Что такое любовь? На всём свете ни человек, ни дьявол, ни какая-нибудь иная вещь не внушает мне столько подозрений, сколько любовь, ибо она проникает в душу глубже, нежели прочие чувства. Ничто на свете так не занимает, так не сковывает сердце, как любовь. Поэтому, если не иметь в душе оружия, укрощающего любовь, – эта душа беззащитна и нет ей никакого спасения.

Умберто Эко «Имя розы»

Солнце ехидно подмигнуло мне на прощание и спряталось за верхушками деревьев, нисколько не заботясь о том, каково оставшимся внизу, во мраке припозднившимся путникам. Дорога, из скверной и полной ям, превратилась в угрожающую, если не жизни, то целостности конечностей – моих и Керу́. Вздохнув, я вытащила из сумки карту. Подтвердилось возникшее ещё пару часов назад подозрение, что до ночи в Сарéс я не успеваю, придётся сворачивать с основного тракта и искать прибежища в одной из окрестных деревушек.

Война пощадила эти места – в здешних оврагах и буреломах сам чёрт ногу сломит, не то что бестолковые новобранцы, из которых преимущественно и состояла армия Зуáра. Командующие благоразумно обходили леса стороной, бои велись южнее, ближе к столице. Это там от плодородных земель и богатых городов до сих пор сплошные пепелища, на несколько дней пути ни одного человека вокруг.

Карта послушно развернулась, увеличив изображение участка, где я сейчас находилась. Справа и слева вспыхнули зелёные точки – человеческие поселения. Отметив ближайшее из них, я похлопала Керу по мохнатому боку. Уставший аву́р флегматично выдохнул пар и потрусил в указанном направлении, стремясь поскорее довезти меня в безопасное место и выспаться после двух дней безостановочной рыси. Я полностью разделяла желания Керу, вдобавок мечтая ещё и об ужине – в отличие от авуров, способных обходится без еды и воды неделями, маги вынуждены есть и пить хотя бы раз в несколько дней.

Выбранное поселение оказалось небольшим городком из числа тех, что чудом уцелели со времён первых основателей Зуара. Старинные постройки помнили расцвет королевства: их нижние этажи были сложены из грубо отёсанных и скреплённых раствором огромных каменных глыб, верхние бревенчатые стыдливо прятались под щербатыми драночными крышами. В центре самодовольно выделялось здание поновее – кирпичное, с черепичной кровлей. Керу поднял голову, огляделся, тоскливо покосился на тёмный лес за нашей спиной, на садящееся солнце и решительно направился к единственному приличному дому по чавкающей жиже, заменявшей здесь улицы.

Внушительная лужа перед зданием поставила меня перед вопросом: стоит ли Керу пачкать лапы или мне проверить новые непромокаемые сапоги? Те самые, что всучил ловкий владелец лавки зачарованных товаров в Фаéне, поклявшись всей своей роднёй до десятого колена в их непревзойдённом качестве. От геенны огненной пройдоху и его потомков спас шустрый коренастый мужичок разбойничьей наружности, выскочивший из дверей как чёртик из шкатулки.

– Госпожа, госпожа! Придержите зверюгу! Здесь грязи по колено, завязнете… Вы аккуратненько обогните по краешку и к торцу езжайте, там второй вход, я сейчас выйду!

До глубины души обиженный тем, что его обозвали зверюгой, Керу фыркнул и осторожно пошёл вдоль лужи. На громкий крик мужика набежали зрители – оборванные чумазые ребятишки, молодка в цветастой шали и плешивый дед с клюкой. Самодурство Ризáра Первого стоило Зуару половины всего мужского населения, погибшего в бесполезной и бессмысленной войне с крошечным, но могущественным Сумэ́. А не вмешайся вовремя Киэ́р, от нашего заносчивого соседа не осталось бы и таких жалких поселений со стариками, женщинами и детьми.

Мужик тем временем успел выбраться на улицу, если таковой могли считаться редкие остатки древней брусчатки, и, опасливо поглядывая на авура, низко поклонился:

– Добрейшего вечера, госпожа. Не иначе, Святая Лáйна привела вас в наши края.

Изучив его широкое красное лицо с жёсткой щетиной, крупным мясистым носом и кустистыми бровями, я невольно подумала, что лучше бы он поблагодарил Святого Брéса – покровителя торговли, а заодно всех ворюг и проходимцев.

– С кем имею честь? – вежливо осведомилась я.

– Мирт Бунк, уважаемая госпожа. Глава Гру́вра, то бишь города нашего. Третий год пекусь, так сказать, о благополучии… Вы к нам как – проездом али заночевать изволите?

Глубоко посаженные блестящие глазки Бунка обшаривали меня от пяток до макушки, примечая и бледную, почти белую кожу в сочетании со светлыми волосами, и отменное качество неброской одежды, и вольность мужского костюма, и (неслыханная дерзость для Зуара!) отсутствие обязательного для местных дам головного убора. Я не скрывала ни свою внешность уроженки Киэра, ни принадлежность к магической братии.

– Проездом, но остановлюсь на ночь. Надеюсь, в Грувре сохранились гостевые дома?

– Зачем вам гостевой дом, лучезарная госпожа? Окажите милость, у меня ночуйте!.. Только, не гневайтесь… Время мутное. Подорожную бы вашу… хоть одним глазком.

Усмехнувшись, я достала из заплечной сумки свёрнутый в трубочку лист с гербовыми печатями. Керу пришлось припасть на передние лапы, чтобы мужичок смог дотянуться и взять документ. Увидев пафосный герб королевского рода, изящную завитушку Ризара Второго и печать правительства Сумэ, Бунк переменился в лице, а размашистый росчерк милостью Вседержителя императора Киэра Астолáйна добил Главу окончательно.

– Госпожа Ил-ен Ер-ри-о-на-ри, маг у-ни-вер-сал… – старательно шевеля губами, по слогам прочитал мужчина.

– Ильэ́н Эррионáри, – поправила я его. Не терплю, когда коверкают моё имя. – Так я могу рассчитывать на комнату и ужин в вашем славном городе?

Подорожную городской Глава мне возвращал столь благоговейно, словно сия бумажка приравняла меня ко всем Святым разом.

– Госпожа Эр-рионари, – правильное произношение далось Бунку с трудом, – вы почётная гостья Грувра. Устрою вас со всеми удобствами! Вот только зверушка ваша…

Керу оскорблённо мотнул башкой.

– Это авур, и он отлично понимает человеческую речь, – сочла своим долгом предупредить я. Хоть Керу и добряк, каких поискать, но задевать этих созданий небезопасно.

– Ваш авур, – быстро поправился Бунк, – в дом не пройдёт.

– И не надо, – я потрепала мягкую мохнатую гриву. Керу выбрал местечко почище и лёг на пузо, позволяя мне соскочить. – Авуры не переносят замкнутых помещений. Он сам найдёт себе ночлег.

В подтверждение моих слов Керу лизнул меня в щёку шероховатым языком и спокойно направился обратно в лес. Стайка ребятишек с визгом бросилась врассыпную, когда мимо них прошествовало огромное, мощное создание шести локтей в холке, покрытое длинным светло-серым мехом. Старик выставил вперёд свою клюку, словно собрался защищаться. Авур скосил тёмный блестящий глаз и, не сбавляя хода, улыбнулся всеми сорока восьмью зубами, среди которых выделялись клыки размером с ладонь. Молодка в шали взвизгнула, Бунк крякнул, а я с досадой подумала, что ночлег в лесу не так уж и плох. Но фляга с водой опустела ещё вчера, а купленные в Фаене продукты закончились и того раньше, так что выбирать не приходилось.

– Уважаемая госпожа маг, – мужчина счастливо избежал труднопроизносимого имени, – пожалуйте за мной.

Последовав за ним через боковой вход, я поднялась по крутой скрипучей лестнице, миновала узкий коридор и оказалась в богато обставленной, но чересчур пыльной и душной гостиной, совмещённой со спальней. Поморщившись, применила простенькое бытовое заклинание и с удовольствием наблюдала, как окна распахиваются, а пыль исчезает.

– Ужин вам сейчас принесут, – поклонился Бунк, однако не уходил, топтался у порога.

Я вздохнула и потянулась к сумке, где лежал кошель с монетами Зуара.

– Нет-нет! – замахал руками мужичок, увидев в моих пальцах золотой сойлен. – Денег не нужно… Услугу, добрейшая госпожа, окажите! Вам никакого убытка, а мне тяжеленный груз с плеч!

– Никаких омоложений, – поспешила предупредить я, припомнив частые назойливые просьбы тех, с кем мне довелось столкнуться за месяц моих странствий по Зуару. – Исцелить могу и уродства убрать, если хотите. Скотиной тоже не занимаюсь, не мой профиль.

На самом деле магу всё равно, кого лечить – корову или человека. Но, умудрённая горьким опытом, я не сомневалась, что иначе мне придётся задержаться в Грувре как минимум на неделю, пока не оздоровлю последнюю доходящую курицу и истощу резерв в ноль.

– Что вы, госпожа маг! – обиделся Бунк. – Нешто я не понимаю! Чтобы с королевскими печатями – да в хлев… Тут другое! Заключённый у меня неделю томится, военнопленный из Сумэ. Приволокли его, значит, из дальней приграничной деревушки, теперь надо в столицу переправить, а подходящих конвоиров – два человека, и те, мягко говоря, того… Солдаты бывшие, умом не блещут. Не справятся они, жо… печёнкой чую! Дороги нынче неспокойны, после войны мародёров развелось, разбойнички шалят, нежить с гор повыползала… Вы же всё равно в Браз направляетесь, сделайте милость – проводите! Одна ваша зверушка своим видом лихих людишек отпугнёт!

Я могла бы убедительно поспорить о том, кто из нас с Керу страшнее, но для тех, кто не читает ауры, невысокая худощавая девушка действительно сильно проигрывает на фоне здорового мохнатого авура.

– Что же вы, господин Бунк, королевскую службу балуете? Известили бы столицу, они пришлют за пленным конвой, а вам потом выкуп передадут, как положено.

Глава Грувра замялся, отводя хитроватый взгляд.

– Так ведь особые обстоятельства, госпожа… Связывался я на днях с кумом в Бразе, и сообщил он мне по большому секрету, мол, кроме посольства Сумэ, что своих подданных выкупает за сто сойленов, какой-то доброхот платит тысячу монет лично в руки за таких, как этот пленный. Слухи, конечно, но проверить не мешало бы. Шутка ли – сто сойленов или тысяча! Пленнику-то без разницы, как он домой попадёт, а городу прибыток.

Усмехнувшись, я благосклонно кивнула жуликоватому мужичку.

– Хорошо, господин Бунк. Комната, ужин, продукты с собой в дорогу – и я пригляжу за вашими людьми. Всё равно путь в Браз отсюда один. Только задерживаться в мои планы не входит: пусть к шести утра поджидают меня на улице, собранные и готовые. Опоздают – ждать не буду, пусть догоняют.

– Благослови вас Святая Лайна! – расцвёл мужичонка, норовя поймать мою ладонь и облобызать. – Без четверти шесть будут! Еды на сколько дней собрать изволите?

Я поспешно завела руки за спину.

– Отсюда до столицы дня два, прикидывайте сами. Не переусердствуйте – время трудное, ваши люди недоедают, а мне лишнее ни к чему.

Отчаявшись обслюнявить мои пальцы, Бунк наконец-то исчез, а я вновь вынула карту и стала внимательно изучать столичный тракт. Разбойнички, значит, шалят… Людей я не боялась, нежить старательно обходила меня стороной, едва почуяв. Лишь однажды, когда я заночевала в глухой чаще близ Пу́ша, глупая молодая оголодавшая упырица сдуру сунулась к нам с авуром. Даже совестно было развеивать столь истощённое и жалкое существо, но Кодекс магов един для всех. Любая кровожадная нежить подлежит немедленному уничтожению. Будь на моём месте простой путник, в мире стало бы меньше на одного человека и больше на одного упыря.

С воспоминаний мои мысли плавно перетекли к цели моих странствий, замаскированных под путешествие скучающей магички. Через два дня я буду в Бразе, нанесу визит Его Величеству Ризару Второму. Затем отправлюсь дальше на юг, от города к городу, собирая слухи. Шансы невелики, но…

В дверь вежливо постучали. Сухонькая старушка в вылинявшем платке принесла мой ужин – жареную куриную ногу с гарниром. В условиях местной нищеты – королевское угощение. Кувшин с ещё горячим о́рником окончательно примирил меня с действительностью. Поблагодарив, я в три счёта разделалась с едой и, не раздеваясь, завалилась на кровать. Охранное заклинание я ставила, уже наполовину провалившись в сон.

Утро выдалось пасмурным и промозглым. Низкие тучи затянули небо плотной серой пеленой, того и гляди, начнёт моросить мелкий, противный дождик. Несмотря на это, я, сытая и отдохнувшая, чувствовала себя преотлично – до тех пор, пока не вышла из дома на улицу.

Пожалуй, назвав любезного господина Бунка разбойником, я погорячилась. Он всего лишь был слегка небрит, грубоват и жуликоват. Типы, топтавшиеся возле открытой повозки (на какой свалке её откопали?!), полностью соответствовали моим представлениям о лесных грабителях, годами не выбирающихся из чащи. Такие слова, как «бритва», «ножницы» и «расчёска», в их обиходе положительно отсутствовали, впечатление усиливала поношенная военная форма, несомненно, с чужого плеча. Один щеголял распухшим синюшным носом запойного пьяницы и клочковатой жидкой бородёнкой с застрявшими крошками, второго красавца толком было не рассмотреть из-за рваной длинной чёлки и густой бородищи на пол-лица. Однако даже избыток волос не скрывал огромное отталкивающее родимое пятно насыщенного винного цвета на его правой щеке; вдобавок это пу́гало постоянно сдавленно покашливало и сморкалось. За спинами у обоих болтались старенькие арбалеты, а нечто в ножнах на поясе сизоносого походило на кинжал. Лошади соответствовали сопровождающим: две мохнатые клячи с покорно опущенными головами. М-да… Проблемы городского Главы стали мне куда понятнее.

Глазами я поискала пленного, не сразу сообразив, что нечто в повозке, под покрывалом, на подстилке из сена и является таковым. Меня насторожили неподвижность и неестественность позы. Нахмурившись, я сдёрнула ткань и едва удержалась от вскрика: ноги и руки пленника туго перетягивали толстые верёвки, впиваясь глубоко в кожу. Кисти и босые ступни почти посинели. Не тратя времени на объяснения, я просто развеяла эти орудия пыток, попутно восстанавливая кровообращение несчастного. Сизоносый бородач с кинжалом забубнил что-то неразборчивое, но точно неодобрительное.

– Немедленно позовите Бунка! – от злости я плюнула на вежливость.

– Уехал он, – проворчал носатый, – вечером ещё. Госпожа, зря вы…

– Как ваше имя? – недобро прищурилась я.

– О́рун, госпожа.

– А ваше? – я перевела гневный взгляд на его спутника, отчего тот резко втянул в себя сопли и хрипло выдохнул:

– Лиáн!

– Слушайте меня внимательно, господа Орун и Лиан. Я как подданная Киэра не могу вмешиваться во взаимоотношения Сумэ и Зуара. Но истязать живое существо не позволю! Почему он не обут?!

– В каком виде привезли, в таком и содержали, – буркнул Орун. – Не своими же ногами его идти заставляют. Чай, не зима на дворе, не околеет.

Вспыхнувшая молния в локте от него заставила мужика подскочить.

– Если через пять минут у пленного не будет подходящей обуви, следующее заклинание укоротит вашу бороду, – пояснила я.

Сопливый обладатель родимого пятна оказался сообразительнее своего товарища и вихрем умчался куда-то в дождливый сумрак. Я вернулась к заключённому. Он крепко спал – явно опоённый сонным зельем. Совсем молоденький, судя по его нежным пяткам и по-мальчишески угловатым рукам. Странно, в армию Сумэ, в отличие от Зуара, юнцов не брали, к тому же и одет он не в армейскую форму, а в обычные для деревенских штаны и рубаху из белёного полотна. Лицо закрывали прядки вьющихся тёмных волос, выглядывал лишь кончик острого носа и гладкий подбородок. Будить его я не стала, проверила пульс и дыхание, наложила общеукрепляющее заклинание и поставила охранный контур.

Разумеется, Лиан с сапогами примчался не через пять минут, но довольно быстро. Как раз в тот момент, когда из пелены мороси огромным серым облаком возник Керу. Привыкнув за месяц к реакции зуарцев на его облик, мой спутник лишь покосился на истошно завопившего Оруна. Я магией поймала чуть не упавшие в грязь сапоги, убедилась в их пригодности, обула парнишку и забралась на авура. Можно ехать.

Впряжённые в повозку неказистые лошадки на поверку оказались не так уж плохи. Керу вскоре приноровился к их бодрой рыси, хотя ему всё равно приходилось периодически оглядываться и сбавлять ход. Тучи милостиво позволили нам добраться сухими до главной дороги в столицу, на этом их благоволение закончилось: небеса разверзлись, окатив нас проливным дождём. Я тут же поставила защитный полог, заодно накрыв мужичков. С меня не убудет. После чего мы, довольные друг другом, двигались дальше в гордом одиночестве – прочие путники не рисковали сражаться с потоками воды и грязи.

Ближе к вечеру ливень стих, сменившись плотным туманом. На обед мы не останавливались – мне вчерашнего ужина вполне хватит на несколько дней, пленный не просыпался. Лиан и Орун перекусили на ходу незамысловатыми лепёшками и сыром. Керу принюхался и скривился.

– В Бразе куплю тебе свежих овощей, – пообещала я авуру.

Керу благодарно кивнул и вдруг насторожился. За пеленой тумана сложно было что-то разглядеть, поэтому я перешла на магическое зрение. Открывшаяся картина мне очень не понравилась. В том, что после войны в Зуаре нежити расплодилось как тараканов у нерадивой хозяйки, я уже не раз успела убедиться. Меня они старательно обходили, да и я не особенно искала с ними встречи. Но на сей раз мне попались твари, обнаглевшие или оголодавшие настолько, чтобы не смутиться присутствием мага среди вкусных и доступных людей.

– Стойте и не двигайтесь! – приказала я бородачам. – Кто дёрнется – пеняйте на себя!

Тёмные силуэты Керу встретил утробным рыком. Глухой звук заставил смазанные фигуры на миг замереть, затем движение возобновилось. Что ж… глупость должна быть наказана. Самых торопливых тварей, набросившихся со всех сторон, пришлось развеять в воздухе. Больше я не рисковала, уничтожала гадов, едва они подбирались на расстояние десяти локтей. Последнего сковала заклинанием и подтащила поближе, чтобы рассмотреть… Ох, ну и урод! Клыкастая пасть, глазки-бусинки, кривые костлявые лапки и прилипшее к позвоночнику брюхо. Не упыри и не горные зéрхи, а какая-то отвратительная помесь, причём исхудавшая до такой степени, что можно изучать скелет без вскрытия.

– Пфыр, – возмутился Керу, и я с ним согласилась. В самом деле, гадость несусветная. Причём смертельно опасная.

Мужички на повозке отмерли, задвигались.

– Г-госпожа маг-г, – подал голос Орун, – вы их всех… того?

Я избавилась от последнего.

– Да, можно ехать.

В этом момент с повозки раздался тихий звук – полувсхлип-полустон. Керу с любопытством потянулся вперёд и склонился над пленным.

– Осторожней, напугаешь! – предупредила я авура и откинула покрывало с того края, где должна была находиться голова.

Молодой человек пришёл в себя и теперь пытался сесть, чтобы осмотреться.

– Светлого дня, – поприветствовала я его так, как принято в Зуаре. – Как вы себя чувствуете?

На меня уставились испуганные золотые глаза в пол-лица.

– Вы кто?!

«Чертовски везучая дура, – честно призналась я себе, изучая характерные лишь для одной расы нашего мира радужки цвета благородного металла. – Не удосужилась поинтересоваться, что имел в виду Бунк, упоминая об особой ценности пленного!»

– Ильэн Эррионари, маг-универсал. По просьбе Главы Грувра слежу, чтобы вы с конвоем добрались до столицы целыми и невредимыми. Могу я узнать ваше имя?

– Грайн, – выдохнул юноша. – Грайн Тиррэ́.

– Госпожа, – влез в наш разговор Орун, – с пленным болтать не велено.

– Вам не велено – вы и не болтайте, – жёстко отрезала я и снова повернулась к молодому человеку. – Как вы оказались в плену, господин Грайн? Вы воевали?

– Госпожа! – опять вмешался сизоносый. – Разве не видите?! Это же дáри, проклятое отродье! Сейчас глаза вам отведёт и сбежит!

Раздражённо прищёлкнув пальцами, я наложила на надоедливого дурака заклинание тишины.

– Я из предгорий, – замотал головой парень, – на самой границе с Зуаром. Меня схватили во время бандитских набегов, госпожа Эр… ринери.

– Льэн, – из двух зол: слышать своё имя в искажённом или укороченном варианте – я обычно выбираю последнее. – Кто-нибудь знает, где вы?

– Моя семья в Грио́не, госпожа Льэн. Подозреваю, для них я уже три месяца числюсь пропавшим без вести… Скажите, а зачем меня везут в Браз? Сарес гораздо ближе, и там тоже есть посольство Сумэ.

– В столице за таких, как вы, платят больше.

– Таких, как я?..

– Полукровок д´айрри.

Я сама не верила собственной удаче. Если бы знала, расцеловала Бунка! Наконец-то у меня появился шанс выйти на тех мерзавцев, в поисках которых я уже целый месяц рыскаю по Зуару.

– Господин Грайн, вы не ответили – есть ли у вас какие-либо жалобы? Ничего не болит? Может быть, вы голодны?

– Спасибо… – кажется, парень растерялся. – В тюрьме Грувра меня подлечили и кормили досыта. По сравнению с Ку́рдом, где меня держали до того, там просто святые… И вечером принесли прекрасный ужин, до сих пор есть не хочется. Вот попить бы я не отказался.

Сообразительный Лиан тут же передал пленнику флягу с водой. Пока парень пил, я беззастенчиво разглядывала его. Он оказался старше, чем показалось мне утром, – лет двадцать ему исполнилось точно, если не больше. Влияние крови д´айрри, про́клятых, как говорили в Зуаре и Сумэ. Киэр предпочитал называть д´айрри племенем обречённых.

Грайн мало походил на полукровку. Кроме цвета глаз и узкой кости ничто в нём не выдавало д´айрри, не удивительно, что я ничего не заподозрила. Бледная кожа, тёмно-каштановые волосы, пухлые губы. Миловидный юноша, однако до совершенной красоты своих сородичей ему далеко.

Сняв заклинания с Оруна, я знаком велела двигаться вперёд. Керу пошёл рядом с повозкой, позволяя мне разговаривать с пленником.

– Какой у вас удивительный зверь! – молодой человек с восторгом рассматривал моего спутника. – Никогда таких не встречал!

– Авуры ныне живут только в Киэре, на охраняемых Сходом магов землях. Лишь самые достойные из выпускников университета получают разрешение отправиться туда, чтобы познакомиться с ними.

– И выбрать себе подходящего?

Мы с Керу фыркнули одновременно.

– Кто кого ещё выбирает… Авуры привередливые, да и детей у них, как правило, в общей сложности не более десятка в год, из которых хорошо если два-три ребёнка захотят уйти из дома с человеком. Мне повезло – один очень любопытный авур согласился стать моим другом. Пожалуйста, не называйте его зверем, он этого не любит.

– Но… – растерянный взгляд. – Почему?

– Вам бы понравилось, что вас считают животным? Авуры – древнейшая раса нашего мира. Намного старше д´айрри и людей.

Юноша глубоко задумался, затем тихо возразил:

– Ваш спутник позволяет ездить на себе.

– Да. А люди порой носят близких на руках.

Керу оглянулся и забавно сморщил нос, что у него означало крайнюю степень веселья. Сопровождающие в наш диалог не вмешивались, однако прислушивались. Лиан аж сморкаться перестал, до того его захватила беседа. Орун, напротив, всё мрачнел и хмурился, подгоняя лошадей.

– Госпожа, – протянул он недовольно, – если собираетесь на ночь останавливаться, то скоро слева деревня будет, Большие Ямы. Поесть можно горячего, выспаться в тепле. Лошадки отдохнут.

Покосившись на пленного, я согласилась, что нормальная еда и спокойный сон ему не помешают, и кивнула:

– Показывайте путь.

Приободрённый Орун стегнул коней, и вскоре мы свернули на боковую дорогу. Название не обмануло – ямы на ней попадались громадные, к тому же после ливня полные воды. В одном особо гиблом месте я плюнула на всё и перенесла через маленькое море и повозку с лошадьми, и нас с Керу.

Мужички с отвисшими челюстями проследили за своим полётом, после чего Лиан робко спросил:

– Госпожа Льэн, вы так и до Браза нас доставить можете?!

– Угробив свой резерв целиком, – буркнула я себе под нос и громко ответила: – Левитация слишком энергозатратна. К ней, как правило, прибегают лишь при острой необходимости.

На лице бородача отразилась такая напряжённая работа мысли от желания понять незнакомые слова, что я пожалела его, сказав:

– Нет, для этого у меня недостаточно сил.

Керу расчихался, пряча смех. Ну а что?! Мне прочитать этим двум краткую вводную лекцию о магии, её целесообразности и использовании? Заодно изложить упрощённую классификацию магов, угу.

– А я слышал, что переносить по воздуху крупные предметы способны только самые могущественные маги, вроде покойного архимага Сумэ господина Лоуэ́рса, – наивно заметил Грайн. – Он даже летать умел, представляете! Или нынешнего архимага Киэра.

Пришлось растянуть губы в фальшивой улыбке. Неизвестно, что хуже – полное невежество или совершенно неуместные и даже опасные в данной ситуации познания. В следующий раз жалости не поддамся, пусть через грязь пробираются. Лучше Керу потом почистить.

После очередного поворота лес расступился, открыв десятка три покосившихся бревенчатых избушек, еле различимых в тумане. Мне сразу не понравились странная тишина и отсутствие признаков жизни. Пусть деревенские ложатся рано, зато они, как правило, трудятся до самой темноты: после войны магические светильники многим не по карману, освещают дома по старинке, масляными лампами и свечами, потому и стремятся использовать светлое время по полной. Большие же Ямы словно вымерли – ни людей на улице, ни возни в огородах, хоть бы одна кошка мелькнула или собака забрехала!

Мы с авуром напряглись одновременно. Керу ощерился и зарычал – не так, как при нападении на дороге, а громко, грозно, предупреждающе. Я размяла кисти. Последнее дело для мага – руками себе помогать, но резерв свой я уже несколько поистратила, надо быть готовой использовать сырую силу.

– Госпожа, сейчас опять твари попрут? – Лиан потянулся к арбалету за плечом. – Мы пособить можем!

– Спины друг другу прикрывайте! – рявкнула я. – И не суйтесь! Грайн, вас тоже касается!

Когда от ближайшего дома к нам потянулась чёрная шевелящаяся масса, я уже поджидала во всеоружии. Трупоеды, падальщики, кладбищенские плаксы – у шо́рхов десятки названий. И, в отличие от крупной нежити, справиться с ними, как это ни парадоксально, намного труднее. Попробуйте сражаться с постоянно находящейся в движении стаей, когда она, на ходу сжирая трупы убитых, вновь смыкает свои ряды и продолжает наступать.

– Милость Вседержителя! – взвыл Орун. – Нас съедят заживо! Надо бежать!

Он соскочил с повозки и принялся торопливо распрягать одну из лошадей. Я выругалась, но помешать идиоту означало отвлечься от основной угрозы. Шорхи текли полноводной рекой, слаженно заполняя пространство вокруг нас. Их не смущала жидкая грязь – по головам передних взбирались другие, топя своих сородичей в жадном стремлении к цели.

Керу оценил обстановку и перешагнул через повозку так, что Грайн и подползший к парнишке Лиан оказались у него под животом. Авур пригнул голову, открывая мне обзор, и замер. Пришла моя очередь действовать. Трупоедов я не боялась – даже в таких количествах. Веерные заклинания и создавались для подобных случаев. Подпустив падальщиков локтей на двадцать, я начала планомерно уничтожать стаю, стараясь, чтобы разрушающий импульс переходил на следующих за ними и так далее по цепочке.

Дёргание повозки прекратилось – Оруну удалось-таки высвободить лошадь из упряжи. Что он собирался делать после – не представляю: дорога за нами была полностью отрезана полчищами тварей. Очень скоро раздались жуткие вопли живых существ, раздираемых на части, которые заставили Керу вздрогнуть всем огромным телом. У меня не было возможности оглянуться – заклинание требовало концентрации. Сила текла через пальцы, шорхи накатывали волна за волной – чёрные мохнатые тела, шесть лап и зубастая пасть от уха до уха. Глаз у трупоедов не существовало – они находили еду по запаху, и сейчас этой едой являлись мы. Тёплые, свежие, вкусные…

Крики за спиной прекратились. Не хотелось думать почему, как и размышлять о человеческой глупости и трусости. Я жалела лошадь. Бедное послушное животное не заслужило такой смерти. Со злостью выплеснув очередную порцию энергии в шорхов, я поняла, что эти твари – последние. Разрозненные одиночки ещё упрямо пёрли вперёд, но основную массу я испепелила. Добить остальных было делом пяти минут, после чего я устало привалилась к шее Керу и зарылась лицом в мех.

Оборачивалась я, стиснув зубы. И сразу развеяла лошадиный скелет с ошмётками мяса, не желая, чтобы зрелище полуобглоданных костей увидел кто-нибудь ещё. У меня крепкие нервы – иных у магов не бывает. То, с чем мы сталкиваемся, порой заставляет радоваться, что мы редко принимаем пищу. Рвотные позывы свойственны всем, люди ли они, д´айрри, авуры или маги с железной выдержкой.

– Не смотри, – шепнула я Керу, – не надо, мой хороший.

Последний импульс отправил к Вседержителю останки Оруна. Надеюсь, туда же, на вечнозелёные небесные луга попадёт и лошадь, она этого достойна намного больше.

– Госпожа Льэн, – подал голос Лиан, – всё закончилось?

Керу перешагнул обратно, освобождая его и Грайна. Они осторожно приподнялись, озираясь, но вокруг уже была лишь высохшая под воздействием заклинания чистая земля.

– Уезжать отсюда надо, – выдохнул полукровка, – и побыстрее!

Отрицательно покачав головой, я проверила состояние пострадавшей упряжи и второй лошади. Умное животное с самого начала замерло и стояло как вкопанное, потому на нём не было ни царапинки.

– Я обязана убедиться, что в деревне не осталось тварей. С места не сходите: защитный контур над вами тянется в стороны лишь на пару локтей. Понятно?

Грайн недоумённо сдвинул брови.

– Госпожа, зачем вам это? Отбились ведь, можно дальше ехать!

– Кодекс магов, – сухо бросила я. – Нельзя оставлять потенциально опасную нежить. Если в пустующих домах уцелела хотя бы пара трупоедов, они размножатся, переберутся в другую деревню, сожрут всех там, отправятся дальше – и так до бесконечности!

Керу медленно двинулся по улице, а я вновь переключилась на тепловое видение. Конечно, шансы на то, что где-то уцелели отдельные затаившиеся особи, невелики, но долг есть долг. Деревня опустела. Падальщики не оставили ни единого живого существа. Страшно было смотреть на дочиста обглоданные скелеты собак, прикованных цепями к будкам во дворах, ещё ужаснее выглядели человеческие кости, белеющие в раскрытых дверях. Мне пришлось слезть с авура и обойти каждый дом, убирая останки заклинаниями. Обычно маги не обращаются к Вседержителю с просьбами, однако вскоре я поймала себя на том, что шепчу поминальную молитву.

«Прими их под милость Свою и воскреси в жизнь вечную, святую и блаженную…»

Откуда в паре дней от столицы такая прорва нежити?! И где, во имя всех Святых, государственные службы Зуара?! А Ризар Второй знает, что творится у него под носом?!

Я в гневе сжала кулаки. Да, король совсем мальчик, принявший разорённую войной страну. Нищета и пепелища – цена непомерного самолюбия его отца. Спасибо, Сумэ не стало добивать поверженного противника, требуя контрибуции. Только неужели ни один из сановников Зуара не озаботился очисткой хотя бы центральных областей?! Или Ризар Первый истребил в своей самоубийственной войне всех высших магов?

Спокойно, Льэн. Ты разъезжаешь по Зуару не для того, чтобы выяснить, в каком ужасном состоянии потрёпанная коронованным самодуром страна. У тебя другая, более важная задача. Но окажись здесь сейчас отряд боевиков из твоего Департамента…

В уме я дала себе хорошего пинка. Первое правило – никогда не раскрывай себя. Даже мысленно. Сейчас я – скучающая магичка, путешествующая для собственного удовольствия. И останусь ею ровно столько, сколько потребуется для достижения цели.

Керу тихонько заскулил, возвращая меня в реальность. Я огляделась. Ненастный день переходил в такую же непогожую ночь. Туман растворился в сумраке. Ехать куда-то в темноте было глупо.

– Выбирай дом, – предложила я авуру. – Ночевать будем все вместе, так спокойнее.

Мой спутник покосился на лошадь с повозкой и уверенно направился к крайнему то ли хлеву, то ли сараю. Чем руководствуется Керу, определяя благоприятные места, для меня загадка, но его чутью я доверяю безоговорочно. И сейчас я, не споря и полагаясь на его инстинкты, последовала за авуром. Подойдя к строению поближе, я хмыкнула: не известно, какую скотину держали бывшие хозяева, но ворота в хлев были огромными, двустворчатыми, так что, пригнув голову, Керу мог пройти внутрь. Там обнаружились воистину сказочные условия для ночлега: дощатый настил и копны свежего душистого сена.

– Хорошее место, – одобрила я авура. – Располагайся, я за нашими подопечными.

Лиан с Грайном сидели на повозке, поджав ноги и едва дыша. Полукровка, похоже, молился.

– Тварей больше нет, – обрадовала я их. – Ночь проведём здесь, это самое разумное и безопасное. Лиан, пожалуйста, позаботьтесь о лошади. Чуть дальше слева колодец и поилка, а пустых конюшен полно. Грайн, будьте добры, захватите всё нужное.

Парень выполнил просьбу с похвальной быстротой. Минуты не прошло, как он стоял на ногах, нагруженный сумками с едой, флягами и покрывалом.

– Госпожа Льэн, а вы сами… в порядке?

Я недоумённо посмотрела на него.

– В полнейшем. Почему вы спрашиваете?

Грайн отвёл взгляд.

– У нас в Грионе живут два мага. Ни один из них не смог бы применять силу так долго… А вы к тому же такая юная и миниатюрная.

Юная? Я?! Мне стало весело.

– Господин Грайн, сколько вам лет?

– Двадцать шесть, – растерялся он.

Проглотив заготовленное «я старше вас в четыре раза», мне всё же удалось гордо объявить:

– В таком случае я гожусь вам в бабушки. Внешность обманчива.

Полукровка ожёг меня ярко сверкнувшим золотом глаз.

– По счастью, вы мне не бабушка… госпожа Льэн.

Лиан вернулся, когда мы уже вовсю уплетали любезно собранную для меня в дорогу господином Бунком еду – копчёные куриные ножки, мягкий сыр и хлеб. Провизия бородача была гораздо скромнее, но я не стала жадничать, поделилась и с ним, и с Керу. Курицу, как и любое другое мясо, авур не ел, но белый душистый сыр вполне оценил. Несмотря на свои размеры, мой спутник питался очень скромно, разве что свежие овощи он мог поглощать в любых количествах.

Охранный контур с Грайна я сняла. Вряд ли после всего пережитого молодой человек попытается сбежать. Полукровку до сих пор потряхивало от жутких воспоминаний.

– Госпожа Льэн, – Лиан тоже старался держаться поближе ко мне, – откуда взялись эти твари?! Никогда такого не было!

– Нежить гнездится в Уэрских горах, – ответила я. – До войны объединённые отряды магов Сумэ, Зуара, Киэра и Д´аарра регулярно совершали рейды и сдерживали её численность. Когда Ризар Первый напал на Сумэ, вам стало не до тварей, а мы с д´айрри могли очищать только свою часть гор.

– Так вы из Киэра? – вскинулся Грайн.

– Подданная Его Императорского Величества Астолайна, – я не стала скрывать очевидное, всё равно мой облик типичной северянки слишком бросается в глаза.

– И за полтора года горные твари так расплодились? – Лиан поёжился.

– Вашими же, получается, стараниями, – первый раз напрямую заговорил с ним Грайн. – Вместо того чтобы сражаться с нежитью, наши маги были вынуждены защищать границы Сумэ. Сколько лет мы теперь будем отстраиваться?!

– Столько же, сколько будут зарастать пепелища Зуара, выжженные огненными заклятиями, – резко вставила я, предупреждая намечающийся конфликт. – В войне нет победителей и побеждённых, там все – пострадавшие.

Керу, лежавший в локте от меня, понимающе вздохнул.

– Не мы развязали эту войну, – обиженно выдохнул Грайн.

– Так и нас не спросили, – развёл руками бородач. – Король повелел, всех мужчин, способных держать в руках оружие, согнали, как скот, и кинули в бой. Кому повезло, выжили. Только много ли нас таких? Вся страна – старики и дети, головешки и руины… Хорошо, когда есть подобные Мирту Бунку, отстраивающие города, налаживающие жизнь. Он и награду за пленника собирается на нужды Грувра пустить… Ты извини, Грайн, что так обошлись с тобой. С верёвками Орун перестарался. Очень уж он дари боится, сказок в детстве наслушался.

– Я всего лишь полукровка, – хмыкнул юноша. – Кроме цвета глаз ничего от отца не унаследовал. От настоящих д´айрри отличаюсь как небо от земли.

– Почему вы живёте в Грионе, а не в горах? – задала я давно интересующий меня вопрос.

– Семья моей матери была против того, чтобы отпустить её к про́клятым.

Последнее слово молодой человек произнёс без запинки, отчего мне стало ясно, что отношение к д´айрри в Сумэ ничуть не лучше, чем в Зуаре.

– И ваш отец с этим смирился? – позволила я себе усомниться.

– Наверно, – парень поморщился, как от зубной боли. – Я никогда его не видел. Они с матерью расстались ещё до моего рождения.

Керу за моей спиной зашевелился и ткнул меня лапой, но я и без него насторожилась. Чтобы д´айрри отреклись от своего ребёнка?! Они с удовольствием забирают в Д´аарр даже тех, в ком течёт хоть капля их крови, чуя своих в пятом, шестом поколениях.

– Скажите, Грайн, – напряглась я, – ваша матушка жива?

– Умерла родами, – юноша погрустнел, а я задумалась.

Кровной привязки не было. Следовательно, отец Грайна Тиррэ не подозревает о существовании сына, а значит, мне повезло дважды.

– Давайте ложиться спать, – велела я. – Завтра выедем пораньше, чтобы успеть в Браз до темноты.

– А нас ночью не съедят? – с опаской уточнил Грайн.

– Не волнуйтесь, я поставила защитный контур, – успокоила я его. – Но за пределы сарая выходить не советую, нежити в округе хватает.

Полукровка вздрогнул и постарался устроиться поближе ко мне. Лиан тоже лёг на расстоянии локтя, и по всему было видно, что, если бы не соображения приличий, он с удовольствием бы и это расстояние сократил. Я положила голову на тёплые лапы Керу, прикрыла глаза, но в сон проваливаться не спешила, ждала, пока заснут мои спутники.

Бородач засопел первым, через четверть часа к нему присоединился и Грайн. Тогда я бесшумно поднялась, склонилась над юношей, убедилась, что он крепко спит, и очень осторожно проколола его палец заклинанием Иглы. Пара капель крови – всё, что мне требовалось. Порез я залечила в секунды, а кровь растёрла между ладонями, мысленно произнося ритуальную фразу. Спасибо Кáйру, поделившемуся тайнами родовой связи. Керу посматривал на меня с усмешкой и одобрением: в некотором смысле мой авур – авантюрист почище меня самой.

Если я не ошиблась – а такое случается крайне редко – одного из истинных д´айрри мы увидим ещё до полудня.

Ранним утром остатки тумана ещё стелились по земле, но вскоре ветер разогнал и его, и низкие серые облака. Я ещё раз обошла деревню – на всякий случай. Пустые дома жалобно взирали провалами распахнутых дверей и окон. Надо сказать Ри, пусть отправит сюда беженцев из выгоревших областей: хоть и неказистые избушки, зато всё не с нуля начинать.

Лиан привёл лошадку с повозкой. Ночью, устав слушать, как он хрипит и задыхается во сне, я вылечила беднягу от хронической простуды, заодно в порыве сострадания убрав уродливое родимое пятно. Проснувшись с возможностью дышать полной грудью, бородач долго не мог поверить своему счастью, а сходив к колодцу умыться, вернулся с подозрительно блестящими глазами. На меня он теперь глядел словно на Святую, спасибо, что не пытался благодарить, выражая свою признательность делами. Вычищенная лошадь лоснилась, старое сено в повозке сменилось свежим и душистым.

Грайна я добудилась с трудом. Юноша довольно улыбался во сне, словно находился не в сарае посреди выгрызенной тварями деревни, а в родном доме на мягкой перине. Впрочем, после тюрьмы любая смена обстановки – благо.

– Госпожа Льэн, – мечтательно протянул полукровка, – мы уже сегодня в Бразе будем?

– Думаю, засветло доберёмся.

– И вы сразу с нами проститесь?

– Я обещала господину Бунку проводить вас до столицы. Дальше вам ничего не угрожает, и в защите мага нет необходимости.

Свои планы я пока озвучивать не стала. Доедем до Браза, там и поговорим.

– А после вы куда отправитесь?

– Там видно будет, – уклончиво ответила я.

Встревожил не столько вопрос юноши, сколько его романтичный настрой. Да и пристальный горящий взгляд золотых глаз меня не радовал. Только нежных чувств мне не хватало в дополнение к моей непростой задаче.

– Нам пора выдвигаться, – как можно суше бросила я и побыстрее забралась на авура.

Грайн разочарованно отвернулся и попросил позволения у Лиана сесть на козлы с ним рядом. Бородач, уверовавший в мои безграничные возможности, возражать не стал.

За ночь дорога просохла, между глубокими ямами, полными воды, появились островки. Керу придумал себе развлечение – ставить лапы исключительно на сухие участки, отчего он то изгибался немыслимым образом, то вытягивался, то складывался пополам. Я ему не мешала. По сути, мой спутник совсем юный, ему ещё и семидесяти не исполнилось. Взрослеют авуры, как и д´айрри, и маги, лишь годам к ста.

Тракт по-прежнему оставался безлюден: ни верховых, ни повозок. До войны дорога из Браза в Фаен была одной из самых оживлённых, сейчас торговцы предпочитали не рисковать, отсиживаясь в городах. Я их прекрасно понимала: неделя пути через лес, кишащий нежитью и мародёрами, – не самая приятная прогулка. Но жизнь брала своё. Два месяца назад Ризар Второй подписал мирный договор с Сумэ; император Киэра выступил гарантом соблюдения обоюдных договорённостей. Жалкие остатки армии Зуара были распущены, королевство потихоньку оживало.

Керу не рассчитал и со всего маху провалился лапой в грязь.

– Очень мило, – проворчала я, стирая брызги с шерсти воздушной волной. – Хочешь в таком виде появиться в столице?

Авур виновато поджал уши и сделал вид, что он – самое степенное и величественное создание во всём мире.

– Госпожа Льэн, – у избавленного от хрипоты Лиана оказался весьма приятный голос, – скажите, мёртвые земли… они однажды зарастут?

– Да, – кивнула я больше своим мыслям, чем отвечая на его вопрос. – Даже если ничего не предпринимать, лет через пять там появится трава и какая-нибудь мелкая живность. При содействии магов возродить центральную часть Зуара возможно уже к этой осени. Заклинания огня ужасны, но они не выжигают жизнь навсегда.

– У меня в Кéрсе семья была, – глухо, в бороду обронил мужчина. – Мать, две сестры, младший брат…

В голове возникла картина тех мест, какими я застала их сразу после подписания мирного договора: оплавленная пустыня без конца и без края, невыносимый запах гари и мелкая чёрная пыль, взлетающая в воздух от каждого шага.

– Император Астолайн к середине лета должен прислать в Зуар магов-природников, – произнесла я, лишь бы не молчать. – С их помощью уберут самые страшные последствия. Керс обязательно отстроят заново, ведь это крупнейший торговый центр на перекрестье всех основных дорог королевства.

– Пусть так, – Лиан посмотрел мне в лицо. Глаза у бородача оказались неожиданно ярко-голубыми, солнце высветило их изнутри. – Я туда не вернусь. Не смогу… Сердце не трава, госпожа.

Керу вдруг ласково ткнулся носом в густые спутанные волосы на макушке мужчины. Я с удивлением покосилась на авура: мой спутник весьма редко снисходил до физических контактов с посторонними. Что ж, рекомендация Керу для меня значила много, теперь я могу быть уверена в Лиане, как в себе самой.

– А что вы делаете в Зуаре, госпожа Льэн? – ступил на скользкую дорожку Грайн.

– Путешествую. Изучаю остаточные явления боевых заклинаний, – откликнулась я с нарочитой беспечностью. – Собираю материал для научных трудов.

Надеюсь, он не спросит, что в таком случае я забыла в нетронутой войной части королевства?

– Неужели вам не страшно ездить одной? – удивился полукровка. – Ваша семья не против?

– Родители разделяют мои исследовательские интересы, – ответила я, нисколько не погрешив против истины.

– Вы… не замужем?

Отвратительно, Льэн! В следующий раз, отправляясь на задание, натягивай личину! К расплывшейся кривоногой дурнушке никто не станет обращаться с подобными вопросами.

– Маги крайне неохотно связывают себя узами брака. Это очень… мешает. Создаёт ненужные проблемы.

А ещё не хочется раз в век хоронить жену или мужа… Сколько бы ни бились величайшие из нас, продлить жизнь обычного человека не удаётся. Максимум, на что мы способны, – убрать последствия старения: морщины, седину, недуги, и то временно. Но супруги – это полбеды: никогда не узнаешь заранее, кто родится у смешанной пары – маг или человек. Пережить собственного ребёнка – вот истинное проклятие.

– Это правда, что маги бессмертны? – наивно спросил Грайн. – И уходят к Вседержителю, только если сами захотят?

Я рассмеялась:

– В таком случае наш мир был бы населён одними магами! Нет, мы живём долго, но не бесконечно. Примерно около пятисот лет, впрочем, многое зависит от уровня силы конкретного мага.

Пять веков – столько же, сколько в среднем живут и авуры, и д´айрри. И словно в насмешку, природа ограничила нас в размножении. Каждый ребёнок у нас – чудо, желанное и невероятное.

В человеческих семьях рождается по пять-шесть детей. Может быть, поэтому люди и не ценят жизнь, убивая себе подобных?

Дорога опять нырнула в лес, густой и мрачный. То и дело над головой смыкались огромные ветви, протянутые словно руки в рукопожатии. Керу часто задирал голову, внимательно оглядывая кроны. У нежити отличный нюх – ни я, ни авур её не привлекали, но человек и д´айрри, а особенно лошадь, являлись прекрасной приманкой.

– Госпожа Льэн, друг ваш озирается… – насторожился Лиан. – Беды ждать?

– Возможно, – не стала обманывать я. – После шорхов я ничему не удивлюсь. Вы стрелять-то умеете или арбалет Бунк выдал для устрашения?

– Я полтора года воевал, – усмехнулся бородач. – В героях не числился, но и с поля боя не бегал. Спину прикрою, если что. Самострел-то этот дрянь, так и целиться недалеко.

Лошадь внезапно резко встала, будто натолкнувшись на невидимую стену. Грайн вскрикнул, указывая вперёд:

– Льэн, что это?!

– Скальная гáрза, – устало выдохнула я, увидев кожистые крылья, оскаленную морду и поджарое, напрягшееся для прыжка тело, с гребнем из шипов на хребте. – Вот зараза!

Резерв со вчерашнего дня я восстановила на треть. Развеять одну тварь хватит с лихвой, и волноваться вроде бы не о чем, если б не одно «но»: гарзы охотятся стаями, состоящими из нескольких пар. Значит, где-то вверху притаилось ещё с десяток подобных образин и дополнительно мне придётся держать круговой щит.

Тварь напала молча. Крупная матёрая самка, предводительница стаи. Похоже, она уже перекусила кем-то из более незадачливых путников, так оттопыривался её лоснящийся живот. Заклинание настигло её в полёте… Интересно, а куда после смерти отправляется нежить? Если на те же Небесные луга, то чем она там питается? Грешниками? Или становится травоядной и щиплет травку?

Три ярких вспышки по границе щита отвлекли меня от философских раздумий. Гарзы помельче одновременно спикировали с веток, метя в лошадь. Их бесславная гибель не остановила следующую партию из четырёх тварей, которых мне пришлось дожигать огнём – щит на последней не выдержал, треснул. Девятую гарзу я чуть не пропустила, она выскочила откуда-то из-под пуза Керу. Авур невозмутимо отступил в сторону, позволяя мне убить нахалку. Все?

Арбалетный болт пронзительно свистнул и исчез прямо в пасти десятой гарзы, коварно набросившейся из-за спины. Тварь отлетела назад, огромная лапища скользнула когтями по шерсти авура и безжизненно обмякла.

– Я же говорил – с трёх шагов любое оружие сгодится, – Лиан силился улыбнуться, но его голос дрожал.

Керу брезгливо отпихнул мёртвую тушу и одобрительно фыркнул. Я ошеломлённо воззрилась на бородача.

– Здорово вы её! У них шкура непробиваемая, уязвимых точек всего две – глаза и глотка, попробуй-ка, попади! Да ещё из такого старья!

Лиан засмущался:

– В упор никто не промахнётся, госпожа.

– Если справится со страхом и вспомнит, что вооружён.

«Тем более человек», – проглотила я уточнение.

Грайн с откровенным ужасом изучал убитую гарзу.

– И это всё выползло с гор?!

– Нежить быстро размножается, – я поморщилась. – Достаточно оставить несколько тварей, и через полгода их будут сотни… Однако у меня есть и хорошая новость: дальше дорога безопасна. Стая гарз уничтожает всю мелкую пакость вокруг.

– У нас в Грионе водятся разве что упыри, – поёжился полукровка.

– Так за вами Д´аарр, – пожала плечами я. – Д´айрри следят за порядком на своей территории, не отвлекаясь на глупые войны.

Юноша нахмурился. Похоже, своей принадлежностью к древней расе он не особо гордился. Я развеяла убитую гарзу и направила Керу вперёд, мои спутники последовали за мной. Дорога по-прежнему была безлюдна. Авур больше не забавлялся, ступая беззвучно и топорща уши, чутко прислушиваясь ко всем шорохам, доносящимся из леса. Сверившись с картой, я прибавила ходу.

Довериться Грайну или нет? Парень неглуп, но уж больно наивен. Такому всё расскажи, он, чего доброго, геройствовать начнёт, вон с какой завистью смотрел на Лиана, пристрелившего гарзу. Мне же инициатива ни к чему, не с теми людьми я имею дело, чтобы рисковать. Но и втёмную использовать полукровку не хочется… Остаётся ждать его отца. Что-то он задерживается!

Словно в ответ моим мыслям Керу рыкнул. Воздух перед нами сгустился до мутного белёсого облака, откуда к нам шагнула невысокая фигурка. Сила крови д´айрри – не магия в нашем понимании, но результат одинаковый. Пришедший окинул взглядом меня, авура, коротко поклонился и повернулся к повозке. Лиана он словно не заметил, зато Грайна принялся изучать с нескрываемым интересом.

– И вам светлого дня, – я постаралась вложить в приветствие весь сарказм, которым обладала. Высокомерие иных представителей племени обречённых всегда вызывало во мне протест, если не раздражение.

Д´айрри соизволил снова обратить на меня внимание. Выглядел он ненамного старше Грайна. Истинный чистокровный – изящный, хрупкий, смуглый, с гривой тёмных волос, в солнечном свете отливающих золотом. Расплавленное золото плескалось и в радужках огромных глаз, оценивающих мою скромную особу.

– Простите, лучезарная госпожа. Илáр Гáрро, к вашим услугам.

«Лучезарная» он произнёс с такой снисходительной ухмылкой, что я ощутила желание немедленно стереть её с красивого лица.

– Ильэн Эррионари, маг-универсал, – хватит с него и этого.

Он внимательно оглядел меня.

– Киэр?

– Подданная Его Величества императора Астолайна.

Его ухмылка стала ещё шире.

– Имперский маг на побегушках у Зуара?

Керу предупреждающе рявкнул. Д´айрри не дрогнул, но язвительности поубавил.

– Это вы позвали меня, госпожа Ильэн?

– Тогда уж Льэн, господин Илар, – отплатила я той же монетой. – Для начала: кем вы приходитесь Грайну Тиррэ? Отцом?

– Кем?! – взвился Грайн.

– Я что, так старо выгляжу?! – возмутился д´айрри.

Они гневно переглянулись.

– Он мой единокровный брат по отцу, – неохотно выдавил Илар. – Младший.

– Нужны мне такие родственнички, как магу свечка! – вспыхнул полукровка. – Прекрасно обходился без них раньше и дальше проживу!

Д´айрри вздёрнул тонкую бровь.

– И отлично! Не слишком приятно видеть сына той, из-за кого отец бросил семью!

За ним снова начало формироваться облако перехода.

– Господин Илар, – вздохнула я, – можно с вами поговорить?

Заклинанием вызвала свиток, который ради подстраховки я держала в пространственном кармане. Глаза д´айрри округлились, когда он узнал печать.

– Прочтите, – предложила я.

– Чего вы хотите конкретно от меня? – тихо произнёс д´айрри, в третий раз перечитав несколько скупых строчек, выражающих недвусмысленный приказ ао́ра Д´аарра.

– Того же, что и аор Кайр. Всестороннего содействия.

Илар усмехнулся, но без прежней иронии:

– Госпожа Льэн, как верный слуга аора, я готов выполнить любое его распоряжение. Даже если оно исходит от незнакомого мне мага. Но мне хотелось бы хоть примерно представлять, что от меня потребуется, и желательно, в каких целях меня собираются использовать.

– Хорошо, – я похлопала Керу по шее, спешилась и повернулась к Лиану с Грайном: – Перекусите пока, мы скоро.

Ни поваленных стволов, ни пеньков на обочине дороги не нашлось. Я присела прямо на землю и поманила Илара:

– Присоединяйтесь.

Тот, не протестуя, пристроился рядом.

– Прежде всего я хочу удостовериться: раз на кровный призыв откликнулись вы, значит, отец Грайна мёртв? – уточнила я.

– Погиб двадцать шесть лет назад. Он оставил нас с матерью за год до этого… Для меня было полной неожиданностью услышать зов крови!

– И вы его единственный родственник по отцовской линии?

– Получается так, – кивнул д´айрри. – Только, сами видите, мальчишка меня знать не желает!

– Его мать умерла родами. Кровной привязки не было, ваш отец о сыне не подозревал. А предубеждённые родственники Грайна со стороны матери вряд ли рассказали ему об особенностях связи c д´айрри.

Чистокровный красавец покосился на меня:

– Все имперские маги настолько разбираются в тонкостях нашей расы?

– Выпускники университета в Амьéре – точно. В соответствии с традициями Д´аарра, господин Илар, я прошу у вас, как у старшего кровного родственника, позволения использовать тот факт, что Грайн сейчас находится на территории Зуара как военнопленный.

– Он воевал?! – изумился д´айрри.

– Нет, его схватили мародёры, в которых превратились остатки войск Зуара в конце войны. И здесь мы подходим к главному.

Я ещё раз внимательно оглядела собеседника. Молод, горяч, импульсивен. То, что мне нужно.

– Мне придётся начать издалека. Видите ли, господин Илар, от войны, развязанной Ризаром Первым, пострадали все. Плодородные земли Зуара превращены в пепелища, Сумэ похоронило бо́льшую часть высших магов, Киэр потерял налаженную торговлю. Д´аарр, насколько мне известно, все силы бросил на борьбу с расплодившейся нежитью. Как следствие, правители, решая первостепенные задачи, в большей или меньшей степени утратили бдительность. И прямо под нашим носом возродился культ Поглощающего. Рассадник этой заразы был недавно выявлен и уничтожен в Ки́мре, на территории Киэра, второй, полагаю, гнездится где-то в Зуаре.

Илар протестующе помотал головой:

– Это невозможно! Культ Поглощающего требует жертв, а у нас…

– Никто не пропадал? – скривилась я. – В этом-то и дело. Последователи древней мерзости сообразили, что связываться с чистокровными д´айрри слишком опасно, зато их прекрасно заменят полукровки, живущие за пределами Д´аарра. Приспешники культа в Кимре похищали детей и подростков из предгорий, потому их быстро обнаружили и обезвредили. Новые приверженцы поступают ещё хитрее. За время войны множество полукровок попали в плен. Когда, после заключения мирного договора между Сумэ и Зуаром, начался обмен пленными, выяснилось, что какая-то их часть бесследно исчезла и почему-то все они были полукровками д´айрри. В общей сложности за месяц пропало двенадцать человек, и это только те, о которых достоверно известно. Совпадение насторожило аора Кайра, он связался с Правительством Сумэ и Ризаром Вторым, они обратились к императору Астолайну с просьбой о помощи, так родилась идея о секретном расследовании. Против приверженцев культа не пошлёшь войска, при малейших признаках угрозы они спрячутся и затаятся на годы, чтобы потом опять поить кровью своего поганого бога.

Я сделала паузу. Говорить всю правду о себе не хотелось, как, однако, и лгать. Д´айрри весь превратился в слух.

– Находясь на службе Киэра, я якобы путешествую по Зуару и собираю материал для научных трудов. На самом деле я искала способ осторожно выйти на мерзавцев, поставляющих жертвы для культа Поглощающего. В Грувре я случайно услышала о некоем господине, обещавшем награду за пленных полукровок. Городской Глава попросил меня сопроводить ценного пленника в столицу, по пути я выяснила, что парень не привязан, и провела обряд родственной крови. Правда, я надеялась увидеть отца Грайна, взрослого, опытного д´айрри, заинтересованного в спасении собственного сына, в благополучии своей расы и искоренении древнего зла…

Илар обиженно вскинулся:

– Вы специально провоцируете меня, Льэн?!

– Немного, – призналась я. – Мы будем в Бразе к вечеру. Хотелось бы заручиться вашей поддержкой и получить разрешение использовать Грайна в качестве приманки. Могу обещать, что моих способностей мага хватит, чтобы защитить юношу. Как только я подберусь поближе к мерзавцам, я отправлю его порталом в Грион, откуда он родом.

Д´айрри залихватски заломил бровь:

– А вам не кажется, Льэн, что два пленника лучше одного? Тем более если один из них – чистокровный?

– Вы предлагаете свою кандидатуру? – наигранно удивилась я.

– Древнее зло, как вы сказали, в первую очередь опасно для д´айрри. К тому же я отвечаю за своего новоприобретённого родственника, нравится это ему или не нравится.

– Вам придётся быть очень осторожным. Необходимо, чтобы никто ничего не заподозрил. Я должна проследить, куда отвезут будущую жертву, выловить всех людей в цепочке, найти сам жертвенник…

Взгляд золотых глаз пробежался по мне, задержавшись на кистях с тонкими пальцами:

– После приказа аора я не сомневаюсь в ваших полномочиях, Льэн. Но отправлять на такое опасное задание милую девушку?!

Я рассмеялась:

– Илар, маги не имеют пола! А моя внешность – мой лучший помощник!

Именно потому, что выгляжу как безобидное юное создание, я идеально подошла для этой роли. Чтобы ввести всех в заблуждение, мне даже морок наводить не нужно. Что же касается содержимого – о, здесь я ещё та конфетка с сюрпризом!

– Тогда мы договорились? – стал серьёзным д´айрри. – Я изображаю второго пленного и оберегаю Грайна.

– И выполняете все мои распоряжения.

Относительно последнего пункта я сомневалась. Чтобы чистокровный слушался человека, пусть и мага? Но Илар не раздумывал:

– Хорошо, Льэн. А мальчишка знает, куда его везут?

– Пока я ему ничего не рассказывала, – качнула я головой. – Грайн уверен, что в Бразе его выкупят и отправят домой.

– Может, так оно и есть, – ухмыльнулся Илар.

– Может, – не стала спорить. – Тогда я искренне порадуюсь за него и продолжу поиски.

К Ризару только загляну, чтобы поставить в известность о расплодившейся так вовремя нежити в двух шагах от столицы. И кое-что ещё…

Лиан нетерпеливо мял поводья в ладонях – на удивление, не грубых, скорее, крепких и сильных.

– Госпожа Льэн, трогаемся?

– Не побрезгуете? – указала я д´айрри на повозку.

Вместо ответа чистокровный лихо запрыгнул на сено.

Вот и славно.

Оставшийся путь до Браза мы проделали спокойно. Видимо, гарзы выловили в лесу всё, что было крупнее насекомых. Не удивительно, что такая огромная стая подошла практически к центру Зуара – выжженные территории нежить преодолела беспрепятственно, в разрушенных деревнях вряд ли кто-то мог дать ей отпор. Да и уничтоженные мною шорхи наверняка были не единственными… Ох, сдаётся мне, не зря я спорила с Астолайном, маги Ризару действительно нужны как можно скорее. Хорошо бы побыстрее разобраться с культом и отвести душу, погоняв тварей в качестве заслуженного отдыха!

Столицу королевства не окружали крепостные стены, как в большинстве старых городов Зуара. Границы Браза отмечал лишь покосившийся обелиск с выбитым названием. Лес поредел, потянулись поля, заросшие бурьяном, хлипкие деревянные сараюшки, затем раскиданные тут и там неказистые домики с заброшенными огородами. Постепенно они сменились роскошными, но пустыми особняками – пыльные окна, заколоченные двери, замки на воротах кованых оград.

– Святая Лайна, куда ж хозяева-то все подевались?! – не выдержал Лиан у очередного великолепного и мёртвого дома с закрытыми ставнями, где у крыльца немым укором торчали засохшие цветы в декоративных вазонах.

– Мы проезжаем самый престижный район Браза, – мой голос прозвучал слишком громко среди окружающей тишины. – Раньше здесь предпочитали селиться маги.

– Они все погибли?!

Взглядом я зацепилась за трубу над дальней крышей, из которой курился дымок.

– Надеюсь, не все.

Но, с учётом низкой рождаемости в наших семьях, пройдёт не менее века, пока эти дома обретут новых владельцев. Я отвернулась, пряча боль.

Магия – могучая сила. Мы повелеваем стихиями, рвём пространство и воздействуем на материю. В равной степени способны уничтожать и исцелять. Но иногда из нас пытаются сделать оружие – грозное и устрашающее, заставляя сражаться с людьми и друг с другом.

Нет ничего ужаснее, чем убивать себе подобных. Человек ли ты, маг, авур или д´айрри – кровь одинаково красная, и смерть – всегда смерть. Отнимать чужую жизнь – преступление, как ты это ни оправдывай и чем ни прикрывай.

Наконец по бокам дороги пошли каменные дома из распространённого в Зуаре бледно-серого ноздреватого известняка, начали попадаться прохожие и верховые. Смеркалось, кое-где зажигались фонари. Я задумалась.

– Где вы планировали остановиться в Бразе? – спросила я Лиана.

– Нигде, – смутился бородач. – Собирались успеть до темноты, пленного сдать и сразу повернуть обратно. В повозке переночевали бы, дело привычное.

Спать в повозке и я могу при необходимости, только у меня был вариант привлекательнее.

– Ты переживёшь одну ночь под крышей? – уточнила я у Керу.

Авур осклабился и мотнул головой.

– Тогда пошли.

Трёхэтажное здание гостиного дома «Приют странника» гордо возвышалось на пересечении центральных улиц, завлекая приезжих огромной, на всю ширину фасада, магической вывеской. Мои спутники с трепетом взирали на изображение, где обещания всех благ постояльцам волшебным образом перемежались с не менее привлекательными картинками.

– Госпожа Льэн, остановиться в таком месте, верно, недёшево, – с тревогой заметил Лиан. – А меня и вовсе на порог не пустят.

– Пустят, – усмехнулась я, спешилась и уверенно направилась к парадному входу. – Подождите немного.

Войти я не успела. Рыжеволосый коротышка, больше напоминающий шарик на ножках, выкатился мне навстречу и повис на шее:

– Льэн! Святая Ни́са, почему ты не предупредила?! Если бы не Áсти, я даже не узнал бы, что ты собираешься в столицу! Неделю держу лучший номер, на всякий случай!

– Бэрк, я не одна, – вставила я поспешно. – И только на одну ночь.

Авур подошёл и дружески рявкнул, отчего Бэрк Веу́рри, хозяин «Приюта», чуть не растянулся на мостовой.

– Керу! – заулыбался Бэрк. – И для тебя всё готово! Свежие овощи, как ты любишь, и куча зелени!.. Льэн, твоим спутникам отдельные номера, конечно?

– Нет, – я отрицательно покачала головой, – один общий. Двое из них – военнопленные, а третий – представитель города Грувра, сопровождающий их для передачи на родину. Я лишь подрядилась охранять их в пути до столицы. Но, – понизила голос до шёпота, – плачу за них я. Поэтому отнесись к ним как к моим гостям.

Веурри понятливо закивал. Тем временем подскочивший мальчишка в униформе забрал у Лиана лошадку с повозкой. Керу пошёл за ними сам, а мы последовали за хозяином «Приюта» в дом. Илар косился на меня с ехидцей, однако от комментариев воздерживался. Грайн выглядел уставшим, растерянным и тоже молчал. Лиан робел, но с живым интересом рассматривал великолепные люстры в холле, светящиеся магические указатели и самодвижущиеся ковры, по которым бородач ступал неуверенно, боясь испачкать своими грязными сапогами.

Убедившись, что гости устроены со всеми удобствами, я с чистой совестью позволила отвести себя в предназначенный мне номер и обомлела. Бэрк приготовил для меня апартаменты из двух спален, гостиной и ванной, словно к нему прибыла особа королевской крови, путешествующая со свитой.

– Поскромнее ничего нет? – осведомилась я.

– Ты хочешь меня обидеть?! – Веурри состроил умильную рожицу. – Льэн, только не говори мне, что не привыкла к роскоши! Я же помню твой дом в Амьере!

– Это не значит, что на работе я привыкла шиковать.

– А ты сейчас на работе?

Настал мой черёд корчить гримасы:

– Разве Асти не сказал?

– Ты же знаешь этого хитрюгу! – заулыбался Бэрк. – Слова лишнего не вытащишь! «Путешествует, заедет в Браз», – вот и всё, что он соизволил сообщить.

– Я на задании, – вздохнула, глядя в радостное лицо друга. – Причём, если бы не эти пленные, вряд ли бы тебя навестила… Прости, Бэрк! Это ты порвал со всеми шпионскими играми, а я по-прежнему целиком и полностью принадлежу Его Величеству.

– И долго ещё ты собираешься… играть? – лицо коротышки стало серьёзным и строгим.

– Пока не наскучит, – ухмыльнулась я.

– Или пока не прибьют, – проворчал Бэрк. – Зачем, скажи на милость, магу твоего уровня и положения самой таскаться по трактам? Заслуг перед империей недостаточно? Авура ещё втравила!

– Сидеть в Амьере скучно, – фыркнула я. – А ссылаться на прошлые заслуги – недостойно. Керу сам авантюрист похлеще меня, я предлагала ему остаться в Киэре – слушать не стал.

– Замуж тебе надо, – вздохнул мой остепенившийся друг и бывший коллега, – и мужа построже, чтобы держал крепко.

Меня передёрнуло.

– Однажды я почти вышла замуж. Хватит.

– Тот раз не считается, – погрустнел Бэрк. – Отдыхай, Льэн. Ужинать будешь?

– Буду.

Я решила наесться впрок. Кто знает, что случится дальше. Вдруг это последние спокойные часы перед очередным бешеным вихрем событий. Нужно пользоваться: принять ванну, подровнять изрядно отросшие волосы, привести в порядок одежду. Из пространственного кармана я достала парадный костюм – как-никак, завтра мне предстоит визит к королю.

За окнами окончательно стемнело, в номере зажглось магическое освещение. Хорошо, когда владелец дома – маг. Интересно, Бэрку не скучно? После службы в департаменте довольствоваться скромной ролью хозяина гостиницы… Хотя, я же не знаю, сколько прожил Веурри, прежде чем устал от суеты. Маги редко афишируют свой настоящий возраст. Мой учитель выглядел от силы лет на тридцать, то, что ему больше шести веков, мне открылось лишь на его похоронах. Мы даже умираем, не старея.

Доставленный ужин я заглотила, не разбирая, из каких деликатесов он состоял. Главное, что эти салат и мясо, запитые горячим травяным настоем, позволят мне неделю не заботиться о еде и думать только о деле. Но в первую очередь следует удостовериться, что мои невольные соучастники меня не подведут.

Номер, где разместили моих спутников, находился этажом ниже. Я спустилась, отметив, что гостиница почти пуста. На мой стук мне открыл незнакомый парень с приятными чертами лица и подтянутой фигурой.

– Госпожа Льэн?..

– Лиан?! – ахнула я, узнав голос.

Лишённый своей уродливой бороды, дочиста отмытый, расчёсанный, переодетый в приличные рубашку и брюки, парень оказался мало того, что привлекательным, ещё и по возрасту ровесником Грайна!

– Господин Веурри был так любезен, что принёс одежду, – теперь, когда мерзкие космы не скрывали лица, я смогла оценить, как мило молодой человек стесняется. – А господин Гарро избавил от необходимости каждый день бриться. Это очень удобно…

Я взглянула на д´айрри. Чистокровный нахально улыбался.

– Вам так гораздо лучше, – признала я, не сводя глаз с покрасневшего Лиана. – Простите… Сколько же вам лет?!

– Двадцать пять, – совсем смутился тот.

Мне стоило большого труда отвлечься от созерцания невероятно похорошевшего парня и вернуться к делу.

– Господа, я хотела бы серьёзно с вами поговорить.

– Представляешь, они не отказались! – поделилась я радостью с Керу, развалившись рядом с ним на охапке сена и положив голову на тёплый бок друга. Пристройка к гостиному дому со стороны двора предназначалась специально для авуров: Бэрк, как и любой киэрский маг, уважал древнейшую расу.

Керу фыркнул, обдав меня теплом своего дыхания.

– Ладно Илар. Все д´айрри – любители острых ощущений, к тому же у меня приказ его аора. Но Грайн! Он вполне мог бы потребовать, чтобы его не вмешивали в такие опасные планы, передали в посольство Сумэ и обеспечили безопасность.

Авур насмешливо глянул на меня и продолжил невозмутимо жевать зелень.

– А Лиан… Я даже не подозревала, насколько сужу о людях по внешности. И я ещё всегда считала себя свободной от предвзятости!.. Раз простуженный бородач в обносках – значит, жалкий, опустившийся мужик в летах. Вдобавок пятно это, на пол-лица… То-то он был счастлив до слёз, когда я его свела! Догадываюсь, как он стеснялся такого «украшения», бородой специально прикрывал.

Я ткнулась носом в мех авура:

– Знаешь, он так похож на Асти в юности! Тот тоже краснел по любому поводу… Как давно это было! Порой мне кажется, Керу, что это происходило не со мной. Не я мучилась, переживала, любила… От той меня ничего не сохранилось. Нежная чуткая Льэн осталась в далёком прошлом, а я – госпожа Эррионари, холодная, равнодушная, бессердечная.

Мой спутник лизнул меня в щёку.

– Жаль, что ты не умеешь говорить, – погладила я авура. – Или не хочешь? Посоветовал бы мне сейчас, что делать.

Керу положил голову на лапы и закрыл глаза.

– Идти спать? – улыбнулась я. – Хорошо, иду!

Утро застало меня уже в приёмной королевского дворца, куда я с трудом пробилась через два поста охраны, гвардейского капитана и какую-то угрюмую дотошную особу. Вконец задёрганный секретарь с землистым цветом лица лишь с третьей попытки уразумел, что через пять минут у меня назначена встреча с Его Величеством.

Умчавшись куда-то из последних остатков сил в тщедушном тельце, секретарь быстро вернулся и на сей раз без споров провёл меня в пышную гостиную. Несмотря на ранний час, здесь оказалось полно народа: сидевшего за столом короля атаковали посетители. Я отметила знакомые лица двух министров и молодого архимага, недавно назначенного на этот пост лишь из-за крайней скудности выбора. Стоял невыносимый гвалт, однако при моём появлении Ризар Второй решительно поднялся.

– Господа, – королевский голос возвысился над шумом, – прошу всех удалиться. У меня приватная беседа с госпожой Эррионари. К обсуждению текущих вопросов мы вернёмся позже.

Возражать никто не осмелился, по крайней мере, вслух. Ризар с царственной надменностью наблюдал, как придворные гуськом покидают гостиную, отвешивая почтительные поклоны. Как только последний из них вышел, король утратил свой холодный и заносчивый вид, подскочил и уткнулся мне в макушку – точь-в-точь авур.

– Льэн, как я рад тебя видеть!

– Взаимно, – я похлопала юношу по спине: выше не дотянулась. – Замучили?

– Не то слово, – с сердцем произнёс Ризар. – И почему я единственный ребёнок у отца?! Больше всего на свете мне хотелось бы вернуться в Киэр и учиться дальше!

– Мы не выбираем ни родителей, ни тяжесть ответственности на наших плечах, – я потянула короля к креслам. – Поверь, ты не одинок в своих сетованиях на преждевременно доставшееся наследство. Я слышу их последние пятьдесят лет.

– Дяде шестьдесят девять, у него два взрослых сына, старший из которых скоро заберёт это бремя, – Ризар удручённо вздохнул. – А мне всего восемнадцать, и как минимум полвека головной боли я получу… Льэн, я понимаю, что тебя привели срочные и важные дела. Но, может, ты выпьешь со мной орника? Хоть дух переведу!

Он умоляюще уставился на меня своими серыми глазищами под тёмными пушистыми ресницами – единственной унаследованной от матери чертой, и в эту минуту так походил на Виáлу, что я уступила:

– Будь по-твоему, Ри. Но потом у меня огромный перечень вопросов, и ни один из них тебе не понравится. Ты в курсе, что обнаглевшая нежить с гор разгуливает практически перед твоим дворцом?

– Теперь, когда ты сказала – да, – юноша помрачнел. – Льэн, у меня два с половиной мага после этой войны, остальные – старики или дети. И страна в такой степени нищеты, что бесчеловечно отправлять чудом выживших мужчин на сражение с тварями, пусть я и объявил набор.

– Асти пришлёт тебе магов, – ободрила я его. – И природников, и боевых.

– Потому что я – никчёмный сын его младшей сестры? – грустно улыбнулся Ризар.

– Не выдумывай! – возмутилась я. – Ты король дружественной страны, оказавшейся сейчас в тяжелейшем положении, а правители всегда помогают друг другу. К тому же изголодавшиеся твари, наскоро перекусив в Зуаре, за десертом пожалуют к нам.

– Ты всегда была слишком великодушна, Льэн, – юноша отвернулся и позвонил, вызывая служащего. – Лучшая подруга матери… Можно тебя спросить?

– Попробуй, – ехидно прищурилась я.

– Почему ты разорвала помолвку с дядей?

Я посмотрела в серые глаза Виалы на лице её сына и призналась так же честно, как когда-то ответила своей подруге:

– Потому, что одно дело – хоронить императора, а совсем другое – мужа.

Ризар сосредоточенно шевелил губами, подсчитывая:

– Вы с дядей ровесники?

– Да. Только он не маг.

Астолайн – император Киэра. Через девять лет после нашего разрыва он женился на дочери Главы Правительства Сумэ. Мáлиэр – прекрасная во всех отношениях женщина, достойная всяческих похвал и искренне любящая своего мужа. С годами их политический союз перерос в привязанность, между ними полное взаимопонимание, у них чудесные дети. Я знала, что так будет, ещё полвека назад.

Вслед за деликатным стуком в гостиную проник служащий, выслушал распоряжения и убежал их выполнять. Я внимательно изучала старинные гобелены с батальными сценами, развешенные на стенах королевского кабинета, избегая сочувственного взгляда Ризара.

Мой поступок оправдан. Маг и человек не могут быть счастливы в браке. Даже если им по девятнадцать, они влюблены и наивно верят, что впереди вечность. Вот только у одного из них эта вечность ограничена в лучшем случае ста годами, а у другого её срок составят века.

Или всё проще, и я недостаточно любила Асти? Ведь тогда бы мне было безразлично, сколько лет мы проведём вместе, главное – что они будут, эти годы…

Орник нам принесли в лучших традициях Зуара: в пузатом керамическом кувшинчике, из которого шёл пар. Ризар небрежным жестом отпустил служащего и сам разливал напиток в крошечные чашки. С первым же обжигающим глотком я почувствовала, как из души уходит грусть, оставляя лишь светлые воспоминания. Я не стала женой Астолайна, зато теперь я его правая рука, та, которая справится с любым сложным и опасным делом.

Таким, как поимка приспешников кровожадного культа.

Разговор с Ризаром, как ни старалась я быть краткой, занял больше двух часов. Обратный путь мне захотелось проделать пешком, чтобы, не торопясь, прогуляться по Бразу и оценить, насколько война потрепала великолепный древний город. На встречу я прибыла порталом – к своему стыду, проспала, бывает и такое. Уж больно сладко почивалось на мягкой кровати в гостеприимном доме Бэрка после месяца ночёвок где придётся.

Столица потихоньку приходила в себя. Отстраивались разрушенные заклинаниями дома, выправлялись обожжённые магией деревья. Город брали штурмом, выбивая остатки гвардии, верной Ризару Первому, в то время как окончательно обезумевший король покончил с собой, запершись в кабинете. Виала всего этого не узнала. Королеву казнили за месяц до окончания войны, обвинив в предательстве и измене. Её сын уцелел лишь благодаря вмешательству дяди, настоявшего на том, чтобы наследника короны в самом начале боевых действий отправили в Киэр. Для завершения образования – как значилось в официальных документах, подальше от отца-самодура, как попросила старшего брата королева Зуара в личной переписке.

Мостовые центральных улиц хранили следы сильнейших заклятий, некоторые камни были оплавлены до такой степени, что спеклись в однородную массу. Огненная магия – самая мощная. Я предложила Ри оставить кусок такой искорёженной брусчатки в качестве напоминания. Юноша грустно заметил, что весь Браз сейчас представляет собой одно сплошное напоминание и не скоро станет прежним.

Однако жизнь брала своё. Тянулись бесконечные повозки со строительными материалами и кирпичами, возводились лесá, отовсюду раздавался звонкий стук молотков и визг пил вкупе с забористой руганью, бодро сновали бригады суровых с виду каменщиков, плотников и маляров, пахло краской, деревом и смолой. В уцелевших домах открывались магазинчики, сноровистые подростки натирали витрины до зеркального блеска, у пекарни выстроилась очередь в ожидании свежего хлеба. Браз оживал.

Перед «Приютом странника» обнаружился Бэрк, сосредоточенно изучающий фасад здания.

– Любуешься? – усмехнулась я.

– Прикидываю, не пора ли защитные заклинания обновлять, – деловито ответил Веурри. – Ты на задании – всегда к заварушке.

– Напротив, департамент всегда на страже порядка и мира, – отшутилась я. – Бэрк, скажи… Тебе не скучно? После всего?

– Именно «после всего» мне и захотелось покоя, – коротышка перевёл взгляд с гостиницы на меня. – Какая на твоём счету́ эта война, Льэн?

– Первая.

– А у меня четвёртая. Сумэ сражалось с империей, Киэр бился с Зуаром, Зуар и Сумэ воевали с Киэром… Все постоянно воюют, словно у них случается периодическое помрачение рассудка! И в каждую войну я что-то терял. Друзей, любимых, веру в справедливость… Счастье, что я маг, на теле которого не остаётся шрамов, но очередной уходящий на Небеса дорогой мне человек – незаживающая рана на моём сердце. Я устал воевать, Льэн. Сражаться за чьи-то идеалы и представления о всеобщем благе.

– Есть вечная война, – я спокойно посмотрела в тоскливые глаза друга, – и вечное зло. Оно не зависит от государств и правителей и расползается, как та же нежить, если сложить руки.

– Пусть так, – Веурри еле слышно вздохнул. – Но я уже отдал свой долг этой войне. Четыре века на службе государству – достаточно для мага. Я хочу пожить для себя.

– Это твоё право, – кивнула я. – Не мне тебя осуждать. Как там мои спутники?

– Отсутствием аппетита не страдают. Необычную ты собрала компанию – человек, д´айрри и полукровка. Для пленных и их охранника они ведут себя слишком дружелюбно.

– Так они и не враги, Бэрк.

– Не боишься, что д´айрри сбегут? С их силой крови…

– Зачем им бежать? Их привезли в Браз для того, чтобы вернуть своим.

– Это про́клятые, Льэн. Кто знает, что творится в их головах.

Я поморщилась. Меня коробило желание поставить д´айрри особняком от остальных разумных рас. Не настолько уж они отличались от людей, а особенно от магов. Проблемы… Да у кого их нет?

Спорить не хотелось. Я поднялась к себе, скинула и убрала парадный наряд, собрала волосы в хвост и подмигнула своему отражению в зеркале. Сероглазая белобрысая девчонка с озорными ямочками на щеках ответила мне тем же.

Повоюем, Льэн!

Илар не выдержал и захохотал.

– Сами виноваты! – возмутилась я. – Сделали из сурового бородатого охранника милейшего паренька, а теперь издеваетесь!

Я ещё раз окинула взглядом забавную композицию из трёх практически одинаковых по росту, внешнему виду и комплекции парней, один из которых якобы силой удерживал двух других. Слабоумному было понятно, что Лиан не справится с двумя д´айрри, даже угрожай он им оружием.

– Может, нам руки связать? – предложил Грайн.

– И ноги. И рты заткнуть, – мрачно откликнулась я.

– Отрастить бороду обратно? – поинтересовался Илар.

Лиан протестующе замотал головой, затем задумался.

– Госпожа Льэн, а если их усыпить? То есть, – быстро добавил парень, – сделать вид, что они спят? Уложить в повозку и так доставить.

Я просветлела. Зря Бунк утверждал, что его люди туго соображают!

– Отлично! Господин Лиан, вы адрес помните?

– Площадь Святого Гу́рса, пятый дом. Только я, госпожа Льэн, в столице первый раз. Где эта площадь находится, не представляю.

– Не страшно, я поеду с вами, буду подсказывать.

Парень растерялся:

– Но как же… вы говорили – никто не должен знать!

– Никто и не узнает. Я накину иллюзию невидимости. Вы меня не увидите, но услышите голос. А я вас буду и видеть, и слышать.

– Невидимость – это же высший уровень мага? – некстати влез со своей осведомлённостью Грайн.

Мне захотелось зарычать почище Керу. Вместо этого я улыбнулась. Наверно, улыбка вышла не слишком ласковой, так как полукровка отшатнулся и повторять вопрос остерёгся.

– Если все готовы, идёмте, – скомандовала я.

– Вы не так просты, госпожа Льэн? – шепнул мне на ухо Илар, когда мы спускались по лестнице.

– Разве имперский маг может быть прост? – вздёрнула я бровь. – Тем более пользующийся доверием аора?

На улице мы разделились. Лиан отправился за лошадью с повозкой, Илар с Грайном остались ждать у дверей, а я поспешила к Керу. Авур уже ждал, нетерпеливо расхаживая из угла в угол. При моём появлении он присел, предлагая мне залезть на него.

– Прости, мой хороший, нам придётся разделиться, – виновато погладила я нежный мех за ушами. – Я пойду под иллюзией невидимости, а накидывать её ещё и на тебя – слишком большой расход энергии.

Керу обиженно засопел, затем свернулся клубочком, показывая, какой он маленький и незаметный. Я подавила неуместный смех: в сложенном состоянии авур представлял собой меховой шар десяти локтей в диаметре.

– Так и покатишься? – получив упрямый кивок, я всё же рассмеялась: – Керу, у тебя будет своё задание. Ответственное. Жди меня до ночи, а если не вернусь – тогда приходи, оцени обстановку и действуй по обстоятельствам. Как в Муáзе. Вдруг мне понадобится помощь.

Мой спутник неохотно распрямился, всем своим несчастным видом показывая, как такая плохая я несправедливо относится к такому замечательному авуру. Я была непреклонна.

– Льэн! – окликнул меня незаметно подошедший Бэрк. – Ты зачем мне деньги оставила?!

– Плата за номер и ужин, – пожала я плечами.

– Ты там в своём департаменте совсем очерствела? – Веурри схватил мою руку и с силой впихнул в ладонь золотые. – Почём нынче дружба, влиятельная и могущественная госпожа Эррионари?!

– Тише! – шикнула я на него. – Не ори. И пять сойленов возьми. Ты же не магией сейчас зарабатываешь, а какие доходы у хозяина гостиного дома в стране, где никто не путешествует из-за страха перед нежитью, я могу себе представить. Кроме нас от силы парочка постояльцев, и те скромными номерами обходятся.

Монеты я запихнула обратно в карман куртки Бэрка.

– Кстати… Помог бы ты Ризару. У него маги на вес золота.

– Нет, – жёстко отрезал Веурри. – Хватит с меня государственной службы. Ни своему императору, ни чужому королю подчиняться не желаю. Надоело.

– Я не про службу. Страна в руинах, земля выжжена, твари почти до столицы добрались. Вчера на меня посреди дня стая гарз напала! И это на второй по значимости дороге! Ты же маг, Бэрк, один из лучших!

Коротышка упрямо сжал губы. Я понимала: проявленная магия не останется незамеченной. Начни Веурри применять заклинания посущественнее иллюзий – им быстро заинтересуются королевские службы. Понимала умом, не сердцем.

– Когда нежить появится в городе, я вспомню о Кодексе, – угрюмо ответил Бэрк. – А пока я простой владелец гостиницы. Извини, Льэн. В твои годы я тоже рвался помогать всем и всюду… Иди, тебя ждут. Я возьму твои чёртовы сойлены и сохраню их на память.

Ещё раз погладив Керу, я вернулась на улицу. Меня действительно ждали, и явно не пару минут. Сделав вид, что так и задумано, я быстро набросила сонное заклинание на лежащих в повозке Илара с Грайном. Затем накинула невидимость уже на себя и залезла на козлы рядом с Лианом. Глянула на невозмутимую лошадку и облегчила вес наших тел: и так бедное животное чего только за эти два дня не испытало. Человек на её месте давно бы возмутился – и упыреподобные зерхи, и шорхи, и гарзы.

– Ваша лошадь заслуживает искреннего восхищения, – заметила я.

Лиан вздрогнул и заозирался.

– Спокойнее, – ободрила его. – Я рядом с вами. Дайте руку.

Ощутив пожатие моих пальцев, парень несколько расслабился.

– Эта лошадь не моя, – ответил он негромко. – Она принадлежит Мирту Бунку. У меня, госпожа Льэн, своего ничего нет. Всё в Керсе сгорело. Разве что теперь появилась одежда, которую мне вчера подарил ваш друг, храни его Святая Лайна.

– Военная форма… – я запнулась. – Она была не вашей?

– Ту, что была на мне, лекари разрезали, – Лиан еле слышно вздохнул. – Нам куда сейчас, госпожа?

– Направо, потом ещё раз направо и прямо… И не зовите вы меня госпожой.

– Вы же называете меня господином, – улыбнулся парень. – И на «вы». Непривычно очень…

– Хорошо. С этой минуты – Льэн, Лиан и «ты». Ты говорил, что все полтора года воевал. Каким ветром тебя занесло в Грувр? Там же не было боёв?

– Попал в отряд, сопровождающий королевских сборщиков налогов, – Лиан криво усмехнулся. – За Грувром много крупных богатых сёл… было. Люди в одном из них не обрадовались новым поборам. А что могут десять солдат против озверевшей толпы? Да ещё с зарвавшимися чиновниками из столицы, приученными требовать и грозить, даже когда сила не на их стороне. Мне повезло: огрели дубиной, сочли мёртвым, свалили в овраг с остальными телами и присыпали снегом, а я пришёл в себя, отлежался и ночью выбрался, чудом дополз до Грувра. Потом уже долго валялся в горячке: промёрз насквозь… В конце весны оклемался, узнал, что война кончилась, а Керс сгорел. Возвращаться домой смысла нет: что мне там делать, на пепелище? Вот и остался у Бунка в помощниках.

Не видя меня, парень смотрел куда-то за моё плечо с такой тоской, что мне захотелось погладить его по волосам, как зачастую я ласкала мягкий мех Керу. Желание было таким сильным, что я зажала руки между коленей.

– А чем ты занимался раньше, до войны?

– По дереву резал… – лицо Лиана опять осветилось. – От отца перенял, а тот – от деда. Семейное ремесло. К нам даже из столицы за заказами приезжали. И после смерти отца мы не бедствовали, я потихоньку брата учил…

Всё-таки я не удержалась, погладила – не волосы, а сильную руку, держащую поводья:

– Всё ещё будет, Лиан. Мастера нужны всегда… Сейчас опять направо и до конца улицы, там уже нужная нам площадь.

Он непроизвольно дёрнулся от моего прикосновения:

– Льэн… Ты правда годишься Грайну в бабушки?

– Я маг, – повторила в тысячный раз за свою жизнь. – У нас возраст исчисляется иначе. По меркам магов я довольно юна.

С нами поравнялась повозка со строительным камнем, и я замолчала. Лиан тоже больше не заговаривал.

Площадь Святого Гурса оказалась почти не тронута боевыми заклинаниями. Бронзовая статуя Святого в её центре воинственно грозила грешникам поднятым к небу пальцем. На лысой голове Гурса спал голубь, отыскав в городе самое тихое и безопасное место.

Пятый дом мне не понравился сразу. Унылое серое здание, не то грязное, не то сложенное из камня отвратительного цвета с двумя толстыми колоннами на входе и громоздким балконом над ними. Лиан остановил лошадь у самых дверей, и к нам тут же выскочил моложавый блондин того невыразительного типа, что всегда заставлял меня приглядываться повнимательнее. Среднего роста, неприметной наружности, в неброском тёмном костюме и с приклеенной любезной улыбкой.

– Светлого дня, господин! Проезжайте сразу во двор, сейчас ворота открою!

Воротами оказались массивные крашеные створки арки, которую я сначала приняла за часть стены. За ними притаилась опасная темнота, слегка разбавленная мерцанием магического светильника. Я подключила тепловое видение, но живых существ не обнаружила, по крайней мере, вблизи.

Лиан направил лошадь внутрь. Если он и трусил, то виду не подавал. Проехав арку, мы попали в такой же плохо освещённый двор, под копытами захрустела мелкая щебёнка. Неприметный господин опередил нас и теперь бесцеремонно заглядывал в повозку.

– Я из Грувра… – начал объяснять Лиан, но господин его перебил:

– Военнопленных привезли? За награду? – при слове «награда» он нехорошо усмехнулся. – Всё получите… Документов на них, конечно, нет?

– Откуда?! – возмутился парень. – Это же война!

– Хорошо, хорошо, – зачастил господин. – Только, простите, проверить надо…

Он перегнулся через бортик повозки и оттянул веко Грайна, затем обежал вокруг и проделал то же самое с Иларом. Я порадовалась, что заклинание давало самый настоящий сонный эффект, иначе д´айрри не вынесли бы столь непочтительного отношения.

– Спят?

– Сонными травками напоили, – не растерялся Лиан. – Разве б я один с ними справился?

– Прекрасно, – неприятный тип довольно потёр руки. – Сейчас схожу за оплатой.

– Что дальше, Льэн? – шепнул мне Лиан, когда тот скрылся в темноте.

– Забирай деньги и уезжай, – я почти прижалась губами к его уху. – Спасибо за помощь.

Парень хотел что-то сказать, но передумал.

Тип вернулся с четырьмя крепкими молодцами, подхватившими д´айрри словно пушинки. Лиану в руки он сунул увесистый бархатный кошель:

– Две тысячи сойленов, можете пересчитать.

Дальше мне оставаться во дворе не имело смысла. На прощание я поставила на Лиана защиту, пусть он хотя бы из этого неприятного места выйдет невредимым. Не доверяла я таким скользким господам. Затем осторожно последовала за носильщиками.

Д´айрри молодцы унесли недалеко. Забросили в первую от входа дверь и тут же вышли. Я успела проскользнуть за ними. Комната напомнила мне больничную палату: голые крашеные стены, окна без занавесок, гладкое покрытие пола и отсутствие мебели, за исключением двух кроватей и столика между ними. Для выкупленных пленников, которых хотят вернуть на родину, скудновато. Выглянув в окно, я увидела тот же двор уже без Лиана. Сердце царапнуло. Как парень доберётся обратно в Грувр через лес, полный нежити? Не всю же я её изничтожила…

Сидеть рядом со спящими я не стала. Осторожно вышла (незапертая дверь – халатность или чрезмерная самоуверенность?) и отправилась изучать дом. Когда-то это здание поражало роскошью, полы украшала мозаика из ценных пород дерева, стены были обиты шёлком, лепнина сверкала позолотой. Новых хозяев, очевидно, эти изыски не интересовали. Под толстым слоем грязи узор на полу еле угадывался, позолота облезла, шёлк выцвел и испачкался. Почти все помещения первого этажа оказались заперты. Для мага замо́к на двери – своеобразный вызов, оттого я сунула свой нос во все комнаты, однако не обнаружила ничего примечательного, кроме пыльной мебели и паутины по углам. Окна, выходящие на площадь, закрывали плотные портьеры. Несколько спален использовались по прямому назначению, чистотой они тоже не отличались.

Лестницу на второй этаж мне пришлось разыскивать – она обнаружилась в самом конце коридора, скрытая неприметной дверью. Странно, в традиционной архитектуре Зуара лестницу как главное украшение дома располагали в центре. Возможно, это здание когда-то перестраивали. Этим могло объясняться и полное отсутствие парадных залов: этажи состояли из небольших комнат на два-три окна. Впрочем, я особо не присматривалась, проверяя лишь наличие опасных заклинаний и артефактов – мне не терпелось взглянуть на господина, выкупившего д´айрри.

Неприметного типа я отыскала в одной из комнат третьего этажа, дверь в которую была беспечно распахнута. Здесь чувствовалось некое подобие уборки, раздвинутые шторы пропускали свет. Господин сидел в кресле за столом и старательно что-то писал. Перед ним навытяжку стояли все четыре молодца, ожидая указаний. Закончив свой труд, тип скатал написанное, запечатал и протянул свиток одному из них:

– Отвезёшь в Ризéф, передашь Ско́русу лично в руки, и сразу возвращайся.

Здоровяк замялся:

– Господин Айгéри, одному ехать больно боязно. Нежить лютует, на дороги среди бела дня выходит!

Бесцветные глаза холодно уставились на осмелившегося перечить:

– Трусишь, Ган?

– Ваше же поручение не исполню, – начал оправдываться тот. – Сожрёт упырь и не подавится!

– Хорошо, – господин оглядел оставшихся молодцев. – Лунк, ты поедешь с Ганом. И чтоб никаких сеновалов с селянками по пути! Туда и обратно!

– Слушаюсь! – низко согнулся второй здоровяк. – Дозволяете отправиться?

– Дозволяю, дозволяю, – Айгери сделал знак кистью руки – словно смахнул со стола соринку. – Мейт и Сеж – позаботьтесь о пленниках.

Тон, которым он произнёс «позаботьтесь», мне не понравился. Но я точно знала, что ни мучить, ни тем более калечить жертвы до того, как их доставят Мастеру культа, никто не посмеет. Д´айрри должны попасть на жертвенный камень целыми и невредимыми, по крайней мере, телесно. Поэтому спокойно пропустила покидающих комнату мужчин и принялась изучать неприятного господина.

Он не походил на уроженца Зуара или Сумэ – бледный и блёклый, типичный северянин. Имя «Айгери», если добавить вторую «р», которую Ган, как все зуарцы, просто не выговаривал, тоже принадлежало Киэру. Ещё он вполне мог оказаться магом – настолько слабым, что издали это не почувствуешь. Я сделала пару шагов и вгляделась. Да, тусклая искра в его ауре горела. Именно из таких неполноценных магов, но уже и не людей, и вербовались приверженцы Поглощающего. Заливая жертвенники кровью и взывая к древнему богу, они обретали недостающую силу.

Приближаться дальше я не рискнула и затаилась в пяти локтях от недомага. Айгерри (такое произношение я сочла более правильным) какое-то время бесцельно перебирал свитки. Затем он откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза и гадко улыбаясь своим мыслям. Мне же приходилось уповать на то, что данный господин ни в коей мере не соответствовал моим представлениям о первых лицах культа. Скорее, он являлся низшим звеном в цепочке и, судя по всему, сейчас просто обязан был доложить об успехе кому-нибудь из вышестоящих.

Мои ожидания оправдались. Помечтав, Айгерри расчистил место на столе и положил перед собой обычное гладкое колечко – простейший амулет для связи, каким пользовались люди без магии. Воздух над кольцом замерцал, сгустился, и возникло чёткое изображение холёного черноволосого красавца с надменно вздёрнутым подбородком.

– Слушаю тебя, Младший.

Последние мои сомнения отпали. «Младшие», «Старшие» и «Мастер» – принятые в культе наименования подтвердили то, что я напала на след.

– Мне доставили пленников, господин. Полукровку и истинного.

Мужчина из амулета нахмурился:

– Чистокровного д´айрри?

– Да, господин. Мне везти их вам?

Тот на минуту подёрнулся дымкой – связывался с кем-то ещё, затем качнул головой:

– Вези. Вместо себя оставь Скоруса. И не забудь про защитный амулет. Про́клятые чувствуют своих.

Айгерри подобострастно поклонился. Изображение пропало. Я же оказалась на распутье.

Моей первостепенной задачей был поиск культа в Зуаре, с ней я справилась. Дальше можно просто связаться с департаментом, вызвать подкрепление, установить слежку и руководить издалека.

Вот только магов моего уровня не так уж много… Малейшая оплошность – и мерзавцы исчезнут, растворятся, как уже произошло в Кимре. Сколько полукровок они убьют, пока мы не отыщем их вновь?

Недомаг после разговора со Старшим расслабился, довольно развалился в кресле. На бледном лице опять заиграла улыбка, на сей раз хищная. Посидев, он поднялся, прошёлся по комнате, затем залез в шкаф, вытащил початую бутылку вина и бокал на тонкой ножке. Отметить успех, не иначе.

Я усмехнулась. Пей, голубчик. За пьяными следить – одно удовольствие. А мне – подсказка, что быстро некий Скорус не явится, время у меня есть. Покинув комнату, я на всякий случай прошлась по этажу – не обнаружу ли ещё кого живого. Но, кроме обжитой спальни, пугающей крайним беспорядком, ничего не нашла. Интересно, как эти ребятки обходятся без прислуги? Грязь повсюду не смущает?

Теперь можно было спускаться. Дверь в комнату, где спали Грайн и Илар, успели закрыть на замок, немало тем меня развеселив. Решено – связаться со своими я свяжусь, но в Амьер не вернусь.

Амулетами я, разумеется, пользоваться не стала. Возникшее передо мной изображение и без того было настолько чётким, что казалось: протяни руку – дотронешься до юного симпатичного блондина напротив меня.

– Светлого дня, Уэр, – поприветствовала я его.

– Рад вас видеть, госпожа Льэн, – улыбнулся мне Уэ́рас. – Никак вы что-то обнаружили? Вид у вас, словно у кота после удачной охоты.

– Продолжая твоё сравнение: я нашла мышиную нору. И в ней несколько обитателей… Принимай ауры, – я отправила моему помощнику слепки. – Первые четыре, похоже, рядовые исполнители, но ты всё-таки проверь, не попадались ли они нам раньше. Последний – мышка поважнее. Его имя Айгерри, он, несомненно, киэрец. Возможно, один из тех, кому удалось ускользнуть от нас в Кимре. Есть ещё и Старший, с ним Айгерри только что связывался через амулет, ауру не сняла, но портрет лови. Также упоминался некий Скорус, он должен прибыть в Браз из Ризефа, Ризеф – это…

– Город в сутках пути от столицы Зуара, – рассмеялся Уэр. – Я помню географию королевства, Льэн.

– В награду за хорошую память обещаю скинуть тебе его ауру, как только он появится. Дом в столице на площади Святого Гурса, где я сейчас нахожусь, – перевалочный пункт, используется исключительно для передачи жертв. Не удивлюсь, если его хозяева не в курсе, что у них кроме пауков завелись жильцы, или вообще погибли в войну.

Уэрас тщательно приобщал материалы. Для человека, не обладающего магией, процесс выглядел презабавно: юноша водил пальцами по воздуху, периодически прикладывая нечто невидимое к свиткам.

– Номер дома? – деловито спросил он.

– Пятый. Проверь, кто числится его владельцем. Теперь пленные: Грайн Тиррэ и Илар Гарро. Первый, полукровка, похищен из Гриона два месяца назад, второй – истинный, его старший брат по отцу. Его я вызвала сознательно, пользуясь кровной привязкой.

– Позвольте уточнить, – Уэрас склонил голову к плечу. – Вы уговорили чистокровного д´айрри помочь в расследовании? И он не отправил вас… к примеру, в пустоши растить леса?

Я ухмыльнулась. Кайр особенно настаивал на том, чтобы о своих полномочиях я не рассказывала даже доверенным лицам, так что сейчас легко могла бы присвоить себе все заслуги. Но честность никто не отменял.

– Мне повезло с Гарро. Илар – молодой, пылкий и с авантюрной жилкой. К тому же не забывай, что культ Поглощающего опасен в первую очередь для д´айрри. Только кровь обречённых способна умилостивить древнего бога… Уэр, можешь выполнить мою личную просьбу?

Мой помощник удивлённо уставился на меня:

– Госпожа Льэн, вы меня чрезвычайно обяжете, первый раз за пятнадцать лет попросив о чём-то сверх работы!

– Посмотри в наших отчётах, не осталось ли выживших во время боёв в Керсе. Эти места выжигали постепенно, вдруг люди успели спастись.

– Вас интересует кто-то конкретный? – невозмутимо уточнил Уэрас.

Я запоздало поняла, что не знаю ни родового имени Лиана, ни как звали его близких. Многие в Зуаре обходились и без родовых имён, но у знаменитой династии резчиков оно точно должно быть.

– Мать с тремя детьми, жена известного мастера по дереву. Увы, это всё, чем я располагаю. Шансы невелики, но вдруг…

Карие глаза юноши погрустнели:

– Вряд ли кому-то удалось уцелеть. Маги применяли там Огненный Вихрь. Командующие войсками Зуара специально размещали солдат в деревнях, чтобы избежать атак противника, и к концу года войны Сумэ перестало жалеть мирное население… Но я обязательно подниму отчёты, госпожа Льэн!

– Спасибо, Уэр. До связи.

Изображение растаяло.

Я задумчиво оглядела спящих. Илар поражал идеальной красотой – чистокровный д´айрри, совершенный и лицом, и телом, с ресницами такой длины и густоты, что все знакомые мне девушки искусали бы локти от зависти. Грайн заметно уступал брату, но тоже выглядел неплохо. В компании подобных пленников мысли сами собой перескакивали на темы, которые я обычно предпочитала не затрагивать. Да и Ри со своими вопросами растравил то, что я считала давно похороненным.

Я присела в ногах Илара, откинулась на спинку кровати. Светлые моменты полувековой давности напоминали о том, как это чудесно – любить и быть любимой… Юная Льэн шептала мне, что не стоит терять надежду, жизнь только начинается, а счастье всегда приходит именно в тот миг, когда ты меньше всего ожидаешь…

Госпожа Эррионари безжалостно оборвала её мечты. Не сейчас, не при исполнении долга, не в тот момент, когда я взяла на себя ответственность за чужие жизни.

Загремел замок на двери, и в комнату вошёл один из здоровяков, поставил на стол кувшин и блюдо, накрытое полотенцем. Он по очереди склонился над каждым из пленников, прислушиваясь к ровному дыханию, нерешительно потоптался между кроватями и удалился. Я сразу же ринулась проверять, чем собрались угощать будущих жертв. Под полотенцем оказались ещё горячие лепёшки и приличный кусок нарезанной колбасы, кувшин содержал подозрительно пахнущий морс. Отпив глоточек, я усмехнулась: такой дозой снотворного можно было усыпить авура, не то что двух юношей изящного сложения. Айгерри здраво рассудил, что спокойно спящие д´айрри доставят меньше беспокойства. Меня этот вариант тоже устраивал: за Илара я не переживала, но Грайн с его жаждой подвигов вполне мог выкинуть что-нибудь незапланированное.

Теперь осталось решить, что делать дальше. Судя по тому, что Айгерри напивался наверху в одиночестве, сегодня мы никуда не отправимся. Искать что-либо в доме бессмысленно, уйти и оставить спящих – рискованно. Керу раньше ночи волноваться не начнёт. Прикинув так и эдак, я сходила в соседнюю заброшенную спальню, принесла одеяло почище, свернула в несколько раз, положила на пол в углу и устроилась сверху, спиной к стене. В такой позе я могла сидеть сколько угодно долго, прокручивая в голове всё случившееся за сегодняшний день.

Однако долго размышлять мне не дали. Сигнал связи – тихий писк на уровне подсознания – вывел меня из задумчивого состояния. Узнав свой же амулет, я улыбнулась и приняла вызов.

Передо мной возникло изображение сурового статного, широкоплечего мужчины. Его стройной фигуре до сих пор завидовали многие юноши, правильные тонкие черты лица почти не тронули морщины, седина в светло-русых волосах была едва заметна. Годы словно не имели власти над императором Киэра.

– Светлого дня, Асти.

Голубые глаза радостно блеснули:

– Как ты, Льэн?

– Отдыхаю, как видишь.

Он оглядел обшарпанные стены:

– Необычное место для отдыха. Ты сейчас в Бразе?

– Да, наконец-то я нащупала нить.

Астолайн помрачнел:

– Будь осторожнее, Льэн. Как только выяснишь что-то конкретное, лучше возвращайся в Амьер. Отряд зачистки прекрасно справится без тебя.

Я криво усмехнулась:

– Ты вызвал меня для того, чтобы напомнить об осторожности?

– Хотел убедиться, что ты жива. Ты не балуешь меня докладами.

– Не о чем было докладывать. Эти твари хорошо прячутся… Кстати, о тварях! – я обвиняющим жестом выставила указательный палец. – Ты в курсе, что нежить практически оккупировала столицу Зуара? За день пути до города я уничтожила огромную стаю шорхов, зерхи с голоду бросаются на авуров, а гарзы, похоже, повыловили в лесах под Бразом даже лягушек!

Император скривился не хуже моего:

– Льэн, сейчас у нас нет лишних магов. Если уж гарзы разгуливают по равнине, можешь представить, что творится в горах, все свободные маги Киэра сражаются там. Обещанные три десятка я смогу отправить Ри только после Дня Всех Святых. Надеюсь, ты им оставишь немножко нежити.

– Раз уж ты просишь… Что нового в Амьере?

– Всё по-прежнему: тоска, скука и бумажная рутина, – улыбнулся Асти. – Ничего такого, что бы тебя заинтересовало.

– Как Малиэр?

– Жалуется на головокружение и слабость. Целители в один голос утверждают, что всему виной частые омолаживающие процедуры. Нелегко в семьдесят выглядеть на сорок.

Я отвела взгляд.

Даже зная, что ничего не могу изменить, я невольно чувствовала свою вину. За своё долголетие, за юный облик, за то, что однажды я положу любимые цветы Малиэр в усыпальницу императоров Киэра…

– Не пропадай надолго, Льэн.

Когда-то очень-очень давно он добавлял: «Береги себя, любовь моя».

– Хорошо, Асти.

Связь распалась.

В девятнадцать лет разница в продолжительности жизни мага и человека кажется не такой уж непреодолимой преградой. Мы с Асти обручились сразу после окончания университета. Но за месяц до свадьбы умер муж моей старшей сестры. Глядя на морщинистого старика в гробу и на заплаканную Арэ́йну, похожую на девочку-подростка, я с ужасающей чёткостью поняла, что магия не всевластна, не способна ни продлить жизнь любимого человека, ни хотя бы сохранить иллюзию молодости. Что я, убитая горем, буду так же стоять на коленях, целуя иссохшие губы Асти… Я испугалась.

Мне повезло: мои родители и сестра – маги. Я поздний ребёнок, желанный, балованный. Наверно, именно поэтому я оказалась настолько ошеломлена и не готова к утратам. Мой поступок вызвал всеобщее недоумение и осуждение, Виала не разговаривала со мной несколько лет. Только сейчас я убеждаюсь, что поступила правильно. Асти остался моим другом, в положенное время он женился на чудесной девушке, а я с головой ушла в работу. Несколько ни к чему не обязывающих интрижек – вот и всё, что я позволила себе за эти полвека. Ильэн Эррионари, всецело преданная империи, не раз и не два доказавшая, что занимает своё место не за красивые глаза…

Я запретила себе любить.

День тянулся бесконечно. Ближе к вечеру я ненадолго сняла заклинание с пленных, рассудив, что спящие слишком долго вызовут подозрения. Сама я решила остаться невидимой, даже на одеяло наложила заклинание, дабы не возникло вопроса – что это там валяется на полу. Илар прекрасно разыграл возмущение перед здоровяками, явившимися на требовательный стук в дверь: удобств-то в комнате не было. На все вопросы разъярённого д´айрри молодцы мямлили нечто неопределённое, в уборную пленников выводили по одному и глаз с них не спускали. Своё присутствие я решила не раскрывать раньше времени, сидела в углу, поджав ноги, и присматривалась к людям Айгерри.

Мейт и Сеж, если я правильно запомнила их имена, представляли собой ничем не примечательных туповатых парней, не обременённых ни воспитанием, ни образованием. Между тем и особой злобы в них я не заметила: обыкновенные молодые люди, возможно, бывшие солдаты, так же, как и Лиан, потерявшие дом и семью во время войны. Вряд ли они догадывались, кому служат: судя по всему, их использовали лишь в качестве грубой силы.

Оставшись одни, д´айрри перебросились парой незначительных реплик: Грайн всё ещё относился к своему неожиданно обретённому брату с недоверием и к задушевным беседам расположен не был. Илар не настаивал. Д´айрри-долгожители никогда не торопили события, у полукровки в запасе имелось лет триста на признание своей родни по отцу. Лепёшки с колбасой они умяли вмиг, запив морсом, после чего ожидаемо стали зевать, расползлись обратно по кроватям и уснули.

После того как один из здоровяков забрал посуду и убедился, что пленные крепко спят, я построила портал к Керу. Авур лежал, понуро свесив голову между лап. При моём появлении он вскочил и радостно взвизгнул.

– Я ненадолго, – сразу предупредила его. – Керу, нам придётся разделиться и вести себя очень осторожно. Тебе предстоит незаметно идти по моему следу так, чтобы в случае опасности успеть сбежать.

Авур продемонстрировал мне свои сорок восемь острых зубов и выпятил грудную клетку.

– Конечно, ты не трус, сильный и грозный. Но мы имеем дело с отвратительными людьми. Нет, хуже – с людьми, потерявшими человеческий облик. По сравнению с ними даже гарзы – милейшие создания, они убивают ради пропитания. Так что ты мне нужен на свободе – чтобы потом в решающий момент вмешаться и меня спасти. Понимаешь?

Керу тяжело вздохнул и кивнул.

– Я сейчас обратно к Грайну с Иларом. Почувствуешь, что двигаюсь, следуй за мной. Никому не попадайся на глаза, но будь рядом. Я на тебя рассчитываю.

Чёрный влажный нос ткнулся мне в щёку. Иным созданиям не нужны слова, чтобы выражать свои мысли.

Вернувшись в дом на площади, я всё же для очистки совести ещё раз прошлась по этажам. В стельку пьяный Айгерри валялся на грязном коврике рядом с кроватью, Мейт и Сеж увлечённо играли в какую-то бесхитростную игру на щелбаны. Мне стало весело. В курсе ли Поглощающий, какие раздолбаи ему прислуживают? Или ему, кровавому, без разницы, кто добывает для него жертвы?

Большинство магов – безбожники. Сложно кому-то поклоняться, владея беспредельным могуществом. Храмы, конечно, мы посещаем и служителей Вседержителя почитаем, но чтобы истово верить, молиться – такого нет. Основные заповеди Бога людей не сильно отличаются от нашего Кодекса: не убивай, не кради, не лжесвидетельствуй… Только, в отличие от Божьего суда, общий Сход магов наказывает сразу, как установлена вина, не дожидаясь переноса души на Небесные луга. Вседержитель – Бог добрый, великодушный и всепрощающий, милостиво даёт возможность грешникам раскаяться и искупить свои повинности.

Иное дело – Поглощающий. Он не требует от своих приверженцев ничего, кроме крови. Кровь д´айрри в обмен на силу… С тех пор как я узнала историю возникновения этого культа, меня мучило любопытство: почему именно обречённые? Не авуры, древнейшая из рас, не люди, самые многочисленные, а д´айрри, которых осталось не более десятка тысяч? Но любая достоверная информация, связанная с тёмным богом, оказалась старательно уничтоженной. Он остался лишь в устных преданиях, его именем пугали детей, служители в храмах называли его пособником дьявола, не вдаваясь в подробности. То, чему я сама стала свидетельницей год назад, вызывало ужас и оторопь, но ответов не давало. Истекающие кровью жертвы дарили могущество, но Мастера культа не удалось взять живым, а Старшие и Младшие, кроме вбитых догм, сами не знали причин. Они несли чушь про проклятье д´айрри, силу крови и искупление, однако всё это было лишь пустым набором слов, не имеющим смысла.

Я невольно взглянула на Илара. Всё проклятие д´айрри кроется в сложности появления их на свет. Зачать ребёнка может лишь та пара, что не связана общей кровью. При этом, словно в насмешку, полукровки от людей получаются без особых проблем. Чтобы сохранить чистоту расы при её ограниченности, обречённые женятся и выходят замуж исключительно по договорённости. Любовь в таких браках – редкость, не удивительно, что после рождения чистокровного ребёнка семьи распадаются. Д´айрри вымирают. Если бы не их продолжительность жизни, прекрасные золотоглазые создания уже отошли бы в область мифов и легенд.

Мой учитель изучал д´айрри всю свою жизнь, написал об обречённых десятки научных трудов. Я унаследовала его интерес и сострадание к горцам, ведь в чём-то магам близки их проблемы. Нас тоже немного во всём огромном мире, и мы не вольны в выборе партнёров. Но дети в союзе мага и д´айрри – это ни то и ни другое: усечённые магические способности и слабые кровные связи.

Вседержитель, почему при наличии рас, наделённых долголетием и силой, ты более всего возлюбил слабых и короткоживущих людей?!

Только им ты дал свободу сердца.

Наверно, я задремала. Мужские голоса во дворе вывели меня из полусонного состояния.

– Ты быстро.

– Вокруг города полно нежити. Твои парни от страха гнали лошадей так, что прилетели засветло. Я оставил их отсыпаться. Взамен со мной четверо моих громил.

Обновив заклинание невидимости, я выглянула в окно. Айгерри разговаривал с невысоким смуглым крепышом: очевидно, это и был упомянутый Скорус. Чуть поодаль стоял запряжённый экипаж и трое верховых.

– Двоих я у тебя заберу. Если я потеряю ценный груз, Старший Со́льек снимет с меня голову.

Крепыш ухмыльнулся:

– Забирай всех четверых. По слухам, у Вéгра видели зерхов. Я подожду Гана с Лунком.

Айгерри криво улыбнулся:

– Твоё великодушие не имеет границ… Идём, я напою тебя отличным сарéским вином. Твои люди готовы выехать сейчас же?

– Дай им отдохнуть хоть пару часов, и лошадей надо сменить. Не терпится похвастаться перед Старшим?

– Не хочу рисковать. Пленных привёз парень из Грувра, в открытой повозке, на вид деревенский простачок, а когда мои ребята пошли его провожать, столкнулись с защитой покруче, чем у иных магов… Чёрт его знает, кто на него такую броню навесил. Сежу чуть руку не оторвало.

Я злорадно усмехнулась. Эх, жаль, что «чуть», – была бы молодцам наука. Не зря я беспокоилась за Лиана!

– Упустили?

– Стегнул свою клячу и был таков. Плохо. Теперь нажалуется своему Главе, слухи пойдут.

– Всё твоя жадность. Отпустил бы с миром, сейчас бы не дёргался.

Ответную фразу Айгерри я не расслышала – мужчины вошли в дом. Я выскользнула из комнаты им навстречу и следовала шагах в пяти, чтобы не упустить ни слова.

– Твои люди проверенные?

– Мясо. Тупое и преданное. Если и впрямь нарвёшься на зерхов, разрешаю скормить парочку.

– Не разбрасывайся ресурсами, Скорус. Это тебе не Киэр, в Зуаре любой доходящий мужичонка сейчас в цене.

– Зато на каждого с десяток девок! – хохотнул приезжий.

– Кому нужны те девки, – выражения лица Айгерри я не видела, но в голосе прозвучало нескрываемое презрение. – Сплошные красномордые бабищи толщиной в три охвата с отвислыми сиськами.

– А тебе подавай утончённых имперских штучек? – Скорус фамильярно хлопнул Айгерри по плечу. – Погоди, дослужимся до Старших, к нашим услугам будут любые женщины! Хоть родовитые магички из Амьера! Правда, я никак в толк не возьму, чем тебя привлекают эти бледные худышки!

Мужчины вошли в гостиную, хозяин зазвенел бутылками, извлекая их из недр шкафа. Один из здоровяков принёс поднос с готовыми закусками из ближайшей таверны. Я присела в тёмном углу. Придётся терпеть пошлую болтовню в надежде извлечь крупицы полезной информации, такие как вскользь оброненное имя Старшего. Что ж… Работа разведки большей частью состоит из такого скучного времяпрепровождения, лесных троп, мелких городков, сплетен и слухов, пьяных откровений и прочего, стоящего за сухими строчками отчётов. Иногда в короткую фразу умещаются месяцы кропотливого труда.

Сегодня Айгерри не напивался – отвёл душу вечером или не рисковал перед дальней дорогой. Большей частью он поддакивал разглагольствованиям Скоруса о женских прелестях, породистых жеребцах, преимуществах креплёных вин перед игристыми и поднявшихся ценах на амулеты. Подобный разговор мог бы вестись в любой таверне Зуара, Киэра или Сумэ, разве что в империи за похабные высказывания о девушках можно было нарваться на хорошую трёпку. Периодически мне приходилось напоминать себе, что передо мной не два закадычных дружка-собутыльника, а люди, прекрасно сознающие, куда и зачем они перевозят пленных д´айрри.

Меня всегда это поражало. Казалось бы, на приверженцах культа должна лежать та несмываемая печать зла, о которой столь часто толкуют служители в храмах. Но вот два человека, нахваливающих фаéнских скакунов и арморáнские вина, с виду – обыкновенные добропорядочные горожане, внешне ничем не примечательные: выйдут на улицу и затеряются в толпе. И при этом оба спокойно принимают тот факт, что их будущее благополучие строится на чужой боли, мучениях и смерти… Нет ни фанатизма в глазах, ни ненависти к д´айрри – для них это просто груз, который нужно доставить вовремя в полной сохранности.

Самое страшное зло – то, что творится привычно и буднично, не волнуя душу. То, что можно совместить с обсуждением лошадей и фигуристых блондинок, мечтами о домике в столице и семье с детишками.

Мне стоило больших усилий просто сидеть и прислушиваться. Не думая о том, сколько полукровок должны закончить свою жизнь под ножом Мастера, чтобы Айгерри купил приглянувшегося ему жеребца, а Скорус из дальнего пригорода перебрался в центр Браза.

– Поднимай своих людей, – наконец сказал Айгерри, в очередной раз взглянув на часы. – Надо отправляться, иначе вместо Роха мне придётся ночевать в лесу. И так неделя в пути не сильно-то радует.

– Разомлел в столице? – Скорус допил вино, поднялся, покачиваясь, и опять рухнул в кресло. – Командуй сам. Экипаж в твоём распоряжении.

Дальше я слушать не стала. Спустилась вниз, проследила за тем, как спящих д´айрри перенесли из комнаты в экипаж, причём очень аккуратно, словно хрупкие предметы, которые нельзя разбить и повредить раньше времени. С пленными залез Айгерри и один из его здоровяков, лишив меня возможности ехать внутри. На козлах тоже не оказалось места – кучер был раза в два толще Бэрка. Недолго думая, я взлетела на крышу кареты – не слишком удобно, зато обзор хороший, а тряску я как-нибудь переживу. В конце концов, заклинание применю, вряд ли недомаг Айгерри его почувствует.

Пока мы ехали по улицам Браза, я приглядывалась к спутникам. Выглядели они одинаково грозно – рослые, физически развитые, и арбалеты за их спинами покачивались не чета тому старью, которым Бунк снарядил Лиана. Молчаливые, суровые, сосредоточенные мужчины смотрели прямо перед собой, ни на что не отвлекаясь. Лошадей они подобрали себе под стать – могучих геу́рских тяжеловозов с короткими гривами и мохнатыми ногами. Такие жеребцы стоили не менее двадцати сойленов – это указывало на то, что культ не стеснён в деньгах. Да и из праздной болтовни Скоруса с Айгерри я поняла, что Мастер хорошо оплачивает работу своих подручных. Откуда берутся средства?

Мерзавцы, которых мы обнаружили год назад в Кимре, пользовались грубой силой и запугиванием. Своих жертв они похищали: платить по тысяче сойленов за каждого полукровку им было не по карману. Неужели на сей раз к культу примкнул достаточно обеспеченный и влиятельный человек? Но зачем? Те, у кого и так всё есть, обычно не рискуют положением ради сомнительного могущества. Приверженцев Поглощающего в Зуаре и Д´аарре казнили, в Сумэ их ждала пожизненная каторга, в Киэре – бессрочное заключение. Неужели кто-то настолько захотел стать магом? Получить власть над стихиями или долгую жизнь?

Экипаж тряхнуло. Мы выбрались за пределы столицы, потянулись яблоневые сады с непривычно тёмными стволами у деревьев – печальное напоминание о том, что ранней весной их владельцам было не до побелки. Сейчас мы проезжали места, где победно наступала армия Сумэ. То и дело попадались чёрные выжженные проплешины с остатками обугленных пеньков. Дорога, оттоптанная тысячами ног и разбитая сотнями колёс, раздалась втрое, превратившись в широкую ухабистую полосу.

Два месяца после окончания войны – слишком мало, чтобы жизнь стала прежней. Но уцелевшие яблони в положенную пору цвели, и завязи на ветках обещали богатый урожай. Бэрк прав: я воспринимаю произошедшее так остро потому, что это моя первая война. Если бы это зависело от меня, я сделала бы всё, чтобы она стала последней.

Лошади шли резво, к полудню мы уже проезжали Струг. Значит, упоминая Рох, Айгерри не шутил: к ночи он собирался проделать путь, на который другие отводили полтора дня. В таком случае за неделю мы достигнем предгорий. Где-то там, среди крошечных сёл, рассыпанных по горным долинам, конечная цель моего путешествия.

Останавливаться в Струге на обед Айгерри не стал, не желая терять время. Молчаливые сопровождающие покорно рысили следом, не проявляя недовольства. Я легла на спину и уставилась в небо: заклинание избавило меня от толчков и тряски, и можно было лежать, смотреть в синюю высь, ненадолго забыв о культе и обо всём на свете. Только я да тающая бездонная синева, без конца и без края.

Небо видело сотни войн, одинаково оплакивая и побеждённых, и победителей. Безграничное и беспристрастное, оно принимало погибших с обеих сторон.

Не стоит путать его терпение с равнодушием.

Через неделю наш небольшой отряд ещё засветло въехал в Рурк.

За все эти дни не произошло ничего, заслуживающего упоминания. Не считать же важным происшествием стайку мелких зерхов, которую охранники издали расстреляли из арбалетов, да пару обезумевших от голода упырей, развеянных при помощи амулета. Айгерри в предвкушении награды гнал без продыху, останавливаясь лишь на ночь в гостевых домах, благо за Рохом их сохранилось достаточно. Маги Сумэ пощадили эти места, не применяя огненных заклятий, армия прошла стороной, и путешественники каждую ночь наслаждались чистыми постелями и горячей едой.

Точнее, всё это было к услугам Айгерри и его людей. Мне приходилось довольствоваться ночлегами на конюшне или в пустующих комнатах, а поесть довелось только однажды, в То́руге, где гостевой дом имел отдельный обеденный зал. Под вечер туда набилось столько народу, что я спокойно сняла невидимость и отужинала. Конечно, я изменила облик, став смуглой немолодой зуаркой, каких в этом зале были десятки, хотя среди галдящей толпы переселенцев из разрушенных деревень легко спрятался бы авур, не то что женщина в неброской дорожной одежде.

С д´айрри обращались как с ценными животными, перевозимыми на дальние расстояния. По прибытии в гостевой дом их будили, отводили справить естественные потребности и умыться, после чего кормили ужином с очередной дозой снотворного и укладывали спать дальше. Определённая логика в этом была: и возни меньше, и охранять проще. Я присматривала за пленными, тщательно проверяя количество и качество вливаемого зелья, опасаясь, что с будущими жертвами церемониться не будут, но мои подозрения, слава Небесам, не подтвердились. Айгери на самом деле относился к д´айрри как к дорогому грузу, опасаясь преждевременно повредить.

Рурк был одним из тех городов, о которых Ризар отзывался с нескрываемой досадой: «Власть короля там только на бумаге». Всем заправлял городской Глава, и, да простит меня Ри, может, к лучшему. Город выглядел процветающим, опрятным и чистым.

Похоже, наш кучер знал, куда ехать, потому что он уверенно выбирал дорогу среди хитросплетения извилистых улочек. Остановив лошадей у солидной высокой каменной ограды, из-за которой выглядывали кроны деревьев, Айгерри вылез из экипажа, прогнулся, разминая спину, и принялся возиться с запором ворот. Мне, восседающей сверху, было прекрасно видно, как он приложил к замку кольцо-амулет с крупным камнем. Недопустимая беспечность: заклинание должно быть настроено на конкретную личность, а не на вещь, которую легко украсть или отнять. Ворота приглашающе распахнулись, и карета покатила дальше, по ухоженному парку.

Дубы и клёны красиво сочетались с вязами и лиственницами, зелень разбавляли яркие пятна бересклета, вдоль дороги тянулся ровно подстриженный низкий кустарник. Умиротворяющий пейзаж никак не вязался с немыслимой жестокостью культа. Трёхэтажный дом среди деревьев тоже мало соответствовал представлению о кровавых таинствах – основательный, сложенный из светлого уэрского камня, сверкающий множеством окон. Я заблаговременно соскользнула с крыши кареты и на всякий случай обновила иллюзию. Сейчас мне противостоял настоящий маг, Мастер. Какого бы я о себе высокого мнения ни была, никогда нельзя недооценивать противника.

Парк и дом казались безлюдными. Айгерри беспрепятственно вошёл внутрь, остальные остались ждать у входа. Мне очень хотелось последовать за Младшим, но я не рискнула. Неизвестно, какие охранные заклинания защищали дверь: их частая сеть опутывала дом тускло светящейся паутиной. Оказалось, я поступила правильно: через несколько минут Айгерри вернулся, велев всем двигаться дальше.

За главным домом прятался ещё один, поменьше. На его первом этаже располагались конюшни и прочие хозяйственные помещения, второй явно был жилым и предназначался для гостей. Заклинания здесь тоже присутствовали, однако они стояли лишь на окнах и дверях. Пространственный переход через стену или крышу их не потревожит. Но даже сейчас я предпочла наблюдать издали.

Д´айрри занесли в дом, не приводя в чувство, что вселяло определённые надежды. В момент жертвоприношения они должны быть в сознании, значит, сразу с дороги пленников на алтарь не потащат. Первым делом я обошла парк, опасаясь неожиданностей. Он оказался не настолько велик, как можно было подумать, глядя на величественно раскинувшиеся деревья. По всему периметру ограды располагались следящие и ловящие заклинания, весьма хитро замаскированные. Слабый маг их бы даже не заметил.

Я выбрала укромное место в дальнем углу парка за густыми кустами шиповника и связалась с Уэрасом. На случай непредвиденных обстоятельств мы кратко переговаривались каждый день, и мой помощник раз от разу мрачнел всё больше.

– Попробуй узнать, кому принадлежит этот особняк в Рурке, – без особой надежды попросила я Уэра, передав точные координаты места.

– Льэн, вам опасно там оставаться, – нахмурился юноша. – Пора высылать отряд зачистки.

– Высылай, – кивнула я. – Но уйти я не могу. Здесь д´айрри, намеченные в жертву.

Уэрас не спорил.

– Его Величество постоянно справляется, нет ли от вас известий, – сообщил он после едва заметной паузы.

– Какого чёрта?! – возмутилась я. – Департамент не подчиняется императору!

– Он не требует отчётов, Льэн. Просто спрашивает.

– Можешь ему передать, что у меня всё прекрасно! – я вздёрнула нос.

Юноша скептически ухмыльнулся, и я разорвала связь.

Совсем Асти к старости размяк?! Или он сомневается в моих способностях?! После того как я в одиночку предотвратила свару между Анку́э и Сунéрьи, устранила последствия землетрясения в Кену́, раскрыла не один заговор? Ну, знаете ли!..

Обиженная до глубины души, я закончила осмотр территории и вернулась к дому, выбирая: проникнуть через крышу или стену. Стена выглядела более привлекательной.

Сейчас я была осторожнее, нежели в Бразе, пользовалась точечными заклинаниями и старательно зачищала следы. Мастер культа – сильный маг. Тот, из Кимра, был почти равен мне. Ключевое слово – почти. Мы давили друг друга чистой силой, я крикнула, что, сдавшись, он заслужит жизнь, но безызвестный мне маг предпочёл вспыхнуть и сгореть. Даже Старшие не знали его имени и не видели лица, скрытого иллюзией. Его способностей хватало, чтобы носить маску не снимая, что само по себе показатель могущества.

Внутри дома заклинаний не стояло, можно было беспрепятственно ходить из помещения в помещение. Меня интересовало наличие амулетов: хотелось понять, с чем столкнётся мой отряд при зачистке. Ничего выдающегося я не обнаружила: у здоровяков, что приехали с Айгерри, кроме их арбалетов и ножей оружия не имелось, сам недомаг держал при себе простейшие амулеты для связи и допуска. Кроме знакомых мне людей нашёлся ещё один Младший, мрачный тип неопределённого возраста с вытянутой и бледной унылой физиономией. Айгери обращался с ним свысока, называя не полным именем, а сокращённым Ги, звучавшим скорее презрительно, нежели дружески. У этого Ги, помимо прочих, имелся неплохой защитный амулет, но опасности Младшие не представляли ни вместе, ни по отдельности.

Своих д´айрри я навестила, но будить не стала. Грайн сладко посапывал. Отъевшийся и отдохнувший, он выглядел гораздо лучше, чем при нашем первом знакомстве. У меня мелькнула мысль не рисковать и отправить юношу в Сумэ прямо сейчас. Илар и сам может уйти в любой момент, воспользовавшись силой крови. А дальше… Отряд будет в Рурке хорошо если к утру, даже пользуясь амулетами-переходами, заготовленными мной заранее. За ночь можно сбежать и скрыться так, что неизвестно, когда я опять нападу на след. Сколько полукровок д´айрри погибнет за это время?

В комнате пленных окно располагалось прямо под потолком. Пока я бродила по дому, успело стемнеть. Значит, довольно поздно, в начале лета ночи короткие. Самое подходящее время навестить большой особняк, найти Мастера и попытаться снять его ауру. Внешность не так важна, её можно подделать, исказить, заменить иллюзией. Ещё замечательнее было бы обнаружить жертвенник, как самое главное доказательство преступления, но сомневаюсь, что в огромном доме меня ждут гостеприимно распахнутые двери и указатели. По идее, алтарь должен находиться в подвале, однако это вовсе не обязательно. Пролитая во славу бога кровь призовёт Поглощающего хоть на чердаке, хоть в библиотеке, лишь бы прозвучала ритуальная фраза, из которой мне известна только концовка.

«Возьми и дай мне силу».

Илар улыбался во сне. Я поправила свесившуюся руку д´айрри и тихонько прошла сквозь стену. Парить в воздухе – вершина магического искусства, требующая немалых энергетических затрат, впрочем, у меня не было выбора. Я помнила паутину заклинаний, опутывающую особняк, и уповала на то, что на крышу она не распространялась. Сколько магов в мире способны левитировать? Правильно, из ныне здравствующих – я одна. Мои таланты были вознаграждены: действительно, сверху дом ничто не защищало. Более того, здесь имелась дверца, ведущая внутрь, с очень слабым охранным контуром, снятие которого не составило особого труда.

От логова кровавого культа я в глубине души ожидала чего-то особенного. Разумеется, не клубящуюся тьму, багровые стены, чадящие факелы и огненные символы, как в древние времена, но хоть какую-то гнетущую атмосферу зла и ужаса застать приготовилась. Дом же выглядел рядовым особняком состоятельного мага. Толстые ковры в коридоре глушили шаги, ломиться в запертые комнаты я поостереглась, в открытых ничего подозрительного не обнаружила. Спальни на третьем этаже, гостиная с кабинетами на втором, столовая, кухня и подсобные помещения на первом. В растерянности я присела на ступеньки лестницы в холле. Может, я ошиблась, и этот дом в Рурке – тоже только перевалочный пункт? А сам жертвенник в другом месте?

Обидно, что, вопреки расхожему мнению, нет никаких ярко выраженных зловещих проявлений кровавых ритуалов. Жертвенником может служить любая поверхность, лишь бы её подготовили должным образом. В Кимре им являлся обеденный стол – дубовый, массивный, он долго потом стоял у меня перед глазами. Привязанному д´айрри перерезают вены и оставляют истекать кровью, которую после смерти жертвы забирает себе Поглощающий. Всю, до последней капли. Ничего не остаётся – только пустая безжизненная оболочка. Даже пачкаться не приходится… У служителей древнего бога буквально чистые руки.

Однако подолгу сидеть и терзаться сомнениями не в моём характере, поэтому я решительно поднялась и отправилась на поиски. Жертвенник должен находиться здесь, иначе зачем столь тщательно окружать дом заклинаниями? И Мастер непременно спит в одной из закрытых спален, а где-нибудь неподалёку обязательно обретается и Старший. Например, тот моложавый брюнет, что связывался с Айгерри. Сольек – всплыло в памяти имя. Не опустится же глава культа до личной раздачи мелких распоряжений своим подчинённым!

Задачу осложняло моё нежелание рисковать, применяя поисковые заклинания. Если Мастер хотя бы близок мне по уровню силы, то почувствует магию даже во сне. Достаточно того, что я под иллюзией нагло разгуливаю по его дому. Оставалось рассуждать логически: если бы я была на месте главы культа, куда бы я запрятала жертвенник? С учётом, что к нему нужно доставлять сопротивляющихся д´айрри? Вверх по лестнице их волочь неудобно, да и вообще, не проще ли сделать для них отдельный вход с улицы? Но и из дома проход необходим: вряд ли Мастер в церемониальной мантии будет шествовать вдоль фасада, привлекая внимание. Самым привлекательным в этом смысле выглядел первый этаж, причём те его помещения, что имеют внешние стены, – столовая и кладовые. Придётся тщательно их обследовать.

Начала я со столовой: она показалась мне меньше, чем кухонное крыло. Поисковый импульс, слабый-слабый, откликнулся у совершенно гладкой на вид стены между двумя пилястрами. Дверь с магическим замко́м! Открыть или возвращаться и охранять пленных? Своё жадное любопытство заглянуть внутрь я оправдывала тем, что нужно убедиться в наличии жертвенника прежде, чем здесь будет отряд. Здравый смысл, напротив, гасил мои порывы, разумно подсказывая, что малейшая оплошность – и я себя выдам. Тогда отряд застанет лишь пустой дом и…

– Доброй ночи, госпожа Ильэн.

Я резко развернулась.

У неслышно подошедшей молодой женщины были грустные усталые глаза и приятная улыбка. Мягкий бархатный халат облегал её великолепную фигуру, на босых ногах красовались домашние шлёпанцы. Как и я, она отлично видела в темноте, более того, все мои иллюзии не смогли бы её обмануть.

– Вы оказались даже искуснее, чем я ожидала. О левитации я не подумала… Бросьте! – жёстко прикрикнула она, почувствовав колебания магического фона, едва я начала создавать обездвиживающее заклинание. – Мы с вами на равных. Я не гарза, которых вы привыкли уничтожать десятками!

Появившиеся в комнате двое молодых людей принесли с собой свет. Брюнета, разговаривавшего с Айгерри, я узнала, второй был ему под стать – надменный и холёный южанин, зло сверкавший глазищами.

– Что же вы, госпожа Ильэн? – вздохнула женщина. – Ничего мне не скажете в качестве приветствия? Вы так долго искали этой встречи, неужели не заготовили обличающую речь?

Мастер (сомнений в этом не оставалось) смотрела на меня без ненависти или фанатизма, я в ответ внимательно разглядывала её. Не исключительная красавица, но весьма и весьма привлекательна. Нежные белые руки, кожа без единого изъяна, блестящие светлые волосы, высокий гладкий лоб, пухлые губы. Цвет глаз при скудном освещении было не разобрать, расширенные зрачки скрывали радужки. Очень хотелось ответить ей чем-нибудь гадким и колким, но вместо этого я лихорадочно прощупывала её ауру. Она действительно не уступала мне в силе. С двумя её Старшими я справилась бы легко. А толку?

– Вам известно моё имя, – нарушила я молчание. – Как я могу называть вас?

– Мастера моего господина безымянны, – покачала головой женщина. – Впрочем, если вам так удобнее, можете звать меня Ориэ́нной.

Она не успела договорить, я уже нападала. Заклинание Пут, Заморозка, Подчинение… на какую-то секунду мне показалось, что я победила. Старшие застыли бездвижными столбами, женщина замерла с распахнутым ртом. Если бы я хотела сбежать, попытка удалась бы. Но что дал бы мне побег? И как бы я оставила д´айрри?!

Ориэнна ударила сырой силой. Видимо, Поглощающий не учит своих слуг магическим изыскам. Меня словно со всего маху огрели дубиной по голове – россыпь искр и темнота…

Боль порой воспринимается благом – хотя бы осознанием того утешительного факта, что ты ещё жива. Затылок ломило, рёбра ныли, дышалось через раз, но радость оттого, что я всё-таки дышу, перевешивала. До момента, пока я не открыла глаза и не упёрлась взглядом в каменную стену. Попытка пошевелиться принесла новый приступ боли. Чтобы залечить повреждения, я машинально потянулась к резерву – и поняла, что тот пуст.

– Не трудитесь, госпожа Ильэн. В настоящий момент вы ничем не отличаетесь от обычного жалкого человека.

Голос Мастера раздался где-то вверху, значит, я валяюсь на полу. Это не столовая, подо мной холодные шершавые каменные плиты. Потребовалось неимоверное усилие, чтобы поднять голову и оглядеться.

– Знаете, в чём ваша беда, великодушная госпожа Арсильэ́н Эррионари? Вы не бьёте на поражение… Цените жизнь?

Изображение перед глазами плыло. Фигура женщины постоянно меняла очертания. Машинально я отметила, что она успела переодеться в платье из блестящего чёрного шёлка… хоть что-то соответствующее общим представлениям о зле.

– Впрочем, можете не отвечать. Достаточно того, что вы будете смотреть… Старший, посадить её!

Мужские руки грубо подняли меня под мышки, без всякой жалости проволокли по полу и прислонили к стене. Теперь я смогла оценить помещение, в котором оказалась: квадратная комната без окон, локтей двадцать в ширину и столько же в длину, голые стены без отделки, магические светильники по углам. Посередине прямоугольная глыба с креплениями для связывания… Хорошо, что на этот раз не стол.

Ориэнна крутила в нежных белых руках нож – самый обычный, ку́хонный. Таким добропорядочные хозяйки нарезают окорок к обеду. На её губах играла лёгкая мечтательная улыбка. Заменить в этот миг нож на розу, а жертвенник – на цветущий сад, получился бы прекрасный парадный портрет в романтическом стиле. Скрипнула дверь, и второй Старший с помощью Ги втащили упирающегося и абсолютно голого Грайна.

– Вы не оставили мне выбора, госпожа Ильэн, – Мастер укоризненно покачала головой. – Жертва впопыхах – это как перекус на ходу: ни эстетики, ни удовольствия, только результат. Но не ждать же, пока сюда доберутся вызванные вами маги… Привяжите его!

Мне хватило духа не дёрнуться, когда оба Старших подхватили полукровку, уложили на глыбу и начали возиться с верёвками. Я лихорадочно прислушивалась к себе. Да, избита, одно ребро точно сломано, синяки, шишка на затылке, резерв на нуле, голова кружится, во рту противный солоноватый привкус. Но руки свободны, мысли ясные, а злость на себя придаёт решимости. Маг моего уровня никогда не лишится силы полностью, даже полуживой, он опасен, к тому же вряд ли Ориэнна в курсе, насколько быстро пополняется мой запас энергии.

– Госпожа! – испуганный крик и топот ног. Я узнала голос Айгерри. – Нападение! Чудовище проломило ограду и рвётся к дому!

– Так убейте его! – с досадой поморщилась Ориэнна. – Дожили… Нежить по городу разгуливает!

– Это не нежить! Огромное, серое, мохнатое, с клыками!

Я закусила щёку. Керу! Вседержитель, если они его хотя бы ранят, я вернусь с Небес и разнесу тут всё по камешку! Он же так юн и безобиден, несмотря на его размеры и облик, он не умеет драться…

– Без разницы! Вон!

От взмаха руки Айгерри впечатало в стену. Старшие, закончившие привязывать Грайна, в ужасе шарахнулись в сторону. Женщина сделала шаг и склонилась над полукровкой, примерилась, собираясь нанести первый разрез…

В чём-то Ориэнна права: до того я уничтожала исключительно нежить. Только, стоя у жертвенника с отрешённым и равнодушным лицом, Мастер заслуживала жизни гораздо меньше, чем твари, убивающие ради пропитания. Как и её упавшие на колени помощники. Поэтому, запустив чистой силой, я представила, что передо мной шорхи. Это было, наверно, самое страшное в моей жизни – направить убийственную магию против людей, но на иное меня, полудохлую и опустошённую, не хватило.

Мужчины отлетели, словно щепки от бревна после удара топора. Ориэнну опрокинуло на спину, выроненный нож зазвенел о камень. Меня пронзило острой вспышкой боли, в глазах потемнело. Последнее, что я услышала, – рёв Керу и странно знакомый голос, кричащий «Сюда!»…

– Она же не умрёт, правда?

– Ничего с ней не случится. Главное – не трогать мага в таком состоянии. Полежит, восстановит резерв и залечит остальное. Видишь, синяки уже проходят? И кости наверняка срослись…

– Убери руки!

– Парень, да ты что?! Я же только…

Я с трудом разлепила глаза. Три встревоженных лица тут же придвинулись ближе:

– Льэн! Как ты?!

Уэрас, Грайн и… Лиан?! Мой помощник, застававший меня в гораздо более неприглядном и плачевном виде, радостно улыбался. Полукровка уже успел обзавестись приличными штанами и рубашкой, а Лиан щеголял отменным кровоподтёком на всю скулу. В остальном и он, и Грайн казались целыми и довольными. Я же чувствовала себя так, словно на меня рухнул, по крайней мере, этот дом, настолько всё ныло. Шевелиться я пока даже не пыталась, заговорить получилось с третьей попытки:

– Что с Керу?

– Сидит во дворе и ждёт, пока вы очнётесь, – ответил Уэр.

– Он невредим, – быстро добавил Лиан. – Ни царапинки!

Мой недоверчивый взгляд был понят правильно.

– Мы появились очень вовремя, – тряхнул блондинистой шевелюрой Уэрас. – Как знали, что нужно спешить! Пробиваясь через защитные заклинания, Керу и этот храбрый юноша готовы были сгореть, чтобы спасти вас, Льэн.

Лиан покраснел и опустил взгляд в пол.

– Что ты здесь делаешь?! – опомнилась я, глядя на парня. – Ты же должен был вернуться в Грувр, отвезти выкуп за пленного!

– Господин Веурри меня выручил, – откликнулся тот. – Я оставил ему сойлены и лошадь, он обещал переправить их Бунку.

– Лошадь? – я подтянула почти восстановившиеся конечности и села.

Боль потихоньку отпускала. Магу моего уровня исцелить себя не составляет труда, лишь бы никто не вмешивался в процесс: можно не помочь, а навредить.

– А на чём ты добрался в Рурк?

– Керу подвёз, – бесхитростно признался Лиан. – Без него я бы тебя не нашёл.

От изумления я не поняла, как поднялась на ноги.

– Керу позволил тебе ехать на нём?!

– Сам предложил. Присел и лапой подтолкнул. А ночью сворачивался калачиком и грел… Льэн, что-то не так?

«Что-то!» Да Керу Асти никогда к себе не подпускал… Я вспомнила, как доверчиво ткнулся авур в макушку Лиана ещё тогда, когда парень выглядел бородатым и неухоженным мужиком.

– Лиан, зачем ты вообще пошёл за мной? – спросила я, глядя в ярко-голубые глазищи. – Для меня это работа, тяжёлая, но привычная, а тебе какой смысл рисковать? Ты мне ничем не обязан, если считаешь, что простое исцеление стоит…

– Не всё измеряется стоимостью, – обиделся парень. – Ты сражаешься с древним злом, что страшнее и опаснее нежити. Я не маг, Льэн, только хочу и могу помочь тебе в этой войне. Как тогда с гарзой. У меня нет семьи, нет близких и друзей, долг благодарности Грувру я выплатил, передав им двойную награду полностью. Ты можешь меня прогнать – я не уйду. Пока эта мерзость не будет уничтожена окончательно – точно.

Уэрас одобрительно хмыкнул. Я резко повернулась к помощнику:

– Это означает, кому-то удалось сбежать?

– Мы взяли в плен всех, кроме… – парень запнулся.

– Мастера? – предположила я самое худшее.

Виноватое молчание служило мне ответом.

Керу при моём появлении вскочил и оглушительно рявкнул. Со стороны это выглядело как радостное приветствие, но я знала, что авур сердится на меня. И за то, что оставила его одного, и что подвергла свою жизнь опасности.

– Сам хорош, – лучшая защита – это нападение. – Как ты мог броситься на охранное заклинание?! Да ещё и с человеком!

Чёрный влажный нос обнюхал меня со всех сторон, убеждаясь, что я невредима. Затем Керу забавно поморщился и примиряюще потёрся о мою щёку.

– Не ругай его, – заступился Лиан. – Он чувствовал, что тебе плохо, и хотел помочь.

Авур тут же потёрся и об него. Я вытаращила глаза – до того Керу ластился только ко мне одной! Хотя, учитывая недельное путешествие в обществе друг друга, у авура с парнем установились весьма близкие отношения.

– Льэн, нам нужно поговорить, – подошедший Уэрас был явно чем-то озабочен.

Я кивнула, оглядывая парк. Маги отряда старались не оставлять следов: величественные деревья и ухоженные дорожки сохранили свою привлекательность.

– Прогуляемся.

Юноша послушно пошёл рядом, приноравливаясь к моим шагам.

– Долго я валялась без сознания?

– Часа полтора. Мы успели обыскать дом, изъять все опасные амулеты и вызвать дознавателей, Сандрэ́на Бэльрри́ и Иво́на Штáйра. Штайр ушёл с отрядом допрашивать пленных, Бэльрри ждёт твоих распоряжений.

– Как всё прошло? Никто не пострадал?

– Вэ́нрика слегка зацепило болтом, он даже не сразу заметил. А так нам очень повезло, что Керу отвлёк внимание. Навстречу авуру высыпали охранники с арбалетами, обездвижить их заклинанием было легко. Всего попалось пятнадцать человек. У тех двоих, что валялись рядом с вами у жертвенника, множественные переломы, их исцелили и связали Путами.

– Это Старшие культа. С ними нужно держать ухо востро.

– В таком состоянии, как сейчас, им не до сопротивления. Ни капли магии, и хорошо, если сами дойдут до уборной… Не все обладают вашей регенерацией, Льэн.

– Штайр забрал пленных в Изéр?

– Пока только в Сконт, – покачал головой Уэрас. – Но это даже к лучшему. Там отличные дознаватели, а тюрьма на приличном расстоянии от города. Не возникнет лишних волнений. Людям не стоит знать о том, что происходит, иначе поднимется паника. В Кимре нам удалось обойтись без шума. Здесь мы тоже действовали тихо, похоже, в соседних домах никто даже не проснулся.

– Исход ночи, окраина города, особняк среди парка… Кстати, ты узнал, чей он? – напряглась я.

Мой помощник отвёл взгляд:

– Об этом я и хотел поговорить. Без свидетелей и до того, как вы пойдёте к Бэльрри… Льэн, этот дом принадлежит империи.

Какое-то время я молчала, обдумывая услышанное. Затем уточнила:

– Его владелец – подданный Киэра?

– Нет, – юноша продолжал разглядывать крупный песок дорожки под ногами. – Именно империи. Куплен императором Диорести́ном у короля Нио́рия Третьего двести лет назад. Средства на его содержание выделяет Киэр. Всё очень хитро оформлено под расходы на представительские нужды. По документам в настоящее время он числится как сданный в аренду некой госпоже Ориэнне Лэйго́рри, выполняющей особо важную миссию.

Я сбилась с шага. «Особо важная миссия» – поить жертвенник кровью?!

– Чья подпись на договоре аренды?

– Его Величества, – Уэрас, наконец, решился посмотреть мне в глаза. – Только это не почерк Астолайна. Кто-то подделал подпись императора, Льэн.

– А дом в Бразе?

– Собственность Неорэ́на Дэрргáрри. Вы его знали – это наш маг, погибший четыре года назад в горах. У него не осталось родных, имущество по истечении десяти лет перейдёт Киэру.

– Ты понимаешь, что это означает? – мне стоило огромных трудов не выдать своё волнение.

– К сожалению, да, – юноша побледнел, но нашёл в себе мужество продолжить: – Один из допущенных к Его Величеству людей в сговоре с Мастером культа.

«Один из…» В голове замелькали образы всех приближённых к Астолайну. Высшие маги, командующие войсками, офицеры гвардии, советники, главы департаментов. Семья… Лайдио́р – наследник трона, Нэ́йстан, его младший брат, и даже Малиэр. Стареющая императрица, отчаянно пытающаяся сохранить молодость и внешнюю красоту…

Я зло мотнула головой. Не верю! Только не Мали, не Лайд и не Нэй. Второй раз Асти не переживёт предательства близких ему людей.

– Уэр, ты был осторожен в своих запросах? – я ожидала, что мой помощник обидится, но Уэрас под влиянием серьёзности момента лишь склонил голову:

– Льэн, я сразу уничтожил все полученные данные. Стёр запись посещения Управления имущества. Наврал финансовому отделу, что интересуюсь исключительно бюджетом департамента, отпущенным на операцию в Зуаре. Вы и я – единственные, кто обладает этими сведениями, для магов отряда и дознавателей в Сконте этот дом в Рурке – обычный особняк зажиточной госпожи, примкнувшей к культу.

– О ней самой ты ничего не узнал?

– Шестьдесят семь лет, родилась в Кимре, способностей к магии не выявлено. Была замужем за Виндэ́ром Лэйгорри, торговцем мебелью, скончавшимся полгода назад. Последнее, что о ней известно, – продажа городского особняка и магазина, принадлежащих мужу. Я аккуратно связался с начальником отдела нашего департамента в Кимре – ничего предосудительного. Горюющая вдова, сменившая место жительства.

Соткав по памяти изображение, я показала его юноше.

– Она, – подтвердил Уэрас. – Только помолодевшая лет на сорок.

– Отчего умер господин Лэйгорри?

– Несчастный случай. Неправильно сработавшее бытовое заклинание. Сгорел за секунды.

– А свидетель – его супруга? – усмехнулась я.

Понимающие карие глаза юноши потемнели:

– Думаете, это и был погибший Мастер культа?

– Уверена, – мне стало не по себе. – Госпожа Ориэнна, как верная жена, продолжила дело своего мужа. Но как простая торговка из провинциального городка вышла на людей из окружения императора?!

– Во время дознания? – предположил Уэрас.

– Следствие велось крайне тихо и скрытно. Ты же помнишь, обвиняемых сразу переправили в тюрьму Изера, их допрашивали маги нашего департамента, отчитывающиеся мне лично. Никто из приспешников культа не видел истинного лица Мастера, прикрытого иллюзией, тем более не знал подробностей о его частной жизни. В жертвоприношениях участвовали лишь двое Старших, все их связи многократно проверялись. В Кимре работали наши парни, за каждого из которых я отвечаю головой. И при этом женщина не просто вышла сухой из воды – заручилась поддержкой высокопоставленного покровителя, спокойно продала имущество, перебралась в Рурк, навербовала сторонников и организовала поставку новых жертв!

– Очень… предприимчивая особа, – скривился юноша.

– Её необходимо найти и взять живой, – жёстко заметила я.

– Вряд ли она захочет с нами откровенничать.

– И не нужно. Я считаю её память.

Необходимо выяснить, кто из окружающих императора пал так низко, чтобы пособничать культу. Что он хотел получить? Магические способности, молодость, долголетие?! Купить ценой чужих жизней, чьей-то боли… Страшно, что такой человек близок к Асти – настолько, что может подделать подпись на документе.

– Льэн, вы собираетесь выслеживать сбежавшую? Опять в одиночку?

– Разумеется. Если бы могла – отослала бы и Керу.

– Это вряд ли, – Уэрас позволил себе усмешку. – К тому же у вашего авура появился друг, которого вы не прогоните, как ни старайтесь. Весьма настойчивый юноша, как я успел убедиться.

Вместо досады я ощутила беспокойство:

– Его нужно отговорить от безрассудной затеи сопровождать меня. Он всего лишь человек.

– Очень мужественный человек, Льэн. Боюсь, он последует за вами, даже если вы оскорбите его напоминанием о несравнимых способностях людей и магов. Разве что вы сбежите, бросив их с Керу. Насколько я понял, авур своего нового друга тоже не оставит.

Я упрямо поджала губы. И прекрасно. Мне меньше забот! Сейчас переговорю с Бэльрри, поблагодарю Илара, перепоручу ему Грайна и отправлюсь искать Ориэнну. Её аура теперь у меня есть, маскируйся не маскируйся, след от пространственного разрыва я найду сразу, а там и она, голубушка, от меня никуда не денется. Потрепала я её знатно, новую жертву она принести не успеет, значит, преимущество на моей стороне. Притащу в департамент Мастера вместе с именем предателя в императорском окружении.

– Уэр, предупредите Сандрэна, что я сейчас подойду. Только попрощаюсь с д´айрри и Грайном. А дальше пусть Илар сам разбирается с единокровным братом. Кстати, как он – всё спит?

Помощник недоумённо нахмурился:

– Гарро? А разве он не ушёл?

– Как может уйти кто-то, по уши напичканный снотворным?! – в мысли закралось нехорошее подозрение. – Вы осмотрели малый дом?

– Лошади и два сонных охранника. Больше там никого не было.

Плюнув на не до конца восстановившийся резерв, я перенеслась в комнату, где в последний раз видела Илара. Нет, конечно, я не ожидала найти д´айрри, забившегося под кровать, или пространную записку с угрозами на пол-листа от Мастера. Скорее, в таких ситуациях хватаешься за зыбкий шанс опровергнуть собственные худшие предположения. Хочется убедиться, что на смятой кровати нет крови, отсутствуют следы борьбы, а главное – нет давящего ощущения недавней смерти, которое с поправкой на уровень испытывают все маги.

Уэрас отстал от меня на несколько минут, судя по раскрасневшемуся лицу, он бежал. Выглядел юноша словно побитая собака, вот только виновата в случившемся была я одна. От злости я пнула подвернувшуюся под ноги тумбочку так, что та отлетела и с жалобным треском стукнулась о стену.

– Без жертвенника д´айрри бесполезен, – попытался утешить меня помощник, – а создание нового алтаря требует времени. Хотя бы недельного ритуала…

– Это только наши домыслы, – я с трудом сдерживалась, чтобы не сорваться и не наорать на ни в чём не повинного Уэра. – Мы знаем о культе Поглощающего лишь те крохи, которые сами собрали во время операции в Кимре. Служители Вседержителя сообщили ещё меньше, напирая на то, что все данные были уничтожены с целью полного забвения древнего бога.

Я остановилась, оборвав сама себя. Лекция о Поглощающем сейчас звучала бы издевательством. Желание немедленно подхватить чёткий след от портала, перенестись, действовать захлёстывало разум. Но я прекрасно понимала, что моё безрассудство неуместно так же, как и рассуждения о культе и жертвах.

– Идём к Бэльрри. Затем ты возвращаешься в Амьер и очень аккуратно – со всей возможной осторожностью, Уэр, прошу тебя! – собираешь информацию о госпоже Лэйгорри, этом особняке в Рурке и всех подозрительных фактах вокруг Астолайна. Например, о внезапно помолодевшем министре, неожиданно открывшихся способностях к магии…

Юноша понимающе кивнул:

– Я буду предельно осторожен… Льэн, по поводу информации. Помните, вы спрашивали о возможных выживших в Керсе? Я поднял архивы. Ни одного беженца. Огненный Вихрь – жуткая штука, он выжигает землю на три локтя вглубь. От города не осталось даже фундаментов.

Сила огненных заклинаний мне хорошо известна, недаром в Киэре эти заклинания использовались лишь с разрешения императора. У меня, кстати, подобное разрешение было, но пока я им не пользовалась, предпочитая более щадящее испепеление. Правительство Сумэ тоже тянуло до последнего, прежде чем применило Вихрь.

– Спасибо, Уэр.

Маги вернут земле жизненные соки, вновь заколосятся поля, потянутся к небу деревья. Отстроятся города, возобновится торговля, нежить, поджав хвосты и крылья, забьётся в глухие горные ущелья. Только убитые на войне люди никогда не воскреснут.

Сердце не трава…

Сандрэн Бэльрри при моём появлении вытянулся в струнку. Обычное явление среди новичков. Те из моих ребят, с которыми я прошла Анкуэ и бок о бок сражалась в горах, привыкли относиться к «госпоже Льэн» без официоза. Показное рвение и излишнее подобострастие меня раздражали.

– Госпожа Эррионари…

– Льэн. И у нас мало времени. Скидывайте мне ауры задержанных, взамен забирайте слепок Мастера. Сомневаюсь, чтобы кроме Старших культа кто-нибудь видел её настоящее лицо, да и с ними она, скорее всего, общалась под личиной. Поэтому вам придётся сравнивать ауру Ориэнны Лэйгорри с воспоминаниями.

Бэльрри принял слепок, уважительно выдохнул. Полученные мной ауры были вполне приемлемыми, тем более что в данный момент их владельцы находились в Сконте, соответственно, встретиться с ними вживую мне не грозило.

– Ещё, Сандрэн. В дом на Площади Святого Гурса отправьте лучшего мага. Пусть под иллюзией невидимости посидит в этом пыльном свинарнике и последит за Скорусом, вдруг Мастер свяжется с оставшимися в столице людьми.

Хотя я на её месте такой глупости бы не сделала. Эх, не видать Скорусу особняка в Бразе как своих ушей.

– Уже сделано, – несмело улыбнулся дознаватель. – Госпожа Льэн, вы не переживайте. В нашем отделе прекрасные маги. Конечно, до вас им далеко, но они не даром свой хлеб едят.

– У вас ещё есть ко мне вопросы? – мне не терпелось броситься по свежему следу.

– Если они возникнут, я обращусь к господину Рейáрри.

С трудом вспомнив, что у Уэраса есть родовое имя, которое он по определённым причинам не переносил, я утвердительно кивнула.

Теперь предстояло решить более сложную задачу. Керу и Лиан. Или Лиан и Керу. Как ни переставляй, смысл не меняется: в моей погоне за Мастером они лишь мешали. В то же время, сказав им об этом прямо, я, во-первых, поссорюсь с авуром, во-вторых – мне напомнят о том, насколько вовремя они появились в Рурке, в-третьих… И здесь мои умозаключения упирались в тупик, потому что подсознательно я тоже не хотела оставлять их одних.

«Вы оказались искуснее, чем я ожидала…»

Госпоже Ориэнне Лэйгорри было прекрасно известно моё имя, как и то обстоятельство, что я её ищу. Этой информацией обладали лишь несколько высокопоставленных лиц в Киэре. Любой из них знал обо мне достаточно, чтобы при случае надавить на уязвимые места. К счастью, их у меня не слишком много, родители и сестра могут защитить себя сами, а вот авур без капли магии представляет легкодоступную мишень. Ещё одной моей слабостью являлся Асти, но у императора Киэра проблем с охраной не наблюдалось. В безопасности же Керу я могла быть уверена лишь при условии, что он рядом со мной.

С такими мыслями я вышла из дома и постояла несколько минут, подставив лицо солнцу. Во всей сложившейся ситуации меня смущала какая-то странность, неправильность. В Кимре всё было проще. Мастер культа жаждал могущества, убивая направо и налево. Он не щадил случайных свидетелей, безжалостно расправляясь с любопытными соседями.

У Ориэнны была прекрасная возможность добить меня, когда я потеряла сознание, но она ею не воспользовалась. Неужели она не мечтала отомстить за смерть мужа? Вместо этого мне сохранили жизнь – магу, который восстанавливается за минуты. Рискованная, непростительная оплошность.

Или… не оплошность? Чьё-то условие, требование, приказ?! Вступивший в сговор с будущим Мастером не желал моей смерти. Этот человек с лёгкостью жертвовал полукровками, но меня он терять не хотел.

Я присела на мягкий, ровно подстриженный газон. Связь образовалась быстро: император Киэра вставал рано. Астолайн выглядел встревоженным, между тонкими бровями пролегла морщинка.

– Светлого дня, Асти.

– И тебе, Льэн. Мне уже доложили о твоих успехах.

– Не назвала бы это успехом, – поморщилась я. – Мастер ушла и забрала с собой чистокровного д´айрри. По моей вине у тебя будут неприятности с Д´аарром.

– Вряд ли, – улыбнулся Астолайн. – Я в тебя верю. Но даже если так, Кайр поймёт. Слишком опасны эти заигрывания с древними богами, остановить их нужно любой ценой.

– Только не ценой новых жертв, тем более по моей вине.

– Ты первая рискуешь больше всех, Льэн, – глаза императора гневно сверкнули. – Д´аарр и так перед тобой в неоплатном долгу. Скажи, тебе обязательно самой гоняться за Мастером?

– Скажи, у тебя много магов моего уровня? – передразнила его я. – Ладно, Асти… Я хотела поговорить не об этом.

– А о чём же? – усмехнулся Астолайн. – Кроме работы ты давно ничем не интересуешься.

– Почему же? – запротестовала я. – Может, я собиралась спросить, как себя чувствует Малиэр.

– Ей гораздо лучше, – голос Асти потеплел. – Всё-таки Ловьэ́н – прекрасный целитель. Мали летает словно на крыльях и выглядит ровесницей наших мальчиков.

– Господин Кэлорри́ знает своё дело. Он омолодил почти всех твоих министров! – хохотнула я, стараясь казаться беззаботной. – Кто последний прибегал к его услугам? Ольррéн?

– Смáйнэрр. Старый плут приобрёл юношескую стать и прыть, обновил гардероб и теперь волочится за юными выпускницами университета. Утверждает, что они помогают ему обрести контроль над внезапно проявившимися способностями к магии. Врёт, конечно!

Моё сердце ёкнуло. Неужели мои догадки настолько верны?

– Льэн, – проницательный взгляд императора заставил меня поёжиться, – твои попытки поддерживать светский разговор настораживают больше, чем слова. Ты от меня что-то скрываешь?

– Что?! – обиженно вскинулась я и засопела.

Он ведь прав! Но как сообщить о своих подозрениях так, чтобы Асти не наломал дров?! Не отправил преждевременно в тюрьму Смайнэрра, лишив меня возможности собрать доказательства, не спугнул Ориэнну… Горячий нрав Его Величества известен мне, как никому другому.

– Если я и доверяю кому-то, то тебе одному, – сказала я. – И ты это знаешь. Просто… пока у меня нет фактов, лишь домыслы. Я могу ошибаться.

Астолайн неопределённо хмыкнул и пожал плечами. Морщины на лице обозначились чётче. Стало заметно, что он не только не молод, а давно перешагнул рубеж зрелости. Как никогда остро царапнуло осознание пропасти, что пролегала между нами.

– Ты никогда не ошибаешься, – горечь просачивалась сквозь напускное спокойствие. – За пятьдесят лет я не вспомню случая, когда и кто смог бы тебя обмануть… Не хочешь говорить – не надо. Твой департамент не подчиняется императору.

Он первым разорвал связь, оставив в моей душе неприятный осадок. Плохо, когда твой друг ловит тебя на недосказанности, и меньше всего мне хотелось огорчать до сих пор самого дорогого мне человека. Повинуясь властному порыву, я вновь вернула изображение.

Асти сидел, уронив голову на руки. Если бы речь шла о ком-то другом, я сказала бы, что он скрывает слёзы, но по отношению к императору Киэра это было немыслимо.

– Мне почему-то кажется, что ты в большой опасности, – заговорила я, волнуясь. – Интуиция магов, хоть ты и называешь её вздором. Так что, пожалуйста, береги себя, хорошо? У тебя семья, за тобой империя…

Он поднял голову и посмотрел на меня: сухие глаза зло блеснули.

– Я не нуждаюсь в напоминаниях, Льэн. Ни о своих обязанностях, ни о том, что ты маг! Если у тебя всё, то меня ждут дела.

«Проваливай!» не прозвучало, но я его услышала. На сей раз от разрыва связи аж раздался хлопок.

Так мне и надо. Лезу, куда меня не просят, не имея на это никакого права, вместо того чтобы добросовестно выполнять свою работу. «Интуиция магов», ха! Не нашла ничего умнее…

Что ж на сердце-то так скверно?!

Керу и Лиан подошли вместе, причём рука парня утопала в мехе авура.

– Что-то случилось, Льэн?

Одинаково взволнованные физиономии заставили меня улыбнуться.

– Мы идём за Мастером, – сообщила я, вскакивая на ноги. – Я считала след, оставленный при разрыве пространства. Он ведёт дальше к границе Сумэ. Придётся прыгать. Неизвестно, что нас там ждёт, поэтому, Лиан, пусть Бэльрри выдаст тебе приличный арбалет. Твой давно пора сдать в музей. Дознаватель сейчас где-то в малом доме, поторопись, пока он не ушёл. Высоченный худющий блондин в чёрной форме, впрочем, он там один, не перепутаешь. Скажи: я распорядилась. Ещё предлагаю запастись провизией.

– В таком огромном доме, наверно, и кухня богатая, – откликнулся Лиан. – Получу арбалет и схожу проверю, что можно захватить с собой.

Парень умчался. Керу склонил ко мне голову и вопросительно глянул.

– Ты ведь без него не пойдёшь? – с иронией уточнила я на всякий случай.

Авур осклабился, показав свои белоснежные клыки.

– Он обычный человек, – продолжила уже серьёзно. – Уязвимый, нуждающийся в пище и отдыхе. Нам придётся спать по ночам и есть три раза в день, ты это понимаешь?

Мой спутник выпятил грудь и ткнул в неё лапой.

– Собираешься сам присматривать за ним?! – мои брови поползли вверх.

Утвердительный кивок.

Мне осталось лишь развести руками. За совместно проведённые годы я привыкла к нелюдимости Керу, к тому, что он не терпит чужаков и болезненно переживает, когда в нём видят огромного и страшного зверя. Причины, по которым он выбрал Лиана, для меня оставались загадкой, но спорить с авуром я не собиралась. Мы друзья, а не хозяин и слуга.

У меня же осталось последнее: попрощаться с Грайном. Полукровку я нашла в компании Уэраса, заканчивающего запись их беседы.

– Прости, что так вышло, – после всего случившегося обращаться к юноше на «вы» было бы оскорбительно. – Я никогда бы не втравила тебя, если бы знала, чем это закончится. Поверь, жертвенник в мои планы не входил.

Грайн вскочил, странно глядя на меня – словно внезапно я обрела рога или крылья.

– Конечно, госпожа Эррионари! Я понимаю!

Я растерялась. Что произошло за эти полчаса, пока мы не виделись? Затем перевела взгляд на старательно корпевшего за столом Уэраса. Мой помощник делал вид, что всецело увлечён процессом.

– Уэр? – с нажимом спросила я.

– Господин Тиррэ считал, что вы, Льэн, – рядовой сотрудник императорских служб, – не поднимая глаз, отозвался Уэрас. – Поэтому известие о том, что рядом с ним всё время находился архимаг Киэра, Глава Департамента разведки, госпожа Арсильэн Эррионари, оказалось для него несколько… шокирующим.

Кончики ушей Уэра пылали. Я подавила разъярённый рык голодной гарзы и вновь повернулась к Грайну:

– «Ты» и «Льэн»! Иначе некоторые чересчур болтливые личности получат должностное взыскание с занесением в личное дело!

– Не первое и не последнее, – философски отметил Уэрас. – Господин Грайн, вы имеете полное право на возмещение морального ущерба, полученного в ходе секретной миссии департамента. Также я уведомляю…

– Дай хоть попрощаться по-человечески, паршивец! – рявкнула я.

– Госпожа Арсильэн, вы простите, что держался с вами непочтительно, – полукровка избегал смотреть на меня. – Ну и всякое такое… что я себе навоображал… Мне теперь до старости хватит воспоминаний о том, как я помогал самому архимагу Киэра. Вы не волнуйтесь, ваш помощник уже предупредил, что рассказывать никому нельзя, да я и сам не стал бы о таком болтать.

Мне очень хотелось придушить Уэра, но это ничего бы не исправило. В золотых глазах Грайна, когда он наконец осмелился поднять голову, плескалась смесь восхищения и ужаса. Слухи об архимаге Арсильэн разнеслись далеко за пределы Киэра, и не всегда эта слава была доброй.

– Не отказывайся от возмещения, – только и оставалось сказать мне. – Ты вёл себя очень храбро и здорово нам помог. Господин Рейарри доставит тебя в Грион. Если у тебя есть какие-нибудь просьбы, я с удовольствием их выполню.

– Амулет на память, – расцвёл юноша. – А то ведь мне не поверят, скажут, что я всё выдумал! Где я – и где первый маг империи!

Вытащив из пространственного кармана, я протянула ему колечко – простенький амулет для связи. Грайн взял его с такой счастливой физиономией, словно я подарила ему действительно что-то ценное.

– Спасибо, госпожа Арсильэн!

– И тебе, – кивнула я. – Уэр, на минуточку.

Мой помощник глубоко вздохнул, поднялся и поплёлся вслед за мной, ожидая, что сейчас его будут убивать. Но я лишь укоризненно покачала головой:

– Это было обязательно? Теперь к жутким историям о жестоком имперском архимаге прибавится новая – как она готова приносить в жертву детей ради собственных целей.

– Про вас и так полно сплетен, одна ужаснее другой, – пожал плечами Уэрас. – Одной больше, одной меньше… У меня не было выхода! Должен же был я как-то отреагировать, когда этот мальчик начал требовать сообщить ему ваш адрес в Амьере! Припёрся бы он к вам домой с предложением руки и сердца – что бы вы делали?

– Сказала бы прямо, насколько это нелепо, потому что у меня самой нет сердца, а руки я рассматриваю исключительно как средство для создания заклинаний… Уэр, не смеши меня! Разве я выгляжу подходящим объектом для нежных чувств?

– Честно? – мой помощник прищурился. – Когда я первый раз попал в департамент, двадцать семь лет назад, если не путаю, я столкнулся в коридоре с симпатичной весёлой девчонкой и втрескался в неё по уши. И длилось моё увлечение ровно до той минуты, пока на построение к нам, новичкам, не вышла маг высшего уровня, заместитель Главы департамента госпожа Арсильэн, от пристального сурового взгляда которой у нас затряслись колени… В вас легко влюбиться, Льэн, однако для того, чтобы это чувство переросло в любовь, требуется большое мужество.

Я скривилась, но в его словах была изрядная доля правды. По мне, оно и к лучшему.

– В любом случае Грайн на тебе, – напомнила я. – Лично отведёшь его в Грион и передашь родным из рук в руки. И компенсацию на забудь! Парню пришлось на жертвеннике побывать и наблюдать, как в него нож втыкать собираются.

Уэрас кивнул. «А ведь он симпатичный», – подумала я. Той встречи, о которой он мне только что рассказал, в моей памяти не сохранилось, своего помощника я выбирала по результатам тестов и показателей. Испытательный срок Рейарри выдержал с блеском, после чего все пятнадцать лет только подтверждал правильность моего решения. Но думать об Уэре как о мужчине мне и в голову не приходило.

Рык Керу заставил меня отбросить все лишние мысли. Я поспешила к моим спутникам. Лиан гордо продемонстрировал новенький самострел и сумку, набитую всякой снедью (похоже, Мастер любила покушать).

– На неделю хватит! Воды, правда, мало – только одна фляга нашлась.

– У меня вторая в запасе, – успокоила я его. – Прыгаем!

Порталы, или пространственные переходы, как предпочитают называть их учёные, в нашем мире не редкость. Но то – стационарные или заключённые в амулеты. Как правило, это результат совместного труда нескольких магов, объединяющих усилия, чтобы открыть проход и не дать ему схлопнуться раньше времени. Магов, в одиночку способных переноситься по собственному желанию на большие расстояния, немного, ещё меньше тех, кто может прихватывать с собой дополнительный груз.

В нормальном состоянии я вытворяла и не такое. Сейчас, едва восстановившейся, мне пришлось воспользоваться своим же амулетом, благо создавала я их с запасом. Прыгать через полмира не пришлось – какой бы силой ни наделил Поглощающий Ориэнну, её я тоже оставила почти без резерва. Переместилась она в Сэви́р, город на самой границе с Д´аарром, и я последовала за ней, прихватив Лиана и Керу.

Мне удалось переместиться в ту же точку, где несколькими часами ранее вышла госпожа Лэйгорри. Если бы она не являлась Мастером культа, я восхитилась бы могуществом той, что умудрилась перенестись так далеко с обременением в виде бессознательного д´айрри. Но что она собиралась делать дальше? На своих двоих далеко не уйдёшь, затаиться в городе – опасно. Выход из портала отыщет любой маг. На её месте я бы поспешила покинуть Сэвир как можно скорее. Сил на повторный перенос у неё не хватит, следовательно, остаётся нанять экипаж. Вряд ли она предпочтёт передвигаться верхом с Иларом в обнимку. Обжиматься с красавцем д´айрри хорошо, лишь когда он в добром здравии и по обоюдному согласию.

Эта часть Зуара практически не пострадала. Вся тяжесть сражений досталась центральным областям. Войска Ризара Первого, вторгшиеся в Сумэ, маги уничтожили быстро, отступать было некому, а дальше бои продолжились уже за Рохом, когда безумный король согнал всех пригодных к службе мужчин на новую бессмысленную бойню. Сэвир, в отличие от Браза, сохранил свой облик, но обезлюдел. Первое, что бросалось в глаза, – пустые улицы, закрытые магазинчики, лавки и ставни почти на всех первых этажах да некошеная трава вдоль дорог.

След Мастера я различила без труда. Подтверждая мои предположения, он привёл нас к ближайшей конюшне, вокруг которой с воплями и руганью носился крепкий дедок, как выяснилось, хозяин украденных вместе с каретой коней. Рядом виновато шмыгал носом вихрастый лопоухий мальчишка, проспавший воров. В другое время я объяснила бы метавшему громы и молнии дедку, что его работник не виноват: сонное заклинание – вещь безотказная. Сейчас я не стала тратить время. Ориэнна спасалась бегством. Пока она двигалась, я не могла точно рассчитать расстояние для переноса, оставалось следовать за ней, ожидая, когда она остановится.

Керу тявкнул, привлекая внимание, и опустился на пузо.

– Залезай, – велела я Лиану.

Юноша не мешкал. Я села впереди, обняв авура за шею. Заклинание Компаса создало впереди нас яркую светящуюся стрелку, она безошибочно указывала направление, подрагивая в нетерпении. Керу довольно заурчал и припустил по улице.

– Ничего себе у него скорость! – ахнул Лиан.

– Авуры – самые быстрые создания на свете! Держись за меня, иначе улетишь.

Руки молодого человека нерешительно обхватили меня за талию, но эта робость прошла, когда узкая улочка перетекла в более широкую, по которой Керу понёсся огромными скачками. Стрелка скоро вывела нас за пределы Сэвира, где начиналось множество торговых путей. Ориэнна выбрала тракт на Фрух, достаточно людный, и авуру пришлось перейти на более спокойную рысь. Потянулись однообразные холмы, поросшие редким лесом, из-за которых прихотливо изогнутой тёмно-синей каймой выступали вершины гор. Разбросанные тут и там хутора разбавляли зелень садов яркими пятнами черепичных крыш.

– Красиво, – выдохнул Лиан над моим плечом. – Здесь словно не было войны.

– Да, – согласилась я и поспешила увести разговор: – Дальше к Д´аарру начинаются совсем сказочные места. Высоченные пики с шапками снега, который никогда не тает, и леса из голубых кедров, что издали кажутся покрытыми инеем. Там реки с кристально чистой и ледяной водой, настолько бурные, что вброд их не перейдёшь, снесёт течением. А по ту сторону гор – Киэр. У нас в это время ещё весна…

Перед глазами промелькнули рощи моего родного Сэлэ́ри. В тени глубоких оврагов ещё лежит снег, а на солнечных пригорках распускаются нежные звёздочки первоцвета. Я редко бываю у родителей, нет времени, да и они не сидят на месте. Клён, посаженный в день моего рождения, давно стал огромным деревом, догнав двухсотлетнего великана – ровесника моей старшей сестры Арэйны.

– Льэн, а почему ты выбрала такую неженственную работу? – с непритворным интересом спросил Лиан.

В замешательстве я не сразу нашлась что ответить. Почему?.. А в самом деле? Мне с детства твердили, что маг моего уровня должен служить государству, но я могла бы заниматься более приятными и безопасными вещами. Стать магом плодородия, как Арэйна, или уйти в науку по примеру родителей. Вести исследования, развивать сеть порталов… Сказалось влияние Асти? Или я, как и Керу, авантюрист по натуре? Мне скучно на одном месте, в Амьере я выдерживаю от силы полгода, затем неведомая сила толкает меня на новые приключения, оправдывая это необходимостью.

– Мне нравится то, чем я занимаюсь. Разведка – это не только шпионские игры. Департамент предотвратил не один конфликт между странами, составляющими Киэр. Благодаря ему в огромной империи тысячи лет сохраняется внутренний мир. Я горжусь тем, что служу своей стране.

– Но сейчас… Ты, хрупкая девушка, в одиночку преследуешь опасного убийцу, рассчитывая лишь на себя и свои силы. Почему?! Я видел парней, что пришли в Рурк, – настоящие воины, маги… Отчего ты отказываешься от их помощи?!

– Потому что туда, где требуется секретность, проще отправить одного сильного мага, чем толпу в десять человек: он не вызовет подозрений, выполнит задание и уйдёт, не привлекая внимания. К тому же, так я защищаю только себя, а иначе мне придётся прикрывать кого-то ещё… Лиан, не думай, что я хвастаюсь, но любой маг для меня – обуза. Лишняя трата сил, отвлекающий фактор в решающей схватке… Да, я умею сражаться в команде, к примеру, с нежитью в горах, только обычно мои задачи несколько другие. Незаметно проникнуть на охраняемую территорию, разведать обстановку, отыскать преступника, раскрыть заговор. И так же тихо исчезнуть, не оставив следов.

Руки на моей талии застыли:

– То есть мы с Керу в данный момент – обуза?

– Скорее, уязвимое место, – не стала врать я. – Но при этом мне спокойнее, когда вы рядом.

– Спасибо и на этом, – хмыкнул Лиан.

Более разумный Керу лишь дёрнул ухом. Авура не волновали причины, по которым он со мной, главное – что я не бросила его, как в Бразе.

Стрелка Компаса гнала нас вперёд. Холмы пролетали один за другим, мы обгоняли множество экипажей и конных путешественников. В сравнении со скоростью авура казалось, что они еле тащатся.

– Что ты будешь делать, когда настигнешь ту тварь? – в голосе парня прорезался металл.

– Постараюсь взять живой. Её прикрывает некто высокопоставленный, – сама не понимая причин внезапного доверия, я начала проговаривать мысли вслух. – Он помог ей перебраться из Кимра в Рурк, предоставил роскошный дом, снабдил средствами на закупку жертв, – это прозвучало буднично, вроде «закупки зерна», я поморщилась. – Но самое мерзкое – он предупредил Мастера, что я её выслеживаю.

И не позволил меня убивать.

От этого внутри становилось горько, словно я напилась неразбавленного орника. Пожалел… или пожалела?

– Раньше я никогда не слышал о культе Поглощающего.

– Это засекреченная информация. Храмы поделились ею весьма неохотно, и то только потому, что император на них надавил. В Киэре сохранились лишь старые сказки, страшилки для детей.

– Расскажи!

Я тряхнула головой. Почему бы и нет?

– Тысячу четыреста девяносто шесть лет назад в Д´аарре появился необычный маг. Он утверждал, что его господин – Поглощающий, древний бог тьмы, и что любой, обратившийся через него к богу, может получить могущество: рядовой маг увеличит свои силы, бездарный человек их обретёт. Сам себя он называл Мастером крови – потому что платой всему служила кровь д´айрри. Мастер обездвиживал жертву и наносил разрезы так, чтобы кровь вытекала очень медленно, капля за каплей. В самом конце над умершим д´айрри нужно было произнести особые слова, после чего Поглощающий забирал пролитую кровь, давая знать, что призыв услышан. Очень быстро вокруг Мастера образовались приспешники, возникла строгая иерархия. Кровавый культ начал стремительно захватывать мир, подчиняя себе город за городом, за месяц заняв половину гор д´айрри, запад Киэра и часть Сумэ. Тогда аор Д´аарра вместе с императором Виэрсэ́йном собрали самых сильных магов и уничтожили зло. Мастер погиб, его ближайших соратников казнили, тела сожгли, прах развеяли. На остальных наложили заклинание забвения… проще говоря, стёрли память.

– Чтобы не смогли вспомнить те ритуалы?

– Да. Ведь просто перерезать вены д´айрри мало. Нужно какое-то время готовить жертвенник, произнести правильные слова. Известна лишь заключительная фраза: «Возьми и дай мне силу». То, с чем мы боремся сейчас, – лишь слабое отражение того ужаса, который испытывали в прошлом. Такое впечатление, что кто-то случайно наткнулся на какие-то записи или легенды и не побоялся повторить.

– А почему именно д´айрри? Что особенного в их крови?

– Существует мнение, что кровная связь д´айрри – древнейшая магия нашего мира. Ей не нужны заклинания, привязки и вектора, достаточно ярко выраженного желания, произнесённого мысленно или вслух. Почти как в ритуалах культа.

Я не видела лица Лиана, но, судя по сосредоточенному сопению, парень размышлял.

– Льэн, а тот, первый Мастер… Кем он был?

– Он скрывал своё имя и настоящий облик, прикрываясь иллюзией. Под ней мог прятаться кто угодно, хоть авур.

Керу протестующе фыркнул.

– Это возможно? – заинтересовался Лиан.

– Нет, конечно, – рассмеялась я. – Авуров не интересует власть, тем более над другими расами. Они посвящают жизнь созерцанию и размышлениям. Между собой они общаются телепатически: как бы они управляли теми, кто их попросту не понимает?

– Поэтому Керу всегда знает, где ты находишься?

– Да, ему проще. Мне приходится применять для этого магию, искать его по ауре.

– Ты всё время забываешь, – смущённый смешок, – что разговариваешь с необразованным парнем, который половину слов из тех, что ты употребляешь, слышит впервые. Что такое аура?

Уже открыв рот, я запнулась. Помолчала, затем выдала не заученное с детства определение из учебника, а свои мысли:

– Мне кажется, это то, что служители Вседержителя называют душою. У каждого живого существа она своя. Маги видят её похожей на свечение, повторяющее контуры фигуры: самое сильное в области сердца, вторая точка в голове, к краям оно бледнеет и расплывается. Аура окрашена в разные цвета, пульсирует, переливается, меняется в зависимости от настроения. Яркие всполохи в аурах людей – наличие магии, у д´айрри и авуров она сияет равномерно. Мутные участки, разрывы – болезни, чёрные пятна – то, что принято называть злом. Убийцы выглядят словно сгустки тьмы, насилие и похоть отливают багровым, ложь мерцает жёлтым.

– И ты с первого взгляда определяешь обманщика?

– Если бы! Не представляешь, сколько и по каким причинам люди врут! Женщина преуменьшает возраст, девушка скрывает улучшенный иллюзией нос, жених клянётся невесте, что она у него первая, муж обещает жене больше не напиваться… В любом человеке есть эта желтизна, беспокоиться пора, только когда вся аура напоминает фаенский лимон.

– Но это же чертовски трудно – видеть всех людей насквозь!

– Именно поэтому, чтобы увидеть ауру, магу нужно сделать усилие, приглядеться. Как для того, чтобы понюхать, приходится втягивать воздух. Что ты делаешь, когда оказываешься рядом с источником неприятного запаха?

– Стараюсь не дышать.

– Вот и маг в толпе не вглядывается в ауры – разве что ищет кого-то определённого. У нас как бы два вида зрения – одно обычное, второе требует определённых затрат, опыта, сноровки. И от уровня самого мага многое зависит: с пятым-шестым ты ауры не разглядишь, как ни напрягайся.

Какое-то время в тишине слышался лишь топот лап Керу.

– Получается, твои способности как светильник: захотела – зажгла, отпала необходимость – погасила?

Я поразилась точности сравнения:

– Очень похоже!

Авур вдруг резко затормозил. Стрелка перед нами замерла и начала колебаться.

– Это нормально? – забеспокоился Лиан.

– Нет…

Если бы Ориэнна свернула, указатель просто поменял бы направление. Сбить заклинание может только другое заклинание, и, значит, Мастер применяет силу. Почуяла меня? Или что-то не связанное с преследованием?

Стрелка неуверенно дёрнулась и вновь устремилась вперёд. Керу рыкнул и помчался за ней ещё быстрее, чем раньше. Стало не до разговоров. Лес по бокам слился в однородную зелёную массу. Я вжималась в авура, гадая, в чём причина такой поспешности. Во многих вещах Керу, ощущающий окружающий мир глубже и подробнее, гораздо чувствительнее меня. Раз он торопится, так нужно.

Мы не имеем права опоздать.

Честно – до этого утра я даже не подозревала, что Керу способен передвигаться с подобной скоростью. Мы нагнали Ориэнну к полудню, подобравшись настолько близко, что надобность в Компасе отпала, и я развеяла стрелку. Мастер погоняла взмыленных лошадей, не оглядываясь. Не сомневаюсь, она прекрасно знала о том, что я дышу ей в затылок, но, надо отдать должное её хладнокровию, ничем этого не выдала.

Авур перешёл на рысь. С расстояния сотни локтей в открытом экипаже отлично просматривались и светлая макушка Ориэнны, и скорчившаяся фигурка Илара за её спиной. В первую очередь стоило обезопасить д´айрри. Мой резерв наполовину восстановился, и я уже прикидывала, каким заклинанием выхватить парня и смогу ли я осуществить это на ходу.

Меньше всего я ожидала, что Мастер остановится сама, резко осадив лошадей, отчего те жалобно всхрапнули. Она отложила поводья, поднялась и удостоила меня взглядом. В красивых глазах цвета льда светился неподдельный интерес.

– А вы упрямы, госпожа Ильэн? Талант и упорство – вот основа вашей карьеры. Вам не казалось порой несправедливым, что Небеса наградили вас столь щедро? И сильный дар, и милая мордашка, и любовь императора… Не много ли для одной неблагодарной девчонки?

Я растерялась. Неуместность упрёков мешала восприятию их смысла. Если Ориэнна хотела сбить меня с толку, у неё получилось. Умом я понимала, что разговор она завела с единственной целью – отвлечь меня, но промолчать не смогла.

– Мои способности не оплачены чужой кровью.

– Ой ли? – приторно сладко улыбнулась Мастер. – Сколько людей по вашей вине лишились жизни? Вы не пачкаете рук сами, за вас это делают подчинённые.

Керу рыкнул, подходя поближе. Я усмехнулась:

– Вы о своём муже, госпожа Лэйгорри? Или имеете в виду ещё парочку спятивших убийц и фанатиков, которых мне удалось изолировать от общества?

При упоминании супруга Ориэнна сжала кулаки.

– Очень жаль, что вас нельзя принести в жертву моему Господину, – голос женщины стал походить на шипение. – Я с удовольствием полюбовалась бы, как вы будете смеяться на алтаре!

Она пропала в тот самый миг, когда я изготовилась схватить Илара, – опередила меня на долю секунды. Д´айрри Мастер, конечно, прихватила с собой. С отчаяния я выругалась так, что Лиан закашлялся.

– Что-то я не соображу… Льэн, зачем она так долго болтала, если могла уйти в любой момент?

– Не в любой, – с горя я уткнулась лбом в мех Керу. – Эта зараза всё время нашего разговора достраивала смыкающийся переход. Очень сложное заклинание, требующее длительной подготовки. Помнишь, стрелка колебалась? Она восстановила резерв и приступила к созданию портала.

– Этот переход – он какой-то особенный?

– Его нельзя отследить, – мне хотелось завыть. – Теперь Мастер может быть в какой угодно точке мира, и обнаружить её не получится!

– А почему она не воспользовалась таким порталом в Рурке?

– Времени построить не хватало и сил. Её бегство – обманный ход. Ориэнна обвела нас вокруг пальца! Где теперь её искать?!

Керу обошёл вокруг загнанных лошадей, вопросительно глянул на меня.

– Тракт оживлённый, оставим их здесь. Хозяину вряд ли их вернут, от Сэвира мы порядочно ускакали, но пропасть животинам не дадут.

В подтверждение вдали показался обоз, двигающийся навстречу. Найти в Зуаре пару бесхозных коней – редкостное везение, счастливчикам можно только позавидовать. Вопрос в том, что делать нам?!

– Льэн, давай сойдём с дороги, отдохнём, перекусим и решим, как быть дальше, – Лиан казался удивительно спокойным. – Ты обязательно что-нибудь придумаешь.

Я обернулась, поражённая его невозмутимой верой в меня. Ярко-голубые глаза смотрели серьёзно и внимательно, словно он ни секунды не сомневался в том, что говорил.

– Хорошо.

Спрыгнув с авура, я первая углубилась в редколесье. Выбрала солнечную полянку и легла на спину, растянувшись на тёплой и мягкой подстилке из сухого белого мха. Над головой раскинулось ажурное кружево сосновых ветвей, тихонько ворковали невидимые птицы.

Керу развалился рядом, лапой подвинув мне сумку с едой. Лиан сел, прислонившись к мохнатому боку, – вольность, которую раньше авур позволял мне одной. Смуглый, темноволосый парень прекрасно смотрелся на фоне светлого меха. Лишённое врождённого уродства лицо поражало красотой – не изящной плавностью севера, а крупными чёткими чертами южан. Заметив моё пристальное внимание, Лиан смутился.

– Ты меня так разглядываешь, Льэн, что мне неудобно становится. Я привык, что девушки смотрят на меня по-другому.

– Как? – бестактно выпалила я.

– В лучшем случае – с жалостью. И глаза тут же отводят.

Авур тихо рыкнул.

– Теперь всё изменится… – начала я и запнулась.

Он очень привлекательный парень. Мастер, резчик. Во все времена такие нарасхват, а после войны в Зуаре и вовсе на вес золота. Может выбирать из сотни невест ту, что понравится. Милую, скромную, хозяйственную. Построит для неё дом, вместе они будут растить детей…

– Что ты станешь делать, когда мы поймаем Ориэнну? – спросила я невпопад.

– Пойду за тобой в Киэр.

От изумления я не нашлась, что ответить.

Он не шутил. Рука расслабленно поглаживала мех Керу, губы сжались в жёсткую линию. Авур довольно урчал.

– В департамент не берут людей, – зачем-то сказала я.

– Не важно. Что-нибудь придумаю… Керу, дай сумку. Есть хочу – умираю. Льэн, у тебя был нож, достань, я ветчину нарежу. Ты сама не голодная?

– Нет. У магов другой метаболизм… – заметив упрёк во взгляде, я быстро поправилась: – Еда нужна раз в несколько дней, вода чуть чаще.

– Ого! А я думал, фигуру бережёшь. Мои сестры за столом от разносолов нос воротили, мол, жирное всё, в платье потом не влезешь. Зато по ночам на кухню шастали, сало с хлебом трескали… Зажжёшь свет – и они врассыпную, чище тараканов!

Мы с Керу рассмеялись.

– Моя сестра старше меня на сто тридцать шесть лет. Она природник, маг водной стихии. Мы редко видимся, Арэйна занята в Улгэ́рри, я тоже не сижу на месте… – я оборвала себя. О чём я думаю! Где-то Илара к жертвоприношению готовят, а я в воспоминания ударилась!

– Льэн, если нельзя отыскать Мастера, может, стоит попытаться обнаружить Илара? – парень дожевал ветчину и тщательно вытер руки о мох. – Помнишь, ты говорила о кровной связи д´айрри? Я так понимаю, это не магия, соответственно, гарза эта белобрысая на неё никак не повлияет.

Я ахнула. Точно!

– Лиан, ты умница! И я знаю, кого просить о помощи!

На ноги я вскочила одним мощным рывком.

– Идём в Д´аарр!

Величественные бело-голубые пики гор подпирали облака. Лиан восхищённо задирал голову, не глядя под ноги и рискуя свалиться с узкой тропы. В результате я ухватила его за локоть и повела подальше от опасного места. Керу осторожно переставлял лапы: за него я не боялась, авур ходил здесь множество раз.

Фигурку, возившуюся среди грядок с крошечными ростками, видно было издали. Светлая туника выделялась на фоне чёрной земли белым пятном. Д´айрри почувствовал нас и разогнулся, приветливо маша рукой:

– Керу, Льэн! Какими судьбами?

Я замялась. Разговор предстоял не из лёгких.

Д´айрри отряхнул землю с подола туники и выбрался из своего необычного огорода. Растить голубые кедры – занятие кропотливое. Золотые глаза с любопытством оглядели Лиана, но вопросов не последовало, несмотря на то, что впервые за все годы я привела в Д´аарр человека.

– Мне нужна твоя помощь, – честно призналась я.

– Да уж понятно, что не за саженцами пожаловала, – д´айрри хмыкнул и жестом указал на скальный выступ, напоминающий скамейку. – Присаживайтесь.

– Познакомьтесь, – опомнилась я, – это Лиан. Мой спутник. А это…

– Кайр О́рдэл, – опередил меня д´айрри.

– Очень приятно, – Лиан почтительно поклонился. – Мне нужно сделать вид, что я не узнал аора Д´аарра?

Я от души расхохоталась. Кайр опешил:

– Мы уже встречались?..

– У вас на пальце кольцо с родовым гербом. Если слухи не врут, единственное и уникальное. Как корона у короля Зуара, только ещё приметнее. Но, если хотите, я притворюсь, что ничего не заметил.

Керу насмешливо фыркнул. Чутьё авуров не подвело. За уродливой бородой скрывался отличный парень. Перестав робеть, он проявил лучшие свои качества. Я вспомнила, как Лиан с трёх локтей выстрелил в пасть гарзе из дряхлого арбалета. Девять из десяти магов (не людей!) в похожей ситуации оцепенели бы от ужаса.

– Льэн всегда окружают уникальные личности, – покачал головой аор. – Я уже перестал удивляться… Рассказывай, девонька, что на этот раз.

– Я упустила Мастера культа, – выпалила, желая побыстрее признаться в самом ужасном.

Кайр нахмурился:

– Это значит, что ты его таки нашла?

– Да, натолкнулась на ниточку, приведшую меня в Рурк, где и находился жертвенник. При этом я глупейшим образом попалась в руки новоявленного Мастера и подвергла опасности жизнь двух д´айрри. Отряд департамента появился вовремя, одну из намеченных жертв, мальчика-полукровку, мы вернули семье. Но его чистокровного брата сбежавший Мастер прихватила с собой.

– Прихватила? – пышная светло-золотистая грива волос аора качнулась. За пределами Д´аарра немногие знали, что так седеют горцы, разменявшие пятый век жизни. – Глава культа – женщина?

– Это всё, что ты услышал? – возмутилась я. – У этой твари в руках твой д´айрри, Илар Гарро, и в это самое время его, вполне вероятно, готовят в жертву!

– Гарро? – что за дурная манера переспрашивать! – Льэн, он дал согласие на участие в миссии добровольно?

– Нет, заклинание Подчинения применила! – разозлилась я окончательно. – Конечно, добровольно!

– Тогда почему ты решила, что тебе одной позволено геройствовать?.. Девонька, полторы тысячи лет назад мой народ вырезали как скот ради крови, способной умилостивить павшего бога. Не знаю, уж чем мы прогневали Вседержителя, но тогда мы потеряли половину Д´аарра. Нынче, при том, что д´айрри вымирают, нет ничего страшнее, чем возрождение древнего культа. Если Илара придётся отдать, чтобы искоренить заразу, я сделаю это, не дрогнув, во имя выживания большинства… Молчи! – прикрикнул на меня аор, заметив гневное движение. – Посмотрел бы я на тебя, будь ты на моём месте! Или хотя бы на месте Асти!

Завуалированный упрёк вызвал раздражение. Этот спор мы вели долгие годы, и до сих пор мне не удалось доказать свою правоту.

– Императрица не может работать в разведке, она скована тысячью условностей и обязанностей, и пользы от неё в сотни раз меньше!

– Императрица поддерживает мужа, сильный маг у трона – благо для страны!

– А я, по-твоему, где?! – топнула я ногой. – Отсиживаюсь на кухне?! Вышиваю крестиком?!

– Упёртая девчонка!

– Старый брюзга!

Керу рявкнул так, что отражённое эхо несколько раз прокатилось по горам.

Мы с Кайром глянули друг на друга и одновременно потянулись навстречу.

– Прости, девонька, – аор обнял меня, погладил по спине. – Власть – тяжёлое бремя… Ты хочешь, чтобы я поискал Гарро?

– Ты тоже извини, – шмыгнула я носом. – Полвека прошло, а меня считают предательницей… Да, я хочу, чтобы ты нашёл Илара. Связь д´айрри не перекроешь ни одним заклинанием. У Гарро есть родственники?

– Мать, – кивнул Кайр. – Вздорная особа… – он с сожалением оглядел простую светлую тунику и ноги в плетёных сандалиях. – Переодеваться придётся, а я только выкроил время повозиться с рассадой… Хорошо, Джай подрос, скоро спихну на него ответственность и остаток жизни посвящу Д´ааррским кедрам.

Аор вызвал серое окно перехода и пропал. Я присела на скамью.

– Льэ-эн, – протянул насмешливо Лиан, – ты со всеми правителями на «ты»?

– Увы, – вздохнула я. – При моей работе это неизбежно.

– И с Ризаром Вторым?!

– Я была близкой подругой его матери.

– И…

– Лиан! – умоляюще посмотрела в горящие любопытством глаза парня. – Мне шестьдесят девять лет! Я училась в университете на одном курсе с Его Высочеством Астолайном и его сестрой Виалой, год числилась невестой наследника императора Киэра, струсила, разорвала помолвку, пошла работать в Департамент разведки, пятнадцать лет назад стала им руководить, через год получила звание архимага, награждена тремя орденами за безупречную службу, почётная гражданка Сумэ, имею пожизненный допуск в Д´аарр и отвергла предложение брата аора о политическом браке… У тебя ещё остались вопросы?!

Если он сейчас отшатнётся, побледнеет и замкнётся – я пойму.

– А чем тебе брат аора не угодил? – задорно улыбнулся Лиан.

– Наглый больно, – буркнула я. – К тому же старый и вдовый. И руки распускает загребущие.

– Ещё бы! – парень потрепал шерсть Керу. – Потискать самого архимага! Кто бы удержался?

Авур довольно подставил бок. Сказать, что я была в шоке, означало выразить малую толику моих эмоций. Вспомнилась реакция Грайна и прочих подобных претендентов поухаживать за милой девушкой Льэн.

– Тебя ничего не смущает? – недоверчиво спросила я.

– Льэн, – парень стал серьёзным, – я ведь с самого начала понимал, что ты настолько выше меня, что никогда не дотянуться. Госпожа-маг, бесстрашно разъезжающая на диковинном древнем создании, уничтожающая нежить, словно досадных насекомых, лечащая даже без прикосновений… Увидев тебя в Грувре, я подумал, что ты Святая Лайна, явившаяся в Зуар по милости Вседержителя. Наверно, я до сих пор в это верю… Так что своими словами ты лишь сократила расстояние между нами. Раз ты не Святая, то остальное неважно.

– Я – маг…

– Ты – Льэн.

Впервые в жизни я не нашла что возразить.

– Моё полное имя – Арсильэн. Арсильэн Эррионари.

– Род моего отца – Кэйро́. Элиан Кэйро, к твоим услугам.

Он человек. Человек! Когда-то с Асти это заставило меня отступиться. Но Астолайн всегда признавал пропасть, пролегающую между магом и человеком.

– Лиан, я буду жить пятьсот-шестьсот лет. Останусь девчонкой с виду, переживу всех знакомых людей, их детей, внуков и правнуков.

– После войны меня сложно чем-то напугать. Когда каждый день может стать последним, понимаешь: имеет значение только то, что происходит здесь и сейчас. Будущее непредсказуемо, как заклятие, летящее в лицо. Я видел гибель магов: мёртвые, они не отличаются от нас. Во мне нет зависти к долгожителям, нет и страха перед их способностями. Я простой парень, Льэн, и принимаю всё, как должное. В том числе и тебя.

Пятьдесят лет назад влюблённый до одури юноша шептал мне на ухо: «Мы будем вместе, мы что-нибудь придумаем, продлим срок моей жизни, найдём средство против старения, главное – я люблю тебя, Льэн».

Скажи он мне: «Я принимаю тебя такой», что изменилось бы?..

Аор шагнул из серой мути портала в блестящей струящейся мантии поверх традиционного пышного костюма горцев, величественный и сердитый. Тут же он утратил свой грозный вид, тяжело плюхнувшись между нами на скамью.

– Женщины д´айрри невыносимы, – проворчал он, ослабляя тугой узел галстука, – за продолжение рода мы расплачиваемся ролью подкаблучников, исполняющих их капризы. Держи, – Кайр сунул мне амулет-кольцо. – Там капля родственной крови, на близком расстоянии должно сработать. Сейчас мальчик в Бéрсе, живой. И, уж извини, но я оповестил твоего блондинчика. Как там его? Урас?

– Уэрас, – я поморщилась. – Спасибо, хоть не стал извещать лично Астолайна!

– Не стоит благодарности! – задрал нос аор. – Твой император припёрся бы сам, как это было в Кимре, а Асти нечего там делать. Ты со своими ребятами прекрасно справишься, и город уцелеет.

– Спасибо, – на этот раз искренне повторила я.

– Поспеши, девонька… Постарайся всё-таки вытащить Илара. В ином случае его мать мне выцарапает глаза и значительно проредит шевелюру.

– Только поэтому? – хмыкнула я, поднимаясь.

Кайр устало махнул рукой:

– Не заставляй меня произносить громкие слова, Льэн. И ты, и я придаём им меньше значения, чем делам, – аор потянулся погладить Керу, но авур отступил на шаг. – Удачи.

Мой резерв был почти полон – особая энергетика гор. Некоторые учёные выдвигают теорию, мол, д´айрри потому и сидят на своей небольшой территории тысячелетия, что здесь их сила получает мощнейшую подпитку. Пространство легко разошлось от малейшего касания. Я ещё не бывала в Берсе, хотя он и находился довольно близко к Киэру, отделённый лишь горным хребтом. Зато именно в этих местах гнездилась основная часть нежити, кроме зерхов и гарз ещё десятки видов и сотни подвидов. К великому счастью, бо́льшая их половина никогда не покидала ущелий и не нападала на людей.

Город показался мне сошедшим со страниц старинного романа: узкие улочки, мощённые не брусчаткой, а каменными плитами, маленькие окна в толстых стенах домов, напоминающие бойницы, крохотные зарешечённые балкончики высоко вверху. План я посмотрела заранее по карте и перенеслась на центральную площадь Берса, на одной стороне которой располагался храм, на другой – ратуша с часами. С удивлением я заметила, что только начало третьего: насыщенный событиями день и не думал заканчиваться.

Случайные свидетели нашего появления вначале шарахнулись от Керу, затем принялись с любопытством разглядывать, не решаясь подойти поближе. Один шустрый мальчонка даже на цыпочки привстал, до того заинтересовался невиданным зверем. Авур приосанился и улыбнулся. Зрителей как ветром сдуло. Обиженный Керу ткнулся Лиану в плечо.

– Они же не знают, что ты зубищами длиной с ладонь траву жуёшь, – утешил авура парень, – а клыки у тебя вместо расчёски. Не расстраивайся.

Мне стоило больших усилий сдержать смех. Не время. Кольцо-амулет показывало, что Илар совсем рядом.

– Я пойду на разведку, – обратилась к своим спутникам тоном, не терпящим возражений. – Когда позову, подходите, но не раньше! И без самодеятельности, Керу, понял?!

Авур недовольно кивнул. На всякий случай я поставила вокруг них с Лианом защитный контур. Лишним не будет.

След привёл меня к неприметному дому через пару улиц от площади. Охранную сеть Мастер сплести не успела, бросив заклинания лишь на окна и двери. Невидимость на себя я накладывать не стала, убедившись, что Ориэнна видит сквозь неё, зато окружила весь дом непроницаемым барьером. Теперь это место без моего ведома никто не покинет. Затем я вошла – открыто и через парадную дверь.

За порогом меня поджидали темнота и тишина. Холл без окон напоминал склеп. Сходство усиливали грубые арочные своды и монолитная плита пола. Тепловое зрение в такой ситуации бессильно, я перешла на ночное. Проход в стене, коридор, поворот, арка, ещё поворот…

– До чего же вы упрямы, госпожа Ильэн!

Мастер стояла ко мне спиной, всё в том же блестящем чёрном платье – переодеться было то ли некогда, то ли не во что. В углу зловеще мерцал тусклый светильник. Рука женщины расслабленно вытянулась вдоль бока, пальцы поглаживали нож. Так ласкают детей и возлюбленных – нежно и бережно.

– Как вы думаете, за сколько времени из человеческого тела вытекает кровь? – Ориэнна обернулась ко мне. По её губам скользила мягкая улыбка. – Я засекала. Представляете, каждый раз иной результат! От двадцати минут до полутора часов, в зависимости от величины разрезов!

Я дёрнулась, стремясь заглянуть за её плечо. Кроме очертаний слабо отражающей свет прямоугольной поверхности и бледных рук, туго стянутых верёвкой, разглядеть ничего не удалось. Мастер угодливо подвинулась, открывая мне обзор.

– Вы опоздали совсем чуть-чуть. Какая неприятность, не правда ли?

Жертвенником на сей раз стал шкаф, опрокинутый набок. Верёвка проходила сквозь ручки дверец, удерживая д´айрри… Мёртвого д´айрри. Кровь, в которой плавало тело, медленно стекала на пол. Запрокинутое лицо, искажённое гримасой, смотрело в потолок незрячими глазами. Сердце сжалось и замерло… чтобы через секунду забиться снова.

Не Илар. Полукровка, худой, измученный, с неровно обрезанными волосами и еле затянувшимися шрамами от ран. Военнопленный, один из пропавших. Подло, но я почувствовала облегчение. Какая, казалось бы, разница, если всё равно произошло убийство, только нельзя было отрицать радость от осознания того факта, что Илар жив.

– А вы знаете, за что мой Господин ненавидит д´айрри? – как бы невзначай бросила Ориэнна. – Вседержитель развоплотил своего поверженного врага и влил его кровь по капле в каждого из первых сотворённых им созданий. Д´айрри пользуются силой павшего бога… Обидно, не так ли?

Я не отрывала взгляда от жертвенника. Если кровь здесь – значит, ритуал не завершён. Мастер чего-то ждёт. Быстро прощупав дом, я обнаружила ещё двоих – неизвестного мне человека и Илара. Если Лиан возьмёт на себя охранника, с Ориэнной на сей раз я справлюсь.

Керу я позвала, не размыкая губ. Авур услышит. Мой учитель утверждал, что авуры при желании читают мысли – не все, только ярко выраженные. Так или иначе, мне нужно было лишь потянуть время.

– Чего вы добиваетесь, госпожа Лэйгорри? – спросила я, стараясь выглядеть спокойной. – Свою силу вы получили, молодость и долголетие приобрели. Безвозмездно служите сверженному богу?

– Падший бог милостив к обездоленным. Вам, одарённой сверх меры, этого не понять… Мните себя праведницей, госпожа Ильэн? А ведь все эти подношения на вашей совести.

Усмехнувшись, я покачала головой:

– Разумеется. Это я заставила вас проводить ритуалы, похищать и скупать д´айрри, мучительно и медленно убивать их, принося в жертву вашему кровавому покровителю.

Ориэнна расхохоталась, заглядывая мне в глаза:

– Вы даже не представляете, насколько близки к истине! Я всё думаю – как вы будете жить дальше, сознавая, что всё это, – она ткнула пальцем в кровь, – ради вас? Вас одной.

Я поискала в её лице признаки безумия. Вздор, который она несла, мог оправдываться сумасшествием или попыткой опять меня обмануть. Заговорить зубы и сбежать. Но ритуал должен быть закончен. Почему Мастер медлит?

Шагнувшую из портала фигуру я заметила боковым зрением. Развернулась, выставив щит, готовясь отразить любой удар. Ориэнна шутовски поклонилась прибывшему:

– Свою часть сделки я выполнила. К сожалению, вы, Ваше Величество, оплошали со своей. Сами разберётесь с госпожой или позволите мне оказать вам услугу?

– Отойди в сторону, Лэйгорри.

Тихий властный голос ожёг меня болью узнавания и лишил хладнокровия. Голос, который никогда, ни при каких обстоятельствах не должен был сейчас звучать здесь, у этого жертвенника, рядом с убитым д´айрри.

В ужасе я смотрела на человека, которому служила. Которого поклялась почитать и защищать, считала своим другом, видела в нём образец для восхищения и подражания, женой которого чуть было не стала.

На императора Киэра.

Астолайн явился, не удосужившись даже прикрыться плащом, – заранее проложенный прямой портал из личных покоев в этот дом. «Запасной вариант, – пронеслось в голове, – на случай провала в Рурке». Второй жертвенник, пленный д´айрри, чуть искажённая подпись на документе… Асти всегда держал наготове несколько взаимозаменяемых планов – политических, экономических… теперь вот личных.

Первый же его шаг в моём направлении заставил меня отшатнуться. Непроизвольно я напряглась, собираясь атаковать или защищаться.

– Льэн…

Позади меня была стена. Прижавшись к ней спиной, я могла следить за императором и за Мастером одновременно. Женщина наблюдала за нами с откровенным злорадством, нож она отложила на край жертвенника.

– Льэн, послушай…

Керу с Лианом должны были уже подойти. Авур в дом не пролезет, зато и выйти никому не даст. Сориентируется ли Лиан в темноте? Надо зажечь огонёк…

– Льэн, ради всего святого, погляди на меня!

Я с трудом выполнила просьбу. По лицу Астолайна текли слёзы. Настоящие, не иллюзия… Две широкие блестящие дорожки. Я первый раз видела, как он плачет. До этого дня я не верила, что он вообще способен плакать.

– Зачем, Асти?.. – голос отказывался мне повиноваться, как и подломившиеся ноги, и занывшие плечи, словно их придавила каменная глыба жертвенника. – У тебя было всё! Высшая власть, прекрасная семья, всеобщее признание, обожание подданных… Чего тебе не хватало?! Ради чего ты унизился до гнусного сговора?! – я поняла, что кричу, лишь когда мои слова громким эхом отразились от сводов. – Скажи мне, зачем?!!

– У меня не было тебя.

Астолайн размазал слёзы тыльной стороной ладони и вздрогнул, глядя на мокрую руку, словно не веря, что всё это происходит с ним на самом деле.

– Я люблю тебя, Льэн. Всегда любил, не прекращая ни на миг. Все эти годы… Заседая с министрами, работая с бумагами в кабинете, ведя переговоры с послами… В постели с женой думал только о тебе! Прокля́тая пропасть между магом и человеком! Я мечтал стереть её, уничтожить! Разве можно упустить этот шанс? Я обрету молодость и долголетие, мы сможем быть вместе!

– Ты ненормальный, – я отрицательно покачала головой. – Неужели ты всерьёз считал, что я спокойно приму заплаченную цену?! А куда ты собирался деть Малиэр? Как бы объяснил сыновьям? Посмел бы дальше править империей?!

– Мали смертна, – тихий вздох, – дни её сочтены. Мальчикам не обязательно знать правду. А империю я передам Лайду. Он этого заслуживает и станет хорошим императором.

– Распланировал… – мои губы дрожали. – Моим мнением только забыл поинтересоваться… Я никогда – слышишь, никогда! – тебе этого не прощу! Да я близко к тебе не подойду – после всего!

– Льэн…

– Не смей меня так называть! Я – Арсильэн, архимаг Киэра! Я принесла присягу империи, обещая защищать её от всякой мрази, и ты теперь – преступник, нарушивший её законы!

Мастер, о которой мы забыли, мерзко хихикнула:

– Сдаётся мне, Ваше Величество, магия вам больше без надобности. Не возражаете, что я её приберу? А то кровушка скоро остынет.

Не дожидаясь ответа, она принялась проговаривать ритуальные фразы – так быстро, что их смысл терялся, и лишь в конце выделилось торжествующее:

– Возьми и дай мне силу!

Мы среагировали одновременно – я запустила в Ориэнну парализующее заклинание, она выставила щит, Астолайн рванулся к алтарю. Возникшая из ниоткуда тёмная фигура влезла между жертвенником и Асти, без всякого пиетета отбросив императора с такой силой, что тот не устоял на ногах. Мастер, всецело поглощённая мною, получила прикладом арбалета по макушке и кулём рухнула на пол.

– Не рыпайся, – грозно сказал Лиан, наводя на Асти оружие. – При малейшем движении стреляю!.. Льэн, гарзу эту белобрысую проверь – вдруг притворяется.

– Какое притворяется! – подскочив, я перевернула Ориэнну на спину, сковывая её наручниками, блокирующими магию, которые я всегда держала наготове в пространственном кармане. – Таким ударом быка свалить можно. Хорошо, что дышит… Лиан, Илар в соседней комнате, с ним охранник. Человека нужно обезоружить, заткнуть рот и завязать глаза. Справишься?

– А ты? – парень зло глянул на императора.

– Я тоже… справлюсь.

Астолайн овладел собой. Сел, не пытаясь сопротивляться, проводил взглядом Лиана и посмотрел на меня. Слёзы на щеках высохли. Я отвернулась.

– Льэн, дай мне нож.

Притвориться, что не слышишь, – легко. Заставить себя не слушать гораздо сложнее.

– Ты же понимаешь, что я не перенесу суда. И не должен оставлять Лайду этот позор. Ему править империей.

– Что ж ты раньше не думал об империи? – тихо спросила я. – Твоя безупречная репутация, жизнь ради Киэра… Скольких ты отдал в жертву, Асти? Разве я того стою? Это ты считаешь любовью?

– Ради тебя я был готов на всё. Если это не любовь, тогда я не знаю, что называют этим словом… Льэн, завязанные глаза свидетеля не помогут. Сейчас здесь будет твой отряд, я угадал? Что ты им скажешь?

– Правду.

– В Бездну твою правду! Император не может оказаться преступником, ты прекрасно это понимаешь. Возникнет смута, Лайду придётся начать своё правление с жестокости… Не дашь нож – разреши мне подойти. Ты же ведь не боишься, что я нападу на тебя, сильнейшего мага Киэра.

– Оставайся на месте.

– Льэн, мёртвых не судят… Это единственный выход.

Я не ответила. Он был прав. Но я не могла, не могла… Асти, моя первая и единственная любовь, ушедшая, чистая, светлая, забравшая с собой часть моего угасшего сердца, моё горькое счастье, нежно хранимые воспоминания, юность, дерзость, беспечность…

– Прости меня, любовь моя.

Он метнулся так быстро, что заклинание опоздало. В свои почти семьдесят Астолайн сохранил великолепную форму. Никаких картинных жестов: один точный удар, показавшийся мне смазанным движением. Виноватая, жалкая улыбка. Я успела лишь подхватить тело, от тяжести которого мне пришлось опуститься на колени. Асти закрыл глаза, закусил губу, слабо дёрнулся в моих руках и обмяк.

Так нас и застал Лиан.

– Льэн! Он на тебя напал?!

Я покачала головой. Говорить было тяжело. Парень подошёл и присел рядом на корточки:

– Он что, сам?..

Больше всего на свете мне хотелось ответить: «Нет».

Император Киэра не мог умереть подобным образом – заколов себя рядом с жертвенником, напоследок признавшись в страшном преступлении. Умереть, переложив на мои плечи этот груз вины и заботы о его честном имени – ради его семьи и империи.

Лиан молча обнял меня со спины, и я разрыдалась, выплакивая свою боль, тоску и разочарование.

Отряд зачистки в полном составе явился спустя четверть часа. Портал довёл их до города, дальше Уэрас отыскал нас по моему следу – недаром он самый талантливый мой ученик. К этому моменту я успела привести в сознание Илара и допросить трясущегося от страха охранника. Мужчина не представлял собой ничего особенного – обычный грубоватый невежественный зуарец из бывших армейских. Один из Старших Мастера нанял его для присмотра за полукровкой недели две назад, причём за банальные сойлены. Долголетием и молодостью Ориэнна не разбрасывалась.

Д´айрри имел наглость обидеться, узнав, что всё обошлось без его участия.

– Даже перед друзьями не похвастаться – самое интересное проспал, – смуглое лицо Илара отражало искреннее сожаление.

– Зато к матери живым вернёшься, – жёстко отрезала я, связываясь с Кайром.

Аор примчался через минуту. Довольно похлопал Илара по плечу, отчего д´айрри расцвёл и гордо задрал нос. Весть о гибели Астолайна заставила Кайра побледнеть и нахмуриться. Он попросил позволения взглянуть на покойного, и у меня не нашлось повода отказать. Императора мы с Лианом первым делом перенесли в ближайшую из заброшенных спален и накинули на тело снятое с кровати покрывало. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь неглупый (а дураков в Отряде не держали) догадался о произошедшем по характеру раны. Нож я предварительно вынула… Сколько мне при этом понадобилось мужества и что я испытывала – умолчу.

Кайр вернулся мрачнее тучи. Аор не задавал вопросов, но, судя по угрюмому лицу, он понял очень многое, если не всё.

– Жду тебя, когда освободишься, – сказал он так, чтобы расслышала я одна, и ушёл, забрав Илара с собой.

Госпожу Лэйгорри я вручила Бэльрри, наложив на Ориэнну в бессознательном состоянии заклинание Замкнутых Уст и предупредив, что допрашивать собираюсь лично. Теперь от молчания Мастера зависело слишком многое. Дознаватель забрал в Стоун и её, и охранника.

Дом тщательно обыскали, но это действительно был запасной вариант. Кроме жертвенника здесь не хранилось ни самого завалящего амулета, ни личных вещей или денег. Если Ориэнна тут и бывала, то только затем, чтобы провести ритуал для создания алтаря.

Уэрас долго смотрел на тело Астолайна, накрытое гобеленом. Отряду я изложила версию о героически погибшем императоре, парни еле сдерживали слёзы. Мне предстояло объясняться с Малиэр и сыновьями, но думать об этом не хотелось.

– Льэн, – мой помощник перевёл взгляд на носки своих начищенных ботинок, – насколько я понимаю, собирать дальше информацию о подозрительных фактах в окружении Его Величества бессмысленно?

Я кивнула. Незаконнорождённый сын советника Рейарри был гораздо сообразительнее всех остальных детей своего отца, и однажды выбитое мной право на родовое имя заслуживал как никто из них.

– Уэр, то, что ты успел узнать о домах в Бразе и Рурке… Это где-то задокументировано?

– В моих личных свитках.

– Уничтожь их без возможности восстановления из пепла.

– А если…

– Твоя основная задача – проследить, чтобы не было никаких «если». Суд должен быть предельно быстрым и пройти до похорон, лишняя информация всё затянет.

Юноша еле слышно вздохнул.

– Я правильно понимаю, что с начала операции не получал от вас известий? Мы впервые связались при захвате особняка в Рурке, а ваши отчёты мне приснились?

– Дурные сны следует забывать.

– Уверяю, я не привык болтать о своих кошмарах.

– Спасибо, Уэр.

– Не за что, Льэн. Я подготовлю доклад для суда без… недостоверных данных.

– Твой отец гордился бы тобой.

От моих слов щёки юноши заалели.

– Если бы не вы, Льэн, он никогда бы не признал меня сыном… Я вам больше не нужен?

– В данный момент – нет, – улыбнулась я через силу.

– В таком случае я вас покину. Мы закончили осмотр, убитого д´айрри приготовили к транспортировке. Изображений места преступления достаточно для обвинительного приговора даже при отсутствии крови.

– Что значит: «отсутствие крови»? – нахмурилась я. – Весь камень ею залит!

– Ни капли, – покачал головой Уэрас. – Ритуал завершён, Поглощающий принял жертву.

Вспыхнувшая догадка заставила меня вылететь из дома за секунды. Керу и Лиан ждали на улице: авур чувствовал моё настроение и переживал вместе со мной, парень что-то негромко рассказывал ему, поглаживая мех.

– Лиан! – позвала я, замирая.

Он повернулся на мой голос – спокойный и серьёзный. Аура полыхала, ослепляя… Почему я сразу не заметила?!

– Лиан, ты ничего нового в себе не ощущаешь? – осторожно поинтересовалась я.

– В глазах двоится слегка, – признался парень. – Вокруг каждого человека или вещи словно второй контур. Что, под заклинание попал?

– Попал, – подтвердила я. – Ещё как попал… Ты теперь маг, Лиан. Самый настоящий.

Он растерянно смотрел на меня.

– Льэн… Это как же… Это значит… Я теперь такой же, как ты?..

Мы с Керу дружно рассмеялись.

– Ну, до уровня архимага ты не дотягиваешь, извини. Но, судя по твоей ауре, силы в тебе достаточно. Не меньше, чем в Уэрасе Рейарри, а он маг первого уровня. Арбалет тебе больше не понадобится, гарз на лету станешь испепелять.

– Подожди ты с гарзами, – запротестовал Лиан. – То, какой ценой мне досталась эта магия… Я теперь завишу от Поглощающего? Начну мерзости творить? Д´айрри резать, кровь пускать… Это же ведь плохая сила.

– Магия не бывает плохой или хорошей, – успокоила я его. – Всё зависит от того, с какой целью ты её применяешь. Аура у тебя чистая – ни пятнышка. Конечно, Сход магов будет за тобой приглядывать первые сто лет…

Вспыхнувший румянец на его щеках почему-то обдал жаром меня саму.

– Первые сто… А потом – сколько?! Сколько я проживу?

– Как все маги – веков пять-шесть.

– Ого! – улыбнулся он. – И что меня ждёт?

– Для начала учёба, – выдохнула я, – долго, лет пятнадцать. Дети учатся магии с трёх лет и до восемнадцати, а ты, считай, тот же ребёнок. Потом практика, это ещё столько же… Ничего, я обеспечу тебе практику в Департаменте, у нас новичков гоняют здорово, тебе понравится!

Керу хмыкнул. Склонил голову и насмешливо пихнул меня лапой. От толчка я оказалась в руках Лиана. Парень поймал меня и держал – не отстраняясь и не смея обнять.

– Сводник, – беззлобно ругнула я авура.

Тот сделал вид, что не расслышал.

– Мы сейчас куда? – спросил Лиан. – В Киэр?

– Да. В Амьер, в императорский дворец… Я должна выполнить свой долг. Вы с Керу подождёте меня, хорошо? А потом мы пойдём домой.

– Домой… к тебе?

– К нам.

В Д´аарр я перенеслась уже в сумерках, когда последние лучи солнца догорали на самых высоких снежных вершинах. Аор ждал меня, сидя на том же самом камне-скамье, сцепив чуткие пальцы под подбородком и следя за переливами цвета в быстро меняющемся небе. Я пристроилась рядом.

– Знаешь, что сказала мне Мастер? – произнесла я, помолчав. – Что в каждом д´айрри есть частичка крови проклятого бога.

– Возможно… – Кайр устало потёр виски. – Мы все в Д´аарре связаны кровью. Убийство любого из нас – невосполнимая потеря для остальных. Поэтому так важно, чтобы малейшее упоминание о культе Поглощающего было стёрто из памяти людей.

– Суд состоится завтра утром. Только Верховный служитель храма, представитель правительства Сумэ, Ризар Второй, Лайдиор, ты и я. Все судьи и свидетели дадут магическую клятву не разглашать подробности процесса. Обвиняемым, скорее всего, сотрут воспоминания.

– Этого недостаточно, Льэн, – по лицу аора пробежала тень. – Мастер культа не должна дожить до суда. Ты это понимаешь не хуже меня. Нельзя рисковать, искушая тайным знанием наделённых властью. Правители Сумэ, король Зуара и юный император – люди. Кто скажет заранее, не захотят ли и они могущества и долголетия… Нас осталось так мало, Льэн! Чтобы сохранить свою расу, мы вступаем в брак лишь ради продолжения рода. Любовь для нас – непозволительная роскошь… Но мы выживем! Вопреки всему – если не повторится резня.

– Неужели ты думаешь, что, узнав способ…

– Да, Льэн, думаю! Кто поручится, что после того, что они услышат завтра, на меня не пойдёт войной Сумэ? Или Ризар? Да я в Лайдиоре не уверен после того, как…

Кайр оборвал фразу, вздохнул, затем продолжил с непередаваемой тоской:

– Мы с Асти были близкими друзьями – насколько могут быть близки человек и д´айрри. Но я никогда не приму того, на что он решился. Не только потому, что в ужасе от содеянного, а как такой же правитель, ответственный за свою страну. Личное не имеет права перевешивать долг… Именно поэтому я повторяю: Мастеру следует исчезнуть до суда.

Я подавила ледяную дрожь:

– Астолайн погиб, защищая империю и Д´аарр.

– Так ты заявишь суду. А я прилюдно выражу благодарность павшему герою – что бы при этом ни испытывал. Но сейчас мы здесь одни, Льэн. И тебе я скажу: Астолайну повезло, что он мёртв! Иначе меня не остановил бы ни мирный договор между нашими государствами, ни годы дружбы.

– Что, пошёл бы войной на Киэр? – усмехнулась я.

– Нет, – покачал седой головой аор. – Рисковать жизнями своих подданных я не стану. Но моя собственная принадлежит мне. В имперские тюрьмы проникнуть нелегко, однако кровная связь д´айрри успешно противостоит охранной магии. Пару вопросов своему другу я задал бы… прежде чем отправить его на Небеса тем же способом, которым по его вине убивали жертвы на алтарях.

– Пожалуйста, Кайр! – жалобно взмолилась я. – Прошу тебя… не надо! Ведь ты не знаешь причины, почему…

– Да какая разница! – д´айрри вспыхнул так, что яркие пятна румянца зарделись на тёмных щеках. – Ты думаешь, я слепой?! Чёрствый и жестокий старик?! Не видел, как Асти смотрел на тебя все эти годы? Не догадывался о его затаённой боли? Но ты жива и счастлива, а моя Келэ́ покончила с собой – потому что нам не суждено было быть вместе. Родственная кровь не даёт детей, а я обязан оставить наследника. Мне пришлось взять в жёны подходящую девицу и стиснув зубы терпеть, пока родится ребёнок. Как назло, она слишком долго не беременела… Бездна, да я подождал бы, сколько угодно, только Келэ устала и отчаялась… Я триста лет прожил, проклиная наши законы, – но не роптал, понимая, что если я сам, аор Д´аарра, нарушу их, то не посмею требовать выполнения от остальных.

Кайр сделал паузу, чтобы вдохнуть воздуха, и продолжил глухо:

– Думаешь, я не знал, что Поглощающий способен сделать так, чтобы у двух находящихся в родстве д´айрри родился общий ребёнок? Свиток с записью о культе с подробным описанием ритуалов в строжайшем секрете передаётся от аора к аору… Или я никого не казнил за эти годы? Хотя мог бы использовать их кровь в своих целях. Но есть границы, Льэн, переступая которые ты теряешь себя. Принимая знание, мы клянёмся честью не использовать его ни при каких обстоятельствах и не выдавать никому, кроме следующего правителя.

– Получается, твоя честь мне доверяет? – неуклюже пошутила я.

– Мы связаны общей болью и тяжестью груза на наших плечах. Мне до́лжно защитить свой народ, тебе – доброе имя императора. А то, что нам при этом приходится делать и чувствовать, останется похороненным глубоко внутри, прорываясь бессонными ночами и невыплаканными слезами.

– И угрызениями совести.

– Льэн, – голос аора потеплел. – Посмотри на меня, девонька… Не терзай себя. Ты ни в чём не виновата. Астолайн сделал свой выбор сознательно, не под принуждением. Ему уже не восемнадцать лет. Полвека у власти – достаточно, чтобы определиться, кто ты: сопливый влюблённый юнец или правитель огромной империи. Скажу тебе больше: он, в отличие от нас с тобой, легко отделался. Напакостил и сбежал, как трус.

– Нет, – всхлипнула я, – нет… Асти никогда ничего не боялся. Просто… Ты понимаешь…

– Понимаю, – Кайр поднялся. – И подчищу за ним дерьмо, чтобы этого не пришлось делать тебе. Куда отправили Мастера?

– Тюрьма в Изере. Кайр…

– Идём, Льэн. В твоём мужестве я не сомневаюсь. Но, чтобы было проще, считай, я принудил тебя угрозами.

– Меня нельзя принудить.

Я встала вслед за аором, отказываясь от предложенных им оправданий.

Честь, клятва, долг… Много красивых и правильных слов.

Истина в том, что, если война со злом требует жертв, эти жертвы кто-то приносит. Даже если не ты, то с твоего одобрения. И смерть их всё равно на твоей совести, независимо от того, чья рука оборвала их жизнь.

Тюрьма в Изере находится на искусственном острове. Отсюда не сбегают и не выходят; заключённые здесь обречены на пожизненное пребывание. К чести Киэра, их не так много – тех, кто своими преступлениями заслужил стёртую память и растительное существование вплоть до своего ухода на Небеса.

Ивон Штайр встретил меня без удивления. Порой мне приходилось заявляться на службу и посреди ночи. Бегло посмотрев отчёты, я похвалила подчинённых: за короткое время они проделали невероятную работу. Всех приверженцев культа, взятых утром в Рурке, успели допросить, провели очные ставки, раздобыли объёмные изображения исчезнувших полукровок и установили факты одиннадцати жертвоприношений. Двенадцатым стал тот пленный, которого убили в Берсе. К сожалению, тела первых Мастер безжалостно уничтожила, но родные хотя бы не будут терзаться неведением о судьбе своих пропавших без вести близких. Не знаю, правда, что хуже – считать своего отца, мужа или сына потерянным либо узнать о его мученической смерти на алтаре.

Камера госпожи Лэйгорри находилась в отдельном крыле. Кроме Мастера, сейчас здесь не было других заключённых, вместо охраны стояли мощнейшие заклинания, неподкупные и беспристрастные. Штайр проводил меня до дверей и замялся. Предложить мне помощь он не решился, но робко напомнил:

– Госпожа Арсильэн, дежурные наготове. В секунды будут, если что…

Я криво улыбнулась. Ивона как ветром сдуло. Кайр пришёл через проложенный мной портал, восхищённо присвистнул:

– Ну ты сильна! Столько защитных плетений сразу пробить!

– Так мои же плетения, – отмахнулась я. – Кайр, позволь я сначала с ней поговорю. Узнаю…

– Плохая идея, – вздохнул аор. – Ничего утешительного ты не услышишь, уверяю. Но раз хочешь… Мне заткнуть уши?

– Не нужно.

Ориэнна лежала на кровати. При виде нас она поднялась. Антимагические браслеты тихо звякнули. Замкнутые Уста не дали ей поприветствовать нас должным образом, но женщина вызывающе поклонилась, мазнув пол растрепавшимися светлыми прядями. Я сняла заклинание, и Мастер удивлённо приподняла брови:

– Вы меня пугаете, госпожа Ильэн. Говорить разрешают тем, кого не боятся слушать. Делаю неутешительный вывод, что я приговорена.

– А вы рассчитывали на иной исход? – спросила я без злорадства. Топтать поверженного врага не в моих привычках.

– Надеялась… Вот уж правда – никогда не связывайся с власть имущими, что бы они тебе ни пообещали и чем бы ни поманили… Я так понимаю, Его Величество от меня отказался?

– Правильно понимаете, – говорить ей о смерти Асти я не собиралась.

– Тогда чего вы от меня ждёте? – пожала плечами Ориэнна. – Раскаяния? Его нет. Я верно служила своему Господину, он наградил меня силой, всё честно. Если бы я не сглупила, заключив соглашение с императором, то до сих пор наслаждалась бы молодостью и всеми благами мирской жизни. Надо было плюнуть на посулы Астолайна и убить вас в Рурке, госпожа Ильэн.

– Когда вы вступили в сговор с Его Величеством?

– А с какой стати я должна отвечать на ваши вопросы? – усмехнулась Мастер. – Я фактически мертва: с чего мне удовлетворять ваше любопытство?

– С того, что смерть бывает разной, – выступил вперёд Кайр. – Если бы это зависело от меня одного, я выпустил бы твою кровь по капле, Лэйгорри, как ты поступала с жертвами, а сам бы сидел рядом и упивался твоими страданиями. Но мы на земле Киэра, поймал тебя архимаг империи… Ответишь честно – умрёшь быстро и безболезненно.

– Убедительно, – фыркнула Ориэнна. – Д´айрри по своей сути жестоки. Проклятое племя, древняя раса, черпающая могущество из поверженного бога… В тот миг, когда сдохнет последний из вас, мой Господин вновь соберёт свою кровь и силу.

– Значит, мы сделаем всё, чтобы это время никогда не наступило… Льэн, выйди. Тебе не стоит смотреть на то, что здесь произойдёт.

– Погодите! – запротестовала женщина. – Я не отказываюсь говорить… Что вы хотите узнать?

– Всё. От начала и до конца.

– На-а-ачало… – гаденько протянула Ориэнна. Её аура была чёрной и рваной, но лиловые пятна страха в ней не проглядывали. – Мой муж был Мастером культа в Кимре, это, конечно, вам известно. Он сделал меня Старшей, я помогала ему в ритуалах…

– Каким образом простой торговец мебелью получил знания, известные лишь правителям Д´аарра? – прервала я её.

– Завидно, что не всё могущество досталось таким, как вы? – сощурилась госпожа Лэйгорри. – Следить надо лучше за древними тайнами. Землетрясение в Кену открыло вход в старый храм в горах. Ваши ищейки его осмотрели и не нашли ничего ценного или интересного, сохранившуюся мебель продали с торгов. Муж купил стол, разобрал его, чтобы отреставрировать, и нашёл тайное отделение. Там был всего лишь один свиток – зато какой! Написанный кровью проклятых!

Кайр скрипнул зубами, и Ориэнна поубавила тон.

– В свитке содержалась подробная инструкция – как подготовить жертвенник, правильно выпустить кровь, обратиться к Господину. Первого полукровку я поймала сама – заманила подростка в дом, попросив помочь старой женщине донести тяжёлую корзину, угостила орником со снотворным. Привязывал его Винд, он же резал вены. Первый раз сложно, нет навыка. Зато потом… – она мечтательно улыбнулась. – Неповторимое ощущение!

– Избавьте нас от подробностей, – я испугалась, что аор сорвётся. – Где сейчас этот свиток?

– Сгорел в Кимре. К тому моменту я выучила его наизусть, мне он был больше не нужен.

– Вы уже обрели магию?

– Магию, молодость… Жаль, что Винд увлёкся и выдал себя. После того как нас поймали, мне удалось ускользнуть, но я прекрасно понимала, что это ненадолго. Ищейки Департамента были повсюду. У меня появилась дерзкая мысль. Все в курсе, что императрица одержима жаждой сохранить красоту, я решилась… скажем так, предложить свои услуги. Но оказалось, что Астолайна интересует вовсе не его жена, а бросившая его когда-то невеста! Забавно, не правда ли?

Моё ледяное молчание стёрло её ехидную усмешку.

– Мы заключили сделку. Я получила деньги, документы на дома и амулет-портал до Рурка. Там я быстро нашла способ добыть подходящий для ритуалов материал. Девять жертв сделали меня Мастером, парочку пришлось потратить на Старших, двенадцатая предназначалась императору. Вот только вы, госпожа Ильэн, оказались слишком упрямы, хоть вас и старательно направляли в совершенно противоположную строну Зуара. По мне, вы недостойны ни жертв, ни приложенных усилий, ну да не мне судить… У вас остались ещё вопросы?

– Зачем вам потребовался чистокровный д´айрри?

– Я планировала сбежать сразу после того, как расплачусь с Астолайном. Чистокровный – лучшая жертва, чем жалкие смески, но я предпочитала не рисковать, а тут удача сама пришла в руки. Это должно было стать последним подношением, после чего я затаилась бы в Сумэ… Мне, госпожа Ильэн, не нужна власть над миром, достаточно красоты и долгих лет обеспеченной жизни.

– После чего вы захотели бы продлить её, а потом ещё и ещё, – взгляд золотых глаз аора потемнел. – Льэн, ты закончила?

– Да, – я развернулась и пошла к двери, заставляя себя не оглядываться.

Что бы ещё Ориэнна ни добавила, больнее уже не станет. В коридоре мне пришлось прислониться спиной к стене, стараясь унять ноющее сердце.

Кайр вышел через минуту.

– Кровоизлияние в мозг, – д´айрри пытался казаться спокойным, но руки его дрожали.

– Спасибо, – прошептала я.

– За такое не благодарят, Льэн… Бездна! Будь проклята эта власть, за которую нам приходится расплачиваться такой ценою!..

– Это война, – выдохнула я, – на которой нет победителей.

– Зато есть спасённые, – возразил аор Д´аарра. – Во сколько завтра суд?

– В девять. С твоей стороны свидетели, Гарро и Тиррэ.

– Помню, Льэн… До завтра.

Он оставил меня одну, понимая, что любые слова сейчас не помогут. Я постояла, затем глубоко вздохнула, выравнивая дыхание, и потянула на себя дверь камеры. Нужно было подделать записи следящих за помещением заклинаний, составить отчёт для суда и вызвать Штайра с парой дежурных, чтобы в их присутствии зафиксировать смерть и уничтожить тело…

Долг Арсильэн Эррионари перед империей и покойным императором, павшим в неравной битве со злом.

«…ослабь, исцели сердечную скорбь нашу, да победит множество щедрот Твоих грехов наших бездну, и Твоя бесчисленная благости пучина да покроет горькое слез наших море…»

Мой особняк в Амьере выстроен так, чтобы Керу мог свободно ходить из комнаты в комнату. При этом авуру отведена бо́льшая половина дома, превращённая в зимний сад. Там я и нашла их с Лианом, сидящих в обнимку. Вернее, парень обнимал Керу за шею, а авур положил голову ему на колени и тихонько урчал.

– Ты всегда приходишь домой так поздно? – спросил Лиан, поднимаясь. – Керу, конечно, всё мне здесь показал, милая молодая женщина накормила нас ужином, но мы беспокоились. Из дворца являлись трижды, амулет связи звенит не переставая, а твой помощник забегал каждые полчаса.

– Всё завтра, – отмахнулась я. – Это был слишком длинный день… Извини, что бросила тебя одного.

– Я не один, я с Керу. К тому же, у тебя столько слуг…

– Это не слуги, а служащие. Вольнонаёмные. Амана, что не дала вам умереть с голоду, готовит для семьи Эррионари уже триста лет. Она слабый маг, но на кухне бог… Лиан, я завтра рано уйду, но потом обязательно вырвусь и со всеми тебя познакомлю… – я зевнула.

– Не переживай. Я разберусь. Ложись спать, Льэн, тебя от усталости качает. Только скажи, какую комнату я могу занять.

– Любую, где есть кровать. Гостевых спален так много, что я сама в них путаюсь… Ты не сердишься на меня?

– За что? – улыбнулся парень. – Благодаря тебе я избавился от уродства, получил новую, долгую жизнь… Маг… даже не верится!

– Из-за меня ты оказался в чужой стране, в непривычной среде. Магии теперь придётся учиться, начиная с азов, как маленькому.

– Но я не ребёнок, Льэн. Мне двадцать пять лет. И я не собираюсь сидеть у тебя на шее. Освоюсь немного и найду себе занятие.

– Твоё первоочередное занятие на ближайшие годы – учёба. Поверь, свободного времени останется очень немного. И, если тебя это волнует, все юные маги находятся на содержании Киэра. Империя строго следит за тем, чтобы сила была под контролем. Сдашь выпускные экзамены – можешь хоть отшельником стать, хоть в храм уйти, никто тебе и слова не ска-ажет, – я опять не смогла удержаться от зевка.

– Давай провожу, – Лиан подхватил меня под локоть. – Шмякнешься сейчас.

Он довёл меня до спальни, причём я практически на нём висела. Странно… совсем недавно мне казалось, что я проведу бессонную ночь, снова и снова переживая потрясения этого дня. Но умиротворяющая картина Керу и Лиана, ждущих меня дома, удивительным образом подарила мне покой. Как будто встала на место недостающая важная часть для того, чтобы я могла чувствовать себя цельной, – понятие домашнего уюта. То, чего мне, оказывается, так не хватало в насыщенной событиями жизни.

Дом – там, где твои близкие.

Малиэр с трудом опустилась на колени. В белом траурном одеянии с алыми цветами в руках императрица походила на подстреленную птицу. Длинный струящийся шлейф казался сложенными крыльями. Нэйстан поддерживал мать; по лицу юноши текли слёзы.

– Она не протянет долго, – с отчаянием шепнул мне на ухо Лайдиор. – Вся мамина жизнь заключалась в отце, только ради него она хотела выглядеть молодой…

– Тише, Ваше Высочество, – шикнула я, почти не размыкая губ.

Проститься с императором пришёл весь Киэр. По крайней мере, так выглядело со стороны. Люди текли и текли, проходя мимо постамента с гробом, в котором покоилось тело. Ещё накануне в Амьер прибыло столько народу, что большой тронный зал не вместил бы всех желающих, и прощание перенесли на площадь перед зданием дворца. Женщины рыдали в голос, мужчины утирали покрасневшие глаза. Асти искренне любили: за полвека он издал немало полезных законов, облегчающих жизнь и магам, и людям, лично курировал систему образования, упрочил положение империи среди других государств, решал миром внутренние разногласия, умел проявить твёрдость, но никогда не опускался до жестокости…

Образец великого правителя огромной империи.

Малиэр не плакала. На её лице застыла безжизненная маска, когда чувства выжжены всепоглощающей болью, столь огромной, что нет ей ни названия, ни утешения. Женщина уронила цветы поверх сложенных на груди рук Астолайна, прижалась лбом к его виску и так замерла.

– Льэн, – простонал, не выдержав, Лайд, – помоги!

Как? Стерев память? Воскресив мужа?!

Я направила на императрицу общеукрепляющее заклинание с лёгкой добавкой успокоительных. Малиэр, как во сне, поднялась и застыла рядом с гробом. Подошла очередь наследника прощаться с отцом. Лайдиор держался сносно, я очень боялась, что он тоже разрыдается, но будущий император справился. Нэйстану, как младшему сыну, реветь было позволительно.

Свою речь Лайд произнёс, пару раз сбившись из-за душивших его чувств, но так вышло даже лучше. Неподдельное горе сына произвело на всех благоприятное впечатление. Подданные приободрились. Уверена, на коронации они уже будут хлопать и подбадривать нового императора, а присяга утонет в овациях.

– Правитель умер, да здравствует правитель.

Кайр подошёл незаметно, величественный и строгий, в традиционной одежде Д´аарра. Светлые непослушные волосы прижимал обруч.

– Я своего оболтуса притащил, – хмуро сказал аор. – Пора его приобщать ко всему этому официозу. Представлю его тебе сегодня, попозже. Пусть вникает и учится.

– Совсем вы, д´айрри, пиетета лишены, – беззлобно упрекнула я. – Лайду его покажи вначале, не обижай без пяти минут императора.

– Императоры приходят и уходят, архимаг остаётся. Я сотрудничал с тремя императорами Киэра, с четвёртым холодно раскланивался при встрече, с пятым разругался вдрызг, шестой был моим другом. Но ни с одним из них не воевал, Льэн, потому что с архимагом Дейрри́ меня, сопливого мальчишку, четыреста лет назад познакомил отец.

– А мой учитель свёл нас… Ты прощаться… с другом… будешь?

– Разумеется. Сейчас Ризар дядю облобызает, я следующий. А ты?

– Я последняя, по традиции. Служители прочитают молитву, архимаг произнесёт заклинание Лёгкого Пути.

– Магия после Веры?

– Одно не исключает другого… Тебе пора.

Кайр шёл к гробу торжественно и чинно, как и подобает истинному правителю. Замер, склонился… На секунду мне показалось, что глаза д´айрри подозрительно блеснули. Что перевесило в этот миг: годы дружбы или чудовищное преступление?

– Льэн!

На сей раз меня нашёл Ризар. Юный король в пышном костюме, обвешанный регалиями, выглядел удручающе.

– Льэн, как ты думаешь, Его Высочество Лайдиор подтвердит обещания отца? Пришлёт магов?

– Не волнуйся, Ри. Все договорённости в силе. Когда у тебя встреча?

– В шесть… Льэн, это так ужасно! Я с суда не могу прийти в себя… Бедный дядя!

– Бери пример с Лайда. Ему тоже нелегко, но он держится.

Хотя на суде будущий император побледнел чуть ли не до обморока. Слишком живыми вышли изображения жертвенника в Берсе.

– Госпожа Эррионари, – Верховный Служитель уважительно поклонился сначала мне, затем Ризару, – давайте приступим. Желающих попрощаться с Его Величеством слишком много, а Её Величество еле дышит. Боюсь, затягивание церемонии приведёт к тому, что ей станет дурно.

Я согласно кивнула. Мы подошли к покойному одновременно. Как там выразился Кайр? Магия и Вера… Служитель нараспев читал молитву, но я её не слышала. Бледное лицо императора было так близко, на губах всё ещё угадывалась та растерянная, виноватая улыбка…

«Если это не любовь, тогда я не знаю, что называют этим словом…»

Прости меня, Асти. Однажды я сбежала, испугавшись боли нашего будущего вечного расставания. И дело тут не в трусости. Просто я недостаточно любила. Ты любил за двоих, пронёс свою любовь через всю жизнь, стал ради неё преступником… А я… я недостойна такой любви. Меня пугают пыл и страсть, страшит обжигающее беспощадное пламя: гораздо ближе мне спокойное и ровное тепло; не огонь пожара, а мягкий солнечный свет.

Прости меня. Я буду служить Киэру и помогу править твоему сыну, стану его поддержкой, верным и преданным другом, которым пыталась быть для тебя. Правду о том, что произошло в Берсе, знают лишь три человека на свете, и эта тайна навсегда похоронена внутри нас. Никто и никогда не упрекнёт императора Астолайна, не обвинит в пособничестве культу. Мастер мертва, свидетелям в Изере стёрли память. Возможность обрести могущество ценой крови д´айрри уйдёт в область слухов и легенд.

Прости меня. За то, что давно пережила свою юношескую влюблённость и легкомысленно считала, что и ты тоже. За неспособность ответить тебе таким же всепоглощающим, безграничным чувством. За свою недогадливость, эгоизм, отсутствие чуткости… За твои слёзы и ужасную смерть.

И за то, что собираюсь стать счастливой. Или это простить нельзя?..

Заклинание Лёгкого Пути окутало тело императора светящейся дымкой.

Прости, Асти, и прощай.

– Ну и ямы! – Лиан выругался вполголоса. – Десять лет прошло, а ничего не изменилось!

– Отвык? – усмехнулась я и тут же завопила: – Кэ́на, осторожнее!

Авур под мужем взбрыкнула и попятилась, возмущённо рыкнув. Керу показательно вышел вперёд, расшвыряв с тропинки хворост, под которым обнаружилась глубокая ямища. Кэна фыркнула, одним скачком перепрыгнув препятствие. Раздавшееся ругательство позабористее авур, по своему обыкновению, проигнорировала.

– Льэн, давай поменяемся? – жалобно попросил Лиан. – У меня от аллюра нашей девочки уже вся задница в синяках!

– Ну уж нет, – позлорадствовала я. – Эта поездка – твоя идея. К тому же, Кэна выбрала тебя, а не меня! А про синяки вообще лучше молчи, иначе я поинтересуюсь у господина Верри́ди, каком образом ты получил зачёт по целительству!

– Вредина, – буркнул муж.

Грувр показался сразу за поворотом. За эти годы он разросся, лесная тропинка перешла в дорогу, засыпанную щебнем и песком. Среди старинных построек виднелись новые дома под пёстрыми черепичными крышами. Зато лужа перед ратушей дружелюбно подмигнула нам, как старым знакомым.

– Там, наверно, грунтовые воды внизу, – ухмыльнулся Лиан. – Или ключ бьёт.

– Или господин Бунк так отваживает неугодных посетителей, – предположила я.

Два авура, важно проследовавших в центр города, собрали толпу детей и подростков. Кэна не удержалась и рявкнула, а потом с нескрываемым восторгом следила, как они улепётывают со всех ног. В переводе на человеческий век маленькому тридцатилетнему авуру исполнилось лет семь-восемь – возраст как раз для шалостей. До сих пор не понимаю, как её родители отпустили кроху от себя: подозреваю, они просто устали от проказ непоседливого ребёнка и спихнули дочь на нас с Керу. Вернее, на Лиана: за отличное досрочное окончание учебной программы Сход магов позволил ему посещение заповедника, где светло-светло-серая, почти белая девочка сразу привязалась к самому красивому выпускнику.

На сей раз господин Бунк вышел степенно и с достоинством. Крепкую фигуру он сохранил, а вот в короткой гриве волос и кустистых бровях серебрились нити седины. Зато выбрит он был исключительно чисто, и добротная одежда соответствовала статусу городского Главы.

– Светлого дня, уважаемые господа!

Намётанный взгляд скользнул по нашим костюмам, задержался на причёсках (в Амьере в моду вошли сложные косы, причём как у женщин, так и у мужчин), и Бунк расплылся в широкой улыбке:

– Магам из Киэра всегда рады! Лучший гостевой дом всегда держит комнаты наготове! Не зайдёте ли выпить орника?

– Зайдём, зайдём, – я погладила Керу.

– Господин Мирт, а вы меня не узнаёте? – не выдержал Лиан.

Глава внимательно оглядел привлекательного молодого мага с яркими голубыми глазами.

– Простите, господин, не припоминаю. Коллеги ваши часто останавливаются на пути в Браз. Может, и вы когда заезжали?

– Неужели не помните? Десять лет назад в ваш город приполз обмороженный раненый солдат. Вы распорядились его выходить, а потом поручили сопровождать пленного полукровку д´айрри в Браз.

Взгляд Бунка забегал:

– Путаете вы что-то. Никаких пленных полукровок у нас тут никогда не водилось. Аор Джай строго за своими кровниками следит!

– Господин Бунк, – рассмеялась я, – не тряситесь вы так! Никто вас за тот случай не накажет. Наоборот, если по справедливости, вас за ту информацию, что вы мне тогда подкинули, наградить бы следовало, но вы и так получили две тысячи сойленов там, где рассчитывали на тысячу!

Мужчина пригляделся:

– Госпожа Еринари?

– Эррионари, – со вздохом поправила я. Какие-то вещи и впрямь не меняются. Надо было уступить Лиану и стать Кэйро. Хотя при желании можно исковеркать любое имя сложнее пары букв.

– А я Лиан, – муж коротко поклонился. – Теперь Элиан Кэйро, маг-универсал. Не представляете, сколько раз я порывался прийти и поблагодарить вас за то поручение!

– Отпуск на это не пожалел, – еле слышно проворчала я.

Глава громко ахнул и всплеснул руками:

– Святая Лайна! Ни за что бы не признал! Хотя… я ведь вас и не разглядывал толком. Пятно уродливое в полщеки и бородища… Деньги мне посыльный привёз, магически зачарованный кошель, я уж думал, сгинули вы. Время жуткое было, нежить лютовала. Пока отряды магов из Киэра под предводительством самой Арсилен не пришли на поддержку, боязно было нос из дома высунуть!

– Архимаг Арсильэн страшнее тварей, – подмигнул мне Лиан. – У неё дома на память шкура гарзы приколочена, представляете?

– Белой гарзы-альбиноса, – обиделась я. – Вот ещё, ста… нет она на стенку обыкновенную нежить вешать.

Бунк не заметил мою запинку, сделал широкий жест:

– Вы заходите, господа уважаемые маги! Честь для Грувра и для меня! Расскáжете, как там император Лайдиор! Прекрасный правитель, право, исключительный! Достойный наследник своего великого отца!

Лиан подъехал ближе и сжал мою руку.

– Ваш Ризар Второй не хуже, – спокойно ответила я. – За десять лет отстроил всю страну, поднял из руин и пепелищ.

– За это нужно выпить, – оживился Глава, – и не только орника! Пожалуйте в дом, господа!

Керу что-то неслышно сказал Кэне, авуры опустились, давая нам слезть, и мы с мужем последовали за гостеприимным хозяином в дом, куда однажды меня привело стечение обстоятельств. Маленькая зелёная точка на карте или судьба – кому как нравится. Я предпочитаю последнее.

Июнь 2022 года