Михаил Самарский

Глава 2

Всю дорогу до Виндзора пастушок дремал у Алисы на коленях, а вот ей было не до сна. Мысли атаковали со всех сторон, и вопросы сыпались как из рога изобилия. Как пройдёт встреча с королевой? Как вести себя в её присутствии? Нужно ли делать реверанс? Можно ли сделать с ней селфи и как она отреагирует, если попросить её об этом? И где найти ответы на все эти вопросы?

«Орлова, ну чего ты гадаешь на кофейной гуще? “Гугл” тебе в помощь», – мысленно спохватилась Алиса и набрала в поисковике: «Как вести себя по этикету в присутствии английской королевы». Среди невероятного количества выпавших ссылок одна привлекла её внимание названием: «Чего нельзя делать при королеве» – и именно её Алиса открыла.

Прочитав статью, девушка на радостях воскликнула:

– Да здравствует интернет!

Мартин поднял голову и в недоумении уставился на хозяйку, а сидевший рядом с ними старичок посмотрел на неё как на городскую сумасшедшую.

– Спи, – погладила Алиса питомца, – мы ещё не приехали.

Получив ответы на вопросы, она облегчённо вздохнула, откинула голову на подголовник и, уставившись в окно, принялась рассматривать английские пейзажи. Мысли вновь зашевелились в голове, только в этот раз все они были о Жене. Алиса стала представлять их будущую встречу, как с разбегу кинется ему на шею, прижмётся сильно-сильно и зацелует его до потери сознания…

Возвышавшийся на холме средневековый замок из светлого камня появился на горизонте и вернул Алису из грёз в реальность. Величественное строение не походило ни на один из лондонских дворцов. Оно завораживало своей красотой. Алиса не могла оторвать от него взгляд, совсем как Мартин от витрины продуктового магазина. Несложно было догадаться, что это и есть Виндзорский замок.

– Королева дома, – подал голос старик.

– А вы откуда знаете? – нахмурилась Алиса.

– Хм, так вон же на башне её штандарт поднят. – Старик ткнул костлявым пальцем в окно.

Автобус остановился у замка ровно в шестнадцать тридцать. Алиса взяла Мартина на руки, на ходу накинула рюкзак на плечо и вышла из салона вслед за другими пассажирами. На огороженной каменным парапетом площадке, перед главными воротами размером в три, а то и в четыре человеческих роста прохаживались двое полицейских. Прижимая к груди пастушка, Алиса направилась к ним и, подойдя, показала приглашение от королевы. Тот, что выглядел постарше своего коллеги, взял документ и начал читать, то и дело с прищуром поглядывая то на девушку, то на её питомца. Судя по тому, как сердито порыкивал Мартин, переводивший взгляд с одного полицейского на другого, служители закона не внушали ему доверия.

– Пастушок, перестань. Веди себя прилично, – попыталась приструнить его Алиса.

Но принц не унимался. В тот момент, когда страж протянул бумагу обратно девушке, собачонок громко залаял. От неожиданности полицейский отдёрнул руку, а второй фыркнул, едва успев прикрыть рот рукой, чтобы громко не рассмеяться.

– Мартин, прекрати сейчас же! – повысила голос Алиса.

Скрепя сердце собачонок повиновался, но продолжал поглядывать исподлобья на своих «врагов».

– Ждите, – сказал страж, с осторожностью протянув приглашение, – мы сообщим, когда за вами приедут. Только не надо здесь стоять, отойдите в сторону.

Слыша за спиной треск полицейских раций, Алиса направилась к парапету. Она положила на него рюкзак и посадила сверху Мартина.

– Как тебе не стыдно? – Она сердито посмотрела на него. – Зачем ты меня позоришь? Ты же пёс королевских кровей, а кидаешься на людей, как дворняжка.

Собачонок понуро опустил голову и виновато вскульнул.

– Ну ладно, не обижайся.

Алиса потрепала его по холке. Мартин понял, что гроза миновала, и на радостях лизнул её в лицо.

– Подлиза ты моя, – улыбнулась Алиса и посмотрела на часы. – Если учитывать, что твоя бабуля человек пунктуальный, то нам осталось ждать десять минут. – Она чмокнула питомца в мокрый нос. Тот не остался в долгу и снова лизнул её.

Ровно через десять минут рации снова ожили. О чём полицейский переговаривался с невидимым собеседником, Алиса не слышала, но была уверена, что после разговора он скажет: «Девушка, за вами приехали».

– Мисс! – окликнул наконец её страж и, подтвердив догадки, махнул рукой. – Идите сюда.

Алиса подхватила Мартина, взяла рюкзак и спешно направилась к ним. Прежде чем попасть на территорию замка, пришлось сдать все металлические вещи и пройти вместе с пастушком через металлоискатель. Как же собачонку не нравились все эти процедуры. Он косил на полицейского недовольным взглядом, но рычать и гавкать больше не решался: боялся опять получить нагоняй от хозяйки. После того как были соблюдены все меры безопасности, служитель закона кивнул на серебристый автомобиль, стоявший по ту сторону ворот:

– Вас ждут в машине.

Подойдя ближе, Алиса увидела на багажнике значок в виде зелёного прямоугольника, а поверх него белые крылья. «Ох ничего себе! – мысленно присвистнула она. – Интересно, кто это приехал за мной аж на “Астон Мартине”?»

Нельзя сказать, что девушка была экспертом в автомобилях, но эту марку знала хорошо. Подобных красавцев она довольно часто встречала на улицах Лондона.

Из-за тонированных стёкол Алиса не могла рассмотреть, кто находится в салоне. Она направилась к пассажирскому месту, заметила, как опустилось стекло и на дверцу легла чья-то рука. За рулём сидела бабушка в платочке, повязанном вокруг шеи. Алиса чуть не поперхнулась, когда поняла, что это сама королева, и застыла на месте как вкопанная. Все мысли напрочь вылетели из головы; она понимала – нельзя молчать, – но единственное, на что была способна в тот момент, это открывать и закрывать рот, словно выброшенная на берег рыба. На её спасение пришёл Мартин. Увидев родственницу, от радости он громко залаял и едва не выпрыгнул из рук хозяйки. Алиса вспомнила прочитанную в автобусе статью: в ней говорилось, что по этикету нельзя начинать говорить с королевой первой. Тогда вместо приветствия она сделала лёгкий реверанс.

– Здравствуй, Алиса, – едва заметно кивнула Елизавета.

– Здравствуйте, Ваше Величество.

– Вижу, Мартин не забыл меня.

Королева посмотрела на пастушка, и её накрашенные розовой помадой губы растянулись в широкой улыбке, а тот принялся ещё пуще лаять.

– Хороший мальчик, – продолжила королева. – Посади его назад. Пока будем ехать, пусть с мамой пообщается. А сама иди ко мне.

Алиса кивнула, открыла заднюю дверь и увидела на сиденье Джейн. Та с гордым видом смотрела вперёд, и казалось, что ей совершено ни до чего нет дела. Девушка посадила Мартина рядом, но Джейн не удостоила его даже взглядом.

«Тоже мне принцесса Турандот», – мысленно фыркнула девчонка. Сразу видно: собака Елизаветы. Она сама вела себя как королева.

Но пастушка нисколько не смутила материнская холодность. Он подошёл к Джейн и бесцеремонно лизнул её в морду. Та повернула голову и посмотрела на него, всем своим видом говоря: «Ваше Высочество, что вы себе позволяете?» Глядя на обмен любезностями между матерью и сыном, Алиса зажала рот рукой и беззвучно затряслась от смеха. Но тут же спохватилась, подумав, что некрасиво заставлять королеву ждать, захлопнула дверь и села на переднее сиденье.

– Пристегнись, – кивнула Елизавета на ремень безопасности.

– Ой, простите, – пробормотала Алиса и выполнила просьбу.

Взвизгнув колёсами, машина рванула с места и понеслась по гравийной дорожке. Алиса невольно вжалась в кресло и ухватилась за ремень, как за спасательный круг.

«Ого, королева тот ещё Шумахер», – подумала она.

– Не бойся. – Елизавета бросила на неё короткий взгляд, словно прочитав её мысли. – Я научилась водить машину в сорок пятом году, когда служила в армии. Так что за рулём я чувствую себя вполне уверенно.

– Ваше Величество, Вы служили в армии? – удивлённо воскликнула Алиса.

Она всячески заставляла себя не пялиться слишком явно на королеву, но ничего не могла с собой поделать. Глаза как будто перестали ей повиноваться, так что девушка украдкой продолжила разглядывать необычного водителя. Да и как можно было не рассматривать. Поди, не каждый день видит королеву за рулём «Астон Мартина». В клетчатой юбке и ярко-фиолетовом джемпере с жилеткой цвета хаки поверх она выглядела как бабушка, собравшаяся в лес по грибы. Но это только на первый взгляд – на самом деле Елизавета даже машину вела по-особенному. Несмотря на возраст, она управляла зверюгой, у которой под капотом как минимум пятьсот лошадиных сил, точно заправский гонщик и в то же время помнила об аккуратности, ведь с ней был пассажир.

– Да, – ответила королева, – моя служба длилась пять месяцев, за это время я прошла подготовку как механик-водитель санитарного автомобиля. – Она снова посмотрела на попутчицу. – А ты молодец, Алиса, хорошо заботишься о Мартине, он у тебя очень ухоженный. – Елизавета бросила взгляд в зеркало заднего вида.

– Да как же я могу не заботиться о нём? – Девушка дёрнула плечами. – Я его очень люблю. – Тут она снова вспомнила прочитанную статью и обратилась к королеве: – Мэм, я бесконечно благодарна Вам за такой подарок. Теперь я не представляю своей жизни без него.

– Я ни на йоту не сомневалась, что ты станешь ему хорошей хозяйкой, – сдержанно улыбнулась Едизавета и добавила: – Я бы никогда не отдала сына своей Джейн в плохие руки.

Алиса обернулась посмотреть на семейство. Маман по-прежнему сидела как истукан, пялясь прямо перед собой, а Мартин, как липучка, прижался к ней бочком и без зазрения совести рассматривал дражайшую родительницу. Девушка нисколько не сомневалась, что рано или поздно маленькая подлиза растопит лёд и прогонит материнский холод.

– Не переживай. Они найдут общий язык, – успокоила королева, снова озвучив мысли Алисы. – Просто слишком много времени прошло с момента их разлуки.

От впечатлений у Алисы голова шла кругом, глаза разбегались, не зная, куда смотреть. Королева, управлявшая автомобилем, так и притягивала к себе взгляд, и за окном красота такая, что дух захватывало. Территория замка блистала всеми красками осени: винный багрянец вязов, золото каштанов и пламенеющий пурпур платанов сливались воедино. На идеально ровных газонах, постриженных точно под линейку, лежали ковры, сотканные из жёлто-красных листьев, и отдыхали люди.

– Это туристы, – сказала королева, заметив, куда смотрит Алиса. – Виндзорский замок – любимый дом моей семьи. До тысяча девятьсот девяносто второго года он был закрыт для обычных людей. А потом однажды у нас случился пожар. Это произошло в день празднования сорокапятилетия нашей свадьбы с герцогом Эдинбургским. Огонь тушили три дня, а восстанавливали сгоревшие помещения несколько лет. На это понадобились немалые средства. После того случая мы решили открыть в замок доступ для граждан на регулярной и платной основе, чтобы получать деньги на содержание дома и ремонт в случае вот таких непредвиденных ситуаций.

Слово «дом» резануло Алисе слух. Оно никак не вязалось с тем гигантским строением, что она видела вокруг. Замок представлял собой вытянутый многоугольник стен, построенных в различные эпохи. Все они были разделены между собой круглыми и квадратными башенками. А во главе этого каменного монстра, точно великан, возвышалась огромная серая башня. «В этом “домишке” запросто может разместиться население небольшого городка», – мысленно усмехнулась девушка.

– Ваше Величество, как же Вы здесь живёте, если кругом ходят туристы? – спросила она.

– Мы с ними не пересекаемся, – объяснила Елизавета. – Наша семья живёт в верхнем дворе, он недоступен для туристов. – Она показала в лобовое стекло на возвышающиеся впереди серые башни. – А здесь туристам есть что посмотреть. Мы отдали под музеи бо́льшую часть замка: средний и нижний двор, часовню и зал святого Георга, парадные покои королей и королев, включая их спальни, гостиные и столовые. Зал Ватерлоо, где представлена портретная галерея союзников нашей страны в борьбе с Наполеоном. Зал приёмов, где когда-то проходили балы, тронный зал ордена Подвязки.

«Оказывается, августейшим особам тоже иногда приходится жертвовать своим комфортом», – подумала Алиса и вспомнила, как сказала Кузя: «В конце концов, королева такой же человек, как и мы».

Разве могла Алиса когда-нибудь представить, что рассказывать о замке ей будет сама Елизавета.

– Надо поторапливаться, – сказала та, – в пять подадут чай. Нехорошо заставлять людей ждать.

Машина рыкнула и понеслась мимо стен замка по дорожке, ведущей вдоль зелёного газона размером с футбольное поле, и направилась в сторону ворот, расположенных между двумя башнями. Сбоку от них в небольших нишах стояли гвардейцы в красных мундирах и мохнатых чёрных шапках, которые Алиса не раз видела по телевизору, когда показывали репортажи о Великобритании.

– Ваше Величество, а почему ваши гвардейцы носят такие шапки? – машинально спросила она, разглядывая солдат, и тут же отругала себя. Зачем задавать лишние вопросы, если об этом можно было узнать из интернета.

Однако королеву нисколько не смутило любопытство попутчицы, она доходчиво объяснила:

– Эта традиция уходит корнями во времена битвы при Ватерлоо. В том бою королевские гвардейцы проявили мужество и нанесли решающее поражение армии Наполеона. После битвы выжившие солдаты забрали себе шапки французских гренадеров в качестве трофеев. С тех пор ношение этого головного убора не просто дань традиции, а вопрос воинской чести подразделения и напоминание о его доблестном прошлом. А вообще подобные головные уборы появились ещё в семнадцатом веке, первыми их стали носить солдаты испанских и французских армий.

Алиса только хотела спросить, из чего их изготавливают, как Елизавета опередила её:

– Шапки шьют из меха североамериканского медведя гризли. Для офицеров – из меха самцов, он более блестящий, а для рядовых – из меха самок.

«Казалось бы, зачем королеве знать, из чего делают шапки для её солдат, – вдруг подумала Алиса. – Но, видимо, Елизавета относится к тем правителям, которые любят всё держать под контролем, даже такие мелочи».

Автомобиль ещё не успел доехать до ворот, как шлагбаум взлетел вверх, пропуская его на территорию. Гвардейцы даже не шелохнулись, когда Елизавета с Алисой проезжали мимо. Будто в нишах стояли оловянные солдатики. Вскоре впереди показалась отдельно стоящая часть замка в форме вытянутого прямоугольника, разделённого четырьмя квадратными башнями. Перед ним раскинулся парк с аллеями, вдоль которых тянулись ровно постриженные кустарники. Среди них то там то тут виднелись лавочки причудливых форм. Вдоль гравийной дорожки, огибающей по кругу территорию оазиса, прямо из земли торчали круглые фонари. В середине парка бил фонтан, вода стекала по каменным чашам в широкий бассейн, на бортиках которого отдыхали мраморные русалки. Двое мужчин в тёмных костюмах, заложив руки за спину, стояли у парадного подъезда. Как только королева остановила машину напротив, они тут же двинулись к ней. Один из них открыл дверь для Елизаветы.

– Мэм, – произнёс он, чуть склонив голову, и подал руку в белоснежной перчатке.

В тот момент, когда второй открыл дверь для Алисы и, протянув руку, сказал: «Добро пожаловать, мисс», – она на мгновение почувствовала себя принцессой.

Выпустив женщин, слуги открыли двери для питомцев. Маман степенно выплыла из машины и, гордо ступая, подошла к королеве. Сынок, в отличие от родительницы, вылетел наружу пулей и, точно оголтелый, стал носиться кругами по площадке. Он обнюхал всё, что оказалось в пределах его досягаемости, затем, подбежав к матери, лизнул ту в нос и снова принялся нарезать круги. Потом на мгновение остановился и, вывалив язык, осмотрелся. И тут его взгляд упал на газон. Пастушок сорвался с места, совсем как бабушкин автомобиль, так что из-под лап полетели мелкие камешки гравия, и помчался на него. Острые треугольники его ушей смешно развевались на ветру, словно флаги Британской империи. Он рухнул в траву, задрал лапы вверх и на глазах изумлённой маман и смеющихся людей начал кувыркаться.

– Джейн, по-моему, твой сын не забыл свой дом, – обратилась к питомице королева.

Та задрала голову и, посмотрев на хозяйку, моргнула. Судя по всему, это означало: она с ней полностью согласна.

Подумав о том, что её пастушок когда-то жил в этом замке среди членов королевской семьи, Алиса ошеломлённо огляделась.

– Ваше Величество, до того как вы подарили мне Мартина, он жил здесь?

Она сама не поняла, с чего вдруг задала этот вопрос. Видимо, с того, что эта мысль никак не хотела укладываться у неё в голове.

– Да. – Елизавета в удивлении пожала плечами и развела руками. – А где он должен был жить, если здесь дом его матери?

И только теперь до Алисы окончательно дошло: её питомец действительно королевских кровей. Почему-то раньше она с долей иронии относилась к этому факту, возможно, потому, что никогда не видела его в стенах родного дома.

Она посмотрела на свою августейшую особу, кувыркающуюся на лужайке, и мысленно усмехнулась: «Тоже мне, наследный принц». Девушка едва сдержалась, чтобы не крикнуть: «Пастушок, негоже его высочеству валяться на траве!»

– Алиса, забирай Мартина, и пойдём пить чай, – сказала королева.

У входа в замок стоял седовласый дворецкий. Он бесшумно распахнул двери перед хозяйкой и её гостями и так же тихо закрыл их. Помог женщинам освободиться от верхней одежды, забрал у Алисы рюкзак. Дальше всё было как в тумане. Девушка напрочь забыла, что по этикету не стоило бы откровенно пялиться по сторонам, и с открытым ртом следовала за королевой, озираясь, будто первобытный человек, никогда ещё не видевший современного мира.

Лакеи распахивали перед ними массивные двери, когда они переходили из синей комнаты в зелёную, розовую, голубую; бархатные стены вокруг были украшены портретами Елизаветы и других членов королевской семьи. Ноги так и утопали в мягких пушистых коврах невероятно красивых цветов, напоминавших цветочные поляны или картины художников-абстракционистов. Солнечные зайчики плясали в витражах на окнах, в хрустале зажжённых люстр и на золотых рамках портретов. От всей этой роскоши у Алисы закружилась голова. Рассматривая в малиновой гостиной потолок, раскрашенный, словно торт, нежно-розовой лепниной, она едва не грохнулась, споткнувшись о позолоченную ножку дивана. А вот пастушок и правда чувствовал себя как дома. Он периодически исчезал из поля её зрения, забираясь в самые дальние углы огромных комнат, что-то выискивал за массивными шторами, под диванами и креслами. Может, надеялся, маман нарочно для него где-то припрятала угощение? Потом Мартин снова появлялся на горизонте, подбегал к Алисе и, поставив лапы на ноги, смотрел на неё глазами, полными удивления, всем своим видом говоря: «Здесь столько всего интересного». Его родительница, в отличие от неугомонного сынка, ни на шаг не отходила от своей величественной хозяйки.

– Я приказала принести нам чай в каминный зал, – сообщила королева, посмотрев на Алису вполоборота. – Хочется посидеть у огня, что-то я стала последнее время мёрзнуть, – призналась она и поинтересовалась: – Надеюсь, ты не против?

– Мэм, я только за, – с улыбкой ответила девушка.

Тот самый каминный зал оказался большой комнатой прямоугольной формы. В одной её части громоздился рояль из красного дерева, окружённый стульями с высокими спинками, – такой своего рода мини концертный зал.

«Возможно, здесь Элтон Джон исполняет свои новые хиты для королевы». Алиса улыбнулась внезапно промелькнувшей мысли.

В другой части помещения перед пылающим камином разместились диваны и кресла. Круглый стол, накрытый для чаепития, томился в ожидании гостей. С двух сторон от него стояли лакеи в чёрных жилетах, надетых на белоснежные рубашки, и таких же перчатках. При виде королевы слуги чуть склонили головы.

– Джон, покажи нашей гостье, где она может помыть руки, – обратилась Елизавета к одному из них.

– Да, мэм, – лысоватый мужчина поклонился и, подойдя к Алисе, жестом показал следовать за ним.

Туалетная комната ничем не уступала в роскоши другим помещениям замка. Девушка огляделась: повсюду сияние золота, серебра и хрусталя. Ощущение, будто попала в музей ювелирного искусства. Вот только с краном пришлось повоевать. Вода из него текла ровно столько, сколько требовалось, чтобы сосчитать до двух. Пришлось раз двадцать поднести к нему руки, прежде чем удалось полностью смыть с них мыльную пену. Алиса уже давно привыкла к экономности англичан, но не до такой же степени!

В сопровождении Джона девушка вернулась в каминный зал. Королева сидела за столом, перед ней дымилась чашка чая с долькой лимона и стояла тарелка с кусочком торта, похожего на ту лепнину на потолках, которую Алиса видела в каждой комнате.

Девушка едва не рассмеялась в голос, когда увидела Мартина, атакующего родительницу, растянувшуюся на ковре перед камином. Мать терпеливо сносила все его нападки, но, когда он норовил схватить её за ухо или хвост, всё же коротко огрызалась. Ей явно хотелось спокойно полежать, а неугомонная сыновья душа жаждала веселья.

– Мисс, прошу вас. – Джон выдвинул стул для Алисы, приглашая занять место справа от королевы.

Девушка села за стол и положила руки на колени – в статье говорилось, что по правилам хорошего тона их нельзя класть на стол. Подумав о Верке, Алиса мысленно улыбнулась. Та не только руки кладёт на стол, но ещё и сидит подобрав под себя ноги.

Лакей налил в белоснежную чашку чай, поставил перед ней сахарницу и тарелочку, на которой лежали дольки лимона, напоминавшие очки Энтони. Пока придворный ухаживал за ней, Алиса вспомнила, что по этикету сначала нужно положить в чай лимон, а затем сахар. И не приведи господь сделать наоборот. Сразу попадёшь в немилость у высшего общества. «Какая разница, что первым попадёт в напиток? Неужели от этого изменится его вкус? Ну никак не могут люди жить без хоть каких-нибудь условностей. Хорошо, я не пью чай ни с лимоном, ни с сахаром», – мысленно рассуждала Алиса, наблюдая, как лакей отрезает кусок торта, кладет его на тарелку, на которой лежала миниатюрная вилочка, и ставит перед ней.

– Спасибо, Джон.

С едва заметной улыбкой тот кивнул и встал позади девушки. А у неё руки так и чесались: невыносимо хотелось слопать вишенку с торта, но Алиса вспомнила следующее правило этикета: нельзя начинать есть раньше королевы и продолжать после того, как она закончила. А если вдруг вы не наелись, это ваши личные проблемы, дома доедите.

– Давай пить чай, – сказала Елизавета, снова проявив изумительную проницательность. Отломив вилкой кусочек кулинарного шедевра, королева отправила его в рот и сделала глоток напитка, держа кружку тремя пальцами.

На взгляд Алисы, это было ещё одним дурацким правилом этикета. Если вы пьёте чай за столом, кружку непременно нужно брать за ручку тремя пальцами и ни в коем случае не поднимать её вместе с блюдцем. Ну а если сидите на диване, тогда можете поднять блюдце, но при этом держать его следует на уровне груди.

«Можно сойти с ума, если постоянно следовать всем этим формальностям», – подумала девушка.

На мгновение позабыв о правилах хорошего тона, она машинально схватила пальцами вишенку с куска торта, отправила её в рот и в этот момент поймала на себе улыбающиеся взгляды придворных и королевы.

– Я тоже люблю так делать, – призналась Елизавета и, по примеру гостьи, съела свою ягоду.

Алиса улыбнулась и только собралась попробовать сам торт, как к ней подлетел Мартин. Он поставил лапы на колени и, вытянув шею, заглянул в тарелку. Вот уж кому королевский этикет был до лампочки.

– Мэм, он ночью будет плохо спать, если не узнает, что я ела, – объяснила девушка, погладив питомца по голове.

Глядя на пастушка, королева опять улыбнулась и позвала Джейн. Та подошла к ней, села у ног и, задрав голову, уставилась на хозяйку.

– Дорогая, мне кажется, надо бы накормить твоего мальчика. Он с дороги и наверняка проголодался. Пожалуйста, отведи его на кухню, – попросила Елизавета.

Собака моргнула, направилась к двери и, на ходу обернувшись на Мартина, негромко гавкнула. Тот оставил колени хозяйки в покое и помчался за родительницей. Алиса заметила, что с лица королевы, ровно как и с её, не сходила улыбка, когда она наблюдала за общением матери и сына.

– Алиса, тебе нравится учиться в моей стране? – поинтересовалась Елизавета, когда животные скрылись за массивными дверями каминного зала.

– Да, мэм, – закивала Алиса. – Ваше Величество, у меня до сих пор не было возможности сказать вам спасибо за всё, что вы для меня сделали. Я бесконечно благодарна вам и никогда не забуду вашей доброты.

– Брось! – Королева махнула рукой и призналась: – Ты знаешь, я ведь не просто так решила тебе помочь. Мистер Бирн, ваш ректор, после той олимпиады сказал мне, что у тебя есть все шансы добиться успехов в математической науке, но для этого тебе нужно получить качественное образование. Поэтому я и предложила тебе учиться у нас. Я нисколько не сомневаюсь, в твоей стране есть хорошие вузы, но наш университет находится в десятке мировых лидеров. Где, как не у нас, получать образование? – Она вопросительно посмотрела на собеседницу и добавила: – Наверняка ты уже поняла: у нас очень сильная кафедра математики, здесь преподают лучшие профессора мира.

– Да, Ваше Величество, – согласилась Алиса. – Я хожу на лекции мисс Баррет. Мне нравится, как она «встряхивает наши мозги», – улыбнулась она и пояснила: – Это её любимое выражение, она произносит его в конце каждого занятия. Мэм, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы оправдать ваше доверие.

– Я нисколько не сомневаюсь – так и будет, – поддержала её королева. – Господин ректор говорит, ты очень ответственно относишься к учёбе, никогда не пропускаешь лекций.

Елизавета съела ещё кусочек торта, запила его чаем и снова обратилась к Алисе:

– А кем работают твои родители?

– Отец и мачеха оба юристы.

– А родная мать? – Королева вопросительно вскинула брови.

– Она умерла, – ответила Алиса. – А при жизни преподавала историю античного искусства в институте культуры.

Телефон в кармане брюк девушки разразился треком Эминема. От неожиданно громкого звука подскочила не только хозяйка гаджета, но и её величественная собеседница. Алиса залилась краской, дрожащими руками вытащила мобильный, едва не уронив его под стол, и увидела на дисплее: «Отец». «Папуля, прости, но ты не вовремя», – подумала она и отключила звук. Алиса так и не рассказала ему, что собирается на приём к королеве. Два дня назад, когда получила приглашение, она не стала звонить, ведь в Москве уже было за полночь, а на следующий день его телефон оказался недоступен. В то время они с Ириной находились в командировке в Сибирском регионе.

– Простите, Ваше Величество, – виновато пожала плечами девушка, – отец звонит. Как будто почувствовал, что о нём говорят.

– Так ответь ему, – кивнула королева на светящийся телефон.

– Я потом перезвоню, – отмахнулась Алиса.

– Нет, ответь сейчас, – не терпящим возражений тоном потребовала Елизавета.

Алисе ничего не оставалось делать, как подчиниться. Не будешь же спорить с королевой. Она провела пальцем по экрану и прижала телефон к уху:

– Привет, пап… Да, у меня всё хорошо… Прости, я сейчас не могу говорить… Нет, я не на учёбе… Я тебе потом расскажу… Я тоже люблю тебя… Целую.

Алиса отключила связь, сунула телефон в карман и снова бросила виноватый взгляд на Елизавету.

– Родителям нельзя давать повода для волнений, – подняла вверх указательный палец королева. – Даже если не можешь говорить, ты ответь, чтобы он знал: с тобой всё в порядке, – а потом перезвонишь.

В каминном зале на какое-то время воцарилось молчание, лишь тиканье больших напольных часов нарушало тишину. Елизавета доела торт, затем, выпив остатки чая, вытащила пальцами лимон из чашки и отправила его в рот.

«Вот тебе раз, а как же этикет?» – подумала Алиса и, округлив глаза от удивления, уставилась на её величество.

– Знаешь, кто меня научил так делать? – Глаза королевы засияли от озорной улыбки.

– Нет, – замотала головой девушка.

– Юрий Гагарин. После полёта в космос он приезжал ко мне на аудиенцию. Мы тоже пили чай, а потом он на глазах у всей публики вытащил из чашки лимон и съел его. Все смотрели на него с открытым ртом, как ты на меня теперь, а его это нисколько не смутило. Представляешь, а когда я сделала то же самое, чтобы поддержать его, все присутствующие принялись есть свои лимоны. – Елизавета по-девчачьи хихикнула и, наклонившись к гостье, шёпотом призналась: – С тех пор я часто так делаю, особенно когда нахожусь в компании близких людей.

Права была Верка, когда говорила, что королева такой же человек, как и все мы. Ничто человеческое ей не чуждо.

«Получается, раз её величество позволила себе это сделать при мне, она и меня считает близким человеком», – подумала Алиса, и от этой мысли её бросило в жар.

За стенами каминного зала послышались шум, топот и громкие голоса. Алиса и Елизавета недоумённо переглянулись.

– Оливер, посмотри, что там у нас происходит, – попросила королева, обращаясь ко второму придворному мужчине.

– Да, мэм, – кивнул тот и направился к дверям, но, не дойдя до них, вынужден был отскочить в сторону, чтобы пропустить несущегося на него Мартина. Следом бежала Джейн, а за ними, размахивая полотенцем, женщина в белом берете и таком же сюртуке. Увидев форму, Алиса сразу догадалась, что эта женщина – повар. От представшей взору картины брови королевы взлетели к потолку, глаза стали походить на чайные блюдца, ну а сердце Алисы замерло от нехорошего предчувствия. Собачонок подлетел к хозяйке, поставил лапы на ноги и уткнулся в них мордой, будто искал защиты.

– Пастушок, что случилось? – насторожённо спросила девушка, погладив питомца по голове.

Тот ничего не ответил, зато повару было что сказать.

Королева только открыла рот, собираясь поинтересоваться, что всё это значит, как женщина, нарушив все мыслимые и немыслимые правила этикета, в сердцах затараторила:

– Ваше Величество, умоляю, простите ради бога, я помешала вам пить чай. Этот маленький… – Она на мгновение замолчала, обессиленно уронив руки и поджав губы от злости, затем снова заголосила: – Этот негодник стянул со стола скатерть и побил всю посуду!

«О господи, только этого мне не хватало!» – мысленно воскликнула Алиса, не на шутку испугавшись, и обратилась к питомцу:

– Мартин, ты зачем это сделал? – Она подняла его мордочку и пристально посмотрела в глаза.

Собачонок скосил их в сторону и сделал вид, будто не понимает, о чём речь.

– Как он умудрился это сделать? – спросила Елизавета и тут же предположила: – Наверное, у тебя на столе еда стояла?

– Да! – кивнула повар и принялась объяснять: – Мэм, к сожалению, я не видела, как он это сделал. Когда Джейн привела его, я пошла в кладовку насыпать им корм, потом услышала грохот и помчалась обратно. Забегаю на кухню, смотрю: все блюда валяются на полу, посуда побита, а он, – женщина указала головой на пастушка, – точно аббатское привидение, сидит под белой скатертью.

Алиса, ни жива ни мертва, мысленно на чём свет стоит ругала неугомонного питомца. Она бросила обеспокоенный взгляд на королеву, но та была спокойна и, постукивая чайной ложечкой по столу, едва заметно улыбалась правым уголком губ.

– Эльза, так зачем же ты оставила собак на кухне одних? – поинтересовалась Елизавета.

– Мэм, да разве я могла предположить, что этот негодник полезет на стол, – ответила женщина. – Его мать сроду не позволяла себе ничего подобного. Никогда не думала, что её сын вырастет таким… – не договорив, она бросила красноречивый взгляд на Алису.

Девушка сгорала от стыда, ей хотелось просто провалиться сквозь… королевские ковры. Она посмотрела на Мартина, тот зыркнул на неё исподлобья в ответ, а когда увидел, что хозяйка пригрозила ему кулаком, опять уронил голову на колени и закрыл морду лапами. Несмотря на серьёзность ситуации, глядя на его мимический спектакль, Алиса едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. «Тоже мне, актёр погорелого театра», – мысленно усмехнулась она и дала себе клятвенное обещание по приезде домой устроить ему взбучку. В чём будет заключаться наказание, Алиса ещё не придумала. И внутреннее чутьё подсказывало ей, что мысль о наказании так и останется мыслью. Каждый раз, когда девушка начинала ругать питомца за какой-то проступок, тот строил уморительные рожицы, и она напрочь забывала о данном обещании.

– Эльза, ты плохо знаешь его мать, – заявила тем временем Елизавета. – Ты пришла к нам работать, когда она уже была взрослой собакой. Разбитая посуда и испорченный ужин – это цветочки по сравнению с тем, что она вытворяла, будучи щенком. – Тут королева перевела взгляд на свою питомицу: – Джейн, а ты куда смотрела?

Та тяжело вздохнула, всем своим видом говоря: «Прости, хозяйка, не уследила за сыном» – и опустила голову. До чего же смешным это казалось со стороны. Алиса глянула на Оливера, стоявшего за спиной королевы. Парень, прикрыв рот ладонью, мелко трясся, сдерживая смех. Когда их взгляды встретились, девушка подавила улыбку, которая едва не прорвалась наружу, и отвела глаза.

– Эльза, давай не будем раздувать из этого трагедию, – попросила королева. – Просто Мартин ещё маленький мальчик, ему чуть больше года – по человеческим меркам он всего лишь подросток. А насчёт ужина не переживай, – успокоила она, – приготовь что-нибудь другое.

После слов Елизаветы у Алисы отлегло от сердца, а пастушок, тотчас поняв: гроза миновала, – поднял голову и посмотрел на хозяйку с таким жалостливым выражением на морде, что всё негодование разом улетучилось, а вместе с ним и мысль о наказании. Девушка погладила собачонка по голове и едва сдержалась, чтобы не чмокнуть его в нос.

– Хорошо, мэм, – кивнула повариха.

Как только она скрылась за дверями каминного зала, Алиса принялась извиняться:

– Ваше Величество, простите, ради бога, нас. Мне так стыдно! – Она приложила руку к груди. – Мартин такой хулиган у меня растёт. Представляете, однажды он умудрился сорвать футбольный матч: выбежал на поле и стал гоняться за мячом вместе с игроками. Пришлось ловить его всем стадионом^[3].

Королева рассмеялась, откинувшись на спинку стула. Глядя на неё, придворные перестали сдерживаться и тоже расхохотались.

– Хотела бы я на это посмотреть, – чуть успокоившись, сказала Елизавета и вытерла салфеткой слёзы, выступившие в уголках глаз.

– А как-то раз он украл у мачехи кошелёк и порвал все деньги на маленькие кусочки, – вспомнила Алиса очередной казус и, дёрнув плечами, добавила: – Видимо, плохой из меня воспитатель.

– Да нормальный ты воспитатель, – успокоила её королева, – просто корги все хулиганы, пока маленькие. Это баловство с возрастом пройдёт. Джейн не единственная моя собака, так что я знаю, о чём говорю. В следующий раз, когда приедете к нам в гости, я тебя познакомлю с остальными собаками и со своими лошадьми. Они у меня невероятные красавцы. Хочешь посмотреть?

– С удовольствием, – радостно закивала Алиса.

Мартин полностью осмелел, слез с коленей и, подойдя к матери, уселся напротив, не сводя с неё глаз. Она же, как неприступная скала, смотрела куда угодно, но только не на него. А когда, наконец, не выдержала и удостоила его своим взглядом, пастушок состроил фирменную гримасу провинившегося собачонка и лизнул её в морду. В этот момент материнское сердце дрогнуло, и Джейн лизнула его в ответ. Алиса нисколько не сомневалась, что рано или поздно это произойдёт. Ещё никому не удавалось устоять перед обаянием Мартина. Даже классный руководитель, ненавидевшая Алису всеми фибрами души, сдала свои позиции и разрешила оставить пастушка в классе, когда девочка притащила его в школу^[4].

– Джон, будь любезен, принеси мою записную книжку и очки, – попросила её величество, – они лежат на моём рабочем столе в кабинете.

– Слушаюсь, мэм, – поклонился придворный и вышел из комнаты.

Торт на тарелке Алисы так и остался недоеденным, за разговорами с Елизаветой ей было как-то не до него. А теперь, когда королева уже не ела, девушка не могла позволить себе нарушить правило этикета. Хотя с огромным удовольствием доела бы свой кусочек. Уж больно он вкусным ей показался.

Наблюдая за за играми Джейн и Мартина на ковре перед камином, Алиса и Елизавета не заметили, как вернулся Джон. Он поклонился и протянул величественной хозяйке замка небольшой круглый поднос, на котором лежали книжечка в красивом кожаном переплёте и чёрный футляр с очками. Королева надела очки, нашла нужную страницу в книжечке и посмотрела на гостью:

– Алиса, запиши на всякий случай номер моего помощника.

Когда девушка вытащила мобильный и приготовилась записывать, королева продиктовала цифры и пояснила:

– Ты в стране одна, мало ли, вдруг понадобится какая-то помощь. Не стесняйся, можешь звонить ему в любое время. – Она сложила очки назад в футляр и положила его на поднос вместе с записной книжкой.

– Мэм, простите, а кто этот человек? Как мне его пометить в телефонной книге? – поинтересовалась Алиса.

– Этот человек, если так можно выразиться, половина правительства Великобритании. Его зовут мистер Ричард Харрис, – ответила Елизавета. – А теперь извини, я должна идти, в семь часов у меня назначена аудиенция. – Королева поднялась из-за стола.

– Конечно, мэм, – вскочила следом Алиса.

– Вам не надо возвращаться на автобусе, я распоряжусь, чтобы вас отвезли домой.

– Спасибо, Ваше Величество! – И, собравшись с духом, девушка спросила: – Мэм, можно с Вами сделать селфи?

– Хоть я этого ужасно не люблю, но так уж и быть, с тобой сфотографируюсь, – снисходительно согласилась Елизавета.

Алиса так обрадовалась, что ей захотелось кинуться на шею королеве и расцеловать её. Девушка мысленно улыбнулась, представив, как бы обалдела её величество, если бы гостья таки не сдержала своих эмоций и отчебучила такой номер.

– Спасибо, мэм, – вместо объятий Алиса сделала лёгкий реверанс.

– Джон, будь любезен, сними нас, – попросила Елизавета.

– Да, мэм, – кивнул тот и взял у Алисы смартфон.

Фотографии решили сделать на диване у камина. Королева и её гостья сели посредине, а по бокам от них разместились Мартин и Джейн. Вот такой дружной компанией с помощью смартфона их и запечатлел Джон. По большому счёту, в телефоне у Алисы теперь хранилось историческое фото.

В Лондон Алиса и Мартин возвращались на большом чёрном внедорожнике. Всю обратную дорогу пастушок дремал рядом с хозяйкой на заднем сиденье, а та со счастливой улыбкой рассматривала уже ставшие дорогими её сердцу снимки и вспоминала каждый момент встречи с королевой. Через час с хвостиком водитель высадил их у входа в общежитие. Девушка не стала подниматься в комнату, решив сразу выгулять ушастика, чтобы больше не выходить на улицу. Слава богу, он уже не в том возрасте, когда приходилось гулять с ним двадцать раз на дню. И тем не менее иногда ещё случались казусы по ночам, так что приходилось на всякий случай стелить пелёнки на пол, во избежание недоразумений.

В тот вечер Алиса дольше обычного разговаривала с Женей. Девушка с трудом дождалась, когда он позвонит. В последнее время парень усиленно тренировался, ведь уже буквально через несколько дней ему предстоял серьёзный бой с опытным американским боксёром. Из-за грядущего события Алиса не находила себе места. Каждый раз, смотря поединки Жени по телевизору, она не могла сидеть спокойно – металась по комнате, как раненая львица. Её состояние передавалось Мартину, только в отличие от неё, он не бегал туда-сюда, а лежал перед экраном и гипнотизировал своим взглядом соперника Жени. Если Женя получал травму и Алиса видела его кровь, она едва не падала в обморок, в то время как собачонок словно с цепи срывался: начинал лаять как сумасшедший и кидаться на телевизор.

Как же порой Алиса ненавидела этот спорт. Будь её воля, она бы запретила Жене заниматься им. Но, увы, она ничего не могла с этим поделать. Бокс для него не просто хобби, это его жизнь, его воздух, без которого он не мог существовать – так же как она сама без математики.

Алису так и распирало от эмоций, её лицо светилось от восторга, когда она взахлёб рассказывала Жене о том, как прошла встреча с королевой и как Джейн поначалу холодно приняла Мартина, но в конечном итоге он сумел отогреть материнское сердце.

Всё время, пока хозяйка общалась со своим парнем, пастушок лежал рядом с ней на кровати и, навострив уши, прислушивался к разговору. Алиса не забыла рассказать, как питомец умудрился стянуть скатерть и разбить королевскую посуду. Женя смеялся минут пять, а когда немного успокоился, попросил её поставить телефон на громкую связь.

– Принц, ну ты и учудил, – обратился он к пастушку. – Нафига ты бабулю лишил ужина?

Услышав голос близкого человека, ушастый хулиган вскочил и закружился на постели волчком, приветствуя друга громким лаем.

– Мартин, да тише ты, сумасшедший, – одёрнула его хозяйка, – опять соседи будут на меня жаловаться.

Женька расхохотался ещё сильнее. Собачонок обрадовался, что стал виновником всеобщего веселья, и принялся пуще гавкать. Алисе даже пришлось зажать ему пасть свободной рукой. Молодые люди ещё долго смеялись.

– Как же мне вас не хватает, – сказал Женя, и в трубке послышался тяжёлый вздох, от которого у Алисы защемило сердце. – Крошка моя, соскучился по тебе, сил нет.

В этой фразе было столько тоски и отчаяния, что душа Алисы готова была вырваться наружу и закричать на весь мир о том, как и она ненавидит разлуку.

– Я тоже очень-очень скучаю по тебе, мой великан, – призналась девушка, – жду не дождусь каникул.

И как бы ни было тяжело, всё же ей нравилась их история любви в сообщениях и телефонных звонках, когда от каждого звука сердце замирает, глаза светятся от счастья, а в животе порхают бабочки. Именно расстояние дало понять Алисе, насколько ей дорог Женя и как плохо без него. Она верила, что их любовь сильнее всех разлук и испытаний, которые ещё выпадут на их долю.

Глава 3

Подготовку к предстоящему поединку Евгений начал за два месяца, а последние пару недель он практически жил в спортзале. Для того чтобы разработать тактику боя, подготовиться к нему физически и психологически, ему пришлось провести немыслимое количество изнуряющих тренировок, часами отрабатывая удары на мешках и лапах, десятки спаррингов, каждые два-три раунда меняя партнёров, причём из разных весовых категорий, и пересмотреть множество видеозаписей боёв противника. Женя понимал: будет ох как нелегко драться с ним. Тот спортсмен терпелив, вынослив, а ещё он легко взрывается. Чем-то будущий противник напомнил Евгению себя. Плюс ко всему они и внешне были похожи. Оба крепкие, высокие и широкоплечие.

К счастью, Микки Джонс – так звали темнокожего американского боксёра – оказался неплохим парнем. Во время процедуры взвешивания, которая проходила в одном из столичных отелей, он вёл себя адекватно, не провоцировал стычки и не нарывался на грубости. Женя сам никогда не играл на публику и терпеть не мог, когда это делали соперники. Он не был сторонником интриг, фальшивых сцен и предпочитал всегда оставаться самим собой. Да, на ринге он мог себе позволить поиграть с противником, усерднее бить, идти напролом, но это исключительно ради более красивого боя. Женя до сих пор не мог забыть, как во время взвешивания перед одним из предыдущих поединков он едва сдержался, чтобы не накинуться на соперника с кулаками – тот всячески пытался его спровоцировать, оскорбляя непотребными словами, за которые хотелось выбить ему все зубы разом. Возможно, этим бы всё и закончилось, но Женя вовремя вспомнил слова тренера: «Жека, самое главное, держи себя в руках. Запомни, настоящим боксёром становится тот, кто обладает отменной выдержкой, незаурядным терпением, железной силой воли и храбростью». Парень тогда стиснул зубы, сжал кулаки и мысленно дал себе обещание проучить любителя эпатажа во время боя. Что, собственно, и сделал.

После процедуры взвешивания Евгений и Микки ещё немного пообщались, сделали совместные фотографии, что крайне редко случается у боксёров – обычно они всегда расстаются как враги. Американец познакомил соперника со своей девушкой, симпатичной блондинкой по имени Джози. Невооружённым глазом было заметно, что молодые люди без ума друг от друга. Его рука ни на секунду не покидала её талии, а пальцы другой руки легко перебирали волосы и ласкали шею. Микки нисколько не стеснялся проявлять свои чувства при сопернике.

Глядя на влюблённых, Женька чуть не взвыл от досады. В тот момент, впрочем как и всегда, его мысли обратились к Алисе. Как же ему не хватало её. Евгений с тоской вспомнил, как во время чемпионата мира по боксу Алиса с Мартином не пропускали ни одного его боя. От осознания того, что они сидят в зале, у Женьки крылья вырастали за спиной, боксёр в буквальном смысле слова парил над рингом. Иногда ему казалось, что только благодаря их поддержке он выиграл тот чемпионат^[5].

С тех пор как она уехала в Англию, Женя жил как на автопилоте. Учёба, тренировка, дом, и так изо дня в день. Если бы не спорт, он бы точно сошёл с ума. Бокс помогал на время забыться, уйти из внешнего мира, плавать где-то в подсознании, покачиваясь на волнах бесформенных мыслей, и преодолевать постоянное раздражение и отвратительное настроение. Единственной радостью была переписка и вечерние разговоры с Алисой. В течение дня Женька практически не выпускал телефон из рук, расставался с ним лишь на тренировке, и то умудрялся несколько раз сбегать в раздевалку, чтобы проверить, не пришло ли от неё сообщение. Парень ждал любой весточки как глотка свежего воздуха. Его поведение не оставалось незамеченным для тренера. «Романов, об амурных делишках будешь думать, когда выиграешь бой», – ругался он.

Несмотря на то что молодые люди списывались сотни раз на дню, Женя не мог дождаться вечера, когда позвонит Алисе и будет разговаривать с ней до тех пор, пока не услышит её мерное сопение. Это стало для них своего рода ритуалом, без которого молодой человек уже не мыслил своей жизни. Если раньше в выходной день он подскакивал на постели от громкой музыки, которую врубала Алиса ни свет ни заря, и топота над головой, то теперь просыпался от тишины. Женя готов был всё отдать, лишь бы в один прекрасный день услышать в квартире этажом выше адажио из оперы «Спартак», очередной трек её любимого Эминема или группы Die Antwoord. Без Алисы его жизнь, казалось, исчерпала все краски радости и стала походить на чёрно-белое кино. И тем не менее, находясь постоянно в угнетённом состоянии, внутри себя он таки находил силы жить, пусть и такой серой жизнью, но всё же жить – ради их будущей встречи.

За два дня до поединка, выходя после тренировки из раздевалки и собираясь ехать домой, Женя встретил наставника.

– Женёк, ты молодец, потрудился основательно. – Фёдор Васильевич похлопал его по плечу. – У тебя есть все шансы надрать задницу этому Джонсу. А теперь поезжай и отдохни по-человечески, запрещаю тебе показываться в спортзале до боя. Знаешь, как говорил мой батя: «Перед смертью не надышишься, перед армией не нагуляешься», а я к этому добавляю: «Перед поединком не натренируешься».

– Хорошо, – кивнул Женя и добавил: – Я постараюсь.

Он не представлял, чем будет заниматься эти два дня. Они как раз выпали на выходные. Занятий в университете нет, идти куда-то тусоваться не было ни сил, ни желания, да и с кем, если единственный друг всё свободное время проводит с Веркой. Женя нисколько не осуждал его за это: будь Алиса в Москве, он бы тоже по возможности не отпускал её от себя ни на минуту. «Может, к старикам сгонять?» – мелькнула было мысль, но, вспомнив о матери, он тут же выбросил её из головы. Мама не выдержит и непременно начнёт причитать, мол, твой бокс не доведёт тебя до добра. Парень и так весь на нервах перед боем, ещё материнских нравоучений не хватало. Уж сколько лет прошло с того дня, как Женя начал заниматься, а она всё никак не могла смириться и всячески пыталась убедить его бросить спорт. Он миллион раз объяснял ей, что бокс для него не просто развлечение, а смысл жизни. Как зарядка для телефона. Не будет её, телефон станет пустой оболочкой.

Мать никогда не приходила смотреть его бои, на то у неё было веское обоснование. «Ты хочешь, чтобы меня с арены увезли на скорой?» – спрашивала она. Ответ сына на этот вопрос не вызывал сомнений. Женя не обижался на неё: честно говоря, он чувствовал себя гораздо спокойнее, когда она не сидела среди зрителей.

Отец, в отличие от матери, не пропускал поединки. Если не получалось присутствовать в зале, то он непременно смотрел бои по телевизору. С его слов, мать тоже смотрела, правда, в процессе она выпивала валокордина больше, чем за всю жизнь.

– Не постараюсь, а отдыхай, – пригрозил пальцем тренер. – Тебе нужно набраться сил. И прошу тебя, ешь усиленно, налегай на калорийную пищу, побольше бананов, орехов, пасты. Сейчас тебе надо нагнать вес, если ты станешь тяжелее противника, это даст тебе преимущество в бою. А то, я смотрю, с тех пор как твоя барышня укатила в Лондон, ты совсем стал плохенько выглядеть. Откуда только силы берёшь тренироваться? – Не дожидаясь ответа, Фёдор Васильевич продолжил: – В общем, так, Жека, ты не маленький мальчик, сам знаешь, как поступать. Давай, сынок, – протянул он руку, – встретимся в воскресенье перед боем.

Не удивительно, что тренер был в курсе всего происходящего в Женькиной жизни. За все эти годы, которые они провели бок о бок, отношения в стиле «наставник – воспитанник» переросли в настоящую дружбу, и она день ото дня становилась всё крепче. Фёдор Васильевич стал Жене как отец и знал о нём больше, чем родители.

На следующий день, не выдержав одиночества, Женя появился в спортзале во второй половине дня. Увидев его, тренер сделался темнее тучи.

– И какого чёрта ты припёрся? – воскликнул он, всплеснув руками. – Я же сказал тебе отдыхать.

– Не могу, – отмахнулся парень и, пройдя мимо тренера, направился в раздевалку.

– Романов, постой.

Обращение по фамилии означало, что Фёдор Васильевич серьёзен как никогда. Женя был вынужден подчиниться.

– В общем, так, – сказал наставник, – проведёшь бой и лети к ней. Три месяца – это слишком долгая разлука для молодого человека.

– Спасибо, – криво улыбнулся воспитанник, – я и сам уже об этом думал.

В ночь перед поединком Жене не спалось. Он весь извёлся, дух и тело требовали, хотели, жаждали, чтобы быстрее уже всё началось и закончилось. Во время общения с Алисой Женька немного отвлёкся, но как только отключил связь, мысли понеслись как бешеные. Он миллион раз прокрутил в голове тактику предстоящего боя, проиграл возможные варианты развития событий, прикинул, какие могут возникнуть непредвиденные ситуации. Зачастую неожиданный поворот в сценарии поединка на деле оказывается хорошо проработанным.

– А где есть проработка, там есть план действий, а если есть план, значит, там нет места неизвестности и, соответственно, страху перед ней, – разговаривал парень сам с собой, глядя в потолок.

Тревога перед битвой – это нормальное явление, она подстёгивает выработку адреналина и помогает выиграть. Главное, уметь её контролировать, чтобы лёгкий страх не перешёл в панический. Тогда всё, пиши пропало, можно сливать бой. Но Женя был не из тех боксёров, кто проигрывает поединки из-за страха. Да он лучше сам себе ухо отгрызёт, чем опозорится перед любимой девушкой, родителями и друзьями.

Парень понимал, что нужно хорошо выспаться, вот только как уснуть, когда от всех этих дум голова идёт кругом. Он и так и сяк ворочался на постели, сбивая простыни в кучу. Потом не выдержал, пошёл в кухню выпить таблетку успокоительного. После чего вернулся в кровать, крепко обнял подушку и уставился на едва различимые в темноте геометрические фигуры на обоях.

Он мог думать о чём угодно, но рано или поздно все его мысли всегда плавно перетекали к Алисе. За время их разлуки Женя окончательно осознал масштаб своего бедствия. Он не просто влюбился как пацан. Он испытывал к ней по-настоящему глубокое чувство. Девчонка завладела им всецело – это было ясно как божий день, и ему это нравилось. Женька засыпал с её именем на устах, каждую ночь видел её во снах, просыпался с её образом в голове, и целый день она стояла у него перед глазами. И это началось с тех пор, как он впервые увидел её в парке, в тот день, когда она вернула ему потерянный кошелёк.

Через некоторое время таблетка и приятные мысли сделали своё дело, и незаметно для себя он провалился в глубокий сон.

Глава 4

За час до боя Женя разминался в раздевалке. Обычно во время разогрева он любил послушать тяжёлую музыку, что-то типа «Schism» от Tool или, например, «Uprising» группы Muse. Рок помогал ему достичь необходимого эмоционального состояния перед поединком и отвлекал от посторонних мыслей. От всего, что не касалось Алисы. Вот она не покидала его головы ни на минуту.

В который раз подумав о любимой, Женька воткнул наушники, включил трек «Dnt-TakeMe4aPoes» от Die Antwoord и с улыбкой вспомнил, как Алиса будила его по утрам их концертами, а он всё никак не мог понять, что она в них нашла. Писклявый голос солистки раздражал его, словно зуд невидимого комара, которого не прихлопнуть. Но с тех пор как Алиса уехала в Лондон, он и сам увлёкся их музыкой. Возможно, из-за того, что она напоминала ему о любимой девушке.

– Вон и Димон тоже, как закрутил любовь с Веркой, на «Нирвану» присел. Теперь и ты, Женёк, стал поклонником африканского рэпа. Вот так девчонки влияют на нас. Они не только наши сердца крадут, но и разум, – произнёс он вслух и невольно посмотрел по сторонам, хотя знал, что в раздевалке, кроме него, никого нет.

В ушах надрывался солист группы по прозвищу Ninja, а Женя наяривал на скакалке и вспоминал свой дебютный бой. Это случилось на первенстве города по боксу всего лишь через два месяца после того, как Фёдор Васильевич выдернул его с улицы и привёл в боксёрский зал. Женька бесконечно благодарил судьбу за то, что тренер и бокс появились в его жизни. Если бы не они, неизвестно, где бы сейчас он был. Хорошо, если на свободе, а то, возможно, сидел бы в какой-нибудь далёкой колонии.

И, несмотря на то что Евгений выиграл не только тот поединок, но ещё и несколько других, причём за явным преимуществом, на первенстве он занял только второе место и остался жутко недоволен результатом. Тогда ему казалось, что он уже крутой боксёр, ведь уже целых два месяца занимается спортом. А теперь Женя не мог без улыбки вспоминать, как выходил на ринг, не имея толком никакой техники, практически ничего не зная о тактике боя, и без всякой разведки сразу шёл в атаку, забивая противника с обеих рук и делая акцент на правой, поскольку правша. Так он провёл больше десяти боев, а в финальном поединке Фёдор Васильевич вдруг дал ему установку работать одной левой. Женька не столько боялся тренера, сколько уважал его. Он даже мысли не мог допустить об ослушании. Выполнил требование наставника – и проиграл бой. Сказать, что он расстроился, это не сказать ничего. После боя Женя подлетел к тренеру и чуть ли не со слезами на глазах в сердцах выпалил:

– Видите, к чему привело ваше указание? Из-за него я проиграл, а если бы я дрался как обычно, я бы сделал его! – Парнишка кивнул на довольного противника примерно своего же возраста.

– Согласен, бои неприятно проигрывать, – ухмыльнулся тогда Фёдор Васильевич. – Да не жалей о нём, – махнул он рукой, – у тебя ещё будут сотни таких первенств. Но зато теперь ты на всю жизнь запомнишь, что у тебя ещё есть левая рука, о которой я тебе миллион раз твердил на тренировках, но почему-то до тебя это не доходило.

Услышав его ответ, Женька просто обалдел. Он, грешным делом, начал сомневаться в компетенции наставника, а оказывается, тем самым тренер заставил его понять, что у боксёра две руки.

После тех соревнований Женя ещё долго не мог подружиться с левой рукой. И только на следующем международном турнире ко Дню защитника Отечества, когда он провёл два боя, используя уже новую технику, и оба выиграл с заметным преимуществом, парень наконец-то почувствовал в своём арсенале две руки. С той поры бокс начал занимать всё больше места в и без того насыщенной жизни Женьки.

За музыкой молодой человек не расслышал, как открылась дверь. В раздевалку вошёл тренер. Он взял со стола бутылку воды, сделал глоток и жестом показал воспитаннику вытащить наушники. Женя остановился, выполнил просьбу и принялся нарезать круги, восстанавливая дыхание и вытирая пот с лица полотенцем, что висело на шее.

– Ну ты как, готов? – спросил Фёдор Васильевич.

– Да.

– Оделся как и положено, по всем правилам? – Тренер с ироничной ухмылкой окинул его взглядом. – Бинты намотал с правой руки?

Как и у каждого спортсмена, у Жени были свои ритуалы. Он никогда не надевал на бой новую амуницию, всегда отдавал предпочтение привычной форме, в которой зачастую тренировался. Ему гораздо больше нравилось чувствовать на руках свои обмятые перчатки, а на ногах слегка растоптанные боксёрки. Парень вспомнил, как однажды чёрт его дёрнул надеть на поединок новую обувь. Тогда он проклял всё на свете. Его вниманием полностью завладели мысли не о тактике и технике боя, а о том, что на пятке назревает приличная мозоль.

– А то, – усмехнулся он.

– Жека, у тебя сегодня есть все шансы снова заявить о себе миру, – перевёл Фёдор Васильевич разговор на другую тему. – Прессы собралось море, промоутеры слетелись из разных стран, точно пчёлы на мёд. Так что, сынок, дерзай. Ты должен сделать этого Джонса.

Женька и сам понимал: он не может проиграть этот бой, просто не имеет на это права. Даже не потому, что убил столько сил, здоровья и нервов на подготовку к поединку, для боксёров это привычное явление, а потому, что ненавидел проигрывать, тем более схватку будет смотреть Алиса. Проигрыш ему казался страшнее атомной войны.

– Давай, парень, время поджимает, – тренер глянул на часы, – заканчивай свои дела. Я жду тебя в коридоре. – И он вышел из раздевалки.

Молодой человек присел на скамейку, сменил кроссовки, в которых разминался, на боксёрки и зашнуровал их. Немного попрыгал и, прежде чем отправиться на ринг, ещё раз проверил телефон.

«Я нисколько не сомневаюсь, что мой сильный, смелый, настоящий мужчина непременно победит. Только прошу тебя об одном – береги себя. Если с тобой что-то случится, я сойду с ума. Твоя Алиса» – обнаружил он сообщение. Прочитав его, Женя нервно провёл рукой по волосам. «Да я лучше умру на ринге, чем проиграю этот бой», – подумал он.

И Женька выиграл его. Как он и предполагал, победа далась нелегко. Бой был очень тяжёлым, противники оказались равны по силе и выносливости. Женя до последнего раунда не расслаблялся, в каждом движении Микки чувствовалась опасность. Он проявил себя как очень нестандартный противник, особенно когда дело касалось защиты. Джонс имел манеру низко опускать голову, что создавало Женьке проблему во время атаки в ближнем бою. Но всё же нашёлся у американца один существенный недостаток. Он был не таким резвым и быстрым, как наш герой. Хотя, несмотря на то что темнокожий боксёр быстро терял скорость, удар у него не пропадал.

Уже неоднократно во время боёв Евгения спасали ноги. Так получилось и в этот раз. Из-за того что он постоянно двигался на ринге, Микки так и не смог нанести ему большого урона. Правда, на второй минуте седьмого раунда ему удалось заехать Жене по корпусу, но, слава богу, парень вовремя увернулся и удар получился не таким сильным. Судье даже не пришлось останавливать бой.

Зато Алиса, увидев этот момент, чуть не грохнулась в обморок. Пока шёл поединок, она сидела как на иголках, а с того мгновения и вовсе потеряла покой. От волнения кусая губы, Алиса металась по комнате, боясь смотреть в телевизор. Мартин тоже переживал за Женю, он весь бой не сводил глаз с экрана, то и дело громко вздыхал и тихонько поскуливал, а когда увидел, как перчатка соперника прошлась по бочине друга, грозно зарычал, всем своим видом говоря: «Жаль, меня нет в зале, иначе я бы задал тебе жару». Алиса считала минуты и не могла дождаться окончания этого испытания для её нервной системы. И только в последнем раунде, во время ближнего боя, мощным хуком в челюсть Женя сумел повалить соперника на пол. Алиса больше не могла сдерживать эмоций. Слёзы брызнули из глаз, как первые капли дождя, девушка обессиленно рухнула на кровать. Никогда в жизни она не испытывала таких потрясений, как во время просмотра поединков любимого человека. Пастушок, в отличие от хозяйки, начал носиться по комнате, не иначе как заяц из рекламы батареек «Энерджайзер», празднуя победу друга громким лаем.

Всё вышло как надо. Микки не потерял сознания, но находился в полной прострации и продолжить бой уже не смог. Судья опустился рядом с ним на колено, досчитал до десяти, но, увы, боксёр так и не встал. Тогда рефери подошёл к Евгению, поднял его руку вверх и объявил победителем. Все телекомпании мира показали, как в этот момент Женька широко улыбнулся и подмигнул, и лишь Алиса знала, кому предназначался этот непринуждённый жест. Девушка тоже улыбнулась, сквозь слёзы рассматривая любимого: его усталое лицо крупным планом, мокрые волосы, прилипшие к голове, и перечёркнутую шрамом бровь.

Первое, что сделал Женя, вернувшись в раздевалку, – проверил телефон. Он обалдел от того количества поздравительных сообщений, что пришло от знакомых, друзей, родителей. Как всегда во время боя, он ничего не видел вокруг, только лица противника, судьи, ну ещё тренера и организатора боя. Среди шума и гама зрительного зала до него долетали обрывки фраз и выкрики друзей. Уже под конец поединка он несколько раз отчётливо слышал голос Димона, когда тот кричал: «Жека, давай уже заканчивай с ним!» Парень пролистал сообщения, выбрал из списка адресата, который в данный момент его интересовал больше всего, и прочитал послание: «Милый мой великан, поздравляю тебя с победой. Люблю тебя всем сердцем».

Это было лучшее поздравление в его жизни. Как же ему хотелось в тот момент прижать Алису к себе. Он закрыл глаза, буквально почувствовав её запах, вспомнил её губы, их долгие поцелуи… и застонал от разочарования.

Прочитав её следующее сообщение: «Когда ты будешь рядом, я зацелую тебя до смерти», – Женя не смог сдержаться и громко рассмеялся.

«Я готов тысячу раз умереть от твоих губ», – ответил он и дописал вдогонку: – «Все мои победы для тебя, Лисёнок. Люблю тебя, моя крошка».

Поздравлений было столько, что пришлось бы потратить уйму времени на ответные благодарности. Женька решил сделать это, когда доберётся домой, и лишь сообщение от Димона он не смог оставить без внимания.

«Бро, ты красава. Я был уверен, что ты порвёшь Джонса. Предлагаю отметить победу в бургерной. Ужин за мой счёт. Я сегодня богатенький Буратино, – далее смеющийся смайл. – Открою тебе секрет: я перед боем сделал ставку на тебя. Так что спасибо, дружище. В общем, мы ждём тебя в холле».

Женя чуть было не отказался от приглашения, а потом представил, что опять придётся коротать вечер в одиночестве, и передумал.

«Ок. Скоро выйду», – написал он и, усмехнувшись, подумал: «Ты мне после каждого боя открываешь этот секрет».

В этот раз отец приболел и смотрел поединок из дома вместе с матерью. Женя решил не отходя от кассы позвонить им, иначе мать его живьём съест, будет пилить до второго пришествия, мол, какой у неё непутёвый сын, даже забывает родителям позвонить. Батя едва успел сказать:

– Сын, я горжусь тобой, – как она выхватила у него трубку и поздравила в своём репертуаре:

– Женька, доведёшь ты меня до больничной койки.

На что он ей ответил:

– Ма, я тоже люблю тебя. – И, ухмыльнувшись, подумал: «А потом ещё обижается, что редко звоню. Ей позвони, и полчаса будешь слушать мрачные предсказания моего боксёрского будущего».

После непродолжительного разговора со стариками Женя по-быстрому принял душ, переоделся в спортивные штаны и толстовку, сложил пропахшую потом форму в сумку и направился на выход из раздевалки. Только он взялся за ручку двери, как та сама распахнулась и на пороге появился Фёдор Васильевич.

– Женька, я за тобой пришёл, – сказал он и кивнул в сторону комнаты отдыха, где на кожаном диване сидел пожилой мужчина. – Тут с тобой хотят поговорить.

– Кто это? – нахмурился парень, рассматривая седовласого с залысинами старика, одетого в чёрный костюм и такого же цвета рубашку.

– Сейчас сам всё узнаешь, – хитро улыбнулся Фёдор Васильевич, – пойдём, неудобно заставлять человека ждать.

Несмотря на почтенный возраст, мужчина с лёгкостью поднялся, когда тренер и воспитанник подошли к нему. Женя хотел было возразить, мол, не стоило утруждать себя, но он его опередил.

– Хоть мне уже и восемьдесят, я всё ещё полон сил и энергии, – улыбнулся старик. Он говорил по-русски, но с ярко выраженным акцентом. – Здравствуй, Евгений, – протянул незнакомец руку.

С полным непониманием происходящего Женька ответил на крепкое рукопожатие.

– А теперь можно присесть, – продолжил мужчина.

После того как все разместились на диванах вокруг небольшого стола и прежде чем начать разговор, он спросил:

– Женя, если я займу несколько минут твоего драгоценного времени, это никак не отразится на других твоих делах?

– Нет. – Парень покачал головой и бросил недоумённый взгляд на тренера. Тот с едва заметной улыбкой кивнул, давая понять, что всё нормально.

– Тогда, чтобы уложиться в это время, сразу приступлю к делу.

Седовласый вытащил из внутреннего кармана пиджака визитную карточку, протянул Жене и, пока тот читал, что на ней написано, представился:

– Меня зовут Билли Адам, я промоутер, занимаюсь профессиональным боксом с тысяча девятьсот семидесятого года. Могу долго и нудно рассказывать о себе: с какими звёздами мирового бокса работал, на каких аренах проводил бои, – но думаю, не стоит тратить на это время. Если захочешь узнать, кто я такой, посмотришь в интернете. – Он сделал паузу, давая Женьке осмыслить сказанное, и добавил: – Перед тем как продолжить наш разговор, позволь тебе задать вопрос.

Молодой человек коротко кивнул, давая своё согласие.

– Евгений, ты для чего в боксе? – спросил мистер Адам, с прищуром посмотрев на него.

– Для того, чтобы денег заработать и обеспечить моей будущей семье достойную жизнь, – пожав плечами, честно ответил Женька.

– Тогда нам с тобой по пути. – Билли улыбнулся во весь рот, ослепив собеседников белизной зубных имплантов, и продолжил: – Женя, я уже давно слежу за твоей спортивной карьерой. Смотрел твои бои на чемпионате мира и все последующие. Теперь нарочно прилетел в Москву, чтобы воочию увидеть сегодняшний поединок. Поздравляю тебя с победой, ты молодец, красиво боксировал. – Промоутер опять протянул руку, а Женька в очередной раз ответил на рукопожатие. – Мне нравятся такие шустрые боксёры. Несмотря на то что ты ещё очень молод, я чувствую в тебе огромный потенциал. Тебя ждёт большое будущее. Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю. Так вот, я хочу предложить тебе продолжить профессиональную карьеру в Лондоне.

– Где? – опешив от предложения, Женя невольно скривил лицо.

– В Лондоне, – мистер Адам в недоумении дёрнул плечом.

– Да ладно! – воскликнул молодой человек, всё ещё не веря своим ушам, а в голове его тут же всплыл образ Алисы. – Этого не может быть! – Всё происходящее казалось ему сном.

– Почему же не может? – не понимая реакции собеседника, удивлённо спросил промоутер и посмотрел на Фёдора Васильевича, как будто искал у него поддержки.

– Жека, ты не ослышался, именно в Лондоне, – с улыбкой подтвердил Фёдор Васильевич.

Всё ещё не веря в реальность происходящего, парень покачал головой. Такое невероятное совпадение шокировало и одновременно обрадовало его. В голове никак не укладывалось: ему только что предложили продолжить карьеру не где-нибудь, а именно в Англии, там, где живёт его любимая девушка. Прямо фантастика какая-то. Женька вдруг подумал о Мартине и о том, каким невероятным образом он познакомил их. Именно благодаря собачонку в его жизни появилась Алиса. Такое чувство, будто и сейчас он снова пытается их свести вместе.

– И что я должен для этого сделать? – спросил Женя и понял, что задал очевидный вопрос. Всё же и так ясно как божий день.

– Всего лишь переехать в Англию и начать там тренироваться, – ответил Билли.

Мысли, словно зайцы, заметались в голове. «Женёк, такой шанс выпадает раз в жизни», – мысленно рассуждал он и вспомнил, как говорил эту фразу Алисе, когда провожал её в аэропорту. С одной стороны, ему хотелось принять предложение. Нет, слово «хотелось» в данном случае не может в полной мере охарактеризовать, насколько сильно было его желание находиться впредь рядом с любимой девушкой. Он мечтал об этом. С другой стороны, Женя боялся обидеть тренера, полагая, что если примет предложение промоутера, то Фёдор Васильевич непременно посчитает его предателем. От незнания, как правильно поступить, душа парня разрывалась на части.

– Все расходы по твоему содержанию я беру на себя: проживание, питание, необходимое обмундирование, – продолжал Билли, – с любого гонорара двадцать процентов твои. В любом случае в Лондоне ты будешь зарабатывать в десятки раз больше, чем здесь. Что скажешь? – Он выжидательно посмотрел на молодого человека.

– Даже не знаю… – Женька пожал плечами и бросил нерешительный взгляд на наставника.

Фёдор Васильевич слишком хорошо знал своего воспитанника, чтобы не догадаться, в чём состояли его сомнения. И как бы ему ни хотелось самому тренировать молодого перспективного боксёра, он понимал: нужно отпустить его.

– Я не тороплю тебя, – сказал Билли, – подумай, взвесь все за и против. Я буду в Москве ещё три дня. Даже если за это время не примешь решения, звони, когда созреешь. Ну а если не захочешь перебираться в Лондон, буду тебе признателен, если сообщишь мне и об этом.

Женя не успел ничего сказать, в разговор все-таки вмешался тренер.

– Да что тут думать? – воскликнул он, всплеснув руками, и обратился к воспитаннику: – Жека, поезжай. Ты достоин большего, тебе надо развиваться дальше. Не думай обо мне, сынок. Я приму любое твоё решение.

Фёдор Васильевич озвучил мысли Жени, и у того как будто камень свалился с души.

– Тем более там она, – подмигнул наставник.

Жене хотелось кинуться ему на шею, но вместо этого он сдержанно проговорил:

– Фёдор Васильевич, спасибо за понимание.

– Ну так что? – спросил промоутер. Он посмотрел на тренера, потом перевёл взгляд на молодого боксёра. – Тебе всё ещё нужно время на обдумывание предложения или ты готов дать ответ сейчас?

– Я согласен, – кивнул Женя, и широкая улыбка озарила его лицо.

– Отлично, – Билли тоже улыбнулся. – Евгений, ты принял верное решение. Вот увидишь, ты не пожалеешь о нём.

– Когда я должен прилететь в Лондон? – спросил парень.

– Чем быстрее, тем лучше. Тебе понадобится долгосрочная виза, обычно ее оформляют в течение месяца. Пока я здесь, могу помочь ускорить этот процесс. В Англии я известный и уважаемый человек, так что, думаю, нам удастся максимально сократить эти сроки, – объяснил промоутер и глянул на часы. – Как я и обещал, наша беседа заняла всего лишь несколько минут.

Мужчины не сразу расстались. Ещё какое-то время они обсуждали условия договора, промоутер и боксёр обменялись всеми возможными контактами, обговорили другие организационные вопросы и условились встретиться на следующий день у посольства Великобритании. И только после этого, завершив сделку крепким мужским рукопожатием, они разошлись по своим делам.

Женьке не терпелось сообщить радостную новость Алисе, руки так и чесались написать ей. Но он не пошёл на поводу у сиюминутного желания, а предпочёл сделать ей сюрприз позднее.

В тот вечер, сидя с друзьями в кафе, Женя буквально светился от счастья, но в то же время с тоской в сердце поглядывал на Димона и Верку, которые, нисколько не стесняясь, обнимались и целовались при нём. И несмотря на то что его любимой не было рядом, он успокаивал себя мыслью, что уже в ближайшее время увидит её. Как же он истосковался по ней. Друзьям Женя тоже не стал ничего говорить о полученном предложении. Если Верка узнает, она тотчас растрезвонит Алисе, и тогда никакого сюрприза не получится.

Пока ждали заказ, чтобы не пялиться на влюблённых, Женька нашёл в интернете статью о Билли Адаме. Старик и правда оказался значимой фигурой в мире бокса. Парень обалдел, когда узнал, какие короли ринга имели с ним контракт. Неужели и он когда-то будет в этом списке?

Бродя по ссылкам и выискивая всевозможную информацию о заморском промоутере, Женя наткнулся на рекламу концерта Эминема. Он не поверил своим глазам, когда прочитал, что мероприятие состоится уже в ближайшее время в Лондоне. Снова невероятное совпадение – и опять в памяти всплыл Мартин. Парень понимал: думать о том, что все эти стечения обстоятельств связаны с собачонком, – глупость несусветная, но тем не менее ничего не мог с собой поделать. Эти мысли преследовали его. Женька вспомнил, как осуществил первую мечту Алисы – сводил её в большой театр на балет «Спартак»^[6]. Потом ломал голову, как исполнить вторую – сходить с ней на концерт самого известного белого рэпера. К сожалению, по непонятным причинам тот не приезжал в Россию. И вот благодаря невероятному совпадению появилась возможность осуществить это желание девушки. В душе Женя надеялся к тому времени уже приехать в Лондон, уж больно ему не хотелось, чтобы Алиса шла на концерт одна. А вот как быть с её третьей мечтой, парень не знал. Тут всё гораздо сложнее – вряд ли у него получится отправить её в космос. Хотя чем бог не шутит? За её улыбку и поцелуй Женя готов на всё.

На радостях он не стал откладывать осуществление мечты в дальний ящик: купил билеты на концерт через интернет прямо из кафе и мысленно поблагодарил технологический прогресс за предоставленные возможности.

В ту ночь, когда он разговаривал с любимой по телефону, ему пришлось приложить немало усилий, чтобы не выложить ей все новости.

Глава 5

В субботу Алиса собралась в планетарий. Она уже давно подумывала съездить туда, но всё никак руки и ноги не доходили. В будние дни осуществить задуманное не получалось: практически целый день она находилась на занятиях, – а в выходные зачастую проводились лекции по дополнительным дисциплинам, которые точно так же, как и по основным, нежелательно было пропускать, разве только по очень уважительной причине. В самом начале обучения каждому студенту предлагалось на выбор взять предмет из серии «нечто культурное», рисование, например, или Music Appreciation. Девушка не знала, как правильно перевести последнее на русский, поэтому называла предмет просто: «Наслаждение музыкой». Для её будущей профессии эти дисциплины не имели никакого значения, но администрация вуза считала, что учащиеся должны развиваться всесторонне. Рисование Алиса сразу отмела, она с детства ненавидела это занятие. На школьных уроках, помнится, плакала горючими слезами из-за того, что, кроме избушки на курьих ножках, ромашки, кленового листика и ушастого слоника, стоящего задом наперёд, ничего не могла изобразить. Мало того что художественное искусство давалось ей с трудом, так ещё учительница начальных классов внесла свою лепту, напрочь отбив у неё и без того хрупкое желание рисовать. Столько лет прошло, а Алиса до сих пор помнила тот случай. Обычно в начале урока Галина Анатольевна – так звали педагога – давала задание что-либо нарисовать, а в конце занятия ученики подходили к ней и показывали свои шедевры. Так было и в тот день. Когда Алиса положила перед учителем свой рисунок, та посмотрела на неё поверх очков как на недоразумение и показала её творение всему классу.

– Ребята, вы только посмотрите, что изобразил наш горе-художник. Это не рисунок, это бред сумасшедшего, – с сарказмом сказала Галина Анатольевна.

После её замечания одноклассники так и покатились со смеху, тыкая в Алису пальцами, а ей хотелось сгореть со стыда. Но, несмотря на свой юный возраст, девчонка не осталась в долгу.

– Не нравится, не смотрите, – от обиды стиснув зубы, выпалила она и, выхватив рисунок из рук учительницы, разорвала его на мелкие кусочки.

Всё закончилось тем, что Алису выгнали из класса. С того дня уроки рисования превратились для неё в настоящую пытку. Однажды Алиса прочитала, что все люди от рождения имеют творческий потенциал, но не все становятся писателями, художниками, композиторами. Будет ребенок творческой личностью или нет, зависит от среды его обитания, от воспитателей в детском саду и школьных преподавателей. Родители совместно с педагогами должны развивать творческое начало в детях. Возможно, если бы мать Алисы не умерла так рано, она бы привила дочери любовь к творчеству. В отличие от отца-юриста, мама окончила институт культуры и преподавала историю античного искусства. А первая учительница не то что не смогла развить в девчонке творческие задатки, она убила их на корню.

Со временем Алиса поняла, что писать, сочинять, рисовать – это не про неё, и стала отдавать предпочтение точным наукам. Среди формул, уравнений и задач она чувствовала себя гораздо комфортней. Правда, потом жизнь ещё не раз сталкивала её с ненавистным рисованием. Однажды классный руководитель в старшей школе поручила девушке нарисовать портрет Чехова. Алиса о подобном задании и слышать не захотела, и тогда разгорелся такой сыр-бор, что дело дошло до руководства школы. Слава богу, директор оказалась нормальным человеком и с пониманием отнеслась к отказу девочки^[7].

Поэтому, когда в вузе настало время выбирать «нечто культурное», Алиса отмахнулась от рисования, как от чумы, и не задумываясь отдала предпочтение музыке, без которой не мыслила своей жизни. И ни разу не пожалела об этом. Девушка летела на занятия как на крыльях. Каждая лекция, если можно её так назвать, была незабываемой. Преподаватель, симпатичная латиноамериканка, чем-то напоминавшая актрису Сальму Хайек, брала в руки гитару и два часа вместе со всеми студентами исполняла песни. Одно занятие они посвящали творчеству Esther Phillips, другое – Shirley Bassey, на следующей лекции пели хиты Cezaria Evora. Не зря Алиса дала название этому предмету «Наслаждение музыкой», оно как нельзя лучше отражало его суть. За время обучения музыка и астрономия стали для неё любимыми дисциплинами. Выше она ставила только математику. Это её главная страсть – если не сказать одержимость.

Помимо дополнительных лекций, в выходные дни много времени уходило на выполнение домашнего задания по одному из основных предметов – «Сочинению на английском языке для иностранных студентов». Суть задания, как правило, заключалась в том, чтобы прочитать эссе на определённую тему, а потом написать ответное, выразив своё отношение к прочитанному. Для Алисы это было сродни выносу мозга. Она с превеликим трудом писала сочинения на русском, а тут требовалось изложить мысли на английском. Какой уж тут планетарий, когда за учёбой в гору глянуть некогда.

И вот наконец выдалась суббота, когда не было никаких лекций и не нужно делать заданий. Ну как тут не осуществить задуманное? Тем более в этот день в планетарии намечалось выступление известного учёного-астрофизика. Он обещал слушателям интересную лекцию о загадочных туманностях и чёрных дырах, предлагал поучаствовать вместе с ним в поисках внеземных цивилизаций, найти следы пришельцев или узнать, как изменится вес человека на других планетах Солнечной системы. Плюс ко всему в этот день можно было выспаться по-человечески – накануне Алиса допоздна болтала с Женей по фейс-тайму. С его слов она поняла, что после успешно проведённого боя тренер дал ему отпуск и, поскольку появилось много свободного времени, он усиленно готовится к сессии, которая уже вовсю маячила на горизонте.

На самом деле всё произошло немного не так. Женя встретился с ректором университета, объяснил, что получил предложение продолжить спортивную карьеру в Лондоне, тот порекомендовал ему сдать досрочно экзамены и перевестись на заочное отделение. Чем, собственно, парень и занимался. Конечно, он не сказал об этом любимой, как и о том, что ждёт получения визы. Женька не считал это обманом. Просто ему нравилось делать своей девушке сюрпризы. Он готов был бесконечно смотреть, как она искренне радуется и каким неподдельным счастьем светятся её глаза.

Влюблённые отключили связь уже далеко за полночь. Конечно, Алисе хотелось поспать подольше, но о каком сне могла идти речь, когда под боком дрыхнет маленький диктатор. Как обычно в выходной день, Мартин проснулся раньше неё, и теперь ему не терпелось быстрей позавтракать и отправиться в парк гоняться за всем, что движется, начиная от птиц и белок и заканчивая бегающими студентами. К тому же спящее состояние хозяйки не давало собачонку покоя. Негоже ей валяться в кровати, когда его высочество проснулось. Сначала Мартин пытался разбудить её своим дыханием: сел на кровати, вывалил язык и стал нарочно громко дышать. А когда понял, что Алиса не реагирует, помчался в кухню и принялся жадно лакать воду, будто сто лет не пил.

– Мартин, ты это нарочно делаешь? – пробормотала хозяйка.

Увидев, что она не встала с кровати, а перевернулась на другой бок, собачонок начал тарахтеть другой, пустой миской о пол.

– Пастушок, ну пожалуйста, дай мне ещё десять минут, – жалобно попросила Алиса и накрыла голову подушкой.

Но Мартина это не остановило. Он запрыгнул на кровать и стал стаскивать импровизированную шумоизоляцию, а хозяйка, не желая расставаться с ней, тянула подушку на себя. Неизвестно, сколько бы ещё длилось это перетягивание, если бы в этот момент телефон, что лежал на краю постели, не дал сигнал о входящем сообщении. Радости собачонка не было предела. Он чётко знал – вот теперь-то уж точно хозяйка встанет. Пастушок ракетой стартанул с кровати, полетел в прихожую, схватил с тумбочки поводок, приволок его на кровать и положил рядом с Алисой.

– Да погоди ты, – усмехнулась та, – дай хоть кофе выпить.

Мартин расценил эту фразу как приглашение на завтрак и, пока хозяйка смотрела в телефон, уселся возле миски в ожидании трапезы.

Когда Алиса прочитала приветственное послание от любимого, на её лице заиграла счастливая улыбка, настроение взлетело куда-то вверх, стремясь к невидимым высотам. Девушка выскочила из кровати и, мурлыча под нос слова популярной песни: «Я знаю, в чём твой секрет, всё остальное просто слухи…» – направилась в ванную.

– И чего ты там торчишь? – обратилась она к питомцу. – Ты бивни почистил, чтобы завтракать?

От радости Мартина не осталось и следа. Понуро опустив голову, он поплёлся за хозяйкой, прекрасно понимая, что сопротивляться бесполезно. Хочет он того или нет, а зубы она ему почистит в любом случае.

Шло привычное утро выходного дня. Уже через некоторое время хозяйка и питомец отправились на прогулку. Как обычно, Алиса прихватила с собой пакет и небольшой совочек, купленный ею для того, чтобы убирать за Мартином на улице. В студенческом парке, в отличие от других парков и скверов Лондона, не было специальных автоматов чистоты, возможно из-за того, что проживание учащихся с питомцами не предусматривалось.

Пастушок, как всегда, навёл шороху своим присутствием, разогнал всех птиц по проводам и подоконникам, а перепуганных белок вынудил забраться на ветки. Нечего расхаживать у принца на пути. Разбросал все кучи листьев и «напугал» грозным лаем спортсменов, вынуждая их убегать от него со смехом, когда подталкивал их носом в ноги или пытался схватить за пятки. Природные инстинкты не давали ему покоя, ему требовалось держать под своим неусыпным контролем всю живность, в том числе и людей.

Мартин был известной личностью в общежитии, многие студенты с юмором и пониманием относились к его причудам. Со временем и те недовольные, которые поначалу жаловались на него администрации, смирились с его существованием. Правда, в последнее время у них появился новый повод для возмущения. Дело в том, что буквально недавно у Мартина прорезался голос, до сей поры спавший непробудным сном, и собачонок полюбил петь. Он садился на подоконник и, глядя в окно на окружающий мир, исполнял свои арии. Его вокальные данные не всем нравились. Иногда он брал слишком высокую ноту, и вот тогда студенты не выдерживали, приходили к Алисе и чуть ли не со слезами на глазах просили Мартина хоть немного помолчать. Он выполнял их просьбу, но уже через какое-то время забывался и начинал снова голосить. Чтобы прекратить концерт, хозяйке приходилось повышать на питомца голос. Тогда он замолкал, ложился на подоконник и, с тоской глядя на жизнь за стеклом, то и дело громко вздыхал, всем своим видом говоря: «До чего люди неблагодарные, я для них пою, а им не нравится».

Наблюдая за собачонком, бегающим по парку словно ошалелый, Алиса невольно задавала себе вопрос: «Интересно, этот хулиган когда-нибудь повзрослеет?»

Выполнив миссию по освобождению своей территории – именно таковой он считал студенческий парк, – с чувством выполненного долга, но с большой неохотой ушастик поковылял домой вслед за хозяйкой. Как только они оказались в комнате, Алиса стала собираться в планетарий, а Мартин забрался в свою кроватку и занялся косточкой, которой она угостила его после прогулки. Но стоило хозяйке открыть шкаф, как он тут же бросил своё занятие и удивлённо уставился на неё, а в глазах бегущей строкой появился вопрос: «И куда это ты лыжи намылила?»

– Мартин, да не смотри ты на меня так, – сказала Алиса, вытаскивая джинсы и полюбившийся в последнее время бежевый свитер крупной вязки. Она бросила вещи на кровать, задвинула дверцу и посмотрела на питомца. – Да, я говорила тебе вчера, что у меня сегодня выходной. Но я решила съездить в планетарий, я уже давно хочу туда попасть. Прости, малыш, придётся тебе опять побыть одному.

Он пропустил последнюю фразу мимо ушей, помчался в прихожую, схватил с тумбочки поводок и уселся перед входной дверью.

– Мартин, ты зря там сидишь, – хмыкнула Алиса.

Она уже оделась, расчесала волосы и собрала их в хвост.

– Я не могу взять тебя с собой. Туда с собаками не пускают.

Но питомец и не думал покидать занятую позицию. «Вот же шельма маленькая, – усмехнулась про себя девушка, подкрашивая губы прозрачным блеском и наблюдая за ним краем глаза, – последнее время стал таким упёртым, точно ослик Иа».

Несмотря на конец ноября, на улице стояла солнечная погода. Лондонцы говорили, что уже не помнят, когда последний раз была такая тёплая осень. Алиса не стала надевать куртку, вместо неё накинула чёрную жилетку с меховым воротником, сунула кошелёк в карман и подошла к двери, где по-прежнему сидел часовой. Казалось, он сейчас так и скажет: «Стой, кто идет?»

– Мартин, отойди, мне надо выйти, – сказала девушка, едва сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

Но собачонок даже не двинулся с места.

– Малыш, я не могу перешагивать через тебя, – продолжила она убеждать, – отойди, пожалуйста.

Уговоры Алисы оказались тщетными. Держа поводок в зубах, пастушок склонил голову в одну, затем в другую сторону, при этом состряпал такую жалкую мину, что у девушки невольно дрогнуло сердце.

– Мартин, ну как ты не можешь понять, – она всплеснула руками, – я не могу тебя взять. Вряд ли меня пустят с тобой в планетарий.

Ушастик положил поводок на пол и звонко гавкнул.

– Ты хочешь сказать, чтобы я попробовала? – спросила Алиса с сомнением.

Обрадовавшись, что хозяйка поняла его, собачонок встал на задние лапы, закружился вокруг неё волчком и зашёлся радостным лаем.

– О господи, Мартин, – Алиса обессиленно уронила руки, – ты пользуешься тем, что я ни в чём не могу тебе отказать, и вьёшь из меня верёвки. Пойми, возможно, тебе придётся всю дорогу сидеть в рюкзаке. С головой.

Питомец снова громко гавкнул, всем своим видом говоря: «Хозяйка, я на всё готов, лишь бы не оставаться дома одному».

– Ну, смотри, ты сам напросился, – хмыкнула Алиса, пристёгивая поводок к ошейнику, – потом не скули.

Она повесила рюкзак на плечо, отворила дверь и едва не упала, споткнувшись о порог, когда счастливый Мартин рванул по коридору общежития в сторону лестницы.

«Добился всё-таки своего», – усмехнулась девушка, глядя ему вслед.

Спустя некоторое время они уже ехали на доклендском лёгком метро до станции «Катти Сарк». В этот раз Алисе даже не пришлось уговаривать собачонка забираться в рюкзак, он сам залетел в него и с щенячьим восторгом наблюдал за жизнью вокруг. Когда они проезжали через район сверкающих стальных небоскрёбов с его величественными мостами и убегающими как высоко вверх, так и глубоко вниз транспортными магистралями, голова Мартина вращалась как на шарнирах. Алиса не особенно сильно отличалась от питомца и с открытым ртом глазела в окно поезда. Складывалось впечатление, будто они стали героями фильма о будущем. В стёклах домов, вонзивших свои пики и башни в небо, отражались лучи солнца – казалось, то тут, то там вспыхивает ослепительное пламя.

Вскоре механический голос объявил, что следующей станцией будет «Гринвич». Здесь ничего выдающегося не нашлось, район скорее напоминал обыкновенный пригород. Местами симпатичный, но в целом ничего особенного. После шумного Лондона он казался пустынным захолустьем. Редкие прохожие неторопливо шагали по своим делам. Велосипедисты терпеливо ожидали, когда загорится зелёный свет на переходе. «В России ни пешеходы, ни велосипедисты не станут столько времени торчать на светофоре, чтобы перейти через дорогу, по которой практически не ездят машины», – подумала девушка. За всё время своего проживания в Лондоне она никак не могла привыкнуть к законопослушности британских граждан.

Несмотря на то что за разглядыванием городских пейзажей время в пути летело незаметно, Алиса ужасно обрадовалась, когда голос объявил о прибытии поезда на станцию «Катти Сарк». Плечи девушки ныли под тяжестью рюкзака. Мартин хоть и маленький пёс, но полчаса держать на себе лишних десять килограммов вполне ощутимо. Выйдя из метро, Алиса тотчас освободила узника.

– Выкатывайся, колобок, – скомандовала она, раскрыв рюкзак.

Собачонок с радостью выбрался на свободу и лизнул руку хозяйки, а девушка так и не поняла, за что он её поблагодарил. За то, что освободила, или за то, что взяла с собой.

– Чувствую, пора тебя на диету сажать, а то скоро поднять не смогу, – добавила с улыбкой Алиса.

Мартин пропустил её замечание мимо ушей, сейчас ему было не до того. Он уже находился на низком старте, лапы ходили ходуном, голова вращалась туда-сюда, провожая каждого прохожего, – ему не терпелось быстрее отправиться в увлекательное путешествие под названием «Планетарий». Алисе удалось пристегнуть поводок к его ошейнику, когда он отвлёкся на парнишку, проезжавшего мимо на скейтборде. Девушка уже давно замечала, с каким восторгом её питомец смотрит на скейтбордистов, и всё чаще стала задумываться о том, чтобы научить его кататься на доске.

Прежде чем отправиться в планетарий, Алиса внимательно изучила в интернете карту, а когда вышла из метро, поняла, что можно было этого и не делать. Прямо перед ними раскинулся тот самый Гринвич-парк, в котором находится королевская обсерватория.

Первое, что они увидели, когда вошли на его территорию, это дворец Квинс-хаус, в переводе на русский «дом королевы», и Национальный морской музей. Алисе хотелось побывать везде, но сделать это с ушастым хвостиком было нереально. Она даже не знала, удастся ли ей попасть с ним в планетарий. А то получится, зря прокатилась. «Если не выйдет, придётся просто погулять по парку. Ну, хоть посмотрю, что представляет из себя университет Гринвича, говорят, это самый большой вуз Лондона», – успокаивала себя девушка, пока они шли в сторону холма, на котором возвышался купол обсерватории. Здесь, как и в метро, невозможно было заблудиться, повсюду стояли указатели, готовые помочь туристам добраться до того или иного исторического объекта. Вывалив язык, Мартин весело вышагивал впереди, периодически оборачиваясь на хозяйку, так, на всякий случай, убедиться, что она не потерялась. Нередко на пути им встречались его сородичи, чинно разгуливавшие по парку со своими хозяевами. При виде их собачонок радостно взвизгивал и бежал навстречу сломя голову, до предела натягивая поводок.

– Мартин, я понимаю, тебе хочется познакомиться, но мы не за этим сюда приехали, до начала лекции осталось совсем мало времени, – остановила его Алиса, когда он в очередной раз рванул к мандариновому шарпею.

Понуро опустив голову, пастушок вернулся к ней и с грустной мордой снова потащился рядом.

– Малыш, не обижайся, – принялась успокаивать его она, – если у нас не получится попасть в планетарий, придём сюда гулять, и тогда знакомься сколько твоей душе угодно.

Помимо сородичей Мартина, здесь оказалось полно непуганых белок. Они спокойно расхаживали по газонам, дорожкам, беспардонно выпрашивая у прохожих еду. Местные собаки совсем на них не реагировали, иногда какой-нибудь пёс гонялся за ними, но молча, не сопровождая погоню громким лаем. У Алисы не укладывалось в голове: как такое возможно? В отличие от большинства равнодушных собак, пастушок при виде грызунов с ума сходил. Он срывался с места, но, увы, треклятый поводок не позволял ему задать им жару. Девушка нисколько не сомневалась, что собачонок непременно отыграется на белках в студенческом парке, там он гуляет свободно, без всяких сдерживающих факторов.

Несмотря на то что вокруг сновало много собак, тишина стояла такая, что казалось, будто все они немые. И лишь звонкий лай Мартина иногда нарушал эту тишину. Алиса не раз замечала, что английские питомцы удивительно спокойные, во время прогулки они не издают ни единого звука. Девушка часто задавалась вопросом: в чём причина? В воспитании? Так она тоже воспитывала Мартина, но стоило оказаться с ним на улице, ему будто шлея под хвост попадала. А может, права была королева, когда говорила, что он ещё маленький, с возрастом его баловство пройдёт?

Вскоре показалось здание университета. Алиса сразу узнала его по снимкам, которые видела в интернете. Но одно дело фото, и совсем другое – видеть воочию. Университет находился в удивительно красивом здании. Башенки, шпили, колонны и полуколонны, балкончики и балюстрады – всего этого было так много, что строение больше напоминало дворец какого-нибудь султана, чем учебное заведение. Даже украшенный золотом ажурный забор вокруг него выглядел как архитектурное произведение искусства. Несмотря на выходной, здесь вовсю кипела студенческая жизнь. Молодые люди спешили на занятия или возвращались с них. Алиса читала, что история университета Гринвича ведёт свой отчёт с конца девятнадцатого века, а статус учебного заведения ему присвоили лишь в конце двадцатого. С тех пор этот вуз является одним из самых престижных в Лондоне.

Незаметно для себя Алиса с Мартином добрались до холма. Прежде чем войти на территорию планетария, девушка решила сразу посадить питомца в рюкзак. Судя по недовольной морде, ему ох как не хотелось снова забираться в него. Собачонок жалобно посмотрел на хозяйку, при этом нарочно громко вздохнул, надеясь, что это поможет ему избежать прискорбной участи.

– Не вздыхай, ты сам напросился, – напомнила ему Алиса.

Мартину ничего не осталось делать, как подчиниться.

– Сейчас пойду узнаю, можно ли заходить в здание с собаками. Если разрешат, я тебя выпущу, если нет, – Алиса вздохнула и поджала губы, выражая сожаление, – тогда пойдём гулять. А пока сиди и не высовывайся.

Чмокнув питомца в мокрый нос, девушка повесила рюкзак спереди и не до конца закрыла молнию.

Возле знаменитого Гринвичского меридиана, что находился на территории обсерватории, толпился народ. Чтобы сфотографироваться на его фоне, нужно было не только заплатить определённую сумму, но и отстоять приличную очередь. Всё как обычно у туристов. Конечно, Алисе хотелось сделать селфи в историческом месте, отправить фото Жене, подруге, родителям, но у неё не хватало на это времени. Уж лучше она послушает учёного-астрофизика. Девушка глянула на телефон и обомлела: лекция начиналась с минуты на минуту. Алиса никак не ожидала, что дорога от станции до планетария займёт так много времени. Девушка поспешила в здание и, не заметив на входе знака: «Вход с животными запрещён», несказанно обрадовалась. Но каким же оказалось её разочарование, когда она вошла внутрь и оказалась перед металлоискателем. И как она об этом не подумала? В наше время нет ни одного общественного места, куда можно пройти без проверки службы безопасности.

– Мэм, кладите рюкзак на ленту, – сказал охранник, – а все металлические предметы и телефон вот сюда. – Он показал на столик, рядом с рамкой.

Алиса замешкалась и разнервничалась не на шутку; она то и дело бросала взгляд на отверстие в рюкзаке, из которого торчали кончики рыжих ушей. Заметив обеспокоенность посетительницы, страж нахмурился и открыл было рот, собираясь что-то сказать, как вдруг заметил объект её внимания.

– В планетарий с собаками нельзя, – категорично замахал он руками.

– Но у вас об этом нигде не написано, – дёрнула плечами Алиса. – Я смотрела на сайте и не нашла такой информации, на входе тоже нет запрещающего знака, а раз нет, значит, можно, – выдвинула она железный аргумент.

С минуту охранник стоял в полном смятении, не зная, как правильно поступить. Видимо, понимал, что по сути девушка права. Всё, что не запрещено, разрешено. Пока он думал, Алисе казалось, будто она слышит, как скрипят шестерёнки в его голове.

– Мистер, я уже три месяца мечтаю попасть в планетарий, а сегодня наконец появилось свободное от учёбы время. Но, к сожалению, мне не с кем его оставить. Мы живём вдвоём, поэтому мне ничего не оставалось, как взять его с собой, – выпалила девушка на одном дыхании и умоляюще сложила ладони.

Неизвестно, что больше подействовало на охранника: её честность или морда Мартина, которую он теперь полностью высунул из рюкзака и принялся строить жалкие гримасы.

– Обычно сюда приходят с детьми, а вот чтобы собак приводили слушать лекции о космосе, на моей практике ещё не было. – Сдвинув фуражку на лоб, страж почесал затылок. – Ладно, проходите, – махнул он рукой, – только не вытаскивайте собаку из сумки и скажите ему, – мужчина кивнул на пастушка, – чтобы не вздумал лаять.

– Спасибо, – радостно закивала Алиса и обратилась к Мартину: – Ты слышал, что он сказал?

К счастью, собачонок не успел ответить – она зажала ему пасть рукой.

Алиса прошла через металлоискатель и оказалась в просторном холле, где заметила за окошком кассы пожилую женщину. Оформляя билет, кассирша объяснила девушке, как попасть в лекторий, где выступает учёный, и сообщила: мероприятие уже давно началось. Алиса ужасно расстроилась из-за опоздания. Она поблагодарила кассиршу, схватила билет и помчалась по указателям в зал, напрочь позабыв о том, что надо было сдать жилетку в гардероб.

«Ну да бог с ней, в зале сниму», – подумала Алиса и вспомнила, как любит говорить её отец: «Пар костей не ломит». Пробегая по лабиринтам планетария, на одном из стендов она заметила фотографии Юрия Гагарина и других известных астронавтов. Отдельными экспонатами стояли скафандры, как первые, так и современные. На стенах светились голографические изображения звёзд, планет и других небесных объектов. То тут, то там лежали осколки метеоритов и торчали из-под пола огромные глобусы, точно круглые деревья. Под потолком на невидимых нитях висели мини-копии летательных аппаратов и разноцветные шары, имитирующие другие планеты Солнечной системы. Мартину всё было в диковинку и в новинку, он с любопытством вертел головой по сторонам. Из одного зала в другой перемещались экскурсионные группы, состоявшие в основном из детей и родителей. На выглядывающую из рюкзака голову необычного посетителя никто не обращал внимания.

Когда они наконец добрались до лектория, Алиса облегчённо вздохнула, не увидев у входа тётушек, которые обычно проверяют билеты. Неизвестно, как бы те отреагировали на собаку, пришедшую послушать лекцию учёного-астрофизика.

– Мартин, умоляю, веди себя как мышка, – попросила Алиса, прежде чем войти в зал, и распахнула дверь.

Оказавшись внутри, она невольно ахнула, когда подняла глаза и увидела под куполом угольное небо, усыпанное миллиардами звёзд. Над сценой висел земной шар, вокруг которого наматывала круги космическая станция. Алисе казалось, будто она летит вместе с ней. Девушка застыла на месте, не в силах оторвать взгляд от увиденного.

– Если вы выйдете ночью в ясную погоду из дома, каждый из вас сможет полюбоваться нашей Галактикой. Даже не имея бинокля, можно разглядеть её газово-пылевые рукава и звёзды разной яркости и цвета, – донёся до неё голос лектора, вернув в реальность, и в этот момент на стенах появилась голограмма звёздного неба, а на нём – грязно-жёлтые пятна, напоминавшие облака.

В ярко-синем свете, струящемся из-под потолка, Алиса отчётливо видела седовласого учёного в очках, расхаживавшего туда-сюда по сцене, и слушателей, которые настолько увлеклись лекцией, что на опоздавшую никто не обратил внимания. Девушка посмотрела на билете ряд и номер своего места и направилась в нужную сторону.

«Да, планетарий Гринвича – это не сеновал с дырявой крышей, в прорехи которой заглядывают по ночам звёзды и луна», – подумала Алиса, озираясь по сторонам. Стены и потолок зала то и дело меняли изображения, в зависимости от того, о чём рассказывал астрофизик. Когда он заговорил о метеоритном дожде, в девушку со всех сторон полетели огненные шары и светящиеся иглы.

Пробираясь к своему месту – а оно как назло оказалось чуть ли не в середине ряда, – Алиса смотрела под ноги, чтобы не споткнуться обо что-нибудь, и то и дело виновато бормотала: «Простите… извините… простите… извините». Увлечённые разглядыванием на потолке и стенах загадочных туманностей в виде больших скоплений звёзд, пыли и газа, зрители не замечали чуда, выглядывавшего из её рюкзака. Так, во всяком случае, казалось Алисе. И вдруг Мартин неожиданно громко гавкнул, и его лай в тишине зала прозвучал подобно раскату грома. Девушка так испугалась, что едва не упала в обморок. Десятки глаз тотчас потеряли интерес к космическому явлению и уставились на неё. Она как ни в чём не бывало продолжила пробираться к своему месту, пытаясь понять, почему пастушок залаял, что стало тому причиной и только, когда расслышала знакомый голос, до неё дошло, кто стал виновником возмущения питомца.

– Элис, привет, – тихо произнёс Энтони, – ты тоже пришла послушать мистера Кимберли?

Увидев его, Алиса нисколько не удивилась реакции пастушка. Она уже давно поняла, что этот парень не нравится Мартину. Её миролюбивый собачонок ни к кому не проявлял агрессии. Но когда они встречали Энтони во время прогулки, он словно с цепи срывался. Рычал, гавкал на него и не позволял приближаться к хозяйке. Если случалось, что молодые люди вместе возвращались из парка, филологу приходилось держаться от Алисы на приличном расстоянии. Парень и сам всё это замечал, поскольку не раз спрашивал у собачонка: «Мартин, я никак не пойму, чем не угодил тебе?», тот отвечал сердитым «Буф», и лишь Алиса догадывалась о причине такого поведения пастушка. Он ревновал её к другим парням – видимо, считал, что рядом с ней может быть только Женя.

Девушка не успела ответить на вопрос, вместо неё это сделал учёный.

– Видите, друзья, насколько я популярен, – улыбнулся он и поднял вверх указательный палец, – на мои лекции даже собаки приходят.

После его слов по залу прокатился смех. Алиса добралась до своего места, радуясь в душе, что оно оказалось не рядом с Энтони, иначе Мартин до конца лекции рычал бы на него. Даже сидя от парня на приличном расстоянии, пастушок был страшно неспокоен и бесконечно кидал на него хмурые взгляды.

– Уважаемый, хотелось бы узнать, что стало причиной вашего возмущения? Что я не так сказал? – обратился учёный к собачонку и, не дождавшись от него ответа, продолжил: – Молчание – знак согласия. В нашей ситуации это означает, что вас всё устраивает. Поскольку на моей лекции впервые присутствует четвероногий слушатель, я хотел бы познакомиться с ним лично и, если позволите, сделать селфи, иначе мне никто не поверит.

Оценив юмор оратора, аудитория разразилась аплодисментами. Чтобы продолжить, ему пришлось подождать, когда они стихнут.

– Сэр, можно вас попросить выйти на сцену, – попросил учёный, снова обращаясь к собачонку.

И снова зал зашёлся смехом и овациями. Алиса растерялась, не понимая, он серьёзно просит об этом Мартина или это всего лишь шутка. Чувствуя себя по-идиотски под прицелом сотен глаз, она в непонимании посмотрела по сторонам. И всё же, несмотря на почти шоковое состояние, Алиса обратила внимание на то, что никто из зрителей не возмущается из-за собаки в зале. Молодёжи так и вовсе вся эта ситуация доставляла удовольствие. «Если бы это происходило в России, меня бы уже съели с потрохами», – подумала девушка. А Мартин, вопреки веселью в зале, бдительности не терял и продолжал косить одним глазом в сторону Энтони.

– Мисс, идите, вас зовут, – обратился к Алисе сосед, мужчина лет сорока пяти на вид.

Мальчишка, сидевший с другого бока от него, наклонился и погладил собачонка по голове:

– Пап, этот пёс – вылитый наш Тони. Надо будет в следующий раз его тоже с собой взять.

– Только его мне не хватало, – по-доброму усмехнулся отец, – он мне дома плешь на голове проел, дай хоть здесь от него отдохнуть.

Отец с сыном рассмеялись, а Алиса в нерешительности поднялась, повесила рюкзак с драгоценностью на плечи и на трясущихся ногах пошла по ряду, снова то и дело бормоча: «Простите… извините…» Люди сдвигались, позволяя ей пройти, некоторые норовили погладить Мартина, сопровождая знаки внимания фразами: «Ты смотри какой любознательный» или: «Пёс, да ты интеллектуал».

– Собака, тебе тоже космос нравится? – спросила какая-то девочка.

Рассеянно улыбаясь, Алиса отвечала на их реплики кивками и мысленно ругала пастушка на чём свет стоит.

В отличие от неё, питомца нисколько не смущала вся эта шумиха вокруг него, даже больше того, ему нравилось быть в центре внимания. Он совсем осмелел, вытащил передние лапы из рюкзака и, вывалив язык, одаривал зрителей белозубым оскалом.

Увидев Алису, идущую по проходу к сцене, астрофизик махнул рукой.

– Идите сюда, – позвал он.

Поднимаясь по ступеням, Алиса почувствовала, как волнение с новой силой охватило её, предательски задрожали коленки, а лицо залилось краской. Она вдруг вспомнила, как точно так же нервничала, когда в последний день олимпиады шла на сцену к королеве за наградой, а в конечном итоге, помимо медали, получила от неё подарок в виде щенка^[8].

– Так вот ты какой, четвероногий любитель космоса, – улыбнулся учёный, когда девушка предстала перед ним. – А ну-ка давай достанем тебя отсюда. – Он вытащил Мартина из рюкзака, поднёс к столу, стоявшему на сцене, и посадил собачонка на него.

Сгорая от стыда, Алиса нервно переминалась с ноги на ногу, не зная, что делать и как себя вести в этой ситуации, а вот зрители с восторгом приняли решение учёного – аудитория снова взорвалась аплодисментами.

«Либо этот мистер Кимберли большой любитель собак, либо он в хорошем настроении», – предположила девушка, глядя, как учёный почёсывает Мартина за ухом, а сам с улыбкой посматривает в зал, где разыгрался настоящий фейерверк из вспышек фотокамер.

Довольный собачонок млел от людского внимания и светился от счастья, точно те звёзды, что горели под куполом планетария.

– Чтобы ты больше не возмущался, будешь сидеть здесь, – сказал учёный и обратился к залу: – Уважаемые слушатели, вы не возражаете, если сэр… – он сделал паузу и посмотрел на девушку.

– Мартин, – выдавила из себя та.

– Если сэр Мартин будет помогать мне вести лекцию? – закончил мистер Кимберли и обвёл взглядом аудиторию.

«Оказывается, астрофизик тот ещё юморист», – улыбнулась Алиса.

– Нет, – хором ответили зрители и снова зашлись в приступе смеха.

Каждая фраза учёного приводила их в восторг.

– Вот и прекрасно, – мистер Кимберли развёл руками. – Теперь хозяйка нашего уважаемого оратора тоже сможет послушать моё выступление. Присаживайтесь, – он выдвинул стул для Алисы и кивнул на собачонка, – рядом с вами ему будет гораздо спокойней. Я закончу, а потом, с вашего позволения, сделаем совместное фото. – Учёный посмотрел на девушку, и та дала согласие немым кивком.

Алиса никак не ожидала такого поворота. Из сложившейся ситуации она видела два выхода. Первый – забрать Мартина и покинуть аудиторию, второй – принять приглашение астрофизика и дослушать.

Девушка решила остаться – неизвестно, когда в следующий раз удастся попасть в планетарий. Ну подумаешь, придётся посидеть на сцене, зато дослушает лекцию до конца. Но не тут-то было. Когда учёный продолжил выступление, она уже не могла сосредоточить внимание на его речи. Мысли роились в голове, точно потревоженные пчелы.

«Ну, Мартин, ну засранец, устроил целое шоу, – мысленно бранилась девушка. – Хотя в чём его вина? – спросила она себя и тут же ответила: – Сама виновата, нефиг было тащить его за собой. Ещё этот Энтони, откуда он только взялся. Будь он неладен. И надо ж было ему припереться сюда именно в тот день, когда мы здесь. На последней лекции по астрономии я даже словом не обмолвилась, что собираюсь в планетарий. Хотя чему я удивляюсь? Наверняка он точно так же, как и я, узнал из интернета о выступлении известного астрофизика. Если бы не Энтони, сидел бы Мартин себе в рюкзаке да посапывал в две дырочки».

А ведь в её жизни уже подобное случалось. Алиса вспомнила, как однажды притащила Мартина в школу. В тот день у них намечался концерт, назначенный на вторую половину дня. В то время пастушок ещё был маленьким, оставить его ни с кем не получилось – родители, как всегда, работали допоздна. Классный руководитель чуть в обморок не упала, когда увидела собачонка в кабинете. Если бы не одноклассники, вставшие на его защиту, она бы выперла Алису с питомцем к чёртовой бабушке. Этот весёлый астрофизик просто добрячок по сравнению с её бывшей учительницей.

«Орлова, нифига тебя жизнь не учит», – вздохнула Алиса, очнувшись от своих мыслей.

Мистер Кимберли продолжал выступление, стоя на краю сцены и устремив взгляд на аудиторию. В зале по-прежнему сверкали вспышки фотоаппаратов – все старались заснять жизнерадостного учёного и его коллегу, развалившегося на столе. Алиса посмотрела на собачонка и невольно усмехнулась. Пастушок улёгся поперёк столешницы, как делал это всякий раз во время её занятий, положил морду на лапы и с любопытством наблюдал за слушателями в зале и за меняющимися картинками на потолке и стенах. Увидев на изображениях огромные воронки, обрамлённые светящейся материей, Алиса поняла, что речь идёт о чёрных дырах. Она прислушалась к речи лектора и убедилась: так оно и есть.

– В центре нашей Галактики есть чёрная дыра под названием Стрелец А, – говорил астрофизик, – её масса в четыре миллиона раз больше массы Солнца, а диаметр – 25 миллионов километров – примерно равен диаметру восемнадцати Солнц. Конечно, подобные масштабы заставляют нас с вами задаваться вопросом: не угрожает ли она всей нашей Галактике? Так вот, уважаемые мои слушатели, смею вас заверить: не угрожает, по крайней мере в краткосрочной перспективе. Большинство объектов Млечного Пути, включая Солнечную систему, находится слишком далеко от неё, чтобы ощутить её притяжение. Но… – учёный сделал паузу и поднял вверх указательный палец, затем продолжил: – Даже если мы когда-нибудь попадём в поле притяжения этой хищницы, то, скорее всего, даже не заметим этого. – Мистер Кимберли обернулся и посмотрел на Мартина: – Коллега, вы со мной согласны?

Собачонок поднял голову и посмотрел на астрофизика, всем своим видом говоря: «Вы абсолютно правы». До чего же это смешно выглядело со стороны. И тотчас серьёзный настрой в зале сменился дружным хохотом.

– Вот такая весёлая у нас с вами получилась лекция, – заметил учёный, когда смех стих. – Это всё благодаря нашему четвероногому другу. Если бы не он, пришлось бы вам целый час слушать мою скучную болтовню. Давайте вместе поблагодарим его за то, что подарил нам хорошее настроение. – Мистер Кимберли захлопал, и зрители с удовольствием поддержали его.

Алиса нисколько не удивилась такому вниманию к Мартину. Её питомец обладал обаянием и невероятной собачьей харизмой, позволяющей завоёвывать сердца людей.

– Если кто-то из вас что-то упустил из моей лекции и хотел бы ещё раз всё увидеть и послушать, о чём сегодня шла речь, можете это сделать на моём ютуб-канале, – сказал астрофизик. – Ну а я с вами прощаюсь. Был рад видеть каждого из вас. Кто желает взять автограф или сделать селфи со мной и моим коллегой, – он снова обернулся к собачонку и подмигнул ему, – подходите, не стесняйтесь.

Надо же, за своими размышлениями Алиса не заметила, как закончилось мероприятие. Из всего выступления учёного она запомнила лишь отрывок о чёрных дырах, ну и ещё о метеоритном дожде слышала краем уха, когда пробиралась к своему месту. Первую половину лекции пропустила из-за того, что опоздала. Да и как можно было не опоздать, когда приходилось оттаскивать собачонка от каждой белки. А вторую не слышала, поскольку шоу Мартина настолько выбило её из колеи, что после него все её мысли оказались весьма далеки от космоса. Хорошо, всё это есть в интернете, будет чем заняться в скучные вечера.

Алиса устала ждать, когда иссякнет поток желающих сфотографироваться с весёлым астрофизиком и его ушастым помощником. Кстати, не увидев среди них Энтони, девушка несказанно обрадовалась.

«Видимо, решил уйти, поняв, что весь этот сыр-бор с Мартином произошёл из-за него, ведь он прекрасно знает, как пёс на него реагирует», – подумала Алиса.

В конце затянувшейся фотосессии решили сделать общий снимок. Алиса с пастушком и мистер Кимберли встали по центру, а по бокам от них выстроились зрители. Снимать вызвался сосед девушки, тот, что вместе со своим сыном сидел вначале рядом с ней. Он отошёл на край сцены и, прежде чем сфотографировать, призвал всех улыбнуться, произнеся известное во всём мире: «Чи-и-из». Увидев в этот момент в дверях Энтони, Алиса сразу же перестала улыбаться. Она уж было обрадовалась, что будущий филолог уехал домой, а он, оказывается, ждёт её. В этом девушка ни секунды не сомневалась.

С одной стороны, в их общении Алиса не видела ничего дурного. В конце концов, она же не ортодокс, чтобы совсем не общаться с парнями из-за того, что любит Женю. С другой, в глубине души понимала: она нравится Энтони, и это её жутко раздражало. В этом мире для неё существовал один парень. Все её мысли были о нём, его одного она видела в своих грёзах. Последнее время Энтони всё чаще стал приглашать её сходить в кафе или кино. На первый взгляд это выглядело по-дружески, вроде как и придраться не к чему, но женское чутьё подсказывало, что никакой дружбой здесь не пахнет. Поэтому она всегда находила тысячу причин, чтобы отказать ему. Искоса поглядывая на филолога, для себя Алиса решила: если сегодня им придётся вместе добираться домой (чего ей жуть как не хотелось, да и Мартину эта идея не понравится, он будет всю дорогу рычать на него), она расскажет парню, что у неё есть любимый человек.

По окончании фотосессии мистер Кимберли назвал свой аккаунт в социальной сети, сообщил, что все желающие могут скачать фотографии там, поскольку их сделали на его телефон, и после этого слушатели стали расходиться, всё ещё оставаясь под впечатлением от незабываемой лекции.

Алиса не стала сажать Мартина в рюкзак – после того как его видели десятки людей, это уже не имело смысла. Учёный ещё раз поблагодарил Мартина за совместно проведённое мероприятие, пожал ему лапу, потрепал по холке и отвесил кучу комплиментов по поводу внешности. Слушая его похвалу, пастушок стоял важно, точно гусь, вздёрнув чёрную пуговку носа к потолку. Попрощавшись с «коллегой», он с гордо поднятой головой повёл хозяйку на выход, где по-прежнему томился в ожидании Энтони.

– Элис, привет ещё раз, – улыбнулся парень, когда они поравнялись с ним, – а то Мартин так и не дал нам поздороваться по-человечески.

– Привет, – сдержанно улыбнулась Алиса.

Они вышли из зала и направились по лабиринтам планетария в ту сторону, куда вели зелёные светящиеся стрелочки с надписью Exit. Из-за того что по помещениям сновало множество людей, Энтони оказалось сложно идти рядом с Алисой. Иногда ему приходилось отставать, чтобы не столкнуться лоб в лоб с кем-то из посетителей. Когда они оказались в просторном коридоре, где было меньше всего экскурсантов, парень наконец-то поравнялся с девушкой. Увидев филолога рядом с хозяйкой, пастушок тут же вклинился между ними, оттесняя его подальше. До чего же смешно смотрелось со стороны, как он оберегает свою хозяйку. Мало того что не позволяет приближаться к ней, так ещё и порыкивает, то и дело бросая косые взгляды. «Спасибо хоть не гавкает», – усмехнулась про себя Алиса.

Конечно, Энтони заметил реакцию собачонка.

– Мартин, да не смотри ты на меня так, – сказал он, – я не собираюсь делать ничего дурного ни тебе, ни твоей хозяйке.

Услышав «Буф», которое скорее прозвучало как предупреждение, мол, не подходи близко, иначе я за себя не ручаюсь, Алиса едва сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос. «Мой ты заступничек», – мысленно улыбнулась она.

– Энтони, ты как здесь оказался? – Алиса задала вопрос, который мучил её с того момента, как она увидела его в зале. Почему-то ей казалось, что это не простое совпадение.

– Да вот приехал на выходные в гости к родителям, а чем занять себя эти два дня, не знаю. Потом зашёл на сайт планетария, увидел информацию о выступлении мистера Кимберли и решил сходить послушать его лекции, – объяснил Энтони. – Думал потом поделиться с тобой впечатлениями. Я же не знал, что ты тоже сюда приедешь.

– А где живут твои родители? – полюбопытствовала девушка.

– Здесь, – он кивнул перед собой, – в центральной части Гринвича. От их дома до парка всего двадцать минут на велосипеде.

Энтони знал, что Алиса из России, Алиса тоже была в курсе, что он англичанин, а вот о том, что его родители живут в Гринвиче, она услышала впервые. Хотя в этом нет ничего удивительного. Они не настолько близко общались, чтобы знать такие подробности. Так вот, оказывается, в чём совпадение, о котором подумала девушка.

«Действительно, почему бы не сходить в планетарий, если он находится под боком. Да здесь жить можно», – мысленно усмехнулась она.

Подумав о том, что Энтони находится в гостях у родителей, а поэтому им не придётся вместе ехать домой, Алиса от радости чуть не пустилась вприпрыжку.

– Слушай, а зачем ты живёшь в общежитии, если родители рядом? – спросила она. – Тут на метро ехать полчаса.

– Так мне уже девятнадцать лет, как я могу жить с ними? – В его глазах читалось явное удивление. – Это же неудобно, – он пожал плечами, – к тому же у нас в семье заведено, что, как только ребёнок становится совершеннолетним, он уходит в свободное плавание. Так было с моей старшей сестрой и братом, то же самое и со мной. Когда мне исполнилось восемнадцать, отец сказал: «Всё, сын, мы тебя вырастили, дальше сам».

Немного непривычно было слышать подобные суждения от ещё совсем молодого человека. Зачастую в России дети чуть ли не всю жизнь делят со старшими родственниками квадратные метры. Но в душе Алиса согласилась: это страшно неудобно – жить с родителями.

До закрытия планетария оставался всего лишь час, а по его помещениям по-прежнему перемещались группы туристов во главе с экскурсоводами. Спустя некоторое время Алиса с Энтони добрались до выхода. Проходя мимо охранника, Алиса ненадолго остановилась, чтобы ещё раз поблагодарить его.

– Мистер, спасибо вам, – улыбнулась она, – если бы не вы, моя мечта так и осталась бы мечтой до следующих выходных.

Мужчина тоже улыбнулся, отчего в уголках его глаз собралось множество мелких морщинок, затем перевёл взгляд на Мартина.

– Говорят, дружище, ты помогал мистеру Кимберли вести лекцию? – спросил он.

Пастушок пасти не успел раскрыть, как охранник его опередил:

– Можешь не отвечать, уже все сотрудники наслышаны о твоих ораторских способностях. – Страж снова посмотрел на девушку: – Ещё сегодня утром я и не подозревал о своих сверхъестественных способностях. Оказывается, так просто быть волшебником, – сказал он, и они с Алисой рассмеялись.

Пока девушка общалась с охранником, Энтони забрал в гардеробе свою ярко-жёлтую куртку, по которой Алиса всегда узнавала его за километр, и вернулся к ним. Ни на секунду не теряя бдительности, Мартин не сводил с него глаз, нервно переминаясь на лапах.

Когда молодые люди вышли на улицу, солнце уже клонилось к закату, окрасив верхушки деревьев неестественным багровым цветом.

– Вы сейчас куда? – спросил Энтони.

– В общежитие, – ответила Алиса.

– Погоди минутку, я только велик заберу и провожу вас до метро. – Парень в который раз поправил очки и направился на велопарковку у входа, где несколько одиноких железных коней томилось в ожидании своих наездников.

– Энтони, не надо, мы сами дойдём. Поезжай домой, – бросила ему вслед девушка.

– Нам всё равно по пути, – обернувшись, сказал филолог.

Он забрал свой транспорт, но не стал его седлать, а покатил, придерживая за руль.

– А если хочешь, я могу провести для тебя экскурсию по Гринвичу или можем где-нибудь выпить кофе, – пригласил он.

Собачонок громко зарычал, и Алиса поняла, что ему не понравилось предложение парня.

– Уже поздно, – уклончиво ответила она и посмотрела на питомца, – Мартин устал, да и наверняка уже проголодался.

Словно в подтверждение её слов, собачонок громко гавкнул.

– Видишь, – она кивнула на пастушка, радуясь в душе, что тот понимает её с полуслова, – я оказалась права.

– Жаль, – вздохнул молодой человек, – могли бы ко мне в гости зайти, я бы тебя с родителями познакомил.

И опять его приглашение прозвучало вроде бы по-дружески.

«А может, мне кажется, будто я ему нравлюсь? Возможно, он на самом деле относится ко мне как к подруге?» – промелькнувшие в голове мысли не позволили ей сказать ему наконец, что у неё есть парень.

– Ладно, пойдёмте, а то уже скоро стемнеет, – сказала Алиса, просто проигнорировав приглашение Энтони.

Обратный путь до метро занял гораздо меньше времени. То ли потому, что девушка неслась как угорелая, то ли потому, что сородичи Мартина уже не гуляли в парке, а белки попрятались в дупла. Да и не до них было собачонку. Ему приходилось следить в оба глаза не только за Энтони, который катился на велосипеде рядом с хозяйкой, но и за своими лапами, чтобы он на них, не дай бог, не наехал. К тому же надо было держать ухо востро, слушая человеческие разговоры. В общем, работы немерено, какие уж тут грызуны.

Всю дорогу молодые люди обсуждали лекцию астрофизика. Оказывается, в той части выступления, на которую опоздала Алиса, учёный говорил, как меняется вес человека на других планетах. Девушка очень сожалела, что пропустила эту тему, ведь именно она больше всего её интересовала.

«Слава богу, есть интернет», – думала Алиса, слушая, как Энтони рассказывает, что на Марсе вес обычного взрослого человека будет меньше веса семилетнего земного ребёнка. Она мысленно поблагодарила мистера Кимберли за то, что все его лекции есть в открытом доступе на «Ютубе». Она непременно изучит этот вопрос. К сожалению, за весь путь от планетария до метро Алиса так и не подобрала момент, чтобы рассказать Энтони о Жене.

«Надо было не раздумывать, а говорить об этом, когда он приглашал тебя знакомиться с родителями, – ругала она себя. – А теперь, когда он рассказывает о рождении и смерти звёзд, будет как-то неуместно ляпнуть: “Ты знаешь, Энтони, у меня есть молодой человек, так что прибереги свои приглашения для других девушек”».

Глава 6

После посещения планетария прошла неделя. Жизнь шла своим чередом. Все дни казались похожими один на другой, как песчинки на берегу: учёба, общежитие, которое Алиса волей-неволей стала называть домом, занятия, прогулки с Мартином – и так сегодня, завтра, послезавтра… И всё же, несмотря на однообразие, каждый новый день приносил девушке радость – он приближал её к встрече с любимым человеком.

К своему огромному удивлению, в воскресенье Алиса проснулась раньше Мартина. Питомец сладко посапывал во сне, свернувшись клубочком у неё под боком. Стоило только глянуть в окно, чтобы понять, почему он до сих пор не разбудил её. В небе хозяйничали угрюмые серые тучи и сеял мелкий дождь, капли которого зигзагами сбегали по стеклу. Пастушок терпеть не мог гулять в ненастье.

– Так вот, оказывается, каким ты можешь быть, Туманный Альбион, – произнесла Алиса в тишине комнаты.

За время пребывания в Лондоне она ещё ни разу не видела такой отвратительной погоды. Конечно, дожди случались и раньше, но до сих пор никогда так явно не ощущалось приближение зимы.

Рука машинально потянулась за телефоном. Когда Алиса увидела приветственное сообщение от любимого: «Крошка моя, ты мне снилась всю ночь», – погода тотчас перестала казаться ей плохой. Она напечатала ответ: «И тебе привет, мой великан. Если не секрет, что я делала в твоём сне?» Следующее сообщение не заставило себя долго ждать: «Ты-то ничего не делала, зато я целовал твои сладкие губы». От прочитанного Алису бросило в жар и кровь по венам побежала быстрее. Девушка откинула было одеяло – и тотчас поёжилась от холодного воздуха, проникавшего в приоткрытое окно. Пришлось выбраться из кровати, чтобы закрыть его. Лишившись тёплого хозяйского бока, Мартин тут же проснулся, поднял голову и уставился на Алису.

– Так вот ты, хитрюга, почему дрыхнешь до сих пор? – Девушка снова нырнула под одеяло и прижалась к спине собачонка. – Согрей меня, а то я замёрзла, – попросила она.

Пастушок поелозил на кровати и ещё плотней прильнул к ней.

– Не хочешь гулять в такую погоду?

– Буф.

– Не хочешь, а придётся, – усмехнулась Алиса и погладила питомца по голове. – Я знаю, ты не любишь дождь, и я с тобой полностью солидарна в этом вопросе. Я тоже не понимаю, что хорошего в том, чтобы бродить по пустым улицам, когда все человеки сидят по домам, да и белки с голубями прячутся по гнёздам. Даже погоняться не за кем. Я права? – Она чуть приподнялась и посмотрела на собачонка.

Вместо ответа тот громко вздохнул.

– Признаюсь честно, мне тоже не хочется вылезать из-под одеяла. Но, как говорится, от судьбы не уйдёшь. Обещаю, долго гулять не будем, по-быстрому сделаешь свои дела, и вернёмся домой, а потом вымоем лапки, возьмём какую-нибудь вкусняшку, заберёмся в постельку и будем смотреть кино или мультик. Хочешь? – спросила Алиса.

– Буф, – согласился Мартин.

– Кто бы сомневался, – хмыкнула девушка, чмокнув его в лоб. – А теперь давай сделаем селфи и отправим Жене.

Как только прозвучало имя парня, сон вмиг слетел с пастушка, он вскочил и завертелся юлой. Алиса взяла смартфон, поднялась повыше и оперлась спиной о спинку кровати.

– Иди ко мне, – она похлопала рядом с собой.

Мартин выполнил её команду и устроился у неё под боком. Алиса посмотрела на себя в телефон, поправила спутанные волосы, пряди которых падали на лицо, и прежде чем нажать кнопку, ткнула пальцем в экран.

– Смотри сюда и улыбайся.

Его высочество широко раскрыл пасть, оголив белоснежные зубы, и вывалил язык. Девушка сделала несколько снимков и выбрала, на её взгляд, самый удачный. Кстати, Мартину он тоже понравился: когда хозяйка показала ему фото, тот в подтверждение звонко гавкнул. Алиса напечатала сообщение: «С любовью с берегов Туманного Альбиона» – и, прикрепив снимок, отправила Жене. В ожидании ответа они ещё немного полежали, а затем Алиса решительно встала с кровати.

– Хватит валяться. Мне сегодня надо много заниматься, а мы с тобой и так полдня проспали.

Она подошла к столу, открыла «Макбук» и подсоединила к нему колонки. Пастушок чётко знал: если хозяйка совершает эти действия, значит, пришло время веселья.

– Лучшее лекарство от осенней хандры – это музыка.

Алиса подмигнула питомцу и включила один из своих любимых треков Эминема – «Evil Deeds». Собачонок спрыгнул с кровати и закружился вокруг неё в неведомом танце.

– Ладно, пошли умываться, – глядя на него с улыбкой, сказала Алиса и, приплясывая, направилась в ванную.

От веселья пастушка не осталось и следа. Даже несмотря на зубную пасту со вкусом бекона, он терпеть не мог чистить зубы. Но в то же время понимал, что эта отвратительная экзекуция неизбежна. Принц громко вздохнул и потащился за хозяйкой.

После водных процедур он с аппетитом умял приличную порцию любимого куриного паштета, а Алиса ограничилась чашкой кофе. Прежде чем отправиться на прогулку, девушка надела на собачонка дождевик, который ему подарил Женя перед отъездом в Лондон. Она вспомнила, как смеялась, когда парень сказал: «Ваше высочество, ты едешь на историческую родину, а она у тебя барышня плаксивая, так что этот плащик тебе там пригодится». И он действительно пригодился. Даже больше того, оказался незаменимой вещью. Каждый раз, возвращаясь после прогулки в дождливую погоду, Алисе не нужно было купать Мартина полностью и сушить шерсть феном – под плащиком она оставалась сухой и чистой.

Резкий порыв ветра едва не унёс собачонка, когда они вышли из подъезда. «Хорошо, что я повела Мартина на поводке, а то пришлось бы ловить его, как воздушный шарик», – подумала девушка, глядя, как ветер играет его шёрсткой на хвосте. Она утеплилась, застегнув куртку по самое горло и накинув на голову капюшон. Вопреки всей нелюбви к дождливой погоде, оказавшись на улице, пастушок сорвался с места и помчался привычным маршрутом, заставляя Алису чуть ли не бежать следом.

В парке оказалось не так ветрено, как на открытой местности возле общежития; то ли высокие кроны деревьев защищали от непогоды, то ли ураган начал стихать. Девушка отстегнула поводок, давая возможность питомцу свободно передвигаться. Но, несмотря на затишье, кругом было ни души. Оно и понятно: какому здравомыслящему существу захочется добровольно гулять, когда на голову сыплется мелкий моросящий дождь, а холодный ветер пронизывает до костей. Да к тому же воскресенье, обычно в этот день студенты отсыпаются до обеда.

Мартин останавливался у каждого дерева, смешно задирал голову и всматривался в ветви, всё ещё надеясь увидеть там хоть какую-то живность. А когда никого не обнаруживал, разочарованно вздыхал и бежал к следующему. Возле старой сосны ему повезло. Из дупла вылезла серая белка и, будто дразня его, важно прошлась туда-сюда по ветке. Увидев её, пастушок от радости начал носиться кругами вокруг дерева, потом поставил передние лапы на ствол и, глядя вверх, стал призывно лаять, требуя, чтобы животное немедленно спустилось вниз. Хитрая белка сделала вид, будто послушалась, подкралась к нему на максимально близкое расстояние, затем резко развернулась, нарочно мазнув его пушистым хвостом по морде, и помчалась наверх, оставив пастушка с носом. Когда она скрылась в дупле, Мартин чуть не захлебнулся от негодующего лая. Он снова принялся нарезать круги вокруг сосны, всем своим видом говоря: «Ну ничего, подлый грызун, я до тебя доберусь». Алиса каталась со смеху, наблюдая за звериным спектаклем.

Девушка уже давно обратила внимание, что в парках Лондона обитают не рыжие белки, каких она не раз видела в Москве, а серые. Английские грызуны отличались от своих огненно-красных сородичей большей агрессивностью и вызывающим поведением. Выпрашивая у человека еду, они в прямом смысле слова преграждали ему путь, при этом складывали лапки перед собой, оставалось только сказать: «Подайте белке на орешки».

Пока Мартин требовал от хвостатой, чтобы та выглянула из дупла, Алиса проверила телефон. От Жени по-прежнему ничего не приходило. С того момента, как она отправила ему сообщение, прошло уже больше часа. Накануне вечером, когда они общались по «Фейстайму», парень говорил, что уже вернулся к тренировкам. «Наверняка он сейчас находится в зале», – подумала девушка. Но как бы она себя ни успокаивала, настроение испортилось. «Господи, как же я устала от этой мучительной разлуки», – застонала про себя Алиса, едва сдерживаясь, чтобы не закричать на весь парк.

Она посмотрела на неугомонного питомца – тот продолжал бегать вокруг дерева, возмущённо гавкая. «Наверняка всё беличье семейство уже оглохло от его лая», – мысленно усмехнулась девушка, а вслух раздражённо бросила:

– Мартин, хватит носиться. Не выйдет она больше! – И тотчас отругала себя за несдержанность. «А он-то тут при чём», – подумала она и, смягчив тон, добавила: – Малыш, пойдём домой, я уже в ледышку превратилась.

Чувствуя себя униженным и оскорблённым, пастушок ещё раз посмотрел на дерево и угрюмо потащился за хозяйкой, всем своим видом говоря: «Сегодня точно не мой день. С утра не дали нормально повеселиться, теперь вот наглая белка обвела вокруг пальца».

Вернувшись домой, Алиса выполнила своё обещание. Она вымыла питомцу лапы, сама переоделась в домашние шорты и толстовку, прихватила с собой пачку имбирных хлебцев, которые тот терпеть не мог, и вместе с ним завалилась на кровать. Собачонок устроился у неё под боком, а Алиса поставила ноутбук на колени и стала выбирать, что посмотреть, пролистывая список лучших фильмов о собаках. Когда на экране появилась картинка к кинофильму «Рыжий пёс», пастушок поднял голову и гавкнул.

– Мартин, мы его миллион раз видели, давай выберем что-нибудь другое, – запротестовала Алиса.

Это было его любимое кино, она не знала, чем оно так нравится собачонку, но тот готов был смотреть его бесконечно. Принц снова настойчиво гавкнул, что означало: он не хочет ничего другого.

– Ну и ладно, смотри своего «Рыжего пса», – наигранно обиженно фыркнула девушка, – а я тогда буду заниматься.

Она поставила ноутбук перед Мартином и включила фильм. Тот положил голову на лапы и не мигая уставился в экран.

Алиса опять проверила мобильный, и снова ничего. Прошёл ещё час с того момента, как она отправила сообщение, а в общей сложности уже больше двух часов. Казалось бы, ничего необычного, он и раньше подолгу не отвечал, но сегодня почему-то ей казалось это странным. Что-то ёкнуло в груди, и какое-то неприятно тревожное чувство зашевелилось в душе, почему – она и сама не могла объяснить.

– Орлова, хватит накручивать себя! – воскликнула она и от волнения подпрыгнула с кровати.

Пастушок оторвал взгляд от монитора и удивлённо посмотрел на неё, явно не понимая, что это с хозяйкой случилось.

– Да не смотри ты на меня так, – буркнула та и уселась за стол, мысленно успокаивая себя: «Всё нормально, он всего лишь на тренировке. Лучше займи мозги чем-нибудь».

Единственное, что могло отвлечь её от всяких негативных мыслей, – это математика. Алиса открыла учебник и пропала в мире чисел, формул, задач и уравнений на долгое время…

Звонок телефона заставил девушку подпрыгнуть от неожиданности. Сколько лет уже эта песня стоит у неё на звонке, а она всё никак не может к ней привыкнуть и каждый раз, когда звонит телефон, вздрагивает не только сама, но и те, кто находится рядом. И тем не менее Алиса не собиралась её менять, «White America» был одним из её любимых треков Эминема. А если он начинал играть в её плейлисте, когда она слушала музыку на «Макбуке», девушка невольно кидалась к мобильному, думая, что ей кто-то звонит. До чего же порой сильны наши привычки.

Алиса схватила телефон, но, увидев на дисплее «Отец», разочарованно застонала, откинулась на спинку кресла и на секунду прикрыла глаза. Нет, конечно, дочь радовалась звонку родного человека, но в тот момент она не от него ждала весточки.

– Привет, папуль.

Посмотрев в окно, за которым сгущался вечер, Алиса подумала: «Ох, ничего себе я увлеклась».

– Дочка, здравствуй, дорогая, – раздался громкий радостный голос отца, заставививший её, как всегда, чуть отодвинуть трубку от уха.

«Ну не может Сергей Алексеевич говорить спокойно», – усмехнулась она про себя.

– Ты собираешься домой на каникулы? – поинтересовался он. – Или у тебя уже поменялись планы?

– Нет, конечно, – хмыкнула Алиса, – я не могу дождаться, когда полечу в Москву, а ты говоришь, планы поменялись.

– А билеты ты купила?

– Ещё нет.

– А что ж ты тянешь кота за хвост? – воскликнул папа. – Или ты забыла, что Новый год на носу? Думаешь, ты одна такая, кто захочет в это время отправиться в путешествие?

– Ой, а я как-то об этом не подумала, – спохватилась Алиса и добавила: – Так ещё же почти целый месяц до каникул.

– Ох, Алиса, Алиса.

Девушка прямо почувствовала, как отец при этом покачал головой.

– Ты как малое дитя. Люди, когда собираются ехать за границу, за полгода планируют поездку, а тут месяц остался, а она ещё билеты не взяла. Давай я куплю их, – предложил он.

– Нет, пап, не надо, я завтра выясню в учебной части, когда последний день занятий, а потом куплю.

– Ну смотри, – сказал Сергей Алексеевич, – только не затягивай, иначе останешься праздновать Новый год в Лондоне. Как у тебя дела?

– Всё нормально, – улыбнулась Алиса. – Учусь, грызу гранит науки и умнею не по дням, а по часам, – рассмеялась она. – А вы как поживаете?

– Скучаем по вас и ждём не дождёмся, когда вы уже приедете. Как там наш герцог?

Алиса посмотрела на питомца, тот дрых беспробудным сном, развалившись поперёк кровати и слегка похрапывая. «Так набегался вокруг сосны, что даже не слышал, как зазвонил мобильный», – усмехнулась она.

Надо же, за математикой девушка не заметила, как закончился фильм. Хотя чему тут удивляться? Однажды за решением задачи она не поняла, как у неё яичница сгорела на плите.

– Да как он? – хмыкнула Алиса и тут же ответила: – Налопался, как Бобик, посмотрел своего любимого «Рыжего пса», а теперь спит без задних лап.

– Узнаю лорда, – усмехнулся отец. – Ирина тут вам подарков накупила целый ворох.

Сергей Алексеевич был большим оригиналом по части выдумывания всевозможных августейших титулов для Мартина. Как он только его не называл: и герцогом, и лордом, и графом, и принцем, и пэром, и сэром, всего и не упомнишь.

– Что ещё за подарки?

– Принцу игрушек и вкусняшек, а тебе барахла разного. Она считает, раз ты учишься в Лондоне, то должна выглядеть как леди.

Алиса снова почувствовала, как отец улыбнулся.

– А поскольку ты сама себе не покупаешь одежду, она решила это сделать за тебя.

«Эта та, которая на нюх не переносила Мартина, а теперь ему подарки покупает», – вспомнив мачеху, мысленно усмехнулась она.

– Пап, спасибо, конечно, ей, но ты же знаешь, тряпки меня интересуют меньше всего в этой жизни.

– Да знаю я, – вздохнул отец, – ты у нас не от мира сего. Не такая, как все молодые барышни.

– Да нормальная я, – не согласилась Алиса, – просто меня привлекают другие вещи.

– Слушай, а куда твой Жека укатил? – неожиданно сменил тему Сергей Алексеевич.

– В смысле? – не поняла Алиса. – Что ты имеешь в виду?

– Я сегодня утром встретил его в лифте с дорожной сумкой.

Алиса нисколько не удивилась услышанному, это вполне нормальное явление иногда встречаться, когда люди живут в одном подъезде и на соседних этажах.

– Да никуда не укатил, – дёрнула она плечом, – наверное, на тренировку поехал.

– Да нет, – возразил ей родитель, – я видел, с какой сумкой он ездит в спортзал, а тут целый баул, как будто он собрался в длительное путешествие. Я не стал спрашивать, куда он едет, как-то неудобно стало, я же ему не отец родной.

Алиса почувствовала, как гулко забилось сердце. Женя не мог куда-то уехать и не сказать ей об этом. Обычно они всегда делились друг с другом своими планами. После этой новости она поняла, что уже больше не сможет продолжать разговор с отцом. Теперь все её мысли занимал любимый.

– Пап, всё нормально, не бери в голову, – выдавила девушка из себя, – извини, но мне надо заниматься. Мне сегодня ещё эссе писать, – вздохнула она и в сердцах добавила: – Будь оно неладно.

– Вижу, гуманитарные предметы по-прежнему для тебя катастрофа? – усмехнулся родитель и продолжил: – Ладно, дочка, не буду тебя отвлекать. Не забудь билеты купить, а то мы с Ириной с ума сойдём, если придётся ждать вас до следующих каникул.

– Не забуду. Передавай ей привет от нас.

– Целую тебя, малышка, – донеслось до Алисы сквозь затуманенное сознание.

Отключив связь, она какое-то время сидела в полной прострации, выронив телефон из рук и совершенно обессилев, а в голове её, словно фейерверки, взрывались сотни тысяч мыслей. Не зря чутьё подсказывало ей, что не просто так Женька долго не отвечает.

– А что ты хотела, Орлова, – вслух произнесла она, – ты тут, он там. Если у Жени появились от тебя секреты и он не хочет о них говорить, это означает одно – у него началась своя жизнь, но уже без тебя. Вот к чему приводит проклятая разлука! – с ненавистью выпалила Алиса, и отчаянный стон вырвался из её груди.

Пастушок проснулся и в недоумении уставился на хозяйку. Не обращая на него внимания, та вскочила с кресла и заметалась по комнате. Нет, у неё не укладывалось в голове, она не хотела верить, что Женя может предать её. Он не похож на предателя, по крайней мере, все его поступки говорили об обратном. Если у него появилась другая, тогда к чему все эти нежные сообщения и бесконечно длинные ночные разговоры? Может, отцу сумка только показалась слишком большой, вряд ли он знает все вещи, с какими Женя ездит на тренировки. Подумав о том, что, возможно, любимый звонил ей, а у неё телефон был недоступен – мало ли что может случиться со связью, – она снова схватила мобильный и стала проверять, не приходило ли уведомление о пропущенном звонке. Но, увы, ничего не было.

Проскочила мысль спросить у Верки, не знает ли она случайно, куда Женя собрался ехать, но Алиса тут же отбросила её. Если парень не раскрыл ей своего секрета, то её подруге не скажет и подавно. Он прекрасно понимает, что Верка тут же сообщит Алисе.

– Орлова, успокойся! – прикрикнула девушка на себя. – Рано или поздно всё выяснится. Ещё это долбаное эссе – как теперь его писать, когда все мысли черт знает где? – Она покачала головой. – К тому же тема идиотская: «Как вы относитесь к списыванию?» Да как я могу к нему относиться? – всплеснула Алиса руками, продолжая разговаривать сама с собой. – Если я родилась в России, а у нас это часть национальной культуры. Списывают все, начиная от учеников в школе, заканчивая студентами, аспирантами, докторантами. Да что там школьники и студенты, если даже чиновники и министры, занимающие важные посты, когда-то скатали свои диссертации.

Под пристальным наблюдением Мартина она забрала «Макбук» с кровати и снова уселась за стол. Чувствуя тревожное настроение хозяйки, пастушок подбежал к ней и поставил лапы на ноги.

– Ты хочешь ко мне? – спросила девушка. Она наклонилась, взяла его на руки и посадила рядом с собой в кресло.

Алиса вспомнила, как в начале учебы ездила в «Икею». В её комнате общежития из мебели было всё, кроме компьютерного кресла и предметов личного пользования: постельного белья, полотенец, подушек, одеяла и необходимой посуды. Услужливый продавец-консультант вызвался ей помочь выбрать кресло, чему девушка несказанно удивилась. Сколько раз прежде она с отцом бывала в этих магазинах и никогда не видела, чтобы сотрудники проявляли такое участие, им было абсолютно фиолетово, что выбирают покупатели. А бывало так: захочешь что-то спросить, начинаешь искать консультантов, а их днём с огнём не сыщешь в торговом зале. Увидев, что Алиса разглядывает просторные широкие кресла, продавец сказал: «Мисс, вы такая миниатюрная, зачем вам большое кресло, вам будет неудобно в нём сидеть», на что она ему ответила: «Сэр, дело в том, что у меня есть собака, которая обожает делать со мной уроки». Девушка искренне не понимала тогда, какая ему разница, какое она купит кресло. Может, он просто хотел сэкономить её деньги?

Но больше всего во время её занятий Мартину нравилось валяться поперёк стола и наблюдать, как порхают её пальцы по клавиатуре или авторучка выводит замысловатые каракули на бумаге. Ему-то нравилось, а вот Алисе не очень. Дело в том, что, когда ему надоедало неподвижно лежать, он начинал елозить своим упитанным тельцем по столешнице и, как правило, в этот момент что-то падало, иногда даже разбивалось. Однажды он умудрился перевернуть кружку с чаем. В тот момент Алиса почувствовала себя самым настоящим жонглёром. Она вовремя среагировала и убрала «Макбук» за секунду до того, как на стол выплеснулся кипяток. Если бы не её мгновенная реакция, чай залил бы клавиатуру и на компьютере можно было бы ставить крест. После того случая Алиса перестала что-либо пить во время занятий, а питомцу запретила лежать на столе, но упрямый собачонок всё равно забирался на него, как обычно, пользуясь её неспособностью ему отказать.

Пастушок вальяжно развалился в кресле, отодвинув её на самый край, и по-хозяйски положил морду на её колени.

– Мартин, тебе не кажется, что ты залез на мою половину? – нахмурилась девушка и напомнила: – Мы же с тобой договаривались, если ты приходишь ко мне во время занятий, то лежишь на своей половине.

А пастушку что об стенку горох. Он даже не шелохнулся, лишь посмотрел на неё из-под кустиков чёрных бровей и громко вздохнул, всем своим видом говоря: «Я не пойму, тебе что, мало места?»

– Да ну тебя, – отмахнулась Алиса. – Упёртый ослик Иа.

Она вошла в почтовую программу, скачала эссе, которое прислал профессор, чтобы написать на него ответное. Как же она не любила этот предмет. Возможно, если бы он давался ей полегче, тогда бы не было такой неприязни, но каждый раз написание сочинения или эссе для неё превращалось в настоящую пытку.

– Они точно хотят из меня сделать писательницу, причём сразу англоязычную, – сказала Алиса, имея в виду тех сотрудников университета, которые составляли для неё индивидуальный план обучения.

Она начала читать эссе, всё больше хмурясь и меняясь в лице. Его суть заключалась в следующем: жили-были два друга, и всё у них было замечательно в отношениях до тех пор, пока один из них не заметил, как другой втихаря и без зазрения совести списывает у их однокашника на уроке. Сие действо до глубины души поразило честного друга, он стал метаться меж двух огней: желанием пожаловаться преподавателю и скрыть позор друга. В его голове пронеслась масса всяких мыслей о благородстве и помощи обществу, типа если сейчас не преподать урок сознательности товарищу, то в дальнейшем это приведёт к катастрофическим последствиям. В конечном итоге парень так и не решился рассказать учителю, но эмоциональные переживания и разочарования в друге оказались настолько сильны, что постепенно их дружба сошла на нет.

Прочитав до конца, Алиса воскликнула:

– Какой бред!

Собачонок снова поднял голову и посмотрел на неё, в его глазах читалось явное недоумение: да что же это такое происходит с хозяйкой, почему она целый день разговаривает сама с собой?

А в голове Алисы не укладывалось: неужели списывание может разрушить отношения? Может, между молодыми людьми не было настоящей дружбы? Как понять подобное русскому человеку, когда списывание у нас считается нормой, а жалобы – стукачеством? И всё же описанная в эссе история заставила её задуматься. Получается, тот парень украдкой воровал чужие мысли, а мысли, по сути, такой же товар, как еда, одежда, предметы быта, только не физический, а интеллектуальный. Если кому-то взбредёт в голову что-либо украсть в магазине, наверняка его накажут. Тогда почему воровство чужих идей должно сходить с рук? Алиса вдруг вспомнила, как однажды ходила на встречу с известным писателем, которая проходила в книжном магазине. После выступления вокруг него собралась толпа поклонников, желающих взять автограф и сфотографироваться с кумиром. Одна женщина поинтересовалась, в каких интернет-магазинах можно купить его книги в электронном виде. Автор не успел рта раскрыть, как встряла какая-то тётка и без тени стеснения сообщила, на каких сайтах бесплатно скачивает его произведения. По сути, она во всеуслышанье призналась, что крадёт его ежедневный, кропотливый труд, который он создаёт своими мозгами. Действительно, зачем платить, если можно стырить. Видимо, тётка считает, что автор святым духом питается. Подумав о том, что сама не раз бесплатно скачивала литературные произведения, Алиса вдруг испытала такой стыд, что готова была провалиться сквозь землю. Теперь, вспоминая ту ситуацию, девушка поняла, почему в России закрывают глаза на списывание и плагиат. Вся беда в том, что люди не считают чужой интеллектуальный труд работой. С первого дня учёбы в Лондоне Алиса обратила внимание на то, что и учащиеся, и руководство университета крайне негативно относятся к воровству мыслей. Плагиат не только осуждается, но ещё и чреват изгнанием из университета. С одной стороны, для неё, как для любого российского студента, это было непривычным, с другой – ей нравилась идея чистоты образования.

Алиса долго ломала голову, что написать в эссе. Она представила себя на месте честного друга: как бы она поступила в подобной ситуации? То, что жаловаться не стала бы, это однозначно. Рушить отношения тоже, тем более если дружба искренняя. Наверное, попыталась бы убедить друга: красть чужие мысли – это всё равно что залезать в чужой карман…

С горем пополам спустя время девушка закончила писать эссе. Она сохранила файл и принялась перечитывать написанное. Пастушок, спокойно дремавший до сих пор, вдруг поднял голову, навострил уши, забил хвостом по сиденью и предупреждающе зарычал.

– Мартин, прекрати сейчас же, – возмутилась Алиса, – ты не даёшь мне сосредоточиться на тексте.

Питомец снова положил голову на колени, но рычать не перестал, просто стал делать это чуть потише. Закончив читать, Алиса осталась вполне довольна результатом своего труда, прикрепила файл к письму и отправила профессору.

– Сойдёт для сельской местности, – сказала она, вспомнив любимое выражение бабули.

Пока писала эссе, Алиса немного отвлеклась от мыслей о Жене, но стоило только закрыть крышку «Макбука», как те вновь зашевелились в голове. Она снова проверила телефон: вдруг за учёбой не расслышала, как от него пришло сообщение – хотя прекрасно понимала, что такое в принципе невозможно. Всё это время мобильный лежал рядом с компьютером. В очередной раз не обнаружив от любимого посланий, Алиса едва сдержалась, чтобы не расплакаться. На часах было уже почти семь вечера. Никогда прежде он так надолго не пропадал. «Отец не ошибся, когда предположил, что Женя куда-то уехал», – подумала девушка. Ей очень не хотелось признавать, но, видимо, именно это и произошло. В голове вихрем носились бесконечные вопросы: где он? с кем он? чем занимается? Она вспомнила, как однажды застала его перед боем в объятьях блондинки^[9], и ревность тут же охватила её, а фантазия, разыгравшись не на шутку, принялась рисовать мрачные картины. К горлу подкатил ком, обида начала душить Алису, не давая ей дышать, стальным кольцом стягивала грудь. И в этот момент девушку прорвало: губы задрожали, из глаз хлынули слёзы, сдержать которые она уже не могла.

Вместо того чтобы пожалеть хозяйку, как обычно делал пастушок, когда она плакала, он запрыгнул на стол, оттуда перебрался на подоконник и, уставившись в окно, тоже завыл.

– Господи, Мартин, ты хоть не вой, и так тошно, – жалобно попросила Алиса.

Она вскочила с кресла и снова заметалась по комнате, то и дело смахивая слёзы со щёк. В моменты волнения и душевных переживаний Алиса никогда не могла сидеть на месте.

Собачонок проигнорировал её замечание и принялся голосить ещё громче.

– Ты издеваешься надо мной? – всхлипнув, прикрикнула девушка и от досады топнула ногой. – Сейчас опять придут на тебя жаловаться.

Но пастушок и в этот раз не послушал. Он спрыгнул на пол и с громким лаем начал носиться по комнате.

– Мартин, да что с тобой? – в недоумении воскликнула Алиса. – Ты не заболел, случайно?

Она хотела взять питомца на руки, но тот вырвался, подбежал к входной двери, поставил на неё передние лапы и продолжил неистово гавкать, как обычно делают собаки, когда чувствуют чьё-либо приближение.

– Ты хочешь гулять? – спросила Алиса, прекрасно понимая, что это не так. Обычно, когда Мартин просился на улицу, он брал в зубы поводок, несмотря на то что зачастую гулял без него. – Малыш, мы пойдём, но чуть позже.

Но пастушок не унимался. Алиса не узнавала питомца, его поведение выглядело странным, с ним явно что-то происходило. Она вдруг вспомнила, как однажды Мартин спас мачеху от неминуемой гибели. Тогда его действия тоже казались непонятными. Он вцепился в сумку Ирины зубами и не позволил женщине сесть за руль – и через мгновение рухнувшее на крышу её автомобиля дерево превратило его в груду металла^[10].

– Пастушок, ты хочешь мне что-то сказать? – вдруг осенило Алису. – Что-то случилось в общежитии? Ну хорошо, давай сходим посмотрим. Погоди, я только штаны спортивные надену.

Она направилась к шкафу, но Мартин не дал ей до него дойти: он так заголосил, что девушка была вынуждена вернуться.

– Ладно, малыш, ты только не волнуйся, – попыталась успокоить его Алиса, – я так пойду.

Мартин отошёл в сторону, давая ей возможность открыть дверь. Распахнув её, девушка застыла на месте и потеряла дар речи, только открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на берег. Алиса стояла и смотрела на тёмные кудри, в которые так любила зарываться пальцами, на тонкий шрам над бровью и обворожительную улыбку, от которой таяла, как мороженое; на уверенный взгляд до боли знакомых глаз и на широкий размах плеч, пока до неё доходило осознание того, кто стоит перед ней. У неё столько вопросов было к нему, а теперь ей почему-то совсем не хотелось узнавать на них ответы. Женина сумка выпала из рук, когда девушка кинулась в его объятия. Он поднял её, как пушинку, она обхватила ногами его за талию, обвила шею руками, и их губы слились в долгом, страстном поцелуе.

Неизвестно, сколько бы они так простояли, если бы Мартин не напомнил о своём присутствии. Он поставил лапы на ноги парня и громко гавкнул.

– Ваше высочество, я тоже рад тебя видеть, – улыбнулся Женя, посмотрев на него с высоты своего роста.

Счастью пастушка не было предела: его близкие люди снова вместе. Он взвизгнул и закружился вокруг них в победном танце, заставляя влюблённых смеяться.

Это был их лучший день за последние три месяца.

Глава 7

Алиса не заметила, как пролетели две недели. Раньше дни тянулись, как кисель, а с тех пор как Женя перебрался в Лондон, время потекло, словно вода. С его приездом жизнь изменилась. Девушка буквально светилась от счастья и порхала, как бабочка, улыбаясь всему миру. Будни перестали казаться скучными и однообразными, на учёбу Алиса летела как на крыльях, зная, что вечером её ждёт встреча с любимым человеком. Теперь ни о каких каникулах не могло быть и речи. Зачем ей Москва, если Женя здесь? Родители ужасно расстроились, когда узнали, что они с Мартином не приедут домой, да и Верка оказалась не в восторге от этой новости. Она столько всего напланировала на их совместные каникулы! Ей даже пришлось расставить мероприятия в очередь, чтобы ничего не упустить. Но тем не менее все близкие были рады: наконец-то Алиса и Женя снова вместе.

Пастушок тоже радовался приезду друга. Как только Алиса возвращалась с занятий, он тут же хватал поводок с тумбочки и садился под дверью в ожидании команды: «Малыш, собирайся, поедем к Жене в гости».

Женька поселился в небольшой квартире-студии, которую по условиям договора предоставил ему Билли Адам. В ней было все необходимое для жизни, начиная от мебели и заканчивая элементарной бытовой техникой. К тому же находилась она в двадцати минутах ходьбы от спортивного комплекса, где тренировался парень, да и до студенческого общежития недалеко – всего лишь несколько станций метро. Когда заканчивалась вечерняя тренировка, Женя сломя голову летел к любимой или же Алиса с Мартином приезжали в спортзал, а потом они все вместе шли в квартиру. Евгений уже не представлял своей жизни без них. Да и с тренером ему повезло. Им стал молодой парень по имени Райан, бывший боксёр и участник Олимпийских игр. Из-за серьёзной травмы коленного сустава и многочисленных перенесённых операций ему пришлось оставить свою спортивную карьеру и переквалифицироваться в тренера. Райан оказался старше нового воспитанника на каких-то десять лет, благодаря чему молодые люди быстро нашли общий язык и даже познакомили друг друга со своими девушками.

Так совпало, что в один из дней, когда Алиса с Мартином приехали к Жене, в это время в спортзал пришла и подруга тренера – Паула, невысокая, слегка полноватая блондинка с очаровательной улыбкой и большими небесно-голубыми глазами. Выяснилось, что она работает кассиром в продуктовом магазине всего в паре кварталов от спортивного комплекса. Потом девушки ещё не раз встречались в зале и, пока Женя заканчивал тренировку и принимал душ, болтали о своём о женском.

Евгению изначально понравилось, что новый наставник мгновенно проникся его стилем боксирования и не просто держал лапы во время тренировки, а каждый раз предлагал новую тактику и технику ведения боя, которые они потом упорно отрабатывали в течение нескольких дней, при этом не забывая о всесторонней физической подготовке. И пока Женя находился в зале, Райан всегда был рядом и держал под контролем тренировочный процесс.

Билли действительно оказался успешным и известным во всём мире промоутером. Не успел Женя приступить к тренировкам на новом месте, а он уже организовал для него бой с молодым, но опытным кубинским боксёром. Поскольку до поединка оставалось всего два месяца, наставник и воспитанник бросили все силы на его подготовку и практически жили в зале. Как правило, утро Женьки начиналось с лёгкой пробежки километров так на восемь – десять на открытом стадионе, после неё – комплекс упражнений на растяжку и работа с тенью. Днём парень разминался на скакалке, занимался силовыми упражнениями и взрывной работой, ну а вечером проводил спарринги, которые устраивал для него Райан, или посвящал время кардиотренировкам.

Всё было замечательно, и тем не менее Женя скучал по родному спортзалу, где, можно сказать, вырос, где знал каждую трещину на груше и каждую царапину на скамейке в раздевалке. По Фёдору Васильевичу, который в какой-то степени заменил ему отца. Конечно, Женя любил и уважал своего родителя, но надо признать, не он научил его упорно трудиться и добиваться поставленных целей.

Алиса стала для парня единственной радостью и отдушиной в чужой стране. Если бы не девушка, он бы точно здесь сошёл с ума от одиночества. Мысли о любимой всегда помогали ему в тяжёлые минуты разлуки, усталости, отчаяния или когда сила воли начинала давать сбой.

В день концерта Эминема Женя на утренней тренировке попросил тренера отменить вечернюю. Он не стал юлить, сказал прямо, что идёт с Алисой на концерт рэпера. Услышав об этом, Райан недовольно покачал головой.

– Конечно, я не могу запретить тебе туда ходить, – вздохнул он. – Я вот как-то был на матче «Манчестер» – «Барселона». Тогда испанцы выиграли со счётом три-ноль. Ты бы видел, какая битва началась после игры. Мама дорогая! – тренер покачал головой. – Я хоть и свой, но еле унёс ноги со стадиона. Джек, прошу тебя об одном: не вступай с фанатами ни в какие перепалки, а если начнётся заваруха – убегай. Ещё не хватало, чтобы перед боем ты получил травму.

Первое время Жене резало ухо непривычное имя, которым называл его новый наставник. Поначалу он даже не реагировал, когда тот звал его, но постепенно притерпелся. Джек так Джек!

– Райан, я на концерт иду, а не на футбол, – напомнил парень.

– Какая разница, – всплеснул тот руками, – фанаты они и в балете фанаты. Они же чокнутые.

– Не переживай, обещаю вернуться с поля боя живым и невредимым, – усмехнулся Женя и похлопал тренера по плечу.

После утренней тренировки, которая закончилась в два часа, молодой человек по-быстрому принял душ, надел джинсы и толстовку, радуясь в душе, что идёт на концерт, а не в театр. Он до сих пор с ужасом вспоминал, как пришлось напялить на себя ненавистный костюм, чтобы сходить с Алисой на балет. «Чего только не сделаешь ради девчонки», – мысленно улыбнулся он. Женька засунул спортивную форму в сумку, накинул куртку и вышел из раздевалки.

– Джек, передавай Маршаллу от меня привет! – выкрикнул Райан, когда он проходил по залу. Стоя в спарринг-зоне, тренер держал лапы, а начинающий боксёр по имени Гай отрабатывал удары.

– Окей, – улыбнулся Женя и махнул на прощанье рукой.

Оказавшись на улице, он вдохнул полной грудью прохладный воздух и направился в сторону метро. По дороге ему попался зоомагазин. Увидев ярко-зелёную вывеску с надписью: Pet shop и изображением ушастой морды спаниеля, он тотчас подумал о Мартине и решил купить ему сахарную косточку. Пастушок их так любил, что готов был грызть двадцать четыре часа в сутки. Женя положил собачью радость в сумку и продолжил путь. Пока шёл, с улыбкой вспомнил, какой нагоняй получил от Алисы в день приезда за то, что так долго не отвечал на её сообщения. Конечно, ему было стыдно, заставил любимую нервничать и переживать. Но ради того чтобы ещё тысячу раз увидеть, какой радостью вспыхивают её глаза, он не отказался бы вновь и вновь совершать такие глупые поступки. В этот же день, немного позже, он показал ей электронные билеты на концерт Эминема. Алиса, наверное, минут десять рассматривала их, пытаясь осмыслить услышанное и увиденное, а когда до неё дошло, она вдруг расплакалась, и это стало для Женьки полной неожиданностью. Парень совершенно растерялся, не зная, что и думать.

– Крошка моя, почему ты плачешь? – Он прижал её к груди и погладил по голове. – Ты не рада? – Молодой человек отстранился и заглянул в её блестящие глаза.

– Женя, как я могу быть не рада? – Алиса моргнула, и крупные слезинки скатились по щекам.

Он наклонился и стал целовать её красивое лицо, собирая солёную влагу губами.

– Ты исполнил мою мечту, – улыбнулась девушка, – а плачу я от того, что ты постоянно делаешь меня счастливой.

Как же её слова ласкали слух. За её улыбку и нежные поцелуи он готов был сделать что угодно. В тот момент он вдруг подумал: а как она отреагирует, если он выполнит третье её желание?

Глава 8

На концерт Эминема Женя с Алисой отправились без хвостатого сопровождающего. Его судьба решилась за несколько дней до мероприятия, когда они все вместе гуляли в парке.

– Жень, что с Мартином делать? – спросила Алиса. – Будем брать его с собой или дома оставим?

Пастушок, важно вышагивавший впереди, услышал, что говорят о нём, тут же замедлил ход и навострил уши, то и дело оборачиваясь на хозяйку и её друга.

– Иди, иди, – усмехнулся молодой человек, глядя ему вслед, – тоже мне чекист нашёлся. – Женя обнял Алису за шею и притянул к себе. – Лисёнок, побереги его уши, – сказал он, понизив голос, чтобы не слышал четвероногий шпион. – Я однажды был на концерте группы «Ленинград» и чуть не оглох. Поверь мне, это ещё хуже, чем футбол.

Женя вспомнил, как пастушок сбежал от хозяйки во время футбольного матча и выскочил на поле, а потом им пришлось совместными усилиями ловить его^[11].

– Ты даже представить не можешь, что будет твориться во время выступления мировой звезды.

– Конечно не могу, – согласилась Алиса, – я впервые пойду на концерт. Спасибо тебе, мой великан.

Она встала на носочки, обвила руками шею любимого, тот обнял её за талию и почувствовал её губы – живые, тёплые, желанные.

– Не за что, моя крошка.

К огромному удивлению Алисы, в день отъезда на концерт Мартин вёл себя так, будто ему до лампочки, что его оставляют дома. Она-то думала, питомец начнёт проситься с ними, станет преграждать им путь, не давая выйти из комнаты, но ничего подобного не произошло. Пока Алиса заканчивала приготовления перед выходом, Женя и пастушок, лёжа в обнимку на кровати, пялились на неё в четыре глаза. Парень с нескрываемым восхищением любовался ею. До чего же девушка хороша. В коротком топе, соблазнительно облегающем её великолепную фигуру, и джинсах в обтяжку она выглядела сногсшибательно. Находясь рядом с ней, он никогда не мог держать руки при себе. Ему хотелось обнимать её, гладить нежную сливочную кожу и упиваться ароматом шёлковых волос. Как же он любил целовать её изящную шею, когда, смеясь, девушка запрокидывала голову. Вот и теперь, наблюдая, как Алиса красит ресницы, проводит щёточкой по губам и расчёсывает локоны, он еле сдерживал себя, чтобы не подойти к ней сзади и не стиснуть в объятиях. Останавливало одно – Женя пообещал десять минут не прикасаться к ней, чтобы она могла спокойно собраться.

Алиса подумала, что концерт будет проходить в спортивном комплексе, и не стала заморачиваться с тёплой одеждой. «Наверняка там сегодня будет жарко», – мысленно усмехнулась она и вытянула из шкафа любимую чёрную водолазку. Она надела её поверх топа, вытащила волосы из воротника и укротила их, пробежав по ним пальцами. И так и этак покрутилась перед зеркалом, рассматривая себя со всех сторон. Увидев, как девушка облизала губы кончиком языка, Женя судорожно сглотнул. Заметив его пристальный взгляд в отражении, Алиса смутилась, как обычно, покраснела и отвела глаза. Но тут же взяла себя в руки, повернулась к ним и с улыбкой заявила:

– Я готова.

И собачонок и парень тотчас заняли вертикальное положение, рассматривая её как музейный экспонат.

– Ты собираешься идти с распущенными волосами? – спросил Женя.

– Ну да, – кивнула Алиса.

– Собери их.

– Зачем?

Алиса удивилась его просьбе. Она всегда считала, что парням нравится, когда девушки носят свободные локоны. И тут же последовал чисто девичий вопрос:

– Тебе не нравится, как я выгляжу?

– Ещё как нравится, – подмигнул Женя, – просто не хочу, чтобы ты осталась без них.

В тот момент она не придала значения его словам, но чуть позже, когда оказалась среди обезумевших фанатов, поняла, насколько любимый был прав.

– Ну хорошо, – неохотно согласилась Алиса.

Глубоко вздохнув, она соорудила на макушке замысловатый пучок, выпустила на волю пару прядей у лица и снова поглядела себя в зеркало. Наблюдать за сборами любимой девушки и не иметь возможности дотрагиваться до неё – это удар по мужской психике. Терпение парня наконец лопнуло. Алиса и ахнуть не успела, как он подошёл к ней сзади, обвил рукой талию и прижал к себе. Склонившись к ней, отодвинул ворот водолазки и стал покрывать поцелуями её шею, заставив девушку замереть от восторга и обезумевшего табуна мурашек.

– Ты похожа на греческую богиню, – прошептал он ей на ушко.

И тут они заметили Мартина в зеркальном отражении, который с любопытством наблюдал за ними.

– За нами подсматривают! – хором произнесли они и дружно рассмеялись.

– Ладно, крошка моя, пойдём, а то нас уже такси ждёт, – спохватился Женя.

Пастушок грустно вздохнул и поплёлся провожать их до дверей. Алиса надела куртку и, прежде чем выйти, взяла питомца на руки и чмокнула в кожаный нос.

– Малыш, не грусти, ты не успеешь косточку свою сгрызть, как мы вернёмся, – напомнила она ему о подарке, который привёз после тренировки Женя, и добавила: – И прошу тебя, не пой песни.

– Ваше высочество, пока нас не будет, отсыпайся и набирайся сил. Когда мы приедем, пойдём в парк играть в догонялки. И если ты не сможешь от меня убежать, я даже не знаю, что с тобой сделаю. – Парень театрально нахмурился и покачал головой. – Я намылю тебе шею, – сказал он и подмигнул собачонку.

Мартин посмотрел на них, всем своим видом говоря: «Поезжайте уже на свой концерт, да возвращайтесь быстрей, иначе я тут сам научусь рэп читать».

Впервые за время проживания в Лондоне Алиса ехала на том самом чёрном кебе – такси, известном во всём мире. Раньше, когда она смотрела на эти машинки, разъезжающие по улицам города, они напоминали ей автомобили довоенных времён и казались ужасно неповоротливыми. Но каково же было её удивление, когда водитель с лёгкостью развернулся на небольшом пятачке перед воротами студенческого городка, где он ожидал их. Она-то думала, что таксист сейчас начнёт сдавать задом, как это делают другие автомобилисты, чтобы выехать на центральную дорогу, а он пару раз крутанул баранку, и дело с концом. Алиса даже представить не могла, насколько кебы комфортабельные. Оказавшись внутри этого чуда английского автопрома, девушка ахнула и от изумления раскрыла рот, рассматривая невероятно просторный салон с высоким потолком и низким полом. Вольготно вытянув ноги, молодые люди устроились в обнимку на заднем сиденье, где запросто могли поместиться дополнительно пара человек и ещё двое сумели бы комфортно расположиться на откидных креслах, расположенных на перегородке между водителем и салоном.

Ехали недолго, даже с учётом лондонских пробок. Их-то и пробками сложно назвать. Так, небольшие заторы – по сравнению с московскими пробищами. Уже через некоторое время водитель остановил машину перед центральным входом гигантского спортивного комплекса…

Глава 9

Хоть и говорят, что в боксе проигравших нет, ибо если ты в боксе – ты уже победитель, тем не менее свой последний поединок Женя проиграл. Правда, это он так считал, на самом деле парень одержал верх над противником. Просто победа эта оказалась какой-то искусственной и впервые в жизни не радовала его. Среди молодых боксёров он всегда выделялся резвостью и скоростью, владел обострённым чувством дистанции и слыл опасным соперником, а за то, что двигался по рингу с хищной грацией дикой кошки, заработал прозвище Лео. Умение вовремя уворачиваться от атак визави не раз спасало его от серьёзных травм, а благодаря своей психологической устойчивости и способности держать и наносить мощные, точные удары он неоднократно выигрывал бои. Но, выходя на ринг в этот раз, Женька не учёл одного – теперь он в профессиональном боксе. Здесь рефери зачастую закрывают глаза на грязные приёмы, которые нередко используют нечистоплотные бойцы и за которые в любительском боксе строго наказывают. Женя убедился в этом на собственной шкуре во время боя. Его возмущение судейством оказалось настолько велико, что парню хотелось врезать рефери промеж глаз, но, увы, он так и не смог осуществить желаемое…

Перед поединком, встречаясь по вечерам либо в общежитии, либо в квартире, Женя с Алисой тысячу раз пересмотрели видеозаписи боёв его будущего соперника Бенни Лопеса. Девушка очень тревожилась по поводу предстоящего события, а Мартин, в отличие от неё, проявлял к нему нешуточный интерес. Как правило, он устраивался на кровати между ними и с любопытством пялился в экран ноутбука. Со стороны казалось, будто пастушок понимает всё, что происходит на ринге. Во время таких просмотров Женя хорошо изучил тактику и технику ведения боя противника и видел, какими запрещёнными приёмами грешит Бенни. Он не брезговал во время ближнего боя нанести удар локтем в челюсть, удерживать руку противника или наваливаться на него, чтобы помешать вести атаку и тем самым выиграть время и немного передохнуть.

Увидев, как во время одного поединка Лопес грубо оттолкнул от себя соперника, из-за чего тот потерял равновесие и рухнул на ринг как подкошенный, Алиса воскликнула:

– Женя, это не бокс, это какие-то бои без правил! Он же нечестно ведёт поединок. Как ты собираешься с ним драться?

– Да как всегда дрался, – ухмыльнулся Женя. – Ты думаешь, он один такой? Знаешь, сколько я повидал таких хитромудрых трюкачей в своей жизни?

– Не нравится мне вся эта затея, – тяжело вздохнула Алиса.

– Какая?

– Бой с ним, – она кивнула на экран, где Бенни продолжал лупить соперника после того, как тот завалился на канаты и прозвучал гонг.

– Ты предлагаешь мне не выйти на ринг и заранее признать своё поражение? – спросил Женя, посмотрев на неё из-под насупленных бровей.

– Нет, конечно, – мотнула головой девушка, – ты же никогда этого не сделаешь. Женя, я не хочу тебе врать, поэтому скажу как есть: каждый твой бой для меня как приглашение на собственную казнь.

После её признания парень вспомнил мать. Она за все эти годы так и не смога смириться с его выбором. А когда он объявил старикам, что уезжает тренироваться в Лондон, отец воспринял эту новость как успех сына, а с матерью случилась настоящая истерика, как будто она провожала его на войну, заранее зная, что он оттуда не вернётся. «Неужели теперь ещё и со стороны Алисы будет непонимание?» – проскочила тревожная мысль в голове. Хотя до этого момента она ни разу не заикалась, что ей не нравится его профессия – именно таковой Женя считал бокс. Кто-то печёт пироги, кто-то тачает сапоги, а он лупит людей. Как бы это абсурдно ни звучало. Парень вспомнил, как в первый день знакомства с Алисой они договорились встретиться в парке. Девушка должна была вернуть ему кошелёк, который на спортивной площадке нашёл Мартин. Напрочь забыв, что накануне вечером он заходил туда, чтобы подтянуться на турнике, Женя прождал девушку на другой площадке, где занимался обычно. Если бы не собачонок, они бы так и не встретились в тот день. Пастушок в прямом смысле слова столкнул их нос к носу. А когда парень признался девушке в своей забывчивости, она как ни в чём не бывало заявила:

– Евгений, мне кажется, вам пора прекращать заниматься боксом.

Парень очень удивился.

– Почему это? – спросил он, на что она с усмешкой ответила:

– По-моему, вам и так уже всю память отбили.

Женя тогда долго смеялся, а потом ещё не раз вспоминал её подколку^[12]. Хотя в глубине души он соглашался и с ней, и с матерью. Женька сам понимал, что бокс – травмоопасный вид спорта, и если до сих пор ему везло, то когда-нибудь везение окажется не на его стороне. И тем не менее у него даже в мыслях не было оставить спорт. Бокс и жизнь – это для него два неразделимых понятия. Одно не может существовать без другого, как вдох невозможен без выдоха.

– Крошка моя, не рви сердце. – Женя обнял девушку и погладил по голове. – Всё будет хорошо. Я не позволю этому упырю заставить тебя нервничать.

В день поединка он познакомил её с Билли и попросил его помочь девушке пройти в спорткомплекс с Мартином. Для промоутера это не составило особого труда, он сделал всего лишь один звонок, и уже через некоторое время Алиса с Мартином сидели рядом с ним в зрительном зале.

Насмотревшись видеозаписей, Женя думал, что готов ко всевозможным грязным делишкам Бенни, но, когда встретился с ним на ринге, понял, насколько велико его заблуждение. Лопес оказался очень изобретательным боксёром. Во время поединка он постоянно применял новые запрещённые приёмы, которых Евгений прежде не видел в его роликах и которые никогда бы не позволил себе использовать, поскольку всегда предпочитал вести честный бой. Женя так и не понял: он их придумывал по ходу поединка или это была заранее спланированная тактика. Несколько раз кубинец ухитрился пнуть его коленом, причём целился ниже пояса, но Женя вовремя уворачивался, и удар приходился в область бедра. И самое удивительное, судья ни разу не остановил бой, лишь выкрикивал команду: «Брейк», призывая спортсменов разойтись на расстояние шага.

Во время седьмого раунда Бенни попытался сделать подсечку впереди стоящей ногой, но промахнулся, потерял равновесие и сам грохнулся на ринг. И в этом действии кубинца рефери тоже не увидел нарушения, а Женька едва сдержался, чтобы не кинуться на него с кулаками, искренне не понимая, какой идиот назначил его судить бой. Ведь бокс – это не детская забава, от правильного и справедливого решения судьи зачастую зависит не только здоровье, но и жизнь боксёра.

Зал неистовствовал вместе с ним. Со всех сторон доносились возмущённые крики зрителей. Алиса весь поединок не находила себе места. Ей хотелось вскочить и начать метаться по залу, но, увы, она не могла этого сделать. К тому же пастушок, не отводя ни на минуту взгляда от ринга, постоянно рычал и нервно переминался на её коленях, тем самым ещё больше заводя девушку. Заметив, как она подпрыгивает на сиденье всякий раз, когда Лопес начинает атаку, Билли попытался её успокоить:

– Элис, не нужно так нервничать. Твой парень знает, что делать. Вот увидишь, он выиграет этот бой, я в этом нисколько не сомневаюсь.

Но как бы он ее ни утешал, сердце девушки сжималось от недоброго предчувствия.

То, что сделал Бенни в конце боя, стало для Жени полной неожиданностью. К исходу одиннадцатого раунда оба спортсмена уже изрядно устали. Лопес просто бесился от того, что даже с помощью грязных приёмов ему так и не удалось нокаутировать слишком шустрого соперника. Кстати, их противостояние началось ещё на взвешивании, которое состоялось накануне боя. Бенни всячески провоцировал Женьку на скандал, оскорбляя непотребными словами, а тот стоял как скала и мрачно сверлил его испепеляющим взглядом: ну-ну, мели, Емеля, твоя неделя. А когда кубинец понял, что русского не прошибёшь, он с наглой ухмылкой во всеуслышанье заявил: «Я откушу хвост этой дикой кошке в седьмом раунде». В этот раз Евгений не смог промолчать. «Смотри зубы не обломай об него», – ответил он.

У Бенни не получилось отправить противника в нокаут, вместо этого он сам рухнул на ринг, как мешок с мукой. После того как прозвучал гонг, извещавший об окончании одиннадцатого раунда, Лопес, разъярившись не на шутку, набросился на Женьку, как бык на красную тряпку, и нанёс ему сокрушительный удар. Евгений упал на ринг без сознания.

– Нет! – разнёсся над залом крик Алисы, и раздался громкий лай Мартина.

Глава 10

Всю ночь Алиса не могла сомкнуть глаз. Её телефон и мобильный Жени разрывались от звонков и сообщений. Все родственники, друзья, знакомые смотрели бой и видели, что произошло. После того как Женька упал, в зале начался ад кромешный. Зрители повскакивали со своих мест, размахивая руками и кулаками. Градус их негодования зашкаливал, казалось, дай им Бенни – и они порвут его на части. Увидев любимого лежащим без сознания на полу, Алиса почувствовала, что её сердце готово выпрыгнуть из груди, адреналин стучал в каждой жилке. Она схватила Мартина в охапку, вскочила с места и, расталкивая возмущённых людей, помчалась по проходу.

– Элис, стой! – раздался сзади выкрик Билли. – Тебя туда не пустят!

Но она ничего не слышала, в ушах грохотала кровь, к горлу от волнения подкатила тошнота. Распихивая всех, кто встречался на пути, объятая страхом, она неслась к ступеням, ведущим на ринг, при этом следя за всем, что там происходит.

Отсчитав до десяти и убедившись, что Евгений не может продолжать поединок, судья вызвал врачей и вытащил у него изо рта капу. Несмотря на то что парень был нокаутирован, он поступил в соответствии с правилами бокса и присудил победу ему. Вот только Женя лежал без сознания, поэтому рефери не смог поднять его руку, чтобы официально признать победителем. Далее судья объявил о дисквалификации Бенни, после чего кубинец с наглой ухмылкой удалился с ринга в сопровождении своей команды. Как же Алисе хотелось вцепиться в его нахальную, блестящую от пота физиономию. А ведь если бы рефери изначально пресекал и наказывал боксёра за подлые приёмы, возможно, и не случилось бы этой трагедии, а так Лопес решил, будто ему всё дозволено, и пошёл вразнос. Может, надеялся, что и это сойдёт ему с рук?

Едва нога Алисы ступила на первую ступеньку, перед ней вырос охранник.

– Мисс, туда нельзя.

– Пострадавший боксёр – мой парень, – выпалила она, – я должна быть рядом с ним.

– Ничего не знаю, – отрезал страж, выставив вперед ладонь. – Вернитесь на своё место.

К ним подоспел Билли, он взял девушку за локоть и отвёл в сторону.

– Элис, тебе лучше оставаться здесь.

– Вы что, не понимаете? – едва не плача воскликнула она и посмотрела на него. – Как я могу сидеть в зале, когда мой парень лежит без сознания? – Она кивнула на ринг, на который с другой стороны поднимались подоспевшие медики.

– Детка, я тебя прекрасно понимаю, но тебя туда не пустят, таковы правила бокса.

– Да гори он в аду, этот ваш бокс! – в сердцах выпалила Алиса, крепче прижимая к груди Мартина, как делала это всякий раз, когда сильно нервничала.

Пастушок был полностью с ней согласен. В тот момент он тоже недолюбливал этот вид спорта. В подтверждение слов хозяйки собачонок громко гавкнул.

Билли ничего не ответил на их гневные замечания, лишь вздохнул и успокаивающе похлопал девушку по плечу.

– Элис, будь в зале, я тебя позову, когда ты понадобишься, – сказал он и направился на ринг.

Алиса обошла боксёрский помост с другой стороны и попыталась ещё раз прорваться к Жене с того места, где недавно поднимались врачи. Но и здесь её ждал категоричный отказ. Тогда она направилась туда, где лежал Женька, намереваясь через канаты наблюдать, что там происходит. Но подойти ближе не получилось. Репортёры облепили ринг, точно мухи. Тогда Алиса внаглую втиснулась между двумя мужчинами, растолкав их локтями. Те недоумённо посмотрели на неё.

– Ты из какого СМИ? – спросил один из них, окинув её взором с головы до ног.

– Не из какого, – ответила Алиса. – Этот боксёр – мой парень, – она кивнула на Женю, – а меня не пускают к нему.

Фотографы расступились, давая ей возможность подойти ближе.

– Так бы и сказала, а то давай сразу пихаться.

Девушка пропустила его замечание мимо ушей, ей было не до того. Она смотрела, как медики суетятся над Женей, и её сердце обливалось кровью, а по щекам текли неконтролируемые слёзы. Она молилась об одном: чтобы парень был жив. Как же в тот момент Алиса ненавидела бокс. «Это не спорт, а борьба за собственную жизнь», – думала она. Переводя взгляд с Жени на хозяйку, пастушок жалобно скулил.

Когда молодой боксёр поднял голову и обвёл затуманенным взглядом собравшихся вокруг него людей, Мартин громко гавкнул, а Алиса закричала во весь голос, заглушив даже саму себя:

– Женя, я здесь!

Она замахала рукой и, как ни старалась держать себя в руках, от радости, что парень пришёл в себя, разревелась ещё сильней. Он повернулся на её крик, провёл пальцем по своей щеке и произнёс одними губами: «Не плачь, всё хорошо».

«Он жив, он жив!» – одна-единственная мысль выбивала дробь в голове Алисы. Счастью её не было предела. У неё не оказалось с собой ни платка, ни салфетки, и собачонок едва успевал слизывать слёзы, градом катившиеся по её щекам.

– Прекрати реветь, – одёрнул её репортёр, услышав, как она всхлипывает, – он же сказал тебе, что всё хорошо.

Райан помог Жене сесть на скамейку в углу ринга, и, пока врачи обследовали его, светили фонариком в глаза, проверяя реакцию зрачков, тренер отгонял двух назойливых журналистов, умудрившихся каким-то образом пробраться на помост. Корреспондентам было плевать на состояние парня, им не терпелось первыми взять у него интервью. Беспардонно отталкивая медиков, они совали в лицо боксёру микрофоны и задавали вопросы. Женя ничего не отвечал, лишь отводил их руки в сторону.

– Пошли вон отсюда, иначе я сломаю ваши микрофоны! – не выдержав, взревел Райан. – Вы что, не видите, человеку плохо!

Глядя на рассвирепевшее лицо тренера, журналисты ретировались, но с ринга не ушли. Тем временем врачи закончили осмотр и подошли к Билли, они о чём-то переговорили, после чего подхватили Женю под руки и повели в раздевалку.

– Алиса, будь здесь, никуда не уходи! – обернувшись, выкрикнул он. – Я сейчас выйду.

Точно шакалы, почувствовавшие запах добычи, следом за ними побежали репортёры.

Зал уже давно опустел, все зрители, фотографы, корреспонденты разошлись по своим делам, а Алиса всё ждала. Она посадила Мартина на одно из сидений первого ряда, а сама металась вдоль ринга, не зная, что ей делать и как быть. Собачонок, переминаясь на лапах, тихонько поскуливал, с тревогой наблюдая за хозяйкой. Промелькнула мысль отправиться на поиски парня, но Алиса тут же отбросила её. «Я уйду, а он в этот момент вернётся за мной. Нет, Женя сказал ждать, значит, буду ждать столько, сколько понадобится», – рассуждала она.

Почти час они провели в мучительном ожидании. Девушка сходила с ума от неведения, пастушок тоже не находил себе места. Он спрыгнул на пол и следовал за хозяйкой по пятам, ни на минуту не прекращая поскуливать.

Тут в зале показался Билли – один, без Жени, и сердце Алисы тревожно забилось в предчувствии чего-то нехорошего. Они с Мартином кинулись ему навстречу.

– Мистер Адам, где Женя?

– Элис, мне жаль…

Услышав его фразу, девушка почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она не дала ему договорить и в отчаянии замотала головой.

– Нет, нет, нет…

– Детка, успокойся. – Он коснулся её локтя и улыбнулся. – Всё хорошо, пока нет оснований для паники. Просто ему в раздевалке стало плохо, пришлось вызвать скорую. Его увезли в больницу.

– В какую? – спросила Алиса.

– Я сам пока не знаю, – развёл руками Билли. – Оставь мне свой номер, как у меня появится информация, я тебе сразу позвоню.

– Господи, как же вы меня напугали, – промолвила девушка, обессиленно уронив руки вдоль тела.

– Прости, но ты не дала мне договорить. Не переживай, всё будет хорошо. Твой парень сильный, крепкий, вот увидишь, через пару недель он уже вернётся к тренировкам.

– Бокс – это не спорт, это какое-то смертоубийство! – в сердцах воскликнула Алиса. – Будь моя воля, я бы вообще запретила ему заниматься.

– Увы, но ни ты, ни кто другой не способен этого сделать, – ухмыльнулся мистер Адам. – Знаешь почему?

– Почему? – машинально спросила она, хотя и так знала ответ на свой вопрос.

– Потому что бокс – это не спорт и даже не профессия, а диагноз, который не лечится, – улыбнулся Билли и продолжил: – Я прекрасно понимаю твои эмоции и абсолютно с тобой согласен. Боксёрская доля нелёгкая, каждый бой – это как прыжок с парашютом. Прыгаешь и не знаешь, долетишь на землю живым или нет.

Потом промоутер отвёл её в раздевалку, где Алиса забрала вещи Женьки, вызвал такси и отправил их с Мартином домой.

О каком сне могла идти речь после такого вечера. Теперь девушка металась по комнате в ожидании звонка старика. Он позвонил только ближе к полуночи.

– Элис, я же говорил тебе, что всё будет хорошо, – услышала она радостный голос старика. – Твой парень счастливчик, он отделался всего лишь сотрясением мозга.

Алиса почувствовала, как с души свалился огромный камень.

– А ведь могло быть всё гораздо хуже. На моей практике случалось, что боксёры после таких ударов впадали в кому или вовсе погибали.

«Успокоил, – подумала девушка, после таких слов у неё похолодело внутри и вопросы заметались в голове, как загнанные зайцы. – Да нафига нужен такой спорт? Как убедить Женю бросить его?»

– Записывай название больницы, – мистер Адам вернул её к реальности. – Евгений лежит в отдельной палате, я заранее договорился с медперсоналом, они пропустят тебя к нему вместе с собачонком. Пришлось им сказать, что пёс – родственник королевы.

Алиса не стала спрашивать у него, откуда он это знает, наверняка Женя рассказал ему.

– Спасибо.

Девушка записала всю информацию в смартфон и тут же посмотрела в интернете, где находится клиника. Гугл подсказывал, что ехать до неё всего лишь несколько остановок на метро.

– Я могу поехать прямо сейчас? – спросила она.

Едва услышав слово «поехать», Мартин помчался в прихожую, схватил поводок и уселся у двери.

– Нет, детка, раньше восьми утра вас туда не пустят, – ответил старик.

Алиса прикрыла ладонью трубку и сказала собачонку:

– Мартин, мы поедем к Жене утром.

Он положил поводок, громко вздохнул и вернулся обратно.

– Так что наберись терпения, да и парень пусть отдохнёт, – продолжил промоутер. – Хорошо, что у него нет телефона с собой, никто не будет тревожить его звонками.

После разговора с Билли на сердце у Алисы стало немного легче. Первым делом она позвонила родителям Жени. Его мать, конечно, всё это время тоже не находила себе места. Услышав радостную новость, женщина облегчённо вздохнула.

– Господи, спасибо тебе за то, что мой сын жив! Алиса, детка, он меня не слушается, может, хоть ты сможешь убедить его бросить этот чёртов бокс…

Девушка ничего ей не ответила. Но, вспомнив, как Билли сказал, что иногда боксёры погибают на ринге или впадают в кому после сильных ударов, пришла к выводу: надо спасать Женю, пока не поздно. Если в этот раз он отделался сотрясением мозга, то когда-нибудь всё может закончиться бедой.

Алиса легла в кровать, но пережитый стресс не давал успокоиться, она долго ворочалась с боку на бок. К тому же мысли, словно бешеные, скакали в голове. Её состояние передавалось и питомцу. Он тоже не спал, лёжа у неё под боком, то и дело громко вздыхал и тихонько поскуливал. Совершенно измученная собственными переживаниями, девушка провалилась в тревожный сон лишь под утро.

Глава 11

Женя открыл глаза и обвёл мутным взглядом незнакомую комнату. Белые стены, белые двери, сквозь прикрытые жалюзи пробивается дневной свет. Он резко сел на кровати и с растерянностью огляделся вокруг. «Я же в больнице», – наконец дошло до него. В голове снова всё поплыло, к горлу подступила тошнота. Он едва успел зажать рот рукой, чтобы небогатое содержимое практически пустого желудка не оказалось на одеяле, вскочил как ошпаренный и помчался в туалет. Его рвало долго и мучительно, как будто всё нутро выворачивало наизнанку. Парень ополоснул лицо холодной водой и, оперевшись на раковину, посмотрел на себя в зеркало. Синяки под глазами, а точнее, чёрные круги, как тени, выдавали его мерзопакостное состояние. Он чувствовал себя как… побитый боксёр. Женя провёл влажными руками по волосам, пытаясь придать им божеский вид после сна, и, шаркая босыми ногами по полу, поплёлся в комнату. Снова рухнул на кровать и обессиленно уронил голову на подушку.

«Сколько же я проспал?» – подумал он и машинально потянулся к тумбочке, но тут же отдёрнул руку, вспомнив: его телефон вместе с остальными вещами остался в раздевалке. Медсестра, дежурившая ночью, упоминала о звонке Билли: тот просил передать больному, что их забрала Алиса и что промоутер с ней на связи.

Одна за другой перед глазами поплыли картинки произошедшего накануне. Бенни, набросившийся на него после финального гонга, Райан, врачи, суетящиеся над ним, плачущая Алиса с Мартином на руках. От жалости к ней все внутренности сжались в тугой узел. Когда медики уводили его с ринга, Женьке казалось, он вполне сносно себя чувствует. Он собирался по-быстрому переодеться и вернуться за любимой. Но как только пришёл в раздевалку, понял: с его зрением происходит что-то странное. Возникло ощущение, будто он смотрит в подзорную трубу и видит перед собой узкий коридор, а что происходит по бокам от него – не разглядеть. И всё мерцает яркими вспышками, как в калейдоскопе. Потом его стало безбожно рвать, дальше – полный провал в памяти, а очнулся парень в машине скорой помощи. Женя подумал о родителях: он нисколько не сомневался – мать тоже смотрела бой и наверняка теперь хватается за сердце и пьёт стаканами валокардин. Парень надеялся, Алиса уже сообщила им, что с ним всё в порядке.

– Представляю, сколько придётся выслушать нотаций от матушки, – сказал вслух молодой человек, нарушив тишину палаты.

Женя вспомнил, как чуть не взвыл от досады, когда Райан сообщил ему о победе. Парень не радовался такому выигрышу, мало того, он считал его позорным проигрышем, ругая себя на чём свет стоит за свою недальновидность. Как он мог позволить себе расслабиться даже в перерыве между раундами, зная, с каким подонком ведёт бой?

От мысли, что он завалился как сноп на глазах у Алисы, Женьке стало не по себе. Стыдоба-то какая! С одной стороны, он понимал – ничего зазорного в этом нет, спорт есть спорт, в нём всё возможно. С другой – он не мог простить себе этой ошибки. Женя пытался придумать оправдание, мол, его вины нет, удар оказался внезапным. За всю свою боксёрскую карьеру он встречал разных соперников и какие только ситуации не случались во время поединков, но с подобным столкнулся впервые. Подумав о Бенни, парень стиснул зубы и сжал кулаки. Как же он злился на него. Теперь Женька мечтал снова встретиться с ним на ринге, чтобы объяснить кубинцу, как тот неправ. И как бы молодой человек ни хотел убедить себя в невиновности, внутренний голос убеждённо твердил: «Женёк, ты не первый день в спорте и как никто должен понимать, бокс – это не шахматы. Здесь любая ошибка может привести не только к поражению, но и к потере здоровья. Да, ты выиграл бой, но какой ценой? Теперь ты валяешься на больничной койке с сотрясением мозга и неизвестно, когда сможешь вернуться к тренировкам».

Его размышления прервал звук неожиданно открывшихся дверей. На пороге выросла темнокожая женщина с чёрными как смоль волосами, собранными на затылке в пучок, и в медицинском костюме зелёного цвета. Она напомнила ему врача из американских сериалов о медиках.

– Мистер Романов, как вы себя чувствуете? – широкая белозубая улыбка озарила её лицо.

Она прошла в палату, поставила на тумбочку небольшой поднос, что держала в руках.

– Как триста спартанцев, – хмыкнул он.

– Это замечательно, значит, скоро пойдёте на поправку, – по-прежнему улыбаясь, сказала женщина. – Я ваша дневная медсестра, меня зовут Энджел. Я принесла вам лекарство, вот выпейте. – Она протянула ему два одноразовых стакана: один с водой, в другом на дне лежали таблетки.

– Что это? – Женя кивнул на тот, что с лекарством.

– Обезболивающее и успокоительное. Вам сейчас нужно как можно больше отдыхать.

Медсестра подождала, пока пациент выпьет таблетки, забрала у него тару и направилась на выход.

– Вы пока отдыхайте, скоро принесут ваш завтрак, – сказала Энджел, – потом придёт лечащий врач. – И прежде чем выйти за дверь, она добавила: – Звонил мистер Адам, он просил передать, что ваша девушка в курсе, в какой больнице вы лежите. Она должна сегодня приехать.

– Спасибо! – Женька почувствовал, как бешено заколотилось сердце.

Он не представлял, как будет смотреть любимой в глаза. «Только бы она не начала жалеть меня, – подумал он, глядя на полоску света, пробивающуюся сквозь жалюзи, – вот тогда я точно не переживу позора». Глава 12

Мартин проснулся ни свет ни заря – ему не терпелось быстрей поехать в больницу к другу. Он принялся будить хозяйку, стаскивая с неё одеяло. Алиса натянула его обратно, буркнула под нос что-то нечленораздельное и перевернулась на другой бок. Тогда собачонок ухватился за край подушки и стал вытаскивать её из-под головы девушки. Не открывая глаз, Алиса потянула её на себя, обняла и прижала к щеке. Девушка никак не могла понять, чего пастушок хочет от неё, ведь они только уснули, но всё же сон стал постепенно ускользать от неё. А питомец не унимался. Он знал один действенный способ, который всегда срабатывал на сто процентов. Как пить дать, после него хозяйка проснётся. Мартин сунул голову под одеяло и укусил её за пятку.

– Малыш, ну пожалуйста, дай мне ещё пять минут, – захныкала Алиса, и вдруг внезапная мысль пронзила её током: «Женя!»

Она как ужаленная подскочила на кровати, потрясла головой, разгоняя остатки тягучего сна. Вытащила из-под подушки телефон – на часах было семь утра.

– Пастушок, как хорошо, что ты меня разбудил! – воскликнула Алиса, взяла Мартина на руки и чмокнула его в нос. – Иначе я бы точно проспала до обеда после такой бессонной ночи. – Она спустила ноги на пол и нащупала тапки. – В университет я сегодня не иду, на дорогу нам с тобой нужно сорок минут, так что мухой собираемся, и в путь. – Девушка встала с кровати и пошла в ванную.

Пастушок не стал дожидаться приглашения на экзекуцию, прекрасно понимая, что не отвертится, и сразу пошёл за ней. Но, к его удивлению, обернувшись, хозяйка сообщила:

– Извини, дорогой, но зубы я тебе сегодня не буду чистить, у нас на это нет времени.

Надо было видеть реакцию Мартина в тот момент. От радости он подпрыгнул, как заяц, взвизгнул в воздухе, а когда приземлился, завертелся по комнате волчком.

– Но ты сильно не расслабляйся, мы сделаем эту процедуру перед сном, – усмехнулась Алиса, а питомец посмотрел на неё, будто желая сказать: «Так до вечера ещё как до Луны».

Его высочество всегда обладал железной логикой. Принц сразу сообразил: раз чистка зубов отменяется, значит, следующий пункт в распорядке дня – завтрак. Он помчался к миске и уселся возле неё.

– Ну ладно, так уж и быть, пока я буду умываться, ты поешь, – сказала Алиса.

Она положила ему паштет, дала команду: «Можно» – и, прежде чем скрыться в ванной, набрала в чайник воды и включила его.

Ровно без пяти минут восемь они уже были на территории клиники London Road Community Hospital. Перед тем как войти внутрь, Алиса на всякий случай посадила Мартина в рюкзак и приказала не высовывать голову. Хоть Билли и договорился насчёт него с медперсоналом, но сотрудников в больнице много, поди, не каждый знает, какой посетитель к ним придёт. Вдруг кому-то вздумается запретить ей находиться в клинике с собакой.

В просторном холле оказалось на удивление тихо, для больницы это казалось странным. Обычно так тихо бывает в частных медицинских центрах. Алиса была единственным посетителем. «То ли здесь люди не болеют, то ли ещё слишком рано для визитов», – подумала она. Зато у сотрудников уже вовсю кипела работа. Они курсировали туда-сюда, появляясь в вестибюле из-за стеклянных дверей, расположенных с его обеих сторон, чем-то интересовались у девушки, сидевшей за стойкой администратора, и вновь исчезали за ними. Алиса огляделась в поисках объявления о времени для посещений, но ничего подобного не увидела. «Раз такой информации нет, значит, можно проведывать больных в течение всего дня», – рассудила девушка и направилась к администратору.

– Мэм, добрый день, как мне попасть к мистеру Романову? – спросила Алиса. – Его вчера вечером положили в вашу клинику.

– Добрый день, – улыбнулась сотрудница, одетая в зелёный костюм с бейджиком на груди: «Медицинский регистратор Дебра Эванс». – Подождите минутку, я сейчас узнаю.

Пока она искала информацию в компьютере, потом с кем-то разговаривала по телефону, Алисе ничего не оставалось делать, как рассматривать её. Невзирая на раннее утро, маленькие глазки мисс Эванс были густо подведены чёрным карандашом, а губы накрашены яркой помадой кирпичного цвета. За время проживания в Лондоне Алиса нередко встречала среди бела дня местных барышень с таким ярким макияжем.

– Мисс, вам придётся немного подождать. У него сейчас врач, он закончит осмотр и проводит вас к пациенту. Можете пока раздеться, надеть халат и бахилы. – Регистратор показала в сторону раздевалки. – Я вас позову, как придёт доктор.

Алиса поставила на диван, что примостился по соседству с гардеробом, сумку с вещами Евгения, пакет с фруктами, которые они с Мартином купили в круглосуточном супермаркете у метро, и рюкзак. Увидев, как из него тотчас показались уши, а следом за ними две бусинки глаз, девушка не могла сдержать улыбки. Она приложила палец к губам, жестом призывая питомца к молчанию. Тот моргнул, и два перископа глаз, а следом за ними и локаторы ушей, исчезли в подводной лодке, то бишь в рюкзаке.

Алиса отдала пальто гардеробщице в обмен на одноразовый халат и бахилы и, облачившись в медицинскую одежду, присела на диван, предварительно вытащив телефон из кармана джинсов. Почувствовав присутствие хозяйки, разведчик высунул наружу чёрную пипку носа. Девушка сунула руку в рюкзак и, почёсывая собачонка за ушком, решила почитать новости.

Весь интернет пестрил вчерашним поединком: «Позорная выходка кубинского боксёра» или «Победа, которая едва не стоила жизни русскому боксёру». От фотографии Жени, распластанного на ринге, сердце Алисы защемило от жалости. Воспоминания нахлынули с новой силой, заставляя почувствовать тот шок, который она испытала, когда Бенни нанёс её любимому сокрушительный удар.

«Я должна уберечь его от беды», – подумала она и в этот момент услышала над своей головой густой бархатистый голос.

– Госпожа Орлова?

Алиса подняла взгляд и увидела высокого мужчину с заметной проседью в тёмных волосах. Как и все сотрудники больницы, он был в зелёном медицинском костюме и белых тапочках.

– Да, это я, – подтвердила она, вставая с дивана.

– Я доктор Чарльз Джордан, – представился мужчина и поинтересовался: – Кем вам приходится мистер Романов?

– Он мой парень, – ответила Алиса. – Как он себя чувствует?

– Хорохорится, – усмехнулся врач. – Сегодня на обходе заявил, мол, готов ехать домой. Но на самом деле всё не так безоблачно, как ему кажется. Дело в том, что у него не проходят рвота и головокружение. Это не очень хорошие симптомы. Сотрясение – предварительный диагноз, необходимо сделать томографию. Головной мозг – это не шутки, он управляет работой большинства наших органов. Я очень вас прошу, убедите его хотя бы недельку, а в идеале дней десять, полежать в больнице и пройти полное обследование.

– Да, конечно, – закивала Алиса и подумала: «Вот тебе и сотрясение. Оказывается, не всё так просто». В который раз за последние сутки её охватила тревога.

– Я так понимаю, вон те уши, что торчат из рюкзака, принадлежат королевскому отпрыску, о котором говорил мистер Адам? – доктор посмотрел на диван.

– Да, – подтвердила Алиса.

Она обернулась через плечо на мастера маскировки. Прячась, он, как обычно, забыл убрать часть тела. Собачонок копошился в рюкзаке, думая, будто никто ничего не видит. Глядя на него, девушка и доктор обменялись улыбками.

– Ну так что, вы готовы идти? – поинтересовался мистер Джордан.

– Да, – кивнула Алиса. Она повесила драгоценную ношу спереди, в одну руку взяла сумку, в другую пакет.

– Давайте я вам помогу. – Врач забрал у неё вещи и, по-доброму усмехнувшись, добавил: – Вам надо нести его высочество.

Они вошли в стеклянные двери с правой стороны холла и оказались на небольшой площадке перед лифтами. Доктор нажал кнопку, и, пока ожидали лифта, Алиса спросила:

– Мистер Джордан, к каким последствиям может привести сотрясение мозга?

– Если не лечить, к самым нехорошим, – дёрнул он плечами, – может ухудшиться зрение, появятся вегетососудистая дистония, обмороки, постоянные головные боли, галлюцинации, повышенная раздражительность и ещё много чего, мешающего полноценно жить. Поэтому я и прошу вас убедить своего молодого человека пройти обследование, чтобы избежать последствий травмы. А вообще ему повезло, он легко отделался. Боксёры нередко становятся нашими пациентами, нам приходится буквально вытаскивать их с того света.

От этой фразы сердце Алисы вновь пронзил страх, по спине пробежал холодок и ноги стали ватными. Она обхватила рюкзак, крепче прижимая к себе собачонка, и вслед за доктором вошла в подъехавший лифт. Они поднялись на третий этаж и направились по длинному коридору, ярко освещённому лампами дневного света, с прямоугольниками белых дверей вдоль него. Мартин совсем осмелел: высунул голову из рюкзака и с любопытством глазел по сторонам.

– Госпожа Орлова, ради бога, простите моё любопытство, но не могу не спросить, – улыбнулся доктор. – Если не секрет, по какому поводу вам королева подарила его? – Он кивнул на довольную морду пастушка.

– За первое место в математической олимпиаде. Она проходила в прошлом году у вас в Лондоне. Я всегда мечтала иметь собаку, но когда её величество подарила мне Мартина, – девушка погладила питомца по голове, – для меня это стало полной неожиданностью.

– Вы, как и мистер Романов, тоже из России? – спросил врач.

– Да.

Навстречу им шла темнокожая сотрудница клиники. Она катила приспособление для капельницы, а в свободной руке держала серебристую посудину, в которой лежали упаковки с лекарством.

– Так вот ты какой, королевский коржик! – воскликнула женщина, увидев собачонка. – Сколько лет живу в Лондоне, Елизавету ни разу не видела. Дай хоть на тебя посмотрю. Говорят, если увидишь кого-то из королевской семьи, будет тебе счастье. Может, теперь и я стану счастливой, – улыбнулась она и спросила, наклонившись к пастушку: – Как думаешь?

Мартин тихонько ответил: «Буф» – и улыбнулся в ответ, вывалив язык и оскалив зубы.

– Эх, жаль, у меня руки заняты, а то я бы с удовольствием тебя потискала, – усмехнулась негритянка.

– Энджел, мистер Романов уже позавтракал? – обратился к ней доктор.

– Нет, – ответила медсестра, – Мэри отнесла ему, а когда вернулась за посудой, оказалось, он даже не притронулся к еде. Я у него спрашиваю: «Почему вы ничего не поели?», он говорит: «Не могу запихнуть в себя».

– Понятно, – кивнул врач и посмотрел на Алису: – Это вполне нормальное явление после сотрясения, надеюсь, сегодня к вечеру, максимум к завтрашнему дню, у него уже появится аппетит. Мистер Адам сказал, Евгению никак нельзя терять вес, иначе потом придётся выступать в другой весовой категории.

«Неудивительно, что Женьке кусок в горло не лезет, – подумала девушка, – после такого удара о еде можно долго не вспоминать». Она всегда восхищалась силой воли любимого. Каждый раз перед поединком, до процедуры взвешивания, ему приходилось держать вес под контролем, чтобы не дай бог не потерять или не приобрести лишний килограмм. Женя стоически соблюдал строгую диету, а Алиса не понимала, как можно так питаться изо дня в день. С утра – каша на воде, вечером – рыба и овощи, всё остальное время исключительно белок и никаких сладостей. Так же можно сойти с ума. Она вспомнила, как они встречали Рождество и Новый год, гуляя вечерами по праздничному Лондону. Это время пришлось как раз на её каникулы и его подготовку к бою. Всё вокруг пестрело соблазнами – имбирное печенье, разнообразная рождественская выпечка, конфеты и прочие сладости, – а он был вынужден себе отказывать.

«Будь он неладен, такой спорт, – подумала Алиса, – мало того что постоянно рискуешь своей жизнью, так ещё и поесть нормально нельзя».

Вскоре доктор и посетители остановились у одной из дверей.

– Вот мы и пришли, – сказал мистер Джордан, – я помогу вам занести вещи и уйду.

Сердце девушки затрепетало от волнения в предчувствии встречи с любимым. Ей казалось, что она не видела его целую вечность, хотя прошло чуть меньше суток.

– Госпожа Орлова, прошу вас, не говорите ничего, что могло бы расстроить вашего молодого человека, ему сейчас как никогда нужен покой, – попросил доктор.

– Да, конечно, – кивнула Алиса, и они вошли в палату…

Глава 13

Когда в очередной раз открылась дверь, Женя решил, что снова пришла улыбчивая медсестра. Но, увидев на пороге Алису в сопровождении врача, парень от неожиданности подскочил на кровати и почувствовал, как в голове снова закружилось торнадо. Он на секунду зажмурил глаза и судорожно сглотнул, отгоняя вновь подкатившую тошноту и думая лишь о том, чтобы у него в их присутствии снова не началась рвота. Во время утреннего обхода он заявил доктору, мол, прекрасно себя чувствует – лишь бы быстрей сбежать из лечебницы. Ему совсем не хотелось валяться на больничной койке. Если доктор увидит, что его рвёт, то ни о какой выписке не будет и речи. Тогда придётся убегать из клиники без его разрешения. Конечно, Женя ждал Алису, причём в этот раз как никогда прежде, но не рассчитывал, что она приедет так рано. Он думал, сначала девушка сходит на занятия и только потом к нему. Она всегда очень ответственно относилась к учёбе: если и пропускала лекции, то по очень веским причинам.

При виде друга Мартин от радости едва птичкой не выпорхнул из рюкзака. А когда хозяйка выпустила его на свободу, он не церемонясь запрыгнул на кровать, забрался на колени Женьке и стал облизывать его лицо.

– Ваше высочество, я тоже скучал по тебе, – рассмеялся парень, а следом за ним и все остальные.

– Мистер Романов, всё-таки вам лучше лежать, – посоветовал доктор.

– Я себя замечательно чувствую, могу и посидеть. – Продолжая смеяться, Женя уворачивался от шершавого языка собачонка.

Алиса с улыбкой наблюдала за проявлением любви питомца, а Женя с насторожённостью всматривался в её лицо, пытаясь уловить во взгляде нотки жалости к нему или осуждения. Не заметив ничего подобного, он облегчённо вздохнул.

Врач поставил вещи у обеденного стола и прежде, чем покинуть палату, сказал:

– Ладно, не буду вам мешать. Общайтесь, но только недолго. Вам, молодой человек, сейчас как никогда нужен отдых.

Как только за ним закрылась дверь, Алиса театрально нахмурилась.

– Так, Мартин, хватит лобызаться, – сказала она, – оставь в покое моего парня, я тоже хочу его поцеловать.

И как бы пастушку ни хотелось продолжить наслаждаться вниманием друга, пришлось подчиниться и выполнить команду хозяйки. Уж больно у неё строгое лицо было в тот момент. Молодые люди с улыбками переглянулись, наблюдая, как собачонок неохотно освобождает колени парня и по-хозяйски разваливается на кровати. Женя встал, притянул любимую к себе, и та с радостью пришла в его объятия.

– Ну привет, мой великан.

– Здравствуй, моя крошка. – Он прижал её голову к своей груди, вдыхая цветочный аромат волос. – Соскучился, сил нет.

– А мне кажется, ты нас не ждал, – отстранившись, Алиса с озорной улыбкой посмотрела на него. – У тебя было такое удивлённое лицо, когда мы вошли в палату.

– Ладно, каюсь, – усмехнулся молодой человек, – просто не думал, что вы приедете так рано. Но ты даже представить не можешь, как я ждал тебя.

После чего последовали затяжные объятия и очень-очень сладкий поцелуй в губы. Как же парень радовался, что любимая не жалела его, не причитала и даже словом не обмолвилась насчёт его позорного поединка.

– Мистер Романов, у вас такая замечательная пижамка, – хихикнула девушка. Она положила голову ему на грудь и сцепила руки на его пояснице. – Вы в ней похожи на полосатый матрасик.

– Ты издеваешься надо мной? – рассмеялся Женя и чмокнул её в макушку, и только теперь до него дошло, что он стоит перед ней в больничной пижаме. Накануне вечером, когда он потерял сознание в раздевалке, его забрали в больницу в чём он был – в одних боксёрских трусах. Хорошо хоть, бинты и бандаж успел снять до обморока.

– Нет, что ты, просто она тебе очень идёт, – снова фыркнула Алиса и продолжила: – Ладно, пойдём, кормить тебя буду, мы привезли йогурты и фрукты. Я слышала разговор врача с медсестрой, она жаловалась – ты ничего не поел. Правда, доктор сказал, это нормальное явление при сотрясении мозга.

Девушка направилась к столу и стала вытаскивать продукты из пакета. Мартин тотчас спрыгнул с кровати и уселся рядом в надежде, что, может, и ему перепадёт.

– Да при чём тут сотрясение? – Женя присел на стул, откинулся на спинку, прислонившись головой к стене и наблюдая за любимой. – Просто с утра кусок в горло не лез, у тебя тоже такое бывает.

– Бывает, – согласилась она, – а вот чтобы у тебя подобное раньше случалось, я не припомню. Обычно ты всегда завтракаешь с удовольствием.

В душе парень с ней согласился, прекрасно понимая: отсутствие аппетита связано с его состоянием. Он хоть и делал вид, будто здоров как бык, но себя-то не обманешь. Самочувствие его было не ахти.

– Алиса, всё нормально, – попытался успокоить он её, – я в порядке.

– Оно и видно, – хмыкнула девушка, – на твоём лице пятьдесят оттенков серого, а глаза как у вампира. – Она вытащила из кармашка рюкзака его мобильный и протянула ему: – Твои сообщения я не читала, лишь отвечала на звонки. Вчера вечером, после того как позвонил Билли и сообщил, в какой ты больнице, я разговаривала с твоими родителями. Мама очень переживает за тебя.

– Она всегда переживает, – ухмыльнулся Женька, пролистывая входящие сообщения, – с того самого дня, как я начал заниматься боксом.

– А что тут удивительного? – Алиса присела напротив него. – На то она и мать, чтобы переживать за сына.

Женя положил телефон на стол.

– Потом отвечу, – сказал он и открыл йогурт. Зачерпнул ложкой нежно-розовой массы с ягодами и отправил в рот. Увидев, что пастушок смотрит на него во все глаза, Женька кивнул на банку:

– Ваше высочество, ты тоже хочешь?

– Буф, – подтвердил тот.

– Иди сюда, – молодой человек посадил собачонка на колени и поднёс йогурт к его морде. – Угощайся, приятель.

Пастушку не требовалось повторного приглашения, он тотчас накинулся на продукт как на самое изысканное лакомство.

– Женя, он поел два часа назад! – возмутилась Алиса.

Она потянулась, собираясь забрать из-под носа питомца банку. От разочарования тот чуть в обморок не упал. Надо было видеть его глаза в тот момент, в них читалось явное недоумение: как понять этих людей, один дал, другая забирает. Но на его спасение, как всегда, пришёл Женька. Он вовремя отодвинул руку, не давая Алисе лишить собачонка угощения.

– Лисёнок, ну что ты в самом деле, – улыбнулся парень, – пусть его высочество полакомится вкусняшкой. Ему, небось, уже поперёк горла паштет стоит, как мне овсяная каша.

– Женя, он и так уже на булочку похож, – продолжила возмущаться девушка. – Зачем ты его подкармливаешь?

– Да разве это еда? – усмехнулся парень, глядя, с каким удовольствием пастушок вылизывает лакомство. – Это же лёгкий десерт. Что для молодого растущего организма баночка йогурта. Так, ерунда…

– Да ну вас, – обречённо махнула рукой Алиса, – пойду фрукты помою. – Прихватив тарелку, она отправилась в ванную.

Женя проводил девушку взглядом, любуясь её золотистыми локонами, рассыпанными по белому халату.

«Если бы она была моей медсестрой, я лежал бы в больнице хоть всю жизнь», – подумал он.

Войдя во вкус, пастушок вылизал всё без остатка, но никак не мог остановиться и продолжал шкрябать языком по пустой банке.

– Ваше высочество, да у тебя губа не дура, – усмехнулся Женька. Он вытащил салфетку из коробки на столе и вытер питомцу морду. – Вижу, понравился тебе продукт, – кивнул он на пустую тару.

Собачонок посмотрел на него, всем своим видом сообщая: «Я бы ещё с десяток таких умял».

– Но больше не получишь, – урезонил его Женя, – иначе Алиса съест меня вместо йогурта на десерт. Хотя, признаюсь тебе честно, я бы не возражал против этого, – подмигнул он собачонку.

– Не возражал против чего? – спросила девушка. Она вернулась из ванной, неся в руках тарелку с яблоками, грушами и виноградом.

– Неважно, – хмыкнул парень, – это мы о своём, о мужском.

Алиса поставила фрукты на стол, присела напротив них и, отщипнув виноградину, положила в рот.

– Спасибо тебе за всё. – Парень кивнул на свою сумку. – Особенно за мои вещи, а то я собрался вечером домой, лежу и думаю: привезёшь ты их или нет, позвонить-то не могу. Хорошо, что привезла, а то пришлось бы ехать в пижаме или в боксёрских трусах, – усмехнулся он.

– Что значит домой? – Алиса нахмурилась, и тонкая линия пролегла между её бровей.

– А то и значит, – хмыкнул Женя. – Зачем мне тут лежать, если я здоров как молодой бычок. Мне нужно тренироваться, а не в больнице валяться.

Когда девушка услышала от врача о намерениях Жени, то подумала, будто парень шутил, а оказывается, он и тогда, и теперь говорил на полном серьёзе.

– Ты с ума сошёл! – воскликнула она. – Мне врач сказал, что тебе нужно обязательно пройти обследование.

– Да нафига оно мне нужно? – развёл руками Женька. – Говорю же, я вполне здоров.

– Родной, это тебе так кажется, сотрясение мозга – совсем не шутки, оно может привести к печальным последствиям, если его недолечить, – возразила Алиса.

– Брось, – отмахнулся парень, – ерунда это всё. Для боксёров сотрясение – как для всех остальных ОРВИ.

– Только потом эти боксёры на старости лет дураками становятся. Я вообще считаю, что тебе надо завязывать с этим опасным спортом, – выпалила Алиса.

– Что? – Женя скривился, как от невыносимой зубной боли.

– Что слышал, – фыркнула она, – твой бокс доведёт тебя до беды.

– Ты думаешь, что предлагаешь? – нахмурился он, вглядываясь в её лицо. – Это всё равно как я скажу тебе бросить математику.

– Что ты равняешь божий дар с яичницей? – всплеснула руками Алиса.

– То есть ты хочешь сказать, твоя математика – это божий дар, а бокс – это… – Женя не успел договорить.

– Математика развивает мозги, а бокс их отбивает, – перебила девушка.

– Алиса, у меня с матерью в этом вопросе постоянное противостояние, не думал, что то же самое будет с тобой, – в отчаянии покачал головой парень.

Конечно, Женя знал: любимая, как и его мать, нервничает, переживает, когда смотрит его бои, но всё-таки он надеялся, что Алиса разделяет его интересы, точно так же, как он её.

– Ты зря не прислушиваешься к ней. Она тебе не чужой человек и плохого советовать не станет. Твоя мать права, я с ней абсолютно согласна. Так что, дорогой мой, выбирай: либо я, либо бокс, – категорично заявила Алиса и тут же пожалела о том, что ляпнула, но было уже поздно. Как говорится, слово не воробей, вылетит – не поймаешь.

– Что? – воскликнул парень. Никак не ожидая услышать от неё чего-то подобного, он не поверил своим ушам.

Градус их беседы накалялся, эмоции становились всё сильней. Впервые услышав разговор молодых людей на повышенных тонах, пастушок чувствовал неладное. Он нервно переминался на коленях парня, при этом чуть слышно поскуливал, как бы прося их успокоиться и едва поспевая переводить взгляд с одного на другого. Никто из влюблённых не обращал на него внимания.

– Ты прекрасно меня слышал, – заявила Алиса.

Она решила гнуть свою линию до конца в надежде, что своим ультиматумом добьётся желаемого.

Женя едва не взорвался от переполнившего его разочарования. Он стиснул зубы, закрыл и снова открыл глаза.

– Алиса, ты мне очень дорога, но бокс я не брошу. Даже ради тебя. Так что извини, если тебя это не устраивает, сама выбирай: либо я, либо твоя математика.

– Что ты имеешь в виду? – округлила она глаза.

– Только то, что в таком случае нам лучше расстаться. – С каким же трудом он выдавил из себя эти слова. – Я хочу видеть рядом с собой человека, который меня понимает и разделяет мои интересы.

И вот тут бы ей как-то сгладить или замять весь этот разговор, но Алису уже было не остановить. Внутреннее чувство девичьей гордости, непокорности, нежелание принять его мнение толкали её на необдуманный поступок.

– Ну как знаешь, – вскочила со стула она. – Мартин, собирайся, поедем домой.

Пастушок возмущённо гавкнул, но не подчинился, продолжив сидеть на коленях парня.

– Ваше высочество, извини, но, видимо, я не дотягиваю до ваших королевских кровей, – горько усмехнулся Женя, потрепав его по холке.

Собачонок склонил голову набок и жалобно заскулил, призывая людей сбавить пыл. Алиса фыркнула, выхватила его из рук парня, закинула рюкзак на плечо и направилась на выход. И Женя не остановил её. Выдвинутое ею условие до глубины души задело его самолюбие и мужскую гордость.

Девушка вылетела из палаты, раздражённо бабахнув дверью. Вокруг повисла гробовая тишина, Евгений сидел в полной прострации, ещё не до конца понимая, что в эту минуту произошло.

Глава 14

Прошло две недели с тех пор, как молодые люди неожиданно расстались. Всё это время и она, и он жили как на автопилоте. Женя хотел уйти из больницы в тот же день сразу за Алисой, но доктор правдами и неправдами уговорил его остаться ещё на сутки, чтобы сделать томографию головного мозга. Убедившись, что нет ничего опасного для его здоровья, он скрепя сердце отпустил парня домой, но взял с него обещание, что тот несколько грядущих дней будет соблюдать постельный режим. Вообще, Женя считал себя человеком слова, но в этот раз он не сдержал обещания и на следующий же день после выписки отправился в спортзал. Ну не мог он в одиночестве валяться в квартире, где всё напоминало о любимой девушке, где каждая вещь пропиталась её запахом. Это было выше его сил. В тот момент он мечтал об одном: убежать от неё как можно дальше. Находиться с ней в одном городе и не иметь возможности видеть её казалось ему сущим адом. Он бы с радостью уехал в Москву, но его удерживал контракт с Билли, подписанный на три года.

Молодой человек постоянно думал об их ссоре. На первый взгляд могло показаться, будто недопонимание произошло на ровном месте. Как обычно бывает, слово за слово, наговорили друг другу обидных глупостей и в конечном итоге разругались. Но чем больше Женя анализировал тот конфликт, тем больше приходил к выводу, что рано или поздно таковой должен был случиться. Каждый раз вспоминая её условие: «Выбирай: либо я, либо бокс», парень понимал: Алиса никогда не смирится с его профессией, а он не собирался её бросать. По крайней мере до тех пор, пока позволяло здоровье. Но даже когда наступит такой критический момент и Женька будет не в состоянии выходить на ринг, он мечтал посвятить свою оставшуюся жизнь тренерской работе. Это одно из трёх его желаний, о которых он рассказывал Алисе в тот день, когда в начале их знакомства они поделились друг с другом своими самыми сокровенными мечтами^[13].

К чему отношения, если его девушка, как оказалось, не разделяет его взглядов и интересов так, как он разделяет её увлечение математикой и космосом? И как ни печально признавать, Женя пришёл к выводу: его решение порвать отношения, пока они не зашли слишком далеко, было верным. Хотя куда ж ещё дальше. Он и сейчас не представлял, как будет без неё. Сходил с ума от одной мысли, что навсегда лишился самого дорогого, наполнявшего его жизнь смыслом и светом. Теперь можно забыть о том хорошем, что могло ожидать их впереди. Неужели он больше никогда не увидит её ласковую улыбку, не обнимет тонкую талию и не поцелует сладкие губы? Думая об этом, он хотел выть белугой. Несколько раз порывался позвонить ей, извиниться, правда, не понимал за что, но его останавливало одно: раз решил расстаться, то всё, обратной дороги нет.

И как всегда в сложные периоды жизни, бокс стал для него единственным утешением. Когда он появился в спортзале, сказать, что Райан удивился, это не сказать ничего. Учитывая не до конца окрепшее здоровье воспитанника, поначалу тренер ограждал его от серьёзных нагрузок. Со временем Женя полностью восстановился, правда, душа его ничуть не успокоилась, но как-то окаменела, он стал суровым и нелюдимым и с головой ушёл в спорт… Глава 15

Алиса сама не поняла, как просуществовала эти две недели. После расставания с любимым мир для неё потерял все краски, жизнь стала пустой и никчёмной. Как же она скучала по его сильным рукам и нежным объятиям, по требовательным губам и глубокому взгляду, по бархатистому смеху и весёлой иронии. Ей не хватало их долгих вечерних разговоров и его ласковых сообщений по утрам. Девушка несколько раз порывалась написать ему, но, увы, она больше не могла этого сделать. Услышав от парня предложение расстаться, Алиса пришла в бешенство и удалила все его контакты в тот же день, едва покинула стены больницы.

И снова время потянулось для неё как жвачка. Ей ужасно хотелось поехать домой, побыть в окружении близких людей, почувствовать их поддержку, заботу и внимание, выговориться и поплакаться в жилетку подруге. Хотя смысл изливать ей душу, если она и так уже озвучила своё мнение. Когда во время очередного разговора по видеосвязи Алиса рассказала ей, что они с Женей расстались и что стало тому причиной, Кузя, как обычно, высказалась в своём репертуаре, особо не выбирая выражений: «Дура ты, Бонифаций. Разве можно парня загонять в такие рамки. Он начал заниматься боксом, когда тебя ещё на горизонте не было. И что теперь, с твоим появлением он должен бросить то, чему посвятил годы своей жизни и без чего не мыслит своего существования? Неудивительно, что Женя тебе так ответил. Если бы ты мне поставила такое условие, я бы послала тебя по известному адресу». Алиса тут же напомнила ей: «Забыла, как ты мне говорила: если перекрасишь волосы, считай, я тебе не подруга», на что Верка выдвинула железобетонный аргумент: «Ты не равняй тёплое с мягким. Я, можно сказать, спасла мир от потери рыжего человека». Алиса тотчас парировала: «А я хотела спасти Женю от беды». Они ещё долго спорили и пререкались, в конечном итоге подруга заявила: «Перельман, ты упёртая как осел. Ты не маленькая девочка, принимай решение сама. Если считаешь, что вам лучше расстаться, то я ничего не могу изменить».

Да, именно так Алиса считала. Та ссора открыла ей глаза. Девушка вдруг поняла, что никогда не станет для Жени номером один. Бокс всегда будет для него на первом месте, а она всю жизнь будет где-то на задворках его спортивной карьеры. Слова парня: «Алиса, ты мне очень дорога, но бокс я не брошу. Даже ради тебя» – стали тому подтверждением. Ей казалось, лучше расстаться теперь, потом будет ещё больней. Но как будет потом, она не представляла, а сейчас ей хотелось умереть от тоски по нему. И как бы она ни мечтала о поездке домой, сделать это не представлялось возможным. Зимние каникулы давно закончились, а до пасхальных, которые в английских вузах длились больше всего – с конца марта до середины апреля, – оставалось ещё полтора месяца. В это нелёгкое время, как всегда, настоящим спасением для неё стала математика. Алиса записалась на дополнительные лекции к мисс Баррет и полностью погрузилась в учёбу…

В один из дней, возвращаясь домой из университета и подойдя к общежитию, Алиса не увидела Мартина на его наблюдательном пункте. Сердце тревожно ёкнуло, в ушах застучали молоточки, а по телу пробежал холодок. Ускорив шаг, девушка направилась ко входу. Собачонок остался для неё единственной радостью в жизни: не будь его, она бы точно сошла с ума от одиночества и душевных переживаний.

Последнее время пастушок очень беспокоил её. С тех пор как Алиса рассталась с Женей, питомец сильно изменился. Теперь, встречая хозяйку после учёбы, он всё так же сидел на окне, но при виде неё больше не молотил лапами по стеклу, как юный барабанщик, и не заходился радостным лаем. Стал плохо есть, что совершенно не свойственно ему – раньше он готов был лопать двадцать четыре часа в сутки. Спать ложился на подоконнике и полночи таращился в окно, тихонько подвывая, а когда хозяйка звала его к себе, игнорировал её. Во время занятий Алисы пастушок больше не забирался на стол или кресло, а ложился в свою кроватку и громко вздыхал, точно старичок. В моменты уныния больше не успокаивал хозяйку и не слизывал слёзы с её щёк, а на прогулке ходил с понуро опущенной головой, не обращая внимания на белок и птиц. Те пребывали в явном недоумении: что случилось с четвероногим хулиганом? Они свободно расхаживали у него перед носом, а он даже не реагировал на них, лишь провожал взглядом: «Не до вас мне сейчас». Конечно, Алиса понимала, с чем связано его состояние. Он точно так же, как и она, тосковал по Жене. У девушки складывалось впечатление, будто питомец считает её виноватой в ссоре с парнем. Она неоднократно пыталась объяснить ему, почему они расстались. Мартин равнодушно выслушивал её и по-прежнему оставался с ней холоден.

Алиса забежала в общежитие и на одном дыхании влетела на свой этаж. С замиранием сердца вставила ключ в замочную скважину и, пока открывала замок, лихорадочно соображала, что же случилось с Мартином, почему он не встречает её. Увидев его сидящим с поводком в зубах, она почувствовала, как от облегчения у неё подкашиваются ноги. Алиса закрыла дверь и обессиленно сползла по ней на пол, выронив сумку из рук. За эти несколько минут она пережила сильнейший стресс, и теперь её всю трясло.

– Господи, Мартин, как же ты меня напугал, ну хоть бы разочек гавкнул, – пробормотала девушка и поймала себя на мысли: ведь ещё совсем недавно она ругала собачонка за то, что тот встречал её громким лаем. – Ты чего здесь сидишь? Гулять хочешь?

– Буф, – подтвердил питомец.

– Малыш, мы пойдём, но немного позже. – Алиса хотела притянуть его к себе, чтобы погладить, но он увернулся. Она грустно усмехнулась, встала, повесила пальто на вешалку и сняла ботинки. – Сначала надо тебя покормить.

Пастушок не двинулся с места. Алиса прошла в кухню и, увидев в миске недоеденный паштет, обернулась на питомца.

– Почему ты не съел завтрак? – спросила она.

Собачонок посмотрел на хозяйку с такой тоской во взгляде, что у неё невольно сжалось сердце.

– Малыш, я понимаю, ты скучаешь по Жене, но я уже миллион раз объясняла тебе, мы не можем быть вместе. Мы с ним разные люди, понимаешь?

Мартин ничего не ответил, лишь отвернулся и снова уставился на дверь.

– Ну хорошо, – вздохнула девушка и, придав своему голосу весёлый тон, чтобы хоть как-то приободрить пастушка, сказала: – А хочешь, вместо прогулки по парку сходим к метро, пробежимся по твоей любимой улице, полюбуемся витринами, может, какую вкусняшку тебе приобретём, а заодно я куплю в книжном магазине учебник по математике. Ты как, не возражаешь?

Пастушок вновь посмотрел на неё, и опять Алиса не уловила в его взгляде той искорки, которой загорались чёрные бусинки глаз всякий раз, когда она предлагала ему что-то интересное.

– Буф, – равнодушно согласился он.

– Вот и отлично! – как можно радостней воскликнула девушка. – Тогда подожди пять минут, сейчас потеплей оденемся и пойдём.

Зима в Лондоне оказалась довольно странной. На дворе середина февраля, а снег так ни разу и не выпал, да и температура за всё время не опускалась ниже плюс восьми градусов. Но за счёт бесконечных ветров, пронизывающих до костей, складывалось ощущение, будто на улице свирепствует лютая стужа. Холодина стояла покруче, чем в Москве. Алиса надела на Мартина красный комбинезон с оленями и вспомнила, как они с Женей покупали его. Это случилось накануне Рождества. В тот день они отправились на прогулку по Оксфорд-стрит и, увидев зоомагазин, решили купить Мартину какую-нибудь вкусняшку в честь праздника. Когда они оказались внутри собачьего рая, у молодых людей глаза разбежались от обилия всевозможных рождественских нарядов для хвостатых. Красный костюмчик в скандинавском стиле настолько притягивал взгляд своей яркостью, что они не смогли пройти мимо. В конечном итоге вместе с жевательным ботинком из вяленой говядины влюблённые приобрели пастушку обновку. От воспоминаний душа снова заныла, застонала, а рука невольно нащупала на груди изящную цепочку с кулоном в виде греческой буквы «Пи», которую Женька подарил ей на Новый год. Она на секунду прикрыла глаза и снова буквально окунулась в тот день, ощутила, как его пальцы скользнули по её коже, застёгивая украшение на шее. «Крошка моя, пусть наша любовь будет такой же бесконечной, как это число», – сказал Женя, а потом его требовательные губы нашли её, выпивая слова благодарности, не давая им вырваться наружу. Алиса тряхнула головой, отгоняя счастливые воспоминания, и пошла одеваться. Мартин грустно посмотрел ей вслед, всем своим видом говоря: «Как это было замечательно, а ты взяла и всё испортила».

Алиса утеплилась основательно. Натянула спортивный костюм, поверх него надела пуховик и любимую шапку с надписью Marshall, выпустила медовые локоны наружу.

– Ну что, я готова. Можем идти, – сказала она и, прихватив с собой поводок, открыла дверь, пропуская питомца вперёд.

Уже через некоторое время они шагали по парку в сторону выхода с территории студенческого городка. Пастушок семенил впереди, уткнув взгляд под лапы и ничего не замечая вокруг. Алиса обратила внимание, что за весь путь он ни разу не обернулся на неё, как делал это прежде во время прогулок. Вскоре показались ворота. Заходившие в них две девушки при виде собачонка и его хозяйки приветливо улыбнулись.

– Хай, Элис, – одновременно сказали они и расхохотались.

– Куда это вы собрались? – спросила одна из них, симпатичная брюнетка с необычным именем Пьедади. Алиса никогда не жаловалась на отсутствие памяти, но такое запомнила только с третьего, а то и с четвёртого раза.

Девчонки тоже жили в студенческом общежитии. Пьедади приехала учиться в Лондон из Лиссабона, а её соседку по комнате Камиллу занесло в Англию аж из Аргентины. Алиса остановилась рядом, а пастушок даже взглядом их не удостоил, проследовал мимо и пошёл дальше. Девушке показалось это странным, обычно он с радостью встречал соседок, а выходя за территорию, всегда останавливался, давая ей возможность пристегнуть поводок.

– Привет, девчонки, – улыбнулась Алиса в ответ. – Да вот вышли прогуляться.

– Эй, сэр Мартин! – крикнула португалка вслед собачонку. – А чего это ты не здороваешься? Зазнался, что ли? – Она театрально подбоченилась.

Собачонок даже ухом не повёл, за него ответила хозяйка:

– Мой парень сегодня не в духе.

– Мы это уже поняли, – усмехнулась Камилла. – Идёт и ни на кого не смотрит. Что-то он последнее время перестал концерты давать. Мы с Пьед, – она кивнула на приятельницу, – уж было подумали: не заболел ли часом наш Паваротти?

Несмотря на то что девушки жили стенка в стенку, соседки никогда не жаловались на арии пастушка. Нельзя сказать, что Алиса близко с ними общалась, но поскольку комнаты находились рядом, к тому же все они учились в одном кампусе, волей-неволей девчонки периодически пересекались, обмениваясь при встрече дежурными фразами: «Привет», «Как дела», «Что нового?» и так далее. С аргентинкой Алиса встречалась не только в стенах общежития, но и на лекциях по музыке. Камилла, как и многие южанки, оказалась невероятно голосистой и замечательно пела. В отличие от них, Пьедади отдала предпочтение рисованию. Алиса то и дело видела, как она сидит где-нибудь в парке с мольбертом.

– Да нет, вроде здоров. Может, петь разлюбил, – пожала плечами хозяйка собачонка. – Ладно, девчонки, я побежала! – Она махнула им рукой и припустила за питомцем. – Малыш, погоди, давай пристегнём поводок!

Но тот снова не послушался и продолжал идти вперёд. «Вот негодник, совсем от рук отбился», – мысленно ругала его хозяйка.

Чтобы попасть на ту оживлённую торговую улицу, куда Алиса пригласила Мартина прогуляться, надо было немного попетлять по небольшим переулкам с таунхаусами, тесно прижимавшимися друг к дружке, с палисадниками перед входами и раскидистыми деревьями, растущими прямо из тротуаров. Пастушок отлично знал этот маршрут, они миллион раз ходили гулять к метро, когда нужно было что-то купить, поэтому девушка особо не переживала, что он идёт без поводка по достаточно спокойным улицам.

Неожиданно прямо перед ними, из-за решётчатого забора одного из домов, едва не столкнувшись нос к носу с пастушком, выскочил здоровенный чёрный котяра. Он увидел собаку, и его круглые глазищи едва не выскочили из орбит. Несмотря на свои габариты, он с лёгкостью пёрышка стартанул вверх, а когда приземлился, ощерился, выгнул спину и зашипел на Мартина, словно это он оказался у него на пути. В замешательстве пастушок отпрянул назад. Зеленоглазый бандит встал на задние лапы и замахал передними, не иначе как каратист, оставалось только закричать «Кий-йя-я!». Такой наглости Мартин не мог вынести. Он грозно зарычал и двинулся на наглого кота. Тот быстро сообразил, что пёс не из трусливых, и, противно замяукав, пустился наутёк. Алиса рта не успела раскрыть, чтобы остановить пастушка, как тот сорвался с места и помчался за котярой.

– Слава богу, ожил, – усмехнулась девушка, посмотрев ему вслед, и закричала: – Мартин, оставь его в покое, пойдём, некогда нам за ним гоняться!

Звериная вереница неслась по улице до тех пор, пока впереди не показался узкий проход между двумя домами. Не мешкая ни секунды, кот нырнул в него, Мартин кинулся следом, и они исчезли из поля зрения Алисы. Она рванула за ними и вскоре оказалась перед тем самым тёмным проходом, над которым нависали высокие стены, а в конце мелькал свет параллельной улицы. В таком узком пространстве с трудом пройдёт один человек, при условии если будет примерно такой комплекции, как Алиса.

Девушка невольно остановилась, не решаясь зайти в проход. Она с детства боялась закрытых пространств, и теперь у неё возникло ощущение, будто ей предстоит войти в пещеру. «Если какой-нибудь толстяк решит пройти через этот коридор, наверняка придётся вызывать спасателей, чтобы его оттуда извлечь», – подумала Алиса и, едва не зажмурившись от испуга, пулей пролетела между стенами. Оказавшись на соседней улице, она в растерянности посмотрела по сторонам. Животных и след простыл.

– Мартин! – закричала Алиса во весь голос.

Но ответом ей стала только тишина, нарушаемая стоном ветра, раскачивающего верхушки деревьев.

– Мартин, ко мне! – снова позвала она.

В этот раз ей ответили оконная рама, захлопнувшаяся в одном из домов, и звук автомобиля, проехавшего по дороге. Девушка ощутила какой-то тягучий страх и с ужасом подумала: а что, если пастушок потеряется? От этой мысли её охватила паника, по телу побежали мурашки, а взгляд стал метаться по улице в надежде где-то всё-таки увидеть собачонка. Ещё какое-то время она стояла в растерянности, не зная, что делать, куда бежать, где искать питомца. Алиса почувствовала едкий ком в горле, пришлось приложить немало усилий, чтобы взять себя в руки. Торчать на месте не имело смысла, нужно было что-то предпринимать. Она подумала о том, что собачонок знает, куда они шли, и зашагала по улице в сторону метро, то и дело зовя питомца.

Радости девушки не оказалось предела, когда, пройдя буквально несколько метров, она увидела на заборе одного из домов того самого кота. Алиса кинулась к нему, всё ещё надеясь, что рядом с ним будет Мартин. Но сердце подсказывало: его там нет. Зная своего питомца, она прекрасно понимала: если бы пастушок отирался поблизости с зеленоглазым провокатором, то это слышала бы не только она, но и все жители округи.

Не обращая на неё внимания, кошачий тяжеловес спокойно умывался.

– Эй, кот, где пёс? – спросила Алиса, подбежав к нему и озираясь в поисках питомца.

Хвостатый наглец сделал вид, будто не понимает, о чём речь, и невозмутимо продолжал наводить красоту.

– Ну хотя бы покажи взглядом, в какую сторону он побежал? – Девушка умоляюще посмотрела на него.

То ли кот понял её, то ли произошло простое совпадение, но он стрельнул глазами в том направлении, куда она шла, и продолжил намывать морду.

– Спасибо.

Алиса уже было собралась продолжить путь, однако в этот момент из дверей дома вышел высокий грузный мужчина и остановился на порожке.

– Мисс, вы чего пристали к моему коту? – спросил он.

– Я не приставала, просто спрашивала у него, куда побежала моя собака, – ответила Алиса и, уловив во взгляде мужчины явное недоумение, принялась объяснять: – Понимаете, за вашим котом погнался мой пёс, а теперь он куда-то пропал.

– Мисс, вы себя хорошо чувствуете? – Брови хозяина кота взлетели к крыше крыльца. – Может, вызвать скорую? – предложил он.

И только теперь, после его вопроса, до Алисы дошло, что её объяснение со стороны выглядело как бред сумасшедшего. Какой нормальный человек, находясь в здравом уме, будет спрашивать у кота, куда побежала собака.

– Нет, не надо, – замотала головой девушка. – Я себя прекрасно чувствую. – И от греха подальше она быстрее помчалась прочь, а то ещё, чего доброго, в психушку упекут.

Отбежав на небольшое расстояние, Алиса обернулась: мужчина скрылся в доме, а котяра по-прежнему сидел на заборе и смотрел ей вслед. Даже с такого расстояния она видела хитрющий взгляд его зелёных глаз. В этот момент в груди ёкнуло от нехорошего предчувствия.

Девушка обошла всю округу, то и дело спрашивая у прохожих, не видел ли кто из них рыжего собачонка породы корги в красном комбинезоне и с медальоном на шее, но, увы, его никто не видел. Пастушок как будто сквозь землю провалился. Алиса не хотела в это верить, она гнала ужасную мысль от себя, но в глубине души уже поняла: её любимый питомец потерялся. И тут слёзы брызнули из её глаз, обжигая щёки.

Алиса ещё долго носилась по окрестным улицам, сканируя взглядом каждый куст, каждое дерево, каждый угол дома; обошла все лавки, кафешки и магазинчики, в которых они когда-то бывали с Мартином, и везде получала отрицательный ответ. Когда на улице стемнело и все заведения начали закрываться, а собачонок так и не нашёлся, девушка окончательно убедилась: Мартин пропал. Её сердце разрывалось от горя, рыдания душили, не давая ясно мыслить, и один-единственный вопрос пульсировал в голове: «Что делать?»

Она присела на лавочку в сквере, где они с собачонком любили есть мороженое в тёплую погоду, и вспомнила, с каким аппетитом он уплетал лакомство. Алиса покупала себе фруктовое или ягодное – клубничное, малиновое, банановое, – а пастушок, в отличие от хозяйки, предпочитал ванильное или шоколадное, а когда оно заканчивалось, требовал добавки. Девушке приходилось объяснять: есть много мороженого вредно, а собачонок никак не мог понять, чего может быть вредного во вкусном.

«Малыш, я куплю тебе целый ящик мороженого, ты только найдись», – мысленно обратилась к нему Алиса, смахивая слёзы со щёк. Мимо по улице, завывая, пронеслась полицейская машина с включёнными проблесковыми маячками. «Да! – мысленно вскрикнула девушка. – Точно. Полиция». Алиса вытащила из кармана мобильный и набрала в поисковике: «Как обратиться в полицию в Лондоне?» Первое, что выдал «Гугл», – известное на весь мир словосочетание: Скотленд-Ярд. Не думая ни секунды, девушка сунула телефон в карман и направилась в подземку.

Глава 16

Уже через некоторое время Алиса вошла в стеклянные двери штаб-квартиры английской полиции и решительно направилась к рамкам металлоискателя, возле которых стоял охранник.

– Мисс, вы к кому и по какому вопросу? – спросил он, окинув её взглядом.

– Я пока не знаю к кому, но мне очень нужна помощь, – ответила девушка, едва сдерживая себя, чтобы не разреветься.

– В управление вход частным лицам запрещен, – сообщил страж.

Алиса ехала сюда с надеждой на помощь, а теперь, встретив препятствие, вдруг почувствовала, как она ускользает от неё. И как ни старалась девушка держать себя в руках, слёзы потекли по щекам, нижняя губа задрожала, и она принялась сбивчиво рассказывать о своём горе.

– Мистер, я… – всхлипнула Алиса, вытирая щёки. – Я совсем недавно в Лондоне, у меня здесь никого нет, я не знаю, что мне делать, куда идти, поэтому приехала к вам.

– Что у вас случилось? – нахмурился охранник, пристально разглядывая её заплаканное лицо.

– У меня друг пропал, я не знаю, где его искать. – Она в отчаянии всплеснула руками.

– Подождите минутку. – Охранник кивнул в сторону, из чего Алиса сделала вывод, что ей надо отойти.

Она подошла к окну и, глядя на вечернюю набережную Виктории, видела в отражении стекла, как полицейский снял с пояса рацию и принялся рассказывать невидимому собеседнику о только что услышанном от неё. Ответа Алиса не слышала, но, отключив связь, охранник позвал её.

– Мисс, положите сюда все металлические предметы и телефон. – Сотрудник показал на столик у рамки.

Когда девушка прошла досмотр, он объяснил, что делать дальше:

– Сейчас зайдёте в фойе, из него пойдёте направо по коридору, найдёте кабинет сорок восемь, там спросите старшего инспектора Алекса Томпсона и расскажете ему, что у вас случилось. Он занимается поисками пропавших.

– Спасибо большое! – Надежда на помощь снова затеплилась в душе Алисы.

Она вошла в крутящиеся двери и оказалась в том самом фойе. Найти нужный кабинет не составило большого труда, и буквально через несколько минут девушка стояла у дверей с табличкой сорок восемь. Она постучала, но, так и не дождавшись ответа, решила войти без приглашения и оказалась внутри огромного помещения с множеством столов, за которыми сидели разные сотрудники. Алиса огляделась, думая, у кого спросить, как найти старшего инспектора. Все полицейские казались очень занятыми: кто-то говорил по телефону, кто-то писал, кто-то уткнулся в монитор, а какой-то мужчина, заложив руки за спину, прохаживался вдоль большого окна. Несмотря на вечернее время, здесь вовсю кипела работа, стоял ужасный шум и гам – стало понятно, почему на её стук не ответили. Его просто никто не слышал. Полицейский кабинет напоминал те, что показывают в американских детективных сериалах. На стоящую в дверях девушку никто не обращал внимания.

Один из сотрудников, темноволосый парень лет двадцати с хвостиком, сидевший за ближайшим к ней столом, что-то писал в толстой тетради. Он закончил это занятие, кинул ручку поверх «мемуаров» и, откинувшись на спинку стула, с наслаждением потянулся и широко зевнул. Заметив в этот момент в дверях посетительницу, он тотчас уронил руки на подлокотники кресла.

– Мисс, вы что-то хотели? – сконфуженно спросил он.

– Мне нужен старший инспектор Алекс Томпсон, – ответила Алиса.

– Вам туда. – Полицейский показал на закупоренное жалюзи прозрачное помещение в конце кабинета. – Он у себя.

– Спасибо, – кивнула девушка и зашагала в нужном направлении, лавируя между столов.

Она постучала в стеклянную дверь и, услышав краткое: «Да», вошла внутрь. Старший инспектор, мужчина лет сорока с первыми признаками седины в каштановых волосах, что-то изучал в компьютере, положив ноги на заваленный всяким хламом стол.

– Сэр, добрый вечер, меня к вам…

– Рассказывайте, что у вас случилось? – перебил полицейский Алису, по-прежнему не отрывая взгляда от монитора.

– У меня пропал друг, я не знаю, где его искать, – объяснила она.

– Как давно это случилось? – спросил инспектор и кивнул на один из стульев: – Присаживайтесь. – Он опустил ноги на пол, но так и не удостоил её взглядом.

– Два часа назад, – ответила девушка, присев на краешек стула и сложив руки на коленях.

Мистер Томпсон посмотрел на неё как на городскую сумасшедшую.

– Может, он вышел погулять, – предположил он, – а вы его уже в пропащие записали.

– Он никогда не ходит гулять без меня, – замотала головой Алиса.

– Мисс, всё меняется, – ухмыльнулся старший инспектор. – Раньше, может, и не ходил, а теперь захотелось самому прогуляться, подумать о том о сём.

Девушка только собралась объяснить ему, что её друг – собака, как он снова заговорил.

– А у вас есть его фотография с собой? – спросил мистер Томпсон и добавил: – Если он и правда пропал, нам же надо как-то его искать.

– Конечно, – закивала Алиса. Она вытащила телефон, нашла фотографию Мартина и показала сотруднику.

– Вы это серьёзно? – Его брови взлетели к лампе под потолком.

– Что? – она в непонимании уставилась на него.

– Мисс, а почему вы с этим вопросом не пошли сразу к мэру Лондона? – спросил полицейский спокойным тоном, но на его лице читалось явное недовольство.

– Я вас не понимаю, – пожала плечами Алиса. – При чём тут мэр?

– При том, что мы не занимаемся поиском домашних животных, – вспылил инспектор, возмущённо взмахнув руками, – поверьте, у нас и без этого работы хватает.

– Я в этом нисколько не сомневаюсь, – опустив голову, пробормотала девушка. Предательский комок подкатил к горлу, она часто заморгала. – Только у меня необычная собака, – посмотрев на него, сказала Алиса в надежде, вдруг это обстоятельство поможет ей.

– Что же в ней такого необычного? – ухмыльнулся мистер Томпсон и тут же ответил: – Корги в Англии как… – Он кашлянул в кулак и добавил: – Полным-полно их, в общем.

– Такого, как мой Мартин, больше нет. – Девушка опять чуть не заплакала, теребя медовые кончики прядей. – Мне его подарила королева. Он единственный сын её собаки. – Она нашла в галерее снимок, сделанный в гостях у Елизаветы. – Вот смотрите, – принялась объяснять Алиса, – возле королевы сидит её Джейн, а рядом со мной её сын, то есть мой Мартин.

– Где была сделана эта фотография? – поинтересовался полицейский. Он взял телефон и внимательно посмотрел на снимок.

– В Виндзорском замке, – ответила девушка.

– Мисс, я, конечно, понимаю, что у вас необыкновенная собака, – сказал инспектор, заметно сбавив обороты и вернув ей мобильный. – Но вам нужно обратиться в участок по месту жительства. Вы где проживаете в Лондоне?

Алиса назвала адрес студенческого городка, а мистер Томпсон сообщил ей, где находится ближайший отдел полиции.

– Поезжайте туда, там вам непременно помогут, – порекомендовал он и добавил: – А сейчас простите, но мне нужно работать.

Осознание того, что пастушок потерялся и ей никто не хочет помочь найти его, накрыло Алису с новой силой, как только она покинула кабинет старшего инспектора. Девушка медленно брела по коридору управления, полностью погрузившись в себя, не замечая ничего вокруг, а по щекам неконтролируемым потом лились слёзы. Ей хотелось выть от бессилия и внезапно навалившегося ужаса перед гнетущей, выворачивающей нутро неизвестностью. «Отфутболил, как пить дать, – подумала она, вспомнив инспектора, – здесь отфутболили, наверняка и в том участке пошлют подальше. Кто станет заниматься поисками какой-то собаки».

Когда девушка проходила мимо охранника на входе, он поинтересовался:

– Мэм, ну что, мистер Томпсон помог вам?

– Отправил меня в участок по месту жительства, – дёрнула Алиса плечом. – Спасибо вам за понимание.

– Не за что, – сказал сотрудник. – Удачи вам, мисс, – слегка кивнул он.

Её взгляд привлёк беззвучно работавший телевизор, висевший на противоположной от входа стене. На экране, стоя перед мохнатым микрофоном, выступал мэр Лондона. Ветер играл его светлыми волосами, перебирая пряди.

«Мисс, а почему вы с этим вопросом не пошли к мэру Лондона?» – вспомнила она вопрос инспектора, и тут её осенило: ей же королева дала телефон некоего мистера Харриса. Как она тогда выразилась: этот человек – «половина правительства Великобритании». Вдруг он поможет?

Угасшая было надежда вспыхнула с новой силой. Не долго думая, Алиса вышла на улицу и, отыскав его контакт в телефонной книге, набрала номер. Ждать пришлось недолго, через несколько мгновений на той стороне трубки раздался басовитый голос:

– Слушаю вас.

– Мистер Харрис, добрый вечер. Меня зовут Алиса. Мне ваш телефон дала королева. Она сказала, если мне понадобится помощь, я могу к вам обращаться, – выпалила девушка на одном дыхании.

– Я к вашим услугам, мэм, – она почувствовала, как мужчина улыбнулся.

– Сэр, у меня случилась беда! – затарахтела Алиса. – Я только что вышла из кабинета старшего инспектора Алекса Томпсона в главном управлении полиции, он отправил меня в участок по месту жительства. Но что-то мне подсказывает, что и там мне не захотят помочь.

– Мисс, я вас понимаю, – сказал мистер Харрис, – но вы можете все-таки объяснить, какая у вас беда?

– У меня пропала собака, – сообщила девушка, – а мистер Томпсон сказал, что они не занимаются поисками домашних животных.

В трубке повисла тишина. Алиса нисколько не сомневалась: «мистера половина правительства», как и старшего инспектора, шокировала её просьба и он потерял дар речи. «И этот сейчас разведёт руками», – промелькнула мысль в её голове.

– Сэр, дело в том, что мой Мартин не простая собака, мне его подарила королева, – продолжила девушка, не оставляя мистеру Харрису шансов для отказа, – он сын её Джейн.

– Да… – откашлявшись, протяжно произнёс собеседник. – За все годы моей работы ко мне обращались с разными вопросами, но вот поисками собак я ещё не занимался.

– Мистер Харрис, ради бога, простите меня, я вынуждена была вам позвонить, – принялась извиняться Алиса. – Просто я в отчаянии и не знаю, что мне делать. Вы моя последняя надежда. Если я не найду пастушка, я умру.

– Я правильно понимаю – пастушок и есть пропавший? – усмехнулся собеседник.

– Да, – закивала девушка, как будто он мог её видеть, – это я так любя его называю.

– Мисс… э… – замялся он.

– Алиса, – напомнила девушка.

– Элис, я не могу вам ничего обещать. – В трубке послышался громкий вздох. – Я вам перезвоню.

И мистер Харрис отключил связь, оставив девушку в полной растерянности. Она так и не поняла, ждать ей от него помощи или нет. Снова робкая надежда растворилась, как утренний туман. «Тоже мне “мистер половина правительства” Ну что ж, придётся ехать в свой участок. Буду надеяться, хоть там меня не отошьют». Алиса грустно вздохнула, сунула руки в карманы куртки и, понуро опустив голову, побрела в сторону метро. Сердце обливалось кровью при мысли о собачонке, а в голове крутились бесконечные вопросы, на которые, увы, она не знала ответа: где он сейчас? что с ним? Алиса оказалась уже довольно далеко от управления, как вдруг услышала за спиной приближающийся топот ног.

– Мэм, подождите! – раздался уже знакомый мужской голос.

Она обернулась и увидела охранника из главного полицейского управления.

– Фух, слава богу, догнал, – подбежав к ней, сказал мужчина.

Он сдвинул назад чёрную фуражку с шахматной лентой над козырьком и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.

– Я уж подумал, вы ушли.

Из-за ветра белая рубашка облепила его тело, обозначив намечающийся животик, который Алиса заметила только теперь. «К бабке не ходи, товарищ – большой любитель пенного напитка. Неудивительно, почему он так запыхался», – подумала она.

Судя по тому, что охранник стоял перед ней без верхней одежды, ему явно было не до раздумий, когда он помчался её догонять.

– Госпожа Орлова, мистер Томпсон просил вас вернуться. У него есть для вас хорошая новость, – сообщил охранник.

«Они уже и фамилию мою знают», – промелькнула мысль в голове Алисы.

– Хорошо, – закивала девушка и в сопровождении сотрудника полицейского управления вернулась в управление.

Уже через несколько минут она снова заходила в кабинет инспектора Томпсона. В этот раз при виде девушки он вскочил из-за стола и, обойдя его, выдвинул для неё стул.

– Мисс Орлова, прошу вас.

Обескураженная внезапным поворотом событий и неожиданным вниманием, Алиса нерешительно присела. Полицейский вернулся на своё место и, навалившись грудью на стол, вперил в неё взгляд.

– У меня для вас замечательная новость. – Он заговорщически улыбнулся, блеснув крепкими ровными зубами. – Мы возьмёмся за ваше дело и приложим максимум усилий для поисков вашего питомца. Мы тут подумали, посовещались и пришли к выводу – нельзя допустить, чтобы королевский пёс пропал.

«Подумали они. И здесь всё как в России», – мысленно усмехнулась девушка и поблагодарила «мистера половина правительства».

– Спасибо, – кивнула она, и снова надежда вспыхнула в груди, отчего по телу разлилось тепло.

– Минуточку! – Старший инспектор поднял вверх указательный палец, взял со стола мобильный и кому-то позвонил: – Митчел, давай срочно ко мне.

Едва он успел вернуть телефон на стол, как дверь отворилась и на пороге вырос любитель потягиваться на рабочем месте.

– Да, сэр, – козырнул он.

– Мисс, знакомьтесь, это сержант Нейл Митчел. Он будет заниматься вашим делом. – Мистер Томпсон перевёл взгляд на своего сотрудника. – Сержант, отнесись к нему со всей ответственностью. Ты должен раскрыть его в кратчайший срок. Приступай к работе безотлагательно.

Алиса с сомнением посмотрела на стоявшего перед ними парня. «Что может сделать этот мальчишка? – подумала она. – Наверняка он в полиции служит без году неделя».

– Есть, сэр, – снова козырнул Нейл.

– Госпожа Орлова, не переживайте, всё будет хорошо, – улыбнулся старший инспектор. – Митчел – опытный детектив, – он словно прочитал её мысли, – я нисколько не сомневаюсь, он найдёт вашего друга. А сейчас идите с ним и расскажите обо всём, что случилось, в мельчайших подробностях.

– Хорошо. – Алиса встала и направилась к выходу из кабинета. – Спасибо ещё раз.

– Всегда рад помочь. – Разведя руки в стороны, мистер Томпсон одарил её на прощанье широкой улыбкой.

Митчел открыл дверь и пропустил её вперёд.

– Нам туда, – показал он в сторону своего стола.

– Я запомнила, где ваше рабочее место, – усмехнулась девушка и, бросив на него взгляд, заметила смущение на его гладковыбритом лице.

– Присаживайтесь. – Полицейский кивнул на стул для посетителей, сам уселся в своё кресло. Взял авторучку со стола и принялся её теребить. – Я правильно понял, у вас кто-то пропал?

– Да, – ответила Алиса, – сегодня днём я потеряла собаку.

– Только этого мне не хватало. – Митчел досадливо цыкнул языком и покачал головой.

Он закрыл глаза и сжал пальцами переносицу, переваривая услышанное. Девушка уже нисколько не удивилась его реакции. «Как же им не хочется заниматься поиском пастушка», – подумала она.

– Я, конечно, просил его о продвижении по службе, – снова заговорил полицейский, кивнув на кабинет шефа, – но никак не думал, что вместо повышения он поручит мне заниматься поиском собаки.

– Как посмотреть, – хмыкнула Алиса, – может, это дело и станет вашим повышением. Вам предстоит искать королевского корги.

– А что, разве порода имеет значение? – Его левая бровь дёрнулась вверх.

– Я не породу имела в виду, а то, что мой Мартин на самом деле королевский пёс. Он сын Джейн – собаки её величества, мне его подарила Елизавета, – в который раз за день объяснила девушка.

– А вот с этого момента поподробней… – В глазах полицейского вспыхнул явный интерес.

Алиса рассказала об истории появления у неё пастушка, о том, что учится в Лондоне по приглашению её величества, о визите в Виндзорский замок, подтверждая свой рассказ многочисленными фотографиями. Митчел, как и старший инспектор, с любопытством рассматривал снимки, по ходу задавая множество вопросов: «Где пропал Мартин?», «В котором часу это случилось?» и так далее. После чего попросил сбросить ему несколько фотографий пастушка и номер её телефона, а когда девушка закончила говорить, он встал из-за стола и надел куртку, что висела на спинке его кресла. Алиса расценила его действия как намёк на окончание аудиенции и тоже поднялась. Полицейский сделал глоток из бумажного стакана, стоявшего на столе, взял ключи от машины и сунул их в карман брюк.

– Поехали. Я должен посмотреть всё на месте.

Глава 17

В тот день, когда Алиса вернулась в общежитие, она долго стояла под дверью, не решаясь зайти в комнату. Девушка представила, что там нет любимого собачонка, и её душа сжалась от тоски, захотелось выть. Как же ей хотелось снова увидеть Мартина, она всё бы отдала за это. С болью в сердце Алиса прошлась по опустевшему жилищу. В миске остался недоеденный паштет, в кроватке грустил любимый мячик пастушка, а на подоконнике лежал остаток косточки, которую привёз ему Женя в последний раз, когда был у них в гостях, накануне того злополучного боя. Собачонок таскал её за собой по всей комнате, но не ел. Как будто хранил в память о друге.

Алиса так устала за день, что ей не хватило сил даже раздеться. Она присела на кровать и обессиленно опустилась на подушку. От пережитого стресса её всю трясло и знобило. Девушка накрылась одеялом с головой и долго не могла согреться. И, несмотря на смертельную усталость, сна не было ни в одном глазу. К постоянным думам о Жене теперь добавились переживания о Мартине. За всю ночь она так и не сомкнула глаз. Алиса вскакивала при каждом звуке, доносившемся с улицы, и летела к окну в надежде увидеть собачонка, а когда убеждалась, что его там нет, садилась на подоконник и плакала от отчаянья. Услышав малейший шорох под дверью, она мчалась быстрей открывать её, всё так же рассчитывая обнаружить по ту сторону пастушка. И вот, метаясь от окна к двери, Алиса провела самую ужасную ночь в своей жизни…

Нейл Митчел оказался шустрым полицейским. На удивление Алисы, утром она, отправившись на поиски Мартина, увидела в витрине ближайшего супермаркета объявление о его пропаже, на котором крупным планом красовалась бело-рыжая морда пастушка, а под ней жирным красным шрифтом номера телефонов её и сержанта и обещание вознаграждения нашедшему. Она зашагала по тому маршруту, по которому накануне они с пастушком шли к метро, и повсюду встречала точно такие же листовки.

«Каким образом и когда Нейл успел всё это провернуть?» – подумала Алиса, и, словно прочитав её мысли на расстоянии, в этот момент позвонил полицейский.

– Госпожа Орлова, доброе утро! Я подключил знакомых ребят волонтёров, они сегодня утром развесили по вашему и соседним районам объявления о пропаже Мартина. Хотел вас предупредить, я указал там ваш и свой телефон. Я вас очень прошу, если позвонят, немедленно сообщите мне, кто звонил и откуда. Это на тот случай, чтобы вам не нарваться на каких-нибудь аферистов, которые захотят получить вознаграждение за липовую информацию. Ну а если звонок поступит мне, я скажу, куда вам надо ехать, – сказал он и добавил: – Звоните мне в любое время.

– Хорошо.

Алиса вспомнила, как сомневалась в опытности молодого сержанта, когда старший инспектор познакомил их, и ей вдруг стало неудобно.

– И ещё, – продолжил Митчел, – насчёт вознаграждения можете не переживать, мистер Томпсон сказал, мы выплатим его за счёт управления.

– Ну что вы, – возразила девушка, – я сама заплачу.

– Оставьте свои деньги себе, вы студентка, они вам ещё пригодятся.

Алиса прямо почувствовала, как полицейский при этом улыбнулся.

– Я сам когда-то учился и прекрасно помню, как постоянно не хватало денег.

– Нейл, я готова остаться совсем без них, лишь бы вернуть Мартина, – вздохнула она.

– Элис, вот увидите, мы его непременно найдём, – убеждённо проговорил Митчел. – До связи, – закончил он и положил трубку.

В этот день Алисе было не до учёбы. Она бродила по району, обошла все улицы и переулки, заглядывая во все подворотни, у каждого прохожего спрашивала, не встречал ли он собачонка, показывая его фотографии. К своему удивлению, девушка заметила: многие читали объявление, но никто из них не видел пастушка. Ей вдруг стало стыдно от того, что раньше она сама никогда не обращала внимания на подобные листовки, а ведь не исключено, и она могла кому-то помочь, если бы знала, о чём в них написано. Алиса мысленно дала себе клятву в будущем не проходить мимо подобных объявлений.

Несмотря на то что в районе не осталось такого магазина или кафе, на котором не висела бы физиономия Мартина, она всё равно заходила в них и на всякий случай ещё раз опрашивала сотрудников. Некоторые из них знали пастушка и раньше, а после того как он потерялся, о нём узнали все. Люди искренне сочувствовали ей, но, к сожалению, никто из них не мог сказать ничего утешительного.

За целый день так и не поступило ни одного звонка. Алиса искала питомца до тех пор, пока не почувствовала, как ноги перестали ей подчиняться. Расстроенная, она поплелась в общежитие, чтобы немного передохнуть и снова отправиться на его поиски.

Комната встретила звенящей тишиной. Как же она угнетала девушку.

«Пастушок, больше никогда в жизни я не буду ругать тебя за лай в комнате, – мысленно пообещала Алиса, – ты только найдись, малыш».

Швырнув ключи на тумбочку, она скинула куртку на пол, сняла кроссовки и рухнула на кровать не раздеваясь. Бессонная ночь и дневные скитания по городу сделали своё дело. Едва её голова коснулась подушки, девушка провалилась в сон, будто в пропасть…

Звонок мобильного ударил по ушам, как набат, выдернув её из забытья. Алиса подскочила на кровати, трепеща от испуга как осиновый лист и, схватив телефон, не сразу смогла ответить на звонок – так дрожали руки.

– Да! – едва ли не закричала она в трубку, когда наконец удалось разблокировать смартфон.

– Мэм, добрый вечер, – поздоровался неизвестный мужской голос, – я звоню по поводу вашего об…

– Вы видели мою собаку? – перебила его девушка и, соскочив с кровати, заметалась по комнате.

– Да, ваш пёс сейчас у меня в кафе, – подтвердил мужчина и принялся объяснять: – Обычно мы работаем до двенадцати, а сегодня решили закрыться в десять, поскольку завтра собираемся провести санитарный день. Сотрудников я отпустил пораньше, и пришлось самому закрывать двери. Выхожу на улицу, смотрю – ваш собачонок сидит у соседней мясной лавки и любуется витриной. Я узнал его по тому красному комбинезону, в котором он на фотографии, а объявление я видел утром у метро. Спрашиваю у него: «Приятель, ты голодный?», он ничего не ответил, но так посмотрел на меня, что я сразу всё понял, ну и пригласил его на ужин. Он охотно принял моё приглашение. Парень сейчас ест, а я решил вам позвонить. Я его никуда не отпущу, так что приезжайте за ним.

Алиса терпеливо выслушала его объяснения и поймала себя на мысли, что хозяин кафе тот ещё юморист.

– Уже еду, – сказала она, надевая ботинки, – вы только скажите, где находитесь?

Мужчина продиктовал адрес, станцию метро и название кафе. Алиса машинально записала информацию в телефон, накинула куртку и пулей вылетела из комнаты. Девушка так обрадовалась звонку, что напрочь забыла о просьбе сержанта. Вспомнила о ней, когда уже выходила за ворота студенческого городка, и набрала его номер. Митчел ответил после второго гудка, внимательно выслушал её и сказал, что тоже выезжает на место, поскольку ей одной небезопасно ходить по заведениям в ночное время.

Ехать пришлось недолго. Уже через пятнадцать минут Алиса вышла на нужной станции и вдруг поняла: она уже была в этих местах. В новогодние праздники они с Женей приезжали сюда кататься на коньках в городском парке, правда, в тот раз молодые люди добирались на такси. Когда Алиса проходила мимо парка, где и теперь пары кружились на катке, освещённом мягким светом разноцветных софитов, воспоминания нахлынули, как большая волна. Память услужливо подкинула фрагменты тех па, которые выделывали они с Женей на льду, и она невольно улыбнулась. Девушка тогда оказалась так зачарована грациозным танцем высокого мускулистого боксёра, что не могла не поинтересоваться, где он так хорошо научился кататься на коньках, о чём пожалела, как только услышала ответ.

– Когда я ещё учился в школе, мы с Димоном частенько гоняли в парк Горького знакомиться с девушками, – рассказал он и с улыбкой спросил: – А где ещё пацанам знакомиться зимой с девчонками, как не на катке? Ну а чтобы не падать перед ними в грязь лицом, пришлось научиться кататься.

И, несмотря на то, что все те события происходили задолго до их знакомства, Алиса до сих пор помнила, как в тот момент почувствовала укол жгучей ревности. Ну ладно тогда, а сейчас, когда они расстались, почему снова так больно вспоминать об этом?

«Теперь ему не надо ездить на каток, чтобы искать девушек, они сами за ним толпами ходят», – подумала она и чуть не взвыла от этой мысли.

Алиса глубоко вздохнула, отгоняя от себя воспоминания, и поспешила по улице в сторону кафе. Чем ближе она подходила, тем сильней испытывала странное чувство дежавю. А когда оказалась перед самым заведением, впала в глубокий ступор. Это именно то маленькое уютное кафе, в котором они с Женей ужинали и согревались ароматным чаем после того, как вдоволь накатались на коньках. Тогда она даже название кафе не запомнила. Пока она находилась рядом с любимым, ей было абсолютно фиолетово, как оно называется. Последнее время Алиса совсем забыла о еде, но, вспомнив, какой аппетитный куриный шницель она здесь ела в прошлый раз, почувствовала, как в животе заурчало от голода, и девушка невольно сглотнула слюну.

«Не пойму, как Мартина сюда занесло, – подумала она, – если в тот раз его не было с нами».

Пока Алиса добиралась на метро, Нейл успел приехать по указанному адресу и ждал её в серебристом автомобиле, стоявшем чуть в стороне от входа в кафе. Увидев девушку, он заглушил двигатель и вышел из машины. Алиса обратила внимание, что сержант одет так же, как и накануне, – в гражданскую одежду. Оно и понятно, где вы видели Шерлоков Холмсов в полицейской форме.

– Ну что, идёмте забирать Мартина? – улыбнулся Митчел, кивнув на двери заведения, над которыми светилась неоновая вывеска: Coffee, Cake & Kisses.

Алиса ничего не ответила, но вдруг почувствовала, как тревожное чувство зашевелилось в груди, почему – она и сама не могла объяснить. Однако всё разъяснилось буквально через несколько секунд, когда они оказались в кафе. У девушки сложилось впечатление, будто в заведении основательно похозяйничал Мамай. Стулья лежали на боку, скатерти с некоторых столов были сдёрнуты и белыми лужицами растеклись на полу, вокруг них валялись солонки, перечницы, салфетки и прочие прибамбасы, которые обычно ставят на столы в ресторанах. От неожиданного зрелища Алиса и Нейл лишь переглянулись и затем уставились на мужчину, сидевшего посреди зала с опущенной головой. Он поставил локти на колени и соединил пальцы, будто читал молитву.

– Мистер, что у вас случилось? – нахмурился Митчел, оглядывая помещение, а когда тот вскинул голову и увидел посетителей, вытащил из нагрудного кармана пиджака полицейский жетон и показал ему.

Мужчина встал и, подойдя к ним, протянул руку сотруднику.

– Саймон Янг, – представился он, – хозяин заведения.

Алиса сразу узнала его. В прошлый раз, когда они с Женей отдыхали здесь, он готовил для посетителей коктейли за барной стойкой.

– Сержант Митчел. – Нейл ответил на рукопожатие и спросил: – У вас произошла драка?

– Нет, – мужчина мотнул головой и с саркастической усмешкой добавил: – Драки не было, только погоня.

– В смысле? – не понял полицейский. – За кем?

Саймон не успел ответить, в разговор вмешалась Алиса.

– Сэр, вы мне звонили и сказали, что у вас мой пёс. Где он? – спросила она, осматриваясь вокруг в поисках питомца, которого нигде не было видно.

– Убежал, – ухмыльнулся владелец заведения.

– Как убежал? – Девушка в отчаянии уронила руки и покачала головой. – Вы же сказали, что не выпустите его.

– Я и не собирался его выпускать, – подтвердил он. – Когда я разговаривал с вами, он ужинал в подсобке. Я думал, закрою его там до вашего приезда, но как только положил трубку, он словно с цепи сорвался. Выбежал оттуда и начал от меня убегать, как будто понял, что я собираюсь его задержать, ну а я начал его ловить.

– Так это он всё натворил? – догадался Нейл, кивнув на поваленные стулья.

– Ну а кто? – спросил Саймон и сам же ответил: – Неужели вы думаете, я бы стал крушить собственное заведение?

– И что дальше? – в нетерпении спросила Алиса.

– Ну что дальше? – хозяин пожал плечами. – Пока мы с вашим хулиганом играли в догонялки, в кафе зашли мои постоянные клиенты. Ребята не знали, что мы решили закрыться пораньше. Пока один из них замешкался в дверях, пёс проскочил у него между ног и смылся.

– О господи! – с досадой воскликнула девушка. – И куда он побежал? – Через мгновение она поняла, что задала наиглупейший вопрос.

– Да откуда ж мне знать, – усмехнулся владелец и развёл руками. – К сожалению, он мне не доложил.

– Когда он убежал? – спросил Митчел.

– Да буквально за пять минут до вашего приезда, – ответил хозяин кафе.

– Значит, Мартин должен быть где-то поблизости, – предположил полицейский и обратился к Алисе: – Поехали, может, найдём его, пока он далеко не ушёл.

Они поспешили на выход.

– Как это поехали? – возмущённо воскликнул Саймон. – А кто мне возместит материальный ущерб?

«Придётся у отца просить денег», – тотчас промелькнула мысль в голове Алисы. Она только открыла рот, собираясь сказать, что она, как Митчел опередил её.

– Полиция.

Всю дорогу, пока они колесили по району в поисках Мартина, Алису не покидало странное ощущение: может быть, пастушок не просто так улизнул от хозяина кафе? Зная своего умного питомца, она нисколько не сомневалась, что тот понял, с кем разговаривал мужчина по телефону. Девушка вспомнила, как после ссоры с Женей пастушок игнорировал её, будто затаил обиду. «Неужели он и правда считает меня виноватой? Получается тогда, он сбежал не от хозяина, а чтобы не встречаться со мной. Видимо, решил таким образом меня проучить. Вот глупый собачонок», – мысленно улыбнулась она.

То, что Мартин оказался именно в том кафе, где они когда-то были с Женей, тоже казалось ей странным.

«Может, его сюда привёл наш запах. – Но эту мысль Алиса тут же отбросила. – Какой запах? Прошло столько времени. Да нет, ерунда это всё, это не более чем бред моего воспалённого воображения. Просто пастушок заблудился и не может найти дорогу домой, а от владельца кафе сбежал, поскольку понял, что тот собирается закрыть его».

Они с Митчелом ещё долго кружили по району, проехались по каждой улице, заглянули в каждый тупик, обошли вдоль и поперёк весь парк и даже проехались по всем помойкам. Когда Нейл свернул в очередную подворотню, прямо перед ними оказались мусорные баки. В тусклом свете фонарей Алиса разглядела, как между ними мелькнул рыжий хвост. «Вот засранец, тебя же вроде покормили, какого чёрта ты лазаешь по помойкам», – подумав, что это Мартин, мысленно выругалась она и закричала как сумасшедшая:

– Нейл, останови машину! – От нетерпения девушка постучала по приборной панели. – Срочно останови машину!

Алиса схватилась за ручку, едва не выпрыгивая на ходу. Ей казалось, что сердце от радости вот-вот выпрыгнет из груди.

– Элис, это не собака, – остановил её сержант, – смотрите.

Митчел поставил машину прямо напротив баков и осветил их фарами. Хвост спрятался, и теперь из-за них выглядывала узкая рыжая морда. Глядя на неё, девушка сразу поняла: это не пастушок. Но всё же про себя она отметила – есть определённое сходство между ним и этим зверьком: и у того и у другого живые глазки, рыжая шёрстка, острый носик и небольшое тельце. Представив, что Мартин может встретиться с таким противником, Алиса не на шутку испугалась. У неё оставалась одна надежда: пастушок – смелый собачонок и не даст себя в обиду.

– Это лиса, – подтвердил её мысли полицейский, – они часто приходят к людям в поисках пищи, особенно зимой.

Невозможно передать словами, какое девушка испытала разочарование в тот момент. Она откинула голову на подголовник и, закрыв глаза, в отчаянии воскликнула:

– Господи, ну почему это не Мартин!

– Элис, не переживайте, мы обязательно найдём его, – постарался успокоить её сержант. – Главное, мы сегодня узнали, что он жив, а остальное – дело времени.

– Вы правы. – Алиса посмотрела на Нейла и согласно закивала. – Это самое главное.

– Как я понял, ваш питомец – предприимчивый парень, думаю, с голоду он не умрёт, – улыбнулся Митчел.

– Да, он у меня тот ещё попрошайка. – Девушка тоже улыбнулась, вспомнив хитрую рожицу пастушка в те моменты, когда он выклянчивал еду.

Исколесив всю округу, они так никого и не нашли и отправились домой. Сержант отвёз девушку в общежитие и, простившись до завтра, уехал.

Первое, что сделала Алиса, когда вошла в комнату, – воткнула колонки в «Макбук» и включила тихо музыку, чтобы создать видимость чьего-то присутствия. Девушка с ума сходила от этой гнетущей тишины. Пока бубнил Эминем, она ещё как-то держалась, отгоняя от себя мысли о Жене. Он исполнил её мечту и сводил на концерт, но теперь рэпер ассоциировался у Алисы исключительно с бывшим парнем.

Она вдруг вспомнила, как Кузя всегда говорила ей: «Бонифаций, рыжие люди счастливые».

«Тогда почему моё счастье отвернулось от меня, что я сделала не так? – подумала девушка. – Я всего лишь хотела уберечь Женю от беды».

Но тут, услышав, как Cezaria Evora запела свою Crepuscular soledao, Алиса не выдержала, и слёзы брызнули из глаз с новой силой. Они с Мартином обожали танцевать под неё. Когда девушка говорила ему: «Малыш, я приглашаю тебя на белый танец», он тут же вскакивал на задние лапы, передние смешно протягивал ей, и они кружились по комнате в вальсе. Правда, танцор из партнера выходил никудышный: то хвост ему мешал, то заносило его куда-то в сторону. Но как только песня заканчивалась, собачонок возмущённо гавкал и требовал продолжения вечеринки. Её Мартин – заядлый меломан, не хуже хозяйки. Он и петь научился, после того как впервые услышал E lucevan le stelle в исполнении Лучано Паваротти. Пастушок просто обожал эту вещь и готов был выть, то бишь петь, под неё круглые сутки.

Стянув с себя одежду, которую она не снимала уже два дня, Алиса завалилась на кровать и отрешённо уставилась в потолок. Мысли тотчас атаковали со всех сторон. Уже прошло больше суток с тех пор, как потерялся Мартин. Всё это время она ходила сама не своя. Происходящее казалось ей кошмарным сном наяву. Девушка даже представить не могла, где он бродит, где провёл ночь, чем питался целый день. Хорошо хоть, хозяин кафе оказался добрым человеком, накормил собачонка. Возможно, и другие люди не пройдут мимо.

Алиса страшно переживала за питомца, но весточка о том, что Мартин жив, принесло её душе хоть какое-то успокоение. И тем не менее впереди её ждала ещё одна бессонная ночь. Девушка сбилась со счёта, сколько их было с того момента, как она рассталась с Женей, сколько дум передумано, сколько слёз пролито. Можно захлебнуться в этом море.

Глава 18

Последнее время Женя как никогда полюбил работать на скакалке. Не потому, что ему нравилась эта часть тренировки, просто в это время он не думал об Алисе. Все его мысли о ней путались и хаотично перескакивали с места на место, ему никак не удавалось поймать хотя бы одну из них, чтобы додумать до конца. Всю жизнь парень прыгал, стоя на одном месте, но Райан сказал, это вредно для сердца, и порекомендовал двигаться по залу: вперёд, назад, по кругу, смешивая различные движения ногами. О каких мыслях могла идти речь, когда приходилось сосредотачивать всё внимание на ритме и скорости. Хорошо хоть, не приходилось считать количество прыжков – у скакалки имелся счётчик.

С тех пор как они с Алисой расстались, чем бы парень ни занимался в спортзале или за его пределами, он постоянно думал о ней, двадцать четыре часа в сутки, и даже во снах она преследовала его. Порой ему казалось, он просто сходит с ума. Женька изо всех сил заставлял себя выбросить её из головы – бесполезно. Девушка основательно обустроилась в его жизни и не хотела уходить.

Он как раз закончил прыгать и ходил по кругу, восстанавливая дыхание, когда в зале появился Райан в сопровождении Паулы и её подруги. Женя словом не обмолвился тренеру о расставании с Алисой, тот сам догадался, как только заметил, что девушка перестала встречать его после тренировок. Зато с тех пор Люсиль, высокая смуглая брюнетка, стала регулярно появляться в спортзале. Судя по тому, как она строила Жене глазки и оказывала всяческие знаки внимания, приходила брюнетка именно по его душу. Паула, Райан и Люсиль были примерно одного возраста, то есть брюнетка оказалась гораздо старше Жени, однако он отметил про себя, что она довольно симпатичная барышня. Вот только одевалась как-то чудаковато. Постоянно ходила в колготках несуразных цветов, носила блузки с вызывающе глубоким декольте и ультракороткие юбки. Надо отдать должное: они выгодно открывали её стройные ноги. Вот и сейчас Люсиль стояла в клочке тёмной кожи на бёдрах, из-под которого виднелись чёрные в разноцветный горох колготки, и ярко-красных сапогах на высоченных каблуках.

– Джек, на сегодня всё, – сообщил Райан, – пора отдыхать, устал я.

«Устал он, – мысленно ухмыльнулся Женя, – как будто это ты три часа отпахал в зале».

– Ок, – согласился парень и добавил: – Мне осталась растяжка.

Женька вытер полотенцем пот, градом стекавший по голому торсу, и в этот момент поймал на себе взгляд Люсиль. Закусив нижнюю губу, она теребила чёрную прядь волос и с нескрываемым интересом рассматривала его. Жене никогда не нравились чересчур загорелые девушки. Когда он первый раз увидел брюнетку, сразу вспомнил свою бывшую пассию Анастасию. Одной из причин, почему Женя расстался с ней, как бы это абсурдно ни звучало, стал её шоколадный загар. В тот день парень встречал её в аэропорту после заграничного отдыха. Настя выпорхнула из зоны прилёта довольная, счастливая и похожая на основательно поджаренный тульский пряник. Женя до сих пор помнит, как у него внутри всё опустилось, когда он увидел её. Тогда парень не мог объяснить себе, почему её тёмный цвет кожи так подействовал на него, а теперь понял, в чём крылась причина: загар состарил девушку лет на десять^[14]. В отличие от его бывшей, у Люсиль смуглый цвет кожи очень гармонично сочетался с тёмными волосами и холодно-голубыми глазами.

– Ты куда после тренировки? – спросил Райан.

– Домой, – ответил Женя, перекинув полотенце через шею.

– Мы тут собрались в бар сходить, может, пойдёшь с нами, – предложил тренер. – Там готовят потрясающие стейки, заодно и поужинаешь.

– Не, – мотнул парень головой, – я пас. Пойду домой, устал как собака.

– Джек, тебе не надоело одному торчать в квартире? – вмешалась в разговор Паула. Она подбоченилась и с вызовом посмотрела на парня.

Женя обратил внимание, что у девушки тренера, как и у её подруги, не лучший вкус в одежде. При своих довольно пышных формах она обожала носить облегающие вещи. Тому свидетельством являлись её золотистая кофточка в облипку, готовая вот-вот разъехаться по швам, и джинсы, грозившие лопнуть на крутых бёдрах.

– Идём с нами, хоть немного отвлечёшься. На тебя страшно смотреть, ты же чернее тучи ходишь.

Глупо было думать, будто никто не догадается, что Женя расстался с Алисой, если у него на лице всё написано. Слова Паулы оказались тому подтверждением. Райан и его девушка всячески пытались отвлечь боксёра от мыслей о бывшей любимой, постоянно приглашали с собой посидеть то в кафе, то в баре, сходить в кино или ночной клуб. Раньше Женя всегда отказывался, находя тысячу причин, а в этот день, представив, что придётся провести ещё один вечер в одиночестве, решил всё-таки сходить. «С Алисой расстался, но жизнь-то продолжается. Надо двигаться дальше», – подумал он и произнёс:

– Хорошо. Только мне нужно ещё пятнадцать минут.

Люсиль улыбнулась, а Женя поймал себя на мысли, что её обаяние на него подействовало, к сожалению, точно так же, как если бы ему улыбнулась продавщица в магазине.

– Давай заканчивай, мы подождём у меня в кабинете, – сказал тренер и, пропустив девушек вперёд, вышел из зала.

Бар, в котором Райан забронировал столик, находился в паре кварталов от спортзала. Уже через некоторое время молодые люди вошли в тускло освещённый зал, где вдоль окон теснился ряд столов с диванами, высокие спинки которых прятали посетителей от глаз соседей. На входе их встретил улыбчивый администратор – бритоголовый парень с кручёными усами и бородой, как у козла из мультфильма «Кошкин дом». Когда Женя увидел сотрудника бара, в голове так и закрутилась фраза из одноимённой сказки: «Слушай, дурень, перестань есть хозяйскую герань». Администратор поздоровался с мужчинами за руку, поинтересовался у Райана, как у того дела, из чего стало понятно, что тренер здесь частый гость, и проводил компанию к одному из свободных столиков. Тренер и его девушка разместились на одном диване, а Жене ничего не оставалось, как сесть рядом с Люсиль на противоположном, предварительно пропустив её к окну. Бородатый «козлик» положил перед каждым из них по увесистому талмуду под названием «Меню». Только он удалился, словно из ниоткуда материализовался официант – молодцеватый белозубый мужчина очень восточной наружности, о чём свидетельствовали тёмные волнистые волосы, большой орлиный нос и обильная растительность на предплечьях, выглядывающих из-под закатанных рукавов белой рубашки. Пока Женя изучал список блюд, Люсиль, уткнувшись в своё меню, как бы невзначай положила руку на его бедро. Парень опустил взгляд на её большую, как у заправского мужика, ладонь с длинными ногтями, и перед глазами тотчас всплыла другая рука – маленькая, точёная, с изящными пальчиками…

Первыми сделали заказ Райан и Паула. Когда наступила очередь Люсиль, она развернулась вполоборота, прижалась грудью к плечу соседа и принялась говорить официанту, что бы хотела съесть на ужин. При этом как ни в чём не бывало положила ладонь на спину Женьки, отчего тот невольно поёжился.

Женя сделал заказ последним. Несмотря на то что в меню так и мелькали соблазны, он решил не ломать свой привычный режим питания и ограничился стейком из лосося с овощами на пару и зелёным чаем. После того как официант удалился, за столом завязалась непринуждённая беседа. Райан стал рассказывать Жене, как они провели вечер пятницы в ночном клубе, куда приглашали его и где выступал известный французский диджей Worakls. Молодой человек очень любил творчество этого музыканта, но в тот момент ему было не до рассказов тренера, он чувствовал себя как на иголках. Его отвлекала рука Люси, которая беспардонно наглаживала его спину, и её нога, тесно прижимавшаяся к его бедру. Женю раздражал её откровенный флирт. Как же ему хотелось, чтобы другая нога прижималась к нему и другая рука гладила его. «Женёк, рано ты подумал о том, чтобы двигаться дальше», – мысленно усмехнулся он.

На его спасение подоспел официант. Он принёс заказы, брюнетка наконец убрала ладонь, но не отодвинулась и принялась расправляться с кусочками курицы, обильно заправленными красным соусом.

– Джек, пока ты сегодня мочалил грушу, звонил Билли, – сообщил Райан. Он отрезал приличный кусок стейка из мраморной говядины и отправил в рот, немного пожевал и продолжил: – Сказал, что ведёт переговоры с промоутером Алехандро Мендоса.

– И когда он планирует провести бой? – спросил Женя, ковыряя вилкой рыбу.

– Ну, если тот даст добро, то месяца через три, не раньше, – ответил тренер. – Надо хорошо подготовиться. Колумбиец – серьёзный парень. Правда, такой же отморозок, как и Бенни, но я думаю, ты уже научен горьким опытом, так что больше таких ошибок, как с кубинцем, не допустишь.

– Да, расслабляться нельзя ни на минуту, – вспомнив последний бой, усмехнулся Женька.

Если бы тот поединок не закончился на больничной койке, то сейчас рядом с ним сидела бы Алиса. «А что толку? – подумал Женя. – Ну не случился бы скандал в этот раз, так произошёл бы после другого неудачного боя».

Люсиль положила приборы, сделала глоток пенного напитка из высокого стакана и, повернувшись к соседу, спросила:

– Милый, как тебе рыбка?

Услышав её обращение, Женя чуть не поперхнулся. Он с такой силой сжал вилку, что казалось, вот-вот переломит её пополам.

– Люсиль, не надо меня так называть, – процедил он сквозь зубы.

Его реакция не осталась незамеченной тренером. Он вздохнул и, потупив взгляд, продолжил заниматься стейком.

– Ну хорошо, – брюнетка дёрнула плечом, – как скажешь.

Чтобы разрядить обстановку, Паула начала рассказывать какой-то дурацкий анекдот, а когда закончила, рассмеялись только она и подруга. Райан наворачивал мясо, а Жене уже стало не до еды. Он отодвинул тарелку и, оперевшись о спинку дивана, уткнулся в смартфон, слушая краем уха, как тренер со своей девушкой обсуждают житейские вопросы. Паула говорила, у них дома закончился кофе, надо по дороге домой зайти в магазин.

Люсиль то ли не понимала, что раздражает Женьку, то ли делала вид, что не понимает. Она доела курицу, запила остатками напитка и, тоже опершись на диван, повернулась к нему.

– Может, пойдём погуляем? – предложила она, обдав его запахом чеснока и только что выпитого напитка.

Напряжение дошло до грани и пересекло точку кипения. Женя поднялся, вытащил из заднего кармана джинсов фиолетовую купюру и бросил на стол.

– Спасибо всем за компанию. – Но прежде чем уйти, он решил при всех расставить точки над «и». – Люсиль, извини, но ты не в моём вкусе.

Надевая куртку и засовывая телефон в карман, Женя бросил взгляд на Паулу – та от досады поджала пухлые губы, тренер задумчиво потирал небритый подбородок, ну а Люсиль… на неё у парня не возникло желания смотреть. Он набросил рюкзак на плечо и зашагал на выход из ресторана, думая о девушках. До чего порой они бывают навязчивыми. Неужели таким образом они надеются добиться мужского внимания?

– Джек, погоди, – раздался за спиной голос тренера. Он догнал воспитанника в дверях и вместе с ним вышел на улицу. – Прости, это была не очень хорошая идея, тащить тебя с нами. – Наставник нервно провёл рукой по тёмному ежику волос. – Поверь, я хотел как лучше. Я же не слепой, вижу, как ты страдаешь по своей Элис. Думал немного отвлечь тебя от мыслей о ней. Но, видимо, доктор из меня никакой, это излечит только время. Не обижайся. – И он протянул руку.

– Всё нормально, Райан. – Женя ответил на рукопожатие и похлопал тренера по плечу. – Немного пройдусь и пойду домой спать…

Глава 19

На следующий день утром Алиса отправилась в университет. Ходить на занятия, не зная, где Мартин, она не могла, было не до учёбы, конечно, но за отсутствие на лекциях без уважительной причины могли запросто исключить из университета. Как действовали в других учебных заведениях, она не знала, но в её вузе администрация очень строго относилась к посещаемости занятий. Во избежание недоразумений, Алиса решила пойти к руководителю факультета, рассказать о случившемся и попросить несколько выходных дней на поиски собачонка. Девушке ещё ни разу не доводилось бывать у декана на приёме, но была наслышана о его строгости и непреклонности. И тем не менее она надеялась, что мистер Тейлор с пониманием отнесётся к её беде. Хотя в тот момент её на самом деле не очень волновало, поймёт он её или нет. За эти дни Алиса столько всего передумала, что уже давно для себя решила: если, не дай бог, Мартин не найдётся – от этой мысли ей становилось трудно дышать, – она бросит учёбу и вернётся в Россию. Девушка не представляла, как будет жить в Лондоне без него. Да она с ума сойдёт от тоски. Теперь её дальнейшая судьба зависла только от пастушка.

Выйдя из общежития, Алиса заметила на ступеньках Энтони. Он подпирал одну из колонн, что держала крышу над парадным входом, и смотрел в телефон. После того случая, когда он бросился спасать её от Жени, девушка думала, что филолог станет избегать её. Но ничего подобного. Как ни в чём не бывало он продолжал общаться с ней, правда, больше не приглашал в кино и в кафе, а она радовалась, что между ними установились приятельские отношения, без намёков на флирт. По сути, Энтони оставался единственным человеком кроме соседок по комнате, с кем Алиса общалась в кампусе.

В один из дней они встретились на очередной лекции по астрономии. Алиса пришла раньше и заняла привычное место на самом верху кафедры. Ей нравилось оттуда смотреть документальные сюжеты на космические темы, которые мистер Хант показывал студентам на большом экране, что висел на стене за его рабочим столом. Энтони забежал в аудиторию буквально за две минуты до прихода профессора. Увидев девушку на месте, филолог закричал на всю аудиторию:

– Элис, оказывается, твой парень – боксёр. Я смотрел его бой с кубинцем!

После этого взгляды всех присутствующих устремились на Алису, а Энтони преспокойно взбежал по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки и, усевшись рядом, с самоиронией заметил:

– Какой же я идиот, нашёл на кого кидаться, ведь он мог одним ударом размазать меня, как клопа по стенке. Однозначно, твой Джек – хороший чувак, при встрече обязательно пожму ему руку за то, что оставил меня в живых.

Он рассмеялся, а девушка не стала говорить, что вряд ли ему удастся это сделать, поскольку с Женей она рассталась. Алисе совсе не хотелось, чтобы Энтони расценил эту новость как призыв к действию и снова начал оказывать ей знаки внимания. Он хороший парень, но для неё может быть только другом.

После той лекции новость о том, что в университете учится студентка, у которой парень – известный боксёр, разлетелась со скоростью звука. Теперь Алису знали все, ну или почти все учащиеся, она нередко слышала за своей спиной разговоры, мол, смотрите, вон та девчонка встречается с русским боксёром. Прямо как в школе. Стоило Жене один раз приехать за ней после уроков, как на следующий день все соученики знали об этом^[15]. Какая разница, иностранные студенты или русские школьники, все они люди, а людям только дай повод языки почесать.

Алиса подошла к колонне, той, что подпирал Энтони, и поздоровалась.

– О, привет! – воскликнул парень. – А я как раз тебе пишу. Что с Мартином случилось?

– Надеюсь, что ничего, – ответила девушка, – потерялся он.

– Да как же это случилось? – обалдел Энтони.

– Я сама не поняла, побежал за котом и пропал, будто сквозь землю провалился.

– Слушай, а может, его украли? – выдвинул филолог версию. – Пёс-то у тебя видный.

– Я не знаю, Энтони, я ничего не знаю. – Алиса в отчаянии покачала головой. – И самое ужасное, я понятия не имею, где его искать.

Она почувствовала, как глаза защипало от набежавших слёз. Ей казалось, выплакано всё, что можно было. Ан нет, и откуда они только берутся! Энтони заметил, как девушка смахнула со щеки выкатившуюся слезинку, и ему стало невыносимо жаль её. Он несмело обнял Алису за плечи и легонько прижал к себе. От его неожиданного прикосновения девушка растерялась, но не отстранилась. Она уткнула нос в его куртку, а молодой человек поглаживал её по спине, словно ребёнка, и приговаривал:

– Элис, не плачь. Мартин – шустрый парень, вот увидишь, он обязательно вернётся. Я в этом нисколько не сомневаюсь.

В эти тяжёлые дни ей так не хватало внимания, поддержки и чьего-то участия. Сил нет, как хотелось с кем-нибудь поговорить, чтобы её пожалели, приласкали и успокоили. Отцу она боялась рассказать о пропаже пастушка. Девушка не сомневалась, что он непременно скажет: «Эх, Алиса, Алиса, ты за яичницей на плите не можешь уследить, не то что за собакой». Хоть бы с Веркой пообщаться, но уже второй день Алиса не могла до неё дозвониться. У подруги сейчас каникулы в университете, она умотала с Дмитрием кататься на сноуборде на Домбай. Последний раз, когда девчонки разговаривали по телефону – за несколько дней до пропажи Мартина, – Кузя жаловалась, что они поселились в какой-то глухомани, а там связь отвратительная. Конечно, больше всего Алисе хотелось поддержки одного конкретного человека. Но, увы, его не было рядом. Вспомнив о любимом, девушка вздрогнула и тотчас отодвинулась от Энтони. Она понимала: глупо так думать, ведь она рассталась с Женей, – но почему-то в тот момент почувствовала себя чуть ли не предательницей.

– А ты откуда узнал, что Мартин пропал? – спросила она и поняла, что вопрос был неуместным.

– Объявление видел у метро, – ответил филолог, подтвердив её догадки. – И как давно он потерялся?

– Уже третьи сутки пошли, как его нет, – грустно вздохнула Алиса.

– Может, тебе помощь нужна? Ты скажи, я подключу знакомых парней с факультета, пойдём все вместе искать его.

– Энтони, спасибо за предложение, но я даже не знаю, что тебе ответить. Я обратилась в полицию в тот же вечер, там мне порекомендовали детектива, и сейчас мы занимаемся поисками вместе с ним. У него есть знакомые волонтёры, они тоже нам помогают. Ты извини, – спохватилась она, вытащила из кармана куртки мобильный и глянула на время, – у меня назначена встреча с руководителем факультета, хочу попросить у него несколько выходных дней, пока не найду Мартина. Я побежала! – Девушка махнула рукой и направилась по дорожке в сторону парка, в котором они всегда гуляли с пастушком.

– Элис, позвони, если понадобится помощь! – крикнул Энтони ей вслед.

– Хорошо.

Казалось, в студенческом городке нет ни одного человека, кто бы не знал о пропаже Мартина. Пока Алиса шла до здания факультета, большинство встреченных на пути интересовалось, не нашёлся ли её питомец. «Если уже столько людей знает об этом, есть надежда, что кто-то из них повстречает пастушка и сообщит мне», – подумала девушка.

Алиса поднялась по лестнице на второй этаж, долго брела по длинному коридору, лавируя между вечно спешащими студентами, пока наконец не дошла до нужной двери с золотой табличкой: «Руководитель факультета прикладной математики и информационных технологий мистер Дэвид Тейлор». Она постучала в дверь и, услышав протяжное: «Да-да», вошла в приёмную. С неприступным видом, которому бы позавидовал сам сфинкс, за рабочим столом восседала секретарша с бейджем на груди: «Помощница руководителя Агнесс Флоренс». На вид ей было лет этак шестьдесят, не меньше.

– Мэм, я записывалась на приём к мистеру Тейлору, – сообщила Алиса, – мне назначили встречу на одиннадцать часов. Могу я к нему войти?

– Чтобы ответить на твой вопрос, милочка, я должна узнать у него, готов ли он принять тебя, – невозмутимо ответила секретарша, посмотрев на девушку поверх очков в металлической оправе.

– Я буду вам очень признательна, если вы это сделаете, – в её же манере попросила Алиса.

– Пять минут назад, когда я относила ему кофе, он разговаривал по телефону с каким-то важным собеседником. Знаешь, почему я так решила? – спросила Агнесс.

– Почему? – вырвалось у девушки, немного опешившей от вопроса; она поймала себя на мысли, что секретарша странноватая.

– Потому что, увидев меня, он замахал руками так, будто отгонял от себя стаю взбесившихся пчёл, – усмехнулась Агнесс.

Мисс Флоренс встала из-за стола, поправила узелок седых волос, перевязанных чёрной лентой, демонстративно одёрнула мешковатый жакет мышиного цвета и, подойдя к двери босса, постучала. Из-за неё тут же послышался басовитый голос: «Войдите».

– Будем надеяться, что собеседник не испортил ему настроение, – подмигнула Алисе секретарша и скрылась в кабинете.

Мистер Тейлор слыл среди студентов строгим руководителем, на факультете всех держал в узде. «Если он будет ещё и не в духе, то не видать мне выходных как своих ушей. Ну и фиг с ним. Не даст, и не надо. Мне уже всё равно, что будет. Главное, найти пастушка», – мысленно рассуждала девушка.

Она огляделась в приёмной и вдруг увидела на стене картину, на её голубом фоне в центре красовалась тёмно-синяя буква «Пи», а от неё, как от солнца, во все стороны исходили лучи. Рука Алисы машинально потянулась к цепочке на шее и нащупала кулон. В голове тотчас пронеслись слова Жени: «Пусть наша любовь будет такой же бесконечной, как это число». Девушка сама себе не могла объяснить, но почему-то это совпадение показалось ей символичным.

В кармане куртки брякнул мобильный, вернув её в реальность. Каждый раз при этом звуке сердце Алисы замирало в надежде, что написал любимый.

«Бонифаций, мне только сейчас пришло сообщение, что ты мне звонила вечером. Нас занесло в такую задницу, я уже который день не могу до тебя дозвониться. Как только выберусь в цивилизацию, сразу наберу», – написала Кузя в своей манере.

Алиса обрадовалась этой весточке от подруги как никогда в жизни. Она начала печатать ответ, но не успела закончить – из кабинета выплыла Агнесс.

– Заходи, – пригласила она и, чуть понизив голос, заговорщическим тоном сообщила: – Всё нормально, шеф в прекрасном настроении, – и снова подмигнула.

«Весёлая, однако, бабулька», – подумала Алиса. Способность секретарши шутить немного подняла ей настроение.

Руководитель факультета, грузный седовласый мужчина, возвышался над рабочим столом, как заснеженный пик Джомолунгмы.

– Госпожа Орлова, прошу вас, присаживайтесь, – он показал на один из стульев.

Алиса приняла приглашение и, решив не тянуть кота за хвост, сразу перешла к делу.

– Мистер Тейлор, я пришла к вам с просьбой. У меня случилась…

– Я в курсе, какая беда у вас случилась, – перебил её руководитель, – мне уже рассказали о ней. Поверьте, мне очень жаль.

Алисе оставалось только гадать, откуда ветер дует.

– Спасибо, – поблагодарила она и снова сделала попытку озвучить просьбу: – Мистер Тейлор, я хотела взять…

И опять собеседник не дал ей договорить.

– Я вас прекрасно понимаю. Сосредоточиться на учёбе в то время, когда пропал друг, очень сложно. Я сам заядлый собачник, – признался руководитель факультета, и едва заметная улыбка коснулась его губ. – Даже не знаю, что бы я делал, если бы мой Пифагор потерялся. – Он шумно вздохнул и покачал головой.

«Хм, ну а какую ещё кличку может дать руководитель факультета прикладной математики своему питомцу», – мысленно усмехнулась Алиса. Её прямо разбирало любопытство, что из себя представляет Пифагор. Внутреннее чутьё подсказывало: у такого большого мужчины должна быть и собака соответствующая.

– Сэр, а какой породы ваш пёс? – поинтересовалась девушка.

– Бобтейл, слышали о такой?

– Нет.

– Это староанглийская овчарка. Мой Пифагор похож на пушистое бело-серое облако.

Мистер Тейлор изобразил руками в воздухе круг. Он взял одну из фотографий в рамке, что стояли на его столе, и повернул к ней. На снимке, вывалив язык, радостно скалилось то самое мохнатое облако. Как и предполагала Алиса, хозяин и его питомец оказались похожи не только размерами – даже их шевелюры были одинакового серебристо-серого цвета. Судя по блеску в глазах руководителя, когда он говорил о своём «философе-математике», он очень любил его.

– Замечательный пёс, я в нём души не чаю, вот только шерсти от него полный дом, приходится каждые две недели возить его в салон, чтобы привести шубу в порядок. Я слышал, в России люди из собачьей шерсти носки вяжут. Вот думаю, может, и мне заняться рукоделием на старости лет, – рассмеялся мистер Тейлор.

Алису настолько потрясла его откровенность, что девушка сидела как прикованная к стулу. Если бы ещё полчаса назад ей сказали, что она будет с мистером Тейлором, жёстким и властным руководителем факультета, обсуждать его собаку, Алиса бы рассмеялась тому шутнику в лицо.

– Мисс Орлова, я разрешаю вам отсутствовать на занятиях до тех пор, пока вы не найдёте своего друга, – продолжил мужчина, чем окончательно обескуражил нашу героиню. – Думаю, это не займёт много времени. Говорят, сержант Митчел опытный сотрудник, несмотря на столь молодой возраст. Я уверен, в ближайшее время он отыщет вашего питомца.

«Он даже знает, кто занимается поиском пастушка», – мысленно удивилась девушка.

– Хотелось бы в это верить, – вздохнула она, поджав губы, – спасибо вам, сэр. – И Алиса направилась на выход.

– Удачи вам, мисс Орлова, – пожелал мистер Тейлор ей вслед.

Выйдя из кабинета руководителя, девушка почувствовала какое-то облегчение, а в душе у неё поселилась непонятная уверенность, что Мартин непременно найдётся.

– Ну, как всё прошло? – спросила Агнесс. – Он помог тебе?

– Да, – кивнула Алиса, – и вам спасибо.

– А мне-то за что? – Брови-стрелочки секретарши взлетели вверх, отчего лоб избороздили поперечные полоски. – Я ничего для тебя не сделала.

– За то, что хоть немного подняли мне настроение, – улыбнулась Алиса и вышла из приёмной.

Из университета она снова отправилась прочёсывать район. Несмотря на конец февраля, в городе стояла весенняя погода: светило солнышко, зеленели газоны, весело чирикали птицы. О прошедшем ночью дожде напоминали лишь небольшие лужицы на асфальте. Всё-таки Лондон не оправдал её былых представлений о бесконечных туманах, дурной погоде, мрачных, неприветливых, консервативно одетых людях, об их пунктуальности и безупречном стиле в одежде, об овсянке и пятичасовом чае. Когда Алиса приезжала на олимпиаду, она толком не видела города, поскольку все пять дней провела в колледже за решением задач и уравнений. А теперь, прожив здесь более полугода, основная часть которого пришлась на осенне-зимний период, она могла с уверенностью сказать: Лондон совсем не такой, каким рисовало его её воображение после прочтения различных статей в интернете. Да, ненастье иногда случалось, но по большей части было тепло и светило солнце. Туманы она видела лишь несколько раз, в Москве они случаются гораздо чаще. Единственный минус местной погоды – это ветра, которые дуют с завидной регулярностью. А люди, наоборот, в большинстве своём оказались приветливыми и добродушными. На её взгляд, народ, с многообразием его культур и происхождений, – это самое лучшее, что есть в Лондоне.

Её университет походил на большую коммунальную квартиру советского периода, о которых она читала в книгах. В нём учились студенты практически изо всех стран мира. Когда она с кем-то знакомилась, после привычного: What is your name? – обязательно звучало: Where are you from?

За всё время проживания Алиса ни разу не видела англичан, поедающих овсянку, или флегматичных леди и джентльменов за пятичасовым чаем; из всех, кого она знала, этой традиции придерживалась только королева.

Первое время девушка никак не могла привыкнуть к тому, что в Лондоне все заведения закрываются рано, а открываются когда захотят. Если, например, на магазине или кафе написано, будто оно работает с десяти, не факт, что вы попадёте в него, придя к этому времени.

На улицах английской столицы не чище, чем в Москве, а народ зачастую одевается совершенно безвкусно, хоть стой хоть падай. Особенно женщины. Алиса заметила: англичанки обожают каблуки, всякие побрякушки и яркую одежду, причём в больших количествах. Иногда так вырядятся, что посмотришь на какую-нибудь мадам, и в глазах начинает рябить от её пестроты. Прямо как в той песне: «Я надену всё лучшее сразу, сантиметров пятнадцать каблук…»

Зато в Лондоне можно запросто встретить знаменитость на улицах города, в кафе или в торговом центре. Алиса вспомнила, как однажды они с Женей видели Джуда Лоу. Молодые люди прогуливались по Шафтсбери-авеню, а актёр шагал им навстречу в каком-то несуразном пальто, из-под которого виднелись укороченные спортивные штаны и кроссовки, надетые на босу ногу. Увидев его, Женя кивнул на пакет, который актёр держал в руке, и сказал: «Смотри, молодой папа возвращается с шопинга». Алиса узнала звезду, но не сразу поняла, при чём здесь молодой папа. Оказалось, ещё находясь в Москве, Женя смотрел сериал, который так и назывался: «Молодой Папа», а Лоу играл в нём Папу Римского. В другой раз они встретили Moby, игравшего на гитаре в переходе. Молодые люди долго спорили: Алиса утверждала, это не он, у неё в голове не укладывалось, что известный диджей может играть в переходе. А Женя доказывал обратное. Алиса, наверное, ещё долго упиралась бы, если бы парень не показал ей фотографию музыканта в интернете. Но даже после этого она не могла поверить, будто перед ними, на раскладном стульчике, сидит человек-оркестр. Больше всего поразило Алису то, что вокруг Moby не было ажиотажа. Либо прохожие не знали, кто он такой, либо им было до лампочки, а возможно, они, как и девушка, не могли поверить в популярного диджея, играющего просто так на улице. Некоторые люди останавливались и с удовольствием слушали его исполнение, другие проходили мимо, будто перед ними сидел обыкновенный уличный музыкант…

В поисках Мартина Алиса обошла все улицы и переулки в районе, заглядывая под каждый куст, в каждую подворотню и на каждую помойку. По дороге девушка то и дело встречала объявления о его пропаже и постоянно задавалась вопросом: «Почему никто не звонит? Неужели, кроме хозяина кафе, больше никто его не видел?» И самое ужасное во всей этой ситуации было то, что она действительно не знала, где ещё искать питомца. Алиса бродила по городу целый день, до тех пор пока не почувствовала себя смертельно усталой. Она решила немного отдохнуть и пошла в сквер у метро, где они с пастушком ели мороженое. По пути купила минеральной воды и шоколадку и, дойдя до ближайшей свободной лавочки, обессиленно рухнула на неё. Ещё никогда Алиса не пила с таким наслаждением. Вода ей показалась божественным нектаром. Она залпом осушила полбутылки, откинулась на спинку скамейки, закрыв глаза от изнеможения, и вдруг неожиданная мысль пронзила её: «А что, если Мартин попал в приют?» Недолго думая, она набрала в поисковике: «Приюты для бездомных животных в Лондоне» – и открыла первую выпавшую ссылку. Это оказалась статья под названием: «О бездомных людях и собаках в Лондоне». В ней говорилось, что без четвероногого друга на улицах английской столицы не выжить, поэтому зачастую потерявшихся и заблудившихся собак, которые по воле случая стали беспризорными, забирают себе нищие, чтобы греться о них в холодную погоду и зарабатывать с их помощью себе на пропитание. Как ни печально звучит, но прохожие охотнее дают милостыню животным, чем людям. От одной мысли, что пастушок мог попасть к какому-нибудь бомжу, Алисе стало не по себе. Открыв следующую ссылку, она увидела целый список приютов для бездомных животных с адресами и телефонами. Дозвонившись в один из них, девушка поинтересовалась у сотрудницы, не попадал ли к ним пёс породы корги, а когда стала описывать его приметы, та перебила её и сообщила, что сегодня к ним уже приезжали волонтёры, которые занимаются поисками этой собаки. То же самое ей ответили и во втором, и в третьем приюте. «Ай да сержант, ай да молодец! – мысленно воскликнула Алиса. – Целую поисковую операцию организовал. Уж лучше пусть пастушок попадёт в приют или к бомжу, главное, чтобы он был жив. Я землю переверну, но найду его. Тем более с таким помощником, как Митчел». И в этот момент раздался звонок от него.

– Привет, Нейл.

– Привет, Элис.

Девушка поймала себя на мысли, что незаметным образом они стали называть друг друга по имени и общаться как хорошие знакомые.

– Мне только что позвонил мужчина, он видел Мартина в «трубе» на станции «Кроксли», – выразился он на английский лад.

– О господи! Что он там делает?

– Я тоже задал этот вопрос звонившему, он сказал, что у него сложилось впечатление, будто пёс кого-то ждёт на перроне, – ответил Митчел и с усмешкой добавил: – А может, собрался куда-то съездить или просто покататься. Собаки любят это дело. Если всё так, тогда нам тоже придется покататься, чтобы найти его.

– А как же он туда попал? – недоумевала Алиса. Она вспомнила, как Мартин не хотел забираться в рюкзак, когда они первый раз поехали на метро в гости к королеве.

– Извини, а вот на этот вопрос я не могу ответить, это ты потом у него спросишь, – хмыкнул Нейл и продолжил: – Надо срочно выезжать, пока он там. Ты где сейчас?

От усталости не осталось и следа, Алиса подскочила как ужаленная и помчалась к метро, крепко прижимая к уху телефон и уворачиваясь на ходу от идущих навстречу прохожих.

– Бегу в подземку, – ответила она, – я сейчас на своей станции возле университета.

– Мне ехать примерно столько же, сколько тебе. Если приеду раньше, я спущусь в «трубу». Без тебя ловить Мартина не буду, чтобы не дай бог не спугнуть его. В общем, встретимся на станции. – И он отключил связь.

Алиса за считанные секунды долетела до подземки, понеслась вниз по эскалатору, перескакивая через ступеньку и не обращая внимания на недовольство следившей за порядком сотрудницы метрополитена и возмущённые возгласы пассажиров, ехавших по своим делам. Она вдруг поймала себя на мысли, что никогда прежде так не бегала в метро, а если встречала таких торопыг, смотрела на них, честно сказать, как на идиотов. Ей всегда казалось, неужели что-то изменится, если они спустятся на несколько минут раньше других. А теперь, оказавшись в такой ситуации, Алиса поняла: раз человек летит сломя голову, наверняка он куда-то очень торопится, возможно, от этих минут зависит его дальнейшая судьба или судьба его близких. Вот уж действительно, чтобы осознать поступки и действия другого человека, надо побывать в его шкуре.

На её счастье, на платформе стоял поезд, следовавший в нужную сторону. Девушка залетела в вагон за секунду до того, как закрылись двери, и подумала о том, что если бы она спускалась по эскалатору не торопясь, то опоздала бы на этот поезд и пришлось бы ещё несколько минут ждать следующего. А что за это время может случиться с Мартином – одному богу известно. «Господи, только пусть он будет на той станции», – молилась Алиса. Сердце колотилось как бешеное, казалось, его стук разносится по всему вагону. Мысли, как загнанные зайцы, метались в голове. Как же она устала от них за последние несколько дней, от постоянных душевных переживаний и бессонных ночей. Она мечтала о том мгновении, когда снова прижмёт к себе собачонка, уткнётся лицом в его шёрстку и расплачется от счастья, а он, как прежде, будет слизывать слёзы с её щёк. «Как маленький проныра умудрился проникнуть в метро и почему у звонившего мужчины сложилось впечатление, будто он кого-то ждёт», – этот вопрос, как заезженная пластинка, крутился в голове. Во всей этой ситуации её радовало одно: Мартин жив! Она неустанно благодарила бога за это.

Спустя несколько минут механический голос объявил её остановку и сообщил, что платформа находится справа. Тогда Алиса не придала значения этой информации и лишь спустя несколько минут осознала, какой подвох таило в себе это сообщение. «Кроксли» – не обычная станция в привычном её понимании. Здесь имелись один железнодорожный путь и две платформы. Но Алиса не сразу это поняла. Как только поезд остановился, она выскочила на перрон, расталкивая жителей и гостей Лондона, столпившихся перед входом в вагон, и начала метаться по залу в поисках Мартина. Лавируя между снующими людьми и пропуская мимо ушей смачные, а порой очень даже непристойные ругательства, летевшие в спину, она пробежала по всему перрону и заглянула под каждую лавочку. Но, увы, собачонка нигде не было. «Неужели опять опоздала?» – подумала она, и с её губ сорвался отчаянный возглас. Пассажиры тем временем заняли места в вагонах, поезд закрыл двери и начал набирать скорость, отъезжая от опустевшей платформы. То и дело оглядываясь по сторонам, Алиса увидела темноволосую голову Митчела, пробиравшегося через поток идущих на выход людей. Сержант тоже заметил её, взмахнул рукой, перекрикивая шум грохочущих рельсов:

– Элис, я здесь!

Она махнула в ответ. Полицейский подбежал к ней и первым делом спросил:

– Видела Мартина?

Девушка чувствовала себя настолько подавленной очередной неудачной попыткой найти пастушка, что не нашла сил даже ответить. Она лишь горько покачала головой, глядя, как поезд постепенно исчезает в тоннеле. И только когда мимо них проехал последний вагон, Алиса увидела другую платформу, а Митчел, кивнув перед собой, радостно воскликнул:

– Смотри!

Сердце Алисы подпрыгнуло к горлу, она схватилась за руку сержанта, боясь, как бы от неожиданности не грохнуться в обморок. Девушка увидела пастушка, сидевшего на противоположном перроне, и её нижняя губа задрожала, на глаза в который раз навернулись слёзы. Даже через рельсы, разделявшие их, она заметила, с какой невероятной тоской Мартин смотрит на неё, склоняя голову то в одну, то в другую сторону, как делал это всякий раз, когда за что-то извинялся. Шальная мысль проскочила в её голове: спрыгнуть на рельсы и побежать к нему. Но в этот самый миг из тоннеля показался луч света, следом за ним вылетел сильный порыв ветра, Алиса посмотрела на приближавшийся поезд и что есть силы закричала:

– Мартин, будь там, я сейчас за тобой приду!

Состав, ворвавшийся на станцию на полном ходу, снова скрыл от их глаз собачонка.

– Бежим! – крикнул Нейл.

Они сорвались с места и помчались в сторону перехода, однако, добравшись до платформы, увидели, что вместе с поездом исчез и собачонок. Вот тут уже и Митчел не выдержал.

– Тьфу ты, чёрт, опять ушёл! – от досады выругался сержант. Уперев руки в колени, он пытался отдышаться. – Прямо не Мартин, а какой-то неуловимый Джо. Странно, до чего же всё это странно.

– Ну почему, почему он убежал, – сокрушалась Алиса, глядя на перрон, на котором в ожидании следующего поезда собирались пассажиры.

«Может, пастушок ждал меня, желая тем самым сообщить, что с ним всё хорошо и что он жив», – подумала она.

Еле переставляя уставшие ноги, девушка доползла до лавочки и обессиленно рухнула на неё. Прислонив голову к холодной стене, она закрыла глаза. Гнетущее чувство безысходности и отчаяния сковало грудь тугим кольцом, не давая нормально дышать. От той уверенности найти Мартина, которая поселилась в её душе после разговора с руководителем факультета, не осталось и следа. Неконтролируемые слёзы текли по её щекам, но не приносили облегчения…

В тот день их поиски снова не увенчались успехом. Они катались на метро до самого закрытия, переходя из вагона в вагон, пересаживаясь в другие поезда, обследуя станцию за станцией, но, увы, Мартин будто сквозь землю провалился. Ближе к полуночи, когда по громкоговорителям прозвучало объявление о скором закрытии метрополитена, Нейл сказал:

– Ладно, на сегодня хватит. Пока ещё позволяет время, давай доедем до «Кроксли», я там бросил машину, а потом я отвезу тебя домой и по дороге обсудим план дальнейших наших действий.

Уже через некоторое время они выбрались из подземки и направились в сторону парковки по безлюдной, пустынной улице. Пока искали Мартина, в городе прошёл дождь, в воздухе пахло приятной свежестью. После шума метро от окружавшей тишины закладывало уши, их шаги гулким эхом отзывались на мокром асфальте, блестевшем в тусклом свете фонарей. Алиса впервые была в этом районе и поймала себя на мысли, что не хотела бы оказаться здесь одна в такое время. Она вспомнила грустные глаза пастушка в тот момент, когда он смотрел на неё с противоположного перрона, и душа заныла, застонала от боли. Собачонок по-прежнему был в красном комбинезоне с оленями, но даже на расстоянии Алиса видела, что за это время он испачкался и порядком истрепался. От прежней ухоженности Мартина не осталось и следа. Теперь, глядя на чумазую рыжую мордочку, его можно было запросто принять за бездомную собаку.

«Бедолага, где же он ночует всё это время». Сердце обливалось кровью при мыслях о собачонке. За своими размышлениями Алиса не заметила, как они добрались до серебристого «рено» Митчела.

– Садись, – он открыл для неё пассажирскую дверь.

С каким блаженством девушка опустилась на сиденье и вытянула ноги, гудящие словно телеграфные столбы. Захлопнув дверь, сержант направился к водительскому месту, а Алиса откинула голову на подголовник и, осмотрев скромное убранство салона, заметила маленькую фотографию, прикреплённую к приборной панели. Она наклонилась ближе и в свете фонаря, проникавшего в автомобиль сквозь стёкла, смогла разглядеть на снимке молодую светловолосую женщину и кудрявого малыша. «Неужели у Митчела есть семья?» – подумала она.

– Это мои жена и сынишка, – озвучил он её мысли, усаживаясь за руль.

– Ты женат? – Алиса удивлённо посмотрела на него. – Ты же ещё совсем молодой.

– Я бы так не сказал, – ухмыльнулся полицейский. Он завёл двигатель и убрал звук забормотавшего радиоприёмника. – В двадцать восемь уже можно иметь семью.

Сержант включил печку, что оказалось как нельзя кстати. Пока они дошли от метро до машины, девушка замерзла, как цуцик. Дни стояли по-весеннему тёплые, а ночи оставались холодными.

– Надо же, – Алиса в неверии покачала головой, – я думала, тебе года двадцать два, не больше.

– Хм… – Нейл включил дворники, и они с лёгким скрежетом освободили лобовое стекло от капель дождя. – Кто бы мне дал в двадцать два сержанта? – спросил полицейский, бросив на неё взгляд, и продолжил: – Ещё в двадцать три я был обыкновенным констеблем.

Митчел поставил рычаг коробки передач на движение, машина тронулась и плавно покатилась по улице.

– И давно ты женился? – полюбопытствовала девушка.

– Официально – два года назад, – ответил сержант. Он посмотрел на фотографию, и улыбка коснулась его губ. – А вместе живём уже шесть лет.

– Ого! – Алиса качнула головой и спросила. – А почему так долго не регистрировались?

– Да всё как-то не до свадьбы было, – пожал плечами Митчел. – Сначала учились, все деньги шли на оплату обучения, а когда начали работать, зарплаты не позволяли устраивать торжеств. А какая разница, женаты или нет, главное, мы были вместе. Мне с ней и без печати в паспорте хорошо. Я её очень люблю, – признался он и с усмешкой добавил: – Особенно за то, что она все эти годы терпит меня.

– У тебя настолько скверный характер? – Девушка изумлённо вскинула брови.

– Да вроде нет, – сержант включил поворотник, – характер её вполне устраивает, а вот работа моя не нравится. – Он свернул с улицы на широкий проспект и влился в неплотный поток автомобилей.

– А что не так с твоей работой? – не поняла Алиса.

– Ну я же не всегда занимаюсь поиском собак, – усмехнулся сержант, посмотрев на неё. – Иногда приходится и преступников ловить. Мия боится, что со мной может что-то случиться. Жалуется, мол, я на службе провожу больше времени, чем с семьёй. Постоянно упрекает меня, будто я женат не на ней, а на своей работе, – вздохнул он. – А я обычно в таких случаях ей отвечаю: «Дорогая, ты вроде знала, за кого замуж выходила, вот и терпи, ну а если не хочешь терпеть – брось меня».

– А она что? – Алиса уставилась на него.

– Ну а что она? – переспросил полицейский и тут же ответил: – Говорит, я готова терпеть твою проклятую службу, лишь бы быть рядом с тобой, – довольно улыбнулся он. – И за это я люблю её больше жизни. А ещё за то, что она подарила мне такого замечательного парня, – Нейл кивнул на снимок.

Алиса почувствовала, как кровь бросилась в голову. Ей вдруг стало невыносимо стыдно за то идиотское условие, которое она выдвинула Жене. Работая в полиции, Митчел каждый день рискует своей жизнью, и его жена готова терпеть опасную профессию мужа, лишь бы быть рядом с ним.

«А ты, Орлова, испугалась, что для Жени бокс всегда будет номером один, – мысленно усмехнулась Алиса. – Да лучше быть на втором месте, чем жить без него».

– Элис, извини, но я не могу не задать тебе вопрос, который мучит меня уже некоторое время, – снова заговорил Митчел, нарушив ход её мыслей. – Ты случайно не обижала Мартина?

– Что ты имеешь в виду? – Девушка округлила глаза.

– Ну, может, ты его за что-то наказывала или… – не договорил он.

– Да ты что? – возмущённо вскрикнула Алиса. – Я все эти дни места себе не нахожу, уже которую ночь подряд глаз не могу сомкнуть, – она в отчаянии покачала головой, – я жизни своей не мыслю без него, а ты говоришь, наказывала. – Слова комом встали в горле. Она отвернулась и отрешённо уставилась на мелькавшие за окном разноцветные неоновые вывески кафе и магазинов.

– Прости, я не хотел тебя обидеть. Просто как-то странно всё это. Я не могу понять, почему он от тебя убегает. Может есть какая-то другая причина?

– Не знаю. – Алиса пожала плечами.

Она глядела в лобовое стекло и думала, рассказать сержанту, из-за чего пастушок мог обидеться на неё или не стоит.

– Я недавно рассталась со своим парнем, – наконец решилась девушка. – Но прежде, чем это случилось, мы с ним серьёзно поскандалили, и произошло это при Мартине. С тех пор он всячески меня игнорирует.

– А если не секрет, из-за чего поругались? – поинтересовался Нейл.

– Из-за его увлечения, – ответила девушка, – он занимается боксом, и недавно его сильно избили. Я очень переживаю, что с ним может случиться беда. В общем, я стала говорить, мол, ему нужно бросить этот опасный спорт, но он даже слышать об этом не захотел. Слово за слово, начался скандал, ну я со злости возьми и ляпни: «Выбирай: либо я, либо бокс».

– Он выбрал второе? – догадался сержант.

– Да.

– Элис, мужчины не любят, когда женщины выдвигают им условия. Скажу тебе честно, если бы Мия заявила подобное мне, я бы принципиально выбрал работу, несмотря на то что семья мне дороже всего на свете.

– Вот как понять вас, мужиков? – всплеснула девушка руками. – Получается, ты бы сделал такой выбор назло ей?

– Ну почему назло? – дёрнул полицейский плечом. – Нельзя ставить человека перед выбором: я или работа. Если он занимается любимым делом, для него это станет серьёзной психологической травмой. И, как правило, тот, кто выдвигает такое условие, когда остаётся один, страдает гораздо сильней, поскольку подсознательно чувствует свою вину. – Нейл посмотрел на девушку и спросил: – Признайся, тебе же плохо без него?

– Очень, – опустив голову, пробормотала Алиса.

– Тогда извинись, – посоветовал Митчел, – я уверен, он простит тебя. Я бы простил.

– Я так и сделаю, – закивала она, – я обязательно так и сделаю.

Рука потянулась в карман за телефоном – надо бы написать Жене сообщение, – но Алиса вспомнила, что удалила все его контакты, и тогда она пообещала себе поехать к любимому, как только найдёт пастушка. Девушка бы и сейчас полетела к нему, но она боялась упустить собачонка, вдруг тот вернётся в общежитие, а её там нет.

– Ты говоришь, что вы поругались при Мартине. Так, может, он из-за этого обиделся на тебя и сбежал? – предположил он.

– Я уже думала об этом, – вздохнула девушка. – Конечно, пастушок и раньше сердился на меня по всяким мелочам. То с письменного стола его сгоняю, ведь он там всё валяет, то отругаю за лай в комнате, то ограничиваю в еде. А как можно не ограничивать, если он похож на воздушный шарик? – как бы оправдываясь, спросила она, но вспомнив грустного пастушка на перроне, тут же поправилась: – Раньше был похож. Сегодня я заметила, как сильно он похудел. И, несмотря на все свои обиды, Мартин никогда не убегал от меня. Неужели собаки могут быть такими обидчивыми, чтобы удирать от своих хозяев?

– Могут, ещё как могут, – ухмыльнулся Митчел. – У одного моего знакомого есть пёс породы акита. Хулиган, каких свет не видывал. Так вот стоит только хозяину его за что-то наказать или серьёзно прикрикнуть на него, тот обижается, как красна девица, и при первом удобном случае пускается в побег. А приятель потом несколько дней как оголтелый носится по городу, чтобы его найти. Причём это происходит с завидной регулярностью. Кстати, именно этот парень порекомендовал мне подключить волонтёров к поиску Мартина.

– Я могу понять, когда животные сбегают от людей, которые над ними жестоко издеваются, ну чтобы вот так, из-за малейшего наказания…

– Это нам кажется наказание незначительным, а возможно, для собаки оно становится серьёзным разочарованием в хозяине. Она-то, небось, как рассуждает: «Я его люблю всем сердцем, а он ругает меня за какую-то ерунду. Ну подумаешь, диван погрыз, неужели теперь меня съесть за него», – пофантазировал Митчел на тему звериных мыслей и с улыбкой посмотрел на попутчицу. – Элис, это живность, одному богу известно, что у неё на уме. Не знаю, по какой причине сбежал от тебя Мартин, от обиды или, может, просто захотел попутешествовать, мы всё равно найдём его. Теперь я в этом нисколько не сомневаюсь. Сегодня утром мы с инспектором Томпсоном встречались с руководством патрульной службы, конной полиции и транспортной, в том числе и метрополитеновской. Они вызвались нам помочь. Мы разослали всем сотрудникам этих служб фотографии Мартина. Парни всё равно целый день колесят по городу в поисках правонарушителей, заодно будут и нашего беглеца искать.

– Нейл, это отличная новость! – обрадовалась Алиса. – Совместными усилиями мы найдём его гораздо быстрей.

И снова появилась уверенность, что пастушок непременно отыщется. Когда столько людей привлечено к его поискам, он не может не найтись.

За разговорами Алиса не заметила, как машина затормозила у входа на территорию студенческого городка.

– Приехали, – объявил Митчел, – идём, я провожу тебя до общежития.

– Не надо, – Алиса замахала руками, – я сама дойду.

– Ну уж нет, – не согласился полицейский, – ещё не хватало, чтобы с тобой что-нибудь случилось, тогда инспектор с меня шкуру живьём спустит.

Вернувшись в общежитие, девушка наспех приняла душ и рухнула в постель. В последние дни она даже помыться не могла по-человечески. Как только Алиса включала воду, ей начинало казаться, что под окном лает Мартин. Тогда она заворачивалась в полотенце и, шлёпая мокрыми ногами по полу, мчалась быстрей проверять. За несколько минут, пока девушка мылась, подобное могло произойти несколько раз. Всё это походило на какой-то сон, сумасшествие…

«А может, я уже готовый пациент палаты номер шесть? Если пастушок не найдётся в ближайшее время, я непременно там окажусь», – такие мысли всё чаще и чаще стали посещать её.

Несмотря на невероятную усталость, от пережитых нервных потрясений сна не было ни в одном глазу. Хотя когда ехала в машине, ей казалось, что она уснёт, как только окажется в кровати. Алиса долго ворочалась с боку на бок, в конечном итоге не выдержала, села за стол и открыла учебник. Математика, как ничто другое, отвлекала её от печальных реалий жизни, унося в другой мир, где бал правили числа, формулы, уравнения и задачи…

Звонок мобильного, прозвучавший под ухом, заставил девушку открыть глаза. По солнечному свету, бившему в окно, она поняла: с тех пор как уснула за столом, прошло немало времени. От неудобной позы шея затекла и сильно ныла. Алиса с трудом оторвала голову от учебника и, схватив телефон, мельком глянула на время. На часах значилось восемь утра, а на дисплее светилось: «Кузя».

– Орлова, здорово! – громкий и радостный голос подруги вынудил Алису чуть отодвинуть трубку от уха.

– Привет, Вер, – ответила она, разминая затёкшую шею.

– Надеюсь, я тебя не разбудила?

– Нет.

– Бонифаций, предупреждаю сразу, связь отвратительная, так что, если вдруг я исчезну из эфира, без обид. Мы с Димой сейчас поднимаемся в горы в вагончике. Я достала телефон, хотела сделать фоток с высоты, ты не представляешь, какая здесь красота! – тарахтела Верка, не давая Алисе вставить ни слова. – Смотрю, связь нарисовалась, думаю, дай сразу тебе позвоню, иначе потом эта капризная барышня исчезнет так же внезапно, как и появилась, – хохотнула она и снова затарахтела: – Всё, закончился наш отпуск, сегодня катаемся последний день. Завтра до хаты, до дому. Ну а вы там как? Когда уже в Москву приедете? Я соскучилась так, что аж переночевать негде, – пошутила Кузя. – Как сэр Мартин поживает? – спросила она и наконец остановилась.

– Нет его, – со вздохом ответила Алиса.

– Что значит нет? – не поняла Кузя и сыронизировала: – Его высочество бока мнёт или, может, трапезничает?

Услышав привычную манеру общения подруги, Алиса невольно улыбнулась. Как же ей не хватало рядом бойкой и неунывающей Верки.

– Потерялся он. Я уже трое суток не могу его найти.

– Как потерялся? – оторопела Верка. – Как же это случилось?

Все эти дни Алиса мечтала поговорить с ней, излить боль своей израненной души, но, увы, в этот раз девушка так и не смогла рассказать историю исчезновения Мартина до конца. Связь то и дело прерывалась, в трубке постоянно что-то трещало, потом булькнуло, словно пельмень упал в кастрюлю, и воцарилась мёртвая тишина. Алиса пыталась несколько раз дозвониться до Веры, но все попытки оказались тщетными.

– Долбаная связь, будь она неладна, – выругалась девушка. – Двадцать первый век на дворе, а живём как первобытные люди…

Глава 20

Как обычно, этот день для Евгения начался с пробежки. Отмотав на стадионе положенные километры, он пошёл в спортзал, чтобы немного поработать с тенью, сделать упражнения на растяжку, а потом принять душ, сходить куда-нибудь позавтракать и немного отдохнуть до вечерней тренировки. Войдя в зал, он застал Райана за его обычным для этого времени суток занятием – битьём груши. Всё-таки привычки – удивительно сильная штука. Наставник уже несколько лет назад закончил свою спортивную карьеру, но продолжал тренироваться. Правда, после всех перенесённых операций на коленных суставах ему пришлось отказаться от кардиоупражнений и ограничиться лишь теми, что создавали минимальную нагрузку на ноги. И, несмотря на то что отрабатывание ударов на мешке и груше в их число не входило, потому как постоянно приходилось топтаться вокруг снаряда, Райан не мог отказаться от любимого занятия. А чтобы ему никто не мешал, он приходил в зал пораньше, когда ещё никого не было, и минут сорок с энтузиазмом молотил грушу, после чего, довольный и умиротворённый, приступал к своим тренерским обязанностям.

– Здорово, Джек, – поприветствовал он, заметив парня в дверях зала.

– И тебе не хворать. – Женя подошёл к нему, а когда тот прервал своё занятие, стукнулся с ним кулаком о его боксёрскую перчатку.

– Как побегал? – спросил тренер, вытирая предплечьем пот, стекающий по лбу.

– Да как обычно, – хмыкнул воспитанник. После прохлады улицы в зале казалось невыносимо жарко. Он снял толстовку, перекинул её через плечо и поинтересовался: – Есть новости от Билли?

– Пока нет. – Райан покачал головой и спросил: – Джек, ты сомневаешься, что Мендес даст своё согласие на бой?

– Ну до сих пор же не дал; раз так долго думает, значит, есть какие-то сомнения.

– Да какие сомнения? – всплеснул руками тренер. – Цену он себе набивает, вот и все сомнения. Чтобы потом на каждом углу кричать, будто он сделал тебе одолжение, согласившись драться. Знаешь, сколько я таких хитромудрых гусей повидал за свою карьеру? – Не дожидаясь ответа, он продолжил: – Вот увидишь, бой обязательно будет. А ты не думай об этом и продолжай усиленно готовиться.

– Хорошо, – кивнул Женя.

Предплечье больше не справлялось с бесконечно льющимся потом. Тренер снял перчатки и, подойдя к рингу, взял полотенце, висевшее на канатах, и стал с усердием вытирать лицо и шею, отчего сделался красным, точно варёный рак.

– Как закончишь заниматься, не забудь сходить к Руни на массаж, он скоро уже подойдёт, а потом дуй домой и отдыхай до вечера, – инструктировал наставник, – небось, опять полночи не спал.

– Райан, да всё нормально, – попытался успокоить его Женя.

– Ага, – ухмыльнулся он, – по твоим чёрным кругам под глазами видно, как у тебя всё нормально. – И Райан принялся отчитывать подопечного как пацана: – Джек, так нельзя жить. Ты угробишь себя. Ты не первый день в боксе и, как никто, должен понимать: чтобы полноценно работать на тренировках, нужно нормально высыпаться и нормально питаться. Помирись уже с ней, что ли.

– Спасибо за совет. Но я сам разберусь, что мне делать.

Он был согласен с тренером и прекрасно понимал: так долго продолжаться на может. Женька всё чаще думал о том, чтобы позвонить Алисе. Но его останавливало не столько задетые самолюбие и мужская гордость, сколько боязнь, что за время их ссоры девушка так и не изменила своего отношения к его профессии. И что тогда? Ну позвонит он ей, а она спросит: «Ты готов оставить спорт ради меня?» А он не готов к этому. Женя не хотел делать выбор между любимой девушкой и любимым делом. Он мечтал, чтобы в его жизни присутствовало и то и другое.

– Конечно сам, – закивал Райан, поджав губы. Он бросил полотенце на канаты и опять надел перчатки. – Это твоя жизнь, твои отношения, как ты решишь, так и будет. Просто я хочу, чтобы ты во время тренировок думал не о ней, а о том, как побить Мендеса. – Райан снова подошёл к груше и, прежде чем начать молотить по ней, бросил взгляд на воспитанника и добавил: – Хотя о ней ты будешь думать всегда.

И с этим Женя не стал бы спорить. Даже когда в его отношения с Алисой не вклинилось её дурацкое условие, она не шла у него из головы. Но тогда хоть бы душа так не разрывалась от боли и тоски. Находясь в разлуке с любимой, парень знал, что может в любой момент позвонить и услышать милый сердцу голос.

Тренер вернулся к своему занятию, что означало: разговор окончен, – а Женя направился в другой зал, где обычно занимался различными силовыми упражнениями и растяжкой.

Вскоре он закончил тренировку и пошёл в душ. Подставляя лицо под обжигающие струи воды, парень закрыл глаза, и в голове тотчас всплыл образ Алисы. Её изумрудные глаза в обрамлении густых тёмных ресниц, высокие скулы, бархатная кожа. Он вспомнил каждый изгиб её роскошной фигуры, очаровательную родинку в том месте, где шея переходит в плечо, которую он так любил целовать. А эти губы… Отчаянный стон вырвался из его груди.

«К черту всё, – выругался он, – не могу больше без неё. Позвоню, а там будь что будет».

Он по-быстрому помылся, выбрался из душевой и, завернувшись по пояс в полотенце, направился в раздевалку с единственной мыслью быстрее осуществить задуманное, чтобы не успеть изменить своё решение. Женя услышал, как в шкафчике надрывается мобильный, и сердце его ёкнуло, первое, о чём парень подумал, было: «Может, она звонит». Но, увы, на дисплее светилось: «Димон».

– Здорово, брат, – ответил он на звонок.

– Жека, здоров. Хотел тебе вчера позвонить, но связь в горах просто никакая. Ну слава богу, наконец то мы выбрались из этой глуши, закончились наши каникулы, едем домой, – сообщил товарищ.

– Ну как покатались?

– Да покатались-то, в принципе, неплохо, горы замечательные, – хмыкнул Димон. – Но больше я на этот Домбай ни ногой.

– А что так? – ухмыльнулся Женя, вытирая голову свободной рукой.

– Мало того что связи нет, так ещё сервис никакой, а по деньгам отпуск обошёлся дороже, чем если бы съездили в Андорру. Слушай, я чё звоню, – спохватился Дмитрий, – понимаю, вы расстались с Алисой, но думаю, мало ли, может, ты в курсе, что там у неё случилось?

– А что у неё случилось? – насторожился Женька, бросил полотенце на скамейку и вытащил из шкафчика одежду.

– Как я понял, у неё Мартин потерялся, – ответил друг.

– Как потерялся?

– Вот этого я не понял. Вера не смогла с ней толком поговорить. Алиса только успела сказать, что уже три дня не может его найти, и связь пропала. Мы так больше и не смогли дозвониться до неё, а сегодня она всё утро недоступна.

– Чёрт, – снова выругался Женя, – ладно, Димон, давай, я побежал. Позже созвонимся. Спасибо, что сообщил.

Он отключил связь, бросил телефон на скамейку, с трудом натянул футболку и джинсы на ещё влажное тело. «Почему же она мне не позвонила?» – недоумевал он, закидывая спортивную форму в сумку. На ходу надевая куртку, молодой человек вылетел из раздевалки и направился в зал, где, кроме Гая, разминавшегося на скакалке, и ещё одного начинающего боксёра по имени Рик, никого не было. Женя нашёл тренера в кабинете. Его дверь была открыта, и солнечный свет жёлтым потоком вырывался в полутёмный коридор.

Полулёжа на диване, наставник смотрел спортивный канал, по которому транслировали футбольный матч. Увидев парня в дверях, он сел, выключать телевизор не стал, лишь убрал звук до минимума.

– Райан, давай отменим вечернюю тренировку, – попросил Женя.

– А что так? – нахмурился тренер. – Устал или плохо себя чувствуешь?

– Со мной всё в порядке, – ответил молодой человек. – Алисе срочно нужна помощь. Я должен быть рядом с ней, – не вдаваясь в подробности, объяснил он.

– Что-то серьёзное случилось? – поинтересовался наставник.

– Да, – ответил Женя, – расскажу позже, сейчас некогда. Я побежал. – Он махнул рукой и двинулся обратно по коридору, услышав вслед слова тренера:

– Может, хоть это вас помирит…

Пока шагал на выход, Женя отыскал в телефоне номер Алисы, но не успел нажать на кнопку вызова. В этот момент он вышел из спортзала и, ошарашенный увиденным, застыл на месте.

– Ваше высочество, ты что здесь делаешь? – наконец придя в себя, воскликнул он.

Женя почувствовал, как от эмоций сдавило горло и стало трудно дышать. Он выронил сумку из рук, опустился на колени и раскрыл свои объятия, а пастушок с радостным лаем кинулся в них, едва не повалив его на спину, и стал облизывать лицо.

– Господи, Мартин, ты даже представить не можешь, как я рад тебя видеть. – Парень крепко прижал к себе собачонка как самую дорогую в мире ценность и поцеловал в нос. И вот так в обнимку они сидели на ступенях спортивного комплекса какое-то время, а потом Женя поднялся вместе с ним, покрутил его из стороны в сторону, словно тряпичную куклу, и с иронией спросил: – Принц, ты чего такой грязный? Небось, ещё и голодный?

– Буф, – подтвердил тот, что на его языке означало: «Я готов съесть слона».

– Кто бы сомневался, – усмехнулся молодой человек.

Он поставил собачонка на землю, снова присел рядом и взялся за телефон, собираясь сообщить Алисе, что Мартин у него, но тут же передумал.

– А давай-ка мы сделаем ей сюрприз, – улыбнулся Женя, – обожаю смотреть, как она радуется. Ты не возражаешь? – Он подмигнул пастушку и, в который раз получив утвердительный ответ, продолжил: – Тогда поехали. – Парень открыл сумку и скомандовал: – Ваше высочество, забирайся сюда, так мы гораздо быстрее доберёмся до твоей хозяйки.

Пастушок запрыгнул внутрь с таким рвением, словно всю жизнь мечтал об этом. Застегнув не до конца молнию, Женя накинул сумку на плечо и пошевелил им, будто пытался определить вес ноши.

– Что-то ты больно лёгкий стал, – с усмешкой заметил он, – надо срочно покормить тебя. Тут недалеко есть магазин, в нём продают всякие собачьи лакомства. Вот туда мы сейчас и отправимся.

Услышав слово «покормить», собачонок взвизгнул, точно поросёнок, и приготовился к путешествию, от радости вывалив язык…

Уже через некоторое время они заходили в тот самый собачий рай, где их встретил продавец, которого парень видел впервые. До ссоры с Алисой он часто бывал в этом магазине. Каждый раз, отправляясь к ней в гости, Женя заходил сюда, чтобы купить Мартину какую-нибудь вкусняшку. Он не мог себе позволить приехать к собачонку без угощения. Раньше тут работали девушки, а теперь перед ним стоял парень, возраст которого так сразу и не определишь, с полуметровым ярко-синим ирокезом на голове, весь татуированный, словно атлас мира, с пирсингом на лице, и даже в ушах не было живого места, куда бы не вонзилась серьга. Женя невольно вспомнил Верку. Правда, по сравнению с сотрудником зоомагазина подруга Алисы выглядела божьим одуванчиком. Парень много раз встречал в Лондоне таких личностей и всегда спокойно к ним относился. Он был из тех людей, которым абсолютно фиолетово, как человек самовыражается. Себе бы он не стал делать ничего подобного, но и осуждать других не собирался. Если человеку нравится так ходить, это его личное дело, и никто не имеет права навязывать ему своё мнение.

Кроме продавца-панка, в магазине никого не было, Женя прямиком направился к нему и попросил посоветовать самый лучший корм. Торчащая из сумки голова пастушка вращалась как на шарнирах. При взгляде на всевозможные лакомства у него началось обильное слюноотделение. Заметив, как с кончика его языка капает, продавец потрепал его по холке и с усмешкой заметил:

– Брат, да ты голодный как собака.

Воспитанный собачонок не смог оставить его замечание без ответа.

– Буф, – подтвердил он, чем привёл необычного сотрудника в восторг.

– Ты смотри какой умный, – хохотнул он. Продавец взял с полки банку с довольной мордой лабрадора на этикетке и протянул Женьке: – Корм улётный. Твой собакевич будет в восторге.

У Евгения так и крутилось на языке: «А ты откуда знаешь? Или сам пробовал?», но вместо этого он попросил дать ещё миску и ложку, чтобы можно было выложить продукт.

Выйдя из магазина, друзья направились в небольшой сквер со скамейками и фонтаном, через который Женя проходил всякий раз, когда после тренировки ехал к Алисе. Уже который день в городе стояла по-весеннему солнечная погода, людей в парке болталось видимо-невидимо. Женька с трудом отыскал свободную лавочку и разместился с Мартином на ней. Он выпустил пастушка на свободу, откупорил банку, положил с горой лакомства и, подвинув ему миску, скомандовал: «Можно», как это делала всегда Алиса. Собачонок накинулся на еду, точно сто лет не ел. Он и раньше всегда лопал с аппетитом, а в этот раз хватал куски с неистовой жадностью и глотал их, не разжёвывая, при этом смачно чавкал и довольно порыкивал, словно микролев, оставалось только прикрыть глаза от удовольствия. Наблюдая за ним, Женя понял, насколько тот проголодался.

– Ваше высочество, да не торопись ты, – усмехнулся парень, – в банке полно корма, а если и этого будет мало, ты не переживай, я куплю ещё.

Собачонок ел, а Женька наглаживал его по голове, приговаривая:

– Где же тебя носило столько дней? Как тебе не стыдно, маленький хулиган? Алиса обыскалась тебя, а ты шляешься по городу.

Мартин вдруг перестал есть и, то ли Жене показалось, то ли так и было на самом деле, как-то грустно и с укором посмотрел на него. Сердце ёкнуло в груди, пропустив удар, а затем пустилось вскачь. Молодого человека внезапно осенило.

– Постой, постой, – он в задумчивости потёр подбородок, – это что же получается, ты убежал от Алисы, чтобы меня найти?

– Буф, – подтвердил собачонок, отчего у парня снова перехватило дыхание.

– Мой же ты хороший. – Женя схватил его на руки и чмокнул в нос. – Спасибо тебе, дружище. – Он прижал собачонка к себе и покачался вместе с ним из стороны в сторону, будто держал на руках ребёнка; тот недовольно крякнул и завозился в его объятиях. – Ну ладно, ладно, не буду тебе мешать, ешь уже давай, – с усмешкой добавил молодой человек.

Пастушок слопал целую банку корма, а когда Евгений предложил купить ещё, мотнул головой и забрался в сумку.

– Понял, – улыбнулся парень, – ну что ж, тогда поехали к твоей хозяйке.

Он накинул ношу на плечо и направился по аллее в сторону метро. Чем ближе они подходили к выходу из парка, тем отчётливей до них доносилась приятная мелодия. Вскоре стало понятно, откуда она звучит. Рядом с неработающим фонтаном сидел саксофонист на старинном радиоприёмнике, который изначально Женя принял за обыкновенный ящик. На вид чудо-технике исполнилось лет сто, не меньше, а размером она была с телевизор пятидесятых годов прошлого века. Наверняка ещё королева Виктория слушала на таком транзисторе популярные в то время хиты. Возле музыканта с гордым видом восседал вокалист – большой чёрно-белый пес породы двортерьер. Виртуозно перебирая кнопки инструмента, саксофонист исполнял известную мелодию под названием «Дом восходящего солнца», а четвероногий артист, задрав голову, подпевал ему звонким высоким голосом. До чего же необычно звучала эта вещь в их исполнении. Вокруг артистов собрались прохожие. С умилением глядя на хвостатого тенора, они наслаждались бесплатным концертом, не забывая при этом снимать музыкантов на смартфоны. Заметив, как Мартин едва не выпрыгнул из сумки при виде сородича, Женя не смог пройти мимо. Он решил, что собачонок захотел послушать дуэт, и протиснулся сквозь толпу поближе к музыкантам, чтобы ему было лучше видно. Но каково же было удивление молодого человека, когда пастушок начал подпевать четвероногому артисту. Тот явно принял его за конкурента, в недоумении посмотрел на него и заголосил ещё громче. Его высочество, не желая упасть в грязь лицом перед собратом, тоже залился пуще прежнего. Смех, восторженные возгласы людей и бурные аплодисменты ещё больше раззадоривали их. Собаки разошлись не на шутку, они так горланили, что на фоне их исполнения звук саксофона совсем померк. Со слов Алисы парень знал, что Мартин тот ещё любитель петь, но никогда прежде не слышал его вокальных данных. Женя сотрясался от смеха, глядя, как пастушок смешно вытягивает пасть, вторя сородичу. Мартин так вошёл в раж, что не слышал, как смолкли саксофон и его коллега, и ещё какое-то время продолжал голосить под неудержимый хохот толпы. Выступление внезапно образовавшегося трио заслужило настоящие овации, но рыжему собачонку были до лампочки все эти аплодисменты, ему хотелось услышать одобрение друга. Он посмотрел на Женю, а в глазах бегущей строкой вопрос: «Ну как, тебе понравилось моё исполнение?» Парень погладил его по голове и с усмешкой сказал:

– Ваше высочество, ты ещё и поёшь.

Постепенно народ начал расходиться, кто-то бросал мелочь в шляпу саксофониста в благодарность за полученное удовольствие, другие уходили тихо – по-английски.

– Собаки, вы сделали мой день, – сказал какой-то мужчина и кинул две купюры.

Женя тоже не мог уйти просто так, он вытащил из заднего кармана штанов банкноту и положил её в шляпу. Тем временем к ним подошёл хвостатый вокалист и принялся обнюхивать Мартина. Судя по тому, как пастушок лизнул его в нос, собаки нашли общий язык.

– Ну что ж, вижу, вы уже познакомились. – Женя потрепал его высочество по холке, а потом погладил его коллегу. – А теперь нам пора ехать.

– Эй, парень, спасибо за помощь, – проговорил саксофонист, – если вдруг захочешь подзаработать, приходи. Мы либо здесь сидим, либо возле метро.

Женя поймал себя на мысли, что никогда раньше не видел их или, может, просто не обращал внимания. Наверняка он и сегодня прошёл бы мимо, если бы не любопытство пастушка.

– Вдвоём у них неплохо получается, – музыкант кивнул на собак, которые по-прежнему обнюхивали друг друга.

– Спасибо за приглашение, но, слава богу, я пока не безработный.

– Э, брат, – протяжно произнёс саксофонист, – жизнь – штука коварная, никогда не знаешь, что тебя ждёт за ближайшим углом. Я тоже недавно играл в ресторане, а теперь вот стою на улице…

Глава 21

В этот день Алиса снова отправилась искать Мартина в метро. Накануне поздно вечером ей позвонила какая-то женщина и сообщила, будто видела его на станции «Степни-Грин» линии Дистрикт. Девушка хотела в тот же момент помчаться туда, но, когда глянула на время и поняла, что метрополитен уже закрыт, взвыла от собственного бессилия. Эта ночь стала самой ужасной из всех предыдущих. Дурные мысли лезли Алисе в голову. Представив, что пастушок ночует где-то в метро, а она вынуждена ждать, когда оно откроется, девушка не находила себе места. При одной мысли обо всех опасностях, которые таит в себе подземка для собачонка, её охватывала паника. Всю ночь она просила бога о том, чтобы Мартин был жив.

С трудом дождавшись утра, Алиса сломя голову понеслась на поиски собачонка. Полдня она провела в метро, обследовала все наземные и подземные станции этой линии, и всё безрезультатно. Алиса понимала: искать Мартина в громадной лондонской подземке – это всё равно что искать блоху на теле слона. Она интересовалась у сотрудников метрополитена, не видели ли они собачонка, но те лишь разводили руками. Многие из них знали, что полиция разыскивает собаку. И лишь одна женщина, работавшая на станции «Степни-Грин», рассказала: накануне вечером перед закрытием метрополитена к ней подошла пассажирка и сообщила, что видела на перроне пса породы корги. Но пока сотрудница спустилась в зал станции, того уже и след простыл. Она стала спрашивать у пассажиров, ожидавших поезда, не заметил ли кто из них четвероного нарушителя, но те лишь в недоумении пожимали плечами, и только один мужчина бомжеватого вида, отдыхавший на лавочке, обратил внимание на собаку, которая уехала на предыдущем поезде. Пока Алиса слушала рассказ сотрудницы метрополитена, в голове у неё бушевало торнадо из бесконечных вопросов, которые вот уже несколько дней не давали ей покоя: «Что Мартин делает в метро?», «Как он умудрился сюда проникнуть?» Правильно Митчел сказал: «Элис, это живность, разве можно знать, что у них на уме».

Ближе к обеду девушка поняла: она просто не может больше передвигаться. Голова кружилась от голода, Алиса уже забыла, когда последний раз ела, невыносимо хотелось пить, спину ломило, как после тяжёлой работы, девушка буквально валилась с ног от усталости. Она вышла на одной из станций, доползла до свободной скамейки и обессиленно упала на неё, прислонив голову к прохладной стене. Слёз уже не было, осталось полное опустошение. Алиса долго сидела, глядя в одну точку. Ей ничего не оставалось делать, как уповать на помощь бога.

«Господи, пожалуйста, помоги найти пастушка», – вновь и вновь молилась она.

Девушка вытащила мобильный, проверить, не звонил ли Митчел, мало ли, вдруг за шумом метрополитена она не расслышала телефон, хотя прекрасно понимала: такое в принципе невозможно. Трек Эминема, стоявший у неё на звонке, разве только глухой мог не услышать. Сержант не объявлялся, лишь светилась иконка входящего сообщения. Оказалось, за это время Кузя пыталась несколько раз дозвониться до неё. В лондонском метро повсюду работает связь и вайфай, но всё же есть такие станции, где пропадает и то и другое, словно в чёрной дыре. Только Алиса собралась перезвонить подруге, как раздался звонок от Митчела.

– Элис, привет, – бодро поздоровался он.

У девушки от его радостного голоса что-то ёкнуло в груди – и не зря.

– Мы нашли Мартина, – подтвердил он её предчувствие.

– Ты это серьёзно? – в неверии закричала Алиса.

От усталости не осталось и следа. Она подпрыгнула с лавочки, как ошпаренная, и заметалась по платформе. Пассажиры с подозрением смотрели на девушку, громко разговаривающую по телефону, и на всякий случай отошли подальше от неё.

– Ну конечно, серьёзно, – хмыкнул Нейл, – разве такими вещами шутят? Твой пёс у нас в управлении.

– Где, где вы его нашли? – снова воскликнула Алиса.

– Оказывается, его украли, – сообщил полицейский, – наши сотрудники выследили похитителя и взяли с поличным, то есть с собачонком.

– О господи, – она в испуге приложила руку к груди и вспомнила, что Энтони выдвигал такую версию, – кто же этот негодяй?

– Типичный уголовник, – усмехнулся Митчел, – сдаётся мне, что по нему уже давно тюрьма плачет. В общем, так, приезжай в управление за Мартином, а заодно и проведём процедуру опознания. Нужно, чтобы ты посмотрела на преступника. Возможно, ты его где-то видела.

– Уже еду, – бросила девушка.

Она уже находилась на низком старте и топталась у самого края платформы, глядя, как из тоннеля стрелой вылетает яркий луч света, вслед за которым появляется красно-серый состав.

– Как приедешь, позвони, я тебя встречу…

То время, что заняла дорога до управления, показалось Алисе вечностью. Приехав на станцию «Вестминстер», она вылетела из вагона и помчалась вверх по эскалатору, перепрыгивая через ступеньки и расталкивая других пассажиров. К оскорблениям и ругательствам, сыплющимся ей вслед, она уже настолько привыкла, что они стали казаться ей неотъемлемой частью её скитаний по метро. Ещё никогда в своей жизни Алиса столько и так быстро не бегала, как в эти дни. В предчувствии встречи с собачонком её сердце колотилось как бешеное и готово было выпрыгнуть из груди.

За это время он не раз уже уходил у неё из-под носа, и ей не верилось, что в ближайшее время она увидит его. Как же долго она искала его. Эти несколько дней стали самыми кошмарными в её жизни. И, несмотря на радостную новость, она решила сильно не обольщаться, до тех пор пока не увидит пастушка своими глазами.

Выбежав из подземки, Алиса помчалась в сторону здания полиции. Вскоре впереди показался металлический столб с чёрным квадратом наверху, на котором написано: New Scotland Yard. Алиса набрала Митчела и запыхавшимся голосом сообщила, что через пять минут будет на месте, а когда вихрем влетела в управление, он уже встречал её у входа.

– Идём, – сказал сержант и направился в сторону крутящихся дверей, – а то твой путешественник уже заждался тебя.

Как же эти слова ласкали слух. «Неужели бог услышал мои молитвы?» – подумала она. Ей хотелось верить, что всё закончилось благополучно, но пока она боялась радоваться, чтобы не спугнуть счастье, которое собралось вновь вернуться в её дом вместе с пастушком.

У рамки металлоискателя стоял тот же полицейский, что встречал её в прошлый раз. При виде девушки он улыбнулся одними глазами и слегка кивнул. Алиса вспомнила, с каким пониманием он отнёсся к ней, когда она разревелась перед ним, и улыбнулась в ответ.

– Добрый день, сэр. Как у вас дела? – поинтересовалась девушка.

– Спасибо, всё хорошо.

– Она со мной, – обратился к нему Митчел, прошёл, минуя рамку, и махнул спутнице рукой, призывая следовать за ним.

Они направились по длинному коридору в противоположную сторону от того кабинета, где Алиса была в первый раз.

– Ну как он там? – поинтересовалась она, едва поспевая за широкими шагами сержанта.

– Забился в угол, рычит на всех и никого к себе не подпускает, – хмыкнул Нейл. – Я хотел его угостить печеньем, так он мне чуть в руку не вцепился. Не пойму: за что он на нас злится? – Полицейский пожал плечами. – Мы его вырвали из лап преступника, а он ведёт себя как поросёнок неблагодарный.

– Просто он вас не знает, поэтому и рычит, – заступилась девушка за питомца.

– От греха подальше мы его закрыли в отдельном кабинете, – сказал Митчел. – Ещё не хватало, чтобы он нам здесь устроил такой погром, как в кафе, пришлось бы его всем управлением ловить, – усмехнулся он. – Сейчас заберём его, а потом пойдём смотреть на преступника.

– А что тот говорит? – спросила Алиса. – Зачем он украл его?

– Мы его ещё не допрашивали, ждём адвоката, – сообщил полицейский. – Увы, без него мы не имеем права начинать допрос.

В этот раз коридор управления казался бесконечным, они всё шли и шли, а когда её нервы оказались уже на пределе, Митчел неожиданно остановился у одной из дверей и Алиса едва не налетела на него.

– Пришли, – сказал полицейский и зачем-то спросил: – Готова?

– Конечно, – кивнула девушка. Она почувствовала, как перехватило дыхание и сердце замерло от волнения.

Пастушок сидел посреди полупустого кабинета, где, кроме письменного стола и стула, больше ничего не было, и смотрел на них. Увидев его целым и невредимым, Алиса издала стон облегчения. Чувствам стало тесно в груди, ей захотелось обнять весь мир, расцеловать каждого полицейского и закричать что есть силы: «Боже, спасибо тебе!» Собачонок сломя голову кинулся к ней, она подхватила его на руки и прижала к своей груди, как самое дорогое существо на планете.

– Малыш, как же ты меня напугал, – всхлипнула Алиса, – пожалуйста, умоляю тебя, никогда больше не убегай от меня.

Она сжимала его в своих объятиях, и слёзы счастья душили её, а Мартин слизывал их с её щёк. Как же она мечтала о том, чтобы её пастушок стал таким, как прежде. Девушка чуть отстранилась и посмотрела на него.

– Так ты меня простил? – спросила она.

– Буф, – подтвердил Мартин.

Всё это время Митчел с улыбкой наблюдал за хозяйкой и её необычным питомцем.

– Кхе, кхе, – кашлянул он в кулак, вернув Алису в реальность. – Ну что, идём дальше?

– Да, – закивала девушка и вместе с пастушком направилась за ним.

Теперь, когда её родная душа дышала ей в ухо, вывалив язык от радости, коридор больше не казался таким длинным. Вскоре Нейл остановился перед очередной дверью и распахнул её. В этом кабинете, в отличие от предыдущего, помимо стола, заваленного бумажным хламом, и пары стульев, у стены громоздился стеллаж с папками, брошюрами и прочими атрибутами полицейской работы. Возле окна, спиной ко входу, стоял мистер Томпсон и смотрел на улицу, раздвинув пальцами жалюзи. Услышав звук открываемых дверей, он обернулся, и широкая улыбка озарила его лицо.

– Добрый день, госпожа Орлова, – полицейский раскинул руки в стороны, будто собирался обнять её. – Я же говорил вам, что сержант… – запнулся он, словно что-то вспомнил, и снова продолжил: – С этого дня инспектор Митчел непременно найдёт вашего путешественника. – Мистер Томпсон подошёл к ней и неуверенно протянул руку, собираясь погладить собачонка. – Надеюсь, ты меня не цапнешь? – театрально нахмурившись, спросил он.

Пастушок одарил его взглядом из серии: «Я что, дикарь вам какой-нибудь?», отчего тот рассмеялся и смело потрепал его по холке.

– Хороший пёс, – сказал начальник.

– Сэр, простите, вы сказали «инспектор», – вмешался в разговор Нейл, – что вы имели в виду?

– Митчел, не задавай лишних вопросов, – неожиданно отрезал начальник, – выполняй свою работу согласно новому званию.

– Есть, сэр, – козырнул бывший сержант. Даже невооружённым глазом было заметно, что он, мягко сказать, удивлён. На его лице читались растерянность и полное непонимание.

– Мисс Орлова, – обратился к Алисе старший инспектор, – мы сейчас перейдём в другую комнату, там сидит преступник. Он находится за стеклом, вы его будете видеть, а он вас нет. Разговаривать можете смело, он вас не услышит. Ваша задача – внимательно посмотреть на него и сказать, видели ли вы его раньше и если да, то где. Всё понятно?

– Да, – кивнула Алиса.

– Ну тогда идём, – скомандовал мистер Томпсон и, отворив дверь в соседнюю комнату, прошёл в неё.

Митчел пропустил девушку вперёд.

– Поздравляю, – подмигнула ему Алиса, проходя мимо.

Она искренне радовалась за Нейла. За ту колоссальную работу, что он проделал, ища Мартина, он действительно достоин повышения.

– Спасибо, – буркнул тот, но девушка заметила, как дрогнули уголки его губ, едва сдерживая счастливую улыбку.

Войдя вслед за ней, новоиспечённый инспектор прикрыл за собой дверь и, пока Алиса замешкалась у входа, они вместе с начальником прошли в комнату и встали по бокам от прозрачной перегородки, чтобы не закрывать ей обзор.

– Иди сюда, – махнув рукой, Нейл позвал девушку.

Нерешительно ступая, Алиса подошла к стеклу и несколько минут смотрела на любимые тёмные волосы, на любимые плечи и губы, пока до неё доходило, кто сидит перед ней.

А когда наконец дошло, она запрокинула голову и залилась безудержным смехом!

Примечания

1

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

2

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

3

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

4

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

5

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

6

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

7

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

8

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

9

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

10

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

11

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

12

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

13

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

14

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться

15

 Из книги «Его Высочество Мартин».

Вернуться