Странные записи

С одной из трасс ведущей в новый микрорайон, съехала легковая машина и, повернув налево, заехала в переулок. Машина остановилась, аккуратно припарковавшись на обочине у чугунной ограды, и водитель заглушил двигатель. Дверь открылась, и из машины вылез молодой человек. Он некоторое время разглядывал строящиеся дома новостроек и панорамные виды, отрывающийся с возвышения, куда он заехал. Дома, дома, всюду дома, многоэтажные, многоподъездные…

Новый микрорайон на окраине Юго-Востока города возводился и заселялся в ударном темпе. Обладать квартирой в этом месте считалось признаком успеха и достатка. Люди, жившие здесь, сплошь и рядом ездили на иномарках, которые, несмотря на полдень, рядами были припаркованы возле домов. Возле одного из них и оставил свою старую «девятку» молодой человек.

Он приехал сюда не для того, что бы любоваться новыми домами или машинами – он здесь по делу. В таких местах как это – новостройка – крайний форпост урбанизации, граничащий с природой – близлежащим лесом постоянно происходило противостояние невидимых обычному взгляду стихий. Тяжелая поступь цивилизации, постоянно ощущала противодействие древней еще со времен дикой природы энергии.

Но на линии соприкосновения между двумя этими колоссальными силами, знающий человек мог почерпнуть для себя знаний, и повысить свой потенциал. А энергия молодому человеку была нужна. Ряд непродуманных решений привели его в состояние, когда все что происходит вокруг тебя, становится неинтересным и ненужным. – «Это временно», – уверял он себя некоторое время, но тоска, напавшая и вцепившиеся в него словно злая собака, вот уже две недели никак его не отпускала. Постепенно молодому человеку стала скучна сама жизнь.

В один из таких дней молодому человеку удалось собрать остатки воли и решится посмотреть на себя со стороны, и то, что он увидел, ему не понравилось. Совсем… Один, ни нормального жилья, ни нормальных денег, ни нормальной работы, а он еще считал себя специалистом и знатоком в области восточной поэзии и литературы… «Если ты такой умный, то почему такой бедный?» некстати вспомнилась ему поговорка которая как острый нож теребила его сознание и не давала покоя его самолюбию. – «Что делать»? – вопрос на миллион, его, наверное, задавал себе каждый, кто оказывался в такой ситуации. Задал себе его и молодой человек, вернее задавал его себе вот уже несколько дней. И его озарило – «Мне нужна энергия! Много… Нужно найти места силы…» – решил он, отправляясь на поиски.

Постепенно уровень его энергия стал восстанавливаться, а сила возрастать – на границах промзон со спальными кварталами энергии хватало, особенно в темное время суток, и поэтому молодой человек все свои вечера, проводил в таких вылазках, собирая и впитывая в себя доступную силу.

Однажды днем он пешком прошел несколько километров и забрел в новостройки. Лес, видневшийся вдали, словно магнит поманил его и молодой человек решил, что непременно дойдет до него, но не сейчас, но очень скоро, только нужно подготовиться. – «Я приду», – мысленно пообещал он лесу, с трудом отрывая от него взгляд. – «Я приду, обязательно, не сомневайся»…

***

Волков открыл глаза, резко просыпаясь и рывком сел на диван. Спросонья его дикий ищущий взгляд переместился на руку, что-то прижимающую к груди, и он разглядел книгу. – «Фу ты!» – с облегчение выдохнул он, отбрасывая от себя книгу. Книга упала на диван, блестящей обложке вверх, где стайка волкообразных людей с длинными клыками окружали прижимающуюся к дереву девушку, с вытянутыми перед собой руками в немой мольбе. – «Привидится же», – Волков потянулся за бутылкой с газировкой и припал к ее горлышку. – «Что за хрень?» – Волков взял с дивана книгу и понес ее кухню.

– Там тебе самое место, – пробормотал он, опуская книгу в мусорное ведро.

Книгу Волков купил вечером в переходе после очередного неудачного звонка бывшей супруге и заодно, чтобы скоротать время. – «А она сильно изменилась», – с горечью подумал он о бывшей супруге, ставя чайник на газ. – «Что хотел? Еще, какие вопросы?» – так она, в последнее время стала с ним разговаривать. Волков взглянул на часы: 00.24 – «Время крысы – третья стража», – пришла в голову откуда-то взятая цитата.

– А что я проснулся-то? – спросил себя вслух Волков и потянулся за телефоном.

После неприятного разговора с Ольгой, которая требовала от него еще денег, на что Волков, ежемесячно аккуратно переводивший для дочери оговоренную сумму, отказал и резко отрезал: – «Кто с женщиной спит, тот ее проблемы и решает», – на что бывшая жена, конечно же, обиделась и бросила трубку, а Волков отключил свой телефон. Ее очередной «лучший друг» с кем она теперь сожительствовала в небольшом городке, работал таксистом, и денег постоянно не хватало. – «Это ее выбор, ее решение, и ее ответственность», – тяжко вздохнул Волков, включая телефон. – «Лишь бы доченьки было хорошо…»

В телефоне было несколько не отвеченных вызовов со скрытым номером. Среди его нового окружение даже при обилии современной техники никто не обладал такой возможностью, как скрывать номер своего телефона. – «Генерал!» – догадался Волков, открывая непрочитанные СМС. – «Больше некому…»

– «Майор, ты, что себе позволяешь? Почему недоступен?» – прочитал Волков первую сообщение.

– «Срочно перезвони! Дело не терпит отлагательств!» – кричало второе СМС.

– «Дело срочное, руки в ноги и бегом ко мне!», – это было последнее, и Волков посмотрел на время отправления: 00.20. – «Ну ладно», – решил Волков, выключая начинавший закипать чайник. – «У генерала попью», – подумал он, закрывая за собой входную дверь, усмехаясь от такой мысли, вспомнив предыдущее чаепитие, когда генерал отправил его на Север-Запад страны за сбежавшим солдатом.

Как генерал после тех событий смог вернуться на службу Волков не раз себя спрашивал. Но ответа так и не находил, а генерал только усмехался на его вопросы и молчал. А ведь не прошло и двух дней вынужденного его пенсионерства, как генерал-майор вдруг стал генерал-полковником, перескочив генерал-лейтенанта, и получил обратно свою должность. – «Наверняка и финансирование увеличили», – подумал Волков, вспоминая ряд новеньких и дорогущих иномарок припаркованных возле старой резиденции генерала. – «И людей прибавилось…» – В крайнюю встречу с генералом Волкова сопровождало уже двое безликих молодца, а КПП установили на каждом этаже.

За размышлениями о превратностях судьбы и жизни, которая, как известно, порой причудливей вымысла Волков доехал до четырехэтажного здания, где и припарковался. На служебной парковке. Ночной город спал, а дороги были практически пусты, поэтому Волков доехал быстро, но не успел он выйти их машины, как возле двери, словно из ниоткуда появился добрый молодец, – «Этого я не видел», – вглядываясь в суровое лицо молодца, решил Волков, вылезая из машины.

– Пройдемте, Вас уже ждут, – не возражающим тоном заявил молодец, делая приглашающий жест рукой. – Прошу…

Как ни странно, но пошли они другой дорогой – не той, по которой его обычно водили к генералу. Молодец провел его к тыльной стороне здания, и пригласил войти, открыв передним одну из серых дверей. Это оказался лифт. Удивляясь – Волков проработал под началом генерал пятнадцать лет и точно знал, что лифта здесь отродясь не было, но ни чего не сказал и спокойно вошел. Молодец вошел следом, а дверь автоматически захлопнулись, а сам лифт, практически сразу пошел вниз. Удивляясь еще больше, – «Там же ничего нет», – в его «время» внизу располагался технический этаж с теплопунктом, а сейчас… сейчас Волков не знал что и думать.

Еще большее удивление у Волкова вызвало обстоятельство, приветствующее его и сопровождающего на выходе из лифта. Они попали в глухую стальную комнату-«коробочку» где на них сквозь небольшое отверстие в нише смотрело жерло крупнокалиберного пулемета. Сопровождающий Волкова молча подошел к стене, и небольшая ее часть стала прозрачной. Сканирующий луч прошелся по молодцу, и стена мигнула зеленым светом. То же самое по указанию молодца проделал и Волков, и видимо с ним все было в порядке, раз зеленый свой мигнул повторно. Волков ожидал, что какая-то часть стены уйдет в сторону, и откроется проход в следующий коридор, но он ошибся. Пол комнаты-коробочки слегка качнулся и пошел вниз. – «Ну, ничего себе!» – не удивился Волков нововведением. – «Чудит генерал… Хотя… От нынешних тех кто сейчас у власти одними пулеметами не отобьешься… Те будут бить по площадям и размажут всех и каждого по самое не могу… Странно все это… Как-то напоказ…»

Генерал встретил Волкова как обычно равнодушно:

– А вот и он, – бросил генерал и жестом указал Волкову на стул.

Кабинет куда привел Волкова молодец, оказался огромным, – «Наверное, размерами с весь этаж», – прикинул он, вертя головой и разглядывая обстановку в кабинете, пока шел к гигантскому столу, во главе которого сидел на кресле размерами чуть ли не с трон генерал.

– Майор! – рявкнул генерал, от которого не укрылось любопытство Волкова. – Ты что там хочешь увидеть? Тень отца Гамлета?

«Капитан на авианосце в озере» – неожиданно образ пришел в голову Волкова, а он все ни как не мог понять, что же его так смущало во всей этой показной безопасности. – «Черезчур, перебор, гротескно…» – пришли на ум Волкова эпитеты всей этой мишуры. – «А ну…» – решил Волков, – «Проверим…»

– Товарищ Лаврентий Палыч, – торжественно начал докладывать Волков. – Э-э-э госбез… э-э-э безгос… э-э-э, короче, чаю нальете? – Волков как пацан хмыкнул, для эффекта проведя пальцем под носом, и без церемоний уселся на стул. – Можно сушки там или пряники… типа к чаю, – закончил Волков, радостно ухмыляясь.

– Догадался чертяка? – генерал в ответ тоже улыбался. – А как? Не просветишь?

– Легко, – в тон ему ответил Волков. – Если отгадаете загадку.

Генерал взглянул на свои наручные часы, и произнес:

– Ну, давай … Пока несут чай, три минуты у тебя есть, Излагай свою загадку.

– Три английских фунта 1980 года шиллингами Австралии 1960 года, экю Голландии середины 20 века соверенами оттуда же, но конца 19 века, три копейки Николая второго по копейке Александра первого, доллар США 1864 года и золотой червонец РСФСР 1920 года. Сколько все это будет по нынешнему курсу? – Волков выпалил тираду одним махом, откинулся на стуле, и наслаждаясь ситуацией.

Но наслаждаться пришлось не долго. В дверь постучались и, видимо дождавшись разрешения, когда генерал нажал на клавишу у себя на пульте, на столе, в кабинет вошел давешний молодец с большим подносом. Поднос он поставил на стол возле Волкова и Волков обратил внимание, что чайный прибор на нем один.

– Пять тысяч триста сорок девять рублей, тридцать одна копейка, – произнес генерал, как только молодец вышел. – Три минуты прошли… – мрачно сообщил генерал, превращаясь на глаза Волкова в того, кем он все эти годы был – безжалостным профессионалом пережившего многочисленных и опасных врагов. – Готов говорить о деле? – спросил он Волкова, ни секунды не сомневаясь в ответе майора.

– Да готов, – сжимаясь, как пружина, коротко ответил Волков, мысленно сожалея о тех, кто отправил генерала на пенсию на два дня…

– Три видеофайла, – жестко сказал генерал и запустил по столу вынутый им из сейфа планшет. – Посмотри и скажи, что ты увидел и почувствовал… – произнес генерал, включая моноблок у себя на столе.

Волков перехватил скользящий к нему планшет и для удобства взял его на руки. На экране были три иконки под номерами 1, 2 и 3. Волков нажал на цифру один, и сразу пошло изображение. Запись, судя по ракурсу, шла от первого лица. Некто один шел в сторону отдаленного леса и, судя по лежащему вокруг снегу, запись была сделана поздней осенью или зимой. Оператор периодически направлял камеру обратно назад, откуда он шел и Волкову были видны дома многочисленных новостроек. – «Видимо средина дня», – сделал вывод он, разглядывая тени, тянувшиеся от одиноких деревьев. – «Ага», – отметил Волков, увидев в углу экрана таймер времени: 12.34. – «Время по полудню, значит Юго-Восток». – Волков мысленно представил карту своего города и понял, что запись велась не здесь. Он взглянул на генерала и тот, словно прочитал его мысли, согласно кивнул головой. В это время оператор дошел до отдельно стоящего большого раскидистого дерева, по зимнему времени стоящего голым, – «Похоже, что лиственница», – предположил Волков, вспоминая свои скудные познания в области фауны. Оператор зачем-то обошел дерево вокруг, а затем направился в сторону леса. Все, на это первая запись закончилась. Волков вдруг осознал, что все время пока он смотрел на экран сидел напряженным и даже вспотел. Что-то пугающим было в действиях оператора, и как-то он странно выбирал ракурсы, так что обычные панорамные виды выглядели так, как будто они не от мира сего. – «Ну ладно», – Виктор резко выдохнул, снимая напряжение, и нажал на цифру два.

На второй записи оператор находился уже у самого леса. Виктор легко мог различать ряды кустарников и отдельные деревья. Оператор в очередной раз сделал полный оборот вокруг своей оси, словно показывая неведомым зрителям, что это то самое место, куда он изначально шел, а затем, хрустя снегом, направился дальше. По мере приближения оператора к лесу у Виктора мурашки пробежали по телу. Что-то действительно было не так с этим лесом, и чем-то пугающим от него веяло. Где-то вдали низко летящий самолет заходил на посадку, и оператор перевел на него камеру. Затем вновь сосредоточился на лесе, уже ни на что не отвлекаясь. – «Самолет пассажирский», – отметил Виктор, успев разглядеть, что летел отечественный ИЛ-76. – «Значит рядом аэропорт. А, учитывая масштабы новостроек то, похоже, что столица Области или Республики где-то в центральной части страны», – для себя решил Виктор, зная, что генерал обязательно спросит о его деталях. В это время запись закончилась. В последних кадрах оператор, стоя возле самого леса, странно играя тенями, снимал его виды, но так что складывалось впечатление, что этот некто пытается увидеть что-то невидимое на границе света и тени.

– Третий, – подсказал генерал, видимо параллельно с Виктором просматривавший записи на моноблоке. – Самое важное там…

Виктор кивнул и нажал на цифру три. Оператор пробирался сквозь ряд кустов осторожно отодвигая ветви и что-то говорил. Виктор нажал на «стоп» и сместил начало повтора на полминуты назад, заодно увеличив звук.

– Спасибо что разрешили мне войти в Ваш круг, – говорил кому-то крепкий мужской голос. – Я благодарю Вас за это…

Виктор нахмурился. – «Никого же рядом нет, кому он это говорит?» – Виктора вдруг окатила волна неконтролируемого страха. Он нажал на «паузу», и прислушался к себе, пытаясь понять природу страха. Ничего не почувствовав Виктор вновь нажал на «пуск» и продолжил смотреть запись. Оператор, стоя среди деревьев крутиться вокруг своей оси, снимая круговую панораму леса. Постепенно, смещаясь вглубь, он в какой-то момент остановился.

– Это середина круга, – произнес оператор, направляя камеру на лучи Солнца, бившие сквозь деревья. Видимо он стоял на освещенном месте, так как его тень отчетливо виднелась на снегу. – А там… – камера сместилась, правее охватывая целый ряд поваленных деревьев, образуя как бы огражденный выступ небольшой части растительности от основного леса. – Была битва силы… Что-то, хотело войти в Ваш круг… – камера вновь сместилась, уже назад и Волков обратил внимания, что цепочка следов на снегу одна. Оператор же, словно он был в лесу не один, говорил странные вещи:

– В начале – это воины, их первый ряд, затем опытные, – камера переместилась с длинного ряда кустарника состоящего из одинаковой высоты кустов, на отдельны мощные деревья росших за ними, и как заметил Виктор стоящих на равном расстоянии друг от друга. – А здесь… – оператор вновь направил камеру на лучи Солнца. – Центр силы. Спасибо что позволили мне прикоснуться к нему.

Камера неожиданно повернулась, и на Виктора посмотрело лицо молодого не более тридцати лет человека. Больше всего Виктора поразили его глаза – широко раскрытые и не видящие, словно молодой человек был не в лесу, а где-то в другом месте. Молодой человек закружился на месте, снимая себя и панораму леса за спиной. У Виктора волосы встали дыбом. Лес менялся! Но как? Виктор не понимал что происходит, он никак не мог зацепиться за что-либо взглядом или ухватить какую-нибудь деталь. Все ускользало и не давало на себе сосредоточиться, а оператор похоже того, что у него творилось за спиной, не замечал. Он просто кружился, и счастливая улыбка человека нашедшего смысл жизни сияла на его лице.

Запись закончилась, и Виктор, слишком ошеломлённый увиденным, что бы что-либо комментировать, сидел, молча, уставившись в пустой экран планшета.

– По твоему лицу было ясно, – проговорил генерал, выключая моноблок. – Ты увидел все, что было нужно.

Виктор перевел взгляд на генерала, полагая, что раз тот это показал ему, то обязательно расскажет подробности. В горле вдруг пересохло и Виктор, схватив с поноса стакан с остывшим чаем, одним залпом влил его в себя. Стало немного лучше, и Виктор спросил:

– Что это было? Черт побери.

– Майор, давай без этих, – генерал неопределенно взмахнул рукой, делая какой-то жест. – Не в ночь будет сказано… А это, – генерал посмотрел на планшет. – Принесли сегодня днем, вернее уже вчера. Из полиции. Не важно, кто и зачем. Важно, что человек пропал, и никто его после того леса не видел… – генерал положил ладони рук себе на лицо и с силой провел ими вниз. – Провели опрос, и в одной из многоэтажек школьники игрались с биноклем и заметили, что какой-то человек с рюкзаком вошел в лес, но вот вышел ли он из него – они не видели. Полиция прошлась с собакой – она взяла след и довела до леса, но входит в него, наотрез отказалась. Только жалась к ноге прапорщика-кинолога и жалобно скулила… – генерал переплел пальцы рук и сложил их домиком перед собой. – Понимаешь, майор никто – ни на работе, ни соседи по общежитию, никто его после этого леса не видел. И следы там только одни – его. Входят на небольшой пятачок, крутятся на его воображаемой средине и все. Нет человека.

– Когда? – спросил Волков.

– Неделю назад, – генерал поманил планшет к себе, и Виктор запустил его обратно по столу. – И никто не обратил внимания, что происходит у него за спиной… – генерал поймал планшет и убрал его обратно в сейф. – Понимаешь майор как-то странно все это. Я, ты, еще несколько человек это заметили, а вот остальные нет… – генерал откинулся на кресле и забарабанил пальцами по столу. – Похоже, майор… – сказал генерал, выдержав небольшую паузу. – Придется тебе слетать туда и на месте все разузнать…

02. Странности продолжаются

В придорожное кафе перед самым его закрытием вошел молодой человек с рюкзаком. Заторможено оглядев пустой квадратный зал с множеством уютных ниш, молодой человек невидяще уставился на двух девушек стоящих за высокой стойкой. Он словно «завис» словно пытаясь понять, куда это он попал.

– Что-то хотели молодой человек? – обратилась к нему одна из девушек

– Что? – спросил молодой человек, фокусирую на девушек взгляд – А? А-а-а… Да. Чай зеленый… Есть? – наконец выговорил он, сильно зажмуриваясь и широко раскрывая глаза, словно сбрасывая наваждение. – И поесть что-нибудь?

– Да. Вот меню, на стойке, – ткнула пальцем девушка на ламинированный картон, лежащий прямо перед молодым человеком. – Чай с сахаром? – уточнила она, доставая из-под стойки пакетик с чаем, и бумажный стаканчик.

– А? Да… – закивал молодой человек. – С сахаром… А вот суп-пюре из тыквы за 199… – спросил читая в меню. – Это что?

– Густой суп из протертой тыквы, – пояснила продавщица, наливая в стаканчик кипятка. – К нему еще идут сухарики…

– Да, – кивнул молодой человек, доставая из кармана банковскую карточку. – Пробейте тоже…

– Хорошо, – продавщица набрала на чековой машинке сумму. – С вас 225 рублей… Столик уже выбрали? – поинтересовалась она, убирая машинку.

– Да, у окна, – указал рукой молодой человек на один из столиков стоящих у окна. – Туда…

Он подошел к столику, сел к окну, и поставив рюкзак на соседний стул рядом с собой. Рядом с пиццерией работала круглосуточная автоматическая автомойка, и в ожидании заказа молодой человек задумчиво смотрел, как, сменяясь друг за другом, сновали машины, приезжая грязные, а уезжая чистые.

– Ваш заказ, – раздалось рядом, и молодой человек откинулся на стуле, кивая в знак благодарности пока официантка ставила перед ним поднос с заказом. – Приятного аппетита… – пожелала она и, забрав понос, ушла за стойку.

Десять минут спустя, допивая чай, молодой человек пытался сообразить, что он здесь делает, вернее как он сюда попал. То, что в этой пиццерии он уже был раньше, молодой человек не сомневался. Интерьер оказался знакомым и автомойка тоже, там он не раз мыл свою старенькую «девятку». Молодому человеку не давало покоя одно обстоятельство, он не мог вспомнить, кто он такой и откуда он сюда пришел.

Поставив, пустую чашку на стол, молодой человек открыл рюкзак и стал рыться в нем, в поисках ответов. Рука нащупала длинный современный кошелек на молниях и молодой человек, вынув его из рюкзака, открыл оба отделения. Несколько банковских карточек, права, скидычные карточки, визитки, какие-то бумаги и паспорт – все это он выложил на стол, перед собой присовокупив к ним банковскую карточку, которой оплачивал заказ. Первым дело он открыл паспорт – с фотографии на него смотрело худощавое лицо молодого человека лет двадцати пяти с серыми глазами и небольшой проседью на висках. Молодой человек повернулся к окну и попытался сравнить себя с фотографией. – «Похоже», – решил он, открывая страницу прописки. Адрес ничего ему не говорил. Улица, дом, квартира – и что? Все это было ему не знакомо. – «Права!», – озарило его мыслью. Схватив их, он положил рядом с паспортом. – «Да», – подумал он, рассматривая себя чуть старше. – «Это я». – Молодой человек посмотрел на марку машины и улыбнулся. Она оказалось ему знакомой. ВАЗ-2109 – его старенькая «девятка». Вот только где она сейчас он никак не мог вспомнить.

Следующим молодой человек вынул из рюкзака фотоаппарат, затем порыскал еще, выкладывая на стол найденные несколько небольших связок ключей и все, больше в рюкзаке ничего не оказалось. – «Телефон», – подумал он, шаря по внутренности рюкзака. – «Должен быть телефон…» – но телефона не оказалось. Молодой человек включил фотоаппарат и стал прокручивать на нем фотографии. Фотографии оказались однотипными – какие-то темные в свете уличного освещения пейзажи жилых кварталов снятых с далекого расстояния. Темные пустыри в свете Луны, сама Луна, какие-то низкие темные строения, идущие в два ряда. Молодой человек присмотрелся и узнал в них гаражи. И, наконец, одна фотография многоэтажного дома сверкающего многоцветными окнами и видимо снятого из этих самых гаражей. Что-то знакомым показалось молодому человеку в изображение этого дома, что-то связанное лично с ним.

– Скажите, – громко спросил он продавщиц. – А здесь поблизости нет гаражей?

Те только пожали плечами, но одна ткнув пальцем на окно, возле которого сидел молодой человек, сообщила:

– Там, за автомойкой, через дорогу, их несколько кооперативов.

– Спасибо! – крикнул молодой человек, вскакивая и лихорадочно забрасывая в рюкзак свои вещи разложенные на столе. – Очень было вкусно… – поблагодарил он девушек, пробегая рядом со стойкой.

– Фотоаппарат! – успела крикнуть официантка, убиравшая соседние столики, заметив, что молодой человек оставил на столе свою камеру. Но дверь за молодым человеком уже захлопнулась и девушки видели, как он пробежал по автомойке.

– Только бы успеть, только бы успеть, – возбужденно говорил он вслух, перебегая дорогу. – Только бы успеть…

***

Звонок вызова телефона раздался неожиданно. Волков резко проснувшись, пару секунд в темноте не смог сообразить, что происходит, наобум потянул руку, и, схватив с тумбочки трубку сел чуть, не упав с дивана.

– А ты черт! – выругался он, вспоминая, что едет в поезде и спит на полке, но тут же успокаиваясь, припоминая, что едет в четырех местном купе один.

– Слушаю! – рявкнул он в трубку, нажав на зеленую клавишу. Он как-то не подумал, что могла звонить и его доченька. Но оказалось, что звонил генерал.

– Майор, охренел рыкать на генералов! – не менее сурово отозвалось в трубке. – Маршалом себя почуял?

– Так это я сплю, и сон вижу, – включил Волков «дурака». – А во сне все звезды серые… И не поймешь кто есть кто.

– Ты это брось, херней заниматься, – сбавляя тон, пробасил генерал. – Тоже мне, напридумывали себе эвфемизмов…

– Чего напридумывали? – опешил Волков от двусмысленной догадки.

– Не боись, майор, – по голосу генерала чувствовалось, что он забавляется. – Это другие измы… Проснулся? – вновь посерьезнел генерал. – Готов говорить о деле?

– Готов, – моментально настраиваясь на деловой лад, бросил Волков, понимая, что в четыре часа утра звонить генерал просто так не будет.

– Десять минут назад принесли, – сообщил генерал и Волков услышал писк принятого его телефоном сообщения. – Тебе отправил… Получил? – хмуро поинтересовался он. – Еще одна загадка … – генерал замолчал, тяжело дыша в трубку. – Посмотри и сразу отзвонись. Как понял? – вновь прогремело в трубке.

– Есть! – коротко ответил Волков и генерал отключился.

Волков включил ночник, он вдруг только сейчас понял, что разговаривал с генералом в темноте. Дождавшись, когда глаза адаптируются к свету, Волков открыл сообщение. Это оказался еще один видеофайл. Волков включил запись и увеличил изображение на весь экран.

Съемка велась поздно вечером, и все освещалось только фонарями уличного освещения, куда они могли достать своими лучами. Кто-то шел, судя по одинаковым рядам ворот с обеих сторон, между гаражами. Изображение скакало и прыгало когда оператор видимо, перепрыгивал через лужи, которые во множестве блестели вокруг отблесками полной Луны и становились черными дырами, когда их проходили. Ряд гаражей сменялся один за другим, и Виктору стало казаться, что оператор идет в каких-то темных тоннелях. Камера несколько раз выхватывала из темноты их отдельные элементы, словно оператор хотел удостовериться, что это действительно гаражи, а не плод его воображения. Но Виктору именно так и казалось, он каждый раз забывал, что оператор снимает обычные строения, но какая-то потусторонность в записи все равно ощущалось. Многоэтажные дома из этих «тоннелей» смотрелись невероятно – самих домов на темном фоне неба видно не было, только разноцветные их окна вдали как будто сами по себе висели в невесомости.

В одном то из этих «тоннеле» все и случилось. Виктору показалось, что картинка стоящего вдали дома изменилась. Он был уверен, что дом стал другим. Видимо точно так же подумал и оператор. Он остановился и замер – Виктор пригляделся – дом действительно был другим. Оператор повернулся назад, но Виктор разглядел только блестящие лужи. Оператор вновь навел камеру на дом – дом через мгновение стал совершенно другим. Виктора охватил мандраж, а оператор сделал шаг назад. Мгновенно на Виктора обрушился целая гамма звуков. Перестук колес мчащегося в ночи поезда, легкий шум из коридора, обычные звуки сопровождаемого каждого современного человека. Виктор вдруг понял, что еще секунду назад была полая тишина.

– А? – услышал Виктор голос оператора разглядывающего обычный дом. – Как это? – и оператор снова сделал шаг вперед. Для Виктора опять пропали все звуки, и дом каким-то невероятным образом опять поменял свои очертания и вновь стал другим. – Что за… – прошептал оператор, делая шаг назад …

Глубоко дыша, оператор некоторое время молча стоял, ничего не предпринимая

– Ссыкун, – донеслось до Виктора, и оператор видимо перешел невидимую границу. – Ну… – Виктор, широко раскрыв глаза, смотрел на другой дом.

Резко выдохнув, оператор пошел прямо. Почти сразу же раздался телефонный звонок сотового телефона. Виктор не сразу понял, откуда идет звук, потом чертыхнулся и увидел, как оператор полез в наружный карман куртки.

– Да! – бросил он, поднося телефон к уху и замедляя шаг.

– Ну, мам, я… – оператор остановился и стал слушать, – Мам, я ну… – бормотал он, оставаясь на месте. – Ах, мама… – горестно сказал оператор и глубоко вздохнул. – Сейчас приду… – пробормотал он, и изображение дома стало удаляться. – Конечно, мама я люблю твой яблочный пирог…

– Да мама иду, – повторил оператор, переходя невидимую границу, На Виктора вновь обрушались звуки, и дом стал обычным. – Иду… – это последнее что услышал Виктор. На этом запись оборвалась.

Некоторое время Виктор сидел и неподвижно смотрел на свой телефон, пытаясь собраться с мыслями. – «Час от часа не легче», – первое, что пришло ему в голову. – «Что за чертовщина?»

– «Генерал!» – вспомнил Виктор, быстро набирая номер своего бывшего начальника.

– Говори! – раздался в трубке сердитый голос.

– Что говорить? – спросил Волков. – Нужны подробности.

– Подробности? – переспросил генерал и замолчал.

Волков прекрасно понимал, что сейчас в голове генерала идет сложная мыслительная работа. Судя по тому, как разворачиваются события, и как генерал получает информацию, наверняка в этом деле присутствуют невидимые Волкову люди, и разные обстоятельства о которых ему видимо знать не положено.

– Запись произведена в прошлом году в октябре, – наконец «заговорила» трубка голосом генерала. – И в том же самом городе, куда ты сейчас едешь. Но самое главное не это… – в трубке завозились, Волков услышал несколько писков, и в его ухе опять громко пиликнуло. – Я отправил тебе фотографию оператора, который все это снимал. Ее сделали с камеры видеонаблюдения в кафе… – Волков вновь услышал генерала. – Он сегодня, то есть уже вчера в 21.40 зашел в какое-то придорожное кафе, что-то там заказал и через некоторое время как ошпаренный убежал. А свой фотоаппарат забыл. И эта запись с него. И не спрашивай, как она ко мне попала… – генерал вновь замолчал, выдерживая длинную паузу.

– Ко мне пока не звони, мне сейчас не до тебя, – генерал видимо был чем-то занят и принял какое-то решение. Голос его опять стал уверенным и напористым. – У нас тут проблема появилась, хотел тебя привлечь, да думаю, сами справимся. Я сам позвоню. Отбой.

Генерал отключился, и Волков найдя принятое от генерала сообщение, открыл его и остолбенел от удивления. На него с экрана смотрело худощавое лицо молодого человека около тридцати лет – того самого, что пропал прошлой осенью в лесу…

03. Неожиданное обстоятельство

Волков сидел в местном кабаке, обычно имевшим быть место везде, где есть люди, и лениво разглядывал свое пиво. Заказать то он его заказал, но так к нему и не притронулся – сидел, мрачно уставившись на кружку, и ждал. Чего – он и сам не знал. Ну, приехал он в этот областной город по заданию генерала, и что? Местных «топтунов» он «срисовал» в первый же день своего пребывания в городе, которые, как он понял, шли за ним с самого перрона. Что они хотели рядом с ним найти, чего они искали? Понятно, что пропал человек, но ради одного человека такой размах… Плюс еще Волков пару раз видел неустановленные автомобили, которые крутились вокруг леса с пассажирами, демонстрирующих восторженную молодежь… Плюс несколько раз появились какие-то то ли «геологи», то ли «электрики»… Понятно, что служба отрабатывает свои вводные, свои мероприятия… Но вот что делать дальше ему – Волков не представлял. Сам он решил до поры до времени к этому лесу не приближаться – понаблюдать издали… Дошел он и до той новостройки откуда с восемнадцатого этажа пацаны балуясь с биноклем видели пропавшего… Да действительно, все эта территория вблизи леса просматривалась как на ладони. Как бывший военный, Волков представил себе, это место как точку идеальную для позиции снайпера, но сам же и чертыхнулся недовольный своим искривленным воображением: – «Какие снайперы? Окстись!», – потирая уставшие глаза, от постоянного напряжения приказал он себе, продолжая таращиться на полую кружку с пивом…

– У Вас не занято? – услышал он голос рядом с собой.

Оторвавшись от кружки Волков, поднял глаза и увидел перед собой стоящего возле его столика мужчину старше средних лет с двумя кружками пива и бутылкой водки в руках. – Вы позволите? – мужчина кивнул на один из пустых стульев стоящих возле столика.

Виктор обвел глазами помещение питейного заведения, мысленно присвистнув. Кабак был полон, пустых столиков не было не одного, посетители заняли даже подоконники, и только его столик оставался островком, который почему-то все обходили. Виктор в одиночестве сидел за четырех местным столиком, и никто у него даже не попросил свободных стульев, коих насчитывалось сразу три штуки. Но что интересно – в помещении было относительно тихо для подобных заведений, никто не кричал, не выяснял отношения, все мирно сидели или стояли и тихо переговаривались.

Виктору не хотелось отвечать на заданный вопрос, он просто кивнул, и вновь уставившлся на свое пиво. Мужчина поблагодарил его, и, стараясь не делать резких движений сел напротив:

– Я прошу прощения, – отвлек Виктора от созерцания кружки мужчина. – Но Вы как я заметил уже так долго сидите… Может… – мужчина поднял и продемонстрировал Виктору бутылку. – Для поднятия настроения?

Виктор, немного подумав, кивнул и стал наблюдать за действиями мужчины. Тот, бросив взгляд на полную кружку Виктора, отпил четверть из одной из своих, затем долил в нее из второй, а затем в каждую кружку понемногу влил водки и поставил перед Виктором, ту из которой он отливал.

– Ёрш, – прокомментировал мужчина, предлагая кружку Виктору. – Ох простите… забыл представиться… – мужчина привстал со стула и церемонно поклонился. – Аарон Моисеевич – перевозчик…

– Что ж ты Харон, за толику малую выгоду ищешь, и найдешь ли ее? – стихом, наконец, подал голос Виктор. – Почем перевозишь в Аид? И где горбыль твой?

Аарон Моисеевич от удивления замер прислушиваясь к словам Виктора. Но видимо понял, что Виктор так шутит, широко улыбнулся, демонстрируя великолепные зубы, и немного склоняя голову в признательности, произнес:

– Благодарю Вас за столь лестное сравнение, но где я а где боги… – Аарон Моисеевич жестом ладонями рук верх вознес хвалу Всевышнему. – А выгоду ищут все… Так устроен мир… Вы не согласны? – спросил он Виктора продолжая улыбаться. – А насчет горбыля… Так усыновлен в возрасте малом и родителей настоящих не знаю. И принят в семью уважаемых людей, чьи традиции чту и принимаю…

Виктор молча кивнул в знак согласия и ответно широко улыбнулся, уставившись своими глазами на Аарона Моисеевича.

– Взгляд у Вас… Уважаемый… – отпуская глаза, промолвил Аарон Моисеевич и замолчал.

Минуты три они так молча сидели: Виктор все так же уставился на свое пиво и ждал пока к нему придет решение – что делать дальше, а Аарон Моисеевич изредка бросал быстрые взгляды, на Волкова не решаясь начать разговор. Никто из них так и не притронулся своим напиткам, которые живописной группой стояли на середине столика…

– Я прошу прощения, – вновь отвлек Виктора Аарон Моисеевич. – Я здесь уполномочен Обществом так сказать… Для прояснения ситуации… – осторожно проговорил Аарон Моисеевич наблюдая за реакцией Волкова. – Я ни в коем случае не лезу в Ваши дела… – поспешил пояснить Аарон Моисеевич, видя как Волков, вновь вскинул на него свои глаза. – Нет, нет… Ни в коем случае…

Волков, не совсем понимал, о чем говорит Аарон Моисеевич, он откинулся на стуле и скрестил перед собой на столе пальцы рук:

– О чем вы говорите? – поинтересовался Виктор, сверля своим взглядом Аарона Моисеевича, который опустил голову ниже и нервно вытер пот с шеи.

– Не поймите меня не правильно… – проговорил Аарон Моисеевич, – Но Ваше присутствие… вернее тех, кто стоит за Вами вносит в наш маленький мир большую сумятицу…

Волков посмотрел по сторонам в поисках «топтунов» но никого из тех, кого он видел в помещении, не оказалось. Однако те на кого он смотрел, старались не встречаться с ним взглядами или отворачивались или как Аарон Моисеевич опускали глаза.

– О ком Вы говорите? – переиначил вопрос Волков, все еще не понимая «переговорщика». – Я один и со мной здесь никого нет.

Аарон Моисеевич быстро взглянул на Волкова, словно проверяя, не шутит ли он, но Виктор и вправду не понимал, о ком говорит его собеседник. Если не считать агентов явных и тайных, которых Волков не видел, но догадывался о них, то в этом микрорайоне не могло быть столько людей чтобы напугать местных криминалитет. – «Что-то здесь не так», – подумал Виктор, и Аарон Моисеевич подтвердил его догадки:

– Я имею в виду не людей, – тихо, так что бы услышал только Волков, произнес Аарон Моисеевич. – Я про тех, кто там… – Аарон Моисеевич кивнул в сторону лесной чащи, где пропал молодой человек.

– И кто же там? – заинтересовался Волков, внимательно всматриваясь в поникшего Аарона Моисеевича. – Вы что-то знаете?

– Если Вы о пропаже Артема Острожского, то к этому мы не имеем никакого отношения, – проговорил Аарон Моисеевич, все еще стараясь не смотреть Волкову в глаза. – Он не был одним из нас и наши дороги никак не пересекались… Просто молодой человек, живущий своей жизнью, таких много здесь…

– Каких таких? – уцепился за слова Волков. – Что еще Вам известно?

– Вы не правильно поняли, – поспешил уверить Волкова Аарон Моисеевич. – Нам о его пропажи ничего не известно, и мы этого парня не знали, здесь мы чисты…

– Ну, хорошо, допустим, – кивнул Волков, облокачиваясь на столешницу. – И что вы хотели?

Аарон Моисеевич быстро взглянул на Волкова, словно решаясь на что-то ему неприятное, и безжизненно произнес:

– Когда они уйдут?

– Кто они? – подозрительно глядя на Аарона Моисеевича, требовательно спросил Волков. – Говорите прямо…

– Ну, хорошо, – выдохнул Аарон Моисеевич и произнес так, словно бросился головой в омут:

– Те, кто в лесу…

Виктор внимательно посмотрел на напряженного, Аарона Моисеевича, понимая, что все еще ничего не понимает из его полунамеков, поэтому решил спросить по-другому:

– А почему Вы подошли ко мне?

Аарон Моисеевич вздрогнул и, стараясь не дрожать, с усилием поднял на Волкова испуганные глаза:

– Вы тот самый колдун, который их вызвал…

Впервые несколько секунд Волков соображал, пытаясь понять, правильно ли он понял Аарона Моисеевича. Но вид Аарона Моисеевича говорил что вынужденный «переговорщик» очень сильно боится и держится только на силе воли. И как с удивлением понял Волков, боится именно его…

Волков вновь обвел взглядом помещение кабака, и людей в нем как будто убавилось. Все ближайшие к ним столики оказались пусты. А за дальними сидели только какие-то крепкие парни, мрачно и с опаской поглядывая в их сторону.

– «Блин!» – подумал Волков, не зная как реагировать на ТАКОЕ обстоятельство. Кем только не приходилось быть на военной службе, но что бы его приняли за КОЛДУНА… – «Охренеть!» – пришла ему в голову запоздалая оценка происходящего. – «И что делать? Наколдовать, что-нибудь?»

Волков представил себя в мантии, колдовском колпаке машущим волшебной палочкой как показывают в фильмах, и непроизвольно засмеялся абсурдности картинки.

Все еще смеясь, и весело разглядывая удивленного Аарона Моисеевича, до Волкова вдруг дошло: – «Это же все по настоящему… «Переговорщик» от ихнего Общества говорил серьезно, его на самом деле принимают за того, кем назвал его Аарон Моисеевич…».

Волков прекратил смеяться и уже другим взглядом посмотрел на напрягшиеся фигуры сидящих за дальними столиками.

– «Стрелки!» – определил он четверых разновозрастных парней, отрешенно сидящих с видимым спокойствием. Так обычно ведут себя люди «перешедшие черту» и готовые на все. – «Остальные балласт, для количества…»

Насколько хватало жизненного опыта Волкова он четко знал, что в подлунном мире не бывает бессмертных, и пуля гарантированно отправляет к праотцам любого супермена, политика, миллиардера, да и любого другого. Волков вспомнил солдата превратившегося в монстра, но и его не спасла потусторонняя нечеловеческая сила. Получив с десяток пуль, кровавый упырь упокоился как миленький…

– «Значит, будут стрелять, если не договоримся», – решил Волков, освобождаясь от посторонних мыслей, готовясь к драке. – «А мы не договоримся…» – эта была его крайняя мысль, перед тем как он одним рывком слетел со стула, уходя с линии огня и перекувыркнувшись, оказался возле столика с первым возможным убийцей.

– На! – стальная вилка воткнулась в щеку белобрысому парню успевшему выхватить пистолет и сделать один неприцельный выстрел. Но Волков еже успел перехватить руку стрелка с пистолетом, и пуля, пролетев рядом с его головой, ушла вбок, разбив на его столике одну из кружек с пивом. Что там с Аароном Моисеевичем Волков проверять не стал, прикрываясь белобрысым в которого мгновенно ткнулись две пули его товарищей, он выпустил всю обойму, сместив дуло пистолета вниз на уровень ног бандитов.

Кто там прав, не прав или сомневающийся пуля не выбирает, она смертельно жалит всех оказавшихся у нее на пути, оставляя за собой крики боли и страданий тех, кто еще секунду назад был полон сил и решимости. В суматохе вызванной стрельбой Волков прыгнул под соседний столик, пнув его ногой, и тут же ушел, правее лежа, ударив пистолетом по ноге второго стрелка державшего свой пистолет двумя руками пытаясь и высмотреть прыткую цель.

–…ть! – вскрикнул стрелок, сгибаясь к подбитой ноге.

–На! – каблук ботинка Волкова угодил ему в лицо и стрелок мешком свалился на пол. Виктор быстро подкатился к стрелку, в которого попало сразу несколько пуль, схватил его пистолет и использую его как бруствер, открыл прицельный огонь по оставшимся двум стрелкам…

Волков встряхнул головой, отгоняя боевую одурь. Что-то странное с ним творилось. Давно он себя таким не ощущал – молодым и сильным, еще со времен первой своей операции – эдак лет двадцать назад. – «Наверняка на меня так действует лес», – подумал Волков, выбираясь из-под столиков.

Нападавшие кто как лежали на полу, кто без сознания кто орал держась за раненные конечности, только двое стрелков сидело молча, и ненавистью смотря на Волкова. Их он задел серьезно и по луже черной крови, натекшей под каждым, Виктор подумал, что они уже не жильцы…

– Не двигаться! Все лежать! Оружие бросить! – заорало сразу несколько голосов. В помещение кабака ворвалось с два десятка камуфлированных бойцов с автоматическим оружием в руках, сметая всех и каждого…

***

– Что там? – к командиру группы захвата подбежал один из его бойцов в балаклаве и в каске. – Все там?

– Нет, – кивнул головой боец. – Двенадцать местных здесь, один залетный ушел…

– Хорошо, – бросил командир и отпустил бойца. Сам же достал из нагрудного кармана «горки» рацию и нажал кнопку вызова. Затем подобрался, словно перед броском и произнес на стальное «Слушаю» несколько фраз: – Товарищ генерал-полковник, задание выполнено, группа киллеров оказала яростное сопротивление и полностью ликвидирована. Есть раненные… Один ушел…

Командир, молча, выслушав похвалу в свой адрес с обещаниями очередной звездочки и премиальными, резко ответил: – Так точно, Служу России, – и, дождавшись, когда собеседник отключится, выключил рацию. То, что генерал выполнит свои обещания, командир группы не сомневался. Он шел за генералом всего год, после того как тот как-то странно вернулся из своей двухдневной пенсии, то сразу же на местах поменялось все силовое руководство Области впрочем, и не силовое тоже, придачу у некоторых соседей тоже. Тогда-то генерал то и заметил командира и потянул его за собой. О чем командир группы быстрого реагирования или как ее называли за спиной – группой ликвидации нисколько не сожалел. А то, что один ушел – так это только один, а один, как известно в поле не воин…

04. Подозрения

Стоя на пригорке, Волков наблюдал как у кабака, происходит столпотворение. Несколько полицейских машин, пара микроавтобусов бойцов спецназа, кареты скорой помощи, еще и пожарные машины для кучи…

Волкову удалось уйти, интуитивно почувствовав приближение силы, не думая он выбежал через запасной выход, выбив ударом ноги запертую дверь буквально на несколько минут разминувшись с оперативной группой бойцов быстрого реагирования. Что-то странное стало твориться с ним в последние два дня. Ощущения ранее им не испытываемого невероятного подъема и предчувствия стали периодически накатывать на него…

В этот момент зазвонил телефон. Волков вынул его из кармана и глянул на экран: «Номер абонента скрыт» значилось там. Волков поморщился: – «Генерал!»

– Майор, ты какого хрена там корриду устроил? – в голосе генерала явственно чувствовалось крайнее недовольство и раздражение. – Что решил поразвлечься?

– Так это решил прокачать ситуацию. Что за гуси в наш хлев залетели? – спокойно ответил Волков, мысленно удивляясь осведомленности генерала. – Выяснял возможности противника.

– Чего-о-о? Ты это майор брось! Эти свои эвфемизмы … измы. Какие гуси? Какой хлев? – генерал продолжал разоряться. – Ткнул удостоверением в нос самым прытким, вызвал подмогу, и тащи всех в автозак, вот и вся недолга. Ты чем там занимаешься?

– Работой чем же еще? – Волков сошел с пригорка и направился в сторону оврага. – По Вашему заданию… Выполняю Ваше поручение. Нахожусь здесь безвылазно, произвожу наблюдение. А тут шум, гам, стрельба, крики, люди непонятные… не знаю что твориться… И этот Аарон Моисеевич который… Интересный малый оказался…

– Интересный, – проворчал генерал. – Вы там все интересные…

– Не понял, – удивился Волков. – В каком смысле?

– В прямом… Ваша стрельба произвела впечатление, и местные жители со всей округи вызвали блин, наверное, всех кого могли. Пришлось спешно легендировать весь тот бардак, утроенный тобой под съемки кино… – тон генерал сбавил, но в его голосе еще чувствовалось недовольство. – Ты это майор, спокойно там сиди, где сидишь и не высовывайся. А там все представят как съемочный эпизод очередного боевика. Ясно, майор?

– Так точно, товарищ генерал, ясно! Есть кино! – Волков был невозмутим. Он подошел к краю оврага, высматривая как можно обойти квартал.– А о каком колдуне Аарон Моисеевич говорил, товарищ генерал?

Генерал засопел, и недовольно что-то неразборчиво пробормотал. Некоторое время он молчал, но все же удосужился «объяснить» Волкову:

– Тебя это не касается, майор. Это не твоя забота и не твое дело… Ладно майор, проехали… Занимайся своим делом.

– Так точно товарищ генерал, – отрапортовал Волков и отключился.

Поглядев по сторонам отмечая высокие девственные сугробы, по которым идти ну никак не хотелось, Волков решил, глядя на колею ведущую в сторону леса:

– А дойду-ка я до леса, и посмотрю, кто это такие те… о который говорил Аарон Моисеевич¸ которые не люди… И что за колдун такой, который из вызвал?

В лесу, точнее в лесной роще ведущей начало от длинного и широкого оврага застроенного с западной стороны новостройками ничего особенного не оказалось. Пройдя рощу насквозь на юг, Волков заметил взлетную полосу местного аэропорта. На Востоке роща утончалась, а с Севера он пришел…

– «И?» – крутя головой по сторонам, мысленно спросил себя Волков. – «Что дальше? Где эти те…» – не представляя, куда идти дальше, Волков вспомнив запись, направился, в то место где кружился пропавший молодой человек. – «А здесь что?» – Волков внимательно осмотрел местность, уделяя внимание деревьям стоящих рядом, особенно их верхним частям. Волков не верил в потустороннее и был уверен, что за пропажей молодого человека стоят люди. Обычные в смысле просто люди, а не порождения тьмы, или подобные на ночь, глядя, пугалки.

– «Прав Аарон Моисеевич», – думал Волков, выбираясь из рощи. – «Выгоду ищут все… А в пропаже человека какая выгода? Если только он что-то мог здесь в роще увидеть и если… Если это не инсценировка…» – Волков даже остановился от неожиданной мысли пришедшее ему в голову. Постояв так минуты две, пробуя мысль об инсценировке на разный лад, Волков пришел к неожиданному выводу – это самое разумное объяснение исчезновения молодого человека. Ведь в пропажу поверили все даже недоверчивые представители криминала, а под это в районе новостроек можно дислоцировать, мотивировав служебной необходимостью любой контингент. – «Вон даже меня привлекли…» – мысленно воскликнул, Волков чувствуя, что ухватился за ниточку, ведущую к разгадке. – «Чего? Чего же не хватает?» – спросил себя Волков, пытаясь понять, что он упустил в построении логической цепочки. – «Генерал ведь не такая фигура, что бы заниматься такой прямо скажем мелочью как пропажа человека, «Орел не охотиться на мух», – так вроде говорил известный американский бандит…» – размышлял Волков, идя по дороге к насосной станции стоящей в пяти километрах от новостроек. – «А мистика? Мистика это так… для отвлечения… А истинная цель? Интересно…» – Волков услышал шум, идущий сверху, он поднял голову и увидел низколетящий самолет, заходящий на посадку. – «Аэропорт?» – удивленно спросил себя Волков, почувствовав, что попал в точку. – «Похоже что да… Ну генерал…» – мысленно присвистнул Волков восхищаясь умению его бывшего начальника наводить тень на плетень. – «Наворотили вы тут…»

Для проверки этой версии Волков решил встретиться с Аароном Моисеевичем. Он успел заметить что, как только спрыгнул со стула, его собеседник тут же бросился на пол, видимо имея немалый опыт «таких» переговоров. – «Он-то мне и расскажет, с чего они взяли, что я колдун, или кто им про это рассказал…»

До вечера Волков просидел на насосной станции, где его приютил сторож, которому он рассказал, что повздорил с приятелями и сейчас ему нужно где-то отсидеться. Сторож, Петр Михайлович семидесятилетний мужчина был не против, угостил Волкова чаем и поделился своим нехитрым ужином, состоящим из картошки, хлеба и колбасы. Жуя бутерброд, Волков поинтересовался у Петра Михайловича, не слышал ли сторож о странных явлениях в роще или поблизости нее. На что старый сторож засмеялся, поведав Волкову, что здесь он работает уже сорок пять лет, и за все время ни разу не слышал о подобной чепухе, а ведь раньше как уверил его Петр Михайлович, роща была несравненно больше, гораздо больше…

Согласно кивая словам сторожа, Волков в очередной раз подумал, что пропажа Артема Острожского это инсценировка. Вот только цель ее пока Волкову не ясна. Оставалось найти «переговорщика»…

В десятом часу вечера, простившись с Петром Михайловичем, незаметно сунув ему в карман фуфайки сто долларов, Виктор пешком добрался до трассы, благо идти было пять минут и сел на автобус общественного транспорта, полагая, что контингент вроде Аарона Моисеевича на них не ездит.

– «Перевозчик, так представился Аарон Моисеевич», – вспоминая разговор, Виктор решил выяснить, какую транспортную компанию тот представляет, если именно это имелось в виду. – «Что может перевозить транспортная компания, находящаяся под контролем криминальной группы?» – спросил Волков и сам же себе ответил: – «Да все что угодно… А если это связано с аэропортом? Какой товар можно перевозить самолетами? Наверное, дорогой и небольшого объема… Интересно… Что затеял генерал, какую комбинацию он крутит?»

Так и ничего, не придумав Волков, остановил первое попавшее такси и спросил у водителя, есть ли у него водка. Таксист округленными глазами посмотрел на Волкова сообщив, что водкой с колес сейчас никто не торгует – не те времена, а если кому что нужно, то надо идти в ночной клуб.

– Спаси б земель, – поблагодарил таксиста Волков, изображая развязанного прожигателя жизни. – Подбросишь? Не обижу…

Ночной клуб под названием «Фунт удачи» располагался в соседнем с новостройками микрорайоне и был, по словам таксиста одним их трех заведений, где можно было купить алкоголь после двадцати тех часов. Остальные два располагались гораздо дальше, и как подумал Виктор освоение новых территорий новостроек, наверное, лучше начинать отсюда…

Вход в клуб стоил один фунт или его эквивалент, здесь как оказалось все измерялось фунтами. Посетителей в зале было не много, и сев за стойку Виктор потребовал себе авокадо, стакан чистой воды и сто грамм спирта. Бармен удивленно вскинул бровь нестандартным заказом уже немолодого незнакомого мужчины с цепкими и ищущими глазами: – «Наверное, залетный», – решил он, незаметно подавая знак одному из секьюрити дежурившему в зале. Владельцы заведения строго отслеживали появление новых лиц и распорядились докладывать обо всех подозрительных посетителях. Посетители, к слову сказать, те немногие которые здесь были, то и дело говорили о съемках кино в новостройках. С их слов получалось, что боевик получился очень правдоподобным. Кое-кто утверждал, что кровь на съемках было практически не отличить от настоящей, а статисты-каскадеры, которых уносили в кареты скорой помощи, кричали весьма правдоподобно. Волков только покачал головой в очередной раз, удивляясь влиянию генерала сумевшего в сжатые сроки организовать такое прикрытие:

– «Что же генерал задумал?» – в который раз спрашивал себя Волков и вновь не находил ответа…

– Прошу простить…– раздался рядом вежливый голос. Волков, жуя авокадо не спеша, повернулся к говорившему, им оказался один из менеджеров: – Вас просят пройти в кабинет… – рядом чуть позади менеджера стояло два крупных секьюрити, видимо на той случай если Волков решит убежать. Виктор, улыбнулся, взял со стойки стакан со спиртом, и отдал ядро авокадо менеджеру:

– Расколешь и принесешь, – распорядился он, блеснув расфокусированным взглядом вставая со стула. – Веди… ведун…

Волкова привели к роскошным двойным дверям кабинета, до которого довольно пришлось идти, пару раз меняя направления и расположенного, судя по отсутствию окон где-то на цокольном этаже. Менеджер постучал в дверь и, дожидаясь разрешения в виде тонального сигнала идущего с устройства прикрепленного здесь же на стене, открыл их и посторонился, пропуская Волкова в кабинет. Сам менеджер и секьюрити за Волковым не зашли – остались снаружи. Волков, войдя, оказался в полутемное помещение кабинета, освещаемое только боковыми светильниками, создавая возле них островки освещенности. Остальное же пространство кабинета оставалось погруженным в темноту. Дверь за Волковым закрылось, и тут же раздался знакомый голос Аарона Моисеевича идущий из темного угла:

– Это он, тот самый колдун!

– Ну, какой же это колдун, – из того же угла раздался незнакомый Волкову суровый голос. – Колдуны не умеют профессионально стрелять и выбивать одним ударом запертые двери.

– Но… – начал протестовать Аарон Моисеевич, но тут же был бесцеремонно перебит собеседником:

– Спасибо Аароша, можешь идти… Нужен будешь, позову…

Аарон Моисеевич вышел из темного угла и Волков заметил ссадины на его лице: – «Бойцы погорячились…» – решил он, разглядывая Аарона Моисеевича, который, стараясь не приближаться, обошел Волкова по дуги и выскользнул за дверь.

–Да-а, – пророкотал голос, словно камешки прокрутились между жерновов. – Навели Вы шороху… – в темном углу что-то скрипнуло, раздался непонятный перестук и на свет вышел абсолютно седой господин. Господином его назвал Волков, потому что он и выглядел как господин – в строгом белом костюме с черным носовым платком в переднем нагрудном кармане, в монокле и с тросточкой в руке. Не хватало только соломенной шляпы!

Волков с немалым удивлением смотрел на «Господина», чей вид ни как не вязался с его голосом – голосом капитана головорезов, или на худой конец главы какого-нибудь преступного синдиката. Волков неожиданно почувствовал фальшь как тогда в кабинете генерала с его чрезмерной безопасностью. Поняв, что его проверяют, Волком бесцеремонно уселся за ближайший стол, на котором стояли тарелки с едой и бутылки с вином. Поставив свой бокал со спиртом на стол, Волков щелкнул пальцами, и гнусаво пролаял:

– Э-э, земель, цинкани там халдею, где мой орех…

– Можешь идти, – из другого темного вышел среднего роста молодой мужчина и жестом отпустил «Господина». – Как Вы догадались господин Волков?

Волков впился глазами в лицо нового персонажа, смутно показавшееся ему знакомым, но память на этот раз промолчала и кроме ощущений ничего не выдала:

– Отгадаете загадку, расскажу, – предложил Волков мужчине, решив, проверить неожиданное предположение.

Мужчина улыбнулся и сел за стол, напротив Волкова, с интересом его разглядывая:

– Это что-то новое… – произнес он вкрадчивым тоном опасного человека. – Загадывайте Вашу загадку господин Волков…

– Три английских фунта 1980 года шиллингами Австралии 1960 года, экю Голландии середины 20 века соверенами оттуда же, но конца 19 века, три копейки Николая второго по копейке Александра первого, доллар США 1864 года и золотой червонец РСФСР 1920 года. Сколько все это будет по нынешнему курсу?

05. Догадки

– Понятие не имею, – спокойно ответил мужчина, продолжая разглядывать Волкова. – Странная загадка, и бессмысленная… Не отражает действительности… – мужчина перестал улыбаться и в его голосе появилась сталь: – Ну да ладно, господин колдун, Вы нас искали, и вот Вы здесь…

– Почему Вы думаете, что я искал Вас, – спросил мужчину Волков. – Может, я просто зашел выпить… – Волков кивнул на бокал со спиртом. – И наша встреча просто совпадение…

– Не думаю, господин Волков, – мужчина взял со стола бутылку с вином и немного налил в стоявший рядом бокал. – За те два дня что вы просидели в «Фортуне» Вы ничего не пили, в смысле спиртного… Так что не валяйте дурака господин Волков, зачем Вы нас искали?

– Вот как… – проговорил Волков, наблюдая, как мужчина, пробуя, пригубил вино. – Даже ничего не спросите? Никаких объяснений?

– А зачем? – пожал плечами мужчина, подняв бокал и разглядывая вино в свете бра. – Вы и те, кто за Вами стоит, как стихия… Чем раньше Вы уедите, тем всем спокойнее…

– Интере-е-сно, – протянул Волков, бросив взгляд на свой бокал с невзрачным на вид напитком. – И даже ответите на вопросы?

– Если по существу, то почему нет? – мужчина залпом допил свое вино и поставил пустой бокал на стол. – Ваш спирт… – поморщился мужчина, кивая на бокал Волкова. – Портит все ощущения… Как и Вы впрочем… – мужчина отставил бокал подальше от себя всем видом выражая неудовольствие от его присутствия Волкова. – Я слушаю…

– Кто Вам сказал, что я колдун? – быстро произнес Волков, впившись глазами в лицо мужчины.

– Ваши же люди, из центра, – совершенно спокойно ответил мужчина, не отводя взгляда. – Мы поспрашивали и выяснили, что слух пошел из «Фортуны», того самого кабака… За две недели до Вашего приезда появилась какая-то парочка залетных типов с виду безобидных но умеющий постоять за себя… Они-то и рассказали что в нашей роще завелась нечистая сила вызванная колдуном, который вскоре должен прибыть и провести кровавые обряды…

Волков удивленно понял брови – не ослышался ли он, – «Что за бред? Какие обряды? Тем более кровавые. Мы что в Средние века?» – но вслух спросил другое:

– И Вы поверили?

– Нет, конечно, – усмехнулся мужчина, барабаня пальцами по столу. – Но через день пропало двое наших. Этому не придали должного значения – мало ли куда могли пойти молодые здоровее парни… Но затем через день пропал еще один, затем еще… Все бы ничего… – мужчина перестал барабанить пальцами и подавшись вперед наклонился над столом и со сдерживаемой яростью процедил: – Три дня назад нашли всех пропавших в этой самой роще… Мертвыми и с отсутствующими некоторыми внутренними органами… – мужчина, выплеснув свою ярость, замолчал, откидываясь на стуле. Некоторое время он просто сидел, разглядывая нечто в темном угле. Затем, видимо, взяв себя в руки, спокойно произнес:

– А тут Вы… Каюсь я и сам сначала было поверил во всю эту чушь с колдуном и жертвоприношениями…

Волков мысленно выругался, генерал и словом не обмолвился и трупах, когда направлял его сюда. Теперь после слов владельца ночного клуба ситуация с «Фортуной» немного стала проясняться…

– И эта встреча … – понимающе кивнул Волков. – Аарон Моисеевич и другие…

Мужчина промолчал, бросив на Волкова острый и колючий взгляд:

– Я рассказал все, – после паузы сухо бросил он, теряя интерес к разговору.

–Да? – насмешливо усмехаясь, притворно удивился Волков. – И Вы просто утерлись и все? Ваши люди мертвы, а Вы просто сидите и ничего не делаете?

Мужчина вскинул на Волкова злые глаза. Было ясно, что он разъярен, и с трудом держит себя в руках:

– Это Вас не касается… – звенящим от злости голосом проговорил он. – Разговор закончен… – уже спокойнее произнес мужчина, нажимая под столом кнопку. – Вас проводят…

– Вот как? – голос Волкова заледенел. – А как насчет аэропорта?

Прозвучавший вопрос произвел эффект разорвавшейся бомбы. Мужчина, вставая со стула замер, и как показалось Волкову, с испугом посмотрел на него. В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошли двое давешних секьюрити видимо уже предупрежденные заранее, так как они молча направились к Волкову. Дожидаться и выяснять какой приказ они получили, Волков не стал, он вскочил и, схватив бокал со спиртом, веером выплеснул его содержимое в лица обоим секьюрити. Те мгновенно ослепнув, схватились за лица, и Волков быстро нанес каждому по удару в висок:

–Зашел быстро! – рявкнул он на удивленного менеджера, стоявшего у двери в коридоре. – И дверь закрыл!

Тот вздрогнул, но приказы Волкова выполнил, и потеряно потоптавшись, не зная, куда себя деть, встал у стены.

– На диван! – бросил ему Волков, обыскивая секьюрити лежащих без сознания. – И телефон на пол!

Хозяин ночного клуба слишком ошеломленный, чтобы как-то реагировать, был не в силах сдвинуться с места. Слишком все быстро и неожиданно произошло.

– Так что с аэропортом? – повторил вопрос Волков, засовывая себе за пояс оба пистолета секьюрити и бросая их телефоны на ковер на полу. – Что с ним не так? – последний вопрос Волков произнес громко, так чтобы встряхнуть оцепеневшего хозяина кабинета.

Мужчина вздрогнул, приходя в себя, и стрельнул глазами на менеджера не довольный присутствием постороннего.

– Где здесь сортир или что… Давай туда! – глянув на менеджера приказал Волков. – Быстрее! И не высовывайся! – менеджер вскочил и подгоняемый взглядом Волкова быстро скрылся в незаметной с виду темной нише, где оказалась дверь в туалет.

– Я задал вопрос! – жестко произнес Волков, подступая к мужчине. – И?

– Аэропорт не наша тема, – наконец ответил мужчина, приходя в себя. Он вновь сел за стол и потянулся за бутылкой водки. – Нам на это твердо указали… – налив себе полный стакан мужчина в три глотка выпростал его и резко выдохнул.

Волков, услышав неясный шум за дверью, быстро подскочил и приложил к ней ухо, превращаясь вслух.

– Кто? – спросил он, от двери не спуская глаз с мужчины.

– Военные из местной части, – спокойно произнес мужчина, пьянее на глазах. – Очень убедительно так объяснили и доходчиво… – он поднял на Волкова затуманенные глаза. – Аэропорт это их вотчина… – он налил себе второй стакан и также быстро выпил. – Тебе не уйти колдун… – пьяным голосом прошептал мужчина, склоняя голову к столу.

– Почему Вы решили, что те двое из центра наши? – быстро спросил Волков, наблюдая, как мужчина, пытается сфокусировать на нем свой взгляд.

– Один из наших вспомнил одного из них по прошлой службе в горячей точке, – прошептал мужчина и уронил голову на стол.

– «Пора уходить», – подумал Волков, хватая початую бутылку водки, из которой наливал себе хозяин клуба. Он разблокировал замок и осторожно открыл дверь. В коридоре никого не оказалось. Изображая подвыпившего посетителя, Волков что-то бессвязно бормоча, не спеша, вышел в общий зал и вскинул бутылку к губам.

– Ништяг, водяра, – вытерев рукой губы, развязано сказал он секьюрити, стоявшего у входа в коридор. – А где халдей, что меня обслуживал?

Секьюрити пожал плечами, делая вид, что не понимает Волкова. Видимо, владелец клуба в своем круге имел немалый вес. Поэтому любой, кто уверено входил в его кабинет и выходил из него, автоматически зачислялся персоналом имеющего на это право…

Уходить из клуба Волков сразу не стал, дождавшись, когда секьюрити отвлечется, он незаметно присел за столик в темном углу и притушил свет от стоящего рядом торшера. – «Еще минут десять, и менеджер, убедившись по тишине в кабинете, что никого там нет, выйдет из туалета и начнется»… – предположил Волков, наблюдая за коридором. Он планировал в толчее с толпой выйти на улицу, а там ищи ветра в поле…

В ожидании суматохи, Волкова привлекла троица подвыпивших парней, сидевших за соседним с ним столиком и потреблявших, судя по наклейке на бутылке, какой-то коньяк. При этом они вели пустой и обычный в таких местах разговор. Пока один из них не стал рассказывать какую-то дурацкую историю:

– Слышь, пацаны… Я вчера, поляну желаний нашел…

– Да ты чо… Где? – спросили его приятели.

– Да вот… там вот… решил прогуляться… Чо-т захотелось мне отойти… Сма-арю блин, вроде нет места, а там какая-то поляна, раньше поле там было… высокие кусты.… Ну я и туда… Ну сижу там – делаю свое дело и тут старую считалочку вспомнил: «Мы в город изумрудный идем, дорогой трудной»… – молодой парень, рассказывая историю, не забывал периодически отпивать из своего бокала.

– И чо? – спросил его один из них, такой же молодой и безусый.

– А ни чо… Вечером домой поехал, а там пробка на дороге… ну объеду, решил… Объезжаю… по каким-то дорогам поехал и раз… на красными свет остановился, смарю – магазин «Изумрудный город».

– Ну, ни фига себе! И чо? – удивились приятели.

– Припарковался… думаю, дай зайду, посмотрю – чо там такое, чо за новый магазин? Захожу…

– И чо? – не унимался молодой и безусый.

– Ха! А там «Черная пятница»… Коньяк… тридцать процентов от стоимости…

– Да ладно! – не поверили ему приятели.

– Да вот так вот… … ля буду! Литр взял, и все… денег больше нет…

– Блин! Тебе надо было представить… мешок баксов! – горячо заговорил «безусый». – Ну, зашел типа в кусты,… а там мешок баксов прикопанный лежит… – «безусый» подогретый спиртным стал лихорадочно частить: – Вот ты зашел, подумал о баксах, и нашел баксы да? – глаза «безусого» горели огнем наживы. – А пошли щас? – перевозбужденный предложил он приятелям.

– Куда? – поинтересовался рассказчик.

– Ну, на эту поляну… – «безусый» загорелся желанием идти искать баксы. – Подумаем, о чем ни будь и найдем…

– А чо… ладно… пошли… – согласились остальные двое и быстро допили свой коньяк. – Ну, все… о кей…

– «Мне бы их заботы», – подумал Волков, краем глазом наблюдая за коридором из которого должен был выйти менеджер, но потом до него дошло: – «А о какой поляне говорили эти… Здесь же из близлежащих полян – вот только эта возле рощи… Возле аэродрома!» – осенило Волкова. Он быстро стал и что-то лопоча, двинулся за подвыпившей троицей.

Вышел из ночного клуба Волков за парнями как не странно легко. Никто их не остановил, ни о чем не спросил…

Уже на улице спускаясь по лестнице с фойе, Волков подумал, что он так и не спросил, как зовут владельца клуба, если конечно это был он. Как-то просто получилось разговорить его у Волкова. – «Обычно эти типы покрепче что ли…» – подумал он, ежась от холодного и пронизывающего ветра. – «Не замерзнуть бы…»

Место куда он собирался идти, по словам парней, располагалось сразу за лесной рощей. Оттуда-то и решил Волков понаблюдать за взлетной полосой, ограждение которой начиналось сразу за полем. То, что дело в аэропорту Волков уже не сомневался. Все указывало на это, и недомолвки генерала и слова владелец ночного клуба…

Дойти до рощи и оттуда взлетной полосы Волков решил пешком, обратив внимание, что на улицах прибавилось экипажей патрульных машин. На его глазах, на трассе установили передвижной пост, и пока Волков шел до остановки общественного транспорта, к посту подъехал военный КРАЗ. Из него высыпал личный состав вооруженный автоматическим оружием, и быстро рассредоточился вдоль дороги, заняв удобную позицию напротив здания ночного клуба.

– «Это я вовремя ушел», – похвалил себя Волков, перейдя дорогу на светофор. – «Дойду пешком…» – решил он, не останавливаясь, и проходя мимо остановки.

Час, спустя Волков пройдя полквартала, дошел до начала новостроек. На переходе к микрорайону через овраг, где была установлен широкий пешеходный лестничный пролет, уже дежурили вооруженный военные. Они никого не останавливали, но Волков точно знал, что очень скоро такие посты займут наиболее важные ключевые точки и территория новостроек окажется, отрезана от основного города. Готовилась какая-то операция и видимо не без участия генерала:

– «Что же задумал генерал?» – вопрос не выходил из головы Волкова все время после их телефонного разговора. – «И какая моя роль во всем этом?»

06. Ночью не только волки серые…

До рощи пришлось идти дольше запланированного часа. Дорога проходила мимо «Фортуны», возле которой до сих пор стояло несколько патрульных машин и один черный микроавтобус. – «Наверняка спецназ», – подумал Волков, сворачивая в подворотню. Он пошел выше и, забирая севернее. Обойдя кусок строительной площадки Волков, оказался возле оврага, где он был несколько часов назад, но с другой его стороны. На улице было темно, и Волков уже не прячась, пройдя еще около километра, вышел к злополучной роще. На снегу никаких следов не было и это Волкову показалось хорошим знаком. Он дошел до колеи, оставленной автомашинами, обычно днем едущих к близлежащим деревням. Пройдя по ней достаточно далеко, сошел с нее, и вошел в рощу. Место оказалось удобным – на востоке огни новостроек, на западе взлетная полоса – ее Волков определил по шуму взлетающего самолета. – «Где-то здесь вел съемку пропавший парень», – подумал он, прислушиваясь к ночному лесу. Было холодно и не уютно. Шапки Волков не носил, а на куртке не было капюшона. Подняв повыше воротник, он двинулся по невысокому сугробу в стороны взлетной полосы. Пока шел, снег попал под штанины и уже очень скоро Волков почувствовал, как его ноги стали коченеть.

– Надо двигаться, чтобы не замерзнуть, – пробормотал Волков, высоко поднимая ноги, чтобы хоть как-то сбросить налипший на ботинки снег.

Двадцать минут такой интенсивной ходьбы и Волков расстегнул куртку. Он сильно вспотел, а мокрая рубашка прилипла к спине, доставляя при каждом движение неприятные ощущения. Пройдя рощу насквозь, он остановился под ее крайними деревьями, разглядев в темноте отблески светильников на взлетной полосе. Волков посмотрел на часы: 21.45.

– «Вчера в 22.00 сел самолет», – вспомнил Волков. – «Дождусь его и посмотрю что да как…», – решил он, прислонившись к дереву укрываясь от ветра. Но стоило, ему перестать двигаться, как мокрая от пота рубашка стала застывать, и Волкову скоро стало казаться, что он превращается в ледяную статую.

– Блин… так и замерзнуть можно! – подрагивающими от холода губами прошептал он, в который раз смотря на часы. – 21.55… Еще пять минут… Лишь бы не задержался где…

Однако самолет прилетел вовремя. Дрожащий от холода Волков проводил взглядом приземляющийся ИЛ-72 и в последний момент заметил, как от шасси отделился какой-то предмет и полетел вниз. Проследив его траекторию, не обращая внимания на холод, Волков бросился бегом к месту падения предмета, который оказался большой спортивной сумкой упавшей за охранный периметр прямо на наезженную колею. Подскочив к ней, Волков рывком расстегнул молнию и в свете Луны увидел тусклый отблеск целлофановых и больших пакетов перевязанных скотчем. Схватил один Волков, почувствовал под пальцами мякоть, словно в пакете был песок. – «Наркотики?» – удивился Волков, на ощупь, считая содержимое сумки. – «Двадцать!» – он взвесил на руке один пакет. – «Килограмма два… Ого! Сорок килограммов… »

Неожиданно слева издали блеснул свет фар машины быстро приближающей к месту падения сумки. Волков не мешкая, положил пакет обратно в сумку и нащупал какой-то листок. Быстро поднес его к глазам: «13.00» значилось на ней.

– Что за… – удивленно бросил Волков, кидая листок на место. Времени разбираться со всем этим, у него уже не было, и закрыв сумку, он быстро пробежал вперед метров десять и прыгнул к деревьям к своему «наблюдательному пункту».

Буквально через пару минут машина резко остановилась перед сумкой, и из нее вышло трое вооруженных людей. Двое держа автоматы наготове, и посматривая по сторонам, остались возле машины, а третий с пистолетом подошел к сумке и присел возле нее. Расстегнув ее, он посветил внутрь фонариком:

– Порядок, – негромко проговорил он, разглядывая пакеты. – Все на месте…

Все трое быстро загрузились в машину и так же быстро уехали, оставив после себя больше вопросов, чем ответов и самый главный из них: – «Какого хрена он здесь делает?» – так Волков почувствовал себя, когда вдали пропал свет фар уехавшей машины. И еще: – «Что, в конце концов, замышляет генерал?» – то, что дело не в пропавшем парне Волков не сомневался. – «А тогда с какого бока он здесь в этой истории?»

Волков побежал. Единственное место, где он мог спокойно отсидеться – это насосная станция. Петр Михайлович сегодня с утра заступил на суточное дежурство и до следующего утра безвылазно будет на станции.

Пять километров дались Волкову тяжело, хрипло сипя и переступая насквозь мокрыми от снега ботинками, он подошел к двери насосной станции и постучал:

– Петр Михайлович, – просипел Волков простуженным голосом. – Петр Михайлович…

Волков резко сел и завалился набок. В его руке, словно по волшебству, появился один из пистолетов, забранных в ночном клубе у секьюрити. Лежа на спине Волков замер прислушиваясь к тишине. Ствол его пистолета смотрел на темные окна насосной станции. Чем-то опасным веяло от окон станции или даже безжизненным. Волков был уверен, что там, внутри кто-то находится и это не сторож станции Петр Михайлович. Его тело само среагировало на возможную опасность, и теперь он соображал, кто там может быть и что ему нужно.

Внутри станции что-то глухо звякнуло, затем шум повторился уже ближе, затем еще ближе у самой двери. Нервы Волкова напряглись настолько, что он был готовы открыть огонь на любое движение, но шум прекратился, и наступила тишина. Лежать на снегу было холодно, и Волков стал замерзать. Ничего не происходило, но двигаться Волков не спешил, все еще не решив, что делать дальше.

Неожиданно ему в голову пришла идея. Отталкиваясь ногами и не опуская пистолет Волков, пополз спиной в сторону большой кучи снега, стараясь уйти с открытого пространства, где он был словно на ладони.

Насколько он разбирался, технические здания по требованиям пожарной безопасности обязательно должны иметь запасной выход для эвакуации персонала. И двери выхода должны легко и быстро открывается изнутри. А значит это заслонка, засов или что-то подобное, но ни как не замок. Причем дверь должна открывается и снаружи, на случай если персонал сам не сможет покинуть здание. На новом месте, где он работал, Волков совмещал обязанности ответственного за пожарную безопасность, и в минуту опасности эти знания сами собой всплыли в его голове. Теперь он решил обойти станцию и попасть в здание через запасной выход.

За кучей снега Волков вскочил и, пригнувшись, побежал, оббегая станцию. Запасной выход – двойная дверь как он и предполагал запертая изнутри, имела на одной створке отверстие для спецключа, которого у Волкова естественно не было. Но обычно люди сгибали сварочный электрод и таким способом открывали внутренний засов. Проведя рукой вдоль двери, Волков у самой земли нащупал толстую согнутую проволоку, засунутую в щель между полосой металла приваренной к косяку. Волков приложил ухо, к двери скривившись от прикосновения к холодной металлической поверхности, и прислушался. Из недр станции доносилось мерное гудение работающих насосов, сопровождаемое небольшой вибрацией и все. Волков ставил конец проволоки в отверстие, и осторожно подцепив выступ на внутреннем засове, провернул «ключ». Хорошо смазанный засов легко отошел, и одна створка двери слегка приоткрылась. Волков присел, прижавшись спиной к закрытой створке, медленно приоткрыл вторую створку и замер в готовности, но ничего не произошло. Все было про прежнему тихо. Волков просунулся в образовавшую щель, держа пистолет перед собой, но на станции было темно и ни чего не было видно. Стараясь не производить шума, Волков вошел и закрыл за собой дверь, задвинув засов на место.

– Он ушел? – услышал Волков тихий шепот раздавшийся левее от него. Судя по звуку, говоривший находился в длинном коридоре сразу за поворотом к проходу запасной двери. Волков днем провел на станции три часа и еще не забыл расположение помещений. Он положил на пол перед собой оба пистолета и стянул с себя куртку. Примерившись Волков, размахнулся и бросил куртку на уровень головы за угол в сторону говорившего:

–А-а! – раздался крик, и сразу прозвучала автоматная очередь. – Сука! Так кто-то есть! – в промежутках между выстрелами услышал Волков истошный крик стрелка.

Кто-то справа в коридоре упал, еще кто-то застонал, но стрелявший продолжал стрелять, стараясь попасть в проход запасной двери. Волков лежал на полу, держа перед собой оба пистолета, готовый выскочить, как только у стрелка закончатся патроны.

– Чък! – клацкнул затвор автомата опустошившего магазин. – Что за черт! – крикнул стрелок, но это были его последние слова.

Волков стремительно нырнул в коридор и лежа открыл огонь с двух пистолетов…

Минуты три он приходил в себя после грохота выстрелов. В замкнутом пространстве они раздавались, словно удары молотка по металлическому листу. Еще в самом начале Волков успел открыть до предела рот, и это немного помогло и не дало ему окончательно оглохнуть.

Правки не требовалось, слева от Волкова угадывался темный силуэт стрелка неподвижно лежащего на полу, справа еще две неподвижные темные фигуры:

– «Своих задел», – догадался Волков не спеша, вставал с пола. Неизвестно сколько их здесь. Постепенно шум в ушах отступил, и глаза немного привыкли к темноте. У двух лежащий на полу неподвижных фигур Волков заметил предмет стоящий рядом. Размеры его показались Волкову смутно знакомыми. – «Сумка?» – удивленно подумал Волков и в этот момент у входной двери раздался нервный крик:

– Выходи или я его убью!

– «Водитель, гад… Четвертый…» – сжал от злости зубы Волков. – «Петр Михайлович у него!»

Волков тихо поднялся и снял мокрые ботинки. Морщась от боли в задубевших ногах. он на цыпочках подошел к мертвому стрелку и, схватив его за шиворот поволок по коридору:

– Не стреляй! – закричал Волков, стоя за углом коридора. – Я выхожу…

– Давай! И без фокусов! – раздался в ответ испуганный и нервный крик.

Волков прислонил мертвого стрелка спиной к стене, приготовился и толкнул его ногой в плечо. Мертвец вывалился за угол и четвертый тут же начал по нему стрелять. Как только у него закончились патроны, Волков выскочил из-за угла двумя прыжками добежал до удивленного до ужаса молодого стрелка.

– На! – ударил Волков парня пистолетом по голове и тот мешком повалился на пол, рядом со связанным Петром Михайловичем, что-то непонятно мычавшего.

Волков присел и вынул у него кляп изо рта.

…ть его …ть налево! – с облегчением выдохнул сторож, вращая широко раскрытыми глазами. – Кто это?

– Как настроение Петр Михайлович, – прокаркал Волков сам, удивляясь своему голосу. – «Наверное, простыл…» – подумал он, развязывая веревку на руках сторожа.

– Витя ты штоль? – удивился сторож

– Я, я, Петр Михайлович, – подтвердил Волков, шмыгая носом…

– ВНИМАНИЕ!!! – раздался с улицы громоподобный голос, и одновременно с ним окна станции залил ослепительно яркий свет. – ВСЕМ ВЫЙТИ С ПОДНЯТЫМИ РУКАМИ!!! БЕЗ ОРУЖИЯ!!! ДЕСЯТЬ СЕКУНД НА РАЗМЫШЛЕНИЕ!!! ИНАЧЕ ШТУРМ!!!

– Кто это? – испуганно спросил Петр Михайлович. – Никак полиция?

– Они, Петр Михайлович, они, – согласился Волков, моргая полуослепшими от яркого света глазами. – Кто же еще? Вы не вставайте Петр Михайлович, лежите и не двигайтесь, я сам… – попросил Волков сторожа и направился к двери:

– Кто главный! – крикнул он из-за двери.

–Я! – прогремел суровый голос. – Полковник Немых! Переговоров не будет!

– Позвоните генералу Гаврилову, – крикнул Волков, задыхаясь от кашля. – Я майор Волков… – «Все-таки простыл…» – подумал Волков, сотрясаясь от сдерживаемого кашля. – Генерал-полковнику Гаврилову! – крикнул он в подозрительную тишину, неожиданно образовавшуюся на улице…

– Отставить штурм! – моментально раздался рык полковника. – Волков выходи… – обратился он к Виктору. – Гарантирую, стрелять не будем…

07. Выбор

– Ну и нахреначил ты тут дел майор, – генерал как всегда не выбирал выражения. – Меня, целого генерала заставил приехать сюда в заштатную область и зачем? Вытаскивать тебя болезного… Ты, что работать разучился? – гремел генерал, немигающее уставившись на Волкова, скромно сидевшего на стуле напротив. – Какого хрена ты поперся в ночной клуб? Зачем пошел к взлетной полосе? А на насосной станции, что ты забыл? Тебя, зачем сюда посылали? А ты… – генерал сбавил пыл и уже спокойно проговорил: – Ладно, хоть догадался мое звание вспомнить, иначе бы полковник никого бы в живых не взял…

Волков скинул глаза на генерала и тот, заметив его удивление, проговорил:

– А как ты хотел? В таких делах интересы частных лиц не учитываются…

– Каких делах? – вставил Волков зная, что генерал не любит когда его перебивают.

– Государственных! – рявкнул генерал, вновь начиная, заводится. – Ты что думаешь, я здесь главный? Нет! Я такая же пешка как и ты… Ну может быть козырная… – генерал выдержал паузу. – Но все ферзи и короли там… – он указал пальцем на потолок. – И у них там своя игра… Геополитическая…. Не нашего ума дела…

– А пропавший? – быстро спросил Волков, вновь перебивая генерала.

Генерал напрягся, наливаясь кровью, но материться, не стал, а вполне спокойно произнес:

– Случайный элемент. Так для затравки… Что бы обосновать кое-какие соображения…

– Так что же с ним случилось? – повторил Волков.

Генерал бросил на него злой взгляд, но все же ответил:

– Понятия не имею. Ну, пропал человек и что? В год таких знаешь сколько пропадает?

– А записи? – не унимался Волков.

– А что записи? – переспросил генерал. – Монтаж еще и не такое сделает…

– Петр Михайлович? – сухо проговорил Волков, глядя генералу в глаза.

– Дома, где же еще? – ответил генерал, не опуская взгляда. – На заслуженном отдыхе… На которой он уже пятнадцать лет как… И хватит вопросов майор! – вновь рассердился генерал. – Ты что о себе возомнил? Генерала допрашивать?

– А я? – не обращая внимания на вспышку генерала, твердо произнес Волков. – Тоже случайный элемент?

– Ты? – улыбнулся неожиданно генерал. – Не-е-ет. Ты не элемент… – генерал сиял как медный пятак. – Ты та ложка дегтя в бочке с медом, тот гвоздь, который за всех цепляется… Ты та самая пресловутая затычка во всех дырах… – генерал откровенно надсмехался над Волковым и не скрывал этого. – Не обижайся майор… Ты должен был оттянуть на себя все внимание … Такая у нас служба… Ну ты сам все знаешь…

– Да знаю, – произнес Волков вставая. – Пойду я товарищ генерал-полковник…

– У-у-ух, все-таки обиделся, – растягивая губы в «акульей» улыбке радостно усмехнулся генерал. – Быть может, я тебя развеселю…

Волков удивленно посмотрел на генерала:

– Что Волков думал, генерал забыл, запамятовал, или еще что… – генерал вовсю веселился, глядя на недоумевающего Волкова. – Я все помню… Мы компенсируем твои расходы… Можешь не благодарить… – остановил хотевшего возразить Волкова генерал. – Получишь ты свою загадку обратно…

– В смысле? – не понял Волков. – Какую загадку?

– А где фунты, соверены, червонцы твои и разная подобная чепуха, – ответил генерал, продолжая широко улыбаться. – По современному курсу получишь, не сомневайся… Ну и шутник ты майор… – генерал смолк, на глазах Волкова превращаясь в привычного сурового и безжалостного волкодава. Убрав со стола бумаги, генерал поднял на все еще стоявшего Волкова свои острые и цепкие глаза:

– Нужен будешь вызову, – бесстрастно произнес он. – Свободен майор!

Волков вышел из кабинета в здании местной военной части, где на прием к генералу собралась вся силовая верхушка области. Проходя по коридору в глазах Волкова, не привычно рябило от обилия погон офицеров стоявших в ожидания приема. Волкова генерал принял первым, как бы показывая все остальным их место в суровой действительности. Волков не сомневался, что некоторые из них потеряют и свои звания, и свои насиженные теплые места.

Аэропорт, местные силовики, скооперировавшись ведомствами, решили использовать для транспортировки наркотиков. Все было ничего, когда они использовали транспортные борта только для транзита. Но местный криминал, прознал про это, и коррумпированные силовики вынуждены были пойти на уступки. Им пришлось отдавать часть груза, на реализацию в своей, и соседних областях. Такая вот дружба навек всех и вся, криминала, полиции, и еще кое-кого из администрации области. Всех их скопом и прижало к ногтю ведомство генерала, а Волков послужил лишь одной из пешек, отданных на съедение. Но пешка оказалась беспокойной и верткой и каким-то чудом избежав все напасти, выжила и стала… вновь пешкой. Полковник что собирался брать штурмом насосную станцию, всерьез приглашал Волкова к себе в команду, но Виктор отказался, а после разговора с генералом и полковник замял эту тему, лишь изредка внимательно поглядывая на Волкова, когда сопровождал его на прием.

Выйдя на улицу Волков, направился на железнодорожную станцию. Купил билет на ночной поезд и что бы скоротать время решил немного пройтись пешком. События последних суток были настолько насыщены, плюс препараты от простуды немного притупили внимание Волкова к деталям. После того как Волкова не смотря на знакомство с генералом, скрутили люди полковника Немых, прошла ночь, затем все утро Волков давал показания следователям, а потом его взял в оборот сам генерал. Сейчас бродя по городу Волков, последовательно прогонял в голове все события, ищи в них разные нестыковки и несоответствия. Ощущение что он что-то опустил не оставляло его после того как он впервые увидел спортивную сумку. Ближе к вечеру Волков добрался до новостроек и издали в свете заходящего Солнца стал наблюдать, как злополучная роща постепенно погружается в темноту. Тут его то и осенило:

– Генерал соврал мне, – гневно прошептал Волков, осознав неприятную истину. Он сильно сжал кулаки, и тяжело задышал, сопя простуженным носом. Постепенно он взял себя в руки и с усилием заставил себя успокоиться: – «Та записка в сумке с наркотиками – 13.00 это время прибытия следующего борта… А на записи пропавшего парня время посадки ИЛ-72 12.34… И после этого он пропал!» – быстро пронеслось у него в голове. – Генерал все время знал, что случилось с пропавшим парнем… Не смог не знать… Это ведь люди из военной части всегда встречали борта… – вновь вслух произнес Волков, вместе со всем миров погружаясь в темноту. Солнце окончательно село оставив на небе лишь точки далеких и холодных звезд. Это напомнило Волкову вторую запись пропавшего парня. Огоньки того дома такие же притягательные как звезды вдруг поманили его, и Волков осознал, что хочет увидеть их.

Прикинув расстояние, решив, что идти далеко Волков, поймал первую попавшую машину, напугав водителя своим внезапным появлением на проезжей части:

–Ты охренел что ли… – начал возмущаться здоровый парень водитель, вылезая из машины, но, увидев пронзающий насквозь взгляд Волкова, тут же успокоился и участливо спросил: – Что-то случилось? Вам плохо? Может скорую вызвать?

Волков молча подошел к машине и сел на пассажирское сиденье:

– Поехали, – хрипло вдохнул он, невидяще глядя перед собой. – Я покажу…

У придорожного кафе Волков молча оставил крупную купюру на сиденье и, оставив вопрос парня о его самочувствии без внимания, вышел из машины. Ощущение чего-то надвигающего и непостижимого охватило его. Посмотрев по сторонам отмечая работающую автомойку Волков вошел в кафе.

– Здравствуйте, – поздоровались с ним две девушки стоявшие за стойкой. – Что желаете?

Волкова почувствовал дежа-вю от их вопроса. Так же они спросили того парня – Артема. Волков собрался, отгоняя наваждение, и улыбнулся:

– Да, чай, пожалуйста, зеленый и без сахара, – попросил он, оглядев пустой зал. – Я сяду за тот столик… – указал он на столик, за которым сидел Артем.

– Хорошо, – ответила одна из девушек, забирая купюру, которую Волков положил на стойку. – Сейчас принесу…

Волков сел за столик и поглядел в окно где, сменяясь друг за другом, сновали машины, приезжая грязные, а уезжая чистые…

Вскоре принесли чай, и Волков спросил у девушки:

– Скажите, а поблизости есть гаражи?

Девушка пожала плечами, ставя чайник на стол, и посмотрела в окно:

– Там за автомойкой несколько кооперативов…

– Спасибо, – поблагодарил девушку Волков, поворачиваясь к окну. Ощущение чего-то надвигающего вновь стало охватывать его. Он взял чашку и машинально сделал небольшой глоток, и зашипел, обжегшись, горячим чаем. Это его и отрезвило:

– «Какого… я здесь делаю?» – спросил себя Волков, разглядывая перед собой столовые приборы, словно видит их в первый раз. Он вскочил быстро надел на себя куртку и выбежал из кафе.

– Сумасшедший, – покачав головой, прокомментировала девушка, глядя, как посетитель перебегает автомойку. – Точно как тот парень помнишь? – спросила она вторую, но та лишь пожала плечами, словно говоря: – «Много их таких за день пробегает…»

Волков проскочил дорогу на красный свет, в последний момент, уходя перед бампером промчавшегося грузовика, затем, пробежав по бетонному спуску, оказался между рядами однотипных гаражей.

– Не здесь, – пробормотал Волков, вновь переходя на бег. – Дальше… – он пробежал один длинный ряд, затем второй. – Еще дальше… – прошептал он переходя на шаг. Простуженное горло дало о себя знать, Волков стал задыхаться. Он остановился, наклонившись вперед и упираясь руками в колени, восстанавливая дыхание. – Надо идти… – сказал он себе и выпрямился.

Вдали сияя разноцветными огоньками, стоял тот самый многоэтажный дом, который он видел на записях пропавшего парня – Артема. Волков даже дышать перестал – так неожиданно он появился. Посмотрев по сторонам, время вечернее, поблизости никого нет, Волков сделал вперед осторожный шаг… Но ничего не произошло. Волков задышал ощущая как легко ему дышится, и делал еще шаг… И вновь ничего, но Волкову стало гораздо лучше, словно он сбросил груз прожитых лет, он улыбнулся и… Еще шаг и мир изменился…

Дом явственно стал другим. Сверкая разноцветными огоньками окон, которые в темноте светились так, как будто висели в пустоте, дом поманил Волкова так сильно, что ему пришлось приложить усилие, чтобы не побежать к нему. Широко раскрыв глаза, Волков не мог насмотреться на дом, и ему стало так хорошо, словно не было в его жизни никаких горестей и печалей…

И в этот момент зазвонил его телефон. Волков улыбнулся, и, не отрывая глаз от дома, вынул из кармана трубку:

– Сейчас, – прошептал он дому, делая шаг назад. – Сейчас…

– Да? – спросил он, не посмотрев на номер входящего звонка. – Кто это?

– Папа это я! – раздался в трубке радостный голос дочери. – Мы с мамой возвращаемся! Встретишь нас?

– А? – рассеяно спросил Волков, находясь в одном шаге от неизведанного. – Что? А? Да, да…

– Ура, мама… – раздался в трубке приглушенный крик дочери. – Папа нас встретит… – затем голос дочери вернулся, и она сообщила: – Завтра днем в 13.00… Я люблю тебя папа!

–Да, да, я тоже тебя люблю… – пробормотал Волков, придя в себя и освобождаясь от наваждения. – Да… я… тоже… тебя… люблю… – прошептал он по слогам в пустоту и сделал шаг…