Кремлевский дворец.

г. Москва.

Проблемы падали одна за другой. В Сибири начали появляться новые неучтенные твари, хотя там не было в последнее время случайных метеоритов. В Казани начались забастовки на производствах первой необходимости. Как и в Новосибирске, и Твери.

Подмосковные заводы артефактов почему-то сгорели в одну ночь. Не все, но половина, что очень было некстати из-за того, что вся южная сторона Дикой Зоны стала более активной. Монстры начали нападать не на населенные пункты, а пытались проникнуть на территорию страны в безлюдных местах. И только стена с защитными турелями не давала им этого сделать. Кутузов и ряд других аристократов, работающих на армию, постоянно поставляли новое оборудование, но этого было категорически мало. Объемы потерь стали просто не сопоставимыми. Такими темпами еще полгода, и стена просто не выдержит. И это при условии, что большинство сильных магов и так живут около стен.

Хорошо, что хоть Северный Пояс оставался не таким активным. Хотя даже странно, почему так происходит. Неужели, у Северной Империи столько магов, что они успевали закрывать метеориты?

Но как точно знал Петр, со стороны Китая происходило то же самое. Блин Лол жаловался, что из-за того, что в последнее время в стране правили не те, кто должен, защита стены сильно ослабла. Ладно хоть производство оружия было поставлено на поток, и они могли компенсировать все это техникой.

Петр немного завидовал китайскому правителю, так как в его небольшой кусок стены он мог вкладывать огромные суммы, и все было хорошо. Но у Российской Империи было две стороны Дикой Зоны. И они были гораздо длиннее.

И сейчас вместо того, чтобы сражаться с тварями, или искать Исаака и своего отца, которые явно что-то затевали, Петру приходилось сидеть над горой документов, чтобы сохранить в стране хоть немного порядка.

— Что, все валится из рук? — кот прыгнул в кресло и лениво потянулся.

— Это все очень странно. Я готовился к этому почти триста лет, но когда монстры полезли, оказалось, что в стране начался полный хаос,– не отвлекаясь от бумаг, пробурчал Петр.

— Тебе не кажется, что тебя просто обманули?

— Может, и так, — согласился царь. — Но сейчас мне надо обеспечить безопасность мирных жителей и подавить восстания. И это не считая внешней политики.

— Но ты же сам захотел править. Петр, ты знаешь, почему ты стал царем?

— Потому что, я могу!

— Нет, — кот запрыгнул на стол и лег на документы, затем посмотрел Петру в глаза. — Некоторые люди просто рождены для определенных целей. Это не их выбор, а дар и испытание, данное вселенной. Ты же не родился сразу и храбрым, и смелым, но жизнь заставила тебя стать сильнее. Ты проходишь через трудности не по своему желанию, а потому что знаешь, что способен выдержать все. Верно? Может, ты в детстве и не мечтал стать царем. Просто вселенная решила, что именно ты родишься с твердостью, огнем и сталью в крови. И это будет испытано. Твою внутреннюю сталь постоянно будут ломать и ранить бесчисленными способами. Но ты рожден, чтобы сражаться с этими проблемами. Может, это не та жизнь, которую ты хотел для себя. Но никто кроме тебя с ней не справится. Так что хватит ныть и реши уже эти проблемы.

— Интересные ты вещи говоришь, хоть ты и простой кот, — улыбнулся Романов.

— Говорящий кот, попрошу заметить! — помахал он хвостом.

— Я подготовил приказ, о котором ты говорил, — он положил руку на папку. — Но оставлю его до совсем плохих времен.

— Да, так будет лучше.

— Ты же не думаешь, что я просто так поверю простому… — он осекся, — говорящему коту?

— Да я бы сам себе не верил, но просто предложил.

— Я верю в этого пацана, и если случиться, что меня не станет, Павел займет мое место. Он готов. Но Миша сможет действовать в тени…

— Ой, ну ты и нагнал интриги! — фыркнул кот и спрыгнул со стола.

Пройдя по кабинету, он сделал круг почета и запрыгнул на подоконник.

— Скажи, а так и должно быть?

— О чем ты? — Петр подошел к окну и его брови поползли вверх.

На Москву падал десяток метеоритов.

Вмиг оказавшись у стола, царь набрал номер защитного отдела.

— Почему защитные руны не действуют⁈ — прогремел он.

— Ваше величество, руны работают! Но их слишком много!

В подтверждение этих слов один из метеоритов взорвался в воздухе.

Бросив трубку, царь вышел из кабинета во внутренний двор. Достав телефон, он позвонил жене.

— Оля, ты где?

— Я в центре… — ответила она. — Вижу, как на нас летят семь метеоритов. Что происходит, Петя?

— Я разберусь!

Отключившись, он пригнулся. Земля под ногами задрожала, и через мгновение царь взмыл в небо, словно метеорит, оставив за собой небольшой кратер.

Люди в городе могли наблюдать, как огненный шар пошел наперерез метеоритам и, врезавшись в них, пробил насквозь.

Тут же прогремело два взрыва, выбив стекла в ближайших домах. Крупные осколки падали на город, ломая здания и транспорт. По всему городу моментально взвыла сирена.

«Это не учебная тревога. Всем скрыться в подземных бункерах!» — заорали громкоговорители.

Царь приземлился на одной из улиц, весь охваченный языками энергии. Народ шарахнулся, но быстро понял, кто перед ними.

— Это же Петр Романов?

— Царь!

— Ваше величество!

Народ шептался, но в тоже время боялся подходить ближе.

— Все назад! — громко произнес Петр и опять взлетел.

В небе над Москвой около часа взрывались метеориты, а осколки продолжали ломать здания. Как бы царь не пытался уничтожить их на подлете, но этого было недостаточно.

По городу уже вовсю разъезжали имперские солдаты и маги. Улицы быстро опустели. Практически все жители скрылись в подвалах домов.

Приземлившись на крыше очередной высотки, царь посмотрел вдаль. Со всех сторон с неба падали метеориты. Где-то они взрывались, уничтоженные или сильными магами, или защитными артефактами, но большинство падало на землю.

— Кажется, началось…

Подняв голову, царь увидел, как с неба падает новая партия, и на этот раз их было в несколько раз больше.

— Никому не позволю рушить то, что я строил столько лет! — его голос звучал угрожающе и звонко, перекрывая раскаты грома.

Он полетел на метеориты.

В какой-то момент царь заметил, что от Кремля идет дым. Что странно, так как он до сих пор не дал ни одному метеориту упасть, а обломки были не такими крупными, чтобы их не мог разрушить на подлете гвардеец в Кремле.

Но все же он решил проверить. К этому времени на улицах было полно других сильных магов, и они хоть и не так быстро, но так же не давали метеоритам упасть. Еще и армия успела развернуть военную технику. Так что первую, самую опасную волну, он подавил. Остальное на военных и боевых-магах.

Хоть сейчас в Кремле не было ни Кати, ни Насти, но Петр переживал за свою прислугу. Да и за кота Ваську, к которому он успел прикипеть…

И почему он думает о каком-то коте, когда в городе апокалипсис?

Приземлившись во внутреннем дворе, царь понял, что тут что-то не так. Следы копоти на стенах. Разрушенные в некоторых местах здания. Все походило на то, как будто на дворец напали.

Внутри что-то взорвалось.

Если нападавшие внутри, то им осталось жить не больше нескольких минут.

Петр врубил свою ауру на полную мощность и тяжелыми шагами вошел внутрь.

След разрушений вел вглубь Кремля, на нижние этажи. Там было много секретов, и это сильно не понравилось Романову.

Еще взрыв.

Нападавшие точно были внутри.

Когда же он дошел до спуска на секретные этажи, то обнаружил, что массивная тяжелая дверь, которая закрывала вход, была смята, словно пластиковая. У входа лежали два гвардейца. Оба были чрезвычайно сильными магами, но их раскидали как кукол.

— Ваше величество… — прохрипел один из лежащих в луже крови солдат.

Петр опустился на одно колено. Дела у солдата были очень плохи. Перебита рука. Ноги сломаны. Когда царь положил ему руку на грудь, понял, что сильно повреждено внутреннее хранилище, и если ничего не предпринять, то он умрет в течение часа.

— Тише, солдат, я помогу, — командным голосом сказал он.

— Он внутри… — дрожащей рукой показал гвардеец. — Он еще…

Изо рта вытекла струйка крови.

— Молчать, — рявкнул Петр. — Не теряй сознание, солдат.

— Есть, — прохрипел он. — Поспешите…

Царь встал, махнул рукой и в ней возник длинный широкий меч.

Когда он спустился на этаж ниже, то впервые столкнулся с противником. Точнее с противниками. Четырехрукие монстры вышли из-за угла с горящими от энергии глазами.

— Мне не до вас, — даже не остановившись, царь махнул мечом и четыре твари развалились пополам.

Он прошел архив. Дальше спустился в отдел засекреченных орудий, а следом и на этаж с забытыми заклинаниями и чарами.

Оставался последний, и это сильно беспокоило Петра, так как там находились запрещенные артефакты. Узнай хоть одна страна хотя бы про один из них, случился бы международный скандал. Но Петр также понимал, что пусть уж эти предметы будут у него под надежной защитой, чем в руках нечистых на руку чиновников.

Один только камень, превращающий любой материал в золото, мог нарушить мировую экономику.

Но не только это беспокоило Романова. Хоть на него и завидной периодичностью и выпрыгивали достаточно сильные твари, обладающие разумом и умеющие говорить, они не смогли отвлечь его от факта, что все проходы на следующие этажи не были сломаны. Их просто открыли.

И наконец, он дошел до последних распахнутых дверей. Внутри было темно.

— Выходи, отец, я знаю, ты там, — сказал Петр.

— О, надо же, сынок, ты пришел за мной, — раздался наиграно-радостный голос из глубины комнаты. — Удивлен, что до сих пор тут все открывается через кровь Романовых. Глупо. Очень глупо.

В темноте зажглись две тусклых огонька глаз.

— Как и раньше, когда ты спускался ко мне раз в пятьдесят лет, помнишь?

— Выходи, — металл меча зазвенел, наливаясь энергией.

— Ох, сынок, как же ты еще глуп…

— Разве? — ухмыльнулся Петр. — Но это ты загнал себя в угол.

Но его отец только рассмеялся, и в темноте появилась еще и улыбка.

— Ох, сынок, ты по-прежнему просчитываешь только часть пути… — унимая смех, произнес Петр Первый. — Я тебе сколько раз говорил, что надо все просчитывать до конца. Все возможные варианты. Все исходы…

— Я уже тебя однажды остановил.

— Ага, — хмыкнул отец. — Вот только тебе напомнить, кто в тот раз был с тобой? Да и будем честны, не ты нанес финальный удар.

— Хватит болтовни, — произнес царь и зашел в комнату.

Тьма была для него не помеха, и он огляделся.

Это было небольшое помещение, заставленное стеклянными защитными кубами. Внутри каждого находились артефакты. Были тут и смертельные, и странные, и необычные. Но так или иначе, они могли разрушить если не всю планету, то маленькую страну так точно.

— Что тебе тут надо? — спросил Петр, приближаясь к отцу.

— Всего один предмет.

Петр Первый стоял у дальнего шкафа. Царь знал, что там было, но не понимал, почему именно этот предмет. Он был тут далеко не самым интересным.

Взмахнув мечом, царь сократил дистанцию в долю секунды, оставив за собой едва заметный огненный след. Проткнув живот своего отца, он прибил его к стене. Меч вонзился по рукоять.

— Вот и все. Мой меч не сломать, — произнес царь.

— Ох, какой же ты еще ребенок… — улыбнулся Петр Первый и нежно погладил сына по щеке. — Надо преподать тебе отческий урок.

Тут же что-то тяжелое ударило царя в подбородок, но он устоял, даже не выпустив рукоять меча.

— Слабо, отец, очень слабо, — произнес царь и пустил по мечу огненную энергию.

Тело его отца вспыхнуло в долю секунды.

— Хорошо, очень хорошо! — рассмеялся бывший царь.

Из пламени вылезла горящая рука и еще раз погладила Петра по щеке.

— Но ты не видишь дальше своего носа, — и щелкнула его по кончику носа.

Он усилил огонь, и температура в помещении стала невыносимой.

Царь понимал, что это точно не убьет отца, но хоть на время остановит, чтобы выиграть время и заточить его в новую тюрьму.

Но что-то было не так. В груди кольнуло, и из носа вышла капелька крови. Хотя Петр не сказал бы, что удар отца был слишком сильным.

— Чувствуешь? — в полыхающем огне вспыхнули глаза Петра Первого. — Ты же не думал, что я сюда пришел только за одним артефактом?

Царь отшатнулся и сделал несколько шагов назад. Покрутив головой, он увидел, что одна из стеклянных витрин открыта. Как раз та, где хранился артефакт вечного голода.

Этой заминки хватило на то, чтобы Петр Первый смог вырвать меч и освободиться.

— Как я уже говорил, ты не видишь всю картину до конца!

Он взмахнул мечом, и огонь в помещении затух. Петр Первый достал из-за пазухи некрономикон, открыл ее и что-то зачитал. Царь дернулся, чтобы остановить его, но тут же получил мощный воздушный удар, который отбросил его в стену.

— Не забывай, что я твой отец, а не какой-то там второсортный маг, — помотал пальцем Петр Первый.

За его спиной открылся прямоугольный портал.

— Сынок, я надеюсь, ты стал хоть немного умнее за эти триста лет, — улыбнулся он, доброй отеческой улыбкой. — Если же нет, что ж, сдохни, как твоя мать.

Тело царя вспыхнуло с новой силой. Зарычав, он сорвался с места, словно молния, но его отец уже шагнул в портал и скрылся.

Портал почти схлопнулся, но Петр успел засунуть туда две руки и, взявшись за пространство, начал разжимать портал обратно. Медленно, но у него это получалось, но из него вылезла морда Петра Первого.

— Ого, а я думал, сейчас уже так никто не может, — ухмыльнулся он. — Красавчик.

После чего из портала вылетела нога и ударила царя в грудь. Удар был настолько мощным, что ударная волна образовала трещины на гранитных стенах комнаты. Хватило мгновения, чтобы Петр отпустил портал, и тот схлопнулся.

Время истекло. Надо было что-то предпринять, пока не стало слишком поздно. Его отец знал, что все так закончится. Петр пытался, но не смог остановить отца.

Поднимаясь по лестнице, он встречал гвардейцев. Того раненого солдата уже унесли. Ситуация в Кремле стала относительно спокойной.

Но когда он поднялся наверх и оказался в своем кабинете, ему начали докладывать со всех гарнизонов, что по всей Российской Империи на города падали сотни метеоритов. Екатеринбург разрушен полностью, как и несколько других крупных городов.

Сев на стол, царь схватился за голову.

Радует одно — Москва осталась относительно нетронутой. Были еще несколько городов, которые сумели отбить метеориты на подлете, но в основном ситуация складывалась более чем плачевная.

Но все еще оставался выход.

Достав телефон, он набрал Чехова.

— Миша, бери Люсю и Сережу, и быстро в Кремль.

— Валера, как ты закрыл портал?

— Как-как, ручками! — ответил он через внутреннее хранилище.

Прямо сейчас я уничтожал очередного четырехрукого монстра, вышедшего из портала.

— Что будет, если я зайду?

— Откуда я знаю? — ответил тот. — Ты зайди и проверь.

— Ты вообще не помогаешь! — разозлился я.

— Ну извини, я тебе дал всю имеющуюся информацию. Я вот справляюсь.

Как оказалось, в Москве тоже падали метеориты. И кажется, это происходило по всей стране, если не по всему миру. Хотя это было очень странно. С чего вдруг такая активность?

— Лора, пробуем? — вздохнул я, встав напротив портала.

— Погоди…

Деталька Болванчика с большим трудом смогла залететь только на половину, но мне и этого хватило, чтобы увидеть, что там происходит. И это было очень необычно.

Яркое солнце. Песок. Пальмы. И длинный строй четырехруких тварей, размеренно шагающих в сотни порталов.

— Что-то я не уверен, что мы справимся, — хмыкнул я. — Но попробуем.

Напитав тело энергией, шагнул в портал, готовый к сопротивлению. Но меня будто отпружинило, как от батута. И последующие мои попытки, даже с помощью Ерха, не привели к успеху.

— Не получается…

— Надо вернуться домой, — предложила Лора. — Там порталы. Надо проверить Сахалин и эвакуировать людей. Как оказалось, не все метеориты с этими странными порталами. Надо все проанализировать.

— Да, возвращаемся!

Оказалось, что вернуться в Широково было не так уж и просто после происходящего. Метеориты продолжали падать, но уже около города. Но это вообще никак не облегчило ситуацию.

Лора и Болванчик уже растянулись вдоль улиц и собирали для меня информацию. И то, что я получал, больше походило на апокалипсис.

По всему городу ходили монстры. Четырехрукие тоже были, и они с легкостью рушили здания. Отряды магов сражались с тварями, спасая людей и стараясь закрыть метеориты. Куполов в Красноярске было чуть больше сорока. Закрытых… Не знаю, но надо срочно зачищать город.

А раз сейчас выбраться в сторону Широково было проблематично, как минимум из-за того, что все дороги заставлены брошенными машинами, а еще из-за руин, то я пока закрою как можно больше метеоритов, а те, как оказалось, полопались через час как упали, заполняя улицы тысячами слабых монстров.

Стратегия вполне понятна — четырехрукие уничтожали сильных противников, а мелкие твари разрушали город и инфраструктуру, а также убивали простых людей.

Я что-то начал сильно беситься, так что всю накопившуюся агрессию, решил выместить на первых попавшихся монстрах. Как раз пара десятков огненных острозубов загнала людей на крышу одного из зданий и ломилась в двери. Мужчины держали оборону.

Через Лору я нашел ближайший защитный бункер. Его завалило обломками соседнего здания.

— Действуем быстро, — выдохнул я и побежал в дом.

Болванчик же начал долбить обломки.

— Гав-гав! — окликнул я чудищ, и они переключились на меня.

Ну а я что? Вытянул руку и заморозил их. Они же огненные. А значит, их слабым местом была вода и лед.

Чтобы разбить все ледышки, хватило трех деталек Болванчика. Дальше я уже постучался в дверь и сообщил людям, что им ничего не угрожает, а затем проводил в бункер.

— Спасибо вам! — поблагодарила старушка. — Вы наше спасение!

Остальные тоже всю дорогу до бункера говорили слова благодарности. Наконец, массивная дверь закрылась и включились защитные артефакты.

Надо было понять масштаб, так что я связался с Посейдоном, и тот сказал, что на город не упал ни один метеорит только потому, что тут хорошо отработали маги, сбивая их еще на подлете, а половину ликвидировала Любавка.

В целом, ничего удивительного. Город маленький, и в нем полно магов. Так что хоть тут все в порядке.

Однако, позвонив Фанерову, я узнал, что со стороны Дикой Зоны на город надвигается прорыв.

— Да что же это такое… — выдохнул я и достал телефон.

Надо позвонить царю. Я понимал, что у него сейчас полно других дел, но и я не последний человек в его окружении.

— Да, Миша? — голос царя звучал запыхавшимся, но по прежнему спокойным. — Дай угадаю, на Красноярск упало множество метеоритов?

— Да.

— Это происходит по всей Империи. Точных цифр я не скажу. Их никто не знает. Но есть потери целых городов.

— Хотите сказать, что… началось?

— Нет, — твердо ответил он. — Это отвлекающий маневр. Мой отец только что украл артефакт-темницу, но зачем, мне не совсем понятно.

— Это только у нас?

— Пока нет никакой точной информации. Но Китай сообщил, что на их стороне все спокойно.

— Вот как…

Я отключился и продолжил закрывать метеориты. Ушло на это около пяти часов.

Правда, большую часть я старался уничтожать четырехруких монстров. И должен признать, что парочку раз меня изрядно так помяли.

Меня все еще беспокоили купола за городом. Их было много, они не лопались так быстро, давая созреть монстрам, чтобы те стали посильнее.

Вскоре появились армии аристократов и государственные отряды и началась полномасштабная зачистка. Вокруг города возвели оборонительные форпосты со всеми возможными военными техниками.

Ближе к вечеру мне позвонил Данила и сообщил, что стоит на краю города.

— Ого! Ты как умудрился досюда добраться? В лесах теперь куча тварей и метеоритов!

— Так я это… Моя машинка теперь летает.

— Жди, скоро буду.

Пробираясь через руины, я дошел до южной окраины города. Там оборону заняли люди Кутузова. Солдаты меня сразу узнали и провели к начальству в командный пункт.

— Майор, к вам князь Кузнецов, — отрапортовал солдат и ушел.

— Не то чтобы я шел к вам… — вздохнул я.

Ко мне повернулся мужчина с пышными бровями и цепким взглядом.

— Ваша светлость, — вытянувшись как струна, он кивнул. — Рад нашему знакомству. Майор Изотов.

— Нехило вы тут обосновались. Быстро.

— Благодарю. Наша задача оборонять город от внешних атак. Чем могу быть полезен?

— Где сейчас генерал Кутузов?

— В данный момент он находится в центральном штабе в Москве, — четко проговорил майор.

— Я вас понял, что ж я тогда в Широково. Сообщите людям, майор, что я покидаю город.

Тут он впервые слегка потерял над собой контроль.

— Что? Но там же… Лес. Куча метеоритов и иномирцев…

— Кого? — удивился я, услышав новое слово. Вот только еще какой-то хрени мне не хватало.

— Так мы называем четырехруких монстров. Они достаточно сильны, чтобы пробиться через первый рубеж защиты. Сейчас мы ждем из центрального штаба новое оборудование. Сказали, что оно поможет.

— Это замечательно, но я все же пойду. Снаружи меня ждет водитель.

Майор окончательно потерял самообладание.

— Простите, ваша светлость… А могу я посмотреть?

Конечно, даже высокопоставленному военному иногда было любопытно, когда что-то идет не так, как в его голове.

— Ну пошли… Только возьми с собой людей, на всякий случай, чтобы вам не погибнуть на обратном пути.

Он собрал отряд бравых солдат. Те запрыгнули в машину, покрытую маголитовым металлом, и мы вышли с форпоста на трассу.

— Данила, давай, я на трассе, — сообщил я через Болванчика, и майор на меня странно покосился.

Вдалеке послышался рев мотора, но он раздавался не со стороны трассы, а сверху.

И через несколько минут перед нами приземлилась серебристая гоночная машина с синей пунктирной линией по всему капоту.

Солдаты даже вылезли из машины, чтобы поближе рассмотреть необычный агрегат.

— Это как… — выпалил майор.

— Секретная разработка рода Кузнецовых, — выпалил я, понимая, что сам украл эту технологию. — Всего вам хорошего!

Мы полетели в особняк.

На подлете я порадовался про себя, как же хорошо все устроилось. Солдаты знали свое дело. Угольки уже возводили дополнительные оборонительные укрепления со стороны Дикой Зоны, чтобы встречать прорыв.

Живая изгородь, и та разрослась по всему периметру. Да и остальные домочадцы были в боевой готовности.

На пороге меня встретила Надя. По лицу было ясно, что она сама не понимает, что происходит. Так что я попросил собрать всех жителей, включая тех, кто до сих пор находился у меня после эвакуации из города. А сам пошел принять душ да перекусить.

Так же заглянул к Маше и Свете. Те были в гостиной, и обе разговаривали по телефонам со своими семьями. И нет, они не жаловались и не плакали. Наоборот. Они раздавали указания своим помощникам, собирая свои многочисленные родовые армии. Что род Нахимовых, что род Кутузовых, у каждого были гвардии во многих городах и селах, так что первоочередная задача была защищать людей, пока не прибудут основные силы.

Радио голосило о том, что по всей стране замечены упавшие метеориты. Это произошло впервые, и никто не знал, что делать.

Когда я вышел в гостиную, Надя сказала, что все готово и народ ждет на улице.

Я вышел во двор, и передо мной стояли все, кто жил на моей территории. От питомцев, до простых жителей.

— Итак! Не буду задерживать вас речами, так что скажу прямо. По всей стране начали падать метеориты! Это не простое совпадение, а целенаправленная атака хаоса. По всей стране аристократы вступили в сражение с монстрами. Мирных жителей спешу заверить: пока вы остаетесь на моей территории, вы в безопасности. Гвардии и моим питомцам можете доверять. Они вас защитят от любых напастей. Я не знаю, когда это все закончится, но мы обязательно победим. Поэтому, никто не покидает территорию поместья! И все будет хорошо! Это я вам говорю со всей ответственностью!

После чего ушел в дом для разговора с Посейдоном.

— Как вообще обстановка в городе? — спросил я у бутылки с зефирным человечком внутри.

— Все под контролем. Я могу оборонять весь город, — ответил он.

— Замечательно, — я немного успокоился, но мне требовалось как можно больше маневров. — Но теперь у тебя будет другая цель.

— Надеюсь, это интересно. Потому что хоть мне и нравится в городе, но я уничтожил всех мелких монстров. А ближе к стене все расчищено Тари.

— Нет, друг мой, теперь я даю тебе полный карт-бланш. Хочу, чтобы ты захватил все подземные реки, прошел к озерам и слился с ними. Мне нужен тот, кто сможет контролировать очень много воды. Сам понимаешь, врагов стало больше, а это значит, надо увеличивать и твою территорию.

Лора сидела рядом и периодически кивала.

— Открой ему полный доступ к энергии. Делай ему всевозможные апгрейды. Как выдастся свободная минута, будем ставить печать адаптации. Чем больше, тем лучше.

— Воу-воу, — ухмыльнулась Лора. — Ты ж понимаешь, что чем больше станет Посейдон, тем больше энергии он будет жрать?

— Разумеется. Поэтому мы и ставим ему печать адаптации. А не печать восстановления энергии, — кивнул я.

На этом мы договорились. Посейдон сразу же приступил к выполнению задания.

Далее я переместился в Москву, чтобы поговорить с Валерой.

Тот был не сильно доволен тем, что рядом с московским домом упало не так уж и много метеоритов. А четырехруких монстров было вообще всего пара десятков.

Я застал его на кухне. Он спокойно попивал чай с Емелей и Алисой.

— Вижу, даже конец света не способен отвлечь вас от чаепития, — вздохнул я, садясь рядом. Мне тоже поставили кружку с ароматным напитком.

— У меня пока нет работы, — заявила Алиса, кивнула в окно.

— А у меня, — задумался Емеля. — Все в порядке, просто перерыв.

— А что, собственно, происходит? — спросил Валера.

— А ты сам не видишь? Вокруг падают метеориты, и из них выходят полу исполины, пол существа, похожие на твой народ.

Мы обсудили тот момент, что Валера будет оборонять поместье. Также я выделил часть гвардейцев на то, чтобы они отправились помогать горожанам. Вокруг еще оставались монстры, так как большая часть метеоритов упала вокруг Москвы.

— Так, — я показал на Емелю и Алису. — Собирайте вещи, возможно, скоро вы будете на Сахалине.

— А я не хочу, — фыркнула девушка.

— А тебя никто не спрашивает. Возможно, для Валеры ты будешь обузой. Как и лошади.

Она посмотрела на своего конюха, но Емеля только развел руками и кивнул.

— Я считаю, что если на Сахалине все спокойно, то там нам будет лучше.

Кстати, о Сахалине. Я также успел проверить ситуацию через Аркадия. Он успел своим лазерным дыханием сбить несколько метеоритов у берега, но как действовать дальше, было непонятно. Так что я взял Валеру, и мы переместились на Сахалин.

Тут на удивление ситуация была не так плачевна. Метеориты попадали сюда больше по остаточному принципу, так что всего их на острове было около сотни. Что относительно немного. Но все же надо и тут поработать.

Через двадцать минут за нами приехала машина, и мы доехали до администрации.

Эль уже успел переодеться в маленький военный костюм с каской и что-то рассказывал у доски со схемами Перестукину и остальным членам команды.

— Ну наконец! — выкрикнул он, когда мы с Валерой зашли в кабинет. — Что происходит? Почему меня никто не предупредил, что это пустышки?

— Пустышки? — удивился я.

— Да, — он посмотрел на присутствующих. — Ай, ладно, один хрен, все свои. Короче, эти метеориты не только хаоса. Я путешествовал по планетам. Я видел подобное. Нечто не может аккумулировать столько энергии, чтобы по всей планете происходили вбросы метеоритов. Ставлю свою каску на то, что в то время, пока на страну падали эти камни, в двух или трех метеоритных поясах не упал ни один метеорит!

— И зачем это? — спросил я.

— Хм… — Валера подал голос. — Раз это пустышки… Брат, тебе не кажется что это…

— Ага, очень кажется, — кивнул гусь.

— Ну и?

— Это отвлекающий маневр, — ответили хором Валера и Эль.

А ведь Петр упоминал, что его отец что-то выкрал из Кремля. Мои догадки только подтвердились. Я предполагал, что это только отвлекающее представление. Очень масштабное и кровавое, но все же.

— Остались сутки, и мертвая вода будет готова, — сказала Лора.

Я быстро пересказал то, что происходило в Японии и что делал Распутин с Петром Первым.

— Но к чему нам готовиться? — удивился Перестукин.

— Кажется, все очевидно, — развел я руками. — Они хотят использовать Исаака как сосуд, чтобы вселить в него этого самого Небесного Пастуха.

— Впервые слышу о нем… — хмыкнул Валера. — Хотя я знаю множество этих ребят… Видимо, какой-то слабенький…

— Ну не скажи, — пожал я плечами. — Он смог договориться с Нечто, чтобы тот отвлек нас своими метеоритами…

Пазл потихоньку складывался, но пока общая картина была неясна. Оставались вопросы относительно того, как без генералов хаоса Исаак и Петр Первый смогли связаться с Нечто и заставить его атаковать Империю метеоритами? Зачем Петру тот артефакт?

Вопросов пока много, а вот ответов совсем не было. А раз так, надо заняться делом.

Я посмотрел на Валеру.

— Ну что, предлагаю зачистить остров и сделать его безопасной землей?

— Ничего не имею против.

— Но для начала надо позвать всех участников, — улыбнулся я.

На машине мы вернулись к порталу, а там через Москву заглянули в Широково. Там я созвал всех питомцев.

Любавка привела Богдана. Кицуня был с Тари. Угольков я оставил вместе с Посейдоном на обороне поместья.

— Погоди! — воскликнула Лора, и из дома послышались быстрые шаги. — Я хочу Еву!

Я не стал сопротивляться, и всей толпой мы нырнули в портал, а оттуда на Сахалин.

Перестукин ждал меня у выхода и сильно удивился при виде некоторых питомцев. Тари он точно ни разу не видел.

— Итак, господа, — я встал в центр. — Вам уже показали план острова и расположение метеоритов и монстров. Все проще простого. Но чтобы вам было немного интереснее, устроим небольшое соревнование. Кто больше закроет метеоритом и убьет тварей, то получит… Хм…

— Мотоцикл! — радостно воскликнул Богдан.

Его даже не смутило то, что он не знал про Лору и расположение метеоритов. Хотя он как раз чувствовал их по запаху.

— А я хочу в путешествие! — гордо произнес Валера.

— Я бы не отказалась от отдельного подземелья, — заявила Тари.

— Ох, Миша, — Лора появилась рядом и провела пальцами мне по шее. — А если я выиграю, что ты для меня сделаешь?

— Выберешь сама, — улыбнулся я.

Кицуня единственный, кто не сказал, чего хочет. Ах да, и Болванчик. Тот просто был рад покромсать как можно больше монстров самыми изощренными способами.

— Ладно, ваши пожелания учтены, так что победитель получит то, что хотел, — я достал мечи. — А теперь за работу.

И хлопнув в ладоши, мы разбежались в разные стороны.

Конечно, Лора с Болванчиком были со мной. Хотя Ева уже выступала как отдельный боец.

В паре километров от ближайшей деревни были целых два купола и несколько групп монстров. Не теряя времени, я тут же нырнул внутрь. Болванчик разлетелся во все стороны, уничтобая все живое, а я, не обращая внимание на кровавый фейерверк вокруг, меньше чем за минуту добрался до метеорита и впитал в себя кристалл.

Первый купол лопнул.

Второй находился в сотне метров от меня, и когда я подбежал к нему, тот лопнул.

Это был Богдан. Он расправил свои крылья и глубоко вздохнул.

Увидев меня, он поднял руки и сделал жест, словно газует на мотоцикле, и тут же взмыл в небо.

— Вот засранец, — улыбнулся я и, напитав ноги энергией, ринулся к следующей партии монстров.

Хорошо, Лора составила короткий маршрут, и на пути у меня были целых четыре группы достаточно сильных монстров.

И какой черт дернул меня предложить питомцам соревнование на количество монстров и закрытие метеоритов? Нет, я предполагал, что каждый — мастер в своем деле, но чтоб настолько!

Тари, не заходя в метеорит, запускала туда своих жучков, и те просто все пожирали, и монстров, и ландшафт, и метеорит. Ей оставалось только спокойно дойти до кристалла и забрать из него энергию в общую копилочку.

Любавка хоть и была одна, но действовала стремительно и безжалостно. Залетала в метеорит, одним лучом делала горизонтальный разрез, уничтожающий абсолютно все, а потом так же расправлялась с кристаллом. Единственное, что она упускала, так это мелких монстров, которые успели разбежаться.

Но вот кто ими не пренебрегал, так это Ева. Лора сразу поняла, что соревноваться с ними в метеоритах нет смысла, да и зачем, когда она хоть и неумышленно будет поддаваться мне? Так что она занялась отловом и убийством монстров, которые были вне метеорита, благо, их было полно.

Кицуня тоже порадовал. Но он скорее просто получал удовольствие и не гнался за количеством.

Запрыгивая в очередной метеорит, он сперва скакал от монстров, играя с ними в догонялки, и когда ему это надоедало, всех уничтожал своим дыханием.

Зато кто больше всех выкладывался, это Богдан и Валера. Ну еще бы! У одного еще детский максимализм и соревновательный момент, а второй король, который всегда обязан быть первым. Оставалось только вздохнуть и превозмогать, чтобы не ударить в грязь лицом.

И по итогу с Болванчиком и Лорой мне удалось сохранять лидирующие позиции наравне с Валерой. Хотя Богдану везло куда больше. Он по запаху мог определять нахождение монстров и эффективно закрывал метеориты.

К середине дня весь Сахалин был зачищен, и мы собрались в администрации. Естественно все в грязи как чернорабочие после суток работ в шахтах.

— Так мне такие свиноты тут не нужны! — воскликнул Эль, размахавшись крыльями. — Все на улицу! К колодцам! Или валите в особняк.

Поэтому мы всей толпой завалились в казарму по соседству. Там привели себя в порядок и начали подсчет.

— Итак, — похлопал я в ладоши. — Всем спасибо! Мы зачистили весь остров и теперь это безопасная зона. С чем я вас и поздравляю.

Эль стоял в дверях и слушал.

— Начнем с конца. На последнем месте у нас Ева.

— Ой, как неожиданно, — закатила глаза Лора, и ее механическое тело приложило ладонь ко лбу.

— Далее у нас идет наш рыжий друг, Кицуня.

Тот недовольно тявкнул и покрутился, как волчок, за что получил вкусняшку.

— Дальше… Любавка, дорогая, ты молодец, но старший брат тебя немного опередил, — вздохнул я.

— Ой, а я и не сильно-то и хотела, — прошипела она, но я то почувствовал, что она немного расстроилась.

Богдан же шел следом за ней. Он закрыл метеоритов на четыре больше, чем сестра. Погладив ее, он сел рядом и начал нашептывать что-то, от чего Любавка захихикала.

— Теперь наша королева, — посмотрел я на огромную матку, и та гордо выпрямилась. — Чуть не дотянула до нас с Валерой, но смело занимаешь третье место.

Я наблюдал за тем, как она работает, и да, скорее всего, ее закрытие метеорита и зачистка территории вокруг были самые быстрые, но вот передвижение к следующему метеориту самым медленным.

— Так… Валера… — я развел руками. — Спорный вопрос…

— Ты давай, не томи, хитрец. Я и так поддавался как мог и не переходил в свою форму, — скрестив руки на груди, фыркнул он.

— Ну еще не хватало, чтобы половина острова стала непригодной для жизни, — кивнул я. — В общем закрытых метеоритов у тебя больше, но у меня больше убитых монстров. Так как мы поступим?

— Пфф, — вздохнул он. — Я щедрый король, так что можешь насладиться победой, я не претендую. Главное, жизни людей в безопасности.

— С каких это пор ты стал таким добрым? — удивилась Лора.

— Да просто, — задрал тот нос.

Но от меня не ускользнул мимолетный взгляд на Тари.

Ах, вот оно что! Просто хотел произвести впечатление? У меня появляется ряд вопросов, но да ладно, оставим это на них.

На этом наше небольшое соревнование закончилось. Я принял решение, что у нас с Валерой ничья.

После чего мы вернулись в московское поместье, и я сообщил Алисе и Емеле, чтобы они готовились к переезду. И пока у нас есть время, отправил питомцев по задачам.

Тари проверить периметр и сообщить, если натолкнется на четырехрукого. Богдана и Любавку отправил зачищать периметр. Кицуню в Широково. Валера же пока отправится в Китай и проверит, как там обстоят дела, и потом в Северный пояс.

Мне же надо заняться постановкой печатей на Посейдона и остальных питомцев. На все про все у меня был час. Надо подождать, пока конюхи подготовят лошадей для перевозки на Сахалин. Хорошо, что там были свободные конюшни неподалеку от города, как раз в поместье Меладзе.

Но все планы нарушила Люся.

— Миша! Миша! — она постучалась в мою комнату и тут же вошла.

Уж не знаю, где она была до этого, но видок у нее тоже слегка растрепанный.

— Что случилось? — выдохнул я, вставая из позы лотоса.

— Уж и не знаю, с чего начать, — она прошла по комнате к окну и выглянула.

— Лучше с хорошей новости и закончи плохой.

Я уже готов к плохим новостям. У меня уже просто выработался иммунитет.

— Мы с Сережей Есениным и Мишей Чеховым едем за Лермонтовым в Римскую империю, — она сказала это так спокойно, словно зачитывала список покупок в магазин. — Кто-то все тщательно спланировал. Лермонтов со своей магией был бы сейчас как никогда кстати, но его подчинил этот долбаный Пастух с Исааком.

— У меня такие же предположения, — согласился я. — Но вы справитесь с ним? Все же в его подчинении куча мертвых.

— Открою тебе секрет, — подмигнула она. — Поэтому мы и берем Сережу Есенина. Да и Чехов знает парочку интересных приемов.

— А тогда ты зачем?

— А кто по-твоему поможет Чехову выгонять всякую хрень из тела Лермонтова? Святой дух что ли? — улыбнулась она.

Я не стал говорить про Богдана. Все же он мне нужен тут. Да и я верил в этих стариков, чего уж там. Лично лицезрел, как Есенин метал заклинания в Валеру. Так что я спокоен. А уж и Люся и Чехов не особо отставали от своего товарища.

— Но ты же пришла сообщить не только это, верно?

— Чего уж скрывать? Эта поездка, особенно в такое напряженное время, может оказаться для нас последней. И я бы хотела… Чтобы ты позаботился о Виолетте. Вдруг со мной что случится. Скажи…

— О, нет, хватит. Никаких сообщений. Так что если хочешь ей что-то передать или сказать, просто вернись обратно живой. Лишний стимул, — помахал я рукой. — Я не собираюсь быть вестником твоей смерти, тем более своей подруге.

Люся же улыбнулась и вздохнула.

— Ладно, придется не умереть, — она пошла к выходу. — Кстати, у КПП столпились какие-то люди. Простолюдины. Кричали что-то бранное.

— Ого, а я что им сделал? — удивился я и пошел вниз.

Алиса бегала туда-сюда, собирая вещи.

Так что я пошел искать начальника гвардии, и нашел его у казарм. Этого мужчину Валера назначил буквально неделю назад, и он отлично справлялся со своей новой должностью. Звали его Аскольд Рымин.

— Ваша светлость! — увидев меня, он вытянулся по струнке. — Спешу доложить…

— Отставить, — махнул я рукой. — Объясни, что за люди за забором?

— Не обращайте внимание, ваша светлость, — вздохнул он. — Они в панике, твердят, что это вы во все виноваты.

— О как! — воскликнула Лора. — Это что за неожиданный поворот?

— Тогда стоит развеять их опасения, — пожал я плечами, но к нам выбежал один из солдат.

— Постойте! — вид у него был обеспокоенный. — Кажется, я знаю, о чем они говорят!

— Ну так не томи! — произнес Аскольд.

— Думаю, вам лучше это увидеть… — он повел нас в казарму к телевизору. — Сейчас будет повтор.

'Доброго времени суток, дорогие зрители, и те, у кого еще есть возможность смотреть нас. В эфире экстренный выпуск Шестого канала. Переходим сразу к новостям.

По всей Российской Империи с неба продолжают сыпаться метеориты. Причём не как обычно, в Метеоритных Поясах, где относительно безопасно для мирных жителей страны, а прямо по городам, на головы, площади и даже на городские парки. Вслед за небесными булыжниками на улицы вылезли монстры разного уровня сложности и опасности. Борются с ними, как положено, маги-истребители, которые до этого доблестно сражались глубоко в Дикой Зоне.

Армия, конечно, тоже что-то делает. Рода Кутузовых, Суворовых, Ушаковых, Нахимовых также выпустили на улицы городов свои многочисленные армии. Судя по всему, они в основном отступают и пишут рапорты. Царь Петр Романов заверяет, что «ситуация под контролем», но по сообщениям с мест в девяти городах из десяти хозяйничают в основном свирепые четырехрукие твари, с которыми не каждый маг-истребитель справится.

Тем временем в Петербурге — еще тихом вылизанном до блеска граде — ровно месяц назад упал метеорит. Прямо на пустырь, предназначенный под строительство Института Магии. Купол, надо сказать, оказался не только огромным, но и как будто бы специально подходящим размерами для территории института. Такое не с неба падает, а с продуманной логистикой прилетает.

Совпадение? По мнению многих источников — нет. В кулуарах все чаще стали шептаться, что это дело рук Князя Михаила Кузнецова.

Этот загадочный персонаж появился из ниоткуда и быстро начал набирать популярность. Победа в Мировой Универсиаде. Завершение конфликта с Монголией и Китаем. А также предотвращение войны с Османской Империей за один день. Его подвиги можно перечислять еще долго. Но все же вам не кажется, что жениться сразу на двух дочерях самых влиятельных военных в нашей стране уже не просто случайность?

Но как же связан князь Кузнецов с метеоритом в Петербурге и с тем, что происходит сейчас? А все просто. Слишком часто стали говорить о том, что у князя Кузнецова есть питомец, который способен вызвать метеориты. Уж не очередное ли это совпадение, дорогие зрители? Я так не думаю! А учитывая тот факт, что он постоянно находится в ближайшем круге общения с царем, не наводит ли это на некоторые сомнения относительно нашего государя, и этого на первый взгляд идеального молодого человека? А если копнуть поглубже, то все встанет на свои места, когда станет известно, кто был его предок.

«Царь просто защищает своего человека», — говорят одни.

«Царь просто не в себе», — говорят другие.

«А не пора ли царю и вовсе отдохнуть? Желательно — навсегда?» — говорят третьи, но уже шепотом и с охранной грамотой наготове.

Как бы то ни было, народ начинает задаваться вопросами. И если ответы не появятся, то на очереди вилы. А с вилами, как показывает практика, даже метеорит не поспорит.

Следите за нашими новостями. И держите зонт. Железный. С рунами.'

Я отошел от телевизора, все еще пытаясь переварить услышанное.

— Это что получается… — произнес я.

— Да, Миша, это подстава. На тебя пытаются свалить метеориты. Хотя, как по мне, это самое простое объяснение. Никто, кроме Любавки и самого Ничто, не может призывать метеориты, — заявила Лора.

Оправдываться перед толпой сейчас не было никакого смысла. Они уже поверили в то, что услышали по телевизору. Так что пусть стоят под моими стенами. Гвардейцы их все равно не пустят.

— Тебе не кажется, что тут попахивает каким-то божеством? — спросил я у Лоры.

— Я бы сказала, что смердит.

— Тогда поехали на этот Шестой канал и узнаем, кто у них был информатором, и кто решил, что именно я причастен к этому…

И надо было решить это как можно быстрее.

Я мысленно отдал приказ Валере, чтобы по возвращению он переправил всех конюхов с животными на Сахалин, и Алису с ними за компанию.

Нашел Люсю в доме.

— Полетели со мной, покажешь, как ты изгоняешь всякую нечисть из людей, — махнул я рукой.

— Ну… Для этого мне все еще нужен Чехов, — развела она руками, — Я не полноценный специалист. Меня Френсис не учила.

— Да что же это такое, — сплюнул я и, прыгнув в военный автомобиль, выехал в город.

Улицы все были завалены обломками. Все перекрыто. Ничего не работало. По громкой связи продолжали крутить о возможности повторного падения метеоритов, но что-то мне подсказывало, что этого пока не будет. Слишком много для этого требуется сил. Хотя кто его знает, сколько у Нечто их было?

Так что в очередной раз, когда мне надоело Болванчиком разбивать булыжники, я нажал пару кнопок и машина взлетела. Хоть и была угроза того, что меня собьют, но в этот раз пронесло.

Пока опыта изгнания другого божества, кроме хаоса, у меня не было, но Лора уверила, что это не большая разница. Надо просто подобрать правильный «ключик», и дело пойдет само.

— Заодно покажу новые апгрейды, — загадочно добавила она.

У здания шестого канала уже скопилось множество машин. Как военных, так и гражданских. Но у входа было много народу.

Как только я припарковался и хлопнул дверцей, ко мне тут же подскочили с микрофонами. Репортеры и простые люди образовали полукруг, как будто я должен был перед ними отчитываться.

— Скажите честно, это ваша ошибка? Или это эксперимент, вышедший из-под контроля? — мужчина с камерой чуть ли не уперся мне в лоб.

— Мои эксперименты заканчиваются только на совершенствовании навыков, — сказал я, стараясь говорить громко, чтобы все услышали. — Покажите хоть одно доказательство того, что это сделал я? У вас их нет, верно? Тогда о чем мы говорим?

Шум стих на секунду. Камеры опустились на пару сантиметров, а я сделал шаг вперед.

— Подумайте, если вам не показали ни одного доказательства, то, возможно, его и нет? Не думали ли вы, что если бы они были, их бы тут же обнародовали?

В толпе начали шушукаться. Парень в шапке-ушанке произнес:

— А ведь никаких доказательств не было…

В толпе все больше появлялось сомнений.

— Но тогда почему вы были в Петербурге в тот момент? — сделал последнюю попытку репортер. Знал бы он, что его камера перестала работать ровно тогда, когда двери моего авто закрылись. И кажется, она больше никогда не включится.

— Я был в Питере по личному приглашению царя, и помимо меня там были другие аристократы, так что советую достать полный список и проверить всех. Вам же нужна объективная оценка?

Камеры опустились, а я прошел внутрь.

Холл встретил меня холодным мрамором и ярким светом. В дальней части я увидел немного взволнованного владельца телекомпании, графа Верника. Это был тот, кто обвинил меня в том, что по всей стране начали падать метеориты.

Кажется, я приехал, как раз вовремя, так как он хотел покинуть студию, но мой визит немного поменял его планы.

— Лора, что скажешь?

Болванчик незаметно откололся от запястья и просканировал генерального продюсера.

— Ага, как мы и предполагали. В нем есть инородный предмет.

— Надеюсь, это частица божества, а не что-то другое… — выдохнул я и пошел к турникетам.

На моем пути встали десять магов-вышибал.

— Вы серьезно? — улыбнулся я и зловеще сверкнул глазами. — Решили, что у вас хватит сил остановить того, кто разбомбил всю страну метеоритами?

Парочка магов переглянулась, но были и те, кто знал правду. Это я понял по их мимике и ухмылке.

— Кончай пороть чушь. Мы в курсе, что это не ты, так что кончай свой базар, — он повернулся к генеральному продюсеру. — Уходите через запасной выход. Мы с ним немного побеседуем.

Я же впал в небольшой ступор. Вот откуда у людей столько безрассудства и храбрости? Причем на ровном месте. Я прекрасно знал их уровень сил. Примерный ранг, ну что за… возня.

— Ха! Ну давай, попробуй использовать тут свою магию, князь, — ухмыльнулся самый отважный. — На улице полно репортеров, и если что-то…

Я не стал дальше слушать этот бред, взял его за шиворот и со всей силы швырнул в дверной проем. Стекло лопнуло и здоровяк вылетел на улицу как раз под ноги репортеров.

Тут же включились камеры, но подходить репортеры побоялись.

— Я здесь только для того, чтобы дать официальное опровержение, но, как видите, мне препятствуют и применяют силу, — я развел руками и сделал шаг внутрь.

Но на моем пути встали остальные.

К ним я уже повернулся с серьезными намерениями.

— Я пройду.

— Попро…

Детальки Болванчика уже были прикреплены к каждому из охранников и легкий разряд энергии их моментально вырубил. Хотя со стороны это выглядело так, будто они просто упали на землю без ведомых на то причин.

Граф Верник успел увидеть это представление и выскочил за дверь.

— Ну почему они так любят убегать…

Здание шестого телеканала.

Холл.

Граф Вадим Игорьевич Верник был человеком жадным и беспринципным. Это ему помогло сделать головокружительную карьеру на телевидении и в кинематографе. Он не чурался никаких методов для достижения своих целей и всегда готов был идти по головам. Так что уже к тридцати годам он стал известным актером, а к сорока владел своей телерадиокомпанией.

Для этого ему пришлось пожертвовать близкими, друзьями и парочку раз прибегнуть к услугам криминальных личностей, отвалив им приличную сумму. Но при этом он смог остаться с ними в хороших отношениях. И после периодически пользовался их услугами. А сам давал рекламу по ТВ всяким сомнительным организациям, пирамидам и финансовым структурам подозрительной активности. Это приносило свои денежки.

Также он мог опубликовать любую новость, если считал, что это поднимет рейтинги канала. Главное зрители, и он это понимал. Любой слух, хоть мало мальски похожий на правду, он с удовольствием публиковал. А там уж как пойдет. Подхватит народ или нет. Ему нравилось, когда на его компанию сыпались угрозы и обвинения. Дальше обычно никто не заходил. Были, конечно, и иски, но повесить опровержение с извинениями можно и в самое нерейтинговое время. И по факту, он все сделал. А там уж дело зрителей, посмотрели они или нет.

А когда месяц назад к ним в компанию устроилась девушка-секретарь и предложила графу посетить несколько встреч в одном культе, то Валим будто прозрел. Появилось много свежих мыслей. Он стал чувствовать себя словно на крыльях. Даже его магические силы появились. Правда, голоса в голове требовали больше жестокости и разврата. Но графу это нравилось. Они вторили его желаниям.

И когда кто-то из знати нашептал ему, что у князя Кузнецова есть питомец, способный призывать метеориты, сначала это показалось ему полным бредом. Такого просто не могло быть. Но граф Верник продолжал следить за князем и собирать информацию.

Кузнецова часто замечали в Кремле. Также он часто мелькал с царевной Екатериной. Поездки за границу. Дружба и обучение у Императора Японии. Да и вообще, слишком много было удивительных моментов в жизни этого молодого парня. Как он так быстро получил титул князя? Да, он понимал, как это происходило. Все же граф не мог управлять целым Сахалином, тут должен быть другой титул.

Так что вскоре тот факт, что у Кузнецова может оказаться подобный питомец, уже не звучал как что-то невероятное. Особенно если учесть тот факт, что в данный момент князь считался рекордсменом по количеству официально зарегистрированных питомцев.

И когда на страну начали падать метеориты, Верник решил, что это лучший способ поднять рейтинги еще выше и вывести телестудию на новые высоты. Ему было, по большей части, наплевать на погибших людей. Наплевать, что монстры кругом. Все равно Москва была самым безопасным городом. Во-первых, потому что первую волну метеоритов предотвратил царь, а во-вторых, в городе больше всего магов, и даже потеря нескольких из них не сильно повлияет на зачистку. Так что пусть маги отдуваются, а граф пока заработает еще денег.

К тому же голоса в голове твердили, что это верное решение, способное навсегда разрушить карьеру молодого и перспективного князя. А это очень нравилось Вернику.

Вот только он не предполагал, что Кузнецов окажется таким быстрым и уже после второго повтора сунется лично к нему в студию. Верник думал, что он пошлет гвардейцев. Хотя по его источникам, они должны оборонять свои территории.

Как так-то?

Он просто не успел сбежать, когда узнал, что князь на улице. Нанятые репортеры должны были задержать его хоть ненадолго. А тот, испугавшись камер, засомневаться. Но как-то так получилось, что он не просто прошел внутрь, но еще и вырубил тех самых бандитов, которые должны были его защищать.

«Беги, ты успеешь!» — шептали голоса.

И Верник их послушал. После того, как увидел, что первый охранник отправился в полет и пробил своим телом бронированную стеклянную дверь, граф не стал рисковать и выбежал на задний двор. Там его ждала машина с водителем. В нее-то он и прыгнул.

— Газуй! Газуй!

Они выехали с внутренней парковки и поехали по недавно расчищенной дороги. По ней полчаса назад следовали военные колонны к центру города.

— Эм… Босс… — слегка неуверенным голосом произнес водитель. — Там на дороге… — он показал пальцем в лобовое стекло.

— Что там еще⁈ — зашипел Верник.

На дороге перед машиной стоял молодой парень, а за его спиной крутились тысячи мелких деталек.

— Босс, это же…

— Дави нахрен его! — выпалил Верник. — На газ!

Водитель не стал задавать лишних вопросов и вдавил педаль в пол. Перед самым столкновением Кузнецов исчез. И когда граф выглянул из окна, увидел, что в последний момент князь просто отпрыгнул, чтобы его не сбили.

— Он нас не преследует! Увози меня!

— Есть, босс. Не переживайте, он уже нас не догонит.

Однако Верник нервничал. Он видел в зеркало заднего вида, как Кузнецов погрозил пальцем, словно знал, что граф смотрит на него. После чего машина начала медленно, но верно сбавлять скорость.

— Ты че творишь⁈ Ублюдок! Педаль в пол! Поехали!

— Я не могу! Машина не едет! — водитель посмотрел на приборную доску. — Ничего не работает. Просто нет заряда.

— Ты че несешь⁈ Я недавно обновлял кристалл!

— Но она не едет! — психанул водитель.

В зеркало заднего вида граф видел, как к машине неспешной походкой приближается князь. Подойдя к окну со стороны водителя, он попытался открыть дверь, но Верник успел ее заблокировать. Только почему-то центральный замок щелкнул, и князь спокойно открыл дверь.

— Или ты выйдешь сам, или я выкину тебя вместе с креслом, — со спокойным выражением лица произнес князь.

Водитель не стал спорить и выпрыгнул из машины как ошпаренный.

— Куда⁈ СИДЕТЬ! Я ТВОЙ НАЧАЛЬНИК!

Князь Кузнецов залез на водительское сиденье и завел машину без каких-либо проблем.

— А мы с тобой прокатимся и обсудим кое-какие дела…

— Думаешь, тебе это сойдет с рук? — прорычал Верник и начал разгонять свою энергию по каналам. Хоть у него и не было столько сил, как у этого дерзкого пацана, но у него имелся козырь в виде новых сил, которые он получил на встречах с обществом Небесного Пастуха.

— Да, я в этом уверен, особенно, когда репортеры увидят, как в тебе сидит частица божества, — спокойно заявил он.

— Ах ты… — он попытался атаковать князя в спину, но заклинание ударилось о невидимый барьер и отрикошетило в окно, выбив дверь.

— Не стоит действовать необдуманно, — не оборачиваясь, помахал Кузнецов пальцем.

Тогда граф решил выпрыгнуть в образовавшуюся дыру, но и тут не получилось. Мелкие металлические детали закинули его обратно и опоясали по рукам и ногам.

Они заехали в какой-то неприметный разрушенный двор и там остановились.

— Я обманул насчет репортеров, — повернулся к нему Кузнецов и невинно улыбнулся. — Надеюсь, ты простишь мне этот обман. А если нет… Да и пофиг.

Он взялся на ворот графа и с легкостью достал его из машины. После чего бросил на гору камней.

— Так, а теперь… — он присел на корточки. — Я хочу поговорить с теми голосами, что внутри тебя.

— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО КОНТРОЛИРУЕШЬ СИТУАЦИЮ? — рассмеялся мужчина нечеловеческим голосом. — ТВОИ ПОТУГИ УБИРАЮТ ТОЛЬКО ОСТАТКИ, НО НЕ КОРЕНЬ ПРОБЛЕМЫ!

— Ты мне ничего не скажешь? — прищурился князь.

— ТВОЯ ЖИЗНЬ СКОРО БУДЕТ ЗАКОНЧЕНА! ТЫ НИЧТО ПО СРАВНЕНИЮ С ВЕЛИКИМ ПАСТУХОМ!

— Да это даже звучит по-дурацки, — улыбнулся Кузнецов и резким движением схватил Верника за горло.

Последнее, что успели услышать голоса в голове графа это:

— Лора, доставай…

И все тело будто превратилось в лаву.

Я и не ожидал услышать чего-то дельного от последователя Небесного Пастуха…

Блин, как это глупо звучит. Вроде, божество — могущественное, сильное, но не могло придумать что-то более устрашающее?

Ай, ладно, не мои проблемы.

Сейчас надо извлечь частицу с этого дуралея. Так что мы начали действовать.

Лора, как и обещала, показала новые фишки, и теперь весь процесс занимал не больше пары минут. И когда из его рта вылетел серенький дымок, я заключил графа в небольшой непроницаемый шарик.

— А теперь мы просто его аннигилируем! — зловеще рассмеялась Лора, нависнув над шариком словно злодейка. Даже тени на лицо наложила, чтобы выглядело зловеще.

После чего внутри шарика произошел маленький хлопок и дым пропал.

— И все? — удивился я.

— И все, — пожала плечами Лора. — А ты что, хотел с фейерверком и конфетти? Быстро, экономно, без лишнего пафоса. Максимально четко.

— Молодец, — улыбнулся я. — Ты опять оказалась лучше всех.

— В смысле? — прищурилась она. — Я чето не поняла? У тебя еще были сомнения? Может изжогу на денек бахнуть?

— Прости, я, наверное, не так выразился…

Граф Верник начал мычать и приходить в себя. Так что мою перепалку с Лорой пришлось отложить до лучших времен. Надеюсь, она не вспомнит.

— Что… — промычал он и тут же получил легкую пощечину с небольшой порцией энергии от меня.

— Просыпаемся, неуважаемый граф.

Разумеется, по дороге я позвонил Наде, и она рассказала мне все, что известно про этого нелицеприятного человека. Карьерист, в самом плохом смысле этого слова, который не чурался подставами, клеветой и иногда чем-то по хуже, так что никакой жалости у меня к нему не было.

— Очнулся, спящая красавица? — улыбнулся я и занес ладонь для следующего удара.

— Стоп-стоп, — замахал он руками. — Что вы делаете⁈ Вам это с рук не сойдет!

— Да неужели? — улыбнулся я. — Как думаешь, что будет, когда я выступаю по телевидению с опровержением твоих заявлений и приложу доказательства того, что ты сотрудничал с божеством?

Он быстро закрыл рот и опустил глаза. Хотя я тоже блефовал насчет доказательств.

— Да ты и сам знаешь, что у меня не самая лучшая репутация, так что мне не привыкать, — пожал я плечами. — Но все же если не хочешь, чтобы я разрушил тебе карьеру, то предлагаю один вариант.

— Какой?

— Для начала ты выступаешь с опровержением, — поднял я палец. — А затем покажешь мне, где ты подцепил эту дрянь.

— Что с моим телом? Я плохо чувствую свою магию…

— Это побочный эффект после того, как я достал из тебя частицу божества, — успокоил я его. — Скоро все придет в норму.

— Я… Я могу дать адрес, — выпалил он и рассказал, куда он ходил с секретаршей.

— Замечательно, — кивнул я. — Теперь вернемся к первому вопросу. Сейчас ты едешь обратно на телестудию и лично извинишься за свою ложь. Понял?

— Да… — кивнул он.

Видимо, я сильно его напугал, и он даже ни разу не соврал. И это избавило меня от лишних проблем.

Мы с ним доехали до телецентра на его машине. Там я сел в свою и поехал по адресу, который мне дал граф. Благо, это относительно недалеко.

Добравшись до места, обнаружил, что это небольшое двухэтажное здание, которое чудом уцелело после метеоритов и монстров. Хотя… Если это один из центров Небесного Пастуха, может, поэтому оно и не тронуто? Хотя я не уверен, что все метеориты были четко наведены на определенные цели. Все же, судя по карте руин, они падали как попало.

С виду дом выглядел нежилым. Но как только я подошел ближе, в окнах загорелся свет. Двери открылись, и мне навстречу вышли около тридцати простых людей. У всех были глупые улыбки, руки сложены у груди.

— Господин Кузнецов, — произнес мужчина. — Мы вас ждали.

— Вы нам очень интересны, — продолжила маленькая девочка, смотря на меня пустыми глазами.

— Я догадывался, — вздохнул я. — Вы хотели меня дискредитировать?

— Ох, мы уже это сделали, — ответила старушка.

В этот момент со стороны телекомпании прогремел взрыв.

Лора моментально направила туда детальку и выяснилось, что здание шестой телекомпании разрушено.

— Не переживай, граф уже мертв. — подняла руку молодая женщина. — Давай лучше зайди внутрь. Наш бог хочет поговорить…

Я уже упоминал, что процессы обработки информации в моей голове происходят во много раз быстрее. Лора прогоняла большие объемы данных, и на выводы, к которым люди приходили спустя время, мне требовались считанные секунды.

И они были просты. Меня пытаются отвлечь от чего-то важного. Но от чего? Валера только переправил всех на Сахалин и вернулся в Москву. Маша и Света в поместье и им ничего не угрожает. Что я упустил?

Артефакт, который украл Петр Первый.

— Ты хочешь заточить Валеру? — удивился я.

— Ох, не понимаю, о чем ты, — хором развели руками люди.

Я же мысленно связался со своим заместителем.

— Валера. Будь аккуратен, возможно, скоро на тебя нападут и постараются заточить в какой-то артефакт.

— Ты ссы, все будет хорошо.

— Я сейчас буду, — передал я и пошел к машине.

— Куда же ты? Кузнецов? — услышал я детский голос сверху.

Посмотрев на крышу, я увидел детей. Все они стояли на краю.

— Второй этаж… — крикнула маленькая девочка. — Как думаешь, что будет?

Я почувствовал сильный жар в теле. Энергия буквально забурлила во мне. Целый океан в моем внутреннее хранилище пошел штормом, заливая все острова. И это был не я.

— Лора… — произнес я. — Лора!

Она стояла передо мной. Глаза горели яркими огнями. Волосы отливали энергией с красным оттенком, а по коже пошли трещины, через которые выбивался свет.

Это было очень плохо. Надо ее отключить, пока не случилось что-то непредвиденное.

«Экстренные меры! Права администратора. Отключить Л. О. Р. А.»

«Игнорировать. Действие не одобрено.»

Детали Болванчика начали накаляться и раскручиваться, создавая в воздухе разные геометрические фигуры.

— Ты ничего не сделаешь! — рассмеялись люди внизу и все подняли головы вверх к стоящим на краю детям. — Идите к нам!

И все дети дружно сделали шаг.

«Права администратора. Пароль *****. Пользователь 1. Игнорировать все функции Л. О. Р. А.!»

Московское поместье Кузнецовых.

Валера только что отправил последнюю партию лошадей через портал вместе с Емелей. Теперь-то можно не волноваться за то, что какая-нибудь случайная атака нанесет урон лошадкам.

В последнее время Валера, хоть и тайно, но прикипел к этим милым животным.

Люся уехала в город. Алиса и Емеля уже на Сахалине. Остались только Налимовы да гвардейцы.

Поднявшись из подвала, Валера напрягся. Что-то не так.

Тишина. Искусственная тишина. Ветер не шумит. Птицы не поют. Как будто весь мир замер.

Он вышел на крыльцо. Перед домом лежали его гвардейцы. Вокруг небольшие следы сражения, но и они не успели ничего предпринять. Единственное, что успокоило Валеру — никто не был мертв. Их просто отключили в один момент.

На лице здоровяка сама собой выползла улыбка.

— Теперь нам никто не помешает! — прогремел Валера на всю округу.

Он почувствовал, что даже Налимовы на заднем дворе, и те были без сознания.

Спустившись с крыльца, он пошел к казармам. Именно там находился враг. Короля не обмануть.

У входа на стуле сидел мужчина и крутил в руках небольшую пирамидку.

— Рад нашему знакомству, — кивнул он. — Я Петр Первый, Романов.

— Встань, когда с тобой говорит король! — Валера навис над ним словно гора.

— Ох, но я тоже правитель, только незаконно свергнутый.

— Идиот, нельзя законно свергнуть царей, — произнес Валера с серьезным лицом. — Если это произошло, значит, ты был плохим правителем.

— Может, и так. Но если ты король, то какой страны? — удивился Петр. — И почему живешь в этот месте?

— Страны? — рассмеялся Валера. — Какой ты жалкий, человек.

Петр дернулся и попытался дотронуться до Валеры маленькой пирамидкой, но тот перехватил руку.

— Что ты задумал? — зарычал тот.

— Сильный, — ухмыльнулся Петр. — Видимо, я не ошибся, решив сделать это…

Пирамидка раскрылась, и мгновенно сковала Валеру путами.

— Видишь ли, ты подумал, что мне необходимо прикоснуться к тебе этим предметом? — улыбнулся Петр. — Но все гораздо проще. Это неприступная пирамида заточения. И она активируется только при контакте с владельцем. Если бы ты не схватил меня за руку и атаковал на расстоянии, то ты бы победил.

— Думаешь, я не выберусь? — зарычал Валера. Над его головой вспыхнула корона.

— Ого! Ты и так можешь⁈ — воскликнул Петр. — Ну попробуй. Этот артефакт мы нашли в одном из метеоритов. И выбраться из него можно только по воле того, кто заточил. Таковы условия. Но я пока не планирую…

— Что ж, рискни, — ухмыльнулся Валера и пирамида засосала его внутрь.

— Проще простого, — фыркнул Петр. — Почему все в этом времени, такие простые…

Он подкинул пирамидку. Вдруг она моментально накалилась докрасна и упала на землю. Петр еле успел убрать руку.

— Ах ты… — удивился он и попробовал еще раз поднять предмет. Но ничего не вышло. — Что ж, это не важно. Так даже лучше. Прощай, король Валера.

Случилось то, чего я больше всего опасался. Зная, как неравнодушна Лора к детям, не предвидел этот момент.

Когда на кону жизнь маленьких детей, она слетает с катушек. Уж не знаю, это баг программы, или просто ее слишком развитый интеллект… Хотя последний срыв был мной пофиксен, а еще и энергия была нечистая. Но после того происшествия все должно было быть в порядке.

Теперь же ее поместили в некую сферу, которая ограничивала ее права. То есть ее функции были сильно урезаны на время. Будто она была в карантине.

— Миша! Дети! — кричала она, пытаясь вырваться из оков.

— Знаю…

Болванчик это понимал, и мы с ним начали действовать синхронно. Я аккуратно дрался со взрослыми, которые моментально пришли в движение, а мой верный питомец ловил детей. И как же хорошо, что деталек было много.

В итоге это закончилось за минуту. Лора продолжала вырываться, пока последний ребенок не коснулся земли, но радоваться было рано. Я пытался вырубить взрослых, вливая им небольшие порции энергии, но это не производило должного эффекта, так что простой удар по голове стал отличной альтернативой.

А вот с детьми я так поступить не мог. Они вырывались и пытались разбежаться, так что пришлось покрыть их защитным куполом.

Мне же требовалось время.

— Охраняй, — приказал я Болванчику и, закрыв глаза, погрузился во внутреннее хранилище.

*** Инициирую защищенный канал***

Я оказался в пустом светлом пространстве с едва заметными полупрозрачными нулями и единицами по всему периметру.

В центре стояли два стула, на одном из них сидела Лора. Голова опущена, волосы свисали на лицо, закрывая глаза. Вокруг стула очерчен едва заметный красный круг.

— Лора, привет… — я сел напротив. — Слышишь меня?

Ее голос звучал приглушенно как будто через фильтр.

— Слышу, Миш. Я по тебе соскучиться успела.

— Я тоже, — вздохнул я и прокашлялся. — Давай сразу к делу. Ты знаешь, почему я тебя изолировал?

Она подняла глаза.

— Да. Я пыталась перехватить управление. Нарушила приоритет.

— Ты спасала детей. Я понимаю мотивы. Но право распоряжаться моим телом только мое. И если я не уверен в тебе, нам обоим рано или поздно настанет конец.

— Я посчитала смерть троих детей с вероятностью девяносто процентов, — она вздохнула и опять опустила глаза.

— А если бы в тот момент я получил тяжелую травму? Главный приоритет — мое выживание. После моя воля. Потом все остальное.

— Прими мои извинения. Я перепишу собственные приоритеты. Нужны новые правила, чтобы мы оба могли спать спокойно.

Я улыбнулся. Вот такая Лора мне больше нравилась.

— Предлагаю вариант.

Я поднял палец и рядом повисло программное окно с сообщением.

'Экстренный переход моторного контроля и всех сопутствующих систем только если идет прямая угроза жизни больше 95%.

— Если не идет голосовая отмена в течение 2 секунд после установки процента опасности.

— Повтор каждые 10 секунд до восстановления сознания и отмены.

— Контроль тела действует до обеспечения безопасности телу и приведение его в сознание.'

Лора внимательно слушала и читала, едва заметно двигая пальцами, будто записывала это в свой программный код изменения.

— Я могу внести поправку? — спросила она.

— Конечно.

Лора так же подняла палец, и в воздухе появилось такое же программное окно.

«При опасности жизни детей, контроль тела не переходит, но принудительно выводятся всплывающие окна вероятностями смерти.»

— Как тебе?

— Договорились, — я кивнул и окно закрылось, уйдя в программный код Лоры. — Выдели все подобные случаи в отдельный лог для последующего детального разбора.

— Сделано, — улыбнулась она.

Я щелкнул пальцами и красный круг вокруг ее стула пропал.

— Пойми, я не злюсь на тебя. Я испугался. Потерять контроль над собой — страшно. Потерять тебя — еще хуже.

Она встала со стула и подошла ко мне вплотную.

— Миша, я твой помощник. Я чувствую твой пульс, знаю, когда тебе холодно. Когда ты устал или хочешь есть. В нашей связке ты главный.

— Помни об этом. Давай для начала быстрый тест с симуляцией. Сейчас снаружи время почти не движется, так что время есть. После прогона я снимаю остаточные ограничения.

Она поцеловала меня в щеку.

— Поняла. И… спасибо, что поговорил, а не просто нажал на «удалить». Я ценю твою заботу и любовь.

Я же улыбнулся.

— Родных не удаляют. Они учатся доверять заново. Да и ты сама прекрасно знаешь, что без тебя я уже не смогу жить, — я прокашлялся. — Начинаем прогон симуляции.

Лора громко вздыхает, словно мои слова придали ей жизни.

— Я готова!

Мы потратили еще несколько минут на то, чтобы смоделировать и протестировать новые условия, после чего я открыл глаза в реальном мире.

Взрослые по-прежнему были без сознания. А вот дети с нечеловеческим ревом пытались прорваться сквозь купол защиты, которым я их накрыл. Наверное, они думали, что так смогут причинить себе вред, но нет. Для простых людей это то же самое, что бить очень плотный кисель.

— В очередной раз убеждаюсь, что с этими божествами не стоит церемониться, — зарычала Лора.

— Полностью тебя поддерживаю, не осуждаю и не порицаю, — согласился я. — Ну что, по одному?

— Ага.

Около получаса мы потратили на то, чтобы из каждого ребенка достать эту заразу. Лора проводила новые методы, и с каждой новой попыткой у нее получалось это все быстрее и быстрее.

А потом ушло еще тридцать минут на то, чтобы сделать все то же самое со взрослыми. Когда они пришли в себя, то я понял одну вещь. Все воспоминания у них сохранились. И те, кого мы с Лорой спасали с крыши, были их дети.

— Сонечка! Прости, пожалуйста! Я не ведала, что творю! — рыдала женщина, прижимая ребенка к груди.

— Нормально, мам, — вздохнула девочка. — Я тоже сошла с ума.

Затем они начали благодарить меня, уповая на то, что если бы меня не было, могло произойти все, что угодно.

Честно признаться, было приятно получать благодарность за спасение не только их жизней, но и жизни детей.

Но все же дело омрачал факт того, что мерзавец граф Верник не успел выступить с опровержением, и теперь его телекомпания лежит в руинах. Как удачно на нее напала группа монстров, и опять же удачно, что рядом был отряд магов-истребителей.

Вот только эта удача повернулась лицом ко всем, кроме меня! Получается, что я съездил впустую.

— Почему это? — фыркнула Лора. — Мы спасли столько людей!

— Это само собой, — согласился я. — Но источник мы не смогли разрушить… А постоянно бороться с последствиями, это тяжело.

И когда мы пошли к машине, я почувствовал какое-то неспокойствие во внутреннем хранилище.

— Что такое? — удивился я.

— Странно, — произнесла Лора. — Я не чувствую Валеру.

Я проверил самостоятельно. Действительно, его присутствия не чувствовалось… Точнее, его физической оболочки.

Ментально он был во внутреннем хранилище, но очень сильно сбоил.

И что еще страннее, у меня имелся доступ к последним визуальным данным тела Валеры.

Передо мной стоял Петр Первый, что уже вызвало во мне беспокойство — это явно не просто так. Затем он попытался задеть Валеру какой-то пирамидкой, а после его засосало.

— Валера! — приложив усилия, я попытался связаться с ним.

— Чего орешь? — его голос звучал так, будто он говорил со мной через подушку.

— С тобой все в порядке?

— Относительно, конечно, — он явно был недоволен. — Меня заточили в какой-то странный артефакт…

— И? — удивился я.

— Что «и»? Что ты хочешь от меня услышать⁈ Пока, все что я испытываю, это невероятное разочарование и досаду из-за того, что я до сих пор не вернул себе все силы! Раньше никакие заклинания на меня не действовали. А теперь…

— Что сказал Петр?

— Сказал, что только он может меня выпустить, а он этого не сделает, — усмехнулся Валера.

— И что смешного? — удивился я.

В ответ я услышал грустный вздох, как если бы родитель разочаровался в своем ребенке.

— Он забыл с кем имеет дело. Я Чал Конерук Сиреневый!

— А-а-а, — мой вздох был примерно таким же, как у него. — А я-то уж подумал…

— Но, признаю, мне понадобится твоя помощь, — замялся он. — Петр не знает, что у тебя бесконечное хранилище. А я знаю, как выбраться. Надо просто очень-очень много энергии. И благо, у тебя есть все шансы накопить ее. А дальше я уж сам.

— Ты можешь сказать, где ты сейчас находишься?

— В душе не знаю, — ответил он.

Удивительно, что даже во внутреннем хранилище я не видел его тела. Только голос, и получалось, что я говорю, в прямом смысле, с небесами.

— Но мне кажется, я могу быть еще на территории особняка.

— Вот оно как? — я уже мчался в машине к особняку. — Что ж, тогда мне ничего не остается, кроме как начать накапливать энергию?

— Умный мальчик, — ответил Валера. — Но сразу скажу, мне нужно энергии в двадцать раз больше, чем у тебя сейчас.

— Ну нихрена себе! А сколько вообще есть кристаллов во всем мире?

— Зато у меня будет время заняться собой, — выдохнул он. — И поиск вакансии по защите центрального портала я оставляю на тебя.

— Ах ты, подлец! — воскликнула Лора. — Все продумал.

— Стратег! — довольно ответил он. — Все, мне некогда. Надо посидеть в тишине.

Но как бы это все не выглядело, факт остается фактом. Я только что на время лишился одного из своих ключевых козырей в этом противостоянии божеств и людей.

И хоть Валера и сказал, что ему надо просто очень много энергии, в данный момент это невозможно. Чтобы собрать столько энергии, мне надо безвылазно торчать в Дикой Зоне несколько месяцев, но что-то мне подсказывает, у меня нет столько времени.

Вернувшись домой, я обнаружил, что гвардейцы какие-то вялые. Позже они сообщили, что появился высокий мужчина с усиками и очень ловко и быстро вырубил их при том, что они одни из самых квалифицированных бойцов в Российской Империи. Это выяснилось относительно недавно, когда генерал Кутузов присылал свою группу солдат для обмена опытом. Мои ребята разгромили их по всем фронтам. Как в тактике, так и в ведении боевых действий.

Болванчик обследовал территорию, и вскоре мы нашли странный предмет у казармы. И судя по тому, что я видел из воспоминаний Валеры, это та самая пирамида-тюрьма.

— И что нам с ней делать? — произнесла Лора.

— Пока не знаю… — я наклонился, чтобы поднять пирамидку, но она словно вросла в землю.

Вот и выяснилась причина, почему Петр Первый не смог забрать Валеру с собой.

— Даже так чувствуется огромная сила, — пояснила Лора, показывая мне спектр энергии.

Стоило бы подумать о защите этого места. Все-таки теперь портальная комната в опасности и если появится действительно сильный противник, солдаты ее не защитят.

Так что пришлось возвращаться в Широково.

И тут встала очень сложная задача. Мне нужен был кто-то сильный, кто сможет защитить в одиночку портальную комнату.

Первым в списке, конечно, был Посейдон. Но сейчас, ввиду сложившихся обстоятельств, он занят тем, что постепенно распространяется по всем водным объектам в пределах региона. И это уже давало свои плоды.

Надо было посоветоваться.

И когда я зашел в дом, то обнаружил большую часть домашних в гостиной. Даже Тягач, и тот был.

Они смотрели новости, а там крутили теорию о том, что именно я напустил на страну метеориты. И это мне сильно не понравилось. По сути, доказательств так и не было. Утку подхватили другие каналы, и у них, как ни странно, появились свидетели.

— Миша, как они узнали? — спросила Света.

— Не имею ни малейшего понятия, — развел я руками. — Но я уже поговорил с тем, кто начал распространять слух. И он мертв.

Все повернулись ко мне.

— Нет, это не я убил его. Не буду вдаваться в подробности, но в нем была частица этого Небесного Пастуха. И что-то мне подсказывает, он сейчас главный противник, а не хаос. Но они точно заодно…

— И что мы можем сделать? — вздохнула Маша.

— Вы остаетесь тут. Сейчас это самое безопасное место. И с сегодняшнего дня вам лучше не выходить. Особенно в Москву. А еще… — я вздохнул. — Валеру заточили в артефакт-тюрьму…

— Что⁈ — повскакивали все присутствующие. — Как заточили?

— Вот так, — развел я руками. — Это сделал Петр Первый.

Уже не было смысла что-то от них скрывать. Все же, чем больше они знают, тем лучше я смогу их защитить.

Однако у меня имелась еще одна причина — надежда. И сейчас эта надежда сидела на кресле, и с интересом поедала чипсы.

— Борис, — улыбнулся я. — Хочешь помочь победить богов?

— А я могу? — удивился он.

— Миша, пожалуйста, только аккуратно! — занервничала Лора, но я ее быстро успокоил.

— Конечно! — кивнул я, глядя на мальчика. — Тебе нужно некоторое время пожить на Сахалине. Так сказать, чтобы хоть где-то была удача.

— Да без проблем! — не по-детски серьезно кивнул он. — Когда выезжаем?

Я немного опешил от такого быстрого решения, но пока не хотел спешить. Я отправлю его с Марусей.

Теперь надо решить, кого оставить в Москве на замену Валере.

Конечно, можно подождать, пока Посейдон захватит вообще всю воду в стране, но пока для меня это неосуществимая мечта. Но вот в будущем…

— Богдан, Любавка, давайте отойдем.

Брат с сестрой покорно встали и пошли со мной в соседнюю комнату. Там, закрыв двери, я повернулся к ним.

— Любавка, — посмотрел я на монстра. — Я хочу на время отправить Богдана в Москву, на замену Валере.

— А я могу пойти с ним? Я честно-честно буду незаметной, — жалобно произнесла она.

— Прости, не могу. Ты видела, что сейчас говорят по телевидению. Тебе в Москве находиться очень опасно. Да и Богдан там только на время.

Любавка молчала и переводила взгляд с брата и на меня.

— Я не отправлю его без твоего разрешения, — сказал я. — Так что приму любое твое решение и буду искать другие варианты.

— Нет, все нормально, — кивнула она. — Я хоть и ребенок, — она хихикнула, — но понимаю, когда надо уступить. Нас так папа воспитал.

Эх, все время вылетает из головы, что и Богдан, и Любавка это дети Владимира Кузнецова.

— Богдан? — я посмотрел на парня.

— Я не подведу! — вытянулся он по стойке «смирно» и зачем-то прижал кулак к груди.

— Тогда готовься, через час мы выдвигаемся, — сказал я, и как раз в этот момент в кабинете зазвонил телефон.

Я взял трубку.

— Слушаю?

— Это Наталья.

Надеюсь, хоть у нее будет что-то хорошее.

— Привет, чего звоним?

— Ой, Михаил Викторович, здравствуйте, а я вас сразу и не узнала! — засуетилась женщина. — Обычно Надя отвечает.

— Сегодня особый случай, — улыбнулся я. — Ну, чем порадуешь?

— А порадую, — по голосу чувствовалось, что она рада. — Не могли бы вы заскочить ко мне?

Я посмотрел на часы.

— Да, могу.

— Тогда жду.

Я положил трубку и посмотрел на Богдана с Любавкой. Те не сказать, что выглядели растерянно или грустно. Они осознавали, что сейчас происходит и готовы были защищать наш род до конца.

Выйдя из кабинета, заглянул в зал и решил позвать к Наталье своих жен.

Облачившись в меховые шубы, мы вышли на улицу и по протоптанной тропинке дошли до здания, где работала Наталья.

Она уже ждала нас у входа, покуривая сигаретку.

— Ого, — удивился я. — А мне казалось, ты не куришь?

— Работа обязывает, — совсем не по-женски, держа двумя пальцами сигарету, сказала женщина и сплюнула, тоже не особо по-женски. — Но вас это точно удивит и порадует.

— Ох, ну заинтриговала! — улыбнулась Маша.

Мы прошли внутрь.

Помещение было похоже на гибрид научной лаборатории и тренировочного полигона. Огромные залы, в каждом из которых разные приборы и условия. Одна комната с огромным аквариумом. Другая доверху заставлена разными камнями. Были и песчаные комнаты. Оружейная. Стрельбище. Даже что-то наподобие тренировочных комнат в КИИМе, в которых мы обучались магии и тренировали начальные заклинания

Мы шли все дальше. Вскоре повернули и зашли в зал чуть больше, чем обычный ангар. Там мы увидели Унура. Парень был в белом халате, очках и с планшетом в руках.

— Он мне очень помог в этой разработке, так что это изобретение можно назвать нашим, — продолжила Наталья.

— Унур! — помахал я. — Как дела?

— Все хорошо. Кормят, поят, не обижают. Живу лучше, чем в Монголии, — улыбнулся он.

— Ну показывайте.

Монгол и женщина хитро переглянулись и взяли со стола ящик размером с тумбочку. Унур пронес его в центр комнаты, нажал несколько кнопок и отошел в сторону. Крышка открылась, и оттуда вылезла антенна, которая к вершине разъехалась буквой «Т». От нее пошла легкая волна, заполняя весь зал.

— Ого! — удивилась Лора. — А я знаю, что это!

Наталья же взяла со стола небольшую цепочку с привязанной деревяшкой и надела на шею. Затем взяла со стола нож и полоснула себя по руке.

— Ты чего⁈ — воскликнула девушки.

— Не двигайся, сейчас я… — начала Света, но замолчала.

Я же уже знал. что произойдет.

Рана на руке Натальи начала на глазах зарастать. При том, что она не была магом.

Безымянный остров.

Теплое солнце грело белоснежный песок. Облака в небе были настолько редки, что можно сосчитать их по пальцам одной руки. В воздухе пахло соленым морем и свежими фруктами.

Под одинокой пальмой стояли четыре лежака, и только один из них был занят Исааком. Хоть он и приверженец аскетизма и всегда был максимально серьезен во время важных миссий, но теперь даже он понимал, что их никто не хватится в той неразберихе, которую устроил Петр Первый.

В мыслях проскакивали опасения из-за того, что этот человек слишком много продумал наперед, и теперь легко может подставить и остальных. Но и Исаак подстраховался. У него тоже был козырь на случай, если что-то в последний момент пойдет не так. И его козырем был Александр Есенин.

Ему уже было нечего терять, и он, наверняка, готов пойти на все, чтобы вернуть прежний уклад жизни. Но проблема была как раз в той силе, которую он получил.

Пустота это нечто неосязаемое. Ее нельзя пощупать или увидеть.

И хоть в теле Исаака и находилась частица Небесного Пастуха, даже она не видела божество, которое отвечает за пустоту. И это было единственной силой, у которой не имелось покровителя.

Хаос, тени, смерть, разрушение, огонь — у всего были божества, так как именно они олицетворяли каждую из сил. Но не пустота.

В бесконечной вселенной было мало существ, кто получал способности пустоты, но когда это случалось, об этом узнавали все, включая всесильных существ, руководящих законами всего в бесконечных мирах и измерениях.

Исаак мало знал про это, да и те крупицы информации были настолько несущественными, что больше походили на слухи.

Его повелитель, Небесный Пастух, как-то упомянул, что когда он порабощал очередную вселенную, житель одной из планет смог подчинить и заполучить эту силу. И все могло бы закончиться очень плачевно, так как тот обитатель в одиночку смог оттеснить надвигающиеся силы господина, и почти добрался до сосуда самого Небесного Пастуха.

Так уж он действовал. Лично руководил захватом каждой планеты, когда был уверен, что все готово к порабощению.

И когда житель планеты с силой пустоты практически добрался до сосуда, случилось то, что в этом мире называют удачей. Пустота поглотила силы своего носителя, буквально истощив все его резервы. Оставив без каких-либо сил. Он стал просто оболочкой.

После тщательного изучения господин выяснил, что пустота дает практически неограниченные силы, но взамен забирает все остальное, пытаясь заполнить пустоту.

Так что если Петр Первый что-то и придумал против Исаака и генералов хаоса, то это все разобьется о безграничную силу Александра Есенина.

Да и вообще в этом мире на удивление оказалось довольно много сильных людей. У частицы внутри Исаака был доступ к воспоминаниям, и то, что он видел, наводило ужас даже на него.

Раньше, когда хаос и Нечто только начинали вторгаться в этот мир, был какой-то странный человек, способный сражаться с божествами на равных и едва не превосходил их. И даже странно, почему ни его господин, ни Нечто не упоминали о нем? Неужели хотели забыть, как страшный сон?

И все же хорошо, что сейчас этого человека нет в живых. Исааку даже было интересно, кто бы в итоге оказался сильнее. Тот человек или Александр Есенин? Но это все фантазии…

До того, как в это тело вселится Небесный Пастух, осталось совсем мало времени. Все почти готово. И даже была выбрана точка, максимально удаленная от того места, где скопилось больше всего тех, кто бы мог даже в теории навредить божествам.

Его господин проделал хорошую работу.

Царь Романов, который был не намного слабее ТОГО человека из прошлого, и был первым, кто мог помешать, но он занят — его страна разваливалась на части, и царю просто не хватало времени.

Ближайшие к царю по силе тоже были заняты тем, что спасали население, или своих товарищей, которых завербовал Исаак. Была помеха в виде неожиданно появившегося Чала Конерука Сиреневого, который каким-то неожиданным образом оказался в этом мире. Но даже он далеко от пика своих сил. Но все же он мог натворить делов из-за его невиданного прогресса.

Про этого сумасшедшего короля знали все божества в чертогах бесконечных дворцов, и никто не хотел с ним связываться — все знали, что он тот еще псих и способен даже в одиночку уничтожить звезду. Это уже показатель того, что даже если он и был немного со странностями, его силу нельзя игнорировать. Так что его просто исключили из уравнения. И как хорошо, что остальные члены его семьи были уничтожены.

Был еще Михаил Кузнецов, и вот что странно… Все говорили, что он наследник того человека из прошлого. Вот только после обсуждения с генералами хаоса и обменом информации выяснилось, что это совершенно другой человек. Неизвестная переменная, которая не должна быть в этом мире. Его нельзя было прочесть. Нельзя заглянуть во внутреннее хранилище. Нельзя подселить к нему частицу божества.

Это был очень странный человек.

Но в какой-то момент господин упомянул, что именно этот странный Михаил Кузнецов и послужил отправной точкой. Хоть он и не был достаточно силен, он мог очень сильно подпортить ситуацию, как это было в Китае или Японии. Неведомым образом у него все получалось, как будто его жизненный путь был переписан так, чтобы ему постоянно везло.

Но даже так о нем тоже позаботились. Когда в одночасье из героя ты становишься главным злодеем, то у тебя резко меняются планы.

Разумеется, были и другие люди, которые могли каким-то образом навредить плану, но это все мелочи. Даже Император Японии ничего не сможет сделать, если это произойдет в другой стране. А правители иных государств заняты только безопасностью своих подданных после того, что произошло в Российской Империи.

Исаак вздохнул, поправил солнцезащитные очки и закинул руки за голову. Его повелитель продумал все до мельчайших нюансов.

— Я тебе же сказал, Натах, фоткай вот с этого ракурса! — услышал он возмущенный возглас Корнеллы, и вмиг блаженная улыбка слезла с лица последователя Небесного Пастуха.

Сев на лежак, Исаак повернулся и увидел, как девушка своими нечеловеческими силами наклонила пальму так, чтобы она нависла над водой. Сама же залезла на ствол и разлеглась, укрывшись платком. Ветер колыхал края ткани и создавалось впечатление волн.

— Я сейчас бомбану! — рычал Натан. — Я уже сделал около ста фотографий!

— Так ты фотографируй нормально! Я постоянно со вторым подбородком, или со складками на боках, — выругалась Корнелла, не выходя из образа нежной дамы на пальме.

— Выглядела бы ты нормально и второго подбородка не было бы, и складок… — пробурчал Натан.

— Чего? — и вот она уже из нежной девушки превратилась в заправского быдлана. — Не забывай, с кем ты разговариваешь. Я выше тебя в иерархии!

— Ага, только наш господин назначил нас на это задание в одной должности. Так что варежку закрыли, и если хотим хотя бы приемлемые фотографии, не выходим из образа, — ухмыльнулся мужчина.

— Фи… — приложила девушка ладонь ко лбу и откинулась на ствол пальмы. — Хамло, оно и в Африке хамло.

— Мы не в Африке, — подошел Исаак и заглянул в экран. — Ну вот! Их хотя бы не три, а два. Неплохо… — похлопал он по плечу Натана и отошел.

Песок около лежаков закружился и в воздухе появилась прямоугольная дыра, из которой вышел Петр Первый.

Он посмотрел по сторонам, закрыв ладонью глаза. Затем снял ботинки и куртку, скинул их на песок и пошел к остальным участникам фотосессии.

— Что, решили сделать календарь для вашего господина? — улыбнулся он.

— Как прошло? — проигнорировал его шутку Исаак.

— Все идет строго по плану, — Петр достал Некрономикон и, перелистав, открыл на нужной странице. — Удивительно, что в этой книге есть даже способ телепортации. Я знал, что она очень хороша, но чтоб на столько…

Петр посмотрел на генералов хаоса.

— Кстати, если вы хотите немного анархии, то сейчас настал подходящий момент. Могу подсказать парочку адресов людей, которые меня персонально бесят. Думаю, это лишний раз отвлечет некоторых особ от нашего следующего шага, — он посмотрел на Исаака. — Верно?

— А у тебя все готово? Что с мертвой водой? — спросил тот.

Петр достал из кармана склянку с жидкостью и кинул Исааку. Тот поймал и подозрительно посмотрел на Петра.

— И?

— Что и? — удивился Романов. — Все, закругляемся, — он похлопал в ладоши. — Теплые деньки закончены. Теперь надо двигаться дальше. Скоро будет намного интереснее.

— Что, все? — удивилась Корнелла, спрыгивая с пальмы. — А я думала, мы тут еще недельку.

— Не-а, — пожал плечами Петр. — Этот господин Исаак решил, что надо выбрать место безопаснее и дальше.

— А что, нам тут уже не комфортно? — удивился Натан.

— Болваны, — вздохнул Исаак. — Нечто как будто по объявлению набирает людей… Аккумуляция всех жизненных потоков и энергий есть только в двух местах на этой планете. Но так как нам требуется более безопасное место, то мне надо в Антарктиду. Там всю неделю и будет происходить слияние. Как ты сказал, написано в этой книжке?

— По капле, на протяжении семи дней… — перечитал кусок Петр Первый.

Все переглянулись и кивнули друг другу. Тут же повисла гробовая тишина, и даже шум моря пропал.

— Подскажи, куда лучше наведаться, чтобы было не скучно? — глаза Натана вспыхнули черным огнем.

— Это легко…

После того, как он перечислил все места, к нему подошел Исаак.

— Отправляемся, — произнес он.

Петр кивнул и, открыв книгу, начал зачитывать письмена, попутно размахивая руками. Открылся прямоугольный портал, откуда повеяло холодом и снегом.

— Ух, свежо, — улыбнулся Петр и легонько подтолкнул Исаака вперед, а сам повернулся к генералам хаоса. — Ну, вам всего хорошего. Счастья, здоровья, успехов, удачи…

После чего шагнул в портал и исчез.

— Отлично, — фыркнула Корнелла. — Теперь хоть позагораем нормально.

— Ох, да… — выдохнул Натан и пошел к лежакам.

— Стоять, ты еще не снял меня нормально! На исходную! — и девушка по новой начала карабкаться на ствол пальмы.

Это действительно прорыв. Прорыв в технологиях и магии одновременно. Лора просканировала прибор и подтвердила, что он работает без каких-либо отклонений.

И всему виной тот столб, который я сломал у племени орков на Байкале. Наталья и Унур смогли разгадать его магию и преобразовали на благо простых магов.

Удивительная работа.

— Вы даже не представляете, насколько это поднимет выживаемость не только нашей гвардии, но и остальных в целом! — воодушевленно кивнул я. — Да вам за такое изобретение даже премия полагается!

— Да ладно, — скромно махнула рукой девушка. — Я же только хочу, чтобы род Кузнецовых стал самым сильным родом в мире.

Но вот монгольская часть команды была немного другого мнения.

— Так-так, стоп, какая премия? Сколько? Что полагается? — тут же включилась в Унуре черта сына Великого Хана.

— За такую разработку можешь просить чего захочешь, — на радостях выпалил я, но Лора дала виртуальную затрещину. — Но в пределах разумного, конечно.

— Тогда я еще подумаю, — кивнул он.

— Так, и сколько у вас таких приборов?

— В смысле сколько? — удивилась Наталья. — Один. Пока что. Но… Как бы так сказать… Это нихрена не дешево стоит…

— Да я понимаю, но все же…

Она подошла к доске, стерла нарисованные там формулы и написала число с семью нулями.

— Ого! Нихрена же себе! — вырвалось у меня. — У нас что, было столько?

— Нет, — улыбнулась Наталья. — Просто производство будет стоить очень дорого. Ну или мы можем делать один такой ящик раз в неделю, и больше не отвлекаться на другие проекты.

— Я тебя понял, услышал. Займусь этим…

А раз мне все равно сейчас в Москву, я решил сделать мой визит максимально полезным.

— Наташа, собирайся, будем презентовать твой ящик… Кстати, как он называется?

— Ну… — она подошла к столу, взяла бумажку и, опустив глаза, передала мне.

Я прочитал название.

'Г. О. В. Н. О. З. А. Ж. И. М.

Генератор Организованных Волновых Нейроимпульсов Ориентированного Заживления Анатомически Железо-Ионных Мембран.

Говнозажим: Потому что «Само заживет. Не наш метод.»

— Что… — поднял я глаза. — А… Ну…

— Слоган придумал Унур, — быстро сдала напарника Наталья.

— Да тут не в слогане дело…

— А что, мне нравится, — улыбнулась Лора. — А то чего все на серьезных щах? А тут оп, и говнозажим. Такого и врагу не пожелаешь.

Тут уж и я подумал, может, и оставить? Почему, собственно, и нет? А кому не нравится, пусть ищут другой говнозажим.

— Так… мне собираться? — спросила Наталья.

— Естественно. Мы в Москву, — я посмотрел на Унура. — Можешь упаковать это?

После того, как тот кивнул, я дал Наталье час и вышел из лаборатории.

Маша и Света все это время стояли молча и просто офигевали. Таких изобретений у них точно не было. Так что всю дорогу до дома они молчали, понимая, что даже рассказать не могут своим родителям, потому что это пока что реальный секрет рода.

Дома я поднялся к Трофиму. Тот продолжал лежать в ванне, но его раны уже не так сильно болели, и он пытался двигаться. Маруся также чувствовала себя лучше. Так что мы с Лорой решили, что еще пара дней, и у них все будет в порядке.

Да и гвардейцы постоянно спрашивают, куда делся их командир. Остальным я сказал, чтобы пока не сообщали настоящую причину. Если все получится, то уж тогда будем решать, кому делать татуировки.

Так и прошел час.

В главном зале меня ждал Богдан. У него за спиной я увидел детский ранец с машинками. И смотрелось это очень странно. Здоровенный амбал с черными волосами и черном плаще стоит, улыбается, а на спине у него детский портфель.

На мой немой вопрос он ответил, что Боря ему одолжил один из старых ранцев. Я не стал ничего говорить, так как… Просто решил лишний раз не вмешиваться.

Наталья тоже ждала у входа с небольшой сумкой. А на крыльце стоял тщательно упакованный «ГОВНОЗАЖИМ».

— Ну что, погнали? — я щелкнул пальцами. Болванчик подхватил коробку с прибором, и мы пошли к порталу.

И если Богдан уже в курсе всех этих перемещений, то для Натальи я еще не открывал секрет портала, так что для нее он в новинку. Но она, как ученый, отнеслась к этому с должным хладнокровием.

В Москве я выделил Наталье и Богдану комнаты, а сам вышел к гвардейцам. Там собрал и сообщил, что пока я не найду способ вернуть Валеру, у них будет Богдан. Благо, с ним они уже знакомы и даже обрадовались.

Так же познакомил с Натальей, и она презентовала им прибор. Конечно же, из-за названия тут же поднялся смех, но когда она его включила, шутки прекратились. Солдаты были поражены эффектом и посмотрели на женщину совсем другими глазами. В них читалось глубокое уважение. Что меня сильно успокоило.

А дальше я позвонил в Кремль.

— Да, Михаил? — голос царя звучал немного устало.

— Ваше величество, у меня есть прибор, который сможет заживлять раны солдат и простых людей массово на расстоянии, — пояснил я. — Могу я приехать к вам и показать этот прибор?

Повисла тишина.

— Да… — странно ответил он. — Приезжай.

— Могу я попросить вас собрать глав военных родов? Этот прибор сильно упростит жизнь солдат и минимизирует потери.

— Михаил… Да, приезжай к вечеру. Все будут ждать, — и он повесил трубку.

И хоть Петр Петрович согласился, у меня остался какой-то неприятный осадочек, как будто я навязался.

— Лора, что-то не так…

— Значит, мне не показалось? — вздохнула она.

Романов звучал странно, но его можно понять — в его стране происходит черти что. Сейчас по всей империи практически все аристократы с армиями защищали территории, как свои, так и простых жителей. Все же народ сплотился против большой беды.

Я сообщил Наталье, что у нее вечером в Кремле встреча с царем и высокопоставленными аристократами, и та сразу же начала паниковать.

— У тебя время до вечера, чтобы подготовить презентацию, — сообщил я, а сам решил не тратить время и попробовать поставить Посейдону печать.

К вечеру мне удалось поставить нужную печать на Посейдона. Она отвечала за сохранение общего разума. Мы заранее с ним поговорили, и он рассказал, что в его роду были те, кто умудрялся захватывать целые планеты. Однако их разум рассеивался, и к моменту, когда водяной получал настолько много сил, что мог в одиночку сражаться с целой планетой и с легкостью побеждать любых врагов, он терял к этому всякий интерес. Его сознание становилось расплывчатым и туманным. Он словно камень или ручей больше ничего не хотел делать и просто сливался с природой. В конечном итоге, сознание окончательно растворялось и водяной пропадал как личность.

Лора сказала, что с нашим Посейдоном такого не произойдет, и он будет ощущать себя полноценной личностью. Да и если что-то пойдет не так, она всегда сможет это исправить.

По телевизору продолжали крутить слух о том, что я причастен к тому, что на всю страну упали метеориты. И что еще удивительнее, к моему дому начали съезжаться не только простолюдины, но и аристократы. Благо, гвардейцы их не пускали.

Показать им было нечего. Видеоматериалы с Верником совсем не подтверждали мою вину. По сути, он подтвердил, что я закрываю только купола. И он так и не признал свою причастность к фальшивкам обо мне. Лора провела расчеты и заявила, что даже если мы покажем, что в Вернике сидела частица божества, это не особо поможет, ведь мои клеветники никуда не денутся.

Но вот чего я не собирался делать, так это оправдываться перед каждым встречным. Да, наверное, это звучит глупо, но я лучше сделаю пресс-конференцию, где опровергну слух о том, что у меня есть питомец, способный призывать метеориты.

Хотя он был, но я же всегда могу соврать, верно?

Наталья все это время готовилась к речи в Кремле. И ей богу, если бы не Лора, она бы сошла с ума за эти несколько часов. Вселившись в Еву, моя помощница практически единолично написала речь, а Наталья сидела на кухне, попивая пила кофе. Судя по десятку пустых кружек, это была явно не первая. Ева же готовила очередную порцию.

— Вы готовы? — спросил я, и мне в руки сунули кружку с горячим напитком.

— Михаил, ты уверен, что мое присутствие обязательно? Там же надо просто показать, как оно работает, — нервно сказала Наталья.

— Все будет хорошо, не переживай, — успокоил я ее, положив руку на плечо и пустив немного энергии, чтобы убавить ей тревожность.

Время поджимало. Мне позвонили из Кремля, где уже ждали нашего визита. Даже Кутузов и Нахимов написали в общий чат, что успокоило меня.

Na}{UmOFF: Заинтриговал.

KYtY30\/: Ну хоть пацанов увидим!

Михаил: Такого вы точно не видели.

Na}{UmOFF: Воу-воу!

Запрыгнув в военный внедорожник, мы взлетели. Когда под нами промелькнули входные ворота, я заметил, что постепенно народ накапливается, и, рано или поздно, мне придется что-то предпринять.

Город все еще выглядел печально. Хоть метеориты и прекратили падать, было видно множество мест, где горели дома. Бездомные слонялись по улицам. Работы, как таковой, сейчас не было. Особенно у жителей Москвы.

Но никто не жаловался. Гуманитарная помощь работала на ура. Куча гвардейцев разных аристократов. Спасатели, пожарные и маги. Все были заняты.

— Это ужасно… — прошептала Наталья, впервые видя последствия метеоритного дождя.

— Согласен, но твое изобретение хоть немного, но улучшит ситуацию, — кивнул я.

Кремль.

Главный зал совещаний.

Генерал Кутузов прибыл одним из первых. Все же он был примером военной дисциплины и должен соответствовать своему статусу. Следом в зал вошел адмирал Нахимов.

— Ба, какие люди! — ухмыльнулся Кутузов. — И опять ты второй, Петя. Уже какой раз?

— Ага, только не забывай, что в итоге, черепаха обогнала зайца, — ответил он, садясь за стол. — Не знаешь, что будет?

— Да ты же сам в чате читал. Миша ничего конкретного не сообщил. Но то, что нас собирает сам Петр Петрович, может стать чем-то важным.

Нахимов посмотрел по сторонам и убедился, что они в зале единственные. Пока что.

— Слушай, Серег, а тебе не показался странным голос царя?

— Хм… — Кутузов погладил бороду. — Пока ты не сказал, я даже не думал об этом. Но, да, голос у него уставший. Впрочем, как и у всех нас.

Нахимов невесело улыбнулся. С одной стороны Черное море начинает шалить, а тут еще и Лермонтов со своими мертвецами на том берегу. Так теперь еще и на его плечи упал целый Урал. Точнее, Урал его супруги, но все же он обещал ей, что будет с ней в горе и радости. И надо соответствовать.

После того, как у его любимой Изабеллы появился новый титул и территории, она практически полностью погружалась в реорганизацию армии Урала, чиновников и всего управления. Работы было много. Армия ни к черту. Все надо переделывать. А когда метеориты начали падать, Петр Нахимов направил часть солдат на защиту княжества Уральского, хоть супруга и была против. Но жизни людей важнее.

— У тебя весь Европейский фронт? — вздохнул Нахимов.

— Не только… Почти вся южная часть. За исключением некоторых областей. Может, сказать Мише, чтобы наших дочек отправил на Сахалин? Там сейчас безопасная зона, — предложил Кутузов.

— Слушай, вот не знаю… После того, как он построил дом в Широково, все мои эксперты заявляют, что у него какая-то невероятная система защиты, — развел тот руками. — И они говорят только то, о чем известно. Но мы-то с тобой знаем…

Двери зала открылись и в помещение начали заходить другие военные представители крупных родов. Постепенно зал начал заполняться людьми. Большинство не понимало, зачем их позвали, и всячески пытались показать, что у них куча более важных дел.

— Товарищ генерал, товарищ адмирал, а что, ваш зять не мог повременить с этим его важным событием? — недовольно произнес граф Радонежский.

За его спиной стояли еще три его товарища с такими же недовольными минами.

— Вить, — Кутузов облокотился на спинку стула и в простой манере обратился к собеседнику: — Ты меня чего спрашиваешь? Я тут такой же гость, как и ты.

— Но он же муж вашей дочери, — продолжил граф.

— Вот именно. Муж моей дочери. К тому же, неужели ты думаешь, что передо мной будет отчитываться князь? — подмигнул Кутузов и незаметно протянул ладонь Нахимову, и тот отбил пятюню.

— Нет, но… — замялся Радонежский и отошел.

Вскоре прибыли и люди из Канцелярии — непосредственно Газонов, Шарков, Преображенский и Болконский.

— Ого! — удивился Нахимов. — Даже эти ребята прибыли… Неужели никто не хочет работать?

— А ты вон туда посмотри, — махнул головой Сергей в сторону двери.

— Вот уж неожиданно, что и ОМЗшники пришли, — ухмыльнулся Петр.

И действительно — в дверях стоял герцог Елисеев Юрий Станиславович. Вокруг него сразу образовалось пустое пространство. Каждый понимал, что будь его воля, он запросто заберется в голову каждому из присутствующих и раскопает там такие секреты, за которые потом возможно придется отчитываться.

— Юрий Станиславович! — помахал рукой адмирал. — Идите к нам! Тут свободно!

При виде Кутузова и Нахимова на лице начальника ОМЗ тут же появилась улыбка, и он, не обращая ни на кого внимания, сел рядом с ними.

— Ну, хлопчики, неожиданно собрал нас Петр Петрович, — выдохнул он.

— И не говорите, — кивнул генерал. — Как ваша внучка?

— Наденька-то? Да учится, — пожал плечами герцог. — Хотя… В КИИМе сейчас тоже проблемы. Слышали, наверное?

Оба военачальника кивнули.

— Но она учится отдельно от остальных. Как только она начала проявлять свою предрасположенность, Горький Алексей Максимович созвонился со мной, и мы установили отдельный график. Вот, на днях звонила и жаловалась, что почти не видится с ребятами. Только в лазарете иногда успевает с ними пересечься.

— А что вы ее к себе не берете? — удивился Нахимов.

— Так, она не хочет, — пожал плечами мужчина. — Говорит, хочу стать магом-истребителем.

— А разве, маги с ментальными предрасположенностями автоматически не переходят в ваш отдел? — прищурился Кутузов.

Юрий Станиславович наклонился и очень тихо произнес, чтобы никто другой не услышал:

— Позволь старику изредка пользоваться своими должностными связями. Мы же оба не святые…

Кутузов и Нахимов понимающе кивнули и вопрос закрылся сам собой. В этот момент в комнату вошел первый секретарь царя.

— Господа. Попрошу занять места согласно регламенту, — произнес он. — Через пять минут начнем.

Присутствующие тут же закончили свои склоки и начали рассаживаться от трона по степени важности. В этот же момент в зал вошел и сам князь Кузнецов в компании женщины. Рядом на тележке катили непонятный ящик. Забавно, что ее двигали несколько мелких металлических деталей.

— Что, решил презентовать телевизор? — решил пошутить граф Новодворский. — Голубчик, вы бы сначала решили свои проблемы, а то ходят слухи…

— Разве я спрашивал вашего мнения? — холодно ответил князь Кузнецов, даже не взглянув на провокатора.

— Да что вы себе…

— Напомните, какой у вас титул? — остановился Михаил и холодно посмотрел на Новодворского.

Тот понял, что его шутка пошла не в то русло, но было уже поздно.

— Граф.

— Тогда попрошу вас, граф, соблюдать субординацию. Вы же умный человек, — он отвернулся и прошел к началу стола, встав рядом с троном.

— Ты посмотри, наш Миша совсем вырос, — прошептал Нахимов своему другу.

Дверь из покоев царя открылась, и в комнату зашел сам Петр Романов. Тут же все повскакивали со своих мест.

И причиной было состояние правителя.

Честно, говоря я сам не ожидал того, что увидел. Теперь понятно, почему у Петра Петровича такой уставший голос.

К нам вышел похудевший царь. Большие круги под глазами, впалые щеки. Да и шел он непривычно медленно. Хотя взгляд был такой же цепкий с огоньком.

— Добрый вечер, господа, — поднял он руку. — Присаживайтесь.

— Ваше величество, что с вами? — Нахимов остался стоять. — Объясните?

— Мое состояние на данный момент на удовлетворительном уровне. Объяснения я дам после того, как мы выслушаем Михаила и его коллегу, — кивнул он мне.

Я тоже отошел в сторону и дал место Наталье.

Мне казалось, что она вообще потеряет дар речи при виде и царя и высокопоставленных чинов, с интересом смотрящих на нее. Однако она сделала глубокий вдох и уверенно начала:

— Ваше величество, достопочтенные главы родов. Сегодня я хочу вам представить изобретение, над разработкой которого мой отдел трудился последнее время. Без вклада моего господина, князя Михаила Кузнецова, это было бы невозможно. Итак, позвольте вам представить…

Она потянула за веревку и створки деревянного короба раскрылись, обнажив прибор.

— Рабочее название «Г. О. В. Н. О. З. А. Ж. И. М.», или «Генератор Организованных Волновых Нейроимпульсов Ориентированного Заживления Анатомически Железо-Ионных Мембран».

На удивление никто не смеялся, что придало ей еще уверенности.

— Из названия ясно, что это не просто машина, а симбиоз магии и технологии. Пока это опытный образец, и мы надеемся, что изобретение послужит на передовой, как отличный помощник магам-лекарям. И не только.

Она нажала несколько кнопок, и из коробки вылезла антенна.

— Как вы уже догадались, я не являюсь магом, как таковым. На мне нет никаких артефактов и прочих приспособлений. Представьте, что во время боя ваши солдаты получают ранение, но лекарей рядом нет. Что же тогда? В большинстве случаев солдат погибает. Разумеется, бывает и так, что его спасают. Но восстановление и последующая реабилитация занимает несколько месяцев. И это в лучшем случае. Но что будет, если я скажу, что можно получить помощь сиюминутно? На поле боя?

Наталья достала из кармана канцелярский ножик и, собравшись с силами, порезала себе руку. Главы родов даже бровью не повели. У всех был серьезный вид. Каждый понимал, что происходит. Да и реагировать на простой порез смысла не было. Все были ветеранами боевых действий.

Рана на руке Натальи заросла еще до того как кровь стекла на пол. И только после этого народ за столом забормотал.

— Простите, — поднял руку высокий мужчина в круглых очках. — Хотите сказать, что этот прибор способен заживлять раны?

— Да, и смертельные тоже. Разумеется, если человек еще в сознании. Мертвого он все же не воскрешает. Таких возможностей у меня нет, — кивнула Наталья.

— Но это все слова. Нам нужна демонстрация куда весомее, — произнесла женщина с седыми волосами. — Я, как лекарь, хотела бы проверить прибор.

— Разумеется, — кивнула Наталья. — Каким образом?

Женщина встала, не спеша, подошла к аппарату и осмотрела его со всех сторон.

— Что вы использовали, как основу? — поинтересовалась она.

— Один предмет, который Михаил привез с очередного рейда.

Да, пришлось немного скорректировать некоторые данные, но и выдавать все тайны я тоже не хотел.

— Жаль, что с нами нет князя Чехова. Думаю, он бы разобрался… — пробормотала женщина. — Но как мы можем убедиться в правдивости ваших слов?

— Простите, — вперед вышел секретарь царя. — Если вы не против, я бы мог послужить подопытным.

Все тут же посмотрели на царя.

— Разрешаю, — кивнул он.

— Ничего страшного, — произнес секретарь и достал из кармана небольшой медальон. — Этот артефакт способен залечить даже сильные раны.

— Поняла, — кивнула Наталья.

— Что мне делать? — спросил он.

— Вообще ничего. Зона покрытия весь этот зал. Но у вас нет тяжелой раны…

С этими словами секретарь достал клинок на бедре и без раздумий всадил себе в живот, а затем провернул.

По залу прокатился вздох удивления. Даже я немного опешил. Это насколько же нужно быть преданным и самоотверженным, чтобы так рисковать собственной жизнью?

Секретарь согнулся, и по его рукам потекла кровь. Он достал клинок из раны, и кровь остановилась. Немного постояв в согнутом состоянии, секретарь выпрямился, поднял рубашку и продемонстрировал идеально целый живот. Лишь несколько пятен крови остались на одежде.

Тут уже все подскочили. Но я не ожидал того, что случиться потом.

— Эй! Я тоже хочу попробовать! — воскликнул мужчина в очках и тут же, положив руку на стол, рубанул себе по пальцу. Через несколько секунд он начал отрастать. Появилась костная ткань, сухожилия, мышцы и кожа.

— И я! — вскочил другой мужчина в гусарском мундире и, вытащив меч, всадил себе в живот.

Мы с Натальей стояли и тихо офигевали от того, что высокопоставленные главы родов наносили себе увечья и как маленькие дети радовались тому, что их раны на глазах затягиваются. Тут уже они начали тыкать друг в друга, весело смеясь и хвастаясь тем, как они искусно владеют оружием.

Видимо, царь понял, что это может продолжаться бесконечно.

— Довольно, — он сказал это без особого нажима и не особо громко, но все тут же прекратили самоистязания и расселись на свои места. — Михаил, тебе слово.

— Благодарю. Ваше величество, — кивнул я и вышел вперед. — Как вы уже слышали, это прототип. Но его производство стоит очень дорого и, скажу честно, у меня нет денег, чтобы оставить производство на поток. Сейчас я ищу инвестиции для строительства завода. Это позволит нам выйти на серийное производство через месяц после строительства. Нам необходимо только оборудование. Те, кто согласятся, получат возможность закупать эти приборы с пятидесятипроцентной скидкой.

— И какая сумма инвестиций? — поинтересовался Кутузов, явно заинтересованный в этом приборе.

Наталья написала сумму в блокноте и продемонстрировала всем присутствующим.

— С каждого, — добавил я.

Повисла тишина.

— Поднимите руки, кто согласен, — взял слово царь и первый поднял руку.

За ним согласились Кутузов, Нахимов, Елисеев, Газонов. И через несколько секунд все присутствующие стали нашими инвесторами.

— Отлично, — кивнул царь и посмотрел на меня. — Теперь, Михаил, присаживайся. Обсудим мое состояние.

г. Буревест.

Валахия.

В этот небольшой городок на краю страны давно никто не заезжал. Это был промышленный населенный пункт, где занимались земледелием, разведением редких пород коз, а также производством свечей всех форм и предназначений.

Сам город выглядел словно серое пятно, покрытое легким туманом. Солнце для этой местности редкость, отчего все выглядит готически. На въезде красуется потрескавшаяся деревянная табличка с названием города. А если проехать чуть дальше, то можно увидеть, как сквозь туман виднеются пасущиеся овцы.

Воздух тут тяжелый, сырой, с привкусом чего-то затхлого. Редкие кособокие постройки редко достигают третьего этажа.

Именно сюда сегодня утром и заехал автомобиль с тремя пассажирами. Выглядели они очень броско для местных. Два пожилых мужчины с седыми волосами и бородами. У одного из них волосы завивались в кудри. Женщина с ними, напротив, имела толстую косу. Все одеты в походные костюмы, явно дорогие, оберегающие и от ветра, и от дождя.

Немного проехав вглубь города, транспорт остановился — его задержал дорожный жандарм. Все же редкость, когда заезжают чужаки, а раз так, то с них можно что-нибудь и поиметь. Но для начала…

— Доброго времени суток, — вразвалочку подошел жандарм к окошку и постучался по стеклу дубинкой. — Вижу, вы не местные. Будьте любезны, документики.

Стеклянное окно медленно опустилось и в проеме появились три удостоверения международного статуса.

— Доброе утро, жандарм, — невозмутимо и с легким акцентом произнес мужчина за рулем.

— Та-а-а-к, господа Чехов, Есенин и… — он присмотрелся. — Тут не указана фамилия.

— Верно, — улыбнулась женщина. — Просто Люциана.

— Ага… — похлопал он документами по ладони. — И что же делают в нашей глуши такие люди? Тем более из Российской Империи.

— У нас срочное поручение от международного содружества, — ответил Чехов.

— И какое же? — ухмыльнулся жандарм.

— Боюсь, мы не можем вам сообщить, — пожал плечами Есенин.

— Вот как… — он посмотрел по сторонам. — Значит так. Документы я забираю до выяснения обстоятельств. Но если хотите побыстрее, то советую сотрудничать с органами власти, хоть вы и гости.

— Что? — улыбнулся Чехов. — Вы сейчас серьезно? Там международные пропуска с печатями от правителей обеих стран для беспрепятственного проезда по территории.

— Вот это я и проверю, — улыбнулся он. — А пока мне необходимо отправить запрос…

Тут нервы не выдержали. Чехов и Есенин вышли из машины явно не в хорошем расположении духа.

— Так, это что за произвол? — возмутился Чехов.

— Стоять! — тут же крикнул жандарм. — Еще шаг и я буду расценивать это как нападение.

— Вот как? — улыбнулся Чехов и его волосы начали слегка подергиваться.

И Есенин, и Чехов, и Люся понимали, что подобные персонажи часто встречаются именно в таких маленьких городах, где центральные власти почти не контролируют местных заправил, и они чувствуют себя как боги.

— Давайте прямо, вы хотите денег? — спросил Есенин, показывая Михаилу, чтобы тот подождал.

— Я бы назвал это пожертвованием в пользу бдительных органов.

— Ох, что ж, с удовольствием, — хихикнула Люся и достала из кармана пальто небольшой мешочек. — Вот, это вам…

Рассчитывая, что вот-вот он услышит звон имперских монет или трубочку денег, жандарм раскрыл мешочек и высыпал на ладонь песок.

— Это что за… — выпучил он глаза.

— Как что? Древний песок Вавилона! Из той самой башни, представляете? Он стоит уйму денег! — гордо произнесла Люся.

— Так… за такое я могу вас задержать!

Чехов и Есенин быстро поняли, чего добивается их спутница, и начали ей подыгрывать.

— За что? За то, что мы не дали вам взятку? — улыбнулся Есенин.

— Так! — топнул жандарм ногой. — Открыть багажник.

Мужчины переглянулись и, пожав плечами, пошли выполнять.

— Может, как обычно? — шепнул Чехов Есенину, и между его пальцами промелькнула искорка. — А то он меня начинает бесить.

— Да погоди, — вздохнул Сергей. — Сейчас начнется самое интересное…

Они открыли багажник, и жандарм тут же оказался рядом.

— Так, а это что такое? — он достал из багажника бутылку с зеленой жидкостью и наклейкой, на которой был нарисован слон с волшебной палочкой в хоботе.

— Это напиток, который надо презентовать одному аристократу, — сказал Есенин. — Очень редкий и ценный коньяк.

— Если у вас нет документов и чеков, то я его конфискую… — он открыл пробку. — И для утилизации стоит вскрыть целостность упаковки.

После чего он сделал глоток.

— Это просто смешно, — не выдержал Чехов. — Что за абсурд…

Есенин просто стоял и наблюдал за жандармом.

— Фу, гадость, — он закрыл бутылку и кинул в багажник. — Пожалуй, оставлю ее вам, но документы…

Тут он замолчал, и в его животе что-то заурчало.

— Ой…

— Ой, — улыбнулся Есенин. — Что такое? Несварение?

— Что ты сделал? — воскликнул жандарм и выхватил пистолет.

Тут же его со спину начали окутывать волосы, забираясь в уши, нос и глаза.

— Тише… — прошептал женский голос. — Не дергайся… Каждое твое движение будет отзываться позывами в желудке.

— А что это? — прошептал Чехов своему товарищу.

— Это? — ухмыльнулся Сергей. — Настойка для Лермонтова. Но на обычного человека она действует как слабительное.

— Ого! В кой-то веки вижу от тебя шутки про говно!

— Может, решил привнести в наше небольшое путешествие нотку юмора.

— Вижу, то сражение на тебя сильно повлияло…

Люся уже полностью проникла волосами в голову бедного жандарма.

— Теперь запомни, ты честный служитель закона. Никаких взяток. Никаких липовых арестов. Будь примером. Но если ты решишь нарушить правило, то твой клапан сорвет, — произнесла она и отпустила бедолагу.

Тот похлопал глазами, соображая, что происходит.

— Вижу, ты тоже решила немного попрактиковаться, — подошел к ней Есенин. — Ну что, поехали?

— Стоять! — опомнился жандарм. — Вы никуда…

Но живот опять начало скручивать и, наплевав на новых гостей, он схватился за задницу и помчался в отдел.

Есенин, Люся и Чехов не спеша сели в машину и только после этого рассмеялись.

— Хоть немного отвлеклись, — вздохнула Люся. — Ну что, смертники, поехали дальше?

— Почему это смертники? — удивился Чехов. — Ты с каких это пор решила, что мы едем на смерть?

— Да я шучу, — вздохнула женщина.

Но мужчины уже не смеялись.

— Я разберусь с ним, — произнес Есенин. — Мы уже сражались с ним…

— Правда? — удивился Чехов. — А почему я не помню?

— Это было давно. Но если вкратце, после этого он перебрался в Северную Империю, а в Сибири были стерты два города.

— Занятно, что ты решил признаться об этом только сейчас, — возмутилась Люся. — Тогда основное сражение мы оставляем на тебя.

— Да, но скажу сразу, если вы сможете подобраться к Лермонтову, то влейте в него это зелье, — ответил Есенин. — Даже глотка будет достаточно.

— И что оно делает? — удивился Чехов.

— Обратная магия призыва. Все приказы армии нежити будут исполняться наоборот. Это сильно облегчит нам сражение.

— А разве ты не можешь просто добраться до него, а мы за тобой следом? — уточнил Чехов.

— Он уже знает эту атаку и наверняка подготовился. Впрочем, как и я, так что будем действовать по обстоятельствам. Нам надо вернуть его к нормальному состоянию.

— Это я беру на себя, — кивнул Чехов и тут же получил тычок в бок от Люси. — Конечно, с твоей помощью.

Они проехали практически через весь город и на протяжении всего пути им попадались одни угрюмые люди. Их провожали тяжелыми взглядами, кто-то демонстративно плевался.

— Н-да… Вроде, эпидемию вампиров искоренили, но люди до сих пор похожи на этих кровосись… — глядя в окно, произнес Чехов.

Они практически выехали на трассу, которая вела в Римскую Империю.

— А это что за херня? — наклонился ближе к лобовому стеклу Есенин.

На дороге стояли четыре странных человека. На всех надеты одинаковые плащи, а головы покрывали капюшоны.

— Старая добрая засада… — вздохнул Чехов. — Ну, что, как раньше?

Он вытянул руку и сжал кулак.

— Серьезно? — закатила глаза Люся. — Мы же уже взрослые люди, можно сказать, древние… Ну давайте без этого.

— Так и скажи, что хочешь сама с ними сразиться, — улыбнулся Есенин и вытянул кулак.

— Как ты понял? — хищно улыбнулась женщина, и ее волосы начали неестественно двигаться словно змеи.

Я сидел в кабинете царя и не понимал, как же так вышло?

После моей презентации он сообщил, что во время того, как на город начали падать метеориты, в Кремль прокрался Петр Первый. И уже это событие вызвало бурную волну среди присутствующих.

Царь не скрывал того факта, что его отец был все это время жив. И во время происшествия он выкрал из сокровищницы парочку артефактов, а один применил на самом царе. Никто лучше Петра Первого не знал, как они работают, потому что большинство изобрел он сам.

И по итогу выяснилось, что его тело медленно умирает. И пока нет никакого решения этой проблемы. Однако царь продолжал работать. Сейчас, как никогда, нужна твердая рука, и даже его ослабевшее тело никак не влияло на решения. Хотя поначалу несколько аристократов высказали недоверие в некоторых действиях царя.

Уж не воздействие ли это того самого артефакта?

Однако меня, помимо того, что царь медленно умирал, интересовал и другой вопрос, который почему-то игнорировали даже Кутузов и Нахимов.

Что за второй артефакт выкрал Петр Первый?

Но даже без объяснений я уже догадывался. И когда царь рассказал, что это пирамида заточения, это только подтвердило мои опасения.

Так что я попросил аудиенции с Петром Петровичем после заседания, сославшись на то, что надо обсудить договор для рода Романовых насчет прибора.

И нет, он не исцелял раны, полученные артефактом. Все же эта магия намного сильнее.

Пока я ждал, когда вернется царь, ко мне на колени запрыгнул местный кот.

— Какая прелесть, — умилилась Лора. — Почти, как наш Кицуня. Ты посмотри, какой сытый, толстенький…

Дверь открылась, и в кабинет зашел Романов.

— Михаил, о чем ты хотел со мной поговорить? — он устало упал на свой старенький диван. — Извини, что в таком состоянии…

— Ничего, — кивнул я. — Как вы понимаете, речь пойдет не о приборе.

— Конечно, — кивнул он и прикрыл глаза.

— Артефакт, который Петр Первый выкрал из Кремля, был применен на моем заместителе.

— Вот как… — в голосе царя не было удивления. — Значит, он был очень силен. Я думал, что он использует его на мне или на Есенине…

— Какова вероятность того, что Саша Есенин в сговоре с вашим отцом? — спросил я.

— Сомневаюсь. Саша не такой человек. Как бы он не действовал, но его цели всегда направлены на то, чтобы спасти человечество. Он не будет сотрудничать ни с одним божеством. Да и зачем ему это? Хорошо, что сейчас он отмалчивается… Интересно, что он делает…

— Это я бы тоже хотел узнать, — кивнул я. — Но меня беспокоит еще и то, что у врага есть мертвая вода.

— Они хотят использовать ее на Исааке, — ответил царь.

— Так вы знаете?

— Предполагаю…

Он открыл глаза и с трудом сел. Кот тут же спрыгнул с моих колен и прыгнул к царю. Впервые за все время увидел у него легкую улыбку.

— Миш, если все станет совсем плохо, заберешь кота?

— Когда правитель страны опускает руки, как народу бороться против зла?

Мне не нравились слова Петра. Так говорит человек, который уже смирился с исходом и ему совершенно наплевать, что будет дальше.

— Я не опустил руки, — он посмотрел на меня, и я понял, что он не соврал. — Просто мне известен принцип работы этого артефакта. Скоро я умру. Павел готов принять бразды правления. Но все же мне нужно все подготовить. И на первых парах моему сыну будет не до мелких деталей. Сам понимаешь.

— И что, вы предлагаете, нам просто сидеть и ждать? Смотреть, как вы медленно умираете? — я встал со стула и пошел к выходу. — Такого не будет. Я уже понял, что в этом мире можно делать все, что угодно. Надо только знать как. Так что я найду вашего отца и заставлю сказать, как снять этот эффект. Не переживайте, у меня еще есть козыри в рукаве.

Царь улыбнулся и погладил довольного кота.

— Ты очень похож на Володю. Он говорил точно так же. Насчет твоего прибора не переживай. Я направлю в Широково инженеров. Остальные, как ты уже понял, готовы инвестировать. Главное, сделай это быстрее, — он посмотрел на часы. — Извини, время уже позднее, я бы хотел провести время с супругой, пока она дома. Завтра у нее куча дел.

— Разумеется, — кивнул я. — Всего доброго.

После я вышел с кабинета. Забрал Наталью и прибор, и мы поехали в особняк.

Кабинет царя.

После ухода Михаила.

— Вот и решилась одна из загадок, — произнес Васька, спрыгивая с дивана. — Даже ты не всегда бываешь прав. Артефакт был применен не на Есенина и не тебе, а на каком-то другом человеке.

Царь повернулся голову к коту.

— Да, удивительно. Неужели, этот человек настолько опасен, что отец решил запечатать его, а не кого-то другого? Насколько мне известно, Саша на данный момент является сильнейшим, — он ухмыльнулся. — Как он и хотел.

— Что ж, — промурлыкал Васька. — Но у тебя уже все готово. Ты обезопасил всех, кого мог. И все же слова Кузнецова меня порадовали. Он очень хороший парень. Может, ему удастся спасти тебя?

— Знаешь, когда он сказал, что запечатали его помощника, я подумал, неужели, у него настолько сильный человек в услужении? А раз так, то насколько же на самом деле силен Миша? Даже Володя так быстро не прогрессировал, — вздохнул Петр.

— Но я вижу, ты не сильно удивлен, верно? — кот подошел ближе, встал передними лапами на диван и выпустил когти.

— Так, вот только диван не надо портить. Он и так на соплях, — возмутился царь.

— Простите, животные инстинкты никто не отменял!

Царь некоторое время смотрел на кота, изучал его поведение и пришел к выводу, что это не существо из метеорита. У него не было никаких способностей, кроме человеческой речи. Даже простой энергии, и той не было.

— А может, ты мне просто мерещишься? — заявил он. — Может, артефакт моего отца действует и таким образом, что путает мое сознание? Что если я просто разговариваю с простым котом?

— Хорошая попытка перестать слушать меня, — фыркнул тот. — Но должен огорчить. Я настоящий. И говорю по-настоящему.

— Тогда почему ты раскрылся только передо мной? — удивился Петр.

— Потому что Катя меня будет доставать своими бесконечными сплетнями. Ольга тоже не далеко ушла. Знаешь, о чем она готова говорить бесконечно?

— Удиви?

— О том, как сильно любит тебя и своих детей. Анастасия… С ней вообще не хочу говорить. Она меня недолюбливает. Совсем уже в своей Австралии на кенгуру поехала. Шикает на меня! И представляешь, один раз запустила в меня тапком!

— Хех, так ты же ее любимое одеяло подрал и кресло кожаное.

— Ну и что? Я же кот!

— Зато Мише ты понравился, — кивнул Петр.

Кот довольно заурчал.

В дверь постучались, и заглянул секретарь.

— Ваше величество, прошу прощения, царица Ольга только что прибыла вместе с царевной Анастасией. Сейчас они ужинают. Им что-то передать?

— Зайди, — махнул рукой Петр и секретарь зашел. — Как ты себя чувствуешь?

— Вы имеете в виду действие прибора господина Кузнецова? — он положил руку себе на живот.

— Именно.

— Все хорошо. Рана полностью зажила. Внутренние органы тоже. Никаких следов применения оружия нет, — он немного помолчал и добавил: — Но когда рана заживала, я чувствовал легкую эйфорию…

— Понял тебя, ладно. Скажи Ольге, что я к ним выйду.

После чего секретарь вышел, а царь медленно, с глубоким вздохом встал с дивана.

— Не хочешь перекусить? — предложил он коту.

— Не откажусь, — заурчал Васька и первым пошел к выходу. — Кстати, а что, я правда выгляжу сытым и толстеньким?

Вернулись мы домой уже за полночь. Гвардейцы разогнали народ у ворот и несли службу. На всей территории горели фонари. На поляне за домом, где раньше была тренировочная зона, стояла военная техника и строилась казарма для солдат. Как ни удивительно, но даже после слухов о том, что я причастен к падению метеоритов, набор солдат продолжался. Похоже, ни у кого не было сомнений, что я невиновен. Все видели, как я помогал ликвидировать последствия.

Даже ночью гвардейцы расчищали выпавший снег. Что поделать, сейчас такое положение, что может случиться так, что на расчистку снега не будет времени. Да и дисциплина, будь она неладна.

Наталью с ее изобретением я сразу отправил в дом. А сам пошел по территории. Проходя мимо теплиц, заметил слабый свет. Неужели Налимовы не спали?

Я заглянул внутрь и увидел Богдана. Он перекапывал какие-то саженцы и настолько погрузился в этот процесс, что даже не обратил на меня внимание. На лице у него была легкая улыбка. Мне даже стало легче на душе, что он потихоньку привыкает к этому миру. Все же прошло очень много времени и этот мир для него больше чужой, чем свой. Но общими силами моих домашних и Любавки, он начинает привыкать.

— Эй, Богдан, я здесь! — окликнул я его.

— Миша, привет! Налимовы разрешили поухаживать за помидорами, вот я и решил попробовать, — он аккуратно присыпал землю к кусту и прижал руками. — Смотри, что я обнаружил…

Он превратился в свою демоническую форму и направил энергию на растение. Буквально на глазах появились маленькие помидорки, которые Богдан сорвал и, закинув в рот, превратился обратно в человека.

— Ну круто же? — посмотрел он на меня, словно ребенок

— Действительно, — похвалил я его. — Но я пойду в дом.

— Я с тобой.

Внутри было непривычно тихо. Большинство комнат пустовали, и это даже навело меня на какие-то меланхоличные нотки.

Мы с Богданом прошли на кухню и разлили по чашечке чая. Так мы и сидели в полумраке, погруженные каждый в свои мысли. Но ровно до тех пор, пока в кармане не начал вибрировать телефон.

«Гусь.»

— Миша, друг мой, я стою у портала, забери меня…

Голос Эля звучал немного тревожно.

— Сейчас буду, — не стал я задавать лишних вопросов и направился к портальной комнате.

Когда я прошел через проем, увидел, что Эль был один. В камуфляжной форме и в балаклаве.

— Что, — удивился он на мой немой вопрос. — Чтобы никто не понял, что это я.

— Ага… Так же не понятно, что это за крылатый персонаж в одежде.

Мы прошли в московское поместье и поднялись наверх. Там уже Эль снял балаклаву и спросил:

— Моего брата убили? Я почувствовал, как его присутствие в мире исчезло.

— Нет, но ты близок к истине. Его запечатали.

— Фух… — он даже как-то стал повеселее от услышанного.

Мы прошли к ангару, где так и лежала та маленькая пирамидка.

— Ха, ну что, обломинго, братец! Как тебе там сидится? Вот уж не ожидал, что и на тебя найдется управа! — он попробовал лапкой пнуть предмет, но тот был слишком тяжелый, так что Эль просто ударился. — Ай, еще и горячий!

Тут уже и Валера активизировался и связался со мной.

— Ты скажи этому ингредиенту для супа, что я рано или поздно выберусь и сам его пну!

— Валера знает, что ты пнул его место жительства, — улыбнулся я.

— Ой, подумаешь! — фыркнул он и, махнув крылом, направился к дому.

— Почему бы не сказать брату, что ты за него переживаешь? — спросил я.

— Кто переживает? Я? Да никогда! Просто было интересно…

Но как бы он не выделывался, мы с Лорой чувствовали его волнение. Хоть мне и не известны их обычаи, но кровные узы всегда очень тесны. И даже тот факт, что Эль попросил срочно переместить его в Москву, говорил о том, что он очень испугался, когда не почувствовал брата.

Отсюда у меня назрел еще один вопрос…

— Слушай, Эль. А жители вашей планеты тоже могут чувствовать, что Валера исчез?

— Пфф, разумеется! Он же король, а они его подданные. Тут идет эта… Как ее… Миндальная связь.

— Ментальная, — поправил я.

— Она самая. Ну раз с ним все хорошо, то я пойду, а то дел полно, — мы уже были в портальной комнате, — ты вообще в курсе, сколько сейчас запросов на жительство в Сахалине? Сколько сейчас запросов на покупку жилья?

— Понятия не имею, но чувствую, что достаточно, — ухмыльнулся я. — Ага. Вот только скажи Наде, чтоб она немного поубавила пыл. Я и сам знаю, что мне делать. От нее мне нужны только юридические консультации, а то она начала потихоньку примерять на себя должность губернатора. И этим ломает мне структуру правления.

— Хорошо, — кивнул я. — Поговорю…

Входная дверь в портальную комнату хлопнула. Я-то уже знал, кто идет, а вот Эль нет. Он нахохлился и выпустил свои маленькие вампирские зубки.

— О! Гусь! В одежде! — воскликнул Богдан. — Вот так встреча!

— Ой, все, мне только этого тут не хватало, — успокоился Эль и прыгнул в открытый портал.

— А чего он ушел? — погрустнел Богдан. — Я думал, он хочет остаться…

— У этого гуся полно дел. Он занятая птица, — улыбнулся я. — Но ты извини, я тоже вынужден тебя покинуть до утра. Надо кое-что проверить.

— Ну и ладно, — махнул он рукой. — Не против, если я позакрываю метеориты в округе?

— Только за.

Хоть в Москве и не было метеоритов, но в Подмосковье и на бескрайних землях, где никто не живет, сейчас находилось полно этого мусора. Некоторые раскрылись и лопнули, некоторые только созревали. Но также были и те, из которых вышли четырехрукие монстры, которых мог убить далеко не каждый маг. Но Богдану это было по силам. Ему нравились все твари, в которых содержалась хоть капля частицы божества или его магии. На протяжении нескольких сотен лет это была его единственная еда, так что он с удовольствием отправился на охоту.

Я же вернулся в Широково. Надо было проверить народ Валеры. Уж сильно меня это беспокоило.

И не напрасно.

Как только мы зашли в дом, я обнаружил Трофима в полной боевой готовности.

— Опа! А ты чего так рано вылез из палаты? — удивился я.

— Некогда, — сквозь зубы процедил он. — Наши приборы зафиксировали приближение крупного скопления монстров.

— Пойду на проверку.

Присмотревшись, я понял, что он идет на поправку, куда быстрее, чем предполагала Лора. Что определенно радовало, но все же пока ему нужен покой.

— Иди в свою комнату, — сказал я, словно родитель, маленькому ребенку.

— Но…

— Трофим, я разберусь, — и серьезно посмотрел ему в глаза. — Если умру, что ж, весь этот геморрой возьмешь на себя.

Он уже открыл рот, чтобы возмутиться.

— Шучу. Просто иди восстанавливаться.

Я решил, что пора бы проверить возможности Посейдона. Все же он уже стал до неприличия огромным. Лора успела вывести карту его охвата, так что с этой волной он мог справиться и самостоятельно, но я хотел удостовериться, что это просто монстры.

Выскочив через проход в Дикую Зону, в очередной раз почувствовал прилив сил.

— Эх, как бы тут ни было смертельно опасно, но это место прекрасно, — улыбнулся я.

— Какой ты романтичный. Закрадывается сомнение, что ты не хочешь расправляться со всей этой метеоритной проблемой, — Лора появилась рядом в пижаме.

— Иногда надо жертвовать своим удовольствием ради блага всего мира, — пафосно сказал я, от чего Лора засмеялась.

Тем временем на горизонте показался пыльный смог. Кто-то приближался. Чтобы не терять времени зря, я отправил туда Болванчика. Оказалось все так, как я и предполагал. На всех парах к нам двигался обеспокоенный Валерин народ.

Так что я пошел к ним на встречу.

Агвид, главный среди этой толпы, шел впереди всех, и вид у него был… Как бы так сказать… Еще чуть-чуть, и он бы расплакался. Если бы его мимика это позволяла.

— Миша… — еще издалека начал кричать он мне. — Миша! Это правда? Миша!

— Так, стоп! — замахал я руками, успокаивая обеспокоенных граждан чужой планеты. — С Валерой все в порядке. Его просто поймали в артефакт и запечатали. Никакой паники! Рано или поздно я его вытащу. У меня с ним есть контакт!

— Значит, он не погиб? — на лице Агвида появилась новая эмоция. Надежда.

— Не погиб. С ним все хорошо, и судя по тому, что он говорит, ему там вполне комфортно, — успокоил я его.

Агвид же закрыл глаза, задрал морду и заорал на всю Дикую Зону.

— СЛАВА ВЕЛИКОМУ ЧАЛУ КОНЕРУКУ!

— Сиреневому, — добавил я чуть тише.

— СИРЕНЕВОМУ! — продолжил Агвид.

И вся толпа начала повторять за своим начальником.

После чего они развернулись и как угорелые помчались вглубь Дикой Зоны. Болванчик какое-то время еще сопровождал их, но когда они от радости буквально снесли купол с метеоритом на пути, я понял, что за них можно не волноваться.

— Странная реакция на то, что Валера запечатан, — фыркнула Лора.

— Эта реакция не на то, что Валеру запечатали, а на то, что их царь неубиваем, — улыбнулся я.

— Вообще-то они рады, что царь их не покинул, — дополнил Валера и опять пропал.

И только я развернулся, увидел фигуру водяного.

— Миша, я пришел, — медленно произнес Посейдон.

Вот тут и появилась первая проблема его размеров. Разум водяного увеличился, и он стал сильно медленнее, чем раньше. Хотя Лора делала ему апгрейды, но этого явно не хватало. Надо ставить печати, а на это уходило время, которого у меня не было.

— Как же ты собрался сражаться с монстрами, — вздохнул я.

— Я понимаю твои опасения, но это не составит проблему из-за моего масштаба.

Мы решили не чесать языками и отправились к первому метеориту, чтобы я мог убедиться в его боевой готовности.

Все время, пока мы шли, он держал форму человека, и это было необычно, вспоминая то, каким он был зефирным и милым. Лора тоже погрустнела из-за того, что теперь водяной выглядел, как обычный человек.

— Посейдон, слушай, на время прекрати расширение, пока я не поставил тебе печать, — попросил я.

— Да, я уже подготовила нужную, — кивнула Лора.

— Хорошо, как скажешь, — его голос звучал отрешенно, как будто ему уже все равно. Примерно таким же он был вначале.

Мы дошли до купола огромного метеорита. Судя по нестабильной энергии, он должен был лопнуть на днях.

— Ну, показывай, — я сел на камень и предоставил все карты Посейдону.

Он сделал несколько шагов к метеориту и за секунду растекся — будто шарик с водой проткнули иголкой.

— Эм… — Лора сидела рядом с ведерком попкорна. — А так должно быть?

Земля под ногами слегка задрожала и через мгновение со всех сторон купол начали окружать мелкие струйки воды, постепенно увеличиваясь в размере. Влага окружала купол до тех пор, пока не сомкнулись вверху и полностью не закрыла его.

Еще через мгновение водяной купол просто раздавил метеорит, и нас обдало сильной волной пара.

Я специально не подглядывал, что именно он делает.

— Готово, — раздался голос за спиной.

Посейдон опять был в форме человека.

— Я сразу уничтожил кристалл, и как только купол исчез, разом уничтожил всех монстров внутри, — пояснил он.

Что ж, это было впечатляющее представление. Вот уж кто точно бы победил в нашем небольшом соревновании на Сахалине. Посейдон прогрессировал так же быстро, как и Валера, просто это было не так заметно из-за того, что у них разные структуры сил. Одному нужен доступ к воде, а второму требуется постоянно участвовать в сражениях, чтобы становиться сильнее.

Но если брать голые факты, то Посейдон сейчас сильнейший питомец. Он, возможно, даже превосходит Богдана. И конечно, не считая одного запечатанного короля. Хотя мне больше интересно, кто бы из них победил. Детская мечта, но могу же я себе это позволить?

— Ладно, возвращаемся, — я встал и повернулся к Посейдону.

И даже не сразу заметил за его спиной фигуру человека.

— Веселитесь?

Зараза.

Я не был готов ни морально, ни физически к тому, чтобы встретить тут Сашу Есенина.

Но Посейдон отреагировал молниеносно даже в условиях того, что он в последнее время тупит.

Его рука стала водяным хлыстом, а сам начал призывать воду со всей округи.

Но Саша одним махом руки все это прекратил, и я почувствовал, как Посейдон потерял ориентир, и восстанавливался в особняке.

— Я не хочу драться, — произнес он, подходя ближе. — Точно не сейчас и не с тобой.

— Вот как? — удивился я. — Удивительно, что ты вообще объявился.

— А что тут странного?

— Думаешь, после убийства стольких сильных магов тебя кто-то будет ждать? Саша, ты теперь для всех главный злодей, — пожал я плечами.

— Главный злодей… — уж как-то слишком грустно он это сказал. Может, царь был прав, и он делал то, что делал исключительно ради человечества. — Какая ирония…

— За каждым поступком следуют последствия. Ты получил силу. Как ей распоряжаться решать только тебе.

— Может, выпьем? — неожиданно предложил он.

— А ты уверен, что тебя не узнают?

Я знал, что он не нападет и не ударит в спину, он не такой человек. Особенно с такими-то способностями.

— Не переживай, не узнают, — кивнул он.

Мы молча пошли к выходу. Уже на той стороне я попросил Сашу накинуть на голову капюшон, чтобы его не узнали гвардейцы. Затем мы сели в машину и поехали в Красноярск.

— Я бы мог в мгновение ока нас переместить в любую точку на Земле, — ответил тот.

— Не хвастайся. В теории я тоже так скоро смогу.

— Хех, я и не сомневался, — он протянул руку к магнитоле. — Не против?

— Врубай, — кивнул я.

И пока по радио пели про зеленоглазое такси, мы молчали. Есенин смотрел в окно на мелькающие заснеженные деревья. Я же смотрел на дорогу и снежинки, которые в свете фар летели на нас.

До города мы так и доехали, не обмолвившись ни словом. В Широково Саша показал направление, и мы остановились у какого-то неприметного здания в спальном районе города.

— Нам сюда, — он вышел первым и направился ко входу.

Бар назывался «Жаркая ночка» и располагался он в подвале жилого дома.

Внутри большинство столиков были заняты работягами, которые целый день разгребали завалы зданий и убирали остатки монстров после битвы. Все же здесь метеориты упали на город, в отличие от столицы.

Мы заняли столик в углу бара и заказали по кружке пива.

— Думаю, теперь самое время рассказать, зачем ты меня позвал, — сказал я, делая глоток.

— А если я скажу, что просто захотел пообщаться с кем-то? Мне почему-то казалось, что ты уж точно меня поймешь и не пошлешь куда подальше, — пожал Есенин плечами и закинул в рот фисташку.

Как он и говорил, его тут никто не узнал. То ли из-за света, то ли из-за того, что сильнейший маг современности просто не мог появиться в таком месте. Это же абсурд.

— Хм… Почему-то мне кажется, что это только одна из причин, — улыбнулся я. — Или ты собрался плакаться мне в жилетку? А что Антон?

— Антон сейчас занят другим делом. Он с Толстым тренируется.

— А Дункан? Почему-то мне кажется, она-то уж не откажется с тобой поговорить по душам.

— Ася? Да, она не откажется, но мне просто перед ней стыдно, — пожал он плечами.

— Вот уж не думал, что Александру Есенину будет стыдно, — ухмыльнулся я, взяв фисташку.

— Ладно, Миша, слушай. Скоро Исаак пустит в свое тело божество, этого… как его? Пастуха! Это произойдет через неделю.

— Ага, понял, и что ты от меня хочешь? — удивился я. — Неужели, чтобы я сразился с ним и уничтожил?

— В точку, — щелкнул он пальцами.

— Вот так номер! Ты уж извини, но почему бы тебе самому этого не сделать? Что-то мне подсказывает, у тебя на это уйдет чуть больше чем пара секунд. Уничтожить божество, спасти Исаака и обелить свое имя перед Империей. И ты решил все скинуть на меня? Неужели нет других кандидатов?

— Брось, — он сделал глоток пива и рыгнул. За соседним столом на него покосились два мужика и показали большие пальцы в знак уважения такой отрыжке. — Я знаю про твое бесконечное Внутреннее Хранилище. И да, я догадался, что в первый раз ты ограничил мне видимость сканирования, — улыбнулся он. — Не ссы, все нормально. Но я рассуждаю не только с точки зрения симпатии или того, что я просто тебя знаю. Нет. Я хочу спасти человечество от той заразы, которая триста лет назад нападала на Землю. И у тебя больше всего шансов. Ты сильный. Просто еще не до конца раскрыл свои способности.

— Допустим, ты прав, — кивнул я. — Но почему ты сам не можешь найти Исаака и убить божество?

— Потому что я не доживу, — пожал он плечами. — И я не могу найти Исаака. Я искал по всей планете. В прямом смысле. Его просто нигде нет. Петр Первый его умудрился спрятать так, что даже я не могу найти его.

Услышать такое, мягко сказать, необычно. Так что я поднял руку и заказал кое-что покрепче.

Что вы знаете о неожиданных поворотах? Вот и я до этого момента думал, что все. Оказалось, Саша преуспел даже тут.

Нам принесли целый сет стопок с разной степенью градуса.

— Что ты скажешь Антону? — спросил я, опрокинув первую стопку.

— Ничего, — ухмыльнулся он. — Но хоть постфактум я попробую стать тем, кем он считал меня всю жизнь, — и тоже выпил стопку. — Ого, а неплохо…

— Но надо искать Исаака сейчас.

— Я делаю все, что могу, — пожал тот плечами. — Но у тебя неделя, чтобы подготовиться к чему-то грандиозному. Наверняка, Исаак знает через Нечто, что я могу выступить против него, поэтому Исаак спрятался до завершения ритуала. А дальше… Сила во мне меня и пожрет… — пожал он плечами.

— Как-то ты легко об этом говоришь, — хмыкнул я и протянул ему стопку.

Тот опрокинул одним махом.

— Миша… Понимаешь, я натворил достаточно и моя смерть будет логичным завершением. Герой должен понимать, когда надо жертвовать собой. И не паниковать.

— Сильно сказано… Я правильно понял, что ты можешь найти любого?

— Нет, — улыбнулся он. — Моя сила не так работает. Я не ищейка. Грубо говоря, у меня просто дохрена сил, способных разрушить все, что угодно. А что ты хотел?

— Хотел попросить тебя найти одного человека. Преподаватель из института.

— Это так важно? А зачем он тебе?

— Скажем так. Он знает, что не должен.

— Значит, даже Кузнецов не смог утаить всех секретов? — ухмыльнулся Саша.

— Так ты поможешь? — я передал ему очередную стопку.

— Нет. Я буду искать Исаака. До конца. Если мне это удастся, то, разумеется, я заберу его с собой на тот свет… Если он вообще есть.

Атмосфера стала удручающей, и под конец мы пришли к тому, что Саша все же навестит брата. Мол, чего терять-то уже? В итоге, мы просидели с ним до утра и разошлись хоть и не в дружеских отношениях, но точно не врагами.

— Надеюсь, мы еще увидимся, — протянул он мне руку.

— Надеюсь…

Он неожиданно повернулся и посмотрел на крышу одного из зданий.

— Что такое? — удивился я.

— Ничего, просто показалось, — кивнул он, запахнулся в плащ и пошел по заснеженной улице. Спустя минуту он скрылся за поворотом.

Я же запрыгнул в машину и поехал в особняк. К утру надо забрать Наталью из Москвы.

Крыша одного из соседних зданий с баром «Жаркая ночка».

Почему бы не проверить, насколько силен тот самый парень, который успел порядочно насолить господину Нечто. Натан и Корнелла решили, почему бы не попробовать проверить силы Кузнецова Михаила?

Парочка до сих пор не разобралась в нюансах того, какие правила в этом странном городе. Вроде, тут должны быть развалины и горы трупов, но нет. Вместо этого с утра до вечера по улицам ходили маги, как сильные, так и слабые. И даже пару раз им удалось проверить, насколько хороша имперская элита. Но оказалось ничего особенного.

А уж найти дом Кузнецова было не так уж и сложно. Практически каждый житель в городе знал этого парня, так что их не надо было даже пытать, чтобы выяснить адрес. И когда Корнелла и Натан смогли добраться до особняка, то натолкнулись на мощную защиту.

— А какого хрена? Я чувствую невероятную силу. И не одну… Что там происходит… — выпалила женщина.

— И что, тогда проверим кого-нибудь другого? Или сразу в Москву? — улыбнулся Натан.

Но в этот момент ворота открылись и оттуда выехала машина.

— Это он! — воскликнула Корнелла. — Я видела его за рулем!

Оба преследовали машину до города. Оказалось, что там был еще один пассажир, но когда парочка догнала машину, они уже скрылись в баре.

— Будем ждать, — пожала плечами женщина.

Натан поднял палец и на его кончике появился маленький черный огонек.

— Ты же понимаешь, что нам лучше не светиться до поры до времени?

— Конечно, — кивнул Натан и погасил огонек.

Заходить внутрь они опасались банально из-за того, что Кузнецов спокойно мог их почувствовать, хотя они, в отличие от своих предшественников, могли подавлять магию хаоса. Но решили не рисковать.

Пришлось ждать до утра.

— Выходят, — шикнул Натан и накинул на себя полог невидимости. То же самое сделала Корнелла.

Было видно, как Кузнецов о чем-то говорил со своим собеседником. Но в какой-то момент тот повернул голову и посмотрел прямо на Натана и Корнеллу.

— Он же нас не видит? — прошептала она.

— Нет. Определенно.

— Погоди… — прищурилась женщина. — А это не…

Но Натан и сам успел разглядеть вторую фигуру.

— Сматываемся, — произнес он, и оба в мгновение ока оказались на краю города.

Оттуда Корнелла связалась с Петром Первым.

— Вытаскивай нас! — зашипела она. — Мы встретили Есенина.

— Что? — с легкой ноткой радости воскликнул Романов. — Вот уж удивительно, а что он…

— Ты не понял? Он нас увидел! — зарычал Натан.

Они сделали еще пару рывков и уже были далеко от города. Все же такую скорость они могли набрать только благодаря магии хаоса.

— Ох, ну не переживайте, — услышали они голос Петра. — Сейчас… — и он начал быстро бормотать. — Просто Исаак сказал, что обо всем договорился…

Тут за их спиной прогремел жуткий взрыв, словно что-то тяжелое врезалось в землю.

— Догнал, — прозвучал голос из дыма. — А теперь расскажите-ка мне, зачем вы подглядывали за нами от самой усадьбы Михаила?

— Что ты делал рядом с Кузнецовым? — зарычала Корнелла. — Он сказал, что ты будешь подчиняться нам!

— Подчиняться? — вспыхнули глаза у Есенина и он моментально оказался у них за спиной. — А что если я скажу, что у вас осталось всего несколько секунд?

— Прости, мы, наверное, не так выразились, — произнес Натан, но тут же был отброшен в деревья, оставив за собой борозду в пару сотен метров.

— Так что ты думаешь? — в темноте улыбка Александра выглядела еще свирепее. — Я прислуживаю?

— Ты даже не представляешь, насколько сильно ты далек от той силы нашего господина! — прошептала Корнелла и закрыла глаза. — Я готова.

— К чему? — дал ей щелбан Есенин. — Я не буду тебя убивать. Пока. Но ты окажешь мне одну услугу и скажешь Исааку, или кто там сейчас в нем сидит, что твои слова меня очень сильно огорчили, и я найду его…

Женщина открыла глаза.

— Не переживай, твоя вторая половинка уже исчезла в портале.

Генерал хаоса выпучила глаза и уставилась на Сашу.

— Что, удивлена? Да, я знаю все, что вы сделаете наперед. Моему взору ничего не препятствует. И я вижу, как ты боишься облажаться. Твои предшественники не достигли того, о чем их просил ваш господин. Верно? Тебе страшно…

Он провел тыльной стороной ладони по ее щеке, и та попыталась убрать его руку, но тут же скривилась от боли.

— Что такое? Удивлена? Ох, разве тебя не посвятили в то, какая магия у меня была до того, как я обуздал Пустоту? Я могу сжечь тебя в секунду! Но пока оставлю в живых. Тебя накажет твой хозяин, который поймет, из-за кого вы лишились моего покровительства.

— Я… — произнесла Корнелла. — Я… Прошу прощения.

— О, нет-нет-нет! Мне совсем не интересны мольбы какой-то шестерки хаоса. Отнюдь. Но мне нравится, как ты это делаешь. Попробуй еще?

— Прости меня, я не подумала, что сказала… — сквозь зубы процедила она.

Есенин молниеносным движением схватил ее за подбородок и приподнял.

— Не искренне, совершенно не искренне! — он приблизил ее лицо к своему. — Сообщи Исааку, что я иду за ним.

После чего отпустил, и та упала на землю.

— Мой господин обязательно покарает тебя…

Но Есенин помахал пальчиком, прерывая ее словесный поток.

— Не искушай судьбу. Я не настолько милостив, — он сел на корточки. — А теперь давай я тебе расскажу, в какую безвыходную ситуацию ты попала. Это ничего не поменяет, но отчаяние, что я хочу увидеть на генерале хаоса… Это будет для меня маленькой победой.

— О чем ты?

— Какая же ты дура… Уверен, твой господин прекрасно осведомлен, что происходит с его генералами. Так что тут я не волнуюсь. Но что будет, если ты не сообщишь Исааку, что я его ищу? В тот момент, когда он решит довериться мне, я уничтожу его, и угадай, кто будет виноват? Ох, боюсь даже представить, что с тобой сделают… — он улыбнулся и, выпрямившись, обошел ее. — А теперь представим, что случится, если ты все же решишь сообщить Исааку о том, что я хочу его убить? Как только ты, или твой дружок, захотите передать сообщение Исааку, я тут же окажусь рядом и уничтожу его. Не волнуйся, я тоже умею помещать частицу пустоты в тело человека. Тогда ты будешь той, кто привела меня к нему… — он развел руками. — Вот такая вот дилемма у тебя. Ах да… Ты же можешь еще убить себя? Или рассказать своему начальнику? Но тогда он просто сам уничтожит тебя за ненадобностью.

— Что ты хочешь? — яростно буравя Есенина взглядом, спросила она.

— Хм… Видишь ли, мне от вас ничего не надо, — улыбнулся он. — Я ищу Исаака, так что или ты это сделаешь, или я найду его быстрее. Тут нет выигрышной ситуации.

— Мой господин…

— Хватит! — прогремел голос, словно раскат грома. — Твой господин ничего мне не сделает, потому что не сможет. Я стал богом среди людей! — Есенин начал медленно подниматься в воздух. — Я необратимость! И если он попробуем мне помешать, что ж, его пребывание на этой планете продлится недолго!

После чего Саша взлетел еще выше и исчез.

Рядом с Корнеллой открылся прямоугольный портал и оттуда выглянул Петр.

— Ну что, все закончилось?

— Заткнись, — вскочила она. — Я хочу кого-нибудь убить и желательно, чтобы это был кто-то сильный.

— Ох, как удачно! — улыбнулся Романов. — А у меня как раз есть кандидат! И очень хороший кандидат. Хоть он и сильно ослаб, но должен тебя порадовать. Давай, проходи в портал, я тебе все расскажу поподробнее.

Женщина отряхнулась, посмотрела в небо и, не увидев никаких следов Есенина, шагнула в портал.

Но когда он закрылся, из-за ближайшего дерева вышел Александр.

— Пока все так, как я запланировал. Я еще стану героем…

Вернулся в Москву я с первыми лучами солнца. Гвардейцы уже выходили на утреннюю тренировку. Наталья была на ногах и что-то кашеварила на кухне.

— Доброе утро, — поздоровался я с ней и, заварив чай, встал у окна понаблюдать за тем, как бегают мои солдаты.

Даже в отсутствие Валеры они не прекращали свои изнурительные тренировки, которые вошли уже у них в привычку. На том месте, где лежала темница Валеры, солдаты возвели ограждения и поставили навес, чтобы пирамидку не присыпало снегом.

— А у вас тут как-то пусто, — сообщила женщина. — Где все остальные?

— Уже на Сахалине. Там безопаснее и места куда больше. Все же есть вероятность, что метеориты еще будут падать.

— Я оставлю «Говнозажим» с этими ребятами, — она кивнула в окно. — Пусть пользуются.

— Думаю, они будут только рады, — кивнул я. — Кстати, через сколько готова вернуться в Широково?

— Дай полчаса.

Пока она готовила завтрак, мы с Лорой переместились в гостиную и включили телевизор. Надо быть в курсе последних событий.

И оказалось, не зря я включил новостной канал.

'… по итогу утренней встречи с главой имперской Канцелярии царь принял решение выступить с речью сегодня вечером в прямом эфире. Подробности неизвестны, но речь наверняка будет касаться последних происшествий в стране. Пресс-конференция назначена сегодня в девятнадцать ноль-ноль.

А теперь о погоде…'

— И как он собрался выступать в таком состоянии? — удивилась Лора.

— Сам не знаю, но у меня дурное предчувствие, — я выключил телевизор и, чтобы хоть немного развеяться, понес прибор к гвардейцам.

— Я считаю, — продолжила Лора, — что нам надо быть на этой пресс-конференции. Мало ли что там будет.

— Думаешь, там без нас будет мало охраны? — улыбнулся я. — Из-за состояния Петра Петровича, думаю, там будет усиленная охрана.

— Конечно, но все же наше присутствие не помешает. Ты вроде, не какой-то там хрен с горы, — хихикнула она.

— Ага, я хрен с Сахалина.

Прибор я установил рядом с казармой. Включив его, попутно объяснил солдатам, как он работает. Ну да, пришлось немного подкорректировать их утреннюю тренировку, но это было важно.

Потом я позвонил Кате, чтобы подробнее узнать про вечернее сообщение.

— Честно, Миша, я сама узнала об этом двадцать минут назад, — ответила она и, судя по голосу, была явно возмущена тем, что с ней не обговорили этот момент. — Теперь мне надо срочно организовывать помост и надлежащую защиту, — фыркнула она. — Папа хочет выступить на Красной площади перед всей публикой.

— Если ты не против, выдели для меня пару местечек в первом ряду. Я тоже приду.

— Обязательно. Не против сидеть рядом с Настей?

— Да как скажешь, хоть познакомлюсь с ней поближе, — улыбнулся я. — Кстати, спасибо, что обустроила Сахалин.

— Ой, да брось! Это такой пустяк за то, что ты сделал. Ребята, правда, рассказывают какие-то сказки…

— Например? — удивился я.

— Да не бери в голову, — хихикнула она. — Мол, крылатый демон в небе расстреливал остров Распутина из твоего лисенка.

— Действительно бред, — улыбнулся я.

— Ладно, приходи чуть раньше, к шести, чтобы я тебя провела через службу безопасности. Все чао. Девчонкам привет! — и не дождавшись ответа, бросила трубку.

Я уже вернулся в дом и к тому времени Наталья, наконец, закончила завтрак.

— Погнали?

— Ага.

Мы прошли через портал и опять оказались в Широково. Там мы с Наташей и Унуром посидели в кабинете с Надей и определили некоторые детали производства.

Кстати, Надя сообщила, что с ней связались несколько военных родов и они сейчас обсуждают процесс финансирования. Также к нам, в Широково, едет оборудование и уже завтра будет у нас.

После этого мне все же удалось уделить внимание Маше и Свете. Конечно, не так, как мне бы этого хотелось, но мы прогулялись по территории нашего дома. Благо, тут помимо военной техники, всяких странных строений и бесчисленного числа питомцев, был еще и парк. Посейдон взял себе за привычку облагораживать это место, и вскоре к нему присоединились гвардейцы с Тари.

Это была их отдушина. Частенько мы замечали, как по небольшому лесочку с красивыми фонарями и дорожками прогуливаются немногочисленные солдаты. Такое было необходимо каждому… немного красоты.

Маша сообщила, что, скорее всего, будет рожать на Сахалине. К этому времени, род Чеховых, с которым у меня контракты, отстроит отличную больницу, и даже не одну. Да и там сейчас одно из самых безопасных мест в Империи, куда постоянно стекались люди.

Принимали мы в первую очередь простых людей. Не магов. Аристократы и маги-истребители шли в последнюю очередь, и, если быть откровенным, то с момента, как я стал главой Сахалина, аристократов на острове не прибавилось.

Света рассказала, что теперь ее мать почти безвылазно сидит на Урале. А Маша сообщила, что ее матушка занимается расселением мелких деревень на границе с Дикой Зоной. Точнее то, что от них осталось.

— А ваши отцы будут на сегодняшней пресс-конференции царя?

— Мой точно не будет, — ответила Света. — Он на Черном море. Есть опасность прорыва со стороны Валахии.

— А мой уже где-то на границе с Речью Посполитой. Там сейчас что-то странное, он мне не объясняет.

— Девочки, у меня к вам одна просьба. Не могли бы вы проверить Эля? А то он после заточения своего брата немного печален. Я пытался его успокоить и вроде получилось, но сами понимаете, — пожал я плечами.

— Да, без проблем, — кивнула Света.

— Катя просила посмотреть, как проходит строительство торговых центров, — кивнула Маша.

И это очень хорошо, что мне не пришлось их убалтывать. Мы не спеша собрали вещи, прошли через порталы и оказались на Сахалине. Там их забрали Перестукин и команда, а я вернулся обратно в Москву.

Время подходило к вечеру.

— И не стыдно тебе врать своим женам? — фыркнула Лора.

— Стыдно, а что делать? — развел я руками, проверяя свои мечи. — Времени мало, а мы так и не нашли Исаака.

— Так ты даже не пытаешься, — вздохнула Лора.

— А у тебя есть варианты?

— Нет, — призналась Лора. — Нам надо найти Петра Первого. Без него мы ничего не сможем сделать.

Богдана я нашел в теплице с Налимовыми. Они неплохо сдружились, и даже младший Налимов вроде как стал даже приятелем для парня.

Но надо было ехать.

— Богдан, мне нужна твоя помощь, — я позвал его в сторону. — Поехали со мной на выступление Петра. Бывал на Красной площади?

— Ну… Давно…

— Вот и отлично. Посмотришь, как она изменилась, — кивнул я.

Мы прыгнули в машину и поехали.

Краем глаза заметил, что Богдан периодически поглядывает в телефон.

— Миш, а как написать человеку, что мне интересно с ней общаться, но чтобы она не поняла, что она мне нравится?

— Ты про Мадоку?

— Ну… Допустим… — кивнул он и покраснел, словно школьник.

— Думаю, она не будет против, если ты ей так и скажешь, — улыбнулся я. — Поверь, она знает. И ждет от тебя первых шагов.

До Красной площади я накидывал ему советы на любовном фронте.

На Красной площади было столпотворение, хотя до выступления царя оставалось чуть больше часа.

Я заранее созвонился с Катей, и она сообщила, что меня, как особого гостя, проведут по отдельному пути. Как и Богдана, соответственно.

Удивительно, как быстро они воздвигли большую сцену. Да не подумаешь, что все это мероприятие было задумано буквально утром.

Мы проехали на машине к специальной парковке. Там нас уже ждали люди из Кремля. И секретаря, который был на презентации говнозажима, я сразу узнал.

— Ваша светлость, — любезно поклонился он. — Прошу прощения, как обращаться к вашему товарищу?

Богдан и сам занервничал. Все же впервые на таком крупном мероприятии.

— Это Богдан Михайлович, — представил я его.

— Очень приятно, — кивнул секретарь. — Прошу за мной. Необходимо пройти службу безопасности.

Это была большая комната, расположенная прямо за сценой. Там я узнал еще несколько знакомых. Тот же Газонов и супруга Чехова, Ольга Леонардовна. Также были несколько аристократов, которые сотрудничали со мной по некоторым отраслям, и те, кто вчера был на презентации в Кремле.

Но было и много тех, кого я не знал. Хотя меня постоянно кто-то изучал и не всегда в открытую.

— Пожалуйста, сдайте оружие, — сказал один из служащих, когда очередь дошла до меня.

А так как у меня все нужные вещи в пространственном кольце, я развел руками, показывая, что у меня ничего нет.

— А что у вас на руке? — спросил мужчина.

— Это? — показал пальцем на Болванчика. — Мой питомец, так что прошу прощения, я вам его не отдам.

— Но…

Тут запиликала рамка у Богдана.

— Господин, прошу вас выложить все оружие на стойку. Артефакты, руны и прочие магические предметы.

— Но… — он развел руками. — У меня ничего нет.

Да и я не мог объяснить, почему все приборы на него реагировали. Не скажу же, что этот парень такого же возраста, как и царь, и что это у него второй образ, да и зачем это все рассказывать…

Так что у нас возникли некоторые разногласия со службой безопасности. Пришлось звонить Кате и объяснять ситуацию, но без подробностей. В итоге, она пришла сама.

— Миша, Богдан, — поманила она нас. — Проходите.

— Но ваше величество… — запротестовал начальник охраны.

— Под мою ответственность. Или вы не знаете, что князь Кузнецов сделал для Российской Империи?

— Простите, — кивнул тот. — Но все же я должен доложить об этом.

— Как угодно.

После чего мы в сопровождении младшей Романовой прошли в первые ряды.

Некоторые шушукались у нас за спиной, явно недовольные тем, что я сижу в первом ряду.

— Миша, а почему тебя так не любят? — удивился Богдан. Слух у него был куда лучше, чем у простого человека, так что ему он слышал все нелестные обвинения в мой адрес.

— Завистников много. Кто-то думает, что именно благодаря мне и Любавке на страну упали сотни тысяч метеоритов. Кто-то завидует тому, что я дружу с царем. Они, много лет подлизываясь, так и не смогли, а у меня это получилось за такой короткий срок, — пояснил я.

— А еще кто-то говорит, что ты отхватил себе Сахалин, — добавил он, навострив уши.

— Ага, такое тоже есть.

И пока народ собирался, я решил, что надо немного осмотреться более детально.

— Лора, дорогуша, как обычно…

— Поняла.

Через несколько секунд у меня уже была карта местности. Строение декораций и список интересных магов. И все они, как ни странно, были в первых рядах в VIP-ложе.

Народ также подходил. По предварительным подсчетам Лоры на Красной площади уже было около пятидесяти тысяч человек.

— Ого, почти как в новый год, — улыбнулся я.

Многие были обеспокоены тем, что сейчас происходит в стране, и хотели услышать, что все будет хорошо и царь, будучи сильным правителем, разберется с проблемами. Они были уверены, что держава опять будет на высоте.

Мое же присутствие было исключительно прагматическое. Я хотел, на всякий случай проверить, не будет ли нападений на царя? Сейчас было бы идеально совершить на него покушение, как раз из-за его нынешнего состояния.

— Я так не думаю, — сказала Лора, прочитав мысли. — Как ты думаешь, почему первые ряды заняли исключительно сильные маги, как и ты? Да потому что царь знает, что если в одном месте соберутся такие мощные люди, то враг испугается нападать, каким сильным бы он ни был. К тому же, если твое прекрасное лицо пару раз мелькнет на экране, то это лишний раз даст всем этим последователям хаоса и Пастуха передумать. Все же в стране не так много людей, которые могут изгонять частицы божеств.

И в подтверждение этих слов, ко мне подскочил какой-то репортер и начал закидывать вопросами, причем, не самыми приятными.

— Ваша светлость, князь Кузнецов! — тараторил он. — Скажите, это правда, что о вас говорят? Вы виновник падения метеоритов? Правда ли, что верхушка власти покрывает вас? Насколько верны слухи, что вы были в Англии инкогнито?

Но он почему-то замолк и, только посмотрев на Богдана, я догадался почему. Мой спутник вылупил на бедолагу глаза, и, не мигая, смотрел ему в лицо. При этом он улыбался, словно маньяк и не моргал. Даже мне стало бы некомфортно, если бы на меня кто-то так смотрел.

— Ох, как насчет того, чтобы приехать ко мне в особняк? Я лично проведу вам экскурсию, — улыбнулся я, но бедолага меня явно не слышал.

— Как он прошел? — воскликнула Катя, оказавшись неподалеку и указывая пальцем на заблудившегося репортера. — Вышвырните его нахрен отсюда! Места для СМИ в другом секторе!

К бедному парню и его оператору тут же подскочила охрана и под белые рученьки уволокла их в неизвестном направлении.

«Дамы и господа, выступление царя Петра Романова начнется через пятнадцать минут».

Центральное здание администрации острова Сахалин.

В кабинете Эля было все два человека и один гусь.

Света и Маша пытались отвлечь губернатора от мыслей о том, что его брата заточили в какую-то декоративную пирамидку. Хоть он и не подавал вида, но все же девушки чувствовали, что не все так просто, и на душе бедолаги скребутся кошки.

— Эль, слушай, а как ты так успел сделать, что теперь в городе так… — Маша задумалась на секунду. — По-другому. Даже не знаю, с чего начать. Улицы чище. Народ доброжелательнее.

— Потому что я знаю, как им управлять. Меня буквально учили этому с пеленок, как и Валеру, — и вздохнув, он уставился в окно.

Света пихнула подругу в бок и состроила злое лицо.

— А как именно ты этого добился?

— Так все же проще простого. Не надо бороться с последствиями неудачи. Надо найти корень. Для начала я убрал все темные переулки, увеличив банально количество фонарей. Снял с должностей всех аристократов, получивших места по знакомству или коррупционным путем. И назначил тех, кто шарит.

— И все?

— Конечно нет, — фыркнул он, немного приободрившись. Маша и Света переглянулись и поняли, что попали в любимую тему Эля. — Также я расставил на каждом углу мусорки, чтобы город банально был чист, а сверху назначил большой штраф за мусор. Еще пришлось прибегнуть к магии и увеличить число деревьев в городе. А мои верные помощники, — он прищурился. — Я говорю о вампирах, если вы не поняли, ночью они патрулируют переулки, и делают это с крыш.

— Ого, а ты неплохо…

— Кроме того! — он уже начал расхаживать по кабинету, словно полководец, рассказывая о своих достижениях. — Всех обеспечил жильем. Вообще всех! И все благодаря государственной поддержке и ваших родов в частности, — кивнул он. — Больше школ и садиков. Особенно садиков! Ну и соответственно льготы для мамаш и полных семей и огромные штрафы на разводы. А то, иш ты, удумали, разводиться! Видели статистику?

— Даже удивительно, что торговые центры почти готовы! Скорость строительства поражает, — удивилась Маша.

— Я еще выделил средства на ремонты дорог. И пустил автобусы для простых людей. И самое главное! — гордо задрал он голову. — Я дал больше полномочий гвардии.

— А ты не переборщил? — удивилась Света.

— Нисколько! Сочетание жесткого контроля с плюшками и социальными программами сделает этот остров эталоном! — последние слова он буквально прокричал.

— Что ж, — Света взяла Машу под руку. — Пожалуй, мы отлучимся ненадолго. Катя попросила проверить несколько объектов…

— Я вызову вам машину, — он ловко запрыгнул на стол и по громкой связи приказал подвести машину к выходу.

Перестукин лично встретил дам и открыл им двери.

— Пока едем, посмотрим выступление царя, — сказала Света, включая небольшой экран, встроенный в потолок машины. — Еще десять минут до начала… О, смотри, кто это такой деловой сидит в первом ряду?

Маша прищурилась.

— Он что, взял с собой Богдана?

— Этот монстр с мозгами ребенка может что-нибудь учудить, — фыркнула Света. — Я бы на это посмотрела.

— Тебе папа разве не рассказывал, что было в Китае, когда они его нашли?

— Рассказывал, вот поэтому я и хочу посмотреть.

Но все что они видели, это плавные переходы кадров — от толпы народа до VIP-трибун и сцены. Все это сопровождалось расслабляющей музыкой.

Автомобиль резко затормозил.

Впереди на дороге открылся ровный пульсирующий прямоугольник света. Затем еще. И еще.

Из порталов вышли пять существ. Выглядели они странно. На всех были рыцарские доспехи. За забралом горели красные огоньки глаз. На спине были отростки в виде дополнительных конечностей, похожие на паучьи лапы.

— Твою ж мать… — выдохнул Перестукин и начал переключать машину в полетный режим.

Один из монстров сорвался с места и со всей силы влетел в бампер, сильно смяв кузов, который, между прочим, был из сплава с маголитовым напылением.

— Ах ты, скотина! — зарычал Перестукин. — Сломал прибор… Дамы, спокойно, летать не сможем, но уедем точно.

Он достал из кобуры пистолет и прямо через лобовое стекло начал метко отстреливать в голову чудищу. Света и Маша же смотрели на порталы, не мигая. У обеих руки инстинктивно легли на рукоятки мечей.

Остальные монстры тоже пришли в движение, но двигались не так стремительно.

— Назад! Назад! Назад! — рявкнул Перестукин, бросая машину в задний ход.

— Это что… Исполины? — прошептала Маша и между ее пальцем начали проскакивать огоньки.

Света же продолжала смотреть на тварей, не отводя взгляда. Она сжала руку в кулак, и на окне заплясали мелкие капли, будто в салоне стало очень жарко.

То существо, которое врезалось в машину, наклонило голову и трусцой побежало за машиной. К нему присоединились остальные четверо. Машина понеслась задом, подскакивая на дорожных кочках. Между деревьев мелькали тени монстров, на дорогу летели ветки.

Из портала начали выходить твари поменьше. Но у всех на спинах торчали паучьи лапы. Они отталкивались от земли и разбегались в разные стороны.

— Коля, не в город! Они могут переключиться на гражданских! — крикнула Света водителю.

— Понял!

— Света, справа! — крикнула Маша. — Задержи их!

Нахимова опустила стекло и вытянула руку. Влажность в воздухе сгустилась, снежинки начали превращаться в пар, а потом собираться в маленькое копье. Одного из монстров пронзило насквозь, но это не нанесло ему существенного ущерба. Второй монстр поскользнулся на льду, сильно ударившись о сосну. Третий попытался допрыгнуть до машины, но завис, будто угодил в воду, а затем его отшвырнуло вбок.

— Надо с ними разобраться! — крикнула Маша, открывая окно со своей стороны. — Пусть только попробуют подойти ближе! Коля, по моей команде делаешь разворот.

— Готов! — кивнул он и выпустил несколько пуль в ближайшую тварь.

— Давай!

Водитель вырулил резко — машина чуть не врезалась в сосну, вывернула, пошла по параллельной тропе. Сзади один из монстров зацепился лапой за дерево, и то рухнуло, с треском перекрыв дорогу.

— Надо их ослепить… — прорычала Света.

— Сделаю! — Маша сложила пальцы пистолетом и на кончике ногтей начал закручиваться огненный шар. Затем вокруг него появились мелкие кольца из камней.

После Кутузова прицелилась через заднее стекло и выстрелила прямо в момент прыжка монстра на машину.

Его откинуло и оторвало одну лапу.

Что-то завизжало. Металлическое. Неестественное.

— Ага, больно, тварь! — крикнула Маша. — А еще? — и выпустила еще парочку.

Однако монстры сообразили, что лучше делать так, чтобы в них не попадало это заклинание, и начали двигаться за машиной зигзагами.

Перестукин вывел машину на деревянный мост через реку. Из-за магии Светы под ним был густой туман.

— Дамы, нужна ваша помощь. Если сможете обрушить мост, мы на время их отбросим! — сказал водитель.

— Без проблем, — хором сказали девушки.

Маша выпустила мощную струю огня, оттесняя монстров от машины. А Света, создав два хлыста, словно лезвиями разрубила конструкцию, держащую мост.

И когда машина оказалась на другой стороне, Света обрубила конструкцию и с этой стороны. Мост рухнул вниз, затерявшись в тумане.

Машина резко затормозила, встав боком.

Света посмотрела в переднее зеркало.

— Как не вовремя я отдала Игоря…

Но расслабляться было рано. Деревья по обе стороны от дороги начали неестественно трещать.

Маша наклонилась к Перестукину.

— Рано остановился… Гони к берегу. Там Аркадий.

В этот момент из леса выскочил монстр в рыцарских доспехах и тяжелой поступью побежал на машину. Но Перестукин уже надавил на газ.

— Что происходит… — выдохнула Света, смотря назад.

Прямо за ними из леса выбегали все новые твари и бежали за машиной.

В кармане у Маши и Светы что-то зашевелилось. Через мгновение перед их лицами появились две детальки Болванчика и голосом Михаила произнесли:

— Скоро буду. Дождитесь меня.

Сигнал от Болванчика поступил как раз тогда, когда до выступления царя осталось всего пять минут. Поначалу я даже не понял, что произошло, так как не подслушивал и не подглядывал за женами. Но Лора сориентировалась первой и вывела мне голосовой набор, а потом и видео.

На Сахалине творилась какая-то непонятная дичь. И меня это сильно напрягло.

Особенно то, что монстры сейчас преследовали Машу и Свету.

— Это явно ловушка Петра Первого, — твердо сказала Лора.

— Я знаю.

Встав с места, я наклонился к Богдану и прошептал.

— Будь начеку. Что-то может произойти. На Сахалине появились монстры.

Тот не подал виду и просто кивнул.

И как назло я не мог отправить своих питомцев через портал. Что ж, сделаю пометку, что надо всем выдать доступ. На выходе меня пытались остановить, и даже Катя окликнула, но я сообщил, что это срочно и потом все ей объясню.

А пока я запрыгнул в машину и через детальку передал Маше и Света, что скоро буду. Главное, чтобы они не попали в еще более крупные неприятности.

— Езжайте к берегу. Там будет Аркадий, — так же передал через Болванчика.

— Ты не поверишь, но мы дочери военных и в курсе как работает тактика, — язвительно ответила Света.

— Свяжитесь с Элем, — посоветовал я.

— Что может сделать гусь? — удивилась Маша.

— Просто свяжитесь! — и отключился.

Еще и как назло из центра было очень тяжело выехать из-за скопившегося народа, так что пришлось бросить машину и своими ножками прыгать по крышам, обложив себя детальками Болванчика.

Из-за зданий особо не разогнаться, но все же через двадцать минут я выбежал на трассу и тогда уже разогнался. Еще через пять минут я был дома. Там я прыгнул в портал в Широково. Взял Тари и Любавку и оказался на Сахалине.

— Лора, полный анализ острова! Разрешаю полный доступ к энергии. Болванчика на разведку.

Из кольца стремительным роем вылетели все детальки и разлетелись в разные стороны.

— Ты еще никогда не делал полное сканирование острова, — предупредила Лора, выводя расход энергии.

— Всегда что-то бывает в первый раз, — и повернулся к Тари. — На тебе защита столицы. Мы с Любавкой займемся зачисткой.

Но черт возьми, сколько же энергии тратилось. Я и представить себе не мог, что это будет настолько затратно. И все же Лора закончила сканирование.

— Ну что, начнем охоту, дорогая? — достав мечи, спросил я у Любавки.

Лора предоставила ей местоположение монстров.

— Я готова, — и не дожидаясь моего ответа, молниеносно сорвалась с места и исчезла за деревьями.

— Что с трансляцией?

— Царь только вышел на сцену, — сообщила Лора, подключившись к одному из каналов.

Красная площадь.

г. Москва.

Все было настроено. Камеры готовы. Репортеры приготовились комментировать каждое слово царя. «ЦарьГрад24», «ВечеТВ», «ИмперияФМ», зарубежные каналы, транслирующие в основном на Северную Европу. Красная площадь, оцепленная и усиленно охраняемая, ожидала своего Императора.

В первых рядах в VIP-секторе блистали аристократы, чиновники, герои войны, представители военных родов и магических кланов. Вышитые мундиры, ордена магические перстни — все смешалось в роскошную мозаику.

Слева от сцены стояла принцесса Екатерина в платье из белого шелка, с тонкой диадемой, выкованной из чистого серебра. Она держалась спокойно, но внутри все дрожало. Отчего-то ей казалось, что все пойдет не по плану.

Она обернулась к своим помощником:

— Где Кузнецов?

Помощники переглянулись. Один из них откашлялся:

— Он… вскочил и резко ушел. Сказал, срочное дело.

— Остался только его человек, с которым он пришел. Сейчас он сидит в первом ряду, — добавил другой. — Его представили, как Богдана Кузнецова.

Катя выцепила его в толпе и шагнула к нему. Богдан, высокий, в черной рубашке и плотном жилете, глядел куда-то вверх, будто слушал музыку, звучащую из другого мира. Его лицо было отрешенным, словно ему было неинтересно, что сейчас будет происходить на сцене.

— Где Михаил? — спросила она прямо.

— Сам точно не знаю, он сказал что у него срочное дело, — пожал плечами Богдан.

Катя нахмурилась. Кузнецов никогда не исчезает без причины. Нет, точно случится что-то дурное.

— Как обычно… — выдохнула она, и тут прозвучали торжественные фанфары.

Толпа стихла. Камера навелись. Из-за сцены в сопровождении двух охранников медленно вышел царь Петр.

Он был… Не тот.

Худой. Лицо осунулось, глаза запали. Когда-то он был как статуя — мощный, прямой и непоколебимый. Сейчас тень себя прежнего, осунувшийся, истощенный. Глаза глубоко посажены, щеки впали, руки дрожали, но голос был твердым, как раньше.

— Дорогие подданные российской империи, граждане. На нашу страну было совершено ужаснейшее нападение — с неба обрушились метеориты. И если раньше они падали только в пределах Дикой Зоны, то теперь обрушились на всю Империю. Метеориты, из которых вышли монстры, были моментально ликвидированы общими усилиями магов-истребителей, армии и аристократов. Пусть все знают, что нас не сломать. И сейчас я смело могу заявить, мы победим, — он тяжело поднял кулак вверх, — не за счет чуда или магии, а за счет нашего упорство и духа. Потому что сила этой земли — в ее людях. Забудем тех, кого потеряли и нанесем врагу двойной урон, чтобы он навсегда запомнил нас.

Толпа зашумела. Кто-то аплодировал, кто-то шептался. Однако недовольство все равно прорывалось сквозь волну ликования. Кто-то кричал:

— Где магические войска? Почему метеориты все еще падают?

Катя не сводила глаз с отца. Он стоял, несмотря на боль. Но ее сердце подсказывало — что-то сейчас случится.

Она посмотрела на Богдана, с которым пришел Кузнецов. Сейчас он замер. Ноздри дрогнули, взгляд стал стеклянным. Он явно почувствовал что-то, как охотник, уловивший тень в зарослях.

Толпа продолжала гудеть.

— Врет, — донеслось задних рядов. — Все хуже, чем говорят!

Катя стояла в закулисье, сжав кулаки. К ней подошел охранник и молча протянул трубку.

— Из отдела магического контроля, — сказал он. — Срочно.

Катя приложила трубку к уху:

— Говорите.

— Принцесса, зафиксированы новые падения метеоритов. Север и юго-запад. Портал открыли за два квартала от площади.

— Порталы⁈ Черт…

После чего бросила трубку и рванула на сцену:

— Отец! Папа! Там…

Прогремело два взрыва — слева и справа. Многие задрали головы к небу. Сквозь густые облака на площадь летело несколько метеоритов.

Камера затряслись. Люди начали кричать. Охрана бросилась к царю и Кате. Их окружили щитами. Девушку начали вытаскивать назад, но она успела оглянуться и в последний момент увидела, как VIP-ложа аристократов пришла в движение. Кто-то активировал магические щиты, кто-то усиливал тело энергией, но все внимание царевны было приковано к Богдану.

Он стоял перед перилами. Из его спины медленно вылезали крылья как у летучей мыши, но с металлическим блеском. На голове два темных, острых рога. Глаза вспыхнули багровым светом. Лицо было максимально сосредоточенным.

Он не атаковал. Он ждал.

Катя тут же вспомнила его странное поведение и поняла — Богдан почувствовал метеорит раньше всех. Отец тоже видел это преображение и аккуратно взял дочь под руку:

— Все хорошо, дочка. Он на нашей стороне.

Только сейчас я пожалел, что не взял что-то потеплее. Даже не додумался засунуть в пространственное кольцо какой-нибудь супер-теплый пуховик. Просто понадеялся на то, что буду везде разъезжать на машине. Поэтому пришлось Лоре разгонять энергию по телу, чтобы согреть меня.

Как назло, по всему Сахалину объявили снегопад с ветром. Удовольствие было меньше среднего, когда каждая снежинка врезалась в лицо под огромной скоростью, словно тупая иголка.

Оказалось, не только Маша и Света подверглись нападению. Хотя я это предвидел.

На трассе, пока я направлялся к цели, натолкнулся на рейсовый автобус, который отбивался от мелких тварей. Их было немного, но все же в сопровождении автобуса находилось всего два мага, так что я вписался и Болванчик разорвал этих букашек на мелкие части.

Мне хватило несколько секунд, чтобы спасти работяг. Пассажиры возликовали:

— Благодарю, ваша светлость!

— Слава князю Кузнецову!

Еще одна старушка каким-то чудом умудрилась вставить свои пять копеек:

— Ой, милок, а ты чего такой синий? Замерз поди?

— Все хорошо, бабушка, я спешу, — посмотрел я на водителя. — Езжай в столицу. Там уже все предупреждены.

И уже приготовился сорваться к женам, но старушка поймала меня за рукав:

— Держи, — сунула она мне термос в руку. — Там горячий чай. Авось потеплее станет.

— Ох, какая приятная старушечка! — расплылась от умиления Лора. — Потом обязательно верни термос!

— Спасибо! Вы не представляете, как меня выручили.

Черт его знает, отчего она решила, что я замерз, ведь я продолжал греться энергией, разогнанной по телу. У меня так-то температура под тридцать девять, но все же я успел сделать пару глотков ароматного чая по дороге.

— Что там с Элем? — спросил я.

— Он пока занят командованием солдат, — ответила Лора.

До цели нам оставалось около ста километров. И как назло они двигались по диагонали, что осложняло погоню.

Вот только и моя скорость была куда быстрее. Мои печати на скорость достигли уже седьмого уровня — башня во внутреннем хранилище открывала все больше новых этажей. А мои навыки фактически превышали тот ранг, в котором я сейчас находился.

— Поднажмем…

Опасения за Машу и Свету были не напрасны. Болванчик показывал, кто их преследует, и меня это сильно обеспокоило. Посягнуть на женщин, к тому же в положении… Этот прием из разряда запрещенных.

Так что никакой пощады моим противникам. Хватит. Теперь все будут просто умирать, если мне подвернется такая возможность.

Удивительно, как филигранно Перестукин водил машину и не давал тварям даже приблизиться к себе. Маша и Света тоже умудрялись пускать в ход магию, и, судя по их лицам, они совсем не беспокоились в отличие от меня. Я действительно переживал.

— Лора, добавь энергии… Быстрее! — сквозь зубы произнес я.

— Ну держись…

Заснеженная трасса.

Где-то между постом ДПС №17 и берегом.

По ледяной трассе на полном ходу несся бронированный военный автомобиль повышенной комфортности «Пушинка-6». Мотор ревел, выжимая из себя все силы. Даже столкновение с монстром никак не повлияло на скорость транспорта. Машина была покрыта слоем снега, засохший слизи и кровью монстров. Передняя часть, как и боковая дверь со стороны водителя, была сильно помята. Лобовое стекло разбито.

— Мы точно не едем через Котелки⁈ — рявкнула Маша, выскакивая из люка с заклинанием в ладони.

— Другой дороги нет! — отозвался Перестукин, сжав руль с такой силой, будто хотел его задушить. — Остальные дороги ведут в населенные пункты. А это деревня уже расселена. Там мы сможем оторваться и сократить путь к берегу.

С неба на крышу упало мощное заклинание, едва не пробив корпус.

— Еще чуть-чуть, и у нас была бы пробоина! — взвизгнула Света.

За автомобилем мчались монстры в черных латах и шлемах. У некоторых в руках были мечи, топоры и копья. Все бежали с ужасающей скоростью, пытаясь допрыгнуть до автомобиля.

— А это еще что за хрень⁈ — выпучила глаза Маша, оглянувшись на заднее стекло.

Рядом с тварями в доспехах появились монстры на костяных лошадях. Между ними копошились крысообразные, клыкастые и мерзкие твари. Они пытались прыгнуть на колеса, чтобы остановить машину.

— Кажется, у нас гости! — крикнула Маша, кидая вниз взрывной сгусток пламени.

Полдюжины тварей разлетелось и большая часть угодила под копыта всадника. Но были и те, кто пытался залезть в салон машины.

Света метнула несколько мелких ледяных игл. Даже так одна тварь умудрилась проскользнуть и прыгнула на Машу, но маленькая деталь Болванчика быстро расправилась с мелкой тварью, пробив ее насквозь.

— Перестукин! Жми! — скомандовала Маша.

— Я уже выжимаю все, что есть! Если нажму еще, мы сможем прыгнуть в будущее. Но если вы не против…

Он нажал пару кнопок на приборной доске, и в салоне заиграл тяжелый рок.

Слева рыцарь подпрыгнул и всадил копье в борт. Броня едва выдержала. Перестукин сделал серию точных выстрелов из пистолета, но это не нанесло всаднику никакого ущерба.

— Ну все, у меня кончились патроны! — воскликнул Николай. — Теперь вся надежда только на магию.

Света высунулась и разбила верхнюю часть доспеха рыцаря водяным клинком. Половина забрала отлетела и показалось обезображенное лицо, заштопанное как у куклы.

— Разве Исполины выглядят так? — удивилась Света, посмотрев на свою подругу.

— У меня нет никаких данных об их внешнем виде. Знаю только то, что они в рыцарских доспехах.

Еще два всадника настигли машину. Один из них подскочил со стороны водителя и занес над головой огромный топор. Прошла секунда и половина топора отпала.

— Ну что, девчонки, под музыку уже не так страшно? — пытаясь справиться с волнением, сказал Перестукин.

Света продолжала использовать водяные хлысты, чтобы нанести больше урона.

На дороге появился какой-то костяной мужик в мантии. Его голова была больше похожа на череп, и верхняя часть — голые мозги, которые в несколько раз были больше самой головы.

Он поднял руки вверх, и над ним, увеличиваясь в размерах, начало формироваться какое-то энергетическое кольцо. Затем в машину полетели черные копья как из пулемета.

Перестукин начал вилять, пытаясь увернуться, но все же их было слишком много и некоторые попали в машину. Благодаря магической защите копья только застряли в корпусе. Затем что-то задымилось под кузовом.

— Зараза, — выругался Перестукин. — Девочки, под сиденьем автомат. Будьте любезны…

Они откинули сиденья. Там был приличный арсенал оружия.

— Николай, — удивилась Света. — Это мы что, на войну готовимся?

— Да нет, это так… на «черный» день, — пожал тот плечами.

Света зарядила автомат и передала Николаю. Тот с ходу начал стрелять в существо с мозгами наружу.

Пули начали останавливаться в нескольких сантиметрах от врага.

Пришлось остановить машину. Маша вылезла наружу через люк в крыше и без лишних слов запустила в монстра струю пламени. А Света поставила Ледяные щиты, чтобы защититься от атак врага. Монстр в мантии, призывающий копья, оказался на удивление слаб и огонь Кутузовой уничтожил его за мгновение. Он сгорел как факел.

— Погнали! — крикнула Света.

Но рядом уже показались костяные всадники. Машина начала набирать обороты, но повреждения сказывались на двигателе, и теперь она не так быстро набирала скорость.

Скакуны уже были справа и слева от машины. В их лапах были молоты и секиры. Да и выглядели они так, будто одним ударом способны разрушить автомобиль пополам.

В следующую секунду рыцари справа и слева начали трястись будто в конвульсиях. Маша и Света присмотрелись и увидели, что это маленькие продолговатые детальки.

Прошла секунда, и вдруг вся толпа монстров застыла. Перед машиной прямо посреди трассы стоял человек. Высокий. В легком пальто, которое вряд ли спасет от холода. В руке он держал огромный меч, во второй термос.

— Дамы, кажется мы в безопасности, — выдохнул водитель.

— Прошу прощения за опоздание, — сказал Михаил. — Пробки. Да и по дороге попадались всякие букашки.

Огромный рой деталей за его спиной складывался в причудливые фигуры, что одновременно пугало и захватывало.

Он открыл термос, сделал глоток и с довольной улыбкой пошел на врага, оставляя мечом глубокий след в асфальте.

Догнать жен с Перестукиным оказалось той еще проблемой. На пути появлялась куча мелкой шелухи, прыгающей мне под ноги, явно пытаясь меня задержать. Хорошо, что Болванчик сбивал их на лету. Наконец мне все же удалось догнать своих, причем получилось так, что они ехали мне навстречу.

Картина маслом — изрешеченная машина, а позади несутся Исполины. И были они какие-то странные.

Модифицированные. На конях. С оружием.

Я не стал церемониться — пресс-конференция уже началась, а мне кровь из носу нужно поглядеть ее хотя бы одним глазком. Меня не покидало ощущение, что это все не просто так и меня явно отвлекают.

Наконец, Перестукин подъехал ко мне и остановился.

— Доброго времени, — кивнул он. — Рад, что вы подошли.

Из салона вышли Маша и Света и наградили меня поцелуями в обе щеки. Между тем из тумана на трассу вышли четыре монстра. Болванчик бросился на них, чтобы отвлечь, пока я не раздам распоряжения.

— Давай вези их к берегу! — сказал я Перестукину. — Аркаша уже в курсе, — я посмотрел на девушек. — Простите, что так скоро с вами прощаюсь, но мне потом надо вернуться в Москву.

— Без проблем, — махнула Света и прыгнула в машину.

— Только аккуратнее, — кивнула Маша и села следом.

Как только машина уехала, я напитал Ерха энергией и побежал на врага.

В меня опять полетели заклинания. Магия хаоса, будь она неладна. Пришлось уворачиваться, двигаясь зигзагом. Перехватив лапу, я напитал энергией руку и вырвал ее. После чего этой же лапой начал избивать Исполина.

— Мне кажется, или они слабее, чем прежние? — удивился я, замечая, что от них сплошной шум, но урона как такового не было. Слабаки, одно слово.

— Не удивил, — фыркнула Лора, появляясь рядом в своем любимом костюме викинга. — Но они правильно подобрали уровень сил. Не слишком сильный против тебя и не слабый против Маши и Светы. Фифти-фифти.

— Или просто у них нет более сильного противника, — вздохнул я, выбрасывая останки Исполина. — Меня не покидает надежда, что у Нечто и Пастуха просто закончились сильные слуги.

Хотя я прекрасно понимал, что и у того, и у другого такая возможность была. Боги они в конце концов, или нет? Но, видимо, это все отвлекающий маневр.

Осталось всего несколько Исполинов, и я решил добить их за один аккорд. Я рванул с места, и пока они готовились атаковать, как только я подбегу, им в спины ударил Болванчик. За секунду мой питомец изрешетил их в мясо, а там они с Лорой зачистили всю округу. Через пару минут от Исполинов остались только дымящиеся доспехи.

— Фух, это было легче, чем казалось, — вздохнул я.

Кажется, все закончилось…

— Миша, у нас проблемы!

Ну как обычно!

Лора вывела мне трансляцию с Красной площади. А вместо выступления царя была цветная сетка и надпись:

«Трансляция прервана».

Обрыв прямой трансляции — не беда, но вот в данном контексте меня это напрягло. Деталька Болванчика, которая осталась с Богданом, уже сообщила о том, что на Красной площади творится хаос.

И все бы ничего, но я оставил только одну детальку, и сейчас она следует за Богданом.

Этот трехсотлетний ребенок решил, что перевоплотиться на Красной площади, будет самым верным вариантом. Хотя его можно понять, все же жизни людей в опасности. И он, как тот, кто способен без особых усилий сражаться с божественными посланниками, устремился на метеориты, прямо как царь.

Я успел разглядеть, как царя уводят со сцены, а еще аристократов из моей VIP-ложи, вступили в сражение, чтобы защитить простых граждан. Тот же Газонов и вся верхушка Канцелярии уже вступили в бой.

У меня не было полной картины, и поэтому я решил срочно возвращаться.

— Хитрый ход, — подметила Лора. — Это явно отвлекающий маневр.

Еще больше мы в этом убедились тогда, когда не обнаружили в окрестностях ни единого монстра. Вообще. Они словно исчезли по взмаху волшебной палочки. И это давало пищу для размышления.

Затем я сопроводил Машу и Свету к Аркадию, который развалился на берегу и грустно вздыхал. Когда мы подъехали, огромная рептилия встала, и я обнаружил, что он умудрился раздавить аж трех исполинов.

— Умничка, Аркаша! — погладил я его по холодному носу размером с дом. — А теперь у тебя самая ответственная миссия за всю жизнь!

Света и Маша смотрели на моего питомца с удивлением. За время, когда они его видели в последний раз, он изрядно вырос.

— Теперь я понимаю, почему ты не привез его в Широково, — шепнула мне на ухо Маша.

— Ниче, скоро Игорь мой его догонит! Вот будет комбо! — улыбнулась Света.

— Охраняй этих очаровательных дам! Ни один монстр не должен их даже пальцем задеть!

Перестукин вылез из машины и многозначительно покашлял.

— Ах да, этого бойца тоже, — указал я на мужчину и протянул ему пустой термос. — Кстати, Перестукин, будь любезен, верни термос одной бабушке.

Я передал ему приметы и автобус. Дальше он сам разберется.

Больше тянуть не было смысла, и я стартанул к порталу. На этот раз мне было куда легче бежать. Дорога ровная, да и погода удивительным образом наладилась.

Через Болванчика я наблюдал, что происходит в Москве, и это было не особо информативно. Богдан продолжал летать в небе, сбивая на ходу метеориты. Осколки падали на дома и площадь. Тут в дело вступали аристократы.

Пришлось отцепить Болванчика от Богдана и сделать анализ происшествия. Проблемы были, и большие. По факту на площади собралось очень много людей, и все они пытались пробиться на выход. Но там их ждали монстры — те же, что напавшие на меня. Исполины с паучьими лапами.

— Ну хоть костяных коней нет, и на том спасибо, — ухмыльнулась Лора.

Но большая часть людей была заблокирована на площади.

Также в толпе я заметил несколько земляных големов. Кто ими управлял, непонятно, но тот факт, что они вступили в сражение на первой линии обороны, давало хоть какую-то надежду.

Мы с Лорой понимали, что это не просто акт нападения. Нет, тут все гораздо изощреннее. И я даже начал догадываться, кто в первую очередь под прицелом.

— Найди царя! — приказал я Болванчику.

Поиски осложнились тем, что Красная площадь была буквально истыкана всевозможными артефактами и рунами. Да и сам царь, скорее всего, носит при себе парочку очень дорогих экземпляров.

Мне же до портальной комнаты оставалось еще несколько километров.

Красная площадь.

г. Москва.

С неба обрушился огненный дождь. Метеоры. Десятки, их было не сосчитать. Они летели прямо на Красную площадь, где стояла сцена, окруженная гвардейцами в парадных мундирах, аристократами и простым народом.

К счастью, метеориты не успевали долетать до земли, и все из-за крылатого существа, который молнией метался от одного гигантского камня к другому, разрывая их когтями.

— Богдан⁈ — прошептала Екатерина, уходя с трибуны вместе с отцом.

Она была бледна. Только она видела, как это произошло. Только она знала, что тот черт с рогами, летающий под облаками — один из людей Миши Кузнецова. Это в очередной раз доказывало, что у него полно секретов, которые он не спешил рассказывать.

Сцена содрогнулась от ударной волны. Екатерина инстинктивно сделала шаг к отцу.

— Катя, — сказал Петр. — Уходи, живо!

Его голос был тверд и властен. Однако сам царь был изможден — тяжело дышал, его лицо налилось нездоровой бледностью. Однако даже сейчас он стоял прямо.

Охрана окружила их живым кольцом. Позади завывали мифические сирены, возвещая о том, что на площади случилось худшее.

Над мостовой разверзлись порталы. Из них выскакивали существа, в которых проглядывались знакомые черты Исполинов — рыцарские доспехи, но с лапами, как у пауков. Их движения были быстрыми, неестественными. Когти рубили воздух, оставляя остаточные следы.

Аристократы не дрогнули. Вышли вперед накинув на себя защитную магию. У всех было при себе родовое оружие, а также артефакты, которые они умудрились пронести на мероприятие. Канцелярия развернула фалангу. Газонов лично оттеснил монстров, прикрывая отступление мирных жителей.

— Маги! В круг! Клин! Заклинание «Сфера Грозного Порядка»! — командовал он.

Толпа отступала. Паника нарастала. Но среди ужаса над площадью гремел голос, который люди слышали еще в детстве.

Крик царя резанул пространство. Даже монстры обернулись:

— Меч мне! Я сам уничтожу этих тварей!

Это немного, но помогло людям прийти в себя.

— Государь! — воскликнул его телохранитель. — Вам нельзя, вы…

— Я царь, а не ваш пленник!

Екатерина схватила отца за руку.

— Папочка, пожалуйста. Придворные маги и бойцы справятся. Ты не в том состоянии, чтобы геройствовать!

Он посмотрел на нее. Ее взгляд был тверд. Она была права, и ему пришлось уступить:

— Ты права. Как всегда, моя дорогая…

Из порталов выпрыгивали новые твари. На краю площади в круге из каменных плит сражалась Анастасия. Ее клинок светился, ее движения были быстры и точны.

С ней вместе бились ее верные близняшки — они вращались в танце смерти. Их движения были настолько быстры, что простой человек улавливал только размытый силуэт. Одно движение, монстр разваливался на мелкие кусочки. Альфа и Омега уже были в полном порядке и защищали свою госпожу, как и прежде.

Царя и Екатерину вели к потайному выходу в Кремль. Но как только они вошли в арку, из теней выдвинулись новые Исполины — выше обычных, но медлительные, как слоны. Их доспехи гудели, будто внутри жил кто-то… старый.

— Знаю, кто вас призвал, — прошептал Петр. — Трус решил не приходить…

— Государь, укройтесь, — послышался голос Болконского.

Он вышел из тени. За ним Чацкий и Ростова. Все трое уже успели переодеться в боевые доспехи с символикой Канцелярии.

— Выход обеспечим. А вы идите. Спасайтесь.

Они остались сдерживать врагов, а царя с Катей вывели во внутренний двор Кремля. Надо было укрыть их в подземном бункере, который был закончен только вчера и предназначался для таких ситуаций. Сейчас же во дворе стояла тишина.

Но вот из главных врат вышли мужчина и женщина. Он в черном плаще и с незапоминающимся лицом. Она беловолосая, молчаливая и с мраморно бледным лицом.

— Вот ты и попался, царь, — сказала она Петру. — А значит, моя работа окончена. Приступаю ко второй фазе.

Она растворилась в воздухе. Мужчина остался.

— Нам сказали, что с вами будет хоть немного интересно, — сказал он. — И как же удачно, что с вами дочь. Она увидит трагическую смерть отца.

Охрана ринулась на него. Мужчина не шелохнулся. Все упали мгновенно.

Катя осталась. Она вытащила свой тонкий меч и встала в боевую стойку, направив острие на врага.

— Это тело не такое сильное и долго не протянет. Однако у него есть питомец! — ухмыльнулся мужчина и, подняв руку вверх, сжал кулак.

Сверху раздался хриплый звук. Тень. За спиной мужчины взмыл в воздух змей с костяным телом и крыльями из перепонок. Он заревел.

Магия Кати ударила, но отскочила от него, взорвавшись искрами.

Откуда-то сбоку во врага прилетели еще несколько заклинаний, и они попали точно в цель. Мужчина отлетел на десяток метров, но извернулся и встал на ноги полностью невредимый.

— Прошу прощение за опоздание, моя госпожа! — басом крикнул Трубадур. — Получи луч солнца золотого в морду!

Стрела света ударила во врага, но ее заблокировал костяной змей своим телом.

Остальные участники группы попрыгали на землю и побежали на врага. Но что-то произошло, и их будто вмяли в землю огромной воздушной волной. Затем их тела подняли в воздух и отшвырнули подальше.

— Мелочь мешает нам развлекаться, — улыбнулся мужчина.

Петр вышел вперёд.

— Я не позволю. Не в моем доме!

Он держал в руке старый и тяжелый артефактный меч. От него сильно фонило огромной силой.

Мужчина пошел на него, и удары посыпались градом. Петр парировал. Он был слаб телом, но дух продолжал так же ярко сиять. Это сильно напрягло врага, не ожидающего от полудохлого царя такой мощи.

Катя же решила сперва уничтожить костяного змея. Но тот был проворен — как только ему грозил смертельный удар, он просто взмывал в небо.

Царь нанес мощный удар, чем оттеснил противника. Опять удар, и он почти добил врага.

И вдруг боль — Петр схватился за грудь. Он упал и начал сильно кашлять, выплевывая кровь на каменную кладку. Противник не растерялся и моментально вскочил.

Это увидела Катя и попыталась перехватить его, но ее опутал змей.

— Сперва ты увидишь смерть отца, — произнес враг, глядя на Катю, — потом всего города. Потом и только потом я разрешу тебе умереть.

Его рука вспыхнула черным пламенем, и он начал формировать черное копье, подходя к царю.

Катя закричала от ужаса.

И вдруг раздался свист.

Маленький энергетический шар пробил грудь врага. Тот рухнул, выпучив глаза от удивления и шока. Костяной змей издал вопль и отступил. Катя выпуталась и подбежала к отцу, который продолжал страшно кашлять.

В арке стоял молодой парень. Его грудь часто вздымалась от быстрого дыхания.

— Миша… — вздохнула царевна и осела на землю.

— Извините за опоздание, — сказал он. — Пришлось бежать с такой скоростью, что чуть волосы не выпали.

Только Катя пришла в себя, так и кинулась на меня с вопросами:

— Где ты был⁈ Ты почему смысля с начала выступления?

— Эм… — я развел руками. — Проблема в том, что на Сахалин напали. Совпадение? Не думаю! Но вижу, я успел, как раз вовремя.

— Ты даже не представляешь, насколько…

Раскат грома прошелся по двору и в меня полетела черная молния. Спасибо Лоре за прокачанную реакцию, благодаря которой я успел накинуть дополнительный щит.

— Так ты живучий? — удивился я, глядя на незнакомца. — Что ты вообще за хрен…

— Это генерал хаоса, — быстро сказала Лора.

— А, ой, прошу прощения, — улыбнулся я. — Просто ты мне показался каким-то слабеньким.

— Меня зовут Натан! — медленно вставая на ноги, он начал окутывать свое тело магией хаоса. А рана, которую я оставил, начала затягиваться. — И ты запомнишь это имя! Правда только на секунду! Но запомнишь! Перед смертью!

— Это хорошо, — кивнул я, приготовив мечи. — Я как раз решил, что не буду давать вам и шанса…

— Бахвальство… — ухмыльнулся он.

На меня тут же обрушилось сильное давление. Словно гравитацию выкрутили на полную.

— Что, уже не так весело? — улыбнулся Натан.

— Ну почему же… — закряхтел я, усиливая себя энергией. — Вполне сносно…

— Питомец этого тела действительно силен.

А, так вот откуда эта костяная змея у него за спиной? Питомец. Что ж…

— Болванчик!

Тысяча деталек начала кружиться вокруг костяной змеи, буквально перемалывая ее как в миксере.

— Ну да… — вздохнула Лора. — Болванчик у нас с фантазией… Маленький мясник…

А пока мой питомец множил на ноль питомца генерала хаоса, я пошел в атаку. Сократив дистанцию, отрубил Ерхом одну руку, потом вторую. Лора показывала лучшую траекторию, слегка корректируя углы, чтобы атаки были смертоноснее и точнее.

— Да как ты… — он хотел сказать что-то еще, но я уже был научен ошибками прошлых сражений, и не дал ему шанса договорить. Просто снес голову.

— Вот и закончилась история очередного генерала хаоса, — вздохнул я. — Оказался он не таким уж и сильным. Захар все же был поинтереснее.

— Ишь губу раскатал, — фыркнула Лора. — Сильный противник — мы ноем. Слабый противник — мы ноем!

Я подошел к царю. У него только что закончился приступ кашля. Мы с Катей попытались помочь ему встать, но он отпихнул нас и встал самостоятельно.

— Я не настолько беспомощен, — грубо ответил он. — Это все отец! Он за это заплатит!

Лора просканировала его и выдала очень неутешительные прогнозы. При таком раскладе его жизненной силы хватит максимум на неделю. А значит, в стране может начаться полный хаос.

— Тут была еще женщина, но она пропала, — встревоженно сообщила Катя.

— Найди ее, — сказал я Лоре, и несколько деталек разлетались в стороны.

— Надо увести вас в безопасное место, — сказал я. — И давайте без лишнего геройства.

Царь промолчал, и мы с Катей пошли вглубь Кремля.

— Миша… — царь взял меня под локоть, и я заметил, что даже хватка его стала намного слабее. — Спаси людей. Тут уже на меня никто не нападет. На площади тысячи невинных людей.

Я кивнул и пошел на площадь. Там творилось черти что.

Первым делом мы с Лорой прорубили дорогу у северного прохода через арку, потом двинулись вдоль улицы. Болванчик уничтожил десятки мелких тварей, в очередной раз доказывая свою эффективность.

И вот мы дошли до того места, где сражались земляные големы. Хотелось посмотреть на того, кто их призвал, так как выглядели они очень бодро. Такое владение магией земли и призыва есть далеко не у каждого.

Форма, размер, прочность. Все при них. Но проблема все же имелась.

Десяток големов ушли от парковой части и сражался на асфальтированной части улицы. Видимо, они оттеснили Исполинов и ушли слишком далеко от источника земли. И запасы нечем было пополнять.

Атаки Исполинов были мощными, заклинания буквально испаряли оставшиеся части почвы.

Но все же кем бы ни был этот искусный маг, он меня сильно удивил… И я даже не знал, в хорошую сторону или плохую. А все потому что мы дошли до зоны, где располагались туалетные кабины.

Из десяти големов осталось два, и они начали переворачивать кабины и использовать их содержимое для укрепления своего тела…

— Разве в големов можно добавлять примеси? — удивился я. — Особенно человеческой жизнедеятельности?

Лора же смотрела на этих дерьмоголемов с трепетным восторгом.

— Это насколько должен быть искусен маг! — прошептала она. — Наверное, это какая-то предрасположенность… Может, он големный мастер?

И в подтверждение ее слов, эти создания начали дополнительно укреплять себя.

Рядом был снесенный деревянный ларек с сувенирами, так что големы доставали оттуда палки и вставляли себе в тела, укрепляя каркас…

А тут и новый Исполин вступил в этот не самый ароматный бой. Не прошло и минуты, как его заломали и задушили.

— Вот тебе, Миша, пример эффективной армии, сделанный буквально из говна и палок… — воскликнула в восторге Лора. — Может, отследить мага?

Но у нас тоже были дела. Около сотни людей загнали в магазин, вход в который перекрыли монстры. Пришлось с ними разбираться. Потом еще и еще. Казалось, конца и края нет этим существам, и они были куда сильнее, чем на Сахалине.

Все же народ постепенно убегал в бункеры. Монстры же рассредоточились по всему городу, создавая дополнительные проблемы. Болванчик получил безграничный доступ к океану энергии и разлетелся по городу, уничтожая тварей.

И только когда куранты отбили полночь, все стало более-менее спокойно. Однако Болванчику удалось убить не всех монстров.

Я не стал задерживаться, так как понимал, что если пойду к Романову, меня не отпустят до утра. А я, если честно, хотел домой. Было куча дел, которые мне предстояло сделать. Не хочу, чтобы в мое отсутствие близкие не смогли за себя постоять.

К моему огорчению машина, на который мы с Богданом приехали, была раскурочена обломком метеорита.

— А кстати, где Богдан? — удивился я. — Что-то его не видно…

— Понятия не имею, — ответила Лора, — Может, улетел домой?

За этот день я вымотался не только физически, но и морально. А тут еще и пешком топать до дома.

И когда я практически пришел, увидел дымок, как раз в той стороне, где стоял мой дом. Усталость как рукой сняло.

Надеюсь, гвардейцы живы! С шага я перешел на бег.

Московское поместье рода Кузнецовых.

В казармах нынче было людно. Солдаты ждали выступление царя и хотели понять, куда дальше будет двигаться вся эта катавасия с метеоритами и монстрами.

Да, вокруг территории рода все было зачищено Богданом, но это не отменяло того факта, что оставалось много проблемных мест. Сам князь Кузнецов постановил, что надо оказывать помощь соседним аристократам, и не важно, в дружеских они отношениях или нет. В первую очередь требуется защищать простых мирных жителей. Этим и занимались гвардейцы. Они выезжали группами к соседям и помогали зачищать территории.

Метеориты по-прежнему были в лесах Подмосковья и ими занимались маги. Простой человек не мог взять и закрыть метеорит. Даже отряд военных делал это с большими потерями.

Маги-истребители сейчас трудились без перерывов на сон и еду. Слишком много метеоритов еще было не закрыто и слишком многим приходилось ради этого жертвовать.

На территории поместья остались только те, кто был ранен или сменял выезжающие группы. Народу было много. И все собрались у телевизоров.

— Мужики, а кто на КПП? — спросил один из солдат.

— Вроде Миненгов и Изабеллов. Хотя там сейчас еще четвертый отряд, — ответили ему.

— У ворот по-прежнему гражданские?

— Ага… Бедолаги… И что с ними делать? — вздохнул командир Савельев. — И на территорию их не пустить, опасно… Но и бросить…

— Мы вынесли им гуманитарку, — кивнул помощник и по совместительству прапорщик.

— Там какая-то настырная женщина все утро трется. Говорит, что где-то на территории ее родственник. Может, кто-то из солдат?

— Нет, мы проверили ее. Она вообще гражданка другой страны.

— Все, мужики, кончай базар! Начинается…

Солдаты расселись. На сцену вышел царь.

— Ого… — вздохнул кто-то. — Как хреново он выглядит…

— Ага, что с ним?

— Думаю, наш князь в курсе, просто не сказал.

— Да и не наше это дело. У нас другие обязанности.

— Странно, что…

Но где-то вдалеке прогремел взрыв. И тут же второй. Землю немного тряхнуло.

— Полная боевая готовность, — спокойным голосом сказал командир. — У вас минута!

Вся казарма пришла в движение. Солдаты знали, как действовать в любых ситуациях. Валера их тренировал до потери сознания и навыки были отточены до автомата.

Вооружившись, все выбежали на улицу. Командир Лисицын связался с разведкой по рации:

— Что там, парни?

— Странные фиксации энергии! — ответил ему один из связистов. — В центре города открываются порталы! Такого же раньше не было! Откуда?

— Что еще?

— Метеориты. Они падают в центре Москвы. Но…

— Что⁈ — не выдержал командир. — Почему я должен из тебя все вытягивать?

— Их сбивают… Не могу точно сказать кто, но они не успевают упасть.

— Рядом с нами ожидается появление монстров?

— Да. Несколько метеоритов упали у границ нашей территории, — ответил оператор. — Северо-запад. Метеорит упал, купол появился.

— Ясно.

После чего Лисицын отдал несколько приказов и солдаты начали расчехлять технику.

А кто говорил, что они будут сражаться с монстрами с помощью автоматов? У рода Кузнецова имелась передовая техника. Некоторые экземпляры появятся на рынке только в следующем году. Поэтому все осведомленные справедливо полагали, что род Кузнецовых теперь на одном уровне, что и рода Кутузовых и Нахимовых. Хотя с тех пор, как жена Нахимова стала княгиней, многие считали, что у них самая большая частная армия. Однако никто не забывал тот факт, что князь Михаил Кузнецов женат на наследницах Нахимова и Кутузова, что потенциально делает его очень мощной единицей.

Отряд выдвинулся по координатам. Много народу не требовалось. Достаточно оцепить территорию рядом с открывшимся метеоритом и ждать Богдана, который сейчас на Красной площади. Либо же купол лопнет, и им придется разнести все к чертовой матери тяжелой техникой с магической начинкой.

— Остальным занять позиции. Готовиться к возможному нападению, — сказал командир, и все быстро разбежались.

Из дома выглянули два рогатых демона.

— Господа! — подошел к ним Лисицын. — Прошу пока оставаться в здании.

— Трансляция прервалась, — ответил Налимов-старший. — На Красной площади сражение…

Рядом с командиром стоял его помощник. Они переглянулись.

— Собери ребят, — произнес Лисицын. — Берите летающий транспорт. Там куча гражданских. Возьми первые два отряда.

— Вы уверены?

Командир посмотрел на него с осуждением.

— Понял. Выполняю, — и ушел.

Через десять минут в воздух взлетели машины и направились к центру города.

Командир пробежал до КПП. Все же там гражданские, которые по-прежнему надеялись попасть под защиту рода Кузнецовых. Но приказ был четким. Никого не пропускать для их же безопасности.

Но командир не успел пробежать и середины пути, как лесок перед домом буквально взлетел на воздух.

— Что за херня… — выдохнул командир и достал антимагические патроны.

Земля в том месте, где только что были деревья, вспыхнула. Огонь высоко поднялся вверх. Языки пламени начали формироваться в фигуры, складываясь в неземных животных.

Тут же с двух сторон в огонь полетели снаряды, помножив на ноль всех находящихся в эпицентре.

Но что-то было не так. Огонь продолжал гореть. Что-то мелькнуло в нем и едва заметный тонкий луч уничтожил подъехавший слишком близко танк.

— Назад! Кто бы это ни был, он еще жив! — крикнул в рацию Лисицын и начал стрелять в пламя.

Но антимагические пули отскакивали от какого-то барьера. Причем, чем больше он приглядывался, тем отчетливее видел, как в месте соприкосновения пули с невидимой преградой появлялись черные круги.

Солдаты на тяжелой технике окружали зону атаки, сужая ее. Но в огне что-то начало шевелиться.

— Надеюсь, мы готовы… — выдохнул командир Лисицын.

Сперва на воздух взлетела первая линия обороны. Мощная и тяжелая техника, была смята будто пластилиновая. Гвардейцы успели выскочить в последнюю секунду.

— Держать оборону! — он поднял рацию ко рту. — Разрешаю активировать артефакт с третьего по пятые уровни.

— Понял, — ответили ему, и через пару мгновений машины окутал полог шестигранных щитов. Затем огонь исчез, словно кто-то вырубил рубильник. В центре дымящегося пепла стояла высокая женщина.

— Этот Кузнецов все равно не может быть в нескольких местах одновременно, — расплылась она в хищной улыбке и медленно пошла вперед.

— Огонь! — скомандовал в рацию Лисицын. — Уничтожить врага.

— Мило…

Незнакомка подняла руки, и от ее тела по земле начали расползаться черные нити словно паутина. Они проходили сквозь магическую защиту буквально под землей и окутывали технику.

Солдаты быстро уворачивались от сотен нитей. Все же изнуряющие тренировки дали эффект, и они не паниковали, двигаясь хладнокровно и точно. Каждый, кто делал выстрел, попадал женщине в голову, но это не приносило никаких результатов.

— Командир, что нам делать? — подбежал к нему один из солдат. — У нас что-то еще есть?

— Конечно, — улыбнулся тот и крикнул в рацию: — Готовьте «Ласковый май» и активируйте, наконец «Говнозажим»!

Через минуту из гаража выехала машина, на крыше которой стояла огромная пушка, больше похожая на средневековую бомбарду. Хоть она и выглядела нелепо, но это экспериментальная машина, которую смастерил Унур в компании Натальи и нескольких ученых от рода Кутузовых.

Пока таких всего две. И одна из них была на доработке в Широково.

Женщина медленно прошла между разрушенной техникой и увидела командира.

— Ох, а ты у них главный? — хихикнула она, и вокруг нее начали появляться эманации хаоса, окутывая ее тело черным пламенем. — Как говорится, начинать надо с головы, или как там… Она резко стартанула в сторону командира, и тот в последний момент успел оттолкнуть помощника.

Но все же «Ласковый май» опередил ее. Мощная взрывная откинула ближайших солдат, а «Говнозажим» начал работать, заживляя мелкие и не очень раны.

Настроен он был исключительно на простых людей.

Женщину отбросило на десяток метров. Ее бы вообще выкинуло с территории, если бы она не врезалась в казарму. Хотя это была не женщина. Это генерал хаоса. Солдаты поняли это в тот момент, когда ее окутало черной дымкой.

Валера заставлял всех зубрить составленный им лично « Краткий курс по выявлению приспешников хаоса для чайников».

— Ого, — удивился Лисицын. — Эффективно…

Из руин в небо ударил мощный столб черного света. Земля начала трястись.

— Это было сильно, но меня не убить такой пукалкой! — прогремел голос женщины.

Помощника Лисицына тут же откинуло на десяток метров. Остальных солдат проткнули черные нити. При обычных условиях они бы погибли, но прибор Натальи работал отлично.

— Все же я убью тебя!

Лисицыну не хватило реакции. Черная фигура появилась перед ним и пробила живот рукой.

— Чувствуешь, как твои кости ломаются? Медленно…

Ее лица уже не было видно, а только прорези глаз и широкий рот, искаженный ухмылкой.

— Огонь… — прохрипел Лисицын в рацию.

— О, ты про эту пушку? — ухмыльнулась генерал хаоса и, сжав кулак, подорвала машину. — Вас что-то восстанавливает… Интересно, а если оторвать голову?

Она положила руку на лоб командира. Четыре солдата тут же оказались рядом и воткнули в нее мечи. Один начал расстреливать ее в упор из автомата. Но враг выпустил круговую ауру хаоса и отшвырнул всех лишних.

— А теперь…

Генерал не успела договорить, как у нее за спиной появилась еще одна женская фигура и аккуратно погладила ее по голове. С виду это была ничем не примечательная девушка с волосами, завязанными в пучок. Разве что, на ней был красный плащ не по погоде.

— Тише… — прошептала неожиданно появившаяся незнакомка. — Ты откуда взялась, дура?

Темная пелена постепенно рассеялась, и на лице генерала хаоса появилось удивление.

— Что, сопротивляешься? Как глупо. Чем упорней ты пытаешься выкинуть меня из своей головы, тем сильнее связываешь нас, — прошептала незнакомка. — Отпусти солдата.

Стоило только рукам разжаться, как того оттащили подчиненные.

— Так ты не ответила, дура. Кто ты?

— Я… тебя… Убью… — прорычала сквозь зубы злодейка.

— Нет. Этого не случится. Видишь ли, я знаю, что будет дальше, — незнакомка улыбнулась. — Как только я сниму чары, ты попытаешься меня атаковать, используя магию хаоса. Ты же целый генерал, верно? Ты уже знаешь, что твоего товарища убили и его сила перешла к тебе. Это дало тебе преимущество. Вот эта вот черная аура и все такое. И поэтому, будучи уверенной в себе, ты попытаешься меня убить. Но я даже пальцем не пошевелю. Все сделает кое-кто другой… Тебе понравится…

— Что… за… хрень… ты… несешь…

— Проверим, — девушка убрала руки и отскочила.

Лисицын не понимал, кто эта женщина, но она явно не выглядела сильной. Та же Дункан была бы куда полезнее.

— Зачем ты ее отпустила! — воскликнул Лисицын. — Убей ее.

— Поздно, — расплылась в улыбке генерал хаоса. Тело опять начало окутывать сильной аурой. — Теперь вы все умре…

Но с неба на нее приземлилось более опасное существо. Ее буквально вмяло в землю, подняв в воздух пыль.

— Я же говорила, — победоносно произнесла незнакомка, поправив прическу.

К ней подскочил Лисицын и, схватив за руку, отвел подальше от места приземления.

— Аккуратнее. Не стоит мешать Богдану.

— Кому? — удивилась девушка.

В месте его приземления послышались характерные глухие удары. Незнакомка же щелкнула пальцами, и вся пыль исчезла. В кратере все увидели крылатого демона. На лице застыла маниакальная улыбка. В руке была голова генерала хаоса, которая уже не сопротивлялась. И он монотонно вдалбливал ее в землю.

— Ну же, давай! Сопротивляйся! Чего ты⁈ — рычал он. — Ты же был такой смелый! Бойся меня! БОЙСЯ! ЭТО СДЕЛАЕТ ТЕБЯ ЕЩЕ ВКУСНЕЕ!

— Ого, какой интересный мальчик, — удивилась девушка, нисколько не смутившись появлению рогатого демона.

Богдану надоело, так что он поднес женщину к пасти и начал высасывать частицу хаоса. Тело задергалось, а раны начали затягиваться под воздействием прибора. Но вскоре руки обмякли, и она повисла безжизненной куклой.

— М-м-м-м, вкуснятина, — облизнулся крылатый монстр и, бережно взяв на руки тело, протянул гвардейцам. — Похороните…

Но неожиданно для всех девушка закашлялась и громко вздохнула.

— Вот это уже интересно, — удивилась незнакомка.

— Простите, — пришел в себя командир Лисицын. — Но кто вы такая и как проникли на территорию?

— О, это очень хороший вопрос, но я отвечу только…

Она повернулась.

В десятке метров стоял молодой парень.

— Здравствуй, Михаил Кузнецов.

Уже на подходе я увидел, как в небе промелькнула рогатая тень Богдана, и это меня немного успокоило. Но опасения за гвардейцев еще оставались.

Болванчик уже был там и показывал мне все происходящее. Конечно, и помогал. Солдаты могли этого и не заметить, но именно Болванчик нанес генералу хаоса существенный урон во время использования «Ласкового мая». А также выполнял функцию помощника, спасая солдат от обломков и эманаций хаоса.

Но все же было и кое-что странное.

Какая-то незнакомка спасла моего командира гвардии, используя какую-то незнакомую магию.

И не только это было странным.

Я сделал последний рывок и оказался на территории своего поместья.

— Здравствуй, Михаил Кузнецов, — улыбнулась девушка.

— Кто ты такая? Почему отпустила генерала хаоса? Богдан чудом успел появиться.

— О, — улыбнулась девушка, помахав пальцем. — Нет-нет, я знала. Но не будем о том, что произошло. Это уже в прошлом.

Богдан начал принимать свою нормальную человеческую форму. И я обратил внимание, что это вообще не удивило девушку.

— Позволь представиться, я Лора Палмер. — она протянула мне руку. — Аналитик Дикой Зоны из США и ведущий разработчик защитных объектов.

— Чего⁈ — моя Лора появилась рядом. — Миша! Уничтожь ее! В этом мире может быть только одна Лора!

— И как ты объяснишь штатам, кто убил Лору Палмер? — выдохнул я, и мы обменялись рукопожатиями.

И она опять меня удивила. И нет. Она не пыталась меня сканировать, но стиснула мою руку дольше, чем нужно, и ее глаза слегка потускнели, словно молоко.

— О, Михаил Кузнецов… Какой вы интересный человек, — загадочно произнесла она.

Лора же была наглее и просканировала женщину.

— Что за хрень… — выдала она. — Она не человек… Ну нет… Она формально человек.

— Кто вы?

— Как насчет того, чтобы поговорить за чашечкой кофе? Я очень люблю кофе и вишневый пирог.

— Насчет пирога не уверен, но вот кофе, запросто.

Удивительно, но я не чувствовал от нее никакой угрозы при том, что, даже не проверяя ее энергетические запасы, она казалось очень сильной.

Мы прошли в дом. А так как прислуги в доме не было, я посадил мисс Палмер на кухне и сам начал готовить кофе.

— Так все же, кто вы и почему помогли? — спросил я.

— Видите ли, господин Кузнецов, я ищу родственника. Брата. Мне казалось, что именно тут мои поиски закончатся, но к моему разочарованию, я не нашла его. К тому же ваши гвардейцы меня долго не пускали. Прихожу к вам второй день подряд.

— Эм… — мне немного стало неловко. — Прошу прощения, но сами видите, что на территории поместья не всегда бывает безопасно. Так все же, кто ваш брат? Как его зовут?

— Ох, боюсь, что если скажу вам его настоящее имя, то это ничего вам не даст.

Я поставил перед ней чашку кофе и сел напротив с такой же — литровой.

— Ого, — ухмыльнулась она. — Забавно, что у вас такие большие кружки.

— Ага, — кивнул я. — Так все же, как его зовут?

— Знаете… — она наклонилась. — У меня есть способности, которые позволяют мне заглядывать одним глазком в будущее. И до сегодняшнего дня это работало бесперебойно. Но вот с вами…

— Вы отходите от темы. Какого ответа вы боитесь получить? Положительного или отрицательного.

— Что ж, — улыбнулась она. — Моего брата зовут Чал Конерук.

Я помню, как Валера и Эль упоминали про то, что у них есть сестра, и что она в далеком детстве отправилась на какую-то другую планету. Но кто бы мог подумать, что она окажется тут?

Была ли Земля той самой планетой, на которую переселили эту девушку? Или она тут по другой причине, еще предстояло узнать. Но тот факт, что на Земле каким-то чудесным образом появились три родственника одной расы правителей, уже позволяло делать кое-какие выводы.

И все же, пока она сидела передо мной, у меня создавалось странное впечатление об этой особе.

— Как давно ты тут? — спросил я.

— Достаточно, чтобы понять, куда катится этот мир.

— И куда?

— Туда же, куда и мой, — легко сказала она, пожав плечами.

— Почему именно эта планета?

— Сложно объяснить, — вздохнула она. — Но скажем так, это было необходимо, чтобы привести этот мир по тому пути развития, в котором он сейчас находится.

— Тогда…

Она подняла руку и прервала меня.

— Позволь уточнить, Михаил Кузнецов. Я не твоя пленница. И я не на допросе. Я спасла твоих людей и хочу услышать ответ на мой вопрос. Где мой брат?

— Что ж, наверное, мне будет лучше тебе показать.

Мы вышли во двор.

Солдаты приводили территорию в порядок. Меня порадовало, что полевые испытания прибора Натальи прошли более чем успешно.

— Кстати, хочу предупредить, что его теперь зовут Валера. И он немного… не в форме, — предупредил я.

— Знаешь, мой брат всегда был далек от слова «обычный», так что меня ничем уже не удивить, — пожала она плечами.

Дойдя до огороженного навеса, который, к слову, не пострадал только благодаря какой-то случайности, я показал на пирамидку.

— Вот. Это Валера.

Мисс Палмер подошла и наклонилась. Потом постучала костяшками пальцев по грани пирамидки.

— Эй! Братик! Я тебя нашла! — довольно крикнула она в артефакт.

У меня в голове тут же пошло соединение с Валерой.

— Да ну нет! Ну только не так! Она не должна была видеть меня поверженным!

Голос Валеры звучал настолько отчаянно, что я удивился, насколько же он не хотел казаться слабаком.

— Миша, скажи ей, что я скоро выберусь!

— Валера попросил передать, что скоро выберется, и все будет хорошо, — улыбнулся я.

Мисс Палмер выпрямилась и подошла ко мне вплотную, отчего я почувствовал легкую неловкость.

— Только не говори, что он твой питомец, — и в ее глазах сверкнул угрожающий огонек.

— Эм… Уже нет.

— Уже?

— У нас объединенное внутреннее хранилище.

И почему-то после этой фразы мисс Палмер разразилась громким смехом, чем смутила солдат, работающих рядом.

— Я не говорил ничего смешного, — серьезно сказал я.

— Это невозможно, — через хохот ответила она. — У Чала… Ой, Валеры, нет внутреннего хранилища. По крайней мере, не было…

— Что ж. Вынужден огорчить. Теперь оно у него есть. Всему виной новое тело.

— Слышь, ты ей всю инфу не сливай! Рано ей знать про голубя! — всполошился Валера.

— Так что… это долгая история, и скажу прямо, это лучший из всех возможных вариантов для него, чтобы вернуть все силы.

— А-а-а, — закатила она глаза. — Вот почему он сидит в этом артефакте. Теперь ясно. Просто силенок не восстановил…

Она довольно фыркнула, и мы пошли к дому.

Вернувшись на кухню, я получил полную картину происходящего на территории от Лоры и Болванчика.

Все было чисто. Относительно. Монстры по прежнему бушевали в центре города.

— Так, ладно, — кивнул я. — Мне необходимо отлучиться в город, но ты, мисс Палмер, дождись меня. Это не все сюрпризы.

— О, удивлена, — хихикнула женщина. — Но хочу тебя предупредить.

— И о чем?

— Останься в доме, — она встала и бесцеремонно прошла в гостиную. Там Богдан щелкал пультом, просматривая новости. — Молодой человек, переключили на первый канал. Там сейчас будет кое-что интересное. И ты, Михаил, посмотри. Хотя… Это показывают по всем каналам.

Улыбнувшись, она сел в кресло. Богдан включил первый канал.

И сперва я даже не поверил своим глазам. На экране был Петр Первый собственной персоной. Он находился на крыше здания с видом на Кремль.

«Добрый день, дорогие подданные Империи. Я Петр Первый из рода Романовых. Да, вы не ослышались. То, что вам говорили с детства, и то, что вы читали в учебниках о моей давней смерти это наглая ложь. Подлог, совершенный моим сыном, чтобы захватить власть в самом могущественном государстве на планете…»

— Лора, это прямая трансляция?

— Да, — моментально ответила она. — Сигнал четкий. Это не монтаж.

— Я вижу, что это он…

'…все это время, он держал меня в заточении только потому, что ему нравилось смотреть за страданиями старика, у которого на глазах разрушают его страну. То, чем он горел! Чем он жил! Но историю пишут победители. Верно? Вот только задумайтесь — что сделал мой непутевый сын, чтобы обеспечить вашу безопасность? Почему метеориты продолжают падать?

Вы слышите только пустые обещания. Только слова, за которыми не стоит никаких действий. Хотя вру. Есть небольшие потуги, чтобы вам казалось, что работа кипит. Чтобы сильнее отвлечь народ от проблем состояния страны, он подкинул вам несколько пряников. То концерт, то открытие института, но а на деле? Где сейчас эти маги? Почему они не могут справиться с такими пустяками! Да, я считаю, это пустяками для правителя! Потому что забота о народе, вот что главное!

И я заявляю, что возвращаю бразды правления страной в свои руки! Мой непутевый сын, как вы уже видели, болен. Он умирает! И конечно, ему глубоко наплевать на ваше состояние.

Он выдает титулы каким-то сомнительным людям, которым нет и тридцати. Скрывает факты того, что этот молодой аристократ ездил в другую страну только для того, чтобы уничтожить своих врагов. И это все покрывается! И это не голословные утверждения. К вечеру во всех газетах выйдут доказательства того, что ваш любимый царь создавал себе любимчиков и всячески продвигал по карьерной лестнице. Думаю, вы и сами знаете, о ком идет речь.

Но чтобы вы понимали, что это слова не обидевшегося отца, я скажу, что именно моим сыном отдаются приказы на возведение институтов магии. И именно он присутствовал в момент падения первого метеорита в Петербурге — на месте будущего института. Так что, пора бы сделать вывод, что именно с его разрешения на страну начали сыпаться метеориты.

Но этому пришел конец. Я верну Империю в состояние мира и покоя. И чтобы мои слова не были пустой болтовней, я сразу перейду к конкретным целям. Первое, что я сделаю, это избавлю вас от монстров. Через час вся страна будет в безопасности! А вам останется только решить — доверять дальше своему правителю, или решить, что под его властью страна загнется за считанные годы, если не дни.'

— Это плохо, — произнесла Лора.

— Согласен, это очень плохо!

Надо было найти Петра Первого, и я опять выпустил Болванчика на поиски.

— Но держись в стороне.

Тот факт, что Петр Первый сейчас был в прямом эфире, не давал мне никакого шанса напасть. Это только повлекло бы череду неправильных действий, ухудшив положение Петра Петровича.

— Отруби трансляцию, — сказал я Лоре. — Такими темпами он отравит умы всех жителей страны.

— Занимаюсь этим, — кивнула Лора и исчезла.

Я же попробовал набрать царя, но он не отвечал.

— Он не ответит, — вздохнула Мисс Палмер. Ее глаза опять заволокла пелена. — Я просмотрела всевозможные события и исходы. Миллионы тысяч исходов. Как бы не было грустно, но до вечера царь не доживет.

— Это мы еще посмотрим, — я вскочил, схватил мечи и, выбежав на улицу, запрыгнул в машину.

Наплевать, что говорит эта предсказательница. В этом мире возможно все, и я это докажу.

Гостиная дома Кузнецова.

Сразу после ухода Михаила.

Богдан сидел на диване, сложив руки на коленях, и стеснялся.

Почему-то эта дама вызывала у него странные эмоции, и он каждый раз, когда их взгляды пересекались, краснел как рак.

— Н-да… — выдохнула Лора Палмер. — А ты разве не пойдешь за своим господином?

— Господином? — не понял Богдан.

— А разве нет? — удивилась она. — Ой, прости, я ляпнула, не подумав.

— Ничего страшного, — пожал плечами Богдан и решил немного похвастаться. — Вообще я старше Михаила на триста лет. И я его двоюродный прапрадедушка.

— Что? — приподняла бровь женщина. — Как интересно… Богдан… Дай мне руку.

Она протянула изящную ладонь молодому человеку. Богдан же залился новой порцией краски.

— Да как-то неловко… — произнес он.

Но Лора подсела к нему и сама взяла руку. Их пальцы переплелись.

— Ой! — воскликнул Богдан и стал практически неотличим от помидора. Ненадолго потеряв контроль, у него на голове появились маленькие рога.

— Знаешь, Богдан, — провела мисс Палмер второй рукой по его рогам. — А ты довольно интересный парень…

— Ну… я просто…

Но она уже его не слушала. Глаза опять стали молочными, и женщина заглянула в прошлое мальчика.

Вот только она была не готова получить такую информацию.

Палмер убрала руку и посмотрела на Богдана совсем другим взглядом.

— Ребенок, сколько же ты боли получил?

— Сколько? — удивился Богдан.

— Что сколько?

— Сколько боли я получил… — повторил Богдан, посмотрел на девушку. — Вы так сказали…

— Я видела, через что ты прошел…

— Только Михаилу не говорите, ладно? — прошептал он. — Я не думал, что тот ангар был таким хлипким.

Мисс Палмер встряхнула головой, не понимая, что несет этот человек. Но Богдан продолжил.

— Я не полетел с Мишей, потому что это не нужно. Да и это место надо защитить, — пожал он плечами. — Тут мой дом, и я не хочу, чтобы его сломали. А Миша и так справится.

— Мне жаль тебя огорчать… — она мгновение заглянула в будущее и остановилась на полуслове. — Ого… Надо же. Удивительно, Богдан, но судьбу Михаила я не могу прочесть. Как будто он вне этого мира… что странно. Очень странно…

Трансляция продолжалась, и ее крутили уже по всем каналам. Пока я ехал к Кремлю, Болванчик вывел картинку перед стеклом.

Изображение Петра Первого отдалилось. Он стоял на краю крыши, и в руках держал ту самую книжку Распутина. Подняв руку, выпустил поток энергии в небо и прямо в воздухе начала появляться огромная круглая руна, заполняемая тысячами мелких иероглифов.

Она начала увеличиваться в размерах, и даже я смог увидеть ее над городом. Казалось, эта руна могла накрыть весь город.

— Прошу, не волнуйтесь, — прогремел голос Петра Первого с небес.

— Ахринеть, — вздохнула Лора. Она сидела на пассажирском сиденье рядом со мной. — Эту книгу надо точно уничтожить! — и чуть тише добавила: — но сначала я ее прочту.

— Мое заклинание спасет всех вас. А эта руна в небе, которую вы видите, просто усилит мое влияние! — продолжил Петр Первый.

— Что скажешь? — спросил я у Лоры.

— Он не врет. Никакой опасной магии я не чувствую.

Хоть это меня немного и успокоило, но огромное заклинание над городом выглядело захватывающе.

Болванчик продолжал наблюдать, и вдруг случилось то, о чем и говорил Петр Первый. Монстры на улицах начали падать замертво. В первую очередь распались Исполины. Буквально. Из их тел вылетел черный дымок и пустые доспехи упали на землю.

И так происходило везде.

Я связался с Посейдоном, и он подтвердил, что тоже стал фиксировать смерть тысячи монстров находящихся на территории Широково и в лесах Красноярска.

— Получается, не соврал? — удивилась Лора.

— Получается…

Хотя было более чем очевидно, что именно Петр Первый организовал это нападение. Те же прямоугольные порталы или нападение генералов хаоса во время выступления. Все шло точно по его сценарию.

Но и у меня были козыри. Хотя бы тот факт, что Петру Первому никак не удавалось меня убить, уже говорил о том, что я могу нарушить его планы. И уже пару раз это сделал.

Меня же сейчас больше волновало то, что происходит в Кремле. Если царь вообще там. Болванчик просто не мог туда проникнуть. Видимо, из-за нападения там врубили все щиты и артефакты защиты. Так что придется действовать по старинке.

В дороге я еще попробовал дозвониться Кате, но и та не брала трубку. Меня это все начинало дико бесить.

До Кремля я долетел быстро. Припарковался и выскочил ко въезду для персонала.

— Господин Кузнецов, — охранник встал на моем пути, и я уж подумал, что придется его аккуратно вырубить. — Проходите, царь вас ожидает.

— О как! — удивился я, проходя внутрь.

Все окна были задернуты толстыми металлическими ставнями. Горели только магические светильники вдоль стен. У зала для переговоров я встретил Катю и Анастасию с близнецами.

— Кузнецов, скажи, у тебя есть хоть какой-то план? — спросила Настя.

— Все зависит от того, что скажет ваш отец. Кстати, а где Павел? Разве он не должен быть тут?

— В Питере сейчас похожая картина, и он остался там, чтобы помогать людям и руководить армией. Как только выдастся свободная минута, он приедет.

Смотря на Катю, я понял, что она готова была расплакаться в любую секунду, но держалась.

— Миша… У меня чувство, что скоро произойдет что-то плохое… Очень плохое.

— Я этого постараюсь не допустить, — кивнул я. — Ваш отец в кабинете?

— Да, — кивнула Настя. — Он ждет тебя. Мы останемся тут.

В кабинете никого не было. Разве что кот, который развалился на диване и наблюдал одним глазом, как я проходил к столу.

Царь был бледен. Казалось, что его организм держится только на морально-волевых.

— Здравствуйте, — кивнул я. — Как ваше здоровье?

— Хреново, — прямо ответил он. — Присаживайся. Я хочу, чтобы ты понимал всю картину происходящего, так как, возможно, это одна из последних наших встреч.

Я проигнорировал эти пессимистичные слова и перешел сразу к делу.

— О чем вы хотели поговорить?

— Для начала, послушай вот это… — он нажал кнопку на магнитофоне.

'Как бы мы не уважали вас, но все, что сказал Петр Первый, было правдой. Вы не сообщили нам, что он жив. Вы хранили это в тайне. Из-за вас и вашего контакта с Кузнецовым на город начали падать метеориты. Мы читали отчеты с Сахалина и о том питомце, что сейчас проживает на его территории. Думаете, после того, как вы утаили столько фактов, аристократы пойдут за вами? Благодарите небеса, что народ еще не опомнился и не ворвался в Кремль, чтобы растерзать вас на куски.

Петр Первый только что смог уничтожить всех монстров, в то время как вы, пообещав, этого не сделали.

Уважаемый государь, к вам больше нет доверия.'

— Это был глава Канцелярии, — пожал плечами Петр. — Скоро меня свергнут. И я просто не успею физически что-то предпринять, поэтому я оставляю это на вас. Ты, Кутузов, Нахимов, Есенин и остальные. Вы опора страны. Ты знаешь, что мой отец не тот, за кого себя выдает.

— Уж догадался, — кивнул я. — Но он спланировал все до мельчайших деталей.

— Да, — подтвердил Петр.

— Как вам удалось поймать его в тот раз?

— Ты не поверишь, — улыбнулся он.

— Владимир Кузнецов? — улыбнулся я в ответ, поняв, о ком идет речь.

Он с трудом встал и подошел к картине на стене. За ней оказался сейф. Открыв его, он достал папку с документами.

— Канцелярия и совет аристократов потеряли ко мне всякое доверие, и к двенадцати они единогласно примут решение сместить меня. И, возможно, это будет переворот, если я окажу сопротивление.

— А вы окажете? — удивился я.

— Хотелось бы, но я реалист. Мне не хватит сил. Так что прошу, спаси моих дочерей и жену. Павел справиться сам. Но мои девочки…

— И вы хотите остаться тут, чтобы вас убил Петр Первый?

— Всегда есть шанс забрать его с собой, — улыбнулся он и положил папку с документами на стол. — Но не только у меня будут проблемы. Как ты уже понял, ты будешь следующей целью. Против тебя планомерно настраивали народ. Аристократы после выступления отца так же засомневались в тебе. Все это показали так, что именно я проталкивал тебя.

— Нет, ну он не совсем лукавит, — хихикнула Лора, но я ее осек. Сейчас не время для шуток.

— Так что тебе надо отступить. Ты не сможешь бороться против всей страны. Мой отец выпустит указ, и — я в этом более чем уверен — ты станешь преступником.

Я посмотрел на документы.

— Что это?

— Мой последний приказ. Я отделяю Сахалин от Российской Империи и теперь это отдельное маленькое, но гордое государство! Поздравляю. Ты царь.

Поздравлять было не с чем. Так как это вообще никак не спасало положение и только отсрочило неизбежное. Но хоть вырисовывалась картина того, что предстоит делать.

— Это все, конечно, замечательно, — кивнул я, забирая документы. — Но что вы будете делать?

— Бороться до конца, — уверенно кивнул царь.

— А конкретнее? Один? Вас не поддерживают даже аристократы. Не говоря уж о простых гражданах. Как только на улицах станет чуть безопаснее, толпы хлынут к Кремлю.

— Да, и это будет…

Но в дальней части здания послышались взрывы.

— Лора…

— Уже!

Картина маслом. Хоть Болванчик и не мог попасть во внутренние коридоры, множество деталей оставалось на улице. И сейчас я видел, как ворота падают и внутрь забегают десятки людей.

С ними шел и Петр Первый. Его невозможно не узнать, хотя бы по ауре.

Гвардейцы тут же вступили в сражение.

— Нападение, — ничуть не удивившись, произнес царь. — Я думал, все случится после того, как ты уйдешь.

— Да ё-мае, какой он душный, — фыркнула Лора. — Его эта героическая жертвенность… Не удивлюсь, если Володя Кузнецов его поколачивал за подобное. Лично меня уже раздражает.

— Хватит, — я встал и подошел к двери. А раз царь такой весь из себя готовый при любой ситуации отдать свою жизнь, то сыграю его же монетой. — Значит, сама судьба решила так, чтобы в этот момент я оказался с вами.

Открыв дверь, увидел, как Анастасия и Катя неспеша проверяют доспехи и оружие, готовые сражаться. Близняшки же смирно стояли у входа. Они были всегда готовы.

— Там много народу, — улыбнулся я.

— И что? — хмыкнула Настя. — Это проблема?

— Да нет…

— А чего тогда? — удивилась Катя. — Сейчас в Кремле остались только преданные солдаты и мы. Даже слуги покинули это место.

Я закатил глаза. Ситуация вообще никак не улучшилась. Хотя…

У меня были кое-какие планы. И Лора быстро составила несколько вариантов решения.

Болванчик продолжал показывать, что происходит на улице и во дворах. Гвардейцев теснили. Люди, которые прошли с Петром Первым, были магами. И если присмотреться, они не граждане Российской Империи.

Царь же нажал на секретную кнопку под столом, и с потолка выехало несколько мониторов, транслирующих камеры снаружи. В кабинет зашли и Катя с Настей.

— Пап, а разве это люди не с той организации? — спросила Анастасия.

— Вполне возможно. Удивительно, как они проникли сюда…

— Я, наверное, задам глупый вопрос, но как вы поняли, что это та самая организация?

Судя по камерам, это были простые маги-истребители.

— Ты и не поймешь, если не работал с ними, — кивнула Настя. — У них характерные доспехи. Узоры, украшения.

Я не сильно нервничал, так как мы уже с Лорой были готовы.

Гвардейцев взяли в кольцо во внутреннем дворе. Перевес примерно один к трем. В них летели заклинания и зачарованные стрелы.

Краем глаза я увидел, как царь сжал подлокотники до белых костяшек.

— Ну что, — Катя обратилась к Насте. — Прогуляемся во двор?

Анастасия же с удивлением посмотрела на Катю, ее губы медленно расползлись в улыбке.

— Вижу, ты разбираешься в развлечениях, — они направились к выходу.

— Стоять! — рявкнул царь. — Вы никуда не пойдете! Там Петр Первый. Он может сделать все, что угодно!

Я же наблюдал за тем, как гвардейцев все плотнее закидывали заклинаниями. И их защитные артефакты уже начали давать слабину.

— Но отец! Это верные тебе люди!

— Они знали, на что шли! — он посмотрел на меня. — Миша. Уходите. Быстро.

Я же устало вздохнул и достал мечи. Не спеша, прошелся по комнате и погладил кота.

— С чего мне вас слушать? Если я уже царь другого государства? — посмотрел ему в глаза. — Вы слабы и ничего не сможете им сделать.

— Как ты разговариваешь с отцом! — воскликнула Настя.

— Спокойно, — поднял я руку. — Все оставайтесь тут и ждите меня. Помогу, чем смогу.

Царевна Анастасия встала на пути и направила меч мне в грудь.

— Ты никуда не пойдешь. Это самоубийство, особенно после того, что отец сделал для тебя! — зарычала она.

— Ага, — и молниеносным движением, которое я подглядел у Дункан и Асая Рея, в мгновение ока я разоружил ее. — Просто дайте мне десять минут. Продержитесь?

— Да вали ты уже! — пихнула меня с боку Катя. — Мы тут как-нибудь сами…

Внутренний двор Кремля.

— Держать строй! — из последних сил кричал командир отряда.

В них со всех сторон летели заклинания. Попасться так бездарно на собственной территории. Врагов оказалось слишком много. Они заняли позиции в зданиях по периметру и стреляли из окон, не давая солдатам даже и шанса на контратаку.

Вокруг самые преданные маги-гвардейцы. Они готовы отдать за царя жизнь. И прекрасно понимали, что, возможно, никто не доживет до конца.

— Нам надо всего лишь выиграть время, чтобы государь спасся! — прорычал гвардеец Семенов.

— Хех, как шпарят! — ухмыльнулся его товарищ, Рыжиков. — Хоть бы одного забрать с собой.

— Командир, предлагаю сосредоточиться на архивном здании! — крикнул маг-лекарь в центре построения. — Если удастся в него попасть, там есть подземные ходы.

— Сколько у нас осталось защитных артефактов? — спросил командир, выпуская огненный шар в окно, но его быстро потушили и контратаковали.

— Еще четыре.

Командир Евгений Анатольевич Лифанцев был примерном стойкости и непоколебимого духа. С детства его воспитывали, прививая только хорошие качества.

Не обижать слабых. Помогать немощным. Быть честным и храбрым.

Да и карьеру сделал. Из простолюдина, у которого был обнаружен дар к магии, ему удалось подняться до таких высот, как начальник внутренней охраны Кремля и царя лично. Лифанцев гордился тем, что всего добился честным трудом. Никого не обманывал и не предавал. Он ценил своих людей, и многие, кто сейчас стояли с ним из последних сил бок о бок, прошли такой же путь.

— Виталя, ну-ка бафни меня! — сказал командир. — Я расчищу вам путь и прикрою.

— Чего? Ты что, собрался тут погибать? — воскликнул лекарь.

— Спокойно! Я так просто не сдамся.

— Э, командир, ты че за бред несешь! Отряд, оставшийся без командира, быстро падет! — крикнул ему Рыжиков.

— Тогда командование отрядом я передаю Семенову, — он посмотрел на лекаря. — Все! Поехали, Виталя! Это приказ! Всем ясно?

В ответ получил слабые «есть».

Лифанцев молил бога, как бы не появился сам Петр Первый, иначе все их потуги пропадут моментально. Но к счастью пока его не наблюдалось.

Хотя командир видел, как с отдельным отрядом из десяти человек Петр Первый ушел вглубь Кремля.

Надо было сдержать как можно больше народу. Все же роду Романовых мог составить конкуренцию только род Романовых.

К тому же незадолго на нападения в Кремль приехал князь Кузнецов. А этот парень не самый слабый противник. Даже наоборот. Лифанцев слышал про него много историй. Во что-то верил, а что-то считал сказками.

Лифанцев усмехнулся. Не о том он сейчас думает. Совсем не о том. Надо обеспечить отход солдат и постараться удержать атаку как можно дольше, чтобы товарищи смогли перегруппироваться.

— Готовы?

— Готовы!

На лицах солдат читалось нежелание оставлять командира. Но приказ, субординация. Иначе они не кремлевская гвардия.

Лекарь начал напитывать тело Лифанцева энергией. Товарищи передали ему защитные артефакты и несколько дистанционных магических бомб.

— ВПЕРЕД! — крикнул он, и как только защита спала, он пустил круговую атаку и начал кидать заклинания в разные стороны с такой скоростью, которой могли позавидовать штатные маги.

Остальные же, прикрываясь слабыми щитами, побежали к зданию. Тот, кто бежал впереди, кинул шумовую гранату, и они забежали внутрь.

Лифанцев знал, что в помещении использовать магию массового типа опасно просто из-за того, что можно задеть своих. А значит, сражение будет идти в ближнем бою, и тут он не сомневался в парнях.

Враги, которые занимали другие помещения, пытались уничтожить гвардейцев, но Лифанцев буквально делал невозможное, чтобы не пропустить никого. Ему удалось подбить аж четверых. Но все же он не мог в одиночку долго сдерживать несколько десятков солдат, и они наседали. Силы кончались. На теле появлялись новые раны.

Тут уж и жизнь начала предательски пробегать перед глазами.

— Зараза, рано… — скрежетал зубами командир. — Дайте мне еще чуть времени… Умоляю.

Потеряв на секунду бдительность, он пропустил атаку, и что-то больно обожгло плечо. Рука повисла плетью и не двигалась.

Его парни должны были уже отступить. По крайней мере, он не слышал больше звуков сражения. Как-то слишком быстро…

Нет, они не могли пасть так скоро…

— Эй, ты, — смеялись враги, больше издеваясь, чем реально нападая на гвардейца. — Покажи нам еще что-нибудь. А то ты какой-то скучный.

Его шутку поддержали смехом.

— Давай, иди сюда, и я повеселю тебя, ублюдок! — командир вытер кровь со лба.

Зрение уже не фокусировалось. Ноги едва держались. Да и враги казались сплошными размытыми пятнами.

Но и что? Ему не надо было видеть их лица. Все, кто перед ним, враги, которые вторглись на чужую землю! И их надо…

Мощный удар в грудь откинул Лифанцева с такой силой, что он пробил собой дверь, и оказался в том же помещении, куда недавно скрылись его ребята.

К размытому, залитому кровью взгляду прибавился еще и полумрак. В нос ударил запах пыли и гари. Вторая рука еще двигалась. Все тело болело. Кажется, это конец.

— Парни, надеюсь, вы…

Он повернул голову и увидел очертания тел. Все они лежали лицом в пол. Рядом.

— Нет… парни… Ребята! Встать, солдаты! — из последних сил крикнул Лифанцев.

С улицы уже были слышны шаги врагов. Скоро они окажутся внутри.

Собрав последние силы, командир встал. Заняло это у него кучу времени.

Как же так? Почему его ребята не успели отступить? Они не могли так быстро умереть!

— Эй, солдатик, выходи! — раздались крики снаружи.

— А ты зайди, если очко не давит, — и прошипел сквозь зубы командир. — Я похороню вас всех…

Он попытался собрать остатки энергии и направить ее во внутреннее хранилище. Это даст неплохой импульс, и он сможет подорвать себя. Старая техника, которой обучали только в элитных войсках.

Но не всегда сильный дух равен сильному телу. Второе просто могло не выдержать нагрузок и повреждений. Колени подкосились. Энергия уже не циркулировала. Кажется, магические каналы были порваны.

Упав на колени, Лифанцев опустил голову. Умереть тех жалко… Не спас ребят. Не задержал врага. У него ничего не получилось. Это конец. Бесславное поражение.

— Ты молодец, солдат. Дальше я, — раздался спокойный голос у него за спиной и на плечо легла горячая рука.

В помещение забежала тройка врагов.

Яркая вспышка. На секунду все звуки пропали. Темнота. И снова яркий свет.

— Позаботьтесь о нем, — коснулся его ушей тот же голос, и опять странный звук.

— А вот и наш командир!

— Нехило его потрепало!

— Эй, командир! Давай приходи в себя!

Лифанцев не мог понять, что происходит. Почему его отряд жив. Да и тело не так сильно болело.

Приоткрыв глаза, он увидел, как над ним нависли его подчиненные.

Все довольные. Улыбаются.

Командиру помогли сесть. Поляна. Военная техника. Особняк.

— Мы что, в раю? — удивился он, оглядываясь.

— Разве там есть новейшие разработки военной промышленности?

— Ну… — замялся Лифанцев. — Может, военный рай?

Гвардейцы засмеялись.

К ним подошли другие солдаты. Командир их раньше не видел, но выглядели они весьма внушительно. Новейшая защита. Оружие, которое появилось буквально на днях только на службе Кремля.

— Где мы? — спросил он.

— Мы в поместье Кузнецова, — пожал плечами один из солдат. — Сам не знаю, как так получилось…

— Я видел, — поднял руку лекарь Виталя. — Когда мы забежали в дом, на нас напали. Но в какой-то момент появился Михаил Кузнецов. Я не до конца уверен, что видел, но он хватал их за головы и открывал порталы, куда, собственно, нас и выкидывал. И мы оказались тут.

Он показал на солдат рода Кузнецовых.

— И ребята нам объяснили, где мы.

— Значит мы живы? — выдохнул он.

— Конечно! — хлопнул его по спине Семенов. — Теперь ты снова командир!

Хлопок отозвался болью по всему телу, но, видимо, Кузнецов еще успел что-то сделать с телом Лифанцева, так как у него нашлись силы встать.

— Погодите! — опомнился он и начал рыскать глазами. — Нам срочно надо вернуться! Царь в опасности! Мы не можем…

— Спокойно, — вперед вышел командир гвардейцев рода Кузнецова. — Вы и так полудохлые калеки. Куда собрались? Ступайте в лазарет. Наши лекари вас починят, и отдыхайте. Мы сами все сделаем, — он повернулся к отряду, который уже стоял у автомобилей. — Погнали, парни!

После чего они быстро прыгнули в машины.

— До Кремля ехать долго…

Но на глазах Лифанцева машины взлетели в воздух и полетели в сторону центра.

— Мы точно не умерли? — спросил командир у своих.

— Точно! — хором ответили гвардейцы.

Ну да, я решил немного прокачать телепортацию. А что тут такого? Просто надо рассчитать, сколько человек надо убить, чтобы переправить гвардейцев ко мне в поместье. А дальше просто открыть портал и кинуть туда всех бедолаг.

Признаюсь, противники были не так просты. Обвешаны артефактами, способными увеличивать их магическую силу на один ранг. Такого я раньше не видел. Так же, помимо того, что у них было полно защитных артефактов, они использовали магическое оружие дальнего типа. Даже достали откуда-то автоматы на магической основе.

Лора была довольна. Я был доволен. Если бы так месяцок перемещаться, глядишь второй уровень откроется и станет куда легче. Хотя что-то мне подсказывает, что и там не все так просто.

Когда все гвардейцы были спасены, я занялся остатками еще живой группы.

Хотя, как сказать, занялся? Болванчик не церемонился. Да и у меня не было времени с ними болтать и разбираться. Так что Лора искала уязвимые места в защите, а мой верный питомец делал всю грязную работу.

Меня же больше интересовал Петр Первый. Как бы я не пытался, никак не мог его обнаружить. С ним точно была охрана, и это явно не слабаки.

Но все же и приятная новость имелась — ко мне летела моя гвардия. Свеженькая, отдохнувшая. Ну то, что надо.

Я поспешил в кабинет к царю.

Открыв двери в очередной коридор, увидел, что с противоположной стороны стоял Петр Первый. Он был один. Я тут же отдал приказ большей части деталек Болванчика лететь к кабинету и защищать Романовых.

— Ого! Вот так встреча! — воскликнул Петр Первый. — Как судьба нас сталкивает.

— Хватит полагаться на судьбу, — фыркнул я. За последние часы слишком часто ее вспоминают в этих стенах.

— Но нам пока рано с тобой встречаться, — улыбнулся он, и за его спиной появился прямоугольный портал, в который он нырнул.

Я успел выпустить в него мощную молнию. Но, кажется, не попал. Хотя… Несколько капель крови на полу говорили об обратном.

Но надо было спешить к кабинету. Петр мог переместиться именно туда.

К тому же я видел, как десяток магов уже подходила к залу, ведущему в кабинет царя. Да и мне оставалось пройти всего несколько залов. Так что я выскочил у них за спиной и без лишних слов пустился в бой.

Ко мне присоединились Катя и Анастасия со своими близняшками.

— А это что за хрень? — удивилась Катя, когда ее меч снес голову противнику, но тот продолжал стоять.

Но я уже знал ответ. Это была сборная солянка из народа Валеры, Исполинов, магов, генералов хаоса и регенерации самого Петра Романова.

— Так мы можем сражаться хоть весь день, — выдохнул я. — В кабинет! Живо!

Девушки сначала хотели возразить, но двери в зал открылась. Там стоял Петр, а за его спиной весь коридор заполнили точно такие же существа.

— Еще вопросы? — развел руками отец царя и улыбнулся.

Мы не стали спорить. Я откинул всех к стенам, и мы скрылись в кабинете.

— Ну такое…– выдохнул я.

— Уходите! — рявкнул царь.

— Не-не, мы уйдем все вместе, — я посмотрел на часы. — И прямо сейчас.

Замурованное окно, которое вело во внутренний сад с яблоней, вылетел наружу и там стоял мой БТР.

— Прошу все на борт!

— Я задержу их, — опять начал играть в героя царь, чем начинал уже подбешивать.

Может, это действие артефакта так на него влияет? Как там… голод? Он просто хотел удовлетворить свой голод битв? Разве это не так работает?

— Да кто вас оставит, — улыбнулся я, и Катя с Настей, взяв немощного отца под рученьки, повели его к окну.

Ну хоть тут он не сопротивлялся.

— Лора, в этом кабинете слишком много документов. Мы не успеем все копировать…

— А это значит, — продолжила она и несколько деталек Болванчика начали поджигать стеллажи.

С той стороны двери начали ломиться, и как хорошо, что я успел поставить Пушкинский блок.

— Миш, — ко мне подбежала Катя. Она передала моим солдатам заботу о царе и вернулась. — Давай заберем эту софу? Отец ее любит… Я понимаю, что говорю бред, но… Ему не так много осталось.

Не было времени медлить. Я щелкнул пальцами и детальки Болванчика подхватили старый изношенный диванчик и поволокли его к окну.

— Все, — кивнул я, — Давай в машину!

Моя защита уже трещала по швам. Да и рунические двери в кабинет, способные выдержать прямое попадание из танка, держались буквально на честном слове. Других мыслей, почему они еще не упали, у меня не было.

Огонь разгорался, и на этом моя работа тут окончена. К тому же, если я теперь правитель другой страны… Буквально. Говорит ли это о том, что это мое вторжение? Ладно… Не о том думаю.

Выпрыгнув из окна, уже хотел было прыгнуть в БТР, но меня не покидало чувство, что я что-то забыл…

КОТ! Там же был кот!

— Гадство! — я побежал обратно в кабинет, и как раз в этот момент петли слетели с дверей. Пришлось повторно поставить защиту.

И к моему счастью этот шерстяной сидел на столе и с видом «а ты ничего не забыл? Например, меня?» глазел на нашу компанию.

— Простите, забыл самого важного жителя Кремля… — выдохнул я и, схватив кота под мышку, выпрыгнул в окно.

Как раз в этот же момент в дверном проеме показался и Петр Первый.

Но он опять не стал меня атаковать. С легкой ухмылкой проводил меня взглядом, пока я вылезал. Потом подошел к окну и так же молча наблюдал, как мы взлетаем. И даже то, что за его спиной горели важнейшие документы Империи, его не сильно волновало. Казалось, его заботило только то, как мы улетаем.

Я тоже не отводил от него взгляда.

— Это что сейчас было? — удивилась Лора. — Он бы мог нас атаковать. Натравить Исполинов…

— Что-то мне подсказывает, что его шахматная партия еще не закончилась… — выдохнул я, закрывая люк БТР.

Остальные не видели Петра Первого, так что это осталось между мной и Лорой.

Нас сопровождали и другие машины моей гвардии. Собственно, их вмешательство было минимальным. После того, как они получили ответ, что в Кремле больше нет дружеских лиц, они начали закидывать стены бомбами с одной интересной начинкой, которую разработал Унур еще когда работал на своего отца. Так сказать, старые запасы. Так что улетели мы оттуда без проблем.

— Вот и произошел переворот… — выдохнул царь и закрыл глаза.

— Эй, отец! Очнись! Не теряй сознание! — воскликнула Катя.

— Да не теряю я сознание! — выдохнул он. — Просто немного устал…

Настроение в БТРе было не воодушевляющим. Все понимали, что это начало чего-то нового. То ли новой главы, а может, и истории.

Да и у меня было много вопросов к правлению. Как бы я никогда не был царем. Да и не особо об этом мечтал.

Я ПРОСТО ХОТЕЛ ИЗУЧАТЬ ЭТОТ МИР!

— Когда приказ об отсоединении Сахалина вступил в силу?

— В полночь, — ответил царь. — Все документы уже подписаны и переданы во все органы. Так что от тебя уже ничего не зависит.

— Значит, до полуночи…

Я понимал, зачем царь сделал такой ход, и это, скорее всего, единственный вариант, чтобы спасти мой род. В противном случае, после того, как Петр Первый вернет себе правление Империей, против меня будет настроена вся верхушка власти.

— Надо узнать, кто остался на нашей стороне, — Лора начала выводить список. — Также надо успеть подготовиться к тому, что на нас могут напасть в любую секунду. Надо уходить на Сахалин.

— Меня не только это беспокоит.

— Да, я понимаю. Порталы. Широково и Подмосковье.

— Именно, — вздохнул я. — Нам надо что-то решать.

Ко мне подошла Анастасия и аккуратно задела за локоть.

— Михаил, можешь мне одолжить свою машину. Мне надо съездить за матерью.

В этой заварушке совсем вылетело из головы, что есть еще один, не менее важный член рода Романовых. Царица Ольга.

— Нет, сам слетаю, — коротко ответил я. — Вы будьте с отцом. Просто скинь мне координаты.

Да уж… Как бы это красиво ни звучало, сейчас Лора продолжала накидывать список проблем, которые образуются с появлением у меня целого государства.

Вернувшись домой, я собрал гвардейцев, Богдана и Мисс Палмер, которая до сих пор была у нас. И к слову, она была удивлена больше всех.

— Ого, господин Кузнецов, признаю. Вы превзошли все мои ожидания, — без нотки юмора сказала она, с интересом изучая меня.

— Рад, что смог вас удивить, но у нас дела… Даже не знаю… Плохи или очень хороши, — пожал я руками.

Пока из БТРа выводили царя, мои солдаты и гвардейцы Кремля построились в две шеренги, образовав коридор, и приветствовали царя.

— Давненько я тут не был, — выдохнул он, оглядев дом. — Вижу, ты сделал много нового.

— Только вырыл бассейн, — кивнул я.

Петра и его дочерей провели в дом. Кот следовал за ним, с интересом изучая все вокруг. Задержавшись перед Богданом, он оглядел его с ног до головы, подошел и ткнулся мордой в ногу.

— Какой славный кот, — улыбнулся тот и очень аккуратно погладил животное.

Когда Романовы скрылись в доме, я собрал своих людей и рассказал им последние события.

— Как и всегда, я вас не держу. И если кто-то решит покинуть мою гвардию, я напишу хорошие рекомендательные письма… Но, — я развел руками, — судя по тому, что будет происходить дальше в стране, мои рекомендации, скажем так, будут не уместны. Но выбор за вами.

В ответ я получил усмешки.

— Ваша светлость, вы это, давайте так больше не шутите. Где мы еще получим столько свободы и подготовки? Да и мы уже привыкли к тому, что у нас все самое лучшее, — ответил командир отряда.

— Тогда мне надо сделать пару звонков и поговорить с кремлевскими гвардейцами.

Надо решать все максимально быстро. Особенно с этим домом. После того, как Валера оказался в неприятной ситуации, безопасность этого места сильно упала. А тут, между прочим, портальная комната.

Охрана царя отошла к дому. Все же даже в этот момент они старались быть ближе к своему прямому начальнику и охранять его.

Хотя… смотря на них, я сомневался, что они сейчас в том состоянии, чтобы защитить хотя бы самих себя. Все в бинтах. Кто-то в гипсе. Хоть у меня в штате и была парочка лекарей, но они не так искусны как та же Виолетта или Чехов.

— Но… у нас еще есть время, — загадочно намекнула Лора.

— Я понял. Тогда уладим все, и приведет настоящих целителей…

— Или целительницу, — хихикнула моя помощница.

Гвардейцы царя при моем приближении встали по стойке «смирно». Сразу видно, кремлевская подготовка. Не то что мои… Я повернул голову. Стоят, ковыряются в носу, ржут, как кони.

— Но с другой стороны, кремлевская подготовка не сильно помогла им устоять против осады, — заявила Лора, прочитав мои мысли.

— Ваша светлость! — вперед вышел самый побитый солдат. По отличительным знакам я понял, что это местный командир, кажется, его я спас последним. — Полковник Лифанцев, к вашим услугам.

— Вольно, полковник, — махнул я. — Как настроение? Как себя чувствуйте?

— Ну… — он почесал затылок. — Буду откровенным, дела говно.

— Согласен, — хлопнул я себя по ноге. — Хоть кто-то озвучил мои мысли.

Кажется, мне удалось немного разрядить атмосферу.

— Что собираетесь делать?

— Наша задача неизменна, — твердо ответил Лифанцев. — Защита его величества и его семьи.

— Это все замечательно, — вздохнул я. — Но что мне с вами делать…

При всех раскладах у царя осталось совсем мало времени. Его состояние ухудшается буквально на глазах. И даже мы с Лорой не могли ничего сделать.

— Я забираю его на Сахалин. Там ему окажут самую лучшую помощь, которая возможна в нынешних реалиях.

— Простите, ваша светлость, — выпалил Лифанцев. — Могу я просить, взять нас с собой. Я понимаю, мы не можем настаивать и заставить вас тоже не можем, но все же… он наш правитель…

— Да без проблем, — кивнул я. — Просто подождите часок. Мне еще за царицей надо съездить.

Гвардейцы выпучили на меня глаза и так и остались стоять.

Не мог же я сказать что-то совсем странное? Хотя… на-пле-вать.

Далее надо было решать проблемы очень быстро. И я позвонил Наде.

— Миша, что там…

— Так, сейчас помолчи и слушай внимательно. Если что-то не поймешь, то я тебя уволю, — в трубке тут же замолчали. — Царь Петр свергнут его отцом, Петром Первым. В полночь в силу вступит документ, который отсоединяет Сахалин от Российской Империи, делая его отдельной страной, так что я теперь царь… Ну, в полночь то есть. Подготовь документы на дом в Москве и особняк в Широково. Я перепишу их на графа Бердышева. Это надо сделать до полуночи, если ты поняла, то действуй.

— Поняла, — коротко сказала Надя и повесила трубку.

— Вот за что она мне нравится, так это пунктуальность. Никаких лишних вопросов, — довольно сказала Лора.

И тут же набрал графа.

— Ростислав Тихомирович, здравствуйте.

— Михаил, что происходит?

Вот еще один человек, который понимал все слишком хорошо и тоже сразу переходил к делу. Но и на него у меня не было много времени.

— Ростислав Тихомирович, я объясню вам все, как выдастся свободная минута, а пока послушайте меня внимательно и желательно не перебивайте. В полночь Сахалин станет отдельной страной. На мои земли могут быть совершены рейдерские нападения или новая власть попытается их отжать в виду того, что я уже не гражданин этой страны. Так что Подмосковное Поместье и Поместье в Широково я переписываю на вас.

— Понял, — ответил он, но все же добавил: — Царь жив?

— Пока да. И мы отправляемся на Сахалин, так что скоро вам поступят документы. Заверьте их. К вам не будет никаких вопросов.

— Буду ждать.

— До свидания.

Я положил трубку.

Дальше все бумажные вопросы от меня практически не зависели. Хоть Ева и помогала сейчас Наде, мои полномочия на этом все. Да и у меня были другие дела.

Зайдя в дом, я увидел интересную картину. На диване расположилось семейство Романовых. Кот лежал на коленях у Петра. Богдан сидел напротив, а Мисс Палмер только что поставила чай на столик.

— Удивлен увидеть вас в этом месте, Мисс Палмер, — произнес царь, пристально смотря на женщину.

— Вы знакомы? — удивился я.

— Не совсем, — ответил царь. — Просто эта женщина достаточно известна в узких кругах. Если быть точнее, в кругах правителей стран. Она… своего рода, консультант, который дает советы в некоторых вопросах. Но насколько я слышал, вы помогали строить город в Дикой Зоне в США.

— Верно, — кивнула она, закинув ногу на ногу. — Не сказала бы, что там все идеально, но уже жить можно.

— А что вы делали в Англии? — прищурился царь.

— Ого. Вы и это знаете?

— Такова моя работа…

— Что ж, тогда вы поймете, что я не могу разглашать детали нашего соглашения с другой страной. Мне важна моя репутация.

— Понимаю. Извиняюсь, за столь некорректный вопрос. Позвольте задать его по другому, — он сделал глубокий вдох. Было видно, что уже и такие простые действия даются ему с трудом. — Правительство наказало Шермана Холмса или нет?

— Хм… — расплылась в улыбке Палмер. — А вы искусный переговорщик. Да, он наказан.

— Отлично, — кивнул он.

Я же был словно курица-наседка.

— Так, господа. Цари, иностранные гости и прочие существа, мы покидаем это место. И раз уж мы стали с вами близки, — я посмотрел на мисс Палмер. — И даже с вами… то думаю, что могу открыть вам один секрет. Да и не вижу смысла уже его скрывать. Так что прошу всех в подвал. Богдан, останься.

— Я бы тоже хотела остаться, — подняла руку сестра Валеры.

— Как угодно, — кивнул я. — Тогда будьте любезны позвать кремлевских гвардейцев.

Когда все были в сборе, я повел их в подвал.

— Миша… — Катя была в недоумении. — А ты уверен, что нам сейчас необходимо прятаться в подвале?

— Катя, думаю, Михаил знает, что делает, — шикнул на нее отец и та замолчала.

Мы прошли в портальную комнату.

— Ого, знакомые узоры, — хмыкнул Петр, — а я все гадал, куда Володя утащил те арки…

Я благополучно проигнорировал его слова. Времени сейчас было не так много, чтобы расспрашивать, так что я просто активировал портал на Сахалин.

— Теперь все заходим по одному, — кивнул я в портал.

— Миша, у тебя что, порталы под поместьем? И ты молчал? — воскликнула Катя.

— Ага,

— А я думала, мы друзья.

— Ага, но все же я хотел казаться немного загадочным, — улыбнулся я. — Видела бы ты свое лицо, когда я то тут, то там…

— И куда еще ведут порталы? — спросила Настя.

— В Широково, Китай и в Северную Дикую Зону.

Кремлевские же гвардейцы вообще стояли с открытыми ртами и как маленькие дети глазели на портал.

— Ладно, пошли, — кивнул царь и первым сделал шаг.

Когда же все прошли на Сахалин, я замкнул колонну и временно закрыл портал.

Там уже ждали нас Перестукин с охраной.

— Здарова парни, я вам тут привет царя.

— Что? — не понял Перестукин и выглянул из-за плеча. — Действительно, царь…

Повернувшись к своим, он рявкнул.

— Отряд! Смирно!

Все вытянулись по струнке, а я закатил глаза. Трата времени.

— Спасибо, но я уже не царь, — пожал плечами Петр.

Все расселись по машинам. Места хватало всем.

Приглядевшись, я заметил, что и погода тут стала куда лучше. Солнечнее, что удивительно для Сахалина.

Я подошел к машине царя.

— Петр Петрович, вас отвезут в администрацию. Попрошу не пугаться того, что вы там увидите. Это я про губернатора. Я отдал приказ, чтобы вам предоставили лучший особняк на острове. Так что располагайтесь с комфортом, а я за вашей супругой. Одна нога тут, другая там.

— Буду ждать.

Кажется, он уже смирился, что его резко все перестали слушать, поэтому кивнул и откинулся на спинку сиденья.

Подойдя к месту водителя, где сидел Перестукин, я сообщил:

— Скажи Элю, что в полночь Сахалин становится отдельной страной.

— О как! Это что получается? Вы царь?

— Да-да, — устало вздохнул я. — Трогай. Головой отвечаешь за Романовых!

— Будет сделано! — кивнул он и колонна машин двинулась в сторону города.

Я же спустился к порталу и вернулся в Москву.

Мисс Палмер все также сидела в кресле и щелкала каналы. К ее большому огорчению, работал только канал «Культура».

— Даже революция не способна прервать трансляцию этого канала… — улыбнулась она и встала. — Я поеду с тобой.

— Но мне не нужна ваша помощь, мисс Палмер.

— А я тебя и не спрашивала, — пожала она плечами и пошла к выходу.

— Н-да… — улыбнулся я. — У вас все в семье такие…

— Что есть, то есть, — открыв дверь, она выглянула наружу. — Надеюсь, этот молодой человек поедет с нами?

Я вышел на крыльцо. Богдан шел от теплицы с морковкой в руке и довольно ею хрустел.

— Миша! Первые плоды! — помахал он овощем.

У меня живут одни сумасшедшие… Только что в стране случился государственный переворот, а у Богдана морковка выросла.

— Эх… — уже раз в сотый вздохнул я. — У тебя есть еще одна?

— Две! — подняла руку Палмер.

— Ага, — кивнул он и достал из кармана еще две морковки.

Мы втроем сели в машину. Я завел мотор, и она начала подниматься в воздух.

Координаты, которые дала мне Настя, показывали, что царица сейчас находилась в Канцелярии.

И хорошо, что это был не центральный отдел, а всего лишь один из его подразделений. А то что-то мне не доставляло удовольствия еще раз встречаться с Петром Первым и его бессмертными Исполинами.

— Так, прилетаем, пакуем царицу, улетаем, — откусив морковку, сказал я. — Никакой самодеятельности, Богдан, понял?

— А я-то чего? — развел тот руками. — Если там не будет никого вкусного, то и я не буду дергаться.

— Вот и славненько, — я нажал на педаль газа и машина полетела в город.

Имперская Канцелярия.

Атака миновала основной орган управление государством.

Разумеется, были и четырехрукие исполины и более мелкие монстры, но с этим справились работники Канцелярии. В большем случае, это были довольно сильные маги.

Пусть совет был на выступлении царя во время нападения, все обошлось малыми потерями. Хотя все же большую часть взяла на себя царица. Она приехала сюда, как раз после того, как основная атака была подавлена. Но кто ж знал, что как только она появилась, на них опять напали.

На этот раз Исполинов было куда меньше. Всего три, но даже они были довольно сложными. Как же удачно, что к ним на помощь приехало несколько членов совета во главе с начальником Имперской Канцелярии, Гоголем Николаем Васильевичем.

С ним прибыли его заместитель Газонов, Преображенский, Каренина и Чацкий. Остальные задерживались по каким-то причинам. Царица Ольга как раз проверила свою охрану и вернулась в здание в тот момент, когда Гоголь со своими людьми вошел в здание.

— Ольга Васильевна, — оторопело кивнул он и остановился. — Чем обязан?

— В кабинете, — властно сказала царица и первая пошла вперед, громко цокая каблуками по мраморному полу. Даже в такой ситуации, она оставалась женственной, но в тоже время властной женщиной.

От кабинета начальника Канцелярии, к сожалению, не осталось ничего. Именно туда прилетело одно из заклинаний и разворотило его. Теперь это руины с отличным видом на небо.

— Эмм… — огляделся Гоголь. — Ольга Васильевна, предлагаю сменить обстановку…

— Почему вы отказали моему мужу в поддержке?

Королева не собиралась ходить вокруг да около. Она успела поговорить с Петром и уже знала про предательство совета. Гоголь и те, кто с ним пришел, убрали учтивые улыбки с лиц. Теперь это были холодные, расчетливые чиновники.

— Канцелярия действует только во благо Империи, — холодно ответил Николай Васильевич. — И реалии таковы, что его величество сейчас не в том положении.

— Петр Первый хочет силой захватить трон и вкинул по всем каналам…

— Что? — перебил ее Гоголь. — Что не так сказал Петр Первый? Разве не правду? Вы уж простите, ваше величество, но я не услышал ни единого слова неправды, — пожал тот плечами.

— Коля, ты ошибаешся, — угрожающе сказала она.

Гоголь некоторое время смотрел на нее нечитаемым взглядом, затем сказал через плечо:

— Выйдите.

Газонов и остальные нехотя покинули помещение. Напоследок Алексей Октябринович остановился в дверях и посмотрел на царицу.

Она была зла. Очень, и он ее прекрасно понимал. Он и сам сейчас стоял перед очень сложным выбором.

Как только двери закрылись, глава Канцелярии и царица выдохнули.

— Оль, послушай, Петр Первый смог уничтожить всех монстров за час. А что сделал царь? Только пустые обещания. Прорывы, уничтожение институтов, уничтожение КИИМ! Дурацкие решения по внешней политики. Чего стоила только однодневная война с Монголией…

— Не перегибай палку, Коля. Хоть ты мне и брат, я не позволю так говорить о моем муже.

— Оля! Он отдал Сахалин! Кусок Российской Империи! И кому? Какому-то Кузнецову? Мальчишке⁈ Ты серьезно его до сих пор защищаешь? — воскликнул Гоголь.

— Да. Он точно знает, что делает.

— Хватит, — осек ее брат. — Канцелярия за переворот. Это решение уже принято. Аристократы также нас поддерживают. Буквально никто не хочет видеть твоего мужа на троне.

— Это все манипуляции Петра Первого, — ответила царица.

— Доказательства, — холодно сказал Гоголь. — Покажи доказательства? Пока, все что я вижу, так это то, что Петр Первый спас столицу. Твой муж потерял нюх. Он забыл законы Империи, глядя на всех свысока. Старый вожак в первую очередь старый, а потом уже вожак, и ему лучше подвинуться. Или его подвинут. А это недостойно. Хотя… Петр Первый делает своему сыну одолжение.

— Подвинут… — хмыкнула царица, снимая каблуки и вставая босыми ногами на обломки. — И кто подвинет? Ты?

— Оль, не заставляй меня… — Гоголь щелкнул пальцами, и по всему периметру дыры в потолке появились големы. Через мгновение появились и канцелярские маги. — Просто отступи. Мы усадим Петра Первого на трон и твои действия на это никак не повлияют. Ты станешь либо преступницей, либо союзником, либо…

— Либо? — улыбнулась царица. — Ну давай, братец, договаривай. Ну? Либо ты меня убьешь?

— Зачем? Думаешь, я так слаб, что не смогу взять тебя живой? К тому же, если ты будешь под арестом, твой Петя быстро сложит полномочия и сам склонит голову перед своим отцом.

— Коля, ты не понимаешь, что делаешь…

Но Гоголь только хмыкнул, подошел к дверям и выглянул наружу.

— Господа, заходите, — сказал он своим коллегам.

В помещение зашли Газонов, Преображенский, Каренина, Чатский. К ним присоединилась Маргарита.

— Царица Ольга! — голос Гоголя прогремел как гром. — Вы задержаны членами совета Имперской Канцелярии. Вам предоставят…

— Не делай того, о чем потом будешь жалеть, Коля… — прорычала она.

— Стоп! — неожиданно для всех воскликнул Газонов. — Николай Васильевич, что происходит? Попрошу ввести меня в курс дела.

Остальные члены совета тоже были немного обескуражены, но молчали.

— Алексей Октябринович, сейчас не самое подходящее время. Это прямой приказ. Царица Ольга арестована! — сообщил Гоголь. — Происходит переворот и власть отходит достойному. Выполнять приказ.

Остальные члены сомневались. Все же они знали, что царица Ольга не просто жена Петра Романова, но и одна из сильнейших магов Империи.

— Господа, вам этого не надо, — улыбнулась Ольга, аккуратно снимая легкий полушубок и вешая его на сломанный стул.

— Нас больше, — сказал Гоголь. — Тут столько материала для моих големов, что лучше не сопротивляться.

Тут уже случилось то, чего не ожидал, наверное, никто. Алексей Октябринович Газонов выбежал вперед и встал рядом с Ольгой.

— Леш, не стоило, — улыбнулась царица. — Но мне импонирует то, что ты понимаешь ситуацию.

— Я знаю только то, что наш царь никогда не пойдет на то, чтобы навредить своей стране! Он готов жизнь положить на то, чтобы искоренить хаос и Дикие Зоны. И что его отец не зря был свергнут! — он посмотрел на своего начальника. — Вы же читали секретные документы! Мы с вами не в школе и знаем, что было на самом деле.

— Но факты, Алексей Октябринович, говорят о том, что теперь он сделал куда больше, чем царь. Ты же слышал, что он говорил, и сам прекрасно знаешь, что все сказанное Петром Первым по телевизору — правда.

— Я поклялся царю и Империи, что буду защищать закон и порядок в стране и не давать ее в обиду. И сейчас я вижу, где добро и где зло.

— Леша, ты знаешь, что Гоголь мой младший брат? — тихо спросила Ольга.

— Слышал.

— А какая у него предрасположенность?

— Ко всей земляной магии?

— Именно, — улыбнулась она. — А знаешь мою?

— Эм… Боюсь, что нет. Как-то не выпадала возможность лицезреть…

— Вот и славно… — улыбнулась она. — Тогда закрой, пожалуйста, уши.

Големы спрыгнули с крыши и еще несколько появились из обломков в кабинете. Газонов же поспешил сделать то, что ему сказала царица.

Вначале ничего не было слышно. Но при этом стекла начали звенеть все сильнее, едва слышный писк все нарастал.

— Быстро все зажмите уши! — выкрикнул Гоголь.

Остальные члены совета так и поступили. Големы рассыпались от звука. Стекла вдребезги разлетелись, да и само здание начало дрожать.

— Что за чушь… — фыркнул Чацкий, усилив барабанные перепонки в ушах. Он решил, что этого будет вполне достаточно для защиты. Но что-то пошло не так. Его глаза закатились, он упал на пол и изо рта пошла пена.

— Идиот… — прорычал Гоголь, но не услышал даже своего голоса.

И только Ольга могла спокойно ходить по кабинету.

— Можешь даже не пытаться разгадать этот фокус, — произнесла Ольга и все в помещении ее услышали. — Да, вы слышите мой голос. И только потому, что я этого хочу.

Она подошла Преображенскому и наклонилась.

— Ты сильный, Филлип, но дай угадаю, о чем ты думаешь? Если я отпущу руки, то тут же потеряю сознание, но могу атаковать ее своей аурой, — она выпрямилась и властно посмотрела на него сверху вниз. — Ну давай, пробуй!

И он попробовал. Как только его тело вспыхнуло аурой, он тут же упал на колени, изо всех сил зажимая уши руками.

— Попытка провалилась, — легонько отпихнув его, она отправила Преображенского в стену. Это была настолько нечеловеческая сила, что солдаты, которые стояли на крыше с закрытыми ушами, попробовали убежать, но как только они развернулись, тут же попадали в обморок.

Некоторые свалились прямо в разрушенный кабинет.

Дальше царица подошла к Карениной. Взгляд у нее был злой. Как у дикой тигрицы, готовой напрыгнуть на свою жертву.

— Ох, что за взгляд, — наклонив голову набок, произнесла Романова и улыбнулась. — Но что ты сделаешь? Я раздавлю тебя словно поезд. Но я дам тебе шанс. Всегда хотела проверить, насколько ты сильна. Можешь опустить руки, на тебя не подействует звук.

И как только Каренина отпустила уши, то тут же упала на спину и забилась в эпилептическом припадке.

— Посредственность… — фыркнула она. — Поверила на слово. Коля, видишь в чем твоя проблема? Твои подчиненные пытаются быть героями, хотя они только второстепенные статисты. Сильные, это безусловно. Но статисты.

Дальше она подошла к Маргарите.

— Мастер сегодня выйдет?

Женщина покачала головой и улыбнулась.

— Но он сказал, что мне надо идти с вами, ваше величество, — произнесла она.

— Встань рядом с Газоновым, — властно произнесла она и пошла к брату.

Гоголь же скрежетал зубами и боролся изо всех сил.

— Коля, ты проиграл в тот момент, когда я сняла туфли.

Но тот ухмыльнулся и, подмигнув сестре, чем-то хрустнул во рту. Из пола по периметру всего кабинета вылезли анти магические щиты.

— Ох, так-то лучше, — произнес он, опуская руки. — Ты же не думала, что я настолько туп, что не подготовлюсь?

— Разве? — огляделась по сторонам царица. — Ты один. А со мной Газонов и Маргарита, — она посмотрела на женщину, которая с легкой улыбкой наблюдала за ними. — И скорее всего, Мастер.

— Ты в Имперской Канцелярии, — произнес он. — Приказ уже озвучен. Вам отсюда не уйти.

Магия царицы не работала из-за антимагических щитов. Но и у Гоголя тоже.

Но двери кабинета распахнулись и на пороге появились канцелярские маги, облаченные в тяжелую броню.

— Ну что, все еще думаешь, что победила? Может, сдашься? — улыбнулся Гоголь.

Имперская Канцелярия. Как давно я тут не был. Казалось, вечность.

Огромные коридоры, высокие потолки и множество картин на стенах. По ним, если захотеть, можно отследить историю Империи. Или нет.

Чем ближе я подлетал к комплексу зданий, а Канцелярия была именно комплексом зданий, тем все чаще Лора фиксировала странные всплески энергии. То звуковые помехи, то визуальные. То опять появились големы.

Даже на секунду она зафиксировала какого-то мощного мага, но он тут же пропал.

— Может, Петр Первый решил заглянуть к своей невестке? — спросил я.

— Нет. Это не телепорт. Их я не фиксировала, — произнесла Лора.

— Мисс Палмер, может вы приоткройте завесу будущего и скажите, чего мне ожидать? — спросил я.

— Ох, я бы с радостью. Вносить коррективы в последующие события — мое самое любимое дело, но с тобой, Михаил, я ничего не вижу, так что будем полагаться на удачу! — радостно воскликнула она.

— А оружие у вас есть?

Она многозначительно похлопала по бедру. Хотя я так ничего и не увидел. Ни кобуры, ни ножен. Мисс Палмер просто похлопала себя по ноге.

Хотя чего это я? Надо уже смириться с этой странной семейкой.

Однако и у меня для нее был козырь, на который я очень хотел посмотреть. Она же еще не в курсе про то, что и Эль со мной. Так что подождем…

— Как же ты собрался вытаскивать царицу? — спросила Палмер.

— Есть такая фраза… На авось.

— Что? — не поняла девушка.

— Скоро все увидите, — улыбнулся я.

Хотя мне просто не хотелось ничего не объяснять. Болванчик занял ключевые позиции и транслировал мне все, что происходит внутри. Оказалось, что у директора Канцелярии были специальные приборы, которые подавляли всю магию в кабинете. Интересная штука, которая, конечно же, мне нужна.

Я не стал осторожничать и приземлился прямо на крышу.

— Экстравагантно, — удивилась мисс Палмер.

— Не советую далеко уходить от меня. — предупредил я.

В этот же момент дверь на крышу открылась и к нам высыпали десяток магов.

— Князь Кузнецов, взять его! — воскликнул тот, кто был впереди.

Мисс Палмер же, как ни в чем не бывало, тупо пошла на них.

— Она что, сумасшедшая? — воскликнула Лора.

— Сестра Валеры, — выдохнул я.

Болванчик моментально вырубил всех магов, хотя те успели выкинуть несколько заклинаний. Но она даже не увернулась. Два огненных шара пролетели в непозволительной близости от ее лица.

— Признайся, выглядело круто? — улыбнулась она, когда мы спускались вниз.

Лора уже вывела мне примерный план и показала кратчайший маршрут до царицы.

Хотя она была не одна. Ее защищал Газонов и какая-то неизвестная мне женщина.

Ах да, охрана царицы тоже сражалась. Но у них дела обстояли не лучшим образом. Численное преимущество было подавляющим, так что они просто перекидывались заклинаниями на парковке.

— Мисс Палмер, могу я попросить вас заняться охраной царицы Ольги?

— А что с ней?

— Надо их спасти.

— Зачем? Они пешки. Расходный материал, — пожала плечами женщина.

— А Валера бы пошел их спасать, — выпалил я.

— Ладно, шучу. А то вижу, как у тебя уже глаза на лоб полезли от возмущения.

Мы с Лорой уже давно просчитали психологический портрет и Валеры, и Эля. И их сестра недалеко ушла, так что как ею манипулировать я знал. Если Валера постоянно велся на то, что ему что-то не по силу, а Эль на то, что это облегчит ему жизнь, то Мисс Палмер повелась на сравнение ее с Валерой.

Я же пошел по коридорам к кабинету начальника Имперской Канцелярии Гоголя.

Как-то не удавалось мне с ним никак познакомиться. Хотя Алексея Октябриновича я знал довольно хорошо.

Проходя очередной коридор, в параллельном проходе увидел облаченных во всевозможные доспехи магов.

— Гражданской? — заметил меня один из канцеляристов.

— Нет… — присмотрелся второй. — Это князь Кузнецов! Предупреди всех! Враг в здании!

И не дожидаясь, пока его товарищ убежит предупреждать остальных, он нажал красную кнопку на стене. Но…

Сигнализация уже не работает. А все почему? Ага. Лора, умничка.

Но все же отряд, который пробегал мимо, решил, что их силовая броня вполне способна меня остановить.

— Н-да… Жаль этих добряков, — вздохнул я, проходя мимо застывших магов в доспехах. — Ах да, — обратился я ко всем противникам. — Думаю, не стоит упоминать, что если кто-то попытается применить магию, у вас в костюмах сработает система самоуничтожения.

Я пошел дальше.

Мне встретились еще один отряд магов и простых гвардейцев. Первых постигла участь товарищей, а вот гвардейцев…

Эхх… Хотелось мне прокачать портальный уровень, но решил, что лучше это делать с более достойными ребятами, так то Болванчик их всех отправил спать, а я дошел до коридора, который вел прямиком в кабинет Гоголя.

И весь он был окружен теми же магами в тяжелых доспехах. Но теперь их размеры сыграли против меня. Если я сейчас вырублю их костюмы, то они тупо займут своими телесами весь коридор, и пройти к царице будет проблематично.

Хотя… Был и другой путь.

Но я все равно отрубил все костюмы.

Зайдя в соседний кабинет, я открыл окно и вылез через балкон на крышу. Там пешочком дошел до дыры и спрыгнул прямо в кабинет.

— Ох, ваше величество, — найдя Ольгу глазами, поклонился я. — Прошу прощения, за опоздание. Но думаю, вам тут не место, — и кивнул Газонову. — Здрасте, Алексей Октябринович.

Тот помахал мне.

— Кузнецов, я знал, что и ты тут замешан! — воскликнул мужчина в центре комнаты с огромным носом и длинными зализанными волосами.

— Как я понимаю, ты Гоголь?

— Соблюдай этикет, щенок!

— Болван! Я теперь царь! Так что следи за языком! — ухмыльнулся я.

Он выхватил меч.

— Думаете, я дам вам просто так уйти? — он посмотрел на проход, где до сих пор маги пытались выкарабкаться из своих навороченных доспехов.

И чтобы его не смущать, я приказал Болванчику закрыть двери.

У меня в руках появился Ерх и родовой меч.

— Ваше Величество, вы будете не против, если я преподам урок вашему младшему брату? Давно хотел посмотреть, на что способен начальник Имперской Канцелярии.

о. Сахалин.

Здание Администрации.

Почему же все так обернулось? Где тропа событий повернула не на ту тропинку?

Случилось ли это в тот момент, когда метеориты разрушили большую часть Империи? Нет…

Это было раньше.

Когда из тюрьмы сбежал Петр Первый?

Конечно, нет. До этого.

Может, когда в Японии генерал хаоса хотел уничтожить полстраны?

И тут не то…

Петр размышлял об этом, пока ехал в машине Михаила в администрацию. Там их должен был ждать губернатор и остальные члены рода Кузнецовых.

Когда у него в распоряжении было буквально все время, мыслил он только о том, чтобы сделать страну как можно лучше. Никаких войн. Мирные и приятные соседи. И самое главное, никаких Диких Зон. Никаких метеоритов и никакого хаоса.

Теперь же, когда у него остались считанные дни, в голове крутились совсем не те мысли.

Страны лишился. Бессмертия. Верных подданных. Хорошо хоть семья была цела.

Но как и говорил его отец в детстве, либо ты умираешь героем, либо проживешь достаточно долго, чтобы увидеть, как сам станешь негодяем. И он прожил достаточно.

Для народа он стал злодеем. Его отец, которого Петр однажды упрятал в тюрьму, вернул себе власть, причем таким изощренным образом. Он разрабатывал план все время, пока сидел в камере.

— Папа, — погладила его по руке Катя. — Как ты себя чувствуешь?

— Не лучшим образом, — ответил тот. — Миша не звонил? Или мама?

— Нет, пока никаких вестей, — вздохнула Катя.

Когда же их привезли к администрации, горожане даже не поняли, кто приехал. Все занимались своими делами.

— Как тут спокойно… — произнесла Анастасия, выпрыгивая из машины.

И действительно. Улицы были расчищены от снега. Фонари освещали улицы.

Царь буквально чувствовал мирное настроение народа. Они были уверены, что находятся в безопасном месте.

— Ваше величество, прошу в здание, — сказал Перестукин. — Губернатор хочет с вами поговорить.

— Что ж, у нас как раз нет других планов, — улыбнулся Петр и начал медленно подниматься по лестнице.

С двух сторон его подхватили дочери и помогли. Королевские гвардейцы тоже пошли за своим начальником, но дальше холла их не пустили. Десять вооруженных по последнему слову военной техники мужчин перегородили им путь.

— Простите, мужики, но губернатор… — почесал затылок один из солдат. — Как бы так сказать… У него пунктик, насчет своего внешнего вида…

Со второго этажа спустился бравый старичок. Хоть ему и было далеко за шестьдесят, но двигался он очень бодро. Это подметили все кремлевские солдаты.

— Дмитрий, спасибо, — кивнул он солдатам. — Я сам все объясню, так что можете быть свободны.

— Хорошо, Олег Витальевич, — довольно улыбнулись солдаты и отступили дальше в проход.

Старичок же повернулся к солдатам.

— Кто у вас главный?

Вперед вышел мужчина и протянул руку.

— Полковник, Лифанцев Евгений Анатольевич. С кем имею честь говорить?

— Донцов Олег Витальевич, представитель губернатора перед общественностью.

Мужчины обменялись рукопожатиями.

— Я чуть позже представлю вас губернатору, — пояснил Донцов, пристально всматриваясь в солдат. — А пока князь Кузнецов выделил вам отдельное здание и полное обследование с восстановлением в нашем лазарете. Так что прошу…

— Но мы должны дождаться царя… — неуверенно сказал Лифанцев.

— Думаю, губернатор, обеспечит лично его защиту, не переживайте.

Один из кремлевских солдат выглянул из-за плеча начальника.

— А кто этот губернатор?

— Ох… Это птица редкого полета, — многозначительно ухмыльнулся Донцов. — Вас проводят, а мне пора на разговор. Таковы правила, прошу меня простить.

Олег Витальевич подождал, пока придет его помощник, уведет покалеченных солдат в лазарет и направился к кабинету.

Он нагнал Романовых как раз перед входом в кабинет.

— Прошу, — поклонился Донцов и открыл дверь, пропустив внутрь знатных гостей.

Внутри было светло. Панорамные окна хоть и были зашторены, но множество ламп и люстр делали помещение каким-то праздничным. Куча подушек, раскиданных по полу. Маленький журнальный столик, на котором стояли горы документов. И что самое удивительное рядом стоял маленький стульчик. Обычно на таких сидят дети в садике, причем в начальных группах. Однако у стульчика были колесики и сделан он был из дорогой кожи.

— Господин губернатор? — окликнул Донцов. — Где вы? К вам царь Петр Романов!

В дальней части кабинета за стеллажами книг послышалась возня.

— Ох, простите, что немного не рассчитал время, — раздался голос, который показался Петру немного странным. — Раз с вами познакомиться, великий царь, Петр Петрович, — задние стенки стеллажей были прозрачными и через них проглядывалась фигура человека. — Вы человек, с чьих уст слетают слова похвалы, восторга, наказания. Тот, кто посвящает себя другим и дает советы с достоинством и благородством.

Фигура начала двигаться вдоль стены.

— Но теперь вы раненый волк… Или лучше назвать вас лев? Вам некуда бежать. Не к кому обратиться…

— К чему ты клонишь? — спокойно спросил царь.

— Ни к чему. Просто мне был интересен такой человек, как вы. Великий Романов, который поднял свою страну на первое место по многим параметрам. Индустриализация. Магия. Добыча маголита…

Фигура продолжала скользить вдоль стеллажей.

— Экономика и производство, — говорил Эль. — Но также коррупция, злоупотребление властью мелких чиновников. Распил территорий. Убийства.

— Довольно! — прогремел Романов. — К чему ты клонишь⁈

— Мне интересно… — человеческая фигура вошла в единственный темный уголок в этом помещении и невозможно было разглядеть лица. — Каков ты теперь? Осознал ли ты все свои ошибки? То, что ты не доглядел? Упустил?

— Я не вездесущ. Я не могу быть везде и всюду в стране. Все что в моих силах…

— Поверить не могу… — вздохнул Эль. — Ты царь. Подобные оправдания годятся для любого человека в твоей стране, но не для тебя. На то ты и царь! Чтобы следить за всем! И куда тебя это привело?

Катя и Анастасия нахмурились.

— Да как ты…

— Кто ты такой…

Но их возмущение прервал сам Петр.

— Он прав. Я не буду оправдываться, — кивнул он. — Все, что произошло в стране, лежит исключительно на моих плечах. Это как мои заслуги, так и поражения. И я делал все, что мог, чтобы создать для жителей все условия для спокойной жизни.

— Этот ответ мне нравится куда больше.

Из тени вышел смуглый мужчина в плаще и в солнцезащитных очках.

— Губернатор Эль, — произнес Петр. — Вижу… Михаил не соврал, что вы немного отличаетесь от остальных.

— Эмм… — хотел было что-то добавить Донцов, но промолчал и скрыл легкую улыбку за зевком.

— Ты даже не представляешь насколько, — прозвучал голос из-за спины смуглого мужчины. — Отойди, Бритва, хватит жути нагонять на гостей.

И вперед вышел гусь в деловом костюмчике. На лапках маленькие лакированные туфли. На голове стеклянные очки.

— Очень приятно, я Эль. Губернатор Сахалина.

Катя и Анастасия вылупили глаза на птицу.

— Чего? Что за шутки? Отец, Кузнецов опять сделал что-то странное…

Но в отличие от своих дочерей царь был подготовлен к подобным ситуациям и не выказал ни удивления, ни других эмоций.

Он понимал, что если Михаил назначил на эту должность гуся, то это не просто так. К тому же, судя по тому, как эта птица говорит, она далеко не глупая. Да и к тому же, пока они ехали, Петр наблюдал в окно за обстановкой в городе. Шла масштабная стройка. Чистые и новые дороги. На каждом углу гвардейцы. Никаких бездомных.

Петр даже немного успел себя поругать за то, что его глаза замылились. Он давно перестал интересоваться низшими слоями населения. Забыл, что необходимо… А тут на его глазах гусь смог преобразить целый остров за считанные месяцы, и это был не просто подзатыльник, а отрезвляющий пинок.

Но какой смысл сейчас об этом думать? Когда у него уже нет никакого государства?

Царь оборвал удивленные восклицания дочек и поклонился. Впервые, за долгое время. Он знал, когда надо выказывать благодарность.

— Прошу прощения за моих невежественных дочерей. И благодарю, что приняли нас у себя. А так же хотел выразить отдельную благодарность за разрешение операции в Валахии.

— Не стоит, — ахнул крылом Эль. — Миша сказал, что вам нужна защита и… Я не совсем до конца понял, что он говорил. Мол, вам осталось жить не так много?

— К сожалению, это так. На мне был применен артефакт с отсроченным действием. Я умру через несколько дней.

— Вот как… — хмыкнул он. — Позвольте я посмотрю?

Все переглянулись.

Царь сел на невысокий диван и рядом сел Эль.

— Позвольте руку, — сказал гуль и вытянул крыло.

Царь протянул руку.

Ничего не произошло. Никакого шума или всплеска энергии.

— Ого, надо же, как интересно, — фыркнул Эль. — Это где же вы нашли такой артефакт?

— В моих оружейных, — пояснил Петр.

— Что ж, — он убрал руку. — Тут мои полномочия все. Скажу честно, мне это не под силу. Вот Валера… Думаю, он бы смог что-то сделать.

— Валера? — удивилась Катя. — Это который здоровяк?

— Не такой уж он и здоровяк, — фыркнул губернатор. — Но да.

— Так может мы обратимся к нему? — поинтересовалась Настя.

— Боюсь, это невозможно. Его как раз недавно запечатали.

Царь хмыкнул. Кажется, вот зачем его отец выкрал ту пирамидку. А он-то, дурак, полагал, что для Михаила или Есенина. Или кого-то еще…

— Значит, шансов нет? — у Кати на глазах начали наворачиваться слезы.

— Ну… — развел руками Эль. — Я не знаю, честно. Но, может, Михаил что-то придумает?

— Могу я просить у вас, если это возможно, — продолжил Петр, — привезти некоторых людей из Империи? Боюсь, у них не хватит своих сил выбраться после того, как мой отец взойдет завтра на трон.

— Ну… Вы составьте списочек, и мы с Михаилом что-нибудь придумаем, — пожал крыльями Эль.

Романовым выделили номер люкс в самой дорогой гостинице на Сахалине. С видом на администрацию.

Петр же все время пытался дозвониться до своей жены, но абонент был не абонент. И с каждой минутой его волнение становилось все сильнее. Кот Васька спокойно лежал у него на коленях.

Через два часа, когда они уже были в номере отеля, в общую комнату зашла Анастасия. За ней стояли ее верные помощницы.

— Я так больше не могу! — топнула она ногой. — Надо вернуться. Если у Михаила ничего не получится? Если он не спасет мать?

— Сядь, — кивнул Петр на кресло.

Сам же он сейчас составлял список лиц, которых необходимо вывезти. Но конечный результат будет зависеть от Михаила.

— Как ты собралась покидать остров?

— Так же как и попала сюда. Через портал, — фыркнула она. — Меня никто не заметит, отец.

— Дочь, — он пристально посмотрел на Настю. — Эти порталы работают только на кровь Михаила. Так что без него ты никуда не сможешь переместиться.

— Откуда ты знаешь?

— Просто знаю, — пожал плечами он.

В дверь постучались.

Катя выбежала из своей комнаты.

— Это Маша и Света! — радостно произнесла она. — Я их позвала погулять, — она подмигнула отцу, — и посплетничать.

— Нашла время…

Но Петр благодушно кивнул. Уж он-то знал, как Катя могла разговорить любого. А сейчас информация нужна, как никогда. Ему надо успеть сделать так, чтобы его семья осталась в безопасности, даже после его смерти.

За дверью стояли не только Маша и Света, но и пять очаровательных рыцарей. Все принялись обнимать Катю.

Настя же включила телевизор, чтобы не слышать этого писка.

'К последним новостям. В стране произошел переворот. У стен Кремля столпился, наверное, весь город. Люди хотят, чтобы нынешний царь ушел с поста и вернул его своему отцу, Петру Первому. Именно он смог в считанные часы уничтожить всех монстров на территории страны. Но, как нам известно, нынешний царь сбежал в неизвестном направлении. И как говорят очевидцы, помогал ему в этом князь Кузнецов.

Также стало известно, что последним приказом Петра Романова перед свержением стал односторонний договор отсоединении Сахалина из состава Российской Империи. И есть подозрение, что именно на Сахалине царь скрылся вместе с Кузнецовым.

— У нас в гостях известный политолог Евгений Евгеньевич Порасенков.

— Здравствуйте.

— Евгений, скажите, почему нельзя отметить приказ царя Петра об отсоединении Сахалина?

— Потому что формально он еще глава государства, его полномочия закончатся только в полночь. Приказ уже подписан в заверен, так что уже ничего не поделать.

— Но что тогда мы сможем сделать? Все же князь Кузнецов слишком глубоко залез в правительственные дела. Чего только стоят два его брака с дочерьми наших военачальников.

— Я не могу за них отвечать. Но если они разумные люди, то не будут идти на поводу у эмоций. А что до Кузнецова и Сахалина. Что ж… Посмотрим как он запоет, когда экономика пойдет на спад. Насколько я слышал, некоторые аристократы с ним сотрудничают… Что ж, этим можно воспользоваться и приватизировать этих частников.

— Интересно получается. Теперь, чтобы вернуть остров, нам придется его завоевать?

— Получается так.

Что ж, вы сами слышали мнение одного из ведущих политологов страны. Будем ждать дальнейших действий от Кремля и Петра Первого. В одиннадцать вечера смотрите наш фильм о новом царе.'

Телефон на столе у Петра зазвонил.

— Слушаю.

— Петя, я скоро буду. Попроси кого-нибудь поставить чайник. Так кофе хочется, — услышал царь голос своей супруги.

Поединок с Гоголем был недолгим. Да и не сказать, что сложным.

А что еще ожидать от бюрократа, который полагается только на свою предрасположенность? Хотя не спорю — у него был ранг Мага высших сил. Но каким бы ты ни был искусным и всемогущим, даже тебе нужна практика с мечом.

Но Николай Васильевич слишком долго сидел в кабинетах. Слишком долго пользовался магией, а не холодным оружием.

Нет, я не скажу, что он вообще не умел драться. Еще как умел. Просто этого было недостаточно даже для того, чтобы продержаться со мной и пары минут.

Я не стал его убивать только из-за уважения к царице. Хотя она даже слова не сказала, когда Ерх сломал его родовой меч как палку. И не испугалась, когда я остановил лезвие в миллиметре от его шеи.

Но все же она его вырубила, заставив пустить пену из рта.

— Сильная, очень сильная женщина… — произнесла Лора. — С такой дамой шутки плохи.

Через Болванчика я увидел, что мисс Палмер уже спасла бедную охрану царицы. Хотя там творилось что-то странное. Все канцелярские маги сейчас сражались друг против друга. Причем кричали и визжали, как маленькие девочки.

Запись я решил посмотреть позже.

— А теперь позвольте сопроводить вас до автомобиля?

— Что с моей охраной?

— Заберем по дороге, — успокоил я ее.

Царица Ольга подошла к туфлям и протянула мне руку.

— Не поможете даме обуться?

Я подал руку и она очень элегантно надела туфли. Я и сам не заметил, как украдкой пялился на ее стройные ноги.

— Э, — у меня перед глазами возникла Лора. — Тебе ткнуть в один глаз или в два?

Смутившись, я отвернулся.

Мы прошли по коридору, в котором до сих пор стояли маги в костюмах.

— Что с ними? — удивилась Ольга.

— Не знаю, — даже не стал притворяться, что вру. — Наверное, короткое замыкание.

И как же хорошо, что я предусмотрительно взял габаритную машину. Мы сели в салон, мотор заревел и мы взлетели. Царица даже бровью не повела, хотя обычно все удивляются тому, что машина летает.

Зато кто удивился, так это охранники, когда мы приземлились за забором парковки.

Мисс Палмер села третьей, благо место позволяло.

— Не ожидала вас встретить, — удивилась Ольга.

— А я ожидала, — просто ответила Палмер.

До дома мы долетели без приключений. И там царица удивилась второй раз, когда мы спустились в подвал.

— Надеюсь, вы не маньяк, — улыбнулась она.

На что Лора Палмер рассмеялась. А я почувствовал себя неловко. Шутка-то не смешная.

Когда мы вышли к портальной комнате, я открыл портал. Ольга снова удивилась, сказав, что не ожидала, что я пойду в Володю. Чтобы это ни значило. Мисс Палмер же вообще прошла в портал, как к себе домой.

И когда мы оказались на Сахалине, я дал Ольге свой телефон.

— Позвоните вашему супругу и дочерям. Они очень волнуются.

Она аккуратно взяла телефон и улыбнулась.

— Спасибо, Михаил, честно, я не думала, что мы сможем дожить до вечера.

— Не переживай, — хмыкнула Палмер, — я точно была в этом уверенна. По крайней мере, с тобой.

Когда мне, наконец, удалось доставить царицу к ее супругу и семье, у меня будто камень с плеч упал. Хотя… камешек. Ведь помимо того, что царь теперь у меня, имелась еще куча других проблем.

И первое, что я сделал, это вернулся в Широково.

Богдан пока пусть остается в Подмосковье хотя бы до приезда людей графа Бердышева.

Как только я поднялся в дом, меня окружили оставшиеся жильцы. Вот тут дел было действительно просто дохренища. По другому не назвать.

Но для начала я проверил Марусю и Трофима. Настя уже чувствовала себя хорошо и кашеварила на кухне. По итогу два моих подданных уже приноровились к новым способностям и вовсю хвастались перед остальным. Естественно, теперь татуировки хотел каждый солдат. И я этим обязательно займусь, но только когда мы будем в другом месте.

Пришлось созвать всю гвардию, Угольков, питомцев на общее собрание. Там я рассказал, что происходило последние сутки и что мы будем делать. Разумеется, Надя уже подготовила все необходимые документы и даже получила ответ от графа Бердышева. Вообще они с этим довольно быстро управились. Так что теперь официально родовое поместье в Широково и в Подмосковье принадлежали роду Бердышевых. Но это исключительно ради защиты портальных комнат.

Также я решил, что надо дать доступ к порталам Трофиму и Марусе, а также всем питомцам. Это сильно облегчит постоянные перемещения. Все же были у меня некие опасения касательно того, что кто-то обязательно захочет отжать мои территории у графа.

— И еще, — напоследок добавил я, — на постоянной основе тут остается Посейдон. Он будет защищать не только особняк, но и Широково. Как от монстров, так и от других источников опасности. А теперь, объявляю общий сбор.

И что тут началось…

Большая часть передовой военной техники была опломбирована и готова к перемещению. Конечно, тут остаются мои люди. Их я передал в безвозмездное пользование графу Бердышеву. Да и вообще, по документам, они будто всю жизнь работали на него.

Часть военной техники я также оставил ему. Забрал только экспериментальную и эксклюзивную. Да и зачем она ему без квалифицированных людей, а они мне будут нужны на Сахалине.

Ну и конечно, лаборатория Натальи и Унура. С ней вышло тяжелее всего. Оборудование было установлено совсем недавно, и теперь предстояло его разобрать и вывезти. Вот с этим будут проблемы, так как за несколько часов этого не сделать. Да и по большому счету, я могу этим заниматься хоть неделю или месяц. Все равно посторонние не проникнут на территорию. А граф никого и не пустит.

Телефон завибрировал. Кто-то написал в наш секретный чат.

Na}{UmOFF: Миша. Надо встретиться. Сегодня.

KYtY30\/: И чем раньше, тем лучше. Мы в Химках. Бар «Факультет».

Я посмотрел на часы. До полуночи оставалось несколько часов. Не знаю почему, но что-то мне подсказывает, что в полночь что-то да будет.

Хотя с другой стороны у Петра Первого тоже дел по горло в первые дни.

К тому же мне надо искать Исаака, но и бросить все на волю случая я тоже не мог, так что сделаем все дела как можно быстрее. Вот только встретиться с Кутузовым и Нахимовым входило в мои планы, просто не так скоро. Но другого выбора не было.

Я нашел Трофима на складе. Сейчас проходили сборы всей техники.

— Собирайся, поедешь со мной, — сообщил я.

— Что? Но у нас…

— У меня мало времени, так что перемещением через порталы в Сахалин будешь заниматься ты.

— Но я не умею телепортировать, — возразил Трофим.

— Что ж, сейчас самое время. Пошли.

Он передал контроль над сборами одному из начальников гвардии и потопал за мной. В доме я не стал ходить вокруг да около и позвал Марусю присоединиться к нам. Почему бы не сделать сразу несколько дел подряд?

Мы прошли в портальную комнату, а оттуда переместились в Москву.

— Так, господа, теперь мы с вами совершим небольшой ритуал по привязке ваших образов к портальной комнате, чтобы вы могли телепортироваться без моего участия, а то я так заколебусь туда-сюда бегать.

Трофим и Маруся переглянулись и уверенно кивнули.

— Мы будем служить вам верой и правдой! Это большая честь для нас, — сказала Маруся.

— Только не говорите, «пока смерть не разлучит нас», — улыбнулся я. — Ладно, начинаем.

Весь процесс занял чуть больше времени, чем с Валерой и Машей со Светой, все же ни Трофим, ни Маруся не были магами, так что привязка вышла немного другой. Однако портальная система не отличалась от описанной в книжке портальщиков, поэтому все прошло штатно.

— Что ж, теперь самостоятельно возвращайтесь обратно, а мне надо еще заехать кое-куда.

Я сел в машину. И так как ко всем приставил было приставлено по одной детальке Болванчика, то можно было наблюдать, как Маруся с Трофимом, словно маленькие дети, бегали из портала туда и сюда. Попробовали даже заглянуть в Китай и в Сверный пояс. Но как только их обдало холодом, они решили, что на сегодня хватит, и вернулись в Широково.

Богдан спокойно прогуливался по территории и притворялся, что он вообще просто наблюдатель, хотя лично по моей просьбе иногда делал облеты, но так, чтобы его не видели.

Часть гвардии Бердышева уже приехала и теперь занимала казармы, а мои ребята проводили им экскурсии, рассказывая куда можно совать нос, а куда нет.

И все же проблемы возникли. Когда я покидал территорию поместья через выезд из деревни, то обнаружил очень интересные машины.

Всего их было четыре. Черные, военные, бронированные, без знаков отличия.

— Лора, будь любезна…

Подобные ребята уже не в новинку и мне вообще никак не хотелось вступать с ними в конфликт. Но все же побесить их я любил. А все потому, что кто-то до сих пор полагал, что может остаться незаметным.

Машины были оснащены хорошей системой защиты, как магической, так и «Хамелеоном», которая частично могла делать так, чтобы машина сливалась в окружением.

— Да я уже давно у них в системе, — сказала Лора. — А она тут полная дерьмо.

— Обожаю тебя.

Я подкатил к первому автомобилю в колонне и жестом попросил опустить стекло.

— Ну что, неумехи, так и ездите на корытах? Вижу, даже чувство стиля у вас пропало, — я посмотрел в салон. Рядом с водителем сидел еще один бык в черном костюме. Оба они занимали все пространство, явно мешая друг другу. — А у вас что? Какая-то вечеринка жиртрестов? Или похороны? Ох, извините, если обидел! Тогда понятно, почему вы так отстойно одеты, и на таких корытах.

По их лицам было видно, что они узнали меня, и они были в замешательстве. Не думали, что я их рассекречу, или что? Серьезно?

Стекло задней двери опустилось, и я увидел еще одного верзилу, только на этот раз у него еще и браслет истребителя. Значит, маг.

— Князь Кузнецов, вы слишком кучеряво болтаете для того, кто скоро окажется за решеткой!

— Ох, извини, просто по-другому твоя мама меня не научила говорить, — ухмыльнулся я и вдавил педаль газа в пол.

— Ах ты…

Это последнее, что я успел расслышать. Потому что их машины не завелись. А все колеса, по странному стечению обстоятельств, лопнули. Они встали прямо посреди проезжей части, и только чудом их не протаранил грузовик. Завизжали тормоза, а затем их скрыли другие машины. Началась кутерьма.

— Какие они, конечно, интересные ребята, — хихикнула Лора, сидя рядом со мной. — И откуда у людей столько уверенности?

— Сам не понимаю. Почему такие ничтожные глупые нападения происходят только на меня? Почему не на Есенина? Не на Кутузова или Нахимова? Вроде, мы четко дали понять, что Кузнецовы довольно сильные ребята.

Она задумалась и выдала:

— Хотя тут играет эффект толпы. Точнее, ее отсутствия. По факту, хоть ты и сильный, но в роду у тебя сколько человек? Десять? И то это твои питомцы и прислуга.

— Ты забыла про Машу со Светой. А еще Любавка и Богдан.

— Ага, только кто знает, что они твои родственники? Я про Любавку и Богдана. Но все равно многие до сих пор думают, что тебе накидать легче легкого, а все твои достижения липа из-за опеки царя и генералов.

— Лора, — с улыбкой посмотрел я на нее. — Мне показалось, или даже ты начала верить в то, что мы Кузнецовы?

— Ты понял, о чем я, — фыркнула она. — И в отличие от тебя, я ничего не забываю. Да и нам обоим понятно, что ты уже намертво сросся с этим парнем.

Тут она права. Ладно, достаточно философских рассуждений. Нужно спешить.

Впереди показался какой-то затор, и поездочка обещалась затянуться. Так что я включил режим полета и двинул напрямик.

Химки от меня не далеко. Конечно, если лететь.

С высоты птичьего полета было видно, что город постепенно приходил в норму. Все коммунальные службы трудились на то, чтобы быстрее восстановить столицу. Но все же разрушений было достаточно. Богдан хоть и сбивал метеориты, но обломки он игнорировал. И достаточно домов были разрушены.

— Боюсь представить, сколько народу погибло…

Надо сделать все возможное, чтобы такое не произошло на Сахалине. Может, Петр и не допустит появления метеоритов вне Дикой Зоны? Хотя даже в правительстве произошел раскол. Газонов Алексей Октябринович и Маргарита, женщина, которая также оказалась на стороне царицы, тому пример. Сейчас они находились на Сахалине и привыкали, предположительно, к своему новому дому.

Но во всем мы привыкли искать плюсы. У меня появилось два квалифицированных политика. И судя по словам царицы Ольги, Маргарита не слабее Газонова.

Наконец, я долетел до Химок и плюхнулся прямо на проезжую часть. Людей на улице было немного, однако каждый, кто видел мой летучий автомобиль, наверное, знатно охренел.

Немного покрутившись по городу, нашел таки этот бар «Факультет». Там было все битком набито, и немудрено — дело уже близилось к полуночи. Забавно, что, несмотря на трагедию, люди все равно находили свободную минутку для того, чтобы отдохнуть. Музыка, крики, звон посуды — как будто и не было всего ужаса.

— Люди быстро привыкают к трудностям, — пожала плечами Лора. — Да и расслабиться всегда надо. Смотри!

Ага, этих двоих я заметил еще со входа. Вокруг собралась довольно объемная кучка пьянчуг, а за столом сидели Кутузов с Нахимовым. Оба были напряжены до предела — еще чуть-чуть, и у них из ушей повалит дым. Были они, что характерно, в гражданской одежде. У Петра Сергеевича на голове была красная кепка.

— Сдаешься, Кутузов⁈ — мычал адмирал, вцепившись в пятерню своего товарища.

— Только после тебя, Нахимов… — ответил ему генерал, ухмыльнувшись. — Я дамам уступаю…

— Детский сад, — закатила глаза Лора, когда мы подошли поближе.

Напряжение росло, как и раж в рядах болельщиков. Их как не трудно догадаться собралось две группы — одни были за адмирала, а другие за генерала. Дальше пошли ставки.

— Слыш, Нахимов, — мотнул головой Кутузов. — Кажется, Миша пришел. Сдавайся уже, а?

— Ты думаешь, я тебе поверил? Или ты уже ослаб?

И зарычав, оба напряглись до такой степени, что у них на лбах выступили вены. Магическая аура тоже долбанула не по детски.

— Миша… — сказала Лора, и ее изображение даже мигнуло. — Надо их остановить!

Надо бы… Учитывая, что даже пьяные вдрызг фанаты падают на пол один за другим, а смертельно бледный бармен уже креститься. Но как призвать этих двоих к порядку? Что-то мне не улыбается прыгать на стол между молотом и наковальней?

Поэтому пришлось немного схитрить — отправить Болванчика к потолку и дать небольшую искру. Сам же я предусмотрительно вышел из помещения. Мгновение, и вовсю замычала пожарная тревога, а затем на горячие лбы этой гордости армии и флота хлынул ледяной душ.

— Зараза! Какого… — синхронно охнули оба, а затем вскочили на ноги. — Ага, проиграл! Сам ты проиграл!

Толкнув дверь, я вошел в бар как ни в чем не бывало.

— Добрый день, господа. Вижу, на холодненькое перешли?

Оба переглянулись, а затем зашлись хохотом. Тут и пьянчужки начали подниматься на ноги.

Я взял пива и присел за стол — предварительно, конечно, пришлось его высушить при помощи магии. Взяв и себе пару кружек, основательно набравшиеся герои Империи тоже уселись.

— Так зачем звали? — спросил я, пригубив пиво. — Надеюсь, не для того, чтобы заманить меня на чемпионат по рестлингу?

— Думаю, ты бы их порвал, — улыбнулась Лора, сидя на столе.

— Да… — начал Кутузов, как-то странно переглянувшись с Нахимовым. — Короче, Миша…

Затем, оглядевшись, прошептал:

— Как там царь?

Я пожал плечами.

— Жив, и это главное. Остальные тоже в порядке. Присоединитесь?

Тут оба синхронно вздохнули. Судя по всему, ради этого они меня и позвали.

— Нет? — удивился я, а Лора едва не шлепнулась со стола.

— Нет, — кивнули оба. — Оставить страну мы не можем, Миша. Мы присягу давали.

— В смысле?

— В прямом, — сказал Нахимов. — В присяге сказано, что мы служим Империи, а не царю. Кто бы ни сидел на троне. Петр Первый, или… Второй, как Петр Петрович. Цифра не имеет значения. По большей части это их внутридинастические дрязги. Для армии они не имеют значения.

Кутузов кивнул.

— Мы клялись защищать страну от чудовищ, — сказал генерал, — а заниматься политикой оставим политикам.

У меня не было слов. В целом, он говорит логичные вещи, однако…

— Он прав, Миша, — сказала Лора. — Формально у Петра Первого к ним не может быть претензий. Они за Империю, а не за конкретного царя.

— Пойми нас, Миша, — добавил Нахимов. — Если мы оставим службу и уйдем к Петру Петровичу, то страна будет под угрозой. Все же Дикие Зоны остались.

— Не мне вас судить. Пусть будет так, раз вы так решили. Но как же…

— Маша со Светой? — ухмыльнулся Нахимов. — Они под твоей защитой. А мы, чтобы не мозолить глаза Петра Первого займемся делом где-нибудь подальше от Москвы. Как раз на Черном море и в Речи Посполитой дел по горло. Но…

И он нагнулся над столом.

— Если надо поможем. Наш секретный чат все еще секретный. У Петра Первого к нему доступа нет. Так что если что-то надо…

Я покачал головой.

— Нет, пока ничего. Мне бы еще разобраться с Сахалином. Но если надо, я наберу…

Мы еще поболтали о всяком разном, а затем…

Какой-то огромный белобрысый бородач встал позади Нахимова.

— Эй, ты Ваня Утенок? — спросил он, хмуро сдвинув брови. — Я спросил, ты Ваня Утенок?

Поморщившись, тот повернулся.

— А кто спрашивает?

— Туманов, я тут задницы надираю. И ходят слухи, что тебе как раз требуется надрать зад!

Нахимов ухмыльнулся.

— А ты веришь слухам?

— Я ничему не верю. Но ребята говорят, вы оба наглецы, и вам…

— Ты будешь болтать, или мы уже займемся делом⁈ — крикнул Кутузов, а затем, сорвав с головы Нахимова кепку, водрузил себе на голову козырьком назад. — Спорю я оторву тебе руку⁈

— Спорим!

Сзади заорали пьянчуги, и оба двинулись к столу. Там ударили по рукам, и вены на лбах у обоих противников надулись как черви.

— Ваня Утенок? — спросил я Нахимова, который смиренно потягивал пиво. Лора приложила себе ладонью по лбу.

Адмирал кивнул.

— Это маскировка. Мы здесь неофициально, знаешь ли? Если что, я Олег Жук. Будешь орешки?

Гром криков вновь сотряс помещение, и мы с Нахимовым обернулись. Бородач уже лежал на земле, а его рука была вывернута под неестественным углом. Над ним торжествовал радостный Кутузов.

— Ваня, ты бы полегче! — крикнул Нахимов и рванул в толпу. — Я же сам хотел надрать ему зад!

— Ладно, Миш, думаю, мы здесь больше не нужны, — сказала Лора, а я кивнул. Протолкавшись к выходу, мы прыгнули в машину и рванули обратно домой.

Больше хвоста за мной не было, но на всякий случай я отправил на разведку Болванчика. Нет, все было чисто.

К дому мы подъезжали уже затемно и издалека я заметил у ворот кучу машин, а еще каких-то людей. И выглядели они не очень дружелюбно.

— Лора, — сказал я, и она выпустила Болванчика, чтобы тот дал мне картинку.

А она была не радужная. Все были аристократами и они были вооружены.

Чуть ранее.

Московское поместье «временно» рода Бердышевых.

— Это просто невероятно! — довольная, как ребенок, смеялась Маруся, прыгая в портал туда-сюда.

— Такие странные чувства! — не менее счастливый был и Трофим.

Конечно, не каждый день выдается возможность заиметь собственный портал, чтобы перемещаться на полстраны. Круто же?

— А давай посмотрим, что в других? — хитро прищурившись, сказал Трофим.

— А давай, — хихикнула Маруся.

Оба как будто помолодели на двадцать, а то и тридцать лет.

Пусть в портальной комнате еще было много арок без портальных камней, все же у парочки проходов камни были.

— Так, начнем с этого, — ткнула пальцем Маруся. — Написано «Китай».

Трофим улыбнулся, вытянул руки и активировал свои татуировки. Вот только он еще не привык к одной неудобной части. Рукава его рубашки затрещали и в руках появились по пистолету.

— Гадство, — выругался он. — Опять забыл… Надо попросить Любавку проделать отверстия.

Маруся была более благоразумной, поэтому не стала экспериментировать. По крайней мере, не в этой одежде.

Они запрыгнули внутрь первого портала. Там не было ничего интересного. Горы, дороги. Так что они вернулись обратно.

— Теперь сюда, — сказала Маруся, открыла портал и шагнула.

За ней пошел и Трофим. Не прошло и десяти секунд, как они вернулись обратно, а на плечах и волосах еще белели редкие снежинки.

— Гадство, — повторил Трофим.

— Че-то я не подумала, — сказала Маруся, кивнув на надпись «Северный пояс».

Они таким же макаром прошли в Сахалин, но там ничего нового для них не было.

— Ладно, повеселились и хватит. Возвращаемся.

Как бы ни было увлекательно, но у них еще полно дел.

Вернувшись, Трофим продолжил организацию большого переезда на новое место. А Маруся начала примерно то же самое, но уже в доме. Надо было подготовить утварь, разгрузить холодильники, да и некоторое оборудование забрать. Также следовало упаковать вещи всех жильцов, включая питомцев, перекинуть все через портал на Сахалин.

С Трофимом отправилась первая группа. Пока это были машины, которые должны перевозить вещи. Все прошло без сука и задоринки. То же самое сделала Маруся, но так как у нее намного меньше вещей, справилась она за один заход и на самом острове обустраивала новый дом Кузнецовых — перестроенное поместье Меладзе. Оно было больше, крепче… Хотя… Его тупо возвели с нуля.

Трофим старался забрать все военные разработки и помогал Наталье перевезти большую часть оборудования. Хотя Надя уже сообщила ему, что главный разработчик, как и Унур, может выбирать место пребывания.

По сути, переписать все на графа Бердышева не было проблемой. К тому же, поместье находилось под защитой Посейдона, который вырос до очень внушительных размеров. Поэтому вывозились только разработки в процессе. Часть, которую законсервировали, оставили.

На втором переходе ребята решили остановиться в Московском поместье и поболтать с товарищами, которых так давно не видели. Когда еще выдастся такая возможность?

На лужайке перед домом скопилась техника, и местные солдаты сообщили, что с внешней стороны ворот начинают скапливаться машины. Были как военные, так и гражданские, но дорогие.

— И чего хотят? — удивился Трофим.

— Да хрен его знает, — ответил местный командир. — Мы закрыли ворота. Но и они молчат. Видимо, ждут, когда приедет больше народу.

— Ага. Хотят напасть? — улыбнулся Трофим.

— Скорее всего, — с улыбкой ответил командир. — Мы бы и сами справились, но если хотите повеселиться…

Трофим повернулся к солдатам из Широково. Здоровые, накачанные. Каждый из них элита, да и вложено в них немало денег. К тому же все прошли обучение как у Трофима, так и у Валеры. Да и ежедневная практика с рыцарями. На данный момент это самая передовая родовая армия в Российской Империи.

— Командир, давайте останемся, проучим этих выскочек! Да! Ну давайте! Напоследок! Чтобы не забывали, кто тут главный!

Не сказать, что Трофим был против. Наоборот, в глубине души он сам хотел поучаствовать в этом небольшом представлении. Потому что по-другому это не назвать. Судя по всему, чтобы справиться с бандитами у ворот, достаточно и десятка человек.

Но к ним подошли прибывшие солдаты графа Бердышева.

— Добрый вечер, — кивнул военный. — Меня зовут Максимилиан Аристархович.

— Максим. Я Трофим, — и протянул руку. — Давай без этих формальностей. Служим одному делу.

Тот улыбнулся и пожал руку в ответ.

— Так вот, я что хотел сказать… Мы можем разогнать этих энтузиастов. Как раз скоро должна приехать вторая группа, этого хватит…

— Не стоит, — ухмыльнулся Трофим. — Вы пока гости. И мы не хотим обременять вас. Так что покажем напоследок, на что способны! — он посмотрел на солдат. — Занять позиции. Технику по направлению к воротам. Занять позиции. Тяжелую технику так же! — рявкнул он.

Громогласное «ЕСТЬ!», и все забегали. Через минуту к нему подбежал один из тыловиков.

— А можно использовать «Хамелеон»?

Трофим на секунду завис. И как он сам до этого не додумался?

— Да. Но только один.

По итогу на подготовку хватило пять минут.

— Готовы? — Трофим встал за танково-пулеметную турель, способную стрелять как магическими, так и простыми патронами.

Солдаты кивнули.

— Открыть ворота!

Я был как раз над всей этой неразберихой, когда Трофим приказал открыть ворота.

Н-да… Признаю, это было интересно.

Как только ворота открылись, аристократики со своими бандитами, или кем они там приехали, не стали заезжать на территорию. Видимо, поняли, что это ловушка.

Я придал им небольшой мотивации. Все же у них была морковка спереди, которая так манила, а я дал им морковку сзади, чтобы не задерживали хозяина и не тратили время моей армии.

Так что сверху я отправил в конец колонны парочку огненных шаров. Они не слишком опасны, но вот шуму от них было очень много.

— Вперед! Нас зажали! — кто-то крикнул, и вся колонна начала заезжать на мою территорию.

И когда последняя военная машина пересекла границу, ворота закрылись, а я плавненько приземлился у всех за спиной.

Картина была прекраснейшая.

Как только непрошеные гости вытянулись длинной линией, мои ребята сняли маскировку «Хамелеон», которая делала их практически невидимыми. Получилось так, что враги на машинах моментально встали, когда поняли, что на них смотрят новейшие образцы: танки, ракетницы, зенитки…

Трофим зачем-то даже японское ПВО направил на них.

Он без предупреждения выставил два своих пистолета неизвестной марки из татуировок и открыл пальбу по транспорту врага. К нему присоединились остальные солдаты, стреляя из автоматов.

— Трофим, — связался я с ним через Болванчика. — Ты давай, аккуратнее, даже такая техника нам нужна.

— Михаил, а вы где? — удивился тот.

Я поднял палец и выпустил в воздух небольшой фейерверк.

— Видишь салют?

— Вижу. Понял, — и он рявкнул на солдат: — Не повредить технику!

Собственно те, кто хотел разграбить мое имение, не предприняли никаких попыток обороняться. Как только стрельба прекратилась, все завели моторы и в спешке развернулись к выезду.

— Странные они, — фыркнула Лора. — Ворота же закрыты… Давай, чтобы они не тратили время, я просто вырублю движки?

— Будь любезна.

Тут же все машины заглохли.

Кто успел развернуться, увидели меня. Судя по их бледным лицам, сейчас они бы предпочли оказаться совершенно в другом месте. Хотя есть предположение, что они просто перебирали молитвы — какая-то да поможет.

— Господа бандиты, — усилил я свой голос. — Мне совершенно наплевать, кто из вас наемник, а кто мелкий аристократ, вы сейчас на моей территории. Думаю, мне не надо представляться. Но сегодня я милосерден и даю вам выбор, — щелчок пальцев и ворота медленно открылись, но ровно настолько, чтобы через них прошел человек. — Вы уходите, и никто вас не трогает. Или пытаетесь сражаться, но тогда я вас убью.

Повисла тишина.

Через несколько секунд первые сдавшиеся начали медленно выходить и, обходя меня с двух сторон, убирались восвояси.

— Ах да, в следующий раз никаких предупреждений. Откроем огонь на поражение.

Видимо, среди них имелся смельчак. Притворившись, что сдался, он обошел меня, а затем вытащил пистолет. Пальнул мне в затылок.

Простая пуля. Простое оружие. Мой доспех был слишком сильно прокачан, чтобы я даже не реагировал на это.

Но надо было показать, что я не шучу. В мгновение сократив дистанцию, я положил руку ему на голову и сделал быструю телепортацию, совместив приятное с полезным. Прокачал первый уровень телепортации, а тут еще и показал, что будет с теми, кто рискнет.

— Он вообще человек? — коснулось моих ушей.

После демонстрации ни у кого не возникло желания повторить его «подвиг», и все быстро покинули территорию поместья, оставив нам всю технику.

— Трофим, займись техникой. Где Богдан?

— Я тут! — помахал тот с крыльца дома.

— Замечательно.

Вскоре приехали солдаты Бердышева и начали разворачивать свою технику.

До полуночи оставалось не больше получаса и надо было подготовиться. От Петра Первого можно ожидать чего угодно.

Так что я предполагал, что нападение случится на основной особняк в Широково. Если вообще случится.

Когда я туда переместился, меня встретили Посейдон и Любавка.

Без кучи народу, особняк казался пустым и одиноким. Это напомнило мне день, когда я заходил в гости к князю Есенину. Примерно та же атмосфера.

— Ну что, готовы? — спросил я Любавку и Посейдона.

— Смотря к чему, — вздохнул водяной.

Еще раз проверил через Болванчика Трофима и убедился, что люди Бердышева уже обосновались и заняли оборону. Богдан сидел на крыше. В темноте его было практически не разглядеть, так что он не стал скрывать свой истинный облик.

Я включил телевизор.

Мне было интересно, как вообще объявят о смене власти и покажут ли вообще новости.

Или все пройдет тихо?

'Имперские новости. Особый выпуск.

На фоне звон курантов, мерцающий герб орла и крупная надпись — «Полуночный переворот,»

На экране появилась девушка.

— Доброй ночи, дорогие зрители, я Мария Волконская и в эфире Имперские вести. Ровно в полночь, когда кремлевские часы пробили двенадцатый удар, произошло событие, которое уже назвали «возвращением века». На трон снова взошел Его Императорского Величество Петр Алексеевич Романов, отныне Государь Всероссийский. Официальный манифест подписан в 00:01 и немедленно опубликован Имперской Канцелярией. Он подтверждает передачу верховной власти от Петра Петровича Романова его отцу — законному монарху династии.

На экране появляется титр: «Указ №1347/25: восстановление Петра I».

Кадр сменился. На экране появился корреспондент в Кремлевском дворце.

— Мария, дворец не спит, с десяти вечера здесь шла закрытая встреча между представителями знати. Ровно в 23:57 караул сменен, а штандарт Петра Алексеевича поднят. Присягнули все ключевые полки: Кутузовых, Нахимовых, а также основные магические коалиции магов-истребителей.

За несколько минут до полуночи из Кремля пришли первые слова нового царя, цитирую: «Имперский порядок не терпит фальши. Я вернулся, чтобы очистить трон от недостойных».

Снова на экране появилась ведущая.

— За небывалой скоростью событий скрывается решимость: прежний монарх Петр Петрович, оставив дворец, бежал на Сахалин. Там его уже ожидал давний соратник, князь Михаил Кузнецов, известный в политических кругах как «любимчик царя».

Канцелярия и следственный отдел уже сегодня выдали ордер: оба объявлены государственными преступниками по статьям «узурпация престола» и «заговор против короны». Им грозит трибунал.

Внизу появилась бегущая строка: «Разыскиваются: П. П. Романов, М. В. Кузнецов. Вознаграждение 10 млн. рублей»

— С нами на связи член совета Имперской Канцелярии, Александр Александрович Чацкий. Здравствуйте.

— Здравствуйте, Мария. Следствие располагает доказательствами восьми эпизодов подлога и незаконных вылазок за территорию страны, покрываемой царем. Убежавшие лица представляли угрозу устойчивости Империи. Сахалин будет окружен флотом.

— Это был член совета Имперской Канцелярии. Продолжим… Столица встретила новость залпами салюта. В храмах идут молебны «о здравии законного государя». Завтра в полдень экстренное заседание совета аристократов, где Петр Алексеевич представит «Пакт обновления», программу восстанов…

Кадр резко сменился. На экране появилась улица недалеко от Кремля.

— Народ реагирует эмоционально. Многие надеются, что возвращение Петра Первого положит конец дворцовым интригам и оживит реформы. Как сказал нам простой рабочий Котов: «Он строил Империю камень за камнем, значит, и магический щит укрепит»

— Благодарю… Но больше не перебивайте эфир. Итак. В заключение скажу, что Петр Первый вновь на троне. Предыдущий царь, Петр Петрович Романов, а также князь Кузнецов сбежали на Сахалин и объявлены преступниками. Позже Петр Первый выступит с приветственной речью.'

— Н-да… — откинулся я на диван. — Вывернули… Красиво.

— А ты как хотел? Чтобы они тебя похвалили? — ухмыльнулась Лора.

— Нет, — пожал плечами. — Именно на это я и рассчитывал.

Центральная городская больница им. Чехова.

г. Москва.

23:59

Медбрат Слава Варенников только что закончил осмотр VIP-персоны, которая располагалась на последнем этаже комплекса. Он был лично прикреплен к Александру Сергеевичу Пушкину.

Очень важный клиент. И большинство — в основном, женская часть коллектива — ему завидовали и всячески пытались пройти с ним в палату под предлогом помощи, но Слава уже был научен опытом своих менее удачливых товарищей. Вот так возьмешь кого-то в помощники, а потом в прессе появляются фотографии в койке того или иного человека.

А оно ему надо? Нет! Он слишком ценил свою репутацию. Да и к Пушкину были приставлены охранники. Единственному, кто мог входить кроме медбрата, была няня Александра Сергеевича — Арина Родионовна.

Когда Варенников зашел в ординаторскую, все, кто был на ночном дежурстве, уже собрались перед телевизором.

— Ну как там наш Александр Сергеевич? — улыбнулся его начальник, Рогов.

— Все под контролем, Дмитрий Евгеньевич, — кивнул тот и сел на диван. — Ну что, сейчас начнется?

— Да.

Все ждали полуночи с замиранием сердца, так как никто не знал, что будет дальше. По большому счету, хоть Петр Первый и спас страну от метеоритов, но никто не знал, что он предпримет дальше.

— Слушай, а как он выглядит? — прошептала медсестра Анжелика. Новенькая, которая грезила местной знаменитостью в VIP-палате.

— Что именно тебя интересует?

— Ну… — она сделала непонятное движение руками. — У него все в порядке?

— В смысле⁈ — удивился Слава.

— Да блин, Варенников! Ты же его омываешь каждый день… Правда, что у него большие…

— Анжела! Ебтвою… Что ты несешь⁈ — воскликнула заведующая, которая тоже осталась на ночное дежурство.

— Да что⁈ — воскликнула девушка. — Я читала, что у него руки в обхвате больше, чем моя талия!

Слава же оценил фигуру медсестры. Она была хорошим лекарем. Да и выглядела неплохо.

— Хм… Возможно… — почесал подбородок он. — Руки у него и впрямь большие. Даже с учетом того, что сейчас он в коме.

— Все, заткнулись! — рявкнул Рогов. — Начинается.

Ровно в полночь всплыла заставка новостей.

Ведущая начала говорить про то, какой прошлый царь плохой и что вместе с Кузнецовым оттяпали целый Сахалин.

— А я видел как-то Кузнецова в Красноярске. Он помог мне устроится на работу… Даже спас… — пробубнила заведующая. — Не верю я в то, что такой человек был плохим.

— Да знаешь, — вздохнул заведующий, — ты не одна так думаешь, но свои мысли старайся держать при себе. Пока еще неизвестно, какие будут законы в этой…

Не успел он договорить, как дверь в ординаторскую чуть ли не снесло порывом ветра.

Все тут же оглянулись и увидели на пороге маленькую старушку.

— ГДЕ! САША! — от нее исходил мощный поток энергии.

— Арина Родионовна! — перепрыгнув через диван, Слава тут же оказался перед ней. — Я только что, буквально несколько минут назад был у него в палате, и все было хорошо.

Она молниеносным движением схватила его за ухо.

— Пошли, голубчик. Сейчас ты мне все покажешь!

За ними вышли все, кто был в ординаторской.

Бойкая няня Пушкина так и тащила бедного медбрата до самой палаты. Охрана лежала на полу без сознания.

Толкнув ногой дверь в палату, они зашли внутрь.

— Я что, по-твоему, в глаза долблюсь⁈ — совсем не на свой возраст выругалась старушка.

В палате действительно было пусто. Только окно нараспашку и хлопья снега залетали через окно.

— Но… — он прошел к окну и потрогал кровать. Еще теплая.

Рука нащупала под подушкой бумажку.

— Тут записка.

Няня в мгновение ока оказалась рядом и выхватила бумажку. Развернув, прочитала:

«Ушел за вдохновением и чебуреками. Не ищите. Я не вернусь!».

Думал ли я, что начнутся проблемы? Конечно начнутся, а куда без них?

Но к моему удивлению никто не начал осаждать ни Московское поместье, ни поместье в Широково.

Надя же меня успокоила, мол, все документы успели пройти и теперь официально граф Бердышев владеет всеми активами в Империи. Но по факту он стал нашим посредником. Все же на Сахалине остались его заводы. Да и еще у парочки аристократов. И все понимали, что хоть я и враг, но резко разрывать с нами рабочие отношения никто не собирался.

Патриотизм патриотизмом, но денежку хочется получать.

Я проторчал в Широково еще час и решил, что пора возвращаться домой.

Лора предупредила, что до конца ритуала с мертвой водой у Исаака осталось четыре дня.

— Гадство, конечно, — настроение было не самым радостным. — Не мог этот Пастух или как его там, заявиться чуть пораньше?

Хотя, конечно, я понимал, что все это сделано специально для того, чтобы максимально отвлечь сильных магов от поисков. Весь этот переворот и нападения метеоритов… Что ж, план удался, но не до конца. Саша Есенин, как оказалось, был не таким уж и мудаком, и бегал по миру в поисках этого злосчастного Исаака.

Я сказал Посейдону напутственные слова, проверил напоследок Угольков и прошел через порталы на Сахалин. Надо было подготовиться, перекусить да поцеловать жен. И проверить, как все обосновались.

Сначала я заглянул в Администрацию. Там я встретил Эля с Олегом Донцовым, Газонова и Маргариту. И почему-то я думал, что тут будет и мисс Палмер, но нет. Романовых не наблюдалось. Но к ним я все же заскочу.

— Михаил! — воскликнул Алексей Октябринович. — Вот уж вы не перестаете меня удивлять! Или мне лучше обращаться к вам, ваше величество?

А ведь он прав. Я царь Сахалина.

— Не стоит. Лучше, как раньше, — снисходительно кивнул я. — Как обосновались?

— Довольно неплохо. И должен похвалить руководство, — он посмотрел на гуся. — Я не ожидал, что Сахалин так сильно изменится.

— Это еще что! Вы бы видели местные бани, — устало произнес я.

Маргарита же сидела тихо, хотя слушала и наблюдала за нами с явным интересом.

Вообще обстановка у них была расслабленной, как будто ничего такого и не происходило. Эль шутил. Донцов закатывал глаза и ловил стыд за своего пернатого компаньона.

Я же решил познакомиться с Маргаритой.

— Простите, с вами мы еще не знакомы.

Выглядела она не старше тридцати. Стройная, как и все сильные маги. Черные, немного волнистые волосы спадали до плеч. Присмотревшись поближе, я увидел, что у нее слегка косят глаза, но это даже придавало ей шарма.

— Да, Михаил, вживую мы с вами виделись только раз, — улыбнулась она.

— Правда?

— Ну как… — она посмотрела мне прямо в глаза. — Я была на Универсиаде. Просто вы меня не видели. А я вас прекрасно.

После чего протянула руку с явным намеком, что она меня хочет просканировать.

Я не стал игнорировать вызов.

От нее чувствовалась загадочность. Во взгляде, в поведении. Она точно знала больше, чем говорила. Или же Маргарита что-то скрывает.

Как только наши руки коснулись, она попробовала запустить энергию в меня, чтобы просмотреть мое хранилище.

— Что ж, Лора, раз на то пошло, покажи ей наш зверинец, — улыбнулся я про себя.

И за долю секунды Маргарита увидела ужасных монстров. Угольков, которые нарочито были сделаны Лорой куда страшнее. Любавку она превратила… в то, чем она являлась в реальной жизни. Да и окружение придало ей мистический и зловещий облик.

— Ого, — улыбнулась Маргарита. — А вы тот еще шутник.

Но и я не собирался просто так отпускать ее руку.

Лора показала, что она скрывала. И это было интересно. Внутри ее хранилища находился питомец. Бестелесный.

И это был мужчина. Не молодой, около сорока. Черные волосы с проседью. Лицо бледное и уставшее. Да и сам он был каким-то болезненным и худым. Но он заметил нас и, улыбнувшись, помахал.

Я отпустил ее руку.

— Мастер? Верно?

И вот тут я увидел легкое удивление и печаль в ее глазах. Кажется, Маргарита не думала, что я зайду так далеко.

— Верно, — кивнула она и быстро перевела тему: — Что нам делать?

— Как насчет, устроиться в администрацию? — предложил я, повернувшись к гусю. — Они неплохие политики. А раз выбрали хорошую сторону, то и люди замечательные.

— Ох, Михаил, умеете вы льстить! — расплылся в улыбке Газонов. — И если ваш губернатор даст добро, то я непременно соглашусь. Работы нам предстоит много.

— Кстати, а где Надя? — удивился я.

— Да шут ее знает! — махнул крылом Эль. — Эта сумасшедшая не тут, и хорошо. Вон, соседнее здание пустует, пусть его занимает со своими бабами. Но только не тут! Я ее не перенесу.

Я же улыбнулся.

— Ты погоди, скоро тебя ждет еще один сюрприз. Скоро буду.

А раз Болванчик уже прикреплен к нужным людям, то и искать мне не было смысла.

Сейчас в отеле, где жили Романовы, находились не все, но мне и этого достаточно. И самое главное, они не спали.

Я написал Петру Петровичу, что скоро приду. Он дал добро. Через десять минут я уже стоял у дверей в его апартаменты. Мне открыла одна из близняшек.

— Здравствуй, Омега. Вижу, ты уже восстановилась?

— Да, — буркнула они и смущенно отошла. — Проходите. Вас ожидают.

Царь сидел в кресле, будто простой работяга, пришедший после долгого рабочего дня. Ольга была в спортивном костюме, что непривычно. Анастасия рядом. И на соседнем кресле расположилась мисс Палмер.

— Обосновались? — спросил я.

— Да, — кивнул царь.

Я сел на единственный свободный стул и перешел сразу к главной теме.

— Что вы будете делать дальше?

— Проводить время с семьей. Больше мне ничего не остается.

— Папа! — воскликнула Анастасия. — Как ты так можешь говорить! Мы что-нибудь придумаем.

На что бывший царь благодушно улыбнулся. Выглядел он и правда плохо.

— Что-то мне подсказывает, что в Некрономикон есть ответы…

— Сомневаюсь, Миша, — ответил царь. — Да и как ты собрался ее достать? Мой отец наверняка уже догадался, что тебе нужна эта книга.

— Разумеется. Но у меня также есть преимущество. Я теперь могу делать все, что хочу. Так как вне закона.

— И что ты задумал?

— План пока очень туманный, но надо заполучить эту книгу и уничтожить. Слишком много от нее проблем. К тому же, на сколько я видел, Петр Первый перемещается с помощью нее. Портал, который он открывает, не овальный, а прямоугольный, словно дверь.

— Знаешь, — вздохнул царь. — Помимо очевидных проблем с новым государством у тебя все есть. Две жены, которые ждут от тебя ребенка. Верные подданные. Питомцы. А ты постоянно рискуешь. Не боишся, что рано или поздно эта удача закончится?

Точно! Удача! Как я мог забыть про этот маленький нюанс?

Я резко встал.

— Вы только что дали мне отличную наводку, — и посмотрел на сестру Валеры. — Мисс Палмер, не составите мне компанию? Хочу вас кое с кем познакомить?

— Хм…– она прищурилась. Уж не знаю, заглядывала Палмер в будущее или нет, но на лице появилась улыбка. — Познакомь.

До администрации мы шли молча. Я заранее посмотрел, где Газонов и Маргарита, и они только что ушли в свои временные жилища, так что Эль сейчас наедине с Донцовым.

Постучавшись, я вошел к ним.

— Эль, тут кое-кто хочет с тобой поздороваться…

Гусь, копившийся на столе, удивленно посмотрел на меня, а потом на мисс Палмер.

Женщина прошла к центру кабинета и замерла.

— Эль? — выпучила она глаза.

— Сестра⁈ — воскликнул гусь. — Да не может быть! Почему ты раньше не появилась?

— А как! — развела она руками. — Я тебя даже не чувствую!

Она подошла к столу и положила руку на гуся.

— Вампир? Серьезно? — приподняла она бровь.

— А то что я гусь, тебя не смущает? — возмутился он.

— Так ты гораздо симпатичнее, — скрыв улыбку, сказала она. — Да и на день благодарения не надо тратиться на птицу.

— Ты сейчас говоришь с верховным вампиром, дура, я тебя могу поработить и подчинить!

— Ага, — отмахнулась она. — Максимум, что ты можешь, это смешно побегать за мной по кабинету.

— Да ты че, совсем охренела? Ты там на своей планете жила и в ус не дула, когда наш мир разрушали!

— А ты? Небось опять умотал куда-то на задворки космоса? Не удивлюсь, что ты даже не знал, что произошло. Отдавался только Чал.

— Да пошла ты!

Мы с Лорой стояли у двери и пытались сдержать улыбку.

— Ну вот, общение типичного брата и сестры, — выдохнул я. — Так, господа иноземцы, я вас оставляю. Болтайте, вспоминайте детство или что там у вас было. И на досуге подумайте, как найти сосуд Небесного Пастуха, а то просто путешествовать по миру я не могу.

Оба посмотрели на меня.

— Если эта сумасшедшая использует хотя бы половину своих способностей, то мы что-то придумаем, — недовольно крякнул Эль.

— Я-то да, — кивнула Палмер. — А от вампира, даже верховного, особой пользы нет.

— Ты че, совсем….

Но я уже вышел и закрыл поплотнее двери.

— Кажется, они неплохо ладят. — Лора взяла меня за руку. — Ну что… Попробуем вернуть жизнь царя?

— Да, — устало вздохнул я. — Чувствую, сон в ближайшие дни — непозволительная роскошь.

— А ты как думал? Царем быть просто?

Запрыгнув в машину, я ненадолго откинулся на спинку сиденья. Снежинки падали на лобовое стекло, а ветер тихо шумел между домов, делая этот момент одним из немногих, когда можно хоть чуть-чуть отдохнуть.

Я закрыл глаза и погрузился во внутреннее хранилище.

Не хотел никого видеть. Просто побыть немного наедине с собой. Даже Лора поняла, что лучше меня не трогать. Хотя ее компании я был совсем не против.

Как все успеть? Есть ли у меня вообще шанс спасти царя?

И еще один момент. Царевич Павел. Пока он был единственным, кто отсутствовал на Сахалине. И его точное местонахождение мне было неизвестно.

Но я подумаю об этом чуть попозже. Мне надо всего пару минут…

— Отлегло? — наконец спросила Лора.

— Да, — устало вздохнул я. — Пропусти энергию по телу и сними ментальное напряжение.

И пока Лора занималась устранением стресса и усталости, я заскочил в поместье, где остановились мои домашние.

Особняк был заново отстроен. Не такой удобный, как в Широково, но все же лучше, чем ничего. Конюшни были большими и просторными. Хоть это радовало.

Маша со Светой были дома. У нас также в гостях находилась царевна Екатерина. И сейчас вместе с рыцарями они сидели в столовой за большим столом и болтали о своем, о девичьем.

Я благодарен своим женам и рыцарям, что отвлекали Катю разговорами. Хоть она и скрывала свои чувства, я понимал, что с подобным очень тяжело смириться — все твой родной родной дом теперь враг. И еще хуже осознавать, что над этим стоит твой родной дед. Так себе обстановочка.

Мне же в этом плане чуть лучше. Все же формально это не моя страна. Не моя планета. И для меня больше важно то, что с моими близкими все в порядке. Да и живем мы на моей земле… чего уж говорить. Просто статус поменялся.

Поболтав немного о разных пустяках и рассказав о встрече Палмер с Элем, я встал:

— Что ж, дамы, теперь вынужден вас покинуть. Дела не ждут, как говориться.

Видимо, зря я это сказал. Атмосфера сразу изменилась.

— Ты же вернешься? — спросила Маша.

— Что? — удивился я. — Конечно! Когда это я не возвращался?

— И куда ты? — спросила Катя.

— Ну… — я попытался немного поднять настроение сидящим за столом. — За хлебом…

Но никто не смеялся.

— Н-да… — Лора стояла напротив и хлопнула себя по лбу. — С кем я работаю…

— Иду чинить все, что сломалось, — ответил я.

Маша и Света расцеловали меня на прощание. До выхода меня провожали Маруся и Трофим.

— Мы бы хотели пойти с вами, — сказал Трофим.

— Нет, — проходя мимо них, ответил я. — Вы будете только мешать. Но вы можете сделать кое-что другое, раз у вас полно свободного времени. На Сахалине наверняка полно умных людей. Найдите инженеров, ремонтников и всех с техническим образованием. Пусть пройдут беседу с Донцовым и устраиваются к Наталье и Унуру. Надо много техники. Очень много. Есть подозрение, что Сахалин скоро начнет вести военные действия против Российской Империи.

Маруся прикрыла рот от ужаса.

— Сколько у нас времени? — уточнил Трофим.

— Чем быстрее, тем лучше.

После чего я запрыгнул в машину и поехал к порталу. Надо делать все, как можно быстрее. Нужен этот чертов Некрономикон. В нем я точно найду если не все, то хотя бы часть ответов.

В Москве уже была глубокая ночь, когда я вышел на пустое крыльцо. Солдаты графа Бердышева заняли позиции. Моя гвардия также была среди них. Им выдали форму другого рода, так что их никак не вычислить.

— Все тихо, — прозвучал голос у меня за спиной.

— Да, я знаю, — не поворачиваясь, ответил я Богдану.

— Миш… Я не спец в военных действиях или тактике, но мне казалось, враг захочет захватить твои территории, пока они ослабли. Даже Трофим мне это говорил.

— Может, этого от нас и ждут… Но это не точно…

Теперь мне предстояло сделать кое-что такое, чего я еще не делал.

Попрощавшись с Богданом и еще раз проверив оборудование, мы с Лорой решили рискнуть и забраться в Кремль через Болванчика.

Я поднялся к себе в комнату, и мы начали действовать.

Территория Кремля и до этого была не так проста, а с появлением Петра Первого защита усилилась в несколько раз. К тому же было нелегко контролировать самого Болванчика — энергия уходила даже на то, чтобы преодолеть расстояние до Кремля и поддерживать связь между деталями.

А уже там…

— Лора, не жалей энергии.

— И не собиралась, — фыркнула она.

Но именно в этот момент я почувствовал, как «краник» открылся на полную.

Комплекс был неприступным, и это чувствовалось. Даже на стенах стояли новые руны для защиты. Также были простые сигнальные артефакты, но и они соединялись как паутина, так что, если задеть или уничтожить один, это даст сигнал остальным.

И вот тут пригодилось то, что Болванчик мог действовать как сотни мелких деталей. Они проникали в такие места куда простой человек физически не мог забраться. Та же вентиляция, узкие дыры в стенах и проемы дверей. Но все же на это уходило неимоверное количество энергии.

Несколько деталек показывали общую картину со стороны. Мой питомец показал, как к запасным дверям приехал военный грузовик. Но за рулем были не люди, а големы. Хоть и сделаны максимально похожими на людей.

— Гоголь быстро очухался и уже трудится на благо нового правителя, — язвительно заметила Лора. — Ну какой прилежный работник.

— Этого у него не отнять.

Следом приехали еще две машины. Из центральной начали доставать что-то похожее на большой холодильник.

— Приблизь…

Картинка начала увеличиваться. Этот «холодильник» был опоясан антимагическими цепями. Также все стенки буквально исписаны руническими письменами.

— Сканируй. Давай рентген.

Как бы ни была сильна магическая защита, в этом мире никто не знал, что такое рентген, так что сканировали тело совершенно другими способами.

Я заглянул внутрь. Там, как мне и казалось, был человек.

— Можешь узнать, кто это?

— Думаю, это не проблема…

Еще часть деталек подлетела к големам. Но при них не было никаких документов.

И все же, когда они унесли в Кремль эту клетку, одной детальке удалось пробраться через отверстие для кислорода.

— Не может быть… — удивился я. Когда они успели?..

— Главное, чтобы об этом не узнал царь, а то он опять решит погеройствовать.

— Пусть решает. С Сахалина он не сможет уйти.

Отчасти мне хотелось изолировать царя, чтобы он не пытался каждый раз бросаться в смертельный бой.

Я вышел из комнаты и направился к машине. Гвардейцы были немного удивлены моему появлению непонятно откуда, но не стали ничего спрашивать. Да я и не ответил бы.

Богдан спустился с крыши, как раз в тот момент, когда я садился в машину.

— Мне поехать с тобой? — спросил он.

— Нет. Ты теперь страж портала, так что пока все не уладится, останешься в поместье. А я спасать сына царя.

И как только мой автомобиль выехал на трассу, мне поступил звонок.

— Ого! Вот уж не ожидал, — прочитал я входящий номер и ответил. — Здравствуйте. А мне казалось, что Первый тайный отдел распущен.

— Нет, Михаил. Наши цели и задачи не изменились. Хотя, Петр Первый думает, что раз мы остались при кремле, то мы его слуги. Как бы не так. И я звоню по тому, что хочу предложить помощь. Надо спасти Павла Романова.

— Ох, как же вы вовремя, парни, — улыбнулся я. — Ставьте чайник, скоро буду.

Должен сказать, эта ночь была одной из самых долгих за всю мою жизнь. И, походу, она набирала обороты с каждым новым часом.

Складывалось ощущение, что как бы я не действовал, то мне накидывали все больше проблем. И даже сейчас, пока я подъезжал к Кремлю, я все чаще сталкивался с жандармами и солдатами.

Как бы что ни было, но это армии Кутузова и Кремля. Удручало ли это меня? Отчасти. Все же я понимал, что они вышли на улицы не только для того, чтобы поймать меня. У них были другие задачи. Охрана и безопасность мирных жителей. Все же несколько часов назад падали метеориты. Также вылезли мародеры, которые не прочь поживиться любыми вещами в разрушенных зданиях. И именно для этого на улицах было столько народу.

Болванчик продолжал тратить львиную долю энергии. И я бы не сказал, что скоро она могла закончиться. Далеко не так. Но сам процесс перекачки был непривычным. Все же ему требовалось очень много энергии.

Лететь сейчас тоже опасно, особенно в городе. Куча артефактов уже расставлены и работали на небо. Поэтому приходилось вилять дворами. В конечном счете я понял, что это может затянуться. Да и Первый тайный отдел меня ждет.

Так что я припарковал машину в одном из дворов и пошел по темным улицам, накинув на голову капюшон. Из-за снега было проще скрыть лицо.

С агентами Первого тайного отдела мы договорились встретиться недалеко от Кремля, около Арбата. Хоть Болванчик и кружил надо мной, показывая патрули, дальше пройти было просто невозможно. Надо пересечь площадь.

— Рискнем? — спросила Лора.

— А у нас есть выбор?

Запахнувшись поплотнее, я перебежал через дорогу на зеленый свет и сделал вид, что иду к дому.

— Молодой человек! — окликнул меня гвардеец. — Прошу задержаться!

— Я его усыплю, — прошептала Лора в ухо.

Но за его спиной я увидел еще несколько гвардейцев, которые пристально смотрели в след своему товарищу.

— Да, — я даже включил свою актерскую игру и понизил голос. — Простите, я спешу.

— Вы разве не слышали, что в городе комендантский час?

Блин. Вот это подстава! И как-то даже по телевизору этого никто не упоминал.

— Честно, нет, — пожал я плечами.

— Ваше имя и фамилия.

— Иванов Альберт, — без раздумий сказал я.

— Ага… — он начал что-то тыкать в своем маленьком планшете. — Пройдите, пожалуйста, к машине.

Конечно, в базе данных был Альберт Иванов. Лора уже создала такую личность. Машина принадлежала армии Кутузовых.

Гвардеец открыл пассажирскую дверь и пригласил меня сесть.

— Значит, Альберт Иванов, — прочитал он с маленького монитора на приборной доске. — Не могли бы вы снять капюшон?

Видимо, не обойдется без применения магии. И все же капюшон я снял.

— Господин Кузнецов, — тут же выпрямился командир. — Что вы тут делаете?

Я не чувствовал от него никакой опасности. По крайней мере, ежесекундно. Да и врать было бессмысленно. И так понятно, куда и зачем я иду.

— У меня есть кое-какие дела в Кремле.

— Мы с вами были в Дикой Зоне на операции по освобождению Скарабея! То, как вы спасли тех людей, заслуживает уважения.

— Благодарю.

— Не переживайте. Можете идти дальше. Большинство гвардейцев из рода Кутузовых на вашей стороне, но все же есть и те, кто за нового царя. Так что не могу гарантировать, что другая группа вас не задержит.

— Да она и не сможет.

— Я понимаю, — улыбнулся командир. — Но как мне показалось, вы не хотите шумного приветствия?

— Угадал.

Он немного задумался и, понизив голос, продолжил:

— Вам до Кремля?

— Нет

Болванчик сделал голограмму карты, и я показал куда мне надо. Первые секунды военный хлопал глазами, но быстро взял себя в руки.

— Отлично. Я могу довезти вас вот сюда…

Точка была всего в двух домах от цели.

— А как вы объясните ваше передвижение?

— Доставляю нарушителя комендантского часа в отделение, — улыбнулся он. — Оно как раз по дороге… А там, мало ли что… Сбежал человек.

— И тебе ничего за это не будет? — удивился я.

— Если вы сможете вернуть все обратно, то ничего не будет. Я даже получу медаль.

— А если нет?

— Кто знает… — философски ответил он и завел мотор.

Своим сказал, что повез меня в отделение, и мы поехали по заснеженным и пустым улицам Москвы.

— Многие на вашей стороне, ваша светлость… — он на секунду задумался. — Ой, или мне теперь называть вас ваше величество?

— Как удобно, — пожал я плечами. — Но спасибо, что понимаете, где настоящее зло.

— А правда, что царь в плохом состоянии?

Конечно, я не стал подрывать авторитет Петра Петровича. Настоящий правитель должен быть в первую очередь вождем. Непоколебимым и сильным. У народа не должно оставаться сомнений, что он всесилен.

— Нет. Петр Петрович чувствует себя хорошо. Просто его отец сыграл не по правилам.

Мы доехали до точки. Машина свернула в арку.

— Ваше… Ваша… господин Кузнецов, — окончательно запутался военный. — Теперь вам необходимо меня ударить, чтобы побег выглядел правдоподобно.

— Зачем? — удивился я. — Можно и без этого.

Я приложил руку к его щеке и Лора направила немного энергии. Под глазом тут же появился синяк.

— Ну, вот и все. Любое обследование покажет сотрясение. Прости, но все же тебя немного помутит.

— Ого! — слегка покачиваясь, выдохнул он. — Не знал, что вы и на такое способны.

Болванчик разлетелся по территории и показал, где меня ждут два агента тайной полиции. Просканировав, не шпионы ли они, я спустился в подвал.

— Господа, доброй ночи.

Оба агента дернулись и резко обернулись.

— Господин Кузнецов! — немного волнуясь, произнес первый агент. С ним мы уже встречались, когда он приезжал к нам в Широково и улаживал кое-какие проблемы.

— Доброй ночи, — кивнул второй.

— Если у вас есть, что сказать по существу, я бы хотел сразу начать с этого, — подойдя к ним, я начал снимать куртку.

Лора просканировала помещение и нашла небольшой лаз под бетонной плитой. Именно он и вел к Кремлю.

— Разумеется, — кивнул агент. — Только что в Кремль был доставлен Павел Романов. Он без своего сопровождающего, Онегина.

— Ага, дальше.

— Должен предупредить, что то, что вы увидите, находится под грифом секретно, и мы надеемся, вы не используйте эти знания во вред.

— Вы думаете, после всего, что я сделал для Петра Петровича, я могу ему навредить? — ухмыльнулся я.

Видно, что им стало неловко, но они профессионально скрыли это под непроницаемыми лицами. Один из них достал очень изношенную папку.

— Внутри карты подземных ходов под Кремлем. Все уровни, вплоть до секретных складов и тюрем. В общем все, что было построено с закладки Кремля.

— Ого! — Лора сильно заинтересовалась этим документом. Все же даже у нее не получалось проникнуть во всей тайны Кремля. А тут… Возьмите, распишитесь.

Я взял папку и начал быстро просматривать, копируя данные.

— Куда отвели Павла?

— Скорее всего, его поместили в один из трех нижних уровней. Это окажет давление на Петра Петровича и заставит его…

— Я понимаю, как они будут использовать его, — кивнул я. — Вам бы я советовал покинуть город. Если хотите, могу доставить вас на Сахалин.

— Нет, спасибо, — твердо ответили два агента. — Мы всю жизнь привыкли работать в тылу. Так что мы чувствуем себя в своей тарелке.

— Что ж, пусть так, — пожал я плечами. — Может, вы знаете, где Петр Первый держит свою книгу?

— Книгу? — переглянулись оба агента, и я понял, что они ничего про нее не знают. — Не понимаю, о чем вы.

— Ладно, не важно, — я вернул документ. — Будет лучше, если вы уничтожите эти бумаги или спрячете.

— Но… — удивился мой старый знакомый. — Разве вам он не нужен?

— Я уже все запомнил.

— Тогда следуйте за нами, — кивнул агент, и мы прошли к ничем не примечательной стене.

Задев в случайном порядке кирпичи, агенты отошли на шаг. Кирпичи пришли в движение и начали смещаться, пока не образовался узкий проход.

— И не замечают? — удивился я.

— Уже больше сотни лет, — гордо заявил агент.

— Дальше я останусь тут, — сообщил агент и снял с шеи небольшой амулет. — Господин Кузнецов, это вам.

— Что это?

— Это опознавательный артефакт, на который не реагируют другие артефакты. Их под Кремлем полно. Сложная система защиты показала, что сюда прошли двое, а если запроса не было, то и вернуться должны двое. Так что я останусь тут.

Мы вдвоем спустились вниз и прошли около сотни метров по темному коридору. Лора вывела мне полную карту всей местности.

Должен признать, строители нехило постарались. Те подземные ходы, которые когда-то были под Широковским рынком, даже близко не стояли по масштабам с тем, что находилось под Кремлем. Тут и помещения размером с тронный зал, и ангары, и оружейни. Также отдельные пыточные, камеры хранения и даже тренировочные комнаты.

Несколько деталек я отправил на разведку, при этом Лора показала, что это будет очень тяжело, так как все проходы буквально под завязку натыканы разными артефактами обнаружения.

— Что происходит в Кремле? — спросил я, нарушив наше безмолвное шествие.

— Пока сложно понять. Петр Первый только обосновался. Занял тронный зал и кабинет своего сына. Также в Кремль прибыли солдаты той самой организации. Не понятно, как они пересекли границу…

— Портал, — перебил я. — Петр Первый умеет делать порталы. Также он впустил в Москву Исполинов, проник в Кремль и подослал генералов хаоса.

— Значит, он сможет сбежать в любой момент, когда почувствует опасность.

— Именно.

Мы прошли еще несколько сотен метров и остановились у ничем не примечательной комнаты, которых тут были сотни.

— Вот мы и на месте, — кивнул агент и открыл дверь. — Не переживайте, господин Кузнецов, там…

— Еще три агента, — кивнул я. — Знаю.

Мы зашли внутрь. Агенты были напряжены. Было видно, что даже эти суровые ребята нервничали. Все поприветствовали меня кивками.

— Ваше проникновение в Кремль было затруднительным, но мы узнали, поэтому потребовалась помощь других агентов, — пояснил мой сопровождающий. — Они как раз собирали информацию о том, куда дели Павла.

— Да, — вышел вперед один из агентов. Он был чуть старше, чем все остальные, и на нем были очки. — Мы выяснили, что Павла поместили на нижний уровень рядом с сокровищницей. Готовится казнь завтра утром. Пока его пытают, чтобы узнать секреты отца.

Я слушал с непроницаемым лицом. Да, информация, которую он дал, была очень интересной. Пытки. Казнь.

— Как я могу к вам обращаться? — спросил я, глядя на троицу.

— Агент И, — сказал тот, кто был в очках.

— Агент У, — тот, что слева от меня.

— Агент Ю, — представился последний.

— Угу… — я подошел ближе и обратился к другим двум агентам. — Скажите, господа, вы согласны с Агентом И?

— Разумеется, мы лично проверили все вводные данные, — кивнул агент У.

Я с интересом посмотрел на последнего.

— У меня была задача выяснить, где располагаются охрана Петра Первого и кто в данный момент из сильных магов находится в Кремле, — он достал лист и передал мне. — Скажите, мы можем присоединиться к вам?

— Боюсь, нет, — покачал я головой. — Если у меня ничего не получится, вам еще работать в Кремле. Но не всем…

И повернулся к сопровождающему.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался Агент И.

— Странно, агенты, что у вас до сих пор нет четкого досье на меня. Иначе вы бы знали такую маленькую, но существенную деталь. А именно то, что я вижу, когда человек врет. И нет, никакие артефакты или манипуляции не действуют. Все складывается из множества факторов. Сердцебиение, микромимика, потоотделение и даже давление. Все эти мелкие детали как конструктор складываются в одну большую картину под названием «ЛОЖЬ». Неужели вы думали, что я просто так возьму и проверю первому ответившему мне агенту? Разумеется, нет. Для начала мы побеседовали, и я провел сканирование, — посмотрел я на своего сопровождающего. — Вы были искренни в своих словах. Это правда. И ваш товарищ тоже. Тот, кто дал этот амулет, — и повернулся к троице. — Неужели вы думали, что сможете обвести меня вокруг пальца?

— Но я не врал, — спокойно сказал агент Ю.

— Вы нет, но вот они…

Щелчок пальцев, и Болванчик выбил у них из карманов артефакты оповещения. Они поняли, что прокололись, и тут же перешли к действию. Один пригнулся и выставил вперед руку, но я уже поймал ее и провернул. Послышался характерный хруст.

Агенты, которые были на моей стороне, не теряли времени и, подскочив, один закрыл рот тому, кому я сломал руку.

— Не стоит кричать, мразь, — наверное, это было впервые, когда я увидел агента Первого тайного отдела разъяренным.

Тут же, не останавливаясь, я схватил за руку второго и пустил мощный заряд электричества. Тот упал на пол, дергаясь в конвульсиях.

— Ты предал нас! Наши убеждения и принципы, — прорычал второй. — Я доверился вам! Ублюдки!

Я же выпрямился и навис над тем, у которого была сломана рука. Второй только приходил в сознание.

— У меня много способов тебя разговорить, и поверь, мне не составит труда пустить их в ход, — обратился я к предателю. — Но будет лучше, если ты скажешь, знаешь, где Павел или нет?

Тот только дул ноздри и смотрел на меня, как на врага народа. Хотя с моей стороны, предателем был именно он.

— Так я и думал. Слишком все странно. Зачем пытать Павла, если завтра его казнят? Какой смысл? К тому же он достаточно сильный маг, как морально, так и физически. Скорее всего, его заперли в тот ящик только потому, что по другому с ним не могут справится. Верно?

Но агент молчал. Хотя мне и этого достаточно. Я посмотрел на своего сопровождающего.

— Как открыть проход в Кремль?

— Надавите на три линии сверху от картины на стене.

Вместо меня это сделал Болванчик. Картина отошла в сторону, и там я увидел кучу одежды.

— Это гардеробная, — пояснил агент.

— Благодарю, дальше я сам, — и шагнул внутрь.

— Господин Кузнецов, что нам делать с предателями? — спросил агент.

— Да что хотите. Как наказывают предателей у вас в организации, я не знаю.

Как только я шагнул в проход, стена начала задвигаться. Последнее, что я услышал перед тем, как проход закрылся, два глухих звука — тела упали на пол.

Пройдя через бесконечные ряды одежды, которым просто конца и края не было, мне наконец удалось выйти к двери.

— Слушай, а царь, оказывается, еще тот модник, — хихикнула Лора. — Видел же, что тут только мужские наряды.

— Ага, — улыбнулся я. — Кто бы мог подумать…

Хотя, если вспомнить, я царя всегда видел примерно в одной и той же одежде.

— Так где мы будем искать книгу?

Для начала я выпустил Болванчика на разведку. Коридор был свободен.

— Скорее всего, книга рядом с Петром, — пожал я плечами. — Самое очевидное. А он, или в тронном зале, или в кабинете царя.

Сверившись картами, я узнал, что есть два секретных входа в тронный зал. Но в кабинет к царю проход только один. Через зал.

Хотя вру. Был еще один. Через окно во внутреннем дворе. Так что есть вариант попасть в кабинет и по иному…

Нажав комбинацию на мозаике у одной из стен, я зашел в секретный проход. И на удивление, не обнаружил там никаких артефактов. То ли им давно никто не пользовался, то ли про него мало кто знал, и это было не так необходимо.

Но до тронного зала я добрался без проблем. Болванчик и Лора работали практически на максимуме своих возможностей, чтобы не попасться.

Уже у выхода Лора показала, что в тронном зале сейчас находились Гоголь, Болконский и еще несколько человек, которых я раньше не видел. Все они были в очень мощной броне. И судя по тому, что неизвестные оснащены так же, как и Гоголь, их уровень примерно равный.

Помимо этого вдоль стен стояли големы. А у входа в кабинет царя возвышался Исполин. Четырехрукий монстр, созданный из частей всех возможных существ.

— И как нам туда попасть, чтобы нас не…

К моему счастью, или нет, но здание тряхнуло. Я буквально кожей ощутил, как над Кремлем повис защитный купол. Он был мощный. Охренеть какой мощный. И я знал только одного человека, который мог создать подобное.

— Что-то мне подсказывает, что скоро многим в Кремле просто будет не до нас, — расплылась в улыбке Лора.

Улицы Москвы.

Что почувствует человек, вышедший из комы, когда узнает, что страна очень сильно изменилась. Буквально несколько часов назад случился переворот. Царь пропал. А Сахалин теперь это другая страна?

Наверное, первой мыслью будет, что это все розыгрыш? Но потом спустя несколько минут в ожидании того, что сейчас из шкафа выскочат товарищи, громко смеясь, наступает отрицание. Нет. Такого не может быть. Это просто бред. Или все же слишком долго затянувшаяся шутка?

Но у Александра Сергеевича Пушкина было немного не так.

Он бродил в своем подсознании бесконечное количество времени. Он не знал, сколько прошло. Несколько минут или веков. Лабиринты сознания не имели пределов. Не было даже намека на то, что где-то есть выход, и есть ли он вообще в принципе?

У Александра осталось только два пути. Сдаться или идти до конца. Но все же ему помогли определиться. Странная женщина, явившаяся к нему в подсознание.

Пушкин был опытным магом и точно знал, что она не плод его воображения, а маг извне. Причем очень сильный, раз смогла забраться так далеко.

Подсказки были не такие уж и значимые, но все же они сделали свое дело, и медленно, но верно Пушкин выбрался из забытья. Хотя не только из-за этого он продолжал торчать в лабиринтах сознания.

Проигрыш. Он впервые проиграл серьезный бой. И кому? Сыну Сергея Есенина? Да как такое возможно с его идеальной защитой? Такого просто не могло быть! Но все же произошло.

И надо это принять. Потому что другого выбора не было.

Первые секунды после того, как он пришел в себя, сознание еще не понимало, где он находится. Реальность ли это, или нет? Ощущение, как будто он только что проламывал толстые стены голыми руками. Дышал разряженным воздухом. Но постепенно, привыкая, осознавал, что он где-то в помещении.

«Я еще сильный?» — именно такая мысль посетила Пушкина после того, как он осознал себя в этом мире.

Сжав несколько раз кулаки и пустив по ним энергию, он убедился, что сила еще при нем. На стене календарь, и, судя по числу, прошло не так уж много времени с момента его проигрыша. А значит, в этом мире ничего не успело кардинально поменяться.

Пушкин выдохнул. Бросив взгляд на часы, понял, что время уже перевалило за полночь.

«Надо больше информации».

Продолжая крутить головой, он понял, что находится в больничной палате. Судя по виду из окна, это Москва. Но какая-то не такая… Некоторые дома разрушены. На улицах пусто. А со стороны Кремля звучали сирены.

Наверное, надо позвонить, но при себе он не нашел мобильного, да и вообще вещей. Только белая рубаха, и все.

Подойдя к зеркалу, Александр тихо застонал.

— Ну не-е-е-е-т… Мои кудри…

Врачи сбрили его шикарные волосы, оставив ежик.

Стационарного телефона в палате также не было.

И как же хорошо, что был хотя бы телевизор. Он схватил пульт и врубил первый канал. И уже через пятнадцать минут у него была полная картина происходящего.

«Ну нихрена же себе!» — только и крутилось в голове у Пушкина.

Он не так уж и долго спал, а тут что-то масштабное! Причем настолько, что страна раскололась. Но не это было главным.

Видимо, Петр Первый смог каким-то чудом завладеть троном и свергнуть своего сына. И тут никак не обошлось без вмешательства магии хаоса и этого вездесущего Небесного Пастуха. Будь они прокляты.

Ярость начала подступать комом к горлу Пушкина. Петр Первый мог повергнуть страну в пучину хаоса и убить миллионы. Не зря они в свое время его остановили, хоть и после той битвы из двадцати осталось пятнадцать. А раз этот тиран на троне, то точно быть беде, особенно в союзе с божествами.

Пушкин не был сторонником долгих сборов и подготовки. Ему требовалось только переодеться.

Он выглянул в коридор.

— Э, уважаемые, — окликнул Пушкин двух охранников.

— Александр Сергеевич! — воскликнул тот, что здоровее. — Вы очнулись? Сейчас позову…

— Стоять! Никому не сообщать. Мне нужны ваша обувь и одежда.

— Но у меня прямой приказ от Арины Родионовны, — и полез к рации.

Александр только вздохнул и, пустив свою ауру по этажу, вырубил двух охранников.

Неизвестно, Арина Родионовна специально подбирала мужчин схожей комплекции, что и ее подопечный, но на Пушкина вещи одного из них были как раз в пору.

Теперь оставалось добраться до Кремля. Александр Сергеевич захотел сделать это как можно громче. Зачем ему скрываться от какого-то подонка и тирана?

Выпрыгнув в окно, он оказался во внутреннем дворе. Охрана еще не обнаружила пропажу пациента, так что ему это как раз на руку.

Перепрыгнув через забор, он понял, что до Кремля придется добираться относительно долго. И это еще сильнее начало злить Пушкина.

Но его ушей коснулось тяжелое цоканье копыт по брусчатке. Из-за угла вышел огромный черный конь.

— Чего? — от неожиданности воскликнул Пушкин. — Да ладно? Булат? Как так-то?

Конь невозмутимо подошел к нему и посмотрел в глаза.

— Ага, — похлопал Пушкин коня по массивной шее. — Рад тебя видеть! Ну давай, наведем шуму в Кремле!

Появление Пушкина внесло ту самую частичку сумбура, чтобы отвлечь на себя большую часть врагов.

И как же хорошо, что я оставил часть деталек снаружи. Когда Александр Сергеевич поставил над Кремлем купол, некоторые детали не успели попасть внутрь, но мне и этого хватило, чтоб увидеть, как Пушкин, почему-то бритый под ежик, в черном классическом костюме и на огромном вороном коне штурмует внешнюю стену.

— Лора, разве это не тот самый конь? — удивился я.

— Булат. Да, — кивнула она. — Но откуда он вообще взялся? Что за неизвестные ружья?

— Уж не знаю, но разве это нам не на руку? — ухмыльнулся я, выскакивая в коридор. — Свяжи меня с Пушкиным.

Одна из деталек подлетела к Александру Сергеевичу, и я начал говорить до того, как он попытался уничтожить инородный объект.

— Александр Сергеевич, это Михаил Кузнецов. Не пугайтесь, я говорю с вами через своего питомца, — пояснил я.

— О, Миша! — обрадовался тот. — Да ты думаешь, я совсем полоумный старик? Знаю я твоего питомца. Болванчик, кажется?

— Верно, — но у меня не было времени болтать по пустякам. — Скажите, через купол, который вы повесили над Кремлем, можно телепортироваться?

— В теории, да, — кивнул тот.

— А вы можете сделать так, чтобы нет?

— Могу, а надо? — удивился он.

— У Петра Первого есть книга, с помощью которой он может перемещаться, — пояснил я.

— Некрономикон… — пробубнил Пушкин.

Я видел, как он хлопнул в ладоши, и от удара пошла воздушная волна, которая и накрыла еще одним куполом Кремль.

На этом мы отключились. Надо было попасть в кабинет. Но даже тот факт, что Пушкин сейчас штурмовал Кремль с внешней стороны, не вытянул людей из тронного зала. Видимо, верхушка Канцелярии имела четкие задачи.

— Видимо, нам не остается ничего другого, кроме как принять бой? — вздохнул я.

— Ты, наверное, что-то попутал? — удивилась Лора. — Сейчас там находятся минимум четыре мага вне категории. Это совет Канцелярии! Алло, Миша!

— А ты что, перестала в меня верить?

— Статистика, дорогой. Холодный расчет и анализ, — она стояла передо мной, скрестив руки на пышной груди. — И все равно. Шанс, что ты их победишь, равен только сорока процентам!

— Ого, а я не так уж и плох, — ухмыльнулся я. — Но если есть другие варианты, то с удовольствием их выслушаю.

— Ну… — она задумалась. — Проблема в том, что нас ждет дальше. Петр Первый уже не сможет переместиться за пределы здания, если не разберется с Пушкиным. Но мы не знаем, насколько он силен.

Сражаться, конечно, против нескольких членов совета Канцелярии было тем еще испытанием. И даже Гоголь, которого я до этого избил, как девчонку, на этот раз имел свои магические силы, и был куда опаснее, так что мне не стоило рассчитывать на легкий второй раунд.

Но все пошло, как всегда, не по тому месту.

— Вы, Кузнецовы, все немного не от мира сего, — услышал я ровный голос у меня за спиной. — Хочешь пройти через тронный зал, чтобы попасть в кабинет? Давай я тебе облегчу задачу.

Я повернулся и увидел в конце коридора Петра Первого. Он стоял с обнаженной шпагой.

Вот этого я не предвидел. И даже Болванчик не показал приближение врага.

— Где Павел?

— Ты про моего внука? — улыбнулся Петр Первый. — Не переживай, он спокойно сидит внизу, — он потопал ногой по полу. — Ему ничего не угрожает. Просто я немного сковал его движения, а то он мальчик буйный. Как закончу с тобой, пойду с ним поговорю. Может, удастся донести до него, что дедушка не плохой.

— Слишком поздно, — вытащив Ерх и родовой меч, я медленно пошел к нему. — Ты уже сделал достаточно, чтобы тебя убить.

— Разве? — ухмыльнулся Романов. — Ох, Кузнецов, поэтому я сейчас там, где нахожусь. Потому что вы не планируете наперед.

Больше болтать мне с ним не о чем. Задача была простой. Найти книгу, узнать, как избавиться от недуга Петра Первого и вернуть все на круги своя. Хотя с отношением народа к Романову еще предстоит поработать. Но на то он и царь.

— Протокол? — предложила Лора.

— Погоди… — остановил я ее. — Сперва оценим, на что он способен. Все же триста лет провести в клетке и остаться в хорошей боевой форме — достаточно проблематично.

Но слова старшего Романова осели у меня в голове. Значит, это не конечная его цель. Было что-то еще. Но что? Жаль, что он мне не расскажет…

Романов сделал резкий выпад, и мы скрестили мечи.

Начался обмен ударами. Никто пока не применял магию, и первый раунд мы хотели проверить наши навыки в ближнем бою. Вот только у меня было большое преимущество. И постепенно мне удалось подстроиться.

Тут же я получил небольшой пинок в грудь, а Петр отпрыгнул на несколько метров, очертив передо мной огненную черту.

— О, вижу, — похлопал он в ладоши. — Адаптируешься… Интересно… Значит, мне невыгодно затягивать с тобой битву. По крайней мере, на мечах.

Его оружие тут же исчезло, и он начал создавать рунические заклинания.

Я увидел, как его руки полностью покрылись мелкими письменами. И если мы с Лорой все техники наносили через внутреннее хранилище и привязывали заклинания к определенному жесту или пальцу, то у Петра Первого все было намного сложнее.

У него заклинания могли комбинироваться, соединяясь и создавая абсолютно новые, уникальные сочетания. Например, звуковой импульс, магия ветра и песчаная буря, соединяясь, давала очень неприятный эффект, с помощью которого песок превращался в мощную режущую струю под давлением.

Также он создал огненный шар с цепной молнией. И получалось, что когда шар достиг цели, то вместо взрыва по коридору прокатились цепные молнии.

Отражал я это все с помощью Болванчика и Лоры, которая успевала создавать контратаки и блоки. А иногда просто показывая траекторию уклона.

Но и я не сидел на месте. Петр Первый не старался показать все, на что он способен, и это чувствовалось. Но и я не сильно напрягался. Пока что. Мы прощупывали почву.

Первыми атаками я отправил Болванчика. Пулеметная очередь из бесконечно зацикленного потока деталек начала с огромной скоростью атаковать Петра Первого. И нет, они не летели тупо прямо. Лора рассчитывала все варианты и реагировала молниеносно. Если Петр ставил блок, то детали меняли траекторию. И это начало приносить свои плоды.

Но Романов только улыбался, отбиваясь от деталек.

— Интересно, — и пустил сетку из молний по коридору, заполнив все проемы. Протиснуться было некуда.

— Придется открыть один козырь, — вздохнул я и накрыл себя куполом, которому научился у Пушкина.

Электрическая сетка прошла надо мной. Петр даже задержал ее на мне, но ничего не вышло, и он убрал заклинание.

Я же решил попробовать атаковать мощными заклинаниями. Например, атакой Захара. Решил назвать ее так, потому что это тупо удобнее.

Но Болванчик показал мне кое-что странное.

Скинув купол, я вытянул руку. На кончике пальцев уже был создан шарик с магией хаоса.

— Кто ты такой?

— Как кто? — улыбнулся Петр, наклонив голову набок. — Я царь Российской Империи, а ты, Михаил Кузнецов, уже как несколько часов незаконно находишься в чужой стране.

— Ты не Петр.

— Петр, — уверенно кивнул тот.

— Тогда кто на улице?

Улыбка на лице царя стала еще шире.

— Значит, ты и это можешь… — кивнул он и, вытянув руку, начал формировать заклинание. На первый взгляд это был просто очень горячий шар.

— Ой-ей, — предупредила Лора. — Это что-то новенькое…

— Детальнее.

— Он создает маленькое солнце! — воскликнула Лора.

Внешняя стена Кремля.

Пушкин не был приверженцем долгих и тягучих сражений. Тем более сейчас ночь, что не играло ему на руку. Все же он был не на пике. Но это компенсировалось его яростью.

Почему царя сверг этот тиран? Как ему удалось это сделать? Это не важно, если он сейчас оторвет голову Петру Первому!

Булат же подошел к стене Кремля.

— Перепрыгнешь? — ухмыльнулся Александр, смотря на шпиль.

Булат только фыркнул и подошел вплотную. Передние копыта вспыхнули и, встав на дыбы, он ударил передними копытами по стене и тут же отскочил. Пушкин едва удержался.

Стена дрогнула и начала сыпаться, словно конструктор.

— Булатушка, — ухмыльнулся Александр. — Я уж и забыл, что для тебя это не проблема.

Конь гордо махнул гривой и медленно вошел на территорию Кремля, как будто он уже победил всех врагов.

Но на просторной площади их уже ждали. Пара десятков наемных солдат.

— Если хотите дожить до завтра, то стойте на месте, — рявкнул Пушкин.

— Ты слишком дерзок для одиночки! — получил он в ответ от какого-то чрезмерно наглого человека.

И тут же его сплющило невидимым прессом, оставив на земле кровавый блин.

— Такие отбросы даже не смеют со мной говорить! — зарычал Александр. — У меня плохое настроение, и я не намерен с вами сюсюкаться.

— Убить ег…

Но и этот наемник не успел договорить. Пушкин просто махнул пальцем и расплющил врага. Остальные пришли в движение, и Александр повторял свой жест до тех пор, пока враги не закончились.

— Романов! — прогремел голос Александра Сергеевича. — Сильнейший пришел! Выходи, если хочешь умереть красиво! Если я сам тебя найду, то твою смерть увидит вся страна!

В здании напротив сама собой сломалась стена и оттуда вышли четыре человека.

Болконский, Каренина, Вронский, Чацкий.

— А, вот и вы, архивные крысы! — Пушкин спрыгнул с Булата и прошептал: — Стой за мной. Хочу сам с ними покончить.

— Александр Сергеевич, вы понимаете, что сейчас делаете? — крикнул Болконской.

— Разумеется! — пошел вперед Пушкин. — Я не хочу, чтобы страной руководил этот ублюдок. Вас еще и в проекте не было, когда он сидела на троне, так что даю один шанс отступить.

— А не то что? — дерзко заявила Каренина. — Нас четверо.

Пушкин вытянул руку, и девушку как магнитом притянуло к нему.

— Аннушка, — прорычал Пушкин. — Я сейчас не в духе. Мои прекрасные волосы остригли. Страной руководит самый худший человек в мире. Так еще вы тут что-то пытаетесь из себя строить!

Его окружили с трех сторон, в нескольких сантиметрах от его шеи остановились три клинка.

— Отпусти ее, — произнес Вронский.

— Эх… — устало вздохнул Пушкин. — Я давал вам шанс… Но вы не захотели им воспользоваться. Как же опрометчиво… Когда вы перестали меня бояться?

— Сейчас ночь, — ухмыльнулся Болконский. — Был бы полдень, разумеется, мы бы действовали по-другому?

— А что меняется? — холодным тоном произнес Пушкин, глядя ему в глаза. — Если мыши дать зубочистку, она не станет опаснее для слона.

Сжав горло Карениной, он подождал, пока она потеряет сознание, после кинул ее в сторону Булата.

— Что вы стоите? — послышался ровный голос из разрушенного здания.

Через мгновение вышел сам Петр Первый.

— Вы его боитесь? — ухмыльнулся царь.

— А вот и ты, — оскалился Пушкин и пошел на царя, игнорируя три лезвия у шеи.

Болконский, Вронский и Чацкий тут же, усилив мечи энергией попробовали его проткнуть, но все три клинка замерли в сантиметре.

— Зря…

Схватив Вронского, он перехватил его руку с мечом и медленно, через сопротивление, проткнул бедолагу — словно насадил на шампур.

— Видимо, придется сперва разобраться с вами… — и откинул мертвое тело в сторону.

Кабинет царя.

Кремль.

За несколько минут до нападения А. С. Пушкина.

За триста лет кабинет главы государства не сильно изменился.

Именно такая мысль промелькнула в голове Петра Первого, когда он зашел внутрь небольшой комнаты. Те же деревянные шкафы с бесконечными документами, те же печати и бумаги. Конечно, появились современные лампы, телевизоры и прочее. Но все это было только копией того, что у него было в Санкт-Петербурге.

Но по большому счету, даже стол, за которым раньше работал Петр, не поменялся. Разве что стал чуточку потертее, да новые замки на ящиках.

Хотя кошачий лоток в углу его немного удивил. Петр решил, что его сын стал сильно мягче.

— Завести кота? Как глупо… Сынок, чему я тебя учил? — бубнил про себя Петр, оглядывая свое старое рабочее место. — Ни к кому не привязывайся. У правителя не должно быть любимчиков. Любви. Привязанности. Только холодная голова.

Государство, не женщина, не ребенок. А конечный инструмент власти. Именно так народ будет счастлив. Именно так можно поместить державу на вершину всех мировых конгломератов. Если вдаваться в частности, можно утонуть в них.

Усевшись на стул, Петр обратил внимание, что его старой софы нету, и это удручало. Придется заказывать новую.

Неужели сынок умудрился ее спереть, когда убегал?

Царь усмехнулся.

Подняв руку, он сделал едва заметное движение пальцами, и в руке возникла книжечка в кожаном переплете.

Пока все в точности, как он и планировал. Да, были кое-какие нюансы. Те же Есенины и отряд Кузнецова. Но и с ними удалось все провернуть так, чтобы все сыграли свои роли. По совету Небесного Пастуха и по данным Исполинов Петр заточил одного из сильнейших противников в специальный артефакт.

Но все еще оставались помехи. Однако, как бы они не пытались, попытки будут тщетны. Все нюансы были продуманы в деталях. У него было время. Очень много времени.

Книжечка была тоже довольно занимательной. Он ей интересовался еще со времен, когда был при власти. А вот то, что род Распутиных завладеет ею, было удивительно. Хотя за триста лет… Почему бы и нет?

Капнув каплю крови на книгу, он открыл портал и переместился в место, где находился Исаак. Это были бескрайние снежные равнины, где простой человек долго не смог бы продержаться.

Перед Петром находился огромный ледяной дворец. И только для одного человека. Если он все еще человек.

Зайдя внутрь, Петр увидел, как Исаак, сидя в позе лотоса, находился по пояс в воде. Его тело сейчас было источником тепла, и лед под ним таял, а пар выходил наружу через крышу.

— Веселишься? — спросил Петр.

— Осталось совсем немного времени, — хмыкнул Исаак. — Скоро даже Нечто со своими метеоритами не сможет ничего предпринять.

— Слушай, — присев на корточки, сказал Петр Первый. — А тебе не холодно? Нет, я понимаю, магия тебя согревает, и все такое. Но не было бы комфортнее делать то же самое, скажем, в более комфортных условиях?

— Это удобные условия, — фыркнул Исаак.

— Ага, удобнее, чем мягкое кресло или теплая комната с кроватью?

— Мне тут комфортно, — огрызнулся сосуд. — Божественной сущности все равно, как оболочка проводит свои дни. Также наплевать и на то, в каких она условиях, если это не вредит ей.

— Н-да… — вздохнул Романов, — скучные вы, божества. И зачем вам эта планета?

— Это уже не твоя забота, царь, — пожал плечами Исаак, — ты получил, что хотел, и можешь наслаждаться отведенным тебе временем. Скоро планета станет источником силы, которая даст новые возможности…

— Ну ты бы хоть это… — Петр встал и пошел на выход, — поставил парочку артефактов обнаружения, или хотя бы надувной матрас… А то хрен пойми что там в этой воде. В туалет хоть ходи…

— Романов, ты забываешься.

— Да-да, — ухмыльнулся он и вышел с ледяного замка.

На выходе он оглядел это странное строение еще раз, засунул руку в карман, достал парочку зачарованных монет и раскидал по округе. После зашел обратно в портал и оказался в своем кабинете.

В этот же момент на столе зазвенели и другие монеты, которые он приготовил для встречи гостей.

— Ох, я так и знал, что мне не дадут покоя даже один денечек, — вздохнув, Петр прошел к тронному залу.

Там сидела верхушка Имперской Канцелярии.

— Так, сейчас на нас нападут, так что будьте готовы, — величественно произнес он. — Я пока приготовлю пару сюрпризов.

После чего Петр вернулся в кабинет. В дальней части стояли десять больших шкафов. К ним он и подошел.

Открыв первые два, достал оттуда два бесформенных тела без лиц и волос. На них вообще не было никаких отличительных черт. После он прокусил до крови палец и капнул на каждого по капле.

— Вот и славненько, — пробормотал он. — А теперь пора за работу, братцы…

Положив ладони на головы каждой марионетки, он закрыл глаза и сосредоточился.

Яркое сияние окутало тела и постепенно у них начали появляться лица. Еще через несколько минут они стали полными копиями царя.

Открыв глаза, две копии небрежно убрали руки оригинала и осмотрелись.

— Ты бы хоть одежду для нас подготовил заранее, — фыркнул первый.

— Идите и возьмите. У вас те же знания, что и у меня, — ответил Петр и пошел к окну. — Так что развлекайтесь.

Разумеется, они не были так же сильны как оригинал, но у них имелись те же знания и навыки. Копии подошли к шкафу, оделись, взяли оружие и посмотрели вслед своему создателю.

Петр Первый сейчас был у яблони в зимнем саду. Перед ним левитировала книга и он что-то читал. Постепенно вокруг него на земле начал вырисовываться темный круг, словно тень упала с крыши. Петр начал просачиваться сквозь землю.

Копии посмотрели друг на друга.

— Я займусь Пушкиным, — сказал первый.

— Тогда Кузнецов мой.

Они ударили клинками и пошли в тронный зал, где и разошлись.

— Миша, что-то мне подсказывает, что лучше не попадать под эту атаку.

Ну еще бы!

Любой в здравом уме решит, что надо убегать и как можно быстрее и дальше. Да, но мы с Лорой не любые. Благодаря быстрым расчетам и анализу, я знал, что надо делать.

Болванчик незаметно облепил мои ноги и спину с головой, чтобы быть максимально мобильным. А как избежать разрушительного урона от этого «мини-солнца»? Правильно, быть как можно ближе к ее создателю.

Так что пока в меня не полетел шар, я сделал молниеносный рывок и оказался под линией атаки. В этот же момент Петр Первый выстрелил.

Эх, если бы не куча печатей, доспех и Болванчик с его охлаждающим эффектом, кто бы знал, что стало бы с моими волосами? Но все же мне удалось минимизировать даже такой урон.

Когда заклинание пронеслось надо мной, я выставил Ерх лезвием к нему. Шар разлетелся надвое и врезался в стены коридора. Из-за усиленных стен артефактами и рунами, они хоть и пострадали, но не сломались.

Зато Ерх получил то, что он любил больше всего. Энергию заклинания. Накопив в себе достаточно силы, он задрожал от нетерпения. В голове мелькнуло, неужели это сеансы Ермаковой так помогли, или он просто почувствовал достаточно силы? Но это был один из немногих случаев, когда Ерх готов был рвать все на своем пути.

— Вот это по нашему! — кричала Лора, синхронизировались с моим телом и повторяя те же движения, что и я.

На самом деле, все эти действия проходили где-то пару секунд от начала атаки.

После получения Ерхом новой мощной силы я уже стоял под Петром Первым. Сначала сделал рубящий удар снизу-вверх, отрезав руку по локоть и, не сбавляя вращения, крутанулся на пятках, разрубил его с головы до паха.

Скорость удара была сверхзвуковой, от чего был слышен хлопок. Сам же царь замер.

— Что такое? — ухмыльнулся я, выпрямляясь.

Петр… Точнее его копия пару раз моргнула и распалась на две части, прямо как в боевиках. Не было никакой крови. Внутри тела была какая-то жидкость, артефакты, камни, грязь… Странное сочетание.

— Смотри… — показала Лора на внутреннюю часть тела.

Присев, убрал все лишнее и увидел, что на внутренней части кожи было нанесено множество рунических надписей.

— Тонкая работа, — заявила Лора.

— Очень.

Мне ли не знать. При установке каждого рунического заклинания мы тратили достаточно времени и сил. Концентрация должна быть на пределе, так как если ошибиться хоть на сантиметр, то руны все — угробил и время, и энергию.

— Что будем делать с Пушкиным? — спросил я и тут же получил изображение с улицы.

Пушкин стоял в смокинге с оторванными руками Петра Первого, а огромный Булат копытами втаптывал голову уже мертвой копии царя в землю. Рядом лежали мертвые члены Канцелярии. Все, кроме женщины. Она была без сознания и накрыта куполом Пушкина. Уж не понятно, чтобы спасти, или чтобы не дать убежать. Хотя… Это уже не мое дело.

— Миша, — крикнул Пушкин.

— Да, Александр Сергеевич? — Болванчик подлетел к его голове. — Не стоит так кричать. Я вас прекрасно слышу.

— О как! — фыркнул он. — Я только что убил Петра Первого!

— Нет, не убили, — вздохнул я. — Присмотритесь к телу…

— Погоди…

Он подошел к Булату, отодвинул его в сторону и присел перед месивом, что раньше было копией Петра.

— Действительно… никакой крови… — он поднял кусок кожи. — Ты посмотри… Рунические письмена на внутренней части. Знаешь, если бы он не был нашим врагом, то стал бы первоклассным магом! С такими знаниями…

— Не отвлекайтесь, Александр Сергеевич.

— Я иду внутрь.

Они с Булатом прошли через разрушенную стену в здание и пошли по коридорам. На пути им попадались наемники из той организации.

Я же видел картину чуть шире. Во всех залах находились Исполины, и куда сильнее, чем прежде. Опять.

Переведя немного дух, пошел к тронному залу.

— Лора, делай все, что хочешь, но мне нужен полный отчет по двум помещениям впереди. Проникни в кабинет царя, немедленно.

— Поняла.

В нужные моменты она понимала, когда надо быть серьезной.

Синхронизировавшись с ним, она отправила только две детали. Это было куда эффективнее, чем отправлять всех. И как я и ожидал, в кабинете никого не оказалось. Пусто. Единственное, что привлекло мое внимание, это восемь странных ящиков.

— Отчет! — запросил я.

Болванчик начал сканирование.

— Это тела. Примерно такие же, какие мы нашли в Северной Империи. Вот только…

— Что?

— Они… Это сборная солянка из всех имеющихся существ. Удивительно, что мы смогли вообще разрубить одного, а Пушкин уничтожить второго…

— Эх, как бы хотелось их забрать…

— Ага, — вздохнула Лора, читая мои мысли.

Мы уже знали, на что способен Петр Первый, и тот факт, что он оставил эти ящики с болванками для тех в кабинете, уже говорит о том, что он надеется, что я хоть одно, да заберу с собой.

— Жаль его огорчать, — улыбнулся я. — Оставь эту детальку в одном из ящиков.

— Поняла тебя.

Мне же надо было попасть на нижние уровни Кремля. И рядом со мной ни одного хода. И вот совпадение — один из них выходил как раз в тронный зал. В углу имелся незаметный люк с артефактом-паролем. И благодаря данным агентов, у меня была необходимая комбинация.

Так что встреча с Гоголем, видимо, неизбежна.

— Александр Сергеевич, в кабинете Петра нет. Я разберусь с Гоголем, или, по крайней мере, попробую, а вы постарайтесь убить как можно больше врагов.

— Миша, ты чего-то не так понял, я не собираюсь слушать тебя. Мне нужен Петр Первый или тот, кто знает, где он.

— Удачи в поисках, — пожал я плечами и отключился.

Передо мной были двери в тронный зал. Когда я зашел внутрь, в нос ударил запах мокрой глины и земли. За столом сидел только один человек.

Николай Васильевич Гоголь. Брат царицы Ольги. Начальник Имперской Канцелярии и лучший маг с предрасположенностью к магии земли.

— Доброй ночи, — зайдя в тронный зал, закрыл за собой дверь.

— Доброй, — кивнул Гоголь. — Как мне к вам обращаться? Ваше величество? Или ваша светлость? Все же вы теперь царь другой страны.

— Тогда будем соблюдать все формальности и этикет, — я подошел к столу с противоположной стороны и, отодвинув стул, сел напротив.

— В прошлый раз, в Канцелярии, должен признать, вы застали меня врасплох, — продолжил Николай Васильевич. — Но все же вы увезли мою сестру к себе на Сахалин.

— Да, такова была просьба ее супруга и детей. Ваших племянников, — кивнул я. — Кстати, позвольте спросить, разве у вас ничего не екнуло в груди, когда вы узнали, что Павел заключен под стражу где-то внизу?

— Михаил, — он остановился и хмыкнул. — Прошу прощения, ваше величество, вы многого не понимаете. Царь Петр Первый не причинил вреда своему внуку.

— Да, — кивнул я. — Но он отнял страну у своего сына. Сделал так, что ему осталось жить чуть меньше недели. Так с чего бы мне не волноваться о том, что он может сделать с Павлом?

— Да, но и Петр Петрович сделал то же самое с отцом. Сверг, спрятал его в тюрьму.

— И видимо, не зря, — развел я руками. — Сотрудничество с божествами. Сотни и тысячи погибших от метеоритов и монстров. Не кажется ли вам, что Петр Петрович в свое время принял верное решение, взяв страну в свои руки?

— Я просто цепной пес, — пожал плечами Гоголь. — Моя задача маленькая — обеспечить исполнение приказов царя. А кто на троне, мне не сильно интересно. Все же, что тот Романов, что этот.

— Вы же не из отряда Кузнецова?

— Хм… — он задумался на несколько секунд. — Был там всего пару месяцев.

— Значит, вы тоже не стареете, — кивнул я. — И по какой причине вы покинули отряд?

Он ухмыльнулся и скрестил пальцы.

— Проблема была в твоем предке. Владимире. Он был человек… скажем так, тяжелого характера. Совсем не гибкий. Считал, что есть только белое и черное. И другого не дано. Это его и погубило…

— Как он умер?

— Надеюсь, в муках, — посмотрев мне в глаза, сказал Гоголь. — И поверь, я знаю, что говорю. Мне тогда было не больше тридцати. Ну подумаешь, одна деревня… Мы уже тогда получили магические способности. И Володя пытался контролировать нас. Он хотел, чтобы мы были образцом. Но зачем нам унижаться перед простолюдинами? Мы их сильнее! Умнее! Образованнее…

— Знаешь, — тихо сказала Лора, пока Гоголь выплескивал свои мысли мне в лицо. — Чем больше он говорит, тем больше я убеждаюсь, что Владимир Кузнецов был очень хорошим человеком. А в правительстве одни мрази и сумасшедшие. Ну нет ни одного нормального человека… Вот вообще.

— А Газонов?

— Ну… А то что он фанат стихотворного кружка, тебя не смущает? Просто у каждого свой бзик. Вот у этого клюворылого мания величия еще больше, чем у Валеры и Саши с Пушкиным. Хотя откуда столько гонору? И как он вообще столько времени пробыл на этой должности с такими мыслями.

Но Гоголь как будто услышал мои мысли.

— И после того случая с уничтожением деревни… Хотя я показал, на что способна моя армия големов! Она была не менее эффективна, чем у Лермонтова! Не менее! Да, сестра меня тогда спасла от тяжелой руки Володи, и меня назначили начальником нового органа власти.

— Имперская Канцелярия…

— Именно! — кивнул он. — Но не переживайте, ваше величество, вы и сами видели, как эффективно мое управление. Те амбиции я давно перерос. И прекрасно понимаю, что надо просто делать свое дело. Служить царю! Именно для этого и создана Канцелярия. И Петр Петрович не даст соврать, я исполнял задачи превосходно! Ни одного нарекания за столько времени!

— И теперь вы решили предать Петра Петровича! Ваше сестра вас спасла от смерти. Вы получили практически безграничные возможности и власть, выше которой только царь. Но вы все равно пошли наперекор Петру Петровичу.

— Потому что не он спас Москву и остальные города. А Петр Первый.

Что ж… Прекрасно понимаю, что он не может знать всей правды. И у меня не было никаких доказательство того, что это сделал именно Петр. Только косвенные…

И я прекрасно понимал его точку зрения. Он не злодей. Не под влиянием хаоса или небесного Пастуха. Просто есть те, кто служит родине, а есть те, кто служит правителям. Так что если Петр Петрович и вернется на трон, то Гоголь может так же беспрекословно трудиться под его руководством.

Но сейчас он был препятствием.

— Николай Васильевич, — продолжил я. — Мне надо добраться до царя и отобрать у него Некрономикон. Именно с помощью нее он делает все эти действия.

— Если это спасает людей от монстров, то почему нет? — развел он руками.

— Видимо, у нас с вами очень разные взгляды на жизнь. Я хочу спасти человека, который всем сердцем служил своей стране. И ни при каких обстоятельствах не навлек на нее сотни метеоритов, уничтожая мирный народ. Если царь готов идти на такие жертвы, то он ничем не лучше тирана, который рано или поздно приведет страну к упадку.

— Вы правы. У нас с вами разные взгляды на данную ситуацию. Именно поэтому я не дам вам пройти дальше.

— Я все же попробую.

«Права администратора. Активировать протоколы 'Каратель» и «Красный».

На этом разговоры закончились. Больше не никаких пафосных фраз или движений.

В меня полетело заклинание, похожее на ружейную дробь.

— Неплохо, — фыркнула Лора, включая замедление времени и подсвечивая каждый снаряд. — Вот, Миша, магия земли во всей красе. Давай попробуем…

Оттолкнувшись от стола, я сделал кувырок и в последний момент пригнулся, чтобы в меня ничего не попало. Гоголь тоже не стал мелочиться и, встав со стула, выбил все окна в помещении. Через них с улицы начал заползать песок, словно жидкость.

— Лора, анализ. Варианты.

Протоколы набирали обороты, и я чувствовал, как тело стало легким как пушинка. Каждая частица воздуха в помещении обрела очертания. Цвета стали ярче и контрастнее. Движения — быстрей. Теперь за мной не способен уследить обычный глаз. Но даже так я чувствовал, что Гоголь не использует все силы.

Болванчик собрался за моей спиной и начал кружить огромным роем, переливаясь словно водный шар.

— Занятно… — пробормотал Гоголь. — Но все еще слабо…

— Вот хамло! — воскликнула Лора, показывая мне кратчайшую траекторию до врага.

Мы решили не убивать этого гражданина. Все же его сестра, царица Ольга, не была плохим человеком. Да и побеседовав с Николаем, я понял, что у нас просто разные взгляды. И это удручало.

Наверное, в других обстоятельствах, мы бы были если не хорошими знакомыми, то хотя бы просто хорошо общались.

В ответ на действия моего питомца вокруг главы Канцелярии начали появляться маленькие камешки.

— Он сжимает грунт! — пояснила Лора.

На моих глазах земля в помещении сформировалась в шарики и начала уменьшаться. Температура резко подскочила, и по итогу в воздухе повисли раскаленные объекты.

— Кажется, у него силенок не хватает, — усмехнулась Лора. — Поднапрягся бы еще, сделал бы металл…

Но Гоголь продолжал и давление нарастало. В помещении стало душно, так как под потолком продолжали формироваться около тысячи мелких шаров.

Но и я не собирался просто так сидеть без дела. Прогнав энергию по Ерху, ринулся в атаку, но на этот раз вышло не очень.

Вокруг Гоголя была земля. И как только я наступил на нее, она пришла в движение, сбила меня с ног и тут же попыталась накрыть шипованным ковром.

— Кажется, ты еще не сталкивался с магами, которые полностью овладели своей предрасположенностью? — ухмыльнулся Николай Васильевич.

— Ну что ж, это будет бесценный опыт, — пожал я плечами.

А раз так, то почему бы не атаковать его с дистанции?

Болванчик принялся расстреливать противника, но тут я понял, зачем он создавал над потолком все эти горячие шары, которые, к слову, уже превратились в горячие сгустки металла.

Они начали перехватывать мои детальки, создавая между нами целый каскад искр.

— Неплох, очень неплох, — задумчивым тоном произнесла Лора. — Что же делать, что же делать…

Тут я решил задействовать еще и шаровую атаку магии хаоса. Создав на кончике пальца сферу, быстро выстрелил ею в Гоголя.

Но и он не стоял на месте. Скорость его была не сильно меньше, чем моя.

Вот только есть одно «но».

— Я под протоколами! — ухмыльнулся про себя и двинулся наперерез, воспользовавшись тем, что между нами, в центре зала, все сверкало и искрилось.

Впервые мне удалось застать его врасплох. Ерх и меч Гоголя встретились.

— Знакомый меч… — проговорил Николай. — Удивлен, что Толстой отдал его тебе.

У меня же не было времени болтать. К тому же, благодаря протоколу «Каратель», Лора стала в несколько раз быстрее копировать и отражать атаки противника.

И первое, что мы сделали, это сдвинули землю под его ногами, повторив трюк.

Но Гоголь не был бы Магом Высших Сил, если бы купился на это.

— Занятно, — произнес он, почти упав, но ему в спину уперся столб земли. — А что если…

Ему в лицо прилетели две молнии, Ерх в опасной близости прочертил линию на его одежде.

— У тебя еще есть время поболтать?

— Уж прости. Столько прожил, а так редко встречал достойных противников, так что хочу оторваться по полной! — улыбнулся он.

— Нет, ну они тут все точно психи… — фыркнула Лора. — Но раз он так уверен в себе, давай немного его удивим?

Магия земли, значит, магия земли. Все равно у меня еще было несколько тузов в рукавах.

Деталей Болванчика было больше. И обзор у меня куда шире. Так что я вместе с атаками незаметно начал двигать землю за спину Гоголя в надежде закрыть его в кокон.

— Удивительное владение телом и магией! — похвалил Гоголь и, махнув рукой, развеял мою скрытую атаку. — Но этого мало.

— Да что ты такой хитрый то… — фыркнула Лора.

Но не только это было любопытно. У магии земли, как и у любой другой, имелось время задержки. За это время частицы земли должны преодолеть расстояние из точки А в точку Б. Они не могли двигаться со скоростью звука. Просто физически это было невозможно. В отличие от меня.

Протокол «Красный» давал много вариантов действий, расширяя возможности тела и делая все показатели запредельными, выводя их дальше 100%.

Пустив в противника струю воды и создав пар, я отметил, что больше так делать не стоит. А то еще парочка подобных атак и мы будем сражаться, в прямом смысле, в сауне.

Болванчик облепил меня, сделав экзоскелет для усиления эффекта. Я же начал бегать зигзагами, сокращая дистанцию. Частицы почвы не поспевали за мной. Чем их было больше, тем они двигались медленнее, и даже за счет энергии Гоголя им не хватало скорости.

Вокруг Гоголя начал формироваться земляной кокон. Он продолжал наугад стрелять в меня заклинания, пытаясь случайно попасть.

Но куда там! Я видел все его атаки как в замедленной съемке. Хотя должен признать, что даже так враг двигался очень быстро. Чего еще ожидать от главы Канцелярии?

— Быстрее… — подгонял я сам себя и Болванчика.

Тут уже и ноги начали болеть от перегрузок, и все же мне удалось успеть пробиться через формирующийся кокон и ударить Гоголя точно в скулу. От скорости удара и силы его выкинуло к стене. Хоть земля и смягчила удар, но комнату тряхнуло.

Но нельзя было расслабляться.

Не сбавляя обороты, выкинул в него заклинание хаоса. Хотелось ударить мощным ударом молнии, но нужна открытая площадка. Так что приходилось ограничиваться простыми мелкими разрядами.

Подбежав к нему, я сделал выпад мечом, но Николай Васильевич уже смог парировать и даже оттеснил меня, так же приведя землю под ногами в движение.

— Да что же это такое… — зарычал я.

Если не прокатило, то пора переходить ко второму плану.

И попробовал атаковать еще раз. Но ноги не сдвинулись.

— Попался, — ухмыльнулся Гоголь.

Конечно, попался. Неужели он думал, что я не замечу, как на протяжении всего сражения, земля продолжала проникать в помещение? И постепенно засыпать весь пол? Или он полагал, что я еще юный, зеленый маг, у которого просто много энергии?

Не, отчасти так и было. Все же, по большому счету, в моем арсенале еще не было сложных заклинаний. Хотя атака магией хаоса все же поначалу оказалась сложна в исполнении. Но у меня же Лора.

Я сделал вид, что пытаюсь высвободиться. Хотя мог двигаться в любой момент. А фокус в том, что мои ноги заранее были окутаны тонким слоем защитной магии Пушкина.

Контролировать такой тонкий слой и так аккуратно, чтобы его не было видно… Вот тут было сложно. Но опять же все эти сопутствующие расчеты делала Лора. Мне же оставалось лишь поддерживать ровный поток энергии.

— Ну что, Михаил Кузнецов? — пожал плечами Гоголь. — Вы, как представитель другой страны, незаконно вторгшийся в Российскую Империю, с целью захвата власти, убийства царя и подрыва руководящего аппарата, подлежите аресту.

Даже в такие моменты он не переходил черту и действовал в порядке отведенного закона.

— Николай Васильевич. Вы рано выносите приговор. Что же будет, когда произойдет очередная смена власти?

— Это не моя забота. Если меня отправят на пенсию, то так тому и быть. Если же мои услуги будут дальше расцениваться, как полезные, то буду работать дальше, — кивнул он.

Его руки начали светиться от огромного количества энергии.

— А теперь, не сопротивляйтесь, ваше величество, чтобы не было так больно.

Он замахнулся, и я тут же выскочил из земляного капкана. Мне удалось застать его врасплох. Болванчик отвел его удар, сформировал вокруг кулака кокон.

Я же применил сразу три заклинания. Усиленный энергией удар, «Скидыщ» и магию сна.

В этот раз его отбросило достаточно сильно. К тому же, заранее просчитав, я целился в окно.

— Трехочковый! — сжав кулак, обрадовался я.

Гоголь вылетел на улицу, и я вылез за ним следом.

Те огненные сферы, с которыми сражался Болванчик, распались. Земля перестала шевелиться. И вроде как мне удалось вырубить Гоголя.

— Я не чувствую его присутствия… — произнесла Лора.

Подойдя ближе к телу, я обнаружил, что лицо начало трескаться, как будто оно было сделано из фарфора.

— Что за…

Присев на корточки, я ткнул пальцем, и кусок щеки провалился внутрь.

— Он полый? — удивилась Лора. — Сзади!

Я моментально отпрыгнул и выпустил с разворота два водных заклинания. Сейчас самыми эффективными были заклинания воздуха и воды. Как раз то, что я меньше всего практиковал… Отлично. Просто отлично, блин!

— Неужели вы думали, что у меня не будет защиты? — ухмыльнулся Гоголь.

Он вылез из-под земли и вокруг него опять начались хороводы из грунта и камней.

— Вы покрыли себя слоем песка? — похлопал я. — Очень умно.

— Благодарю, — кивнул он. — Но время поджимает, а вы отняли его у меня слишком много.

— Да, вы правы, — выпрямившись, я начал вкачивать в мечи энергию. — Мне еще надо спасти Павла.

И тут Гоголь очередной раз смог меня удивить. Вся земля, которая была вокруг нас, начала стекаться к нему, обволакивая его тело. Постепенно он становился выше и больше.

— Это что еще за трансформер такой! — воскликнула Лора.

Я создал шар хаоса и для проверки пустил его в Николая Васильевича. Но место, куда должен был ударить шар, просто разошлось и атака пролетела насквозь.

— Кажется, вы, Михаил, не поняли! Вы обречены!

Гоголь превратился в полноценного голема ростом в пять метров. Помимо рук у него были щупальца, шесть ног, как у паука…

— Ага, — улыбнулся я. — Вот только теперь мы на улице.

— И что это меняет?

Протоколы продолжали работать.

Я пустил несколько деталек отвлекать врага, взрываясь у его головы. А сам приступил к отвлекающему маневру. Другими деталями я создал скелет и начал обкладывать его землей, наподобие того, что делал Гоголь. «Каратель» продолжал копировать техники.

Прошло десяток секунд, и перед врагом встал такой же пятиметровый голем. Только я сделал его куда красивее. Да и не был он предназначен для сражения. Скорее, для отвлечения.

Я же, накрыв себя защитным куполом, спрятался под землю и остальную часть сражения наблюдал через изображение с деталек.

— Удивлен, что ты смог повторить…

Но мой голем тупо попер на него в лобовую и навалился всем телом. Я же аккуратно вытащил руку из-под земли и использовал то, чему меня учил мой сенсей.

Молнии быстро сформировались и все было готово.

— Александр Сергеевич, — связался я с Пушкиным.

— Что такое?

— Откройте купол на десять секунд над внутренним двором около тронного зала, — попросил я.

— Хоть сейчас! — ухмыльнулся он.

— Я готов.

И Пушкин открыл небольшую дыру. Молнии, окончательно сформировавшись, ударили по двум огромным земляным големам. Сила удара была настолько мощный, что пробила насквозь двух гигантов. Земля вздрогнула и начала сыпаться из-за отсутствия влаги.

Но эта атака достигла цели.

Разряд прошелся по телу Гоголя. Эффект был тот, который и нужен. Не убил, а сильно покалечил.

Но мы же не в песочнице.

Тело начальника Имперской Канцелярии выпало из земляного голема на землю. Вся кожа обуглена. Нога торчала под неестественным углом. Но он еще был в сознании.

— Кажется, даже ваша оболочка не спасла вас, — подошел я к Гоголю.

Он закашлялся. Лора показала, что вся энергия у него уходила на то, чтобы не умереть. Тело восстанавливалось, но чрезвычайно медленно, так как, помимо разряда, через детальки Болванчика в моем големе, я направил в Гоголя мощный поток энергии. И каким бы он ни был сильным маг, когда в тебя вливают энергию как из дамбы, то каналы не выдерживают.

Вот и получилось, что молнии сильно повредили физическую оболочку, а Болванчик — внутреннюю.

— Я победил.

Смотря на то, как он пытается поднять руку, я подивился его настойчивости.

— Ты не вечен. И я бы хотел, чтобы ты это прочувствовал. Энергия в тебе рано или поздно залечит раны. На восстановление энергетических каналов уйдет немало времени, да и на внешние ожоги тоже. Но ты жив. Я тебя пожалел. Чуть меньше напряжения, чуть слабее напор энергии. Я хочу, чтобы ты это запомнил. Я хочу, чтобы ты больше никогда не стоял у меня на пути. Пусть это навсегда останется шрамом на твоей душе. Я хочу, чтобы ты помнил, кто тебя побил.

И приложив к его голове ладонь, усыпил его.

С другой стороны внутреннего двора стены буквально разлетелась на мелкие осколки.

— Эй, Мишаня! — в проеме показался Пушкин. — Кремль практически чист! Я не могу найти Пашу!

— Зато я знаю, где он.

Александр Сергеевич подошел ближе и обратил внимание на обугленного Гоголя.

— А это что за вел дан? — усмехнулся он.

— Начальник Имперской Канцелярии, — спокойно ответил я.

— Коля Гоголь? — брови Пушкина сдвинулись к переносице. — Такого ублюдка надо добить.

— Нет, — покачал я головой. — Этот человек не наш личный враг. Он просто карьерист, выбравший не ту сторону.

— Да насрать. — зарычал Пушкин. — Я убил половину верхушки Канцелярии. А уж начальника…

Он потянулся к Гоголю, но я перехватил руку.

— Александр Сергеевич, не стоит, — покачал я головой. — Когда мы вернем все прежнему правителю, пусть он сам решает, что с ним делать.

— Миша, — аура вокруг Пушкина приобрела зловещий оттенок. — Не смей мне указывать…

— Я не указываю.

Но все же я решил применить на нем одну хитрость, на которую постоянно велся Валера.

— Но если вы сейчас убьете его, пока он без сознания, то он ничего не почувствует. Не проще ли сделать это тогда, когда ему будет казаться, что его жизни ничего не угрожает?

Пушкин застыл. Я все еще держал его руку. И как же хорошо, что сейчас не полдень…

— Дельный совет, — кивнул он.

Булат же стоял неподалеку, и с интересом смотрел на меня, изучая.

Люк был невредим. Взломав пароль, я открыл его и залез внутрь.

— Я буду тут, — ответил Пушкин. — Если Петр Первый попытается сбежать, я его перехвачу.

— Да, — кивнул я. — Кстати, с внешней стороны к Кремлю подходят люди. И это может быть проблемой.

— Мою защиту все равно они не пройдут, — пожал он плечами.

Внутри был лифт, который вел на нижние уровни. Лора сказала, до какого этажа ехать.

Это было просторное помещение, разделенное на три отсека простой антимагической клеткой. Я был с одной стороны. В центре находился ящик, в котором и спрятали Павел.

Сломав замки, я проник внутрь и начал открывать коробку.

— О, а ты быстрее, чем я думал, — с другой стороны клетки из тени вышел Петр Первый.

— Лора. Почему ты его не заметила?

— Потому что тут проходит защитный купол Пушкина, — пояснила она. — И Петр Первый находится с внешней стороны…

— Вот мы и встретились, новый царь, — произнес я.

— Михаил Кузнецов, скажи, зачем тебе все это? У тебя есть свое государство. И я на него даже не претендую. Почему ты продолжаешь сражаться?

— Потому что могу? — пожал я плечами.

Сам же мысленно сказал Лоре, передать Пушкину, чтобы тот снял купол.

— Занятно, — произнес Петр. — Наверняка, ты сейчас думаешь, как же передать Пушкину, чтобы он снял защитный купол, а ты бы напал на меня?

— Ага.

За его спиной открылся портал.

— Уже поздно, — улыбнулся он.

— Или нет, — улыбнулся я в ответ.

Как раз в этот момент Лора передала сообщение Александру Сергеевичу, и Болванчик в ту же секунду очередью атаковал Петра Первого.

Я нашел Павла. Он был в порядке. По крайней мере, это показывал Болванчик.

Но теперь надо было что-то сделать с царем.

Этот чертов Некрономикон раскрылся новыми красками в руках Романова, и он пользовался его потенциалом по полной. Мало того, что с помощью нее он воссоздал Исполинов и свои копии, так еще и телепортировался, куда ему вздумается.

И сейчас, когда я атаковал его деталями, перед ним в воздухе возникли огненные письмена и уничтожили несколько деталей. Я почувствовал, как больно было моему Болванчику. Лора тут же отозвала питомца и принялась работать над его астральным телом.

— Нет, Михаил, еще рано, — помахал он пальцем. — Всему свое время.

— Ты монстр, которого надо остановить.

— Монстр? — удивился Петр и сел на маленький выступ у стены. — Это кто тебе такое сказал? Мой родной сынок?

— Твои поступки говорят сами за себя.

— Я делаю то, что будет лучше для всех! — перебил он меня. — Когда ты проправишь чуть дольше, чем пара часов, то поймешь. И Гоголь это понимал, поэтому и выбрал мою сторону. Поэтому его и выгнал Володя Кузнецов из отряда. Убить пару тысяч, чтобы в итоге страна процветала — это не большая цена.

— Ты заключил договор с двумя божествами, — сказал я. Постепенно действие протоколов начало заканчиваться, и надо было что-то решать. — Ты скинул на страну сотни метеоритов. Как это может привести к процветанию?

— Ты просто не шаришь, — улыбнулся он. — Эх, новомодное слово, которое я недавно услышал…

Псих. Такой вердикт выдала Лора.

А с такими разговор короткий. Но пока действуют протоколы, я точно смогу дать ему отпор.

— Лора, дорогая, освободи Павла.

Болванчик стал кружить вокруг коробки с царевичем. Петр же просто наблюдал.

— Так и будешь стоять и смотреть? — удивился я.

— Хмм… А смысл мне тебе мешать? — пожал тот плечами. — Хотя… Убить тебя было бы славно. И забрать твое тело для улучшений…

Я подошел к клетке.

— Ну давай, мужик, сделай это.

Он некоторое время смотрел мне в глаза. А потом расплылся в улыбке.

— О да, ты интересный… Хотя взгляд не как у Володи и ты бы…

Я не стал его предупреждать. Просунул руку через решетку и выстрелил в него сгустком энергии. Пушкин еще не закрыл купол, а значит, и застать его врасплох мне удастся.

И это сработало.

Удар пришелся ровно в грудь Петра Первого. Его с бешеной силой откинуло в стену.

Пока он не успел прийти в себя, я кинул в него еще парочку огненных шаров. Рисковать Болванчиком я пока не стал. Он и так хорошо поработал.

Я видел, как Петр удивился моей атаке. Видимо, он думал, что у него все под контролем…

Но и Петр сориентировался довольно быстро. Выставив руку, он заблокировал атаки и поставил перед собой барьер. Пушкин же закрыл купол, чтобы избежать случайного попадания по Павлу.

— Вижу, разговор у нас не удастся, — вставая, он отряхнулся и проверил Некрономикон. — Наверняка, тебе нужна эта книга, верно? Дай угадаю. Хочешь узнать, как спасти моего непутевого сынка?

И он рассмеялся. Громко и зловеще.

— Ох, Кузнецов. Ты такой же простой, как и твой предок. Хотя… Нет, у вас мало что общего… Тот пер в лоб, надеясь на свою безграничную силу, — он смахнул невидимую слезу. — Что ж… Это будет очень интересно! Просто невероятно!

Открыв книгу, он создал за своей спиной портал. Ящик с Павлом открылся и оттуда выпал царевич. Сил у него не было, но он постарался подняться.

— Миша… — прохрипел Паша. — Он хочет стать божеством…

У меня же это уже не вызывало удивления. Все, о чем говорит Петр, входит в какой-то глобальный план: эта информация, и то, что он так просто отдал мне Павла — все это масштабное… Что-то…

— Упс, — ухмыльнулся Петр Первый. — Грешен.

После чего он уронил книгу на пол.

— Ой, какой я неряха…

И прыгнул в портал.

— Эм… Что? — застыл я.

— А… У меня нет комментариев… — произнесла Лора, удивленная не меньше меня.

— Галлюцинация? — удивился я.

— Нет.

— Еще один клон?

— Да тоже нет…

Некрономикон лежал на внешней стороне барьера.

— Миша… — Паша был слаб, но не умирал.

Это подтвердила Лора. Так… Надо немного подумать.

Петр Первый не спроста оставил мне книгу. Но зачем? Разве она ему не нужна? Или это копия? Вопросов становилось только больше с каждой секундой, поэтому я не стал продолжать и помог Паше встать.

— Как состояние? — спросил я одновременно и у него, и у Лоры.

— Нормально, — кивнул он, постепенно приходя в себя.

— Хреново, — ответила Лора. — Протоколы вот-вот закончатся. Но что-то мне подсказывает, это еще не все.

И показала картинку с Болванчиком, который находился снаружи защитного купола. А там было на что посмотреть.

Простые жители подтягивались к Кремлю. Они кричали и скандировали имя Петра Первого. Многие, кто тут собрался, поддерживали его. Были ли среди них последователи Небесного Пастуха? Наверняка. И наверняка, они главные зачинщики.

Управлять умами людей не так уж и сложно. Особенно, когда это огромная толпа. Достаточно, чтобы в твои слова поверила небольшая группа, а потом влияние распространяется на остальных. И даже те, кто сомневался, быстро меняли точку зрения, чтобы не быть «не как все».

И как оказалось, Петр Первый не телепортировался куда-то далеко, чтобы скрыться. Нет. Теперь он царь.

С внешней стороны стояли отряды солдат в форме аристократов, которые подчинились новому царю.

— Надо выбираться… — я обхватил Павла, и мы поковыляли к выходу.

В это время на улице.

Пушкин только что уничтожил еще одного Исполина. Сейчас они с Булатом прошли к внешней стене. Конь вел себя спокойно и только изредка смотрел по сторонам.

Опасность сейчас в Кремле представлял один царь. И Пушкин очень хотел с ним встретиться.

Каренина единственная осталась в живых после сражения с Александром. Она забилась в угол во дворе и старалась сделать вид, что ее не существует. Сбежать она не могла из-за непроницаемого купола, так что оставалось надеяться, что Пушкин не убивает женщин.

— А неплохо мы тут пошумели… — Александр Сергеевич похлопал по гриве Булата и поправил костюм. — Эх, жаль, что не полдень. Но и так нормально… — он пощелкал пальцами. — Даже стихи появляются в голове…

Но конь замер и уставился в дыру в стене. Из ноздрей повалил пар, а копыта засветились энергией.

— Что такое, Булат? — удивился мужчина и повернулся к проходу.

С внешней стороны прямо напротив купола стоял Петр Первый.

— Ей, Саша, привет! — помахал он как ни в чем не бывало. — Надо же, как ты вырос! И кудри свои состриг! Тебе не идет!

— Романов! — зарычал Пушкин и пошел к Петру.

Булат же не сдвинулся с места и продолжал смотреть на нового царя. Деталька Болванчика показалась рядом с ухом мужчины.

— Александр Сергеевич! Не снимайте купол! Это…

Но Пушкин отмахнулся от детальки как от назойливой мухи и подошел в упор к защитному полю.

— Что такое? — удивился Петр Первый.

За ним была главная площадь, народ еще не подошел близко. Также уже подтягивались военные.

— Вот я и нашел тебя, — тело Пушкина начало окутывать энергией.

— И что тебя останавливает? — постучал Петр по куполу и начал медленно отходить назад. — Или ты просто трус?

— Александр Сергеевич! — кричал Миша через Болванчика.

Петр Первый ухмыльнулся, провел по лицу рукой и его облик изменился на женский.

— Тебе меня не обмануть, — прогремел Пушкин и шагнув вперед, снял защитный купол.

Но Петр Первый поступил куда проще. Завизжал как настоящая девушка и привлек внимание толпы.

— Смотрите! Это же Александр Сергеевич Пушкин! Неужели, он пришел спасти Петра Первого!

Народ так же начал подтягиваться.

— Реально Пушкин.

— Настоящий!

— Я его только на картинках видела! Ты смотри, какие ручищи?

— Это его конь?

— Фу, он сбрил кудри…

Солдаты также начали подходить ближе.

— Ну давай, — прошептал Петр Первый. — Вот же я. Убей беззащитную женщину…

После чего он окончательно растворился в толпе. Солдаты начали заходить на территорию Кремля. Народ так же окружил дыру в стене.

— Александр Сергеевич! — кто-то крикнул в толпе. — Слава великому магу! Пушкин!

— ПУШКИН! ПУШКИН! — начала скандировать толпа.

Один из солдат подошел к нему ближе.

— Как обстановка внутри зданий?

— Что? — глаза у Пушкина светились от гнева.

— Эм… Враги… Они еще там? — испугавшись взгляда, спросил солдат.

— Иди и проверь!

Этот ублюдок загнал его в ловушку. Перехитрил!

Но внутри еще были Миша и Павел. И надо как-то их вытаскивать.

— Солдат! Стоять! — рявкнул Александр. — Внутри полно трупов и здание держится буквально на соплях. Но все чисто. Советую дождаться квалифицированных магов, чтобы они помогли попасть внутрь.

Некоторые солдаты нашли трупы на улице.

— Разве это не члены совета Канцелярии? — удивился кто-то.

— Смотрите! Тут Анна Каренина!

Пушкин посмотрел в ту сторону. К девушке подошли солдаты. На нее тут же накинули одеяло и окружили медики.

— Госпожа, что с вами случилось?

Она открыла рот, но увидела взгляд Александра Сергеевича.

— Ваше величество! Смотрите! Это Петр Первый! — раздались неуверенные голоса.

У главных ворот стоял царь, собственной персоной.

— Она одна из предателей! — ткнул пальцем в Каренину Петр Первый. — Арестовать! В темницу ее!

Пушкин обернулся, не веря тому, что происходит! Это какой-то бред! И надо было что-то делать!

Солдаты окружили Каренину и взяли на прицел.

— Вы обвиняетесь в госизмене!

— Назад! — зарычал Пушкин.

Все замерли и посмотрели на него. Солдаты и люди, которые выглядывали из дыры в стене, затаили дыхание.

— Неужели царь доверит сопровождение такой опасной преступницы простым людям? Да она сбежит, как выпадет возможность! Я лично доставлю ее в тюрьму! — прогремел он на всю улицу.

Люди вокруг зашушукались.

— Да… Пушкин только что спас царя…

— Ему можно доверять…

Царь улыбнулся и, наклонив голову набок, закатил глаза.

— Я бы мог приказать, расстрелять ее на месте… Но не буду, — развел он руками. — Делайте, что хотите, Александр Сергеевич, — и потерял к нему всякий интерес.

Булат предусмотрительно встал рядом с Пушкиным и пихнул его мордой.

— Да… Он нас перехитрил…

Подойдя к Карениной, он наклонился и протянул руку.

— Иди со мной, если хочешь жить, — прошептал он.

Я видел, что происходило снаружи. И…

Да я даже не знаю, как это комментировать? Что вообще происходит? Что задумал Петр Первый?

Нет, в слова Павла про становление Божеством я верю. Но пока не хватало информации. Но сейчас у меня было то, зачем я сюда пришел. Павел висел на правом плече, в кармане Некрономикон.

Вернемся на Сахалин и проведем подробный анализ. Но а пока надо выбраться отсюда. По картам мы поднялись на уровень выше и пошли через подземные ходы.

Дальше, сканируя округу, мы вышли в той же точке, откуда я заходил.

Рядом с моей машиной стояли два агента Первого отдела.

— Господин…– тут же подбежал к нам один из агентов и подхватил Павла.

— Отследите, что будет с Пушкиным. У вас есть мой номер. Как только узнаете, что он сделал с Карениной, тут же доложите мне. Или Петру Петровичу.

— Есть.

Мы сели в машину, и я приказал Лоре отвезти нас домой.

— Сделай полное сканирование.

— Уже сделала, — ответила Лора. — Никаких спрятанных жучков и артефактов нет. Рунические письмена для отслеживания также отсутствуют.

Ну хоть тут все чисто. Но на всякий случай такую же процедуру я сделал и с Павлом. Помимо его воли, Петр Первый мог сделать с ним что угодно. Но к счастью, обошлось, и царевич был в порядке.

По дороге я отправил сообщение Петру Петровичу и сказал, что скоро вся семья будет в сборе. Болванчика от Пушкина я отозвал. Он был достаточно сильным, чтобы тратить на него энергию. А вот деталь, находящуюся в одном из ящиков с болванками тел, я оставил.

— Ты бы хоть музыку врубил, — прошептал Павел.

Его состояние по чуть-чуть, но улучшилось. Даже стало интересно, что это за клетка такая, в которой он сидел…

Я включил радио и через минуту уже вырубил его. Очернение Петра Петровича. Сплошное восхваление Петра Первого, и то, как Пушкин спас нового царя от покушения Кузнецова. Конечно, все вывернули так, что Гоголь пытался защитить царя… Хотя так оно и было.

А про Павла Романова, как я и предполагал, ничего не было сказано.

На трассе я уже поднял машину в воздух, и мы быстренько долетели до моего особняка. Там я и встретил Ростислава Тихомировича. После того, как приземлился, он лично вышел ко мне.

— Это царевич Павел? — тут же возник Андреев и лекарями.

— Он самый, — кивнул я, передавая его в руки более квалифицированных людей.

— Михаил, — обратился граф Бердышев ко мне. — Час назад сюда приехал Арина Родионовна, няня Александра Пушкина. Она хочет с тобой побеседовать. Но для начала, скажи: то, что говорят по радио, это правда?

— О чем?

— О том, что Пушкин спас Петра Первого?

— Нет.

Он как будто выдохнул от этой новости и проводил меня в гостиную. Там сидела маленькая старушка в платке. Но как только я увидел ее взгляд, понял, что с ней шутки плохи. Такая, если возьмется за тебя, то тяжело будет отделаться.

— Князь Кузнецов! — вскочила она. — Я-то вас и ждала.

Лора только хмыкнула. А я не стал ее поправлять, что перед ней уже не князь.

— Я вас слушаю, но хочу предупредить, у меня мало времени.

— Разумеется, — кивнула она и села обратно.

Я сел напротив. Разговор был по поводу ее подопечного. Она хотела знать все подробности происходящего в Кремле. А я узнал, что он сбежал из палаты и сразу направился к Кремлю.

— А еще он хотел чебуреки…

— Чебуреки? — удивился я.

— Ну не важно, — махнула она рукой.

— И все же, Арина Родионовна, я бы хотел знать, что вы тут делаете? Не просто же приехали, чтобы услышать все из первых уст? К тому же, никто не знает, что я был в Кремле. Официально.

— Разумеется, — ухмыльнулась она и протянула свой телефон. Там я прочитал открытое сообщение.

«Дорогая моя няня, срочно езжай к поместью Кузнецова и жди его. Пусть он заберет тебя с собой. Не хочу, чтобы ты пострадала. Твой Саша».

— О как! — удивилась Лора. — Сообщение отправлено тогда, когда мы были под Кремлем! Ну хитрец!

— Что ж, ладно, — пожал я плечами. — Не могли бы вы подождать? Я схожу за Павлом, и мы двинем на Сахалин.

— Ох… Так сразу! — всполошилась она. — Это ж сколько лететь…

— Не переживайте. Одна нога тут, другая там, — загадочно улыбнулся я и пошел к графу Бердышеву.

Тот находился в пристройке у дома, где сейчас лекари колдовали над телом Паши. Он уже был румяный, улыбался. Это меня порадовало. Рядом крутился Богдан с тарелкой фруктов.

— Сестра говорил, что фрукты полезны для иммунитета! — бормотал он, чуть ли не насильно запихивая в царевича кусочки яблока.

— Граф, прошу прощения, но я бы хотел быстрее доставить его на Сахалин.

— Разумеется, — он аккуратно взял меня за локоть и отвел в сторону. — Вы остановили его?

— Нет… — покачал я головой. — Но и задачи такой пока не было. В первую очередь, мне надо как-то спасти Петра, а уж потом думать, как свергнуть его отца.

— Кто остался в Москве из союзников?

— Только Пушкин. Остальные… Скорее всего, они не в городе. Кутузов и Нахимов… заложники ситуации. Так что пока они под вопросом.

— Ясно, — кивнул он. — Мне надо еще что-то знать?

— Нет, — твердо сказал я. — Все вопросы через Богдана и вот еще… — сняв с запястья детальку Болванчика, передал ее графу. — Всегда, слышите? Всегда носите ее при себе. Хотя… Даже если забудете, она сама будет с вами.

— Хорошо.

Я позвал Павла, и мы вернулись в дом.

Арина Родионовна, увидев царевича, всплеснула руками по поводу того, как он исхудал и кинулась его обнимать.

У графа запиликал телефон.

— Слушаю?… Да, понял. Сейчас выйду. Пропустите их.

Он положил трубку и невозмутимо посмотрел на нашу компанию.

— Господа, вам лучше поторопиться, так как у ворот стоят солдаты и требуют проверку и досмотр здания.

Петр Первый быстро сориентировался. Ничего не скажешь. Послал солдат в единственное место, куда я мог бы приехать. Хотя отдаю должное, граф тоже не впал в панику и тут же распорядился пустить их на территорию, чтобы это не вызвало подозрений.

— Так, ну что ж, прошу все в подвал!