© Curt Siodmak. The Eggs from Lake Tanganyika. “Amazing Stories”, July 1926

Профессор Мейер-Майер вытащил острую иглу из подушечки, осторожно взял пинцетом муху, лежавшую перед ним, и аккуратно положил ее на лист белой бумаги. Он посмотрел поверх очков, обмакнул ручку в чернила и написал под образцом:

«Glossina palpalis, образец из реки Цецемух. На языке аборигенов называется нси-нси. Обычно встречается в руслах рек и озерах Западной Африки. Переносчик болезни Негана (болезни Це-це – сонной болезни)».

Он отложил ручку и взял мощную лупу, чтобы рассмотреть ее поближе.

– Ужасное создание, – пробормотал он и невольно поежился.

С каждой стороны головы летающего чудовища находилось по чудовищному глазу, окруженному множеством колючих ресничек и разделенному на сотни тысяч сверкающих граней. Из нижней части головы рос уродливый хоботок, густо усеянный изогнутыми шипами или крючьями. Крылья были маленькими и заостренными, ноги вооружены шипами и когтями. Грудь была крепкой, как у боксера-призера. Брюшко было худым и по виду напоминало каучук. Оно могло вбирать в себя большое количество крови и раздуваться, как воздушный шар. В целом, летающий ужас, напоминающий доисторического летающего дракона, выглядел не очень приятно. Профессор Мейер-Майер взял булавку и проткнул тело мухи. Ему показалось, что из её глаз исходит зловещий свет, а хоботок свернулся. Он быстро взял увеличительное стекло, но это была оптическая иллюзия – существо было мертво, и весь яд оставался в её теле.

С глубоким вздохом он отложил в сторону пинцет и увеличительное стекло и погрузился в глубокую задумчивость. Часы пробили 12.

– 1–2-3–4-5, – отсчитывал профессор Мейер-Майер.

В Уджиджи, деревне на озере Танганьика, местные жители рассказали ему о гигантских мухах, обитающих во внутренних районах на севере. Эти чудовища были в три раза больше великанов, составлявших охрану принца Ссугги, а там все должны были быть как минимум среднего роста. Мейер-Майер посмеялся над этой негритянской басней, но негры были упрямы. Они отказались следовать за ним в северную часть озера Танганьика. Даже Мсу-уру, его чернокожий слуга, в остальном производивший хорошее впечатление, дрожал от волнения и умолял, чтобы его не включали в экспедицию, потому что там водились огромные мухи и пчелы, не подпускавшие никого близко. Они выпили реку досуха и охраняли долину слонов. Долина слонов была легендарным местом, куда шли умирать древние толстокожие. «Это необъяснимо, – говорил сам с собой Мейер-Майер, – что никто так и не нашел мертвого слона».

Часы пробили 6–7-8.

Туземцы присоединились к экспедиции во многом против своей воли. Мейер-Майеру с трудом удавалось поддерживать движение каравана вплоть до того дня, когда он нашел четыре больших, странных на вид яйца, размером превосходившие страусиные. Негров охватила паника, половина из них дезертировала ночью, несмотря на большое расстояние от берега. Другую половину удалось удержать только ценой огромных усилий. В конце концов ему пришлось решиться на возвращение, но он тайком положил найденные яйца в свой походный сундук, чтобы потом разгадать их загадку.

Теперь они были здесь, в его берлинском доме, в его рабочем кабинете. Он еще не нашел времени изучить их, так как привез домой много материала, над которым тоже предстояло поработать.

Часы пробили 9–10.

Мейер-Майер все думал об уродливой голове мухи це-це, виденной им через увеличительное стекло. Странная мысль пришла ему в голову и заставила его улыбнуться. Предположим, что рассказы негров правдивы и гигантские мухи-бабочки и жуки величиной со слона – действительно существуют! И предположим, что они размножаются так же, как мухи! – каждая из них откладывает восемьдесят миллионов яиц в год! Он громко рассмеялся и представил себе, как такое существо будет разгуливать по улицам.

Он внезапно оборвал свой смех. До его слуха донесся какой-то звук, оглушительное жужжание, похожее на жужжание тысячи мух, ошеломительный гул, как будто в комнату влетел пчелиный рой; он пронесся по комнате, как порыв ветра, а затем прекратился. Мейер-Майер рывком распахнул дверь. Ничего. Все было тихо.

– Мне нужно немного отдохнуть, – сказал он и открыл окно.

Он зажег свет и откинул крышку большого сундука, в котором хранились гигантские яйца. Внезапно он побледнел как смерть и отшатнулся. Оттуда выползало существо, размером с немецкую овчарку – страшное создание, с крыльями, крепким телом и шестью волосатыми лапами с когтями. Оно медленно ползло, подняв свою блестящую голову к свету и полируя крылья задними лапами. Ощутив дрожь в коленях от испуга, Мейер-Майер прижался к стене, раскинув руки. Раздалось громкое жужжание – существо пронеслось по комнате, вскарабкалось на подоконник и исчезло.

Мейер-Майер медленно приходил в себя.

– Нервы меня подводят. Мне это приснилось? – прошептал он и потащился к походному сундуку.

Но тут же застыл от ужаса. Одно яйцо было разбито.

– Оно вылупляется из скорлупы, как цыпленок, а не превращается в хризалиду, – машинально подумал он. Наконец в голове у него прояснилось, и он осознал, что происходит. Он подскочил к письменному столу, схватил револьвер, сбежал по лестнице и выбежал на улицу. Он не увидел никаких следов сбежавшего гигантского насекомого. Мейер-Майер посмотрел на освещенные окна своего дома. Внезапно свет померк. «Другие яйца», – как удар, пришла ему мысль. – «Другие яйца тоже проклюнулись». Он помчался обратно вверх по лестнице. Комнату наполнило оглушительное жужжание. Он рывком открыл дверь и выстрелил – раз, другой, пока магазин не опустел – в комнате стало тихо. В окно он увидел три силуэта, пронесшихся высоко в ночном небе и исчезнувших в направлении больших лесов на западе. В сундуке лежали четыре разбитых гигантских яйца…

Мейер-Майер опустился на стул. «Это противоречит всякой логике», – подумал он и взглянул на пустой револьвер в своей руке. «Мой бред обрел крылья и выполз из яйца. Что мне делать? Позвонить в полицию? Они отправят меня к психиатру! Молчать об этом? Искать этих тварей? Я позвоню своему коллеге Шмидту-Шмитту!» Он дотащился до телефона и набрал его. Шмидт-Шмитт был дома!

– Это Мейер-Майер, – послышался усталый голос. – Вы должны немедленно приехать ко мне!

– В чем дело? – спросил Шмидт-Шмитт.

– Мои гигантские африканские яйца проклюнулись, – прохрипел Мейер-Майер срывающимся голосом. – Вы должны немедленно приехать!

– У вас нервы не в порядке, – ответил Шмидт-Шмитт. – Эти существа все еще у вас?

– Они улетели, – прошептал Мейер-Майер, думая, что упадет в обморок, – Вылетели из окна.

– Вот, вот, – засмеялся Шмидт-Шмитт. – Ну вот, мы и добрались до истины – конечно, их там нет. В любом случае, я приеду. А пока выпейте коньяку и приложите холодный компресс.

– Возьмите свою машину и никому не говорите о том, что я вам сказал.

Профессор Мейер-Майер повесил трубку.

Это было невероятно. Он прижал руку ко лбу. Если бы пустые гильзы не были неопровержимым доказательством, он бы подумал, что это галлюцинации.

Он налил себе немного бренди и после второго бокала почувствовал себя лучше. «Я бы хотел, чтобы профессор Шмидт-Шмитт приехал. Он уже должен быть здесь. Он все объяснит и поможет мне снова взять себя в руки. День призраков и чудес давно прошел. Но почему его здесь нет? К этому времени он уже должен был приехать».

Мейер-Майер выглянул в окно. По темной улице промчался автомобиль и, скрипнув тормозами, остановился перед домом Мейер-Майера. Из него, как каучуковый мячик, выпрыгнул человек, взбежал по ступенькам, ворвался в кабинет Мейер-Майерса и рухнул в кресло.

– Какой ужас, – выдохнул он.

– Мне кажется, вы взволнованы этим еще больше, чем я, – удрученно сказал профессор Мейер-Майер, наблюдая за своим трясущимся другом.

– Совершенно ужасно, – профессор Шмидт-Шмитт вытер лоб шелковым платком. – Вы не страдали от нервов, у вас не было галлюцинаций. Только что я видел, как мухообразное существо размером с телку упало на лошадь. Чудовище разбухло и отяжелело, а лошадь упала, и муха улетела. Я осмотрел лошадь. Ее вены и артерии были пусты. В ее теле не осталось ни капли крови. Возница потерял сознание от испуга и до сих пор не пришел в себя. Это мировая катастрофа.

– Мы должны немедленно сообщить в полицию.

Была быстро установлена телефонная связь. Ответил сам старший лейтенант полиции.

– Говорит профессор Мейер-Майер! Пожалуйста, поверьте тому, что я вам скажу. Я не пьян и не сошёл с ума. По городу разгуливают четыре ядовитые гигантские мухи величиной с лошадь. Их необходимо уничтожить любой ценой.

– Чего вы добиваетесь? Издеваетесь надо мной? – сердито спросил лейтенант в ответ.

– Поверьте мне, ради бога! – закричал Мейер-Майер из последних сил.

– Не вешайте трубку.

Лейтенант повернулся к столу сержанта.

– Что случилось?

– Приехал извозчик, утверждающий, что его лошадь была убита гигантской птицей на Карлштрассе.

– Подготовьте людей из второго взвода к немедленным действиям, – приказал он сержанту и повернулся к телефону.

– Алло, профессор! Вы еще здесь? Пожалуйста, прибудьте к нам как можно быстрее. То, что вы сказали – правда. Было замечено одно из этих гигантских насекомых.

Профессор Мейер-Майер повесил трубку. Он зарядил свой револьвер и вложил Браунинг в руку своего коллеги.

– Ваша машина все еще внизу?

– Да, я взял маленький лимузин.

– Отлично, значит, чудовище не сможет напасть на нас.

Они помчались сквозь ночь.

– Что теперь может случиться? – спросил профессор Шмидт-Шмитт.

– Эти гигантские мухи могут размножаться подобно комнатным мухам. И в этом случае, из-за их силы и ядовитых свойств, – продолжил профессор Мейер-Майер, – вся человеческая раса погибнет через несколько недель. Когда они вылезли из скорлупы, то были размером с собаку. За час они выросли до размеров лошади. Бог знает, что будет дальше. Давайте надеяться и молиться, что мы сможем найти и убить четырех мух и уничтожить яйца, которые они отложат за это время, в течение четырнадцати дней.

Машина остановилась перед полицейским участком. Полицейский в стальном шлеме и с ручными траншейными бомбами на поясе распахнул дверцу лимузина. Лейтенант поспешно вышел и провел ученых в здание полицейского участка.

– Есть еще новости? – спросил Мейер-Майер.

– Только что позвонили из Западного полицейского участка. Один из их патрульных видел, как гигантское животное пролетело над Тевтобургским лесом[1]. К счастью, неподалеку от этого места находились военные танки, которые немедленно отправились на поиски существа.

Зазвонил телефон. Лейтенант бросился к нему.

– Центральный полицейский участок.

– Говорит Восточный участок. Поступило сообщение с озера Вилер, что гигантская муха напала на две моторные лодки.

– Поставьте небольшие траншейные минометы на полицейский катер и отправляйтесь на озеро. Стреляйте, если чудовище приблизится к вам.

Дверь полицейского участка открылась, и вошел городской комиссар.

– Я только что услышал несколько невероятных историй, – сказал он и подошел к посетителям. – Профессор Мейер-Майер? Майор Прицель-Вилцелль! Вы можете все это объяснить?

– Из своей африканской экспедиции я привез домой четыре больших яйца, чтобы изучить их. Сегодня вечером эти яйца проклюнулись. Оттуда вылезли четыре огромные мухи – разновидность мухи це-це, водящейся на озере Танганьика. Твари сбежали через окно, и мы должны приложить все усилия, чтобы уничтожить их немедленно.

Телефонный звонок зазвонил как одержимый.

– Это Центральная Радиовещательная Станция. Гигантская птица зацепилась за высоковольтные линии. Она упала и лежит на улице.

– Немедленно перекройте улицу.

Майор взялся за телефонный аппарат.

– Вызовите Вторую роту. Пусть все четыре авиационные роты выдвигаются с боеприпасами и запасом бензина на три дня. Пойдемте со мной, друзья мои, мы захватим хотя бы одну из них!

К ним на огромной скорости подлетел бронированный автомобиль.

– Мы ценим вашу предусмотрительность, майор, – сказал Мейер-Майер, когда они садились в бронированную машину.

Несмотря на то, что было только пять часов утра, площадь перед зданием радиовещательной компании была заполнена людьми. Полиция расчистила место в центре, где лежала чудовищно большая и уродливая мертвая гигантская муха. Крылья у неё были обожжены, хоботок вытянут, а лапы с когтями прижаты к туловищу. Брюшко представляло собой огромный шар, наполненный ярко-красной жидкостью.

– Это, несомненно, то самое существо, что убило лошадь, – сказал Шмидт-Шмитт и указал на толстое брюшко.

Затем он обошел животное кругом.

– Glossina palpalis. Чудовищная муха це-це. Не могли бы вы, пожалуйста, отправить это чудовище в зоологическую лабораторию?

Майор кивнул в знак согласия. Готовые помочь пожарные просунули шесты под насекомое и попытались поднять его с земли. В воздухе раздался гул. Эскадрилья самолетов вынырнула из облаков и снова исчезла в них. По небу пронеслось блестящее тело с вибрирующими крыльями. Самолеты пикировали на него. Раздался стрёкот пулеметов. Блестящее тело по спирали падало на землю. С плачем и воплями люди бежали с улицы и прятались в домах. Они не могли сказать, куда упадет насекомое, и боялись за свои головы. Улица мгновенно опустела. Тело монстра упало прямо перед бронированным автомобилем и осталось лежать неподвижно. При падении оно сорвало много антенного кабеля и теперь лежало на асфальте, словно пойманное в сеть, с пробитой пулеметными пулями головкой. Оно было похоже на странный блестящий кактус.

– Отвезите меня домой, майор, – простонал Мейер-Майер. – Я больше не могу этого выносить. Волнение слишком велико для меня.

Бронированный автомобиль с шумом тронулся с места. Мейер-Майер без чувств скатился с сиденья на пол салона. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что лежит в незнакомой постели. Его взгляд упал на колокольчик, раскачивающийся взад-вперед над его лицом. В голове стоял гул, как от мотора самолета. Он даже не пытался думать. Его палец нажал на кнопку звонка и не отпускал ее до тех пор, пока в палату не вбежало с полдюжины медиков. В группе одетых в белое интернов одна фигура выделялась темными одеждами. Это был его коллега Шмидт-Шмитт.

– Вы проснулись? – спросил он и подошел к кровати. – Как вы себя чувствуете?

– У меня гудит в голове, как будто в ней поселился рой шершней. Сколько часов я здесь пролежал?

– Часов? – Шмидт-Шмитт задумался над этим словом. – Сегодня пятнадцатый день, как вы лежите в санатории профессора Штиблинга. Это был тяжелый случай. Вы просыпались на время еды и, не сказав ни слова, снова засыпали.

– Пятнадцатый день! – взволнованно воскликнул Мейер-Майер. – А насекомые? Их уничтожили?

– Я расскажу вам всю историю, когда вы выздоровеете, – сказал Шмидт-Шмитт, успокаивая его. – Лежите спокойно, любое волнение может причинить вам вред.

– Вам не следует входить в палату! – крикнул он взволнованному посыльному, который, задыхаясь, распахнул дверь.

– Профессор! – посыльный был смертельно напуган. – Из Центрального полицейского участка поступило сообщение, что на город надвигается рой гигантских мух.

– Немедленно забаррикадируйте все окна!

– Вы потратили впустую драгоценное время, – закричал Мейер-Майер и вскочил с кровати. – Отпустите меня домой. Мне нужно придумать способ добраться до насекомых. Не трогайте меня, – бушевал он.

Профессор схватил с вешалки халат, выбежал из санатория, вскочил в автомобиль Шмидт-Шмитта, стоявший у ворот, и помчался, как ветер, к себе домой. Дверь его дома была приоткрыта. Он взбежал на четыре пролета вверх и в безумной спешке ворвался в свой рабочий кабинет. Зазвонил телефон.

Мейер-Майер схватил трубку. Он получил утешительное сообщение от комиссара городской полиции:

– Опасность миновала, профессор. Наша воздушная эскадрилья уничтожила рой облаком ядовитого газа. Только два насекомых избежали смерти. Мы поймали их в сети и везем в зоологический сад.

– А что, если они оставили после себя яйца?

– Мы собираемся систематически обыскивать лес и будем вводить лизол во все яйца, которые найдем. Я думаю, это поможет, – рассмеялся майор. – Может, мне прислать вам несколько для изучения?

– Нет, – испуганно воскликнул Мейер-Майер. – Держи их подальше от меня.

Он сел за свой рабочий стол. Казалось, на лице мертвой мухи це-це застыла злобная ухмылка.

– Ты ужасный призрак, – пробормотал профессор побелевшими губами и швырнул в насекомое книгой.

В голове у него был туман. Он изо всех сил старался мыслить ясно. Его поразила научная истина: если мухи размером со слона, они будут размножаться так же быстро, как и слоны. У них не будет миллиона детенышей, а всего несколько.

– Я не могу ошибаться, – пробормотал он. – Я найду подтверждение.

Он снял телефонную трубку и позвонил городскому комиссару.

– Майор, сколько насекомых было в рое?

– Тринадцать. Одиннадцать мертвы. Оставшиеся два не выживут. Они наглотались ядовитого газа.

– Спасибо, – Мейер-Майер повесил трубку. – Очень хорошо, – пробормотал он, – теперь ни о какой опасности не может быть и речи, потому что каждая муха способна отложить только три или четыре яйца за раз, а не миллион.

Его охватила безмерная усталость. Он пошел в свою спальню и в изнеможении упал на кровать. «Хорошо, что есть высшая мудрость, управляющая законами природы. В противном случае мир был бы полон самых странных сюрпризов». Он подумал о монстрах и с тревогой забрался под одеяло. «Я поручу Шмидт-Шмитту исследование феномена этих существ, я просто не вынесу дальнейших волнений».

И сон накрыл его покровом заслуженного покоя.

Тевтобу́ргский Лес — гряда болотистых низкогорий в составе современных немецких земель Нижняя Саксония и Северный Рейн-Вестфалия, расположены в Везерских горах, между долинами рек Везер и Эмс. Прим. переводчика.