Я столько раз пытался забыть нашу первую встречу, злясь на себя и ругая память, снова и снова подсовывавшую воспоминания о том удивительном дне. Дне, перевернувшем мою жизнь с ног на голову и заставившим задуматься и о себе, и о том, чего же я хочу на самом деле…

Раньше казалось, что уж о себе-то знаю всё ― кто мне дорог и кого ненавижу, а на кого просто плевать. И таких, к слову, большинство… Друг полудемон Крэг, смеясь, называл меня «любвеобильным придурком, не пропускающим ни одной юбки». Было приятно поддерживать его заблуждение, ведь и в самом деле, как только прижимистый Командир разведотряда полукровок Дарси выдавал нам положенные гроши, ноги сами несли меня в бордель.

А куда ещё было идти изгою Избранному, запятнавшему себя нечистой кровью? Благородные барышни Высокородных даже не смотрели в мою сторону, а человеческие девчонки чихали на такие предрассудки, и я всегда был добр с ними: спускал все деньги на подарки. Мне было их искренне жаль, ведь самому с детства пришлось столкнуться с презрением и насмешками. Только вот я всегда давал сдачи, а бедные «походные спутницы» не могли себе этого позволить…

Вот и тогда допоздна засиделся за бутылкой дешёвого вина у одной красотки, слушая её весёлую болтовню и даже позволяя причесывать мою драгоценную косу. Поэтому не застал момента, когда наш юный человеческий маг Сан привёл названного брата к костру. Меня удивило присутствие ещё одного Избранного, сидящего в обнимку с белокурым мальчишкой рядом с веселящимися Крэгом и Дарси. Судя по их покрасневшим физиономиям, вся компания уже распробовала новую порцию самогона, лишь бледная от природы кожа Избранного едва порозовела на высоких скулах. Значит, неожиданный гость совсем не умел пить. Слабак, хоть и красив, зараза…

Крэг заметил меня первым. Он потянулся вперёд, чуть не наступив на мирно спящего у огня Селима, его угольно-чёрное лицо светилось непонятной радостью. Полудемон почесал кудрявые волосы между маленькими рожками и, сверкнув белозубой улыбкой, проорал так, что я чуть не оглох:

― Где тебя черти носили, Рас? Смотри, Сан наконец-то нашёл своего братишку Роя, ик… Ну-ка, быстренько садись рядом со мной, держи «штрафную» и пей. Что смотришь с подозрением, узкоглазый придурок? Здесь же все свои, пей, говорю тебе, а то оттаскаю за противную косу. Или нет, лучше спою. Ты ведь любишь моё завывание?

Поморщившись от запаха перегара, уже собрался сесть рядом со своим весёлым другом, как Сан, наконец отлепившись от улыбающегося красавчика-«братца», бросился ко мне и повис на шее. Его глаза так счастливо сияли, что я даже не стал привычно ехидничать, только легонько похлопал мальчишку по спине, пробурчав:

― Рад за тебя, младшенький. Надеюсь, теперь на привалах ты перестанешь всех мучить бесконечными рассказами о замечательном, лучшем в мире брате.

Вместо ответа юный маг крепко меня стиснул и снова бросился к Избранному, вцепившись в него как клещ, словно боялся потерять свою удивительную находку. Это меня даже умилило. Совсем чуть-чуть. И тут этот Рой, о котором в нашем маленьком отряде мы знали почти всё, встал и, подойдя ко мне, склонил голову в поклоне, представляясь:

― Сердечно рад приветствовать брата-Избранного. Я ― Рой, Наследник Дома Серебряной Лозы и старший брат этого неугомонного мальчишки. Прошу прощения, если Сан доставил Вам хлопоты. Извините его, он ещё слишком молод и неопытен.

Скажу честно, этот благородный Рой застал меня врасплох. Его голос был также красив, как и он сам, но дело было в другом: я уже отвык от обращения «брат Избранный», положенного при приветствии всех Высокородных идиотов. Тем более, что и не помню, чтобы хоть кто-то так меня называл… Потому крякнул и, отвесив небрежный поклон, процедил:

― И тебе привет, брат… Я ― Рас из дома Плачущих цветов. Но оставим церемонии, ведь Сан давно и для меня стал младшим братишкой. Так что, Рой, можешь называть меня просто Рас, или Полукровка, как тебе больше нравится.

Дарси и Крэг замерли в беспокойном ожидании очередной выходки забияки, заметив, как довольно кривятся мои губы и щурятся «звериные» глаза. Верный признак ― кое-кто ищет повод для ссоры. Командир даже сурово нахмурился, что у него означало:

― Прекрати мутить воду, Рас, а то пожалеешь!

На что я лишь удивлённо поднял брови, мол:

― Не понимаю, о чём ты, Дарси…

Но «старший брат» нашего мага в ответ обаятельно улыбнулся:

― Замечательно, что у Сана появились такие прекрасные друзья, Рас. Я долго не мог его разыскать и от волнения сходил с ума, ведь сам вызвал братишку в наш мир, обрекая на жизнь в кошмаре войны. Моя вина, сожалею…

Его слова прозвучали очень искренне, и желание сцепиться пропало как-то само собой. От души хлопнул Избранного по плечу, что было совершенно недопустимо между Высокородными, и ухмыльнулся, ожидая его реакции:

― Сан ― хороший парень и уже не маленький, он справляется. Можешь им гордиться…

Рой с не меньшим энтузиазмом отряхнул пыль с моего камзола, сверкая смеющимися глазами:

― А я в нём никогда и не сомневался, Рас…

Крэг и Дарси облегчённо выдохнули, а подскочивший Сан снова повис на мне, вгоняя в краску и цепляясь за косу, что всегда бесило:

― Как же я рад, Рас, что теперь мы все вместе!

Я стряхнул его с себя и развернул к знакомо ухмыляющемуся Рою, посмевшему меня передразнивать:

― Вот и отлично, Сан, иди повиси на нём, а я, пожалуй, на радостях выпью…

Сзади послышался хохот Крэга, и, стоило мне опуститься на поваленное дерево, в руке тут же оказалась кружка с пойлом нашего несравненного Командира. А в ухе прожужжал насмешливый бас друга:

― Что это ты так смутился, Рас, и почему симпатяшка Рой пялится на тебя своими чёрными глазищами? Неужели благородный Избранный запал на нашего желтоглазого хулигана? Смотри, а то заревную…

Пришлось от души ткнуть друга в бок, что его ещё больше развеселило. Залпом опрокинул в себя самогон, удивляясь, почему у него такой странный привкус, даже в глазах потемнело, и резко повело голову. Похоже, крепость напитка в этот раз была на уровне, или наш любитель экспериментов переборщил с очередной добавкой, например, засунул в пойло ядовитую змею. С него станется. Как бы то ни было, меня подозрительно замутило и, к собственному стыду, затянуло во мрак…

Ледяная вода стекала по щеке, заливая шею и воротник рубашки, чьи-то прохладные руки приятно массировали виски. Меня всё ещё слегка покачивало на волнах, и совершенно не хотелось открывать глаза. Неожиданно проснувшийся Селим жалобно поскуливал и тыкался в руку мокрым носом.

Рядом сходил с ума взволнованный Сан:

― Пусти меня, Рой, простое исцеляющее заклинание…

Но Избранный был строг:

― Это не похоже на обычное отравление, не мешай, малыш. Не нравятся мне его посиневшие губы, принеси сумку, быстро…

Зашуршала трава, испуганный голос Дарси перебивал бас Крэга:

― Что там с Расом? Ты поможешь ему, Рой?

Я не услышал ответа и попытался открыть глаза, но веки словно склеило, впрочем, как и рот. Это было неприятно. Тяжёлое дыхание Сана подсказало, что он справился с заданием брата, чьи руки продолжали делать мне непонятный массаж лица. В другой ситуации я бы непременно над этим посмеялся, но сейчас, к своему удивлению, чувствовал, что от его прикосновений становилось легче.

― Сан, достань склянку из вишнёвого стекла. Нет, дорогой, не эту, потемнее. Теперь правильно. Открой флакон и добавь три капли в кружку с водой, давай её сюда. Надеюсь, я не ошибся, в любом случае, хуже ему не станет. За это ручаюсь…

Сильные руки приподняли мне голову и, расцепив ложкой зубы, заставили проглотить отвратительно пахнувшую воду. Я замычал, протестуя, но лекарь неожиданно отвёл прядь волос с моего мокрого лба и еле слышно, умоляюще пошептал:

― Пожалуйста, Рас, потерпи. Постарайся проглотить эту гадость, поверь, тебе сразу станет легче…

Наверное, от неожиданности вместо того, чтобы вернуть горькое лекарство на одежду хозяина, я сглотнул, чуть не подавившись, и меня практически сразу отпустило. Веки открывались медленно и с трудом, но первое, что я увидел, были огромные, сумасшедшие и полные отчаяния глаза Роя. Он что, волновался за меня, с чего бы? Мы с ним даже толком не знакомы. Вот ненормальный…

Я облизал пересохшие губы и прошипел:

― Спасибо, конечно, что помог. Но, Рой, слезь с меня…

Он удивлённо захлопал длинными ресницами и заразительно засмеялся, предварительно нежно коснувшись ладонью моей щеки. И от этого… меня бросило в жар. Зачем Высокородный придурок так поступил? Уж лучше пощёчина, чем никому ненужная ласка тонких дрожащих пальцев, от которой… Впрочем, не важно. Он так меня взбесил, что я не мог оторвать взгляда от зарумянившихся скул и влажных губ, мечтая, как было бы здорово разбить их в кровь и оборвать этот дразнящий, возбуждающий смех…

Радостный вопль Крэга оторвал меня от идиотских мыслей:

― Ты что это удумал, чучело с косой? Помирать без меня собрался, что ли? Так не пойдёт… Признавайся, где и по какому поводу наглотался отравы, сейчас же пойду туда и славно повеселюсь. Ты со мной, Командир?

Дарси важно кивнул, остервенело теребя рыжую бороду:

― Разумеется, я никому не позволю травить своих бойцов. Пусть мерзавцы заказывают себе ящики для погребения… Ну-ка, паршивец, говори, где был?

Селим залился сердитым лаем, подтверждая, что без него хорошей драки не получится.

Сан подал мне руку, помогая сесть. Я осмотрелся по сторонам и, не увидев ничего, кроме расстроенных лиц друзей, сказал как можно увереннее:

― Нечего тут из-за ерунды поднимать шум. Никто меня не травил: я весь вечер провёл у Лейны, сто лет её знаю. Эта девчонка всегда мила со мной, а после того, как вытащил её дочку из реки, она почти молится на добряка Раса.

Крэг кивнул:

― Допустим, так. А до этого где тебя носило?

Я задумался:

― После обеда пошёл к реке, погода сегодня выдалась хорошая, вот и просидел на берегу, бросая камешки в воду. Так некстати вспомнил детство…

Сан тут же подскочил ко мне, от волнения его щёки ещё больше раскраснелись:

― Рас, ты же постоянно грызёшь то палочки, то травинки…

Я понял, к чему он клонит, но продолжал упрямиться:

― И что из того? У меня эта привычка старше тебя и твоего братца вместе взятых, и ни разу… ну ладно, ладно. Сорвал цветок, голубой, красивый, только он горчил, я его сразу же выплюнул. А что?

Рой отодвинул Сана за спину и заглянул мне в глаза так, что чёрная рубашка прилипла к спине.

― Пора менять привычки, Рас, или друзьям придётся похоронить их вместе с тобой. Я знаю этот цветок ― очень сильный растительный яд, сейчас как раз его пора. Хорошо, что у меня с собой было противоядие…

― А ты, как посмотрю, у нас самый умный, да, братец Рой?

Он молчал, пристально сверля меня взглядом: прищурил глазки, из-под чёрных ресниц так и пылал жаркий огонь…

― Ох, как страшно, прямо напугал, детка. Только напрасно старался Избранный Наследник Дома Серебряной Лозы ― звериное пламя полукровки не слабее твоего высокородного, в гляделки меня ещё никто не переиграл…

Дальше развлечься мне не позволил Командир, рявкнувший так, что весь хмель разом покинул головы разведчиков, привычных к этой процедуре. И только Рой поморщился, слабак…

― А ну прекратили друг на друга пялиться, Избранные придурки! Ох, прости, Рой, это я не тебя имел ввиду… Хм, короче, вот моё решение. Оба отправляетесь вниз по дороге: я жду курьера с донесением, а этот идиот где-то застрял, опять, наверное, напился до бесчувствия. Найдёте и доставите его ко мне живого или… пьяного. Заодно немного успокоитесь, пусть вас ветерком обдует. Всё, брысь отсюда. А ты, Сан, помолчи, как я сказал, так и будет…

Спорить с Дарси нельзя, это я усвоил ещё много лет назад, когда его борода напоминала скорее рыжую щетину, чем нынешнюю подстриженную метлу. Поэтому сразу развернулся и быстро пошёл в указанном направлении, с ухмылкой прислушиваясь к торопливым шагам догонявшего меня Роя. Надо отдать ему должное ― двигался он хорошо, и с дыхалкой у него всё было в порядке.

Он поравнялся со мной и не отставал, несмотря на то, что я незаметно перешёл на бег. Необходимости в этом, конечно, никакой не было, но мне очень хотелось проверить упрямца ― на сколько его хватит. Узкую лесную дорогу освещал только неяркий свет ущербной луны, хотя опытному следопыту и этого было достаточно, тем более, что за прошедший месяц я изучил её вдоль и поперёк.

Ночной весенний воздух был напоён ароматами молодой травы и клейких, только что распустившихся листьев. В полосах лунного света мелькали и исчезали светлые крылья первых мотыльков, всё вокруг, казалось, погрузилось в короткую ночную дрёму: не слышно было даже безумного пения птиц, и от этого душа наполнялась необъяснимой радостью, приходящей в мир только весной…

Я искоса посматривал на молодого Избранного, и сердце невольно сбивалось с привычного ритма: мальчишка держался хорошо, его движения были плавными, а бег ― лёгким. Чёрная коса, в отличие от моей наполовину распущенной, аккуратно заплетена и заправлена за пояс, новая одежда сияла чистотой, а сапоги ― явно не знали починки. Он тоже поглядывал на меня и почему-то улыбался краешками губ, безумно раздражая. Вот ведь поганец… Ладно, сейчас посмотрим, кто кого.

Потихоньку перешёл на спокойный шаг и, внезапно остановившись, позволил Рою немного пройти вперёд. Не давая опомниться, сделал подсечку, завалив противника на траву. Я рассчитывал, что он перекатится в сторону или хотя бы перебросит меня через голову, но этот растяпа развалился на спине, и, ухватив за камзол, притянул к себе…

Тут пришла моя очередь теряться ― события развивались, прямо скажу, неожиданно, хоть и забавно. Я сдул разметавшуюся чёлку со лба и прошипел в лицо нахальному парню, удерживая своё тело на локтях, чтобы не свалиться на него:

― Ты что это задумал, паршивец? Весна в голову ударила или что другое? Ну-ка быстро отпусти мою рубашку, а то она итак уже трещит по швам…

В ответ он снова засмеялся, и этот голос завораживал и тревожил одновременно. А ещё бесил, но почему-то я пока терпел его выходки.

― Я подарю тебе новую рубашку, лучше этой, ― рука Роя коснулась моей щеки, и пальцы нежно заскользили по ней, остановившись у края губ.

У меня в запасе было много слов, постоянно пополняемых ругательствами Крэга, способных в перепалке остановить любого. Но я молчал, ожидая, на что ещё осмелится этот самоуверенный Избранный, и потому только ухмыльнулся жалкой попытке «завести» меня. Поднял глаза, чтобы насладиться его горящим взглядом, но, к своему изумлению, увидел совсем другого Роя ― неуверенного в себе робкого мальчишку, изо всех сил старавшегося казаться «взрослым соблазнителем»…

Вздохнув, легонько прикусил его палец, еле сдерживая рвущийся наружу смех. Он испуганно отдёрнул руку и покраснел, сообразив, что попался в мою ловушку.

― Неужели не понравилось? А я-то размечтался… ― хмыкнул и, видя, как парнишка сник, проклиная свою грубость, сказал как можно мягче, ― ладно тебе, Рой, поиграли и хватит. Пора искать заблудившегося курьера, а то Дарси мне голову оторвёт.

Неожиданно бледное лицо молодого Избранного потеряло остатки румянца, а в глазах появился не просто испуг, а не на шутку взволновавший меня ужас.

― Ты что, Рой? Плохо, что ли? Это всё самогон Командира, к нему надо привыкнуть. Рубашку-то отпусти…

Его руки сначала безвольно упали, а потом снова вцепились в мой и так еле державшийся воротник.

― Рас! Там, прямо за тобой… курьер. Кажется, мы его нашли…

Я мгновенно вскочил на ноги. Лунный свет показал мне то, что до этого пряталось в тени ― человек был пришпилен к дереву, под которым мы так мило общались с Роем, оружием напавших на наш мир монстров ― уже знакомой длинной заострённой спицей. Однажды мы с Крэгом чуть не попались им в лапы, но в тот раз бог миловал от жестокой участи, а вот, предположительно, курьеру ― тело без головы опознать довольно трудно, здорово не повезло.

Осторожно прикоснувшись к безвольно повисшей руке несчастного, я напрягся ― она была ещё тёплая, значит, всё произошло как раз перед нашим приходом. Так что, вероятно, противник до сих пор прятался здесь, хотя сейчас у него перед нами было преимущество ― ночь. Эта тварь легко маскировалась в тенях, а с ночным зрением у Избранных, даже у меня ― «не очень». Не то, что у полудемона Крэга…

Прижал палец к губам, и уже стоявший около меня Рой понятливо кивнул. Крепко сжав его руку, я прислушался к ночной, ещё совсем недавно казавшейся безмятежной тишине. В этом молчании, не прерываемом даже стрекотом цикад, слух различил едва заметный шорох. В такой ситуации на помощь всегда приходила звериная половина моей сущности, частенько выручавшая отряд из неприятностей.

Я без предупреждения прижал мальчишку к себе и вместе с ним нырнул в траву, перекатившись между могучими стволами двух старых исполинов. Рой подавил стон, видимо, больно ударившись при падении, но вид пролетевшей прямо над нашими головами «спицы» заставил его замолчать, спрятав голову на моей груди. Осторожно погладил блестящие густые волосы Избранного, подумав, что хорошо быть молодым, когда кости срастаются быстро. По тому, как хрустнуло плечо, стало ясно, что даже после заклинания исцеления у меня прибавится проблем со здоровьем.

И в этот момент судьба решила, что сломанного плеча и испуганного влюблённого мальчишки мне недостаточно. Земля под нами рухнула, унося тела вместе с комьями почвы на приличную глубину. Можно считать, что мы удачно приземлились на дно узкой ямы, потому что при этом нас не нанизало на острые обломки корней. Да и вообще, если не принимать во внимание синяки и ушибы, двое удачливых Избранных до сих пор чудом оставались живы. И впрямь ― повезло…

В яме было темно: тень монстра, топтавшегося у края, загородила неяркий свет луны, но мы оказались настолько глубоко, что чудищу, похоже, было лень нас откапывать. Во всяком случае, именно так я предпочитал думать. Протиснуться же в узкий лаз оно не могло из-за своих неприлично больших размеров. Через несколько мгновений, показавшихся мне бесконечно долгими, тварь всё-таки скрылась, но светлее в яме от этого не стало ― наверное, голодные тучи съели луну…

Мои попытки использовать магию для освещения ловушки бесславно провалились, и это было очень странно. Я стряхнул землю с головы и плеч прижавшегося ко мне притихшего Роя:

― Эй, ты как, жив? Почему молчишь, маленький Избранный?

После тяжёлого вздоха раздался его тихий голос:

― Я в порядке, немного оглушило при падении, но ничего не сломано. Можешь немного добавить света? С детства не люблю темноту… И почему ты зовёшь меня «маленьким», считаешь жалким, да?

Продолжая его отряхивать одной рукой, усмехнулся:

― А кто же ты для меня? Между нами разница, наверное, лет в сто, не меньше, по меркам Избранных ― ты, Рой, ещё ребёнок. А что касается света, придётся тебе потерпеть, в яме магия почему-то не работает. И, пожалуйста ― никогда не называй себя жалким и другим не позволяй этого делать. Даже думать так о себе не смей. Сан замучил меня рассказами, какой ты прекрасный брат, а я ему доверяю. Напарнику надо верить.

Он промолчал и снова положил мне голову на грудь, так что я невольно улыбнулся и продолжил говорить, чтобы его успокоить:

― Потерпи, Рой. Пройдёт немного времени, и глаза привыкнут к темноте, тогда можно будет осмотреться и поискать выход. В любом случае, Командир будет нас искать и обязательно найдёт. Просто подожди рассвета. Хоть он всего лишь человек, и магии в нём нет ни капли, я не знаю следопыта лучше него. Дарси очень храбрый и добрый, когда мы с Крэгом познакомились с ним, он был ещё зелёным юнцом вроде тебя, а сейчас у него полбороды седых волос. Это так несправедливо, что жизнь людей коротка… Если бы я только мог отдать половину своей никчёмной жизни, разделив её между друзьями…

Рой поднял голову, и даже в полутьме было видно, как сияют его глаза:

― Ты ― лучший, Рас… Я сразу это понял…

Меня словно ураганом вдавило в стену, так крепки были объятья мальчишки Избранного. Жёсткий корень оцарапал позвоночник, а раненое плечо дёрнуло от боли. Я едва мог говорить:

― Перестань, Рой, прошу тебя, не продолжай, не делай глупости, о которой потом пожалеешь…

Договорить мне не позволили его губы… И не буду лгать, будто бы вдруг ставший добродетельным Рас до последнего отбивался от приставаний неопытного юнца. Ничего подобного ― я сдался почти сразу, и когда, наконец, дыхание кончилось, мои губы горели, словно много лет назад. Тогда после школы я, прижав к стене, задрал юбку давно нравившейся мне дочери директора, за что потом и был выпорот на конюшне, как простой слуга… Тётя устроила скандал, а из школы меня вышвырнули, не дав сдать последний выпускной экзамен.

И вот теперь я снова почувствовал себя пятнадцатилетним подростком, нарушающим очередное строгое правило. Как будто вся моя жизнь состояла из чего-то другого… Рой что-то шептал мне на ухо, пока его горячие руки ласкали тело под расстёгнутой любимой рубахой. А я тихо смеялся, позволяя мальчишке эту шалость, с маниакальным усердием здоровой рукой пытаясь расплести его тугую, аккуратную косу. Сейчас мне хотелось одного ― увидеть эти горящие неутолённым желанием глаза, и разметавшиеся по плечам длинные волосы, как символ моей победы… Над кем?

― Господи… Какой дурак… Что плохого мне сделал этот мальчик, что я так с ним поступаю? Какая же ты сволочь, Рас, возьми себя в руки и успокойся, ― мысленная пощёчина помогла, и, бросив своё недостойное занятие, погладил его по щеке, целуя в лоб:

― Скоро рассветёт, малыш. Нас, вероятно, уже ищут, ты что-то говорил о возвращении в свой лагерь, я, правда, тогда не очень понял…

Глаза Избранного расширились от ужаса:

― Боже, Рас, я совсем забыл… Что же делать? На рассвете надо быть в лагере. Узнав, что Сан здесь, мне удалось выбить увольнительную на сутки с условием, что не опоздаю. А вдруг Командир Дарси не успеет нас вытащить вовремя? Это позор на всю жизнь…

Я обнял его здоровой рукой, прижав к себе:

― Успокойся, ничего ещё не потеряно. Скажи, Сан знает, что ты снова появился в его жизни всего лишь на несколько часов?

Рой опустил голову:

― Нет, я не смог… Не хотел его расстраивать, думал, расскажу перед самым уходом. Наш полк сегодня утром покидает лагерь, понимаешь? Я должен вернуться вовремя, Рас…

Он смотрел на меня несчастными глазами как на бога, который обязательно найдёт решение и спасёт его. Начинало светать, и это позволило мне рассмотреть стены ловушки ― чуть выше над нами торчали обломанные, выступающие из земли корни. План был прост: молодому ловкому Избранному не составило бы труда его исполнить даже без магии. Моя задача ― немного помочь…

― Слушай, Рой, и не спорь. Вставай мне на здоровое плечо, хватайся за тот корень и подтягивайся, ты легко взберёшься наверх, только будь осторожен и не торопись. У тебя всё получится, малыш… И не смотри так жалобно ― Дарси скоро меня найдёт и вытащит отсюда, он в этом деле мастер. С Саном я поговорю и объяснюсь за тебя, наш умница-маг всё поймёт. Не теряй времени, только не перепутай плечо, а то от боли с корнем вырву твою замечательную косу…

Рой молча подчинился: нежно прижался к моим губам, с тоской заглядывая в глаза, словно на прощание ждал слов утешения.

Я отвёл взгляд:

― Прости, маленький Избранный. Ты ведь понимаешь, что у нас с тобой нет будущего. Никакого. Даже намёка…

― Понимаю. Только мне на это плевать…

Я засмеялся:

― Паршивец, у кого ты нахватался таких недостойных Высокородного выражений?

Он улыбнулся в ответ, и в прекрасных глазах снова заплясали так понравившиеся мне нахальные огоньки:

― У тебя, Рас. Тысячу раз я плевал на всех, кто против. У нас всё только начинается…

С усмешкой подсадил упрямца, на прощание махнув рукой исчезающей в предрассветном сумраке фигуре, чтобы потом без сил сползти на дно ямы, со стоном баюкая разболевшееся плечо:

― Ну что за глупый ребёнок…

Друзья быстро меня нашли: под ругань Командира и причитания Сана вытащили из ловушки, сразу же подлечив руку. Позже, сидя у костра и доедая остатки знаменитой похмельной похлёбки Крэга, с усмешкой слушал рассказы о том, как нас искали, как Селим у самой ямы внезапно потерял след и, поскуливая, крутился возле дороги. Я долго успокаивал расстроенного Сана, объясняя ему, почему брату пришлось срочно уйти, не прощаясь, без конца отвечая на один и тот же вопрос:

― Он же ко мне вернётся, правда, Рас?

― Не сомневайся, брат дал слово и обязательно его сдержит.

Солнце поднялось над лесом, и не спавшие всю ночь друзья, наконец, решили вздремнуть, мне же было не до этого. Сидя у почти потухшего костра, я ворошил угли и думал о Рое:

― Кто он тебе, Рас, этот доверчивый влюблённый мальчишка? Пройдёт несколько дней, и он забудет об этом забавном приключении в его жизни. Ну, может, не несколько дней, а недель. А я забуду о нём ещё быстрее, тут и помнить-то нечего…

Из палатки вылез зевающий Крэг, почесался и поплёлся в кусты, а вынырнул оттуда с ухмыляющейся физиономией, таща за шкирку знакомого мальчишку-посыльного:

― Смотри, Рас, какого шпиона я поймал. Может, хоть он развеселит загрустившего напарника. Упирается, зараза…

Мальчишка ловко вывернулся из рук полудемона и, подбежав ко мне, вытер конопатый нос рукавом:

― Посылка для господина Избранного, ― важно произнёс он, но зажатый в руке свёрток не отдал, выразительно на меня посматривая.

Я сразу понял, что посыльный ― опытный жулик, и без денежки отсюда не уйдёт. Такого пройдоху даже грозный полудемон не может испугать. Похлопал по пустому кошельку и без церемоний отобрал последнюю монетку у Крэга, ответив на его вопросительный взгляд:

― Возьмёшь в тройном размере с Дарси, он нам слишком много задолжал.

Весело сверкнувшая на утреннем солнце монетка исчезла в ловких руках мальчишки, бросившего свёрток и тут же исчезнувшего в кустах.

Любопытный напарник попытался вырвать мою добычу из рук, но я ему не позволил, указав на палатку:

― Кажется, кто-то очень хотел спать?

На него это не подействовало: он встал неподалёку и вытянул шею, пытаясь рассмотреть, что я от него прячу, при этом не забывая подзуживать:

― Наверняка засушенный букет или вышитый кисет от очередной влюблённой дурочки. Лучше б окорок прислала или хоть копчёной колбаски…

Я разворачивал на коленях свёрток, и сердце билось так громко, что, казалось, друг сейчас услышит его грохот и начнёт надо мной издеваться. Наконец приоткрыл посылку ― чёрная шёлковая рубашка, вышитая красными цветами моего Дома. Рой, маленький негодник… Не забыл обещания. Когда успел? Ах да, он же у нас маг, так-перетак… Лишь бы рубашка не развалилась под первым же дождём.

Сзади присвистнул Крэг:

― Вот это я понимаю, подарок! Прямо как ты хотел. Смотри-ка, настоящий шёлк, а не какая-нибудь магическая подделка.

Я смутился:

― Уверен?

Он кивнул:

― А то, я в таких вещах разбираюсь, мой дед торговал этим барахлом… то есть, тканями. Слушай, а девица-то, видно, из богатых, рубашка стоит целое состояние. Придётся тебе, дружок, на ней жениться, ― и Крэг заржал по своему обыкновению.

Я расхохотался:

― А вот это точно исключено…

Друг подошёл ко мне, пристально глядя в глаза:

― Рас, напарник, ты помнишь, что у меня дар видеть любую ложь?

Я похолодел и промолчал. Крэг наклонился, легонько хлопнув по больному плечу, от чего меня перекосило. От его насмешливого шёпота волосы встали дыбом:

― Рас, вы с маленьким Избранным ― отличная пара, точно-точно. На свадьбу-то пригласишь?

Позеленев от боли в ещё не успевшем толком зажить плече, с воплем:

― Убью! ― схватил первое, что попалось под руку, и не моя вина, что это оказалась обожаемая Командиром подзорная труба, швырнув её в рогатого идиота. К счастью, он с хохотом успел её поймать, потому что в этот момент из соседней палатки вылез недовольный Дарси и, увидев, чем мы играемся, взревел на всю округу:

― Придурки! Я Вас сейчас научу убирать руки от чужих вещей, вы у меня попляшете. Сволочи…

Схватив большую палку, разъярённый Командир помчался за нами вдогонку.

Я ещё успел увидеть, как заспанный Сан посмотрел нам вслед. Покачав головой, он позвал с собой обрадованного Селима и вернулся в палатку. А мы втроём продолжили давно ставшую привычной жизнерадостную «утреннюю разминку»…