Переведено специально для группы WonderlandBooK

Любое копирование без ссылки на группу и переводчиков ЗАПРЕЩЕНО!

Переводчик: Nola

Редактор: Shottik

Русифицированная обложка: Poison Princess

Я отхлебнула из стакана воды, наблюдая за двумя парами, танцующими свинг в углу деревенского бара. На намеренно обшарпанном музыкальном автомате играла новейшая песня в стиле кантри — что-то о сексе в кузове грузовика, — и мой желудок безжалостно заурчал.

Я жаждала секса в грузовике?

Ни капельки.

…ну, может быть, немного.

Но на самом деле мне нужна была кровь, которую в Вайлдвуде крайне трудно достать. В городе правили оборотни. И, хотя технически я могла бы вписаться в их ряды, если бы показала им свои клыки, это вызвало бы серьезные подозрения.

Мы с моей лучшей подругой Тори ездили в другой город, когда возникала необходимость купить пакеты с кровью. Они были безумно дорогими, поэтому мы выпивали мало, чтобы выжить.

Если бы в другом городе было безопасно жить, мы бы остались. Жизнь там была дешевле, а та немногочисленная работа, на которую мы претендовали, оплачивалась лучше.

Но это было небезопасно для нас, поэтому победил Вайлдвуд.

Голод тоже.

— Могу я предложить вам что-нибудь ещё? — спросила барменша, дружелюбно улыбаясь. Она была высокой и фигуристой, со смуглой кожей и двумя татуировками на полных руках. Татуировки изображали лес и луну, и я сразу поняла, что она оборотень.

Женщины-оборотни встречались редко, по какой-то странной биологической причине. Большинство из них появлялись в результате спаривания, когда самец-оборотень кусал свою человеческую пару, и она становилась похожей на него.

…за исключением моего случая.

Меня создали в лаборатории.

Мой волк был таким, по крайней мере.

Большинство сверхъестественных существ назвали бы меня кровавым волком. И вампиром, и волком. Это был дерьмовый проект. Я бы определенно не советовала его воплощать в жизнь.

Те, кто не хотел упоминать «кровавого волка», говорили донорская кровь или приманка.

Конечно, ни одно из этих названий не соответствует действительности.

Они просто не рассказали всю историю.

Вампиры создали кровавых волков, чтобы те были их личными мешками с кровью. Благодаря нашим волкам, нам не требовалось много чужой крови, чтобы выжить, и мы могли быстро восстанавливать свою собственную. Наша кровь невероятно пахла для вампиров, служа им приманкой и давая понять, что мы — идеальный источник пищи.

Наша кровь оказалась очень вкусной, если судить по тому, что мы слышали.

Но была и другая сторона.

Создавать нас было незаконно из-за ужасов процесса превращения. Мы с Тори существовали, так что некоторые вампиры явно рисковали.

У нас была и третья подруга — Сиенна, но она была слишком напугана и осталась, когда мы сбегали.

— Я в порядке. Спасибо, — сказала я, одарив барменшу небольшой улыбкой. Когда она отошла, я пальцами расчесала свою прямую чёлку. Кроме челки, мои средне-русые волосы были подстрижены до подбородка, с неровными волнами, что придавало им беспорядочный, но забавный вид.

Учитывая, что мой рост был всего пять футов, а телосложение хрупкое, а не крепкое, я довольствовалась тем, что у меня было. Короткие волосы подходили к моему лицу и характеру, а также придавали мне бодрый вид.

На мне было лишь простое черное платье-футболка, доходившее до середины бедер, и пара потертых серых кроссовок. Во время смены я повязала рабочую футболку под грудью, а по дороге в бар спрятала её в сумку. Мне не только нравился этот стиль, но и то, какой образ я создавала для окружающих.

Весёлая и дерзкая.

Я чувствовала себя совсем не такой слабой, как вампиры.

В любом случае, я собиралась провести в баре не больше двадцати минут. В некоторые дни у нас с Тори были смены, начинавшиеся с разницей в час или два. Мы ездили на одной машине, так что одной из нас приходилось идти пешком или ждать.

Отсутствие крови сказывалось на ней сильнее, чем на мне, поэтому я почти всегда принимала на себя удар. Она пыталась спорить, и я знала, как ей ненавистно то, что она позволяет мне это делать, но ей было больнее, чем мне.

Обычно я просто шла домой пешком.

С момента последнего кормления кровью прошло уже три недели, и усталость брала верх. Ожидание показалось мне гораздо лучше, чем прогулка.

Итак, я устроилась как дома на поистине чудесном барном стуле.

Плотное, мускулистое тело плавно присело рядом. Я наблюдала за ним со своего места, не сводя с него взгляда.

Его огромный размер означал, что он определенно был сверхъестественным.

Учитывая, что мы находились в Вайлдвуде, можно было предположить, что он оборотень.

— Привет, — сказала барменша, одарив мужчину игривой улыбкой.

Может быть, она была его парой.

— Как Итан? Давно его не видел. — голос мужчины был низким и хриплым. По какой-то нелепой причине от него у меня по рукам побежали мурашки.

Что, чёрт возьми, со мной происходило?

Улыбка барменши расширилась.

— Он замечательный. До сих пор пытается уговорить меня завести щенка.

Может быть, они не были парой.

— Похоже на него, — сказал парень.

По моим плечам побежали мурашки.

Как это возможно, чтобы чей-то голос казался сексуальным?

Серьезно, что со мной было не так?

— Ммхм. Я принесу тебе как обычно. — барменша отошла, и парень положил предплечья на столешницу. Мой взгляд скользнул по обтягивающей белой футболке, натянутой на его спине, и мои ноздри расширились, когда до меня донёсся его запах.

«Святое дерьмо».

Мои клыки опустились в мгновение ока, а в животе раздалось свирепое урчание.

Отпустив стакан с водой, я быстро спрятала руки под свои бёдра.

Неудобно?

Да.

Необходимо?

Тоже да.

Если бы я не сдержала их, то, скорее всего, поддалась бы порыву схватить парня и выпить из него.

Моё тело запылало, когда я снова окинула его взглядом.

Темно-русые волосы выбриты по бокам, но длинные на макушке.

Крепкие мускулы.

Черные татуировки покрывали почти каждый сантиметр его кожи, их очертания были почти видны сквозь тонкую ткань футболки.

И, чёрт возьми, даже сидя, я могла сказать, что его задница была невероятной.

Кусать людей в Вайлдвуде было нельзя, но кусать оборотня?

Это был билет в один конец из города.

Или в могилу.

Это означало, что мне нужно было срочно убираться отсюда.

Заставив себя вдохнуть и выдохнуть, как нормальный человек, я медленно высвободила одну руку из-под бедра.

Когда прошло некоторое время, и я убедилась, что не совершу ничего безумного, я наклонилась и подняла с пола свою сумку. Это была большая сумка, которую я нашла в комиссионном магазине, сшитая из темно-зеленой ткани, которая пробуждала во мне волчью натуру.

— Что это за невероятный запах? — пробормотала она в моём сознании, словно разбуженная моими мыслями. Между нами существовала связь, своего рода магический промежуток в нашем сознании, где один из нас жил, а другой контролировал.

— Парень рядом со мной. Я ухожу отсюда, пока случайно не выпила его кровь, — быстро ответила я, доставая из сумки бумажник.

— Он определенно оборотень, — сказала она, изучая его моими глазами.

— Я знаю. Больше шести с половиной футов ростом (198 см).

— И он пахнет любовью.

— Может быть, похотью. Или едой.

— Лучшей едой, которую ты когда-либо пробовала.

Она не ошиблась.

Я любила стейк, как и любой другой оборотень, но в один миг отказалась бы от него в пользу этого парня. И дело не в том, что я умирала от голода. Просто от него так вкусно пахло.

— Ты говорила с ним? — спросила она.

— Нет, чёрт возьми. У меня нет желания умереть. Если я заговорю с ним, то укушу. А если я его укушу, его стая попытается меня убить.

— Может, оно того стоит.

Я внутренне фыркнула и положила доллар на стойку. Я не пила ничего, кроме воды, но всё равно чувствовала себя обязанной дать чаевые. Культурные стандарты — та ещё сука.

Мой взгляд вернулся к парню, когда его тело напряглось рядом с моим.

Его голова дернулась в мою сторону, и пара напряженных тёмно-зеленых глаз встретилась с моими мягкими карими. Его ноздри раздулись, а зрачки…

Расширились?

— Ооо, он хочет нас, — промурлыкала моя волчица в моём сознании.

Я не смогла ответить. Клыки слишком сильно пульсировали во рту, отвлекая меня от мыслей, о которых я могла бы подумать.

Эти сучки хотели впиться в его кожу, найти его кровь и…

Чёрт, мне нужно было взять себя в руки.

— Что ты пьешь? — спросил парень, не отрывая от меня взгляда.

Я молча приказала своим клыкам спрятаться, чтобы ответить ему, не раскрывая себя.

Они не сдвинулись с места.

— Я ухожу, — смогла сказать я, старательно удерживая губы над зубами. — Заставь меня немного измениться, — зашипела я на свою волчицу.

Крошечная волна её магии омыла меня, и мои клыки уменьшились почти до своего обычного размера.

Так было лучше.

Но от этого моё тело стало ещё горячее, подчёркивая моё вожделение к парню, смотрящему на меня.

Я соскользнула со стула, положила бумажник обратно в сумку и перекинула её через плечо.

Огромная рука легла мне на талию, преграждая путь к выходу.

Парень встал, и у меня перехватило дыхание, когда он поднялся во весь рост.

Чёрт, как же он хорошо пах.

Мои клыки вернулись на место и запульсировали, пока я снова боролась с желанием его укусить.

Его грудь была широкой.

Всё тело — рельефным.

Его татуировки представляли собой произведения искусства: черные метки спиралью спускались по рукам и груди. Несколько даже переходили на шею.

Может, в той проклятой песне в стиле кантри и был смысл, когда речь шла о сексе в грузовике.

— Как тебя зовут? — спросил он.

Его голос был властным.

Сильным.

Настойчивым.

Очередная волна волчьей магии накрыла меня, снова заставляя клыки подчиниться.

— Ловен, — сказала я. — Все зовут меня Лав. А тебя?

— Мэд.

Странное имя.

Неважно. У древних сверхъестественных существ иногда были необычные имена. И у меня самой старинное имя, так что не мне судить.

— Трахни его, — прошептала моя волчица почти ликующим голосом. — Он хочет тебя. Я сдержу твои клыки.

— Я не собираюсь с ним трахаться, — мысленно запротестовала я. — Если ты потеряешь контроль над моим вампиризмом…

— Мы больше не будем голодны. Наконец-то я снова смогу измениться.

— За нами будет охотиться весь город!

Она драматично вздохнула.

— Я, наверное, смогу с ними справиться.

Я сомневалась, что она сможет справиться хотя бы с одним обычным вампиром, но не могла сказать ей этого.

— Останься, чтобы выпить ещё, — сказал мистер Совершенство, его пальцы с легкостью прижались к моему боку.

По телу разлилось тепло.

Его прикосновение было приятным. Слишком приятным.

— Это плохая идея.

— Пожалуйста, Лав.

Что-то в том, что огромный, великолепный мужчина сказал «пожалуйста», было настолько нелепо привлекательным, что моя внутренняя половина сжалась.

— Сделай это, — настаивала моя волчица.

— Я не могу.

— Сделай это! — настаивала она.

— Нет!

— СДЕЛАЙ ЭТО!

Мой ответ вырвался из меня прежде, чем я успела передумать или вспомнить, почему это была дерьмовая идея.

— Один стакан.

— Не считая того, который у тебя уже был. — его рука не сдвинулась с моего бедра, пока моя задница снова не оказалась на табурете.

— Это была вода.

Он поднял бокал и слегка вдохнул, чтобы убедиться в этом.

Я не знала, почему он сомневается во мне, и Мэд не объяснил причину, когда поставил бокал на место, где взял.

Его пальцы взяли доллар, который я оставила на стойке, и положили его в сумочку, которая по-прежнему висела у меня на плече.

— Я оплачу.

Я прикусила язык, чтобы не запротестовать.

Хотя независимая женщина во мне хотела заплатить за себя сама, мне действительно нужно было сохранить деньги на кровь. Поэтому в первую очередь я пила воду.

— О, он великолепен, — промурлыкала моя волчица. — Ты так и хочешь его трахнуть.

— Серьезно, ты хочешь умереть?

— Откуда ты, Лав? — Мэд снял с плеча мою сумочку и поставила на пол.

— Скейл-Ридж. — ложь прозвучала легко. Это был город, в который мы ездили за кровью.

Как правило, я не умела врать. Но приходилось часто практиковаться.

— Тебе нравится здесь? Наши горы немного меньше.

— Несмотря на размеры города, в нём очень приятно жить, — призналась я, стараясь не смотреть на Мэда слишком часто. Но когда мне это не удалось, он посмотрел на меня.

Чёрт, его взгляд был очень пристальным.

И зрачки определенно оставались расширенными.

— Виды не так хороши, — сказал он.

— Нет, но здесь я чувствую себя в большей безопасности. — слова были правдой, но не совсем.

Почему здесь казалось безопаснее?

Потому что в это место большинство вампиров не пришли бы добровольно.

В его груди удовлетворённо заурчало.

Он определенно был оборотнем.

Барменша снова подошла к нам и поставила перед Мэдом красный напиток.

Мой взгляд задержался на нём.

Цвет был немного не тот, но я почти поверила, что это кровь.

В животе снова заурчало, громче чем раньше.

— Что-нибудь ещё? — спросила барменша.

— Всё, что Лав захочет выпить. — он жестом указал на меня. — И поесть.

Честно говоря, я не хотела есть. Во всяком случае, обычную еду. Когда я уходила на работу, я взяла с собой два сэндвича PB&J — один на ранний обед, другой на поздний — и съела последний по дороге в бар. Я работала пекарем, поэтому ела и спала в необычное время.

— Отлично. Что вам принести? — спросила барменша. Её улыбка была ярче, чем раньше, а глаза стали шире. Я с подозрением отнеслась к её реакции, но, очевидно, не смогла этого скрыть.

— Что и ему и немного картошки фри. — у меня не было копии их меню, но в каком баре, оформленном в стиле кантри, не нашлось бы картофеля фри?

— Картофель фри и «Кровь и песок», сейчас принесу. — она подмигнула Мэду, прежде чем уйти.

Кровь…

О, это звучало так чертовски хорошо.

В животе снова заурчало.

— Она выглядела счастливой, — заметила я.

— Я дружу с её мужем.

Я кивнула, как будто не знала, что муж — это код для обозначения пары.

Любая женщина, которая сама не была сверхъестественной, сразу бы признала Мэда таким. Человеческие мужчины просто не выглядели так.

А сверхъестественные существа были частью общества уже более ста лет, так что они просто стали частью жизни.

— Круто. — я не стала задавать больше вопросов, потому что не хотела его провоцировать.

Хотя я согласилась на выпивку после того, как мой волк практически заставил меня, будет лучше, если я уйду до того, как мы перейдем к части ночи, посвященной сексу в грузовике.

И мне действительно нужно было выбросить из головы эту проклятую песню в стиле кантри.

— Чем ты занимаешься на работе? — спросил Мэд.

По крайней мере, на это легко ответить.

— Я пекарь. Работаю в пекарне, которая находится рядом с «Кофе и Ириски» на Клау-роуд, там всегда безумно много народу.

— «Торт Галор»?

Я не смогла сдержать ухмылку, услышав это нелепое название, сказанное его великолепным, раскатистым голосом. К счастью, моя волчица продолжала сдерживать клыки.

— Да, раньше это был «Торт Галор». Но владелец кофейни выкупил их несколько месяцев назад и быстро снял вывеску. Теперь мы «Кофе, Ириски и Пирожные».

— Хм…

— Да. Это забавно. — я сделала очередной глоток воды, чтобы моим рукам было чем заняться, кроме как схватить его за сексуальную белую футболку и высосать его досуха.

— Вот ваш напиток. Картошку фри скоро принесут, — сказала барменша и снова оставила нас одних.

Мэд так и не притронулся к своему напитку.

Я взяла свой, надеясь, что алкоголь улучшит моё настроение. Он не подействует на меня надолго, поскольку благодаря магии мой организм функционирует иначе, чем человеческий, но на какое-то время расслабит.

И, надеюсь, притупит мой голод.

Это была несбыточная мечта, но я хотела надеяться.

— Чем ты занимаешься на работе? — спросила я его.

— Я пожарный. Мое подразделение находится в нескольких кварталах отсюда.

Ах.

Это было сексуально. Не могла не признать это.

— Что ты больше всего любишь печь? — спросил Мэд, его внимание по-прежнему было приковано ко мне.

— Круассаны.

— Почему?

— Они — вызов, а я люблю вызовы. Кроме того, я люблю их есть. Мы делаем круассаны с ветчиной и сыром, и они просто восхитительны. Если бы я могла есть только одно блюдо до конца своей жизни, я бы выбрала круассаны с ветчиной и сыром, — сказала я.

Это было правдой, несмотря на мою потребность в крови. В идеальном мире я бы вообще не была вампиром и могла бы выживать за счет выпечки. Я бы добавила это в список своих несбыточных мечтаний.

Губы Мэда изогнулись в улыбке.

— Надо будет заглянуть и попробовать их.

Я сделала новый глоток своего коктейля.

— Что бы ты выбрал, если бы мог есть только одно блюдо до конца своей жизни?

Мэд и глазом не повел на этот вопрос.

— Стейк, политый чесночным маслом. Каждый раз, чёрт возьми.

Я улыбнулась.

Это меня ничуть не удивило.

Если бы я не жаждала крови и не была одержима круассанами, возможно, я бы с ним согласилась.

— Ты когда-нибудь была в «Джолли», что в нескольких улицах отсюда? — спросил он, жестом указывая нам за спину.

Я знала, о чём он говорит. Это был классический ресторан. И я не могла себе его позволить, учитывая цену на пакеты с кровью и стоимость аренды моей дерьмовой квартиры.

— Нет.

— У них потрясающий стейк. Я отведу тебя туда завтра.

Я моргнула.

Неужели он только что…

Горячо, чёрт возьми.

Он горячий.

Мэд только что беззастенчиво намекнул, что будет второе свидание. Я даже не была уверена, считается ли наша нынешняя ситуация первым свиданием, но всё же.

Второго свидания не будет ни за что на свете.

Мне повезёт, если я выберусь из бара, не покормившись от него.

Его уверенность была очень сексуальной.

— Скажи «да», — призывала моя волчица.

Если бы я сказала «нет», он бы решил, что я бросаю ему вызов, так что об этом не могло быть и речи.

— Думаю, это зависит от того, как пройдет сегодняшний вечер, — сказала я ему вместо этого.

Его глаза вспыхнули, словно я бросила ему вызов.

— Как ты хочешь, чтобы прошёл сегодняшний вечер?

Я пожала плечами.

— Трахни его, — сказала моя волчица.

— Тсс. Ты меня отвлекаешь.

Она замолчала.

В моей жизни было всего несколько мужчин, и все вампиры. И ни с одним из них у меня не было секса, так что у меня, мягко говоря, мало опыта.

Я никогда не думала о том, чтобы завести отношения с оборотнем на одну ночь, но… возможно, у меня могло бы получиться.

Это был бы шанс впервые заняться сексом, чего я очень хотела. Устала чувствовать себя странной из-за того, что в двадцать три года оставалась девственницей.

Так что, возможно, встреча с ним была именно тем, что мне было нужно.

Принесли картофель фри, и никто из нас не отводил взгляда друг от друга.

Я сделала очередной глоток своего напитка.

Несмотря на название, на вкус это точно не напоминало кровь.

— Ты не ответила на мой вопрос, Лав, — сказал Мэд.

— Возможно, я пока не определилась с ответом.

Его тёмно-зелёные глаза загорелись, а рука легла на моё бедро.

Этот парень был настойчив.

Меня раздражало то, как сильно он мне нравился.

— Расскажи мне о своей семье, — попросил он.

Это был сложный вопрос. Но я решила дать честный ответ, потому что была очень дерьмовой лгуньей.

— У меня не осталось семьи.

Он сжал моё бедро.

— У меня тоже. Чем ты занимаешься в свободное время?

— Это что, личностный тест? — бросила я в ответ.

Он усмехнулся, низко и глубоко.

— Просто хочу тебя узнать.

Я закатила глаза, сделав очередной глоток своего коктейля.

— Я люблю кино и походы. Не одновременно, конечно.

Его взгляд насторожился.

— Я провожу в лесу столько времени, сколько могу.

В своей волчьей форме, полагаю.

У меня уже несколько месяцев не было сил измениться, хотя и я, и моя волчица страдали от этого.

— Сосредоточься на сексе, — прошептала она. — В конце концов, мы не будем так голодны и сможем измениться.

— Можешь ли ты сохранять спокойствие под давлением? — спросил он.

Я фыркнула.

— Так и знала, что это личностный тест.

Его губы лукаво изогнулись.

— Я не смог устоять.

Я сделала снова глоток своего коктейля. Если в нем и был алкоголь, то совсем немного, потому что я не чувствовала его ни на вкус, ни на запах.

— Ты собираешься затронуть тему сверхъестественного, или мне стоит спросить?

Его ухмылка осталась.

— Я подумал, что это очевидно.

— Трудно игнорировать всё это. — я жестом показала на его лицо, грудь и руки.

— Всего меня?

— Ммхм.

Он взял у меня из рук коктейль и медленно глотнул.

Плавные, доминирующие движения не должны были так возбуждать, но они возбуждали.

Через мгновение он вернул стакан мне в руку, оставив несколько глотков напитка.

— Трудно игнорировать всю тебя, Лав. — его глаза скользнули по моей фигуре.

Снова заиграла эта проклятая песня про секс в грузовике.

Может быть, мне все-таки понравилась песня?

Мой телефон зажужжал на стойке, и я переключила свое внимание с Мэда на экран.

Тори:

«Только что закрылись. Осталось убрать пару вещей, и я буду готова».

«Встретимся у пекарни, или хочешь, чтобы я заехала за тобой в бар?»

— Кто тебе написал? — голос Мэда стал более серьёзным, чем минуту назад.

Я допила свой напиток и поставила стакан на стойку.

— Моя соседка. Она почти закончила работу и размышляет, заехать ли ей за мной сюда или подождать, пока я вернусь в пекарню.

— Ты ещё не закончила с моим тестом на личность.

Я закатила глаза.

— Не могу оправдать то, что заставляю свою подругу ждать ради того, чтобы ты узнал, как я реагирую на давление.

— Почему нет?

…это был правильный вопрос.

Мне нужно было уйти, но из-за его пьянящего запаха, сексуальной уверенности и того, что мои мысли постоянно возвращались к сексу в грузовике, я не была уверена, что хочу этого.

Поправка:

Я точно не хотела этого.

— Скажи ей, что пойдешь домой со мной, — сказал он, глядя напряженным взглядом.

Моя волчица победно завыла.

— Это не похоже на приглашение, Мэд.

— Это было оно. Пойдем домой со мной, Лав.

— Ты не ответил на мой вопрос о сверхъестественном, — сказала я.

— Я волк- оборотень.

— В паре?

— Если бы у меня была пара, я бы сейчас лежал с ней в постели. — ответ был откровенным. — Волк, который изменил бы своей самке, не дожил бы до этого. Его стая покончила бы с ним, прежде чем у него появился бы шанс.

Я мало что знала о волках. Только то немногое, чему меня научили вампиры, и то, чему я научилась за тринадцать лет, когда сама стала оборотнем.

Волки-оборотни живут стаями, и они были уединёнными.

У нас были потенциальные пары, как и у всех сверхъестественных существ, но я не знала, по каким признакам оборотень встречает свою пару. Или как происходит процесс спаривания.

— Хм… — я взяла свой телефон и притворилась неуверенной, пока просматривала сообщения от Тори.

Эта мысль казалась практически безумной.

Идти домой с неизвестным мужчиной-оборотнем, который может легко убить меня, да ещё и соблазняет выпить его кровь? Это должно быть мгновенное «нет», каким бы привлекательным он ни был.

Но в нём было что-то невероятно притягательное.

Что-то тянуло к нему.

К тому же я его явно заинтересовала, что было лестно. Я не могла вспомнить, когда в последний раз кому-то нравилась.

Давно я не делала ничего просто так.

Так что…

Я бы сделала это.

— Хорошо, я в деле, — сказала я, отправляя Тори быстрое сообщение.

Я:

«Познакомилась с парнем в баре. Иди домой без меня».

Тори:

«О мой бог».

«Я тебе завидую!»

«Повеселись и позвони, если понадобится подбросить тебя до дома».

Ей не нужно было знать, что он оборотень.

Или что он пахнет лучше всех мужчин, которых я когда-либо встречала.

Моя волчица ликовала, а губы кривила улыбка. Вот что действительно имело значение.

В груди Мэда поднялся удовлетворенный гул.

Вскоре он принёс мне картофель фри в пакете, а через минуту мы вместе шли к выходу.

— Пахнет просто потрясающе, — сказала Лав, глядя на стейки, которые я готовил, с места, где она сидела за кухонной стойкой.

Поездка была спокойной, музыка играла из моего телефона, а её голова покачивалась в такт. Мы больше болтали о нашей жизни, хотя вопросы оставались поверхностными.

К счастью, её не беспокоило, что придется остаться со мной наедине.

Некоторые люди плохо реагируют на давление. Возможно, я не так сильно давил на неё, как мне казалось.

Каламбур не предполагался, хотя мой член упирался в джинсы с того самого момента, как я уловил её запах.

Картофель фри не успокоил её урчащий желудок, и мой волк настоял на том, чтобы я накормил её, прежде чем попытаться зайти дальше.

Наша пара не будет голодать во время нашей смены.

И присутствие её в моём доме успокаивало нас обоих так, как я и представить себе не мог.

— Ты должен скрепить с ней узы сегодня, чтобы у неё не появилось желания передумать, — предупредил меня волк.

— Передумать? Она пока ни на что не согласилась. Я даже не сказал ей, чем мы являемся друг для друга. Мы не близки к скреплению уз.

Он зарычал.

— Тогда хотя бы скажи ей.

— Когда придет время, я это сделаю. Позволь мне разобраться с этим.

Хотя ублюдок не хотел соглашаться, но пошел у меня на поводу.

— Я готовил пару раз в жизни, — сказал я ей, доставая из микроволновки пакет с овощами на пару. Хотя обычно не заморачивался с ними, моя пара была человеком. Ей нужны были питательные вещества.

К овощам в кастрюле остывали картофель быстрого приготовления и подливка. Это не было шикарным блюдом, которого она заслуживала, но лучше, чем ничего,

— Понятно. — она обмакнула палец в горячую подливу, и я отдернул его.

— Ты обожжешься.

Она проигнорировала меня и сунула палец в рот, одобрительно кивая по поводу вкуса.

— Я крепче, чем кажусь.

Я чуть не фыркнул от этой мысли.

Она была миниатюрным человечком с короткими вьющимися волосами, в маленьком платьице и с сумочкой, почти такой же большой, как она сама. Я провел с ней полтора часа и был уверен, что ей угрожает гораздо больше опасностей, чем она может представить.

Но она была чертовски очаровательна.

И я ждал встречи с ней слишком долго, чтобы не поддаться очарования.

В групповом чате моей стаи уже гудело множество сообщений, благодаря Джерри, барменше. Она сфотографировала нас и разослала всем. Если бы я не был так увлечен своей парой, меня бы это разозлило.

Но она сидела здесь, за моим столом, и позволяла для неё готовить.

Разговаривает со мной.

Шутит над моими шутками.

Дразнит меня.

Чёрт, одно только это было больше, чем я когда-либо смел надеяться.

— Хочешь, я достану овощи? — спросила она, доставая пакет.

— Нет. Я хочу, чтобы ты сидела и смотрела, как я готовлю для тебя. — я снял стейки со сковороды и разложил их по тарелкам. Им нужно было отдохнуть, прежде чем мы начнем их резать, и это даст мне время разложить всё остальное.

Она закатила глаза.

— Ты один из тех властных типов, не так ли?

— Все оборотни, которых я когда-либо встречал, были властными, Лав.

Она скорчила гримасу.

— Может, ты недостаточно встречал оборотней.

Я фыркнул.

— Точно.

Женщина была симпатичной, но я был альфой более чем достаточно долго, чтобы не сомневаться в своей правоте.

— А как насчет вампиров? Они все властные? — спросила она.

— Вампиры — это помеха. — я открыл овощи, высыпал их на тарелки и добавил немного соли и масла. — Их контролирует голод.

— А демоны?

— Голод контролирует их чуть меньше, чем вампиров.

— Значит, демоны и вампиры — не более чем помеха, потому что ими управляет голод? — уточнила она.

— Лишь раздражающие мелочи. Как и люди.

— Раздражающие люди?

— Именно так.

Когда я поднял на неё взгляд, то не смог определить, выглядит ли она раздражённой или веселящейся.

Я надеялся на второй вариант.

— Я слышала, как кто-то упоминал о вампире, приехавшем в город несколько недель назад, — заметила она.

Я кивнул, накладывая картофель и подливку в наши тарелки.

— Он приехал, чтобы встретиться с альфой.

Было ли нечестно не упомянуть, что я — альфа?

Возможно.

Но женщина была миниатюрной, и звали её «Любовь», чёрт возьми. Я не мог начать с того, чтобы сказать ей, что я альфа, на котором все в городе либо помешаны, либо боятся.

— Для чего эта встреча?

— Вампир ищет свою пару. Говорит, что она сбежала от него.

Её брови приподнялись.

Я добавил:

— Это маловероятно. Вампиры, состоящие в паре, могут пить только друг у друга, чтобы оставаться в живых. Убежать от него было бы смертным приговором для них обоих.

— Проклятье. — наступила пауза, прежде чем она наконец сказала: — Стаи оборотней — это как семьи, верно?

— Да. Крепкая, несносная семья.

Она рассмеялась.

— Почему ты так говоришь?

— Мы сводим друг друга с ума. Прямо сейчас мой телефон забит сообщениями от стаи о том, что они видели меня с тобой в баре.

— Правда? Почему?

Я взял наши тарелки и понес их к столу.

— Я не хожу на свидания.

Она соскользнула с места и пошла за мной через всю кухню.

— Почему нет?

Мне не нравилось лгать ей, но я не думал, что она готова к бомбической новости о паре.

— Меня это никогда не интересовало.

Она выглядела заинтересованной, но не стала требовать объяснений.

Я выдвинул ей стул, и она без колебаний села.

Мы принялись за еду, и пока ели, её босые ноги касались моих.

Мой член пульсировал, упираясь в джинсы, но я заставлял себя продолжать есть, как будто меня не волновали её прикосновения.

— Так ты пригласил меня сюда только для того, чтобы накормить? — спросила она, потягивая стакан воды, который я ей поставил.

— Это зависит от обстоятельств. — я отложил вилку, хотя не закончил есть.

— На…

— Ты пришла со мной только для того, чтобы я тебя покормил?

— Нет. — ей не пришлось обдумывать свой ответ. — Я предположила, что ты хочешь меня трахнуть. Но если ты не встречаешься…

Я встал, ножки стула заскрипели по полу.

— Я встречаюсь с тобой.

Красноречиво?

Нет.

Но мне было наплевать на красноречие.

Она оказалась в моих объятиях через секунду, а спустя мгновение мой рот завладел её ртом.

Когда мой язык встретился с её губами, они без колебаний раскрылись. Вкус её губ захлестнул мои чувства, и я зарычал от желания, в несколько шагов пересекая комнату.

Я грубо прижал её к ближайшей стене.

Её запах и вкус были просто неземными.

Чувствовать её в своих объятиях было почти так же восхитительно.

И её тело прижалось к моему…

Наконец-то всё в моей жизни стало таким, каким должно быть.

Язык Лав двигался вместе с моим, руки зарылись в мои волосы и притянули меня ближе. Я прижался к её сердцевине, и она застонала мне в рот, сильнее потянув меня за пряди.

Мои руки грубо обхватили её бедра, задирая платье вверх.

Я хотел, чтобы его не было.

Хотел, чтобы она осталась обнаженной.

Я снова прижался к ней, и Лав застонала.

Звук был чертовски сексуальным.

Насыщенный и урчащий.

Урчащий?

Я был слишком увлечен похотью, чтобы обращать на это внимание.

Что-то острое вонзилось в мою нижнюю губу, и я выругался, оторвав свой рот от её рта. Стон Лав пронесся по воздуху, направляясь прямо к моему члену, несмотря на кровоточащую губу.

Я поднял руку, чтобы проверить рану, и увидел её рот.

Её зубы.

Её клыки.

«Чёрт возьми».

Я привёл вампира домой.

Моя потенциальная пара была вампиром, а я и не заметил.

Её глаза стали красными, а тело изменилось, приняв форму вампира. На её коже появились великолепные татуировки цвета дыма, тело выросло на несколько сантиметров, а клыки удлинились.

Моему волку было наплевать — он считал её лучшей добычей после нарезанного хлеба.

Но женщина собиралась меня укусить.

Я развернулся и через мгновение уже обхватил одной рукой её талию, а другой — горло.

Она зарычала на меня, скорее по-волчьи, но не боролась со мной.

Её грудь быстро поднималась и опускалась под моей рукой, и медленно тело изменилось, вернувшись к своей обычной форме.

Я не отпускал её.

Мой волк боролся со мной, уверенный, что она его пара. Я знал, что так лучше. Он наверняка ошибся.

Но почему, чёрт возьми, женщина-вампир пробралась в мой город и попыталась соблазнить меня? Когда мы успели разозлить клан кровососов? Мы держались в стороне не просто так.

— Кто тебя послал? — потребовал я.

— Никто. — её слова прозвучали натянуто.

— Говори, или я потащу твою задницу в свою тюрьму и сам вытяну из тебя ответ, — прорычал я.

Мой волк зарычал на меня, пытаясь взять контроль на себя, но мы были партнерами слишком долго, чтобы это сработало.

Должно быть, кто-то послал её за нами.

И я собирался выяснить причину прежде чем убью её за то, что она заставила меня думать, что она моя.

В одну секунду Мэд целовался со мной.

А в следующую — застегивал наручники на моих руках и ногах и закидывал меня на заднее сиденье своего грузовика. Затем он повёз меня по шоссе, крича в телефон. Он говорил о вампирах и ведьмах.

Ведьм ненавидели и сверхъестественные существа, и люди. Никто толком не знал почему.

Но, очевидно, он думал, что у меня с ними что-то было.

Лучше так, чем если бы он узнал правду. Кровавые волки были вне закона, и я понятия не имела, что может сделать со мной сверхъестественное правительство, если узнает, кем я являюсь.

С другой стороны, Мэд был оборотнем. Узнав, что во мне тоже есть волк, он мог бы проникнуться ко мне большей симпатией.

Если бы у меня был телефон, я бы написала Тори, чтобы убедиться, что она спряталась, но он был в моей сумочке. Мэд забрал мою сумку, когда мы выходили, и я, конечно, не могла до неё дотянуться.

Вскоре он припарковал свой грузовик и затащил меня в здание. На улице было темно, но света хватило, чтобы я смогла прочитать неосвещенную вывеску над дверью здания:

Полицейский участок Вайлдвуда.

Это было плохо.

Оставалось надеяться, что полицейские были людьми.

…И имели запас крови, потому что я по-прежнему была голодна.

Желательно, чтобы кровь была такой же невероятной на вкус, как та, что я случайно получила от Мэда, потому что, проклятье. Этот мужчина был восхитителен.

— Теперь тебе нечего добавить? — проворчала я на свою волчицу.

— Нет. — голос её был печален.

Честно говоря, мне тоже было немного грустно. Если не считать нескольких нелепых замечаний, которые он сделал, мне действительно понравилось с ним общаться.

Очевидно, что принять его приглашение прийти к нему домой было ошибкой. Разделить с ним ужин и позволить ему угостить меня выпивкой — тоже.

Оставалось только выбраться живой. Если Тори узнает, где я нахожусь, она придёт за мной в мгновение ока.

Моя грудь быстро поднималась и опускалась, пока Мэд тащил меня внутрь полицейского участка, рыча на нескольких работающих там копов.

Вскоре его уже провожали к камере.

В камере оказалось полно людей, что заставило мои клыки появиться.

О, да, я собиралась полюбить тюрьму.

— Она не войдет в камеру, полную мужчин. Найдите пустую, — рявкнул Мэд.

— Он хотел добавить, пожалуйста, — раздался позади Мэда мужской голос.

Я не могла повернуться, чтобы посмотреть, кому он принадлежит.

Мы прошли несколько коридоров, пока меня не привели в комнату, в центре которой стояла клетка в форме куба. В клетке было лишь несколько металлических скамеек и туалет.

Моя задница встретилась со скамьей, прежде чем дверь захлопнулась за мной, закрыв меня внутри.

Я закрыла глаза и медленно вздохнула, надеясь, что, когда открою их, ситуация изменится.

Спойлер: этого не произошло.

Что всколыхнуло слишком много болезненных эмоций из моего прошлого.

Попасть в ловушку.

Ощутить беспомощность.

Быть использованной только ради своей крови.

Мне потребовались усилия, чтобы дышать ровно и сдерживать панику.

— Итак, что именно произошло? — спросил новый мужской голос.

Я открыла глаза и увидела, что на меня смотрит парень. Он был сложен как кирпичная стена, с загорелой кожей и длинными светло-каштановыми волосами, завязанными в хвост. Хотя выражение его лица было серьезным, в глазах читалось любопытство.

— Не смотри на неё, Бавер, — прорычал Мэд, произнося это имя как «беспокойство».

— Остынь, Мэдден. Расскажи мне, что произошло.

Мэдден?

О, чёрт.

Я не знала.

Но… должна была.

Его звали не Мэд, а Мэдд.

С двумя Д.

Сокращенно — Мэдден, то есть Арчер Мэдден. Альфа стаи Вайлдвуда. Самой большой стаи, которая только существовала.

Я случайно попала домой к одному из самых могущественных оборотней в нашем мире.

— Упс, — прошептала моя волчица.

— Это мягко сказано.

Я очень сильно облажалась.

— Я встретил её в баре. Мой волк сразу же предъявил на неё права. Все признаки пары были налицо. Я поцеловал её, и клыки рассекли мне губу. Она изменилась и попыталась выпить из меня. — Мэдд говорил, в его голосе по-прежнему звучал гнев.

— Он заявил на нас права? — спросила моя волчица.

— Не знаю. Что это вообще значит?

— Похоже, как-то связано с парами.

Бавер наморщил лоб.

— Так она твоя пара?

— Нет, это не так, — выкрикнула я из клетки, и в это же время Мэдд прорычал:

— Нет.

Возможно, мне следовало бы держать рот на замке, но я не смогла.

Не тогда, когда на кону стояла моя жизнь.

И, если бы я оказалась парой Арчера Мэддена, моя жизнь определенно была бы поставлена на карту. Возможно, даже больше, чем обычно.

— Ведьминская магия не может изменить, имитировать или повлиять на связи между парами. На данный момент проведены тысячи исследований, — сказал Бавер.

— Тогда какого чёрта она делает в нашем городе? — Мэдд жестом указал на меня. — Это не может быть совпадением. Вампир появляется в Вайлдвуде и оказывается моей потенциальной парой?

— Мы действительно его пара? — поинтересовалась моя волчица.

— Нет!

— Я была в баре первой, — бросила я в ответ. — Технически, это ты там появился.

Он окинул меня свирепым взглядом и шагнул ближе.

Бавер схватил его за плечо.

— Успокойся, Мэдд. Нам нужно узнать всю историю. Даже если она здесь, чтобы причинить кому-то вред, она может быть твоей парой.

Мэдд стиснул челюсти.

— Я не собираюсь никому причинять вреда, а он бросил меня в камеру. Я ему никто, — сказала я.

— Чёрта с два, — прорычал он.

Очевидно, он все еще не смирился с тем, что моя волчица случайно его укусила, хотя ему хотелось бы верить в обратное.

Это не предвещало мне ничего хорошего.

— У тебя есть доказательства того, что ты здесь не для того, чтобы его убить? — спросил меня Бавер.

— Как мне доказать, что я не убийца?

— Не знаю. — Бавер взглянул на Мэдда.

Мэдд оскалился в ответ.

— Ты проверил её телефон? Мы можем просмотреть её контакты и выяснить, не знает ли она кого-нибудь из наших знакомых.

Мой живот громко заурчал.

Мэдден зарычал.

Бавер уставился на него.

— Ты только что зарычал на её живот за то, что он урчит?

Он проигнорировал вопрос и жестом указал на стул в углу комнаты, где безжизненно валялась моя сумка из дешевого магазина. Бедняжка.

— Её телефон в сумке.

И почему меня по-прежнему тянет к этому ублюдку?

— Итак, возможны следующие варианты: либо она вампир, достаточно глупый, чтобы приехать в Вайлдвуд, либо вампир-убийца, достаточно глупый, чтобы выбрать тебя. — сказал Бавер, снова взглянув на меня. — Кто из них ты, Ловен?

— Просто глупый, надоедливый вампир. — это был очевидный ответ.

— Здесь должна быть замешана магия, — сказал Мэдд, его голос по-прежнему звучал низко и зло. — Мой волк сходит с ума.

Он направился к моей сумке. Как только она оказалась в его руках, он отдал мой телефон Баверу и без промедления стал рыться в моих вещах. Он изучал каждый тампон, каждую мелочь и чек, которые находил, как будто в них был ответ.

Не было.

Мэдд вытащил мой бумажник, и я скривилась, когда он проверил моё удостоверение личности. «Ловен Хансен. Вампир. Нерожденный».

— Здесь сообщение от некой Тори. Мы знаем, кто она? — спросил Бавер.

Они оба посмотрели на меня.

— Никогда не встречала Тори, — сказала я.

— Какой пароль у твоего телефона? — спросил Баутер.

Я показала ему палец в ответ, хотя для меня, наверное, было бы лучше, если бы я подыграла. Но не хотела втягивать Тори в моё дерьмовое положение.

— Она работает в «Кофе и Ириски и Пирожные». Дай-ка я узнаю, есть ли у них номер Тори. Им владеет пара Зандера Виллина, а этот ублюдок задолжал мне несколько услуг, — сказал Мэдд, поднося телефон к уху и отходя в дальний угол комнаты. Его напряженный взгляд задержался на мне, пока он говорил с тем, кто отвечал.

Через несколько минут он вернулся с телефоном и нажал на кнопку, чтобы включить громкую связь. Мои глаза сузились, когда телефон прозвонил несколько раз, прежде чем Тори ответила.

— Алло?

Мой желудок сжался.

Я не хотела, чтобы она снова оказалась в опасности из-за меня.

— Это Альфа Арчер Мэдден. Мы взяли под стражу вашу подругу Ловен и не отпустим, пока не узнаем, кто она и что здесь делает.

На мгновение воцарилась тишина.

Долгое мгновение.

— В чём дело? — спросила наконец Тори.

— В том, что на нашей территории без предупреждения и объяснений появилась женщина-вампир.

Последовала очередная пауза.

— Я буду через минут десять, — сказала Тори, прежде чем линия оборвалась.

Я помрачнела.

Очевидно, я приняла неверное решение.

Возможно, худшее в своей жизни.

Если из-за меня убьют подругу, я никогда себе этого не прощу.

— Есть все шансы, что эта женщина — твоя пара, Мэдден. На твоем месте я бы постарался уладить это дело как можно скорее, — пробормотал Бавер, обращаясь к Мэдду.

— Тори умна. Она не станет говорить правду, — сказала моя волчица.

— Я искренне надеюсь на это.

Всю дорогу до квартиры Ловены мой волк беспокойно метался.

Трудно было сочетать старомодное имя со вздорной женщиной, которую я нашёл в баре своей стаи. Она была мягкой и игривой… и к тому же вампиршей.

Она не соврала, когда заявила, что в Вайлдвуде ей безопаснее, потому что, от кого бы она ни бежала, преследователь не посмел бы обыскать мой город, не обратившись сначала ко мне.

Учитывая то, как Лав расспрашивала меня о нашем вампире-госте, можно было с уверенностью предположить, что именно он ищет их с Тори. К счастью, я не давал этому ублюдку разрешения искать свою женщину в моём городе.

Мой желудок сжался при мысли о том, что он мог убить или увести мою пару прямо у меня из-под носа.

— Нам нужно придумать искреннее извинение, мать твою, — прорычал мой волк, уже в пятый раз с тех пор, как мы поняли правду.

— Я в курсе.

— И ты должен сказать ей, что она будет пить только нашу кровь, а не чью-то другую.

— Знаю. — я не мог сдержать себя, чтобы не выкрикнуть эти слова. Мысль о том, как зубы моей самки впиваются в горло другого мужчины, заставила меня сжать кулаки на руле, а когти моего волка прорвались сквозь кончики пальцев.

Кровь другого ублюдка текла по её телу…

Я бы убил его.

— Мы бы знали, если бы в нашем городе появились женщины-вампиры, питающиеся людьми. Люди говорили бы, — сказал он. — Значит, Лав не питалась. Она голодна. И ты видел, как опустились её клыки — очевидно, это было случайно.

По всей длине моих пальцев пробился мех. Пульсация в губе утихла, и рана начала затягиваться. Я не злился на неё за то, что она причинила мне боль. Она не контролировала себя, и, возможно, я немного перегнул палку.

Возможно.

— Она недостаточно питается. Вот почему её желудок постоянно урчит, — сказал я.

— Ей нужна была не еда, а кровь.

— Я поговорю с ней об этом.

— Если она не послушается, я заставлю её подчиниться.

Я усмехнулся.

— Ты пропустил тот момент, когда она притворялась человеком? Её никто не будет принуждать к чему-либо.

— Я её пара. Она будет меня слушаться, — прорычал мой волк.

— Или ты будешь слушать её.

Он оскалил зубы, хотя в тот момент у него не было никаких физических зубов, чтобы их продемонстрировать. По сути, мы были одним и тем же существом; не похоже, чтобы этот ублюдок мог меня укусить.

— Только не это.

Я надеялся, что он прав.

Потому что, может, я и облажался со своей парой, но ни в коем случае не уйду от неё. Так или иначе, я докажу, что она принадлежит мне.

А я принадлежу ей.

Когда мы наконец-то припарковались перед четырехэтажным домом, мои губы скривились в гримасе.

Мой волк попытался заставить меня измениться, тогда и сейчас.

Она жила в самом убогом здании города. Оно практически развалилось. Три другие квартиры пустовали месяцами, и, насколько я знал, её тоже.

Я видел, как она оглянулась через плечо, выскользнув из своей развалюхи. Это был единственный автомобиль на маленькой стоянке, не считая моего. Её взгляд на мгновение поймал мой, после чего она быстро отвела глаза.

Я заставил себя продолжать дышать через нос, пытаясь подавить гнев. Лав лгала мне и скрывала правду, но она была моей.

Я сидел в своем грузовике, пока не успокоился настолько, чтобы извиниться перед самкой… а потом притащить её милую маленькую задницу обратно в район моей стаи и убедиться, что она точно поймёт, что между нами произойдет.

Включая то, что она будет пить только мою кровь.

Мой желудок заурчал, когда я оттирала кожу в душе, изо всех сил стараясь смыть с себя невероятно восхитительный запах Мэдда. Как только мы вернулись домой, я сразу же взяла пакет с кровью, но после того, как попробовала альфу, пить её было всё равно что глотать водянистую грязь.

Мне удалось проглотить её, но это лишь немного утолило голод.

К тому же она плохо усваивалась. Тошнота усиливалась с каждой минутой.

Громкий стук эхом отозвался в тонких стенах моей квартиры. Несмотря на то, что над головой у меня шумел душ, а на кухне играла музыка, я без проблем услышала удары.

Это нормально, когда живешь в старом многоквартирном доме. Стены были такими тонкими, что казалось, будто весь дом раскачивается от каждого порыва ветра.

Я вздохнула.

Не было никаких сомнений в том, кто стоит за дверью.

— Я разберусь с ним, — сказала Тори, не потрудившись зайти в ванную, чтобы сообщить мне об этом. Мы обе знали, что «дерево» едва ли заглушает слова.

Я услышала, как открылась входная дверь, а затем Тори произнесла:

— Что тебе нужно?

— У меня сумка Лав. Я отдам её в обмен на разговор, — сказал Мэдд.

Даже когда между нами был душ и стены, от его голоса мурашки бегали по моим рукам.

Со мной что-то происходило, и я начала нервничать, что всему виной была связь с парой.

— Она не будет с тобой разговаривать.

— Тогда она не получит обратно ни сумочку, ни телефон, — сказала Мэдд так же резко, как и Тори.

Мой желудок забурчал сильнее, чем когда-либо.

Я отодвинула прозрачную занавеску в сторону и рухнула на колени перед унитазом как раз вовремя, чтобы выблевать содержимое своего желудка.

Кровь в пакете действительно не подошла мне.

— Какого дьявола? — я услышала рычание Мэдда. Вслед за этим раздался треск двери, ударившейся о стену.

Я была слишком занята, сжимая сиденье унитаза, в то время как мир вращался вокруг меня, чтобы задаваться вопросом, что происходит.

Головокружение… У меня так чертовски сильно кружилась голова.

И голод… я была безумно голодна.

— Если ты войдешь туда, она выпьет твою кровь, — предупредила Тори.

Спустя мгновение дверь ванной комнаты с грохотом захлопнулась.

Всё моё тело содрогнулось от его запаха. Ногти впились в сиденье унитаза, заостряясь, пока я пыталась удержаться от перехода в вампирскую форму.

— Выпей из него, — призывала моя волчица.

Меньше всего я нуждалась в её подстрекательстве.

— Кого ты укусила? — прорычал Мэдд, смыв кровь в унитазе, прежде чем сесть на пол рядом со мной.

Мои пальцы сильнее впились в сиденье.

— У неё был пакет с кровью, — сказала Тори. — Она голодает. Уже… Что ты делаешь? — она прервалась, когда Мэдд усадил меня к себе на колени.

Он проигнорировал её, оттянув горловину своей дурацкой привлекательной белой футболки в сторону и скомандовав:

— Пей.

Я попыталась проигнорировать приказ и потерпела фиаско.

Мои клыки вонзились в его горло.

Безумный запах его кожи заполнил все мои чувства, подавляя и успокаивая одновременно.

Его руки обхватили мою талию, и жажда крови охватила нас обоих, сделав горячими, возбужденными и чертовски сексуальными.

Каким-то образом этот ублюдок сумел побороть потребность. Его пальцы слегка впились в меня, но этим его реакция и ограничилась.

Я пила до тех пор, пока не наелась до отвала — тогда медленно пришла в себя и заставила себя остановиться.

Его хватка не ослабла, пока я полностью не извлекла свои клыки.

Моя волчица потянулась, её магия растекалась по мне.

— Не сейчас, — сказала я ей. — Мы не можем сейчас измениться.

— Мы должны, — промурлыкала она.

Я попыталась слезть с коленей Мэдда, но его объятия не разжались.

Последующая волна её магии обрушилась на меня, и изменение началось.

Мгновение спустя на коленях у Мэдда оказался волк.

Он моргнул, и на его лице отразился шок.

Моя волчица прижалась к его шее. Она была маленькой и мягкой, светло-коричневый пушистый комочек.

Той, которой очень нравился Мэдд.

Его пальцы погрузились в её мех, и он погладил её за ушами. Моя волчица прильнула к нему, наслаждаясь прикосновениями.

— Вы — кровавые волки, — сказал он, и голос его как-то сразу стал ровным. — Вот почему вы прячетесь здесь.

— Теперь отрицать это бессмысленно, — устало произнесла Тори.

— От кого вы прячетесь?

— От тех, кто нас создал.

— Кто такие…

— Не твое дело. — она не стала говорить лишнего.

Чёрт, я любила её.

Моя волчица сильнее прижалась к пальцам Мэдда, и он продолжал гладить её без перерыва.

— Я убью их для тебя.

— Для Лав, ты имеешь в виду.

— Конечно. Я никому не позволю угрожать моей паре.

Тори вздохнула.

— Если бы я знала, что ты можешь, я бы сказала.

— Я альфа самой могущественной стаи в мире уже чертовски долгое время. Я могу справиться с этим.

— Тогда тебе придется убедить в этом Лав. Я тебе не скажу. — голос Тори не оставлял места для сомнений в том, серьезно она говорит или нет.

Мэдд продолжал гладить мою волчицу.

— Могу ли я снова взять на себя контроль? — спросила я. — Я найду время, чтобы мы с тобой пробежались как можно скорее.

— Ты собираешься отнять у меня пару, — проворчала она в ответ.

— Вопрос с парой пока не решен.

— Решен. Я всё решила.

Я застонала.

Она неохотно отступила назад, и Мэдд отпустил её после секундного колебания.

— Не трогай его, — предупредила она, усаживаясь на пол в ванной.

— Как я могу причинить ему вред? Ты его что, не видишь?

По её застывшим эмоциям я поняла, что волчицу это не забавляет.

— Я уверена, что только что пристрастилась к его крови, ясно? Если убью его, мы умрем от голода.

Этот ответ удовлетворил её, и она позволила мне снова обрести контроль над собой. Наши тела поменялись местами, и мои человеческие ноги оказались раскинутыми передо мной, а голая задница — на полу.

Мне потребовалась секунда, чтобы сориентироваться. Прошло так много времени с момента последнего перевоплощения, что мне было странно это делать. К тому же моё тело было гораздо более расслабленным, чем за последние месяцы. Если вообще когда-либо было.

— Переезжайте в район моей стаи, — сказал Мэдд, не обращая внимания на мою наготу. Наша одежда исчезала в пустоте, когда мы менялись, не снимая её. — Вы обе. У нас есть свободные дома. И мы владеем большей частью города, так что нет нужды беспокоится о деньгах. Вы будете в безопасности и здоровы.

— Нам нужно время, чтобы подумать и обсудить это, — сказала Тори. Я была рада, что она ответила за меня, потому что я по-прежнему пыталась приспособиться к своему человеческому телу и отсутствию голода. — А пока тебе нужно уйти.

Из его груди раздался недовольный гул, но Мэдд вышел. Она последовала за ним к двери и заперла её. Это не убережет нас от реальной угрозы, но тем не менее нам стало легче.

— Ну, это было нечто, — сказала Тори, застыв в дверном проеме после возвращения.

Я вздохнула.

— Да.

— Он тебе нравится, не так ли?

— Ни в коем случае. Я — кирпичная стена незаинтересованности. Он даже перестал пахнуть так хорошо.

Тори улыбнулась.

— Конечно.

Она не стала настаивать на большем, а я прислонилась головой к стене ванной. Пахло плесенью, но это уже привычно.

Однако я устала.

И несмотря на то, как закончилась ночь, она была одной из лучших на моей памяти.

Прежде чем понять, кто я, Мэдд внимательно наблюдал за мной. Слушал каждое моё слово. Смотрел на меня так, словно я имела значение.

Я чувствовала себя нужной.

Привлекательной.

Весёлой.

Но теперь, когда он знал, кто я и что я, мне было необходимо сохранять между нами дистанцию. Он ясно дал понять, что не возражает против того, чтобы в одно мгновение перейти от поцелуев к лишению свободы, и я не могла рисковать снова.

Так что… мне придется его избегать.

По крайней мере, столько, сколько он мне позволит.

Я извинилась перед коллегой, когда моё дыхание наконец выровнялось, и она тоже извинилась за то, что переборщила. По её признанию, она была в восторге от его габаритов и красоты.

Да, это мой личный перевод её слов.

Но, честно говоря, не могла на неё обижаться. Разве я тоже не была в восторге от него? Невозможно игнорировать то, как я покрывалась мурашками каждый раз, когда он говорил.

Я болтала меньше обычного, но моя коллега, похоже, понимала, что за пределами пекарни у меня происходит какое-то дерьмо. Она не обиделась, когда мои ответы оказались не такими восторженными, как обычно.

Тори приехала через два часа после меня и сразу же принялась за печенье и торты, с которыми всегда справлялась.

По настоянию моей волчицы я ждала обеденного перерыва дольше обычного. Она поверила Мэдду, когда он сказал, что принесет обед, а у нас закончился хлеб, и я не смогла сделать себе сэндвич перед работой.

И, конечно же, в 12 часов дня одна из девушек на кассе крикнула на кухню:

— У тебя гость, Лав.

Проклятье.

Моя волчица торжествовала, я же вздохнула.

— У него был пакет из «Джолли», и он сказал, что встретит вас за зданием, — добавила она.

— Иди поешь. Если понадобится, врежь ему, — сказала Тори, подталкивая меня к задней двери.

Я неохотно вымыла руки и выскользнула на улицу.

Мэдд прислонился к зданию, источая запах мыла. Его волосы тоже были влажными. В одной руке он держал большой пакет, а в другой — большой пластиковый стакан с заправки.

Я попыталась не нахмуриться, когда поняла, что больше не чувствую своего запаха на его коже, и не смогла.

Проклятое собственничество.

— Он наш, — сказала моя волчица, и в груди завибрировало.

— Я знаю о твоих чувствах, даже если они дерьмовые.

Взгляд Мэдда медленно окинул меня с ног до головы.

— Тебе идет фартук.

— Если ты таким образом предлагаешь мне стать твоей домохозяйкой, то можешь уйти прямо сейчас.

— Нет. Но ты была бы горячей домохозяйкой.

Я закатила глаза, но взяла пакет с едой из его рук.

Он жестом указал на свой грузовик, который был припаркован на стоянке для сотрудников, напротив кирпичной стены и нескольких высоких сосен.

— Подумал, что ты захочешь уединиться.

Я не хотела говорить ему, что он прав.

— Какую газировку ты пьешь? — спросила я, переведя взгляд на стаканчик.

— Это что, тест на определение личности?

Я не смогла сдержать фырканье, когда он напомнил о нашем разговоре накануне вечером.

— Я уже сдала экзамен с блеском, учитывая, что ты не оставляешь меня в покое. Так что, думаю, теперь моя очередь проверять тебя.

Он усмехнулся и открыл водительскую дверь. Я проскользнула мимо него, заняв сиденье, чтобы не оказаться в том же положении, что и в прошлый раз, когда я оказалась в его грузовике.

Мэдд закрыл за мной дверь. Мгновение спустя он сел на пассажирское сиденье и поставил стаканчик на консоль между нами.

— Время от времени я пью колу. Но это не газировка.

Он наполнил стаканчик водой. Странно, но пофиг.

Я уже открывала один из контейнеров.

— Они оба одинаковые?

Мой желудок заурчал, требуя и еды, и крови. Накануне вечером я его почти опустошила, но моё тело всё ещё восстанавливалось после голода. В оптимальном состоянии мне требовалось пить кровь лишь раз в неделю.

— В нижнем — дополнительная картошка фри.

Я сразу же передала ему верхнюю коробку и открыла вторую. Почувствовав на себе взгляд Мэдда, я проигнорировала его, откусив огромный кусок бургера.

Это было просто божественно.

Через мгновение он сосредоточился на своём гамбургере, и мы ели в полной тишине.

Мои пальцы взяли стаканчик.

Я обхватила губами трубочку и сделала большой глоток воды.

Это…

Ооо.

Это была не вода.

В моей груди зарокотало от взрыва вкуса на языке.

Я заурчала.

Мэдд был восхитительным.

Оргазмическим.

Пальцы на ногах подогнулись.

Мои глаза закрылись.

Я не смогла бы перестать пить, даже если бы попыталась.

— Я хотел предупредить тебя, — сказал Мэдд.

Не обращая внимания на трубочку, я осушила большой стакан так быстро, что это было просто невероятно.

Он опустел слишком быстро.

Я по-прежнему пила, наполняя грузовик всасывающим звуком из почти пустого стакана, в котором словно по волшебству должно было появиться ещё больше крови.

Этого не произошло.

Мэдд осторожно вытащил раздавленный бургер из моих пальцев и положил его обратно к картофелю фри.

Когда он попытался взять стакан, мои острые ногти проткнули его стенки.

— Ты самая сексуальная чертовка, которую я когда-либо видел, — прорычал Мэдд.

По коже побежали мурашки.

Мой желудок снова громко заурчал.

— Укуси его, — потребовала моя волчица.

Я была настолько поглощена жаждой крови, что не могла с ней спорить.

Пенопластовый стаканчик ударился о консоль, и через мгновение я уже сидела на коленях у Мэдда. Его контейнер с едой был подо мной, но его руки лежали на моих бёдрах, как будто он предпочитал держать меня, а не бургер.

Я глубоко вдохнула и от аромата Мэдда снова зарычала. Когда в моей груди заурчало, он ответил тем же.

Он освободил одну руку, чтобы вытащить из-под меня еду.

— Не… черт. — его аргумент превратился в напряженное проклятие, когда мои клыки вонзились в его горло.

Его вкус на моем языке был гораздо лучше, чем в стакане.

Я жадно пила, покачивая бёдрами, когда горячее желание, возникающее при кормлении, овладело мной.

Пальцы Мэдда вонзились в мою талию достаточно сильно, чтобы пустить кровь, но в остальном он не двигался. Его член был настолько твердым, что мне и не требовалось ничего объяснять.

Это чувство было незнакомым.

Сила его желания прижималась к моему клитору.

Именно там, где он был мне нужен.

Мэдд был намного лучше моих пальцев.

Я не смогла бы остановиться, даже если бы попыталась.

Я пила и качалась, пока не застонала на его члене. Его кровь разливалась на моём языке, а оргазм оказался сильнее, чем когда-либо прежде.

Мэдд снова выругался, но не сдвинулся с места.

Я продолжала пить, пока мой живот не надулся, а разум медленно не прояснился.

Мои клыки без всяких усилий выскользнули из его кожи, а язык прошёлся по ране на горле, прежде чем я осознала всю серьёзность ситуации.

Мои глаза медленно закрылись.

Я сделала долгий вдох.

Физически я не могла вспомнить, чтобы когда-либо чувствовала себя так хорошо. Мои плечи были расслаблены. Разум — спокоен. В моём теле царил покой.

Я не была голодна.

Я не боролась за то, чтобы не потерять контроль над собой и не осушить какого-нибудь ничего не подозревающего человека.

Я не испытывала боли.

Моя волчица потянулась в моём сознании.

— О, он идеален. Я выбрала лучшего из всех возможных пар. Ещё и альфу в придачу.

Я проигнорировал её.

Альтернативой было согласие, которое, очевидно, не принималось.

Он оставался тем самым ублюдком, который бросил меня в кузов своего грузовика, а потом запер в тюремной камере. И он наполнил кровью чертов пенопластовый стаканчик, ничего мне не сказав! Кто так делает?

Впрочем, я и не ждала, пока он предупредит меня о том, что в нём находится.

Большая часть вины лежала на мне.

Не зная, что можно ещё сказать или сделать, я слезла с его коленей. Я проигнорировала его слегка недовольное ворчание, когда в очередной раз задела твердый член.

Мои руки слегка дрожали, когда я взяла свою коробку и поднесла ко рту картофель фри.

Он не стал брать свою еду, оставаясь неподвижным. Выражение его лица было каким-то… ошеломленным. Челюсть крепко сжата.

Я съела очередную порцию картошки фри, размышляя над каждым своим решением, которое привело меня к тому, что я оказалась там, где оказалась.

Оставаться в клане, который меня создал, было нельзя. Они использовали меня на протяжении многих лет.

Мы с Тори пытались убедить Сиенну уехать с нами, но она отказалась. Она была слишком напугана. Но мы не могли больше терпеть боль от того, что стали жертвами. Поэтому нам пришлось бежать.

Нигде больше нельзя ощутить себя настолько в безопасности от вампиров, кроме как в Вайлдвуде, как доказал Мэдд, когда притащил мою задницу в свою тюрьму.

Это означало, что моим единственным выбором было уйти в тот момент, когда он сел рядом со мной.

Однако столь быстрый уход вызвал бы подозрения. И, следовательно, мог привести к тому же сценарию, что и раньше. Если бы Мэдд уловил мой запах и понял, что я его пара, он бы последовал за мной, куда бы я ни пошла.

Так что не было смысла сомневаться в правильности моих дальнейших решений. Даже если они привели к тому, что я кончила на члене оборотня, будучи полностью одетой, на пассажирском сиденье его грузовика, пока пила из него.

«Круто».

Если добавить к этому тот факт, что тот же самый грузовик привёз меня в тюремную камеру примерно шестнадцать часов назад, то всё становилось только интереснее.

Я съела вторую порцию картошки фри немного более свирепо.

— Оглядываясь назад, можно сказать, что предупреждение о крови должно было появиться гораздо раньше, — наконец сказал Мэдд, его голос по-прежнему был напряженным, а тело не сдвинулось ни на миллиметр.

— Ты думаешь? — второй укус был гораздо более яростным.

Пить из него тоже было моей ошибкой, но не пить было невозможно. Если только я не хотела прожить десять лет без удовольствия от еды, по крайней мере.

А по мнению некоторых людей, выжить на крови, не принадлежащей твоей потенциальной паре, было невозможно, как бы долго ты ни ждал.

Твоё тело может её отторгнуть.

Как накануне вечером произошло со мной.

Меня поимели. И не в самом приятном смысле.

— В свою защиту скажу, что у меня не было пакета для крови, а пакет в застежкой Zip показался мне неуместным, — добавил Мэдд.

— Ты сдал кровь, а они не перелили её в пакет?

— Я парамедик. Я знаю, как брать кровь. Поход в донорский центр привлёк бы внимание, которое я не мог себе позволить. Понадобилось несколько попыток, но у меня получилось.

— Ты слил свою кровь в этот стакан? Ты что, с ума сошёл?

Он усмехнулся, хотя звук был более напряжённым, чем я ожидала.

— Очевидно.

— Почему сдача крови должна привлечь внимание?

— У нас в Вайлдвуде нет вампиров. Ты же знаешь, здесь не продают кровь. Если бы я сдал кровь, она пошла бы в больницу. Не секрет, что я альфа, поэтому люди обращают на меня пристальное внимание.

Он продолжил:

— Если бы я сдал кровь, но отнес бы домой, слухи об этом разлетелись бы по всему городу. Стая быстро бы догадалась, для кого эта кровь, ведь я точно не стал бы давать кровь никому, кроме своей пары.

— Они ведь пока не знают, что я твоя потенциальная пара? — спросила я.

Он передернул плечами.

— Я пока не подтвердил и не опроверг это. Однако с утра ваша пекарня была переполнена волками и несносными людьми, пытавшимися разобраться в этом.

Проклятье.

— Хорошо, что я работаю в подсобке.

— Пока что. Сегодня вечером я представлю тебя своей стае, так что скоро секрет будет раскрыт.

Я нахмурилась.

— Я не соглашалась на это, Мэдд. Ты не можешь принимать решения за меня.

— Я решу с ним, — сказала моя волчица.

— Иди к чёрту, — проворчала я в ответ.

Она фыркнула, при этом в её голосе слышался юмор.

— Я не изменю своего решения. Моя стая должна знать, кто и что ты, чтобы помочь в твоей защите.

Я нахмурилась, но не стала отрицать, что мне нужна защита.

— Он прав, — согласилась моя волчица. — По обоим пунктам. Они нужны нам, чтобы сохранить жизнь.

Он добавил:

— Ты бы предпочла, чтобы я держал твою личность в секрете, я это понимаю. Мне жаль, но это не выход.

Спорить с ним было бесполезно.

Он явно принял решение, и, похоже, ему удалось переубедить меня.

— Ты не умеешь извиняться. — я поправила челку в зеркале и обнаружила, что моё лицо раскраснелось после того, что мы сделали.

Прекрасно.

Я закрыла крышкой коробку с едой на вынос, решив, что смогу доесть остальное позже.

— Это было… что-то… но я пойду. Спасибо за обед. Удачи тебе. — я жестом указала на его ширинку, а затем выскользнула из машины.

Честно говоря, я даже удивилась, что он меня не трахнул. Известно, что люди теряют контроль над собой, как только вампирский яд попадает в их организм, а он был не просто человеком. Он был моей потенциальной парой. Мой яд подействовал бы на него гораздо сильнее, чем на кого-либо другого.

Через мгновение Мэдд вышел из своего грузовика и проводил меня до задней двери пекарни.

— Я буду ждать тебя здесь, когда ты освободишься после работы.

— Конечно, будешь. — мой голос прозвучал ровно.

— С коробками для переезда, — добавил он.

— Я не соглашалась на переезд.

— В твоей квартире полно плесени, Лав. Я почувствовал этот запах ещё до того, как твоя подруга открыла вашу дверь. Моя пара не станет жить в квартире, зараженной плесенью. Ты можешь впустить меня и помочь упаковать твоё дерьмо, или я могу выломать эту грёбаную дверь и упаковать всё сам, — резко сказал Мэдд.

— Я не твоя пара, так что проблема решена, — ответила я.

— Лгунья, — сказала моя волчица.

Я протянула руку, чтобы постучать в заднюю дверь пекарни, но прежде чем мой кулак коснулся двери, Мэдд преградил мне путь.

Его рука обхватила мою спину, а напряженный взгляд устремился в мои глаза.

— Оставь свое упрямство хоть на одну чёртову секунду и послушай меня, женщина. Твоя квартира — дрянная, вредная для здоровья и недешевая. У меня есть больше дюжины пустующих домов в районе, где живет моя стая, которые свободны для тебя и окружены лесом. На сэкономленные деньги Тори сможет купить больше крови. Больше не придется голодать.

Как бы мне ни хотелось ему возразить, я не была полной идиоткой.

Он был прав, и мы оба знали это.

— Я поговорю с Тори, и пусть она решит, что делать, — сказала я, убирая его руку со своей талии. Мэдд позволил мне убрать её, но в остальном остался на прежнем месте.

— Ты сказала мне, что хочешь иметь собственное пространство.

— В идеальном мире. Но моя ситуация не является ничьим идеальным миром.

Выражение его лица помрачнело, но когда его рука коснулась моей щеки, я не удержаться от того, чтобы закрыть глаза и податься навстречу его прикосновению.

Мэдд заставил меня почувствовать… что я важна для него.

Это было новое для меня чувство.

— Мы разберемся с этим, Лав. Поверь мне.

— Ты хочешь, чтобы я доверяла человеку, который даже не знает, как извиниться, — сказала я, наконец убрав его руку от своего лица и отстранившись.

— Я погуглю.

Я подавила фырканье.

— Удачи тебе.

— Спасибо. Похоже, мне это пригодится.

Я не смогла сдержать улыбку.

Или то, как по-дурацки потеплело в груди от осознания того, что он не спорил со мной и не пытался убедить в том, что я не права.

Может, Мэдд и не попросил прощения, но также не заставил меня извиниться за то, что я не сказала ему, кем являлась, при знакомстве.

В конце концов, он постучал для меня в заднюю дверь пекарни, а затем отступил в сторону.

— Увидимся через несколько часов.

Я не знала, как этот ублюдок узнал мой распорядок дня, но не собиралась спрашивать.

Было бы здорово не тратить конец дня на то, чтобы идти домой или ждать Тори с работы.

— Ну и как всё прошло? — спросила Тори, прислонившись к раковине с остатками еды в руках. Когда её желудок заурчал прямо перед окончанием моей смены, я без раздумий отдала ей остатки. — Ты выглядишь лучше. На твоих щеках снова появился румянец.

Мы обе голодали, и я понимала, что мне чертовски повезло поесть от Мэдда, хотя я и пыталась примириться с тем, что завишу от него в плане еды.

— Он принёс мою любимую еду в стаканчике.

— Что?

— Ага. — я вздохнула. — Я выпила, не спросив, что это было.

— Чёрт.

— Ага. — я скривилась от воспоминаний, хотя моё тело тоже немного нагрелось в ответ на них.

Он был так безумно хорош на вкус.

— Ты всё выпила?

— Всё до последней капли, и даже больше, — хмуро ответила я.

— Боже.

— Ага.

— Он был в бешенстве?

Я фыркнула.

Она усмехнулась.

— Наверное, мне следовало догадаться об ответе на этот вопрос. Как ты себя чувствуешь?

— Лучше, чем мне хотелось бы. Мой желудок ни разу не заурчал со вчерашнего вечера.

— Чёрт. Я ревную.

Я приподняла бровь, глядя на неё.

Её ухмылка увеличилась.

— По крайней мере, немного завидую. Не к ситуации, а к решению проблемы голода.

— У него есть решение и для тебя. Он сказал, что переселит нас обоих в пустой дом на земле его стаи, нравится нам это или нет. Сэкономленные деньги ты сможешь потратить на еду.

Её глаза засияли.

— Я думала, ты против переезда ради него.

— Да. Он не принял отказа. И в конце концов, я не хочу, чтобы ты голодала.

— Если ты действительно его пара, он никому не позволит причинить тебе вред, — заметила Тори. — Скрепление ваших уз может оказаться именно тем, что нам нужно, чтобы обеспечить себе свободу.

Если скрепить наши узы, то наши жизни тоже свяжутся вместе. Убив меня убьют его, и наоборот.

Так что да, он бы точно защитил меня.

— Она права. Самое безопасное для нас — сблизиться с великолепным самцом, — согласилась моя волчица. — И трахнуть его.

— Я не понимаю, какое отношение секс имеет к этой ситуации.

— Тебе сейчас хорошо из-за этого, правда?

От воспоминания о том, как я использовала его, чтобы получить удовольствие, моё тело возбудилось.

Я заставила себя сосредоточиться на разговоре с Тори.

— Скрепив узы, он также навсегда привяжет меня к себе, — сказала я.

— Ты разве не хочешь быть постоянно привязанной к своему источнику пищи? — уточнила Тори. — Я думаю, тебе хватило голодания на всю жизнь.

Она была права.

Я снова вздохнула.

— С точки зрения логики, да. Но я не чувствую себя готовой принять постоянную связь. Особенно после вчерашней истории с тюрьмой. За которую он до сих пор не извинился.

В заднюю дверь пекарни постучали, и я взглянула на часы. Я задержалась на десять минут и уже отработала положенное время, но уходить не спешила.

Что-то подсказывало мне, что я знаю, кто стоит за дверью.

— Я закончу мыть посуду. Иди пакуй свои вещи с прекрасным принцем, — сказала Тори, махнув мне рукой. — Пришли мне адрес, когда узнаешь его, и я встречу тебя там.

— «Тревожный принц» было бы точнее, — пробормотала я, выключая воду и снимая перчатки.

Она рассмеялась, засовывая в рот очередную порцию жареной картошки.

— Передай ему спасибо за бургер. Это лучшее, что я ела за последние месяцы.

Она подмигнула мне, чтобы подчеркнуть, что лучшее, что я ела, — это Мэдд.

Я показала ей средний палец, и она снова засмеялась, уже громче.

Поскольку у меня не было ни сумки, ни других вещей, я просто открыла дверь.

Естественно, напряженный Мэдд стоял в дверях. Моя сумочка снова висела у него на плече, но я не стала о ней спрашивать. В любом случае он её отдаст.

Он расслабился, когда его взгляд остановился на мне.

— Я думал, ты ушла.

— Нет. Ты бы за мной погнался.

— Безусловно. Ты хорошо выглядишь, — сказал он, когда мы направились к его грузовику. — Еда помогла.

— Еда всегда помогает. — не было смысла лгать об этом.

— Ты ведь доела бургер? — спросил он, открывая передо мной пассажирскую дверь.

Я сразу же забралась внутрь.

— Конечно.

Он прищурил глаза, оставшись стоять рядом.

— Что это? Я потянулась к большому пакету с покупками на центральной консоли, но Мэдд схватил его раньше меня.

— Мои извинения. Скажи мне правду, если хочешь.

Я встретила его взгляд.

— Я не стала есть остатки бургера. Тори была голодна. Она не пила кровь из массивного оборотня два дня подряд, так что я отдала его ей.

Он положил подарок мне на колени, и я заглянула в пакет.

— Прости, Лав. В интернете говорится, что я должен подарить цветы, но это показалось мне более индивидуальным.

Это была… обувная коробка?

Я вытащила коробку и открыла её.

Мои глаза расширились, когда я обнаружила пару кроссовок, почти таких же, как те, что оставила у него дома, — без потертостей, царапин и прочего ада, через который прошла их первая хозяйка.

Я достала один и стала изучать его, в моём горле запершило.

Возможно, это был самый заботливый подарок, который я когда-либо получала.

— Спасибо, — сказала я.

— Вот ещё. — он забрал коробку из-под обуви, поставил её на пол возле моих ног и достал вторую. — Эти, кажется, больше тебе подходят. — Мэдд достал пару, похожую на ту, что были на мне, но с изюминкой. Они были усеяны металлическими шипами на каблуках и носках.

Я рассмеялась.

— Должно быть, твой тест на личность сработал.

Его ухмылка была победной.

— Конечно, это так. — он развязал шнурки на обуви, которая была на мне, и снял её. — Старые, кстати, отправятся в мусорное ведро. Моя пара не будет ходить в дырявой обуви.

— У тебя высокие стандарты для этой бедной женщины, — заметила я, хотя мои губы и изогнулись, пока я двигала ногой, чтобы помочь ему меня обувать.

— То, что она должна быть здоровой и в безопасности, вряд ли можно назвать высоким стандартом. Большинство назвали бы это минимумом. — он завязал мой первый ботинок. — На самом деле, некоторые назвали бы её счастливчиком.

— Вряд ли можно считать удачей то, что пара бросила её в тюрьму.

Его грудь недовольно поднялась.

— Я извинился, помнишь? Ты больше не должна на меня обижаться.

— Я могу принять твои извинения и всё равно продолжать обижаться на тебя. Даже если мы скрепим наши узы, я расскажу эту историю каждому, кто спросит.

— Я расскажу тебе историю получше.

— Удачи тебе, Мэдд. — я не могла удержаться, чтобы не взъерошить его идеально уложенные волосы, и моя волчица издала радостный звук, когда я к нему прикоснулась.

Она по-прежнему была чертовски возбуждена.

Он обул второй ботинок.

— Мы уже несколько раз с тобой разговаривали, так что не могу ли я получить свою сумку обратно? — спросила я, протягивая руку.

— Если ты поговоришь со мной о том, что, как я знаю, ты не хочешь обсуждать.

Я помрачнела.

— Отлично.

Мэдд положил мою сумку мне на колени, и я поборола желание его обнять.

Было приятно вернуть её обратно.

Он обошел грузовик спереди и сел на водительское сиденье.

— Я зарядил и твой телефон. Кстати, я собираюсь заменить его на другой. Ему, наверное, лет десять. А твоя сумка пахнет древностью, так что она будет третьей в очереди.

— Моя сумка идеальна. Если бы у неё были уши, я бы их закрыла.

Мэдд фыркнул, и я не смогла удержаться от улыбки.

Он подождал, пока выедет на дорогу, чтобы начать разговор, на который я согласилась.

— Нам нужно обсудить вопрос о скреплении уз.

Проклятье.

Я не смогла сдержать гримасу.

— Сразу к сложному, да?

Он издал звук согласия.

— Мой волк безостановочно мечется. Он не успокоится, пока мы не скрепим узы. Особенно после того, что случилось прошлой ночью, ему нужна уверенность, что ты не ускользнешь.

— Под произошедшем вчера ночью ты подразумеваешь историю с тюрьмой?

— Да.

— Отлично. — я откинулась на спинку сиденья и уставилась в окно. Мне не нужно было спрашивать, к каким последствиям приводит возбуждение его волка; я прекрасно знала о постоянном дискомфорте. Это было адским зрелищем как для человека, так и для животного, и если это продолжалось достаточно долго, то серьезно портило человеку психику.

Я не понаслышке знала о трудностях. Как бы мне не хотелось иметь пару, я никому не пожелала бы такого.

— Есть ли другой способ его успокоить? — спросила я.

— Единственной реальной альтернативой был бы совместный переезд.

Мои брови взлетели вверх.

— Пара или совместное проживание? Отличный список вариантов, Мэдд.

Он усмехнулся.

— Я знаю.

— Значит, тебе тоже не нравится?

— О, мне это нравится. Я бы пережил ожидание, если бы мой волк не был заинтересован. Но всё равно хотел бы этого.

Я вздохнула.

Я не могла представить, что перееду к нему или скреплю узы.

— Решу, когда выберусь в лес и побегаю. Прошло несколько месяцев с тех пор, как я меняла своё обличие, так что моя волчица умирает от желания взять верх.

— Ты говорила, что проводишь время на свежем воздухе.

— Да. В пешей прогулке, помнишь? В человеческой форме, когда у меня есть на это силы. Смена требует чертовски много сил, и если я буду делать это, не выпив крови, то точно потеряю сознание. Моя волчица поняла это и была достаточно удовлетворена прогулками.

Он поморщился.

— Сможет ли твой волк дождаться ответа до вечера?

— С ним всё будет хорошо.

Я могла с этим смириться, поскольку альтернативы не оставалось.

— Ты действительно считал меня человеком, да? — спросила я. — Или просто считал, что я тебя дурачила.

Он усмехнулся.

— Казалось, это единственное логичное предположение, учитывая, что ты была моей потенциальной парой. Ты, должно быть, знаешь, что сверхъестественные существа редко вступают в пару с представителями разных видов.

Я этого не знала, но в этом был определенный смысл.

— Ты разочарован тем, что я не человек, не так ли?

Он удивленно приподнял бровь, а затем вновь сосредоточился на дороге.

— Разочарован? Ни черта подобного. Я знаю нескольких мужчин-оборотней, которые искали пару даже дольше, чем я, но до сих пор одиноки. Я счастливчик.

— Счастливчик? Ты ведь знаешь, что вампиры всего мира убили бы за возможность забрать меня у тебя?

— Это даёт мне возможность тебя защитить. Чего ещё может желать альфа?

Я прикусила губу, чтобы не усмехнуться его уверенности.

Он припарковался перед моим домом. Как и ожидалось, в багажнике его грузовика я обнаружил большую стопку коробок.

Мэдд сильно переоценил, количество моих вещей, хотя я бы не стала бы говорить об этом вслух.

У нас даже не было телевизора.

Матрасы и посуда были куплены подержанными и вполне приличными. В остальном у нас имелся только дерьмовый диван, на котором было неудобно сидеть, кое-какая одежда и самые дешёвые туалетные принадлежности, которые только мог предложить местный Супермаркет.

Мэдд взял несколько коробок и скотч, а затем последовал за мной вверх по лестнице.

Я достала из сумки ключи и открыла дверь, пропуская Мэдда внутрь.

— Не оскорбляй мой дом, — предупредила я его.

— Даже не думал о таком… дерьмо. — он мрачно оглядел комнату. Вряд ли он много разглядел, когда ворвался сюда накануне вечером. А по дороге домой наверняка был ошеломлен, учитывая, сколько крови я из него выпила. — Это даже хуже, чем я думал.

Я ударила его локтем по ребрам, но ублюдок даже не пикнул.

Мэдд был чертовски большим.

— Веди себя хорошо или убирайся, — предупредила я.

Он промолчал, хотя его лицо демонстрировало все его чувства.

В основном излучало только отвращение.

И немного гнева.

Я не думала, что он предназначен для меня.

Мы с Тори не были грязнулями. Просто ковер был старый и плохо пах, а стены пожелтели от старости. Мы пытались чистить ковры и мыть стены, но ничего не добились. Всё нужно было менять или выкидывать.

— Я займусь кухней, — сказал Мэдд, заклеивая коробку и передавая её мне. — Приступай к одежде.

Хотя мне хотелось поспорить, я приняла коробку и достала телефон, чтобы написать Тори, когда оказалась в нашей спальне.

Я:

«Волк Мэдда очень нуждается в помощи. Мне придется либо скрепить с ним узы, либо переехать к нему».

Она ответила сразу же. Я знала, что в это время в пекарне обычно мало народу, поэтому быстрый ответ меня не удивил.

Тори:

«Проклятье».

«Это не сулит тебе ничего хорошего».

Я:

«Нет».

Тори:

«Плюс в том, что он хотя бы кормит тебя;)».

«Если ты скрепишь узы добровольно, то сможешь делать практически всё, что захочешь, а он всё равно будет продолжать тебя кормить».

«Но скрепленные узы гораздо прочнее, чем просто испытание для пары, когда они съезжаются».

Я:

«Ты невероятно помогла».

Тори:

«Это твоя жизнь, Лав. Твой выбор».

Я вздохнула.

Я:

«Сейчас он собирает вещи на кухне. Думаю, торопится убраться отсюда».

Тори:

«Ты действительно винишь его? В нашей квартире ужасно пахнет».

Я:

«Я заставляла себя не обращать внимания на вонь в течение нескольких месяцев».

Тори:

«Поблагодари его за меня. Или врежь ему;P»

Мои губы изогнулись в улыбке.

Я:

«Будет сделано».

Несмотря на разочарование, я была рада помощи. И очень рада, что переезжаю в более приятное место.

Поэтому я сложила всё, что у меня было, в нижнюю часть коробки, а затем вынесла её из комнаты.

— Ещё одну? — спросил Мэдд, не оглядываясь через плечо. Он уже перебирал последний шкаф, и его коробка была заполнена наполовину.

— Нет, я всё собрала.

— В одну коробку?

— Да. Я живу на широкую ногу, как ты можешь судить. — я указала рукой на вонючую, непривлекательную квартиру вокруг нас.

Он положил в коробку последнюю кастрюлю и подошёл к моим вещам. В его груди тут же раздался недовольный рык.

— Скажи мне, что шутишь.

Я взяла скотч со столешницы.

— Я шучу.

— Я убью вампиров, от которых ты сбежала.

Мой желудок сжался в ответ на его слова.

— Ты ничего им не сделаешь. Мы не хотим, чтобы они появились рядом с нами.

— Это не тебе решать.

— Правительство убьет меня, если узнает, кто я. Если мы связаны, значит, ты тоже умрешь. Значит, это моё дело.

— Ты моя пара. Это моё право — мстить тем, кто причинил тебе зло. Ты не просила делать тебя такой, какая ты есть, и никто не накажет тебя за это. Я позабочусь об этом.

Я одарила его горькой улыбкой.

— Ты когда-нибудь был кровавым волком?

— Конечно, нет.

— Тогда ты не представляешь, что с нами сделают люди.

— Ты когда-нибудь встречала древнего альфу-оборотня со связями по всему миру, Лав?

Мэдд застал меня врасплох этим вопросом.

— До сих пор, наверное, нет.

— Именно. Все в каждой стае оборотней знают, кто я. Если кто-то придёт за мной, он придёт за всеми нами. Ты моя пара — охота на тебя будет охотой на меня. Каждый в нашей стае будет сражаться за тебя, потому что ты моя.

— Зачем мне пара, которая не уважает мои желания? — возразила я, полностью уклоняясь от ответа.

Он моргнул.

— Если я когда-нибудь возьму себе пару, то выберу того, кто будет меня слушать. Того, кто позволит мне взять на себя инициативу, если он не понимает что-то так же хорошо, как я, и не будет брать на себя ответственность в ситуации, которая явно должна решаться мной.

Он снова моргнул.

Я заклеила свою коробку, а скотч оставила на столе для Тори. Для неё остались несколько коробок, но ей понадобится только одна.

— Я отнесу свои вещи в твой грузовик.

Он схватил её раньше, чем я это сделала, а затем поставил на неё открытую кухонную коробку.

— Я сам.

— Отлично. — я не смогла удержаться от улыбки.

Я чертовски устала.

— Нам нужно побегать, — сказала моя волчица.

Возможно, она была права. Так или иначе, я определенно чувствовала, что мне нужен временный перерыв в отношениях с моей новой половинкой.

По дороге в район обитания его стаи Мэдд молчал. Я тоже молчала, узнав адрес дома, в котором мы с Тори предположительно будем жить, и отправив его ей.

Прислонившись лбом к окну, я немного задремала. После бессонной ночи мне нужен был отдых.

Когда Мэдд свернул на дорогу на окраине города, наверное, в двадцати минутах езды от моего дома, я открыла заспанные глаза и огляделась вокруг.

Днем район Мэдда выглядел совсем иначе.

Каждый дом был по-своему красив, все они образовывали несколько массивных прямоугольников с огромными участками густой зеленой травы в центре. Домов было несколько десятков, и все они располагались на таком расстоянии друг от друга, что у каждого было свое личное пространство и несколько акров земли.

Я никогда раньше не видела ничего подобного.

Узнала дом Мэдда, когда он припарковался перед ним. Он стоял в самом дальнем углу района, а задняя часть его дома выходила на лес. Мэдд припарковался в гараже и оставил мои коробки в кузове своего грузовика, когда проводил меня внутрь.

— Если тебе нужно немного отдохнуть, диван свободен. — он жестом указал на него. — Или моя кровать, конечно. Ни в одной из комнат нет кровати. Мне они никогда не были нужны.

— Я в порядке, спасибо, — сказала я, глядя на его пространство новыми глазами.

Всё было оформлено в нейтральных, естественных цветах, напоминавших о лесе. Обстановка была непринужденной, и мне это понравилось. Мебель выглядела удобной и красивой. Повсюду были массивные окна, из которых открывался вид на деревья, окружающие дом, и на лес сзади.

Увидев деревья, я почувствовала тоску.

А моя волчица даже больше, чем я.

— Я пойду сменю облик, — сказала я ему, направляясь к задней двери.

— Отлично. — Мэдд не стал спрашивать разрешения присоединиться ко мне, а просто последовал за мной через всю комнату.

Я не стала уговаривать свою волчицу не флиртовать с Мэддом. Она была готова наброситься на него, и что бы я ни говорила, она была так же свободна в этом, как и я в том, что касалось дистанции между нами.

Волк Мэдда был бы на её стороне в равной степени, если не больше, так что флирт не казался чем-то особенным. Они не смогут скрепить узы без нашего обоюдного согласия, так что решение за меня никто не примет.

Мы вышли через заднюю дверь, и я глубоко вдохнула.

Лес пах просто невероятно.

Соснами, дождём и…

Мэддом.

Дрожь магии пробежала по позвоночнику, когда моя волчица начала выходить на свободу.

Я быстро сняла с себя одежду, чтобы не лишиться её при превращении. Пришлось постараться, чтобы не смотреть на Мэдда, когда он сделал то же самое рядом со мной, но я была достаточно сильна и справилась с этим.

Очередная дрожь пронеслась по телу, и я изменилась, когда волчица взяла верх.

Она встряхнула шерсть, разминая лапы, а затем посмотрела в бок.

Огромный темно-белый волк сидел на корточках рядом с ней и наблюдал.

Тоже ждал.

С тем же пристальным взглядом, который так часто был у него.

— Привет, пара, — проурчала моя волчица, делая медленные шаги к нему.

Он слегка опустил голову.

— Привет, Лав. Ты просто сногсшибательна.

Она покрасовалась.

— Знаю. — подойдя к нему, она начала медленно обходить его по кругу. Мэдд остался на месте, уверенно ожидая её действий.

Урчание в её груди становилось громче с каждым шагом.

— О, ты великолепен.

В его груди зарокотало от удовлетворения, и, когда она шагнула к нему, он без колебаний прижался к ней.

— Ты быстрый? — спросила она.

— Я был альфой больше века. Конечно, я быстрый. — Мэдд снова потерся о её бок, чуть сильнее.

— Быстрее, чем вампир? — её голос стал игривым.

Его губы растянулись в волчьем оскале.

— Попробуй догони меня и узнаешь.

Она ответила ему своим оскалом, а затем скрылась в лесу.

Мэдд придержал для меня дверь, продолжая держать за руку и находиться рядом. Хотя я хотела спросить, его действиями руководили больше собственнические инстинкты или естественная потребность, но не стала этого делать.

Там было с десяток компаний, ожидающих, когда их рассадят, и я вдыхала восхитительный аромат свежего хлеба и готовящегося мяса, пока Арчер вёл меня мимо всех остальных.

— Привет, Альфа, — поприветствовала хостес, её загорелые щеки покраснели при виде него.

Моя волчица тихо зарычала в моей груди.

Я крепче сжала его руку.

— Нам нужно сделать заказ на вынос, — сказал он, не отвечая на её улыбку.

Выражение её лица все равно стало более выразительным.

— Отлично. Я могу принять его прямо здесь.

Моя хватка стала сильнее, и Мэдд слегка сжал мою руку. Я не была уверена, пытается ли он сказать, чтобы я перестала перекрывать ему кровообращение, или напоминал, что находится здесь со мной, а не с ней.

Может быть, и то, и другое

Он сделал заказ, не глядя в меню, а я быстро прочитала то, что висело на стене. Я выбрала два совершенно разных блюда, решив, что мы с Тори можем поделиться друг с другом, чтобы попробовать больше еды. Мэдд расплатился, не спрашивая о сумме, и через минуту она вернула ему карту.

— Хорошо, это займет всего несколько минут. — хостес бодро указала нам на переполненные лавочки, где ждали люди.

При виде этого я с трудом сдержала гримасу.

Мне совсем не улыбалось втискиваться между Мэддом и незнакомцем, а поскольку по обе стороны небольшого пространства, которое я могла видеть, находились мужчины, это наверняка разозлило бы его.

Вместо того чтобы направиться к крошечному пространству, Мэдд повёл меня к дальнему концу лавочки. Большинство людей обращали на него если не всё свое внимание, то хотя бы часть, поэтому он не повышал голос, когда сказал.

— Моя пара и я должны сидеть здесь, если вы не хотите, чтобы началась драка.

Воцарилась тишина, затем все освободили место.

Не так уж много свободного пространства, учитывая размеры Мэдда, но всё же. Пространство.

Он без колебаний сел, и я резко вздохнула, когда он усадил меня к себе на колени. Я прижалась спиной к его груди, а голову прислонила к его подбородку.

Он был до смешного удобным.

Моя проклятая волчица заурчала, а из груди донеслось легкое урчание.

— Извини, — пробормотал Мэдд.

— Была ли хостес отвергнутой любовницей? — прошептала я в ответ, повернув голову, когда он наклонил свою ко мне. Надеясь, что никто больше не услышит наш разговор.

— Нет. Я же сказал тебе, что отвергнутых любовниц нет.

— Тогда почему ты извиняешься?

— Человеческие женщины часто со мной флиртуют. Тебе это было неприятно, поэтому я извинился.

Ох.

— Ты не виноват, что так чертовски красив, — сказала я, снова отворачиваясь.

Его подбородок снова лег на мою макушку, давление было настолько легким, что ощущалось весьма комфортно. И уж точно не больно.

Я решила, что с его стороны было очень заботливо извиниться, хотя он и не сделал ничего плохого.

Ранее Мэдд говорил, что не делал заявления о том, являюсь ли я его парой или нет, но теперь всё изменилось.

Слово было сказано, и назад пути уже не было.

Мы прошли несколько домов и проскользнули через простую арку, которая, по словам Мэдда, вела к месту встречи его стаи. От Тори так сильно пахло духами, что у меня чуть не слезились глаза, но она ухмылялась каждый раз, когда я задыхалась от её аромата.

Что-то подсказывало мне, что в ближайшем будущем она будет часто пользоваться парфюмом.

Она выпила оба пакета с кровью, которые мы припасли перед отъездом, зная, что ей придется измениться.

Мы увидели множество других людей, идущих из разных частей района, и многие из них помахали нам рукой или улыбались. Большинство из них были мужчинами, и менее четверти — женщинами.

Когда мы добрались до леса, большая часть группы уже ждала нас, а люди продолжали приходить.

Мэдд повёл меня вперёд, положив руку на спину. Все стояли лицом к лесу, и он повлек меня именно в этом направлении.

Собравшиеся мужчины предоставили нам достаточно места, и толпа широко расступилась.

Я была уверена, что дистанция держалась ради Мэдда, учитывая его предупреждение о смертельной опасности, когда он становится собственником.

Тори шла позади нас, и я услышала, как несколько мужчин закашлялись от густого аромата, который её сопровождал. Мне пришлось прикусить щеку, чтобы не ухмыльнуться, когда они это сделали. Зная Тори, она и не пыталась сдержать ухмылку.

Когда мы наконец добрались до начала толпы, Мэдд развернул нас так, чтобы мы стояли спиной к деревьям. Его рука обхватила мою талию и осталась там, прижимая меня к себе.

Там уже находилось несколько мужчин — в одном из них я сразу узнала Бавера, который, как я поняла, был бетой Мэдда. Бета был правой рукой альфы, а силовики подчинялись и альфе, и бете.

Бавер кивнул мне, неловко прочистив горло.

Тори тихо фыркнула, и я сильнее прикусила щёку.

— Что нам делать? — спросила она Бавера, который стоял рядом.

— Просто позвольте нам говорить, — сказал Бавер.

— Хочешь, чтобы я позволила тебе тоже говорить? — пробормотала я Мэдду, когда он придвинул меня ближе. Его собственническая хватка на моей талии определенно не ослабевала.

— Да. Стая знает и доверяет мне. — его губы коснулись моего уха, и я постаралась не вздрогнуть.

Он был гораздо привлекательнее, чем можно было предположить.

Я ждала на своем месте, пока всё больше и больше оборотней прибывали к нам. Когда поток почти иссяк, Мэдд наконец громко заговорил.

— Стая Мэддена, — сказал он, и его голос разнесся по толпе. Альфа мог держать своих волков под определенным контролем с помощью магии, но это была инстинктивная магия, которой нельзя было управлять. — Познакомьтесь с моей парой, Ловен Хансен. Как вы уже догадались, Ловен — пекарь и жила на окраине города вместе со своей лучшей подругой Тори. — он жестом указал на Тори, не глядя на неё. Краем глаза я увидела, как она помахала рукой.

Глаза нескольких мужчин слегка заблестели.

Вероятно, они видели в ней возможную потенциальную пару.

— Тори переехала в пустой дом на Грей, который несколько членов стаи подготовили вчера вечером и сегодня утром. Лав согласилась переехать ко мне.

По толпе прокатился удивленный ропот.

— Лав и Тори нуждаются в нашей защите, — сказал он, повысив голос. По тому, как крепко он сжал моё бедро, я поняла, что он не так уверен в себе, как притворялся раньше. По правде говоря, это меня немного встревожило. — Они — кровавые волки, недавно сбежавшие из клана вампиров, который их породил. Они пришли сюда в поисках убежища, и мы можем его обеспечить. Знайте, что если вы решите уйти, то будете свободны, как всегда.

По толпе пронесся ропот.

— Для тех, кто хочет присоединиться, сегодня мы бежим, — объявил он.

В ответ раздались одобрительные возгласы, и я их очень высоко оценила.

Стая приняла нас.

Это было чертовски приятно.

— Обратитесь обе, — приказал Мэдд, и по его низкому голосу я поняла, что он обращался только ко мне и Тори.

Ни одна из нас не колебалась. Наши волчицы сменили человеческие облики, и они вместе завыли в небо — моя коричневая и её рыжая.

Большая часть стаи зашевелилась на месте, завывая вместе с нами. После того как волк Мэдда прижался к моей, я мысленно пробормотала, что ей нужно держаться позади него, и она одобрительно заурчала.

Затем он скрылся в лесу.

Моя волчица без труда поспевала за ним, а за нами в лес устремлялось всё больше оборотней.

Возбуждение струилось по её венам.

Хотя я не была уверена насчет стаи, она была в восторге.

Они казались ей родными.

Она чувствовала, что принадлежит им.

И, чёрт возьми, она хотела стать одной из них.

Несмотря на свои собственные чувства, я была счастлива, что она так хорошо к этому относится. Она была не только частью меня, но и отдельной личностью. Волчица заслуживала счастья, безопасности и любви, даже если я не хотела позволить себе попасть в эту ловушку.

Я буду защищать нас, как бы мне ни пришлось, даже если это будет включать в себя держать Арчера Мэддена на расстоянии, когда я хотела его больше, чем могла описать словами.

Я заперла за собой дверь спальни, прежде чем лечь в кровать Мэдда, подтянув колени к груди. Слезы намочили подушку под моей головой, а дыхание превратилось в резкие, отчаянные вздохи.

Я никогда не рассказывала о деталях своего превращения ни Тори, ни Сиенне.

Никто из нас не хотел возвращаться к ужасам прошлого.

Но теперь я вспомнила… и, чёрт возьми, это был ад. Хуже, чем ад.

Смутно я услышала, как дверная ручка повернулась и остановилась на замке. Мгновение спустя снова услышала этот звук, и дверь открылась.

Конечно, у этого ублюдка были ключи от его собственных чёртовых дверей.

Я не могла остановить приступ паники.

Хотела, но не могла.

Я не могла запретить ему стянуть с себя рубашку и забраться ко мне в постель, притянуть меня к себе.

И не смогла удержаться от того, чтобы повернуться лицом к его груди и смочить его кожу своими слезами.

Рука, которой он не обнимал мою спину, надежно прижимая меня к своей груди, гладила мои волосы.

Постепенно моё дыхание выровнялось.

Он тихонько напевал… и когда моё дыхание выровнялось, я это услышала.

— Это песня Тары Бриск? — прошептала я.

— Ммхм. У неё есть песня на все случаи жизни.

Я не смогла удержаться и рассмеялась. Это был плаксивый, тихий смех, но все же смех. Она была всемирной сверхъестественной поп-звездой, причем уже давно. Но никто не знал, что она за сверхъестественное.

Мой юмор быстро испарился, а мысли вернулись на прежнее место.

В прошлое.

— Ты хочешь поговорить об этом?

— Не знаю, — призналась я. Мои руки были зажаты между нами, а пальцы впивались в его грудь сильнее, чем это было необходимо. — Почему ты снял рубашку?

— Физический контакт успокаивает волков.

— Это так?

— Ты мне скажи.

Было что-то умиротворяющее в том, что он прижимался ко мне так, как сейчас. В том, как тепло и мягко его кожа прижималась к моей.

— Может, и так.

Его губы коснулись моей макушки.

— Мне все равно не стоило настаивать.

— Я поощряла тебя к этому.

— Всё равно.

— Мы оба настойчивые, Мэдд. Нет смысла притворяться иначе. Я не расстроена, тебе не нужно извиняться.

— Ты расстроена, Лав.

— Нет, мне просто… грустно. Я никогда раньше не говорила об этой части своей жизни ни с кем. Даже с Тори и Сиенной.

— Сиенна?

— Обычно выживает только один процент из нас. В том особняке было сто девушек, и трое из нас пережили переход. Я, Тори и Сиенна. Клан был в неописуемом восторге. Три мешка крови по цене одного.

— Где Сиенна?

У меня снова заслезились глаза.

Когда влага полилась, её уже трудно остановить.

— Она бы не ушла с нами. Она всегда была большим параноиком, чем мы, — больше боялась. Беспокоилась о том, что будет, если нас поймают, и отказалась. У нас было всего несколько минут, чтобы сбежать — мы не могли тратить время на то, чтобы её убедить.

Он крепче прижал меня к своей груди.

— Когда будешь готова сказать мне, какой это клан, мы заберем ее оттуда.

Эмоции переполняли меня.

По большей части, благодарность.

— Ты помнишь кого-нибудь из своей семьи?

— Не так уж много. У меня есть несколько воспоминаний, образ маминой улыбки и ощущение, что меня любили. Очень, очень любили. Еще я помню, как папа произносил мое имя. Он называл меня Ви. Но вскоре произошла автокатастрофа, и никто не захотел взять меня к себе, когда родителей не стало. Кроме вампиров. — Я снова вытерла слезящиеся глаза. — Черт, это превращается в сеанс психотерапии.

— Добро пожаловать в мой кабинет, Лав. Это также отличное место для секса, когда ты в настроении.

Я не смогла сдержать смех, от которого задрожало все мое тело.

— Ты ужасный психотерапевт.

— Несомненно.

Моя улыбка стала грустной и снова пропала.

Проклятье, прошлое причиняет боль.

— Ви подходит тебе больше, чем Лав.

— Я знаю. — я вытерла глаза, хотя казалось, что делать это бесполезно. — Когда я была в программе, мой опекун сказал, что у меня будет больше шансов найти дом, если я буду называться Любовью, потому что так я буду казаться милой и доброй.

— Тогда я буду называть тебя Ви, если ты не против.

Я кивнула, и слезы еще сильнее заблестели в моих глазах.

Черт, я была в полном замешательстве.

— Думаю, тебе нужно напевать больше поп-песен, чтобы я могла собраться с мыслями, — сказала я, вытирая слезы.

Его губы коснулись моей макушки, после чего Мэдд снова начал тихонько петь.

Я прижалась лицом к его груди. Он нежно обнимал меня, и его мягкий голос обволакивал меня.

Хотя не собиралась засыпать, спокойствие этого момента захлестнуло меня, и я погрузилась в беспробудный сон.

Утро пролетело быстро, благодаря усталости, которая навалилась на меня, когда я начала готовить круассаны на автопилоте. Тори приехала через два часа после меня, и это время полетело незаметно, пока мы переговаривались тихим шепотом.

— Как тебе понравилась прошлая ночь? — спросила я.

— Это была лучшая ночь в моей жизни, — призналась она с немного мечтательным выражением лица.

— Ты нашла, из кого можно выпить кровь?

— Много кого. Женщины из стаи заявили, что удочерят меня, и они собираются убедить кучу неженатых парней начать сдавать для меня кровь. У меня появится свой запас, Лав.

— Ты заслужила это. По крайней мере, хоть что-то хорошее из этой заварушки вышло.

Она нахмурилась.

— У тебя тоже должно быть много крови. Уверена, Мэдд покормит тебя, когда ты проголодаешься.

Я скорчила гримасу.

— Я стараюсь его избегать.

Она подняла брови.

— Как? Почему?

— Мне пара нужна не больше, чем тебе. — я покачала головой. — И это странно. Все становится слишком интенсивным. Слишком быстро и… некомфортно.

— Мне не показалось, что тебе не по себе.

— Заткнись, — проворчала я.

Тори улыбнулась.

— Ты тоже пытаешься не брать себе пару, — заметила я. — Насколько тебе известно, один из парней в стае может быть твоим.

— Да, но гораздо легче избегать кого-то до того, как он станет твоей парой, чем после. Он хочет тебя. Ты хочешь его. Почему бы не позволить этому случиться?

— Мы перестанем быть подругами, если ты продолжишь так говорить, — предупредила я.

Она рассмеялась.

— Хорошо, что много лет назад мы приняли друг друга как сестры.

Мы продолжали болтать, пока работали. Хотя Тори постоянно возвращала разговор к нам с Мэддом, я все время меняла тему.

Вскоре мой телефон завибрировал в кармане, и я, сняв перчатки, вытащила его из фартука. Моему боссу было все равно, держим ли мы при себе телефоны, лишь бы дезинфекция проходила должным образом, и все мы, пекари, следили друг за другом.

Арчер:

«Готова к перерыву?»

Мои брови взлетели вверх, когда я увидела его имя в своем телефоне. Он представился как Мэдд, и я никогда не слышала, чтобы кто-то называл его Арчером. Почему же он написал свое имя именно так?

Я написала ему ответ.

Я:

«Конечно. Мне нужно минут десять, чтобы закончить».

Арчер:

«Хорошо. Какой напиток ты хочешь?»

Я:

«Без разницы. Что-нибудь сладкое. Удиви меня».

Арчер:

«Я не любитель сюрпризов».

Я:

«Это просто кофе, выбери что-нибудь».

Он прислал мне картинку, на которой кто-то вздыхает, и я не смогла удержаться от кривой ухмылки.

Этот чертов альфа.

— Я думала, ты его избегаешь, — поддразнила меня Тори, когда я взяла свежую пару перчаток и снова принялась за работу.

Я бросила на нее раздраженный взгляд.

— Существует искусство избегать оборотня. Если я слишком сильно отстранюсь, он поймет, что я делаю.

— А если ты вообще не будешь отстраняться, то и не сможешь его избегать.

— Именно так.

— Что ж, удачи. Не похоже, чтобы избегание сработало, но, в любом случае, я на твоей стороне. — она мне подмигнула.

Я отмахнулась от нее, и она рассмеялась.

Сняв перчатки, я взяла несколько круассанов и направилась к кассе и столикам, все взгляды в зале обратились на меня.

Я не привыкла к такому пристальному вниманию в Вайлдвуде… но привыкла к тому, что за мной наблюдают вампиры. Много, много вампиров. Так что, честно говоря, это не выглядело большой проблемой.

Я притворилась, что их там нет.

Если новости о нашем общении и наши фотографии облетели весь город, какое это имело значение? Вампиры, ищущие меня, несомненно, знали, где я нахожусь. Чем чаще они видели Мэдда со мной, тем более неприкасаемой я казалась. оставалось надеяться, это как-то напугает их и заставит отправить Сиенну ко мне.

Она не хотела уезжать… но они знали, что мы трое привязаны друг к другу.

Мэдд сидел за самым дальним от стойки столиком с двумя кофейными чашками.

Даже коллеги не сводили с меня взгляда, пока я выходила из-за прилавка, а затем пробиралась сквозь толпу.

Они расступились передо мной, и глаза Мэдда скользнули по моей фигуре, когда я прошла сквозь самую большую волну.

— Ты мне не писала, — сказал он, когда я села.

— Я ответила, когда ты написал мне. Мне показалось, что этого достаточно.

Он протянул мне одну из кружек, не соглашаясь и не возражая.

Я отдала ему два круассана на салфетке. Один был обычным, другой — с ветчиной и сыром. О последнем я упомянула на нашем первом свидании, и мне хотелось проверить, помнит ли он.

Я проверяла его?

Может быть, немного.

Учитывая ситуацию, я не считала это плохим поступком.

— Ты записал себя в моём телефоне как Арчера, — сказала я, потягивая свой напиток. Волна приторно-сливочного удовольствия заставила меня тихонько застонать.

Глаза Мэдда вспыхнули.

Что-то подсказывало мне, что его мысли вернулись к произошедшему накануне в грузовике.

— Почему ты написал свое имя? — спросила я. — Я никогда не слышал, чтобы кто-то из знакомых так тебя называл.

— Моя семья так называла меня, пока они не погибли в войне с людьми. Если я могу использовать имя твоей семьи, то ты можешь использовать мое.

Что ж, это было мило.

Из-за этого избегать его станет сложнее.

— Хорошо. — я сделала еще один глоток кофе.

По крайней мере, у меня была сладкая вкуснятина. Это сделало мою неудачу с избеганием более терпимой.

— Это знаменитые круассаны с ветчиной и сыром? — он поднял один и рассмотрел.

— Не знаменитые, но вкусные. Один простой, на случай, если ты не поклонник. — я откусила кусочек. Мой крутой босс прописал в наших контрактах, что мы можем брать несколько бесплатных изделий каждый день, если захотим. Я брала максимальное количество, которое мне разрешалось, в каждую рабочую смену.

— Добавление мяса и сыра всё делает лучше, — сказал он, откусив кусочек. Одобрительный гул раздался в его груди, пока он жевал. — Проклятье.

— Ты хочешь добавить ветчину и сыр в стейк?

— Не понимаю, почему бы так не сделать.

Я откусила еще кусочек, чтобы не улыбнуться.

В его прямолинейном и простом юморе было что-то такое, что мне очень нравилось. Думаю, судьба не поставила бы нас в пару, если бы наши чувства юмора не совпадали.

— А как насчет мороженого?

— Я не ем много мороженого, так что, возможно, оно понравится мне больше с такой добавкой.

Мои глаза расширились в насмешливом ужасе.

— У тебя много денег, и ты не тратишь их на мороженое?

Он усмехнулся.

— Нет. Ты любишь мороженое?

— Конечно. У меня есть душа. В отличие от тебя, видимо.

Его губы изогнулись еще больше.

— Что тебе нравится больше всего?

— Сладкая вата, вообще-то. Я чувствовала себя пятилетним ребенком каждый раз, когда шла в магазин и покупала ее.

— Уверен, что многие взрослые любят мороженое с сахарной ватой.

— Нет, серьезно. Однажды, когда еще была в клане, я пошла за мороженым с Тори и Сиенной. Единственный вкус, который у них был, — с мармеладными мишками. Когда я сказала работнику, что выбираю его, он дважды переспросил, точно ли я хочу «детский вкус». Это его слова, не мои.

Настала очередь Мэдда фыркать.

— Ну и задница.

— Да все нормально. Он все равно дал мне мороженое, и это главное.

— Как все прошло?

— Замороженные мишки-гамми были отвратительны, но мороженое было просто райским. Оно стоило усилий, чтобы съесть все конфеты.

Губы Мэдда слегка изогнулись.

— Как ты думаешь, сколько наших фотографий появится в социальных сетях после этого? — спросила я, наклонив голову в сторону кучи людей, чьи взгляды все еще чувствовала на себе.

— Мы не делаем ничего особенного, так что, наверное, не слишком много. Если ты снова сядешь ко мне на колени, интернет может взорваться, как прошлой ночью.

— Ты просто хочешь, чтобы я села на тебя.

— Надеюсь, это очевидно. Если хочешь, я могу доказать тебе это еще раз.

Мое тело возбудилось при воспоминании о том, как он доказывал, что накануне был твердым.

— Думаю, я верю.

— Предложение всегда в силе.

— Конечно, в силе. — я откинулась на стуле, откусила еще кусочек и посмотрела на время. — У меня есть еще две минуты.

— Ты уверена, что не можешь пропустить обед с друзьями?

Честно?

Мне хотелось.

Я отчаянно, безумно этого хотела.

Но мне нужно придерживаться своего проклятого плана избегания, чтобы сохранить рассудок.

И мою безопасность тоже.

Все яснее и яснее становилось, что я могу легко впасть в зависимость от Мэдда. Очень, очень легко.

Поэтому план был просто необходим.

— Нет. — я съела последний кусочек своего круассана. — Возможно, мне придется работать допоздна.

Для этого мне придется взять последние несколько часов смены Тори, но я справлюсь. Она будет в восторге.

Я была уверена, что она в любом случае значительно сократит количество часов. Теперь, когда у нее было бесплатное жилье и постоянный источник крови, за который не придется платить, ей нет нужды работать по восемьдесят четыре часа в неделю. Я даже не была уверена, что эти часы были официально разрешены, но, учитывая наш статус кровавого волка, нам было на это наплевать.

Мы работали, а потом спали.

Вот и все.

— Твоя смена уже двенадцать часов, Ви.

Мне становилось жарко каждый раз, когда он использовал это имя. Я ненавидела то, как сильно мне это нравилось. Я никогда не смогу позволить себе снова стать с ним такой уязвимой.

— Одна из сотрудниц должна уйти пораньше, — солгала я.

Его глаза сузились.

— И ты должна взять смену? Почему? Уверен, что кто-то здесь работает по более разумному графику, чем семь двенадцатичасовых смен в неделю.

— Я вызвалась добровольцем. Мне нравится работать, и мне нужны деньги.

Наклонившись ко мне, он положил ладони на стол.

— У тебя всегда будет достаточно денег. Мне принадлежит весь этот гребаный город.

— Ты — не я, помнишь?

Его глаза вспыхнули, и его волк оскалился на меня.

— Я твой так же, как и ты моя, женщина. Все, что мне принадлежит, — это твое.

— Я еще не согласилась скрепить узы.

Моя волчица недовольно зашевелилась во мне, предупреждая, что собирается взять верх.

Ей не нравилась мысль о том, что я могу не скрепить узы с ее парой.

— Ты скрепишь, — сказал Мэдд.

Моя волчица немного успокоилась.

Ей нравилось его доминирование так же, как и мне, если не больше.

— Мне нужно идти. Спасибо за шикарный кофе. Наслаждайся круассанами. — я плавно поднялась на ноги и успела сделать два шага, прежде чем он поймал меня за руку.

Одним движением Мэдд развернул меня и притянул к себе. Моя грудь встретилась с его грудью, и глаза автоматически закрылись, когда мои руки обхватили его спину.

Мое тело словно отказывалось не обнимать его в ответ.

Я глубоко вдыхала его запах, не обращая внимания на мурашки на руках.

Он был великолепен.

И пах раем.

Черт, как же мне хотелось впиться клыками в его горло!

Я не обращала внимания на пульсирующие клыки и старалась, чтобы их острые кончики не врезались мне в губу. В конце концов, я уже доказала, какой вред они могут нанести, когда в ту первую ночь поцарапала Мэдда.

Когда через минуту он ослабил хватку, то отклонил мой подбородок назад и приник к моему рту.

Поцелуй застал меня врасплох.

Это удивило меня, но не в плохом смысле.

Ни капельки.

Это было лишь мягкое прикосновение его губ к моим, но казалось очень важным жестом.

Собственническим.

Это говорило всем, кто наблюдал за нами, что да, мы не согласны в некоторых вопросах и все еще узнаем друг друга… но мы — пара.

Он принадлежал мне, а я принадлежала ему.

Мэдд слегка сжал мою талию, а затем отпустил.

— Возьми свой кофе. Мне нужна фотография твоего обеда. Деньги в твоем бумажнике. — некоторые из его слов повторялись, но я не возражала.

Он заботился обо мне, и я, честно говоря, не могла припомнить, чтобы кто-то еще так поступал.

Это было очень мило.

Так почему же я старалась его избегать?

Мой разум плыл в тумане.

Тем не менее, я должна была придерживаться своего плана.

Я вернулась на кухню и не проронила ни слова, когда обнаружила, что Тори и остальные мои коллеги смотрят видео, на котором Мэдд… Арчер… целует меня, велит забрать свой напиток и прислать фотографию своего обеда. Кроме того, он дал мне знать, что положил деньги в мой бумажник.

Я не стала проверять.

Это означало бы его победу.

А учитывая наш предыдущий разговор, можно было предположить, что он положил в мою сумку целую кучу денег.

Я протянула Тори остатки кофе, когда проходила мимо, и все ее лицо засветилось от восторга. Мы никогда не баловали себя такими угощениями, все деньги уходили на кровь.

Она застонала, когда попробовала его на вкус, как и я.

Мой телефон завибрировал в кармане, прежде чем я снова приступила к работе.

Арчер:

«Ты не прислала график парня».

Проклятье.

Я:

«Дай мне секунду».

Я открыла его на своем телефоне… никогда не смотрела на график, зная, что работаю каждый день… и пролистала, пока не нашла график парня.

Я:

«Он приходит в три часа дня».

Арчер:

«Я буду в зале в 3 часа».

Я:

«В этом нет необходимости».

Арчер:

«Я не говорил, что есть».

«Но это не значит, что меня там не будет».

Я:

«Знаешь, что иногда тебе придется работать, пока я здесь. Ты не всегда сможешь приглядывать за мной».

Арчер:

«Было бы желание, а возможность найдется».

Я:

«Отличная пошлая фраза».

Он прислал картинку, на которой парень кланяется.

Арчер:

«Понаблюдав за ним несколько часов, я пойму, представляет он угрозу или нет. Если да, то один из моих волков с радостью присмотрит за ним, пока я на работе».

Я:

«Он точно не представляет угрозы».

Арчер:

«Тогда мне не придется приглядывать за тобой завтра».

Я:

«Да, конечно».

Арчер:

«После работы ты будешь готова поужинать, верно?»

Я:

«Да».

Арчер:

«Во сколько ты обычно ложишься спать?»

Я:

«Около 8 вечера».

Арчер:

«Ауч».

Я:

«Ага. Жизнь пекаря — сука».

Арчер:

«Я подстроюсь».

Я:

«Ты не обязан. Нам не нужно придерживаться одинакового распорядка».

Арчер:

«Я никогда не говорил, что нужно».

Я:

«Но ты сказал, что подстроишься».

Арчер:

«Потому что я хочу одинакового графика. Хотеть и нуждаться — это очень разные вещи».

Я:

«Кто-нибудь говорил тебе, что ты раздражаешь, Арчи?»

Арчер:

«Я — альфа. Почти все принимают это как данность».

«Я принимаю это как комплимент».

Я:

«Это не он».

Арчер:

«Но я все равно польщен».

«Понимаешь ли ты, что при обычном графике мы сможем проводить лишь четыре часа вне рабочего времени?»

Я:

«Я это заметила, да».

Арчер:

«Это безумие. Ты слишком много работаешь».

Я:

«Тогда уходи. Я не держу тебя на поводке. Даже если бы и держала, думаю, ты достаточно взрослый, чтобы придумать, как освободиться».

«Я не собираюсь быть твоей домохозяйкой, помнишь?»

Арчер:

«Я не хочу, чтобы ты была чертовой домохозяйкой. Хочу, чтобы ты работала нормально. Сейчас ты работаешь более чем в два раза больше положенного».

Я:

«Могу поспорить, что утрою положенную норму, если очень постараюсь».

Это была ложь.

Несколько недель назад я наработала девяносто часов, и это заставило меня почувствовать себя смертницей. Поэтому я ограничилась 84 часами.

Хотя, с моим планом избегания, мне придется снова вернуться к этому.

Арчер:

«Подумай, сколько мороженого я мог бы тебе купить, если бы ты не работала так много».

Наконец-то он заговорил на моем языке.

Жаль, что я не могу его принять.

Я:

«Я дам тебе знать, если передумаю, но пока это — нет».

Арчер:

«Чертова упрямая женщина».

Я:

«Чертов властный мужчина».

Арчер:

«Как часто тебе нужно питаться?»

Я:

«Не так часто, как обычному вампиру».

Арчер:

«Мне нужно знать точно, Ви».

Я:

«От одного раза в неделю до одного раза в две недели. Мой желудок урчит, когда я сильно проголодаюсь».

Арчер:

«Тогда каждый понедельник? Мы можем заменить на вторник в те недели, когда это накладывается на мой рабочий график».

Я:

«Звучит неплохо».

Разговор закончился, и, несмотря на то, что мы немного повздорили, я не смогла сдержать улыбку, когда снова приступила к работе.

Парень не представлял угрозы, поэтому я не стал долго за ним наблюдать. Зато застал Ви во время ее второго перерыва, и она приняла еще одну чашку кофе с огромной благодарностью. Это подняло мне настроение.

В тот день она работала четырнадцать часов и прислала мне фотографию своего обеда, после того как я ей об этом напомнил. Он был меньше, чем мне хотелось бы, но, по крайней мере, я знал, что она ела.

После того как она пришла с работы, я приготовил для нее еду. Беседа протекала легко, и казалось, что она преодолела нервозность, которую ощущала утром.

Когда мы закончили есть, то вместе помыли посуду, и она тут же завалилась в постель и уснула.

Мы с волком рассвирепели, узнав, что ей вставать через несколько часов. Этого времени было недостаточно для полноценного сна, которого она лишилась, когда мы засиделись допоздна накануне. Но Ви была полна решимости оставаться независимой. Что мне оставалось делать, кроме как позволить ей это?

Я не ожидал, что в пару мне попадется альфа-самка, но с тем, что она таковой не являлась, спорить не приходилось. Моя девочка была альфой, полностью до мозга костей.

И это было чертовски сексуально.

Я думал, что меня влечёт к ней, когда она была милой и нежной, но это желание не имело ничего общего с безумной похотью, которая бушевала во мне с тех пор, как она начала со мной спорить.

Глядя на ее бесчувственное тело, лежащее в нашей постели, моему волку пришла в голову одна мысль, с которой я был согласен:

«Она принадлежит нам».

Желание пылало в моем теле, но я мог с ним бороться.

Прежде чем присвоить ее себе физически, мне придется убедить ее в том, что нам будет лучше вместе, чем поодиночке.

А для этого мне нужно было лишь время.

Когда на следующее утро прозвучал будильник, я почувствовала себя дерьмово.

Мое тело быстро привыкло питаться от Мэдда… Арчера… и оно не было готово к тому, что снова проголодается.

Мэдд… Арчер, черт возьми… прорычал что-то бессвязное, скатываясь с кровати. Между нами все еще высилась стена из подушек, которые я положила туда перед сном, потому что мои конечности никак не удавалось высвободить от его.

Накануне он законно положил мне в бумажник пять тысяч долларов на обед, так что я чувствовала себя обязанной называть его по имени, которое он записал в мой телефон. Он явно хотел, чтобы я им пользовалась, а я была не настолько стервой, чтобы отказываться. Особенно учитывая, сколько усилий он прилагал.

И тот задушевный разговор, который состоялся после нашей совместной пробежки.

После этого я до сих пор чувствовала себя уязвимой, и это мне не нравилось.

Я дошла до ванной комнаты и ошарашено уставилась на то, что там обнаружила.

Дорогой фен находился в простом, стильном держателе на стене.

Рядом с ним лежали щипцы для завивки волос. Они были такого же размера, как и те, которыми я обычно пользовалась при необходимости поправить свои волосы — их я оставила Тори, поскольку она пользовалась ими даже чаще меня.

Махровый халат висел на стене рядом с темно-серыми полотенцами на крючках.

На полке стояли бутылочки с лосьонами с фруктовым ароматом.

В шикарном душе нашлись гели, шампуни и кондиционеры с фруктовыми запахами.

— Черт, — прошептала я.

Мне обязательно нужно называть его по имени.

Нехотя я взяла из душа бутылку шампуня и вымыла челку в раковине. Она довольно быстро высохла и, надо признать, пахла потрясающе.

Я не стала поправлять волосы или наносить тушь, прежде чем выйти из ванной. Когда я не буду такой измотанной, то снова смогу начать пользоваться дешевой тушью.

Разумеется, я дошла только до дверцы шкафа и остановилась, уставившись внутрь.

Его одежда ни капельки не изменилась.

Моя?

Стала другой.

Определенно стала другой.

Вместе с моим платьем на вешалках висела еще, по меньшей мере, дюжина платьев, на всех из которых все еще были бирки. Когда я попыталась проверить цену на одном из них, то поняла, что эта часть отрезана.

Под платьями на полу стояло еще несколько пар новой обуви.

У Мэдда был шикарный шкаф со встроенными ящиками, чтобы не было необходимости в комоде. Поэтому я не обратила внимания на учащенное сердцебиение, открывая ящики, предоставленные им, когда я только переехала.

Конечно, там обнаружилось две дюжины новых пар трусиков. Все они были того же фасона, что и мои старые, разных темных оттенков, которые сочетались с черными, которые я обычно покупала. Когда-то я носила стринги для придания сексуальности, но они мне слишком не нравились, поэтому я перешла на обычные трусики, пытаясь оставаться сексуальной, не испытывая дискомфорта.

В ящике с бюстгальтерами было то же самое. Две дюжины бюстгальтеров — кому, черт возьми, нужны две дюжины бюстгальтеров? Я могла бы носить один и тот же неделю, легко.

Все они были одинаковыми, без подкладок, как и те, в которых я всегда ходила, но оттенки кружева отличались и сочетались с трусиками. Сама ткань была явно дороже и на ощупь гораздо мягче, чем все, что я когда-либо носила.

В ящике под лифчиками я обнаружила дюжину пар колготок в сеточку и похожих на них, а вместе с ними — целую кучу носков.

Вздохнув, я облачилась в новую одежду.

Она была до глупости удобной.

Перед тем как заснуть, я заметила, что в спальне появилось высокое декоративное зеркало, поэтому в новом наряде подошла к нему и осмотрела себя.

Проклятье.

Все идеально подошло.

И выглядела одежда гораздо лучше, чем старая, в которой я ходила раньше. Как бы я ни любила экономить и как бы это ни спасало нам жизнь, новая одежда была удобнее и привлекательнее.

Мне было неприятно это признавать, но невозможно закрывать глаза на правду.

Я немного распушила волосы и вернулась в ванную, чтобы найти тушь для ресниц. Я не планировала ее наносить, но мне хотелось, чтобы лицо соответствовало моей новой красивой одежде.

Конечно, когда я нашла косметику, аккуратно уложенную в ящик, старого дешевого тюбика уже не было. Вместо него обнаружила полдюжины дорогих вариантов, а также еще больше цветов и марок подводки для глаз.

Я потратила минуту, чтобы нанести оба средства.

У меня не хватило духу или силы воли отказаться от вещей, которые он мне купил. Они были похожи на те, что я бы купила себе сама, если бы деньги не играли роли.

И я не была стервой. По крайней мере, только если в этом не появлялась необходимости.

Когда я закончила, то взяла с тумбочки свой телефон. Мэдд его тоже заменил на новейшую модель в какой-то момент после того, как я заснула.

— Нам нужно идти, не так ли? — спросил Мэдд… черт возьми, может, я только в лицо буду называть его по имени… выключая плиту и беря тарелку с едой, которую он приготовил для меня. Мужчина был без рубашки и одет только в спортивные штаны.

Спортивные штаны действительно помогли мне.

Член, натягивающий их, тоже не давал покоя, особенно когда взгляд Мэдда скользнул по моему телу.

— Да. — я приняла тарелку, а он взял вилку. За ней последовали ключи. Когда мы вошли в гараж, меня ничуть не удивило, что рядом с его грузовиком стоял новый желтый внедорожник. — Серьезно, Арчер?

— Я не оставлю тебя на произвол судьбы, — прямо сказал он.

И хотя я вздохнула, когда он открыл для меня пассажирскую дверь своего грузовика, я проскользнула внутрь.

— Тебе не нужно заменять все мои вещи.

— Я так хочу. Сегодня привезут еще платья. Мне пришлось их заказать. Все хорошо сидит?

— Идеально, — признала я. — На будущее: три или четыре бюстгальтера — это достаточно для большинства женщин.

— Тогда я увижу тебя только в трех или четырех разных бюстгальтерах.

Я закатила глаза, вгрызаясь в яичницу с беконом, которую он приготовил для меня, когда он выезжал из гаража.

— Я еще не позволяла видеть себя в лифчиках. Почему ты думаешь, что я передумаю?

— Целеустремленный оптимизм.

Я фыркнула.

— Ты принимаешь противозачаточные? — спросил он. Вопрос был случайным, но безопасным. Учитывая то, как все прошло при последнем кормлении от него, вопрос показался мне хорошим знаком.

Я откусила еще кусочек от своей еды.

— У меня внутриматочная спираль. Клан не хотел, чтобы их ценные мешки с кровью случайно забеременели, так что это не обсуждалось.

Он зарычал, но ничего не сказал.

Я даже оценила его молчание. Мне нечего было сказать.

— Если хочешь, мы можем ее убрать.

Его слова меня удивили.

Мои брови приподнялись.

— Ты бы захотел завести ребенка сразу после встречи со своей парой?

— Не особо. — он крепко вцепился в руль. — Но я не хочу, чтобы они тебя как-то контролировали.

В этом мы точно сходимся.

— Я ценю твои чувства, но еще не готова стать мамой. Не уверена, что когда-нибудь стану. Я даже не знаю, кем бы был наш ребенок, если бы он у нас был. Вампиром? Оборотнем? Твои предположения так же хороши, как и мои.

— Кровавым волком. Гены вампира и оборотня всегда передаются по наследству.

— Тогда наш ребенок всегда будет мишенью.

Арчер нахмурился.

— Я буду защищать их так же, как и тебя, и у них будешь ты. Никто никогда не причинит вреда нашим детям.

В его яростной уверенности было что-то сексуальное.

И, честно говоря, это заставило меня ему поверить.

Это не означало, что я была готова нести ответственность за другое живое существо. Я голодала ещё несколько дней назад и уже снова возвращалась к этому состоянию.

Поэтому всю оставшуюся дорогу молчала.

Не знала, что еще сказать.

Мой телефон звякнул о бортик ванны, когда я скользнула в воду, и я схватила его, садясь.

Тори:

«Ты заболела? Чем, любовной лихорадкой?»

Я:

«Ха ха».

Тори:

«Что случилось?»

Я:

«Арчер меня похитил».

Тори:

«Эмм… что?»

Я:

«Он узнал о моем плане избегания и затащил в свою хижину посреди леса. По его словам, мы не уедем, пока не разберемся с нашим дерьмом».

Тори:

«Оххх».

«Я же говорила, что этот план — плохая идея».

Я:

«Не притворяйся, что ты не делаешь все возможное, чтобы избежать обретения пары».

Тори:

«Я же говорила тебе, что пока ты их не встретила, все по-другому. Я избегаю нежелательной связи. Ты избегаешь существующей связи, которая тебя пугает».

Я:

«Сучка».

Тори:

«Да, это так. Спасибо. Моя волчица преклоняется перед твоим комплиментом».

Я:

«Я не хочу к нему привязываться».

Тори:

«Знаю. Все, что мы любим, умирает, кроме нас самих».

Я:

«Постучи по дереву».

Тори:

«Готово».

«Как ты думаешь, действительно ли стая сможет спасти Сиенну?»

Я:

«Я верю».

«Надеюсь, мы сможем убедить ее тоже присоединиться к нам».

Тори:

«Скрести пальцы».

«Мне пора на работу, но удачи в Стране любви».

«Эта шутка только что заставила меня фыркнуть».

Я:

«Увидимся».

«Проследи, чтобы никто не испортил мои круассаны».

Тори:

«Да, мэм».

Я отправила ей эмодзи с изображением закатившихся глаз, она ответила подмигиванием, и на этом разговор закончился.

Я прислонилась головой к стене за ванной, закрыла глаза и расслабилась в воде. В воздухе витал запах мыла Арчера, и, честно говоря, это было похоже на рай.

Мой рай длился всего пять минут, потому что, как только я перекрыла воду, дверь в ванную распахнулась.

Я вздохнула, не потрудившись открыть глаза. Пузырьки прикрывали меня, но меня не особо беспокоила нагота. Как бы я ни старалась держать дистанцию между собой и Арчером, в последний раз, когда я питалась от него, все равно довела его член до оргазма через одежду.

— Подвинься, — сказал он.

Я открыла глаза, чтобы увидеть, как он спускает джинсы с бедер, обнажая огромный член, выпирающий из трусов-боксеров.

Моя реакция была стремительной.

— Какого черта ты делаешь?

— Присоединяюсь к тебе. Подвинься.

— Я тебя не приглашала, — ответила я.

— Если я буду ждать твоего приглашения, то придется ждать до конца своей чертовой жизни, Ви. — он снял трусы-боксеры, и мой взгляд встретился с его стояком.

Горячо.

Черт.

Проклятье.

Он был великолепен.

— Это будет приятно ощущаться внутри нас, — прорычала моя волчица.

Я даже не потрудилась возразить.

Похотливая сучка была права.

Он шагнул в ванну, и у меня наконец хватило ума подтянуть ноги к груди, повернувшись набок. Это была ванна стандартного размера, но Арчер значительно превышал размеры обычных людей.

— Не думаю, что это сработает, — сказала я, когда он сел напротив. Его плечо неуклюже задевало струю воды, но Арчера это, похоже, не волновало.

Я фыркнула, когда он вытянул одну свою ногу рядом с моим бедром, а затем сделал то же самое с другой.

— Все будет хорошо. Дай мне свои ноги.

— Мне и здесь хорошо.

Он приподнял бровь, глядя на меня.

После минутного колебания я все-таки протянула ему одну ногу.

Он положил ее поверх своего бедра, не прижимая к члену.

— Видишь, у нас получается. — его большие и теплые руки легли на мою голень.

— Но почему мы это получается через нежелание?

— Потому что ты сейчас здесь, в ловушке со мной, без возможности уйти от разговора. — он слегка сжал мои ноги, и у меня заныло внизу живота.

Мне не следовало наливать пену для ванны. Тогда был бы гораздо лучший обзор на него.

Но, с другой стороны, я не должна была даже смотреть на этого ублюдка.

Очевидно, что мой план проваливается.

Я сделала долгий вдох.

— Ладно, давай поговорим.

— Больше никакой лжи?

— Больше никакой лжи.

— Как часто тебе нужно питаться?

— На самом деле я не лгала об этом. В большинстве случаев одного раза в неделю было бы достаточно, но я продолжаю восстанавливаться после голодания, а на этой неделе мы часто оборачивались. Для моего тела смена тяжелее, чем для обычного оборотня.

Он кивнул.

— Значит, если мы обратимся, мне придется кормить тебя два или три раза в неделю.

— К сожалению.

Он слегка сжал мои бедра.

— Если ты не заметила, мне нравится тебя кормить. Это не является для меня унижением.

— Не думаю, что ты понимаешь, какой опасности подвергаешь себя, находясь со мной, Арч.

— И я не думаю, что ты осознаешь, какую власть дает тебе пара со мной, Ви.

Я изучала его.

Его взгляд медленно двигался по моим плечам и ключицам, задерживаясь на выпуклости груди. Меня прикрывали пузырьки, но мне казалось, что он видит сквозь них.

Арс, конечно, не мог, но чувство все равно было.

— Наши разговоры всегда возвращаются к этому. Разговоры вокруг одной и той же темы ни к чему не приведут, — наконец сказала я.

— Тогда почему бы нам не прекратить разговор?

Я моргнула.

Его взгляд вернулся ко мне, и он был более напряженным, чем я ожидала.

— Тебе некомфортно со мной, Ви. Неужели ты думала, что я не заметил?

— Мне было комфортнее до того, как я рассказала о своем прошлом.

— Да, мне следовало раньше отступить в том разговоре. Мне жаль. — его извинения прозвучали искренне. — Но я не жалею, что ты мне открылась. Не жалею, что ты предоставила мне привилегию узнать твое прошлое.

— Я ни с кем не делилась. — я опустила взгляд на пузырящуюся воду. — Не понимаю, какое отношение это имеет к тому, что мы больше не должны разговаривать.

— Ты напряжена с той ночи. Разговоры не помогут, а вот прикосновения — да.

Мой взгляд вернулся к нему.

— Что, прости?

— Ты же знаешь, что физические прикосновения очень важны для волков. Позволь мне погладить твои плечи. Дай мне обнять тебя. Разреши поцеловать. Доставить удовольствие.

— Это довольно серьезная просьба, не находишь?

— Обретение пары — это довольно серьезная вещь, не находишь? — возразил он.

Он не ошибся.

— Не знаю. — я покачала головой и посмотрела в сторону ванной, чтобы больше не встречаться с его напряженным взглядом. — Я просто… устала.

— Это тоже поможет.

— Не думаю, что поглаживание по плечу снимет мою усталость, Арч.

— Просто попробуй. Иди сюда и сядь ко мне на колени. Позволь мне обнять тебя, и посмотрим, что ты почувствуешь.

Я бросила на него взгляд.

— Я не буду сидеть на твоем члене прямо сейчас.

Он усмехнулся, его голос стал низким и хриплым.

— Я просил обнять меня, Ви. Не предлагал секс. Мой член невозможно игнорировать, но я не собирался пользоваться ситуацией.

Я ему поверила.

— Что это мне даст? — спросила я.

— Кроме полного расслабления и удовольствия?

Я сдержала фырканье.

— Да, кроме этого.

Он долго раздумывал, прежде чем наконец сказал:

— Я дам тебе ключ от своего грузовика. Можешь хранить его все время, пока мы здесь. Если решишь меня бросить, я ничего не смогу сделать, чтобы остановить тебя. Мне придется бежать обратно.

Его волк не возражал против бега.

Но, в конце концов, я поняла, что он на самом деле предлагает.

Власть.

У него была власть, когда он развернулся и увез меня в лес. Если ключи останутся у меня, я могла решать, как долго мы здесь пробудем.

И как бы я ни считала, что должна отказать ему, чтобы сохранить дистанцию, которую пыталась создать… Я просто не смогла.

Не тогда, когда на кону стояла власть.

И не тогда, когда все, о чем он меня просил, — это объятие, которого я и так отчаянно хотела.

— Ладно, хорошо. — я расчесала пальцами свою челку. Она выглядела дерьмово, но ему, похоже, было все равно. — Прямо сейчас?

— Да.

Он оставался на месте, не двигаясь ни на дюйм.

Я обладала властью в этой ситуации, и Арч, как мог, давал мне это понять.

Я не собиралась это ценить, но все равно ценила.

— Закрой глаза, — сказала я.

Он послушно их закрыл.

Глупо было не позволять ему смотреть на меня, когда я собиралась прижаться к его обнаженному телу своим, но так я чувствовала себя чуть менее уязвимой.

Медленно я высвободилась из-под его ног.

Арч все еще не двигался, когда я закинула одну ногу ему на талию, а затем другую.

Его тело застыло словно статуя, когда я опустилась на него. Его толстый член уперся мне между ягодиц, когда я медленно прижалась к нему грудью. Он запульсировал, когда я неуверенно обхватила его спину руками.

Он ощущался просто потрясающе.

Горячий и твердый.

А пах еще лучше.

Лесом, безопасностью и… черт, у меня даже не было слов, чтобы описать это.

— Теперь я могу двигаться? — спросил он.

— Ммхмм.

Его руки обхватили меня, крепко, но не грубо.

Его сердцебиение отдавалось ударами барабана о мою грудь.

— Почему твое сердце так бьется?

— Потому что у меня в объятиях моя пара. — его голос был хриплым, его грудь упиралась в мою, а по рукам бежали мурашки.

Я чувствовала себя в безопасности.

Оберегаемой.

Счастливой.

Как простое объятие могло так на меня подействовать?

— Ты этого хотел? — прошептала я.

— Да, черт возьми. — его руки слегка сжались, но в груди все еще слышалось тихое урчание. В кои-то веки он урчал. — Я так долго этого хотел, Ви. Больше, чем мог бы объяснить. Волки-самцы не предназначены для одиночества.

— Думаю, что самки волков тоже, — тихо призналась я.

Его грудь заурчала чуть громче.

— Помогает?

— К сожалению.

Он усмехнулся.

Несколько минут мы сидели в тишине. Арч не массировал мои плечи, но они все равно медленно расслаблялись. Каждый мой мускул словно размягчился. Каждая унция напряжения в моем теле, казалось, улетучивалась.

И, черт возьми, даже моя усталость постепенно исчезла.

Однако через некоторое время мой желудок снова заурчал.

Арчер недовольно заворчал.

— Мой волк пытается вырвать у меня контроль над ситуацией каждый раз, когда у тебя бурчит в животе.

Я тихо рассмеялась.

— Он планирует поймать мне оленя или что-то в этом роде?

— Да. По его мнению, если он достаточно свежий, из него тоже можно пить.

Я скорчила гримасу, представив себе это.

— Я пас.

— Спасибо, черт возьми.

Мои губы продолжали улыбаться, когда он прижал меня к себе, и его член продолжал упираться в мою задницу.

— Хочешь, чтобы я выпила из тебя сейчас?

— Если только не разозлишься, когда кончишь на мой член, — сказал он.

Моя улыбка стала шире. Я все еще не сказала ему, что девственница… но я надеялась, что смогу как-то избежать этого неловкого разговора.

— Теперь это звучит не так уж плохо.

— Я же говорил, что объятия сработают.

— Ты оказался прав. — я закрыла глаза, продолжая наслаждаться объятиями. — Ты тоже собираешься кончить?

— Только если ты мне разрешишь.

Я обдумала его слова.

Я действительно хотела этого… Просто не знала, как это изменит наши отношения. И это пугало меня.

Но, когда я сидела в его объятиях, страх не казался таким уж большим.

Поэтому я приподняла бедра и просунула между ними руку. Он выругался, когда я поймала его эрекцию, и выругался еще злее, когда опустилась на Арчи, так что его член оказался прижат ко мне спереди. Давление на мой клитор заставило мое дыхание участиться, а я еще даже не начала двигаться.

Руки Арчера легли на мою задницу, и я слегка выгнулась навстречу, заставив его снова ругнуться.

— Я хочу, чтобы ты тоже получил удовольствие. Как давно это было у тебя? — спросила я, слегка проводя языком по точке пульса на его шее.

— Больше века я не был ни с кем.

Мои бедра дернулись от его напряженного рыка.

Черт, это очень долго.

— Может, нам стоит подождать… — начала я.

Взяв меня за задницу, он качнул меня на себе, и у меня вырвался стон.

— Мы ждали более чем достаточно. Укуси меня уже, Ви.

Мои клыки удлинились от его слов, и я не стала медлить, прежде чем вонзить их в его шею.

Его стон был глубоким и хриплым, почти диким.

Мой — отчаянным.

Ошеломленным.

Его вкус был нереальным.

Арч провел рукой вверх и вниз по своей длине.

Я глотала его кровь так быстро, как только могла, питаясь, пока он двигался.

Оргазм настиг меня слишком быстро и слишком сильно.

Я закричала ему в горло, подрагивая, когда наслаждение пронзило меня насквозь. Он зарычал, и я почувствовала его разрядку на своем животе и груди.

Но мне нужно было больше.

Сейчас не смогла бы от него оторваться.

Арч продолжал двигать меня, сначала медленнее, потом быстрее, по мере того как нарастало мое удовольствие.

Наконец, я снова разбилась вдребезги.

Мои крики наполнили воздух, когда клыки выскользнули из его горла, и он зарычал, снова покрывая мой живот своим наслаждением.

Когда я прижалась к его груди, мое тело дрожало.

Кровь, бегущая по телу, заставила меня почувствовать себя почти так же хорошо, как его объятия.

Он крепче прижал меня к себе.

— Нам, наверное, стоит помыться, — пробормотала я, прижимаясь к его плечу.

— Позже. Мне нравится знать, что я тебя пометил.

От этих слов у меня подогнулись пальцы на ногах.

— Ты оказался прав насчет объятий.

— Я знаю, что прав. — одна его рука вернулась к моей попке и слегка её сжала. — Я не пытаюсь усложнить твою жизнь, Ви. Я совсем не этого хочу.

Какая-то часть меня знала, что это правда.

Просто… ну, я не могла довериться людям так легко, если вообще могла.

И наша ситуация требовала не простого доверия, а огромного. Доверие к тому, что он будет относиться ко мне должным образом, и доверие к моим суждениям о нем.

Доверие к судьбе.

Доверие к своей волчице.

— Думаю, я тебе верю, — сказала я. Моя неуверенность сочеталась с честностью, которая, как я надеялся, уравновешивала ее.

Он снова слегка сжал мою задницу.

Физический контакт помог мне почувствовать связь с ним. Черт, да я даже стала больше ему доверять. Что, несомненно, было необходимо.

Однако прикосновения не казались хорошей основой для доверия.

Ну, моей волчице этого было достаточно. А мне? Не очень.

— Я знаю, что ты не хочешь оставлять меня в покое, но мне действительно нужно время, чтобы подумать, — сказала я. — Как бы здорово это ни было, до сегодняшнего утра я изо всех сил старалась тебя избегать.

— Ты не можешь избегать свою пару, Ви.

— Очевидно, нет.

Он в последний раз сжал мою попку, а затем спустил со своих колен. Когда я устроилась на прежнем месте, Арч вымыл свою грудь мыльной водой, а затем встал.

Пузыри прилипли к его рельефному прессу, толстому члену и внушительным бедрам. Он не обращал на них внимания, выходя из ванной и хватая полотенце. Оно было обернуто вокруг него слишком быстро.

От его низкого, сексуального голоса у меня по рукам снова побежали мурашки, когда он сказал:

— Спасибо за разговор, за то, что питалась от меня и позволила мне прикоснуться к тебе. Приятного купания. — костяшки его пальцев коснулись моего плеча, после чего Арчер вышел из ванной, закрыв за собой дверь.

Я ударилась затылком о стену за ванной.

Я не могла избегать его, как хотела раньше.

И больше не хотела его избегать.

Поэтому у меня оставался только один вариант:

Принять эту связь.

Но сама мысль об этом пугала меня до смерти.

Когда час спустя Ловен наконец вышла из ванной с мокрыми волосами, она отказалась и от туфель, и от колготок, которые носила раньше. На ней осталось только короткое платье.

Эта женщина была так великолепна, что я едва мог соображать.

Позволив питаться мной и наблюдая за тем, как она раскрывается, я только больше в этом убедился.

Я хотел ее.

Нуждался в ней.

Но она должна была сама согласиться стать моей. Я не мог давить на нее или заставлять принять решение, поэтому мне нужно набраться терпения.

— К черту терпение, — мысленно прорычал мой волк.

— Почти уверен, что я сделал это в ванной.

— И посмотри, к чему это привело. Твой разум не был таким ясным с тех пор, как мы уловили ее запах.

Мне хотелось, чтобы этот ублюдок ошибался.

— Она доказала, что будет сражаться со мной столько, сколько потребуется, — сказал я. — Я не могу её принудить.

— Тогда убедите ее бежать со мной. Я поговорю с ее волчицей.

Возможно, это была плохая идея, но чем она могла навредить?

Прежде чем я открыл рот, чтобы спросить, Ловен дошла до кухни и облокотилась на столешницу.

— Моя волчица хочет осмотреться. Не мог бы ты указать нам хорошее направление для пробежки?

— Мы присоединимся к вам, — сказал я.

Она кивнула головой. На ее лице не промелькнуло удивление. Мы были знакомы недолго, но этого хватило, чтобы она догадалась о моей реакции на то, что она уйдет от меня в любой форме.

Я достал из холодильника бутылку воды и передал Ви, прежде чем вывести на крыльцо. Она пила, пока мы шли, а потом поставила бутылку рядом с качелями. Мы молча разделись, а затем спустились по ступенькам крыльца.

Как только наши ноги оказались на земле, волки взяли верх. Даже после целой жизни, проведенной в превращениях, это ощущалось по-прежнему приятно.

Волчица Ви тут же потерлась о нас. Из ее груди донеслось тихое урчание, и мой волк прижался к ее спине, радуясь, что она рядом.

— Твоя партнерша ведет себя сложно, — ворчал мой волк, обращаясь к Ви, хотя все еще прижимался к ней.

— Твой слишком требователен, — возразила она. — Ему нужно перестать с ней ссориться.

— Он успокоится, — сказал мой волк.

Я, конечно, не соглашался на это, но он не ошибся. Если мне придется смягчиться, чтобы помириться с парой, я придумаю, как это сделать.

— Ей нужно перестать избегать его, — добавил мой волк.

— Ее босс сказал, чтобы она отдыхала столько, сколько нужно. Я прослежу, чтобы она не покинула эту хижину, пока они не разберутся со своим дерьмом.

Я подумал, что Ви не в восторге от того, что ее волчица поделилась этой информацией, но был рад, что она это сделала. Я боролся с желанием позвонить владелице пекарни и спросить, что нужно сделать, чтобы ее отпустили с работы на несколько недель. Я знал, что это разозлит Ви, поэтому сопротивлялся, но это было нелегко.

Волки вместе скрылись в лесу и провели остаток дня на природе. Они бегали, играли и охотились вместе. Мне захотелось такой же легкости в общении со своей женщиной.

Не только легкости, но и умиротворения.

Черт, я бы сделал всё ради такого умиротворения.

Я уставилась в потолок, стараясь не думать о Мэдде, но мне это не удалось.

Он не спал с тех пор, как пришел с работы, и выглядел гораздо более изможденным и усталым, чем я когда-либо видела его раньше.

Однако за дверью комнаты, которую я заняла, было слышно, как работает пылесос.

Это означало, что моему упрямству нужно положить конец.

Мы собирались стать физически ближе, пока я продолжала пить его кровь, нравится нам это или нет. Будет ли эта связь чисто физической, зависело только от нас.

Если не было возможности избежать связи, я хотела большего. Хотела, чтобы мы стали друзьями, как и говорили.

Нужно начать с того, что я прерву его уборку и заставлю немного поспать.

Я встала с кровати, взбила волосы и расправила платье.

Когда я вышла из комнаты, он поднял взгляд от ковра, и я заставила себя посмотреть на мужчину.

На темные круги под его глазами.

На напряженные плечи.

На беспорядок в его волосах.

На то, как он слишком крепко сжимал пылесос.

— Что ты делаешь? — позвала я его, перекрикивая шум пылесоса. Арч перестал двигаться, но не выключил пылесос, и агрегат, вероятно, оставит на ковре странное пятно, если не сдвинется с места.

— Пылесошу, — сказал Арчер, не двигаясь с места.

Я подошла к нему. Наклонившись, изучила аппарат. Найдя выключатель, я щелкнула им, и шум наконец утих.

Я выпрямилась и увидела, что Арч смотрит на меня. Его взгляд был напряженным… и измученным.

— Иди, сядь. — я жестом указала на диван, забрав у него ручку пылесоса.

— Я… — начал он.

Я прищурилась, глядя на него, и он замолчал.

Качнув головой, он прошел к дивану и сел. Учитывая, что время ужина уже прошло, можно было предположить, что Арч голоден.

Он наблюдал за мной через плечо, пока я прошла на кухню и достала из морозилки буррито. Я быстро разогрела их, а затем принесла тарелку на диван.

Когда положила ее на колени Арчера и села рядом с ним, он взглянул на нее, сморщив брови, а затем посмотрел на меня.

— Тебе нужно поесть, — прямо сказала я.

Его глаза слегка расширились, и он без колебаний откусил кусочек.

— Спасибо, что дал мне возможность побыть одной. — я повернулась на своем месте, расположив колено на подушке, чтобы лучше видеть свою пару. — У меня не было времени все это обдумать с той ночи, когда мы встретились, так что я тебе благодарна. Хотя мне не нравится, что ты явно измотан и убираешься вместо того, чтобы спать.

Он наклонил голову, продолжая жевать.

— Я не могу спать, когда между нами дверь, не говоря уже о двух.

— Тогда ты должен был сказать мне об этом.

Он помрачнел.

— Согласен.

Дерьмо.

Я уже испортила разговор.

Он откусил еще один кусок.

— Как, по-твоему, должны выглядеть идеальные отношения между парой? — спросила я его.

Мы уже говорили о том, что будем друзьями, но я была уверена, что сама спровоцировала этот разговор. Если мне не изменяет память, я не спрашивала его, чего он хочет. А если бы и спрашивала, то теперь, когда прошло больше времени, вся затея казалась более безопасной.

Вопрос, похоже, удивил его.

Прошла минута молчания, прежде чем он проглотил еду и сказал:

— Самые счастливые пары, которые я видел, — это те, которые стали друзьями. Им весело вместе. Они помогают друг другу, когда все хорошо и когда жизнь становится трудной. Они открыто общаются. Я всегда надеялся, что у меня будет такая пара, — пояснил Арчер.

Я снова посмотрела на него, когда он откусил еще кусочек от своей еды.

Арч был таким сильным.

И напряженным.

Трудно было представить, что он жаждет чего-то, не говоря уже о женщине или дружбе.

— Ты ведь хочешь, чтобы твоя пара была также твоей любимой? — спросила я.

— Тебя, Ви. Да, я хочу, чтобы ты была моей возлюбленной, а также моей подругой.

— Это ты хочешь или связь?

Его глаза сузились:

— Связь не заставляет меня задаваться вопросом, есть ли на тебе что-нибудь под футболкой, Ви. Это все я. Связь не толкает меня на то, чтобы стянуть ткань с твоих бедер и зарыться в тебя. Или встать перед тобой на колени и наслаждаться тобой, пока на моем языке не окажется больше твоего удовольствия, чем у любого другого мужчины на этой гребаной планете.

Мое тело вспыхнуло.

Я сжала колени вместе, чтобы скрыть влажность между бедер.

Он не знал, что ни о каких других мужчинах не шло и речи.

Мне нужно было сказать ему об этом… но я понятия не имела, как это сделать, чтобы это не было неловко.

— Поработай над едой, — сказала я ему.

Он откусил еще кусочек, прожевал и проглотил.

Мой взгляд проследил за его горлом.

— Меня заводит, когда ты так на меня смотришь, — негромко сказал он, не глядя откладывая буррито.

— Как именно?

— Как будто хочешь, чтобы я был внутри тебя.

— Я смотрю на тебя так с первой ночи нашего знакомства, Арч.

Его взгляд вспыхнул.

— Тогда дай мне шанс все исправить.

Первым моим порывом было сказать «нет».

Чтобы сохранить дистанцию между нами.

Но я очень его хотела.

И даже больше — я хотела понять, как всё наладить между нами.

И я сказала:

— Хорошо. Покажите мне, как должна была выглядеть та ночь.

Бросив тарелку на диван, Мэдд схватил меня за бедра и поднял с подушек. Его губы впились в мои, когда он пересекал комнату. Мгновение спустя я впечаталась спиной в стену.

Наши языки нашли друг друга, и, клянусь, это было похоже на пребывание в раю.

Его горячие руки обжигали мои ноги и впивались в кожу, пока он целовал меня.

Я целовала его в ответ так же сильно, наши губы и языки сражались. Мои пальцы скользили по коротким, колючим волосам на его затылке, а затем нашли длинные пряди на макушке и погрузились в них.

Жадно двигая руками по моей заднице, он оторвал свои губы от моих.

— Порежь мою губу своими клыками.

— Прошлый опыт подсказывает мне, что не надо, — вздохнула я.

Его язык снова погладил мой, отвлекая меня на минуту.

— Это была не просьба, Ви. Я хочу всё переиграть.

Я заставила свои клыки опуститься.

Его глаза вспыхнули жаром.

Когда я захватила его губу, порезав чувствительную кожу, он заурчал от удовольствия.

Руки Мэдда скользнули по моим бедрам, нашли мою задницу и сжали. Его пальцы были нежными, а хватка — грубой.

Его рот продолжал двигаться вместе с моим, когда он раздвинул мои ноги и упёрся своей длиной в мой голый влажный центр. Арч до сих пор оставался брюках, но я была слишком увлечена моментом, чтобы волноваться об этом.

Он задрал платье, обнажая меня еще больше. В его груди раздалось удовлетворенное урчание, когда мое тело оголилось, а его руки скользнули вверх, чтобы взять мою грудь, как только ткань упала на пол.

Когда большие пальцы Мэдда погладили мои соски, я не смогла сдержать стон.

— Той ночью я хотел ощутить тебя на своем языке, — сказал он и снова скользнул руками вниз по моему телу. Его большие пальцы прошлись по моей скользкой сердцевине, и я дернулась им навстречу. — Но знал, что у меня не хватит терпения. Я потом собирался трахать тебя ртом, пока наше удовольствие вытекает из тебя после совместного оргазма.

Он погладил пальцем мой клитор.

Я качнулась сильнее, отчаяннее.

— Черт, у тебя развратный рот.

— Ты даже не представляешь насколько. То, что я хочу сделать с тобой, женщина…

— Сделай это, — вздохнула я.

Он спустил свои штаны наполовину и через мгновение оуже входил в меня.

Я ударилась затылком о стену, когда Арч что-то задел в моем теле, и задохнулась от боли.

Его размер…

Толщина…

Жар…

Он причинил мне небольшую боль, но одновременно подарил невероятные ощущения.

— Черт возьми, — прорычал он, его горячие, злые глаза встретились с моими. — Ты девственница?

— Может быть, — пробормотала я.

— Не лги мне. — он начал выходить из меня.

Я крепче вцепилась в его волосы.

— Если ты сейчас остановишься, я тебя не прощу.

Арч сильно сжал мою задницу, но перестал двигаться.

— Скажи мне правду.

Мое сердце билось неровно. Я до сих пор пыталась привыкнуть к ощущениям внутри меня, но он заслуживал того, чтобы знать.

— Клан не позволял никому к нам прикасаться. Они считали нас своей собственностью. Если бы мы занимались сексом, это истощило бы нашу энергию и заставило бы вырабатывать меньше крови.

Мэдд прорычал:

— Какой клан?

Я до сих пор не хотела ему говорить.

Но желала, чтобы он помог освободить Сиенну… и хотела быть от них в безопасности.

— Гарвер, — сказала я.

— Спасибо. — он снова приник к моим губам, и мои мысли о клане улетучились.

Он остался в прошлом.

Мэдд медленно вошел в меня.

Еще одно мгновение боли, за которым последовало горячее, сильное облегчение.

Он вошел в меня до упора, и я ахнула в его рот. Мои руки покинули его волосы и легли на плечи.

— Скажи мне, как ты себя чувствуешь, — приказал он, его тело не шевелилось в ожидании моего ответа.

— Невероятно, — пролепетала я, касаясь губами его губ.

Арч вышел и снова вошел в меня.

У меня вырвался сдавленный крик.

Это было нереально.

Он был нереальным.

— Блядь, ты вся влажная для меня. — его грудь вибрировала рядом с моей. Мои пальцы сильнее впились в его плечи.

— Ты хочешь меня так же сильно, как я хочу тебя… ооо, черт, — простонала я, когда он снова начал двигаться именно так, как мне было нужно.

— Нет, Ви. — он снова вошел в меня до самого упора, и я закричала. — Я хочу тебя намного сильнее.

Он снова сделал толчок.

И снова.

С каждым движением мои крики становились все громче, пока я окончательно не сошла с ума.

Он входил в меня все сильнее и быстрее, догоняя мой оргазм своим. Его член запульсировал, и Мэдд с рычанием наполнил меня спермой.

Я опустила лицо ему на плечо, моя грудь быстро поднималась и опускалась, когда его подбородок уперся мне в макушку. Мэдд все еще был погружен в меня, а его руки оставались на моей заднице.

— Ты охренительно лучше, чем я себе представлял, — хмыкнул он.

— Должно быть, это связано с кровавыми волками.

— Должно быть, это связано с тобой. — он поправил свою хватку на моей заднице и выпутался из штанов.

Мэдд сделал секундную паузу и схватил свой телефон. Его пальцы задержались на экране всего на мгновение, после чего он отбросил его и оторвал меня от стены. Я была слишком увлечена моментом, чтобы задаваться вопросом, почему.

Я обхватила его за шею, пока Арч шел по комнате, его член двигался во мне при каждом шаге.

Когда он сел на край кровати, я не смогла удержаться и пошевелила бедрами.

Арч скользнул руками по изгибу моей талии.

— Укуси меня.

— Если я это сделаю, мы потеряем то крохи самообладания, которые у нас еще остались.

— Забудь о самообладании. Пей, Ви.

Я была не настолько глупа, чтобы отказаться от предложения.

Через мгновение мои клыки вонзились в его шею.

Его кровь залила мой рот, а его вкус был настолько чертовски эротичным, что мой мозг перестал функционировать. Мои бедра дернулись, тело выгнулось дугой.

Мэдду удалось продержаться на месте всего минуту, пока я пила из него, прежде чем мой яд полностью лишил его контроля.

С рычанием он перевернул нас, прижав меня спиной к матрасу. Мои ноги обхватили его задницу, когда он вошел в меня, и я продолжала поглощать его, теряясь в похоти.

Он трахал меня.

Я трахала его.

И вскоре я со вздохом отпустила его шею, а он зарычал и снова наполнил меня своим освобождением.

Я не смогла сдержать стон, когда Арч слишком быстро вышел из меня, и проклятие, когда он встал на колени между моими бедрами и провел языком по моему клитору.

Следующий оргазм был очень сильным.

Как и последующие.

Не знаю, сколько времени прошло, когда я схватила его за волосы и потащила обратно на кровать, чтобы снова завладеть его членом, но одно знала точно:

Связь с парой уже казалась гораздо привлекательней, чем несколько часов назад.

Когда мы закончили, я оказалась распростертой на груди Мэдда в его постели. Его член находился во мне, но его плотное давление было слишком приятным, чтобы мы могли двигаться.

Мэдд нежно погладил меня по спине, и я закрыла глаза, расслабившись в его объятиях.

Мне казалось, что я никогда не чувствовала себя такой довольной. Определенно не с кланом. Или когда мы с Тори голодали вместе.

Ощущения были нереальными.

Моя волчица урчала так громко, что звук исходил прямо из моей груди, не прекращаясь. У Мэдда было то же самое, так что я решила, что это не повод для беспокойства.

Уже через несколько минут он так и заснул, со своей рукой на моей спине. После стольких часов бодрствования не удивительно, что его так быстро вырубило.

Я еще некоторое время оставалась в его объятиях. Хоть и устала после дня разборок и пробежки, его кровь меня взбодрила.

Я немного проголодалась и решила приготовить еду.

Так что… может быть, я смогу сделать что-нибудь и для него.

Я понятия не имела, какие у него любимые блюда. Разве что стейк с картошкой, но это он и так готовил постоянно.

Звонок телефона в другой комнате отвлек меня от мозгового штурма. На моём был другой сигнал, значит, этот принадлежал Мэдду.

Любопытство заставило меня сдвинуться.

Его рука сильнее прижалась к моей пояснице, когда я пошевелилась, и он зарычал, едва я соскользнула с его члена. Однако так и не проснулся.

Я прикусила губу, чтобы не усмехнуться, когда мне пришлось отстраниться от него, чтобы освободиться. Я проиграла эту борьбу, когда натянула на него одеяло и увидела, как оно топорщилось на его члене.

Когда он отдохнёт, секс станет еще лучше.

От этой мысли мне стало жарко, но я проигнорировала это, взяв чистую футболку из его шкафа и натянув ее на себя, прежде чем отправиться на поиски его телефона.

Уже на подходе к кухне, вновь услышала звонок и обернулась, когда поняла, что звук исходит от его брюк, лежащих на полу.

Мне потребовалась всего секунда, чтобы вытащить его из брюк и взглянуть на экран.

Было несколько сообщений и пропущенный звонок от Бавера, но вначале висело сообщение от службы доставки продуктов.

Продукты:

«Последний шанс добавить новые товары! Заказ будет закрыт через тридцать минут».

Хм.

Должно быть, он оформил доставку.

Бавер:

«Как дела? Слышал, ты похитил свою пару».

Я не смогла сдержать ухмылку. Тори, должно быть, разговаривала с другими женщинами в стае, и мне уже не было так стыдно от того, что я покинула ее.

Недолго думая, я нажала кнопку пропущенного вызова, и телефон перезвонил Баверу, не требуя ввода пароля.

Он взял трубку на втором гудке.

— Привет, альфа.

— Привет, и тебе.

Бавер усмехнулся.

— Привет, Лав. Где Мэдд?

— Спит. Мне нужно кое-что. Ну, два кое-что.

Он не ответил, и я продолжила.

— Мне нужен список его любимых блюд и пароль от его телефона.

Снова повисло молчание.

— У меня его ключи, — добавила я. Хотя это была ложь, он обещал отдать их мне, и я, вероятно, смогу найти их без особых усилий. — Если бы я хотела уйти, то уже бы это сделала.

Бавер пробурчал.

— Хорошо. Код — это дата образования стаи — 1 декабря. Я отправлю список на твой телефон. Какой у тебя номер?

Я продиктовала.

— Спасибо.

— Не за что. — он сделал небольшую паузу, а затем добавил: — Тори, похоже, хорошо ладит со стаей. Она им очень нравится, и они уже добавили ее в групповые чаты. Они хотят добавить и тебя.

Он меня удивил.

Хотя я знала, что Тори хорошо вписалась в коллектив, не ожидала, что меня пригласят сделать то же самое. Я догадывалась, что в этом есть смысл, учитывая, мою связь с их альфой, но…

Я не знаю.

Меня это почему-то до сих пор удивляло.

— Я рада. Она получает достаточно крови?

— Каждый самец в стае принес ей несколько пакетов крови, так что я уверен — она в порядке.

— Включая тебя? — поддразнила я.

Он усмехнулся.

— Да, включая меня.

— Что ж, удачи. И отправь список побыстрее, если сможешь.

— Обязательно. Спасибо, что поинтересовалась.

— Ммхм. Увидимся. — я повесила трубку, не дав разговору затянуться, и открыла приложение, которое Мэдд использовал для заказа продуктов. Взглянув на часы, я поняла, что у меня есть всего двадцать минут, чтобы добавить все необходимое, и направилась в свою комнату за своим телефоном.

Когда я взяла его в руки, список был уже готов.

Бавер:

«Вот что пришло мне в голову. Если тебе нужно больше, я могу подумать еще».

«Пончики с джемом».

«Стейк с картофелем».

«Помадка».

«Печенье с зефиром».

Я моргнула, глядя на список.

Это было так необычно и по-человечески.

Как мне мог не понравиться парень, который любил пончики с джемом, стейк с картошкой, ириски и печенье с зефиром? Особенно когда в дополнение к его случайным, причудливым вкусам добавляется такая внешность и напористость?

Мне потребовалась всего минута, чтобы найти рецепт пончиков с начинкой с кучей отзывов в Интернете, поэтому я добавила ингредиенты в заказ Мэдда, а также то, что мне понадобится для помадки и печенья.

Я получила подтверждение о дополнении заказа, а затем стала бродить по домику, наконец-то исследуя его.

Он был не огромным, но и не маленьким. Комфортный — прекрасно подходило для описания. Комфортными были не только скудные детали обстановки, но и размер. Ничего не было слишком маленьким или слишком тесным.

В доме оказалось чисто, поэтому я не стала искать себе работу по дому.

Продукты доставят только к утру, так что у меня было более чем достаточно времени для… чего-то.

Я вышла на улицу, чтобы сесть на качели, которые заметила с крыльца.

Пока медленно раскачивала качели ногами, телефон Мэдда зажужжал, и я посмотрела на экран.

Эдисон:

«12:00. Проверка территории завершена. Участок под охраной».

Я нажала на сообщение и попала в групповой чат с надписью «Силовики».

Еще один незнакомый мне человек прислал сообщение.

Смит:

«Никто из наших не видел и не слышал новостей о вампирах. Я проверю еще раз в полночь».

Бавер:

«У меня есть номер Лав. Добавьте ее в группы».

Он отправил мой контакт в чат, и сообщение понравилось нескольким людям.

Смит:

«Только что добавил ее в женские чаты. Спасибо!»

Я опустила глаза, когда мой телефон завибрировал.

Меня добавили в два разных женских групповых чата. Один из них назывался «Силовики <3», а другой — «Сучки из Дикого леса» с эмодзи волка рядом.

Я не смогла сдержать фырканье.

Смит, должно быть, женщина, раз добавила меня к этим двум перепискам.

Мой телефон завибрировал еще несколько раз, когда меня добавили еще в три группы.

Количество сообщений казалось чрезмерным, но стая напоминала большую семью.

Я положила свой телефон на качели рядом с собой и взяла телефон Мэдда.

И сразу же обнаружила новое сообщение, которое не заметила раньше, — от парня по имени Векс. Когда я нажала на сообщение и бегло прочитала слова, мой желудок сжался.

Мэдд написал ему сообщение ранее, сразу после того как я сказала ему название клана, который нас создал.

Мэдд:

«Клан Гарвер несет ответственность за это. Уничтожьте их. Убедитесь, что нашли и защитили Сиенну».

Векс:

«Собираем команду. Уже окружил их в Вайлдвуде, просто готовлю группа для удара по их штаб-квартире. Я дам тебе знать, когда они войдут».

С тех пор он не писал, так что я решила, что они ещё не начали действовать.

Хотя мой желудок по-прежнему сжимался, я почувствовала…

Облегчение.

Мэдд делал именно то, чего я от него ожидала. Защищал. Я не знала, кто такой Векс, но, когда назвала Мэдду имя клана, поняла, что он собирается на них напасть.

И спасти Сиенну.

Скорость их действий застала меня врасплох, но не удивила. Это вполне соответствовало тому, что я о нем знала. Мэдд был не из тех, кто медлит при наличии информации или ждет, когда что-то решится.

Но я все равно нервничала.

Я точно не смогу уснуть, пока не получу от Векса информацию о том, какие команды примут участие в мероприятии, и как все прошло после их появления.

Особенно если речь шла о безопасности Сиенны.

Не зная, чем бы занять свои мысли во время ожидания, я вернулась к изучению телефона Мэдда.

Несмотря на беспокойство, мне было любопытно прочесть его сообщения.

Мы были парой, но я видела его поведение только рядом с собой. Его постоянное напряжение. Сосредоточенность и решительность. А что, если рядом со своей стаей он другой?

Что, если рядом с ними он счастливее?

Я хотела выяснить.

Но чем больше я читала (и просматривала), тем больше успокаивалась.

На каждое полученное сообщение Мэдд отвечал коротко и безэмоционально. Он никогда не пытался вести долгий или шутливый разговор по смс. Не использовал эмодзи, гифки или что-то еще.

Только со мной.

Он продолжал наши разговоры, когда я пыталась их закончить.

Использовал гифки и эмодзи.

Он старался.

И это заставило меня почувствовать себя… ну… желанной.

Заставило меня поверить ему еще больше.

Одно дело, когда он говорил, что серьезно относится ко мне, но совсем другое — когда старался со мной так, как не делал этого ни с кем другим. Даже когда я прокрутила его сообщения на несколько лет назад, разговоры были одинаковыми.

Короткие.

Безэмоциональные.

Лишенные стремления.

Чем больше я читала, тем любопытнее мне становилось.

Кем был Мэдд на самом деле? Каким? Чем он отличался от меня?

Единственный способ выяснить это — поговорить с ним, узнать его получше.

У нас не было времени забрать Тори из коттеджа по дороге в аэропорт Вайлдвуда, поэтому мы сразу отправились туда.

Благодаря связям Мэдда мы стояли снаружи и ждали, когда приземлился самолет. Я крепко сжала его руку, а он ни слова не сказал о моей мертвой хватке.

Она вышла из самолета вслед за несколькими огромными, покрытыми краской парнями-оборотнями.

Мой желудок сжался еще сильнее, когда я увидела ее.

Её светлая кожа казалась бледнее, чем обычно.

Под обеспокоенными карими глазами появились темные круги.

Она похудела с нашей последней встречи.

Ее прямые светлые волосы спутались по всей длине.

На ней были только свободные серые леггинсы и светло-розовый свитер с пятнами крови.

Я выпустила руку Мэдда и бросилась к ней. Стоявшие перед ней здоровяки расступились, их взгляды обратились к моей паре, которую оставила позади себя, и я со всей силы налетела на Сиенну.

Она крепко обняла меня, а я еще крепче прижала ее к себе.

— Я должна была уйти с вами, — прошептала она. — Спасибо, что послали их за мной.

— Я должна была уговорить тебя уехать с нами, — сказала я, чувствуя жжение в глазах.

— Это не твоя вина. — её слезы капали мне на плечи.

Мы крепко обнимались еще минуту, прежде чем наконец отпустили друг друга. Ее взгляд сразу же упал на кого-то позади меня, и глаза расширились.

Я оглянулась через плечо и расслабилась, увидев, что там стоит Мэдд, засунув руки в карманы.

Он старался выглядеть дружелюбным или, по крайней мере, расслабленным. Так оно и было. Просто у него было одно из тех лиц, когда, если вы не знали его хорошо, казалось, будто он всегда думал о том, чтобы убить вас.

— Сиенна, это Арчер Мэдден. Моя пара. — я взяла ее за руку и слегка сжала. — Он альфа стаи в Вайлдвуде и тот, кто послал других парней тебя спасти.

— Что ж, спасибо вам, — сказала она, и в ее голосе и на лице отчетливо прозвучало беспокойство.

— О чём речь. — голос Мэдда был ровным.

Я притянула Сиенну ближе к себе в объятиях. Хотя она была на несколько дюймов выше меня, за время нашей разлуки сильно похудела, и я беспокоилась, что ее снесет ветром.

Мы вышли из аэропорта и направились к машине Мэдда. Я села с ней на заднее сиденье и по дороге рассказала обо всем, что произошло за время нашей разлуки.

Когда мы добрались до дома Тори, Сиенна выглядела немного спокойнее. Не сильно… но хотя бы немного.

Я знала, что она оправится от всего, что случилось. Мы все трое не зря выжили.

Мы неспеша закончили ужина, пока я сидела на коленях у Мэдда. Мои трусики все еще валялись на полу, но мне было все равно.

Учитывая поглаживания Мэдда по моему чувствительному телу каждую минуту, я была уверена, он тут же снимет их, если я попытаюсь надеть.

— Ты всегда возбужден? — спросила я его с любопытством.

— С тех пор как я встретил тебя, это практически постоянно.

— Ты не возбуждался раньше?

— Меня никогда не интересовал секс с женщиной, которая не являлась моей парой.

— Но ты не был девственником. — я прислонилась к нему спиной.

Его пальцы снова заскользили по моему клитору, медленно дразня.

— Тогда у меня стоял, как у большинства мальчиков-подростков. Несколько попыток доказали, что мне неинтересна девушка, которая, как я знал, была не моей. С тех пор я встречал нескольких, от которых приятно пахло, и думал, что они могут быть моей парой, поэтому занимался с ними сексом.

— И?

— И мой волк понял, что ему это неинтересно, как раз в тот момент, когда мой член только входил. Я вытаскивал, доводил женщину до оргазма пальцами и уходил.

Мои брови взлетели вверх.

— Значит, ты не испытывал оргазма с женщиной с тех пор, как был подростком?

— Вообще-то я никогда не испытывал оргазма с женщиной, пока мы не оказались вместе в ванной.

Черт.

— Правда?

— Ммм… — его губы коснулись моей шеи.

— Я не уверена, стоит мне извиниться или поздравить тебя.

Он усмехнулся.

— Просто позволь мне прикоснуться к тебе. — Мэдд снова погладил мой клитор, используя смазку после освобождения.

Это было до смешного приятно.

— Прикосновение в знак извинения или поздравления?

— Мне плевать. — он медленно обвел мой клитор. — Ты так чертовски хороша.

— Как и ты.

Он еще немного надавил на мой клитор, и я схватила его за руку, крепко сжимая. Мои глаза закрылись, бедра задвигались в такт.

— Ты не представляешь, как долго я этого ждал, — проурчал он, продолжая двигать пальцем.

Это было идеально.

Безумно и невероятно идеально.

— Не думаю, что хочу знать, — проворчала я.

От его смешка моя спина завибрировала.

— Я нашла твои фотографии в Интернете. На них ты никогда не улыбался, — сказала я.

— Меня это не интересовало.

— Но я тебе интересна?

— Крайне, блядь, интересна. — Мэдд сильнее надавил на мой клитор, и я застонала, мое тело дернулось в погоне за наслаждением. Один из его длинных пальцев скользнул внутрь меня, и я потеряла контроль над собой.

Мои крики наполнили воздух, когда я сильно кончила — его рука осталась во мне. Моя грудь быстро вздымалась и опускалась, пока удовольствие угасало, но Мэдд все еще прикасался ко мне.

— Ты не должен быть так чертовски хорош в этом.

Его губы коснулись моей шеи в быстром, легком поцелуе.

— Я приму это как комплимент.

— Это он и есть. — я повернулась, снова оседлав Мэдда. Его руки легли мне на задницу, когда он пододвинул меня, прижимаясь членом к моему лону.

Его глаза впились в меня.

— Я не закончил с тобой.

— Я не спрашивала об этом. — я подняла его руки к своим волосам. — Если ты иногда контролируешь ситуацию, то и я тоже. Позволь мне доставить удовольствие нам обоим, — сказала я, двигая бедрами так, чтобы головка его члена оказалась напротив моего отверстия.

На его лбу вздулась вена, а пальцы грубо вцепились в мои волосы.

— Мне трудно отпустить ситуацию.

— Я заметила. — я пошевелила бедрами, отстраняясь от него на несколько дюймов, и его челюсть сжалась. — Тебе приятно?

— Ты даже не представляешь. — его голос был напряжен. — Я хочу, чтобы ты была обнажена.

— Я здесь решаю, — предупредила я его, но тут же стянула через голову платье, а затем и бюстгальтер.

Следом за ними упала на пол его рубашка.

Желая почувствовать его больше, я наклонилась, чтобы моя обнаженная грудь потерлась об его, и просунула язык в его рот.

Его хватка на моих волосах усилилась.

Я медленно на него опустилась, пока наши рты сражались. Мэдд застонал у меня во рту, когда наконец уперся в заднюю стенку моего лона… а я застонала, когда начала качать бедрами именно так, как мне хотелось.

Он двигался вместе со мной, с легкостью, и я не пыталась его остановить. Ощущения были чертовски приятными, и я уже подошла к краю, когда он был так глубоко во мне.

Вскоре мы вместе потеряли контроль над собой. Его рычание слилось с моим криком, когда мы нашли свое удовольствие, и я рухнула на его грудь, чтобы перевести дух.

— Думаешь, ты сможешь с этим смириться? — спросила я, все еще задыхаясь. — Позволишь мне иногда руководить?

— Если это всегда так будет заканчиваться, я справлюсь. — он легонько потрепал меня по волосам. — Я и представить себе не мог, как сильно мне понравится твое тело. Оно нереальное.

— Ну, я идеальна, — пробормотала я. — Худшие части вампира и худшие части волка в одном лице.

— Худшие части вампира не могут доставлять столько удовольствия. — он слегка толкнулся бедрами, вызвав у меня тихий смех. — А мне нравится и твой голод, и твоя волчица.

— Я просто рада, что ты не хочешь использовать меня как свой личный мешок с кровью, — призналась я. — Трудно жить дальше после такого.

— В моем прошлом слишком много дерьма, чтобы использовать кого-то подобным образом, — сказал он. — Особенно мою пару.

— Что ты имеешь в виду? Я думала, что в твоем прошлом было множество случаев, когда ты предлагал волкам-поборотням убежище.

На мгновение он замолчал.

На долгое мгновение.

Он отпустил мои волосы, скользнув руками вниз к моей попке.

— Я не смог спасти свою семью. Во время войны я возглавлял одну из армий. Одну из стай. Моя семья была в моей армии. Мои родители, оба брата и сестра. Я не стал уговаривать их не участвовать в битве. Они бы не послушали. Мы были на передовой, когда люди впервые направили на нас свои бомбы. Всех нас задело, но я выжил, едва-едва. А они — нет. Я не смог их спасти.

Черт.

— Мне жаль.

— Это не твоя вина. Я просто рад, что ты сейчас здесь, со мной. И я надеюсь, ты понимаешь, что я буду защищать нашу семью, чего бы мне это ни стоило. Я больше не потеряю тех, кого люблю.

У меня сжалось горло.

— Знаю.

— Я создал стаю после того, как потерял их, но это не было намеренно. После окончания войны я вернулся и построил свою хижину, чтобы горевать в одиночестве. Другие, кто выжил, последовали за мной. За ними пришли ещё. Нам всем было больно, и мы не могли отвернуться друг от друга. Таким образом, количество росло, и мы были вынуждены переехать в город. Вайлдвуд был построен не на радости, а на общем горе.

— Тогда, наверно, моё место здесь.

— Конечно, здесь. Ты моя. — он снял мою руку со своего плеча и поднес к губам, поцеловав костяшки пальцев.

— А вот и собственничество — поддразнила я его.

— Этого всегда будет много.

— В это легко поверить.

Его губы снова изогнулись в улыбке.

— Итак, как мы скрепим узы? — спросила я.

Его взгляд потеплел.

— Это просто: один из нас призывает магию, а другой соглашается на связь. Есть латинское слово, которое делает это. Этернум. Оно означает вечность.

— Все так просто, да?

— Ммм… — он снова поцеловал костяшки моих пальцев.

— Тогда Этернум, Арч. Я твоя, а ты мой.

Его глаза запылали.

— Я проведу остаток нашей вечности, делая все возможное, чтобы ты была счастлива. Этернум, Ви.

Магия связи захватила меня.

Она не была резкой или болезненной.

Она была мягкой.

Интимной.

Сильной.

Слезы навернулись мне на глаза, когда я почувствовала, как между нами что-то натянулось. Что-то могущественное и постоянное.

Мэдд медленно меня поцеловал.

Его член оставался твердым внутри меня, но я не была возбуждена. А когда он отпустил мои губы, я заметила, что он все еще выглядит усталым.

— Тебе нужно больше спать, — сказала я, слегка проведя пальцами по его волосам.

— Как и тебе.

— Тогда отнеси меня в постель, пара. — я улыбнулась ему.

В его глазах появились эмоции, которые я не смогла прочесть. На это у меня целая жизнь.

Он встал, не выпуская меня из объятий. Удивленный смех вырвался у меня, когда Мэдд улыбнулся мне, а в его глазах появился новый блеск.

— С удовольствием.

Вместо того чтобы отнести Ловен в постель, я направился в ванную. Ви прислонилась ко мне, закрыв глаза, и меня захлестнули новые чувства.

Гордость.

Благодарность.

Надежда.

Радость.

Я понятия не имел, что делать с этими эмоциями, но не променял бы их ни на что.

Когда вода потеплела, я заткнул пробкой слив. Мы расслабились, когда ванна наполнилась, ее тело по-прежнему прижималось к моему.

— Мне кажется, что я еще не познала всю глубину твоей страсти, — пробормотала Ловен, распластавшись на моей груди.

Я усмехнулся.

— Пока нет.

— Когда-нибудь мы оба будем достаточно спать и есть, чтобы её исследовать.

— Надеюсь, это произойдет раньше, чем позже.

— Я тоже.

Я прислонился головой к стене, все еще ужасно радуясь тому, что она в моих объятиях, и легонько погладил Ви по спине.

Она удовлетворенно вздохнула, когда я продолжил.

— Ты слишком хороший, — пробормотала она.

— Ты тоже. — я не смог удержаться, чтобы не поцеловать ее в лоб.

Мы довольно быстро помылись и вытерлись, прежде чем лечь в постель.

Ловен слегка толкнула меня в грудь, и я перекатился на спину, повинуясь ее мягкой команде. Когда она легла на меня сверху и снова уткнулась лицом в мою шею, мое тело расслабилось сильнее, чем я мог себе представить.

Моя женщина была в безопасности и в моих объятиях.

Она принадлежала мне. Навсегда.

Благодаря неразрывной связи, которую я не променяю ни на что на свете.

— Я выбрал идеальную пару для нас, — прорычал мой волк.

— Так и есть, — сказал я, не имея оснований для протеста.

Я не осмеливался представить себе жизнь, в которой был бы женат и счастлив…

Но теперь, когда она у меня есть, я никогда с ней не расстанусь.

Никогда не отпущу Ви.

Я проснулась в объятиях Мэдда.

Это было чертовски приятно.

Он еще спал, когда я выскользнула из постели, чтобы воспользоваться туалетом. Закончив, я посмотрела на него.

Да, все еще спал.

Это означало, что я наконец-то могу приготовить ему еду.

Время пончиков с начинкой.

Я не стала одеваться, тихо закрыла дверь и отправилась на кухню. Рецепт был довольно простым, и я с удовольствием с ним повозилась.

Мэдд вышел из спальни, совершенно голый и безусловно твердый, как раз в тот момент, когда я закончила первую порцию.

Он глубоко вдохнул.

— После этого мне будут сниться эротические сны о том, как ты готовишь для меня пончики.

Я рассмеялась.

— Ты можешь просто трахнуть меня вместо этого.

Его горячий взгляд скользнул по моему телу.

Мэдд не прекращал изучать меня, и мне это нравилось на тысячу процентов.

— Договорились, — сказал он, наконец пересекая кухню, чтобы взять пончик.

Он застонал, впившись в него, и через мгновение притянул меня к себе.

Я снова рассмеялась, когда моя спина встретилась с его грудью. Мэдд прижал меня к груди, в мгновение ока расправившись еще с тремя пончиками с начинкой, и вырвал у меня из рук тот, который я готовила.

— Он не наполнен, — запротестовала я.

— Ты не наполнена. — но он все равно его доел.

Я не смогла сдержать фырканья, а когда оглянулась через плечо, обнаружила, что его губы изогнулись в ухмылке.

Черт возьми, Мэдд был великолепен, когда улыбался.

И он был моим.

«Навсегда».

Наверное, хорошо, что он обычно выглядел сердитым. Иначе большинство женщин мира превратились бы в лужицы из-за отчаянного, безысходного вожделения.

— Не наполнена, — согласилась я, хватая пакет с джемом.

— Я могу это исправить. — Мэдд обхватил меня за талию и слегка сжал. — Черт, нет ничего сексуальнее, чем когда ты в обнаженном виде для меня готовишь.

Я прижалась попкой к его члену, и он без колебаний просунул руку между моих бедер.

Когда Мэдд провел пальцем по моим складочкам, я кондитерский мешок.

— Всегда такая мокрая для меня, — прорычал он, подводя ближе к шкафам.

Мои руки уперлись в каменную столешницу, пока он снова ласкал меня.

Через мгновение его член оказался у моей щели, и он поднял мои ноги с пола, чтобы войти.

Я втянула воздух, когда Мэдд погрузился в меня до предела, и застонала, когда его рука стала ласкать мой клитор во время толчков.

Движения были грубыми, но не болезненными, и я поняла, что близка к оргазму. Вскоре мои крики заполнили воздух, и он кончил, заливая меня своей спермой.

Я все еще переводила дыхание после сильного оргазма, когда он вышел из меня.

Я застонала от потери… и вскрикнула, когда моя задница уперлась в столешницу, а он встал передо мной на колени, проводя языком по центру.

Мэдд взял пакет с дозатором и раздвинул мои бедра, а затем выдавил джем на мое лоно.

Я резко вдохнула, почувствовав на своей коже холодный джем.

Через мгновение он вылизал меня дочиста, и я застонала от этого ощущения.

— Мы так чертовски хороши на вкус, Ви, — прорычал Мэдд, снова проводя по мне языком.

И снова.

И снова.

Когда я подобралась к краю, он не остановился.

Когда я снова разбилась вдребезги, он все продолжал.

Еще один оргазм настиг меня прежде, чем я потянула его за волосы, заставив подняться на ноги, пока пыталась перевести дыхание.

— Святое дерьмо, — простонала я, откидывая голову назад. — Ты безумно хорош в этом.

В его груди загрохотало, когда он шагнул ко мне… и вновь я обхватила его бедра ногами, снова принимая в себя.

— Мы должны начинать так каждое утро.

Я зарылась пальцами в его волосы.

— Пончики и оргазм. Идеально.

— Ты вкуснее, чем эти чертовы пончики. — рот Мэдда захватил мой, и вкус нашего удовольствия разлился на моем языке.

Соленый и райский.

Я не хотела, чтобы это заканчивалось.

Он резко втолкнулся во мне, и я застонала.

Это не могло длиться вечно.

Я была слишком чувствительна, чтобы продолжать в том же духе.

Но, черт возьми… ощущения просто нереальные.

— Значит ли это, что я не должна для тебя печь?

— Нет, черт возьми. Пеки для меня… и позволь мне съесть тебя после.

— Звучит как тяжелая работа, — поддразнила я и ахнула, когда он попал в нужное место.

Я крепче вцепилась в его волосы.

Он повторил движение, снова попадая в яблочко.

И еще.

И еще.

— Ты справишься с этим. — его зубы коснулись моего плеча. — Укуси меня, Ви. Хочу, чтобы моя кровь была у тебя во рту.

Удовольствие было уже слишком сильным, чтобы я могла отказаться.

Поэтому я укусила его.

И начала пить.

Несколько месяцев спустя

Пока мы ехали по грунтовой дороге к нашему домику, по радио звучала песня популярной кантри-группы о сексе в грузовике.

Окна были опущены, и ветер трепал короткие волосы Лав. Они постоянно привлекали мое внимание. Каждый раз, когда это происходило, она легонько шлепала меня по руке, смеялась и говорила, чтобы я сосредоточился на дороге.

Мне было наплевать на дорогу.

Только не тогда, когда рядом со мной находилась моя пара, и ее великолепная улыбка озаряла все вокруг.

Наша стая стала расти еще быстрее после того, как стало известно, что мы предоставили убежище нескольким кровавым волкам.

— Тебе недолго осталось гулять, — проворчал мой волк. — Я хочу пробежаться со своей парой.

— У тебя будет шанс, — сказал я.

Ворчливый ублюдок считал несправедливым, что я провожу время в лесу, не отдавая ему бразды правления. Я был с ним частично согласен, но Лав попросила меня отправиться на прогулку с ней в человеческом облике, так что волку придется с этим смириться.

Несмотря на его жалобы, я знал, что он не будет возражать.

Не тогда, когда она нам улыбалась.

Лав освоилась в стае быстрее, чем я ожидал, после того как сократила свой рабочий график до трех смен в неделю. Она принимала участие во всем, и женщины, состоящие в паре, и не состоящие в паре мужчины-силовики слушали и уважали ее больше, чем меня.

Если бы я не был так чертовски горд, меня бы раздражало, как сильно она им нравится. Она принадлежала мне.

Ви сжала мое бедро, глядя в окно, ее тело расслабилось, а выражение лица стало счастливым.

— Здесь жизнь проще, — сказала она. — Нам следует почаще уезжать из Вайлдвуда.

— Я бы хотел, чтобы было проще это сделать, — признался я.

Она снова сжала мою ногу.

— В городе тоже хорошо. Когда рост стаи замедлится, все станет проще.

Я надеялся, что она права, хотя бы для того, чтобы у меня появилось больше времени с ней наедине.

Я уже сократил количество часов на работе, так что теперь я работал сутки через трое, но мне все равно казалось, что времени на Ви не хватает.

Я начал понимать, что общения с ней никогда не будет достаточно.

— О, я знаю эту песню, — сказала она и прибавила громкость, когда песня перешла в финальный припев. Я припарковался перед домиком, и Ви ухмыльнулась. — Секс в грузовике сейчас звучит гораздо привлекательнее, чем в первый раз, когда я про него услышала.

Мой член затвердел как по команде.

— Мы можем это сделать.

Ее улыбка стала лукавой.

— Правда?

— Ага. — я перетащил ее к себе на колени, и она засмеялась, прежде чем я ее поцеловал.

Я провел всю жизнь в ожидании встречи с ней… и сделал бы это снова, если бы это привело меня к тому моменту, когда моя пара сидит у меня на коленях, а ее губы касаются моих.

Она стоила той боли и многого чего еще.

Конец первой книги!!!

Данная электронная книга предназначена только для личного пользования. Любое копирование, выкладка на других ресурсах или передача книги третьим лицам — запрещены. Пожалуйста, после прочтения удалите книгу с вашего носителя.