— Попалась! — хрипло шипит мужчина почти над моим ухом.

Вздрагиваю. Он настиг меня. Бесшумно оказался рядом.

Дергаюсь в сторону в надежде убежать.

Но разве от верховного нага Ассашана убежишь?

На пустынной местности, среди песка, я у него как на ладони.

Огромный чешуйчатый хвост молниеносно обвивает мое тело, сдавливает, вырывая из груди протяжный стон и обездвиживает.

Я зависаю над землей, беспомощно мотая ногами.

— Пустите, — прошу, заглядывая в горящие глаза верховного.

Страх перед ним холодным лезвием режет по сознанию.

Смотрю на него и мне кажется, что сам бог войны вышел из преисподнии, чтобы мучать меня.

Волевые, идеальные и по мужски красивые черты. Твердая линия губ, на которых играет холодная ухмылка. Мощное рельефное тело словно высечено из камня. Золотисто-зеленые глаза, от взгляда которых пересыхает во рту. Светлая кожа и длинные, почти пепельные волосы.

Кайрос Дармир — верховный наг Ассашана.

Он совсем не похож на встреченных мною ранее мужчин. Он иноземец, захватчик, напавший на город.

От него веет подавляющей аурой и пахнет пьянящим тропическим зноем. Жесток, красив и опасен.

Но больше всего я боюсь его клыков.

Яд нагов способен лишить воли. Превратить девушку в послушную игрушку. Эта участь ужасна. Но это в том случае, если девушка окажется Зирой или Шадэ.

А вот меня ждет просто смерть.

Я попала в этот мир полгода назад. Меня похитили. Как неоднократно похищали девушек с разных планет, чтобы сделать их наложницами или удачно продать. Но я оказалась «бракованной» и совершенно бесполезной. Домой меня, разумеется, никто возвращать не собирался. Я стала обычной служанкой в доме торговца.

А теперь…

— Думала, убежать от меня? — верховный пристально заглядывает в мои глаза.

Он мягко касается рукой моего подбородка, поворачивает мою голову в одну сторону. Затем в другую. Проводит кончиками пальцев по моим губам, надавливает, заставляя их раскрыться.

В этот момент я не дышу. Только сердце стучит часто и громко, до звона в ушах.

Взгляд мужчины фокусируется на моих огненно-рыжих волосах. Зажав пальцами прядь, он задумчиво ее рассматривает.

— Пожалуйста, не трогайте меня. Я ничем не могу быть вам полезна. — жалобно пищу.

— Неужели? — уголок губ мужчины дергается в оскале. Хвост приходит в движение, притягивая меня ближе к нагу. — Думаю, ты врешь.

Он снова касается моего лица, проводит ладонью по лицу, будто успокаивая. Продолжая удерживать мой взгляд, убирает волосы с моего плеча, обнажая шею.

Я сжимаюсь от страха перед ним.

Обхватив мой затылок, верховный притягивает меня к себе и вкрадчиво произносит на ухо:

— Куда твой хозяин спрятал артефакт?

Горячее дыхание опаляет кожу, оставляя россыпь мурашек.

— Я…не знаю…, — отвечаю с придыханием. — Он никогда не посвящал меня в свои планы.

Да, я лгу. И верховный это знает. Чувствует. Я просто не могу иначе. Если этот монстр получит ключ — пострадают не только жители Алых земель.

Я обещала господину Тарусу. Обещала, что спрячу и сохраню артефакт. Он был со мной добр, забрал к себе, помог адаптироваться. Да, я была служанкой в его доме, но меня не обижали, дали кров и безопасность. Главное, Тарус дал мне надежду, что однажды поможет вернуться домой.

Всхлипываю. Верховный наклоняет мою голову на бок. Его горячие губы и кончик носа касаются кожи.

Языком он прочерчивает ощутимую дорожку на моей шее, задевая трепещущую венку. Меня пробивает дрожь.

— Лучше отдай мне то, что я хочу. По-хорошему, — вкрадчиво произносит он. — Или моим трофеем станешь ты. Мои развлечения тебе не понравятся.

— Н-нет…

Мощный хвост снова движется. На мгновение кажется, что он ослабляет хватку, но вдруг что-то протискивается между моих бедер, отодвигает краешек трусиков и находит самое чувствительное место.

Из легких вырывается стон. Я догадываюсь, что это кончик его хвоста. Мягкие чешуйки щекочут мою нежную плоть, упругий кончик обвивает и сжимается на бугорке.

Я вспыхиваю. Там, между ног, разливается горячая лава. Я никогда не испытывала ничего подобного.

«Бракованная» девственница — какое сильное разочарование для моих похитителей. Ведь меня могли очень дорого продать для развлечения какому-нибудь уважаемому нагу.

Теперь я в ловушке самого страшного из них.

Кончик хвоста плавно двигается, раздвигая складки и снова теребит чувствительную горошину.

У меня мутнеет в глазах. Дыхание учащается, пока тело плавится и слабеет.

Острые клыки касаются кожи и мгновенно приводят меня в чувства.

— Остановитесь! — жалобно вскрикиваю. — Вы…Вы убьете меня.

Верховный замирает, но я все еще чувствую острые как бритва клыки, готовые вот-вот прокусить мою шею.

Я сильно дрожу, ощущая приближающуюся смерть.

— Мое плечо…, — едва слышно произношу. Как же я надеюсь, что он поймет намек.

Верховный лениво отстраняется. Его ладонь опускается на мои ключицы и почти нежно скользит по коже. Затем он рывком тянет вниз лиф моего платья. Ткань с треском рвется, обнажая плечи и грудь.

Толкнув меня вперед, чтобы удобнее было рассмотреть знак «непригодной», наг шумно пропускает через легкие воздух.

— Какая жалость, — шипит он. Хватает меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Такая красивая игрушка и совсем не годится в наложницы.

Кому как. Лично для меня изначально этот факт был в радость. Развлекать безжалостных мерзавцев, или того хуже, стать безвольной куклой — у меня желания не было с самого начала.

— Убьете меня и вам тем более не узнать, где ключ, — в панике выговариваю, прежде чем успеваю прикусить кончик языка и замолчать.

На скулах мужчины дергаются желваки. Он наклоняет голову на бок. Медленно так, но я физически ощущаю как он него исходит угроза.

— Значит, ты все же знаешь, где артефакт, — не спрашивает, утверждает.

Сердце пропускает удар. Стискиваю до скрипа зубы.

— Нет! Не знаю!

Одно едва уловимое движение и мужчина больно сжимает мои волосы на затылке.

— Я заставлю тебя говорить, — шепчет со сталью в голосе мне в губы.

В этот момент кончик его хвоста проникает в мое лоно и меня пронизывает острая боль. Вскрикиваю. Со всей дури дергаюсь. На глазах наворачиваются слезы.

Верховный таранит меня хищным взором. Я так напряжена, даже не сразу понимаю, что он больше не мучает меня.

— Мерзавец! Ненавижу! — пытаюсь вырваться из тугой хватки. Слезы градом текут по щекам. Не столько от боли…она прошла, сколько от унижения и шока.

— Ты девственница? — верховный удивленно приподнимает бровь.

— Не твое дело, чудовище! Я ничего тебе не дам. Ну, давай, кусай. Убей! Ай…

Снова вскрикиваю. На этот раз мое плечо словно полоснуло раскаленной бритвой. В том самом месте, где меня отметили как непригодную.

— Больно, — роняю голову.

— Проклятье! — рычит верховный.

Я не сразу понимаю, что случилось. Только когда поднимаю на него глаза, вижу, как он отогнув ремень кожаного доспеха, изучает свой плечевой сустав.

Он медленно поворачивает голову в мою сторону.

Звериные глаза яростно сверкают.

Чувствую, как холод проникает в каждую клеточку моего тела.

Широкая ладонь опускается на мое плечо. Его пальцы обжигают кожу огнем.

Мужчина долго и жадно рассматривает что-то.

До меня вдруг доходит — у нас появились метки истинности.

Но это невозможно. Истинность у нагов может быть или с представительницами их расы, или с Шадэ — девушками, способными принимать яд и в будущем давать потомство.

Для нагов очень важно помечать ядом женщину, особенно во время зачатия.

Но я то не пригодна для этого. Смерть истинной может если не убить, то ослабить самого нага.

— Это какая-то ошибка, — совсем тихо шепчу я.

Мужчина вдруг резко дергает меня за волосы и я вскрикиваю. Он склоняется ко мне, дыханием опаляя лицо:

— Ты не представляешь, что тебя ждет, — его голос эхом разносится по пустынной местности. — Ты не годишься в наложницы. Это верно. Рисковать и проверять как мой яд подействует на тебя — у меня желания нет. Тоже верно. Но это не значит, что тебе повезло.

С этими словами он отпускает меня, его хвост резко разжимается и отползает. Я падаю на землю, дрожа всем телом. Трясущейся рукой пытаюсь восстановить разорванное платье и прикрыть обнаженную грудь.

Чувствую сильную слабость. У меня нет сил вскочить и попробовать бежать.

— Что ты собираешься делать? — поднимаю голову, смотрю на него снизу вверх. Верховный возвышается надо мной скалой, загораживая собой уходящее за горизонт солнце.

В качестве ответа на мой вопрос мужчина поднимает меня и забрасывает себе на плечо.

Мы возвращаемся к Мириду— недавно процветающему городу на юге свободных Алых земель. Ныне оккупированному и разрушенному мерзавцами из Ассашана.

Перед глазами сожженные руины дома Таруса. Мне страшно представить, что случилось с самим Тарусом.

В груди болезненно щемит, веки пощипывает от наворачивающихся слез.

Я снова оказалась в эпицентре кошмара.

В ушах звенит и дребезжит от шума голосов, приказов и стонов пленников. Краем глаза замечаю, как ассашанцы развлекаются с наложницами Таруса.

Одну из любимец торговца яростно таранят двое нагов, а она обессилено подрагивает между ними, закатив глаза. На теле девушки многочисленные укусы.

Прикрываю веки, чтобы больше этого не видеть, но картинка впечатывается в сознание.

Я понимаю, что мой кошмар только начинается.

— Стой здесь, — он ставит меня на ноги.

Дрожащие колени подводят и я теряю равновесие. Упала бы, если бы он меня не удержал за талию.

Вокруг меня хаус. Я ненавижу этого нага, но оставаться среди творящегося беспредела мне совсем не хочется.

— Подожди, — словно испугавшийся котенок, цепляюсь за каменное плечо мужчины, оставляя на гладкой коже красные разводы.

— Я сказал, стой здесь, — перехватил мой локоть и подтянув к себе, рычит мне в губы.

Верховный оборачивается, жестом подзывает к себе нескольких воинов-нагов.

— Отвечаете за нее. Следите, чтобы никуда не убежала, — командует Кайрос.

— Будет сделано, верховный, — учтиво опускает голову мощный, покрытый татуировками вояка. Он косо поглядывает на меня.

По губам Кайроса скользит ледяная едва уловимая ухмылка. В следующее мгновение он хватает мужчину за грудки, встряхивает как тряпичную куклу и рывком подтягивает к себе.

— К ней не прикасаться, ясно?

— Да, верховный.

Едва Кайрос отходит и его фигуру окутывает дым горящего дома, я по инерции отступаю на шаг. И мне тут же преграждает путь второй — огненно-рыжий наг.

— Ни с места!

Уставившись на него, фыркаю.

И неизвестно, что меня ждет дальше. Высматриваю верховного. В оседающем дыму и пепле вижу только скользящие силуэты, словно картонные декорации.

Внезапно мой взор упирается в темноволосого незнакомца. Он выходит прямо из столба поднятой с земли пыли.

Желтые глаза лениво скользят по окружающей обстановке, задерживаются на мне.

Замечаю, как он дергает уголком губ в оскале, обнажая клыки. Заметно длиннее, чем у остальных нагов.

Прикусываю губы, чувствуя, как обрывается дыхание.

Темные волосы, отливающие бронзой при попадании на них света. Золотистая кожа с узорами татуировок, по линиям которых будто расходится магическое мерцание. И такие же глаза, цвета расплавленного золота. Звериные, хищные, пронизывающие насквозь.

Сложно не заметить заостренные уши с сияющими чешуйками, тонкими полосками поднимающимися от линии бедер, где заканчивается хвост, по рельефному животу.

В панике и страхе прикрываю губы ладонью. Я знаю кто он, хоть никогда ранее его не видела.

На вольных землях о нем ходят легенды. Один из немногих известных чистокровных нагов, не считая дикарей из диких лесов. Зейнар — своенравный бастард бывшего верховного Ассашана. Он сводный брат Кайроса.

Плавные и неумолимо быстрые движения его хвоста и он мгновенно сокращает разделяющее нас расстояние.

Приставленные ко мне верховным наги преграждают путь, встав стеной. Правда, чувствуется, что мужчинам совсем не нравится выступать в роли щита перед Зейнаром. По их спинам и плечам скользит дрожь напряжения.

Зейнар насмешливо приподнимает бровь.

— Как интересно. И кого же мой брат приказал охранять? — цедит он хриплым тембром.

Его поза и движения расслаблены, но в них таится скрытая угроза. Чистокровные по слухам особенно сильны и как правило, владеют магией. В принципе, у верховных нагов нередки магические способности, но чистокровные считаются более одаренными.

— Нам приказано никого не подпускать к девушке, — отчитывается один из моих “охранников”.

— И мне как раз интересно, почему? — Зейнар наклоняет голову на бок, прожигая меня желтыми глазами, пока я пытаюсь спрятаться за мужчинами от ощутимого взгляда.

— Таков приказ. Мы не можем, — отзывается второй наг.

— Глупости, — выдыхает Зейнар, не отрывая от меня глаз. — Кайрос обычно не против поделиться добычей со мной, как и я с ним, — на его губах расцветает ироничная улыбка. — Но я и так не нуждаюсь в разрешениях, если новые игрушки брата вызывают у меня интерес.

— Верховный, мы просим…

Воин не успевает договорить. Зейнар резко поворачивает в его сторону голову и с мужчиной что-то происходит. Он хватается за горло и оседает на колени. Ему не хватает воздуха, он задыхается.

Во мне все немеет и покрывается льдом. Сильный и крепкий мужчина просто жадно и изнеможденно хватает ртом воздух, а затем просто без чувств падает лицом в землю.

Второй воин напряженно вздрагивает, но устояв на месте, опускает руку на рукоять сабли, готовясь к обороне.

— Моему брату давно пора привыкнуть, все что он пытается от меня спрятать — особенно будоражит мой интерес, — Зейнар все так же задумчиво изучает мою персону. И от этого взгляда меня бросает то в жар, то в холод. — Отойди, — приказывает он второму мужчине.

— Нет. — твердо отказывает второй.

В ответ Зейнар протяжно выдыхает и незадачливый мужчина тоже падает на колени, схватившись за горло.

Меня лихорадит от ужаса. Я пячусь спиной, пока Зейнар с любопытством за мной наблюдает.

— Куда ты, девочка? — насмешливо произносит он. — Ты же не хочешь, что бы еще кто-то из-за тебя пострадал? Моему брату все равно, но ты, как я вижу, склонна к сочувствию.

Этот монстр манипулирует мной. Заставляет замереть на месте, широко распахнув глаза.

Его мощный хвост медленно обвивает мои дрожащие ноги кольцами, самый кончик решительно скользит по ложбинке между грудей к шее, мягко упирается в подбородок, поднимая мою голову.

— Интересная игрушка, — Зейнар подается в мою сторону. Его привлекают мои волосы. Сжав между пальцами прядь, он заинтересованно рассматривает ее, наклоняется, втягивая воздух.

— Я тебе не подхожу, верховный Зейнар, — быстро выговариваю, собрав в себе остатки смелость.

— Знаешь, кто я? — Изогнув бровь, он ловит мой испуганный взгляд.

— Все знают. Слухи о бастарде бывшего верховного Ассашана доходят до свободных земель.

Ему не нравится то, что я упомянула его происхождение. Вижу по прищуренным желтым глазам, что не нравится.

— Ты дерзкая, — задумчиво констатирует Зейнар, кольца хвоста сильно сжимают мои ребра, выбивая из груди жалобный стон. — И ты иномирянка.

— Все верно. Я чужачка. А еще я бракованная, поэтому тебе не подхожу. Можешь оставить меня в покое, — произношу без остановок на одном выдохе.

— Даже так? — Зейнар продолжает играть с прядью моих волос. — Какая жалость. С такими волосами и такой мордашкой быть непригодной…И зачем же ты тогда понадобилась моему брату? Он предпочитает только самое лучшее, а не поломанный товар.

— Не твое дело, — гремит раскатом грома голос голос Кайроса.

С появлением верховного я чувствую одновременно облегчение и в тот же момент у меня словно земля уходит из под ног.

Зейнар прищуривает золотистые глаза. Он спокоен и кажется, даже повеселел с появлением верховного.

— Ну здравствуй, брат, — Зейнар медленно поворачивает голову на Кайроса. — А я как раз знакомлюсь с твоей новой игрушкой. Как, кстати, ее зовут?

— Не твое дело, — холодно чеканит верховный. — Отойди от нее.

Зейнар чуть заметно оскаливается. Его хвост неторопливо выпускает меня из своих объятий.

Я перевожу взгляд от одного мужчины к другому. Каждый из них внушает мне леденящий душу страх. Каждый олицетворяет разрушительную мощь. И от каждого из них стоит держаться подальше.

Ах, если бы я могла.

— Что ты тут делаешь? — Кайрос подтягивает меня к себе и заводит за спину.

— Проведать решил. Узнать, как продвигается твое дело по поиску артефакта, — невозмутимо отзывается Зейнар. — Зачем тебе бракованная девка?

— Это тоже не твое дело, — резко отвечает верховный.

По чертам Зейнара скользит странная эмоция. Меня буквально током бьет от его любопытного прощального взгляда, брошенного в мою сторону перед тем, как он исчезает в песчаном вихре.

— Как много загадок и так мало объяснений, — Зейнар внезапно подмигивает мне и мне становится не по себе.

Я надеюсь, что мне это показалось. Почудилось. Заинтересовать чистокровного нага в моем положении опасно, особенно такого как Зейнара Дармира.

Наги безжалостны и порочны. Им ничего не стоит убить, даже ради развлечения легко могут отнять чужую жизнь.

Тяжело вздохнув, поднимаю голову на Кайроса. Мы встречаемся взглядами и этот монстр вопросительно изгибает бровь.

— Он тебе понравился? — грубо и резко спрашивает, глядя мне в глаза.

К чему этот вопрос?

Я не понимаю.

С удивлением изучаю его реакцию, хочу понять, в чем подвох.

— Отвечай! — звучит спокойно, но с таким нажимом, что мне кажется, будто на мои плечи опустилась свинцовая плита.

— Нет. Я его боюсь. Как и Вас, уважаемый верховный.

Не знаю, к чему я вдруг решила проявить учтивость. Зато ответила честно как есть.

Кайрос какое-то время сверлит меня звериными глазами, затем холодеет в лице. Отворачивается, подав знак — следовать за ним.

Потупившись, молча плетусь за захватчиком. Спорить смысла нет. Надо будет — потащит меня за волосы и силой. Вообще наги, не смотря на свою жестокость, к женщинам относятся относительно сносно. Женщины — ценный ресурс, хоть и бесправны.

Правда, я для них бесполезна, если только как одноразовая игрушка. Но в случае с Кайросом — не стоит его злить и провоцировать. Он очень зол.

Еще бы. Приобрести истинную и совершенно не того формата.

И смешно и грустно.

Исподлобья поглядываю на широкую рельефную спину. От напряжения каждая линия идеально очерчена. Он почти бог.

Сильный, опасный, идеальный внешне. В его руках целая империя, если не считать его главного и единственного достойного соперника — Зейнара. А вот с истинностью не повезло.

Я его понимаю. К своему сожалению.

Невольно моя скромная персона стала его ахиллесовой пятой.

С другой стороны — извините, я не напрашивалась.

Оседающая пыль и гарь пробиваются в легкие. В горле першит и я захожусь в кашле.

Кайрос швыряет мне в руки флягу с водой. Ловлю скорее по случайности, меня чуть ей не забивает.

Жадно пью, пока не осушаю половину содержимого.

— Сегодня останемся здесь. Солнце садится, — верховный сообщает свое решение одному из главнокомандующих.

Давлюсь водой. Вскидываю на мужчину ошарашенный взгляд. Волевые черты освещает уходящее закатное зарево, делая их зловещими.

В свете последних лучей уходящего солнца и на фоне разрухи вызывает у меня ассоциации с верховным демоном из Ада.

Солнце почти скрылось и его решение понятно. Только от мысли задержаться в сожженом Мириде меня передергивает.

— Идем! — приказывает он. И вновь тоном, не терпящим оспаривания его воли.

Сглотнув сухой ком, я переступаю порог уцелевшего флигеля. Похоже именно здесь верховный планирует разместиться.

Во флигеле есть роскошные апартаменты для почетных гостей. Тарус любил быть щедрым. Какая ирония, что самым почетным гостем оказался тот, кто разрушил жизнь торговца.

Кайрос лениво осматривается, заглядывая в комнаты.

— Останешься здесь, — толкнув меня в спальню, он с грохотом закрывает дверь.

Так я снова остаюсь одна. Осматриваю уютные апартаменты, украшенные алыми шелками.

Первым делом задергиваю занавеску, прячась от вида за окном. К сожалению окна флигеля выходят на хозяйский дом.

В комнату проникает едва уловимый, но едкий запах гари.

— Арина…

От голоса Флави вздрагиваю. Она так бесшумно проникла в комнату.

Бедная Флави. Лицо и одежда измазаны пеплом, сама она выглядит изможденной и уставшей.

— Зачем ты здесь? — опускаю глаза на массивный кувшин в ее руках.

— Пришла прислуживать тебе.

— Что?

— Распоряжение нового хозяина, — грустно хмыкает она. Ранее Флави прислуживала Эсмиль, любимой наложнице, а теперь похоже ее приставили прислуживать мне.

— Тебе не обязательно это делать.

— Ага, и разгневать захватчиков? Будь они прокляты! — она зло плюет на пол.

— Что ж…

С выдохом отхожу к окну. Зачем? Не знаю. Там ассашанцы разбили лагерь и продолжают публично развлекаться с наложницами.

Отвратительно. Но при всей моей неприязни, я не могу оторвать взгляд от того, как эти мерзавцы совокупляются с женщинами. Под действием их яда девушки кажутся довольными и счастливыми.

Они берут их яростно, вколачиваясь во все отверстия, а наложницы продолжают громко стонать под их натиском. Так громко, что их голоса доносятся до меня.

Мускулы нагов блестят от света сфер, расставленных по периметру и последних лучей тускнеющего сонца. Блестят, бугрятся и переливаются от напряжения и похоти.

Одна из девушек неистово берет в рот огромный член мощного военачальника, видела его рядом с верховным. Она так страстно ласкает здоровый болт губами, стоя на четвереньках, пока хвост другого нага скользит между ее широко расставленных ног. С блаженством на лице девушка страстно двигает бедрами, трется промежностью о чешую.

Я смотрю на них, не в силах оторвать взгляд. Стыдно признать, но между моих бедер от отвратительного зрелища предательски потягивает, а дыхание учащается.

— Готово, — голос Флави выбивает меня из моих мыслей. Она натаскала мне воды и еще масла с мылом, чтобы привести тело в порядок и увлажнить кожу. — Дальше справишься?

— Думаю, да, — киваю, с тяжелым вздохом приближаясь к ванной, приятный горячий пар оседает на лице.

Прежде чем скинуть с себя одежду, жду, когда Флави уйдет.

Впрочем, она быстро возвращается, на этот раз с платьем.

— Позволила себе выбрать лучшее из гардероба Эсмиль, — сухо сообщает она. — Госпоже вряд ли понадобится. У нее теперь новый хозяин.

— Ясно. Мне жаль.

Флави дергает уголком губ, швыряет нежный шелк сливового цвета на кровать и тенью выскальзывает за дверь.

Одевшись, сажусь на край кровати. Раз верховный приказал меня искупать и переодеть, значит скоро меня ждет аудиенция.

Вопрос только, зачем?

Нервничаю. Кажется, что в голове тикают часы. Жду и…

Дверь со стуком распахивается. На этот раз на пороге стоит внушительного вида наг.

— Верховный ждет…

Он не договаривает, а я к его удивлению бойко встаю с постели.

Прохожу мимо, оборачиваюсь:

— И куда мне идти? Веди.

Поведя плечом, наг указывает дорогу. В общем-то, во флигеле я ориентируюсь хорошо и примерно догадываюсь даже без сопровождающего, куда заселился Кайрос.

Иду с видом человека, которому все безразлично.

В душе буквально бушует шторм. Я словно поднимаюсь на эшафот.

За новой дверью лучшей комнаты в алых шелках вижу его.

Кайрос, склонившись над чашей для умывания, небрежно плещет воду себе на лицо и могучие плечи.

Так же небрежно вытирается полотенцем и отбрасывает его в сторону.

Какая-то часть влаги остается на его коже и медленно стекает по рельефу мышц.

Страж уходит и мы остаемся в комнате наедине.

Сердце неспокойно бьется в груди, стараюсь дышать ровно, чтобы успокоить его темп.

— Истинная, значит, — он оборачивается, выпрямляется.

— Так вышло. Извини…— стою на месте, не даю себе отступить на шаг, хоть внутри чувствую волну паники.

— Подойди.

Вздрагиваю от короткого приказа, произнесенного хрипло-бархатным голосом.

Стискиваю со скипом зубы. Делаю шаг в его сторону.

Он наблюдает, наклонив голову набок. На широких выраженных скулах мужчины напрягаются желваки. Он растягивает губы в легкую хищную улыбку.

Смотрю прямо в его глаза и тону в этих омутах. Меня пронизывает остротой и вязким страхом, но я продолжаю смотреть.

Усмехнувшись, мужчина хватает меня за подбородок.

— Ты хочешь казаться смелой, но ты боишься, — констатирует он мягко.

— Что меня ждет?

Наверное из моих уст вопрос звучит глупо и наивно, но я должна знать и не могу не спросить.

— Зависит от тебя. Для начала, я хочу знать, что именно я приобрел, — взор мужчины задерживается на моих губах. Большим пальцем он надавливает на них, обводя линию. — Разденься.

От голоса Флави вздрагиваю. Она так бесшумно проникла в комнату.

Бедная Флави. Лицо и одежда измазаны пеплом, сама она выглядит изможденной и уставшей.

— Зачем ты здесь? — опускаю глаза на массивный кувшин в ее руках.

— Пришла прислуживать тебе.

— Что?

— Распоряжение нового хозяина, — грустно хмыкает она. Ранее Флави прислуживала Эсмиль, любимой наложнице, а теперь похоже ее приставили прислуживать мне.

— Тебе не обязательно это делать.

— Ага, и разгневать захватчиков? Будь они прокляты! — она зло плюет на пол.

— Что ж…

С выдохом отхожу к окну. Зачем? Не знаю. Там ассашанцы разбили лагерь и продолжают публично развлекаться с наложницами.

Отвратительно. Но при всей моей неприязни, я не могу оторвать взгляд от того, как эти мерзавцы совокупляются с женщинами. Под действием их яда девушки кажутся довольными и счастливыми.

Они берут их яростно, вколачиваясь во все отверстия, а наложницы продолжают громко стонать под их натиском. Так громко, что их голоса доносятся до меня.

Мускулы нагов блестят от света сфер, расставленных по периметру и последних лучей тускнеющего сонца. Блестят, бугрятся и переливаются от напряжения и похоти.

Одна из девушек неистово берет в рот огромный член мощного военачальника, видела его рядом с верховным. Она так страстно ласкает здоровый болт губами, стоя на четвереньках, пока хвост другого нага скользит между ее широко расставленных ног. С блаженством на лице девушка страстно двигает бедрами, трется промежностью о чешую.

Я смотрю на них, не в силах оторвать взгляд. Стыдно признать, но между моих бедер от отвратительного зрелища предательски потягивает, а дыхание учащается.

— Готово, — голос Флави выбивает меня из моих мыслей. Она натаскала мне воды и еще масла с мылом, чтобы привести тело в порядок и увлажнить кожу. — Дальше справишься?

— Думаю, да, — киваю, с тяжелым вздохом приближаясь к ванной, приятный горячий пар оседает на лице.

Прежде чем скинуть с себя одежду, жду, когда Флави уйдет.

Впрочем, она быстро возвращается, на этот раз с платьем.

— Позволила себе выбрать лучшее из гардероба Эсмиль, — сухо сообщает она. — Госпоже вряд ли понадобится. У нее теперь новый хозяин.

— Ясно. Мне жаль.

Флави дергает уголком губ, швыряет нежный шелк сливового цвета на кровать и тенью выскальзывает за дверь.

Одевшись, сажусь на край кровати. Раз верховный приказал меня искупать и переодеть, значит скоро меня ждет аудиенция.

Вопрос только, зачем?

Нервничаю. Кажется, что в голове тикают часы. Жду и…

Дверь со стуком распахивается. На этот раз на пороге стоит внушительного вида наг.

— Верховный ждет…

Он не договаривает, а я к его удивлению бойко встаю с постели.

Прохожу мимо, оборачиваюсь:

— И куда мне идти? Веди.

Поведя плечом, наг указывает дорогу. В общем-то, во флигеле я ориентируюсь хорошо и примерно догадываюсь даже без сопровождающего, куда заселился Кайрос.

Иду с видом человека, которому все безразлично.

В душе буквально бушует шторм. Я словно поднимаюсь на эшафот.

За новой дверью лучшей комнаты в алых шелках вижу его.

Кайрос, склонившись над чашей для умывания, небрежно плещет воду себе на лицо и могучие плечи.

Так же небрежно вытирается полотенцем и отбрасывает его в сторону.

Какая-то часть влаги остается на его коже и медленно стекает по рельефу мышц.

Страж уходит и мы остаемся в комнате наедине.

Сердце неспокойно бьется в груди, стараюсь дышать ровно, чтобы успокоить его темп.

— Истинная, значит, — он оборачивается, выпрямляется.

— Так вышло. Извини…— стою на месте, не даю себе отступить на шаг, хоть внутри чувствую волну паники.

— Подойди.

Вздрагиваю от короткого приказа, произнесенного хрипло-бархатным голосом.

Стискиваю со скипом зубы. Делаю шаг в его сторону.

Он наблюдает, наклонив голову набок. На широких выраженных скулах мужчины напрягаются желваки. Он растягивает губы в легкую хищную улыбку.

Смотрю прямо в его глаза и тону в этих омутах. Меня пронизывает остротой и вязким страхом, но я продолжаю смотреть.

Усмехнувшись, мужчина хватает меня за подбородок.

— Ты хочешь казаться смелой, но ты боишься, — констатирует он мягко.

— Что меня ждет?

Наверное из моих уст вопрос звучит глупо и наивно, но я должна знать и не могу не спросить.

— Зависит от тебя. Для начала, я хочу знать, что именно я приобрел, — взор мужчины задерживается на моих губах. Большим пальцем он надавливает на них, обводя линию. — Разденься.

Ошарашенно округляю глаза, смотрю на него испуганным кроликом.

— Ты плохо расслышала?

— Вы вряд ли увидете что-то новое, — морщу носик, но снова сталкиваюсь с его глазами и по телу проходит волна дрожи.

— Любишь быть непокорной?

Молчу. По коже бежит холодок с колючими мурашками. Лицо при этом сильно печет от стыда и ощущения загнанности. Я в его ловушке.

Мужчина сверлит меня ощутимым взглядом, от которого жжет нутро.

И все же я позволяю себе сопротивляться его воле.

— Не хочешь? — срываемся с его губ.

Мотаю головой. Нервы натягиваются струной и дребезжат.

Он коротко кивает и в следующую секунду мужские ладони опускаются на мои плечи. Словно просто хотят погладить, но затем…

Ткань трещит по швам, оставляя на коже красные отметины.

Я сильно вздрагиваю. Всхлипываю. Онемев замираю.

По обнаженной коже расходятся колючие мурашки. Верховный нагло рассматривает меня и там, куда падает его взгляд — печет кожный покров.

Подняв руку, он поддевает большим пальцем мой сосочек, тело пробивает токовым разрядом. Чувствительная горошинка твердеет.

Неторопливым, фактически ленивым шагом он обходит меня, продолжая исследовать.

Дыхание сбивается. Облизываю пересохшие губы.

Шершавые пальцы обводят метку истинности на моем плече. Узор отзывается тепло, особенно когда Кайрос надавливает на него.

А затем костяшками пальцев ведет вниз по спине к пояснице. Широкая ладонь раскрывается, оказавшись у меня на попе.

Сердце сильным ударом бьет по ребрам.

Замерев, боюсь пошевелиться. Все во мне протестует, пока его пальцы ощутимо сжимаются на моих ягодицах.

— Наклонись.

Снова слышу очередной приказ и забываю как дышать.

— Наклонись и раздвинь ноги, — низкий голос мужчины действует на меня как медленный яд. Вначале вызывает онемение конечностей, а затем необъяснимую слабость.

К своему шоку — подчиняюсь. Опустив руки к коленям, я наклоняюсь. Щеки пылают огнем от стыда. В какой-то степени мне даже смешно от того, как я наверное нелепо выгляжу со стороны.

Рука верховного скользит между половинками, до самого сокровенного. Он ласкает чувствительные складки, дразнит и разводит их в стороны. Шероховатые подушечки пальцев обводят дырочку, плавно проникая в нее.

Прикусываю губы. Между ног разливается жар. Чувствую, как промежность наливается соками и увлажняется.

Верховный находит нежный бугорок, теребит, надавливает. Он так умело ласкает меня, возвращаясь к пульсирующей дырочке, затем снова к возбужденному клитору. Дразнит, размазывая мои соки. Его пальцы легко скользят по моей промежности, находя самые чувствительные точки.

Тело изнывает. Колени подрагивают.

Я с трудом сдерживаю стоны. Сознание мутнеет и я как в дурмане, принимаю то, что он со мной делает.

Ненавижу его, проклинаю, хочу сопротивляться, но ничего не входит. Тело предает.

Теряюсь в ощущениях… Они сладкие, сводящие с ума и полностью лишающие воли.

Верховный умело доводит меня до такого состояния, что я не замечаю, как сама послушно расставляю ноги шире, прогибаюсь в пояснице.

Яростно облизываю и кусаю губы.

Клитор от постоянного трения готов взорваться. Пальцы Кайроса снова и снова погружаются в меня. Возвращается к бугорку, теребит и обводит по кругу и затем опять проникает в дырочку.

Между ног невыносимо влажно и горячо. Нарастающее давление вот-вот приблизит меня к пику и я машинально начинаю двигать попкой, насаживаясь на его пальцы.

Еще немного…

Мне стыдно. Безумно стыдно. И в тот же момент дико хорошо.

Словно все чувства исчезли и осталось только это нарастающее ощущение удовольствия.

Очередное глубокое проникновение и с моих губ вырывается жалобный стон. Он давит большим пальцем на клитор и меня лихорадит от предвкушения.

Внезапно он останавливается. С усмешкой погружает ладонь мне на волосы и рывком тянет на себя.

Я падаю спиной на каменную грудь мужчины.

Внизу живота закручивается болезненный узел. Между бедер неудовлетворенно тянет и там ужасно мокро.

Верховный наклоняется к моему ушку.

— Ты так сладко стонешь, — глубокий низкий голос мужчины пробивается в сознание и с моих глаз спадает пелена.

Дергаюсь в попытке отстраниться от него, а верховный только сильнее стягивает мои волосы, наматывая на кулак.

— Не так быстро, истинная. — он опаляет горячим дыханием мою щеку, оставив не ней горький поцелуй. — Ты хоть и бракованная, но вполне сгодишься.

Что? О чем он?

Страх ждет и парализует. Он же не собирается…

— На колени.

— А? — я совсем ничего не понимаю. Голова плохо соображает.

Верховный не дает мне время на раздумья. И не тратит время на разъяснения.

Надавливает мне на плечо. Я теряю равновесие, оседаю на пол, больно ударившись коленями о каменную поверхность.

— Так лучше, — холодно цедит он. Тянет за ремень, расстегивая пряжку.

Заворожено смотрю на его огромный ствол, который он достал из штанов. Мощная плоть с проступающими венами. Я слабо себе представляю, как член таких размеров вообще может поместиться в девушку, тем более в рот.

Судорожно сглатываю, заливаюсь краской.

— Возьми его в рот, — приказывает верховный.

Бархатная налитая кровью головка оказывается напротив моих ошарашено приоткрытых губ. Кончика носа касается легкий мускусный запах.

Боже, что же мне делать?

Не в силах оторвать взгляд от мощной плоти я хочу возразить…хочу. Не могу. Внутри все замирает и немеет.

Наг не церемонится со мной. Опускает ладонь на затылок и надавливает.

От прикосновения твердой головки губы обжигает раскаленным железом.

Мощный ствол толкается в мой рот. Я едва успеваю достаточно расслабить челюсть.

Безумно непривычные и шокирующие ощущения. Его член заполняет меня полностью, а ведь он даже не вошел наполовину.

Верховный сжимает мой подбородок, заставляя запрокинуть голову, входя глубже.

Уголки губ болезненно растягиваются. Глаза щиплет от навернувшихся слез. Соленая влага дорожками катится по щекам.

— Не делай, словно для тебя это впервые, — хрипло рычит мужчина.

Мычу, задыхаясь от ощущений и нехватки воздуха.

Нет, не делала.

— Не притворяйся, — Кайрос облокачивается локтем на колонну, пока другой рукой заставляет меня принять его здоровый член. Его мышцы бугрятся от напряжения. Сильный кадык ходит ходуном. — Я знаю работорговцев. Не имея возможности попробовать тебя, они использовали твой рот. Сколько членов ты пробовала?

Что?

От слов верховного меня ошпаривает кипятком. Передергивает и я буквально давлюсь.

На мое счастье, он вытаскивает свой болт. Кашляю, опустив голову. Ногтями царапаю холодный мраморный пол.

Губы саднит и припекает. Все тело трясет, я никак не могу взять себя в руки и собраться. Преодолеть испытываемый мной шок.

Верховный опускается рядом со мной на корточки.

Снова сжимает пальцами мой подбородок.

— Посмотри на меня, — холодно приказывает он. В его голосе все же чувствуется нечто сдавленное и тяжелое.

Подняв на него взор, на мгновение растворяюсь в том мраке, что отражают его глаза. Испепеляющая и порочная тьма, от которой хочется сбежать и…в тот же момент от мужчины тянет чем-то непреодолимым, вызывающим в моем теле слабость и жаркую волну.

— Ты делала это раньше? — неожиданно спрашивает.

Неужели? Ему вдруг стало интересно?

— Нет, — растерянно мотаю головой. Его по мужски красивое лицо расплывается перед глазами из-за пелены слез.

— Почему?

— Странный вопрос…

— Отвечай.

— Тарус, торговец и мой хозяин…

— Бывший хозяин, — напоминает верховный. Чтобы я не сомневалась, он ощутимее сжимает мой подбородок, большим пальцем надавливает на уголок губ.

— Да…да…я помню, — обреченно соглашаюсь. — Тарус просто не хотел так со мной поступать. Он взял меня к себе сразу, как только я получила метку бракованной. Я тогда ничего не понимала и просто была напугана. Тарус не использовал меня так…

Я замолкаю. Понимаю, что пока я говорила, верховный внимательно слушал, пристально всматриваясь в мое лицо.

В потемневших глазах мужчины отражается странная, непонятная мне эмоция. Неужели понимание? Или ему стало меня жаль?

Да не может этого быть! Этот мерзавец не способен на сочувствие или переживания.

— Ты моя истинная и между нами должна быть близость, — его взгляд глаза в глаза, хрипловатая вибрация тембра в голосе действуют на меня странно.

Я словно напуганный котенок, смотрю на него и зачем-то киваю. По телу расходится приятная и одновременно пугающая меня дрожь.

— Так будет, пока я не решу иначе, — срывается с его уст вердикт.

— А…что потом? Что меня ждет?

— Не задавай вопросов, на которые у меня нет ответа, — верховный стискивает зубы.

На удивление нежно мужчина поглаживает мой подбородок и шею, обводя шероховатыми подушечками пальцев венки.

Атмосфера в комнате разряжается, становится интимной, жаркой.

— Расслабь челюсть, — мягко приказывает он.

Мужчина поднимается на ноги. Возбужденный член снова прикасается к моим губам.

Лицо пылает от стыда. Я поднимаю на мужчину глаза. Какой же он огромный. Его тело как каменное изваяние. Идеальные линии рельефа, подрагивающие кубики пресса и бугры на руках.

И то, как он смотрит на меня….этот взгляд, он будто буравит меня насквозь.

Во рту непроизвольно выделяется слюна. По инерции сглатываю и приоткрываю губы, впуская налитый кровью ствол.

Языком чувствую каждую вену. Осторожно облизываю бархатную головку.

На скулах мужчины напрягаются желваки. Он вновь облокачивается локтем на колонну. Его дыхание тяжелое и ровное. Он смотрит на меня. На то, как я принимаю его член. Как провожу по основанию кончиками пальцев. И на то, как на поверхности остается влажный след, когда я чуть отстраняюсь.

— Сожми губы, — требует он.

Я догадываюсь, что он имеет в виду. Выпуская огромного монстра, который даже не помещается у меня во рту, надо сжимать губы. Ему так приятнее.

И когда я делаю то, что он хочет — глаза мужчины заполняет дурман. Он чуть откидывает голову назад. Я невольно засматриваюсь на линию его подбородка.

Он наматывает мои волосы на кулак и начинает двигать моей головой, выбирая удобный для него темп.

Постепенно член входит глубже, немного задевая небо. Ужасно непривычные ощущения, но я к своему удивлению быстро привыкаю и подстраиваюсь.

— Дыши, — хрипло шепчет он, глубже насаживая меня на себя.

Кажется, я уже принимаю его до основания. Неожиданно для себя чувствую, как между ног растет напряжение.

Странный жар распространяется по моим венам лавой. Что это? Истинность или я действительно ловлю удовольствие от всего происходящего?

Меня охватывает сильное возбуждение. Верховный ускоряет темп, жестче вколачиваясь в меня. Промежность пульсирует и увлажняется.

Опускаю ресницы, вокруг меня что-то меняется. Я не нахожу в себе силы понять изменения. Сознание плывет, образуя в голове пустоту.

Нечто скользит между моих чуть разведенных ног, пробираясь по внутренней поверхности бедра к лону.

Одно прикосновение и меня будто бьет током. А затем тело охватывает сладкая истома.

Верховный удерживает мою голову, сжимая волосы в кулаке. Он не дает мне отодвинуться или остановиться, пока по упругий хвост, раздвигая складочки, обвивает горошину клитора.

Это какое-то безумие! Я схожу с ума. Шероховатые чешуйки скользят по влажной промежности, создавая невероятные ощущения.

Кажется, что внизу у меня все горит от возбуждения и вот-вот взорвется.

Я двигаю бедрами, продолжая ласкать губами член верховного. Задыхаюсь, с трудом дышу.

Каждая чувствительная точка охвачена огнем. Колени так сильно дрожат, с трудом удерживая меня.

Кончик хвоста извиваясь щекочет возбужденный клитор, ударяет по нему, сжимает.

Мыча я выгибаюсь дугой. Член верховного входит особенно глубоко, заполняя меня полностью.

В этот момент конец хвоста проникает в мое пульсирующее лоно.

Не глубоко, скорее немного расширяет дырочку.

Но тело реагирует судорогой. Я больше не могу. Я словно сижу на вибрирующем вулкане и между бедер все нетерпеливо сводит.

Окончательно теряю себя. Перестаю контролировать и поддаюсь безумному пороку.

Жадно облизываю головку и трусь промежностью о мокрую из-за смазки чешую и насаживаюсь на упругий кончик.

Я уже не понимаю, что творю. Это грязно, порочно, но…мне все равно.

Напряжение между ног достигает своего пика.

Хвост извиваясь обхватывает горошину клитора и так сильно ее сжимает, что у меня искры сыплются из глаз.

Тело пронизывает мощный спазм удовольствия.

Я бьюсь в конвульсиях, продолжая постыдно сосать плоть верховного.

Член мужчины содрогается и внезапно мне в горло бьет поток горячей жидкости.

Ахнув от неожиданности, я рывком отстраняюсь. К счастью, он больше не держит мои волосы.

То, от чего я едва не захлебываюсь, стекает по моим губам и подбородку.

Испуганно поднимаю голову на мужчину. Жидкость на устах быстро высыхает, обретая липкость. Стираю ее остатки. Во рту стоит терпкий солоноватый привкус.

Верховный склоняется надо мной. Широкая ладонь сжимает мое дрожащее плечо там, где расположилась метка.

Я не понимаю его эмоций. Мне на мгновение кажется, что его лицо вообще ничего не выражает. Только частое и неровное дыхание выдает напряжение, смешанное с раздражением.

Он произносит короткую фразу. Что именно, не различаю. Или она на незнакомом мне языке или мой разум просто пока не готов принимать информацию.

Странно, но я неожиданно для себя тянусь к нему. Слабость и необъяснимое желание получить защиту и утешение толкают меня обвить руками сильные плечи. Я поддаюсь этому желанию.

Но вдруг он вплетает пальцы в мои волосы и рывком отталкивает от себя.

— Что ты делаешь? — дымка в его глазах рассеивается, быстро сменяясь на обжигающие искры.

— Я…

Слова гаснут. Щеки полыхают от стыда и собственной слабости.

— Уходи.

Он разжимает руку, оттолкнув меня.

Замираю. Наблюдая за тем, как он повернувшись ко мне спиной, удаляется.

Я не вижу его лица. Зато чувствую тяжелую ауру, исходящую от мужчины.

Верховный подходит к столу. Плеснув в кубок содержимое графина, залпом выпивает.

Облокачивается кулаками на стол, опустив голову. Рельефная спина напряжена до жути. Будто он сейчас готов кого-то убить.

— Ты не слышала меня? — не оборачиваясь, хрипло чеканит он. — Уходи. Живо. Или я вышвырну тебя за волосы!

Шевельнув онемевшими губами, я понимаю — он не шутит.

Я не жду когда верховный повторит еще раз.

Меня передергивает от чувства личного унижения и обиды. Против воли веки жжет от непрошенных слез.

Стискиваю зубы, чтобы не дать себе разрыдаться. Вскрикиваю на ноги. Тело все еще трясет от пережитого оргазма, но в душе разливается кислота.

Схватив остатки одежды, кое как пытаясь прикрыться. Украдкой поглядываю на него.

Напряжен. Кажется что он сейчас придавит и сломает колодками столешницу. Массивный хворост раздраженно дергается и собирается, будто для удара.

Как только оказываюсь за пределами комнаты, нечто за дверью с грохотом бьется.

Боже…

Всхлипнув, зажмуриваюсь.

Между ног мокро и это причиняет комфорт. Хочется добраться до воды и помыться. Просто смыть с себя следы его прикосновений и своего возбуждения.

С трудом пропускаю через легкие воздух, бегу в свою комнату. Чтобы там спрятаться за дверью. Сама натаскивать себе воды, мне не привыкать и забравшись в ванную яростно тру себя мочалкой. Параллельно надеясь стереть проклятую метку.

Если бы не она…

Старательно пытаясь избавиться от отметины истинности, я не сразу замечаю, что в комнате не одна.

Обнаженную спину припекает от чужого взгляда. Такого пристального, постепенно прожигающего, что я невольно вздрагиваю.

Звонкое посвистывание сопровождается надменной усмешкой:

— Вот оно в чем дело. Истинная, значит.

Вскрикнув от неожиданности, резко разворачиваюсь, вода выплескивается через край ванны. Мое сердце пропускает удар, когда я сталкиваюсь взглядом с Зейнаром. Его золотистые глаза, опасные и завораживающие, сверкают как у хищника, нашедшего свою добычу.

Лихорадочно пытаюсь скрыть свою наготу, плеская на себя пену и пытаясь уйти под воду. Горячие волны обжигают кожу, но это ничто по сравнению с жаром его взгляда, который, кажется, прожигает меня насквозь. Трясущимися руками я прикрываю грудь, но от его пристального внимания не скрыться.

— Ты что здесь делаешь? — пытаюсь придать уверенности дрожащему голосу.

Зейнар, не отводя взгляда, делает шаг ближе. Его хищная улыбка становится шире.

— Просто решил узнать, что за особенность привлекла моего брата, — отвечает он, голос наполняется коварством. — Истинная для Кайроса? Это действительно любопытно.

Моя кожа покрывается мурашками от его слов. Я чувствую, как он пристально разглядывает меня, будто ищет ответы на свои скрытые вопросы.

Знаю, что метку он уже точно успел рассмотреть во всем деталях.

Я прикрываюсь руками, но его глаза уже видели слишком много.

— Уходи, — требую, продолжая прикрываться руками.

— Боишься? — его усмешка обретает еще более издевательский окрас. — Или надеешься, что я буду более мягким, чем Кайрос?

Упоминания Кайроса и то, как он грубо выпроводил меня, полосят по сознанию острой бритвой и душа превращается в клочья.

— Я не боюсь тебя, — бросаю в ответ, хотя сердце бешено колотится в груди.

Зейнар сверкнув глазами, приближается. Одно мгновение и он уже склоняется надо мной, опустив локти на бортик.

Чувствую, как на моей щеке оседает его горячее дыхание.

— Ты даже не представляешь, на что я способен, — шепчет он, а голос скользит по моей коже как шелк. — И что я готов сделать, чтобы получить то, что мне нужно.

Он поднимает руку и скользит шероховатыми подушечками пальцев по моему плечу.

От легкого, почти невесомого прикосновения на коже остается огненный след, вызывая ощутимое волнение в моем теле.

— Что тебе нужно? — едва слышно шепчу, не в силах отвести взгляд от его гипнотических глаз.

— Твоя преданность, — его голос становится еще более низким и глубоким. — И, возможно, нечто большее.

Его слова проникают глубоко в мое сознание, вызывая трепет и желание.

Хочется похлопать себя по щекам, чтобы привести в чувства и избавиться от этого наваждения.

— Ты не сможешь сопротивляться, — шепчет он, сокращая расстояние. Его губы почти касаются моих. — Потому что ты принадлежишь не только ему, но и мне.

Со мной происходит что-то необъяснимое. Дыхание учащается, сердце ускоряет бег. Тело охватывает приятная слабость, делая его ватным и покорным.

Желание и страх смешиваются в один мощный поток, затмевая разум. Губы Зейнара находят мои. Раскрывают, обжигая с первого прикосновения.

Мужчина углубляет поцелуй, соприкасаясь своим языком с моим.

Теряюсь в этом горячем поцелуе, забывая обо всем на свете.

На мгновение кажется, что время остановилось, и есть только мы двое — Зейнар и я, связанные неведомой силой.

Его губы настойчивы, требовательны и я чувствую, как сердце готово вырваться из груди.

Внезапно Зейнар прерывает поцелуй. Заглянув мне в глаза, усмехается:

— Видишь? Ты уже моя.

Я пытаюсь оттолкнуть его, но мои руки слабы, словно парализованы его прикосновениями.

Он перехватывает мои запястья и уверенно отводит их в стороны, фиксируя их над моей головой.

Дергаюсь, пытаясь вырваться из железной хватки. Бесполезно. Я бессильна перед ним.

— Что ты хочешь от меня? — спрашиваю, дрожа от страха и возбуждения.

— Хочу узнать, что делает тебя такой особенной, — его голос становится более тихим, интимным.

Особенной? О чем он?

Чутье подсказывает, что Зейнар имеет в виду не мою истинность с его братом, а нечто еще. То, что мне не ведомо.

Это глупости и мои доводы.

Но я все же с недоумением уточняю.

— Разве я особенная? Я бракованная и ты это знаешь.

Зейнар прищуривается. Игнорирует мой вопрос.

— И хочу, чтобы ты поняла: у тебя есть выбор.

— Какой выбор? — спрашиваю, чувствуя, как его слова пробуждают во мне что-то новое, незнакомое.

— Ты можешь остаться с Кайросом и быть его трофеем, — Зейнар нежно касается моей щеки, — или ты можешь выбрать меня. Принадлежать мне для тебя куда интереснее.

Его пальцы снова скользят по моей коже, пробуждая во мне жаркую волну.

Мужчина проводит губами по моей скуле вниз к подбородку. По коже разбегаются будоражащие мурашки. Опускаю ресницы, а за закрытыми веками вспыхивают новые и новые искры.

Я теряюсь от его горячего дыхания и чувствую себя так, будто стою на грани.

— Почему ты предлагаешь мне это? — спрашиваю, едва сдерживая себя от нового приступа паники смешанного с волной удовольствия.

— Потому что ты не такая, как другие, — шепчет он, его губы снова приближаются к моим. — Ты создана для меня.

Его слова проникают глубоко в мое сердце, вызывая смесь страха и желания. Он снова целует меня. Теперь его поцелуй более грубый, властный.

Он подтягивает меня ближе и я утопаю в его объятиях. Наши тела соприкасаются. На мгновение возникает чувство, что между нами разгорается пламя.

— Каково будет твое решение? — настойчиво интересуется он, не выпуская меня из своих объятий.

— У меня есть шанс отказаться? — шепчу с придыханием, опустив ресницы. От близости этого мужчины я схожу с ума, плавлюсь, теряя себя.

— Нет, — усмехается он мне в губы.

— Зачем тогда предлагать?

— Потому что я не люблю заставлять, но ты должна понимать — я всегда получаю то, что хочу.

Его слова оставляют меня в замешательстве. Приоткрываю ресницы и растворяюсь в золоте его глаз. Во мне борются две противоположности.

С одной стороны — я хочу сопротивляться. Дать отпор и не поддаться странным чувствам.

С другой — меня охватывает желание, жжет огнем и я ничего не могу с собой поделать.

Метаюсь между смятением и разгоряченными эмоциями. Между страхом и притяжением, которое вызывает Зейнар.

— Я… — начинаю, но он кладет палец на мои губы, заставляя замолчать.

— Ты моя, — мягко, но настойчиво говорит он. — И будешь делать то, что я скажу. Это будет честная сделка. И она намного лучше, чем то, что тебе предложит мой брат.

Зейнар закидывает мои руки себе на плечи, вытаскивает и вскоре я оказываюсь в постели.

Испуганно приподнимаюсь на локтях. Неужели он собирается взять меня?!

Нет!

Это уже слишком!

Те эмоции, что я испытывала секунду назад, улетучиваются как по щелчку.

Зейнар, считав мой страх, хищно улыбается.

Кажется, у меня двоится перед глазами. По его мощной фигуре расходится рябь и легкое золотистое свечение.

Татуировки на рельефных плечах вспыхивают огнем. Ахаю. Мне не кажется…

Одно мгновение и Зейнара действительно поглощает свет, а за тем передо мной стоят уже трое мужчин.

Все как идентичные близнецы.

Ошарашенно тру глаза и не верю. Каждый из них — точная копия нага. Иллюзия безупречна.

— Удивлена? — в один голос спрашивают копии Зейнара?

Похоже я теряю дар речи от увиденного. Тянусь кончиками пальцев к тому нагу, что справа. Безумно хочу проверить — настоящий он или нет.

Мужчина усмехается, перехватывает мою руку. На коже оседает горячее дыхание, а затем пальчики обжигает его протяжный поцелуй.

Всё так реально. Ощущение совсем не кажется иллюзией или обманом. Меня касается именно мужчина, живой и настоящий.

Ну разве это возможно?

Неужели чистокровные наги способны владеть такой магией?

Не успеваю я опомниться, как меня толкают на кровать. Я снова утопаю в мягкой постели и мужчина нависает надо мной. К нему присоединяется еще двое.

Боже, кто из них настоящий Зейнар?

Я ничего не понимаю,но тяжесть их тел заставляет меня мгновенно забыть обо всём.

По моим обнаженным бедрам скользят их горячие руки. Пока один из них захватывает в плен мои губы в чувственном, стирающем все грани поцелуе.

Другой припадает к моей груди. Обхватывает губами сосочек, бьет по нему языком, посасывает и с моих уст срывается протяжный стон.

Чувства стеснения и стыда молниеносно покидают меня, сознание превращается в вату и я могу думать только о том, как мужчина терзает горошину моего соска, заставляя тело трепетать от вожделения.

Я захлебываюсь в этой странной и безумной иллюзии. Кто-то из них раздвигает мои ноги. Раздвоенный язык скользит между влажных складок и я выгибаюсь дугой. Тело словно пронизывает сладким током.

Порочная ласка становится невыносимой. Мужские губы поглощают мои стоны, пока мою промежность яростно терзают чужие уста.

Захлебываюсь в этом безумстве, сосочки становятся настолько невыносимо чувствительными, что каждое покусывание, поцелуй и просто оседающее на них дыхание — вызывают в моем теле чувственную лихорадку.

А там внизу, между моих разведенных бедер, все сводит от сладостного напряжения. Наг находит выступающий бугорок и захватывает его губами.

Просто невероятные ощущения. Понизу живота разливается огненная лава, Налитый соками клитор разбухает и пульсирует.

Мужчина не останавливается. Он то ускоряет темп, то наоборот, замедляется. Постукивает, щекочет, теребит. Медленно, быстро, нежно, яростно. Надавливает, обводит по кругу, обхватывает и втягивает в рот.

Я схожу с ума, шевелю онемевшими губами, тело напряжено до предела, влажное лоно пульсирует, бедра дрожат от нетерпения.

Кажется, еще немного и я взорвусь.

Возбуждение достигает такого пика, что когда мужчина проникает в мою дырочку пальцами, снова втягивая горошину клитора в рот, я вся сжимаюсь от надвигающегося мощного оргазма.

В последней попытке остановить сильное ощущение, рвущееся наружу, я максимально пытаюсь свести колени, но мужчина удерживает их, продолжая ласкать меня языком и проникать в меня пальцем.

Он надавливает на какую-то точку внутри моего лона и то, что начинает происходить с моим телом, совершенно невозможно объяснить.

Через меня словно проходит сильный разряд тока. Тело трясет и лихорадит, до стука зубов.

В это время двое других нагов жадно терзают мои соски, которые от постоянного трения неистово зудят и пульсируют.

Из легких вырывается мощный стон. Чувствую, как с волной оргазма из меня выливаются соки, образуя под попой лужицу. Массивная ладонь опускается на мои губы, гася мои крики.

Меня трясет как под сильным электрическим напряжением. Лежу с разведенными ногами, продолжая вжиматься в мягкую постель.

Я жадно хватаю ртом воздух и не могу насытиться.

Окружающий мир кажется абстрактным, а комната расплывается перед глазами. Зажмурившись, все еще ловлю за закрытыми веками солнечных зайчиков.

Ну все же сознание начинает возвращаться и приходит понимание того, что сейчас произошло. А вместе с ним меня охватывает такой стыд, что я хочу спрятаться под кровать и сбежать от наглых глаз, продолжающих бесстыдно меня рассматривать.

— Вот видишь, ты уже принадлежишь мне, — звенящим тяжелым эхом голос Зейнара заставляет меня вздрогнуть и широко распахнуть веки.

Я снова вижу золотистое сияние. Только на этот раз оно окутывает и соединяет трех мужчин в одного.

— Ты будешь слушаться меня, — шепчет, проводя пальцами по моему лицу. —

Слёзы наворачиваются на глаза, но я стараюсь сдержаться. Зейнар склоняется ко мне, губами чувственно касается моего уха.

— Не стоит меня бояться, — мягко шепчет, а меня словно раскаленным прутом бьют, — Подумай над этим. У тебя есть время до завтра. Помни, я не шучу.

Зейнар выходит из комнаты, оставляя меня в полной растерянности. Я опускаюсь на пол, слезы текут по щекам. В голове крутится одно — как выбраться из этого кошмара? Но где-то глубоко внутри я чувствую странное притяжение к Зейнару, которое пугает меня еще больше.

Другой вопрос — совершенно не понимаю, чем я могу быть ему полезна. Ведь у меня ничего нет, кроме артефакта.

Мое утро начинается с того, что меня приводят к верховному.

Точнее, буквально швыряют ему под ноги, пока он с хищным оскалом восседает на широком кресле за столом.

Кресло достаточно хорошо отодвинуто и развернуто, чтобы я могла рассмотреть фигуру Кайроса.

Расслабленная поза, широко расставленные сильные ноги. Локоть опущен на массивный подлокотник. В одной руке он держит кубок, другой подпирает волевой подбородок.

Пронизывающий взгляд скользит по моим чертам. Разумеется, никакой приветливости он на моем лице не находит. Только недовольство и ненависть в глазах.

Считав их, мужчина хмурится:

— Не рада меня видеть?

— Ну что вы, я просто в восторге от одного вашего присутствия, — поднимаюсь на ноги, отряхиваюсь. Косо поглядываю на него исподлобья.

В глазах мужчины сверкают недобрые искры. Радужки опасно темнеют и внутри меня все невольно сжимается. Чувствую, что сейчас он разозлится и я легко почувствую все оттенки его гнева.

Но вместо этого комната содрогается от его смеха. Громкого и заливистого.

Честно признаться, это самый звучный и приятный мужской смех из всех, которые мне когда-либо доводилось слышать.

— Ты не умеешь лагать, — озвучивает мне свой вывод. Кивает на другую часть стола. — Присаживайся.

— Зачем? — растерянно ахаю.

— Будем завтракать. Разумеется.

Недоверчиво осматриваю богато накрытый стол. Чего здесь только нет. Лучшие яства для победителя и завоевателя.

Меня аж передергивает.

Во рту непроизвольно вырабатывается слюна, желудок сжимается от предвкушения.

Но я опускаю глаза и сухо отвечаю:

— Я не голодна.

— Неужели? — в голосе Кайроса звучит нечто тяжелое и металлическое. — Предлагаешь посадить тебя на голодный паек, пока у тебя не появится желание позавтракать со своим истинным?

Вздрагиваю. Мне внезапно становится холодно и неприятно.

— Надо же, вы вспомнили про то, что мы истинные, — произношу каждое слово с сарказмом, делая акцент на последнее слово. — Не думаю, что вас на самом деле беспокоит наша истинность. Вы просто ждете, что я вам отдам ключ.

— Ты становишься умнее, — он расслабленно откидывается на спинку кресла. Наклонив голову набок, задумчиво изучает меня.

— Ну вот и поговорили, — с выдохом добавляю я. — Все маски сброшены и точки расставлены.

Мужчина изгибает бровь. На его устах расцветает сдержанная ухмылка.

— А ты рассчитывала, что истинность между нами для меня что-то значит?

— Не угадали, верховный. Я даже близко не тешила себя надеждами о том, что я могу быть вам хоть сколько-то интересной.

В глазах мужчины что-то мелькает. Нечитаемое и непонятное, очень похоже на раздражение. Тут же гаснет и он отворачивает голову к окну.

Сказать по правде, задерживаю взгляд на его лице, пользуюсь возможностью. Всё-таки он очень красивый мужчина. Это не юношеская и слащавая красота, а именно грубая и мужская.

Свет из окна просачивается сквозь газовую алую занавеску и оседает на его чертах, создавая изумительную игру света и теней, подчеркивая резкость скул и линию волевого подбородка.

Тёмные волосы блестящими волнами падают на сильные плечи. Рубашка, одетая на мужчине, распахнута и я задерживаю взгляд на его груди и поджаром рельефном животе.

Невольно опускаю глаза ниже…

Из-за позы, в которой он сидит, мягкая кожа штанов натягивается, обрисовывая внушительный бугор.

Чувствую, как щеки припекает. Облизываю пересохшие губы и к своему стыду понимаю, что меня поймали с поличным.

Он ловит мой взгляд, темные глаза прищуриваются.

— Нравлюсь? — спрашивает напрямую.

— Нет, — поспешно отворачиваюсь.

Как же неловко…

И безумно стыдно.

— Хватит ломаться, садись, — с нажимом произносит верховный.

Потоптавшись на месте, направляюсь к краю стола, куда ранее он предложил мне сесть.

— Не туда.

— А? — оборачиваюсь, все еще смущаюсь.

— Сядь сюда, — он кивает на свои колени.

Да он издевается.

Замираю с округленными глазами и снова невольно смотрю на его ширинку. Щеки уже не просто припекает… а они горят, будто к ним прислонили раскаленные угли.

— Я жду, — обозначает четко и кратко. И по взгляду становится понятно, что если я не подчинюсь, он просто посадит меня к себе на колени силой.

А перед этим накажет. Главное, чтоб никак в прошлый раз… спонтанно вспоминаю, что было в его спальне, когда он приказал мне раздеться и от этих воспоминаний по низу живота словно ураган проносится, заставляя лоно предательски пульсировать.

Покорно подчиняюсь. Медлю, шаг за шагом приближаюсь к мужчине.

И когда я дохожу до него, он теряет терпение. Хватает меня за запястье и подтягивает к себе.

Я падаю на его колени и чувствую, как мне в попу упирается каменный бугор, ощутимый сквозь плотную кожу штанов.

В очередной раз ловлю себя на мысли, что надетое на мне платье со своей функцией одежды справляется очень плохо.

Наряд слишком откровенный. Разрезы до самой талии, ткань расходится, оголяя колени. Фактически обнаженной спиной я чувствую жар, исходящий от торса мужчины. И больше всего мне хочется вскочить и убежать, но его ладонь опускается на мою талию и еще крепче вжимает меня в его тело.

Я бы конечно выбрала бы другую одежду. Ту, в которой я привыкла ходить — обычное скромное платье служанки.

Но так вышло, что мою одежду по приказу верховного сожгли, а вместо нее выдали этот развратный кошмар.

Агрегат мужчины продолжает упираться мне в попу. Я нервничаю, стремлюсь сместить угол давления, но в результате становится только хуже, потому что я случайно усаживаюсь на его плоть самым чувствительным местом.

— Не ерзай, — рычит мне на ухо верховный.

Краснею, кусаю губы, напрягаюсь натянутой струной. Чтобы отвлечься, обращаю внимание на тарелки перед верховным.

Еды много, но он ни к чему толком не притронулся.

— Что ты любишь? — неожиданно спрашивает он.

— Я люблю свободу и предпочитаю держаться подальше от опасных и властных нагов.

— Я имел в виду еду, — шумного выдыхает он.

— Аааа, еду… Не знаю. Я сказала, что я не голодна.

Его усмешка обжигает мою щеку.

Он ловит мой подбородок и наклоняет мою голову набок, мягко убирает волосы от лица и наклоняется близко-близко к моему уху.

— Ты снова лжешь. Но мне нравятся твои попытки казаться сильнее и смелее, чем ты есть. Меня это будоражит.

Его низкий, звучащий вибрацией тембр разносится по моему телу тягучей лавой.

— Мне понравилось, как ты вчера терлась о мой хвост. А тебе?

Меня обдает сильным жаром.

Потупившись сижу, краснею на его коленях, желаю навсегда вычеркнуть из своей головы и эти воспоминания.

Но они стоят перед глазами яркой картинкой.

И не только…

Грудь предательски набухает, а соски стыдливо твердеют, выпирая через тонкую ткань.

— Попробуем по-другому, — цедит Кайрос и берет ломтик порезанного тропического фрукта, похожего на манго.

Подносит к моим губам и сладкий сок капает мне на подбородок и липкой дорожкой катится по ложбинке между грудей.

— Раскрой рот, — приказывает он, погружая в полость кусочек.

Я пытаюсь прожевать сладкую мякоть, но у меня не получается это сделать аккуратно. Слишком много сока и он снова стекает по моему подбородку, продолжая заливать мой бюст.

В этот момент Кайрос проводит пальцами по влажной дорожке, оставленной фруктом, скользя под ткань моего платья.

Наглая рука верховного размазывает сок по моему соску. Сладкий сок быстро густеет от трения и обретает липкость. Это создает просто безумные ощущения на нежной коже.

Кайрос окончательно стягивает с моих плеч платье, опуская к поясу.

Он берет новый ломтик и прикусив зубами, наклоняется к моим губам.

Он кормит меня, заставляя вкушать сладкую мякоть, жарко целуя. Я захлебываюсь в медовой вязкости и жаре мужских губ, терзающих мои.

Продолжая хозяйничать умелым языком, верховный обхватил на мой затылок, не давая отстраниться. Сок фрукта продолжает стекать по подбородку и чувственными каплями ударять по горошинам сосков.

Прикусив мою нижнюю губу, Кайрос отстраняется, оставив полыхающий след дыхания.

Замираю от того, как он опускает на мои подрагивающие уста палец.

Мужчина на мгновение прикрывает веки, будто обдумывая что-то.

Ресницы подрагивают, желваки на скулах напряжены. Дыхание тяжелое и рваное.

Внезапно с его губ срывается несколько слов проклятия и призыва к богам. Он снова тянется ко мне.

Жадно впивается в мой рот. Запутывается пальцами в волосах и наклоняет голову.

Целует ненастно, болезненно, отнимая воздух.

Задыхаюсь. Упираюсь руками ему в плечо.

Губы саднит. Он буквально насилует их. Внизу живота словно что-то взрывается и жаркой волной окатывает мое тело.

Разве можно так целовать?

Уничтожать и заставлять искрить каждую клеточку.

Требовательно и до безумства раскрывать мои уста и терзать мой язык.

Он словно показывает, что это в его власти. Подчинять, заставлять, выбивать из моих легких судорожные стоны и плавиться как восковая свеча.

Он может. Он может делать то, что хочет. Именно это он будто и хочет показать.

Краска бьет в лицо.

От того, что его губы делают со мной — соски твердеют и между ног…к моему стыду…все напряженно сжимается и пульсирует.

Жадные губы смещаются к моей шее. Обжигают и клеймят.

Каждый поцелуй как прикосновение раскаленного железа.

Остро, больно и…невыносимо чувственно. Эта боль отдается во всем теле волнением.

Меня знобит и лихорадит. Между бедер потягивает и плоть предательски увлажняется.

Вскоре там оказывается его рука.

Раздвинув складки, верховный находит чувствительный бугорочек. Ласкает, теребит, выписывает круги.

Я обливаю и кусаю губы. Превращаюсь в натянутую пружину. Мне кажется, я не в состоянии уже думать ни о чем.

Грань стирается.

Я истекаю соками на его коленях. Ерзаю от нарастающего сладкого давления.

Пытаюсь сдвинуть ноги, но это только обостряет ощущение того, что со мной делает его рука.

Верховный рычит. Обхватывает мою талию и в следующее мгновение сбрасывает со стола блюда.

Серебряная посуда со звоном летит на каменный пол.

Он усаживает меня на столешницу и рывком раздвигает ноги.

Мгновенно прихожу в себя и меня захлестывает паника.

Он же не собирается…взять меня.

Если так…он укусит и тогда…

Проклятие.

— Кайрос? — молю, в надежде его остановить.

Он припадает губами к шее. Моя мольба тонет в стоне, что вырывается из горла.

Содрав с меня платье, верховный наклоняется к моей груди, все еще сладкой от сока фрукта.

Втягивает в рот сосок, ударяя по нему языком.

Меня пронизывает от чувственного спазма. Прогибаюсь до хруста в пояснице.

Кайрос ненасытно терзает мои соски. Прикусывает, доводя их до такой чувствительности, что каждый вздох, оседающий на них, заставляет меня трепетать.

Его рука снова накрывает мою промежность. Каждое прикосновение отдает нетерпеливостью и диким голодом.

Он буквально берет меня уже сейчас, даже не проникая в лоно.

Я извиваюсь под ним, жалобно постанывая.

Внезапно палец мужчины смешается и надавливает на дырочку.

Широко распахиваю глаза. Заодно хватаю ртом воздух.

Давление усиливается, а он гасит мой стон поцелуем и продолжает проникать в мое лоно.

Тянущие ощущения отдают болью. Трепыхаюсь, пытаюсь вырваться.

Кайрос перехватывает мои запястья, заводит за голову, прижимает к столу. Он удерживает одной ладонью мои руки в таком положении, пресекая сопротивление.

— Пожалуйста, — невольно молвлю.

Я не хочу его просить и умолять. Он все равно сделает, как ему захочется.

Но не могу сопротивляться захлестывающим меня эмоциям.

Тело потрясывает.

Верховный вводит в меня палец, растягивая дырочку. Большим пальцем надавливает на чувствительный бугорок.

Меня бросает в жар. Лоно пульсирует, выделяя соки. При этом на моих глазах наворачиваются слезы.

— Не надо…, — шепчу и…вскрикиваю.

Палец верховного заменяется горячей головкой.

Господи… я хорошо помню, каких размеров его ствол.

Он огромен. Он даже еще не вошел, а мне уже кажется, что он сейчас меня порвет.

Я судорожно дергаюсь. Меня так лихорадит, что каждый сустав сводит от напряжения.

Каким-то чудом у меня получается высвободить руку, но верховный снова сжимает мое запястье, заведя мои руки за голову.

Он наваливается на меня всем весом своего огромного тела и решительно толкается в мое лоно.

Стенки вздрагивают от прикосновения и судорожно сжимаются вокруг его огромного члена.

В меня словно входит пылающее огнем копье.

Выгибаюсь дугой с немым криком.

Щеки заливает потоком слез.

Он чудовище!

Новый толчок и я до крови прокусываю губу. На ней тут же оседает привкус соли, смешиваясь с металлом.

Он входит до конца, заполняя меня полностью.

Замирает. Будто давая мне привыкнуть.

Запускает руку в мои волосы и разворачивает мое лицо на себя.

— Посмотри мне в глаза, — требует низким до хрипоты голосом.

— Отпусти, — еле слышно всхлипываю. Зажмуриваюсь.

Внезапно на губах оседает его дыхание.

Он целует, медленно сминая измученные уста. Не нежно, но словно успокаивая.

Верховный снова начинает двигаться. Плавно тараня меня, придерживает за бедро.

Чувствую, как его сильные пальцы сжимаются на коже до покраснений.

Я лежу неподвижно, глотая обиду.

Боль быстро притупляется. Становится глухой и вскоре исчезает совсем. Остается чувство наполненности. Непривычное. И к моему стыду…приятное.

Я сама не замечаю, как тело расслабляется, а тянущие неприятные ощущения сменяются импульсами, похожими на те, что я ощущала, когда он ласкал меня рукой.

Мужчина ускоряет темп. От глубоких и быстрых толчков по низу живота проходят электрические разряды, срывая с моих губ новые стоны.

Он выпрямляется и поднимает меня за собой, заставляя обнять его плечи. И снова начинает вколачиваться в меня. В такой позе мои возбужденные соски трутся о его каменный торс, усиливая остроту приближающегося удовольствия.

То что происходит между нами, достигает своего пика.

Меня скручивает от мощного спазма. Тело охватывает оргазм. Похожий на тот, что я испытывала ранее, но во много раз сильнее.

Сознание взрывается и покрывается дурманом.

С громким стоном я откидываю голову и в этот момент чувствую, как его губы замирают рядом с дрожащей от удовольствия венкой на шее, а дальше… он обнажает клыки, острые как бритва.

Дыхание обрывается. Меня захлестывает ледяной страх. От сладостного удовольствия, что я испытала мгновение назад сладостного удовольствия не остается и следа.

Мысленно понимаю, что должна сопротивляться, но тело не слушается.

— Проклятая человечка, — зло цедит Кайрос.

Он отрывается от моей шеи, отталкивает и впивается зубами себе в кисть.

Округлив глаза, с ужасом наблюдаю, как по смуглой, покрытой вздувшимися венами, руке мужчины стекает багровая жидкость.

В тот момент кожу в районе моей метки истинности почему-то потягивает.

Ненавижу верховного но мне внезапно становится грустно от сложившихся обстоятельств.

— Мне жаль, — тихо произношу и невольно тянусь кончиками пальцев к его плечу.

Это происходит непроизвольно. Будто неведомые силы заставляют меня коснуться мужчины. Почувствовать его силу и защиту.

Как в дурмане, поддавшись своей собственной беззащитности, провожу, едва касаясь подушечками, по каменному рельефу. Горячему как уголь.

Уголок губ Кайроса раздраженно дергается в оскале. Он перехватывает мою руку, сжав запястье.

Запястье хрустит от его хватки.

— Прекрати! — я едва не плачу.

— Не вздумай пытаться разжалобить меня, — бросает мне в лицо, небрежно разжав сильную ладонь.

— Даже не пыталась, — обиженно фыркаю, прижимая ноющую кисть к груди. — Я просто…А знаете что? Ничего я не хотела. Просто равновесие потеряла, а вы под боком оказались. Все.

В ответ верховный шумно пропускает воздух через легкие.

— Все сказала?

— Да. Мне уйти?

Тяжелый взгляд впивается в мои зрачки. Сколько в нем неприязни и раздражения. Аж дыхание перехватывает, словно воздух в одно мгновение пропитался свинцом.

Не раздумывая, спрыгиваю со стола и подхватив разорванные клочья одежды, собираюсь с гордо поднятой головой покинуть залитую солнцем комнату.

Первое движение и я едва не падаю. Ноги дрожат и не слушаются. Между бедер с остротой потягивает.

Упала бы, если бы верховный не подхватил меня.

Обвив мою талию, он снова усаживает меня себе на колени.

— Что вы делаете? — упираюсь в грудь руками.

— Расслабься. Ты плохо выглядишь. Слишком бледная. Я чувствую, что твоя энергия на исходе.

— Да ну? Из-за кого я плохо выгляжу?

В душе словно что-то взрывается от возмущения. Дергаюсь, вырываюсь, пытаясь соскочить с его колен, но верховный словно пушинку подхватывает меня и переносит на софу.

— Лежи спокойно, — он накидывает на меня покрывала. Закутывает как в кокон, плотно прижав руки к телу.

Чтобы распутаться надо постараться. Я и стараюсь. Пользуюсь тем, что он отходит в сторону и скрывается за дверью.

Только к тому моменту, как у меня почти получается выбраться, Кайрос возвращается и поправляет на мне покрывала.

Вскоре в комнате появляются суетливые слуги с кувшинами воды и прочими мыльными принадлежностями. Косо поглядывая на меня, они быстро прошмыгивают в смежное помещение.

Последним зашел пожилой наг с над носом накрытым пурпурной тканью.

Натаскав воды, слуги отчитываются, что все готово и поспешно покидают комнату.

Когда дверь плотно закрывается, верховный сбрасывает с меня покрывала и подняв на руки, несет в соседнюю комнату, где слуги подготовили ванную.

От ароматной воды исходит теплый пар, а на поверхности плавают лепестки Ираса — местного цветка, способного смягчать кожу и заживлять раны.

Видимо по мнению верховного целебных свойств цветка оказалось мало и мужчина потянулся к нише рядом с ванной. Подхватив один из флаконов, он вылил в воду содержимое и та окрасилась в мерцающий фиолетовый цвет.

Воздух в помещении пропитался ароматами сандала, смешанного с чем-то терпким, но приятным.

Погрузив меня в горячую жидкость, Кайрос собрал пряди моих волос, перекинув их через бортик.

Тепло приятно окутало тело, расслабляя каждую мышцу. Аромат пряностей заполнил легкие, изгоняя из головы все лишнее.

С такой резкой и контрастной перезагрузкой у меня не осталось сил на дальнейшую войну с верховным.

Прикрыв в блаженстве веки, я решаю отложить свои возмущения и позволяю себе расслабиться.

Но расслабиться не получается.

Кайрос моет мое тело, мягко скользя по коже мыльной мочалкой.

Каждое движение словно отдает мелким разрядом тока, из-за чего я взбудоражено хлопаю ресницами, косо следя за каждым движением верховного.

Честно говоря — жду подвох.

Зачерпнув воды в серебряную чашу, Кайрос выливает мне на спину ее содержимое, смывая остатки пены.

— Поднимись, — звучит приказ.

Не дожидаясь, когда я проявлю расторопность, мужчина закидывает мои руки себе на плечи, предлагая опереться и приподнимает меня.

Намыленные руки скользят между бедер. Гладят, касаясь интимных мест.

Я краснею. Прикусываю губу.

Опустив взор, обращаю внимание на то, что его плоть снова налилась кровью и меня охватывает немая паника.

— Успокойся, — словно прочитав мои мысли, мужчина меня осекает. — Не буду я тебя сейчас трогать.

Неужели.

Недоверчиво бросаю в него цепкий взгляд.

Кайрос хмыкает:

— Мне не доставляет удовольствия брать испуганную человеческую девку. Особенно, когда я не могу применять свой яд.

— Вы так добры, — не сдерживаю сарказм.

— Сделай одолжение, стой смирно.

Он набрасывает мне на плечи мягкое полотенце, стирает влагу и подхватывает на руки.

Чтобы удержаться, приходится обхватить его шею руками.

— Куда ты меня несешь?

Опомниться не успеваю, как оказываюсь на кровати. В руках Кайроса новый флакон. Откупорив зубами колпачок, он растирает вязкую жидкость между ладонями.

Пахнет чем-то мятным, а вскоре эта субстанция попадает на мою кожу, вызывая одновременно холодок и тепло.

— Не дергайся, — прорычав сквозь зубы, верховный переворачивает меня на на живот. Усаживается сверху, не давая мне отодвигаться и принимается массировать жидкостью из флакона спину, опускаясь к пояснице.

Каждое движение плавное, с легким надавливанием. Кожа прогревается, отвечая волной мурашек.

Он медленно обводит мои ягодицы, раскрывает и рукой накрывает промежность.

Сильно вздрогнув, сжимаю край подушки. Каждая мышца мгновенно напрягается от его прикосновения.

Мужские пальцы размазывают странное разогревающее масло по чувствительным местам. Когда один из пальцев входит в лоно, я дергаюсь и мычу.

Ладонь Кайроса давит мне на плечо, удерживая на месте.

— Я сказал, не дергайся и лежи смирно.

— Пожалуйста, не трогайте меня, — жмусь щекой к подушке, пока его промасленный палец погружается в меня. Внизу живота снова болезненно тянет. — У меня и так все болит.

— Да не собираюсь я тебя сейчас брать, — раздраженно отчеканивает верховный. — Ты так быстрее восстановишься.

Он оставляет в покое мое лоно и сам поднимается. На разогретое тело опускается шелковое покрывало. Дальше мужчина усаживается напротив меня и подняв мне голову, подносит к губам стакан с каким-то отваром.

— Что это? — я снова дергаюсь и недоверчиво прищуриваю глаза.

— Целебный напиток. Ритуальный, — с металлом в голосе отвечает он. — хоть ты и бракованная, но все же моя истинная. По правилам положено…

Он не договаривает или не считает нужным, но я в целом догадываюсь, о чем речь.

На изумрудных землях, где вместо пустыни всегда все благоухало от тропических лесов — существовал обычай. После первой близости наг поил истинную особым отваром, призванным укрепить ее здоровье и помочь в зачатии.

Отвар варили из священных и целебных трав. Обычно это происходило после ритуала объединения, своеобразной церемонии, похожей на свадьбу, образно выражаясь.

Конечно никакой свадьбы у нас не было и о зачатии речи не идет, да и обычай этот редко ныне используется.

Странно.

Или Кайрос из тех, кто чтит старые обряды не смотря ни на что. Или просто решил меня подлечить, чтобы получить свой артефакт.

— Пей, — настаивает он, прислоняя к губам напиток, терпко пахнущий травами.

Жидкость обжигает полость и вязким привкусом оседает на языке.

Меня хватает от силы на пару глотков, а дальше я словно одурманенная, закрываю глаза.

Сон стремительно окутывает сознание. Когда просыпаюсь, помещение окутано ночным мраком.

Но я не одна. В комнате есть кто-то еще и это не Кайрос.

Приподнявшись на постели, приглядываюсь к массивному силуэту, стоящему в тени колонны.

— Значит мой брат все таки решил рискнуть и лишить тебя невинности, — желтые горящие глаза сверкнули из темноты.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришел проведать, разве не очевидно? — Зейнар плавно шагает вперед и на него падает лучик лунного света из окна.

— Уходи! — я испуганно подтягиваю покрывало к груди, стремясь прикрыть наготу.

Интересно, сколько он здесь пробыл, до того как я проснулась?

Так уж вышло, что мое тело тоже частично окутывает свет, подчеркивая каждый изгиб.

— Не рада меня видеть? — насмешливо интересуется чистокровный.

— Верховный будет злиться, если узнает, что ты здесь.

— Вот как? — Зейнар с иронией изгибает бровь.

Его черты лица в полумраке кажутся по-настоящему хищными и пугающими своей дикой красотой.

— То есть дело только с брате? — задумчиво тянет чистокровный.

Чувствую подвох. Его появление, поведение, взгляд… вызывают ощущение, что меня испытывают.

— Что ты хочешь?

Зейнар щелкает пальцами, словно удовлетворён вопросом. Расплываясь в довольной ухмылке, он приближается к кровати. На меня опускается тень от его огромного тела и я по инерции отползаю подальше.

Моя реакция его явно веселит.

— Я бы сказал, что я хочу тебя, но ты это и так знаешь, — улыбается мужчина.

Опустившись на кровать, он вдруг хватает меня за руку и рывком подтягивает к себе.

— Что ты делаешь? — едва не вскрикиваю.

В этот момент он ловко обвивает рукой мою шею и прижав к своему торсу спиной, зажимает мои губы рукой.

Замычав, пытаюсь вырваться, но хватка только усиливается.

— Тише…— шепчет мне на ухо, продолжая ухмыляться.

Он ласково поглаживает большим пальцем мою щеку.

— Не кричи. Мы же решили с тобой не злить моего брата, правда?

Каждое слово он произносит издевательски и с сарказмом.

Интересно, когда мы это решили?

Физически чувствую, как атмосфера накаляется. С каждым вдохом — легкие наполняет его запах. Будоражащий и пьянящий. Ничего не могу поделать со своими ощущениями и это сводит с ума.

Да, мне не довелось попробовать яд нагов, но я и без него от близости этого монстра чувствую себя как на раскаленных иголках.

— Ты же ведь не будешь кричать, — мужчина проводит губами мне по щеке. Прижимается своим лбом к моему и продолжает поглаживать щеку. Кожа покрывается мурашками и меня обдает жаром. — Если не будешь, то я уберу руку.

Куда деваться… я вынуждена согласиться. Главное, чтобы отодвинулся от меня. Потому что каждая частичка моего тела буквально дрожит, реагируя на его присутствие.

Киваю.

— Уверена?

Снова киваю.

— Хорошо. Умная девочка, — произносит гортанным низким голосом. — Дай мне свою руку.

— Зачем? — словив панику, стараюсь увеличить между нами расстояние.

— Дай.

Мотнув головой, прижимаю обе руки к груди. Странный конечно способ защиты. Особенно учитывая, что в следующее мгновение его рука сжимается на моем запястье. А дальше на нежной коже смыкается браслет.

На первый взгляд — не примечательное кольцо, покрытое невнятным узором, напоминающим руны.

Браслет тяжелый и по ощущениям такой холодный, будто его вначале долго держали в чаше со льдом.

— Для чего это?

Я предпринимаю попытку содрать с руки странное украшение. Как назло, аксессуар сел плотно, крепко стиснув запястье.

— Будешь носить. Он тебе пригодится.

— Прекрати, сними его с меня.

— Не торопись, — Зейнар прищуривает золотистые глаза. Его губы начинают что-то беззвучно нашептывать.

Узор на гладкой поверхности украшения вспыхивает таким же золотым огнём как радужки мужчины.

Не в силах оторвать взгляд, завороженно смотрю на россыпь рун, меняющих структуру браслета.

Твердый металл нагревается, обжигая кожу. Браслет буквально растворяется, превращаясь в дымку. Впитывается в кожу, не оставив следа своего присутствия.

Но физически я его чувствую.

— Как…— поднимаю глаза на чистокровного.

— Так его не заметят. Не благодари.

— За что?

Прощупываю ставший невидимым аксессуар и ничего не понимаю.

— Артефакт не даст затуманить твой разум магией ведьмы.

— Какой еще ведьмы?

— Скоро ты с ней познакомишься, — образно сообщает чистокровный, а у меня по спине бежит холодок.

— О чем ты? Пожалуйста, объясни, что происходит?

Ответив специфической улыбкой, Зейнар поднимается. Каждая мышца словно выточена из камня. Он огромен, но в тот же момент массивность тела мужчины не делает его громоздким.

Напротив.

Зейнар двигается легко и непринужденно, демонстрируя гибкость.

— Не рассказывай об артефакте-блокаторе моему брату. Это в твоих интересах.

Очередная многозначительная пауза.

Поджав губы, думаю, как его лучше разговорить.

В этот момент дверь открывается и в комнату входит Кайрос.

Мы встречаемся глазами. Его глаза мгновенно становится холодным и угрожающим.

Верховный медленно поворачивает голову в сторону Зейнара, каждая черта лица будет заостряется.

— Убирайся, — рычит он. По комнате вихрем разносится что-то тяжелое, заставляющее дребезжать мебель.

Кажется, вот-вот и по стенам поползут трещины.

Зейнар даже не шелохнулся. Мягко улыбнувшись, отступает.

— Конечно, брат, — сверкнув в меня глазами, добавляет. — Но помни, у каждого свои планы.

— Твои планы не должны касаться моей истинной.

— Как скажешь, — проходя мимо верховного, он будто случайно теранулся о него плечом.

Кайрос среагировал мгновенно. Круто развернулся и сжал пальцами шею Зейнара. Мощную, но в этот момент возникло чувство, что верховный легко ее сломает.

По телу Зейнара прошел разряд тока. Каждая мышца налилась кровью.

Верховный зарычал и с размаху впечатал брата в стену. С потолка посыпалась штукатурка.

Я вскрикнула.

— Ооо брат, ты так зол, — засмеялся Зейнар, подняв в обезоруживающем жесте руки вверх. — Может тебе стоит расслабиться? Например, в объятиях более пригодных рабынь.

— Может тебе стоит исчезнуть? — Кайрос сжал пальцы и вены на плечах и открытых участках шеи чистокровного вздулись.

Мужчины схлестнулись разъяренными взглядами. Воздух мгновенно пропитался запахом нарастающей агрессии.

Перевожу взгляд с одного нага на другого. Они и вправду выглядят так, словно готовы растерзать друг друга.

Нарастающее напряжение достигает своего пика. Чувствую каждой клеточкой.

Внезапно Зейнар рвет повисшую паузу громкой усмешкой.

— Остынь брат, я просто тебя дразню. Разве тебя это удивляет?

Неожиданно. Метнув косой взгляд в сторону Кайроса, отмечаю, что он на глазах расслабляется, но чувствуется недоверие к реакции брата.

— Что ж…, — задумчиво добавляет Зейнар, — пожалуй, мне действительно пора. Не скучайте.

Проходя мимо брата, он словно случайно задевает его плечом, вскидывает руки в извинении.

— Прости. Эти комнаты такие тесные.

Кайрос отвечает раздраженным рычанием. Сам Зейнар замирает при выходе из спальни. Его взгляд устремлен в мою сторону, едкий и обжигающий.

— Что он от тебя хотел? — Кайрос толкает меня обратно на кровать, едва его брат исчезает за дверью.

Я аж подпрыгиваю на кровати.

Он опускает руку рядом с моей головой, зажимая меня словно в клетку.

Зачем?

В этом нет никакого смысла. Мне некуда бежать.

Я в ловушке. Смотрю на него испуганным взглядом. Ловлю горячее дыхание на своей щеке. Мотаю головой.

— Отвечай, — с нажимом требует он.

— Я не знаю! — вздергиваю подбородок. Что-то внутри меня вздрагивает и отдает болезненной дрожью.

— Мой брат просто так бы не стал искать встречи с моей личной игрушкой. Отвечай!

— Понятия не имею. Он толком мне ничего не сказал.

Ложь. От начала и до конца.

Браслет на запястье покалывает и жжет. Непроизвольно опускаю глаза на свою руку.

Нет. Браслета нет.

Он невидим.

Но…Верховный отследив мой взгляд — напрягается. На скулах ходят желваки.

— Ты врешь…— рычит мне в губы, наклоняясь ближе.

Я не выдерживаю:

— Спросите у него сами. Мне его планы не ясны.

Это правда. Чистокровный ничего не конкретизировал. Он все время общается со мной загадками.

Дыхание верховного тяжелеет. Он как каменное изваяние, давит на меня своим телом и аурой.

Но больше всего меня пугает то, как он смотрит в мои глаза. Будто душу насквозь выворачивает.

Пауза затягивается. Затем Кайрос вдруг усмехается. У меня от его усмешки ледяная дрожь бежит по коже.

— Ты не такая глупая, какой хочешь казаться, — констатирует он, заставляя снова меня задрожать.

— Вы ошибаетесь…Я вообще ни кем не хочу казаться, — прикусываю губу.

Больно. Отрезвляюще.

Мне и вправду морально больно.

С того момента как я попала в этот мир. На эту проклятую планету, я постоянно чувствовала и продолжаю чувствовать их превосходство.

И высокомерные наги никогда не давали мне забыть, кто я для них.

Просто брак, неугодная и бесполезная рабыня, которая оказалась непригодной как женщина для утех.

Но ни у кого из них не получилось меня сломать.

Но он…Кайрос нашел мне применение. Он сделал меня свой личной игрушкой.

Вот я стою перед ним и чувствую исходящее от него давление. Вся боль и обиды, что накопились — обрушиваются на меня волной.

Глаза щиплет.

Я часто моргаю, стремясь удержать непрошенные слезы.

Мне сложно…

Его лицо близко.

Острый взгляд режет острой бритвой.

Он поднимает руку и дотрагивается до моего лица.

Сильно вздрагиваю и опускаю ресницы.

Пальцы верховного замирают на моем подбородке. Я продолжаю ощущать его взгляд. То как он медленно скользит по моим чертам, фокусируясь на губах и дрожащих ресницах.

Чувствую, как фалангой большого пальца он растирает по моей щеке влагу.

Наклоняется к губам.

Дыхание оседает в считанных милиметрах. Замирает, заставляя меня напрячься каждой клеточкой.

Потом резко наклоняется, целует…без проникновения и мягко.

Он просто сминает мои губы, словно давая время привыкнуть к себе. Будто ожидая, что я сама раскроюсь ему навстречу.

Кажется, что это длится вечность.

Растерянно распахиваю ресницы.

Мои губы немеют от странного и непривычного поцелуя. Их щиплет и жжет, но я не отвечаю.

Не шевелюсь.

Знаю, что верховный злится.

Поцелуй ужесточается.

Верховный прикусывает мою нижнюю губу, рычит. Языком надавливает, раскрывает мои уста.

Я начинаю задыхаться.

Меня знобит от того, как он сжимает мое горло, как ощутимо проводит языком по нежной коже, заставляя жилку пульсировать и трепетать.

Верховный словно звереет.

Рывком переворачивает меня, ставит на четвереньки.

Проводит рукой по пояснице вверх, надавливает на плечо, заставляя прогнуться и упасть лицом в подушку.

Коленом разводит мои ноги. Ошарашенно замираю, боясь того, что он будет делать дальше. Всхлипываю от прикосновения его ладони к моей промежности.

Он проводит рукой по моим складкам, раздвигает их, проникает пальцем в дырочку, заставляя выгнуться навстречу.

Меня пробивает озноб. Слишком резко.

Стискиваю зубы, гася стон. Зажмуриваюсь.

Моя реакция словно злит его еще больше. Палец заменяется членом. Он входит решительно и сразу на всю длину.

Глубоко, резко. Яростно вколачивается, таранит, намотав мои волосы на кулак. Натягивает на себя, впиваясь пальцами в бедро по красных отметин.

Спальня наполняется громкими хлюпающими звуками.

Трахает до помутнения рассудка. До громких хриплых криков.

Долбится, ускоряя темп так, что мои колени дрожат и если бы он не держал меня, то я бы упала.

Остро, больно и в тот же момент тело предательски реагирует, отвечая возбуждением.

Я сжимаюсь вокруг его члена. Бьюсь в конвульсиях. И приближаюсь к пику.

Не хочу. Я не хочу получать удовольствие от того, что он делает.

Мне не должно нравится то, как он жестко трахает меня, но я против воли плавлюсь. Тело скручивает в тугой узел, низ живота обдает потоками лавы.

Стискиваю пальцами край подушки, зарываюсь лицом. В голове мутнеет.

Толчок. Новый. Сильный. Глубокий.

Его бедра врезаются в мою попку.

Огромный член словно вот-вот протаранит меня насквозь.

Он шлепает меня по попке. Содрогаясь от хлесткого удара, вскрикиваю.

По телу проходит разряд.

Верховный натягивает мои волосы, заставляя меня запрокинуть голову.

Толчок его члена до упора и новый шлепок. Кожу ошпаривает.

Кричу до онемения челюсти. Глаза закатываются от сильного спазма.

Меня выбивает из реальности.

Он кончает фактически одновременно со мной и прокусывает себе руку.

Несколько капель крови падают на молочную простынь, рядом с моей рукой. Спину заливает поток горячей жидкости.

Падаю и тяжело дышу, пытаюсь перевести дыхание.

От громкого хлопка двери — очухиваюсь.

Перевернувшись на другой бок, долго смотрю на закрытую дверь.

Он просто ушел…радости не испытываю.

Следующий день начинается с приходом Флави в сопровождении других служанок.

— Верховный распорядился организовать подготовку к дороге, — сухо сообщила Флави.

— А где сам верховный?

Флави пожала плечами и поджала губы.

Меня быстро омыли и надели платье с накидкой. Накинули на лицо защищающую от песка вуаль.

Значит дорога будет проходить через пустыню.

Верховного я увидела только когда меня подвели к носилкам.

Задержал на мне взгляд и отвернулся, словно я мгновенно стала пустым местом.

— Трогаемся! — прозвучала команда и защитный полог опустился, скрывая меня в недрах повозки.

Повозка плавно закачалась в движении, перемещаясь по песчаным дюнам. За время пути я успела задремать. Проснулась, когда процессия остановилась.

Полог вновь распахнулся и я увидела верховного…собственной персоной.

— Идем, — приказал, раскрыв ладонь.

Я задержала взгляд на мощной руке, которая может как приласкать, так и сделать больно. Подняла глаза на мрачные черты.

Почему-то мне было не просто смотреть в его глаза. Внутри все неосознанно сжималось, словно это была реакция на опасного хищника, способного вцепиться мне в глотку.

Особенно на фоне потемневшего неба мощная фигура верховного казалась устрашающей.

— Идем, — повторил Кайрос, тоном не терпящим несогласия.

Осторожно, с опаской, опустила свою кисть в его раскрытую ладонь. Он рывком притянул меня к себе. Скользнул взглядом по лицу, повел меня по пескам к одинокому шатру из шкур песчаных шакалов.

Процессия осталась позади ждать.

У шатра звонко постукивали висюльки из мелких костей и каких-то камней. Почти у самого входа потрескивал огонь с котелком. Задержав взгляд на содержимом котелка, болотно-зеленого цвета, меня затошнило. Невольно вдохнула запах варева. Машинально прикрыла рот ладонью.

Какая мерзость.

— Добро пожаловать, — прохрипел голос изнутри шатра. — Какие гости…

Господи, даже от этого голоса у меня задрожали поджилки.

Ночь, бесконечная пустыня Алых земель, смутные догадки куда меня привез верховный.

Я слышала про ведьму, живущую в пустыне. Невольно сжала ладонь на запястье с браслетом, подаренным Зейнаром.

Это произошло машинально, неосознанно.

Будто почувствовала заранее, что цель браслета — меня защитить.

Верховный шагнул под высушенную шкуру, служащую дверью, первым. Меня потянул следом.

Вздрогнув, остановилась у низкого стола, исцарапанного рунами.

Ведьма свернув покрытый черной чешуей хвост, сидела сидела напротив.

Наг…

Закрытые глаза, подрагивающие ресницы. Спутанные в отдельные пряди волосы. Из-за нанесенной красной глины невозможно было определить их цвет.

На губах пугающая ухмылка. Вокруг облако дыма от благовоний.

Покачиваясь из стороны в сторону, ведьма медленно раскрыла веки. Черными глазами, словно без белков, скользнула по мне, затем повернула взор на Кайроса.

— Чем обязана такой чести, верховный?

Кайрос не ответил. На лицо упала тень и он опустился на корточки рядом с ведьмой. Она снова ухмыльнулась.

В кулаке ведьмы загремели кости. Она швырнула их на стол. В это время запястье чуть припекло.

Мне стало совсем не по себе.

— Ясно, — хрипло буркнула женщина. — Попробую. На вот…— откуда-то из-под полы она вытащила глиняную чашу, небрежно опустила на стол.

В руке женщины сверкнуло лезвие ножа, посекло воздух и в чашу закапала густая черная жидкость с ладони ведьмы.

Она все делала очень быстро. Я едва успевала сфокусироваться.

Когда ведьма вскочила и оказалась у меня за спиной — с трудом сдержала нервный крик.

— Сейчас…сейчас, — бубнила над самым ухом, явно обращаясь к верховному, а не ко мне.

В ее руке снова мелькнул нож.

В следующее мгновение ее ладонь сомкнулась на моем запястье.

Я ахнула в ужаса, осознав, что ведьма целится в меня.

Едва я это осознала, как верховный грубо оттолкнул ведьму от меня.

— Мне потребуется ее кровь, — прыснула ядовито женщина.

— Исключено. Не прикасайся к ней.

На мгновение показалось, что она готова возразить. Кустистые брови напряглись, черные глаза без белков недобро сверкнули. Но в итоге она поджав губы, кивнула.

— Как скажете. Попробую без крови, но это может быть не так эффективно.

— Пробуй, — верховный нахмурился. Я услышала, как он скрипнул зубами.

Чаша в руках ведьмы задымилась. Дыма было так много, что он фонтаном изливался на песчаный пол, укрытый потертым ковром.

Сознание мутнело. Меня пошатывало.

Этот дым…въедался в легкие, дурманил и вызывал головокружение.

Чувствовала цепкий взгляд верховного на своем лице. Он улавливал малейшие изменения.

Запястье, куда Зейнар надел браслет, сжало так, что онемела рука.

Эта ведьма с ее магией будто копалась в моей голове. Рыскала в поисках информации, за которой пришел верховный.

Сжала кулаки, впившись ногтями в кожу. Боль чуть привела в чувства.

Дурман отступил и я смогла перевести дыхание.

Почти… давление на сознание продолжилось, а затем… ведьма выругавшись, осела на пол. Чаша со звонким ударом разбилась на осколки.

В легких запершило и я закашлялась.

Видимо браслет ослаб, перестав стягивать мое запястье. Правда, металл все еще ощутимо обжигал кожу.

— Не…не вижу ничего, — женщина провела ладонью по взмокшему лбу, убирая прилипшие пряди.

— Попробуй еще раз, — Кайрос раздраженно стиснул зубы.

— Не могу, — пискнула ведьма. — То что вы ищите, рядом и близко, но дотянуться сложно.

— Бред, — резко среагировал верховный. — Мне нужна конкретика!

Черный хвост ведьмы зашевелился. Вцепившись в край стола, она поднялась.

Судя по измученному виду — ей действительно было не просто.

— Не заставляйте меня. Не получится.

Я замерла на месте.

Наблюдала, как ведьма страдальчески умоляла верховного не давить на нее.

Невольно постоянно поглядывала на руку с браслетом.

Зейнар знал… знал, что Кайрос потащит меня к ведунье и та попытается забраться в голову или мысли.

Надеялась, что верховный не догадывался, насколько близко ведьма подобралась к истине.

Артефакт-ключ действительно получить непросто… ведь ключ — это я.

— Возвращаемся! — громом прогремел над самым ухом голос верховного, заставив меня вздрогнуть.

Мы стремительно покинули шатер песчаной ведьмы.

Я снова оказалась запертой в повозке, только путь пробегал мимо привычных владений Тайруса…бывших владений.

Я не понимала, куда двигался военный конвой во главе с верховным.

За время пути успела задремать и проснувшись, выглянула за полог. Обратила внимание на то, как пески сменялись непривычными пейзажами.

Разрушенное поместье осталось позади, вместе со стенами вольного города.

На горизонте появились первые признаки растительности и заблестела поверхность водоема.

Неужели мы покинули Алые земли?

Меня везли к настоящему оазису, скрытому за высокими скалами.

Именно за ними моему взору открылось то, что я отвыкла видеть с того момента, как угодила на проклятый Варм.

Жизнь…

Зеленая природа. Да какая…Боже, как много экзотической зелени. Целый лес. Вокруг голоса птиц и шуршание растений.

Запахи…по-прежнему жарко, но воздух другой.

Я не могла им надышаться, жадно хватая ртом пропитанный тропическими ароматами кислород.

Окунувшись в свои эмоции, не заметила, как все это время за мной пристально наблюдали.

— Добро пожаловать в цивилизацию, — засмеялся Зейнар.

Он внезапно оказался рядом, в боевом облачении, на своем скайларе.

— Что ты здесь делаешь? — я даже вначале приняла появление чистокровного за мираж.

Часто заморгала, надеясь что он сейчас исчезнет.

Но нет…Зейнар только сверкнул оскалом белоснежных клыков. Его скайлар причмокнул и тряхнул гривой.

Чешуя на теле животного отливала бронзой, дополняя тон доспехов и волос своего хозяина и я невольно залюбовалась на необычное существо, служащее в этом мире альтернативой лошадей.

На да ладно…

Мотнув головой, подняла глаза на Зейнара.

Мужчина ответил улыбкой. Луковой и опасной.

— Хотел убедится что у моего приобретения все прекрасно. Как кстати прошла встреча с ведьмой?

Нахмурилась, зацепившись за фразу «мое приобретение».

Появилось невыносимое желание возразить и сказать, что я думаю по этому поводу, но здравый рассудок быстро остудил мой пыл.

— Могло быть и хуже, — пожала плечами. — Ты можешь забрать свою игрушку, — кивнула на свое запястье.

— Ни в коем случае. Она может еще пригодиться и так я лучше понимаю, где ты находишься.

— Это как? Ты можешь меня отслеживать через браслет?

— Чувствовать, где ты находишься, — добавил Зейнар, довольно ухмыляясь.

— Куда мы едем?

— Домой. Возможно тебе понравится. Не так весело как в Алых землях, но зато начинается самое интересное.

От его заявления сильно вздрогнула. Попыталась переварить, ничего не вышло. Чистокровный снова развлекался и судя по его довольной физиономии, все шло по его неведомому мне плану.

— Что ты имеешь в виду?

Он проигнорировал мой вопрос, выдав:

— Главное, не совершай необдуманных поступков.

Зейнар ослабил поводья, скайлар замедлился, отставая от моей повозки.

— Подожди, — я высунулась по пояс за пределы полога. — Кайлар же не получил артефакт, почему он покинул Алые земли.

— Понял, что искать там смысла нет, — чистокровный оскалился и рывком развернул скайлара.

После короткого диалога с Зейнаром остался едкий осадок.

Он точно знал больше, чем хотел сказать и этот его фирменный оскал…

Чуть позднее верховный отдал приказ остановиться на привал и я могла наконец выбраться из повозки, такой тесной и осточертевшей.

Первый вдох и легкие заполнил пряный аромат.

Привал развернули недалеко у воды.

Божечки…водоем!

Никогда бы не подумала, что буду радоваться таким элементарным вещам.

После жизни среди алых песков я впервые увидела отблеск воды за деревьями ночного леса.

Раздевшись, покосилась в сторону верховного. Он что-то обсуждал с другими нагами у разожженного костра.

А я воспользовавшись случаем, осторожно двинулась в сторону воды.

За мной увязался один из стражей.

Я попробовала его остановить:

— Я хочу искупаться. Никуда не убегу.

— Не положено!

— Но я планирую купаться, — невинно хлопнула ресницами. — Вы же понимаете, что присутствие постороннего мужчины может разозлить верховного. Куда бежать, я все равно не знаю.

Страж помедлил, но все же кивнул.

Я просто хотела остаться наедине с собой. И сбегать действительно не планировала. Во всяким случае, если не подвернется подходящий случай. А это маловероятно.

Скрывшись за пышной растительностью, я на всякий случай обернулась. Убедилась, что за мной никто не следовал и скинула одежду.

От прохладной воды по коже разбежалась россыпь мурашек. Сделав несколько шагов, занырнула.

Как же приятно.

От удовольствия я едва не замурлыкала.

Тело быстро адаптировалось к температуре. Проплыла немного вперед и перевернулась на спину, продолжив балансировать на поверхности. Холодок быстро остудил мысли, позволяя мне сосредоточиться на ощущениях.

Густой запах воды окружал меня, создавая иллюзию уединения. Закрыла глаза, слушая глухие звуки далекого леса, когда внезапно что-то шевельнуло гладь воды.

Всплеск. Холодная волна окатила бок, заставив резко выдохнуть.

Я почувствовала, как что-то обвилось вокруг моей ноги — сильное и покрытое гладкими чешуйками. Змеиными кольцами сомкнулось на моих бедрах, сжимая кольца и я едва не ушла под воду от неожиданности.

Пытаясь удержаться на поверхности, беспорядочно замахала руками, но все, что это принесло — ощущение паники и напряжение в мышцах.

Змеиный хвост шевельнулся, приподнимая меня над водой.

Даже пискнуть не успела. Снова замахала руками, на этот раз пытаясь прикрыть наготу.

Верховный появился словно из ниоткуда.

Зафиксировав мое тело в вертикальном положении, пристально осмотрел меня.

Мне на мгновение показалось что он высматривает повреждения и ссадины. Хотя вряд ли.

Или просто решил убедится что с его игрушкой все в порядке.

Оскалился, будто прочитал мои мысли.

— Ты напугал меня, — выдохнула я, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Что ты делаешь?

— Разве я разрешал тебе покидать лагерь? Вижу, ты неплохо проводишь время, — он убрал с моей груди прилипшую прядь волос и перехватил мое запястье.

— Я просто хотела искупаться, Дорога была изматывающая.

Ледяные глаза сверкнули в полумраке. Холод воды казался ничем, по сравнению с той волной эмоций, которую его близость вызывала во мне. Я отвела взгляд, чувствуя, как щеки начинают гореть, но его рука и хвост все еще крепко держали меня, не позволяя убежать от этого напряжения.

— В местных лесах опасно.

— Я не боюсь, — произнесла, хоть сама не была уверена в собственных словах.

— Правда? — он подтянул меня к себе, наклонил голову ближе и его дыхание коснулось моего лица. — Тогда почему ты дрожишь?

Словно подчиняясь его словам, мое тело предательски задрожало еще сильнее. Холод? Или что-то другое? Я не могла понять, что во мне вызвало эту смесь смятения и острого желания.

— Отпусти меня, — прошептала я, хотя внутри что-то протестовало против этого.

— А если я не захочу? — Его голос стал еще ниже, проникновеннее, и от этих слов по коже пробежал холодок. — Что ты будешь делать?

— Неужели ты решил сдаться и не искать артефакт? — осторожно спросила я первое, что пришло в голову.

Я просто почувствовала, как растет накал напряжения. Как спутываются мысли и дурманится сознание от его близости.

Кайрос поймал мой подбородок, развернул лицо на себя.

Взгляд потяжелевший, внимательный и сосредоточенный, остановился на моих глазах.

Кайрос молчал, словно обдумывая каждый мой шаг, каждое слово. Его темные глаза мерцали и казалось, что он видит меня насквозь, изучая каждую грань моей души.

— Нет, — наконец ответил он, голос глубокий и спокойный, но в нем слышался скрытый вызов. — Думаю, ты сама меня к нему скоро приведешь.

Я нахмурилась, не отводя взгляда.

— А если у меня его нет? — спросила я, чувствуя, как его уверенность начала нарастать, вызывая тревожные мысли.

Он улыбнулся и от этой улыбки через мое тело пронесся ледяной ураган.

— Есть. Просто пока не ясно, как ты его прячешь, — сказал он, его слова проникали глубже, чем хотелось бы и вызывали внутри ощущение тревожной неуверенности.

Я напряглась, пытаясь сохранить хоть какую-то видимость спокойствия.

— Если даже и так, — я едва сдерживала резкость в голосе, — с чего ты решил, что я поступлю так, как ты хочешь? Между нами не самые теплые отношения.

— Как только ты поймешь реальную ценность артефакта, — его голос чуть смягчился. Но ощущение давления никуда не делось, — ты это сделаешь.

Слова Кайроса обволакивали, затягивали в ту пропасть, где каждый шаг означал лишь одно — подчинение его воле.

Стараясь не поддаваться этой силе, я скользнула взглядом по его лицу, в надежде найти в нем хотя бы намек на сомнение.

Но его выражение оставалось непроницаемым, холодным, как сама тьма, и в этот момент я поняла, что он видит гораздо больше, чем я готова была признать.

Кайрос медленно подтянул меня к себе, его руки скользнули по моей талии, обнимая, словно утверждая свою власть.

Кончик хвоста медленно заскользил по бедру, раскрывая ягодицы. Он тянулся к самому чувствительному месту.

Широкая мужская ладонь накрыла покрытую мурашками грудь. Затвердевший сосок предательски заныл в предвкушении ласки.

Верховный смотрел мне в глаза, неотрывно наблюдая, как с моих губ срывается протяжный стон.

Щеки залила краска, но его глаза…этот зрительный контакт действовал на меня странно. Успокаивающе,несмотря на бурю эмоций, бушующую внутри.

Но внезапно Кайрос напрягся. Его рука сжалась на моей груди так сильно, что по телу пронесся болезненный импульс.

А затем расслабилась. Он будто прислушивался к чему-то невидимому и неведомому. Шорох зелени, еле заметное движение за спиной.

Я обернулась и сердце оборвалось. Из леса к озеру выходил один из воинов Кайроса.

Он замер, оценив производящую пикантную сцену.

К моим щекам прилила кровь. Я смутилась еще больше, когда встретила его настороженный взгляд.

— Верховный, — воин отвел глаза и повернулся к Кайросу. — Простите за вторжение.

Кайрос не сразу отпустил меня. Он чуть разжал хватку, но остался неподвижным, будто что-то взвешивал в голове, не отпуская меня полностью.

— Что случилось? — спросил он, холодная резкость вновь вернулась в его голос.

Воин бросил быстрый взгляд на меня, словно раздумывая, стоит ли продолжать говорить при мне, но Кайрос не дал ему времени на размышления.

— Говори.

— В лагерь прибыла ваша невеста, — наконец, выпалил воин.

Я опешив, уставилась округлившимися глазами на верховного:

"Невеста?"

Слово эхом отдалось внутри, вызывая смешанные чувства — странный коктейль из удивления, боли и чего-то совершенно непонятного.

Я взглянула на лицо Кайроса и во мне всколыхнулась новая волна эмоций, которые я не могла понять. Его скулы резко очертились, желваки ходили под кожей, словно он сдерживал бурю внутри себя.

Я видела, как напряглись мышцы на его шее, как лоб прорезала тонкая морщина — все его существо было полно сдержанного гнева, но он молчал. Его рука, только что держащая меня так крепко, медленно ослабевала, и я почувствовала, как воздух вокруг нас изменился, став ледяным.

Казалось, что в этот момент Кайрос превратился в сплошной сгусток напряжения.

Внутри меня нарастало странное ощущение — смесь неуверенности, обиды и какого-то нового, тревожного желания, которое я не могла до конца осознать.

Его напряженное лицо, темные глаза, в которых мелькала опасная искра, манили и отталкивали одновременно.

Почему меня вообще беспокоит наличие у него невесты?

Мне же лучше…его домогательства ко мне могут прекратиться. За время жизни в мире нагов, я познакомилась с распространенными правилами их быта. Наложниц у них могло быть столько, сколько могут себе позволить, но вот появление невесты подразумевало отказ от гарема. Хотя женились они редко. Да и на ком?

Большинство женщин — было простыми девушками, которых яд планомерно превращал в безвольных кукол. Шадэ встречались реже. Еще реже истинные.

— Одевайся, — резко приказал Верховный, не глядя на меня. Его голос ударил хлыстом по сознанию и привел меня в чувства.

Я вздрогнула от его тона, но послушно кивнула, делая шаг назад. Вода, холодившая тело, казалась ничем по сравнению с холодом, который вдруг возник между нами. Быстро натянув на себя одежду, я едва успела привести себя в порядок, как его ладонь сомкнулась на моем запястье железной хваткой.

Он потянул меня за собой, будто ни на секунду не собирался отпускать.

Мы вышли к лагерю и то, что я увидела, поразило меня. Там расположился целый караван нарядных повозок. Рядом с самой большой, украшенной золотыми узорами рун и яркими лентами, суетились слуги. В центре всеобщего внимания стояла девушка.

Да она настоящая красавица.

Белоснежная, сияющая в лунном свете кожа, тонкие черты, Она была словно из другого сказочного мира фей — высокая, стройная, с длинными темными волосами, струящимися по плечам. Изящное платье…неприлично дорогое. Догадалась по нежному золотистому переливу ткани. Шелк из Ларджинии. В доме Таруса даже аукционы проводились, когда появлялась эта ткань в наличии.

Взгляд огромных глаз девушки был устремлен на Кайроса.

Как только она увидела его, лицо озарила улыбка. Она, оттолкнула слуг и бросилась ему навстречу.

Несколько быстрых шажков с покачиванием бедрами и вдруг она застыла на месте.

Кайрос продолжал сжимать мою руку. Ее взгляд мигом переменился — из радостного и ожидающего он стал колючим, цепким и ошарашенным.

А я стояла, не зная, что думать и что чувствовать. Внутри меня все бурлило — чувство неловкости, смущения и… ревности? Ревности, которую я даже не хотела признавать, но ее жгучая волна разлилась по телу.

— Кто это? — голос девушки прозвучал так резко, что она сама прикусила губу. По ее красивому лицу скользнула тень.

Очень медленно она подняла голову и оторвала взгляд от руки верховного, сжимающей мою.

Глаза сверкнули и мне стало трудно дышать от исходящего от ее взгляда прессинга.

— Что ты здесь делаешь, Лиара? — холодный голос Кайроса пронзил воздух и по моему телу пробежала дрожь. Я не могла понять, что сильнее вызывало этот страх — его тон или напряжение, витающее в воздухе.

Девушка тоже вздрогнула, ее губы задрожали от неуверенности, а в глазах мелькнуло замешательство. Лиара посмотрела сначала на Кайроса, затем перевела взгляд на меня, растерянная и обиженная.

— Я… получила информацию, что ты… мой повелитель, — она учтиво кивнула ему, стараясь выглядеть увереннее, но ее голос выдавал напряжение. — Что вы возвращаетесь. Поэтому я выехала навстречу. Хотела сделать сюрприз, но, как вижу, сюрприз не удался.

Неловкость нарастала и я чувствовала, как сердце бьется в горле. Мне было неприятно стоять здесь, быть между ними, особенно когда на мне задерживался этот враждебный взгляд.

— Я не люблю сюрпризы, — резко ответил Кайрос.

Боже, он все еще продолжал сжимать мою руку. Я попробовала незаметно освободиться. Решила, что так будет правильнее.

Рука верховного дрогнула и только крепче сжалась

Лиара явно смутилась. Она переминалась с ноги на ногу, теребя изящную пурпурную шаль на плечах и ее пальцы дрожали от волнения. Было видно, как она собиралась с мыслями, собираюсь что-то спросить. Наконец, решилась:

— Ваша новая наложница, мой повелитель? — тихо и осторожно поинтересовалась она. Я уловила в ее голосе плохо острую ревность.

Застыла, ожидая его ответа и сердце, казалось, замерло вместе со мной. Кайрос не медлил, его слова, прозвучавшие с абсолютной уверенностью, пронзили меня, как лезвие кинжала:

— Моя истинная.

— Истинная… — девушка, оскалилась, обнажила клыки.

Наг…Невеста Кайроса — из расы нагов.

— Когда? Как? — Лиара задрожала от гнева, но Кайрос не собирался объясняться.

— Поговорим после, — оборвал ее он. Лиара замолкала, не смотря на то, что ярость словно пожирала ее изнутри.

— Но… — попыталась было возразить девушка, но Кайрос уже повернулся к воину, стоявшему за его спиной.

— Привал окончен. Собери всех, — коротко приказал он, отпустив мою руку, но его взгляд задержался на мне еще на долю секунды.

Лагерь быстро сворачивался — вокруг меня, сверкая доспехами, мелькали воины.

Раздавались резкие распоряжения и команды, но все это казалось далеким, приглушенным, словно происходило не со мной. Я чувствовала себя как в тумане, едва осознавая, что происходит.

Кайрос подвел меня к повозке. В груди все сжалось, а мысли спутались.

Спину обжигал острый, словно нож, взгляд невесты Кайроса. Я чувствовала его, будто ее глаза пытались прожечь мою кожу.

Взгляд полный обиды, презрения и едва сдерживаемой ярости. Я не могла отделаться от этого ощущения и внутри меня росло неприятное, едкое чувство, словно меня облили ядовитой липкой жидкостью.

Но было еще кое-что.

Лиара не единственная, кто пристально меня рассматривал.

За каждым моим движением следил гораздо более опасный и хищный.

Я чувствовала, как глаза цвета расплавленного золота не отрываясь следовали за мной. Инстинктивно знала, кто это, даже не оборачиваясь.

Зейнар.

Его взор проникал мне в душу так глубоко, что мне казалось, он на расстоянии клеймил меня.

Я чувствовала его даже когда полог повозки медленно опустился. Этот жгучий взгляд не отпускал, словно Зейнар был рядом. Сидел, тесно прижимая меня своим телом к мягкому диванчику.

Кажется, Кайрос, перед тем как опустить полог, что-то сказал. Но я не разобрала слов. Растерянно захлопала ресницами, пытаясь собраться с мыслями, но слова верховного уже растворились в воздухе. Все, что происходило вокруг, словно стекало в одно большое непонимание.

С первыми лучами солнца процессия быстро пересекла утренний туман и съехала вниз, прямо к городским воротам.

Осторожно выглянув за полог, взглянула на город, который раскинулся передо мной, утопающий в тропической зелени.

Высокие пальмы касались небес своими листьями, а цветущие деревья словно взрывались яркими пятнами цветов среди изумрудных ветвей. В воздухе витал влажный аромат листвы и чего-то еще — тяжелого, пряного, пропитанного соленым запахом близкого моря. Все здесь казалось дышащим, живым, каждое дерево, каждый листок.

Неужели Катаар? Один из самых крупнейших городов в мире после свободного Байрака.

Но не только величественный древний город, словно выросший из джунглей, захватил мое внимание.

За высокими воротами нас уже встречала толпа. Горожане стояли в напряженном ожидании. Большинство из них были нагами — высшие, мужчины, статусные и в богатых одеяниях.

Львиная часть их была в человеческом облике, но на некоторых еще виднелись признаки их истинной природы: хвосты, ослепительно блестящие на солнце, покрытые чешуей, словно драгоценные камни, переливающиеся на свету. Плавные движения и ощутимая хищность.

Внимательные и холодные лица. Даже эмоции радости и почтения они выражали, оставляя на своих красивых физиономиях хладнокровие. С опаской и уважением. Без лишних возгласов.

Я пробежалась глазами вдоль каравана и я заметила, что за ночь наша процессия увеличилась. К нам присоединились новые обозы, наполненные трофеями и рабынями. Женщины, чьи лица были бледны от страха, шли подавленно опустив головы.

Бесконечный караван плыл по брусчатке главной улицы медленно, но величественно, словно подчиняя себе весь город.

Во главе процессии ехал сам Кайрос, его фигура выделялась даже на расстоянии. Чуть позади следовал его брат — Зейнар. В хвосте стройным рядом тянулись боевые отряды.

Когда процессия добралась до дворца, мое сердце невольно сжалось от вида грандиозности здания. Стены, воздвигнутые из блестящего камня, отражали утренний свет и казалось, что весь дворец, погруженный в буйство тропической зелени, сиял. Высокие башни бесконечно тянулись к небу, скрываясь за облаками, террасы и сады с экзотическими цветами.

Сам дворец был огорожен водой, через которую построили мост.

Как только мы его пересекли и караван остановился — меня вытащили из повозки и повели по широким открытым коридорам в отведенные покои.

Просторные, но лишенные привычной то ли роскоши, то ли пестроты, популярной у жителей Алых земель.

Зато со своей небольшой купальней.

Здесь царила элегантная простота: широкая кровать с балдахином, украшенная тканями, окна, выходящие на сад и низкий стол, уставленный кувшинами и фруктами.

Меня окружили служанки.

Шустро и без спроса они повели меня в купальню, стянули с меня одежду и распустили волосы.

— Что вы делаете? — от неожиданности и такой беспринципности я стала отбиваться.

— Мы готовим вас к торжеству, — заговорила одна из них с незнакомым акцентом.

— К торжеству? — ошеломленно округлила глаза до того, как на меня обрушился поток горячей воды из кувшина.

— К торжеству. Да.

— Что за торжество? — откашлявшись, попробовала перехватить мочалку и самой себя помыть. Не вышло. От того, как они яростно терли меня, кожа быстро покраснела.

— Да, госпожа. Торжество по случаю возвращения верховного.

— Аааа…Поняла. Но для чего там я?

— Таков приказ верховного. Прошу…

Девушка раскрыла широкое одеяло. Пожав плечами, укуталась в мягкую ткань.

Действительно странно. Зачем мне там быть?

Или Кайрос желает продемонстрировать всем свой бракованный трофей?

Пока меня приводили в порядок, высушивали волосы и делали прическу, я сидела послушной марионеткой. А внутри в это время полыхало пламя. В голову в целом лезли нехорошие мысли.

В какой-то момент стало совсем невыносимо. Атмосфера в покоях будто пропиталась свинцом и ядом.

Служанки замерли. Повисшая тишина выбила меня из тяжелых дум и я подняла голову на зеркала.

В отражении, за моей спиной, стояла Лиара.

Она успела принарядиться. Удивительно быстрая.

И роскошная как сияющий бриллиант.

Всю ее красоту портила только жутко раздраженная гримаса, адресованная мне.

— Оставьте нас, — сквозь стиснутые зубы распорядилась невеста верховного.

Повторять дважды не пришлось. Служанки, опустив головы, быстро покинули комнаты. Лиара, решительно шагнула ко мне, откинув назад роскошную копну черных волос.

— Значит ты истинная верховного, — процедила она, все так же сквозь стиснутые зубы. Из ее уст слово “истинная” прозвучало как ругательство.

— Истинная, — по инерции ответила. Наверное даже прозвучало жалко.

Лиара остановилась, сверкнула в меня наэлектризованным взглядом. Едко усмехнулась.

— По правде говоря, — начала она медленно, рассматривая меня как музейный экспонат. — Вначале я расстроилась. Знаешь появление истинной серьезная проблема для нашего с Кайросом будущего. Но ты оказывается бракованный товар.

Я замерла. Ее слова больно ударили по сознанию. У меня на лице что ли написано, что я бракованная или Кайрос сообщил?

— Ну да, так вышло, — спарировала в ответ.

Лиара раздраженно хмыкнула.

— Ты выглядишь как дешевая потаскуха из дома удовольствий для низших нагов.

Слова Лиары ударили больнее хлыста.

Холодный взгляд полный презрения окатил ледяной волной, заставив меня поежиться от наполняющего каждую клеточку отвращения.

— Молчишь? — девушка дернула уголком губ в оскале.

Она ждет, что я ей что-то должна ответить?

Неужели провоцирует?

С огромным трудом сдерживала рвущуюся наружу обиду и злость. Сжала кулаки до побеления костяшек.

Заговорила, стараясь не дать своему голосу дрогнуть. Мягко, насколько возможно.

— Могу я узнать, какова цель твоего визита?

Она снова окатила меня презрительным взглядом. Поморщилась, словно сама не знала ответа.

— То что верховного с тобой скрепила истинность, это ничего не меняет…

А вот это уже прозвучало как само убеждение. Хотя она права.

— Ты не сможешь родить ему наследника, а значит, ты бесполезная и никчемная человечка, — Лиара самодовольно усмехнулась.

Я сильнее сжала кулаки, больно впиваясь ногтями во внутреннюю сторону ладони. Так хоть как-то получалось сдерживать свое негодование по поводу оскорблений направленных в мой адрес.

— Тогда тем более тебе не стоит тратить свое время на такое никчемное создание как я, — сдержанно я развела руками.

— Ты еще смеешь дерзить? — мгновенно оскалилась невеста моего истинного.

Интересно… с чего такие выводы?

Все же она пришла меня именно провоцировать. А я не собираюсь допускать.

Натянув на лицо понимающую улыбку, поднялась с мягкого пуфика.

По-хорошему счёту ее бы надо выпроводить и дать понять, что разговор окончен.

Набрала в легкие побольше воздуха и мягко выдохнула:

— Ни в коем случае. Я всего лишь констатирую факт. Пожалуйста, давай на этом закончим.

Я скользнула взглядом по комнате и решила, что идеальнее всего было бы просто направиться в сторону купальни. Скорее всего в этом месте Лиара должна была бы сделать вывод, что почвы для конфликта нет и на этом все.

Как же я ошиблась…

Едва я повернулась к девушке спиной как мою спину буквально обожгло от мощного удара хвостом.

Не успев даже сообразить, что происходит, я покатилась по полу и комната перед глазами перевернулась вверх дном.

Черт… она ударила меня!

Увидев стремительно приближающуюся колонну, успела прикрыть руками лицо. Снова удар плечом, до онемения конечности.

Ай!

Аж перед глазами потемнело.

Тряхнув головой, попыталась абстрагироваться и подняла на девушку взор.

Ее массивный хвост, секунду назад трансформирующийся из стройных ног, сворачивался клубком. Лиара поднималась высоко надо мной, пока ее тень, словно ядовитая змея, двигалась в мою сторону.

Ужас и растерянность смешались в сознании, заставив меня оторопеть и вжаться в колонну.

— Прекрати! Я тебе ничего не сделала!

В голове гудело, с трудом получалось шевелить языком.

— Ах ты тварь, решила, что можешь мне указывать, что делать? — зарычала девушка.

На моих глазах на изящных пальцах выросли когти. Мое горло сдавило от рвущегося крика.

Она заметила мой страх. С наслаждением считала с лица и ухмыльнулась.

— Боишься? Правильно, — звонкий мелодичный голос наполнился шипением. — Я сделаю так, что Верховному даже смотреть на тебя станет противно.

— Ч-что? — я опешив захлопала ресницами.

Смысл ее заявления дошел не сразу, но зато инстинкт самосохранения сработал молниеносно.

Как только острые когти лязгнули рядом с моим лицом, я успела каким-то чудом увернуться.

Пыль от расцарапанной колонны посыпалась мне на ресницы и забилась в легкие.

Я закашлялась.

Лиара разъяренно зарычала:

— Ты…!

Новый удар. Я откатилась. Уперлась ладонями в холодный пол, вскочила.

За спиной раздался гулкий грохот. А затем перед носом снова стремительно опустился хвост, снося со стола посуду.

Эта фурия разошлась так, что явно не переживала, что кто-то может прийти на шум.

Или ей было все равно.

Я снова отпрыгнула, удивляясь своей выносливости и реакции.

Еще немного и она чуть меня не задела.

Да, ей определенно все равно. Ожидаемо от невесты верховного и к тому же представительницы высшей расы.

— Отстань от меня! — на автомате подхватила с пола упавшую со звоном чашу и швырнула ее в фурию.

Никогда не умела драться и уж тем более проявлять агрессию, но эта ситуация все перевернула.

В висках застучал адреналин. Сердце забилось так часто, что я едва ли могла нормально дышать, не то чтобы соображать.

В голове играла только одна мысль — надо выбираться, пока меня не покромсали на части. Я даже не сомневалась, что Лиара на это способна.

Мне просто надо выбрать!

Я швырнула в нее поднос.

Разъяренная фурия отбила его хвостом. Стены содрогнулись от ее вопля.

Она окончательно озверела и молнией бросилась ко мне точно кошка, которой надоело играть с мышкой. Точнее ядовитая кобра.

Проклятье.

Спасаясь от новой атаки, врезалась в декоративный столик и вместе с ним повалилась на землю.

Быстро пробежалась глазами в поисках орудия для защиты. Хоть что-нибудь…

В следующее мгновение когтистые пальцы сомкнулись на моем запястье, царапая кожу.

— Прекрасно…мышка попалась, — съехидничала она.

Опомниться не успела как меня подняли на ноги и встряхнули.

Какая же она сильная.

— С такой невестой врагов не нужно, — вырвалось у меня спонтанно.

Лицо нагини окончательно перекосило.

Она ослабила хватку, но дальше вцепилась в мои волосы на затылке. Так резко и больно, что мои глаза защипало от подкативших слез.

Я не позволила себе плакать. Стиснула зубы и вцепилась в ее запястье. Насколько могла. Попыталась в ответ впиться своими короткими ногтями.

Вряд ли у меня был шанс ответить ей хоть частичкой того вреда, что она успела причинить мне, но все же.

— Сочувствую тебе, — прошипела ей в лицо сквозь стиснутые зубы.

— Мне? — усмехнулась Лиара.

— Тебе…Твоя злость выдает твое бессилие.

Девушка дернулась. По лицу скользнула растерянность. На одно короткое мгновение. Затем оно сменилось еще большей ненавистью. Испепеляющей до чертиков.

Я попала в точку. Случайно и неосознанно.

— Я уничтожу тебя, — она потянула меня на себя, поднимаясь на хвосте. Мои волосы, что эта фурия сжимала в руке, натянулись так, что дыхание перехватило. Мне пришлось привстать на носочки, чтобы удержаться и снизить нагрузку.

Ныла не только кожа головы, но и все тело. Каждый синяк и ссадина, полученные в этой неравной борьбе, яростно напоминали о себе.

Мне было больно… но больше не страшно. Просто обидно.

Я смотрела на нее как на равную, а она уже сейчас уничтожала меня острым как бритва взглядом.

— Думаю, верховный скажет мне спасибо, если я избавлю его от позора в виде бракованной шлюхи, которую он по ошибке назвал истинной, — дыхание девушки обожгло лицо.

Мы обе одновременно прищурили глаза и когти сжались сильнее на моем затылке, словно она собиралась снять с меня скальп.

Отчаяние заволокло сознание. Осталась только пульсирующая боль и слабое, лишенное стратегии желание сопротивляться.

Для меня время словно остановилось. А внутри, где-то рядом с сердцем нечто задрожало, разливаясь согревающим теплом по венам.

Что это?

Невыносимое чувство заставило сердце биться чаще. В моем теле будто зарождалась сила. Распускаясь обжигающим цветком, она тянулась и наполняла каждую клеточку энергией.

Я на мгновение зажмурилась и в следующую секунду комната словно содрогнулась.

— Лиара!

Физически почувствовала, как Лиара вздрогнула, замерла и…кажется, оскалилась.

Но пыл ее начал стремительно остывать.

Вместе с тем пламенный цветок силы во мне внезапно остыл, оставив только непривычный след тепла.

— Отпусти ее, — прозвучал приказ. Исходил он как ни странно от Зейнара. Его низкий хрипловатый голос, обволакивающий мягкой паутиной, сложно не узнать.

— Уходи! — огрызнулась невеста Кайроса. Дрожь прошлась волной по ее руке, сжимающей мои волосы и кисть ослабла.

Я осела на пол. Голова кружилась как и сознание.

Зейнар тут же оказался рядом. Подхватил меня под локоть, поднял на ноги.

Я даже не заметила, как он буквально отпихнул Лиару от меня. Она выглянула из-за его спины, раздраженно поджала губы.

— Ты в порядке? — негромко осведомился чистокровный. Наши лица встретились. Желтые глаза мужчины опасно сверкнули. Но я уловила в них новую непривычную эмоцию.

Словно он одновременно злился и сочувствовал. Но на кого злился? На меня или Лиару? На себя?

— Арина? — повторил он тише. Просканировал меня глазами, задержался на нескольких царапинах. Воздух в спальне, пропитанный нашей с Лиарой неравной борьбой и разлитыми на полу напитками, потяжелел, став свинцовым.

Чистокровный резко развернулся к невесте брата.

Одно мгновение и сильная рука сомкнулась на ее белоснежной шее.

Лиара вскрикнула. Блестящий хвост в конвульсии забил по полу. Округлив глаза, девушка хрипло зарычала:

— Прекрати…Кайрос накажет…

— Нет, красавица, он тебя накажет, когда узнает, что ты натворила.

Девушка явно была не согласна. Лихорадочно, насколько это было возможно, замотала головой, сопротивляясь давлению Зейнара.

— Она для него никто…я слышала как служанки это обсуждали…Пусти меня…Проклятый бастард!

Я в ужасе опешила. Рука чистокровного сжалась на горле Лиары сильнее и хвост извиваясь кольцами задрожал.

— Стой! — сорвалось с моих губ. Я испугалась. Черт. Лиара чуть меня не убила, но смотреть на то, как Зейнар сжимает ее шею мне было страшно и больно. — Остановись…

Он словно не услышал меня, встряхнул девушку. Затем вдруг с ревом оттолкнул.

Лиара пошатнулась, упала.

Вскочила разъяренной кошкой. Ну прям точь в точь фурия.

— Остынь, или я без шуток сломаю тебе шею, — тряхнув гривой медных волос, Зейнар отряхнул ладони, словно прикосновения к девушке оставили на его руках грязь.

Лиара швырнула в мою сторону презрительный взгляд, сжала кулаки, будто гася всю злость. Когти исчезли и хвост снова трансформировался в стройные ножки. Плотно сжав губы, отряхнула платье и изящно припала плечом к колонне.

— Ты не посмеешь, — едко фыркнула она в лицо чистокровному.

— Думаешь? — усмехнулся Зейнар, — хочешь проверить?

Судя по тому, как невеста Кайроса побледнела — проверять она не хотела и поверила на слово.

— Мы просто выясняли отношения, знаешь, между девушками тоже такое бывает, — ехидно покосилась в мою сторону. — Твое вмешательство не требовалось.

— Да ты меня чуть не убила, — не выдержала я. Зейнар жестом предложил мне умолкнуть, а Лиара воспользовавшись заминкой, снова вклинилась со своим очень ценным мнением:

— Тебя не должно быть в женских покоях истинной верховного.

— Как и тебя, — спарировал чистокровный. В следующее мгновение он сжал ее подбородок. Так внезапно и неуловимо, что Лиара ошарашено замерла с открытым ртом. Сам Зейнар при этом оставался непробиваемо спокойным. — Скажи мне, Лиара, ты действительно поверила, что твой статус гарантирует тебе безопасность при любом раскладе?

— Нет…но…

— Может ты решила, что мой брат щедро отблагодарит тебя за то, что ты пыталась убить его любимую игрушку?

— Я…думала…она ему не нужна…

— Если бы она была ему не нужна, ее бы здесь не было. Не находишь?

Лиара нервно сглотнула и снова покосилась в мою сторону.

— Видишь, как все просто, — задумчиво процедил чистокровный. — Так какие демоны тебя сюда привели?

— Просто…я разозлилась. Она…эта никчемная, — девушка ткнула в меня пальцем, — она мне грубила. Сказала, что Кайрос больше меня не хочет и что она избавится от меня. Знаешь, сколько себе эта выскочка нафантазировала?

Я вздрогнула.

Что?

— Лиара! — осек ее Зейнар.

— Ты же знаешь, что я по другому не могла. Она унизила меня и я должна была ответить на оскорбления. Ты должен понять.

В глазах Лиары заблестели слезы. Комната наполнилась всхлипами. Параллельно она не забывала соблазнительно хлопать ресницами, пытаясь поймать взгляд Зейнара.

Я опешив, растерялась. Когда это я ей грубила?

— Это ложь! Все ложь!

— Замолчи! — девушка взвизгнула, дернулась в мою сторону.

Я по инерции отшатнулась. Показалось, что мы снова с ней сцепимся. Вот прям сейчас…

Но между нами снова вырос Зейнар. Встряхнув девушку за плечо, он жестко и злобно зашипел что-то на древнем языке. Я его не знала.

— Но…— она снова попыталась ему возразить.

— Ты хорошо поняла меня?

Лиару ломало. Я заметила, как она покрылась красными пятнами, но все же кивнула.

— Убирайся, — последнее что сказал ей Зейнар и разжал руки.

Она пошатнулась, фыркнула и направилась к выходу.

Правда, на прощание стрельнула в меня глазами. Словно намекая, что это не конец нашего общения.

Мы с чистокровным остались вдвоем. К этому моменту я успела подняться на ноги, колени саднило, опустив голову — заметила, что ссадина почти зажила.

Бегло осмотрела себя. Соображала туго и меня мутило, но точно могла сказать, что многие следы, оставленные на мне Лиарой, исчезли. Остались только самые выраженные. Незначительный синяк на коленной чашечке и пара тонких царапин на руке.

Интересно, как быстро они зажили…до того как Зейнар меня рассмотрел или в процессе.

Если так посудить, я действительно особо побитой не выглядела.

В любом случае решила держать лицо. Поправила платье и вскинула подбородок на мужчину. Он как раз снова оказался рядом.

— Я бы сама все утрясла, — буркнула невпопад. Прозвучало жалко. Сама в это не верила и по хорошему, мне бы надо было поблагодарить чистокровного.

— Неужели? — Зейнар усмехнулся. Рывком подхватил меня на руки и сместился к мягкому диванчику. Осторожно опустил на подушки и приземлился рядом. — Когда я вошел, мне не показалось, что у тебя все под контролем.

Тут он прав. Насупившись, хмыкнула:

— Я бы справилась…Наверное. Она кстати лгала, ну или преувеличила.

Зейнар поймал мой подбородок и заставил поднять голову. От неожиданности я сильно вздрогнула. Но он держал меня за подбородок совсем не как Лиару, мягче.

— Посмотри на меня, — его дыхание чуть защекотало кончик носа и осело на губах. Он снова слишком близко и от его близости меня пробрала легкая дрожь.

— Посмотри на меня, — с нажимом повторил и я подчинилась.

Наши глаза встретились. Как всегда, он будто видел меня насквозь, прощупывая взглядом самое сокровенное.

— Ты не должна была с ней связываться ни при каких обстоятельствах.

— Я и не хотела…честно.

Он снова заставил меня задрожать, проведя большим пальцем по щеке.

— Твое положение шаткое. Пока у тебя не так много преимуществ и для тебя Лиара опасна.

— Я знаю о том, что я в вашем мире никто. Не обязательно мне об этом напоминать.

Пальцы чистокровного сжались на моем подбородке, он приблизился, заставив сердце нервно затрепетать.

— Я не сказал, что ты никто. Я сказал, что твое положение шатко. Сделай одолжение, постарайся не ввязываться в неприятности…пока. И еще просьба, о том что случилось, не рассказывай брату. Я сам решу вопрос. Лиара к тебе больше не приблизится.

— Звучит многообещающе.

Губы мужчины дрогнули в легкой полуулыбке. Он сжал мою руку, повернул и обвел кончиками пальцев царапины.

Он что-то шептал. Снова на древнем. Желтые глаза посветлели, напонясь золотистым светом. Дыхание мягким ветром защекотало кожу в месте повреждения. Остатки царапин затягивались на глазах.

Зейнар лечил меня, делясь своей энергией.

Когда он закончил, я почувствовала прилив сил. Не так как прошлый раз. Это была вполне себе естественная энергия на почве хорошего самочувствия, подаренного Зейнаром.

— Спасибо, — тихо поблагодарила. — Ой, куда ты?

Я удивленно наблюдала за тем, как мужчина поднимается, направляясь к выходу.

— Ухожу. Меня сейчас здесь быть не должно. Не рассказывай о случившемся верховному, — напомнил Зейнар. — Отдыхай и готовься к вечеру.

— А что ты сказал Лиаре?

Он пожал плечами, уклончиво обозначив, что подробностей не будет.

Как только Зейнар покинул комнату, в дверь прошмыгнули обеспокоенные служанки. Никто из них ничего у меня не спрашивал, но их любопытство буквально пропитало воздух. Как и паника, от вида разбросанных со стола вещей и признаков борьбы.

На своем опыте знаю — хорошие слуги вопросов не задают. И эти женщины не стали ничего спрашивать.

Молка принялись устранять беспорядок, пока две другие девушки подвели меня к зеркалу, на котором виднелись трещины.

Видимо что-то отскочило в стекло.

Я села на пуфик и опустила голову. Мне поправили прическу и предложили другое платье.

В кратчайшие сроки слаженной работы — я и вся спальня выглядели словно ничего и не было. Только трещина на зеркале предательски напоминала о произошедшем.

— Вы готовы, госпожа, — женщины учтиво поклонились, отступая на шаг.

С благодарной улыбкой кивнула.

В массивную дверь громко постучали и сообщили, что меня ожидает верховный.

За порогом комнаты стройным рядом выстроились стражи, выжидая новую наложницу верховного…то есть меня.

Похоже на праздник я являюсь не только при параде, но под конвоем.

Безразлично пожав плечами, покинула спальню.

Меня вели по роскошным коридорам дворца и чем ближе я подходила к залу, тем отчетливее слышала легкую, плавную музыку и приглушенные отголоски речи.

Каждый шаг по мраморным плитам казался тяжелым, словно мои ноги сопротивлялись. Коридор тянулся вперед, изящно украшенный картинами и резными узорами на стенах, мерцая в свете золотых ламп.

Наконец, мы остановились перед великолепными дверями, искусно украшенными гербом Ассашана — изящные переплетения золотых линий, изображающие древнего змея.

Двери распахнулись с тихим скрипом, гордо открывая передо мной зал, наполненный роскошью высших нагов.

Первая волна свежего, ароматного воздуха обдала мое лицо, напоминая о том, как далеко я сейчас от своего привычного мира.

Зал, несмотря на множество гостей, казался просторным, как будто пространство здесь не знало границ.

Прохладные оттенки убранства, переливающиеся голубым и серебром, словно обрамляли гостей, подчеркивая их величие.

Высшие наги красивы. Все как один.

Они выделялись в каждой детали: статные фигуры, изящные движения, роскошные наряды.

Мужчины преобладали, их аристократические лица казались почти идеальными, но среди них мелькали и женщины, не менее грациозные.

У многих была характерная для Ассашана внешность: белокурые или смоляные волосы, причем чаще белые, белые, как свежевыпавший снег.

Бледная, почти прозрачная кожа резко отличалась от смуглых жителей Алых земель.

Было трудно понять, кто из женщин наги, а кто — Шадэ. Они разодеты точно королевы.

Высшие наги любили наряжать своих наложниц в лучшее, обвешивая их драгоценностями. Это часть имиджа самого нага.

Я замерла, захваченная этой роскошью. Мне внезапно стало больно от увиденного.

Я словно попала в другую вселенную, где никто никогда не страдал и даже не знал, что это такое. А ведь за пределами этой залы и дворца все было иначе.

Алые земли дичали, вольные поселения постоянно заполнялись беженцами, рост налогов и бесконечные войны, захватническая политика более развитых государств и работорговля.

Было еще нечто важное…

Варм жил не только специфическими технологиями, но и магией. Энергия в этом мире имела катастрофически важное значение. А с ней в последнее время, судя по тому что я наблюдала — были проблемы.

Я долго пыталась понять, зачем наги захватывают соседние планеты, вторгаются в чужие миры и похищают женщин.

Ответ пришел после первого месяца жизни в этом аду.

Проблемы с двумя важными ресурсами, которые они восполнили оккупацией.

Первое — Варм истощался. Этот на первый взгляд первобытный мир — имел мощные технологии, позволяющие им телепортировать целые армии на другой континент или планету. Я плохо понимала, как это работало, но знала, что наги используют энергетическую материю и ее запасы надо было регулярно восполнять.

Второе — женщины. Женщины тоже были ценным ресурсом и его нехватка приводила к массовым похищениям и захвату новых территорий.

Грустно…

Внутри неприятно закололо.

Эта вечеринка как танцы на костях. Высшие празднуют возвращение своего лидера — захватчика, который недавно уничтожил дом Таруса и несколько деревень за компанию.

— Истинная верховного правителя Ассашана — Арина.

Мое имя эхом разнеслось по залу и я вздрогнула, почувствовав, как сотни пар глаз устремились на меня.

Имя простой служанки из алых земель торжественно прозвучало для всех.

Невольно вспомнилось, как несколько часов назад Зейнар тоже назвал меня впервые по имени. Хоть я даже не помнила, представлялась ему или нет. Возможно узнал от других слуг особняка Таруса.

В одно мгновение я оказалась в центре внимания, и мне захотелось провалиться сквозь землю. Я бы предпочла тихо прошмыгнуть в толпе, остаться незамеченной среди блестящих платьев и украшений, но теперь каждый взгляд был устремлен на меня.

Гул голосов стих и время, казалось, замедлилось.

Я стояла, не зная, что делать дальше и ощущала тяжесть этих взглядов, как если бы они придавливали меня к земле.

Наги растворились, образуя живой коридор к другому концу залы, где на почетном месте правителя восседал сам Кайрос. По правую сторону от него, на ступеньке ниже — расположился Зейнар.

По левую сторону стояло пустое кресло. Наверное для невесты верховного или кого-то более приближенного.

Саму Лиару я увидела в окружении статусных нагов у пьедестала.

И она меня заметила.

Кажется, в этот момент меня ударило током от ее неприязни.

С каждым шагом к трону напряжение внутри меня нарастало, словно невидимая тяжесть опускалась на плечи. Мраморные ступени казались бесконечными и воздух вокруг меня густел от взглядов. Гости зала следили за каждым моим движением, словно хищники, высматривающие слабость.

Когда я оказалась у пьедестала, по телу пробежала волна смущения. Кайрос, возвышаясь надо мной, словно башня, был неподвижен, но его аура давила так сильно, что у меня возникло желание убежать, спрятаться где-то вдали от этого холодного взгляда. Я учтиво опустила голову, сдерживая дрожь в коленях и сделала легкий поклон. Однако, покосившись на него, я заметила, как его тело напряглось. Напряжение ползло по его мускулам, сковывая каждое движение. Что-то его беспокоило и это только усиливало мою тревогу.

В то же время я почувствовала колючий взгляд Лиары, стоящей неподалеку. Ее глаза словно пронзали меня насквозь, в них была смесь презрения и ревности, которую она даже не пыталась скрыть. Рядом с ней стоял пожилой наг с печатью на груди, на которой был выгравирован герб Ассашана. Он смотрел на меня с едва заметным интересом, но его взгляд был тяжелым и требовательным. Видимо, это был ее отец, высокопоставленный советник.

Зал, казалось, замирал в ожидании, каждое движение казалось отчетливым и медленным. Я хлопала ресницами, не понимая, что происходит. Мое сердце забилось сильнее и я почувствовала, как пот выступил на ладонях.

— Тебе требуется особое приглашение? — холодный голос Кайроса пронзил тишину. Его слова ударили, как плеть и я почувствовала, как к горлу подступает ком.

— Я не понимаю, — выдохнула я, еще сильнее смутившись, не понимая, чего он хочет.

— Садись, — коротко приказал он и его глаза блеснули ледяной сталью.

Что? Рядом с Верховным? Мое сознание тут же взорвалось множеством вопросов. Я оглянулась на свободное кресло рядом с троном и в голове не укладывалось, что оно предназначено для меня. Как это возможно? Это какая-то ошибка…

Но прежде чем я смогла что-то сказать, тишину разорвал голос Зейнара, его легкая насмешка прозвучала словно пощечина.

— Истинная нашего правителя, похоже, плохо знакома с нашими обычаями. — Его голос прозвучал обманчиво мягко. В тоне чувствовалось насмешливость и удовольствие от происходящего. — Арина, по правилам, истинная должна находиться рядом с Верховным.

Его слова, прозвучавшие так естественно, поставили меня в еще больший ступор.

Мое лицо вспыхнуло, я едва удержалась, чтобы не отступить назад.

Абсурд… для меня это полный абсурд.

Зато теперь стала понятна причина полыхающей ненависти ко мне со стороны Лиары и напряжение самого Кайроса.

Я не та истинная, которую он хочет видеть рядом с собой, но он чтит традиции. Да и как верховный, вынужден с ними считаться.

А я…у меня только одно желание, сжаться и спрятаться в самый дальний угол. Стать маленькой и неприметной, спрятаться от пристального внимания окружающих.

— Арина, — терпкое звучание голоса верховного пробилось в мои мысли.

Наши глаза встретились. Обжигающие чернотой зрачки обожгли. Я услышала, как он до скрипа сжал зубы, а затем раскрыл передо мной ладонь.

Рядом зашуршала ткань, от того как нервно Лиара сжала шелк платья в кулаке.

Что ж…

Чувствуя скверный осадок, я приняла приглашение, опустила свою руку в его.

Наблюдая, как моя ладошка тонет в массивной руке Кайроса, прикусила губу. От его руки исходило ощутимо тепло. Такое, от которого кровь в венах разлилась жаркой лавой, заставляя сердце предательски биться чаще.

Кайрос подтянул меня к себе, слишком резко. Меня пошатнуло. Его вторая ладонь опустилась на мою талию, скользнула в сторону и сжалась.

С одной стороны это помогло мне удержать равновесие. Но с другой, меня обдало новой порцией жара и краска ударила в лицо.

Что он делает?

На это же все смотрят.

Все…

Я нервно дернулась и упала в кресло.

Тело утонуло в мягкой обивке, но я заерзала, словно кресло было полностью каменным и неудобным.

Верховный поднял руку, жестом обозначая, что можно продолжать мероприятие.

Последовала вереница бесконечных приветствий от приближенных и заморских гостей.

Я туго представляла себе суть происходящего и тем более мне совершенно не было понятна цель моего присутствия.

Все же опыт проживания не вольных землях вносил смуту в восприятие. Традиции и законы Ассашана я знала скверно.

Поток приветствий и пожеланий длился, как мне казалось, бесконечно. Нудно, долго, сложно, скучно.

Все это время я чувствовала себя напряженной до предела пружиной.

Через какое-то время у меня стали трещать суставы и спина.

Иногда гости, преподнося верховному подарки, одаривали и меня, как истинную.

К счастью это делали не все. Видимо слухи о наличие истиной у Кайроса дошли не до всех.

Я понятия не имела, как реагировать, как благодарить, можно ли отказаться?

И конечно ощущала себя лишней на чужом празднике.

Лиара с этой миссией справилась бы лучше, это точно.

После торжественных приветствий меня любезно пригласили за богато заставленный угощениями стол.

Слишком много всего. В глазах запестрило.

И… о боже.. мне снова пришлось сесть рядом с верховным.

Пышное пиршество стало новым испытанием.

Адом, который снова обратился в бесконечность.

Перед глазами пестрили лица, довольные улыбки гостей, танцующие девушки. В ушах звенело от смеха, музыки и громких разговоров, перекрывающих звучание флейты.

Когда рука верховного внезапно опустилась на мою, мирно покоящуюся на подлокотнике — от неожиданности я сильно вздрогнула и поморщилась.

Кайрос конечно это заметил и видимо воспринял мою реакцию по своему.

На его лицо упала тень.

Сильные пальцы болезненно сжались, выбивая их моих легких слабый писк.

Он подался в сторону, ко мне. Наклонился так, чтобы услышать его могла только я и тихо прошептал:

— Тебе так неприятно здесь находиться?

— А если это так, я могу уйти?

От моего вопроса он помрачнел еще больше.

— Нет, — горячим дыханием обжег мою щеку.

Эх…

Я грустно вздохнула.

— Мне сделать вид, что мне здесь нравится, мой господин? — спросила, после короткой паузы.

Его рука все еще удерживала мою. Правда, хватка чуть ослабла.

— Продолжаешь дерзить?

В ответ я молча пожала плечами. Честно говоря, я не знала, зачем это спрашиваю. Наверное просто дискомфорт сыграл злую шутку и я не смогла себя сдержать. Хотя злить верховного, плохая затея.

Снова вздохнув, до щемящего ощущения в легких, я все таки решилась спросить:

— Зачем я здесь? Разве рядом с вами не должна сидеть ваша невеста?

Кайрос удивленно поднял бровь.

— Ты моя истинная.

— И что с того? Вам же не нравится мое присутствие, так зачем себя мучать?

— Ты задаешь глупые вопросы, — он стиснул зубы. — Мне гораздо больше нравится, когда твои губы заняты другим делом.

От такого заявления меня передернуло. Краска густо залила лицо. Я прекрасно понимала, что нас вряд ли слышат, но ловя на себе любопытные взгляды всех присутствующих, возникало чувство, что как раз — слышат все.

Потупившись, я выдернула свою ладонь и опустила себе на колени.

К счастью, Кайрос не препятствовал. Но мне показалось, что ему это не понравилось. От него повеяло холодом и раздражением.

— Ты ничего не ешь и не пьешь, — мужчина кивнул на напитки и многочисленные блюда, на фоне которых заметно выделялась моя пустая серебряная тарелка, усыпанная аметистами.

— Нет аппетита.

— Не лги. С момента, когда ты последний раз ела, прошло много времени.

Вот эта забота.

Поджав губы, я тихо фыркнула:

— Я мало ем.

— Это видно. Ты слишком худая.

— Вам это не нравится?

— Мне в тебе не нравится все, — буднично процедил он, — но ты моя истинная.

Внутри меня все вскипело. Я принципиально отодвинула пустое блюдо дальше.

— Очень сожалею, но ничего не могу с этим поделать.

— Я не об этом, — с нажимом прорычал верховный.

— А о чем? — я подняла голову на него. Его взгляд впился в мои зрачки ураганом, разбивая мысли в дребезги.

Долго я бы не смогла его выдержать. В следующее мгновение снова отвернулась.

Иначе бы потеряла самообладание и наговорила бы глупостей.

Правда, я все равно чувствовала то как он смотрит на меня. Прожигает насквозь.

— Я думал, тебе понравится, — задумчиво заявил он. — Ты сидишь рядом, как подобает моей истиной, а не жалкой бракованной наложнице. Я признал тебя перед всеми. Что не устраивает?

Его слова заставили меня одновременно растеряться и почувствовать, как по венам словно разливается отрава, выжигая все внутри.

Прикусив до боли губу, я подняла на него глаза.

— Спасибо за оказанную честь, но не стоило было так напрягаться. Я все равно остаюсь бракованной наложницей. Зачем обманываться.

Усмешка Кайроса резанула по созданию. Мне она не понравилась. Каждая моя клеточка моментально напрягалась и его аура окутала меня тяжелым покрывалом.

— Нравится считать себя наложницей?

В этом вопросе промелькнуло нечто опасное, острое и порочное.

Я уловила смену его настроения и мне бы помолчать, но я зачем-то буркнула:

— Так хотя бы честнее. Без этого шоу…

— Допустим, — Кайрос опустил руку на мое колено.

Удерживая мой взгляд, он отодвинул край моего платья, там где проходил длинный разрез и скользнул ладонью по внутренней стороне бедра.

От неожиданности у меня опустилась челюсть и округлились глаза.

Лицо верховного будто окаменело. Стало нечитаемым.

А я в этот момент заливаясь краской, сжала колени, не давая его руке подняться выше.

— Раздвинь ноги, — негромко приказал он.

— Ч-что…что вы делаете? — опешив, я бегло пробежалась глазами по нарядному залу. По глазам ударил свет сфер и блеск помпезной атмосферы.

Как же много гостей…

Кто-то продолжая веселиться поймал мой взгляд. Улыбнулся, вгоняя в краску.

Рука Кайроса в этот момент отодвигала мое колено и заскользила выше.

Я нервно сглотнула.

Казалось, что все присутствующие знали…Знали, что делает верховный.

Когда его пальцы коснулись моей промежности, я судорожно сжала ноги.

— Прекрати…те, — пискнула, чувствуя, как полыхают от стыда щеки.

— Раздвинь, — повторил он низким, охрипшим голосом, пропитанным тяжелым металлом.

Меня обдало жаром от его слов. Стыдно и дико.

Оспорить приказ верховного? Скинуть его руку? Броситься бежать?

В растерянности закусила губы.

Часть меня готова была действительно сбежать. Но другая сторона поддалась необъяснимому импульсу. Слабость разлилась жаркой волной по телу, спутывая мысли в кучку.

Мне перестало хватать воздуха. Я часто задышала, нервно сглатывая сухой ком.

Он сам отодвинул расслабленное колено и обвел шероховатой подушечкой пальцев чувствительный бугорок.

Я замерзала на месте, чувствуя как низ живота закручивается тугим узлом и лоно отдает пульсациями.

На автомате вцепилась в его запястье. Снова окинула взглядом зал. Лицо горело от стыда.

Он перехватил мой взгляд и оскалился. На напряженных скулах верховного заходили ходуном желваки.

— Зачем вы это делаете? — сипло вымолвила. Дыхание сбилось, не давая нормально произносить слова.

Он не ответил, но я прочитала ответ в его глазах. Ему нравилось чувствовать свою власть надо мной. И еще он злился и наказывал.

Движения его пальцев ускорились. Он водил ими вверх-вниз, задевая самые чувствительные места, выбивая из моих легких судорожные вздохи. Я стиснула зубы, стараясь абстрагироваться от нарастающих ощущений.

Попытки сдержать его руку ни к чему не привели. Низ живота снова обдало волной жара и перед глазами помутнело. Мое тело реагировало на его порочные ласки.

Он надавил на мой клитор и тело прострельнуло от спазма. Я опустила ресницы. Наклонила голову. Старалась не думать о гостях в зале. Все равно чувствовала скользящие по мне взгляды.

Сам верховный оставался невозмутим…в отличие от меня.

Я вся горела, словно под мое кресло накидали дров и разожгли костер. Между ног стало влажно. Соски затвердели, я прикрыла их руками, сжалась.

Боже…

Самое пугающее, что присутствие всех этих нагов словно добавляло остроты в жаркие ощущения.

Кайрос, размазывая смазку по моей промежности, довел меня до такого состояния, что сознание затуманилось. Мне вдруг стало все равно на этот зал и гостей.

В голове просто не осталось мыслей. Только эмоции и яркие импульсы, от которых заискрило в глазах.

Я пропустила момент, когда невольно сама раздвинула шире ноги, позволяя умелым пальцам Кайроса теребить возбужденный до предела клитор.

От нарастающего давления стало казаться, что я сейчас взорвусь.

Кусая губы, я как могла, сдерживала рвущиеся наружу стоны. Бедра словно ошпарило кипятком. Я почти дошла до пика, когда верховный сместил руку к лону и всунул в меня палец.

От неожиданности я подпрыгнула на месте, чуть очнулась и сжала ноги. Только спустя мгновение я об этом пожалела. Ощущения от сжатых бедер стали острее. Сильный импульс скрутил меня пополам.

По инерции я вцепилась в край стола, зажмурилась. Кажется, я оказалась в нагретом до предела вакууме, лишившись способности слышать и думать.

Верховный вставил в меня еще один палец и начал двигать ими, имитируя движения членом. Быстро, глубоко. Параллельно большим пальцем надавливая на набухший клитор. На моем лбу выступила испарина. Каждое движение как разряд током, до треска в голове и озноба по коже.

Меня бросило в жар…снова. Окатило будоражащим холодом. И опять этот жар. Тело задрожало и каждая клеточка будто онемела. По бедрам потекли соки. Я сжалась колечком вокруг его пальцев и оргазм взорвался во мне фейерверком.

Желание сорваться на громкий стон отдалось болью в суставах. Я выгнулась, прогнулась в пояснице и когда меня отпустило — чуть не завалилась обессиленно на стол.

Воздух снова хлынул в легкие…похоже я даже толком не дышала. Хватая жадно ртом кислород, я облизнула горящие огнем губы. На языке остался привкус металла и соли.

— Ненавижу вас, — еле слышно произнесла в пустоту.

Принципиально не смотрела в лицо верховного, но физически чувствовала, как он помрачнел и оскалился.

— Привыкнешь, — усмехнулся он.

— К вам? Никогда!

Внезапно что-то рядом с грохотом опустилось на стол. Посуда зазвенела. Музыка и весь зал умолк.

Я так растерялась, что сильно вздрогнув, вжалась в спинку кресла.

До меня не сразу дошло, что верховный ударил кулаком по столу.

Опустив голову, увидела, как по столешнице, украшенной вкраплениями цветного стекла, пошли трещины и на кулаке мужчины проступили вены.

Глаза зацепились за тонкую полоску алой жидкости.

Кайрос поднялся. Окаменевшее лицо, лишенное эмоций, только глаза почерневшие как бездна.

Онемевшие от неожиданности гости застыли в ожидании.

Кайрос отряхнул осколки стекла со своей руки. На костяшках остались раны, но он их словно не замечал.

Он мазнул по мне тяжелым взглядом.

— Праздник окончен.

От глухого звучания голоса Кайроса мне стало не по себе, будто шею сковало ледяным обручем.

Сердце безудержно билось в груди, пока я тенью двигалась за верховным.

Он привел меня к незнакомой комнате и зло толкнул дверь. Остановился, пропуская меня внутрь.

Чужая спальня. Просторная и слабо освещенная парой тусклых сфер у большой кровати.

Пугающая и одновременно будоражащая атмосфера запретности, будто я попала туда, где вход для меня был закрыт.

Я задержала взгляд на игре света сфер на черном скомканном покрывале.

Тяжело вдохнула.

Легкие наполнил знакомый запах. Запах Кайроса.

Догадалась, что он привел меня в свои покои.

Здесь явно не часто бывали слуги, раз красивая кровать не прибрана. Видимо верховному не сильно нравилось присутствие посторонних на его территории.

За спиной тяжело хлопнула дверь, зашуршала одежда и на меня упала тень.

Я вздрогнула, обернулась.

Тусклый свет заскользил по чертам мужчины, подчеркивая точеные скулы. И отразился в потемневших зрачках.

В глазах Кайроса полыхало испепеляющее пламя.

Он отбросил одежду в сторону, оскалился, сделал шаг ко мне.

Я случайно проскользнула взглядом по его обнаженному телу. Каждая мышца напряженная как перед боем.

Невольно задержалась на каменном прессе, чуть ниже налилось кровью его мужское естество.

Его плоть восстала, заставив меня зардеться и судорожно прикусить губу.

Руки верховного опустились на мои плечи, легко поддели застежки платья. Одно неуловимое движение и шелк стек по телу к ногам, оставив меня полностью голой перед ним.

Мне было стыдно стоять перед ним обнаженной. Стыдно чувствовать голодный взгляд на теле.

Даже опустив голову, я ощущала, как припекает губы и кожу груди от пристального внимания Кайроса.

Этот момент показался бесконечным. Тяжелым и пропитанным пороком.

Самое худшее, что едва его пальцы коснулись моего подбородка — по телу прошлась волна непрошенного возбуждения, а внизу живота потянуло в ожидании близости.

Да что со мной?

Захотелось сильно похлопать себя по щекам. Но вместо этого я дернулась и прикрыла грудь.

Надо научиться как-то контролировать это желание и не поддаваться ему. Вернуть себе контроль над собой.

Чертова истинность, связавшая меня с этим монстром.

— Убери руки, — вкрадчиво процедил верховный.

Показалось, что я уловила в его голосе раздражение.

Повторять второй раз не пришлось. Я слишком хорошо знала, чем заканчивается неподчинение его приказам.

Он снова поднял мое лицо за подбородок, заставив посмотреть на себя, заглянуть в глаза.

— Вам не стоило было покидать праздник, — выпалила я, наверное желая разрушить неловкую паузу. — Вы могли просто выпроводить меня.

— Зачем? — он хищно усмехнулся. — Я могу интереснее и веселее провести время со своей истиной.

От того как он произнес «истинная» меня передернуло и кожа покрылась мурашками.

— Не называйте меня так. Вы как и я знаете, что мы связаны только формально.

— Думаешь? — Кайрос задумчиво сместил ладонь по ключицам вниз, к груди и поддел сосок. Ударил по нему большим пальцем, затем обвел, надавил. Сосок предательски затвердел от этого действия. Тело непроизвольно налилось жаром.

Чертова истинность.

— А знаешь, что думаю я…— его взор опустился к моим пересохшим губам, которые я машинально облизнула и увидела, как в зрачках верховного вспыхнуло пламя. — Думаю, что мы перешли ту грань, когда происходящее между нами можно считать формальностью.

Я словно впала в транс, ошарашенно хлопала ресницами, пытаясь уловить смысл его слов.

Кайрос не стал дожидаться, когда я приду в себя. Он подался вперед и накрыл мои губы своими. Жадно, сразу углубляя поцелуй, проник языком, поддев мой язык.

Внутри меня что-то полыхнуло, жаркой лавой разлилось по венам, спускаясь к низу живота.

Он целовал яростно, отнимая воздух, буквально насилуя меня своим языком. Нежную кожу губ саднило, меня пошатывало и если бы не его рука на моей талии — потеряла бы равновесие от того, как закружилась голова.

Я сама вцепилась в его плечи, хватаясь и царапая гладкую кожу.

Он также внезапно оторвался от моих губ. Но не отстранился. Опустил ладонь мне на затылок, удерживая рядом, не давая разорвать контакт. Прижался лбом к моему.

Горячее дыхание Кайроса осело на лице с тяжелым вздохом. Он злился…Нет, его распыляла ярость. Он сдерживал ее, но с трудом.

Я своими ладонями ощутила, как по его плечам прошлась дрожь сильного напряжения.

Затем он снова выдохнул. Протяжно и глубоко.

Напряжение отступило.

Верховный слегка сжал мои волосы, заставив меня приподнять голову и языком очертил трепещущую жилку на шее. Все еще агрессивно, но более осторожно. Будто этот поцелуй призван был успокоить меня и… его.

Меня все равно от остроты ощущения пробил спазм. Непроизвольный стон вырвался наружу. Я запрокинула голову, позволяя ему дальше ласкать нежную шею, где видимо располагалась какая то особая точка, отвечающая за сильное возбуждение.

В одно мгновение я будто превратилась в расплавленный воск. Ноги ослабли и стали ватными. Тело охватила приятная и хорошо знакомая слабость с предвкушением.

Кажется, он что-то произнес невыносимо хриплым голосом.

Очнувшись, переспросила:

— Что?

Вместо ответа, он снова захватил мои губы в плен. Этот поцелуй был другим. Более осторожным, граничащим с безумием, но не уничтожающим.

Между бедер запульсировало, в голове стремительно помутнело и я потеряла себя.

Я внезапно оказалась на мягких простынях, а верховный навис надо мной, расставляя руки по обе стороны от моей головы.

Страх того, что на этот раз он не сдержится и укусит меня — ударил по сознанию. Это произошло так стремительно, будто меня бросили из пекла в ледяную воду.

Ощущать горячие губы Кайроса рядом с моей шеей стало страшно. Страх сковал каждый сустав льдом и накрыл с головой.

Я закричала. Затрепыхалась, барабаня кулаками по его плечам.

— Нет…не надо… я не хочу. Не трогай меня!

Слезы покатились градом так же не контролируемо, как сильное возбуждение минуту назад.

— Успокойся, — зашипел он рядом с моим ухом. Схватил мои запястья и прижал к подушкам.

Все произошло так неожиданно и резко, что тело отозвалось новым спазмом, на этот раз болезненным и пугающим.

— Пусти! Пожалуйста…

— Проклятье.

Кайрос выругался, отстранился.

Почувствовав свободу, я свернулась калачиком, собрав кулаками шелк простыни рядом с лицом, уткнулась носом, закусывая губы. Старалась сдержать неконтролируемые рыдания.

Я не слышала, как заскрипела кровать, зато подпрыгнула от внезапности, когда хлопнула дверь.

Я проснулась от мягкого света, проникающего через полуприкрытые занавеси. Тело все еще помнило вчерашнее напряжение, но в воздухе витала приятная свежесть. Я потянулась, позволяя себе расслабиться, пока тишину не нарушил тихий стук в дверь.

— Войдите, — голос прозвучал чуть хрипло.

Дверь осторожно приоткрылась и в покои вошла молодая девушка с сияющей улыбкой и подносом, усыпанным яркими фруктами и выпечкой.

Она энергично поклонилась, проскользнула в спальню.

— Доброе утро, госпожа! Я принесла вам завтрак, — улыбнулась девушка, ставя поднос на столик. — Меня зовут Янэ и я к вашим услугам.

Я растерялась.

— Доброе утро, — протянула я, приняв сидячее положение.

Мне потребовалось несколько долгих секунд, что бы осознать, что именно меня смущает.

Во-первых, девушка одна и я поспешно уточнила:

— А где остальные?

— Остальные? — Янэ выпрямилась, — помогают устранять беспорядок после вчерашнего праздника. Слуг хоть и много, но все перегружены работой. Поэтому я пока одна. Но вы не переживайте, я справлюсь.

— Ммм…понятно.

Наблюдая за тем, как она ловко сервирует стол, не сомневалась, что справиться в одиночестве ей по силам.

Меня удивил еще один важный момент.

Ее легкость и дружелюбность.

Я привыкла к тому, что служанки постоянно опускают голову, избегают общения со мной и ведут себя отстраненно, хоть и стараются быть услужливыми.

Янэ — полная их противоположность. И это странно.

— Янэ?

— Да, госпожа?

Вопрос застрял в горле. А что я спрошу? Почему она ведет себя со мной мило и не дистанцируется?

Может у нее просто характер такой.

Поэтому я просто мотнула головой:

— Ничего. Хотела спросить, что это? Выглядит вкусно.

Кивнула на блюдо с фруктами.

— Эти фрукты — самое настоящее сокровище из наших садов, — отчеканила девушка, помогая мне подняться с постели. В ее руках тут же появился халат, который она накинула мне на плечи. — Видите вот эти оранжевые? Они помогают восстанавливать силы, а вот эти розовые — для ясности ума. Попробуйте, они не только полезные, но и невероятно вкусные!

Я осторожно взяла один из предложенных плодов. Действительно вкусно, словно ем крем, а не мякоть.

Янэ, тем временем, обратила внимание на мои волосы.

— О! У вас такие красивые огненные волосы! — она прищурилась, словно представляя, как они будут смотреться в каком-то определенном платье. — Думаю, вам очень подойдет вот это. — Энэ прошмыгнула к гардеробу. Достала наряд, переливающийся всеми оттенками золота и красного. — Оно как раз подчеркнет ваш цвет. Вы будете просто неотразимы!

— Мне кажется, оно слишком нарядное для повседневности.

— Ну что вы? Вы же истинная верховного, для вас не существует слишком нарядной одежды. Только недостаточно нарядная.

Ее энтузиазм меня улыбнул. Не разделяла ее восторга, но почувствовала, как неосознанно расслабляюсь. Все таки мне не хватало обычного человеческого общения. А с Янэ, как мне казалось, можно было подружиться. Во всяком случае, она от меня не шугалась как от чумы.

— Ты очень милая, Янэ. Мне нравится твоя беззаботность, — отвесила ей первый комплимент.

Она засмеялась и махнула рукой.

— Ну, как же без нее? Жизнь слишком коротка, чтобы быть слишком серьезной. А к тому же, вы заслуживаете лучшего. — Она помогла мне одеться.

Когда я опустилась на мягкий пуфик у зеркала, она потянулась за расческой, чтобы уложить мои волосы.

— А ты не знаешь случайно, где верховный?

— Предполагаю, что скорее всего, на тренировке. Я точно не знаю, но так говорят.

Я подняла брови.

— Правда? А где это?

Янэ наклонилась, заговорщически понижая голос.

— Есть одно место, откуда можно все увидеть, но вас не заметят. Если хотите, я с радостью покажу. Это с западной стороны дворца, там можно спрятаться за колоннами.

Неожиданно…и странно. Все это было как-то слишком доброжелательно.

— Ты так добра ко мне, Янэ. Почему? — спросила я осторожно.

Янэ на мгновение смутилась, но затем ее улыбка стала чуть более робкой.

— Я просто хочу хорошо делать свою работу, госпожа. Наверное, вам здесь непросто и если я смогу хоть немного облегчить ваше пребывание, я буду счастлива. А если вы однажды решите, что вам нужна личная служанка, я бы с радостью заняла это место.

Так просто и в лоб.

С другой стороны, а что в этом плохого?

Янэ поймала мой взгляд, ее глаза блеснули волнением.

— Может быть, вы действительно хотите взглянуть на тренировку? — она чуть смущенно улыбнулась, заметив мое раздумье.

Я задумалась над ее предложением.

Идея показалась спорной. Какая-то детская шалость.

А может быть шанс лучше узнать Кайроса. Узнать, чем он дышит в то время, когда я его не вижу. В каком он настроении после нашей последней встречи.

Я все еще ощущала осадок от вчерашнего. Между нами возникло недопонимание.

Эта ситуация не давала мне покоя.

Я ведь долго обдумывала, что произошло вчера, анализировала каждую минуту нашей встречи. В итоге пришла к выводу — Кайрос не убил бы меня. Он и ранее занимался со мной сексом и у него получалось избегать укусов.

Да и меня испугала не сама близость с ним, а страх того, что он не сдержится. К тому же это произошло непроизвольно.

У меня к нему была масса претензий, но в данной ситуации недосказанность и недопонимание — мне не нравились.

Нам нужно поговорить. Попытаться все прояснить.

Для начала неплохо действительно подловить момент и не ждать, пока он сам явится на порог как всегда грозный.

В этом ключе идея подглядывания мне не казалась бессмысленной.

И потом, у меня есть интерес, лучше изучить этот дворец, его скрытые уголки и детали. Пригодится.

Я кивнула, давая Янэ понять, что согласна.

— Хорошо, покажи мне.

Девушка расцвела на глазах.

— Отлично! Следуйте за мной. Я как раз закончила с прической. Вам нравится?

— Очень, — Изучила свое отражение в зеркале и искренне отметила, что Янэ — мастерица.

Мы покинули покои и Янэ повела меня по просторным и роскошным коридорам дворца. Вдоль массивных колонн, увитых резными узорами. Свет из высоких окон мягко падал на полы, отражаясь в мраморной плитке.

На пути нам попадались редкие слуги, которые при виде меня поспешно опускали глаза. Янэ не обращая на них внимания, продолжала весело шагать вперед.

— Здесь, если знать, куда идти, можно найти укромные уголки, которые даже не все слуги знают, — сообщила Янэ, оглядываясь через плечо с заговорщической улыбкой. — Этот путь ведет прямо к тренировочному полигону, но с таким углом, что вас никто не увидит.

Она свернула за угловую колонну и я заметила, как коридоры сузились. Вокруг стало темнее и тише. Лишь приглушенные звуки, словно шаги растворились в массивных стенах.

Мы прошли через скрытый проход, ведущий к высокому арочному окну, прикрытому плотной тканью.

Янэ осторожно отодвинула ее в сторону, открывая вид на освещенную солнцем огороженную поляну.

— Вот, отсюда все отлично видно, — шептала девушка, явно довольная собой.

Я замерла, наблюдая за воинами во время тренировки. Такие четкие и слаженные движения.

Воины-наги в звериных обличиях словно сливались с окружающей средой в смертоносном танце.

Идеальная раса, словно созданная сражаться и завоевывать.

С каждым взмахом хвостов и рук в воздухе будто вспыхивала дикая энергия. Каждая атака пропитана невероятной быстротой и ловкостью, грацией, а еще первобытной неистовостью.

Среди них отчетливо выделялась знакомая фигура.

Высокая, с острыми чертами лица, отточенными движениями и мощной аурой силы.

Кайрос.

Его сложно было не заметить.

— Видите? Никто вас не увидит. Но зато вы можете смотреть, сколько захотите, — пробормотала Янэ как-то глухо, будто сама ушла в наблюдение на тренировкой мужчин.

Наблюдая за происходящим внизу, неспешно обдумывала, как правильно подойти к разговору с Кайрасом.

И невольно любовалась.

Любовалась за тем, как свет скользил по рельефу его тела, подчеркивая каждый изгиб и натяжение. Как бугрились и перекатывались мышцы с каждой атакой.

На капельки пота, проступившие на гладкой коже, из-за чего кожный покров буквально сиял.

Следила за каждым его движением и не могла оторвать глаз.

Хишник…

Монстр…

Чудовище…

И очень красивый мужчина…Великолепный, без единого изъяна.

Что сказать, он приковывал внимание.

В этот момент я затаила дыхание, поглощенная зрелищем, и ощутила легкий трепет, как перед чем-то неведомым и неизбежным.

— Нравится? — усмехнулся хрипловатый голос за моей спиной. Вопрос прозвучал совсем близко, заставив меня вздрогнуть и резко обернуться.

Конечно я встретилась глазами с его…золотые радужки лукаво блестели.

Зейнар припал плечом к колонне, скользнул по мне выжидающим взглядом. На губах мужчины заиграла хищная улыбка.

Раздраженно выдохнув, я пробежала глазами по площадке.

Янэ не было. Исчезла девочка.

Все встало на свои места. Понятно теперь, почему она была такой милой и любезно показала мне это место.

Причина ее доброты — стояла передо мной.

Как предсказуемо.

— Ты подослал ко мне служанку, чтобы она привела меня сюда? — Спросила в лоб очевидное.

На мое удивление Зейнар заинтересованно приподнял бровь.

— Тебя так не просто застать в одиночестве, — он оттолкнулся от колонны и двигался ко мне.

Плавно так, словно проверял, как быстро я сорвусь с места и брошусь бежать. Но я осталась.

— А может и не стоит искать со мной встреч?

— Ух ты…— Зейнар замер, продолжая улыбаться и параллельно раздевать меня взглядом, — очаровательная истинная моего брата не хочет больше иметь со мной дел.

— Я бы и с Кайросом предпочла ничего общего не иметь, но это сложно осуществимо, — в тон ему я иронично улыбнулась.

— Но все же нас кое что связывает, — потянул мужчина, вскидывая подбородок точно пес, принюхивающийся к добыче.

— Неужели? И что же?

Услышав голос верховного, я машинально покосилась в сторону полигона. Я словно надеялась, что мне послышалось и Кайрос все еще там, тренируется.

Но нет… он стоял за спиной Зейнара в ожидании.

Сердце забилось так, что мне нечем стало дышать.

Холод сковал каждую клеточку. Возникло чувство, что даже кровь в венах заледенела.

Он смотрел на меня. Прямо в глаза. Так, словно готов был меня придавить прямо сейчас, в эту секунду.

— Брат, ты решил к нам присоединиться, — усмешка Зейнара глухим эхом пробилась в сознание. — Как мило с твоей стороны. Нам как раз есть, что прояснить….

Дальше слова расплылись в сплошной фоновый шум. В ушах задребезжало и внутри что-то оборвалось, как перед ударом.

Удар последовал…внутренний. Словно что-то в моем теле взорвалось.

Я пошатнулась от подскочившего давления.

Опустила глаза на каменный пол. На носок туфли упала пара капель бордовой жидкости.

Машинально провела рукой по верхней губе, ощущая липкую теплую жидкость.

Кровь… у меня из носа идет кровь.

— Арина? — кажется, они выкрикнули это в один голос.

В следующее мгновение тело скрутило от невыносимой боли, вызывающей помутнение рассудка.

Я закричала. Сдавленно и безмолвно.

Боль только усиливалась.

Теряя равновесие, видела, как расплывается перед глазами все. Весь мир разлетелся в пепел.

Чьи-то руки поймали меня. Они звали. Лицо Кайроса промелькнуло смазанным пятном, пока меня скручивало от боли.

— Дай я…брат, дай…

Тяжелая ладонь легла мне на грудную клетку, вызывая странный холод в теле. Резкая боль притуплялась, концентрируясь в одном месте.

— Что ты делаешь?

— Усыпляю, пока мы не разберемся… или хочешь, чтобы она страдала? Не лезь!

Сознание выключилось как по щелчку. Но мне казалось, что я просто умерла.

Привычный мир рухнул, я могла чувствовать только бесконечную боль и слабость, которая наступала, когда боль ослабевала. Бесконечное жжение, агония и темнота.

Иногда приходило понимание, что кто-то опускает на мой лоб влажную ткань и обмывает тело.

В редкие моменты пробуждение, получилось услышать знакомые голоса Кайроса и Зейнара.

Они спорили. Ругались. Рычали друг на друга.

После Зейнар оказывался рядом. Улавливала его присутствие частичкой угасающего сознания. Каждый раз, когда его сильная ладонь опускалась на мое солнечное сплетение, становилось немного легче, но именно тогда я особенно остро ощущала всепоглощающую тоску и усталость. Такую, от которой совсем не хотела существовать.

— Борись! — обжигающий шепот касался кожи лица. — Давай девочка.

Как бороться, если совсем нет сил и…желания?

— Проклятье, почему она не реагирует?

— Так действует яд с запретных земель, — мрачно и глухо отзывался Кайрос. — Он отнимает главное, волю к жизни.

— Как вообще этот состав нашли в Ассашане? — рыкнул Зейнар. — У нас нет прямой торговли с Запретными землями и все товары проверяются.

— Ведется расследование. Скоро мы это узнаем.

Я плохо понимала, о чем они разговаривают и честно говоря…мне было все равно. Кайрос был прав — воли к жизни у меня не было.

Кто-то из них сжал мою ладонь. Горячие губы коснулись нежной кожи. Затем моих губ. Долго и трепетно сминали. Требовательно, с горечью и напором, будто надеялись заставить меня жить.

— Прекрати…

— Делай то что умеешь, ей нужна энергия. Спаси ее.

— Она почти не принимает то, что я ей даю. Есть хоть какие-то сподвижки в создании противоядия?

В ответ тишина…гнетущая и болезненная.

— Девочка моя, — он произносит это совсем тихо, точно знаю. Но сознание буквально дребезжит от напряжения, вызванного его словами. — Вернись ко мне. Я дам тебе все.

Там, где располагалась метка, кожу защипало и обожгло. Каждая гибкая линия словно наполнялась светом и теплом. Тонкая нить, связывающая меня с Кайросом, окрепла и необъяснимая сила потянула меня обратно. Дальше от той пропасти, возврата с которой уже не существовало.

Кайрос звал меня.

Вместе с ним меня звал и Зейнар.

Их ментальные призывы активировали нечто еще… Скрытая необъяснимая по своей природе сила колыхнулась, заполняя каждую клеточку.

Нечто подобное я уже испытывала не так давно, когда на меня напала Лиара.

На этот раз растущий ком энергии казался сильнее и напористей. Выплескиваясь за края, нечто выедало в крови яд.

Приток сил хлынул по венам. Меня подбросило и выгнуло до хруста позвонков. Такой сильный импульс идущий изнутри — пугал.

И не только меня…

— Что с ней?

Долгая пауза. Сильные руки удерживают меня на месте, прикасаются ко лбу, сканируют и согревают.

— Артефакт, — раздается короткий ответ и расплывается в фоновый шум.

Разбушевавшуюся магию не остановить. Силы которых не было несколько секунд, как разряд тока, плещут и заставляют меня думать иначе.

Новый импульс и я распахиваю глаза.

Надо мной склонился верховный и его брат. На их лицах беспокойство и то, что я совсем не ожидала увидеть — удивление.

Они оба выглядят уставшими, словно давно не спали. Темные тени залегли под глазами, губы плотно сжаты.

— Арина? — восклицают в один голос.

Неужели сейчас начнется новый раунд по требованиям отдать им артефакт и сражения за него?

Нет…все происходит иначе. Они словно совсем забыли про ключ.

Зейнар едва касаясь, проводит рукой над моей грудью. Чувствую, как хожу щекочет его ментальное прикосновение.

Кайрос пристально удерживает мой взгляд, затем поворачивает голову на брата, тот кивает.

— Все в порядке. Яда в крови почти не осталось.

Он проверял меня.

С кончиков его пальцев в меня снова льется его энергия, магия, ускоряющая мое выздоровление.

Я снова засыпаю, только на этот раз это именно сон. Настоящий. За все время, что яд уничтожал меня — я не спала. Просто билась в немой агонии.

Не думала, что можно по настоящему радоваться сну.

Прикрыв веки, я позволила себе расслабиться.

Несколько раз просыпалась.

Каждый раз рядом обнаруживала или верховного или Зейнара.

Кайрос с закрытыми глазами лежал рядом на кровати. Сомкнутые брови и дрожащие веки выдавали беспокойный и чуткий сон.

Зейнара чаще всего обнаруживала в кресле напротив. Скрещенные руки на груди, напряженные черты, на кулаках вздуты вены. Он как страж, выжидал возможного нападения.

Кормили меня тоже братья, похоже не доверяют больше никому из дворца. После еды Зейнар снова и снова делился со мной своей силой. Хотя в этом не было больше нужды. Я чувствовала, как артефакт подпитывал меня, дозированно и деликатно выдавая энергию.

Вспомнила, как Тарус растворил камень в странной жидкости и попросил меня ее выпить, умоляя сохранить тайну и не дать верховному Ассашана добраться до ключа.

Тогда Тарус сказал, что однажды артефакт спасет мне жизнь.

Так и произошло.

С очередным пробуждением я впервые была одна в комнате. Не долго. Кайрос вошел в ту же секунду.

Задержал на моем лице взгляд. Внимательно изучал, словно присматривался к каждому изменению.

— Как ты себя чувствуешь?

Прислушалась к своим ощущениям и пожала плечами:

— Вроде неплохо. Мне точно лучше.

— Хорошо, — кивнул верховный. Шагнул ко мне, в его руках заметила поднос. — Я покормлю тебя.

— Я могу сама, — протянула ладонь, забирая у него вилку. Правда, в моей дрожащей руке она держалась слабо и у меня ничего не вышло.

Кайрос тяжело выдохнул, опустился на край постели.

— Открой рот, — забрав у меня вилку, он отломил кусок и поднес к моему лицу.

— Непривычно вас видеть в новой роли, верховный, — не удержалась от сарказма.

Кайрос прищурился, затем громко засмеялся.

— Дерзишь, значит действительно идешь на поправку.

— Может быть…

Прежде чем принять из его рук еду, я покосилась на него. Повисла пауза и меня это заставило нервничать. Чего он ждет, когда я поем?

А как же артефакт? Когда он снова про него спросит?

— Ешь, — почти приказным тоном процедил верховный и поднес к моим губам новый кусок.

Пока кормил, он пристально наблюдал за тем, как я ем. Так странно.

— Вы хотите меня смутить? — повернулась к нему, проглотив последний кусочек принесенного блюда.

В ответ Кайрос вопросительно изогнул бровь.

— Твою служанку поймали. Ее подослала Лиара. Сейчас обе для тебя не опасны, — выдержав паузу, сообщил он.

— Ясно…

Опустив голову, я сжала край одеяла. Я не знала, как правильнее реагировать на его слова. В принципе я и так догадывалась, что это Лиара. Только не ожидала подвоха от Янэ. Она была так добра ко мне, что на физическом уровне не хотела признавать правду.

— Что с ними будет? — этот вопрос я задала с огромным трудом. Он встал колючим комом в горле, сбивая дыхание.

— Не беспокойся о них, — холодно ответил мужчина. — Главное, что ни одна из них больше до тебя не доберется.

— Что теперь?

Кайрос поднялся, забирая у меня поднос.

— Хочу кое что тебе показать.

Верховный протянул ко мне ладонь. Я машинально напряглась каждой клеточкой.

В глазах нага отразилось легкое раздражение. Он заметил мою реакцию. Ну что поделать, я ему не доверяла…все еще не доверяла.

— Если ты в порядке, то пойдем со мной, — глухо произнес он. Раздражение чувствовалось даже в его голосе.

— Но куда?

— Увидишь. Мне важно тебе кое-что показать.

Он поймал мой взгляд и я невольно ощутила, как что-то внутри меня сжалось. Его губы тронула сдержанная, едва заметная улыбка.

Я не могла понять, что именно он хочет показать мне, терялась в догадках. Но чувствовала — ему это важно. Важно, чтобы я сама согласилась следовать за ним.

Ему обычно не требовалось мое согласие, но сейчас все было иначе.

Я колебалась, но что-то в его словах и во взгляде — этой непоколебимой уверенности — заставило меня кивнуть и робко коснуться его ладони.

Может быть, это моя глупость, а может, желание наконец понять его до конца, узнать, что скрывается за этой маской безразличия и силы.

Место, которое собирался мне показать Кайрос, находилось за пределами дворца и прилегающей территории.

Как только я дала свое согласие, Кайрос распорядился подготовить меня к поездке в горы.

— Горы? — ахнула, сердце гулко застучало в груди.

Я представить себе не могла, что именно он хочет мне показать. Почему горы? Что там?

На этот раз Кайрос сел в повозку со мной. Правда почти всю дорогу он молчал. Задумчиво смотрел в окно. Он в целом казался другим и совершенно незнакомым.

Повозка остановилась у подножья скал, окутанных туманом.

Верховный приказал сопровождающим ждать.

— Не бойся, Арина, по горам карабкаться не придется.

— Это радует, — машинально отозвалась, растягивая губы в скомканную улыбку.

По правде говоря, скалолазание меня не пугало. Даже в платье и мягких туфельках.

Меня больше смущало то, как он по собственнически опустил руку на мою талию и прижал к себе, заставляя ощутить целый ураган противоречивых эмоций.

Начиная от обжигающего смущения и заканчивая холодным напряжением.

Он повел меня вперед, за скалы.

Там была тропинка и высокие остроконечные валуны образовывали извилистый коридор.

Карабкаться вверх действительно не пришлось. Тропинка рассекала скалы, образуя путь без резких перепадов высот.

С каждым шагом журчание потоков воды усиливалось и за очередным поворотом моему взору открывалась картина — озеро и возвышающийся над ним водопад. Высокий и бескрайний, скрывающийся за облаками.

Туман медленно стелился по поверхности воды, окутывая ее мягким, почти неосязаемым покрывалом. Казалось, что этот туман дышит, будто скрывает что-то важное и живое.

Серые ступенчатые утесы по обе стороны от водопада возвышались над озером, их вершины терялись в этом молочно-белом мареве вместе с искрящимися потоками воды.

Все здесь было пропитано странной атмосферой — тихой и в то же время напряженной.

Сердце сжалось, будто предчувствуя, что это место — не просто точка на карте, а что-то гораздо большее, важное и для него и возможно теперь…возможно, для меня.

— Что это за место? — выдохнула я, ощущая, как непривычный холод обвивает мою кожу, проникает внутрь, но его взгляд оставался теплым, словно согревал меня, не позволяя замерзнуть полностью.

— Небесное озеро. Оно так называется. И безымянный водопад.

Он посмотрел на меня, в его глазах мелькнула какая-то задумчивая нежность, которой я прежде не замечала.

— Здесь все началось, — ответил он, и его голос прозвучал тихо, почти шепотом. — И, возможно, здесь все закончится. Идем.

Он сжал мою руку и уверенно повел к подножью водопада.

Шум падающей воды оглушил. Я испугалась, что сейчас меня обольет с ног до головы. Тело непроизвольно сжалось, чувствуя исходящий холод.

— Расслабься, — Кайрос громко засмеялся. Вскинул руку над головой и поток оборвался, открыв путь в пещеру.

Я удивленно и с опаской осмотрелась. Осторожно, в ожидании подвоха, шагнула следом.

Он придержал меня, помогая преодолевать каменистые неровности.

Внутри было прохладно. С каждым вздохом на кончике носа оседал пар.

Больше всего меня удивило яркое освещение сталактитов, будто наполненных магией.

Они пульсировали с каждым нашим движением, меняя цвет с бледно розового на насыщенный фиолетовый.

— Здесь, — верховный указал на прямоугольный алтарь в центре пещеры.

По гладкому камню расползались прожилки, наполненные светом. Венами опутывали поверхность, устремляясь к «сердцу» — пирамиде, парящей над вершиной алтаря.

— Что это? — я замерла на месте. Физически ощутила, как изменилась энергетика вокруг.

Алтарь источал сложную и мощную ауру. Даже я со своими примитивными, по меркам этого мира, человеческими способностями это чувствовала.

Каждая клеточка реагировала на пропитавшую воздух магию.

— Смотри, — голос верховного эхом ударил по стенам. Он скрестил руки на груди, кивнув в сторону пирамиды.

На что смотреть?

Да, красиво…но без объяснений ничего не понятно.

Но я подчинилась, стала считать и изучать количество линий и всматриваться в узоры.

Внезапно свет, заполняющий паутинку, подернулся и почти погас.

Прошло несколько секунд и освещение вернуло былую яркость.

Я удивленно подняла голову на мужчину:

— Так и должно быть?

— Нет, — выдохнул Кайрос.

Он подвел меня ближе к алтарю. Наэлектризованный от магии воздух заполнил легкие, вызывая в теле дрожь. И мне даже показалось, что мое сердце забилось в разы сильнее, словно под энергетической настойкой.

— Это место… оно связано с твоим народом? Это ваше место силы? — догадываюсь я.

— Не только, — верховный сузил глаза. — Не только, Арина. Скажи мне, ты чувствуешь что-то?

Хм… Он ведь явно ждет, что я сама отвечу на свои вопросы. Даже еще не заданные.

Я сосредоточилась на ощущениях. Прислушалась к себе.

С новым ударом сердца я вдруг уловила тонкую связь с этим местом и с алтарем.

Артефакт отозвался привычным теплом и всплеском энергии.

Дыхание перехватило, я громко ахнула, жадно хватая воздух.

В этом момент поймала на себе пристальный взгляд верховного.

— Ты правильно решила. Это место силы и нашей магии. Оно умирает.

Я непонимающе захлопала ресницами. То с какой тяжестью Кайрос произнес последние слова, передалось мне.

На душе стало тяжело и холодно.

— То что ты видела — сбой. Магия истощается, — глухо произнес верховный. Провел рукой над пирамидой, свет заиграл бликами на его чертах и снова угас. — Мой народ воюет с другими народами нагов. Мы постоянно делим территории и ресурсы. Но есть границы, которые мы никогда не переходим. Одна из них — наши святыни. Мы связаны, Арина. Каждый источник свят, независимо от того, к какому народу ты относишься.

Он выдержал короткую паузу, давая возможность мне переварить услышанное.

О святых местах нагов и их связи я слышала ранее. И о том, как для них важна энергия — тоже.

Но никогда ранее я не смотрела на их устои под таким углом как сейчас.

— Выходит, если один источник истощается…, — тихо начала я, разрывая молчание.

— Страдает весь мир, подхватил Кайрос. — Ключ, который ты получила от торговца — был похищен из нашей святыни с целью перепродажи покупателю в другой мир.

— Что? — у меня отвисла челюсть. — Разве такое возможно?

— Как видишь, Арина.

— Если это так, то вы могли поднять тревогу и без войны потребовать вернуть вам артефакт. Вы же..вы… — Дурнота подступила к горлу. Жуткие воспоминания нападения ассашанцев на алые земли снова вспыхнули перед глазами и вместе.

— Арина… — Кайрос обхватил мои плечи и развернул на себя. — Информация об источниках доступна только верховным. Большая часть нагов Варма не знает, что именно питает наши земли. Похищение ключа — инцидент, которого ранее не случалось. Мы несем ответственность за наши знания и наша задача — исправлять подобные непредвиденности.

— Но разве…

Кажется я хотела донести, что возможно не стоит держать подобные тайны в секрете. Тогда может и желающих так напакостить будет меньше. Но нет…в последний момент, когда во рту пересохло и слова застряли в горле, я осознала, что желающих меньше не станет.

Скорее наоборот. Слишком большая сила заключалась в артефактах, снабжающих энергией весь Варм.

— Арина, — Кайрос мягко приподнял мой подбородок, заглянув в глаза. — Этот источник не единственный, но его сбой влечет за собой аналогичную проблему с другими святынями. Я привел тебя сюда, чтобы показать. Артефакт торговца ему не принадлежал. Он не принадлежит и тебе, но ты стала его хозяйкой. Понимаю, у тебя не было выбора и ты верна торговцу. Я не хочу давить на тебя. Я дам тебе время все обдумать. Решение за тобой. Ты можешь вернуть то, что у нас украли и спасти миллионы жителей Варм. Можешь сохранить преданность вору.

Он замолчал.

Мы смотрели друг другу в глаза. Кайрос ждал. Чего? Моего ответа или конкретной реакции?

А я кусала губы. Нервно, с разочарованием во всем чем только можно.

Внутри меня все горело и обливалось едким ядом. Во рту стоял привкус горечи от откровений Кайроса.

Как мне было? Вот как?

— Тарус, — тяжело сглотнув, вымолвила, — когда он передал мне ключ, он сказал, что если ты его получишь, то многие погибнут…Понимаешь?

Я не осознанно цеплялась за последние слова Таруса, как за спасительную соломинку…нестыковка в заявлении верховного.

Ведь не мог вор переживать за такие вещи.

Правда же, не мог?

Я всмотрелась в глубь глаз верховного, надеясь уловить растерянность или сомнения. Подловить его на лжи.

Ничего не изменилось. Ничего не колыхнулось.

— Арина, Тарус врал. Мне нет смысла уничтожать мой народ или другие народы. Покупатели торговца должны были забрать тебя вместе с артефактом и твоя задача была его сохранить.

— Тарус не мог…Он всегда был добр ко мне!

Я не заметила, как сорвалась на крик. Дернулась, скидывая с себя руки верховного. Он перехватил мои запястья, подтянул к себе.

— Пусти! — я вырывалась. С новой попыткой освободиться, прикусила до крови губы. — Отпусти.

— Не веришь, мне? — прорычал Кайрос. — Можешь меня даже ударить за то, что не разбил твою веру в добрых ушлых торговцев, — он усмехнулся, только как-то горько.

Рывком подтянул меня к себе, прижал мои ладони к своей груди.

Удар сильного сердца сбил, привел в чувства. Я опешив, скомкала в кулаках ткань его рубашки. Затем попыталась освободит руки, но Кайрос не дал. Удержал мои запястья одной рукой. Вторую прижал к моей щеке.

— Возможно для торговца ты действительно много значила. Не отрицаю. Возможно его доброта к тебе была честной. Но он не исключал выгоду. Кто-то должен был доставить товар. Если бы ты убежала и не попала бы мне в руки, тебя перехватили бы те, кому предназначался товар.

— Ты не можешь знать наверняка…

— Могу и знаю. Они пытались отследить наш караван и та девушка, что пыталась отравить тебя, получила плату не только с Лорет за выполненную услугу. Думаю на площадку за полигоном она привела тебя не случайно.

Меня лихорадило. Стало вдруг невыносимо холодно и больно. Чувство обманутости полоснуло острой бритвой. Я сжалась в руках Кайроса. По щекам потекли слезы. Кайрос осторожно вытер их большим пальцем и коснулся моих губ.

Так легко, словно успокаивая.

Странно, но на меня его невесомое прикосновение подействовало успокаивающе. Осталась только колотиться в моем теле дрожь.

Кайрос наклонился к моим губам. Трепетно коснулся, сминая собрал соленую влагу. Чуть подался вперед, раскрывая меня себе навстречу. Короткое проникновение, осторожное соприкосновение наших языков, как электрический разряд. Чувственно, но так мало…и горько.

Он разорвал поцелуй, медленно, со вздохом отстранился.

— Я дал тебе пищу для размышления и дам время. Решение за тобой. Я буду ждать тебя с ответом.

Покидая пещеру со святыней, я остановилась у воды.

Гладь озера за туманной дымкой казалась идеально ровной.

Опустившись на корточки, я осторожно прикоснулась кончиками пальцев к прохладной жидкости. Туман окутал мою кисть и разогнался в стороны.

Вода от прикосновения подернулась и по глади разошлись кольца.

Странное ощущение. Смесь умиротворения от этого места и ощутимая горечь после того, что я узнала от верховного.

Он дал мне время на раздумья.

Как ни странно, именно в этот момент он казался по настоящему искренним и совсем другим, непривычным.

С такой стороны я Кайроса видела впервые.

Дыхание участилось, а веки непроизвольно защипало.

Грустно. Больно.

Один разговор перевернул весь мой привычный внутренний мир.

Я не знала, как мне поступить. Как быть.

Не хотела верить в ложь Таруса.

Хотя о чем я? Разве он меня обманывал, скорее всего не договорил некоторые детали.

Зажмурилась, не давая слезам залить мое лицо.

Прикусила губы, чувствуя, как все во мне сопротивляется, не желая принимать слова Кайроса о торговце за чистую монету.

Раскрыв веки, я уставилась в свое отражение.

Матовое и чуть размытое из-за сизого тумана.

Моя душа горела и скручивалась в узел.

Кайрос шагнул ко мне и поверхность воды отразила его тяжелый взгляд.

Он смотрел на меня. Ждал.

Я медленно повернулась.

Наши глаза встретились.

На одно мгновение показалось, что между нами прошел будоражащий токовый разряд.

Внезапно верховный улыбнулся.

Не оскалился. Не ухмыльнулся.

А именно улыбнулся.

Сдержанно, но так по-настоящему тепло.

Как мужчина, который хочет выразить симпатию к девушке.

И…меня это тронуло.

Смущение заставило задрожать и растерянно приоткрыть губы.

Кайрос задержал взгляд на моих губах.

Один осторожный шаг. Почти неуловимый и его рука осторожно коснулась моего подбородка.

Он потянулся ко мне, склонился. Горячее дыхание легким порывом осело на моих устах.

Он хочет меня поцеловать.

Я замерла на месте. Но что-то во мне все еще противилось. Будто между нами выросла невидимая стена.

Хотя, кого я обманываю…она была всегда. С самого начала.

Забыть все…его жестокость и грубость — так просто, по щелчку, я не могу.

Поэтому я осталась стоять на месте, опустив ресницы, окаменев, позволяя ему делать то, что он хочет.

Что привык.

Кайрос задержался в считанных сантиметрах от моего лица.

Горько усмехнулся, параллельно мягко отводя подушечками пальцев мой подбородок.

— Ты продолжаешь отдаляться от меня, — глухо произнес мне в губы.

Я молчала. Смущенная, потерянная, не в силах поднять на него глаза.

Он шумно выдохнул.

— Пусть будет так. Я буду ждать ответа. А сейчас нам надо возвращаться.

Он взял меня за руку и повел по каменистой тропинке от небесного озера.

По дороге ко дворцу мы все так же молчали.

На душе было тяжело.

Словно меня положили под свинцовую плиту и та медленно отнимала у меня воздух.

Столько недосказанных слов и столько событий в одном дне.

Он дал мне время, но не сказал сколько.

Покосившись в сторону верховного, заметила, что он как и я, был погружен в свои мысли.

Набравшись смелости, я осторожно разорвала гнетущее молчание, спросив:

— Сколько у меня времени, когда я должна дать ответ?

Кайрос даже не шевельнулся. Ответил, продолжая изучать картину за окном повозки:

— Сколько тебе нужно?

— Так просто? — искренне удивилась я. — Неужели сроки не ограничены?

— Ограничены, Арина и ты не представляешь как, — на скулах мужчины дернулись желваками, но в остальном он оставался все таким же задумчивым и спокойным.

— Но я могу думать долго, — буркнула первое, что пришло в голову, скорее для поддержания диалога. Молчание в эту минуту меня пугало.

— Надеюсь, тебе много времени не потребуется.

— Вы так спокойны…Разве для вас не важно побыстрее вернуть артефакт?

Кайрос медленно повернулся ко мне, смерил мрачным взглядом.

— Я больше не вижу смысла на тебя давить, Арина.

— Это щедро с вашей стороны.

Он приподнял бровь и шевельнул губами, будто собирался ответить, но промолчал.

Хмуро отвернулся на спинку диванчика, скрестив руки на груди. Еще минут пять он терроризировал меня пристальным взором своих темных глаз.

И наконец выдал:

— До завтра.

— Что “до завтра”?

— Тебе хватит времени до завтра?

— Хм..вполне, — машинально кивнула. — А если я откажусь?

Мне было важно услышать его ответ. Не знаю, на что я рассчитывала…просто важно.

Кайрос громко засмеялся.

— Такой ты мне нравишься.

— А?

— Чувствуется характерная черта моей человечки, привычное мне сопротивляться. Я скучал.

От его заявления я зарделась и обиженно фыркнула:

— Значит, вариант моего отказа вы рассматриваете?

— От тебя, моя истинная, я рассматриваю любой вариант ответа. Но ты не поверишь, я искренне верю в твою благодетель к жителям Варма, — саркастично процедил он.

Я раздраженно втянула воздух, удивляясь тому, как быстро испарилось все возникшее между нами напряжение.

Ощутимая тяжесть после нашего разговора у небесного озера — тоже исчезла.

Невероятно.

Настала моя очередь отворачиваться к окну.

Фыркнув, так и сделала.

Когда мы добрались до дворца, меня уже ждала горячая ванная и хорошо знакомые молчаливые служанки.

После я забралась в постель и натянула одеяло до подбородка.

Сон не шел. Ворочалась, размышляя.

Очередной шумный вздох. Терзающие меня мысли. Отсутствие понимания своего облачного будущего.

Закрыв веки, я видела Кайроса. Его слова раз за разом прокручивались в голове и с каждым разом медленнее и убедительнее.

В конечном счете, я откинула одеяло и опустила босые стопы на холодный пол.

Я не буду ждать до завтра.

Я поговорю с ним сейчас. Этой ночью.

Пусть будет так.

Я сделаю этот шаг ему навстречу. Все же он тоже изменился по отношению ко мне.

Метка на моем плече ответила теплом, словно ей нравилось мое решение.

Я все еще сомневалась, но уже медленно двигалась к покоям верховного, робко опустив голову, когда проходила мимо стражей по коридору из своей спальни.

У покоев верховного было совсем спокойно и пусто.

Остановившись возле двери, прислушалась.

Тихо.

Но он скорее всего был там.

Это я чувствовала физически.

Что-то внутри меня колыхнулось и внизу живота жалобно потянуло.

С горечью признала — тело жаждало ласки.

А сейчас почувствовав возможную близость, отозвалось сладким импульсом.

Преодолевая последнюю внутреннюю преграду, потянула ручку двери и перешагнула через порог.

На первый взгляд спальня верховного показалась совершенно пустой.

Я осмотрелась. Вдохнула воздух, с характерной горчинкой запаха Кайроса.

Кожа замурашилась, я встрепенулась.

Неужели его нет.

— Зачем ты здесь? — прозвучало за моей спиной.

Вздрогнув, обернулась.

Он стоял у окна, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди.

Обжег меня пристальным взглядом и мышцы его мощного тела напряглись.

Сглотнув, я поборола внезапную растерянность.

— Я пришла дать ответ, — тихо ответила, но мой голос словно тяжелый ком, разбился о стены, создавая эхо. — Не вижу смысла ждать завтра.

— Вот так? — Кайрос иронично приподнял бровь. — И какой же будет твой ответ?

— Я…, — запнулась, еще раз обдумав и устало выговорила, — я согласна отдать вам артефакт.

Повисла пауза. Невыносимая долгая и тяжелая.

Кайрос продолжал прожигать меня глазами. Так внимательно, будто сканировал меня изнутри.

Я забеспокоилась. Разве это не то, что он ждал?

Торжественность момента разбилась в дребезги.

— Вы скажете что-то?

Кайрос улыбнулся. Оттолкнувшись от стены, сократил разделяющее нас расстояние.

В этот момент сердце пропустило удар в ожидании.

Поравнявшись со мной, верховный очертил кончиками пальцев овал моего лица. Мягко приподнял мой подбородок, поймав взгляд.

— Хорошая девочка, — с хрипотцой в голосе произнес. — Ты приняла правильное решение.

— И…что теперь? — неуверенно произнесла.

Он наклонился к моим губам, горячее дыхание осело на коже, оставляя чуть влажный след.

— Хочу тебя, — прорычал и прижался к моим губам своим горячим ртом.

Низ живота мгновенно обожгло, кровь пульсирующим потоком разлилась по венам и стало жарко. Очень жарко.

Он со мной не церемонился.

Разорвав поцелуй, лизнул языком венку на шее. Меня пробрало от сладкой дрожи.

Каждое движение такое грубое, пронизывающее.

Меня должно было это оттолкнуть, но почему-то все сложилось иначе.

Меня распалило. Сладкий спазм превратил меня в послушную куклу.

А когда его рука скользнула между моих бедер и коснулась лона — я выгнулась дугой от предвкушения чувственного удовольствия.

Он ласкал меня там…заставляя набухать чувствительные места.

Я подрагивая застонала.

Как же хорошо. И как мне этого не хватало.

Его страсти, прикосновений, жажды…его и моей.

Пропустила момент, когда мы оказались в кровати, а мое платье разорванное на пополам полетело на пол.

Он раздвинул мои ноги коленом и разместился между моих разведенных бедер.

Горячая возбужденная плоть уперлась в промежность. Лоно отозвалось тягучим импульсом.

Я выгнулась ему навстречу, упругая головка раздвинула складки и вошла в дырочку.

Сразу на всю длину, выбивая из моих легких судорожный стон.

Тело напряглось и задрожало. В глазах зарябило.

Первые движения сильные, глубокие, резкие.

Он входил в меня как по маслу. Трахал страстно, безумно, одержимо.

С каждым его мощным проникновением я кусала губы, глаза закатывались от удовольствия граничащего с болью.

Но мне было хорошо. Безумно хорошо.

— Мммм, — я замычала, от удовольствия в очередной раз прикусывая губу.

— Нравится? — прорычал он над самым ухом, вжимая мое тело в мягкую перину.

Отстранился, подтянул за бедра и закинул мою ногу себе на плечо.

Еще несколько толчков, от которых искры посыпались из глаз.

По бедрам потекла смазка. Кажется, его член стал больше. Хотя куда уж больше. Меня и так словно сейчас пронзит насквозь.

Я вздрагиваю от его напора. Касаюсь кончиками пальцев своих возбужденных до дури сосков.

Тело покрывается испариной, сознание плавится от ожидания разрядки и дикого удовольствия.

Его пальцы надавливают на мой клитор, усиливают наслаждение.

Ощущения обостряются, я изнемогаю, плавлюсь под тяжестью его тела.

Он снова падает на меня. Перехватывает мои запястья, вжимает в мягкие подушки.

Сопротивления нет, но ему явно нравится чувствовать свою власть надо мной.

— Ты не ответила, — усмехается в считанных сантиметрах от моих губ.

Горячее дыхание опаляет. Тело скручивает от очередного жаркого спазма.

— Я не знаю…— слова застревают в горле и с губ срывается громкий стон. Он так глубоко в ходит, что я могу только стонать.

Лоно сужается вокруг его огромного члена, горошина клитора неистово пульсирует и набухает. Кажется, я сейчас взорвусь от безумного оргазма.

— Ответь, — хрипло требует он, а я еле различаю слова.

— Да…хорошо…, — шепчу, теряя связь с реальностью.

Верховный наклоняется к моей шее. Целует так, что я извиваюсь под ним змеей от новой жаркой волны.

Так приятно, невероятно…

— Ай!

Я вскрикиваю. Царапаю его ногтями. Резкая боль на мгновение отрезвляет.

Что он сделал?

Мозг отказывается принимать происходящее.

Успеваю уловить только то, как треснула кожа под острыми клыками.

А дальше…в кровь хлынул его яд. Пронесся по венам, окончательно убивая остатки воли.

Я не знала, как действует яд нагов, но была наслышана.

Это произошло со мной.

Отрава мгновенно обожгла тело и сознание окончательно заволокло туманом. Возбуждение стало настолько невыносимым, что я принялась яростно двигаться ему на виречу, насаживать на возбужденные член.

Параллельно в голове мелькнула устрашающая мысль — он меня укусил, а значит мне конец.

— Зачем? — с трудом вымолвила, на глазах навернулись слезы.

Жажда удовольствия, что пленила тело не могла полностью перекрыть тот ужас, который заполонил сознание.

— Тихо…спокойно, — он снова сжал мои запястья, когда я задергалась в панике. — Мой яд больше для тебя не опасен. Артефакт не даст тебя убить. Наслаждайся.

С этими словами он вышел из меня, а перевернул, поставив на четвереньки и снова вошел.

Так сильно и глубоко, что меня едва ли не сложило пополам.

Провел рукой по пояснице к лопаткам. Надавил на плече, заставляя меня прогнутся.

Ускорился, вколачиваясь быстрее, жестче, глубже.

Спальня наполнилась пошла и хлюпающими звуками.

Возникло чувство, что я вся — один сплошной сгусток напряжения. Неспособная ни на что, кроме как желать получения разрядки

Умелые пальцы нашли мой клитор, надавили и в этот момент он в очередной раз особенно глубоко вошел в меня.

Меня накрыл двойной оргазм.

Из горла вырвался крик. Я забилась в конвульсиях, продолжая чувствовать, как толстый член таранит мое отверстие и набухший клитор изливается соками.

Еще несколько толчков и в меня хлынул поток его семени.

Он поцеловал меня в плече и выпустил из своих рук.

Я упала на постель, дрожа от пережитого оргазма. Скомкала в руках простыню и в этот момент мне больше всего хотелось чтобы он обнял меня. Ведь я в первые открылась перед ним.

— Ты была великолепна, — надменно процедил верховный, вырисовывая узоры на моем предплечье. — И я искренне рад что ты приняла правильное решение и выбрала меня.

Яд нага все еще плескался в моей крови, заставляя неосознанно желать продолжения, но краем сознания я все-таки могла немного анализировать происходящее.

Во-первых — я испытывала сильные сомнения касательно того, что яд для меня безопасен и это по-прежнему позволяло мне абстрагироваться.

Второе — чувствовала, что-то не так.

Зажмурилась, вздохнула и повернулась.

Верховный поймав мой взгляд — улыбнулся. Точнее оскалился и… меня передернуло от шока.

Он менялся на глазах. Очертания привычных черт искажалось.

Темные глаза посветлели, став желтыми, как расплавленное золото. Волосы ушли в бронзу.

Одно мгновение и в постели со мной лежал подперев подбородок не Кайрос, а его брат Зейнар.

— Давно не виделись, — усмехнулся чистокровный.

Моргнув, убедилась, что мне не показалась.

Сердце гулко ударило в груди и упало куда-то вниз. Внутри все похолодело и сжалось.

Я раскрыла рот в желании закричать. Только массивная ладонь мгновенно накрыла мои губы.

— Тише, милая. Ты же ведь не хочешь, чтобы мой брат нам помешал? — Зейнар ухмыльнулся.

Мою попытку вырваться он стремительно пресек, прижав меня обратно к подушкам.

Яд нага в крови действовал на меня странно. Слабость усиливалась. Внутри я продолжала гореть от неугасающего возбуждения. От него меня сильно знобило и в голове темнело.

Я теряла сознание.

Перед тем как оканчательно отключиться, уловила, как чистокровный шепнул, опалив дыханием мое ухо:

— Скоро все кончится. Ты пойдешь со мной.

Последнее что почувствовала — его руки на своем теле. Он поднял меня и куда-то понес.

Шум воды планомерно проник в сознание. Постепенно приходя в себя, я провела рукой по поверхности, на которой лежала.

Камень… шероховатый камень.

Разум все еще был окутан туманом, ну я чувствовала, как журчание падающих потоков воды усиливается, отзываясь эхом.

Предчувствие не обманывало меня, я находилась в пещере по ту сторону небесного озера.

Раскрыв глаза, я действительно увидела висящие надо мной сталактиты, а повернув голову, заметила знакомые горящие узоры в камне алтаря.

Промелькнувшая тень заставила меня сильно вздрогнуть и подскочить.

Он оказался быстрее.

Одно мгновение и массивная ладонь легла на мою шею. Не больно, почти не ощутимо сжала, не дала шевельнуться.

Я замерла, боясь вздохнуть.

Хищные глаза цвета расплавленного золота скользнули по моим чертам. Зейнар громко засмеялся.

— Ты все еще боишься меня. Забавно, — задумчиво процедил чистокровный, — я думал, мы с тобой сблизились.

От иронии в его голосе я задрожала каждой клеточкой.

В голове крутилась только одна мысль…

Что происходит?

Он похитил меня из дворца и притащил к алтарю силы?

Или Зейнар умеет читать мысли или просто сделал свои выводы по выражению лица, но в следующие секунды он произнес:

— Происходит наше новое будущее. Тебе понравится мир, который я создам, — с циничной усмешкой, он наклонился к моим губам. — Все будет благодаря тебе…

Не успела я опомниться, как он впился в мои уста своим горячим ртом. Стал требовательно терзать, заставляя меня ему ответить.

Мне сложно было противостоять. Я уперлась обеими руками ему грудь, но проще было попытаться толкнуть скалу.

Моя попытка сопротивления видимо разозлила его и в следующее мгновение он перехватил мои запястья и завел мне их за спину. Удерживал одной рукой, а второй грубо стиснул мой подбородок пальцами.

— Не хочешь меня больше? — раздраженно рычал чистокровный.

— Не хочу, — я мотнула головой, пытаясь отстраниться. О, как это было сложно, почти нереально. Он навалился на меня практически всем своим телом, контролируя каждое мое движение.

— Лжешь, — чистокровный оскалился. Перестав сжимать мой подбородок, он ощутимо провел рукой по моей груди, задевая соски, которые от того, как терзал мои губы, предательски затвердели.

Усмехнувшись, он на этом не остановился.

Протиснул колено между моих ног и небрежно раздвинул. Сжал край моей юбки и резко отшвырнул в сторону.

Пальцы мужчины беспрепятственно нашли мое лоно. Он собственнически раздвинул складки и ввел в мое отверстие два пальца.

Я дернулась словно от удара током. Тело прострельнуло от спазма внизу живота.

Краснея, прикусила губу.

Чистокровный быстро задвигал пальцами, имитируя движения члена. Тело распалилось, я невольно застонала, как не пыталась сопротивляться.

Влажное лоно плотно обхватило его пальцы и запульсировало. Хлюпающие звуки разнеслись по пещере, доказывая, что мои слова — ложь.

Я была возбуждена.

И он творил со мной такое, от чего я сама непроизвольно развела ноги в стороны. Раздвинула шире, прогибаясь в пояснице.

В голове зашумело. Это было безумно, грязно, невменяемо.

Но я ничего не могла с собой поделать.

Большим пальцем Зейнар надавил на горошину клитора и бурлящая кровь ударила мне в голову.

С очередным сильным спазмом я ощутила, как между ног сильно разбухла плоть, ожидая разрядки.

Кривая усмешка мужчины ударила хлыстом.

Он вытащил из меня пальцы и насмешливо продемонстрировал, какие они влажные.

Я в этот момент болезненно сжалась. Неудовлетворение от незавершенного акта вызвало новый спазм, но на этот раз болезненный и острый.

Ничего не понимая, я испуганно подняла глаза на Зейнара.

— Ты вкусила мой яд. Привыкай, теперь ты зависишь от меня. В твоих интересах не злить меня.

— Что? Я не хочу…

Зейнар резко подался вперед. Расставил руки по обе стороны от меня, словно загоняя меня в клетку.

— Ты снова лжешь. Меня это забавляет, но не переусердствуй. Теперь я твой хозяин, пока мой яд в твоей крови, ты будешь желать близости со мной.

Онемев, я испуганно захлопала ресницами. То как на меня действовал его яд, я хорошо чувствовала…тело скручивало. Это было не просто разочарование от недополученного оргазма. Это была дикая болезненная жажда продолжения, хотя мое сознание боролось с этим чувством.

— Зачем я тебе? — наконец я нашла подходящие слова.

— Ты очень ценная, забыла?

— Все из-за артефакта?

— Ты мне его отдала и теперь вы оба мои.

Я судорожно сглотнула.

Гнев накрыл ледяной волной и мне захотелось вцепиться ногтями в его лицо.

С трудом удержалась.

— Ты обманул меня. Я вообще собиралась отдать артефакт Кайросу.

Чистокровный замер. На скулах ходуном заходили желваки.

Возникло чувство, что он сейчас меня удушит, но он наоборот, отстранился. Медленно наклонил голову набок. Смерил меня уничтожающим взглядом.

— Быстро же ты пропиталась симпатией к моему братцу. Думаешь, ты для него так важна?

— Я ничего не думаю…

Внутри все сжалось. Слова чистокровного попали в цель. Они смогли меня задеть.

— И все же ты выбрала его? — холодно и удивительно спокойно произнес он, смакуя каждое слово. У меня от его спокойствия сердце пропустило удар. — Ты выбрала того, кто насиловал тебя, принуждал и относился как к вещи.

Невольно на глазах навернулись слезы. Эмоции брали верх и с каждым высказыванием Зейнар сильнее давил на сознание.

— Он разрушил твой дом, разве я не прав? Убил близкого тебе нага, все верно?

— Зачем…зачем ты это говоришь? — глаза нещадно щипало и во рту пересохло.

Он проигнорировал мой вопрос и хладнокровно задал следующий:

— Так зачем ты решила отдать артефакт ему? Думаешь, он сделает этот мир лучше? Затем благородно поступит с тобой?

Я молчала…слезы потекли по щекам. Я не могла произнести ни слова. Где-то в груди тлела боль, от которой не получалось абстрагироваться.

А в глазах напротив…хищных, опасных я видела свое жалкое отражение. Полное боли и разочарования.

— Ты делал то же самое. То же самое со мной, — еле слышно выдохнула.

— Все верно, — Зейнар расплавился в снисходительной улыбке. — Один важный момент, моя радость, я никогда не лгал. Если не считать маленького обмана, когда ты разделила со мной ложе. Но так тебе было проще принять меня, разве нет?

— Нет…

Очередная усмешка.

Он почти нежно очертил кончиками пальцев мой подбородок.

— В остальных случаях я был с тобой честен. Ты хочешь быть благородной и помочь моему братцу спасти мир. Но я тоже хочу не дать этому миру сдохнуть. Просто у меня свое понимание того, как его спасти.

— Ты хочешь просто захватить власть.

Зейнар заботливо заправил прядь моих волос за ухо. Наклонился к губам, а я не успела среагировать.

Короткий и обжигающий как клеймо поцелуй.

Быстрый, без напора, но даже от него меня пробрало дрожью.

— Не без этого, девочка, — кивнул мужчина, отстранившись. — Мне нравится чувство власти. Будешь послушной, сможешь разделить его со мной.

Не успела я опомниться, как он снова наклонился. Только на этот раз не для поцелуя. Он подхватил меня и закинул себе на плечо.

— Пусти! — я забарабанила кулаками по могучей спине, в ответ получила его веселый смех.

Он понес меня к алтарю.

Узор на камне среагировал на приближение артефакта. А я ощутила, как магия внутри ожила, разливаясь по венам искрящимся потоком.

Как только чистокровный опустил меня на землю рядом со святыней, свет от паутины узоров — вспыхнул.

В это же мгновение моя кровь забурлила, энергия стремительно разлилась по телу и меня словно парализовало.

Казалось, что я соединяюсь с этим местом, с его древней силой и тайной.

Мое тело стало невероятно горячим, как будто внутри меня бушевало пламя.

Чувствовала, как эта энергия буквально вытягивает меня из реальности, унося в другой мир, туманный и неизвестный.

Все вокруг закружилось, поплыло перед глазами и веки заволокло дымкой.

В этом состоянии я почти потеряла связь с реальностью. Потерялась во времени.

И больше не слышала ничего…

Мир сузился только до моих ощущений. Я растворилась в них и в потоках магии, покачиваясь на волнах энергетических потоков.

Но краем сознания улавливала: что-то происходило, что-то изменилось.

В пещере мы с чистокровным были не одни.

Сквозь огненный вихрь услышала отголоски знакомого голоса.

Что-то колыхнулось внутри меня. А следом меня оттащили от алтаря. Магическая связь разорвалась.

Внезапно это пробудило меня из оцепенения.

Снова голос…

Кайрос. Он здесь.

Пришел за мной.

Глухой удар прозвучал чуть правее.

Снова. Затем звон разбитых сталактитов и рев.

Приоткрыв веки, пыталась сфокусироваться.

Я чувствовала, электризуется воздух от напряжения.

Сквозь пелену уловила, как Кайрос в ярости отбросил Зейнара назад.

На лице верховного застыла испепеляющая злость, в глазах сверкала такая сила, что я невольно затаила дыхание.

Он бросил быстрый взгляд на меня. На скулах дергались желваки.

Я попыталась подняться, но ноги не слушались меня. Тело казалось невероятно тяжелым и горячим.

С трудом, но все же смогла подняться на ноги, но тут же потеряла равновесие и почти рухнула на землю.

В этот момент сильные руки Кайроса подхватили меня, поддерживая, как будто я была самой драгоценной вещью в этом мире.

Сквозь полуопущенные ресницы я увидела Зейнара у пологой стены, с разбитым лицом и кровью на губах.

Он медленно поднялся. Скользнул по мне и Кайросу взглядом полным ненависти и на его разбитых губах заиграл хищный оскал.

— Где же твоя армия, брат? — усмехнулся он, словно провоцируя Кайроса.

— Ты прекрасно знаешь, что им вход в святое место запрещен. Как и тебе, — прорычал в ответ Кайрос. Мышцы его рук напряглись, словно готовясь сокрушать все на своем пути.

— Ага. Значит, они ждут меня снаружи… — задумчиво протянул Зейнар, поправляя с хрустом массивную челюсть, продолжая недобро ухмыляться.

— Мне не нужна армия, чтобы тебя остановить, как видишь, — бросил Кайрос, в его тоне звучала жесткая уверенность. — Если бы не Арина... Я бы уже свернул тебе шею.

Слова Кайроса повергли меня в ужас. Неужели он и в самом деле был готов убить собственного брата?

Невольно задумалась, почему он так странно подчеркнул: «если бы не Арина»? Что он имел в виду?

Мысли вихрем пронеслись по сознанию. Сердце рухнуло с болезненным ударом.

— Песчаные змеи тебя раздери, — зло выругался Зейнар, — ты же знаешь, что я не остановлюсь, — он яростно прищурил желтые глаза. — Я слишком близок к своей цели, чтобы отступать.

Внезапно метка на моем плече полыхнула таким болезненным огнем, что мне пришлось приложить все силы, чтобы не закричать.

Энергия внутри меня словно наэлектризовалась, заставляя сфокусироваться на происходящем.

Краем глаза заметила, как Зейнар чуть шевельнул ладонью и из широкого браслета на его запястье что-то блеснуло сталью.

Он готовился к нападению.

Кайрос тоже это заметил, но, похоже, всего на мгновение позже.

Его плечи напряглись, но его руки по-прежнему крепко держали меня.

Одно короткое мгновение колебания, чтобы опустить меня на землю.

Так бережно и осторожно, словно я была сделана из стекла.

Одно мимолетное замешательство и…его хватило.

Чистокровный двинулся неуловимой тенью. Быстро, четко, выверено.

Я только успела ощутить, как пальцы Кайроса скользнули по моим плечам. Почти нежно выпустили меня из объятий.

И в этот момент — алые капли брызнули мне на лицо.

Горячие, словно кипящая лава, вонзились в кожу, вызывая панику и непонимание.

Я замерла, словно мир остановился на мгновение и не могла оторвать взгляда от Кайроса.

Он взревел как раненый зверь, с яростью и силой, которая сотрясла пространство вокруг нас.

Одним резким движением он развернулся и его хвост, словно хлыст, взметнулся в воздухе, нанося сокрушительный удар. Зейнара отшвырнуло в сторону. Тело чистокровного с грохотом врезалось в стену.

Несколько сталактитов отвалились и со звоном разбились о каменный пол.

Оскалившись Кайрос обхватил рукоять и рывком вытащил нож. В его глазах плескалось пламя. Ярость способная, как мне казалась, поглотить все вокруг.

Он отбросил нож в сторону и я машинально задержала взгляд на отлетевшем оружии взор.

В следующее мгновение стены снова содрогнулись и с потолка посыпались кристаллы.

Два самых сильных нага из тех, что я видела — сцепились насмерть.

Я видела, как по их телам и лицам скользят жесткие тени.

Физически чувствовала их ярость. Вздрагивала от глухих ударов.

Вокруг словно бурлила настоящая буря, готовая вырваться за пределы пещеры и разорвать на части все на своем пути.

Они же убьют друг друга!

С этой мыслью меня охватил гнев, пронзительный как клинок.

Энергия артефакта бушевала и я это чувствовала.

Магия хлынула по моим венам, заполняя меня до краев. Внутри, словно проклятое эхо, звучал зов. Зов силы, от которой нельзя было укрыться.

Я смотрела на узор в камне и меня словно замораживало в этом мгновении.

С каждым ударом сердца чувствовала, как связь между мной и святым местом крепла.

В какой-то момент я словно перестала себе принадлежать.

Не отводя глаз от алтаря, поднялась на ноги, шагнула и опустила ладони на каменную поверхность.

Сильный энергетический поток хлынул, сплетаясь с магией артефакта внутри меня.

В это время Кайрос и Зейнар, взревев, ринулись навстречу друг другу, ведомые желанием уничтожить друг друга.

Но алтарь под моими ладонями вспыхнул. Ледяной вихрь пронесся по пещере, создав в стену, разделившую братьев. Оба замерли, ошарашенно обернувшись, их взгляды остановились на мне.

Мои губы зашевелились, только говорила не я.

Казалось, что через меня к братьям обращалась сама природа Варма, требуя прекращения кровопролития. Слова лились холодные и неумолимые, как ледяные потоки вокруг нас.

Зрачки верховного и чистокровного расширились.

Они следили за каждым моим движением.

Вначале я подошла к Кайросу или, вернее, плыла по воздуху.

Едва осознавая свои действия, протянула руку к его груди. Теплая кожа и разорванная от нанесенного удара плоть.

Из раны все еще шла кровь.

Я накрыла ладонью рану. С кончиков пальцев полилась энергия и ранение стало затягиваться.

Мое сердце бешено колотилось и прежде чем я осознала, что делаю, я поцеловала его в губы.

Параллельно меня обжег цепкий и ревнивый взор Зейнара.

Почему-то его раздраженность в это мгновение я воспринимала как нечто сродни детской обиды.

Он ревнует потому что не может получить. Но все не так, я здесь.

Варм любит его, несмотря на крутой нрав и скверный характер.

Этот мир щедро одарил его, а еще выбрал мне в пару.

Как и Кайроса.

Отстранившись от верховного, я протянула ладонь к лицу чистокровного. Прикоснулась, залечивая ссадины и раны.

Затем привстала на цыпочках и подарила свой поцелуй.

От прикосновения моих губ Зейнар чуть ощутимо вздрогнул и растерялся. Но когда мои губы отстранились, он потянулся за мной.

Я взяла его за руку и раскрыла ладонь перед Кайрасом.

Верховный смотрел на меня с недоумением. Между нами электризовался воздух и росло напряжение. По моей ладони прошел разряд тока.

Та сущность, что управляла моим сознанием, заговорила, а я произнесла следом:

— Я часть вас, а вы часть меня. Вы мои, а я ваша.

Слова прозвучали как обещание, клятва, что несла больше, чем просто принадлежность женщины мужчинам.

В глазах Кайраса отразилось нечто необъяснимое. Смятение, удивление, недопонимание.

Но он больше не колебался, кивнул и сжал мою ладонь, его пальцы прохладные и сильные.

Зейнар, напротив, казалось, состоял из огня. Его рука обжигала.

На лицах обоих мужчин я видела борьбу и сопротивление собственным эмоциям.

Им было непросто. Но никто из них не решался оспорить ту силу, что через меня требовала их примирения.

Она звала их следовать за мной.

Мы вместе шагнули дальше, будто входим в совершенно иной мир. Я вела их вперед к алтарю, ощущая, как каждая клетка тела резонирует с каждым их движением.

Мы были неразрывны. Их присутствие пронизывало меня целиком, вызывая трепет.

Слова больше не имели значения, осталась только эта связь, инстинкт и эмоции.

Остановившись у алтаря, я разжала наши руки и развернулась к ним лицом.

Отступив на шаг, расстегнула платье, позволяя ткани свободно упасть к моим ногам.

Я предстала перед ними обнаженная и открытая.

Верховный и чистокровный жадно впились голодными взорами в мое тело.

Нежная плоть между ног трепетала и грудь возбужденно колыхалась.

Я провела кончиками пальцев по затвердевшим соскам, приподняла подбородок, с губ сорвалось несколько слов на незнакомом мне языке.

Знала, что это был древний священный язык первых жителей Варма.

Свет, исходящий от алтаря, изменился, приобретя теплый отлив. Свет возрождения новой силы и нашей связи.

Уперевшись ладонями в камень, я легко залезла на него и развела ноги в стороны, до конца раскрываясь перед нагами.

Зейнар опустил голову вниз, произнес ответ на том же языке.

Конечно, как чистокровный, он знал древний.

Говорили, что знания первых нагов передаются по крови их прямым потомкам.

Кайрос нахмурился, врят ли разобрав слова, но он понял суть и склонил в почтении голову вторым.

Они оба шагнули ко мне, опустившись на колени, между моих разведенных бедер.

Их дыхание опалило чувствительную кожу и я застонала.

Горячие раздвоенные языки заскользили по моей промежности, страстно теребя горошину клитора и налитые соком складки.

Зейнар обхватил губами бугорок, жадно посасывал, ласкал и втягивая в рот, играл с ним губами и языком, вызывая у меня сладкое томление, от которого закатывались глаза.

Кайрос припал к расщелине. Погружал глубоко в мою дырочку язык, вызывал невыносимо чувственные щекотания и добавляя палец, усиливал мое наслаждение.

Я стонала, извивалась под их натиском, двигала бедрами им навстречу, позволяя терзать мою промежность так, как они это умели. До потери рассудка.

Это было так невыносимо приятно, что я истекала соками и плавилась от безумных ощущений.

Даже когда они стоя на коленях, лаская меня губами и языками, возникало чувство, что это я в их власти, а не наоборот.

Дрожащие от напряжения мышцы стали такими тугими, что когда Кайрос первый вошел в меня, меня пробило от сильнейшего спазма. Я выгнулась в пояснице сидя на нем, сжала ногами упругие мужские бедра и обвила руками плечи.

Он приподнял меня за попку и снова насадил на себя. Глубоко и до упора, заполняя собой полностью.

Несколько глубоких движений и из моих глаз посыпались искры.

На поясницу опустились руки Зейнара. Он с жарким поцелуем оставил на моем плече след укуса, выплескивая в мою кровь свой яд.

Кровь забурлила, усиливая чувственное удовольствие от прикосновения.

Я окончательно расслабилась, совершенно не понимая, вернулся ли ко мне контроль над моим телом или я все еще ведома магией Варма.

Но когда огромный член чистокровного начал протискиваться в лоно, я испуганно ахнула.

Неужели они собираются трахать меня вдвоем в одно отверстие?

Как такое возможно?

— Не бойся, тебе не будет больно. Ты достаточно мокрая, — услышала хриплый тембр Зейнара.

— Я дам тебе своего яда, — Кайрос припал к моей шее. Совсем легкий укус, а меня словно подбросило к небесам. Лоно судорожно запульсировало от нетерпения.

Я хотела их. Хотела обоих и сразу.

Сходила с ума от этого желания и тянулась к губам обоих мужчин.

Она страстно целовали меня, языками насилуя мой рот. Отнимали воздух и заставляли сознание пьянеть.

Зейнар толкнул в меня свою плоть. Огромный налитый кровью член растянул мою дырочку, потеснив член Кайроса.

Перед глазами зарябило.

Они стали двигаться, глубоко, резко и одновременно вколачиваясь. Меня зазнобило от новых ощущений.

Как же хорошо…

Как же мощно…

Их плоти соприкасаются, трутся друг об друга, создавая вибрацию.

Низ живота сводит сладкой судорогой, а затем я бьюсь в экстазе.

Мужчины кончают не сразу. Они меняют позу. Мое безвольное тело, все еще дергающееся от оргазма, оказывается верхом на Зейнаре.

Он насаживает меня не себя, придерживая за талию. Страстно целует в шею. Обводя горячим языком венку.

Чувствительный и набухший от ласки клитор трется о низ его живота и тонкую дорожку жестких волос.

Упругая головка члена Зейнара обжигающим клеймом касается колечка ануса. Неспешно и уверенно он входит осторожными рывками.

Я снова заполнена до упора. Оба их члена во мне, трутся друг о друга, через тонкие стенки терзая два моих отверстия.

Впервые чувствую себя целостной по настоящему.

Меня пронизывает жар и нарастающие спазмы удовольствия. Напряжение растет рвано и неумолимо.

Нежная плоть клитора от трения пульсирует, лоно и анус сводит судорогой.

Мужчины яростно вколачиваются в меня…еще…сильнее…больше…

На этот раз мы кончаем одновременно.

Их семя выстреливает горячим фонтаном и вытекает липкой дорожной по моим бедрам.

Их объятия крепкие и надежные. В них я растворяюсь целиком, повиснув на сильных руках тряпичной куклой.

— Я…видела силу Варма. Его энергия и природа были во мне, — услышала свой тихий голос.

Говорить было сложно. Во рту пересохло.

Кайрос приложил к моим губам флягу с живительной влагой. Я жадно сделала несколько глотков, убивая сухость.

— Мы знаем, — Зейнар убрал с моего лица липкую прядь волос. — Мы видели и чувствовали энергию Варма. Видимо дело в артефакте. Он образовал связь.

Кайрос нахмурился. Сердито покосился на брата. Видимо он был все еще зол на него, но решил не продолжать конфликт.

— Я думал, эта связь с местом силы тебя убьет, но оказалось, что ты сильнее и смогла замкнуть на себе две стихии.

Его сильные пальцы коснулись моего лица, я в ответ слабо улыбнулась мужчине.

В ту же секунду я почувствовала, как аура Зейнара потемнела, от ревности.

И это после того, что между нами было?

— Вы оба нужны мне, — поспешно прошептала, надеясь так осадить ревнивца. — Я знаю, что вы оба мои истинные и вы это знаете. Поэтому Кайрос и не стал тебя убивать сразу. Это бы причинило вред нам всем.

— В первую очередь это причинило бы вред тебе, — оскалился Верховный.

Еще один ревнивец.

— Не важно, — буркнула, принимая сидячее положение. Мы лежали на гладкой каменной плите у алтаря, который сейчас светил ровным и мягким светом. — Вы оба нужны мне и Варму. Мы едины. Поэтому больше никакой вражды.

Последние слова я произнесла твердо и для убедительности ударила ослабевшим кулаком по камню.

Мой поступок почему-то рассмешил моих истинных.

— Ничего смешного, — следующий удар я направила в каменную грудь Зейнара, как главного виновника заварушки.

Но он перехватил мой кулак, мягко сжав запястье.

Опомниться не успела, как горячие губы чистокровного накрыли мои в жарком и успокаивающем поцелуе.

Оторвавшись от меня, он задумчиво усмехнулся:

— Поверить не могу, у меня появилась истинная.

— Ты просто идиот, — раздраженно выдохнул Кайрос, — это было очевидно после того, как ты укусил мою истинную и пристроил к ней свой член.

— Она больше не только твоя истинная.

Братья схлестнулись глазами.

Кажется, снова назревает конфликт. Во всяком случае, если судить по разгоряченной ауре обоих, которую я теперь ощущала особенно остро.

— Не глупи, брат. Ты просто почувствовал, что на твою территорию вторгся кто-то еще, благодаря вашей связи, — ухмыльнулся Зейнар, проведя подушечками пальцев по метке на моем плече.

В этот момент его глаза потеплели, а само прикосновение наполнилось нежностью.

Я знала, что метка изменилась. Не видела и не знала, когда это произошло, сразу после секса с чистокровным или сейчас, но чувствовала.

— Боги, — фыркнула и потерла виски. — Вы обещали не ругаться.

— Когда? — Кайрос удивленно поднял брови.

— Я тоже не помню, — Зейнар снова повалил меня на землю. — Не было такого, моя радость. Мы только обещали друг друга не убивать.

Обещали конечно громко сказано. Именно обещания вообще не было. Наша близость послужила чем то вроде договора между ними и святыней.

— Верно, — Кайрос толкнул в плечо брата и тоже навис надо мной. Нахмурившись, он задумчиво заявил: — обойтись без убийства меня устраивает. И только ради моей истинной.

— Моей! — поправил его Зейнар.

Произнесенное с ревностью «моя» разнеслось эхом по пещере.

Их губы и руки снова ласкали мое тело с присущей им животной страстью. Согревая и забирая тревоги.

На этот раз в их прикосновениях стало больше нежности.

Тени отступили, оставляя лишь нас троих, нашу связь и это невыразимое чувство единства, что опаляло душу и заставляло забыть о мире вокруг.

Они принадлежали мне, а я им.