду с головой, а осталась стоять на поверхности.

— Т-ты т-тоже?

— Да, — улыбнулась она. — Ты её чувствуешь?

Я поняла о чём она спрашивает, но точного ответа у меня не было.

— Т-там был лось.

— Лось?

— Ч-что ты так удивляешься? Ч-что было у тебя?

— Водный элементаль.

— П-почему у меня лось?! — пораженно воскликнула я, на секунду позабыв о холоде.

— Не знаю. Каждый сам воплощает свою силу.

Позже, валяясь на лежаке в купели и бесконечно наслаждаясь теплом, я любовалась звёздами через прозрачный купол. Они были другими, непохожими. Я теперь была иной. Магия ощущалась внутри, словно простуда. Когда ещё нет явных симптомов, но ты уже знаешь, что болен. Что-то неуловимое, еле осязаемое. Этим вирусом меня заразил лось? Нет, лишь разбудил. Маги тианской крови всегда была внутри, как палочка туберкулеза. Стоит организму дать слабину, и болезнь захватит тело. Но в этом случае это не слабость, а сила. И познать её только предстояло…

Дверь ведущая в келью Сервиана распахнулась. Он не сразу разглядел меня в полумраке. Приметив, замер, размышляя оставаться или нет.

— Не уходи, — попросила я. — Нам нужно поговорить.

Он постоял секунду-другую, поправил полы халата и направился в мою сторону.

— Как твоё обучение? — сказал он, опускаясь на соседний лежак.

— О! Не спрашивай! Будто ты не знаешь, что это полная чушь. Мне потребовалась неделя, чтобы это понять. Ты не представляешь как я была на тебя зла!

— Значит, мне повезло, что меня не было здесь, — улыбнулся он.

— Это точно! — я тоже улыбнулась.

Всю мою злость уже давно развеяло ветром и унесло за горизонт вместе с заходом солнца.

— Так зачем мы прибыли в монастырь? Из-за барьера?

— Думаешь, я спрятал тебя от мага?

— Не знаю, ты мне скажи.

— Я не полагаюсь на барьер. Раз мой отец нашёл способ преодолеть его, то и ещё кто-то найдёт. Все зависит от силы желания. Одна из причин, почему мы здесь, в следующем: долгое время мне поступают донесения, что настоятель Рут скупает артефакты. Попросту обменивая их на невест, в чьих жилах течёт благословенная кровь королевства Лир, а их родственников, смеющих что-то возразить отправляет в казематы. Мой отец считал принца Рут Лира трусливым и жадным до власти, но полезным в отношении того, что касается магии. Я думаю, он заблуждается. Он задумал нечто более глобальное. Ты же читала предсказание Кругорома: мир будет подарен сильнейшему магу. Он хочет стать им благодаря артефактам. Отец подарил ему контроль над людьми королевства Лир, но он явно недооценил его запросы.

— Не зря мне этот мерзкий человек с самого начала не понравился. Предавший однажды, предаст и дважды. Но и ты хорош! Мог бы сразу всё рассказать, — горячо воскликнула я.

— Вторая причина лежит у меня на столе.

— И что же это?

— Ванс поделился с тобой, что считает меня убийцей нашей матери? — внезапно спросил Сервиан.

Я не хотя кивнула. Внутри меня всё замерло и напряглось. Это была опасная правда и я была не уверена, хочу ли её знать.

— Я стал забывать лицо матери, когда мне было двенадцать. Тогда отпросился у отца какое-то время пожить в Сорсте. Я не ожидал застать мать в объятиях другого мужчины. Слуги пытались меня остановить. Отреагировал так, как отреагировал. Вернулся к Императору и всё доложил. Знаешь, я даже и не подумал о последствиях, — он замолчал.

Я притронулась к его руке, нашла пальцы и сжала:

— Ты не виноват.

— Сейчас это уже неважно, — сухо ответил он, но руку всё-таки сжал в ответ: — Тот мужчина был магом королевства Лир. Дом Презренных она построила специально для него. Не знаю, как долго длились их отношения, но он пытался её учить магии, считая, что водная магия должна быть сильнее у женщин, но наша мать оказалась абсолютно неспособной. После недавно произошедшего в Доме Презренных, мне стало известно, что он бежал сюда, прежде чем его настигла кара моего отца. В своём доме он спрятал книгу с заклинаниями. Я нашёл её.

Он верил в меня. Я посмотрела в столь любимые мной глаза. Сейчас они казались совершенно тёмными. И меня пронзила мысль:

— О, господи боже! — вырвалось у меня, старое и привычное. — Имена! Я должна была догадаться. Мариан и Лилиан твои сёстры?! А я всё думала, кого они мне напоминают. Ты поэтому избегал меня? Увидь я вас вместе, сразу бы поняла.

— Я не избегал тебя, — он прикрыл глаза рукой, словно не хотел быть свидетелем своих же слов: — Меня пугало встретиться с ними лицом к лицу. А ты чаще всего находилась в их компании. Отец сослал их сюда и велел о них позабыть. Он признал только меня и Ванса. Цвет наших глаз, бесспорно, указывает на принадлежность к Госсетам. Сёстры больше похожи на мать. Я не видел их семнадцать лет. Что я им скажу?

— Я поговорю с ними. Вашему семейству давно пора объединиться. У тебя прекрасные сестры, — заверила я, а потом вспомнила: — Я видела, ты пересматривал документы заключённых. За одного могу с уверенностью сказать, что его держат ни за что.

Сервиан приподнял бровь:

— Лука Агюс. Он хотел жениться на Мариан. Ты должен его освободить. Вот наипростейший путь к примирению, — я с радостностью смотрела на Сервиана и улыбалась.

Он улыбнулся в ответ. А ведь я помню, раньше он не улыбался. Его изменила я. Я не объяснимым образом меняла людей, окружающих меня. А перемены в них, меняли реальность. Я ещё не ведала о своей фактической силе, но её пассивная функция была мне по душе. Школы магии в Кругороме не такая уж плохая идея. В купели стало заметно светлее, я посмотрела на небо:

— Луна.

— Лу́на, — поправил Сервиан и заметил: — Почему-то, мне кажется, ты не слышала это предание.

— Какое?

— Говорят, однажды один из богов влюбился в своё творение в принцессу по имени Лу́на. Он не мерился силой с другими богами, предпочитая бродить по Кругорому из города в город. В миру он носил довольно скромное имя Творец. Принцесса Лу́на любила посещать рынок и выбирать яблоки самолично. Красные, сочные, наливные. В тот момент, когда она встретила Творца корзинка выпала из её рук, и румяные плоды покатились по дороге. Существует такая примета: если думаешь, что нашёл своё счастье, раздели этот плод со своей избранницей, и небо подарит ночь только для вас. Стоило принцессе Лу́не и Творцу увидеть друг друга, и они не могли отвести глаз. Они долго стояли недвижно, будто одни в целом мире.

Лу́на с Творцом, в тот краткий, но бесконечный миг на дороге, были счастливы. Это не могло длится вечно, ибо в мире нет ничего вечного. Он был Творцом и великим зодчим, а она смертной. Он выстроил сотни небесных чертогов. Выстроил замок и для неё прямо в небе. Этот чудесный замок сделал принцессу Лу́ну бессмертной, как и положено чертогам.

Но из-за того, что она остается тем, кем была, только одну ночь в месяц они могут провести вместе. Лу́на отмеряет время до встречи открывая штору на окне понемногу каждую ночь. А затем закрывая. Когда тяжёлая штора полностью закрывает окно её дворца, тогда они и встречаются. И они счастливы. А когда они не вместе, Лу́на смотрит вниз и стремится помогать влюблённым, чьи чувства заслуживают лучшей доли.

Это было грустно и безумно романтично. Даже не верилось, что такую историю мне рассказал Сервиан. Мне захотелось его поцеловать, но я боялась в очередной раз спугнуть его своим напором.

— Возможно, мне стоит подарить тебе красное яблоко? — пошутила я.

— Ты плохо слушала. Его дарят возлюбленной.

— Какой шовинизм, — вздохнула я, крепче переплетая с ним пальцы и ощущая необычную близость с моим пурпурноглазым принцем.

Больше я ничего не сказала. Молчал и Сервиан. Нам обоим не хотелось нарушать покой нашего уединения. Глядя на Лу́ну я думала о любви, и надеялась, что Сервиан разделяет мои мысли.

Поутру следующего дня я обнаружила на прикроватном столике довольно объёмный фолиант записей Мита Мораны, и с энтузиазмом приступила к его изучению, не вылезая из кровати. Мои губы тронула лёгкая улыбка: в Кругороме я превратилась в заядлого чтеца. Записи представляли собой смесь из личного дневника и заметок, состоящих из заклинаний, формул, пентаграмм. Я не нашла какие-либо упоминания об их отношениях с матерью Сервиана. Хотя единожды говорилось, что между Императором и принцессой Лир не был заключён Обет Любви, что номинально не обязывало её быть верной мужу.

А вот тут я задумалась. Ясно, почему Сервиан избегал моих, скажем откровенно, домогательств. Обет Любви запечатывался девственной кровью в течение суток. И в случае его нарушения изменнику грозила немедленная смерть. Я сглотнула. Фраза «пока смерть не разлучит вас» приобретала более весомое значение. Интересно, многие бы согласились заключить брак при таких условиях в нашем мире?

Нашлось тут и объяснение Непреложного обета, о котором говорила Татьяна. На его составление требовалось три волшебника, а это значило, что маг, отправивший меня в этот мир, действует не один. А вот знакомое мне заклинание Тишины навело на мысль о возможной взаимосвязи Татьяны с Митой Мораной. Но я никак не могла придумать вариант их знакомства, ведь она попала сюда уже после казни обоих.

Чтение пришлось прервать, потому что Сервиан не любил откладывать дела в долгий ящик и уже до обеда Луку Агюса привели к нему в келью. Отмыть заключённого для людей, владеющих водной магией, не было проблемой, но с переодеванием никто заморачиваться не стал. Но несмотря на трехлетнее заточение, скудные, изношенные одежды, в мире Яны Алмазной Лука Агюс мог претендовать на роль одного из главных героев.

Он был ярким представителем тех, в жилах которых текла благословенная кровь королевства Лир. Даже легкое истощение не портило его слаженную фигуру. Иссиня-чёрные волосы, отросшие ниже лопаток, рассыпались по плечам и упали на лицо. Запустив в них пятерню, он откинул их назад, открывая лицо с идеальными чуть заострившимися чертами. На его ушной раковине блеснула серебряная серьга в виде дельфина. От этого движения окова из чёрного металла, похожая на толстый браслет, сползла открыв посиневшую натёртость на бледном запястье.

— Насмотрелись? — с усмешкой спросил он, глядя на меня пронзительно синими глазами.

Было такое ощущение, словно меня чувствительно щелкнули по носу. Я быстро отвела глаза и встретилась с мрачным взглядом Сервиана, сидящего за столом. Чёрт! Я опустила голову, встала за его стул и уставилась на каменный пол. Он тоже видел, как я пялилась на заключённого. Да разве я виновата, что здесь сплошь одни красавчики, хотелось вскричать мне в своё оправдание.

— Императорские цвета. Глаза Госсетов. Какая честь! В любом случае спасибо что достали, — насмешливо бросил Лука и прошагал к окну: — Никогда бы не подумал, что так соскучусь по солнцу.

Его глаза, отвыкшие от света, слезились, но он не отворачивался и продолжал смотреть. Сервиан молчал и я решила подать голос:

— Вас не интересует почему?

Он закрыл глаза:

— Это и так понятно. Главнокомандующий Империи прибыл в монастырь. Такого не случалось…дайте подумать… м-м-м никогда?

Почему в Кругороме всем всё понятно кроме меня? Лёгкая тревога шевельнулась в груди. Я покосилась на меч Сервиана. Он же не собирается?

— Один из сильнейших водных магов и за что тебя засунули в каземат?

Лука поднял руки вверх:

— В этих оковах меня сложно назвать магом. По мнению настоятеля Рута я хороший рассказчик нелепиц, — он улыбнулся белоснежной улыбкой.

Должна признаться она ослепляла.

— Для заключённого первого ранга ты слишком хорошо выглядишь, — тон Сервиана изменился, в него просочились угрожающие нотки. — Полагаю, твой братец тебе не раз помогал?

Лука сжал кулаки, его показное веселье прошло:

— Что с ним? Он… жив? — на последнем слове голос Луки надломился, он был когда-то помощником настоятеля и знал о последствиях для брата.

Сервиан молчал, сохраняя суровое выражение лица и буравя Луку недовольным взглядом. Я прикусила губу, понимая, что являюсь причиной злости Сервиана. Про себя клятвенно обещая больше не пялиться, и не желая мучить Луку, я произнесла:

— Он идёт на поправку. И уже чувствует себя гораздо лучше.

На этих словах в дверь постучали и осторожно вошла Мариан. Она открыла рот что-то сказать, но увидев Луку так и замерла. Это я послала за ней, но не успела сообщить о причинах. Я поспешила к ней:

— Мариан, не волнуйся, я же обещала поговорить с Его Высочеством.

— Лука освободят? — взволнованно спросила она, переведя взгляд на меня.

— Меня освободят? — удивился Лука.

— И кого Ваше Высочество собрались освободить без дозволения императора? — настоятель Рут вошёл совершенно неожиданно со стороны купели.

Вместе с ним в келью вплывали элементали. Их антропоморфные тела, состоящие из воды, двигались на одном подножие, словно плывя по волнам. Увидав такое чудо, я будто переняла эстафету Мариан и застыла с открытым ртом. За ними следовали помощники настоятеля Рут. И хоть келья Сервиана была большой, в ней стало тесновато.

— Так кто-нибудь ответит на этот вопрос? — спокойный голос Сервиана прозвучал, как гром среди ясного неба.

Я прикрыла рот ладонью. Блинский блин! Причина этого недоразумения во мне? Я пыталась вспомнить что именно говорила Сервиану, но не могла.

— Ваше Высочество, с вами нет ни одного гвардейца, назначенного императором. Почему?

Интересный вопрос. Я об этом даже не подумала. Такое случается, если считать, что мир вращается вокруг тебя. То, что Бранд остался в Сорсте, казалась само собой разумеющимся, ведь Сервиан был со мной. Я вздохнула. Это не было совпадением. Печалило, что в очередной раз Сервиан не совсем честен.

— Прошу прощения, Ваше Высочество, — чуть склонив голову произнес настоятель Рут. — Однако наши обязательства удерживают нас от исполнения ваших приказов. Мы подчиняемся Императору. И если вас не послал Император, то ваше вмешательство в дела монастыря Лир незаконно.

— Настоятель Рут, вы считаете, что способны противостоять мне? — спросил Сервиан.

Его голос был настолько холоден, что волоски на моём теле встали дыбом. Мне стало страшно. Я не представляла на что способны элементали вкупе с водными магами, не знала и истинной силы Сервиана, приводящей всех в ужас.

— У меня один вопрос, вы точно на это готовы? — Сервиан посмотрел на каждого мага.

Какая-то прохлада коснулась моих ног, и я посмотрела вниз. Комната наполнялась водой. Я схватила Мариан за руку:

— Их надо остановить.

Мариан отреагировала мгновенно:

— Фил, и с каких пор вы слушаетесь пустышку? — странно что её командный тон меня нисколько не удивил.

— Смотрю за три года никого толкового не осталось, — подал голос Лука.

— Говоришь пустышка? — переспросил Сервиан и в ту же секунду оказался возле настоятеля Рут, который незамедлительно лишился головы.

Я и охнуть не успела, потому что с обезглавленным телом настоятеля Рута происходило нечто невообразимое. Он свистел и парил словно чайник.

— Что за чертовщина?! — не сдержавшись воскликнула я.

— Дупельгангер, — пояснила Мариан.

— А где настоятель Рут?

— Чертовски хороший вопрос, — заметил Сервиан, подхватив мою манеру выражаться. — И где он?

Водные маги молчали. Их лица не скрывали откровенную озадаченность данным вопросом.

— Теперь, уважаемые маги, приберите за собой и пошли вон!

— Да, Ваше Высочество, — отозвался Фил, остальные последовали за ним, но задержался на выходе: — Что насчет Луки?

— Мы не закончили.

Мы снова остались вчетвером. Всё произошло головокружительно быстро. От недавнего настоятеля Рута осталась лишь чёрная ряса, валяющаяся около ног Сервиана в до блеска натёртых ботфортах. Мариан, глубоко задумавшись, смотрела в сторону, позабыв обо всём. Лука отвернулся к окну и разглядывал что-то снаружи уже без слёз. Я шумно выдохнула и прошагала к креслу за столом:

— Кто-нибудь поясните мне что тут произошло. Это была микрореволюция?

— Микрореволюция? Какое необычное слово, — Лука потерял интерес к видам за окном. — Нас не представили. Откуда вы?

— Кло́дель принцесса Тианская, — Сервиан оказался подле меня. — Моя невеста.

— Ваше Высочество, куда более интересно, почему купол остался на месте.

И опять я оказалась единственная кто не понял взаимосвязи. Сервиан подошёл к Луке:

— Он потерял контроль над элементалем? — Лука молчаливо согласился. — Появился новый маг?

— Маг, которого элементаль нашёл более сильным.

— Есть идеи кто это?

Удивительно как быстро эти двое нашли общий язык. Лука повернулся и посмотрел на Мариан:

— Три года назад я обучал одного, подающего большие надежды.

— Я? — искренне удивилась Мариан. — Но я не управляю барьером. Я до сих пор не могу его преодолеть. И как элементаль может выбрать меня, если я этого сама не знаю?

— Потому что ты сама не веришь, что можешь быть могущественным водным магом. Заметь, ни один из водников не понял, что настоятель поддельный.

— Я просто привыкла отслеживать уровень воды в крови. А у него была одна вода, — возразила Мариан, словно не понимая, что ещё больше заявляет о своей одарённости.

Повисла тишина. Каждый думал о своём, а я думала о том, что Мариан с Лукой совсем не похожи на влюблённую парочку. Они стояли на противоположных концах кельи и даже не пытались приблизиться к друг другу.

— Я думала вы любите друг друга, — зачем-то заметила я.

Никогда бы не подумала, что двоих взрослых людей можно так быстро вогнать в краску.

— Я что-то не так поняла?

— Принцесса Кло́дель, вы неместная, — подала голос Мариан. — У нас не принято так откровенно говорить о чувствах.

— Но ты ведь мне говорила, что любишь его.

Мариан раскраснелась ещё больше и, казалось, ещё немного и повторит судьбу двойника настоятеля.

— Как насчёт того, чтобы заключить брак в Сорсте в один день с нами? — внезапно предложил Сервиан.

— Отличная идея! — поддержала я.

Двое влюблённых смотрели на нас с Сервианом как на умалишённых.

— А что скажет отец? — опасливо поинтересовалась Мариан.

— Будет недоволен, — Сервиана это словно забавляло, и напоминало отложенный подростковый протест.

— Вы категорически импульсивная пара, — заметил Лука.

— Это всё она, — Сервиан быстро указал на меня.

Я хотела возразить, но передумала. Скорее всего он был прав…

— Значит, переворот? — спросил Лука. — Если настоятель Рут сбежал к императору, он его предупредит.

Я смотрела на Сервиана и поражалась сколько всего скрытого он носит в себе. Смогу ли я когда-нибудь добиться откровенности, чтобы мне не приходилось узнавать подробности в числе последних? Как уже случалось раньше, Сервиан хотел свергнуть отца, но на этот раз захват власти планировался мирным путём. И в этот момент у меня сложилась совершенно другая картинка:

— Он отправился не к императору. Настоятель Рут третий волшебник.

— Третий волшебник? — переспросила Мариан.

Задохнувшись от самовосхищения я соскочила и принялась расхаживать возле стола, поясняя:

— Недавно меня похитила Мириам, принцесса несуществующего ныне королевства Тьюит, — два водных мага покосились на Сервиана, и я поспешила добавить: — Причина вовсе не в падении королевства. Она говорила о неком маге, изменяющим реальность, которому зачем-то нужна я. При этом упоминала о Непреложном обете. Для его заключения необходимо три мага. Но что самое интересное, она использовала простое, но тайное заклинание водных магов. Заклинание Тишины, составленное вашим… м-м-м… дедушкой. Оно известно, лишь королевской семье Лир. Ваша матушка поделилась им с Митой Мораной и он его записал. Но они погибли раньше, чем появилась Мириам, а это значит, что она узнала о нём здесь в монастыре. Предполагаю, от настоятеля Рута.

— Значит, их трое, — хмуро произнёс Сервиан. — Но почему он не попытался убить тебя сам?

— Когда ты со мной? — скептически заметила я, но не удержалась от укола: — Хотя, учитывая, как ты избегал меня, у него бы отлично вышло.

Сервиан нахмурился ещё больше, и я сменила гнев на милость:

— Дело не в этом. Им нужен какой-то обряд и для него я необходима живой.

— Ты так спокойно рассуждаешь о том, что тебя хотят убить? — ужаснулась Мариан.

— А что я могу поделать?

— Зачем они меняют реальность? — подал голос Лука.

— Не знаю. Они делали это не один раз. И вариант, где мы с Сервианом живем долго и счастливо их не устраивает.

— Долго и счастливо? — переспросила Мариан, не знакомая с нашими выражениями.

— Мы любим друг друга, — без апелляционно заявила я.

— Твоя уверенность поражает, — заметил Сервиан, тоже не желающий столь откровенно признавать свои чувства.

— Ну что поделать, я поразительная женщина!

— Без сомнений, — не раздумывая согласился он.

Моё обучение шло семимильными шагами. Мариан оказалась прекрасным учителем, хотя для неё это тоже было впервой. На пару с ней мы изучали записи Мита Мораны и, не отходя далеко, сразу же практиковались. Наша дружба развивалась стремительно. Столь же впечатляющим было приятельство Сервиана и Луки. За короткое время они пересмотрели дела всех заключённых и освободили более сотни несправедливо заточенных. Изменения в Сервиане не переставали меня удивлять, словно с возвращением каждого члена семьи у него всё больше оттаивала душа. Он был всё также сдержан, но уже позволял себе шутить и даже смеяться. Отношения с Мариан и Лилиан налаживались. Всем им необходимо было снова привыкать к нахождению в жизнях друг друга. Глядя на них, я с уверенностью могла сказать, что мне очень, уж очень не нравился Император.

Поразительно, но к концу недели заклинание Тишины покорилось мне. Я незамедлительно испробовала его на каждом встречном поперечном. Из-за восторга меня было просто не остановить. Не избежал этой участи и Сервиан. Я вдоволь насмеялась над его бессильной злобой. Не знаю, как мне пришло в голову заявить, что печать Тишины снимает поцелуй Любви. Но странное дело. Это подействовало! Я сама не поверила. И заставила Сервиана проверить ещё пять раз. Он из всех сил старался выказывать недовольство, но я знала, что ему по душе. А затем о поцелуе Любви узнали остальные. На несколько часов монастырь Лир превратился в крайне романтическое место. В итоге чего образовались целые три пары. В общем, эти дни были сказочно веселы.

Буквально вчера случилось кое-что что шокировало всех. Всех, конечно, громко сказано, только члены семьи знали об инциденте учинённым мной.

— Мне до сих пор не верится, что ты надела колодки на Его Высочество, — по пути к барьеру Мариан снова вернулась к животрепещущей теме.

— Не могу понять почему никому не пришло в голову это проверить.

— Да кто бы рискнул такое предложить, — усмехнулась Мариан. — Больше всех твоё открытие поразило Сервиана.

— Ещё бы! Зато я доказала ему, свою правоту.

— Кто бы мог подумать, что Госсеты тоже обладают магией.

— А что ещё, если колодки заключённых действует на них также как и на магов. Надеюсь, все будут держать новость в секрете.

— Мне кажется, насчет этого даже не стоит волноваться. Скажи кому и никто не поверит также как не верил Сервиан.

— Это хорошо, — согласилась я. — Но меня поражает эта убеждённость в их проклятости.

Где-то рядом в траве защебетала птица и мы чуть приостановились, отвлёкшись на звук. Солнце было высоко в небе и приятно грело лицо. А вот бриза с моря не чувствовалось.

— Ты думаешь, опробовать какую-то идею с барьером? — спросила Мариан, когда мы продолжили путь.

Я знала, что Мариан не удавалось наладить связь с элементалем монастыря Лир, также как и мне с… лосем. Два раза получилось его призвать. В первом случае выяснилось, что кроме меня его никто не видит. Во втором, меня непонятным образом перенесло на кухню. Предположительно, потому что я была голодна, но это не точно. Магические силы не собирались легко и просто открывать свои тайны обо всем приходилось догадываться.

— Когда мы только приехали в монастырь Сервиан мне сказал, что разрезает барьер просто представляя это. Лука упомянул, что твоя неудача связана с неверием в собственные силы. Мне кажется, магия сильно связана с воображением. И чем больше ты веришь в свою фантазию, тем скорее она воплотится. Я хочу попробовать пройти сквозь него, веруя, что смогу.

— Звучит не очень убедительно.

— Но попробовать стоит.

Самое легкое — рассуждать об этом. В реальности же вера быстро дает трещину. Стоит лишь единожды упереться лбом в невидимую стену и в душу проникают сомнения. Мы попробовали медитировать, но лось не хотел появляться и переносить меня куда-либо. Мариан попыталась влиять на частицы воды, из которых, по сути, и состоял барьер. Без результатов. А затем в мою голову пришло странное воспоминание о системе обучения ходьбе сквозь стены. Очень своеобразный патент, попавший ко мне в руки ещё в моём мире. В своё время я не придала ему никакого значения, приняв всё за некую шутку или стёб. Разве человек в здравом уме будет его испытывать? Но вот сейчас я старательно выковыривала из памяти всё, что могло оказаться полезным.

Как утверждалось в патенте: та система позволяла человеку приобретать достаточное количество гиперпространственной энергии, чтобы вывести его из измерения. И звучало крайне безумно. Состояла она из определённых шагов и щелчков пальцев. Быстро объяснив суть вопроса Мариан, я закрыла глаза и принялась выполнять шаги. Окончив, ожидала столкнуться с очередной неудачей, но обернувшись увидела Мариан по другую сторону барьера. Это особо было видно, потому что она приложила обе ладони на его поверхность. Она что-то кричала, но барьер, видимо, поглощал звук, и я не слышала.

— Получилось! — в восторге воскликнула я.

Вот только Мариан не выглядела радостной. Я нахмурилась, но не успела ни о чем подумать, как меня настиг внезапный удар. Он не был болезненным, но оказался чувствительным. Я не поверила своим глазам, когда увидела стремительно удаляющуюся от меня землю. Поток бешенного ветра развевал мои юбки и волосы. Я с перепугу едва не подумала о телепорте, как рукой нащупала когтистые пальцы, покрытые чешуёй и обхватывающие мою талию. Это было какое-то чудовище! Я пыталась понять, что именно за зверь утащил меня, но висела в таком неудобном положении, что это было невозможно. Мне оставалось лишь любоваться синими водами океана и белоснежным побережьем.

Полёт длился недолго, и что удивительно, меня не отнесли в гнездо к птенцам или нечто подобное, как я предположила, а довольно бережно опустили на землю, где приземления ожидало пятеро мужчин. Я успела рассмотреть их сверху. Все они были прекрасно физически развиты, словно каждый из них всю свою жизнь занимался активными видами спорта. Из одежд на их крепких телах, украшенных замысловатым орнаментом татуировок, которые ещё больше подчёркивали мускулатуру, имелись только штаны красных оттенков с выделкой под змеиную кожу. Возможно, это и была кожа, только не змеиная. Их рыжие до красноты волосы были собраны в высокий хвосты и заплетены в косы. Без сомнений, меня похитили люди, имеющие принадлежность к одной королевской крови.

Едва ощутив свободу, я быстро обернулась, чтобы осознать, что полёт был обеспечен красным драконом. Буквально на моих глазах огромное существо размером с неплохой дачный домик стало уменьшатся, а вскоре его тень приобрела человеческие очертания. Передо мной стоял ещё один красноволосый и полуодетый парень, в отличие от остальных, довольно молодой на вид, всего лет пятнадцати отроду. Он улыбнулся мне, блеснув золотистыми глазами от восторга:

— Ваше Высочество, надеюсь, я не доставил вам неудобств, — но уже в следующей фразе, обращенной к кому-то за моей спиной, я поняла отчего юношу переполняло с трудом сдерживаемое возбуждение: — Ваше Величество, я не поверил своей удаче, когда увидел принцессу. Только приблизился к монастырю, а там она. Ведь это она? Ни у кого больше не может быть серебряных волос.

Я притронулась к волосам. Находясь в монастыре, я давненько не подкрашивала волосы. А многочисленные водные процедуры, в частности наши зависания в купели во время тренировок Марианы, сделали своё дело. Я снова была серебряноволосой. Я проследила за взглядом юноши, что обращался к одному из мужчин, игнорируя меня. Это был король Драконьего королевства, догадалась я. Радостные дни в монастыре Лир расслабили, а безопасность, обеспечиваемая барьером, усыпила бдительность. Как итог, меня снова похитили. И на этот раз маг поручил дело более значимым людям.

— Ты всё сделал верно, Тил’Лан, — одобрил паренька мужчина.

— Чтобы вам не пообещал маг за моё похищение, мы предоставим вам более выгодные условия, — с вызовом бросила я. — Так что немедленно верните меня обратно!

Тот, кому я приписала роль короля, усмехнулся:

— И что же ещё может предложить принцесса Тианского королевства, как не свои земли, после заключения брака.

— Брака? — крякнула я, не совсем понимая.

— Агась! — подтвердил тот. — Мы бы могли заключить его прямо здесь.

Я совсем перестала понимать происходящее и просто захлопала глазами. Король драконов понял это по-своему потому пояснил:

— Вы здесь. Я здесь. Что ещё нужно?

— Не понимаю, — наконец озвучила я.

— В нашем королевстве для брака ничего больше и не нужно. Только мужчина и женщина.

Моя челюсть отпала от удивления. До меня, наконец, дошло, о чем он говорил. Это настолько отличалось от нравов Империи, что просто шокировало. Совершенно незнакомый мужчина был готов заняться со мной интимом прямо сейчас, тем самым сделав меня своей женой?

— Но с уважением к вашей иной культуре, и чтобы не провоцировать в дальнейшем споры о легитимности нашего брака, заключим его в монастыре Х’мола, — пояснил он.

— Я не согласна!

— Ваше согласие тоже не нужно, — улыбнулся король драконов.

— Стоп! — решительно объявила я. — Это какое-то недоразумение. У меня свадьба с наследником Империи через месяц. С чего вы решили жениться на мне? Возможно, вы ошиблись?

— Вы принцесса Кло́дель Тианская, верно же?

Отрицать было бессмысленно, но мне хотелось прояснить его личность:

— А вы кто такой?

— Король Драконьего королевства Пол’Лукс К’Хам к вашим услугам.

Мысленно обозвав его «Полулюксом», я воскликнула, кое-что припомнив:

— Ваше королевство всегда конфликтовало с Тианским! У вас же это дело принципа.

— Ваш отец сказал, что после рождения наследника земли вашего королевства присоединятся к нашим на законных правах, — и словно сочувствуя добавил: — Кажется, ваше похищение главнокомандующим Империи очень задело его гордость.

— Вас послал король… — Чёрт! Забыла его имя. Я схватилась за голову: — Как же его…

— Король Туллий, — уточнил король «Полулюкс»

— Вы не помните, как звать вашего отца? — поразился паренёк, что принёс меня в своих драконьих лапах.

Да я и думать о нём не думала! Кто мог предположить, что вмешается отец Кло́дель?! И как меня теперь найдёт Сервиан? Это было бы возможно, передвигайся они по земли, но, судя по всему, в монастырь Х’мола планировалось лететь. Он не успеет. Какой бы потрясающей силой и скоростью бега не обладал. Я посмотрела на лес за спинами окружающих меня мужчин.

— Не думаю, что у вас получится улизнуть, — заметил король драконов. — А в небесах лучше и не пытаться. Будет печально, если вы упадете.

— Вы что не понимаете? Я не хочу за вас замуж! Обещаю, я буду ужасной женой! Самой худшей из всех возможных, — пригрозила я. — Я просто так не сдамся!

Я всё-таки предприняла тщетную попытку к побегу. Но буквально сразу же меня перехватили и водрузив на плечо, довольно хлопнули по ягодицам:

— И не сдавайтесь, принцесса Кло́дель! Мне такое по душе. В следующий раз попробуете ещё. Но сейчас у нас нет времени для игр.

Игр? Игр! Я принялась сопротивляться, стараясь извиваться всем телом, попутно костыряя короля драконов всеми известными ругательствами из обоих миров. У двухметрового здоровяка это вызывало лишь смех. Увидев, как тени других мужчин начали увеличиваться в размерах, а тела терять человеческие очертания, я не выдержала и завизжала. А затем принялась звать лося.

«Пусть считает, что ему ещё достанется неадекватная принцесса!» — зло думала я.

Содрала всё горло, но лось не явился. Полчаса спустя я сидела принудительно заключённая в объятия короля Пол’Лукса К’Хама, на спине одного из драконов, в которого обратились его люди, и очень жалела, что моим даром не является способность убивать взглядом. Периодически у меня перехватывало дыхание, и причиной тому был не бьющий в лицо ветер, а возмутительное поведение Пол’Лукса. Король драконов уж очень любил распустить руки и совсем не смущался этого.

— Не переживайте, — успокаивал он. — Вам понравится наш брак. Я прекрасный любовник.

— Если у вас так просто заключаются браки, значит, у вас полно жён. Зачем вам я?

— Вы заблуждаетесь, я никого не объявлял своей женой.

Утихомирив в очередной раз «Полулюкса», я посмотрела вниз на головокружительно далёкую от меня землю. Полёт над побережьем пяти красных драконов впечатлял. Моё внимание привлекло довольно странное движение вод океана. Вода стремительно уходила от берега, открывая песчано-коралловое дно, словно сползающее одеяло. Я нахмурилась. Это напомнило мне кое-что. Я посмотрела в сторону океана. На нас надвигалась огромная волна цунами. Радовало, что водные маги догнали нас. Но было не совсем понятно, как при этом выжить мне…

Я выжила. Понятия не имею, как, но выжила. Я стояла среди поваленных деревьев в насквозь мокром платье и потерянно озиралась, когда увидела знакомую фигуру, стремительно приближающуюся ко мне со стороны океана.

— Сервиан! — воскликнула я и кинулась ему навстречу.

До него оставалось метров десять, как между нами вклинилась большая красная туша, громко хлопнув крыльями. Внезапный поток ветра ударил по мне. Я не удержалась и упала на спину. Приземлившись, красный дракон хвостом хлёстко ударил по Сервиану, отправив его в полёт обратно, откуда он прибежал. Сердце непроизвольно сжалось от страха при виде такой картины.

— Немедленно прекратите! — со слезами на глазах прокричала я.

— Его Величество Пол’Лукс, я бы тоже рекомендовал вам прекратить, если вы не желаете начать полномасштабную войну с Империей, — появление Луки из осадков дождя, выпавших из маленькой тучки, было совершенно неожиданным.

Драконий король принял человеческое обличие:

— Думаете, меня это пугает? Король Тианского королевства отдал принцессу Кло́дель мне в качестве невесты. Это Госсет похитил её против воли…

— Он не похищал меня! — вклинилась я. — Я добровольно сбежала с Сервианом Госсетом. И хочу быть его женой, а не вашей!

— Это неважно, — отмахнулся «Полулюкс», снова переключая всё внимание на Луку: — Главнокомандующий один решил выступить против меня? — он повёл головой, словно принюхиваясь: — Не чувствую крови других Госсетов. Лишь нескольких водных магов.

Его глаза сверкнули золотом:

— Интересно, как много сил вы потратили, устроив такое бедствие?

— А это не ваши заботы, — бросил Лука, насмешливо улыбаясь. Он привычным мне жестом откинул волосы назад: — Я не особо осведомлён, но подскажите, драконы хорошо плавают?

«Полулюкс» на секунду замер:

— Что с ними?

— С ними? Ничего. Они в одном надежном месте, на достаточной глубине, чтобы ни дракон и ни человек не всплыл. Вы можете попробовать убить нас, но тогда я не даю гарантии, что они тоже выживут.

Было видно, что это не лёгкое решение для короля драконов, но он был чертовски упёртым и не любил сдаваться.

— Значит, у меня есть выбор. Пожертвовать двумя членами семьи и прихлопнуть главнокомандующего Империи или пойти вам на уступки и подмочить свою репутацию?

— Или у меня есть ещё одно предложение, — сверкнул улыбкой Лука. — На днях принцесса Кло рассказывала о неких рыцарских поединках, где мужчины сражались за сердце прекрасной дамы. Что вы скажете, если я предложу вам выступить один на один с Сервианом Госсетом, но без своих способностей?

— Способностей? Не смешите меня! Все знают, что у них нет магических сил.

— Вы так уверены? Вам доводилось сталкиваться с кем-то из Госсетов?

Пол’Лукс промолчал.

— И как? Кто победил?

— Никто, — зло бросил «Полулюкс»

— Как обычный человек может противостоять вам?

Король драконов задумался.

— И как вы лишите нас способностей?

— О! Это просто. Вы наденете браслеты и сразитесь, используя лишь ваши человеческие силы.

«Полулюкс» бросил хмурый взгляд куда-то мне за спину. Я обернулась и тут же воскликнула:

— Сервиан! — прильнула к его груди.

Совсем не видела, когда он встал за мной. Сервиан прямо встретил недовольный взгляд Короля драконов, одновременно приобнимая меня одной рукой и прижимая к себе.

— А где гарантии, что вы не воспользуетесь моей слабостью?

— Мы все принесём Клятву Чести, — улыбнулся Лука. — И я отпущу членов вашей семьи поболеть за вас.

Король драконов согласился. Он велел своим людям в обличие драконов расчистить место, где предстояло пройти схватке. Я слышала, как люди Драконьего Королевства перешёптывались. Им было интересно, лишат ли браслеты какой-либо силы Госсетов. И если такого не произойдёт, были намерены спасать своего короля. А вот Лука откровенно забавлялся. Он устроил запись ставок на победителя. Даже не требовалось владеть навыком предсказания, чтобы угадать, кто на кого поставит. Сервиан отложил меч, которым столь мастерски управлялся, закатал рукава рубашки, готовясь к кулачному бою. Я в волнении притронулась к его руке. Сервиан взглянул на меня и сделал единственное верное решение, что могло успокоить меня — поцеловал. Легко и нежно.

— Я не проиграю, — сказал он, глядя мне в глаза: — Верь в меня.

— Целовать чужую невесту подло! — крикнул король Пол’Лукс больше для острастки, чем его это действительно волновало.

Сервиан отпустил меня и двинулся к сопернику, стоящему в центре своеобразной арены. В воздухе, пропитанном влажностью земли, витало напряжение, словно сошлись две непримиримые стихии. Король драконов бросился в атаку первым. Сила его мускулистого тела напоминала лавовый поток, готовый сокрушить всё на своём пути. Пол’Лукс желал снести Сервиана одним мощным ударом массивного кулака. Я судорожно втянула воздух.

Сервиан ловко ушёл из-под удара, отпрыгнув в сторону, как стремительный и грациозный кот. Его ответные удары были точны и молниеносны, подобно атаке змеи. Он ни на секунду не давал королю Драконов передохнуть.

Всех присутствующих захватило наряжённое зрелище. Как это ни странно, но их противостояние завораживало, словно танец. Страсть и жестокость сливались в этой схватке, словно буря. В зрачках соперников горел огонь битвы. Каждый удар был наполнен яростью и решительностью завоевать победу. Сила против ловкости, мощь против быстроты. Оба настолько разные, что создавалось впечатление, будто два разных мира столкнулись на одной арене.

Пол’Лукс усилил напор, стремясь сломить соперника своей неистовой мощью, в то время как Сервиан уклонялся от ударов, разменивая противника на скорость и ловкость. В какой-то момент Сервиан почему-то отвлекся на меня. Я точно перехватила его взгляд перед тем, как кулак короля драконов угодил ему прямо в челюсть. Сервиан упал. Я вскрикнула и соскочила с бревна, являющимся своеобразным сиденьем для болельщиков.

Внезапно мне зажали рот рукой и дёрнули назад, в не пойми откуда взявшийся тёмный коридор. В последнем кадре, похожем на гаснущий экран старого телевизора, я видела взволнованные лица оставшихся на поляне. Особенно чётко врезалось в память окровавленное лицо Сервиана и его перепуганные пурпурные глаза. Было даже немного странно, что он испытывает страх. Я со злостью вцепилась ногтями в руку, удерживающую меня. В следующую секунду меня с силой отшвырнули в сторону. Больно ударившись, я несколько раз перевернулась, прокатившись по полу.

— Взять её! — велел незнакомый голос.

Меня подхватили под руки и против моего желания поставили на ноги. Ничего не понимая, мне оставалось только оглядываться. Белые стены, белый мраморный пол, изысканная белоснежная мебель, одежда стражи… Я была во дворце Тианского королевства! Я никогда не видела человека, отдающего распоряжения. Это был мужчина средних лет. И определённо маг. Да будь Яна Алмазная не ладной, и чтобы ей всю жизнь икалось! Очередной красавчик.

— Вы не заставите меня выйти замуж против воли! — прокричала я, пытаясь вырваться.

— А нам этого и не надо, — бросил зло неизвестный. — В темницу сердца силы её! И побыстрее.

Стражи поволокли меня к дверям. Брыкаясь и упираясь ногами, я умудрилась выкрутится и оглянуться, чтобы встретиться с ледяным взглядом мага. От его взгляда внутри всё похолодело. Он и есть тот, кто меняет реальность.

Теперь я знала, как выглядит Сердце Силы в Тианском Королевстве. Это была полностью зеркальная полукруглая комната с холодным мраморным постаментом в центре. Именно на поверхности этого неприятно леденящего спину камня, раскинув руки в стороны, словно распятая, лежала я. Капля за каплей кровь покидала моё тело через почти медицинские разрезы на запястьях, убегая по желобку, окрашивая его в алый цвет, что обрамлял меня, словно рамка. Я пыталась вспомнить, через какое время человек умирает или теряет сознания из-за кровопотери. И то ли не могла вспомнить, то ли никогда не читала об этом. В душе одновременно хотелось рыдать от безысходности и кричать, призывая на помощь, срывая голосовые связки. Но я не делала ни того, ни другого. Я просто лежала и глядела на потолок, наблюдая, как на полу, хотя в множестве зеркальных коридоров, казалось, и на потолке расцветает кровавая пентаграмма.

Маги, а их действительно было трое, обещали вскоре вернуться, когда рисунок будет закончен.

«Интересно, — подумала я. — А я к тому времени уже умру?»

Моё предположение, что одним из магов был настоятель Рут, подтвердилось. Теперь я понимаю, что он сразу догадался, кто я, как только нас представил Сервиан. Но вот причины его сотрудничества с магами Тианского Королевства оставались загадкой. И почему он сам не похитил меня? Разве что скрывал в себе душу труса.

Вторым был сам король Туллий. Да что говорить, практически все во дворце с самого начала знали, что я ненастоящая Кло́дель Тианская. Вот истинная причина, почему даже в слуги брали родню. Они хранили секрет того, что многократно перекручивали события мира, выбирая ту реальность, которая более выгодна Тианскому Королевству. По этой причине они и считались сильнейшими магами Кругорома. Они просто не оставляли вариантов, где бы проигрывали.

Из их разговоров я даже уловила, почему мне не подходила обычная жизнь попаданки в Кругороме, а ждало распятие в Сердце Силы. Причины было две: первая — они не могли позволить прожить мне целую жизнь. А вторая касалась моих магических способностей. Оказывается, к вариациям с попаданками они пришли не сразу. Сначала это были маги Тианского королевства, что добровольно жертвовали собой во благо своего рода. Не стоит забывать легенду о победе сильнейших магов. Они свято в неё верили. Я должна расстаться жизнью, как маг Тианского королевства.

Крови я, видимо, потеряла достаточно, и в какой-то момент мне стали приходить видения, сотканные из воспоминаний о жизни настоящей Кло́дель. Привиделся мне и тот случай, подкинувший им идею с попаданками. В это трудно поверить, но началом всему послужило нелепое стечение обстоятельств. Истинная Кло́дель, та самая, первая, споткнулась на ступеньке и, свалившись с лестницы, по нелепости сломала шею в день своей свадьбы. Вот третий маг в этой связке и был её женихом. По совместительству первый маг королевства Карлий Туллим.

— Прости, — сказал он мне, делая надрезы тонким, похожим на скальпель, ножом. — Когда твой дух покинет это тело, ты можешь попробовать вернуться в свой мир, используя магическую силу нашей семьи. Смерть не бывает конечной, если успеть сбежать. Жизнь и смерть — это только разные состояния существования.

Мне показалось, таким образом он её спас, перенеся дух Кло́дель в другой мир. Но скольких же он обрёк на смерть…

— Если вам она дорога, почему бы не оставить её спокойно жить в моём мире, а не перекидывать из тела в тело, выискивая лучшие варианты? Вы же любили её?

Он почти по-доброму посмотрел на меня:

— И люблю. Кло́дель, в отличие от вас, всё понимает. Мы не ищем варианты. Это уже в прошлом. Нам нужен только один, что обеспечит гибель Богов.

— Победа Госсетов?

— Вроде того. Но понимаете, ваша предшественница прежде, чем покончить с собой умудрилась его убить. А он уже был в шаге от исполнения предсказаний, — сокрушённо вздохнул он.

— Но вы-то тут при чём?! Что за выгода вам?

— Вы ничего не понимаете в магии. Это мы обеспечим им победу, а значит, в игре Богов станем победителями. Слышали легенду о принцессе Лу́не?

Я кивнула. Он улыбнулся и ничего не ответив пошёл прочь. Возможно, я ошибаюсь, но их целью было бессмертие? Они хотели стать Богами за чужой счёт? Не знаю… Но я точно не хотела умирать. Я не хотела покидать этот мир. Использовать силу, скрытую в крови Кло́дель, было не так легко, ка говорил Карлий Туллим. Лось, воплощающий мою магию, никак не хотел являться на мой зов.

Когда в комнату вернулся Карлий Туллим, стало понятно, что конец уже близок. Моё сердце забилось набатом, стало трудно дышать, я словно задыхалась, в глазах темнело. Когда постамент подо мной содрогнулся от далёкого грохота, а зеркальный потолок вдруг осыпался дождём из стекла из-за образовавшейся в нём дыре, открывающий вид на звёздное небо, с которого мне будто подмигивала Лу́на, я всей душой обратилась к ней с просьбой помочь мне.

Мир завертелся сменяющимися картинками. В осколках зеркал мелькнула фиолетовая вспышка, и красного стало больше. Красными были и огромные лапы, разрывающие потолок словно кожуру мандарина. Мариан державшая меня за руку, заставляла кровь изменять поток снаружи во внутрь. По коридорам дворца текли бурные реки, которые бороздили водные элементали, крыши полыхали оранжевым пламенем. В месте, где эти две стихии встречались валил пар. Полное безумие охватило всё вокруг. Это было неважным. Сервиан проносил меня на руках сквозь в минуту сошедший с ума мир, прижимая к груди. Я с облегчением закрыла глаза. Лу́на услышала меня и помогла нам.

В себя я пришла на борту «Спящего кота». Когда-то я с пристрастием изучила каюту Сервиана, чтобы не узнать её с первого взгляда. Чувствовала я себя отвратительно. Кисти рук просто адски ломило. Рядом на кровати дремал Сервиан.

«Какой же он у меня безупречный» — я невольно залюбовалась им.

Его волосы сильно отросли с того дня, когда я впервые увидела его в зале приёмов. Словно почувствовав мой взгляд, он открыл глаза.

— Привет, — сказал он, подражая мне.

— Привет, — улыбнулась я.

Какое же это удовольствие ощущать на себе влюблённый взгляд. Наслаждаясь этим чувством, я испытала потребность сказать Сервиану приятное:

— Ты такой красивый.

— Знаю. Самый красивый, — он чуть тронул кончик моего носа: — Как себя чувствует моя принцесса?

Я хихикнула:

— Для едва не убиенной, пойдёт.

А затем задала волнующий меня вопрос:

— Что с теми магами?

— Многие лишились головы. В том числе король Туллий и тот, что находился в Сердце Силы.

— А настоятель Рут?

— В колодках в трюме другого корабля, возвращается в монастырь Лир.

— Как вы нашли меня?

Он улыбнулся:

— Знаешь, ты была права насчёт сотрудничества с королём Берриана. На пару с твоим алхимиком они творят чудеса. Помнишь ту штуку, что указывает местоположение твоих часов?

— Угум.

— Они её усовершенствовали. У меня не было времени выслушивать их объяснения как именно. Но теперь у них есть специальный экран, что указывает точное место.

— А корабли? Вы прибыли так быстро?

— Мариан сама не предполагала, что способна на такое. Корабли просто летели по волнам. Ты не единственная, кто спит беспробудным сном на этом корабле.

— Погоди, корабли же в Сорсте.

— Ну, мне пришлось заключить сделку с королём Драконов, чтобы он перестал претендовать на тебя и помог.

— Поразительно, — пробормотала я. — А что за сделка?

— Я обещал отдать ему в жёны нашу дочь.

— Что?! — такая новость едва не лишила дара речи. — А если у нас не будет дочери?

— Тем лучше для неё.

— А если всё-таки будет?! — уже с ужасом воскликнула я. — Он же озабоченный.

— Кто бы говорил, — усмехнулся он.

Я вспыхнула:

— Ну, я же девочка!

Сервиан расхохотался почти до слёз. Я как заворожённая наблюдала за ним, не веря, что можно стать ещё более красивым и притягательным, чем он был. Ему так шёл смех.

— Ты сама говорила, что браки лучший способ налаживать связи между королевствами. А брак с королём Драконов очень выгоден, — добавил Сервиан просмеявшись.

— Да к тому времени, пока у нас дочь достигнет брачного возраста он будет уже дряхлый старик!

— Ты не права. Они сильные и долго живущие. Я больше чем уверен, король Пол’Лукс К’Хам намного переживет нас. В браке они разделяют срок жизни с партнёром. А это значит, Госсетам надолго обеспечена их поддержка. К тому же он присмотрит за Тианским королевством.

— С ума сойти, — выдохнула я.

Дорогой читатель, если ты действительно существуешь, знай: мы с Сервианом жили долго и счастливо, как того и боялись маги Тианского королевства. Свадьба прошла просто великолепно! Мы праздновали неделю. Хотя, будь моя воля, я бы не выпускала муженька из кровати. Ты знаешь, в нашей семье о приличиях больше думает он, нежели я.

Я так и не призналась ему в том, кто я на самом деле. Не думаю, что это теперь имеет какое-то значение. Мне кажется, Сервиан сам давно обо всём догадался. Также, как догадался о чём-то произошедшем в день нашей свадьбы, о чём я не только не хотела говорить, но и вспоминать. Каждый раз при воспоминании на глаза наворачивались слёзы, и хотелось лишь одного — крепче обнять Сервиана.

Кругором — по-настоящему великолепный мир, скрывающий огромное количество тайн и полный разнообразия. Мы с Сервианом много путешествовали, изучая его, попутно развеивая суеверия, заключая союзы и договора. Правда, нам пришлось прервать наши исследования мира. К сожалению, мысль об изобретении средств контрацепции пришла ко мне в голову только после рождения пятого ребёнка. Четыре мальчика и лапочка-дочка.

Утомительно, но после её рождения мне частенько приходится пинками выгонять короля Драконов Пол’Лукса К’Хама с его родней из дворца. Иногда мне кажется, он со своими сородичами решил превратить комнату моей дочери в сокровищницу. Это раздражает!

Мариан с мужем основали первую, не побоюсь этого слова, настоящую школу магии в монастыре Лир, слух о которой разлетелся по всему Кругорому. Лилиан во всём ей помогает. Ванс прекрасно научился управлять Империей, проявляя безмерное участие к её населению, чем заслужил среди народа прозвище: Вансиан Ясное Солнышко. Да понимаю, я сама удивилась, узнав его полное имя.

Король Берриан стал крёстным моих детей. Кириан прославился на весь Кругором и теперь с гордостью именует себя не алхимиком, а первым аптекарем. Помните, спасая Сервиана, я затащила сюда Диму? Он оказался настоящим хирургом! И смею вас заверить, он не жалуется на свою судьбу. Медицина и наука в Империи двигается семимильными шагами.

Сейчас скажу страшную вещь. Я основала религию или культ, объявив себя первой жрицей храма Лу́ны. Хочу стереть из памяти Кругорома предание о проклятых Госсетах. В этом мире я поняла две вещи: первая — люди способны изменить мир. Вторая — люди меняются. И меняют их другие люди. А следом за ними меняется мир. Для этого не нужна магия, хватит обычной веры. Веры в себя. В то, что в каждом есть что-то хорошее. В то, что мир не так уж и плох.

Если вас интересует участь старого императора, то он жив и здоров. Правда, невыносимо ворчлив. К счастью, он так активно растрачивал свои магические силы, что состарился преждевременно. Сервиану удалось убедить его отойти от дел и передать бразды правления в руки наследников. У него не осталось выбора, кроме как согласиться.

Недавно я нашла завалившийся за стол листок со списком плана действий, и на меня накатила неописуемая ностальгия. Кажется, это было безумно давно…

Ну что ж, мой дорогой читатель, мне пора прощаться. А тебе хочу пожелать верить в себя. Иногда вера в себя — единственная сила, что у нас есть. И помни, никогда не бывает так плохо, как кажется. Если плохо, то это точно ещё не конец!