«Сокрове́нные ку́льты» или «Безымянные культы», «Невыразимые культы» (нем. Unaussprechlichen Kulten, англ. Nameless Cults) - книга писателя барона Фридриха Вильгельма фон Юнцта (нем. Friedrich Wilhelm Von Junzt), имеющая отношение к современному Культу Великих Древних. Многократно поминается в произведениях американского писателя ужасов Роберта Говарда и последователей «Мифов Ктулху», например в рассказах «Дети ночи» и «Черный камень». В общей сложности На книгу ссылаются двенадцать произведений авторства Роберта Говарда и Говарда Лавкрафта, а также три рассказа Августа Дерлета.

Данный текст получен с сайта Храма Великих Древних (https://www.oldones.org) и соответствует тому, который распространялся в начале 2000х сообществом Vendetta A.M.C. Книга входит в "Запретные Тексты Древних" — сборник "тех самых" гримуаров культа Древних. Следует заметить, что в данном тексте годы жизни Эмиля фон Юнтца отличаются от указанных в других источниках (1795-1840гг).

В формат fb2 текст перекомпоновал Murzei Chaos.

Эмиль фон Юнтц родился в 1849 году в поместье своего отца, австрийского дворянина и дипломата Лотара Фон Юнтца. Он получил прекрасное домашнее образование, как и полагается знатному человеку, но поскольку мать его умерла, когда ему было всего лишь три года, а дела отца вынуждали его отсутствовать дома большую часть времени, с самого раннего детства Эмиль в основном был предоставлен самому себе.

Проштудировав сочинения Парацельса, Василия Валентина, и прочих мистических авторов, во множестве представленных в богатейшем фамильном книжном собрании, он не мог не заинтересоваться таинственными и неведомыми силами, влияющими на судьбу Вселенной.

В возрасте двадцати лет он, блестяще сдав экзамены, поступает в Берлинский университет, на факультет философии, и, закончив его с отличием, защитив дипломную работу по теме «Шумерские начала в Каббале», принимает предложение возглавить кафедру. Он в числе первых всерьёз занялся религиозными и мистическими традициями древности, что побудило его создать акционерное общество, устав которого был полностью согласован с уставом университета, а капиталы были не слишком высокими, с целью организации широкомасштабных научных исследований в египетской Долине Царей.

Экспедиция состоялась в 1878 году. Немногочисленные раскопки и беседы с местным населением позволили собрать материал, который лёг в основу доклада, сделанного Фон Юнтцем в 1879 году в Берлинском географическом обществе и навсегда похоронившего его репутацию в официальных научных кругах.

Вот основные тезисы доклада:

Минимальный возраст пирамид и многих других сооружений исчисляется как минимум десятками тысяч лет, причём изначально они не использовались как гробницы — эта роль была им отведена египтянами в периоды Древнего и Среднего царства по невежеству.

Уровень развития древнеегипетской цивилизации просто не позволял воздвигнуть столь величественные строения, элементарный здравый смысл заставляет признать, что это — дело рук цивилизации более старой и могущественной.

Существует очень веские основания предполагать, что человек отнюдь не являлся единственным разумным обитателем земли на протяжении всей ее истории, и пожалуй, как бы невероятно это не прозвучало, не является таковым и сегодня.

Как и следовало предполагать, доклад вызвал уничтожающую волну обскурантизма, иронии и просто необоснованной брани и ругани. Научная карьера Фон Юнтца закончилась, но путь его к познанию только начинался.

В 1880 году он познакомился с Куртом Свенссоном, основателем Великой Чёрной Ложи — сильной и богатой организации, поощряющей любые исследования, направленной на поиски следов древней мудрости.

Неизвестно, был ли он посвящён в доктрину Чёрного Пути, но многие из его высказываний и поступков выдают в нем по крайней мере ученика.

Свенссон, во всяком случае, указал ему правильную точку приложения сил. Он утверждал, что наиболее выдающиеся открытия могут быть сделаны в малоизученных районах земного шара, из которых особо выделил четыре: Индонезия, Маршалловы острова, отдельные районы острова Мадагаскар и Центральную Америку.

15 сентября 1881 года Фон Юнтц отплыл из Сайгона на небольшом катере с командой из четырёх человек, направляясь к архипелагу Сулу. Так начались его долгие странствия. Он посетил все места, указанные ему Свенссоном и многие другие. В течение следующих пятнадцати лет он ни разу не был в Европе, и возвратился только весной 1896 года.

«Сокровенные культы» — труд, который мы предлагаем вашему вниманию — был написан в течение четырёх месяцев. Едва закончив рукопись, учёный стал готовится к экспедиции в Дагомею, вознамерившись доказать потрясающую гипотезу о колонизации этих мест римлянами в V веке н.э. Более того, он настаивал на том, что потомки римлян до сих пор живут в Центральной Америке, воздерживаясь от излишних контактов с внешним миром — подобно описанному в «Культах» легендарному народу Тнабс, они пересекли Атлантический океан, покинув ту самую колонию в Дагомее, следы которой Фон Юнтц во что бы то ни стало хотел обнаружить.

Эта экспедиция стала для него последней — он исчез в джунглях Нигерии в 1897 году, через год после смерти Свенссона. Тщательное расследование, проведённое новым Понтификом Ложи — Иоганном Келленхеймом, позволило установить, что последними, кто видел его, были чернокожие носильщики и единственный уцелевший в данном предприятии европеец — как видно, последний тяжело заболел и не смог продолжать путь, а первые попросту дезертировали, ибо места, в которые направлялась экспедиция, считались проклятыми.

Рукописи и дневники Фон Юнтца стали достоянием Чёрной Ложи в 1919 году были впервые изданы обществом иллюминатов. Перевод с немецкого N.S.T. of G.B.L.

Последним из государств, подчинившим своей власти едва ли не все народы мира, была Великая Ассирийская Империя. Возникла она примерно 60 тысяч лет назад и на протяжении шестисот веков властью, данной первым ассирийским царям сверхъестественными существами и могучими чернокнижниками, безжалостно терзала Ах'хапат (современный Египет), земли Шань (Китай) и Зенд (Иран). Одна из провинций Империи называлась Земля Мот и находилась, судя по астрономическим указаниям, содержащихся в древних манускриптах, и хорошо известных людям, достаточно компетентным в этих вопросах, на территории Центральной Америки. Здесь нечему удивляться — ассирийцам даже незачем было строить корабли, способные противостоять бурям и штормам Атлантического Океана. Они могли попросту укрощать стихию, когда это было необходимо, но и в искусстве кораблестроения достигли всё-таки невиданных высот.

Данная провинция в числе первых сумела стать самостоятельным государством. Это случилось 45 тысяч лет назад, и с тех пор воины и чародеи земли Мот успешно отражали натиск ассирийцев, не пожелавших смириться с таким положением дел. Помогло им в этом чудовищное наследие уцелевших атлантов (вернее, их потомков), некогда основавших здесь свою колонию, а затем изгнанных в Африку отважными воителями Жёлтой Расы, завладевшими этой территорией. От последних происходят Американские индейцы. Когда из-за внутренних раздоров буквально развалилось на куски Великое Жёлтое Царство, они не возвратились на родину и вскоре впали в состояние варварства. Им не хватало ни сил, ни умения, чтобы воспользоваться сохранившимися в этих краях диковинными вещами, прочесть и расшифровать манускрипты и письмена атлантов — разве что некоторые простейшие элементы древнего колдовства были освоены ими. Но у ассирийских завоевателей хватило опыта. Они прекрасно разобрались в наследии предшествующей расы и воспользовались им в своих целях.

Все сведения, которые я здесь излагаю, содержатся в так называемой «Каиновой летописи». Прежде чем продолжить мой рассказ, созданный на основе этого документа, я считаю своим долгом ознакомить читателя с его историей.

Как известно, в 451 г. от Р. X. гунн Аттила подошёл к Вечному Городу, намереваясь взять и опустошить его. Об этой выдающейся личности историкам известно не слишком много — точная дата его рождения, например, не выяснена официальной наукой до сих пор.

Гораздо больше могут сообщить об этом адепты чёрного оккультизма. Они не только знают, когда родился Аттила, но также кем он в действительности был. Они говорят, что образ военного вождя, не знающего поражений — всего лишь маска сверхчеловеческого существа — инкарнации Великого Нимрода, Строителя Вавилонской Башни, одной из ипостасей того, кто в Библии назван Зверем.

Осада Вечного города стала тем самым событиям, благодаря которому в христианской литературе появился новый термин — Антихрист. Дело в том, что недвусмысленная вражда и ненависть к вере Христовой была свойственна знаменитому гунну с ранней юности. Почему же он повернул войска вспять, несмотря на то, что победа была так близка?

Ответ кроется в древнем предании угров, справедливо именующих себя потомками гуннов. Согласно преданию, сам Аттила и все его воины увидели в небе над Римом огромный крест с распятым на нем Спасителем. Пронзённый копьём, Иисус свалился с креста, который тотчас же рассыпался на куски, и, падая, Спаситель выглядел как дряхлый старик.

Созерцая эту картину, вождь гуннов изрёк: «Мы выиграли битву. Его царство не устоит». Вслед за тем он отдал приказ отступить от Вечного Города, но по свидетельству очевидцев само отступление больше напоминало победное шествие, нежели позорное бегство.

Но этим старинная легенда отнюдь не исчерпывается. Рассказывают, будто бы однажды, во время затянувшейся осады некий странник в чёрной одежде приблизился к шатру великого полководца. Воины, находящиеся поблизости, сперва были сильно удивлены тем, что ему удалось пройти незамеченным мимо дозорных, охраняющих лагерь, но тут же, впав в ярость, ринулись к страннику, которого сочли, по всей вероятности, шпионом или наёмным убийцей, но голос Аттилы: «Стойте, пусть войдёт», остановил их. Воины повиновались, ибо давно подозревали, что их предводитель знается с силами Тьмы, — надо сказать, это наполняло их гордостью — и данный визит может иметь отношение к его таинственным и страшным занятиям. Вождь гуннов строго запретил кому-либо приближаться к его шатру и вообще беспокоить его, доколе он сам не выйдет наружу — даже в случае неожиданной атаки противника.

Из шатра он вышел только через семь дней, и тотчас же приказал казнить дозорных, охраняющих лагерь с западной и восточной сторон, утверждая, что странник явился в лагерь с запада и отбыл через восточную его часть, а несчастные глупцы ничего не заметили и потому должны умереть.

Потом он позвал к себе некоего искушённого в чародействе галла, захваченного в плен во время одной из своих победоносных кампаний, исполняющего в войске обязанности лекаря и объяснил ему, что таинственный посетитель — никто иной, как Бессмертный Каин, с которым он разговаривал в шатре в течение недели, не прикасаясь ни к воде, ни к пище. Аттила повелел чародею-лекарю записать все то, о чем они говорили, что и было сделано.

Спустя четверть столетия Вечный Город пал, а церковь христова, со всех сторон осаждаемая ересями, лишилась полного единения, а через тысячу лет после Битвы Народов и вовсе раскололась на две конфессии — католическую и православную, причём первая почти без боя уступила завоёванные позиции отмежевавшимся от неё протестантам, а вторая вообще не имеет единого пастыря и состоит из многочисленных автокефалий, и если прав был Иисус, когда изрёк, что ни одно царство, разделившись в себе, не устоит, то слова Аттилы можно считать сбывшимся пророчеством.

Что касается документа, известного как Галльский Свиток, род венгерских князей Камеши владеет им до сих пор. Это — люди, живущие очень замкнуто. Их нельзя встретить на светских приёмах — разве что крайне редко.

Манускрипт, с которым они любезно разрешили нам ознакомиться, представляет собой настоящую библию чернокнижников. В нем излагается последовательность важнейших событий, происшедших с момента рождения земли из туманного облака, вплоть до того дня, когда столица древней ассирийской державы — город Кенеб — был стёрт с лица земли нубийскими и персидскими наёмниками, и в Вавилоне воцарился Меродах^[1], что произошло примерно двадцать тысяч лет назад.

За этим последовала всеобщая деградация человечества, предсказанная Летописью, и мы до сих пор пожинаем её плоды, а кое-кто извлекает из этого немалую выгоду, но их конец будет столь ужасен, что для описания его не найдётся слов.

Удивительная история земли Мот, прочитанная много в древнем манускрипте, окончательно утвердила меня в моих намерениях — лицом к лицу встретиться с тем, что воистину заслуживает гордого имени Запретного плода. Я твердо знал — если эта встреча состоится, последние клочья пелены невежества будут сорваны с моих глаз.

Я хотел немедленно отправиться в Центральную Америку, но знающие люди убедили меня, да и сам я вскоре понял, сколь необдуманным будет мой поступок, если, стремясь попасть в самое сердце Сокровенного, я не прикоснусь прежде к другим Его граням, более доступным взору того человека, каким я тогда был — неистово верующего, но отнюдь не знающего. Мне посоветовали начать мои исследования в других районах земного шара, где я смог бы при помощи данных мне точных инструкций обнаружить интересующие меня вещи без особого труда, и лишь потом совершить путешествие в место, называемое мистиками самими Вратами в Запредельное, что потребует наличия опыта, который я смогу приобрести в менее сложных и опасных предприятиях.

В итоге я организовал три экспедиции, и, всякий раз, по возвращении в цивилизованный мир, был уверен в том, что готов посетить Юкатан с совершенно конкретной целью, и дважды меня отговаривали, приводя неопровержимые доводы. Только в третий раз, после невероятных приключений на негостеприимных и враждебных островах Ратак, когда я стоял перед чертою, отделяющей лишь на первый взгляд разумно и справедливо устроенную Вселенную от областей чистого безумия, моё желание получило безусловную поддержку.

Символ власти ассирийских чернокнижников.

Его изображение мы находили десятки раз в самых неожиданных местах. Этим знаком заклинали демонов и духов Тьмы, он служил печатью, скрепляющей тайные грамоты конклава демонопоклонников, на протяжении тысячелетий бывших доверенными лицами и советниками императоров Древней Ассирии.

Впервые мне довелось видеть этот символ на небольшой каменной плите, размером два на два фута, врезанной в стену родового замка шотландского графа Мердока, Он показал мне также золотой медальон с изображением символа, найденный одним из его далёких предков в Палестине, во время крестового похода, принять участие в котором его побудило состояние крайней нужды. Когда я осведомился у графа о происхождении плиты, то услышал в ответ совсем не то что ожидал, и, признаться, сперва просто не поверил. Эта вещь была найдена вовсе не в странах Востока. Оказывается, когда в IX столетии Эшли Мак Мердок приступил к закладке фундамента, крестьяне, роющие котлован, наткнулись на руины какого-то циклопического сооружения, возведённого неведомо когда и неведомо кем. Плитами точно такого же размера из того же белого камня с жёлтыми прожилками были выложены остатки гигантской стены, но знак был изображён только на двух, выбитый рукой великолепного резчика, подобного которому в наши дни не сыскать, да и вообще, быть может, и вовсе не человек приложил к этому руку? Но в те дни я не мог позволить себе даже предположить такое.

Все плиты, кроме двух вышеупомянутых, были использованы при строительстве ныне не существующей церкви святого Иеронима. Говорят, будто её разрушили по приказу местного епископа, поскольку в ней творилось то, в чем добрым христианам виделась отвратительная дьявольщина. Судьба другой плиты с выбитым на ней сигелом, кроме той, что я имел счастье наблюдать, неизвестна, хотя есть предположения, будто тот самый крестоносец, к тому времени порядком разбогатевший, взял её с собой, направляясь в следующий поход, из которого уже не вернулся. При этом он бросил, фактически, на произвол судьбы, жену и малолетнего сына. Последний, ещё не научившись говорить имел обыкновение резать свои руки острыми предметами и рисовать собственной кровью таинственные иероглифы. Возмужав, он поднаторел в чёрной магии и держал в постоянном страхе всю округу. Ему удалось раскрыть секрет происхождения фамилии Мердок — кое-кто из моих читателей, возможно уже догадался, в чем тут дело.

Меродах, последний император Ассирии, после падения Кенеба, построенного неподалёку от озера Ашшура (Мёртвого моря), бежал из столицы и укрылся на Священном острове, который мы зовём просто-напросто Британией, в то время как в Вавилоне сел на престол узурпатор, выдававший себя за него. Подлинный правитель величайшего из государств и его приближенные под надёжной охраной верных ему чернокнижников, вынуждены были преодолеть столь огромное расстояние, ибо все провинции империи, от Эфапа в Северной Африке до Хелешбе на Восточно-Европейской равнине, были охвачены неописуемой смутой и чудовищной войной, а города разрушены и непригодны для жизни. Необходимо было принять во внимание и то, что самозванец, привлёкший на свою сторону некоторых жрецов, готов был преследовать бывшего императора где — угодно, если бы знал, что он жив.

И до сих пор живут на Священном острове потомки Меродаха, или Мардука, и носят фамилию своего далёкого предка, со временем преобразовавшуюся в Мердок, и только случайность, которая, как полагают многие весьма сведущие люди, есть скрытая закономерность, позволила одному из них обнаружить древнейшее гнездо своего рода при возведении нового.

Современные учёные, крича и топая ногами, либо давясь смехом, спросят меня, каким образом я могу доказать связь между ассирийской культурой, возраст которой они определяют в четыре тысячелетия, и грубым варварством британских островов той далёкой, по их меркам, эпохи.

Воспользуюсь одной из шумерских легенд и приведу также предание о «безумных кельтах» — тогда кажущаяся надуманной связь станет очевидной.

Первая история, извлечённая из шумерских клинописных анналов, такова^[2]. Однажды семеро жрецов Инаны (Астарты) захотели надругаться над женщиной, жившей при святилище демонического божества Экваббу, но один из семи стал отговаривать прочих от страшного святотатства. Обвинив его в трусости, шестеро, не сговариваясь, закололи несчастного кинжалом, и пошли в храм, где расправились с вооружённой стражей и с неистовой яростью принялись за свою жертву. Когда все было кончено, они услышали ужасный голос, говорящий, что пришло время седьмого жреца совершить то, что сделали они, и увидели своего товарища входящим в храм, несомненно, восставшего из мёртвых.

Говорят, что служители культа Экваббу нашли в храме безжизненные, высохшие тела семерых мужчин и одной женщины, и поместили их в каменных нишах, расположенных по периметру главного зала, в назидание всем, кто вознамериться проникнуть в святилище с нечистыми помыслами против божества.

Вторую историю я могу рассказать с упоминанием несравненно большего количества подробностей.

Это легенда о шести духах, с которыми можно заключить договор сроком на тринадцать лет, сыновьях древнейшего кельтского лесного бога IKVABE. забытого около трёх тысяч лет назад. Их шестеро и первые буквы их имён составляют имя Божества: ILVAR, KNECTO. VERDELEN, ANUGES, BURBAS, EMERIC.

Явное сходство имени IKVABE сразу же бросается в глаза, но данная деталь — далеко не единственная, способная вызвать удивление, но об этом — в конце главы.

Тяжёлым и трудным для восприятия средневековым языком в рукописи описываются некие события, привёдшие к тому, что имя Иквабэ вспомнили вновь — уже в I тысячелетии A.D.

Я не нахожу целесообразным приводить рукопись полностью — объем данного труда не позволяет сделать этого, но ограничусь пересказом и некоторыми цитатами.

Жили в одном селении во времена гибели Римской империи шестеро братьев — грабителей и разбойников, мерой чудовищных злодеяний своих они, казалось, стремятся превзойти друг друга. А звали их точно так же, как сыновей IKVABE, но не в их честь были они названы, а просто потому, что кельты давали имена своим детям в соответствии с датой рождения и некоторыми приметами и событиями, имевшими место в этот день, и никто не обратил внимания на необычную закономерность, ибо не помнил древнего и страшного имени.

Это могло быть простой случайностью, которой воспользовался Бог, но разве не в силах он был устроить все именно таким образом, недовольный тем, что народ его более ему не поклоняется?

В своей родной деревне братья никому не причиняли вреда, но не из благих побуждений, а лишь затем, чтобы всегда иметь надёжное убежище на случай преследования или погони, и с этой целью щедро делились со своими соседями награбленным добром. Но в чужих деревнях они, бывало, подчистую вырезали всех мужчин, ибо в умении убивать и сражаться им не было равных, а женщин — от молодых девочек до беззубых старух насиловали и, вдоволь натешившись, опять же лишали жизни.

Случилось им однажды совершить набег на селение Уитстауэн, в землях нынешнего Лоуленда. Их последней жертвой оказалась дочь местного охотника, который в это время находился в лесу. Они надругались над нею по очереди — сперва старший, а за ним все остальные, в порядке старшинства. Как только меньший брат закончил своё грязное дело, раздался страшный голос, исходящий как будто бы со всех сторон сразу: «А теперь я позабавлюсь с ней».

Услышав голос, братья тотчас же пали замертво. В то время отец девушки вернулся домой. Глазам его предстало кошмарное зрелище. Дымящиеся остовы хижин и горы трупов на земле, и между ними он увидел тела шести иноплеменников — последнее он без труда определил по их одежде. В руке одного из них был зажат пояс его любимой дочери, вышитый драгоценными камнями, но самой девушки нигде не было. Он сразу догадался, что пришельцы и есть те самые легендарные злодеи, о которых говорили всюду, и надежда найти свою дочь живой и невредимой покинула его, а то, что он не смог найти её тело и предать земле, усугубило его горе во сто крат. Быть может, думал он, они сожгли свою несчастную жертву, либо утопили её в озере. Странной показалась ему смерть разбойников — на их телах не было серьёзных ран. Следы звериных зубов и когтей также отсутствовали. Что же убило их? Христианские суеверия лишь слегка затронули душу охотника. И все — таки он не решился измываться над трупами тех, кто нанёс ему тягчайшее оскорбление из всех возможных и ранил смертельно в самое сердце. Он выкопал семь могил — в шести из них его руками были захоронены братья, а в седьмой — все, что осталось от дочери — драгоценный пояс. Засыпав все могилы землёй, он принялся оплакивать невосполнимую утрату. Злые языки говорили, будто любовь охотника к своей дочери проявлялась не только на уровне отцовских чувств. Тем проще было ему, не ведая того, исполнить предписания ритуала. Однажды ночью знакомый голос позвал его. Выйдя из хижины, он увидел стоящую на коленях, спиной к нему, обнажённую девушку. Приглядевшись внимательнее к её волосам и фигуре, он без труда узнал ту, которую считал безвременно погибшей. Девушка сказала ему:

Охотник проделал все то, о чем она сказала ему, и шестеро духов, войдя в мёртвые тела разбойников, оживили их. С помощью своих неуязвимых помощников кельт, происходивший из простого рода, вскоре сделался владыкой клана, поскольку они доставляли ему золото и драгоценности, а после того как он разбогател, убирали с его пути реальных и предполагаемых соперников.

Он построил замок и, укрывшись за его стенами, предавался разнузданным оргиям. Когда время службы сыновей бога подошло к концу, хозяин то ли не захотел их отпускать, то ли просто замешкался (сведения об этом сохранились весьма противоречивые) — но в итоге он был поражён страшным недугом — из его груди и живота вырастали чёрные цветы и травы, издающие невыносимое зловоние, а плоды этих растений были похожи на его собственные внутренности.

Почуяв близость смерти, он велел позвать христианского священника в надежде на то, что он исцелит его своими молитвами. Но это не помогло. Единственное, к чему привёл этот визит — это подробная история содеянного кельтом — предсмертная исповедь, записанная служителем церкви и ныне ставшая достоянием узкого круга учёной общественности, допущенному к пыльным книгохранилищам Оксфорда, куда посторонним вход строго воспрещён.

Теперь я перехожу к подробному описанию ритуала, составленному мной на основе рукописи.

Адепты тайных наук утверждают, что Вселенная управляется множеством Высших Разумных Существ — Демонов, а то, что находится за её пределами, принадлежит Древним. Их плоть столь груба и бездушна, что никакие законы не властны над нею и это позволяет им свободно проникать в некоторые области Вселенной и действовать так, как им заблагорассудится. При этом никакого противостояния между двумя вышеперечисленными категориями никогда не было и не будет, что объясняется, во-первых, колоссальными различиями в их природе, благодаря которому между ними не существует какой-либо конкретной точки соприкосновения, являющейся необходимым условием всякого конфликта, каковой в телесном мире может стать в частности место или вещь, коими в одно и то же время желают владеть разные силы, во вторых, полной самодостаточностью столь высоких и совершенных сущностей, способных создать для самих себя любые условия бытия и удовольствоваться ими, а не искать и не захватывать чужое для удовлетворения своих желаний. В рамках физической реальности, на нашей земле, и, видимо, на других планетах, наблюдается, однако, совсем другая ситуация. Множество разумных рас, как утверждают многие устные и письменные источники, и у меня есть все основания им доверять, возникло в нашем мире при участии демонов или древних, и узкие рамки физического существования вынуждали их сражаться между собой, побеждать или быть побеждёнными, а отсутствие совершенства и самодостаточности, присущее их Прародителям и опекунам, делало возможным совершение серьёзных ошибок, ведущих к деградации и последующему полному исчезновению целых народов.

Следует учесть ещё одно обстоятельство. Между сущностями низшими и высшими не может не быть определённого иерархического промежутка, заполненного теми, кого западная оккультная наука именует эгрегорами и гениями, а шумерские писания — младшими богами. Вот что говорится в древнем документе Шринамму Акарен:

Под созданием мира можно понимать сотворение некой его части, поскольку угаритское слово «зефу» можно понимать и как «землю» в целом, и как континент или остров. Поэтому здесь вполне может быть сказано об участии тех же самых эгрегоров и гениев в судьбе некоего участка суши, и поступок их стал чем — то неугоден Старым Богам, в которых нас, современных исследователей, самая элементарная современная аналогия заставляет видеть Древних. История дочеловеческих и человеческих цивилизаций прекрасно излагается арабским чернокнижником Ибн Шахабом. Отрывок из его сочинений, посвящённый данному вопросу, мы намерены привести без изъятия.

Учёные — мистики говорят, что история нашего мира состоит из четырёх периодов. Имя первого — SOPHOR, или Забвение, когда земля сплошь покрыта водой, и рождает чудовищ из ила и грязи. Говорят, в это время возник в океане Проклятый остров Нхаг и пришельцы со звёзд, дети старожилов, населили его: племена Тысячеглазых, Столпоголовых, Осьминогов, Призраков и Заклинателей. Они воздвигли множество обелисков из чёрного камня и поклонялись своим Отцам, и непобедимой мощью своей угрожали всей земле. Видя это, Хранители, или Начальники Крепостей, как еще их зовут, удалили остров в иные измерения и создали завесу, отделившую его от земли.

Но ещё раньше Двенадцатикрылый Коф построил на острове гробницу с двумя входами и скрыл место их нахождения даже от Хранителей — многие думают, будто искать их следует где — то под землёй, но эти врата могут быть где — угодно, ибо они едут в гробницу сквозь века к сколь угодно длительные расстояния.

С помощью одного могучего колдуна из города, занесённого песками уже во дни Искандера Завоевателя, мне удалось обнаружить врата и лишь на миг попасть в гробницу. Там было много дивных вещей, но колдун предупредил меня: ты можешь взять только книгу и Светильник, и более ничего, иначе никогда не вернёшься обратно, я последовал его совету и вернулся, имея на руках то и другое. Однако стоило мне открыть последние страницы Писания, их тут же объял дьявольский огонь, и через мгновение от них остался лишь пепел, унесённый холодным ветром, налетевшим неизвестно откуда.

«Вот почему эти Писания зовут Сожжёнными — усмехнулся колдун. — Таково заклятие Хранителей, рассвирепевших от коварства Старожилов. Они теряют след того, кто ищет врата и потому не могут проведать, где они. Но они сделали так, что вернувшийся назад и принёсший с собою Книгу никогда не прочтёт её последних страниц, ибо в них заключена мощь, способная разрушить Вселенную».

Так случалось не единожды. Задолго до тебя жил в Нижней Египте некий Хусамабиб, и его постигла та же неудача. Он не смог разгадать то, что пощадил огонь, а в дальнейшем мерзкая тварь похитила у него Элсуф и убила его.

А ещё раньше то же самое случилось с Эл Татшаратом из Древней Ассирии, хотя он и сумел прогнать похитителя и умер, поражённый его чарами, держа в руках всего лишь несколько листов, ибо остальные тварь все же унесла.

Но я дам тебе ключ, который позволит разгадать иероглифы, и Печать, чтобы защититься от твари. Ты не умрёшь, но другие увидят смерть твою и уверуют в это». Колдун действительно снабдил меня всеми необходимыми сведениями и я перевёл Писание на язык правоверных, а мой раб, Григорий Фессалоникиец, перешедший ко мне по наследству от умершего дяди, сделал греческий перевод с написанного мной арабского текста, кроме того, я сделал копию писаний и укрыл её в надёжном месте. Теперь пришелец, если даже найдёт копию подлинника, никогда не уследит за всеми экземплярами переведённой Книги.

Возвращаясь к сказанному ранее о периодах, я поведу речь о втором из них, который следует за SOPHOR и называется по латыни NUCTEMERON, или Час Тьмы. Дно морское делается твёрдым и над поверхностью вод поднимаются новые континенты, чтобы затем вновь исчезнуть в пучине. Землю населяют существа, внешне похожие на людей, рождающиеся от союза мужчин и женщин племени своего, но природа их не является человеческой. Они живут многие тысячи лет и умирают не дряхлыми стариками, а точно такими же, какими становятся, достигнув зрелости.

Они строили города поразительной и чудовищной неземной красоты и вели многочисленные войны, но погибли не от войн, а от безумных изысканий правителя одного из самых сильных в ту эпоху государств в области чародейства. По ходу моего повествования я вспомню об этих народах ещё не раз, ибо они открыто поклонялись Старцам и Демонам и воздвигали в их честь святилища.

Наши далёкие предки жили среди них, как неразумные животные, и открытие, сделанное Прародителем Расы Атлантов (Thlem, как они себя называли), заключающееся в том, что у этих животных есть душа, способная страдать, решило судьбу несчастных на многие века — их в огромном количестве убивали на жертвенных алтарях, ибо страдания и боль угодны Древним Богам.

Но случилось так, что Акаман, волею провидения, или, скорее, Хранителей ставший последним Императором Аталы, одержимый не вполне понятными намерениями, совершил страшную ошибку в колдовстве, весь ужас которого не передать словами человеческого языка, что и привело к событиям, называемой в Торе Всемирным Потопом, а в писаниях Заклинателей — Переменой.

Человек был слишком глуп в ту пору, чтобы просто ощутить, а не то что бы тщательно описать происходящее, ибо его глаза узрели погибель и распад старого мира — ничто более страшное, возможно, уже никогда не предстанет пред ними. Океан бушевал с такой силой, что все ядовитые отбросы поднялись со дна и носились на гребнях огромных волн чёрной отвратительной пеной, источая неописуемое зловоние, от коего скончались многие живые существа.

Великий Ктулху, Рисунок Аббата Бартоломью. («Сочинение о Древних Богах...»)

Традиция Заклинательства, которую я достаточно подробно исследовал, говорит о наличии многих миров и пространств, и прямо утверждает, что отдаленные планетные системы населены разумными существами, неоднократно посещавшими нашу землю. Следы пришельцев из чудовищных, неподвластных человеческому уму измерений, и наводящих ужас звёздных далей были обнаружены мной впервые во время экспедиции на небольшой остров без названия, принадлежащий к архипелагу Сулу — малоисследованной части Индонезии. Население острова — поистине дьявольский народ. В их жилах смешалась кровь даяков и голландских матросов, коих занесла сюда нелёгкая судьба более чем сто лет назад. У многих есть ружья, но поскольку их европейские предки давно расстреляли все патроны, они пользуются ими, как дубинами. Здесь я столкнулся с тем, что поразило меня, непривычного в ту пору к сенсациям и к разнообразным феноменам, не имеющим сколько-нибудь разумного объяснения. Однажды, под покровом ночи, мы приплыли к острову, стараясь быть незамеченными — к счастью, это нам удалось — в день, ненавидимый и проклинаемый прочими жителями архипелага, как наиболее дурной в году, в ещё большей степени, нежели весь этот многонациональный сброд — объект наших научных интересов.

Картина, представшая нашим глазам в свете полной луны, была следующей:

Упившись пальмовым вином и совершая нелепые движения, эти люди кружились в каком-то чудовищном танце, который просто не мог быть придуман человеком — для существа с двумя руками и ногами подобный ритм и нелепые па опровергающие все законы равновесия, гармонии и пластики, крайне неудобны и едва ли возможны — разве что в состоянии, в котором находились танцующие, когда одурманенный мозг способен отдавать конечностям самые безумные приказы. Под аккомпанемент невидимых музыкальных орудий, издающих тоскливый, пронзительный вой они двигались по траектории, напоминающей двойную спираль, постепенно приближаясь к двум раздетым донага молодым женщинам, привязанным к врытым в землю деревянным столбам. Внезапно музыка замерла. Варвары остановились, как вкопанные. Подумав было, что нас заметили, мы в тот же миг осознали свою ошибку, когда устремив взор на луну, пьяная толпа закричала страшными голосами: Йа, Ктулху!

Именно тогда мы впервые услышали необычный и пугающий звук, невероятным образом схожий с мелодией, исполняемой неистовыми поклонниками древнего Божества, которых мы не рассчитывали здесь обнаружить...

Тогда двое старческого сложения мужчин в каких-то ярких явно не местного происхождения лохмотьях, видимо просто закутанные в куски какой-то ткани, выменянной или украденной у заброшенных в эти места злой судьбой азиатских торговцев, с остервенением располосовали тела женщин кривыми ножами.

Сегодня историческая наука отождествляет между собой двух шумерских божеств: Кулулу (Ктулу. Ктулху) и Дагона. Аббат Бартоломью, как впрочем и аль-Хазред, и Ибн Шахаб, в один голос говорят другое: кроме того, что они связаны символически со стихией воды, это совершенно разные сущности. Ктулху — один из правителей Левостороннего аспекта Вселенной, чистейшего Хаоса и Безумия. По Некрономикону, он есть Спящий Бог, что в первую очередь является аллегорией, намёком на иррациональное и неподдающееся чёткому определению состояние, переживаемое в сновидениях разумными существами, и в том числе человеком, который, как указывают мистики, содержит в себе Левостороннее начало, способное активно действовать во время сна или наркотического транса, а также при гипнотическом воздействии.

Дагон в большей степени связан с Правой стороной — царством жёсткой, непоколебимой формы, или чистого могущества, созерцаемое только сильными заклинателями при выполнении специальных процедур. Одна из его ипостасей — Йхэг. была очень почитаема людьми нашей расы. Изображалась она в виде существа с тремя головами и шестью руками, а также гигантской пастью вместо туловища. Подобные изображения на камне или деревянных досках мы встречали на Мадагаскаре, а на Юкатане — в основном в виде статуй из неизвестного материала. Граница, разделяющая два вышеописанных состояния, есть Гоззар — непознаваемый предел, поклонение которому напрямую невозможно, но посредством мятежных обитателей далёких звёздных систем, вставших не его сторону, называемых в западноевропейском оккультизме Сайитии, индейцами Бразилии — Себегги, ацтеками и майя — шешен, оно вполне осуществимо.

Дагон, согласно «Бестиолатрии», был Наместником одного из Хранителей — Аполло, и управлял морем на заре творения. Намереваясь захватить власть над сушей, он поднял из воды огромный остров и населил его жабоподобным народом Иаг. Хранитель в ответ на это уничтожил остров, послав на него огонь с неба и отдал власть над морской пучиной Гоззару, который правил во дни Лемурии и Атлантиды, вплоть до великой войны. Затем настаёт эпоха Ктулху, продолжающаяся по сей день. Как правило, он был богом шаманов и заклинателей, благодаря своим незаурядным способностям выделившихся из числа простых смертных, а не привилегированных жрецов, принадлежащих к какой-либо касте. Особенно активно ему поклонялись в Месопотамской колонии атлантов.

Здесь я делаю ещё одно отступление, чтобы вкратце рассказать историю современной человеческой расы. Прародителями её были человекообразные обезьяны — дальние потомки деградировавших до животного состояния лемуров. Жители Месопотамской колонии (город Масса-Паттхам) за несколько тысячелетий до катастрофы при помощи некромантии вернули им некоторое подобие интеллекта, свойственного их предкам. Зачем они это было сделано? Ответ прост — чтобы приносить в жертву разумных существ, а не животных, но поступать так с себе подобными атланты считали невозможным. Последствием проведения некромантических процедур стало то, что обезьяны утратили волосяной покров и научились хоть как-то обрабатывать информацию, поставляемую им органами чувств, а также, подобно лемурам, копировать звуки окружающей их реальности, в том числе некоторые слова атланто-арийского языка.

Во время катаклизма колония, находящаяся на территории современного Египта (атланты называли её Агафат), в отличие от Месопотамской, была полностью разрушена — не пострадали лишь несколько подземных сооружений и небольшой – в масштабах атлантической архитектуры, разумеется — сад (ну чем вам не библейский Эдем?). Когда, в первые несколько месяцев, прошедших после глобальной трагедии одуревшие от ужаса атланто-арийцы отсиживались в своих домах, «воскрешённые» лори, воспользовавшись всеобщей суматохой в невозможном с точки зрения современных людей, но типичным для атланто-арийцев сочетании с ненормальным равнодушием ко всему происходящему, покинули катакомбы, в которых содержались, через отверстия, используемые, видимо, для стока нечистот, и проникли за пределы стен Масса-Паттхама, где их взору открылась безжизненная пустыня. Но покрытые засохшей кровью их собратьев алтари были неизмеримо страшнее. Они сделали свой выбор и отправились в странствие. Лишь ничтожная горстка достигла Агафата остальные погибли от зноя, чередующегося с невероятным холодом — от ядовитых газов, исходящих из трещин в земле -иногда оттуда появлялись различные чудовищные твари — их когти и зубы также несли беглецам мучительную смерть.

Существа Иаг рисунок из «Бестиолатрии» Аббата Бартоломью.

Исследуя остров, принадлежащий к группе Ратак, мы сделали еще одно открытие, вернувшее меня к воспоминаниям о той кошмарной ночи, проведенной вблизи беснующейся одурманенной толпы даяков с примесью голландской крови. Остров был невелик, с пологими песчаными берегами, покрытыми полосой мангровых зарослей в заводях и неглубоких бухтах, расположенных вдоль берега. Середина острова — гористая местность, поросшая густым лесом. Погода в основном дождливая, а горы почти всегда окутаны туманом. На базе миссионеров, находящейся в восточной оконечности острова, жили шестеро французов. Местные племена старательно воздерживаются от каких-либо контактов с ними.

В течение трёх лет своего пребывания на острове миссионеры потеряли трёх человек — двоих унесла в могилу малярия, один утонул при загадочных обстоятельствах. Расспрашивая миссионеров и двоих местных жителей, приносивших нам фрукты в обмен на разнообразную железную утварь (последние отвечали на наши вопросы весьма неохотно), а также прибегнув к непосредственному наблюдению, мы установили следующее:

Два племени из четырёх, обитающих на острове, Тнарра и Уванта, помимо обычных анимистических представлений и своеобразного идолопоклонства (например, почитание акул — людоедов и ядовитого моллюска из рода «Conus»), имеют ещё и скрытую от посторонних глаз систему религиозных верований чрезвычайно древнего происхождения. Основу их составляет миф о существе по имени Ктолу (у Тнарра), или Ктулу (у Уванта). Объем данного труда не позволяет мне описывать постигшее меня состояние, близкое к нервному срыву, но можете поверить — я находился на грани истерики, когда узнал об этом.

Фигура Ктулу, или Ктолу, связывается с неким подводным городом, имеющим у обоих племён название Рлех, или Дегевах (видимо, искажённое Degag Elelav — «город-рыба») и почитается как некое морское божество, отвечающие за подводный рельеф, в частности, подводные пещеры и вулканы, управляющее водоворотами и некоторыми подводными хищниками (например, головоногими). Изображения божества, внешне напоминающего чудовищного спрута с рыбьим хвостом и близкие к рисунку Аббата Бартоломью, изготовленные из пней гигантских деревьев, присутствуют на острове в великом множестве. На восточном побережье Мадагаскара туземцы вырезают похожий образ на больших плоских досках из древесины Delonix Regia, либо чёрного дерева, выменянного в других частях острова или доставленного с континента.

Суть легенды о подводном городе не вполне удалось выяснить. Туземцы называют Ктулу, то основателем города, то богом тамошних жителей, то их царём, но о самих обитателях глубин говорить отказываются. В «Природе Червей» упоминается целых два объекта, подобных Рльеху, но с другими именами:

Так или иначе, причудливые представления племён Уванта и Тнарра выливаются в ещё более странные магические церемонии во время большого религиозного праздника, который проводится весной, в ясную ночь, когда в восточной стороне неба можно наблюдать созвездие Северной Короны, а звезда Рас-Альхаг стоит над самым горизонтом. В это время туземцы выходят в пирогах в открытый океан, полагая, что город Рлех поднимается из вод. Они приносят в дар божеству различные украшения, плоды, и украшенных бусами, перьями птиц и пальмовыми листьями женщин племени, которые, как думают туземцы, станут его жёнами.

Вернувшись на берег, они читают заклинания, размахивая факелами и истошно крича, бросают в океан зажжённые бревна. Здесь я вновь услышал тот самый звук — не то вой, не то стон, протяжный и леденящий кровь, но в этот раз мощь его была невообразимой — я утверждаю с уверенностью, что никакими природными феноменами, известными науке, этого не объяснить.

Услышав его, туземцы ложились или садились на землю, склонив голову. Некоторые вновь сели на лодки и вышли в море, чтобы никогда не вернуться обратно. Что касается возвратившихся из первого путешествия, то некоторые из них разговорились, одурманенные предложенной мной настойкой опия, и признались, что не видели города, а просто утопили все дары в океане. Увидеть его суждено лишь тем, кто совершит путешествие во второй раз, и обратный путь будет для них заказан.

Экспедиция на Мадагаскар позволила мне проверить гипотезу Артура Гофа о том, что эта земля некогда была частью великого лемурийского континента и убедиться в ее обоснованности. Тайные предания в наиболее яркой форме присутствуют в Юго-Восточной части острова, где проживают племена Нкодо, Бецилеу и среди народностей полуострова Масуал. В святилищах Нкодо нас поразили каменные изваяния Бога, называемого Ййэг, Повелитель Змей — существа, лишённого ног, с тремя головами, шестью руками и огромной пастью вместо туловища. Индейцы Юкатана почитают данное Божество под именем Йхег — культ его возник, по видимому, задолго до колонизации страны Мот ассирийцами — в джунглях, недалеко от Гондурасского Залива, мы видели каменные статуи, идентичные Мадагаскарским, но громадного размера — высота их достигала двадцати пяти футов, тогда как у Нкодо они выполнены едва ли в рост человека.

Вождь одной из деревень Бецилеу даровал нам необычную и странную формулу, с которой следовало обращаться к Божеству (человек, искушённый в магии, как бы он не был груб и необразован, способен отличить искреннюю жажду знаний от страсти к дешёвым сенсациям, да и щедрые подарки, которые мы ему преподнесли, в таких случаях — дело не последнее).

Звучит она так:

Ничего похожего в языке мальгашей вы не найдёте. Это в большей степени напоминает зловещие заклятия Ибн Шахаба.

Этот замечательный человек по имени Ратаг Мульфасите, кроме всего прочего имеющий какие-то не вполне чистые коммерческие дела (впрочем, чистых здесь практически не бывает) с французами, державший в своём доме грандиозный запас ирландского виски, который он опустошал в полном одиночестве с фантастической скоростью, отчего никогда не был трезвым, и со столь же потрясающей скоростью пополнял, провёл меня к священным местам своего народа, где белого человека ждала смерть от рук воинов-мальгашей, день и ночь охраняющих святыни, и по словам вождя, располагающих не только обычным, холодным и огнестрельным, приобретённым у европейцев (у тех, кому доступ в эти места закрыт – какая ирония!), но и сверхъестественным оружием.

То, что я увидел, поразило меня до глубины души. Пирамидальные сооружения, четырёх и пятиугольные, сложенные из базальтовых глыб идеальной сферической формы — от трёх до пяти футов в диаметре, во множестве были разбросаны по огромной, покрытой джунглями территории. Их конструкция опровергала все законы равновесия — я вспомнил Стоунхендж, воздвигнутый магией кельтских жрецов, а поскольку многие из этих сфер, образующие подножия пирамид, едва выступали из земли, я сделал вывод, что подножие это является мнимым, а истинное сокрыто где-то в толще всевозможных наносов и осадочных пород, — и очень может быть, на черт знает какой глубине, из чего проистекает невероятная древность этих строений.

Бестиолатрия упоминает, что лемурийцы могли перемещать камни по воздуху силой своих чар и таким обратом строить дома и святилища. Пользуясь случаем, привожу фрагмент из «Природы Червей», где рассказывается об истории лемурийской цивилизации.

Далее Летопись и прочие документы рассказывают о рождении Лурманнама от лемурийской женщины, впервые по наущению духа своего предка, который явился ей в водах некоего озера, вкусившей мяса ящеров, и обрётшей телесную красоту, и очарованного ей киноцефала, который сразу же после совокупления всё-таки убил женщину, но его могучее семя не погибло и вскоре младенец вышел из тела матери. Возмужав, он научил лемурийцев защищаться от немёртвых с помощью тайного знака, также делать оружие из металла и с помощью определённых магических процедур управлять силами природы. Собрав войско, он изгнал киноцефалов на Южный остров. От него происходит династия лемурийских царей, последним из которых был Великий Каин, Высочайший из Порождений, сын Кхадма (Адам?!) и Чавах (Ева?!).

Итак, возвращаясь к моим поискам, скажу следующее: мне удалось узнать, что мальгаши тайно поклоняются Дагону, изображая его на таких же досках из чёрного дерева, как и те, что используются для изготовления образа Ктулу, в виде некоего существа с рыбьей головой, змеиными хвостами вместо ног, облачённого в доспехи и с чем-то вроде топора или секиры в одной руке, что очень похоже на рисунок Иаг у Аббата Бартоломью. Впрочем, если это не может вполне служить доказательством теории Гофа, хотя Ратаг Мульфасите и рассказывал мне о наличие некоего грота на Юго-Восточном побережье, в котором установлена пятнадцатиметровая статуя Бога Рыб из сине-зелёного камня, обработанного таким образом, что, судя по всему, ни одна современная цивилизация не в силах этого сделать.

Там, среди пирамид, я наткнулся на серый прямоугольный обелиск, гордо возвышающийся над излучиной безымянной реки на добрые двадцать пять ярдов. На его стене находился тот самый барельеф, рисунок которого я привожу в моей книге. «Кто это?» — спросил я вождя.

«Акманни, властитель старого мира. Эта земля некогда была частью большой земли» и великие колдуны обитали на ней, Их убил Кенну и проклял большую землю. Тогда она утонула, но та её часть осталась, где были могилы колдунов, убитых Кенну — те, которые ты видел. Акманни пришёл сюда и потревожил их покой. Он хотел добыть силу, но колдуны разгневались и погубили его вместе с его народом, Я не знаю, его воздвиг этот камень, ко это было очень давно, и немного времени успело пройти с тех пор, как старый мир погиб, когда его поставили здесь. Река освободила его от земли.» Как вам нравится это сходство имён и столь чёткое изложение Летописи из уст дикаря?

Мы возвращались под вечер, и тьма застала нас на окраине священных мест. Я ощутил нечто странное и обернулся. Там, где должны были, по моим приблизительным расчётам, находится пирамиды, которые мы оставили за спиной, в небо вонзались ярко-синие лучи.

Первые обитатели Юкатана — разумеется, Тнабс, поселившиеся здесь незадолго до страшной трагедии Авароха. Их Богами были Божества всех цивилизованных народов той эпохи (исключение составляет Жёлтая раса, перенявшая от Восточных ариев в эпоху непродолжительных дружественных отношений с ними почитание демонов и князей Тьмы и сочетающая его с культом призраков и неумерших) — Звёздная Владычица Шуб-Ниггурат, Великий Ктулху, Таинственный Котх и другие Сущности Внешнего Круга.

Точно такой же убор мы видели в коллекции нашего проводника дона Сильвио Айеши, сделанный из неизвестного сплава, лишь по цвету напоминающего золото. Знаки, выгравированные в поверхность таким образом, что составляли с ней единое целое, нанесены не идентифицированным нами чёрным блестящим красителем. Архитектура городов Тнабс (отдельные зарисовки сохранились в архивах Ватикана, их происхождение неясно, но они воспроизводят первозданный облик того, что предстало перед моими глазами, будучи руинами и развалинами) может дать некоторое представление об архитектуре древних атлантов. Обилие строений пирамидальной и кубической формы, высоких башен с прямоугольным, сужающимся кверху периметром, сферические купола (последние можно встретить крайне редко) — таковы общие черты градостроительства у всех цивилизаций Нуктемерона. Столица колонии Тнабс именовалась Шешен Ицхет.

Ритуальная диадема. Вид спереди и полная развёртка поверхности. Рисунок из сочинений Ибн Шахаба.