Перевод с арабского

«Аль-Гумхурия»,

2 августа 1965 г.

Вчера в Каире состоялась встреча между ответственными лицами ОАР и СССР для подготовки визита президента Насера в Москву, который состоится 27 августа. Русские газеты, комментируя этот предстоящий визит, указывают, что он является одним из важнейших событий осени этого года. Эти комментарии еще раз подтверждают разницу между двумя образами мышления: мышлением социалистических стран, протягивающих руку друг другу, и мышлением капиталистических стран, демонстрирующих неоправданное превосходство над другими.

Что касается визита Насера в Москву, то несомненно, что он явится важным событием, особенно имея в виду, что с последнего визита Насера в СССР прошло уже много времени. В этот период произошло много изменений. В Советском Союзе произошла смена ответственных лиц. Однако их политика по отношению к нам, их уважение к нашему нейтралитету не изменилось. На арабском востоке за это время также многое изменилось. В Йемене свершилась национальная революция, против которой не прекращаются безуспешные попытки вмешательства. Потерпел провал заговор Западной Германии, направленный на оснащение Израиля оружием. С Западной Германией отношения разорваны. На юге Аравийского полуострова усиливается национально-освободительное движение, между Англией и арабскими странами развернулась борьба по вопросу об эмиратах Арабского залива. В Алжире происходит укрепление революции, несмотря на смещение Бен Беллы, между Каиром и Багдадом растут тенденции к единству. С другой стороны, неприсоединившиеся страны прилагают усилия по прекращению войны во Вьетнаме.

Арабские страны приступили к осуществлению проектов по отводу вод притоков реки Иордан, чтобы воспрепятствовать Израилю овладеть водами Иордана. Все попытки сионистов, действующих в этом районе через своих агентов, потерпели провал.

Период между последним и августовским визитами президента Насера в Советский Союз явился свидетелем многих политических и экономических событий во всех международных областях. Наиболее важными из этих событий являются конференции на высшем уровне, которые проходили по большей части в Каире.

Все эти события с их уже имевшими место и последующими результатами определяют степень того значения, которое придают газеты в Москве визиту Насера в СССР.

Перевел:

(В. Гудев)

АВПРФ. Ф. 87, д. 26-а, п. 52, д. 5. Л. 57–58.

27–31 августа 1965 года

Первые сообщения и комментарии предстоящего визита Насера стали появляться в арабской печати уже в июле – начале августа. Так, газета «Аль-Маса» 4 августа сообщает о подготовке в ОАР к предстоящему визиту президента Насера в Советский Союз, который приедет по приглашению Советского правительства и президиума Верховного Совета СССР. Газета указывает, что этот визит продлится одну неделю. В Москве Насер будет обсуждать с советскими руководителями вопросы экономического и технического сотрудничества между обеими странами.

17 августа газета «Аль-Гумхурия» публикует статью своего московского корреспондента тов. Широяна, озаглавленную «Как в Советском Союзе готовятся встретить президента Насера».

19 августа газета «Аль-Ахбар» сообщает, что, как ей стало известно, официальный визит Насера в Советский Союз продлится 3 дня.

22 августа. Печать уделяет внимание предстоящему визиту Насера в Советский Союз. Газета «Аль-Ахрам» пишет: «Кремль готовится встретить президента, как одного из выдающихся иностранных гостей». Газета «Аль-Гумхурия» указывает, что президенту Насеру будет оказан горячий прием в Москве. Ссылаясь на сообщения агентства Рейтер из Москвы, «Аль-Гумхурия» пишет также, что тов. Косыгин и тов. Брежнев посетят ОАР в этом году.

Арабский журнал «Араб Обсервер» от 23 августа в специальном paзделе, посвященном внешней политике ОАР, пишет, что предстоящая поездка Г. А. Насера с официальным визитом в СССР является новым шагом в серии поездок президента республики с миссией мира по столицам ряда государств. Журнал указывает, что ОАР, начиная с первых дней революции в Египте, проводит политику мира и мирного сотрудничества между народами. Президент Насер неоднократно выступал за мирное сосуществование стран о различными политическими режимами. 23 августа 1959 года президент Насер, выступая в Александрии, заявил о поддержке предложений СССР о полном разоружении под международным контролем. 8 августа 1963 года Египет подписал московское соглашение о запрещении ядерных испытаний в трех сферах.

23 августа. Касаясь предстоящего визита Насера в СССР, журнал «Роз эль-Юзеф» пишет сегодня, что, как ожидают, в состав официальной делегации, сопровождающей президента, войдут: вице-президент Закария Мохи эд-Дин, председатель Национального собрания ОАР Анвар Садат, зам. премьер-министра по внешнеполитическим вопросам Махмуд Фавзи и министр иностранных дел Махмуд Риад.

25 августа. Сегодняшние газеты пишут, что секретарь канцелярии президента Республики Абдель Маджид Фарид сегодня вылетел в Москву для организации последних приготовлений к поездке президента Насера.

Под заголовком «Осталось всего несколько дней до того, как творец мира предпримет новый вояж мира» еженедельник «Ахер-саа» публикует статью, посвященную предстоящему визиту. Эта поездка, подчеркивается в статье, привлекает внимание всего мира и в особенности арабов, которые возлагают большие надежды на ее результаты.

Газета «Аль-Ахрам» от 26 августа 1965 года посвятила полную страницу визиту делегации Порт-Саида во главе с губернатором г-ном Асаном Ад-Дином Хасуном в Советский Союз. По возвращении делегации на родину губернатор выступил с полным отчетом о поездке перед советом губернаторства. В этом выступлении он сказал, в частности, что у него создалось мнение, что советский народ с интересом ожидаем предстоящий визит президента Гамаль Абдель Насера. Члены делегации почувствовали это во время посещения ими таких больших городов, как Москва, Ленинград, Волгоград и во время непосредственных сношений членов делегации с сотнями советских граждан, которые встречали делегацию в учреждениях, на предприятиях, в театрах и музеях и т. д. Губернатор отметил, что советский народ приветствует визит Насера, считая его героем в мужественной борьбе, которая ведется за достижение благосостояния, справедливости и мира, и как борца против империализма и агрессий.

«Аль-Ахрам» от 26 августа 1965 г, опубликовала программу визита Гамаля Абдель Насера в Советский Союз.

Президент Гамаль Абдель Насер прибывает в 9 часов утра 11 августа на аэродром Каира по пути в Москву с официальным визитом в Советский Союз, который продлится 5 дней. Президента в этой поездке сопровождают ответственные государственные деятели ОАР, в состав делегации входит д-р Мурад Галеб, посол ОАР в СССР.

Президент Насер и сопровождающие его лица на самолете ОАР «Комета» прибывают на аэродром «Внуково» в Москве в 2 часа дня. На аэродроме президента встречают: председатель президиума СССР Анастас Микоян, председатель Совета Министров тов. Косыгин, первый секретарь ЦК КПСС тов. Брежнев, и другие видные государственные деятели СССР. Президент Насер во время пребывания его в Советском Союзе остановится во дворце Кремля.

После полудня 27 августа — пятница — Гамаль Абдель Насер нанесет официальный визит товарищам Микояну, Косыгину и Брежневу. В 7. 30 вечера Насер будет присутствовать на приеме, который устраивает в его честь президиум СССР в Кремлевском дворце.

Утром следующего дня — 28 августа в 9. 45 президент посетит Мавзолей Ленина на Красной площади в Москве и возложит венок. В 10 часов начнутся официальные переговоры между делегацией ОAP, во главе о Г. А. Насером, с одной стороны, и советскими представителями, с другой.

В час дня президент Насер даст обед в Кремлевском дворце в честь советской стороны, на котором будут присутствовать члены обеих делегаций. В 3. 30 дня Г. А. Насер посетит президиум Верховного Совета.

На третий день пребывания — 29 августа, воскресенье, президент отправится в поездку по стране.

В понедельник, 30 августа — 4-ый день визита — в 10 ч. утра, президент возобновит переговоры с советской стороной. В 5 часов вечера арабская делегация устраивает прием в Большом зале Кремля.

В последний день визига, вторник 31 августа, — президент посетит военную Академию в 10 часов утра.

В 2 часа дня президент примет участие в совместном вечере советско-арабской дружбы в Большом дворце съездов.

1 сентября, среда, в 11 часов утра президент Г. А. Насер приедет на аэродром Внуково в Москве, чтобы отправиться в Белград с визитом, который продлится 3 дня.

Газета «Аль-Гумхурия» от 26 августа 1965 года поместила на первой странице статью о визите президента Насера в Москву. В статье говорится: президент Насер проведет важные переговоры с советскими руководителями. Переговоры будут касаться отношений между ОAP и СССР, а также будут рассмотрены все международные проблемы. Ожидается, что президент Насер возвратится в Каир 4 сентября.

Президент Насер вылетает в Советский Союз. Это первый визит Насера в Москву после 1958 года. В Москве президент Насер встретит радушный прием.

Первый Секретарь ЦК КПСС прервал свой летний отпуск на Черном море с тем, чтобы вместе с Микояном А. И. и Косыгиным А. М. встретить президента Насера. Уже подготовлена программа переговоров и программа официального визита президента Насера. Пять дней пребывания являются прекрасным случаем укрепления личных связей с новым советским руководством.

После визита в СССР президент Насер посетит Югославию.

В другой статье «Аль-Гумхурия» от этого числа под заголовком «Интерес советских руководителей к визигу президента Насера в Москву» говорится: «Как заявили осведомленные круги, советские руководители проявляют большой интерес к визиту президента Насера. Они считают, что необходимо оповестить президента Насера о позиции Советского Союза по многим политическим вопросам, а также поставить его в известность в отношении идеологических разногласий между Москвой и Пекином. Это предпринимается в связи с тем, что президент Насер пользуется влиянием в афро-азиатском мире.

Советские руководители обсудят также с президентом Насером другие международные вопросы, как вопрос об их участии в будущей афро-азиатской конференции.

Президент Насер обсудит с Советскими руководителями много других проблем.

Как известно, среди них нет проблем, касающихся только ОАР и Советского Союза. Ожидается, что президент Насер заявит о своей поддержке Советского Союза в требовании прекратить агрессию против Северного Вьетнама».

Радио Москвы передало вчера специальную программу о визите Насера в Советский Союз под названием «Крепкая дружба».

«Аль-Ахбар» от 26 августа 1965 г. на первой странице поместила статью о визите президента Насера в Советский Союз под заголовком «Москва готовится к встрече президента Насера».

В статьях говорится: «Москва готовится к встрече президента Насера, который прибывает завтра, 27 августа 1965 года с официальным визитом в Советский Союз. Это в третий раз прибывает президент ОАР в столицу Советского Союза.

В первый раз он был в 1958 году. Затем приводятся ссылки на агентство Рейтер, которое сообщает, что президент Насер остановится в Кремле. В Советском Союзе он пробудет пять дней, во время которых он проведет переговоры с ответственными руководителями Советского Союза. Президент Насер произнесет важную речь во время своего визита.

Это агентство сообщает, что в отношениях между Каиром и Москвой не существует никаких проблем.

Советский Союз предоставил Египту займы на сумму 30 млн руб., не говоря уже об его участии в строительстве Высотной плотины.

Агентство Рейтер сообщает, что председатель Совета Министров СССР Косыгин А. Н. и Первый секретарь ЦК КПСС Брежнев Л. И. посетят Каир в конце этого года или в начале будущего».

«Аль-Гумхурия» посвящает большую статью о визите Насера в Москву. Автор статьи Адли Барсум.

В статье говорится: «Встреча президента Насера с советскими руководителями не ограничивается обсуждением только проблем, касающихся только обеих стран. Во время этой встречи будут обсуждаться проблемы сохранения всеобщего мира и проблемы национально-освободительного движения угнетенных народов.

Все пять дней визита президента ОАР будут наполнены переговорами и обменом точек зрения. Одно это уже говорит об огромном значении этого визита. Это говорит о том, что поездка Насеpa в Советский Союз является не только визитом укрепления и поддержания дружеских отношений между двумя странами, но и является визитом политической ответственности в плане международной обстановки».

Затем в статье дается обзор двух визитов Насepa в Советский Союз, которые имели место до настоящего визита.

Приводится характеристика условий, в которых они происходили.

В статье говорится, что «враги ОАР считают, что дружба ОАР с Советским Союзом подкрепляется только экономической помощью Советского Союза. Так говорят враги и завистники нашей революции, желая представить нас пассивной и нетворческой стороной в этой дружбе.

В статье говорится о большой помощи, которую оказывает Советский Союз. Приводятся причины оказания этой помощи. В частности, отмечается, что советский народ восхищается революцией ОАР, ее борьбой и ее людьми. Революция ОAP является отражением стремлений человечества к прогрессу и процветанию».

В статье указывается, что сотрудничество между СССР и ОАР происходит на основе взаимной выгоды и взаимных интересов. Сравниваются условия предоставления помощи Советского Союза и западных государств. В статье, в частности, говорится: «Наше международное положение, которое мы занимаем в мире, является одной из причин, которая приводит к встрече президента Насера с советскими руководителями. Это — встреча искренняя, благородная».

В конце статьи перечисляется значение этого визита.

1). Визит будет содействовать расширению технического, экономического и культурного сотрудничества между СССР и ОАР.

2). Это визит мира. Будет рассмотрена проблема Северного Вьетнама, проблема национально-освободительного движения.

3). Этот визит имеет значение в плане международного сотрудничества.

4). Этот визит будет иметь большое значение для развивающихся стран.

5). Этот визит будет иметь большое значение для всей арабской нации. Он укрепит и увеличит поддержку Советского Союза национальной борьбы арабских народов.

Все силы мира уверены, что полное согласие и взаимопонимание будет господствовать во время переговоров. Этот визит укрепит еще больше нерушимую дружбу обоих народов.

Газета ОAP «Прогрэ Эжиспьан» (выходящая на французском языке) и «Иджипшн газетт» также опубликовали сообщения о визите президента Насера в Советский Союз. В сообщениях говорится о том, что на несколько дней раньше приезда президента Насера в Москву вылетел для подготовки к визиту Генеральный секретарь Президентства Республики Абдель Магид Фарид. Газеты сообщают, что президент Насер пробудет в Советском Союзе до 1 сентября 1965 г., после чего он выедет с официальным визитом в Югославию.

АВПРФ. Ф. 87, оп. 26-а, п. 52, д. 5. Л. 100–108.

Перевод с арабского

«Аль-Гумхурия»,

27.08.65 года

Сегодня президент Насер встретится в Москве с руководителями Советского Союза в первый раз после 7 лет со дня его последнего визита в СССР.

Семь лет являются примером сотрудничества между Москвой и Каиром. За это время нисколько не поколебалась политика нашего нейтралитета. Сотрудничество между двумя странами основывается на глубоком, взаимном понимании.

Каждый раз, когда встречаются руководители, растет и крепнет еще больше дружба между руководителями народов.

Наш народ и народ Советского Союза близки по духу. Вероятней всего, что причиной близости наших народов является единство целей в борьбе против колониализма во всех его формах, единство веры в мир, единство действий в борьбе за мир, основывающееся на основе социальной и политической справедливости.

Советские руководители в течение десяти прошедших лет до настоящего времени глубоко понимали это единство, на которое не оказывали влияния убеждения, господствующие в каждой стране.

Это понимание явилось путем, ведущим к нашим встречам и обменам визитами.

Президент Насер откликнулся на приглашение посетить Советский Союз. Визит продлится не больше пяти дней. В этом визите займет центральное место три основные линии: наше признание сотрудничества с нами Советского Союза в области строительства и созидания; мирное существование; поддержание мира.

Визит Насера явится подтверждением этих трех линий, которые служат созданию базы независимости между нациями.

Взгляды всего мира обращены сегодня к Москве, к встрече президента Насера с советскими руководителями.

Перевел:

(В. Гудев)

Аннотированный перевод с арабского

«Аль-Ахбар»,

28.08.65 г.

Визит Насера в Москву вызвал большой интерес в мире. Все столицы мира проявили большой интерес к сообщениям о визите. Все газеты опубликовали сообщения о визите на первой странице и поместили большие фотографии президента.

Вся московская пресса вчера утром поместила на первой странице фото президента.

Пресса Москвы охарактеризовала президента Насера как выдающегося политического деятеля в арабском мире и Африке. Он выступает за мир и борется против колониализма и империализма. Газета «Правда» пишет, что советский народ тепло приветствует президента Насера и как председателя Арабского социалистического союза. Народ СССР приветствует в лице президента Насера дружественный народ ОАР, который строит сегодня новую жизнь. На первой странице советская пресса помещает раздел о героических делах египетской революции, об усилиях президента Насера, прилагаемых ради смягчения международной обстановки, сохранения международного мира, поддержки политики мира в отношениях между государствами, повышении жизненного уровня египетского народа.

Газета «Правда» написала, что смелость президента Насера и его политическая мудрость снискали ему звание вождя арабского национализма.

Составила:

(В. Гудева)

Перевод с арабского

«Аль-Ахбар»,

2 сентября 1965 года

Визит президента Насера в Советский Союз является не только выражением нового типа международных отношений. Этот визит показывает то значительное место Объединенной Арабской Республики на международной арене, которое она стала занимать как государство, призванное играть авангардную роль.

Советское правительство и советский народ встретили Президента Насера с огромным радушием, превосходящим все традиционные встречи. Переговоры в Москве касались множества насущных проблем современности и даже таких проблем, которые в свое время стояли перед странами, входящими в социалистический лагерь. В числе основных проблем была обсуждена советская точка зрения в советско-китайских разногласиях.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР А. И. Микоян, говоря о политике неприсоединения, проводимой ОАР, подчеркнул, что именно этим она обеспечила себе первостепенное место на международной арене. Отказ в какой-либо форме от политики неприсоединения грозит потерей завоеваний революции, ведет к изоляции, в то время как международное воздействие постоянно возрастает.

Президент Насер выдвинул предложение положить конец войне во Вьетнаме. Советские руководители приветствуют инициативу ОАР и дают этому положительную оценку.

Советско-египетские отношения продолжают укрепляться, они становятся более прочными и глубокими. Наша дружба строится не только на основе международной вежливости и традиционного дипломатического призвания. Она была испытана в борьбе против империализма, за укрепление мира, в строительстве нашей подлинной независимости, в развитии нашей экономики в возможно более короткий срок. Эта дружба служит делу единения с прогрессивными странами, делу осуществления полного благополучия для нашего народа, идущего своим особым путем к социализму.

Советско-египетская дружба является живым примером раскрытия новых возможностей в международных отношениях, построенных на принципах солидарности, взаимопомощи, укрепления государственного суверенитета и национальной независимости.

Наша революция была одной из первых среди современных революций. Сейчас она упрочивает свои международные связи, смело прокладывает новые пути в области международных отношений. Наша революция полна национального достоинства, она таит в себе полное национальное возрождение нашего народа.

Перевела: (С. Моисеенко)

Перевод с арабского

«Аль-Ахбар»,

3 сентября 1965 г.

Совместное коммюнике, опубликованное в результате переговоров между СССР и ОАР, является не только выражением общих принципов и изложением общих позиций по насущным вопросам современности. Отношения между нашими государствами уже прошли тот период, когда утверждались общие принципы. Коммюнике включает в себя, в частности, применение этих принципов, в соответствии с теми основными проблемами, которые стоят перед нашими государствами, и главным образом, касается вопросов борьбы народов за свое освобождение. Вполне очевидно то, что Советский Союз полностью поддерживает положительные усилия правительства ОАР и Арабского социалистического союза, возглавляемого президентом Насером, направленные к дальнейшему развитию экономики и промышленности в социалистическом и демократическом обществе, начертанном Хартией национальных действий ОАР.

Очевидно и то, что Советский Союз полностью поддерживает арабскую политику ОАР и приветствует усилия, направленные на обеспечение мира в Йемене и уважение доброй воли йеменского народа в деле защиты своей независимости и завоеваний революции.

В коммюнике осуждается вооружение Израиля западногерманским оружием, полностью подтверждаются законные права палестинских арабов, выдвигается требование ликвидации с чужих территорий иностранных военных баз, угрожающих мирному населению.

В коммюнике дается оценка тем огромным усилиям, которые прилагает ОАР и лично президент Насер для окончательного освобождения арабского района из-под ига империализма и мобилизации усилий арабского народа на строительство и развитие республики.

Примечателен тот факт, что особо важные разделы коммюнике посвящены оценке сторонами той роли, которую играют присоединившиеся страны в деле ослабления международной напряженности, роста сотрудничества между государствами, значению афро-азиатской солидарности и деятельности Организации африканского единства.

Все это является выражением революционной деятельности, вытекающей из сущности развивающихся стран, и играет важную роль в деле освобождения народов от империалистических пут и эксплуатации.

В коммюнике говорится далее, что необходимо положить конец агрессивной политике империализма в различных районах мира и, главным образом, во Вьетнаме, Конго и на Юге Аравии.

В коммюнике затрагиваются такие проблемы современности, как кризис ООН, запрещение распространения атомного оружия, проблема Германии, поддерживается право участия Советского Союза в Конференции афро-азиатской солидарности, а также право Китайской Народной Республики занять свое законное место в ООН.

Обе стороны подтверждают необходимость принятия действенных мер в области сокращения производстве ядерного оружия, и высказываются за созыв международного совещания за ликвидацию атомного оружия.

В коммюнике отмечается также расширение взаимных связей обеих сторон в различных областях жизни. В результате сотрудничества было создано общество советско-египетской дружбы, как символ нового типа международных отношений. Осуществилось единство народов, несмотря на различия в их революционном опыте, в их совместной борьбе за освобождение и процветание человеческого общества.

Перевела: (С. Моисеенко)

АВПРФ. Ф. 87, оп. 26-а, п. 52, д. 5. Л. 146–151

Словом, опять стало ясно, что встреча на высшем уровне необходима. Было сделано предложение, что Насер должен совершить официальный визит в Москву как ответ на визит Хрущева в Египет. Предложение было одобрено. Это должен быть стать первый визит в пост-хрущевскую Россию. Новые лидеры решили превратить визит в громадный успех. Все руководство было в аэропорту 27 августа (1965 г. — В. Б.), чтобы встретить египтян, а партия была мобилизована на то, чтобы заполнить улицы радостными толпами.

Триумвират очень беспокоила важность Ближнего Востока на международной арене, он стремился показать Насеру, что советская политика — забота партии и никогда не была прерогативой лично Хрущева. После двух официальных встреч Брежнев сказал Насеру: «Вы видели Советский Союз раньше. Что нам нужно на этот раз — поговорить. Я предлагаю провести выходные вне Москвы, чтобы лучше познакомиться, как нормальные люди, а не за столом с зеленой скатертью».

Местом, выбранным на выходные, было охотничье хозяйство в Завидово, недалеко от Москвы. <…>

Насер решил использовать приятную и расслабленную атмосферу в Завидово и советскую решимость убедить нас в том, что ничего не изменилось. К тому моменту Египет имел значительный долг Советскому Союзу по поставкам вооружений, в основном из-за продолжающейся с 1962 года войны в Йемене. Насер подчеркнул, что это национально-освободительное движение, антиимпериалистическая война, и сказал, что, по его мнению, было бы справедливо, если бы часть долга была списана. Наши хозяева согласились и решили списать с долга 500 миллионов долларов.

Heikal, Mohamed.

Sphinx and Commissar.

The Rise and Fall of Soviet Influence

in the Arab World.

London, 1978. P. 143–147.

Товарищи!

Центральный Комитет КПСС и Советское правительство придают важное значение возможности коллективно обсудить сегодня сложное положение, создавшееся на Ближнем Востоке в результате агрессии Израиля против арабских государств. Развитие событий приняло тяжелый для ОАР, Сирии, Иордании и других арабских государств характер и выдвигает перед ними, а вместе с тем и перед их друзьями — социалистическими странами, ряд серьезных проблем. Прежде всего встает вопрос — как помочь ОАР и другим передовым арабским государствам быстрее восстановить свои позиции, поддержать испытанных лидеров арабского национально-освободительного движения в этот трудный для них момент.

Хотя военный конфликт на Ближнем Востоке носит сравнительно ограниченный характер, по существу речь идёт о столкновении двух главных направлений международной политики: политики социалистических стран и антиколониальных сил, с одной стороны, и политики империалистической, проводником и острием которой в данных условиях стал Израиль, — с другой. Каждый понимает, что Израиль мог решиться на авантюру только при поддержке США и других западных стран. То, как дальше будут складываться дела на Ближнем Востоке, явится известной пробой сил этих двух главных линий на международной арене, что, естественно, не может и впредь не предопределять нашего отношения к происходящему в этом районе.

Позвольте, товарищи, сделать краткий обзор того, как развивалось положение непосредственно накануне агрессии Израиля и особенно с того момента, как она началась. Мы систематически информировали вас о предпринимаемых нами шагах. Разумеется, руководство всех братских партий и правительств хорошо знакомо с официальными материалами и заявлениями по этому вопросу. Поэтому я имею в виду остановиться только на узловых моментах и приведу некоторые факты, которые, возможно, помогут более полно представить себе картину событий.

Еще в середине мая нами были получены сведения о том, что Израиль готовится к нанесению вооруженного удара по арабским государствам, в первую очередь — против Сирии. Советское правительство тут же сообщило об этом руководству Сирии и ОАР.

После получения указанных предупреждений правительство ОАР поставило нас в известность, что оно принимает соответствующие меры по военной линии и что египетские вооруженные силы приведены в состояние полной боевой готовности.

16 мая министр иностранных дел ОАР Риад заявил советскому послу, что нападение на Сирию будет рассматриваться Объединенной Арабской Республикой как нападение на нее саму и что «принимаются все меры предосторожности с тем, чтобы не повторились события 1956 года».

В тот же день, т. е. 16 мая, министр обороны ОАР Бадран сообщил, что египетское командование перебросило на Синайский полуостров пехотную дивизию и три бронетанковых бригады, которые и заняли позиции для наступления на случай агрессии Израиля.

Дальше события развивались так.

19 мая мы были уведомлены о решении руководства ОАР потребовать отвода войск ООН с линии перемирия. Для нас этот шаг, надо сказать, был неожиданным. Цель этого мероприятия, как пояснил Амер, состояла в том, что, столкнувшись лицом к лицу с вооруженными силами ОАР на южных границах, Израиль впредь будет лишен возможности концентрировать войска на сирийской границе и не сможет предпринять крупных военных действий против Сирии. Кроме того, по словам Амера, тем самым устранялось отрицательное влияние присутствия войск ООН на политику ОАР в межарабском плане.

22 мая президент Насер заявил советскому послу, что в результате решительных действий, предпринятых руководством ОАР, обстановка быстро меняется в лучшую сторону. Он подтвердил готовность ОАР немедленно выступить на стороне Сирии, если она подвергнется нападению. Одновременно он информировал посла как о совершившемся факте — об имевшем затем далеко идущие последствия решении ОАР закрыть Акабский залив для израильских судов и судов третьих стран, доставляющих стратегические грузы для Израиля. И здесь правительство ОАР в предварительном порядке нам, и очевидно нашим друзьям — социалистическим странам, представленным на этом совещании, ничего не сообщило.

Насер подчеркнул в указанном сообщении от 22 мая, что Израиль грозит начать войну в случае закрытия залива. В этом случае, сказал президент, мы готовы воевать. Но если Израиль не прибегнет к войне, ОАР тоже не будет осложнять обстановку. В этой же беседе Насер сообщил, что в связи с создавшимся опасным положением он находится в постоянных контактах с правительствами других арабских стран и уже заручился поддержкой, на случай израильской агрессии, со стороны Ирака, Алжира, Марокко, Ливии и некоторых других государств.

Насер активно поддержал нашу инициативу относительно того, чтобы от имени Советского правительства было сделано соответствующее предостережение Израилю в связи с его угрозами развязывания агрессии против Сирии. Такое заявление, как известно, было сделано Советским правительством 23 мая.

23 мая министр обороны ОАР Бадран сообщил нам, что египетское командование перебросило на Синайский полуостров резервные части из зоны Суэцкого канала и стратегические резервы из Каира, в результате чего численность египетских войск на Синайском полуострове увеличилась в течение пяти дней в два раза. Касаясь мотивов установления блокады Акабского залива, Бадран сказал, что, принимая это решение, ОАР стремилась восстановить положение, существовавшее до 1956 года, и одновременно парализовать отрицательное влияние западной пропаганды, утверждавшей, что ОАР не способна защитить Сирию.

26 мая Риад откровенно заявил нашему послу: «Все, что сделало правительство ОАР в последнее время, направлено на ликвидацию последствий тройственной агрессии 1956 года».

При этом египетские представители постоянно подчеркивали, что ОАР ни в коем случае не отступится от своих принятых решений и будет проводить их в жизнь до конца, чего бы это ни стоило.

27 мая в беседе с советским послом Насер заявил, что за последние 10 дней события круто повернулись в пользу арабов, улучшилось положение Сирии, поскольку от ее границ отведена часть израильских войск. Насер дал высокую оценку советских шагов в поддержку арабских государств. «Мы и все арабские народы, — сказал он, — никогда не забудем того, что сделал для нас Советский Союз».

25–28 мая в Советском Союзе находился министр обороны ОАР Бадран, который имел встречи с нами и нашими военными. Он заверил советскую сторону в том, что ОАР не намерена вызывать вооруженный конфликт с Израилем или первой прибегать к оружию. Он дал понять, что ОАР готова будет искать какое-то компромиссное урегулирование вопроса о судоходстве в Акабском заливе и, в частности, упоминал идею моратория в отношении мероприятий ОАР в Тиранском проливе.

Во время пребывания Бадрана в Москве были проведены переговоры по вопросам военной помощи, ЦК КПСС и Советское правительство, учитывая сложившуюся опасную обстановку, удовлетворили просьбу египетской стороны о перенесении на июнь–сентябрь 1967 года поставок советского вооружения, запланированных ранее на 1968–1969 г. г. Кроме того, мы дополнительно выделили ОАР с поставкой в июне–августе с. г. 30 истребителей МИГ–21, большое количество стрелкового оружия, противотанковых гранатометов, безоткатных орудий, средств ПВО.

28 мая Амер и Бадран от имени руководства ОАР выразили благодарность Советскому правительству за «ясную и решительную позицию поддержки ОАР в это тяжелое для нее время», за внимательное рассмотрение и удовлетворение просьб ОАР, касающихся дополнительных поставок военных материалов.

В конце мая появились некоторые дополнительные признаки, которые, казалось бы, должны были насторожить руководство ОАР.

29 мая египтяне информировали советскую сторону о следующем. Американское посольство в Каире дало им понять, что «имеется серьезная вероятность нападения Израиля на ОАР». По этому сообщению американского посольства (речь идет об одном из советников американского посольства), командование израильской армии уже в течение двух суток не имело контактов с американскими военными в Тель-Авиве. Американцы отмечали, что события повторяются в той же последовательности, что и в 1956 году. Чем объяснялись мотивы этого шага американских представителей в Каире сейчас установить трудно. Остается, однако, фактом, что правительство ОАР располагало информацией и с этой стороны.

1 июня в беседе с нашим послом, характеризуя обстановку, Насер заявил, что «еще четыре дня назад военный фактор был важнее», а теперь, по его мнению, этот фактор потерял остроту. В этой же беседе Насер сообщил, что правительство ОАР собирается направить в США вице-президента Мохиэддина для соответствующих переговоров.

Согласно данным нашего посольства, развитие обстановки, как считали египтяне, в их пользу, усиливало среди генералитета и старших офицеров вооруженных сил ОАР искушение нанести превентивный удар по Израилю. В частности, на военном совещании 3 июня часть генералов и офицеров оказывала в этом смысле сильное давление на Насера. Но президент Насер твердо заявил, что не в интересах ОАР развязывать войну, и дал указание руководству египетской армии проявлять сдержанность.

Все последующее развитие событий показывает, что у руководства ОАР в общем не было достаточно точного представления ни о размерах опасности, угрожавшей ОАР со стороны Израиля, ни о реальном соотношении сил, и в этой связи, как сейчас совершенно ясно, не было предпринято эффективных мер по ограждению безопасности страны.

Как уже отмечалось выше, Советское правительство поддерживало постоянный контакт также с правительством Сирии.

15 мая через нашего посла в Дамаске премьер-министру Зуэйну была передана доверительная информация относительно военных приготовлений Израиля против Сирии. В ответ Зуэйн заявил, что сирийское правительство следит за действиями Израиля, уделяет первостепенное внимание вопросам, связанным с обеспечением готовности страны к отражению агрессии.

Для настроений сирийского руководства характерным был даже несколько больший оптимизм в оценке своих военных возможностей, чем это наблюдалось в ОАР. Так, 22 мая Зуэйн в беседе с нашим послом несколько раз повторил, что «сейчас наступил самый удобный момент, — я цитирую его слова, — для нанесения решительного удара по империалистическим силам на Ближнем Востоке, и этот момент надо использовать».

29–30 мая в Москве находились глава сирийского государства Атаси, министр иностранных дел Махус и министр информации Зобби, прибывшие по инициативе сирийской стороны. В беседах с ними с нашей стороны была подчеркнута необходимость проведения трезвой и дальновидной политики в обстановке, складывающейся на Ближнем Востоке. Сирийские руководители в целом благоприятно отнеслись к нашему разъяснению позиции Советского Союза и к мерам, которые были приняты нами, в поддержку арабов.

Сирийские представители от имени своего руководства ставили вопрос о дополнительных поставках оружия. Поскольку сирийская сторона не была готова изложить свои конкретные предложения, было условлено, что этот вопрос будет детально обсужден с министром обороны Сирии, приезд которого в Москву намечался на 5 июня. В связи с началом вооруженного конфликта поездка министра обороны в Москву была отменена по инициативе сирийской стороны.

Должен сказать, что нами предпринимались меры в направлении сдерживания Израиля, да, предпринимались. 26 мая премьер-министру Израиля Эшколу было направлено послание от имени А. Н. Косыгина, в котором содержалось предостережение правительству Израиля против нагнетания обстановки и доведения ситуации до такой точки, когда начало бы говорить оружие. В послании подчеркивалось, что сколь бы ни была сложной обстановка в районе границ Израиля, Сирии и ОАР, должны быть найдены меры для урегулирования конфликта невоенными средствами. Отвечая на это послание, руководители Израиля отрицали наличие у них агрессивных устремлений в отношении ОАР и других арабских государств, заверяли в стремлении к сохранению мирных отношений с этими государствами. В то же время они утверждали, будто в обострении ситуации повинны ОАР и Сирия, которые создают провокации на границах с Израилем и концентрируют вдоль этих границ свои войска.

2 июня, за три дня до начала израильской агрессии, министр иностранных дел СССР вызвал посла Израиля в Москве и, по поручению Советского правительства, заявил, что если правительство Израиля решило взять на себя ответственность за развязывание военного конфликта, то оно должно будет заплатить полной мерой за последствия такого шага.

В конце мая — в первые дни июня Советский Союз вел активную политическую работу в поддержку ОАР и других арабских стран в Организации Объединенных Наций, используя для этой цели и контакты с представителями западных держав. Как известно, главным пунктом давления на ОАР западные державы избрали в то время вопрос о свободе судоходства в Акабском заливе. Мы делали все от нас зависящее, чтобы ослабить такое давление и сорвать вынашиваемые западными державами планы военной демонстрации западных держав против ОАР.

Между тем, возможности для большего использования политических и дипломатических средств у ОАР, по нашему мнению, имелись. Западные державы, судя по всему, отнюдь не были едины в этом вопросе. Франция не во всем разделяла подход США и Англии.

Англичане, по имеющейся у нас информации, занимали более жесткую позицию. Они считали, что действия ОАР дают им подходящий предлог для нанесения серьезного урона ОАР и режиму Насера. Нетрудно понять, что такая позиция Англии связана, в первую очередь, с положением в Адене, на Аравийском полуострове и в Персидском заливе, где влияние ОАР в последнее время заметно возрастало, а английская политика и нефтяные монополии испытывали все большие трудности.

Президент де Голль и другие французские представители подчеркивали свое стремление не допустить развязывания военного конфликта и выступали за проявление сдержанности, а также за согласование усилий четырех великих держав в плане предотвращения военного столкновения на Ближнем Востоке.

Советское правительство не приняло французского предложения о переговорах четырех держав по вопросам Ближнего Востока, поскольку такое предложение отклоняли арабские государства, о чем они нам заявили. Мы сообщили об этом французскому правительству.

Резкий перелом в развитии кризиса на Ближнем Востоке наступил 5 июня, когда вооруженные силы Израиля совершили нападение на ОАР, Сирию, Ирак и Иорданию. Всем нам хорошо известно последующее развертывание военных действий, которое было во многом предопределено тем, что практически в самые первые часы войны ОАР и Сирия лишились большей части своих военно-воздушных сил, значительная часть которых была уничтожена, как известно, на аэродромах.

Небезынтересно, как характеризовали положение руководители ОАР. Проиллюстрирую это документально.

6 июня в 8 часов утра советский посол был приглашен к Насеру, который сообщил, что положение на фронтах не столь плохое для ОАР, как это пытается изобразить западная пропаганда. Президент говорил, что в общем египтянам удается удерживать основные оборонительные рубежи. Он подчеркивал решимость Каира бороться до тех пор, пока ни одного израильского солдата не останется на арабской земле. Вот соответствующее место из записи беседы нашего посла с Насером:

«Положение на фронтах не столь плохое для ОАР, как это пытается изобразить западная пропаганда. Насер снова повторил, что израильские войска выбиты из района Газы. Израильтянам в ходе тяжелых боев удалось захватить часть эль-Ариша.

Президент подчеркнул, что американцы сейчас вынашивают планы о захвате израильтянами некоторой части арабской территории, чтобы затем, добившись прекращения огня, торговаться о более выгодных для Израиля условиях перемирия.

Каир, — сказал Насер, — полон решимости бороться до тех пор, пока ни одного израильского солдата не останется на арабской земле».

Президент просил передать в Москву, что арабы стоят крепко, что ОАР и он, Насер, лично сделают все возможное, чтобы поднять весь арабский мир против американцев, если последние пойдут на открытую интервенцию. С целью оказания давления на западные страны, помогающие Израилю, Насер дал указание после вчерашних налетов на Суэцкий канал о прекращении судоходства по каналу.

В 18 часов того же дня маршал Амер передал в адрес Советского правительства срочное послание президента Насера и египетского правительства, в котором говорилось: «Положение очень опасное и критическое, и оно не может оставаться таким далее, чем до сегодняшней ночи». Египетское правительство ставило вопрос об оказании ОАР срочной помощи и поддержки, иначе, как выразился Амер, «военные действия превратятся в откровенное побоище, и войска ОАР не смогут выйти с территории Синайского полуострова».

В послании подчеркивалось, что решение вопроса не может откладываться до утра.

В 24 часа 6 июня Амер заявил советскому послу, что положение настолько серьезное, что «прекращения огня необходимо добиться до 5 часов утра следующего дня». Вот сообщение посла о беседе: «Амер заявил, что положение настолько серьезное, что прекращения огня необходимо добиться до 5 часов утра 7 июня. Амер пояснил, что израильская авиация, в составе которой, как они установили, действуют американские и английские самолеты, утром начнет боевые действия против наземных войск ОАР на Синайском полуострове. Это, по его мнению, повлечет за собой большие жертвы и затруднит вывод войск с Синая. Маршал высказал опасение, что США могут применить право вето и таким образом помешать Совету Безопасности принять решение о прекращении военных действий и отводе войск».

Несколькими часами позже в ночь с 6 на 7 июня состоялась еще одна встреча советского посла с Амером, в ходе которой по поручению Насера он сообщил о согласии египетской стороны на принятие американского проекта резолюции, который предусматривал, хотя и с некоторыми оговорками, как прекращение огня, так и отвод войск сторон за линию перемирия. В том числе египтяне дали согласие и на то, чтобы эта резолюция сопровождалась заявлением относительно фактического снятия блокады Акабского залива.

Здесь, видимо, будет уместно несколько отступить от хронологии событий и рассказать о совокупности шагов, предпринимавшихся нами по дипломатическим каналам, в том числе в ООН. С самого начала израильской агрессии советскому представителю в Совете Безопасности была дана директива незамедлительно по согласованию с представителями ОАР и Сирии поставить вопрос о немедленном созыве Совета. Главная линия, которой он должен был придерживаться в Совете Безопасности, заключалась в том, чтобы добиваться немедленного прекращения сторонами огня и отвода войск на исходные позиции, занимавшиеся до начала вооруженного столкновения. И нам фактически удалось добиться такого положения, когда американцы были готовы пойти на принятие резолюции, предусматривающей, кроме немедленного прекращения огня, также отвод военного персонала за линию перемирия.

Параллельно с нашими шагами в Совете Безопасности и наряду с заявлением, с которым выступило 5 июня Советское правительство, мы привели в действие линии прямой связи между Москвой и Вашингтоном и между Москвой и Парижем, что подчеркивало чрезвычайный характер акций, предпринимаемых Советским Союзом. Одновременно через соответствующие посольства происходила переписка с Вильсоном. Трижды 5, 6 и 7 июня происходил обмен соответствующими посланиями. В ходе обмена посланиями мы получили от президента Джонсона заверение, что в Совете Безопасности американский представитель будет голосовать за резолюцию, предусматривающую как прекращение огня, так и отвод войск сторон за линию перемирия. Однако по мере ухудшения военной ситуации для арабских государств американцы стали ужесточать свою позицию и выдвинули требование насчет снятия блокады Акабского залива, о котором я упоминал в связи с нашими контактами с Насером. Они предлагали, ссылаясь на неясную оговорку, содержащуюся в их проекте насчет отказа от насильственных действий, независимо от их характера, чтобы Советский Союз заявил в Совете Безопасности, что это положение означает, что не должно чиниться препятствий путем применения силы проходу судов через Тиранский пролив и в заливе Акаба.

Случилось так, что согласие Насера на американский проект резолюции и на указанное толкование по вопросу об Акабском заливе не было реализовано, так как решение о прекращении военных действий было принято Советом Безопасности в 2 часа ночи 7 июня с. г. до получения сообщения из Каира.

Советский представитель при ООН, поддерживавший постоянный контакт с представителем ОAP, получил согласие последнего на то, чтобы была принята резолюция — только один пункт — о прекращении военных действий. Представитель ОАР заявил, что он против этого не возражает после получения указания из Каира. Как видно, и в этом случае мы действовали в полной согласованности с позицией ОАР.

Ввиду того, что Израиль не выполнил требование о прекращении огня, правительство ОАР 7 июня обратилось к Советскому Союзу с просьбой вновь потребовать немедленного созыва Совета Безопасности и настаивать на выполнении резолюции о прекращении военных действий. Маршал Амер сказал советскому послу, что «правительство ОАР просит Советское правительство о принятии эффективных мер для достижения прекращения огня» и как можно скорее информировать руководство ОАР о результатах таких мер.

7 июня в 15 часов Насер сказал советскому послу, что за предыдущий день израильской авиацией было выведено из строя большое количество танков и самолетов. В ходе беседы Насер просил передать Советскому правительству его «личную просьбу о том, чтобы Советское правительство приняло любые меры с целью заставить Израиль выполнить решение Совета Безопасности о немедленном прекращении огня». Обращаю внимание на просьбу — «о немедленном прекращении огня». Вопрос об отводе израильских войск за линию перемирия Насер вообще не затрагивал.

Советскому представителю в ООН были даны директивы действовать соответственно и внести на голосование в Совете резолюцию, которая требовала выполнения решения о прекращении огня не позднее 20 часов гринвичского времени 7 июня. Такая резолюция, как известно, была принята.

Утром 8 мая мы получили сообщение о беседе нашего посла с Насером, состоявшейся в 22 ч. 30 мин. накануне. Насер сказал, что ОАР в создавшейся ситуации не может прекратить военные действия против Израиля до тех пор, пока израильские войска не будут выведены с территории ОАР до последнего солдата. Этот вопрос, сказал президент, обсуждался сегодня на заседании правительства ОАР и было принято соответствующее решение. Получив это сообщение, мы сразу же дали советскому представителю в ООН указание внести предложение, предусматривающее принятие решения о том, чтобы Израиль немедленно прекратил военные действия против соседних государств и отвел свои войска с их территории за линию перемирия.

Позже, а именно в 15 ч. 55 мин. 8 июня мы получили просьбу Насера к Советскому правительству внести в ООН проект резолюции, обязывающей Израиль немедленно вывести войска с захваченных территорий. Следовательно, просьба Насера поступила уже после того, как мы дали такое указание нашему представителю в ООН.

По последним сообщениям, проект нашей резолюции должен рассматриваться в Совете Безопасности сегодня вечером.

Мы, конечно, понимаем, что обстановка военная и внутриполитическая в ОАР сложная, и этим, очевидно, объясняются те колебания, а иногда и непоследовательность в линии ОАР, в том числе и в отношении мер, предпринимаемых в Совете Безопасности. С одной стороны, просьба добиваться немедленного прекращения огня и обеспечить выполнение принятых Советом Безопасности резолюций, и с другой стороны, откладывание официального заявления ОАР о ее согласии прекратить военные действия. Эти колебания продолжались до вчерашней ночи, когда египетский представитель в ООН официально заявил, что правительство ОАР согласно прекратить огонь при условии, что противная сторона также выполнит это требование.

Сегодня в 4 часа утра в Москве получена телеграмма от нашего посла в Каире с сообщением о том, что Насер в беседе с ним, состоявшейся в полночь, подтвердил согласие правительства ОАР на прекращение огня. Я цитирую это сообщение:

«Насер заявил, что сегодня, во второй половине дня обстановка на фронте резко ухудшилась. Значительно усилилась активность израильской авиации… В этих условиях, — добавил президент, — мы дали указание нашему представителю в ООН согласиться на прекращение огня».

Иордания сразу заявила о намерении действовать в соответствии с резолюцией Совета Безопасности. Нам известно, что это было сделано по совету Насера. Сирия, Ирак, Алжир и некоторые другие государства заявляли о том, что считают решение Совета Безопасности неправильным и не намерены его выполнять.

Сегодня ночью Сирия заявила о согласии прекратить военные действия, о чем в 4 часа 30 мин. утра 9 июня министр иностранных дел Махус информировал нашего посла.

Иорданская армия утратила возможность продолжать боевые действия (кроме района Иерусалима) фактически в первые часы войны. Израильские войска захватили иорданскую часть Иерусалима и большую часть иорданской территории к западу от реки Иордан.

Вот что говорил в середине дня 6 июня король Иордании совпослу: «Это самый тяжелый день в моей жизни. Лишь немедленное прекращение огня может спасти Иорданию. Перед нами два выбора: либо эвакуировать всю территорию к западу от реки Иордан вместе с остатком сил, либо идти на риск потери 50-тысячной армии и вместе с этим западного берега».

Теперь остановимся на действиях Израиля, который игнорировал решение Совета Безопасности о прекращении военных действий.

В течение времени, последовавшего за принятием первых двух резолюций Совета Безопасности, израильские войска без какого-либо перерыва продолжали продвигаться по Синайскому полуострову и в Иорданию, а военная авиация Израиля продолжала наносить бомбардировочные удары по египетским аэродромам и боевым порядкам войск ОAP, Сирии и Иордании.

Перед фактом неподчинения Израиля решению Совета Безопасности и продолжения им агрессии против арабских государств Советское правительство выступило 7 июня с предупреждением, что «если сейчас израильское правительство немедленно не выполнит общего требования государств о безотлагательном прекращении огня, которое выражено в резолюции Совета Безопасности, Советский Союз пересмотрит свое отношение к Израилю и примет решение, касающееся дальнейшего поддержания дипломатических отношений с Израилем, который своими действиями противопоставляет себя всем миролюбивым государствам».

Игнорирование Израилем решений Совета Безопасности о прекращении огня дает дополнительное основание для того, чтобы настаивать на отводе израильских войск за линию перемирия, и Советский Союз имеет в виду действовать именно таким образом. Вообще мы считаем, что сейчас одна из главных политических задач требовать ухода Израиля с захваченных территорий. Мы, в частности, будем настаивать на том, чтобы Совет Безопасности выразил свое отношение к этим действиям Израиля, потому что Израиль использовал время, прошедшее после принятия Советом Безопасности соответствующих решений, для захвата новых территорий в ОАР и Иордании, не прекратил агрессии, бросая тем самым вызов Организации Объединенных Наций, всем миролюбивым государствам.

События последних дней на Ближнем Востоке могут быть правильно оценены лишь в контексте общей политики империализма. Израиль, разумеется, сам по себе не может представлять серьезной опасности. Это государство не имеет солидного экономического, людского и военного потенциала. Оно находится на содержании внешних сил и в значительной мере в качестве сателлита обслуживает их политику.

Что касается тактики Израиля накануне агрессии, то она отличается вероломством. Достаточно напомнить хотя бы о публичных заявлениях министра обороны Дайяна, который, буквально за несколько часов до нападения Израиля на арабские государства, заявлял о стремлении Израиля к поискам мирных решений. «Пусть поработает дипломатия», — заявлял Дайян в тот момент, когда израильским летчикам уже наверное были вручены приказы бомбить города ОАР, Сирии, Иордании.

Мы должны, разумеется, реально оценивать положение. Империализм десятилетиями и поколениями создавал свои позиции в этом районе. Он и поныне держит здесь военные базы и имеет разные рычаги воздействия на арабские государства — их внутреннюю жизнь, их внешнюю политику. Сколько лет назад социализм пришел в этот район в лице наших с вами государств, в лице арабского национально-освободительного и демократического движения? В сущности, история нашей непосредственной работы в этом районе насчитывает от силы два десятка лет. Если мерить на годы, то наши достижения здесь весьма значительные.

Мы не можем сейчас сказать, что наши возможности безграничны. Но сегодня они не меньше, а больше, чем вчера. И мы верим, что они будут завтра еще более широкими. Конечно, они будут зависеть и от общего соотношения сил в мире, от сплоченности социалистических стран, от степени сотрудничества наших стран с передовыми арабскими государствами, от солидарности и дружбы с народами Арабского Востока, строящими новую жизнь.

Было бы поэтому неправильно видеть нынешнее положение только в мрачных тонах. Можно констатировать, что на определенном этапе, а именно до 5 июня, Насер добился известных политических успехов. Очевидно, добившись этих успехов, он переоценил свои силы. Очень важное значение имеет единство арабских государств, которое они продемонстрировали перед лицом империалистической угрозы.

В нынешних условиях эти страны, конечно, будут нуждаться в большой поддержке. Можно сказать, они ее будут искать.

Нам надо было бы вместе сейчас обдумать, посоветоваться, какие шаги следует предпринять, чтобы укрепить солидарность наших стран с народами Арабского Востока, чтобы помочь им ликвидировать последствия агрессии Израиля. Здесь много сложных вопросов. Поэтому давайте на это смотреть открытыми глазами. Наши недруги будут подбрасывать арабским государствам всяческие идеи насчет неэффективности сотрудничества с социалистическими странами, насчет того, что социалистические страны не оказали им прямой военной помощи, не ввязались из-за конфликта на Ближнем Востоке в крупную войну. События этих дней развивались очень быстро. Многие из предпринятых шагов не были известны. Это могло вызывать недопонимание даже среди лидеров некоторых арабских стран. Нам надо думать о том, как полнее, убедительнее и глубже разъяснить основные принципы ленинской внешней политики социалистических стран, какую работу проводить с лидерами национально-освободительного движения, чтобы наши отношения с ними оставались прочными и улучшались.

Масштаб нашей помощи арабским государствам — помощи военной и экономической — очень значителен. Совершенно очевидно, что не в интересах социалистических стран, да и не в интересах самих арабских государств было вести курс на перерастание такого конфликта в более широкий конфликт. Кстати, Насер в этот трудный для ОАР момент в беседе с советским послом заявил, что он «ни в коем случае не хотел бы, чтобы Советский Союз был втянут в этот конфликт».

Укрепление влияния и позиций социализма в странах Арабского Востока не пришло само по себе. Оно свершалось в упорной борьбе с происками империалистических и реакционных сил. Однако, несмотря на интриги и провокации реакционных сил, эта борьба в последние 10 лет шла явно в нашу пользу. По нашему убеждению, общая задача наших стран, наших партий, наших правительств в нынешней обстановке состоит в обеспечении такого положения на Ближнем Востоке, при котором позиции социализма и национально — освободительного движения в этом районе не были бы поколеблены, а продолжали укрепляться.

Перед нами стоит двоякая цель: во-первых, обратить максимальное внимание в сложившейся обстановке на помощь правительствам ОАР, Сирии и Алжира в защите их национальных интересов, в их борьбе против дальнейших попыток империалистической агрессии и, во-вторых, сделать все необходимое, чтобы нынешний военный конфликт на Ближнем Востоке, в районе, находящемся в непосредственной географической близости от европейских социалистических стран, не мог превратиться из локального в более широкий.

Несмотря на огромную помощь, о которой подробнее сообщит наш министр обороны, мы приняли сегодня решение в течение ближайших дней доставить в ОАР безвозмездно передаваемые египетскому руководству 200 танков и 200 самолетов.

Мы изложили вам все известные нам обстоятельства, которые возникли в связи с событиями последних дней.

Мы надеемся, что нынешняя наша встреча даст возможность обменяться мнениями относительно дальнейшей помощи как политической, так и военной народам арабских государств, ведущим антиимпериалистическую борьбу.

Российский государственный

архив новейшей истории (РГАНИ).

Ф. 10, оп. 1, д. 226. Л. 4–24.

Дорогие товарищи!

Разрешите прежде всего поблагодарить вас за то, что вы столь быстро отозвались на наше предложение вновь собраться вместе, — на этот раз в Будапеште, — чтобы обменяться мнениями по вопросу о положении на Ближнем Востоке. Уверен, что выражу общее мнение, подчеркнув большое международное значение и практическую полезность предыдущего совещания руководителей партий и правительств европейских социалистических стран, состоявшегося в самый острый момент ближневосточного кризиса.

Обстановка на Ближнем Востоке остается напряженной, неустойчивой и чреватой всякими неожиданностями и осложнениями. Мы хотели бы информировать вас о мерах, которые проведены Советским Союзом за время после нашей встречи в Москве, а также высказать свои соображения о положении дел в данное время и посоветоваться о дальнейших шагах в поддержку арабских стран в их борьбе за ликвидацию последствий израильской агрессии.

Можно с большим удовлетворением сказать, что общими усилиями наших партий социалистическим странам удалось, действуя в тесном дружественном контакте с арабскими государствами и миролюбивыми силами всего мира, добиться решения двух важнейших первоочередных задач: остановить наступление войск агрессора, прекратить военные действия на Ближнем Востоке и сохранить, по крайней мере, до сих пор прогрессивные режимы в ОАР и Сирии, свержение которых было главной целью Израиля и особенно стоящих за ним империалистических держав. Эти задачи мы решили, не позволив втянуть наши страны в крупный военный конфликт. Наша дружба с прогрессивными арабскими странами развивается и крепнет. Вместе с тем народы арабских стран теперь еще яснее видят действительную роль США, а также Англии, ФРГ, сущность их империалистической политики на Ближнем Востоке, направленной против жизненных интересов арабских государств.

В соответствии с линией, выработанной на нашей прошлой встрече, ЦК КПСС и Советское правительство принимали все меры к тому, чтобы заставить Израиль прекратить агрессию, сплотить широкий фронт государств в поддержку законных прав арабских народов, прежде всего требования о выводе израильских войск за линию перемирия.

Хорошей и эффективной демонстрацией единства действий братских социалистических стран явился по существу коллективный разрыв дипломатических отношений с Израилем, когда его войска, несмотря на соответствующие решения Совета Безопасности, продолжали наступление и требовалось предпринять действенные меры, чтобы остановить агрессора.

Чувство социалистической солидарности наглядно проявилось и в том, что наши страны активно выступили за созыв чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН и направили на сессию глав своих правительств и министров иностранных дел. Это позволило поднять политическое значение сессии, привлечь к ее работе огромное внимание во всем мире, а также осуществить непосредственные контакты с государственными деятелями многих стран.

На сессии Генеральной Ассамблеи делегации наших стран решительно выступили с осуждением агрессора, в твердой форме изложили наши принципиальные позиции, разоблачили и оказали нажим на главного покровителя Израиля — правительство США.

По возвращении из Нью-Йорка т. А. Н. Косыгин рассказывал на Политбюро о той тесной координации во всей работе, которая установилась на сессии между делегациями социалистических стран. Я не говорю, конечно, о румынских товарищах, которые продолжают держаться особняком.

В момент, когда арабские государства потерпели военное поражение, было особенно важно показать арабским народам и всему миру, что прогрессивные режимы в арабских странах пользуются доверием Советского Союза и могут опереться на него. В этом был главный политический смысл постановки вопроса о ближневосточном кризисе на Пленуме ЦК КПСС и принятого Пленумом развернутого решения.

Практическим выражением этой же линии явилась поездка т. Н. В. Подгорного в ОАР, а затем в Сирию и Ирак. О его переговорах вы подробно информированы, и мы не будем здесь воспроизводить содержание его бесед с арабскими руководителями. Поездки эти, мы считаем, были полезными. Они продемонстрировали нашу поддержку арабским странам. Беседы с арабскими руководителями позволили также лучше узнать намерения и настроения правительств ОАР, Сирии и Ирака, поставить перед ними ряд вопросов с нашей стороны. Мы стремились при этом, чтобы руководители арабских стран трезво, реалистически оценивали положение дел.

В период между прошлым и нашим теперешним совещанием были предприняты многие меры для оказания поддержки и помощи арабским странам. Перечисление всех этих мер заняло бы очень много времени, поэтому я буду говорить только о наиболее крупных.

По существу воздушным и морским путем в ОАР, Сирию, Ирак и Алжир было срочно переброшено большое количество самолётов, танков, артиллерии, стрелкового вооружения и боеприпасов для восполнения потерь, причиненных агрессией, и укрепления обороноспособности арабских стран.

(Далее тов. Брежнев зачитывает конкретные данные о размерах советских военных поставок — самолетов, танков, артиллерии и т. д. в арабские страны после нападения на них Израиля; указывает, что в этих целях было сделано несколько сот спецрейсов крупных транспортных самолетов, ряд рейсов транспортных судов; говорит о численности советских военных советников и технических специалистов, уже находящихся в ОАР и других арабских странах).

По согласованию с Каиром и Дамаском в ОАР и Сирию 16 июня были посланы советские военные делегации во главе с маршалом Захаровым и генералом Соколовым для ознакомления на месте с положением дел и подготовки предложений о повышении уровня военного сотрудничества СССР с ОАР и Сирией. Наши военные товарищи помогли создать оборонительные рубежи на линии прекращения огня, высказали египетским и сирийским руководителям ряд рекомендаций о реорганизации вооруженных сил. После отъезда тов. Захарова старшим советских военных специалистов остался генерал-полковник Лащенко — компетентный военачальник и хороший организатор.

Наши товарищи помогают Насеру провести планируемую им реорганизацию армии ОАР, подготовить по существу новые офицерские кадры и расставить их разумно, обучить войска владению боевой техникой и современным методам ведения боя.

Оказываем мы арабским государствам в меру своих возможностей также и немалую экономическую помощь. Об этом здесь расскажет товарищ А. Н. Косыгин.

В целом можно сказать, что на основе нашей общей принципиальной линии в делах Ближнего Востока, выработанной на июньском совещании в Москве, сделано немало. Я говорю здесь о нашей работе, но мы хорошо знаем, что немало делается во всех областях, — политической, экономической и военной, — также и другими представленными здесь партиями и государствами. Однако остается фактом, что последствия израильской агрессии не ликвидированы и ликвидация их явно представляется задачей непростой.

Израильские войска продолжают оккупацию обширных территорий арабских стран — Синайского полуострова, сектора Газы, юго-западного района Сирии, западной части Иордании. Израильское правительство уже объявило о включении арабской части Иерусалима в состав территории Израиля, идут разговоры об аннексии Газы. А, как известно, аппетит приходит во время еды. Совершенно очевидно, что Израиль сейчас стремится извлечь максимум выгоды для себя из достигнутых им военных успехов.

В Израиле сейчас господствует атмосфера военного угара. Раздаются призывы к продолжению агрессии. Превозносится сила оружия, в героях ходят генерал Даян и другие лидеры военщины, которые рвутся к политической власти. (Любопытный штрих — в Мюнхене на монетном дворе чеканятся сейчас памятные медали с изображением Даяна). На оккупированных территориях продолжаются надругательства над мирным арабским населением, которое сгоняется с родных мест, обрекается на голод и жажду. Израильские захватчики множат свои преступления, за которые им рано или поздно, конечно, придется нести ответственность.

Израиль пользуется полной поддержкой США. Если обобщить поступающую информацию о замыслах американского империализма, то складывается примерно такая картина. Сначала американцы делали ставку на то, чтобы руками Израиля не только разбить арабские армии, но и немедленно ликвидировать прогрессивные режимы, заключить колонизаторскую сделку с теми, кто пришел бы в ОАР и Сирии на смену нынешним режимам. В результате весь район Ближнего Востока попал бы под контроль США.

Этот план пока что мы общими усилиями сорвали. Теперь американский империализм ведет дело к тому, чтобы, используя факт ослабления арабских государств в результате военных неудач и оккупацию израильскими войсками части их территорий, заставить арабов принять ультимативные требования, которые фактически их поставили бы в зависимость от США. У нас есть конфиденциальные данные о том, что государственный секретарь США Раск уже передал одному из представителей ОАР список таких ультимативных требований, включая и территориальные уступки в пользу Израиля. Правительство ОАР отвергло эти наглые требования, но давление со стороны США продолжается и, конечно, надо думать, не прекратится.

Однако было бы неправильно считать, что у империалистов нет в их политике на Ближнем Востоке уязвимых мест. Они есть, и чем дальше заходят империалисты в своих действиях, тем этих уязвимых сторон становится больше. Израиль и те, кто его поддерживает, разоблачены перед лицом всего мира как агрессоры.

Сам по себе Израиль, с точки зрения экономического потенциала, ничего собой не представляет, он не располагает ни нефтью, ни другими природными ресурсами, по его территории не проходят какие-либо важные коммуникации, водные пути. Его роль исчерпывается тем, что это — удобная марионетка для империалистов США и других западных держав в осуществлении их планов, направленных на свержение прогрессивных режимов в арабских странах. Но если эти планы не будут иметь успеха, то западным державам придется, скорее всего, начать лавировать. В конце концов, у арабов — нефть, у них — Суэцкий канал. Это все также необходимо иметь в виду при определении наших дальнейших шагов.

Теперь о положении в арабском лагере. К сожалению, между арабскими государствами единства в политике почти нет. Только Алжир, Ирак и Йемен более или менее твердо поддерживают ОАР и Сирию в борьбе за ликвидацию последствий агрессии, но о том, как они будут действовать в дальнейшем, сказать довольно трудно.

Из наших контактов с Насером, а также руководителями Сирии, Алжира, Ирака вытекает, что какой-либо согласованной совместной программы действий на нынешнем этапе у правительств арабских стран нет. Это вытекает из всех наших данных, из всей информации. В сущности всех их более или менее сплачивает лишь нежелание признавать законность существования государства Израиль. За этим проскальзывает стремление взять военный реванш за понесенное поражение. Особенно сильно это проявляется в Алжире и Сирии.

Все высказывания арабских руководителей за последнее время, просьбы, с которыми они обращаются к Советскому Союзу, заставляют думать, что они в сущности не верят в возможность политического урегулирования конфликта и ориентируются на военное решение своих споров с Израилем. При этом они, главным образом, рассчитывают на нашу прямую военную поддержу. Не случайно президент Насер настойчиво ставит вопрос о том, чтобы Советский Союз взял на себя руководство системой ПВО ОАР, направил в ОАР советские военные самолеты с экипажами. В этом же направлении идут просьбы сирийских руководителей о посылке в срочном порядке в Сирию советских летчиков в качестве добровольцев.

Как мы уже сообщали вам, товарищи, Насер обратился к нам с весьма важными соображениями по поводу желательности отхода ОАР от политики неприсоединения и перехода к открытому военно-политическому союзу с СССР и другими социалистическими странами. Конечно, последние события побуждают арабов к более тесному сотрудничеству с социалистическими странами, в которых они видят надежных друзей, поддержавших их в трудные дни агрессии, видят единственную силу, способную противостоять американскому империализму. В этом смысле мы придаем высказываниям президента Насера большое значение и отнеслись к ним со всем пониманием.

В то же время существует, видимо, и другая сторона дела: стремление именно сейчас открыто подчеркнуть военно-политическое сближение с СССР и с другими социалистическими странами связано, надо полагать, с расчетом побудить СССР в случае возобновления военных действий с Израилем непосредственно вступить в войну на стороне арабов. Мы считали и считаем, что это не отвечает интересам социалистических стран, что решения конфликта надо искать не на военном пути.

Почему, например, Советский Союз начал бы ради арабов военные действия против Израиля? Мы даже не имеем для такой акции соответствующей политической платформы. Мы не считаем правильным лозунг уничтожения Израиля как государства, а ведь уж если бы такое государство, как наше, оказалось вовлеченным в прямую войну с Израилем, то Израиль пришлось бы разгромить. Будет ли это правильным? И потом, что это за положение — воевать за другую страну, армия которой небоеспособна. Дело, как видите, совсем не простое.

Политбюро ЦК КПСС обсудило вопрос о том, как отнестись к планам Насера отказаться от политики неприсоединения. Мы дали ответ Насеру в том смысле, что приветствуем его линию на максимальное развитие дружбы и всесторонних связей с Советским Союзом, но что в складывающейся обстановке вряд ли был бы своевременным и целесообразным открытый отход ОАР от политики неприсоединения, учитывая и важность влияния ОАР на другие неприсоединившиеся страны.

Надо сказать, что и сам Насер, обдумав этот вопрос после нашего ответа, признал правильность нашей позиции. 29 июня он сказал советскому послу: «Видимо, следует не отходить от позиции неприсоединения и вместе с тем максимально расширять сотрудничество с СССР и другими социалистическими странами».

Мы можем со всей откровенностью сказать, что в вопросах военного сотрудничества с арабскими странами приходится действовать с осторожностью. Об этом говорит хотя бы следующий пример.

Поздно вечером 8 июля мы неожиданно получили следующее тревожное послание от Насера: «Сегодня, в 10.30 утра израильские войска начали наступательные операции в направлении Порт-Фуад… К настоящему времени противнику не удалось продвинуться в направлении Порт-Фуада. Однако совершенно ясно, что его целью является захват этого порта с тем, чтобы позднее перенести военные действия на запад от Суэцкого канала…

Если израильским войскам удастся перейти канал по всему фронту, то это может привести к катастрофе со всеми вытекающими отсюда последствиями. Ясно, что противник решил возобновить войну, ставя своей главной целью уничтожение существующего в ОАР режима, чего Израилю и стоящим за его спиной империалистам США не удалось достигнуть 5–10 июня с. г.

…В этот трудный для нашей страны момент я обращаюсь к ЦК КПСС и Советскому правительству с настоятельной просьбой предпринять срочные меры во имя защиты прогрессивного режима в ОАР… Я обращаюсь с просьбой о срочном направлении в нашу страну советских самолетов и летчиков. Причем мы просим, чтобы советская сторона взяла на себя командование не только ПВО, но и египетскими ВВС, пока они еще вновь не уничтожены. Откровенно должен признать, что в настоящее время нашими ВВС некому командовать… Выходом из создавшегося положения явилось бы срочное прибытие советских истребителей и их экипажей на транспортных самолетах. Мы готовы предоставить в распоряжение советских военных все наши аэродромы».

Получив такое послание, Политбюро ЦК КПСС вынуждено было срочно собраться ночью, чтобы обменяться мнениями и принять меры, которые диктуются обстановкой. Тогда же мы позвонили в наше посольство в Каире и попросили доложить обстановку в зоне Суэцкого канала. Выяснилось, что перестрелка через Суэцкий канал прекратилась и что был налет 12 израильских самолетов на Порт-Саид и Порт-Фуад, который продолжался полчаса и больше не повторялся. Оснований для такого шага, как посылка советской авиации в ОАР, явно не было. Да и к тому моменту мы уже отправили им 336 истребителей.

Учитывая морально-политический фактор, мы все же решили поддержать египтян и отдали приказ о заходе как бы с визитом дружбы в Порт-Саид и Александрию кораблей советской военно-морской эскадры, несущей службу на Средиземном море. Наши корабли вчера вошли в эти порты. Думаем, что присутствие наших военных кораблей в водах ОАР будет полезно для оказания сдерживающего влияния на Израиль, да и не только на Израиль. Это не вызов кому-либо, а именно демонстрация, преследующая цель сдерживания агрессора.

А на следующий день после упомянутого тревожного сообщения, т. е. 9 июля, тот же президент Насер говорил нашему послу, что у него был заготовлен приказ авиации и артиллерии ОАР «уничтожить бронетанковую бригаду Израиля» восточнее Суэцкого канала, и только облачная погода помешала этому.

Из этих примеров видно, с какой осторожностью приходится подходить к некоторым оценкам и действиям наших арабских друзей.

В принципе мы считаем своим долгом всемерно оказывать помощь восстановлению и укреплению обороноспособности ОАР и Сирии, а также Алжира и Ирака. Мы далеко идем навстречу просьбам арабских руководителей о поставках военной техники и вооружения. Что касается степени и формы участия советских вооруженных сил в службе ПВО в ОАР, то мы обратили внимание президента Насера на необходимость тщательно продумать все аспекты этого вопроса и хорошо взвесить политическую сторону дела. Мы считаем, что нам целесообразнее ограничиться посылкой военных советников и консультантов, которые оказали бы действенную помощь командованию вооруженных сил ОАР в организации и налаживании собственной системы ПВО. С тех же позиций мы подошли и к поставленному перед нами сирийским руководством вопросу о посылке в Сирию летчиков-добровольцев. Мы обратили внимание сирийских руководителей на необходимость организации срочной подготовки собственного летного и технического персонала для обслуживания ВВС Сирии.

Надо прямо сказать, что в военном отношении положение ОАР и Сирии остается тяжелым. Хотя мы почти полностью восстановили потери этих стран в вооружении, прежде всего полностью по самолетам и танкам, это еще не означает восстановления и тем более укрепления боеспособности армий арабских государств. Армии эти практически небоеспособны — такой вывод делают наши военные специалисты, крупные специалисты, посетившие ОАР и Сирию. В ОАР нет практически настоящей системы единого командования, войска не владеют переданной им военной техникой, не сколочены в организационном отношении и не способны выполнять ответственные боевые задачи.

Сирийская армия в меньшей степени в дни военных действий подверглась удару со стороны израильских войск. Однако и она потеряла значительную часть авиации, танки и другую военную технику. Будем откровенны. О том, как воевали в те дни сирийцы, говорит хотя бы такой факт: на поле боя было убито 120 солдат и офицеров, но сирийская армия потеряла 12 тыс. автоматов. Сейчас сирийская армия, как и армия ОАР, также мало боеспособна.

С учетом работы, проделанной нашими военными делегациями, посетившими ОАР и Сирию, их наблюдений, оценок и выводов мы видим сейчас главную задачу в том, чтобы вооруженные силы этих арабских стран не только пополнялись совершенной техникой, но и улучшали бы свою организацию, совершенствовали свое боевое мастерство, научились бы строить оборону, владеть получаемым оружием. Для этого, по мнению наших военных работников, потребуется около 1 года. Такое мнение высказывал и Насер.

Вчера, 10 июля, в Каир по просьбе Насера вылетела советская авторитетная военная делегация. Возглавляет ее уже упоминавшийся мною генерал-полковник Лащенко, уже находящийся в ОАР, в состав ее входят такие видные военные деятели, как заместитель главнокомандующего ПВО нашей страны, маршал авиации Савицкий, начальник вспомогательного флота ВМС, вице-адмирал Сутягин и другие. Они будут широко сотрудничать с ними, всячески помогать им в воссоздании, реорганизации, должном оснащении вооруженных сил, исходя из главной цели — обеспечения обороноспособности арабских стран и создания подготовленных на современном уровне войск, способных дать отпор новым проискам сил империализма и его агентуры. Однако мы дали понять арабским руководителям, что готовим их вооруженные силы не для того, чтобы сделать Ближний Восток очагом новой войны. Мы также считаем, что в настоящих условиях нам не следует посылать свои войска, в том числе и авиацию, в арабские страны, как нас об этом просят. Наша главная линия в ближневосточном кризисе была и есть всесторонняя помощь прогрессивным арабским государствам, содействие их укреплению, предотвращение новых ударов империализма по прогрессивным режимам, но не вступление Советского Союза и других социалистических стран в большую войну. Необходимо сделать все, чтобы сами арабские армии были боеспособными.

Центральный Комитет КПСС и Советское правительство полагают, что в сложившихся условиях политико-дипломатические средства в деле ликвидации последствий агрессии Израиля на Ближнем Востоке далеко не исчерпаны и должны быть использованы максимально.

Мы считаем, что созыв чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН политически себя оправдал. Удалось приковать внимание мирового общественного мнения к агрессивным проискам империалистов и фактически заручиться поддержкой подавляющего большинства членов ООН в главном на данном этапе вопросе — о выводе израильских войск с захваченных ими территорий арабских государств. Все государства-члены ООН, за исключением США и еще нескольких покровителей Израиля, явно выступили против его территориальных притязаний. Мы даже не могли рассчитывать: Япония, Франция, Турция, Греция голосовали за вывод войск. Мы этого даже не могли ожидать. Показательно и то, что подавляющим большинством голосов Ассамблея приняла резолюцию, требующую, чтобы Израиль отказался от любых мер, направленных на аннексию арабской части Иерусалима.

Представители арабских государств в ООН, действуя в сотрудничестве с делегациями социалистических стран, активно использовали этот международный форум для разоблачения Израиля и США, для борьбы за свои национальные интересы. Нужно сказать, что руководители арабских стран — Насер, Атаси и другие положительно оценили действия социалистических стран на сессии в поддержку арабов.

Если Генеральная Ассамблея пока не смогла принять решения, которого мы все добиваемся, — об отводе израильских войск за линию перемирия, то причины здесь две. Во-первых, сильнейший нажим со стороны США. Во-вторых, сказалось отсутствие необходимой гибкости и чувства реализма со стороны арабских государств.

Как вы знаете, нам с большим трудом удалось добиться продолжения работы чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Американцы согласились на это крайне неохотно: им невыгодно продолжение критики и разоблачений политики Израиля, они опасаются консолидации сил, выступающих за то, чтобы не дать агрессору воспользоваться плодами своей агрессии. Надо сказать, что если сейчас арабские государства в вопросе о прекращении состояния войны с Израилем проявят определенную гибкость, то американцы едва ли сумеют воспрепятствовать принятию сессией резолюции о выводе израильских войск с захваченных территорий. А это имело бы большое значение и явилось бы крупным политическим поражением Израиля и его покровителей.

Мы прилагаем самые энергичные усилия к тому, чтобы работа чрезвычайной сессии ООН завершилась принятием резолюции о выводе израильских войск на исходные позиции. Нашим послам в странах Азии, Африки, Латинской Америки, особенно проявивших колебания при голосовании в ООН, дано указание проводить соответствующую работу в поддержку позиции арабских государств и приемлемой резолюции. Такую же работу мы проводим в Австрии, Финляндии и некоторых других странах. К каждой из этих стран, учитывая их особенности и колебания, мы готовили самостоятельные обращения.

Мы использовали недавние беседы с премьер-министром Франции Помпиду и Кув де Мюрвилем, чтобы постараться подтолкнуть Францию на дополнительные шаги, идущие в направлении общей позиции социалистических стран по урегулированию ближневосточного кризиса. Мы придаем определенное значение тому факту, что в совместном советско-французском коммюнике отражены: необходимость отвода израильских войск за линию 5 июня, отказ рассматривать территориальные захваты как свершившийся факт и признание прав всех народов Ближнего Востока на независимое существование.

Голосование на Ассамблее, состоявшееся 4 июля, показало, что требование о выводе войск без сочетания хотя бы с самыми общими положениями относительно политического урегулирования между арабскими государствами и Израилем не может собрать необходимого количества голосов. Но для правительств арабских государств вопрос о каком бы то ни было политическом урегулировании с Израилем является весьма чувствительным. Ведь они на протяжении двух десятилетий стояли на той позиции, что само существование Израиля как государства является незаконным и что война против Израиля должна продолжаться до окончательной победы арабов. Таким образом, если бы сейчас арабы согласились на какой-то принцип политического урегулирования с Израилем, это означало бы для них некоторый отход от многолетней позиции. Мы никогда эту позицию не разделяли, но было бы неправильно не считаться с тем, что для арабов это трудный вопрос.

Нельзя сказать, чтобы правительство ОАР не проявляло признаков того, что оно задумывается над создавшимся положением и ищет выхода. Кое в чем ОАР и президент Насер уже начинают уточнять свою позицию с учетом обстановки.

Президент Насер в беседах заявил тов. Н. В. Подгорному, что он понимает необходимость более гибкого подхода к определению окончательных позиций ОАР в таких вопросах, например, как судоходство в Акабском заливе, присутствие войск ООН в зонах разграничения между войсками ОАР и Израиля после отвода последних за линию перемирия.

По вопросу об Акабском заливе ОАР, по словам Насера, может согласиться на восстановление прежнего положения, существовавшего до начала нынешнего конфликта с Израилем, с возможностью свободного прохода через Тиранский пролив и израильских судов. Египтяне хотели бы, однако, при этом обеспечить соблюдение двух условий: во-первых, подтверждение суверенитета ОАР на территорию по обе стороны пролива; во-вторых, решение вопроса о возобновлении прохода израильских судов через Тиранский пролив оформить соответствующим определением Международного суда, которое бы ОАР молчаливо признала. Правительство ОАР не возражало бы также против договоренности по этому вопросу и в какой-либо другой форме, например, в виде договоренности между соответствующими заинтересованными странами, но ни в коем случае не на основе двусторонних переговоров между ОАР и Израилем.

Правительство ОАР согласно на размещение войск ООН при условии, что они будут располагаться по обе стороны линии перемирия в согласованных пунктах, включая и район Газы. При этом правительство ОАР хотело бы само определять государственную принадлежность войск, размещаемых на территории ОАР.

Эти сдвиги в мышлении наших арабских друзей в направлении реалистического подхода к положению можно только приветствовать. Но для того, чтобы добиться на сессии Генеральной Ассамблеи решения о выводе израильских войск, арабам нужно сделать еще один шаг: дать в принципе — и при условии обязательного и немедленного вывода израильских войск — согласие на прекращение состояния войны с Израилем. Как вы понимаете, товарищи, с точки зрения нашей марксистско-ленинской идеологии это был бы естественный шаг, в сущности и не имеющий характера какой-то уступки со стороны арабов. Но для арабов это не так просто.

Неделю назад мы просили руководителей арабских государств подумать над возможностью выдвижения какого-то компромиссного проекта резолюции, в котором требование о выводе войск сочеталось бы с некоторыми изложенными хотя бы в самой общей форме положениями, направленными на прекращение состояния войны в районе Ближнего Востока.

Какой же ответ нам дали арабы?

Министр иностранных дел ОАР Риад по поручению Насера сообщил 6 июля, что резолюция на базе проекта неприсоединившихся стран с учетом некоторых моментов из проекта латиноамериканских государств вряд ли может удовлетворить ОАР. Принятие такой резолюции означало бы дальнейшие уступки со стороны ОАР. Еще более негативную позицию занял главный представитель ОАР на Генеральной Ассамблее Фавзи. При встрече с тов. Громыко в Нью-Йорке он заявил, что сейчас ни арабам, ни нам ничего не следует предпринимать для поисков какого-либо компромисса. «Если у кого-либо будет такой проект, — сказал он, — пусть придут к нам и принесут». Фавзи утверждал, что намного лучше не иметь совсем никакой резолюции, чем пойти хоть на малейшую уступку в вопросе прекращения состояния войны.

Премьер-министр Сирии Зуэйн выразил сомнение в возможности добиться принятия Генеральной Ассамблеей какого бы то ни было решения, отвечающего интересам арабских народов. Единственным путем решения вопроса о выводе войск Израиля является, по его словам, изгнание их силой.

Какой же выход из создавшегося положения может быть найден?

Как видно из всей полученной информации о позиции США, твердо поддерживающих Израиль, без принятия арабами в той или иной форме положения о прекращении состояния войны Израиль не освободит захваченных территорий арабских стран, израильские войска будут продолжать занимать рубежи, непосредственно угрожающие Каиру и Дамаску. Военным путем арабам эти территории пока не отобрать, для этого они не располагают достаточной силой, а политическими средствами этого сделать нельзя без самих арабов, от которых зависит решение вопроса о прекращении состояния войны.

Всесторонне взвесив обстановку и руководствуясь желанием помочь арабским руководителям объективно оценить свои возможности и лучше осознать свои первоочередные задачи, мы обратились к главам четырех арабских государств — ОАР, Сирии, Алжира и Ирака — с устным посланием ЦК КПСС и Советского правительства, имея в виду сосредоточить их внимание на том, что является основным для данного момента, а именно — как осуществить ликвидацию последствий израильской агрессии и какие шаги следовало бы предпринять в этом направлении в ближайшее время. В нашем послании Насеру от 8 июля говорилось:

«Из информации, которую мы получили сегодня от нашего посла о беседе с ним министра иностранных дел Риада, видно, что некоторые вопросы, возможно, воспринимаются не совсем правильно. Включение в резолюцию Генеральной Ассамблеи положения, предусматривающего рассмотрение Советом Безопасности вопроса о прекращении состояния войны между арабскими государствами и Израилем, не означает еще ни признания Израиля арабскими странами, ни установления с ним дипломатических или иных отношений, ни обязательства арабских государств вступить в прямые переговоры с Израилем. Это не затронуло бы и престижа арабских государств. То, что отношения между государствами должны строиться без применения силы, без войны, является общепризнанным принципом и вытекает из Устава ООН.

В то же время принятие Генеральной Ассамблеей решения о немедленном выводе израильских войск намного облегчило бы продолжение борьбы за решение этого вопроса в Совете Безопасности. С рекомендацией Генеральной Ассамблеи, принятой значительным большинством голосов и выражающей волю всех миролюбивых народов, трудно было бы не посчитаться даже тем, кто так или иначе покровительствует Израилю. Если же такого решения Генеральной Ассамблеи не будет, борьба в Совете Безопасности натолкнется на те же препятствия, которые были как в Генеральной Ассамблее, так и в Совете Безопасности до созыва чрезвычайной сессии. А это поведет к тому, что решение вопроса о выводе израильских войск будет затягиваться. Мы глубоко убеждены, что такая затяжка оказалась бы не в интересах арабских стран. Если израильские войска будут оставаться на оккупированных территориях, это будет означать, что в руках Израиля находятся плацдармы для возобновления в любой момент военных действий, для оказания давления на арабские государства и всевозможных провокаций. А главная цель империалистических сил, орудием которых является Израиль, — свергнуть прогрессивные режимы в ОАР и Сирии, — остается неизменной, империализм от нее не собирается отказываться. Наличие израильских войск на арабских территориях будет поощрять и внутренние силы реакции в ОАР и Сирии, что, как нам кажется, тоже не следовало бы сбрасывать со счетов. Оккупация израильскими войсками части территории ОАР будет серьезно отражаться и на экономике вашего государства».

Таким образом, ведя острую политическую борьбу на международной арене, мы стремимся убедить руководителей арабских государств в том, что ради сохранения прогрессивных режимов и революционных завоеваний нужно учитывать реальную обстановку и проводить гибкую линию.

От Каира мы пока не получили определенного ответа: Риад сделал 8 июля нашему послу весьма уклончивое заявление в связи с нашим обращением. Что касается позиции Алжира, то Бумедьен заявил послу СССР 8 июля, что «Алжир никогда и ни при каких обстоятельствах не согласится на рассмотрение вопроса о прекращении состояния войны между арабскими государствами и Израилем». Он подчеркнул, что даже если ОАР и Сирия пойдут на это, то «Алжир в этом случае не поддержит ни Насера, ни сирийцев».

Однако мы не ослабляем своих усилий для того, чтобы убедить арабских руководителей в необходимости найти политическое решение, содействующее урегулированию конфликта и прежде всего отводу израильских войск с захваченных ими арабских земель.

10 июля мы направили в ОАР заместителя министра иностранных дел СССР т. Малика. Ему поручено еще раз ознакомить руководителей ОАР с соображениями ЦК КПСС и Советского правительства относительно дальнейшей политической борьбы за ликвидацию последствий израильской агрессии и поручено заявить Насеру, что (я читаю текст указаний) «в Москве создалось впечатление, что Риад, видимо, не понял всего смысла и политического значения наших соображений по данному вопросу и поэтому не принял в должной мере во внимание необходимость срочных шагов на чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Ответ, полученный от Риада, не содержит указаний на отношение правительства ОАР к существу наших соображений, и поэтому мы не можем направить нашей делегации на Ассамблее директиву об использовании имеющихся сейчас возможностей добиваться решения, отвечающего интересам арабских стран.

В связи с этим ЦК КПСС и Советское правительство просят Вас (имеется в виду Насер) рассмотреть лично наши соображения и высказаться по существу наших предложений, чтобы мы могли понять Ваши планы».

Тов. Малику поручено далее сказать Насеру:

«Мы хотели бы еще раз повторить, что при сложившейся на Генеральной Ассамблее расстановке сил имеется возможность добиваться решения о выводе израильских войск. Однако для этого необходимо, чтобы в резолюции требование о выводе войск сочеталось с положением о рассмотрении Советом Безопасности вопроса о прекращении состояния войны между арабскими государствами и Израилем. Обращение Генеральной Ассамблеи к Совету Безопасности с предложением рассмотреть данный вопрос не потребовало бы от арабских государств каких-либо политических уступок. Во-первых, такое обращение само по себе не означало бы ни признания Израиля арабскими государствами, ни их обязательства установить дипломатические и другие отношения с Израилем или вступить с ним в какие-то переговоры. Речь идет лишь о самом принципе прекращения состояния войны, который непосредственно вытекает из более широкого и общепризнанного принципа, в соответствии с которым государства не должны применять силу в отношениях друг с другом, т. е. не действовать методами войны. Во-вторых, рассмотрение в Совете Безопасности вопроса о прекращении состояния войны между арабскими государствами и Израилем могло бы состояться только в том случае, если бы оно было неразрывно связано с очищением всех арабских территорий, захваченных сейчас израильскими войсками, до последнего квадратного метра от захватчиков.

Таким образом, принятие подобной резолюции Генеральной Ассамблеей раскрыло бы путь к освобождению арабских земель от израильской оккупации. Если же Израиль попробовал бы уклониться от выполнения требования об отводе войск, то отпало бы и положение резолюции о рассмотрении Советом Безопасности вопроса о прекращении состояния войны.

Нам кажется, что этот путь дает арабским государствам политический выигрыш в виде реальной перспективы освобождения оккупированных ныне арабских территорий и в то же время не создает для арабов каких-либо политических опасностей».

Вот что будет сказано Насеру от нашего имени в связи с создавшимся положением. Найдет ли это обращение соответствующий отклик у ОАР — сказать пока трудно.

Завтра возобновляется работа чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Какова же там расстановка сил?

Сохраняется то, что было изложено Джонсоном в его выступлении по телевидению в день открытия сессии Генассамблеи, в выступлении главы делегации США Голдберга и в беседах во время встречи т. Косыгина с Джонсоном. 8 июля Раск заявил нашему послу, что договоренность возможна только на основе тесной увязки вопроса о выводе израильских войск с вопросом о прекращении состояния войны. Он подчеркнул, что шансов на принятие на Генассамблее взаимоприемлемой резолюции нет и что дело надо вести к тому, чтобы перенести вопрос в Совет Безопасности, где, по его словам, США и Советский Союз «могли бы договориться» о путях урегулирования конфликта на Ближнем Востоке.

Мы видим в этих предложениях представителей США определенный расчет. Они стремятся прекратить рассмотрение вопроса на Генеральной Ассамблее, так как там при всех ее недостатках происходит широкое разоблачение американского империализма, помогающее народам, прежде всего народам арабских стран, видеть, что США являются их главным врагом и открыто поддерживают израильского агрессора. Можно также полагать, что Соединенные Штаты хотели бы добиться в Совете Безопасности уступок со стороны арабов и чтобы в этом участвовал Советский Союз, который этим как бы разделил с США ответственность за давление, оказанное на арабов. Мы видим этот маневр и будем действовать в Совете Безопасности в интересах арабских государств, мы будем добиваться до конца вывода израильских войск с захваченных территорий и ликвидации последствий израильской агрессии.

Позиция арабских стран выглядит, по оценке находящегося в Нью-Йорке т. Громыко, следующим образом:

Единой согласованной точки зрения по предложению, которое было сделано нами правительствам арабских государств, у арабских делегаций нет.

Делегация ОАР и лично Фавзи в общем благоприятно относятся к нашим соображениям о возможном содержании компромиссной резолюции.

Делегации Алжира и Сирии отрицательно относятся к любому проекту, содержащему какие-либо уступки по сравнению с проектом неприсоединившихся стран, который уже голосовался на Ассамблее. Бутефлика заявляет, что его делегация будет голосовать против такого компромиссного проекта.

Делегации Ирака и Судана определенных указаний, видимо, не получили. Делегации других арабских стран ведут себя аналогичным образом. Но все делегации в той или иной мере считаются с позицией Алжира и Сирии, боясь быть обвиненными «в отступничестве» от общей арабской линии в отношении Израиля.

Эту оценку мы получили от т. Громыко вчера, 10 июля.

Решение вопроса в ООН зависит сейчас во многом от ответа Насера на наше последнее послание, направленное с тов. Маликом. Если ответ будет отрицательным и окажется невозможным добиться принятия резолюции сессии ООН о выводе войск Израиля, то на этот случай мы дали нашей делегации на Ассамблее следующее указание:

«На рассмотрение сессии можно было бы внести предложение о том, чтобы Генеральная Ассамблея, приняв к сведению точки зрения, высказанные на ее чрезвычайной специальной сессии, решила передать Совету Безопасности протоколы своих заседаний и обратилась с просьбой к Совету Безопасности в срочном порядке рассмотреть положение на Ближнем Востоке.

Следовало бы также вести дело к тому, чтобы Генеральная Ассамблея приняла решение о том, что чрезвычайная сессия не закрывается и что следующее заседание Ассамблеи может быть созвано председателем Генеральной Ассамблеи в случае необходимости в любое время.

Указанные предложения следовало бы выдвинуть на рассмотрение сессии через представителей неприсоединившихся стран. Это следует сделать, разумеется, в случае согласия с данными предложениями делегаций ОАР, Сирии, Ирака и Алжира».

Предложения, о которых говорится в указаниях, конечно, дают не очень много, но все же они в какой-то степени могут связать агрессора и те силы, которые его поддерживают.

Вчера Совет Безопасности принял решение направить в район соприкосновения войск ОАР и Израиля 25 наблюдателей ООН. Мы считаем это полезной мерой, так как присутствие наблюдателей ООН будет затруднять израильским агрессорам организацию новых военных провокаций против арабов. Правительство ОАР это решение одобрило и уже дало согласие на размещение наблюдателей. Это, как мы полагаем, один из признаков определенного движения арабов в сторону реализма. Израиль до сих пор не дал ответа на обращение ООН.

По-видимому, израильтян вовсе не устраивают шаги, которые в той или иной мере стесняли бы их свободу в продолжении агрессии. Возможно, что под давлением мирового общественного мнения Тель-Авиву все же придется пойти на размещение наблюдателей ООН, но уже сам факт затяжки ответа Израиля дополнительно разоблачает агрессивную суть его политики. Таким образом, не преувеличивая значения решения, принятого Советом Безопасности, мы считаем все же, что оно полезно во многих отношениях.

Чрезвычайной сессией Генеральной Ассамблеи ООН, независимо от ее исхода, борьба за ликвидацию последствий израильской агрессии, конечно, не кончается.

Надо и впредь наращивать нажим на империалистические державы, стоящие за спиной Израиля, и оказывать нашу общую поддержку ОАР и Сирии. При определенных условиях можно будет снова пойти в Совет Безопасности, развернуть там новую политическую кампанию. Важно использовать также противоречия между империалистическими державами, действовать настойчиво, последовательно и в то же время гибко, с учетом развития обстановки.

Полезную роль может сыграть дальнейшая мобилизация общественного мнения в поддержку требований арабских государств. Мы считаем, что необходимо максимально использовать в этом направлении наше участие в соответствующих международных организациях.

Хотелось бы остановиться еще на одном вопросе. Сейчас против прогрессивных режимов в ОАР и Сирии ведется большая подрывная работа со стороны империалистических государств и внутренних реакционных сил. Кстати сказать, свой отказ согласиться с предложениями, направленными на ликвидацию последствий агрессии Израиля, и прежде всего выводом израильских войск, Насер и другие арабские руководители мотивируют главным образом тем, что какие-либо уступки Израилю, в том числе и заявление о прекращении состояния войны, могут быть использованы внутренней реакцией для свержения прогрессивных режимов в ОАР и Сирии.

Мы полагаем, что здесь имеется определенное преувеличение. Но, конечно, положение этих режимов серьезно осложнилось. И мы все время стремимся к тому, чтобы поддержать их, не дать империалистическим силам и внутренней реакции добиться своей цели. Этому подчинены все наши мероприятия политического, военного и экономического характера, о которых мы информировали вас. Было бы хорошо обменяться здесь мнениями по вопросу о том, что можно было бы еще сделать для поддержки существующих в арабских государствах прогрессивных режимов.

Товарищи!

Обстановка остается сложной, борьба предстоит длительная. Условия этой борьбы не совсем выгодны для нас ввиду известной отдаленности района Ближнего Востока и отсутствия обеспеченных коммуникаций. Это — не Европа, где мы имеем мощный кулак, который обрушим на всякого, кто попытается предпринять провокацию против любой братской страны — империалисты это хорошо знают и ведут себя здесь потише, спокойнее.

Мы исходим из того, что для урегулирования конфликта на Ближнем Востоке и дальше должны использоваться политические средства, подкрепляемые мерами, направленными на укрепление сил и обороноспособности передовых арабских стран, повышение их боевого духа, оснащенности их армии современным оружием.

Одновременно мы будем добиваться согласования позиций арабских государств по основным политическим вопросам с позицией стран социалистического содружества.

Если же, вопреки воли народов, Израиль будет продолжать политику агрессии против арабских стран, то социалистические государства совместно с другими миролюбивыми странами предпримут необходимые меры для обуздания агрессора и защиты национальных интересов прогрессивных арабских стран.

Несомненно, у каждой братской партии имеются свои ценные соображения о том, как нам совместно действовать дальше в борьбе за ликвидацию последствий израильской агрессии. Мы уверены в том, что наше совещание послужит новым важным шагом в деле координации усилий братских социалистических стран в поддержку арабских народов, по упрочению позиций социализма на Ближнем Востоке, по укреплению международной безопасности и мира.

РГАНИ. Ф. 10, оп. 1, д. 229. Л. 4–25.

Его Превосходительству

господину Гамаль Абдель Насеру,

Президенту и Премьер-Министру

Объединенной Арабской Республики

г. Каир

Л. И. Брежнев. В начале беседы, наш уважаемый друг г-н Президент, уважаемые гости, мы бы хотели еще раз сердечно вас приветствовать и выразить свое удовлетворение вашим приездом в Советский Союз. Мы отдаем себе отчет в том, что нам предстоят серьезные деловые разговоры и надеемся, что ваш визит и наши беседы будут полезными и плодотворными. Как мы представляем, основной темой наших переговоров будут беседы о советско-арабской дружбе, о том, что нужно сделать для ее развития. Мы предполагаем также посоветоваться с вами о том, что нужно предпринять для ликвидации последствий израильской агрессии, о том, какими путями необходимо бороться против империалистической угрозы. Мы считаем, что наши беседы должны характеризоваться полной откровенностью и глубоким всесторонним подходом к обсуждаемым проблемам.

Мы не можем обижаться на слабую информированность, мы получаем достаточно информации из Каира. Вы также знакомы с теми нашими усилиями и акциями, которые мы предпринимаем по согласованию с вами для решения стоящих перед нами проблем. Тем не менее мы не можем знать всех тонкостей и сложностей положения на Ближнем Востоке в той степени, в какой это знаете вы. Если у вас нет возражений, то мы хотели бы, чтобы вы изложили вашу оценку положения на Ближнем Востоке и остановились на тех вопросах, которые вы бы хотели перед нами поставить. Я думаю, что такая процедура облегчит в дальнейшем наши беседы. Я также хочу добавить, что у нас существует традиция, согласно которой первое слово мы предоставляем нашим гостям.

Г. А. Насер. Г-н Брежнев, друзья, разрешите прежде всего поблагодарить вас за приглашение посетить Советский Союз и выразить нашу большую радость по поводу встречи с советскими руководителям в Москве. Я пользуюсь также этим случаем, чтобы заверить вас, что египетский народ высоко ценит дружбу с Советским Союзом. Мы высоко ценим позицию Советского Союза в деле поддержки нашей борьбы в дни самых тяжелых испытаний.

Мы придаем нашей встрече с советскими руководителями очень большое значение, поскольку она дает нам возможность открыто обсудить все те вопросы, о которых говорил т. Брежнев. Несомненно, наша страна переживает сейчас трудные времена, по существу это можно назвать кризисным состоянием, поскольку часть арабской территории оккупирована врагом. Мы считаем, что эта оккупация явилась результатом решимости арабских народов, несмотря ни на что, продолжать проведение независимой политики, политики борьбы против империализма. Если т. Брежнев не возражает, я могу рассказать о нашей общей оценке положения в районе Ближнего Востока и затем перейти к главной проблеме, проблеме ликвидации последствий израильской агрессии.

Л. И. Брежнев. Пожалуйста, г-н Президент.

Г. А. Насер. Мы искренне стремимся к объединению политических, военных, экономических и других усилий всех арабских стран в борьбе против империализма. Однако, к сожалению, между арабскими странами существуют серьезные противоречия. Такие государства, как Саудовская Аравия, Тунис, Ливия и в меньшей степени Марокко, связаны, как известно, с Западом и прежде всего с США. Поэтому эти страны всеми средствами избегают вступать в прямое противоборство с Соединенными Штатами. Что касается сирийцев, то они отказываются поддерживать какие-либо контакты или сотрудничать с так называемыми реакционными арабскими государствами. Мы, с нашей стороны, стремимся в настоящее время не говорить о существовании прогрессивных или реакционных арабских стран, считая, что по своей природе и сущности все арабские народы являются прогрессивными. Любые нападки в адрес реакционных правительств подталкивают их к тому, чтобы занимать негативную позицию по отношению к ОАР, в частности, и к решению проблемы ликвидации последствий израильской агрессии в целом. Как известно, народы всех арабских стран решительно выступают против Израиля, против империализма. Это было еще раз подтверждено в дни начала израильской агрессии 5 июня прошлого года, когда буквально весь арабский мир захлестнули мощные демонстрации протеста против израильской агрессии, причем в некоторых случаях в реакционных странах реакция народа была даже сильнее. Самые грандиозные народные демонстрации состоялись, например, в Тунисе, что показывает, что народы всех арабских стран стремятся к прогрессу и независимости.

Таково общее положение в арабском мире.

Другая часть вопроса — положение стран, находящихся в непосредственной близости от Израиля: ОАР, представляющая западный фронт, Сирия, Иордания и Ирак — восточный фронт. Остальные арабские страны можно рассматривать как второй эшелон. В последнее время нам удалось способствовать заключению договоренности о координации военных действий между Сирией и Ираком, имея в виду вовлечь в это Иорданию, поскольку Сирия до сих пор отказывается от какого-либо непосредственного сотрудничества с Иорданией.

Нам удалось достичь компромиссного соглашения, в соответствии с которым создается объединенное командование во главе с представителями Ирака, которые будут поддерживать контакты и с сирийцами, и с иорданцами. Сирийцы согласились с идеей координации военных усилий в такой форме и с созданием т. н. восточного военного командования при участии военных частей Ирака, Сирии и Иордании.

А. Н. Косыгин. Иорданцы также согласились с этим предложением?

Г. А. Насер. Иорданцы также дали свое согласие, поскольку в соответствии с этим предложением в Иордании будут размещены иракские войска. Иорданцы весьма заинтересованы в прибытии этих войск, поскольку они располагают очень слабыми силами и до сих пор не восполнили свои потери, понесенные в ходе израильской агрессии. Соединенные Штаты обещали поставить Иордании самолеты. Однако, как нам известно, аналогичные самолеты, обещанные США Израилю, уже прибыли в распоряжение последнего, а иорданцы до сих пор довольствуются обещаниями.

А. Н. Косыгин. Оглашали ли вы какие-либо сведения, связанные с созданием объединенного командования?

Г. А. Насер. Никаких сведений о достижении договоренности о координации военных усилий арабских стран мы не публиковали. Эта договоренность была достигнута в результате переговоров, проведенных министром обороны ОАР в Сирии и в Ираке, а также в результате последующих переговоров министра обороны Сирии в Багдаде. Первоначально у нас возникала идея опубликовать какие-либо сведения по этому вопросу, имея в виду, что достижение любой договоренности в отношении координации военных усилий арабских стран может в какой-то степени оказать влияние или устрашить Израиль. Однако мы приняли во внимание и другой фактор, а именно то, что подобного рода договоренность могла бы спровоцировать Израиль на оккупацию остальной части Иордании. Как известно, в силу слабости Иордании израильтяне в любой момент могут перейти на восточный берег Иордана и полностью изолировать Иорданию от Сирии. В этом случае будет ликвидирована всякая возможность какого-либо сотрудничества между Сирией и Иорданией. Командование, о котором я упоминал, функционирует уже около месяца. Однако дело по-прежнему продвигается медленно, поскольку сирийцы продолжают занимать сдержанную позицию по отношению к идее установления более всестороннего сотрудничества с Иорданией. Мы заранее предполагали, что в этом вопросе возникнут определенные трудности и поэтому считаем, что большое значение будет иметь фактор времени.

А. Н. Косыгин. Однако, как известно, иракские войска уже находятся в Иордании.

Г. А. Насер. В настоящее время в Иордании находятся три отдельных бригады иракских войск. Во время визита министра обороны ОАР в Ирак была достигнута договоренность о направлении в Иорданию дополнительно двух дивизий и некоторого количества иракских самолетов, имея в виду, что они будут базироваться на аэродромах Сирии, поскольку в Иордании в настоящее время нет аэродромов, пригодных для их размещения. Предполагается, что иорданцы построят аэродром, на который будут впоследствии перебазированы эти самолеты.

Иордания является самым слабым уязвимым местом. По существу она не располагает ни вооруженными силами, ни техникой. В период после 5 июня она получила из Ирака небольшое количество танков типа «Центурион». Мы также передали иорданцам небольшое количество техники, но это проблемы не решает.

Что касается военного положения на египетском участке фронта, то мы считаем, что за последний год египетские силы полностью подготовились к обороне. Мы сумели достичь прогресса во всех направлениях, касающихся повышения боеспособности нашей армии. Благодаря той большой помощи, которую оказал нам Советский Союз, почти полностью компенсировав наши потери в технике, египетские вооруженные силы уверенно встали на ноги. По нашей оценке, в хорошем состоянии находятся и сирийские войска. Как я уже говорил, самая серьезная обстановка складывается в Иордании. В беседе с королем Хусейном я советовал ему сохранять дружбу с Соединенными Штатами и посмотреть, что из этого выйдет. Хусейн со своей стороны говорил мне, что ввиду тяжелого положения Иордании он не может идти на обострение отношений с Соединенными Штатами. Как известно, он выезжал в США, встречался с Джонсоном, однако его переговоры с Джонсоном были полностью безрезультатными. Иорданцы не получили от американцев даже ни одного карабина, хотя они считаются их друзьями.

Основной целью, которую проследует Израиль в настоящее время, является подчинить, сломить Иорданию. Именно поэтому не прекращаются постоянные вооруженные провокации против Иордании, путем которых Израиль стремится заставить Хусейна запросить мира. Однако внутреннее положение в Иордании существенно отличается от той обстановки, которая существовала до 5 июня 1967 г. Главным фактором, который определяет сейчас положение в Иордании, является начало организованных военных действий палестинских организаций, в частности, «Фатх», которые препятствуют и будут препятствовать установлению какого-либо мира с Израилем. Таким образом мы наблюдаем сейчас в Иордании значительный рост партизанского движения палестинского народа, стремление к объединению в самостоятельные палестинские организации. Палестинские отряды представляют собой внушительную силу. Известно, что когда израильтяне пытаются перейти Иордан с целью ликвидации баз палестинских партизан, то в первую очередь в борьбу с ними вступают палестинские отряды, оказывая им успешное сопротивление. Авторитет палестинских организаций все более и более растет во всех арабских странах. Руководитель организации «Фатх» просил меня перед моим отъездом в Москву включить его в состав делегации. Его зовут Ясир Арафат, инженер по профессии, учился в Египте, занимал хорошую должность. Однако ради освобождения арабских земель он оставил все, что имел в Каире, и полностью посвятил себя партизанскому движению. Я взял его с собой, в настоящее время он находится в Москве. При этом я исходил из того, что «Фатх» превратилась в последнее время в одну из сильнейших палестинских организаций, которой оказывают значительную помощь в финансовом и военном отношениях как ОАР, так и другие арабские страны — Сирия, Ирак и др. Значительный интерес проявляют к ней и другие силы, которые хотели бы поставить эту организацию под свой контроль.

А. Н. Косыгин. А где же находится Шукейри?

Г. А. Насер. Он полностью исчез с политической арены. Однако Палестинская Организация Освобождения продолжает существовать, хотя и не пользуется такой популярностью, как «Фатх». «Фатх» ведет активные вооруженные действия на израильской территории, наносит серьезный материальный и военный ущерб. Около недели тому назад была достигнута договоренность между «Фатх» и Палестинской Организацией Освобождения о создании Национального совета.

Насколько нам известно, в последнее время с организацией «Фатх» ищут контакты даже Фейсал и китайцы.

А. Н. Косыгин. Какова численность вооруженных отрядов?

Г. А. Насер. Откровенно говоря, я не знаю. Руководители партизанских отрядов очень сдержанны в этом отношении и никогда не говорят об этом. Со своей стороны я не задаю им такого вопроса, чтобы не создавать впечатления, что я вмешиваюсь в их внутренние дела. Во всяком случае, они очень активны и, например, две недели тому назад им удалось взорвать очень большой склад боеприпасов вблизи Тель-Авива и нанести существенный урон заводу по производству поташа. По скромным подсчетам, в результате военных действий палестинских партизан израильтяне несут потери порядка 15–20 человек убитыми каждую неделю. Партизаны также несут большие потери и может быть даже больше, чем израильтяне. Однако к ним идет все больше и больше добровольцев. Руководители «Фатх» не стремятся всемерно увеличивать численность своих отрядов и отбирают добровольцев на основе весьма строгих требований. Я считаю, что этой организации принадлежит будущее не только с точки зрения Палестины, но и с точки зрения всего арабского мира. Поэтому, когда Арафат высказал пожелание поехать в Москву, я взял его с собой.

А. Н. Косыгин. Самая богатая часть территории Иордании занята Израилем?

Г. А. Насер. Израиль занял не только самые плодородные земли на западном берегу Иордании, но подвергает все большему опустошению плодородные земли на восточном берегу Иордана, вынуждая их население покидать родные места и уходить в глубь территории страны.

Л. И. Брежнев. Какова природа местности с географической точки зрения, на которой действуют палестинские партизаны? Как им удается успешно вести свои боевые операции и скрываться от противника?

А. М. Риад. Западный берег Иордана представляет собой гористую местность. Особенно много холмов и гор в северном районе, вблизи Иерусалима и Наблуса.

Г. А. Насер. Мы считаем, что партизанское движение на оккупированной части Иордании будет возрастать. Недавно министр обороны Израиля заявил в парламенте о том, что после 5 июня в результате партизанских действий израильтяне потеряли около тысячи человек. Партизаны применяют все известные тактические методы партизанской войны: устраивают засады, закладывают мины и т. д. В то же время они предоставляют в наше распоряжение такую информацию об Израиле, о его военном потенциале, какую мы не имели до начала израильской агрессии.

Несколько слов о позиции других арабских государств, в частности Алжира. Алжирцы обещали в случае возобновления военных действий предоставить в наше распоряжение определенные контингенты алжирских вооруженных сил. В настоящее время на территории ОAP дислоцируется алжирская бригада. Однако алжирцы по-прежнему не принимают резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г.

Как вам известно, мы получаем финансовую помощь от Саудовской Аравии, Кувейта и Ливии в размере около 100 млн. фунтов стерлингов в соответствии с решениями Хартумской конференции. Мы попытались созвать новое совещание арабских руководителей с целью выработки совместных действий, однако наши усилия не увенчались успехом. Я думаю, что определенный нажим в этом плане оказали на некоторые страны, в частности на Саудовскую Аравию, Соединенные Штаты. Известную негативную роль сыграла и позиция левых сил, представленных, в частности, сирийцами, которые отказываются сесть за стол переговоров вместе с так называемыми реакционными режимами. Выдвигая идею созыва новой конференции, мы преследовали цель побудить все арабские страны принять больше участия — будь то в материальном или в военном отношении — в деле решения вопроса ликвидации последствий израильской агрессии. Руководители этих стран понимали эту цель и поэтому сдержанно относились и относятся до сих пор к идее проведения нового совещания в верхах. С другой стороны, ни одна из арабских стран, кроме Алжира, не располагает значительными военными силами.

Что касается Саудовской Аравии, то Фейсал питает в отношении нас известные сомнения, хотя и продолжает оказывать нам финансовую помощь. Сдержанность Фейсала объясняется нашей позицией по отношению к Йеменской Арабской Республике и Народной Республике Южного Йемена. Главная цель Саудовской Аравии заключается не в борьбе с Израилем, как можно было бы предполагать, а в ликвидации нынешних режимов в ЙАР и НРЮЙ, правительства которых мы поддерживаем. В связи с этим отношения между нами и Саудовской Аравией ограничиваются лишь оказанием нам финансовой помощи в соответствии с решениями Хартумской конференции.

Как вы знаете, положение в Йемене, как в Северном, так и в Южном, не стабильно. Монархические отряды в ЙАР продолжают свою военную активность, направленную на свержение республиканского режима. Президент НРЮЙ Кахтан Шааби, который был с визитом несколько дней тому назад в ОAP, также говорил нам о серьезных экономических трудностях, которые переживает страна. Шааби указывал, что в то время, как их доходы не превышают 7 млн., расходы составляют около 27 млн. Шааби просил, чтобы мы оказали им возможную помощь; мы обещали им предоставить небольшую помощь главным образом в виде поставки некоторых товаров. С аналогичными просьбами Шааби будет обращаться и к руководителям Ирака, Сирии и Алжира. Положение НРЮЙ осложняется и тем, что Саудовская Аравия ведет против нынешнего режима активную враждебную деятельность.

Таково общее положение в арабских странах.

Разрешите перейти к оценке внутреннего положения в Объединенной Арабской Республике. Несомненно, израильская агрессия и поражение в войне вызвали серьезные потрясения, создали неблагоприятный психологический эффект в настроении людей. Во время визита тов. Подгорного в ОAP я говорил ему, что через некоторое врем мы начнем сталкиваться все с большими и большими проблемами в плане стабилизации внутреннего фронта. И вот сейчас все больше и больше задается один вопрос — когда мы выгоним израильских захватчиков со своей земли. Люди спрашивают, в силу каких причин мы потерпели поражение, почему в стране возник разброд и хаос, и требуют исправления всех ошибок. В феврале с. г. были опубликованы приговоры по делу руководителей ВВС. Приговоры были очень мягкими, что послужило причиной возникновения демонстраций рабочих на авиационном заводе в Хелуане, произошли столкновения с полицией, были раненые. Среди студенческой молодежи распространились слухи, что среди рабочих были убитые. Это в свою очередь послужило толчком для начала студенческих демонстраций. В конечном счете нам удалось урегулировать все вопросы, однако пришлось пересмотреть состав правительства и принять ряд мер в плане реорганизации Арабского социалистического союза. Сейчас все наши усилия сосредоточены на укрепление внутреннего фронта. Мы считаем, что внутреннее положение в стране обнадеживающее, хотя реакционные силы и не прекращают своей деятельности против режима, в частности отмечается активность реакционной организации братьев-мусульман. В последнее время против нас действуют и некоторые силы левацкого типа, в частности прокитайская компартия. Однако эта компартия настолько слаба, что мы не считаем нужным даже принимать какие-либо предупредительные меры против нее. Во время студенческих демонстраций компартия пыталась воспользоваться сложившейся обстановкой для своего выступления, однако им не удалось этого сделать. Действующие в то время против нас враждебные подрывные элементы, в том числе и направляемые Саудовской Аравией и американцами, пытались объединить студенческие и рабочие демонстрации. Однако рабочие не откликнулись на этот призыв и не вышли на улицы во время студенческих демонстраций. Более того, общее количество студентов, обучающихся в университетах Каира и Александрии, насчитывает около 150 тыс. человек, из них в демонстрации приняло участие не более 7 тыс. В определении нашей политики по отношению к рабочим мы исходим прежде всего из того, чтобы сохранить достигнутые ими социально-экономические завоевания. Положение в армии не внушает беспокойства, правда, около 3 месяцев тому назад в армии была выявлена небольшая группа офицеров из числа братьев-мусульман. Все эти лица арестованы. Помимо этого, как вы знаете, из армии было уволено большое количество генералов и офицеров. Перестройка армии — это очень сложный и болезненный процесс. Однако мы сумели осуществить ее. Если вы не возражаете, я хотел бы сказать несколько слов о положении в Сирии.

Л. И. Брежнев. Пожалуйста.

Г. А. Насер. Реакционные силы Сирии предпринимают активные действия с целью изменения существующего положения в Сирии. Этим силам оказывается существенная поддержка Саудовской Аравией и частично, косвенным путем, Кувейтом. Естественно, самое непосредственное отношение к этому имеют американцы. Повышенный интерес к сирийским делам проявляет и Западная Германия. Что касается сирийской армии, то она полностью находится под контролем руководства страны. В Сирии имеется также сознательный рабочий класс. Вместе с тем против существующего режима активно выступает многочисленная буржуазная прослойка.

Несколько слов о положении в Ираке. Реакционные силы предпринимают много усилий с тем, чтобы изолировать Ирак от передовых арабских стран. В этом направлении работают Саудовская Аравия и Кувейт. Мы считаем, что несмотря на наличие известных противоречий в руководстве самой страны, этим силам не удастся изменить политику Ирака.

Л. И. Брежнев. Как вы оцениваете сирийскую армию?

Г. А. Насер. Я считаю, что это хорошая армия, они компенсировали большую часть вооружения, потерянную в войне, разработали планы по дальнейшему повышению боеспособности своих вооруженных сил, интенсивно ведут подготовку личного состава.

А. М. Риад. Известное опасение внушает уровень подготовки и квалификации командного состава сирийской армии. В результате перестановок в сирийской армии с руководящих постов были удалены большинство офицеров, учившихся и получивших военную подготовку в Советском Союзе. Им на смену пришли в основном гражданские лица, главным образом из числа преподавателей, которые не имеют достаточной военной подготовки. Таким образом, с профессиональной точки зрения уровень командного состава сирийской армии оставляет желать много лучшего. Мы считаем, что это является одним из слабых мест сирийской армии, что, естественно, в значительной степени снижает общий уровень ее боеготовности.

А. Н. Косыгин. Поддерживают ли с вами сирийцы контакты в военной области?

А. М. Риад. Как говорил президент, недавно состоялся визит министра обороны ОАР в Дамаск. Мы обмениваемся опытом и различными сведениями военного характера.

Л. И. Брежнев. Каким количеством аэродромов располагают сирийцы?

А. М. Риад. У них около 6-ти военно-воздушных баз.

Г. А. Насер. В связи с тем, что мы затронули вопрос об аэродромах, я хотел бы отметить, что с момента израильской агрессии мы увеличили количество военных аэродромов в ОАР с 9 до 27 и продолжаем работать как над усовершенствованием действующих аэродромов, так и в направлении строительства новых.

А. М. Риад. То количество аэродромов, которым мы располагаем в настоящее время, можно считать удовлетворительным. Однако мы испытываем большие трудности в техническом оборудовании аэродромов. В частности, нам не хватает различных технических средств для наземного хозяйства аэродромов.

А. Н. Косыгин. Какой материал вы используете для строительства взлетных дорожек — бетон или песок?

А. М. Риад. Обычно подъездные пути к взлетным дорожкам делаются из бетона, а сами взлетные дорожки — из асфальта.

Л. И. Брежнев. Выдерживает ли асфальт тяжелые самолеты?

А. М. Риад. Да, выдерживает. На него не влияет даже температура.

А. Н. Косыгин. Кладете ли вы асфальт по песку?

А. М. Риад. Как правило, после тщательного изучения структуры почвы мы кладем несколькими слоями щебенку, утрамбовываем ее и затем кладем асфальт.

Г. А. Насер. Кстати, Израиль располагает более чем 50 аэродромами и взлетными дорожками.

А. М. Риад. Около 53–54 аэродромов. Именно поэтому Израиль можно назвать авианосцем империализма на Ближнем Востоке.

Л. И. Брежнев. Каким образом вы укрываете свои самолеты?

А. М. Риад. В настоящее время все наши самолеты, за исключением самолетов ТУ–16, находятся в наземных укрытиях. Только вчера мы проводили испытания нового подземного укрытия, принцип действия которого состоит в спуске на специальном подъемнике самолетов под землю. Опыт прошел успешно, и мы намерены продолжать работать в этом направлении.

А. Н. Косыгин. Очевидно, это очень сложное и дорогое сооружение?

А. М. Риад. Оно будет не очень дорогим, если мы добьемся того, чтобы один подъемник обслуживал 2–3 самолета.

А. Н. Косыгин. Сколько же будет стоить одно укрытие?

А. М. Риад. Наземное укрытие, рассчитанное на 1 самолет, обходится нам около 20 000 фунтов. Подземное укрытие с подъемником, рассчитанное на 2–3 самолета, будет стоит около 50–60 тысяч фунтов. Сооружение подземных укрытий можно признать целесообразным с экономической точки зрения, учитывая, что они полностью исключают возможность нанесения удара по самолетам, находящимся в укрытии.

В то же время самолеты, которые размещаются в наземных бетонных укрытиях, могут быть подвержены бомбовым ударом при известных обстоятельствах.

Л. И. Брежнев. Вы провели большую работу.

Г. А. Насер. Мы даже на дорогах построили специальные участки, которые можно использовать в качестве взлетных и посадочных дорожек для самолетов, в частности, такие участки имеются на дороге Каир-Александрия.

Л. И. Брежнев. Во время второй мировой войны мы также использовали дороги для базирования самолетов, и немцы зачастую не могли понять, откуда берутся наши самолеты.

А. Н. Косыгин. Шоссе Москва-Минск строилось в расчете на его возможное использование самолетами.

Г. А. Насер. Разрешите перейти к главной проблеме, которая волнует всех нас, проблеме ликвидации последствий израильской агрессии. Как известно, ОАР и Иордания приняли резолюцию Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г. Такие страны, как Алжир, Судан и другие либо отвергли эту резолюцию, либо избегают высказываться по ней определенным образом. Мы полагаем, что если даже нам удастся созвать арабскую конференцию в верхах, многие арабские руководители будут вынуждены заявить об отказе принять резолюцию Совета Безопасности в силу того отношения к этому вопросу, которое существует внутри этих стран.

Мы сообщили Яррингу, что мы готовы выполнять резолюцию Совета Безопасности и все требования, которые она содержит. Однако мы никогда не согласимся поступиться ни одной пядью арабской территории. Что касается Израиля, то он отверг резолюцию Совета Безопасности и требует проведения прямых переговоров и заключения мирного договора с арабскими государствами. Вы знаете все эти вопросы и нет необходимости на них останавливаться.

После израильской агрессии прошло уже более года, в течение которого было предпринято много усилий с целью достижения мирного урегулирования ближневосточного кризиса. Я стремился приехать в Советский Союз с тем, чтобы обсудить вопрос о состоянии дел с урегулированием кризиса в настоящее время и о тех шагах, которые нам следует предпринять в будущем. Мы руководствовались при этом также тем, что наши страны связывают тесные отношения дружбы и сотрудничества. Мы считаем, что эти связи переросли обычные рамки дружбы. Советский Союз выступил на нашей стороне в самые тяжелые для нас дни. Мы считаем, что в будущем наши отношения должны получить свое дальнейшее развитие. ОАР проводит политику неприсоединения. Однако нами отношения с Соединенными Штатами порваны. США постоянно выступают против ОАР. Но мы не смиримся и не поддадимся никакому нажиму американцев. Таким образом, Соединенные Штаты выступают на стороне наших врагов, а Советский Союз на нашей стороне. Следовательно, необходимо стремиться к укреплению наших отношений и добиваться взаимопонимания относительно всех вопросов, касающихся Советского Союза и ОАР. Я хочу подчеркнуть, что дело заключается не в том, что мы получаем помощь от Советского Союза. Дело заключается в том, что мы стремимся обеспечить устойчивое развитие наших отношений не только в такие трудные времена, которые мы переживаем сейчас, но и в будущем, после ликвидации последствий израильской агрессии.

ОАР занимает важное географическое и стратегическое положение и поэтому всегда будет являться объектом давления со стороны империализма. Мы заявляем, что мы никогда не поддадимся нажиму Соединенных Штатов. В этом состоит существо вопроса. Я еще раз хочу подчеркнуть, что мы не пойдем ни на какое урегулирование с Соединенными Штатами, если даже американцы придут в Каир.

Если вы не возражаете, я хотел бы остановиться на проблеме урегулирования ближневосточного кризиса как в ее мирном, так и в военном аспектах. Я считаю, что этот вопрос является основным вопросом наших переговоров. Что касается мирного урегулирования, то, как известно, до сих пор мы придерживались исключительно пути мирного политического урегулирования и готовы идти и дальше в этом направлении. Однако нельзя не учитывать, что наши враги, и особенно американцы, убеждены в том, что чем более затягивается урегулирование ближневосточного кризиса, тем лучшие возможности создаются для подрыва режимов в прогрессивных арабских странах. Со своей стороны, мы уделяем много внимания укреплению внутреннего фронта, особенно рабочими и крестьянами, считая, что они являются той силой, которая поддерживает нас на 100%.

Л. И. Брежнев. Ваша промышленность работает сейчас в полную силу?

Г. А. Насер. Все заводы и фабрики страны работают. Однако некоторые из них загружены частично, поскольку не хватает валютных средств для закупки сырья. В первый период после агрессии мы приостановили работу на некоторых заводах в связи с отсутствием сырья. Однако даже в этих случаях рабочие не увольнялись и продолжали получать заработную плату.

Л. И. Брежнев. Таким образом, проблемы безработицы в связи с закрытием ряда заводов после агрессии у вас не возникало?

Г. А. Насер. Нет, не возникало.

Л. И. Брежнев. Какое сырье вы закупаете сейчас за границей?

Г. А. Насер. Мы покупаем медную руду и те полуфабрикаты, которые необходимы для нормальной работы наших сборочных заводов. Некоторое время тому назад в Москву приезжал наш министр экономики, который ставил вопрос о закупке тех видов сырья, в которых мы испытываем наибольшую нужду. Советские организации оказали нам в этом вопросе большую помощь.

Л. И. Брежнев. Как осуществляется продовольственное снабжение населения?

Г. А. Насер. Очень хорошо. В этом году мы получили очень хороший урожай пшеницы и бобовых, значительно превышающий урожай прошлого года. Тем не менее, мы вынуждены импортировать ежегодно 2 млн. тонн пшеницы. В этом состоит наша основная продовольственная проблема. Наши противники полагали, что уже в декабре прошлого года мы исчерпаем все наши импортные возможности по ввозу продовольствия. Однако Советский Союз помог нам преодолеть возникшие трудности и, как известно, согласился увеличить поставки пшеницы в ОАР до 500 тыс. тонн. Однако имеющихся в настоящее время запасов хлеба хватит нам всего на насколько месяцев.

А. Н. Косыгин. Как вы оцениваете урожай риса?

Г. А. Насер. Рис мы еще не убрали. Поэтому трудно сказать, каков будет урожай. Однако по предварительным оценкам мы ожидаем, что урожай риса будет несколько меньше, чем в прошлом году.

Л. И. Брежнев. В связи со строительством Высотной Асуанской плотины, удалось ли ввести вам новые земли в сельскохозяйственный оборот?

Г. А. Насер. Что касается Асуана, то в связи с ним у нас возникает две основные проблемы — слишком много воды и слишком много электроэнергии.

А. Н. Косыгин. Это не так уж плохо.

Л. И. Брежнев. Особенно, если смотреть в будущее.

Г. А. Насер. В связи с этим вопросом мы хотели бы просить, чтобы Советский Союз направил к нам группу экспертов, которая подготовила бы рекомендации об использовании излишков электроэнергии Асуанской плотины. По нашим подсчетам энергетические ресурсы превышают сейчас нашу потребность в два раза. Мы остановили некоторые тепловые электростанции, чтобы использовать электроэнергию, поступающую из Асуана.

Л. И. Брежнев. Это правильное решение, поскольку вы экономите мазут и уголь.

А. Н. Косыгин. Большую нужду в электроэнергии испытывают европейские страны. Было бы хорошо, если бы вы смогли продавать асуанскую электроэнергию в Европу. Однако, к сожалению, ОАР находится слишком далеко.

В любом случае мы пришлем вам комиссию экспертов для изучения этого вопроса.

Л. И. Брежнев. Как вы оцениваете положение в армии? Как настроение ее личного состава?

Г. А. Насер. Намного лучше. Мы осуществляем интенсивную подготовку всего личного состава армии. Конечно, мы нуждаемся в некоторых видах военной техники, главным образом, в артиллерийских тягачах, в автомашинах и транспортерах на гусеничном ходу, т. е. в той технике, благодаря которой мы можем превратить нашу армию в маневренную. Что касается морального состояния армии, то как офицеры, так и солдаты задают только один вопрос, — когда будут изгнаны израильские захватчики с оккупированных территорий. Недавно я побывал в воинских подразделениях, на боевых позициях. Военные, с которыми я беседовал, откровенно говорят, что если мы не будем воевать, то может быть нам придется носить защитную форму еще 50 лет. В то же время мы продолжаем работу по обновлению руководящего состава армии.

А. М. Риад. Только три дня тому назад было уволено в отставку около 60 человек из числа высшего офицерского состава.

Г. А. Насер. Иногда у нас складывается даже такое положение, когда бронетанковые бригады возглавляются, например, офицерами в чине не выше подполковника.

Недавно я присутствовал вместе с присутствующим здесь т. Лащенко на маневрах, во время которых отрабатывались наступательные действия сухопутных сил при поддержке и участии бронетанковых бригад и других родов войск. Я считаю, что та подготовка, которую получили наши вооруженные силы в период, прошедший после 5 июня, равноценна 5-ти годам подготовки в обычных условиях. Естественно, что вся армия устремляет свой взор и связывает свои надежды с Советским Союзом. Офицеры и солдаты отдают себе отчет в том, что после 5 июня по существу все было потеряно и только с помощью Советского Союза нам удалось заново построить нашу армию.

А. М. Риад. Конечно, никакого сравнения с положением, существовавшим в армии до 5 июня, проводить нельзя. Численность войск возросла, примерно в полтора раза. Единственная проблема заключается в недостаточности огневой мощи и маневренности армии. В настоящее время мы располагаем 8-ью пехотными дивизиями, 4-мя отдельными бригадами, 2-мя бронетанковыми дивизиями и 2-мя отдельными бронетанковыми бригадами. До 5 июня мы имели 6 пехотных дивизий, 1 бронетанковую дивизию и 1 отдельную бронетанковую бригаду.

Мы провели также большую работу по изменению самого характера личного состава армии. Мы приняли специальное решение о наборе в армию не крестьян, как это имело место в прошлом, а людей, уже получивших определенную подготовку. Поэтому за прошедший год в армию влилось около 100 тысяч выпускников средних, общеобразовательных и специальных школ, а также университетов. Особое внимание мы уделяем комплектованию технических родов войск. Таким образом, крестьянскую в прошлом армию мы превратили в современную армию, отвечающую требованиям сегодняшнего дня.

Помимо этого, мы приняли специальное решение о проведении подготовки личного состава армии на всех уровнях, включая командный состав и солдат. Мы добились такого положения, когда в течение года весь личный состав проходит двухкратную подготовку.

А. Н. Косыгин. Остались ли египетские офицеры или солдаты в плену у израильтян?

Г. А. Насер. Нет.

А. Н. Косыгин. Каковы ваши общие потери в людском составе?

А. М. Риад. Проблема заключается в том, что израильтяне не проводили после 5 июня никакой регистрации убитых или мест захоронения египетских офицеров и солдат. Мы считаем, что мы потеряли около 15 000 солдат и около 1500 офицеров, включая пропавших без вести. Если говорить приблизительно, то наши потери можно оценить в 20 000 человек.

Г. А. Насер. Это большая цифра. До начала отвода и отступления египетских войск мы потеряли всего 500 человек. В прямом бою с израильскими частями участвовало только 1,5 дивизии. Остальные наши части в военных действиях участия не приняли. Затем был отдан приказ об отходе к Суэцкому каналу в течение одной ночи. Осуществить этот приказ было невозможно. Реально все дивизии, которые находились на Синайском полуострове, могли бы отойти в течение 4–5 ночей. В 1956 г. мы осуществили подобную операцию в соответствии с тщательно разработанным планом в течение 2-х ночей, потеряв при этом не более 30 танков. В эту же войну общее командование армии отдало приказ об отступлении без согласования с Генштабом, без выработки определенного и последовательного плана по выводу войск.

Л. И. Брежнев. По существу этот приказ создал панику в рядах армии.

Г. А. Насер. Сначала все шло нормально. Затем произошла концентрация большого количества техники и частей в узких местах, на дорогах, ведущих к каналу. Воспользовавшись этим, израильтяне нанесли основной удар по местам скопления египетских частей и вывели из строя большое количество техники, создав тем самым затор на основных направлениях отхода египетских войск. Если бы командование армии спланировало отход в течение 4–5 ночей, то в этом случае сложилась бы совершенно иная обстановка.

Наша армия обладает очень высоким боевым духом, будь то простой солдат или офицер. Я могу судить об этом на основе своего личного опыта, опыте войны 1948 г., в которой я принимал непосредственное участие. Я был свидетелем того, как солдаты моего подразделения, в прошлом простые крестьяне, умирали на поле боя, но не отступали. Я говорю это к тому, чтобы вы не судили о моральном лице египетского солдата по исходу июньской войны прошлого года.

Помимо этого, у нас не было хорошо подготовленного и квалифицированного командного состава. Командиры на всех уровнях назначались не в соответствии с их боевыми качествами, а на основе их преданности высшим руководителям армии. Сейчас положение полностью изменилось.

Л. И. Брежнев. Таким образом, на вашем фронте ведется сейчас позиционная война. На одном берегу канала располагаются израильские войска, на другой стороне — египетские войска. Хотелось бы знать, чтобы иметь общее представление, чем занимаются израильские войска на восточном берегу Суэцкого канала?

Г. А. Насер. Они так же, как и мы, находятся в окопах, создают второй эшелон.

А. М. Риад. На Синайском полуострове от Ариша до Суэцкого канала находится 7–8 израильских бригад. Из них — 2 бронетанковые. Израильтяне не считают необходимым наращивать больше сил в этом участке фронта, считая, что, пользуясь превосходством в воздухе, они смогут в случае необходимости мобилизовать дивизии, находящиеся на территории Израиля и быстро перебросить их в район канала. В настоящее время израильтяне проводят большую работу по укреплению восточного берега канала, в частности, возводят оборонительную стенку до 8 метров высотой с тем, чтобы создать непреодолимые препятствия для форсирования египетскими войсками канала.

Л. И. Брежнев. Эти сооружения возводятся на протяжении всего канала?

А. М. Риад. В южной части канала такая стена тянется на протяжении до 60 км. Затем идут соленые озера, по которым проходит сам канал, где такой стенки нет. Что касается северной части канала, то от Порт-Саида до Кантары на протяжении около 30 км тянется труднопроходимое болото, где также нет оборонительных сооружений. В том участке, где кончается болото, и на протяжении 25–30 км израильтяне построили оборонительную стенку, но не такую высокую, как в южной части канала. Израильтяне считают нецелесообразным усиливать оборонительные сооружения в этой части канала, поскольку возможности продвижения войск в этом районе ограничены: там имеется только одна дорога, окруженная рыхлыми песками.

Л. И. Брежнев. Как же Вы оцениваете перспективы урегулирования ближневосточного кризиса?

Г. А. Насер. Мы будем продолжать идти по пути мирного урегулирования. Конечно, война — это не простое дело. Израиль располагает значительной боевой мощью. По нашим подсчетам, у них около 32–34 бригады, в том числе 8 бронетанковых.

Л. И. Брежнев. Какова численность одной бригады?

А. М. Риад. Около 5 тыс. человек.

А. Н. Косыгин. Следовательно, общая численность израильской армии составляет 170 тыс. человек.

А. М. Риад. В соответствии со сведениями, которыми мы располагаем, Израиль может мобилизовать во время войны до 16% населения. Вопрос заключается не столько в численности израильской армии, сколько в том, что она полностью полагается на иностранную помощь, и в экономическом плане не испытывает никаких трудностей. Возьмем, например, самолеты «Мираж», каждый из которых стоит 1,5 млн фунтов стерлингов. Покупка этих самолетов для Израиля не составляет никакой проблемы. В израильской армии насчитывается около 3500 транспортеров на полугусеничной тяге. Практически у них нет пехотных частей, которые не располагали бы значительными средствами для транспортировки. Как мы уже говорили, в Израиле находится около 53–54 действующих аэродромов, полностью готовых к ведению боевых действий. Трудно представить себе, что такое количество аэродромов может иметь государство с численностью населения в 2,5 млн человек. Именно поэтому мы считаем, что Израиль является авианосцем, плацдармом империализма на Ближнем Востоке.

Г. А. Насер. Израиль был создан империалистическими силами с одной единственной целью — осуществлять давление на арабские государства, обуздывать те правительства, которые выходят из-под повиновения империалистов.

А. Н. Косыгин. Израиль покупает артиллерийские снаряды или производит их на месте?

А. М. Риад. За исключением мин и боеприпасов для легкого стрелкового оружия, Израиль закупает снаряды в других странах. По соглашению с некоторыми западными странами в Израиле действуют военные заводы по сборке некоторой техники.

Г. А. Насер. Возвращаясь к проблеме решения ближневосточного кризиса, я еще раз хочу заявить, что мы будем продолжать идти по пути мирного урегулирования, но на той основе, что мы не отступимся ни от одной пяди арабской территории. Как известно, принцип мирного урегулирования принимают только две арабские страны — ОAP и Иордания. Мы не можем пойти на проведение прямых переговоров с Израилем, так как это означало бы нашу капитуляцию. Израильтяне являются оккупантам и на любых переговорах они будут диктовать свои условия. В арабском мире нет руководителей, которые пошли бы на проведение прямых переговоров и на заключение мирного договора с Израилем. Об этом не говорится и в резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г. Мы обсудили все эти вопросы в наших беседах со специальным представителем генерального секретаря ООН Яррингом.

В то же время мы считаем, что одновременно с осуществлением мер по достижению мирного урегулирования необходимо всемерно готовить вооруженные силы к возможности возобновления военных действий. Что произойдет, если мы все-таки не достигнем урегулирования мирными средствами? Я считаю, что в этом случае Израиль будет продолжать находиться и оккупировать наши земли. Прошел год с момента израильской агрессии. Мы готовы ждать еще год и крепить наш внутренний фронт. Но что же будет после этого? Во время второй мировой войны Советский Союз находился в аналогичной ситуации. Но вы прилагали максимум усилий для того, чтобы освободить свои земли. Мы можем перейти к методам ведения партизанской войны на Синайском полуострове. Однако природные условия на Синае позволят это сделать лишь при условии наличия мощного прикрытия с воздуха.

Главной целью наших переговоров я считаю достижение договоренности о тех шагах, которые мы должны предпринимать в плане достижения решения ближневосточного кризиса в будущем. Я еще раз позволю себе спросить, что произойдет, если нам не удастся осуществить мирное урегулирование проблемы. Израиль готов окончательно проглотить те территории, которые он оккупировал после 5 июля 1967 года. Освободить эти территории — это не только наше право, но и наш долг. Негативную роль в этом отношении играют Соединенные Штаты Америки, которые добиваются нашей капитуляции. В феврале этого года они вновь потребовали восстановления отношений, мы отвергли это предложение, т. к. оно означало бы восстановление позиций США на Ближнем Востока и потому что за этими бы шагами последовало восстановление отношений США с Ираком, Суданом, Алжиром и другими арабскими странами.

Л. И. Брежнев. Поддерживаете ли вы какие-либо контакты с Израилем?

Г. А. Насер. Мы дважды входили в контакт с израильтянами косвенным путем. Президент Тито имел встречу с Гольдманом, который заявил, что Израиль стремится к миру, что в правительстве Израиля существуют серьезные разногласия относительно дальнейшей политики страны. Причем Гольдман указывал, что несмотря на наличие в Израиле влиятельного крыла, придерживающегося жесткого курса, большинство хочет мира.

Второй контакт имел место через заместителя министра иностранных дел Румынии, который прибыл в Каир с тем, чтобы провести с нами переговоры по вопросу достижения договоренности с Израилем. Румын также заявил, что они имели беседы с Гольдманом и повторил все то, что говорил нам ранее Тито. В беседе с румыном я заявил ему, что это противоречит официальным заявлениям израильского правительства, отметив тем не менее, что мы стремимся к мирному урегулированию и будем приветствовать любой шаг, который румыны сочтут нужным предпринять с целью достижения решения ближневосточной проблемы при условии сохранения полной секретности. Наши беседы с Тито и с румыном совпали по времени с кампанией, которая была развернута в Израиле против Гольдмана, и как известно, ему пришлось уйти с поста председателя Всемирного сионистского конгресса. Гольдману было предъявлено обвинение в том, что он вмешивается во внутренние дела Израиля и т. д.

Таковы те косвенные контакты, которые имели место с израильскими представителями.

Л. И. Брежнев. Нам хотелось бы иметь более лучшее представление о всех аспектах урегулирования ближневосточного кризиса, а в связи с этим разрешите задать вам несколько вопросов — как Израиль представляет реализацию резолюции Совета Безопасности, чего добивается Израиль — подписать мирный договор с арабскими странами, узаконить оккупацию арабских территорий, что говорил вам по этому вопросу Ярринг.

Г. А. Насер. Я думаю, министр иностранных дел Риад сможет изложить вам ту информацию, которой мы располагаем.

А. М. Риад. Моя последняя встреча с Яррингом состоялась в Стокгольме 25 июня этого года. После этого Ярринг выехал в Москву, встречался с т. т. Косыгиным А. Н. и Громыко А. А. На мой вопрос о позиции Израиля Ярринг рассказал, что израильтяне отвергают выполнение резолюции Совета Безопасности и даже ту формулу Ярринга, на которую в свое время они дали свое согласие.

Эта известная формула Ярринга включает в себя три положения: 1) принятие сторонами резолюции Совета Безопасности 22 ноября; 2) сотрудничество с Яррингом; 3) встреча с представителями сторон в Нью-Йорке. Ярринг признал, что позиция Израиля заметно ужесточилась. Я поинтересовался также у Ярринга, как интерпретирует Израиль положение о границах, которое содержалось в резолюции Совета Безопасности. Ярринг ответил, что израильское правительство до сих пор отказывалось сообщить ему свое понимание положения о безопасных и признанных границах. Он заявил, что намерен встретиться в Голландии с министром иностранных дел Израиля Эбаном и попытаться спросить его в последний раз, как израильское правительство понимает вопрос о границах. Ярринг указал также на то, что в израильском правительстве имеются серьезные разногласия относительно путей урегулирования ближневосточного кризиса. Он говорил о своих попытках сформулировать план поэтапного выполнения резолюции Совета Безопасности и выяснял у меня в связи с этим некоторые вопросы. Но все это, как сказал Ярринг, будет зависеть от того, примет ли Израиль в принципе выполнение резолюции Совета Безопасности.

Г. А. Насер. Я как-то говорил послу т. Виноградову, что Израиль выполнил свою военную задачу, но не достиг своей основной политической цели. Зачем же в этом случае Израилю уходить с арабских территорий. Если бы я был на месте израильских руководителей, я бы ни в коем случае не ушел с захваченных земель. Что Израиль побуждает уйти с захваченных территорий, в условиях, когда он не осуществил своей главной цели — подрыва прогрессивных режимов в арабских странах и приведения в них к власти слабых правительств, лояльных к Западу и Израилю, которые открыли бы свои страны для экономической экспансии Израиля.

Израиль знает, что мы не готовы к возобновлению военных действий. Следовательно, для Израиля нет причин, которые побуждали бы его спешить с отводом войск. В то же время арабские страны бурлят, от меня требуют немедленного освобождения оккупированных земель. В Сирии происходит то же самое. Поэтому израильтяне ждут, пока во внутреннем фронте арабских стран не произойдет какая-либо трещина. Они готовы ждать 2–3 или больше лет. В экономическим плане для них это не составляет проблемы. В Израиле существует мнение, сторонники которого считают, что Израилю незачем отдавать западный берег Иордана, так как эти территории являются частью Палестины. Они считают, что эти земли необходимо присоединить к Израилю или создать независимое палестинское государство, которое не имело бы армии. Этим целям отвечает и план, недавно выдвинутый министром труда Израиля Аллоном, который предусматривает создание полосы израильских поселений глубиной до 15 км.

Когда я встречался с нашим другом т. Мазуровым, я говорил ему, что Израиль не уйдет с захваченных территорий. Мазуров спросил меня, почему я настроен так пессимистично. Я ответил ему, что в нашей оценке мы исходим прежде всего из того, что Израиль не добился осуществления своей главной политической цели и что, во-вторых, арабские страны не готовы к ведению военных действий.

А. Н. Косыгин. Интересно было бы услышать, какова ваша программа-максимум для мирного решения этой проблемы, на что могли бы вы пойти, что для вас было бы приемлемо. Я задаю эти вопросы с тем, чтобы нам лучше представлять все возможности мирного решения этой проблемы.

Г. А. Насер. Мы готовы согласиться и принять все те положения, которые содержатся в резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г.

А. Н. Косыгин. Некоторые вопросы в резолюции Совета Безопасности не совсем ясно сформулированы. Мы хотели бы добиться в этом полной ясности.

Г. А. Насер. Например, мы приняли положение о безопасных и гарантированных границах.

А. Н. Косыгин. По существу это означает восстановление старых границ, возвращение к статус-кво, которое существовало до 5 июня 1967 г.

Г. А. Насер. Да, это так. Мы ни на пядь не уступим нашей территории.

А. Н. Косыгин. Мирный договор с Израилем для вас неприемлем?

Г. А. Насер. Нет, неприемлем. Однако мы заявили, что мы готовы передать в Совет Безопасности через Генерального секретаря ООН обязательство выполнять те или иные положения, имея в виду, что Израиль, со своей стороны, также заявит о его готовности выполнять те или иные положения.

А. Н. Косыгин. Можно ли найти этим взаимным обязательствам, которые вы собираетесь передавать в Совет Безопасности, какое-либо более приемлемое название, с тем чтобы они были правильно поняты мировым общественным мнением?

Г. А. Насер. Мы имели в виду, что мы передадим в Совет Безопасности наше обязательство, не вступая при этом в переговоры с Израилем. Израиль, со своей стороны, сделает то же самое.

А. Н. Косыгин. Какие же конкретно положения могут быть изложены в этом обязательстве?

Г. А. Насер. Право каждого государства на существование;

— прекращение состояния войны после завершения отвода израильских войск;

— договоренность о безопасных границах;

— свобода судоходства в Акабском заливе;

— свобода судоходства в Суэцком канале с одновременным решением проблемы палестинских беженцев в соответствии с резолюциями Организации Объединенных Наций;

— свобода провоза израильских товаров по Суэцкому каналу после отвода израильских войск с оккупированных территорий.

А. Н. Косыгин. Вы имеете в виду провоз израильских товаров на израильских судах, под израильским флагом?

Г. А. Насер. Мы можем сформулировать это следующим образом: провоз израильских товаров через Суэцкий канал после завершения отвода войск и свободный проход израильских судов при решении вопроса о палестинских беженцах.

А. Н. Косыгин. Следовательно, вы как бы подразделяете этот вопрос на два этапа: первое, отвод войск — провоз израильских товаров под чужим флагом; второе, решение проблемы палестинских беженцев — проход израильских судов по Суэцкому каналу.

Может быть, вы коротко изложите, что означает решение вопроса о палестинских беженцах?

Г. А. Насер. Есть соответствующее решение Организации Объединенных Наций о палестинских беженцах, предусматривающее их возвращение на родную землю и компенсацию за принесенный ущерб.

А. Н. Косыгин. Предполагается, что они возвратятся в Израиль и останутся жить на территории государства Израиль?

Г. А. Насер. Да.

Л. И. Брежнев. Как много палестинских беженцев изгнано со своих земель?

Г. А. Насер. После 1948 года палестинских беженцев насчитывалось около миллиона человек, сейчас их число достигает полутора миллионов.

Л. И. Брежнев. После изгнания палестинцев с их земель эти места были заселены евреями?

Г. А. Насер. Да.

Л. И. Брежнев. Как города, так и деревни?

Г. А. Насер. Да. Евреи заняли и города, и деревни, захватили всюсобственность палестинцев, не оставив им по существу ничего.

Л. И. Брежнев. Таким образом, в Израиле нет практически палестинцев?

Г. А. Насер. В Израиле осталось около 250 000 палестинцев. Однако они рассматриваются как второсортные граждане и живут по существу на территориях, для которых установлен режим резервации.

А. Н. Косыгин. Существует ли возможность того, что Израиль согласится компенсировать весь материальный ущерб, понесенный палестинцами, но не разрешит им вернуться в родные места?

Г. А. Насер. В любом случае решение проблемы палестинских беженцев должно предусматривать возможность предоставления выбора — получение компенсации или возвращение на родину.

А. Н. Косыгин. Скажем, если ущерб, нанесенный палестинцам, будет определен в 500 млн. долларов и если Израиль согласится выплатить эти 500 млн. долларов при условии, что палестинцы будут устроены где-нибудь на свободных землях, приемлем ли этот вариант?

Г. А. Насер. Нет, это не решает вопроса.

А. Н. Косыгин. Следовательно, это неприемлемо?

Г. А. Насер. Я уверен в том, что многие палестинцы предпочтут получить компенсацию и не возвратиться на землю, находящуюся под господством Израильского государства. Но если говорить только о компенсации, то это не решит проблемы. Все равно найдутся палестинцы, которые будут требовать возвращения на свои исконные земли. Единственно приемлемым решением было бы решение, предусматривающее либо компенсацию, либо возвращение.

А. Н. Косыгин. Я прошу вас не рассматривать наши вопросы в таком плане, что мы собираемся искать решение проблемы палестинских беженцев. Для нас важно более лучше представить общую картину проблемы в ее комплексе и отдельных аспектах.

Палестинская проблема — это очень сложная проблема, которую не могут решить уже более 20 лет. Если допустить, что сионисты, как израильтяне, так и в других странах, согласились бы выплатить необходимую сумму для устройства палестинцев, которые, как вы говорите, живут в ужасных условиях, то, по вашему мнению, это было бы только частичным решением проблемы?

Г. А. Насер. В данном случае я высказываю только свою личную точку зрения. Палестинцы имеют свои организации, и они никогда не согласятся, чтобы я говорил от их имени. Именно поэтому я просил Ярринга, чтобы вопрос о палестинских беженцах он решал непосредственно с палестинцами. Однако я считаю, что если будет достигнута договоренность о предоставлении права выбора — компенсация либо возвращение, то это решит проблему.

А. Н. Косыгин. Вы говорите, что это чисто палестинский вопрос. Но в то же время вы выдвигаете его решение в качестве одного из условий для разрешения прохода израильских судов через Суэцкий канал. Следовательно, это и ваша проблема. Таким образом, вы связываете эти вопросы в один пакет. Поэтому мы не можем считать это чисто палестинским вопросом.

Г. А. Насер. Конечно, если бы этот вопрос касался только палестинцев, то нам не было бы нужды наращивать нашу мощь, держать сильную армию, то Израиль не оккупировал бы наши территории.

А. Н. Косыгин. Этот вопрос существовал еще до июньской агрессии 1967 года, но оставался нерешенным. Можно сказать, что палестинский вопрос возник с момента создания Государства Израиль.

Л. И. Брежнев. Мы стремимся к тому, чтобы выработать единое мнение по всем вопросам. Давайте порассуждаем, представив себя на месте Израиля. Что означает решение палестинской проблемы в том плане, в котором вы говорили? Это означало бы, что часть палестинцев, скажем, половина, захотела бы вернуться в родные места. Если нынешнее израильское правительство согласится с этим, то оно неизбежно будет свергнуто. Следовательно, они никогда не пойдут на это. При такой постановке вопроса можно сделать вывод, что ваши предложения являются неприемлемыми.

Г. А. Насер. Два года тому назад специальный представитель Организации Объединенных Наций Джонсон обсуждал вопрос о выполнении решений ООН, касающихся палестинских беженцев. В частности, он выдвинул предложение о возвращении в Израиль символического числа беженцев — 20 тыс. человек. Однако его миссия окончилась безрезультатно.

Л. И. Брежнев. Израиль не принял даже эту символическую цифру?

Г. А. Насер. С этим предложением не согласились ни та ни другая стороны.

Л. И. Брежнев. Практически это означает, что нет путей для решения проблемы палестинских беженцев?

Н. В. Подгорный. Дело заключается не только в этом. Если бы даже Израиль согласился на возвращение части палестинских беженцев, то вопрос в целом все равно не был бы решен. Вопрос заключается в обеспечении политических прав палестинцев.

Как известно, палестинские организации говорят об образовании независимого палестинского государства.

А. Н. Косыгин. В этом случае палестинцы неизбежно поставят вопрос и о районе Газы, т. е. вопрос о создании палестинского государства на базе территорий, которые принадлежат как ОАР, так и Иордании.

Г. А. Насер. Евреи пытались создать палестинское государство, но палестинцы не согласились с этим и требуют восстановления статус-кво, существовавшего до 1948 года.

Л. И. Брежнев. Сколько всего насчитывается палестинцев?

А. М. Риад. Около 2-х миллионов.

А. Н. Косыгин. Почти столько же, сколько в Израиле.

Г. А. Насер. В Израиль ежегодно приезжает большое количество евреев из других стран — около 60 тысяч. Израильтяне стремятся довести население своего государства до 5 млн. человек.

А. Н. Косыгин. Возвращаясь к тем условиям, которые должны найти свое отражение в обязательствах ОАР и Израиля перед Советом Безопасности, какие еще вопросы помимо тех, о которых мы уже говорили, можно было бы в них включить?

Г. А. Насер. Я думаю, других вопросов не возникнет.

А. Н. Косыгин. Таким образом они включат в себя положения о праве каждого государства в районе Ближнего Востока на независимое существование, что решит проблему главным образом о существовании израильского государства, о прекращении состояния войны после завершения отвода израильских войск, о безопасных границах, о судоходстве в Акабском заливе и Суэцком канале. Эти вопросы являются основными. Что касается вопроса о свободе судоходства в Суэцком канале, то, насколько мы понимаем, его решение связывается с решением проблемы о палестинских беженцах. Если мы отбросим этот вопрос и не будем затрагивать проблему о палестинских беженцах, то мы фактически придем к статус-кво, которое существовало до июня 1967 года.

Г. А. Насер. Мы не разрешали провоз израильских грузов через Суэцкий канал.

А. Н. Косыгин. Сколько же судов насчитывает израильский торговый флот?

Г. А. Насер. Я думаю, что общее водоизмещение израильского торгового флота не превышает 300 тыс. тонн.

А. Н. Косыгин. Мы затронули кардинальные вопросы, касающиеся мирного урегулирования ближневосточного кризиса; о праве государств на независимое существование, о прекращении состояния войны, о судоходстве в Акабском заливе, Суэцком канале и т. д.

Л. И. Брежнев. Не исключено, что Израиль хочет потребовать и выдвинуть ряд других условий, в частности, о создании демилитаризованной зоны.

Н. В. Подгорный. Создание такой зоны возможно, если обе стороны согласятся с этим.

Г. А. Насер. С нашей стороны мы заявили Яррингу, что готовы пойти на создание демилитаризованной зоны при условии, что израильтяне также пойдут на это.

А. Н. Косыгин. Вы знаете, что мы имели в Москве беседы с Яррингом, во время которых были затронуты все эти вопросы. Единственно новое, что он сказал, заключается в том, что в ближайшее время он предполагает закончить свой третий доклад Совету Безопасности и в связи с этим переносит свою штаб-квартиру в Нью-Йорк. Мы интересовались у Ярринга в личном плане, может ли он как представитель ООН, как человек, которому поручено ответственное дело, найти какие-либо оправдания действиям Израиля в данной обстановке. Ярринг ответил — нет.

Я говорю это к тому, чтобы охарактеризовать Ярринга как человека. Ярринг говорил, что он прилагает все усилия для решения ближневосточного кризиса, но не находит возможности, которые способствовали бы успеху его миссии.

Мы затронули с вами основные аспекты политического урегулирования ближневосточного кризиса. Но не считаете ли Вы возможным, чтобы все те условия, о которых мы говорили, были оформлены в виде соглашения с Израилем, а не просто в форме передачи документов с обязательствами обеих сторон в Совет Безопасности? Что мешает вам заключить подобное соглашение, при условии, конечно, что израильтяне согласятся отойти на позиции, которые они занимали до 5 июня 1967 года.

Г. А. Насер. В этом случае наш народ свергнет нас. Это покончит с нами в нашей стране и с вами, с вашей дружбой со всем арабским миром. Каждый араб, говоря о палестинской проблеме, впадает в настоящую истерию. Недавно на одном из народных митингов в Порт-Саиде представитель АСС спросил, почему бы нам не позволить израильским судам проходить через Суэцкий канал. Этот представитель АСС, несмотря на то, что он был из генерального секретариата, был избит. Митинг превратился в истерическую демонстрацию, которая вышла из-под всякого контроля.

Л. И. Брежнев. Разрешите подытожить те положения, которые вы согласны принять за основу урегулирования ближневосточного кризиса:

1. Признание права каждого государства на независимое существование.

2. Прекращение состояния войны.

3. Отвод войск на позиции до 5 июня 1967 года.

4. Договоренность об установлении безопасных и признанных границ.

5. Свобода судоходства по Акабскому заливу.

6. Свободный проход израильских грузов через Суэцкий канал под чужим флагом.

7. Свобода судоходства по Суэцкому каналу при одновременном решении проблемы палестинских беженцев.

Если израильтяне согласятся принять первые шесть пунктов и заявят, что их устраивает такое решение проблемы при условии, что оно не будет затрагивать вопроса о палестинских беженцах.

Г. А. Насер. Но требование о решении проблемы палестинских беженцев было зафиксировано в резолюции Совета Безопасности.

Л. И. Брежнев. Израильтяне могут заявить, что, поскольку палестинская проблема существовала еще до конфликта, давайте решим все те вопросы, которые возникли в результате конфликта. Какова будет наша позиция в этом случае?

Г. А. Насер. Я согласен с Вами. Но проблема палестинских беженцев останется нерешенной.

А. Н. Косыгин. Но это не означает, что мы не будем продолжать ее решать.

Г. А. Насер. Я согласен с этим. Однако я хотел бы уточнить, что когда мы говорим об отводе израильских войск, мы не имеем в виду только Египет.

Л. И. Брежнев. Совершенно очевидно, что имеется в виду отвод войск со всех оккупированных территорий.

Г. А. Насер. Для нас, для египетского народа западный берег Иордана может быть более важен, чем Синайский полуостров, поэтому под отводом израильских войск понимается освобождение всех захваченных территорий.

Л. И. Брежнев. Сможете ли вы выдвинуть то предложение, о котором я говорил?

Г. А. Насер. Нам трудно будет объяснить это перед египетским народом. Несомненно, это нанесет существенный ущерб и моему личному авторитету в арабских странах. Однако я считаю, что в дальнейшем эго будет компенсировано.

А. Н. Косыгин. Совершенно не обязательно, чтобы вы выходили с этим предложением. Можно было бы выдвинуть вначале весь план урегулирования ближневосточного кризиса, включая и решение палестинской проблемы. Однако в процессе его обсуждения и доработки снять его, отложить на более позднее время.

Л. И. Брежнев. Уважаемый господин президент, если Вы не возражаете, мы закончим сейчас нашу беседу с тем, чтобы продолжить ее сегодня вечером.

Г. А. Насер. Я хотел бы поблагодарить Вас, товарищ Брежнев, и наших друзей за откровенный обмен мнениями, который имел место сегодня, и выразить надежду, что мы сможем продолжить наш разговор о перспективах урегулирования ближневосточных проблем.

В переговорах принимали участие с советской стороны: Секретарь ЦК КПСС Б. И. Пономарев, министр иностранных дел СССР А. А. Громыко, министр обороны СССР A. А. Гречко, генерал армии П. А. Лащенко, посол СССР в ОАР С. А. Виноградов, Заведующий отделом стран Ближнего Востока МИД СССР А. Д. Щиборин.

С египетской стороны: Председатель Национального собрания ОАР Анвар Садат, министр иностранных дел ОАР Махмуд Риад, начальник Генерального Штаба вооруженных сил Абдель Монейм Риад, посол ОАР в СССР Мурад Галеб.

Беседу переводил

Посувалюк В. В.

Беседу записал

Гудев В. В.

РГАНИ. Ф. 8, оп. 1, д. 602. Л. 38–78.

Л. И. Брежнев. Ну, что же, может быть, мы признаем, что еще мало говорили, так что давайте поговорим еще.

Г. А. Насер. Что касается нас, то мы готовы сидеть до утра.

Л. И. Брежнев. Но мы тоже.

Н. В. Подгорный. Не стоит, завтра будет еще день, и мы сможем побеседовать.

Л. И. Брежнев. Скажите, как сейчас ваши летчики — активно тренируются?

Г. А. Насер. Да, подготовка летчиков идет хорошо. Можно сказать, что есть определенный прогресс по сравнению с прошлым. Что касается летчиков, то генерал Лащенко сказал, что у нас уже есть 300 первоклассных летчиков. Я в этом отношении сейчас получаю информацию из 2 источников — от Лащенко и нашего командования.

Л. И. Брежнев. Скажите, есть ли у молодежи вашей страны стремление к авиации, к современной технике. Например, в нашей стране профессия летчика очень популярна и молодежь тянется в авиацию.

Г. А. Насер. Да, такое стремление есть. Молодежь хочет идти в авиацию, но медицинское обследование дает значительный отсев, потому что здоровье наших молодых людей, с точки зрения медицины, не очень хорошее. Это зависит от питания, бытовых условий, наличия некоторых заболеваний, таких, например, как бруцеллез, которыми страдают многие молодые люди. В связи с этим только небольшое число молодежи успешно проходит медицинскую комиссию. Но даже те, которые проходят у нас эту комиссию, зачастую проваливаются здесь.

Л. И. Брежнев. Да, вьетнамцы имеют наши МИГ–21, но физически слабоваты, поэтому не могут управлять самолетом, да и рост маловат. Но у Вас население больше, чем во Вьетнаме, да и народ покрупнее.

Г. А. Насер. В Египте сейчас более 30 млн.

А. Н. Косыгин. Арабы, конечно, более рослый народ.

Л. И. Брежнев. Скажите, а вашим летчикам даются привилегии перед другими родами войск?

А. М. Риад. Оклад наших летчиков на 60–70% больше, чем у служащих в других частях. Кроме этого, годовой срок службы в авиации засчитывается за полтора. По предложению Лащенко нами было организовано бесплатное питание на сумму 15 фунтов на летчика в месяц. Любая гибель летчика во время подготовки или тренировочных полетов рассматривается, как если бы он погиб на войне, и в соответствии с этим обеспечивается его семья.

Л. И. Брежнев. У нас летчики — это только офицеры и обеспечиваются они как офицеры, т. е. форма, питание, дополнительный паек, в который входят калорийные продукты, шоколад, фрукты и т. д.

А. А. Гречко. У нас паек довольно дорогой, его стоимость 56 руб. на летчика в месяц и выдается он совершенно бесплатно.

Г. А. Насер. На одного?

А. А. Гречко. Да, на одного.

Л. И. Брежнев. У нас служба в авиации бессрочная. Это — его специальность, и летчики покидают службу только тогда, когда они не годны по состоянию здоровья или по возрасту. Даже в пожилом возрасте они остаются в авиации инструкторами, работают на аэродромах диспетчерами, в общем, оседают в авиации, и мы ценим эти кадры.

Г. А. Насер. Примерно то же самое положение у нас.

Л. И. Брежнев. Небольшая часть военных летчиков по истечении срока переходит в гражданскую авиацию, но только небольшая. Я не знаю точных данных, но на каждый самолет у нас не один летчик, а есть резерв.

Г. А. Насер. У нас нет резерва.

Л. И. Брежнев. Надо готовить. Армия всегда нужна, ибо она оберегает независимость и суверенитет страны.

Г. А. Насер. Думаю, что у вас в 1942 г. ситуация была иная. Сейчас они делают такие заявления не потому, что любят войну, а потому, что понесли поражение и хотят добиться реванша. Это естественно.

Л. И. Брежнев. Ну, что, вернемся к так называемым «друзьям». Что американцы, как они относятся к ОАР? Были слухи, что кто-то приезжал к вам? Каковы их замыслы? Что можно видеть в этом вопросе?

Г. А. Насер. С визитом был Бенди. Я принял его и наша беседа продолжалась полтора часа. Это было за день или два до нашего прибытия в СССР. Он разговаривал со мной как неофициальное лицо. В ходе беседы активно спрашивал о том, какие существуют возможности урегулировать наши спорные вопросы с Израилем. Я сказал ему тоже самое, что и Яррингу, т. е, изложил ему нашу позицию. Заявил ему, в частности, о нашей поддержке резолюции Совета Безопасности. Он ответил, что вряд ли Израиль согласится на выполнение этой резолюции. Я боюсь, что он не очень хорошо знает наш район, его специфику, древнюю культуру. Это старый район, с древней цивилизацией. Здесь родились пророки Моисей, Мухаммед и т. д.

Л. И. Брежнев. Что, разве Моисей родился в Египте?

Г. А. Насер. Да, он родился в Египте, а затем вместе с евреями перекочевал в Палестину. История нашего района полна различных легенд. Это богатая история.

А. Н. Косыгин. Я думаю, что Банди хорошо знаком с обстановкой на Ближнем Востоке. Ведь он в свое время координировал разведывательную деятельность при президенте США.

Г. А. Насер. Да, когда я встречался с ним, я почувствовал, что это умный человек. Банди говорил о необходимости и желательности восстановления отношений с Америкой, но я ему прямо сказал, что мы пойдем на восстановление отношений только в том случае, если Америка заявит о необходимости отвода израильских войск с тех рубежей, которые они занимали до агрессии 5 июня. Но ничего нового Банди не привез. Он задавал много вопросов и этим дело ограничилось. Скоро ОАР посетит Макнамара. Он приезжает в ОАР как директор Международного банка реконструкции и развития. Я встречался также с Дж. Макклоем. Он также говорил о необходимости восстановления отношений между ОАР и США. Встречался с Андерсеном, которого знал ранее, и он тоже говорил о том, что необходимо восстановить отношения между ОАР и США. Конечно, в Соединенных Штатах понимают, что если им удастся восстановить отношения с Египтом, то они смогут восстановить их со всеми странами этого района. Не установив отношений с Египтом, им не удастся добиться этого в отношении других стран. Они с января пытались решить вопрос восстановления отношений, но мы не идем на это. Мы не сможем объяснить нашему народу подобный шаг. Позиция США в ООН, позиция Ростоу, заявления других государственных деятелей точно копируют позицию Израиля, позицию открытой поддержки агрессии и поэтому, естественно, мы не можем пойти на восстановление наших отношений.

Л. И. Брежнев. Одним словом, они подбрасывают агентуру к вам.

Г. А. Насер. Да, но это неофициальные представители США, и в ходе бесед и встреч со мной они даже утверждают, что защищают арабские интересы. Такие заявления делал Андерсен и Макклой. Но сущность их позиции я, конечно, знаю. Банди попросил разрешения приехать, мы разрешили. Неофициальный визит — это одно, а восстановление отношений между ОАР и США — это совсем другое. Официальным поводом для визита Банди было изучение деятельности фонда Форда в ОАР. Макнамара едет под предлогом изучения деятельности представительства Международного банка реконструкции и развития в ОАР. Я могу сейчас дать в общем плане историю наших отношений с Америкой. Однажды от Джонсона к нам приехал Макклой и попросил нас не проводить и не заниматься атомными исследованиями и исследованиями в области ракетной техники. Кроме того, Макклой выдвинул требование инспекции. Конечно, мы решительно отказались и отвергли подобные предложения, так как такие требования нарушают суверенитет нашей страны. Об этом я заявил в одном из своих публичных выступлений. Следующий раз Макклой приехал и сказал, что Соединенные Штаты возражают против оснащения армии ОАР современным оружием, против усиления ее мощи. Во время этого визита он также настаивал на осуществлении инспекции. Затем позднее я получил послание через Тэлбота примерно такого же содержания. Когда я отказался согласиться на эти требования, Тэлбот зачитал остающуюся часть послания. В послании было заявлено, что США, в случае отказа от их требований, будут еще больше вооружать Израиль и не позволят нарушить имеющееся якобы равновесие в силах в этой районе.

Л. И. Брежнев. Беседуя о мирном урегулировании, о 5–6 пунктах этого урегулирования, интересно знать, в каком виде Вы говорили о них Яррингу, было ли это тем же самым, что Вы сказали нам?

Г. А. Насер. Да, на первой же встрече с Яррингом я сказал ему, что мы готовы полностью изложить нашу позицию и что было подтверждено на дальнейших встречах. Подробно и в деталях о нашей позиции с Яррингом говорил наш министр иностранных дел.

Л. И. Брежнев. Скажите, все ли пункты этой позиции были изложены?

Г. А. Насер. Да, за исключением одного, касающегося свободного провоза товаров и прохода израильских судов под их флагом через канал. Решение этого вопроса мы связывали с готовностью Израиля выполнить резолюцию ООН о палестинских беженцах. Следует заметить, что Макклой во время состоявшейся беседы поднял вопрос о советском флоте в Средиземном море. Он сказал, что США очень озабочены и встревожены этим вопросом.

А. Н. Косыгин. Что касается флота, то эта тревога взаимная.

Махмуд Риад. В ходе осуществления посредничества Ярринг спрашивал о возможности направления контингентов войск ООН в случае, если Израиль начнет отвод войск, чтобы открыть канал.

Мы сказали Яррингу, что можно отвести войска на 30–40 км, как мы говорили об этом с Громыко в первый визит. Я заявил Яррингу, что мы не возражаем против присутствия войск ООН во время отвода израильских войск, эти войска могут вернуться на те позиции, которые они занимали до 5 июня, за тем, чтобы после были переведены в сектор Газы.

Г. А. Насер. Некоторые вопросы я не излагал, изложу сейчас. Второй вопрос, которого бы я хотел коснуться, заключается в следующем. Одна американская компания имела контакты с президентом Сомали. Эта американская компания предлагает осуществить важный для нее проект. Они сказали, что если этот проект будет принят, то Израиль немедленно уйдет с оккупированных после 5 июня территорий и Египет в ходе этой операции не потеряет ни одного солдата. Сущность проекта заключается в том, что эта компания хочет прорыть новый канал восточнее Порт-Саида. Ширина такого канала могла бы быть 2 тыс. футов с тем, чтобы суда могли двигаться в двух направлениях. В дополнение к этому они хотели обеспечить вокруг канала нейтральную зону шириной в 10 миль. Не условиях концессии сроком 99 лет они хотели бы соорудить в этой зоне различные объекты, необходимые для функционирования такого канала. Компания готова была финансировать осуществление этого проекта в сумме 2 млрд долларов, При нашем согласии они готовы отчислять правительству Египта 50% от прибылей. Я подчеркивают — от прибылей, а не от доходов. Мы отвергли этот проект, ибо он фактически означает создание другого суверенного государства на нашей территории.

А. Н. Косыгин. Да, этот вопрос проходил в печати.

Л. И. Брежнев. А что канал очень засорен, много потребуется времени на его восстановление.

Г. А. Насер. Работы по очистке канала могли бы занять 4 месяца. Кроме этого, еще месяца три понадобилось бы для работы землечерпалками, так как идут отложения песка и поэтому необходимо провести углубительные работы.

Л. И. Брежнев. Значит, в случае урегулирования уйдет еще 7 месяцев для восстановления канала. В Вашем выступлении Вы сказали, что можете потерпеть еще год, но дальше будет очень трудно. Как можно это понимать? По-товарищески, разъясните нам это.

Г. А. Насер. Израильская оккупация накладывает определенный отпечаток на общее настроение. Наш народ хочет, чтобы евреи немедленно убирались о наших территорий. Сейчас прошло уже 13 месяцев с тех пор, как наши земли были оккупированы. Пройдет еще год. Это трудно, но можно и придется держаться. Затем наступит третий год, а израильские войска все еще оккупируют наши территории. Народ поймет, что практически мы сдались израильским агрессорам, капитулировали перед ними. Конечно, у нас есть люди, которые предлагают договориться с американцами, считая, что это единственный выход в сложившихся условиях. Такие люди были и в правительстве. Они предлагали получить помощь и займы от Соединенных Штатов, мотивируя это тем, что наша страна не сумеет и не сможет выстоять в этой ситуации. Они считали, что положение с экономической, политической и военной точек зрения будет ухудшаться, и поэтому, мол, единственный путь решить эту проблему — это договориться с американцами. Существуют другие мнения, которые заключаются в том, что подобное решение означало бы полную капитуляцию, потерю независимости и в этом случае мы становились бы не более, чем рабы. По этому вопросу произошли острые разногласия, Закария Мохиэддин ушел в отставку. Я считаю, что наша страна выстоит политически, экономически и сможет восстановить военного мощь. Но такое положение может продолжаться год, максимально два, и, естественно, имеет свой предел. Сейчас я говорю, что в данный момент мы не можем наступать, но через год мы сможем вести бой. Народ понимает это. Я говорю это не в публичных заявлениях, а во время встреч с кадровыми работниками и на всевозможных встречах с работниками аппарата внутри страны. Они понимают ситуацию, когда я им разъясняю в этом плане, но если я скажу им, что я не знаю, когда мы прогоним Израиль, то сложится чрезвычайно трудное положение. Мнение о необходимости договориться с американцами по этому вопросу бытует больше в среде интеллигенции, а не в среде рабочих и крестьян. Вот уже прошел год, даже больше. Еще можно будет терпеть год, полтора, а после мы очутимся в очень трудной ситуации.

Л. И. Брежнев. Скажите, нет ли у вас в Израиле людей, которые могли бы знать и информировать Вас об истинных настроениях израильтян, а также о том, как они собираются вести себя дальше.

Г. А. Насер. К сожалению, у нас таких людей нет.

Л. И. Брежнев. Из того факта, что они остановились на рубеже Суэцкого канала и что не пошли дальше, нужно делать определенные политические выводы.

Г. А. Насер. Сегодня они уже сожалеют о том, что остановились на этом рубеже. Израильтяне заявляют, что если бы они знали, что дела будут складываться так, то они перешли бы канал. Об этом говорил Даян. Мы получили эти сведения от журналистов, которые бывают в Израиле и, бывая в Каире, информируют нас. Даян сейчас сожалеет о том, что канал не был занят с обеих сторон.

Л. И. Брежнев. Скажите, по каналу израильские суда никогда не ходили?

Г. А. Насер. Нет, не ходили с момента образования Израиля. Даже Фарук не разрешал проходить их судам.

Л. И. Брежнев. Мы уже говорили, что надо искать путей мирного решения. Высказывали 5–6 пунктов урегулирования. Как эти вопросы следовало бы продвигать дальше с Вашей точки зрения?

Г. А. Насер. Я думаю, что это нужно делать с помощью Ярринга, Организации Объединенных Наций, конечно, в рамках резолюции Совета Безопасности.

Л. И. Брежнев. Если вслух подумать, отвлечься, то какие еще вопросы возникают у Вас в связи с этой ситуацией? Мы говорили об условиях, формах, но есть еще другие аспекты — прямые и косвенные, связанные с решением сложившейся ситуации.

Г. А. Насер. Относительно мирного урегулирования мы упомянули все. Перед нами со стороны западных держав ставилось требование о проведении прямых переговоров с Израилем и заключении мирного договора о ним. Но это невозможно.

Л. И. Брежнев. Допускаете ли Вы мысль, что Израиль на данном этапе может возобновить агрессивные действия и углубиться дальше в своем продвижении?

Г. А. Насер. Думаю, что это может произойти по отношению к Иордании. Но, мне кажется, что в этом случае стратегическое положение Израиля будет еще хуже. Слишком разбросаны и растянуты будут его силы.

Л. И. Брежнев. Положение их на Синайской пустыне, думаю, не из легких. Трудности обеспечения, снабжения в условиях пустыни наверняка у них есть.

Г. А. Насер. Да, но коммуникации определенные там есть, проходит железная дорога, имеется также автомобильная дорога. Кроме этого, у Израиля много вертолетов, так что проблему обеспечения они могут решить.

Л. И. Брежнев. От Тель-Авива до канала сколько приблизительно километров?

А. М. Риад. Приблизительно 350–400 км.

Л. И. Брежнев. Скажите, в районе Акаба сосредоточены большие силы с вашей и с их стороны?

Г. А. Насер. Основные силы сосредоточены в Шарм аш-Шейх.

А. М. Риад. Но там только израильские силы. Мы ведь сдали Синай.

Л. И. Брежнев. Как Вы оцениваете соотношение сил и положение в Средиземном море? Каковы Ваши оценки?

Г. А. Насер. На Средиземном море наши ВМС сильнее израильских.

А. Н. Косыгин. Скажите, наши подводные лодки сейчас в порядке?

А. М. Риад. Большая часть подводных лодок прошла ремонт. Сейчас мы имеет 8 наших подлодок против 2 израильских.

А. Н. Косыгин. Как обстоит дело с командованием и комплектованием экипажей, решены ли эти вопросы?

А. М. Риад. Сейчас суда удовлетворительно укомплектованы.

Н. В. Подгорный. Скажите, флот не на приколе, он выходит в море?

А. М. Риад. Для нас основная проблема — это воздушное прикрытие. Где бы не происходило продвижение — на суше или на море, прикрытие с воздуха у нас слабое. Без решения этого вопроса предпринимать ничего нельзя. Наши военно-воздушные силы слабее израильских.

Г. А. Насер. Пока мы стремимся не вступать в столкновение, если, конечно, израильтяне не начнут агрессивные действия.

Н. В. Подгорный. Я не имел в виду, чтобы флот искал столкновения. Хотел поинтересоваться, как обстоит дело с учениями, подготовкой состава ВМС.

А. М. Риад. Сейчас лучше. Так, прошлый месяц были проведены совместные маневры с советскими боевыми кораблями.

Г. А. Насер. Конечно, что касается флота, то мы добиваемся, чтобы он больше находился в море, чем в порту. Раньше ВМС выходили в море только для маневров, а остальное время находились в порту. Это сложилось уже в привычку. Сейчас мы увеличиваем количество и продолжительность проводимых маневров. Я думаю, что Вы именно это имели в виду, задавая вопрос.

Н. В. Подгорный. Совершенно верно, именно это.

Г. А. Насер. В армии еще существуют порядки и привычки, которые мы стремимся ликвидировать. Сейчас в армии утверждается дисциплина. Тот, кто противится установлению твердой дисциплины, устраняется из армии.

Л. И. Брежнев. Вернемся к резолюции Совета Безопасности. Я думаю, что в ней есть хорошие, полезные для нас пункты. Но есть и такое, о чем нужно потолковать и что следовало бы обсудить. Давайте будем исходить из того, что мы проголосовали за эту резолюцию. Вы согласны с ней, СССР согласен с ней, так что будем ее выполнять. В резолюции есть сильный пункт — первый, который говорит о выводе израильских вооруженных сил с оккупированных территорий в результате агрессии, это дает нам возможность требовать возврата израильских войск на старые позиции, которые они занимали до 5 июня. Этот пункт ясен, и разночтения здесь не может быть. Следующий пункт говорит о прекращении всех претензий или состояния войны и уважении и признании суверенитета, территориальной целостности и политической независимости каждого государства в данном районе и их права жить в мире, не подвергаясь угрозам силой или ее применению. Это тоже хороший пункт. Арабские государства должны быть суверенными, независимыми, жить в мире и безопасности, не подвергаться угрозам.

Н. В. Подгорный. Но этот пункт касается также Израиля.

Л. И. Брежнев. Да, конечно. Далее идет «о признанных границах». Это записано в резолюции и тут могут быть споры. Что это значит? Кем признаны границы? Вы признаете, они, я или ООН? Это сомнительная штучка.

Г. А. Насер. Мы просили Ярринга задать Израилю вопрос относительно этого пункта. Но Израиль отказался оказать Яррингу что-либо определенное. Они вообще не отвечают на этот вопрос.

Л. И. Брежнев. Здесь может крыться для нас опасность.

Г. А. Насер. Да, конечно.

Л. И. Брежнев. Я думаю, что по этому пункту мы должны выработать и занять общую позицию.

Г. А. Насер. Мы считаем, что первый пункт резолюции, который отвергает захват чужих территорий, объясняет существо и второго пункта.

Л. И. Брежнев. Мы тоже, но в резолюции далее говорится об обеспечении свободы судоходства в международных путях. Есть два судоходных пути в этом районе — Арабский пролив и Суэцкий канал. Это значит, что вся мировая общественность толкует эту резолюцию в том плане, что раз согласились с ней, то канал открыт для всех, в том числе и для Израиля. Тут оговорок нет — для всех государств района. Следовательно, у нашего врага — Израиля — есть международный документ, принятый нами, за который мы проголосовали в ООН, на основе и по которому он может сказать: Мы можем плавать свободно по международным водным путям. Но то, о чем мы говорили в первой части, там есть элемент, противоречащий решению Совета Безопасности. Нам предстоит борьба и то, что я говорю в таком плане, не поймите, что это наша позиция. Мы сейчас обсуждаем и рассматриваем вопрос с различных точек зрения. У вас не должно быть сомнений в нашей поддержке. То, что мы сделали, значит больше, чем любая переписка. Но нужно использовать момент для нажима на США. Вы знаете, как они ведут переговоры, упоминают о боге, о мире, а затем в конце скажут: Давайте выполнять то, на что мы согласились. А это вступает в противоречие с тем, что Израилю будет разрешено возить товары только под чужим флагом.

Г. А. Насер. Но в резолюции также упомянуто о необходимости достижения справедливого урегулирования проблемы палестинских беженцев.

Л. И. Брежнев. Да, но когда в резолюции говорится о судоходстве, там сказано: «обеспечение свободы судоходства», а в пункте о беженцах — «достижение справедливого урегулирования проблемы беженцев». Здесь есть определенная разница и дает возможность противнику толковать примерно так: что для достижения этого урегулирования давайте вести переговоры. Но эти переговоры можно вести и год, и два. А это может помешать политическому урегулированию. Главный вопрос — это отвод войск, признание независимости, в том числе Израиля, свобода судоходства, т. е. ее обеспечение. Так могут сказать наши противники, это я за них говорю сейчас. Они могут сказать, что, решив этот вопрос, ликвидируется конфликт, который был: нет войны, обеспечен суверенитет ОАР, Сирии, Иордании, гарантирован мир в этом районе, а противник на этом зарабатывает уступку и свободно ездит по каналу.

Что касается проблемы беженцев, то о ней могут сказать, что она существует 20 лет, ООН ею занимается, пусть ее там и регулируют. Этот пункт дает возможность толкования, что пойдем в ООН и будем прямо говорить об этой проблеме. Последний пункт резолюции. Обеспечение территориальной неприкосновенности и политической независимости каждого государства в данном районе с помощью мер, включающих установление демилитаризованной зоны. Но можно и без этого. Гарантии мировой общественности ООН и т. д. Этого можно добиться в ходе политической борьбы. Конечно, решать этот вопрос надо только на взаимной основе. Если, положим, одна из сторон настаивает на создании демилитаризованных зон, то это делается на условиях взаимности. Например, 10 км в одну сторону, 10 км — в другую сторону, это должно быть правилом. Таким образом, между тем, что вы изложили, можно заметить два отклонения от решения, которые приняли Вы и мы. Израильские суда могут возить только товары и под чужим флагом. Это не свобода судоходства, так они скажут, и противоречит принятой ООН резолюции.

Г. А. Насер. Решение всего комплекса вопросов займет два этапа. Первый этап — в ходе него будут решены все вопросы, за исключением Суэцкого канала и проблемы палестинских беженцев. /Косыгину/. Вы были в Порт-Саиде и знаете, что канал проходит прямо по середине города, и вот создается такое положение, что израильские суда идут по каналу под их флагом. Причем, это происходит без решения проблемы палестинских беженцев. Вне всякого сомнения, со стороны всех арабских государств это будет расценено как предательство арабских интересов. Именно это заставило меня сказать, что мы связываем решение вопроса о проходе израильских судов с вопросом решения проблемы палестинских беженцев. Этот вопрос самый болезненный вопрос для арабского мира. Без решения этой проблемы мы не можем предпринять такой шаг.

Л. И. Брежнев. Мы с полным пониманием относимой к этой проблеме. Я Вам скажу, что, может быть, наши желания идут гораздо дальше. Но надо считаться с тем, что израильтяне могут сказать: «г-н Насер не разрешает нам плавать по каналу. Это противоречит резолюции, поэтому мира не может быть».

Г. А. Насер. С нашей стороны мы допускаем выполнение резолюции, т. е. пункта резолюции о свободе судоходства вместе с решением проблемы палестинских беженцев. Что касается палестинских беженцев, то в ООН регулярно выдвигаются проекты решения этого вопроса. Принимались неоднократно резолюции, но Израиль не хочет их выполнять.

Л. И. Брежнев. Наши противники могут сказать, что с выполнением этой резолюции решаются проблемы взаимоотношений между ОАР, Иорданией, Сирией и Израилем, а палестинский вопрос был до агрессии уже 20 лет и решить его можно вне зависимости от этого вопроса. Можно думать, что это будет точкой, за которую они будут цепляться и тянуть время, тем самым затягивая урегулирование.

Г. А. Насер. Этот вопрос существует с 1917 года, в 1948 году он обострился. Конечно, палестинская проблема не новая проблема. Почему в 1948 году мы вступили в войну с Израилем? Да потому, что Израиль захватил земли арабов, изгонял их с их родных мест. Это хорошо знает вся мировая общественность. Если я приму такое решение, Иордания может тоже согласиться, но Сирия отвергнет такое решение, Алжир отвергнет, Ирак, все арабские государства отвернуться от нас.

А. Н. Косыгин. Я думаю, что смысл заключается в том, чтобы не завязывать в один пакет палестинскую проблему с другими проблемами. Как только завязали, так все кончено.

Г. А. Насер. Мы не должны игнорировать общественное мнение всех арабских государств. После того, как я приму, сможет принять такое урегулирование Хусейн, до меня и он не сможет. Но я повторяю, что все государства: Алжир, Сирия, Ирак отвернутся от нас. Я буду перед лицом чрезвычайно сложной проблемы, можно сказать, сложнейшей, это будет сильнейшим потрясением для передовых сил Арабского Востока, причем в такой ситуации виноват будет Египет; Алжир и Сирия отвергнут. Арабский мир кипит. Если обо мне будут говорить, что я отошел от палестинской проблемы, предал палестинский народ, то от меня отвернутся все прогрессивные и передовые силы арабских государств. Даже Фейсал заявит, да он и сейчас заявляет о том, что это было бы предательством. Такое решение будет крупнейшим крахом всех прогрессивных сил.

А. Н. Косыгин. Скажите, нельзя ли с Сирией, Ираком, другими арабскими странами обговорить этот вопрос кулуарно?

Г. А. Насер. Нельзя забывать, что у нас, несмотря на агрессию, продолжается борьба между реакционными и прогрессивными силами. Реакционные силы на Ближнем Востоке выступают против политики ОАР, они ставят своей важнейшей целью покончить с прогрессивным режимом в ОАР. Вы знаете об этом очень хорошо. Реакционные силы пытаются нанести нам удар, стремятся возродить идеи создания различных реакционных пактов, как, например, Исламского пакта и т. д. Мы в ОАР строим социализм, идем по пути осуществления прогрессивных преобразований внутри страны. Я думаю, что между Саудовской Аравией и Америкой существует секретная договоренность, как вести борьбу против нас, и в этом плане может быть использована очень остро палестинская проблема. Все эти моменты влияют на наше положение в ОАР. Можно сказать, что палестинская проблема — это священная проблема для всех арабов. Если все люди, независимо от их взглядов и идейных убеждений, узнают о том, что мы отстраняемся от палестинской проблемы, предаем интересы палестинского народа, то они отвернутся от нас.

А. Н. Косыгин. Да, это могут расценить как предательство.

Г. А. Насер. Да, взять, например, позицию Бургибы. В свое время он заявил о необходимости решения палестинского вопроса по стадиям на основе договоренности с Израилем. Результатом этого стал тот факт, что арабский мир заклеймил его как изменника и предателя. Палестинская проблема — это не проблема одного государства, это самая острая проблема, касающаяся всех государств. Даже король Фарук не мог позволить проходить израильским судам по Суэцкому каналу или вступить в какие-либо контакты с Израилем. В нашей стране произошла революция, мы встали на путь прогрессивных экономических и социальных преобразований и вдруг, игнорируя палестинскую проблему, не решив проблемы беженцев, мы идем на такой шаг, капитулируем перед врагом, разрешаем Израилю проход их судов по Суэцкому каналу под израильским флагом. Можно напомнить недавние события, связанные с убийством Р. Кеннеди. Как известно, он выступил с речью, в которой открыто призывал вооружать Израиль, усиливать его военную и экономическую мощь, оказывать ему полную поддержку и, в случае необходимости, защищать его. Это вызвало возмущение не только палестинцев, но и всех арабов, один палестинец убил его. В найденном дневнике была обнаружена запись, сделанная этим палестинцем, о его решении убить Кеннеди до 5 июня. Убийце в 1948 г. было немногим более двух лет. Он вместе с семьей 12 лет прожил в Соединенных Штатах и, тем не менее, остался палестинцем, приверженным к идее борьбы за справедливое решение палестинской проблемы. Затягивая решение палестинской проблемы, американцы думали, что молодое поколение беженцев растворится, забудет о требованиях и мыслях старшего поколения, но, как видите, этого не произошло. У нас положение весьма специфично. В палестинской семье каждая мать и отец постоянно говорят о палестинской проблеме, о землях, с которых они были изгнаны, о крове, который они потеряли. Если, например, собрать всех студентов, которые обучаются в Москве, то это будут люди с разными взглядами и мировоззрением. Среди них будут люди с прогрессивными, передовыми взглядами, социалистически настроенные, так и с реакционными взглядами, все они арабы, но прийти к общей позиции и единому мнению они смогут только по одной проблеме и эта проблема — проблема палестинских беженцев. Конечно, ей уже 20 лет, но, несмотря на это, она остается вожделенной для всех арабов. В этом пункте все придерживаются одних взглядов. Можно привести другой пример. Так, в 1952 г. король Иордании Абдалла, дед нынешнего короля Хусейна, заявил, что он может и готов вести разговор с Израилем. На следующей неделе он был убит.

Л. И. Брежнев. Скажите, это точно, что палестинец убил Кеннеди из этих побуждений? Мы думали, что американцы сваливают на арабов это убийство с тем, чтобы вызвать антиарабские настроения у американского народа.

Г. А. Насер. Нет, это точные данные, двенадцать лет он жил в Штатах, родился в Иерусалиме, сейчас ему 22 года, по профессии жокей, христианин по вероисповеданию, но палестинец.

Л. И. Брежнев. Скажите, а не могло ли случиться так, что американские разведывательные органы использовали его, как политическую фигуру? Американская разведка могла пойти на такой шаг, чтобы всему миру показать, что не американцы убили Кеннеди, а арабы, и этим фактом создать определенное настроение у мировой общественности.

Г. А. Насер. Я все же считаю, что причиной убийства была позиция Р. Кеннеди в израильском вопросе, а поводом — заявление Кеннеди о необходимости вооружать и оказывать помощь Израилю.

А. Н. Косыгин. Но брать на себя это не стоит и не надо. Этим можно восстановить против себя американский народ. Вы ведь знаете, как могут обыграть определенные круги такой факт.

Г. А. Насер. Да, конечно.

Л. И. Брежнев. Давайте продолжим разбирать ситуацию.

Г. А. Насер. В 1954 г. я вел переговоры с англичанами относительно военной базы. В ходе переговоров мы пошли на уступку и сохранили базу на 7 лет. По истечении этого срока англичане обязались уйти. Мы также договорились, что весь обслуживающий персонал базы будет гражданским. Я подписал это соглашение, до этого англичане уже находились в нашей стране 75 лет. Но через неделю после подписания такого соглашения, в то время, когда я произносил речь, в меня было произведено восемь выстрелов, к счастью, пули прошли мимо. Большинство людей считало такую уступку предательством национальных интересов, предательством страны. Я много выступал, стремясь объяснить это соглашение. Вот именно поэтому мы и связываем решение вопроса о проходе израильских судов с решением проблемы палестинских беженцев. По нашему мнению, резолюцию Совета Безопасности следует выполнять двумя этапами.

Л. И. Брежнев. Как Вы смотрите и какое Ваше мнение о том, целесообразно ли поставить вопрос о резолюции в Совете Безопасности в порядке ее исполнения? Подтвердить то, что производится вывод войск, признается прекращение состояния войны, уважается суверенность каждого государства, признается свобода судоходства и вносится более четкая формулировка по вопросу палестинских беженцев в плане установления срока, в течение которого рассматривают и решают палестинский вопрос, — примерно, хотя бы год. Скажем, такая форма могла бы подойти для Вас?

Г. А. Насер. Я думаю, что западные государства не согласятся с этим. Американцы, в первую очередь, будут выдвигать самые различные возражения, и создавать непреодолимые трудности. Англичане уже говорили мне, что не позволят изменить ни одного слова в резолюции Совета Безопасности. Они считают, что это — сбалансированная резолюция, и любое изменение нарушило бы этот баланс.

Л. И. Брежнев. Как Вы думаете, как они будут реагировать, если согласиться пропускать грузы?

Г. А. Насер. Во время Фарука, до революции, грузы шли. По существу они шли до 1956 г., но после агрессии мы запретили провоз грузов Израиля.

А. Н. Косыгин. Думаю, что трудно решить, прекратили ли перевозить израильские грузы по каналу. Грузов идет много, и проверить это чрезвычайно трудно.

Г. А. Насер. Мы проводим инспекцию судов, проходящих через канал.

Л. И. Брежнев. Скажите, по каким мотивам и по каким пунктам не соглашается Сирия с этой резолюцией?

Г. А. Насер. В моих беседах с сирийскими руководителями они мне заявили, что принятие резолюции Совета Безопасности в этой форме нанесет мне определенный политический ущерб в арабском мире. Я пошел на это и согласился принять эту резолюцию ради достижения политического, мирного урегулирования конфликта.

Махмуд Риад. По мнению сирийских руководителей, принятая резолюция ликвидирует палестинскую проблему, ибо в этой резолюции фактически признается Израиль, есть пункт о признании его границ и т. д.

Г. А. Насер. Я знаю, что внутреннее положение в Сирии, безусловно, отличается от положения в ОАР. Самое истерическое отношение к палестинской проблеме наблюдается у сирийцев, и правящей партии очень трудно говорить с народом о палестинской проблеме, отступая от безусловной и полной поддержки прав палестинского народа. Сирия больше других стран привержена делу арабского единства, палестинской проблеме и арабскому национализму.

Л. И. Брежнев. А как Ирак?

Г. А. Насер. Ирак практически занимает эти же позиции и придерживается того же мнения.

А. Н. Косыгин. Вы сказали, что совместные переговоры с Израилем исключаются, но переговоры можно вести через Ярринга. Если вести переговоры через Ярринга, то нельзя ли организовать их так, чтобы они проходили в одном месте? Например, в одном доме находятся арабы, посредине Ярринг, а в другом — израильтяне. Так, например, Индия и Пакистан никак не могли собраться вместе, чтобы обсудить спорные вопросы. Президент Пакистана Айюб Хан и премьер-министр Индии Шастри не могли говорить друг с другом. Я жил в одном доме, в другом — Шастри, в третьем — Айюб Хан. Отсижу у одного 6 часов, у другого 6 часов, тогда и продуктивнее идут переговоры. Можно было бы взять Ялту, Одессу или другое место и с помощью Ярринга провести это, это первый вопрос.

Г. А. Насер. Конечно, не стоит рассчитывать на то, что наш народ простак. Все сразу же поймут, что это — самые настоящие прямые переговоры с Израилем. Что касается ООН и переговоров там, то это другое дело, в этой организации представлены все: и Израиль и мы. Кроме этого, Индия и Пакистан имели дипломатические отношения.

А. Н. Косыгин. В тот момент послы Индии, Пакистана покинули свои страны. Значит, не подходит. Скажите, не можете ли Вы подписать общий документ, не мирный договор, а декларацию о прекращении состояния войны? Например, у нас с Японией нет мирного договора. Долгое время мы находились в состоянии войны. Но мы подписали совместную декларацию о прекращении состояния войны. Мы и японцы в этой декларации изложили каждый свою точку зрения, хотя у нас мирного договора нет, но состояние войны прекращено. Как эта форма, может ли она подойти, учитывая, что это — декларация, а не мирный договор?

Г. А. Насер. Любая совместная акция или подписание какого-либо документа с Израилем невозможны. У нас положение здесь особое.

А. Н. Косыгин. Да, с японцами у нас тоже нет мирного договора, но такую декларацию мы подписали.

Г. А. Насер. Через сколько времени Вы подписали такую декларацию?

А. Н. Косыгин. Через восемь лет.

Г. А. Насер. Мы готовы ликвидировать состояние войны в соответствии с резолюцией Совета Безопасности. Но если я привезу израильтян в Ялту или Одессу, все арабы возненавидят вас, потому что вы свели арабов и израильтян вместе. Положение в этом вопросе отличается от того, которое сложилось между Индией и Пакистаном.

А. Н. Косыгин. Мы это понимаем, и это отнюдь не значит, что мы занимаем такую позицию. Сейчас мы думаем и обсуждаем вопрос со всех сторон. Говорят, что евреи — самые хитрые люди. Вот тут и надо подумать о том, как объехать евреев по кривой.

Махмуд Риад. Недавно я совершил серию визитов по скандинавским странам. Во время этих визитов я неоднократно подтверждал <…> от согласованного протокола по вопросу о палестинских беженцах. В своих выступлениях я приводил также и второй аргумент. Израиль отказывается выполнять все резолюции, принятые Организацией Объединенных Наций по палестинскому вопросу. В одном из выступлений по телевидению я заявил, что мы готовы вести переговоры с Даяном, но представьте себе такую ситуацию, что и Даян согласился бы на эти переговоры. Они бы выглядели примерно так: я бы спросил Даяна, когда Израиль освободит захваченный им Иерусалим? В ответ Даян только бы засмеялся. Я мог бы задать ему вопрос о том, когда они выведут войска с Синая. Он тоже бы засмеялся в ответ на этот вопрос. Я мог бы задать ему вопрос о том, когда Израиль освободит сектор Газы. Я бы также опросил его, когда он согласится на выполнение известных решений по вопросу о палестинских беженцах. Даян в ответ только бы, засмеялся и сказал, что 20 лет Израиль занимал эту позицию и тянул с решением всех этих вопросов не для того, чтобы решать их сейчас, по прошествии 20 лет. Я бы тогда спросил его, о чем же мы можем говорить на этих переговорах. Уверен в том, что Даян дал бы мне бумагу, в которой была бы закреплена аннексия арабских территорий и наше поражение, и абсолютно ничего не было бы сказано о палестинских беженцах. Третий аргумент, который я неоднократно приводил, — заявления самих израильских руководителей, освещающих их планы и намерения, и в том числе разговоры Израиля о создании великого Израиля, об увеличении еврейского населения путем иммиграции до 5–6 млн. человек. Таких переговоров не было, но если бы они произошли, то они проходили бы именно так.

Л. И. Брежнев. После этих разговоров, по меньшей мере, мирное урегулирование переходит в военное.

А. Н. Косыгин. Ну, что ж, мирными политическими путями мы проблему уже решили, можно переходить к военным!

Г. А. Насер. Мы уверены в том, что если у нас не будет силы и если мы не будем обладать достаточной военной мощью, то Израиль ни при каких условиях не пойдет на политическое урегулирование. Если мы не будем способны воспрепятствовать агрессии, не иметь на это достаточно силы, то у Израиля нет никаких причин, чтобы оставлять захваченные им в результате агрессии арабские территории.

Л. И. Брежнев. Евреи стоят на том берегу, можно ли судам ходить по каналу?

Г. А. Насер. Израильтяне отказались и не дают возможности очистить канал.

Л. И. Брежнев. В какой форме это делается? Ведь канал проходит по вашей территории?

Г. А. Насер. Вопрос вывода судов поднимался перед нами рядом государств. Мы согласились с просьбой Великобритании, поддержанной Генеральным секретарем Организации Объединенных Наций, произвести очистку канала и вывести 14 застрявших там в результате агрессии судов. Мы договорились даже о сроках, когда могут начаться эти работы. Но, как только наши катера были спущены на воду в канале для проведения необходимых работ, израильские войска немедленно открыли огонь по этим катерам. Они заявили, что возражают против проведения работ с этой стороны канала.

Л. И. Брежнев. Это было что, публичное заявление? Я не припоминаю сейчас.

Г. А. Насер. Да, израильтяне заявили это публично. После этого мы имели еще контакты с Англией, и они спросили нас, готовы ли мы возобновить работы по выводу судов. Мы ответили, что наша позиция не изменилась. Англичане сказали, что они будут иметь контакты с представителями различных государств в ООН по этому вопросу. Но больше эта проблема не обсуждалась.

Говоря о нашем положении, нам хочется отметить ту громадную помощь, которую оказали вы нам в военной, экономической и других областях. У меня есть здесь, при себе, памятка по этим вопросам, но я думаю, что мы не будем сегодня обсуждать другие вопросы, лучше остановимся на вопросах урегулирования, т. е. вопросах мира или войны.

Л. И. Брежнев. Вопросы мира мы уже обсудили. Теперь остались вопросы войны.

Г. А. Насер. Касаясь вопросов войны, вы знаете, чем располагает Израиль. Поэтому мы оставляем вам сделать в этой связи соответствующие оценки и расчеты, а также определить степень готовности Египта и момент, когда Египет будет готов. Я хочу сказать вам откровенно, что мы не будем воевать, не договорившись с вами. Мы не пойдем на возобновление войны без вашего согласия на это. Во всех деталях, связанных с этим вопросом, должна быть полная договоренность между нами. Лично я считаю, что то, что захвачено силой, можно вернуть только силой. Конечно, я предпочитаю мирный путь решения наших проблем, так как война имеет многочисленные темные стороны. Но если мы не достигнем мирного урегулирования, а Израиль, в свою очередь, будет продолжать свой агрессивный курс и будет в дальнейшем заявлять, что линия прекращения огня его устраивает и что Израиль не собирается освободить оккупированные территории, то у нас, следовательно, остается один путь — война. Чтобы решить проблему этим путем, нужно подготовиться, перестроить вооруженные силы, подготовить личный состав, решить все необходимые для этого вопросы. Требуется уверенность в победе. Военные Советского Союза смогут оценить потребности Египта в военной силе для победы в этой борьбе. На основе этих оценок мы создаем и строим наши вооруженные силы. Советские специалисты совместно с египетскими определяют таким образом стратегическую линию. Мы говорим с вами откровенно: сейчас мы можем начать партизанскую войну против Израиля в Синайской пустыне. У нас для этого есть люди, есть подготовленные для этих целей кадры. Кроме того, можно начать войну через год, полтора. Но, идя на это, мы должны знать, до какого предела мы можем действовать, и что с нами будет. Перед своим визитом сюда я говорил нашему послу, что приехал не для того, чтобы говорить, что мне нужно 50 танков или какое-то определенное количество пушек. 8 июня, после агрессии, у нас практически не было армии. Когда в ОАР был т. Подгорный, я говорил ему об этом. Сейчас у нас есть сила, способная вести оборонительные действия. Нужно сделать из оборонительной силы наступательную. Я думаю, что это достижимое дело при помощи СССР. Откровенно высказывая наши мысли, я полагаю, что вы посчитаете этот наш вопрос также своим вопросом. Если мы потерпим поражение в этой битве, то империализм восторжествует на Ближнем Востоке. Мы нанесли поражение Багдадскому пакту, Исламскому пакту — этим орудиям империализма. В ходе исторического развития в нашем районе родились социалистические государства, провозгласившие курс на социалистические завоевания, что вселило светлую надежду в каждого араба. Мы провозгласили те же самые лозунги, что и вы. Мы должны иметь настоящую армию. Мы должны обладать современной техникой, такой же, какой обладает Израиль, а также, очевидно, чем-то превосходящей Израиль. Сколько и что — я оставляю этот вопрос на рассмотрение советских военных. Вот мое мнение.

Л. И. Брежнев. Как вы оцениваете работу советских советников? Полезное ли это дело?

Г. А. Насер. Полезное. Конечно, имела место пропаганда против советников, попытки опорочить эту идею. Но эти попытки были пресечены. Подавляющее большинство личного состава вооруженных сил ОАР понимает пользу и необходимость в советских советниках. В своих поездках по стране и во встречах с военными я неоднократно подчеркивал, что это лично я просил прислать советских советников.

Л. И. Брежнев. Скажите, в области строительства аэродромов вы имеет планы?

Г. А. Насер. Да.

Л. И. Брежнев. А что предпринимают в этом отношении Сирия и Ирак?

А. М. Риад. Я не знаю точно планы сирийцев. Иракцы же хотят построить аэродром на территории Иордании и, вдобавок к этому, построить аэродром в Ираке на участке, где проходит нефтепровод.

Г. А. Насер. Иракцы заключили сделку с Францией на поставку определенного количества самолетов. Но затем эта сделка была ликвидирована. Для противоборства о Израилем нужна авиация, такая же, как и у Израиля, особенно в отношении радиуса действия, ибо в настоящее время радиус действия израильской авиации значительно больше, чем у нашей. Мы нуждаемся также в технике, которая сделала бы нашу армию более маневренной, и опять-таки я хочу оказать, что не хочу говорить о деталях. Я оставляю это для советских военных. Наша задача — освободить оккупированные территории, и если придется это сделать боем, то мы должны быть готовы к нему. Если мы потерпим поражение в этой битве, все кончится, все провалится.

Л. И. Брежнев. Второй раз это недопустимо.

Г. А. Насер. Да, то, что произошло 5 июня, было катастрофой.

Л. И. Брежнев. Если вы сейчас не хотите поднимать другие вопросы, то, может быть, мы закончим. Как представляется, нам придется отвечать вам по совокупности всех вопросов.

Беседу переводил

В. В. Посувалюк. А. И. Кузьмин.

Беседу записал

6. VII.68 г.

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 79–108.

Уважаемый Президент Гамаль Абдель Насер!

Дорогие гости из Объединенной Арабской Республики!

Товарищи!

Сегодня мы сердечно приветствуем в Москве видного деятеля национально-освободительного движения, мужественного борца и патриота, друга нашей страны — Президента Объединенной Арабской Республики Гамаль Абдель Hacepa.

Встречи руководящих деятелей Советского Союза и Объединенной Арабской Республики вошли в традицию, стали важной формой развития наших связей. В ходе бесед мы обмениваемся мнениями по важнейшим вопросам двусторонних отношений и проблемам международной жизни. Эти встречи и беседы как на советской земле, так и на земле ОАР — один из показателей крепкой дружбы, связывающей наши народы.

Нынешняя встреча происходит накануне 16-й годовщины важнейшего события в истории ОАР — Июльской революции 1952 г. Это событие положило начало новому этапу в борьбе египетского народа за национальное и социальное освобождение. Наш народ, совершивший полвека тому назад Октябрьскую социалистическую революцию для того, чтобы создать в нашей стране новый, социалистический строй, искренне радуется прогрессивным преобразованиям в ОАР.

Всем очевидно, что в результате роста национально-освободительной борьбы, в результате Июльской революции позиции империализма и неоколониализма в районе Ближнего Востока серьезно подорваны. Навсегда покончено с таким положением, когда богатствами Египта и его судьбой распоряжались колонизаторы, а независимость страны была лишь фикцией. Впервые в многовековой истории Египта народные массы стали участвовать в строительстве новой жизни.

Глубокие социально-экономические преобразования в ОАР, успехи вашей революции не по душе колониалистам — как бельмо на глазу мирового империализма. Именно поэтому по указке и при поддержке международного империализма была развязана израильская агрессия против арабских стран.

Мы так же, как и Вы хорошо знаем, что империалисты прибегают к самому широкому диапазону средств. Иногда они действуют сами — грубо и беззастенчиво, иногда — используют своих марионеток. Все это делается для того, чтобы расшатать ряды прогрессивных государств, вбить клин между силами, борющимися против империализма. В этих условиях наша общая цель состоит в том, чтобы продолжать давать отпор проискам всех сил, которые пытаются подорвать единство антиимпериалистического фронта государств.

В трудные для арабов дни им на помощь пришли верные друзья — Советский Союз и другие социалистические страны. В результате империализму не удалось достичь своей главной цели — остановить прогрессивное развитие на Арабском Востоке, восстановить там бастионы колониализма. Передовые режимы в арабских странах выстояли, их социальная база расширилась.

Последствия израильской агрессии еще не ликвидированы. Израильские экстремисты при прямом попустительстве империалистических сил ведут себя в высшей степени нагло. Они отказываются вывести свои войска с захваченных арабских территорий, как того требует резолюция Совета Безопасности ООН.

В Советском Союзе высоко оцениваются усилия правительства ОАР и лично Президента Насера, направленные на политическое урегулирование конфликта на основе этой резолюции, на обеспечение единого антиимпериалистического фронта арабских государств в борьбе против израильской агрессии.

Мы убеждены, что захватнический курс израильских экстремистов в отношении арабских стран обречен на провал. Морально политическая изоляция агрессора и его покровителей усиливается с каждым днем. В этой обстановке мы вновь заявляем о своей солидарности с арабскими народами.

Перед лицом агрессивных происков врагов мира и прогресса Советский Союз оказывал и оказывает всестороннюю помощь и поддержку Объединенной Арабской Республике и другим арабским странам. Эта политика одобрена Центральным Комитетом нашей партии и будет неуклонно осуществляться во имя торжества дела мира и справедливости на Ближнем Востоке. В этом ни у кого не должно быть ни малейших сомнений. Советский Союз всегда будет вместе с арабскими странами в борьбе за ликвидацию последствий агрессии, за безотлагательный вывод израильских войск со всех оккупированных в результате июньской агрессии арабских земель. Нет сомнения в том, что справедливая борьба арабских народов увенчается полной победой!

В настоящее время в ОАР осуществляются важные меры с целью дальнейшей активизации широких масс трудящихся, совершенствования работы государственных учреждений и предприятий, перестройки Арабского социалистического союза. Хочется пожелать Вам, дорогой друг Насер, всем Вашим соратникам успехов в вашей деятельности на благо дальнейшего укрепления и развития прогрессивного режима в ОАР в интересах египетского народа, в интересах международного мира, национальной независимости и социального прогресса.

Позвольте мне провозгласить тост за дальнейшее укрепление дружбы и сотрудничества между Советским Союзом и Объединенной Арабской Республикой, за революционное руководство ОАР, за здоровье нашего друга Президента Гамаль Абдель Насера!

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 109–112.

Г. А. Насер. Прежде всего, дорогие друзья, мне хотелось бы поблагодарить вас еще раз за то, что Советский Союз со всей решимостью выступил на нашей стороне в те напряженные дни, которые мы пережили, за ту большую помощь, которая была нам оказана в различных областях.

Мы говорили вчера о необходимости укрепления дружественных отношений между нашими странами. Мне хотелось бы пояснить этот вопрос с тем, чтобы Вы не воспринимали нашу позицию по отношению к Советскому Союзу как временное, преходящее явление. Советский Союз имеет свои интересы, мы преследуем свои собственные интересы. Мы неоднократно вас просили, чтобы вы оказали помощь в удовлетворении наших интересов с тем, чтобы мы смогли выстоять в борьбе, отстоять нашу свободу и наш социалистический выбор. Мы, я и мои коллеги по руководству, убеждены в том, что Советский Союз является нашим закономерным и естественным другом и союзником. Именно поэтому мы должны совершенно четко определить наши позиции по всем вопросам, обсудить перспективы развития наших отношений в будущем.

Мы не хотим, чтобы дело выглядело таким образом, что мы приезжаем к вам в трудные для нас дни и просим оказать нам помощь в том или другом вопросе. Мы стремимся к всемерному укреплению уз дружбы с Советским Союзом во всех областях. Мы сделали социалистический выбор — путь строительства социализма. Мы отвергли коммунизм, как путь неприемлемый в наших условиях. Мы считаем, что между социализмом и коммунизмом существует определенная разница, которая заключается, главным образом, в отношении к религии. Вы знаете, что у нас в стране имеет место религиозный фанатизм. Если хотите, нападки на коммунистов является прямым следствием религиозного фанатизма. Как я сказал, мы избрали путь строительства социализма, путь передачи всех средств производства под контроль и в собственность народа. Этот и другие социалистические принципы нашли свое отражение в Хартии национальных действий. Естественно, что американцев не устраивает такое положение. Даже предоставляя нам помощь и кредиты, они настаивали, чтобы эти кредиты не использовались в социалистическом, государственном секторе. Именно поэтому я еще раз призываю к установлению и укреплению тех связей, которые существуют между нами и Советским Союзом. Это единственный путь, который лежит перед нами. Как практически осуществить это, добиться еще большего укрепления наших отношений — это и является основным вопросом, который мы должны обсудить. Дело заключается не в том, что мы приехали к вам просить оружие, танков, оказать нам моральную и политическую поддержку, поддержать в Совете Безопасности. Почему вы оказываете нам такую значительную помощь? — потому что мы занимаем передовые позиции борьбы с империализмом, решительно поддерживаем национально-освободительное движение. Я считаю, что наступило то время, когда мы должны сделать наши отношения более дружественными, открытыми и откровенными.

Можно говорить о том, что мы проводим политику неприсоединения. Но вы решительно встали на нашу сторону и поэтому мы также должны встать в один ряд борьбы вместе с вами. Как я говорил, мы осуществляем в нашей стране социалистические преобразования, другими словами, мы находимся на этапе строительства социализма. Поэтому западные страны никак не могут встать на нашу сторону.

По существу, мы занесены в списки врагов Запада с 1955 года и с этого же года мы считаемся вашими друзьями. Это естественный ход и развитие истории. Вопрос наших отношений с Советским Союзом является самым важным и главным вопросом наших бесед. Я считаю, что мы должны иметь четкое представление о перспективах их развития в будущем, имея в виду, что все остальные вопросы, в том числе и вопрос ликвидации последствий израильской агрессии, будет решаться в свете советско-египетских отношений.

Л. И. Брежнев. Господин Президент, Вас что-нибудь смущает, беспокоит в наших отношениях?

Г. А. Насер. Нет, но мы хотим, чтобы в наших отношениях не было никакой сдержанности. Мы хотим, чтобы наши отношения строились на основе того, что мы идем по одному пути с Советским Союзом.

Я еще раз повторяю, что в наших отношениях нет ничего такого, чтобы нас беспокоило. Но я и мои коллеги постоянно обсуждаем, думаем, как будут развиваться наши отношения в дальнейшем. Мы не хотим выступать в такой роли, что мы постоянно у вас что-то просим.

Вы оказываете значительную экономическую и другую помощь многим государствам. Может быть, некоторые государства не оправдали этой помощи, оказались не верны идее дружбы с Советским Союзом. Мы понимаем, что такая позиция некоторых государств может оказать неблагоприятный психологический эффект. Об этом нужно говорить с полной откровенностью. Что касается нас, то мы хотели бы, чтобы наши отношения с вами строились на тех же основах, на каких они строятся с любой социалистической страной. Я не думаю, что на данном этапе наши отношения находятся на таком уровне. Пока что в наших отношениях имеет место элемент определенной сдержанности, существуют определенные чувствительные моменты.

Н. В. Подгорный. Как Вы, господин президент, представляете, что нужно сделать для того, чтобы осуществить и установить более близкие, более тесные, не вызывающие никаких сомнений отношения?

Г. А. Насер. Возьмем, например, ваши отношения с ГДР; их нельзя сравнить с тем отношениями, которые существуют с нами. Или отношения Советского Союза с Венгрией — они значительно прочнее и теснее, чем отношения с нами. Все эти страны входят в одно социалистическое содружество. Нас же вы считаете просто дружественным государством. Я думаю, что наши задачи заключаются в том, чтобы перевести эти отношения на более высокую ступень, используя для этого имеющиеся возможности. Когда т. Подгорный был в Каире, я говорил ему о нашей готовности заключить о Советским Союзом соглашение о взаимной обороне. Тов. Подгорный ответил, что может быть было бы целесообразнее продолжать проводить политику неприсоединения. Однако, в действительности, в практическом претворении, разве существует политика неприсоединения? — Нет. Американцы занимают по отношению к нам враждебную позицию; в этом они солидарны с другими западными государствами. Такое положение вещей будет существовать до тех пор, пока мы будем идти по пути прогресса, по пути строительства социализма и оказания помощи национально-освободительным движениям. Поэтому политика неприсоединения — это всего лишь лозунг, ширма. Какая, например, может быть политика неприсоединения в Африке, когда все прогрессивные страны должны бороться против попыток империализма навязать африканским странам свое господство.

Мы считаем, что в определении наших отношений мы должны исходить из того, что ОАР полностью находится на вашей стороне. Почти в каждой своей беседе с советским послом в Каире я возвращаюсь к тому вопросу, как будут строиться наши отношения в будущем. Я твердо убежден в том, что они не должны носить временный или преходящий характер. Я считаю, что они должны постоянно развиваться и укрепляться.

Л. И. Брежнев. Мы будем говорить с Вами как с другом, как с братом, может быть, очень коротко, но с полным чувством ответственности, коротко, но ёмко. Мы хотим Вам заявить, что наша политика дружбы с ОАР и с другими арабскими странами не является конъюнктурной, не зависит от того, проводите ли вы в настоящее время политику неприсоединения или какую-либо другую политику. Она не зависит также от тех отдельных капризов, которые иногда имеют место, например, в Сирии или Алжире. Я еще раз повторяю, что, если говорить о вашем народе, о Вас лично и о других арабских народах, то наша политика ни в коей степени не является конъюнктурной, и мы объясним почему. Вы знаете, что наша политика определяется учением нашего вождя Владимира Ильича Ленина. Вот уже более 50 лет наша партия действует как правящая партия, и всё это время руководители партии и государства вместе с народом идут по этому пути. Наша политика вытекает из осуществления ленинского учения о строительстве социализма и коммунизма в нашей стране. Это наше внутреннее дело; что же касается нашей внешней политики по отношению к различным народам и государствам, то мы как в Программе нашей партии, так и в решениях партийных съездов, в частности последнего ХХШ съезда, неизменно фиксируем одну и ту же линию — линию борьбы с империализмом, борьбы за мир, всемерной поддержки национально-освободительных движений, независимости и суверенитета каждого государства, и в первую очередь мы оказываем поддержку тем народам и партиям, которые идут по пути прогресса и строительства социализма. Именно этим и определяется наше отношение к вашей стране. Если кто-нибудь из нас пошел бы на то, чтобы изменить этот путь, то это бы означало, что мы меняем весь политический принципиальный курс нашей партии и государства. В этом случае ему бы пришлось держать ответ перед всей партией и народом.

Я еще раз подчеркиваю, что наше отношение к Вам было определено еще задолго до израильской агрессии. Мы смотрим на ОАР, на весь арабский мир в очень широком плане. Мы понимаем, что Ближний Восток является очень важным районом, в котором проживает большое количество населения, с давних времен подвергающееся эксплуатации и угнетению. Богатство арабских народов хищнически расхищалось империалистами. В этих странах господствует нищета и безграмотность, и целый ряд других факторов, присущих империалистическому обществу. Вы в Вашей стране сумели осуществить революцию и добиться прихода к власти прогрессивного руководства. Вы сумели также поднять массы народа в поддержку вашего прогрессивного курса. Мы не только радовались этому, мы знали, предполагали, что это является началом большой экономической, политической, идеологической и дипломатической борьбы. Мы учитывали это, поскольку сами испытали и находились в аналогичном положении. Когда в России произошла революция и против нас выступили все враждебные силы, 14 государств направили свои войска на север, юг и восток России, чтобы задушить Советскую власть. Нас пытались задушить экономически, голодом, а Соединенные Штаты не признавали нас около 15 лет. Таким образом, мы отдаем себе отчет в том, что любое государство, которое встанет на путь прогресса, должно быть готово к ведению серьезной борьбы против империализма, и что такому государству мы должны будем оказать всяческую помощь в соответствии с положениями Программы нашей партии. Мировая политика весьма сложна. Появилась группа так называемых неприсоединившихся государств. Откровенно говоря, мы хотели бы, чтобы эти государства были присоединившимися. Но мы с полным пониманием относимся к специфическим условиям этих государств, считая, что, может быть, еще не созрели условия для их перехода на позиции присоединения. Однако, поскольку эти страны проводят антиимпериалистическую политику, мы считаем, что они играют положительную роль на международной арене. Несомненно, в каждой группе неприсоединившихся государств есть свои отдельные оттенки, определенные особенности. Некоторые из них идут более смелым путем, предпринимают более решительные меры в плане социально-экономического переустройства своих стран.

С другой стороны, существуют другие страны, которые не идут на обострение своих отношений с империализмом. Всё это не отталкивает нас от этих стран, но тем не менее заставляет обращать на себя внимание. Такие моменты были, например, и в Вашей деятельности. Откровенно говоря, мы, как руководители, понимали их лучше, чем наш народ и партия. Я имею в виду, например, период, когда в ОАР были посажены в тюрьмы коммунисты. Мы понимали, в чем дело. Мы, как коммунисты, не мирились с этим, но, как я уже говорил, понимали этот процесс лучше, чем партия и народ. В свое время мы по-дружески говорили с Вами по этому вопросу. Я привел это как пример, свидетельствующий о том, что в деятельности отдельных руководителей были некоторые моменты, которые не отвечали нашим взглядам. Но и в этих условиях мы ставили нашу дружбу и необходимость ее сохранения выше этих преходящих моментов. Именно в этот период, о котором я говорил, были заключены крупнейшие экономические соглашения, в частности о строительстве Высотной Асуанской плотины, имел место обмен визитами на всех уровнях. Таким образом, мы не поступились нашей дружбой с арабскими народами и были уверены, что они поймут и убедятся в том, что Советский Союз является их настоящим другом, а его политика по отношению к ним не является конъюнктурной. Сейчас на наших переговорах присутствуют глава Советского правительства, глава Советского государства, Генеральный секретарь ЦК КПСС, — от нашего имени я еще раз хочу заверить Вас, что наша дружба не является чем-то временным, она строится на вечные времена, но, как говорят, дружба и любовь требуют взаимности. Тот факт, что Вы сами поставили перед нами этот вопрос, свидетельствует о том, что Вы стремитесь к такой взаимности, а взаимность, как известно, не выпрашивают. Мы пришли к Вам на помощь и в те критические минуты, во время той трагедии, которая произошла в прошлом году. B этом отношении у нас не было ни колебаний, ни дебатов. Мы сделали все, что было в наших возможностях, с тем, чтобы спасти положение. Мы понимали, что дело заключается не в простом военном столкновении армий Израиля и арабских стран, не в захвате территорий. Эта агрессия явилась большой авантюрой, направленной против всех арабских народов, против прогрессивного Востока. После Вьетнама это является второй схваткой империализма с прогрессивным Востоком.

Говоря Вам как брату, как человеку, Вы задали нам в это время много работы. Все мы работали буквально днем и ночью. Уже не МИД, а мы сами писали шифровки, вызывали к телефону посла. Президента Джонсона мы подняли в 2 часа ночи. В один день по телефону мы собрали в Москве руководителей всех социалистических стран, приняли решение о разрыве дипломатических отношений с Израилем. Все социалистические страны, кроме Румынии, которая также участвовала в Совещании, порвали отношения с Израилем. Румыния заняла плохую позицию, придерживаясь по существу произраильского курса.

Мы не хотели бы поднимать сейчас вопрос о наших материальных затратах, но остается фактом то, что в этот момент мы направили вам 575 тяжелых самолетов с оружием.

А. Н. Косыгин. По существу был организован воздушный мост.

Л. И. Брежнев. Если бы у нас была тень сомнения или неуважения по отношению к вам, то Советское правительство никогда бы не поступило таким образом. Это явилось прямой демонстрацией перед империализмом, не перед евреями, как можно было бы подумать, а перед всем мировым империализмом. Несмотря ни на какие разногласия, которые существовали среди арабских руководителей, ни у кого не вызывал сомнения тот факт, что главной целью израильской агрессии являлся подрыв прогрессивных сил арабских стран, отбросить их на 100 или, может быть, больше лет назад и восстановить колониализм в этом районе. Мы не хотим вдаваться сейчас в анализ причин поражения арабов в войне. Мы должны сделать соответствующие выводы из одного факта. Если израильтяне подошли почти к Каиру, не имея перед собой фактически никакого организованного сопротивления и не пошли дальше, то это все-таки что-то значило. Это было прямым результатом политических действий Советского Союза и социалистических стран, результатом нашей борьбы с крупнейшими империалистическими хищниками — американцами и англичанами. Именно это остановило Израиль и предотвратило захват Каира и Александрии. По существу с нашей стороны был предъявлен ультиматум империализму. Этот ультиматум мог бы означать и возможность начала событий в Европе.

При этом я хочу подчеркнуть, что если бы мы предвидели развитие событий на Ближнем Востоке в тот период, если бы они не явились для нас неожиданными, то ход событий мог бы быть другим. Все эти события произошли по существу в один день, и мы узнали о них из печати.

Таким образом, мы имеем достаточно подтверждений нашей дружбы. Было бы неправильно представлять, что сейчас Вы переживаете кризис и этим объясняется укрепление наших отношений. Прежде всего нам нужно приложить еще много усилий с целью ликвидации последствий израильской агрессии, и одно это открывает перед нами широкие перспективы для развития и укрепления наших отношений. Я хотел бы обратить Ваше внимание на то, что большое значение в этом плане имеет идеологическое воспитание народа. Все средства пропаганды — и печать, и радио, и телевидение — должны быть нацелены на осуществление этой цели, цели идеологического воспитания рабочего класса, интеллигенции, молодежи и т. д.

Никаких сомнений в отношении нашей дружбы быть не может. И в наших публичных выступлениях, и в решениях наших партийных съездов совершенно четко сказано, что мы придерживаемся одного курса — курса дружбы и поддержки прогрессивных режимов. При этом мы, конечно, рассчитываем на взаимность с вашей стороны. Вы, в частности, упомянули о различиях между коммунизмом и социализмом, о религии. Но это не должно Вас волновать. Придет время — повысится уровень культуры народов, и с религиозным фанатизмом будет покончено. У нас в стране также имеется большое количество верующих. Мы считаем, что это не является проблемой.

А. Н. Косыгин. У нас имеется много представителей духовенства.

Л. И. Брежнев. Наш патриарх, например, награжден двумя орденами.

А. Н. Косыгин. Когда я находился в Ленинграде во время Великой Отечественной войны, я убедился в том, что духовенство было настроено весьма патриотично.

Л. И. Брежнев. Вторым вопросом, которому мы придаем большое значение и который, как мы считаем, поднимет уровень наших отношений, является достижение единства по важнейшим принципиальным международным вопросам. Я не имею в виду такие, например, вопросы, как некоторые противоречия, которые имеются с сирийцами. Я имею в виду такие принципиальные вопросы, как отношение к американскому империализму, как к мировому жандарму, и др. Нам кажется, что за последний год у нас сложились хорошие отношения, мы выступаем единым фронтом в Организации Объединенных Наций, регулярно обмениваемся доверительной информацией.

И, наконец, большое значение в деле развития и укрепления наших отношений имеет торговля и экономическое и техническое сотрудничество. Мы полагаем, что мы использовали еще не все возможности для их развития. Мы понимаем, что вы находитесь в тяжелом положении, и поэтому идем на оказание или безвозмездной помощи, или помощи, рассчитанной на длительные сроки: долгосрочные кредиты и т. д. Мы понимаем, что, может быть, морально это вас отягощает. Но мы видим ваше искреннее стремление к тому, чтобы наши отношения строились на все более и более взаимовыгодной основе.

Откровенно говоря, мы понимаем Ваше стремление оформить наши отношения в какой-либо договорной форме. Наверное, мы к этому и придем. Но мы должны смотреть и правильно оценивать характер нынешнего международного положения и расстановки сил. Если бы мы заключили договор, то мы бы обострили обстановку на Ближнем Востоке и осложнили ваше положение. С другой стороны, этот договор не внес бы ничего нового в характер наших отношений. Империалисты знают практически каждую деталь наших отношений, может быть, до каждого самолета, танка, которые мы вам поставляем. В этом мире трудно что-нибудь утаить.

Отсутствие договора не дает империалистам права говорить о существовании какого-либо военного блока, и в случае возникновения конфликта наша помощь при условии наличия договора рассматривалась бы совсем под другим углом и, может быть, даже привела бы к войне. Наши народы не выиграли бы от этого ничего. Мы не должны стесняться откровенно говорить о нашей дружбе, о всестороннем сотрудничестве между нами. Пусть весь мир знает, что в моральном, военном и др. плане за арабами всей своей мощью стоит Советский Союз.

Мы считаем, что существует много возможностей для дальнейшего расширения наших отношений. Мы не должны ограничиваться обменом визитами лишь военных или экономических делегаций. Пусть к нам приезжают представители ученых, молодежи, рабочих и интеллигенции. Мы окажем им всяческое внимание и предоставим возможность ознакомиться с жизнью нашего народа, с нашими достижениями. Эту практику нужно превратить в постоянно действующий фактор в наших отношениях с тем, чтобы среди арабского народа появлялось все больше агитаторов и пропагандистов в пользу дружбы с Советским Союзом. Почему бы, скажем, не подумать о постановке совместного советско-египетского фильма. Можно было бы расширить перевод и распространение в наших странах соответственно арабской и советской литературы. Мы могли бы пойти на расширение контингента студентов, обучающихся в советских вузах, имея в виду, что кадры являются одним из важнейших участков работы в любой стране.

А. Н. Косыгин. Мы могли бы увеличить количество студентов, направляемых нами в ОАР.

Л. И. Брежнев. Пусть право обучения в Советском Союзе станет привилегией не зажиточных классов, а привилегией детей, рабочих, крестьян, трудящейся интеллигенции. Эти люди вернутся к вам настоящим капиталом. В военном отношении наше Министерство обороны располагает большими возможностями для подготовки кадров для египетской армии. Мы должны учитывать то, что, даже когда будет урегулирован ближневосточный конфликт, сохранится потребность в армии. Это не последняя схватка с империализмом, могут быть схватки и более крупного масштаба. Строительство армии — это большое дело, требующее больших расходов. Мы, со своей стороны, тратим на армию около 25% своего национального дохода.

Я думаю, что мы поручим нашим товарищам, Министерству культуры, МИДу и другим министерствам составить подробный план по осуществлению тех мероприятий, о которых я говорил.

Необходимо признать также, что ни вы, ни мы не исчерпали всех возможностей для осуществления экономического и технического сотрудничества. Со своей стороны мы приложим максимум усилий, чтобы изучить эти возможности, определить те направления, в которых должно развиваться наше сотрудничество в будущем, с тем, чтобы наша помощь была более эффективной.

Мы в сжатом виде сформулировали наши позиции по отношению к развитию дружбы с Объединенной Арабской Республикой. Мы хотели бы, чтобы у вас навсегда рассеялись все сомнения в отношении перспектив ее развития. При этом необходимо проявлять постоянную бдительность и пресекать совместными действиями все попытки империалистов, и прежде всего США, направленные как против арабов, так и против Советского Союза.

Пользуясь тем, что мы беседуем с вами с глазу на глаз, мы хотели бы сказать, что наша политика, наша твердая убежденность состоит в том, что необходимо преодолеть всю ту горечь, которую оставили в душах людей варварство и беззаконие, совершенные по отношению к арабскому миру, и приложить максимум усилий для того, чтобы добиться политического решения ближневосточного кризиса. Мы очень хорошо понимаем все тонкости вашей горечи, ваших обид. Мы не можем их не разделять. Но мы уверены, что право на стороне арабов, что в конечном счете правда восторжествует. Вы понимаете, что согласиться с тезисом, что отнятое силой должно быть возвращено силой, означало бы возобновление войны. Несомненно, если Израиль попытается навечно закрепить положение, создавшееся после июньской агрессии 1967 г., то это может изменить обстановку. Тем не менее мы должны условиться, или вернее согласиться с тем, что, несмотря на всю сложность проблемы политического урегулирования, необходимо поставить перед собой задачу добиться мобилизации всех возможностей для достижения урегулирования на мирных путях. При этом надо учитывать, что мировое общественное мнение осудило Израиль как агрессора. Все большее и большее число различных деятелей и стран в мире осуждают израильскую агрессию и становятся, таким образом, на сторону арабов. Израиль разоблачил себя перед всем миром как злостный агрессор, как марионетка империализма. С другой стороны, сохранены прогрессивные режимы в арабских странах.

К сожалению, не достигнуто полного единства по ряду вопросов между Сирией, Ираком, Иорданией, Алжиром и др. Но даже при этих обстоятельствах, при наличии всех этих разногласий в арабском народе все более и более укрепляется идея арабского единства. Такие арабские лидеры, как Атаси, Бумедьен и др., могут капризничать, но арабские народы на фоне израильской агрессии свою единственную силу видят в укреплении единства. Это подтверждается и тем, что Вы нам рассказывали вчера о мощных демонстрациях в Тунисе. Следовательно, потенциально в рабочем классе, в трудящихся арабских массах заложены прочные стремления к единству, которые необходимо всемерно использовать. Как говорят, чтобы вспахать гектар земли, нужно пролить много пота и затратить много сил. Тем большее терпение необходимо проявить с тем, чтобы достичь единого понимания всех проблем.

Немаловажным фактором, который не могут не учитывать американские империалисты, является провал войны во Вьетнаме. Создалась как бы одна непрерывная цепь: империалисты знают, что вьетнамцы воюют советским оружием, что они пользуются нашей моральной и политической поддержкой;

империалисты также знают, что арабы на Ближнем Востоке воюют советским оружием и что они пользуются нашей полной поддержкой. Под нажимом Советского Союза, социалистических и других стран была принята, пусть не совсем хорошая, резолюция Совета Безопасности 22 ноября 1967 года. Её принятие явилось результатом нашей силы и мощи. Американцы хотели подчинить арабские страны, но были вынуждены согласиться с резолюцией, призывающей к отводу израильских войск. В настоящее время резолюция не выполняется, потому что Израиль считает, что ему выгодно тянуть время и вести политический торг. В этом торге необходимо проявить максимум осторожности. Как говорят, ссоры бывают разные — одни кончаются словесной перебранкой, другие — поножовщиной. Несомненно, весьма важным фактором в деле достижения урегулирования ближневосточного кризиса является армия. И Вы, и наши товарищи знают, как обстоят дела в египетской армии. Вами проделана колоссальная работа в деле повышения ее боеспособности. Это очень отрадно. Вам предстоит сделать в стократ больше и не только с точки зрения насыщения армии техникой, хотя это также имеет большое значение. Необходимо иметь в виду, что в армии еще сохранился фактор испуга и паники, создавшейся в июньские дни 1967 г. Этот фактор необходимо преодолеть, для чего потребуется много времени.

Я думаю, нам нет необходимости детально обсуждать вопросы, связанные с поставками оружия; наши министры обороны и их представители могут встреться и договориться обо всем, что может возникнуть в этом плане.

Мы высоко ценим то внимание, которое Вы уделяете руководящим кадрам армии, выдвигая на ответственные посты молодых способных офицеров. Мы просим вас не обижаться, но это является фактом, что верхушка армии была разложена, что пагубно отражалось на моральном состоянии солдат и офицеров. Как я говорил, строительство армии является сложным делом, именно поэтому мы поставили цель превратить египетские вооруженные силы в мощную оборонительную армию, способную создать такой заслон, через который не мог пройти бы ни один еврей. Пусть она еще не готова к проведению больших и сложных маневров, главное состоит в том, чтобы создать заслон израильской армии.

Мы будем продолжать искать пути мирного урегулирования ближневосточного кризиса и в связи с этим намерены оказывать определенный нажим на Соединенные Штаты Америки. В этом направлении мы используем и наших друзей в социалистическом лагере, побуждая их искать соответствующие методы для оказания давления на американцев. Мы дадим указания нашим посольствам в Африке и других странах с тем, чтобы они вели работу среди руководителей этих стран с целью достижения политического урегулирования проблемы. Мы не хотим скрывать, что у нас имеются определенные рычаги давления на Соединенные Штаты. Американцы понимают, что мы располагаем большими силами и опасаются вести дело к возможности возникновения войны с нами. Что касается данного этапа, то необходимо учитывать, что в настоящее время в США проходит предвыборная кампания. Как известно, американские евреи оказывают большое влияние на политическую жизнь в стране. Сенатор Кеннеди также хотел сыграть на этом, но вы знаете, чем это кончилось. Мы обменивались мнениями, но не приняли окончательного решения о том, какие конкретные формы должен принять наш нажим на Соединенные Штаты. Американцы заинтересованы вести с нами переговоры по различным вопросам. Мы постоянно используем эти переговоры в пользу Вьетнама и арабских стран.

Когда к нам приезжал в последний раз министр иностранных дел Рияд, я имел поручение побеседовать с ним. Я просил Рияда передать Вам от нашего имени, чтобы Вы не допустили ошибки и не искали на данном этапе решения проблемы ликвидации последствий израильской агрессии на военных путях. Мы подчеркивали, что мы сделаем все, что в наших силах, чтобы превратить египетскую армию в мощную оборонительную, а затем в наступательную армию. Мы советовали Вам, чтобы вы укрепляли внутренний фронт в стране и не поддавались нажиму реакционных сил, пытающихся добиться сближения с США. Здесь можно попасть в опасную ловушку. Вы называли нам вчера сроки, в течение которых Вы готовы еще ждать решения проблемы урегулирования ближневосточного кризиса. Вы говорили, что Вы готовы терпеть год. Но разве можно предугадать, что произойдет через год; события развиваются так бурно, что никто не знает, что будет через год.

Вы говорили, что между нами должны быть такие дружественные отношения, как, например, существуют между нами и Венгрией. Но возьмите Югославию, которая является социалистической страной, участвует в работе СЭВа в качестве наблюдателя, с которой мы обмениваемся дружественными визитами и т. д. У нас с Югославией тоже нет договора о взаимной обороне. Но это не мешает нам торговать с ними, проводить консультации, обмениваться информацией. Как вы знаете, в Москве часто бывает Тито. Излагая вам эти соображения, я стремился к тому, чтобы вы поняли, что мы являемся вашими искренними друзьями, что наша политика не является конъюнктурной.

Может быть, мои товарищи хотели что-нибудь добавить.

Н. В. Подгорный. Я хотел бы сказать несколько слов в развитие того, о чем говорил товарищ Брежнев. Когда я был в Каире, Вы, г-н Президент, откровенно изложили свои взгляды по вопросам дальнейшего развития отношений с Советским Союзом и дальнейшего проведения ОAP политики неприсоединения. Мы со своей стороны также откровенно изложили свои взгляды по этим вопросам. Мне кажется, что мы пришли тогда к единому мнению о том, что на данном этапе, как сказал т. Брежнев, было бы нецелесообразно оформлять наши отношения в какие-либо договорные рамки, подобно таким, какие существуют между социалистическими странами. Мы согласились с тем, что это не принесло бы пользу нашим странам. Фактически наши отношения строятся именно на тех основах, о которых Вы говорили.

Что касается нашего сотрудничества в военной области, то, как сказал т. Брежнев, мы приложим все усилия и окажем всевозможную помощь с тем, чтобы в ОАР была создана мощная и надежная армия. Можно сказать, что за прошедший период Вы достигли в этом направлении больших успехов. Об этом можно судить как по той информации, которую мы получили от Вас, так и по тем сведениям, которыми мы располагаем от наших советников. Видимо, не все еще сделано, а сделано много. Вы правильно сказали, что ваша армия является еще оборонительной армией, но вы располагаете достаточными силами, чтобы Израиль не пытался провоцировать вас или испытывать вашу мощь. Мы согласны с Вами, что Израиль может повторить агрессию в районе Иордании.

Как я уже говорил, мы согласны в том, что необходимо думать и о втором этапе строительства армии, о ее превращении в наступательную. Очевидно, этому вопросу будет уделено первостепенное значение руководством ОАР и самим президентом. Мы со своей стороны окажем вам в этой области всевозможную помощь. Трудно сейчас определить, когда мы можем создать такую армию. Однако совершенно очевидно, что на данном этапе наша главная задача заключается в том, чтобы искать пути мирного политического урегулирования ближневосточного кризиса. Я думаю, что Вы также согласны с тем, что мы не использовали еще все средства и все возможности для решения проблемы мирными средствами.

Л. И. Брежнев. Во время обмена мнениями с нашими товарищами у нас возникла мысль, которую мы хотели бы выдвинуть в порядке обсуждения. Может быть, наряду с укреплением армии и повышением ее боеспособности, было бы целесообразно создать в тылу, на заводах народное ополчение, вооружив его легким стрелковым оружием, винтовками, автоматами и пулеметами. В этом случае вы имели бы регулярную армию и народное ополчение, которое, может быть насчитывало бы миллион человек. С одной стороны, эта сила произвела бы внушительное впечатление на Израиль и, с другой стороны, явилась бы вашей прочной опорой. При этом, конечно, необходимо тщательно взвесить, кому именно дать оружие. Как я подчеркнул, эту мысль я выдвинул в порядке обсуждения и наверное вам лучше продумать и решить, как ее претворить в жизнь.

Г. А. Насер. Мы как раз пришли к тому же выводу, но у нас нет достаточного количества оружия.

Л. И. Брежнев. Этому вопросу можно найти решение.

А. Н. Косыгин. Если Вы не возражаете, я хотел бы добавить несколько слов. Как мы Вас поняли, Вы стоите за политическое урегулирование. Я хотел бы подчеркнуть, что пока Ваша армия недостаточно вооружена и недостаточно подготовлена к ведению боевых действий, американцам и израильтянам может быть было бы выгодно подтолкнуть вас и спровоцировать на открытие военных действий.

Не исключено, что США и Израиль строят свои планы в расчете на это. В этом вопросе есть и вторая сторона. Мы понимаем, что ваш народ требует от вас проведения активных действий с целью освобождения оккупированных территорий. Мы понимаем, что ваш народ может быть считает, что его руководители и Вы, в частности, проводите недостаточную наступательную тактику, что вызывает у Вас определенные чувства. Но Вы должны тщательно взвесить все соображения. Первый, военный путь был бы безрассудством. Согласиться с ним означало бы все равно что браться за конструирование сложной машины, не зная ее расчетных данных. Единственный путь, который мы можем избрать, должен быть наверняка. Поэтому мы считаем, что Вы должны обратиться к Вашему народу с такими словами, чтобы он понял, что за вами стоит Советский Союз, который является вашим надежным другом. Товарищ Брежнев подробно говорил о тех мероприятиях, которые мы могли бы предпринять в плане ее укрепления, о том, что наша политика не является конъюнктурной. Наши отношения являются перманентными, незыблемыми и достигли такого уровня, когда трудно представить, что их можно было бы нарушить. Вы должны иметь программу овладевания и ориентации мыслей людей в нужном вам направлении. Вы должны смело и твердо проводить идею о том, что Советский Союз оказывает вам всевозможную помощь в деле укрепления армии, что ваша армия постоянно наращивает свою силу. Вы должны создать вторую армию, я имею в виду народное ополчение, в которое вошли бы все передовые прогрессивные представители вашего народа. Они должны быть вооружены, но находиться под вашим полным контролем, так как враждебные реакционные элементы будут делать все, чтобы использовать его в своих интересах. Это ополчение должно быть вооружено не только боевым оружием, но и соответствующими идеями. Эти идеи заключаются главным образом в том, что Объединенная Арабская Республика идет по пути укрепления сотрудничества с Советским Союзом. Во главе этого ополчения должны быть поставлены верные и надежные люди, верящие в политику укрепления дружбы с социалистическими странами. Когда евреи узнают о создании такого ополчения, которое, как говорил т. Брежнев, может насчитывать до 1 млн. человек, то тогда евреи задрожат. Конечно, вы не должны ориентировать тех людей, которые войдут в ополчение, что уже завтра они будут направлены на фронт. Это ополчение должно использоваться как против внутренних, так и против внешних врагов.

Я думаю, что Ваш визит в Советский Союз и сообщение о результатах Ваших переговоров в Москве и, в частности, коммюнике, которое мы разработаем, поможет тому, чтобы сориентировать народ и направить его усилия на строительство сильного Египта, на создание мощного военного и экономического потенциала. Я думаю, что те идеи, о которых мы говорили и которые найдут свое отражение в коммюнике, отвлекут в некоторой степени умы тех людей, которые стоят на позициях военного решения проблемы ликвидации последствий израильской агрессии.

Разрешите сказать несколько слов о наших военных делах.

Мы думаем, что взамен части обещанных вам самолетов ИЛ–28 мы дадим более совершенные самолеты МИГ–21. Мы также дадим подвесные пушки ко всем МИГ–21, которые до сих пор их не имеют. Мы предполагаем также дать вам новое оружие, которое мы никому не давали. Я имею в виду ручную стрелу, которая сбивает самолеты, летящие на низкой высоте. Мы дадим вам также ракеты-малютки для борьбы с танками.

Г. А. Насер. Вы имеете в виду ракеты «Чайка», которыми мы располагаем?

Л. И. Брежнев. Нет, мы имеем в виду ракеты-малютки, представляющие собой небольшой аппарат, который обслуживает группа в 5 человек. Они закапываются в землю и поражают цель на расстоянии 2 км. Такого типа оружия мы никому не давали.

А. Н. Косыгин. Очень хорошо показали себя во Вьетнаме ракеты типа «Град», которые мы предполагаем дать и вам. Эти ракеты монтируются на автомобиль ГАЗ–69, но могут быть разобраны и транспортированы на плечах. Эти ракеты можно назвать действующими по типу минометов, но они обладают гораздо большим радиусом действия. Американцам эти ракеты тоже очень понравились.

Г. А. Насер. Я читал об этом в «Ньюсуик».

Л. И. Брежнев. Эти ракеты очень хорошо себя показали в условиях партизанской войны. Я думаю, что мы можем передать часть этих ракет через вас палестинским партизанам. Но при этом необходимо, чтобы они не попали к врагу.

А. Н. Косыгин. Вы представляете себе, что по существу эти ракеты являются ручными пушками, которые бьют за 15–18 км?

Г. А. Насер. Этими ракетами был обстрелян Сайгон?

Л. И. Брежнев. Да.

А. Н. Косыгин. Помимо этого, мы предполагаем поставить вам бронетранспортеры, штабные машины и т. д. Что касается тактических действий против Израиля, то я думаю, что представители наших генеральных штабов должны предусмотреть какие-то возможные обходные маневры с тем, чтобы не бить прямо в лоб израильтянам, как, например, мы осуществили во время гражданской войны операцию па Перекопском перешейке.

В заключение я хотел бы сказать, что мы удовлетворены развитием наших отношений. Мы не испытываем также никакого беспокойства и за вас. Мы убеждены, что ваше дело право и что оно победит.

Г. А. Насер. Я благодарю вас, дорогие друзья, братья, за те соображения, которые вы сейчас высказали. Мне хотелось бы остановиться на нескольких вопросах, которые не займут много времени.

Прежде всего, когда я говорил о развитии отношений между нашими странами, я не имел в виду, что мы питаем какие-то сомнения в отношении их развития в будущем. Однако в голову постоянно приходит одна мысль: почему мы требуем от Советского Союза оказания все большей и большей помощи, на каких основаниях мы это все делаем. Я неоднократно говорил и прошу вас высказывать аналогичные просьбы и к нам. Именно это имелось в виду под взаимностью. Наша судьба связана с Советским Союзом; вы являетесь великой державой, мы — маленьким государством, но я хочу, чтобы у вас сложилось твердое убеждение в том, что мы приезжаем к вам с нашими просьбами не только в тяжелые для нас времена. Наша дружба является вечной.

Л. И. Брежнев. Мы никогда не допускали такой мысли.

Г. А. Насер. Вы знаете те чувства, которые испытывает египетский народ по отношению к Советскому Союзу. Когда произошла израильская агрессия, мы увидели, кто стоит на нашей стороне и кто выступает против. Когда т. Подгорный приезжал в Каир, я просил 40 самолетов МИГ–21. Эти самолеты прибыли черев 48 часов. Разве это не является подтверждением вашей дружбы? Этого никогда не забудут не только я, мои ближайшие коллеги, Анвар Садат и другие руководители, но и весь народ. Командование армии тоже об этом знает. Таким образом мы не питаем никаких сомнений в отношении вашей дружбы, мы боимся, что, может быть, вы сомневаетесь в нас. Я говорил раньше и повторяю сейчас, что нас связывали тесные отношения дружбы до агрессии, которые укрепились во время агрессии, и будут еще более укрепляться в будущем. Мы идем по такому пути, по которому нет возврата. На этом пути мы навеки связаны с вами. Что касается вопроса заключения договора, то я не имел в виду непосредственно заключение какого-либо договора об обороне. Я понимаю, что это произвело бы неблагоприятное впечатление в международном плане, и может быть политика неприсоединения будет более полезной. Бургиба тоже проводит политику неприсоединения, но он выступает на стороне американцев и, может быть, каждый день обрушивается на вьетнамцев.

Далее я хотел бы затронуть вопрос о советском флоте. Как я говорил т. Мазурову, мы готовы открыть для вас в любое время, на период ликвидации последствий израильской агрессии, и после отвода израильских войск, все наши порты. Мы готовы предоставить в ваше распоряжение Александрийские доки для ремонта советских кораблей.

А. Н. Косыгин. Мы направили в Александрию специальную комиссию с целью изучения этого вопроса.

Г. А. Насер. Как мне говорили, глава этой делегации поставил вопрос о ремонте в Александрии советских кораблей. В то время я был занят и не мог дать ответа на этот вопрос. Сейчас я заявляю, что мы согласны с этим.

Если возникнет необходимость в использовании наших аэродромов, то вы также можете полностью ими располагать. Я считаю, что в этом смысле между нами достигнута полная договоренность и нет необходимости более подробно останавливаться на этом вопросе. Мы всемерно стремимся усилить наше сотрудничество, мы верим в нашу дружбу. Главное заключается в том, чтобы это было понято народными массами. Вы знаете, что внутри страны идет ожесточенная пропаганда против дружбы с Советским Союзом. Все местные реакционные силы, американцы, все посольства западных стран в Каире работают в этом направлении.

Л. И. Брежнев. Однако печать, радио, телевидение находятся в ваших руках?

Г. А. Насер. Да.

Л. И. Брежнев. Это большая сила при условии, что эти участки возглавляются надежными людьми.

Г. А. Насер. Наш народ очень специфический, я бы даже сказал, странный народ. Люди больше предпочитают обмениваться мнениями между собой, чем слушать радио. Вы знаете, что мы живем на маленьком клочке территории, составляющем не более 4% процентов территории нашей страны. Если на Юге кто-то что-то сказал, то уже в этот же день это будет известно на Севере. Если сегодня я арестовал какого-либо человека, то завтра об этом становится известно буквально всем. Помимо этого люди слушают голос Израиля, голос Америки, Би Би Си, Московское радио на арабском языке очень слабое. С другой стороны, английское радиовещание на арабские страны очень сильное, может быть, сильнее нашего.

А. Н. Косыгин. Почему же складывается такое положение?

Г. А. Насер. Англичане ведут свои передачи с Кипра, американцы — с Родоса.

Далее, большое беспокойство нам доставляет ливанская печать в Бейруте. Правда, там выходит газета ливанской компартии, которая, однако, не имеет абсолютно никакого влияния и ценности. С другой стороны, в Бейруте выходят газеты, которые финансируются американцами, англичанами, Саудовской Аравией; есть газеты, которые финансируем и мы.

А. Н. Косыгин. Может быть, мы подумаем над созданием совместной газеты, которая будет пользоваться популярностью и влиянием в арабском мира.

Г. А. Насер. Мы финансируем ряд газет в Бейруте, однако проблема заключается в том, что в Бейруте существует так называемая свобода печати. Редакторы берут деньги и публикуют все то, что от них требуют. В Ливане существует так называемая свобода печати, но на самом деле нет действительно свободной печати.

А. Н. Косыгин. Ливанские газеты распространяются в ОАР?

Г. А. Насер. Нет. Мы запретили распространение ливанских газет в ОАР, но они имеют широкое хождение в Ираке, Саудовской Аравии и других арабских странах. Причем есть газеты, которые специально были созданы и финансируются с целью ведения направленной пропаганды против Советского Союза. На антисоветскую пропаганду в арабском мире тратятся неисчислимые средства. Например, реакционные силы широко пропагандируют идею о том, что Советский Союз оказывает серьезное давление на меня с тем, чтобы назначить Али Сабри генеральным секретарем Арабского социалистического союза. Действительно, Али Сабри является социалистом, человеком прогрессивных убеждений. У нас есть много людей, много реакционных элементов, которые верят этим утверждениям. Даже когда я встречался недавно с руководителями студенческих организаций, они задавали мне этот вопрос. Как я уже говорил, большую работу в этом направлении проводят и посольства западных стран в Каире. Со своей стороны я постоянно говорю и подчеркиваю в своих публичных выступлениях, во время своих встреч с представителями военного командования, студентов и т. д. о том, что наша дружба с Советским Союзом строится на основах искренности и бескорыстия. Однако консервативные реакционные силы как в ОАР, так и в таких странах, как Судан, Ирак, Сирия, Ливия и др., продолжают действовать с целью подрыва советско-арабской дружбы. Такие разговоры проникают даже в армию, например, я столкнулся с большими трудностями в первые дни после прибытия в ОАР советских советников. В армии распространились слухи о том, что Советский Союз навязывает своих советников с тем, чтобы обеспечить свое господство над египетской армией. Мне пришлось объехать и провести совещания во многих воинских частях с тем, чтобы разъяснить, что именно я, а никто-либо другой просил прибытия советских советников, что я неоднократно ставил этот вопрос перед советскими руководителями и что только после повторных просьб советские руководители согласились направить своих советников в нашу армию. Верно, что в армии, особенно в ВВС, есть офицеры, которые выступают против сотрудничества с советскими людьми. Только неделю тому назад я уволил в отставку одного крупного офицера, занимающего большой пост в ВВС, который заявил, что он не желает сотрудничать с советскими советниками. Это является результатом враждебной пропаганды, результатом тех классовых различий, которые имеются в нашем обществе.

В настоящее время мы провели большую работу в деле реорганизации армии. Однако мы испытываем по-прежнему большую нужду в таких видах военной техники, как артиллерийские тягачи, машины на гусеничной тяге, автомашины и т. д. Нам необходимо также доукомплектовать техникой наши некоторые военные части. При этом я хочу добавить, что если мы получим то количество техники, в которой мы нуждаемся, то это не будет означать, что мы немедленно бросимся в бой. Любое начало военных действий с нашей стороны может произойти только после получения согласия Советского Союза, только тогда, когда вы нам скажете, что все возможности мирного урегулирования исчерпаны и что нам необходимо переходить к военным действиям. Мы терпеливо будем ждать, испытывая полную уверенность в том, что в конечном счете мы победим.

Что касается наших военно-воздушных сил, то они еще слабее, чем израильская авиация. Израиль обладает превосходством в воздухе, поскольку его самолеты имеют более дальний радиус действия, чем наши, например, самолеты «Скайхок» могут достичь любой точки нашей территории. Самолеты «Мираж» имеют радиус действия 550 км. В то же время самолеты МИГ–21 имеют радиус действия в 250 км, самолеты СУ–75 также имеют ограниченный радиус действия. Учитывая это, мы хотели бы иметь самолеты с более дальним радиусом действия, чтобы наносить удары по любой точке территории Израиля.

Вот что касается вопроса о вооружении. Как я уже сказал вчера, ваши советники совместно с нами могут более четко определить наши потребности в вооружении. Об этом более подробно можно будет поговорить и во время бесед представителей наших генеральных штабов.

В отношении вопроса политического урегулирования, то, как я уже заявил, мы занимаем в этом вопросе ясную позицию и, я думаю, нет необходимости еще раз останавливаться на нем.

Я хотел бы поставить перед вами еще один вопрос о палестинских партизанах. Как я говорил, со мной в Москву прибыл руководитель палестинской организации «Фатх». Я хотел бы, чтобы кто-нибудь из ответственных советских товарищей встретился и поговорил с ним. Он уже два дня находится в Москве, но до сих пор с ним никто не встречался.

Л. И. Брежнев. Все эти дни мы были заняты, но мы подумаем над этим вопросом.

Г. А. Насер. Психологически это может оказать на него неблагоприятное впечатление.

Л. И. Брежнев. Какой характер разговора, по вашему мнению, должен быть у нас с ним?

Г. А. Насер. Конечно, он попросит об оружии. Как вы уже сказали, это оружие можно будет передать через нас в случае вашего согласия. В любом случае он должен вернуться из Москвы с полным убеждением в силе советско-арабской дружбы. Он и его товарищи из «Фатх» — это те люди, которым принадлежит будущее.

Л. И. Брежнев. Считаете ли вы, что развертывание партизанского движения приносит пользу или, может быть, наоборот наносит вред и осложняет положение Иордании?

Г. А. Насер. Возможно и то и другое.

А. Н. Косыгин. Уверены ли вы в этих людях?

Г. А. Насер. Да. В Ясире Арафате я уверен на 100%.

Л. И. Брежнев. Поскольку он приехал в Москву, мы подумаем, на каком уровне его принять.

Г. А. Насер. Его хочет переманить на свою сторону даже Фейсал, а за Фейсалом, как вы знаете, стоят американцы.

Мы еще не обсудили некоторые экономические вопросы, но я думаю, что, если с вашей стороны не будет возражений, их может обсудить Рияд с теми вашими товарищами, которых вы назначите.

Л. И. Брежнев. Хорошо.

Г. А. Насер. В заключение я хотел бы еще раз подчеркнуть один очень важный вопрос, с которым связывают свои надежды вся наша армия, вся наша страна, — это вопрос превращения нашей армии в наступательную армию. Недостаток тягачей, автомашин, транспортеров иногда расценивается таким образом, что Советский Союз стремится к тому, чтобы ОАР имела только оборонительную армию. Как вы знаете, пушки без тягачей не представляют никакой ценности. Разрешите мне еще раз заверить вас в том, что мы не пойдем ни на какие авантюрные шаги или акции даже в том случае, если мы получим эту технику.

Еще раз благодарю вас за полезный обмен мнениями.

Л. И. Брежнев. Мы считаем сегодняшнюю беседу очень важной.

Г. А. Насер. Я полностью с вами согласен и думаю, что на этом можно закончить.

С советской стороны в переговорах принимали участие: т. Л. И. Брежнев, т. А. Н. Косыгин, т. Н. В. Подгорный.

С арабской стороны: президент Насер.

Беседу переводил

Посувалюк В. В.

Беседу записал

Гудев В. В.

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 113–143.

Л. И. Брежнев. Как ваши товарищи побеседовали в различных инстанциях? Я надеюсь, что они довольны состоявшимися беседами.

Г. А. Насер. Да, конечно. Наш начальник Генерального штаба беседовал с А. А. Гречко, и у него есть ряд вопросов, которые необходимо решить. Поэтому я оставляю его здесь, он обговорит все интересующие нас вопросы с маршалом А. А. Гречко.

Л. И. Брежнев. Правильно, пусть министр остается, мы возьмем его на довольствие и пусть остается у нас еще на год.

Н. В. Подгорный. И зарплату будем платить.

Г. А. Насер. Нет, он нам нужен в Каире, я думаю, что он надолго не задержится. Как я уже говорил, он встречался с маршалом А. А. Гречко, но ничего определенного пока решено не было. Я прошу вас после беседы дать распоряжение А. А. Гречко и подтвердить все то, что вы мне сказали нашему начальнику Генштаба.

Л. И. Брежнев. Вчера вечером заседало Политбюро. Я разговаривал с Гречко и спрашивал его о том, как идут дела. То, что мы Вам говорили, будет сделано. Мы найдем возможности и предоставим Вам эту помощь. Но требуется несколько дней, чтобы поработать над этим вопросом, так как обнаружился новый подход, мы говорили о новых видах оружия, их надо брать с производства, выяснить в связи с этим, сколько единиц и когда их можно получить. Я еще раз подтверждаю Вам, что это будет сделано. Это не пустые разговоры, а твердое слово.

H. В. Подгорный. Да, те средства, о которых мы говорили, будут вам даны: и понтоны, другие средства переправы, трубопроводы для снабжения механизированных частей горючим, и другие виды техники.

А. Н. Косыгин. Мы подумаем также насчет тракторов.

Л. И. Брежнев. Все деловые вопросы, связанные с решением проблем технического оснащения, будут решены.

Г. А. Насер. Мы будем сейчас работать над переводом и превращением нашей армии из оборонительной в наступательную. Для этого нужно время и технические средства.

Н. В. Подгорный. Для решения этого вопроса требуется время. Для того, чтобы армия сумела держать оборону, потребовался год, а для решения вопроса о превращении этой армии в наступательную потребуется еще больше. Я думаю, что еще не все вопросы и обороны, очевидно, решены.

Л. И. Брежнев. Нам не хотелось бы предвосхищать события, но мы думаем, что порадуем вас тем, что выделим для оснащения вашей армии. Я хочу еще раз повторить, что главное — это кадры, кадры и кадры. Необходимо настоятельно проводить учебу людей, маневры, стрельбы. Это должно быть повседневной работой. В ходе этой учебы приучать людей, я имею в виду военных, к массированному огню. Военные должны привыкнуть к этому. И это совершенно необходимо. Мой собственный опыт также подтверждает этот факт.

Г. А. Насер. После катастрофы, происшедшей 5 июня, нам потребуется много усилий, чтобы восстановить боевой дух армии. Когда англичане вели боевые действия против Роммеля, то им тоже пришлось решать эту проблему, так как войска и сам Роммель были овеяны ореолом непобедимости. Но я думаю, что наличие хорошей техники в войсках поднимает их боевой дух.

А. Н. Косыгин. Главное — это овладеть теми техническими средствами, которыми вы располагаете или будете располагать. Овладеть ими не только в положении статики, но и в движении.

Г. А. Насер. Я посетил маневры, которые проводила бронетанковая дивизия, имитируя наступательный бой; эти маневры показали определенный прогресс в овладении войсками техническими средствами.

Л. И. Брежнев. Важно, чтобы в армии и в народе офицерский состав пользовался любовью и уважением. Конечно, я не имею в виду создание тех условий избалованности, в которой находились офицеры раньше.

Г. А. Насер. В армии сейчас есть дисциплина.

Л. И. Брежнев. Даже в мирное время у нас есть различные формы поощрений солдат и офицеров. Так, у нас есть ряд отличительных значков «Отличный танкист», «Стрелок» и т. д. Может быть, в вашей армии тоже стоит учредить такой значок, если в роте или батальоне будет пять-шесть человек, имеющих такие отличия, то они будут примером для остальных. У нас существует такая практика, что раз в год к празднику Великой Октябрьской Социалистической революции мы награждаем небольшую для нашей армии часть офицеров за отличную подготовку личного состава, за успехи, достигнутые в овладении боевой техникой. Эта группа составляет малый процент по отношению к остальным, но факт отличия является полезным стимулом в их работе.

А. Н. Косыгин. Одним из средств поощрений, которое мы используем — это очередное присвоение воинских званий.

Л. И. Брежнев. Да, это мы делаем один раз в год. Колоссальное значение в мирное и военное время имеют политические органы армии. Мы укрепляем эти органы и придаем им большое значение. Наш принцип строительства вооруженных сил — это неукоснительное и твердое осуществление принципа единоначалия. Младший офицер подчиняется старшему, приказ безусловно должен быть выполнен. Я не мог обратить внимание на ваш устав, не знаю его, но у нас устав — основа всей армии. Он утвержден правительством, поэтому обязателен для армии и народа. Большую работу проводят политические работники в армии, они разъясняют значение важных приказов, отданных командирам, ежедневно ведут индивидуальные и групповые беседы, подбадривают, поднимают настроение у солдат. Даже в боевой обстановке политработники информируют солдат, держат их в курсе событий, происходящих в стране. В тяжелых условиях боевых действий информация поступает через политработников солдатам с тем, чтобы они не отставали от жизни народа, были в курсе вопросов внутренней и внешней политики советского государства. Эта система действует у нас давно, у нас много учебных заведений, есть отдельные политические заведения, а также различные курсы, факультеты в других военных академиях, которые готовят политических работников для армии. Я могу сказать и о себе, что, когда служил в армии, то политрук роты собирал нас на 15 минут, рассказывал о том, что происходит в мире, и в течение 20 минут информации мы были в курсе основных, главных вопросов, волнующих наш народ и государство. В военное время политический работник выполняет огромный объем работы: от разъяснения приказов до обеспечения войск снарядами, заботится о раненых, он является как бы душой между командиром и солдатом.

Г. А. Насер. Скажите, политические работники — офицеры?

Н. В. Подгорный. Да, конечно, офицеры, вплоть до генералов.

Л. И. Брежнев. Во всех звеньях армии имеются политработники вплоть до Генерального штаба, где есть генерал, отвечающий за политическую работу.

А. Н. Косыгин. Раньше мы их называли комиссарами.

Л. И. Брежнев. Затем, чтобы утвердить единоначалие в армии, мы сняли название комиссара, но во время войны вынуждены были опять ввести его.

Н. В. Подгорный. Хорошее название — комиссар.

Г. А. Насер. Мы сейчас работаем в этом направлении. У нас такие органы называются моральной ориентацией, но пока эти кадры не активны.

Л. И. Брежнев. Надо готовить кадры, конечно, неподготовленного человека бесполезно посылать на эту работу, но, подготовив кадры, в ходе работы в армии, при обмене опытом они вырастут в хороший костяк, полезный для армии. В армии политический работник ближе к линии огня во время боя, чем командир. Командир управляет боем, осуществляет связь и по характеру работы должен находиться сзади. Политический же работник все время на передовой линии, развивает героизм в войсках, несет живое слово в ряды бойцов, и это полезно для дела.

Н. В. Подгорный. Политработники поднимают сознательную дисциплину, укрепляют боевой дух армии.

А. Н. Косыгин. Для страны же в целом это — вторые глаза.

Л. И. Брежнев. Это — органы партии в армии. Когда мы говорим, что нужны громадные усилия и годы для создания наступательной армии, то для такой наступательной армии необходимо иметь аппарат политработников. Если бы в вашей армии были такие политработники, то катастрофы 5 июня можно было бы избежать. Политработники могли бы остановить беспорядочное отступление, призвать солдат к выполнению своего долга.

А. Н. Косыгин. Кроме этого, и неправильные приказы, отдаваемыечастям, дошли бы до руководителя.

Г. А. Насер. Наши солдаты не бежали. Был отдан приказ об отступлении, и приказы эти исходили от командования. У нас в армии был политический аппарат, который носил специальный характер и был подчинен Шамсу Бадрану. Когда был организован заговор против меня, то в этом заговоре основную роль сыграл политический аппарат армии. Он вел неправильную линию, выступил против нас.

А. Н. Косыгин. Скажите, а сейчас в армии у вас есть такой аппарат?

Г. А. Насер. Сейчас нет. Большинство людей, работавших в этом аппарате, сейчас в тюрьме; они хотели совершить переворот. В июле прошлого года произошло открытое столкновение между Амером, Бадраном и остальной армией.

Л. И. Брежнев. Эти факты еще раз показывают необходимость создания и укрепления политического аппарата.

Н. В. Подгорный. Конечно, этот аппарат создать сразу нельзя. Но понемногу, шаг за шагом нужно проводить работу в этом направлении. Во время войны мы все свои сильные кадры бросали на политическую работу в армии. Туда направляли секретарей райкомов, обкомов вплоть до секретарей и членов ЦК нашей партии. Командира можно за определенный срок подготовить в учебном заведении. Политработник же должен обладать гораздо большим жизненным опытом, политический работник должен быть в массах и уметь работать с людьми. В самое тяжелое время наши лучшие кадры были посланы на эту работу. Естественно, что они должны иметь определенные права. Так, у нас во время войны, в Военном совете, как член этого совета был политработник. Он мог опротестовать решение, принятое советом, если считал, что такое решение идет вразрез с линией партии и правительства.

Г. А. Насер. Мы сейчас не можем ввести в армию инородные кадры.

Л. И. Брежнев. Надо создать учебное заведение, и люди, кончающие его, будут получать военное звание и приходить в армию как военные.

Г. А. Насер. У нас до известных событий велась острая борьба между Арабским социалистическим союзом и армией.

Л. И. Брежнев. Это — самая большая опасность для государства.

Г. А. Насер. В то время тот, кто возглавлял армию, боялся партии.

Н. В. Подгорный. Были и в нашей истории периоды, когда командиры не любили политических работников, считая, что они ущемляют их права.

А. Н. Косыгин. Эти люди говорили, что наличие политработников в армии нарушает принцип единоначалия.

Г. А. Насер. До катастрофы 5 июня армия у нас была изолирована от народа. Она была, если так можно сказать, государством в государстве.

А. Н. Косыгин. Да, как привилегированная каста. У нас единство армии и народа — источник ее силы.

Л. И. Брежнев. Призыв в армию у нас проходит с почестями, людей в армию провожают всем коллективом, торжественно и, когда они возвращаются из армии обратно, на заводы, в колхозы, то они считаются лучшими кадрами. От пребывания в армии молодые люди получают огромную пользу. Они выходят хорошими специалистами, воспитанными и дисциплинированными.

Г. А. Насер. Я хорошо понимаю этот вопрос, и он у нас решается. Для этого, конечно, необходимо определенное время. Необоснованные привилегии, которые были в армии, сейчас ликвидируются. Так, например, военные выходили за рамки бюджета без согласования с Советом Министров. Офицеры стремились к роскоши и все их поведение имело политическую окраску. Мы убрали из армии много таких офицеров, многие сейчас находятся в тюрьме или в отставке. Мы держим курс на обеспечение железной дисциплины в армии. Надо отметить, что наш начальник Генштаба очень дисциплинированный человек. Можно сказать, что после проведенной работы в настоящий момент армия согласна на установление железной дисциплины. Конечно, есть еще люди, которые хотят вернуться к старому положению вещей. Мы этих людей устраняем из армии.

А. И. Косыгин. Но для того, чтобы заменить этих офицеров, необходимо подготовить новые кадры, способные успешно решать стоящие задачи.

Л. И. Брежнев. Мы считаем положительным фактором то, что вы укрепляете Арабский социалистический союз. В последний час наших бесед давайте подтвердим наши стремления к поискам политического урегулирования кризиса, к нашему стремлению решить его мирным путем и искать возможности и способы его решения. Это не исключает проведения работы по укреплению армии, время играет на нас, и для решения вопроса перестройки вооруженных сил нужно определенное время. Мы понимаем, что наши взаимные контакты помогают укреплению взаимопонимания и дружбы между нашими странами, помогают укреплению позиции ОАР, мы будем стремиться к укреплению и развитию политических, экономических и других отношений между нашими странами. Мы надеемся, что время от времени наши делегации, пусть не на высоком уровне, будут регулярно приезжать к вам, а мы будем встречать ваших товарищей у нас. Думается, что нам и вам надо подумать и провести работу по усилению идеологической борьбы с нашими врагами. В этом плане надо поправить радио, телевидение, прессу.

А. Н. Косыгин. Мы учтем ваши замечания, высказанные вами, в отношении империалистической пропаганды из Бейрута.

Г. А. Haсep. Сейчас империалисты ведут большую работу во всем нашем районе. Так, американцы, англичане вместе с реакционными режимами Кувейта, Саудовской Аравии, Туниса проводят подрывную деятельность против прогрессивных стран.

Л. И. Брежнев. Через несколько дней наш министр обороны А. А. Гречко совершит визит в Алжир. Визит несколько оттягивается в связи с занятостью рядом вопросов, но этот визит состоится. Вероятно, Гречко встретится о Бумедьеном, и мы думаем, что такой визит будет полезен со всех точек зрения и явится в то же время политической демонстрацией.

А. Н. Косыгин. Нам представляются очень важными вопросы объединения арабского мира. И если у вас есть какие-либо предложения по этому вопросу, то вы давайте их нам, этот вопрос необходимо скоординировать с тем, чтобы мы могли помочь вам.

Г. А. Насер. Я думаю, что сейчас не стоит поднимать эту проблему.

А. Н. Косыгин. Когда возникнет такой вопрос, то вы нас информируйте, чтобы мы знали, что предпринять по этому вопросу, ибо это важный вопрос.

Л. И. Брежнев. Скажите, коммюнике согласовано?

Г. А. Насер. Да.

Л. И. Брежнев. Коммюнике достаточно полно освещает нашу позицию по многим вопросам и оно дает вам большую платформу для выступлений перед народом после возвращения в ОAP.

Г. А. Насер. Я хочу повторить, что поставки советского оружия будут дополнительным политическим фактором, укрепляющим наш строй и армию. Вооруженные силы отчетливо представляли себе, что я приехал в СССР ради этого. Когда-то я отдал все военные дела на откуп Амеру, верил в его искренность и преданность. Это был болезненный вопрос. После 5 июня я говорил ему о причинах, приведших к катастрофе. Амер не согласился со мной. После 5 июня я должен был его снять. Солдаты нашей армии — не трусы. Командование отдало приказ к отступлению. Мне, конечно, было тяжело так решить вопрос с Амером. Мы жили с ним, как братья, 30 лет. Но видно, наступают неожиданные моменты.

А. Н. Косыгин. Это было трудно предполагать; честно говоря, мы не ждали такого развития.

Г. А. Насер. Даже теряешься, когда думаешь об этом. Вокруг Амера сплотилась целая группа людей, они подогревали его необоснованные подозрения, говорили, что Советский Союз делает ставку на Али Сабри, продвигает его вперед, составляли для него секретные сводки из разведуправдения с подобной информацией. Он потерял разум. Сейчас я держу армию в своих руках и считаю, что необходимо создавать профессиональную армию и не предоставлять необоснованных привилегий, этими привилегиями пользуются два-три процента, а у остальных они вызывают чувство недовольства. Нам нужна наступательная, маневренная армия. Наш начальник Генерального штаба останется здесь на некоторый срок. Он, конечно, не может долго задерживаться, потому что нужен в Каире.

Второй вопрос, который мне хотелось бы задать, касается моего лечения. Я хочу поинтересоваться, что сказали вам доктора и каковы результат исследования.

Л. И. Брежнев. Сегодня утром наблюдающий за мной врач говорил, что врачи хорошо представляют себе метод лечения Вас и необходимость лечения есть. Они меня обрадовали, я еще не поделился со своими товарищами, сообщив, что никакой опасности пока нет, но тем не менее лечиться надо. Врачи сказали, что есть элементы, суживающие сосуды, и, кроме этого, имеется воспаление нервных корней.

А. Н. Косыгин. Это не страшно. Радикулит сейчас «модная» болезнь.

Л. И. Брежнев. Так что надо прислушаться к врачам и выполнять то, что они рекомендуют. Если бы Вы приехали к нам, то наши врачи решили бы этот вопрос. Мы верим в нашу медицину, она доказала свое превосходство во всем мире. Вас смотрели наши светила, и они дают обоснованное заключение.

А. Н. Косыгин. Доктора, которые смотрели Вас, доверенные люди. И если они что-либо скажут, то скажут ответственно.

Г. А. Насер. Они уделили мне очень большое внимание, столько внимания, что я даже не ожидал. Врачи порекомендовали мне бросить курить, и вот я бросил. Это твердое решение.

Л. И. Брежнев. Да, курение отрицательно действует на сосуды, сужает их.

Н. В. Подгорный. Вот у меня тоже немного болит нога, приезжайте, будем лечиться.

Г. А. Насер. В прошлом месяце я был в очень тяжелом и плохом состоянии. Именно это меня убедило бросить курить. Врачи рекомендовали мне лечиться в Цхалтубо. Они сказали, что 24 дня пребывания там ликвидирует болезнь.

Л. И. Брежнев. После войны на этом курорте мы спасли десятки тысяч людей от болезни.

Г. А. Насер. Сейчас страну я оставить не могу. Думаю, что в августе после окончания съезда партии смогу приехать на лечение. В этот период у меня будет работы меньше.

А. Н. Косыгин. Радиологические источники в Цхалтубо очень помогают и в отношении нервной системы творят чудеса.

Л. И. Брежнев. Это — единственное место не только у нас, но и во всем мире.

Г. А. Насер. Да, необходимо отдохнуть. Я работал 16 лет без отпуска.

Н. В. Подгорный. Всему свое время. Всегда что-то приходится делать в первый раз, болеть, лечиться, отдыхать.

Г. А. Насер. Врачи сказали, что вся верхняя часть хорошая, «мотор» тоже хороший.

Л. И. Брежнев. Мы Вас приветствуем в нашей стране по любому поводу, а по этому поводу дважды.

А. Н. Косыгин. Там есть удобный домик, мы поставим телефоны и обеспечим связь с Каиром, и Вы будете себя чувствовать, как у себя на даче.

Г. А. Насер. Благодарю Вас.

Л. И. Брежнев. Общественное мнение всего мира приковано к Вашему визиту в нашу страну. Друзья доброжелательно комментируют этот визит. Враги пытаются внести всякие элементы подозрений, и в этой атмосфере очень важно найти правильное освещение визита, не дать врагам возможности сказать, что в Москве договорились о наступлении на Израиль завтра. Естественно, чтобы в освещении визита было бы правильно указано об усилении дружбы, достижении договоренности о самом широком сотрудничестве во всех областях. Это будет влиять на Израиль и на мировое общественное мнение. Если визит получит одностороннее освещение, то начнут визжать, кричать, раздувать антисоветчину, стремиться вбить клин между СССР и другими народами. Мы в этом вопросе полагаемся на вас.

Г. А. Насер. Ваше выступление, товарищ Брежнев, и Ваше, товарищ Подгорный, имело большой отклик в арабском мире. Раньше арабы думали, что вы стремитесь навязать нам политическое урегулирование любой ценой, сейчас же они видят, что это не так. Ваша речь явилась хорошим подтверждением этому. Можно сказать, что мой визит — это сбалансированный визит. Здесь нет капитуляции перед Израилем и нет немедленного наступления.

Л. И. Брежнев. Я выступал перед выпускниками военных академий и по поручению Политбюро в своей речи также упомянул ближневосточную проблему и изложил нашу позицию по ней.

Н. В. Подгорный. У нас сейчас находится президент Индии, и мы говорили с индийцами о том, что им необходимо проявить большую активность в урегулировании ближневосточной проблемы, а то они сейчас занимают несколько пассивную позицию.

Г. А. Насер. У них сейчас много своих проблем.

Н. В. Подгорный. Это верно. Но у каждого государства есть свои проблемы.

Л. И. Брежнев. Прошу правильно понять меня, но нам хотелось бы сейчас обговорить вопрос о признании ГДР, о том, как Вы смотрите на этот вопрос, и что можно сделать для осуществления и решения его. ГДР провела народное голосование по конституции, которая получила полную поддержку народа. Это явилось еще одним ударом по ФРГ, противникам мира и безопасности в Европе и во всем мире. В этой новой ситуации какие складываются у Вас взгляды и какое может быть найдено решение вопроса?

Г. А. Насер. Мне хотелось бы высказать два соображения по этому вопросу. Сейчас арабские государства, за исключением трех, не имеют дипломатических отношений с ФРГ. Если мы признаем ГДР, то в этом случае все остальные государства восстановят свои отношения с ФРГ, даже Алжир заинтересован в этом по соображениям торговли и определенным интересам к «Общему рынку». Может сложиться такая ситуация, что только два государства, я имею в виду Сирию, признали бы Восточную Германию и 12 — Западную. Вернее бы, имели дипломатические отношения. Сейчас ФРГ имеет отношения с Ливией, Тунисом и Марокко. Решение о разрыве отношении было принято Лигой арабских государств и по этому вопросу имеется известная резолюция. На последней сессии Лиги арабские государства обсуждали этот вопрос. Они не хотят устанавливать сейчас отношений с ГДР, я имею в виду дипломатические отношения, после того, как они пошли на разрыв дипломатических отношений с ФРГ.

Второе, что хотелось бы отметить в этой связи, это возможность того, что ФРГ усилит свою помощь Израилю в отместку за принятие нами решения об установлении дипломатических отношений с ГДР, и любое движение с нашей стороны в этом вопросе вызовет соответствующую реакцию у большинства арабских стран, явится поводом для восстановления дипломатических отношений с ФРГ. Кроме этого, если мы выйдем за рамки резолюции Лиги арабских государств, то это может явиться поводом, и, возможно, будет использовано реакционными государствами для прекращения финансовой помощи нам. Вы знаете, что эту помощь оказывают нам реакционные государства — Саудовская Аравия, Ливия, Кувейт.

Л. И. Брежнев. За этим вопросом надо следить, держать его в поле зрения. Я думаю, что мы будем вести на эту тему разговоры. Откровенно говоря, учитывая вопросы европейской безопасности и задачи укрепления лагеря социалистического содружества, а также задачи укрепления наших с вами позиций, вопрос о признании ГДР имеет большое международное значение.

Вот, собственно, все вопросы. Мы считаем Ваш визит очень полезным и плодотворным. В таком тоне он будет освещен в прессе. Так мы будем говорить нашему пароду и партии. Желаем Вам здоровья и бодрости, быть таким же мужественным борцом, каким Вы являетесь. В свое время, в трудное время мы выдвинули лозунг: победа будет за нами. Как нам ни было трудно, мы верили в это и победили. Если Вы будете проводить правильней политический курс, укреплять отношения с дружественными государствами, с нами, с другими странами социалистического лагеря, победа арабов будет обеспечена. В современную эпоху политика — великая сила. Факты мировой политики, потрясения, переживаемые Америкой, Англией, Францией, подтверждают правильность учения марксизма-ленинизма, подтверждают правильность и справедливость вывода о том, что капитализм не имеет будущего. Будущее за социализмом, за свободой и независимостью, будущее за миром, а не за войной. На этом пути желаем Вам самых крупных и больших успехов. Мы говорим это Вам и Вашим друзьям, так как они Ваши соратники и от них зависит очень много. Это не протокольные слова, а слова, идущие от глубины души.

Г. А. Насер. Я выражаю Вам глубокую благодарность за ту помощь и поддержку, которую Вы нам оказываете. Мы считаем вас братьями и высоко ценим те усилия, которые вы прилагаете для решения наших вопросов. Мы утомили Вас, были длительные переговоры, и мы заняли у Вас очень много времени. В августе я приеду сразу в санаторий. Надо на время забыть политику.

Л. И. Брежнев. Вы сможете очень хорошо отдохнуть. Цхалтубо — недалеко от Тбилиси. Посмотрите Кавказ, Черноморское побережье.

Г. А. Насер. Я возьму жену и трех детей. Они у меня любят бегать, двигаться. Есть ли там возможности для этого?

А. Н. Косыгин. Да, там есть все, что угодно. Это хороший и благоустроенный курорт. К тому же рядом Тбилиси, и они могут в любое время поехать туда.

Г. А. Насер. Сейчас там за дверью ожидает начальник генерального штаба. Не могли ли бы Вы ему подтвердить то же самое, что сказали мне.

А. М. Риад. Я уже имел беседу с А. А. Гречко.

A. Н. Косыгин. 0, у него чемодан большой.

А. М. Риад. Самый важный вопрос — это самолеты с дальним радиусом действия. Я имею в виду бомбардировщики.

Л. И. Брежнев. Мы сказали президенту, что наши военные работают, чтобы порадовать Вас в этом вопросе. Чтобы самолеты летали далеко, их надо иметь. В отношении других средств, о которых мы с Вами говорили, как переправы, понтонные сооружения, ракеты по низколетящим целям, «малютки» — все это мы Вам дадим. Ночью проходило заседание Политбюро по внутренним делам не потому, что случилось что-то экстраординарное, просто не хватает другого времени. Нужно же решать и свои вопросы. Я говорил с А. А. Гречко. Он сказал мне, что над этим вопросом работают в свете данных указаний. Он просит несколько дней, чтобы решить и подработать детали всего дела, т. к. поставки «малютки», ГРА и некоторых других видов вооружения зависят от производства. Нужно также изучить, откуда взять переправочные средства, какие средства более целесообразно предоставить Вам. Так что все эти вопросы будут решены.

В заключение Л. И. Брежнев, А. Н. Косыгин, Н. В. Подгорный благодарят Насера и прощаются с ним.

Л. И. Брежнев. Но у нас еще есть время, и мы можем поговорить по пути на аэродром.

В переговорах приняли участие: с советской стороны — Л. И. Брежнев, А. Н. Косыгин, Н. В. Подгорный, А. А. Громыко, С. А. Виноградов; с арабской стороны — Гамаль Абдель Насер, Анвар Садат, Махмуд Рияд.

Беседу переводил: В. В. Посувалюк

Беседу записал: А. И. Кузьмин

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 144–175.

Особое внимание в ходе переговоров было уделено положению на Ближнем Востоке в связи с агрессией Израиля против арабских государств.

Советский Союз и Объединенная Арабская Республика считают, что агрессия Израиля явилась еще одним опасным звеном в общей цепи политики империализма, стремящегося подорвать прогресс арабских государств, остановить освободительную борьбу арабских народов.

Продолжающаяся оккупация Израилем арабских территорий, захваченных в результате вероломного нападения, означает попрание основных принципов Устава ООН и международного права, создает угрозу независимости, суверенитету и территориальной целостности арабских стран. Своей захватнической политикой Государство Израиль, пользующееся поддержкой империалистических сил и прежде всего США, бросает вызов всему миру. Советский Союз и Объединенная Арабская Республика заявляют, что выдвигаемые Государством Израиль территориальные притязания незаконны и поэтому должны быть решительно осуждены и отвергнуты всеми миролюбивыми государствами.

Стороны решительно осуждают политику империалистических сил, которые продолжают использовать Израиль в качестве своего орудия в этом районе мира, организуют новые заговоры и непрекращающиеся провокации против ОАР, Сирии, Иордании и других арабских стран.

Стороны вновь заявляют о необходимости урегулирования ближневосточной проблемы на основе резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 года. Правительство ОАР, проявляя заботу о восстановленном мире, заявило о своей готовности выполнить эту резолюцию в ближайшее время и с этой целью предприняло важные практические шаги. Советское правительство должным образом оценивает инициативу ОАР в этом вопросе и поддерживает ее.

Вывод израильских войск с арабских территорий на позиции, которые они занимали до 5 июня 1967 года, и выполнение других положений указанной резолюции является необходимым условием установления мира на Ближнем Востоке. Отказ Израиля выполнить это решение Совета Безопасности лишний раз показывает, что политика и действия этого государства чужды интересам мира. Упрочнение мира в районе Ближнего Востока должно быть основано на уважении законных прав арабских народов, в том числе арабского населения Палестины.

Стороны выразили твердую уверенность в том, что попытки Израиля и поддерживающих его империалистических сил закрепить итоги вероломного нападения на арабские страны в июне 1967 года обречены на провал. Справедливое дело арабских государств, стремящихся установить прочный мир на Ближнем Востоке, восторжествует.

СССР и ОАР выражают поддержку усилиям специального представителя Генерального секретаря ООН на Ближнем Востоке Ярринга и призывают все заинтересованные стороны способствовать успеху его миссии, призванной содействовать выполнению резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 года.

Президент ОАР и председатель Арабского социалистического союза Г. А. Насер высказал глубокую благодарность ЦК КПСС, Советскому правительству и советскому народу за политическую поддержку и большую практическую помощь в укреплении экономики и обороноспособности, оказываемую Советским Союзом Объединенной Арабской Республике в борьбе против агрессора и ликвидации нанесенного агрессией ущерба. Правительство ОАР высоко оценивает внешнеполитические шаги Советского правительства, предпринятые им на пути ликвидации последствий израильской агрессии в защиту законных прав и независимости арабских народов в целях обеспечения мира и безопасности на Ближнем Востоке.

В сложной обстановке, создавшейся на Ближнем Востоке в результате израильской агрессии, особое значение для ликвидации последствий этой агрессии приобретает создание широкого антиимпериалистического фронта арабских государств и народов в борьбе против неоколонизаторов и их агентуры.

Советская сторона высоко оценивает усилия правительства ОАР и лично президента Насера в борьбе за единство арабских государств.

Правительство СССР вновь заявляет о полной солидарности советского народа с мужественной борьбой народа ОАР и других арабских государств против израильских агрессоров. Советских Союз вместе с другими государствами, выступающими на стороне справедливого дела арабских стран, подвергшихся агрессии, оказывал и будет оказывать ОАР всестороннюю поддержку и помощь политического и экономического характера, а также содействие в укреплении ее обороноспособности.

Стороны договорились о дальнейших совместных шагах по вопросам, относящимся к положению на Ближнем Востоке, в целях восстановления мира и безопасности в этом районе.

АВПРФ. Ф. 87, оп. 29, п. 62, д. 14. Л. 48–50.

Мухаммед Хасанейн Хейкал

Аннотированный перевод

с арабского «Аль-Ахрам»,

12.07.68 г.

В этой статье я хотел бы остановиться на трех следующих вопросах:

1. Общая атмосфера на переговорах.

2. Обсуждаемые вопросы.

3. Различные точки зрения.

Что касается первого вопроса, то надо прежде всего отметить, что встречи президента Насера с тремя советскими руководителями были не только деловыми, но и встречами между друзьями. Еще до его приезда в Москву президент ОАР сообщил советским руководителям, что у него набралось много вопросов для обсуждений и потому просил как можно меньше времени уделить официальным приемам и выступлениям, посвятив максимум времени переговорам.

Далее, когда президент Насер прибыл в Москву, в городе началась по выражению Косыгина поистине «Асуанская жара», и советские руководители сами предложили перенести переговоры в живописное место на берегу Москва-реки, где находится их дача.

Оживленная полушутливая-полусерьезная беседа шла между руководителями за обеденным столом. Вот — основное относительно атмосферы на переговорах.

Переходя ко второй части моей статьи, я хотел бы отметить, что основным вопросом, обсуждаемым на переговорах, вокруг которого вращались прочие вопросы, был вопрос, связанный с ближневосточным кризисом и продолжением оккупации арабских территорий. Конкретно вопрос ставился так: «Что, если политическое решение кризиса застопорится и не приведет к достижению решения, приемлемого для арабской нации».

Стоит подчеркнуть, что переговоры президента Насера с советскими руководителями проходили год спустя после агрессии, причем за этот год на советско-арабские отношения находила тень — это было, когда кое-кто в арабских странах полагал, что Советский Союз не сделал в отношении кризиса того, что он мог сделать. С другой стороны, кое-кто и в Москве также считал, что арабы не сделали того, что могли бы сделать. К счастью, в результате политической деятельности Египта арабы благополучно преодолели этот этап, причем важнейшим результатом этой работы стало заявление о том, что максимум возможностей будет предоставлено для попыток урегулирования политическим путем, ибо в тот момент весьма распространенными были заявления о том, что арабы отвергают и не могут не отвергать политическое урегулирование.

Более того, надо отметить, что на переговорах советские руководители с исключительным вниманием отнеслись к заявлению Насера о том, что «мы предоставляли и будем предоставлять максимум возможностей для политического урегулирования». Понимая, что военное решение имеет особую привлекательность, особенно для морального духа арабских стран, мы не должны вести войну просто ради войны, и если наших целей можно достичь политическими средствами, то, естественно, этот путь предпочтительнее.

Беседуя с советскими лидерами относительно политического урегулирования ближневосточного кризиса, президент ОАР отметил, что мы не обольщаем себя иллюзиями и четко определяем, что для нас возможно и что неприемлемо в этом вопросе:

1. Мы не откажемся ни от одной пяди нашей оккупированной земли.

2. Переговоры с Израилем неприемлемы и их требования особенно.

3. Признание Израиля невозможно.

Такова наша позиция в политическом урегулировании кризиса. Что же касается основного поставленного вопроса, а именно: «Что будет, если политическое решение кризиса застопорится…?», то ответ на этот вопрос я дать не могу, ибо его не знаю. Однако я могу сказать одно: вопросы, связанные с обсуждением неиспользованных возможностей политического урегулирования кризиса обсуждались на открытых заседаниях на переговорах; на вопросы же, связанные с тем, что будет, если политическое решение проблемы не будет достигнуто, обсуждались на секретных беседах, состоявшихся только между Брежневым, Косыгиным, Подгорным и Насером.

Переходя к третьему вопросу — о различных точках зрения, я хочу отметить, что имею в виду точки зрения в СССР. В этой связи надо сказать, что, во-первых, масштабы нашего поражения в июньской войне и само поражение было невероятной неожиданностью для советского общественного мнения. Не меньшее удивление у него вызвал и категорический отказ арабских стран предоставить возможности для политического урегулирования, тем более, что некоторые советские люди полагали, что арабы, потерпев поражение, хотят, чтобы за них боролись и одержали бы им спокойную победу советские воины, и что арабы рассматривали бы это в качестве компенсации за вину, которую советские люди не признавали. Однако эти тревожные настроения отсутствовали перед истиной советско-арабских отношений и их огромным значением для обеих сторон.

Что же касается общих направлений политики СССР, то надо отметить, что она строится на основе твердых принципов, применяемых в соответствии с изменяющимися условиями. Такими принципами является сформулированные Лениным принципы отношения Советского Союза к империализму, к национально-освободительному движению и прогрессивному социальному направлению.

Раскрывая содержание этих принципов, надо отметить, что Советский Союз выступает против вооруженной конфронтации с США, понимая, что это будет означать уничтожение человечества. Далее, СССР руководствуется не только принципами, но и высшими государственными интересами, и на каждом этапе развития четко балансирует взаимосвязь между ними.

Советский Союз, осознавая огромное значение, которое имеет мировое общественное мнение для предотвращения войны, уделяет огромное внимание бескровной безоружной борьбе за завоевание мирового общественного мнения на свою сторону.

Говоря о том, что Советский Союз строит свою политику на соотношениях между принципами и изменяющейся обстановкой, надо подчеркнуть, что эти два фактора не расходятся, но идут в одном направлении. Например, советско-арабские отношения также строятся в рамках общих принципов борьбы СССР против империализма, его отношения к национально-освободительному движению и социальному прогрессу, ибо Ближний Восток является ареной борьбы против империализма, родиной освободительного движения и бесценным опытом социальной революции.

Кроме того, Ближний Восток является непосредственным тылом Советского Союза, на котором долгое время господствовали империалисты, создавая угрозу для СССР.

Итак, принимая все это во внимание, мы можем указать на движение советской политики в трех направлениях:

1. Советский Союз будет всеми силами укреплять арабскую сторону, непосредственно связанную с ближневосточным кризисом, в том числе и в военном отношении.

2. Советский Союз, несомненно, стремится к тому, чтобы остаться в районе кризиса, а именно: в водах Средиземного моря.

3. Советский Союз пытается с помощью широкой политической кампании заинтересовать мировое общественное мнение ближневосточным кризисом и его развитием.

Итак, СССР «укрепляет арабов», сохраняет свои стратегические позиции и «двигает мировое общественное мнение».

Завершая свою статью, я хотел бы еще раз сказать, что мы конечно же будем бороться, если другого выхода, кроме войны, не будет, и мы победим, ибо у нас нет иного пути, кроме победы.

Перевела: (М. Попова)

АВПРФ. Ф. 87, оп. 29, п. 61, д. 8. Л. 260–263.

Его Превосходительству господину

Гамаль Абдель Насеру,

Президенту Объединенной

Арабской Республики

г. Каир

Уважаемый Президент и дорогой друг!

Пользуюсь благоприятной возможностью поездкой в Вашу страну члена Политбюро ЦК КПСС, Председателя ВЦСПС т. Шелепина А. Н., чтобы передать Вам от имени моих товарищей по Политбюро и от моего имени сердечные приветствия и наилучшие пожелания доброго здоровья и успехов в Вашей благородной деятельности, направленной на укрепление национальной независимости Объединенной Арабской Республики, упрочение социально-экономических завоеваний трудолюбивого египетского народа.

Мы с большим пониманием относимся к шагам, которые предпринимаются Вашим правительством и Вами лично в целях сплочения всех здоровых, прогрессивных, патриотических сил нации, повышения уровня боеспособности вооруженных сил республики, активизации борьбы с внутренними и внешними врагами, организации отпора непрекращающимся проискам империализма в районе Ближнего Востока. Мы отмечаем Ваши большие усилия по мобилизации трудящихся масс на решение стоящих перед страной задач, о чем свидетельствуют такие мероприятия, как реорганизация Арабского социалистического союза и недавние выборы в Национальное собрание ОАР.

Я и мои товарищи пользуемся этим случаем, чтобы пожелать мужественному народу Вашей страны дальнейших успехов в строительстве независимой национальной экономики, в неуклонном повышении благосостояния трудящихся масс.

Мы высоко ценим нынешний уровень развития отношений между Советским Союзом и Объединенной Арабской Республикой. Узы братской дружбы, которые связывают обе наши страны, зиждутся на прочной антиимпериалистической основе. Эти узы, подкрепленные принципом интернациональной солидарности наших народов, не под силу разорвать никаким недругам. Мы со своей стороны полны решимости способствовать всемерному расширению и углублению отношений дружбы и равноправного, братского сотрудничества, сложившихся между нашими народами. Мы будем делать все возможное, чтобы советско-арабская дружба оставалась такой же прочной и вечной, как Асуанская плотина, символизирующая эту дружбу.

Как мы понимаем, главная задача на современном этапе — ликвидировать последствия израильской агрессии и добиться политического урегулирования ближневосточного кризиса на прочной и справедливой основе, учитывающей законные интересы арабских народов.

У нас не могут не вызывать удовлетворения глубокое понимание Вами, господин Президент, нынешнего напряженного положения на Ближнем Востоке и проводимая Вами гибкая линия в вопросе о путях ликвидации последствий израильской агрессин. Мы высоко ценим Ваше положительное отношение к советскому плану ближневосточного урегулирования, которое, в частности, получило свое подтверждение во время недавнего визита в Каир министра иностранных дед СССР тов. Громыко А. А.

Решение ближневосточного кризиса, принимая во внимание всю сложность связанных с ним проблем, требует исключительной гибкости, выдержки и чувства реализма. Мы не склонны преуменьшать трудности, которые стоят на пути политического урегулирования на Ближнем Востоке. Однако, по нашему глубокому убеждению, — это единственно реальный в нынешних условиях путь ликвидации последствий израильской агрессии. При этом, разумеется, не имеется в виду какого-либо ослабления работы по укреплению обороноспособности арабских государств и в первую очередь ОАР. С вашей стороны находит полное понимание точка зрения о том, что политические средства борьбы за достижение ближневосточного урегулирования должны подкрепляться мерами по укреплению военно-экономического потенциала ОАР. В этом отношении, господин Президент, Вы можете не сомневаться в готовности Советского Союза к продолжению и дальнейшему развитию плодотворного разностороннего сотрудничества между нашими странами. Именно из этого исходит советское руководство при рассмотрении конкретных вопросов военно-экономического сотрудничества между СССР и ОАР, которым оно уделяет повседневное и неослабное внимание.

Мои товарищи и я с большой теплотой вспоминают о Вашем, господин Президент, прошлогоднем визите в нашу страну, который явился еще одним подтверждением братского, доверительного характера отношений, существующих между нашими странами и народами. Мы выражаем надежду, что летом этого года Вы, господин Президент, вместе с семьей сможете приехать на отдых в нашу страну. Можете не сомневаться, Вас примут как большого друга советского народа.

С глубоким уважением

Л. БРЕЖНЕВ

27 января 1969 года

Москва

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 161–162.

Дорогой друг, Президент Гамаль Абдель Насер!

Я получил Ваше дружественное послание, переданное нашим гостем Али Сабри. Сердечно благодарю Вас за выражение теплых, братских чувств и дружеские пожелании, которые содержатся в этом письме.

Нас радует решимость руководства и народа ОАР продолжать антиимпериалистическую борьбу, добиваться освобождения оккупированных израильскими захватчиками арабских территорий, идти вперед по пути национальной независимости и прогресса. Мы с удовлетворением отмечаем также выраженное в послании стремление крепить связывающие нас узы дружбы и сотрудничества во всех областях.

Али Сабри по Вашему поручению изложил нам Вашу оценку положения на Ближнем Востоке в связи с израильской агрессией, позиции США. Эта информация была весьма ценной. Она позволяет нам лучше знать обстановку в этом районе, вырабатывать общую с ОАР позицию в борьбе против израильских захватчиков, за полное осуществление резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 года.

Можно с удовлетворением констатировать совпадение наших взглядов о необходимости проводить основную линию, направленную на политическое урегулирование и в то же время усиливать обороноспособность ОАР, что повышает боевой дух народа и армии. При этом важно вести дело таким образом, чтобы не допускать опрометчивых действий, которые могли бы дать повод Израилю предпринять широкие военные акции против ОАР в условиях, когда еще не исчерпаны возможности в политической области. Али Сабри подробно изложит Вам наши взгляды по этим вопросам.

Направляя Вам, дорогой друг, ответное братское послание, я хотел бы подтвердить решимость Советского Союза и в дальнейшем оказывать ОАР помощь и поддержку в ее справедливой борьбе, развивать всестороннее сотрудничество между нашими странами и народами. Несмотря на имеющиеся трудности, мы сделаем все возможное, чтобы пойти навстречу Вашему пожеланию в области поставок дополнительно некоторого количества дефицитной военной техники. В духе тесного сотрудничества будут решаться и другие вопросы наших отношений, в том числе в экономической области.

Мы с большим удовлетворением восприняли сообщение нашего друга Али Сабри о проводимой в ОАР работе по партийному строительству, превращению АСС в передовую политическую организацию трудящихся и условились о конкретных мерах по развитию связей между КПСС и АСС.

Дорогой друг! Мы с большой радостью ожидаем Вашего приезда с семьей на отдых в Советской Союз. Это будет новой приятной возможностью для встреч с Вами, о которых я и мои коллеги храним самые теплые воспоминания.

С братским приветом

и наилучшими пожеланиями

Л. БРЕЖНЕВ

18 июля 1969 года

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 173–174.

Дорогой друг!

С большим вниманием я и мои товарищи в Политбюро ЦК КПСС прочли братское послание, которое Вы направили 20 сентября с. г. с профессором Чазовым В. И.

Мы глубоко сожалеем, что обстоятельства не позволили Вам прибыть в Советский Союз на лечение и отдых. Мы будем рады принять Вас со всем радушием, как только Вы получите возможность совершить поездку.

Ваши высказывания по поводу последней клеветнической кампании империалистов против ОАР мы хорошо понимаем.

Мы так и представляли себе смысл этой злостной кампании. Просим не беспокоиться, мы не верим ни одному их слову, так как знаем, какие они провокаторы и враги арабов.

Руководство Советского Союза с большим удовлетворением восприняло Ваши мысли о жизненной силе сложившихся между Советским Союзом и Объединенной Арабской Республикой отношений дружбы и всестороннего сотрудничества. Мы полностью разделяем это Ваше мнение и считаем, что наша прочная дружба является мощным фактором в общей борьбе против империализма к реакции. Политбюро ЦК КПСС высоко ценит дружбу с арабскими странами и прежде всего с Объединенной Арабской Республикой, которая на протяжении ряда лет стоит непоколебимо во главе прогрессивных арабских стран.

Мы глубоко понимаем все значение той роли, которую Вы, дорогой друг, лично играете в мировом освободительном движении. Ваши заслуги высоко оценивают народы, которые связывают с Вашим именем выдающиеся успехи борьбы с империализмом, за национальную независимость, прогресс и свободу арабских государств. Никто не сможет поколебать те глубокие искренние чувства, которые советский народ и руководители питают к Вам, к дружественной ОАР и ее народу.

От всего сердца желаем Вам скорейшего выздоровления. Передайте Вашим друзьям искренние приветствия и наилучшие пожелания.

До скорой встречи.

С братским приветом

Л. БРЕЖНЕВ

Москва, 25 сентября 1969 года.

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 602. Л. 175.

Из книги М. Х. Хейкала «Дорога к Рамадану»

Он был болен: грипп на фоне других жалоб. И был предупрежден о страшном холоде в Москве в это время года. Тем не менее он чувствовал, что должен ехать, и ранним утром четверга 22 января 1970 года он поднялся на борт специального советского самолета, который ожидал его в военной части Каирского аэропорта.

Было немного грустно от того, что в этом большом самолете летели всего несколько человек — экипаж, четверо или пятеро телохранителей, пара врачей, а за Насером сидели только генерал Фаузи и я, и еще двое русских — Сергей Виноградов, посол в Каире, и генерал Катышкин, глава советской военной миссии в Египте, сменивший генерала Лащенко, которого с сердечным приступом госпитализировали в Каире.

Мы прилетели в московский аэропорт между 9. 30 и 10. 00. Самолет остановился в конце посадочной площадки. Когда мы вышли, то увидели Подгорного и Косыгина с одним телохранителем, приветствовавших нас. Колонна черных машин доставила нас в виллу номер один на Ленинских горах, одно из зданий для официальных гостей. Возле виллы есть стадион с медицинским центром, которым часто пользуются члены правительства, а также залы для массажа и упражнений, бассейн и так далее, а также большой зал для приемов. Это совсем недалеко от посольства Египта, и решено было проводить переговоры именно там.

Подгорный и Косыгин спросили нас, не надо ли нам отдохнуть и начать переговоры завтра, но Насер сказал, что он хотел бы начать переговоры прямо сейчас. Первая встреча была назначена после обеда, причем египетский посол в Москве Мурад Галеб присоединился к нам.

Насер начал встречу с объяснения причин, которые привели его в Москву. Судьба всего Ближнего Востока, сказал он, должна быть решена на кусочке земли протяженностью около тридцати километров по обе стороны Суэцкого канала. Израильские глубокие налеты и низколетящие атаки на внутреннее положение в Египте имеют две цели: во первых, сорвать все попытки Египта создать ракетную стену, которая закроет атаки через канал; и во вторых, подорвать мораль внутреннего фронта. Израиль не смог добиться капитуляции Египта в 1967 году и намерен сделать это сейчас.

Насер сказал, что целый Египет не защищен, он открытый. Много сотен гражданских рабочих и солдат были убиты. Он всегда думал, что израильское превосходство в воздухе должно быть сбалансировано с египетской стороны и что быстро сделать это можно только авиационной защитой. Он говорил твердо, но я видел, что он нервничает.

Брежнев начал защищать ракеты SAM–2, которые у Египта уже были. Насер сказал, что не имеет ничего против ракет SAM–2, но они не эффективны против самолетов, летящих ниже 500 метров, и не очень эффективны на высотах от 500 до 1000 метров. Российские специалисты в Египте могут подтвердить это. (SAM–2 были поставлены в Египет еще до войны 1967 года, но поскольку израильские налеты были сюрпризом, эти ракеты никогда не использовались. Когда Захаров утверждал об обороноспособности Египта, никто в Каире не знал — и, возможно, не знали и сами русские — ограниченности SAM–2. Никто, конечно, не думал, что израильтяне, с помощью американской электроники, найдут ответ на эти ракеты так быстро.) Насер сказал Брежневу, что хотел бы иметь возможность защищать Каир, Александрию и другие важные районы, а также линию фронта на канале. Он специально подчеркнул важность Александрии, потому что Порт-Саид не работал и Красное море закрыто, и это был единственный египетский порт, принимающий суда. Если израильтяне начнут бомбардировку Александрии, сказал Насер, Египет окажется в блокаде.

Дискуссия продолжилась, местами довольно жаркая, и казалось, что может возникнуть полный тупик. Но эту опасность удалось избежать, когда Брежнев признал, что SAM–3 закроет нужды Египта и что советские руководители готовы передать их Египту. «Наш друг Насер, — сказал Брежнев, — всегда получает то, что хочет».

После этого началось обсуждение количества нужных ракет SAM–3, но было решено отложить обсуждение этого вопроса до следующего дня, поскольку генерал Фаузи и маршал Гречко должны были иметь возможность обсудить районы, требующие зашиты. Так что мы отправили этих двоих вместе с генералом Катышкиным и некоторыми другими экспертами работать над этим.

Ранним следующим утром генерал Фаузи пришел в спальню Насера. Он привез с собой в Москву список районов, которые нужно защищать. Кроме фронта на Суэцком канале, он включал Каир, Александрию, Асуан, индустриальные центры Махалла аль-Кубра, Кафр ад-Давар, Шибин аль-Кум, Шубра аль-Хейма и Хелуан. Было ясно, что такого количества зенитчиков у Египта нет. Насер спросил Фаузи о возможности перевести команды с ракет SAM–2, и вероятно именно тогда новая идея стала формироваться у него в голове.

Две полные делегации встретились в Центре здоровья в десять часов. Брежнев начал с того, что решение, принятое накануне, имеет немало проблем. Объекты, которые хотел бы защитить Египет, слишком многочисленны.

Гречко доложил Брежневу, так же как Фаузи Насеру, и вот тут Брежнев впервые понял настоящие потребности Египта. Насер указал, что у Египта есть команды, обученные на SAM–2, и предложил, что некоторые из них могут переключиться на SAM–3. Но ему сказали, что потребуется минимум шесть месяцев, чтобы переучить пользоваться SAM–3 и что это должно происходить в Советском Союзе. Так что это выглядит как период не менее шести месяцев, во время которых Египет будет подвержен израильским низколетящим атакам. При этом ему будет хуже, чем раньше, потому что некоторые команды, которые сейчас обслуживают SAM–2, будут находиться в Советском Союзе, обучаясь на SAM–3. В этот опасный момент Египет будет подвержен и низколетящим, и высоколетящим атакам израильской авиации.

И тут Насер нанес удар. Единственная возможность ликвидировать эту ситуацию, сказал он, это предоставить египтянам русские команды. Брежнев и все остальные не были готовы к такому требованию. Насер сказал, что понимает: для них тяжело согласиться на это, но это единственная возможность, которую он видит. Он не может позволить уничтожить армию или потерять мораль гражданских лиц. Египет выдерживал это три года и не намерен сдаваться сейчас. Надежды всего арабского мира связаны с решением, которое мы сейчас примем. Насер заявил, что не хотел бы размещать советские команды на линии фронта. Египет будет продолжать находиться на канале. Он просит у хозяев обеспечить безопасность внутренних районов.

Гречко что-то сказал Брежневу, а тот ответил, что проблема не только в командах. Ракеты — лишь часть сложной системы защиты, они требуют авиацию. «Хорошо, — ответил Насер. — Отправьте и самолеты». Брежнев ответил, что это будет шаг с серьезными международными последствиями. Он создаст кризис в отношениях с Соединенными Штатами. Насер спросил: «Почему американцы могут всегда увеличивать свою поддержку, а мы иногда ведем тебя так, будто запуганы…» Брежнев перебил его: «Мы никого не боимся. Мы сильнейшие на этой земле. Но вы должны понять, что это повлечет значительный риск, и я не уверен, что мы должны сделать это. Мы должны взвесить нашу позицию». Насер сказал: «Что касается меня, то я сделал необходимые расчеты. Будем откровенны. Если вы не предоставите того, о чем я прошу, то все подумают, что единственное решение находится в руках у американцев. Мы никогда не видели, чтобы американцы не поддержали израильтян. А Египет — антиимпериалистический пост на Ближнем Востоке, и если Египет уступит американо-израильской силе, то и весь арабский мир падет. Мы не просим воевать за нас, мы хотим сохранить нашу независимость. Но я вижу, что вы не готовы помогать нам так, как Америка помогает Израилю. Это оставляет мне единственную возможность: возвратиться в Каир и сказать людям правду. Я скажу им, что пришло время мне уйти и передать дела проамериканскому президенту. Если я не могу спасти их, это сделает кто-то другой. Это мое последнее слово».

Слова Насера наэлектризовали обстановку. Потом встал Брежнев и сказал: «Товарищ Насер, не говорите так. Вы ведь лидер…» Насер перебил: «Я лидер, которого бомбят каждый день в моей собственной стране, чья армия брошена на произвол судьбы и чей народ беззащитен. Я имею право сказать людям неприятную правду — что нравится им это или нет, американцы владеют миром. Я не собираюсь сдаваться американцам. Кто-нибудь другой займет мое место и сделает это».

Русские вскричали: «Пожалуйста, давайте договоримся. Что Вы действительно хотите? Дайте нам еще один день, и мы посмотрим, что можно сделать». Насер ответил, что не может ждать еще день. Русские предложили прерваться на десять минут и начали обсуждение. Египетская делегация вышла на улицу. «Итак, — сказал я, — мы на грани?» «Нет, — сказал Насер. — Это не шутки. То, что я сказал, было моим твердым убеждением. Я бы обманул людей, если бы повел себя по-другому. Мы обучали армию, но израильтяне используют тактику, которую мы не можем отразить — налеты в глубину, налеты на гражданских. Когда дети погибают и солдат убивают, потому что у них нет защиты, ситуация полностью меняется».

Советские решили, что отправка зенитчиков на SAM–3 в Египет настолько серьезна, что для этого нужно решение Политбюро. Его членов собрали со всей страны, и они приезжали в своих черных машинах со спущенными шторками. Впервые за мирное время двенадцать советских маршалов прибыли на заседание Политбюро.

Мы вернулись на Виллу номер один, чтобы пообедать. Следующая встреча была назначена на шесть часов. Как только мы вошли в комнату, стало ясно, что решение принято. Брежнев выступил первым. «Товарищ Насер, — сказал он, — Советский Союз сегодня принял решение, которое может иметь серьезные последствия. Это решение не похоже ни на одно, которое мы принимали раньше. Оно нуждается в Вашей поддержке и требует от Вас сдержанности». Затем нам сказали, сколько батарей SAM–3 передадут нам и где они будут стоять, а также количество людей, которые приедут вместе с ними. Будут посланы восемьдесят советских самолетов, а до них — четыре высоколетящих сверхзвуковых самолетов-разведчиков Х500, как их называли русские. На Западе их знают как МИГ–25. Примерно 1800 египтян должны прибыть в Советский Союз на шестимесячную подготовку.

На этой встрече мы увидели другую атмосферу — и маршалы, и политики были довольны принятым решением, но среди части из них, особенно у Косыгина, известного пессимиста, энтузиазм смешивался с беспокойством.

Насер взял ответное слово. Он понимает исторический характер принятого решения и благодарит за него. Египет не будет играть с тем, что ему дано. Напротив, он намерен быть как можно тише, потому что главная цель — подготовка вооруженных сил. Я обещаю, что с той помощью, которая придет, мы сможем завершить нашу подготовку к битве. «Я хочу, чтобы ваши команды были у нас ограниченное время, — сказал он русским. — Я не хочу, чтобы они оставались в Египте, когда начнутся военные действия. Но переходный период будет очень трудным, и они помогут нам сократить его. И если израильтянам будет разрешено и дальше разрушать мораль публики и армии, они смогут прийти и взять то, что хотят. Мы никогда снова не сможем высоко держать головы».

В какой-то момент Брежнев покинул свое место посередине на другой стороне стола и подошел ко мне. «Господин Хейкал, — сказал он, — все это секрет». Я ответил, что, конечно, знаю, что это секрет. «Но важно, — сказал Брежнев, — чтобы это осталось секретом надолго. Конечно, когда-то американцы и израильтяне узнают об этом, но пока это не случится, мы идем по вашу душу. Как мы представим это миру? Я хочу, чтобы Вы разработали схему, чтобы мы отвергли кампанию, ведущуюся несомненно против нас — против Египта и Советского Союза». Я сказал: «Мистер Секретарь, дело государственных людей принимать большие решения. Мы всегда найдем средства, с помощью которых представим их миру». <…>

Когда мы вернулись в Каир, то первым делом нужно было подготовить позиции для новых ракет. Гражданские лица внесли в это дело героический вклад. Но программа оказалась дорогой и в деньгах, и в людях. Египту не хватало цемента, и он был ценнее золота, поскольку в это время завершалось строительство Высотной плотины, и правительство оказалось вынуждено строить две Высотные плотины одновременно, одну в Асуане, а другую для ракет. Получение цемента для ракет было приоритетом.

В начале апреля первые разведывательные самолеты прилетели, и мы разместили их на воздушных базах в Гаканлисе и Бени Суэйфе, в пустыне недалеко от Александрии. 18 апреля они впервые столкнулись с израильтянами. Израильские самолеты приблизились к Сухне, русские самолеты ввязались в бой, и израильтяне повернули назад к Синаю. Русские отпугнули израильтян, при этом все переговоры между ними шли по-русски. Об этом сообщили Насеру, он был смущен. Как это соотносится с необходимостью соблюдать секретность? По моей теории, это была игра между сверхдержавами: это был сигнал американцам, что русские появились в Египте. Каковы бы ни были объяснения, израильтяне все поняли. После 18 апреля больше не было налетов вглубь страны.

Такое же объяснение может быть у забавной истории с прибытием в Александрию через несколько дней первой партии ракет. Опять же, строго придерживаясь секрета, мы организовали прибытие корабля ночью и размещение его в дальней части порта. Началась разгрузка. Когда она была закончена, русские, к нашему изумлению, выбрали путь к месту установки ракет через центр города, и в полночь, сидя на грузовиках, махали людям и кричали «асдика» (друзья). Из этого был сделан вывод, что русские уведомили американцев о прибытии ракет, так же, как американцы уведомили русских о продаже оружия Ирану.

Heikal, Mohamed.

The Road to Ramadan.

London, 1975. P. 83–90.

30 июня 1970 года.

Л. И. Брежнев. Мне доставляет удовольствие от имени Центрального Комитета КПСС, от всех нас приветствовать президента Насера и сопровождающих его лиц. Позвольте выразить надежду, что обмен мнениями будет откровенным и искренним, как всегда. Наша встреча даст возможность нам обсудить все вопросы, касающиеся отношений двух стран. Очевидно, вы уже заметили, что мы уделяем много времени протокольным мероприятиям, переговорам. Это наша традиция. Замечу еще, что по сложившейся традиции мы отдаем предпочтение нашим гостям высказаться первыми, тем более, что в Объединенной Арабской Республике произошло много важных событий, в том числе и на театре военных действий. И еще мне хочется пожелать тов. Насеру отдохнуть в Советском Союзе, проконсультироваться с врачами, тем более, что ему предстоит тяжелая работа. Чтобы бороться, надо иметь силу.

Г. А. Насер. Благодарю Вас за приветствие и за теплые слова и хочу сказать, что сейчас мое здоровье хорошее, не то, что было в 1968 году.

Л. И. Брежнев. Это все-таки помог Кавказ.

Г. А. Насер. Это верно.

Л. И. Брежнев. Если нужно, можно повторить лечение там, если врачи сочтут нужным.

ГА. Насер. Врачи находят мое здоровье сейчас хорошим и не советуют повторять лечение.

Л. И. Брежнев. Врачи отвечают за ваше здоровье.

Мы готовы вас выслушать.

Г. А. Насер. Я еще раз хочу поблагодарить нашего брата Брежнева за те теплые слова, которые он сказал в наш адрес. Мы очень рады возможности вновь встретиться с вами. Мы считаем, что наши отношения достигли такой степени, что нуждаются в координации всех наших действий. Мы считаем, что наши отношения уже давние и они должны развиваться в дальнейшем. Я хочу откровенно сказать, что мы высоко ценим доверие и мы хотим откровенно высказать все наши просьбы и обсудить вопросы внутреннего положения. Обсуждение подобных вопросов мы не считаем вмешательством в наши внутренние дела. Я хочу подробно изложить все моменты, которые могут показаться незначительными. Положение в ОАР сейчас прочное, но у нас есть люди, которые борются против существующего режима. К этим людям относятся крупные землевладельцы и крупная буржуазия, у которых мы отобрали богатство. Они сидят в кафе и ругают меня и это понятно. Если они ругают меня в дверь, то в окно они ругают и Советский Союз. Но я должен сказать, что такие слои не имеют у нас силы. Конечно, их можно бы арестовать, но их арест явился бы для нас дополнительным грузом, потому что египетское общество состоит из отдельных семейных групп, а как вы знаете, и в семьях даже ругаются. Например, семья Халеда и Закария Мохиэддина — последний выступает с реакционных позиций, а другой — Халед Мохиэддин является лауреатом Ленинской премии. Наши противники не пугают нас, но мы наказываем тех, кто работает в нашем аппарате и одновременно выступает против нашей политики. После визита Н. В. Подгорного мы провели большую чистку в армии, и из ее рядов было уволено около 4 тыс. офицеров. Но у нас существует проблемы. Например, с офицерскими кадрами. Большинство египетских офицеров обучалось на Западе. Даже я. И когда я преподавал в военном колледже, то преподавал на английском языке и по западной системе. На нашу страну оказывает большое влияние западная пропаганда. Наша страна открыта для такой пропаганды. Лондонское радио передает на Египет свою информацию, радио «Голос Америки» вещает до полуночи и хорошо прослушивается в Египте. Так что на нашу страну оказывается большое западное влияние, и противники нашего режима впитывают эту пропаганду.

Но я хочу сказать, что большинство народа не воспринимает эту пропаганду и поддерживает режим. Мы не являемся социалистической страной, но мы избрали социалистический путь.

Хочу изложить и другой вопрос относительно наших взаимоотношений с США. Может у некоторых создается впечатление, что мы постоянно оставляем открытой дверь для налаживания наших отношений с США. Но я хочу сказать, что и до 1967 года мы с Соединенными Штатами имели большие разногласия. Мы выступили против Багдадского пакта. Мы выступали против политики США на Ближнем Востоке. Я хочу заверить, что мы постоянно информируем вас о наших отношениях с США. Мы отвергли предложение Никсона о восстановлении дипломатических отношений. Но в то же время мы оставляем место для диалога лишь для того, чтобы они не обвиняли нас, что выступаем против мира. Хочу заверить вас, что мы ничего не утаиваем. Наши отношения с Советским Союзом являются принципиальными и прочными, даже не столько в военном отношении, сколько в экономическом. На Западе нам отказывают в кредитах, отказал нам в кредитах и Международный банк. Мы не получаем от них никакой помощи.

Хочу остановиться на положении в Судане. Иногда вы относите за наш счет все, что происходит в Судане. Но это не так. По нашему мнению, в Судане сейчас существует прогрессивный режим и наш долг оказывать ему помощь. Об этом свидетельствует наша помощь, которую мы оказали во время последних событий, во время восстания ансаров, и мы готовы оказывать ему помощь в дальнейшем. Мы помогаем им и советами. В Суданском революционном совете существуют различные направления и часто нет согласованности действий. После последних событий в Судане я направил своих представителей в Судан, чтобы они помогли суданцам урегулировать конфликт и излишне не нагнетали бы обстановку.

Я предложил им в случае необходимости выслать руководителя восстания Магди в Каир, они же использовали этот случай и выслали вместе с ним генерального секретаря Компартии Махджуба и при этом объявили, что выслали его в Каир.

Можно было бы ожидать, что последующим шагом явится высылка и другой части ЦК Компартии, которая высказывалась против режима. К большому сожалению, Компартия Судана распространила листовку, что Египет виновен в высылке Махджуба, но это все не верно. Я получил Ваше письмо по этому поводу и подробно ответил вам. Я хорошо знаю Махджуба и я ему сказал, что если он хочет вернуться в Судан, то он может это сделать, он может выехать и в другую страну. Махджуб ответил, что он хочет остаться в Каире. Мы предоставили ему квартиру и создали условия, необходимые для жизни. Будучи в Судане, я говорил с членами Революционного совета и откровенно сказал им, что их шаг по высылке Махджуба направлен на то, чтобы испортить отношения ОАР с Советским Союзом. Они дали согласие на возвращение Махджуба в Судан. Я рассказал об этом Махджубу и посоветовал, что если он вернется в Судан, чтобы он не делал из себя героя, иначе он испортит все дело. Однако после моего возвращения из Судана при разговорах с Maxджубом я неожиданно получил письмо от Революционного Совета Судана, в котором содержался отказ Махджубу в возвращении. Тогда я посоветовал Магди уехать из Каира, но он отказался сделать это. Так что Египет во всей этой истории не участвовал.

Я не хочу, чтобы у нас были партийные филиалы, как это имеет место в Сирии или в Ираке. Это создает сложные проблемы и приводит к враждебности.

Нельзя относить за наш счет и события, которые происходят в Ливии. В Ливии сейчас пришло революционное руководство, пришли молодые офицеры, старшему из которых 25 лет, а младшему 20. Сам Каддафи из бедуинов, является очень религиозным человеком. Его друзья по Революционному Совету тоже очень религиозные люди, но Каддафи очень честный человек. Он, правда, подвержен многим влияниям. Есть силы, которые запугивают его и Объединенной Арабской Республикой, и Советским Союзом. В Ливии есть один египетский летчик, который вместе с ливийской делегацией ездил в Париж для заключения соглашения, и он сам слышал, как француз говорил ливийцам, чтобы они опасались ОАР. На Ливию хотят повлиять многие страны, преследуя при этом различные цели. Ливия является сокровищницей для них. Я очень обиделся на Каддафи за его заявление в Хартуме. Он был спровоцирован там. У него не было текста речи, но его спровоцировали члены Компартии Судана, прокитайски настроенные. В своей речи он ругал и левых, и правых и заявлял, что я не левый и не правый. После этой речи я серьезно говорил с ним и пытался убедить, что нельзя делать заявления под влиянием. Но все же я считаю, что Каддафи один из лучших людей, с которыми мне приходилось когда-либо встречаться.

А. Н. Косыгин. Какая у него опора?

Г. А. Насер. У него хорошие офицеры в составе Революционного Совета и они просят у меня помощи. Ливийцы следуют нам, но в Революционном Совете не доверяют никому, даже министры подчас не привлекаются к обсуждению вопросов, непосредственно относящихся к их компетенции. Например, министр финансов обнаружил план, которого он не обсуждал. В Ливии сейчас находится 20 наших специалистов, которые помогают в различных вопросах. Хочу подчеркнуть, что на Каддафи оказывают различное влияние и не исключено, что он во время своих выступлений может перепутать все, о чем мы с ним договаривались. Например, после встречи с Бутефликой Алжир стремится склонить Ливию на свою сторону.

Все разговоры о том, что в правительстве ОАР есть левые и правые — это все неправда. Вот, например, об Али Сабри говорят, что он красный и хочет совершить переворот против меня, и многие верят этим словам. Недавно мы решили дать ему звание генерала и сразу же пошли разговоры о том, что это сделано по подсказке Москвы, а другие стали говорить, что это сделано для оказания давления на Москву. У нас нет проамериканских элементов в правительстве, но у нас есть люди, которым дано указание принимать англичан и американцев. Например, Хейкал.

Л. И. Брежнев. Что представляет собой ливийское общество?

Н. В. Подгорный. Кто окружает Каддафи и какие у них взгляды?

Г. А. Насер. Его считают насеристом, потому что Каддафи следует нашему примеру. У него есть все мои выступления, главным его пособием служат книжки Анвара Садата. В Революционном Совете 11 членов и лишь один из них вызывает у нас подозрение. Ливийское общество бедное, население составляет полтора миллиона человек. Раньше бюджет Ливии основывался на арендной плате за эксплуатацию военных баз, население бедуины, главная статья экспорта был скот. В 60-х годах в Ливии была открыта нефть, сейчас Ливия добывает 170 млн. тонн нефти. Произошли некоторые изменения в ливийском обществе. Многие бросили заниматься скотоводством и земледелием и были вовлечены в сферу добычи нефти. В Ливии сейчас около 20 компаний, добывающих нефть. Крупнейшие из них американские. Имеются также английские и другие компании. Крупнейшим импортером ливийской нефти является ФРГ. Добыча нефти возросла особенно после закрытия Суэцкого канала. В связи с добычей нефти бюджет страны возрос до 500 млн. фунтов стерлингов.

Л. И. Брежнев. Каково положение трудящихся?

Г. А. Насер. Положение рабочих улучшилось и в целом возрос уровень жизни. Рабочий в день получает 2 фунта, а солдат в армии — получает 40 фунтов в месяц. Но продукты питания в Ливии значительно повысились в ценах, поскольку многие продукты сельского хозяйства, которые раньше производились в Ливии, теперь ввозятся в страну из-за границы. Раньше в Ливии имелся узкий класс, который владел основными богатствами. Эти богатства в основном сосредоточивались в руках бывших министров короля Идриса. У него даже было в правилах — министр, наживший себе капитал 8 млн. фунтов стерлингов, выгонялся с работы.

Н. В. Подгорный. Где сейчас находятся бывшие министры?

Г. А. Насер. Некоторые убежали, другие арестованы, а их имущество было конфисковано.

Л. И. Брежнев. На какой срок иностранные компании арендуют земли для добычи нефти?

Г. А. Насер. На 30 лет.

Л. И. Брежнев. Ливийцы знают свои запасы нефти?

Г. А. Насер. Нет. У них нет своих специалистов.

Л. И. Брежнев. А иностранные фирмы, видимо, скрывают эти данные.

Г. А. Насер. Нефтяные компании — это государство в государстве. Сейчас ливийцы просят специалистов из ОAP для ревизии. Ливийцы решили национализировать распределение нефти. Мы им советуем, чтобы они не спешили с национализацией. Ливийская буржуазия представляет незначительную прослойку населения. Это в основном торговцы.

На Ливию сейчас ведется сильная пропаганда, направленная против ОАР. Мы заключили экономическое соглашение с Ливией. Сразу же после этого на Западе поднялась большая шумиха, что ОАР поглощает Ливию, в то же самое время Алжир заключил более крупное соглашение с Ливией, но нигде в западной печати не было никакой критики. После революционного переворота в Ливии ливийцы ставили вопрос об объединении с нами. Мы сказали тогда, что это можно будет сделать после эвакуации иностранных военных баз. В последнюю мою поездку в Ливию они вновь подняли вопрос об объединении. Мы высказались за то, чтобы обсудить этот вопрос вместе с Сирией.

На заседании, на котором также присутствовал и представитель Судана, мы пришли к договоренности о создании федерального союза Ливии, ОАР и Сирии. Нас побудила к этому сложная обстановка в Ливии. Каддафи просил меня приехать на целый месяц, чтобы обсудить с ним все вопросы. У нас было очень деликатное положение, но когда я увидел, что вокруг Ливии создался ажиотаж с целью прибрать Ливию к своим рукам, я понял, что нам необходимо оказать ей помощь. Следует отметить, что свободные офицеры, совершавшие переворот в Ливии, считали, что этот переворот был совершен для того, чтобы вступить с союз с ОАР.

А. Н. Косыгин. Кто может начать активную борьбу против объединения Ливии с ОАР и Сирией?

Г. А. Насер. Два арабских государства и у каждого из них своя цель. Первое, Ирак, который смотрит на нефтяные богатства Ливии, вторым государством является Алжир, который стремится при поддержке Туниса и Марокко создать великий Магриб. Ливийцы же заявляют, что они не входят в Магриб. В декабре прошлого года мы ввели наши войска в Ливию для укрепления режима Каддафи и для борьбы против заговоров. Алжирцы были очень недовольны этим. Об этом нам сказал король Марокко Хасан во время нашей последней встречи в Рабате. Возвращаясь из Рабата, я специально остановился в Алжире, я прямо спросил Бумедьена, почему алжирцы недовольны тем, что наши войска находятся на территории Ливии. Тот ответил, что это создает нехорошее впечатление в арабских странах. Тогда я ему напомнил о конфликте Алжира с Марокко и Алжир не возражал против нашей помощи. Сейчас в Ливии находятся два бронетанковых батальона, два батальона десантных войск, 900 сержантов и солдат. В мае месяце была раскрыта попытка заговора, центр которого находился в Чаде. Около 5 тысяч вооруженных людей, сторонники монархии и наемники, перешли границу, чтобы захватить южную часть Ливии. Но этот заговор потерпел неудачу. Пять дней назад Каддафи сказал мне, что они хотят купить советское вооружение, в частности, противозенитные средства. Каддафи сказал, что Франция и Англия навязывают им свое вооружение.

Л. И. Брежнев информирует Насера о том, что в Могадише готовится заговор против правительства.

Л. И. Брежнев. Какой стадии достигла договоренность о федерации? Кто среди руководителей высказывал эту мысль?

Г. А. Насер. Сирия и раньше ставила этот вопрос. Я всякий раз уходил от этого, боясь, что это может больше повредить. Когда же ливийцы поставили этот вопрос, то мы решили информировать об этом Сирию. Состоялась встреча трех, на которой в качестве наблюдателя был представитель Судана. Мы хотели договориться о создании федерального союза. Решено объединить наши вооруженные силы. Федерацию назвали «Объединенные Арабские Республики».

А. Н. Косыгин. Об этом будет объявлено?

Г. А. Насер. Пока нет. Мы договорились о создании комиссии под председательством Атаси, чтобы в течение месяца подготовить предложения на основе нашей принципиальной договоренности. Хотя мы договорились о том, чтобы не объявлять об этом, сведения уже просочились. Сирийцы не могли скрыть свою радость и почти в открытую говорят об этом. Если будет достигнута принципиальная договоренность, то в начале 1971 года будет проведен референдум об этом объединении. Почему мы пригласили Сирию? Первый раз мы объединились с Сирией полностью. В этот раз мы создаем федерацию. Если бы мы объединились только с Ливией, это бы стало бы орудием пропаганды, мол, 30 млн. египтян поглотили 1,5 млн ливийцев.

А. Н. Косыгин. Если Ирак присоединится к федерации, вы будете рады?

Г. А. Насер. Мы предлагали пункт, что все страны могут присоединиться к федерации в качестве республики, но каждый из членов федерации имеет право вето при принятии новых членов. Я думаю, мы не согласимся с принятием Ирака, у нас нет доверия к нему. Я против единства до того, пока не будет урегулирован конфликт. Но из-за опасения за Ливию был вынужден согласиться с этим.

Л. И. Брежнев. Какие исторические связи между ОАР и Ливией?

Г. А. Насер. Религия, язык, торговля и даже семейные связи. Сам Каддафи имеет родство в Файюме.

Позвольте теперь перейти к нашим взаимоотношениям. Я хочу воспользоваться этим случаем, чтобы выразить вам благодарность за постройку Высотной плотины. Вчера было завершено строительство. Это самое большое дело, которое сделал Советский Союз.

Л. И. Брежнев. Нам приятно это слышать и мы поздравляем Вас с завершением строительства.

А. Н. Косыгин. Это самое большое сооружение подобного рода в Африке.

Г. А. Насер. Я недавно ездил туда и с самолета видел водохранилище, зрелище потрясающее, будто море. Президент Бокасса поражен этим сооружением. Мы намерены в январе устроить официальные торжества по завершению строительства. Я был бы очень рад, если тов. Брежнев приедет к нам, чтобы присутствовать на этих торжествах.

Л. И. Брежнев. Благодарит за приглашение.

Ведется ли работа по созданию оросительной системы?

Г. А. Насер. Ведется, особенно в районе Александрии. Орошено на 200 километров западнее дельты.

Л. И. Брежнев. Но пока посевные площади бездействуют?

Г. А. Насер. Их освоение ведется постепенно. Война мешает темпам освоения.

Л. И. Брежнев. Эти земли пойдут под хлопок?

Г. А. Насер. Не только под хлопок, но и под овощи и фрукты. Мы сможем вам поставлять овощи и фрукты круглый год. Сеть энергосистемы тоже завершена.

Л. И. Брежнев. Как поживает Египет?

Г. А. Насер. Значит, перейдем к военным вопросам?

Л. И. Брежнев. Я спрашиваю, какие изменения произошли в Египте, какова оценка военных нашей помощи? Укрепляется ли дружба между нашими военными и египетскими? Или имеются ссоры?

Г. А. Насер. Значит, мы переходим к военным вопросам. Вы знаете природу людей. Чем ему больше дают, тем он больше просит.

Л. И. Брежнев. Я задаю одни вопросы, ответы получаю другие, как в Одессе. Итак, вернемся вновь, как поживает Египет?

Г. А. Насер. Хорошо. Народ в ОАР хороший, он монолитен, терпелив, перенес большие трудности.

Л. И. Брежнев. Как война сказалась на населении, объединила ли она людей?

Г. А. Насер. Очень. Израиль получил обратные результаты того, на что он рассчитывал. Недавно Али Сабри и Анвар Садат ездили в район, где разбомбили школу, и предложили населению переехать оттуда. Район занимает 80 тысяч феддан. Это осваиваемые земли, там проживают крестьяне, которым распределено по 5 федданов. Однако, несмотря на предложение Али Сабри и трудности, которые переживают эти семьи, они отказались покинуть этот район. После январского визита в Советский Союз внутренняя обстановка в стране стала более стабильной. Я не беру во внимание старые отживающие классы. Я беру народ в целом. Народ хорошо знает все, что сделал для нас Советский Союз. Я об этом говорю всегда и даже, выступая в Бенгази, я вновь сказал, что мы будем пользоваться и в дальнейшем советской помощью. Этим я хотел показать ливийскому руководству, чтобы оно не боялось развивать отношения с Советским Союзом.

На секретном заседании Национального Собрания ОАР я подробно рассказал о своей январской поездке в Москву. Я уверен, что дружба между нашими странами окрепла, и будет укрепляться. Это не конъюнктура, мы давно перешли уже эти рамки. Главный вопрос в моей поездке заключается в том, чтобы договориться о противодействии тому мощному военному давлению Израиля, которое оказывается в зоне Суэцкого канала. Израильтяне летают на высоте более 10 тыс. метров, и мы не можем сбить их. Они совершают интенсивные налеты от 50 до 200 самолето-вылетов в день.

Л. И. Брежнев. Какие потери?

Г. А. Насер. В январе мы потеряли убитыми 24 офицера, 50 раненых офицеров, 306 убитых солдат, 59 убитых гражданских лиц. Ежемесячно примерно 700–750 раненых.

А. Н. Косыгин. Эти потери сокращаются?

Г. А. Насер. В зоне канала увеличиваются. В феврале было 20 убитых офицеров и 250 гражданских лиц, в марте 13 убитых офицеров, 100 солдат и 199 гражданских лиц, раненых — 22 офицера, 202 солдата, 301 гражданское лицо. В апреле — 17 убитых офицеров, 150 солдат, 47 гражданских лиц. В апреле, опасаясь советских летчиков, израильтяне производили меньше самолето-вылетов. В мае — 19 убитых офицеров, 245 солдат, 28 гражданских лиц. Раненых — 33 офицера, 728 солдат, 94 граждан. Из военных основные потери несут зенитчики и специалисты ПВО. С января по сентябрь у нас погибло 28 летчиков, мы потеряли 23 полевых пушки, 61 зенитное орудие, радары и установки для ракет 24. Как заявил Даян, цель израильских налетов — воспрепятствовать Египту произвести сосредоточение египетских войск. Однажды они заявили, что в течение 24 часов сбросили 4 тысячи бомб.

Л. И. Брежнев. Какие бомбы?

Г. А. Насер. 500 килограммов. «Фантом» берет 14 таких бомб и 8 ракет «Воздух-воздух». Я должен сказать, что положение на фронте не радует. Мы решили вопрос обороны глубинных районов, но в зоне канала вопрос не решен. Раньше Израиль преследовал цель вызвать панику населения. Теперь он изменил тактику и производит массированные удары по определенному военному участку, а затем разбрасывает листовки против существующего режима. Эта зона 20 миль от канала. Во время январского визита мы достигли договоренности по многим вопросам, которые уже выполнены. Но Израиль ведет против нас электронную войну, а мы не можем вести такую войну.

Л. И. Брежнев. Солдаты стойкие, не бегут?

Г. А. Насер. Бегущих, конечно, нет, но дух военных страдает от бомбовых ударов.

Л. И. Брежнев. Как восстанавливаются потери?

Г. А. Насер. Постоянно. Сейчас в наших Вооруженных силах 620 тысяч человек. Вы мне раньше советовали довести армию до 1 миллиона. Главная для нас трудность — это электронная война. Ракеты системы 75 не могут работать в этих условиях. Сейчас мы создаем скрытные дозоры, чтобы подловить самолеты противника, но они быстро обнаруживают нас, создают помехи для работы наших радарных установок, а потом наносят нам удар. Мы решили обсудить эту проблему с командирами. Командиры предложили вводить в действие нашу систему и после этого делать быструю передислокацию. Это может дать положительный результат.

Мы хотим иметь более эффективные средства. Это естественно. Отношения между нашими военными и вашими хорошие. Но у израильтян более совершенная техника. Наш МИГ может находиться в воздухе 25 минут, «Мираж» — 1 час, а «Фантом» более часа. Мы вынуждены часто сменять самолеты в воздухе. Израильтяне, пользуясь краткостью нахождения наших МИГ в воздухе, пытаются затянуть наши самолеты в глубь израильской территории. Мы не можем поддерживать зонт воздушного прикрытия постоянно. В западной прессе считают, что 50 «Фантомов» соответствуют 150 МИГам. Противник имеет приборы, которые позволяют создавать помехи для наших радаров, ракет и даже связи между пилотами. Это я говорю на основании докладов советских специалистов. Наш пилот поднимается как слепой.

Начиная с 1967 года мы так и смогли достичь баланса в воздухе, потому что американцы предоставляют израильтянам более совершенную электронную технику. У них имеется электронное оборудование для помех на расстоянии до Александрии. Все же мы сбиваем израильские самолеты. У них есть также и вертолеты для создания помех для нашей техники. В каждой израильской эскадрилье имеется один «Мираж» для выведения из строя наводящей техники противника. В январе месяце мы договорились с Вами о поставке советской техники помех. Самолеты подобного рода прибыли в OAР, но еще не применялись. Мы нуждаемся в электронной технике для барражирования и создания помех. Без этого мы не можем вести эффективную борьбу. У наших самолетов также маленький радиус действия. Поэтому мы не может дать эффективный отпор противнику. Наши самолеты Ил–28 достигают границ Израиля, но на обратном пути их догоняют и сбивают. Так было сбито 2 наших самолета. У противника есть ракета типа «Хок», но у нас нет средств обнаружения пусковых установок. Если мы снимаем и фотографируем эти установки, то противник быстро меняет позицию. Сейчас противник наносит концентрированные удары против наших средств ПВО, имея технику обнаружения, они вывели все наши ракеты системы 75. Электронная техника, находящаяся у израильтян, была предоставлена американцами еще до 1967 года. Мы начали войну на истощение. Противник нам ответил. Мы в какой-то степени имеем успех: совершаем ночные рейды, переходы за канал, успешно идет обучение. В ночных операциях мы встречаемся с техникой инфракрасных лучей, имеющейся у израильтян. Они обнаруживают нас. У нас были фотографии танков израильтян с такими установками. Израильтяне проводят успешные операции также и ночью, поскольку освещают район инфракрасными лучами.

Сейчас очевидно, что американо-израильская стратегия базируется на преимуществах вражеских BBC, и когда американцы говорят о равновесии на Ближнем Востоке, они имеют в виду сохранение существующего положения. В настоящее время израильтяне имеют 3 пилота на каждый самолет. Для укрепления противовоздушной обороны нашей страны нам необходимы технические средства создания помех и проведения электронной разведки, увеличение количества летчиков, более совершенные истребители и ведение активной обороны. Израильтяне наносят удары, а мы, не имея достаточных средств, не можем им ответить. Когда в январе месяце нам дали самолеты Ту–16-ракетоносцы, я понял, что эти самолеты можно использовать для контрударов. Сейчас положение улучшилось, поскольку мы располагаем самолетами МИГ–17, которые лучше, чем самолет «Сухой», поскольку последний самолет имеет маленькую скорость. По опыту боевых операций против израильских самолетов можно сказать, что МИГ–21М не оправдал себя. Возможно, после усовершенствования этого самолета он может быть использован как истребитель-бомбардировщик.

У нас нет активной обороны, поскольку мы не располагаем достаточными средствами отпора. Если бы израильтяне хорошо представляли это, то нам бы пришлось плохо.

После моего визита в январе израильтяне прекратили крупные военные операции, но сосредоточили в зоне канала большие военные средства. Поэтому нам необходимы средства для того, чтобы противостоять им в этом районе. Мы не хотим втягивать вас в конфронтацию. Мы вам очень благодарны за большую помощь. Но я хотел бы просить маршала Гречко предоставить нам новые средства. Война во Вьетнаме отличается от войны на Ближнем Востоке. Мы не можем вести партизанскую борьбу против агрессоров, поскольку находимся на открытой территории, а наш противник имеет превосходство в воздухе.

К декабрю 1970 г. в Советском Союзе окончат обучение 150 летчиков ОАР для самолета МИГ–21, что является большой помощью для нашей авиации.

Л. И. Брежнев. Сколько летчиков в ОАР?

Г. А. Насер. У нас 104 летчика для МИГ–21, 75 — для МИГ–17, 55 — для «Сухого», 16 — для ИЛ–28 и 22 — для Ту–16.

После неудачных попыток использовать в военных действиях Ил–28 мы не можем позволить себе рисковать самолетом Ту–16.

Я сознательно акцентирую в этой беседе два момента: противовоздушную оборону и военно-воздушные силы. Если мы решим вопросы, связанные с ПВО и ВВС, израильтяне пойдут на мирное урегулирование. На Западе считают, что израильтяне располагают самыми лучшими в мире военно-воздушными силами. Мы знакомы со статьей одного американского журнала, в котором дается обзор израильских ВВС. Автор статьи приходит к заключению, что действительно израильские ВВС являются самими хорошими в мире.

В августе Ливия получит 4 «Миража», один ей уже поставили. Но я опасаюсь, что французы могут и не выполнить свои обещания. А этот самолет — самый хороший, поскольку только стоимость электронного оборудования на этом самолете составляет 300 тыс. долларов.

Мы придаем большое значение укреплению наших ВВС, и в последнее время Али Сабри назначен помощником президента по этим вопросам.

Л. И. Брежнев. Вам удалось сбить израильские самолеты?

Г. А. Насер. Генерал Катышкин знает это лучше меня.

И. С. Катышкин. За 5 месяцев сбито 10 израильских самолетов.

Г. А. Насер. Вы мне говорили в январе с. г., что всего сбито 51 самолет.

H. B. Подгорный. 11 израильских самолетов сбито в Сирии.

Г. А. Насер. Сирийцы сбили только 4 самолета, из которых 2 упали на территории Сирии, а 2 других — на оккупированной территории.

В ходе этих военных операций сирийцы потеряли 200 чел.

Н. В. Подгорный. Сирийцы утверждают, что и израильтяне понесли большие потери.

Г. А. Насер. Следует отметить важный момент — хорошее командование.

А. А. Гречко. Сирийцы в ходе этих военных операций не отступили, а перешли в контратаку.

Г. А. Насер. Как я сообщал Вам, Али Сабри, летчик по профессии, назначен помощником президента по вопросам ВВС. Я специально сделал это. Можно посылать его каждый месяц в Москву для встречи с маршалов Гречко и обсуждения необходимых вопросов. Противник находится в настоящее время в более выгодном положении: Синайский полуостров — ровная пустынная территория, и израильтяне уверены, что мы не будем форсировать канал и вести бои за Синайский полуостров.

Л. И. Брежнев. Какова глубина обороны израильтян на Синайском полуострове?

Г. А. Насер. Расстояние между Суэцким каналом и израильской территорией составляет 170 км. Израильтяне построили через каждые 10 км укрепленный пункт. Войска оттянуты на 18 км. Во втором эшелоне обороны находятся бронетанковые части.

Л. И. Брежнев. Значит, вдоль Суэцкого канала израильтяне не имеют своих войск?

Г. А. Насер. Нет. И поэтому свои удары мы наносим по их опорным пунктам.

А. А. Гречко. Ваша артиллерия имеет преимущества перед израильской артиллерией?

Г. А. Насер. Это верно, но израильтяне постоянно нас бомбят.

А. А. Гречко. Я просто хочу отметить, что у вас есть и свои преимущества перед израильтянами.

Г. А. Насер. Я беспокоюсь в настоящее время прежде всего за ВВС. Во всех сухопутных частях положение обстоит хорошо. Мы располагаем военно-морским флотом, подводными лодками, которые заходят в израильские воды. К сожалению, случилось так, что наш крейсер в результате налета израильского «Фантома» был потоплен близ нашей границы с Суданом. Наша пехота научилась хорошо форсировать канал и в ходе своих рейдов мы берем в плен израильских солдат. Иными словами, положение обстоит хорошо во всех Вооруженных Силах страны, кроме авиации.

Л. И. Брежнев. Сколько наших летчиков находится в OАР?

Г. А. Насер. 58 летчиков и 81 самолет. Советские летчики летают только над нашими аэродромами. У нас отсутствует единый координационный план взаимодействия и я просил бы назначить советского командующего. Прибытие советских летчиков в ОАР и их появление в воздушном пространстве нашей страны привело к прекращению полетов израильских самолетов вглубь нашей территории. 18 апреля, однако, израильский «Фантом» дошел до аэродрома, на котором базируются самолеты с советскими летчиками, но как только пилот этого самолета узнал об этом, он бежал. Израильтяне зарегистрировали 51 голос советских летчиков. Об этом заявил Даян. Через Гольдмана мы узнали, что Даян считает, что в случае нового вооруженного столкновения между израильтянами и арабами израильтяне будут вынуждены отступить, если им в поддержку не выступят Соединенные Штаты Америки.

После появления советских летчиков в Египте Даян сказал, что израильские самолеты не могут приблизиться к зоне, которая защищается советскими летчиками. Прибытие советских летчиков в OAР дало возможность усилить политическую борьбу против Израиля. Однако израильтяне в настоящее время наносят концентрированные удары по 20-мильной зоне вдоль Суэцкого канала. Поэтому я хотел бы просить разрешить нам использовать советских летчиков в создании воздушного «зонта» в этом районе, с тем, чтобы дать нашим летчикам возможность драться. Советские летчики не будут перелетать канал. Ведь речь идет о нашей обороне, и никто не сможет бросить нам упрека в этом.

Советские летчики не имеют тесного сотрудничества с египтянами, у нас нет координации, и я вновь прошу создать единое командование советских и египетских частей. Наши летчики готовы выполнить свой долг, они смелы. Я хочу, чтобы между нашими летчиками существовало тесное сотрудничество.

Л. И. Брежнев. У вас, видимо, есть и другие просьбы о военной технике. Мы все военные люди, поскольку отвоевали войну, и ваш рассказ мы внимательно слушаем.

Г. А. Насер. Прежде чем лечь спать, я думаю об укреплении обороны страны и тех потерях, которые мы несем. Наша основная просьба сводится к тому, чтобы вы помогли нам обеспечить ВВС. Мы хотели бы иметь общий план сотрудничества и взаимодействий. Я прощу вас также создать воздушный «зонт» советской авиации с тем, чтобы прикрывать египетские самолеты сверху. В этом случае мы могли бы самолетами МИГ–17 успешно воевать со «Скайхоками», а МИГ–21 — с «Фантомами».

Л. И. Брежнев. А чьи будут летчики? Наши?

Г. А. Насер. Да, но в определенной зоне.

Л. И. Брежнев. Где находятся ваши войска?

Г. А. Насер. На Суэцком канале, чтобы не было фильтрации, потому что здесь густонаселенные районы.

А. А. Гречко. Советские летчики несут полную ответственность над своими зонами. Наши летчики совершили по 55 вылетов. Израильтяне избегают встреч с ними.

Л. И. Брежнев. Ваши летчики несут потери?

А. А. Гречко. Нет. Поскольку не было столкновений с израильтянами.

Л. И. Брежнев. У нас имеется новый самолет-разведчик с хорошей электронной аппаратурой. Ваша война учит в известной степени и нас. Мы подумаем, нельзя ли снять эту аппаратуру и использовать ее на бомбардировщиках. Об этом мы поговорим с маршалом Гречко.

Я предлагаю на этом прервать переговоры с тем, чтобы продолжить их завтра в 10. 30. Мы дадим сообщение в печать об этих переговорах и о том, что они будут продолжены. У нас очень много работы и я предлагаю завтра опять же поработать до 1.30 – 2-х часов. Мы готовим Пленум ЦК, на котором я выступаю с докладом.

Г. А. Насер. Мы готовы.

Л. И. Брежнев. Завтра мы выслушаем и остальные Ваши просьбы. Но кроме этого нам необходимо обсудить и другие политические вопросы, и поэтому, как мне кажется, вам предстоит еще не одна встреча. Мы к этому подготовимся, а Вы, если в этом возникнет необходимость, перенесите на другое время свои протокольные мероприятия. После переговоров Вы бы могли поехать в Барвиху, а мы бы 2–3 июля работали бы на Пленуме ЦК. После Пленума мы могли бы продолжить переговоры.

Н. В. Подгорный. Да, нам надо поработать.

Г. А. Насер. Мы согласны продолжить завтра переговоры в 10.30.

Гречко информировал Насера о том, что вчера 24 израильских самолета совершили налет на два дивизиона установок «Печора», которые были обнаружены израильтянами. В результате налета эти дивизионы сильно пострадали и их пришлось вывести в резерв. При налете один советский офицер был убит, а другой тяжело ранен. Египетская сторона потеряла убитыми 12 офицеров и 40 солдат.

Во время налета было сбито 6 израильских самолетов.

Л. И. Брежнев. (обращаясь к Насеру). Вам известно все это?

Г. А. Насер. Я знал о возможном налете израильской авиации до своего отъезда из Каира. Вчера же я получил телеграмму, из которой узнал о случившемся.

Л. И. Брежнев. Есть ли у Вас пленные израильские летчики?

Г. А. Насер. Да, мы взяли в плен 5 израильских летчиков, двоих из них мы обменяли на одного нашего летчика, попавшего в плен к израильтянам. Кроме того, мы взяли в плен несколько израильских командосов.

Л. И. Брежнев. Вчера мы обсуждали в общих чертах вопросы, касающиеся укрепления ПВО вашей страны, оказания помощи в предоставлении технических средств создания помех и проведения электронной разведки. Продолжим обсуждение интересующих нас вопросов, как условились вчера.

Г. А. Насер. Я весьма сожалею, что вынужден отнимать у Вас время, учитывая Вашу огромную занятость. Я очень благодарен Вам, что Вы смогли найти время для продолжения нашей беседы.

Л. И. Брежнев. Мы считаем это необходимым и рады этому.

Г. А. Насер. Вчера мы обсудили широкий круг вопросов. Теперь я хотел бы разъяснить некоторые моменты, касающиеся ряда других аспектов.

В последнее время мы провели у себя ряд мероприятий по изысканию дополнительных средств, необходимых для укрепления нашей экономики и обороноспособности. Не скрою, что эти мероприятия легли новым бременем на плечи египетского народа. Мы увеличили налоги на 400 млн ег. ф., подняли цены на товары. Наши враги думали, что эти мероприятия приведут к взрыву внутри страны, но их надежды не оправдались. Народ понял необходимость этих мероприятий и еще теснее сплотился вокруг нас.

Наш бюджет составляет 3 млрд 700 млн ег. ф., 350 млн из них мы выделили на нужды экономического развития, а 550 млн — на военные нужды. В 1967 г. на военные расходы мы ассигновали 170 млн ег. ф.

По линии АСС у нас созданы «Комитеты граждан во имя битвы», которые развернули широкую работу по всей стране, мобилизуя народные массы на защиту Родины.

Основной проблемой, стоящей перед нами, является та психологическая война, которую ведут против нас наши враги, используя при этом все виды пропаганды. Радиостанции США, Англии и других западных стран всячески пытаются ввести в заблуждение общественное мнение нашей страны. Наша интеллигенция, в своем подавляющем большинстве владеющая английским языком, слушает эти радиопередачи и частенько поддается на провокации.

Каирское радио в свою очередь ведет широкую антипропаганду, оно пользуется большим влиянием и популярностью в арабских странах. Однако иностранная пресса, и даже арабская, например, ливанская, которая финансируется американцами, публикует сообщения, о которых мы не хотим говорить, и они доходят до сведения нашего населения. Поэтому мы вынуждены перепечатывать некоторые сообщения из иностранных газет. Поэтому мы перепечатали из газеты «Нью-Йорк таймс» сообщение о прибытии в ОАР советских ракетных установок «Печора». Все арабские газеты сообщили о прибытии в ОАР самолетов МИГ–23. Ваш посол говорил мне, что в Москве проявляют удивление в связи с тем, что в нашу прессу просачиваются сообщения об этом. Но если бы мы не опубликовали информацию по этому вопросу в наших газетах, это нанесло бы нам вред. О прибытии советских летчиков в ОАР передавали сообщения все иностранные и арабские газеты и радио, кроме нас. Мы придаем очень большое значение этой психологической борьбе, используя ее для привлечения на свою сторону симпатий людей.

Второй вопрос, который я хотел бы затронуть — это вопрос о восточном фронте. Ливийский лидер Каддафи выдвинул план об организации общеарабской войны против Израиля с целью оказания помощи ОАР. На встрече в Триполи в этой связи выдвигался ряд проектов. Однако вопрос о создании восточного фронта является весьма сложным и над ним надо много работать.

Мы пользуемся значительным влиянием в Сирии, Ираке, Иордании. У нас сложились хорошие отношения с сирийцами и Палестинским движением сопротивления. Однако при этом следует отметить, что иракцы больше занимаются своими узкопартийными интересами, чем вопросом создания восточного фронта.

Положение в Иордании довольно напряженное, там накопилось много противоречий. Я должен прямо сказать, что мы опасались, что последние события в Иордании могли привести к американской интервенции, в результате которой мы могли бы потерять Иорданию. Что касается ливийских руководителей, и в частности Каддафи, то они находятся под большим влиянием ОAP. Главным их пособием служат книги Анвара Садата. Они многое взяли из опыта нашей революции.

Вчера товарищ Брежнев спрашивал о ливийском обществе. Основную часть ливийских городов составляют купцы, ремесленники, мелкая и средняя буржуазия. Племена бедуинов обитают в южных районах страны. Надо сказать, что историческое развитие Ливии проходило под большим влиянием Египта. Ведь все пути из Египта в страны Магриба проходили через Ливию. Да и сейчас все события, происходящие в ОАР, находят свое отражение в Ливии.

После второй мировой войны племенные порядки в стране стали разрушаться, этот процесс еще более усилился с развитием нефтяной промышленности в стране. Образовалась значительная прослойка интеллигенции и буржуазии.

11 членов Революционного Совета Ливии является выходцами из бедуинских племен.

После переворота в Ливии Каддафи предложил мне осуществить объединение наших стран, но мы не пошли на это. Мы дали согласие на создание федерации с тем, чтобы не упустить Ливию. Однако Каддафи продолжает настаивать на единстве наших стран.

А. Н. Косыгин. Как мыслится создание подобной федерации, какие органы управления будут в ней учреждены — Совет Министров или какой-либо другой орган?

Г. А. Насер. Они хотят полного слияния, они даже не хотят создания Совета Министров.

А. Н. Косыгин. Например, принцип нашей федерации предусматривает, что каждая республика имеет свой парламент, свое правительство, свой бюджет. Каждая республика является равноправной и чувствует себя независимой в рамках федерации.

Г. А. Насер. Именно такой принцип я и предлагал Каддафи, но продолжает настаивать на единстве. Президент Атаси также заявил мне и Каддафи, что Сирия тоже желает стать членом подобного единства государств. Мы решили обсудить этот вопрос на совещании в Бенгази.

Надо сказать, что программа сирийской партии Баас предусматривает объединение Сирии с ОAP. В программе ливийских руководителей содержится подобное же положение. Разумеется, внутренняя реакция в Ливии всячески противится этому, но народ поддерживает эту идею. В Ливии нам приходится вести борьбу против США и Англии, которые убеждены, что это мы убедили ливийских руководителей ликвидировать иностранные военные базы на территории Ливии.

Франция также имеет свои виды на эту страну. Во время секретного визита члена Революционного Совета Ливии Джеллуда в Париж он был принят Помпиду и Дебре, ему были оказаны там особые знаки внимания.

Мы согласны на образование федерации на основе сохранения республик.

А. Н. Косыгин. Каковы настроения в ливийском народе?

Г. А. Насер. Настроения хорошие. Народ Ливии выступает за единство. Правда, западники стараются посеять сомнения в народе в том смысле, что мы хотим наложить свою руку на ливийскую нефть. Но нам не трудно было доказать ливийским руководителям всю вздорность подобных утверждений.

Ливийцы искренне хотят единства с нами. Я лично считаю, что нам следует пойти на какую-либо форму единства с Ливией, если мы не хотим ее потерять.

Было решено создать комиссию под председательством Атаси, в ее состав вошли от ОАP председатель Национального собрания Лябиб Шукейр, от Ливии — член Революционного Совета Джеллуд. Эта комиссия должна определить форму федерации, если ей это не удастся, то этот вопрос будет вынесен на обсуждение глав трех государств.

После достижения соглашения по этому вопросу будут созданы подкомиссии для изучения других вопросов, связанных с организацией федерации, а затем будет проведен референдум в странах-участницах федерации и в каждой из них будет создано Национальное собрание.

Н. В. Подгорный. Разумеется, империалисты будут отрицательно реагировать на создание подобной федерации, но самый сложный вопрос состоит в том, что идея федерации также вызовет отрицательную реакцию в самом арабском мире. Например, Алжир, Тунис и Марокко никогда не присоединятся к этой федерации.

Г. А. Насер. Мы ожидаем, что Ирак изъявит желание войти в федерацию, но мы опасаемся коварства, хитрости и кровожадности его руководителей. Если мы объединимся с Ираком, то мы будем вынуждены взять на себя моральную ответственность за их действия.

Но я считаю, что сам факт образования федерации воодушевит и мобилизует трудящиеся массы в арабских странах, хотя и отдаем себе отчет в том, что создание федерации придется кое-кому не по вкусу.

А. Н. Косыгин. Как Вы думаете разъяснять народу образование федерации? Сначала создать федерацию, а потом разъяснять народу необходимость ее создания или наоборот?

Г. А. Насер. В Ливии я настаивал на том, что сначала нужно разъяснить народу идею создания федерации.

А. Н. Косыгин. Вы считаете, что для этого будет достаточно одного месяца?

Г. А. Насер. Может, месяц, а может, больше. Тяга к единству в арабском мире в настоящее время всенародна.

В 1958 г., когда произошло объединение Египта и Сирии, Сирийская компартия решительно выступала против этого, а теперь она выступает за единство арабов. Даже Халед Багдаш под влиянием широких народных масс выступает за единство.

В настоящее время после США и Англии нам предстоит наиболее серьезная борьба за Ливию с Францией, которая намеревается прибрать ее к своим рукам. Если бы не большое влияние ОАР в Ливии, то Франция, возможно, добилась определенных успехов в этом вопросе. У Ливии нет своих национальных кадров, поэтому мы всячески помогаем ей в этом деле. Сейчас в Ливии работают 500 египетских врачей, много специалистов по сельскому хозяйству и т. д. А раньше египтян в Ливию вообще не пускали.

Говоря о происках империалистов на Ближнем Востоке, нельзя не обратить внимания на попытки китайцев активизировать свою деятельность в этом районе, установить тесные контакты с палестинскими организациями. Правда, они не добились каких-либо заметных успехов в этом деле.

Л. И. Брежнев. Много ли китайцев в Ливии?

Г. А. Насер. Нет, Ливия не установила пока дипотношений с КНР, она до сих пор признает правительство Формозы. Вместе с тем ливийцы недавно послали члена Революционного Совета Джеллуда в Пекин, где он имел встречу с Чжоу Энь-лаем. Тот ему многое обещал, старался настроить против Советского Союза. Однако Джеллуд вернулся, не добившись от китайцев каких-либо конкретных результатов.

Вчера мы обсуждали с Вами вопросы, связанные с военным положением, сегодня я рассказал о межарабских отношениях.

Л. И. Брежнев. Скажите, пожалуйста, была ли согласована с Вами военная операция, проведенная сирийскими вооруженными силами?

Г. А. Насер. У нас был общий план действий. В феврале, когда мы несли большие потери от налетов израильской авиации, мы просили сирийцев активизировать действия на своем фронте, но при условии эвакуации из прифронтовой зоны партизанских баз. Что же касается деталей военных операций, то по этому вопросу у нас договоренности с сирийцами не было.

Л. И. Брежнев. Какую позицию занимает Бумедьен?

Г. А. Насер. В декабре я пригласил его принять участие в совещании глав арабских государств, противостоящих Израилю. Он уклонился от этого, сказав, что его присутствие на этом совещании вызовет недовольство Туниса и Алжира.

Л. И. Брежнев. Я вспоминаю, что когда он с Арефом был в Москве, то они оба, что называется, рвались в бой. Тогда мы им советовали не торопиться, взвесить все. А теперь, я вижу, он остыл.

Г. А. Насер. В 1967 г. мы потерпели поражение, но все же выстояли. Поэтому Бумедьену трудно сейчас стать во главе арабского мира, который все больше сплачивается вокруг ОАР. Но я по-прежнему считаю, что его не надо отталкивать, его можно и нужно расположить к себе. Он поставил перед собой трудную задачу — обеспечить быстрый подъем экономики своей страны и в то же самое время ратовать за начало войны с Израилем. Эти две вещи несовместимы. Он говорил Каддафи, что примет участие в совещании глав трех государств в Триполи, но при условии, что там будет принято решение об освобождении всех оккупированных арабских территорий, включая Палестину. Мы приняли его условие, поскольку оно было весьма растяжимым и неконкретным. Однако он не явился на это совещание в расчете на то, что мы не примем его условие. Однако я повторяю, что нам не следует отталкивать его, поскольку он является самым порядочным человеком в Алжире.

А. Н. Косыгин. Вы должны понять нас правильно. Мы не против объединения арабских сил, и когда мы интересуемся вопросами объединения ОАР и Ливии, то не потому, что сомневаемся в его возможности. Мы просто хотим быть уверенными в том, что это объединение принесет пользу.

Вы в основном остановили свое внимание на взаимоотношениях между Сирией, Ливией и ОАР. Не означает ли это, что Вы хотите ограничиться только этими тремя странами. Ведь сосредоточив свое внимание только на этих странах, Вы можете противопоставить себя другим арабским странам, что может явиться поводом к началу гражданской войны, которую могут поддержать другие арабские страны.

К тому же возможно ли объединение всех вооруженных сил в течение месяца? Какие этапы должны вести к достижению полного объединения?

Г. А. Насер. Я согласен, что достижение единства дело весьма сложное. Например, Судан не готов к единству, ибо у него сейчас много внутренних неразрешенных проблем, хотя в программе суданских руководителей содержится положение о единстве. Правительство Судана, даже не ознакомившись с последним проектом Роджерса, отвергло его, сказав, что надо воевать. Южный Йемен также выступает за войну. Существуют серьезные противоречия между Сирией и Ираком. В прошлом месяце в Сирии была арестована группа лиц, поддерживаемая иракцами, которая пыталась совершить переворот. Существуют серьезные разногласия между партиями Баас в Сирии и Ираке. В июне была совершена попытка со стороны республики Чад спровоцировать гражданскую войну в Ливии. Вместе с тем должен оказать, что единство не приведет к гражданской войне, оно будет способствовать сплочению патриотических сил.

Я согласен, что дело объединения военных сил очень сложно. Например, у нас 40 тыс. офицеров, у Сирии — 15 тыс. офицеров. Если их всех сразу объединить вместе, то между ними возникнут трения. Сразу же встанет вопрос, кто главнее, кто кому подчиняется. Решение этого вопроса требует большого терпения и времени.

В самой сирийской партии Баас существуют проблемы, которые гораздо сложнее проблем, возникших в Компартии Судана. Однако обе группировки, образовавшиеся в сирийской партии Баас, возглавляемые Джадидом и Асадом, выступают за единство с ОAP.

Л. И. Брежнев. Дело в том, что образование федерации происходит не в условиях покоя, а в условиях войны, что порождает различные трудности. Имеется ли у арабских стран общая точка зрения о путях ликвидации последствий израильской агрессии. Вы, например, выступаете за мирное урегулирование конфликта, а Сирия, Судан, Алжир и Ирак не признают его. Если у вас не будет взаимопонимания в этом вопросе, то это вряд ли приведет к положительным результатам. В условиях войны можно создать федерацию, но отсутствие единства взглядов по такому основному принципиальному вопросу, как вопрос урегулирования, может привести к возникновению раздоров. Где же тогда гарантия прочности такой федерации?

Г. А. Насер. Вопрос о единстве ставится пока только в принципе и в основном под давлением Каддафи. Я поднимал перед ним вопрос о различном подходе арабских государств к проблеме урегулирования. Я согласен, что в случае объединения мы должны иметь единую позицию в этом вопросе. Я говорил Каддафи — давайте подождем с объединением до окончания агрессии. Все эти вопросы переданы на рассмотрение комиссии, возглавляемой Атаси.

Л. И. Брежнев. Комиссия — это узкий круг лиц, а как быть с народными массами?

Г. А. Насер. Я должен Вам прямо оказать, что у нас в ОАР большинство не желает мирного урегулирования, но это меня не пугает. Я могу смело и открыто заявить, что являюсь сторонником политического урегулирования и никто не обвинит меня в предательстве. А сирийские руководители этого сделать не смогут. Я же могу сказать о необходимости политического урегулирования и в Сирии.

А. Н. Косыгин. Могут ли в Иордании сосуществовать партизанское движение и монархический режим или же они войдут в столкновение между собой? И что Вы можете сказать о положении в Йемене?

Г. А. Насер. Существующая расстановка сил в Иордании весьма неплохая.

А. Н. Косыгин. Да, но там одни бьют других?

Г. А. Насер. Эти раздоры могут быть урегулированы. В настоящее время создана объединенная комиссия, состоящая из представителей Алжира, Ливии и ОAP, по примирению. Она находится в Аммане. Сложность заключается в том, что в Иордании насчитывается 22 партизанские организации. Правда, сейчас идет процесс объединения этих организаций под единым командованием. А вообще положение в Иордании долго будет нестабильным, поскольку партизаны не доверяют королю Хусейну. Но сейчас они вынуждены сосуществовать.

Что же касается Йемена, то я должен сказать, что там по сути дела существуют два Йемена — республиканский и монархический, между которыми я не вижу разницы. Например, такие деятели, как Ахмед Шами, Арьяни и другие занимали при короле видные государственные посты. Главное для йеменцев был уход из страны королевской семьи. Они договорились о прекращении гражданской войны и возвращении в страну монархистов.

В Северном Йемене прогрессивные силы весьма малочисленны. Племена хорошо вооружены и будут выступать на стороне тех, кто им больше дает денег. Я помню, что, когда в Йемене находились египетские войска, эти племена днем выступали за республиканцев, а ночью стреляли в них.

Йеменцы живут еще в условиях средневековья и надо еще много времени, чтобы они встали на путь подлинного прогресса. Экономическое положение весьма тяжелое. Сейчас там свирепствует голод из-за отсутствия дождей.

Что же касается наших отношений с Йеменом, то они вполне хорошие.

Сейчас в Каире находится министр иностранных дел Йемена Шами — он монархист. Он хочет прибыть в Сану только после встречи со мной. В Каире сейчас находятся бывший президент Йемена Саляль, бывший король Ливии Идрис.

А. Н. Косыгин. Я вижу, у Вас много забот?

Г. А. Насер. Что поделаешь, такова природа арабских дел.

Вчера я много говорил о положении в нашей армии, в ВВС, о технических средствах создания помех, но это отнюдь не означает, что мы откладываем в сторону вопросы политического урегулирования. Я целиком и полностью за него, ибо знаю, что война несет с собой неисчислимые бедствия. Мирное урегулирование имеет большое значений для нас. Даже если будет война, в конечном счете, наступит черед политического урегулирования.

Израиль одержал крупную военную победу, но он не смог добиться политической победы.

Вчера Никсон объявил о выводе американских войск из Камбоджи, сохранив при этом за собой право возобновить бомбардировки.

А. Н. Косыгин. Это просто наглость — заявлять о выводе войск и оговаривать за собой право на возобновление бомбардировки территории этой страны.

Г. А. Насер. Никсон проиграл свою игру в Индокитае.

А. Н. Косыгин. Да, в Камбодже ж здорово проиграл.

Г. А. Насер. Нам необходимо политическое урегулирование конфликта, но оно должно быть подкреплено силой. Такое урегулирование должно быть справедливым, мы не можем пойти на уступку Израилю хотя бы одной пяди арабской земли. Это было бы предательством. Израиль открыто заявляет, что он не возвратит арабам Иерусалим, Голанские высоты и другие территории. Израильское правительство продолжает выступать с экстремистских позиций, его можно принудить к мирному урегулированию только силой. Все американские проекты урегулирования отражают интересы Израиля. Во время встреч в Каире с тт. Громыко и Виноградовым мы согласились со всеми вашими предложениями. Посол Добрынин представил их американцам, а они продолжают их игнорировать. Новый план Роджерса только уродует ноябрьскую резолюцию Совета Безопасности. Для возобновления миссии Ярринга необходимо иметь согласованные рекомендации «четверки».

Мы готовы обсудить все новые варианты урегулирования. Это можно поручить Громыко и Риаду.

А. Н. Косыгин. Вы обсуждали с американцами последний план Роджерса?

Г. А. Насер. В Вашингтоне американцы заявили, что они поручили своему представителю в Каире обсудить этот вопрос с министром Риадом. Американский представитель в Каире Бергус передал американские предложения заместителю министра иностранных дел ОAP. Его комментарии к американским предложениям были нами переданы вашему посольству.

Мы заявили Бергусу, что изучим американские предложения.

Впрочем, наши министры иностранных дел могут более подробно обсудить между собой все эти вопросы. Теперь я хотел бы вернуться к военным вопросам.

Л. И. Брежнев. Мы слушаем Вас.

Г. А. Насер. 1). Прежде всего мы нуждаемся в достижении полного военного сотрудничества, разработке перспективных планов, есть необходимость в увеличении числа советских штабных советников для разработки соответствующих планов.

2). Мы нуждаемся в установлении тесного взаимодействия между советскими и египетскими летчиками с тем, чтобы советские летчики приняли участие в создании воздушного «ЗОНТА» с тем, чтобы дать возможность нашим летчикам вести воздушные бои с израильтянами. Советские летчики будут действовать только западнее канала, не перелетая через него. Это не даст возможности израильским летчикам наносить концентрированные удары по 20-мильной зоне вдоль Суэцкого канала.

3). Обеспечить наши ВВС, ПВО и разведку электронным оборудованием.

4). Мы хотели бы иметь различные виды мелкого военного оборудования, которое имеется у наших советских друзей, — портативные радиостанции и т. д.

5). Оказать нам помощь в замене существующих кодов во всех военных частях.

6). Предоставить нам приборы для расшифровки израильских кодов, ибо они имеют возможность расшифровывать все ваши коды, а мы только часть их шифров.

7). Я прощу решить уже ранее выдвигаемый мною вопрос о передвижении ракетных комплексов «Печора» к зоне канала.

8). Сейчас в Советском Союзе обучаются египетские военнослужащие по управлению ракетными комплексами «Печора». В августе они должны вернуться в ОАР. Поэтому мы просим выделить нам дополнительно 18 дивизионов «Печоры» со всей радиослужбой.

9). 3 «Шилки» и 6 «Стрела–2» с радиолокационными средствами.

10). 180 «Шилки» для защиты 60 дивизионов ракет 75 и «Десна».

11). 100 мм пушки для 4-х полков, которые охраняют линии высоковольтных передач от Асуанской плотины и барражи на Ниле.

12). 48 приборов управления 50 мм вместо имеющихся сейчас.

13). 28 приборов антипомех для управления 100 мм пушками.

14). 8 дивизионов, подлежащих поставке.

15). Тягачи «Краз» и «Урал» для перевозки 8 дивизионов комплекса «Десна».

16). Для ПВО радиолокационные средства.

17). Обеспечить маневренность дивизионных комплексов, поскольку они легко обнаруживаются.

18). Для ВВС — 80 самолетов «МИГ–21мф». Из них 50 самолетов в июле в срочном порядке.

У нас на каждые 10 самолетов имеется 12 летчиков.

У нас погибло 96 летчиков.

Л. И. Брежнев. Мы не сможем рассматривать заявку до тех пор, пока не будут подготовлены 150 летчиков.

Г. А. Насер. Сейчас подготовка летного состава поручена Али Сабри.

А. Сабри. Для подготовки настоящих боевых летчиков необходимо 2,5 года. Мы уже ввели в боевые действия летчиков, которые обучались в Советском Союзе в 1967 г.

Летчики, которые обучались в Советском Союзе в прошлом году, также постепенно вводятся в боевые действия.

К декабрю число боевых летчиков будет увеличено в два раза, а самолетов не хватает.

Для 50 самолетов, которые поступят в июле, будет подготовлено соответствующее число летчиков и так будет поэтапно.

Кроме того, обучение летчиков лучше проводить в условиях ОАР, имея в виду хорошие метеорологические условия и близость к театру военных действий. Сейчас в ОАР находятся 32 советских инструктора по обучению летчиков.

Новые самолеты мы просим не для того, чтобы они хранились на складах, а потому, что у нас есть летчики, а самолетов мало.

Г. А. Насер. Сейчас в ОАР в военно-воздушном колледже проходят обучение 450 человек.

А. Н. Косыгин. У нас обучается много египетских студентов, хорошо знающих русский язык. Из их числа можно было бы отобрать 60–70 человек и послать их на курсы подготовки летчиков. Они могли бы пройти курс обучения в более короткие сроки, чем офицеры, прибывающие из ОАР, которых еще нужно обучать русскому языку.

Г. А. Насер. Сабри соберет студентов и побеседует с ними на эту тему.

У нас есть еще и другие заявки:

1). 142 двигателя для самолетов МИГ–21мф.

2). Эскадрилью самолетов-корректировщиков.

3). В связи с тем, что Израиль увеличивает свои ВВС за счет увеличения числа вертолетов, мы бы хотели получить 50 вертолетов МИ–8, с поставкой их, начиная с 1971 года.

4). Ракетоносцев 116.

5). Бомбы для сбрасывания на низких высотах. У израильтян имеются бомбы с тормозными установками.

6). Напалмовые бомбы и бомбы для разрушения взлетных площадок.

7). У нас имеется 160 самолетов МИГ–17, но к ним нет запчастей. Просьба нам их предоставить.

8). Ракеты «воздух-земля».

9). Мы готовы заключить отдельные соглашения о поставках нам различных видов автомашин.

10). У нас имеется оборудование для инженерных войск на 30 процентов. Мы бы хотели довести его да 50 процентов.

11). Средства связи для ВВС, ПВО и сухопутных войск на дальние дистанции.

12). Два батальона пушек Д–30.

13). Оборудование для техники инфракрасных лучей. Вам известно, что англичане изобрели телескоп, который увеличивает в 1500 раз, один из таких телескопов мы имеем.

А. Н. Косыгин. Пришлите его нам.

Г. А. Насер. Пожалуйста.

Как я уже говорил ранее, в ночных операциях мы встречаемся с техникой инфракрасных лучей, имеющейся у израильтян. У нас есть фотографии танков израильтян с такими установками. Одну из таких установок мы передали т. Горшкову.

А. Н. Косыгин. Было бы хорошо, если бы Вы пересылали бы нам приборы и части от сбитых «Фантомов».

Г. А. Насер. У нас существует об этом полная договоренность с генералом Катышкиным. Мы предоставляем советским специалистам осматривать сбитые израильские самолеты на месте.

14) Для отрядов гражданской обороны, число которых мы намерены довести до 1 млн. человек, нам необходимы винтовки, пулеметы, минометы, противотанковое оружие.

15) В свое время была достигнута договоренность о передаче нам технической документации на производство некоторых видов вооружения и боеприпасов, для чего у нас есть достаточные производственные мощности и кадры.

Л. И. Брежнев. Какова обеспеченность войск боеприпасами?

Г. А. Насер. В случае, если Израиль развернет против нас широкие боевые действия, у летчиков имеются боеприпасы на три дня. Мы ощущаем большую нужду в снарядах для 130 мм пушек. Израильтяне основные потери несут не от авиации, а от артобстрелов, поэтому мы нуждаемся в большом количестве снарядов.

А. Н. Косыгин. Надо у вас на месте организовать производство снарядов.

Г. А. Насер. У нас есть завод, но мы не получили лицензии на различные виды снарядов, например, на кумулятивные снаряды.

А. Н. Косыгин. Но простые снаряды вы можете выпускать?

Г. А. Насер. Да. Кроме того, у нас есть большой завод по производству самолетов.

Л. И. Брежнев. Какие самолеты он выпускает?

Г. А. Насер. Завод выпускал военный самолет «Каир», но производство этого самолета обходилось очень дорого, и мы были вынуждены прекратить выпуск этих самолетов.

Когда т. Косыгин был в ОАР в 1966 году, мы обсуждали с ним вопрос об организации в ОАР производства самолетов «МИГ». Это было бы хорошо устроить. Я беседовал по этому вопросу с т. Горшковым и он сказал, что в ОАР имеются для этого большие потенциальные возможности, которые необходимо максимально использовать.

В заключение я просил бы организовать визит в ОАР командующего ВВС Советского Союза. Он мог бы совершить поездку в ОАР с любым числом своих коллег и ознакомиться на месте с положением в наших ВВС.

Мы приглашаем также посетить ОАР маршала Батистова с тем, чтобы он мог ознакомиться с организацией ПВО и, наконец, мы бы очень хотели, чтобы нас посетил Маршал Гречко. Его визит в ОАР можно было бы сделать негласно.

Л. И. Брежнев. Есть предложение поручить нашим военным товарищам совместно с вами рассмотреть сделанные вами заявки, а товарищам Громыко и Риаду рассмотреть все возможные варианты мирного урегулирования ближневосточного конфликта. При этом, мне кажется, не следует игнорировать американские и французские предложения по урегулированию. Главное не стоять на месте в этом вопросе, а разрабатывать новые варианты. Американцы подготовили новый план и выдвигают его как какую-то новую важную инициативу. Мне кажется, надо выработать вариант планов по урегулированию с США, а другой вариант с «четверкой». Сегодня вы поедете в Барвиху, где, я надеюсь, сможете хорошо отдохнуть, а другим вашим товарищам в это время придется усиленно поработать.

Г. А. Насер. Сколько времени я буду находиться в Барвихе?

Л. И. Брежнев. Сколько хотите.

Г. А. Насер. Я хотел бы после того, как вы немного освободитесь от неотложных дел, встретиться с вами.

Л. И. Брежнев. В четверг и пятницу у нас будет проходить пленум, а поэтому я буду занят, а в понедельник мы можем вновь встретиться. Во время Вашего отдыха в Барвихе мы будет публиковать время от времени сообщения о том, что переговоры между нами продолжаются, с тем, чтобы не вызывать кривотолков у иностранных журналистов.

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 603. Л. 1–42.

Л. И. Брежнев. Какие новости с Родины?

Г. А. Насер. Там все обстоит благополучно. Правда, вчера были воздушные бои. Мы имели некоторые потери в воздухе. Израильские летчики лучше наших. Я недоволен командованием наших ВВС.

Л. И. Брежнев. Да, война продолжается. А теперь будем продолжать наши переговоры по согласованной нами программе. Мы договорились, что т. Фавзи скажет нам, что вам нужно, а т. Гречко сообщит, что мы можем дать, и мы все обсудим. Пусть т. Гречко доложит нам.

А. А. Гречко. Тов. Фавзи запросил у нас очень много техники и вооружения. Мы тщательно рассмотрели все его заявки. Вот результаты, к которым мы пришли.

1. Мы готовы поставить ОАР 18 дивизионов ракетных комплексов. Это 72 пусковых установки, это 144 ракеты, которые могут одновременно произвести залп. Эти ракеты ведут огонь с 50-ти метров. Установка «Печора» сбивает самолет на расстоянии 14 км и на высоте 50 м. Дивизионы будут доставлены с радарными установками.

2. Мы готовы поставить 21 радиолокатор.

3. Свыше 100 тягачей и другой техники обслуживания. Мы можем поставить эти дивизионы и технику обслуживания в 1970 году. Для их обслуживания у нас сейчас обучается арабские военнослужащие. Мы готовы направить 200 советских офицеров и сержантов для освоения этой техники на месте.

4. Кроме этого, мы можем предоставить 20 комплектов «Шилка».

5. 50 комплектов «Стрела–2». Все это в августе с. г.

По линии ВВС мы можем предоставить 40 самолетов МИГ–21мф.

Л. И. Брежнев. Надо сказать, что для перевозки всей этой техники потребуется 9–10 кораблей, и надо, чтобы перевозка этого вооружения была проведена в обстановке секретности и безопасности.

Г. А. Насер. В прошлый раз все было проведено хорошо.

А. А. Гречко. Эти дивизионы будут использоваться для прикрытия войск.

Л. И. Брежнев. За это время надо провести большую работу по разведке местности, подготовить укрытия и план использования вооружения на месте. Это не менее важно, чем доставить вооружение.

А. А. Гречко. По линии ВВС мы можем предоставить 40 новых самолетов с новыми двигателями М–13–300. Это самолеты, на которых летают советские летчики. Можем предоставить 10 самолетов МИГ–21ф–13 в течение 2 или 3-х месяцев, а 10 других самолетов в начале 1971 года. По наши данным, летчиков OAР будет достаточно только для этого количества самолетов с тем, чтобы быстро ввести их в строй.

По скрытому управлению войсками мы готовы поставить соответствующую аппаратуру. Мы можем дать 60 комплектов «Агат» в течение 2–3 месяцев. В 1971 г. мы можем предоставить еще 12 комплектов. Можем предоставить 10 комплектов аппаратуры засекречивания, а также другую засекречивающую аппаратуру. По этому вопросу мы вашу заявку полностью выполняем, а комплекты небольшого засекречивания даем даже сверх нормы.

Что касается боеприпасов, то мы их можем поставить почти столько, сколько вы просили. Мы предоставим вам большое количество снарядов, патронов, ракет, большое количество стрелкового оружия, а именно: 800 тыс. карабинов и автоматов, 500 пулеметов, 100 зенитных установок ЗУ–23, 300 ручных гранатометов, 150 минометов, 150 безоткатных орудий, 96 комплексов зенитных 7-мм орудий, 122 гаубицы Д–30, т. е. удовлетворяем всю вашу заявку.

Вашу заявку на бронетехнику, танки, бронетранспортеры можем удовлетворить на 100 процентов. Мы можем поставить бронетранспортеры БТР — 60 штук, тягачей — 10. Причем все это вооружение берется из войск, подвергается капитальному ремонту и передается вам. Мы можем предоставить вам больше число средств радиосвязи, а именно: 60 радиостанций Р–104 для дивизий, полков и батальонов, 34 радиостанции Р–18, 109 радиостанций Р–108 и радиостанции другого назначения. 51 мастерскую по ремонту артиллерии и танков, по материальной части все ваши просьбы удовлетворены. Все это будет поставляться в 1970–1971 г. г. Радиоэлектронное вооружение. Для войск 0AP мы можем предоставить средства, которые полностью обеспечат действия авиации в пределах района Суэц — Порт-Саид. Для помех противника и для защиты самолетов мы готовы предоставить 15 станций радиопомех, 61 станцию радиоразведки. Все это в 1970 году. А в 1971 г. — 15 радиостанций помех и 17 станций радиоразведки. Мы можем поставить 3 станции РС–1 для обнаружения артиллерии и радиостанций, т. е. то, что вы просили. Этого достаточно для трех радиотехнических батальонов и двух радиотехнических рот. Этих средств вполне достаточно для обеспечения ВВС и обеспечения помех противника.

Я благодарю Вас за предоставленные нам английские стереотрубу и бинокли с инфракрасными лучами. Наши специалисты обследовали их, по своим качествам они уступают нашим оптическим приборам. Если дальновидность английской стереотрубы 600–700 метров, то нашей — 800 метров. Мы можем поставить вам наши оптические приборы. У вас есть 600 танков Т–55, обеспеченные инфракрасными прицелами. Что касается танков Т–54, то они ими не оборудованы, поскольку это сложно сделать. В этом году мы предоставим вам 10 комплектов инфракрасных прицелов для орудий прямой наводки. Направим в 0AР бригаду мастеров для установки этих приборов на орудия. Думаю, что большего вам не потребуется.

Что же касается вопроса о воздушном «зонте», то должен доложить следующее. Мы очень тщательно изучили этот вопрос с военными специалистами и летчиками. Должен сказать, что технически этот вопрос решить очень сложно. Для этого необходимо, чтобы один человек осуществлял управление одновременно и «зонтом», и летчиками, участвующими в непосредственных боевых действиях, а осуществлять это через переводчика невозможно. Трудно осуществлять взаимодействия ПВО и самолетов, используя при этом два языка, т. к.

управление боем надо вести с одного командного пункта. Мы должны иметь отдельные советские и арабские авиационные отряды летчиков из-за необходимости использования двух языков. Нам кажется, что надо оставить все так, как есть. Советские летчики будут отвечать за одно направление, а арабские за другое. Надо только усилить взаимодействия между советскими и арабскими летчиками и ПВО. Мы усилим это взаимодействие.

Что касается просьбы о поставках ракетоносцев Ту–16, то мы считаем, что в настоящее время в районе Суэцкого канала мы не видим у израильтян важных объектов, по которым следовало бы нанести удар ракетами. Подобные ракеты используются для разрушения каких-то крупных объектов, как заводы, города, промышленные предприятия. Поэтому мы считаем, что сейчас нет нужды в поставках в ОАР самолетов Ту–16. У вас сейчас имеется 10 самолетов Ту–16, они могут быть быстро использованы в случае необходимости. Мы готовы предоставить лицензии на производство военной техники и оружия. Лицензия на производство радиостанций у вас уже есть.

Что касается вашей заявки на запчасти для самолетов МИГ–17, то у нас в этом вопросе имеются трудности. Мы не сможем сейчас предоставить требуемого количества запчастей, но будем стараться предоставить их вам полностью. Было бы очень хорошо, если бы в ОАР можно было бы организовать производство этих запчастей. Дело в том, что МИГ–17 снят с производства, и запчастей к ним осталось мало.

Что касается помощи Генштабу, египетской армии в деле подготовки оперативных планов, то мы готовы направить в ОАР необходимое число офицеров.

Вопрос о поездке командующего ВВС СCCP в ОАР маршала Кутакова для ознакомления с состоянием ВВС ОАР и предоставлении необходимых советов и рекомендаций решен положительно. Если наше руководство утвердит все эти заявки, то это серьезным образом усилит обороноспособность ОАР.

Л. И. Брежнев. Давайте теперь послушаем т. Скачкова.

С. А. Скачков. Подавляющее большинство военной техники, о которой говорил маршал Гречко, будет поставлено в ОАР в этом году. Кроме этого, в ОАР будет поставлено общегражданское имущество для армии. Условия расчетов за военную технику те же, что были раньше, т. е. за 50 процентов стоимости, с рассрочкой на 10 лет, начиная с 1973 года, по 2 процента годовых. Это за военную технику.

Л. И. Брежнев. Тов. Гречко не сказал о том, что мы готовы поставить в ОАР 50 вертолетов Ми–8, 30 из которых будут поставлены в этом году.

Г. А. Насер. Мы очень благодарны за все это, мы ваши большие должники.

С. А. Скачков. Кроме того, мы можем поставить 5 тыс. автомобилей, из них 3200 в этом году, а такие специальные автомобили — санитарные, дорожные и другие. Всего 2159, из них 1000 в этом году. Мы были вынуждены удовлетворить все эти ваши заявки за счет пересмотра заявок других потребителей, которым мы поставляем подобное специмущество за твердую валюту. Расчеты по всему вышеизложенному специмуществу должны быть проведены в свободно конвертируемой валюте по мере ее поступления. Сумма оплаты в этом году составит 47 млн. рублей, а в будущем году 38 млн. рублей. Кроме этого 4 июля с. г. мы подписали с министром Азизом Сидки большое соглашение об организации производства на предприятиях в ОАР снарядов, гранат, 135 мм снарядов и запасных частей к самолетам МИГ–17 и МИГ–21 и «Сухой–7». Будет осуществлена загрузка 7 заводов и строительство еще одного завода для производства артиллерийских систем. Мы примем меры по форсированию реализации этого соглашения.

Л. И. Брежнев. Получается большой объем военных поставок, тут все трудно перечислить. Почти все ваши заявки удовлетворены. Правда, некоторые из них не удовлетворены на 100 процентов. Когда нам все доложили, мы решили для максимального удовлетворения ваших просьб передвинуть решение многих вопросов с 1971 на 1970 год.

Мы даже пошли на то, чтобы отсрочить поставку заказов соц. странам с 70 на 71 год. В основном мы даем по 10 боекомплектов различных видов боеприпасов. Нам кажется, этого вполне достаточно. Мы сосредоточили свое внимание на ваших главных нуждах и удовлетворили их. Мы поставим вам 18 дивизионов «Печора» и 3 тыс. автомашин в этом году. Все это создает для нас большие трудности. Мы удовлетворили не все ваши просьбы, но все же большое количество самолетов мы вам даем. Мы поставим вам вертолеты, общий набор радиотехники и техники засекречивания. Все это усилит мощь египетских вооруженных сил, улучшит управление войсками. Получив эту технику, вам нужно подготовить соответствующие кадры, необходимые для управления этой техникой. Вы должны хорошо подготовиться к приему и использованию этой техники. В денежном выражении намечается поставка военной техники в этом году на сумму 410 миллионов рублей. Но мы предоставим ее за 50 процентов стоимости. Общегражданское имущество для армии в этом году на сумму 47 миллионов и на 38 млн. в будущем году и комплексы ракетных установок на сумму 15 миллионов рублей. Мы в большой мере удовлетворили ваши просьбы, постараемся осуществить их в максимально сжатые сроки. Мы подумаем о том, что нужно поставлять в первую очередь. Это мы сможем согласовать потом. Это всё, что касается военной техники.

Г. А. Насер. Мы выражаем глубокую благодарность т. Брежневу и всем присутствующим товарищем за эту большую помощь. Без вашей помощи мы не смогли бы противостоять Израилю и США. Конечно, сейчас наше положение гораздо лучше, чем оно было в 1967–1969 гг. Моральный дух египетского народа высок.

Я хотел бы откровенно сказать о том, что, как мне кажется, нам не удастся достичь мирного урегулирования ближневосточного конфликта, хотя США и заявляют о своем стремлении к этому. Достижение мирного урегулирования — очень сложно. Мы не можем капитулировать перед Израилем и уступить ему нашу территорию, я не могу дать согласие на захват Израилем Иерусалима, Голанских высот, западного берега Иордана, несмотря на то, что эти территории не принадлежат ОАР. Если бы мы согласились на это, то мирного урегулирования можно было бы достичь уже в 1967 году. Последний американский план урегулирования мы готовы принять на 100 процентов, но приведет ли это к миру? Мы готовы принять любые условия, которые обеспечат вывод израильских войск. Мы готовы признать существование Израиля, разрешить проход его судов через Суэцкий канал и Акабский залив. Но я не уверен в успехе мирного урегулирования. Последний американский план предусматривает прекращение огня сроком на 3 месяца, затем признание Израиля, затем вывод войск (в плане ничего не сказано о выводе израильских войск со всех оккупированных арабских территорий), а затем план предусматривает возобновление миссии Ярринга. По сути дела США хотят вернуться к ноябрю 1967 года. Я еще раз повторяю, мы согласны принять американский план, но что будет дальше? Забегая вперед, я должен сказать, что нынешняя война будет продолжительной. США, Израиль совместно разрабатывают свои планы. На прошлой неделе США предоставили Израилю самые современные самоходные 155-мм орудия.

Л. И. Брежнев. Если по вопросам военной техники мы пришли к соглашению, то давайте отпустим других товарищей и продолжим обсуждение политических вопросов.

Г. А. Насер. У меня есть одно замечание к т. Скачкову. Мы готовы заплатить в твердой валюте, но нам будет очень трудно выплатить всю эту сумму сразу.

Л. И. Брежнев. Да, но ведь выплачивать эту сумму нужно будет в течение 10 лет.

Г. А. Насер. Мы готовы оплатить в твердой валюте, но просим удлинить срок оплаты.

Л. И. Брежнев. Взаимные расчеты у нас всегда были хорошие, у нас не было трудностей.

Г. А. Насер. Я боюсь сейчас твердо обещать, что мы оплатим в твердой валюте, а вдруг мы затем не сможем этого сделать? Мы еще раз просим удлинить сроки платежей.

А. Н. Косыгин. Но вы можете оплатить хлопком.

Г. А. Насер. 35 млн. египетских фунтов мы сразу не сможем выплатить. С хлопком мы также испытываем трудности. Я и так урезываю его поставки для других государств. Мы просим, например, удлинить срок платежей на 6 лет, т. е. на 6 млн. египетских фунтов в год.

Правда, нам будет трудно, но мы вынесем. По торговым соглашениям срок платежей определен 5 лет.

Л. И. Брежнев. Хорошо, мы подумаем. Продолжим обсуждение политических вопросов.

Г. А. Насер. Само по себе присутствие советских летчиков и советского вооружения в ОАР значительно укрепило наши силы. Но мы должны опередить противника, а для этого нужно тесное полное сотрудничество между нами, совместная разработка планов военных действий. Еще раз хочу поговорить о ВВС. Наши летчики неплохо дерутся, таково мнение и советских специалистов. Но, повторяю, что командование ВВС гораздо слабее личного состава. Помогите нам в этом деле, я назначал Али Сабри командующим ВВС. Я уже просил назначить командующим ВВС ОАР советского генерала. Но если этого нельзя сделать, то пусть Сабри будет командующим, а при нем будет постоянно находиться крупный советский советник. Это очень важный для нас вопрос. Основной упор израильтяне делают на авиацию, и они сохраняют за собой превосходство в воздухе. В авиации у нас нет прогресса, ибо нет хорошего командования. Теперь о самолетах. «Мираж» может находиться в воздухе 45 минут, а наши самолеты — 15 минут. Их приходится систематически сменять, именно в этом время мы и несем наибольшие потери. Почти все египетские летчики понимают по-русски, поэтому их действиями можно руководить на русском языке. Я уже говорил маршалу Захарову и сейчас вынужден повторить, что израильская авиация лучше и сильнее нашей. Это наша основная забота. Пусть советские летчики не подлетают ближе, чем на 20 км, к каналу. Вчера, например, израильские летчики значительно углубились на нашу территорию. Даже некоторые наши аэродромы не прикрыты. Решение вопроса о прикрытии коренным образом может решить проблему. Оборона без нанесения сильных контрударов становится слабой обороной. 15 мая с. г. израильтяне сбросили на район Порт-Саида более 4 тыс. 500-кг бомб. Причинены огромные разрушения. Этот налет был сделан израильтянами в отместку за форсирование нашими солдатами канала. Израильские самолеты бомбят наши радарные и зенитные установки. Их радиолокационные средства способны выводить из строя наши радарные установки. Нам нужны средства для нанесения удара по соответствующим израильским объектам.

Если бы мы получили самолеты Ту–16, то мы смогли наносить удары по крупным израильским объектам на Синае, поэтому нам необходимы Ту–16. Без них мы не сможем отвечать на удары израильтян. Еще раз хочу повторить, что если мы не дадим отпор Израилю, наше положение станет весьма сложным. Мы подготовили несколько резервных аэродромов в Судане и Асуане. Мы наметили для бомбежки объекты на Синайском полуострове, но мы не имеем средств для нанесения удара по ним. Еще раз прошу поставить нам самолеты Ту–16, поскольку они нам крайне нужны.

Вчера три ваших самолета были сбиты израильтянами, поскольку они обладают аппаратурой, которая ослепляет наши радары. Иногда мы поднимаем в воздух несколько наших самолетов, и все они сбиваются израильтянами, а наши спасшиеся летчики сообщают, что они в результате помех не слышали команд с земли и поэтому попадали под удары вражеских самолетов. Поэтому нам необходимы самые современные средства разведки и радиолокационная техника.

Наши наземные войска находятся в неплохом состоянии, но в воздухе мы проигрываем.

Л. И. Брежнев. Давайте пока мы отложим обсуждение этих вопросов. Мы еще подумаем. А сейчас перейдем к вопросам мирного урегулирования. Надо совершенно свободно и откровенно обсудить этот вопрос и рассмотреть все его варианты и аспекты. Вы говорите, что готовы принять полностью план США. Что это означает? Не вступая в обсуждение деталей, вы сказали, что мирное урегулирование невозможно. Мы не совсем понимаем, как вы мыслите себе урегулирование конфликта. У нас должна быть полная ясность в этом вопросе, причем все это будет сохранено в полной секретности. Но мы хотим знать подробности вашей позиции. Военная сторона — это одно, мирное урегулирование — другое.

Г. А. Насер. Вам известны все наши планы и наши цели. Перед отъездом из Каира мы совещались в Высшем исполнительном комитете и решили, что после достижения договоренности с вами ответим американцам в том плане, что в последних американских предложениях по урегулированию нет ничего нового, исключая того, что Израиль соглашается отвести свои войска с оккупированных территорий.

Л. И. Брежнев. Но этот момент очень важен.

Г. А. Насер. Если Израиль действительно согласится сделать это, было бы хорошо, но он никогда не пойдет на это. Когда Голденмейер заявила, что Израиль может пойти на принятие резолюции Совета Безопасности, она была подвергнута в Израиле резкой критике. Израиль никогда не откажется от Иерусалима и западного берега Иордана. Если израильское правительство даст согласие на отвод войск, оно падет. Мы готовы принять американский план, но другие арабские страны отвергнут его. США выдвинули свой новый план, думая, что мы отвергнем его и что это даст им возможность говорить, что арабы и СССР ведут дело к войне, тем самым американцы создают предлог для предоставления Израилю дополнительных партий вооружения. Израиль отвергнет предложение о превращении огня, это не в его интересах. Прекращения огня вообще не было. Израильтяне постоянно обвиняют нас в нарушении положения о прекращении огня. Если мы заявим о своем согласии о прекращении огня на 3 месяца, то создастся впечатление, что через 3 месяца огонь будет возобновлен. Израиль добивается длительного прекращения огня. Американцы сказали нам, что решение о прекращении огня должно включать в себя прекращение воздушных и наземных налетов и воздержание ОАР и СССР от изменения положения в зоне Суэцкого канала, т. е., иными словами, чтобы они не устанавливали в этой зоне ракетных установок. Американцы настаивают на введении в зоне канала группы международных наблюдателей. Мы не хотим этого, постольку знаем, что в число этих наблюдателей наверняка проникнут американские шпионы, которые смогут собрать обширную информацию о наших военных позициях и передать ее Израилю. Американцы сказали нам, что Сиско готов встретиться с Риадом в любое время и в любом месте. Мы предлагаем принять план Роджерса, а не комментарии к нему и посмотреть, что будет дальше. Давайте поговорим с Яррингом. Хотя известно, что в прошлый раз в течение 18 месяцев он ничего не сумел добиться.

Л. И. Брежнев. У Ярринга есть какая-либо группа советников?

Г. А. Насер. Нет, он ездит один.

А. А. Громыко. Такие советники только еще более осложнили бы миссию Ярринга.

Л. И. Брежнев. Вы говорите, что прекращение огня невыгодно США? А может быть, они уже согласовали или согласуют этот вопрос с Израилем?

Н. В. Подгорный. Почему Израилю невыгодно прекращение огня на 3 месяца?

Г. А. Насер. Резолюция Совета Безопасности о прекращении огня не аннулирована. Израиль добивается, чтоб ОАР прекратила огонь навсегда. Он считает, что по прошествии трех месяцев ОАР снова начнет наносить удары по Израилю.

Л. И. Брежнев. Передышку можно использовать для укрепления обороны. А в политическом плане принятие плана выгодно ОАР и Советскому Союзу.

Г. А. Насер. Существующее правительство Израиля не примет этот план. Все израильские руководящие деятели выступают против вывода израильских войск. Какова цель американского плана? Американцы добивались встречи со мной до моего отъезда из Каира в Москву. Американский представитель в Каире имел встречу с Риадом. Он заверял его в том, что США являются единственным государством, которое может оказать давление на Израиль. Он сказал, что, если OAР не примет американский план, это весьма осложнит его положение.

Он подчеркнул, что Израиль должен отказаться от своего требования о проведении прямых переговоров с арабами и вывести свои войска. А от ОАР, в свою очередь, требуется обеспечение гарантии безопасности Израиля и существующих границ. Он сказал, что им будет очень трудно добиться от Израиля этих уступок. Американский представитель сообщил, что их план не исключает и Сирию. Для этого надо только, чтобы Сирия признала резолюцию Совета Безопасности. Американец подчеркнул, что они не возражают против включения палестинских организаций в поиски решения конфликта. Он также заявил, что если американский план будет принят, то это приведет к укреплению положения «четверки». В случае же отказа от американского плана США пересмотрят свое отношение к «четверке». Он особо подчеркивал, что без оказания давления США на Израиль нельзя достичь мирного урегулирования. По словам американского представителя, США считают незаконным захват чужих территорий с применением силы, что они изучают формулу для этого вопроса. Вместе с тем американский представитель указывал на то, что Израиль должен участвовать в определении дальнейшей судьбы Газы и Иерусалима. Я еще раз повторяю, что без силы нельзя решить проблему урегулирования.

Л. И. Брежнев. Тов. Громыко и Риаду было поручено обсудить этот вопрос, пусть они расскажут о достигнутых ими результатах.

Г. А. Насер. Мнение Риада я уже изложил.

Тов. Громыко сообщил, что в ходе обмена мнениями с министром Риадом о последней так называемой американской инициативе они пришли к выводу, что единственное, что есть нового в американской инициативе, так это отказ американцев от требования проведения прямых переговоров между арабами и Израилем, тогда как раньше они настаивали на этом. Это отступление позиции американцев в вопросе переговоров, как подчеркнул т. Громыко, явилось результатом давления, оказанного Советским Союзом и ОАР на американцев. Что же касается вопроса о возобновлении миссии Ярринга, содержащейся в американском плане, то он далеко не нов. Этот вопрос неоднократно поднимался как Советским Союзом, так и ОАР. Американцы, подчеркнул т. Громыко, говорят в своем плане о выводе израильских войск, но в то же время они через своего посла в Москве заявляют о необходимости проведения каких-то корректив границ. По этому вопросу, подчеркнул т. Громыко, будет еще немало разговоров и дискуссий, нет никакой уверенности, сказал т. Громыко, что американцы имеют в виду вывод израильских войск со всей территории, в заключение т. Громыко предложил дать ответ американцам, что мы согласны на возобновление миссии Ярринга, подчеркнув при этом, что подобное предложение является также предложением Советского Союза и ОАР.

Л. И. Брежнев. Я хочу особо остановиться на этом вопросе. Мы являемся друзьями и братьями. Мы единомышленники. Советский Союз оказал ОАР большую помощь в отражении израильской агрессии, в политическом плане мы ведем совместную борьбу. Мы выступили с ценными инициативами в поддержку ОАР. Почему же теперь мы должны отдать инициативу США, которые на 100 процентов в своем плане позаимствовали наши предложения? Почему мы должны принять проект агрессора? Во всей этой интервенции СССР выступает как миролюбивая страна. Мы предоставляем ОАР оборонительное оружие. США — это агрессор, он предоставляет Израилю наступательное оружие. Мы рассчитываем на полное взаимопонимание в этом вопросе. Если оно есть — то надо подумать о том, как не отдать это дело в руки противника. Чтобы не мы перед ними оправдывались, когда они обвиняют вас в том, что мы срываем мирное урегулирование, а пусть они оправдываются. Сделать это надо политическим языком. Я думаю, что мы можем выработать такой вариант урегулирования, который положит американцев на лопатки. Например, французы имеют свою точку зрения в вопросах урегулирования, близкую к нашей.

Г. А. Насер. Я целиком и полностью согласен с т. Брежневым. На самом деле не существует никакой новой американской инициативы. Это чисто процедурный вопрос. Мы хотим мирного урегулирования, но я думаю, что американцы не пойдут на это. Еще в 1968 г. я говорил т. Подгорному, что США хотят прибрать Египет к своим рукам. После встреч т. Громыко и Риада мы пришли к выводу, что не следует отвергать американский план, хотя это и не даст каких-либо ощутимых результатов. Я уверен, что если мы дадим согласие на американский план, они затем вытащат на свет вопрос о Шарм аш-Шейхе и ряд других вопросов, не приемлемых для арабов.

Л. И. Брежнев. Может мы примем наш план, который в какой-то мере перекрывает американские предложения? Пройдет 3 месяца, посмотрим, что произойдет.

Г. А. Насер. Я уверен, что в США будут стараться, чтобы мы вышли из кризиса ослабленными. Они будут требовать, чтобы Иерусалим и Газа были отданы Израилю. Они будут настаивать на участии Израиля в определении дальнейшей судьбы Шарм аш-Шейха. Я уверен, что по прошествии 3-х месяцев Ярринг предложит продлить его миссию еще на 3 месяца и т. д.

Н. В. Подгорный. Я считаю, что США, выдвигая свои предложения, рассчитывают, что за эти 3 месяца в ходе переговоров между ОАР, Иорданией и Израилем под эгидой Яр-ринга выяснятся какие-либо новые аспекты. Иначе бессмысленно было бы предлагать срок 3 месяца.

Г. А. Насер. Мы поставили американцев в трудное положение, когда в своем майском выступлении, обращаясь к Никсону, я сказал: либо арабские земли должны быть освобождены, либо, если он, Никсон, не в состоянии воздействовать на Израиль, то тогда арабы вынуждены будут драться. Цель моего выступления заключалась также в том, чтобы опровергнуть пропаганду о наличии советских летчиков в ОАР. Теперь американцы заявляют, что их последний план является ответом на это мое выступление.

А. Н. Косыгин. Знают ли американцы, что Вы согласны с их планом? Может быть каким-то косвенным образом им удалось узнать о Вашем согласии? Или это не так?

Г. А. Насер. В интервью с американским профессором Фишером последний спросил меня: согласится ли ОАР на прекращение огня сроком на 1 год? Я ответил ему: нет, год — это очень большой срок. Тогда Фишер спросил: а на 6 месяцев? Я ответим, что, пожалуй, да, если Израиль заявит о своей готовности пойти на это, но при этом подчеркнул, что все равно 6 месяцев — это срок тоже большой. Только на основании этого интервью американцы могли сделать для себя какие-либо выводы. Больше по этому поводу мы ничего не говорили.

А. Н. Косыгин. А для внутриполитического положения в ОАР что будет лучше: заявить о принятии плана США либо о принятии нашего плана, содержание которого почти то же?

Г. А. Насер. Мне кажется, что не в этом основной вопрос. Главная цель — это вывод израильских войск. Мне кажется, что лучше принять американский план без оговорок, тем самым мы загнали бы США и Израиль в угол. Если же мы его отвергнем, то они обвинят нас в том, что мы срываем их предложения и поставят нас в трудное положение. 23 июля я выступлю в Каире с речью, в которой могу изложить нашу позицию и разоблачить позицию американцев. Если мы примем план США, то мы можем сказать, что в нем нет ничего нового. Мы должны откровенно сказать людям, чего хотят США, и разъяснить нашу позицию. Я считаю, что американский план ничего нового не дает. Ярринг возобновит свою миссию, и еще год будет ездить из одной страны в другую. Но все же мы решили принять этот план. Наша позиция по мирному урегулированию известна. Конечно, США хотят выступить в роли миротворцев, но к миру они нас не приведут. В арабском мире только ОAP на деле выступает за мирное урегулирование. У нас должен быть единый политический план. Вы полностью встали на нашу сторону. Ваши люди проливают кровь в нашей стране.

Я считаю, что нам нужно выработать совместную высшую стратегию. Главное состоит не в том, чтобы мы время от времени приезжали к вам и просили у вас новые партии вооружения. Мы должны выработать совместный стратегический план на случай срыва мирного урегулирования конфликта.

Л. И. Брежнев. Сегодня мы глубоко и всесторонне обсудили вопросы большие и принципиальные, которые затрагивают не только текущие дела, но и перспективы. Есть предложение: на основе сегодняшнего обмена мнениями поручить т. т. Громыко и Риаду продолжить обсуждение этого вопроса, а мы с вами еще раз встретимся для дальнейшего обсуждения политических вопросов.

Наш командующий ВВС посетит ОАР с тем, чтобы ознакомиться с положением в ВВС ОАР на месте, провести консультации с вашим командованием. Когда он вернется, он обо всем нам расскажет. Это будет полезно.

Г. А. Насер. Я хотел бы еще раз вернуться к вопросу о самолетах Ту–16. Их отсутствие у нас создает для нас серьезную проблему. На Синае имеются большие израильские объекты, мы можем наносить по ним удары с территории Саудовской Аравии и со стороны моря.

А. А. Гречко. А Вы не думаете, что Израиль нанесет по ОАР такие же ракетные удары?

Г. А. Насер. Они уже делают это. Командующий ВВС Израиля заявил вчера, что 2 «Фантома» стоят 12 «Миражей». Предоставляя Израилю «Фантомы», США не интересуются тем, что будет с ОАР. Что еще Израиль может добавить к теперешним бомбардировкам территории ОАР? Нам необходимо хотя бы один раз взять инициативу в свои руки, пусть израильтяне продолжают бомбить нашу территорию, но надо сделать так, чтобы и мы наносили ответные мощные удары по ним, с тем, чтобы не было игры в одни ворота. В настоящее время резко поднялся моральный дух армии и народа ОАР. Выдвижение трех комплексов «Печоры» в зону канала дало ощутимые результаты и вызвало большой подъем в народных массах и армии ОАР. Наличие в ОАР самолетов Ту–16 будет иметь огромное значение. Ведь США предоставляют Израилю в широких масштабах наступательное оружие?

Наши ракеты 75 не приспособлены для сбивания «Фантомов». Во время налетов израильской авиации гибнет много наших солдат. Все комплекты ракет 75 нуждаются в прикрытии.

А. А. Гречко. «Печоры» не нуждаются в прикрытии, они стреляют с 50 метров, а вот ракеты 75 могут стрелять только с 200 метров.

Вам дается 20 комплектов «Десны», она надежно поражает самолеты со 100 метров. Комплексы «Двина» будут скоро переделаны на низкие высоты. 20 комплектов «Шилка» предоставляются вам для прикрытия комплекса 75, а не «Печора». У вас также имеются эффективные комплексы «Стрела–2».

Г. А. Насер. «Стрела–2» не успевает за «Фантомами», я также прошу пересмотреть вопрос о «Шилках» в сторону их увеличения. Ракеты 75 беззащитны против налетов «Фантома». В последнем налете израильской авиации было убито около 40 египетских солдат.

Л. И. Брежнев. Давайте на сегодня закончим обмен мнениями.

После взаимного обмена приветствиями и краткой протокольной беседы т. Л. И. Брежнев предложил продолжить обмен мнениями.

Л. И. Брежнев. Сегодня у нас последняя беседа перед Вашим отъездом на родину. Сейчас можно вкратце подвести итоги наших встреч и переговоров. По нашему поручению наши и ваши товарищи много поработали над решением ряда важных вопросов. Наши встречи имеют значение не только для решения текущих вопросов. Нам кажется, следует хотя бы кратко сделать обзор дел и достичь согласованности о проведении совместной политики в будущем. Мне хочется еще раз подчеркнуть ту дружбу и чувство симпатии, которые питает советский народ к вам и другим арабским народам, подчеркнуть значение этой дружбы. Об этом мы всегда говорим в наших выступлениях и документах. Все это имеет большое значение не только для нас, но и для международной политики.

Советский Союз постоянно проводит политику уважения независимости и защиты интересов арабских стран и оказывает им военную помощь. Мы впредь не будем изменять эту нашу политику. Мы глубоко убеждены в том, что и она в будущем будет играть колоссальную роль в решении ближневосточной проблемы. Нам надо умело пользоваться авторитетом арабских стран и Советского Союза, быть гибкими. Надо иметь в виду, что политика поддержки Советским Союзом арабских стран поддерживается всеми социалистическими странами и всеми прогрессивными силами мира. Я думаю, что все те, кто поддерживает и нас и вас, думают о мирном урегулировании ближневосточной проблемы, а не военном решении конфликтов, поскольку в противном случае эти силы будут менять к нам свое отношение. Надо продолжать расширять круг наших друзей и сторонников. Болгария, Румыния, ГДР, Чехословакия, Венгрия, Югославия и другие страны не поддержали бы ни вас и ни нас, если бы мы встали на какой-либо другой путь, а не на путь мирного урегулирования проблемы. Мы, конечно, об этом с ними не говорили, но это обстоит именно так. Игнорирование мирного урегулирования в первую очередь не выгодно арабским странам и вам. Вы только начали пользоваться первыми плодами вашей революции, только начали осуществлять крупные социально-экономические преобразования на благо своего народа, стали поднимать свое хозяйство, начали приобщать весь египетский народ к культуре и образованию.

Это крупное завоевание. Вряд ли вы и ваш народ согласитесь нести огромные жертвы, порождаемые войнами. Однако обстановка на Ближнем Востоке после израильской агрессии продолжает оставаться очень напряженной. Однако если сопоставить положение, которое было в 1967 году и положение, существующее сейчас, то получится контрастная картина и мы вправе это констатировать. Это результат упорной, мужественной борьбы арабских народов, братской помощи СССР и социалистических стран арабским государствам. СССР желает всесторонне укреплять арабские страны. Сейчас Израиль далеко отошел от тех планов, с которыми он пришел на Суэцкий канал. Нам полезно делать из этого соответствующие выводы.

Мы хотим напомнить, что в те критические для вас дни мы высказывали свое мнение о том, что вам следует укреплять свои вооруженные силы, но в то же время направить свое основное внимание на политическое урегулирование проблемы. Думаю, что вы должны быть убеждены в том, что мы все это время действовали в этом направлении. Мы укрепляем вашу армию оружием и военной техникой. Это дало свои результаты. Наша помощь и ваши усилия помогли создать сильную и боеспособную армию. Если подсчитать, то сейчас на одного египетского солдата приходится гораздо больше боевой техники, снарядов и других боеприпасов, чем это было до агрессии. Думаем, что мы поступили правильно, пойдя на увеличение числа советских людей, работающих в ОАР в качестве военных советников и специалистов. При всех трудностях, возникающих в результате различия языков, сложности обстановки и других обстоятельств, дружба между нашими военными и нашими странами еще более окрепла. Передышка, наступившая в результате прекращения огня, дала вам возможность реорганизовать армию, провести перестановку кадров, укрепить положение на фронте. Все это оказалось не минусом, а плюсом. Сам характер обстановки изменялся за это время. Продвинулась вперед политическая сторона дела. Израиль и США серьезно обеспокоены присутствием советских советников и советской военной техники в OAР. Вокруг этого вопроса была поднята большая шумиха.

Мы не прекратили осуществлять взаимное сотрудничество с вами, продолжаем с вами торговать, укреплять вашу промышленность и сельское хозяйство.

К сожалению, до настоящего времени не полностью улеглись разногласия и страсти, которые разгорелись вначале между арабскими странами. Вы помните, что Ирак и Алжир пытались столкнуть вас на войну с Израилем. Мы старались все это уладить. Сейчас эти страсти, как нам кажется, начали остывать, благоразумие стало брать верх. Мы и впредь будем стремиться к сближению точек зрения арабских стран с тем, чтобы они сплачивались вокруг ОАР. Однако следует подчеркнуть, что главная заслуга в обеспечении сближения ОАР с Сирией, Ливией и с Суданом, организация совещания пяти арабских стран в Каире принадлежит Вам, товарищ Насер. Мы высоко ценим эту Вашу деятельность. В этой связи я хотел бы сказать, что идея объединения арабских стран или части их в ту или иную форму федерации дело хорошее. Однако уроки истории, неопытность многих арабских политических лидеров, наличие в арабских странах различных политических партий и организаций и другие факторы требует того, чтобы это дело велось с большей осторожностью и гибкостью. Мы говорим это потому, что были уже свидетелями неудачного решения подобного вопроса. Дело не в том, что подобное объединение может рассыпаться, главное заключается в том, что сам этот факт может привести к подрыву авторитета и престижа тов. Насера, чем очень дорожим, а это может привести к нежелательным результатам.

Я думаю, что Вы извините нас за эту откровенность, но думаем, что Вы воспользуетесь этим советом при решении этого вопроса. Это отнюдь не означает, что мы высказываем свое отрицательное отношение к идее объединения арабских государств, но думаем, что высказанные нами в этой связи соображения следует учитывать.

Это наша оценка пройденного этапа. История играет в нашу пользу, подтверждением этого могут служить те предложения, с которыми выступают американцы и французы в плане политического урегулирования ближневосточного конфликта. Мы заставляем их все время крутиться. Таким образом, время играет на нас, в пользу мирного урегулирования. Было бы хорошо, если бы такие взгляды на пройденный этап были бы у нас общими. Но война не кончена, вопрос еще не решен. Надо поэтому думать и искать новые решения. Основная тяжесть ответственности за судьбу вашей страны и арабских народов лежит на вас. Мы также оказались втянутыми в эту проблему, мы не можем быть посторонними наблюдателями.

В этой связи мы подошли к рубежу нашей последней встречи.

Мы горячо приветствуем Ваш приезд в Советский Союз и придаем ему большое значение. Ваш визит и наши встречи проходят на глазах всей международной общественности и являются свидетельством нерушимой дружбы между нашими странами, свидетельством неизменной поддержки Советским Союзом Объединенной Арабской Республики. В этом мы видим главный политический смысл этой встречи. Не случайно сообщение о Вашем визите не сходит со страниц мировой прессы. У наших врагов появились многочисленные догадки и опасения в этой связи. Мировая пресса очень внимательно следит за ходом Вашего визита, но со вчерашнего дня завеса этих догадок спала. Ваше присутствие на заседании Верховного Совета СССР подтвердило наличие прочной дружбы и полного взаимопонимания между нашими странами. Завтра уже западная пресса не будет писать о том, что между Насером, с одной стороны, и Брежневым, Косыгиным, Подгорным, с другой, существуют разногласия.

Г. А. Насер. Сегодня западная пресса пишет, что мы отказались от Газы и Иерусалима и что нам на переговорах в Москве выкручивают руки.

Л. И. Брежнев. Им ведь надо что-нибудь подбрасывать время от времени.

А. А. Громыко (шутя). Я думаю, что скорее нам Насер выкручивает руки на переговорах.

Л. И. Брежнев. Я думаю, что Вы извините нас за то, что пригласив Вас в Москву, мы Вас долго задержали. Мы были очень заняты и просим понять это. Мы с огромным напряжением работали в эти дни.

Вы просили нас о новых военных поставках. Мы очень внимательно изучили все ваши заявки. Мы хотим укрепить египетскую армию в военном и техническом отношении. Хотя мы и согласны с вами в том, что в настоящее время в ОАР ведется воздушная война, тем не менее нельзя забывать и о наземных силах, которые во всех случаях жизни являются силой решающей. 20 или 30 самолетов не смогут решить судьбу египетского народа, но у вас есть 500 тысяч солдат и огромное число ополченцев. Ваша армия обстреляна, привыкла к тяжестям военного положения, но она, конечно, еще не та, какой вам и нам хотелось бы ее видеть. Тем не менее, сейчас она гораздо сильнее, чем была раньше. Поэтому придаем большое значение вашим заявкам. Мы хотим помочь укрепить вашу 500-тысячную армию и ваше ополчение. Мы предоставляем для этой цели большое количество боеприпасов, стрелкового оружия, тягачей, вертолетов, различные виды автомобилей, лицензии на производство боеприпасов на месте. Это значительно повысит техническую оснащенность и боевую мощь ваших наземных войск. Подсчитайте теперь, сколько орудий вы будете иметь на один километр фронта. Одним словом, сейчас происходит дальнейшее значительное техническое и военное укрепление египетской армии.

Теперь о ВВС. Мы считаем, что за это время был проделан большой шаг в деле их укрепления. Вам поставлено такое мощное оружие, как ракетные комплексы «Печора». Сейчас для их обслуживания в СССР обучается 200 египетских военнослужащих. Мы передаем вам дополнительно еще 18 ракетных дивизионов. Это серьезная помощь. Даем 50 самолетов в этом году, 50 вертолетов, большое количество радиоэлектронной аппаратуры, несколько комплектов «Шилки» и «Стрелы».

Правда, не все, что вы просили, мы смогли удовлетворить. Однако по объемам такой одноразовой поставки подобной помощи мы еще не оказывали. В недалеком будущем мы может быть дадим еще вам немного «Шилки», но сейчас давайте не будем обсуждать этот вопрос. Я думаю, что товарищ Насер понимает какую огромную работу надо провести для принятия и размещения всего этого оружия и техники, хорошо подготовить и разместить кадры. Все это потребует немало времени и надо к этому хорошо подготовиться.

К сожалению, вопрос о египетских военных и технических кадрах — это сейчас наиболее слабое место. Но это не только у вас. Мы столкнулись также с этой проблемой во время войны. Мы направим в ОАР 500 советских специалистов, чтобы помочь вам освоить эту технику. Я думаю, что вы примете это наше предложение.

Таким образом, завершается еще один этап нашего сотрудничества в деле дальнейшего укрепления боевой мощи египетской армии. Надо думать, что мы не без пользы передали сирийцам партию оружия для укрепления их армии.

Чтобы завершить эту часть нашей беседы, скажу, что в скором времени к вам прибудет командующий ВВС СССР, который на месте поможет, подскажет, посоветует вашим товарищам, что нужно предпринять в деле улучшения положения в египетских ВВС. Мы понимаем все ваши желания и просьбы, но на данном этапе мы сделали максимум того, что мы можем сейчас сделать. Остается ряд нерешенных вопросов, которые вы перед нами поставили. Мы просим с понимаем отнестись к тому, что некоторые ваши просьбы мы не можем сейчас удовлетворить. Может быть на этом мы и остановимся, подпишем соглашение и начнем поставку вам оружия и техники. Вам кажется, что в этом узком кругу мы можем сказать, что оказываем вам очень серьезную поддержку.

Один вопрос также остался нерешенным, это вопрос о ракетоносцах ТУ–16. Мы не решаем этот вопрос не потому, что у нас нет таких самолетов в данное время, а потому, что у нас есть мнение, что в сфере политики поставки самолетов ТУ–16 могут сыграть отрицательную и нежелательную для нас с вами роль. Поэтому может быть условимся отложить обсуждение этого вопроса на будущее.

Теперь бы я хотел обратить ваше внимание на поступившие сообщения о том, что у вас в ОАР был проведен опрос населения на предмет выяснения его отношения к присутствию в ОАР советских военных советников и специалистов. Как это понять? Вряд ли в этот момент выяснение такого вопроса является лучшей формой сближения наших народов, ведь итоги этого опроса будут освещены в прессе.

Г. А. Насер. Возможно, Вы знаете больше меня.

Б. Н. Пономарев. Эти сообщения просочились в вашу прессу.

Л. И. Брежнев. В сообщениях говорилось, что это был выборочный опрос населения.

Г. А. Насер. Я не могу спорить с вами по этому вопросу.

Б. Н. Пономарев. Были сведения о том, что часть крестьян выступила против присутствия в ОАР советских военных советников.

Г. А. Насер. Я очень удивлен всем тем, что Вы мне сказали. Все это совершенно не соответствует действительности.

Л. И. Брежнев. Есть сообщения о том, что информационная служба ОАР в период с 25 июня по 3 июля сего года провела закрытый опрос населения района Махалла эль-Кубра с целью выяснить мнение населения о советском военном присутствии в ОАР. Результаты этого опроса показали, что подавляющее большинство рабочих и 50 процентов интеллигенции выступает за присутствие советских военных специалистов и советников, а 25 процентов интеллигенции не высказали недовольства советским присутствиям в ОАР.

Г. А. Насер. Служба информации не может без моего личного решения проводить какой-либо опрос населения.

Л. И. Брежнев. Может быть, подобное сообщение распространяют ваши враги.

Г. А. Насер. Ни один человек в ОАР не может сделать что-либо без моего ведома. Я прошу меня извинить, но это чистая дезинформация, в ОАР не проводилось никакого опроса относительно советских советников и специалистов. Подобные вопросы лишь входят в компетенцию МВД, контрразведки и АСС. Если этот опрос, как Вы говорите, был секретным, то почему же о нем узнали?

Л. И. Брежнев. Товарищ Насер, я безо всяких колебаний верю Вам. Не думайте, что мы придаем серьезное значение этой информации.

Г. А. Насер. Да, в ОАР есть люди, которые выступают не только против вас, но и против меня лично. Эти люди являются агентами США и ваш посол знает об этом. Каждый день лондонское и вашингтонское радио передает ложную информацию о положении в ОАР. Люди, о которых мы говорили выше, не пользуются никаким влиянием в стране, они злобствуют потому, что я конфисковал их предприятия и имущество. Они ругали вас еще задолго до приезда в ОАР советских военных специалистов.

Л. И. Брежнев. Я поднял этот вопрос не потому, что он нас волнует, просто я вспомнил Ваши слова о политической обстановке в ОАР, о том, что Вас ругают в дверь, а нас в окно. Нам известно, что в ОАР имеются элементы, которые распространяют слухи о советской оккупации ОАР. Я хочу сказать, как мы представляем себе это дело. Как только будет достигнуто урегулирование конфликта, советские военные советники и специалисты будут в самые кратчайшие сроки отозваны из ОАР.

Г. А. Насер (шутя). Я не отдам советских советников. Мы всегда будем в них нуждаться.

Л. И. Брежнев. Я хорошо знаю свой народ — офицеров и солдат. Во время войны немцы принесли нам столько горя и страданий, сколько трупов мы видели, утрата двадцати миллионов жизней — это не мало.

Когда мы шли на Берлин, то думали, что будем там находиться лет сто и мы имели на это основания. Мы победили фашизм, а через неделю наши солдаты начали возвращаться домой. Поэтому можете быть уверены в том, что после урегулирования конфликта советские солдаты скажут, мы выполнили свой долг в OAР, а теперь мы хотим как можно скорее вернуться домой. Никакой оккупации не будет, можете быть уверены. Правда, если будут просьбы с вашей стороны, то советские советники могут остаться, но значительно в меньшем количестве. Сейчас вопрос о «советской оккупации» усиленно обыгрывается США.

Г. А. Насер. Если бы я хоть на один процент был уверен в возможности советской «оккупации», я бы не приехал сюда. Ухода советских советников и специалистов желают только американцы. Я не пошел бы на риск, если бы знал, что египетский народ выступает против присутствия русских в ОАР. Я прекрасно отдаю себе отчет в том, кто с нами, кто против нас. Я часто бываю в войсках и интересуюсь нуждами как русских, так и египетских солдат. Поэтому прошу не придавать какого-либо значения этим лживым сообщениям.

Л. И. Брежнев (шутя). Если опасность советской «оккупации» отпала, то мы готовы сотрудничать с вами и в будущем.

Г. А. Насер. Я помню, что после банкета, который был устроен в честь космонавтов, т. Брежнев говорил со мной по этому вопросу. Надо выяснить до конца, откуда поступают сообщения об опросе населения.

Л. И. Брежнев. Мы этот вопрос уже выяснили и давайте с ним покончим. Мы беспредельно Вам верим, но, к сожалению, вынуждены читать как правду, так и неправду.

А. Н. Косыгин. Очень хорошо, что мы откровенно объяснились с вами по этому вопросу.

Г. А. Насер. На одной из наших встреч я говорил о враждебной пропаганде, которая ведется против нас. Когда генеральный секретарь Компартии Судана был выслан суданскими властями в Каир, Компартия Судана обвинила нас в этом. Теперь Махджуб находится в Судане. В Суданской компартии имеются большие разногласия, выдвигается требование вывода коммунистов из состава правительства.

Л. И. Брежнев. Я не хотел бы касаться этого вопроса, но отрицательное отношение к компартиям в арабских странах вызывает чувство огорчения. Ведь там надо крепить национальный фронт. Но мы не хотим вмешиваться в эти вопросы.

У молодых государств может быть много неожиданностей. Взять, например, Нимейри, он является прогрессивным деятелем, но зачем ему понадобилось совершать многочисленные поездки по зарубежным странам в то время, когда обстановка в стране весьма сложная. Ведь он может один раз уехать и больше не вернуться.

Г. А. Насер. Он просто старается убежать от этих трудностей и в результате у него возникли трения с членами Революционного Совета.

Л. И. Брежнев. Или вот, например, Нкрума. Мы неоднократно говорили ему о возможностях переворота в стране, давали своих людей вместо иностранных специалистов, а он вдруг ни с того, ни с сего вздумал поехать в Китай и этот его визит известно чем закончился, в результате переворота он не смог вернуться на родину. А возьмите Сианука. Он просто не знал о политической обстановке в стране.

Н. В. Подгорный. Когда он был у нас, мы настоятельно просили его — немедленно вернуться в Камбоджу. Тогда еще можно было спасти положение.

А. Н. Косыгин. Мы говорили ему — скорей возвращайтесь домой, поскольку обстановка там очень плохая.

Н. В. Подгорный. А Сианук на это заявил, что у него в стране ничего не может произойти.

Л. И. Брежнев. В декабре 1967 года в Чехословакии было все спокойно. Чешские руководители пригласили меня приехать к ним. Я был очень занят в то время, но мои товарищи сказали мне, что Чехословакия является братской страной и надо ехать. Я поехал. А в это время уже Дубчек и Черник начали готовить в стране заваруху. Я почувствовал это во время пребывания своего в Чехословакии. Я откровенно высказал им свое мнение. Они заверяли меня, что у них все будет хорошо, что не будет никаких демонстраций, я уехал, чтобы не говорили о том, что мы вмешиваемся во внутренние дела Чехословакии, а потом, как известно, бывшие чешские руководители открыли границу с ФРГ и предприняли ряд других провокационных мер. Я не хочу повторять все подробности этого дела.

Нимейри и Каддафи — еще очень молодые и неопытные люди. Зачем Нимейри понадобилось ехать в Китай? Чего он там добьется? Мао Цзэ-дун и Чжоу Энь-лай похлопают его по плечу, скажут, что он является подлинным революционером и борцом против империализма, заявят, что они всегда будут на его стороне. На этом все дело и кончится. А Нимейри, как человек молодой и неопытный, может поддаться этим заигрываниям. Мы не хотели вмешиваться и говорить ему обо всем этом. Но Вам мы можем это сказать.

Г. А. Насер. Я тоже не могу сказать ему этого. Он подумает, что я мню из себя вождя и нравоучителя. Нимейри хочет прибыть 23 июля в Каир, у него в правительстве есть министр коммунист Фарук Абу Иса, который оказывает на него большое влияние.

Между нами и Суданом существует много деликатных вопросов. Каждый из молодых арабских лидеров хочет стать Насером. Между Суданом и ОАР существует большая разница.

Л. И. Брежнев. Я считаю, что наш обмен мнениями был очень полезен.

Г. А. Насер. У меня есть к Вам просьба. Пусть любые поступившие к вам порочащие нас сообщения и информацию ваш посол сообщает мне лично.

Л. И. Брежнев. Мы делали и будем это делать. Исходя из дружбы и веры в нашу дружбу, мы поручили нашему послу говорить с вами обо всем предельно откровенно. Так будет и впредь.

Г. А. Насер. У меня есть вопрос к маршалу Гречко. Я прошу в случае, если генерал Катышкин сообщает Вам о каких-либо пробелах и недостатках в состоянии наших войск, то пусть мне об этом сообщается в первую очередь, ибо я должен первым исправлять все эти недостатки. Теперь второй вопрос. Во время переговоров с вашими военными товарищами генерал Фавзи почувствовал, что между нами существует, мягко говоря, определенное недопонимание. Так, например, маршал Захаров во время переговоров заявил Фавзи, что египетские летчики отказываются летать, это совсем не так, это неправда, это может подтвердить Али Сабри. Если есть какая критика в адрес наших военных, сообщайте мне об этом сразу.

Л. И. Брежнев. Катышкин, как главный военный советник, должен в любом случае посетить Вас и откровенно все высказать, тем более что решение всех вопросов остается за Вами.

Г. А. Насер. Я неоднократно говорил генералу Катышкину, что готов принять его в любое время дня и ночи.

Л. И. Брежнев. У нас не было каких-либо больших претензий.

Г. А. Насер. Нас очень задело, когда нам сказали в Министерстве обороны, что египетские летчики уклоняются от полетов.

А. Н. Косыгин. Нам ничего об этом не сообщали.

Л. И. Брежнев. Мы должны руководствоваться тем, что происходит на высшем уровне. Мы сказали Вам, что подготовка кадров — это проблема, и мы об этом открыто говорим. Никаких недоразумений у нас нет.

Мы внимательно прислушались к Вашей просьбе относительно облегчения расчетов по оплате общегражданского имущества в твердой валюте. Мы не прошли мимо этой Вашей просьбы и предоставляем Вам новые, более приемлемые условия.

М. А. Насер (шутя). Товарищ Косыгин был слишком тверд в решении этого вопроса. Были проведены многочисленные переговоры по этому вопросу и мы весьма благодарны за это Ваше решение.

Л. И. Брежнев. Мы все согласовали и мы можем закончить обсуждение военных и экономических вопросов. Мы имеем все основания констатировать наличие единства взглядов по вопросу дальнейших политических шагов в деле мирного урегулирования. Надо признать, что товарищи Риад и Громыко проделали полезную работу, согласовали документ, с которым мы теперь выступаем. Мы уверены, что эти шаги будут полезными. Думаю, что за этим последует серия консультаций между нами. Мы всегда готовы к этим консультациям и считаем, что их надо проводить в будущем.

В заключение хочу сказать, что акции, принятые Верховным Советом СССР, Ваш визит, принятие совместного Коммюнике — все это укрепит не только нашу дружбу, но будет иметь широкий международный резонанс.

В ближайшее время товарищ Пономарев приедет к вам. Надо поддерживать живые контакты между нами.

Вот ваше мнение о значении и итогах Вашего визита.

Наши военные работники и работники ГКЭС провели большую работу так же, как и ваши товарищи. Сам факт их присутствия на переговорах и та откровенность бесед, свидетелями которой они были, пойдут им на пользу.

Я изложил нашу точку зрения. Может быть, кто-либо из товарищей хочет что-либо добавить?

А. Н. Косыгин, Н. В. Подгорный. Мы полностью согласны со всем сказанным.

Г. А. Насер. Я горячо благодарю товарища Брежнева и всех присутствующих здесь товарищей за высказанные в наш адрес теплые слова.

В свою очередь я бы хотел сказать, что отношения между нашими странами начались не с июня 1967 года, а задолго до этого. На Ближнем Востоке мы играем большую роль в деле ведения борьбы против империализма. Мы переживаем сейчас тяжелый период. Все заявления США в основном вращаются вокруг ОАP и СССР. Это означает, что если ОАР потерпит поражение, Ближний Восток будет для нас потерян. Мы предприняли все усилия для достижения мирного урегулирования конфликта. Приняли ноябрьскую резолюцию Совета Безопасности, приняли ваши пять пунктов, с которыми приезжал в Каир заместитель министра иностранных дел СССР Виноградов. Но проблема стоит сейчас гораздо острее. Речь идет о судьбе Ближнего Востока. Дело в конце концов не в пяти или шести пунктах.

Товарищ Брежнев отметил, что мы должны координировать нашу политику в будущем. Надо помнить, что исход борьбы одинаков, важен как для вас, так и дня нас. Однако у нас еще нет политической координации и политической программы на будущее. Допустим, мы примем американский план, а что будет потом? Я думаю, что после принятия американского плана США постараются вызвать конфликт между нами и палестинцами. Китай сейчас уже влезает в конфликт. США полностью стоят на стороне Израиля, Советский Союз на стороне OAР. Китай же хочет прибрать к своим рукам палестинское движение.

Среди пяти пунктов, внесенных 2 июля на рассмотрение «четверки», имеется пункт, который внесет разногласие между СССР и палестинскими партизанами. Это пункт, предусматривающий запрещение всех действий палестинских партизан с территории арабских стран. Лондонское радио передало сообщение о том, что Советский Союз настаивает на прекращении всякой деятельности партизан. Именно поэтому Арафат ездил в Китай.

А. Н. Косыгин. Скажите, пожалуйста, если война закончится и израильские войска уйдут, палестинские партизаны будут продолжать воевать?

Г. А. Насер. Это зависит от решения проблемы беженцев.

А. Н. Косыгин. Можно сейчас решить эту проблему?

Г. А. Насер. Китайцы играют сейчас на этом. Они подстрекательски сейчас заявляют, что пока не будет создано палестинское государство, война будет продолжаться. Китай не доволен тем, что согласились на прекращение огня. После этого и начались ваши разногласия с Китаем. Товарищ Брежнев говорил здесь о мире и войне.

В отношении мира мы дошли до последней черты. Мы никогда не согласимся с оккупацией Израилем наших территорий и не пойдем на переговоры с Израилем. Сейчас мы получаем от Саудовской Аравии, Кувейта и Ливии 110 миллионов фунтов стерлингов в качестве финансовой помощи при условии, что мы никогда не пойдем на какие-либо переговоры с Израилем. Даже если мы примем «Родосскую формулу», они прекратят нам предоставление финансовой помощи.

Мы говорим о мире, а Израиль и США говорят о войне. На прошлой неделе Никсон, Сиско и многие американские конгрессмены выразили огромное недовольство в связи с тем, что ОАР начала сбивать израильские самолеты и что это, мол, меняет соотношение сил на Ближнем Востоке. Допустим, мы объявим о принятии американского плана, а что будет дальше. Сиско, например, заявляет, что ноябрьская резолюция Совета Безопасности якобы не предусматривает вывод израильских войск со всех оккупированных арабских территорий. Что касается Ярринга, то он опять завязнет в выполнении своей миссии. Конечно, можно и еще раз призвать народ к терпению, если имеется надежда на успех. У вас во время войны была такая надежда на успех.

Теперь военный вопрос. Мы очень благодарны вам за оружие, артиллерию и все то, что нам было предоставлено. Но война у нас идет сейчас в основном в воздухе. После того, как сбили несколько «Фантомов», в американской прессе появились сообщения о том, что США предоставили Израилю новую партию самолетов и новую технику помех против наших ракет. 13 июля израильский самолет залетел на нашу территорию. Мы запустили ракету, но она разорвалась в воздухе, не достигнув цели. Это означает, что «Фантомы» оборудованы новыми приборами, способными вызывать взрыв ракеты до того, как она достигнет цели.

А. Н. Косыгин. Как вам удалось установить это?

Г. А. Насер. Недавно мы запустили 5 ракет по израильским самолетам и все они взорвались раньше времени. В американском журнале «Ньюсуик» было опубликовано сообщение о том, что Никсон дал указание передать Израилю 8 «Фантомов», оборудованных новейшими приборами для помех и новейшими видами электронной техники.

А. А. Гречко. Самолеты «Фантом» и «Мираж» снабжены радарными установками, которые помогают летчику узнать, когда его самолет попадает в зону радиолокаторов и момент пуска ракеты. В это время летчик имеет возможность резко поднять самолет вверх и уйти от ракеты. Да, действительно, три запущенных наши ракеты разорвались в воздухе раньше времени. Мы сейчас проводим по этому поводу расследование. Возможно, эти ракеты самоликвидировались (для этого у них есть специальное устройство). Если США придумали какие-либо новые приборы для помех, то они не успели еще установить их на израильских самолетах. Кроме того, американцы при помощи евреев сумели заполучить наши ракеты на Синае и поэтому они могли придумать соответствующие приборы против наших ракет. Должен Вам сообщить, что вчера установкой «Стрела» был сбит один израильский «Фантом», а другой поврежден. Вчера египетские войска провели хороший артналет на израильские позиции в районе канала. В налете участвовало 400 орудий.

Г. А. Насер. Нам известно, что израильтяне отвели свои войска.

Товарищ Косыгин был в США, разговаривал с Джонсоном, но что это дало? Мы приняли ноябрьскую резолюцию Совета Безопасности, а в 10 десяти пунктах, выдвинутых Роджерсом, говорится о проведении переговоров с Израилем, о Шарм аш-Шейхе — мы никогда не пойдем на это.

Война продолжается. Мы несем большие потери, Израиль продолжает бомбардировать наш передний край. Как нам решить эту проблему? В январе сего года, когда я был в Москве, Вы согласились предоставить нам электронное оборудование для создания помех. Оборудование прибыло, но оно не применяется. Четыре дня тому назад наши самолеты поднялись в воздух для отражения израильских самолетов, но локаторы, которые были установлены на наших самолетах, бездействовали и все наши самолеты были сбиты. Египетские летчики знают, что идут на верную смерть, но все же идут на это.

Израильские радиопомехи достигают даже Александрии. Приборы, установленные на израильских самолетах, точно показывают место положения наших самолетов в воздухе, дают знать летчику, когда запускается ракета. Нам нужно такое же оборудование. Маршал Батицкий обещал нам все это, но до сих пор эти приборы не используются. Только один раз в районе Асуана советские специалисты провели маневры по координации действий самолетов и ПВО. Недавно мы направили несколько самолетов ИЛ–28 для нанесения ударов по израильским позициям, расположенным в глубинных районах Синая. На обратном пути они были сбиты израильскими самолетами, так как их локаторы в результате помех бездействовали. После этого случая я созвал совещание, на которое пригласил как советских, так и египетских командиров. Мы всесторонне обсудили этот случай, но не смогли установить причин, почему бездействовали радиолокаторы, почему не было обеспечено прикрытие сбитых самолетов и, наконец, почему не отменили полет, если не было прикрытия. На мой вопрос генерал Катышкин ответил, что он не командует авиацией. Я убедительно прощу предоставить нам эффективные средства помех против израильской авиации.

Теперь я хочу затронуть вопрос о советском военном персонале в ОАР. Я как-то пригласил к себе генерала Катышкина и попросил его оказать содействие в деле выработки совместного плана обороны и сотрудничества между египетскими и советскими летчиками. Он обещал подготовить такой план к 15 апреля сего года. После этого я созывал три совещания, в которых принимали участие генералы Фавзи, Катышкин, начальник Генштаба и командующий ВВС. И всякий раз Катышкин заявлял, что план еще не готов. После этого я только встречался с египетскими военачальниками. Мы приняли свой план. Мы выдвинули три дивизиона ракет в зону Суэцкого канала и сбили три израильских самолета, а потом отвели дивизионы назад. После этой операции я перестал встречаться с генералом Катышкиннм и советскими советниками. В настоящее время нет тесного и эффективного сотрудничества между египетскими и советскими специалистами в деле организации радиопомех и действий авиации. Каждый действует сам по себе. Фавзи командует египтянами, а Катышкин русскими. По этой причине я прощу помочь нам установить полное взаимодействие между советскими и египетскими военнослужащими. Хочу вам сообщить, что израильтяне в 15 км восточнее канала создали воздушный зонт из 50 самолетов, которые постоянно барражируют в воздухе, a 36 других самолетов совершают постоянные удары по египетским позициям на канале. Я не могу сразу поднять в воздух 20 самолетов против 50 израильских. Как нам избавиться от всего этого? Я уже предлагал, чтобы командующим египетскими ВВС был бы назначен советский генерал, в подчинении которого находились бы как египетские, так и советские летчики. Наше командование ВВС не способно осуществлять руководство военными действиями в воздухе. Вот, например, Али Сабри, он летчик, его можно было бы назначить командующим ВВС, но он не сумеет справиться с этой задачей. Может быть, к нему приставить советского командира?

Израильтяне создали воздушный зонт восточнее канала. Мы просим при содействии советских летчиков создать такой же зонт западнее канала. Наши летчики будут действовать над Синаем, но прикрытие их действий будет осуществлять воздушный зонт. Благодаря этому мы могли бы использовать все имеющиеся у вас возможности наиболее действенно и эффективно и достичь полного взаимодействия между египетскими и советскими летчиками. Мы хотели бы, чтобы маршал Гречко осуществлял командование нашей армией, ведь вы вместе с нами участвуете в борьбе. Присутствие советских летчиков в ОАР дало большой политический эффект и мы это очень ценим. В настоящее время военные действия ведутся в районе 20-мильной полосы, проходящей вдоль канала.

Мне понятна ваша точка зрения в отношении предоставления ОАР самолетов ТУ–16, но нам стало известно, что Израиль намеревается с воздуха блокировать Александрию, которая является единственным портом, через который мы получаем все поставки от вас. Они могут добиться этого, поскольку у нас нет достаточных средств защиты. Но если бы они знали, что в случае, если они нанесут удар по Александрии, а мы сможем при наличии у нас ТУ–16 ударять по Хайфе, они не пойдут на это. Пусть у нас будут самолеты ТУ–16 и мы не будем их использовать без вашего разрешении. Однако сам факт наличия их у нас поставит Израиль в весьма затруднительное положение.

Я еще раз приношу глубокую благодарность за ту помощь, которую вы нам предоставили. Мы очень ее ценим и везде об этом говорим. Но основная проблема не решена. Израильтяне продолжают наносить мощные удары по нашим войскам. Что касается политических шагов, то мы с ними согласны. Но хочу еще раз подчеркнуть, что американский план не будет иметь успеха. Цель американцев заключается в том, чтобы омрачить наши отношения. Сиско в беседе со мной предлагал мне установить с ними контакты, минуя Советский Союз. Я отверг это предложение.

Что касается наших отношений с арабскими странами, то при рассмотрении этого вопроса следует учитывать специфический характер этих стран. Между ними существует постоянное соперничество, в них действуют различные политические партии и организации. Мы с Сирией пытались, например, осуществить единство, но натолкнулись на большие трудности. Разрыв между ОАР и Сирией можно было предполагать. Положение в Ливии не стабильно. Ливийские руководители — люди молодые и неопытные. Они требуют немедленного объединения с ОАР, в противном случае угрожая нам уйти от руководства страной. Я постоянно убеждаюсь в том, что в начале надо все взвесить, обдумать. Я знаю, что у нас будет много трудностей при образовании той или иной федерации с Ливией. Между тем западные державы предпринимают попытки прибрать Ливию к своим рукам. Алжир и Ирак действуют в Ливии против нас. Только наличие в Ливии контингентов египетских войск позволяет поддерживать в стране порядок. Египетские войска находятся в городах Триполи и Бенгази. Когда я вернусь в Каир, мы обсудим с ливийцами еще раз вопрос о создании федерации. Я согласен с тов. Брежневым, что такое единство принесет много хлопот. Сирин и Ливия, например, выступают против резолюции Совета Безопасности от 22 ноября 1967 г. В общем, я не знаю, что у нас получится, посмотрим.

Л. И. Брежнев. Мы не можем закрывать глаза на вашу тревогу по поводу создавшейся обстановки. Мы весьма довольны тем, что вы правильно оцениваете нашу помощь, как укрепление египетской армии. Что касается ВВС, то должен сказать, что они у нас в Советском Союзе имеют свой специфический характер. Наше ПВО построено по особому принципу и не может применяться в ОАР. Сегодня мы не можем полностью ответить на вопрос в том плане, как он был поставлен тов. Насером. Тут переплетаются военные и технические вопросы. Я не отрицаю тот факт, что у американцев появились новые средства радиопомех. Наука и военная техника не стоят на месте. Решить сейчас все эти технические и стратегические вопросы трудно. Но это не значит, что мы хотим отвернуться от вас. Мы просим правильно нас понять. Мы поручим нашему Министерству обороны и генеральному штабу рассмотреть поставленные вами вопросы и доложить нам, что мы можем в этом деле сделать. После этого мы сможем снова вернуться к этому вопросу. Командующий ВВС СССР посетит ОАР, посмотрит все на месте, ознакомится с нуждами ВВС ОАР и доложит нам обо воем, и все то, что мы сочтем целесообразным, мы сделаем.

Думаю, что не надо нарушать порядок, при котором за нашими летчиками закреплены определенные зоны, куда они не должны допускать самолеты противника. Это весьма целесообразно со всех точек зрения. Если вы примете наши соображения, то мы будем очень удовлетворены.

То, что мы согласовали в политическом плане, надо претворять в жизнь. Бесперспективность в области политического урегулирования означает продолжение военных действий на длительный срок. За этим много кроется, какие масштабы все это может принять. Сейчас трудно быть хорошим хиромантом. Разумно решать вопросы в пределах обозримого, а там, где туман — трудно что-либо решать. Мы это говорим не для того, чтобы уйти от проблемы. Мы это говорим с прозорливостью, доступной человеку. Если мы будем совместно действовать в этом направлении, то ваш визит можно будет считать весьма полезным, эффективным и перспективным.

Г. А. Насер. Свои рассуждения о политическом урегулировании я строю на своем опыте, на знании тактики американцев. Еще в 1967 году они заверяли нас, что если мы примем резолюцию Совета Безопасности, то они сделают все возможное для ее реализации.

Л. И. Брежнев. А вы думаете, мы верим американцам?

Г. А. Насер. Все заверения американцев ничего не значат. Мы должны быть готовыми к худшему.

Я хочу подчеркнуть, что наши встречи были очень полезными. Я очень высоко ценю высказывания, сделанные товарищем Брежневым по всему комплексу вопросов. Я еще раз приношу глубокую благодарность за оказанную нам помощь. В заключение я заявляю, что я целиком за мир, но как его добиться?

Л. И. Брежнев. Иногда в истории бывают повороты, которые трудно предугадать. Вот мы говорим о дружбе, о доверии, о планах империалистов, но ничего не сказали об Израиле. Интересно, что думают его руководители? Каковы настроения у израильского народа? Вероятно, у него уже появилось чувство бесперспективности. Вряд ли израильские руководители думают, что они окончательно победили. Возможно, там идут какие-то подспудные процессы. В Израиле существуют прогрессивные силы, которые мыслят и думают совершенно иначе, чем Голда Мейер. Там произошел раскол в компартии. Микунис стал сионистом. За ним пошло меньшинство членов партии. Другая же половина партии стоит на прогрессивных позициях, выступает против правительства, против продолжения войны.

Сегодня у нас нет общего мнения о том, что произойдет завтра, какое влияние международная общественность окажет на ход событий. Мы должны изучать, смотреть и сделать для себя соответствующие выводы. Возможно, что политические снаряды, которые мы будем запускать, окажутся более эффективными, чем боевые снаряды. Давайте продолжать поиски путей политического урегулирования. Наличие взаимопонимания в этом вопросе очень важно. Мы расписываемся в своей беспомощности, наша линия в международной политике охватывает более широкие горизонты. Мы используем нашу международную политику в целях достижения политического урегулирования. Мы никогда не заявляли о том, что воюем за арабов. Мы помогаем им. Думаю, что такая политическая форма выгодна для вас. Было бы хорошо, чтобы констатация у нас также была общая, что во время вашего визита между нами была достигнута полная договоренность и взаимопонимание по всем интересующим обе стороны вопросам.

А. Н. Косыгин. Тов. Брежнев затронул очень серьезный вопрос, который явился своего рода ответом на поставленный вами вопрос о необходимости выработки общего стратегического плана. Мы понимаем вашу тревогу по поводу отсутствия подобного стратегического плана и вашу заботу о том, куда вам следует двигаться дальше. Это очень сложный вопрос. Тов. Брежнев частично ответил на него, я хочу несколько слов добавить. Ваш стратегический план должен строиться с учетом стратегического плана Израиля. Без этого он не может существовать. И когда вы с этой позиции подвергнете ревизии мою точку зрения, то увидите, что Израилю гораздо труднее выработать свой стратегический план. Их план сводится к тому, кто выстоит в войне на истощение. Но это не только в военном, но и в политическом плане. Ваш стратегический план, как нам кажется, должен состоять из двух компонентов: первое — проявление твердости в политическом плане и второе — проявление твердости в военном аспекте. При нашей военной поддержке вы не должны чувствовать себя слабее Израиля. А тылом для вашего стратегического плана должны быть: арабское единство и дружба с социалистическими странами, ибо именно в этом заключается ваша сила и эффективность вашего стратегического плана. Что-либо другое сейчас трудно найти. Мы высказали эту точку зрения для того, чтобы помочь вам изложить вашу позицию вашим арабским друзьям.

Г. А. Насер. Конечно, я понимаю, что наш стратегический план должен опираться на сотрудничество с вами и арабами, хотя и между ними существует значительные разногласия. Без вашей поддержки мы капитулировали бы перед США. На деле мы ведем войну против США, а не Израиля, которому американцы предоставляют все виды новейшего вооружения.

Что касается политической выдержки, то мы уже четвертый год терпим. Наши потери в 5–10 раз больше, чем потери Израиля. Мы постоянно подвергаемся массированным бомбардировкам, но мы терпим. Когда нами был сбит первый израильский «Фантом», то вся Америка всполошилась, все американские деятели, начиная с Никсона, заявили о том, что они не допустят, чтобы израильские самолеты сбивались нашей артиллерией. Наш народ терпелив и мужествен, и наша стратегия именно на этом и базируется. Но положение очень сложное. Борьба идет не только на канале, но и в Каире, там ведет борьбу внутренняя реакция. Израильские руководители открыто заявляют, что они полностью опираются на США. На этом строится их стратегия. Я не верю американцам, которые считают, что мы должны уплатить большую цену за политическое урегулирование, а именно поступиться своими территориями. Я возлагаю большие надежды на то, что наше сотрудничество приведет нас к положительному решению этого вопроса.

У меня есть предложение, хотя я прекрасно знаю, что перед вами стоят сотни проблем, чтобы каждые 2–3 месяца Али Сабри приезжал в Москву с тем, чтобы детально информировать вас о нашем военном и политическом положении.

Л. И. Брежнев. Мы всегда оказывали нашим друзьям не только большое радушие, но посильную помощь.

Желаю вам счастливого пути и больших успехов в вашей благородной деятельности.

Советские руководители сердечно простились с президентом Насером и членами египетской делегации.

Запись переговоров оформил первый секретарь ОБВ МИД СССР Ю. Смирнов.

РГАНИ. Ф. 80, оп. 1, д. 603. Л. 43–90.

Получено Протокольным отделом МИД СССР

18 июля 1970 года в 12.00

Перевод с арабского

ТЕЛЕГРАММА

Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу,

председателю Президиума Верховного Совета СССР Н. В. Подгорному, председателю Совета Министров СССР

А. Н. Косыгину

Из книги М. Х. Хейкала «Сфинкс и Комиссар»

Насер должен был побывать в Москве начиная с 29 июня 1970 года. <…>.

Находясь в Москве во время последнего визита, Насер сказал Брежневу о своем намерении публично поддержать инициативу Роджерса. Брежнев был удивлен. Как Насер может согласиться, по словам Брежнева, «с американским флагом над ней?» Насер объяснил, что поскольку на ней американский флаг, инициатива может быть полезной. Он чувствовал, что для Египта открывается новая глава. Война на истощение вдоль Суэцкого канала продолжалась уже почти целый год. Она дорого стоила Египту, особенно в результате воздушных налетов на гражданские объекты в Дельте и тяжелых потерь в рабочей силе на строительстве сооружений вдоль западного берега канала. Но она была даже дороже для Израиля, где было много горя из-за почти ежедневных сообщений об убитых и раненых. Было известно, что Израиль выступает за прекращение огня, а прекращение огня была выгодно и Насеру. Оно дало бы возможность завершить создание ракетной стены и сконцентрироваться на приготовлении к освобождению потерянной Египтом территории, планы которого уже получили кодовое название «Гранит один».

Брежнев понял аргументы Насера в поддержку миссии Роджерса, но, вероятно, не был полностью убежден. Во время этого визита в Москву он сказал Насеру, что полностью поддерживает египетскую точку зрения, что он думает, что израильтяне никогда не уйдут, если их не заставить, и что их поддерживают американцы.

И хотя русские начали придерживаться более реалистичной оценки намерений американцев, они остались убеждены в том, что Ближний Восток настолько важен американцам, что было бы весьма опасно слишком давить на них в этом вопросе. Словом, Советский Союз был готов предоставить ограниченную поддержку арабам, когда они атакуют Израиль, и таким образом нарушить американские интересы на Ближнем Востоке, в то время как американцы были готовы предоставить неограниченную поддержку Израилю, когда он атакует арабов, и тем самым ослабить интересы Советского Союза.

Я думаю, что русским было нелегко терпеть прямые контакты Египта с американцами, когда они начались. Они с подозрением наблюдали за происходящим и хотели бы знать всё. Например, когда Джозеф Сиско прилетал в Каир, русские попросили показать им стенограмму его встречи с Насером. Насер сказал, что подробно расскажет об этой встрече советскому послу, что он и сделал, но отказал передать стенограмму. Русские должны были бы понять, как и мы, что американцы оставили лишь одно окошко в окружении Египта, и что если Насер нырнет в него и решит, что ближневосточное урегулирование может быть достигнуто только с помощью Америки и на американских условиях, одним из последствий этого будет полное отстранение Советского Союза. <…>

Это произошло в 1970 году, когда я согласился стать министром информации и сопровождал Насера в его визите в Москву в июле того года. Одним из вопросов, обсуждавшихся с советскими руководителями, был наш запрос увеличить число военных экспертов. Мы хотели, чтобы они были даже на уровне батальонов. Брежнев не был готов согласиться с этим. «Мы полагаем, — сказал он, — что если в Египте будет слишком много наших советников, народное мнение может повернуться против них. Люди могут начать называть это „неоимпериализм“». Насер заверил его, что этого не случится. «Я ручаюсь, — сказал он, — и если я почувствую, что русские советники вмешиваются в наши дела, то я соберу их всех, посажу на пароход в Александрии и отправлю в Одессу». <…>

После переговоров с советскими лидерами Насер отправился в госпиталь в Барвиху на две недели на лечение. В Каир он вернулся 21 июля. Русские врачи просили его отдохнуть, но как только он начал десятидневный отдых в Мерса-Матрухе (доктора настаивали минимум на месяце), между армией короля Хусейна и палестинскими партизанами в Иордании началась гражданская война. Насер немедленно вмешался в события, чтобы положить конец конфликту. 21 сентября в Каире открылась конференция глав арабских государств, которую он созвал. Черед неделю конференция закончилась, но вмешалась судьба. Насер скончался.

Mohamed Heikal.

Sphinx and Commissar.

P. 199–202, 212–214.

Перевод с английского

«Иджипшн газет»

29 сентября 1970 года

Вчера в Каире было составлено медицинское заключение в связи с внезапным сердечным приступом, в результате которого скончался президент ОАР Гамаль Абдель Насер.

В медицинском заключении, подписано врачами Рифаи Мохаммедом Камелем, Мансуром Файезом, Заки эль-Рамли, Эль-Сави Хабибом и Таха Абдул Азизом, говорится:

«28 сентября с. г. в 15.30, когда президент провожал эмира Кувейта в Каирском аэропорту, у него внезапно началось головокружение, сопровождавшееся обильным потоотделением и общей слабостью.

Президент немедленно был доставлен в резиденцию Маншиет эль-Бакр, куда сразу же были вызваны врачи. Они обнаружили, что президент перенес сильнейший сердечный приступ, закончившийся обширным инфарктом, вызванным тромбозом коронарной артерии.

Президенту была оказана всевозможная необходимая помощь, включая применение аппарата, поддерживающего сердечную деятельность, но свершилась воля Аллаха и президент скончался в 18.15, в то время, когда все еще оказывалась медицинская помощь».

Перевела Л. Усова

АВПРФ. Ф. 87, оп. 31, п. 66, д. 5. Л. 285.

Перевод с английского «Иджипшн газетт»

29 сентября 1970 года

Вчера вечером тело президента Гамаля Абдель Насера было перевезено из резиденции Маншиет эль-Бакр во Дворец Республики Куббу.

Похороны президента состоятся в четверг в 10 час. утра, с тем чтобы в них смогли принять участие народ, короли и главы арабских стран, а также народы и главы дружественных государств.

В связи со смертью президента Гамаля Абдель Насера объявлен официальный траур в течение 40 дней.

Полный траур будет соблюдаться в течение трех дней, во время которых правительственные учреждения, организации, компании и школы будут закрыты.

Перевела

Л. Усова

Перевод с арабского

«Аль-Ахрам»,

29 сентября 1970 года

Объединенная Арабская Республика, арабский народ и все человечество потеряли одного из самых великих, мужественных и искренних людей в лице президента Гамаля Абдель Насера, скончавшегося в 18.15 28 сентября 1970 г. Президент Насер до последнего момента находился в авангарде борьбы за единство арабской нации во имя того дня, когда будет достигнута победа.

Президент Насер — герой, память о котором будет вечно жить в памяти арабской нации и всего человечества, — перенес тяжелый сердечный приступ, первые симптомы которого обнаружились в 15.15.

Президент только что вернулся домой, завершив последнюю церемонию в связи с совещанием глав арабских государств, которое закончилось вчера в Каире и которому этот вождь и герой отдал силы и энергию, чтобы предотвратить страшную трагедию, угрожавшую арабскому народу.

Члены высшего Исполнительного Комитета АСС, Совета Министров, собравшиеся на совместное чрезвычайное заседание сразу же после случившегося, не могли найти слова́, чтобы выразить то глубокое горе, которое постигло Объединенную Арабскую Республику, арабскую Родину и все человечество по воле Аллаха, свершившейся в один из самых грозных периодов.

Гамаль Абдель Насер был и остается величественнее всех слов, и лучше всего о нем могут рассказать его дела во имя народа, нации и человечества. Он был борцом за свободу, права и справедливость, борцом во имя дела чести и последнего вздоха.

Нет слов, которые могли бы утешить нас в горе.

Только одно может возместить эту потерю — стойкость, терпение, смелость и сила арабской нации вплоть до достижения той победы, во имя которой жил и отдал свою жизнь сын Египта, герой нашей нации, человек и вождь арабского народа.

Перевела

Н. Константинова

Аннотированный перевод с арабского «Аль-Ахрам» 29 сентября 1970 года

Вчера египетский народ, арабская нация и весь мир оказался перед лицом безграничной, неожиданной, как молния, трагедии. Умер президент Гамаль Абдель Насер, герой арабской нации, ее лидер и учитель.

При смерти Насера присутствовали Анвар Садат, Хусейн Шафеи, Али Сабри, Мухаммед Фавзи, Шаарави Гомаа, Сами Шараф, Мухаммед Ахмед, Мухаммед Хасанейн Хейкал.

После смерти президента по инициативе Анвара Садата в доме президента состоялось совещание, в котором приняли участие: Анвар Садат, Хусейн Шафеи, Али Сабри, Шаарави Гомаа, Мухаммед Фаваи и Мухаммед Хасанейн Хейкал.

Все собравшиеся чувствовали, что лучшей данью умершему их вождю, руководителю, герою и учителю будет завершение его дел на благо ОАР, на благо арабской нации. Собравшиеся достигли соглашения о следующем:

1. Объявить полную боевую готовность № 1 по всему фронту (с Израилем);

2. Срочно созвать ЦК АСС и Совет министров для сообщения о смерти президента и для обсуждения мероприятий, связанных с этой смертью;

3. Перевести тело покойного в Республиканский дворец в Куббе — официальную резиденцию главы государства;

4. Определить 10 часов 1 октября с. г. днем государственных похорон с тем, чтобы дать возможность друзьям Насера, главам государств, которые пожелают участвовать в прощании с ним, прибыть в Каир;

5. Местом захоронения великого героя определить новую мечеть, построенную под патронажем Насера в Маншиет эль-Бакри (район резиденции Насера) на пожертвования, поступавшие в его адрес и предназначавшиеся по просьбе их владельцев для использования на службу исламу.

Пять врачей, присутствовавших при кончине Гамаль Абдель Насера, составили медицинское заключение о смерти президента для представления его на совместном заседании ВИК АСС и Совета министров.

Жена президента вошла в сопровождении Мухаммеда Хасанейна Хейкала. Она отказывалась верить случившемуся и, убитая горем, шептала: «Мне ничего не надо… Мне никто не был нужен в жизни, только он… Для меня не было президента… был муж… Я хочу только быть похороненной рядом с ним…»

Во дворце Кубба начали собираться члены ВИК АСС и министры, некоторые из них еще не знали о случившемся и были поражены печальным известием. Среди них были министры, которых специальный самолет доставил прямо с фронта.

Перед собравшимися с речью выступил Анвар Садат. Он сказал, что не переживет этот день, что он желал бы, чтобы Гамаль Абдель Насер известил о смерти его, Садата, а не он объявлял о смерти Насера.

Азиз Сидки, услышав печальное известие, не в силах был сдержать слезы. Сайед Марей покинул зал заседаний, чтобы там, за дверью, дать волю своим чувством. Махмуд Фавзи плакал молча.

Затем министры заслушали заключение врачей, и было принято решение о том, что вице-президент Анвар Садат зачитает по радио от своего имени заявление о случившейся трагедии. Радио и телевидение ОАР прервали передачи, началось чтение священного Корана — это было первое известие миру о потрясающем событии.

Это был не первый сердечный приступ, которому подвергся президент. В сентябре прошлого года случилось то же самое, но тогда было принято решение в связи с рядом обстоятельств объявить, что Насер болен гриппом. Насер был прикован к постели в течение шести недель. Врачи посоветовали ему не переутомляться и следить за здоровьем. Однако события политического и военного характера вынудили президента много работать.

Во время последнего пребывания Насера в Советском Союзе его обследовал известный врач, специалист по сердечным болезням, доктор Чазов. Чазов предупредил Насера, что он слишком много работает, что это очень опасно для его организма. Чазов знал, что президент недавно вернулся из Ливии и Судана, что он работает более четырнадцати часов в сутки. После настоятельных уговоров Насер согласился на двухнедельное лечение в санатории в Здравнице. Однако по возвращении в Каир, Насер вновь окунулся в беспрерывную работу.

Наконец, после долгих уговоров тех, кто знал правду о состоянии его здоровья, президент Насер согласился уехать в Марса Матрух. Но в день его приезда туда разразился иорданский кризис. Президент Каддафи прилетел в Марса Матрух, для того чтобы встретиться там с Насером. Кризис развивался таким образом, что президент вынужден был вернуться в Каир уже на следующий день, когда возникла идея созыва совещания королей и глав государств.

Громадная доля напряженной работы совещания легла на плечи Насера. Когда его друзья указали на ту напряженную работу, которую он ведет, он сказал: «Сейчас умирают мужчины, женщины и дети. Мы находимся в гонке со смертью».

Никто не обратил тогда внимания на эти слова, в которых была заключена ирония судьбы.

В течение последующих девяти дней президент Насер все свои усилия и мысли посвятил только одному — прекращению кровопролития в Иордании. Наконец соглашение о прекращении огня в Иордании было подписано.

Президент Насер первым покинул отель «Хилтон», так как он чувствовал себя совершенно измученным. Он проводил полковника Каддафи, а затем всю ночь лично следил за работой комиссии по прекращению огня, которая отбыла в Иорданию во главе с премьер-министром Туниса Баахи Адгамом.

Вчера рано утром президент Насер прибыл на каирский аэродром для того, чтобы проводить глав государств, покидающих ОАР.

В 12.30 он звонил Хейкалу по поводу последних событий, которые произошли после встречи Хейкала с Ясиром Арафатом и другими лидерами Палестинского сопротивления. В конце разговора он пожаловался Хейкалу, что чувствует себя очень плохо.

Хейкал посоветовал Насеру поехать отдохнуть в Александрию. Президент ответил: «Сейчас я должен поехать на аэродром проводить эмира Кувейта, а затем я вернусь домой, чтобы отдохнуть и отоспаться».

После непродолжительного отдыха президент Насер в 14.30 уехал в каирский аэропорт, где он почувствовал себя еще хуже.

По возвращению в свою резиденцию президент Насер умер в своей комнате.

Аннотировали Р. Турдиев, Н. Мартиросова, Л. Керимова

АВПРФ. Ф. 87, оп. 31, п. 66, д. 5. Л. 290–294.

Аннотированный перевод с английского

«Иджипшн газетт»

30 сентября 1970 года

Вчера в Каир со всего мира поступили телеграммы соболезнования в связи с кончиной президента Гамаль Абделя Насера.

29 сентября президент Никсон заявил, что направит на похороны президента Насера делегацию, возглавляемую специальным помощником президента Робертом Финчем. Президент Никсон считает невозможной свою поезду в Каир, так как США и ОАР не поддерживают официальных дипломатических отношений.

Заявление президента Никсона было сделано после того, как министерство иностранных дел ОАР объявило, что в Каир направится государственный секретарь США Роджерс. Из последнего заявления президента Никсона стало ясно, что госсекретарь Роджерс не будет возглавлять американскую делегацию.

Президент Никсон в знак уважения памяти президента Насера отдал распоряжение отложить учения 6-го американского флота.

Президент Никсон, который встречался с президентом Насером в 60-х годах, охарактеризовал его как человека, производящего глубокое впечатление, вождя своего народа. Перед тем, как выступить перед флотом, Никсон созвал совещание, в котором приняли участие Госсекретарь Роджерс, министр обороны Лэйрд, советник президента по вопросам национальной безопасности Киссинджер. На это совещание неожиданно прибыл также Джозеф Сиско.

Совещание рассмотрело положение на Ближнем Востоке, считают создавшееся после смерти президента Насера. Было официально объявлено, что президент Никсон совершит намеченный по плану визит в Югославию, несмотря на смерть Насера.

По сообщению информированных источников, 29 сентября состоялось заседание английского правительства, рассмотревшего обстановку на Ближнем Востоке в связи с внезапной кончиной президента Насера.

Было объявлено, что в Каир на похороны президента Насера прибудет министр иностранных дед Англии Дуглас Хьюм. Его прибытие в Каир ожидается в среду, 30 сентября. В послании Дугласа Хьюма министру иностранных дел ОAP Махмуду Риаду говорится: «Я посылаю вам мои самые искренние соболезнования в связи с утратой выдающегося лидера египетского народа. Весь мир с печалью будет осознавать отсутствие того влияния, которое имел президент Насер, особенно в то время, когда так активны поиски мира на Ближнем Востоке».

Президент Франции Помпиду отдал дань уважения президенту Насеру как выдающемуся государственному деятелю, который возродил достоинство и гордость египетского народа. В телеграмме соболезнования на имя вице-президента Анвара Садата Помпиду выразил свое глубокое сожаление по поводу кончины президента Насера в тот момент, когда «его ясность ума и мужество являлись неотъемлемыми факторами восстановления мира на Ближнем Востоке». В эту тяжелую минуту, говорится в послании Помпиду, «я выражаю надежду, что имеющие историческое значение достижения президента Насера будут продолжены и что укрепятся традиционные узы дружбы между народами Объединенной Арабской Республики и Франции».

Министр иностранных дел Франции Шуман заявил, что Франция считает «несчастьем» смерть президента Насера.

Выступая от имени правительства, Шуман заявил, «что перед своей смертью Насер выбрал мир, Франция, сказал Шуман, не имеет никаких интересов кроме мира и на Ближнем Востоке, и в любом другом районе мира».

«Поэтому Франция считает смерть президента Насера несчастьем и надеется, что его приемники станут наследниками его последних идей».

Глава правительства Испании Франко направил телеграмму соболезнования на имя египетского правительства. В ней выражается глубочайшее соболезнование и братская симпатия к великому египетскому народу.

Президент Италии Сарагат заявил, что смерть президента Насера является горем для всех независимо от политических и религиозных убеждений. Телеграмма соболезнования была направлена на имя вице-президента Анвара Садата.

Император Эфиопии Хайле Селассие выразил глубокое сожаление по поводу полученного известия о смерти президента Насера. Министр иностранных дел Эфиопии заявил, что император испытывает беспокойство в отношении серьезного воздействия, которое окажет смерть президента Насера на мир на Ближнем Востоке.

В послании на имя вице-президента ОАР Анвара Садата глава польского правительства Спыхальский подчеркнул, что Насер умер на своем посту, возглавляя справедливую борьбу арабской нации против израильском агрессии, махинаций империализма.

Польский народ разделяет горе арабской нации и вместе с ней оплакивает великого сына и вождя, сторонника единства и солидарности арабского мира.

В послании выражается уверенность относительно того, что арабская нация будет продолжать политику, которую проводил президент Насер.

Высший революционный Совет Сомали принял решение о том, чтобы во всех городах в течение семи дней были приспущены флаги.

В заявлении правительства ФРГ от 29 сентября подчеркивается, что смерть президента Насера тяжелая утрата для Объединенной Арабской Республики. Президент играл решающую роль в истории своей страны, говорится в послании. «Федеральное правительство выражает надежду, что это печальное событие не осложнит еще более усилия, направленные на достижение мира на Ближнем Востоке».

Канцлер ФРГ Вилли Брандт выразил правительству ОАР свои соболезнования по поводу кончины президента Насера.

В телеграмме президента Югославии Тито, направленной на имя вице-президента Насера, говорится: «Я глубоко потрясен известием о смерти моего большого друга — Гамаля Абдель Насера». Президент Тито охарактеризовал президента Насера «как выдающегося руководителя Объединенной Арабской Республики, решительного сторонника политики неприсоединения».

Президент Тито подчеркнул, что «Югославия будет по-прежнему поддерживать Объединенную Арабскую Республику в ее усилиях, направленных на сохранение и укрепление независимости».

Перевела Л. Усова

АВПРФ. Ф. 87, оп. 31, п. 66, д. 5. Л. 302–304.

Из воспоминаний посла СССР в Египте В. М. Виноградова

Когда приземлился наш самолет, в Каире было совсем темно. Беспокойство ночи уже передалось нам, когда самолет еще подруливал к вокзалу. Где-то угадывались толпы людей в свете прожекторов кинохроники, мелькали возбужденные лица. Сразу нас куда-то завертело, закружило, никакое порядка, даже видимости его на аэродроме не было. Ощупью спустились по трапу. Встречал плачущий Садат и другие руководители. А. Н. Косыгина куда-то увели, охранники его рванулись в темноту. С трудом мы выбрались, нащупали первую попавшуюся машину, влезли вместе с М. В. Захаровым, попросили, чтобы везли туда, где будет А. Н. Косыгин. Приехали в резиденцию посла, то бишь в мою новую резиденцию[1]…

Вся страна находилась в каком-то исступленном отчаянии. Толпы людей ходили по улицам, на лицах растерянность, собираются кучками, о чем-то говорят, оживленно жестикулируя. Ездят на крышах автобусов, трамваев. Говорят, было много случаев, когда люди с отчаянья бросались с мостов в Нил или с крыш вагонов.

Посольство окружено стеной солдат, у которых в руках деревянные щиты и палки — говорят, от нападения толпы, все может быть, могут быть и недруги.

В тот же день поехал к Хейкалу. Плачет, говорит, что не может себе представить, как это случилось. Невероятно еще и то, что еще и суток не прошло после смерти Гамаля, а его лучшие друзья — советские люди уже прибыли на похороны. Потом Хейкал вдруг говорит: «Вы, наверное, не знаете, но Насер очень уважал Вас. Когда в течение долгого времени, после смерти вашего посла[2], в Каире не было советского посла, Насер говорил мне: давай попросим, чтобы к нам прислали Виноградова. Я отвечал ему, что полностью согласен с его мнением, но так не делается — послов не выбирают. Если попросить, то может даже получиться обратное — его ни за что не пришлют, таков обычай».

Я вздрогнул: не узнал ли Хейкал о моем назначении? Когда же он мог узнать: ведь мы только что прибыли, и А. Н. Косыгин еще ни с кем не встречался. Нет, не мог он знать.

Когда я рассказал Хейкалу, что меня назначили послом в Каир, он от удивления не мог долго ничего сказать. Наконец, промолвил: «Не может этого быть, это просто невероятно, неужели исполнилась последняя воля Гамаля?» И еще долго он повторял, как ошеломлен событием и что какая это была бы радость для Гамаля.

На похороны пришлось ехать… на катере. Дело в том, что траурная процессия должна была начаться от дома, расположенного на острове Замалек, где находился ранее штаб революционного командования. Через мост проехать оказалось невозможным, он был забит народом, и полиция решила сделать самое простое — развести его. Нам дали катер, сопровождал нас Хейкал.

По приезде нас поместили в отдельную комнату, и при нас практически все время находились Садат и Али Сабри. Входили и выходили разные люди, государственные деятели, здоровались с А. Н. Косыгиным. Да, Насер действительно был вождем «третьего мира», признанным лидером не только арабского мира, но почти всех развивающихся стран. К нему испытывали уважение и правительства капиталистических стран. Одним словом, скопление людей было невероятно большим. Короли и премьер-министры наступали друг другу на ноги.

Наконец, послышался шум вертолета: прибыло тело Насера. Все вышли из помещения. Посреди большого зала уже стоял гроб, покрытый государственным флагом Египта. На нем, рыдая, лежали несколько человек. Начала образовываться колонна — похоронная процессия, мы вышли наружу. Здесь с невероятной силой пекло жарчайшее египетское солнце, что еще больше взвинчивало атмосферу.

Наконец, показалось начало процессии, на орудийном лафете, влекомом шестеркой лошадей, гроб. Солдаты на лошадях и рядом — многие открыто плачут, громко рыдают. Солнце буквально обжигает, все мокрые. За лафетом идет много людей, нам приходится силой вливаться в шествие. Вскоре образуется сильнейшая давка, вместо процессии создается неуправляемая толпа, куда-то тянут, того и гляди, упадешь. Высокие гости стараются удержаться на ногах. Невольно думаю, а что же будет дальше. Ведь это только «избранная» часть процессии — иностранные гости. А ведь на улице должна присоединиться еще многотысячная толпа. Но ничего этого не происходит. Просто наша толпа останавливается, не выходя даже за пределы садика в Замалек. Несут в обратном направлении в кресле качающегося, как кукла, Садата — говорят, что ему стало плохо. Провожающие поворачивают обратно. Куда-то вдаль уходят кони, люди и гроб с телом Насера, оттуда слышен рев толпы, все смешалось, нам рекомендуют отправиться домой… Опять же на катере.

…22 октября 1970 года я вручал верительные грамоты новому президенту Египта Анвару Садату. После вручения грамот я направился к могиле Насера. Там уже ждала большая группа работников посольства. Мы возложили на могилу Насера большой венок с надписью: «Гамалю Абдель Насеру от посольства СССР». Эта церемония привлекла большое число зрителей, не осталась она незамеченной и печатью. Мы отдали последний долг вождю египетского народа — великому вождю…

В. В. Беляков.

Встречи с Насером. Из архива

советского дипломата // Восточный архив.

№ 1(25), 2012. С. 78–79.