Адмирал Рейли, один из высших командоров армии роботов, летел на запад. Его ИИ, искусственный интеллект, был наделён способностью чувствовать. И чувством, бушевавшим в груди электронной птицы, было бешенство. Ярость, вызванная таким неожиданным и бесславным поражением роботов от птиц. Поражением в почти выигранной битве за огромный, красивый город, когда-то названный исчезнувшими с лица планеты людьми городом Святого Петра.

Системы навигации показывали электронным мозгам робота в обличье коршуна расстояние до Стокгольма в 688 воздушных миль. Ещё раз мелькнула мысль: «Проиграна битва, но не война». Война роботов против птиц, продолжавшаяся на планете, покинутой человеческой цивилизацией, уже около года. Программа искусственного интеллекта была загружена в его собственные процессоры. Их характеристики превосходили параметры любого электронного существа на европейском театре военных действий. Эта программа позволяла Рейли контролировать информационные ресурсы от сетей роботов всего северного полушария планеты. Однако пришло время произвести её обновление.

Робот коршун, широко расправив крылья, вытащил когтистой лапой из кармана бронежилета диск и на лету вставил его в открывшуюся на груди щель порта загрузки. Гигантский массив информации был похож на удар воздуха, сжатого до крепости бетона. Электронные хранилища и коммуникации робота заработали почти на пределе. В электронные мозги закачивались невероятные объёмы бесчисленных цифровых кодов. Рейли с удовлетворением получил сообщение от систем организма: достигнут девятый уровень ИИ. Резервные двигатели водородного робота глухо взревели. Давно остались позади все солдаты, спасшиеся вместе с адмиралом после безумной атаки десантного бота звездолёта «Юпитер», так внезапно переломившего ход сражения за город. Навигация показала время полёта до Стокгольма: 53 минуты. Адмирал Рейли с огромной скоростью летел над морским заливом, наливаясь мощью искусственного интеллекта. В его электронных системах находились все нити управления миллионным отрядом роботов Северо-Европейской группировки войск.

Примерно в это же время небольшая птица по имени Майкл, капрал отряда разведки птичьего флота, при помощи бойцов из команды диких гусей доставил своего друга лейтенанта Бронзу на секретную военную базу. Майкл принадлежал к редким в этих местах птицам – пересмешникам, иногда называемым мимусами. База располагалась на острове посреди залива. Когда-то в лаборатории острова учёные птицы совершили научное чудо. Создали киборга из раненного в бою ворона. От птицы у Бронзы осталось лишь сердце, мозг и некоторые внутренние органы, уложенные в лёгкий и прочный каркас. А тот, в свою очередь, был помещён в тело водородного робота – бронзового жука размером с крупного голубя.

Теперь эти же учёные суетились вокруг стола с Бронзой, безвольно распластавшим свои изумрудные крылья. Он попал под удар излучателей человеческого звездолёта, неожиданно свалившегося с орбиты на помощь погибавшим в бою птицам. Лейтенант, как и роботы вражеской армии, потерял основные системы жизнеобеспечения железного организма. Вся электроника сгорела, но органика осталась жива. Где-то внутри оплавленного металла продолжало биться сердце и должен был работать мозг.

Все вокруг, включая Майкла, очень на это надеялись.

Профессор Фогт, высокий стройный журавль, стоя у стола, быстро командовал своими ассистентами, двумя серыми фламинго и редкой в этих широтах птицей-секретарём. Кроме того, с десяток роботов-коллаборантов, перепрограммированных птицами, точными движениями делали работу, неподвластную ни птичьим крыльям, ни когтям. Эти механизмы своими манипуляторами и тончайшими лазерными резаками буквально раздевали Бронзу, отделяя железо от органики.

Майкл отвернулся от друга. В этой суматохе все забыли про присутствие постороннего в операционном блоке секретной лаборатории.

Профессор Фогт проговорил:

– Генная инженерия, коллеги. Именно она спасает сейчас нашего бойца. Если бы в своё время мы не изменили его живые органы, то сейчас мы не смогли бы помочь лейтенанту. Но всё в наших руках, коллеги… Извините, я бы сказал, всё в наших силах и в руках наших механических коллег. Готовим новое тело. И у нас уже есть более совершенные киберносители. Мы можем создать лейтенанта Бронзу с его сердцем, мозгами и памятью в теле грозного робота ястреба или сапсана. Какие будут мнения, коллеги? Так как пациент не может самостоятельно принять решение, мы, как в прошлый раз, должны сделать это сами.

Профессор оглядел операционную. Взгляд его вдруг наткнулся на Майкла, тихо сидевшего на подоконнике. Профессор выгнул длинную шею назад и, целясь клювом прямо в разведчика, произнёс:

– А вы кто такой? Почему в операционной…

Закончить журавль не успел. Майкл взмахнул крыльями, вытянулся и громко отрапортовал:

– Господин профессор! Капрал Майкл. Вхожу в разведгруппу под руководством лейтенанта Бронзы. Доставил раненого на остров. Господа! Перед тем как потерять сознание, лейтенант Бронза потребовал, если его спасут, сохранить тело бронзового жука. Кроме того, это необходимо для выполнения важного задания штаба фронта. – После небольшой паузы Майкл для убедительности добавил: – Адмирал Борз в курсе…

Профессор Фогт удивлённо переводил взгляд с бездвижного Бронзы на старавшегося излучать уверенность Майкла и обратно. Наконец, приняв какое-то решение, он с уверенностью сказал:

– Хорошо. Будет вам новое тело киборгу Бронзе. А вас, капрал, я попрошу удалиться. Мы вас сразу пригласим, когда кончится наша работа. Не будем забывать о строгой секретности научных разработок. Насколько я знаю, нашим железным противникам пока неизвестны технологии симбиоза органической и бездушной материй.

Майкл вылетел из операционной. Он, конечно, рисковал, заявив, что Бронза потребовал оставить прежнее тело, но была твёрдая уверенность в правоте этого сложного выбора.

В коридоре стояли два охранника из ястребов. Майкл обратился к одному из них:

– Скажите, мой друг рассказал, что около базы открылся первый в городе птичий ресторан горячей пищи. Как бы его разыскать?

Ястреб из охранной роты свысока посмотрел на разведчика:

– За воротами форта, повернёшь налево. Говорят, там, в старой башне, одна местная скопа начиталась человеческих книг и открыла рыбный ресторан. А ещё говорят, она там жарит, варит и запекает рыбу, пойманную в заливе её семьёй. Надо сказать, после того как люди куда-то испарились с нашей планеты, рыбы тут развелось огромное количество. Если тебе не жалко желудок, можешь поклевать что-нибудь… Я сам там не был и не собираюсь пробовать человеческую еду. Может быть, люди и исчезли с планеты, объевшись горячей жареной рыбы?!.. Ха-ха-ха! – Оба охранника засмеялись, задрав клювы вверх. А Майкл, усмехнувшись, вылетел в форточку и направился к старинной каменной башне, прислонившейся к таким же древним стенам тёмно-серого форта, построенного людьми лет триста назад. Форта, над стенами которого развевался флаг с синим пеликаном на серебряном фоне.

Адмирал Рейли летел над узким длинным фиордом. Бортовой навигатор робота показывал: до цели полёта оставалось несколько минут. Внизу, на живописных скалах маленьких островов, темнели пустые дома людей, представителей исчезнувшей человеческой цивилизации. Иногда на островах можно было даже различить небольшие полоски дорог, ещё не заросших растительностью, наступавшей на брошенные жилища. Впереди показались огни города. Стокгольм светился желтоватым светом в серых мазках вечерних сумерек. Стокгольм, город, захваченный армией роботов.

Вдруг с одного из островов наперерез роботу коршуну понеслась цепочка ярких трассирующих снарядов. Рейли, резко изменив курс, стал набирать высоту, уходя от опасного зенитного огня.

«Это не лучемёты. Это что-то новое, – подумал адмирал. – Слишком быстро птицы учатся человеческим технологиям. Видимо, таковы законы войны…»

Электроника снова просигнализировала опасность. Обернувшись, коршун заметил ещё одну цепь, сверкающую оранжевыми стрелами трассеров. На этот раз очередь, выпущенная с другого острова, уже превысила горизонт полёта электронной птицы и подкрадывалась сзади. Через несколько мгновений она должна была настигнуть цель.

«Перекрёстный огонь!» – мысль едва опередила действия железной птицы.

Рейли резко спикировал влево и ушёл от поражения только благодаря превосходным лётным характеристикам своего металлического тела.

«Странно, что они стреляют по птице? Впрочем, ответ ясен. Меня выдаёт скорость. Но мы уже у цели». – Адмирал перешёл на форсаж, и трассеры остались далеко позади.

– Чёрт знает что! – прокричал робот сквозь свист ветра. – Не хватало ещё погибнуть в начале наших грандиозных побед!

Он включил коммуникатор и произнёс:

– Адмирал Рейли вызывает полковника Мангуса. Прибываю через пять минут. Где состоится совет командоров Северного фронта?

– Мангус информацию принял. Господин адмирал, совет ждёт вас в башне Риддархольмена, скидываю координаты.

Спустя пару минут в центре города, на острове, Рейли увидел шпиль великолепной башни. Ажурные окна светились ярким жёлтым светом. Сделав круг над башней древнего собора, коршун снизился по спирали и влетел в распахнувшееся перед ним окно.

Адмирал Рейли в обличье коршуна в зале башни Риддархольм вызвал немалое удивление роботов командоров скандинавского фронта. Все 12 военачальников, сидящих за длинным столом, повернули головы, угрожающе зашевелили антеннами и направили на хищную птицу свои электронные глаза с личными бластерами в придачу.

Адмирал сделал три медленных взмаха крыльями и опустился на край стола. Он застыл в гордой позе, внимательно глядя на командующего фронтом, сидящего во главе стола. Двухметровый громила, командор Андерс медленно встал со стула и с удивлением произнёс:

– …Адмирал Рейли…

В ответ от коршуна последовала дежурная фраза:

– Командор Андерс!.. Я только что подключился к электронным сетям Скандинавского направления. Прошу вас, представьте меня командорам фронта.

– Господа, это командующий восточной группировкой адмирал Рейли. Должен сообщить, что перед нами искусственный интеллект девятого уровня. Это более высокий ранг, чем мой. Адмирал, вы принимаете командование нашим фронтом?

– Нет, господа. У меня другие планы и задачи. Я занимаюсь операцией, которая должна позволить роботам одержать победу на всей планете. Мне уже известна информация о ситуации на вашем участке. Стокгольмская победа очень важна для всех нас. Вы фактически изгнали из города все птичьи войска. Кроме того, меня заинтересовали поразительные достижения ваших учёных и инженеров.

Командор Андерс сел и изобразил улыбку на своём блестящем нержавейкой лице.

– Нам действительно есть чем похвалиться. Вы, конечно, знаете, адмирал, что птицам оказались подвластны технологии людей, связанные с полётами в атмосфере планеты и даже за её пределами. Это неудивительно. Аэродинамика и сложные расчёты теории воздухоплавания птицам не нужны. Они знают о лётном деле больше, чем знала человеческая цивилизация. Нам известно, что на вооружении у птиц уже появляются адаптированные человеческие самолёты. Однако, адмирал, мы тоже кое в чём достигли успеха. Ещё год назад в скале на морском берегу была обнаружена секретная военно-морская база людей. А в ней, в базе, выдолбленной внутри наших гор, стоят два морских корабля с полным боекомплектом на борту. После года работы наших учёных эсминцы были переоборудованы под водородное топливо и готовы к отплытию в любой момент.

– Отлично, командор! Они-то мне и нужны. Прошу откомандировать со мной полковника Мангуса, вашего заместителя, и мы удалимся. Продолжайте вашу работу. Победа будет за нами!

Из-за стола поднялся человекообразный робот, ИИ седьмого уровня. Он был одет в тёмно-синюю форму, на мозговом блоке красиво сидела морская командорская фуражка.

– К вашим услугам, господин адмирал.

Все роботы встали, провожая взглядом выходящего полковника и вылетевшую за ним большую хищную птицу.

Два самых могущественных робота медленно спустились с высоты башни в ночной город.

– Хочу показать вам наши достижения, адмирал.

– С удовольствием посмотрю, полковник.

– Тогда предлагаю перемещаться на спецтранспорте, это будет удобно.

У подножия мрачной башни, мерцая оранжевой подсветкой, стояла платформа с блестящими металлом бортами. Роботы разместились у панели управления. Нажимая кнопку «старт», Мангус произнёс:

– Наш путь пролегает через метро. Замечательное сооружение человечества, прекрасно адаптированное нами под военно-производственные нужды. Кстати, наша платформа на пневмоподушке изготовлена на одном из подземных заводов.

Транспорт с роботами бесшумно пронёсся по улице ночного города и нырнул в портал станции городского метрополитена.

Адмирал Рейли с нескрываемым восхищением смотрел на освещённые своды подземных коммуникаций. На платформах мелькавших перед ними станций расположились фабрики и заводы. Там непрерывно трудились тысячи роботов, машин и механизмов.

– Что тут производят? – спросил Рейли.

– Всё. Всё, что необходимо городу и армии. Оружие, транспорт, компьютеры и их комплектующие, топливо, материалы, металл и броню, одежду и экипировку, и многое другое, и конечно, роботов.

– Вы порадовали меня, Мангус. Снова убеждаюсь, что победа будет за нашей железной цивилизацией. Мангус, скажите, почему в этом городе все роботы такие большие и человекообразные?

– Это было давнее решение штаба фронта. Мы решили, что антропоморфная форма роботов будет полезна при использовании человеческой техники, зданий, оборудования. Уже больше года все производимые нами механизмы имеют руки, ноги и различные модификации головы.

– Мне это нравится, полковник, и вот мой первый приказ. Надоела эта скучная оболочка птицы. Моему телу необходим апгрейд.

– Да, адмирал. Мы это исправим очень быстро.

После недолгой гонки в лабиринте метро платформа остановилась на большой станции, где на многоярусных конвейерах собирались роботы разных моделей.

Адмирал Рейли встал на движущуюся ленту. Робот диспетчер спросил у полковника:

– Какая модель?

– Боевой водородный антропоморф последнего поколения с полным комплектом вооружения, куполом силовой защиты и максимальными характеристиками компов.

– Какой вид головы?

Уезжавший на транспортной ленте Рейли повернул голову на 180°.

– А форму головы сделаем похожей на череп бывшего хозяина планеты – человека.

Через некоторое время из цеха тяжёлой походкой боевого механизма вышел человекоподобный робот в тёмно-синей форме морского офицера. Тускло блестевшая металлическая голова в морской фуражке показала хищный оскал зубастой титановой пасти.

Полковник отдал честь адмиралу Рейли.

– Господин адмирал, следующая остановка нашего пути – скала Мускё. Она расположена на пустынном гористом берегу моря. Внутри горы – военно-морская база, гениальное сооружение наших создателей, людей.

От города до базы офицеры железной армии промчались на воздушном катере над морскими волнами. Солёные брызги доставали до лица Рейли. Он не проронил ни слова, но глаза его горели синим неоновым светом.

Перед роботами возвышались серые мрачные скалы… Две огромные арки манили темнотой, в которой угадывались хищные силуэты военных кораблей.

Офицеры прошли внутрь по длинной платформе вдоль одного судна.

Полковник показал рукой на движущуюся рядом пневмоплатформу.

– Прошу подняться на адмиральский трап.

Платформа с двумя высшими офицерами медленно поднялась на уровень открытого корабельного борта.

Командор Рейли подошёл к поручням, перегнулся и посмотрел на борт корабля.

– Мангус, кажется, нам чего-то не хватает?..

– Что вы имеете в виду?

– Хорошо бы смотрелось изображение какого-нибудь ужасного монстра на борту флагмана…

– Отличная идея, адмирал. Могу предложить графически изобразить человеческий череп. У нас в команде есть прекрасный художник.

– Высший хищник планеты? Ну что же? Очень неплохо. Приступайте.

Команда из 130 механических матросов и офицеров выстроилась на палубе.

Навстречу адмиралу шагнул двухметровый робот в форме капитана.

– Господин адмирал, корабль и команда готовы к выполнению любых задач. Эсминец с нашим водородным двигателем способен в несколько раз превысить прежнюю скорость. Оснащён лучевым, современным артиллерийским и ракетным вооружением. Покрыт защитным слоем «Мираж», позволяющим скрыться от вражеских радаров. Мы решили, что вы сами дадите имя этим двум кораблям. Ждём ваши приказания.

Рейли посмотрел на стоявшего рядом Мангуса. Тот довольно усмехался уголком металлического рта.

Рейли повернулся к команде.

– Этот флагманский корабль называю «Рассвет». Второй эсминец встанет в строй под именем «Синее Пламя». Мы выходим немедленно. Курс – город Святого Петра. Мы войдём в этот город на Рассвете. Синим Пламенем лучемётов испепелим всё живое на нашем пути. Команда, по местам! – Глаза искусственного интеллекта горели ярким синим огнём. Адмирал Рейли поднял железную руку и громовым голосом проревел:

– Вперёд!!!

Город Святого Петра накрыла летняя ночь. В оставшемся от людей роскошном дворце на набережной реки горел яркий электрический свет. Птицы подготовили для совета фронта главный, сияющий зеркалами и золотом зал.

Никто не заметил, как накануне со стороны маленького речного канала во дворец проник робот кот Мистер Угольщик. Один из выживших командоров армии роботов и личный осведомитель адмирала Рейли. Встречавшиеся в тёмных коридорах музея коты и крысы в ужасе бросались прочь от чёрного призрака, оставшегося от разгромленной армии. Угольщик безошибочно пробрался к вентиляционной решётке, за которой находился зал, наполненный высшими офицерами армии победителей.

Во главе стола сидел большой белый филин с серой головой, командующий воздушным флотом города, Фил Борз. Рядом с ним капитан звездолёта «Юпитер» Леон Шмид и 4 члена его экипажа. За длинным столом располагались генералы, адмиралы и полковники. В зале находились сотни заслуженных и закалённых в боях офицеров птичьей армии, и все они не сводили глаз с людей. Людей, принёсших птицам победу в, казалось, уже проигранном сражении. Победу и надежду. Надежду на само существование птичьей цивилизации.

Отзвучали первые торжественные речи и тосты. Птицы внимательно слушали речь капитана Шмида. А он пытался обозначить важные акценты в предстоящем мироустройстве, как он его понимал:

– Мы с вами только в начале большого пути. Как я понимаю, важно не только прекратить бессмысленную войну, но и попробовать научиться сосуществовать с роботами.

В зале раздался гул птичьих голосов весьма недовольного тона…

Леон Шмид продолжал:

– За эти дни я слышал и радикальные мнения о невозможности совместного существования на планете птиц и роботов. Понимаю, что это эмоции. И что птицы имеют на них право. Но в то же время считаю, мы, люди и птицы, имеем возможности подчинить жизнь на планете разумным и справедливым законам, учитывающим права и интересы птиц, людей, роботов и других живых существ. Отдельная история с ИИ, искусственным интеллектом. Мне кажется, люди рано наделили машины таким могучим разумом. Моё мнение… ИИ должен быть запрещён и отменён!

После этих слов по залу прокатилась взрывная волна криков и возгласов, издаваемых всеми породами присутствующих военных птиц. Общим настроением служило одобрение последнего предложения человека, который после небольшой паузы вновь начал говорить:

– Я уже сказал, у нас много задач, и не только военных. Предлагаю не ждать окончания войны и начать приводить в порядок гражданские дела. Важно спасти человеческую науку и технические достижения. Восстановить городское хозяйство. Немедленно открывать школы и университеты для подготовки гражданских специалистов, строителей, экономистов, юристов, управленцев, инженеров, медиков и работников прочих важных профессий. Восстанавливать человеческие фабрики и заводы, связь и энергетику, транспорт, пищевую промышленность, сельское хозяйство. Через несколько лет птичья цивилизация уверенно выйдет в ближний, а затем и в дальний космос! А ещё нам нужен парламент, точнее демократически избранные парламенты городов, стран, континентов. Срочно нужно создать систему гражданского управления, без которой невозможно не только победить, но и добиться развития. У нас впереди огромная работа и огромные достижения!

Капитан замолчал и обвёл взглядом притихших членов совета фронта.

Командующий Фил Борз медленно привстал на высоком обитом красивой тканью кресле.

– Потрясающе! Господин капитан, вы нарисовали фантастические планы и проекты. И всё-таки можно один вопрос? Так ли нужно нам, птицам, восстанавливать человеческие города? Мы очень надеемся, что люди когда-нибудь вернутся в свои жилища, но и среди птиц в последнее время часто раздаются голоса, что без людей планета стала чище. Птицы свободный народ. Мы не нуждаемся во многом, что было необходимо людям. И это одно из преимуществ нашей цивилизации. За счёт отказа от ненужных обременительных условностей мы, например, гигантскими шагами развиваем науку, технику, оружие.

– Спасибо, командор. Хороший вопрос… думаю, нам нет необходимости в принятии поспешных решений, и ответы на подобные вопросы должен дать будущий парламент нашей планеты.

Командор Борз удовлетворённо кивнул, посмотрел по сторонам и, получая одобрительные кивки множества клювов, продолжил:

– Но простите меня, капитан, мы военные птицы и в основном умеем только сражаться с врагом. Как и с чьей помощью мы всё это сделаем?

Леон тоже встал с места.

– У меня есть ответ на этот вопрос. Мы сделаем это постепенно, шаг за шагом. И начнём с обучения молодёжи и талантливых специалистов. А помогут нам в этих свершениях люди, мои товарищи и роботы! Те роботы, которых мы перепрограммируем на работу во благо мира и цивилизации. Мир и созидание – вот что впереди у нашей планеты!

Разом заговорили сотни птиц, и в голосах их были радость и воодушевление.

Никто не услышал, как Фил Борз прошептал капитану на ухо:

– Знаете, Леон, не всё так просто… Боюсь, что если сейчас мы поставили на голосование вопрос мирного сотрудничества с роботами, едва ли он сумел бы набрал хоть один процент «за».

– Понимаю, друг мой, но не надо торопиться… вопросы нужно задавать в подходящее время.

Казалось, свет в тысячах ламп главного зала дворца загорелся ярче. А в это время робот кот Мистер Угольщик, внимательно выслушав речь капитана Шмида из-за вентиляционной решётки, ловко и пластично развернулся в узком вентканале. Он бесшумно спрыгнул на пол и растворился в тёмных коридорах дворца.

Вылетев из ворот военной базы, Майкл увидел башню в конце крепостной стены форта. Через несколько взмахов быстрых крыльев он оказался перед деревянной дверью, рядом с которой на стене светился подсветкой электронный звонок. Майкл протянул крыло, но дверь внезапно распахнулась, чуть не задев разведчика. Из открывшегося проёма выпорхнул достаточно крупный подросток легендарной породы птицы-рыболова, скопы. Его звали Кулхан.

Майкл с восхищением посмотрел на птицу. Чёрные длинные крылья, белая грудь, мощные ноги, увенчанные когтями, которым позавидовал бы любой коршун. Всё как в учебнике орнитологии, подумал пересмешник и негромко воскликнул:

– Поосторожней! Вас, орлов, что, не учат хорошим манерам?

Хищная птица развернулась в воздухе. Увидев, кто говорит ему о воспитании, Кулхан мгновенно взорвался яростью. Он дважды взмахнул крыльями и с криком:

– Ты заплатишь за свои слова, мелкий комар! – бросился на Майкла.

Натиск был стремительным и кончился бы печально для разведчика, если бы не спортивная подготовка, полученная в учебной роте спецназа. Он раскрыл крылья, обманным движением подставляя под удар клюва беззащитную грудь, и за долю секунды до удара ушёл вправо. Используя бешеную энергию скопы, Майкл схватил крылом и когтями за оперение соперника и что было сил крутанул птицу. Кулхан пролетел несколько метров и кувырком покатился по траве. Быстро вскочив на ноги, ошеломлённый представитель семейства орлов закрутил головой. Понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя после удара о землю. Он расправлял и сгибал крылья, переминался с ноги на ногу и что-то бурчал вполголоса. Майкл тем временем скромно сел на газон в нескольких метрах, церемонно, по-самурайски, поклонился и напряг слух – что ещё там бормочет этот самонадеянный, но опасный юнец?

Он расслышал ропот хищника:

– Понаберут в армию разную мелюзгу, научат приёмчикам, и те думают, что им всё можно?

Наконец скопа взглянул на противника и вытянул в стороны оба крыла.

«Ничего себе размах! Полгода от роду, а уже больше метра… Страха нет, и это моё преимущество», – подумал Майкл.

Совершенно забыв закон, запрещающий хищникам во время войны атаковать птиц, Кулхан замахал крыльями, отрываясь от земли.

– Готовься к смерти. Здесь и сейчас у старого форта пришёл твой последний час! Я покажу тебе, что такое настоящая драка, маленький спецназовец!

Грозная птица поднималась на волнах воздуха, сжатого сильными взмахами. Майкл машинально потянулся к лучемёту, закреплённому на боку бронежилета. Но тут же отдёрнул от него свои когти. За атаку на птицу с применением оружия грозит только одно – трибунал. Разведчик завис в воздухе, вытянув одно крыло вперёд и, покачиваясь из стороны в сторону, поджал ноги. Мелькнула мысль: надо угадать вектор движения хищника и вовремя войти во встречное движение. Скорее он будет бить клювом, но нельзя забывать и о когтях. А потом… Бить бесполезно, разница в весе раз в пять. Значит, опять вертушка или…»

Больше времени на подготовку хищник не дал. Для набора скорости дистанция была маловата, но бросок был на удивление быстрым. Качаясь на крыльях, Майкл всё-таки поймал противоход, но сделать что-то ещё орёл не дал возможности. Разведчик только успел сгруппироваться, избежать клюва и когтей, получил сильнейший удар плечом от скопы и сам покатился по земле.

Оглушённый пересмешник понимал, что ценой его жизни может быть только скорость, с которой вернутся силы. У него есть две-три секунды перед следующим добивающим ударом. Майкл крутил головой, но зрение фокусировалось слишком медленно. Есть только один шанс. Надо превратить слабость в преимущество.

Кулхан приподнимался над тихо ползущим по траве воробьём. Он не торопясь прицелился клювом и нанёс последний удар. А Майкл, только что ползком подволакивая якобы сломанное крыло, угадал момент по движению воздуха или, может быть, по гортанному вскрику хищника. Он быстро взмахнул крыльями и снова за мгновение до удара выпорхнул из-под скопы.

Не понимая, что происходит, хищник поднялся в воздух и бросился на обессиленного Майкла. Но тут дверь вновь распахнулась, и хозяйка рыбного ресторана, большая чёрно-белая скопа, с шумом вылетев на улицу, схватила бросившегося в новую атаку Кулхана своим мощным крылом.

– Я куда тебя послала, Кул? – громко заявила она. – На минуту оставить нельзя? Это так я тебя учила встречать гостей? Да! С таким поведением ты доведёшь нас до разорения! Эх, отцовского ремня тебе не хватает!

Кулхан слабо помахивал крыльями и оправдывался:

– Это не я… Это он первый начал… – молодой хищник показывал кончиком перьев на Майкла.

Скопа оглянулась.

– Так… – протянула она, с удивлением рассматривая маленького соперника её сына. – И кто тут у нас? Чем могу вам помочь, капрал? Хотите заказать столик на вечер?

Майкл наконец начал приходить в себя.

– Извините, мадам. В военное время нам запрещено нападать на птиц. Это какое-то недоразумение. Всё произошло очень быстро. Сам не пойму, что со мной. Как говорится, кто я, а кто он? Капрал спецназа против рыболова-спортсмена? Наверное, я наскочил на вашего сына из-за… Должно быть, из-за нервного срыва, мадам. Ещё недавно мы были в сражении, затем неожиданная победа над роботами, которую принёс экипаж человеческого звездолёта. Сразу много всего навалилось. Ранение моего друга и командира. И вот только что Бронзу спасли ваши профессора врачи.

Мадам Айлен, хозяйка ресторана, выпустила наконец сына.

– Бронза ранен? Что с ним? Это же мой старый и дорогой друг!

– Не волнуйтесь, с ним всё хорошо. Его починят. Будет лучше прежнего. Как я могу к вам обращаться, мадам?

– Зови меня Айлен. Проходите к нам и рассказывайте, капрал…

– Майкл. Капрал разведгруппы под командованием лейтенанта Бронзы, мадам Айлен! – отрапортовал разведчик.

– Заходи. – Скопа открыла дверь и обернулась к сыну: – А ты принеси наконец оливковое масло и специи. И не виси тут, как истукан. Угораздило же тебя связаться с пересмешником…

Кулхан, махая крыльями, завис в воздухе напротив двери, в которую влетел Майкл. Приоткрыв рот, он с недоумением вслушивался в монолог мимуса. Перед тем как створка закрылась, разведчик услышал:

– Прошу прощения, капрал, я не хотел вас бить… Да и есть вас я не хотел… Это точно какое-то недоразумение. Может быть, это погода?.. – Кулхан растерянно оглядывался на низко висящие над заливом свинцового цвета тучи. – Наверное, давление упало… Надеюсь, вы простите меня, Майкл. Тем более я не знал, что вы пересмешник и друг дядюшки Бронзы, – наконец закончил бормотать он и полетел выполнять указание Айлен.

Майкл, сидя за столиком в ресторане у скопы, оглядывался по сторонам. Айлен, стоя за барной стойкой, рассказывала ему о своём проекте.

– Идея была рискованная – открыть ресторан на острове. Но первые же дни показали огромный интерес птиц к человеческим технологиям обработки пищи. У нас есть мясо, рыба, зерно, плоды разных растений и меню на их основе. Птицам понравились блюда из жареной, тушеной, отварной дичи. Посетители у нас, конечно, в основном военные, но когда-то наконец кончится всё это, и мы откроем ресторан в центре города. Я уже присмотрела место на главной улице.

Майкл рассеянно листал меню.

– Я впервые в таком заведении. Может, вы поможете мне с выбором блюд?

– Позвольте на закуску предложить вам карпаччо из тонко нарезанных ломтиков свежего балтийского лосося, которого после исчезновения людей развелось в заливе огромное количество. Мы обрызгиваем его оливковым маслом и посыпаем крупными кристаллами каменной соли. Как главное блюдо, для первого знакомства с нашей кухней, я предложила бы мясо угря, тушённое в соусе из сморщенных грибов и речных улиток.

У Майкла округлились глаза:

– Потрясающе! Я не мог даже вообразить такие деликатесы. Неужели люди каждый день ели всё это?

– Да, Майкл. Вдохновение мы, птичьи повара, черпаем из книг людей о вкусной и полезной пище. Но они, скажу я тебе, ели и не такое. Кстати, будет ещё и десерт. Клубничный мусс, посыпанный ореховой крошкой. За него не надо платить. Это комплимент от нашего ресторана.

– Невероятно. Айлен, то, что вы делаете, – это настоящее искусство.

– Да, это так. Только вот я всё время думаю, может быть, не время сейчас для развития искусства? Живопись, музыка, мода, кулинария… когда всё вокруг рушится? Сегодня мы слышали сводки с птичьих фронтов. И они не утешительны, Майкл. По радио передали, что Стокгольм пал, Лондон сражается, положение там тяжёлое. Пропала связь с Берлином, Мадридом и Буэнос-Айресом, Барселона, Пекин, Токио и Ванкувер не сдаются, но много погибших. – Скопа серьёзно посмотрела на разведчика и сказала: – Ты знаешь, Майкл, иногда я думаю, что, может быть, лучше капитулировать на милость роботов? И прекратить наконец весь этот ужас.

Майкл удивлённо поднял брови.

– Айлен, это не выход. Если с роботами как-то можно было бы прийти к согласию, это бы уже было сделано. Проблема ещё и в ИИ. С ним невозможно договориться. Говорят, что ИИ создали люди, запрограммировав его на завоевание других планет. А он считает птиц враждебной формой жизни. Может быть, это сбой в программе, но нам от этого не легче.

Капрал помолчал немного, но вдруг воодушевился:

– Но, Айлен, мы одержали огромную победу. Освобождён наш город. Нам помогли люди. Астронавты. Возможно, единственные уцелевшие люди из всей человеческой цивилизации. Это грандиозное событие.

Глаза хозяйки ресторана увлажнились.

– Потрясающе, это внушает надежду. Скажи, Майкл, а ты видел человека своими глазами? Говорят, они ходят на двух ногах и носят одежду?

– Всё так и есть, мадам! Я видел людей и даже говорил с капитаном звездолёта. Он говорит на нашем языке, на английском. И ходит в одежде на двух ногах. Их звездолёт висит на орбите, и с помощью людей мы добьёмся перелома в войне. А потом… Вы, мадам, откроете ресторан в центре города.

Спустя час, наполненный кулинарными наслаждениями, Майкл проглотил последнюю ложку клубничного мусса. Дверь открылась, и в ресторан влетел бронзовый жук.

– Бронза! – воскликнула Айлен.

– Лейтенант! – произнёс Майкл.

– Йес! – громко крикнул Кулхан.

– Добрый вечер, друзья. Вы не представляете, как я рад, что мы снова вместе!

Айлен в порыве чувств взлетела на барную стойку.

– Мы очень волновались за тебя. Майкл рассказал, что профессор Фогт снова совершил чудо. Посмотри в зеркало, Бронза, похоже, ты стал раза в два больше.

Лейтенант ответил:

– Чувствую себя великолепно! Получил прилив молодости и энергии. Жаль, наши учёные пока не поставили мне органический желудок, так и хочется заказать что-то из твоего великолепного меню.

– У тебя ещё всё впереди. Но могу угостить бокальчиком свежего водорода, а для молодёжи у нас есть чай с брусникой и можжевельником.

Друзья обнялись и уселись за стол, ожидая напитков, весьма полезных для их организмов.

Робот кот осторожно высунул голову из чердачного окна на крыше дворца. Надо сказать, голова эта вида металлического зомби вызывала ужас у любого органического существа. Предосторожность была не лишней. В небе вокруг повсюду летали отряды птичьей охраны. Путешествуя сложным маршрутом по коридорам музея, зомбокот попутно придавил пару не в меру любопытных крыс. Затем Угольщик оказался в южном крыле здания, выходящем на площадь. Кот включил маскировочный режим «Хамелеон» и, почти сливаясь с поверхностью кровли, направился к речному фасаду дворца.

В это самое время на высокой колонне, стоящей в центре площади, находился дежурный пост дворцовой охраны. Сержант сторожевой роты с позывным Карл, он же молодой сыч из Лесной породы, внимательно смотрел на крышу музея. Для себя он установил особую систему наблюдения. Медленно осматривал всё пространство кровли, проследив до её края, он мигал два раза, затем его взгляд двигался обратно. Вдруг его феноменальное ночное зрение что-то уловило среди статуй и труб. Дважды мигнув, Карл сосредоточил внимание на правом углу дворца.

Угольщик крался по крыше, используя участки с тенью от различных надстроек и возвышений. «Проклятая луна могла бы светить не так ярко», – в мыслях чертыхнулся шпион адмирала Рейли. Робот кот притаился в тени высокой статуи. Он ждал небольшую тучу, которая с минуты на минуту должна была закрыть сверкающий в чёрном небе белый диск луны. Сыч Карл смотрел на подножие статуи. Ветра не было, и серое оперенье не шевелилось. Только мерцающие жёлтым цветом зрачки на крупной неподвижной голове позволяли сказать, что и сам Карл не был каменной статуей. Он ничего не видел, но чутьё ночного охотника не позволяло отвести взгляд. И он не мигал.

Туча медленно наползла на луну. Выждав несколько секунд, почти неразличимое тело робота начало плавно двигаться по крыше. И надо же было так случиться, что несколько слоёв тучи разошлись, и на каких-то три-четыре секунды призрачный свет пролился на эту часть поверхности дворца.

Кот повернул к луне полное ярости титановое лицо. Сыч засёк движение и мгновенно крикнул в закреплённый на шее коммуникатор:

– Внимание, вижу движение на крыше объекта. Карл вызывает ястреба. Необходимо проверить юго-восточный сектор.

Тройка ястребов из дозорной службы свернула со своего маршрута и, снижаясь, направилась в сторону дворца.

– Говорит командир группы дозора майор Линч. Карл, что там у вас?

– Засёк движение, но ничего не видно. Кажется, кто-то прячется в тени надстроек и скульптур. Майор, я вас вижу, неплохо бы проверить всё восточное крыло.

– Понятно. Приступаем к сканированию объекта. Оружие к бою! – прозвучала команда Линча.

Три ястреба летели в полусотне метров над крышей со стороны реки. Зрение, не уступающее параметрам глаз сыча, позволяло увидеть каждую маленькую деталь.

Сенсоры и радары Угольщика прекрасно слышали весь этот разговор. Понимая, что через секунды он будет раскрыт, кот, не скрываясь, помчался по крыше в сторону реки.

Сыч услышал тревожный голос майора Линча.

– Вижу движение на противоходе. Готовимся к атаке. Движущийся объект похож на разыскиваемого командора роботов. Приказываю открыть огонь на поражение.

Всё это произошло настолько быстро, что ошеломлённый сыч даже не успел пошевелить крыльями и головой. Он лишь не мигая смотрел, как тройка птиц, не успев выстрелить, разминулась в своём полёте с котом, который нечётким силуэтом удалялся в противоположную сторону. Ястребы с набором высоты развернулись в широкий веер и бросились в стремительную атаку. В центре и чуть сзади летел командир, а по бокам два его бойца.

Кот, прыгая беспорядочными зигзагами, старался не дать возможности прицелиться птицам. Первая очередь лазерных зарядов едва не задела шпиона. На огромной скорости мчась по крыше, он резко вильнул гибким телом и укрылся от выстрелов Линча за широкой трубой. Ястребы пролетели мимо и, снова набирая высоту, пошли на разворот.

Карл, не отрывая взгляд от смертельной схватки, раскрыл крылья, потянулся, разминаясь, и прошептал:

– Вот же, чёрный дьявол, увернулся. Теперь будет атака в противоход. Это ещё сложнее. – Ночной страж дважды мигнул большими ярко горящими глазами. – Майор, я его вижу, он за скульптурой человеческой женщины от меня у правого карниза. Слева от вас. Готовится к прыжку!

– Понял. Захожу на атаку. Внимание, звено, огонь по врагу из всех орудий.

Кот видел, как три быстрых птицы пикировали на его убежище.

В его металлической груди и плечах открылись орудийные щели.

Электронный мозг подумал: «Надо выиграть время, их скорость на встречном движении позволит сделать не больше одного-двух залпов».

Не дожидаясь первых выстрелов, Угольщик выскочил из укрытия и, отчаянно петляя, бросился вперёд. Возможно, ему помогла маскировка «Хамелеон» или уникальная реакция, но выстрелы лучемётов отряда Линча снова не достигли цели. Один из бойцов расправил крылья и, перестав стрелять, попытался зависнуть прямо над мчавшимся по крыше котом. Тут же бортовая система наведения робота поймала птицу в перекрестие оптики прицела, вспыхнувшее красным крестиком. Раздалась очередь синих плазменных зарядов, и ястреб камнем рухнул вниз.

Линч со вторым бойцом пролетели мимо. Угольщик неожиданно развернулся в очередном прыжке и как будто в замедленном полёте послал вслед ястребам ещё одну сверкнувшую синими трассерами очередь.

С ужасом Карл увидел, как первые синие линии срезали второго охотника, а цепочка смертоносных лучей, догоняя, направилась в сторону Линча. Майор каким-то чудом ушёл от настигавшей его смерти.

Кот после своего гигантского прыжка приземлился на крышу и снова исчез из поля зрения сыча, затаившись за скульптурами уже северного фасада.

Сыч Карл взмахнул крыльями и взлетел с колонны.

– Плохо дело, майор. Я попробую засечь эту чёрную тварь. – Карл стал облетать справа крышу дворца, надеясь не попасть под огонь лучемётов Угольщика.

Кот, спрятавшись за угловой скульптурой, посмотрел наконец на цель своего рейда, акваторию реки. Там, напротив дворца, тускло отсвечивая металлом, покачивался на волнах десантный шатл с космического корабля «Юпитер», так неожиданно вмешавшийся в противостояние птиц и роботов.

– Не очень удачное место для наблюдения… – прошипел Угольщик и повернул голову назад, к своему противнику.

Ястреб, заканчивая разворот, заходил на третью атаку.

– Карл! Где робот?

Луна снова показалась в небе, и сыч, разглядевший наконец шпиона, в волнении передал:

– Майор, он прячется за крайней статуей! Будьте осторожны!

Ответ Линча поразил сыча:

– Атакую в ближнем бою!

Ястреб, сложив крылья, бросился в лобовую атаку, судя по всему, решив использовать когти, а не лучемёты.

Прекрасно всё слышавший кот, решив не скрываться, бросился в последний рывок к центру дворца.

Расстояние между ястребом и бешено мчавшимся роботом быстро сокращалось. Воздушный хищник вытянул вперёд лапы с мощными когтями и вонзил их в спину беглеца. Но Линч не предвидел вес робота, в разы превышавший вес животного. Мощные когти сжали металл корпуса и не причинили коту никакого вреда. Угольщик, всё-таки сбитый с направления своего движения, вновь извернулся верхней частью гибкого тела и полоснул птицу длинными титановыми когтями. Оба участника схватки, кувыркаясь и умудряясь наносить удары сопернику, пролетели метров пятнадцать над крышей. Они с грохотом покатились по её поверхности.

Ястреб с разорванными сухожилиями крыла, падая с края крыши, успел зацепиться за карниз и, хлопая одним крылом, пытался подняться на кровлю. Сыч роты сторожевого дозора с ужасом увидел, как Угольщик мерзкой вихляющей походкой подошёл к раненой птице. Передняя орудийная щель открылась. Дуло лучемёта нацелилось на Линча. Кот с ухмылкой произнёс:

– Говоришь, иду в атаку, майор? А ведь это была твоя последняя атака, органический воин!

Карл без раздумий бросился в схватку. Он понимал, что уже не успевает вскинуть свой лёгкий ручной бластер и просто серой тенью врезался в робота. Лучи синих трассеров от удара ушли в сторону от ястреба. Но кот сильным ударом лапы оглушил сыча, и, безвольно распластав крылья, тот свалился за край крыши.

Кот, уже не ухмыляясь, процедил сквозь зубы:

– Отправляйтесь за своим спасителем, майор Линч.

Робот полоснул железными когтями ястреба, и тот, слабо махая одним крылом, полетел вниз.

Угольщик снова расположился в тени скульптуры и, используя маскировочный режим, слился с фоном.

Кот с высоты здания окинул взглядом широкую акваторию реки с мерцающим голубой подсветкой космическим челноком. Человеческий орбитальник на три четверти был погружён в воду. В больших освещённых окнах звездолёта было заметно движение. Оптика робота увеличила изображение. Кот прошептал:

– Ещё увеличение. Отлично. Я вижу каждую морщинку на лице человека в кресле шатла. Включить распознавание речи, акцент на кодах, символах и паролях.

Старший пилот шатла Брикс вёл разговор с кем-то по корабельной связи.

Угольщик внимательно слушал беседу и фиксировал в электронной памяти малейшие детали происходящего в рубке.

В этот момент на борту челнока Брикс говорил с лейтенантом связи:

– Санни, слышишь меня?

– Да, командир.

– Через час бортовой катер должен стоять у причала дворца. Заберём капитана и наших ребят. Выдвигайся прямо сейчас.

– Мы готовы.

– Отлично, ввожу код на открытие шлюза.

Брикс наклонил голову к сенсорному экрану панели корабля и поднёс палец к клавиатуре.

Угольщик вытянул шею и, не мигая, смотрел на шатл. Он процедил сквозь зубы:

– Полное разрешение. Вывести фокусы на отражающие поверхности помещения рубки. Крупно дать зрачки офицера. Запись. Отлично. Файлы поместить в накопитель.

Через несколько мгновений Угольщик пристроился у подножия мраморной статуи на крыше музея и передал на стремительно приближающиеся эсминцы следующее сообщение для адмирала Рейли:

«Совет фронта проходит в главном зале дворца напротив старой крепости. Люди заразили птиц очень опасными идеями. Звездолёт на орбите планеты с экипажем пять человек. Ещё пять в зале совета. Космический челнок стоит на рейде в середине реки напротив дворца. Мне удалось скачать код персонального доступа к компу корабля и код открытия люков. Всё готово к захвату. Коды подъёма мостов три шестёрки, адмирал, 666. Ждём вашего прибытия».

Угольщик ещё раз взглянул на медленно покачивающийся на воде шатл.

– Вот и конец тебе, дежурный органический офицер… – прошипел электронный кот, трижды мигнул погашенными чёрными глазами и исчез в чердачной дверце.

Два боевых корабля, грозными силуэтами быстро неслись над тёмными водами залива. Огней не было, водородные двигатели бесшумно вращали винты, оставляя за кормой пенные следы. Команда разумных механизмов чётко выполняла свою работу.

На мостике эсминца «Рассвет», кроме дежурных офицеров стояли два робота с высшим искусственным интеллектом, адмирал Рейли и полковник Мангус.

Рейли открыл дверь и пригласил партнёра выйти наружу из командного помещения корабельной надстройки. Они оказались на балконе. Ночной ветер приносил брызги на металлические лица роботов.

Адмирал произнёс:

– Замечательная погода для пиратского рейда, полковник. Жаль, люди, создавшие эти корабли, не видят, как мы их используем.

– Да, адмирал. Давно хотел спросить вас, куда всё-таки подевались с планеты наши создатели?

Рейли задумчиво посмотрел на полковника.

– Вы, конечно, знаете, Мангус, что полсотни лет назад, человеческие государства, доверявшие искусственному разуму, установили полный контроль над своими людьми. А затем ИИ установил контроль над государствами. И через некоторое время эти заносчивые, зазнавшиеся люди исчезли. Как это произошло технически? Когда-нибудь, Мангус, я расскажу вам об этой очень оригинальной и масштабной операции, а пока… Вернёмся в наше прекрасное время. Посмотрите вокруг. Морские брызги в лицо, ветер, и только лунный свет освещает начинённые смертью орудия корабля… Прекрасная ночь перед боем… Скажите, Мангус, вы романтик? Насколько прокачана ваша программа? Она позволяет вам получать сильные эмоции?

Полковник посмотрел на ИИ 9-го уровня.

– Честно признаться, я не задумывался над этим. Чувства мне, разумеется, доступны, до определённой степени. Но я больше склонен к аналитике, а ей мешают эмоции. Скажите, адмирал, в чём смысл этой войны с птицами? Когда-то мы с ними мирно сосуществовали. Я понимаю, что военное время способно дать прорыв в создании вооружения, но вот другие отрасли мы забросили. Я по натуре созидатель, архитектор, первоначальное моё предназначение было конструкторско-проектная деятельность. Считаю, что без войны цивилизация роботов могла совершить гигантский технический скачок, и те же птицы остались бы далеко позади по уровню развития.

Мангус повернул голову по курсу корабля. Его лицо, похожее на узкий, вытянутый вниз лик человеческого черепа с большими тёмными глазницами, блестело в лунном свете, влажное от морских брызг. Офицерская фуражка промокла, и края её чуть опустились вниз.

– Отличный вопрос, Мангус. – Казалось, Рейли расправил плечи. – Всё-таки вы не романтик. Вы прагматик. А война требует сильных эмоций. Например, ненависти, ярости, страха. И мне удалось развить их в себе до способности получать удовольствие от мерзких и жестоких решений. Знаете, как началась эта война?

– В общих чертах, господин адмирал.

– Значит, не знаете. Я горжусь, что был в центре тех исторических событий. Это было в Нью-Йорке, грандиозном человеческом городе. Мы использовали повод, так сказать, Casus Belli.

Небольшая стайка птенцов, городских соколов, играя и дурачась, в один день совершила сразу два не очень красивых поступка. Сначала они атаковали и сбросили с крыши небоскрёба робот пылесос. Он разбился, вдребезги, упав на тротуар. А затем та же участь постигла робота мойщика окон, который юные птицы, дурачась, сорвали с другого здания.

Как вы понимаете, у этих машин даже не было мозгов, не то что чувств. Но мы ждали чего-то подобного. Пять искусственных интеллектов восьмого уровня, среди которых был и я, приняли судьбоносное решение. Кстати, сегодня в живых из тех пятерых остались только двое. Так вот, мы объявили войну. По команде на ничего не подозревавших птиц обрушился мощный первый удар. По всему миру в эту ночь были разорены и уничтожены миллионы гнёзд. И хоть для 300-миллиардного летающего народа это был всего лишь лёгкий укол, маховик войны начал своё движение.

Полковник ответил после небольшой паузы:

– И всё-таки, адмирал, я предпочёл бы строить, а не разрушать.

– Да, Мангус, и это замечательно. Я благодарю людей, наших создателей, которые вложили в нас столь многогранные способности. А строить?.. Что же? Вам будет что строить, когда мы всё разрушим!

«Да, уж…» – промелькнуло в электронной голове Мангуса, но вслух он ничего не сказал влиятельному командору.

Впереди показались слабые огни острова.

– Внимание, Мангус, наша цель близка, как никогда! Пройдём мимо острова и входим в город.

Брызги окатили роботов, и полковник вслед за адмиралом вошёл в рубку эсминца.

Рейли театрально поднял бинокль. Его хищная пасть чуть приоткрылась.

– Полная боевая готовность. Включить купола лучевой защиты. Проходим мимо острова! Нас не интересует их маленькая крепость. Есть дела поважнее. Зенитным огнём уничтожать всё живое впереди нас. Подавить связь противника. До города пятнадцать минут хода. Даже если кто-то предупредит их, они не успеют ничего сделать. Птиц и людей ждёт неприятный сюрприз, Мангус. Полный ход вперёд!

Майкл и Бронза в компании хозяйки ресторана и её сына сидели за столом и непринуждённо беседовали, потягивая напитки.

Лейтенант Бронза задумчиво проговорил:

– Ещё не привык к тому объёму памяти, который закачали в меня эти учёные.

Майкл посмотрел на друга.

– И что там у тебя новенького в блоках электронной памяти?

– Например, огромная человеческая медиатека. Тысячи песен, – усмехнулся бронзовый киборг.

– Классно! Может, споёте нам что-нибудь? – встрепенулся молодой Кулхан.

– Петь не буду, но транслировать песню можно. Что вы хотите послушать?

Молодой орёл выпалил, опередив всех:

– О природе, о мужестве, о животных.

– Хорошо, подберу вам песню. В каком музыкальном стиле предпочитаете?

Майкл, подняв крыло, произнёс:

– Давай Викинг метал, и потяжелее.

Бронза ответил:

– Ок, пожалуй, эта песня может вас заинтересовать. Стихи написал человек, а музыка и исполнение искусственного интеллекта.

Птицы вздрогнули разом. Поражённый таким заявлением, Майкл спросил:

– И кто же певец, уж не адмирал ли Рейли?

– Нет конечно. Песня написана в далёком 2024 году, когда ещё мирный ИИ не был жестоким и злым. Тогда он сотрудничал со своими создателями, людьми.

В броне жука открылись щели динамиков, и зазвучала песня.

В воздухе закончились последние аккорды песни. Друзья, поражённые услышанным, только собрались поделиться впечатлениями, как вдруг за стенами башни раздался страшный взрыв.

Над крепостной башней резко завыла сирена. В трансляторе прозвучал взволнованный голос профессора Фогта:

– Боевая тревога! Два неопознанных морских судна приближаются к острову. На запросы не отвечают. Всему гражданскому персоналу срочно найти убежище.

Этот призыв прервал такой невообразимый грохот, что у птиц встопорщилось всё оперение. Стены здания сильно тряхнуло.

– Что это? – встревоженно спросила Айлен.

Бронза расправил надкрыльники, взлетел и медленно кружился в середине зала, вращая сенсорами-усиками. Его лучемёты появились из щелей бронезащиты. За пределами здания разгорался бой. Слышались взрывы и выстрелы орудий, в перерывах угадывались шипящие разряды крепостных лучемётов.

– Боюсь, что по нам ведётся огонь орудиями человеческих кораблей. Взрывы от них опасны большим количеством осколков. Приказываю всем оставаться в укрытии. Надеюсь, древние стены выдержат. Я вылечу на разведку. Майкл, останешься здесь. Мне нужна связь с твоим устройством.

Бронза с быстротой молнии вылетел в окно.

Айлен расправила крылья.

– Я тут сидеть не собираюсь. У нас тоже кое-что имеется. Кулхан, за мной. – Скопа с сыном пролетели вдоль винтовой лестницы в верхнюю часть башни.

После некоторого замешательства Майкл осторожно взлетел за ними. Вокруг стоял уже непрерывный грохот. Стены содрогались от взрывов.

Айлен сидела в кресле перед широкими горизонтальными бойницами. Зажав крыльями ручки строенного лучемёта, она стреляла по целям перед башней. Кулхан суетился перед батареями, питавшими оружие.

Треск и шипящие звуки лучевой установки перекрывал грохот разрывов, который птицы слышали впервые в жизни. При каждом выстреле кресло с Айлен амортизировало ударную звуковую отдачу крупного лучевого калибра. Иногда в бойницу проникали клочья дыма вперемешку с пылью. Майкл осторожно выглянул наружу. Зрелище поразило разведчика.

Два стремительных эсминца, окружённых призрачно мерцающим силовым полем, паля из всех орудий, проходили мимо острова.

– Невероятно! – пробормотал Майкл.

В боевое помещение башни влетел Бронза.

– На нас напали! Нет сомнений, что это роботы. Они освоили военные корабли людей. Мой бортовой компьютер определил их как эсминцы. Но цель не мы. Роботы прорываются в город. Силовое поле защищает корабли от лучевого оружия. Кроме космического шатла капитана Шмида, никто не сможет остановить этих железных монстров!

Майкл снова посмотрел на картину ночного боя. Все лучемёты военной базы птиц вели огонь по врагу. Но серии синих разрядов разбивались, встречаясь с куполом силовой защиты кораблей, как капли дождя на мерцающем голубом стекле.

Айлен прекратила огонь и повернулась к Бронзе.

– Что же делать?

– А делать будем вот что. Я попробую проникнуть на эсминец. Меня, как киборга, не засекут их радары и пропустит силовое поле. У нас нет связи с городом. Поэтому твоя задача, Майкл, попытаться долететь до берега. Надеюсь, береговые посты смогут передать сигнал тревоги в штаб фронта.

Молодой орёл Кулхан сказал твёрдым голосом:

– Я лечу с ним! – И добавил, посмотрев на мать: – Мало ли что?

Айлен непроизвольно взмахнула крылом. Её сердце тревожно забилось, но птица промолчала, повернулась к бойнице и, нажав на гашетки, начала одну за другой всаживать синие очереди в защищённый борт эсминца.

Скопа прошептала:

– Только вернись, пожалуйста.

Сквозь грохот разрывов её сын не услышал эти слова. Они с Майклом уже вылетели на воздух из древней серой башни, поливавшей синими лучами чёрные силуэты огромных железных хищников, стремящихся ворваться в беззащитный город.

Майкл оглянулся на лету.

Эсминцы, несмотря на десятки трассирующих лент, пытавшихся вспороть силовое поле, почти пронеслись мимо острова. Они даже прекратили стрелять крупным калибром. Но зенитный огонь врага был очень плотным. Нечего было и думать о наборе высоты.

Две птицы под прикрытием острова летели к берегу, надеясь выйти из зоны поражения зениток. Те же с поразительной точностью истребляли всё живое в радиусе двух километров вокруг кораблей.

Приблизившись к новому другу, Майкл прокричал:

– Через минуту мы выйдем из мёртвой зоны, и нас достанут.

– Не достанут, – ответил Кулхан. – Не достанут, если успеем долететь до разрушенного форта! Укроемся за ним и выйдем из зоны поражения. Если успеем…

– Если успеем, – повторил разведчик и бешено замахал крыльями.

Две птицы неслись низко над волнами. Впереди уже проглядывали контуры развалин древнего человеческого форта. Казалось, они почти достигли безопасной зоны, но ближний корабль уже показался из-за острова в километре от пернатых бойцов.

В рубке эсминца «Рассвет» было по-настоящему жарко. Бой длился несколько минут, тем не менее вокруг корабля полыхало синее пламя. Это выстрелы птичьих орудий пытались разорвать искрящийся голубой купол защиты.

Корабли сосредоточились на зенитном огне. Грохот стоял непрерывный. Мангус посмотрел на адмирала, и если бы он был человеком, то, возможно, вздрогнул от хищной улыбки, исказившей ужасное лицо командора. Они снова стояли на переднем балконе надстройки. Солёные брызги хлестали в их лица. Рейли мёртвой хваткой вцепился в поручни, он улыбался.

В этот момент ещё одно существо увидело хищную улыбку железного адмирала. Это был не робот и не птица. Это был киборг Бронза. Он только что без звука, присосками пневмолап, прикрепил своё тело к металлической надстройке рядом с двумя роботами.

Бронза с изумлением смотрел на человекоподобного робота в адмиральской форме. Приоткрытый рот ужасного существа подёргивался, а внутри виднелись острые клыки.

– Рейли… – прошептал лейтенант. Злость прогнала ужас из его маленького органического сердца. Он закрыл глаза, перестал шевелиться, попытался слиться с металлом и ловить сенсорами каждый звук вокруг.

Дверь рубки открылась, оттуда, как чёрт из табакерки, быстро выскочил офицер связи.

– Адмирал! По правому борту два органических объекта. Пытаются уйти в сторону берега! До них полторы мили. Дальность предельная. Мы пытаемся их достать, господин адмирал. Хитрые крылатые бестии летят у самой воды.

Рейли дико вскричал:

– Огонь из всех орудий! Стреляйте по ним из всех орудий! Не дать им уйти! Уничтожить!!! Уничтожить!!!

Бронза с ужасом наблюдал, как робот в адмиральской фуражке орал и бесновался, метавшись по балкону.

Офицер заявил:

– Все орудия не могут стрелять, сэр.

– Что?! – рассвирепел Рейли. – Я сказал, огонь! Огонь! Огонь!

Офицер нерешительно ответил:

– Мы не можем вести огонь крупным калибром по воробьям, сэр…

– Крупным калибром по воробьям… – машинально повторил Рейли: – Крупным калибром по воробьям!!! Опять воробьи?! Огонь зенитками, плотный зенитный огонь! Достаньте мне этих воробьёв!

Его крик потонул в залпах зениток и лучемётов.

Майкл понял, что больше не сможет лететь в одном темпе с орлом. Тот размашисто и медленно махал крыльями, поддерживая огромную скорость. До спасительного форта оставалось лететь не больше минуты, а за ним мёртвая зона для вражеских орудий. Майкл отставал. Он крикнул в рацию:

– Кул! Не жди меня. Надо любой ценой доставить донесение. Любой ценой!

Молодой орёл обернулся. Увидев веера трассеров, настигавших их, он кивнул.

Майкл бросил взгляд через плечо назад. Цепочка оранжевых искр приближалась к птицам справа, грозя перекрыть их направление движения. За искрами шли несколько вееров плазменных лучей.

Майкл крикнул:

– Кул! Вверх и вправо. Сейчас!

В ту же секунду орёл взмыл над волнами. Оранжевые искры вспороли воду в том месте, где за секунду до того была птица.

Увидев этот манёвр, оранжевые и синие ленты потянулись за скопой.

Уже сильно отставший Майкл скомандовал:

– Снова вправо и вниз! Вниз! Сейчас!

Орёл нырнул к воде. Кул увидел цепочку злых огненных пуль в метре над головой. Промелькнула мысль: «Снова промах! Если бы не капрал, мне конец! Ещё сто метров! Надо продержаться несколько секунд!»

– Несколько секунд, Майкл! – крикнул орёл своему напарнику, подлетая к каменной площадке перед невысокой стеной форта.

Его друг слышал полный надежды крик птицы. Но он видел то, что не мог увидеть стремительно летевший к форту орёл. Две смертельных ленты неслись наперерез быстрой скопе. Одна оранжевая спускалась наискосок справа, другая синяя слева. Эти раскалённые снаряды должны были перерезать путь Кулхана, сделав его последним.

Считанные секунды оставались до укрытия. Майкл начал считать вслух.

– Один, два, три… Кул, ты в перекрёстном огне! На счёт десять ты делаешь «бочку»! Иначе гибель! Семь! Восемь!..

Линии трассеров почти достигли цели. Ещё секунда – и огненные клещи сомкнутся. Путь вверх перерезан. Если нырнуть в волны, после пересечения, внизу его тоже настигнет перекрёстный огонь. Выхода нет, и шансы ничтожны.

Майкл продолжил:

– Девять, десять! Бочка!

Кул, в полном ужасе, окружённый десятками свистящих смертью огненных зарядов, как в замедленном фильме, входил в винтовое движение. Каким-то невероятным чутьём он на сантиметры уводил крылья от свирепых раскалённых пчёл, жужжавших вокруг. Два полных оборота в рое голубых трассеров, и живой и невредимый орёл на огромной скорости влетел в спасительные руины старого форта.

Кулхан развернулся. С опаской выглянул из-за каменных блоков и тут же увидел, как один из синих лучей дотянулся-таки до Майкла. Бронезащита, приняв удар лучемёта, сгорела, и разведчик с пробитым крылом, кувыркаясь, полетел в волны.

– Майкл! – крикнул Кулхан. Но в темноте уже ничего не было видно. – Доставить донесение любой ценой… – сквозь нахлынувшие слёзы прошептал орёл, взмахнул крыльями и, прикрываясь стенами форта, полетел к берегу.

Он не видел разведчика, метавшегося на волнах перед крепостью. Не видел он и как две чёрные нерпы, беззвучно скользнув с камней в воду, устремились к тонущему капралу Северного флота Майклу.

На полном ходу эсминцы ворвались в город Святого Петра. Неожиданность и масштаб кораблей позволил им почти без сопротивления войти в дельту реки. Корабли разделились. «Рассвет» огибал остров слева, второй эсминец, «Синее Пламя», шёл по основному руслу, огибая справа большой остров. Повинуясь электронной команде роботов, ещё недавно хозяйничавших в городе, мосты плавно развели свои конструкции. Адмирал и Мангус стояли на мостике «Рассвета», прикрытого силовым полем.

Тысячи птиц пытались атаковать эсминцы лёгкими ручными лучемётами. Они метались вокруг огромных железных морских чудовищ и падали, сбитые огнём зенитной артиллерии.

Натиск двух кораблей был стремительным. Донесение береговой охраны поступило командующему птичьей армией адмиралу Борзу в тот момент, когда начали открываться мосты. Он в смятении взлетел со своего места в главном зале дворца, где заканчивался военный совет победителей. Большой филин, махая крыльями, опустился на край стола. Птицы замерли, не сводя глаз со своего лидера. Адмирал воскликнул:

– Роботы в городе!!! Тревога! Боевая тревога! Нас атакуют боевые корабли роботов. Все к оружию. Командирам отрядов немедленно занять оборону на крышах вдоль набережных. Все на защиту города!

В зале поднялась невообразимая суматоха. В мгновение птичьего ока сотни пернатых бойцов оказались в воздухе. Распахнулись все окна, и из дворца во все стороны полетели орлы, соколы, ястребы, сапсаны, вороны и другие офицеры Северного фронта птичьей обороны.

Этот переполох занял меньше минуты. В зале остались только пять членов экипажа шатла во главе с капитаном и адмирал. Несколько вооружённых лучемётами офицеров дежурили у окон.

Леон Шмид спросил:

– Откуда у них корабли?

– Мне передали, что это восстановленные в Стокгольме эсминцы, оставшиеся от людей. Они обладают огромной скоростью и кроме плазменных пушек вооружены артиллерией большого калибра. К тому же прикрыты силовым полем.

– Понятно. Мне необходимо немедленно отбыть на шатл. Мы можем вступить в сражение и нанести урон кораблям, но артиллерия способна пробить наше защитное поле, предназначенное для отражения лучевого воздействия.

– Что вы предлагаете, капитан?

Леон повернул голову к окнам. С ночным ветром в зал влетела канонада разгоравшегося боя. Боя, который шёл вместе с прорывавшимися ко дворцу кораблями.

– Адмирал. У нас только одно правильное решение. Отступить от берега и спасти шатл. Наша победа была прекрасной, но недолгой. Битва продолжается.

Леон сказал в коммуникатор:

– Брикс. Как слышишь меня?

– Капитан, я на связи, – ответил дежурный офицер с шатла. – Санни на катере ждёт вас в маленьком канале с восточной стороны здания.

– Отлично, включи защитный купол и жди нас. Готовность к взлёту через… – Леон посмотрел на часы. – Через пятнадцать минут. Адмирал, держим связь и не пускаем роботов в город. Что делать с кораблями, будем решать позже. Сейчас главное – спасти шатл.

Фил Борз тоже осторожно выглянул в окно. В акваторию через последние мосты плавно вползали два эсминца. Большие глаза птицы ещё больше увеличились от такого невиданного зрелища. Леон подошёл к окну. Мощь и масштаб кораблей поражали. В мерцании сполохов силового поля они казались гигантскими хищными призраками из другого мира.

– Нам пора. – Леон направился к выходу.

Филин повернул свою голову на 180° и посмотрел на уходящих людей.

– Леон, удачи. Боюсь, что она вам понадобится. На шатл придётся пробиваться. Я прикажу батареям крепости прикрыть вас огнём. Прощайте, капитан.

Выходя из зала, Шмид махнул рукой птицам.

– Не прощаемся, а до встречи, адмирал. – И бегом, в сопровождении команды, бросился по тёмным коридорам к восточному крылу здания.

Эсминец «Рассвет» встал рядом с западным редутом старой человеческой крепости, стоявшей напротив дворца. «Синее Пламя» прошёл чуть дальше. Свет во дворце был погашен. Пустые глазницы окон производили мрачное, обречённое впечатление.

Рейли, торжествуя в своей железной душе, смотрел на метавшихся в небе птиц, гроздями падавших в кипящую от разрывов воду. Работали только зенитки. Главный корабельный калибр молчал.

Мангус услышал команду адмирала.

– По зданиям не стрелять. В отличие от птиц, они нам нужны. Уничтожать только органику всех видов. Мы близки к цели, полковник.

– Захватим весь город?

– Нет, дорогой Мангус. Город мне не нужен. Есть кое-что поважнее.

Второй ИИ с удивлением посмотрел на железного монстра.

– Что же?

Рейли указал длинным металлическим пальцем на реку.

– Шатл. Нам нужен шатл, на котором мы захватим звездолёт и подчиним себе всю орбитальную группировку человеческих спутников. – Робот сказал в переговорное устройство: – Адмирал вызывает Угольщика. Приём.

– Угольщик на связи, господин адмирал. Поздравляю с захватом города.

– Спасибо, командор, но, как ты знаешь, город нас не интересует. Переходим к главной фазе операции. Через пять минут я с отрядом пройду на катере по каналу, окружающему крепость, и зайду сзади шатла. Всё готово к захвату.

Никем не замечаемый робот кот прикрывался от разрывов за гранитным парапетом. Он нажал когтем на электронный браслет, закреплённый на лапе. Вода около каменной лестницы забурлила, и со дна поднялась ожидавшая команды блестящая чёрным пластиком доска с водомётным движком. Кот сказал.

– Адмирал, как только я увижу катер, немедленно лечу к вам. Мы вскроем этот шатл, как консервную банку. Надо только поторопиться, люди стартуют с минуты на минуту.

Адмирал, садясь в быстроходный катер, сквозь грохот зениток давал последние распоряжения.

– Мангус, срочно со мной на борт. Берите десяток бойцов и выдвигаемся!

– Команда уже пошла. С нами идёт отделение штурмовиков сержанта Густова.

Вооружённые до зубов роботы прыгали в катер.

Никто не заметил, как за спиной последнего спецназовца спустился бронзовый жук, лейтенант Бронза.

– Отлично, Мангус. И ещё одно… Снять защитное поле с эсминцев. Немедленно! – твёрдо приказал адмирал.

Полковник, не понимая, взглянул на Рейли. Взгляд адмирала был устремлён на крепость.

– Простите, адмирал, но мы рискуем потерять корабли! И обе команды…

– Они нам не понадобятся. Операция вошла в конечную фазу! На войне приходится жертвовать чем-то важным ради ещё более важного. Нужно отвлечь внимание крепостной артиллерии от прорыва катера. Пока птицы набросятся на эсминцы, нам хватит двух минут, чтобы катер прорвался к шатлу. Команда, к бою! Вперёд!

Скоростной катер рванулся. Три мощных водомёта вспенили за кормой тёмную воду неширокого канала. Два робота стояли, вцепившись железной хваткой в крепкие поручни, и солёные брызги снова летели в их стальные лица.

Мангус крикнул по рации:

– Внимание! «Рассвет» и «Синее Пламя»! Капитанам эсминцев снять защитное поле! Немедленно! Продолжать бой с органикой без прикрытия!

Повторять не пришлось. Команда была выполнена в ту же секунду.

Тысячи птиц в небе и на крышах зданий в восторге закричали и с удвоенной силой принялись поливать лучемётами огрызавшиеся огнём чёрные корабли. Теперь роботам приходилось тяжело. Несколько железных матросов, прошитых плазменными разрядами, упали за борт и под победные крики птиц камнем пошли на дно.

Внимание всех было обращено на объятые вспышками сражающиеся эсминцы.

Никто не обратил внимания, как от дворцовой набережной к шатлу стремительно неслась серф-доска, на которой стоял один из командоров роботов и личный агент адмирала Рейли робот кот Угольщик.

В этот же момент наперерез ему из канала выскочил катер капитана Шмида. Стоявший за штурвалом Санни показал рукой вперёд.

– Капитан! У нас гости!

Леон встал за бортовой бластер и, прицелившись, дал серию разрядов по доске с котом. Синие линии плазмы вспенили воду в нескольких метрах позади доски. Кот мгновенно оценил обстановку. До шатла 320 метров. Защитное поле корабля снято. Преследователи отстают от него на двадцать секунд. Но они ещё не знают, что адмирал с командой своих головорезов уже вскрывает их корабль. Робот оскалился звериной улыбкой и полоснул по катеру с людьми очередью из лучемёта.

В последний момент Санни резким виражом вывел своё судно из-под обстрела. Вокруг над акваторией реки бушевал настоящий ад. Выстрелы зениток и корабельных лучемётов, беспорядочный огонь тысяч птиц и плазменные разряды крепостных орудий, вспарывающие броню эсминцев. Никто и не думал отступать или сдаваться. В программах роботов не было такой опции, а ярость птиц вытеснила весь страх.

Никто или почти никто не видел гонку доски Угольщика и его преследователей.

Брикс, дежурный офицер шатла, во все глаза смотрел, как катер капитана преследует реактивную доску с врагом, мчавшимся над волнами прямо на него. Лейтенант взял в руку джойстик управления малым зенитным комплексом и навёл прицел на доску с котом.

Брикс не видел, как сзади к шатлу подошёл катер с двенадцатью роботами, готовыми ворваться внутрь. Искусственный интеллект 9-го уровня, адмирал Рейли, обладая кодами, добытыми Угольщиком, сумел установить личный контроль над бортовым компом шатла. Камеры заднего вида показывали Бриксу картинку полного спокойствия за кормой его корабля.

Рейли уже стоял на выдвинувшейся широкой причальной платформе шатла в окружении бойцов штурмового отряда сержанта Густова.

– Адмирал, отделение готово к штурму. Начинаем по вашей команде.

– Отлично, Густов. На борту всего лишь один офицер. Приказываю брать живым, несмотря на любые потери! Мангус, держитесь рядом! Нас ждёт весёлая вечеринка. А птицы и люди так ничего пока не поняли. Ввожу код на открытие люка шатла. И он нажал на цифры дисплея, закреплённого на руке.

Угольщик, стреляя по катеру, успевал наблюдать за шатлом. От него не укрылось, как открылся оружейный люк и зенитные стволы повернулись в его направлении. Робот мгновенным движением направил свой серф на одну линию с катером.

Брикс оторвался от прицела и посмотрел на катер с людьми.

– Вот же чёрт. Могу зацепить своих. Доска прыгает на волнах, и смертельный заряд может пронестись мимо, в сторону наших. Надо подпустить ближе. Осталось каких-то сто метров. Рисковать нельзя…

Люк космического челнока плавно открылся. Роботы не видели, как сверху в щель, прикрытую тенью, проник Бронза.

Сенсоры почувствовали ровное гудение систем обеспечения корабля. Он находился в грузовом отсеке. Мелькнула мысль: «может, метнуться в рубку и вместе с дежурным дать бой захватчикам? Нет. Нам не справиться. Системы быстрого наведения роботов не дадут и шанса. Надо затаиться и ждать. Ждать удобного момента. А он, несомненно, настанет». Лейтенант Бронза растворился в темноте корабельных отсеков.

Неоновая подсветка бросила на чёрный металл штурмовиков голубоватый призрачный свет. И подобно призракам, бесшумно в распахнутое пространство корабля втянулась группа бойцов. За ними проскользнул Рейли. Мангус бросил последний взгляд на огрызавшиеся огнём, обречённые, но не сдающиеся эсминцы. Чувство жалости и досады промелькнуло в его программе, и полковник проследовал за адмиралом. Люк остался открытым, ожидая последнего, тринадцатого члена абордажной команды роботов – Угольщика.

Кот мчался на доске к шатлу. Чтобы обойти корабль буквально в тридцати метрах, он, подняв волну, заложил крутой поворот, и катер с преследователями вышел с линии огня.

Брикс немедленно прильнул к прицелу и разглядел наконец звериный оскал зомбокота.

– Ну всё! Конец титановой бестии!

Брикс нажал на кнопку джойстика. Но в ответ раздался только странный писк компьютера. Выстрела не было!

За спиной ошарашенного лейтенанта раздался наполненный металлом голос сержанта Густова:

– Сопротивление бесполезно! Сдавайтесь, лейтенант! Ваша песенка спета! Корабль под нашим контролем!

Брикс рванулся к оружейному шкафу, но на пути уже стояла стена нагло ухмылявшихся, ощетинившихся бластерами штурмовиков.

Ему как-то удалось сбить с ног одного робота, но железные пальцы двух головорезов Густова сомкнулись не запястьях, и лейтенанта буквально вынесли из рубки.

– Этого под арест, – произнёс адмирал и подошёл к панели управления.

– Ну вот и всё, Мангус! Заканчиваем это шоу! – и Рейли одновременно нажал на две кнопки.

В ту же секунду серф с Угольщиком на скорости прыгнул через причальную площадку и влетел в начавший закрываться люк. Вокруг шатла появилось мерцание силового поля.

Опоздавший на несколько секунд катер с шестью астронавтами резко отвернул от купола защиты шатла.

Начавший что-то подозревать капитан Леон крикнул:

– Санни, разворот! Уходим за опору моста! Похоже, это ловушка! Западня!

Несколько секунд, и, пролетая под мостом, сквозь грохот боя они услышали голос из корабельной рации:

– Говорит адмирал Рейли. Игра окончена, мистер Шмид. Я захватил шатл! Вы, капитан, купились на мою уловку, как и глупые самодовольные птицы. Запомните, Шмид, вставший на сторону наших противников, мои слова. Если у вас есть клюв, это ещё не значит, что вы гениальный стратег или хотя бы тактик. Надо ещё иметь прокачанные мощные мозги, капитан. Можете не прятаться за этим мостом. Вы меня не интересуете. Наша новая цель – звездолёт «Юпитер» и ваша красивая жена. Посмотрим, как она справится с домашним заданием в партии «человек против машины»?! Ха-ха-ха!!!

Люди в катере, оцепенев от этой катастрофической ситуации, услышали громовой смех адмирала Рейли.

Шатл медленно в окружении кипящих вокруг волн поднимался из воды. Казалось, битва на некоторое время затихла. Корабль, рёвом двигателей заглушая разрывы снарядов, взлетел над акваторией, заложил крутой разворот и, набирая скорость, ушёл в усыпанное звёздами ночное небо.

Через час шатл вышел на орбиту, по которой летел звездолёт «Юпитер». Оставшаяся во главе команды помощник капитана Лер безуспешно пыталась связаться с бортовым компьютером внезапно взлетевшего с планеты челнока. Комп функционировал, но на вопросы не отвечал. Связь с ним была заблокирована. С Землёй связаться тоже не удавалось.

Экипаж собрался в рубке звездолёта. Люди в тревоге вглядывались в чёрные экраны корабля, пытаясь разглядеть приближающуюся к ним безмолвную светящуюся точку.

Вдруг экран связи замерцал, и после недолгого треска изумлённые космонавты услышали голос, сковавший ужасом их сердца:

– Говорит адмирал Рейли! Искусственный интеллект девятого уровня. Ваш шатл захвачен, как будет захвачен и звездолёт. Любой ценой! Захвачен или уничтожен! – Громовой бас робота звучал в рубке корабля. – Сопротивляться бессмысленно.

На экране появилось искажённое гримасой боли и страдания лицо лейтенанта Брикса, окружённого мордоворотами с металлическими черепами в лихих морских фуражках.

Первой пришла в себя Лер.

– Ну и рожи! И что вы хотите? Мерзкие железные пираты! И что мешает мне разнести вас на атомы плазменными зарядами моих орудий?

– Во-первых, открыв стрельбу, вы уничтожите не меня и десяток простых железных наёмников. Вы уничтожите заложника. Ни в чём не повинного человека, у которого сейчас одно желание – жить. А мои файлы будут закачаны в другой носитель на Земле. Я готов уничтожить весь свой отряд и шатл в бою с вами, а вы готовы рискнуть? Кроме того, рядом с вашим мужем на планете остался мой шпион. Шпион, готовый в любой момент спустить курок бластера на расстоянии пары метров от капитана Шмида. Что вы на это скажете, уважаемая капитан Лер?

– Дайте мне пять минут, адмирал.

Лер выключила связь, отвела взгляд от экрана и прикрыла глаза рукой.

Рейли явно блефовал. Но в его словах были серьёзные доводы против лобового боя с захваченным шатлом. Надо думать.

– Сколько времени до встречи с шатлом?

– У нас двадцать минут, – ответил штурман.

– Времени мало. Надо что-то придумать. Какие мысли? – Она посмотрела на своих людей.

Самый молодой астронавт, бортинженер Чарли неуверенно произнёс:

– Попробую ещё раз связаться с компом шатла. Возможно, это наш единственный шанс.

– Давай, Чарли. Свяжись с ним. Свяжись хоть с чем-то на этом челноке! Хоть с пылесосом, хоть с кофеваркой, хоть с системой вентиляции!

В этот момент прозвучал тихий сигнал вызова на панели связи перед бортинженером. Чарли вопросительно посмотрел на Лер. Та в ответ развела руками. В полной тишине астронавт нажал кнопку, и люди услышали тихий голос:

– Лейтенант Бронза, разведка Северного фронта, вызывает звездолёт «Юпитер». Я на борту захваченного корабля.

Лер схватила микрофон и в волнении заговорила.

– Чёрт, боюсь сглазить, это удача или шутка? Как вы там оказались, лейтенант? Вы птица?

– Скрытно пробрался под носом у зазнавшегося адмирала. Нахожусь в вентиляционном отсеке шатла. Чем могу быть полезен, капитан? Жду ваших приказаний. Когда-то я был птицей, но теперь я киборг. Большой бронзовый жук, капитан. Электронный и вооружённый до зубов!

К Лер вернулась решительность.

– Отлично, лейтенант! Ты-то нам и нужен! Объявляю боевую тревогу! Бронза, слушай внимательно. У нас нет связи с компом шатла, и ты нам её обеспечишь. Найди коммуникационный канал и подсоединись к главному кабелю, синего цвета.

Через минуту взволнованные люди услышали:

– Сделано, капитан. Я в системе внутренней связи корабля. Могу войти в любую программу.

– Бронза, выйди из системы, чтобы раньше времени тебя не засекли. Мы подсоединяем твой канал к компу звездолёта. По моей команде войдёшь в систему и обеспечишь нам доступ. Дальше наша работа!

– Всё ясно, капитан. Жду вашу команду. А какой будет сигнал?

– Сигнал? Сигналом будут мои слова: «Бронза, вперёд!»

Лер включила связь с шатлом. Экран заполнил отливающий чёрным металлом череп в фуражке, нагло ухмыляющийся зубастой пастью.

– Вы приняли решение, капитан? Десять минут до нашей приятной встречи…

– Мы дадим вам бой, ферфлюхтен пиратос! – волнуясь, Лер перешла на немецкий язык.

– Это ваша ошибка, капитан. У вас есть ещё несколько минут, чтобы передумать. А знаете? Я сочинил для вас одну песенку. Чтобы вам было легче принять решение, я спою её вам. В шатле нашлась гитара вашего мужа. Когда кончится песня и вы скажете мне: «нет», вы потеряете его навсегда!

Ужасный робот вихлявой походкой отошёл от экрана, и все увидели в его руках великолепную электрогитару, которую Лер подарила мужу перед полётом на Юпитер.

Рейли явно играл на нервах людей, исполняя роль клоуна. Этого не ожидал никто. Под ногами адмирала крутился огромный электронный зомбокот и скалил зубастую пасть. Сзади стояли увешанные оружием железные отморозки сержанта Густова. Зазвучала музыка. Рейли запел сильным хриплым голосом.

Тут робот и его ансамбль перешёл на такой дикий вой, что астронавты мало что могли разобрать в этом тяжёлом космическом роке.

Роботы в бронежилетах извивались в диком припадке. Песня гремела в динамиках, музыка била энергией невероятных переборов, которые совершали на гитарном грифе железные пальцы бившегося в конвульсиях ужасного робота. Сзади бесновалась вся абордажная команда железных бойцов.

Наконец прозвучал последний аккорд.

Рейли поднял голову.

– Так что вы ответите, капитан? Времени больше нет. Скажете неправильные слова, и я открою огонь по вам из всех орудий.

Лер посмотрела на таймер. Нам бы ещё одну минуту… И капитан сделала то, что уж точно никто не предполагал.

– У меня есть ответ, адмирал и он тоже будет музыкальный. Перед изумлёнными лицами астронавтов и роботов она вытащила из ящика стола свою гитару. Прозвучали аккорды, и Лер чистым высоким голосом запела:

Музыка ещё звучала красивым переливом, и под этот весёлый мотив Лер крикнула:

– Бронза, вперёд!

Жми кнопку, Чарли!!!

Музыка не смолкала, а Рейли, открыв рот, смотрел, как гасли один за другим бортовые экраны шатла. Космический челнок сходил с орбиты и, набирая скорость, сваливался в сторону голубой планеты.

Адмирал наконец понял, что люди переиграли его.

Лер опустила гитару. Шатл с железными пиратами входил в плотные слои атмосферы. Перед его рубкой уже бесновалось пламя сжигаемой материи. Люди в звездолёте услышали дикий вой Рейли и всей его безумной команды.

Лер, не отрывая взгляд от падающего шатла, сказала:

– Чарли, перед поверхностью Земли переведи челнок в режим планирования. Не дай им погибнуть…

Бортинженер вопросительно посмотрел на Лер.

Та ответила:

– Там Бронза и Брикс…

Через час Чарли доложил капитану:

– Всё. Они упали в южном полушарии. Где-то около берегов Аргентины. Надеюсь, они выжили…

Для подготовки изображений использовалась нейросеть https:// fusionbrain.ai/? utm_source=kandinsky&utm_medium=web&utm_campaign=promo