НАТ. У РЕКИ. ВЕЧЕР.

 Солнце плавно заходит за горизонт. Небо окрашивается в малиновый цвет. В воздухе стоит монотонный гул от комаров и мошкары.

 ТИТР

 СУД БОЖИЙ

 На берегу небольшой реки, в том самом месте, где в неё вливается ручей, сидят трое: парень и две девушки. Совсем юные создания. Мальчишка, его зовут СВЯТОСЛАВ, лет под тринадцать, а девочкам может и того меньше.

 Горит костер. Мальчишка подкладывает сухие ветки в огонь, и тихо о чем-то разговаривает с ЧЕРНОБРОВОЙ ДЕВЧОНКОЙ, одетой в белый сарафан. На мальчике надета домотканая рубаха, порты. Он босиком. ДЕВОЧКА С ТОЛСТОЙ РУСОЙ КОСОЙ сидит рядом, делает вид, что рассматривает небо и играет с кисточкой косы.

 СВЯТОСЛАВ

– Сейчас, огонь прогорит, и пойдем за рыбой! Пожарим! Ммм, вкусно!

 СВЯТОСЛАВ

 (смотрит на ДЕВОЧКУ С ТОЛСТОЙ РУСОЙ КОСОЙ).

– А ты рыбу будешь?

 Девочка с русой косой не обращает на него внимание.

 СВЯТОСЛАВ

 (дергает ее за косу)

– Ты чего?

– Не слышишь меня?

 ЧЕРНОБРОВАЯ ДЕВОЧКА

– Ты сначала поймай хоть одну рыбку. А потом и предлагай. А то у тебя и уды-то даже нет. Чем ловить-то будешь?

 СВЯТОСЛАВ

 (смеясь)

– А зачем мне уда! Пойдем!

 Он подходит к берегу и щупает рукой в воде у берега. Девочки шепчутся и смеются.

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

– Ты что руками будешь ловить? Так только раков можно наловить.

 Святослав нащупывает веревку и тащит ее из воды. Скоро со дна всплывает сплетенная из ивы верша, набитая до краев рыбой.

 СВЯТОСЛАВ

 (смеясь)

– А вот и рыба!

 Он запускает руку в вершу и достает здоровенного карася. Карась трепещется в его руках и ловит губами воздух.

 СВЯТОСЛАВ

– Ну, как богатый улов?

 Слышится хруст веток и громкие голоса. Все трое разом оборачиваются на шум.

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

– Кто-то идет?

 Святослав встает на цыпочки, чтобы рассмотреть тех, кто идет к ним, продираясь сквозь кусты. Видит головы четверых взрослых мужчин. Впереди всех вышагивает воин. Его зовут ЛЕВИЙ КРОК. У него красное от хмеля лицом. Остальные явно тоже не трезвые.

 Святослав приседает и тянет за собой девчонок.

 СВЯТОСЛАВ

– Левий Крок. Со своей ватагой.

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

– И что их сюда нелегкая занесла?

 (выпрямляется)

– Мимо все равно не пройдут, бесполезно прятаться. Они костер видели.

 Ватага выходит на поляну. У Левия Крока на плечи накинута шкура медведя. Он упирает руки в бока и осматривает подростков. У него мощные плечи, красные волосатые руки, на бедрах пояс от меча, но ножны пустые.

 Бросает мимолетный взгляд на девочек. Те прячутся от его взгляда за Святославом. Воин, не обращает на них никакого внимания, и начинает рассматривать рыбу в руках мальчика. Икает и протягивает руку к рыбе.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Давай сюда?

 Святослав прячет рыбу за спину.

 СВЯТОСЛАВ

– Это я ее поймал!

 Левий Крок смеется и показывает пальцами, как будто ее ест.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Вот и отлично. А я ее съем!

 ВАТАЖНИКИ за его спиной поддерживают его гогот.

 ПЕРВЫЙ ВАТАЖНИК

– Поймаешь еще, тащи нам. Тоже съедим!

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

– Уходите, я воеводе пожалуюсь!

 Левий Крок вздрагивает от неожиданности, и удивленно смотрит на девочку. Девочка с русой косой тут же прикусывает язык. Глаза Левия Крока превращаются в узкие щелочки. В них загорается недобрый огонь.

 Он переводит взгляд на чернобровую девочку, раздувает ноздри.

 СВЯТОСЛАВ

 (за кадром)

– Уходите отсюда, по добру по здорову!

 ЛЕВИЙ КРОК

 (сначала слышит слабый голос мальчика, а потом переводит на него тяжелый взгляд. Протяжно выговаривая слова и примериваясь глазами к фигуре мальчика)

– Что-о-о!

 Святослав примерно одного роста с Левием Кроком. Правда, гораздо тоньше. Левий Крок опускает глаза на босые ноги Святослава. Рядом с его сапогами, ноги мальчика выглядят сиротливо.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Что ты сказал? Повтори?

 Он хватается за меч, но его рука промахивается. Меча в ножнах нет. Тогда он хватает мальчика за грудки и еще больше выкатывает глаза. Смотрит прямо в глаза Святославу.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Повтори, раб!

 Святослав не выдерживает этого взгляда и опускает глаза. Выпускает из рук рыбу. Она падает в траву и беспомощно бьет там хвостом. Ее жабры еле шевелятся. Трещит рубашка. Раздается звук удара – пощечины и рядом с рыбой на траву, лицом вниз падет мальчик.

 На Левии Кроке виснут ВАТАЖНИКИ.

 ПЕРВЫЙ ВАТАЖНИК

– Левий, ты что делаешь? Мы здесь – гости. Мы не можем себя так вести. Пойдем отсюда. А то неровен час, придет охрана и закует нас в кандалы.

 Левий Крок зло рычит и пинает ногой рыбу. Она отлетает еще дальше в траву, и безжизненно замирает в ней, потом он сбрасывает с плеч товарищей.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Ладно, пошли. Мы потом сюда вернемся. И ты мне наловишь рыбы. Раб.

 Левий Крок и его ватажники уходят вдоль реки. Святослав лежит, уткнувшись лицом в траву, и не встает, хотя ватажники давно ушли.

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

 (склонившись над Святославом)

– Тебе больно?

 Святослав мотает головой.

 СВЯТОСЛАВ

 (По его щекам текут слезы.)

– Я не раб. Я свободный человек. Я – воин.

 ДЕВОЧКА С РУСОЙ КОСОЙ

 (тянет его за руку.)

– Конечно, Святослав. Ты нас защитил. Ты – воин. Давай,  вставай…

 НАТ. ПОЛЯНА. НОЧЬ.

 Черный экран.

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Вставай, Святослав, вставай. Хватит лежать!

 Громкий голос воеводы, покрывает весь шум беснующейся толпы, окружающую поляну, на краю которой лежит Святослав после мощнейшего удара.

 Святослав поднимает голову. В глаза противно бьет свет от факелов. Он пробует приподняться на ватных руках. По щеке течет кровь из разбитой брови. Он видит Воеводу, могучего воина с седой окладистой бородой.

 ВОЕВОДА

 (охрипшим голосом)

– Вставай, Святослав и дерись. Посмотри в лицо своему страху.

 Слова Воеводы доносятся до Святослава откуда-то из далека. Он "плывет". Кто-то из толпы выливает на него ушат воды. Становится легче. Он видит своего противника. Его зовут АХМЕТ-ТОРК. Он печенег. Тот стоит перед ним и спокойно ждет.

 АХМЕТ-ТОРК

 (манит его рукой)

– Давай! Вставай!

 Святослав переводит взгляд на СТАРЕЙШИНУ рода, который сидит на возвышении. Он видит, что тот уже поднял свой меч, чтобы объявить победителя боя, ударив им по щиту печенега.

 СВЯТОСЛАВ

 (дико кричит)

– А-А-А!

 Тяжело поднявшись, он бросается на своего противника. Тот, не ожидает этого движения, поэтому чуть запаздывает с ударом ногой. Святослав ловит ногу Ахмета-Торка в начале траектории, когда она еще не достигает убийственной силы, обхватывает ее и валит противника на землю.

 Нога противника упирается Святославу в грудь, он пытается резко выпрямить ее и скинуть Святослав с себя. Святослав одной рукой держится за ногу, а другой старается достать кулаком до лица противника. Ему это удается пару разу. Но удары эти только злят Ахмета-Торка.

 Наконец ему удается, зацепить Святослава другой ногой и завалить его на бок.

 Они катаются по земле, сцепившись в один клубок. Над поляной поднимаются клубы пыли. И никому не видно, что же происходит в центре круга. Слышны только сдавленные хрипы.

 Когда же пыль оседает, то все видят, что на спине лежит Святослав, а голова его противник зажата у него под мышкой. Тот колотит его кулаками по бокам, а Святослав с силой сжимает ногами его тело и бьет ему кулаком в спину.

 Старейшина поднимает меч и опускает его посередине, так и не ударив ни по какому щиту.

 СТАРЕЙШИНА

– Остановите поединок! Боги не видят сильнейшего.

 Несколько воинов, гремя доспехами, направляются к дерущимся.

 Святослав лежит на спине и слышит голос старейшины. Он видит воинов, идущих к нему, и облегченно вздохнув, ослабляет хватку, выпускает голову противника и расслабляет ноги. Ахмет-Торк выпрямляется и трясет головой, пытаясь прийти в себя.

 Видит перед собой лицо Святослава и неожиданно наносит ему удар в лицо, припечатывает его к земле.

 Святослав проваливается в черноту.

 ИНТ. ШАТЕР ЛЕКАРЯ. НОЧЬ

 Темнота превращается в свет. В узкую полоску света, которая расширяется до пламени огня из плошки. Рядом с ней Святослав видит голову ЛЕКАРЯ дружины.

 ЛЕКАРЬ

– Очухался? Ну, вот и хорошо.

 Святослав осматривается, пытается понять, где он. Через откинутый полог палатки видно звездное небо. В палатке слышны звуки застолья. Звучат гусли. Здравницы князю и воеводе.

 Святослав пытается подняться с лежанки из волчьих шкур. От резкого движения в голове бегают звездочки. Святослав стонет и опускается назад.

 ЛЕКАРЬ

 (пытается его уложить)

– Тихо, тихо, ты ещё не достаточно оклемался. На, выпей отвару из трав.

Лекарь подносит к его губам чашу. Святослав пьет, а потом его выворачивает назад.

 СВЯТОСЛАВ

– Фу, что за отрава.

 ЛЕКАРЬ

 (убирает чашку)

– Полевой сбор. Голову твою в порядок приведет.

 Заглядывает в зрачки.

 ЛЕКАРЬ

– Вот видишь, зрачки уже сузились.

 Выпрямляется. Встает. Идет в угол палатки, возится там с чем-то.

 ЛЕКАРЬ

– Быстро ты после такого удара…

 СВЯТОСЛАВ

– Какого удара? Что со мной было?

 Святослава снова выворачивает наизнанку.

 ЛЕКАРЬ

 (из угла)

 Да после того как старейшина остановил поединок, ты хватку-то и ослабил. А печенег не будь дураком, вдарил тебе со всего замаху прямо в висок. Как по арбузу. Была бы рука с кистенем или в стальной рукавице головы бы точно на две части раскололась.

 Лекарь возвращается к Святославу, вытирает ему лицо мокрой тряпкой, треплет его по плечу.

 ЛЕКАРЬ

– Молод ты еще для взрослой дружины. Годок бы еще тебе в отроках походить.

 СВЯТОСЛАВ

 (обиженно скидывает руку ЛЕКАРЯ со своего плеча)

– Поединок выстоял. Значит, в самый раз.

 Он хочет резко встать на ноги, но хватается за голову, стонет и снова садиться.

 ЛЕКАРЬ

 (качает головой)

– Полежи еще малость. Приди в себя.

 СВЯТОСЛАВ

– Не могу. Братья гуляют. Я должен быть с ней.

 Лекарь отворачивается от Святослава, гремит горшками и плошками. Дает понять Святославу, что ему здесь больше нечего делать.

 Святослав оглядывает палатку, видит свое обмундирование: плащ и меч в ножнах, висящий на сучке у выхода. Вздыхает, собирается с силами и встает. Пошатываясь, подходит к выходу. Надевает меч. Накидывает сверху плащ. Плащ особенный с голубой оторочкой по краю. Застегивает плащ на груди на бронзовую застежку с эмблемой "голова Быка".

 НАТ. ПОЛЕВОЙ СТАН. НОЧЬ.

 Вечерняя трапеза – в самом разгаре. Дружина гуляет за длинным деревянным столом прямо под открытым небом. Горят костры, ржут кони. Бегают собаки, подбирая кости.

 На центральном месте во главе стола сидит Воевода. Он смотрит на вышедшего из палатки Святослава и манит его рукой. Святослав подходит к нему. Воевода поднимает руку. Все замолкают.

 ВОЕВОДА

 (тщательно подбирая слова)

– Что опять боги отвернулись от тебя?

 СВЯТОСЛАВ

 (морщит лоб)

– Он ударил меня исподтишка.

 ВОЕВОДА

– Я не про это!

 Их взгляды перекрещиваются. Святослав упрямо смотрит на Воеводу, Воевода – зло на него. Святослав отводит глаза.

 ВОЕВОДА

 (взрывается)

– Ты и в бою будет отворачиваться как красная девица?

 СВЯТОСЛАВ

 (кусает губу)

– Я выстоял.

 ВОЕВОДА

 (стучит кулаком по столу так, что кубки с вином подскакивают и опрокидываются)

– В общем, так! Еще раз такое повториться. Выгоню из дружины. Мне девки в дружине не нужны.

 Воевода кидает ему на стол небольшой кожаный мешок. В нем еле слышно звенят монеты.

 ВОЕВОДА

– Твои.

 Святослав сгребает их со стола одним махом.

 ВОЕВОДА

– Теперь, иди и подумай!

 Святослав отходит от Воеводы. Трапеза возвращается в прежнее русло. Святослав идет вдоль стола, в самый его конец, туда, где сидят такие же молодые дружинники, как и он. Садиться на пустое место. Ему подвигают кубок с вином, ставят тарелку с мясом.

 МОЛОДОЙ ДРУЖИННИК

 (хлопает его рукой по плечу)

– Все нормально, Святослав. Ты отлично держался! А воевода злой, потому что деньги на тебя поставил! Он с Феофаном-греком поспорил, что ты выиграешь!

 Святослав берет со стола кусок мяса, рвет его зубами, но стонет и откладывает его в сторону. Делает глоток вина, но вино не лезет ему в рот. Он выплевывает его под стол, встает и уходит в темноту…

 НАТ. БЕРЕГ РЕКИ. НОЧЬ.

 Святослав идет вдоль реки, удаляясь от их полевого стана. На холме виден частокол, за ним деревянные дома. В окнах нет света.

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Иди и подумай!

 Святослав отходит от поляны все дальше и дальше, и останавливается на краю старого кладбища. Здесь уже не слышно голосов его братьев. Слезы текут по его щекам, а перед глазами стоит свирепый взгляд печенега Ахмета-Торка, который сменяется взглядом из прошлого, германца Левия Крока.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (за кадром)

– Ты мой раб и будешь ловить мне рыбу!

 Святослав делает несколько вздохов, потом резко выхватывает меч из ножен и начинает в ярости наносить им удары по воздуху.

 СВЯТОСЛАВ

– Я не раб!

 Стальное лезвие со свистом разрезает воздух, образуя вокруг Святослава ровные круги. Он видит перед собой деревце и одним резким движением срубает его под корень. Потом садиться на землю, кидает рядом меч и начинает плакать.

 Святослав плачет навзрыд, и хочет выцарапать себе глаза, катается по земле. Затихает. Слышит голоса. Кто-то идет по тропинке к их лагерю. Он встает, отряхивает с себя пыль, убирает меч в ножны, одергивает одежду и накидывает на плечи плащ.

 Как раз вовремя, потому что из-за поворота появляется группа воинов. Ахмет-Торк идет впереди. Увидев Святослава, Ахмет-Торк дает знак замолчать.

 АХМЕТ-ТОРК

– А-а-а, поединщик!?

 Он подходит к Святославу и с ухмылкой смотрит на его сжатые кулаки и меч в ножнах.

 АХМЕТ-ТОРК

– Что честного поля тебе мало? Ждешь меня в темноте. Как разбойник?!

 Ахмет-Торк противно ржет. Святослав скрипит зубами, от того, что его могли в таком заподозрить.

 АХМЕТ-ТОРК

– Хочешь расквитаться за мой последний удар?

 Лицо СВЯТОСЛАВА краснеет от гнева.

 СВЯТОСЛАВ

 (плюет печенегу под ноги и уступает дорогу к лагерю.)

– Иди, куда шел! Не гневи богов!

 Ахмет-Торк нервно реагирует на плевок под ноги. Он откидывает свой плащ, с такой же синей оторочкой, хватается за кривой меч, висящий на его бедре, но его удерживают его товарищи.

 ПЕРВЫЙ ТОВАРИЩ

– Ахмет, остынь. Ты что! Это тропа, а не поле. Завтра начинается большое торжище. Нельзя меч из ножен вынимать. Тебя казнят, а заодно и нас.

 АХМЕТ-ТОРК

 (зло кидает меч в ножны и, выставив вперед указательный палец, орет Святу в лицо)

– Мы с тобой ещё встретимся. Слышишь ты, девка!

 СВЯТОСЛАВ

 (опустив глаза, смотрит на застежку на плаще АХМЕТА-ТОРКА. Она у него тоже в виде "Быка", только золотая)

– Обязательно. В поле.

 Ахмет Торк и его товарищи уходят в лагерь, а Святослав остается стоять на краю дороги. Ветер шевелит его волосами. Он смотрит на черное небо, нервно кусает губу и думает…

 НАТ. ПОЛЕВОЙ СТАН. НОЧЬ.

 Вечерняя трапеза уже закончилась. За столом почти никого нет. Воевода сидит за своим концом стола один. Склонив голову, почти спит. Слышит голос Ахмета-Торка. Вздрагивает. Выпрямляется. Приглаживает широкой ладонью свою седеющую шевелюру и бороду. Улыбается гостю.

 ВОЕВОДА

– Ахмет! Подойди ко мне. Не побрезгуй! Выпьем за твой род! За хана степного, отца твоего! Надеюсь, караван от него дошел спокойно?

 Ахмет-Торк подсаживается к столу Воеводы.

 АХМЕТ-ТОРК

– Спасибо, воевода. Моя вера, конечно, не позволяет мне пить вина. Но и тебя с отцом я не могу не уважить.

 (берет кубок)

– Думаю, аллах простит мне этот маленький грех! И дорога, благодаря нашим богам и твоим молитвам, была спокойная.

 Он выпивает кубок одним залпом. Ставит его на стол. Вытирает усы. Смотрит на Воеводу.

 АХМЕТ-ТОРК

– Доброе вино! Надеюсь, что и завтра торжище будет добрым для всех!

 ВОЕВОДА

 (достает из-за пояса тугой кошелек)

– Получи. Твоя доля. Сегодня боги к тебе были более благосклонные.

 АХМЕТ-ТОРК

 (расплывается в улыбке)

– Боги всегда со мной, воевода!

 Он тут же раскрывает кошель и начинает пересчитывать.

 ВОЕВОДА

– Да успокойся ты, все точно. Как договаривались.

 (переходит на другой тон, почти шепот)

– Слушай, Ахмет! У меня для тебя есть еще одно дело!

 АХМЕТ-ТОРК

 (не переставая звенеть монетами)

– Да? Какое?

 ВОЕВОДА

– Ты знаешь, что завтра приходить караван готов?

 АХМЕТ-ТОРК

 (удивленно)

– Знаю. И что?

 ВОЕВОДА

– А то, что их караван приводит Левий Крок.

 АХМЕТ-ТОРК

– Крок? Левий? Главарь душегубов?

 ВОЕВОДА

– Да. Только теперь его никто так не называет. Он старший телохранитель германского каравана.

 АХМЕТ-ТОРК

 (поднимает удивленно брови)

– Да! Поднялся! И как это ему удалось?

 Он заканчивает считать деньги и туго затягивает кошелек.

 ВОЕВОДА

– Хочешь, можешь сам узнать у него об этом. А заодно спросить, когда он вернет мне долг.

 АХМЕТ-ТОРК

– И большой долг?

 ВОЕВОДА

– Десять унций золота.

 АХМЕТ-ТОРК

 (присвистывает)

– Много. И давно брал?

 ВОЕВОДА

– А вот как раз перед тем, как стал главным телохранителем.

 АХМЕТ-ТОРК

 (В его голосе звенят робкие нотки)

– Понятно. А почему я должен у него спрашивать?

 ВОЕВОДА

 (подается вперед)

– А тебе что? Трудно выполнить мою просьбу?

 АХМЕТ-ТОРК

 (забито опускает глаза)

– Ну, здесь случай особый. Это не молодых учить. Вряд ли Левию Крок понравиться, что ему напомнят о долге, кто-то другой.

 ВОЕВОДА

 (откидывается на спинку своего кресла)

– Я же прошу тебя напомнить, а не выбивать.

 Воевода кидает на стол несколько монет.

 АХМЕТ-ТОРК

 (убирает монеты в кошель)

– Вот это другой разговор, воевода. Я сделаю так, как ты хочешь.

 НАТ. ДВОР ЗА ДЕРЕВЯННЫМ ДОМОМ. ДЕНЬ.

 Стрела со свистом входит в деревянную мишень. Потом рядом ложиться еще одна и одна. Святослав стоит на расстоянии пятнадцати шагов от мишени. За его спиной крепкая крестьянская изба. Перед ним широкое поле. Несколько деревьев. Он – голый по пояс, на нем кожаные штаны. Ноги не обуты. Он методично достает из-за спины стрелы и вгоняет их в мишень.

 Его тело мокрое от пота. Волосы завязаны в тугой узел, так чтобы ни попадали в глаза. Он выпускает все стрелы, кладет на землю лук, снимает колчан, и начинает делать замысловатые движения, разминая кости.

 Потом берет в руки мечи. Перекидывает их из руки в руки, жонглирует.

 Святослав слышит, как скрипнули ворота. Не переставая жонглировать мечами, он поворачивает голову. Видит ГАВРИЛУ, юношу с взлохмаченной головой. Он идет к нему.

 СВЯТОСЛАВ

– Привет! Гаврила. Зачем пожаловал?

 ГАВРИЛА

 (широко улыбается)

– Привет, Святослав! Как дела?

 СВЯТОСЛАВ

 (с ухмылкой)

– Пока не родила!

 Перекидывает через плечо меч и ловко его ловит.

 СВЯТОСЛАВ

– А ты чего так вырядился?

 Он оглядывает своего приятеля. Гаврила одет в одежду скомороха. На его животе висит большой лоток со сладостями, баранками и леденцы.

 ГАВРИЛА

 Так ведь торжище сегодня начинается? Купцов понаехало со всех краев. И с запада, и с востока. А меня вот купцы фряжские наняли по базару ходить и к их рядам приглашать. Айда со мной. Денег заработаем девкам на сладости.

 СВЯТОСЛАВ

– Да, деньги у меня и так есть.

 Святослав достает из-за пояса кошелек, которые ему вчера передал воевода.

 СВЯТОСЛАВ

– Во. За поединок! Вчера воевода наградил.

 ГАВРИЛА

 (со смехом)

– Деньги есть. А девки до сих пор нет!

 Гаврила откладывает в сторону лоток, подскакивает к Святославу и начинает шутливо обрабатывать его кулаками, скакать вокруг него.

 ГАВРИЛА

– Давай собирайся. Пройдемся по рядам торговым. Себя покажем, на других посмотрим. Заодно отметим твой очередной поединок.

 СВЯТОСЛАВ

 (раздосадовано машет рукой)

– Да какой там! Отмечать победу надо.

 ГАВРИЛА

– Тю-ю-ю! А ты разве не выиграл, старейшина поединок остановил, чтобы ты печенегу шею не свернул. Не хотел омрачать ярмарку смертью…

 СВЯТОСЛАВ

– Ну, в общем-то, да! Но ведь боги не увидели сильнейшего.

 ГАВРИЛА

– Э-э! Брось. Все знают, что ты сильнее Ахмета! Ну! Пошли. Девки ждут.

 Подмигивает ему.

 ГАВРИЛА

– Или я решу, что Ахметка вместо головы тебе еще что-то сломал.

 Святослав неуверенно качает головой, потом соглашается.

 СВЯТОСЛАВ

– Ну ладно. Уломал. Сейчас, только оденусь.

 НАТ. БАЗАРНАЯ УЛИЦА. ДЕНЬ.

 Ярмарка уже в самом разгаре. Торговля начинается еще на подступах к торговой площади. Прямо на улице стоят телеги из окрестных деревень. Бородатые мужики и нарядно одетые бабы во всю нахваливают свой товар и предлагают попробовать. Мешки с зерном, шкурки животных, лесные ягоды и орехи. На одной из телег стоит большая бочка. Вокруг нее натужно гудит жаждущая толпа.

 ГАВРИЛА

 (ковыряя в ухе)

– Смотри медовуха! Возьмем по жбанчику?

 СВЯТОСЛАВ

 (неуверенно)

– Да, не. Не получится. Смотри сколько народу.

 ГАВРИЛА

– А ерунда. Смотри и учись.

 Гаврила врезался в толпу и начал расталкивать всех руками. Сзади понуро пробирается Святослав.

 ГАВРИЛА

– Расступись честной народ! Друг погибает. Меда хочет.

 Гаврила неловко пихает какого-то ВЕРЗИЛУ и тот, повернувшись, хватает его за грудки.

 ВЕРЗИЛА

– Я те счас пихну. Куда лезешь?

 (видит СВЯТОСЛАВА)

– Поединщик?

 Святослав смотрит на верзилу, не узнает его.

 ВЕРЗИЛА

– Народ! Это же Свят. Поединщик!

 (обращается к Святославу)

– Тоже медку захотел?

 Святослав смущено пожимает плечами.

 ВЕРЗИЛА

 (мощно поводит плечо)

– А ну-ка пропустите поединщика! Он вчера за нас всех ответ держал!

 Народ, подаваясь его движению и, узнавая Святослава, расступается.

 НАТ. БАЗАРНАЯ ПЛОЩАДЬ. ДЕНЬ.

 Святослав и Гаврила потягивают медовуху из деревянных жбанов идут вдоль торговых рядов.

 ГАВРИЛА

 (Сделав глоток)

– А тебя, оказывается, выгодно брать на торжище.

 ГАВРИЛА

 (продолжение)

– Еще немного и о тебе будут былины слагать гусляры.

 Они подходят к шатру, который разбит на перекрестке дорог и садятся за столы, которые расставлены прямо на улице. В шатре длинные столы. На них сидят мужики. Выпивают. Между столами танцуют цыганки. Раздается смех, звон бьющейся посуды.

 СВЯТОСЛАВ

 (недовольно морщится)

– Ну, вот еще! Тоже мне скажешь.

 К ним подходит ПРИКАЗЧИК.

 ПРИКАЗЧИК

– Чего изволите?

 ГАВРИЛА

– Окрошки!

 (снова обращается к СВЯТОСЛАВУ)

– Да брось ты, Свят. Ты же отличный поединщик.

 ГАВРИЛА

 (продолжая)

– Ахмет конечно не подарок. Но ведь ты и не с такими справлялся.

 СВЯТОСЛАВ

 (отворачиваясь)

– Справлялся!

 ГАВРИЛА

 (озабоченно)

– А что? Что-нибудь не так? Что-то случилось?

 СВЯТОСЛАВ

 Да, нет. Всё нормально. Просто у меня опять хотят отнять рыбу.

 ГАВРИЛА

– Какую рыбу? Кто?

 СВЯТОСЛАВ

– Карася. А вот кто? Если бы я знал?

 (сжимает губы и с силой сдавливая кулаки)

– Да это я так про себя. Не обращай внимания. Прорвусь.

 ГАВРИЛА

 (ударяя своим жбаном о жбан Святослава)

– Не сомневаюсь.

 Пьет медовуху.

 ГАВРИЛА

– А знаешь новость? Сегодня на торжище германцы караван привели. И во главе телохранителей. Не поверишь – Левий Крок.

 СВЯТОСЛАВ

 (недоверчиво смотрел на приятеля)

– Что, правда?

 ГАВРИЛА

– Да. Сам видел. Они через западные ворота входили. А Левий такой важный на коне, в доспехах блестящих. И не подумаешь, что начинал с обычного разбоя.

 СВЯТОСЛАВ

– Ну, все одно к одному.

 Святослав ставит локти на стол и зажимает виски руками. Вздыхает.

 ГАВРИЛА

– Что понятно?

 СВЯТОСЛАВ

 (слабо машет рукой)

– Да пустое!

 ГАВРИЛА

 (потирает руки)

– Эх, и как он только смог стать главным телохранителем. Да еще у кого! У германцев. Ведь по нему веревка плакала. Поговаривали, что это он вместе с Яшкой Блином возле Малого Аха купцов одиноких обирал, да воровством мелким промышляли по станам торговым.

 СВЯТОСЛАВ

– Да ну?

 ГАВРИЛА

 (чешет в затылке)

– Вот тебе и ну. Говорили, что было у них там что-то. Якобы не поделили между собой добычу. И Левий ушел вместе с награбленным.

 Святослав обхватывает руками жбан с медовухой. Внимательно слушает.

 ГАВРИЛА

– А может наоборот, Яшка его обманул. И Кроку пришлось уйти несолоно хлебавши.

 (машет рукой)

– Давно это было. Дело темное. Аккурат после того как убили воеводу Любомира и всю его семью. Ясно одно, что ни тот, ни другой вспоминать, что там было не захотят. Хотя?

 Гаврила поворачивает голову на шум за спиной.

 ГАВРИЛА

 (продолжая)

– Если кто-то из них злобу на другого затаил. То по любому худо будет. Они оба злопамятны.

 СВЯТОСЛАВ

– А чем сейчас Яшка Блин занимается?

 ГАВРИЛА

 (смотрит на него удивленными глазами)

– Ну, ты даешь отшельник! Что, правда, не знаешь?

 Шум за спиной превратился в крик. Святослав и Гаврила оборачиваются и видят толпу зевак, которые всколыхнувшись, образовали круг. Кто-то дрался. Но за спинами зевак ничего не было видно.

 ГАВРИЛА

 (тут же встает и, не выпуская из рук жбана медовухи, бросается к дерущимся. На ходу кричит Святославу)

– Догоняй!

 Святослав и Гаврила подходят к толпе и заглядывают через спины. ЯШКА БЛИН, здоровенный бугай в кожаном переднике и полотенцем на плече, выдающем в нем трактирщика, держит за горло молодого парня в шапке. Парень, на самом деле это переодетая девушка по имени АЛЕНА, ведет себя не естественно. Если судить в каком положении он находится.

 Он нагло, немного прищурившись, смотрит в глаза бугаю и орет.

 АЛЕНА

– Ну давай, давай, тварь, ударь меня. Ударь!

 ЯШКА-БЛИН

 (весь красный от гнева, яростно вращает зрачками и хрипит)

– Придавлю, падла, удушу. Ломтями настругаю.

 Однако, как не странно, дело дальше слов не идет.

 ГАВРИЛА

 (склоняется к уху Святослава)

– А вот тебе и Яшка Блин! Собственной персоной! Он хозяин трактира, в котором мы с тобой сидели.

 СВЯТОСЛАВ

– И за что он его так?

 ГАВРИЛА

– Да, кто его знает. Может, не расплатился. А может еще за что. Яшка теперь тоже не лыком шит.

 (Со значением в голосе)

– Хозяин!

 Яшка Блин бьет Алену по щеке. Она падает, и все видят, как с нее падает шапка. Из-под шапки вываливается длинные косы девицы.

 ТОЛПА

 (ахает)

– Девка!

 СВЯТОСЛАВ

– Что же он делает?

 Святослав рвет вперёд, так быстро, что Гаврила не успевает ни чего сделать. Святослава придерживает за локоть какой-то сердобольный МУЖИК.

 МУЖИК

– Не связывайся ты с ними. Он ведь и порезать сможет.

 Святослав разглядывает Алену. Она очень привлекательна в мужской одежде. Русые волосы. Большие зеленые глаза полны слез. Она сидит в пыли, подмяв под себя ноги, одной рукой держится за красную от пощечины щеку, но взгляд также неотрывно буравит глаза Яшки Блина. Вдруг она неожиданно плюет ему в лицо.

 АЛЕНА

– Ненавижу!

 ЯШКА БЛИН

– Ах ты, лярва!

 Яшка Блин размахивается ногой. В этот момент Святослав прыгает на него всем телом.

 СВЯТОСЛАВ

– Не смей её трогать!

 Сбивает с ног и наносит сокрушительный удар в челюсть.

 Алена тут же вскакивает и прячется за его спиной.

 ЯШКА БЛИН

 (падает на земле и начинает стонать)

– Убили, убили. Люди добрые! Помогите!

 Святослав берет девушку за руку и выводит ее с круга. Толпа безропотно расступается перед ними.

 Яшка Блин поднимает голову. Несколько человек тут же помогают ему подняться.

 ЯШКА БЛИН

– Кто?

 ОДИН ИЗ ПОДНИМАЮЩИХ указывает на атлетически сложенного парня, который уводит его бывшую жертву.

 Яшка Блин щелкает пальцами. Чья-то услужливая рука вкладывает ему в ладонь нож.

 ГАВРИЛА

 (нервными руками раздвигает толпу и бормочет)

– Пропустите, пропустите нас скорее.

 Поворачивается через плечо к Святославу. Алена идет между ними.

 ГАВРИЛА

 Ну, ты, совсем обалдел. Яшку Блина ударил. Пошли отсюда скорее. Пока он не очнулся. Дай бог, чтобы он тебя в лицо не запомнил.

 СВЯТОСЛАВ

 (подталкивая впереди себя Алену)

– Да хоть бы и очнулся. Авось подумает тысячу раз, прежде чем на воеводина поединщика нападать.

 ЯШКА БЛИН

 (кричит в спину Святославу)

– Эй!

 Святослав оборачивается. Перед ним с перекошенным от злости ртом стоит Яшка Блин. Святослав натыкается своим взглядом на холодный злой блеск в глубине взгляда Яшки Блина и на доли секунды замирает в нерешительности.

 Яшка Блин делает короткое движение рукой. Лезвие ножа блестит на солнце. Святослав сгибается пополам. Алена визжит. Яшка Блин отдергивает руку. Святослав непонимающе опускает лицо и видит, как большое красное пятно расплывается по рубахе.

 ЯШКА БЛИН

 (рычит)

– Это тебе, собака воеводина!

 СВЯТОСЛАВ некоторое время непонимающе глядит на свой живот. И на красное пятно, которое расползается по рубахе. Пока одна большая капля не набухает и не падает в пыль. Святослав начинает медленно оседать.

 ТОЛПА

 (охает. По торжищу летит шепоток)

– Поединщика убили! Святослава ножом Яшка Блин зарезал!

 Святослав валится на девушку. Она не может его удержать. И опускает его на землю.

 ГАВРИЛА

 (кусает руку и смотрит по сторонам)

– Что же это делается? Среди бела дня зарезали!

 Народ расступается и пропускает отряд тяжеловооруженных воинов. Яшка Блин затравленно оглядывается, грязно ругается и выпускает нож на землю. Какой-то парень, кудрявые волосы, ШЕСТЕРКА хватает его и пытается убежать. Один из воинов подставляет ему под ноги копье, парень спотыкается и падает на землю. Ему заламывают руку, в которой зажат нож.

 Еще два стража подходят к Яшке Блину и наставляют на него копья.

 ЯШКА БЛИН

 (ухмыляется)

– Все равно ничего не докажете.

 СТАРШИЙ СТРАЖНИК

 (толкает Яшку в спину щитом)

– Пошли. Там разберутся.

 АЛЕНА

 (смотрит на Святослава, потом на Гаврилу)

– К Яге его надо. К тетке моей на болото. Толька она сможет помочь.

 Гаврила согласно кивает головой и осматривается вокруг. Видит телегу. Возле нее стоит мужик. Он хватает ХОЗЯИНА ТЕЛЕГИ за рукав.

 ГАВРИЛА

– Мил человек, помоги!

 Сует ему в руку монету. Тот смотрит на нее, потом на Святослава.

 ХОЗЯИН ТЕЛЕГИ

– Так чем же я могу?

 ГАВРИЛА

– Помоги раннего отвезти!

 Хозяин Телеги смотрит на Святослава. У него бледное как мел лицо.

 ХОЗЯИН ТЕЛЕГИ

– Да не жилец он уже. С богами разговаривает. Какой он веры хоть? В кого верует? В Перуна али в нового бога, как его там, Христа?

 ГАВРИЛА

– Типун тебе на язык. Он еще нас с тобой переживет. Давай помогай.

 Хозяин Телеги с недоверием качает головой, но берет Святослава под мышки. Гаврила подхватывает его за ноги. Они аккуратно укладывают Святослава на сено. Святослав стонет.

 ГАВРИЛА

 (шепчет ему)

– Сейчас! Потерпи чуток!

 Поворачивается к Алене.

 ГАВРИЛА

– Показывай дорогу.

 Телега трогается. Алена идет рядом со Святославом и держит его за руку. Толпа расступается перед ними, и как только они проходят, снова смыкается.

 Вслед за телегой ползет шепот.

 ТОЛПА

– Яшка Блин! Ирод! Загубил поединщика! И ведь ничего ему не будет! Откупиться как всегда!

 НАТ. ВОЗЛЕ НЕМЕЦКОГО ПОСОЛЬСТВА. ВЕЧЕР.

 Левий Крок, походкой победителя, вошедшего в завоеванный город, идет по центральной улице торжища. Он совсем не изменился за пятнадцать лет. В волосах правда немного видно седых волос. Вместо медвежьей шкуры сейчас одет в парадные доспехи. На шее висит золотая цель главного телохранителя. Его живот, натягивает ткань широкой рубашкой, на руке висит богато украшенный плащ. На ногах – – сандалии.

Левий Крок подходит к посольству, и вдруг слышит, как его кто-то зовет.

 АХМЕТ-ТОРК

 (за кадром)

– Постой, мил человек, разговор есть!

 Левий Крок всем корпусом оборачивается и видит Ахмета-Торка. Ахмет-Торк сидит на вороном приземистом коне и ковыряется ногти кривым ножом.

 Левий Крок мерит его фигуру недоуменным взглядом. На несколько секунд останавливает взгляд на ноже, а потом на сильных руках печенега. Но видит, что печенег один, поэтому становится смелее.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Чего тебе надо, печенег?

 АХМЕТ-ТОРК

 (отвлекается от своего занятия)

– Воеводы присылает тебе большой привет!

 Глаза Левия Крока бегают по сторонам.

 ЛЕВИЙ КРОК

– И ему того же желаю! Долгие лета! Здоровья богатырского!

 Ахмет-Торк перекидывает ногу, соскакивает с коня, прихрамывая, ноги затекли, подходит к Левию Кроку и заглядывает ему в глаза. Ахмет-Торк смотрит на Левия Крока снизу вверх, так как Левий Крок почти на голову выше печенега.

 АХМЕТ-ТОРК

– А еще воевода просил узнать, когда должок отдашь?

 Левий Крок вздрагивает как от замаха и инстинктивно делает шаг назад, стараясь увеличить расстояние между собой и Ахметом Торком.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Какой должок? Я все свои долги уже давно раздал. И процентов никому не должен.

 АХМЕТ ТОРК

– Что воеводе так и передать?

 ЛЕВИЙ КРОК

 (икает, а потом кивает головой)

– Да. Так и передай.

 АХМЕТ ТОРК

– Ну, будь по-твоему.

 Ахмет-Торк поворачивается спиной к Левию Кроку. Подходит к лошади, вскакивает в седло.

 АХМЕТ-ТОРК

 (конь играет под ним)

– Мое дело маленькое! Я передам! Но долги забывать дело не благодарное, Крок! Гляди, как бы твоя забывчивость тебе боком не вышла!

 Ахмет-Торк бьет по бокам коня пятками и конь под ним пускается вскачь. Левий Крок провожает его взглядом.

 ИНТ. ДОМ ЯГИ. ДЕНЬ.

 Святослав слегка приподнимает ресницы. Скользящим взглядом, не поворачивая головы, оглядывается. Его окружают бревенчатые стены избы. На стенах висят разные корешки, букеты сухих цветов, коренья.

 Слышит булькающий звук. Поворачивает голову. Рядом на печке варится котелок.

 Он глотает слюну и рукой ощупывает себя. Понимает, что лежит под лоскутным одеялом. Заглядывает под него и видит, что он абсолютно голый, и только живот его туго перетянут белой чистой тряпкой.

 На этом его силы иссякают, он вытягивает руки вдоль тела и смотри в потолок.

 Слышит скрип половицы. Поворачивает голову на скрип.

 На пороге появился опрятно одетая пожилая женщина, ЯГА. Она улыбается. Прихрамывая, преодолевает расстояние до Святослава, склоняется над ним.

 ЯГА

 (ласково, но чуть с ехидством)

– С возвращеньицем тебя!

 СВЯТОСЛАВ

– Откуда?

 ЯГА

 (усмехается)

– С того света, вестимо. Если бы не твой дружок, и не твое богатырское здоровье, вряд ли бы ты выкарабкался. Почитай одной ногой уже в лодке стоял.

 Яга снимает с огня котелок. Ставит его на стол. Из котелка валит пар. Святослав снова глотает слюну. Яга замечает его глотательное движение. Наливает в деревянную плошку жижу из котла.

 ЯГА

– Есть хочешь? Значит теперь уже все позади. На поправку пошел.

 СВЯТОСЛАВ

– Правда?

 ЯГА

– А что мне врать?

 Женщина садиться рядом, вытягивает одну ногу, она явно не гнется, ставит себе на колено плошку и начинает кормить его с деревянной ложки.

 ЯГА

– Это крапивный отвар. Давай пей по чуть-чуть. Его тебе много есть надо.

 СВЯТОСЛАВ

– И давно я здесь лежу?

 ЯГА

– У-у-у. Дён десять!

 В дверь стучат.

 ЯГА

 (не оборачивается)

– Входи, входи! Не чего порог обивать без дела.

 В проёме двери показывается голова Алены.

 АЛЕНА

– Очнулся?

 ЯГА

– Да, вроде.

 Яга тяжело поднимается. Становится видно, что у нее действительно негнущаяся нога.

 ЯГА

 (охает)

– Ох, грехи мои тяжкие!

 Ставит плошку на стол. Ложка остается в руке.

 ЯГА

 (ворчит)

– На! Сама корми своего жениха. А я пойду по хозяйству…

(встает, и, не вытирая ложку о передник, заворачивает ее в него. Шепчет, то ли заговор, то ли молитву)

– Уйди хворь, немощь залетная.

Добра молодца оставь,

К черну ворону пристань!

 Вместе с ложкой унесу

 И на грядке посажу

 Пусть вырастет репа

 Головою крепа…

 Алена смотрит на нее, и губами повторяет ее слова. Когда Яга заканчивает, то Алена отступает в сторону и пропускает мимо себя знахарку. Та уходит.

 Святослав пристально смотрит на Алену. Девушка подходит к нему, и садиться на край кровати, поправляет подушку. Замечает его пристальный взгляд.

 АЛЕНА

– Ну что уставился?

 СВЯТОСЛАВ

– С каких это пор я твой жених?

 АЛЕНА

 (обнажает белые зубы)

– Ну, надо было что-то сказать Яге, чтобы лишних вопросов не задавала.

 Алена берет плошку и достает из-за пазухи новую ложку, явно только что струганную. Ставит плошку себе на колено. Черпает ложкой из плошки и подносит ее ко рту Святослава.

 АЛЕНА

– Давай, съешь еще немного бабкиного отвара.

 Святослав как маленький ребенок открывает рот и глотает.

 АЛЕНА

 (продолжая)

– Спасибо тебе, помог мне Яшку Блина в яме засадить. Теперь его княжий суда ждет.

 СВЯТОСЛАВ

 (мотает головой)

– Больше не хочу.

 СВЯТОСЛАВ

 (начинает кашлять. Прочищает горло. И, наконец, спрашивает)

– А за что ты Блина-то ненавидишь?

 Алена отставляет плошку и начинает аккуратно заворачивать ложку в тряпицу. Шепчет над ней заклинания.

 СВЯТОСЛАВ

– Не хочешь говорить?

 Алена продолжает шептать надо ложкой заклинание.

 СВЯТОСЛАВ

 (кивает головой на ложку)

– Зачем это?

 АЛЕНА

– Хворь твою вычерпываем.

 Берется за край лоскутного одеяла.

 АЛЕНА

– Дай-ка я тебе рану посмотрю?

 Она хочет снять одеяло, но Святослав удерживает край одеяла.

 АЛЕНА

 (удивленно)

– Ты чего?

 СВЯТОСЛАВ

– Я не одет.

 АЛЕНА

 (смеется)

– Да я тебя уже всяким видела: и одетым и раздетым.

 СВЯТОСЛАВ

– Всё равно не смотри.

 СВЯТОСЛАВ

 (отворачивает лицом к стенке)

– Я уже скоро встану. Рана уже не болит и чешется. Значит, затягивается.

 Святослав молчит, лежит лицом к стенке. Алена сидит и молча смотрит на него.

 АЛЕНА

– Я тебе потом о себе расскажу, хорошо! Мне если все рассказывать много времени надо.

 Святослав поворачивается и с согласием кивает головой.

 СВЯТОСЛАВ

– Хорошо.

 Они смотрят друг на друга долго и внимательно. Наконец Алена прерывает молчание.

 АЛЕНА

– А ты все же, храбрец!

 СВЯТОСЛАВ

– Чем же?

 АЛЕНА

– Ну как! Никто же кроме тебя не посмел схватиться с Яшкой Блином. А ты его так классно огрел, что я даже залюбовалась.

 СВЯТОСЛАВ

– Какой я, храбрец, если лежу сейчас здесь. Я трус, самый настоящий трус. Опешил перед взглядом Блина, ну и получил по заслугам.

 АЛЕНА

 (проводит ладонью ему по волосам)

– Ничего страшного, у меня в детстве тоже такое бывало. Но потом меня отец научил двум секретам.

 СВЯТОСЛАВ

– Каким?

 АЛЕНА

– Они очень простые. Первое: "Никогда не отводи глаза. Даже если не права. Всё равно нагло уставься в лицо, немного прищурясь. Второе: не останавливай взгляда на одной точке, а "скользи" и смотри сквозь человека, как бы его не замечая.

 СВЯТОСЛАВ

– Это как?

 АЛЕНА

 (смешно уставившись на него)

– А вот так?

 Они смеются. Отсмеявшись. Святослав внимательно смотрит на девушку.

 СВЯТОСЛАВ

– Какие у тебя отец секреты знает. Он кто?

 Алена какое-то время молчит.

 АЛЕНА

– Он раньше был воеводой.

 СВЯТОСЛАВ

– Твой отец воевода Любомир?

 АЛЕНА

– Да. Теперь я приемная дочь воеводы Редеди. Он был побратимом моего отца и удочерил меня после его гибели.

 СВЯТОСЛАВ

 (удивленно смотрит на нее)

– Странно, я даже не знал об этом. А ведь давно у него на службе стою. Сначала отроком, а недавно он меня в старшую дружину принял. Поединщиком.

 АЛЕНА

– Да ничего странного. Я ведь редко у него бываю. Больше здесь на болоте живут у бабки Яги. А ты значит, поединщик?

 СВЯТОСЛАВ

– А что Гаврила тебе разве ничего не говорил?

 АЛЕНА

– Гаврила? Да, нет. Разговор как-то не заходил. Не до этого было.

 Они смотрят друг другу в глаза, хотят еще что-то сказать, но дверь отчаянно затряслась от мощных ударов.

 Не дожидаясь разрешения войти, в избу с шумом вваливает Гаврила. Он излучает столько жизнерадостной энергии, что, казалось, заполняет собой все пустующее пространство.

 ГАВРИЛА

– А вот привет всей честной кампании! Как говориться! Наше Вам с кисточкой!

 Святослав и Алена радостно улыбаются, глядят на Гаврилу.

 ГАВРИЛА

 (жмет руку Святославу)

– Как здоровье, поединщик?

 (смотрит на Алену)

– Видишь, говорю ему, пойдем на торжище с девушкой познакомимся. И ведь познакомились! Как я и говорил.

 СВЯТОСЛАВ

– Да уж. Познакомились.

 Все смеются.

 ИНТ. ШАТЕР ВОЕВОДЫ. ДЕНЬ.

 Воевода, в парчовом персидском халате лежит в богато украшенном шатре и курит кальян. Рядом тихо потрескивает костер в печке-камине. Воевода внимательно читает какую-то грамоту с печатью. Напротив него сидит мужчина в греческой одежде. Маленький, лысоватый грек. Его зовут Феофан-Грек.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Купцы из Поднебесной отказались нанять нашу дружину для сопровождения их каравана дальше на запад.

 Воевода удивленно поднимает брови.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Они говорят, что их телохранители достаточно обучены и смогут в случае чего, защитить их жизни.

 ВОЕВОДА

 (усмехнувшись)

– Они смогут защититься? Ну, ну.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Да, они готовы продемонстрировать свои силы.

 Воевода мнет грамоту и со злостью кидает ее в угол шатра. Потом щелкает пальцами. В комнату входит СТРАЖНИК.

 ВОЕВОДА

– Позови мне, Ахмета!

 Стражник кивает головой и молча уходит.

 ВОЕВОДА

 (обращается к Феофану-Греку)

– Кто еще хочет отказаться от нашего покровительства?

 ФЕОФАН-ГРЕК опускает глаза вниз.

 ВОЕВОДА

 (грозно)

– Ну, что глаза опустил долу, говори!

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Фряжские купцы, византийцы, мордва, чудь, поморы. Персы.

 ВОЕВОДА

 (останавливает его поднятием руки)

– Ясно все. И кто поднял смуту?

 ФЕОФАН-ГРЕК

 (качает головой.)

– Думаю, что персы, но надоумили их на это германцы.

 ВОЕВОДА

– Левий Крок?

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Да, он втайне всем предлагает свои услуги.

 На пороге появляется Стражник.

 СТРАЖНИК

– Ахмет, просит разрешения войти!

 ВОЕВОДА

 (кивает головой)

– Проси.

 Стражник скрывается за пологом шатра. Через мгновенье полог снова открывается в шатер входит Ахмет-Торк. Ахмет-Торк одет в кожаные штаны и простую рубаху, подпоясанную поясом. По лицу течет пот. Рубаха туго натянута на его могучей груди и мокрая от пота. По вороту рубахи вьется замысловатый тонко вышитый узор, явно заморской работы.

 АХМЕТ-ТОРК

– Зачем звал?

 ВОЕВОДА

 (указывает Ахмету на место напротив себя, с другой стороны огня)

– Проходи. Садись рядом.

 Ахмет-Торк садиться перед воеводой, скрестив ноги, и кладет на колени свои кулаки, похожие на два небольших арбуза. Кулаки туго перетянуты кожаными ремнями.

 ВОЕВОДА

– Ты видел охрану из Поднебесной?

 АХМЕТ-ТОРК

– В бою не видел. А так да, встречал на базаре.

 ВОЕВОДА

– И как они тебе?

 АХМЕТ-ТОРК

 (неопределенно пожимает плечами)

– Хорошие воины.

 ВОЕВОДА

 (берет из большой чаши виноград и кусает его)

– Кого мы можем против него выставить?

 АХМЕТ-ТОРК

– Если боги будут на моей стороне, то найдем поединщика. В дружине есть еще люди.

 ВОЕВОДА

– А против перса?

 АХМЕТ-ТОРК

 (немного думает и снова утвердительно кивает головой.)

– Да, и против него найдем.

 ВОЕВОДА

 (снова довольный кивает головой)

– Хорошо. Возможно, скоро тебе придется свои слова делом доказывать.

 Ахмет-Торк кивает головой. И кладет кулак на сердце в знак обещания подтвердить свои слова делом. Воевода какое-то время сидит, уставившись в пол. Его раздумья прерывает Феофан-Грек.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Воевода, но все равно купцы не доверят тебе свои караваны, если не будет побежден Левий Крок.

 ВОЕВОДА

 (кивает головой)

– Знаю.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– И что ты думаешь предпринять?

 ВОЕВОДА

– Думаю, что настала пора мне самому встретиться с Левием Кроком?

 ВОЕВОДА

 (смотрит на Ахмета)

– Ты его видел?

 АХМЕТ-ТОРК

– Да. Все отрицает.

 ВОЕВОДА

 Я так и думал. Встреться с ним еще раз и пригласи ко мне на разговор.

 АХМЕТ-ТОРК

– Он не поедет.

 ВОЕВОДА

 (удивленно)

– К воеводе на званный ужин? И не поедет?

 АХМЕТ-ТОРК

– Ну, если так, то да. Придет.

 ВОЕВОДА

– Вот и отлично. Езжай и пригласи.

 АХМЕТ-ТОРК

– Прям сейчас?

 ВОЕВОДА

– А что сидеть-то?

 АХМЕТ-ТОРК

 (понимающе кивает головой)

– Как скажешь, воевода.

 Он встает и выходит.

 Воевода дожидается, когда за Ахмет-Торком опустится полог и смотрит на Феофана-Грека.

 ВОЕВОДА

– Феофан. Не в службу, а в дружбу. Найти для меня Алену, дочь воеводы Любомира.

 ВОЕВОДА

 (продолжение)

– Говорят, она где-то у Яги сейчас обитает, Святослава – поединщика выхаживает. Пригласи ее тоже, ко мне на ужин.

 ФЕОФАН-ГРЕК

 (удивленно смотрит на него)

– Воевода, что ты удумал? Она же дочь твоего товарища. Дитя малое беззащитное. Твоя дочь приемная?

 ВОЕВОДА

– И что я теперь не могу свою дочь на трапезу пригласить?

 (морщиться)

– Иди! Прошу тебя.

 Феофан-Грек встает и, пятясь назад, выходит из шатра.

 ВОЕВОДА

 (разражено откидывает на задние подушки и закрывает глаза)

– Ну, Левий. Видят боги. Не хотел я этого вспоминать!

 НАТ. ДВОР НЕМЕЦКОГО ПОСОЛЬСТВА. ДЕНЬ.

 Ахмет-Торк на лошади подъезжает к германскому дому. Видит, как у порога несколько германских воинов меряются силами в рукоборстве и пьют пиво. Остальные стоят вокруг них и подбадривают каждый своего борца.

Ахмет-Торк хочет пройти мимо них, но один из них краем глаза замечает его и преграждает ему дорогу.

 ПЕРВЫЙ ГЕРМАНСКИЙ ВОИН

 (по-немецки)

– Куда идешь, печенег?

 В лицо Ахмет-Торка бьет острый запах изо рта немца. Он морщится. Первый Германский Воин смеется.

 ПЕРВЫЙ ГЕРМАНСКИЙ ВОИН

– Ты смотри, собаке не нравиться мой запах?

 Он явно настроен на драку, и даже цепь воеводы на шее у Ахмет-Торка не останавливает его. Ахмет-Торк хочет обойти задиру, но тот снова встает на него пути. Ахмет-Торка хмурит брови.

 АХМЕТ-ТОРК

– Мне нужен Левий Крок. Пусти меня к нему или позови!

 Немец на полголовы выше Ахмет-Торк и в плечах шире. Он смотрит на Ахмет-Торка снизу вверх и смеется, уперев руки в бедра.

Ахмет-Торк толкает немца в грудь, тот спотыкается о первую ступеньку крыльца и с шумом грохается на землю. Он падает так неуклюже, что заставляет смеяться всех своих товарищей. Немец тут же вскакивает и, выпучив глаза, бросается на Ахмет-Торка. Он хватает Ахмет-Торка за горло, кажется, малейшего движения достаточно, чтобы шейные позвонки Ахмет-Торка треснули. Но такие шутки с Ахметом-Торком не проходят. Он перехватывает руку немца, и, провернувшись вокруг своей оси, легко заворачивает руку немца за спину. Потом дает ему пинка, и отправляет собирать пыль на улице.

Немцы хмурятся и начинают с трех сторон обступать Ахмет-Торка. Тот, не дожидается, пока они закончат окружение, пытается тремя ударами достать всех своих противников, но они оказываются опытными воинами и сбивают его подсечкой с ног.

В этот момент на пороге дома появляется Левий Крок.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Стоять!

 Воины слушаются своего командира и останавливаются.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Поднимите его.

Воины ставят Ахмет-Торка на ноги, и на всякий случай придерживают его за руки, чтобы не дергался.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Это опять ты? Зачем пожаловал?

 АХМЕТ-ТОРК

– Ну, все, немецкие псы! Вам конец!

 Ахмет-Торк, выпучив нижнюю губу и раздув ноздри, сбрасывает руки противников с плеча и расталкивает своих противников. Красные глаза полностью заканчивали картину, делая его похожим на быка с застежки плаща и с эмблемы на цепи.

 Внимательно следя за движениями гостя, Левий Крок резко подходит к нему и, выхватив из-за спины италийский стилет, приставляет его к горлу Ахмет-Торка.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Только попробуй, рыпнись. Сразу проткну.

От неожиданности у Ахмет-Торка выступает пот на лбу. Он опускает глаза и видит тонкое лезвие.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Так зачем пожаловал?

 АХМЕТ-ТОРК

 (заикаясь)

– Воевода, приглашает тебя к себе на ужин!

 ЛЕВИЙ КРОК

 (убирает нож от горла)

– И все? А я думал, ваша орда собирается войной на готов.

 Он убирает нож за спину.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Ну, хорошо, поехали. Скажу воеводу, чтобы не присылал больше ко мне такого дурака, как ты.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (поворачивается к Ахмет-Торку спиной)

– Подожди меня здесь. Я оденусь, как подобает случаю.

 (Дает распоряжение своим воинам)

– Коня мне моего приведите.

Уходит. Ахмет-Торк остается стоять на пороге. На его лице застыло выражение обиды и желание мести.

 НАТ. ПОЛЕВОЙ СТАН. ДЕНЬ.

 Левий Крок идет впереди, но, подойдя к месту, где располагалась ставка воеводы, пропускает Ахмет-Торка вперёд.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Веди!

 Они подходят к шатру.

 АХМЕТ-ТОРК

 (охраннику)

– Доложи о нас.

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Входите!

 ИНТ. ШАТЕР ВОЕВОДЫ. ДЕНЬ

 Потеснив плечом Ахмет-Торка, Левий Крок первым входит в шатер.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (входя в шатер и прикладывая широкую ладонь к груди)

– Редедя, я многое, что в этом мире плохого сделал. Но ради бога не присылай ты ко мне эту "мясорубку". Ей богу, не наводи на грех.

 ВОЕВОДА

 (холодно смотря на понуро стоящего Ахмет-Торка)

– Выйди, я с тобой после поговорю.

 (переводит взгляд на Левия Крока, указывает ему рукой на место напротив себя)

– Ну что гость дорогой! Проходи, садись! Буду тебя угощать-потчевать! А заодно и о делах наших поговорим!

 Воевода хлопает несколько раз в ладони, и в шатер несколько девушек вносят на блюдах различные яства. Левий Крок ищет глазами, на что бы сесть. Не находит и остается стоять.

 ВОЕВОДА

 (продолжает внимательно изучать Крока и мысленно говорит себе)

– Да постарел, атаман. Волосы поседели. Потрепало его видно жизнь основательно, хотя держится молодцом.

 (Вслух же произносит)

– Так что же не садишься?

 ЛЕВИЙ КРОК

 (снова прикладывает руку к груди)

– Извини, воевода! Отвык я по-восточному сидеть, да и рана на ноге мешает. Прикажи возвышение какое принести. Сяду.

 ВОЕВОДА

 (хлопает еще раз в ладоши)

– Принесите кресло моему гостю.

 За спиной Левия Крока снова откидывается полог, и двое слуг вносят большой кресло. Вместе с ними в шатер входит Алена.

 ВОЕВОДА

 (при виде девушки улыбается)

– Вот и крестница моя подошла. Проходи Алена поближе к столу.

 Левий Крок оборачивается, смотрит удивленно на девушку и меняется в лице. Оборачивается и смотрит на Воеводу. Буквально пронзает его глазами.

 ВОЕВОДА

 (будто не замечая взгляда)

– Так как там насчет моего долга, Левий Крок? Когда отдавать собираешься?

 При слове "Левий Крок" Алена вздрагивает и начинает пристально смотреть на главного телохранителя германцев. Она проходит, и садиться по левую руку от Воеводы. Берет в руки со стола нож.

 Левий Крок глотает слюну и затравленно озирается по сторонам. Видит, что в шатре они втроем.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (хриплым голосом)

– Какой долг воевода? О чем ты?

 Левий Крок смотрит на Алену. Она опустила глаза и вертит в руках нож. Воевода отламывает ножку курицу и начинает ее есть. Тоже смотрит на Алену.

 ВОЕВОДА

– Ну, что скажешь, Алена?

Алена поднимает глаза, и Левий Крок видит в них неприкрытую ненависть.

У Алены перед глазами всплывает картина ее детства.

 НАТ. ДОРОГА В ЧАЩЕ ЛЕСА. ВЕЧЕР.

 Туман. Сумрак. Звук боя на мечах. Воин в доспехах и большим щитом, Любомир, прижимается спиной к дереву, отмахивается от нападающих. Их три человека. Это Левий Крок, Яшка Блин и еще один товарищ из их разбойничьей шайки. Лица всех нападающих прикрыты масками.

 Прямо перед Любомиром лежат тела его товарищей. Они представляют своеобразный барьер между ним и нападающими. Рядом стоит несколько подвод с товаром. Разграбленный караван. Повсюду валяются тела убитых охранников и разбойников.

 Товарищ Левия Крока и Яшки Блина пытается обойти Любомира с боку, но тот метает дротик и сраженный бандит падает на землю.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Любомир, опусти меч, и мы обещаем сохранить жизнь твоей дочери.

Любомир сквозь прорезь шлема внимательно смотрит за передвижениями душегубов. У него из-за спины доносится шепот.

 АЛЕНА

 (маленькая девочка)

– Тятя, тятя, прости меня! Прости, что без спроса в караван залезла.

 ЛЮБОМИР

 (шепчет)

– Ничего, дочка. Выберемся. Я и не из таких передряг выкарабкивался. Только не отвлекай меня сейчас. Ладно.

 АЛЕНА

– Хорошо.

 ЛЮБОМИР

 (кричит)

– Я узнал твой голос, Левий Крок! Теперь тебе не избежать суда.

 Левий Крок делает взмах рукой. И Яшка Блин скрывается в лесу.

 ЛЮБОМИР

 (видит это и шепчет своей дочери)

– Алена, я сейчас прыгну вперед, а ты беги назад, спрячься в лесу и жди меня. Я тебя позову. Хорошо!

Алена трясет головой. Любомир резко встает и начинает метать последние три дротики в Левия Крока.

 ЛЮБОМИР

– Ну, беги!

Алена выскальзывает из-за дерева и хочет скрыться в кустарнике. Неожиданно сталкивается лицом к лицу с притаившимся Яшкой Блином, который с ножом уже готов прыгнуть сзади Любомира.

 АЛЕНА

 (громко кричит и прыгает на Яшку Блина, срывает маску и царапает ему лицо)

– А-А-А!

 Любомир оборачивается на крик и пропускает удар противника мечом в бедро. Падает со стоном на колено. Левий Крок пользуется секундным замешательством, набрасывается на Любомира и закалывает его короткими мечами.

 Алена видит уже поверженного отца, зажимает себе рот рукой, поворачивается спиной, хочет убежать. Яшка Блин убирает руки с расцарапанных глаз, перехватывает нож и метает его ей в спину. Алена падает вперед, широко раскинув руки.

 Над лесом наступает тишина, которая прерывается звуком боевого рога и топотом коней.

 К месту сражения выезжает несколько хорошо вооруженных всадников. На одном из них плащ с эмблемой быка. Это Воевода.

 НАТ. ШАТЕР ВОЕВОДЫ. ДЕНЬ

 Алена пристально смотрит на Левия Крока, потом на Воеводу.

 АЛЕНА

– О чем ты с ним торгуешься? Ты же знаешь, что это он убил моего отца?

 ВОЕВОДА

– Алена, я тебе сколько раз говорил, мы не можем этого доказать.

 АЛЕНА

– Но я сама слышала, что отец узнал его голос.

 ВОЕВОДА

– Твой отец мог и ошибиться. Ты же не видела их лиц.

 АЛЕНА

– Но Яков Блин. Его лицо я видела. И могу поклясться хоть на священном огне, хоть перед библией, что это он кинул в меня ножом.

 ВОЕВОДА

 (раздраженно)

– Нож Блина ударил тебя тупым концом. И он свое уже получил. И виру выплатил и в яме отсидел.

 АЛЕНА

 (вскакивает)

– Как же отсидел, три дня до суда. А десять гривен это разве деньги? Они мне моего отца не вернут.

 Она гневно смотрит на Воеводу и резко выбрасывает вперед руку с ножом, так как будто хочет кинуть его, указывает лезвием на Левия Крока. Тот в ужасе отшатывается.

 АЛЕНА

– Не, накажешь его ты, я сама к князю пойду и потребую божьего суд.

 Алена встает и с грохотом бросает нож на стол.

 АЛЕНА

– Я найду того, кто накажет его.

 Она направляется к выходу.

 ВОЕВОДА

– Ты куда?

 АЛЕНА

 (со злость)

– Спасибо, накормил.

Алена выходит на улицу. В шатер вбегает собака.

 ВОЕВОДА

 (усмехаясь, смотрит ей в след)

– Горяча девка.

Воевода кидает кости собаке. Вытирает руки о рушник. Смотрит на Левия Крока. Чувствует себя хозяином положения.

 ВОЕВОДА

– Ну что Левий Крок? Надеюсь, что ты не надумал сейчас сиротку еще раз загубить?

 Левий Крок искоса смотрит на воеводу.

 ВОЕВОДА

 (показывает Левию Кроку свернутый в трубку пергамент)

– Тем более это бесполезно. Я когда ее в тот день нашел в лесу, все ее показания при свидетелях записал.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (скребет зубами)

– Они нечего не доказывают.

 ВОЕВОДА

 (спокойно)

– Ну, божий суд, еще никто не отменял. Он всегда все расставит по своим местам.

 ЛЕВИЙ КРОК

– А кто за нее пойдет?

 ВОЕВОДА

– Она княжеская любимица. Так что желающие найдутся. Да и я, если надо будет, в обиде сироту не оставлю.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (пристально смотрит на воеводу)

– Редедя, говори прямо, ты зачем меня позвал, чего хочешь?

 ВОЕВОДА

– А то ты не понял? Хочу, чтобы деньги из княжьего обоза, что тогда с собой взял, вернул.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Кому?

 ВОЕВОДА

– Ну, не князю же…

 ЛЕВИЙ КРОК

 (опускает голову еще ниже.)

– Нет, у меня того золота. Тогда на дороге только я и Яшка живы остались. Он меня ножом в бедро пырнул.

 (показывает на свою ногу)

– Я сознание потерял, когда очнулся его уже не было и казны тоже не было.

Воевода снова усмехается и берет другую бумагу. Разворачивает, пробегается по ней глазами. Усмехается.

 ВОЕВОДА

– Ладно ты сказки складываешь. А Яшка Блин у меня на допросе другое говорил.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (открывает от удивления рот)

– И что же это он Вам такого говорил?

 ВОЕВОДА

– Что ты с казной ушел.

 ЛЕВИЙ КРОК

 Лжет – пес поганый. Богами клянусь.

 ВОЕВОДА

– Ну, ну не божись. Не гневи бога. Все равно тебе никто не поверит. Да мне, собственно говоря, это и не важно. Яшка за себя уже давно все вернул с процентами. И еще регулярно мне приплачивает, со своих доходов трактирских, чтобы я молчал насчет княжеской казны. А я и молчу, не напоминаю.

 (чешет за ухом собаку, которая уже съела свою кость и просит еще)

– В общем, у нас до поры до времени с Яшкой было все чин-чинарем. И никто про казну пропащую не вспоминал. А тут ты пришел и начал всем нам гадить! И мне вот теперь приходится вспомнить. А я ох как не люблю то время вспоминать…

 Левий Крок удивленно смотрит на воеводу.

 ВОЕВОДА

– Или ты не слышал, что на чужой каравай рта не разевают?

 ЛЕВИЙ КРОК

 (разводит руками)

– Но .... Я .... Воевода. Ну…Я не знал.

 (И понурив голову)

– Так ты из-за этого старое вспомнил.

 ВОЕВОДА

 (берет из вазы грушу, кидает ее Левию)

– На, поешь, а то, что я один только ем.

 Левий Крок ловит фрукт. Держит его в руке.

 ВОЕВОДА

– Кусай!

Левий Крок откусывает.

 ВОЕВОДА

– Молодец! И впредь запомни. Здесь я хозяин. Что я скажу, то и делай. Понял.

 Левий Крок кивает головой.

 ВОЕВОДА

– Вот и отлично. И у тебя все хорошо будет.

 ВОЕВОДА

 (наклоняется вперед)

– Теперь слушай, сюда. Перво-наперво, ты прекратишь, сманивать торговые караваны от меня.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (морщится)

– Ну, я уже понял.

 ВОЕВОДА

– Не волнуйся, я не нелюдь, последнего не отбираю, свой кусок тебе оставлю. На хлеб с маслом хватит.

 (берет брошенный Аленой нож)

– Но за это, поможешь мне одно дело провернуть.

 Левий Крок удивленно выкатывает глаза.

 ВОЕВОДА

 (манит его к себе пальцем)

– Иди ко мне поближе. На ухо буду говорить тебе…

 ЛЕВИЙ КРОК

 (показывает пальцем на нож Алены)

– А что с этим делать?

 ВОЕВОДА

– Ну, если поможешь мне, то Алену я возьму на себя. Обещаю.

Левий Крок наклоняется вперед.

 ИНТ. ИЗБА ЯГИ. ДЕНЬ.

 Святослав стоит у окна избушки и смотрит на поле. Стучит кулаком в оконную раму. Она трясется. В избу входит Алена. Он не оборачивается. Девушка подходит к нему, кладет руку на плечо.

 АЛЕНА

 (с заботой в голосе)

– Что-нибудь случилось?

 Святослав вздрагивает и смотрит на девушку, пытается изобразить на лице улыбку.

 СВЯТОСЛАВ

– Это ты!

 АЛЕНА

– Ты непохож на себя. Что произошло?

 СВЯТОСЛАВ

 (отворачивается)

– Нет, ничего!

 АЛЕНА

– Как так ничего, я же вижу!

 (разворачивает его к себе лицом)

– Ну?

 СВЯТОСЛАВ

 (опустив голову)

– Через две недели приезжает князь. Воевода устраивает большой праздник. Лучшие поединщики будут показывать свою удаль перед светлым князем. А меня там не будет.

 АЛЕНА

– Как так? Почему?

 СВЯТОСЛАВ

– Воевода запретил мне под его стяг вставать. Сказал, что я его опозорил и на торжище драку устроил с уважаемым человеком.

 АЛЕНА

– Это Яшка Блин уважаемый?

 СВЯТОСЛАВ

– Ну. Ему виднее.

 АЛЕНА

 (прижимает руку к виску)

– Ничего не понимаю! Он же знает, что ты меня защищал?

 (смотрит на СВЯТОСЛАВА бархатными зелеными глазами)

– Хорошо. Я разберусь с воеводой.

 (целует Святослава)

 СВЯТОСЛАВ

 (отвечает на поцелуй)

– Каким образом?

 АЛЕНА

 (мягко, но твердо отодвигает его от себя)

– Доверься мне. Ты будешь драться перед князем.

 ИНТ. ШАТЕР ВОЕВОДЫ. ДЕНЬ.

 Воевода принимает посетителя. Его зовут ИБРАГИМ-БЕЙ. Это – солидный мужчина, невысокого роста, в дорогом персидском наряде с чурбаном на голове. Он сидит на стуле для посетителей, на коленях держит небольшой сундучок. За его спиной стоят два раба и обмахивают его опахалом. Воевода сидит на своем обычном месте и, рассматривает какие-то бумаги.

 ВОЕВОДА

– Так, Вы хотите, чтобы перед князем ваш воин встретился с нашим лучшим поединщиком?

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (достает из-за пояса платок, проводит им по лбу, убирает назад)

– Да. Нам бы этого хотелось.

 ВОЕВОДА

 (понимающе кивает головой)

– Князь любит зрелищные поединки. Это поможет укрепить отношения между вашим султаном и нашим князем.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (подается вперёд и шепчет)

– Вы, безусловно, понимаете, что ваш боец должен лечь?

 ВОЕВОДА

 (качает головой)

– Нечестная игра! Ай-я-яй! Нехорошо.

 Ибрагим-Бей кивает головой, и два слуги ставят к ногам воеводы сундук.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– Надеюсь это весомый аргумент?

 Воевода приоткрывает крышку сундука. Смотрит. Закрывает. И после этого смотрит на Ибрагим-Бея.

 ВОЕВОДА

– Вполне.

 НАТ.ДВОР НЕМЕЦКОГО ПОСОЛЬСТВА.УТРО

Левий Крок выходит на крыльцо дома. Он одет как простолюдин. На плечи накинут плащ с простой застежкой, на голове шапка, на ногах – лапти, за плечами котомка. В руке посох. Он перепрыгивает через ограду и, обогнув дом, выходит на улицу. Идет по улицам поселения. Выходит за пределы поселения.

Его дорога идет к холму, огороженному частоколом.

 ВОЕВОДА

 (За кадром)

– Князь снова привез богатые дары из Византии для новой церкви. Он хочет при большом скоплении народа передать их местным священникам. Скоро в церкви все будет из золота.

 Левий Крок входит за частокол. На него смотрят страшные лица древних богов. Перун. Сварог, Макош. На жертвенном месте лежит петух без головы, камень окроплен кровью. Но возле жертвенного камня никого нет. В костре тлеют головешки.

 Левий проходит мимо костра и подходит к небольшому деревянному зданию, на крыше которого возвышается деревянный крест. Возле здания толпится народ. Многие стоят на коленях прямо у входа, молятся, просят милостыню. Левий Крок удивлено смотрит на них.

 Один НИЩИЙ хватает Левия Крока за полу плаща.

 НИЩИЙ

– Подай. Христа ради!

 ЛЕВИЙ КРОК

 (отпихивает его ногой)

– Пошел прочь! Убогий!

 Левий Крок проходит вперед в храм.

 ИНТ. В ЦЕРКВИ. ДЕНЬ.

 Левий Крок перешагивает порог и до его ушей доносится монотонные слова молитвы. В зале много народу. Левий Крок видит впереди всех коленопреклоненного Князя и пытается подойти к нему поближе. Неожиданно он слышит прямо у себя над ухом сердитый голос Степана Алексеевича.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Шапку долой!

Левий Крок вздрагивает. Оборачивается. Прямо перед ним стоит охранник князя, Степан Алексеевич, и осматривает его с головы до ног. Левий Крок непонимающе смотрит на него.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Шапку сними, смерд!

 До Левия Крока доходит смысл слов. Он хмурит брови, но вовремя спохватывается и, делает шаг в темный угол церкви.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (на ходу рывком снимает с себя головной убор)

– Прости, боярин!

 Степан Алексеевич теряет к Левию Кроку всякий интерес и поворачивается к нему спиной.

 В храме царит полумрак. Только естественное освещение, да возле каждой иконы, которые висят на стенах, стоит множество тонких зелёных свечек.

Левий Крок смотрит по сторонам. Видит еще несколько золотых изделий. Одежду на священнике, золотой поднос, в который все складывают подаяния, золотая чаша, в которой все омывают руки, золотой подсвечник.

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Мне нужно все золото из этой церкви. Все до последней чашки. Там его много.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (за кадром)

– Воров будут искать.

 ВОЕВОДА

– Покруши топором все иконы, а главную, с изображение их бога, забери с собой. Подумают на язычников. А нам только это и надо.

Левий Крок, не спеша, проходит вдоль стен. Ищет самую богато украшенную икону. Он обнаруживает ее не сразу. Она висит в самом углу. Небольшая по размеру, но в богатом золотом окладе. В темноте лишь были только отчетливо видна пара глаз святого лика. Они со скорбью смотрят на Левия Крока.

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Сделать так, чтобы все увидели, что новый бог не способен защитить даже самого себя. И если в новом храме прольется кровь, то я тоже не буду против.

 Закончив осмотр, Левий Крок поворачивается и не спеша пробирается к входу.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (за кадром)

– Я один буду?

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Дам я тебе надежного человечка. Он поможет дверь открыть без звука.

 Левий Крок останавливается у двери и осматривает внутренний засов. Выходит на улицу и останавливается.

 Смотрит на небо. Оно затянуто непрерывной пеленой серых облаков. Лениво перекрикиваются вороны на деревьях. Левий Крок сходит со ступенек и направляется к выходу из капища. Возле его ног крутится щенок. Виляет хвостом. Он не замечает его и наступает.

 Песик взвизгивает и, прихрамывая на одну лапку, отбегает к Нищему, которые сидит на коленях и молится. Тот хватает щенка на руку и громко, так чтобы слышали все, причитает.

 НИЩИЙ

– Ой беда, бедовая! На что только люди ради денег готовы!

 (гладит щенка)

– Успокойся маленький. Боженька всемогущ, он все видит. И всем воздаст по заслугам…

 НАТ. ПОЛЕ ДЛЯ ПОЕДИНКОВ. ДЕНЬ.

 Поле для поединков находится у подножия высокого холма. На холме крепостные стены, частокол. Само поле вытоптано и огорожено факелами. С поля выносят тело воина. Другой воин уходит самостоятельно. На кругу выходят ДВА ВОИНА ИЗ ПОДНЕБЕСНОЙ. Они начинают махать руками и ногами, демонстрируя боевые приемы.

 Народ не обращает на поединок почти никакого внимания. Все их взоры обращены в сторону главной трибуны, на которой сидит КНЯЗЬ и его гости.

 Князь сидит на деревянном помосте прямо перед местом для поединков. Суровый воин, с лицом покрытыми шрамами. Рядом с ним сидит Ибрагим-бей в высоком арабском тюрбане, Старейшина, Алена в праздничном наряде. Они смотрят на красивую гимнастику китайцев. За спиной Князя стоит Воевода. Он что-то шепчет на ухо Ибрагим-бея, то отвечает ему что-то, и они смеются.

 Князь подзывает к себе Воеводу, что-то говорит ему на ухо. Тот согласно кивает головой и хлопает в ладоши, дает команду Феофану-Греку.

 Феофан-Грек дает команду двум горнистам. Они трубят в рога, и останавливают поединок. Феофан-Грек выходит на видное место.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Слушайте, слушайте Все! Великий Князь спрашивает, найдутся ли среди Вас смельчаки, которые смогут побороться с доблестными воинами из Поднебесной?

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (наклоняется к Князю)

– Мой воин может сразиться сразу с двумя?

 Алена хмыкает. Князь удивленно смотрит на нее, а потом на Ибрагим-бея.

 КНЯЗЬ

– А не осрамишься?

 Ибрагим-бей хлопает в ладоши и из шатра, который установлен рядом с полем выходит могучий воин АМЕТ-ХАН.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (любуясь мышцами воина, говорит князю)

– Посмотри, каких могучих воинов рождает наша земля. Слава Аллаху, они не умеют проигрывать.

 КНЯЗЬ

 (хмуриться)

– У нас говорят, не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Посмотрим, на что способен твой воин, Ибрагим-бей!

 Князь кивает головой. Феофан-Грек выходит на видное место. Трубят рога. Наступает тишина.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Слушайте все! Гость нашего князя из далекой Персии вызывает на поединок сразу двух воинов Поднебесной! Он хочет драться один против двоих.

 По толпе идет шепот.

 ТОЛПА

– Один против двух? Как так можно?

 Воины Поднебесной переглядываются. Смотрят на своего МАНДАРИНА. Он сидит чуть в отдалении от княжеского помоста. Мандарин кивком головы дает свое согласие. Воины Поднебесной делают шаг вперед, и, подняв руки, приветствуют Амет-Хана и Князя.

 ФЕОФАН-ГРЕК

– Воины Поднебесной согласны на такие условия!

 Амет-Хан входит в круг с одной стороны. Воины Из Поднебесной – с другой. Они встают лицом к князю и ждут сигнала. Князь коротко машет кистью, дает согласие на начала поединка.

 Амет-Хан решительно направляется к центру кругу, а Воины Из Поднебесной начинают кружиться вокруг него.

 ПЕРВЫЙ ВОИН ПОДНЕБЕСНОЙ

 (прыгает на араба вперед ногой)

– Кий-я-я-я!

 Амет-Хан уклоняет от удара. Второй Воин Поднебесной в этот момент подскакивает сзади и сбивает араба с ног подсечкой.

 Амет-Хан падает, но тут же встает. ПЕРВЫЙ ВОИН Поднебесной бьет Амет-Хана в лицо ногой. Амет-Хан ловит его ноги и валит Первого Воина Поднебесной на землю. Второй Воин Поднебесной в прыжке бьет Амет-Хана ногой в спину.

 Князь наклоняется к Алене и шепчет ей.

 КНЯЗЬ

– А ведь персиянин играет с ними как кошка с мышками?

 АЛЕНА

 (шепчет Князю)

– На то и мыши, чтобы кот не дремал.

 КНЯЗЬ

 (подзывает Воеводу)

– А у тебя есть, кто способный справиться с арабом?

 Воевода смотрит на Князя, а потом на Алену.

 ВОЕВОДА

– Есть княже, один воин…

 В этот момент Амет-Хан хватает Первого Воина Из Поднебесной на плечи и кидает его на Второго. Оба Воина Из Поднебесной валятся с ног, но пытаются подняться.

 Амет-Хан подскакивает к ним и двумя ударами в голову валит их снова с ног, не дает подняться. Амет-Хан хватает одного за ногу, а другого за волосы, и тащить за собой по площадке, как кули с мешками. Амет-Хан делает с ними круг почета. Все это время Воины Из Поднебесной пытаются вырваться из рук Амет-Хана. Тот, кого держат за могу, пытается подняться, но не имея опоры, постоянно падает, чем вызывает смех у зрителей. Второй пытается разжать пальцы Амет-Хана, и бьет ему по спине кулаком. Но Амет-Хан не выпуская головы Второго Воина из рук, отпускает Первого Воина Поднебесной.

 Тот вскакивает, и набрасывается на Амет-Хана. Амет-Хан перехватывает руку на болевой прием, и с хрустом ее ломает. Первый Воин Поднебесной корчится от боли. АМЕТ-ХАН хватает Первого Воина Поднебесной за волосы другой рукой и с силой бьет головы своих противников друг о друга. Бьет их до тех пор, пока их лица не превращаются в кровавое месиво.

 После этого Амет-Хан тащит обессиленных противников к помосту и толкает их к ногами КНЯЗЯ, заставляет встать на колени обоих. Амет-Хан, не разжимая рук, низко кланяется Князю.

 КНЯЗЬ

 (благодарно отвечает победителю, и рукой показывает Амет-Хан, чтобы он отпустил Воинов из Поднебесной, потом обращается к Ибрагим-Бею)

– Ну, с этой стороны нам пока война явно не грозит.

 (поворачивается к Воеводе)

– И кто же этот наш воин?

 ВОЕВОДА

 (показывает рукой на Ахмета-Торка. Он стоит в полном вооружении во главе вооруженной стражи, которая сдерживает зрителей)

– Вон он будет биться за нашу дружину. Его зовут Ахмет-Торк.

 КНЯЗЬ

 (немного расстроено)

– Наймит? Черный клобук? А что среди вятичей уже нет богатырей?

 ВОЕВОДА

– Да. Он уже двадцать лет служит нашему роду. Мы ему доверяем учить младшую дружину.

 АЛЕНА

– Дозволь, княже, и мне молвить.

 КНЯЗЬ

 (удивляется, видит недовольное лицо Воеводы, но говорит)

– Я не могу отказать в слове своей гостьей, дочери воина, который служил мне верой и правдой. Говори.

 АЛЕНА

 (сердито смотрит на Воеводу)

– Князь, у нас есть более достойный воин, который может победить Амет-Хана.

 Воевода хмурится.

 КНЯЗЬ

 (удивленно)

– И кто же это?

 АЛЕНА

– Его зовут Святослав. По прозвищу – Поединщик.

 КНЯЗЬ

– Да?

 (смотрит на Воеводу)

– Что скажешь, Редедя Халдеевич?

 ВОЕВОДА

 (качает головой)

– Как же тебе, дочка, не стыдно. Хочешь меня старика перед князем опозорить. И что я тебе такого сделал?

 (смотрит на Князя)

– Не слушай ее, князь. Ее поединщик – смутьян и забияка, только на базаре в пьяной драке может удаль показывать. А в честном бою девка девкой. Трус последний. Его на такой бой выставлять нельзя.

 КНЯЗЬ

 (хмурит брови)

– Пьяная драка на торжище. Кто допустил?

 АЛЕНА

 (дергает князя за рукав)

– Княже, то была не просто драка. Яшка Блин хотел меня побить, а Святослав за меня заступился. Воевода напраслину на него возводит.

 КНЯЗЬ

 (сердито)

– Ничего не понимаю. Воевода, что у тебя тут твориться? За что Яшка Блин мою любимицу обидеть хотел?

 АЛЕНА

 (искоса смотрит на воеводу)

– А он мне гадость сказал. Я ему ответила.

 Князь хмуро смотрит на Воеводу. Воевода стоит с понурым лицом.

 Раздается протяжный крик.

 НИЩИЙ

 (за кадром)

– Уби-ии-ии-ли!

 Все, кто был на трибуне, оборачивается в сторону крика. К трибуне, расталкивая людей, ползет человек. Нищий. Он весь в крови.

 НИЩИЙ

 (хрипит)

– Боженьку, княже, убили.

 (протягивает князю какую-то тряпку)

– Вот он убил.

 Падает без сознания. Степан Алексеевич берет из рук Нищего лоскут плаща. Внимательно рассматривает. Передает его Князю. Князь рассматривает его, смотрит на Воеводу, на Ибрагим-Бея.

 КНЯЗЬ

– Кто это?

 По толпе ползет шепот.

 ТОЛПА

– Ночью в церкви священника убили. Все золото забрали и икону. Видать, Перун наказал. За жадность.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Это юродивый. Он возле церкви жил.

Князь встает.

 ИНТ. ЦЕРКОВЬ. ДЕНЬ.

 Внутренняя часть церкви. Слышно как на улице шумит толпа. По залу ходят Князь и Степан Алексеевич. Осматривают порушенную церковь. Все, что можно было сломать порублено топором. На полу лежит священник. Весь затылок в крови. Рядом с трупом лежит железный боевой топорик.

 КНЯЗЬ

 (наклоняется к телу)

– Он молился, когда его ударили.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (поднимая с пола топорик)

– Похоже, что батюшка пришел сюда ночью вместе с убивцем. И не ожидал нападения.

 КНЯЗЬ

– Степан, ты сможешь его найти?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (крутит ломик в руках)

 Сделаю все что могу, княже.

 КНЯЗЬ

 (сует в руки Степану Алексеевичу лоску плаща)

– И все что не можешь.

 (пристально смотрит на Степана Алексеевича)

– Кто мог это сделать, Степан? Ты как думаешь?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (рассматривая лоскут)

– Не спеши пока с выводами Князь. Конечно, все указывает на Перуновых детей, но … надо бы проверить. Уж больно все явно на них указывает. Как бы подвоха не вышло.

 КНЯЗЬ

– Ты понимаешь, что я не могу долго ждать. Убийц и воров надо найти до отъезда гостя.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Понимаю.

 Степан Алексеевич крестится. Князь ищет глазами икону на стене и видит там пустоту, ищет ее остатки на полу.

 КНЯЗЬ

– Икону зачем-то тоже взяли?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Я разберусь.

 НАТ. У ВХОДА В ЦЕРКОВЬ. ДЕНЬ.

 Степан Алексеевич выходит на крыльцо церкви. Теребит в руках лоскут. Обходит церковь по кругу. Возвращается. Щурится. Смотрит на солнце. К нему подходит Воевода.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (взвешивая в руке лоскуток и ломик)

– Ну, что Редедя? Как думаешь, что весомее? Лоскуток или железяка?

 ВОЕВОДА

– А я почем знаю? Ты следопыт, тебе и думать.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кивает головой, рассуждает вслух)

– Следопыт он зверя ищет. А тут человек. Он все следы всегда путает так, что без божьей помощи не разберешь.

 (взвешивает в руке лоскуток и топорик)

– Вот смотри, как я думаю. Если плащ принадлежит убийце, он наверняка его уже выбросил. Так? Зачем ему драный плащ.

 (сам себя убеждает)

– А топорик этот с клеймом.

 (показывает на него рукой)

– О, вишь?

 (смотрит на Воеводу)

– Где здесь у Вас кузня, Редедя Халдеевич?

 ИНТ. КУЗНИЦА. ДЕНЬ.

 В горне горит огонь. Стук наковальни. Подмастерьи качают меха. Лошадь ржет. Кузнец подковывает коня. Отпускает копыто. Конь, прихрамывая, отходит. Хозяин Коня благодарит кузнеца поклоном и вкладывает в ладонь монету.

 Во двор входит Степан Алексеевич и Воевода. Кузнец смотрит на Степана Алексеевича, на большую цепь с солнечным медальоном князя.

 КУЗНЕЦ

– Зачем пожаловал княжий человек?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (протягивает ему топорик)

– Не знаешь чья работа?

 КУЗНЕЦ

 (берет топорик, рассматривает его.)

– На германское похоже.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (чешет в затылке)

– Германское говоришь.

 (прищурено смотрит на кузнеца)

– Ладно. Если еще что вспомнишь, пришли гонца на княжий двор. Пусть спросят меня. Степана Алексеевича.

 КУЗНЕЦ

 (угрюмо коситься на Воеводу)

– Если вспомню. Пришлю.

 Кузнец отворачивается. К нему подводят нового коня.

 ВОЕВОДА

– Степан Алексеевич, ты не возражаешь, если я по своим делам отлучусь. Оставлю при тебе мальца. Нужен буду, он меня сразу найдет.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кивает головой в знак согласия)

– А малец проводит меня к немецкому посольству?

 ВОЕВОДА

– Проводит.

 ИНТ. ДВОР НЕМЕЦКОГО ПОСОЛЬСТВА. ДЕНЬ.

 Степан Алексеевич входит на немецкий гостиный двор. Во дворе идет приготовление к следующему торговому дню. Слуги грузят на подводы товары, бочки, шкуры зверей. На крыльце сидит стража. При виде вошедшего Степана Алексеевича СТАРШИЙ ОХРАННИК встает и поправляет оружие. Видит княжеский знак.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кланяется)

– С поклоном к Вам от князя!

 Старший Охранник также его приветствует. С достоинством наклоняют голову. Он явно не рад пришельцу.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (не замечает их холодности)

– Как бы мне вашего старшого повидать? Как его зовут?

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

– Его зовут Левий Крок. Но его сейчас нет.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– А где он?

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

– Ушел его вчера. Видать загулял где-нибудь у приятеля своего, трактирщика.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (хмурится)

– Яшка Блин – товарищ Вашего старшины?

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

 (пытается превратить все в штуку)

– А у пьяницы все товарищи, пока деньги есть.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (смеется)

– Это точно.

 (кивает головой на телеги с грузами)

– Как торговля? Никто не обижает?

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

– Да. Все хорошо.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Значит, Левия Крок точно скоро не ждать?

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

 (согласно кивает головой)

– Это точно.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Ладно, тогда пришли гонца на княжий двор, как появиться? Скажите, его князь ищет.

 СТАРШИЙ ОХРАННИК

– Пришлем. Скажем.

 Степан Алексеевич разворачивается, уходит.

 НАТ. ОПУШКА ЛЕСА. ВЕЧЕР.

 На опушке леса лежит мертвый Левий Крок. У него странно вывернута шея, сломана нога. Все лицо в кровоподтеках. Возле тела стоит несколько княжеских стражников, Степан Алексеевич и маленький мальчик-ПАСТУШОК с кнутом через плечо.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (рассматривая тело)

– Так, когда ты его заметил?

 ПАСТУШОК

– Когда коров погнал домой. Смотрю, лежит. Думал пьяный. Подошел. А у него шея свернута.

 Степан Алексеевич наклоняется и рассматривает тело. Видит, в его руке зажат лоскуток. Поворачивает голову. Видит в стороне лежит какая-то смятая тряпка. Поднимает ее с земли. Она разворачивается в грязный с кровавыми подтеками плащ. Из плаща вырван клок материи. Достает из-за пазухи обрывок ткани. Прикладывает его к месту разрыва. Он подходит к разрыву. Потом прикладывает лоскуток, который достал из руки убитого Левия Крока. Морщится. Смотрит на пастушка.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Ну что скажешь, малой? Какой лоскут оторван от этого плаща?

 ПАСТУШОК

 (басит и показывает на первый лоскуток)

– Этот.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кивая головой)

– Вот именно. А где тогда еще один плащ?

 (теребит лоскуток в руке)

– И что я теперь князю-то скажу? Вот княже – и есть разоритель церкви. А он что мне скажет? А его кто убил? И где вся утварь?

 Поворачивает голову Левия Крока. Видит на его лице кровоподтеки, у него выбиты зубы. Осматривает сломанную ногу и лежащую рядом бересту, которой, кто-то пытался перевязать ему ногу.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– И кто же тебя так бил перед смертью, мил человек.

 ПАСТУШОК

 (дергая Степана за штаны)

– Дядь, а дядь. А это не его плащ-то.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– С чего ты решил?

 ПАСТУШОК

– А на плаще замок наш местный, а мертвяк-то из германцев будет.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (рассматривая замок с эмблемой золотого быка)

– Ты смотри, глазастый. И как я сразу не заметил. Тут и тавро имеется.

 (показывает его пастушку.)

– Чей знак не знаешь?

 ПАСТУШОК

– Воеводин. Только в его дружине с такими ходят.

 НАТ. ПОЛЕВОЙ СТАН ВОЕВОДИНОЙ ДРУЖИНЫ. ВЕЧЕР.

 Воевода, Князь и Степан Алексеевич идут вдоль строя дружины. Осматривают всех воинов. Все воины одеты как на подбор. Высокие шлемы, ладные доспехи, щит, меч, колчан стрел. На плечах у всех серые плащи с красными кантами, застегнутые на застежки с эмблемой быка. Все застежки из серого металла. Доходят Святослава. Он единственный стоит без плаща. У него под глазом расцвел большой кровоподтек.

 КНЯЗЬ

 (останавливается перед Святославом)

– Как звать тебя, дружинник?

 СВЯТОСЛАВ

– Святослав.

 КНЯЗЬ

 (смотри на Воеводу)

– А не тот ли боец, за которого Алена молвила?

 ВОЕВОДА

– Он самый.

 КНЯЗЬ

– А где твой плащ, воин?

 СВЯТОСЛАВ

– Порвался, княже. Штопаю.

 КНЯЗЬ

 (хмурится)

– А если нам сейчас в поход идти. Без плаща пойдешь.

 СВЯТОСЛАВ

 (опускает голову)

– Прости, княже. Не хотел я в залатанном плаще перед той вставать.

 КНЯЗЬ

– А фингал откуда?

 Святослав шмыгает носом. Молчит.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Где же ты свой плащ порвал?

 СВЯТОСЛАВ

– За сук в лесу зацепился.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Принеси нам его?

 Святослав смотрит на Воеводу.

 ВОЕВОДА

– Живо!

 Святослав остается на месте.

 КНЯЗЬ

– Отчего не бежишь?

 СВЯТОСЛАВ

 (упрямо)

– Он грязный.

 КНЯЗЬ

 (смотри на воеводу)

– В строю все?

 ВОЕВОДА

 (уверенно кивает головой)

– Все.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (достает свернутый плащ из-под своего плаща)

– А это случайно не твой?

 СВЯТОСЛАВ

 (искоса смотрит на него)

– Может и мой.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Тогда, объясни, как он оказался рядом с убитым германцем Левием Кроком?

 Святослав сначала широко открывает глаза, а потом опускает голову и ничего не говорит.

 КНЯЗЬ

 (багровеет и фактически шипит)

– Ты его убил?

 СВЯТОСЛАВ

– Я не убивал.

 КНЯЗЬ

– А что?

 СВЯТОСЛАВ

– У нас был честный поединок.

 КНЯЗЬ

– А разве ты не слышал, что во время торга все поединки только с моего ведома?

 СВЯТОСЛАВ

 (упрямо)

– Слышал.

 КНЯЗЬ

– И дважды его нарушил.

 (смотрит на воеводу)

– Так?

 Воевода кивает головой.

 КНЯЗЬ

– Судный день у нас на завтра назначен?

 Воевода снова кивает утвердительно головой.

 КНЯЗЬ

 (гневно)

– Вот и чудно. В яму его.

 (Смотрит на Степана Алексеевича)

 Допросишь его с пристрастием, насчет золота церковного.

– Думаю, это он привел немца в храм. А потом они золото не поделили…

 (смотрит на Святослава)

– Не скажешь, где икона и утварь церковная завтра же четвертую на площади.

 Степан Алексеевич молчит и теребит в руках лоскуток от еще одного плаща. Тяжело вздыхает.

 ИНТ. ЯМА. НОЧЬ.

 Святослав видит, как в небо уходит лестница и на решетку опускает засов. Чувствует в горле комок и пытается его проглотить. Кадык ходит туда-сюда. Его глаза с трудом привыкают к свету единственной свечки, которая стоит на грубо струганном столе. Святослав осматривает помещение. Это действительно глубокая и довольно просторная, квадратная яма. Плесень в углах, серые, земляные стены высотой метра в два-три. Вдоль них длинные деревянные нары в два этажа.

 На самых дальних нарах играют в карты.

 На вновь прибывшего, казалось, никто не обращает внимания. Святослав стоит под люком и свет от свечки отбрасывает его тень на стену.

 Святослав еще раз поднимает голову на закрытый люк, сжимает кулаки. Направляется к ближайшей койке. Садиться на неё и, уперевшись руками в нары, смотрит на пол.

 Из темного угла за Святославом наблюдают пара цепких, жестоких глаз.

 ЯШКА БЛИН

 (несколько тягуче)

– Ба-ааа, вот это встреча!

 Как по команде вся заключенные, оборачивается на Святослава. По камере пробегает шепот.

 ЗАКЛЮЧЕННЫЕ

– Кто это? Кто?

 Один из каторжан, по прозвищу ХВОСТ, обращается к Яшке Блину.

 ХВОСТ

– А кто это, Яша?

 Святослав слышит имя Яшки Блина и напрягает мышцы спины. Поворачивается. В поле его зрения попадают все картежники. Их – человек пять-шесть, стриженные под нуль и с длинными косматыми волосами, в рванье, с помутневшими взглядами и желтыми пальцами с грязными ногтями.

 Яшка Блин восседает во главе них. Он сидит по-турецки, голый по пояс. Рядом с ним лежит куча, только что выигранных вещей, в руках он держит засаленную колоду карт. Взгляды Яшки Блина и Святослава встречаются. На этот раз Святослав не отворачивается. Он зло смотрит на Яшку Блина и широко раздувает ноздри.

 Яшка Блин щелкает пальцами. Хвост, щуплый кудрявый парень, склоняется к уху Яшки Блина. Тот, что-то шепчет ему и Святослав видит, как Хвост идет к нему. Встает напротив Святослава, и нагло сплевывает ему на ноги слюну.

 ХВОСТ

 Слышь ты! Твое место под нарами.

 Святослав встает и делает еле уловимое движение рукой. Ноги Хвоста отрываются от земли и он, прочертив задницей метра полтора по земляному полу, растягивается под нарами, раскинув руки. Из носа у него течет красная юшка.

 ЯШКА БЛИН

 (зло блестя глаза)

 Ах ты су..ка! Руки распускаешь.

 ОДИН ИЗ ЗАКЛЮЧЕННЫХ

 А может из него невесту сделать?

 Все заключенные смеются.

 ОДИН ИЗ ЗАКЛЮЧЕННЫХ

 А что задница у него крепкая, наверное. Не как у Хвоста?

 ТРИ САМЫХ КРЕПКИХ ЗАКЛЮЧЕННЫХ поднимаются со своих мест. Больше просто не может разместиться в узком коридоре. Святослав отходит к стене. Он просто стоит и ждет, глядя на ухмыляющиеся рожи. За первой тройкой выстроилась живая очередь. Первые три заключенных останавливаются в метре от своей жертвы.

 ПЕРВЫЙ ЗАКЛЮЧЕННЫЙ

 (зубоскалит)

 Иди к нам сам, тебе понравиться.

 Эта фраза всех смешит. А первый заключенный даже оборачивается назад, чтобы проверить реакцию Яшки Блина. В этот момент Святослав делает шаг от стены. Первый Заключенный чувствует движение воздуха, что-то тяжелое обрушивается на его голову, и он погружается в темноту.

 Святослав проносится по камере, сокрушая всё и всех, кто оказывает ему сопротивление. Сверху видны только молнии-удары. И траекторию движения тела. Он оставляет за собой коридор из тел, корчившихся от боли.

 ОДИН ИЗ КАМЕРНИКОВ, отлетев от мощного толчка, натыкается спиной на толстую деревянную стойку, поддерживающую второй ярус нар. Стойка, не выдерживает и с хрустом ломается. Вся деревянная конструкция обрушивается вниз, подминая под собой нападающих. Тяжелая доска, отскочив, сильно зацепляет за бедро Свята и раскалывается о его тело, но он даже не чувствует боли, легко откидывает её в сторону.

 НАТ. КНЯЖЕСКИЙ СТАН В ЛЕСУ. НОЧЬ.

 Княжеский стан спит. Горит костер только в центре лагеря. У костра сидит Степан Алексеевич. Он потирает раскрасневшиеся от дыма глаза, и, отхлёбывая из большой глиняной кружки дымящегося отвара, чертит на земле прутиком какие-то знаки.

 Ресницы его слипаются, внимание рассеивается.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (разговаривает сам с собой)

– Плащ один, а лоскутов два. Явно был еще плащ, а при нем еще один человек. Кто он?

 Лицо Степан Алексеевича выражает задумчивость. Он слышит вдалеке вой шакалов, потом звон доспехов и голоса. Прислушивается.

 ГОЛОС ОХРАННИКА

– А я говорю не пущу в лагерь. Ждите утра.

 АЛЕНА

 (за кадром)

– Ну, дяденька, миленький, мне надо очень надо. К Степану Алексеевичу, княжескому следопыту.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 недовольно свистит, привлекая внимания охранника)

– Кто там на страже. Не шуми. Всех перебудишь.

 ОХРАННИК

 (выйдя из темноты)

– Степан Алексеевич. Тут вас домогаются. Двое. Говорят по важному делу.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (смотрит на небо. Потом на шатер князя)

– Ну, пусти! Только тихо.

 Отхлебывает из кружки. Смотрит в темноту. Из темноты выходят Алена и Гаврила. Первым идет Гаврила, за ним Алена.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (указывает на бревно рядом с собой)

– Проходите, садитесь.

 Алена выходит вперед. Степан Алексеевич с удовольствием окидывает взглядом её ладную фигуру и тормозится на руке. В ней она держит узелок.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кивком головы указал на узелок)

– Что это?

 АЛЕНА

 (кидает узелок к ногам)

– Это плащ Свята. Я его брала, чтобы заштопать. Да не успела вернуть.

 Степан Алексеевич разворачивает узел. Крутит плащ в руках. На спине плаща зияет огромная дыра и болтается лоскут от неё. Он достал свой кусочек материи. Примеряет. Лоскут ложится на свое место.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (задумчиво)

– Вот и второй плащ появился.

 (смотрит на ребят)

– Тогда кому грязный плащ принадлежит?

 АЛЕНА И ГАВРИЛА

 (переглядываются)

– Не знаем!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Вот, то-то и оно. В строю не было плаща, только у Святослава.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (назидательно поднимая палец к нему)

– Даже если предположить, что Святослав не причастен к убийству священника и ограблению церкви, то в руке Левия Крока был обнаружен лоскут от его плаща. А значит, он его убил и ему за все отвечать.

 АЛЕНА

 (падает перед Степаном Алексеевич на колени)

– Не убивал Святослав!

 НАТ. ОПУШКА ЛЕСА. УТРО.

 Святослав, голый по пояс, стоит на опушку леса и делает комплекс боевых упражнений. Он тяжело дышит. На уровне живота виден еще розовый шрам. Он наносит удары кулаками по кончикам листьев, пытается вырвать дерево с корнем. Машет деревянными булавами. Поднимает от груди бревно, забирается на дерево по веревке, слезает с нее.

 Рядом прислонившись к дереву, сидит Алена, завернувшись в его плащ, и смотрит на восход солнца.

 На фоне двигающегося Святослава раздается голос Алены.

 АЛЕНА

 (за кадром)

– Понимаете! Каждое утро Святослав выходили на опушку леса, чтобы помолиться богам о помощи и восстановить свои силы.

 Алена встает и идет в глубь леса.

 АЛЕНА

 (за кадром)

– В то утро я пошла с ним. А потом мне стало скучно сидеть на одном месте, и я пошла прогуляться в лес.

 НАТ. ПОЛЯНА В ЛЕСУ. УТРО.

 В лесу Левий Крок копает яму. Рядом с ним лежит узел, из которого выглядывают золотые украшения.

 АЛЕНА

 (за кадром)

– Я не думала, что могу кого-то встретить в лесу в такое время. Но неожиданно в чаше я увидела Левия Крока. Он копал яму, хотел в ней что-то спрятать.

 Левия Крок видит Алену, бросается на нее, валит на землю и начинает душить.

 АЛЕНА

 (за кадром)

– Я очень испугалась, и закричала. Левий Крок набросился на меня и начал душить.

 Алена вырывается. В руке Левия Крока остается лоскут от плаща. Алена бежит по лесу. Левий Крок за ней. Они выбегают на опушку леса, где тренируется Святослав. Алена прячется за спиной Святослава.

 Святослав загораживает ее своим телом и преграждает дорогу Левию Кроку.

 Двое мужчин смотрят друг на друга долго и пристально. Левий Крок зло и нервно. Святослав несколько удивленно.

 НАТ. У РЕКИ. ВЕЧЕР.

 Святослав видит себя маленьким мальчишкой. Он пристально смотрит на Левия Крока в медвежьей шкуре.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (хватает Святослава за грудки и кричит ему в лицо, выкатив глаза)

– Что ты сказал? Повтори, раб?

 НАТ. ПОЛЯНА В ЛЕСУ. ВЕЧЕР.

 Алена выглядывает из-за спиной Святослава.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (Святославу. Он не понимает, кто перед ним)

– Вот эта встреча?

 Лезет за пояс за ножом.

 СВЯТОСЛАВ

 (смотрит на Левия Крока исподлобья)

– Ты?

 НАТ. У РЕКИ. ВЕЧЕР.

 Мальчик Святослав лежит на земле и молодой Левий Крок тычет в него пальцем.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Запомни, щенок, ты мой раб и будешь теперь всегда ловить мне рыбы.

 НАТ. ПОЛЯНА В ЛЕСУ. ВЕЧЕР.

 Святослав и Левий Крок стоят друг пред другом.

 СВЯТОСЛАВ

– Я не твой раб. Рыбу тебе я ловить не буду!

 Святослав резко толкает Левия Крока в лицо открытой ладонью. Левий Крок отлетает в сторону. Вскакивает и, наконец, достает из-за пояса нож.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Не знаю, что ты там бормочешь, но отсюда уйдет только один человек. Я вас обоих в яму закопаю.

 Видит Алену. Делает шаг в ее сторону, хочет ее схватить. Святослав выбивает нож ногой. Они вращаются вокруг друг друга. Алена прячется за спиной Святослава. В конце концов, они вцепляются друг другу в горло. Святослав валит Левия Крока на землю, не подпускает его к Алене. Они катаются по земле. Левий Крок отбрасывает Святослава ногами от себя. Они вскакивают. Левий Крок хватает копье, с которым тренировался Святослав, тычет ею в лицо Святославу.

 ЛЕВИЙ КРОК

– Я сейчас на него все твои кишки намотаю.

Святослав перехватывает копье с другой стороны. Хрип. Лицо Святослава. Ярость. Искаженное болью лицо Левия Крока. Они тянут копье в разные стороны. Потом ломают его. Бьют друг друга обломками. Они тоже разлетаются в щепки. Святослав бьет Левию Кроку локтем и выбивает ему зубы. Кулак в лицо Святослава. Святослав делает переворот, хватает за ногу Левия Крока и ломает ему ее в коленном суставе. Хруст костей.

 ЛЕВИЙ КРОК

 (за кадром)

– А-А-А!

 СВЯТОСЛАВ

 (за кадром)

– Я не твой раб!

 Солнце поднимается над горизонтом. Вороны слетают со своих веток, испуганные криком людей.

 На земле лежат двое мужчин. Один катается от боли по земле, другой лежит, раскинув руки, и шепчет в небо.

 СВЯТОСЛАВ

– Я победил его! Я больше не раб своим страхам!

 НАТ. У КОСТРА. НОЧЬ.

 Степан Алексеевич, Алена и Гаврила сидят у костра.

 АЛЕНА

– Они дрались долго.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Как я понимаю, Святослав победил?

 АЛЕНА

 (кивает головой)

– Да. Он сломал Левию Кроку ногу.

 НАТ. ПОЛЯНА В ЛЕСУ. УТРО.

 Святослав склоняется над поверженным противником, осматривает его рану.

 НАТ. У КОСТРА. НОЧЬ.

 Степан Алексеевич, Алена и Гаврила сидят у костра.

 АЛЕНА

– Левий Крок потерял от боли сознание.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– И что было потом?

 АЛЕНА

– Мы наложили ему на сломанную ногу бересту. Накрыли его плащом. И пошли за помощью. Вдвоем мы бы его не дотащили до людей.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Почему Святослав не сказал об этом князю?

 АЛЕНА

 (пожимает плечами)

– Святослав говорил, что в детстве Левий Крок избил его и нагнал порчу. Если бы Святослав сказал об этом князю, то ему можно было бы забыть о поединках и дружине.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (сокрушенно качает головой)

– А ты часом  не выгораживаешь парня?

 АЛЕНА

– Ну, как мне вам доказать, что он не виновен?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Правду сказать. А что было, когда Вы вернулись? Кого мы позвали на помощь?

 АЛЕНА

– Когда мы вернулись, Левий Крок был уже мертв. Кто-то свернул ему шею. С нами был Гаврила.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– А что хотел зарыть в лесу Левий Крок?

 АЛЕНА

 (дергает плечами)

– Когда мы пришли к яме, там было только это.

 Алена дает знак Гавриле, тот достает из заплечной сумки, что-то завернутое в тряпицу, передает сверток Степану Алексеевичу.

 Степан Алексеевич разворачивает сверток. В свете луны блестит серебряная чаша. Он протирает его рукавом, и чаша начинает светиться.

 ГАВРИЛА

– Она в стороне лежала, в высокой траве. Видно не заметили.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– И все?

 АЛЕНА

– Это чаша из храма. Теперь Вы видите! Святослав не убивал Левия Крока.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (качает головой)

– Пока я ничего не вижу. А где остальная утварь?

 (с прищуром смотрит на Алену.)

– Где? А?

 АЛЕНА

 (плачет)

– Ну, откуда я знаю?! Так недалеко была дорога. Золото мог подобрать кто угодно. Нас ведь долго не было.

 ГАВРИЛА

 (кивает головой на грязный плащ.)

– Может, хозяин этого плаща нам мог бы что-то сказать?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (задумчиво смотрит)

– Может. А может, что это плащ вообще никакого отношения не имеет к делу. Все может быть.

(хлопает себя по коленкам)

– Ладно. Князь велел допросить вашего Святослава. Пойду, проверю твои и его слова.

(смотрит на Алену)

– А Вы сидите здесь и ждите меня.

 АЛЕНА

 (шмыгая носом)

– В яме Яшка Блин сидит. Он убьет Святослава до утра. Вытащите его оттуда, прошу Вас.

 ИНТ. У ЯМЫ. НОЧЬ.

 У входа в теремной острог сидят двое охранников. Зевают. Слышат какой-то шум в яме.

 ПЕРВЫЙ ОХРАННИК

 (толкает в бок второго)

– Слышь, кажись, дерутся?

 ВТОРОЙ ОХРАННИК

 (вздрагивает, прислушивается)

– Да, нет, показалось.

 Раздается треск ломающихся досок.

 ВТОРОЙ ОХРАННИК

– Да. Не! Не показалось.

 (встает, смотрит на ПЕРВОГО ОХРАННИКА)

– Поедем посмотрим, что там за буза.

 Кованые сапоги специально натасканных волкодавов громыхают по деревянному настилу. В руках у Охранников длинные деревянные копья с тупыми наконечниками. Они подходят к яме вместе со Степаном Алексеевичем.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (увидев охранников, сердито спрашивает.)

– В чем дело? Почему такой шум?

 ПЕРВЫЙ ОХРАННИК

– Драка в яме, Степан Алексеевич!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Открывай! Засов. Живо.

 Первый охранник звенит связкой ключей.

 ИНТ. ЯМА. НОЧЬ.

 Святослав останавливается напротив всё также неподвижно сидящего Яшки Блина. Грудь Святослава ходит ходуном. Из ноздрей с шумом вырывался горячий воздух. Один глаз у него уже окончательно заплыл, но другой светится ненавистью. За спиной стонут поверженные заключенные.

 ЯШКА БЛИН

 (смотрит на Святослава снизу вверх)

– Всё, хватит, паря, порезвились и будя! Слышишь?

 (кивает головой на верх, на решетку, за которой слышны голоса и звон ключей.)

– За тобой пришли! С ними не сладишь.

 СВЯТОСЛАВ

 (оглядывается на шум. Решетка еще не открывается)

– Ничего успею!

 Его кулак, прочертив красивую дугу снизу вверх, точно чиркает Яшку Блина по кончику носа.

 ИНТ. ВОЗЛЕ ЯМЫ. НОЧЬ.

 В яму заглядывает Степан Алексеевич.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (присвистнув)

– И кто здесь кого убивает?

 Первый Охранник видит разрушенные нары, и лежащих без сознания заключенных. Особое его внимание привлекает, воющий от боли, Яшка Блин. Стоя на коленях, он, задрав голову, пытался остановить текущую из носа кровь, но она не перестает и ручьями стекает сквозь пальцы.

 Рядом с ним стоит Святослав.

 ПЕРВЫЙ ОХРАННИК

 (ругается)

– Ах, ты! Сучье племя!

 (поднимая над головой копье, и бьет СВЯТОСЛАВА тупым древком в затылок)

 Святослав падает на колени.

 ВТОРОЙ ОХРАННИК

– Стой!

 Степан Алексеевич перехватывает руку Первого Охранника, которую тот занес для нового удара. Первый Охранник недоуменно оглядывается, но, увидев, Степана Алексеевича, Расслабляется.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (дает команду)

– Спустите лестницу!

 ИНТ. ВОЗЛЕ ЯМЫ. НОЧЬ.

 Святослав вылезает из ямы, держась за затылок, где зияет кровавая рана.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (смотри на охранников)

– Я его забираю с собой на допрос.

 (смотри на Святослава)

– Пошли. Разговор есть.

 Святослав, прихрамывая и держась за затылок, идет за Степаном Алексеевичем. Оглядывается через плечо.

 ПЕРВЫЙ И ВТОРОЙ ОХРАННИКИ

 (как ни в чем не бывало деловито подгоняют копьями, стонущих от боли, заключенных)

– Ну, быстро, встали. Наломали дров сами и ремонтируйте.

 НАТ.ЦЕНТРАЛЬНАЯ ПЛОЩАДЬ ПОСЕЛЕНИЯ. ДЕНЬ.

 На площади полно народу. В центре стоит деревянная колода. Возле нее стоит ПАЛАЧ с секирой. На кресле с высокой спинкой сидит Князь. Рядом с ним Старейшина, Ибрагим-Бей. За спинкой кресла Воевода, Степан Алексеевич.

 Площадь по периметру охраняют воины воеводы. Возле князя стоят воины его дружины. Они отличаются по цвету канта на плащах.

 В толпе зрителей стоит Алена, Гаврила. Рядом с местом Князя стоит стол. За столом сидит ПИСАРЬ. На столе гусиные перья, бумаги.

 Возле стола стоит, закованный в кандалы те, кто ждет княжеского суда. Среди них – Святослав И Яшка Блин. У Яшки Блина свернут нос. Его поддерживают два стражника.

 Перед Князем горит костер. Возле костра стоит СМЕРД, в лаптях и полосатых штанах, домотканой рубахе. Рядом с ним ПОМОЩНИК ПАЛАЧА.

 Помощник палача щипцами достает из огня раскаленный камень. Смерд прячет руку за спину. Дружинники князя выкручивают ему руку так, чтобы помощник палача мог положить ему в ладонь камень.

 СМЕРД

 (к толпе)

– Люди добрые. Я не крал, не крал! Поверьте.

 ПОМОЩНИК ПАЛАЧА

– Вот, мы сейчас и проверим. Разожми руку, по-хорошему прошу.

 Смерд неохотно раскрывает ладонь. Помощник палача вкладывает ему в ладонь камень. Смерд корчится от боли. Хочет выбросить камень, но помощник палача зажимает его ладонь. Камень шипит. Сквозь пальцы тянет дым. Два стражника еле удерживают смерда. Он падает на колени. Из глаз текут слезу.

 СМЕРД

– Я не крал!

 ПОМОЩНИК ПАЛАЧА

 (достает камень из ладони и рассматривает ожог. Смотрит на Князя)

– Виновен!

 КНЯЗЬ

 (обращается к писарю)

– Виновен.

 ПИСАРЬ

 (палачу)

– Виновен.

 Стражники тащат смерда, у которого подкосились от страха ноги, к палачу. Палач поднимает топор.

 СМЕРД

 (за кадром)

– А-а-а!

 ПИСАРЬ

 (князю)

– Следующее дело заслушаем? Или отдохнем?

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Святослава и Яшку Блина)

– Давай тех! Почему они в кандалах?

 ПИСАРЬ

– Подрались.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Воеводу)

– Да, Редедя, я смотрю, действительно этот парень отъявленный смутьян.

 (дает команду Писарю)

– Читай суть дела.

 ВОЕВОДА

 (наклоняется вперед)

– Князь, вчера за Яшку Блина родственники 40 гривен золота в казну принесли.

 КНЯЗЬ

– И что?

 ВОЕВОДА

– Блин вину признал и просит снисхождения.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Святослава)

– У тебя есть претензии к обидчику. Он же ведь тебе шкуру вроде попортил?

 СВЯТОСЛАВ

– Нет. Он со мной тоже рассчитался.

 КНЯЗЬ

– Отпустите трактирщика.

 Яшку Блина расковывают.

 ЯШКА БЛИН

 (зло косится на Святослава и усмехается)

– Ну, я пошел. А ты тут отведай княжеской справедливости. Вон палач, уже тебя дожидается.

 Яшка Блин скрывается в толпе, Святослав остается один.

 КНЯЗЬ

– Что там у нас дальше?

 ПИСАРЬ

 (встает)

– Дело об ограбления христианского храма, убийстве священника, юродивого, и немецкого подданного Левия по прозвищу Крок.

 КНЯЗЬ

– Читай!

 ПИСАРЬ

– Рассмотрев все обстоятельства дела и данной ему властью, Князь признает во всех этих преступлениях виновным Святослава по прозвищу Поединщик, состоящего на службе в дружине воеводы Редеди Халдеевича. Учитывая тяжесть преступления, старейшина предлагает казнить Святослава по прозвищу Поединщик, путем четвертования. Приговор привести к исполнению немедля.

 По толпе проносится шепот неодобрения.

 ГАВРИЛА

– По кривде, князь судишь! Не за что парня наказываешь!

 Писарь смотрит на князя, Князь кивает ему головой.

 ПИСАРЬ

 (повернувшись лицом к толпе)

– Если кто имеет что сказать в защиту Святослава по прозвищу Поединщик, пусть говорит сейчас или не говорит никогда.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (поднимает руку и выходит из-за спины князя)

– Дозволь, княже, мне молвить слово в защиту!

 КНЯЗЬ

 (удивленно)

– Степан, ты?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Да, княже. Я хочу сказать, что вину Святослава-Поединщика нельзя считать полностью доказанной.

 КНЯЗЬ

– Почему?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Сегодня ночью мне принесли плащ Святослава и вместе с ним вот это.

 ВОИН выносит серебряную чашу.

 КНЯЗЬ

 (восхищенно смотрит на нее)

– Ты нашел украденные вещи, Степан!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Нет, пока только чащу. И их нашел не я, а Святослав и Алена, дочь воеводы Любомира.

 КНЯЗЬ

– Ничего не понимаю. Значит Святослав не убийца?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Я не могу утверждать этого.

 КНЯЗЬ

– Тогда чего же ты хочешь?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Чтобы разобраться в этом деле, нам нужно найти хозяина второго плаща.

 Воевода переглядывается с Ахметом – Торком, который стоит в оцеплении.

 КНЯЗЬ

– Как?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Объявить об этом. Если хозяин плаща не убийца, он сам сейчас выйдет и расскажет, как было дело? А если на нем кровь, то его надо найти, но тогда, я могу точно утверждать, что Святослав не при чем.

 КНЯЗЬ

– Что-то сомневаюсь я, что кто-то выйдет, но хорошо. Пусть будет по-твоему. Писарь, объяви народу.

 ПИСАРЬ

 (встает)

– Слушайте все. Князь хочет знать, кому принадлежит это плащ. Пусть его хозяин, или тот, кто знает, кому он принадлежит, сам выйдет на поле и расскажет, как было дело.

 Над площадью нависает тишина. Воины идут вдоль толпы, показывая плащ. Все видят золотой замок в виде головы быка на плаще. По толпе ползет шепот.

 ТОЛПА

– А не Ахмета-ли Торка плащ? Точно похож! Только у него золотой бык был.

 Воевода дает знак Ахмету-Торку. Это кивок не ускользает от взгляда Степана Алексеевича. Он прищуривается и следит за Ахметом-Торком.

 АХМЕТ-ТОРК

 (делает шаг вперед и поднимает руку)

– Князь. Это мой плащ!

 КНЯЗЬ

 Кто ты?

– АХМЕТ-ТОРК

– Меня зовут Ахмет, по прозвищу Торк.

 КНЯЗЬ

– Это тебя воевода выставлял на бой с арабом?

 АХМЕТ-ТОРК

– Да, князь. Меня.

 КНЯЗЬ

– Ну, расскажи, тогда всем. Как твой плащ попал к Левию Кроку, а клок от него в руки юродивому.

 АХМЕТ-ТОРК

– Левий Крок украл его у меня.

 КНЯЗЬ

– Почему ты не сказал никому о краже. Это ведь серьезное преступление.

 АХМЕТ-ТОРК

– А я обнаружил пропажу, только сегодня. И сразу же говорю об этом.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Степана Алексеевич)

– Ну что Степан, ты доволен?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кусает губу. Он явно не ожидал, что кто-то согласиться признаться во владении плащом. И думает, что же делать дальше)

– Княже, что же это за воин, что не следит за своим снаряжением?

 КНЯЗЬ

– Это к делу не относится? У тебя есть еще что сказать?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Князь, за то, что Святослав никого не убивал, ручается Алена, дочь, воеводы Любомира.

 (показывает рукой на Алену)

– А кто поручиться за то, что Ахмет-Торк не врет?

 (показывает рукой на Ахмета-Торка)

– Его плащ побывал в двух местах, где проливалась кровь?

 (Показывает два пальца, а потом указывает на грязный плащ Ахмета-Торка)

– Юродивый сказал, что он в этом плаще был убийца?

– Кто был в этом плаще? Левий Крок? Сейчас на него можно свалить все что угодно. Он мертв. А в результате пострадает невиновный.

 (показывает рукой на Святослава)

– Это падет пятном на тебя, великий князь.

 КНЯЗЬ

 (раздраженно)

– Если бы да кабы, то во рту росли блины.

 (немного подумав)

– Ладно, что же ты предлагаешь?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Пусть божий суд решит, кто же из них прав, а кто виноват!

 По площади проносится рокот.

 ТОЛПА

– Правильно. Все запутано. Боженька сверху все видит. Он все узелки разрубит.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Святослава)

– Ты согласен на божий суд?

 СВЯТОСЛАВ

– Да, князь. Я невиновен и готов отвечать перед богами.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Ахмета-Торка)

– Ты готов отстоять свою правду на божьем суде.

 Ахмет-Торк смотрит на Святослава, он в оковах, выглядит устало и забито. Зло скалиться.

 АХМЕТ-ТОРК

– Да, княже. Готов. Мне нет резона отказываться. Но когда я докажу свою правоту.

 (показывает рукой на Степан Алексеевича)

– Он будет отвечать за напраслину.

 Князь смотрит на Степана Алексеевича.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Я согласен!

 КНЯЗЬ

 (кивает писарю)

– Хорошо. Пусть так и будет. Объявляй поле.

 ПИСАРЬ

 (встает и оглашает решение князя)

– Для решения вопроса и выявления виновного в смерти немецкого подданного Левия Крока, священника храма, юродивого и краже золота князь по обоюдному согласию сторон назначается судебное поле.

 Святослава расковывают. Он выходит в поле, потирая руки. Ахмет-Торк подходит с другой стороны. В центре площадки их ждет Старейшина.

 СТАРЕЙШИНА

 (взмахом руки перерубает невидимую преграду мешавшую бойцам)

– Сходитесь!

Святослав не спешит. Он делает лишь шаг и замирает в боевой стойке, высоко подняв руки, в ожидании Ахмета-Торка. Ахмет-Торк в два прыжка преодолевает дистанцию, бросается на Святослава, целится в живот правой ногой. Святослав легко уклоняется от этого удара и ещё нескольких ударов руками. Святослав пропускает Ахмета-Торка сквозь себя, выныривает у него за спиной. Ахмет-Торк, проскочив по инерции несколько шагов, неловко налетает на стражника, который стоит на краю судного поля.

Эта неловкость вызывает легкий смешок среди зрителей. Стражник толкает Ахмет-Торк назад на площадку. Зрачки Ахмета-Торка наливаются кровью. Он разворачивается и встречается со взглядом Святослава. Святослав усмехается еле заметной улыбкой.

Святослав снова не нападает. Он ждет момента. Кулаки Ахмета-Торка со свистом разрезают воздух. Святослав умело защищается. Отбивает удары. После обмена ударами Ахмет-Торк снова оказывается на краю поля, на одном колене.

 АХМЕТ-ТОРК

 (смотрит исподлобья на Святослава и рычит)

– Ну, все ты труп! Сейчас я с тобой покончу!

 Ахмет-Торк выхватывает меч у стоящего рядом охранника и набрасывается на Святослава.

 По толпе проносится слова возмущения. Князь поднимает руку, чтобы остановить поединок.

 ВОЕВОДА

– Это божий суд! Его нельзя останавливать! Бог дал оружие, бог и отберет!

 Князь косится на воеводу, но руку опускает. Поединок продолжается. Ахмет-Торк гоняет Святослава по полю.

Святослав уворачивается от всех его ударов. Степан Алексеевич выхватывает свой меч и кидает его Святославу.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Лови!

 Ахмет-Торк отбивает меч Степана Алексеевича и не дает его взять Святославу. Толпа возмущается.

 Князь напряженно следит за поединком. Вместе с ним также напряженно за поединком следят Алена, Гаврила, Степан Алексеевич.

 Воевода нервно покусывает ус.

 Степан Алексеевич подходит сзади к Воеводе. Опускает свою руку на его плечо. Воевода оборачивается.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Воевода, скажи, почему ты так хочешь, чтобы поединщик умер?

 ВОЕВОДА

 (раздражённо)

– Нашел время для расспросов.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кивает головой)

– А почему ты не сказал князю, что Ахмета нет в строю?

 ВОЕВОДА

 (Степану. Зло)

– Ну что пристал. Не видишь. Твой Поединщик уже труп.

 (поворачивает голову в сторону поединка и раздраженно всплескивает руками)

– Что он делает?

 Святослав укорачивается от мощного бокового маха с мечом Ахмета-Торка и оказывается перед Ахметом-Торком на расстоянии удара рукой. Он использует этот момент и тыкает кулаком в челюсть Ахмета-Торка. Злое лицо Ахмета-Торка сразу становится глупым. Глаза закатываются, челюсть отвисает, а кожа принимает пепельно-белый оттенок.

 Повинуясь силе земного тяготения, он падет на землю, поднимая вверх облака пыли. Воевода смотрит на Князя. Тот аж привстал от такого исхода событий. Видно, что он доволен поединком и исходом боя. Ахмет-Торк пытается приподняться на ватных руках, но падает лицом в пыль.

 Святослав берет меч из руки Ахмета-Торка и заносит его над головой для удара.

 СВЯТОСЛАВ

– Признаешь свою вину?

 АХМЕТ-ТОРК

 (смотрит на меч)

– Добивай. Твоя правда!

(отворачивается)

 СВЯТОСЛАВ

 (вгонят меч в землю рядом с лицом Ахмета-Торка, и выпрямляется, смотрит на Палача)

– Он виновен!

 На поле стража поднимает с землю Ахмет-Торка. Тот мотает головой, что-то пытается сказать. Стража тащит его к Палачу. На встречу к Святославу выбегает Алена. Она бросается к нему на шею. Гаврила скоморошничает. Пляшет вокруг них. Степан Алексеевич теряет в толчее из виду Воеводу.

 Стража бросает Ахмета-Торка на колени перед палачом, и натягивают руку, так чтобы было удобно ее отрубить.

 Палач поднимает топор, замирает в верхней точке, смотрит на Князя.

 Князь смотрит на Писаря, на толпу. Все замерли и жду его решения. Князь снова смотрит на Писаря. Наконец кивает головой.

 ПИСАРЬ

 (встает)

– Божий суд указал на виноватого! В убийстве немецкого гостя, священнослужителя и юродивого признается виновным признается дядька дружины воеводы Редеди. Ахмет по прозвищу Торк.

 Писарь смотрит на Князя. Князь смотрит на толпу. В толпе нет никакого возмущения.

 ТОЛПА

– Божий суд не обманешь! Все по чести было. Ахмет должен ответить!

Князь кивает головой Писарю.

 КНЯЗЬ

 -Виновен!

 ПИСАРЬ

 (смотри на Палача)

– Виновен!

 Топор палача опускается на руку Ахмета-Торка. Брызжет кровь. Рука остается в руках стражника. Ахмет-Торк выкатывает глаза и верещит от боли, но не теряет самообладания. Он бьет ногой Стражника, вырывается из его хватки, бросается к Князю. Палач ставит ему подножку. Ахмет-Торк спотыкается и растягивается на земле, поднимается и встает на колени. На него наваливаются охрана из дружины воеводы.

 АХМЕТ-ТОРК

 (кричит. Кровь брызжет во все стороны)

– Князь пощади! И я скажу, где золото из храма. Я скажу …

 Воевода неожиданно оказывается рядом с Ахметом-Торком выхватывает нож и взмахом руки перерезает ему горло. Ахмет-Торк хрипит и валится на бок. Оставшейся рукой указывает пальцем на воеводу. Шевелит губами. Степан Алексеевич пытается прочитать его слова по губам, но охрана тащит истекающего кровью Ахмета-Торка к палачу и тот несколькими взмахами завершает дело.

 Палач поднимает к руке отрубленную голову Ахмета-Торка.

 ПИСАРЬ

 (объявляет)

– Суд божий свершился!

 Князь встает со своего кресла, манит рукой Святослава и Алену. Они подходят к нему.

 КНЯЗЬ

 (Алене)

– Так это и есть тот поединщик, про которого ты говорила?

 АЛЕНА

 (прижимаясь к Святославу)

– Да, княже!

 КНЯЗЬ

 (хмыкая)

– Ну что ж. Себя ты сегодня отстоял. А за Русь постоишь?

 СВЯТОСЛАВ

– Постою, княже!

Степан Алексеевич подходит к князю.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Степана Алексеевича)

– Ну, что Степан Андреевич, стоишь такой хмурый! Чем недоволен!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Воеводой, княже недоволен. Ахмет хотел сказать, где золото спрятано, а воевода ему не дал.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на воеводу)

– Да, Редедя! Как-то ты шустро ножом его? Зачем?

 ВОЕВОДА

– Показалось княже, что он на тебя наброситься хотел.

 КНЯЗЬ

 (сердито)

– Когда кажется, крестится надо. Слыхал про такое. Язычник неотесанный. Когда, кстати, сам окрестишься? Меня порадуешь? Хватит уже Перуну поклоны класть! Смотри.

 (показывает на чашу)

– Вера христианская сильнее старых богов! И перса мы завтра с божьей помощью одолеем!

 Князь, Воевода, Святослав, Алена, Ибрагим-Бей и его свита, горожане направляются на холм к храму.

 Все обходят одиноко стоящего Степана Алексеевича.

 ИНТ. СЕНОВАЛ НА БОЛОТЕ. НОЧЬ.

 Святослав и Алена лежат на большом стогу сена, укрывшись плащом. Из-под плаща вида тонкая рука девушки. Она гладит волосы Святослава. Святослав ее целует.

 АЛЕНА

 (шепчет)

– Я так рада, что все закончилось!

 СВЯТОСЛАВ

– Я тоже. А почему у тебя такой грустный голос?

 АЛЕНА

– Ты завтра обязательно выиграешь. И князь возьмет тебя с собой. Ты уедешь и забудешь меня.

 СВЯТОСЛАВ

– Не говори глупости. Я возьму тебя в жены, и ты поедешь со мной.

 АЛЕНА

– В поход женщин не берут.

 СВЯТОСЛАВ

 (откидывается на спину и смотрит в потолок)

– И вообще, прежде чем об этом думать, надо еще завтра победить. А бой будет очень тяжелый.

 Видна балка перекрытия и дырка в крыше. Сквозь дырку светит полная луна.

 АЛЕНА

– Ты победишь. Ведь на твоей стороне теперь новый бог. Он сильнее всех. Помнишь, что князь сказал.

 СВЯТОСЛАВ

– Помню.

 Тяжело вздыхает.

 АЛЕНА

– Ты что?

 СВЯТОСЛАВ

– Да вот вспомнил Ахмета. Из головы не идет его смерть. Князь бы его пощадил, а воевода… Да и вообще. Вся эта история? Тебе не кажется странным. Куда исчезли остальное золото от ямы?

 АЛЕНА

 (Пожимает плечами)

– Знаешь, почему я закричала тогда в лесу?

 СВЯТОСЛАВ

– Почему?

 АЛЕНА

– Мне показалось, что рядом Левием Кроком кто-то стоял

 СВЯТОСЛАВ

– Кто?

 АЛЕНА

– Мне почему-то показалось, что это был воевода.

 СВЯТОСЛАВ

 (удивленно и скептически)

– Воевода? Да ну.

 АЛЕНА

– Вот и я тогда подумала, что этого не может быть.

 СВЯТОСЛАВ

– А что ты мне сразу об этом не сказала?

 АЛЕНА

– Потому и не сказала, что никто в это не поверит.

 СВЯТОСЛАВ

(поднимается)

– Ты спи. А я быстро схожу до княжеского стана и поговорю об этом со Степаном Алексеевичем.

 АЛЕНА

– Я с тобой.

 НАТ. НА ПЕРЕКРЕСТКЕ ДОРОГ У БОЛЬШОГО КАМНЯ. НОЧЬ.

 Перекресток освещает полная луна. Святослав и Алена едут на лошади Святослава по этой дороге. Алена держится сзади за Святослава. Они едут медленно. Слышал впереди конский топот.

 СВЯТОСЛАВ

– Скачет кто-то?

 АЛЕНА

– Давай спрячемся на всякий случай.

 Святослав сворачивает с дороги, прячется за деревья.

 Мимо них проскакивает всадник.

 СВЯТОСЛАВ

 (смотрит на Алену)

– Кажись воевода?

 АЛЕНА

 (стуча зубами от страха и холода)

– Пойдем за ним. Куда он ночью поскакал.

 Они слезают с коня и идут по краю дороги и доходят до перекрестка. Воевода стоит на нем и кого-то ждет. С другой стороны к нему подъезжают еще один всадник. Это – Ибрагим-Бей.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– Воевода. Что происходит? Ты обещал мне, что на бой выйдет Ахмет-Торк. А его уже нет в живых.

 ВОЕВОДА

– Я обещал тебе, почтенный Ибрагим-бей, что твой поединщик выиграет, и свое слово сдержу.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– Как?

 ВОЕВОДА

– Святослав-поединщик, конечно сильный воин, но у него есть один существенный изьян, который поможет твоему воину его победить.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– Слушаю тебя?

 ВОЕВОДА

– Святослав с детства не выдерживает прямого взгляда.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– В каком смысле?

 ВОЕВОДА

– Порченный он. Как девка. Стоит во время поединка на него пристально посмотреть. Прямо в глаза и все, он тут же опускает руки.

 Святослав возмущенно открывает рот и хочет сделать шаг из темноты, но вдруг ему на плечо ложиться чья-то рука. Святослав вздрагивает. Алена ойкает, но ей закрывают рот. Они видят Степана Алексеевича.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Тсс. Ни звука. Молчите.

 Они видят, как всадники разъезжаются в разные стороны. Степан Алексеевич, Святослав и Алена выходят на дорогу.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (кусая травинку и смотрит в след уехавшему воеводе)

– Так вот ты какой Редедя Халдеевич? Везде воду мутишь.

 (смотрит на Святослава)

– Ну смотри, поединщик. Завтра ты не должен проиграть ни под каким предлогом. Вишь, что происходит. Измена в чистом виде.

 СВЯТОСЛАВ

 (смотрит на Степана зло)

– Не проиграю.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Ну-ну. А чего вы ночью-то шастаете?

 АЛЕНА

– Ой, а мы к Вам шли.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Зачем?

 СВЯТОСЛАВ

– Да, теперь это уже не важно. Хотели сказать, что Алене показалось, что она видела тень тогда в лесу. И ей показалось, что это воевода.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Может быт и не важно. А может быть и важно. Утвари из храма было много. И из леса незаметно ее не вынести. Значит, ее надо куда-то спрятать.

 (смотрит на Святослава и Алену)

– Ну – ка, соображайте быстро, куда можно было спрятать золото, не роя земли?

 АЛЕНА

– В дупло.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Вот именно. А где у нас в лесу самые большие дупла?

 АЛЕНА

– В горелой роще в Перуновом дубе, в который молния ударила.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (смотрит в сторону, куда уехал воевода)

– А куда сейчас воевода поехал?

 СВЯТОСЛАВ

 (указывает рукой)

– Туда?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– А что там?

 АЛЕНА

– Горелая роща.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Вот именно. И Ибрагим-бея он только что насчет тебя обманул. Он ведь видел, что ты во время боя с Ахметом уже не отворачивался.

 (Тихонько свистит. Из кустов выходил лошадь. У нее копыта замотаны сеном, поэтому лошадь ступает бесшумно)

– Есть у меня подозрение, что Воевода хочет сбежать с золотом от греха подальше или перепрятать его.

 (смотрит на Степана и Алену)

– Поеду-ка и я в ту сторону. Посмотрю, что наш воевода задумал. А вы давайте, ребята давайте-ка в стан к князю.

 НОЧЬ. ПОЛЯНА В ГОРЕЛОЙ РОЩЕ. ПОЛНОЛУНИЕ. СВЕТЛО.

 На поляне никого нет. К дереву привязана лошадь. Степан Алексеевич наблюдает за ней из темноты.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (шепчет коню)

– Тихо, тихо, не шуми. Сейчас, сейчас, хозяин появится. Не может он никуда деться. Он где-то рядом.

 Фигура Воеводы появляется как будто ниоткуда. Из веток деревьев. Он вскакивает на коня и осматривается. Никого не видит, уезжает

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Эх не успели мы, Серко. Не успели. Как теперь князю докажешь, что это его схрон. Ну, ладно пойдем хотя бы посмотрим, откуда он появился.

 Степан Алексеевич пришпоривает коня и выезжает на поляну. Пересекает открытое место. Слезает с коня. Начинает осматривать старый дуб. Подпрыгивает, хватается за ветку, подтягивает и залезает на нее.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (разговаривает сам с собой)

– Где-же здесь должен быть лаз?

 Щупает рукой кору. Наконец обнаруживает щель, цепляет ее пальцами и тянет на себя. Кора легко отходит и открывает вход внутрь дерева

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– А вот и он.

 Степан шарит рукой и находит в ветках веревку и огарок свечи. Чиркает огнивом, зажигает свечу. Светит вниз. Кидает веревку, спускается.

 ИНТ. ПЕЩЕРА В КОРНЯХ ДУБА. НОЧЬ.

 Степан Алексеевич попадает в большую подземную пещеру. Осматривается. Видит в центре кострище. По углам стоят сундуки.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (считает их)

– Ты смотри, разбойничья пещера в самом центре дуба. Кто бы мог подумать?

 Он чувствует сзади себя какое-то движение, резко оборачивается, огарок гаснет. Раздается удар и звук падающего тела.

 Свет снова разгорается. Горит факел. Стоят Воевода и Яшка Блин. У Яшки Блина распухший нос. Степан Алексеевич лежит без сознания.

 ВОЕВОДА

 (Яшке Блину)

– Сейчас свяжи его. А когда очухается, наденешь мешок на голову, выведешь в овраг и шею свернешь. Сделаешь так, будто с коня упал. Все ясно?

 ЯШКА БЛИН

– А может, лучше сейчас ему шею свернуть.

 ВОЕВОДА

– Ага, а труп ты на себе тащить будешь. Нет, делай, как я сказал.

 ЯШКА БЛИН

 (кивает головой)

– Ясно.

 Начинает связывать Степана Алексеевича. Тот стонет. Яшка Блин одевает ему на голову мешок. Воевода тем временем, открывает замок на сундуке. Достает оттуда икону.

 ВОЕВОДА

 (Блину)

– Разожги костер. И сожги ее.

 ЯШКА БЛИН

– А с золотом церковным, что будем делать?

 ВОЕВОДА

– Как обычно. Переплавить его надо в слитки и монеты. Ну и в дело пустишь, через трактир отмоешь.

 Степан Алексеевич начинает шевелиться. Яшка Блин начинает разжигать костер.

 ВОЕВОДА

– Что Степан Андреевич, долазились по деревьям?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (садиться)

– Да, вот пришлось.

 Мотает в мешке головой. Дергает связанными руками.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Что-то ты сегодня воевода не гостеприимен.

 ВОЕВОДА

– А что ты в чужой дом через крышу входишь? Как нечисть какая?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Кто из нас нечисть. Еще посмотреть надо.

 ВОЕВОДА

– Но. Но. Не кипятись. Сам виноват. Нечего было под меня копать. Ведь могли бы и договориться, но теперь поздно.

 (кивает Яшке Блину.)

– Давай выводи его отсюда.

 Яшка Блин рывком поднимает Степана Алексеевича на ноги и толкает к выходу.

 ЯШКА БЛИН

– Давай, шевели ногами, сыщик княжеский!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Яшка Блин? Значит, правду люди говорили, что Вы вместе с ним темные дела крутите. А я не верил.

 ВОЕВОДА

 (усмехается)

– Значит, зря не верил.

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Я это уже понял.

 (качает головой)

– Эх, воевода, Божьего суда на вас душегубов нет.

 Костер разгорелся. Дым от костра, как по дымоходу, потянулся вверх в дупло дуба.

 ВОЕВОДА

– А зачем он нам нужен? У нас свой суд есть. Наш суд всегда правый. Правда, Яшка?

 ЯШКА БЛИН

 (смеется)

– Твоя правда, воевода. Звонкая монета, вот наш судья!

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

 (дергает плечам)

– Сними мешок, воевода.

 ВОЕВОДА

– Зачем?

 СТЕПАН АЛЕКСЕЕВИЧ

– Хочу в глаза твои бесстыжие посмотрю. Сними мешок, воевода. Чего ты боишься? Руки, ноги у меня связаны, все равно не убегу. Сними. Чего боишься?

 ВОЕВОДА

 (хмурится)

– Обойдешься.

 Кидает икону в костер. Ее начинают лизать языки пламени. Вдруг дым от костра перестает уходить в дымоход и наполняет собой помещение.

 Степан Алексеевич, Воевода и Яшка Блин начинают кашлять.

 ЯШКА БЛИН

 (ругается)

– Что за ерунда?

 ПОЛЯНА ПЕРЕД ДУБОМ. НОЧЬ.

 На край поляны на лошадях выезжает Князь, Святослав, Алена и его дружинники. Видят привязанную к дереву лошадь Степана Алексеевича.

 КНЯЗЬ

– Ну и где же сам Степан?

 СВЯТОСЛАВ

 (осматривает поляну)

– Странно его нет.

 Луна освещает поляну. Святослав принюхивается.

 СВЯТОСЛАВ

– Вроде дымом пахнет. Лес что ли горит?

 АЛЕНА

– Смотрите, дым из дуба повалил?

 ДРУЖИННИКИ

 (крестятся, бормочут)

– Нечистая сила просыпается!

 КНЯЗЬ

– Дыма без огня не бывает.

 (кивает СВЯТОСЛАВУ)

– Ну, как залезь на дерево. Посмотри, откуда дым валит.

 Святослав подъезжает к дубу, залезает на него. Находит дымоход. Прислушивается. Слышит разговор.

 СТЕПАН

 (за кадром)

– Сними мешок, воевода! Чего боишься? Руки, ноги у меня связаны, все равно не убегу. Сними. Чего боишься?

 ВОЕВОДА

 (за кадром)

– Обойдешься!

 Святослав снимает с себя плащ и забивает его в дымоход. Спрыгивает с дерева, подбегает к Князю.

 СВЯТОСЛАВ

– Там под деревом пещера. В ней Воевода и Степан. Может еще кто, не знаю. Воевода зачем-то связал Степана Алексеевича.

 КНЯЗЬ

– Воевода Степана?

 СВЯТОСЛАВ

– Да, я слышал разговор. Я на всякий случай дымоход забил плащом. Сейчас дым из другого места повалил. Наверняка у них есть другой выход.

 КНЯЗЬ

 (командует дружине)

– Всем рассредоточиться и смотреть, откуда повалит дым.

 АЛЕНА

– Скорее всего, ход ведет к чертову оврагу. Это здесь близко.

 Князь, Святослав и Алена пришпоривают коней и скачут через поляну к оврагу.

 НАТ. ОВРАГ. НОЧЬ.

 Из щели в отвесной стене оврага валит дым. Над место, откуда валит дым, стоят три всадника: Князь, Святослав и Алена.

 СВЯТОСЛАВ

– Это здесь? Ловко придумали.

 Слышатся кашель. Из щели в овраг выскакивают два человека. Яшка Блин и Воевода. Они спускаются на дно оврага. Собираются бежать по дну.

 КНЯЗЬ

 (грозно)

– Стоять!

 Воевода вздрагивает. Смотрит наверх, видит гневные глаза Князя, хватает Яшку Блина и приставляет к шее его нож.

 ВОЕВОДА

– Княже, я поймал душегуба.

 АЛЕНА

– А где Степан Алексеевич?

 ВОЕВОДА

 (Бегает глазами)

– За мной сзади шел.

 К князю подходят дружинники.

 КНЯЗЬ

– Взять под стражу их обоих.

 ВОЕВОДА

– Князь, а меня за что?

 КНЯЗЬ

– Сейчас разберемся. Что-то не верю я тебе, Редедя Халдеевич! Где Степан?

 ВОЕВОДА

– Да сзади шел.

 СВЯТОСЛАВ

 (соскакивает с коня. Кричит.)

– Степан Алексеевич? Степан Алексеевич! Отзовитесь. Вы живы?

 Тишина. Святослав снова вскакивает на коня и скачет к дереву.

 НАТ. ПОЛЯНА. ДУБ. НОЧЬ.

 Святослав снова взбирается на дерево. Вырывает из дупла плащ. И спрыгивает вниз.

 НАТ. ОВРАГ. НОЧЬ.

 Из щели вылазит весь грязный от копоти Святослав. Он кашляет, тащит за собой мертвого Степана Алексеевича, в связанных руках у него икона. Святослав сползает с телом на дно оврага. Икона выпадает из безжизненных рук Степана Алексеевича. Святослав ее поднимает и показывает Князю.

 СВЯТОСЛАВ

– Он искал в темноте ее, потому и не успел выйти. Задохся.

 Икона с одного угла обуглилась. Святослав вытирает с лика святого копоть. В лунном свете образ святого блестит.

 СВЯТОСЛАВ

– Там еще сундуки какие-то были. Но в темноте не понятно с чем.

 Князь головой дает знак дружинникам. Два дружинника зажигают факела и скрываются в лазе.

 НАТ. ПОЛЯНА. ДУБ. НОЧЬ.

 Все возвращаются на поляну перед священным дубом. Впереди идут два дружинника. Они несут на копьях тело Степана Алексеевича. За ними под охраной идут Воевода и Яшка Блин. Далее следуют: Князь, Святослав, Алена.

 За ними дружинники выносят на поляну сундуки с награбленным за многие годы добром.

 КНЯЗЬ

 (приказывает дружинникам)

– Готовьте тризну по брату нашему, Степану Алексеевичу.

 Все дружинники, кроме тех, кто охраняет Воеводу и Яшку Блина, начинают рубить лес топорами.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Воеводу и Яшку Блина)

– Ну что еще скажешь Воевода? Как же так ты вместе со Степаном разбойника ловил, что он связанный по рукам и ногам, да еще с мешком на голове оказался.

 ВОЕВОДА

– А что говорить? Я свое сказал. Не виноват. Тебе служил.

 ЯШКА БЛИН

– Да врет он, князь. Тень на плетень наводит. Вместе мы с ним грабили караваны торговые, которые без охраны шли.

 КНЯЗЬ

– Давно?

 ЯШКА БЛИН

 (кивает на Алену)

– А вот караван с ее отцом первым был. С нами еще Левий Крок тогда ходил.

 Алена широко открывает глаза, смотрит на Воеводу.

 КНЯЗЬ

– А Левия Крока кто и за что убил?

 ВОЕВОДА

 (перебивает князя и Яшку Блина, который уже открыл рот)

– Да не слушай, ты его князь. Не хочет он один на себя вину брать. Вот и меня тащит. А Левия Крока Ахметка порешил. Так что он свое получил по праву.

 ЯШКА БЛИН

– Ахметка Крока убил по твоему приказу. Чтобы убийство священника и ограбление церкви на него же и повесить.

 Князь переводит взгляд с одного на другого и все сильнее хмурится.

 ВОЕВОДА

 (неожиданно бьет Яшку Блина)

– Что ты брешешь, пес!

 Яшка Блин отвечает ему. Дружинники хотят разнять дерущихся, но Князь их останавливает движением руки.

 КНЯЗЬ

– Пусть сами решат, кто из них прав, кто виноват. Не будем вмешиваться.

 Дружинники образуют круг, ограниченный факелами. Воевода и Яшка Блин дерутся.

 За образовавшимся кругом из факелов растет гора из сухих веток и дров.

 Бой идет с переменным успехом. Они кусают друг друга и царапают глаза. Противники катаются с воем по земле. Никто не хочет уступать. В конце концов, Воевода бьет Яшки Блину в пах ногой, тот сгибается от боли, падает на колени. Воевода седлает его сверху и готовится свернуть шею, но перед этим смотрит на Князя.

 ЯШКА БЛИН

 (хрипит и смотрит на Алену)

– Прости.

 Он показывает рукой на Воеводу, хочет что-то сказать, но Воевода с хрустом сворачивает шею Яшки Блину.

 ВОЕВОДА

 (встает перед князем)

– Вот Княже и мой божий суд свершился. Бог видит, я не виноват по праву.

 Князь хмурится, но ничего не может сделать.

 АЛЕНА

 (растеряно смотрит на Князя, на Святослава)

– Как же так? Как он мог? Яшка хотел, что-то сказать…

 СВЯТОСЛАВ

– Он хотел сказать, что Редедя приказал ему и Кроку убить твоего отца.

 КНЯЗЬ

– Но не успел.

 ВОЕВОДА

– Соврать он хотел перед смертью. А я не дал ему враньем свой рот перед смерть осквернить.

 КНЯЗЬ

– Все может быть.

 Алена плачет.

 ВОЕВОДА

 (встает перед Князем на колени)

– Прости Князь, что не смог спасти твоего следопыта. Но я считал, что поймать разбойника важнее. Если не правильно поступил, казни.

 ДРУЖИННИК

 (подходит к князю)

– Княже, тризна готова!

 КНЯЗЬ

– Ну что ж справим тризну по нашему побратиму.

(Воеводе)

– Бог тебе судья! Если не чувствуешь вины, служи мне дальше.

 АЛЕНА

 (через плач)

– Неужели никто не заступится за меня.

 СВЯТОСЛАВ

 (выходит вперед)

– Подожди Редедя Халдеевич уходит с поля. Я обвиняю тебя в гибели княжеского недельщик и хочу выступить божьим молотом.

 ВОЕВОДА

– Ты меня на божий суд вызываешь?

 СВЯТОСЛАВ

– Да.

 ВОЕВОДА

– Мы с тобой не ровня. И биться я с тобой не буду.

 КНЯЗЬ

– Перед богом все равны, Воевода. Не будешь биться. Признаешь свою вину. Тогда точно казню.

 ВОЕВОДА

– Хорошо, твоя воля, князь.

 КНЯЗЬ

– Это божья воля, Редедя! Дерись. Если твоей вины в гибели Степана нет, то он со смертного одра поможет тебе.

 Воины вносят тело Степана Алексеевича на костер и поджигают его. Огонь начинает лизать нижнюю часть кострища.

 ВОЕВОДА

 (склоняет голову перед Князем)

– Князь, если я выиграю, то с меня снимут все обвинения?

 КНЯЗЬ

– Там видно будет.

 ВОЕВОДА

– Нет, Князь, скажи.

 КНЯЗЬ

– Дерись, Редедя! Не торгуйся. Бог Вас рассудит.

 Воевода кивает головой и неожиданно бьет Святослава кулаком. Святослав падает на землю, но быстро поднимается. Трясет головой. Они дерутся на фоне большого костра. После первого неожиданного столкновения они встают друг против друга на расстоянии двух шагов. Воевода пытается поразить Святослава взглядом. Их взгляды встречаются. И Воевода не выдерживает взгляда Святослава.

 Святослав бьет Воеводу и сбивает его мощным ударом с ног. Святослав набрасывается на Воеводу и бьет его по лицу кулаками, пока Воевода не прекращает сопротивляться.

 ВОЕВОДА

 (закрывает лицо руками и кричит)

– Князь, пощади! Богом прошу, пощади! Матерью умоляю! Рабом твоим буду.

 Кулак Святослава замирает в верхней точке. Святослав смотрит на Князя.

 КНЯЗЬ

– Твоя воля! Тебе решать!

 СВЯТОСЛАВ

– Он сам решил свою судьбу

 (бьет воеводу в челюсть. Воевода теряет сознание)

– Раб!

 КНЯЗЬ

– Он всегда был рабом золота!

 Трещат ветки деревьев, и тело Степана Алексеевича исчезает в огне.

 КНЯЗЬ

– Славную тризну справили!

 (Осматривает всех присутствующих)

 На поляне царит тишина, прерываемая только треском костра. Все вокруг стоят молча. Святослав тяжело дышит, смотрит на Алену, на Воеводу. Потом хочет сесть без сил на землю. Алена соскакивает с коня, подставляет ему плечо.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на них)

– Ну, тут Вы сами без меня разберетесь.

 Воевода приходит в себя. Стонет, садиться, держится за голову.

 КНЯЗЬ

 (дает приказ своим дружинникам)

– Клеймо ему на лоб поставьте! А то завтра всем будет говорить, что ничего не было.

 Дружинники подхватывают Воеводу по руки и тащат к костру. Слышно шипение горящего мяса и крик Воеводы.

 КНЯЗЬ трогает коня и разворачивает его. Уезжает с поляны.

 ТИТР

 КОНЕЦ ФИЛЬМА

 НАТ. ХОЛМ. ДОРОГА. ДЕНЬ.

 Князь и Святослав сидят на лошадях. У Святослава отекшее лицо. Перевязана голова. Мимо них проезжает караван восточного гостя. Останавливается паланкин. Из него выглядывает Ибрагим– Бей.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– До свидания, князь росичей! Спасибо за гостеприимство.

 КНЯЗЬ

– И тебе доброго пути и скатертью дорога!

 ИБРАГИМ-БЕЙ

– Дозволь мне оставить подарок для твоего воина.

 КНЯЗЬ

 (смотрит на Святослава)

– А что меня спрашиваешь? Святослав не раб мне, а брат и он сам решает принимать или не принимать подарки.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (склоняет голову)

– Прими в подарок Святослав-Бей, этого коня и пусть проигравший тебе воин, всю жизнь тебе служит.

 Амет-Хан подводит к Святославу скакуна. У Амет-Хана сломана рука. Конь гневно раздувает ноздри. Амет-Хан смотрит на Святослава из-подлобья.

 ИБРАГИМ-БЕЙ

 (Святославу)

– Открой секрет. Что позволило тебе выиграть?

 СВЯТОСЛАВ

– Он был меня сильнее, но я просто знал, что должен победить и ждал своего часа.

 Ибрагим-Бей кивает головой и опускает паланкин.

 НАТ. ПОЛЕ ДЛЯ ПОЕДИНКОВ. ДЕНЬ.

 На фоне уходящего каравана проступают моменты поединка между Амет-Ханом и Святославом.

 Амет-Хан сидит на Святославе и бьет его по лицу. Сначала он бьет его кулаками, потом – ребром ладони, потом – локтями. Толпа беснуется. Святослав ждет момента, и в тот момент, когда у Амет-Хана иссякают силы и он останавливает град ударов, ловит ему руку и зажав ногами проводит болевой прием. Хруст сломанной руки. Крик Амет-Хана.

 Амет-Хан валится на землю и катается по земле с диким ревом.

 НАТ. ДОРОГА. ДЕНЬ.

Князь и Святослав стоят на дороге.

 КНЯЗЬ

– Ну что Святослав, принимай на себя должность воеводы. Береги границы Руси, веру святую поднимай. Никого не обижай. На следующий год снова к тебе приеду.

 СВЯТОСЛАВ

– Будем ждать, Княже.

 К Святославу подъезжает Алена. Князь вскакивает на коня и уезжает. За ним едет его дружина. Солнце садиться.

 ТИТР

 (на фоне уходящего войска)

 Киевский князь Владимир Святославич принял решение креститься от Константинопольской Церкви в 988 году. До крещения Руси князем Владимиром имело место "испытание вер". Владимир рассматривал несколько альтернатив, в частности ислам, иудаизм и латинство. Все они были отвергнуты князем по различным причинам.

 Первый свод законов, под название "Русская Правда", регламентирующих поведение бойцов во время Божьего суда, был введен Ярославом Мудрым…

При оформлении обложки использовалось изображение с pixbay.com с лицензией ССО.